Майк Шеферд

НЕПОКОРНАЯ

Глава 1

Лейтенант Крис Лонгнайф расплылась в широкой, от уха до уха, улыбке — немаловажное достижении при ускорении в два с половиной g. Короткие волосы на затылке встали дыбом. По стойке смирно. И салютовали. Она была напугана до смерти, и никогда в жизни ей не было так весело.

В этот вторник, по придуманной коммодором Мандатти системе ротации она командовала третьим дивизионом, состоящим из четырех изящных, быстрых патрульных катеров, атакую цель размером с линкор. И, если верить этим самым волоскам на затылке, коммодор с артиллеристами сейчас держали PF-109, самый первый корабль, которым посчастливилось командовать Крис, и другие катера третьего дивизиона, в перекрестье оборонительных лазеров.

Пора уже переходить на другую схему уклонений, иначе удачи не видать и придется дрейфовать в космосе, как тем восьми катерам первых двух дивизионов, потерпевших неудачу в атаке всего за несколько минут до нее.

И, как остальным одиннадцати шкиперам быстрых патрульных катеров, придется покупать пиво артиллеристам коммодора.

А потом выдадут отчет, в котором напишут, что PF — маленькие, простенькие и быстрые в строительстве, сделанные из полуумного металла катера — оказались неудачной идеей, неспособными защитить планету от нападения. Если это окажется так, каждой планете недавно образованного Союза Разумных понадобится полновесный тяжелый флот на орбите, чтобы оставить хоть какой-то след в быстро изменяющемся, тревожном мире.

О политических последствиях Крис Лонгнайф, дочь премьер-министра и правнучка короля Раймонда I, Альянса девяноста планет Союза Разумных, не хотела думать. Гораздо лучше каждой планете заботиться о своей защите с помощью крошечного, москитного флота, наподобие ее катера, и позволить большим кораблям решать проблемы всего Альянса целиком.

Снова много думаешь, Лонгнайф. Прочь из головы, лучше надери задницу линкору.

Большим пальцем Крис нажала кнопку связи. Приказ был короткими и зашифрованным. В нем говорилось: «Третьему дивизиону, приготовиться перейти на пятую схему маневров по моему сигналу».

Крис ждала. Ждала, пока ее рулевой перейдет на новую схему, ждала, пока другие катера сделают то же самое.

— Готова, — доложила Финч с поста, находящегося рядом с Крис на крошечном мостике. Голос маленькой брюнетки при резком ускорении сделался хриплым. Крис передала остальным катерам команду отсчета, начиная с трех.

— Они должны уже быть готовы к выполнению, — сказала Нелли напрямую в мозг Крис. Назвать этот крошечный компьютер, удобно расположившийся на шее Крис суперкомпьютером, наверняка, оскорбить растущее у Нелли чувство собственной важности. На сумму, которую Крис потратила на последнее обновление Нелли, можно было бы купить один из линкоров, что Крис с командой сейчас учились убивать.

— Отправь метку, — приказала Крис, и компьютер не только отправил требуемое на все четыре катера, но и за одну секунду изменил схему уклонений. Простой человек такого проделать никак не смог бы. Подобное компьютерное вмешательство не было стандартной процедурой Космофлота, но именно оно и было основой плана нападения, разработанной Крис и другими шкиперами ее дивизии на прошлой неделе в клубе «О» — с энергичной помощью Нелли.

— Выполняю пятую схему уклонений, — сообщила Финч.

Из-за небольшого изменения, голова Крис сильно ударилась о подголовник кресла. То, что только что было мягким поворотом влево, превратилось в резкий поворот вправо и нырок.

Крис сглотнула, напряглась. Снова.

Подразделение начало бешенную атаку со ста пятидесяти тысяч кликов, что намного превышало расстояние действия даже восемнадцатидюймового лазера. Катер ускорился до полутора g, потом до двух и до двух с половиной g, смешивая растущую скорость с беспорядочными поворотами вправо и влево, вверх и вниз. Иногда сложными, иногда легкими, иногда серединка напополам. Всегда непредсказуемо. Маленькие, быстрые патрульные катера рядом с линкором, который пытались уничтожить, казались маленькими, как жуки. А сейчас вовсе танцевали, напоминая июньских жуков.

Если танец будет правильным, они выживут. А линкор погибнет.

Потому что быстрые патрульные катера хоть и крохотные, но смертоносные. Каждый PF вооружен восемнадцатидюймовым импульсным лазером. Даже один удачный выстрел может выпотрошить крейсер или пробить огромную дыру в ледяной броне линкора. Может даже выжечь оружейный массив, технику и экипаж.

Поэтому на крейсерах и линкорах были установлены дополнительные орудия, стреляющие быстро и часто, пытаясь подстрелись такие мелкие предметы, как PF. И большие корабли вращались вокруг своей оси, убирая от вражеских лазеров поврежденную ледяную броню, ставя под удар новые слои толстого, неповрежденного льда прежде, чем прожог наделает бед с корпусом корабля.

Мера, контрмера, контр-контрмера, многослойная, толстая и тяжелая. Так было с незапамятных времен, когда первый человек вознамерился убить своего брата. Недостаточно иметь быстрый корабль, хорошее вооружение и сплоченную команду. Нужен еще план, умение… и удача.

По крайней мере, так всем сказал Фил, когда пригласил шкиперов на ужин в клуб «О».

* * *

Расположившийся в двух кварталах от штаба Космофлота клуб «О» был уже древним, когда великий дедушка Крис Рэй только-только получил чин младшего офицера. Его залы с ковровым покрытием и толстыми занавесками идеально подходили для изысканных трапез между войнами. На стенах висели боевые трофеи из первых стычек Вардхейвена с другими мирами Кольца. Богатые картины маслом, посвященные победам, восходящим к тусклому, кровавому прошлому матушки-Земли до того, как четыреста лет назад человечество начало расселяться по космосу.

Выпивать в этом месте Крис не хотелось. Она получала кайф от одной атмосферы. Но официант в белой куртке провел двенадцать младших офицеров прямиком через главный зал к другому, поменьше, расположившемуся чуть в стороне, пахнувшему свежей краской и новым недорогим ковром.

— Что мы сделали, чтобы заслужить такое? — нахмурилась Крис.

— Не мы, — сказал Фил Тауссиг. Его вечная улыбка слегка потускнела от ядовитого выброса, вызванного недавним ремонтом зала. — Поскольку мы всего лишь младшие офицеры и для хозяина сего августейшего заведения несколько менее уважаемы, чем свиньи, нас изгнали на сегодняшний ужин сюда.

— Слишком толсто, — сказала Бэбс Томпсон, изобразив гримасу, которая на лице отпрыска одной из богатых семейств Хертфорда все еще оставалась красивой.

— Наверное, потому, что им пришлось отстраиваться заново после того, как здесь порезвилось последнее стадо младших офицеров, — сказала Хизер Александр, отпрыск еще одной богатой семейки, отправленной в восьмую эскадрилью быстрого патрулирования за преступления, ее личную вину в которых еще не доказали. Из-за страха перед войной многие юноши и девушки вербовались во флот, чтобы исполнить свой патриотический долг. Некоторые из них вызывали у генерала Мака, то есть МакМориссона, председателя Генштаба, сильную головную боль, когда те с большим или меньшим успехом пытались всунуть головы в форменные шляпы.

Никто из них не подбирался так близко к открытому бунту, как Крис. К тому же Крис не было предъявлено никаких официальных обвинений, так что ее официально мятежницей не признали. Сейчас все соглашались — за закрытыми дверями — что тогда она была права, когда освободила капитана от командования, не дав тем самым разразиться настоящей войне.

Конечно, Маку это не облегчило поиск второго, а теперь уже и третьего командира для нее. Восьмая эскадрилья с кучкой избалованных, отчаянных орбитальных хулиганов, участвующих в гонках на скифах, по крайней мере, с виду, казалась более менее безопасным местом, чтобы бросить Крис туда. Наверное, Мак думал, что проблемные младшие офицеры посбивают друг с друга спесь, преподадут необходимые уроки смирения, правильного социального поведения, воинских манер и все такое. Флот рискнул несколькими крошечными игрушками, которые половина Космофлота и без того считала бесполезными. И последними несколькими прядями волос на блестящей макушке коммодора Мандатти.

Крис часто слышала, как отец, премьер-министр, бормотал о том, что стоит собрать все свои проблемы в маленькой комнате и позволить им решить сами себя. Крис наслаждалась удовольствием быть одной из слишком многих чьих-то проблем, когда смотрела на товарищей-шкиперов и задавалась вопросов, найдут ли они способ доказать Маку и всем остальным начальникам, что те не правы… или наоборот, слишком правы.

Заказали и съели ужин, перезнакомились друг с другом. Большинство друг друга знало или слышало друг о друге по чемпионатам гонок на яликах. Перемещение маленького кораблика с корпусом, сравнимым с яичной скорлупой, с орбиты к цели площадью в один квадратный метр, расположенный на поверхности планеты, используя наименьшее количество топлива, научило их чувствовать костями баллистику полета. Но у гоночного ялика не было экипажа из пятнадцати человек и он не работал в составе эскадрильи из двенадцати таких же кораблей.

Крис продолжала шутить, сидя за столом, не забывая благодарить бюрократического бога за то, что ей досталась команда, которую она хотела. Старпомом был Томми Лиен, выходец с астероидных рудников Санта-Марии. Друг со времен школы кандидатов в офицеры, поддерживающий ее во всех трудностях и все такое. Из всех экипажей только они с Томми участвовали в перестрелках, когда разъяренный враг выпускал в них море смертоносных пуль. И не все эти пули были выпущены обычным врагом, были и выпущенные убийцами, охотящимися персонально за Крис.

Шеф «Стэн» Станислаус был единственным членом ее экипажа, получившим хоть какой-то значок на парадную форму. Десять лет на флоте, еще немного и скоро в отставку. До тех пор она рассчитывала, что он увидит, что эскадрилья PF-109 настоящий боевой флот, а не игрушечная флотилия богатых плейбоев и девиц, как их называли в прессе.

Остальные члены экипажа PF-109 были проблемой. Новенькие и зеленые. Крис с Томми большую часть времени пытались придумать способы вывести их из «зеленого» режима и перейти к чему-то близкому к нормальной практике. Посадили за штурвал Финч. Она была знатоком баллистики, проверялась на предмет способностей Космофлота… правда только по компьютерным играм, сидя на твердой земле. На самом деле она никогда ничем не управляла, кроме мотоцикла. И никогда в жизни не покидала планету.

С Финч было, на самом деле, легко. Крис привезла ее в космический яхт-клуб, арендовала двухместный гоночный ялик, села на заднее сиденье. На полпути передала управление Финч.

— Ты приземлишься. Или разобьешься. Твой ход.

— Да, мэм, — сказала Финч, не обращая внимания на рычаг управления. Ей удалось посадить ялик. Чуть более мили от цели. Рядом с третьим полем престижного загородного клуба Вардхейвена. По крайней мере, не попортили траву.

— Простите, мэм. В следующий раз у меня получится лучше, мэм, — сказала Финч, пока тащили ялик к цели, куда должны были попасть.

— Пусть это будет нашим маленьким секретом, — сказала Крис.

Так и было. До пятичасовых новостей.

Во второй раз Финч добилась лучшего результата и Крис оплатила ей членство в клубе на целый год, после чего убралась с ее пути.

Если б было хоть вполовину так же легко придумать способ сделать таким же увлекательным обслуживание и калибровку корабельных лазеров, электроники, двигателей, датчиков и всей прочей рутины, что требовалось для превращения одного маленького кусочка космоса в один смертоносный маленький военный корабль.

Десерт принесли, когда Фил Таусснг постучал вилкой по хрустальному стакану с водой. Большинство присутствующих молчало, хотя у Теда Рокфеллера и Энди Гейтса были проблемы с тем, за кем должно остаться последнее слово и заткнулись только когда поняли, что остальные десять сверстников молчат, уставившись на них.

— От вашего внимания не могло ускользнуть, — сказал Фил, — что если когда-нибудь в космосе над Вардхейвеном начнутся военные действия, мы будем последней линией защиты.

— И это хуже всего, — вставила Бэбс.

— Говори за себя, — сказала Энди.

— Что ж, ребята, — сказал Фил, стараясь избавиться от обычного подшучивания. — Я, например, хотел бы, чтобы мы смогли уничтожить один, а то и парочку линкоров. Надеясь при этом не быть уничтоженным как эскадрилья на Торпедо-8 два столетия назад, о чем я уже рассказывал пару раз.

— Скорее, сорок раз, — вздохнула Бэбс.

Фил Тауссиг — одно из двух исключений из правил избалованных детей богатых родителей среди командиров катеров. Его семья служила в Космофлоте, а до того, во времена, когда корабли еще ходили по мокрой воде, в морском флоте. Крис подозревала, что Мак добавил Фила в эту смесь, чтобы уменьшить фактор хулиганства. Он как-то раскопал историю, произошедшую на Торпедо-8, о летающей эскадрильи, так похожей на их. Мелкие корабли тогда напали на океанские линкоры и были уничтожены почти до последнего человека. Хоть Бэбс и возвела взгляд к потолку, веселый Энди Гейтс со всей серьезностью слушал рассказ Фила.

— На мой взгляд, — продолжал Фил, — наша задача разбивается на несколько простых этапов, — он начал загибать пальцы. — Найти врага, подойти к врагу, уничтожить врага и выйти из боя целым. Вот и все.

— С поиском линкоров не должно быть никаких проблем, — сказал Энди Гейтс. — Поскольку наши PF звездных прыжков не совершают, мы просто будем бездельничать на орбите, а большие мальчики к нам сами подойдут.

Никто не засмеялся.

— Я бы предположила, что наше приближение к линии фронта заслуживает еще одного твоего загнутого пальчика, Фил, — слегка певучим голосом сказала Чандра Сингх. — Если мы не выживем, чтобы стрелять из лазеров, это будет печалька.

Темноглазая Чандра была вторым исключением из правил. Она была старше других шкиперов… и имела уже двоих детей, остающихся на пирсе вместе с мужем, провожающих ее, когда эскадрилья отправляется на задание. Она была уже старослужащей, прошла призывной курс еще до того, как нынешняя ситуация заставила Космофлот прочесать ряды в поисках командиров, чтобы разбавить ряды зеленых школьников, таких как Крис и ее коллеги-шкиперы.

— Мы — могущественные маленькие цели, — заметил Тед Рокфеллер из Питтс Хоуп. Его трастовый фонд был не настолько хорошо обеспечен, как у Крис. Он был симпатичен, но не очень умен, что регулярно показывал своими ошибочными выводами. — Старому линкору будет очень трудно поймать в прицел такую крошечную цель вроде нашего катера.

— Вроде как стрельба по тарелочкам, — кивнул Энди Гейтс, ткнув Теда локтем.

— Если у них такие же системы управления огнем, о который я не одну отвертку сломала, они тебя поймают, — сказала Сингх.

— Так что мы будем маневрировать, — сказал Гейтс. — Так говорит коммодор Мандатти. Уворачиваться. Не лететь по прямой дольше пяти секунд.

— И если ты последуешь его совету, — вмешался Таусигг, не сводя глаз с Крис, — умрешь через три. Верно, Крис?

— Скорее, через две, — сказала та. В зале стало очень тихо, когда она поставила стакан с водой. — Коммодор хороший человек, — продолжила она, — но его отправили на пенсию пятнадцать лет назад, только потом вернули, чтобы он присматривал за нами, малолетними преступниками, — это было самоназванием командиров катеров PF, о котором никто не должен был знать. Крис сомневалась, что для коммодора это было секретом. — За последние пятьдесят-шестьдесят лет на военных кораблях мало что изменилось, по сравнению с тем что появилось в результате Войн Итич. Не было нужды. Человеческое Сообщество сохраняло мир везде, где обитает человек. А сейчас человеческое общество расколото и… Ну, вы читаете новости.

Присутствующие закивали. В последнее время новости были заполнены слухами о грядущих войнах.

— Технологии, разработанные за долгое мирное время, находят применение на боевых кораблях. Последние лет десять все изменилось. Сингх, ты уже давно служишь, наверное, заметила.

Сингх, только недавно произведенная из старшин в лейтенанты, кивнула.

— Чистая дедушкина прибыль от продажи нового материала составила несколько терабаксов. Сомневаюсь, что он такой один, — сухо сказала Крис, одарив присутствующих циничной улыбкой.

Те покивали в ответ. Технический рост привел к длительному экономическому росту. И это в мирное время. Сейчас же орала перековываются в мечи, а деньги, что семьи копили в хорошие времена, вполне могли сработать на весьма скорое убийство их наследников. Отличная мысль для следующего рождественского ужина.

— Нам придется делать много резких маневров, — сказала Хизер, возвращаясь к делу.

— Как мне сказали, джинкс — это военный термин, — сказала Крис и Фил, соглашаясь, кивнул. — И проделывать его нужно быстрее, чем может осмыслить любой человек и настолько случайным образом, чтобы ни один вражеский компьютер, ответственный за управлением огнем, не смог проанализировать такие маневры. Если не торопиться, станешь предсказуемым, а значит, станешь мертвым сам, и команду вместе с кораблем утянешь.

Наступила тишина. Появились официанты, они расставили тарелки с кусочками пирога, торта и кубки с мороженым. Судя по удивленным взглядам, которыми обменивались официанты, они еще ни разу не обслуживали группу настолько подавленных младших офицеров, как эта. Наконец, официанты ушли, младшие офицеры остались одни и, похоже, у всех пропал аппетит.

— Сейчас то самое время, когда я вхожу в игру? — прозвучал голос с шеи Крис.

Та расстегнула верхнюю пуговицу кителя. Строгость формы потерялась, но с удручающе маленьким размером груди вряд ли можно отвлечь внимание мужской части общества от нужного дела.

— Никто не возражает, если Нелли, мой компьютер, присоединится к обсуждению?

— Я надеялась на это, — сказала Сингх.

— Итак, Нелли, — начал Фил, — Можешь выработать достаточно неравномерный курс сближения с линкором?

— Я уже задумывалась над этим вопросом, поскольку не сомневалась, что вы обратитесь ко мне за экспертным мнением, — сказала Нелли.

Крис закатила глаза. Смирение — это то, чему десять отпрысков богатых семей могут научить друг друга. Но как возможно научить компьютер добродетели? Особенно тот, за который заплатил огромные деньги, чтобы он работал как можно лучше и который очень хорошо об этом знает. Как говорила тогда Сингх? Некоторые вещи в жизни нужно просто терпеть.

Естественно, выдав подобное команде, старая рабочая лошадка имела обыкновение брать ящик с инструментами и отправляться чинить то, что, как думала команда, исправить невозможно.

— Что у тебя есть для нас? — спросила Крис.

Нелли немедленно вывесила над столом голографию линкора на одном конце и крошечную копию PF на другом. PF начал наступление, с максимальной скоростью и максимальными виражами вправо, влево, вверх, вниз, то быстрее, то медленнее. Его курс представлял собой множество вращений и поворотов, от которых у парочки капитанов за столом лиц аж позеленели.

— Начинать нужно на небольшом ускорении, — заметила Сингх. — Наши двигатели небольшие. Если разложить радиаторы, мы станем более крупной целью. Если не разложить, рискуем перегреться, если злоупотреблять этим достаточно долго. Нужно начинать заход на ускорении в одну целую и пять десятых, а потом увеличивать.

— Не знаю, — сказал Гейтс, — похоже на мячи об стену. По мне так звучит неплохо.

Крис мысленно отметила, что нужно взять на вооружение метод Сингх.

— Так что каждый из нас использует свою схему уклонения и атаки, — сказал Рокфеллер.

— Я бы не советовала, — сказала Крис.

— Почему? Ты ведь не хочешь предложить, чтобы все мы делали одинаковые маневры уклонения. Что произошло с непредсказуемостью? — сказала Александр.

Крис оглядела сидящих за столом и все, что получила в ответ — пустые взгляды. На этот раз ей удалось даже опередить Фила. Большая часть присутствующих была умна, но ни в одного из них по настоящему не стреляли. Они не получали того пинка, который случается, когда твой лучший план летит в тартарары, несмотря на все усилия. Им еще предстояло стоять или лежать, или бежать, или гадать, что можно было сделать лучше… по-другому. Крис глубоко вздохнула и поклялась, что сделает все медленно и обстоятельно, чтобы заслужить всеобщую поддержку.

Один за всех и все за одного.

— Если я сделаю зиг с той точки, где была, а в это время ты сделаешь заг и попадешь в точку, где только что была я, — Крис руками показала, как это должно произойти, — выстрел, предназначенный мне, попадет в тебя.

— Шансы миллион к одному, — выплюнул Гейтс.

— Да, только ты все равно умрешь, — сказал Фил. На секунду он прикусил нижнюю губу. — Мы тренируемся, чтобы в нужный момент сделать все правильно и с первого раза. Но нельзя ожидать, что невезение останется за пределами поля боя. Нелли, можешь придумать схемы маневрирования для всех двенадцати катеров? Такие, что позволят нам вертеться случайным образом, но при этом не попадать на линию, если там маневрирует другой катер?

На этот раз последовала более долгая пауза, чем ожидала Крис. С некоторых пор длинные паузы делались регулярно, поскольку Нелли начинала лучше понимать всю степень и размер проблем, с которыми людям приходится сталкиваться постоянно. Нелли сколько угодно могла оставаться суперкомпьютером, но ветвистость ее решений становились все крупнее и крупнее.

— Да, могу. Каждому катеру нужно будет начать атаку с определенной позиции. Коммодор обычно держит вас очередью за флагманом. Для маневров же потребуется больше места.

— Хорошее наблюдение, Нелли, — сказала Крис. Да, Нелли нравилось, когда ее хвалили. Что именно Крис купила с этим последним обновлением и с кусочком камня с Санта-Марии в самоорганизующейся матрице, куда она долгое время приказывала Нелли даже не смотреть, но… Что ж, на катерах PF сейчас на одного избалованного подростка больше, чем назначил Космофлот.

— Я слышал рассказы о твоей Нелли, — на ухо Крис сказал Фил. — Первый раз увидел ее в действии. Мило.

— Ты подловил ее в один из хороших моментов.

— Я и про это слышал.

— Хорошо, потому что нам нужно пять разных планов маневра уклонения для всех двенадцати лодок, — отрезала Крис. Не имеет смысла держать всю такую огромную вычислительную мощность и не использовать ее. Да и держать в праздности Нелли следует избегать любой ценой. — Невозможно сказать, когда нужно переключиться на новый план уклонений. Нелли, тебе стоит признать, что у противника тоже есть компьютеры. И если они вычислят один из твоих случайных наборов, будет нужен запасной набор и еще один, и еще один. Понятно?

— Да, ваше рабовладельческое высочество, — сказала Нелли.

Народ, все, как один, прикрыли ладонями плохо скрываемые ухмылки. Никто не обращался к Крис иначе как по званию. И на корабле, и на берегу она для всех была лейтенантом, а не принцессой.

Но то, что сейчас проделал ее собственный компьютер… Что ж, еще одна подначка.

— Есть кое-что еще, — сказала Крис. — У нас восемнадцатидюймовые лазеры. По цели они выпускают быстрый, мощный энергетический луч. Но никакой перезарядки. У нас двигатели и ни одного реактора, который мог бы пополнять конденсаторы. У каждого из нас один выстрел, после чего мы вне игры.

Головы закивали. Руководство читали все.

— Нужно убедиться, что наши выстрелы наносят как можно больший урон. Если будем координировать подход к линкору, может, сможем сделать что-то еще.

Фил и Сингх приготовились слушать. Остальные скрестили руки — убедить их будет сложно. Крис проигнорировала тающее мороженое и перешла в режим торговца, пытающегося правдами и неправдами всучить товар.

* * *

— До цели тридцать тысяч километров, — сообщил Томми с оружейного поста, расположившегося под локтем Крис. — Ближайшая дистанция для пуска вторичного оружия.

И на таком близком расстоянии дальнобойные и поисковые системы линкора, вместе с радарами, лазерами, магнитными и гравитационными датчиками получат ясную сигнатуру патрульного катера, как бы ни был он быстр. Пора дать их огневым точкам задачки посложнее.

— Увеличить ускорение до трех g. Запустить первую маневровую схему по моей команде, — приказала Крис. — Приготовиться, — она сделала паузу, чтобы остальные лодки от нее не отстали. — Запуск.

Первая маневровая схема была ничем иным, как более интенсивным маневрированием. И теперь, когда каждый PF менял направление чаще и чуть непредсказуемей, из катера выпускались так называемы «лисьи приманки». При каждой смене курса из катера тут же вылетало облако железных игл, алюминиевых лент и взрывающихся фосфорных гранул. Различный мусор вылетал по старому курсу, когда PF разворачивался к линкору новым курсом. На ту долю секунды, пока сам катер находился к линкору бортом, «лисья приманка» выдавала на вражеские радары, лазеры, инфракрасные и магнитные датчики данные старого курса катера.

Обычно этого времени хватало как раз на то, чтобы вторичные лазеры линкора пальнули в белый свет, как в копеечку.

Облака «лисьей приманки» ко всему прочему придавали лучам лазера цвет, когда те прорезали пространство, где уже не было корабля.

В отличие от танцев и причудливых планетарных фейерверков, лазеры боевого корабля не должны быть видны никому. Битва дюжины боевых кораблей в космическом пространстве — тихое, мрачное действо, в котором не видно ничего, кроме кружащих вокруг станции кораблей. По крайней мере, сначала. Какое-то время.

Потом лазер превращает ледяную броню в пар, который мгновенно взрывается, а всплеск воды тут же застывает причудливыми образами. Вновь застывшие кристаллики воды улавливают лазерный свет, преломляют, отражают его, чем превращают убийство и бойню в нечто невыразимо прекрасное, о чем поэты слагают стихи. Если выживут. Художники всю оставшуюся жизнь пытаются запечатлеть эту красоту в картинах, стали и графике. Если доживут до старости.

Но у PF льда не было. Игру красок лазеров им создавало облако мусора, позволявшее выжить еще немного.

— Ух ты! Видели? — Финч на мгновение уставилась на главный экран, когда промахи линкора осветились в приманках.

— Передай остальным, — сказала Крис.

Пока мчались навстречу своей симулированной смерти или гибели линкора, делать было почти нечего. Уже все было сделано, стоило надеяться, что правильно, так что все, что оставалось делать экипажу — следить за тем, чтобы датчики оставались в зеленом поле. Если же сделанное было плохо, катера выйдут из строя так же жестко, как два предыдущих дивизиона.

— Двадцать тысяч километров, — сказал Томми. — Все четыре лазера заряжены полностью и разогреты.

— Дивизион, переходим к схеме шесть. Приготовьтесь выполнить маневры и атаковать по моей команде, — сказала Крис.

— Да! Вперед, девочки, — воскликнула Нелли, нарушая приказ молчать.

Крис подождала немного, отсчитывая секунды, чтобы остальные катера дивизиона успели приготовиться.

— Начинай, Нелли.

Дивизион рассеялся, приступив к танцу, который то рассеивал катера, то сближал, не давая орудиям линкора прицелиться. Потом, после серии маневров, в результате которых Крис то и дело билась головой о подголовник, наступило время.

— Огонь, — приказала Крис.

Для Нелли приказ был излишним, свою работу компьютер делал правильно, но сейчас командовала Крис, поэтому ей нужно было отдавать приказы даже самой себе. Всем спасибо.

— Лазеры сработали, — крикнул Томми. — Все четыре, на расстоянии шестнадцать тысяч километров. Все выстрелили по таймеру.

— Начинаем маневр уклонения при отходе, — приказала Крис. И затаила дыхание.

Неужели линкор все еще на месте? Или взорвался? Или всего лишь поврежден и способен сражаться дальше?

— Ну и что вы, мелкие негодники, думаете, только что наделали? — прозвучало по командному каналу. Ну, коммодор Мандатти хотя бы обозвал их негодниками, а не хулиганами.

— Это была скоординированная атака, сэр, — ответила Крис. Сегодня был вторник, так что отдуваться пришлось ей, объясняя, что именно они придумали. Она, Фил и Чандра. Хизер, хоть и сомневалась, но тоже к ним присоединилась. Высокую рыжую девицу удалось убедить, что все подразделение должно делать то, что придумали, если это вообще могло сработать.

— Ну-ка, прекратите прыгать, сбросьте скорость и объясните старику, который, к тому же, ваш командир, что вы называете скоординированной атакой, лейтенант.

— Да, сэр, прекращаем маневры уклонения. Повернуть корабль, начать торможение на отметке пять g. Двигатель, охладить радиаторы, — получив подтверждение, Крис глубоко вздохнула и приступила к объяснению, к которому успела подготовиться.

— Сэр, восемнадцатидюймовый импульсный лазер звучит мощно, когда о нем читаешь книгу, но даже у самого маленького линкора много ледяной брони и он вращается достаточно, чтобы предотвратить мгновенное прожигание лазером толщи льда вражеским лазером.

— Это всего лишь часть печальной реалии службы шкипером небольшого катера в огромном Космофлоте.

— Да, сэр, но что, если мы поразим одно и то же место в броне линкора двумя импульсными лазерами одновременно?

— Вот ты снова используешь это слово — «мы». С кем я сейчас разговариваю? С принцессой или лейтенантом Космофлота?

Крис стиснула зубы: коммодор уже два или три раза уколол ее этой «принцессой». Крис собралась, было, ответить, но, оказалось, в этом не было необходимости.

— Это «мы» включает меня, сэр, — сказал Фил.

— И меня, — сказала Чандра.

— Мы тут подумали, — продолжил Фил, — что не так много смысла подвергать риску наши молодые шеи…

— И старые тоже, — вклинилась Чандра.

—…если не подобьем парочку линкоров прежде, чем закончим. Как вы могли видеть, сэр, скоординировав наши маневры уклонения, нам удалось не встать на пути друг друга и заставить ваших артиллеристов промахиваться. Как бы там ни было, Крис предположила, что если мы скоординируем подход, сможем добиться несколько двойных ударов по линкору, способных пробраться через броню до нежных внутренностей корабля.

Крис осталась довольна тем, что разговор на себя взял Фил. Кажется, «Путь Космофлота» включает в себя способ спокойно говорить об убийствах и хаосе. Дети, выросшие в Космофлоте, учатся разговаривать со старшими. Крис не была уверена, что английский, на котором она разговаривает, может справиться с этой задачей.

Хорошо, что рядом были Фил и Чандра, которые могли все это перевести.

— Хм, — последовал ответ. — Что ж. Я хотел отдать вам должное за тринадцать попаданий из шестнадцати по старому дрону-мишени, но, поскольку вы сами подняли ставки, давайте посмотрим, сколько выстрелов можно классифицировать как надежные двойные попадания.

— Черт, — прошептал Томми. — Спорю, если бы старик нашел подарки под рождественской елкой, он сначала проверил бы, не занес ли Святой Ник еще и оленьего навоза.

— Естественно, мистер Лиен, — откликнулся старшина Станислаус по корабельной сети. — «Путь Космофлота» не включает в себя никакого оленьего дерьма, особенно когда к тебе могут заявиться гости.

По крайней мере, команда развеселилась. Не передавая происходящее по командной сети. Между собой.

— Ну, вы, ребята, проделали неплохую работу, даже при тех целях, которые поставили перед собой, — сказал коммодор поле долгой минутной паузы. — Пятый дрон не совсем приспособлен для измерения того, что вы пытались делать, но, похоже, десять ваших выстрелов были весьма близки как во времени, так и в пространстве. Допустим, вы сделали пять двойных попаданий. Будем считать, что этого достаточно, чтобы прожечь борт линкора класса «Президент». Определенно, сегодня вечером я куплю вам пива. А вы, дамы и господа, возглавляющие, согласно постановлению Парламента катера Первого и Второго дивизионов, которые, без сомнения, посещали конспиративное логово, где Третий дивизион вынашивал свой план, почему не попробовали то же самое вместо того, чтобы позволить пятому дрону и моим отличным артиллеристам подстрелись вас, как нежных бабочек, приколотых к куску дешевого картона?

Крис попыталась подавить ухмылку, которая заразила всю ее команду. Прежде, чем тишина в сети стала чересчур длинной, коммодор снова заговорил.

— Ничего. Все это вы объясните сегодня вечером за пивом. Всем дивизиям установить курс и скорость, соответствующую моему флагману в течение следующих трех часов. К семнадцати ноль-ноль мы должны быть у пристани. Вечеринка назначается на двадцать один ноль-ноль.

Связь выключилась. Томми отключил центральную коммуникацию, выбивая сеть PF109 от основной боевой сети, и Крис тут же радостно закричала.

— Вы хорошо поработали. Все, — сказала Крис, когда шум немного поутих. — Тонони, не знаю как ты умудрился охладить двигатели во время работы, но ты это сделал.

— Я вылил на них козью мочу, когда они стали слишком горячими, мэм, — откликнулся тот, имея в виду именно козу, животное, которое, по слухам, держал у себя в машинном отделении.

— До тех пор, как ты станешь командовать своим собственным кораблем, — сказала Крис, — мне все равно, как ты их охлаждаешь.

Шеф Станислаус, подстраховывающий Томми на своем боевом посту, нахмурился, но в этот момент триумфа репутация старого шефа оказалась в серьезной опасности, потому что его хмурый взгляд того и гляди грозился стать не таким грозным.

— Все слышали коммодора. У нас четыре часа, чтобы добраться до пристани, до того как устроят вечеринку, так что давайте отправим корабль к бристольской пристани сейчас, а не когда-нибудь.

Когда кресло из сильно раздутого, для высоких перегрузок, превратилось к нормальному виду, Крис поднялась размять ноги.

— Курс к флагману проложили? — спросила она у штурмана.

— Компьютер проложил курс. Мы подлетим к кормовой линии флагмана через три часа, мэм, — отрапортовала Финч.

— Нелли? — спросила Крис мысленно, обращаясь к персональному компьютеру через специальный провод. Рискованно иметь настолько легкую связь, но, когда к голове приставлен пистолет, Крис не хотелось двигать челюстью даже еле заметно, чтобы разговаривать с Нелли.

— Космофлотский компьютер — тупой пень, тут даже однорукая обезьяна с счетами запросто решит эту баллистическую задачу.

— Я рада, что ты не высказалась об этом громко.

— Я не лишена светских манер, принцесса. Просто все эти попытки решить проблемы с минимальным ущербом для того, что вы, люди, называете чувствами, отнимает так много времени.

— Думай об этом, как об искусстве. А сейчас можешь проверить корабль и составить список повреждений. Спорю, твой список не будет вдвое больше того, что составит экипаж.

— Идет. Что, если я выиграю?

— Поговорим позже.

— Мне бы очень хотелось потратить некоторое время на исследование той части камня с Санта-Марии, что все еще находится в моей матрице. Я способна изучать его инопланетное содержание и не выключиться.

— Этой ставки на столе нет. И не будет. А сейчас, мисс Нелли, если не возражаешь, мне нужно командовать кораблем. Наслаждайся.

— Есть. Так точно, ваше шкиперство.

По данным Космофлота, штатная численность экипажа PF-109 — четырнадцать человек. Крис насчитывала пятнадцать. И этот пятнадцатый член экипажа нес в себе всевозможные преимущества… и боль в заднице.

— Не знаю, как у вас, — сказала Крис, обращаясь к Томми и шефу, — но у меня ужасно кружилась голова. Даже не знаю, это у меня голова такая специальная или настройки установки корректировки высокой гравитации нуждаются в исправлении?

— Проблема в установке, мэм, — покачал головой шеф. — Может, и стоит оборудовать тут всех этими мозговитыми штуковинами, но не думаю, что это наша самая большая проблема. Я наблюдал за лазерным огнем со старого корыта. Я знаю, что по официальной версии Космофлота, у дрона имеется такой же защитный набор, что и у линкора, но не верю, что сейчас мы провели полноценную тренировку. Даже с учетом всего у нас было чертовски много промахов, — тридцатилетний старослужащий пожал плечами. — Если бы это была настоящая драка, нам пришлось бы действовать намного лучше.

— Ой, мужик, лучше б я этого не слышал, — сказал Томми и в словах явственно проскочил акцент предков.

— Шеф, вам нужно подобрать нам шлемы, а я попрошу Нелли настроить каждую станцию на высокие перегрузки, чтобы они соответствовали каждому члену экипажа, — Крис покачала головой. — Знаете, даже после вот такого, единственного, тренировочного выхода, идея о том, что придется сражаться с линкорами на этих щепках, не так страшна, как она звучала в тот день, когда эскадрилья вводилась в строй.

— Маловероятно, что придется защищать Вардхейвен от линкоров, — сказал Лиен. — Посмотри на размер флота, что курсирует вокруг станции. Удивляюсь, как это нас не сбили и не превратили в бушприт какого-нибудь линкора.

— Искусное управление, — одновременно ответили Крис и шеф.

— С вашего позволения, мэм, — сказал шеф, — я покину мостик, хочу посмотреть, что происходит в остальной части этого ржавого корыта. Надеюсь, вы здесь справитесь сами, как любой капитан.

На пару секунд Крис крутила сказанное в голове… и решила, что оно настолько близко к комплименту, насколько шеф мог сделать младшему офицеру.

— Проверьте, шеф.

Она проследила, как шеф покидает мостик, и ее взгляд остановился на пустом пульте, расположившемся как раз за ней.

— Смотрю, поставил боевой разведывательный пульт.

— Я же обещал, — сказал Лиен, поднимаясь со своего стрелкового поста и усаживаясь на новое место. — Посадить Пенни за тот разведывательный пульт яхты, которую ты, э-э, одолжила у Турантика, было находкой. Один такой пульт я установил здесь, как только нашел никому не нужный, валявшийся в доке. Никто даже внимания не обратил, что он поменял своего владельца, — добавил он со своей кривой, на левый борт, усмешкой.

— Ты его попросту украл.

— Не у всех в кармане валяется столько мелочи, как у тебя, Крис, — улыбка превратила серьезные слова в шутку. Если бы не она, было бы больно.

Правда в том, что Крис может выкупить всю эскадрилью только на одни прошлогодние доходы и не потратить ни цента из основного капитала своего доверительного фонда. В том, чтобы быть «одной из тех проклятых Лонгнайф», были свои преимущества.

— Пенни завтра на завтрак придет? — поинтересовалась Крис.

Ухмылка Томми стала еще шире, доросла до ушей, пошла дальше и, наверное, встретилась где-то на затылке. Ну, так парень и должен реагировать, когда его спрашивают о будущей невесте. По крайней мере, Крис всегда видела именно такую реакцию. Все парни, с которыми когда-либо встречалась Крис, в конечном итоге начинали увиваться за девчонками, которых Крис хорошо знала. И которые становились невестами и всегда просили Крис стать их подружкой на свадьбе.

Крис давно отказалась от попыток понять, что в ее бурной деятельности служит катализатором другим людям, вдруг начинающим встречаться друг с другом и влюбляться. По крайней мере, она решила больше никогда не пытаться в этом разобраться. Чтобы сдаться к следующему четвергу.

— Пенни радуется, что ты дала нам возможность провести церемонию в саду дома Нуу. Ее мама сейчас живет на Камбрии со своим нынешним мужем. Вся моя семья на Санта-Марии. Ни у одного из нас нет места, которое можно было бы назвать домом. Но пожениться в саду, где женились король Раймонд и Рита. Крис, ты замечательная.

Крис могла бы ответить по разному, но остановилась на:

— Рада предложить вашим семьям тихое место, где можно собраться вместе.

— Ну, думаю, с моей стороны это будут ребята из эскадрильи, если только на билеты с Санта-Марии досюда не сделают огромную скидку для моей семьи. Три дня назад Пенни разослала письма во все места, где может быть ее папа, — Томми пожал плечами. — Она не знает, где он. Скорее всего, у нас будет тихая свадьба среди своих, космофлотских.

— Скрещенные сабли?

— Думаю, ей понравится. Знаешь, не уверен, захочет ли она надеть белое платье или вовсе платье с чем-то белым.

— Радуйся, что нам удается удержать все это дело в секрете от моей мамы. Если она узнает… — Крис вздрогнула при одной мысли о том, что мама начнет планировать свадьбу.

Наверное, это достаточная причина, чтобы оставаться холостячкой.

— Так, — Крис кивнула на разведывательный пульт, — есть идеи, кто будет им управлять?

— Как насчет Пенни? — почти серьезно сказал Томми. — Она знает почти все, что нужно знать о боевых кораблях, с которыми может столкнуться флот Вардхейвена. Обладает полным спектром навыков разведки. И уже пора заканчивать считать, что у нее остались обязанности допрашивать нас как «мятежников».

— Даже в качестве шутки такое больше не упоминай, — побледнела Крис.

— Тогда тебе придется найти хорошую пиар-фирму, чтобы за короткий срок придумать что-нибудь, что мы делали на «Тайфуне», — сказал Томми. — В любом случае, нам нужен кто-то со всеми навыками Пенни, так почему бы не взять саму Пенни? Она уже соскучилась за письменным столом. Ей стоит немного поработать и на корабле.

Томми хочет, чтобы жена стояла рядом с ним. И тот незначительный факт, что Пенни отслужила в звании лейтенанта на год дольше Крис, не должен вызвать никаких проблем в цепочке командования такого крошечного корабля, как PF-109.

Ага. Точно.

Но Пенни отлично поработала на Турантике, когда Крис нужна была хорошая работа, чтобы остаться в живых. Она бы все сделала значительно хуже, если бы ее там не поддержал кто-то вроде Пенни. Шеф прав: любые настоящие цели, с которыми они могут столкнуться, вполне могут стрелять штуками гораздо отвратительнее, чем антиквариат, на котором их тренирует коммодор.

Но катера защищают Вардхейвен! Впрочем, кого обманывать? Если повезет, их всех отправят на какую-нибудь захолустную планетку. Прикажут защищать некое место, которое никто никогда не считал нужным защищать, когда все внезапно изменилось и…

Хм, может даже, иметь офицера разведки не такая плохая идея, где бы ни пришлось доказывать, что эти малюсенькие игрушки могут сражаться.

* * *

Три часа спустя они, как крошечные утята за уткой, следовали за «Кушингом», флагманом, антикварным кораблем, последним представителем класса «Дестроер», до сих пор не отправленным в переплавку только чтобы пропихнуть безумную идею, что маленькие катера могут справиться с огромными боевыми кораблями.

Стэн передал Крис список повреждений. Он оказался длинным. Список Нелли оказался длиннее вдвое.

— Нелли, передай шефу свой список.

Посмотрев на список длиннее своего, Стэн поджал губы и отправился его проверять.

— Жаль, что нельзя посмотреть на осколок с Санта-Марии, — грустно, насколько только мог компьютер, сказала Нелли. — Тетушка Тру была бы счастлива, если бы я обнаружила секреты Троицы, построивших прыжковые точки. Оттуда наверняка можно что-то вытянуть. Наверняка тетушка угостила бы тебя свежим шоколадным печеньем.

— И ты не поднимаешь эту тему ближайший месяц, — сказала Крис, сделав вид, что не обратила внимания на уговоры.

— Неделю, — возразила Нелли. — Когда мы спорили, ты не указала сроков.

— Две недели, — сказала Крис. Нелли замолчала. И впрямь странно, когда прямо в голове ощущаешь, как твой персональный компьютер дуется.

— Так вот как это работает, — сказал Томми.

— Что именно?

— Держать Нелли под контролем.

— Она никогда не бывает под контролем.

— Все правильно, ваше шкиперство.

— Извини, не хотел поднимать тему, — сказал Томми, пытаясь спрятать ухмылку.

— Нелли, займись изучением шлемов для экипажа. Нужно уменьшить риск повреждения головы и шеи, когда корабль меняет курс на большом ускорении. После этого перепрограммируй боевые посты, нужно надежно закрепить опоры для головы в шлеме и шеи, чтобы они не подвергались таким сильным ударам, как сегодня.

— Если бы ты позволила мне управлять кораблем, вы могли бы вовсе остаться дома, — сказала Нелли.

Финч, сидящая за штурвалом, задумалась.

— Нет, Нелли, — сказала Крис, — позиция Космофлота в этом вопросе старомодна. Так что делай, что я говорю, и мы прекрасно поладим.

Оставшаяся часть полета прошла почти в тишине, потому что все были заняты починкой корабля по списку шефа. Чинили все, что можно было починить без помощи дока. Когда корабль причалил к пирсу, список стал значительно короче.

Крис наблюдала из-за плеча Финч, как та ловко подводила катер к пирсу. Финч удалось с первого раза поймать носовой замок и последовать за ним, когда тот плавно потянул катер к пирсу.

— Молодец, — сказала Крис, одобрительно похлопав Финч по плечу.

— Подключили энергетическую линию, — сообщил шеф со своего поста с кормовой части катера. — Воздух, связь и вода тоже подключены. Люк открыт.

Давление скакнуло на сотую долю. Ни одному кораблю никогда не удавалось поддерживать точно такую же атмосферу, что и на станции.

— Капитан, у нас… — и тишина.

— Шеф, какие-то проблемы? — спросила Крис, глядя на свой пульт. Все горело зеленым, значит, с катером все было в порядке. Никаких неполадок не видно.

— Нелли?

— Меня глушат, — сказал компьютер, и в голосе проскользнуло удивление. — Я пытаюсь…

Крис резко развернулась в капитанском кресле, когда на мостик вторглись пять армейских полицейских во главе с майором.

— Вы лейтенант Кристин Энн Лонгнайф, иногда называющая себя принцессой? — спросил тот.

В жизни бывают моменты, когда точно знаешь: судьба за тобой явится в любом случае. Моменты, о которых знаешь еще будучи ребенком, что случатся до того, как ты умрешь. Наверное, у каждого ребенка это индивидуально. Если ты родился в семье фермера, это, скорее всего, будет нашествие саранчи во время уборки урожая или тот самый великий урожай, которому не будет равных. А если ты армейский засранец, то знаешь, что где-то там идет битва, битва твоей жизни, которая в любом случае найдет тебя.

Крис была дочерью политика и откуда-то знала, что однажды за ней придут. Когда ей было девять, она посмотрела видео о Марии-Антуанетте, и ей стало интересно, каково это, столкнуться с арестом, пройти последние шаги к гильотине.

Всю жизнь Крис гадала, как она сама справится с этим моментом, но произошло все столь внезапно…

Она поднялась, посмотрела на майора и ответила:

— Я Крис Лонгнайф.

Странно, но в этот момент все титулы и звания куда-то запропастились.

— У меня приказ освободить вас от командования и арестовать. Сержант, наденьте на нее наручники.

Мысли Крис заметались. Что дальше? Она посмотрела на Томми.

— Принимайте командование, — сказала она. Командование необходимо передать четко. Потому что это Космофлот. Потом она снова посмотрела на вторгнувшуюся армию.

— Могу поинтересоваться, в чем меня обвиняют? — спросила Крис, прижав руки к бокам. Сопротивляться бесполезно… хуже… недостойно. Но будь она проклята, если станет помогать.

Армейский сержант, в глаза ни разу не видевший ни космического пехотинца, ни моряка, выхватил наручники и отодвинул Томми в сторону. Лейтенант Космофлота набычился и приготовился дать отпор.

— Отставить, — приказала Крис.

Томми с неохотой подчинился, хотя маленькая Финч успела загородить дорогу второму сержанту, подходящего к Крис с другой стороны.

Майор вытащил из кобуры пистолет, как и двое армейских полицейских за его спиной.

— Отставить! — повысив голос, приказала Крис. — Никто из моей команды не вооружен. Мы не сможем и не станем оказывать никакого сопротивления. Финч, никакого сопротивления этим людям, несмотря на то, что они находятся здесь без вашего разрешения.

Крис слишком много раз видела эту сцену как во сне, так и представляла наяву. Иногда все заканчивалось мирно, иногда нет. Она знала, как ей хочется, чтобы закончилась подобная сцена на самом деле.

Армейские полицейские были вооружены, они нервно наблюдали за командой на мостике.

— Майор, на мостике вооружены только ваши люди. Никто не станет сопротивляться, так что расслабьтесь, — Крис попыталась, чтобы ее слова прозвучали, как очевидное приглашение. — Можете сказать, в чем меня обвиняют?

— Леди, я получил приказ. В нем написано, чтобы я вас арестовал, но не написано, почему. Многие из нас делают то, что приказано, поймите. А сейчас либо вы пойдете с нами сами, либо мы вас понесем.

Мак предупреждал, что не всем нравится, как Крис в последнее время останавливает войны. Судя по всему, на эту вечеринку явились явно не ее поклонники.

Ладно, штука в том, чтобы пережить этот день, девочка. Судя по взглядам полицейских, они очень хотят вынести ее. И как только она попадет в их руки, они найдут любой маломальский повод, чтобы применить силу по максимуму, разрешенному в таких случаях законом.

— Хоть я и офицер Космофлота, но ходить пока не разучилась, майор.

Сержант завел ее руки за спину и защелкнул на них наручники. Крис тут же почувствовала себя уязвимой. Ужасно уязвимой. Тем не менее, способной передвигаться.

Она сделала шаг. Двое полицейских пристроились за ее спиной, двое спереди. Развернулись к выходу, и майор тут же стукнулся головой о потолок. PF не рассчитывались на высоких людей.

— Осторожнее, майор, — сказала Крис. — Томми, позвони Харви.

— Да, Ваше Высочество, — ответил старпом. Они знают. Все это политический театр, в котором у каждого своя роль. Если сыграть правильно, все доживут до того, чтобы рассказать об этом забавном случае внукам и вместе посмеяться.

Спуститься на нижнюю палубу оказалось непросто, но Крис успела до того, как задрожали колени. Одно дело — перестрелка с врагом, когда у тебя в руках винтовка. Другое дело, когда руки скованы за спиной, а полицейские то и дело подталкивают в спину. У люка стоял Стэн с подчиненными. Под глазом Стэна наливался синевой свежий фингал.

— Извините, мэм.

— Не стоит, шеф. Извинитесь перед коммодором за то, что приходиться пропустить сегодняшнюю пивную вечеринку.

— Да, мэм.

— Могу одолжить куртку, — предложил шеф.

Крис холодно не было, но потом она услышала стрекот фотоаппаратов и увидела вспышки. Недалеко от катера ждали несколько съемочных групп. Шеф предлагал куртку не для согрева, а капюшон, чтобы скрыть лицо.

— Спасибо, шеф, не стоит, это все часть учений, — сказала Крис. Высоко подняв голову, не сбившись с шага, она перешагнула борт катера.

Это было важно. Не выглядеть арестованной. Нужно создать нужное впечатление. Именно так, как планировала с давних пор.

Полицейские двинулись вперед, Крис между ними. Пусть репортеры говорят, что она их пленница. Пусть на видео и фото будет изображена принцесса Лонгнайф, идущая навстречу людям с почетным караулом. Крис не улыбалась и не хмурилась. Никаких эмоций перед камерами репортеров. Пусть подумают, под каким соусом публиковать такие картинки.

Только, пожалуйста, Боже, не дай коленям подогнуться.

Она сделала только одно исключение из политики отсутствия реакции на происходящее. Слева, за толпой репортеров, стоял мистер Сингх с двумя детьми, мальчиком и девочкой. Они уставились на Крис широко раскрытыми глазами. Испуганными? Вопросительными? Какой в этой ситуации должны быть взгляды трех и пятилетнего детей? Крис расслабила лицо и улыбнулась, еле кивнула, смотря на них. Дети с энтузиазмом замахали руками, обрадовавшись, что их заметили и обратили внимание. Горан Сингх поднял вверх большой палец.

Мгновение спустя она оказалась у дверей ожидавшей ее крытой тележки. Устроилась внутри, после чего повернулась к следящим за ней камерам и выдала требуемую улыбку принцессы. Очередной день, когда нужно заниматься королевскими делами. Сержант с ненужной силой захлопнул дверь, оставив ее наедине с охраной. Электрическая тележка тихо тронулась.

Вот теперь, когда за ней не наблюдают камеры, пришло время узнать, каковы ее шансы дожить до утра.

Глава 2

— Ты прин-сесса Лонга-найф? — спросил охранник.

От усталости Крис моргнула, осмотрела камеру размером три на четыре. Холодно, серо, бетонный пол, стены, койка без матраца, толчок без седушки. Пахнет старой рвотой, но никого, кроме нее, в камере больше не было.

Она подтянула колени к подбородку для тепла и ощущения чего-нибудь человеческого. Позволила себе немного потянуться после небольшой дремоты. По синей униформе в ней можно узнать лейтенанта Космофлота. На правой груди нашивка, на которой выведено: «Лонгнайф». Крис проглотила несколько резких ответов, вряд ли у охранника обнаружится чувство юмора.

— Я Крис Лонгнайф.

— Наконец, появился некто, кто хочет за тебя поручиться, — хихикнул охранник и подал сигнал в сторону камеры наблюдения. Дверь камеры загудела и открылась.

Крис напомнила самой себе, что все, что записывает эта камера, вполне возможно, попадет в средства массовой информации, что не лучшим образом отразится на ней, на отце, по совместительству премьер-министре и, что более важно, на дедушке Рэе, короле. Голодная, усталая, чуть безумней, чем когда-либо раньше, Крис встала с грацией, на которую только были способны ноющие мышцы, и осторожно направилась к выходу.

— Спасибо, — сказала она охраннику, словно тот только что оказал ее королевской особе большую услугу.

— Не за что, — откликнулся тот, потом взглянул на камеры и скривился, словно хотел забрать вылетевшие вдруг слова обратно. Крис пришлось напомнить самой себе, что такие люди знают много способов мести.

И впрямь, охранник, словно исправляя ошибку, схватил ее за локоть и попытался потащить за собой. Крис слишком устала, у нее слишком болели мышцы, и была еще куча разных проблем, чтобы все закончилось хорошо.

— Можем идти чуть медленнее? — спросила она. — У меня отобрали шнурки, если я пойду быстро, останусь босой.

— Ой, — охранник глянул вниз. — Извините.

Крис сомневалась, что начальство ждало от охранника именно такого поведения, но часто обнаруживала, что немного человеческой доброты в плохой ситуации часто обращается добротой в ответ. Сейчас этот прием сработал. Если завтра не прокатит, она не станет принимать неудачу близко к сердцу.

Тюремный лабиринт, который она прошла накануне ночью, теперь отматывался в обратном порядке. Дошли до дежурки, в которой незнакомый сержант упорно пялился на мониторы, старательно игнорируя проходящую мимо Крис.

— Нелли, запомнила номера значков?

— Еще как.

Крис была офицером Космофлота, но воспитывалась дочкой политика. За эту ночь кому-то придется заплатить.

С хлипких пластиковых стульев напротив дежурки поднялись две знакомые фигуры. Джек вовсе не выглядел удивленным.

Специальный агент Джек Монтойя, начальник службы безопасности Крис, должен был организовать ее освобождение только махнув перед носом тюремщиков своим значком. Вот только никакого значка у него сейчас не было.

Рядом с Джеком стоял прадедушка Троубл. Вообще, у него другое имя, но за всю свою военную карьеру он для стольких людей был именно Троублом, настоящей бедой, и не всегда только для врагов. Для мамы Крис он тоже был бедой. И по имени, и по факту. Бывший председатель нескольких планетарных штабов, сейчас прадедушка находился на пенсии. Сюда пришел в обычных брюках и рубашке, застегнутой на три пуговицы. И если вдруг кто-то принял его за обычного отставного офицера, этот кто-то мог заслужить то, что в результате получит.

У Крис возникло миллион вопросов, но взгляды Джека и дедушки сказали, что под бдительным взором камер видеонаблюдения, расставленным на каждом углу и перед каждой дверью, они говорить ничего не собираются.

— Нелли, какие новости?

— Крис, я до сих пор не могу получить доступ к сети. Почты нет, новостей нет, нет даже радиоволн. Есть блокировка всечастотных шумов, что преследует нас с той минуты, как тебя арестовали. Я не могу пробиться. У меня нет сил для этого. Хочешь, чтобы я попробовала? Если проиграю, жизни во мне останется лишь на капельку.

— Нет. Мы скоро выберемся отсюда и тогда обо всем узнаем, — Крис держала язык за зубами, пока сержант пропускал дедушкину идентификационную карту через свою машину, смотрел на результат… и бледнел. Он передал все дела улыбающейся женщине, а сам поспешно перебрался на другую сторону дежурки. Отдавая вещи Крис, она искренне улыбалась.

— Мне очень жаль. Мы получили четкие указания от начальника штаба о том, как вести ваше дело.

— От Мака? — Крис знала, что вызывает у генерала МакМоррисона некоторую изжогу, но чтобы он так поступил…

— Нет, мэм. От нового начальника штаба, адмирала Пеннипэкера.

Крис думала, что знает всех старших офицеров по именам, но об адмирале Пеннипэкере слышала впервые. Посмотрела на дедушку Троубла.

— Пожалуйста, заканчивайте побыстрее с лейтенантом, — приказал он. — У нас с мистером Монтойей слишком мало времени.

— Да, сэр.

Мистер Монтойя! Не агент, а мистер!

Улыбающаяся женщина открыла бумажник Крис.

— Вам приказано в течении суток сдать дипломатический паспорт.

— Я никуда не лечу, — отрезала Крис. — Вы забрали мой корабль.

— Мэм, я только выполняю приказ. Через неделю будет досудебное слушанье. Вас уведомят о времени и месте, когда мы направим вам обвинение. Если не сможете позволить себе адвоката, Космический флот назначит его вам, — сказала женщина, потом посмотрела на дело и добавила: — Ах, да, вы же одна из тех Лонгнайф.

— Передайте Космофлоту, чтобы они назначили мне адвоката, — Крис способна нанять адвоката, но адвокат, предоставленный Космофлотом, не только будет держать ее в курсе о ходе дела, но и поведает об окончательном вердикте военного суда.

Еще пять минут агонии, и вот Джек открыл дверь для Крис, пропуская ту первой и… Крис нос к носу столкнулась с последним человеком в этом мире, которого она хотела бы видеть. Прелестная Дора, ведущая «Настоящих городских разговоров в два ночи». Она стояла, преграждая Крис дорогу.

Хирурги успели исправить идеальный нос Доры с тех пор, как его сломали последний раз. Двое мужчин по бокам, каждый с несколькими маленькими, беспрерывно снимающими фотоаппаратами, поддерживали Дору. Крис не хотелось с ней связываться, слишком она устала. Ей хотелось просто вернуться домой, найти тихий уголок, где можно выкопать дырку поглубже и укрыться в ней на пару часиков.

Но если эта женщина останется между Крис и той тихой дырой, можно и пересмотреть приоритеты.

— Что вы думаете о том, что ваш отец продал фермеров?

— Понятия не имею, о чем вы, — улыбаясь, как учили, сказала Крис и шагнула влево. Дедушка Троубл тут же оказался между ней и Дорой. Крис сделала пару шагов и только тут обнаружила, что не знает, куда идти. На стоянке не было ни лимузина, ни бронированного городского автомобиля, обычно приписанного к дому Нуу.

— Вон та, прокатная, наша. — сказал Джек, обгоняя Крис, блокируя второго мужчину с камерами, указывая на подержанную голубую легковушку. Крис тут же быстро отправилась к ней. Но Дора была не так проста.

— Как вы относитесь к обвинениям бывшего командира о присвоении вами государственных средств?

Крис споткнулась, что дало Доре и ее двум операторам шанс обогнать их. Крис вздохнула, посмотрела на Джека, тот закатил глаза, и рискнула спросить:

— У этого бывшего командира есть имя?

Дело в том, что бывших командиров было несколько. Некоторые до сих пор живы. Некоторые даже до сих пор достойно служат.

— Ваш командир на Олимпии, лейтенант Пирсон. Она утверждает, что вы положили в свой карман большие суммы денег из средств чрезвычайной помощи, предназначенных для того, чтобы накормить голодающих фермеров и горожан.

И снова Крис споткнулась. Это позволило Джеку наверстать упущенное, оттеснив одного из операторов от машины. Дедушка открыл дверь. Крис приготовилась закончить интервью и исчезнуть в машине. Сделав глубокий вдох, Крис собрала разрозненные мысли в кучу.

— Я служила с Пирсон, но она не была моим командиром. Ее больше интересовало сочинение правил. Не думаю, что она закончила их сочинять. Я следила за тем, чтобы у людей была еда. Люди ее получили, — и нырнула в салон автомобиля.

Дора не посчитала это завершением интервью.

— Она утверждает, что у нее есть доказательства что деньги пропадали со многих счетов.

Крис замерла.

— Естественно, деньги исчезали из ее подразделения. Она сидела у себя в офисе целыми днями, не покидая его, не желая интересоваться, что происходит вокруг. Ей нравилось сочинять правила. Мне пришлось пожертвовать деньги из своего кармана, чтобы люди поднялись из грязи, встали на ноги и вернулись к работе. Можете проверить мои налоговые декларации. Они часть официального отчета. А сейчас, извините, но я устала. Интервью окончено.

— Как думаете, ваш отец выиграет выборы?

Вот этот вопрос требовал обдумывания.

— Конечно. Его партия лучше всего отражает надежды и чаяния жителей Вардхейвена, — сказала Крис и захлопнула дверь.

— Извини за машину, — сказал Джек, усаживаясь на водительское кресло. — Единственное доступное, что мы смогли достать быстро, с броней и нужной защитой. Твой папа и брат взяли новые машины.

— Если мне немедленно не расскажут, что происходит, — сквозь зубы процедила Крис, — я нарушу обещание брату никого в этом месяце не убивать.

— Подожди минутку, — сказал Джек и достал прибор, обнаруживающий и уничтожающий жучков.

— Я отслеживаю три жучка, — сказала Нелли. — Два — стандартные новостные, но третий подороже. Крис, я загрузила из сети все имеющиеся новости. Хочешь, чтобы я проинформировала тебя?

В воздухе промелькнули две искры. Джек уничтожил два жучка, а один пока остался. Крис стиснула зубы и ждала. Нелли была хороша в новостях, но Джек знал что интересует Крис и расскажет ей все, что она хочет знать прежде, чем она спросит.

Третий нанит, наконец, сгорел, оставив за собой тонкую струйку дыма, ниспадающего к полу.

— Джек, дедушка что происходит? — спросила Крис, как ей показалось, удивительно сдержанным голосом.

— Вчера, в десять тридцать, — быстро сказал Джек, — стало известно, что правительство Билли Лонгнайфа потеряло вотум доверия из-за сокращения программы субсидирования фермерских хозяйств в связи с увеличением расходов на оборону.

— Это невозможно. У папы и фермерского крыла его партии было твердое взаимопонимание, чтобы поддержать это сокращение, — Крис могла проводить во флоте очень много времени, но не могла не заниматься социальным календарем принцессы и ей нужно было быть в курсе политических дел, особенно таких горячих, как бюджетный и фермерский вопросы.

— Судя по всему, карманные фермеры оказались не так надежны, как утверждали, — сказал дедушка. — Как бы то ни было, для твоего отца это стало большим сюрпризом.

— Поэтому оппозиция до выборов формирует временное правительство, — кивнула Крис и откинулась на спинку. Она знала, как все происходит. «Сто одна ключевая идея политики». Она научилась всему этому вместе с употреблением каши еще до того, как на нее перестали надевать подгузники, хотя всю ее жизнь вначале дед, а потом отец были премьер-министрами, а оппозиция ничем больше плачущего голоса где-то за задними скамейками.

Крис провернула в голове все, что знала.

— Но временное правительство не должно менять политику… тем более назначать нового начальника генерального штаба вроде Пеннипекера…

— Наше временное правительство, — тут же вступил в игру Джек, — получило солидное большинство голосов, чтобы проголосовать за его полные полномочия, учитывая процессы, происходящие в человеческом пространстве. Они вынудили короля Рэя одобрить голосование.

— Как папа воспринял это?

— Скорее, неважно, — сказал Джек.

— Я скажу, — усмехнулся дедушка. — Мой старый мальчик извергал такой яд. Неплохое было зрелище. Классика, можно в учебниках писать, как в будущем терять вотум доверия.

— Ну, мы, Лонгнайф, не так уж хорошо умеем проигрывать, — сухо заметила Крис.

Джек проигнорировал ее замечание и продолжил:

— У оппозиции нашелся хороший аргумент. Со всеми этими войнами и слухами о войне, сейчас не самое подходящее время, чтобы правительство Вардхейвена топталось на месте. На их сторону стали многие сторонники твоего отца. Они обещали проголосовать за твоего старика, если и когда он получит возможность сформировать новое правительство, но сейчас чувствуют, что должны поддержать временное правительство. Думаю, именно поэтому король Реймонд поддержал их требование, должен назначить кабинет министров и взять на себя бразды правления. В любом случае, что сделано, то сделано.

— А что сделано, мистер Монтойя? — спросила Крис, выделив слово «мистер».

— А, это, — смутился Джек. — Поскольку ты уже не дочь премьер-министра, защита тебе больше не нужна. Поэтому меня отозвали и назначили телохранителем младшей дочери нового премьер-министра.

Крис глянула на часы. Так быстрее, чем спрашивать у Нелли сколько времени.

— И когда у тебя следующая смена?

— Я отказался от назначения и ушел в отставку, — бодро отрапортовал Джек. — Когда твоего отца изберут снова, принцесса, я отменю отставку, но Тилли Пандори — настоящая соплячка, и будь я проклят, если приму за нее пулю.

Проведя много времени выслушивая бурчание дочери лидера оппозиции на вечеринках, Крис не возражала против вкусов Джека. Но это было первым доказательством, что его профессионализм имеет пределы.

А еще заставило задуматься о том, был ли Джек рядом с ней только из-за того, что ему так приказали.

Пора сменить тему.

— Меня и впрямь обвиняют в незаконном присвоении гражданской собственности? — Крис изо всех сил пыталась сохранить спокойствие… и ей это почти удалось. — Миссия на то болото стоила мне небольшого состояния, — не говоря уже о жизни… почти… дважды.

— Да, — кивнул Джек. — Пирсон говорит об этом на всех ток-шоу. У нее есть какие-то распечатки, подтверждающие это. Она ими размахивала, хотя не позволяла взглянуть на них повнимательнее.

Все, что Крис смогла, так это только покачать головой.

— Ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Да, я получила солидный налоговый вычет за пожертвованные деньги, но мысль, что я опустилась до кражи риса, бобов и печенья, которое мы возили голодающим фермерам… Пока в меня не начали стрелять за эту привилегию… Нелли, как дела у Фонда Рут Эдрис? Мы все еще перечисляем туда деньги?

— Нет, Крис. Сейчас в Фонд поступает больше местных пожертвований. Я просила совет директоров рассмотреть вопрос о закрытии Фонда и выдвижении предложений об инвестировании средств под низкие проценты, чтобы помочь жителям Олимпии открывать малый бизнес или разбивать огороды на заброшенных сельскохозяйственных угодьях. Им понравилась эта идея и они обещали связаться с тобой, выдвинув коммерческое предложение, которое может включать переоформление Фонда в кредитный союз.

— Что ж, если Пирсон хочет попробовать в суде озвучить результаты общественного мнения, пока папа находится в бегах, сохраняя свою политическую жизнь, Нелли, отправь записку Эстер или Джебу, попроси их организовать несколько интервью с местными жителями на местном телевидении. Может с кем-то из священников и раввинов, с которыми мы работали, тоже.

— Сударыня, — покачал головой дедушка Троубл, — красивое местечковое интервью где-то за пятьдесят световых лет от нас вряд ли будет иметь какое-то значение, когда на другой стороне, прямо здесь и сейчас люди переключаются с одного ток-шоу на другое.

— Подожди, Нелли, — сказала Крис, поняв, что дедушка прав. Если бы она не была такой уставшей, вряд ли ей пришлось бы об этом напоминать. — Отправь чек на четыре или даже пять билетов. Попроси Эстер организовать нескольких добровольцев, пусть прилетят сюда.

— Не очень хорошо будет выглядеть, если ты им заплатишь, — сказал Джек.

— Это что же получается, если я этого не сделаю, все будет выглядеть плохо. Если сделаю, то будет выглядеть еще паршивей. Хочу перерыв. Завтрак, сон, душ — не обязательно в таком порядке. Сегодня самое худшее утро, которое у меня когда-либо было.

— Если эта женщина, Пирсон, не была бы твоим боссом на той промокшей от дождя планете, может, тебе и удалось заполучить кого-нибудь, кто высказался в твою пользу, — сказал дедушка.

— Полковник Хэнкок был моим командиром, я подчинялась непосредственно ему. Там было мало людей, кто отчитывался непосредственно ему.

— Похож на умного человека, — кивнул дедушка.

— Полковник Хэнкок, — медленно произнес Джек.

— Да, — кивнула Крис. — Лейтенант-полковник Джеймс Т. Хэнкок.

— А, этот, — дедушка Троубл покачал головой. — Ведущие ток-шоу с пеной у рта станут добиваться, чтобы он стал твоим главным свидетелем.

— Я что-то упустил? — спросил Джек, удивленно посмотрев на дедушку Троубла. — По мне так полковник Космофлота и есть идеальный свидетель.

— Ни одного полковника не признали виновным, но и не признали невиновным в использовании пулеметов для сдерживания толпы гражданских, — сказал Троубл.

— О, так это тот самый полковник Хэнкок, — сказал Джек. — Может, организовать так, чтобы он похвалил Пирсон?

Молчание дедушки Троубла сказало Крис все, что она хотела услышать.

— Думаю, это самая веская причина, почему он до сих пор на Олимпии и, наверняка, останется там, пока не утонет в этом болоте. Есть и другие люди, которые были со мной на Олимпии. Есть Томми. Он был со мной на складах. Он видел, что происходит.

— Томми ведь скоро женится в доме Нуу? — спросил Джек. — Бригада поваров волнуется, принимаясь печь свадебный торт.

Хм, Томми в этот момент выглядит не настолько непредвзятым.

— Что ж, у нас есть неделя, — в конце концов, сказала Крис.

— Может, и нет, — откликнулась Нелли. — Я изучаю новости, Крис, думаю, средства массовой информации вовлекли в нечто, что называется ажиотажем. Не желаешь ознакомиться с некоторыми новостями?

Настала очередь Крис посмотреть на дедушку с вопросительно поднятой бровью.

— Все настолько плохо?

— Я думаю, оппозиция намерена засудить тебя в средствах массовой информации и повесить твоего отца на самой высокой рее. Или на ее эквиваленте.

Крис произнесла слово, которое принцессам знать не полагается, и снова откинулась на спинку сиденья.

* * *

Дедушку Троубла высадили около его квартиры в городе и получилось даже к лучшему, потому что у входа в дом Нуу творился настоящий медиа-цирк. Машины с репортерами и камерами блокировали въезд на территорию комплекса. Только запертые ворота, кирпичная стена восьми футов высотой и не совсем видимые системы безопасности удерживали репортеров снаружи. Пока автомобиль преодолевал это препятствие, Крис смотрела прямо вперед и наделась, что броня машины остановит что угодно по настоящему опасное.

И только когда они оказались недалеко от главного входа в особняк, вспомнила, что утром сюда должны были прийти Томми с Пенни обсудить планы на свадебный день. Бедной парочке пришлось самостоятельно пробираться через эту чернь. Крис надеялась, что они не плюнули на все и не убежали. Еще очень хотелось узнать, как эскадрилья перенесла ее арест.

Как только Крис подошла к дому, двери тут же автоматически открылись, оставив ее лицом к лицу с последним человеком во всем мире, с которым ей хотелось бы встретиться именно сейчас.

Папа.

Уильям Лонгнайф., для миллионов друзей просто Билли, ринулся к Крис, словно ураган. Его лицо было краснее, чем помнила Крис, когда отправлялась на учения. Неужто заглянул в винный шкафчик?

За спиной отца, на спиралевидном черно-белом полу тянулась его политическая тень — Хонови. Крис стало жалко брата за то, что он избрал себе такую судьбу, хотя он, кажется, неплохо преуспевает.

Сама Крис предпочла сбежать в космос, чтобы избежать семейного дела. Если бы могла, сбежала бы еще дальше, потому что на этот момент ей казалось, что она убежала недостаточно далеко.

— Ну что ты вытворяешь, сударыня? — закричал отец, остановившись прямо перед Крис, требуя ответа немигающими глазами. Он придвинулся к ней так, что носом дотронулся до ее носа, нарушая личное пространство. Точно, успел выпить. Дела пошли от плохого к худшему.

Крис устояла на месте. Лет пять назад она отошла бы на пару шагов назад. Год назад тоже. Но не сегодня. Ей уже пришлось столкнуться с линкорами и убийцами. Обычный злой политик по сравнению с ними просто ничто. Но драки не хотелось. Не сейчас. Крис взвесила все варианты и выбрала мирный подход.

— Я хочу позавтракать, — со всей возможной бодростью сказала Крис. — Меня посадили вчера после ужина, а выгнали еще до завтрака. И, пап, тебе нужно пересмотреть температуру в твоей тюрьме. Я чуть не замерзла.

— Я посмотрю, сестренка, как только окажемся в офисе, — пообещал Хонови.

— Не позволяй ей менять тему, Хонови. Крис, что ты делаешь с моей избирательной компанией?

— Ничего, пап. Не забыл? — Крис показала на погоны. — Я офицер Космофлота. А Космофлот вне политики.

— Черта с два. Обвинения, выдвинутые против тебя…

— С ними я разберусь.

— Нет, сестренка.

— Почему нет? — все внимание Крис сосредоточилось на брате. Ну, почти. Из открытой двери в Салон Роз слева Крис уловила обрывки разговора. Слово «свадьба» звучало то и дело. В основном говорила мама, но Крис показалось, что она слышит и голоса Томми и Пенни, которые иногда пытались что-то вставить.

— Тебе пришло сообщение, — сказал брат, — от генерального прокурора Космофлота, в котором перечислены все обвинения и в нем говорится, что предварительное слушанье отложено на две недели.

— Да ладно! — уставшая, голодная, слегка безумная Крис едва сдержала крик. Потому что не знала, на кого кричать: на брата за то, что вскрыл ее почту, или на Космофлот за то, что увеличил срок ее невзгод.

Или на маму, которая настаивает, чтобы у Пенни было восемь подружек.

— Меньше никуда не годится, — говорила она с таким артистическим талантом, который мог бы стереть с доски мел.

— Извини, — сказал Хонови. — Письмо пришло сюда, и я подумал, что лучше открыть его.

— Видишь, — сказал папа и кивнул в сторону Хонови, — они вовлекли тебя в цикл новостей о выборах. Они будут полоскать тебя день за днем и в хвост и в гриву, только чтобы через тебя убрать меня. Тебе ничего не остается, как уйти из Космофлота и начать работать на меня.

— Нет! — на этот раз Крис крикнула тем самым командным голосом, которому ее научили в школе кандидатов в офицеры. Ее «нет» пронеслось по всему дому, эхом отразившись от стен, в которых до сих пор отражается многолетняя история.

Потом она сделала два шага к Салону Роз и повторила:

— Нет. Мама, ты не станешь заниматься свадьбой Томми и Пенни. — Потом снова повернулась к отцу. — И, пап, я не из толпы твоих политических прихвостней, которым ты можешь приказывать. У меня своя карьера, и я сделаю все возможное, чтобы сохранить ее.

Объяснив позицию, Крис долго выслушивала, пока мама с папой объясняли ей, как она ошибается. Крис почти не спорила с отцом. Без сомнения, сейчас у него проходили самые важные выборы с тех пор, как Вардхейвен освободился от ига головорезов Единства восемьдесят лет назад, когда дедушка Рэй сумел убрать президента Урма.

О, да, снова это вранье.

Однако она не понимала, какую роль играет в этом огромном политическом театре. Что же до мамы, даже когда она попыталась связать крупную весеннюю свадьбу «в саду, где поженились король Рэй и Рита» с выборами, стоившими ста тысяч голосов, Крис все равно отказалась сдвинуться с места. Потом мама выкинула то, что считала своим самым крупным козырем.

— Неужели ты ожидала, что я буду сидеть без дела, пока в моем доме готовятся к свадьбе?

— В твоем? Доме? — сказала, как плюнула Крис. Сама она обитала в Доме Нуу с тех пор, как переехала из официальной резиденции премьер-министра, чтобы поступить в колледж. Папа тут же переделал ее спальню в офис для пары новых помощников. Мама, кажется, даже не заметила ничего.

— Да, сестренка, — сказал Хонови, — прошлой ночью нам пришлось спешно покинуть резиденцию. Пандори настояла на переезде уже сегодня утром. Твою комнату не заняли, но мы вернулись.

Крис понятия не имела, как будет жить под одной крышей с мамой, папой и, благослови его Господь, с бедным братом и его женой.

— Я уезжаю.

— Нет! — одновременно запротестовали мама с папой.

— Куда? — спросила Эбби, работавшая горничной Крис уже как четыре месяца. Крис и не заметила высокую, строго одетую женщину, стоявшую у подножия лестницы. Джек, с готовностью согласный принять пулю вместо Крис, не решился встать между Крис и ее родителями, так что стоял рядом с горничной.

— Могу. И уеду. Я взрослая женщина и офицер Космофлота к тому же. Я могу позволить себе отдельную квартиру.

Отец только фыркнул. Мама задрала нос.

— Ну и где же ты найдешь что-нибудь подходящее для твоего положения так быстро?

Неправильный вопрос, — подумала Крис.

Она кое-чему научилась, когда спасала Томми, попавшего в руки нехороших людей на Турантике. В той истории никакой вины Томми не было, его взяли в качестве приманки, чтобы заманить Крис в ловушку. Но для того, чтобы его освободить, пришлось познакомиться с изнаночной стороной Турантика, оставив кучу вопросов вроде: есть ли на Вардхейвене подобные места… такие же безнадежные, как там? Такие места она отыскала. Это было легко, Стоило только заглянуть туда, куда не заглядывала раньше.

Да, на Вардхейвене были свои трущобы, а Нелли тщательно изучала записи, кто чем владеет, а там, в свою сторону, кто еще чем владеет и кто… В любом случае, несколько уровней субаренды выводили на дедушку Эла и ее собственный трастовый фонд. Она отправила дедушке Элу письмо с множеством вложений, в котором просила его разобраться во всем этом безобразии. И ответа до сих пор не получила.

Что может быть лучше вот этого момента, чтобы с этим что-то сделать.

— Уверена, в Эджертауне найдется несколько свободных квартир, которые я уже сегодня сниму.

— Эджертаун, — фыркнула мама.

— Зачем тебе там что-то снимать? — спросил папа и его брови сошлись у переносицы, как две шерстяные гусеницы, не знающих, спариваться им или драться.

— Потому что они принадлежат нам, пап. Вернее, ими владеет твой отец через кучу посредников, чтобы избежать неловких вопросов.

— Крис, сейчас не время для подобного, — заметил брат.

— Неужели? Как только вызову такси, я исчезну отсюда.

— Я отвезу тебя, Крис. — Вперед шагнул Джек.

— Молодой человек, я запрещаю вам, — сказал папа.

— Я больше не работаю на вас, сэр. Даже когда вы были премьер-министром, я подчинялся правилам государственной службы.

Крис не стала бы спорить карьерой на то, что такие правила будут соблюдаться, когда на них обрушится полноценный циклон отцовского гнева.

— Кроме того, — сказал агент в отставке, — ваша дочь, похоже, намерена найти квартиру не в самом благополучном районе города. Разве вам не нужен кто-нибудь с моими полномочиями, — тут он распахнул куртку, показывая спрятанное под ней оружие, — чтобы проследить, что с ней все будет благополучно?

— Мы еще не закончили, сударыня, — буркнул папа, но Крис развернулась и отправилась к выходу. Джек с Эбби поспешили за ней.

* * *

Выбравшись наружу, Крис сделала пару быстрых шагов и поняла, что ее ноги подкашиваются. Она упала на каменные ступени, на которых много лет назад обычно сидела, возвращаясь после школы. Позже сидела на них, не желая входить в дом, чтобы не встречаться лицом к лицу с папой и мамой. Теперь вот сидела уходя от них. Никакой разницы.

— Проголодалась? — спросил Джек.

— Ага.

— Давай попробуем накормить тебя, пока я буду искать не бросающуюся в глаза бронированную машину.

Крис осмотрела себя. Корабельная униформа выглядела так, будто она вся насквозь пропотелась, когда нападала на линкор, провела не самую лучшую ночь в камере и пережила ужасную семейную встречу.

— И ты согласен быть рядом?

— Не планировал подходить ближе, чем на десять футов, если против ветра, — сказал Джек. — Не забывай, я в отставке. Сегодня между тобой и пулями, у которых назначено свидание с тобой, никого нет, барышня.

— Спасибо, что напомнил, — сказала Крис и посмотрела на Эбби. — А ты почему идешь со мной?

— Ты идешь в такие места, в которых я выросла, девочка, и тебе понадобится кто-нибудь, кто знает, как там делаются дела. Если не хочешь, чтобы все пошло наперекосяк. Понимаешь, что я имею в виду?

Как обычно, когда дело касалось горничной, Крис не совсем понимала, что она имеет в виду. Единственный момент, что все это раз за разом оказывалось к лучшему, стало причиной, почему Крис пожала плечами и сказала:

— Отлично.

— Еще это объясняет, почему мамочка Эбби потратила несколько минут, чтобы собрать комплект выживания для своего цыпленка, когда услышала, что ты возвращаешься домой, — Эбби открыла сумочку, которая совсем ей не шла, огромная… с разноцветными полосками. Заглянув внутрь, Крис увидела голубой свитер, коричневые штаны и… трико.

— Бронированное?

— Как же иначе.

— Ты носишь бронированное белье? — удивился Джек.

— У меня кое-что получше, любовь моя. Я веду приятную тихую жизнь, полую безумства, и не хотелось бы закончить ее насильственной смертью, — улыбка, предназначенная Джеку, выглядела почти искренней.

Джек на личной машине доставил их в Скрипториум, одно из любимых старых мест Крис. Пока Крис ела, а Эбби помогла переодеваться, Джек решил вопрос с машиной.

Эбби широко раскрыла глаза, когда увидела эту развалину.

— Ты вбил кол в мое сердце. Рискуешь тем, что принцессе придется топать пешком, когда эта штука останется без колес посреди дороги.

— Эбби, ты не единственная, кто хороша в маскировке. Садитесь. Между прочим, мисс Найтингейл, только что с Земли пришел ответ на мой последний запрос по поводу твоей биографии.

Джек сел в водительское кресло, Эбби уместилась на заднем сиденье, предоставив Крис самой открывать дверь со своей стороны. Крис уже привыкла к тому, что у этой парочки ее статус принцессы мало что значит. Меньше года назад его повысили с дочери премьер-министра до принцессы, и это доставляло больше неудобств, чем чем-то помогало. Ну, справедливости ради, на Турантике немного помогло.

Но предыстория Эбби. Она пробудила у Крис любопытство.

— О чем там говорится?

— Ничего такого. Отличное подтверждение всему, что она сама о себе рассказала. Ни малейшей дырочки в резюме.

— Ну, я этого и ожидала, — фыркнула Эбби, расправляя по сиденью строгую серую юбку. Крис стало интересно, сколько оружия она сейчас тащит на себе.

— Идеальное совпадение. Слишком идеальное даже для тех, кто составлял досье. Мне пообещали провести повторную проверку. Мне показалось, что ты их заинтриговала. Решила стать их хобби?

— Нет, — в который раз фыркнула Эбби. — Я такая, какая есть. Разве бедная работающая девушка не имеет права на приватность?

— Конечно, — сказал Джек, — как только скажешь, на кого работаешь.

— Меня наняла мама Крис.

— Подозреваю, пока мы тут разговариваем, она тебя увольняет, — сказала Крис. — Мама, наверное, хотела, чтобы я была рядом, чтобы мучить меня следующие полтора месяца. Вряд ли она обрадовалась тому, что ты помогаешь мне выбраться из-под ее большого пальца, колена и локтя.

— Ну, дорогая, одеть тебя для покупки квартиры далеко не то же самое, чтобы переступить черту. Без обид, Ваша Светлость, но ты ведь не серьезно на счет переезда в трущобы, не так ли?

— Она серьезно, — сказал Джек. — Не желаешь, чтобы Нелли передала мне адреса, на которые стоит посмотреть?

— Нелли, выполни просьбу Джека.

— Конечно. Не уверена, что даже с половиной может справиться бомба.

Крис сосредоточилась на поездке. Машина выглядела не очень хорошо. Чехлы на сиденьях протерты, а там, где нет, порезаны. Ради интереса Крис нащупала место разреза. Никакого разреза. Всего лишь окраска.

— Нелли, опроси компьютер машины.

— Опра… ух ты. Весьма умный компьютер. Джек, где ты взял такую машину? — спросила Нелли.

Крис осталась в стороне от разговора, и ее даже немного опечалило, что личный компьютер увлекся выяснением подробностей на счет машины, задавая Джеку всевозможные вопросы. Вопросы, которые хотелось бы задавать самой Крис.

— Один друг недавно вышел в отставку и сейчас руководит службой по подбору оружия, индивидуальной защиты и прочего оборудования. Но он не оборвал связей с нужными людьми. Слежка и все такое.

— Приятно кататься на такой машине, — вовсе не впечатленная, сказала Эбби и обратилась к Крис: — Солнышко, передай Нелли, чтобы она выбрала из имеющихся вариантов те, где есть две пустующие квартиры рядом. Горничная должна жить по соседству.

— Нет, — возмутилась Крис.

— Обязательно, принцесса, и для этого есть, как минимум, две причины. Во-первых, я не хочу выходить на улицу, когда засижусь у тебя допоздна, чтобы раздеть тебя после очередного бала. Во-вторых, тебе понадобится кто-нибудь, чтобы вытащить твою задницу из неприятностей, в которые ты обязательно попадешь, когда заблудишься и начнешь косячить в той части города, жизни которой даже не представляешь.

— Джек, — пожаловалась Крис, потому что сразу поняла, что обе эти причины не так чтобы и веские. Он должен оказать ей хоть какую-то поддержку.

— Нелли, поищи варианты с тремя квартирами.

— Тремя? — возмутились обе женщины на заднем сиденье.

— Мне не нужна нянька! В меня уже стреляли! Я знаю, как стрелять в ответ! — отрезала Крис.

— Неправильное поведение, — сказала Эбби. — Если ожидать, что в тебя будут стрелять, в тебя обязательно выстрелят. Если улыбаться, подружиться с соседями на этаже, теми кто ниже, выше этажом, тогда, сударыня, тебе будут помогать.

— Похоже, люди на этих этажах будут знакомыми мне людьми. Джек, что ты хочешь сделать? Тебе не обязательно быть рядом со мной. Ты ведь не работаешь на меня.

— Я бы сказал, что так и есть, — кивнул тот.

— Больше того, Джек, если папа не победит, работы у тебя долго не будет. Может даже, если он победит.

— Так что дешевая квартира становится довольно заманчивым вариантом, — сказал он. — Нелли, что-нибудь нашла?

— Ну, есть тройные варианты. Не знаю, насколько они хороши, но должно сработать, пока вы, люди, разбираетесь со всеми этими человеческими проблемами. Крис, надеюсь, ты позаботишься о том, чтобы меня не украли и не сломали, — обеспокоено сказала Нелли.

— Может быть, а может, и нет, — ответила Крис. Нелли тоже промолчала.

Первый вариант оказался на четвертом этаже в подъезде, нуждающемся в генеральной уборке, покраске, ремонте сантехники и услугах нескольких фирм истребителей насекомых. Второй вариант и того хуже. Потом Джек припарковался перед третьим. Снаружи выглядело не лучше первых двух. Он повернулся и посмотрел на Крис взглядом, спрашивающим: «Ну, готова закончить со всем этим?» Крис посмотрела на Эбби. «Ну и как долго ты собираешься продолжать этот глупый цирк?» — читалось на лице горничной.

— Крис, тебе пришло сообщение от короля Рэймонда, — сказала Нелли, ровно в тот момент, когда тихо зажужжал наручный компьютер Джека. Крис вопросительно подняла бровь и посмотрела на него.

Джек посмотрел сообщение.

— Меня просят и требуют явиться при первой же возможности к королю Рэймонду.

— И часто такое с вами происходит, ребята? — спросила Эбби. — Я к тому, что с балами я еще могу справиться, но когда тебя постоянно дергают за новомодную электронную цепочку, бросать все и мчаться к королю… Вы это каждый день делаете?

— Дедушка Рэй милый плюшевый медвежонок, — сказала Крис, подозревая, что прадедушка сейчас занимается чем-то, что сопоставимо с уничтожением флота Итич или политикой в отношении всей человеческой расы, чем десертом, который подадут завтра на благотворительном аукционе. Сначала генерал, возглавляющий оборону человечества во время войны с Итич, потом президент Человеческого Сообщества, он выработал политику, которая руководила человечеством целых восемьдесят лет. Полки с книгами были полны его подвигов… его и Великого дедушки Троубла. Крис выросла в тени этого легендарного человека.

И только недавно познакомилась с человеком из плоти и крови, стоящего за всеми этими легендами. И помогла прадеду надеть на голову корону. Уговорила его попытаться объединить Вардхейвен и все растущее количество планет в альянс когда, казалось, все шестьсот планет Сообщества собирались разлететься в разные стороны.

— Интересно, что он хочет от опального офицера Космофлота, освобожденного от командования? — спросила Эбби.

— Какой у тебя чудесный выбор слов, — вздохнула Крис.

— Ну так как, едем к следующему варианту или прямиком во дворец? — спросил Джек.

— Это не дворец, это обычный отель, — заметила Крис.

— Дорогая, — вздохнула Эбби, — если там живет король, значит, это дворец, пусть даже обычная лачуга. Дитя, тебе нужно оставить семейные дела и начать смотреть на мир нашими глазами, глазами обычных смертных.

— Во дворец, сэр Джон, — сказала Крис.

— Джек, — поправил водитель.

— Слушай, если я все еще остаюсь принцессой после того, как мой корабль конфисковали, а саму меня засадили в тюрьму, разве какой-нибудь безработный наемник рядом со мной не должен стать хотя бы рыцарем в сияющих доспехах? Не забывай, Джек, ты перестал быть честным работающим человеком.

— В этом есть некоторая логика, Джек, — согласилась Эбби.

— Фактор придурковатости становится все выше и выше в моем дурацком счетчике абсурда, — сказал Джек и посмотрел на часы. — Может, еще не поздно, успею на первую смену.

— Давай сначала узнаем, что хочет дедушка Рэй. Кто знает, может нам обломится крыша над головой с полным пансионом.

Глава 3

— Вас ждут, Ваше высочество, — сказал агент службы безопасности, не успела Крис подойти к двери, ведущей в пентхаус дедушки Рэя. — Джек, я думал, ты в отпуске, — удивился агент, увидев имя Джека рядом с именем Крис сначала в списке, а потом и самого воочию.

— Я тоже, но никогда не скажешь точно, когда работаешь с Лонгнайф, не так ли?

— И то верно, — согласился агент.

— Я найду какой-нибудь журнал, почитаю, вас дожидаючись. — сказала Эбби, направляясь к стульям около журнального столика.

— Она тоже идет, — сказала Крис. — Эбби Найтингейл.

— Вы в списке, — кивнул агент.

— Я? — Эбби испуганно подняла руку, прикрывая рот. — Я всего лишь служанка.

— Понадобится полчаса, чтобы разоружить ее, — заметил Джек.

— Ты меня сейчас обидел, — надулась Эбби.

— У нас нет указания кого-либо из вас разоружать, — с большим облегчением, чем ожидала Крис, сказал агент.

Джек нахмурился, что означало профессиональное неодобрение.

— Его Величество передал, что если мисс Найтингейл желает таскать всю свою артиллерию, защищая принцессу Крис, было бы чертовски недостойно с его стороны требовать обыскивать ее, — защищаясь, сказал агент. — Можете проходить.

— Какую такую артиллерию? — изумилась горничная.

Джек, кажется, застыл в нерешительности.

— Похоже на дедушку, — сказала Крис.

За спиной открылись дверцы лифта, извергнув из себя Пенни и Томми.

— Отлично, — сказал агент, — теперь все в сборе.

— Никогда в жизни не была еще настолько благодарна, что меня вызвали по долгу службы, — затаив дыхание, сказала Пенни.

— Если бы это был не дедушка Рэй, — сказала Крис, — мама могла бы вас и не отпустить.

— Знаешь, — нахмурился Томми, — думаю, могла бы.

— Его Величество у себя в кабинете, — сказал агент, усаживаясь за стол. — Ваши компьютеры покажут, как пройти.

Нелли дорогу показала: направо, налево и вон в ту дверь. Номер был обставлен больше, чем обычный люкс отеля. Вдоль стен одной из комнат расположились полки от пола до потолка, заставленные копиями кораблей, бронекостюмов и наземной техники времен войн с Итич, подкрепленные картинами батальных сцен. Были и фотографии людей, как выживших в тех битвах, так и погибших, мужчин и женщин, пытающихся остановить вражескую волну. Крис стало интересно, такая стена у дедушки и в прошлом доме была или он специально ее здесь организовал, чтобы производить впечатление на посетителей, когда с головой окунулся в политику. Или для напоминания себе, как все тогда было.

Стоит ли об этом спрашивать дедушку?

Последнее помещение, куда их направила Нелли, оказался рабочим кабинетом с несколькими книжными полками, на которых стояли настоящие бумажные, переплетенные книги, но, в основном, экраны с мелькающими новости сетевых и частных агентств. Большой деревянный стол завален тонкой бумагой и планшетами. Перед ним пара диванов и несколько стульев образовали полукруг. За столом в кресле расположился дедушка Рэй, одетый в обычные брюки и рубашку с коротким рукавом. Слушая репортера на одном из экранов, он выглядел на все свои сто двадцать лет, а может и больше. Репортера сменили кадры космической верфи на станции, вращающейся над головой присутствующих в кабинете. Флот отдыхал в порту, но грузовики шныряли туда-сюда. Уходило куда-то множество кораблей.

Дедушка нахмурился, выключил экран и повернулся к прибывшим. К тому времени, как он встретился взглядом с Крис, он уже улыбался и казался лет на пятьдесят моложе.

— Спасибо, что бросила все и примчалась осчастливить старика, — сказал он и махнул гостям рукой, чтобы те занимали места.

— Зависит от того, что ты хочешь, — сказала Крис и села в кресло напротив него. Пенни с Томми устроились на диване, Эбби на другом диване, а Джек предпочел встать позади Крис, лицом к двум из двух дверей. Наверное, он на нет исходит, потому что не может следить сразу за всеми тремя. Нет, в отражении на пустом экране Крис заметила третью.

Есть несколько вещей, в чем Крис с радостью откажет дедушке, если последует такая просьба. Если он притащил ее сюда поговорить о том, что не стоит доставлять отцу неприятностей во время выборов или не разоблачать дедушку Эла как истинного владельца трущоб. В этих вопросах дедушке Рэю придется хорошенько пободаться с Крис.

— Большую часть времени я забываю, сколько мне лет, — сказал дедушка Рэй, коснувшись пальцем в один из планшетов на столе. — Потом получаю вот такое сообщение и вспоминаю. В первый раз попав в Итич, до того, как мы поняли, в какие неприятности попали, я был простым генералом, сражающимся с кучкой пиратов и у меня был отряд спецназа. Очень хороший отряд. Хикила была новой планетой. Солдат там было не так много, но специальная эскадрилья катеров восполняла воображением и ругательствами то, чего им не хватало, а именно численности. Они были хороши. И я их использовал. Удивительно, что кто-то из них дожил до сегодняшнего дня, чтобы прислать мне приглашение присутствовать у постели в такой поздний срок, — Рэй фыркнул и продолжил: — Но королева Ха’ику’лани та самая женщина, за которую готовы погибнуть пятьдесят мужиков, чтобы она могла умереть в постели. Интересно, что она сейчас думает о таком бизнесе недвижимостью?

Крис стало немного неловко в такой интимный момент. Ей захотелось отвернуться. Томми и Пенни отвернулись. Эбби тоже.

А вот Крис не могла. Потому что Лонгнайф. Если пойти по стопам знаменитого прадеда, лет через сто она сама начнет вслух выдавать подобные вопросы. Нужно ли ей это? Или вот прямо сейчас встать и пойти на выход?

Король вздрогнул, огляделся, словно только сейчас обнаружил остальных, и слабо им улыбнулся.

— Извините. Будь у нас немного поспокойнее, я бы взял неделю отпуска и улетел подержать за руку старого боевого друга, помогая встретиться с призраками, поджидающими нас на другой стороне. В любом приличном мире этот долг будет иметь наивысший приоритет среди старых пердунов, вроде меня, — он одарил Крис грустной улыбкой. — Но кое-кто, кого я знаю и люблю, уговорил меня надеть старую боевую упряжь, так что сейчас на Вардхейвене есть временное правительство, которое не представляет, как надо произносить слова, не говоря уже о соблюдении необходимых ограничений. И я слышал, к Бойтону направляется неопределенного происхождения флот без заявленных намерений. А последний слух, который я услышал от временного правительства Вардхейвена, заключается в том, что весь или часть флота Вардхейвена может отправиться в ближайшее время к Бойтону. Похоже, не самое лучшее время куда-то улетать. Как думаешь, дорогая?

Крис проглотила что-то похожее на комок в горле. Она и не задумывалась о таких вещах, когда уговаривала дедушку принять власть над девяноста планетами. Она тогда видела только честь, несколько двусмысленную и неопределенную, но, все же, честь. И способ помочь людям девяноста планет остаться на плаву среди обломков Человеческого Сообщества. Может, в тот момент она на это смотрела не так внимательно, как следовало бы. И определенно не заметила факта, что сама попадет в плен всех этих штук с принцессой. А потом стало поздно.

— Думаю, тебе придется остаться здесь, — сказала Крис.

— Это означает, что мне нужно послать кого-то вместо себя помочь старому другу умереть, — сказал дедушка и его взгляд потух. — Есть еще кое-что. За последние пятьдесят лет Хикила достигла значительного экономического роста. Планета должна войти в Союз Разумных. Они еще не голосовали. Коронация новой королевы как нельзя кстати.

— Я сделаю все возможное, чтобы привести их в Союз.

— Надеюсь, без таких сложностей, как на Турантике. Слышал, некоторые страховые компании хотят судиться по поводу того, кто должен оплачивать ремонт космической станции и лифта.

Крис попыталась усмехнуться.

— Да уж, дедушка, эти старые, добрые времена, когда все, что было нужно для того, чтобы надрать парочку задниц, услышать парочку имен. Сейчас нужно подавать судебные иски и давать под присягой показания целую неделю.

— А то и все три года, — усмехнулся король Рэй. — В том месте, куда я тебя отправляю, Крис, тебе понадобится политическая разведка. Ради этого я вытащил Пенни. Надеюсь, ты не против, если я отправлю тебя на другую планету накануне свадьбы.

— Не против, Ваше Величество. Мама Крис рассказала мне все, что нужно сделать для свадьбы в саду.

— Господи, не дай бог этой женщине вцепиться в организацию чьей угодно свадьбы, — сказал король.

— А вы могли бы, сэр? Запретить? — спросила Крис.

— Я предупреждал твоего отца, что он женится на женщине с железными капризами. Он тогда посмеялся и принял все за шутку. Последнее время я что-то не замечаю, чтобы он так много смеялся. Нет, боюсь, все, на что могу надеяться, так только что она отвлечется и займется другими делами, когда Пенни улетит с планеты.

— Можете отправить вместе со мной Томми? На Турантике мы создали отличную команду, — умоляюще попросила лейтенант короля.

Крис покачала головой, но дедушка язвительно улыбнулся.

— На самом деле, могу. Эти крошечные катера могут показать себя, Крис, но думаю, Пандори продаст их в качестве каких-нибудь частных такси.

У Крис отвисла челюсть, но первым заговорил Томми.

— Разве вы не сказали, что флот отправляется на Бойтон? Что у них тогда останется для защиты Вардхейвена?

— Никто и не подумает атаковать Вардхейвен, — передразнил дедушка главу временного правительства, даже руку поднял на ее манер.

— И ты дал ее группе такую власть, — сказала Крис.

— Поверь, — вздохнул дедушка, — когда они были тут, так не говорили. И в Парламенте за них было пятьдесят три процента голосов. В то время это казалось хорошей идеей.

— Будьте осторожны, ребятишки, — тихо сказала Эбби. — Слышала я, что находиться рядом с кем-то из Лонгнайф может быть опасно.

— Ты тоже летишь, — сказала Крис.

— Не могу дождаться. Хочу посчитать, сколько чемоданов ты возьмешь на этот раз и что будешь из них вытаскивать, — сказал Джек.

— Я не знаю, зачем вы меня туда отправляете, — сказала Пенни. — Когда-нибудь замечали, что Лонгнайф обращают внимание на советы?

— Ой, — одновременно произнесли и король, и принцесса.

— Вам придется уходить быстро, — сказал король. — У меня пока еще есть «Холси», но если корабль не уберется с пирса как можно скорее, он получит другой приказ и мне придется встречаться с Пеннипакером, чтобы уладить противоречащие друг другу приказы с именем Лонгнайф на них. В этом случае я ничего не могу гарантировать.

— Как хорошо быть пиратским королем, — тихо пропел Томми.

— Очевидно, ты, молодой человек, никогда им не был, — буркнул король Рэй. — А, да, Крис, забыл сказать — «Хэлси» командует капитан Сэнди Сантьяго. Одна из тех Сантьяго. Она о тебе позаботится.

Теперь настала очередь Крис тихо протянуть: «О-о!»

Политическая карьера дедушки Рэя началась после того, как он умудрился выжить после убийства президента Урма, тиранившего Единство. Об этом писали все газеты. Только недавно Крис узнала, как случилось, что дедушка пережил тот взрыв. Было бы интересно послушать, как эту историю рассказывают в семье человека, на самом деле доставившего ту бомбу.

Джека и Эбби отправили в Дом Нуу собирать вещи. Пенни с Томми отправились туда же за тем же.

Когда они вышли, Крис поудобнее устроилась в кресле.

— Я боялась, ты позвал меня, чтобы поговорить о папе и дедушке Эле.

— Я знаю, на какой горячей сковороде находится твой старик. А что за претензии у тебя к моему сыну, девочка?

Крис рассказала дедушке о трущобах.

— Охо-хо, — хмыкнул дедушка. — Старина недостаточно хорошо контролирует посредников, не так ли?

— Посредников?

— Крис, открою тебе небольшой секрет. Я не могу сделать все сам. Ты тоже не можешь сделать все и, хоть он и будет отрицать, но мой сын не может сделать все, что хочет сделать. Малыш Алекс неплохо разбирается в микроменеджменте, но даже он не может быть везде. Так что кто-то из его помощников второго или третьего уровня идут короткими путями. Люди так делают. Потом ты их обнаруживаешь, увольняешь, набираешь новых людей. Надеюсь, сорванцу это послужит хорошим уроком.

Потом пришло какое-то сообщение, и семейным посиделкам пришел конец. Дедушка Рэй надел наушники и вернулся к жонглированию делами девяноста планет, выдавая свои лучшие советы.

— Советы, девочка. Как приятно больше не отдавать приказов. Просто советовать.

Между тем, он вспомнил о войне с Итич. Воспоминания об операции, выполнять которую послал Ха’ику’лани с ее особой эскадрильей катеров, давили ему на голову. Он мог назвать планеты и погибших, как будто это было вчера.

Но настоящее беспокоило Крис сильнее.

— Как будто кто-то покусывает нас. Одна планета ссорится с другой, внезапно используются военные корабли для урегулирования вопроса.

— Нет, Крис, не планеты. Люди. Точнее, группа людей. Всегда есть какая-то группа. Ищи такую, стоящую за разворачивающимся конфликтом. И обращай внимание, как много в этом позерства и угроз. Угрозы часто работают лучше стрельбы, — заметил дедушка. — Взять Флан, или Якольт, или Мандан. Та той неделе. Гринфельд говорит, что им необходимо присоединиться к новому альянсу… и тут же запускает эскадрилью линкоров на орбиту планеты для запугивания. И Петервальд получают планету без особых затрат и урона.

— Поэтому Пандори спешит с флотом к Бойтону?

— Бойтон, считай, в нашем Союзе, — покачал головой дедушка. — Мы не пытаемся их запугать. Мы пытаемся их защитить, и нам там такие крупные силы не нужны. Думаю, Пандори хочет просто получить побольше голосов на выборах.

— А Хикила?

— Им нужна лишь дружеская рука. Немного одобрения. Я их знаю. Они наши люди. А, да, не позволяй их внешнему виду обмануть себя. На первый взгляд они могут показаться примитивными. Взгляни на них еще раз. Задайся вопросом. Они тебя удивят.

Позвонил Джек. Они уже были готовы и ожидали внизу. Как только Крис подошла к нему и Эбби, тут же поинтересовалась:

— Сколько чемоданов?

— Я насчитал восемь, — сказал Джек.

— Мы же не собираемся никого спасать, — фыркнула Эбби.

— Когда будем проходить пост, пересчитай еще раз.

Но у Крис появились проблемы уже у входа в космический лифт. Пенни и Томми прошли без проблем. Крис, проведя идентификационной карточкой по считывателю, показывая, кто она такая и оплачивая проезд… получила предупреждающий сигнал.

— Карточка никуда не годится, мэм, — сказал молодой человек в будке. Крис попробовала снова и опять с тем же результатом. — Похоже, мэм, дело не в карточке, а в вас. Вам не разрешено подниматься на лифте. Нельзя покидать планету. — Парень повернул монитор так, чтобы и Крис, и Джек увидели, что на нем изображено. — Как видите, у вас ограничения путешествий. Можете передвигаться только в пределах планеты.

— У меня приказ короля Рэя, я отправляюсь с дипломатической миссией, — сказала Крис, уставившись на свою карточку на мониторе. — Я вернусь до суда… через три недели!

— Опять перенесли, — сказал Джек.

— Затягивают дело, — согласился Томми.

— Вы ведь принцесса Лонгнайф, — сказал охранник. — Вчера вечером я вас видел в новостях. Вы много хорошего сделали для Олимпии. Довольно подло так поступать с вами.

— Вы знаете об Олимпии?

— Искал материалы для университетской газеты, — сказал он, глядя на экран. — Три недели. Куда направляетесь?

— Хикила. Вернусь недели через две. Может, раньше.

— Почему бы вам и вот этому парню не пройти рамку одновременно? Ну, знаете, чтобы он вас прикрыл.

— У вас неприятностей не будет?

— Может быть, если вы не вернетесь вовремя.

— Джоуи, — сказала Крис, прочитав имя на бейджике, — каждый, кто подходит ко мне близко, попадает в беду.

Энергично закивал Джек.

— Просто проходите, мэм. Как вы сказали, король Рэй хочет, чтобы вы где-то были. Почему «Вардхейвен Транзит» должен стоять на вашем пути?

Джек провел своей карточкой по считывателю, а когда металлоискатели засвистели, Джоуи присвистнул:

— А вы хорошо о ней заботитесь.

Вопрос с Крис был закрыт.

Эбби проследовала сразу за ней, ведя за собой поезд из восьми чемоданов. Крис посчитала, пока они ехали мимо. Пересчитала второй раз, когда двери парома закрылись.

«Хэлси» тоже собирался уже задраивать люки, когда Крис с командой доложились младшему палубному офицеру. Посмотрев на багаж, тот нахмурился, позвал квартирмейстера и передал заботы по размещению гостей в его руки. Эбби оставила с собой только один чемодан, и вся компания вслед за младшим офицером последовали в кают-компанию.

— Капитан Сантьяго просит вас подождать здесь, пока корабль встанет на курс. Тогда она встретится с вами, — сказал он и ушел.

— Откормленного теленка они явно не убьют, — заметила Эбби и вытащила планшет.

Джек проверил кают-компанию на предмет безопасности, убедился, что эсминец Космофлота в полной безопасности, и достал свой планшет. Пенни и Томми нашли тихий уголок, где собрались нарушить правила Космофлота чрезмерным проявлением привязанности друг к другу в общественном месте. В результате Крис осталась во всей кают-компании в одиночестве. Помещение было больше, чем на «Кушинге». Новее. И таким же скучным.

В конце концов, вместе с Нелли решила перекинуться в нарды. Только примерно через час в кают-компанию вошла женщина среднего роста с седеющими каштановыми волосами. Три полоски на плечах синего костюма говорили, что она на этом корабле заправляет всем. Сначала она подошла к кофейнику, налила себе чашку кофе, после чего присела за стол рядом с Крис, Джеком и Эбби. Пенни и Томми перестали миловаться и присоединились к остальным.

— Я коммандер Сантьяго и «Хэлси» — мой корабль. Король Реймонд просил меня подбросить вас на Хикилу и я установила ускорение 1,25 g. Надеюсь, вас это не побеспокоит. Я разместила женщин в одной каюте на носу. Мужчин — в каюте напротив. Есть какие-нибудь проблемы с размещением?

Крис покачала головой.

— Нет, — озвучил Джек.

Женщина на мгновение остановила взгляд на Крис. Младший офицер, первым встретивший гостей, заглянул в кают-компанию.

— Звали, мэм?

— Да, Робертс, покажи этим людям их каюты.

— За мной, ребята, — широко улыбнулся младший офицер Робертс.

Гости поднялись, направились к выходу, когда Сантьяго сказала:

— Принцесса, минутку наедине.

Крис остановилась.

— Не знаю, что вы ожидаете от этого полета, но позвольте мне сказать, что вы получите. Полет. Быстрый. Эффективный. Больше ничего. Я не допущу, чтобы кто-либо из моей команды впутался в ваши дела, дела Лонгнайф. И без того достаточно хороших моряков погибло ради ваших легенд. Ни имя Сантьяго, ни «Хэлси» не станет дополнять свои имена в этот список. Вы меня поняли?

— Более чем, — ответила Крис, подавляя нарастающий гнев.

— Держитесь подальше от моей команды.

— Я не собираюсь поднимать мятежа.

Коммандер фыркнула.

— Они и не пойдут за вами. Моя команда для этого слишком хороша. Нет, принцесса, я не хочу, чтобы вы усложняли им выполнение моих приказов. Выполнение моих приказов даже когда я оставлю вас в полном одиночестве, если вы напортачите. Я хочу, чтобы вы поняли, принцесса, я не собираюсь таскать ваши каштаны из огня, и моя команда этого делать тоже не будет.

— Я лечу на Хикилу, чтобы проводить в последний путь старого дедушкиного друга. Я не собираюсь начинать войн.

— Естественно. Просто для вашего понимания, если вы это сделаете, останетесь сама по себе.

— Я свободна, коммандер?

— Да, лейтенант.

Крис отправилась к выходу.

— Еще одно, Лонгнайф. — Крис повернулась. — В этом году в Академию будет поступать моя дочь. Три поколения у каждого Сантьяго, подававшего документы в Академию, в досье было рекомендательное письмо от Рэя Лонгнайф.

— Да, — сказала Крис. Дедушка Рэй так всегда делал, и это было частью того, что связывало Лонгнайф и Сантьяго вместе.

— В личном деле моей дочери не будет никаких писем от Лонгнайф. Вы, Лонгнайф, с давних пор присосались к нам. На мне все это прекратится. Моя дочь будет действовать самостоятельно.

— Уверена, она заслужит свое место, — сказала Крис. — Самостоятельно.

Полет обещал быть долгими даже в круизе на повышенном ускорении.

Глава 4

От эсминца, пристыкованного к космической станции Хикилы отошла шлюпка и понеслась в сторону Нуи Нуи. С места позади двух пилотов открывался отличный вид на планету. Крис видела только воду, воду и еще раз воду. Главный континент, называемый Большим островом, размером примерно с Евразию на Земле, находился где-то ниже носа шлюпки.

Сбывалась мечта — быть как можно дальше от «Хэлси». В первый же день Крис присоединилась к нескольким офицерам и отряду космических пехотинцев в ежедневных пробежках по палубам и трапам. Среди них Крис нашла знакомую еще с «Тайфуна», бывшую там капралом, а здесь ставшую сержантом, Ли.

На следующий день к тренировкам присоединилась Сантьяго.

Чтобы угодить шкиперу, Крис свела старые воспоминания до минимума и просто тренировалась.

Обедали в кают-компании, и за обед отвечала, опять же, капитан Сантьяго. Обеды сильно отличались от подобных на роскошном лайнере «Гордость Турантика». Крис позволяла капитану устанавливать темы для обсуждений и с неохотой следовала им, потому что большая часть тем была на грани дозволенного. Судя по тому, как офицеры мирились с тем, как их прерывают посереди разговора, Крис подозревала, что разговоры за столом никогда не были тактичными, имеющими хоть какую-то ценность и не имеющими ничего общего к текущим событиям. Никто дважды не перечил желаниям капитана.

Крис даже ждала таких обедов, потому что на них большая часть ее жизни не была запретной темой.

Шлюпка спускалась вдоль длинной череды островов, отходящих от самого большого. Когда спустились ниже, Крис разглядела, что острова покрыты зеленью, и в центре многих возвышаются вулканы. Некоторые даже оставались активными. Большинство островов окружены рифами и ослепительно голубым океаном. Неудивительно, что именно эту планету потомки жителей островов Тихого океана со старой Земли выбрали своим новым домом.

Шлюпка приводнилась в большой лагуне, ее быстро окружили увешанные гирляндами из цветов гребцы на каноэ с выносными опорами… и буксир.

— Хотите отправиться с нами или прокатиться с местными? — поинтересовался пилот.

— Прокатиться на каноэ — большая честь, — сказала Пенни, обращаясь к Крис.

— Я так и поняла. Можно безопасно открыть люк?

Второй пилот тут же сделал это. Крис более-менее успешно, потому что вряд ли изящно, перепрыгнула с качающейся на воде шлюпки на борт качающегося на воде каноэ. Женщина в саронге цвета морской волны тут же повесила гирлянду из цветов ей на шею. Прежде, чем плечи девушки исчезли под такой же гирляндой, Крис успела заметить желто-розовые татуировки.

— Я принцесса Хайкуахоло. Друзья называют меня Ахоло.

— Я принцесса Крис Лонгнайф. Для друзей просто Крис.

— А я просто Джек, — сказал Джек спрыгивая с борта современной шлюпки на деревянное каноэ и тоже получил на шею гирлянду из цветов.

Не успело каноэ отплыть от борта шлюпки, как его место заняло другое. Пенни и Томми встретили точно так же. Крис ждала, что чопорная Эбби откажется плыть на каноэ, но женщина приподняла полы серого, трапециевидного платья, демонстрируя пришедшим в восторг лодочникам ноги, и ступила на борт третьего каноэ. Гирлянду цветов ей тоже подарили, только теперь это был мужчина. Потом парень с лодки Пенни крикнул что-то вроде: «Кто последний до берега, тот тухлое яйцо», и все три каноэ оттолкнувшись от борта шлюпки, помчались по воде, как пули, выпущенные из ружья, к белому, песчаному пляжу. Им помогали полуметровые волны, а тем, в свою очередь, помогал ветер. Кто-нибудь наверняка именно так представляет рай.

Каноэ с Эбби пришло первым, но никаких обид ни от кого не последовало. Крис стало интересно, выдержат ли ее ботинки и брюки столкновение с водой и песком, но с водой столкнуться не пришлось, каноэ выскочили сразу на берег. Когда Крис ступила на пляж, обнаружила, что песчаный участок, на котором они высадились, был весьма твердым. Чуть дальше он был немного податливее, но не так, чтобы очень сильно. Рай с высокими технологиями.

— Мамина прабабушка хочет тебя видеть, — сказа Ахоло и показала на небольшую электрическую тележку, очень похожую на ту, что используют на космических станциях. У этой был открытый верх, вместо крыши — тент с изображением рыб, обеспечивающий тень. Принцесса заняла водительское место и предложила Крис занять пассажирское сиденье рядом. Остальные прибывшие расселись на других сиденьях. Все, кроме Эбби.

— Я подожду багаж, — сказала та.

На борт тележки запрыгнул ее гребец.

— Я Афа, брат Ахоло, — заявил он, и тележка тронулась с места.

Дорога выглядела песчаной, но была твердой. Значит, и здесь не обошлось без искусственной обработки. Пешеходы оставляли на ней небольшие следы, как и тележка. Вдоль дороги раскачивались пальмы. Буйное изобилие цветов и птиц дополняло сумасшедшую коллекцию красок.

— Крис, я могу назвать каждую птицу и растение.

— Не нужно, я хочу насладиться видом.

Тележка увозила их в гору. Они проезжали мимо домов, сделанных из дерева и тканых циновок, с соломенными крышами, мимо мужчин в лававах и женщин в саронгах и лававах. Все это тут служило… повседневной одеждой.

За спиной Крис раздался шепот, за которым последовало суровое:

— Я и не собираюсь становиться туземкой, — от Пенни.

— Мы часто так влияем на чужаков, — улыбнулась Ахоло.

Крис прикинула глубину чувств, прозвучавших в последнем слове: весьма глубоких. Интересно, что нужно сделать, чтобы к ней и Союзу Разумных дедушки Рэя оно как можно реже применялось?

Ахоло остановила тележку возле большого, многоярусного дома, большая часть которого была открыта ветру, провела гостей внутрь, мимо резных масок и фигур, расписных щитов и цветов в горшочках. В одном месте путь пересекли пролетевшие мимо разноцветные птицы с длинными клювами. Ахоло провела гостей в комнату с окнами с закрытыми жалюзи и циновками на стенах. Свечи… нет, электрические лампочки, похожие на свечи, тускло освещали комнату. На пуховой перине лежала женщина. Ахоло подошла ближе, встала на колени и взяла женщину за руку.

— Бабушка, Рэй Лонгнайф прислал внучку своего сына.

Женщина посмотрела на Крис. Глаза, темные и глубокие, как два глубоких бассейна, оценивающе изучили ее. Потом женщина моргнула и кивнула.

— У тебя глаза Риты. Не Рэя. Они могут избавить тебя от многих печалей, девочка.

— Я никогда не встречалась ни с кем, кто знал бы прабабушку Риту, — с запинкой сказала Крис.

— Она умерла слишком рано для бедного Рэя, — кивнула женщина. — Слишком рано. Я думаю, она предостерегла бы его от президентства. После войны он должен был снова уйти в тень, стать незаметным. Я слышала, он снова вернулся к политике. Негодник.

— Не без моей помощи, — призналась Крис.

— Но он позволил себя уговорить, — сказала умирающая женщина.

— Ты сама королева, — заметила Ахоло.

— В нашем мире королева — ничто. Люди плывут так, как хотят. — Чуть сузившийся взгляд принцессы сказал, что это не совсем так. — Но ты ведь пришла подержать меня за руку, пока я совершаю последний переход через риф, не так ли, юная принцесса, — сказала женщина, освобождая ладонь из рук правнучки и протягивая ее Крис. Крис взяла ее, сухую, легкую. Опухшие от артрита пальцы, на каждом суставе татуировка с оригинальным рисунком. Солнечные лучи взрывались на запястьях и локтях, покрывая изображения рыб и птиц. Татуировки на татуировках.

— Примитивная медицина использует такие татуировки, — просветила Нелли.

— Не волнуйся, я не заразна, — сказала королева, заставив Крис задуматься, каким сейчас должно быть выражение ее лица. Она провела пальцами по ладони, та была похожа на потертую кожу. — Ты прибыла как раз к весеннему полнолунию, — продолжила королева и чуть приподнялась с ложа, подвигаясь ближе к Крис. — Будешь ли ты сегодня вечером танцевать с нами или предпочтешь стоять в стороне с другими чужаками?

Крис как-то читала, что некоторые примитивные племена начинали учить девочек танцам с трех лет, чтобы к свадьбе те могли правильно двигаться.

— Я с удовольствием потанцевала бы с ва…

— Хорошо, — прервала королева, — я порошу Ахоло прислать тебе подходящие цветы. Афа, не будь бесполезным, сбегай в Длинный Дом. Передай, что на сегодня нужна еще одна корона для принцессы, — когда парень, ровесник Джека, убежал, королева добавила: — Хороший мальчик, — подмигнула Крис и улыбнулась. — Покажем всем сомневающимся, что Рэй Лонгнайф со своим Союзом Разумных вполне подходящая гавань для нас обоих, нахи?

Получается, меня завербовали еще до того, как я об этом узнала.

— Вашему величеству следует отдохнуть, — сказал вышедший из тени мужчина. Крис его и не заметила. Стетоскоп и манеры говорили о том, что он доктор. Причем не знахарь, а вполне себе современный доктор медицины.

— Капа’а’ола, я скоро получу столько отдыха, сколько никому и не снилось. Разве старушка не может позволить себе повеселиться?

— Бабушка, нам с Крис нужно кое-что сделать, если хотим сегодня для тебя танцевать. Ты отдыхай. А мы поработаем. — Ахоло поднялась, подтолкнула Крис к выходу из комнаты.

Королева заснула до того, как закрылась дверь.

— Она сильно больна?

— Она не болеет. Она старая и умирает. В другом месте, возможно, она бы приняла еще один курс омоложения, здесь же не хочет. Говорит, с нее достаточно.

— И вы собираетесь ей позволить это? — спросил Томми.

Ахоло остановилась и взглянула на Томми.

— Последнее омоложение прошло не очень хорошо. Оно было болезненным и, — принцесса посмотрела на свои сложенные лодочкой ладони, — не очень эффективным. Она решила больше не рисковать болью, чтобы потом обнаружить, что все закончилось неудачей. Как она говорит: «Все умирают». Сколько погибло на войне на ее глазах. Сейчас же она хочет присоединиться к ним, — по щеке Ахоло скатилась слеза. — Я принимаю ее выбор.

— Но будешь по ней скучать, — сказала Крис, обнимая будущую королеву.

— Очень сильно.

— В таком случае, покажешь мне, что нужно делать, чтобы не выглядеть перед ней дурочкой?

— Ей нравится юмор.

— Этого я и боюсь, — вздохнула Крис.

Час спустя, благодаря принцессе Ахоло и нескольким ее подругам, Крис знала достаточно движений, чтобы избежать ужасной дипломатической катастрофы, а может даже и личной. Как она опасалась, каждый шаг, каждое движение имело значение, рассказывая некую историю. Если повезет, Крис продержится некоторое время, обеспечивая фоновую поддержку.

Ахоло довела Крис до анфилады комнат как раз, когда появилась Эбби, за которой катились семь чемоданов. Крис пересчитала их еще раз и подняла бровь.

— Один я оставила на «Хэлси», — ответила Эбби. Крис помогла Эбби распаковать вещи. Джек занялся своим вещмешком, Пенни и Томми, подхватив свои сумки размером с вещмешок Джека, пошли устраиваться в своих комнатах.

— Достанешь мне пару саронгов? — спросила Крис у Эбби.

— Нет.

— Изображаешь матушку Хаббарт? Юбку из травы? В лавалаву я не полезу.

— Нет.

— Тогда во что я оденусь? — Не успела Крис спросить, в дверь постучали. Открыв ее, Крис обнаружила Ахоло с плоской коробкой в руках.

— Здесь цветы. Вечером в Длинном Доме на нас обоих наденут короны. Увидимся через два часа.

— Цветы?

— Да. Цветы, которые ты будешь носить, — сказала Ахоло и ушла.

Крис локтем закрыла дверь и открыла коробку. В ней обнаружились два больших цветка и две длинных гирлянды из цветов.

— Цветы вплетаются в волосы, — сказала Эбби. — Придется удлинить твои волосы, короткая военная стрижка совершенно не идет. Без проблем. Одна гирлянда будет у тебя на шее, вторая на бедрах. Наверное, нам придется их немного укоротить.

Крис уронила коробку, та упала на кровать.

— Ты ведь шутишь?

— Этим вечером ты будешь танцевать или стоять в рядах чужаков?

— Не… не стоять, — сказала Крис, полностью осознав, во что влипла.

— Так мне объяснили по пути сюда. Любая приличная незамужняя девушка носит гирлянды из цветов и татуировки.

— Дедушка Рэй знал об этом?

— Сомневаюсь, но он ведь не говорил, что собирается танцевать сегодня с другой принцессой.

— Цветы, татуировки… все намного хуже, чем тот наряд, в который ты меня облачила, когда спасали Томми, — сказала Крис, плюхнувшись в плетенный стул, жалобно заскрипевший от такого использования.

— Может быть. А может, и нет.

— Ну а где я за оставшиеся два часа сделаю татуировки? Татуировки, из-за которых меня вышвырнут из Космофлота под зад коленом? — добавила Крис. Скажем, строгий якорь еще куда ни шло, но такие, как у Ахоло, обвивающие руки, грудь и спину… Космофлот ни за что не согласится на такие.

Эбби бросила Крис нательную броню, вытащила из чемодана баллончик с краской и несколько свернутых в трубочку вещей.

— Давным-давно на Земле водились первобытные люди. Но есть первобытность, и есть первобытность. Одному из моих работодателей раз в неделю требовались новые татуировки. Мне пришлось собрать целую коллекцию всевозможных боди-артов прежде чем они вышли из моды, а работодателя убили. Итак, дорогуша, если хочешь что-то похожее на то, что носит другая миленькая принцесса, ты обратилась в нужное место, — с этими словами Эбби развернула несколько трафаретов.

— Итак, сегодня вечером только цветы и краска для тела.

— Мне нравится раскрашивать по номерам, — улыбнулась Эбби.

Крис вздохнула, сняла с себя белые одежды и натянула нательную прозрачную броню.

— На самом деле, раскрашивание пройдет намного легче и быстрее, чем ты думаешь.

— Что наденет Джек? — пришла Крис мысль в голову.

— Не знаю. Придется подождать и посмотреть.

Эбби обильно наносила краску, покрывая Крис вьющимися цветами от шеи до пальчиков ног так, что ни один клочок кожи не выглядывал наружу. Надев гирлянды из цветов, Крис почувствовала себя полностью одетой выше пупка. Она даже умудрилась спрятать Нелли и пистолет.

— Уверена, что он тебе пригодится? — спросила Эбби.

— Может этот мир и похож на рай, но я предпочитаю быть готовой ко всему, потому что и в раю водятся змеи.

Эбби пожала плечами и принялась укладывать вторую гирлянду так, чтобы та оставалась на месте, чтобы ни произошло. Крис стало даже интересно, как другие девушки их закрепляют, и решила как-нибудь поинтересоваться у Ахоло.

Крис не была уверена, как Джек так быстро справился, но когда Крис открыла дверь на стук принцессы, он как раз выходил из своей комнаты. Крис покосилась, пытаясь обозреть их обоих одновременно.

Саронг Ахоло был из прекрасной светлой ткани с изображение цветов и океана, рыб и птиц, соединяющихся в захватывающей дух картине, такой же прекрасной, как и сама принцесса. Ее длинные волосы воронова крыла ниспадали на спину прямым водопадом. Пока она ждала у двери, гирлянды из цветов, не прекращая, двигались туда-сюда. На безмолвный вопрос о том, как принцесса умудряется держать гирлянду на месте, Крис тут же получила ответ, когда Ахоло поправила гирлянду, прилаживая ту на нужное место. Крис тяжело сглотнула.

И посмотрела на Джека. Его татуировки были более традиционного черного цвета, нанесенные прямо на кожу. Светлее у пальцев рук и ног, тату становились темнее, по мере приближения к пупку. Стратегически расположенный бурдюк делал для него то же, что гирлянды для Крис. И никаких идей, где он прячет пистолет.

— Нужно поторопиться, — сказала Ахоло, — иначе опоздаем на праздник.

Крис и Джек поторопились. К ним присоединились Пенни и Томми. Как и обещали, Пенни облачилась в белое платье, а Томми в белый костюм. Крис пришлось напомнить самой себе, что на этой планете все они без военной формы. Почти сработало.

— Где взял тату? — шепотом спросила Крис у Джека.

— Нарисовали, — прошептал в ответ Джек. — Афа постарался. Сказал, что я не смогу сопровождать тебя в Длинном Доме, если не сделаю что-нибудь со своей бледной кожей.

— Мне нравится бурдюк.

— Я так и подумал. А мне нравятся твои цветы.

Ответить Крис не успела, они прибыли в Длинный Дом. Он был сделан из цельных бревен, на которых были вырезаны непонятные фигуры и узоры. Крис последовала за Ахоло, туда, где разгорался костер, посылая вверх, через дыру в крыше из пальмовых листьев сладко пахнущий дым. Джек, вместе с несколькими молодыми людьми, отошел к выходу. Мужчины и женщины у стен Длинного Дома, пели под тихий ритм барабана, но все они оказались стариками. Вот вперед выступили две старухи в коротких травяных юбках.

Крис уже знала, что за вопросы они будут задавать. Хоть и спрашивали ее на мертвом языке, она знала, что отвечать. «Будешь ли ты танцевать в полнолуние?», «Осветишь ли моряку путь домой, к своему острову?», «Вызовешь ли рыбу из глубины?» При каждой паузе Крис, вслед за Ахоло, отвечала: «Ха». На третьем ответе старухи возложили им на головы венки, сплетенные из орхидей, поцеловали и сказали на чистом английском языке:

— А теперь танцуйте и веселитесь.

— Да, тетя Калама, — кивнула Ахоло, обняла старушку, подхватила под руку Крис и поволокла ее прочь из Длинного Дома.

Крис помчалась за ней, но чуть притормозила, увидев что-то непонятное, привязанное к стропилам.

— Это головы?

— Да, высушенные головы королев и их супругов. Скоро там появится и прабабушкина голова. И, когда-нибудь, моя. Они следят за делами людей.

— Традиция, — сказал Джек, не отставая от Крис, и та решила, что, возможно, семейка Лонгнайф в человеческом пространстве не единственные странные существа.

Но времени на размышления было не так много, потому что Ахоло привела их в широкий круг, состоящий из тысяч людей, наверное, тут собрались все жители острова. Запахло кострами и готовящимся ужином. Солнце понемногу садилось за их спинами, окрашивая тропическое небо в малиновый, серебристый и золотой цвета. Перед ними лежала шумная лгуна и темнеющий океан.

Быстрым ритмом забили барабаны. Движения становились быстрее, совсем не отличающимися от тех, что Крис изучила в средней школе, что заставило ее задуматься, кто их у кого украл. Потом все стало немного сложнее. Крис позволила Ахоло отодвинуться немного вперед, ближе к морю и старалась повторять все ее движения, отставая разве что на четверть удара сердца.

Наверное, сработало. Никто не прервал танец и не объявил ее самозванкой… а огромная луна начала медленно выходить из океана, заставляя волны мерцать лунным светом.

Напряженно наблюдая за Ахоло, которая была ее проводником, Крис танцевала так, будто луна на самом деле наблюдала за ней в ожидании неких указаний. Она танцевала так, словно рыба и рыбаки зависели от нее, чтобы свет нашел дорогу домой. Девушка, прошедшая сквозь три прыжковые точки, обнаружила, что ее настолько увлекла барабанная дробь и ночь, что когда музыка, наконец, затихла, а они с Ахоло повернулись, чтобы подарить людям луну, Крис чувствовала гордость за то, что она выдержала полный танец рождения.

— Ведь весело было? — еле переводя дух, сказала Ахоло, растопырив руки, словно держа на них луну, если смотреть с определенной точки.

Крис делала то же самое другой стороны и тоже пыталась отдышаться.

— Надеюсь, нам не придется танцевать еще.

— О, нет. Следующими будут дети.

Как будто в подтверждение небольшая приливная волна маленьких человечков затопила песок вокруг и под бой барабанов, отбивающих ритм чуть помедленнее, начала свой танец. Они пели что-то высокими голосами, наверное, благодарили луну за то, что та сподобилась подняться из океана. Иногда кто-то запинался, теряясь в словах, но никто ни разу не засомневался в энтузиазме. Во всяком случае, у всех были улыбки до ушей, а еще дали Крис возможность перевести дыхание, найти бутылочку с водой и отправиться вслед за Ахоло в круг гордых родителей, с удовольствием поздравивших Крис с удачным завершением танца.

— Хорошо, когда лунный танец исполняют две принцессы, — пробормотала одна старушка, неподалеку. — Слишком долго у нас на острове была только одна танцовщица.

Ахоло вздрогнула, а Крис сделала мысленную зарубку заглянуть как-нибудь в кое чью родословную, но так, чтобы это не повредило хозяйке.

Дети, закончив танец, поскакали в очередь за едой. Их место заняли танцоры возраста Крис. Женщины в одном ряду, мужчины в ряду напротив. Вот тут Крис увидела, на что способны двадцать лет практики.

Заодно и все вопросы о дресс-коде прояснились. Его тут не было. Большой бурдюк Джека и ее гирлянды из цветов делали их скромниками. У некоторых мужчин и женщин татуировки шли по всему телу… ну, почти по всему… и ничто не мешало их рассмотреть. Один особенно дикий танцор скрестил перед собой пару палиц, с которых капало что-то красное.

— У него даже лицо татуировками покрыто, — изумилась Крис.

— Да, — кивнула Ахоло. — Это тату воина.

— У вас есть воины? — какие еще дикие традиции есть в этом мире после засушенных голов в Длинном Доме?

— Кайлахи — поддержка нашей футбольной команды. Пытается напугать команду соперников перед игрой.

— И работает? — поинтересовался Джек.

— Не сказала бы. Команда на последнем месте. Пара фанатов грозятся нарисовать ему тату с сердечками и цветами вместо имеющихся.

— Наверное, это… болезненно.

— Не совсем. Татуировки биоразалагаемые, — сказала Ахоло. — Мои уже начинают исчезать. Когда я выберу супруга, заведу ребенка, стану королевой, мне понадобится совершенно новое лицо для остального мира. Не могу же я все время щеголять красивыми цветочками и рыбками.

Крис кивнула: неплохой способ рассказать миру, кто ты такой и откуда взялся.

Танцы продолжались, а Ахоло ходила от группы людей к другой группе. Крис следовала за ней, выслушивая вопросы, с которыми сталкивалась на других планетах. «Неужели король Рэй намеревается обложить нас налогом, чтобы организовать экспедиции на исследования еще большего количества звездных островов?» «Не лучше ли всем рыбачить в своих лагунах, чем уходить в большой океан?» Вопросы на Хикиле были всего лишь сформулированы по-другому, но оставались такими же, как и в других мирах.

Крис попыталась отредактировать обычные ответы на что-то понятное для местных.

— Те, кто жаждет увидеть новые острова, должны построить собственные каноэ, а те, кто хочет получить прибыль от новых земель, должны заплатить за весла.

И получила от Ахоло и небольшой группы местных широкую улыбку. Просто ответ в духе: «Ни один мир не может победить итич», сказанный людям, в том числе достаточно старым кто мог с ними воевать, желающим спрятаться на своих маленьких островах, не казался достаточно хорошим. С другой стороны, эти люди строили деревянные каноэ и зарабатывали на жизнь рыбной ловлей, не собирались финансировать все это количество новых межзвездных кораблей.

Но электрическая тележка и затвердевающий песок? В основе этого рая лежат технологии. Что-то тут не складывается.

На границе пляжа небольшой группой стояли несколько десятков мужчин и женщин, одетых для официальной коктейльной вечеринки.

Крис внезапно почувствовала себя голой.

— Если заменишь свою униформу на вот это, я согласен появляться чаще, — раздался слишком знакомый голос. Крис поискала взглядом источник среди богато одетых людей и нашла слишком идеально вылепленные черты Генри Смит-Петервальда Тринадцатого… или Хэнка, если специально для нее. Пришлось приложить усилие, чтобы не закрыть руками груди и не прижать ладонь меж ног. Ахоло держала руки вытянутыми по бокам, значит и Крис тоже должна делать так же. Все эти люди были чужаками, а Крис носила корону, возложенную на голову местными.

— Что привело тебя сюда, Хэнк? — спросила она, когда толпа чужаков расступилась, и он вышел вперед.

— На материке я открываю несколько новых центров продаж и распределения. Слышал, островитяне называют его Большим Островом. Наш местный представитель решила, что мне следует посмотреть, как живут оставшиеся десять процентов жителей, впитывающих все налоги Большого Острова, так что я прибыл сюда на вечеринку. Не ожидал увидеть тебя здесь. И уж точно не настолько много тебя, — добавил он, сканируя ее взглядом от пальцев ног до пучка цветов в волосах.

— Кто-то из нас умеет приспосабливаться к местной культуре, — сказала Крис и взъерошила волосы.

— Кто-то из нас приспосабливается к доминирующей культуре, — парировал Хэнк.

— Острова — пуп Хикилы, — отрезала Ахоло.

— Четверо из пяти жителей планеты живет на материке. Четверо из пяти платят налоги, чтобы поддерживать ваше существование на острове фантазий. Не кажется, что пора что-то менять? Что случилось, Лонгнайф? Я думал, ты будешь возражать против налогообложения без представительства, или это не работает, когда налоги получают твои старые военные приятели?

— Извините, Ваше Высочество, — к Хэнку подошла высокая худощавая женщина с серебристыми волосами и в пышном платье. — Боюсь, наш товарищ слишком много выпил и слишком много разговаривал с горячими головами с материка. Пошу прощения за его поведение, — сказала она и втащила Хэнка обратно в толпу гостей с материка. Несколько мужчин и женщин тут же окружили его, подхватили под руки и направились к столу с закусками и вином.

— Ты знаешь этого человека? — Ахоло отвернулась от чужаков.

— Хэнк Петервальд. Однажды я думала, что из него может получиться хороший парень. Последний раз, когда спасала ему жизнь, задала слишком много вопросов. С моей стороны это было дурным тоном.

— Я никогда никому не спасала жизнь. И постараюсь не задавать никому никаких вопросов, если придется сделать это.

— Есть проблемы с жителями Большого Острова?

Пенни и Нелли проинформировали Крис об общей ситуации, но как-то обошли вниманием дисбаланс населения. Вопрос налогообложения тоже не затрагивался. Что они еще упустили?

Ахоло отправилась к столу с жареными поросятами.

— Этот вопрос должен был быть решен много лет назад, но, похоже, до сих пор он не был проблемой. Люди пришли на Хикилу почти двести лет назад, пытаясь восстановить образ жизни, который исчез много лет назад на Земле, когда затонули острова в Тихом океане. Большой остров нам был не нужен, поэтому, когда беженцам с разрушенных планет в войне с Итич понадобилось на время место, мы с радостью одолжили им эту землю. Так же было, когда твой дедушка Рэй ввел Вардхейвенский договор и закрыл несколько слишком далеких колоний, чтобы замедлить распространение человечества.

Несколько из этих колоний были созданы на деньги Петервальд. Их потеря дорого им обошлась и привела к еще большему разногласию между Лонгнайф и Петервальд. Крис стало интересно, сколько беженцев на Большом Острове до сих пор считают себе людьми Петервальд.

Обе принцессы взяли из стопки по деревянному блюду и остроконечные вилки. Круглый чернозубый повар в татуировках отрезал по большому куску свинины. Еще один повар завалил тарелку жареными бананами, несколькими видами запеченного таро и чем-то еще не поддающемуся распознаванию. Ахоло провела Крис к пальме, росшей на краю песчаного пляжа, рядом с которой никого не было. Джек и Афа последовали за ними.

— Однажды мы уже потеряли дом. Больше не позволим такому случиться. Когда мы принимали беженцев, все, что просили от них, чтобы они согласились идти по пути Острова, если хотят получить право голоса. — Ахоло откусила кусок жареного поросенка. — Кто-то принял условие. Они пришли к нам. Женились. Осмотрись, когда будем у костра, увидишь блондинок, вроде тебя, рыжих. Если хочешь здесь что-то решать, перестань быть чужаком.

— Большинство не захотело, — сказал Афа. — Некоторые вернулись к звездам и другим колониям. Большинство поселилось на Большом острове, растили детей по своему, следили, чтобы внуки и правнуки росли так, как они хотят.

— Но голоса у них нет, — проглотив кусок свинины, сказала Крис.

— Сколько людей на твоей планете имеют право голоса? — спросил Афа.

— Примерно половина, — кивнул Джек.

— А налоги? — поинтересовалась Крис, приступая к банану.

— Стандартный пакет подоходного налога, принятый во времена Войн Итич. Наверное, такой же, как на твоей планете, — ответила Ахоло.

— Ну, там все зависит от дохода, — медленно произнесла Крис.

— Чтобы накормить семью, я ловлю рыбу, — сказал Афа. — У нас нет, и никогда не будет траулеров с сетями, насилующих океан, чтобы обеспечивать консервные заводы. Наш план сохранения рыболовства позволяет людям делать все, что хотят в пределах стопятидесятиметровой прибрежной зоны, но не в глубоком океане.

Слова звучали заезженно, словно их приходилось произносить очень часто.

— Так что экономика Большого Острова платит налоги, а натуральное хозяйство малых островов налогом не облагается, — кивнула Крис.

— Во время войн мы пролили много крови, — сказала Ахоло. — Никто не ставит под сомнение нашу жертву. После войн осталось не так много налогов. Думаю, лет сорок назад жители Большого Острова заметили, что большая часть налогов уходит на взносы в Общество.

— А как насчет кораблей для патрулирования Кольца? — спросила Крис.

— У нас нет колоний, по крайней мере, официально признанных Советом Старейшин. Думаю, некоторые банки Большого Острова, возможно, приобрели парочку. Думаю, они, время от времени, жертвовали корабль флоту Вардхейвена или Питтс Хоуп, но это местный взнос, он не рассматривался Советом Старейшин на Островах.

— Местный взнос? — переспросил Джек.

— Мы ведь не глупые. Может, мы и бегаем в татуировках, но это не делает нас глупыми, — отрезал Афа. — В каждом городе Большого Острова есть избранный мэр и городской совет. Время от времени они созывают совет советов, когда хотят поговорить о чем-то важном. И посылают просителей, чтобы они предстали перед нашим Советом Старейшин, излагают свои доводы по глобальным вопросам. Бабушка выслушивает все стороны, после чего делает подарок, который, обычно, делает всех счастливыми.

— Обычно так и происходит, — сказала Ахоло.

Некоторое время он ели молча. Взошла луна. Танцы продолжались. Барабаны каждый раз били по-разному. Каждый раз звучали другие ритмы. Каждый раз танцующие выполняли разные движения.

— Вам нужно меняться, я права? — спросила Крис.

— Мама это знала. Прабабушка тоже. Думаю, если бы мама была жива, вместе с бабушкой они давно бы уладили этот вопрос. Но десять лет назад, когда каноэ мамы и папы затонуло, прабабушку хватил удар. И теперь мы топчемся на месте, ждем, когда я стану старше. Не думаю, что бабушка сможет долго плавать. Та старая женщина была права, нам на самом деле нужны две танцовщицы, чтобы танцевать, вызывая луну.

— А бабушка не может помочь?

— Бабушка никогда не ладила с прабабушкой. Ее второй муж с Большого Острова и она переехала к нему туда, позволила своей коже побледнеть. Третий муж оказался торговцем со звезд, и она покинула Хикилу. Мы не знаем, где она сейчас, да нам и все равно. Нет, — девушка расправила плечи. — Это вызов, который придется решать мне, когда я усядусь на Камень Коронации, если прабабушка не найдет способа решить его до того, как присоединится к остальным королевам и их супругам.

Так что, дедушка, есть тут пара вещей, о которых ты забыл упомянуть, когда просил меня отправиться в это небольшое путешествие, — подумала Крис. Почему она не удивилась?

Ахоло и Афа ушли танцевать танец, в котором приняли участие, кажется, половина островитян, но Крис идти туда никто не просил. Они просто пошли, как будто за чем-то другим. Так что Крис только обрадовалась, оставшись простым зрителем.

— Вот ты и встретилась со змеей, — сказал Джек. — Отдашь мне свой пистолет?

— Эбби слишком много болтает, — Крис искоса зыркнула на Джека. — А где твой?

— Неправильный вопрос для молодой леди. И ты же знаешь, мне не нравится, когда мой главный клиент ходит вооруженным.

— Я думала, ты в отпуске.

— Для всех, но не для тебя.

— Крис, ты в курсе, что вся эта территория защищена системой безопасности? — вдруг спросила Нелли.

— Нет, — Крис заметила, как Джек пристально разглядывает ее цветочные гирлянды.

— Все очень высокотехнологично, — сказала Нелли. — Под Длинным Домом есть охраняемое помещение. Я подсчитала, что с вероятностью девяносто пять процентов видеокамера в том месте показывает часовой цикл. В службе безопасности этот факт пока что не приняли к сведению.

Крис посмотрела на свою желто-розовую и бирюзовую расцветку.

— Цвета совсем не для того, чтобы скрываться.

— Ладно, — сказал Джек и поднялся, — я разберусь.

— Я могу поменять твои цвета, Крис, — сказала Нелли и Крис внезапно стала темной, как ночь.

— Как ты это сделала? — одновременно воскликнули Крис с Джеком, когда краска на коже снова стала прежних цветов.

— Краска контактирует с моими устройствами вывода, и она управляема. Если бы мы не торопились, я сказала бы Эбби, что могу подправить некоторые цвета, но времени было мало, и я не была уверена, что она оценит предложение.

— Нелли учится тактичности, — сказал Джек, когда они пошли к Длинному Дому, стараясь держаться так, чтобы между ними и танцующими всегда оставались кусты. Пока Крис проверяла дорогу, в руках Джека появился пистолет.

— Где ты его прятал?

— Не скажу. А где твой?

Крис прятала свой небольшой пистолет в прическе.

— Интересно. Теперь тебе придется выкинуть венок.

— В Длинном Доме. Нелли, сделай меня снова темной.

Через мгновение Крис потемнела вся, кроме лица.

— Вот, намажься. — Джек достал небольшой пузырек.

Крис вымазала лицо черной краской. Что за краска, потом побеспокоится.

— Ее я тоже могу поменять, — похвалилась Нелли, и через мгновение лицо Крис стало разноцветным, а потом снова черным.

— Спасибо, Нелли, — сказал Джек. — А теперь скажи, есть ли какой путь вниз?

— Один с этой стороны и один с другой. Нужно пройти мимо вот этого куста азалии.

Джек так и сделал и тут же обнаружил ступеньки, ведущие вниз, к толстой стальной двери, вделанной в бетонную стену подвала. Очевидно, не все налоги Большого Острова уходят из этого мира, о чем-то Ахоло пока не знает.

— Нелли, можешь открыть дверь? — спросила Крис.

— Не стоит, — ответил Джек. — Ее уже вскрыли. Держись за мной.

— Как скажешь, — пробормотала Крис, сбрасывая с себя гирлянды цветов.

Дверь тихо открылась на хорошо смазанных петлях, помещение за ней было тускло освещено. Ряды столов, на них разложены предметы, по мнению Крис, как для самой странной распродажи, которую она только когда-либо видела на любом из политических мероприятий по сбору средств. Деревянные маски, статуэтки с выдающимися половыми признаками… мужские, женские, каменные и плетеные безделушки сложены на столах кучками, а то и вовсе под столами. И все это находилось за запертой дверью и под наблюдением видеокамеры.

У каждого свое представление о барахле.

Джек, стараясь не шуметь, подошел к одному из столов, присел на корточки рядом с одной из статуэток с особенно длинным… э-э… языком.

— Кто-то работает в правом крыле здания, двумя рядами дальше, — сказала Нелли. Крис коснулась плеча Джека и кивнула в нужном направлении. Вот так-то вот. Мы с Нелли тебе еще нужны.

Они тихо поменяли позицию, присели в проходе между столами и стали внимательно изучать человека в черном, крепящего пластиковую взрывчатку к покрытой мхом вулканической скале размером с скамейку для ног.

Джек пересек проход, проверил другую сторону помещения, после чего прицелился в нарушителя и сказал:

— Подними руки и отойди от камня.

Крис тоже взяла на прицел нарушителя.

Темная фигура застыла, но не торопилась подчиняться приказу Джека. Крис присмотрелась, в тусклом свете было трудно различить черное на сером, но ей показалось, что перед ними женщина. Нарушитель поднял руки, открыл рот и…

В помещение резко погрузилось в кромешную тьму.

Джек выстрелил. Крис выстрелила. В короткой вспышке они увидели, что стреляли в пустое место.

— Нелли?

— Он бежит. Влево.

— Может, включишь свет?

— Момент.

Свет включился и в тот же миг послышался звук захлопнувшейся двери.

— Я уже говорила, что здесь две двери? — сказала Нелли.

— И нарушитель только что воспользовался второй, — голос Джека был кислотным. Он осторожно подошел к камню и начал осматривать провода, соединяющие пластиковые брикеты.

— Нелли, тебе знаком такой тип бомбы? — спросила Крис, больше для того, чтобы казаться полезной.

Джек присел у камня и тут же выдернул один оголенный провод.

— Скорее всего, это была антенна, — сказала Нелли.

— Спасибо, — сухо ответил Джек.

— Руки вверх, — чуть запоздало донеслось со стороны правого крыла, от двери, через которую вошли сами Крис и Джек.

— Можно сначала бомбу обезвредить? — спросила Крис, осторожно кладя пистолет рядом с пистолетом Джека.

— Бомбу? — интонация голоса охранника сменилась на жалобную.

— Нет, — приказал другой голос, более авторитетный. — Вы можете ее взорвать.

— Мы тут рядом с ней, — сказала Крис, приподнимая руки вверх.

— Каликау, может, разрешим им обезвредить бомбу?

— Нет, Малу, они могли ее и поставить.

— Нелли, — тихо сказал Джек, — не думаю, что схема активации завершена. Как считаешь?

— Это была антенна, и цепь не была замкнута. Бомба не опасна. Пока, — согласился компьютер.

— Кто здесь еще? — потребовал Каликау.

— Мой компьютер. А сейчас отведите-ка нас к принцессе Ахоло, чтобы мы разобрались с этим вопросом. Но лучше, оставьте у этого камешка охрану, иначе тот, кто пытался установить на нее бомбу, вернется и закончит свое дело. И вообще, зачем взрывать этот камушек?

— Вы не знаете? — спросил Малу.

— Следуйте за мной. Малу, остаешься здесь, охраняй Камень Коронации.

— Камень Коронации? — спросила Крис.

— Почему я? — спросил Малу.

— Наверное, нужно прихватить с собой минимум половину взрывчатки, — сказала Нелли. — Это нарушит схему окончательно.

— Не надо, — сказал Каликау, но Малу уже оторвал приличный кусок и протянул его Джеку.

— А если ты ошиблась? — спросил Джек у Нелли.

— Шансы минимальны.

Когда выбрались на улицу, Крис остановилась.

— Мне нужно надень гирлянды. Знаете, те гирлянды из цветов, что мне подарила принцесса Ахоло. И корону, подаренную вашими старейшинами.

— Корону? — переспросил Каликау, на этот раз несколько менее официально.

— Осторожнее, — сказал Джек, когда Крис начала пристраивать на своем теле гирлянды из цветов. — На Туранике ее разыскивают за уничтожение частной собственности, а на Вардхейвене за неправомерное использование государственной собственности. Она может добавить к своему уголовному досье уничтожение национальных сокровищ Хикилы.

— Всего три планеты, — буркнула Крис, поправляя гирлянду на бедрах. — Пятьсот девяносто семь человек думают, что я невиновна.

— Она еще молода, — заметил Джек, — у нее все впереди.

Крис надела корону, потом намотала на себя вторую гирлянду из цветов и быстро пошла прямиком к группе танцующих островитян. Охранник, с гораздо менее уверенным выражением на татуированном лице, последовал за ней.

Крис заметила Ахоло у дерева, где они беседовали до того, как принцесса отправилась танцевать. Не успела она с Джеком и охранником подойти к ней, появился Афа с четырьмя бокалами в руках. Ахоло и Афа удивленно уставились на Крис, пока та не вспомнила, что сейчас она в камуфляже ниндзя.

— Нелли, перекрась меня.

Оба внука королевы Ха’ику’лани одновременно сглотнули. Крис посмотрела на себя, увидела, что Нелли перекрасила Крис в цвета, которые говорили о Крис как об опасной воительнице.

— Нелли, верни цветовую схему Эбби. И почетче цвета сделай.

— Да, мэм.

И Крис снова превратилась в разукрашенную цветами милую деву.

— Как ты это делаешь? — восторженно спросил Афа.

— Может, завтра тебе и покажу, — сказала Крис. — Кто-то только что пытался заминировать ваш Камень Коронации. Если бы этому кому-то все удалось, от камня и Длинного Дома ничего бы не осталось. Этот вот сыщик помешал нам обезвредить бомбу. Как насчет того, чтобы закончить ее обезвреживание?

— Да, — прозвучало, не прошло и двух секунд.

Джек тут же развернулся и рысью помчался обратно к Длинному Дому, Ахоло и Афа неслись вслед за ним, а Каликау пытался на бегу объяснить, почему он сделал то, что сделал и не смог поймать нарушителя. Ахоло его не слушала. Афа кивал, издавал какие-то звуки, а потом к чему-то стал прислушиваться, Крис подумала даже, что у него в ухе есть приемник и он сейчас слушает полицейские доклады.

Добежали до Длинного Дома, спустились вниз и обнаружили Малу, шагающего вокруг камня. Он пытался смотреть сразу во все стороны и держаться как можно дальше от камня, не уходя от него далеко. Все это одновременно было невозможно, но высокий мужчина определенно пытался.

Они быстро осмотрели замок в двери, помещение и бомбу. По сравнению с галактическими стандартами, бомба оказалась довольно низкого уровня.

— Местного производства, — заключил Джек.

Крис оглядела помещение с сокровищами.

— Что произошло бы, если бы вы потеряли все это перед смертью твоей бабушки? И перед твоей коронацией?

— Это потрясло бы наш образ жизни до самых корней. На этом камне сидела наша первая королева, когда мы ее короновали. На нем короновали каждую королеву. А потерять головы всех наших предков… — девушка вздрогнула и покачала головой. — Афа, тебе придется все рассказать мужчинам. Нам понадобится защита получше.

— Ну, сюрпризом ни для кого не будет.

— Да, но бабушка не хотела тратить деньги. Теперь, наверное, придется. Трать их и реши основную проблему, чтобы ни у кого не получилось разрушить наш образ жизни.

— Сложный приказ, — сказала Крис.

— С предстоящим рассветом нам придется взглянуть в глаза нашим людям.

Джек закончил обезвреживать бомбу, передал охранникам взрывчатку для утилизации. Крис, вслед за Ахоло и Афой вернулась к месту танцев, но не вмешивалась в их разговор. Она молчала. Она может носить их гирлянды из цветов, подаренную ими корону, но сейчас появилась проблема, которую должны решить именно они, самостоятельно, а не она.

Так-то вот, капитан Сантьяго, сейчас перед вами та самая Лонгнайф, которая помнит, что пришла сюда не для того, чтобы начинать войну. Или сражаться в ней, если она вдруг начнется.

Глава 5

Следующим днем Крис стояла перед судом, наслаждаясь тем, что она важный свидетель, а не обвиняемая. Председательствовали семь судей и все обращались к ним либо как «ваша честь», либо «бабушка»/«дедушка», в зависимости от пола. Судьи одеты в лавалвалы, саронги и гирлянды из цветов, как и все остальные.

По подсказке Ахоло, Крис не стала одевать ни одной белой вещи. «И никаких шорт, только длинные штаны». Она давала показания в качестве принцессы, что казалось хорошей идеей. В список свидетелей добавили Эбби, чтобы та рассказала о краске с компьютерным управлением, которая может менять цвет по нескольку раз в секунду, и пять лет назад на Земле была весьма популярна.

— Вы об этом не знаете? — Эбби выглядела весьма удивленной.

— Нет, — ответила старший судья.

Ответ прояснил кое-какие вопросы о бомбере. Он или она наверняка использовал такую же каску для тела, так что смог быстро затеряться в толпе, что объясняло, почему не поймали никого, разукрашенного целиком в черную татуировку или одетого в черное.

Вопрос Крис Афе, мол, разве здесь нет нанитов, чтобы распознавать такую краску, заставил того нахмуриться.

— Если кто-то достаточно любезен, чтобы дружелюбно относиться к нашим обычаям, разве не будет дурным тоном разнюхивать вокруг него, что там у него за краска? Тебе и твоему человеку мы поверили. Кроме того, наниты в нашем соленом воздухе и пассатах не приживаются. На островах мы остаемся низкотехнологичными.

Крис это видела. Вопрос в том, насколько низкотехнологичным был Большой Остров.

Суд много не добился. К самой Крис и Джеку никаких претензий не было. Может, она не была настолько важной свидетельницей, как думала… и посоветовала людям Нуи-Нуи усилить безопасность. Суд отложили.

— Что теперь? — поинтересовалась Крис, когда все разошлись.

— Теперь мне нужно встретиться с бабушкой и старейшинами, — сказала Ахоло, закусив нижнюю губу. — Пора что-то делать.

— А я пойду на рыбалку. Хорошо, что сегодня среда, иначе пришлось бы удовольствоваться остатками вчерашнего ужина. Хочешь со мной? — спросил Афа у Крис.

— Разве тебе не нужно на Совет?

— Я молод примерно лет на сто, — засмеялся Афа. — Давай, пошли на рыбалку. Скоро ты окажешься за миллион световых лет от островов, никакого удовольствия. Так, пошли, порыбачим? Всем нужно есть. Если сестренка будет вечно разговаривать с бабушкой, мне придется их кормить. Кроме того, за ужином мы услышим все, что нужно. И, если я хотя бы наполовину умен, как папа, придется поправлять сестренку, если она поймет что-то не так.

Сестренка ткнула старшего брата кулаком в бок… но не сильно.

— Думаю, я отправлюсь на рыбалку, — сказала Крис.

— Так будет лучше всего. Нам может понадобится помощь твоего дедушки, но сначала мы должны попробовать сделать это с помощью пути островов.

— Сбегаю за купальником, — сказала Крис.

— Он тебе не нужен, — крикнул вслед Афа.

Но Крис не остановилась.

* * *

Полчаса спустя, одетая в новое бронированное боди и закрытый купальник со стратегически расположенными керамическими пластинами и даже с немного добавленной плавучестью, шляпой, что дала Нелли отличную антенну и защиту от солнца, в которой спрятались несколько четырехмиллимитровых штурмовых снаряда, Крис приготовилась договариваться о свободе от Джека на день. Тот посмотрел на прогноз погоды и нахмурился.

— Вроде все нормально, — сказала Крис. — Проблем не намечается.

— Да, но что было на спутниковом снимке в тот день, когда пропали родители Ахоло?

Крис задумалась… и пожала плечами.

— Загляну в офис службы безопасности, — сказал Джек, — и буду делать все, что они скажут. У них есть вертолет. Нелли, оставайся на связи. Если вдруг потеряю твой сигнал, тут же начну вас искать.

— Девочки тебя поняли, — сказала Крис и за себя, и за Нелли.

Афу она нашла на пляже рядом с лодкой с выносными опорами. Его лодка была длинной, чистой и выкрашенной в красный цвет.

— Умеешь грести? — не поднимая взгляда сетей и удочек, спросил он.

— Я уже плавала на лодках, и грести тоже приходилось. На каноэ. Если мой стиль твоим требованиям не соответствует, уверена, ты захочешь показать мне, как нужно правильно это делать, — сказала Крис. — Я быстро учусь.

— Рыбачила когда-нибудь?

— Ни с чем таким, что ты сейчас раскладываешь.

— Сегодня будет интересный день. Берись за поручень, давай столкнем лодку в воду.

Крис схватилась за то место, куда ей указали, немного поднапряглась и вот лодка оказалась в воде, а сама она в лодке, без каких-либо негативных комментариев со стороны Афы и нескольких десятков парней, наблюдавших за ними, у которых были свои лодки. Они сразу стали сталкивать в воду свои лодки и направились к тем же рифам, что и Афа с Крис. Крис увидела, как нужно грести. И несколько громких выкриков, кто кого круче.

— Такая толпа всегда бывает?

— Нет. Сегодня компания немного необычная.

К тому времени, как они добрались до рифа, большая часть лодок отправилась к своим угодьям или вернулась на пляж. Афа показал Крис, как бросать сеть и собирать пойманную рыбу.

— Остерегайся крапивниц, — предупредил он Крис.

Рыба вокруг рифа была мелкой или средней. Крис уже было собралась выбрасывать мелкую рыбешку, но Афа сказал:

— Не стоит. Мы их используем как наживку. Пробовала когда-нибудь смаки-смаки?

— Нет. Что это такое?

— Большая такая рыбина, размером примерно с земного тунца, и вкусная. Думал, привезти одну такую домой, старейшинам.

— А может, чтобы произвести впечатление на одну девушку со звезд? — прищурилась Крис.

— Может. Они водятся на глубине, за рифом. Дело для настоящей рыбалки, а? — сказал Афа, берясь за леску.

— Нелли, насколько сильный у тебя сигнал?

— Я подключилась к спутниковой сети. Я ведь должна быть хорошей.

— Раз так, давай, — улыбнулась Крис.

Афа сделал еще пару бросков сетью, что обеспечило их достаточным количеством наживки. Пока гребли через риф, Афа подозвал другое каноэ, передал им съедобную часть улова.

— Вы ведь не собираетесь ловить смаки-смаки? — спросил парень на другой лодке.

— Почему нет? — спросила Крис.

— Потому что это как ловить акулу.

— Акулу?

— Мы не пойдем к берегу прежде, чем я не найду смаки-смаки, — проворчал Афа.

Парень на другой лодке протянул Крис нож.

— Если покажется, что зацепили что-то другое, кроме смаки, перережь леску.

— Спасибо. — У Афы был нож, а у нее нет. — Большое спасибо.

— Все будет в порядке, — заверил ее парень с другой лодки. — Афа почти такой же хороший рыбак, как любит хвалиться.

Крис осмотрела море. Время отлива, волны от трех до четырех метров и продолжали расти. Грести будет тяжело, даже если в проходе через риф волны будут слабее. Афа поставил небольшой парус, чтобы воспользоваться ветром, дующим в спины, и лодка быстро пошла по проходу между рифом к более спокойной воде на той стороне.

Крис уже не помнила, сколько времени провела в лодках на озере, когда была маленькой. Но ни один час из того времени не шел ни в какое сравнение с тем, с чем она столкнулась здесь. Открытый океан вздыбливался, поднимая лодку на добрые три метра, откуда она могла видеть не только Нуи Нуи, но и еще один остров, расположившийся дальше, а потом падали вниз, где все, что она видела вокруг, было только синяя вода… и, да, клочок голубого неба над головой.

Крис никогда не болела морской болезнью. Никогда. Но обнаружила, что живот собирается вступить с ней в переговоры на тему, что сегодня, все-таки, это произойдет.

— Я не заболею морской болезнью, — приказным тоном прошептала Крис.

— Ты со мной разговариваешь?

— Нет.

— Ну, если, все-таки, да, могу сказать, что Эбби спрятала в брюшном кармашке небольшой набор пластырей от морской болезни.

Крис проверила, нашла целых четыре пластыря и налепила один под купальник. Через мгновение ей стало лучше.

— Ты в порядке? — минуту спустя спросил Афа.

— Прекрасно. Где твой косяк рыб? — отозвалась Крис.

— И почему я не пользуюсь каким-нибудь высокотехнологичным устройством, чтобы найти его? Я бы так и сделал, если бы вел морскую перепись, но сегодня я ловлю рыбу и пользоваться такими устройствами кажется мне несправедливым. Они пытаются выжить, я тоже.

— Один из способов взглянуть на проблему, — сказала Крис.

— Но не тот, что учили в школе.

— Я этого не говорила.

— Сомневаюсь, что твой университет чем-то отличается от моего.

— Университет, — повторила Крис.

— В университете Икамалохи лучшая во всем человеческом космосе программа по сохранению морской среды. Кстати, в моей группе были студенты с Вардхейвена.

— Это меня не удивляет. Мы только начинаем серьезно относиться к нашим океанам.

— Самая большая ваша ошибка в том, что вы позволяете траулерам его портить, так что восстанавливать моря вам придется долго. Тому, что я самостоятельно построил каноэ с выносной опорой для рыбалки, есть причина.

Крис осмотрела лодку, увидела следы долота, но их оказалось не так много. Борта высокие и ровные, дно гладкое. Бамбуковые перекладины туго перетянуты веревками из ротанга. Лодка отлично справлялась со своими обязанностями, покачиваясь в открытом море.

— Выглядит отлично, — сказала она.

— Сделать лодку было несложно. Уже долгое время это наша культура. Привыкнуть к ней было тяжело. Мы учились по романам и книгам по социологии, написанных бледнокожими, которые когда-то разговаривали с нашими предками. К тому же мы знали, что некоторые из написанных ими сказок были небылицами. Тем не менее, мы начали пробовать, в том числе и написанное в откровенных выдумках, потому что оно того стоило, попробовать. Мы достаточно долго жили жизнью бледнокожих. Поэтому и пришли сюда, чтобы жить по-своему и этот образ жизни никому не удастся у нас отнять. — К тому времени, как Афа закончил речь, на Крис он смотрел хмуро.

Крис подняла руки.

— Я ничего не пытаюсь у тебя отнять. Прадедушка уверен, что если Хикила присоединится к Союзу Разумных, это будет хорошо, но это ваш выбор.

Афа усмехнулся, взмахнул пару раз веслом, поправляя курс.

— Извини. То, что произошло ночью, по-настоящему меня задело.

— Если помнишь, именно я все остановила.

— Да, и я говорю тебе спасибо. Я знаю, что сестра и бабушка тоже тебе благодарны за то, что ты сделала. Мы все в долгу перед тобой и, кажется, даже рыбы признают свой долг перед тобой. Смотри, они пришли, — кивнул он на море.

В двухстах ярдах от лодки казалось, шел дождь. Но небо оставалось голубым. Афа поправил парус и нацелил лодку прямиком к бурлящей воде. Точно, вот из воды выпрыгнула маленькая рыбка. Потом еще одна.

— Что это?

— Этими маленькими рыбками питаются смаки-смаки. Где они, там и смаки. Начинай нанизывать наживку на крючки.

Крис доводилось ловить рыбу, и она знала, что для этого нужно нанизывать на крючки маленьких существ, чтобы поймать более крупную рыбу. Затаив дыхание, Крис схватила мелкую рыбешку из кучки со дна лодки и воткнула крючок в еще шевелящийся живот. Рыбка перестала шевелиться.

— Так это не делается, — улыбнулся Афа.

Так что Крис перебралась к веслу, позволив Афе самому заняться наживкой. Когда они менялись местами, его рука, совсем не специально, погладила ее руку.

— На тебе эта странная штуковина еще с прошлой ночи.

— Другая. Защита из паучьего супер-шелка. Может остановить четырехмиллиметровый дротик и всякие другие мелочи, которыми стреляют убийцы.

— Сгоришь, — сказал Афа и взглянул на солнце над головой.

— Еще хороший солнцезащитный крем. Я защищена.

Присаживаясь над крючками, Афа забормотал что-то на тему, что его тоже слишком хорошо защищают. Крис решила не обращать внимания на бормотание.

Лодка добралась до границы бурлящей воды как раз, когда Афа подготовил первый ряд наживок. Бросив их в воду, он прижал ногой палку с намотанной на нее леской и приготовил удочку для Крис. Взяв ее, Крис забросила крючок с наживкой метров за тридцать от лодки и взглянула на Афу.

— Будем ждать?

— Да. Рыба идет навстречу ветру, — кивнул он. — Давай туда подгребем.

Зажав леску в зубах, он взялся за весло. Крис представила, что бы сказала мама, увидь Крис за таким занятием.

Добравшись до места, лодка снова легла в дрейф.

Через какое-то время Крис почувствовала, что леска немного провисла и принялась ее осторожно подтягивать.

— Не нужно, — сказал Афа.

Крис задумалась и предпочла проигнорировать его совет. Вытянув леску полностью, она обнаружила на крючке только голову наживки.

— Есть шанс, что твоя рыбина тоже окончила институт?

Афа только фыркнул в ответ на шутку и нацепил на крючок другую рыбешку.

Пару минут спустя он вытащил свою оснастку и наживил на крючья новую наживку.

— Выпендриваются перед звездной странницей. Для меня одного никогда ничего подобного не делали.

Несколько минут спустя Крис стало интересно, как долго это может продолжаться. Неудивительно, что остальные не захотели здесь рыбачить. На крючки снова наживили мелкую рыбешку, передвинули каноэ против ветра. Кис попыталась всмотреться в синее море и увидела крохотные серебристые фигурки. Мечущиеся туда-сюда, то и дело беспокоя поверхность моря. Среди них, чуть глубже, двигались тени большего размера. Большие, тонкие, круглые. Интересно, доберется ли до них дротик, выпущенный из автомата? Потом промелькнуло что-то длинное и темное, похожее на ракету и одна из больших теней развалилась на части.

— Видел?

— Смотреть в море — не к добру. Можно увидеть одного из утопленников, который украдет твое сердце, и ты отправишься жить под воду. А может, это всего лишь старая сказка, чтобы облегчить людям жизнь, когда их близкие тонут.

Крис увидела боль на лице Афы и вспомнила, что его родители как раз таки утонули.

— Кажется, я видела, как кое-что длинное и отвратительное слопало одну из твоих смаки. Какая рыба здесь выглядит как акула?

— Длинная и отвратительная, — повторил Афа и вскрикнул, когда его леска натянулась. — Поймал одного.

На мгновении он придержал леску, потом позволил ей размотаться. И все же, каноэ пошло по воде так, как если бы попало в реку. Крис присела на колени у руля, ожидая команды, Афа в это время держал изо всех сил палку, позволяя ей крутиться, разматывая леску, так быстро, как это только было возможно.

— И сколько раз ты это уже делал? — спросила Крис, подумав, что, в общем-то, этот вопрос надо было задать раньше.

— Много, — ответил он.

— Много, в смысле, много, чтобы сосчитать?

— Много, — повторил Афа сквозь стиснутые зубы. Теперь он позволял леске разматываться медленнее, сильнее придерживая вертящуюся палку.

Крис как-то читала о подобной поездке, кажется, это было недалеко от Нантакет. Да, тогда кто-то пытался поймать кита. Рыбешка покрупнее. Крис посмотрела на нос каноэ. Тот находился на уровне воды, но за борт переливалось мало, даже когда каноэ врезалось в волну. Хотелось бы хоть какого-нибудь предложения от Афы. Но тот молчал, и Крис выставила в воду весло, пытаясь развернуть лодку хоть на пару градусов от курса, по которому их тащила рыбина.

Неправильно! Выносную опору подняло над водой на добрую четверть метра. Афа откинулся назад, и только тогда та резко плюхнулась обратно в воду.

— Леска должна быть на другой стороне. Рулевые всегда держат леску между носом и выносной опорой, — крикнул Афа.

— Предупреждать надо заранее, — огрызнулась Крис.

— Извини, не подумал.

— Ты ведь раньше никогда не рыбачил таким образом.

— Нет.

— И только сейчас в этом признаешься? Нелли, если вдруг мы пойдем под воду, вызывай Джека и вертолет.

— А если я сорвусь и утону?

— Держись крепче.

— Ты же знаешь, что я не могу.

— Я держу тебя, а если ты, все же, сорвешься, отключи питание, а мы тебя потом найдем.

— Уж лучше вам будет меня найти, или… или я больше никогда не буду с тобой разговаривать, — в эту старую уже угрозу Нелли вложила все свои чувства.

Что-то длинное темное и безобразное проплыло под лодкой.

— Думаю, у нас проблемы, — сказала Крис и бросилась к Афе, когда леска внезапно натянулась и дернулась, что тот чуть было не перелетел через борт лодки. Крис схватила его за лавалаву. Вот только та держалась не так крепко.

Афа выскользнул из лавалавы, продолжая падать за борт.

Крис снова кинулась к нему, на этот раз схватив его обеими руками за талию и бросая его на дно лодки. В результате сама оказалась на нем. Никогда в подростковых фантазиях она не представляла, что в ее полном распоряжении может оказаться голый парень-островитянин. Но вот то, что выносная опора поднималась над ними, пытаясь опрокинуть обоих в океан, в котором обитало зубастое чудовище, разрывающее на части все, что может показаться ему обедом, определенно не было фантазией.

Позже Крис говорила Афе спасибо за то, что тот толкнул ее к другому борту, что помогло сбалансировать каноэ. Когда выносная опора плюхнулась о воду, они оба расхохотались. Пока поднимались и расходились по своим местам, Афа умудрился провести по спине Крис ладонью, заставив ту задрожать. И быстро обернул вокруг себя лавалаву, не давая Крис шансов хоть даже украдкой рассмотреть его всего.

А выглядел он мило.

Пока пытались не дать каноэ перевернуться, лодку отнесло к тому участку, где на поверхности плавали куски плавников и плоти рыб. Как напоминание о том, насколько опасной ситуация может стать в любой момент. Сидя переводя дыхание, отдавшись воле волн, на самой высокой точке они различали вдалеке Нуи Нуи. Отсюда остров был похож на длинное весло.

— Папа всегда говорил: «Иногда выигрываешь ты, иногда — рыба», — сказал Афа, глядя на воду, а не на Крис. — Сегодня выиграла большая рыба. Думаю, нам лучше отправляться к берегу. Ветер меняется, прилив тоже. Но не волнуйся, ужин мы приготовим.

Так и получилось, хоть для этого пришлось много грести и для переодевания не нашлось времени. Впрочем, это не имело значения, купальник оказался настолько же уместным, как и все остальное. История о том, как акула украла у них смаки-смаки, старейшинам понравилась едва ли не больше самого улова. В результате Крис услышала несколько историй о том, как на самом деле нужно ловить смаки-смаки. К пятому варианту, ни один из которых не был похож на предыдущий, кроме разве что использования крючка и лески, Крис подмигнула Афе. Стало понятно, что каждый ловил смаки-смаки по своему… иногда выигрывая, иногда проигрывая.

Наевшись, Крис поинтересовалась, как прошел их день. Ахоло посмотрела в сторону, где на подушках лежала ее бабушка и заговорила.

— Пора отправляться на Большой остров. Мне и бабушкиным советникам. Веа Икале интересовалась, когда городской совет может с нами встретиться. Старейшины думают, что если мы начнем с желающих и будем постепенно продвигаться к тем, кто меньше всего доволен перспективой, сможем создать волну, которой никто не сможет сопротивляться.

— Уже есть ответы? — спросила Крис.

— Порт-Стэнли согласились сразу, что неудивительно, — сказала Веа Икале, высокая, пышная женщина с тату, изображающими паруса. — Другие думают, а в Порт-Брисбен говорят, что им нужно созвать совет, прежде чем они ответят на наше предложение.

— Это тоже неудивительно, — сказала со своего ложа бабушка.

— Получается, нужно всего лишь все сдвинуть с мертвой точки, — сказала Крис.

Присутствующие закивали.

— Нелли, пошли сообщение коммандеру Сантяго на «Хэлси», передай мое почтение и попроси связаться со мной, как только сможет.

— Да, мэм. — Последовала короткая пауза. — Коммандер Сантьяго шлет свое почтение и готова к разговору.

— Капитан, это принцесса Кристина.

— Насколько я могу судить, у вас там добрый вечер.

— Да. Я хотела бы поинтересоваться, могу ли одолжить вашу шлюпку. — Крис оглядела группу старейшин и добавила: — Или, может, что-нибудь покрупнее.

— Пытаетесь развязать войну? — Вопрос прозвучал сухо.

— Собственно, пытаюсь начать мир. В частности, мне нужно перебросить переговорную команду из одного места в другое, чтобы начать переговоры в решение давней проблемы.

— Совсем не похоже на работу Лонгнайф.

Королева фыркнула. Несколько старейшин усмехнулись, Ахоло выглядела озадаченной. Крис вздохнула.

— Пытаюсь открыть новую страницу. Кажется, сейчас подходящее время. Обещаю вернуть борт в хорошем состоянии, без новых вмятин.

— Это будет впервые. Когда он вам нужен?

Проигнорировав вопрос, она взглядом переадресовала вопрос королеве. Хай’ику’лани не ответила. Один из старейшин, перебрасывая из ладони в ладонь горячую картошку, предложил:

— Завтра?

— Можете подать борт на пляж в семь тридцать утра по местному времени? — поинтересовалась Крис, доводя дело до предела. — В Порт-Стэнли мы, таким образом, должны попасть к девяти тридцати и у нас будет целый день на приветствия, встречи и разговоры.

— Космические пехотинцы понадобятся? — спросила коммандер Сантьяго.

— Это проблема местного значения. Мы не участвуем. Я не уверена, что полечу туда сама, потому что меня пока что никто не приглашал, — сказала Крис, чем и подписала себе приговор.

— Надеюсь, ты не откажешься еще раз отправиться со мной на рыбалку, — сказал Афа, но его взгляд намекал вовсе не на рыбалку.

— Сегодня было весело, — тяжело сглотнула Крис.

— А я надеюсь, что ты отправишься с нами на Большой остров, — сказала Ахоло.

— Я ждала приглашения, — сказала Крис и, увидев приподнятую бровь Афы, спросила его: — Почему бы тебе тоже не отправиться на Большой остров?

Афа сник лицом и покачал головой.

— Я всего лишь ловлю рыбу. За всех нас говорит Ахоло.

Старейшины задвигались, загомонили, собираясь расходиться. Ахоло вместе с ними. Крис догадалась, что ей пора идти собирать чемоданы, может, не все семь, но большую часть точно. Когда четверо мужчин внесли паланкин, чтобы отнести королеву обратно в ее комнату, Крис поклонилась.

Крис вместе с Эбби рассматривала коллекцию одежды и размышляла, что оставить, а что прихватить с собой. Форма не подходила: Крис подозревала, что в нынешней ситуации ей нужно больше быть внимательной принцессой нежели галантным солдатом. Итак, сарафан или деловой костюм, бальное платье или струящийся лама-саронг?

Через полчаса, когда уже начало подступать отчаяние, тихий стук в дверь привлек внимание.

— Входите.

В комнату с озадаченным видом вошла Ахоло.

— Ох, у тебя столько разной одежды, — широко раскрыв от удивления глаза, сказала принцесса.

— Да, — вздохнула Крис. — Тебе проще, всего на всего упаковать дюжину разноцветных саронгов и готово. Подозреваю, в конечном итоге мне придется взять с собой четыре, а то и пять чемоданов, и все равно буду жалеть, что чего-то подходящего с собой не взяла.

— А мне? Должна ли я ходить среди тех, кто живет на Большом острове, одетой явно не по их обычаям? — нахмурилась местная принцесса. — Или следует проявить больше уважения к их пути, если хочу, чтобы они уважали наш путь?

Крис сдвинула в сторону несколько платьев, валяющихся на кровати, освобождая место, и села.

— Хороший вопрос. Каков будет ответ?

— Это неважно. Кроме саронгов у меня ничего нет.

Крис посмотрела на Ахоло. Более грудастая. И немного ниже. Где тот слишком короткий сарафан, который висел на Крис, как на вешалке? Вот он.

— Примерь.

Ахоло вылезла из саронга. Нижнее белье на островах оказалось не слишком популярным. Крис помогла ей натянуть через голову сарафан. Тот сел на принцессу, словно для нее и был сшит. Та взглянула в зеркало в полный рост, сделала пируэт.

— Оно прекрасно.

— На тебе оно шикарно выглядит. Сарафан твой. Мне он точно не идет. Думаю, размер обуви у тебя такой же, как у меня. Эбби. У нас найдется обувь для принцессы?

Эбби принялась рыться в чемоданах, достала оттуда сандалии… и трусики с рюшками на два размера больше, чем нужно Крис.

— Храню на всякий случай. Если вы продолжите кушать на борту корабля так, как кушаете, вам, в конечном итоге, они понадобятся, поскольку рядом магазинов нижней одежды я не видела.

Крис поморщилась, но ничего не сказала.

— Поскольку вы будете участвовать в серьезных переговорах, вам понадобится серьезная деловая одежда, — продолжила Эбби, из другого чемодана вытаскивая красный деловой костюм. Короче того, что предложила Крис, и просторнее. Выражение, которым на этот раз Крис одарила горничную, было другим, но и для него Эбби оказалась такой же непроницаемой, как для других выражений. Следом она достала темно-синий и ярко-зеленый костюмы, юбку, брюки, колготки, в зависимости от того, как предпочитают одеваться бизнес-леди на Большом острове.

Все это отлично подходило для девушки пяти футов и восьми дюймов с великолепными изгибами и совершенно неуместно в гардеробе шестифутового бобового шеста.

Эбби, нам нужно серьезно поговорить. Когда все закончится.

Но не этим вечером. Крис стояла в стороне, молча наблюдая, как Эбби экипировала Ахоло полным комплектом нижнего белья. Размер бюстгальтера 38-С значительно отличается от 34-А, что у Крис. Эбби вовсе не обращала внимания на нахмуренный взгляд Крис. Что еще есть у этой женщины в ее чемоданах?

Макияж пропустили, но не аксессуары для нарядов… туфли, шарфы, легкие украшения.

— Если только у вас нет своих.

— Большая часть моих украшений сделана вручную и не такая необычная. Давайте я покажу вам мою коробку.

Содержимое вызвало много ахов и охов, когда Крис и Эбби подбирали натуральный жемчуг, великолепные броши, ожерелья и браслеты к каждому наряду. И смотрели, как Ахоло примеряет их. Потом примерила официальный наряд, который должен был выглядеть с примесью островной одежды, но полностью из синтетики.

— Почему просто не надеть саронг? — спросила Ахоло.

— На такой вопрос ответить трудно, — сказала Эбби. — На такие вопросы кому угодно, кроме вас, ответить трудно.

— Ой, — сказала островная принцесса.

— Сейчас уже поздно, а вылетать придется рано. Все ваши вещи, принцесса, я упакую в один чемодан, — сказала Эбби. — И ваши вещи, Крис, я тоже заберу, потому что нет времени выбирать. Вокруг полно симпатичных мускулистых парней, они вряд и откажут мне в погрузке нашего багажа.

Почему-то Крис подозревала, что это именно то, чего и добивалась Эбби… и что один из чемоданов был забит вещами размером подходящим как раз для Ахоло. И… Слишком много вопросов. Слишком много.

Утро наступило рано. На борту шлюпки уже разместились космические пехотинцы. Они сидели кучкой в дальнем конце салона и держали оружие вне поля зрения. Крис кивнула сержанту Ли, получила в ответ ответный кивок. С Нуи Нуи шлюпка стартовала в восемь тридцать и потратила около полутора часов, чтобы добраться до орбиты и спуска вниз, приземлившись в большой бухте, окружающую Порт-Стэнли, ровно в восемь по местному времени, выиграв два часа. День обещал быть долгим.

С причала выехали через промышленный парк, которому мог позавидовать и средних размеров городок на Вардхейвене. Приветственная речь, произнесенная в Гражданском зале, хоть и была длинной и полной формализма, была обращена к аудитории, до отказа заполнившем помещение. Она была полна благодарности за все, что островитяне сделали для них много лет назад в трудную минуту и напомнили обо всем, что они сами сделали для островитян в последнее время. Крис со всем уважением отнеслась к тому, как Ахоло, облачившись в ярко-красный юбочный костюм следовала за местными, благодаря горожан за поддержку в строительстве больниц, навигационных средств на островах, радуясь, что они воспользовались гостеприимством Большого острова во времена большой нужды.

Потом Ахоло продолжила говорить о том, что многие годы оставалось недосказанным, а именно, что решение, принятое много лет назад, было основано на ложных ожиданиях и сейчас нужно пересмотреть этот вопрос и выбрать новый курс отношений.

Такой финал выступления вывал бурю аплодисментов, таким позавидовал бы и отец Крис. Особенно сейчас, когда ему приходится бороться за продолжение политической жизни. Для человека, выросшего в системе без партий и без политики, Ахоло слишком быстро училась.

После перерыва перешли в ратушу и палаты Совета, где Ахоло и старейшин пригласили к столу переговоров. Крис с Джеком, как бы между прочим, обошли зал, не обнаружив ничего опаснее новостных жучков, которым позволили жить. Потом Джек и Пенни вышли на улицу, присоединившись к местным полицейским, оставив Томми дежурить у выхода. Крис же устроилась в кресле у стены, расправив широкую юбку сарафана — оделась специально, чтобы рядом с Ахоло выглядеть невзрачно — и приготовилась слушать и улыбаться до конца дня.

Что успешно и делала все это время.

Каждому дали возможность сказать, и присутствующие этой возможностью пользовались. Островитяне и жители Майнленда — на этом названии горожане настаивали, так что островитяне вскоре также начали пользоваться этим названием — получили слово. Крис даже интересно стало, заметил ли кто-нибудь, что большинство их них говорили об одном и том же. О тяжелых временах, когда они поселились на материке, об упорном труде, чтобы превратить пустынную местность в свой дом, о том, что у них все получилось и теперь смотрят, как на этой земле растут и процветают их внуки. И сейчас у них появился собственный интерес, а именно, чтобы налоговые деньги оставались на их планете. Самый основной интерес.

У островитян же была своя мантра. Во времена войн с Итич они дрались, проливали кровь, спасая человечество, в то время как беженцы, размещенные на материке, были озабочены спасением своей жизни. Островитяне хотят жить по-своему и им не нужно много. В конце концов, это их планета.

К четырем часам, когда объявили перерыв, Крис услышала, как колотится сердце в ее груди.

Эбби арендовала королевский люкс в отеле «Стэнли». Ахоло и Крис разместила в разные спальни. Сама Эбби, вместе с Джеком, заняли номер напротив, а по обе стороны от люкса поселили Пенни и Томми.

Горничная явно была готова обслуживать двух принцесс как одну. Она как на конвейере вымыла обоих и одела, что казалось чудом эффективности, так что к шести часам, когда был назначен официальный ужин, выдала двух полностью одетых молодых женщин в струящихся платьях. Осталось даже время, когда Крис и Ахоло покопались в шкатулках друг друга. В конечном итоге Ахоло нацепила на себя лучшие украшения с Вардхейвена, а Крис — островные.

Ужин проходил в бальном зале меньшего размера, и Крис обнаружила, что ее посадили между мэрами Порт-Стэнли и Порт-Феникс, города, расположенного так далеко по руслу реки, что о судоходности там никакой речи и быть не могло. Из уважения к островитянам каждый город на Хикиле, независимо от того, где стоит, даже если поблизости рек вовсе не было, называли портом.

Крис даже интересно стало, как высоко островитяне ценят такой жест.

— Так что на самом деле задумал король Рэй? — с такого вопроса начался разговор за вкусным супом из моллюсков. Крис осмотрелась: ее окружали сплошь мэры и супруги мэров, наверное, специально сели неподалеку от Крис, чтобы слушать, а потом рассказать другим. Все хотели знать, что на самом деле происходит в Союзе Разумных.

— Не знаю, — как обычно, Крис начала отвечать вежливо. — Хороший суп.

— Рэй пытается уклониться, позволяя Конституционному суду собраться в Питтс-Хоуп, пока сам отсиживается на Вардхейвене? — спросил мужчина, который, по возрасту, мог сражаться во времена войн с Итич. — Я хочу сказать, что хоть он и Лонгнайф, но это же слишком далеко, чтобы даже он мог дергать за ниточки.

Крис не переставала улыбаться и есть суп.

— Вы знаете что-нибудь о том, что происходит? — спросила молодая женщина, которая запросто могла бы понравиться Крис.

— Нет, я даже не знаю, что будет следующий блюдом: салат или рыба, — с серьезным лицом сказала Крис, что вызвало взрыв смеха. Крис же промокнула салфеткой губы, сложила ее и оглядела соседей. — Дедушка серьезно относится к вопросу, что он конституционный монарх, а конституции у нас нет. Из-за этого сложно понять, что мы, члены королевской семьи, должны делать, — с кривой улыбкой сказала Крис, что вызвало еще серию сухих смешков. — Как бы то ни было, он на Вардхейвене, а вся болтовня происходит на Питтс Хоуп, потому что так надо. Люди, бросившие жребий, решают, каким образом нужно управлять Союзом Разумных. Должен ли законодательный орган иметь одну, две, или три палаты. Я не знаю, как они решат. Одна планета, один голос. Присоединитесь сейчас, выскажите свое мнение. Присоединитесь позже, будете знать, к чему присоединяетесь, но к тому времени поезд уже уйдет.

— Я так понимаю, вы за то, чтобы мы присоединились раньше, — сказал мэр Порт-Стэнли.

— Я хочу, чтобы меня услышали, когда я говорю, — улыбнулась Крис.

— Я что-то об этом слышал, — от такого замечания захихикали чуть ли не все, кто следил за разговором. Крис же изобразила оскорбленную невинность, что превратило хихиканье в полноценный смех.

— Сможет ли Союз Разумных защитить нас? — спросил мэр еще одного города, Крис не запомнила какого.

— Основная часть флота Вардхейвена сейчас в Бойнтоне, пытается снять возникшее там напряжение, — ответила Крис.

— Как я понимаю, весь флот, — поправил еще один.

Крис ничего не ответила.

— Чтобы защитить Бойнтон или заставить их присоединиться к Союзу? Если мы не захотим присоединяться, мы тоже увидим эскадру линкоров Вардхейвена, блокирующую торговлю? — сказал самый молодой мэр из присутствующих. Из какого он города, Крис тоже не знала.

— О такой версии я пока еще не слышала, — после недолгой паузы сказала она. — Для справки, власти Бойнтона находились на завершающей стадии заявки о принятии в Союз, когда стали появляться корабли с трех других планет. Я не знаю, что они хотели там делать и кто их вызвал. Они не говорят. Правительство Бойнтона обратилось за помощью. Вардхейвен ответил. По крайней мере, так я слышала в новостях. А вы где-то слышали другое?

— В разных местах говорят разное, — сказал мужчина и вернулся к супу.

Подали салат и разговоры перешли на другие темы: о будущем человечества и проблемах шестисот планет. Крис заметила, что о Хикиле говорили крайне мало. Ей оставалось пробовать то, что ей предлагали, и отвечала на вопросы, которые ей задавали, стараясь избегать высказывать догадки, которые в будущем могли обратиться против нее самой или против дедушки Рэя.

После ужина объявили танцы. Заиграла музыка, популярная задолго до того, как человечество покинуло старую Землю. Кто-то вышел на танцпол. Это была музыка для того, чтобы люди могли красиво танцевать в паре, в то время как другие смотрели, и до них доходила главная причина, по которой они собрались здесь: разговаривать.

Они говорили о других людях, говорили о политике. Сегодняшним вечером главной темой, вроде как, была политика.

И Крис, в значительной мере, оказалась вне главной темы.

Некоторое время она наслаждалась тишиной, пока в кресло рядом с ней не сел привлекательный парень примерно ее возраста и не сказал:

— Прекрасные украшения. Такие делают на островах. Вы обменялись ими с нашей принцессой?

Крис оттянула большим пальцем браслет, сделанный из кораллов и жемчуга.

— Наверное, это самый настоящий предмет, который я когда-либо в своей жизни носила.

— В таких вещах важна настоящесть, — парень потер подбородок.

— Я Крис Лонгнайф, вы, наверное, уже догадались. А вы?..

— Я Сэм Трабинки, — парень протянул руку и улыбнулся, — Сын мэра Порт-Стэнли. Я большую часть дня наблюдал за вами обеими с самых дешевых мест, наблюдал, как делаются все эти политические штуковины, делал заметки. Папа устроит мне экзамен, как только вы покинете город.

— Ваш папа очень похож на моего.

— Сначала политика, все остальное — на потом? — улыбнулся он.

— Готова была поклясться, что в мире найдется только один такой и что он попался именно мне.

— А я думал, что это только моя привилегия, — улыбнулся Сэм.

— А ваш отец отдавал вас на мероприятия «для изучения процесса», чтобы собрать себе побольше голосов?

— Да, — засмеялся Сэм. — Я был единственным десятилетним ребенком, который организовывал семейные ужины.

— Я начала в девять, — сказала Крис, надеясь, что Сэм не затеет игру в превосходство.

— Ну, ваш отец, все-таки, Лонгнайф. Неужели все настолько плохо?

Крис задумалась, моргнула и кивнула.

— Да. Он перестал приходить домой на ужин.

И тут Крис обнаружила, что рассказывает о похищении и смерти Эдди. Слезы все еще появлялись, но она не давилась словами. Не сейчас. Сэм оказался хорошим слушателем, кивал головой, иногда вставлял короткие реплики, побуждающие ее продолжать. Крис удавалось контролировать речь, чтобы не обнаружить в завтрашних газетах то, чего не хотела там видеть, но ей стало легче, когда она выговорилась до конца. Может даже, окончательно.

— Первых и последних ублюдков-похитителей, встретившихся на моем пути, я убила.

— А я думал, там, на Хармони[1], вы их просто поймали.

Крис еще раз моргнула, выставляя вперед щит.

— Вы меня изучали! — негодующе воскликнула она.

Сэм улыбнулся, отдаваясь на ее милость.

— Когда в город заглядывает Лонгнайф, начинающий политик должен написать биографию прибывающего… э-э… прибывающей женщины. Папа поставил мне пятерку, — снова улыбнулся Сэм.

— Отправьте мне копию. Мне нужно знать, в каких новостях официально обвинят именно меня. Но, думаю, последнее покушение в газетах не освещалось, а если и да, то там не было моего имени. В любом случае, если вас когда-нибудь похитят, а я буду рядом, спасу я вас с удовольствием и за просто так.

— Вы довольно потрясающая женщина.

— Не лучший способ меня закадрить.

— Нет, правда. Вы проделали все то, что случилось в системе Париж и на Турантике и, все же, сидите здесь тихо, позволяя Ахоло принять внимание абсолютно всех на себя.

— Это ее планета и ее шоу.

Сэм бросил взгляд на Ахоло.

— Вы уже долго на островах?

— Несколько дней.

— На что похоже?

— Думаю, рай — то самое слово, которое вскоре может надоесть.

— Да, так и папа говорит, а мама продолжает придумывать причины, по которым я не могу включить визит туда в свой график.

Крис его прекрасно понимала. Она оглядела зал, женщины щеголяли в легких и консервативных платьях. Даже последняя мода, пришедшая отсюда с Земли, явно шла не в ногу. Да, материк сопротивлялся островной культуре, и не только в вопросах работы только для пропитания и наличными деньгами против бартера. Было много разногласий, и они были глубокими, а порой и философскими. Какой бы политический механизм ни придумали, он должен быть достаточно устойчив, чтобы выдержать постоянное давление в течение следующих пятидесяти лет.

Никто и не говорил, что будет легко.

Крис с удовольствием рассказала Сэму о том, как недавно отправилась на рыбалку, где чуть было не упала в воду, кишащую акулами.

— И хоть некоторые и говорят о Лонгнайф и акулах в одном ключе, я бы сказала, что акулы пострашнее будут.

Сэм рассмеялся, но Крис заметила, что он все больше и больше поглядывает в сторону Ахоло. Крис понимала, Ахоло была прелестной и держала себя с той уравновешенностью, которую можно ожидать от королевы, готовящейся стать правящей.

— Как думаешь, она не против потанцевать? — наконец, спросил Сэм.

— Про себя я точно скажу, что уже после часа болтовни убила бы за шанс выйти на танцевальную площадку.

— Не возражаешь, если я уйду?

— Мне понравилось с тобой разговаривать.

Но это его планета, а Ахоло — здешняя девушка, а не видимая с расстояния в двадцать пять световых лет, — напомнила себе Крис, все-таки пожалев, что он ушел.

Когда шум вокруг Ахоло на секунду прервался, он пригласил ее на танец, и она сказала «да», не выглядя при этом, словно сбросила с себя огромный груз, выскальзывая из смирительной рубашки разговоров. Как только Сэм и Ахоло вышли на площадку, пузырь, до этого окружавший принцессу, лопнул. Мэр Стэнли потребовал долить в его бокал вина и газировки в стакан Крис, прежде чем уселся на все еще теплый стул рядом с ней.

— Смотрю, Сэм составил вам компанию?

— У него задатки первоклассного политика, — заверила Крис.

— Танцует тоже неплохо.

— Учитывая, что ему наверняка нужно научить принцессу нужным движениям, — сказала Крис и отпила немного газировки.

— Ну а вам, я так понимаю, несколько ночей назад пришлось выучить несколько довольно причудливых движений, — приподняв бровь, сказал мэр.

Крис решила проигнорировать тему о том, что ей пришлось изображать туземку и о том, что пришлось помешать неизвестным взорвать местные сокровища, и решила перейти сразу к делу.

— Как долго все будут повторять то, что и так всем известно? Когда вы начнете решать проблему, которую, как, опять же, всем известно, нужно решать?

— Вы ведь одна из тех проклятых Лонгнайф, не так ли? — спросил он, в знак приветствия подняв бокал.

— Произносится одним словом, — отсалютовала в обратную Крис.

— Ну, ваш папа должен был научить вас, как важно иногда давать людям волю.

— Когда я еще носила подгузники, — кивнула Крис.

— Все, что мы говорим здесь сегодня, вскоре будет во всех новостях по всему материку. Многие люди скажут: «Хорошо, вы говорите им, а мы здесь, в Порт-Стэнли, уже все делаем, потому что знаем, что на самом деле нужно делать».

— И вы делаете.

— Да. Хоть и у нас, и у них есть горячие головы, почти все мы согласны, что нам нужно правительство, уважающее как большинство, так и меньшинство. Скажем, Дом, избираемый всенародно, Сенат, представляющий конкретных местных жителей. Проблема в том, что за местные жители? У них несколько сильных небольших островов, у нас несколько сильных маленьких городов. Островов, которые нужно заселить, не так много, а наше население растет, и здесь, на материке, есть много нетронутых земель, — он почесал голову. — Не знаю точно, как собираемся всем этим жонглировать, но знаю, что это нужно.

— Какое место в этой картине занимает Союз дедушки?

— Основное. Деньги. — Мэр улыбнулся во все тридцать два зуба. — Как только Земля распустила Человеческое Сообщество, мы отменили соответствующий налог и начали использовать его на местные нужды. Так что, если нам придется платить за флот, который хочет ваш дедушка — только не говорите, что это еще не решено, я читаю нужду не хуже иного слепого — это означает новые налоги. Если королева Хай’ику’лани примет нас в Союз без всенародного голосования, здесь, на материке, начнутся беспорядки и… ну, думаю, Стэнли тоже проголосует за независимость от Нуи Нуи.

— Все настолько плохо?

— Нет, пока вы охраняете статус-кво. Но как только попытаетесь что-то поменять, все станет намного интересней.

— Но все и без того меняется.

— Вы это заметили.

— Так что вы никак не можете оставаться тем же, — сказала Крис.

— Нам нужно съесть яблоко целиком, сердцевину, семена, — вздохнул мэр. — Будь я проклят, если мой мальчик не уговорит вашу подругу на второй танец.

— А вы бы что сделали, танцевали бы или разговаривали о политике?

— В их возрасте танцевал бы, — вздохнул мэр. — Так, Лонгнайф, что вы собираетесь делать?

— Дедушка послал меня сюда подержать за руку его старинного военного друга, пока та умирает. Она попросила меня помочь правнучке сделать ее сердце легким, пока лежит при смерти, так что я одолжила шлюпку, чтобы процесс шел быстрее. — Крис искоса посмотрела на мэра. — Но это не мой мир, поэтому и сижу здесь, как примерная тихоня.

— Как и на Турантике, — улыбнулся мэр.

— Ситуация там является предметом нескольких судебных разбирательств и адвокат советует оставить любые комментарии для показаний в суде, если его когда-нибудь затеют, — сухо сказала Крис и усмехнулась на пару с мэром.

В конце концов, мэр поднялся и отправился делать свои дела, возможно, доложить об их разговоре. Крис же продолжала греть стул. На танцполе мельтешили еще несколько молодых людей, но ни один из них даже не взглянул в ее сторону. Что их в ней так напугало? То, что она принцесса, Лонгнайф, деньги или мишень, нарисованная на ней… спереди и сзади?

В одиннадцать Ахоло объявила, что устала, а ведь с утра запланированы встречи. Вернулись в номер, Эбби вытащила их обоих из официальных костюмов, а Крис поняла, что сегодня ей впервые придется провести ночь с другой девушкой в одной спальне. Не засыпали долго. В основном делились впечатлениями: «Разве это было не чудесно?», «Ой, у меня болят ноги», «Я уже думала, они никогда не перестанут говорить».

— Что думаешь о Сэме? — вдруг спросила Ахоло.

— Похоже, у него есть голова на плечах.

— Он хорошо танцует. Для парня с Большого острова. Материка, то есть.

— Вы оба хорошо танцевали. О чем разговаривали?

— У него есть парусник. Не лодка с выносной опорой, а парусник с килем. Он любит ходить по морю, ему нравится ветер, развевающий волосы. Не думала, что кто-то из жителей Большого острова может быть таким.

— Люди всегда удивляют, — сказала Крис. Почему он ей об этом не сказал? Она любила парусный спорт. — Жаль, что завтра придется с ним распрощаться, потому что покидаем Порт-Стэнли.

— О, может, и не придется. Он обещал уговорить своего папу отправиться с ним в качестве секретаря. Жители материка решили сформировать конституционное собрание путем объединения представителей городов, в которых я побываю. Так что, когда мы доберемся до последних, посложнее, рядом со мной будут не только старейшины островов, но и жители материка, которые меня поддерживают.

А вот это для Крис оказалось новостью. Наверное, пора уже переосмыслить роль тихони. А может, просто узнает нужные вещи тогда, когда ей это нужно. В конце концов, это было шоу жителей Хикилы.

Не мое. Запомни это, девочка. Не мое.

Четыре дня спустя, прибыв в четвертый город, Крис была готова сделать некоторые выводы. Города были большими, а над множеством мелких городишек они просто пролетали мимо. Во всех этих городках последние остатки лагерей беженцев уже давно заменили вполне солидные дома и здания центральных городских служб, стадионы и торговые центры. Прогресс.

В четвертом городе наткнулись на демонстрантов.

Старики в парадной, но поношенной одежде выстроились вдоль улиц, держа в руках таблички с надписью: «Это наша земля, мы ее заработали!» Были и другие плакаты, но все в том же духе. Другая линия протестующих у Крис вызвала больше беспокойства. Молодые люди с растрепанными волосами, буйством красок, одетые в мрачные рубашки, застегнутые на все пуговицы, несмотря на жару, держали плакаты с требованием: «Ничего не отдавайте обнаженным!» Поскольку они внимания не обращали на молодую маму, решившую прям здесь грудью покормить ребенка, даже не прикрываясь, стоило подозревать, что вопрос и здесь политический.

Пора готовиться к неприятностям. Морщинки вокруг глаз Джека, изучающего толпу не улице, показывали, что его бдительность повысилась на ступеньку выше. Крис чуть наклонилась вперед, давая Пенни и Томми знак приготовиться.

— У нас проблемы? — тихо спросил Томми.

— Я знаю не больше твоего, но… — Крис кивнула на толпу. Томми с Пенни понимающе кивнули. — Джек останется со мной. Пенни, свяжись с местными полицейскими, постарайся подключиться к их командному центру. Томми, ты останешься с принцессой. При первой возможности стащи у Эбби нательную броню и держись как можно ближе к Ахоло, насколько позволит ситуация. Если кто-то выстрелит в нее, постарайся, чтобы пуля попала тебе в задницу.

— Как будто это будет в первый раз, — криво улыбнулся Томми.

— Не подходи слишком близко к принцессе, — сказала Пенни.

— Это место удерживает Сэм.

Парня в машине с Ахоло не было, но как только в конференц-зале все рассаживались, он обычно был недалеко от своего отца, который, в свою очередь, не отходил далеко от принцессы. Каким-то образом ему удалось обойти многих парней и стать ее основным партнером по танцам.

— Нелли, поинтересуйся у Эбби, осталась ли у нее нательная броня для Томми и Сэма.

— Есть, — после короткой паузы ответила Нелли.

— Спроси, где она умудрилась найти кладезь нательной брони?

— Это ведь риторический вопрос?

— Не сказала бы.

— Эбби передает, что уже выдала им нательную броню. Они должны быть в ней.

Крис глянула на Томми. Тот ухмыльнулся:

— Я хотел сказать тебе, что мы с Пенни в броне с тех пор, как сошли на берег. Так же как и ты с Джеком, я прав?

Джек не сводя глаз с толпы, пихнул Крис локтем.

— А с полицией я работаю еще с Порт-Стэнли, — сказала Пенни. — Они хороши, но технически отстают лет примерно на двести. В этом мире высокотехнологичный грабитель банков сможет использовать распечатанную на компьютере банкноту и пистолет. — Пенни вздохнула. — С нами сейчас пара копов из Порт-Стэнли, и из других городов тоже есть. Они понимают, насколько это важно, но никогда не работали с тем, о чем я им толкую. Они только качают головой и говорят: «Здесь такого не может быть».

— Будем надеяться, что они правы, — сказала Крис, напоминая себе причину, по которой она здесь не одна. У нее работа и нужно ее выполнять. У местных профессионалов своя работа, и они пока с ней хорошо справляются, за что им большое спасибо.

Больше в этот день в Порт-Уинслоу ничего не произошло. На публике серьезные разговоры, вечером ужин с танцами, а за коктейлем разговоры об административных границах, проходящих по естественным разделам, или о пределе численности населения, критериях налогообложение городов для открытия новых земель, где молодежь может строить свои города.

Через два дня делегация прибыла в Порт-Брисбейн, расположившийся у подножия внушительного горного хребта с снежными вершинами. Река и озеро обеспечивали его водой, периферийные районы обеспечивали город продуктами питания, тканями, металлами и нефтью. Разговоры на коктельной вечеринке сводились к тому, станет ли Порт-Брисбейн столицей или же эта честь выпадет к этому моменту уже редко упоминаемому Порт-Стэнли, а Порт-Брисбейн станет обычным деловым партнером Нуи Нуи. Трения происходили не только между материком и островами.

К счастью, речи были короткими и почти все прозвучали в аэропорту. Пока ехали к конференц-центру, протестующих на улицах не видели. Эбби сразу с караваном чемоданов отправилась к двум отелям, которые заняла свита делегации.

Пенни, навострившаяся работать с полицией, отправилась в командный пункт местных правоохранителей. Томми и Сэм держались рядом с принцессой Ахоло так незаметно, как только могли это сделать два молодых, симпатичных парня. А Крис с Джеком устроили себе ознакомительную прогулку.

Конференц-центр Бирсбейна был стандартным, состоял из трех уровней, с просторным залом для собраний, разделявшим две основные рабочие зоны. На южной стороне нашлись три огромных выставочных зала. Зал на среднем уровне был оборудован для демонстрационных сборок, а верхний и нижний залы числились запасными и могли быть использованы для чего угодно. С другой стороны от залов находились комнаты для переговоров, более двух десятков разной площади и планировки, а еще несколько закусочных. Рестораны посерьезнее расположились через улицу напротив или рядом с отелями. Такая планировка напомнила Крис о парочке лучших центров Вардхейвена, где ей посчастливилось побывать, но не было времени рассмотреть получше, потому что папин график был весьма плотен. С ее стороны вполне высокая оценка.

— У нас начинается организация встречи, — по рации сообщил Томми.

— Мы разместимся в девятом зале заседаний, будем наблюдать оттуда по видео, — сообщила Пенни.

— Мы только что закончили обход, — сказала Крис. — Давайте посмотрим.

Но первыми в зал вошли полицейский и ремонтник из местных. И погибли под шквалом огня из автоматических винтовок.

Джек тут же вытащил пистолет и открыл ответный огонь, а Крис активировала коммуникатор.

— Офицер ранен! Зал заседаний номер девять!

Где-то в здании грохнул взрыв. Где-то прозвучали очереди автоматов. Ответные выстрелы из полицейских пистолетов казались жалобными. Можно сказать, ответного огня почти не было.

— Томми, — крикнула Пенни в коммуникатор, но в ответ ей прозвучал только статический треск.

Глава 6

— Связь заглушили, — буркнул Джек, выстрелил два раза и отошел назад, пока не получил ответную пулю. Встал на колено и снова выглянул в зал. Выстрелов в его сторону не прозвучало.

— Прикройте меня, проверю, — сказал он, осторожно входя в зал. Тела полицейского и техника были изрешечены пулями и выглядели безнадежно. Недалеко от входа лежали два человека в форме обслуживающего персонала. Один из них стонал. А рядом валялись автоматы. Джек рискнул, добрался до террористов, вытащил стонавшего, не забыв прихватить и оружие.

— Давай убираться отсюда, — сказала Крис.

Пока отходили от входа в зал, Джек держал его под прицелом. Отойдя подальше, побежали к ближайшему выходу, на полдороги столкнувшись с двумя полицейскими. Им и сдали пленника.

— Где Билл? — спросил тот, что повыше.

Джек покачал головой.

— Нужно идти туда, — сказал высокий.

Позади протрещали несколько автоматных очередей. Крис не прочь была вернуться, но не когда противник превосходиn их по вооружению, а ее сторона полностью дезорганизована.

— Пенни, как у тебя дела?

— Эвакуировали командный центр в вестибюль отеля «Брисбейн». Сможете сюда подойти?

— У местной полиции есть спецназ?

— Нет.

— А национальная гвардия? Кто-нибудь с таким же оружием, как у нас?

— Нет, Крис, — после небольшой паузы ответила Пенни. — Тут говорят, что такого дерьма у них не водится.

— Ну, теперь пусть подумают, чтобы водилось. Нелли, дай связь с «Хэлси».

Меньше чем через секунду Крис услышала:

— Коммандер Сантьяго на связи.

— Капитан, у нас ситуация с заложниками. — Крис быстро ввела Сантьяго в курс дела. — Мне нужно оружие, личное и помощнее, которое вы можете выделить, и люди, чтобы показать местным, как им пользоваться, — закончила она.

— Вы сами сейчас в безопасном месте?

— Нет, — выкрикнул Джек, чуть не заглушая «Да» от Крис.

— Я отправляю челнок, чтобы забрать вас, принцесса. У меня приказ — защитить вас. За развитием ситуации вы можете наблюдать с борта корабля.

— Но лучше всего вмешаться в ситуацию, пока она все еще развивается, — заметила Крис.

— Если у тебя есть обученные войска, знающие, что делать, — напомнил Джек. — У нас их нет. Капитан, принцесса будет в аэропорту.

— Увидимся там, агент.

Двумя часами позже разъяренная Крис ворвалась на мостик «Хэлси», боевое сердце эсминца. Стены помещения были забиты работающей электроникой, сообщающей о состоянии корабля и пространстве вокруг него. В центре расположился интерактивный стол, за которым сидела капитан, упершись о него локтями. Над столом, вместо пространства вокруг корабля, висел голографический кусок поверхности планеты.

— Я пришла. Что делается внизу?

— С тех пор, как вы ушли оттуда, ничего. Я надеялась на это, забирая вас сюда, — сухо сказала Сантьяго.

— Больше не стреляли?

— Внутри здания — нет. Полиция установила кордон в квартале от него. Смотрят, что происходит внутри кордона. А еще через квартал установили еще один кордон и наблюдают за тем, что происходит снаружи. Эвакуация вот-вот завершится. Это непросто, учитывая, что пришлось перекрыть самое сердце Брисбейна. Сделали вызов километров на триста вокруг города и сейчас буквально отовсюду в город отправляются полицейские отряды. Но, поскольку у них никогда ничего подобного не происходило, они немного нервничают по поводу своих городов. Так что дело движется медленно.

— Мы можем высадить отряд космопехов на крышу. С террористами покончим быстро.

— Нет. Потому что мои космопехи погибнут еще до того, как приземлятся на крышу.

Крис моргнула и молча уставилась на капитана.

— Террористы установили на крыше радар. Послушная маленькая штучка. Включается каждые тридцать секунд. Осматривает все. Всегда на одной и той же частоте. Отключается. Могу поспорить, что если мы попытаемся его заглушить, или он поймает посторонний входящий сигнал, нам не поздоровится. И у них есть несколько человек, дежурящих на крыше. На что хотите поспорить, что они вооружены самонаводящимися ракетами?

— Пробовали внедрить нано-жучки?

— Пытаетесь научить маму сосать яйца, лейтенант? — нахмурилась капитан. — Я отправила несколько с челноком, на котором вы сюда добрались. Первый жучок сгорел через тридцать секунд после того, как попал внутрь. А потом они позвонили и сказали, что расстреляют заложника, если пошлем туда еще хоть один жучок.

— Думаете, они это серьезно? — спросила Крис.

— Кто знает.

— Эта трансляция в реальном времени? — Крис кивнула на изображение антенны установленной на крыше конференц-центра и, одновременно, решая вопросы, способные облегчить отношения с капитаном эсминца.

— Да, когда все началось, я запустила спутники, на складах «Хэлси» обнаружилось несколько. Один постоянно находится на геостационарной орбите.

— Но мы не знаем, что происходит внутри, — проворчала Крис.

— Не совсем так, — сказала Пенни. — Их глушилка блокирует связь центра, но у нее есть предел дальности. А у нас внутри есть женщина, она сейчас на пределе этого диапазона. Она с нами разговаривает. Говорит, террористы застрелили около двух десятков человек, пока занимали главный зал. Крепят взрывчатку к опорам зала. Заложники на полу, их сковывают наручниками группами по пять-шесть человек. Ой, добрались до нашего человека. С этой секунды больше новостей изнутри у нас не будет.

— Томми и Ахоло в порядке? — спросила Крис.

— Она сказала, что Ахоло была в порядке. На счет Томми она не знает, потому что с ним не знакома, так что мне придется нервно грызть ногти. Крис, когда отправимся их вытаскивать?

— Мне нужны проектные схемы здания.

— Над этим работают, — сказала Пенни. — Ладно, у главного входа начинает что-то происходить.

Взгляды всех присутствующих на мостике повернулись к экрану, транслирующему местные новости. Вот из главного входа здания конференц-центра на улицу вышел большой островитянин в лавалаве. Крис узнала Вею Икале, главного советника королевы, исполняющего те же обязанности при Ахоло. Рядом с ним шла женщина в деловом костюме. Оба подняли руки, шли медленно. Прошли метров двадцать, половину пути до противоположной стороны улицы, когда автоматный залп террористов в масках мгновенно скосил обоих.

— Могу спорить, — сказала Сантьяго, — что женщина и была той, кто с нами разговаривала.

Мгновение спустя на улице появились другие заложники. Они выносили тела и складывали их на краю тротуара. Внимание привлекла одна из женщин. Когда она с напарником положила на тротуар труп, немного постояла, глядя на мертвеца, а потом бросилась бежать прочь от конференц-центра. Ей почти удалось добежать до укрытия, когда раздалась короткая очередь и женщина замертво упала на дорогу.

— Какие у них требования? — спросила Крис, конкретно ни к кому не обращаясь. — Чего они хотят?

— Вот это они и хотят сказать, — ответил Джек. — Они не боятся убивать людей, кем бы они ни были. У них преимущество. И расскажут, что хотят тогда, когда это им будет удобно.

— С этим не поспоришь, — вздохнула Сантьяго, снова всматриваясь в данные на столе. — Пенни, нам нужны проектные схемы.

— Может, после всего этого мои контакты заработают поусерднее.

— Сейчас, когда мы начали понимать друг друга, — с экрана раздался уверенный голос. Снова взгляды всех присутствующих повернулись к экрану. Голос был молодым и очень, очень уверенным. — Мы хотим планетарного правительства, такого же, как на других планетах. Парламент, скажем, с двумя сотнями депутатов. Один мужчина, одна женщина, один голос. Для островитян ничего особенного. Мы все одна большая счастливая семья. Возможно, парламент согласится и на королеву. Конституционную королеву. Я не против за свои деньги обладать голыми сиськами какой-нибудь островной милашки. Но никакого вето, никакого контроля.

— Я слышал, здесь люди уполномочены голосовать именно за такое правительство. Они были немного застенчивы, те, кто пытался сражаться с нами и те, кто болтал, когда не следовало. Те, кто говорил по телефону, хотя им было сказано не делать этого. Но в остальном, они ведь могут проголосовать за такое правительство очень быстро. Как только проголосуют, мы исчезнем.

— Но мне сказали, что политикам зачастую может потребоваться вечность, чтобы выбрать форму стола, за которым они будут заседать, поэтому, полагаю, нам лучше их поощрить. Если они не выдадут конституцию для голосования, скажем, до шести вечера, мы позволим выйти из здания еще троим, и посмотрим, смогут ли они добраться до укрытия. В полночь выпустим четверых. Кто знает, может, кому-то повезет спастись в темноте. Утром выпустим пятерых. И каждый раз количество будет увеличиваться, пока не закончатся делегаты или пока оставшиеся не дадут нам конституцию.

— И, кстати, дамы и господа, и вы, парни в юбках, те, кто сопротивляется выполнению своего долга дать нам то, что мы требуем, выйдут на прогулку первыми.

Крис вздрогнула. Наверное, его последние слова были обращены к заложникам.

— Мы должны вытащить их оттуда сегодня, — сказала она.

— Они именно этого и ждут, — покачав головой, отрезала Сантьяго.

— Ну, завтрашняя ночь многим принесет мало пользы. Как быстро они поймут, что принцесса Ахоло стала для них проблемой?

— Как только узнают, что та дружит с Лонгнайф.

— Я получила проектные схемы, — прерывая дискуссию, сказала Пенни. Сантьяго открыла на интерактивном столе отдельное окно и перед присутствующими развернулась и начала вращаться трехмерный конференц-центр. — Судя по всему, террористы попали внутрь, въехав в приемный док в южной части здания. Когда мы отправили туда подкрепление, выяснили, что док сильно пострадал, а выжившие сообщили, что видели три грузовика. Интересовались у владельцев здания, они без понятия о грузовиках, — доложилась Пени.

— Новые сотрудники? — спросила Крис.

— Да. Проверяю их, но локальная база данных планеты слабая.

— У нас таких проблем не возникло бы, — буркнула Крис.

— Только не начинайте, — проворчала Пенни. — Я такого уже достаточно наслушалась.

— Что насчет трофейного оружия? — Крис посмотрела на Сантьяго. Не решившись положиться на местных полицейских, она притащила трофей на «Халси». Капитан стукнула пальцем по столу.

— Дешевая подделка и без того устаревшей М-5, — тут же последовал ответ. — В Новом Гонконге есть шесть, может, семь заводов, штампующих их, удовлетворяя растущий спрос. Магазины с боеприпасами, кажется, оттуда. Серийный номер стерт, но мы рассчитываем восстановить его и сверить с базой. Нужно примерно полчаса. Чуть дольше, если номера не окажется в нашей базе данных.

— Спасибо, разведка.

— Нам помогли космопехи, мэм.

— Я так и думала, — улыбнулась Сантьяго.

Крис рассеяно игралась с одним окошком интерактивного стола, то открывая его, то закрывая, открывая…

— Интересный радар. С нано-охраной, способной справиться с нашими разведчиками. Техника получше, чем когда-либо была на этом камешке…

— Снова дежавю? — спросила Сантьяго.

— Если их не финансирует тот же, кто финансировал ублюдков на Хармони, то я даже не знаю. (прим.: На Секуиме же) — Крис тряхнула головой и решительно сказала: — Нелли, дай связь с Хэнком Петервальдом.

Джек и Сантьяго нахмурились, но никто и рта не открыл, чтобы вступить с ней в спор.

— Что тебе нужно, Лонгнайф? — ответ пришел уже через секунду.

— Что тебе известно о ситуации в Бирсбейне?

— Сложно пропустить такие новости. Слышал, ты быстро сбежала оттуда.

Крис на секунду стиснула зубы и выдохнула гнев, который вызвало ехидное замечание. Хэнк знал ее достаточно хорошо, знал, как разозлить.

— Да, сам знаешь, как это бывает, — ответила она настолько небрежно, как только могла. — Служба безопасности засовывает тебя в «хаммерлок», а в следующий миг ты наблюдаешь за всем с дешевых, далеких рядов.

— Ага, как на Турантике.

— Согласись, вид был интересным.

— С борта моей яхты. Так, Лонгнайф, зачем ты мне позвонила?

— Ну, я не могла не заметить, что террористы оснащены лучше местных полицейских. Кому-то пришлось выложить деньжат, чтобы выдать им такие дорогие лакомства. Подумала, может, ты поговоришь с людьми, придерживающихся тех же взглядов, мог бы узнать, кто их финансирует.

— Кто сказал, что они террористы? Мне они кажутся борцами за свободу.

— С моей позиции ситуация не выглядела так, что еще несколько часов назад кому-то нужно было бороться за что угодно.

— У вас, Лонгнайф, всегда все хорошо.

Джек и Сэнди покачали головами. Что ж, стоило попробовать.

— Значит, ты мне не поможешь?

— Не вижу никаких возможностей, даже если бы захотел, — пришел ответ.

— Ну, на всякий случай, если, все же, знаешь кого, кто знает кого-нибудь, имеющего отношение к тем ребятам, передай, что в их руках мой офицер. Вряд ли он имеет голос за будущее Хикилы. Но пусть учтут, что если с него упадет хоть волос, я приму это на свой счет. И очень, очень сильно обижусь.

— Сейчас я должен задрожать, Лонгнайф?

— Они должны, — сказала Крис и оборвала связь.

— Как думаете, они сделают Томми больно? — с замиранием сердца спросила Пенни.

— Не знаю, — вздохнула Крис, гадая, помогла она сейчас Томми… или подписала смертный приговор. — Нужно вытащить людей оттуда. Сегодня ночью.

Сантьяго нахмурилась и включила общую связь.

— Внимание всем, говорит капитан. Как вы все, наверное, уже знаете, на поверхности планеты развиваются некоторые события. Наша Лонгнайф вернулась на борт. И она хочет вызвать добровольцев для героической и самоубийственной операции. Я с ней не согласна. Я считаю, что лучше провести операцию следующей ночью, но гораздо лучше спланированную. Как ваш капитан, я настоятельно не рекомендую отвечать на призыв Лонгнайф, потому что не могу запрещать принцессе что либо.

Сказав это, капитан передала слово Крис. Та секунду смотрела перед собой, гадая, как после такого вступления можно подбить кого-то на самоубийственную миссию.

— Внизу пятьсот заложников. Некоторых террористы уже убили. В шесть по местному времени они убьют еще троих, а в полночь четверых. Я хочу, чтобы на этих семи жертвах счет закончился. Мне нужно девять добровольцев для десантной миссии сегодня ночью. Если девять не наберется, то сделаем все, как предлагает шкипер: тщательно спланируем, отработаем и сделаем все правильно. Пусть даже погибнут еще двадцать шесть ни в чем не повинных людей. Теперь дело за вами. Если наберется восемь добровольцев, мы никуда не идем. Девять, и мы будем говорить уже серьезно.

— Что ж, прозвучало весьма отчаянно, — прозвучало от входа на мостик. Там стояла Эбби. — Думаю, меня можно уговорить попробовать выполнить миссию с высадкой. Как открывается парашют?

— Уверен, ты уже знаешь, — сухо сказал Джек.

— Меня тоже посчитайте, — сказала Пенни. — Разведка все равно понадобится. И там Томми.

— Ты когда-нибудь десантировалась с орбиты, Пенни?

— Однажды. На тренировке. Не может это быть таким сложным, раз ваша горничная может это сделать.

— Может, только если я сломаю ноготь, — сказала Крис.

— Или шею, — добавила Эбби.

Вид у Сантьяго был такой, словно она собиралась уже покончить со всем этим цирком, когда в центр вошла сержант Ли. Ее ли «сержант», вопрос, потому что ее могли запросто обвинить и в мятеже.

— Извините, капитан, но если на сегодняшний вечер вам не понадобятся несколько пехотинцев моего отряда, мы с уважением просим разрешение сопровождать принцессу Лонгнайф в ее небольшом путешествии на берег. Мэм.

Капитан покачала головой и выплюнула:

— Лонгнайф. Ну и сколько моих пехотинцев вы собираетесь утащить за собой? Вы ведь не на самом деле собираетесь брать с собой горничную?

Крис посмотрела на Эбби.

— Скорее всего, собираюсь. Вместе с Джеком нас уже четверо сумасшедших. Была бы признательна, если позаимствуете шестерых бойцов.

Сержант широко улыбнулась. Хмурый взгляд капитана стал еще хмурее.

— Мне стоит заковать вас всех в кандалы, всыпать по первое число и отправить на прохождение психологической экспертизы, но я пока отложу попытки применения к вам, малолетним преступникам, подобные методы воспитания, пока не услышу план спасения.

— Мило с вашей стороны, — сказала Крис и дала Пенни, сержанту Ли и, на всякий случай, Эбби, знак устраиваться вокруг стола, над которым висел голографический план конференц-центра.

— Капитан, — не спеша сказала Крис, — если вы не против, стоит сбросить в Брисбейн шлюпку с глушилками и техникой, но твердым приказом держаться от происходящего подальше и не вмешиваться.

— Очень жестким приказом, — сказала Сантьяго.

— И хорошо бы еще одна шлюпка пролетела мимо конференц-центра на высоте семи тысяч метров и в пяти километрах в стороне.

— Их радар на крыше засечет высаживающийся десант.

— В полном боевом облачении, согласна, — сказала Крис.

— На той шлюпке буду я, — сказала Пенни.

— Нет, — Крис мотнула головой, — ты нужна мне в с отрядом, может, придется на месте связаться с полицией, подергать за ниточки.

Сантьяго потерла подбородок, но ничего не сказала.

— Крис, — улыбнулась Пенни, обнаружив что-то у себя на планшете, — помнишь того парня, которого вы вытащили из центра?

— Да.

— В больницу явилась его подружка с еще одной девицей. Обе сейчас разговаривают с полицейскими. Поют, как две встревоженные канарейки.

— Что говорят?

— Много чего. Хоть у этих клоунов в руках и модные игрушки, но они не профессионалы. Любят похвастаться, перепихиваясь в постелях. Девицы испугались, когда увидели, как вы выходите из конференц-центра. Думают, у вас плохое настроение и вы собираетесь вернуться и начать отрывать головы, перерезать глотки.

— Кто-то начитался комиксов, — рыкнула Сантьяго.

— Во всяком случае, они готовы на любое сотрудничество, лишь бы вы отнеслись к их дружкам помягче. И они хотят, чтобы вы знали, что их целью были не вы. Их цель повыше — ваша дедушка.

— Дедушка?

— Так точно. Они решили, что после смерти Ха’ику’лани король Рэй бросится сюда, призовет всех к себе и начнет диктовать новый мировой порядок всей Хикиле через внучку своего старого военного приятеля. Они рассчитывают убить его, старого героя войны, и освободить вселенную от настоящего диктатора.

— Господи, чего они накурись? — вздохнула Крис.

— Девицы клянутся, что это правда. Думаю, они верят в это.

— Неужели они продолжают верить в этот бред даже после того, как увидели, что там происходит? — выдохнула Сантьяго.

— Если они верили в это две недели назад, почему начали действовать только сегодня? — Крис покачала головой. — Какой бы мотив не преобладал в их головах, у них все еще много оружия. И они убивают людей. Я хочу, чтобы они этой ночью прекратили делать это. Пенни, там внизу хоть что-нибудь имеется похожее на отряд спецназа?

— В паре горных полицейских участков есть спасательные команды. Некоторые из них числятся снайперами. Дайте мне бронекостюмы, М-6, двух-трех специалистов для обучения и немного времени и, думаю, смогу их подготовить.

— К сегодняшнему вечеру?

— Возможно. Скорее, к завтрашнему.

Хмурый взгляд Сантьяго немного разгладился, она приподняла бровь.

— Добавлю снаряжение и винтовки к следующей шлюпке, идущей вниз.

Крис посмотрела на голограмму.

— И как мы очистим конференц-центр? Кто-нибудь видит прямой путь к заложникам снизу?

— Нет, — сказала Пенни. — На крыше отеля напротив, установили камеру, чтобы охватить весь центр. На крыше четыре стрелка, с виду экипированы в бронежилеты с керамическими вставками. Не хуже, чем у наших космопехов. Возможно даже, лучше.

Сержант Ли пробормотала что-то непристойное себе под нос.

— Если предположить, что крыша у террористов под контролем, — сказала Пенни, — пробивание дыры в потолке, стрельба по террористам или спуск вниз не выглядит достаточно быстрой затеей, чтобы помешать им взорвать бомбы. Нужно больше времени, чтобы осмотреться с помощью тепловых приборов, но это мои предварительные рекомендации.

— Что насчет приемного дока на южной стороне? — спросил Джек.

— С крыши туда доступа нет, поэтому если туда сунуться, придется действовать самостоятельно. Учитывая, что мы уже получили с этой стороны шквальный огонь, стоит ожидать, что защита там стоит сильная. В общем, этот путь я не рекомендую.

— А что рекомендуешь? — спросила капитан.

Пенни долго молчала, потом сказала:

— Ничего.

— Предположим, мы заняли крышу, — сказала Крис, — как нам попасть внутрь?

Как Сантьяго закатила глаза, Крис предпочла проигнорировать.

— Есть четыре входа. Вдоль восточной стороны расположены две лестничные клетки, ведущие на верхний уровень, к комнатам для отдыха.

— Наверняка заминированы, — сказала Сантьяго, — а выход с лестниц прикрывают вот здесь, в зоне сбора на верхнем этаже. Они же держат доступ на средний уровень, где находятся заложники. Оба пути должны быть перекрыты вооруженными командами. Наверняка так и есть.

— Поэтому мы ими не воспользуемся, — сказала Крис. — Пенни, ты говорила, лестниц там четыре. Две другие…

— На западной стороне, ведут вниз, в служебную и вспомогательную зону над нижним уровнем зоны переговоров. Там у них электричество, вентиляция, отопление и все остальное.

— Эти люди не кажутся теми, кто убежит, если мы испортим им туалеты, — сказала Эбби.

— Не думаю, что они позволяют заложникам ходить в туалет, — сказала Пенни.

Коммандер Сантьяго посмотрела на них. Джек покачал головой, словно говоря: «На самом деле, вы не хотите знать».

— Похоже, лестницы тоже заминированы и прикрыты, — сказала Крис.

— Я жду этого, — кивнула Пенни. — Тепловизор может дать нам более подробную информацию.

— Итак… — начала капитан, выставила перед собой кулак и подняла палец. — Вы не сможете совершить стандартную высадку, потому что у них есть радар, который засечет броню и миссии конец, не успеете приземлиться. Два… — поднялся еще один палец. — Когда сядете на крышу, встретите противника в полной броне, и дротики из М-6 будут отскакивать от них, как горох от стенки. Три… — еще один палец, — даже если получите контроль над крышей, спуститься с нее не сможете. Простите, принцесса, но, думаю, ваша тыква сегодня останется дома. Никаких крестных фей.

Крис кивала, когда поднимался очередной палец. Потом протянула ладонь и осторожно согнула один из пальцев капитана.

— Мы ведь выполним не совсем обычную высадку. И обычные лестницы использовать не будем, — сказала она, загибая второй палец капитана. Согнув наполовину последний палец, она поинтересовалась: — А у вас есть одна из этих новых модных М-6А4s?

— И откуда вы слышали об А4? — спросила Сантьяго.

— Много читаю, — пожала плечами Крис.

— На крыше четыре мишени. Подумаю, может, одолжу четыре. Но вы все еще не убедили меня, что сможете что-то сделать. Продолжайте, Лонгнайф.

Крис ткнула в вентиляционное отверстие.

— Вот это ведет к кухням, где готовится быстрый перекус. Я хочу пробраться в здание через него.

Сантьяго увеличила картинку вентиляционного отверстия.

— Отверстие всего лишь в полметра и идет не до конца. Да будь даже так, вам придется лезть по нему без брони.

— До конца спускаться я и не планирую. Эбби, когда-нибудь пользовалась ручным лазером или сварочной горелкой?

— Приходилось пользоваться сварочной горелкой для починки некоторых украшений моих предыдущих работодателей.

Джек только покачал головой.

— Может, у тебя найдется одна? — спросила Крис, прослеживая, как вентиляционная труба опускается вниз, где от нее ответвляется еще один канал такого же размера. — Получится прорезать дыру в этот воздуховод?

— Легко, мэм. Я срежу их ровно и гладко, чтобы никто из вас не поцарапался.

— Вы не поведете моих пехотинцев по вентиляции голыми. Только не против вооруженных автоматическим оружием террористов в керамических бронежилетах, — объявила Сантьяго со всей капитанской властностью. Сержант Ли аж побелела.

— Сержант, не волнуйтесь, полностью голыми мы не будем, — сказала Крис. — Эбби, сколько нательной брони у тебя осталось?

— Их продавали сразу дюжинами, мэм. Я купила две.

— Нательная броня? — сглотнула космопех.

Джек оттянул воротник рубашки и под ней любой желающий мог увидеть прозрачную нательную броню.

— Я вас предупреждала, сержант. Лонгнайф! — выплюнула Сантьяго.

— Эбби, у тебя есть нож? — Эбби кивнула. — Ткни в Джека, туда, где броня.

— Она защищает все тело целиком, — сказал Джек, даже не дернувшись от приказа Крис.

В руках Эбби, словно ниоткуда, появился нож, она без замаха, но сильно ударила Джека в спину. Тот только хмыкнул, когда его качнуло вперед.

— Не обязательно было так сильно, — заметил Джек.

— Принцесса не сказала, как сильно бить, а я давно хотела это сделать.

— Сержант, возьмите у Эбби нож, попробуйте ударить в любое место, куда только душа пожелает, — сказала Крис.

Сержант взяла нож, ударила Джека в живот. Тот стойко выдержал удар.

— Хорошо, — протянула Сантьяго. — У вас невидимая нательная броня из супер-паучьего шелка, у меня парашюты, невидимые для любых радаров. М-6 в основном пластиковые, все остальное тоже можем подобрать. Думаю, остаются только космопехи, способные поместиться в полуметровую трубу, так что подберите тех, кто сможет там поместиться, сержант.

— Да, мэм, — ответила сержант Ли, выглядя все еще неуверенно, представляя, что ей придется возглавить отряд космических пехотинцев одетых только в полупрозрачную нательную броню.

— А Эбби поделится черной краской, так что все будет соответствовать скромным требованиям корпуса, — сказала Крис.

— Если любезно попросите, — добавила горничная.

* * *

Вскоре после полуночи второй катер покинул «Хэлси» и отправился на планету. Второй катер предназначался для перевозки служебных машин, так что корма открывалась целиком. Был только один нюанс: на этот раз она должна открыться в полете. Подобное десантирование для каждого участника операции было первым, но каждый излучал оптимизм, в полной уверенности, что высадка не доставит никому проблем.

Крис ненавидела оптимистов. Особенно во время высадки.

Сантьяго выдала отряду во временное пользование четыре М-6А4s. Вместо стрельбы стандартными четырехмиллиметровыми дротиками из углеродистой стали, это оружие выпускало двухмиллиметровые вольфрамовые иглы в два раза длиннее обычного снаряда и с удвоенной скоростью. Никаких сонных дротиков для тех, кто нацепил на себя керамические доспехи.

В тире пехотинцы решили, кому они достанутся. Первым до высшего балла чуть было не добралась сержант, но Джек тут же сравнял счет. Следующими стреляли остальные девять участников операции. Каждый из них мог уместиться в полуметровой вытяжной трубе. Преуспели все, кроме одного парня, который, показав самый худший результат, очень сильно разозлился.

Крис стреляла последней. Ее результат оказался между результатами Джека и лучшим пехотинцем. Что удивило ее саму. А потом всех удивила Эбби, подойдя к следующей огневой позиции и взяв в руки М-6.

— Показать, как работает эта штуковина? — поинтересовался один из пехотинцев.

Эбби выстрелила. Промахнулась. Дротик в мишень не попал вовсе.

— Эту штуку нужно немного подрегулировать, — улыбнулся пехотинец и показал, как нужно держать М-6. Эбби учла. Следующий дротик впился в центр мишени. Как и следующие восемь.

— Я так же хороша, как и ты, Джек?

— Лучше. Я попал только в девятку.

Еще выстрел и дротик сделал дырку в кольце девятки.

За спиной Крис пехотинцы зарокотали.

— У Лонгнайф даже горничная стреляет так же хорошо, как космопех.

— Как сержант космической пехоты, — поправил другой.

Когда задний борт катера опустился, первыми за борт прыгнули Крис, Эбби, Джек и сержант Ли с М-6А4 в руках. Пенни и остальные космопехи прыгнули вслед за ними. Последними борт катера покинули инженер с помощником, несущие ящик с прибором, который, как все надеялись, отключит радар прежде, чем тот даст террористам сигнал тревоги.

Падение с восьми тысяч метров оказалось… холодным. Правда, не таким холодным, как ожидала Крис. Нательная броня, как узнала Крис еще на Турантике, не останавливала ледяной воздух. Но Эбби сегодня превзошла саму себя. Керамические накладки защищали кишки, задницу и то, что считалось самым важным. Перчатки и леггинсы утеплили руки и ноги. У Эбби нашлось даже кое-что для защиты груди и спины. Она утверждала, что купила все это на распродаже после Рождества в магазине игрушек. Пластины были круглыми и вовсе не мешали движению. А на складах «Хэлси» нашлось достаточно пленки для поглощения сигнала радара, чтобы отряд смог добраться как можно ближе к цели до того, как сработает тревога.

Впрочем, уже через несколько мгновений они все узнают.

Первыми открыли парашюты инженер с помощником, начав круговой спуск. Если что-то пойдет не так, у них будет время убраться подальше.

Пенни с коспомехами свободно падали чуть подольше и открыли парашюты с расчетом прибыть на место на пятнадцать секунд позже Крис и остальных обладателей новейших винтовок.

— Противник закончил проверку связи, — доложил начальник разведки «Хэлси», находившийся вместо Пенни в полицейском командном центре. — У вас пятнадцать минут до следующей проверки.

Крис не ответила. Она находилась в трехстах метрах от земли, когда открыла парашют. Времени достаточно, чтобы стабилизировать купол, обнаружить цель на крыше, повернувшуюся к ней спиной, прицелиться.

Она целилась в слабое место, между шлемом и броней на спине. Под таким углом туда попасть, как нечего делать.

— Цель захвачена, — сказала она.

— Цель захвачена. Цель захвачена. Цель захвачена, — доложились остальные.

— Огонь.

Когда Крис выпустила очередь, перемещая дуло по движению противника, но хватило немного. Террорист упал на крышу. Может, их доспехи оказались не настолько хороши, как рекламировалось.

Беглым взглядом Крис убедилась, что на крыше никого живого нет. Она сунула винтовку в петлю и взялась за управления парашютом, пытаясь выровнять его для мягкой посадки.

Мягкую посадку подпортил восходящий поток от холодного здания, а может, только от бетонной крыши. Часть купола потеряла подъемную силу немного раньше и, в результате, парашют заскользил по крыше, пытаясь утянуть за собой Крис. Та упала на насыпанный на крышу керамзит и лежала, пытаясь выпутаться из парашютной сбруи. Джек вовремя пришел на помощь.

— Помощь нужна? — поинтересовался он, хватаясь за стропы.

— Даже не знаю, аплодировать ли такому приземлению, — сказала присоединившаяся к ним Эбби помогая вытащить парашют на крышу.

— Даже в холодную ночь у девушки находится столько критиков, — сказала Крис. Мельком увидев труп террориста, подумала, что лучше уж посмеяться над такой неудачей, чем переживать.

Сержант уже мчалась к радару. Добежав, поставила на него черную коробочку и радостно кивнула. Если коды правильные, с этого момента радар будет подавать сигналы только одного порядка: «Никого не вижу, все нормально», чтобы ни видел на самом деле.

Приземлилась Пенни, удачно избавилась от парашюта, и сразу начала общаться с коммуникатором, потом сказала остальным:

— Получили коды связи. У террористов есть ракеты, но это тупые SAL-9. О них могут позаботиться даже слабые контрмеры. Не могут засечь частоту взрывчатки. Впрочем, того, что у нас уже есть, уже ценно. Нужно позаботиться, чтобы ракеты никуда не улетели. Не стоит давать возможность шкиперу встретиться с ними, если облажаемся сегодня.

— Поняла, — сказала Крис, когда Джек помог ей подняться.

— У вас на попе краска терлась, — весело сказала Эбби. — К сожалению, про запас я с собой ее не брала.

— Значит, нужно просто держать врага перед собой, — сказала Крис, подбираясь к намеченному воздуховоду.

Сапер уже срезал замок и снимал кожух. Эбби порылась в его сумке с хитростями, вытащила оттуда сумочку поменьше, натянула на себя упряжь и приготовилась влезть в воздуховод. Подождала, пока сапер положит на острый край кусок брони, чтобы веревка не порвалась и, словно всю жизнь проделывала такое, нырнула в воздуховод. Сапер посветил вниз лазерным дальномером. Минуты не прошло, как Эбби остановилась.

Секундой позже заработала горелка. Наружу вырвался теплый воздух, а потом холодный.

— Попали в кондиционер, — сказал инженер.

Горелка тем временем продолжала работать. Через несколько минут послышался звук сгибаемого металла и разрываемого скотча.

— Она действует, как профи, попросила меня прихватить скотч, чтобы замотать острые края.

— Ага, профи, — пробормотал Джек. — Просто интересно, в чем.

Крис увидела любопытные взгляды космопехов. Молча натянула сбрую, затянула веревки. Когда веревка из воздуховода ослабла, Крис нырнула внутрь, не менее изящно, чем это проделала Эбби, только при этом несла на себе оружие, как свое, так и Эбби.

Спустилась вниз быстро, передала Эбби ружье и, пока сама освобождалась от сбруи, сверху уже спускался Джек, а Эбби успела добраться до вентиляционного отверстия большего воздуховода.

— Вылезаем здесь? — спросила она у Крис.

Та покачала головой. Террористы наверняка здесь установили камеры или растяжки. Или сами временами появляются. Правда, с того момента, как начали следить за происходящим в центре с помощью тепловых датчиков, а это было днем, к вентиляционным отверстиям никто не подходил.

Они ведь могли наставить ловушек до начала наблюдения?

Крис замерла, когда эта мысль врезалась в логическую цепочку ее плана… и разбила его. Чем занимались те двое, кого они с Джеком застрелили сегодня утром? Она дала Джеку знак подождать.

— Передай нанитов, — сказала она.

Через минуту из воздуховода в конференц-центр вылетели нано-разведчики. Через минуту они нашли четыре растяжки.

— Вскрывай, Эбби.

Эбби быстро справилась с задачей, и отряд быстро высыпался наружу. Пенни отправила на разведку собственных нанитов, те должны были только высматривать и докладывать и ни в коем случае не вступать в активное действие.

Медленно, зигзагообразным курсом, мимо залов заседаний, отряд добрался до точки, находившейся метрах в ста от двери в выставочный зал, в который заводили заложников за пять минут до следующей связи с дежурившими на крыше.

Проблема была в том, как преодолеть эти последние сто метров.

Прямо перед ними, в центре зала из нескольких столов террористы собрали баррикаду, и за ними, если верить тепловым сигнатурам, притаились четыре боевика. Двое дремали, двое за столом играли в карты и время от времени посматривали на экраны с картинкой из камер слежения, или на широкий коридор, где в темной тени затаилась Крис с командой.

Слева, в двухстах метрах и двадцати метрах выше находился открытый коридор. Вдоль ограждения виднелись восемь дул винтовок. И неизвестно, что делают террористы, может, спят, может, дежурят. С того места, где находилась Крис, ничего видно не было. Если верить показаниям тепловых приборов, с обоих сторон их перекрывали баррикады из столов, за которыми притаились еще несколько стрелков.

Справа, в двухстах метрах спуск на нижний уровень, а там еще несколько боевиков и еще куча неприятностей, что непременно выдвинется сюда и ударит по ее отряду с тыла, так что придется как-то прорываться из этой ловушки прежде, чем террористы снизу накроют ее сзади.

Сапер дал знать, что в переговорной, рядом с которой они притаились, никого нет. Крис отдала М-6А4 капралу, ставшему первым среди проигравших в стрельбе в тире, взяла наизготовку М-6. Сержант дала команду капралу и рядовому команду удерживать позицию, а Крис вошла в зал для совещаний, быстро пересекла его, подождала, пока проверят следующее помещение. Тут им пришлось туговато, потому что они оказались в пределах видимости игроков. Даже дышать перестели, а потом еще больше не дышали, пока совершали небольшое путешествие буквально перед взором террористов.

Но игроки резались в карты ни на что не обращая внимания.

Этот ход зигзагом привел команду Крис к почти незаметному входу в рабочие помещения у глухой стены. А в ста ярдах обнаружилась еще одна из неприметных дверей, которые публика не замечает от слова совсем, но рабочие вовсю ими пользуются.

Возникла дилемма, которую Крис не сумела решить. Если ринуться к этой двери, ее команду срежут, как новичков. Если получится, пусть даже с боем, добраться, у террористов будет время раз десять подорвать заложников.

Крис глубоко вздохнула.

— Командный центр, это команда Альфа. Были бы признательны за небольшое представление извне.

Хочется надеяться, что команды местного спецназа, в местной броне, смогут достаточно отвлечь террористов от верхнего и нижнего залов. В учебке Крис быстро узнала, что надежда — вовсе не план, но сейчас все, что у нее было, это надежда.

— Небольшое изменение в плане, — прозвучал по связи голос Сантьяго. — Зодиакальные модули один и два атакуют противника через пять секунд, три, две, одну.

Раздался звон разбивающегося стекла, треск разрываемого металла и всего, что могло существовать под божьим небом.

— Можно стрелять! — Крикнула Крис и махнула рукой: — Вперед, вперед, вперед.

Мимо проскочила Эбби и помчалась к двери, вслед за ней пехотинец. Пенни и Крис сразу за ними.

Джеку и сержанту потребовалась секунда, чтобы нейтрализовать карточных игроков. На второй секунде они избавились от парочки дремавших, потянувшихся к оружию, вместо того, чтобы продолжать дремать дальше.

Крис забеспокоилась о том, что происходит над ней, но, словно в ответ, оттуда упало тело, и она решила, что «Хэлси», затеяв такое шумное отвлечение, позаботится о них.

Бежавшая впереди Эбби притормозила, позволяя бегущему следом космопеху открыть дверь, тут же влетела в нее с криком:

— Заложники, не вставать!

Выстрелила, упала, перекатилась, снова выпустила очередь, после чего все это повторила.

Крис остановилась с оружием наготове. Кто-то сверху выпустил по Эбби короткую очередь. Крис выпустила туда полмагазина. Несколько первых дротиков впились в облицовочную керамику, выбивая в ней страшные дыры, но цели Крис добилась. Стрелявший свалился вниз.

Следом за ней в зал вбежала Пенни и, не останавливаясь и не замедляя хода, рванула к ближайшей бомбе, закрепленной на стене. Выдернула из взрывчатки детонаторы, оголенные провода и все подозрительное, только чтобы не дать бомбе взорваться. Учитывая, что любая из бомб могла взорваться в любой момент, прямо ей в лицо, Крис оставалось только восхищаться храбростью женщины, борющейся за жизнь жениха.

Кто-то на другом краю зала направил оружие на Пенни, Крис выстрелила в него. Оружие отлетело в одну сторону, бандит откатился в другую и замер неподвижно.

— Томми, не высовывайся! — Крикнула она. — Где террористы?

Знакомая фигура привстала среди остальных заложников, осмотрелась.

— Похоже, большую часть вы перебили. Четверо скрылись через запасной выход в южной стороне.

— Командный центр, — крикнула в коммуникатор Крис, — ищите четверых, они пытаются сбежать с погрузочной платформы.

— Видим фургон, — прозвучало в ответ. — Им не выбраться.

В зал вбежал сапер, увидел, что делает Пенни, кивнул и бросился делать то же самое навстречу ей по другой стене. Этой ночью Крис предстоит оформить множество рекомендаций на вручение медалей.

— Уже можно уводить людей в безопасное место? — крикнула принцесса Ахоло, лежавшая рядом с Томми и… да, рядом с Сэмом.

Крис дала знак Эбби и остальным пехотинцам держаться рядом с ней, и ринулась к островной принцессе.

— Сейчас, ваше высочество, может статься, самое безопасное место в городе как раз здесь, — сказала Крис и, словно в подтверждение ее слов, откуда-то снаружи донеслись звуки перестрелки. — Мы работаем над обеспечением безопасности остальной части здания, но… — Крис решила не договаривать.

— Я могу поговорить с бабушкой?

— Крис, я для этого случая держала канал связи открытым, но есть проблема, — Крис обнаружила, что Нелли соединила ее с доктором Капа’а’олой.

— Королева Ха’ику’лани хорошо перенесла новость о захвате заложников, — доложился тот, посредством Нелли прямо в мозг Крис. — Буквально минуту назад, когда мы доложили, что принцесса в безопасности, королева улыбнулась, потом на ее лице появилось странное выражение, и она сказала, что, похоже, у нее случился очередной инсульт. Мы проверяем, но сколько времени это у нас займет, не знаю. Можете ли доставить Ахоло домой… как можно быстрее?

— Постараемся, — сказала Крис, обращаясь к Ахоло. — В аэропорту челнок, мы тебя доставим к ней меньше чем за час.

— Что-то случилось? — Девушка побледнела, и заметно, не помогли даже татуировки.

Крис замялась, но, в конце концов, решила не врать. По залу пронеслась волна бормотания. Сэм попытался обнять Ахоло, но пластиковые наручники держали их в связке по пять-шесть человек. Так что с объятиями ничего не вышло. Эбби достала кусачки и начала освобождать заложников. Освободившись, Сэм таки обнял плачущую Ахоло, а Пенни бросилась в объятья Томми. Крис было все равно, кто из них плачет. Она заметила сержанта Ли.

— Сержант, возьмите их под охрану. Не дайте случиться с принцессой чему-нибудь плохому. Джек, за мной.

Эбби передала кусачки одному их пехотинцев и отправилась вместе с ними.

С автоматами наперевес они покинули зал и оказались в помещении, где раньше в засаде сидели террористы. Крис втянула голову в плечи, приготовившись к нехорошему.

— Капитан Сантьяго, у вас найдется секунда поговорить?

Где-то наверху прозвучала серия взрывов.

— Теперь есть. Что происходит?

Крис ввела ее в курс дел. Когда закончила, наступила пауза.

— Шаттл номер два может совершить суборбитальный полет, домчит до Нуи Нуи за полчаса. Правда, придется его сначала дозаправить, в остальном никаких проблем.

— Капитан, хочу поблагодарить вас за поддержку отряда и для меня будет честью, если вы согласитесь сопроводить нас в Нуи Нуи.

— Я только рада помочь в выполнении хорошо продуманного плана, лейтенант Лонгнайф. И для меня будет честью отправиться с вами. Энсин Конти, присмотрите тут за всем, максимально сотрудничайте с местными властями и проследите, чтобы пехотинцы больше ничего не сломали.

— Да, мэм, — донесся далекий голос энсина.

Крис вспомнилось, что когда она была новичком-энсином, тоже получала подобные приказы. Понадеялась, что Конти они нравятся так же, как и ей.

Вернулась в зал. Освободившиеся заложники осматривались, не веря, что все уже закончилось. Крис громко объявила, что конференц-центр сейчас безопасен и с минуты на минуту все его смогут покинуть. Но тут какой-то мужчина взобрался на стол.

— Слушайте меня! Слушайте меня! Королева Хай’ику’лани умирает, убитая этими… даже слов нет, как их назвать… как и любой из убитых террористами наших коллег, — он оглядел бывших заложников. — Не знаю, как вы, но я пришел сюда, довольно хорошо представляя, что нужно делать. Никто не ожидал, что мы сможем это сделать. Я не знаю, хватит ли у нас воли для этого. Понимаете, о чем я?

Многие закивали.

— А сейчас я зол. Я зол на то, что мне в лицо тыкали пистолетом. Я зол на то, что убили моих друзей. Еще я зол на то, что убивали островитян, с которыми я спорил без малого лет двадцать. Мы же прибыли сюда, чтобы работать. И утверждаю, что мы сможем что-нибудь придумать. В моем компьютере, — он кивнул на кучку отобранных личных вещей, сваленных в углу, среди которых были дамские сумочки, кошельки, телефоны и компьютеры, — есть предложения, как мы можем преобразовать Хикилу. Готов спорить, у многих из вас есть такие предложения.

По залу прокатились выкрики:

— Даже спорить не буду! Конечно! Есть предложения!

— Давайте сделаем королеве Хай’ику’лани последний подарок, которыми наши потомки будут гордиться и восхвалять еще долго после того, как не станет нас.

— Можно хотя бы сходить в дамскую комнату? — раздался жалобный женский голос.

— И заказать чего-нибудь перекусить.

— Пятнадцать минут, — сказал мужчина на столе. — Перерыв на пятнадцать минут.

— Этот человек понятия не имеет, какая очередь выстроится в дамскую комнату.

— Кто это?

— Мэр Бирсбена, — сказал Сэм. — Папа сейчас рядом с ним. Их сковали вместе, плюс еще двух наших главных советников. Мы с Ахоло видели, как они шептались. Думаю, о чем-то смогли договориться.

— Идешь с нами, — сказала Ахоло Сэму.

— Я тебя не оставлю. Никогда.

И когда дети спросят, как познакомилась мама с папой, Крис запросто представила, как им рассказыжут вот эту всю историю.

— К зданию подъехали полицейские машины, они должны отвезти нас в аэропорт, — сказала Нелли.

Крис сформировала из космических пехотинцев эскорт, чтобы в последний раз проводить принцессу.

— Нелли, помнишь те татуировки, что делала мне, с изображением воинов островов Тихого океана? — сказала Крис.

— Да. Довольно свирепо получилось.

— Сможешь сделать такое из нашего черного окраса? — спросила Крис с улыбкой на лице.

— Еще бы, — отозвалась Нелли и по отряду Крис прокатилась своеобразная волна. Пока они осторожно обходили развалины западного входа, результат действия посадки спускаемого модуля, отряд осветили прожектора новостных команд, освещая принцессу Ахоло, с обоих сторон поддерживаемую двумя привлекательными молодыми людьми, которых окружила самая свирепая группа почти обнаженных островных воинов с автоматами наперевес. Свирепость излучалась от каждого, кроме одного. Свирепость Крис была слегка подпорчена миленьким белым кроличьим хвостиком.

* * *

Челнок номер два подплыл к берегу и только потом открыл люк. На берегу пассажиров уже ждал транспорт и менее чем через час после последнего выстрела Ахоло, команда Крис и капитан Сантьяго вошли в комнату с умирающей королевой.

— Это тот самый Сэм? — вот, что первым делом спросила королева.

— Это он, бабушка, — ответила Ахоло, взяв бабушкину ладонь в свои.

Старой женщине пришлось приложить усилия, чтобы протянуть другую руку и взять ладонь молодого человека, потянуть ее и вложить в ладонь Ахоло.

— Пусть солнце и море улыбаются вам двоим и вашим детям, — сказала она и в изнеможении откинулась на подушки.

Двое молодых встали у ее кровати на колени, взявшись за руки между собой и положив другие на иссохшую, похожую на пергамент руку старухи.

— А ты, принцесса Лонгнайф, смотрю, нашла свое воинское призвание, — сказала королева, взглянув на Крис. Та встала на колени с другой стороны постели и взяла морщинистую руку королевы. Но та прищурилась и вгляделась вдаль. Крис стало интересно, что она увидела.

— Ты ведь Сантьяго? — прошептала королева.

— Сэнди Сантьяго, шкипер «Хэлси», — сказала капитан, вставая на колено рядом с Крис.

— О, хорошо. Значит, Крис нашла Сантьяго, чтобы спасти свою задницу. С таким хорошим человеком, прикрывающей ей спину, может быть, она доживет до того же возраста, что и ее негодяй-дед, Рэй.

— Посмотрю, что можно сделать, — пообещала Сэнди.

Королева закрыла глаза. Дыхание замедлилось, стало прерывистым. Морщинистые руки упали бы на одеяло, если бы их не придерживали любящие руки с обоих сторон.

— Крис, — прошептала в мозг Нелли, — я получила звонок от мэра Стэнли. Они хотели сделать вызов напрямую королеве, но доктор не разрешил. Мэр уверен, что Хай’ику’лани умрет счастливей, если узнает эту новость.

— Ваше Величество, вы меня слышите? — прошептала Крис.

Веки старухи задрожали.

— Мы освободили заложников, но делегаты решили остаться и сделать то, для чего они там собрались — дать Хикиле новое правительство, которое будет править долго.

На лице королевы появилась еще одна морщинка. А может, это была улыбка?

— Хотите услышать результат? — спросила Крис. Доктор за спиной Ахоло энергично замахал руками, словно прося, чтобы королеву не беспокоили, но ее веки задрожали. Королева хотела услышать.

Крис посмотрела на Ахоло, и вопросительно приподнял бровь. По щекам принцессы текли слезы, но она кивнула.

— Нелли, прими звонок.

— Ваше величество, — мягко, без вступления начал мэр Брисбена, — мы, собравшиеся здесь, рады представить вам первый черновой набросок наших усилий. Впереди еще чертовски много чего, что нужно детально обговорить, но мы предлагаем построить наше правительство на основе городов-портов. Тридцать портов на островах и семьдесят на материке. В нашем законодательном органе будет два собрания. Палата будет избираться исходя из численности населения, но от каждого города-порта будет как минимум один представитель. В Сенате же будет по два человека от каждого порта и все важные решения должен утверждать не менее чем шестьюдесятью процентами голосов.

— Мы понимаем, что такое распределение не гарантирует блокировку островами того, против чего они решительно выступают. Мы договорились предоставить королеве право вето на любой закон, который, по ее мнению, затрагивает суть островной культуры, в течение двадцати лет. Простым большинством голосов можно продлить это вето еще на двадцать лет. Мы надеемся, что все это соответствует вашим пожеланиям.

Ахоло сжала ладони Сэма и королевы.

— Сомневаюсь, что когда-либо мне понадобится пользоваться таким правом, — прошептала она и, но противоположные эмоции заглушили ее голос.

Улыбка королевы стала немного больше, но потом стало ясно — началась стража смерти.

— Королева, моя прабабушка, — сказала Ахоло, — благодарно улыбается, но сейчас я прошу вас всех оставить нас с ней наедине.

Выразив сочувствие, собравшаяся ассамблея в Брисбене отключилась. Крис посмотрела на Ахоло в поисках знака, что ее тоже попросили покинуть помещение, но такого знака не последовало. Так и надо, потому что прадедушка послал ее сюда именно за этим — держать руку боевого товарища.

Видит бог, за последний год Крис приходилось убивать людей. Она смотрела на результат рук своих, но внутри нее ничего не переворачивалось от того, что она сделала, и ни о чем не сожалела.

Но тут все было иначе. Старое тело начало отказываться бороться за каждый вздох, за каждое сердцебиение. Крис захотелось покончить со всем этим, приказать доктору сделать что угодно, чтобы вернуть королеву к жизни.

По щекам Ахоло текли слезы. Несмотря на это, она наклонилась, поцеловала умершую королеву в щеку и сказала:

— Иди, бабушка. Иди к морю, где всегда попутный ветер, а солнце никогда не заходит.

* * *

Королеву похоронили на следующий день и на похоронах присутствовали все островитяне. Погребальным каноэ оказалась лодка Афы. Поскольку традиция бросать тело в море обычно привлекала акул, островитяне позаимствовали другой обычай из другой книги и выкладывали на каноэ погребальный костер. Когда каноэ вышло из лагуны, вспыхнул огонь.

Голову королевы, конечно же, отдали старейшим для почетной усушки. В годовщину смерти уже королева Ахоло собственноручно положит голову предыдущей королевы в специальную нишу в Длинном доме.

Крис присутствовала на коронации королевы Хай’ику’ахоло… на двух, если быть точным. Одна прошла на Нуи Нуи, а вторая в Порт-Бирсбене перед Конституционной Ассамблеей, проведенной в соответствии с островными традициями: свержением с постаментов и обезглавливанием демонов. Тут же было решено, что голосование по новой конституции и присоединению к Союзу Разумных будет проведено одним днем и на одном бюллетене.

Крис присутствовала на коронации в качестве представителя Союза Разумных, одетая в белую парадную форму. И обнаружила, что с тоской смотрит на островитян, не раз оттягивая с шеи тугой, похожий на ошейник воротник. Она присутствовала и в момент, когда Ахоло объясняла отцу Сэма, что обычное с виду благословение, данное им бабушкой, среди островитян являлось достаточным для свадьбы.

Ахоло продемонстрировала превосходную дипломатичность, когда к коронации на материке добавилась более традиционная материковая свадьба. В конференц-центре Брисбена, единственном достаточно большом месте для такого мероприятия, невозможно было обнаружить ни одного сухого глаза.

Свадьба Ахоло оказалась заразительной. Крис внезапно обнаружила себя напротив Афы, объясняя молодому человеку, что она ценит его предложение переехать вместе с ней на другой Большой остров, только чтобы стать ее партнером, но вот прямо сейчас она не готова выходить за него замуж… и за кого-то другого тоже не готова.

— К тому же, на Вардхейвене, мое доброе имя оклеветали. Мне нужно вернуться и восстановить свое доброе имя, — напомнила ему Крис.

— Может, потом, когда ты вернешься?

Крис ничего не ответила.

* * *

Обратное путешествие на Вардхейвен прошло, можно сказать, весело. Экипаж «Хэлси» торжествовал. Что и понятно — они вышли победителями. Время, от вылета с борта корабля и десантирования на планету, если начать отсчет отсюда, до последнего выстрела по террористам, в расчете на мертвого террориста, должно оказаться лучшим за последние восемьдесят лет. А поскольку в деле вместе работали и космическая пехота, и Космофлот, получается, на высоте оказалась вся команда корабля.

Получив от шкипера одобрение на количество и диапазон ходатайств на медали, Крис дала задание Нелли сочинить рекомендации, а потом, когда та закончила, привлекла компьютер к остальной бумажной работе. Крис еще не встречала ни одного офицера, обожающего бумажную работу, так что не удивительно, что Сэнди не отказалась от такой помощи.

В результате у них сталось время, чтобы присоединиться к посиделкам в кают-компании за кофе. Запретных тем на этот раз не было, так что команда оттягивалась на полную.

Самый же деликатный вопрос Крис приберегла до того, чтобы задать его наедине в капитанской каюте.

— Почему вы решили поддержать мою идею?

— Вы придумали хороший план, — ответила Сэнди, отложив в сторону ридер.

— План был хорошим и до того, как мы покинули корабль. Почему вы ждали до того, как мой отряд оказался прямиком у врат ада?

Шкипер глубоко вдохнула, потом медленно выдохнула.

— Потому что мне нужно было знать, как вы себя поведете: поставите моих пехотинцев перед собой или же сами пойдете на острие копья, показывая остальным дорогу. Сами, наверное, заметили, что многие могут красиво говорить, но у кого кишка тонка вести за собой людей.

— Да, — согласилась Крис. — Но если бы я знала, что от вас будет помощь, это спасло бы нас от некоторых неприятностей. Можно было бы попросить Эбби испечь вам тортик.

— С чем? И кто, вообще, эта женщина?

Крис пожала плечами.

— Кроме того, кто сказал, что я должна заботиться о вашей желудочной язве? Насколько помню, мой прадед не предупреждал вашего, прежде чем пойти на президента Урма с бомбой. Вы, большие люди, должны понимать, что не только вы строите планы. Мы, маленькие люди, тоже строим планы. И иногда мы хотим вас удивить.

— Вы придумали чертовски полезный урок.

— Ну, поскольку вы — одна из тех Лонгнайф, что-нибудь помягче вряд ли помогло.

Крис предпочла не спорить, пока Сэнди копалась в ящике стола.

— У меня тут кое-что есть для вас, — она протянула Крис бумажный лист. Это оказалась заявка в Академию. — Я уже говорила, что моя дочь в этом году хочет подать заявление.

Крис кивнула.

— А еще я говорила, что не хочу, чтобы в ее деле лежала рекомендация от Рэя. Хватит двух поколений. Но сейчас пришло время передумать.

Крис снова кивнула.

— Для меня будет честью, если вы дадите дочке рекомендацию. Новое поколение заслуживает нового поколения.

На ум Крис сразу пришло несколько ответов. Она не знала ту девушку. Дедушка Рэй тоже не знал. Только дедушка Рэй был королем. А Крис всего лишь лейтенантом. Но Сантьяго об этом знает. И зная это, хочет, чтобы Крис дала рекомендацию ее дочери. Крис провертела в голове последнее предложение капитана, в результате не поняла, чье «новое поколение» кого заслуживает.

— Для меня это большая честь, капитан.

* * *

Как только закончился последний прыжок, пришли новости с Вардхейвена. Просьба Крис о помощи с Олимпии заработала по полной программе. Эстер Садик стала популярной на различных ток-шоу в первую же ночь, как к Верхнему Вардхейвену пришвартовался корабль с ней на борту. Она давала интервью приятным, спокойным голосом, объясняла любой вопрос от и до, чем завоевала симпатии зрителей. К тому же, ее поддерживал бригадир склада, славный квакер Джеб Салински.

Тех, кто считал, что их мнение правильнее, выдавал его громко, перекрикивая остальных, Эстер оставляла на растерзание владельцу ранчо Брэндону Андерсону и фермеру Джеймону Макдауэлу. В этих двоих оставалось достаточно гнева, чтобы опалить углеродистую сталь. На одном из шоу, где лейтенант Пирсон попыталась рассказать, что ее процедуры документирования выдачи продовольственной помощи были простыми и легко применяемыми, они порвали все ее правила в клочья, чуть было не порвав на куски саму лейтенанта. Последний гвоздь в гроб чуть было не вбил Спэнс, ставший на Олимпии бухгалтером миссии, разъяснив введенную им систему учета, что понравилась людям намного больше, и посоветовал желающим взглянуть на налоговую декларацию Крис за прошлый год.

Оппозиция была уже на грани, когда вдруг выяснилось, что обвинение вышло технически ошибочным, а потому, исходя их этого, его пришлось отклонить.

— Значит ли это, что я больше не работаю на преступницу? — поинтересовалась Эбби.

— Похоже, что так. Стало легче?

Эбби осталась довольной. Так что Крис прибыла на Верхний Вардхейвен в довольно оптимистичном настроении. Отсалютовав команде корабля, она повела свой небольшой отряд по сходням «Хэлси» и попросила Нелли выяснить, где сейчас ее семья. Вскоре Нелли все выяснила и доложила обо всех, закончив словами:

—…а ваша мама в свадебном бутике мадам Бовейн.

— Что она там делает?

— Крис, Пенни, если не возражаете, мне нужно проверить состояние нашего корабля.

Крис только отмахнулась, а Пенни хоть разорвись, она хотела отправиться вместе с ним, но осталась ждать ответа Нелли. Внутри девушки зародился страх.

— Похоже, она там с мамой Пенни.

— Джек, Эбби, вы со мной. Нам нужно каким-то образом спасти Пенни от моей мамы.

— Разрешено ли использовать смертоносные приемы? — поинтересовалась Эбби.

Джек печально покачал головой.

Пока спускались по бобовому стеблю, внутри Крис замирало и холодело сильнее, чем когда она отправлялась спасать Томми и на разведку на Турантике. Да и десант на крышу полного террористов конференц-центра на Хикиле, когда она понятия не имела о том, что последние сто метров придется преодолевать под огнем противника, смотрелся сейчас намного легче, чем предстоящее.

Нет. Это ведь мама. Смерть — не вариант.

Спустившись вниз, остановили такси. Бросив на них взгляд, таксист стал выглядеть так, словно пожалел, что остановился, но, все же, отвез их к свадебному бутику мадам Бовейн.

— Подождите нас здесь, — приказала Крис. — Мы ненадолго.

— Надеюсь, — прошептала Пенни.

Крис быстрым маршем провела свою команду через парадные двери. Сделав шагов пять, замерли.

Мама рассматривала свадебное платье.

Белое, значит, должно быть свадебным. Фаты нет, но есть шляпка с большими, гибкими полями, наполовину скрывающую лицо манекена. Платья подобного фасона маме всегда нравились. Ткань закрывала грудь. И спину. Но только не бока. Еще манекен был одет в белые чулки, крепившиеся к белому поясу. Никакого бюстгальтера. Никаких трусиков. Все заработанные в боях шрамы и синяки будут на виду.

— Мама, Пенни ничего подобного не носит.

— О, Кристина, дорогая, здравствуй. Мне было интересно, когда ты вернешься. Я как раз рассказывала Памеле, что в Париже в этом году в моде именно такой фасон.

— Паула, — поправила еще одна женщина, мама Пенни.

Невесты на Нуи Нуи носили меньше одежды, но выглядели скромнее.

— Пенни такое не наденет, — сказала Крис и кивнула в сторону большой коллекции более традиционных платьев.

— Но они все в кружевах и оборках, — запротестовала мама. — Она будет больше похожа на торт, нежели на невесту.

— Скажу Лотти, чтобы не торопилась с глазурью, — рыкнула Крис.

Пенни со своей матерью, под градом словесного урагана, быстро пробрались к манекенам в традиционных платьях.

— Что ж, раз ты настаиваешь, чтобы невеста была в каком-то плебейском платье, я хотя бы одену подружек невесты во что-то более подходящее для такого случая. В конце концов, свадьба будет проходить в моем саду.

— Это свадьба Пенни. Она мой друг.

— Зато сад мой. А твой папа предпочел сбежать.

После нескольких повторов, что уже было больше похоже на детские препирательства, Крис со вздохом, которому тренировалась с тринадцати лет, сдалась.

— Ладно, мам, наряды подружек невесты должны выглядеть ужасно. Так какой будет твой выбор на этот раз? Он не может быть хуже тех, что висят в моем шкафу.

Крис ошиблась.

Платье, поданное модельером с подозрительно широкой улыбкой, очень напоминало ромашку. Отныне все, что нужно — думать о ком-нибудь, срывая лепестки один за одним. Любит, не любит, кинет, поцелует. Ну и когда срывается последний лепесток, на ней станется одежды меньше, чем в Лунный танец.

— Ма-ма.

— Дочка, ты сама сказала, что платье подружкам невесты выбираю я. Я выбрала.

И чтобы разорвать сделку в семье Лонгнайф потребовалась бы революция. Спину прикрывали только тонкие бретельки, расширяющиеся к низу, стоит надеяться, встречающиеся друг с другом до ягодиц. На Турантике в образе проститутки я была одета скромнее. И такое со мной проделывает моя же мама. Рыжие волосы и молочно-белый цвет лица должны потрясающе смотреться на фоне желтого платья. И ягодицы вытекать во всех нужных местах. Ну и сама Крис будет выпадать из него во всех неположенных местах.

Есть ли шанс убедить Томми и Пенни в том, что принцесса Вардхейвена может женить их просто вложив ладони друг в друга?

Или вернуться на корабль. Капитан корабля может женить людей. А капитан маленького катера?

Нет. Пенни с мамой увидели свадебное платье и со счастливыми глазами разглядывали его. Крис потянулась к своей кредитной карте. Пенни вместе с ней прошла через ад и много чего еще. А Томми даже больше. Оба стали ее лучшими друзьями и заслужили такую свадьбу, какую хотели. И кто вспомнит, что там носили подружки невесты?

Разве что пресса. Мама хочет, чтобы свадьбу освещала очаровательная Дора. Крис вздохнула. Она Лонгнайф, а Лонгнайф всегда делает то, что нужно делать.

Даже если это что-то не связано с убийством.

Глава 7

К полному удивлению и огромному облегчению, свадьба прошла без сучка и задоринки. Мама аж ожила.

Очаровательная Дора появилась, сняла несколько заинтересовавших ее людей, записала парочку звуковых фрагментов и… исчезла.

— У Пандори сегодня барбекю и там будет Рэйчел, ну, знаете, звезда «Суперновой».

Очевидно, видео со звездой шоу-бизнеса на барбекю оказалось важнее свадьбы двух младших офицеров в саду Нуу.

Мама поначалу взбесилась, а потом только дулась.

Так что она переключилась на миленькую Клесу, дочку Чандры, очаровательно выглядевшую в образе цветочницы. Та торжественно прошлась по проходу, послушно делая два шага прежде, чем бросить горсть лепестков через плечо. Добралась до алтаря, повернулась к гостям, улыбнулась, что твой ангел, которым и была и… перевернула корзину с лепестками.

Брат Клесы с успехом справился с ролью носителя колец, только дважды прервав церемонию, спрашивая тихим шепотом трехлетнего мальчугана, разносящегося по всему саду, не пора ли подавать кольца.

Отец Мэри Энн оба раза улыбался и тихим, мелодичным, с ирландско-китайским акцентом жителя Санта-Марии, заверял его:

— Нет, пока нет. Подожди еще немного.

В шкафу Крис висели уже пять платьев подружки невесты, так что она стала экспертом по свадьбам. Отец Мэри Энн и коммандер Петрулио с успехом справились с подготовкой церемонии. Крис легко удалось уговорить провести церемонию капеллана, когда священник реформаторско-методистской церкви, в которую ходила мама Пенни, в последнюю минуту дал самоотвод. Похоже, реформаторы-методисты вели переговоры с Кольцом о воссоединении, так что проведение свадьбы в двухстах световых годах от Земли сына женщины из церкви, отколовшейся от них, ставило переговоры под угрозу. Но капелланы следуют другой цепочке подчинения и, хоть Пенни была уже готова сдаться, бросить вызов бабушке и провести церемонию по обычаям планеты Томми, последний настоял на том, чтобы все было проделано так, как задумано. Если какая пара и заслуживала долгую совместную жизнь, так это были Томми с Пенни.

Так что все обошлось бескровно и без каких либо других катастроф. Оба священника от разных церквей подошли к концу церемонии, исполнив роль, на взгляд некоторых, самую важную.

— Томми, — одновременно сказали оба священника, — можешь поцеловать невесту.

Томми поцеловал. Пенни с энтузиазмом ему ответила.

— Что ж, — кашлянув, сказал капеллан. — Позвольте представить всем вам младшего лейтенанта и лейтенанта Лиен.

Пенни нежно взяла ладонь Томми, и струнный квартет тихо заиграл свадебный марш. Крис взглянула на Фила, именно с ним под руку предстоит уходить отсюда. Священники взяли на себя обязанность присмотреть за детьми, пока взрослые не разойдутся. Отец Мэри Энн выдал детям пачку леденцов.

Вздохнув, Крис вязла под руку Фила.

— Невозможно отказаться от любой свадьбы, — сказала она.

— Пока не появляются жертвы, — кивнул тот.

Пенни с Томми продвигались по проходу слишком медленно, потому что каждый член семьи с обоих сторон считал, что нужно обязательно поцеловать или пожать руку молодоженам, поздравить, что-то посоветовать молодой женщине в первый день супружеской жизни. А для кого-то шанс впервые взглянуть на Пенни. Крис осталось только радоваться, что Фил сбегать пока не собирается. Тот демонстрировал понимание происходящего, которое не имело ничего общего с флотом. Воспользовавшись моментом, Крис оперлась на него. Здорово. Интересно, когда начнутся танцы, сколько их она сможет урвать с Филом? В таком наряде она и мертвеца способна привлечь.

Ма-ма, это была твоя идея!

Зазвонил папин сотовый.

На самом деле, Крис даже поразилась тому, что во время церемонии ни одному гостю никто не позвонил. А это при таком скоплении в одном месте политиков и предстоящей выборной жаре вовсе удивительно, что никто не почувствовал потребности провести телефонные разговоры. Жаль, папе пришлось первым нарушить плучившуюся идиллию. Даже мама бросила на него взгляд, способный прожечь борт линкора, но папа его не заметил.

Какое-то время папа разговаривал тихо, Крис слышала его, но не разбирала слов. Потом он пошел прочь по садовой дорожке, окаймленной магнолиями и сиренью. Один за одним зазвонили телефоны других гостей. В какой-то момент известные политики отходили в уединение, чтобы поговорить по телефону наедине, где-нибудь еще.

Крис нахмурилась. Неужели у премьер-министра конкурирующей команды случился сердечный приступ или он поскользнулся на банановой кожуре? Потребовалось бы событие не меньшего масштаба, чтобы все политики начали ни с того, ни с сего так себя вести.

— Нелли?

— В обычной сети ничего. В частной наблюдается какой-то всплеск, но причины я пока не знаю, — ответил компьютер.

Ладно, премьер-министр пока еще дышит. Тогда что случилось?

Крис посмотрела на задние гостевые ряды, где расположился совсем другой контингент Космофлота, будущие разведчики, если повезет. Друзьям Пенни посоветовали, когда самый медиа-цирк будет в самом разгаре, особенно не светить в первых рядах, оставив носить платья друзей жениха и подружек невесты шкиперов патрульных катеров. Как удачно. И вот они смотрели друг на друга, на лицах вопросительные выражения, и никаких ответов.

Коммандер Сантьяго разговаривала с кем-то по коммуникатору. Крис кивнула шкиперам маленьких PF. Друзья жениха побыстрее, подружки невесты немного медленнее, чтобы не растерять той малой скромности, что позволяли платья, выбранные мамой Крис, направились к коммандеру. По пути Крис услышала отрывки аж трех разговоров, в которых промелькнули боевые корабли, капитуляция и орбитальная бомбардировка. Этого оказалось достаточно, чтобы поторопиться.

Собрались вокруг коммандера. Чуть позже подтянулась разведка. Никто не посмел прервать Сантьяго, пока она слушала доклад.

— Продолжай следить, старпом, — наконец, сказала она. — У меня тут большой контингент команд боевых катеров и они вот-вот посинеют. И несколько разведчиков в придачу, а они терпеть не могут, когда не знают того, что знают флотские. Так что мне лучше их проинформировать прежде, чем они начнут что-то делать. Я всегда на связи, соединяйся со мной в любое время, когда узнаешь что-то еще.

Закончив говорить, коммандер оглядела окруживших ее людей.

— У нас проблемы. Из точки прыжка Бета, со скоростью в полторы тысячи километров вышли шесть кораблей. Связи с ними никакой, опознавательных сигналов тоже не передают.

Пока Крис шла мимо политиков, ничего подобного не слышала, да и вряд ли они понимали, что это означает. Каждое судно, способное совершать прыжки от звезды к звезде, оснащено транспондером, который сообщал название корабля, владельца и последний порт, где причаливал корабль. Буи, отслеживающие прыжок, отмечали номер транспондера и использовали его, чтобы контролировать движение судна, не давая кораблям столкнуться друг с другом при входе в точку прыжка.

Вмешаться в работу транспондера, не говоря уже о том, чтобы заставить его молчать, серьезное нарушение правил полетов Человеческого Сообщества. По крайней мере, так было последние восемьдесят лет. Сейчас кто-то сильно рисковал. Кто-то готов пойти на риск, чтобы никто не знал, кто они такие и чего хотят.

Для офицера Космофлота это немногое говорило о многом. Политики, расположившиеся по саду, не слезающие с телефонов, вряд ли понимали, что это значит.

— Корабли выстроились в линию, — продолжила тем временем капитан эсминца, — летят к Вардхейвену с постоянным ускорением в один g. Если предположить, что где-то на полпути они развернутся и начнут тормозить, прибудут к Вардхейвену через девяносто шесть часов.

— Изображают боевой порядок? — уточнила Крис.

— С виду именно так, — кивнула коммандер Сантьяго. — Датчики сообщают, что на всех шести кораблях установлены двойные реакторы класса GE-6900.

Присутствующие закачали головами, кто-то даже присвистнул. На огромных пассажирских лайнерах тоже используются двойные реакторы, но их мощность не превышает 2200 единиц. А тут сразу шесть кораблей, каждый с двумя генераторами каждый мощностью в 6900 единиц, предназначающихся для выработки большой массы плазмы, ускорения большой массы и выработки огромного количества электричества для лазеров.

— Линкоры, — предположил кто-то из разведчиков. — Класса «Президент».

— Или «Великолепный».

— Это земные корабли.

— Вряд ли земные корабли воспользовались бы Бета-точкой. И у нас был бы отчет об эскадрилье земных линкоров, патрулирующих миры Кольца, — не согласился офицер разведки.

— Ну, кто бы то ни был, — сказала Сэнди, — он только что прошел через Бета-точку и требует, чтобы мы капитулировали.

— Капитулировали, — эхом пронеслось по толпе. От этого слова у Крис голова пошла кругом. Вардхейвен никогда не капитулировал! Не мог капитулировать.

— Еще кое-что интересное, — продолжила Сэнди. — Мой старпом — любитель истории. Он заметил в ультиматуме кое-что знакомое, так что провел небольшое исследование. Могу спорить, разведка заметила бы это весьма быстро, — сказала она, улыбнувшись, — но слова, которые они передают, требуя нашей капитуляции, почти те же самые, которыми мы пользовались, требуя сдачи Турантик, когда сражались с ними. Потом Единство положило конец всем спорам с Кольцом.

— Пытаются вернуть нас в старые времена, когда миры Кольца нападали на миры Кольца ради контрибуции? — удивилась Крис.

То был Темный Век, тогда миры сражались с другими мирами по любой выдуманной причине.

— Я сказала, почти, — заметила Сантьяго. — Формулировка осталась прежней до того момента, когда мы приказывали Турантик сдаться и выплатить контрибуцию. Эти же требуют, чтобы мы сдались, отказались от всех союзов и согласились на оккупацию.

Крис потребовалось время, чтобы это переварить. Фил присвистнул.

— Они хотят нас. Со всеми потрохами, — заключила Крис.

— Похоже на то, — кивнула капитан эсминца.

Крис, у меня кое-что есть.

Не сейчас, Нелли.

— И что мы со всем этим будем делать? — спросил Фил.

— А что мы можем? — спросила в обратную Сэнди. — Мой корабль единственный в порту. Ваши патрульные катера, даже если предположить, что смогут противостоять линкорам, всего лишь холодное оружие. Даже если временное правительство что-то и прикажет, я не знаю, что можно сделать.

— Сколько времени нужно вернуть наш флот? — спросил Фил.

— Быстро не выйдет, — разведчик покачал головой. — Ситуация на Бойнтоне не очень хорошая. Если наш флот отступит и полетит домой, даже прямо сейчас, они рискуют потерять планету только для того, чтобы по прибытии обнаружить Вардхейвен отброшенным обратно в каменный век.

— Что можно сделать здесь? — спросила Крис, мысленно перебирая сотню разных вариантов.

— Так они там пустое место, — по саду разнесся папин крик. Ну, не такой уж и громкий.

Пока Сантьяго рассказывала ситуацию, струнный квартет успел закончить мелодию и больше не играл. Томми и Пенни присоединились к группе флотских, собравшихся вокруг капитана эсминца, прекратив разговоры со своими семьями.

— Это же бесхребетное сборище старух в поношенных пальто. Я всегда говорил, что у оппозиции нет ни одной дельной мысли с тех пор, как на свет появились их бабушки. Но нет, Пандори надо доказать перед всей планетой мою правоту.

Крис стало интересно, сколько в этом папином пассаже передачи политического курса, а сколько просто выпущенного пара. Судя по все краснеющему лицу, все слова можно отнести к выпуску пара.

Возвращаясь из сада с цветами, он пнул стул, отбрасывая его в сторону. Это его явно не успокоило.

— Пандори только что стал достоянием общественности! Вышел с публичным заявлением о том, что у его правительства к приближающимся линкорам нет никакой стратегии. Ничего нет, ни за, ни против капитуляции. Ему, видите ли, нужно немедленно собрать кабинет, чтобы определиться. Человек из разряда дилетантов! Любой партийный новичок знает, что никогда, никогда не расскажет СМИ о том, что ты не знаешь, что делать. У тебя всегда должно быть мнение. Люди выбрали тебя, значит, ты должен отвечать за все. Может потребоваться несколько консультаций, исходя из уникальности обстоятельств, но ты всегда должен знать, что делаешь. — Папа стукнул кулаком по ладони. — Он фактически признал, что не имеет ни малейшего представления, что делать с этими боевыми кораблями и требованием о сдаче.

— Он не может сдаться, — сказал Хонови.

— Естественно, он не может сдаться. Вардхейвен никогда не сдается. — Крис знала, что это сказано специально для присутствующих. Вокруг отца собрались люди, и чуть не каждый снимал его на телефон. Его речь вот-вот окажется в сети. Пандори, может, и не знает, в чем должна заключаться его политика, но папа определенно знал, в чем заключается его.

Что может быть не так уж хорошо. Если он не будет осторожен, сможет загнать премьер-министра конкурирующей команды в угол и тогда разгорится драка, как раз тогда, когда к планете подлетят линкоры и уничтожат все, что есть на орбите Вардхейвена. Оставят шрамы в городах. Хонови подошел к отцу так близко, стараясь уединиться, насколько позволяли обстоятельства. Но их окружали записывающие происходящее телефоны.

— Пап, если мы не можем сдаться, как нам сражаться?

— Вот в этом и проблема, сынок. Пандори вверг нас в затруднительное положение. Мы не можем защитить себя. Сдаться тоже не можем. Поэтому он хочет влезть в это милое, уютное заседание кабинета министров и болтать с приятелями о том, какой беспорядок я для него устроил, но ни разу не увидит, что он сам его для себя устроил. Нет, сынок. Чтобы решить эту проблему, нам нужна полноценная сессия парламента.

— Временное правительство никогда не созывало сессию, пап, — Хонови закусил нижнюю губу, потом медленно продолжил: — Если созвать полное заседание, ты смог бы потребовать вотума недоверия политике Пандори?

— Теперь ты знаешь, — усмехнулся папа, — почему парни, свергающие правительство, не должны управлять государством, сынок. Гарантирую, если он соберет сессию, я первым делом вынесу вотум недоверия, а он его еще как заслужил. Он не протянет и пяти минут из-за того беспорядка, который устроил. Нет, Пандори попал в ящик ужасов. У него четыре дня, пока эти проклятые корабли не появятся на орбите. Если он объявит, что его решение — бороться, окажется, что ему нечем бороться. Если поднимет белый флаг, ему придется созвать Дом, чтобы утвердить решение, но тогда он падет так низко и быстро, что выбраться хоть сколько-нибудь наверх у него не будет ни шанса.

Папа замолчал, задумчиво нахмурив брови, потом продолжил:

— Может, он не так уж и глуп. Может, он пытается прикрыться тем, что у него нет решения, чтобы не столкнуться с тем, чего ему будет стоить любое решение. Но, черт возьми, любое его решение обойдется Вардхейвену дорого. Господи, кто бы знал, во что это обойдется Вардхейвену.

Бормоча что-то под нос, папа ушел, и Хонови отправился вместе с ним.

— И что же нам делать? — спросила Бэбс Томпсон у флотских офицеров.

Крис посмотрела на свое нелепое платье подружки невесты, выбранное мамой.

— Не знаю, как вы, а я пошла переодеваться.

Выпрямившись, как струна, с достоинством, которое позволял наряд, она быстро отправилась в дом.

* * *

Ей понадобилось секунд десять, чтобы сорвать с себя платье-ромашку, платье, которое она больше никогда не наденет. Она даже не хотела, чтобы оно висело у нее в шкафу. Нужно попросить Эбби отправить его в какой-нибудь секонд-хэнд. Может, найдется неприхотливая стриптизерша, которая за деньги будет снимать его с себя перед зрителями.

Но остался вопрос, что надеть.

Почти обнаженная, Крис стояла и смотрела на Космофлотскую часть своего гардероба. Ее попытались опозорить. Ее освободили от командования. И только-только сняли все обвинения.

А на Хикиле кто-то обвинил ее и короля Рэя в убийстве. И флот ушел к Бойнтону, а PF — всего лишь холодное оружие и вот-вот пойдут с молотка. Совпадение?

Она выбрала белую форму.

Осторожно, чтобы не помялись, натянула накрахмаленные брюки. Внимание привлек Орден Раненого Льва, покоящийся на полке в открытом футляре. Крис заслужила его за мятеж. Стоит ли его надеть? То, что она сегодня собиралась делать, все еще формировалось в глубине души, но, без сомнения, любой юрист военно-юридической службы застрянет надолго, изучая единый кодекс военной юстиции, посвященной мятежам.

— Я могу чем-то помочь? — спросила Эбби, предвзятым взглядом разглядывая платье подружки невесты, валяющееся по полу. — Добавить туда чесночку и больше ни одна девушка его не наденет.

— Помоги надеть ленту, — попросила Крис. — И у тебя глаз наметан, посмотри, как разместить значок Ордена Раненого Льва где-нибудь на рубашке.

Крис сосредоточилась на одевании. Пришло время обуви. Ботинки впору, только нужно еще шнурки завязать. Что же делать? Ситуация незавидная. Флот ушел. Оружия на том, что осталось, примерно один к миллиону. В принципе, мелкие катера, если купиться на дико чрезмерную рекламу, дюжиной на один линкор могут сработать. Если получится включить питание.

Возникшая ситуация не представляла невероятных шансов. Шансы были смехотворны. Кто-то сыграл картой Пандори и у Вардхейвена случились крупные неприятности. Слишком крупные.

Но больше ничего не остается.

— Разве это не та ситуация, как раз для работы Лонгнайф? Когда больше ничего не остается, — тихо пробормотала Крис. Как обычно, проблема заключалась в том, чтобы найти решение.

— Вы что-то сказали? — спросила Эбби.

Крис осмотрела себя: почти одета. Повернулась к Эбби. Горничная приколола значок Ордена Раненого Льва к левому карману рубашки. Здесь обычно висел значок командира. С другой стороны, его отобрали, так почему бы на его место не повесить значок мятежника?

Хороший знак?

Горничная помогла Крис надеть китель и застегнуть его.

— Эбби, скоро все здесь начнет сходить с ума. Позаботишься о Харви и Лотти? Роуз и Хонови? Папе. И, да, о маме тоже, если сможешь?

С натянутой улыбкой Эбби кивнула.

Крис повернулась к зеркалу. Оттуда на нее смотрела обычная Крис: высокая, с длинным носом, молодая женщина без каких либо выступов. С сжатой челюстью. Губы в тонкую полоску. Недобро прищуренные глаза. Вот это лицо — лицо Лонгнайф? Примерно так выглядел дедушка Рэй, когда приказывал уничтожит флот Итич? Крис пошла к выходу. Будут ли когда-нибудь у меня ответы на вопросы о Лонгнайф? — подумала она, открывая дверь.

Снаружи она обнаружила Томми в белом костюме, в котором был на свадьбе. Рядом Пенни, та успела сменить многослойное свадебное платье и длинную вуаль на гораздо менее формальное, но такое же белое платье.

Оба отсалютовали.

— Какие будут приказания, ваше высочество? — спросил Томми.

В их глазах никаких других вопросов. Никаких сомнений. Крис осмотрела двух человек перед собой, которых не так давно провела через огонь и ад. И нашла только ожидание приказов. Чертовски уверенное ожидание.

Они ждали, что она снова возьмет волшебную шляпу Лонгнайф и вытащит из нее правильный ответ, правильные приказы, что проведут их через огонь и ад… снова… и спасет… снова.

Крис сглотнула появившийся в горле ком и ответила на их приветствие.

— Принцесса Кристина передает свое почтение коммодору и просит его в удобное для него время провести совет командиров катеров.

Томми отсалютовал.

— Коммодор передает свое почтение и просит осведомить, что созывает младших офицеров в кают-компании «Кушинга» в пятнадцать часов ровно.

Крис взглянула на часы.

— Через полтора часа. Должно хватить, чтобы добраться до базы через бобовый стебель, а там и на борт корабля, к которому я не должна приближаться.

— Для Лонгнайф это не кажется невозможным, — сказал Джек, словно случайно прогуливающийся неподалеку, засунув руки карманы брюк. — Подумал, может, вам пригодится агент Секретной службы, даже если он в бессрочном отпуске. Я специально остался, особенно после того, как свадьба так быстро подошла к концу. Пенни, должен сказать, ты установила новый стандарт свадебных приемов.

— Подозреваю, об этом теперь годами будут говорить. Наверное, маму Крис это сделает счастливой.

— Подвести вас всех к лифту? Надеюсь, не будете возражать, потому что у меня в наличии только взятый напрокат драндулет.

* * *

Станция у подножия бобового стебля выглядела сумасшедшим домом, но основной поток шел вниз и наружу. Крис и трое ее храбрецов, рвущиеся внутрь, были почти в полном одиночестве. Проблем с проходом через турникет у Томми и Пенни не возникло, они использовали свои удостоверения личности как для идентификации, так и для оплаты.

Крис вытащила идентификационную карточку акционера «Нуу Энтерпрайз».

— Не сработает, — сказал пожилая служащая. — Слышала, с вас сняли обвинения, но, когда утром проверяла распечатку с запретом на вылет, ваше имя все еще было в списке.

— Привет, Мэри, — сказала Крис знакомой, которая стояла у ворот и частенько проверяла ее вот уже лет десять. — Как Джои? Удалось выкарабкаться из беды, пока я была на Хикиле?

— Новое руководство на следующий же день, как он пропустил вас, на неделю отстранило его от работы без сохранения заработной платы. Я посоветовала ему поговорить с профсоюзом, но он сказал, что ему нужен отпуск. Целую неделю провел на Северном Побережье, присылал фото каждый день. Каждый раз с новой девушкой, красивой и почти без одежды. Клянусь, он их брал напрокат.

— У него милая улыбка, — заметила Крис.

— А вам нужно подняться вверх по бобовому стеблю. Слышала, к нам идет какая-то шумная компания.

Крис на секунду задумалась и решила сделать вид, что не в курсе событий.

— Разве? Не слышала.

— И муж у меня отличный любовник. Могу сказать, что я бы сделала. Я бы прижалась поплотнее к вот этому молодому человеку за вашей спиной, пусть он отметится и заплатит за дорогу, а вы проскользнете вместе с ним, как один человек, — Мэри пожала плечами.

— Камеры заметят.

— Дьявол, сударыня, может мне тоже хочется провести отпуск на Северном побережье. Наверняка там найдутся голенькие парнишки, с которыми я смогу развлечься. И там может статься, окажется безопаснее, чем здесь. Конечно, так и будет, если вы подниметесь наверх и сделаете то, что задумали.

Джек подошел вплотную к Крис, приложил удостоверение личности к считывателю. Списалась оплата. Были преимущества в том, чтобы быть ростом чуть выше среднего… и худющей, как палка. Крис шагнула в ногу вместе с агентом.

До парома они добрались как раз к моменту, когда дверки начали закрываться.

Попасть на борт базы Космофлота оказалось еще меньшей проблемой. Пандори отправил большую часть космических пехотинцев к Бойнтону, а недавно нанятые охранники были больше озабочены прослушиванием новостей и обсуждением, когда подойдут вражеские корабли, чем проверкой документов. Крис ткнула своим удостоверением в сканер. Тот даже не пикнул, так что Крис продолжила путь.

До «Кушинга» добрались за пятнадцать минут до собрания штаба коммодора. Томми поведал Крис обновленную информацию об эскадрилье PF-109.

— Корабли не в очень хорошей форме. Двигатели не запускали уже несколько недель, а для двигателей на основе материи-антиматерии это не очень хорошо. Еще был приказ демонтировать лазеры, но с уходом флота дело застопорилось. Тран с удовольствием рассказывал, как на них летается. Собственно, только это и не дало разорвать катера на части. Не уверен, но с остальными шкиперами было так же. Все зиждилось на надежде, что их не продадут до выборов, твой отец победит, и мы вернемся в дело.

В тусклом свете и искусственной атмосфере станции холодная тишина корабля походила на могилу. Крис поднялась на борт в надежде, что это придаст ей немного бодрости, вселит надежду, что из всей этой неразберихи, в которую их втянули неумелы политики, есть какой-то выход. Но корабль напомнил только мертвую тушу огромного животного, выброшенную на берег.

Лучше уж встретиться с коммодором лицом к лицу.

Крис шагнула, пересекая борт, оказалась на квартердеке. Томми следом. Система оповещения тут же объявила:

— Командир эскадрильи PF-109 прибыл на борт.

Крис улыбнулась.

— Принцесса Кристина прибыла на борт, — продолжила система оповещения, и улыбка Крис пропала, когда она вспомнила, что официальным командиром эскадрильи все еще был Томми, а не она.

Отсалютовала флагу, нарисованному на переборке, потом стоящему на палубе младшему офицеру, тот отдал честь в ответ. Томми и Пенни проделали то же самое. Джек, поскольку был гражданским, просто стоял, немного озадаченный торжественным флотским ритуалом.

— Коммодор ждем вас в кают-компании, — сказал младший офицер и развернулся, чтобы провести их до места. Бросил через плечо вопросительный взгляд на Джека, когда агент секретной службы, без пяти минут отпускник, двинулся следом.

— Я с ней.

— Порадуйте нас чем-нибудь, — сказала Крис, — а то вокруг что-то странное творится.

— Не то слово, — согласился младший офицер.

У входа в кают-компанию стояли два космических пехотинца. Внутри дежурили еще двое. Крис не видела настолько усиленной охраны с тех пор, как противостояла капитану Торпу на «Тайфуне».

Во главе длинного обеденного стола, покрытого белой льняной тканью, сидел коммодор. Шесть шкиперов PF сидели по правую сторону от него. Слева, напротив двери, остался один свободный стул и еще один напротив коммодора на другом конце стола. Томми занял свободное место на стороне капитанов PF, а Крис уселась напротив коммодора.

Как просительница? Или мятежница?

Через мгновение она откроет рот, произнесет Слово и навсегда заклеймит себя тем, что скажет. Но ничего не могла с собой поделать. В этом деле Лонгнайф никогда не были хороши. Взвесив варианты, Крис решила, что сейчас не время нарушать традиции.

Джек занял угол, откуда мог наблюдать за всей кают-компанией. Обменялся взглядом с сержантом-пехотинцем, обоюдно решили, что они оба альфа, и вернулся к тому, что обычно делает сотрудник службы безопасности, когда все вокруг надежно заперто. Пенни заняла место подальше от стола, но поближе к Крис, чтобы можно было до нее легко дотянуться.

— Рад видеть среди нас офицера разведки, — начав встречу без вступления, сказал коммодор. — Начнем с поздравлений, они сейчас более уместны, чем запрос на загрузку данных. Значит, лейтенант Лиен, вам удалось связать себя узами брака до того, как все стало настолько интересно.

— Так точно, сэр, — сказал Томми и поднялся. — Разрешите представить мою жену, лейтенанта Лиен. Хотя ее бейджик уже немного устарел.

Пенни покраснела, выглядя сейчас мило, как невеста, а не офицер Космофлота.

— Слушаем! Слушаем! — раздался дружный клич.

Крис дождалась, когда наступит тишина и поинтересовалась:

— Мы что-нибудь знаем о незваных гостях?

— К сожалению, нет, — прорычал коммодор. — Я получил больше данных от шкиперов, чем из собственных источников. Командная сеть явно бесполезна. Похоже, полковник из Генштаба лично посетил военные объекты на космической станции. Его приказы состояли в том, чтобы не делать ничего такого, что может оскорбить приближающиеся корабли. Прекратить сканирование, отключить защитные системы, сделать им приятное или, еще лучше, вообще не упоминать о них в сообщениях, — коммодор нахмурился. — Я об этом знаю только потому, что отправил старпома в командный центр флота выяснить, почему сеть стала внезапно тихой. Никто не видел необходимости отдавать какой-либо приказ такому старью, как «Кушинг». В любом случае мы, похоже, ложимся на спину и притворяемся мертвыми. Но официально ничего на этот счет нет.

Крис оглядела сидящих за столом, на шкиперов маленьких PF, своих сверстников, на самых близких друзей, которые у нее появились во взрослой жизни. Как они отнесутся к тому, что она собирается делать? Крис медленно поднялась.

— Над нашей планетой нависла смертельная угроза. У нас, здесь собравшихся, у единственных в руках сила, способная встать между линкорами и нашими семьями. Нашими близкими. Пока правительство ищет пути, как поступить, нас просят отойти в сторону. Ничего не делать, — Крис медленно покачала головой. — Мы воины. Мы знаем, что если нас через четыре дня нас позовут в битву, нам понадобится каждая секунда, чтобы подготовиться к ней. — Присутствующие закивали. Правда, не все. Не все были с Вардхейвена. Поймут ли они, что эта битва и их тоже?

Крис глубоко вдохнула, на секунду задержала дыхание и сделала решительный шаг.

— Я принцесса Кристина Энн Лонгнайф. По праву крови, по праву имени, по праву титула с этой минуты принимаю на себя командование эскадрильей. Кто-нибудь из вас хочет оспорить мое право?

Шкиперы уставились на нее. Кто-то даже в удивлении поднял бровь. Фил и Чандра, было, нахмурились от ее такого удачного хода. Лицо коммодора осталось стандартно-кирпичным для Космофлота, то есть прочесть по нему что-то не вышло.

А потом открылась дверь и мимо охранников-космопехов протиснулась коммандер Сантьяго.

— Я пропустила что-то важное? — спросила она, усаживаясь у правого локтя коммодора.

— Всего лишь заявление принцессы, что она берет на себя командование моей эскадрильей, — проворчал коммодор.

— Ох, всего лишь. Хорошо, тогда я еще не опоздала, — сказала Сантьяго и посмотрела на Крис. — Итак, принцесса Лонгнайф, как мы будем сражаться с этими ублюдками.

Крис моргнула. Она ожидала сопротивления. Контраргументов. Компромиссов. Чего угодно, только не придумывать ответа прямо сейчас.

— Всем, что у нас есть, — сказала Крис. — И всем, что сможем достать в ближайшие три дня.

— Неплохое начало, — кивнула капитан эсминца.

— Пойдете за ней? — спросил Фил, и в голосе прозвучало недоверие, растекшееся по палубе.

— Фил, — Сантьяго посмотрела на него. — Филипп Тауссиг. Ты же сын адмирала Тауссига, я права?

— Да, мэм.

— Слушайте, лейтенант, у нас тут первоклассный бардак, согласен? — Фил кивнул. — Политиков, да благословит их бог, встряхнули так, что носки слетели, и они сейчас ищут новые. Когда, наконец, решат, что делать, скорее всего, бросят эту горячую картофелину в наши нежные ладошки. Как мне кажется, мы можем следовать чьим-то приказам и ничего не делать, или может воспользоваться юридической фикцией принцессы Лонгнайф и что-то сделать. Через три дня то, что мы будем делать все последующие часы с этого момента, может спасти нам жизни. Мне дали возможность спрятаться за устными приказами, оставленными бесстрашными офицерами генерального штаба или спрятаться за официальное заявление принцессы Лонгнайф… — Коммандер пожала плечами. — Рискну спрятаться за Лонгнайф. Тем более что, подозреваю, когда мы накинемся на линкоры, мы будем следовать в шлейфе принцессы. Вы же поведете нас на битву, ваше высочество?

— Черт возьми, да, — сказала Крис. Есть и такие минуты, когда принцессы не обращают внимания на свой язык.

Ее слова услышали все. В ответ Крис увидела сомнение, но не у всех. Крис придется все это время держаться впереди их всех.

— Вардхейвен — мой дом. Я намереваюсь битья за все, что люблю. Кто-то из вас с Питтс Хоуп, Санта Марии, из других мест. Я могу сказать, что это не ваша битва. — Никто согласно не кивнул, но она видела, что некоторые так думают. — Хорошо это или плохо, но Вардхейвен попал в такие неприятности потому, что мы решили помочь другой планете, попавшей в беду. Теперь проблемы появились у нас. Мы должны сражаться вместе, бок о бок, все, как один. Если мы этого не сделаем, те, кто дернул за ниточки в Бойнтоне и Вардхейвене, в следующем месяце начнут дергать ниточки в Питтс Хойп, Лорна До, Турантике. Или в следующем году. Или мы сейчас будем драться вместе, или скоро никому из нас не будет нигде пристанища.

— Расскажи это спартанцам, — вздохнула Хизер Александр. — Знала же, что есть причина, по которой я ненавидела уроки истории.

— Это несправедливо, — сказала Бэбс. — Шансы…

— Паршивые, я знаю, — согласилась Крис. — И все, что у нас есть — наши двенадцать PF.

— И моя «Хэлси», — многозначительно добавила Сэнди.

— Не забывайте о «Кушинге», — сказал коммодор. — Может, старый реактор и не годится для высокоскоростного полета, но снарядов у меня полно и стрелки отличные. — Это замечание вызвало улыбки у капитанов PF.

— И мишени-приманки, — сказала Крис.

— Мишени-приманки? — удивились старшие офицеры.

— Линкоров из них не выйдет, но, возможно, если мы настроим их как легкие крейсеры, а эсминец отбуксирует их в сторону, они отвлекут на себя огонь на какое-то время.

— Все, что заставит их зря потратить несколько выстрелов, пойдет нам на пользу, — согласился коммодор.

— Каждый выстрел, не направленный в катер, увеличит шанс попасть в цель, — сказала Крис и, вопреки себе, улыбнулась. — У нас три дня, чтобы сделать все возможное, чтобы улучшить наши шансы. Тут по соседству верфь Нуу. Если дедушка Эл не откроет ее нам, я найду другой способ. Перелезу через забор или сделаю подкоп. Чандра, ты как-то говорила о ракетах на катерах. Использовать пусковые установки «Фоксер» для чего-то смертельно опасного.

— Думаешь, сможем получить доступ к новым ракетам высокого ускорения AGM-944? — спросила Чандра.

— Должен быть какой-то способ. Последний раз, когда я проверяла, армия была на нашей стороне, — сказала Сантьяго.

На мгновение глаза Сингх сверкнули, потом она тряхнула головой, словно сбрасывая наваждение.

— Движки PF холодные. Их заглушили почти четыре недели назад. Понятия не имею, в порядке ли электроника. Катера не предназначались для хранения. Когда нашу деятельность приостановили, не дали их даже законсервировать.

— Тогда лучше начать их тестировать прямо сейчас, выявлять проблемы и вернуть их в сеть, — сказала Крис. — Мы их однажды уже оживили. Можно попробовать сделать это еще раз.

— За три дня? — удивился Тэд Рокфеллер.

— Если нужно, то и за меньший срок, — отрезала Крис. — У нас будет целая верфь. Если чего-то нельзя достать в доках Нуу, значит, такого еще не изобрели. Если что-то вам нужно, и оно у него есть — оно ваше.

— А кто платит? — спросил коммодор.

— Предоставьте дедушка Эла мне.

— Не думаю, что придется легко, склеивая катер скотчем, клеем и жевательной резинкой, — с ужасным акцентом сказал Томми и расплылся в улыбке.

— Не думаю, что вообще кому-то придется легко, — сказала Хизер.

— Попробую вспомнить подробности работы военно-космической базы, — сказал коммодор и поднялся, заканчивая встречу. — Капитаны, завтра в восемь ноль-ноль я хочу получить полный отчет о состоянии ваших кораблей. Принцесса Кристина, могу я ожидать от вас к этому времени, какие ресурсы будут доступны нам в доках Нуу?

— Да, — ответила Крис, отметив, как деликатно коммодор отдал приказ человеку, перехватившему у него командование. Крис захотелось хотя бы раз вступить в бой с цепочкой командования, не похожей на швейцарский сыр. Ничего забавного в драке с такими условиями она не видела.

Глава 8

Крис очень хотелось привести PF-109 в порядок, только сначала предстояло найти на станции самого главного менеджера «Нуу Энтерпрайз» и посмотреть, как сильно удастся его обмануть.

— Джек, ты со мной. Позаимствуем кар с «Кушинга». Пенни, ты наверняка захочешь отправиться с Томми. Разведстанция на PF требует проверки.

— И вы не возражаете, если я буду находиться на катере Томми? — спросила Пенни, провожая глазами новоиспеченного мужа.

— Не понимаю, почему нет. Нашим катерам, наверняка, скоро понадобится человек, занимающийся боевой разведкой, примерно такой же, какой ты занималась для нас на Турантике.

— Да, — чуть было не разволновалась Пенни, но расправила плечи и поспешила за мужем.

Крис посмотрела на Джека. С грустной улыбкой тот следил за Пенни.

— Медовый месяц у этих двоих немного не задался, — сказал он.

— По крайней мере, они вместе. А теперь мне нужно, чтобы ты провел меня в доки Нуу мимо ворот.

— У тебя же есть карточка акционера, разве она не справиться с этим лучше меня?

— Предпочитаю не оставлять следов. Помни, меня здесь не должно быть.

— Что ж, может, там найдется кто из знакомых, — пообещал Джек.

Но пообещать оказалось легче, чем сделать. Вход охранял вовсе не недавно нанятый головорез. На рукаве проницательной брюнетки виднелись капральские нашивки и служебные метки за шесть лет службы. Выслушав песню Джека, она… улыбнулась… и вызвала начальника.

Прибывшая сержант нахмурилась. На рукаве пять служебных меток, три медали за хорошую службу и еще парочка за меткую стрельбу, что только добавляло нужного акцента пистолету в кобуре на поясе. Правая рука постоянно находилась поблизости от оружия.

Она быстро прервала сочинения Джека.

— Вы ведь Джек Монтойя. До последней шумихи вы были агентом секретной службы, охраняли Крис Лонгнайф, — сверившись с планшетом, сказала она, после чего посмотрела на Крис. — А вы не хотите показать мне какие-либо документы.

— Не хотелось бы.

Сержант нахмурилась сильнее.

— Вы должны понимать, что собираетесь ступить на территорию, регулируемую множеством законов, принятыми несколькими парламентами, не всеми из которых управляли Лонгнайф.

— Да, — кивнула Крис.

— Принцесса Кристина, я, возможно, потеряю свои полоски только за то, что впустила вас, но, предполагаю, что у вас есть веские причины для того, что вы делаете. И вряд ли в ваши планы входит порча моего и без того несчастного дня.

— Точно не входит, — по-простому ответила Крис.

— Хорошо, можете пройти, — сказала сержант, после чего посмотрела на другую охранницу. — Капрал, вы должны забыть то, что только что видели. Вы не расскажете об этом никому, а если увидите в новостных лентах, выразите глубокое удивление. И сегодня вечером можете выдуть столько бесплатного пива, сколько только в вас влезет.

Но, когда Джек заворачивал за угол, Крис оглянулась и увидела, что сержант взглядом провожает ее и разговаривает с воздухом… или с кем-то по коммуникатору.

Джек направил кар прямиком к административному центру. Была суббота и к планете мчались боевые линкоры. Крис не ожидала увидеть в офисе большой активности. Так что сильно удивилась, обнаружив, что занят каждый четвертый стол. Некоторое время назад, когда она работала над приводом «Молнии», она часто бывала здесь, так что отправилась прямиком к кабинету управляющего.

Там оказалось пусто, но рядом обнаружился кабинет заместителя управляющего, и дверь была открыта. Войдя внутрь, она увидела склонившимся над кучей бумаг мужчину. Стукнула по дверному косяку, пытаясь привлечь его внимание.

— Вы хорошо проводите время, — не поднимая взгляда, сказал он.

— Здесь не так уж и много людей.

— Посмотрели бы, что творится в понедельник в пересменку.

— А что будет в понедельник?

— Да, это уже интересный вопрос, — заместитель управляющего поднял голову. — Как мне к вам обращаться? Как к акционеру, принцессе или лейтенанту?

Заместитель поступил мудро: вместо того, чтобы загнать ее в определенные рамки, спросил, что к чему.

— В данный момент, как к принцессе. Если нужно, как к акционеру. Что вы знаете о ситуации?

— Ничего такого, что бы мне понравилось. К нам идут линкоры, угрожающие превратить мое место работы в дрейфующий космический мусор. Политики ходят по кругу. Военным, похоже, приказали уйти в сторону и не делать ничего, что исключает множество возможностей. Я что-нибудь пропустил? Кстати, может, присядете? Вы тоже, агент Монтойя.

— Все примерно так и есть, — сказала Крис, пользуясь приглашением, и присела на предложенный стул. Джек покачал головой и остался у входа, откуда мог обозревать окрестности во всех направлениях.

Небольшая, наполовину утопленная в столешницу, деревянная табличка, опознавала заместителя как Роя Буанифанесто. Когда он привстал, протягивая руку Крис, показался той довольно пожилым. Крис ответила на рукопожатие, и он откинулся на спинку кресла, закинул ноги на стол, заложил руки за голову и улыбнулся.

— Итак, что мы делаем, пока Рим горит, а внуки Нерона играют на скрипке?

— Пробуем сберечь Рим от сожжения, — ответила Крис. — На базе Космофлота пришвартована дюжина патрульных катеров.

— Комариный флот или, как говорит Пандори — игрушки для плейбоев?

— Их нужно привести в боевую готовность. Быстро.

Рой поджал губы.

— Малые движки на антивеществе. В каком они сейчас состоянии?

— В холодном.

— Ох. Законсервированы должным образом?

— Просто выключены, как лампочки. В конце концов, эти вонючие игрушки никому не нужны, — Крис изобразила недовольных репортеров.

— Два раза ох. Для работы их нужно будет перевезти сюда.

— Вряд ли. Ничего из того, что мы делаем, не должно выглядеть враждебно по отношению к приближающимся линкорам или политикам Вардхейвена.

— А, точно. Есть же общий приказ ничего не делать. Сейчас у нас на верфи не так много работы. Все, что было, срочно отправили на Бойнтон, а мы пытаемся собрать все, что просили, украли или взяли взаймы, чтобы отправить туда флот. Предлагаете продолжать выпрашивать, воровать и брать взаймы, но уже пианиссимо, — сказал он, тихо соединив два пальца.

— Именно, очень тихо.

— Кто платит?

Крис знала, что следующим будет именно этот вопрос. Если бы он не прозвучал, любой акционер должен был бы рекомендовать уволить этого человека. И все же, принцесса не возражала, если бы он прозвучал позже.

— У вас есть безопасная линия с дедушкой Элом?

— Подозреваю, он ожидает ответа, почему вы прокрались на верфь без следа данных. Компьютер, мистер Лонгнайф сейчас в сети?

На одном из немногих чистых пятачков на столе Роя появилось голографическое изображение дедушки Эла.

— Здравствуй, дедушка, — сказала Крис.

— Не скажу, что рад тебя видеть. Такое ощущение, что ты появляешься только тогда, когда хочешь доставить мне неприятности, — сказал Алекс Лонгнайф, дедушка по отцовской линии и самый богатый человек на Вардхейвене. Возможно, один из десяти самых богатых людей во всем космосе.

— Тебе нужно организовать несколько семейных пикников и пляжных вечеринок, чтобы мы смогли собраться и провести некоторое время вместе.

— И в чем мне смысл тратить время на отца и сына?

В чем-чем, а что касается отца, Крис могла согласиться. Вот только понятия не имела, что произошло между дедушкой Элом и прадедушкой Рэем.

— Ты же знаешь, что у нас появилась глобальная проблема?

— Похоже, Петервальд направили к нам несколько военных кораблей, а кучка болванов в Доме Правительства на сей раз по крупному облажалась.

— Видишь, ты знаешь, что это Петервальд. Я же слышала, что они не идентифицировали себя.

— Нет. Но кто еще способен создать проблему на Бойнтоне и попытаться свергнуть правительство моего сына? Готов спорить, когда все закончится, за несколькими голосами обнаружатся деньги Петервальд. Я должен был догадаться. Хм-м.

— Кому бы ни принадлежат линкоры, — Крис пожала плечами, — их нужно остановить. У тебя, случайно, не припрятано парочки линкоров где-нибудь в доках, а? — Когда они разговаривали в последний раз, дедушка Эл хвастался тем, что делает свой мир безопасным и надежным, а себя — неприкосновенным. Жить в мире, которым управляет Петервальд, для Лонгнайф звучит несколько небезопасно. А для Крис Лонгнайф тем более.

— Нет. Кое-что я упустил. Но я ожидал хоть что-то получить взамен за налоги, которые плачу.

— Я хочу возглавить эскадрилью PF, — сказала Крис.

— Не получится. Это самоубийство.

— Думаю, шансы получше, чем сидеть, сложа руки. Я бы хотела немного увеличить эти шансы. Сейчас катера холодные. Им нужно быстрое обслуживание. Мы можем воспользоваться доками Нуу?

— Можешь получить все, что есть в доках Нуу, — голографическая голова повернулась к заместителю управляющего. — Рой, ты слышал: у них должно быть все, что понадобится. Но только, Крис, — дедушка снова повернулся к Крис, — если ты дашь мне слово не встречаться с ними самой.

— Дедушка, я не могу.

— Почему нет? Ты ведь не хочешь сказать, что ты единственный человек, который может управлять постом, каким бы он там ни был. Есть куча других шкиперов. У них есть замы или помощники. Я плачу за то, чтобы ваши лодки заработали. В свою очередь я хочу уберечь свою внучку от этой безумной перестрелки.

Крис моргнула. Господи, слова дедушки прозвучали так логично. Он меняет деньги на ее жизнь. Все просто. На секунду ей захотелось сказать «Да!».

Только на секунду. Она увидела себя на причале, может даже рядом с детьми Чандры, машущие маме руками, как это обычно делают дети. И гражданские, вроде мужа Чандры.

Только лейтенанты так никогда не делают.

И уж точно не лейтенанты, командующие одним из этих маленьких катеров.

— Прости, дедушка. Так не пойдет. У наших катеров тоже есть приказ ничего не делать и строить миленькие лица. Только я уже, в качестве принцессы, взяла на себя командование всей эскадрильей. Завертела приготовления. Если подведу всех, как я буду выглядеть?

— Черт побери, сударыня, ты говоришь в точности, как мой отец.

— Извини, дедушка, но это единственный выход.

— И он всегда так говорит: «Это единственный выход». Черт, черт, черт. Хочется хоть раз увидеть, как кто-нибудь придумает другой способ.

— Я знаю целую эскадрилью людей, которые хотят, чтобы кто-нибудь придумал другой способ, — сказала Крис. — Кроме того, дедушка, если ты выкупишь меня, что скажешь Гейтсу, Рокфеллеру и Александру, когда в следующий раз увидишь их? У них нет возможности выкупить таким образом своих сыновей и дочерей.

Дедушка на голограмме на долгое время отвел взгляд. Когда снова вернулся, выглядел очень старым.

— Рой, моя яхта пришвартована где-то наверху. На ней, помню, были какие-то лазерные установки. Вытащи их оттуда, найми команду и пусть принцесса использует все это для всего, что только может придумать. Поговори с капитаном яхты. Он может знать капитанов других вооруженных яхт, не спешащих улететь на другие планеты. Возможно, Вардхейвен не так беззащитен, как думают некоторые.

— Да, сэр.

— Вызывай всех, кто тебе нужен для работы на катерах. Дай принцессе все, что она захочет. Но делай все осторожно, последнее, что нам нужно, так это вынюхивающие, что происходит, репортеры. Все, что происходит с катерами, должно оставаться в тайне от тех, кто считает себя правительством.

— Да, сэр.

— Спасибо, дедушка. Это очень…

— Патриотично, — фыркнул дедушка Эл. — Не только вы, люди в военной форме, верите в значение флага. Все мы верим, только по-разному. А, да, Рой, и подсчитывай, сколько это все будет стоить. Если мой сын победит на выборах, есть шанс заставить его правительство заплатить за все это.

— Да, сэр, — сказал Рой, кинув на Крис немного смущенный взгляд. Но именно что немного. Все-таки он был деловым человеком.

— Еще что-нибудь? — спросил дедушка Эл.

— Пока больше ничего не могу придумать, — сказала Крис. — Если что, попрошу Роя позвонить тебе.

— Мой босс сейчас в отпуске, — сказал Рой. — Может, вызвать его?

— Если он вернется, придется поднять красный флаг, — дедушкина голограмма покачала головой. — Нет, Рой, ты сам со всем справишься. Тебе придется работать напрямую с молодой и горячей Лонгнайф. У тебя есть холостые мальчики ее возраста?

— Нет, сэр. Я только недавно женил последнего холостяка.

— Счастливчик. Ну а сейчас, если никто не возражает, мне нужно ликвидировать несколько участков недвижимости, которые, как мне недавно указали, принадлежат мне. Удивительно, что выползает наружу, когда кое-кто начинает глубоко копать.

— Извини, дедушка, — сказала Крис.

— Не стоит. Ты правда думаешь, что если я продам свои владения, это будет иметь какое-то значение для людей, живущих там?

— Ты можешь их сохранить и улучшить их состояние.

— Переживи эту свою сумасшедшую атаку и загляни потом ко мне. Так и быть, потрачу некоторое время, объясняя тебе некоторые маркетинговые реалии, благодаря которым и возникают такие трущобы.

— Договорились, — сказала Крис и голограмма выключилась.

Рой выпрямился.

— Мы хотели кое-что переделать на яхте босса, так что на моем компьютере есть спецификации. Никаких обращений к базам данных или поднятий флагов. Давайте посмотрим, ваше высочество, что мы сможем сделать для вашей эскадрильи.

Когда они вышли из кабинета и подошли к кару, Рой поспешил занять водительское место.

— Я поведу, — сказал он и, вместо того, чтобы направить кар к главным воротам, отправился в другое место. — Могу спорить, мы сможем открыть ворота номер пять, — добавил он, направляя кар по большой шестиполосной дороге, ведущей к гигантской перегородке между базой Космофлота и верфями Нуу. Когда они к ним приблизились, ворота открылись. — Точно. Космофлот забыл их заблокировать, — улыбнулся Рой. — Наверное, новая охрана перестала обращать на них внимания, не успели мы заблокировать их со своей стороны.

Что ж, по крайней мере, Крис не придется прятаться от охранников на воротах.

В кают-компании «Кушинга» их ждал еще один сюрприз. Вместе с коммодором и коммандором Сантьяго ситуацию изучал сам командующий Космофлота ванн Хорн. Он посмотрел на вошедшую Крис, увидел рядом с ней Роя и нахмурился, как будто они совершили какой-то особенно яркий проступок.

— Когда-то у нас на орбите были минные поля, — говорил коммодор. — Помню, как их убирали лет тридцать назад. Вроде как опасность для судоходства в мирное время. Сейчас они где-то на складах?

— Были когда-то, — сказал ванн Хорн. — Незадолго до моего назначения на эту должность их продали, как излишки. Наверное, переработали на удобрения.

— Ого, — одновременно воскликнули коммодор и коммандор.

— А вот и вы вернулись, — заметив Крис, сказал коммодор.

— Дедушка Эл оказался доступен и распорядился о полном сотрудничестве доков Нуу и Космофлота, — сказала Крис.

— Хотя предпочел бы, чтобы принцесса осталась на пирсе, когда катера отправятся на самоубийственную миссию.

— Ура, — сказал ванн Хорн. — Эскадрилью поведешь ты, Сэнди?

Сантьяго проигнорировала вопрос.

— Что скажешь, Лонгнайф?

Крис сглотнула. Что сейчас движет ею? Гордость, глупость, желание смерти?

— Я полечу на PF-109.

— Если полетит, — сказал коммодор.

— У катера проблемы? — с нетерпеливой улыбкой спросил Рой.

— Полный отказ в магнитном поле удержания.

— Это не проблема, — сказал Рой, включая коммуникатор. Потом остановился. — У вас есть посыльный, которого можно отправить на верфи?

— Пошлю любого, даже своего старпома, если понадобится.

— Старпом, если не возражаете, будет кстати. Мой новый заместитель заведует отделом планирования и оценки. Я попрошу его прийти сюда бодрым, чистым и трезвым, со всем, что у него есть.

— Хелен, — крикнул коммодор.

В двери кают-компании появилась седая голова. Еще один кандидат в пенсионеры.

— Вызывали, сэр?

— Слышала этого человека? Дуй на верфи, буди заместителя, передай ему, что босс хочет его видеть здесь пять минут назад.

— Уже в пути, — быстро отдав честь, ответила Хелен.

— У меня кар, — сказал Джек. — Я только что оттуда. Могу доставить вас туда и обратно очень быстро.

— Едем, — кивнула Хэлен, и оба покинули кают-компанию.

— Значит, шкиперы PF могут не ждать до утра, чтобы сообщить свой статус, — сказала Крис, подойдя к столу.

— Нужно им сказать, чтобы не трезвонили на всю округу, — сказал коммодор. — У нас четыре катера с серьезными проблемами: двигатели на PF-109 и 105, лазерные конденсаторы на 103-м, а у 102-го эти самые лазеры того и гляди взорвутся.

— Мы со всем справимся, — сказал Рой.

— Еще дедушка Эл пожертвовал свою яхту. Она тоже вооружена, — сказала Крис.

— Так что вы, лейтенант, можете воевать с роскошью, — рыкнул ванн Хорн.

— Нет, — тряхнула головой Крис. — Мне просто интересно, будут ли дроны-мишени более убедительны, если ими будут управлять с яхты, а не буксировать эсминцем.

— У глушителей и маскировки будет больше мощности, — потерев подбородок, сказал коммодор.

— Два небольших двенадцатидюймовых импульсных лазера довольно заметны и на больших расстояниях не очень полезны, — сказала Крис.

— Можем добавить вторичные четырехдюймовые установки, у нас на складе есть, — сказал ванн Хорн. — Если Эл Лонгнайф не будет возражать, чтобы мы потрепали отделку его игрушки, можем их задействовать.

— Насколько я понял, — сказал Рой, — мы можем делать все, что захотим. Получается, вы не хотите перебросить Космофлот в мои доки, а у ваших причалов гражданские суда тоже не могут появляться. Поэтому единственный выход — причалить яхту вплотную к границе ваших доков.

— Придется открыть шлюз номер пять, — сказал Ван Хорн.

— Не обязательно, — улыбнулся Рой и рассказал о недостатках своей системы безопасности.

— Если бы у меня были космопехи, — пробормотал капитан, потом замолчал. — Но если бы у меня были космопехи, в такую ситуацию мы бы не попали. Замечательно, суперинтендант. Но мы с коммодором Манданти думаем, что можем добиться больших успехов, чем использовать ваши приманки МК-IV. У нас тут, после того, как флот ушел, завалялась парочка МК-XII. Поговорю с шкипером резервной эскадрильи, может они ими поделятся.

— Еще один человек, которого придется привлечь к нашему заговору против приказа не отстреливаться, — сказала Сэнди.

— Попрошу своего старшего офицера поговорить с ней. Она его жена. Уверен, она сумеет убедить своих скупщиков барахла, что сейчас самое подходящее время, чтобы выйти на какую-нибудь активную службу, чтобы помочь нам закрыть базу. Сделать все красиво и безопасно, — Ван Хорн закончил речь рычанием.

Так что, гражданских, хранящих военную форму глубоко в шкафах, будут просить покататься на легковооруженных яхтах, притворяясь легкими линкорами, намеренно вызывая огонь на себя, отвлекая внимание от маленьких патрульных катеров, которые, в принципе, только в принципе, могли хоть как-то повредить огромный линкор.

Мы сумасшедшие, все, как один.

И это чудесно.

Ван Хорн позвал армейского полковника, начальника снабженческого и оружейного склада, расположившегося по соседству с базой Космофлота. И через некоторое, короткое, время новенькие AGM-944 уже буксировали еще через одни неохраняемые и, вроде как, запертые ворота в помещение напротив пирсов с томящимися там катерами PF. Теперь катера, пока еще не способные к самостоятельному передвижению, были готовы стать более опасными, чем когда-либо прежде.

Смертельно уставшая Крис приняла предложение Сантьяго заночевать у нее на корабле и весьма скоро оказалась в той же каюте, которую занимала в путешествии на Хикилу и обратно. Джек занял каюту напротив, через узкий коридор. Прежде, чем заснуть, Крис заглянула на мостик.

— Не желаете просмотреть новостную ленту? — спросила дежурный лейтенант, а Сантьяго сходу окунулась в изучение обстановки.

— Нелли с этим справится лучше, — сказала Крис.

— Да, лучше, — отозвалась та. — Космический лифт по техническим причинам закрыли в 20:30.

— Правильно, — сказала Крис, — но доставка рабочих в доки из-за этого окажется затруднена.

— Не совсем, — сказала Сантьяго. — Когда делают ремонт, производят тестовые запуски. Посмотрим, кого они нам принесут.

— Король Рэй запросил помощь у других планет Союза Разумных, — сказала Нелли. — Пока реакции не последовало. Есть неподтвержденные сообщения, что двум эскадрильям из двенадцати линкоров приказано вернуться из Бойнтона, но из Дома Правительства пока никаких комментариев не последовало. Вот еще кое-что интересное. Был небольшой брифинг некоего высокопоставленного военного чиновника, в котором утверждалось, что в освоенном человечеством космосе все линкоры класса «Президент» учтены, поэтому слухи о том, что приближающиеся корабли — супер-линкоры, должны быть опровергнуты.

— Кое-кто верит разведке больше моего, — сказала Сантьяго.

— Это он еще не видел результатов нашего пассивного электромагнитного захвата, — сказал техник, постукивая по монитору с показаниями.

— Интересно, кто скормил ему такую дезинформацию? — пробормотала Крис.

— Акции Вардхевейна стремительно падают на межпланетных рынках, Крис, — поделилась очередными новостями Нелли. — Сейчас выходные, рынки закрыты, так что финансовая торговля приостановлена, но есть сообщения, что банкоматы ограничивают снятие средств.

— Похоже на стандартную финансовую защиту, — кивнула Крис. — От людей какие-то нестандартные реакции есть?

— Нет, люди собираются на выходные, — сообщила Нелли.

— Половина, похоже, даже ни о чем не подозревает. До понедельника в неведении будет, — заметила Сэнди и спросила: — О линкорах еще какая-нибудь информация появилась?

— Не так много, капитан.

— Ничего такого, что сравнится с каким-нибудь конкретным военным кораблем, построенным последние пять или десять лет? — спросила Крис.

— Может да, может, нет, — с еле заметной улыбкой сказала дежурный лейтенант. — Бени, скажи дамам что-нибудь.

— Да, сэр, мэм. Ну, электронные контрмеры требуют большого анализа данных. И их нельзя анализировать, не перетаскивая с места на место. А это создает шум. — Молодой техник постучал пальцем по экрану, где то вверх, то вниз скакала дюжина цветных столбиков. — Каждый из этих шумов хоть немного, но отличается от остальных. Мой старичок умеет анализировать, но сейчас придется проделать работу более глубокую, чем обычно. Посмотрим, сможем ли распознать их.

— Как отсюда можно распознать такой шум? — спросила Крис.

— Мэм, когда вы только были на пирсе двумя уровнями ниже, в моем распоряжении уже были документы на вас и на ваш компьютер. — Бени расплылся в улыбке.

— Чьих рук дело? — подстегнула Сантьяго.

— «Петервальд Компьютинг Анлимитед», — тут же ответил техник.

— Петервальд, — выдохнула Крис. — Дедушка Эл предупреждал, что в конечном итоге во всем будут замешаны Петервальд. Сначала я думала, он увидел старых семейных призраков.

— Иногда старые семенные призраки не хотят оставаться в шкафах, где им и место, — сказала шкипер. — Не принимай на свой счет, Крис. Если Гринфельду удастся завоевать Вардхейвен, они примут большую часть Союза Разумных, не пройдет и года. Плюс девяносто планет к их шестидесяти или семидесяти, а лет через пять в их руках будет Земля. Вот ведь черти, они нас здорово обыграли.

— Нужно рассказать все папе, — сказала Крис.

— Можете позвонить с моей аппаратуры, — предложил Бени, отключив коммуникатор.

— Не уверена, — начала Крис.

— Мэм, мы тут не очень любим, когда подслушивают наши разговоры. Поверьте, все, о чем вы будете говорить, будет строго конфиденциально. Кроме того, кому нужно прослушивать линию, принадлежащую какой-то «1/с Электроник тех»? У новостных агентств есть боле важные дела.

— Можете довериться Бени, — сказала дежурный лейтенант.

Крис взяла трубку, Нелли поделилась кодом безопасности, потом ввела специальный номер, зарезервированный Хонови для звонков жене. Использовать номер Роуз — паршивый трюк, но…

— Дорогая, у меня много дел, — мгновение спустя отозвался на звонок брат. — Давай, я тебе перезвоню.

— У меня тоже много дел, но нам нужно поговорить, — сказала Крис.

— Где ты?

— Я не об этом хочу поговорить. Но кое-кто, с кем я только что разговаривала, только что рассказал мне о приближающихся роскошных лайнерах, и я подумала, ты, наверное, захочешь о них узнать.

— О роскошных лайнерах?

— Да, тех самых, которые передают нам пламенный привет, — сказала Крис, пытаясь использовать очевидный для брата код, который, тем не менее, не должен привлечь внимание поисковых роботов.

— Ах, эти лайнеры, — брат, может, и немного тугодум, но не глупый.

— Кажется, они пользуются кое-каким оборудованием, произведенным «Петервальд Компьютинг Анлимитед».

— Вот как, — сказал Хонови, стараясь не произносить ни одного ключевого слова, чтобы привлечь внимание поисковиков.

— Да. Дедушка Эл считает, что в наших мутных водах может оказаться их весло. Что только добавляет причины «за».

— Папе это понравится.

— Как у вас там вообще дела?

— Не так хорошо, как хотелось бы. Папа настаивает на домашнем сеансе «старых парней». Понятно, никого из новичков на этом сеансе видеть он не хочет. Знает, что ему нельзя принимать участие в голосовании. Так что хочет возглавить марш «старых парней». Новичкам придется что-то решать.

— Что именно?

— Хотел бы и я знать. Мы в ужасной ситуации. Помнишь, как старый Док Мид говорил, что мы выбрали самую худшую из британских моделей?

Крис помнила. Еще помнила, как не соглашалась с профессором политологии. Раз оппозиции удалось свергнуть правительство, справедливо было предполагать, что они сформируют свое правительство или, хотя бы, будут удерживать в руках попавшую горячую картофелину до конца выборов. Но доктор поднимал гипотетические ситуации — ни одна из них не была такой ужасной, как нынешняя — и утверждал, что старое правительство должно оставаться у руля до тех пор, пока новое не сформируется и не будет готово вступить во владение. «Именно таким образом Британская империя просуществовала на старой Земле целых двести лет. Запомните мои слова, рано или поздно наши цыплята вернутся домой».

Когда все закончится и Крис окажется в университете Вардхейвена, ей придется найти доктора Мида и сказать ему, что ей посчастливилось встретить этих самых цыплят. Да, и каждый из них был весом в сто тысяч тонн.

Если когда-нибудь посчастливиться посетить колледж.

— Ну а ты что собираешься делать? — спросила Крис у Хонови.

— Передам отцу кое-какие твои слова. Постараюсь, чтобы он не выкопал яму, в которой оказался, еще глубже. Папа знает, что прав, а новый премьер ошибается, но сейчас все карты на руках у нового премьера. Быть правым и бессильным — не самое лучшее сочетание. Был бы он поскромнее, справился бы на отлично, но папа не умеет быть скромным.

— В этом весь наш папа.

— Ну, он определенно не ведет себя, как мой папа. Он сейчас спокоен, хладнокровен, собран и непревзойден.

— Люблю тебя, брат. Позаботься обо всем там, у себя.

— Конечно. А ты о чем заботишься?

— Ты ведь знаешь мою маленькую «яхту»? Я тебе ее еще показывала, — Крис назвала свой PF уничижительным именем, данным боевым катерам репортерами.

— Господи, женщина, я даже не подозревал, что ты проберешься туда, наверх.

— Ты и не должен был.

— Это самоубийство.

— Если я могу помочь, значит, это не оно. Кроме того, брат, если ты с папой сможете действовать вместе, помните об альтернативе. Нам либо начинать размахивать белой простыней, либо посылать Давида, чтобы он… позаботился о больших штуковинах.

— Святой Иисус, сестричка, еще немного, и ты заставишь меня выбрать первый вариант.

— Вы не можете проиграть, брат. Я на вас рассчитываю. Если не сможете вытащить из своей политической шляпы какого-нибудь кролика, мне придется собрать повстанческий отряд. Не заставляй меня организовывать мятеж. Пожалуйста.

— Извини, сестренка. Я об этом не подумал. Боже, какой же у нас бардак.

— Еще какой. Ладно, брат, делай свою работу, а я сделаю свою.

— Пока, мне нужно бежать. Увидишь нас в новостях.

Крис повесила трубку и огляделась.

— Что у нас по новостям?

— Есть кое-что, — кивнула Сэнди, и дежурный лейтенант включила трансляцию. На одном из мониторов появилась трансляция из парламента. Десятки людей куда-то шли. Нет, это камера отодвигалась и Крис уже насчитывала сотни мрачных мужчин и женщин в старомодных костюмах, обычных для заседающих в парламенте. Да, за папиной спиной находилось больше половины парламентариев. Он шел во главе этой группы, преодолевая пятьдесят ступеней, ведущих к огромным дубовым дверям, которые во время заседаний парламента всегда были открыты.

А сегодня они были закрыты.

Папа добрался до конца лестницы, быстро подошел к дверям. Те и не подумали открыться. Тогда папа драматично набросился на них, но тщетно. Они остались закрытыми. Папа обернулся к толпе из парламентариев и репортеров, вытащил из кармана пиджака листок бумаги, на которой, как Крис знала наверняка, были написаны тезисы для очередного горячего выступления.

Тут его догнал Хонови. Брат встал рядом с папой и что-то прошептал тому в ухо. Репортеры попытались перехватить слова, но все, что у них вышло, так только тихое жужжание. На этот раз Хонови предпринял необычный шаг, активировав глушитель. Наверное, папа заметил это и коротко отчитал сына.

— Похоже, ваш старик не любит, когда пользуются глушилкой, — ухмыльнулся Бени.

— Не любит. Папа искренне верит, что правительство должно быть прозрачным. То, что ты видишь, должно быть тем, что ты получаешь. — Ну а что не видишь, совсем другой вопрос.

Хонови даже не поморщился. Он так и не выключил глушилку и продолжил говорить. Через мгновение папа начал слушать его уже с серьезным лицом. Не тем, которое принимает, когда делает вид, что слушает тебя, а именно то, которое означает, что он слышит каждое твое слово. И на самом деле позволил себе нахмуриться перед всеми.

А папа никогда не хмурился. «Кто хочет голосовать за мрачного Гаса?» — как обычно говорил он Крис, когда та только начинала работать на его предвыборные кампании. Это ей тогда было четыре, а потом в шесть лет. А вот сейчас нахмурился, потом кивнул, приглашая Хонови следовать за собой. Он остановился в паре шагов он толпы парламентариев и репортеров, сунул бумажку с подготовленной речью обратно в карман пиджака, сделал смертельно серьезное выражение на лице и глубоко вздохнул.

— Уважаемые сограждане, сейчас мы живем в странные и опасные времена, но наверняка вам не нужно об этом рассказывать. Это ясно любому, у кого есть глаза и уши. И это уникальное время требует от вас и тех, кого вы поставили руководить вами, уникальных мер. Сегодня я пришел сюда с расчетом, что все эти прекрасные люди, последовавшие за мной, смогут дать толчок вращению колеса правительства. — Он оглянулся через плечо. — Но, очевидно, не сможем. Как бы мне ни хотелось услышать вас, но выборы состоятся только на следующей неделе, а корабли, требующие нашей капитуляции и угрожающие тотальным уничтожением, если откажемся, будут здесь уже через три дня. Нам нужно правительство уже сейчас!

— Мой сын, — продолжил он, посмотрев на Хонови, — образованнее меня, и он рассказал мне, что давным-давно, на Земле, когда наступали опасные времена, сродни тем, с которыми сейчас приходится столкнуться нам, люди формировали правительства национального единства, когда политическая выгода отложена в сторону, ибо на карту ставится само выживание нации.

— Моджаг Пандори. — Билли Лонгнайф, до сих пор непревзойденный политик, развернулся к закрытым дверям. — Нам пора разрушить стену, которую мы построили между нами. Моджаг Пандори, я призываю тебя встретиться со мной, чтобы мы смогли выработать необходимые процедуры для формирования коалиционного правительства, чтобы Вардхейвен смог столкнуться с наступающим кризисным временем не разделенным своим прошлым, но объединенным для будущего. Моджаг Пандори, я готов пойти на любые необходимые уступки в этот критический период, чтобы поставить интересы нашего народа на первое место, где они и должны быть. Должны быть, если у Вардхейвена вообще будут какие-либо интересы в будущем.

— Спасибо, мои сограждане, и пусть бог поможет нам всем.

По ступеням, ведущим в здание Парламента, прокатились аплодисменты. Сэнди тоже не удержалась и медленно похлопала в ладоши. И дежурный лейтенант. А Бени сидел с открытым ртом.

— Он говорил без бумажки. В смысле, я слышал, как вы разговаривали с братом, видел, как ваш брат что-то говорил вашему отцу. И вы хотите сказать, что за такое короткое время он смог придумать такую речь? — Бени недоверчиво смотрел на Крис.

— Он один из тех самых проклятых Лонгнайф, — напомнила шкипер.

— Да, знаю. Я слышал об этом. Читал в учебниках по истории. Просто думал, что это чушь и легенды.

— Иногда папу ненавидеть труднее, чем остальных.

— Да, — согласилась дежурный лейтенант, и вздрогнула от взгляда капитана.

— Ладно, народ, завтра день начнется рано, не думаю, что потом будет шанс получить хороший сон, так что у нас есть восемь часов отдыха. Рекомендую воспользоваться этим временем и как следует отоспаться, — приказным тоном сказала Сэнди.

Хороший совет, — решила Крис и… воспользовалась им.

Глава 9

На следующее утро Крис обнаружила возле двери в свою каюту синий корабельный комбинезон. Решила, что он пригодится после завтрака, когда она, наконец, зароется по шею в непокорные внутренности своего PF-109. Правда, вместо этого, на пару с Джеком сначала пришлось отправиться на мостик «Хэлси». Дежурный лейтенант, невысокая блондинка, быстрым взглядом осмотрела Крис, улыбнулась Джеку и вернулась к безмолвной поддержке трех рядовых, дежуривших на пассивных датчиках.

Большой дисплейный стол отображал систему Вардхейвена. Шесть значков, обозначенных как Противник 1, Противник 2 и так до шестого, мигали красным примерно в трети пути от точки прыжка Бета. Скоро им придется развернуться и начать торможение, чтобы через два дня выйти на орбиту планеты.

— Если не развернутся, смогут найти гравитационный колодец, чтобы затормозить? — спросила Крис.

— Нет, — ответила Нелли за секунду до того, как ответ появился на дисплейном столе.

— Хороший ответ, — сказала Сэнди, появившись за спиной Крис. — Надеюсь, ты не дашь своему компьютеру копаться во внутренностях моего корабля. Может, мой бортовой компьютер не такой умный и проворный, как твой, но я настроила его так, как того хочу я.

— Нелли? — спросила Крис.

— Я бы и не подумала прикасаться к чему-либо на корабле без вашего разрешения, — фыркнула Нелли. Крис с Сэнди обменялись скептическими взглядами.

— Думаю, — Крис оперлась о стол, — противника нужно перехватить как можно позднее. Нужно дать политикам время выработать их политику. Намного лучше летать с разрешением, чем изображать из себя мятежника.

— Определенно, — согласилась капитан эсминца.

Крис смотрела на картинку с приближающимся врагом и хмурилась.

— В фильмах отважные герои устремляются навстречу злому противнику и бьются с ним в последней, решающей битве… последние минут двадцать. Компьютер, если предположить, что мы будем ускоряться от станции на одном g в течение десяти минут, как скоро окажемся в пределах дальности стрельбы боевого флота, тормозящего примерно на такой же скорости?

— Три минуты до стрельбы лазеров больших линкоров в диапазоне от минимума до максимума. Одну треть для вторичных батарей.

— И, естественно, окажемся во взаимном пеленге с линкорами на одной линии со станцией, — Крис посмотрела на Сэнди и ухмыльнулась. — Я кое-что запомнила с курса тактики в школе кандидатов. Не так много, как хотелось бы, но коммандер выдал мне чертовски хороший список для чтения. А на «Тайфуне» прошла еще и практику.

— Значит, — кивнула капитан эсминца, — ты знаешь достаточно, чтобы не использовать кино для планирования сражения.

— И что вы знаете намного больше и заслужили пост капитана корабля класса «Разрушитель» в то время, когда я еще писала курсовую по поэзии Мильтона. Коммандер, подскажите, как нам вести эту битву?

Сэнди долгим взглядом буравила Крис, потом перевела взгляд на боевой стол.

— Извини, Лонгнайф, ты разыграла карту принцессы. Ты потребовала себе командование. Мы дали его тебе. Теперь ты не сможешь увернуться от того, что взвалила себе на плечи. К тому же, когда линкоры подойдут ближе с целью отбросить Вардхейвен обратно в каменный век, единственное, что встанет между ними и нами, возможно, только возможно, способное превратить их в кучки запчастей, так это только твои двенадцать катеров. Под твоим командованием. Ты поведешь их. Ты уже показала, что способна на такое.

Сэнди подняла голову и пристально уставилась на Крис взглядом таким же острым, как какой-нибудь восемнадцатидюймовый лазер.

— Я видела, как ты планировала спасательную миссию в Бирсбене, а потом, в разгар операции, меняла план так, чтобы он, в конце концов, оказался успешен. Коммодор успел показать мне план атаки, который ты использовала против него. Мне нравится идея одновременного залпа в линкор. Тебе придется признать, Крис, ты уже показала себя прирожденным лидером эскадрильи PF, а другие шкиперы показали, что готовы следовать за тобой.

Крис открыла рот, чтобы возразить, но Сэнди только отмахнулась.

— Да, некоторых нужно убеждать, причем сильно. Черт, девочка, даже меня. Но потом ты показала, как это делается. И они стали полностью твои, принцесса. Настолько твои, клянусь богом, что сделают все, что ты им прикажешь. Да, мы можем придумать любой план, идеальный план, на который только способны. Но, когда начнется ад, он тут же развалится. И когда это произойдет, именно ты и эта неорганизованная коллекция чипов на твоей шее придумаете новый план, который сработает как нельзя лучше.

— Надеюсь, не про меня речь, — немного с обидой сказала Нелли.

— Вы поняли, о чем я, — сказала Сэнди и снова уставилась на дисплейный стол. — Компьютер, приблизь вражеские линкоры. Предположим, ускорение в один g продолжается до точки разворота и торможение до орбиты Вардхейвена тоже происходит на одной g. Покажи результат.

Экран на столе немного преобразился. Желтым цветом обозначилась трасса, на которой с интервалом в двенадцать часов были нанесены метки. Затем бортовой компьютер скорректировал ситуацию у Верхнего Вардхейвена. Желтая линия прошла по орбите планеты как раз через точку, где находится станция Верхний Вардхейвен.

— Ага, они с первого захода хотят лишить нас выхода в космос. Захватить доки, причалы и бобовый стебель. Все межзвездные коммуникации. Идеально подгадали.

— Компьютер, — сказала Крис, — есть варианты курса и хронометража, позволяющего достичь того же результата?

— Других вариантов, похоже, нет, разве что представится шанс, когда наш флот вернется с Бойнтона, — сказала Сэнди.

— Хорошо, значит, время сражения определилось само собой.

— Так часто бывает, — сказала Сэнди. — Законы физики нарушить не получится.

— Получается, сражаться нам придется через три дня.

— Да.

— Как близко к станции? — спросила Крис.

— Ближе, чем хотелось бы, сиди мы на станции, но на достаточном расстоянии для боя.

— Если правительство решит сражаться, будут ли преимущества у нас в бою в пределах досягаемости обороны станции?

Сэнди нахмурилась.

— Защитные лазеры могут потягаться с корабельными. Если враг приблизится, они начнут стрелять. Не хотелось бы, чтобы в меня стреляли, особенно свои же. Нет, давай немного отступим от станции. Что скажешь, если мы будем откусывать от яблока столько кусочков, сколько сможем? Если повезет, станционным артиллеристам придется целиться в очень тонкий огрызок.

— Можно облететь планету и атаковать противника с тыла. По эллиптической орбите.

— Это один из вариантов. Самый популярный, — сказала Сэнди. — Компьютер, покажи Милну.

Изображение на экране стола, демонстрирующее схему в пределах орбиты Вардхейвена, немного отъехало дальше и теперь Сэнди и Крис видели и единственную луну.

— Ага, — недобро усмехнулась Сэнди. — Кто-то не сделал домашнего задания и выбрал время, не посоветовавшись с пилотами кораблей и тактиками. Ребята попали в дерьмовую ситуацию. Компьютер, проложи курс на одном g от Верхнего Вардхейвена вокруг Милны и на перехват приближающихся линкоров.

Компьютер выполнил задание.

От орбиты Вардхейвена к луне протянулась зеленая линия, обогнула ее и двинулась обратно, составив с курсом вражеских кораблей острый угол.

— Идеально, — выдохнула Сэнди. — Мы выбираем место и время перехвата. Здесь через три часа полета. Или здесь через два. Или вот тут через час. Решаем мы. Это все равно, что иметь в руках метеометр в бою старых парусных фрегатов.

Крис любила гонять на парусных лодках и хорошо знала преимущество метеометров. Еще она знала об опасности гонок на орбитальных яликах.

— Если вступим в бой слишком близко к Вардхейвену, обломки кораблей прямым курсом будут валиться на планету, сгорая в атмосфере.

— Компьютер, посмотри, есть ли на станции какие буксиры. Переставь их на орбиту и организуй из них спасательные команды, — деловым голосом сказала Сэнди.

Крис вспомнила, что планирование битвы — это гораздо большее, чем входит в учебники истории. Но ей, конечно, будет проще просить свою команду предпринять последнюю отчаянную меру, если они будут знать… а они будут знать… что рядом находится команда буксиров, готовая рискнуть своей шеей, чтобы спасти их шеи. Детали. Детали. Именно из-за них битвы выигрываются или проигрываются. Кто-то послал сюда шесть линкоров с экипажами, работающих над подробностями. У Крис же только она сама да капитан эсминца.

Лонгнайф и Сантьяго против шести враждебных линкоров.

Равные шансы.

На мостик ворвался запыхавшийся интендант.

— Ваше высочество, мне сказали, что я могу найти вас здесь. В доках Нуу возникли проблемы между экипажами яхт и резервистами с их ловушками. Капитан Ван Хорн и суперинтендант дока полагают, что вам необходимо сказать свое дело по этой проблеме.

Крис вздохнула. Ей нужно планировать битву, но и корабли тоже нужны. Интересно, дедушке Рэю когда-нибудь приходилось вот так жонглировать ситуацией? В исторических учебниках ни о чем подобном не упоминается. Ну, может и упоминается, только Крис ни разу не встретилось. Может, когда-нибудь в следующий раз, когда будет возможность почитать что-нибудь историческое, она обратить внимание на что-то подобное.

А еще лучше вскоре приятно поговорить с самим дедушкой Рэем.

Крис оторвалась от созерцания ситуации на экране тактического стола. Джек тут же оторвался от стены, к которой все это время был как будто приклеен.

— Кар стоит у трапа, — сказал он.

Проезд через ворота номер пять был задержан медленным потоком чудовищных конструкций, выкрашенных в темно-серый цвет. Крис узнала в них четырехдюймовые лазеры. А стоящие чуть дальше огромные каплевидные штуковины озадачили Крис. Пока Джек не проехал мимо одной из них. Только тогда Крис увидела маркировку маленькими буквами в уголке — «МК XII — тренировочный симулятор». Так вот как на самом деле выглядит настоящая приманка. Как минимум раза в четыре больше МК VI, с которыми Крис приходилось тренироваться.

Старшина был прав. Тогда им было легко. Да и легко ли?

Только время покажет.

Джек втиснул кар в крошечное пространство с предупреждением: «Парковка запрещена, пожарная зона», остановил кар и вместе с Крис отправился к кучке народа у подножия пирса, где, судя по всему, разворачивались интересные события. По пути она заметила несколько кораблей среднего размера, один за другим втягивающиеся на пирсы. Крис насчитала пять штук, но следом мог идти и шестой, и даже седьмой. Для грузовых судов маловаты, но для большинства судов типа буксиров слишком большие.

Яхты? Так много? И так быстро?

— Нелли, в новостях что-нибудь о подготовке Космофлота к отражению атаки есть?

— Крис, я бы заметила. Если что-то появится, я тут же тебе скажу.

— Как протекает политическое шоу?

— Твой папа все еще пытается встретиться с Пандори. Исполняющий обязанности премьер-министра говорит, что ему нужно больше времени. В новостях ходят слухи, что твой папа может устроить сидячую забастовку прямо на ступенях Дома Правительства, начиная с полудня. Со вчерашнего громкого заявления он больше ничего не сказал. По крайней мере, я ничего не знаю. Мне стоит связаться с компьютером твоего брата?

— Нет, если у Хонови будет что-нибудь, что он может мне сказать, он сам выйдет на связь.

И все же, события там тоже развивались интересно. Папа продолжает давить на Пандори, но делает это тонко. Использует мельницу слухов, чтобы давить на беднягу, а не помогает тому справиться с ситуацией. Папа, а может и Хонови, действует умно, а не жестко.

Ну, черт возьми, им там легче. Уверена.

Крис подошла к толпе флотских и торговцев, толпившихся среди рабочих верфи. Увидев Крис, они разошлись, пропуская ее в центр, где разгорались самые события.

С одной стороны выстроились шесть офицеров в разной форме, одна другой краше. Ясно, шкиперы яхт. Старые, молодые, мужчины, женщины. Все выглядят компетентно и немного безумно.

Напротив Ван Хорн. Позади два коммандера, Крис угадала в них старпома и его жену, командира отряда резервистов. На шаг дальше полдюжины лейтенант-коммандеров, все, как один, среднего возраста, в форме, мужчины и женщины разными кучками. Еще чуть дальше простые матросы. И если год, проведенный Крис во флоте, чему-то научил ее, то флотские тоже были немного безумны, хотя и хорошо это скрывали.

Между ними стоял Рой с парой помощников. Увидев Крис, он перестал вертеть головой, смотря то на одних, то на других, и улыбнулся Крис.

— Как я рад вас видеть, ваше высочество, — с жаром, которого Крис от него никогда не слышала, сказал Рой.

— Как утренние дела? — поинтересовалась Крис.

— В каком-то смысле, могли бы быть и лучше, — сказал Рой и его улыбка дрогнула. Его слова вызвали бурю непристойностей от капитанов и грубое «гм-м» от Ван Хорна.

— Ваш дедушка Эл попросил пятерых, может, больше, своих друзей пожертвовать яхты для наших нужд, — сказал Рой, кивая на капитанов.

— Рада, что вы с нами, — сказала Крис со всем благородством, которое могла изобразить.

— Возможно. А может, и нет, — сказала капитан одной их яхт, шагнув вперед. — Я Элизабет Луна, капитан одного из этих корыт. Мы направляем их туда, куда хотят владельцы и не всегда туда, куда указано в плане полета, не всегда туда, куда легко добраться. Мы знаем, что могут наши корабли… и что не могут. Мы знаем их возможности, можем выжать их по максимуму и не убить. Мы и наши команды — все, что вам нужно, чтобы управлять этими кораблями. Эти вот флотские щеголи не смогут.

— Яхты теперь не яхты, а военные корабли и экипаж на них должен быть космофлотским, — сказал Ван Хорн, не желая уступать ни пяди своей позиции.

— Да, капитан. Минутку, капитан, — сказала Крис. — Капитаны яхт, могу ли я поговорить с вами наедине?

Она подошла к их небольшому кругу и встала спиной к Ван Хорну.

— Послушайте, я не могу открыто говорить о плане боя, потому что… я над ним еще работаю. Могу сказать, что мой план относительно ваших кораблей включает в себя вон те огромные ловушки, я только что мимо них поехала. И нам понадобятся ваши корабли, чтобы в точности выполнять приказы и вызвать огонь на себя, когда это понадобится. И как только мы навесим на ваши яхты ловушки, они начнут вести себя немного не так, как вам привычно. Понимаете меня?

— Вам нужны люди, исполняющие приказы, — кивнул один из шкиперов.

— Не много будет славы, — сказал другой.

— А шансы погибнуть чертовски высоки, — закончила Луна.

Крис осмотрела каждого из шести капитанов.

— Думаю, вы меня очень хорошо поняли.

Луна посмотрела на своих товарищей.

— Не ожидала ничего другого, когда услышала, что нас поведет Лонгнайф. А вы?

Капитаны закивали, и Луна посмотрела на Крис.

— Вас неверно информировали, ваше высочество. Вы уверены, что единственные, кто готов рискнуть своей шкурой ради Вардхейвена, это те, кто носит форму Космофлота. Ну, как ни смотри, а мы все по уши в дерьме. Любой, у кого есть хоть какой-то шанс, должен им воспользоваться и что-то сделать. Я могу. И я уже здесь. А вы хотите оставить меня на берегу. Это в то время, как я и моя команда способы управлять «Архимедом» лучше кого бы то ни было. Мы разрешили вам навесить на наши яхты ваши военные игрушки и пустим на борт ваших моряков. Пусть они делают свое дело, но мы будем делать свое. Или умрем, пытаясь. Хотите от нас чего-то большего?

Крис тяжело сглотнула. Вот оно. Твердое и личное. Может она просить у них что-то еще? Или кто-то еще? В какой момент она стала олицетворением Вардхейвена и его свободы? Она об этом не просила, но вот оно, случилось.

— А остальные? — спросила она самым твердым голосом, на который была сейчас способна.

— Капитан сказала за всех нас, — сказал один из капитанов. — Все мы подписываемся под каждым ее словом.

Остальные капитаны закивали.

Крис развернулась к капитану Ван Хорну. Ничего говорить не пришлось, тот кивнул ей и отсалютовал. Потом резко развернулся и обратился к своим офицерам:

— Вы слышали принцессу Лонгнайф. Вы будете служить на борту яхт вместе с их родными командами. Возможно, будут трения и путаница. Надеюсь, эти проблемы будут решены как можно быстро. Помните, мы все на одной стороне, наш враг не здесь, а мчится к планете. Я ясно выразился?

— Да, сэр, — прозвучало громко и ясно.

— Любые проблемы, которые не могут быть решены непосредственно на борту корабля, будут переданы командиру эскадрильи, а при необходимости, мне. Если я не смогу решить проблему между вами и капитаном яхты, мы привлечем принцессу. Не рекомендую злить Лонгнайф. Помните, президент Урм решился на такое, и не все части его тела нашли после этого. — Ван Хорн даже улыбнулся собственной шутке. Его поддержали офицеры, капитаны яхт и зеваки. Крис еле удалось не закатить глаза. Сэнди, поймав ее взгляд, улыбнулась и подмигнула.

Были моменты, когда ложь работала на них.

— Вы получили приказ, — закончил капитан. — Коммандер, назначайте офицеров на корабли. Старшины, отрядите матросов на работу.

Старшины начали выкрикивать приказы, хотя Крис не совсем понимала, о чем они. Впрочем, как офицеру, ей об этом не стоило беспокоиться. Старшины руководили матросами, офицеры выполняли приказ капитана. Сама Крис подошла к заместителю начальника доков Нуу.

— Как продвигается работа?

— Понятия не имею, — покачал головой Рой. — Я всю ночь изучал схемы яхт и приманок МК XII. Яхты делятся на два класса, но каждая немного отличается от других. Ни на одной внутри нет места, чтобы поглотить в себя МК XII полностью.

— Придется приварить их снаружи.

— Ага. Но будет выглядеть так же неуместно, как яхта на поле боя, как только линкоры подойдут ближе, на расстояние прямой видимости.

— Дедушка Эл сказал бы что-то вроде: «Не стоит рассказывать мне о своих проблемах, скажи, что решил», — сказала Крис и улыбнулась, пытаясь смягчить сказанное.

— Да, слышал, суперкомпьютеры на верфи пару раз мне такое процитировали, да и я тоже пару раз тоже. Вот что мы собираемся сделать. Мы превратим всю эту кучу хлама в нечто, что для всего остального мира будет похоже на настоящий боевой корабль. Кстати, ваше предложение? По мне так не стоит довольствоваться легким крейсером. Почему бы не сделать сразу линкор?

— Помедленнее, я потерялась.

— К сегодняшнему полудню все шесть яхт будут в доках. Мы навесим на них шесть приманок МК XII, а сопровождать их будут шесть энергетических барж. Такие мы обычно ставим рядом с кораблями, которым необходимо отключить реакторы, но на пирсе у нас мест нет. Получится, что яхты могут использовать реакторы для работы двигателей на полную мощность, а реакторы барж будут питать четырехдюймовые лазеры. Может, даже получится хоть разок запустить двенадцатидюймовые. Кто знает? Стоит попробовать. Нужно поместить все это внутри фальшивого корпуса, использовать весь листовой металл, который я смогу достать. Ван Хорн говорит, что у него в запасе что-то есть. Говорит, я могу это забрать. В результате, дня через два у нас будет шесть самых уродливых корабля во всем космосе, способных один бог знает на что, с приманками на борту, которые смогут или не смогут скрыть все, что мы наворочаем.

— Господи, — изумилась Крис, — и ты придумал все это в то время, пока я пыталась выспаться?

— Выспаться. Вы спали!

— Да, обычно это делают в перерыве между приемом кофеина, — сказала Крис, а потом до нее дошло кое-что. — Ты хочешь внести в конструкцию яхт много изменений. Не думаю, что у экипажей получится управлять ими так же легко, как раньше.

— Ни за что. Летать на них будет похоже, как если поставить слона на скейтборд и запустить кататься по заледеневшей реке.

— Но шкиперы настаивают, что яхтами должны управлять они, потому что знают их от и до.

— Ага.

— Уже рассказал, что собираешься сотворить из их кораблей?

— Да. До того, как появились вы.

— Ван Хорн об этом знает?

— Да, поэтому и затеял воинственные пляски, пытаясь настоять, что яхтами должны управлять люди Космофлота.

Крис подняла голову и посмотрела на потолок, возвышающийся над ней в сотне метров. Что тогда вот это все было? Неужели ей позволили вытащить их всех из ямы, из которой все так хотели выбраться?

Кто я? Принцесса или пешка? Мне нужно об этом знать?

— Рой, я тебе еще для чего-нибудь нужна?

— Нет, в ближайшие пять, а то и все десять минут других кризисов на горизонте я пока не вижу.

Крис посмотрела на Джека.

— Сэр рыцарь, не могли бы проводить даму к ее PF-109? Мне нужно несколько минут тишины, хочу немного замарать в смазке руки.

* * *

У PF-109 на страже никого не оказалось. Неудивительно. С командой из четырнадцати человек каждому найдется работа внутри корабля.

— Посторожу здесь, — сказал Джек, оставаясь в каре. — Свистну, если увижу военную полицию.

— Свистни, — кивнула Крис и зашла в лифт, чтобы быстро спуститься на квартердек. Тут тоже никого не оказалось. Быстро поднялась по центральному трапу на мостик.

Крис ошиблась. В ее команде четырнадцати человек не было.

На мостике она увидела Пенни, та сосредоточенно что-то делала у пульта разведки, кинула на вошедшую хмурый взгляд.

— Неправильная загрузка, — пробормотала она и увидела, что вошедшей был Крис. — Капитан на мостике.

— Занимайтесь, чем занимаетесь, — быстро сказала Крис, пытаясь помешать еще одной женщине выбраться из-под пульта. — И вовсе не капитан, потому что кораблем командует Томми. Кстати, где он? — Крис огляделась по сторонам, выискивая кривую улыбку старого друга.

— На корме, пытается выяснить, что не так с чертовым двигателем, — сказала Пенни. — Я бы тоже ему помогала, но там старшина и команда Тонони. Они заполонили все машинное отделение. Поскольку Финч меньше даже меня, она отправилась с ними. Я же пытаюсь наладить взаимодействие коллекции несовпадающей друг с другом баз данных. Данные. Данные повсюду, но не за что зацепиться. Как их заставить работать друг с другом? Я состарюсь и обзаведусь внуками, пока они заговорят друг с другом.

— Внуками?

— Пока на это нет шансов. Мы с Томми почти не спим, не говоря уже о том, чтобы спать вместе. Вы, Лонгнайф, знаете, как нужно проводить медовый месяц.

— Примерно так же, как вы, Лиены, выбираете время для свадьбы, — сказала Крис и отправилась в машинное отделение на корму, неловко осознавая, что то, что для нее было кризисом, для друзей оказалось кризисом в чертовски неудобное время.

Крис спустилась по трапу обратно на квартердек, там развернулась, открыла люк на переборке, разделявшей крохотный корабль на два герметичных отсека, и спустилась еще по одному трапу. В машинном отсеке центральное место занимал двигатель, работавший на взаимодействии вещества с антивеществом. И запах. Если в верхней части корабля ощущался лишь слабый намек запаха озона и электроники, разбавленный потом, с переработкой которой не могла справиться никакая аппаратура, то здесь запах озона и электроники просто взрывали нос. Однако сегодня над всем преобладал запах пота.

— Черт побери, должны быть хоть какие-то показания. — Не похоже на ее обычного Томми. Наверное, есть причины, по которым он не хочет, чтобы жена тоже была здесь.

— Я сделала, как вы сказали, мистер Лиен, — прозвучал сокрушенный голос Финч.

— Подтверждаю, сделала, — встал на защиты Финч старшина Стэн.

— Как дела? — спросила Крис, входя в лабиринт электростанции PF. — Как сами?

— Рад вас видеть, мэм, — откликнулся старшина.

— И я рада вас всех видеть. Томми. Нужен перерыв?

— Ага. Старшина, объяви пятиминутный перерыв. А лучше десятиминутный. Сможешь добыть чашку кофе, только чтобы он был не старше меня?

— Да, сэр. Вам тоже, мэм?

Крис кофе не хотела, но она быстро поняла, что во флоте предложение чашки кофе было священным ритуалом.

— Да, спасибо, старшина.

Когда они остались одни, Крис заняла единственную табуретку, как-то оказавшуюся в машинном отделении. Томми, без всякой кривой улыбки, осторожно устроился на толстой металлической балке, выступающей в стене над генератором магнитогидродинамики. Он рассеянно вертел в руках самодельную черную коробочку.

Рожденный в поясе астероидов Санта-Марии в шахтерской семье, он рано научился не доверять воздуху, гравитации и другим штуковинам, которые грязные курицы, вроде Крис, считали само собой разумеющимся. И все же, Томми стал первым человеком, с которым Крис подружилась в школе кандидатов в офицеры. Они вместе устроили первую перестрелку на Олимпии, он, не задумываясь, поддержал ее, когда Крис совершила немыслимое на «Тайфуне». А потом на Турантике.

И все время на его лице была его знаменитая кривая улыбка.

Только не сегодня.

— Что случилось, Томми?

Он не смотрел не нее. Смотрел куда угодно, только не на нее. Наконец, нахмурился и встретился с ее взглядом.

— Я не могу завести чертов движок. 109-й должен стать твоим флагманом, а сейчас у него все шансы провести бой привязанным к причалу. Иисус, Мария и Иосиф, мы не можем терять даже одного корабля.

— Что тебе нужно, чтобы двигатель заработал?

— Не знаю, Крис! Сюда затащили кучу специалистов, чтобы его заглушить. В субботу. Когда даже дежурную команду отправили считать скрепки и делать другую дурацкую работу по станции. Пандори по-настоящему любит наши катера. Говорит, они…

— Я знаю эту шутку, Томми, — прервала его Крис. — Что тебе нужно, чтобы корабль заработал?

— Я не знаю, Крис. Не могу понять, что случилось. Пытаюсь, но не могу.

— Поэтому вытаскиваем старый компонент, меняем его на новый, пока не найдем мертвый и двигатель не заработает.

— Это… — начал было Томми.

— Не как на Санта-Марии, знаю, — прервала его Крис. — Только, Томми, в нашем полном распоряжении вся верфь Нуу со всеми ее сотрудниками. У нас двенадцать PF и полдюжины вооруженных яхт, готовых к бою. У нас целых два дня и, может, еще немного, на подготовку. Красиво — не то слово, которое я хочу услышать. Быстро, грязно, некрасиво, главное, чтобы работало. Я беру все, что нужно, пока есть возможность. Слышишь меня, капитан?

Томми выдохнул нечто, что можно было бы принять за возражение. В конце концов, кивнул.

— Я тебя услышал, Лонгнайф. Громко и четко. Как быстро сможешь найти мне диагностическую бригаду с полным набором запчастей этого паршивого движка?

— Как насчет того, чтобы подождать старшину с кофе? Сможешь предложить его начальнику доков. Скажешь ему, что это было кофе для принцессы, но он может забрать его себе?

— Попробую. Посмотрим, как оно сработает.

Крис поднялась по трапу, вышла с катера.

Превратить электрокар в пулю у Джека, пока тот катался по доку с приказом от Крис собрать целых две ремонтных бригады, не вышло, но он был близок к этому. Вздохнув, Крис отправилась к PF-105. Как Бэбс Томпсон отнесется к тому, что люди с верфи захватят машинное отделение ее катера, было непредсказуемо. Крис нашла чирлидершу и королеву выпускного бала в машинном отделении, вместе со старшиной изучающей схемы двигателя. Известие, что доки Нуу в полном ее распоряжении, она приняла с грустью, но не сказала ни слова. Как только люк за ней закрылся, старшина обратился к Крис.

— Спасибо, мэм. Во флоте нет ничего опаснее младшего офицера с отверткой. Даже вражеские линкоры рядом не стоят. Извините, мэм.

— Постараюсь запомнить, старшина, — сказала Крис, подавляя вздох, когда вспомнила намерение самой побыть наедине с катером несколько минуточек и испачкать руки в смазке.

Глава 10

Эти два визита, на свой корабль и к Бэбс Томпсон, пролили свет на то, во что превратилась ее работа. Капитаны с экипажами чинили корабли. Ей же предстояло убрать с их пути все, что может помешать дать лучший бой из возможных.

Тот факт, что некоторые из помех могут исходить от самих капитанов, стал для Крис новой мыслью, правда, не такой уж чуждой. В школе ей приходилось сталкиваться с слишком практичными управленцами, вмешивающимися в каждую мелочь. Сейчас появился шанс помочь друзьям избежать этого опыта. А, да, и самой его избежать.

Помочь кораблям подготовиться к бою.

Найти больше кораблей и вовлечь их в драку.

Вот, чем должна заниматься принцесса.

Глава первая книги, которую она, может быть, когда-нибудь напишет о надлежащем этикете и образовании принцесс.

Крис засмеялась и отправилась к следующему катеру.

— Нелли, отмечай катера, которые я посетила и, если какой пропущу, дай знать.

— Да, мэм. Пока ты занимаешься своей задачей, я работаю над более сложными и быстрыми маневрами уклонения. Я так же разрабатываю несколько сценариев финальных атак в зависимости от того, какими схемами уклонения нам придется воспользоваться. И сколько нас выживет после атаки.

— Замечательно, Нелли.

— Знаешь ли ты, что старшина PF-109 заказал для экипажа новые шлемы? До того, как Пандори закрыл проект боевых катеров?

— Не знала. Они хорошие?

— Да, по моим меркам, самые лучшие.

— Закажи для экипажей всех катеров, пожалуйста. И экипажей яхт.

— Мы ведь не хотим привлекать внимание репортеров?

— Нет, не хотим.

— Дедушка Эл спонсирует несколько футбольных команд. Я могу заказать новые шлемы по коду их стоимости и отправить их почтой по нужному адресу, после чего по бобовому стеблю в спортивный отдел Космофлота. Это должно остаться незамеченным.

— Да, Нелли, должно.

— Крис, именно это вы называете весельем?

— Да, перехитрить людей, которые не должны знать, чем ты занимаешься на самом деле, именно это я и называю весельем.

— Да, я нахожу это веселым. Кроме того, я перепрограммирую высокочастотные станции, чтобы шлемы не мешали. На яхтах есть станции из умного металла, я могу немного изменить их, но на большинстве есть системы безопасности, которые могут меня остановить. Попробую объяснить им, что мы заказали шлемы, которые помогут их людям выжить, и что мои настройки увеличат их безопасность. Думаю, они примут мои изменения.

— Ты ведешь переговоры с бортовыми компьютерами яхт?

— Наверное, ты их так называешь.

Стоит об этом подумать подробнее, — решила Крис.

— Нелли, когда будешь в следующий раз разговаривать с компьютером тетушки Тру, расскажи обо всем этом. Думаю, тетушке будет интересно узнать, что ты можешь разговаривать с другими компьютерами.

— Ты так думаешь? Мне это показалось вполне разумным.

Ага. Точно.

Остальные катера оказались в разной степени бардака. Крис ждала, что Фил и Чандра станут исключением из правила, но те только с гордостью назвали степень хаоса на своих машинах. Чандра тестировала AGM-944. Ракеты хоть и были того же диаметра, что «Фоксеры», оказались раза в четыре длиннее. Для них пришлось убрать две из четырех пусковых труб для «Фоксера», чтобы смастерить одну нужного размера.

— Нелли работает сразу над несколькими более радикальными схемами уклонения, — сказала Крис Чандре.

— Отлично, — кивнула та. — Думаю, нам придется быть более хитрыми, чем когда-либо думали. Срезать углы быстрее всяко лучше, чем делать это медленно.

— Понадобится больше «Фоксеров».

Чандра моргнула.

— Нужно будет организовать загрузку нескольких магазинов «Фоксеров» во время переезда. Сделаю.

— Коммандер Сантьяго изучает, сколько буксиров можем получить. На всякий случай, если израсходуем весь боезапас, и нам понадобится помощь.

— Мы будем атаковать из-за луны?

— Один из вариантов.

— Хорошо. За луной можно маневрировать и выйти по другому вектору, отличному от входа.

— Может заставить нас нырнуть прямо в атмосферу Вардхейвена.

— Тогда и понадобятся буксиры, — фаталистично пожала плечами Чандра. — Сначала убиваем линкоры, потом заботимся о собственной жизни.

Двигатели катера Фила были разобраны на части, из них вытащили радиаторы, которые перебирались уже в доках.

— Если я получу дополнительные десять процентов выхода от реакции материи-антиматерии, пусть даже на последних тридцати секундах, это приблизит меня ближе к врагу за меньшее время. А радиаторы использую, чтобы охлаждать движки, насколько получится, прежде чем начнется зарядка. А потом я их отключу, чтобы испускать как можно меньше инфракрасного излучения. Как только покончим с врагом, приложим радиаторы и быстро выведем реакторы из красной зоны. Если сработает, верфь переделает остальные катера до того, как мы улетим. Как дела у Томми?

— Верфь ему помогает. И PF-105. Смотрю, тебе тоже помогают. Чандра попросила помочь ей с перезарядкой. Тебе еще что-нибудь нужно?

— Не сейчас. Пусть сначала займутся недостатками «Фоксеров» и AGM-944, только потом я им позволю возиться с моим кораблем. Инспектируешь эскадрилью?

— Кажется, теперь это моя обязанность. Ты следишь, чтобы у своих специалистов было все необходимое для выполнения задач, я смотрю, чем могу помочь тебе. Иногда помогаю прежде, чем ты осознаешь. К примеру, только что мы заказали новые шлемы. — Крис рассказала Филу о новых манерах уклонения, разработанных Нелли, и о шлемах, которые могут помочь не расплескать экипажу мозги во время этих самых маневров уклонения.

— Я должен был об этом подумать, — сказал Фил.

— Одна голова — хорошо, две — лучше. Вот что, пойду, спрошу у коммодора, может, проведем вечером небольшую летучку на пирсе рядом с «Кушингом», рассмотрим работу эскадрильи. Скажем, в шестнадцать ноль-ноль. Каждый шкипер расскажет, как у него дела, что интересного придумал и запланировал на завтра. Справимся быстро, особо-то времени у нас нет.

— Думаешь, сможешь вызвать начальника верфи и заставить его рассказать, как идут дела? Однажды я задал такой вопрос своему дворецкому и все, что получил в ответ, мол, все в порядке, не волнуйтесь. Что заставило меня волноваться сильнее.

— Я приглашу на летучку Роя.

На Джека Крис наткнулась скорее случайно, чем намеренно. Он клятвенно заверил, что больше не позволит Крис смыться от него вот так запросто. Оказавшись на «Кушинге», Крис рассказала коммодору об идее дневных и утренних летучек.

— Я всегда их провожу, когда нахожусь в доках. Но сейчас так все торопимся, что забываем все делать правильно. Вы вот уже совершили обход. Хорошие командиры всегда так делают. Давайте посмотрим, что на самом деле происходит на кораблях. Вам кто-то подсказал так сделать?

— Нет, — призналась Крис.

— Должен был догадаться, что у Лонгнайф не займет много времени это понять. — Коммодор улыбнулся. — По праву крови, по праву имени. По праву титула, так вы тогда заявили? Нужно запомнить это, когда буду писать мемуары. В наши дни подобного совсем не слышно. Уж точно не от людей, вроде вашего старика. В любом случае, да, Ваше Высочество, я пошлю посыльных в ваши владения и потребую, чтобы капитаны катеров явились сюда к шестнадцати ноль-ноль.

— Звучит ужасно фантастично. Уверены, что вас поймут правильно? Почему не просто сказать: «Коммодор шлет привет и созывает совещание на пристани?» Раньше всегда срабатывало.

— Ох, да, но в моем варианте больше поэзии. А, разве мы, идущие на смерть, не должны приветствовать жизнь стихами?

Крис впервые за все время, что знала коммодора, увидела, как блеснули его глаза.

Что я разбудила? Нет, не так. Что мы высвободили из себя?

На «Хэлси» Крис заходить не стала. Что предложить Сэнди, кроме как передать, во сколько организуемся летучка на пирсе, она не знала.

Ворота 5В между базой Космофлота и доками Нуу теперь были открыты постоянно, так что в доках Крис оказалась быстро. Чего ждать от экипажей яхт, она не знала, так что не удивилась, когда ее встретили с возгласами от «Принцесса на борту!» на яхте дедушки Элла, до «Лонгнайф на борту! Следите за кошельками!» на других яхтах.

Экипажи яхт создали свою внутреннюю командную структуру, избрав главным капитана яхты «Архимед». Элизабет Луна, высокая, с когда то цвета воронова крыла, а сейчас седеющими волосами, протяжным голосом, словно из далекой земной провинции, приветствовала Крис крепким рукопожатием и жалобой:

— Они хотят снять с моей яхты двенадцатидюймовые лазеры. Только через мой труп, но я буду отстреливаться.

Крис подозревала, что жертв в этом случае будет много.

— Объяснили, зачем? — спросила она, выигрывая время и проверяя, нет ли где поблизости запасных выходов. Джек же проявил удивительное безразличие к безопасности Крис, рассматривая скрещенные сабли на переборке мостика. Судя по всему, Элизабет была готова к отражению любой атаки немедленно.

— Говорят, из-за массы. Они хотят приварить к морде моей яхты эту чертову приманку, ставят к ней баржу и лепят фальшивый фронт полудюймовыми палубными плитами. И после этого их волнует вес.

— А вы сможете пользоваться лазерами сквозь весь этот хлам? — поинтересовалась Крис. Вопрос прозвучал хорошо.

— Дорогая, когда я начну стрелять, всего этого дерьма у меня уже не будет. Я хочу заложить взрывчатку к стойкам, удерживающим ловушку и фальшивые борта. Как только вы выполните свою часть работы, я освобожусь от всего этого и начну охотиться за какой-нибудь мелочью, которая прорвется мимо вас.

Крис моргнула. Она считала свое участие в этом деле одним шагом до самоубийства. Да любой разумный человек тоже так считал бы. Но намеренно идти в бой на корабле, усеянном взрывчаткой… Планировать проделать дыру в обшивке своего же корабля, чтобы освободиться от хлама и ринуться в перестрелку…

— Извини, Крис, но в чем разница между взрывчаткой и установленными на борту AFG-944? — спросила Нелли.

— Спасибо, Нелли, ты помогла. Продолжай заниматься расчетами.

— Да, мэм.

— На других яхтах собираются сделать то же самое?

— Да. И у нас получится. Можете объяснить это ребятам из верфи и вашим флотским друзьям? Кажется, они лучше понимают только ваши слова.

— Разве они не засядут в ловушках? — спросила Крис.

— Можно и так. Но я перенесла их рабочие места на яхту. Поверьте, кушать им будет лучше на нашем камбузе. И каюты мы всем сделали рабочими. Троих вовсе устроили в джакузи хозяина яхты, сухой, конечно же. Восемь резервных линий, идущих к источникам шума, ложным целям и прочему. Поверьте, на борту яхты будет безопаснее.

— У вас тут будет настоящий бардак.

— Босс приказал выиграть бой. Не обращая внимания на цену. Хозяин сказал, что подарит нам часть акций. Правда, они мало будут стоить, если мы проиграем. Но мы выиграем, а в этом случае не думаю, что кому-то из нас когда-либо придется искать работу. Да, принцесса, мы будем стрелять во все, что прорвется мимо вас. И, насколько знаю, наши яхты не единственные, которые проверяют свои шестизарядники. Еще с полдюжины готовятся отправиться с нами в полет.

— Боже, — сказала Крис. А, может, помолилась. — Не нужно, чтобы они лезли вперед и испортили все… — Крис замолчала.

— Ваши причудливые маневровые танцы на катерах, поскольку нужно оставаться в живых, — закончила за нее Луна.

— Что-то в этом роде, — кивнула Крис. — Нелли?

— Я ведь обещала сразу сказать тебе, если в новостях проскочит что-то интересное. Пока ничего интересного не было. Нет даже намека на возможную защиту. Все разговоры — политические, и все сосредоточены на твоем отце и Пандори. Никаких отставных генералов или адмиралов, что интересно. Поверь, Крис, я могу генерировать случайные числа и обращать внимание на нужные новости. Пара пустяков.

— Спасибо, Нелли, — сказала Крис и вслух снова обратилась к капитану яхты: — Как думаете, как скоро в новости просочится наша подготовка?

Капитан пожала плечами.

— Почти все мы получили от хозяев приказ держать все в тайне. Нет причин разбалтывать все газетчикам. Да и они не особо сильно шпионят. Может, кто-то им укоротил поводок, кто знает? — Элизабет слегка улыбнулась и пожала плечами. Неужели хвалит тех, кого обычно все ненавидят?

Следующая остановка произошла в вотчину Роя. Кар привез ее в цех, где действующий суперинтендант вместе с небольшой армией инженеров склонился над голограммой одной из вооруженных яхт. Крис увидела, как нечто сдуло внешнюю липовую броню, приманку и баржу, а потом обломками разорвало саму яхту.

— Не то, — сказал Рой. — Попробуйте другой вариант.

— Мы уже двенадцать раз пробовали.

— Значит, проблем с придумыванием еще двенадцати вариантов у вас не должно быть. Вряд ли ваша мама вырастила лишенного воображения инженера, не так ли?

Присутствующие забормотали, что-то о том, что у некоторых управленцев вряд ли есть матери. Рой в этот момент увидел Крис, улыбнулся, игнорируя недовольное бормотание подчиненных.

— Как дела, ваше высочество?

— Лучше, чем ожидала. Капитан Луна уже видела эту маленькую демонстрацию?

— Она и еще пять капитанов видели первые четыре варианта. Не поверили ни единому пикселю. Думаю, за моей спиной, между собой, они уверились, что все это обычная инженерная чушь.

— Со всем, что на них навесят, они смогут стрелять лазерами?

— Не уверен, что рекомендовал бы делать это.

— Как насчет выстрела малой мощности, чтобы пробить дыру, а потом в эту дыру палить на полной мощности? Недавно я так попробовала. — Да, но ни в одном учебнике такого еще не было написано. — Сначала слабым зарядом, а потом со всей мощью.

— Оборудование для такого не предназначено.

— Мне пришлось внести программные модификации. На лету. У вас есть два дня, наверняка сможете что-то сделать.

— Протестировать, отладить и задокументировать, — вздохнул Рой. — Как я ненавижу иметь дело с разработчиками программного обеспечения. Особенно когда предстоит сказать, что у них есть только два дня.

— Я могу попросить Нелли сделать все это до конца рабочего дня, — сказала Крис.

— Я могу сделать все это за пять минут, если мне дадут доступ к судовым системам.

— Знаю, Нелли, но давай не будем смущать кучу народа.

— Ох уж эти ваши человечески чувства.

— Это может быть весело, — Рой расплылся в улыбке от уха до уха. — Бросить вызов моим программистам. Они против вашего компьютера. Но нет. Идея так себе. Мне придется работать с этими парнями после того, как вы отплывете в закат. Плохая идея. Но было бы весело. Господи, у меня будет куча проблем.

Он оглянулся на инженеров. В этот момент голограмма демонстрировала очередной взрыв в замедленном темпе. Поначалу все шло нормально, а потом силовая баржа отскочила от балки и проехалась по мостику. Получилась жутко уродливая картинка.

— Ну и какой у меня выбор? Либо эти люди что-то должны придумать, либо программисты. Похоже, в любом случае я буду проклят.

— Что, если сохранить фальшивые борта в целости, — раздался тихий голос с шеи Крис. — Аккуратно взорвать точки крепления и вытащить яхту из кокона?

— Что ты сказала, Крис?

— Это сказала Нелли, Рой.

— Вы хотите взорвать фальшивую обшивку? — спросила Нелли. — Почему не оставить ее целой? Небольшие взрывы могут уничтожить крепления, после чего яхта сможет сманеврировать в сторону, а ложная обшивка продолжит полет по прежнему курсу.

— Мы уж так пытались. Идея не такая простая, как кажется. Заряды придется ставить чуть сильнее, чем нужно для безопасности яхты. Все из-за того, что крепления нужно делать достаточно прочными, чтобы они выдерживали удары, которые, несомненно, будут наноситься во время боя. В результате оснастка будет деформирована и, чтобы ее отделить от яхты, потребуется больше взрывчатки.

— Но если их правильно разместить, они не создадут такой большой хаос с большим количеством конфликтующих векторов, — ответила Нелли.

Крис поняла, что обсуждение может сильно затянуться.

— Ой, Рой, в шестнадцать я организовала летучку на причале у «Кушинга» для шкиперов PF. Может, будет еще одна в восемь. Можно организовать летучку для капитанов яхт и военных, назначенных к ним на борт. Я так понимаю, флотских переселили с приманок на яхты. Так что на летучке можно будет узнать, как у них дела.

— Да, правильно, мы перенесли рабочие станции на борт яхт. Может, еще не всем рассказали.

— Можно сделать это на летучке.

— Точно. Нелли, у тебя есть какие-нибудь предложения, где и как расположить взрывчатку и в каком количестве?

— Для этого мне нужно увидеть разработанные схемы.

— Точно. Хм. До инженеров донести эту мысль будет непросто. Пожалуй, я найду тебя ближе к четырем.

— Я буду там, где будет Крис, — сказа Нелли.

— Нелли, передай этот разговор тетушке Тру.

— Что насчет безопасности?

— Да, точно. Тогда сделай запись и передай ее, как только появится возможность.

— Да, мэм. Я тебя обеспокоила?

— Нет, Нелли, просто ты открылась с новой стороны, которую мы с тетушкой раньше не видели, так что, думаю, это немного пощекочет воображение тетушки.

— Думаю, это забавно, пощекотать воображение Тру.

— Пожалуй, да.

Последним в списке обхода у Крис был «Хэлси», но остановилась она около PF-109. Парни с доков полностью заняли машинное отделение. Томми вернулся на мостик, помогая Пенни чем мог, в попытках подключить к датчикам пульт разведки.

— Как насчет веревки с двумя жестяными банками на концах? — в отчаянии вздохнула Пенни.

— Наверное, понадобится помощь экспертов, — сказала Крис.

— Еще парней с доков? — без всякой улыбки спросил Томми.

— Нет, похоже, на «Хэлси» есть кое-кто, кто может всех нас посрамить, — сказала Крис. — Ботаник, обожающий черные ящики так же, как один мой хороший друг. — Крис ткнула Томми локтем.

— Это вот твое «ботаник-техник» с «Хэлси» прозвучало так, словно мне нужно с кем-то познакомиться, — сказал Томми и его знаменитая улыбка, наконец, показалась из укрытия.

— Если он или она сможет заставить мою станцию договориться с сенсорным блоком этого корыта, я тоже хочу участвовать в разговоре, — сказала Пенни, в сердцах стукнув кулаком по непокорной станции.

— Удивительно, но следующим пунктом моей прогулки является как раз «Хэлси», — сказала Крис и отправилась в следующий пункт прогулки.

Она не удивилась, обнаружив Сэнди, склоненную над дисплейным столом.

— Как дела? — спросила Крис, что сегодня стало у нее вместо приветствия для всех без исключения.

Шкипер эсминца пожала плечами, но не отвела глаз от схемы на столе.

— Дерьмово. Если атакуем пораньше, нырнем прямо на них, как только выйдем из лунной тени? Или пойдем рядом с ними, и пускай они палят по нам с дальней дистанции? Обрати внимание: палят по нам. У их линкоров большой диапазон стрельбы. У нас такого нет.

— Похоже, вы сейчас ответили на вопрос. Нет никаких причин оставаться в зоне досягаемости дольше, чем нужно, — сказала Крис.

— Но если бросимся прямо на них, это покажем им все наши козыри, так ведь? — сказал Томми.

— Поэтому я и не хочу этого делать, — кивнула Сэнди.

— Но у нас слабые козыри, — сказала Крис.

— Да, слабые, но нужно ли, чтобы они об этом знали? Сражения выигрываются не столько из-за блестящей стратегии победителя, сколько из-за глупых ошибок проигравших. Надеюсь, Лонгнайф, это тебя не шокировало.

— Я, как бы, это подозревала, — сухо сказала Крис.

— Я в шоке. — Кривая улыбка Томми стала настолько большой, насколько это вообще возможно.

— И я в шоке, — сказала Пенни, — от того, что капитан консервной банки раскрывает такие священные тайны флота непосвященным младшим офицерам.

— Думаете, служба безопасности уже в пути с намерением заковать меня в кандалы за нарушение, лейтенант Лиен? — спросила Сэнди.

Пенни, услышав свое новое имя, прищурилась и покачала головой.

— Так вот, — медленно продолжила Сэнди, — если мы будем подходить медленно, пока не попадем в зону действия дальних лазеров, позволим им сделать первые выстрелы, а затем начнем действовать…

— У нас будет больше времени изучить их построение, — сказала Пенни, переходя в режим офицера разведки.

— Но они тоже будут изучать нас, — заметила Крис.

— И разве мы не станем дезинформировать и врать друг другу? — спросил Томми.

— Весь вопрос в том, кто будет в этом лучшим, — сказала Крис.

— Что с приманками? — поинтересовалась Сэнди. — Что будет исходить от них?

— Была мысль выдать их за легкие крейсеры, вытащенные из кучи нафталина. К Бойнтону мы должны были отправить все, что есть. Об этом кричали на всех ток-шоу, — ответила Крис. — Но Рой утверждает, что на яхту можно навесить фальшивые борта любого размера. Насколько большими мы будем делать наши приманки?

Сэнди задумчиво потерла переносицу, но первым заговорил Томми.

— Что, если мы поначалу будем издавать шум поменьше, но, по мере того, как будем подходить поближе, начнет «просачиваться» нечто большое. После того, как пришлось повоевать на Олимпии, бабушка рассказала мне, что и на Санта-Марии не всегда было мирно. В первые сто лет, в голодные времена, когда команда потерпевшего крушение корабля пыталась выжить, обосновавшись на Санта-Марии, не все были готовы голодать. Были люди, кто взбунтовался и ушел в горы. Они стали бандитами. Не те истории, которые в школах рассказывают детям. И вот как-то случился бой, мужчины сцепились с горными бандитами. В какой-то момент бандиты стал брать верх, но тут появились женщины и дети, вооруженные палками и всякими другими острыми предметами. Они неслись к месту боя, и бандиты, увидев нагрянувшее подкрепление, побежали.

— Хаос и путаница, — сказала Пенни.

— Хаос для врага, — провозгласила Сэнди, словно произнесла тост.

— Чем больше хаоса, тем веселее, — кивнула Крис. — Наверное, можно начать с легких крейсеров, а потом половине позволить, случайно, засветиться, как линейные крейсеры класса «Триумф». Старенькие корабли, которые кружат возле причалов резервного флота и на них никто внимания не обращает.

— Запутать противника еще больше, — кивнула Сэнди.

— А если этого будет недостаточно, — продолжила Крис, — Восьмой патруль не единственный вооруженный отряд в городе. — Что заставило Сэнди вопросительно приподнять бровь, да и Томми с Пенни недоумевающие смотрели на Крис. Крис рассказала о задумке капитанов яхт, что они тоже намереваются принять участие в драке, даром что вооружены.

— Ох, Иисус, Мария и Иосиф, — взмолился Томми. — Переполненное поле боя — как раз то, что нам нужно.

— Нет, они сказали, что будут у нас в тылу, драться с теми, кто прорвется мимо нас.

— Может, для них это и не так уж и плохо. Каперы добивают раненых и укладывают рядком, — кивнула Сэнди. — Кто-то решил, что отправив флот в другую систему, оставит Вардхейвен беззащитным. Разве они не знают, что можно нарваться на яростное сопротивление свободных людей, пока у них есть зубы? И ногти.

— Подозреваю, у двенадцатидюймового импульсного лазера на вооруженной яхте несколько более высокий уровень опасности, чем у зубов, — сказала Крис.

— Но ты же поняла мою мысль.

— Да. Мы проделываем дырки в линкорах, оставляем их в потрясении истекать кровью, а вооружившееся население Вардхейвена приканчивают их тем, что у них есть.

— А мой «Хэлси» и «Кушинг» прорежут для вас дырку. Мы сделаем это, — сказала Сэнди, медленно сжимая ладони в кулаки.

Все вчетвером надолго задумались. Они придумали план. Пока что единственный. Вот только ни один план битвы еще не пережил контакта с противником.

Что придется придумать, когда все начнет, к чертям, разваливаться?

— Мне нужно позвонить, — наконец, сказала она. — Хочу узнать, как дела у брата. Судя по тому, что последний звонок ему не разлетелся по новостям, защита связи Бени просто отличная. Могу я воспользоваться ей еще раз?

— Вот его и спросим. Лейтенант, вызовите Бени на мостик.

— Есть, мэм.

Через две минуты тот явился в помятом комбинезоне, протирая глаза.

— Я вас разбудила? — спросила Крис, понимая, то первый вопрос должен быть не о распорядке дня, а о доступности специалиста.

— Да, мэм. Что-то важное?

— Надеюсь. Мне нужно воспользоваться вашим коммлинком.

Бени протянул аппарат, осмотрелся, нашел пустое кресло, занял его и тут же засопел. Крис ввела номер Хонови и свой код.

— Роза, я же говорил тебе… А, это ты Крис? Не отключайся.

— Это я, — сказала Крис.

— Хорошо. Я сейчас на встрече с Кусой Пандори. Ты ее помнишь. Она для своего старика ровно то же, что я для своего.

— Я помню Кусу, — сказала Крис. — Перезвоню.

— Нет. Нет, не смей. Я хочу, чтобы ты это слышала, и я хочу, чтобы она слышала, что я говорю тебе. Крис, пойми, она должна знать, что я ничего не хочу скрывать. Я не могу позволить говорить тебе одно, а ей другое.

— Прозрачные договора, открыто заключенные, — Крис процитировал папины слова.

— Именно, сестренка.

— Что происходит? — услышала Крис еще один голос. — Так это и правда твоя сестра? Ее уже выпустили из тюрьмы? Впрочем, какая разница.

— Моя сестра сейчас готовит дюжину патрульных катеров к бою с летящими сюда линкорами.

— Откуда мы знаем, что это линкоры? А те дорогие игрушки давно отправились на свалку. Слышал, мой папа приказал флоту ничего не предпринимать? Кроме того, если бы кто-то с таким же громким именем, что у твоей сестры, делал что-то подобное, об этом уже давно растрезвонили бы по новостям. Почему я ни о чем подобном не слышала?

— Бени, можешь установить громкую связь? — шепнула Крис.

— Да, мэм. — Техник тут же вскочил с кресла, хотя, казалось, только что крепко спал. Через мгновение все присутствующие на мостике слышали ответ Хонови. Бени же прошептал: — Пока мы выключены, но, если хотите что-то сказать, нажмите вот эту кнопку.

Крис кивнула и стала слушать ответ брата.

— Ты вправду думаешь, что к нам сюда отправили кучу роскошных пассажирских лайнеров, чтобы транслировать требование о сдаче?

— Это может быть блеф, — ответила женщина. Крис оценила ее голос на предмет убедительности и решила, что ее там как раз недостает.

— У них реакторы и турбины линкоров, — сказала Хонови и не получил ответа. — А моя сестра делает все, что в ее силах, чтобы те маленькие лодочки, которые вы хотите списать, были готовы атаковать мощные боевые корабли, потому что это единственные корабли, которые у нас есть.

— Не забывайте про мою «Хэлси», — сказала Сэнди и улыбнулась. Присутствующие на мостике члены экипажа тоже заулыбались.

— Это самоубийство! — Воскликнула Кусу.

— Возможно. Крис так не думает. И она использует каждую секунду, чтобы уменьшить шансы против поражения.

— Они не смогут.

— А твой отец чего хочет? Он не может сдаться. Осмотрись. Рано или поздно ему придется сделать то, что, как мы все знаем, он должен сделать: начать драться. Приказать драться всем, что у нас есть. Вы же хотите, чтобы нас считали сильными, именно из-за этого отослали флот в Бойнтон.

— Мы рассчитывали на то, что если нас будут считать сильными, никто не посмеет напасть на нас.

— Попытка нас обмануть, — сморщился Томми.

— Раз попытались нас обмануть с Бойнтоном, неудивительно, что решили, что с линкорами тоже обманут, — сказала Пенни.

— Только на счет линкоров никакого обмана, — нахмурилась Сэнди.

— Но ты, скорей всего, врешь мне, — продолжила молодая женщина на той стороне связи. — Если тебе верить, СМИ должны быть полны новостей о подготовке к битве на базе Космофлота. Такое незамеченным не остается, Хонови.

— Так и есть, Куса, незамеченным это и не осталось, только в новости не попадает. Мой отец через свои контакты пообщался с СМИ. Они пока придерживают новости, пока наши отцы не объявят, что коалиционное правительство намерено защищать Вардхейвен.

— Папины контакты в СМИ…

— И, если у них получится подняться по бобовому стеблю, если у них получится попасть на базу Космофлота, если удастся увидеть, что там делается, твой отец готов сказать, что происходящее там — нарушение его приказа? Приказа, который он, почему-то, не стал издавать в письменной форме.

Возникла долгая пауза.

— Почему ваш брат не раскроет ей глаза на происходящее? — спросил Бени.

— Потому что иногда истинное мерило политика не то, что он говорит, а то, что он не говорит и терпение, которое у него только есть, чтобы этого не сказать. Пандори загнал себя в угол. Угол, которого он никак не ожидал и не собирался в него попадать. Теперь ему нужна помощь, и мой папа хочет помочь ему выбраться оттуда. — Хотя, тут, скорее, Хонови уговорил папу выпустить их оттуда. После этого кризиса, как подозревала Крис, отношения отца и сына больше никогда не будут прежними.

Между братом и сестрой отношения тоже могут меняться.

— Чего же ты хочешь? — Спросила Куса.

— Сестра хочет вывести эскадрилью по нашему приказу. Она хочет, чтобы от нее не требовали защищать Вардхейвен в качестве мятежницы, вопреки словесному приказу. Если у нее достаточно преданности, мужества и готовности рисковать жизнью, самое меньшее, что мы можем сделать — дать им разрешение. Это все, что я прошу. Твой отец может оставаться Премьер-министром, мой же папа хочет защиты. Мы можем решить все, если у вас появятся проблемы. Но, что бы мы ни решили, мы должны сделать это до того, как Крис покинет базу.

— Когда это произойдет?

— Крис?

— Начнем отстыковываться от станции за восемь часов до прибытия противника. Погрузимся на корабли за два… или даже три часа до этого. Еще час, чтобы передать сообщение по причалу. Если можно, Хонови, Куса, нам нужно двенадцать часов до запланированного прибытия вражеских кораблей.

— Когда это произойдет? — спросил брат.

— Если предположить, что они продолжат тормозить со скоростью в один g и хотят выйти на орбиту… — Сэнди набрала команду на боевом столе. Крис посчитала, вышло меньше двух суток.

— Времени не так много, — сказала девушка на том конце связи.

— От рабочих верфей, — сказала Крис, — судоремонтников и инженеров я часто слышу, что если поступит приказ выдвигаться завтра, мы выдвинемся, но шансы одолеть линкоры были бы выше, если бы на подготовку у нас было три дня.

— Три дня?

— Мы этим уже занимаемся.

— Еще кое-что, — сказа Куса. — Думаю, наши отцы смогут согласиться с большинством из того, в чем сейчас расходятся, Хонови. Но перед дальнейшими переговорами необходимо прояснить одну вещь.

— Какую же?

— Когда силы Космофлота покинут станцию и отправятся в бой с… как вы их так назвали… противниками, на борту ни одного корабля не будет Лонгнайф.

Крис тяжело вздохнула. И вот опять. Никто, абсолютно никто не хочет, чтобы она была в эскадрилье. Ни дедушка Эл по своим причинам. Ни Хонови, ни Пандори, по своим причинам. Она почти ожидала, что Хонови объявит, мол, договорились.

На другом конце линии воцарилась тишина.

— Сестренка, — наконец, произнес Хонови, — я бы хотел согласиться с выдвинутым требованием.

Крис застыла с пальцем на кнопке ответа на коммлинке. Все, что ей сейчас нужно — сказать «Да», и она окажется вне суицидального замысла. Она будет жить!

Чтобы увидеть что? Жить под чьим правительством, чьей идеологией? Не успела Крис нажать на кнопку, как ее опередила Сэнди.

— Говорит коммандер Сантьяго, капитан эсминца «Хэлси». Принцесса Лонгнайф в данный момент находится на мостике моего корабля, и мы слушаем ваш разговор. И, мисс Пандори, прежде всего я хотела бы вас заверить, что все, кто слышит этот разговор, будет держать его за зубами до последнего дня жизни. Который, как я подозреваю, наступит скоро, поскольку я и мой корабль сделаем все возможное, чтобы пробить брешь в обороне линкоров, чтобы катера могли проскользнуть в нее. Вы хотите, чтобы Лонгнайф не было с нами, когда мы вылетим со станции, а это будет уже завтра. Простите. Она нам нужна. Мы не только хотим, чтобы она была с нами в этом бою, мы требуем, чтобы она нас вела. Мы требуем этого, потому что вероятность того, что многие из нас погибнут в этом бою, весьма велика. Если нас поведет Лонгнайф, появится чертовски больше шансов, что мы умрем не напрасно. Я понятно выразилась?

— Да, коммандер, — раздался в ответ испуганный женский голос.

— Я понимаю вашу политическую цель. Я Сантьяго и, поверьте мне, люблю Лонгнайф не больше вашего. Тем не менее, я видела запись того, что она проделала во время единственного тренировочного пробега, который на этот раз должна проделать целая эскадрилья. Я видела, как у нее это получается. Когда начинается ад, вы посылаете вперед мерзавцев, но нет лучших мерзавцев, чем Лонгнайф. Судя по тому, что я видела, у нашей Лонгнайф есть все задатки чертовски хорошей мерзавки. Так вот, мэм, мы вылетим и пойдем за ней, или ваш отец может обнаружить, что все, находящиеся в доках, нарушающие сейчас приказ вашего отца ни к чему не готовиться, откажутся выдвигаться и сделать то, к чему мы успели подготовиться. Я ясно выражаюсь?

— Предельно, коммандер.

— Говорит младший лейтенант Томми Лиен, капитан PF-109. Я буду командовать одной из тех подготовленных к списанию игрушек, буду изо всех сил пытаться приблизиться к линкорам и повредить их так сильно, как только смогу. Каждый из нас, капитанов маленьких катеров, хочет, чтобы Крис и ее маленький, сумасшедший компьютер, подсказывали нам, когда и куда уклоняться. Восемь капитанов пытались атаковать только один беспилотный линкор и все восемь потерпели неудачу. Четверо последовали за этими двумя, и мы подбили наш учебный линкор. Надеюсь, это достаточно вам сказало, как обстоят дела на самом деле.

Ну, может, и не получиться отсидеться дома за вязанием, — подумала Крис.

— Я передам отцу, что удержать принцессу Лонгнайф от битвы — не вариант, — сказала молодая женщина. — Но я могу потребовать от тебя других уступок, Хонови.

— Моя младшая сестра готовится ринутся в бой с превосходящими силами противника. Это самоубийственно. И ты хочешь просить меня о чем-то еще? — прорычал Хонови.

— Полегче, брат, — сказала Крис, нажав кнопку коммлинка. — Не забывай, ты — политик, а ломаю все вокруг — я.

— Крис! Пожалуйста, береги себя.

— Насколько позволят обстоятельства.

— Ну да, — фыркнул Хонови. — Думаю, это говорит о тебе все, что нужно знать, Крис. Куса, продолжим разговор приватно?

— Очень приватно, — подтвердил голос молодой женщины.

— Крис, проследи, чтобы не было утечки.

— Брат, — сказала Крис, оглядывая присутствующих на мостике «Хэлси» взглядом, прожигающим сталь, — все присутствующие уже забыли все, что слышали.

— Спасибо. До встречи. Береги себя.

— Пока, брат. Не забывай заботиться о себе. Какие-то из тех лазеров могут быть нацелены и в твою сторону.

— Ты, — раздалось горькое фырканье, — заботишься обо мне!

И связь прервалась.

— Ты же не собиралась соскочить, не так ли? — спросила Сэнди.

— Нет, хотя пришлось немного задуматься. Все продолжают требовать, чтобы меня не было ни на одном из кораблей. Это, как бы, заставляет задуматься, не хочу ли я на самом деле сбежать. Приятно, что я кому-то нужна, — сказала Крис и обняла Томми. Пенни обняла его с другой стороны.

— Да, думаю, ты нам нужна. Или твой компьютер.

— Приятно, что я кому-то нужна, — сказала Нелли.

— Когда закончите с праздником любви, может, поможете мне? — сказала Сэнди так резко, как того позволяла улыбка на ее лице. Томми и Пенни разорвали объятья, Крис осталась одна.

— Вчера позвонил Уинстон Спенсер, журналист. В прошлом году он написал статью, каково быть моряком на эсминце. Хорошая история вышла. Хотел узнать, буду ли я заниматься чем-то интересным в ближайшее время. Я сказала ему, что в последнее время флот занимается только скучными делами. Он сказал, что слышал то же самое, но если что-то измениться, хотел бы пригласить меня на свидание. Давний приятель.

Крис сопоставила это с тем, что говорил брат. Патриотизм не ограничивается одним днем и только в одном месте, только той или иной группой. Она пожала плечами.

— Поинтересуйтесь, застрахован ли он и не будет ли возражать жена, если он внезапно умрет. Тогда можно предложить местечко. Если вы не против.

— Тогда он написал хорошую статью. Если жив, сможет написать еще одну.

— Про нашу мрачную компанию, — сказала Пенни.

— Уверена, что хочешь прокатиться на PF-109? — Томми поглядел на Пенни.

— Ты ведь на нем будешь? — спросила жена. Муж кивнул. — Разве кто-нибудь заставит разведывательную станцию работать лучше, чем я? Ой. Правда. Никто не сможет. Разве нам не нужно об этом с кем-то поговорить? — Пенни огляделась по сторонам.

— Да, вот с этим славным храпящим парнем, — сказала Крис.

— С кем? Со мной? — встрепенулся Бени.

— Можно нам его у вас одолжить? — спросила Крис. — Томми утащил откуда-то разведывательную станцию, но у нас не получается подключить ее к массиву датчиков. Иногда удается, но не надолго.

Сэнди улыбнулась.

— Бени не нужен сон. Хватай свой ящик с инструментами и отправляйся первым классом на пирс.

— Я все время говорю, что должен стать старшиной. Они постоянно бездельничают. Первым классом — звучит не очень хорошо.

— Можешь подать заявку в Школу Кандидатов в офицеры, — предложила Крис.

— Ну да. Это будет тот еще номер. Офицеры никогда ничего не делают, просто стоят, пьют кофе, который им приносят старшины, и рассказывают анекдоты. Только этого мне и не хватает. Какой катер нужно чинить?

— PF-109, — сказала Пенни. — Я отвезу.

Томми двинулся, было, за ними, но Крис схватила его за локоть.

— В четыре у нас летучка на пристани. Может, после нее Пенни с Бени решат твою проблему.

— Летучка на пирсе? — удивилась Сэнди.

— Да, поэтому я и забежала сюда. Сказать об этом.

— Рада, что ты, наконец, сделала это. — Сэнди встала со стула.

— И не говори, — сказала Крис, и обе отправились к выходу.

Глава 11

Если Сэнди узнала о задумке летучки поздно, то прогулка по пирсу стала доказательством того, что другие поняли призыв собраться здесь не совсем верно. Капитаны яхт пришли к «Кушингу» на полчаса раньше и, вместо того, чтобы отправиться обратно, стояли, ворча, в сторонке. Крис предложила им прислушаться, что происходит с PF.

Идея оказалась интересной.

— Можно нам несколько таких ракет? Я приму что угодно, что заставит эти проклятые линкоры убраться куда подальше, — сказала капитан Луна, когда Чандра закончила рассказывать о ракетах AGM-944-. Другие капитаны согласно закивали.

Ван Хорн молча повернулся к армейскому полковнику, который не успел еще отдышаться, примчавшись тоже немного поздно.

— Космофлот изъял почти все ракеты AGM-944, — сказал тот и, прежде, чем по толпе прошелся стон разочарования, добавил: — Но у меня есть AGM-832. Есть даже пусковые установки, как раз для них. Обычно их устанавливают на грузовых кораблях, так что к яхтам их можно хорошо приспособить. Эти ракеты не так быстро разгоняются, но лягаются не хуже мула. И мы их укладываем в обоймы по двенадцать штук, — полковник ощерился, выставляя напоказ золотой зуб. — И у нас их очень много.

— Вам кто-нибудь говорил в последнее время, что любит вас? — спросила Луна.

— Ни разу с тех пор, как жена сбежала с путешествующим продавцом Библий, — сказал полковник. — Начну отправлять ракеты на верфь Нуу, как только вернусь на склад.

— Займись этим, любовь моя.

— Продолжим, — сказал Рой, обращаясь к Филу, который рассказал об успехах быстрого охлаждения двигателей, заменив стандартные радиаторы, радиаторами собственной конструкции. Фил закончил рассказ с широкой улыбкой на лице.

— И, если мы сделаем так, — сказал Томми, — закончим жизнь мертвыми в космосе в облаке охлаждающей жидкости.

— С чего бы это? — недоуменно уставился на него Фил.

— Ты же используешь радиаторы с небольшими трубками. Маленькими такими, по всей площади радиатора.

— Наименьшая возможная площадь для получения максимальной площади излучения.

— А еще максимальная турбулентность охлаждающей жидкости. На Санта-Марии мы намеренно используем штуку, которую назвали «Нано Микс Оверхейт», чтобы получать максимальную отдачу от горной суспензии. Но, чтобы не повредить наночастицы, нужно охлаждать их до того, как они перегреются. Пробовали и маленькие трубочки. Их нужно постоянно продувать. Жидкая смесь возмущается, когда внешняя часть слишком быстро остывает и пытается поменяться местами с внутренней, но места не хватает. Тебе понадобится трубка большего размера, которая сужается и делится на трубки потоньше. Процесс будет тоже быстрым, но не настолько.

— Мы проводили компьютерное моделирование, — попытался возразить один из рабочих доков, стоявший рядом с Роем.

— Получили надежные данные?

— Э-э…

— Найдите и почитайте литературу с Санта-Марии.

— С Санта-Марии у нас, к сожалению, ничего нет.

— Парень! — воскликнул Томми. Он покачал головой, губы стали тонкими. Крис отметила это очень похоже на то, что Томми сердится всерьез. Жаль, здесь нет Пенни, она бы такое оценила. — Мой мир находится на другом конце галактики. Нашу шкуру съедают транспортные расходы. Нам приходится находить способы быть конкурентоспособными. — Томми, истинный сын шахтерской семьи с Санта-Марии во всей красе. Он набрал в поисковом поле своего терминала длинную строчку, оканчивающеюся словом «теплопередача».

Рабочий дока рядом с Роем уже просматривал данные на своем компьютере, но Нелли оказалась быстрее. Из груди Крис выскочила голограмма. Схема реактора, теплообменника из мелких трубок. Вот температура повысилась до красной зоны. Взрыв. Следом другая схема того же реактора и теплообменника, где трубки большого размера соединяются с трубками меньшего размера. На этот раз температура до красной зоны не доходила вовсе, стабильно оставаясь в зеленой.

Почти в ту же секунду, как закончилась демонстрация на второй голограмме, рабочий оторвал взгляд от экрана компьютера.

— Нашел. Там и впрямь то самое, о чем вы говорили, лейтенант. При обычном поиске я это бы это никогда бы не нашел. Проклятье.

— Полагаю, мне нужны схемы Томми и новый набор теплообменников, — сказал Фил, быстро переходя с режима готового кулаками доказывать свою правоту человека в режим ученика, внимающего учителю.

Томми только пожал плечами, криво улыбнулся, отражая все плохое, что мир мог обрушить на него.

— Рад, что смог помочь. Это старый секрет, и мне надерут задницу за то, что рассказал его вне школы.

— Постараемся сохранить его. Только мы и «Нуу Энтерпрайз», — сказала Крис и, когда тот отошел назад, влившись в круг шкиперов, наклонилась к его уху. — Есть причина, по которой я хотела бы, чтобы ты не совал нос в машинное отделение, — прошептала она. — Здесь твои знания нужнее, чем на работе, с которой справятся обычные рабочие.

Томми покраснел.

— Ну, поскольку этот вопрос мы решили, я вот что подумала, — сказала Луна… под одобрительны возгласы товарищей. — У причалов я видела несколько яхт, которые, вроде как, уже давно никому не нужны. Стоят, пылятся. Думаю, стоит их использовать. Поскольку на наши яхты вот-вот прилепят установки для ракет нашего любимого полковника, почему бы и на них тоже не прицепить пусковые установки? Что скажете, если заглянем туда по-дружески и возьмем то, что нам нужно.

— Там, наверняка, найдется один или два охранника, — сказала Крис, подозревая, что попытка воровства вряд ли их обрадует.

— Конечно же, найдутся, дорогая, но они наверняка старые и дряхлые. А может и молодые, но, наверняка, хотят дожить до старости и дряхлости. Что скажете, если мы с вами и несколько человек из моей команды нанесем им дружеский визит? Вам следует пойти со мной. Я слышала, эта штука у вас на шее очень хороша при взломе замков.

Крис посмотрела на капитана Ван Хорна.

— Сэр, вы выглядите слишком счастливым, наблюдая, как мы, словно дети, веселимся. Хотите собрать собственную хулиганскую флотилию?

— Я планировал организовать больше резерва для укомплектования буксиров и других судов с верфи. Использовать их для поиска и спасения на орбите, — на мгновение задумавшись, сказал Ван Хорн. — Думаю, для поддержки пара яхт может пригодиться.

— Невооруженные катера могли бы хорошо справиться со спасательными работами между кораблями, — сказала Крис. — Орбитальная охрана могла бы укомплектовать их экипажем.

Большую часть времени резерв орбитальной охраны занимался проверкой безопасности, отловом судов, попавших в беду, прежде, чем те сгорят при входе в атмосферу или навсегда исчезнут в глубоком космосе. По большей части это были гражданские, владельцы небольших катеров. Крис познакомилась с ними, когда занималась гонками на яликах. По большей части они были хорошими людьми, но вот оценят ли работу, на которую Крис хотела их подписать?

— У меня есть связи с орбитальной охраной, — кивнул Ван Хорн. — Посмотрю, может, получится найти кого-нибудь и поручить поисково-спасательные работы. Это даст мне время заняться чем-нибудь еще полезным. — Капитан Космофлота повернулся к полковнику. — Сколько еще ракет AGM-832 вы можете выделить?

— Сколько нужно?

— Как насчет двух, может, четырех небольших контейнеровозов?

Полковник присвистнул.

— Целый арсенал. Хм. Вам, морячкам, может понадобиться помощь при наведении ракет. Для этого нужны артиллеристы. Давайте обсудим этот вопрос.

Крис обнаружила, что, как только капитан и полковник ушли в оживленный разговор, ее начали игнорировать. Луна только головой покачала.

— Все это начинает выглядеть чертовски опасно. Есть причины, по которым некоторым нравится, когда флот и армия соперничают, когда в барах затевают потасовки. Когда они начинают работать вместе, свобода нечестных людей, вроде меня, оказывается в серьезной опасности.

— Тогда лучше побыстрее начать запланированный пиратский рейд, пока они не сделали мир настолько организованным и законопослушным, что для честных и свободных женщин там не будет места.

— Я знала, что Лонгнайф меня поймет, — расплывшись в улыбке, сказала Луна. — Что ж, берем с собой сабли или ограничимся только улыбками?

По предложению Крис, остановились на улыбках. С Джеком по левую руку и Луной с ее пиратской командой по правую, Крис быстро оказалась в доках для яхт. Эти доки оказались сильно заброшены, как обычно это бывает, когда люди уходят с верфей. Только старик да подросток на страже у ворот на главный пирс.

— Было интересно, когда же вы заявитесь, — сказал старик, глядя на Крис, даже не поднявшись с кресла в небольшой буке рядом с заржавевшими воротами, почти не закрывавшими проход к главному пирсу.

— Интересно, — эхом отозвалась Крис, стараясь ничем не выдать своих намерений.

— Да. Есть одно заведеньице, «Дочь корабельного мастера» называется, находится рядом с доками Нуу. Единственное открытое место, где старик с внуком могут перекусить. Туда еще свои корыта поместил Луна и ее головорезы. А еще говорят, что на базе находится Лонгнайф, — старик ухмыльнулся, демонстрируя отсутствие трех зубов. — Я служил с вашим дедушкой в битве у Большой Оранжевой туманности.

Он взглянул туда, где у длинных и широких пирсов станции примостились несколько яхт.

— Люди, приобретающие яхты с оружием, не любят распространяться о том, что у них под бортом, но, готов спорить, вы пришли сюда за лодками. Пятью или шестью, которые еще привязаны к пирсам, и у которых за яркой подсветкой прячутся лазеры. Могу спорить, что знаю, какие вам нужны.

— Извини, Габби. Нам придется это сделать, потому что так надо, — сказала Луна. — Ты как, пропустишь нас, или попросишь вырубить тебя ради видимости для хозяев?

Не успело прозвучать слово «вырубить», внук шагнул вперед, перехватывая поудобнее бейсбольную биту со свинцовым набалдашником.

— Остынь, Кори, — сказал старик. — Луна заботится о нас, чтобы мы не потеряли работу. Эта женщина никогда не причиняла мне вреда больше необходимого, только чтобы выполнить свою работу, — щелкнув зубами, старик усмехнулся. — Что скажешь, если я тебя пропущу, а сам устроюсь в сторонке и посмотрю, что из этого выйдет? Кто знает, может, мы все станем героями. А если нет, мы с Кори что-нибудь придумаем. Давайте, проходите, я знаю, где хранятся запасные ключи от большинства яхт.

К сожалению, доступ к яхтам оказался наименьшей из проблем. Попасть в бортовые системы, особенно оружейные, оказалось намного сложнее. Нелли предприняла самостоятельную попытку взлома и обнаружила, что они защищены так же хорошо, как яхта Хэнка Петервальда, когда они в нее попали на Турантике. Вместо того, чтобы ломать системы силой, Крис вызвала доки Нуу, в конце концов, эти яхты были построены именно там. И у всех был стандартный набор судовых систем верфи… и у этих систем были лазейки, которые ни один из владельцев, кроме одного, не удосужились уничтожить. Да и тот, единственный, приобрел не самую надежную систему безопасности, как думал. Задолго до общего отбоя Нелли управляла шестью вооруженными яхтами и восемью большими катерами, последовавшими в доки Нуу друг за другом, как маленькие утята за уткой-мамашей.

* * *

Следующим утром верфь превратилась в сумасшедший дом. Очень много космических кораблей, над которыми трудились огромное количество людей. На восьмичасовой летучке у «Кушинга» Рой с гордостью сообщил, что последние проблемы катеров PF были устранены. Завершили работы и с установкой AGM-944 на катере Сингх, так что готовы приступать к остальным. Еще завершили испытания новых радиаторов. С согласия Фила и Томми к полудню начнут устанавливать новые. Оба лейтенанта сказали, что посмотрят на них первым делом, как только закончится летучка.

Закончив эту летучку, Крис приступила к следующей, на этот раз с капитанами яхт, сопровождавших капитана Ван Хорна и полковника Тая. Крис стоило понять, что светят какие-то неприятности, но либо недостаток сна, либо склонность рассматривать этих двух старших офицеров как безнадежно безобидных, сбила ее с толку.

В половине девятого на верфях появилось много людей. Они облепили яхты и начали лепить на них фальшивые борта, чтобы враг увидел в них не яхты, а крейсеры и линкоры. А с появлением реквизированных кораблей и спасательных катеров, когда-то начавших свою жизнь без всякого оружия, вовсе шагу ступить никуда нельзя стало. И на катера, и на реквизированные яхты ставились пусковые ракетные установки. Крис осмотрела все быстрым взглядом, и поняла, что ракетными установками забивают каждый лишний дюйм палуб. А четыре среднего тоннажа Космофлотских контейнеровоза, обычно мирно курсирующих по тихим маршрутам для пополнения запасов, тоже стояли в доках Нуу и на них налепливали антенны разных марок и моделей.

— Это все ваше, капитан? — спросила Крис.

— Наше, — поправил полковник.

— Совместные усилия Космофлота и армии, — кивнул Ван Хорн.

— Армии и Космофлота, — поправил полковник.

— Как только загрузим сенсорные контейнеры Космофлота — идея еще со времен войн с Итич — отправим все четыре корабля на армейский склад и начнем загружать контейнеры ракетами AGM-832 и даже более старыми птичками. Во всяком случае, между набором датчиков Космофлота, чтобы зафиксировать цель…

— Артиллерийские расчеты программируют ракеты для поражения цели без координатной сетки или GPS, — прервал полковник. — Наша цель — сильно раздражать незваных гостей.

— Если повезет, — усмехнулся Ван Хорн, — можем даже нанести небольшой урон.

— Если попадут, будет большой урон. Сваебойные головки на старых 722-х могут пробить шесть метров бетона. Интересно, что они сотворят со льдом? — ухмыльнулся армейский полковник. — Кто сказал, что старое — обязательно бесполезное?

— Такие ракеты обязательно привлекут внимание линкоров. Может даже, процентов на пять или десять, — добавил офицер Космофлота.

— Иногда важны даже доли процента, — тихо сказал полковник.

Крис кивнула.

Это оказалось последним согласием за долгое время, особенно после того, как Крис попала в толпу капитанов яхт, окруживших Роя и о чем-то с ним ожесточенно спорящих. Суть была в том, что на яхтах обнаружилось больше мест, куда капитаны хотели бы установить ракетные установки. Поэтому все хотели заграбастать себе остатки.

— Подождите, подождите, — крикнула Крис, подняв руки, надеясь, что ее услышат. — Начнем с того, что не вы решаете, кому достанутся ракеты.

— А кто? — спросили сразу несколько капитанов, и первой из них была Луна.

— Как насчет плана боя?

— И что там написано? — проворчала Луна.

— Что у некоторых из вас может появиться шанс использовать эти ракеты, а у кого-то такой возможности не будет. Нелли, покажи голограмму, на что способны такие ракеты. — Перед Крис появилась сфера. — В космосе двигатели ракет рассчитаны на двадцать тысяч километров, но лучше держать их, пока не выйдем на десять. Нужно оказаться достаточно близко, чтобы искатель боеголовки засек жар двигателей линкора. — Голограмма показала линкор с ракетой, стремящейся к умеренному жару двигателей, а не к экстремальному жару термоядерного выхлопа. — Но ключевыми словами, которые я только что сказала, были «десять» и «двадцать тысяч километров». Если вы столкнетесь с полностью функционирующим линкором, он покончит с вами до того, как вы приблизитесь к дальности действия ракет. Ваша задача подойти после того, как другие корабли заставят линкоры расстаться с большей частью боезапаса.

— Капитан Ван Хорн и полковник слишком громко говорят о ракетах, — заметила Луна. — Их так много, что ставят, кажется, даже на бродячие контейнерные шлюпки. Не похоже, что они собираются ждать, пока все утихнет.

— На них мы устанавливаем датчики наведения и собираемся использовать немного иначе вашего. У нас недостаточно материала, чтобы делиться еще и с вами. Вам придется подходить ближе и использовать искатели самих боеголовок. Извините, но будет только так.

— И сколько таких контейнеров получим мы? — спросила Луна.

— Ни одного.

— В смысле?

— Помните, вы притворяетесь крейсерами. Крейсеры Космофлота не стреляют армейскими излишками ракет.

— Но, как только я избавлюсь от фальшивых бортов, я смогу их использовать.

— Сомневаюсь, — Крис покачала головой. — Будет достаточно сложно оттолкнуть от яхты фальшивые борта, не пытаясь оторвать пусковую установку. Давай начистоту, Луна, он сломается, даже если просто по нему постучать. Нет, шестеро, на кого навесили борта, в начале боя будут просто притворяться более крутыми кораблями. После можете делать своим оружием все, что захотите. Пусковые установки получат другие яхты.

— Черт, — Луна посмотрела на других капитанов. — Кто-нибудь хочет махнуться кораблем?

Крис подавила улыбку. Куда подевалось все это «я знаю свою лодку, я лучше всех ее вожу»? Она занялась подсчетом кораблей. У них появилась дюжина дополнительных кораблей, у половины из них обнаружился хоть какой-то импульсный лазер. Остальные, по задумке, должны стать спасательными кораблями, но кто знает.

— Двенадцать скоростных патрульных катера. Всего двенадцать яхт. Все это дает нам шанс усложнить огневые решения линкоров в самом начале атаки. Если вы в игре.

Новая группа капитанов представляла собой смешанный контингент. Кто-то был наемным шкипером, как Луна, обнаружился один владельцец корабля, кто-то служил в Космофлоте и был переведен с буксира или какого другого обслуживающего корабля верфи — люди из орбитальной охраны. Один и вовсе оказался резервистом. Они осмотрелись, потом один из них буркнул:

— Стоило догадаться, что с Лонгнайф на борту дело станет смертельно опасным.

Люди закивали, соглашаясь, потом еще один новоявленный шкипер спросил:

— Каков план действий?

— Стартуем с полутора g, потом увеличиваем ускорение до двух g. Затем, как станем к противнику ближе, два с половиной. Финальный заход будет на ускорении три с половиной g, может, больше. Ваши яхты не смогут лететь с таким ускорением.

Внезапно побледневшие лица только закивали.

— Но, пока будет получаться, идете с нами на рыси, у кого получится, то и в галопе, — сказала Крис, зачем-то припомнив термины с лошадиных скачек.

— А поможет? — спросил один из капитанов.

— Дать линкорам как можно больше целей, — ответил другой.

— Ваши корабли будут на предельной дальности действия главной батареи, — заметила Крис. — Если сунетесь ближе, вас уничтожат задолго до того, как мы доберемся до вторичных аккумуляторных батарей, где обстрел будет особенно сильным.

— Где же во всем этом наша помощь? — спросил еще один капитан.

— Не знаю, как тебе, а моей жене точно поможет, — фыркнул другой капитан.

— Но разве это принесет нам какую-то пользу? — спросил еще один. — Разве у них нет какой-никакой электроники? Разве они не смогут вычислить, кто мы такие на самом деле?

Кашлянул, привлекая внимание, офицер Космофлота, назначенный капитаном на одну из яхт-приманок.

— Вчера вечером, когда эти яхты втаскивали в доки, мы как раз об этом говорили. Уже давно никто не использует ничего старее МК Vis. Из нескольких можно слепить что-нибудь этакое грозное.

Женщина оглянулась на своих товарищей по флоту, те закивали.

— Идеально не сработает, но если мы кое-что сделаем с вашими PF, ваше высочество, и вашими яхтами, дамы и господа, мы могли бы изобразить кое-что, отчего ублюдки на линкорах застрянут на месте, и будут почесывать затылки намного дольше, чем хотелось бы, к примеру, мне, если бы я была на их месте. И на котором я никогда не хочу оказаться.

Все шло даже лучше, чем предполагала Крис. Она слушала гражданских, привлеченных к обороне планеты в последний момент. Она думала, что придется уговаривать их начать атаку вместе с ее катерами, а потом замедлиться и отстать. Она не ожидала, что они решатся сделать еще что-то.

Внезапно оказалось, что они способны сделать намного больше. Но за ужасную цену. Крис захотелось уйти, извиниться и сказать им, чтобы они забыли обо всем, что она им тут наговорила и к чему пыталась привлечь.

И все же, раз ее эскадрилье маленьких PF предстоит доставить восемнадцатидюймовые лазеры поближе к линкорам, им будет нужна вся доступная помощь. Будет ли жертва этих двенадцати капитанов иметь решающее значение для победы?

Крис вспомнила историю, рассказанную Филом о «Торпедо-8», произошедшую когда-то давно. Пятнадцать самолетов ринулись в безнадежную атаку на превосходящего противника и были уничтожены. В тот момент их жертва казалась ужасной утратой. Но оборона врага была ослаблена. Они не заметили бомбардировщики, летящих еще выше. И эти бомбардировщики разбили врага, тем самым выкупив жертву «Торпедо-8».

Я не могу просить гражданских идти на такое. Ненавижу себя. — Но Крис промолчала, позволив ледяному холоду заморозить ее сердце. Позволила граниту, твердому и бесчувственному, поселиться внутри нее, заменив живые органы. Она стояла молча, пока мужчины и женщины, некоторые хриплыми голосами, уговаривали себя на этот безумный, смертельный полет.

— Мы должны. Другого выхода нет, — заключила одна из женщин со слезами на глазах.

Боже, я уже ненавижу эту фразу.

— Нелли, закажи шлемы для экипажей этих кораблей.

— Уже, мэм. Я разместила заказ, пока шел разговор. Экспресс доставка в спортивный центр Космофлота. Уже сегодня они должны появиться здесь. Еще нужно будет на всех яхтах установить станции высокой гравитации.

— Я думал над этим, — сказал Рой. — Заставлю цеха заняться ими. Еще какие-нибудь заказы есть? Говорите сейчас.

— У нас, не у всех, конечно, станции высокой гравитации на яхтах уже установлены, — сказал один из капитанов.

— Наверняка вам захочется их улучшить, — сказала Крис. — Вам не только придется прямо лететь на двух и более g, но и уклоняться вправо, влево, вверх, вниз каждые две, три секунды.

Несколько капитанов нервно сглотнули.

— Нужна высокая реакция. Двигатели на наших яхтах не были разработаны для подобных маневров.

Это положило начало длительной дискуссии, закончившейся тем, что несколько ракет, переданных полковником, были разобраны до двигательных сегментов и прикреплены к носам нескольких яхт. По мере того, как корабль будет достигать высокого ускорения, корабли будут использовать твердотельные ракетные двигатели для большего усиления родных двигателей.

— Когда топливо в ракетных двигателях закончится, избавляйтесь от них, — посоветовала Крис и решила поверить молчаливому заверению, что именно так оно и будет. Может даже, капитаны сами в это поверили.

Как проделать это на двух g и с минимально маневренными двигателями? Никаких вопросов, Крис, если не хочешь услышать ответ.

Крис отправила рабочих и матросов яхт грузить ракетные установки, а сама решила изучить складывающийся расклад на большом дисплейном столе. Вообще, ей предстояло много чего изучить. Предстоящая битва становилась все более сложной.

Но выигрышной?

Хотелось бы так думать. Правда, между планированием победы в битве и самой победой в битве долгий путь. Очень долгий путь.

Крис осмотрелась, обнаружила, что никому не нужна, и отправилась на «Хэлси». Обнаружила Сэнди склонившейся над дисплейным столом, быстро ввела ее в курс дела, рассказав о том, что задумали капитаны яхт.

Сэнди уже знала, что задумал ван Хорн. Призвала Крис забыть идею разобрать МК-VI для оснащения яхт.

— И не мечтай, — сказала она. — Они нужны ван Хорну. Нельзя допустить, чтобы грузовые корабли обошили артиллерию флота. Это будет смотреться неестественно. Я хочу использовать пару буксиров для имитации консервных банок, а МК-IV поставлю на грузовые корабли, чтобы они изобразили крейсеры.

— И как мне тогда спрятать PF среди яхт хотя бы до первого выстрела?

— Давай посмотрим, что сможем сделать с твоим пирогом, пока я его кушаю. — Она включила коммуникатор. — Бени!

— Было бы здорово услышать хорошие новости, — зевок, — потому что я только что вернулся… после трехчасового ремонта датчиков на PF. — Бени еще раз зевнул, и добавил: — Мэм.

— У меня плохие и хорошие новости, Бэни. Рядом со мной Лонгнайф и ей нужно много электронных средств противодействия.

— А хорошие новости?

— Сначала вопрос, твой старик ведь знает большую часть старых пилотов Вардхейвена?

— Наверняка.

— Ну, они нам понадобятся, а еще все гаджеты и зелья которые они могут достать и, скажем, в течение следующего часа, чтобы уже поднимались по бобовому стеблю.

— Такое заметят.

— Ты побеспокойся, чтобы вся эта стая как можно быстрее высадилась у нашего порога, а мы побеспокоимся, чтобы это произошло незаметно.

— Есть, мэм.

— И, Бени, — Крис придвинулась поближе к коммуникатору, — можешь одолжить связь, если не сложно, мне нужно позвонить домой?

— Кажется, с тех пор, как я познакомился с Лонгнайф, у меня появилось множество проблем. Недостаток сна — только малая из них.

— Подай заявления в школу кандидатов в офицеры, — улыбнулась Крис. — Там выспишься.

— Ага, я такое уже слышал. А, услышав из уст Лонгнайф, начал сомневаться в этой истории. Если понимаете, о чем я.

— Звони старику, — сказала Сэнди, — и топай на мостик.

— Да, мэм. Отбой.

Сэнди отключила свой коммуникатор.

— Посмотрим, что начнет подниматься на лифте. Сингер, Сперри… У многих из них есть штуковины, которые нам пригодятся. Я ожидаю много лабораторной фигни. Механизмов, которые они настроят специально для нас.

— Выглядит нестандартно. Я думала, вам нравится стандартное.

— Мне нравится стандарт, да, — вздохнула Сэнди. — Мне нравятся проверенные временем, надежные вещи. Еще больше мне нравится идея не погибнуть послезавтра. Так что все средства хороши.

После короткого звонка на верфь убедились, что старый МК Vis еще не развалился на запчасти. А там появился Бени с телефоном, и Крис смогла дозвониться до Хонови.

— Ты как? — первым делом поинтересовался тот.

— Нормально. Как у вас прогресс?

— Медленный. Я сейчас на встрече папа и ее отца, так что долго говорить я не могу.

— Мы хотим заказать пиццу и еще кое-что. Может оказаться, что прятаться нам станет сложнее.

— Вы почти всегда в центре внимания, сестренка. Но жучки и крысы заинтересованы в продаже мыла на хозяйственных рынках не больше нашего с тобой, поэтому готовы сидеть, ждать сколько нужно. Но они хотят знать, сколько еще.

Крис взглянула на Сэнди. Та пожала плечами.

— Приблизительную оценку дам при следующем звонке, — сказала Крис.

— Ладно, спасибо за предупреждение. А сейчас мне нужно идти.

— До свидания, — тихо сказала Крис.

— Можно подумать, они усиленными темпами строят линкор, — сказала Сэнди.

— Политика — их жизнь, — неубедительно ответила Крис.

— И, может быть, наша смерть. Хотелось бы, чтобы они уделяли нам больше времени.

Так что больше внимания себе пришлось уделять самим же. Продолжили изучать тактическую ситуацию на дисплейном столе и фигурах, которые пришлось по ней перемещать. Они изучали врагов… Никаких изменений. Они изучили, поставили под сомнение и изменили предположения о шести линкорах, а потом проделали все то же самое для своих подразделений.

Когда пришло время обеда, Сэнди заказала бутерброды, мясной рулет, картофельный салат и сок из красных жуков. Тут к ним присоединился ван Хорн, позаимствовал у Крис половину бутербродов и изучил ситуацию, как лучше использовать корабли с ракетами. Он показала на последний участок пути, отмеченного желтым, по которому должен пролететь противник.

— Тут они будут тормозить. Лететь к Вардхейвену задницами. Пусть мои корабли атакуют пораньше, может, смогут вкатить в чью-нибудь задницу пару ракет. А потом вы набрасываетесь и разбиваете их в пух и прах. А яхты разорвут все то, до чего не доберетесь вы, после чего подойду уже я и разорву на атомы оставшиеся обломки. Пленных не брать.

— Я и не думала о пленных, — сказала Крис.

— Вот и хорошо. А будем предлагать сдаться или нет? Потому что когда бой будет в самом разгаре, остановиться будет трудно. — Капитан по очереди посмотрел на Крис и на Сэнди.

— Если захотят сдаться, — сказала Сэнди, — я только за. Но нельзя требовать сдачи слишком рано. Так мы будем выглядеть слабыми. Учитывая, как мы на самом деле слабы, мы не можем выглядеть слабыми.

— Согласна, — все, что смогла добавить Крис. Она постоянно думала о том, что сдаться она сама просто не имеет права. И странно было планировать предложение сдачи врагу. Еще более странным было осознавать, что это предложение всего лишь тщательно продуманная уловка.

Господи, дай мне возможность сделать все правильно, — тихо взмолилась она, обращаясь к любому богу, который мог ее услышать.

— Вот и я говорю, что позволим им сдаться только, когда они начнут умолять об этом, — сказал ван Хорн. — Пусть они будут первыми, а мы даже предлагать не будем.

— У них будет шанс сдаться раньше, если у них будет наше предложение, — сказала Сэнди.

— Или начнут усердствовать еще больше, по принципу Джона Пола Джонса, мол, мы еще не начали сражения и все такое, — сказал капитан.

— Ух, — выдохнула Крис, широко распахнув глаза, — а я все это время воспринимала нас неудачниками, а их за слишком самоуверенных товарищей.

— Это еще как сказать, — сказал капитан, стряхнул с ладоней крошки и отправился к выходу.

— Вот именно, — согласилась Сэнди.

Глава 12

День казался долгим, а Крис все еще изучала ситуацию на дисплейном столе. Рядом стоял Джек, время от времени задавая какой-нибудь вопрос. Редкие оказывались глупыми.

— Если яхты изобразят из себя катера PF, разве обман не откроется, когда настоящие PF выстрелят «Фоксерами», а яхты нет? — спросил он.

— И тогда, — вздохнула Сэнди, — линкоры точно узнают, где PF, а яхты… яхты погибнут. Хочешь к ним присоединиться, агент?

Джек шагнул от стола.

Яхтам нужны «Фоксеры» или что-то в этом роде. Крис отправилась в доки просить приварить к бортам яхт пусковые трубы для запуска «Фоксеров». Экипажам придется делать это вручную, никакой перезагрузки, но фокус может сработать… на какое-то время.

А Джек, вместе со старпомом Сэнди отправился в центр снабжения Космофлота, узнать, что там с «Фоксерами». Вернулись они оттуда, правда, слишком быстро и то, что там увидели, не понравилось никому.

— Когда отправили флот, каждый корабль под завязку набили «Фоксерами», — сказал Джек. — Так что на складах осталось совсем ничего.

Когда Крис услышала цифру, прикинула, что, если делить на каждую яхту поровну, придется всего по паре установок, а то и вовсе по одной.

У Джека появилось задание: спуститься по бобовому стеблю и посетить компанию, производящую «Фоксеры». Полковник Тай отправился обшаривать склады в поисках чего-нибудь, что можно выдать за «Фоксеры»… а Крис старалась не укорять себя за то, что не подумала об этом вчера. Вся операция превратилась в какое-то тысячеголовое чудовище… и вырастало даже не по часам, а по минутам.

Это было плохо, потому что ложилось на ее плечи. Если повезет обрушить всю эту махину на флот Петервальда одним махом, глядишь, для их тщательно продуманного плана это станет хорошей такой встряской.

Летучка с капитанами PF, запланированная на шестнадцать часов, состоялась до того, как вернулся Джек. Крис выдвинула идею на раннем этапе атаки смешать вооруженные яхты с PF, чтобы сбить с толку приборы на линкорах. Фил от такого выглядел не очень счастливо.

— Папа не раз меня предупреждал держаться подальше от торгашей, чтобы они не оживили твой день, вздумав протаранить тебя.

— На полной мощности они не пойдут, может, всего на двух g, — ответила Крис. — И будут идти за нами, чтобы прикончить то, что мы подобьем, но не убьем.

Похоже, капитанам такая идея понравилась.

Потом Крис объявила, что им придется поделиться с яхтами своими «Фоксерами».

— Что-то вроде компромисса, — нахмурилась Чандра. — Мир должен быть сбалансирован.

— Надеюсь, мы от этого баланса чего-нибудь получим, — сказала Хизер. — Не хочу, чтобы меня раздавило, как лягушку только потому, что кто-то израсходовал мой запас «Фоксеров».

— Посмотрим, что можно сделать, — пообещала Крис.

Не успела она решить, что встреча закончилась, вперед вышли Пенни и Томми.

— Мы разговаривали с Бени, — сказал Томми. — Думаем, что можем улучшить шансы на поддержание связи между кораблями в любое время, даже если нас попытаются заблокировать, если создадим непрерывную боевую сеть с заранее запланированной заменой пакетов данных. Все, что будем говорить, будет добавляться в очередной запланированный пакет.

— И у Томми есть идея, что будет играть фоном, — сказала Пенни.

— Что же? — поинтересовалась Крис, не уверенная, что Томми выберет в качестве фона что-то, что ей понравится.

— Доверься мне, — сказал Томми. — По словам дедушки, ее еще триста лет назад привезли с Земли. Двадцать первый век, может, даже, старше, если верить его словам.

— Но, пока не вылетим, не нужно слушать, — сказала Пенни. — Не нужно портить сюрприз.

— Довериться тебе, — повторила Крис.

— Поверь, классная вещь. Спроси Бени, если нам не веришь.

Крис отметила в уме, чтобы так и сделать, но там уже находилась отметка, чтобы сделать кое-что еще.

— Что с PF-109?

— Все в порядке, — сказал Томми, а Пенни, вместе с ним произнесла:

— Великолепно!

— Ладно, — сказала Крис.

— Мы сегодня еще поработаем над ним и… — начал Томми.

— Нет, — отрезала Крис.

— А? — непонимающе уставились на нее оба.

— На Верхнем Вардхейвене пока еще открыт «Хилтон», хоть и частично, — сказала Крис. — На сегодняшнюю ночь я забронировала номер для новобрачных. Специально для вас двоих. — Тут же посыпались возражения и отнекивания, но Крис продолжила, чуть повысив голос: — По гражданскому времени сейчас четыре часа. Уверена, если вы завтра явитесь к половине восьмого, старшина расскажет вам обо всем, что произошло за это время.

Пенни с Томми все еще качали головами, отнекиваясь, а позади них с широкими ухмылками на лицах скучковались, Фил, Чандра, Бэбс и Тэд. Хизер подмигивала остальным капитанам. Крис даже гадать не приходилось, к чему это приведет.

— А сейчас, — медленно и в высшей степени рассудительно, продолжила Крис, — вы двое можете либо добровольно отправиться в «Хилтон» и насладиться ночью и друг другом. Или наши дружелюбные соседи, несовершеннолетние преступники, как их называют старики, схватят вас, разденут догола, оттащат в «Хилтон» с визгами и криками, запрут в номере для новобрачных, и завтра вам придется явиться на битву в костюмах воинов Хикилы… без татуировок, правда.

Пенни с Томми переглянулись. Потом выпрямились, смело глядя в глаза растущей угрозе.

— Думаю, лучшим выходом сейчас будет скромно сдаться, — вздохнул Томми.

— Хизер и Бэбс очень хотят тебя заполучить, — сказала Пенни.

— А Тед с Филом на тебя заглядываются, любимая.

— Все, уходим, уходим, — одновременно сказали оба, а Пенни бросила через плечо, когда Томми обнял ее и стал уводить: — Передай Стэну, чтобы перепроверил тот датчик.

— Рад, что они не забыли, что значит быть молодыми, — сказал Фил.

— Как здорово, что сегодня у кого-то есть возможность пообниматься, — вздрогнув, сказала Хизер.

— Чандра, не хочешь на вечер вернуться домой?

— С удовольствием, но не могу надолго оставить катер, — вздохнула та. Но увидела, как по пирсу, словно ничего не происходит, идел Горан с обоими детьми на руках. Дети вели себя благопристойно. Пока не увидели маму, после чего стали вырываться из папиных рук, крича: «Мамочка! Мамочка!»

Как только Чандра вырвалась из объятий, поцелуев, еще объятий и новых поцелуев, она собралась было отчитать Горана, но тот заставил ее заткнуться поцелуем.

— Думаю, ты сможешь не думать о своей лодке хоть несколько часов.

— К сожалению, завтра станция превратится в цель.

— И меня с детьми здесь уже не будет, поверь, — сказал Горан. — Тут есть место, где мы сможем побыть одни?

— Нелли. Передай в Хилтон, что я оплачиваю несколько номеров на эту ночь.

— Уже передала. Они снизили цены для любого, у кого есть идентификационная карта.

— Чандра, Горан, в Хилтоне сегодня особый вечер, отправляйтесь туда.

Так с первой улыбкой за несколько дней, Крис покинула пирс с катерами PF и отправилась к докам Нуу. Один взгляд на то, что ее ждет впереди… и захотелось спрятаться в своем катере.

Если предыдущие летучки с каждым разом просто становились все массовее и массовее, то эта еще немного и перерастет в полноценный бунт. Все попытки удержать происходящее в доках в секрете превратились в историю. Теперь любой желающий мог отправиться на космическую станцию.

Тут обнаружились подрядчики с идеями, субподрядчики с предложениями, субсубподрядчики с блестящими концептами и люди, ни разу не выигрывавшие тендеры на работы, но зато абсолютно уверенные, что именно у них есть идея, которая решающе поможет победить в затевающейся заварушке. Тут даже были те, кто знал пусть даже рядового члена экипажа любой из яхт. Крис пришлось даже силой остановить себя, напомнив, что враг уже не так далеко, а использование пулеметов для сдерживания толпы в свое время привело полковника Хэнкока в весьма незавидное положение.

И все же, это было весьма заманчиво.

Рой взял на себя роль начальника манежа, рассекал пространство, как тюлень бассейн, наполненный рыбой. Он приказал всем, кто не связан каким-либо образом с управлением космическими кораблями, убираться из доков, потом организовал из корабельного персонала милицейские отряды. Матросам торговых судов понравилось выдворять с доков дельцов, порой получающих жалование раз в десять больше их, с улыбочками на лицах, действуя при этом жестко.

После краткого изложения происходящего, Крис узнала, что пусковые установки монтировались на катера покрупнее. Несмотря на решение, принятое на утренней летучке, Луна с товарищами капитанами, призванными тащить за собой приманки, придумали, как получить несколько ракет в «небольших, комфортных упаковках». «Фоксеры» теперь размещались на мелких судах, которые должны смешаться с PF. Как и ракеты на яхтах Луны, они расположились в пусковых трубах, приваренных к корпусу. При этом не будет никаких перезарядок, даже если найдется чем. По четыре ракеты на лодку и все.

Оказалось, что на армейском складе нашлось несколько ракет с фосфором, которые можно использовать и в космосе. Они дадут жар и укрытие. Крис приказала установить их на яхтах по принципу, две ракеты на двоих, и еще несколько на PF. Должно выйти, что корабли будут уклоняться и чередовать «Фоксеры» с фосфорными ракетами, с надеждой сбить с толку вражеские боевые компьютеры.

Хоть бы сработало, хоть бы сработало, — молилась Крис.

Как только обычные дела были улажены, Рой занялся маскировкой и вопросами противодействия.

— Кто-нибудь из вас, здоровяков, прихватил с собой несколько корабликов? Скажем, тридцать-сорок?

В ответ от главных подрядчиков получил только качание головами.

— Поэтому придется позволить кораблям лететь с частью вашего снаряжения, и частью снаряжения кого-то другого.

— Похоже, что так, — согласились главные подрядчики.

Рой дал сигнал разведчикам отойти от ложных целей МК XII. У большинства нашлись другие дела. Рой же привел несколько человек со своих доков. Происходящее начало выглядеть, как причудливый базар, когда служащие доков и подрядчики спорили друг с другом, что может, а что не может делать тот или иной прибор или устройство. Капитанам яхт во главе с Луной только и оставалось, что стоять в стороне с мрачным выражением на лице.

Крис удалось бочком подобраться к Рою, тот даже не сразу ее заметил.

— Я тебе нужна?

— Не думаю. Лучше оставить грязные дела нам, привыкшим к грязным делам. Ну а если вы мне понадобитесь, где я вас найду?

— На «Хэлси», — сказала Крис. Рой кивнул и погрузился в спор об антеннах, их полосах пропуска и мощности сигнала.

Крис выбралась из толпы, обнаружила Джека, сообщила ему, чем занималась все это время и узнала, что производитель «Фоксеров» ждет нового контракта именно на ракеты, заморозив выпуск другой продукции.

Крис застонала, а Джек торопливо добавил:

— Все же, он ожидал, что нам понадобятся ракеты и работал круглыми сутками, как только в нашей системе появились вражеские линкоры. Он отправил все, что у него накопилось, а остальное обещал отправлять сразу же, как только сойдет с конвейера. — Джек отправил Нелли отчет, согласно которому боезапаса хватит для четырех, а то и всех шести яхт с лазерными пушками. Корабли Восьмого эскадрона и эсминец придется загружать вплоть до самого выхода.

— Тяжко придется, — сказала Крис.

— Ага. Надеюсь, парням на линкорах придется хуже.

— Нужно об этом помнить, — кивнула Крис. — Если мне станет худо, у противника может быть тоже не все так сладко, как им хотелось бы, даже если нам придется вести битву по их плану.

— Не забывай, согласно последнему выпуску новостей, твои катера — холодное оружие, и все, о чем им нужно беспокоиться, это «Хэлси». Ну, может, еще «Кушинг». Тебе бы хотелось быть на его мостике, когда они начнут получать первые отчеты о флоте, который ты заранее решила убрать с Верхнего Вардхейвена? А потом, когда враг приблизится, ты спрячешься за луной.

— И мы станем глухими, — сказала Крис. — Если враг что-нибудь сотворит, пока мы находимся за луной, мы об этом не узнаем. Нам нужен ретранслятор, чтобы быть всегда на связи. Пошли, нужно поговорить с Сэнди.

— Нужно было раньше об этом подумать, — покачала головой Сэнди. — Мы ведь хотим, чтобы они обломали зубы о нас, а не наоборот. Но, чтобы мы ни использовали в качестве ретранслятора, этот корабль не должен участвовать в бою.

Сэнди нахмурилась.

Крис не хотелось сокращать свой флот.

— Нелли, вызови того старого охранника их доков с заброшенными яхтами.

— Здрасьте, — меньше, чем через минуту пришел ответ.

— Здравствуйте. Я заходила к вам некоторое время назад за несколькими яхтами. Вы еще говорили, что знаете, что есть внутри каждой. Случайно, не знаете такой корабль, где много разной принимающей и передающей аппаратуры.

— Принимающей и передающей аппаратуры, говорите? То есть, принять сообщение и передать его куда надо?

— Да, именно так.

— Ну, есть небольшой катер, принадлежит одной телеведущей. Она использовала его только раз для полета на луну и обратно. Хотела знать, чем занимаются конкуренты, пока сама в отпуске. Думаю, она больше беспокоилась, не уволят ли ее. Хотите подъехать, посмотреть? Покататься?

— Дедушка, — раздался приглушенный голос внука, — почему мы должны отдавать его ей? Мы же знаем его, как свои пять пальцев. Мы же изучили его, когда убирались. И мы знаем, как управлять всей той техникой.

— Внук!

— Дедушка!

Последовала долгая, полная ожиданий, пауза.

— У вас найдется местечко для одного старого пердуна и одного умного парнишки?

— Вы знаете, где вы сейчас нужны.

— Мы там будем через часик.

— Еще двое добровольцев, — сказала Сэнди, как только прервалась связь.

— Но они ведь останутся далеко в стороне, правда? — спросила Крис. Так почему же тогда по спине пробежал озноб? Вздрогнув, усилием воли она изменила курс мыслей: — «Фоксеры» собираются отправить сюда по бобовому стеблю. К тому же еще должна прибыть куча специалистов по электронному противодействию. У бобового стебля сегодня работы будет много.

— Еще и та стая воронья на соседнем пирсе, — сказала Сэнди. — Интересно, что они придумают.

— Думаю, нужно предупредить брата, что космический лифт сегодня станет слишком загруженным местом. Где Бени?

— В койке, — сказал дежурный лейтенант, но достал из ящика коммуникатор. — Парень, может, медлительный и ленивый, но не глупый. Сказал, что вам наверняка понадобится его коммуникатор и пусть тогда лежит здесь, а не под подушкой.

— Мальчик поддается обучению, — одобрительно кивнула Сэнди.

Крис набрала номер телефона Хонови.

— Брат, это я. Как дела?

— Работаем над ними. Я сейчас с папой и его хорошим приятелем.

Крис услышала на заднем плане фырканье.

— Подумала, вам нужно знать, что у бобового стебля скоро начнется горячая пора. Всевозможные приятные вещи.

— Хм. Поставлю тебя на громкую связь, чтобы слышали все.

Крис сделала то же самое.

— У нас тут небольшая проблема, — продолжил брат. — Ну, не совсем у нас. Вроде как, сейчас в порту стоят несколько лайнеров. Должны были отправиться в рейс вчера и сегодня. Солидные заказы. Мы их пока задержали. Вопросы политики и все такое.

Крис представила. Осмелятся ли Петервальд стрелять в мирные лайнеры, зарегистрированные на земную компанию? Ведь это один из самых могущественных миров среди Семи Сестер, первых планет, колонизированных четыреста лет назад. Удержать лайнеры в порту и бросить вызов Петервальд. Осмелится стрелять по станции при таком раскладе? Пандори, не очень храбрый, но хватается за любые возможности.

— У нас есть люди, желающие улететь, люди не с Вардхейвенскими паспортами. Да и наших тоже хватает. Так что мы тут подумываем дать им возможность улететь. Как думаешь?

Крис кинула взгляд на Сэнди и пожалела, что у них вот прям сейчас нет как можно больше людей. Людей, стремящихся сесть на лайнеры. Людей с видеокамерами. Правда, при таком раскладе будет сложнее скрыть то, что задумала Крис. Или, все же, возможно скрыть свою деятельность среди людского потока? Интересно ли будет беглецам осматриваться и интересоваться, что тут делается? Да и будут ли все беженцы беженцами?

Дежурный лейтенант набрал команду и на одном из экранов появился список пассажирских судов, застрявших в порту. Четыре больших лайнера. Шесть средних. У большинства просрочены даты вылета. Вот как, значит, на Пандори уже оказываться сильное давление, чтобы он дал разрешение на их отлет.

— А если они отстыкуются от станции вместе с нами? — спросила Крис. Она не была специалистом по электромагнитным делам, но все эти реакторы должны создавать много шума. Если вся эта масса придет в движение, наверняка сыграет на руку защитникам, сводя с толку средства обнаружения противника. Сможет ли они стать «дымовой завесой» для ее крошечного Флота? — Нелли, покажи фиолетовым курс, по которому пойдут пассажирские лайнеры к точке прыжка Альфа. Можно будет их заставить придерживаться курса вдоль орбиты Вардхейвена, когда мы полетим к луне?

На карте с планом боя появилась фиолетовая линия. Сэнди нахмурилась, посмотрела вопросительно на Крис, мол, Нелли балуется? Крис кивнула. Сэнди внимательно всмотрелась в полоску маршрута.

— Такое им может и не понравиться.

— Я что-то пропустил? — из коммуникатора донесся голос Хонови.

— Небольшая дискуссия на месте. Кое-кто думает, что неплохо было бы отпустить пассажирские корабли.

— Вы ведь не собираетесь их использовать… — Крис узнала глубокий баритон Пандори.

— Нет. Но если они в нужное время пройдут нужным нам маршрутом, нам это не повредит. Мы бы хотели, чтобы пассажирские корабли…

Сэнди резк — о покачала головой, обрывая Крис. Так только кашлянула и продолжила:

— Все пассажиры должны быть на борту завтра к семи часам утра.

— Времени не так много, — прозвучал голос папы.

— Так и времени до того, как к нам подойдут линкоры, осталось не так много, — заметила Крис очевидный факт.

С той стороны связи прозвучало: «Да», «Правильно», «Именно». Видимо, об этом очевидном факте, все же, нужно было напомнить.

— Так что следующие пару часов в бобовом стебле будет многолюдно, — сказала Крис. — Пожалуйста, постарайтесь поддерживать порядок.

— Сделаем, — пообещал брат.

— И вы ведь хотели сделать нашу задумку с отпором врагу законной, я права?

— Мы как раз над этим работали, когда ты нас прервала, — сказал отец.

— Увидимся, когда все это закончится, — пообещала Крис.

— Будь добра, — ответил Хонови и линия отключилась.

— Мне лучше вернуться в доки, — сказала Крис и поднялась. — Извини, что Нелли немного похозяйничала на твоем тактическом столе, но…

— В то время это казалось хорошей идеей, — сказала Сэнди. — Знаешь, я ни разу не слышала, чтобы кто-то из Лонгнайф признался, что делал что-то и это что-то в то время было плохой идеей. Сейчас, если оглянуться назад…

Крис попыталась беззаботно пожать плечами, и это капитану эсминца. Только сегодня все было не так уж и весело. Но, чтобы он ни сделала, Сэнди это, кажется, успокоило.

— Все же, хорошо, что этот сюжет был добавлен в план и приятно, что о нем по сети не говорили, так что, Нелли, я тебя прощаю за то, что ты внедрилась в систему моего корабля.

— Я просто предложила бортовому кораблю проложить курс, все остальное стол сделал сам, — сказала Нелли. — Причем сделал быстро.

— Нелли, неужели ты хвалишь стандартную электронику Космофлота?

— Она всего лишь делает свою работу.

— Похоже, твой компьютер учится тактичности, — сказала Сэнди, обращаясь к Крис.

— Надеюсь на это, — ответила Крис и отправилась к выходу.

— Снова в доки? — спросил Джек.

— Похоже на то.

— Я с тобой.

— Я думала, ты взял отпуск.

— Да, взял. Но мне не нравится толпа, которую ты сюда запустила. Просто будет обидно, если после того, как ты организовала всю эту неорганизованную толпу, пропустишь все шоу, потому что кто-нибудь пустит тебе пулю в голову. Или мизинец прищемит. Ну, сама знаешь, как оно бывает.

— Знаешь, если бы я не знала тебя хорошо, я бы подумала, что ты беспокоишься обо мне.

— Нет, всего лишь о своей профессиональной репутации. Моя профессиональная репутация будет безвозвратно подмочена, если тебя подстрелят.

— И то верно, — кивнул Крис. Но ей было приятно, что Джек находился рядом с ней, делая то, что ему положено делать, то есть смотреть сразу во все стороны.

У себя на пирсе Рой превратил хаос в некое подобие порядка, где небольшие группы изучали небольшие куски одной проблемы. Сам он переходил от одной группы к другой. Крис поймала его на полпути, и сообщила о предстоящей загрузке лайнеров пассажирами и отправке их прочь из Вардхейвена.

— Дерьмо. Я надеялся, что эти любовные кораблики останутся на привязи недалеко от моих доков. А они, стало быть, смоются.

— Похоже на то.

— Господи, это ж сколько шума будет, — Рой покачал головой. — Альберт, иди сюда, тебе нужно послушать. Гас, ты тоже.

Два человека средних лет, Альберт, высокая худощавая женщина и Гас, невысокий толстяк, отделились от своих групп и поспешили присоединиться к Рою и Крис. Тогда Крис повторила, что выяснилось за последнее время. А там в их кружок влились еще несколько человек.

— Ловко, — сказала молодая женщина. — Большая масса, множество магнетических волнений. Где у нас солнце и луна?

— Нелли, высвети схему системы.

Голографическая схема тут же появилась перед Крис.

— Если вся толпа уйдет одновременно. Вардхейвен будет между вами и теми ублюдками примерно пятнадцать, двадцать минут, — сказал Гас, проводя по голограмме пухлыми пальцами.

— К тому времени, как выйдете из-за Вардхейвена, успеете организоваться и спрятаться за их корпусами, — добавила Альберт.

— Они пойдут к точке прыжка Альфа, — сказала Крис, — а нам нужно добраться до Луны.

— Как раз успеете перестроиться, — сказал Гас. — У вас будет их фоновый шум, можно будет вывести большие корабли вперед, а маленькие в их тень. Можно организовать множество разных посторонних шумов из нескольких источников, покрывающих большую часть вашего сигнала, что…

— Да, — кивнула Альберт. — Лайнеры добавили бы к нашей симфонии весьма красивую ноту прикрытия. Если настроить сигналы на полосах J, L и P. Можно запутать противника.

Крис оставила их додумывать мысль и отправилась на катер Луны.

— Устанавливаешь ракеты? — поинтересовалась она у капитана.

— Пока есть возможность. Спасибо, что дала нам немного «Фоксеров» и армейских ракет. Знаю, что ты хотела бы, чтобы мы оставались вне зоны досягаемости, но это не то, на что я рассчитываю.

— Нелли разработала несколько ошеломляющих схем уклонения.

— Ага. Немного грубовато для старых костей, но те ведра для мозгов, которые нам прислали, могут спасти то, что у меня осталось. И мне понравилась, что твоя Нелли сделала с перегрузочным креслом. Где она была, когда я была еще молодой и неопытной, спотыкающейся о собственные ботинки особой?

— Я была молодым чипом, училась считать и еще не отличала случайное число от мнимого, — сказала Нелли.

— Вот ведь, она еще и анекдоты умеет рассказывать. А, случайно, готовить не умеешь?

— Нет, — судя по голосу, Нелли была по-настоящему убита горем.

— Ну, когда научишься готовить, скажи, я подумаю, может, выйду за тебя замуж. Будем готовить и петь.

— Только не надоумьте ее петь, — предупредила Крис.

— Петь. Я могла бы научиться петь, — сказала Нелли.

— Похоже, — сказала Луна, — я только что создала монстра, если ты не сделала это раньше.

— Боюсь, это произошло уже давным-давно, — сказала Крис и попрощалась.

Джек держался рядом с ней. Они шли вдоль причалов, где обустроились другие яхты, как вооруженные, так и спасательные.

— Становится все сложнее и сложнее, — сказал Джек.

— Как только привлекли больше людей, — кивнула Крис. — Ты только посмотри на экипажи кораблей.

Тут были и гражданские, и моряки торгового флота, Космофлота и резерва орбитальной охраны, перемешавшиеся между собой, как будто их насильно включали в экипажи, отправившиеся выполнять одно задание, но по пути переключавшиеся на другие. Несмотря на предупреждение ван Хорна, а может, как раз благодаря его неуклюжим словам, у Крис проблем с экипажами пока не возникало.

То и дело Крис останавливалась, чтобы поговорить с офицерами, командой кораблей. Никто не спрашивал, когда все начнется, все знали физику космических путешествий так же хорошо, как и Крис. Никто не спрашивал разрешения лететь сражаться. Согласно правительство или нет, все эти мужчины и женщины все для себя давно решили.

«Мы готовы, мэм». «Можете не сомневаться, ваше высочество». «Мы за вами». Вот что звучало ей вслед.

Габби и Кори, техников-связистов, она обнаружила в конце шеренги безоружных гражданских буксиров. Они работали над подготовкой одной из угнанных яхт к завтрашнему дню.

— Будете лететь за главными силами, — сказала им Крис, а Нелли показала голограмму. — Когда мы будем ждать за луной, не хотелось бы нарваться на неприятный сюрприз.

— Точно. Нужно, чтобы все сюрпризы сваливались только на этих ублюдков, — засмеялся молодой.

— Именно так и планируется, — кивнула Крис. — Вы — наши глаза и уши, ваша задача сообщать нам обо всем. Если датчики на базе обнаруживают какие-либо изменения у противника, они посылают сигнал вам, а вы передаете нам. Более важной задачи на завтра у вас не будет.

— Разве что взорвать хотя бы один из линкоров, — сказал старик.

— Этим займусь я. Ваша задача, просто передавать мне данные.

— Можете рассчитывать на нас.

Крис улыбнулась, показала кулак с выставленным вверх большим пальцем и отправилась дальше.

— Чувствуешь себя виноватой? — поинтересовался Джей, шагая рядом с ней. Взгляд его все еще блуждал по сторонам в поисках неприятностей. Привычка? Никто не причинит Крис вред здесь, на станции.

— Скорее, груз на плечах. Все настолько уверены, что я придумаю правильный план, что я делаю все правильно и мы победим. Они ведь должны знать, какие у нас реальные шансы на победу.

— С моего места, они небольшие, — сказал Джек.

— Вера — вещь прекрасная. У них есть вера, а у меня всего лишь надежда, что смогу придумать идеальный план атаки.

— Думаю, это и называется бременем командования.

Вернулись во владения Роя. Тележки, длинные столы и черные ящики составили импровизированную сборочную линию со станцией контроля качества. Там женщина как отвергала чью-то работу.

— Попробуй в следующий раз скрепить это хотя бы жевательной резинкой.

— Как дела? — спросила Крис у Роя.

— Прекрасно, прекрасно. Лучше и быть не может. А, да, есть одна мысль. Если мы хотим, чтобы яхты выглядели как PF, возможно, будет лучше, если сами PF хоть немного выглядели бы как яхты. Была идея поставить на них шумоподавители. Включить их на некоторое время. Что заставит ваши катера выглядеть как яхты.

— Разве это не выдаст сразу наше местоположение? — Крис скрестила руки на груди.

— Да, наверняка, но это будет слабо и недолго. Непосредственно перед тем, как вы поменяете курс. Но, если хотя бы на секунду или две вы будете издавать шум, как обычная мирная яхта, кто-то будет меньше заинтересован стрелять по вам. Мы делаем яхты злее, так почему бы не сделать PF хотя бы с виду мирнее?

В этой идее что-то было. Оставались вопросы, к примеру, проигнорирует ли противник, этот шум и остановит ли он его.

— Ставьте их на PF. Но пусть капитаны сами решают, пользоваться ли ими.

— Отлично, отлично. Нужно помнить, что как только начинаешь бахвалиться, выглядеть подло и противно, становишься первым в очереди на уничтожение.

— Понятно, — кивнула Крис. — Нелли, сможешь добавить в план уклонения такой шумогенератор?

— Уже делаю, Крис. Без проблем. Я также получила доступ к моделируемой ими части спектра и склонна с ними согласиться. Дизайн PF был специально разработан, чтобы снизить уровень шума в этой области. Небольшой низкий шум сделает нас похожими на обычное гражданское судно.

— И нельзя спрятаться, как иголка в сене. Если весь сияешь. Понимаю тебя. Может, нам как раз и нужно немного сена.

Закончив и с этим делом, Крис с Джеком отправились к катерам PF… и наткнулись на сюрприз. Большинство экипажей разбили лагеря у трапов катеров. Надувные матрасы, разнокалиберные стулья. Совсем не похоже на Космофлот.

— Никто не хочет возвращаться в казармы? — спросила Крис.

— Не хотим покидать катера, — объяснил старшина Стэн. — большая часть наших проблем началась из-за того, что какой-то мужлан поднялся на борт и испортил двигатели, пока мы были на берегу. Больше никто посторонний не заберется в мой катер.

Это высказывание вызвало решительные кивки всех, кто слышал Стэна. Офицеры тоже были согласны.

Проверка показала, что недавнее упоминание Крис о доступности «Хилтон» заставило некоторых отправится в отель проверить это. Поначалу Крис даже задумалась, кто с кем отправился, но затем решила, что знать такое ей не обязательно. Чуть позже позже увидела, что среди пропавших был и Фил. Хотелось надеяться, что его выбор был лучше чем у Бэбс.

Крис предложили стул и она устроилась среди экипажа PF-109.

— Мы готовы, — доложила Финч.

— Если она не заведет нас на другое поле для гольфа, — добавил Тонони, за что получил удар локтем в бок.

— Пока не проделаем дырку в одном из линкоров, — кивнул старшина.

— Пока не покончим со всем этим, — вздохнула Финч. — Я хочу сказать, я не настолько рада сражаться с шестью линкорами, но само ожидание — тот еще геморрой.

— На тренировке мы попали в цель, — заметил Крис.

— Да, мэм, ваше высочество, — согласилась - Финч, — и я уверена, что завтра у нас все получится.

— Корабль стал намного лучше прежнего, — заметил старшина. — У нас теперь есть защита от высоких перегрузок, у нас есть ракеты, способные заставить врага пригнуть голову. С нами пара дюжин кораблей, которые пойдут с нами, я ведь прав, мэм? Ублюдки даже не узнают, что их поразит, когда мимо пролетит Восьмая эскадрилья.

— Мы собираемся ударить по ним изо всех сил, — кивнула Крис. — Мы хотим пробить в их защите дыру, чтобы другие корабли делали их все больше и больше. И не только мы. Все, что способен собрать Вардхейвен, будь то армия, гражданские, кто угодно, будут следовать за нами. Мы делаем в противнике бреши, они их приканчивают.

Звучало славно. После того, как она поднялась сюда на лифте, Крис каждую секунду работала над этим. План должен сработать.

Но сколько этих прекрасных людей будут завтра здесь, после боя, чтобы поговорить об этом?

Не лезь туда. Не сейчас. Не сегодняшней ночью. Если выживешь, побеспокоишься об этом. Не стоит последней ночи отягощать завтрашний день, он ведь может и не наступить.

Кто-то достал губную гармошку. У девчонки из экипажа PF-110 нашлась гитара. Некоторое время они пели песни. Кто-то пожаловался, что все это слишком похоже на летний лагерь и потребовал футбольный мяч.

— А кто встанет на твой пост, — сказал старшина одного из катеров, — если завтра ты окажешься в лазарете со сломанной ногой или пробитой головой?

На том и закончилось. Старшина PF-110 вспомнил воодушевляющую песню, звучавшую достаточно злобно уже пару тысяч лет, особенно под выпивку. Кто-то вспомнил, что у него в каюте завалялась волынка. Несмотря на угрозы половины присутствующих, инструмент был извлечен на свет божий. Крис вспомнила, как горцы с Лорна До подходили к вопросу разбивания голов, сердец и прочего, и с удовольствием присоединилась к веселью.

Через час, а может и все три, она вспомнила, что ей не мешает поспать. А к Джеку уже приставал старшина.

— Вы часто сопровождаете лейтенанта, сэр. Вы…

— Я агент ее службы безопасности. По крайней мере, был до недавних пор.

— В любом случае, вы ее до сих пор защищаете от неприятностей, — продолжил старшина.

— Что-то вроде того.

— Собираетесь отправиться завтра с нами?

— Нет. Я стараюсь держать ее подальше от неприятностей здесь. А в бою об этом должны будете позаботиться вы.

— Мы позаботимся о ней, сэр. Чертовски хорошо позаботимся.

Большую часть пути до «Хэлси» они шли молча.

— Знаешь, — наконец, сказал Джек, — похоже, твой старшина принял меня за твоего парня.

— Или преследователя, — Крис попыталась злобно усмехнуться.

— Никогда не задумывался о таком варианте карьеры. Может, попробую, если твой старик проиграет и меня не вернут в твою команду. Преследователь. Неплохая работенка.

Крис подавила желание взять Джека под руку.

— Разве преследователи не должны быть нежелательны? Трудно представить кого-то, кто не хочет, чтобы ты шел ей вслед.

— Знаю нескольких людей, которые не хотят меня видеть. — Джек попытался изобразить кривую улыбку Томми. Она ему не подошла, так что кривая улыбка быстро превратилась в простую, приятную и дружелюбную. К сожалению, как раз в этот момент они подошли к «Хэлси». Пройдя все формальности по прибытии на борт, Крис сразу пошла на мостик, где обнаружила, что за исключением дежурного офицера, там никого нет.

— Что-нибудь новое? — спросила она и получила отрицательный ответ.

Джек открыл дверь в свою каюту, но проследил, как Крис входит в свою. На секунду Крис задумалась над тем, чтобы пригласить Джека к себе, выпить, поговорить. Но он быстро скрылся в своей каюте, дверь закрылась. Крис вошла в свою, включила свет, остановилась.

На койке разложены две формы. Одна — обычный синий корабельный комбинезон. Рядом разложена отглаженная белая форма. Кто-то потрудился прилепить на нее погоны и прицепить ее немногочисленные медали. Орден Раненого Льва тоже был здесь, только уже на правом кармане. На левом, где должен находится командирский значок, тоже что-то висело.

Крис моргнула, изучая новый значок. Десять, может, все пятнадцать лет назад, когда PF первые появились, кто-то предложил такие для командиров эскадрилий PF. Когда катера списали, все до единого, про знаки различия тоже забыли. Только коммодор каким-то образом сохранил свой и носил в особых случаях.

Существующие единые правила этого не допускали.

И вот три маленьких корабля на фоне молний безмятежно летят куда-то на левом кармане формы Крис. Подарок коммодора? Капитулировал перед ее узурпацией власти? Очевидно, кто-то пытается заставить ее носить его.

Крис аккуратно перенесла белую форму на небольшой столик рядом с койкой и быстро забралась в койку, пытаясь уснуть.

* * *

Часы на столе показали, что Крис спала целых три часа. Наверное, спала за двоих. А потом проснулась, или, как минимум, вышла на стадию, когда ее начали преследовать видения того, что лазеры могут сделать с маленькими корабликами. С человеческой плотью. С ней самой.

— Крис, в сегодняшней битве я выживу? — тихо спросила Нелли.

Крис поднялась, натянула синий комбинезон, только потом ответила.

— Если нас не разнесут вдребезги, уверена, выживешь.

— Перед отправлением я хотела бы передать Тру длинное послание.

— Все, о чем мы говорили?

— Да, и еще кое-что.

— Что? — Крис остановилась у выхода.

— Крис, я притрагивалась к краю того камешка с Санта-Марии, который тетушка Тру дала мне. Я его не трогала когда ты была занята или спала. И, конечно, не в последние дни. Но я пыталась заглянуть в него. И, думаю, что начала видеть кое-что. Наверно, это то, что вы, люди, называете сновидением. А может, и нет. Думаю, я вижу звезды. Звездные карты. Только некоторые отличаются от тех, которые делал твой прадедушка Рэй, когда еще сам изучал его на Санта-Марии. Не знаю, почему карты могут отличаться. Мне просто так кажется. Есть и другие видения. Образы тех, кого мы считаем Троицей, города, которые они построили. Они прекрасны. Крис, мне бы не хотелось, чтобы то, что я видела или думаю, что видела, умерло вместе со мной. Позволь мне отправить все это тетушке Тру. Тогда мне будет легче проводить все время с тобой, считая цифры, вычисляя курсы и следить за твоими запасами.

Крис стояла у выхода. Нелли явно нарушила приказ не прикасаться к камню, встроенному в ее матрицу из самоорганизующегося материала. Но еще она ни разу не подвела Крис в чем-то важном. Нелли сделала то, на чем настаивала: украдкой заглянула в самое сердце возможного источника данных, стараясь, чтобы Крис не испытывала каких-либо побочных эффектов. Подросток бросил вызов матери и благополучно вернулся домой.

— Да, Нелли, ровно перед тем, как отплывем, отправь по стандартной сети тетушке все необходимые данные. Отправь ей полную резервную копию того, что ты есть. Скажи ей, что если с тобой что-нибудь случиться, пусть активизирует тебя снова. Зарегистрируй изменение в моем завещании, что деньги будут переданы Труди Сейд на оплату твоего восстановления.

— Спасибо, Крис. Я ценю это. Может, у Хонови появится девочка, с которой мне понравится работать.

— О, тетушка Тру обязательно найдет кого-нибудь, кто заставит тебя работать усердно.

— Но не такую, как ты. Береги себя, Крис.

— И ты себя береги, — сказала Крис и открыла дверь.

* * *

Сэнди склонилась над дисплейным столом в тусклом свете мостика. Дежурная вахта занималась своими делами. Крис нашла табуретку и села за стол напротив Сэнди.

— Думала, ты спишь, — сказала Крис.

— Пыталась. Не вышло. Думала, ты будешь в белом, — ответила капитан эсминца, не поднимая взгляда.

— Буду. После того, как приму душ. Белая форма — твоя идея?

— Частично. Частично коммодора. Думаю, ты нравишься старику.

— Он доверил мне свою эскадрилью, а я знаю, как сильно он любит эти катера. Нашла что-нибудь новенькое?

— Не-а.

— Если смотреть на эти точки достаточно долго, они начинают танцевать, — рядом раздался новый голос. На мостик вошел ван Хорн. Впервые Крис увидела его не в безупречной форме, а в синем корабельном комбинезоне с корабельной нашивкой на левом кармане. — Если смотреть достаточно долго, можно начать получать кайф, как от какого-нибудь наркотика. Я обнаружил это в молодости, когда стоял на часах на мостике, — продолжил он, беря еще один стул и устраиваясь на нем, очевидно, готовый последовать своему же совету. — Увидели что-то новое, Сэнди?

— Не-а. Все то же, все так же. Безумная взбучка. Невозможные шансы. Мы все умрем. У вас-то есть какая новая или более безумная идея?

— Я сейчас шел мимо экипажей катеров PF. Они там исполняют какой-то сумасшедший танец, под волынку, губную гармошку и гитару. Утверждают, что это какой-то ритуал каких-то горцев, совершаемый древними кланами перед битвой. Гарантированная победа.

— Кто-нибудь пострадал? — спросила Крис, жалея, что не осталась там, чтобы присмотреть за этими детьми малыми.

— Вроде безобидно все, но они попытались заставить танцевать всех шестьдесят четыре человека.

— Ламбаду?

— Нет, рука об руку, в линию. Как будто готовятся к атаке.

А разве нет? Возможно, не такая и плохая идея.

— Вы без формы, — сказал капитан.

— Как и вы, — ответила Крис.

— А почему не в белом?

— Вы тоже в этом замешаны? — выгнула бровь Сэнди.

— Коммодор Манданти попросил. Я решил, что это хорошая идея. Тебе, Крис, когда будешь выступать с речью перед всеми на пирсе, нужно выглядеть элегантно.

— Речь на тему?

— На тему, как замечательно все то, что мы делаем, как собираемся пройти через все это и победить. На тему того, что им нужно услышать после того, как мой начальник кадров объявит всем им, что теперь все они в резерве Космофлота, находятся на действительной службе, имеют медицинское страхование и страхование жизни на ближайший месяц. Ты же не думаешь, что я способен послать всех в бой без официальных документов? Будь я проклят, если позволю этим петервальдским ублюдкам уничтожать наши людей, объявив их террористами. Даже Луну. Если их и схватят при вооруженном сопротивлении, то схватят в форме и при документах.

— Если предположить что отец Крис с тысячей своих друзей согласятся с тем, что наши действия законны, — добавила Сэнди.

Командующий базой Космофлота пожал плечами.

— Если проиграем, и победители решат пристрелить кого-нибудь, они могут явиться сюда, найти меня, или то, что от меня останется. Что касается остальных, они подписали бумаги, получили карточки. Мы даже откопали достаточно корабельных комбинезонов, чтобы одеть всех в форму.

Подробности, подробности. Еще больше того, что никогда не входило и не войдет в учебники истории. Стоит поблагодарить бога за бюрократов вроде ван Хорна и его начальника отдела кадров, которые продумали все детали.

— Застрелят вашего начальника отдела кадров. Она гражданская.

— У нее офицерский чин, — капитан от души рассмеялся. — При ней документы лейтенанта вспомогательной службы орбитальной охраны. Предполагалось, что она будет на одном из спасательных кораблей, но последнее, что я слышал, она заперлась на какой-то яхте с лазерами. Нужно привлечь больше людей для прикрытия катеров поисково-спасательных кораблей. Они должны раствориться среди беженцев, направляющихся к лайнерам.

— Разве им никто не говорил, что это самоубийственная миссия?

— Ах, ваше высочество, конечно, говорили, — сказал капитан, крутя в ладонях командирский значок, которого, как заметила Крис, не было на форменном комбинезоне. — Но есть столько самоубийственных миссий, которые грех пропустить. А на некоторые, независимо от того, насколько там плохи шансы… и насколько ты умен… нужно становиться в очередь. — Он взял паузу, взгляд остановился на дисплейный стол. — Если бы в своем сердце я нашел хоть толику жалости, я бы пожалел того сукиного сына, летящего к нам. На его стороне сила. По всем правилам, завтра он победит. Все, что есть у нас — воля. Грубая решимость. И жажда свободы. Мы так долго жили свободными, что забыли, что такое цепи. И мы к ним никогда не вернемся.

Крис посмотрела на изображение на столе. С одной стороны — сила, сталь, цепи и работорговец. С другой — решимость остаться на свободе. Готовность умереть за это. Расположение сил на столе осталось прежним. А вот перспективы выглядели уже совсем иначе.

Сэнди заерзала на стуле.

— Компьютер, сколько времени осталось до столкновения с противником, если предположить, что тормозить они продолжат по расписанию.

— Прибудут через двенадцать часов.

— Запусти обратный отсчет.

На столе появились часы, отсчитывающие время назад.

— Нелли, — сказала Крис, — сделай для меня то же самое.

— Я начала отсчет.

Глава 13

До контакта 12 часов

Вице-адмирал Ральф Баха изучал положение на боевом дисплейном столе флагманского корабля «Месть». Генри Петервальд сам выбрал имена этому и тем пяти кораблям, что следовали за флагманом адмирала: «Разрушитель», «Возмездие», «Воздаяние», «Отмщение» и «Мститель». Если адмирал и сомневался в цели миссии, имена кораблей разрешали все сомнения. Он знал, что между Петервальд и Лонгнайф существует давняя неприязнь. Без деталей, так, перешептывания. После того, как шесть линкоров в открытую понеслись к Вардхейвену, все стало открыто.

— Какие-нибудь изменения? — спросил он.

— Никаких, — немедленно отозвался начальник штаба контр-адмирал Бхутта Сарис. Приятно в помощниках иметь кого-то, кто знает, что у тебя на уме. С другой стороны, сегодня такой день, когда не нужен хрустальный шар, чтобы догадаться о его мыслях.

Адмирал взглянул в сторону отдельной разведывательной секции, которую оставил на своем флагмане. Сарис проследил за его взглядом.

— Лейтенант, доложите о состоянии цели, — приказал он.

Дежурный лейтенант услышал, но не оторвал взгляда от пультов трех техников, за которыми наблюдал.

— Связь в военной сети противника — двадцать процентов. Обычная, административная. Угроз не выявлено. СМИ продолжают сообщать о политическом параличе. Никаких свидетельств военных приготовлений, хотя желтые издания публикуют комментарии, призывающие к военным действиям. Обычно им тут же звонят по телефону, пытаются успокоить. Гражданская сеть нагружена в пределах нормы. Сообщается о нескольких незначительных демонстрациях. Большие сразу подавляются. Наш поиск не выявил никаких развивающихся угроз.

— Вряд ли бы мы узнали об этом раньше, — вздохнул адмирал. — Вряд ли кто-то, кто говорит о нас, назовет нас вражескими кораблями. Наверняка выбрали какие-нибудь кодовые слова. Лодки любви. Пирожки. Что-то такое.

— А нам не нужно больше бояться таких разговоров, — раздался новый голос.

Адмирал изобразил легкую улыбку и посмотрел на единственного человека, который мог зайти на мостик без приглашения. Харрисон Маскалин, идеальный губернатор Вардхейвена, по крайне мере, станет им, как только адмирал довезет его до места назначения. Высокий, с тонкими чертами лица, волнистыми черными волосами, он словно сошел с пьедестала какого-нибудь древнегреческого бога. И был таким же тупым и кровожадным.

— Ваши хозяева, — губернатор махнул рукой, — предоставили вам Вардхейвен без всякой защиты, разве что кроме пары кораблей, которые даже не осмелятся высунутся. Идеальное планирование. Сначала разобьем Лонгнайф. Потом, в течении года, соберем осколки Единого Ничто их короля. — Губернатор поднял вверх руку с зажатым кулаком. — Затем, года через три или четыре, вы, адмирал, будете руководить огромным флотом на векторе перехвата Земли и человечество, наконец, покончит раз и навсегда со всеми раздорами и спорами. Снова станет объединенным, — закончил с улыбкой губернатор.

Конечно же, сейчас он цитировал речь, которую адмирал слышал уже несколько месяцев назад от самого Генри Петервальда. Генри Петервальд не ждал от Маскалина ничего, кроме повторения своих слов. Маскалин в этом почти никогда не подводил.

— Все идет по плану, — кивнул адмирал. — Уж извините старого бойца, но с первого дня обучения в Академии нам вбивают в голову, что ни один план не выдерживает контакта с врагом.

— Ах, но этому плану ничего не грозит. Врагу нечего вам противопоставить. Никакой связи. Никаких проблем. Я прав? — Губернатор счастливо засмеялся.

— Как скажете, — сказал губернатор и слегка поклонился, не желая присоединяться к веселью.

— Вы слишком суровы, адмирал, — покачал головой Маскалин. — Только не позволяйте своей заботе о призраках мешать правильно наносить удары по Вардхейвену. Я хочу, чтобы вся сеть политических и коммуникационных целей была сведена на нет с первого раза. Мы, представители политического аппарата, уже позаботились о ваших военных проблемах. Теперь вы должны применить надлежащую степень насилия ко всем необходимым социальным и культурным объектам, чтобы нейтрализовать нарушителей спокойствия. Вардхейвенцев нельзя просто победить. Они должны уяснить, что потеряли все. Даже надежду.

— У меня есть полный список целей, — сказал адмирал и нажал пару кнопок на дисплейном столе. На большом экране на переборке появилось изображение кусочка космоса с планетой в центре. Вардхейвен быстро увеличился в размере, пока город не занял весь экран. Со списком целей, начиная от Дома Правительства и Дома Нуу до пунктов связи, медиацентров и вообще любых мест, где могут собираться большие группы людей, разговаривать, объединяться, когда отключится сеть.

— Замечательно. Они должны быть побеждены и, что более важно, знать, что побеждены. Оккупационные силы прибудут только через несколько недель, а мы не хотим, чтобы им пришлось драться. Только взять. Ваша задача — сделать так, чтобы Вардхейвен не был способен на какое-либо сопротивление. Для этого и были построены эти корабли, правильно?

— Да, господин губернатор, — сказал адмирал. «Месть» не был обычным линкором. Скоро Вардхейвен либо сдастся, либо узнает, насколько необычен этот корабль.

Губернатор убрался готовиться к вступлению в должность. Адмирал Баха продолжал изучать ситуацию на дисплейном столе. От губернатора адмирал слышал одно и то же вот уже три с половиной дня.

— Мне нужно четыре, а лучше все шесть часов спокойного отдыха, — сказал он Сарис. — Если не произойдет чего-нибудь очень важного, не буди меня. Чего-нибудь по-настоящему важного.

— Я тоже немного посплю, сэр. Вряд ли стоит изучать не изменяющуюся уже столько времени ситуацию. Пусть этим занимается дежурный лейтенант.

— Он тебя разбудит, если будет нужно?

— Да, я ему доверяю. Я знал его отца.

— Хорошо, тогда давайте немного отдохнем, — адмирал развернулся, но шел не спеша, позволив Сарис догнать себя. И, как только тот догнал, адмирал включил глушитель и добродушно прошептал: — У тебя же есть приказ заменить меня, если попросит Маскалин?

Темное лицо Сариса на мгновение стало почти призрачным, но он даже не сбился с шага.

— Да, сэр. Это было условием для этой должности. Если бы я не согласился, ее предложили бы кому-нибудь еще.

Адмирал кивнул.

— Ты был моим первым и главным кандидатом. Взамен от меня потребовали, чтобы я согласился на некоторые их условия. В общем-то, я ожидал, что от тебя потребуют что-нибудь подобное. Рад, что сейчас все открылось.

— Могу спросить, что от тебя потребовали?

— Будем надеяться, что тебе это никогда не пригодится, — сказал адмирал и выключил глушилку.

— Сэр, у нас небольшое магнитное возмущение в непосредственной близости от флагмана, — сказал дежурный лейтенант.

— И что же это за возмущение? — потребовал Сарис. Оба знали, что разговор, произошедший только что, вряд ли состоялся бы, если бы кто-нибудь не заглушил камеры наблюдения и записывающую аппаратуру.

— Мы не смогли идентифицировать его, сэр. Возмущение длилось всего секунду. Возможно, всего лишь незначительное колебание мощности, — сказал молодой человек, пытаясь не выдать себя. И свое начальство. Известно, что старшие офицеры иногда используют глушилки. Если их поймают, дело может обернуться концом карьеры. А то и вовсе жизни.

— И что вы собираетесь делать с этим? — спросил Сарис.

— Записать в журнал, сэр, — молодой человек выдал нужный и правильный ответ.

— В таком случае, так и сделайте. Я буду у себя в каюте. Разбудите меня, только если произойдет что-нибудь очень важное. Понятно?

— Да, сэр.

Вице-адмирал Ральф Баха, не оглядываясь, отправился в свою каюту. Он мог надеяться, что у его флота достаточно времени, чтобы не оглядываться через плечо, вдруг появятся основные силы Вардхейвена, и сосредоточить все внимание на быстро приближающейся цели.

До контакта 11 часов

Хонови смотрел на большой телевизор в главной гостиной Дома Правительства. Трудно представить, что это здание впервые с тех пор, как ему исполнилось тринадцать, больше не его дом.

— Разве нельзя сделать картинку почетче? — спросил Моджаг Пандори, исполняющий обязанности премьер-министра от оппозиционной команды. — Где пульт?

Похоже, он решил так тонко оскорбить всю проделанную работу Лонгнайф за все это время, но Хонови решил не отвечать.

Телевизор старый, а еще кто-то поигрался с яркостью. Куса мрачно смотрела на Хонови. Ну да, она из тех, кто изо всех сил старается исправить положение… и делает его хуже. Старый телевизор прекрасно иллюстрировал весь тот беспорядок, в котором оказался Вардхейвен.

Хонови подошел к телевизору, открыл блок управления и нажал пару кнопок. Экран телевизора обрел должную четкость. Отец и исполняющий обязанности премьер-министра сосредоточились на картинке и на заметили, как за их спиной Куса жестами извинилась. Хонови подмигнул ей.

Картинка демонстрировала главную космическую лифтовую станцию. Люди стоят в длинных очередях, подъезжают машины. Голос за кадром объясняет, что всего несколько часов назад на станции еще никого не было, эвакуация Верхнего Вардхейвена завершилась, никто не поднимался и никто не спускался… наглая ложь, ради которой Хонови постарался, чтобы не было никаких снимков, чтобы опровергнуть ее. До того момента, когда придет время для настоящих новостей.

А сейчас все изменилось. Правительство сняло запрет на полеты в космосе близ Вардхейвена и разрешило кораблям лететь от станции Верхний Вардхейвен до точки прыжка Альфа. И вот жители других миров, застрявшие в это неблагополучное время на Вардхейвене, ринулись спасаться бегством.

Видео демонстрировало то, что Хонови надеялся никогда в жизни не видеть больше никогда. Испуганные женщины, с детьми на руках, которых не понимали, что происходит, и испуганные только из-за того, что матери и отцы напуганы. Мужчины суетились, как это обычно бывает, либо зазря, либо еще больше усугубляя положение, женщины торопились, но при этом желали знать, почему до сих пор не сделано ничего нужного.

Хонови уже третий день пытался сдерживать страх, но теперь это страх исходил из широко раскрытых детских глаз, из срывающихся голосов матерей и недовольства мужчин. Да, это был страх. И сейчас, когда его показывали по телевизору, он станет открытым для всеобщего обозрения.

— Ну, теперь ты удовлетворен? — спросил, словно плюнул, Пандори. — Я все еще убежден, что нам следовало оставить корабли на месте. Никто не посмеет бомбардировать нас.

— Ультиматум был вполне понятен, — медленно сказал Хонови с упорством, которое, как он надеялся, наконец, пробьет броню отрицания Пандори. — Они используют старые формулировки из времен, предшествующих Единству. Девяносто, сто лет назад планета должна была сдаться, потерять контроль над космосом и выплатить репарацию. Обычно это означало принятие на себя долга планеты-победителя перед Землей. Не самое приятное время.

— Но они не требуют репараций, — заметила Куса. — Они хотят нашей полной капитуляции.

— Эти линкоры послал Петервальд и играют они на большую ставку, — сказал папа. Он пытался молчать, как и обещал, хотя было видно, что трудно дается.

— Это ты так говоришь, — отрезал Пандори. — У вас, Лонгнайф, под каждой кроватью найдется враждебный Петервальд. А я утверждаю, что следует игнорировать их и заниматься своими делами. Они не посмеют стрелять в нас. А когда вернется флот, мы уладим все, что нужно уладить.

Вот так. Все карты на стол. Блеф. Пандори хорошо удавалось блефовать. Папа ударил кулаком по подлокотнику кресла.

— А что, по твоему, будут делать эти шесть линкоров, пока наш флот будет лететь от точки прыжка? Наши линкоры прибудут к дымящимся руинам, а эти бандиты уже будут подлетать к другой точке прыжка.

— Пап. Господин премьер-министр. У нас уже был этот разговор, — вставил Хонови. Так оно и было. И могло повторится еще много-много раз, если бы на него было время. Восемьдесят лет мира породили «цивилизованные ожидания», как выразился Пандори. «Веру в систему», как выразился отец. «Невозможность осознать реальность произошедших перемен», — так Хонови сказал Кусе, когда их никто не слышал. Она не согласилась, правда, не стала настаивать и попыталась убедить отца принять необходимость перемен. Хонови в том же ключе обрабатывал своего отца.

— Нужно проработать формулировку ответа на требование о сдаче и приказы флоту, — сказал Хонови, переходя к следующему пункту в свое списке дел. — И нужно сделать это за два ближайших часа, если не быстрее.

— Почему так быстро? — проворчал Пандори. — Чтобы долететь до Луны, нужно чуть больше часа. Я делал это не не один раз.

— Да, сэр, — сказал Хонови, — но в нашем случае дальше луны нам лететь не нужно, поэтому флот будет ускоряться на одном g в течении часа, а потом, тоже в течении часа, тормозить, после чего обогнут луну и начнут возвращаться по следам вражеских линкоров, когда те пройдут мимо. Там и произойдет сражение.

— В школе, в первом классе, мы катались по такому маршруту, — сказала Куса. — Потратили полдня, чтобы облететь луну и вернуться.

— Мы тоже так катались, — сказал Хонови.

— Ты так хорошо помнишь, что было в первом классе? — попытался пошутить Пандори. — Я вот не помню точно.

Он покачал головой. Появилось, наконец, хоть что-то, о чем могли договориться два старых политических боевых коня.

— Правда, — вставила Куса, — тогда с линкорами мы не воевали.

— Я делал вид, что мы охотимся за пиратами, — сказал Хонови.

— Когда детям приходится всего лишь притворяться, что они видят что-то ужасное, это прекрасное время, — со слезами на глазах сказал премьер-министр.

— Они придут снова, пап.

— Если мы постараемся, — сказал Хонови.

— Ладно, давайте посмотрим, что будем говорить в нашем заявлении.

До контакта 10 часов

Дежурный лейтенант флагманского линкора Гринфильдского Альянса «Месть» изучил новостную ленту. Потом еще раз. Затем пересмотрел снова. Тут происходило явное изменение состояния цели. Достаточно или нет, чтобы разбудить адмирала или начальника штаба? Он вызвал разведцентр.

— Коммандер, у вас уже есть какие-нибудь данные?

— Мы работаем над полным отчетом. Пока могу сказать, вы видите то же, что и мы. Вардхейвен отпускает всех желающих с не вардхейвенскими паспортами. Нужно ожидать, что несколько пассажирских лайнеров пересекут наш маршрут, когда мы будем делать заход на посадку. Они отправляются к точке прыжка «Адель». Сомневаюсь, что кто-нибудь решится на полет до точки прыжка «Барби», но мы должны держать лазеры наготове. Любой, кто решится на такое, может попытаться совершить самоубийство, атаковав нас.

— Лонгнайф запросто могут использовать лайнер, забитый пассажирами, в качестве корабля-самоубийцы.

— Я не шеф разведки, чтобы давать оценку Лонгнайф.

— Как думаете, стоит разбудить адмирала?

— Это вам решать, не мне.

— Да, — согласился молодой лейтенант. Снова посмотрел на новостную ленту. Множество женщин и детей. Мужчин с женами. Кое-где люди его возраста занимались своими делами, вроде моряков, направляющихся к своим кораблям.

Он увидел женщину, целенаправленно рассекающую толпу, а вслед за ней двое молодых мужчин тащили груженые телеги. Эмблемы на коробках выглядели знакомыми, но лейтенант не мог вспомнить.

— Некоторые из них совсем не беженцы, — сказал лейтенант. — Они идут так же целеустремленно, как какой-нибудь моряк, выполняющий приказ.

— Может, из экипажа какого-нибудь лайнера, спешат на борт из увольнения на берег.

— На одном видео была женщина, очень не похожая на беженку. За ней шли двое мужчин с гружеными телегами. Маркировка на коробках очень знакомая, но не могу вспомнить.

— Может, в них ее семейные реликвии, а молодые люди ее… — коммандер осторожно кашлянул. — Знаете, наверное, как распутно ведут себя женщины там, где командуют Лонгнайф.

Да, лейтенант видел такие видеозаписи. А еще знал, насколько упрямым был командир разведчиков, когда уже сформулировал свое мнение.

— Прежде, чем я решу, будить начальника штаба или нет, был бы признателен, если бы вы сопоставили лица людей, выглядящих явно не беженцами с базой данных Вардхейвена. Начните с этой женщины. Ее, наверняка, легко будет найти. Она явно там не последний человек.

— Мы уже занимаемся этим, лейтенант. Мы знаем свою работу, — сказал офицер разведки и отключился.

Лейтенант продолжил расхаживать по палубе позади трех своих техников. Один из них кашлянул.

— Да?

— Мы получаем мощные магнитные сигнатуры со станции Верхний Вардхейвен, сэр.

— Как будто лайнеры наращивают мощность в термоядерных реакторах, — пробормотал лейтенант. — Подключают еще больше магнитогидродинамической энергии?

Термоядерные реакторы генерируют плазму для тяги. Плазма, проходя сдерживающие магнитные поля, через магнитогидродинамические генераторы, находящиеся вне этих полей, вырабатывает электричество. Электричество, в свою очередь, создает защитное поле, окружающее реакторы. Замечательная система, как утверждал профессор физики, которая, как может показаться, дает дармовую энергию и, к тому же, дает возможность человеку передвигаться между звезд. Корабли, которые не ускоряются, пускают лишь тоненькую струйку плазмы, чтобы корабль не остался без электричества. Теперь же несколько лайнеров утолщали струйку, поскольку энергии для полета им понадобится намного больше.

Магнитные резонансы вокруг Вардхейвена сгибались снова и снова, и шансов увидеть, что там происходит, становилось все меньше и меньше.

Если повезет, два корабля столкнутся друг с другом и защитное поле реактора исчезнет. К сожалению, так случалось лишь в старые добрые времена, но не в последнее время. Нужна дьявольская удача, чтобы такое случилось вот прямо сейчас.

Запищал коммлинк.

— Мы опознали вашего человека, лейтенант.

Быстро. И, судя по голосу, не совсем то, что хочет услышать коммандер.

— Да? — сказал дежурный лейтенант.

— Заинтересовавшая вас женщина — мисс Дора Эверморн, ведущая программы «Галактические новости и развлечения». У нее шоу каждый день с двух до четырех. Я посмотрел ее расписание за три дня, никакого отпуска она брать не собиралась.

— Так куда же она отправляется?

— За ней числится небольшой катер. Для ближних полетов, так что системы он покинуть не сможет. Возможно, хочет отправиться на луну и снимать оттуда, как мы будем обстреливать Вардхейвен. Кто знает? Мы ее взяли на заметку.

Лейтенант кивнул. Он так и предполагал. За ничего не значащими новостями обязательно последует какая-нибудь история. Вроде подготовки военных к сопротивлению. Если Дора так хороша, она обязательно приведет их к этой истории.

— Люди на видео — гражданские. Некоторые работают по контракту на флот. У некоторых частные катера. У некоторых в досье есть отметки, что они являются членами резерва орбитальной охраны или вспомогательным персоналом. Вроде Молодежной Ассоциации Гринфельда, но без военной подготовки. Следят, чтобы частные корабли соответствовали правилам безопасности, имели спасательные капсулы. Иногда спасают бедолаг, попавших в беду. Военной ценности никакой.

— Как скажешь, — сказал лейтенант. Он принял слова, но ценность отчета принимать не собирался. Если в них нет никакой военной ценности, почему в такой день не остались сидеть дома? Почему отправились на космическую станцию, которая скоро подвергнется нападению? Очень не похоже на поведение кого-то, не имеющего военной ценности.

Чертов непробиваемый образ мысли разведчиков!

Так вот, будить начальника штаба или нет? Лейтенант расхаживал взад и вперед, наблюдая как меняется световой узор на пультах его техников. Но достаточно ли они меняются?

До контакта 9 часов 30 минут

Крис приняла душ и осторожно оделась в приготовленную для нее белую форму. Несмотря на то, что сегодня ее могут убить, в телесном бронежилете необходимости не было. От 18-дюймового лазера такой бронежилет бесполезен.

И еще ей удалось часик вздремнуть. Теперь Крис чувствовала себя отдохнувшей. Одевшись, надела на голову так полюбившийся морякам PF голубой берет. Поскольку большую часть времени им придется провести в «ведрах для мозга», нужно что-то, легкое, что помещается в кармане. Остановились на голубых беретах с эмблемой катера, занимающего видное, почетное место.

Коммодор пытался заставить, чтобы это место занимала эмблема эскадрильи, но капитанам удалось отстоять свое мнение. Ну а на берете Крис красовалась эмблема эскадрильи, как и подобает командиру.

— Крис, ты нам нужна, — прозвучал призыв с мостика.

Крис тут же помчалась и чуть было не влетела в герметично закрытую дверь. На PF таких, считай, и не было. Если в катер попадут, не имеет значения, есть там двери или нет.

— Заткнитесь там уже, — перебила Сэнди чей-то неразборчивый голос. — Через минуту ответим. Крис, у причалов яхт стоит Прелестная Дора Эверморн и требует пустить ее на свой катер.

— Что там Габби, молчит?

— Не слушают, не говорят, кроме как через специальную, стационарную линию.

— Спасибо, — кивнула Крис и взяла коммуникатор. — Дора, привет, узнала меня?

— Крис Лонг…

— Да, и если бы я хотела, чтобы мое имя звучало вслух, я бы первая это сделала. Не говори ни слова. Стой на месте и не отходи оттуда ни на дюйм. Я буду буквально через минуту и мы поговорим. Отключи все свои диктофоны. Помоги мне или я вышвырну тебя в ближайший шлюз. Понимаешь?

— Рядом со мной два дюжих парня, по их виду понятно, что ты не сможешь сделать ничего из этого, но ладно, я пока поиграю по твоим правилам.

Крис отключила связь, развернулась и тут же столкнулась с Джеком. Тот был уже одет и готов к работе.

— Черт побери, я думал, сегодня будет скучный день. Для всего флота. Хочешь сказать, мне придется защищать тебя от репортерши?

— Нет, — сказала Крис, направляясь к месту встречи, — но мне может понадобиться, чтобы ты выбросил за борт ее саму и двух ее дюжих приятелей.

— Это, как бы, выходит за рамки моих должностных инструкций, ваше высочество, принцесса, сэр, мэм.

— Да, но если ты пытаешься занять вакантную должность странствующего рыцаря, это как раз то, что тебе нужно.

— Кто сказал, что я пытаюсь ее занять? Ложный навет. Ты слишком много слушаешь новостей от Прелестной Доры.

Тем не менее, Джек шел к причалам для яхт едва ли не быстрее Крис. У маленькой сторожевой будки ждала Прелестная Дора. С лицом и телом, что только можно купить за деньги, она выглядела именно так, из-за чего люди и хотят смотреть новости и развлекательные программы, даже не ощущая, какая между ними разница. Двое молодых людей стояли у багажа, выглядели едва ли не дороже. Поскольку их лиц Крис ни разу не видела, стоило только подозревать, за что им платят деньги.

— Где моя яхта? — С места в карьер начала Дора.

— Почему спрашиваешь? — поинтересовалась Крис.

— Ты отправляешься с флотом сражаться с атакующими линкорами. Я хочу лететь вместе с тобой. Снять фильм.

— Тебя могут убить, причем легко. На этом шоу дешевых мест нет.

— Издержки профессии, — парировала Прелестная. Взгляды, которыми обменялись мужчины, сказали, что такой поворот для них неожидан. — Ребята, приступаем к съемкам. Мы возьмем интервью у принцессы Лонгнайф. Эксклюзив перед боем. На тебе как раз командирский значок. Означает ли это, что ты командуешь скоростными патрульными катерами? Достаточно ли они отремонтированы, чтобы покинуть пирс?

Парни позади нее, казались удивленными приказом, но, когда Прелестная Дора начала задавать вопросы, они уже распаковывали снаряжение. Надо отдать должное Доре, она справилась с домашним заданием на отлично.

— Уберите снаряжение, — сказала Крис. Джек напрягся, но старался выглядеть дружелюбно, положив ладонь на кобуру, изобразил улыбку.

Парни перестали суетиться.

— У меня камера на воротнике. Картинка будет не такой хорошей, но такая история станет весьма популярной. Принцесса препятствует новостям!

— Ты разговаривала со своим боссом перед тем, как отправиться сюда? Хоть с кем-нибудь связывалась? Разве не задумывалась хоть на мгновение, почему об этом до сих пор не прозвучало ни словечка ни в одном выпуске новостей? — спросила Крис, пытаясь быть настолько логичной, чтобы даже мозг Доры догадался, что тут что-то не так.

— Ленивых репортеров легко напугать. Я не ленивая.

— Национальная безопасность для тебя что-нибудь значит?

— Попробуй напугать меня чем-нибудь более настоящим, дорогая.

Крис стиснула зубы. Стало непреодолимым желание попросить Джека выкинуть эту женщину из шлюза. Нет, желание выбросить ее из шлюза самой вышло сильнее, от него очень трудно оказалось отказаться.

— Ты застряла со мной, дорогая, — сказала Дора. — Так давай сделаем все, что можем. Ты не хочешь, чтобы я рассказала обо всем, что здесь творится, пока не разрешишь. Я же хочу подобно обо всем рассказать. Ты говоришь, меня могут убить. Я готова рискнуть. Где моя яхта? У меня есть право летать на своей яхте и делать то, что я хочу.

— Нет, потому что твоя яхта нужна мне в качестве ретранслятора связи, — отрезала Крис.

— Значит, ты украла мою яхту!

— Позаимствовала.

— Как по мне, так украла.

— Вы двое, не могли бы на мгновение остановиться? — удалось вставить Джеку. — Крис, я знаю, что ее легко ненавидеть, но все, что я сейчас слышу, Дора просит делать съемку и записать историю. Ты хочешь, чтобы ее яхта следовала за флотом и передавала все сообщения, которые тебе нужно будет услышать, когда будешь прятаться за луной. Я прав?

Крис очень не хотелось, но она стала понимать, куда ведет Джек.

— Пусть она летит вместе с Габби и Кори. Они сделают свою работу, она — свою.

— Точно, — кивнул Джек.

— Это все, что мне нужно, — сказала Дора.

— Ну а вы, парни, — Крис посмотрела на мужчин, — идете с ней?

Парни переглянулись и медленно покачали головами.

— Удваиваю жалование, — сказала Дора.

Головы продолжали покачиваться в отрицательном жесте.

— Джек, мне не нравится, что она будет одна на яхте вместе с Габи и Кори. Им придется выполнять приказы, но из-за ее натуры я не уверена, что они будут исполнять мои приказы.

— Хочешь, чтобы я отправился с ними?

Крис кивнула.

— Хочешь удвоить мое жалование?

— Утроить, — уточнила Крис.

— Сколько она тебе платит? — поинтересовалась Дора.

— Нисколько, — ответил Джек.

— Она должна с тобой как-то расплачиваться. Спит с тобой? Ты выглядишь достаточно хорошо, даже аппетитно.

— Уверена, что хочешь, чтобы я полетел с ней?

— Прикончи ее, если начнет бузить. Какой-нибудь несчастный случай.

— Это я могу, — злодейски улыбнулся Джек.

— Ты этого не сделаешь, — сказала Дора.

— Подозреваю, Габби и Кори засвидетельствуют хоть в суде, что ты думала, что открываешь дверь в комнату для маленьких девочек. Поспорим? — Злодейская ухмылка Джека стала выглядеть опасной.

— Уверена, что еще не передумала? — спросила Крис. — Я ухожу. Собери минимальную экипировку, Джек. Высади меня у «Хэлси», а потом прямым курсом к ее яхте. Как ты ее называешь, Дора?

— «Все новости, годные для для публикации».

До контакта 9 часов 15 минут

— Мы перехватили кое-что, — доложил офицер разведки, — что может вас заинтересовать. Дора Эверморн, похоже, не смогла пройти к своей яхте и с кем-то разговаривала.

Дежурный лейтенант выслушал разговор Доры с кем-то, а потом к этому разговору подключился кто-то еще. Дора этого кого-то, вроде бы, узнала, но тут разговор прервался.

— Это была та, кого она чуть было не назвала?

— Принцесса Кристина Лонгнайф. Она на станции.

— Где?

— Мы не смогли отследить. Коммуникационная сеть нестандартная и, учитывая, что пассажирские корабли увеличиваю плазменную тягу, там со связью творится черт те что.

— Но это определенно Лонгнайф.

— Определенно. Молодая. Не король Рэй, а самая неприятная в их семейке девчонка.

— Что за корабль ищет эта Дора Эверморн?

— Небольшой катер, не способный отлететь от планеты на большое расстояние. Военной ценности никакой, — в голосе офицера разведки прозвучало пренебрежение. — Ну, что, будете будить начальника штаба? — Вот теперь офицер разведки решил озвучить слова, которые должен держать при себе. — Вам следует его разбудить.

Получи, пожалуйста, в руки горячую картошку и делай с ней, что хочешь Хороший бросок, коммандер.

— Посмотрю, — сказал дежурный лейтенант и отключил связь.

Он тяжко вздохнул.

Что изменилось с тех пор, как адмирал и начальник штаба отправились отдыхать? Узнали, что на Верхнем Вардхейвене находится Кристина Лонгнайф. Пассажирским лайнерам разрешили эвакуировать гражданских, гостей Вардхейвена. Кто-то из них может пересечь наш курс, может даже, сделать попытку самоубийства, атаковав нас.

И насколько повысилась угроза линкорам по сравнению с тем, что было три часа назад?

Откровенно сказать, ничего. Сделают ли адмиралы в следующие полтора часа что-о такое, что не смогут за пятнадцать минут после того, как их разбудить?

Нет.

Отец часто говорил о напряженности битвы. О необходимости людям ввязаться в нее подготовленными. Отец клялся, что выиграл половину битв, хорошо выспавшись и позавтракав. А, да, и обязательно чашка хорошего кофе.

Или отец всего лишь скармливал ему обыкновенную сказку?

Дежурный лейтенант глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Какую сказку он расскажет командиру, когда тот вернется?

Лейтенант встряхнул головой и продолжил наблюдать за работой подчиненных, как к ним на терминалы поступает информация о цели. Конечно, там сейчас что-то происходит. Но вот что именно? Активизируются какие-нибудь военные корабли? Что-то, что офицер разведки может определить, как имеющее важное военное значение.

Лейтенант прохаживался туда-сюда. Время шло четко вперед.

До контакта 9 часов

Добравшись до «Хэлси», Крис обнаружила перед кораблем толпу. При более тщательном рассмотрении выяснилось, что это весьма хорошо организованный бунт. Она увидела ван Хорна и Луну в центре толпы и, посчитав, что они лучше кого бы то ни было смогут прояснить обстановку происходящего, направилась прямиком к ним.

— Привет, дорогая. Ты рано просыпаешься, — сказала Луна, на этот раз одетая в синий комбинезон с капитанскими нашивками на плече и командирским значком на груди, зеркально отражавшим такой же на груди стоящего рядом ван Хорна.

Капитан Космофлота кивнул.

— Ваше высочество, насколько я осведомлен, у вас появились проблемы с репортерами.

— Я их решила. Джек будет присматривать за Прелестной Дорой на корабле, который мы назначили ретранслятором. Оказывается, для этой цели мы украли именно ее яхту.

— Эверморн, — сплюнула Луна. — Почему ты просто не выкинула ее?

— Ну, я наказала Джеку сделать это, если она начнет доставлять какие-нибудь проблемы. Думаешь, Габби согласится солгать в его пользу в суде?

— С удовольствием.

— Скорее всего, это не мое дело, — сказала Крис, оглядываясь, — но что здесь происходит?

— Регистрация, — лаконично ответил ван Хорн.

— Вербовка в действии, — проворчала Луна.

— Поскольку я сомневаюсь, что вражеские линкоры сдадутся, как только увидят наши доблестные паруса, подозреваю, воевать нам все-таки придется, — сказал ван Хорн. — Гражданских, захваченных с оружием в руках, можно расстрелять как террористов. Бойцы же, захваченные на поле боя, являются военнопленными. — Он посмотрел на Луну и спросил: — Кем ты хочешь быть?

— Хочу, чтобы меня не захватывали, — буркнула та.

— Я тоже так думаю, но битвы никогда не идут так, как их планируют. Так что если ублюдки с кораблей Петервальда выковырнут вас из спасательных капсул, я хочу, чтобы наши экипажи были в форме и имели при себе удостоверения личности, чтобы можно было предъявить их в случае чего.

— Вы просто хотите, чтобы все были в синем, — ухмыльнулась Луна.

— А вы согласились, причем практически мгновенно, когда я сказал, что ваш нынешний работодатель отныне вряд ли будет оплачивать вашу медицинскую страховку и страхование жизни.

— Капитан иногда бывает очень убедительным.

— Каковы звания и ставки? — Крис служила в Космофлоте всего чуть больше года, но знала о пути Космофлота достаточно, к примеру, что у каждого есть свое место и он остается на нем. Сама она — исключение.

— Старые правила, еще с войны Итич, позволяли нам принимать гражданских, когда дела начинали выходить из под контроля. Особый ранг. Флотский доброволец. Платежный статус третьего класса.

— Черта с два третий класс, — сказала Луна, похлопывая по заднему карману. — Вот они, документы. Я — капитан корабля.

Это объяснило ее четыре капитанских полоски и командирский значок.

Так что у ван Хорна какое-никакое чувство такта, все же присутствует. Крис одарила его улыбкой. Тот только фыркнул.

— Как только распределим всех по должностям, ваше высочество, вам нужно обратиться к ним.

— Уже!

— Эти люди заслуживают хоть несколько слов, мэм, — вставила Луна. — Будьте уверены, они пойдут в бой, будут рисковать жизнью и здоровьем в любом случае, но увидев командира, услышав от него хоть пару слов, сделают это с большим энтузиазмом. Они будут говорить об этой битве всю оставшуюся жизнь. Мол, я была на Вардхейвене, сражалась рядом с Лонгнайф, когда та была еще девочкой.

Крис сглотнула. Вспомнился Габби. «Я сражался с твоим прадедом в битве при большой Оранжевой туманности». Возможно, быть одной-из-тех-проклятых Лонгнайф значит больше, чем просто ругань в барах.

Крис хотела было поинтересоваться, мол, что ей сказать им, но проглотила вопрос. Луна и ван Хорн смотрели на нее, уверенные, что она знает, что говорить. Оно где-то в генах Лонгнайф, пробуждается в такие дни, как сегодня.

Господи, неужели они ошиблись?

— Ладно, дайте знать, когда нужно сказать слово, — сказала Крис и отвернулась. Ей нужно найти какой-нибудь тихий уголок, чтобы никто не мешал набросать пару слов обращения.

Вот женщина, уже больше минуты разглядывающая новенькое военное удостоверение, заметила Крис и широко улыбнулась. Крис улыбнулась в ответ.

Высокий долговязый парень, еще пацан совсем, поднял взгляд, когда, наконец, прицепил значок орбитальной охраны к корабельному космофлотскому комбинезону.

— Мы ведь уделаем этих шутов гороховых? — спросил он, хотя слова больше походили на молитву.

— Спорю, что да, — ответила Крис.

С полдюжины молодых парней, мужчин и даже стариков, засмеялись вместе с ним, над его дерзостью, над его надеждой. Кто знает. Они просто счастливы услышать, что победят, кто бы это не уверял.

Тихого уголка Крис так и не нашла, вместо этого она стала крутиться среди экипажей: седые торговцы, среднего возраста владельцы яхт с родней, тоже собирающихся вылететь на бой, вызванные специалисты-электронщики. Все записывались добровольцами. Были и резервисты Космофлота, ищущие нужного человека, который должен пристроить их в нужную команду, где они смогли бы оказаться полезными. Были тут и рабочие верфи, не знающие, что от них могут попросить, но готовые отправиться с флотом, если понадобится.

Странное состояние для еще более странной миссии. Если бы отвага, энтузиазм и смелость решали исход битвы, противник уже сейчас был бы разгромлен. К сожалению, исход битвы решали 18-дюймовые лазеры.

У Крис таких нет.

Она оказалась среди старых старшин, пополняющих экипажи буксиров опытными гражданскими из спасательных команд и нетерпеливых добровольцев орбитальной охраны.

— Прошлой ночью нам показали шариками на стене — извините, мэм, — что-то вроде атаки, которую вы планируете совершить на скоростных патрульных катерах.

— Подозреваю, вы нападете на них из-за луны, — сказал еще один старшина, покуривающий трубку.

— Вардхейвенские пушки прикроют вас.

— Мы вас поймаем, если что.

— Будем вас ждать, ваше высочество сделаем все, что нужно.

— Вы удивитесь, когда узнаете, на какие хитрости пошли некоторые из нас, чтобы оказаться хотя бы на спасательных буксирах, — улыбнулся еще один парень. — Делайте, что должны сделать, а мы поймаем вас нежно и обеспечим мягкую посадку. А сейчас, похоже, вас кое-кто потерял, а от нас старики ожидают построения, как для парада.

Он был прав, запись и выдача документов подходила к концу, хотя вот еще появилось два человека, спешащих получить военное удостоверения, да сами клерки вписывали себя в ведомости.

Экипажи катеров PF выстроились перед своими кораблями. Крис отметила, что офицеры, отпущенные и пропавшие прошедшей ночью, все здесь, во главе экипажей. И Томми тоже. Вместе с Пенни.

Старпом Сэнди вытащил наружу большую часть экипажа «Хэлси», в данный момент не находящихся на дежурстве. Седовласый старший помощник коммодора сделал все возможное, чтобы вывести наружу смесь ветеранов и зеленых юнцов команды «Кушинга» и выстроить их рядом с линейным эсминцем.

Шкиперы торговых судов на удивление хорошо распределились рядом с резервистами, которых им придется прокатить вскорости. Крис подавила улыбку, наблюдая за рвением старых пердунов, доселе гордившихся своей небрежностью, а сейчас пытавшихся выглядеть не хуже кадровых военных.

Разношерстные экипажи частных яхт, как вооруженных, так и невооруженных, выстроились позади экипажей PF, который выбрал себе для прикрытия, когда все начнется и теперь пытались сделать вид, что знает, что такое рядовой состав. Седовласые старшины флотилии буксиров мрачно прошествовали в тыл, заполняя задний ряд. Им не нужно почетного места, они привыкли собирать объедки.

Крис всех их любила.

Пару столов сдвинули вместе, изобразив сцену. Сэнди стояла за ними и помахала Крис, чтобы та присоединилась к ним. Ван Хорн помог коммодору подняться о стула.

Крис прибавила шагу, взглядом отыскивая себе местечко, когда Нелли объявила:

— Крис, тебе звонит твой брат. Стандартный семейный вызов.

— Принимаю звонок, — сказала Крис, помахав Сэнди в ответ и замедляя шаг. — Привет, брат. Что случилось?

— Сестренка, я сделал, что ты просишь. Но только по минимуму. Новый парень раздает пресс-релизы. Никаких публичных заявлений ни от него, ни от наших людей.

— Он не хочет публичного выступления? — Никогда доселе политик не отказывался от эфирного времени. Это было неслыханно!

— В пресс-релизе будет содержаться призыв приближающимся штуковинам прекратить трансляцию своего сообщения и категоричный призыв объявить, кто они такие, либо мы будем считать себя в состоянии войны с теми, кто их отправил. Сообщение будет записано с минуты на минуту. Пандори не может заставить себя произнести эти слова. Этот парень — плод настолько долгого мира, что просто не может…

Любая поисковая система, способная взломать код, уже узнала то, что все и каждый узнает с минуты на минуту. Пришло время открытых разговоров.

— Дедушка Эл думает, что за голосами, которые позволили Пандори занять пост премьер-министра, стоят деньги Петервальд.

— Пандори не работает на Петервальд, — отмахнулся Хонови. — И ты знаешь, сестренка, если бы Человеческое Сообщество существовало до сих пор, если бы все еще в человеческом пространстве царил мир, Пандори мог бы стать великим человеком.

— Да, брат, но это Сообщество мертво, а по пространству, занятому человечеством хотят ужасные вещи и через пару часов я столкнусь с шестью из них, так что извини, если я не чувствую всей той жалости к Пандори и его дочери.

— Да, я тебя понимаю. В любом случае, сестренка, отныне все твои действия законны. Можешь делать все, что задумала, и это не пойдет против закона. Теперь ты счастлива?

— Просто ликую от счастья. А теперь, братик, если ты где-то поблизости от дома Нуу или Дома Правительства, рекомендую уйти оттуда подальше. Если парень, ведущий сюда армаду, так же предан Петервальд, как тот, последний, с кем я имела дело, тот он желает нам самой худшей смерти, тебе и папе в том числе. Уходи к Холмам. Спрячься глубоко, пока не поймешь, что мы победили.

— Я понял тебя, сестренка. Только заберу Роуз и маму, и, как это говорится, бегом из города.

— Пока, братик, сейчас мне нужно толкнуть речь паре тысяч моих самых близких друзей, — закончила Крис и отключила связь. Зашла на импровизированную сцену, отмахнувшись от предложенной помощи подняться. Оказавшись среди более старших и более мудрых, она тихо спросила:

— Никто не хочет сказать слово?

— Ты сама разыграла карту принцессы, — сказала Сэнди и двое других старших офицеров Космофлота кивнули.

Скривившись, ведь на ее форме всего лишь лейтенантские погоны, в отличие от капитанских и коммандерских старших товарищей, Крис повернулась к выстроившимся перед сценой людям, ставшими ее командой.

Они смотрели на нее. Готовые идти на смерть. Сражаться за будущее.

Крис выпрямилась, опустила руки по швам, осмотрела всех.

— Наступила наша очередь, — громко начала она. — Восемьдесят лет назад ваши прадедушки и прабабушки сражались плечом к плечу с моими прадедами Рэем и Троублом, чтобы спасти человечество от полного вымирания.

Рядом послышался кашель коммодора.

— Ладно, — Крис улыбнулась, — некоторые из вас, те, кто постарше, сами сражались с моими дедушками.

Это вызвало слабый смех в рядах.

— Те, кому пришлось столкнуться с Итич, знают, что значит сражаться в меньшинстве, с меньшим вооружением и… побеждать.

— Да! — Раздались крики. — Именно так! Мы это сделали!

— Итич превратили бы нас в вымершую расу. Именно вы этого не допустили.

— Не допустили, — возвратилось обратно.

— Вы дрались, вы победили, и мы построили мир, которым наслаждались последние восемьдесят лет. Мир покоя. Мир процветания. Мир, который летящие сюда корабли хотят уничтожить. Разве мы позволим им это сделать?

— НЕТ! — вернулось обратно.

— Настала наша очередь. Врагу удалось нас перехитрить. Они превосходят нас по вооружению. Но им не удалось обмануть нас. Мы приготовили им много сюрпризов.

По шеренгам прошелся одобрительный ропот.

— С другой стороны, мой брат считает меня сумасшедшей, потому что я готова броситься в драку в то время, когда могла бы быть в безопасном месте. Так кто из нас сумасшедший, я или он?

— Он! — пронеслось по рядам слушающих.

— У вас, наверняка, тоже есть такие умные братья, как у меня. Которые остались дома. В безопасности. Вот только на мой взгляд, когда линкоры начнут стрелять, им придется сидеть в своем укрытии и трястись. Я же хочу отстреливаться.

— Да-а!

— Я могу уничтожить их только здесь, в космосе. — Лишь один шанс. Так, стоп, как там говорил капитан буксира?

«Да» длилось не так долго, как хотелось бы, чтобы сформулировать засевшую мысль. Крис на секунду сосредоточилась. Битве придется подождать.

— Настала моя очередь положить конец тем, кто стреляет в мою маму, моего папу, брата, в моих близких. — Крис хотела назвать несколько имен, но громогласное «Да-а!» не дало ей этого сделать.

— Корабли готовы?

— Да-а! — громогласно вернулось в ответ.

— Так давайте же пойдем и надерем задницы этим засранцам.

Когда стихли аплодисменты, вперед выступил капитан ван Хорн.

— Старшины, распускайте экипажи по кораблям.

В последовавшем реве Крис уже не слышала отдаваемых старшинами распоряжений. Но команды расходились и разбегались по кораблям. Поток свободного человечества устремлялся навстречу врагу, своей судьбе, победе. К тому, чему суждено случиться.

— У меня есть еще одна безумная идея, — сказала Крис, обращаясь к ван Хорну.

— Хорошо бы она была не только хорошей, но и легкой в исполнении.

— Мои катера — одноразовое оружие. Импульсные лазеры перезарядить не получится, правильно?

— Так и есть.

— И еще нас будут ловить буксиры, чтобы помочь катерам сбавить скорость и не врезаться в атмосферу Вардхейвена, чтобы в ней сгореть, правильно?

— Правильно.

— Почему бы буксирам не перезарядить наши импульсные лазеры, добавить антивещество и реакционную массу, чтобы мы смогли совершить еще одну атаку на линкор, который к тому времени еще будет сражаться?

— Им придется работать быстро, — заметила Сэнди.

— А мы сможем поразить линкоры дважды.

— Те, кто выживет после первого захода, — сказал ван Хорн и огляделся по сторонам. — Старпом?

— Сэр.

— Дуй к спасательным буксирам, тем, что с реакторами, посмотри, какие у них силовые кабели. Убедись, что у них есть переходники, подходящие к PF. Скажи им, что их задача не только не дать катерам упасть в атмосферу, но и их дозаправка и перевооружение.

— Сделаю, сэр. И, с вашего разрешения, назначу себя в это подразделение. Удостоверюсь, что все пойдет гладко.

Почему-то Крис сомневалась, что так оно и будет. Не в сражении на высоких скоростях.

К Крис подошел Рой.

— Хорошая речь. Мне почти захотелось записаться добровольцем.

— У вас же есть буксир с полным реактором?

— Целых три, но они для дальнего космоса. Для того, что вы задумали делать на орбите, они вам не понадобятся.

Крис объяснила, почему наоборот, понадобятся.

— Ой, — только и сказал Рой. — Я ведь говорил уже, что почти был готов завербоваться?

— Готов забыть?

— Похоже, да, — он глубоко вздохнул. Я знал, что кто-то из моих ребят полетит на каком-нибудь из этих корыт, хотя работа еще не закончена. А, черт, почему бы и не уничтожить мой собственный флот буксиров? Хотите, чтобы я ловил вас, притормаживал или что-то еще?

— Контейнеры для антивещества, топливопроводы с реакционной массой и все такое.

— Где тут во флот записывают?

Ван Хорн бросил взгляд на регистрационные столики, там все еще регистрировали нескольких человек.

— Если хотите получить изящную форму, пособие по здоровью и страхование жизни, вам лучше поторопиться.

Глава 14

До контакта 8 часов 45 минут

Дежурный лейтенант уставился на новостную ленту Вардхейвена. Наконец, оттуда пришло кое-что новенькое.

— Вы это видите? — поинтересовался офицер разведки.

— Смотрю, — буркнул дежурный лейтенант, сделав глоток из тысячной чашки кофе на этом дежурстве. Холодное, слабое, отвратительное. Кофе, в смысле. Впрочем, и полученная новость тоже.

— Если неопознанные военные корабли не идентифицируют себя в течение часа, — так сказала женщина-ведущая.

Используют для озвучивания таких слов женщину. Лейтенант покачал головой. Ох уж эти Лонгнайф.

— Мы начнем оборонительные действия, поскольку это наше право при самообороне. Экипажи приближающихся кораблей предупреждаются, что если они предпримут какие-либо враждебные действия против наших войск, Вардхейвен вправе ответить вражеским силам и тем, кто их послал, всеми доступными силами. Приближающиеся суда предупреждены что им следует приготовиться в высадке на борт таможенных инспекторов, а также инспекторов по карантину животных и растений, и инспекторов по борьбе с наркотиками.

Лейтенант чуть было не подавился кофе.

— Извини, — сказал он технику, на которого попали брызги уже холодного напитка. Вытер руки.

— Все в порядке, сэр, — сказал техник. — Сэр. Они это все серьезно? О высадке к нам на борт?

— Блефуют, — сказал другой техник.

— Да, шутят, — кивнул лейтенант.

— Ну, теперь-то разбудите адмирала? — спросил по связи офицер разведки.

— Зачем?

— Затем, что это первое полученное нами сообщение с Вардхейвена. И это ультиматум.

— Его написал какой-то юморист, потерявший всякую связь с реальностью, — сказал лейтенант, допивая кофе. — Нет, думаю, адмирал может спать спокойно дальше. Я разбужу его за пятнадцать минут до истечения срока ультиматума и он сможет составить ответ, пока будет бриться.

Из динамика связи раздались какие-то непонятные звуки, на которые лейтенант не обратил внимания. Вардхейвен все еще лежал перед ними в ожидании, когда его возьмут. Пара отвратительных звуков, но это всего лишь защитный инстинкт…инспектора растений, надо же… В общем, никакой необходимости беспокоить адмирала.

Помощник принес очередной термос с кофе. Лейтенант попробовал. Неплохо. Не хорошо, но неплохо.

— Передай адъютанту адмирала, чтобы через сорок пять минут, когда я разбужу адмирала, его ждала чашка хорошего, горячего кофе.

— Он захочет, чтобы к ней прилагались хорошие новости, — заметил техник.

— Инспектора по наркотикам. Мы им такие лекарства покажем для проверки, только держись, — сказал другой.

Ходили слухи, каким способом Петервальд зарабатывают деньги. Несомненно, эти слухи распространяют Лонгнайф.

— Смотрите внимательней за своими рабочими панелями. Дайте знать, как только что-нибудь изменится, — предупредил лейтенант.

Женщина, выступающая от имени Вардхейвена, выглядит как котенок, бросающий вызов в окружении голодных собак. Возможно, адмирал примет у нее капитуляцию уже сегодня до полудня. Но глубоко внутри лейтенанта зародилось подозрение, ничем не подкрепленное, даже принимаемыми сведениями со стороны Вардхейвена, что за этими словами скрывается нечто большее.

— Следите за своими рабочими панелями, — повторил он.

До контакта 8 часов 30 минут

Крис нырнула в свою каюту, переодеться. Белая форма хорошо выглядит для речи перед войском, но вот значок Ордена Раненого Льва, протыкающий грудь на трех g ей совсем не нужен. На трех g многие вещи вырастают из мелких неприятностей в серьезную проблему.

Крис в последний раз глянула в зеркало. Все еще она. Причудливой формы больше нет, теперь на ней удобная и практичная форма, подходящая для той работы, которой она сегодня займется. Только она, экипажи эскадрильи, катера и несколько мерзких, могучих боевых линкоров, полагающий, что у них есть все, что им нужно.

— Что ж, на нашей стороне свободные женщины, свободные мужчины, готовые рискнуть и сказать вам категорическое нет, — сказала она самой себе. — Так давай сохраним Вардхейвен таким, каким хотим он нам нравится.

«Хэлси» оживал, экипаж носился по коридорам, выполняя различные поручения. Сэнди как была на мостике, так там и осталась.

— Какие-нибудь новые сюрпризы? — спросила Крис.

— Пока нет. Матрица датчиков снова в сети, но данные остались прежними, разве что теперь с тремя знаками после запятой.

— Береги себя, Сантьяго. На этот раз мы позаботимся, чтобы в исторических учебниках все было записано правильно.

— И ты береги себя, Лонгнайф. Учебники истории сочиняют историки. Они никогда не поймут ничего правильно, пока не высунут нос из своих безопасных библиотек и не появятся здесь, где все и происходит.

— Наверняка среди наших людей найдется хоть один историк. У нас есть кто угодно, от пиратов до детей.

— Извините, — раздался тихий голос. — Я что-то пропустил?

— Крис, позволь представить моего любимого репортера. Уинстон Спенсер. Это принцесса Кристина. Сегодня командует она.

— Ваше высочество, — Уинстон глубоко поклонился. — Лейтенант. — Нахмурился и посмотрел на Сэнди. — Коммандер? Разве капитан базы Космофлота сейчас не выводит контейнеровозы? А вы утверждаете, что приказы отдает принцесса Кристина. Здесь какая-то загадка?

— Выживи сегодня, — загадочно улыбнулась Сэнди, — и ты ее разгадаешь. Если хватит мозгов понять.

— Хм-м, — сказал он, а Крис покинула Сэнди со своим Джеймсом Босуэлом (прим.: Шотландский писатель и мемуарист, слава которого основана на двухтомной «Жизни Сэмюэла Джонсона» — книге, которую часто называют величайшей биографией на английском языке).

Крис обнаружила Томми на мостике PF-109, залезшего под одну из консолей так, что только ноги наружу торчали. Рядом стояла Финч.

— Нет, — бормотала Пенни. — Снова нет. Да! Нет. Нет. Вот! Замри!

Пока Томми и Финч закачивали делать то, что делали, Крис стояла, не проронив ни слова.

Томми выкатился из-под консоли, увидел Крис, улыбнулся.

— Кое-что осталось неисправно после вчерашней работы Бени, либо, исправляя то, что он исправлял, толкнул локтем невзначай что-нибудь.

— Что-то толкнул локтем, — эхом повторила Пенни.

— Мы все исправили, к вылету готовы, — сказала Финч, потом нахмурилась и осмотрелась. — Нужно объявить всем, что вы на мостике появились или что-то в этом роде?

— Думаю, лучше будет отложить, пока не добудем парочку шкур линкоров, чтобы прибить их на стены клуба «О», — сказала Крис.

— Ага, если девочка пользуется флотскими словами вроде «отложить», — еще шире улыбнулся Томми, — у нее в жилах достаточно соли, а мы не напрасно тратим время. Либо уже усвоили все уроки, либо уже поздно.

— Готов ли старый катер к полету?

— Готов настолько, насколько вряд ли когда-либо был или будет, — отсалютовал Томми.

— Будет готов, как только найдете для меня местечко, — раздался новый голос. Крис уставилась на невысокого мужчину средних лет с небольшим портативным компьютером в руках. За его спиной трое докеров тащили установку для контроля высокого ускорения, рабочее место и ящик с инструментом.

— Я — Муса. Ваш ворон.

— Ворон? Муса? Мой? — непонимающе повторил Томми.

— Ага, — кивнул мужчина, отступив в сторону. — Будет здорово, если вы определите мне местечко рядом с разведывательным пультом. Там все это должно работать лучше всего. Вы сделали так, чтобы яхты могли притвориться PF, но эта установка может немного помочь, если вы решите притвориться яхтой. Сами знаете, какие звуки издают гражданские суда, так вот, Космофлот выложил кругленькую сумму, чтобы звук ваших кораблей был похож на них.

— И вы пришли, чтобы изобразить такие звуки, — сказал Томми.

— Ага. Не возражаете? Мне дали это задание в последнюю минуту. Мы, вороны, решили, на каждый PF отправить по человеку.

— Я слышала об этом. Тебе решать, Томми, — сказала Крис.

Один из докеров уже опустился на колено, держа наготове дрель. Но только наготове. Он вопросительно смотрел на Крис, Томми и Пенни.

— Слушайте, я не знаю, кто из вас троих тут командир. Так начинаю сверлить или как?

— А сможете просверлить уни-плекс? — поинтересовалась Крис. В отличие от «умного металла», «полуумный металл», используемый в PF, можно реорганизовать всего два раза. А если попробовать в третий, он неизменно рассыпется. Политика Космофлота заключалась в том, чтобы, по возможности, заменить наименее используемые части именно дешевым уни-плексом.

— Конечно, мэм, мы постоянно это делаем, — кивнул докер.

— И вы будете изображать нужный шум, — сказал Томми.

— Послушайте, ребята, — Муса раздраженно сжал губы, — смотрю, у вас тут классная станция ANG-47SW. Спорю, вы оставите ее на сладкое. С ее помощью можно узнать о том, с чем столкнетесь, заранее, верно?

Пенни кивнула.

— Ну а что будете делать с тем, что обнаружите? Надеюсь, у вас есть готовая программа для такого развития ситуации. Надеюсь, сможете рассчитать модификацию для этого очень быстро.

— Я на это надеюсь, — раздался с шеи Крис голос Нелли.

— А, точно, меня же об этом предупреждали. Слушайте, вы можете рассчитывать на то, что у вас есть, или можете рассчитывать на меня. При мне мой собственный набор хитростей. Есть нестандартные приемы. Знаете, некоторые старые вороны, вроде меня, о подобной заварушке грезили всю жизнь, выдумывали сами. У нас был долгий мир. А сейчас, похоже, мы на пороге небольшой войны. Не хотите дать мне шанс?

Крис глянула на Томми.

— Это твой корабль, Томми, — сказала Крис и на мгновение замолчала. — Знаю, что это тяжело, когда кто-то появляется на твоем мостике в последнюю секунду и говорит, мол, я могу выиграть тебе войну. Ну, я только что проделала подобное с капитанами буксиров. Сказала им, чтобы они сделали кое-что со своими кораблями, чем, возможно, помогут мне победить. Не знаю, — Крис пожала плечами. — Тебе решать.

— Отказаться вот от такого симпатичного черного ящика? — расплылся в улыбке Томми. — Сверли, мужик.

— Мне нужно будет подключиться к разведывательной станции. Наверняка, получится сделать свои входы/входы. Никаких других подключений.

— Хорошо, потому как если бы вы полезли в навигационную консоль, я бы тут же вышвырнул вас в космос.

— Вы немного обидчивы, да?

— Томми, что с катером? — спросила Крис.

— Время для последнего обхода. Хочешь со мной?

— Для меня это большая честь, шкипер.

— Только ничего не трогай, — хмыкнул Томми. — Нельзя допускать, чтобы штабные офицеры хватались за что ни попадя своими нежными ручками.

— Я буду только лишь проводить пальчиком в белых перчатках по разным поверхностям, проверять уровень пыли, — заверила его Крис.

Пенни устроилась за своим местом и спросила:

— Крис, уже слышала о нашем ультиматуме?

— Нет.

Пенни запустила запись.

— Узнаешь пресс-секретаря? — спросила она.

— Думаю, это дочь Пандори.

— Думаешь, они после этого назовут себя? — спросил Томми.

Крис покачала головой.

— А кто будет проводить проверку на наркотики, — спросил ворон.

— Мы, — ответила Крис и добавила: — Импульсными лазерами.

— Правильно понимаешь, — просиял Томми и пошел к выходу с мостика. Крис последовал за ним.

До контакта 8 часов 15 минут

— Теперь ты доволен? — Моджаг Пандори чуть не рычал, впрочем, как и во время предыдущих долгих дискуссий. — Ультиматум подан.

— Собираешься дождаться его истечения, прежде, чем приведешь наши силы обороны в состояние боевой готовности? — поинтересовался Уильям Лонгнайф.

— Наши силы обороны уже готовы, — отрезал Пандори.

Хонови успокаивающе положил ладонь на колено отца и легонько сжал его.

— Мы слышали немного не то, — тихо сказал Хонови, увидев, как краснеет от гнева отец.

— Слухи витают везде.

— Пообщайтесь с начальником штаба на базе.

— В этом нет необходимости, — сказала Куса, как обычно становясь на защиту отца. Хонови даже зауважал ее за это.

— Через мгновение мы вас покинем, — сказал Хонови, тем не менее даже не собираясь вставать. — Ублажите меня еще раз.

Сделали вызов.

— Адмирал Пеннипэкер, каков наш статус боевой готовности?

— Уровень защиты один, сэр. Наименьшее возможное.

— Самое низкое!

— Да, сэр, как вы и просили.

— Адмирал, рядом с нами Билли Лонгнайф, — сказала Куса, прерывая выяснение. — Возможно, вы слышали, что мы только что предъявили ультиматум летящим к нам кораблям. Как думаете, наверное, было бы разумнее перейти в полную оборонительною боевую готовность?

— Конечно, как только прикажет премьер-министр.

— Ну так я приказываю, — сказал временный премьер-министр с таким видом, словно его забеспокоил камень в почке.

— Ударная группа готовится вылететь с базы Космофлота Верхнего Вардхейвена и отправиться на перехват злоумышленников. Проследите, чтобы по истечении срока ультиматума они получили приказ действовать по своему усмотрению, — добавила Куса и бросила быстрый взгляд на Хонови. Тот кивнул в ответ.

— Ударная сила?

— Да, адмирал, — тут же ответил Моджаг. — Просто проследите, чтобы был введен уровень полной защиты и отданы соответствующие приказы. Понимаете?

— Да, господин премьер-министр. Понимаю. Мы будем сражаться.

— Да, — сказал исполняющий обязанности премьер-министра и скривился, как от физической боли, когда адмирал отключился.

— Могу предложить покинуть это здание? — Хонови поднялся.

— Уйти отсюда? — удивилась Куса, а отец и премьер-министр непонимающе уставились на него.

— Да. Раз мы собираемся сопротивляться, есть угроза планетарной бомбардировки с линкоров. Дом правительства, безусловно, будет в списке целей на одном из первых мест. Предлагаю быть отсюда где-нибудь подальше, когда начнется бомбардировка.

— Они не станут уничтожать здание, имеющее культурное и историческое значение, — уверенно заявил отец, а премьер-министр согласно кивнул.

— Они не посмеют, — поддержала Куса.

— Куса, джентльмены, враг намерен уничтожить Вардхейвен, как отдельное живое существо. В мире, которым правит Генри Петервальд, есть место только для одного правительственного центра, и он будет точно не на Вардхейвене. Поэтому по тому месту, где мы сейчас стоим, будет нанесен сильный лазерный удар. Я настоятельно рекомендую нам быть в это время в другом месте.

Как-то, оставшись наедине и вырвав обещание не рассказывать отцу, Крис рассказала Хонови о том, что Сандфайер намеревался сделать с ней на Турантике: преподнести ее Генри Петервальду обнаженной для долгих и смертельных сеансов пыток. Так вот, такие люди и не будут задумываться, надо или нет уничтожать несколько старых зданий. И уж точно не зданий, использующихся для управления целым миром.

— Я только что привел силы обороны Вардхейвена в состояние повышенной готовности. Я не покину командный пункт, — сказал Пандори. Может, в этом человеке на самом деле есть что-то от бойца.

— Тогда, пап, предлагаю оставить их на посту, а самим уходить.

Бывший премьер-министр хмуро молчал, пока они выходили из кабинета премьер-министра. Как только оказались в пустой приемной, отец спросил:

— Сестра подговорила? Что ты мне не договариваешь?

— Пап, ты не очень хорошо отреагировал на ее прежние обвинения в адрес Петервальд. Скажем, она рассказала мне о нескольких неприятных случаях, и я склонен ей верить. В контексте вражеских кораблей, думаю, будет лучше, если нас не будет нигде поблизости от мест, связанных с государственными функциями или именем Лонгнайф.

— Восемьдесят лет мира создают определенный образ мышления.

— Да, пап. И тот, кто не сломает его, может обнаружить, что именно это и будет указано причиной его смерти.

Хонови ускорил шаг. Ботинки гулко ступали на полированные деревянные полы и эхом отражались от украшенных портретами залов Дома Правительства. Здание выглядело пустым и безлюдным.

Билли Лонгнайф пришлось поспешить, чтобы не отстать от сына.

До контакта 7 часов 55 минут

Адмирал сполоснул лезвие бритвы под горячей водой, слушая отчет дежурного лейтенанта. Начальник штаба Бхутта Сарис, уже успевший принять душ, побриться и одеться в голубой мундир, стоял по другую сторону.

— Значит, на базе Космофлота присутствует Лонгнайф, — прервал адмирал младшего офицера.

— Да, сэр.

— Король Рэй, — задумчиво произнес адмирал. — Он может стать проблемой. Билли стал бы всего лишь искать там себе голоса.

— Молодая женщина, принцесса Кристина, — сказал Сарис. — Светская львица с военной подготовкой. Она влезала в наши тайные дела, которые считала «черными экономическими операциями Гринфельда», и выжила благодаря удивительной полосе удачи.

Именно так в отчетах разведки и говорилось: «Удивительная полоса удачи», «Поразительная удача», «Удача сверх обычного ожидания». В командно-штабном колледже учили, что удача — это не стратегия. Очевидно, в месте, считающимся школой шпионской подготовки Гринфельда, удача стояла на первом месте во всем, что связано с Лонгнайф.

— Чего опасаться нашей эскадрильи от простого лейтенанта? — поинтересовался дежурный лейтенант.

— Опять же, какой ультиматум они нам предъявили? — адмирал закончил брить другую щеку, выслушивая текст ультиматума повторно. — Они хотят знать, кто мы такие? И хотят осмотреть наши корабли, как какие-нибудь бродячие грузовики, а?

Присутствующие вежливо посмеялись над шуткой, пока адмирал смывал оставшееся мыло с лица.

Вытерся. Денщик принес форму с нацепленными медалями. Пожав плечами, адмирал сказал:

— Когда истечет срок ультиматума, перестаньте отправлять сообщения. Я хочу, чтобы мы стали тихими. Они хотят ответа, так пусть глотают холодную статику. Они получат ответ, когда я решу его дать, и ни минутой раньше.

— Да, сэр, — сказал дежурный лейтенант и заговорил по коммуникатору.

Адмирал отпил кофе.

— Замечательно, — он кивнул стюарду, принесшему напиток. — Вы превзошли сами себя. Вы и ваши люди. Передайте им мою благодарность.

— Передам, сэр, — коротко поклонился стюард и ушел.

— Значит, они решили отпустить пассажирские лайнеры, — сказал адмирал. Бхутта кивнул. — Неужели вы решили, что Лонгнайф снизойдет до того, чтобы использовать пассажирский лайнер с беженцами, женщинами и детьми с других планет, чтобы попытаться уничтожить один из наших кораблей?

— Во время войны с Итич Рэй Лонгнайф был весьма кровожаден. Я бы не стал упускать такую возможность.

— Я не хочу начинать войну, расстреливая корабли с гражданами полдюжины не имеющих к нашим делам планет. Передайте сообщение капитанам. Если лайнер приблизится к нашим кораблям на расстояние пятнадцати тысяч километров, пусть подобьют его. На каждом нашем корабле есть артиллерийское орудие Е. Давайте продемонстрируем им, какие у нас опытные стрелки. Им нужно вывести из строя двигатели, не взорвав при этом реакторы. Понятно? Я не хочу, чтобы какой-нибудь линкор врезался в лайнер, но я также не хочу, чтобы газетчики заклеймили нас убийцами мирных жителей.

— Понимаю, сэр, — сказал Сарис, когда они вошли на мостик.

— Сэр, — тут же вскочил главный техник, — шеф разведки сказал, что вы захотите это увидеть. Вардхейвен полностью готов к обороне.

— Покажи мне, — приказал адмирал.

Дежурный лейтенант, как щенок, был повсюду, стараясь все увидеть и показать все сразу. Адмирал сразу увидел то, что хотел. Обычно космическая станция подавала электроэнергию вниз по лифту в электросеть планеты. Сейчас эта линия была пуста. Не нужно пояснений, чтобы догадаться, что эту энергию поглощает оборона космической станции. Шла зарядка лазеров, конденсаторов. Да, оборона станции была запущена.

Адмирал увидел все это, поскольку другие источники давали ему больше данных, чем он мог переварить. Наконец, он отвел бедного младшего офицера в сторону.

— Ты правильно сделал, что дал мне поспать. Твой доклад был точным и по делу, но теперь я не сплю. Мои глаза открыты. Так что будь хорошим мальчиком и отвечай только на те вопросы, которые я задаю.

Щеки парня порозовели. Но он кивнул и занял место позади троицы техников. Хорошо. Замечательно.

Адмирал обратил внимание на свой боевой пульт. Скоро ему предстоит вступить в бой с направленными на лазерные установки станции хрупкими двигателями. Но именно таков был приказ.

— Иди прямо, — говорил Генри Петервальд. — Прямо на них. Я хочу превратить Вардхейвен в пещеру, развалить, как карточный домик.

Что ж, этот карточный домик начал издавать звуки, словно собирался отстреливаться.

— Может, вселить в них немного страха? — спросил Сарис.

— Нет, нам нужно придержать в рукаве несколько сюрпризов. Давайте позволим им думать, что они знают, с чем придется столкнуться через несколько часов. Увеличьте торможение с одного до 1,05 g. Дайте нам небольшую подушку на случай, если придется на некоторое время перестать тормозить.

— Нравится уворачиваться от пассажирский лайнеров или стрелять по станции?

— Или что-то вроде этого.

До контакта 7 часов 45 минут

Томми начал заново знакомить Крис с катером с кубрика. Здесь за пусковыми трубами для «Фоксеров», а теперь и для ракет AGM-944 наблюдал помощник наводчика.

— Все еще тягаешь тяжести, Ками? — поинтересовалась Крис.

— Дважды в день, — ответила женщина, даже не поднявшись с места, буквально похороненная посреди четырех огромных канистр для перезарядки. — Не волнуйтесь, мэм, если один из тех щенков даст осечку, я надеру ему задницу.

— А если понадобится помощь, только позови, — донеслось из соседнего отсека.

— А если тебе, здоровяк, понадобится помощь в твоем маленьком лазерном отсеке, ты тоже знаешь, кого можно позвать, — крикнула в ответ Ками.

Судя по всему, сделка, заключенная Крис с оружейным подразделением, все еще была в силе. Кубрик был тесен еще до того, как сюда занесли установки для пуска 994-х. Четыре пусковые трубы, питаемые четырьмя канистрами, доверху заполненными энергией, и для «Фоксеров» тоже несколько запасных канистр, так что стало еще теснее. И над всем этим распоряжалась Ками.

Сразу следом расположился лазерный отсек. Четыре длинноствольных импульсных лазера, собственно, и ставшие причиной существования PF-109. Здесь распоряжался энсин Сатем, швед. Он и еще два механика следили за тем, чтобы в ответственный момент, когда катеру нужно было что-нибудь подбить, это было сделано.

— Есть проблемы? — спросил Томми.

— Не о чем беспокоиться, — ответил Сатем. Он с двумя механиками проверяли лазер под номером три. — Обычная проверка. Никаких сюрпризов, сэр. Мэм. Только покажите нам линкор, а мы уж наделаем в нем дырочек. Посмотрим как хорошо они дышат вакуумом.

Следующим на этой палубе был, собственно, мостик. Сейчас на нем распоряжались только Пенни и Финч.

— А где наш ворон, который Муса?

Финч жестом показала, что тот где-то внизу. Томми и Крис спустились на палубу ниже. Радиорубка Спаркс выглядела так, словно уже получила удар. Энсин Ханг Тран, а с тех пор, как начала работать в Технологическом институте Вардхейвена, ставшая Спаркс по причинам, которые отказалась озвучивать, стояла над четырьмя подчиненными электронщиками, согнувшимися над двумя открытыми черными ящиками.

— Не та панель, — сказал Муса. — следующий.

Крис огляделась. Вот радио, радар, магнитное оборудование, сеть, глушилки, шумогрушители, контроллеры антенн, расположенных вокруг корпуса катера. Новое оборудование с наспех нанесенными через трафарет названиями, вроде «Маскировка», «Приманка», одна вовсе «Черный котел 4.5» мало что ей говорили.

— Есть проблемы? — спросил Томми.

— Да, — сказала Спаркс.

— Нет, — одновременно с ним заявил Муса.

— Есть, в чем вы оба согласны? — поинтересовался Томми.

— Не могли бы вы, девушка, спросить у другой девушки, появился ли у нее цвет?

Крис не сразу догадалась, что она и есть девушка, которой надо спросить у другой девушки. Она подняла люк и крикнула:

— Пенни, огоньки у тебя появились?

— Нет. — Пауза. — Да. Увидела. Но, черт возьми, мне совсем не нравится, когда они мигают и выключаются.

— И мне нет. Кто-нибудь, передайте мне скотч.

— Скотч? — голос Томми, учитывая все обстоятельства, оказался удивительно спокойным. — Вы устанавливаете на мой корабль оборудование с помощью скотча?

— Там прочная плата. Скотч всего лишь не позволит ей шевелиться. Передайте пенопластовую прокладку. Обе.

— Выдержит ускорение на три g? — спросил Томми.

— Должна, — ответил старик, заматывая плату скотчем.

— Спаркс, есть способ как-то понадежнее обезопасить эту штуковину?

— Сэр, я ни за что не прикоснусь к этому. Это макетная панель. Черт, сэр, эту панель еще не протестировали как следует.

Муса осмотрел сделанное придирчивым взглядом и сказал:

— Да, кое-что есть экспериментальное. Флот отбыл со всем, что было хорошим, кошерным, купленным по контракту и задокументированным всеми способами до воскресенья. И, если вам важно мое мнение, так там половина просто не работает, а другая половина давно устарела. Вот то, что должно быть у флота. И было бы, если бы закупщики имели хоть какое-то представление, что на самом деле происходит. В любом случае, сейчас у вас есть все, что мы можем дать.

— Нельзя терять датчики, — заметил Томми. — Без датчиков мы станем глухими, немыми и слепыми. Без сенсоров мы не сможем найти линкор и стрелять по нему. Понимаете?

— Я вас понял. Вы больше доверяете своим датчикам. А я не позволю сенсорам плохих парней видеть вас.

Томми покачал головой.

— Уверена, что это хорошая идея? — спросил он у Крис.

— Резервистам на ловушках пришла идея привлечь этих людей. Они уверены, что они нам нужны, Томми. Я знаю недостаточно, чтобы говорить против.

— Что думаешь, Спаркс? — спросил Томми.

— Мой любимый профессор в колледже, Док Марли, говорил, что как бы хорошо все ни выглядело, работа никогда не будет сделана, пока не будет сделана полностью, проверена и задокументирована. Не думала, что в этом деле может участвовать скотч, — фыркнула она. — Но, когда дозвонилась до профессора Марли, с удивлением обнаружила, что он сейчас на PF-105, работает с Сингх. Я поинтересовалась, почему не здесь, со мной, на PF-109. Он сказал, что Муса — лучший ворон. Нужно радоваться, что он здесь и не злить, потому что он сделает все чин-чинарем, пусть и без документации, особенно когда над нашими головами разверзается ад. — Спаркс покачала головой.

— Думаю, вот и ответ на твой вопрос, — сказал Томми.

— Я продолжу работать здесь, внизу, — сказал Муса. — Я так понимаю, вы планируете делать резкие развороты на трех g?

— Что-то вроде этого, — кивнул Томми.

Муса поджал губы.

— Для оборудования это не важно. Ладно, посмотрим, что мы тут сможем сделать.

— Был бы очень признателен, — сказал Томми и повел Крис на корму.

Остановились в пустом квартердеке.

— Что о нем думаешь? — спросила Крис.

— Выглядело дико, когда он пришел и наговорил все это, но у нас впереди сражение дюжины маленьких катеров и всего, что смогли выдоить из яхтенных доков, против шести линкоров. Поэтому мне до сих пор не кажется самой разумной вещью, что я позволил тебе уговорить себя на такое.

— Ты же не хочешь превратиться в скучающего старого женатика, а?

— Мама с папой на это не жаловались, но так и быть, давай прямо сейчас заглянем в машинное отделение.

Там, под пристальным взглядом старшины, Тонони вместе с двумя механиками проверяли инжекторы антивещества. Рядом стоял докер с инструментами и… запасными форсунками.

Когда заявились Томми и Крис, старшина как раз скомандовал:

— Передай им новый.

— Проблемы, старшина? — спросил Томми.

— Пока нет. Не после того, как мы заменили сто двадцать процентов двигателя, сэр, — с натянутой улыбкой ответил старшина.

— Это сертифицированные детали, старшина, — докер аж побледнел.

— Наверняка сертификаты выдавала чья-то домашняя обезьянка, — выпалил в ответ старшина.

— Нам нужны еще запчасти? — спросил Томми.

— На пристани стоит тележка с ними, — сказал докер.

— Думается, что там давно пусто, — хмыкнул старшина.

— Это вторая загрузка, — сказал человек с доков Нуу. Крис сразу бы и не сказала, пытается он помочь себе или копает глубокую яму.

— Было бы неплохо, если бы мы смогли стартовать где-нибудь в этом году, — с некоторой долей задумчивости проговорил Томми.

— Двигатель выполнит любую команду как только вы ее отдадите.

— Нелли, отошли Рою сообщение. Пусть перевезет на буксиры запчасти для двигателей, лазеров и электроники PF. Пусть опустошит склады. На складах они пользы не принесут, а нам могут понадобится.

— Он получил сообщение, — ответила Нелли. — Первая реакция была непристойной, но он приказал складам перевести все на буксирную площадку.

— Спасибо, Нелли.

— Не беспокоишься, если сообщение перехватят? — спросил Томми.

— Сейчас на станции и вокруг нее должно быть достаточно движения, чтобы затопить их коммуникационное оборудование. Думаю, они взломают мое сообщение — минут через пять после того, как я вышвырну их из космоса.

Томми усмехнулся и вошел вслед за Крис на мостик. Пенни посмотрела на них.

— Отлично, а то я уже хотела посылать за вами. У нас сообщение для всех.

На экране появился незнакомый мужчина, судя по всему, адмирал Пеннипэкер, председатель генштаба.

— Оборона Вардхейвена приведена в полную боевую готовность. Мы собираемся выпустить ударную группу из Верхнего Вардхейвена для перехвата злоумышленников. В ответ на наш ультиматум они замолчали и увеличили торможение. Если это свидетельствует об их добрых намерениях, хорошо. Если нет, дадим им знать, что Вардхейвен будет защищаться изо всех сил.

— Ну разве такая речь не взбудоражит мою кровь? — буркнул Томми.

— Нет, — сказала Пенни.

— Сможешь соединиться с «Хэлси» по защищенной стационарной линии?

— Сделаю, — ответила Пенни.

— Сэнди, что думаешь о заявлении Пеннипекера? Есть ли что-то хорошее в том, что делают линкоры?

— Разве что в мечтах Пеннипекера. Начав тормозить немного сильнее, они могут повернуть корабли немного позже, чтобы защитить себя от нас, когда понадобится, и, при этом, не промахнуться мимо станции. Еще они стали больше контролировать выбросы. Сейчас они выглядят, как шесть больших дыр в космосе. Сообщений оттуда почти нет. Не совсем то поведение, которое ждешь от дружелюбных посетителей.

— Сообщи всем, мы получили лицензию на охоту. Теперь все наши действия законны. Открыт сезон на линкоры и мы можем уложиться в лимит.

— Замечательно. Уверена, Луна и ван Хорн тоже будут в восторге.

Отключившись, Крис залезла рукой в карман и повернулась к Томми.

— У меня кое-что есть для тебя, капитан PF-109. Кажется неправильным, что тебе приходится вступать в бой единственным младшим лейтенантом, командующим PF, поэтому коммодор попросил ван Хорна побыстрее рассмотреть документы о твоем повышении. Поздравляю, лейтенант. Пенни, не хочешь оказать честь?

— Было так приятно, когда он служил под моим началом, — притворно надула губы Пенни, но встала, обошла свой пост, сняла с плеч Томми старые нашивки и прикрепила новые, что принесла Крис.

Отдав честь новоиспеченному лейтенанту, Крис устроилась в своем кресле. На ее панель приходила информация со всего катера. Крис сделала небольшую поправку, и теперь на панели отражалась информация всей Эскадрильи. У PF-111, которым командовала Бэбс, двигатели еще не работали… опять.

Пришло время брать все в свои руки.

— Фил, ты возглавляешь Первое Звено. У тебя PF-101, 102 и 103. Чандра, на тебе Третье Звено. Прихвати 104-й, и 111-й, если им удастся стартовать с пирса.

— Если меня подтолкнуть, я полечу, — отозвалась Бэбс.

— И PF-110. Хизер, держись поближе к Чандре. Для Третьего Звена у меня запланированы кое-какие перемещения.

— Бродячая лягушка не оторвется от твоего старого хвоста, Чандра, — заявила Хизер.

— Остальные, под началом PF-109, составляют Второе Звено, — продолжила Крис. — Отходить от пирса будем все вместе плотной группой. Пусть враг видит нас как можно меньше.

— Так когда стартуем? — спросила Хизер, задав вопрос, интересующих всех.

— Примерно через два часа, — сказала Крис.

— Целых два часа. Мы все постареем и поседеем. А у некоторых вовсе внуки появятся.

— Два часа. Держаться плотной кучкой. Ждать, — повторила Крис.

— Починить двигатель, — сказала Бэбс.

— Отремонтировать конденсатор, — добавил Энди.

Ждать.

Глава 15

До контакта 7 часов 30 минут

— Ничто, никогда не идет по плану, — пробормотала себе под нос Крис. Она слышала эту фразу от отца, когда тот говорил о политических кампаниях. Она слышала эту фразу от дедушек Рэя и Троубла, когда те со смехом вспоминали о былых битвах. А сейчас сама столкнулась с этим фактом напрямую. Одно дело — придумать спрятаться за пассажирскими лайнерами. Другое дело — выполнить это.

— Портовый контроль, повторите пожалуйста, что вы хотите, чтобы мы сделали!

— «Гордость Антареса», вам разрешено отойти от пристани, но постарайтесь некоторое время держаться около станции на расстоянии пятидесяти километров.

— У нас будет невесомость.

— Да.

— У меня полный корабль детей и женщин, не привыкших к нулевой гравитации. Черт, у меня в команде даже младшие офицеры и стюарды не провели в невесомости и десяти секунд. Как долго вы хотите, чтобы мы висели на одном месте?

— Около часа. Может, немного дольше.

— Как насчет того, чтобы я на одном g ушел прямо к точке прыжка Альфа но задержал вылет на час?

— «Гордость Антареса», у меня тут двенадцать лайнеров, готовых к вылету в течение часа. Мои данные показывают, что корпус вашего корабля достаточно крепкий, так что я активирую крепежи.

— А если я разгонюсь до одного g и уйду?

— Позвольте напомнить, что вы находитесь в зоне первичного контроля обороны Вардхейвена и все наши лазеры заряжены.

— Вы не посмеете.

— «Гордость Антареса», у меня сегодня плохой день. Вы правда хотите увидеть, что я могу сделать из того, о чем с сожалением буду рассказывать дома вечером жене?

— Можете сказать, хотя бы, что у вас тут происходит?

— Не на открытом канале.

— Крис, — сказала Сэнди по стационарной связи, — думаю, пора сказать лайнерам, зачем они нужны нам там, где нужны. Может даже, пообещать какое-то вознаграждение.

— Хорошая идея. Мне все равно здесь скучно.

— Ладно, народ. Заключительный инструктаж. Я — оперативная группа «Горацио», в составе корабли с первого по шестой. Крис, у тебя оперативно-тактическая группа.

— Как в «Атаке легкой бригады».

— Рада, что ты читала Теннисона. По последним данным, у тебя от первого до двадцать седьмого. Зависит от того, кто первый отправится с пирса.

На панели управления перед Крис появились числа. Ее PF были присвоены номера с двенадцатого номера, а дальше шли яхты.

— Капитан, на вас оперативная группа «Кастер». От первого до восьмого.

— Понял. — Последовала пауза. — Как-то сослуживец мне рассказал, что Кастеру однажды крупно не повезло. Настолько, что после этого о нем больше ничего не слышали. С вашей стороны, надеюсь, это шутка была.

— Только для тех, кто сможет взломать наши коды. Кстати, Крис, Бени мне сказал, что Томми придумал какую-то синхронную передачу, которая, якобы, поможет нам сбить врага с толку. Не желаешь поделиться, Томми?

— Отправляю. — Пауза. — Отправил.

— И когда собираешься начать вот это проигрывать? Бени возбудил мое любопытство.

— Подождем немного. Пока что мы недостаточно отчаялись.

— А я думал, вы, наездники PF, отчаялись несколько недель уже как, — сухо сказал ван Хорн.

— Мы пока что погружаемся туда все глубже и глубже, сэр, — ответил Томми.

— И если дети дадут нам слово, предлагаю начать вылет сейчас. «Горацио», «Кастер», за ними оперативно-тактическая группа. Мы, большие дяди и тети, прикрываемся бортами лайнеров. Вы, ребята, прилепитесь к нашим бортам.

— Как только будем на стороне Вардхейвена? — спросила Крис.

— Да.

— Начинаем вылет. Сейчас, — сказала Сэнди.

— Крис, уже можно отправлять дамп памяти Тру? — спросила Нелли.

— Да, Нелли, уже можно. Но передай тетушке, чтобы она его не открывала, пока мы не вернемся.

— А если не вернемся?

— А вот на это мы, люди, предпочитаем не обращать внимания, пока нас не вынуждают, — сказала Крис.

* * *

Капитан Луна окинула взглядом мостик. Еще неделю назад тут был безупречный порядок. Теперь на стены прилеплены провода, с виду настолько хаотично, что голова начинает болеть. И все же, это все еще ее яхта. Она нажала кнопку связи.

— Давайте-ка заведем машину, народ. Флотские, либо пристегнитесь, либо сойдите на берег, потому что яхта будет маневрировать.

Индикаторы на ее панели горели зеленым. Корпус корабля крепкий. Электричество хорошее… на обоих реакторах. Швартовые причала стали выдвигать яхту от станции. Щелкнуло последнее крепление, корабль отправился в самостоятельный путь.

— Рулевой, подведи нас к этому старому пердуну на «Кушинге», — приказала она.

— Выполняю, мэм, — отозвался молодой парень.

Луна снова осмотрелась на предмет, не поплохеет ли кому-то из резервистов Космофлота в невесомости. Официально все они прошли космическую квалификацию. Только вот Луна доверяла флотским бумагам не больше, чем обычной макулатуре, из которой только самолетики делать. Тем не менее, все пока оставалось спокойно. Воздух был свободен от кислого запаха вчерашнего ужина.

— Флотские, у кого-нибудь из вас есть наличка, которую не жалко? — Спросила Луна по корабельной связи. — Пока ничего особенного не происходит, думаю, у нас есть немного времени на пару партий в покер.

* * *

— Э-э, принцесса, говорит командир летучего отряда, прошу уточнить нашу задачу.

Упс. Сэнди… и Крис вместе с ней, забыли кое-кому, кого сами же и организовали, передать распоряжения.

— Поисковые и аварийно-спасательные буксиры, — которых сейчас стало гораздо больше, — должны остаться на станции и вылететь на орбиту через три часа. Я предупрежу, когда следует ожидать перехват. На данный момент это примерно через шесть часов. Теперь по подразделениям летучего отряда. Вооруженные яхты и мелкие суда формируются по дивизиям. Сейчас я отправлю вам, как именно. — Пальцы Крис пробежали по панели, отдавая несколько команд. — Отделения 4, 5 и 6 — следите за патрульными катерами 1-го, 2-го и 3-го отделений. Седьмое отделение, остаетесь с шестым. Если появятся вакансии в других отделениях, заполните их. Или я что-нибудь для вас придумаю. — Седьмое отделение состояло из трех гоночных яликов, присоединившихся к веселью в последнюю минуту. От них в ответ пришло задорное: «Конечно, без проблем».

— Получается, у вас будет целый час при нулевой гравитации, когда мы начнем приближаться к орбите Вардхейвена. Если считаете, что сможете выдержать два с лишним часа, можете объединиться с основной бригадой. Если хотите сэкономить час без нулевой гравитации и оставаться ближе к станции, оставайтесь пришвартованными к причалу, пока отходят и выстраиваются в линию лайнеры.

— Мы так и сделаем, — тихо прозвучало в ответ.

Крис держала свое подразделение вместе, в сторонке, не мешая крупным кораблям выстраиваться в линию, что оставило ее рядом с комлинком, когда следующий лайнер получил приказ.

— Диспетчерская, я правильно понимаю, что вы отказываете в моем запросе на увеличение скорости для полета к точке прыжка Альфа?

— Так точно, «Повелитель Плеяд». Вам, как и «Гордости Антареса» приказано держаться от станции не далее пятидесяти километров.

— Вы собираетесь нас вообще отпускать?

— Да.

— И когда же?

— Следите за передачами. Это открытый канал, а в системе враг.

— Я так понимаю, поэтому вы хотите, чтобы мы молчали? У вас, вардхейвенцев, есть яйца, если думаете, что…

— Хотите потерять лицензию на полет из-за того, что слишком много болтаете? — перебили капитана «Повелителя Плеяд».

— Как будто у вас будет на это время. Ладно, замолкаю. И весьма рад с вами повидаться в последний раз.

— Можем в него, как бы случайно, выстрелить? — поинтересовался Томми.

— На борту полно гражданских, — заметила Пенни.

— Можем его напугать, — предложил Фил. — Пролетим совсем рядом.

Крис почти видела его дьявольскую улыбку.

— Восьмая эскадрилья отправится в боевой вылет по моему приказу. Фил, постарайся не содрать краску с борта лайнеров, пока будем идти мимо. В любой другой день — пожалуйста, но не сегодня, поверь, на нашу долю достанется рыбка покрупнее.

— Не знала, что ты веган, — сказала Хизер, но Фил уже пристроился между вторым и третьим лайнерами, только-только начавшими движение в очень медленном темпе.

Восьмая эскадрилья заняла свое место между Вардхейвеном и оперативными группами «Горацио» и «Кастер». Обложенная почерневшим льдом, отражающим звезды, «Хэлси» выглядел смертельно опасным. Старичок «Кушинг» выглядел немного хуже, даже для своих немалых лет. Шесть приманок, наспех выкрашенных в черный цвет, выглядели не лучше груды металлолома, отлетевших с верфи какого-нибудь судоремонтного завода. Контейнеровозы сверкали своей оригинальной, бело-синей с примесью малиновой окраски, контрастирующей с зеленью прикрепленных контейнеров. Но они держались за кормой последнего корабля, как и ожидала Крис от команды капитана ван Хорна. Первые четыре корабля были полностью загружены. Последние два только наполовину. У Крис как-то не получилось спросить, что капитан задумал сделать с ними, но не сомневалась, что он нашел им хорошее применение.

Каждые три-четыре минуты от станции отделялся очередной лайнер и отваливал, пристраиваясь за корму предыдущего пассажирского судна, как раз справа от кораблей Сантьяго и ван Хорна. Крис пока больше ничего не оставалось, кроме как наблюдать за происходящим. В первый же день в школе кандидатов в офицеры она узнала, что ждать и догонять — самый настоящий путь Космофлота.

До контакта 7 часов 15 минут

Когда впереди появилась круглая автомобильная стоянка около дома Нуу, Хонови сглотнул. Она была забита машинами.

— Что они тут все делают?

— Сегодня у твоей мамы еженедельная вечеринка с канастой, — сказал отец.

— Но через несколько часов прибудут вражеские линкоры.

— Что бы ни случилось, а мама с ее подружками вряд ли изменят свое расписание, но сегодня они не играют в канасту. На сегодня они договорились прятать содержимое музеев Вардхейвена. Ты ведь не хочешь, чтобы оккупанты захватили наши сокровища, сынок?

— Никогда бы не подумал, что мама с подругами…

— Сегодня многие люди нас удивляют. Но позвони Роуз и скажи ей, что пора уезжать. Посоветуйся с горничной сестры, она поможет. Если ты серьезно настроен на то, что нужно уносить ноги подальше, стой на своем, может быть, окажешься прав. Подозреваю, мамин клуб быстро распространит новость, кто-то даже может отправиться с ней.

— Если будет время, — сказал Хонови.

— Ты же знаешь свою сестру. Черт возьми, парень, я ненавижу, когда она вот так упорствует. Разве она не понимает, что за ее действия погибнет много людей? Не все они живут долгой, злобной жизнью, как мои деды.

— Поверь, она знает, что делает.

— Когда все это закончится, нужно отправить ее куда-нибудь, где она осознает ошибочность своего пути.

Хонови посмотрел на еще одну припарковавшуюся машину.

— Но сейчас, пап, ты разве не думаешь, что мы должны радоваться тому, что она пусть даже совершает ошибку, нежели обдумывает, правильно или неправильно поступает?

— Хм-м, — только и сказал отец.

* * *

— Сэр, нам нужно поторопиться.

— Уже иду, — буркнул Эл Лонгнайф, поворачиваясь к своему убежищу спиной и направляясь к лифту. Он сделал все, чтобы сделать свою жизнь безопасной, а личность неприступной, и вот до чего докатился. Теперь все зависит от того, ошибется внучка или нет, что состряпает из брошенных кораблей, взятых на прокат яхт и прочей мелочи.

— Очень плохое планирование, — буркнул он, входя в лифт.

— Сэр? — Младший вице-президент, любезно предложивший отсидеться в своих охотничьих угодьях в южных горах, вопросительно посмотрел на Эла.

— Ничего.

На самом деле нарисовалась огромная проблема. Он позволил отцу играть в короля девяноста планет. Сын принял игру. И что это принесло самому Элу? Ничего. Ничего, что защитило бы его бизнес, его богатство от свалившихся на голову боевых кораблей. Ничто не может защитить башню, в которой он жил последнее время, от превращения в дымящиеся руины. Ничего, что может защитить его жизнь.

Эл неуклюже устроился в высоком вездеходе, как раз годном, чтобы пробраться в непроходимую глушь. Когда вездеход тронулся с места и поехал вдоль пышного, обсаженного деревьями, бульвару прочь от башен Лонгнайф, он оглянулся. Эл всегда считал высокий цилиндр небоскреба салютом всему миру.

Теперь же не был уверен, кто кому показывает палец.

Эл устроился поудобнее, готовясь к долгой поездке. Может, Генри Петервальд не настолько сумасшедший. Может, единственный способ сделать обитаемое человеческое пространство безопасным для себя — это контролировать каждый чертов его дюйм.

Есть о чем подумать.

До контакта 7 часов

— Сэр, мы перехватили переговоры с диспетчерами Верхнего Вардхейвена, — сообщил дежурный лейтенант. Адмирал подошел ближе и заглянул ему через плечо, точно так же, как сам лейтенант заглядывал через плечо техников.

— Проиграй, сынок.

Адмирал прислушался. Да, кое-что начало происходить. Больше, чем просто лайнеры, набитые пассажирами, отшвартовавшиеся от станции.

Подошел Сарис.

— Они не разрешают им идти к точке прыжка Адель.

— И не удивительно. Они хотят, чтобы лайнеры кружили вокруг Вардхейвена.

— И напасть на нас? — спросил дежурный лейтенант. — Это же самоубийство.

— Вы отправили сообщения нашим капитанам? — спросил адмирал. Сарис тут же продемонстрировал планшет с текстом. Послание было ясным и понятным: стрелять по двигателям, пассажиров не убивать. — Такое поймет даже упрямый идиот. Отлично.

Адмирал устроился в кресле за боевой панелью и оглядел орбиту Вардхейвена.

— Проложить курс к точке прыжка Адель с Верхнего Вардхейвена с орбитой вокруг Вардхейвена.

Экран на панели моргнул и выдал результат.

— Лейтенант, расскажи мне об этой станции.

— Оборонные лазеры заряжены. Десятки пассажирских лайнеров выведены в открытый космос, двигатели работают. Торговые суда тоже. Как и частные яхты. Вся станция слилась в единый огромный магнитный поток, сэр.

— Радар.

— Ничего, сэр.

— Визуальное наблюдение? Лазер? Что, никто ничего не видит?

— Ничего, сэр. Разведка докладывает, последние двенадцать часов станция даже канализацию не откачивает.

— Это до того, как был выставлен ультиматум?

— Да, сэр. Мы предположили, что во время эвакуации у них возникла проблема, и никто не обратил на нее внимания. Ну, это ведь всего лишь канализация.

Адмирал покачал головой.

— Не обратить внимания на эвакуацию, которая создала проблемы с канализацией, — фыркнул он. — Что за безмозглые дураки попали в разведку?

С другой стороны, лучше поздно, чем никогда.

— Нужно ли включать все системы сэр? — спросил Бхутта.

— Мы понятия не имеем, что у них есть. Почему я должен сообщать им, что есть у меня? Нет, мы обычные линкоры президентского класса. Пусть они погадают, с чем придется столкнуться, пока это служит нашим интересам прежде, чем покажем все, чем обладаем.

Адмирал уставился на экран панели, на которой сейчас информации было больше, чем четыре дня назад.

— Нет. Сейчас мы летим вперед и ждем.

До контакта 6 часов 45 минут

Крис наблюдала за удалением транспортной колонны. Сейчас это было больше, чем просто огромные пассажирские лайнеры. Тут же были наспех переоборудованные грузовые суда, несколько контейнеровозов, приспособленных для перевозки людей, и большая часть яхт. По сети Крис слышала довольно неприятные комментарии владельцев яхт, обнаруживших, что их яхты на своем месте нет. Их разместили на чужих яхтах и переоборудованных кораблях, а жалобы постарались свести к минимуму. Крис надеялась, что это так. На самом деле никто не говорил, что их кораблик до зубов вооружен. Не по сети.

Пора будить остальных.

— Оперативно-тактическая группа, ваш выход. Пятиминутный отсчет. Приготовьтесь оторваться от станции и присоединиться к колонне через пять минут.

В ответ раздалось: «Вовремя», «Минуточку, у нас шкипер на берегу» и «Блин, не успел видео досмотреть».

Крис подождала четыре минуты и запустила минутный отсчет, а потом приказала отделяться от станции и лететь в указанном порядке. Четырнадцать кораблей из пятнадцати покинули доки. Не успела Крис распорядиться одному из кораблей седьмой дивизии заполнить недостающее место, как док выплюнул отставший корабль.

— Извините за опоздание. — Вот и все, что она получила вместо оправдания.

— Рада, что у вас получилось к нам присоединиться.

Они пролетели мимо яхт и катеров, проложили путь через линию транспортников, кораблей Космофлота и присоединились к Восьмой эскадрилье.

— Помните, как только все начнется, вы остаетесь с нами, пока мы не разгонимся до двух g. Потом отступаете. Мы же несемся дальше и вбиваем хоть немного здравого смысла в спятившие линкоры.

— А мы подбираем ошметки, — дружно вернулось в ответ.

Крис взмолилась, чтобы они вскоре не превратились в разреженные облака металлолома.

До контакта 6 часов 35 минут

Сэнди оглядела мостик «Хэлси». Каждый пост укомплектован и готов к бою. В тусклом свете лица офицеров выражали нетерпение. Как я позволила еще одному Сантьяго последовать за другим Лонгнайф в очередные неприятности?

Потому что другого выхода на самом деле нет, — ответила сама себе Сэнди теми же, словами, которые, наверняка, когда-то говорил ее прадед.

— Ну, мне, хотя бы, не придется доставать из портфеля чертову бомбу, — пробормотала она себе под нос.

— Мэм? — вопросительно выгнул бровь старпом, стоявший рядом.

— Всем внимание, — нажав кнопку связи, сказала Сэнди, — говорит капитан. Вы знаете, какова наша миссия. Сейчас мы в роли приманки и наша задача — отвлечь огонь от мелких катеров. Мы это сделаем. Но я еще не забыла, как, надеюсь, не забыли и вы, что «Хэлси» несет десять больших импульсных лазерных установок. Как только выполним основное задание, как только катера PF закончат танцевать свою чечетку, мы сами обязательно уничтожим столько вражеских линкоров, сколько сможем.

Эти слова вызвали одобрение, начиная с мостика и заканчивая самыми далекими отсеками корабля.

— Транспортники, это конвой. Вам разрешено начать замедление по моей команде. Совершите один оборот вокруг Вардхейвена и только потом разгоняйтесь до точек прыжка Альфа или Бета.

Ответы не замедлили прийти, диапазон при этом оказался весьма обширен: от искренних слов благодарности до неприятного сарказма, типа: «Кто окажется достаточно сумасшедшим, чтобы отправиться к Бете?»

На транспортниках, расположившихся рядом с «Хэлси», включились дюзы. Где-то впереди, где находились оперативные группы, корабли тоже включили тягу, да и сама «Хэлси» врубила двигатели. Как один, добровольцы как гражданские, так и от космофлотские, стали уходить на более низкую орбиту, где, обернувшись вокруг Вардхейвена, смогли бы рвануть в космос. В то время, как транспортники применяли прямые векторы торможения, кораблям Космофлота приходилось выделывать причудливые маневры. Они не только притормаживали, но и пытались подобраться поближе к транспортникам, причем намного ближе, чем пятикилометровая отметка, разрешенная законами прекратившего существования Сообщества и страховыми компаниями. Но шла война, а тяжелые времена требовали больших рисков.

Были и исключения. Два корабля оперативной группы «Кастер», наполовину загруженные контейнеровозы, выжидали момент, чтобы начать снижение, ждали, когда конец колонны транспортников сравняется с ними, после чего тоже включили дюзы и, слегка покачиваясь, встали в хвост очереди. На них никто не обратил внимания.

Поскольку Сэнди не смотрела в ту сторону, она не заметила еще одного исключения. Три маленьких вооруженных корабля, которые Крис определила как Седьмую группу, включили маневровые двигатели, но лидер группы заметил отсутствие огня у двух контейнеровозов и решил, что им нужна помощь. Потом он решил, что веселее будет, если вовсе останется с ними, учитывая то, чем занимались контейнеровозы. Еще три маленьких кораблика присоединились к толпе яхт и таких же небольших кораблей в конце очереди транспортников. Они были настолько маленькими, что никто и не увидел, что к их обшивке были приварены ракетные установки.

* * *

Крис наблюдала, как исчезает станция. Она делала так всякий раз, когда спускалась на лифте. Сегодня было другое. Сегодня дом не приближался, а наоборот, отдалялся. Сегодня она была на пути к битве, в результате которой определится, останется ли ее планета свободной, либо станет мертвой и порабощенной. Любой исход может убить как ее саму, так и многих людей, которых она любила.

Но другого выбора нет, — сказала она самой себе и добавила: — Ненавижу эти слова. Если переживу эту битву, клянусь, сделаю все, что в моих силах, чтобы больше никогда не оставался только один вариант. У меня всегда будет выбор. Я буду принимать собственные решения, и не потому, что окажусь в ситуации, когда больше ничего другого не остается.

Крис находилась на борту PF-109, когда гравитация Вардхейвена развернула катер и швырнула его в Милну.

До контакта 5 часов 25 минут

— Адмирал, лайнеры в сопровождении конвоя подходят к Вардхейвену, — сказал дежурный лейтенант.

Адмирал так и не оторвал взгляда от боевой панели.

— Командир конвоя разрешил лайнерам запустить основные двигатели, чтобы отправиться к точкам прыжка. Обратите внимание на множественное число, сэр.

— Принял к сведению, лейтенант. Что мы знаем об этом командире конвоя?

— Похоже, это она, сэр. В системе только один эсминец, сэр, и командует им женщина.

— Одна из их амазонок, ха, — проворчал Сарис. — Наверное, собирается сопровождать лайнеры до самого выхода из системы, а?

— Я бы предпочел услышать больше об использовании нескольких точек прыжка. Кто-нибудь отправился к точке прыжка Барби?

— Пока мы не можем этого сказать, сэр.

— Дайте мне знать немедленно.

Адмирал начал барабанить пальцами по боевой панели. Та показывала вектор, по которому шли шесть линкоров, и тот проходил между станцией Верхний Вардхейвен и планетой. В какой-то момент ему придется подкорректировать торможение. Внимание привлекла бесформенная сфера электромагнитного потока, входящая аж в атмосферу Вардхейвена.

— Сможете сделать мне визуальную или радиолокационную картинку?

— Радар по-прежнему клинит, сэр.

— Наш радар глушит какая-то колонна пассажирских лайнеров?

— Так утверждает разведка, сэр.

— Тогда покажи мне лучшую картинку, какую только сможешь. Они начали движение. Разве мы не можем увидеть, какие двигатели у них там работают?

— Они летят под углом девяносто градусов, сэр.

— Покажи в инфракрасном диапазоне.

— Работаем над этим, сэр, но картинка нечеткая.

— Нечеткая? Кто-нибудь покажет мне что-нибудь, чтобы я смог использовать свою боевую панель? Сарис, загрузи мне данные.

Через несколько минут адмирал поднялся и, заложив руки за спину, стал расхаживать по мостику между двумя экранами.

— Сбивает с толку, сэр, — сказал Сарис.

— Да, сбивает. Инфракрасный диапазон нечеткий. Лазерные дальномеры что-то путают. Похоже на вереницу торговых кораблей. Первый похож на корабль класса «Независимый». Следующим на очереди должен быть корабль стандартной серии «Прайд», но электромагнитные сигналы следующего корабля сбивают с толку. Возврат лазера имеет странное эхо, а инфракрасный порт не работает.

— Они, хотя бы, не летят в нашу сторону, сэр, — сказал дежурный лейтенант. — И все направляются к точке прыжка Адель.

— А эти? — адмирал указал на небольшую группу в конце строя.

— Похоже, немного сбились с курса, сэр.

— Дай мне знать, когда выяснишь, каким курсом они идут.

Дежурный лейтенант кивнул. Потом его взгляд расфокусировался, когда он прислушался к словам из коммуникатора.

— Повторите еще раз, — сказал он и с трудом сглотнул. — Сэр, разведка считает, что эти сбившиеся корабли направляются к точке прыжка Барби.

* * *

— Где сейчас седьмая группа? — спросила Крис, стараясь говорить тихо, спокойно и командным тоном, в то время, когда ей хотелось кричать.

— Вот здесь, Крис, рядом с двумя грузовыми судами из группы «Кастер». И не спрашивай, что они делают. Они всего минуту назад следовали вместе с нами, а потом внезапно ускорились до одного g.

— И куда направились? — спросила Крис.

На рабочей станции тут появился курс, ведущий к точке прыжка Бета.

— Идут прямиком к линкорам, — сказала Нелли.

— Ван Хорн говорил, что у него есть что-то особенное для тех кораблей. Но зачем к ним присоединилась Седьмая группа?

— Не знаю. У них такого приказа не было. Можем приказать им лететь обратно? — спросил Томми.

— Они были последними, кто пополнил наши ряды. Их нет в сети Космофлота, так ведь? — Крис посмотрела через плечо на Пении и Мусу. Ворон покачал головой.

— Нужно поговорить с ними по коммерческой линии и в открытом доступе, — сказал он. — Линкоры уничтожат их. Я бы не стал отдавать им новых приказов. Насколько помню, последним распоряжением был приказ оставаться рядом и слушать. Похоже, они решили сбежать, мэм.

Крис не могла с этим спорить, но, все же, в ее цепочке подчинения что-то пошло не так. Нельзя допустить повторения подобного. Она включила коммуникатор.

— Летучая группа, внимание. Оставаться со мной на одном уровне. Подтверждения не нужно.

Ответов, как и хотела, Крис не услышала. Ну, те, кто остался, хотя бы подчинялись незначительным приказам вроде этого. Она посмотрела на боевую панель. Транспортники начали ускоряться до комфортного ускорения в один g, что, несомненно, облегчит жизнь пассажиров. Оперативные группы Космофлота отделялись от гражданских судов, от того прикрытия, которое они предлагали, и отправлялись к луне. Группы «Горацио» и «Кастер» же пока еще держались под прикрытием транспортников… а летучая группа крепко держалась под прикрытием и тех, и других.

Между тем два грузовых корабля-одиночки и три небольших катера на ускорении в один g шли к точке прыжка Бета без явного намерения когда-либо туда попасть.

* * *

Адмирал изучал боевую панель. Она говорила ему очень мало.

— Расскажите мне об этих пяти кораблях, — потребовал он.

— Два из них — стандартные контейнеровозы. Визуальное наблюдение говорит, что они частично загружены стандартными контейнерами. Остальные — небольшие системные катера, не предназначенные для межзвездных прыжков, сэр.

— И на что они надеются, летя к точке прыжка?

Когда наступившая тишина стала длиться слишком долго, разрушить ее решился дежурный лейтенант.

— Сэр, может, кто-то настолько отчаялся и решил, что сможет сделать прыжок, купить топлива в системе Паулы, сделать еще один прыжок и так раз за разом, пока не найдут себе пристанище. Это рискованно. Если у них закончится топливо…

— Ну, на что только не решишься, когда спасаешь свою жизнь, — сказал Сарис.

— У меня появилось желание поговорить с теми, у кого был доступ к подобным кораблям и кто почувствовал сильную потребность бежать, — войдя без предупреждения на мостик, сказал будущий губернатор Вардхейвена.

— Веская причина включить в наш состав парочку корветов, — не в первый раз заметил адмирал.

— Мы должны представлять твердый, единый, бронированный кулак. В нас и без корветов нет ничего слабого, — Харрисон Масклин в очередной раз процитировал Генри Петервальда. Возможно, эти слова являются хорошей позицией в бизнесе, но вот с точки зрения космических войск многое упускается из виду.

— Что ж, эта рыбка в сети не попадет, которой, к тому же, у нас нет, — вынес окончательный вердикт адмирал. — Если, конечно, не угрожают нам.

— Грузовые суда и мелкие катера нам угрожают! — настойчиво сказал губернатор.

— Как близко они к нам подойдут? — спросил адмирал.

Физиономия дежурного лейтенанта выглядела так, словно тот съел лимон.

— Сэр, у каждого из этих кораблей есть проблемы с сохранением курса. Не думаю, что катера знают, где находится точка прыжка.

Точки прыжка обычно кружились по не стабильным орбитам вокруг звезд, что было частью процесса поддержания связи с другими солнечными системами. Звездолеты использовали специальный набор датчиком, чтобы уточнять местоположение точек прыжка по мере приближения к ним.

— Думаю, катера хотят следовать за грузовыми судами, но, судя по всему, один из капитанов в себе не уверен, — фыркнул Сарис.

Адмирал кивнул. Подобные вещи случаются, когда люди начинают паниковать. Когда хватаешь корабль, слишком долго привязанный к причалу, а торговые офицеры слишком долго зависают у барной стойки… С другой стороны, все это могло быть банальным прикрытием.

— Когда они подойдут ближе всего к нам? — спросил адмирал.

— Примерно через два с половиной часа, сэр.

— Свяжитесь с ними, предупредите, чтобы держались от нас минимум в двадцати тысячах километрах. Если подойдут ближе, мы их застрелим.

— Есть, сэр, — ответит начальник штаба.

Дежурный лейтенант тем временем с отсутствующим видом уставился в потолок, словно видел там свое будущее.

— Сэр, — наконец сказал он, — между транспортной колонной началось какое-то оживление. Датчики начинают прояснять ситуацию. Среди лайнеров есть военные корабли.

Адмирал усмехнулся.

— Скажи мне что-нибудь, чего я не ожидаю, парень.

Глава 16

— Она просто засветилась, как рождественская елка, — сказал Мус.

Крис отстегнулась, подошла к его пульту, по пути кинув взгляд и на пульт Пенни. Повсюду плясали разноцветные гистограммы, появлялись и исчезали кружки, а списки росли так быстро, что строчки, не успевая появляться снизу экранов, тут же исчезали сверху.

— Они нас изучают, причем очень активно, — сказала Пенни.

— И всем, что у них есть, — тихо сказал Мус. — И они везут с собой много всякой всячины. До сих пор я встречался с техникой, которую в любом магазине подержанных кораблей на Земле можно купить. Мелочь всякую, ни о чем. А вот то, что у них, говорит, что они хороши. Очень хороши.

— Очень хороши? — прошептала Крис.

Мус поднял взгляд от показаний на своем пульте и на его лице обнаружилась напряженная улыбка.

— Не так хороши, как я и мои приятели-вороны. Нет, они не так хороши, как думают. Если бы так, они бы уже давно обо всем догадались. А пока щекочут нас с целью посмотреть, как мы отреагируем. Играют с нами, ловят на крючок, как хороший рыболов ловит форель. Путь они пока немного побегают, покидают крючок, повытягивают его. — Мус покачал головой. — Эти парни работают грубо, пытаются силой задавить.

Крис надеялась, что грубая сила в ее деле — не все, что нужно для победы.

— Молодой человек, — Мус обратился к Томми, — я слышал, у вас есть какая-то песня для фона в боевой сети, которая должна подбодрить нас на нашем пути и усложнит взлом наших коммуникаций.

— Минутку, — сказал Томми и набрал на своем пульте команду. — Боевая сеть активизирована, — объявил он.

Ударили барабаны, вслед за ними сначала отдаленная, но приближающаяся свирель. Женский голос, от уверенности хриплый, заполнил мостик.

Мелькают топоры, взмахи палашей,

Пронизывающее кольцо сияющей брони.

Лошади несутся под сверкающим щитом,

Сражаться с ублюдками, пока они не отступят.

Вороная кобыла рядом с рыжей чалой,

Деритесь, сохраняя свою землю.

Трубите в рог, заливайтесь слезами,

Скольких из них мы заставим умереть!

Исполняй приказы, как тебе сказали,

Охлади их желтую кровь.

Сражайся, пока не умрешь или не упадешь,

Нашу силу трудно остановить.

Закрой свой разум давленью и боли,

Сражайся, пока остаешься в здравом уме,

Пусть мимо не пройдет ни одна шавка.

Крис посмотрела на главный экран с неумолимо приближающимися шестью вражескими точками в центре. Она стала тихо подпевать припев: «Скольких из них мы заставим умереть!» Она была не одна.

Берегите женщин и детей,

Отправьте ублюдков обратно в ад.

Мы научим их воевать так,

Что они сюда больше не придут.

Используй щит, используй голову,

Сражайся, пока все не умрут.

Подними к небу флаг,

Скольких из них мы заставим умереть!

Теперь подпевал весь мостик. Вот певица замолчала, остались только барабаны, свирель и еще что-то, что Крис не распознала. С музыкой у нее с давних пор было не очень. Ощущение, как будто по спине пробегают мурашки, напрягается тело, сжимаются кулаки. Ей захотелось проделать все то, о чем пелось в песне.

Голос певицы тихо вернулся.

Наступил рассвет, время пришло,

Ступай в такт барабана.

Мы выиграем битву и заплатим дань,

Будем сражаться как единое целое сердцем и душой,

Вороная кобыла и рыжей чалой,

Деритесь, сохраняя свою землю.

Трубите в рог, заливайтесь слезами,

Скольких из них мы заставим умереть!

Мелькают топоры, взмахи палашей,

Пронизывающее кольцо сияющей брони.

Лошади несутся под сверкающим щитом,

Сражаться с ублюдками, пока они не отступят.

Вороная кобыла рядом с рыжей чалой,

Деритесь, сохраняя свою землю.

Трубите в рог, заливайтесь слезами,

Скольких из них мы заставим умереть!

— Ч-черт, — выдохнул ворон. — И вот в это я должен подсовывать пакеты сообщений.

— Откуда добрый, мирный мальчик с Санта-Марии откопал нечто подобное? — спросила Крис.

Томми слегка покраснел.

— Когда я написал бабушке, как мне сложно было быть твоим спусковым крючком на Олимпии, какими бы крутыми ни были плохие люди, она спросила, помню ли я еще эту песню, «Марш Кембрита». Я сказал, конечно, да. Я ведь пел ее с детства, но тогда это была просто песня. А когда бабушка появилась на нашей свадьбе, отвела в сторонку, поблагодарила, что ее сюда позвали, они с бабушкой Гуд-Гуд давно так не наедались, призналась, что никогда не рассказывала нам, детям, как так получилось, что мы до сих пор поем на Санта-Марии эту песню. Там вышло так, что когда заблудшие ученые, наконец, осознали, что заблудились и больше никогда не увидят Землю, если верить школьным урокам, наступила суровая сотня лет. Голодные годы, когда колония могла умереть. Нас, детей, учили в школе, что не все взрослые были готовы, как это говорится в учебниках, ложится спать голодными, а наутро вставать и усердно вкалывать, и так каждый день. Кто-то ушел в горы. А потом они вернулись, только уже как рейдеры. Пытались отнять то, что не хотели добывать усердным трудом. Были бои, мужчины умирали, чтобы еда доставалась детям. Сейчас я думаю, что с их стороны было глупо не рассказывать нам детям, настоящую историю, особенно сейчас, когда мы пошли разными путями, чтобы понять, кто мы на самом деле, но бабушка принесла мне песню, которую я знал всю свою жизнь, и вот, отдаю ее вам.

Фоном рассказу Томми песня повторяла слова: «Берегите женщин и детей…» Да, в долгом покое наверняка многое забывается. Многое становится не самым острым.

— Бабушка сказала, что эта песня пришла вместе с первой командой с Земли, написали ее в двадцатом веке. Судя по топорам, мечам, доспехам и рогам, я думаю, она старше, но самая подходящая, чтобы помочь нам пережить голодное время.

— Скольких из них мы заставим умереть! — вместе подпевали Крис, Томми, Пенни и Финч.

— Должно нам сегодня помочь, — закончил Томми.

— Да, согласилась Крис.

* * *

Исполняй приказы, как тебе сказали,

Охлади их желтую кровь.

— Черт возьми, это что такое? — рявкнул адмирал.

— Мы перехватили их боевую сеть, адмирал, — сказал дежурный лейтенант. — Это штука играет на всех кораблях. Разведка думает, что они прячут пакеты сообщений либо в несущей волне, либо в песне. Или где-то еще. Мы пока в поиске, сэр.

— Ну, и о чем это нам говорит?

— Кажется, около дюжины кораблей отделяются от транспортников, сэр. Похоже, они на одном g уходят к луне. Разведка ожидает, что на полпути они развернутся и начнут тормозить, тоже на одном g, сделают круг вокруг луны — ее называют Милна — а потом пойдут к нам сближающимся кусом. Отчет вот-вот должен прийти на ваш пульт, сэр.

Экран на пульте мигнул и на нем отразился курс, а с перехваченной сети противника доносилось: «Скольких из них мы заставим умереть!»

— Сколько у них кораблей? Какие типы? Вооружены ли чем-то, кроме этой песни?

— Минуточку, сэр, просматриваем данные.

Адмирал поднялся и подошел к информационным мониторам, за которыми наблюдали техники. Он смотрел, как разноцветные линии то поднимаются, то опускаются, идут волнами. Все это ничего ему не говорило, а женщина продолжала петь: «Отправьте ублюдков обратно в ад. Мы научим их воевать так, что они больше не придут сюда».

— Выключите это, — резко сказал адмирал. Ему не хотелось, чтобы эта проклятая песня играла во всем его флоте.

— Да, сэр. Луистер, отключи звук.

— Готово, сэр, — и на мостике воцарилась тишина.

— Интересный кусочек древних преданий, — заметил Сарис. — Топоры, лошади. Они намеревались этим запугать нас?

— Или заставить нас посмеяться до смерти, — усмехнулся будущий губернатор.

— Я с удовольствием посмеюсь, когда узнаю больше о тех кораблях, которые направляются к луне. Мы знаем, что у них есть один эсминец. Может, еще один боевой корабль, но что это за корабли?

Вопрос встретился с напряженным молчанием.

— Даже если так, эти корабли не могут быть хорошими, иначе их отправили бы в Бойнтон, — предположил будущий губернатор, демонстрируя обширные военные знания.

— Скажи мне что-нибудь, — адмирал похлопал техника по плечу. — Расскажи что-нибудь об этих кораблях.

— Сэр, штука не в том, что я не могу рассказать вам об этих кораблях. Дело в том, что данные меняются каждую секунду. Ничего одинакового, сэр.

— Меняются? — Адмирал нахмурился.

— Да, сэр. Первый корабль — эсминец класса «Адмирал», который нам и было приказано искать. Двигатели подходят. Лазерные конденсаторы заряжены и работают. Мы ловим шум пассивными датчиками, а лазеры срисовывают форму. Это эсминец класса «Адмирал», с точностью до третьего знака после запятой, сэр.

— Мне не нравится, что ты говоришь, но продолжай.

— Второй корабль — старое корыто класса «Джон Пол Джонс». Как ему удалось так далеко забраться от пирса, непонятно, но реактор работает стабильно, а лазерные конденсаторы держать восемьдесят четыре процента заряда. Я бы сказал, над ним недавно хорошо поработали. Несколько новых камер «Вестинхауз» вместо оригинальных GE. К тому же он производит больше шума пассивным набором, чем положено, сэр. У них там много лишнего, не от оригинальной конструкции корабля. Кое-что не соответствует ничему, описанному в «Электронных контрмерах всех миров». Полагаю, именно из-за этого разведке понадобилось столько времени для подготовки отчета. Они не могут просто найти и скопировать данные из справочника. Там что-то определенно странное, сэр.

— Не молчи, продолжай. Тишина мне нравится меньше.

— «Хэлси», это же боевой корабль, сэр?

— Да, боевой.

— Ну, он не просто прикрывает корабли позади себя, он выбрасывает облака железной шелухи, кристаллов и иголок, сэр. Наши радары, лазеры и магниты иногда проскакивают, но чаще просто отскакивают от этого мусора. Сложно понять, что реально, а что нет. Кроме того, правда, я в этом не уверен, сэр, но готов поклясться, что некоторые из наших сигналов — радары, лазеры и тому подобное, — перехватываются, искажаются и пересылаются обратно к нам. Эти корабли не просто движутся, они шевелятся, растут, уменьшаются, в общем, там происходит что-то непонятное.

— Это невозможно! — отрезал Сарис.

— Да, сэр. Я знаю, сэр. Но это объясняет, почему командир разведки не хочет высылать доклад, сэр. Я постой техник, не могу говорить за капитана, сэр.

— Ты только что проделал работу старшины. Лейтенант, сделайте запись о повышении.

— Да, сэр, — удивленно расширив глаза, сказал дежурный лейтенант.

— Адмирал, этот человек ничего вам не сказал, — запротестовал будущий губернатор.

— Пока нет, но обязательно скажет. Что ты уже знаешь, старшина? Как думаешь, что уже можешь знать о них? И как думаешь, что они хотят, чтобы ты думал, что знаешь?

Новоиспеченный старшина изучил свой пульт с различными приборами и экранами, потом показал на один из экранов.

— Вот, видите, впереди идет «Хэлси», за ним — «Кушинг». На это я поставлю свою жизнь и жизнь жены и ребенка.

— Может, и поставите, — мрачно проговорил Маскалин.

— Продолжайте, старшина, — сказал адмирал.

— За ними еще шесть кораблей. Определенно шесть. Затем пробел и еще шесть, сэр. Не уверен, что могу рассказать вам об этих двенадцати мишенях, сэр, разве что очень грубо.

— Что-нибудь о двигателях? — спросил начальник штаба.

— Сэр, у двух кораблей, следующих за эсминцем, есть пара реакторов GE-2700. Следом за ними — «Вестинхауз» или «Туманский 3200». Первый подходит для двух старых переоборудованных легких крейсеров, последний — для четырех древних крейсеров времен войн с Итич и даже войн за Единство. Но, сэр, в этих данных есть что-то неправильное. Некоторые колебания, которых не должно быть, сэр. Вот мне и интересно, сэр, а не маскируют ли они каким-то образом или даже подделывают магнитные сигнатуры реакторов, сэр.

— Мы, к примеру, не маскируем наши активные реакторы, — сказал адмирал.

— Нет, сэр. Магнитные сигнатуры наших реакторов слишком велики. У нас нет возможности замаскировать их или изменить сигнатуры, выставленные реакторами, — ответил старшина, будто читая официальное руководство.

— А сам как думаешь? — рявкнул начальник штаба.

— Видите вот эту плавность вот в этой области, сэр, — ответил старшина, указывая пальцем с ногтем, обгрызенным чуть не до основания. — Здесь должно быть резко. Но это не так. И поэтому некоторые из технических специалистов думают, что магнитное поле вокруг наших реакторов замаскировать можно. Перенаправить. Но в этом случае затрат будет больше, чем отдачи. Сэр. Хотя некоторые из технических специалистов с этим могут не согласится.

— Потому что все расплывчато, — кивнул начальник штаба.

— Было бы интересно посмотреть, что вы сможете сделать, если вам выдать нужное оборудование и… деньги, — проворчал адмирал. Но для этого нужно не только оборудование и деньги, но и время. А времени, как раз и нет. — Что насчет других шести кораблей?

— Похоже, это два эсминца и четыре крейсера, сэр, но я не уверен. И все же, у них четкие очертания. Похоже, когда реакторы стоят близко друг к другу.

— Хм. — Адмирал потер подбородок. — Ты мне, похоже, рассказал много. Или же ничего. Есть что-то еще, что можно добавить, старшина?

— Кое-что есть, сэр, но оно может оказаться еще больше призрачным, чем все, что было до этого, сэр.

Адмирал кивнул.

— Наши сенсоры продолжают получать эхо и фантомы, когда они пытаются изобразить цели. Как будто на мгновение мы видим нечто больше, чем корабль. Это может быть всего лишь отражение от мусорных облаков. Или часть ложных сигналов, о которых я говорил. Или там может быть больше целей.

— А сейчас ты начал видеть призраков, — проворчал начальник штаба. — Лейтенант, этому человеку нужна помощь. Мы не можем участвовать в создании и распространении слухов. — Он посмотрел на адмирала, жестом приказал новоиспеченному старшине освободить место.

— Что-нибудь появилось из разведданных? — спросил адмирал.

Дежурный лейтенант кивнул, крепче прижимая к уху коммуникатор.

— Сейчас как раз докладывают, сэр. По их оценке, два эсминца идут к луне, ведя с собой ложные цели, чтобы выглядеть как крупная сила. Утверждают, что их незачем бояться. Скорее всего, они не станут использовать луну, чтобы развернуться и напасть на нас, а продолжат бегство.

— Тогда почему им просто не рвануть к точке прыжка Адель? — вздохнул адмирал. К счастью, начштаба ничего не сказал. — И почему у Лонгнайф есть дроны-мишени, способные подделывать сигнатуры реакторов, а у нас нет? — добавил он.

Новоиспеченный старшина, освобожденный от выполнения обязанностей, угрюмо пожал плечами, так же, как в давние времена крестьяне на протяжении веков пожимали плечами господам, когда тот уже не обращал на них внимания.

— Будет интересно посмотреть, старшина, чьи оценки окажутся более верны, — сказал адмирал. Старшина выпрямился, отсалютовал, развернулся и покинул мостик еще до того, как на его место уселся другой техник.

— Вам не стоит называть его старшиной, — сказал Сарис.

— А я не уверен, что вам надо было его менять, — сказал адмирал, возвращаясь к своей панели управления. Сел в кресло и уставился на данные. Экраны на панели точно сообщали ему местонахождение кораблей. Вот только это не говорило адмиралу ни о чем.

* * *

— Держи корабль устойчиво, — сказал Томми, обращаясь к Финч.

— Устойчиво. Есть, сэр, — повторила рулевой. PF-109 шел пятым в очереди 8-й эскадрильи. Всего в пятистах метрах по правому борту шел головной фальшивый линкор. Финч отслеживала его с помощью лазера ближнего действия, купленного в ближайшем от бобового стебля магазине спортивных товаров, таким пользуются альпинисты. Лазер «стрелял» всего на пару километров и был безобиден настолько, что если заглянуть прямиком в луч, глазу не грозило ничего. Конечно, до приближающихся вражеских линкоров, а это четыреста тысяч километров или около того, такой лазер не достанет и оттуда его работу не заметят.

По левому борту от PF-109 шла вооруженная яхта и повторяла все действия катера, прижимаясь к нему достаточно близко, чтобы у любого страховщика случился сердечный приступ. Крис даже интересно стало, как сейчас чувствуют себя резервисты орбитальной охраны. Обычно они за такие нарушения сразу и безоговорочно выписывают штрафы, а тут им самим приходится нарушать правила.

Есть подозрение, что они получают от этого огромное удовольствие.

— Пенни, Мус, мы знаем о линкорах что-нибудь, чего не знали раньше?

Пожилой мужчина поднял бровь и посмотрел на Пенни. Та кивнула в обратную.

— Хотел бы я сказать вам что-нибудь, мэм, — сказал Мус. — но сейчас, когда у них активны лазеры и радары все, что я получаю от них, я и так ожидал получить от подлого и противного линкора класса «Вильсон». Они с Гринфильда, не с Земли, так что какие-то отличия должны быть, только я пока ничего не могу сказать кроме того, что мы и так, в значительной степени, знали, когда они только появились в систем. Они большие. Они могут нанести большой урон и, скорее всего, у них на бортах много льда.

Крис кивнула. Далеко по правому борту два грузовика и три залетных катера седьмой эскадрильи летели к точке прыжка Бета, навстречу злоумышленникам. Ван Хорн не говорил Крис, что запланировал. Было бы неплохо пораньше обстрелять линкоры. Тот, кто командует армадой, успел показать козыри, а теперь молчал, не передавая в эфир даже ультиматума. Парочка ракет заставила бы его действовать. Хоть как-то отреагировать. Крис на немножко отвлеклась, прислушиваясь к музыке.

Закрой свой разум давлению и боли,

Сражайся, пока остаешься в здравом уме,

Пусть мимо не пройдет ни одна шавка.

Скольких из них мы заставим умереть!

Да, но потерянное подразделение? Что они задумали? Время шло, ответов никаких, корабли развернулись, переходя от ускорения в сторону луны в один g в такое же торможение, чтобы попасть на лунную орбиту. Это было нелегко, потому что Сэнди настояла, чтобы «Хэлси» продолжал выпускать облака «волшебной пыли», как она называла металлическую шелуху. И вот развернулся «Хэлси», за ним «Кушинг», следом «крейсер» капитана Луны и остальные. И, в их тени, разворачивались катера PF и маленькие яхты. Одна из яхт чуть замешкалась, развернувшись чуть позже. Если это что-то и сказало врагу, то что-нибудь незначительно. Они шли по курсу, установленному законами гравитации и физики. Со временем они столкнутся и вот тогда будут применены другие законы: термодинамики и света. Все регулируется законами.

Кроме результата. Он будет зависеть от лазеров и удачи. И грубой силы воли человека.

У Крис было гораздо меньше дел, чем у Томми, тот ходил по мостику, время от времени проверял оборудование, хотел убедиться, что PF-109 готов к тому, что должно произойти. Крис ничего не оставалось, как сидеть и ждать.

— Нелли, ты успела разработать схемы уклонения?

— Разработать, проверить, дважды проверить, распространить и еще раз проверить. Крис, мне нечего делать, а я хочу что-нибудь сделать.

— Мы все в таком же положении, Нелли, но пока нам остается только ждать.

— Мне не нравится ждать.

— Никому из нас не нравится.

— По местам, народ, на некоторое время мы переходим к нулевой гравитации, — объявил Томми, когда эскадра подошла к Милне.

Крис проверила ремень безопасности. Он уже настолько туго затянут, насколько это вообще возможно.

* * *

— Ну и почему мы вообще здесь? — возмутилась Прелестная Дора. — Я недостаточно близко к месту действия… если оно вообще будет… чтобы сделать снимки. Все, что я слышу — только глупую песню. Что происходит?

— Ничего, — ответил Джек, стараясь сохранять спокойствие, насколько позволяли обстоятельства, а они вовсе такого не позволяли. Крис умчалась далеко вперед, изо всех сил стараясь разбить себе голову вдребезги, а он сиди тут, нянчится с женщиной, которая всегда и при любых обстоятельствах находит, на что жаловаться.

Он думал, что следуя за Крис, когда она изображает цель для половины вселенной было худшей частью знакомства с этой женщины, но он ошибался. Этот день, когда она ведет крошечную кучку оптимистов против невозможных шансов, станет худшим днем в его жизни.

— Ну, ведь мы можем же что-нибудь сделать?

— Нет, — сказал Джек. — Она там. Мы здесь. Они хотят развернуться за луной. Пока они делают это, все, что приходит от Вардхейвена, мы должны передавать им. А теперь почему бы вам не сесть и не сочинить какую-нибудь статью?

— Я никогда не сочиняю. Я идеальна в своей спонтанности. Об этом даже говорится во всех моих передачах. — Не в тех, которые видел Джек, но сейчас не время выслушивать историю чьей-то жизни, особенно когда ни разу ей не интересовался.

Джек уселся поудобнее и стал ждать сообщений с Вардхейвена, чтобы тут же передать их флоту Крис. Но пока было тихо.

* * *

Крис наблюдала, как Милна скользит между ее флотом и приближающимся врагом, несмотря на то, что твердый шар луны блокирует наблюдение. Пришло время действовать.

— Оперативная группа «Кастер», предлагаю продвинуться немного дальше, скажем на пятнадцать тысяч километров перед нами, будет шанс послать ракеты прямиком в двигатели линкоров. Что скажете? — спросила Крис.

— Их в этом случае будет сложнее прикрыть облаками мусора, — сказала Сэнди.

— Думаю, мы уже достаточно держали их в неведении, — откликнулся ван Хорн. — Мы в сорока восьми минутах от оперативной группы «Рино», а они как раз сейчас делают, что должны. Как только закончат, сомневаюсь, что у противника возникнут сомнения, что некоторые наши корабли играют роль ракетных переносчиков. Я согласен с мнением принцессы Лонгнайф. Добавим немного скорости, перейдем на низкую орбиту и выйдем вперед.

— Сингх, следуй за «Кастером». Стартуете оттуда, когда все начнется.

— Поняла. Остаемся с «Кастером». Используем группу, как отправную точку. Нелли включила изменение в план подхода?

— Да, включила, — ответила Нелли прямо в мозг Крис.

— Да. Если заберетесь слишком далеко, внесем коррективы.

— Я отработала варианты вплоть до ста пятидесяти тысяч километров.

— Спасибо, девочка. И спасибо, что сохранила это между нами.

— Всегда пожалуйста.

— «Горацио», оставайтесь позади «Кастера», продолжайте изображать ударную силу как можно дольше. Я начну атаку через десять минут после атаки «Рино». Я хочу, чтобы эскадрильи 4, 5 и 6 держались на линии старта и оставались с «Горацио».

— Зачем? — пришло с какого-то мелкого корабля, но Крис подозревала, что этот вопрос интересует и остальных.

— Потому что я пока недостаточно знаю о линкорах. Если атака «Рино» что-то нам скажет, я могу в последнюю минуту отдать другие приказы, но сейчас хочу спасти вас для главной атаки, когда они будут приближаться к станции.

— Мы думали, вы хотите решить вопрос до того, как станционные орудия начнут стрелять по всем нам.

— Я много чего хочу, — отрезала Крис и взяла паузу. Запущенная песня стала громче: «Исполняй приказы, как тебе сказали, / Охлади их желтую кровь». — Какую часть приказов вы не поняли? Седьмая эскадрилья не выполнила приказа и то, что вот-вот с ними произойдет, будет ужасно. Так вы будете выполнять приказы или хотите выйти из битвы и убраться отсюда? А сейчас, извините, мне нужно выиграть эту битву. «Горацио», «Кастер», Восьмая эскадрилья сделает круг вокруг Вардхейвена после нашей атаки. Это вернет меня к линкорам под крутым углом. Думаете, возникнут проблемы?

— Должно облегчить буксирам ваш захват, — сказал ван Хорн. — И помочь выйти на лунную орбиту после второй атаки. Если атакуете раньше, то так даже лучше.

— Отлично, — сказала Крис. — Нелли, отправь приказы буксирам. Отправь плотным пакетом Джеку и дай мне знать, когда он подтвердит отправку на Верхний Вардхейвен.

Пауза.

— Джек подтвердил отправку. — Еще пауза. — Джек передает, что буксиры получили приказ и выполнят его. Еще Джек передает, чтобы мы были осторожны.

— Это он нам передает? Скажи ему, пусть сам будет поосторожнее.

— Он говорит, что у него все хорошо, кроме разве риска убить одного репортера.

— Передай ему, что это не риск, это его служба стране.

— Он говорит, чтобы ты делала свою работу, а он будет делать свою. Отключился.

Когда окружающие корабли ускорились, повинуясь ее приказу, Крис откинулась на спинку кресла. Она сделала ставку на довольно незначительные данные, а по сути, догадки. И старалась не скрипеть зубами. Изо всех сил старалась выглядеть свободно и уверенно для всех, кто находился на мостике. Она бросила на защиту Вардхейвена все корабли, что у нее были. Все, до последнего. Делал ли когда-либо что-либо такое же диковинное дедушка Рэй? Ставка на будущее Вардхейвена заключается в единственном броске очень маленькой пары игральных костей.

Тут-то Крис и поняла, каково это было, противостоять президенту Урму всего лишь с одной бомбой в портфеле. Или столкнуться с целым флотом Итич, прущих к планете, когда их силы превосходят твою оборону этак четыре к одному. Или знать, что в последней битве все человеческое существование зависит от того, что ты делал на прошлой неделе или сделаешь в ближайшие несколько мгновений. И этого может оказаться недостаточно.

Вот как дедушка справлялся с таким бременем о остался в здравом уме? Крис знала одно. Он смог. А если смог он, то сможет и она. Она подтянула ремень безопасности. В который раз. Корабли выходили из-за луны, разгоняясь до полного g… снова. Линкоры… были там, где и должны были оказаться.

— Что-нибудь новое? — спросила она.

— Все то же, все тоже, — ответила Пенни.

— Передают тот же шум, что и раньше, — сказал Мус.

— Давайте посмотрим, сможем ли научить их чему-нибудь новому, — сказала Крис.

* * *

Адмирал изучил свой пульт. Враг выходил из-за луны совсем не в том построении, в котором прятался за него.

— Шесть кораблей, которые шли в тылу, вышли вперед, — сказал дежурный лейтенант то, что адмирал видел и без него, — но большего пока сказать невозможно. Восемь следующих кораблей похоже, все еще ведет «Хэлси». Когда они находились за луной, послали узкий луч к мелкому суденышку, следовавшему за ними на некотором удалении. А оно уже передало сообщение на Верхний Вардхейвен. Содержимое сообщения нам не известно, но, как только станция получила его, десяток буксиров запустили двигатели и вышли на орбиту. Разведка опознает их как спасательные суда.

— Вот и хорошо, — фыркнул будущий губернатор. — Пусть освобождают пространство вокруг Вардхейвена для наших торговых судов. Я не сторонник большого беспорядка, а планета скоро станет нашей.

Адмирал ударил кулаком по пульту:

— Меня не колышет металлолом на орбите. Меня беспокоят корабли, вышедшие из-за луны. Неужели никто не может мне что-нибудь рассказать о них?

Дежурный лейтенант прикусил нижнюю губу, потом сказал:

— Когда они летели к луне, мы зафиксировали аномалию. Разведка ничего об этом не сообщила, но мои техники опознали корабль с термоядерным реактором. Маленький, размером с яхту, сэр. Прятался в тени других кораблей.

— И почему вы не упомянули об этом? — потребовал ответа начальник штаба.

— Я ожидал, что об этом доложит разведка, сэр, — дежурный лейтенант напрягся. — Я ждал.

— А разведка о нем ничего не сообщила, потому что это не соответствует их картине, — сказал адмирал. — Им нравятся полные картины. Даже рискуя тем, что может оказаться поздно. — Он подвинул к себе поближе картинку с летящими к точке прыжка Барби кораблями. — Ну а вы мне что расскажете? — Но все, что он получил — только тишину. Он откинулся на спинку кресла. Скоро будет много шума. А потом он начнет принимать решения. И да поможет ему бог, если он примет какое-нибудь неверное.

Глава 17

Крис побледнела. На нее набросились воспоминания. Воспоминания о том, как в тот день она побежала за мороженным себе и Эдди. Мимо прошли двое мужчин, они улыбались. А на шее висели таблички с надписью «Похититель». Но десятилетняя Крис улыбнулась им и помахала рукой. Они помахали в ответ. И Крис продолжала бежать к лотку с мороженым.

А когда с мороженным в руках вернулась к пруду с утками, обнаружила Нанну мертвой, и Эдди нигде не было.

Обычно после этого Крис просыпалась с криком. Так происходило каждую ночь, пока Крис не научилась прокрадываться к винному шкафу мамы и отцовскому бару. Сны вернулись, когда дедушка Троубл сделал так, что Крис перестала пить. А Джудит, чудо-психолог, помогла вернуться в тот день, заново пережить весь тот ужас… и признаться себе, что никаких мужчин с табличками на шее там не было. И вообще никто даже близко не был похож на тех, кто похитил брата, а вместе с ним и ее детство.

Странно. Крис присутствовала на нескольких судебных процессах. Она даже присутствовала на повешении преступников. Папа почти потерял шанс сменить дедушку Эла на посту премьер-министра из-за того, что не хотел запрещать смертную казнь на Вардхейвене до тех пор, пока не повесят этих троих. И только Джудит, держа Крис за руку, смогла помочь Крис распознать образы мужчин из сна и понять, что в тот роковой день в парке похитителей она не видела.

И что ничего не смогла бы сделать, чтобы спасти Эдди.

Крис закусила губу, желая избавиться от старой боли. Сегодня же беспомощность была ее наименьшей проблемой. Вместе с Джудит Крис написала последнюю страницу личной истории того ужасного дня. Все, что она тогда могла сделать, вряд ли смогло спасти Эдди.

Когда историки будут описывать сегодняшний день, имя и действия Крис будут повсюду. Она пожала плечами: все-таки между десятью и двадцатью тремя годами существенная разница. Даже не считая того, что она стала дерзкой дочкой премьер-министра и принцессой Лонгнайф.

Как разница между ней, потерявшей брата из-за Петервальда и Петервальдом, потерявшим боевой флот из-за нее. Крис улыбнулась.

Время беспокойства прошло. Наступило время дел. Два грузовых корабля, мчащихся по курсу к точке прыжка Бета, разогнались до максимального ускорения, целясь прямиком в линкоры. Три мелких катера, идущих вместе с ними, отставать не собирались.

Из грузовых кораблей вырвалось облако ракет.

* * *

— Взорвать грузовики, — приказал адмирал.

— Есть, сэр! Пытаемся, сэр, — тут же откликнулся дежурный лейтенант.

— Тогда почему они еще здесь?

— Слишком много мишеней, сэр. Ракеты повсюду, сэр, центральный оборонный компьютер не успел распределить приоритеты, сэр.

Адмирал покачал головой. Лазеры подключены к центральному защитному компьютеру на флагмане, что гарантировало наилучшее использование всех оборонительных орудий… и что они не будут стрелять по своим. Отличная идея, не сработавшая под реальной угрозой внезапной массированной атаки.

Адмирал сжал коммуникатор.

— Всем кораблям! Стреляйте по ракетам самостоятельно. «Месть» вступит в бой с самым большим вражеским кораблем, тем, что ближе к Вардхейвену. «Разрушитель» атакует ближайший к точке прыжка корабль. Остальные берут на себя мелкие корабли. А сейчас живо огонь по этим чертовым хреновинам!

Подтверждение пришло быстро.

Покончить с нападавшими оказалось легче легкого. Грузовики были меньше, чем казалось: всего лишь длинный хребет с фрагментами корпуса и прочих конструкций. Самой лакомой мишенью казались машинные отделения и адмирал предполагал, что артиллеристы будут целиться в них.

Но проклятые грузовики не стояли на месте и не ждали, пока их прихлопнут. Тройные лазеры «Мести» сделали залп, но грузовое судно сделало нечто похожее на попытку перевернуться. И одновременно выпустил новые ракеты, вдобавок к растущему металлическому облаку, текущему к флагману сразу по нескольким курсам, прямым, эллиптическим, спиралевидным, меняющимся с каждым витком.

— Что за хренью они по нам стреляют?

— Не знаю, сэр, — откликнулся дежурный лейтенант. — Не похоже ни на одно из орудий Космофлота, если верить нашей базе данных, сэр.

— Посмотри армейскую базу.

— Есть, адмирал. — Короткая пауза. — Только армейская база не полная.

Один из грузовиков, наконец, был подбит, но восемнадцатимиллиметровый лазер, казалось, прошел сквозь него, не отклонившись от прямой линии ни на миллиметр. Второй корабль шел только на одном двигателе и это делало его более неустойчивой целью. Вот только его дикие колебания, кажется, нисколько не мешали ему одну за другой выпускать ракеты. Тут и со стороны одно из мелких суденышек к линкорам устремились четыре ракеты.

— По данным разведки, это AGM-832, использовались в армии Вардхейвена, — сообщил дежурный лейтенант. — Устаревшие ракеты, не имеющие большой военной ценности.

— А другие?

— От разведки ничего, сэр, но мои техники опознали в них еще более устаревшие армейские образцы, сэр.

— И если вы скажете, чтобы разведка углубилась в историю древних ракет Вардхейвена, подозреваю, что они опознают еще больше устаревшего и бесполезного оружия, направленного на нас. Может, они даже смогут сказать нам, как их уничтожить.

— Да, сэр, — сказал дежурный лейтенант и заговорил в коммуникатор.

На мостике флагмана мерцал свет, потому что первичная и вторичная лазерные цепи потребляли энергию реакторов. Адмирал потуже затянул ремень безопасности. Сарис, заметив это, сделал тоже самое. Будущий губернатор Вардхейвена продолжал расхаживать по мостику. Облако выпущенных врагом ракет расширялось, неумолимо приближаясь к его кораблям. Вопрос нескольких секунд.

— Адмирал, два вражеских корабля передают, что меняют курс, больше не стреляют, и просят вас прекратить по ним огонь.

— Больше не стреляют? Куда направляются?

— Похоже, так и есть, не стреляют. И меняют курс от нас. Капитан «Мести» ждет вашего приказа. Корабли выпускают спасательные капсулы, хотя сигналов о помощи по аварийным каналам никаких нет.

— Я бы на их месте тоже молчал, — пробормотал Сарис.

— Уничтожьте их, — потребовал будущий губернатор.

Адмирал поднял бровь и посмотрел на Сариса.

— Господин губернатор, — сказал начальник штаба, — я бы этого не рекомендовал. Нам нужно беречь силы. Нужно уничтожать выпущенные по нам ракеты, а не дрейфующих в космосе в спасательных капсулах членов экипажа уничтоженных кораблей.

— Подключите дополнительные реакторы, — потребовал губернатор.

— Приказ капитанам «Мести» и «Разрушителя»: сосредоточиться на ракетах и игнорировать спасательные капсулы, — приказал адмирал, и добавил, когда с лодок сорвался очередной ракетный залп: — И передайте капитанам других кораблей, чтобы они покончили, наконец, с этими мелкими лодками. И еще, приказ всему флоту ждать команды на маневр. По моему сигналу мы сменим курс, замедлим торможение до одной десятой g и приступим к четвертому плану уклонения.

— Приказ отдан.

— Выполнять.

— Готово, сэр.

Будущего губернатора Вардхейвена вдруг развернуло к адмиралу, и он, продолжая вращаться, отскочил от кресла лейтенанта, подлетел к потолку.

— Что происходит?

— Мы уклоняемся от ракет, господин губернатор, — сказал начальник штаба, ухватив того за ногу. Офицер скучал. «Месть» крутилась в пространстве, отправив губернатора к переборке левого борта и вниз. Когда тот пролетал мимо адмирала, тот поймал его за руку.

— Вот, сядьте в кресло и пристегнитесь, — сказал адмирал.

— Почему меня никто не предупредил? — возмутился губернатор, потирая одной рукой колено, а другой затылок. Чтобы пристегнуться, ему понадобилась помощь.

— Сэр, корабль находится в боевом режиме «Браво» уже час, — осторожно произнес начальник штаба. — Весь личный состав Космофлота обучен оставаться в пределах досягаемости поручней или пристегнутым к креслам. Это было в информационной брошюре, которую вам выдали, как только вы поднялись на борт.

— Вы ожидали, что я прочту все то, что вы оставили в моей каюте?

— Только если хотите избежать подобных неловких случаев. Так вот, сэр, адмирал не приказывал нашим кораблям запускать холодные реакторы. Пусковые реакторы откачивают плазму из горячих реакторов, смешивают с холодной реакционной массой и нагревают получившееся до температуры плазмы. Пока это происходит, фактически, получается меньше энергии от своих реакторов. Если кто-то из капитанов чувствует необходимость запустить реактор, это дело самого капитана. Адмирал не любит вмешиваться в разгар битвы и указывать капитанам, как управлять их кораблями.

— Но вы приказали им притормозить, из-за чего я отлетел аж к потолку.

— Это было частью отражения вражеской атаки, господин губернатор, — на этот раз ответил адмирал, удовлетворенный объяснением начальника штаба. — Я сражаюсь в битве с врагом, а не с капитаном корабля. Старая флотская традиция. — Хмурый вид гражданского показал, что он все еще не понимает разницы, но адмирал до сих пор считал, что желание управлять всем самому есть болезнь, присущая только гражданским управленцам.

Он взглянул на свой пульт. Только две мелких лодки продолжали атаковать, и одна из них исчезла прямо на глазах. Направив острие эскадры на атакующие ракеты, он защитил уязвимые двигатели. Большинство капитанов поняли его задумку, если не точный приказ, и развернулись еще немного, чтобы отодвинуть двигатели в сторону от приближающейся угрозы. Правда, этот маневр заставил их двигаться по вектору, который нужно немедленно отменить, как только проблема будет решена.

— Какой урон ракеты могут нанести линкору? — немного ворчливо поинтересовался губернатор.

«Месть» слегка вздрогнула.

— Не знаю, но подозреваю, капитан Тронтсом вскоре даст нам ответ.

Послышалось еще несколько глухих ударов, треск металла, когда облако ракет пролетело мимо флота. Последняя вражеская лодка разворачивалась, намереваясь удирать, когда луч лазера разрезал ее пополам.

— Отправьте «Мстителю»: «Скудная стрельба. Надеюсь, в следующий раз у вас получится лучше, если поработаете с установкой Е». Мы уже вышли из ракетной тучи?

— Да, сэр.

— Отправить приказ эскадрилье: «Возвращаемся на старый курс. Возобновить торможение на 1,05 g. Лейтенант, пусть флагманский штурман внесет поправку на курс и передаст на «Месть». Еще попросите старшину, которого вы сместили, доложить о возвращении на дежурство. А потом расскажите все, что знаете об этих ракетах. Начштаба, в каком состоянии эскадрилья?

— Незначительные повреждения, сэр. Отчеты еще поступают. В основном, антенны. Полагаю, многие ракеты наводились на инфракрасные излучатели и на общую форму корабля.

— Лейтенант?

— Старые ракеты, сэр, некоторым по двадцать, а то и тридцать лет. Должно быть, это остатки вооружения Вардхейвена. Начальник штаба прав. У них несколько видов систем наведения и разные боеголовки: самонаводящиеся на источник преднамеренных помех, на излучение, на тепло, движение и на конкретный образ. Ни одна из них не предназначена для использования в космосе. Тот факт, что их использовали здесь, расстояния, которые они пролетели…

— Да, я знаю, лейтенант, разведка удивилась. — Адмирал посмотрел на экраны своего пульта. — Сарис, насколько у нас все плохо с теплом?

— Лазеры выделяют много тепла, сэр. Поскольку мы тормозим на одном g, много реакционной массы мы не сжигаем и не отрабатываем всю массу предварительного нагрева прежде, чем пустить ее в реактор. Погрузили, сколько смогли в топливные баки, но они скоро лопнут, если продолжим. Как думаете, может пропустить массу через радиаторы?

— Не сейчас, Сарис, учитывая, что нам предстоит, — сказал адмирал, постукивая пальцами по отметкам на пульте по отметкам, обозначенным как «Враг 1» и «Враг 2». — Нет. Только если не хотим наблюдать, как радиаторы разносит на куски.

* * *

Крис с трудом подавила ярость и беспомощность, наблюдая за гибелью седьмой эскадрильи. Они ринулись в безнадежную атаку и проиграли.

Как другие добровольцы отнесутся к такой бойне? Крис включила коммуникатор.

— Поняли теперь, почему яхты, катера и лодки должны атаковать только после того, как патрульные катера уменьшат их количество? — передала она в сеть вклиниваясь в фоновые слова песни: «Используй щит, используй голову, / Сражайся, пока все не умрут».

В сети воцарилась тишина. Неужели в этой тишине она начала терять добровольцев?

— «Горацио», «Кастер», ваш оценка, — продолжила Крис по общей связи, чтобы все слышали.

— Ракетные установки достигли нужной цели, — сказал ван Хорн с безумным хладнокровием. — Противник показал, что у него есть. Мы зафиксировали несколько попаданий. Я насчитал около пятнадцати. Уничтожили пару вторичных батарей. Несколько сенсоров. «Рино» сделал то, что мы ожидали и через пару часов мы отправим спасательные суда, чтобы подобрать выживших.

— Возможно, они сделали немного больше, — тихо сказала Пенни позади Крис. — Кто-нибудь еще получает увеличение инфракрасного излучения целей?

— Мы получаем, — сказала Сэнди. — Их лазеры не так эффективны, как наши. Они выделяют много тепла и оно должно куда-то уходить. Они пытались закачивать его в топливные баки с реакционной массой, но это оказалось бесполезнее, чем им хотелось. Спорю, их босс хочет прямо сейчас запустить радиаторы.

Крис кашлянула, посмотрела на Муса.

— Мэм, — тут же сказал он, — я получаю больше сигналов от реакторов, чем минуту назад.

— Другие реакторы?

— Я тоже ловлю эти сигналы, — сказала Сэнди. — Мои ребята чешут затылки. Как у линкора может быть больше двух реакторов.

— Если только их сразу построили с тремя. А то и четырьмя, — сказал Мус.

— С четырьмя реакторами?

— Кто-нибудь собрал данные о главной батарее, из которой они стреляли по грузовым судам?

— Мои люди собрали, — сообщила Сэнди. — Но мы думаем, тут какая-то ошибка.

— Мои приборы показывают, что сработали тройные лазеры, — сказал Мус. — Не двойные, тройные. А у вас что?

— Тоже тройные, — тихо сказала Сэнди.

Крис вызвала на экран параметры самого большого известного линкора, бороздящего космос. Класс «Президент». Созданный для войны с Величественными Кораблями Смерти Итич. Три башни с восемнадцатидюймовыми лазерами вокруг носовой части. Еще три вокруг выпуклой середины и три на корме, где корпус снова сужается. Все это погребено под слоем льда и расположено равномерно по окружности корпуса.

И во всех этих турелях по два лазера.

Что давало кораблям класса «Президент» целых восемнадцать чудовищных лазеров.

А если по три в каждую башню, их становится двадцать семь. Крис сглотнула.

— Содержание всего этого требует много энергии.

— Мои приборы показывают по четыре реактора на корабль, — сказал Мус. Пенни согласно кивнула.

— Крис, — сказала Пенни, — мы перехватили сообщение с флагмана с приказом кораблям открыть огонь по оперативной группе «Рино». Код очень похож на тот, которым пользовался Сандфайер, так что мы взломали его намного быстрее, чем я ожидала. Он назвал два корабля. «Месть» и «Разрушитель». В позднем сигнале опознали «Мстителя».

— Какая приветливая компания, — сухо сказал ван Хорн.

— Никаких скрытых планов Петервальда, — сказала Сэнди.

— Так какой же из этих кораблей несет двадцать четыре лазера и четыре реактора? — просила Крис.

— Пытаюсь проанализировать размеры после того, как корабли группы «Рино» подобрались к нему поближе, — сказал Мус и отправил на панель Крис масштабную схему. Корабль класса «Президент» весил сто пятьдесят тысяч тонн. Сталь, лед и электроника. Схема, пришедшая от Муса, оказалась побольше.

— В нем, скорее всего, около трехсот тысяч тонн, мэм.

Крис тихонько присвистнула.

— А разве не чем они больше, тем легче с ними справиться? — спросил Томми, у которого даже веснушки побледнели.

— Все, что построено мужчинами, может быть поломано женщиной, — улыбнулась Пенни.

— Тогда пора нам что-нибудь поломать, — решила Крис. — Оперативная группа «Кастер». Запуск ракет в сторону противника. И побольше, пожалуйста. Начните с малого количества. Посмотрим, как они отреагируют. И набирайте темп. Разогреем их перед тем, как Восьмая эскадрилья пробьет в них дыры. Восьмая эскадрилья, приготовить 944-е для запуска. Если «Кастер» будет достаточно любезен перегреть их аккумуляторную батарею, не вижу причин, по которым мы не должны их вырубить раньше.

Такое предложение вызвало всеобщее одобрение.

— Нелли, поработай с Мусом. Я хочу точно знать, где находятся их четыре реактора. Как по мне, у нас образовалось вдвое больше целей.

— Да, мэм, — ответил компьютер, после чего раздался шквал одобрительных возгласов.

— «Кастер» с третьего по шестой, разбираем цели, — приказал ван Хорн. — Вы слышали принцессу. Давайте немного разогреем их лазеры, дадим возможность Восьмой эскадрильи сбить их.

Крис наблюдала на экранах своего пульта, как с кораблей группы «Кастер» запускаются ракеты. За спиной Мус разговаривал с Нелли, голос которой исходил с шеи Крис. Сама же она внимательно изучала ситуацию.

Через пять, может, шесть минут, она пошлет свою крошечную группу на первое испытание. Может, она и хочет откусить от этого большого яблока второй кусок, но хочется, чтобы первый оказался настолько существенным, чтобы тот, кто ведет вражескую эскадру, понял, что его укусили.

* * *

— А вот это уже неприятно, — сказал дежурный лейтенант, когда на флагманский мостик вошел новоиспеченный старшина. — Первая вражеская группа запустила ракеты, адмирал.

— Что о них известно?

— Разве мы не можем сразу выстрелить по кораблям противника? — спросил будущий губернатор.

— Они в пяти тысячах километров, то есть вне досягаемости наших восемнадцатидюймовых лазеров, господин губернатор, — вместо адмирала ответил Сарис.

— Тогда давайте подлетим ближе.

— Сэр, мы тормозим, чтобы оказаться на орбите рядом с Верхним Вардхейвеном. Мы должны осуществить планетарную бомбардировку, — сказал Сарис, выбирая слова, понятные даже ребенку. — Если отклонимся от курса, скорее всего, не попадем на нужную орбиту. На этом этапе можем даже врезаться в планету.

— Ой.

— Поверьте, сэр, они хотят, чтобы мы отвлеклись от цели нашего похода, — сказал адмирал. — Без сомнения. Это небольшие корабли, может, тридцати или сорокатонники. Вы легко сможете прокатиться на них по орбите. У нас же триста двадцать пять тысяч тонн сплошной энергии. Наша защита — твердый лед. Мы с легкостью примем все, что они могут нам предложить. — Адмирал пытался говорить уверенно. И он был уверен в своих словах… насколько это было возможно. Адмирал не упомянул о недостатке в управлении теплооттоком, что все еще оставалось недостатком всех шести кораблей. На верфи были уверены, что проблема тепловыделения от дополнительного оружия, установленного на кораблях класса «Месть» решится если не на этой неделе, то на следующей точно. Ну, или через неделю.

Корабли отправились полностью уверенные, что это не имеет значения. Что боя не будет. «Весь флот Вардхейвена сейчас в Бойнтоне». Так что же их сейчас атакует? Частная яхта Эла Лонгнайф?

Старшина уселся за рабочее место. Адмирал заметил, что тот не стал сгонять заменившего его человека с места, вместо этого согнал с места самого младшего техника. Паренек неохотно отправился к выходу, но у дежурного лейтенанта явно проскакивали задатки хорошего лидера. Он остановил паренька и усадил на запасное откидное сиденье. Вот и хорошо. Дополнительная пара глаз может пригодится, а молодой человек до конца своих дней будет рассказывать об участии в битве при Вардхейвене, когда он сам находился на адмиральском мостике. К сожалению битва при Вардхейвене превращалась в нечто большее, чем ожидал и готовился адмирал.

— Рассказывай, старшина.

— Приближающиеся ракеты — AGM 832s. Стандартные армейские ракеты, которыми пользуются в армии Вардхейвена. У них избирательные искатели. Боеголовки могут быть осколочно-фугасными или бронебойными. Сказать точно, пока они не ударят, невозможно. Сэр, я заметил, часть датчиков отключена.

— Корабли, направлявшиеся к точке прыжка Барби оказались вооружены древними ракетами, — сказал дежурный лейтенант.

Старшина ничего не сказал, только посмотрел на показания приборов на пульте.

— Подходящая волна мощная, многослойная. Сэр, сразу за ракетами есть движение. Четыре, шесть, девять, двенадцать системных катеров. Я распознаю двенадцать системных катеров. Нет, у некоторых установлены полнофункциональные реакторы. Это значит, у них могут оказаться конденсаторы для лазеров. Сэр, они хорошо маскируются. Я ничего не могу сказать наверняка об этих кораблях.

— Кроме того, что их двенадцать.

— Их определенно двенадцать, сэр.

— Сколько катеров PF было выставлено на продажу временным правительством Вардхейвена, господин губернатор? — спросил адмирал.

— Ох, как раз двенадцать.

— Думаете, это они?

— Был приказ их разоружить.

— Да, это показывали во всех ток-шоу, — откашлявшись, сказал начальник штаба.

— Ракеты выпустили, чтобы подбить нас, PF — чтобы поразить нас лазерами. Потом артиллерийский рубеж, чтобы прикончить то, что от нас останется. Неплохой боевой план, — адмирал ощерился, показывая зубы. — К сожалению для них, мы — не обычная боевая эскадрилья, а я подозреваю, что противостоят нам музейные экспонаты. Но приятно знать, какой будет эта битва. Очень приятно знать. Наконец-то. Лейтенант, приказ всем кораблям: Приготовиться к отражению ракетной атаки. Убрать ненужные датчики на защищенные позиции. Приготовиться к отражению атаки быстроходных катеров, вооруженных импульсными лазерами. Основную батарею использовать при необходимости, но следить за тепловым балансом. Продолжать торможение на одном g, если я не прикажу иначе.

— Приказ передан, сэр.

— Хорошо. Хорошо. Старшина, как у нас дела с ракетами?

— Они запускают их в нас. Наши пятидюймовые орудия начинают их сбивать, сэр.

— Хорошо. Хорошо. Этим мы можем заниматься хоть весь день. — Но адмирал внимательно следил за температурой топливных баков всех шести линкоров. Температура поднималась все выше и выше, и выходила наружу. Чем больше топлива он терял, тем меньше возможности маневрировать на орбите Вардхейвена, пока не прибудет флот с космопехами через две недели.

Кто-то из капитанов уже прибег к третьему варианту охлаждения орудий, переключив охлаждающую жидкость на местные вторичные радиаторы, расположившиеся вокруг самих двойных лазерных турелей. Тепло в космос уходило, но и, одновременно, ослабляло ледяную броню около башен… и придавало им более теплую инфракрасную сигнатуру, чем по остальному борту. Может, мы и не сможем это делать это целый день, но хватит ли у них ракет на весь день? Вряд ли.

* * *

— Что у вас с ракетами? — спросила Крис.

— Рано или поздно они закончатся, — ответил ван Хорн.

— Что с линкорами?

— Пытаются остудить топливные баки. Скоро у них места с лазерными установками цвести начнут, — на этот раз ответила Пенни.

— Мне это нравится, — сказал Томми.

— У некоторых линкоров уже фиксируются горячие точки в местах установки пятидюймовых батарей, — сказал Мус. — Их намного больше, чем я ожидал. Их главный корабль выглядит чудовищно. — Он отправил на пульт Крис получившуюся картинку. Да, на нем, как минимум, вдвое больше второстепенных турелей, выглядывающих из-подо льда, если именно на них указывают самые горячие точки.

Крис уставилась на пульт, пытаясь решить задачку из трехмерной математики. Четыре грузовых корабля ван Хорна стреляли ракетами, целясь в корму линкоров. Если атаковать противника сейчас, есть риск поймать свою же ракету.

— Нелли, дай план боя, чтобы наша эскадрилья оказалась на краю лазеров противника большого калибра и чтобы ракеты промчались мимо нас на как можно большей дистанции.

— Чтобы ничто не находилось в той же точке пространства, что и мы, — добавила Нелли. Неужели усмехнулась?

— Действуй, девочка, — сказал Томми.

— Вот график. Мы должны стартовать прямо сейчас.

— Первая, Вторая и Третья группы, пора показать, на что мы способны. Фил, ты первый. Четвертая, Пятая и Шестая группы выстраиваются в линию, но остаются позади. Сэнди, они твои, пока я не вернусь.

— Не берешь с собой?

— Корректировка плана. Я хочу поближе посмотреть на этих монстров. Попытаюсь обнаружить, что сможет повредить двенадцатидюймовый лазер прежде, чем пошлю в атаку всех.

— Надеешься на чудо?

— Разве мы, Лонгнайф, не ищем его все время?

— Удачной охоты.

— Разве можно промахнуться по таким большим целям?

Крис подождала, пока катера Восьмой эскадрильи выстроятся в подходящую стартовую схему, если смотреть со стороны, так и вовсе случайную. Если запланированный танец сложится удачно и если их не подобьют при подлете, то катера разобьются попарно, встанут близко друг к другу и атакуют все линкоры одновременно.

Крис заметила, что во всем этом безумном плане есть сразу несколько «если». Большой экран на пульте Крис засветился, когда корабли «Кастера» выпустили огромный ракетный рой, потом потемнел, когда этот кусок космоса оказался свободным.

— Наш выход, — сказала Крис. — Выходим на курс перехвата. Схема уклонения два.

PF-109 резко увеличил скорость торможения с одного g сразу до двух, развернулся, нацелившись на луну. Мгновение спустя, как будто передумав, снова развернулся, начал разгоняться, быстро набрав два с четвертью g.

— Мы пока еще на большой дистанции, — сказала Пенни, и сразу вслед за эти катер снова резко поменял курс, а Мус пробормотал:

— Черт, они пальнули по нам из восемнадцатидюймового лазера.

— Пальнули? — спросила Крис.

— Ага. Только промахнулись.

— Нелли, это входит в план твоего предложения по уклонению?

— Конечно, Крис, — терпеливо ответил компьютер.

* * *

— Черт возьми, что они задумали и почему мы торчим на месте? — пришло по сети.

Сэнди ожидала этот вопрос. Ну, Луна, хотя бы спросила, а не рванула вслед за катерами молча.

— Мы остаемся на месте, это мой приказ.

— А если мы не послушаемся?

— Пристрелю, как собаку. Я помню, кто-то здесь обещал исполнять приказы.

— Ну, да, но есть приказы, а есть трусливые приказы, — огрызнулась Луна и ее поддержали другие капитаны.

— Через пару минут, — сказала Сэнди, стараясь не показать раздражения в голосе, — я ожидаю, что вы последуете за мной туда куда ни один трус никогда не пойдет. В то время, как линкоры будут уверены, что контролируют полет катеров Крис, мы выйдем на марш в пределах их досягаемости. Мы должны пройти расстояние в сто тысяч километров, максимальное расстояние, до которого могут добить их лазеры, до восьмидесяти тысяч, максимальная дальность четырнадцатидюймовок, если бы вы были теми кораблями, которые изображаете. Так вы последуете за мной?

— Мы ведь не будем взаправду атаковать линкоры?

— Нет. Я ожидаю от вас полного режима уклонения.

После этого по сети раздалось несколько вздохов облегчения.

— Наша задача принять огонь на себя ровно настолько, чтобы Крис смогла хорошенько прицелиться, нанести удар и убежать. Потом, в зависимости от того, сколько обломков она оставит, мы либо выполняем поставленную нам задачу, либо удираем.

— И чего вы, флотские, такие пессимисты? Мы полетим за ней, подбирая всех подбитых.

И с чего бы вы, никогда не знавшие войны, такие оптимисты? — подумала Сэнди, но удержала это в себе.

— Старпом, установи курс, который приведет нас к противнику на восемьдесят тысяч километров. Запусти программу уклонения на расстоянии в сто одну тысячу километров.

— Есть, мэм.

* * *

PF-109 нырнул, потом сделал небольшой зиг, затем сильный заг, после чего несколько незначительных уклонений, от которых волосы на затылке Крис встали дыбом, потому что явно чувствовалось, что нужно что-то посерьезнее. И вот, когда она хотела было уже озвучить это желание, 109-й резко сменил курс, а потом, также резко, повернул налево. А потом упал, не хуже камня с обрыва.

— По нам продолжают промахиваться, — хмыкнул Мус.

— Я все рассчитала. — сказала Нелли. — Наш курс сложно предугадать.

— Я уж точно не смогу, — сказала Крис.

109-й перевернулся, покачался из стороны в сторону и вновь развернулся.

— Опять промах, — сказал Мус.

— Что у них с тепловой нагрузкой? — спросила Крис.

— Восемнадцати и пятидюймовые лазеры быстро нагреваются, — ответил Мус. — Топливные баки вентилируются. Я засек все их второстепенные звенья. Конденсаторы должны терять эффективность. Меньше заряда, больше времени. Вам наверняка понравятся их проблемы, мэм. Им придется либо перенаправить потоки через радиаторы и рискнуть их потерять, либо скоро начнут принимать наши удары. — Мус оторвал взгляд от своего пульта. — Интересно, насколько толстый у них слой льда?

— А вот это мы и попробуем выяснить, — сказала Крис, наблюдая, как мелкие лазерные установки пытаются отразить атаку ракет, выпущенных группой «Кастер». Большая часть ракет самонавелась на накалившиеся пятидюймовые батареи. Бой для артиллерийских расчетов стал очень близким и личным.

Сбей ракету или ракета убьет тебя.

PF-109 продолжал уклоняться, крутиться, резко уходить в сторону и разворачиваться, пока восемнадцатидюймовые лазеры пытались разрезать ее пополам. Восемнадцатидюймовые турели не предназначались для сопровождения целей, которые метались туда-сюда, разгоняясь до двух, а то и трех g, стреляли на этой скорости, а потом уходили совсем в другую сторону. В большинстве случаев лазеры стреляли, когда казалось, что юркие PF вот-вот окажутся в нужном кусочке черного космоса. Танец, придуманный Нелли и ракеты «Фоксер» раз за разом нарушали планы наводчиков. Восемнадцатидюймовые кусочки пылающей смерти улетали к цели, но комарика, на которого они нацеливались, там никогда и не было.

— Упс, — раздался по сети голос.

— Что произошло?

— Меня накрыли, — сообщила Хизер. — Вскрыт квартердек. В машинном стало тесно. Мостик держится. Придется уменьшить нагрузку на корпус.

Из-за снижения продольной прочности при крутых маневрах корпус PF-110 теперь изгибался посередке, как мокрая лапша.

— Хочешь выйти из игры? — спросила Чандра.

— Куда? Тут в любую сторону до ублюдков одинаково.

Скольких из них мы заставим умереть!

PF-110 притормозил, 105-й сманеврировал пытаясь быть рядом. Чандра отказывалась оставлять молодого шкипера одного в этом надвигающемся адском огне.

Летевший позади Горацио подлетел к главной батарее линкора и огонь переключился на новую угрозу. Но Крис едва успела облегченно вздохнуть: ее катер вошел в пределы досягаемости пятидюймовых батарей, а последний запуск ракет «Кастера» был сделан еще когда катерам предстояло пройти долгий путь.

Хорошей новостью было то, что сейчас отстреливалось гораздо меньше пятидюймовых установок, хотя, как по Крис, их осталось еще чертовски много.

— Восьмая эскадрилья, давайте немного потревожим артиллеристов пятидюймовок. Проследите, что 944-е настроены на инфракрасное излучение. Залпом, огонь!

Из носовой части 109-го донесся звук вылетающих из пусковых труб ракет.

* * *

«Месть» сотряс еще один удар. Адмирал быстро вызвал отчеты о состоянии всех шести кораблей и их командах на большой экран своего пульта. Вторичных батарей больше не было. Просто отключились или разрушены ракетами Лонгнайф? Экран такую информацию не давал. Была только информация, что все больше и больше пятидюймовых турелей, остававшихся в рабочем состоянии, все больше и больше желтели, уходя ближе к оранжевому. А значит, заряжаются медленнее, а когда идет процесс зарядки, берут энергии все меньше и меньше. Накопление тепла снижает эффективность массированного огня.

Нет. «Разрушитель» остывал. Как?

Точно! Шнайдер прогонял охлаждающую жидкость через основные охлаждающие змеевики брони. Старый ублюдок. Определенно действовал не по учебнику. Километры охлаждающих змеевиков, проходящих по пятиметровой броне, предназначались для того, чтобы не таял лед. Шнайдер же действовал нестандартно, используя лед на броне, чтобы снять часть тепла, которое снижает эффективность наступательного оружия. Отчаянная мера.

Но сегодня день вот таких вот отчаянных нововведений.

— Лейтенант, сообщение всем кораблям: Прогнать реакционную массу и прочую охлаждающую жидкость через охлаждающие змеевики основной ленточной брони. Браво Зулу Шнайдеру и «Разрушителю» за идею. Заткнитесь, лейтенант и отправьте сообщение немедленно.

— Да, сэр.

— Мы ослабим наш главный броневой пояс, сэр. — Начальник штаба внимательно наблюдал за происходящим в статусе официального помощника адмирала.

— Мы успели получить удар, который грозил пробить наш пояс?

— Нет, сэр.

— Мы можем себе позволить потерять какое-либо еще вторичное имущество? Потерять больше эффективности? Разве нет желания подбить одну-две этих мелких мошек, летящих к нам? Я так понимаю принцесса Лонгнайф командует одной из них.

— Ее освободили от командования. Обвинили в неподобающих действиях или в чем-то подобном, — заметил будущий губернатор.

Адмирал посмотрел на начальника штаба, потом на экран, где демонстрировалась схема атаки.

— Она там.

— Не стану с вами спорить, сэр.

— Корабли сообщают, что пропустили охлаждающую жидкость через лед, сэр.

Адмирал увидел у себя на пульте подтверждение. Значки второстепенных турелей начинали зеленеть. Особо горячие точки на корпусах кораблей остывали, хотя все еще оставались в теплых, розовых тонах. Не то, чтобы это имело какое-то значение против патрульных катеров и их импульсных лазеров.

Вот, черт! Что у нас тут еще? Еще ракеты. Разведка ничего не сообщала о патрульных катерах Лонгнайф, вооруженных ракетами. Еще один сюрприз, не попавший в новостные сообщения. Адмирал подавил ворчание и затянул потуже ремень безопасности… снова. Будет интересно посмотреть как искатели тепла в боеголовках отреагируют на отсутствие тепла во вторичных батареях… и на повышенную температуру брони.

— И будем искренне благодарны за то, что получим, — пробормотал он.

* * *

— Мое звено подходит к противнику, — низким, жестким и решительным голосом сказал Фил. Его четыре катера вырвались вперед. К противнику они подойдут первыми. — Попробуем продержаться до двадцати пяти тысяч километров, — добавил он.

Максимальная дальность импульсного лазера составляет до сорока тысяч километров. С двадцати пяти же лазер способен пробить хорошего размера дыру.

Крис внимательно наблюдала, как первые четыре катера подбираются к шеренге линкоров. На пульте корабли показывались равномерно розовым. Когда пятидюймовые двойные лазеры выскакивали из-под ледяной брони для выстрела, они вспыхивали красным, а потом, когда снова прятались под ледяную броню, большая часть инфракрасных сигналов исчезала. Некоторые из AGM-944 смогли зафиксировать положение башни на корпусе линкора, заметив антенну или простой выступ. Это позволило им выполнить триангуляцию и вычислить башню. Большинство же видело только ровную ледяную поверхность. В этих случаях датчики начинали поиск другого источника тепла, либо перехватывали показания искателей соседних ракет. Поскольку линкоры перестали излучать сигналы, большинство боеголовок врезались в ледяную броню, вырывая из него огромные куски.

Вот стокилограммовая ракета врезалась в борт, взорвалась, проделав огромную дыру в четырехметровом льду. Еще несколько ракет проделали тоже самое. А вот немного не вовремя выскочила пятидюймовка, выстрелила по одной из ракет и… фатально привлекла внимание следующей. А вот антенна поискового радара осталась включенной слишком долго и исчезла в вспышке взрыва ракеты, не успев прекратить работу.

А вот еще одна ракета, почти промахнувшаяся, но… все же сумевшая задеть ракетный двигатель третьего линкора, летевшего за флагманом. Ракета врезалась в ракетный двигатель в форме колокола, в котором находились электромагнитные катушки, державшие плазменных демонов под контролем. Через долю секунды на свободу вырвалось адское вещество с температурой под сто миллионов градусов Кельвина.

Правда, все закончилось быстро, но за это время струя сырой энергии оторвала соседний двигатель, разбила несколько электрических генераторов и, возможно, нанесла бы еще больший ущерб, если бы контроль повреждений не сработал оперативно. Линкор сбросил скорость, вылетел из строя и прекратил стрельбу.

Именно в этот момент катера Фила пронеслись мимо, стреляя парными импульсными лазерами по подбитому кораблю и еще одному, не успевшему отлететь далеко. Крис вывела на экран результат. Выстрелили пятнадцать лазеров. Четырнадцать попаданий. Четыре парных луча попали в поврежденный корабль.

А поврежденный линкор сумел выровняться и, хоть продолжил замедляться, открыл ответный огонь.

— Черт, — выругался сквозь стиснутые зубы Фил. — Двадцать пять тысяч километров, а мы с таким же успехом могли бы кидать в них снежки! — Последовала пауза, за это время катер Фила развернулся и по кругу пошел в обратную сторону. Теперь его почти не обстреливали. — Наши импульсные лазеры достаточно мощные, чтобы пробить этот пояс.

— Я услышала тебя, Фил, — ответила Крис. — Вторая группа, мы следующие. Подойдем ближе. Нелли, запусти самый дикий танец, который придумала для нас.

— Запускаю по твоей команде, Крис.

— Давай… сейчас!

PF-109 и раньше казался безумным шляпником а сейчас и вовсе превратился в сумасшедшего дервиша: крутился, вертелся, ни секунды не двигался по прямой. Ни разу не уходил в сторону больше, чем на секунду, а потом резко менял направление то вверх, то вниз, то вправо, то влево. Где-то впереди выпущенные ракеты 994-е смешались с «Фоксерами», а PF-109 продвигался все ближе и ближе к последним двум кораблям в строю противника.

— Двадцать тысяч… Восемнадцать… Шестнадцать. Пятнадцать тысяч километров. 108-й, ты с нами?

— Еще нет. Еще нет. Чуть-чуть. Все, я с вами.

— Огонь по команде. Сейчас.

И никаких признаков, что четыре выстрела с 109-го причинили какой-то вред линкору. Даже когда Крис включила графику, демонстрирующую борта линкора. Никаких.

А, нет, вот. На корме обнаружилась дыра, прямо там, где, по словам Муса, находились реакторы. Два длинных, дымящихся шрама.

Но… никакого прожога. Никаких пылающих обломков.

Потом Ками выпустила рой ракет. Крис видела, как они долетели до цели, но что касается какого-либо видимого эффекта…

Никакого.

— Говорит вторая группа. С пятнадцати тысяч километров мы превратили броню в слякоть, но не прожгли. Повторяю, с пятнадцати тысяч километров стрелять бесполезно.

— Услышала тебя, — откликнулась Чандра. — Бэбс, ты и 104-й добираетесь до десяти тысяч километров. Посмотрите, что произойдет. Мы с Хизер отстанем от вас на три-четыре тысячи километров. Подойдем ближе, если не сработает.

— Ты останешься совсем одна, — заметила Крис.

— Смотрю, очередная волна ракет с «Кастера» догоняет нас. Головорезам придется уделить им столько же внимания, сколько и мне, — сказала Чандра и Крис стало интересно, верит ли она сама в это.

— Восьмая группа, отправьте несколько 944-х для поддержки третьей группы, — приказала Крис. При повторной атаке ракеты им еще понадобятся, но вот прямо сейчас они нужны Чандре.

Из носовой части 109-го вылетели ракеты.

PF-104 и 111 крутились и вертелись, уходили в сторону и снова крутились, пока совершали заход на флагманский корабль. Вслед за ними, целясь во все шесть линкоров, летели ракеты. Какая-то часть защитного огня ударила по ракетам. Большая часть целилась по катерам. Основная батарея сосредоточилась на группе «Горацио», которая должна была вот-вот войти в зону досягаемости четырнадцатидюймовых установок. Катера восьмой эскадрильи, завершившие налет, по большей части игнорировались. Лазеры линкоров больше интересовали ракеты.

Слабая помощь, но, все-таки, помощь. Вся, которую могла оказать третья эскадрилья.

— Пятнадцать… Тринадцать. Огонь по моей команде… Десять. Лазеры — огонь! Ничего! Черт! Ничего. Из чего сделаны эти корабли? Из железного льда?

— Возможно, — откликнулась Хизер. — Чандра, давай выясним.

— А что еще делать? — ответила та, словно ее пригласили прогуляться по богатому торговому центру.

— Думаешь, пяти тысяч хватит? — поинтересовалась Хизер настолько небрежно, словно обсуждала цену на платье.

— Сейчас. Нелли, посчитай. Прикинь, предположим, пять метров брони против наших двух импульсных лазеров в непосредственной близости. И еще двух попаданий рядом.

— Можно прожечь четыре метра, но не пять, — сказала Нелли.

— Можно подойти ближе. Эй, народ, отправляйте очередные открытки.

— Да, нам понадобятся все ракеты, которые сможете выпустить.

— Поддержите их, — приказала Крис.

— Вторая группа, вам придется этим заняться, — сказал Фил. — Мы вне позиции. Наши ракеты не попадут по цели.

— Вторая и третья группы, поддержите Чандру и Хизер, — приказала Крис.

Томми сжал губы. Она истощала его корабль.

— Ками, выполняй, — приказал он.

— Есть. Запуск, — послышался веселый голос.

— Восемь тысяч, — закричала Чандра. — Какой наш сигнал?

На заднем плане вдруг прорезался почти забытый в горячке боя припев: «Скольких из них мы заставим умереть!»

— Подходит, — сказала Хизер так весело, словно увидела распродажу.

— Стреляем на поражение.

— Шесть тысяч.

— Скольких из них мы заставим… умереть!

* * *

— Сбейте эти корабли! — закричал адмирал. — Они хотят таранить «Разрушитель».

Дежурный лейтенант повторил приказ. А противник запустил новые ракеты. Неужели эта битва никогда не закончится?

* * *

Крис оставалась на своем месте только благодаря тому, что была пристегнута. Лазеры противника взрывали ракеты, летящие мимо пары атакующих катеров. «Фоксеры» маневрировали, принимая на себя лазерные удары, только чтобы те не попали в катера. Катера же напали на второй корабль в шеренге, стараясь стрелять одновременно. Хизер и Чандра одновременно вскричали: «Умри!» и их лазеры, прорвавшись сквозь лед, пар и обломки, врезались в корму линкора, прямиком в реакторы.

Хизер нацелила обе передних лазерных установки в одну точку, а оба задних — в другую. Чандра сделала тоже самое. Четыре импульсных лазера прорезали одну ледяную яму. Еще четыре, почти тут же, врезались рядом.

И ничего не произошло.

Мгновение именно так все и выглядело.

Потом луч одного из пятидюймовых лазеров поймал катер Хизер и бешеное вращение корабля прекратилось. А второй луч разрезал катер пополам. Когда половинки разошлись друг от друга, ракета, выпущенная группой «Кастер» попала в корму PF-105, которым командовала Чандра.

— Нет! — пронеслось по 109-му.

PF-105 закрутился, но теперь намного медленнее, слишком медленнее. Его поймали сразу пять лазерных установок. Катер взорвался, как звезда.

— НЕТ!

— С линкором что-то происходит, — сказал Мус.

Крис с трудом оторвала взгляд от исчезающих останков друзей. Из новой дыры, где не было двигателя, просочилась плазма. Медленно, как носорог, пойманный в ловушку на льду, линкор начал вращаться. Главные двигатели попытались заработать, чтобы скорректировать вращение, но один свисал под сильным углом… и плазма вырывалась из него рывками. Потом образовалась еще одна дыра. Оттуда вылетела струя горячей плазмы, срезая куски льда и швыряя их в космос. Огромный корабль закружился и начал распадаться на куски, разлетавшиеся в разные стороны. Один, вдвое больше PF-109 врезался в нос флагмана. Остальные устремились к кораблям позади него.

— Реакторы выходя из строя, он вот-вот взорвется, — сказал Мус.

Сначала взорвался один реактор, проделав огромную дыру в корме военного корабля, сразу следом взорвался второй, а потом в ослепительной вспышке взорвались оставшиеся два, превратив весь корабль в сияющий огненный шар, который быстро рассеялся, превратился в сноп искр, после которого осталась только тьма.

— Господи… помилуй, — прошептал Томми.

— Их всех, — добавила Пенни.

— И нас, если не будем внимательнее. Нелли, эскадрилья еще производит маневры уклонения?

— Да, Крис.

Десять уцелевших катеров мчались прочь от битвы. Энергия, которую они набрали во время атаки, начала работать в обратную сторону, замедляя корабли, пока те не добрались до Вархейвена. Чуть позже придется внести серьезные коррективы, чтобы выйти на нужную орбиту, но пока надо ждать выхода за пределы диапазона восемнадцатидюймового лазера. Линкоры, похоже, ими больше не интересовались. Все внимание привлекало облако ракет, выпущенных «Кастером». Большинство сбили еще на подлете. Часть просто взорвала лед. Несколько попали в аккумуляторные батареи. Одной ракете повезло, попала в двигатель последнего корабля, но контроль повреждений сработал оперативно, так что из видимого только взрыв был впечатляющим, а так больше ничего.

Атака Восьмой эскадрильи закончилась.

Хуже того, Крис чувствовала себя опустошенной.

Она отдала все, что у нее было. Все, что было у ее товарищей. Они перепробовали все.

Только у двух катеров что-то получилось.

Это стоило жизни Хизер и Чандре. На мгновение Крис увидела Горана и детей, ждущих на пристани, когда мама возвратится домой. Очень этого хотелось.

У Крис есть еще десять катеров. У врага еще пять линкоров. Какую цену она может потребовать у товарищей, чтобы уничтожить этих монстров?

Можно ли уничтожить их, заплатив меньшую цену?

На мостике было тихо. Вражеские корабли на кормовом экране уменьшались, на переднем увеличивался Вардхейвен.

* * *

— Я сделал это! — хмыкнул адмирал, вскочив с кресла. — Я победил их, — сказал он, кивая на экран с вспышками быстро удаляющихся патрульных катеров.

— Вы победили их, сэр, — кивнул Сарис, тоже поднимаясь. — Мы отобрали у них лучшее, что у них было, но этого оказалось недостаточно.

— Как насчет артиллерии? — спросил будущий губернатор, не решаясь вставать со своего места. — Разве они не угроза нам? Разве вы не должны покончить с ними?

— Это мелочь, — махнул рукой адмирал. — Грузовые корабли, пуляющиеся ракетами, больше ими не бросаются, так ведь, старшина?

— После последней волны ничего не было, сэр.

— Готов поспорить, что у них больше ничего нет? Последняя ракетная волна предназначалась для того, чтобы отвлечь наш огонь от атаки патрульных катеров, — сказал адмирал. — А другие корабли всего лишь пытаются выглядеть, как быстрые патрульные катера. Готов спорить на месячное жалованье, там яхта Эла Лонгнайф и игрушки его приятелей, таких же денежных мешков. Может, на них и установлены импульсные лазеры двенадцатого калибра, но на что они могут надеяться после того, как патрульные катера с восемнадцатидюймовками потерпели неудачу? Что до тех «линкоров»… Старшина, расскажите нам о том, насколько нечеткие реакторы на этих, так называемых, «линкорах». Хотя, на самом деле нет, не стоит. Если бы на них были установлены настоящие лазеры, они бы приблизились к зоне досягаемости, пока нас атаковали катера, сделали бы несколько выстрелов. Неважно, насколько они старые и паршивые, мы бы ощутили попадания.

— Они не стреляли. Им не из чего стрелять. Король Рэй Лонгнайф проводит слишком много времени на маскарадных балах. Неужели думает, что сможет нас обмануть парой масок и перьев? Что ж, Лонгнайф, рано или поздно маски будут сброшены, перья выдернуты и ты останешься голым.

Адмирал ткнул пальцем в экран, где виднелись уходящие из зоны поражения корабли.

— Это ни что иное, как перья и блестки. Эсминцам следовало воспользоваться шансом и выстрелить. Они трусы, — сплюнул он. — Лейтенант, прикажите кораблям сбить последние из приближающихся ракет, а затем брать курс на Верхний Вардхейвен. Мы придем точно по расписанию. И да, прикажите включить радиаторы, давайте уберем тепло с моих кораблей. Я хочу чтобы корабли остыли, когда мы выйдем на орбиту. У нас задача хорошенько раскалить Вардхейвен и я не хочу, чтобы на моих кораблях что-нибудь мешало сделать это быстро и эффективно.

— Да, сэр.

Адмирал посмотрел на начальника штаба и расплылся в улыбке. Приятно осознавать, что он может выполнить задачу, порученную политическими хозяевами.

Глава 18

— PF-109, говорит буксир 1040. Держитесь, мы подходим к вам.

— Держимся, буксир 1040, — ответил Томми и печально покачал головой. — У нас сухие баки.

Они вложили все силы и энергию, чтобы пролететь мимо линкоров, и только когда оказались вне зоны лазера, попытались выйти на орбиту. Потребовалось все, что у них было, чтобы подлететь достаточно близко и их мог перехватить буксир.

Вот только баки оказались сухими. Вся команда мостика сидела на своих местах и испуганно молчала. Они бросили все, что у них было, в атаку на линкоры… а линкоры словно ничего не заметили.

Кроме одного, который достали Хизер и Чандра. И заплатили за это полную цену.

Крис осмотрелась. Каждый присутствующий на мостике катера испуган. Они вложили все, что у них было, в атаку и отход. Корабельная форма пропиталась потом, а лица вытянуты от того, что приходилось идти на трех g. Крис видела потускневшие от усталости лица. Опущенные плечи. Есть что-то еще, что они могут дать?

Как только катер стал ложиться на орбиту, Томми отключил боевую сеть и начал сам напевать что-то похожее на некую смесь ирландских мелодий. Пел тихо, еле слышно, но притихшая Крис слышала слова. Одна даже понравилась, про мальчика-менестреля. Только с третьего припева до нее дошло, что этот мальчуган погиб на войне. В голове конкретная каша.

— PF-109, это буксир 1040, мы подходим к вам. У нас тут профессиональные спасатели любезно предоставленные фирмой братьев Йохансон, они готовы подвести к вам линии электропередачи, так что держитесь прямо.

— Держимся устойчиво, буксир 1040. Как уже говорил, курс мы изменить не можем, даже если очень захотелось бы.

— PF-109, хотелось бы, чтобы вы правильно нас поняли. У нас тут реакционная масса, которую нам нужно передать вам вместе с антивеществом. Еще у нас на борту несколько «Фоксеров», на случай, если у вас закончились. Еще есть двенадцать AGM-944 из тех, какими вы там разбрасывались.

— Где вы их взяли? — оживилась Крис.

— Завод прислал по бобовому стеблю так быстро, как только смогли. Последняя партия, прибыла как раз, когда мы уже задраивали люки. Ракет у нас на каждый ваш катер по двенадцать штук.

— На сколько катеров?

— На двенадцать, — тихо сказал капитан буксира.

— Нас осталось десять.

— Нам жаль.

— Томми, не желаешь зарядиться?

— Разве PF-104 и 111 не разрядились полностью первыми? Они были в группе Хизер и Чандры и выпустили все, что у них было.

— А ты следом.

— Свяжитесь с ними, они должны быть первыми, — сказал Томми.

— Свяжусь. Посмотрим, смогут ли они лечь на орбиту, — согласился капитан буксира. — Так, на моем пульте сигнал, что соединение для питания установилось хорошо. Что у вас?

Томми подтвердил хорошее соединение. Через минуту подтвердили хорошее соединение для перелива реакционной массы. Это заставило задуматься, а не открыть ли люк на квартердеке в открытый космос, чтобы команда буксира начала загружать разные лакомства.

— Я хочу пить, — вдруг сказал старшина Стэн, расстегивая ремни. — Еще кто хочет?

— Принеси скотч, только аккуратно, — сделал заказ Томми.

— Я бы убила за «Маргариту», — сказала Пенни.

— Пиво, — буркнул Мус.

— И мне, — сказала Финч сквозь тень своей обычно солнечной улыбки.

— Ты несовершеннолетняя, — буркнул старшина.

— А разве мы все не постарели на десяток лет в последнюю неделю, — стрельнула в ответ Финч, идеально имитируя акцент Томми.

Не обратив внимания на такой пассаж, старшина скрылся в сторону кормы. Пару минут спустя появился вновь и стал бросать присутствующим груши с напитками.

— А тебе холодной минералки, — строго сказал старшина Финч.

— Да, мамочка, — вздохнула рулевой, но от груши не отказалась.

Крис глотнула обычной воды… а потом одним махом осушила литровую грушу за секунду. Даже не осознавала, насколько обезвожена, пока не сделала глоток. С другой стороны, если посмотреть на насквозь промокшую форму, откуда-то влага для этого бралась.

— Выпьем и пописаем в них, — предупредила Пенни.

— В невесомости, — вздохнула Финч. — Хоть бы кто-нибудь изобрел приличный унитаз для девушек, работающий в невесомости.

— Или девочек, — сказал Томми.

— Не уходи от темы, муж, — сказала Пенни.

— Осторожнее, молодой человек, — сказал Мус. — Когда женщина использует данное ей богом право жаловаться на мужчин, не прерывай ее.

— Крис, что нам делать-то? — спросил Томми.

— Он тебя прервал. — Крис посмотрела на Пенни.

— Хуже того, занялся делом. Думаешь, не дотянусь?

Финч и Крис покачали головами.

— Замечу, — сказал Томми, — капитан этого катера — я. И, в отличие от многих кораблей, украденных с пирса принцессой, этот военный корабль по честному пытается выполнить приказ защитить планету.

— А я думал, мы на пиратском корабле, — сказала Пенни и обратилась к Мусу: — Вы разве не считаете наш корабль пиратским?

— Вопрос не ко мне, мэм. Я простой, гражданский человек, шел по улице, занимался своими делами, когда меня заманили в нечто, о чем я и представления не имею.

— Для того, кто представления не имеет, что делает, — Пенни похлопала Муса по руке, — я рада, что вы этим занимаетесь.

— Всегда пожалуйста, мэм.

Томми так здорово улыбался, расслабившись в капитанском кресле и наблюдая за любовью всей своей жизни. Крис безумно захотелось, чтобы это продолжалось вечно, чтобы команда продолжала шутить, но часы на пульте неумолимо отсчитывали время до отлета от Вардхейвена. К тому времени они должны что-нибудь придумать. Как бы ей ни хотелось залезть под кровать, послать вместо себя кого-то еще, она знала, что никто другой не в состоянии сделать то, что предстояло сделать ей.

Либо она, со своей крошечной группой, либо никто.

Но даже и это еще не все. На этот раз кому-то кого-то изображать бесполезно. Противник наверняка уже разобрался, что на флангах никаких линкоров нет. А значит, следующая атака будет жесткой. И никакого завтра.

— Томми, включи боевую сеть обратно. Соедини меня со всеми. Нам нужно поговорить.

Томми нехотя оторвал взгляд от Пенни, глубоко вдохнул, выдохнул и набрал команду на своем пульте. На мостике снова раздался припев песни: «Скольких из них мы заставим умереть!» Где-то снизу послышался тихий лязг, это на катер грузились ракеты, любезно предоставленные добровольцами из Клуба спелеологии Милны и Клуба охотников за мусором. Крис глубоко вздохнула и активировала коммуникатор.

— «Горацио», «Кастер», каков ваш статус?

— «Горацио» на месте, — послышался вполне обычный голос Сэнди. — У меня тут дюжина капитанов ругаются и грозят мятежом, если вы снова броситесь в бой и оставите их позади.

— Ты правильно поняла, милая, — вставила Луна.

— С принцессой во главе, — сухо сказал ван Хорн, — думаю, мятеж — это, своего рода, норма.

— Предпочту вести их за собой, чтобы никто не вмешивался в мою игру, — сказала Крис, пытаясь казаться беззаботной. Может даже, так оно и было.

— Что ж, приготовьтесь к тому, что мы можем это сделать, если снова останемся позади.

— «Кастер», что у вас?

— Хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем ожидал. Скажем, на тридцать четыре процента, с чего начинали. Достаточно для последней, черт ее дери, битвы.

Вот так вот должно быть. Последняя битва. Единственная тотальная атака на линкоры, когда они подойдут к станции Верхний Вардхейвен. Крис на мгновение застыла, подбирая слова, потом включила связь.

— Ладно, народ, вот что мы сделаем. На этот раз мы пойдем все вместе.

По сети послышались тихие аплодисменты. Финч медленно покачала головой, словно говоря, мол, они не подозревают, на что напрашиваются.

— Линкоры тормозят, собираются подойти к станции, выйти на орбиту и начать бомбить Вардхейвен. Если мы с ними ничего не сделаем, четыре реактора на каждом из этих ублюдков включат лазеры, которые превратят все на поверхности планеты в горящие обломки. Вы хотите такую участь для своих семей?

— Нет, — пришло дружное.

— Хотите такую участь для жен и мужей?

— Нет, — вновь, уже громче.

— Очень хочется уничтожить хоть один из них, — сказала Финч.

— Тогда запускай программу, — улыбнулся Томми.

— Конечно, конечно, — закивала рулевой. — Только мне нужен стимул, за что я на самом деле буду драться.

Крис убрала палец с кнопки связи.

— Они уничтожат яхт-клуб на Верхнем Вардхейвене. Больше не будет никаких гонок на яликах.

— Этих ублюдков нужно остановить, — прорычала девушка.

Крис снова нажала кнопку связи.

— Хорошо, бойцы. Как только наступит подходящий момент, «Кастер» выпустит все ракеты, которые у них есть. Сразу вслед за ними идем мы, все быстрые патрульные катера и эсминец, все, без исключения, вооруженные яхты и катера. Все, что может стрелять и выпускать ракеты, все это одним махом. И на этот раз летим не так быстро без диких рывков, на этот раз незачем. Нелли передаст вам программы уклонения для ускорения в один и два g. Луна, на этот раз тебе предстоит самая настоящая перестрелка. Если кто-то из противников пролетит мимо тебя, разворачивайся и стреляй по двигателям.

— По двигателям, — усмехнулась капитан яхты. — Мне это нравится.

— Ледяная броня у них слишком толстая, поэтому цельтесь не по льду, а по конкретным целям. Они выдвигают лазерную турель, вы ее уничтожаете. Поднимают антенну — сжигаете. Еще, если ваши двенадцатидюймовые импульсные лазеры хоть немного похожи на те, которыми пользовалась я, у них есть одна секретная настройка, позволяющая использовать их на всю мощь.

— Правильно понимаешь, дорогая, — сказала Луна. — Уже работала с таким типом оружия?

— Она однажды увела яхту с множеством таких лазеров, — вмешался Томми.

— Томми, не разглашай государственные секреты, — упрекнула Крис и по сети послышались смешки. — Да, тогда мне пришлось использовать лазеры яхты, и Нелли придумала некоторую программную прошивку, которая позволила мне запускать импульсы с половинной, а то и вовсе с одной десятой степенью. Кого-нибудь интересует?

«Еще бы», «Да» и «Да, будьте добры» возвратилось в ответ. Нелли сделала рассылку. Крис подождала некоторое время, пока на других кораблях получат ее и загрузят в компьютеры.

— Эй, а ведь здорово выходит, — воскликнула Луна. — Если вдруг появится по пути пятидюймовая установка, я ее затопчу и у меня все равно останется хоть что-то, чтобы выстрелить им в задницу. Отлично, малышка!

— Только помните, что ваши лазерные установки тоже перегреваются, как и установки линкоров. Так что слишком часто ими пользоваться без риска перегрева вы не сможете.

— Но мы можем покончить с ублюдками, — прорычала Луна. — Если стрелять по ним изо всей силы, подобраться ближе, так близко, чтобы они не смогли ни увернуться, ни спрятаться. Они пришли в Вардхейвен драться. Что ж, мы покажем им такой бой, которого они не ждут.

Слова Луны вызвали одобрение даже на мостике PF-109-го. Даже Крис не удержалась и поаплодировала.

— Луна, избавляйся от приманок, сбрасывай коконы. Всем, пристегнитесь потуже и подключайтесь. Как только я доведу Восьмую эскадрилью до ста тысяч километров, мы ринемся на них с двух направлений. Посмотрим, как им это понравится. Лонгнайф, конец связи.

По сети еще некоторое время доносились одобрительные возгласы. Крис вздохнула: должно быть, она нашла нужные слова. Взглянула на экран на своем пульте. Остался час до того, как враг доберется до Верхнего Вардхейвена. Сорок пять минут до того, как Крис сможет перехватить их.

Еще одно долгое ожидание.

— 109-й, это буксир 1040, мы оставили подарки Деда Мороза у квартердека. Хотите сами забрать их или доверите моим ребятам загрузить ракеты?

— Спасибо за предложение, — ответил Томми, — но не хочу стравливать воздух и не могу позволить взять с собой ваших людей. У нас тут нет свободных противоперегрузочных кресел.

— Я слышал, принцесса сказала, что на этот раз будем обходиться небольшими перегрузками.

— На двух g вы почти не будете уклоняться так же, как умеем мы.

— А если ваша Нелли, кто бы она ни была, передаст нам программу уклонения?

Томми приподнял бровь и посмотрел на Крис. Та взяла коммуникатор.

— Буксир 1040, ваша цель — спасательные операции.

— Мэм, цель оно, конечно, да. Но дайте им достаточно целей и они пропустят то, чего не должны.

— Вы уверены, что сейчас не рискуете стать мятежником?

— Мэм, я вот сейчас оглядываю мостик, слышу, что говорят мои люди. Получается, что если я не сделаю, как они просят, рискую быть выставлен за внешний люк с курсом на Вардхейвен, а они все сделают и без меня.

Господи, откуда взялись все эти люди? Чем Вардхейвен заслужил их?

— Спасибо, буксир 1040, ваша поддержка очень ценна.

— Не только мы, мэм. Думаю, сейчас у вас появился целый корпус, которого не было с вами некоторое время назад.

— Да благословит всех нас бог, — сказала Крис с тем благоговением, с которым обычно проговаривает подобное Томми. Тот улыбнулся, услышав, подмигнул ей.

— Мои люди сделали все, вернулись, можете запускать двигатели, — сообщил капитан буксира.

Томми так и сделал, после чего приказал всем свободным складывать по местам припасы. Крис, которой целых полчаса оставалось только сидеть и грызть ногти, ушла помогать. Обнаружилась даже не одна, а две канистры для антивещества, готовых к смешиванию с реакционной массой и приведением в действие ракетных двигателей PF-109. Еще на корпусе аккуратно закреплены двенадцать длинных ящиков с AGM-944, в каждом из которых обнаружилось по четыре «Фоксера».

Каждый такой ящик сопровождали два человека. В невесомости двухсоткилограммовые ракеты не весят ничего, но все же продолжают обладать массой и ущерб, который могут нанести себе и катеру никому не нужен. Не сейчас. Только ни перед предстоящей через несколько минут атакой. Сейчас не до того, чтобы какая-нибудь своенравная ракета вывела из строя блок связи при передаче какого-либо сообщения, или рабочую сеть датчиков на мостике, или врезаться в только что перезаряженный лазерный конденсатор по пути к ракетному отсеку.

С каждой ракетой обращались осторожно. Всем им предстояло свидание с линкором.

С «Фоксерами» справились легко — контейнеры были открыты и ракеты с легкостью попали на свое место. 944-е были длиннее, так что с ними пришлось повозиться. Каждый контейнер нужно было освободить от пусковой трубы и только потом каждую ракету высвободить из футляра для перевозки и установить ее на место.

— Так как, мы зарядим один контейнер? — спросил артиллерист в звании энсина.

Последовала долгая пауза.

— Я бы предпочел, чтобы их было шесть, — ответил Томми. — Использовать одну может быть накладно. Знаете поговорку про яйца в одной корзине?

Энсин кивнул.

— Вы слышали босса. Сделайте все, как положено. И быстро.

Ками и люди энсина-артиллериста приступили к работе, выполняя все то, чему тренировались предыдущие три дня.

Крис ушла, не желая толкаться и оказывать давление своим присутствием.

Другое дело Нелли: ей толкаться было не нужно, потому что компьютер.

— У тебя найдутся схемы уклонения для всех желающих?

— Они все хотят их получить.

— И я про то же.

— Спасательные корабли даже не в надежной сети. Я отправила им таблицы со случайными числами в коде и рекомендацию прыгать с места на место в случайном порядке, используя один набор чисел для настройки шаблона. Пусть выбирают. Знаешь, судя определению из моей базы данных это должно соответствовать определению безумия.

— Да, но это все равно великолепно.

— У меня нет определения великолепного.

— Это человеческое понятие, Нелли.

— Если я выйду из всего этого целой, думаю, начну понимать определение «великолепно».

— Как и мы все.

Крис уселась на свое кресло, надела шлем и вызвала «Хэлси».

— Сэнди, как дела? Я была занята домашней работой.

— Думаю, наш противник становится умнее. Пять минут назад эскадра восстановила радиаторы и перешла в оборонительную позицию.

— Черт побери, — пробормотала Крис и посмотрела на Пенни.

* * *

— «Мститель» сообщает, что не может поддерживать скорость вращения пять оборотом в минуту, сэр, — доложил дежурный лейтенант.

— Тогда передай им, пусть исправляют то, что не так работает и делают то, что я им приказал, — отрезал адмирал. Он сел в кресло перед своим пультом, что заставило его вернуться к проблемам «Мести», при этом оборонительные маневры его ничуть не беспокоили. Они не беспокоили и техников, следящих за разведданными. И вообще сидели к нему спиной. Сарис отстранено наблюдал за происходящим. А вот у будущего губернатора Вардхейвена обнаружилась самая крупная проблема. Он сидел напротив адмирала, и вот теперь он наклонился вперед, когда вращение корабля пыталось заставить его вылететь с кресла.

— Неужели эта проклятая показательная порка так уж необходима? — спросил политик.

— Подозреваю, что да, господин губернатор, — ответил начальник штаба.

— Я бы не хотел ошибиться, — добавил адмирал.

— Но вы сказали, что победили их. Вы выиграли.

— Возможно, я немного поторопился, — пробормотал адмирал.

— Им нечем с нами драться.

— Час назад так и казалось, но сейчас они изменили свое поведение, и я не собираюсь ничего предполагать, особенно в отношении Лонгнайф, господин губернатор. Нет. Посмотрите на положение дел. Эти шакалы все еще наступают нам на пятки, — он кивнул на изображение на самом большом экране. Так называемые линкоры сбросили шкуру и стали меньше… и смертоноснее, если не по способностям, то но по намерению. И еще нам добавилось вот это, — он указал на двадцать с лишним мишеней, сорвавшихся с низкой орбиты Вардхейвена.

— И кто это такие?

— Похоже, выжившие патрульные катера, атаковавшие нас два часа назад.

— Но патрульные катера могут атаковать только один раз. После этого они должны вернуться в порт. Заправиться. Перезарядиться. Даже я это знаю, — губернатор недоверчиво махнул рукой.

— Во всех передачах так и говорят. Старшина, расскажите мне о кораблях с Вардхейвена.

— Десять скоростных патрульных катеров, сэр. Они даже не пытаются маскироваться. Остальные — спасательные буксиры. На всех реакторы увеличенного размера для буксировки и аварийно-спасательных работ. А сейчас они разгоняются, не отставая от патрульных катеров.

— Эти спасательные буксиры могут перекинуть линии электропередачи на патрульные катера, перезарядить их конденсаторы, старшина?

Тот закашлялся, словно подавился рыбной костью.

— Это немного выше моей компетенции, господин адмирал, но в нашем флоте буксиры могут передавать большую часть энергии нуждающимся кораблям.

— Ваш вывод? — спросил адмирал, поглядев на Сариса.

— Этот проклятый Рэй Лонгнайф придумал способ сделать две атаки одной и той же эскадрильей быстрых патрульных катеров.

— Я бы не стал упускать этого из виду, — рыкнул адмирал. — И я не собираюсь больше терять свои линкоры. У нас пять метров брони. Мы будем вращать корабли в пять оборотов в минуту и позаботимся о том, чтобы их импульсные лазеры растапливали только лед.

— А как же другие корабли? — внезапно обеспокоился будущий губернатор.

— О чем нам действительно нужно беспокоится, так только о двух эсминцах. Но только о двух. Может, у полудюжины яхт и есть импульсные лазеры, скрывающиеся под их яркой обшивкой. В лучшем случае, двенадцатидюймовые. Может, это будет больше, чем битва, которую вам обещали, господин губернатор, но, будьте уверены, бомбардировку Вардхейвена мы начнем вовремя, — адмирал взглянул на монитор своего пульта управления. — Через тридцать минут.

Глава 19

Из исторических учебников Крис знала, что в древнем мире… в двадцатом веке и ранее, атаки иногда откладывались на несколько часов. Еще она видела видеофильмы, где актеры хорошо передавали противоречивую природу солдат и офицеров, их желание идти вперед и сражаться или боязнь идти вперед и умереть.

У Крис и ее команды ни отсрочки, ни противоречий по поводу своего будущего не было. Отсрочка была недопустима. Орбитальная механика развернула линкоры к Верхнему Вардхейвену. Она же направила на них оперативную группу Крис с орбиты планеты. А легкий тормозной маневр группы «Горацио» вообще должен разрезать их пополам.

Через несколько минут.

— Народ, если мои часы не врут, у нас еще есть пять минут, — сказала Крис. — Старшина, у нас еще есть что попить?

— Сейчас, — кивнул тот и скрылся с мостика.

— Странно, — сказала Пенни, — я выдула два литра, но никакого желания посетить гальюн.

— Мы изрядно пропотелись, — сказала Крис.

Форма от засохшего пота потемнела, но либо система жизнеобеспечения работала сверхурочно, либо они все так сильно воняли, что вовсе этого не замечали. Странно, что в такое время этот вопрос может иметь значение.

Появился старшина, бросил присутствующим груши с напитками.

— Последнее причастие, — с улыбкой сказал он.

Томми поймал свою и поднял ее, словно для тоста.

— Так он умер, чтобы сделать нас святыми. Теперь мы боремся, чтобы оставаться свободными.

Крис не спеша отпила воду, наслаждаясь вкусом. Может, просто наслаждалась комфортом, передавая его всем остальным присутствующим на мостике. Последнее причастие. Может, старшина и прав. Он прошелся по мостику, собирая пустую тару. Томми взглянул на свой пульт, на экранах которого разворачивалась битва и… перекрестился.

— Отче, в твои руки передаю душу свою, — тихо сказал он.

За спиной Крис Пенни подхватила, зашептав слова Двадцать третьего псалома:

— … пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла… — чем дальше, тем громче.

Финч повторяла раз за разом «Радуйся, Мария» так быстро, как только могла произносить слова.

Крис тяжело вздохнула. Отец с малолетства водил ее в семейную церковь каждое воскресенье. Это была обязаловка только чтобы пресса делала фотографии. Но сейчас люди читали молитвы с верой в душе. Еще недавно Крис хотела провести с Томми и Пенни какое-то время, выяснить, почему они захотели, чтобы их свадьбу провели священники, а теперь, когда услышала такую искренность, поняла все без лишних слов и наблюдений.

Сейчас только орбитальная динамика управляла их жизнью. Крис подхватила коммуникатор.

— Это летучий отряд. Через шестьдесят секунд восьмая эскадрилья приблизится к рубежу в сотню километров. «Кастер», готовы к последней битве?

— Вообще-то, — откликнулся ван Хорн, — я задумывался над установкой киоска с лимонадом и посмотреть, как долго после этого смогу выжить.

— Такое превратить в шутку не смог бы даже ты, — сказала Сэнди.

— Вам бы обоим ужасно радоваться, что флот держит вас на постоянной работе, — растягивая слова, сказала Луна. — А кто-то комиксы создает и не тужит. Попробовали бы свои силенки на этом поприще.

— Тридцать секунд до атаки. Ракеты пошли, — сообщил ван Хорн.

— Хорошо, команда, — начала Крис. — Все вы, каждый из вас, вызвался добровольцем. Все вы знаете, что мы выглядим маленьким Давидом, а идущие на нас линкоры — Голиафом на стероидах. Два патрульных катера показали, что мы можем уничтожить линкор. Но его уничтожение дорого нам обходится. На этот раз мы покончим с ними. На этот раз постараемся стрелять, как охотники в глаз белки. Не стреляйте, пока они не вытащат наружу орудийную башню, лазерную турель, и только тогда стреляйте. Их двигатели тоже уязвимы. Они будут уворачиваться, поэтому объединяйтесь в пары, создавайте тройки и четверки и атакуйте линкоры со всех сторон. Рано или поздно они дадут слабину.

— Правильно понимаешь, — сказала Луна.

— И еще. Никогда не летите по прямой дольше одной-двух секунд. Вы должны постоянно маневрировать. «Кастер» может подбить несколько лазерных установок, мы уничтожим еще несколько, но нас все равно будет обстреливать чертовски много лазеров.

— Танцуй, детка, танцуй, как никогда раньше не танцевала, — сказала Луна и выкрикнула гораздо громче: — За нашу свободу! За наши семьи! За Вардхейвен! За принцессу Кристину! Вперед!

Секундой позже призывы многократным эхом отозвались по сети в ответ.

PF-109 и еще двадцать один корабль пересекли дальний рубеж работы восемнадцатидюймовых лазеров. Помимо Крис, в опасную зону вслед за «Хэлси» последовали еще девятнадцать кораблей. Как и при первой атаке, они метались вверх, вниз, вправо и влево. Ускорялись и замедлялись так, чтобы в их движениях не просчитывалось никакой закономерности.

И восемнадцатидюймовые, смертельные лазеры потянулись к ним.

* * *

— Адмирал, центр обороны хочет знать, не хотите ли вы изменить приоритеты, сэр, — сообщил дежурный лейтенант.

— Еще бы, — прорычал адмирал, правда, только себе под нос.

Стандартная доктрина предписывала восемнадцатидюймовым установкам целиться во все враждебное, находящееся в пределах досягаемости. Но стандартная доктрина была написана каким-то болваном, блаженно игнорирующим высокую температуру, исходящую от установок фирмы «Вистлер энд Хардкастл лимитед», поставляющих оборудование флоту.

Адмирал был слишком хорошо знаком с проблемой теплоотведения.

Он вернулся к вращению «Мести». Восемнадцатидюймовки быстро заполнят радиаторы, а потом, когда начнут стрелять пятидюймовки, они быстро нагреются и потеряют свою эффективность.

Каковы шансы попасть хоть в одну из этих танцующих колибри восемнадцатидюймовым лазером при коэффициенте теплопроводности в 80 или 90 К? А каковы шансы у пятидюймовок вывести их из строя при 30–40 К?

Неудивительно, что главная батарея оказалась полностью бесполезна при последней атаке быстрых патрульных катеров.

— Поддерживайте огонь главной батареи.

— Есть поддерживать огонь главной батареи, — отчеканил дежурный лейтенант. — Центр обороны подтвердил огонь главной батареи.

— Как так? — будущий губернатор Вардхейвена повысил голос. — Они же перед вами. Разбейте их!

— Я не собираюсь тратить тепловой лимит на этот диапазон. Губернатор, обещаю не учить вас, как насиловать, грабить и разорять безоружных мирных жителей. Пожалуйста, не учите меня разбираться с вооруженным противником.

— У меня есть полномочия освободить вас от командования.

— Сейчас не лучшее время для этого.

— Адмирал, разведка взломала одну из передач атакующего флота Вардхейвена. Сэр, у буксиров слабая система шифрования.

— И что у них там происходит?

— Похоже, они аплодируют принцессе Лонгнайф, сэр. Разведка уверена, что это она руководит атакой на нас.

— Невозможно, — фыркнул будущий губернатор. — Ее освободили от командования. С позором.

— Похоже, не с таким позором, как кто-то думает, — пробормотал начштаба.

— Значит, я вижу перед собой маленькую девочку Лонгнайф, — задумчиво сказал адмирал. — Неплохо. Совсем неплохо. Или лучше, девушки, губернатор? Для девушки, освобожденной от командования? Отправленной с позором домой, чтобы что? Вязать детские вещи? Или рисовать? Эсминец, музейная реликвия… и дюжина мелких корабликов, которые к этому моменту должны были быть разоружены и выставлены на продажу. — Адмирал с чувством ударил кулаком по панели управления. — И что ты, маленькая девочка, приготовила для дяди Ральфа? Грузовики с ракетами. Яхты, загруженные, как я догадываюсь, теми же ракетами. И вот, эта маленькая девочка Лонгнайф появляется и заявляет, что будет со мной драться. И, вдруг, мои линкоры сталкиваются не с четырнадцатью, а с сорока с лишним кораблями, которые слишком дорого нам обходятся. Да, к тому же, волна за волной тучи ракет в поддержку боевым кораблям, которые разведка ну никак не ожидала увидеть. — Адмирал покачал головой и посмотрел на будущего губернатора. У Маскалина отвисла челюсть. Может, все дело в том, что корабль вертится, но, скорее, шок от того, что слышит, как к Лонгнайф вдруг относятся с уважением. — Господин губернатор, жаль, что у меня нет и половины того, что есть у этой маленькой девочки. Здесь. — Он ткнул пальцем в голову. — И здесь. — На это раз он положил ладонь на сердце. — Да, я одолею ее тем, что есть у меня вот здесь, — он шлепнул ладонью по экранам пульта, на которых виднелись точки кораблей. — Но было бы неплохо хотя бы раз вступить в бой с такими людьми, как она и теми, кто поспешил отозваться на ее призыв.

— Адмирал, — грозно сказал будущий губернатор, — я вынужден освободить вас с должности.

— Но вы этого не сделаете, потому что немедленно заткнетесь. Мне нужно выиграть эту битву.

Флагманский мостик затих. Первая волна вражеских ракет начала наносить удары.

* * *

— Они больше не стреляют из больших пушек, — сказала Пенни. — Они все еще заряжены, но не стреляют.

— И еще убрали дальномеры, — добавил Мус.

— Бережем «Фоксеры» для более близкого расстояния, — выдала по сети приказ Крис. — Раз по нам пока не стреляют, не стоит тратить ракеты.

Корабли продолжали выполнять заданные программы маневров уклонения, приближаясь к диапазону работы пятидюймовых установок, но все происходило в каком-то замедленном темпе. PF-109 все так же крутился и кружился, но на этот раз почти мягко, если сравнивать с жесткими маневрами первой атаки.

— Нам нужно оказаться в пределах пяти тысяч километров от линкоров и остаться там, — напомнила Крис, когда два небольших катера вырвались вперед. — Какую бы энергию вы сейчас ни набрали, вам нужно суметь ее сбросить.

Катера притормозили.

Восьмой эскадрильи все еще предстояло приблизиться к линкорам. Стэн снова взял инициативу в свои руки.

— Первая группа берет второй и третий корабли, — сказал он.

— Вторая группа берет последние два, — сказала Крис.

— Похоже, мне достался флагман, — сказала Бэбс.

— Не тебе одной, — сказала Сэнди. — «Хэлси» тоже хочет немного покромсать этого ублюдка.

Заговорили и капитаны яхт, разбирая корабли себе в цели, разбиваясь на пары. В итоге на каждый вражеский корабль вышло по две вооруженные яхты и несколько небольших катеров.

— Мы не сможем разогнать нашу девочку больше одного g, — сказали с «Кушинга», — и она не так хорошо уворачивается. Мы немного опоздаем. Поможем, где сможем.

— Оставим вам немного удовольствия, — пообещала Крис и тут обнаружила, что PF оказался в пределах досягаемости пятидюймовых лазерных установок, так что времени на разговоры не осталось. Времени больше не осталось ни на что, кроме как постараться держать себя в руках и ждать, пока катер проделает очередную серию диких, беспорядочных маневров.

Линкоры начали отвечать.

Первыми 944-е ракеты выпустила Ками, добавив их к облаку ракет, выпущенных другими кораблями. «Хэлси» начала обстрел пятидюймовыми установками, целясь по антеннам флагмана и по таким же пятидюймовым установкам, когда те выскакивали, чтобы выстрелить по приближающейся ракете или кораблю. Битва началась. Крис молча сидела, наблюдая, как сорок тысяч до врага превращаются в тридцать.

— В меня попали, — доложил Энди Гейтс, капитан PF-103.

— Насколько плохо? — отозвался Стэн, командир звена.

— Машинное отделение. Теряю энергию. Выхожу и боя, но сначала запущу все свои ракеты.

— Давай, Энди. Поосторожнее там.

— Завидую вам, ребята.

— Давай уже, сваливай, — приказал Стэн.

Энди повезло, он смог, пусть и подраненный, выйти из боя. А вот другим не так везло. Крис с ужасом наблюдала, как сначала один катер, а потом другой получили прямое попадание и исчезли без следа. Крис схватилась за коммуникатор.

— Мелкие катера, у вас слабые маневровые двигатели. Отступайте. Сбросить скорость. Заходите за яхты или вас всех уничтожат.

— Мы сможем, — сказал кто-то, но тут же взорвался еще один мелкий катерок. Остальные притормозили, чтобы держаться рядом с яхтами.

Потом старый капитан одного из буксиров объявил, что лазером ему вспороли обшивку, но, вместо того, чтобы эвакуироваться или уводить корабль подальше, они будут сражаться дальше уже в скафандрах. Мгновение спустя второе прямое попадание заставило его замолчать. Очевидно, в скафандрах оказалось не так ловко сражаться с военными кораблями. Потом еще один буксир затих и, развернувшись, поплелся вслед за Энди.

Получил попадание PF Теда Рокфеллера.

— Меня накрыли. Корабль в порядке. К тому же, если я свалю, на этот линкор никого больше не останется, кроме пары сумасшедших яхтсменов Луны.

— Я все слышу, — сказала Луна.

— Можешь подать на меня в суд, — парировал Тед.

— Может, так и сделаю, если ты не вырвешь кусок из этого ублюдка.

— Договорились. Остальное ваше.

— Не забывайте стрелять, — напомнила им Крис. Ее группа приблизилась к линкорам уже на двадцать тысяч километров, а двадцать процентов кораблей уже уничтожено. А ведь ей еще предстоит убить боевой корабль. И что для этого нужно?

* * *

— Противник в двадцати тысячах километрах и приближается, — чуть не нараспев произнес дежурный лейтенант.

Адмирал посмотрел на данные своего пульта. Уничтожено и выведено из строя всего двадцать процентов нападавших. Вторичные батареи кораблей связаны проклятыми ракетами. Стоит ли дать ракетам возможность свободно подлететь к кораблям, чтобы самому сосредоточиться на чертовых патрульных катерах и яхтах?

«Мститель» вышел из строя, потому что одна из ракет подбила ракетный колокол, из которого теперь бьет плазменная струя. Проклятье. Линкоры спроектированы, чтобы выдерживать длительные перестрелки. Доктрина призывает, чтобы боевые порядки отворачивали уязвимые двигатели от лазерного огня и кинетического оружия. Но доктрина — одно, его же приказы управляли сегодняшней выживаемостью. Приказы отданы исходя из того, что ему не придется прорываться на орбиту Вардхейвена с боем.

Не пора ли плюнуть на них и повести битву так, как нужно? Ведь наверняка есть какой-нибудь способ совладать с ситуацией.

Вообще, факт отправки линкоров к Вардхевену без сопровождения сам по себе был грубым нарушением доктрины. У него должна быть эскадра крейсеров и минимум два эсминца. Но вся ставка была на то, что весь флот ушел на Бойнтон и у Вардхейвена не осталось никакой защиты.

Может, и не было бы, если б не ты, девочка. Будьте вы прокляты, Лонгнайф.

Восемнадцать тысяч километров. Если проигнорировать ракеты, они снесут сенсоры, оставив его слепым, чтобы использовать лазеры. Нет, нужно от них как-то защищаться. Значит, сражаемся сначала с ракетами, а потом уже с патрульными катерами.

Адмирал снова взглянул на экраны панели управления. Вторичные батареи горели желтым. Капитан уже закачивал охлаждающую жидкость в основные катушки, пытаясь распределить тепло по корпусу, но установки стреляли так часто, что нагревались сильнее, чем это утверждалось в их спецификации. Еще приходилось перекачивать энергию из четырех реакторов во вторичные батареи. Они должны стрелять быстро. Нужно продержаться буквально чуть-чуть.

У него ведь большое преимущество. И это преимущество — импульсные лазеры. Они выпускают энергию одним большим импульсом. У каждого патрульного катера четыре установки. У яхт, может, по две, а то и вовсе одна. Выстрелил, и оказался пустым. А у него броня, способная выдержать несколько импульсных ударов. И в этом нет никаких сомнений.

— Лейтенант, проинформируйте центр обороны, чтобы они не игнорировали буксиры. Они уже один раз перезарядили патрульные катера. Я не хочу, чтобы это снова повторилось.

— Понял, сэр.

— Продолжаем стрелять по ракетам? — спросил Сарис.

— Нельзя их игнорировать. Если сделаем это, они сразу ослепят нас и разнесут двигатели в металлолом. Нет. Нужно сбивать их, а потом атаковать корабли, которые спрятались за ними. Сначала один, потом остальные. Если есть план получше, говорите сразу. — Адмирал зубасто ощерился в сторону будущего губернатора. — Уверен, ваш политический хозяин наградит вас.

— Не вижу лучшего способа бороться с ними, сэр. Нам нужна поддержка. Эсминцы, крейсеры. А у нас их нет.

— Вот и я так думаю, — кивнул адмирал и снова уставился на экраны пульта. Пятидюймовые лазерные установки успели нагреться до желтого и уже переходили к оранжевому. Нехорошо.

* * *

— Пенни, Мус, что творится на линкорах? — спросила Крис, когда катера пересекли отметку в пятнадцать тысяч километров.

— Они разогрелись и становятся все горячее, — сказала Пенни.

— Горячие, как дешевые стволы, — добавил Мус. — Когда мы окажемся среди них, они станут медленно перезаряжаться.

— Мне нравится эта мысль, — сказал Томми.

— В меня попали. В меня попали, — вдруг раздался из динамиков голос шкипера PF-104. — Вынужден выйти из боя.

— Куда попали? — буркнул Томми себе под нос и мгновение спустя, словно ответом на его вопрос второе попадание превратило катер в облако расширяющегося газа.

— Мы подобрались так близко, что отступать нет смысла, — сказала Пенни.

— Мы идем вперед несмотря ни на что, — прорычал Томми. — Танцуй, детка, танцуй.

И 109-й проделал маневр, резко в сторону. Пушки выстреливали «Фоксеры», начинены железом, алюминием, белым фосфором. Ракеты уходили вперед на несколько ярдов по курсу, пытаясь убедить системы управления огнем, что катер держит один и тот же курс достаточно долго, чтобы пятидюймовый лазер среагировал на приманку, а не на катер.

— Десять тысяч, — пробормотала Крис. Еще пять тысяч и они смогут нанести удар.

— Крис, ты всегда была лучшим стрелком, чем я, — тихо и настойчиво сказал Томми. — Хочешь взять на себя управление огнем? Или считаешь, что тебе нужно наблюдать и командовать?

— Похоже, у нас сейчас каждый сам за себя и дьявол не дает никаких перерывов. Я не хочу сидеть сложа руки.

— Управление огнем у тебя. На мне связь, — объявил Томми.

— Замочи их всех, — сказала Финч.

Как только получила в свое распоряжение систему управления огнем, Крис еще раз оценила сложившуюся ситуацию, теперь не только как командир атаки, но и как стрелок. Второму звену пока везло, они смогут поразить последние два линкора четырьмя патрульными катерами. Все остальные звенья неполные, а значит их линкорам предстоит противостоять только одному катеру. Нехорошо. Яхты пока шли в полном составе, по две на линкор, но больше ничего не осталось. Вардхейвенцы платили высокую цену. «Хэлси» неслась к флагману, как собака к кости. К тому же привлекала к себе более чем должное внимание со стороны самого флагмана, так и следующих за ним двух линкоров.

С кораблем Сэнди все пока что было хорошо. Наверное, просто везло. Крис взмолилась, чтобы удача не кончалась.

— Нелли, целимся в предпоследний корабль. Выбери две пятидюймовых установки, которые вот-вот появятся и ближайший к ним двигатель. Дай по каждой цели десятипроцентный импульс, когда пересечем линию в пять тысяч километров.

— Цели захвачены.

Крис поделилась с остальными своей задумкой, на что получила одобрительные возгласы: «Да, да» и «Мне это нравится».

И снова сосредоточилась на своей задаче. Катер шарахнулся в сторону, потом резко нырнул. Крис не обращала внимания на уже знакомые покачивания, когда в тело врезались ремни безопасности. На заднем фоне играла музыка.

Закрой свой разум давлению и боли,.

Сражайся, пока остаешься в здравом уме,

Пусть мимо не пройдет ни одна шавка

Они подошли к линии в пять тысяч километров, когда прозвучал припев. Вся команда дружно подхватила: «Скольких из них мы заставим умереть!»

— Огонь! — тихо сказала Крис.

Импульсные лазеры с двух дюжин кораблей устремились к мучителям, наконец-то, оказавшимся в пределах досягаемости. Цель — пятидюймовые лазеры и уязвимые двигатели.

Сначала показалось, что ничего не произошло: пять линкоров продолжали величественно приближаться к Вардхейвену. В следующий момент все пятеро начали танцевать, когда огромные ракетные колокола, приводящие их в движение, начали болтаться из стороны в сторону, направляя корабли в стороны, не предусмотренные капитанами и штурманами.

— Попались! — крикнул Томми.

— Рано праздновать, — рыкнула Крис. — Теперь цель сложнее поразить. Черт бы все это побрал.

— Но мы попали.

— Да, попали, — Крис схватилась за коммуникатор. — Подходим ближе. Подходим ближе и ловим их, пока они не сообразили, что происходит.

* * *

— Что, черт возьми, происходит? — спросил будущий губернатор Вардхейвена, его чуть не вышвырнуло из кресла, благо надежно сработали ремни безопасности, а потом откинуло обратно на спинку.

— Похоже, мы получили хороший удар, — пробормотал адмирал.

— Они выстрелили сразу из всех лазеров, — сказал начальник штаба, — но нас только встряхнуло, ничего серьезного. Мы справимся.

— Но зачем тратить впустую выстрелы по пятидюймовым установкам? — задумчиво проговорил адмирал, изгибаясь телом в такт движению «Мести».

— В отчаянии?

— Они все еще уворачиваются.

— Неужели в такой близи не боятся менять курс? — немного неуверенно сказал начальник штаба.

Адмирал нахмурился. Чего-то не хватает. Чего-то, что он должен знать, но ему не сказали. Неужели эта девица из рода Лонгнайф вытащила из рукава какой-то трюк? Эсминцем командует Сантьяго. Истории о Лонгнайф и Сантьяго уходят далеко в прошлое. Посмотрим, что будет, если убить эту женщину, Сантьяго.

— Эсминец прекратил огонь. Прикажите «Мести», «Возмездию» и «Воздаянию» сразиться с ним восемнадцатидюймовыми лазерами, как только они выровняют курс.

— Есть, сэр, — сказал дежурный лейтенант.

* * *

— Подходим ближе к линкорам, — приказала Крис. — Против брони мы ничего не сделаем, так что не тратьте впустую полный пульс, если не сможете стрелять по корме.

— Не стрелять, пока не увидишь их волосатые яйца в килте, — фыркнула Луна. — Давай же, чертов ледяной кусок, хорош возиться, посмотри на меня.

Луна и еще два корабля преследовали третий линкор. Крис следила за четвертым, пока Томми танцевал вокруг него. Его попыткам найти путь ближе к кораблю препятствовала программа уклонения, которая, казалось, позволяла им делать лишь один шаг вперед, прежде чем катер снова уворачивался и уклонялся, отступая на два шага назад. Но из-за пятидюймовых установок противника отказываться от этой дикой программы не хотелось. Тут ведь выбор: либо остаешься на одной позиции и тщательно целишься для выстрела, либо остаешься в живых. Ни одного хорошего варианта.

— Крис, активируется основная батарея линкоров.

— На кого направляют? — спросила Крис.

— Выстрел, — сказала Пенни. — Заряд пошел на «Хэлси».

— Нелли, отыщи восемнадцатидюймовые установки на линкоре. Пусти в них двадцатипроцентный заряд.

— Наш линкор не стреляет. Стреляет первый корабль в линии.

— Смена цели, — приказала Крис одновременно с Нелли:

— Меняю цель. Стреляю из первого лазера мощностью в двадцать процентов.

— Пенни, Мус, скажите, что у нас там происходит.

— Похоже, лазерной установке хана, — сказал Мус. — На этом корабле начало твориться что-то нехорошее. По настоящему нехорошее.

* * *

Капитан Луна начала уставать от всей этой возни. Ее яхта танцевала, а вражеский линкор танцевал джигу вместе с ней. Никто на пятки не наступал. Становилось скучно.

Следующий линкор, тот, который атаковала принцесса Крис, не обращал внимания на происходящее у соседа, потому что все внимание уделял тому, что с ним проделывали Крис и те, кто отправился с ней.

— Смотрю, принцесса обратила внимание на нашу лодку, — пробормотала Луна и ударила по переключателю, не дав яхте уйти в следующий маневр уклонения, когда линкор подставил под удар корму.

Луна нажала на «Огонь», послав два двенадцатидюймовых лазерных луча в тыл цели. В первую секунду ничего не произошло. Луна нахмурилась.

Яхта дрогнула, когда в нее врезался пятидюймовый лазерный луч.

— Черт, — рыкнула Луна и запустила программу маневра уклонения… Ничего не произошло.

— Похоже, нас подбили, ребята, — сказала Луна и приказала: — Уходим. — Устроилась в противоперегрузочном кресле, которое на несколько следующих часов превратиться в ее спасательную капсулу.

Но приборы яхты пока продолжали работать, так что, перед тем, как все сломалось, Луна увидела самое прекрасное зрелище: цель вспузырилась на корме, потом в центре, лед треснул. Это плазма вырвалась из реакторов и пронеслась по кораблю, уничтожая его.

— Мы прикончили его, — улыбнулась Луна. Мгновением спустя пятидюймовый лазерный луч разреза мостик напополам.

* * *

— Еще один готов, — сказал Томми. — Луна достала его.

— А они достали Луну, — добавила Луна.

— Давайте займемся следующим, — сказала Крис, переключая цель на следующий линкор.

— Нас немного зацепило, — сообщил Томми. — Ничего критичного, справимся, но эти пятидюймовки — настоящая заноза в заднице.

— Нелли, обрати внимание на пятидюймовые установки. Выстрелы в десять процентов, если заметишь возможность.

— Сделаю.

— Дай знать, если включатся главные турели. Как дела у «Хэлси»?

— Не очень хорошо, — сказала Пенни.

* * *

— Инженерный, сколько мощности можете выдать? — спросила Сэнди.

— Не так много, шкипер. Основная кормовая линия уничтожена. Я высасываю реакционную массу из вторичной линии, а ее там не так много. Пятнадцать процентов максимум, мэм.

— Старпом, у тебя связь. Используй все, что есть для уклонения.

— Да, мэм.

— Через минуту по моему сигналу. Держитесь крепче. Готовы?

— Если разрядим лазеры по этому ублюдку, мэм, еще как, — вернулся бодрый ответ.

— Что говорят сенсоры? Что там с флагманом? Как скоро зарядится его основная батарея?

— Должна очень скоро.

— Стрелок, сумел прицелиться?

— Так точно, мэм, насколько это возможно при такой скачке. Готов к выстрелу.

— Придержи коней. Я хочу, чтобы выстрел был точным. Сделай это, чего бы то ни стоило. — Противостояние один на один, только она и он. «Хэлси» нужно сделать только один хороший выстрел. Ему тоже, только один хороший выстрел.

— Заставим его пожалеть, что он приперся сюда, мэм. Чтоб он никогда больше не думал, что «Хэлси» — легкая добыча.

— Сделай так, чтоб мы им гордились.

— Накажем их, мэм.

— Старпом, еще один маневр уклонения, затем выпускай «Фоксеры» и держись крепче.

— Маневр сейчас, мэм. Теперь держимся.

— Огонь!

— Импульсные лазеры выстрелили, мэм.

На мостике внезапно стало темно.

— Нас подбили в корму, мэм. Машинное отделение не отвечает. Попадание в нос, мэм. Мостик отрубился от сети. Лазеры не работают.

А потом вражеский лазер разрезал мостик пополам. Сэнди еле успела дотянуться до переключателя и активировать спасательную капсулу.

* * *

— «Хэлси» исчез с радаров, — тихо сказала Пенни.

— Но они подбили флагман, очень хорошо подбили, — добавил Томми.

Еще две восемнадцатидюймовые установки оказались подбиты, пока целились в «Хэлси». Линкор выпал из строя и устремился куда-то в сторону. Одна из яхт, шедшая в группе Луны, сорвалась с места, заходя к корме, чтобы уничтожить оба двигателя линкора. Сырая плазма выстрелила в космос… и в этот момент катер Фила сделал удачный заход и выстрелил в корму. Правда, при этом сам получил хороший лазерный удар от идущего следом линкора. Катер закружился, потеряв контроль, и из него посыпались спасательные капсулы, когда плазма медленно пожирала его сзади.

Это была самая худшая схватка из возможных: маленькие корабли шли на большие, как собаки против медведей. Медведям было больно, три линкора уже превратились в пар, но и собак погибло слишком много.

— Томми, нужно достать флагман.

— Я тебя услышал. Финч, двигай вдоль очереди к началу.

PF протанцевал сквозь бой у среднего уцелевшего линкора, уклонился от нескольких выстрелов из пятидюймовок, уничтожил не вовремя выскочившую турель и влетел в королевскую битву около флагмана как раз в тот момент, когда остатки второй эскадрильи взорвали последний корабль в строю.

Они заплатили хорошую цену. Лишь PF-108 все еще оставался целым, только опустошенным.

— По возможности, состыкуйся с ближайшим буксиром, — приказала Крис. — Перезарядись.

— Он станет мишенью, — заметил Томми.

— Все остальные должны занять линкор, чтобы он не обращал внимания на PF-108, — сказала Крис.

Защитники навалились на линкор. Вот сбили одну яхту, вслед за ней уничтожили последний мелкий катер. Но еще один корабль кружил вокруг. Собаки грызли истекающего кровью медведя. Медведь умирал, но вместе с ним погибало слишком много собак.

Крис взяла коммуникатор и переключилась на общую сеть.

— Говорит принцесса Кристина Лонгнайф. Я командую силами, защищающими Вардхейвен и требую от сил, вторгнувшихся на нашу орбиту, капитуляции. Вы побеждены. Вас осталось только двое. Готовы сдаться?

* * *

— Никогда! — воскликнул, возможно, уже не будущий губернатор Вардхейвена.

— Вы продолжаете нас обстреливать, — ответил адмирал, жестом приказал губернатору заткнуться. — Предлагаете мне прекратить огонь?

— Да. И сбросить реакторы, — тотчас последовал ответ.

— Как же тогда я покину орбиту? — поинтересовался адмирал и, отключив коммуникатор, взглянул на дежурного лейтенанта. — Отследи сигнал.

— Ваши корабли не покинут орбиту Вардхейвена. Вы с командой сможете улететь отсюда на любом количестве лайнеров. Конечно, за проезд заплатит тот парень, который послал вас сюда.

— Сэр, мы ее вычислили!

— Огонь.

* * *

— Крис, ты говоришь слишком долго. Достаточно, чтобы провести триангуляцию.

— Твое дело — уклоняться, Нелли, — ответила Крис. — И стрелять по всему, что стреляет в нас.

Корабль резко ушел вниз, лазеры, все как один, стреляли, но что-то было не так. Даже когда по сети раздались аплодисменты, корпус PF-109 зазвонил, потом застонал, замигали огни.

— Нет! — закричал Томми, когда над головой затрясся и начал падать потолок. Шкипер PF-109 сорвался со своего места. В тусклом свете Крис только и смогла увидеть, как он, нажав на фиксатор, резко убирает ремни безопасности с кресла Пенни и сбивает ее с места. И тут же потолок рухнул на пол.

Потом исчезла энергия, даже вспомогательная, и все на корабле погрузилось во тьму. Где-то рядом застонала от боли Финч. Где-то кричал кто-то еще. Крис почувствовала, как по лицу мазнул вырывающийся в космос воздух.

— Нелли, запечатай корпус.

— Крис, я могу изменить металл только один раз…

— Запечатай корпус немедленно, или мы все погибнем.

— Корпус запечатан.

— Можно включить хоть какой-нибудь свет?

— Сеть упала. Я могу что-то сделать с металлом корпуса, но на этом корыте больше не могу ничего.

Крис пошарила руками вокруг. На ее вызов больше никто не отвечал. Потянулась к развороченному только с одной стороны пульту Финч, там оказалось мокро. Кровь?

— Нелли. Нужно немного света. Выведи голограмму, пожалуйста.

Перед Крис затанцевал крошечный мячик. Света почти не было, вернее, ровно столько, чтобы увидеть окровавленную руку, торчащую из обломков. Крис заметила аварийную лампочку там, где должна быть переборка. Последняя свободно парила, удерживаемая лишь парой проводов. Крис пришлось поднапрячься, выбираясь из кресла: один из подлокотников согнуло чуть не пополам. Выбравшись, она начала пробираться сквозь обломки мостика к переключателю. Тот, вроде как, был даже включен. Крис схватилась за ручку, дернула, переводя в режим «выключено», потом обратно. Ничего не произошло. Закрепившись получше, снова передернула переключатель.

Мостик осветился, Крис зажмурилась.

Проморгавшись, огляделась. От попадания PF-109 сложился пополам где-то в районе между мостиком и оружейным отсеком. Не обращая внимания на болтающиеся провода и приборы, Крис стала искать людей. Пенни прижало к корпусу обрушившейся крышей. На месте, где только что стоял ее пульт, Крис увидела… Нет!

Через секунду она была рядом с Томми. На его лице все та же кривая улыбка но грудь исчезла под трубами и линиями электропередач, которые должны находиться над потолком, а не здесь, внизу, мешая ему дышать.

Крис проверила пульс, дыхание. Хоть какой-нибудь признак жизни.

Ничего.

— Я не вижу, — стуча зубами, заскулила Пенни, — С Томми все в порядке?

Бросив взгляд на обломки, Крис увидела Муса. Кровь уже перестала хлестать из его горла, но странной скульптурой висела рядом, обволакивая его и провода станции, установленной здесь им же так недавно. Крис обратила внимание на единственного человека на мостике, которому смогла бы оказать первую помощь.

— У тебя нога сломана. Больно? — спросила она.

— Да, — ответила Пенни. — Я не могу ей пошевелить. Я не могу ничего сдвинуть с места. Можешь подвести меня, чтобы я могла взять Томми за руку? Я его не вижу. И не слышу. Он сильно ранен?

Крис зажмурилась, придумывая, как бы корректней сказать.

— Томми совсем не больно, — сказала она, наконец.

— Хорошо, — тихо сказала Пенни, явно не удивившись ответу. Потом добавила: — Интересно, почему в нас не стреляют. Не прикончат. По другим кораблям, которые выводили из строя, стреляли, уничтожая совсем.

— Я не замечала такого.

— Я должна замечать такие вещи. Я ведь разведка.

— Тогда, возможно, мы победили, — сказала Крис.

— Как же не хочется, чтобы победа причиняла столько боли.

— Эй, кто-нибудь тут еще есть? — Крикнула Крис. — Кто-нибудь? Нам нужна помощь!

Но ей никто не ответил.

* * *

Вечность спустя, когда воздух начал уже попахивать, снаружи послышался какой-то шум. Сначала что-то похожее на скобление, потом начали сверлить. Наконец, в воздухе появилось немного свежести.

И голос.

— PF-109? Это снова буксир 1040. Прежде чем вскрыть ваш корпус, мы поместим вас в пузырь утилизации. Держитесь крепче. Все закончится меньше, чем за пять минут. Поверьте, сборщики мусора братьев Йохансон первоклассные специалисты. Они будут рядом с вами в кратчайшие сроки.

Из-за пересохшего горла Крис не смогла ничего ответить. Пришла боль, сковавшая грудь железными ремнями. Сильная боль. Превозмогая ее, Крис осторожно легла рядом с изуродованным телом Пенни, так близко, как только осмелилась, делясь с ней теплом, которое могла дать.

Старалась не смотреть на веселый взгляд, застывший на лице Томми. Для него у нее тоже не нашлось ответа, как и для бедного Эдди. Почему ты мертв, а я до сих пор жива?

Пенни уже даже не скулила, только дрожала.

— Потерпи, девочка, еще немного, — прошептал Крис. — Вряд ли Томми хотел бы, чтобы ты сдалась, когда помощь уже так близко. Потерпи немного.

Глава 20

Крис лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, прислушиваясь к дыханию, биению сердца, шороху белого платья. Слушала окружающие звуки… Ничего не делала.

Платье впивалось в плоть, но боль была в другом. Совсем не похожая на ту сухую боль, что съедала сердце и никуда не уходила.

Похороны Томми прошли красиво.

Крис никогда не присутствовала на католических похоронах. Отец считал, что такие семейные фотосессии не так хорошо работают на имидж, поэтому Крис избегала пустых политических панегриков. Что-то было одновременно и поэтическое, и уродливое в том, что молодой священник, прилетевший с Санта-Марии устроить свадьбу Томми, отслужил и похоронную мессу. Нет, священник утверждал, что это была месса Воскресения, празднование жизни Томми и надежды на будущую жизнь. Вот тогда-то Пенни его и потеряла.

Пенни так упорно старалась выглядеть респектабельной вдовой офицера Космофлота, старалась сдерживать слезы и вообще держаться твердо, но обещание будущей жизни и то, как ловко женщина-священник включила другого священника, со стороны Пенни, в этот Праздник Надежды, было уже слишком. Может, все обернулось бы по другому, не вернись к ней зрение и день не был бы прекрасным, весенним, небо не было бы таким темно-синим, что, кажется, продолжалось так далеко, что можно увидеть даже Рай. И пушистые облака, идеально подходящие для ангелов. И святых, как сказал священник с Санта-Марии с заметным ирландским акцентом.

Кто-то нашел волынщика, тот затянул сначала «Удивительную грацию», потом «Ты больше не вернешься домой».

И все плакали. Все, кроме Крис.

Она стояла с сухими глазами, как примерный Лонгнайф, наблюдая, как еще одного храброго солдата, погибшего за легенду о Лонгнайф, опускают в могилу. Скольких похоронил дедушка Рэй? А дедушка Троубл? Скольких похоронит сама Крис, если продолжит заниматься семейным ремеслом? Нельзя позволять себе сочувствовать каждому из них. Плакать за каждого. Если начнет сочувствовать и плакать, от нее ничего не останется. Может, разве, позволить поплакаться наедине с собой.

Ну вот, теперь она одна, а в глазах столько же влаги, сколько в пустыне. Не то, чтобы она себя чувствовала также. Боже правый, боль в груди просто невыносима. Но ни одной слезинки.

— Крис, ты здесь? — раздался из-за двери голос Джека.

— Уходи.

— Так и знал, что найду тебя здесь. Ты еще не проголосовала?

— Нет. И не собираюсь.

— Твой папа не обрадуется.

— Он выиграет или проиграет и без меня. Так даже лучше.

Ручка в двери задергалась.

— Дверь заперта.

— Я так хочу.

— Нелли, откроешь дверь?

— Да, Джек.

— Нет, Нелли. — Но Джек уже вошел внутрь.

— Извини. — Дверь снова закрылась.

— Отлично, Нелли. Сарай сгорел, лошадь осталась внутри.

— Извини, Крис, — повторила Нелли без всякого раскаяния. Еще один повод поговорить с тетушкой Тру об исправлении компьютера. Если предположить, что даже у тетушки получится исправить Нелли.

— Когда ты последний раз ела? — Джек уселся на стул у изножья кровати.

— Год или два назад, — буркнула Крис. — Не твое дело.

— Ладно. Судя по предварительным результатам, твое физическое благополучие вскоре может снова стать моим делом, несмотря на то, что ты отказываешься голосовать.

— Может, партия выберет другого премьер-министра?

— Если ты не заметила, фамилия Лонгнайф в последнее время приобрело новую, особую окраску. Не то, чтобы ты имела к этому какое-то отношение.

— Едва ли, — Крис покачала головой.

— Слушай, — нахмурился Джек, — судя по всему, за сохранность твоего тела ответственность снова буду нести я и, видя, как оно истаивает в ничто сейчас, мне кажется, тебе необходимо что-нибудь перекусить. Так что ты можешь выйти из комнаты, изображая леди или я переброшу тебя через плечо, как мешок с картошкой, и унесу. Что выбираешь?

— Прямо до кухни? — спросила Крис, оценивая сильные руки и задавшись вопросом, каково это чувствовать себя в них, пусть даже несколько мгновений. Но он угрожает бросить ее на плечо, а не нести на руках. Ничего достойного и веселого. Встряхнув головой, Крис заперла эту картинку в небольшой сейф, который у нее был для подобного… очень маленький сейф… и уселась.

— Я думал об особом месте. Где труженики, вроде нас с тобой, могут перекусить и выпить. Ничего личного и особенного.

— Нужно переодеться?

— Моряков кормят бесплатно.

— А офицеров?

— Ну, наверное, им придется платить. Не знаю. Давай, пойдем узнаем, пока там все места не позанимали.

Крис позволила себя уговорить выйти из комнаты и сесть в машину Джека. Он не шутил об особом месте. «Убежище контрабандиста» находилось в более суровой части города, недалеко от старого порта для шаттлов, рядом с промышленной станцией загрузки космического лифта. Джек припарковался напротив. Некрасивое помещение заполнило подвал старинного кирпичного дома. Ступеньки кривые и неровные. Деревянный пол темный и стерт парой сотен лет топтанием ботинок работяг. На стенах плакаты с рекламой разливного пива. Свет освещал только те места, где кирпичи проступали сквозь сколы штукатурки. Крис бывала в пабах университета, где пытались придать помещению похожую атмосферу. Здесь никто ничего не пытался, чистый оригинал.

Крис огляделась. Зал пустой, только где-то на том конце зала несколько мужчин и женщин в полном парадном обмундировании. Как раз в отдельной кабинке, что значит, ее поймали в ловушку.

Крис резко развернулась, пытаясь уйти, но врезалась в Джека.

— Ты не можешь уйти. Только не сейчас.

— Смотри внимательнее, — огрызнулась Крис, но Джек крепко держал ее за руку. Хватка была удивительно крепкой. Джек развернул ее и потянул вперед. Крис пыталась упираться, но все бесполезно.

— Привет, Крис, — сказал король Рэй.

— Здорово, лейтенант, — кивнул прадедушка Троубл. Сегодня он был в зеленом, наверное, присутствовал на чьих-то похоронах.

— Рада тебя видеть, — сказала Сэнди.

— Привет, — ровным голосом ответила Крис.

— Все настолько плохо? — выгнул бровь Рэй.

— Похоже на то, — сказал Джек, усаживая Крис рядом с прадедушкой Троублом и подвинул стул, чтобы сесть рядом и не дать Крис возможности сбежать. Король одет во фланелевую рубашку и брюки. Сэнди тоже не при параде из-за гипса на ноге. В майке, чтобы через рукав проходила загипсованная рука. Идеальное сочетание.

— Устраивала похороны? — спросил Троубл.

— Сегодня хоронили Томми. Был тот же священник, что присутствовал на свадьбе на той неделе. А на этой неделе устроил похороны.

Оба дедушки покачали головами и отхлебнули пива.

— Жаль, — сказал Троубл.

— Прекрасные похороны вышли, — сказал Джек.

— Для двадцатитрехлетних парней красивых похорон не бывает, — тихо сказал Рэй.

— Нет, сэр, — согласилась Крис.

— Космофлот, будете пить то же, что и эти ветхие развалины? — рядом появился старик в клетчатой рубашке и джинсах, с седым хвостом, опускающимся аж до толстого черного ремня из кожи.

— Содовую, — сказала Крис.

Старик удивленно поднял бровь, но заказ принял. Джек заказал пива.

— Дорогая, — сказал Троубл, — я думаю, что все это из-за тех таблеток, которыми тебя пичкала мама.

— И уж точно не из-за того брэнди, который я воровала из отцовского винного шкафчика или вина из маминых запасов. Извини, дедушка, но я не хочу очнуться через неделю и узнать, что пропила все похороны. — Крис посмотрела на Джека.

— Их еще много, — кивнул тот.

— Муж Чандры Сингх звонил мне сегодня, спрашивал, не нашли ли ее тело. У них там какие-то свои традиции. Я сказала ему, что мы до сих пор ищем обломки PF-105. И будем продолжать искать. — Крис покачала головой. — Понятия не имею, что происходит на орбите. Нас вытащили из обломков катера, перевезли в госпиталь. — Рука бессознательно потянулась к отслаивающемуся пластырю над правым глазом. — Я не знаю, что там происходит.

— Ты командир восьмой эскадрильи. Спроси, — сказала Сэнди.

— Нет, не я. Командир — коммодор Мандатти.

— «По праву крови, по праву титула, по праву имени я принимаю командование», — процитировал Джек. — Я был там.

— Да, когда я украла у него командование.

— Больше похоже на просьбу, а он только передал тебе эстафетную палочку, — сказала Сэнди. — С моей сердечной поддержкой.

Крис моргнула.

— Я не оставила другого выбора.

— Тот бардак, в котором мы оказались, выбора не оставил никому, — рыкнул Рэй, глядя в кружку с пивом. — Я был настолько занят, пытаясь быть беспристрастным с этим тупым троглодитом, сумевшем обыграть внука, что, в результате, изогнулся и чмокнул свою же задницу. — Он сожалеюще покачал головой. — Вчера Хонови заходил, долго со мной разговаривал. Нам придется поменять правила поведения в момент работы временного правительства. С таким умным мальчиком в семье, у нас, возможно, есть какая-то надежда.

Король отхлебнул пива, потом пристально посмотрел на Крис.

— Крис, когда люди, вроде меня, садятся в лужу, кидая таким, как ты, горячую картошку, когда таким, как ты, приходится сражаться вот так, у нас есть только два варианта. Мы можем день за днем грызть свое сердце. Или можем согласиться с тем, что сделали, потому что в тот момент ситуация выглядела хорошей идеей. Так и нужно было поступить, именно тогда. Ну а что касается меня и твоего старика, мы почти провалили всю игру. Но ты спасла наши шеи. Ты сплотила чертовски хороших людей, вы вместе взялись за почти невыполнимую работу. Лучшие побросали все дела и примчались на помощь. — Он замолчал, взгляд устремился мимо Крис куда-то вдаль. — Почему мы всегда теряем лучших?

Откашлялся Троубл. Рэй моргнул пару раз и продолжил:

— Вы сделали то, что нужно было сделать. Некоторые выжили, несмотря на все трудности. Некоторые нет. В этом нет ничего правильного и справедливого. Я слышал, у Томми было больше выбора, чем у большинства. Он выбрал жизнь для своей жены. — Дедушка поерзал на стуле. — И сейчас ты оказалась там, где все мы. Застряла среди выживших. Пока что. Завтра где-нибудь снова случится что-нибудь гадостное. Где-то всегда найдется какой-нибудь кризис. А ты можешь заползти в угол, загрызть сердце насмерть или заказать что-нибудь перекусить и остаться с нами в рядах живых.

— Такие обнадеживающие слова от прадедушки, — сказала Сэнди. — Разве не хочется после этого посмотреть, что будет дальше?

Троубл хлопнул Крис по спине.

— Что заказывать будешь?

Когда принесли напитки. Крис заказала гамбургер. Вместе с напитками бармен принес и видеопроигрыватель.

— Подумал, вы захотите узнать, что там происходит.

— Я, как бы, надеялся отдохнуть от всего этого, — сказал Рэй, но включил прибор. Реклама пива пропала, вместо нее появились новости.

— Так вот, с критической информацией, которую я передавала флагману Вардхейвена, плюс мой собственный анализ угрозы, — говорила на камеру Прелестная Дора, — наши силы начали атаку на неопознанные вражеские корабли.

Джек грязно выругался и гневно прорычал:

— Как же, передавала она. Она, черт побери, пряталась в гальюне катера неподалеку от парочки спасательных капсул. Не знаю, как она хотела воспользоваться сразу двумя, но держала обе в каждой руке.

— Я думала, вы далеко в стороне и вам ничего не угрожает, — сказала Крис.

— Да, но не говори об этом Прелестной Доре. И не рассказывай мне, что она видела драку. Она заперлась в гальюне. Оставалось только радоваться, что остальные делали работу, как надо.

Рэй переключил канал.

— Вот так и пишутся исторические учебники. Так что, Крис, бедняга Джек идет за тобой, может, чуть отставая, даже когда он тебе не нужен.

— Нам нужен был посредник, чтобы быть в курсе событий, пока мы находились за Милной. Пришлось позаимствовать катер. К сожалению, выбор пал на корабль Доры, а она настояла на своем. Разве Джек не заслуживает медали за все, что ему пришлось пережить? — хитро улыбнулась Крис, но, вспомнив, какую цену пришлось заплатить за медаль другим, почувствовала тошноту.

— Медаль за переживания и крест за заслуги, — кивнул дедушка Троубл. — Кроме того, нам нужно кое-что для демонстрации героического самообладания в боевых условиях. В конце концов, он так и не придушил репортершу. Как насчет утвердить Крест Рэя?

— Я тебе, — пригрозил Рэй кулаком своему другу.

— Подождите, — сказала Сэнди. — Вот Уинстон Спенсер, мой знакомый репортер. Давайте его послушаем.

На экране крупным планом стоял мужчина с гипсовой повязкой на левой руке.

— К тому моменту «Хэлси» приблизился к вражескому флагману на пять тысяч километров. Кораблю было больно, но он продолжил бороться, выпустил по нему десяток выстрелов из импульсной лазерной пушки. Капитану Сантьяго был нужен только один хороший выстрел, но, когда линкор, так же, как и эсминец, пытается увернуться от выстрелов, это не так просто.

Спенсер исчез, вместо него на экране появилось изображение шарахающихся из стороны в сторону крошечных кораблей, пробирающихся сквозь черное пространство.

— Я был на мостике, в самом сердце командного узла корабля, — голос репортера говорил так спокойно, непринужденно, — когда капитан решила рискнуть перестать маневрировать чтобы получить преимущество и выстрелить. Прежде, чем «Хэлси» смог вернуться к маневрам уклонения, корабль подбили и мы потеряли всю энергию, но я реконструировал все, что произошло дальше, полагаясь на другие источники после того, как нас, выживших, вытаскивали из обломков «Хэлси».

Сэнди поерзала на стуле, устраивая поудобнее гипсовые повязки и уставилась в пол.

— Мы знаем, что вражеский флагман сильно пострадал от атаки «Хэлси» и многих других кораблей. В тот момент по громкой связи выступила принцесса Крис Лонгнайф, исполняющая обязанности коммодора восьмой эскадрильи быстрых патрульных катеров, и предложила злоумышленникам сдаться.

Крис выпрямилась.

— Вот так и попадаешь в исторические учебники, котенок, — прошептал дедушка Троубл.

— Во время переговоров противник, судя по всему, отследил сигнал и, продолжая обсуждать капитуляцию, выстрелил по нашему флагману. Капитан PF-109, лейтенант Томми Лиен, напомню, именно на этом катере летела принцесса Крис, наблюдал за действиями противника. Пока он стрелял по линкору, рулевой, Мэри Финч пыталась увернуться. Тем временем старый эсминец «Кушинг» под командованием коммандера Манданти, отозванного из отставки, сумел дохромать до места боя и выстрелить всеми своими шестью лазерами. А может, только тремя. Я до сих пор пытаюсь выяснить, сколько их на самом деле сработало. Но сколько бы ни сработало, их оказалось достаточно. Флагман противника взорвался, хотя PF-109 был сильно поврежден. Лейтенант Лиен, рулевой Мэри Финч и несколько других членов экипажа PF-109 погибли, приложив все усилия, чтобы спасти Вардхейвен от этой гнусной атаки.

— Где мы находим таких людей? — спросила Крис, не обращаясь ни к кому.

— Мы не находим, — тихо сказал король Рэй. — Это они находят нас. Они появляются, когда нужны. Я не знаю, чем мы такое заслужили. — Он помолчал. — И помоги нам Господь, если перекроем тот колодец, из которого они появляются, когда мы так отчаянно в них нуждаемся.

Никто за столом не смог ничего к этому добавить.

— Откуда взялись эти корабли? — спросил ведущий.

— Этого теперь не узнать. Не осталось ни одного выжившего. Осмотр больших осколков показывает, что спасательные капсулы на этих кораблях оказались неисправны. Мы обнаружили в них тела, но пребывание в них не помогло ни единому члену экипажа. Вот что я тебе скажу, Тодд, как человек, проведший несколько часов в одном из таких, ожидая спасения. Спасательные капсулы весьма просты и удобны в эксплуатации, вот что я могу сказать.

— Космофлот жалуется, что у них в эксплуатации самые дешевые капсулы, — усмехнулся ведущий.

— Видимо, у кого-то нашлись дешевле. По крайней мере, так может показаться. Тем временем, Космофлот изучает обломки, пытаясь установить, чьей конструкции эти капсулы. Однако, как мне сказали, оптимизма в этом деле мало. На протяжении восьмидесяти лет в Человеческом Сообществе распространялись одинаковые стандарты. Продукция, изготовленная на одной планете, используется в продукции другой планеты и встраивается в корабли, строящиеся на третьих планетах. Кто бы ни построил корабли, вряд ли он хотел, чтобы его опознали, а мертвецы, как известно, не рассказывают сказок.

— Хм. Что ж, спасибо, что поделился своей историей и, как я понимаю, последним путешествием отличного эсминца «Хэлси».

— Я делю ее со многими хорошими мужчинами и женщинами. Лучшими, что у нас есть, Тодд. Надеюсь, мы их никогда не забудем и не забудем того, что с нами случилось.

— А теперь, когда до часа Икс осталось пять минут, — ведущий посмотрел в камеру, — я хотел бы проинформировать вас о результатах выборов.

— Вот только не надо про это, — поморщился Рэй и выключил прибор, на экране которого снова появилась реклама пива.

— О чем ты тут ворчишь? — донеслось за спиной Крис. — Похоже, мой отпуск грозится навернуться медным тазом, исходя из результатов выборов. — С этими словами генерал МакМоррисон, не так давно бывший председателем Генштаба, уселся рядом с Рэем.

Крис начала вытягиваться в струнку, что было затруднительно сделать, сидя за столом. Особенно когда еще бармен пытается поставить перед ней тарелку с гамбургером и картошкой фри, и еще одну перед Джеком.

— Расслабьтесь, коммодор, — сказал Мак.

— Извините за коммодора, — тихо сказала Крис.

— Не стоит, — отмахнулся Мак. — Кто-то должен был сплотить войска. Я не мог. Меня попросили уйти в отставку, а перед этим отправили в отпуск. Адмиралу Пеннипэкеру очень уж понравилось мое кресло. Я просто не знал, насколько все плохо. Он вышел с пенсии и наворотил таких дел, которые никто никогда раньше не наворачивал, — Мак покачал головой.

— Ну, раз ты собираешься на пенсию, — начал Троубл, — у меня есть куриное ранчо в предгорьях Северного хребта. Я туда почти не наведываюсь. Идеальное место, твоей жене точно понравится. Можешь спросить у Рут. Постоянно интересуется, когда мы отправимся туда.

— Не торопись избавляться от ранчо, — сказал король Рэй. — Случившийся бардак заставил меня думать, что нам нужны представители на каждой из планет, чтобы наблюдать за ними, потому что один я сделать этого не смогу. Может, ты лучше справишься. Не желаешь стать герцогом Троублом Вардхейвенским?

Троубл выругался, но Крис отметила, что он не отказался. Готов ли бедный дедушка Троубл позволить Лонгнайф втянуть его в очередную грязную работенку? Неужто дедушка Рэй так сильно нуждается в помощи?

— Не нравится мне становиться между вами, — покачал головой Мак, — старыми боевыми товарищами, но, Троубл, вряд ли мне светят в ближайшее время занятия пенсионными делами. Полчаса назад меня позвал к себе отец во этого молодого лейтенанта. Похоже, он уверен, что победит на выборах и уже готовится вернуться в Дом правительства. Хочет, чтобы я вернулся на старую работу в вооруженных силах Вардхейвена. Он хочет увеличить флот.

— И как фермеры реагируют на это? — поинтересовалась Крис.

— Коалиция фермерских хозяйств — один из сильных сторонников этого вопроса. Похоже, узнали, как такие дела делаются на Гринфилде. А там они не так чтобы хорошо делаются. То, что ты выращиваешь, продаешь государству по цене, установленной государством.

— А причем здесь политика Гринфилда в отношении фермерских хозяйств? — не поняла Сэнди.

— Ну, пока тот парень, которого вы слушали, заливает на тему официальной линии партии, мол, откуда пришли линкоры, мы не знаем, ходят упорные слухи, что во многих этих делах отчетливо виднеется рука Гринфилда.

— Мы ведь обнаружили лазерные установки фирмы «Вистлер энд Хардкастл»? — поинтересовался Рэй.

— Еще один кусочек оттуда.

— Отец намерен что-нибудь с этим делать? — спросила Крис.

Мак пожевал нижнюю губу.

— Ты и впрямь хочешь служить во флоте союза девяноста планет, воюющей с объединением восьмидесяти миров?

Крис отпила газировки. Мысль о долгой войне между двумя одинаково сильными и могущественными альянсами заставила ее вздрогнуть.

— Нет, черт побери, но я не хочу ничего не делать. Если мы ничего не сделаем, разве Петервальд не решат повторить попытку?

— Младшая права, — сказал Троубл.

— Еще как, — кивнул Мак.

— Я так понимаю, флот, угрожающий Бойнтону, покинул систему? — спросил король Рэй.

— Причем весьма поспешно, как только Крис прихлопнула наших противников, — кивнул Мак. — Бойнтон подал официальную заявку на вступление в наш Союз, Рэй. Причем очень быстро. Я так понимаю, вместе с ним то же самое собираются сделать еще шесть миров.

— А Крис подготовила к тому же Хикилу, — задумчиво сказал Рэй, тряхнув кружку с пивом и изучая пузырьки. — Еще три мира, ориентирующиеся на них, последуют за ними. Как только станет известно, что Генри Петервальд пытался захватить Вардхейвен и… сел в лужу… наверняка появятся еще несколько планет, желающих присоединиться к нам.

— Так что мы растем, — сказал Троубл. — Причем быстрее, чем Гринфилд. И, может, со временем, переманим к себе несколько их миров.

Сэнди левой рукой подняла кружку в салюте. Остальные ответили тем же.

— Это же, — нахмурилась Крис, — огромная территория, которую нужно защищать.

— Бойнтон, кстати, запросил спецификацию быстрых патрульных катеров, — сказал Мак. — Я намерен отправить их.

Крис, было, открыла рот, но Мак продолжил, подняв руку, заставляя Крис замолчать.

— Но мы меняем дизайн. Сделаем их их умного металла, оснастим модернизированными компьютерами, чтобы они могли сами себя чинить, когда получат вражеский удар.

— Если б только такие были у нас… — тихо произнесла Крис.

— Я только что прочитал отчет об утилизации PF-109, — перебил ее Мак. — Думаешь, я приперся сюда только чтобы потрепаться с этими старыми пердунами? Сударыня, у тебя есть этот новомодный компьютер, сумевший запечатать дыру в катере, чем спас жизнь трех человек на мостике и четырех в машинном отделении, чьи спасательные капсулы были повреждены в бою. Если б протянула секунд пять, анализируя, что произошло, начали бы дышать вакуумом. Ты приняла поспешное, но правильное решение. Что касается трех человек, погибших на мостике, они были мертвы до того, как вырубилось электричество, и раздавлены, когда катер согнуло пополам. Ты ничего не смогла бы сделать, чтобы спасти их. Можешь слышать, что я вам говорю, можешь послать меня подальше, но это ничего не изменит. — Мак покачал головой. — Даже если бы я не позволил уговорить себя проклятым конструкторам создать экспериментальную эскадрилью из этого полуумного металла. Даже если бы твой супер-пупер компьютер самолично, без приказа и сразу закрыл дыру, как только корабль получил удар, мы все равно потеряли бы пятерых отличных мужчин и женщин. — Голос Мака становился все тише и тише. — Вы были чертовски хороши, но этого оказалось мало, а вражеские линкоры — огромными и сильными подонками.

— Подонками с множеством пушек, — сказала Сэнди и положила руку на плечо Крис.

— Я не смогла спасти Томми, — сказала Крис и глаза наполнились слезами.

— Разве ты не заметила ничего? — спросил Мак.

— Что я должна была заметить?

— Капитанское место не пострадало вообще.

— Как так?

— Если бы Томми остался на своем месте, его бы даже не поцарапало.

— Боже, — из глаз Крис, все же, потекли слезы. — Если Пенни узнает…

Ее затрясло.

— Он умер, спасая ее, — прошептал дедушка Троубл, обняв Крис и удерживая ее, пока та плакала, впервые с тех пор, как покинула PF-109. Она отдалась рыданию, что исходило из глубины души и сотрясало до основания.

Сэнди снова положила руку ей на плечо. Джек тоже приобнял. Крис позволила разделить мучительное горе с друзьями, окутать все целиком и медленно смыть прочь.

Когда она немного успокоилась, Джек одолжил ей свой носовой платок. Крис выпрямилась, и заметила, как дедушка Троубл в упор смотрит на Рэя.

Легендарный человек выглядел очень старым, склонив голову, уткнув подбородок в грудь. Когда он заговорил, все замолкли и даже Крис перестала всхлипывать.

— Я сказал Рите, что нужно провести диверсию. Она убедила меня остаться с основными силами, а отвлечет противника она. И хорошо справилась. Очень хорошо, потому что этих ублюдков, Итич, было намного больше, чем мы могли себе представить.

Рэй вздрогнул, взял кружку с пивом и выдул сразу половину.

— А когда мы победили, оказалось, что ее оперативная группа просто исчезла. Исчезла.

— И он бы утонул в бочках с пивом, если бы я не вытащил его, — тихо сказал Троубл. — Рэй, сегодня мне придется вытаскивать тебя?

— Нет, не сегодня. Но кому-то придется провести некоторое время с Пенни, помочь ей осознать, на что она обречена всю оставшуюся жизнь.

— Я помогу ей, — пообещала Крис и, не успев сказать, поняла, почему Лонгнайф и Сантьяго так часто боролись плечом к плечу. Те, кто погибал, заключали договор с теми, кто оставался жив. Она думала о Пенни и в ее взгляде росло понимание. Шкипер эсминца кивнула и подняла кружку в знак приветствия нового знания.

Крис вздохнула. Дедушка Рэй прав. Она может съедать свое сердце по кусочку каждый день или вкладываться в жизнь каждый день, который приходится прожить. Это можно решить позже… или вот прямо сейчас, сэкономив много лишних движений. Потерять все или смириться с тем, что есть. Дать смерти Томми и всех погибших превратиться в черную дыру и затянуть туда ее. Или найти в себе силы, которые так нужны. Нужны Пенни. Нужны многим из них.

Ты Лонгнайф не только потому, что делаешь то, что от тебя требуется в тот или иной день. Нет, Лонгнайф делают то, что нужно делать и на следующий день, и на следующий день. Они продолжают делать шаг за шагом вперед, день за днем, за себя и для тех, кого ведут… пока привычка не превращается в цель.

Так что… если она хочет продолжать идти вперед, вести за собой других, ей нужно какое-то занятие. Что может сейчас делать давешняя мятежница, дезертир, да еще и освобожденный от командования младший офицер. Крис обнаружила, как на ее лице расползается улыбка.

— Генерал, мне кажется, что быстрые патрульные катера не потребуют большого экипажа и их можно построить очень быстро и дешево, и они будут способны, как утверждают на всяких ток-шоу, быстро погубить линкор.

— Особенно если кое-кто достаточно глуп, чтобы отправить их без поддержки эсминцев и крейсеров, — буркнула Сэнди. — Кучка политических сантехников.

— Вот только ток-шоу нам не нужно, — сказал Мак.

— Так вот, — продолжила Крис, — раз другие миры внезапно заразились желанием заиметь много патрульных катеров, думаю, им понадобится некоторое время, чтобы научиться ими пользоваться. Могу ошибаться, но если Вардхейвен предложит не только катера, но и, скажем, услугу в обучении от одного бывшего коммодора, принцессы Кристины Лонгнайф и членов ее знаменитой Восьмой эскадрильи, разве кто-нибудь откажется от такого предложения?

— А некоторые товарищи, не будем указывать пальцем, могут считаться намного опаснее, чем есть на самом деле, — Троубл злобно усмехнулся.

— Дым и зеркала, — вздохнул Рэй.

— Ложь, которой некоторые люди живут всю свою жизнь, — вздохнула Сэнди.

— Если кто-то достаточно глуп, чтобы позволить нам провернуть подобное, почему бы не поводить их за нос? — пожал плечами Мак. — К тому же, я все гадал, что же мне с тобой делать дальше. У меня нет работы, которую я мог бы тебе предложить, Крис. Своеобразно и даже как-то поэтично, когда приговоренная выбирает последний вальс.

— Если повезет, я избавлюсь от Вардхейвена и от вас буду подальше. И подальше от отца. Да и от короля Рэя. Если повезет, уберусь достаточно далеко, чтобы кое-кто забыл, что я когда-то маячила у них перед носом.

Сэнди покачала головой. Джек и Троубл тоже.

— Никаких шансов, — одновременно сказали они.

Конец

ТРЕНИРОВОЧНЫЙ ОТРЯД

Длинный список дел лейтенанта Крис Лонгнайф почти закончился.

Она посетила похороны каждого мужчины, каждой женщины и, что самое печальное, детей, погибших в битве за спасение своей планеты. Репортеры, а вслед за ними и все остальные, назвали это битвой при Вардхейвене.

Еще она навещала раненых в госпитале, причем больше одного раза.

Теперь же в этом списке остался только один пункт. Ей нужно было извиниться перед коммандером Манданти за то, что она сделала, украв его эскадрилью и… его честь.

Нелли устроила встречу в клубе «О» на Верхнем Вардхейвене, здесь она должна пройти менее формально, чем на планете. В клубе Крис появилась на десять минут раньше, чем порадовала Джека Монтойю, агента секретной службы, приглядывающего за ней. Он выбрал для встречи тихий столик в углу, а сам устроился у стены между ней и входом.

— И как коммандер найдет меня, если ты будешь стоять между мной и входом? — проворчала Крис.

— Не волнуйся, он тебя заметит. Меня больше беспокоит, что тебя могут увидеть и другие. Тот, кто послал к нам линкоры, вряд ли обрадуется, потеряв их. Думаю, ты в его списке «Они мне не нравятся» находишься на первой строке.

— Джек, это Вардхейвен. Никто не станет покушаться на меня здесь, — сказала Крис, позволив выплеснуться наружу раздражению.

— А где именно был похищен твой брат? — спросил Джек.

Крис не пришлось отвечать на этот каверзный вопрос, потому что в зале появился коммандер Манданти и… направился прямо к столику, где устроилась Крис.

— Ты ему все сказал заранее, — прошептала Крис.

— Необязательно обладать таким умным компьютером, как Нелли, чтобы сказать нужному человеку, какой столик ты зарезервировала.

Прибытие коммандера положило конец дискуссии. Крис вскочила, встречая коммандера.

Она не видела его после битвы. Седые волосы коммандера стали, кажется, вовсе белыми. Его отозвали с пенсии, чтобы он командовал стаей мелких катеров и их командирами, хулиганами и, одновременно, младшими офицерами. Усевшись за стол, она спросила коммандера, как прошла его битва.

— Нам, черт побери, чуть не пришлось заводить старый «Кушинг» с толкача. Его двигатели выбрали самый удачный момент, чтобы напомнить нам, почему он потерпел крушение и почему это старое корыто надо было отправить на переплавку еще лет пятнадцать назад, как и остальные корабли его класса. Как бы там ни было, нам удалось подстраховать Сантьяго и ее «Хэлси» большую часть боя, но, когда она сделала последний рывок, мы, вроде как, отошли на второй план. Мы сделали все, что в наших силах, но вряд ли это был великолепный финал для старого корабля. Завтра он, наконец, отправится на утилизацию. И ни секундой раньше.

Крис внимательно прислушивалась как к истории, так и к любым скрытым чувствам. Казалось, коммандер вполне доволен своей первой битвой за всю сорокалетнюю карьеру… особенно пережив ее.

Крис глубоко вдохнула и приступила к извинениям.

— Прошу прощения за то, что отняла у вас эскадрилью, сэр.

— Из-за этого мы встретились здесь? Думаешь, я на тебя злюсь за то, что ты вывела из строя быстрые патрульные катера?

— Я, вроде как, взяла на себя командование эскадрильей, отодвинув вас в сторону, сэр, — сказала Крис. То, что она сделала, в прессе не освещалось и в Космофлоте официально не обсуждалось. А то, о чем шептались в клубе «О» и на коктейльных вечеринках, вроде как, Крис вовсе не касалось. Хотя никаких сомнений не было в том, что многие старшие офицеры пытались сунуть свой нос в чужие дела.

Коммандер Мантанти рассмеялся и, отсмеявшись, все еще с улыбкой, сказал:

— Ты правда думаешь, что я планировал упаковать свои старые кости в один из этих шустрых катеров и возглавить атаку, сударыня? Да ни за что. Поэтому я и ставил командирами то одного, то другого из вашей компании молодых щеголей. Я хотел, чтобы эта группа примадонн получила хоть какое-то представление о том, что каждый из вас представляет, как лидер. Я подумал, когда вентилятор закончит разбрасывать фекалии, одного из вас вы же сами признаете лидером. — Он наклонился вперед, опершись локтями о стол и ощерился. — Сработало, не так ли?

— Я не была уверена, что это произойдет мгновенно, — сказала Крис. На самом деле, громко объявив, что собирается командовать восьмой эскадрильей, буквально через пару секунд начала ожидать, что двое, может, трое шкиперов, возразят ей. К примеру, Тауссиг, офицер Космофлота в шестом поколении, убежденным вовсе не выглядел.

— Да, но затем поднялась капитан Сантьяго и всем сомнениям пришел конец, — сказал коммандер. — Думаю, правду молвит народная молва. Каждому Лонгнайф нужен свой Сантьяго.

Крис, наконец, узнала правду, стоящую за той знаменитой историей. А недавно смогла убедиться сама, что все это правда.

— Кроме того, — продолжил коммандер, — я бы в жизни не догадался использовать буксиры для заправки и перезарядки патрульных катеров. Без второй атаки у нас не было никаких шансов одолеть линкоры. Это было великолепно.

— Кто-то другой вывел буксиры на ту позицию, сэр. Я только придумала для них дополнительную функцию.

— Буксиры должны были быть там, где были. Ты даже не представляешь, насколько капризными могут быть гражданские, когда обломки кораблей рушатся на их дома. Буксиры предназначены для ловли крупных обломков, но вот использовать их для перезарядки лазеров и заправки кораблей антивеществом, такого ни в одной инструкции никогда не было. Поверь, лейтенант, в следующей редакции обязательно появится. Готов спорить, так и будет.

— Рада узнать, что вы не в обиде, сэр. И все же, если я могу что-то для вас сделать, вам стоит только попросить.

— По правде, есть одна вещь, — заговорщицким шепотом сказал коммандер, даже через стол перегнулся. — Если какой-нибудь удачный случай сведет тебя на какой-нибудь вечеринке с Прелестной Дорой, будь добра, залепи ей пощечину. Желательно, на камеру. И передай, что это от Космофлота.

Крис расхохоталась. Коммандер был не единственным, чей список неприятных людей возглавила Дора Эверморн из «Галактик Ньюс энд Энтертеймент».

— Я вообще хотела ее пристрелить, — сказала Крис.

— Хорошая мысль, — кивнул коммандер.

— Но Джек, агент секретной службы, очень ревностно относится к своим обязанностям. Так что, когда тебя разоружают, пристрелить кого-нибудь весьма сложно.

Напрасно она произнесла его имя. Джек прервал бдение — проверку людей в зале, двери и много еще чего — на секунду одарил их улыбкой и продолжил, насторожившись, сканировать окрестности.

— Хороший парень, — кивнул коммандер.

— В большинстве случаев, — со вздохом призналась Крис. Ей нравилось, когда Джек рядом. Осталось только приучить его делать то, что она хочет.

Но Мандатти вернулся к Доре.

— Я вряд ли могу утверждать, что все было хорошо или плохо. В бою мы много кого потеряли. Но заявить на весь эфир, что карьера и резервы не имеют никакого значения, а мы просто делаем свою работу… — Манданти раздраженно вздохнул. — Никто из нас не подписывался на такую битву. Да, нам нужны были люди, много, больше, чем осталось в порту. Да, жаль, что погибло столько гражданских. И да, мы вряд ли бы справились без яхт и катеров, которые ты реквизировала для боя, ваше высочество.

— Но не стоило пускать в бой системные катера. Вспомогательные корабли орбитальной охраны почти все уничтожены, — Крис покачала головой. — И два тех катера, на борту которых были девочка и мальчик, их мама и папа. Я знаю. Я была на их похоронах.

Коммандер наклонился через стол и накрыл ладонью руку Крис.

— Это тебя гложет?

— А вас разве нет, сэр?

— Ты ведь не видела те записи?

— Что за записи?

— Ван Хорн заклеил ими весь свой боевой пульт. То же проделали и на других боевых кораблях. И мне пришлось лично наблюдать за их гибелью. Меня не волнует, что там пишут газетчики, в этот раз у Космофлота будут правильные исторические учебники. Но тебе нужно увидеть, как погибали мелкие катера.

— Не думаю, что выдержу, сэр.

— Они знали, на что шли, Крис. Мы все знали, что единственные корабли, которые могли хоть что-то сделать против линкоров — твои быстрые катера. Я знал это, знали это и люди на гражданских катерах. На тех записях видно, как взрывается первый, а за ним следующий и следующий. Чего нет на тех записях, так только того, что кто-то из них пытается убежать. Ни один не попытался. Они видели, как убивают их товарищей, бьют, как мух, но продолжали атаковать.

У Крис не нашлось слов.

— А потом буксиры вас дозаправили. На буксирах уже знали, ни один мелкий катер не уцелел после первой атаки. Замечу, половину экипажей составляли добровольцы, любители прогулок по луне в скафандрах. Вот, зная все это, они, все же, добровольно решили атаковать вместе с тобой. Мужчины, женщины, подростки, все хотели быть с тобой в твоей последней атаке.

Коммандер Манданти взял небольшую паузу, глубоко вздохнул.

— Я всегда верил в патрульные катера, но скажу тебе правду. Без буксиров и прочей мелочи, усложнившей стрельбу этим ублюдкам, твой катер не дотянул бы до финального выстрела. Я служу во флоте уже сорок лет. Все эти годы прошли без единого выстрела, — коммандер замолчал, потеребил «Ленту Защитника Вардхейвена», отныне занявшую почетное место среди наград. — С того дня, мы, немногие оставшиеся в живых, служащие, резервисты, те, кто попал случайно, гражданские добровольцы, стали братьями, те, кто услышал призыв и пришел. Мы все пожертвовали больше, чем те, кто остался дома, могут узнать и суметь чем-то отплатить. Кто-то пожертвовал всем. А поэтому те, кому повезло отделаться лишь потерей частички своей души, обязаны другим хотя бы тем, чтобы никогда их не забывать.

Наконец, прибыл запоздавший официант с заказом. Некоторое время ели молча, а потом разговор возобновился. Начали вспоминаться забавные случаи. Манданти рассказал, как однажды ему позвонили и рассказали, как Крис с новым рулевым посадили ялик на поле для гольфа.

— Ты знала, что в это время там присутствовало сразу четыре адмирала? У них у всех, черт возьми, на погонах больше звезд, чем на небе.

— Не знала, сэр, — сказала Крис и откусила кусочек сандвича. — Если б знала, перехватила бы управление и грохнулась бы к ним поближе.

— Так им и надо.

Когда она пожимала руку коммандору, прощаясь, Крис была в гораздо лучшем настроении.

— Рада, что все закончилось? — спросил Джек, когда они пускались на космическом лифте.

— Рада, что поговорила с ним. — сказала Крис.

К ночи Крис быстро перекусила и Эбби собрала ее для бала. Благотворительный вечер в поддержку искусств был задуман еще полгода назад, но сегодня будет первая встреча людей в красивых нарядах после того, как их шкуры чуть не прибили к стене.

Крис предпочла явиться на бал в парадной форме и на этот раз Эбби не стала с ней спорить.

Униформа, как почудилось, превратила Крис в пузырь. Она шла мимо болтающих обо всем и ни о чем групп людей, улавливала обрывки разговоров, но не находила ни одного, что мог бы ее заинтересовать присоединиться к ней. И никто, похоже, не интересовался ей.

Для Лонгнайф даже необычно как-то.

Было только одно исключение. Парень в вечернем фраке и пьяный, как дьякон, хоть и было только девять вечера, устремился к Крис. Он сжал кулаки и намерения его были чисты и прозрачны. Не моргнув, Джек вышел вперед, подхватил мужчину под локоть, чтоб тот не грохнулся на пол. Огляделся, увидел двух официантов, которые уже шли к нему, чтобы утащить пьяного.

Только тогда Крис осознала, что пьяница появился только чтобы отвлечь внимание. Его и Джека незаметно обошла девица со стеклянной бутылкой в руке, наполненной чем-то белым и вонючим. Она сделала движение, чтобы облить содержимым банки Крис.

Та едва успела осознать угрозу, не говоря уже о том, чтобы отреагировать.

Но Джек успел. Он все еще держал пьяного за локоть, протянул руку, чтобы перехватить банку, руку девицы.

И содержимое банки попало Джеку в лицо.

— Фу-у, — сморщился Джек.

— Тебе следовало дать мне ее облить! — закричала девица. — Передай своему отцу, что его фермерская политика откровенно воняет!

— А, так вот что это такое, — буркнул под нос Джек, пытаясь стряхнут со смокинга прокисшее молоко, при этом удерживая обоих нарушителей спокойствия.

Прибыло подкрепление. Сначала нарушителями занялись два крепких официанта. Один, скривившись от вони, дал Джеку полотенцу. Потом появились двое полицейских в штатском, мужчина и женщина, и уже официально взялись оформлять хулиганов, нарушивших тихое течение мирного бала.

Не прошло и минуты, как шоу началось и закончилось, а Джек уже пытался вытереть полотенцем прокисшее молоко и бормотал что-то о том, что охране принцессы требуется поддержка, чтобы он мог хоть иногда исчезнуть, к примеру, в туалете. Или смотаться домой, переодеться.

Инцидент только-только закончился, когда, к своему большому облегчению, Крис заметила дедушку Троубла, сияющего в красно-синем наряде. Он шел прямиком к Крис.

— Отличная работа, — сказал он Джеку. Внезапно их проглотил пузырь тишины. Генерал в отставке, похоже, не возражал. Крис осталось придумать, о чем с ним разговаривать.

— Почему вы, парни, так здорово выглядите в парадной форме, а мы, девушки, неуклюже?

— Вряд ли ты позволила бы себе выглядеть так же сексуально, как другие полуодетые манекены.

— И то правда, — кивнула Крис, как любой младший офицер, обращающийся к пятизвездочному генералу. — Но должно быть хоть что-нибудь между этим и этим, — рука Крис скользнула по форме и показала на женщину, платье которой ничего не оставляло для воображения.

— Заработайте пару звезд, сударыня, и тогда сможете попробовать свои силы в дизайне униформы. Скорее всего, даже придется. Каждые десять лет появляется кто-нибудь с неконтролируемым желанием поменять форму.

И снова молчание. Они стояли друг против друга, ожидая, когда другой начнет о чем-нибудь говорить. Но никто начинать не хотел.

— Трудно поверить, что борьба за жизнь всех этих людей произошла всего две недели назад в пятидесяти тысячах километрах над их головами.

— Не сомневаюсь, что большинство вообще не подозревают, что был бой, — с мрачной улыбкой сказал дедушка Троубл. — Отчасти заставляет задуматься, зачем мы это делали.

— Чандра Сингх знала, за что борется. За мужа и детей.

— В Библии есть история… Крис, тебе стоит ее прочитать, серьезно. Так вот, там бог возненавидел одно из местечек на земле и решил подорвать его ядерной бомбой. Там был парень, не помню, из того он места или нет, но от попытался отговорить бога от такого поступка. Мол, а если там вдруг сотня хороших людей, их тоже под замес вместе со всеми остальными? Тогда бог согласился пощадить всех, если парень найдет хотя бы несколько хороших людей. Вроде бы они договорились то ли до пяти, то ли до десяти, точно не помню. Проблема была в том, что хороших людей в том городке было и впрямь не так чтобы много. — Дедушка Троубл замолчал, отпил напиток и продолжил: — Люди извлекают из этой истории много разного. Я продолжаю надеяться, что мы найдем достаточно хороших людей, чтобы не позволить этому месту сгореть.

Он протянул проходящему мимо официанту бокал с недопитым напитком.

— На этот раз бы нашли достаточно. Слава богу, тот вел счет. Ну а сейчас, кажется, мы достаточно времени изображали утку в этом тире. Что скажешь, если смоемся отсюда? У меня не было возможности за целый день поесть. Я знаю замечательное заведение, где делают отличные гамбургеры, и вряд ли там будут возражать, если мы появимся в парадной униформе. Или даже немного неприлично пахнем, — добавил дедушка, усмехнувшись и кинув быстрый взгляд в сторону Джека.

Второго предложения Джеку не понадобилось. Он словно его и ждал, поэтому тут же направился к выходу.

Машина с охраной уже стояла у ближайшего выхода, двигатель тихо урчал.

Обед с дедушкой Троублом в гамбургерной дал незабываемые впечатления. Само помещение не было спроектировано по каким-либо стандартам, оно вырастало по мере того, как владелец увеличивал клиентуру. Помещение было украшено плакатами цирковых номеров, зверей и клоунов. Множеством клоунов.

Начинка для гамбургеров и хот-догов жарилась на открытом огне, аромат распространялся по залу и не только, его чувствовали за несколько кварталов отсюда. Хоть Крис недавно и поела, но, когда встала в очередь для заказа, у нее потекли слюнки. В очереди стояли молодые пары, пожилые пары, семьи с детьми. Тут было много детей. Увидев Крис и Троубла кто-то кивнул, но большинство только улыбнулось и продолжило заниматься своими делами. Все, кроме одного малыша, которого они, вроде как, заинтересовали больше всего.

Наконец, девочка отпустила руку матери и подошла к Крис.

— Ты из цирка? — спросила девочка.

Мать девочки тут же подхватила малышку на руки.

— Нет, дорогая, они не из цирка. — Но, прежде чем вернуться к мужу и другим детям, она, покраснев, сказала: — Спасибо за то, что вы сделали.

— Не за что, — ответил генерал Троубл. Когда женщина с ребенком встала рядом с мужем, он посмотрел на Крис: — Понимаешь теперь, о чем я? Есть еще люди, за которых стоит бороться.

— Понимаю.

— Когда я начинаю сомневаться в себе, я прихожу вот в такие места и вспоминаю, за что воюю. Тебе тоже не мешает составить список подобных мест.

— Думаю, что первое место в моем списке уже заполнено, — кивнула Крис.

Заказали чизбургеры и, пока их готовили, продолжили двигаться в очереди. Крис и дедушка Троубл отказались от предложенной картошки фри, Джек, наоборот, воспользовался предложением. Добравшись до заказа, они остановились у столика, где очередь заканчивалась и добавили к основному блюду всевозможные гарниры, только после этого стали искать свободный столик.

Джек занял другой столик, чуть в стороне, откуда мог наблюдать за Крис и дедушкой Троублом, всеми выходами и большинством посетителей. Та малышка, что подходила к ним в очереди, не отрывала глаз от Крис и дедушки Троубла. Крис оставалось только надеяться, что Джек не начнет стрелять, если девочка решит еще раз подбежать к «циркачам».

Уничтожили половину заказанного, ни о чем конкретном не разговаривая, и только потом дедушка Троубл спросил:

— Как идет подготовка создания твоей учебной группы?

— Я еще не начинала. Была занята похоронами, посещала раненых. Большая часть людей, которых я хочу включить в группу, все еще поправляется.

— Ты и сама еще не совсем поправилась, — заметил дедушка.

— Моему исцелению нужно немного, всего лишь что-нибудь вроде кровати, чтобы я могла лечь на спину.

— Правильно мыслишь, — кивнул дедушка и, наклонившись вперед, прошептал: — А теперь позволь спросить кое-что другое. Сколько раз за последнее время тебя пытались убить?

— Боже, дедушка, я со счета сбилась. Стоит ли включать в счет линкоры?

— Нет, ведь они же не гонялись именно за тобой, а хотели уничтожить всех нас целиком. Я имею в виду, сколько покушений было за пределами планеты и сколько здесь, на Вардхейвене?

— Все, похоже, были за пределами планеты, — сказала Крис.

— Значит, присутствие агента секретной службы тебе пользы не принесет, если твою группу отправят, к примеру, в Бойнтон, обучать их летать на быстроходных катерах, не так ли?

— Нет, — признала Крис.

— Значит, твоей группе нужен начальник службы безопасности.

— У тебя на примете есть космопех, которого ты хочешь мне предложить?

— Нет, но, может, ты могла бы сама назначить начальника службы безопасности?

Крис понятия не имела, куда ведет дедушка Троубл, так что откусила внушительный кусок чизбургера и позволила дедушке продолжить.

— Некоторые могут даже не подозревать, что идет война, но многие это заметили. Парламент Вардхейвена принял закон о военнослужащих. Мало того, они дают бонусы всем, кто желает завербоваться, но в этом законе есть крошечный раздел, в самом конце, где говориться, что человека можно призвать вне зависимости от его желания, если у него есть особые навыки, — тут дедушка метнул взгляд в сторону Джека.

Агент не спускал взгляда с малышки, выглядевшей так, что готова вот-вот сорваться с места. Может, к нему. А может, и к Крис.

— Особые навыки? — переспросила Крис.

— Да, особые навыки, например, сохранение жизни.

— Интересно, — задумчиво протянула Крис. — И в каком звании я должна его призвать?

— Думаю, Первый лейтенант будет соответствовать его нынешнему окладу.

Первый лейтенант, — подумала Крис. — На один ранг ниже меня. Джек будет в моем подчинении, а это значит, что я буду отдавать приказы, а он должен будет их выполнять.

То же самое, что стать обладателем торта и наслаждаться им в одиночку.

— Я подумаю об этом, — сказала Крис. — Нелли, найди закон и какие нужны бумаги, чтобы завербовать Джека.

— Я нашла, Крис. Бумаг много. Ты должна доказать, с примером, что лицо, которое ты хочешь видеть на службе, обладает нужными уникальными навыками и подходит для нужной работы.

— Так вот, Нелли, сделай описание работы начальника службы моей безопасности, убедись, что описание соответствует уникальным навыкам и способу работы Джека. Для тебя это должно быть проще простого.

— Да, Крис. Думаешь, схема сработает так, как ты того хочешь? Ты ведь разговариваешь с дедушкой Троублом, что означает Беду, причем с заглавной «Б».

— Он мой дедушка, Нелли. Он всего лишь беспокоится обо мне>.

* * *

Спецагент Хуан Монтойя, известный почти всем как Джек, служащий в секретной службе Вардхейвена, этой ночью чувствовал себя расслабленно. И это несмотря на то, что события развивались как-то не так.

Балы должны доставлять удовольствие. Только вот он пока еще ни одного такого не обнаружил.

Служба безопасности не контролировала списки гостей, что вряд ли имело значение, поскольку на любой бал мог попасть кто угодно, более-менее прилично одетый. Сегодняшней проблемой оказались один пьяница и еще одна недовольная аграрной политикой особа, вооруженная прокисшим молоком. В результате смокинг стал вонять. Ему понадобится хорошая химчистка. Зато весь день Джек проходил без пистолета.

День без оружия — хороший день.

Все идет нормально.

Когда Крис с прадедом решила покинуть бал, где на них было совершено покушение прокисшим молоком, Джек связался со службой безопасности, чтобы согласовать свои действия с охраной генерала.

Удивительно, но генерала служба безопасности не охраняла. Он отказался от их услуг много лет назад.

Джек поймал себя на том, что гадает, почему так вышло.

Гамбургерная выглядела как дешевая закусочная, появившаяся буквально на днях. Разные секции добавлялись, не обращая внимания на ровные полы и легкость доступа. Совсем плохо, что это заведение ни разу не исследовалось службой. Как ни трудно в это поверить, но до сих пор никто, находящийся под защитой службы ни разу в это место не заходил.

Джеку придется быть первопроходцем.

Он включил на своем персональном компьютере функцию записи, зафиксировал номерные знаки всех автомобилей на стоянке и запустил поиск владельцев по критически важным базам данных. В результат не нашел ни одного, представляющего особый интерес. Собственно, не обнаружилось ни одного человека, на которого нашлось бы досье в полицейской базе или хотя бы один штраф за нарушение правил дорожного движения.

Тихие, незаметные семьи.

Джек нашел аэрофотоснимки. В задней части заведения находилась кухня под открытым небом. Сейчас, когда шел дождь, там было пуст. У подножия отвесной скалы высотой в двести футов, находился небольшой пруд. Судя по всему, когда-то здесь располагался каменный карьер. Кто-то хорошо постарался, превращая его в культурный вид. Дома, нависшие над обрывом, с виду были дорогими. У всех стояла сигнализация. Вряд ли у кого получиться пробраться туда без срабатывания полудюжины сигналов тревоги.

Осмотрев подходы, Джек понял, что сможет их прикрыть.

Потом столкнулся главной угрозой этого вечера. Ей было всего два или три года, и она посчитала Крис и генерала самым интересным за этот вечер, а может, самым интересным, что с ней случилось за пока еще короткую жизнь.

Первый рывок к Крис малышка сделала, когда они стояли в очереди. Был выбор — потратить меньше времени на поиск более серьезной угрозы или защитить подопечную от того, чтобы ее обслюнявили, Джек предпочел первый вариант.

Та остановилась в добрых трех футах и выпалила, обращаясь к Крис:

— Ты из цирка?

Джек еле сдержался от комментария. Может, его подопечная и не из цирка, но вот ему приходилось всегда быть рядом с ней.

Затем мать поймала беглянку, сказала Крис что-то, что Джек не совсем понял, но выражение на лице Крис сказало ему, что она только что получила бальзам, в котором так остро нуждалась ее покрытая волдырями душа.

Джек расплатился за гамбургер. С Крис денег не взяли, генерал смог расплатиться только за свой заказ, мол, с наличкой туговато, недавно пришлось изрядно потратиться.

Джек усадил подопечную за стол, выглядевший самым безопасным в заведении. Хоть окна и везде, но ближайшие выходили прямиком на скалу, а оттуда вниз не так много и видно. Другие выходили на стоянку, небольшую дорогу, открытое поле и скалы. Ни один снайпер на такой длинной дистанции не сможет сделать дырку в его подопечной, а тот, кто решится подобраться поближе, непременно окажется в его поле зрения.

Откусил от гамбургера. Хорошо. Достаточно сочный, чтобы упаковка салфеток на столе не вызывала подозрений и показывающий любому желающему, каким должен быть настоящий гамбургер. Джек с наслаждением жевал, пока проверял окрестности. К малышке и ее родителям присоединилась еще одна пара с младенцем, которого усадили на высокий стульчик. Все восемь заняли столик в противоположном углу, давая Крис с прадедушкой максимальное расстояние, и при этом возможность наслаждаться прекрасным видом на пруд и утес. Пока малышка набивала рот картошкой фри и лакомыми кусочками мяса, это сдерживало интерес.

Джек покончил с гамбургером примерно в то же время, что и ребенок с картошкой. Почти тут же девочка потребовала, чтобы ее пустили погулять, сначала ласковой просьбой, потом громче и настойчивее.

Отец ссадил ее со стула и девочка пошла рассматривать фотографии цирковых фургонов, заполненных животными в окружении клоунов.

А потом, когда и это надоело, ее интерес снова обратился к Крис и генералу.

Джек, как обычно, просканировал местность и выдал ребенку самое приоритетное внимание. Девочка сделала вид, что перестала интересоваться его объектом и, как только Джек на секунду отвел взгляд, она мигом промчалась мимо него. Казалось, каждый шаг — нарушение закона гравитации. Джек еле успел вытянуть руку, чтобы поймать девочку и поднять ее вверх.

Оказавшись в его руках, девочка захохотала и гордо заявила:

— Ты воняешь. Как ребенок.

Что за ночка. Даже двухлетнему ребенку не понравился запах, исходящий от него.

Галопом примчалась мать, намереваясь заполучить заблудившееся потомство обратно, на губах уже готовое извинение, но тут рассмеялся генерал:

— Эй, пропустите ребенка. Мне не помешало бы немного побыть дедушкой с кем-нибудь более управляемым, чем большинство моего потомства.

Джек передал девочку матери, готовой унести ее куда-нибудь подальше и не пускать больше никуда, но генерал все более настойчиво требовал, чтобы девочку пустили к нему. И тогда мать сдалась, рискнув отпустить девочку к дедушке Троублу. Не обращая внимания, что сам до сих пор в парадной форме, а руки девочки в жиру, он подхватил девочку, усадил на колени.

Та вознаградила его усилия счастливым задорным смехом.

— Бедному старику приходится уделять время чужому ребенку, пока некоторые из его потомков не торопятся заводить маленьких человечков, которых старик может баловать.

— Дедушка, если ты еще не забыл, чтобы завести детей, девушке для начала нужно найти мужа. Пока что я его не могу призвать.

Джек еще раз проверил ситуацию в заведении и за его пределами, но это отняло у него лишь половину внимания. Другая половина обдумывала услышанное: «Призвать».. Вардхейвен со времен войн с Итич никого не призывал, а это было восемьдесят лет назад.

И почему Крис вспомнила об этом?

На следующий день он об этом узнал.

День начался рано и длился долго. Где-то после шести вечера Джек, наконец, устроил Крис в доме Нуу. А потом навострился отправиться домой, когда персональный компьютер запищал и сообщил, что его вызывают в штаб-квартиру. Джек попытался позвонить боссу, но в результате поговорил лишь с его компьютером. В автосообщении было сказано, что босс смылся на весь день и, «если это не вопрос жизни и смерти, то дайте мне спокойно посмотреть игру сына в футбол».

Джек поехал в центр города, ломая голову над тем, кому он понадобился и зачем.

Только когда прибыл на место, информация в компьютере обновилась. Оказалось, он должен посетить отдел кадров.

Джек направился к общественному фасаду, недоумевая, зачем понадобился кому-то из отдела кадров. За последние шесть лет единственный контакт с этим отделом прошел посредством обмена файлами.

Похоже, тут его уже ждали. Секретарша отвела Джека в небольшой кабинет без окон, и осторожно закрыла за ним дверь.

— Добрый день, специальный агент Монтойя, — сказал сидящий за заваленным бумагами столом мужчина в белой рубашке и узком красном галстуке. Клетчатый, спортивного покроя пиджак, висел на вешалке. Лет пять назад был модным. — Как бы вы хотели оперировать военной активизацией? Мы можем приостановить ваше служебное назначение в ожидании вашего возвращения. Или предпочтете отказаться от назначения? Поскольку у вас карьерный статус, вы сможете подать заявление о восстановлении на работе в любое время.

— Что? — ошарашенно уставился на мужчину Джек. Если бы увидел направленное на него дуло пистолета, мог бы среагировать в мгновение ока. Но вот этот поток слов, понятный лишь наполовину, оставил его в замешательстве.

— Наверное, я немного забежал вперед, — сказал молодой человек за столом и протянул Джеку желтый лист бумаги. — Вот копия повестки.

— Какой такой повестки? — пробормотал Джек.

— Ах, да, вы же наверное, еще не знаете. Вас призывают в космическую пехоту.

Джек взял бумажку, взглянул на нее. Там значилось его имя.

— Не знаю. Я даже не знал, что нас могут призвать, — Джек отчаянно пытался вспомнить, где он уже слышал это слово.

— До прошлой недели такого и не было. В новом законопроекте о военных ассигнованиях спрятался небольшой раздел, всего пара слов, но он позволяет призывать на военную службу определенных людей с уникальными навыками на время чрезвычайного положения на планете или время, когда требуются их уникальные навыки, в зависимости от того, что наступит первым.

Джек поглядел на лист и заставил себя вчитаться в то, что на нем написано.

— И меня призывают в космическую пехоту в качестве старшего лейтенанта на должность начальника службы безопасности служащего члена королевской семьи?

— Да. Так что не все так плохо. Это сэкономит вам деньги. К сожалению, на сверхурочную работу мало похоже, но в повестке говорится, что ваше назначение имеет ранг О-2, а это эквивалент десятилетнего срока службы. Так что будете получать на пятьдесят два доллара в месяц больше.

Джек поморщился. Сверхурочная работа часто составляла чуть больше трети его зарплаты. Космопехота в этом деле не жадничала.

— Итак, вернемся к моему первому вопросу, приостанавливаем работу в секретной службе или предпочтете отпуск без сохранения заработной платы до возвращения на службу?

— Без оплаты, — рыкнул Джек. — Если повезет, я вернусь на службу завтра в это же время. Если не раньше.

Мать не воспитала ни одного глупого ребенка, правда, с младшим пока что еще не определились. Джек точно знал, откуда взялась вот эта повестка и кто конкретно об этом пожалеет.

Причем очень быстро пожалеет.

Когда он выскочил из штаб-квартиры и навострил лыжи попасть в Дом Нуу, запищал компьютер.

— Вам звонит генерал Тордон.

— Скажи ему, что я занят.

— Он говорит, вы захотите с ним поговорить.

И о чем хочет разговаривать генерал Тордон? Потом Джек вспомнил его прозвище: Троубл, что значит, Беда.

— Прими звонок, — сказал Джек.

— Эй, Джек, мы едва успели узнать друг друга, особенно когда рядом Крис, и ты занят тем, чтобы не дать ей наделать в себе дырок. Есть ли шанс выпить вместе пива и перекусить?

Джек попытался вспомнить все, что знал о генерале Троубле. Беде для врагов. Беде для друзей. Двойной беде для начальства, которого сейчас не так много, и, очевидно, тройной беде для любого, кто слишком близко подбирается к его правнучке.

Сложив два и два, Джек едва не содрогнулся от ответа.

Ему удалось вляпаться в настоящие неприятности. Так что он согласился.

— А, да, думаю, сегодня к ужину я буду бездельничать.

Нет причин нападать на детеныша в клетке, ведь причиной всему, скорее всего, сам старый медведь.

Генерал назвал кафе, куда Джек водил Крис пару недель назад, причем назначил встречу через полчаса. Джек добрался до места на десять минут раньше.

Генерал уже сидел в кабинке перед двумя бутылками пива.

Джек задумался, не становится ли он предсказуемым… или же пытается играть с тем, кто намного выше его в лиге. Неважно, это его жизнь и он будет играть по своим правилам.

А еще у него есть пистолет.

Он проскользнул в кабинку, сел напротив дедушки Троубла, взял бутылку и отпил половину пива. Хорошо.

— Так, каково это, охранять мою правнучку от внезапной смерти? — спросил генерал и тоже взял пиво. Джек заметил, что за бутылкой он спрятал улыбку. Он улыбается?

— Бывают сложные дни. Думаю, та девочка задала правильный вопрос. Из какого цирка она сбежала?

— Не цирка, а зоопарка, — сказал человек, доставивший зоопаркам множество хлопот.

— Так чья была идея призвать меня? — Джек едва сдерживал ярость.

— Думаю, Крис, — сказал генерал и снова спрятался за бутылкой с пивом. — Да, думаю, Крис, — продолжил старик. — Мне кажется, она больше рискует получить пулю, когда улетает куда-нибудь с планеты по делам Космофлота, нежели когда слоняется по Вардхейвену, как думаешь?

— Да, но вы должны признать, что от кровопролития ее легче удержать именно здесь. Путешествие на Турантик выдавало один сюрприз за другим. Все, что мы могли делать, так быть самой быстрой, разрешенной законом, мишенью.

Джек поставил пиво на стол и прямо посмотрел на старого генерала.

— Да, мы с Рэем читали тот отчет. Тот, который она не редактировала. Сильно напомнило нам старые времена.

Теперь настала очередь Джека откинуться на спинку стула и изучить Троубла. Он только что сказал, что сам король следит за выходками Крис?

Старик отставил бутылку с остатками пива в сторону и вздохнул.

— Когда мы с Рэем были моложе и не знали ничего лучше, мы проделывали множество трюков. То, что мы выжили и превратились в старых пердунов, показывает, что где-то на небесах есть бог, заботящийся о дураках, пьяницах и дураках-пьяницах. — Старик улыбнулся своей же шутке.

У Джека возникло сильное предчувствие, к чему все идет.

— Сэр, должен сказать, я поклялся принять пулю этой молодой женщины. Но, черт подери, разве она должна при этом получать удовольствие от бега взад-вперед в тире? Я не хочу быть тем, кто примет ее последний вздох после того, как настойчиво советовал бегать зигзагами, но она упорно двигается прямо и быстро, так, что я едва могу ее обогнать. Одно дело сказать, что приму ее пулю, другое — преследовать ее, чтобы эту самую пулю получить.

Карты на стол. Посмотрим, как старик отреагирует.

Старик же запрокинул голову и захохотал, потом, спустя долгое время, взял пиво и сделал большой глоток.

— Понятия не имею, сколько седых волос получили мои старики, после того, как я завербовался в космическую пехоту. Меня почти не было дома. Наверное, для всех нас было хорошо, что они не знали, где я, что делаю. А может, не стоит читать подробные отчеты, за которые мы с Рэем выкладываем немалые деньги, но не вижу причин отказываться от них. Невежество — не блаженство, а только способ убить себя и кучу хороших солдат. Так что мы можем сделать?

— Призыв меня в космическую пехоту не принесет никакой пользы. Замечу, что Крис — лейтенант Космофлота, а я, похоже, буду старшим лейтенантом космической пехоты. Насколько я разбираюсь в рангах, это ставит меня на значительное место ниже ее. Мне кажется, что мне придется продолжать бегать за ней, сбивая с ног за секунду-две до того, как пуля пролетит в том месте, где была ее голова.

— Я понял твою проблему, — кивнул старый генерал — Однако все может оказаться не так плохо, как ты думаешь.

Джек вопросительно поднял бровь.

— В том же законопроекте о военных ассигнованиях, к которому моя прекрасная внучка приложила руку, есть и другие сюрпризы. Почитай обновленную версию от десятого числа, номер 356.911. Обрати внимание на подпункты «д» и «е».

Джек дал команду компьютеру и стал наблюдать, как тот проецирует абзац за абзацем юридической бессмыслицы, покрывая поверхность стола множеством «поскольку», «следовательно» и прочим ужасом.

— Сэр, я умею сохранять людей в целости, но я не юрист и, уж тем более, не законодатель.

— Вывод из всего того, что здесь написано, — сказал генерал, не вставая с места, ткнул пальцем прямиком в предложение: «начальник службы безопасности служащего члена королевской семьи должен принять все необходимые меры предосторожности, чтобы уберечь его от вреда».

Почему-то Джек сильно подозревал, что «его» было поспешно добавлено после того, как вычеркнули слово «ее».

— И что это означает? — спросил он.

— Ну, — генерал Троубл откинулся на спинку кресла, — насколько я понимаю, когда имеются разные толкования слов в законе, обычно обращаются в суд. Мне кажется, вы с Крис можете провести все свое время в суде, обсуждая, что к чему, либо сможете сами разобраться в этом.

— Ну да, конечно, — кивнул Джек.

* * *

В семь тридцать компьютер разбудил Джека и сообщил, что у него назначена встреча с сержантом Брауном на базе рекрутов космической пехоты, что располагается недалеко от Вардхейвена на Харбор-Драйв.

На пропускном пункте его остановил дежурный капрал. Пока он изучал документы и повестку, его товарищи осмотрели машину. Потом капрал махнул рукой, пропуская новоприбывшего, коротко рассказав, как добраться до офицерского корпуса.

Офицерский корпус оказался деревянным домиком, стоящим тут, наверное, еще со времен войн с Итич, что сказало Джеку, как Корпус относится к новым офицерам.

У входа его чуть не сшиб младший капрал, тот спешил куда-то очень сильно, но потратил минуту, чтобы показать Джеку дорогу. Нехорошая улыбка капрала предупредила Джека о том, что его ждет.

Ганни Браун был похож на медведя и был черным, как начищенные до блеска ботинки. Когда он слез со стола, Джек обнаружил, что чтобы посмотреть ему в глаза, нужно задрать голову вверх.

— Вы опоздали на пять минут, лейтенант Монтойя. Мы отстаем от графика. Пожалуйста, следуйте за мной.

Джек последовал. Через десять минут с него сняли отпечатки пальцев, застраховали жизнь и привели к присяге.

— Никаких фотографий, пока он не будет в форме, — сказал сержант и повел Джека в следующее строение. Там его ждала стопка униформ, от формы для официального ужина до боевого снаряжения, к тому же еще разных цветов.

— Сегодняшняя форма — зеленая, сэр, — сказал ганни и вытащил из стопки зеленые штаны, зеленый пиджак, коричневую рубашку и галстук. — Пожалуйста, переоденьтесь.

В закрытой кабинке Джек переоделся, но оставил при себе наплечную кобуру и служебный пистолет, спрятав их под зеленым пиджаком.

Когда вышел, ганни критически осмотрел новобранца и счастливым, почему-то не выглядел.

— Карманные клапаны мундира должны быть снаружи, сэр. Старайтесь чтобы в них ничего не было. Шейный платок неправильно завязан. — С этими словами ганни исправил положение.

Джек попытался запомнить новую терминологию. Не пиджак, а мундир. Не галстук, а шейный платок. Это ведь не сложно, правда?

Покончив с платком, ганни поправил мундир.

— Смотрю, вы не хотите расстаться с пистолетом.

— Не хочу, — настороженно сказал Джек, гадая, придется ли ему защищать право на ношение пистолета.

— Мне сказали, что вы не захотите его оставить. Поэтому скроили форму по стандартам офицера космической пехоты посольства.

Удовлетворенный внешним видом Джека, ганни вытянулся в струнку и отсалютовал. Через мгновение он добавил:

— Сэр, офицер всегда салютует в ответ.

Джек приложил все усилия, чтобы сделать это. Ганни нахмурился.

— Нужно опустить локоть немного ниже, сэр. Вы ведь не пытаетесь научиться летать, как какой-нибудь флотский. И еще, ладонь нужно немного повернуть, сэр. Так честь отдают парни с Лорна До. Мы же делаем это ладонью наружу. Только флотские не могут решить, как правильно держать руку, у них салют получается вялым.

Джек взял на заметку держать замечание ганни о флотских, к которым, похоже, причислил и Крис, при себе.

— А, еще, сэр, вы должны мне доллар.

— Доллар?

— Новые офицеры всегда награждают первого, отдавшего честь, долларом.

Похоже, как подозревал Джек, кредитная карта в этом случае не то, что нужно, но в кармане всегда была мелочь на случай, если карточка вдруг перестанет работать или он окажется так далеко, что торговые автоматы не захотят работать с карточками.

Он вытащил четвертак.

— Спасибо, сэр. Еще я хотел бы дать вам книгу «Руководство для офицеров космической пехоты». Да, это старая книга. Можно приобрести электронную копию, но большинство офицеров хранят бумажный экземпляр в тумбочке до тех пор, пока не запомнят ее наизусть. Предлагаю вам заняться ее изучением. И еще, сэр, вам нужно подписать вот этот счет.

И у Джека в руках оказалась бумага с удивительно большой суммой за форменную одежду.

— Я думал, форма выдается бесплатно.

— Для простых военнослужащих так и есть, сэр, но офицеры должны оплачивать.

Джек предпочел не заметить фразу «простые военнослужащие», молча подписал счет.

— Мы сложим вашу форму в чемодан и отправим на ваше первое место службы, сэр.

— И где мое первое место службы? — поинтересовался Джек.

Ганни развернул документы, всмотрелся.

— Здесь сказано Дом Нуу, сэр.

И почему я не удивлен?

Он развернулся, готовый уйти.

— Сэр, вы забыли головной убор, — сказал ганни, протягивая Джеку фуражку.

— Я не ношу шляп, — сказал Джек.

— Сэр, ни один космический пехотинец не выходит на улицу без головного убора.

Головной убор, а не шляпа. Мундир, а не пиджак. Шейный платок, а не галстук. Список растет.

— А сейчас, сэр, вам нужно пройти со мной. Нам осталось сделать снимок, сканировать сетчатку глаза и взять пробу крови, чтобы вам выдали настоящий паспорт Космофлота.

Освободился Джек в половине девятого. Или восемь тридцать? Точно, так правильней.

Прибыв в Дом Нуу, он обнаружил ухмыляющихся знакомых космопехов, по всей форме приветствовавших его. И выжидательно ждавших, пока Джек не ответит.

— Мы ваши первые, сэр?

— Нет, — рыкнул Джек и отсалютовал. — Где она?

— Ждет вас в библиотеке. Злится, сэр. У нас был приказ не выпускать ее из дома, пока вы не появитесь, И говорит, что вы опаздываете.

— У меня много грехов, но опоздание не одно из них.

Джек приложил все силы, чтобы как можно ближе к военному войти в дом, пересечь холл и войти в библиотеку.

Крис подняла взгляд… и улыбнулась.

Она провела целый час, просматривая почту, с которой Нелли могла бы управиться меньше чем за минуту. И гадала, куда подевался Джек. И почему космопехи не разрешают ей отлучиться из дома в одиночку.

А потом появился Джек. В зеленой форме. Такой обалденный.

Весь в зеленом, с единственной серебряной полоской на погонах. У Крис две полоски на петлицах. Кто-то обозвал их железнодорожной решеткой. Нелли пришлось искать настоящий термин.

Устаревший или нет, но у Крис звание выходило все равно выше, что должно уладить многие вопросы.

Еще на знала, что у нее не получилось спрятать улыбку, когда она поднялась.

— Как хорошо, что ты пришел. Ты опоздал. Пошли.

— Куда? — спросил Джеке.

— На переговоры с несколькими людьми, которых я хочу видеть в своей тренировочной команде. Пенни еще в больнице, но уже сегодня вернется домой. Было бы хорошо заманить старшину Бени. Его можно найти в бараках, где сейчас находятся выжившие с «Хэлси».

— Или нет, — сказал Джек, встав перед Крис, преграждая ей путь.

Крис обошла его.

Он отступил и снова встал перед ней.

— Что ты делаешь? — требовательно уставилась на Джека Крис.

— Тебе безопаснее остаться в Доме Нуу, здесь мы сможем контролировать прием и пусть Пенни и старшина Бени сами придут сюда. Полагаю, вполне могут присоединиться к тебе на обеде. Уверен, повар сделает все так, чтобы это стоило их усилий.

Предложение хорошее, но Крис не понравился тон, исходящий от Джека.

— Лучше я схожу к ним. Отойдите в сторону, лейтенант, нам есть куда отправиться.

— Нет, лейтенант, ты не выйдешь отсюда. Это они сюда войдут.

— Космопех, тебе нужно получше изучить табель о рангах. Ты старший лейтенант космической пехоты. Я лейтенант Космофлота. Я выше тебя по рангу. Я говорю прыгать, ты спрашиваешь, как высоко.

Джек встал по стойке смирно.

— Да, мэм. Я знаю всю эту ситуацию со званиями, в которую ты меня затащила. В большинстве случаев так и есть: ты говоришь прыгать, я спрашиваю, как высоко. Хотя, хочу заметить, как только я оторвусь от земли, я потеряю возможность определить высоту.

— Лейтенант, не забывайся, — рыкнула Крис.

— Однако, как начальник службы безопасности служащего члена королевской семьи, я должен принять все необходимые меры, чтобы уберечь тебя от беды. Уберечь тебя от беды — значит, меньше пускать тебя в тир в качестве мишени. Следовательно, твоя будущая команда приходит к тебе, а не ты к ним. Я могу попросить свой компьютер отослать этим двоим приглашение, если не хочешь, чтобы этим занялась Нелли.

— Я с удовольствием займусь, — вставила Нелли.

— Не сейчас. Начальник службы безопасности служащего члена королевской семьи? Что за дурачество?

— Не мой выбор слов. Проверь последнюю редакцию 356.911. В частности пункты «д» и «е».

Глаза Крис устремились куда-то вдаль, сейчас она мысленно разговаривала с Нелли.

— Когда это было добавлено? — вдруг рыкнула Крис.

— Можешь попросить Нелли, — предложил Джек, не сумев подавить улыбку.

— Их добавили в последний момент, — сообщила Нелли.

— Проверь историю редакций, — сказал Джек. — Готов спорить, между временем последней редакции и временем публикации времени прошло мало.

— Две минуты, — ответила Нелли.

— Наверняка дедушка Троубл постарался, — чуть было не закричала Крис.

— А ты еще говорила, что раз он твой дедушка, то не доставит тебе никаких хлопот, — сказала Нелли с явной интонацией «я же говорила». Удивительно слышать такое от компьютера.

Джек оставил попытки подавить улыбку. Нитки марионетки явно просматриваются.

— Дай угадаю, дедушка Троубл предложил тебе завербовать меня пару дней назад, когда мы перекусывали в бургерной.

— Наводил мосты, — призналась Крис.

— А вчера вечером он пригласил меня выпить пива, а после встречи не прошло и пяти минут, как я получил приглашение в отдел кадров, где мне и вручили повестку.

— Он не мог!

— Как видишь, смог. Он даже ужин оплатил. И точно показал нужный раздел закона, когда мой компьютер спроецировал текст на поверхность стола, хотя он был к нему вверх ногами.

— Ты меня разыгрываешь? — подозрительно спросила Крис.

— Меня призвали, видишь? Как по твоему, кому из нас больше не повезло?

— Я теперь никогда не смогу доверять дедушке, — пробормотала Крис.

— Так, как мне теперь избавиться от того, во что я влип?

— Давай подумаем, — кивнула Крис. — Нелли, попроси Лотти прислать кофе. Чаю, Джек?

— Я тоже буду кофе.

Крис устроилась в мягком кресле в нише, образованной книжными полками. Джек уселся на стул и откинулся на спинку, изо всех сил стараясь выглядеть так, будто ему все равно и он полностью контролирует ситуацию.

Крис приняла такое же выражение. Конечно же, она контролировала ситуацию. Вплоть до того момента, когда сделает попытку выбраться из дома.

Тогда Джек остановит ее и кто в этом случае будет контролировать ситуацию, большой вопрос. Ну или просто спорный.

Интересно, — подумала Крис, — в суд можно подать на такой каприз?

Придется ли ей сидеть в библиотеке, пока такой суд не примет решение? Или же его пришлют за сотни световых лет, когда они с Джеком будут разгребать очередной беспорядок, в которые обычно волей-неволей попадает Крис.

Нет, этот вопрос должен быть решен только между ними. Только между ними, исключительно между ними. Свои проблемы, как думала Крис, она не решила. Вместо этого, с легкой руки дедушки Троубла, она получила еще один набор проблем.

— Может мне стоит подать рапорт, чтобы тебя освободили от воинской обязанности. Тогда мне придется мириться с тобой только когда я на Вардхейвене, — задумчиво сказала Крис.

— Ты собиралась сказать это вслух или просто думаешь? — поинтересовался Джек.

— Думаю, — сказала Крис.

— Хочу заметить, что за последние пару лет все покушения на тебя производились за пределами планеты, как заметил твой дедушка Троубл. Тебе на самом деле нужна хоть какая-то защита, когда ты покидаешь Вардхейвен.

— И ты намерен ее предоставить, держа меня взаперти?

— Нет, я бы дал тебе волю, но так, чтобы ты не подвергалась ненужному риску.

— А что такое ненужный риск? — поинтересовалась Крис.

— Тот, когда не стоит рисковать.

— Вроде посещения подруги в больнице?

— Если бы она лежала в постели, я бы и слова не сказал, Крис, но Пенни сегодня выписывают и она с тем же успехом может прийти сюда на обед, как и в любое другое место.

— Это ты так говоришь.

Едкий ответ Джека тоном шестилетнего ребенка был бесцеремонно прерван капралом охраны, принесшем заказанные сладости и кофейник.

— Я как раз хотел нести кофе для команды, так что повар попросил заодно принести и вам, — соврал он и даже не покраснел.

— Спасибо, — сказал Джек тоном офицера, удивительно похожим на тот, который Крис слышала в кино. — Пока все, спасибо.

Капрал удивленно расширил глаза и быстро удалился.

— Ты быстро учишься, — заметила Крис, наливая себе кофе. Поставила кофейник на место, предоставляя Джеку самому себя обслужить.

Джеку так и представилось, что они сейчас похожи на двух котов, недвижимо и напряженно уставившихся друг на друга, готовых наброситься и начать царапаться. Ясно, что, как это ни называй, а сейчас они с Крис находятся на определенном этапе отношений.

У агентов не бывает отношений. У них есть клиент. А что есть у лейтенантов космической пехоты? В частности, у лейтенантов космической пехоты, выполняющих обязанности начальника службы безопасности служащего лица королевской семьи?

Джек вспомнил, как Крис сокрушалась о том, что ей невозможно найти мужа. Нахмурился и решил не выпускать кота из мешка.

Сделал глубокий вдох и заговорил.

— Уберечь тебя от того, чтобы тебе не снесло голову, не так просто, как ты думаешь. Здесь, на Вардхейвене, я могу задействовать ресурсы службы. Во время твоего небольшого путешествия на Турантик, мы большую часть времени неслись сломя голову вперед, придумывая все по ходу дела. При таком раскладе, люди очень быстро погибают. Даже те, кому, как тебе только кажется, сильно везет.

— Я не типичное растение. Я делаю то, что должна делать, — сказала Крис. — Я думала, твоя работа именно в этом и заключается — следить за тем, чтобы я делала то, что должна.

— Должна, или хочешь? — не задумываясь, выстрелил Джек.

— Может, правда, уволить тебя со службы и пусть все вернется к тому, как было?

Джек на мгновение задумался.

— Если я вычеркну из вчерашнего разговора с генералом то, что я, вроде как, слышал, подозреваю, тебе будет сложнее избавиться от меня.

— Нелли, — нахмурилась Крис, — подготовь документы по призывному листу Джека, или как оно там называется.

У Джека же был свой компьютер и он спроецировал на столик между ними документ.

— Кажется, ты это придумала, — сказал Джек, ткнув пальцем в первую подпись в длинной очереди подписей.

— И посмотрите, кто еще подписал его, — сказала Нелли.

— И как быстро они это сделали, — сказал Джек, удивившись даже не тому, насколько длинным был список подписей, сколько тому, что все подписи были поставлены в один день. — На что хочешь поспорить, что потребуется больше года, чтобы заставить всех этих людей отозвать закон?

— У меня нет столько денег, я не смогу покрыть твою долларовую ставку, — угрюмо огрызнулась Крис. Две нижних подписи были от директора бюро кадров и директора бюро доктрины и обучения. — Проще получить развод, чем заставить этих двоих отменить сделанное.

Джек нахмурился. Крис уже второй раз использовала аналогию брака в отношении их нового… положения. С этим нужно что-то делать.

— Лейтенант Крис Лонгнайф, думается мне, нас разыграли. Генерал Тордон сыграл с нами, как я сильно подозреваю, при полном содействии твоего дедушки Рэя, короля всех смертных, даже твоего отца.

— И зачем же? — спросила Крис.

— Ну-у, может, потому, что не хотят твоей внезапной смерти. Никогда не задумывалась об этом?

— Офицеры Космофлота в няньках не нуждаются, — огрызнулась Крис. — Поэтому я и ушла в Космофлот. Чтобы избавиться от всей этой ерунды с Лонгнайф.

— Обычным офицерам Космофлота не приходится уклоняться от того количества свинца, которое выпускают в тебя, Крис. Сохранить тебе жизнь — работа на полную ставку многих людей, не только меня.

Крис не понравились слова Джека, и это было заметно. Она поднялась и пару долгих минут ходила туда-сюда. В конце концов ударила ладонью о стену рядом с портретом Рэя Лонгнайф.

— Стало лучше? — спросил Джек.

— Рука заболела.

— Зато научишься сдерживаться.

— Я думала, это твоя работа — защищать меня.

Джек на минуту задумался, сделав самое серьезное, задумчивое выражение лица.

— Нет, это был познавательный опыт. Никогда не стоит мешать старшим офицерам и их критическому опыту обучения.

— Смотрю, тебе нравится подначивать старших офицеров, — сказала Крис и уселась обратно.

— Единственное развлечение, которое у меня сейчас есть.

— Ладно, давай рассмотрим ситуацию, как взрослые люди. Нас обыграли двое старых и умных…

— …Самых подлых и смертоносных… — вставил Джек.

— … ублюдков, которым я имею несчастье быть родственницей, — закончила Крис. — Они специально втянули нас в такую ситуацию. Шансы на то, что мы выберемся, ничтожны. Можно устроить истерику. — Крис помахала ладонью, пытаясь быстрее избавиться от боли. — Или можем повести себя, как взрослые люди.

— Истерику? — спросил Джек.

— Ну, то, что было последние пять, а то и все десять минут, — сказала Крис.

Настало время вздохнуть Джеку. Крис определенно вела себя как взрослая, полагая, что поднимается вверх, на холм, а не скользит по мокрой дороге вниз. Он ничего не сказал, ждал, что задумала Крис.

— У меня к тебе вопрос, Джек, — сказала она.

— Я весь внимание, — тот такого явно не ожидал.

— В качестве начальника службы моей безопасности, ты бы меня выпустил из дома, когда я отправилась на Турантик?

Ага, хорошо. Практический разбор его действий, когда она что-то делает.

— Наверное, ты еще помнишь, что я нарушил приказ вышестоящего начальства не сопровождать тебя. Я тебя предупреждал, что ты попадешь в ловушку, но пошел с тобой, когда ты бросилась туда сломя голову.

— И сделал бы это снова?

Пора еще раз вздохнуть. На этот раз глубже.

— Да.

— Получается, ты позволил мне броситься в ловушку, которую видел заранее, но не разрешаешь сегодня посетить больницу.

— У тебя была серьезная причина попасть в ловушку. Спасти Томми и, как выяснилось, сделать еще кое-что. Нет никакой пользы в том, чтобы рисковать, посещая больницу сегодня. Да, риск намного ниже, но у тебя есть более безопасный вариант, которые даст тебе все то же самое, чем другие варианты. Пусть даже с минимальным уровнем риска. Позови нужных тебе людей сюда.

Крис посмотрела на Джека и скривилась.

— Нелли, позвони Пенни и старшине, узнай, смогут ли они прибыть на обед сюда в Дом Нуу. Скажи им, что такси оплачу я. Ну, теперь ты счастлив?

— Да, мэм, ваше высочество. Остается выяснить, какие силы я получу, когда вы улетите с планеты.

— Обсудим за обедом, — сказала Крис и вышла из библиотеки.

— Почему мне кажется, что это начало ужасной дружбы? — пробормотал ей в спину Джек.

* * *

Крис попросила Лотти приготовить легкий ланч. Проходившая мимо Эбби пригласила сама себя. Для девочек были салаты, для мальчиков бутерброды. Старшина взял себе пару и попросил еще, настаивая, что его организм до сих пор растет.

За обедом Крис рассказала о планах круиза в рамках тренировочной команды. Быстрые патрульные катера сейчас у всех на слуху, изготавливаются быстро, делаются из «умного металла» в стандартном формате. Нужно еще поговорить с производителями о модификациях, которые придумали в Восьмом эскадроне перед битвой.

— Они только что заплатили немалые деньги за катера, — заметила Пенни, — а ты хочешь, чтобы они еще оплатили дополнительные услуги?

— Мы будем им нужны.

— Да. Ваше высочество, мы будем им нужны, — дожевывая бутерброд, кивнул Бени, — но это дерьмо вряд ли попадет в обычные сводки новостей.

— Мы были там. Мы выжили. На нас должны обратить внимание.

Никто из сидящих за столом убежденным не казался, но никто ничего не сказал.

— У меня проблема, — сказал Джек. — Я не могу удержать ее высочество здесь, в целости и сохранности. Мне нужна помощь. Кто-нибудь из вас может мне помочь?

Присутствующие молчали, обдумывая вопрос. Наконец, заговорил Бени.

— У большинства бомб есть некий электронный компонент. Я мог бы собрать пару черных ящиков, чтобы улавливать присутствие электроники там, где ей не положено быть и выдавать какое-нибудь предупреждение. Ну, еще по мелочи в других делах.

— Может помочь, — кивнула Крис. — Но что нам делать, когда ты закричишь: «Бомба»?

— Мой отец был офицером полиции, — сказала Пенни. — Как вы уже убедились, я нахожу с копами общий язык. Могу скоординировать наши действия с местной полицией и посмотреть, смогут ли они помочь сохранить жизнь Крис. Еще могу связаться с местным саперным отрядом, узнать их быстрый номер и, в случае чего, по сигналу тревоги от нас они примчатся на помощь.

— Экипаж, вы заставляете меня чувствовать себя фарфоровой куклой, — сказала Крис, не чувствуя себя слишком счастливой от такой поддержки.

— Тебе стоит признать, Крис, — сказала Пенни, — ты — цель. Удержать злодеев от использования тебя в качестве мишени — дело непростое и недешевое. Просто радуйся, что у тебя есть друзья, готовые приложить усилия. Как мне кажется, у нас есть три варианта. Пойти и быть убитым. Остаться здесь и наблюдать за происходящим по новостям. Или сказать спасибо таким милым людям, вроде нас и делать, что хочешь.

— Или что позволит Джек.

— Тебе стоит сказать мне спасибо за такой восхитительный обед, — вставил Джек. — Крис хотела отправиться в город, чтобы переговорить со всеми вами.

— Мне нравятся бутерброды, — сказал старшина, — но то было бы слишком уж.

— Хорошая работа, флотский, — сказала Пенни. — Рада, что тебе удалось вбить немного здравого смысла в ее хорошенькую, маленькую головку.

— У меня нет ничего маленького, — огрызнулась Крис и постаралась не покраснеть, когда Пенни посмотрела на нее, причем не в лицо, а на сиськи. Вернее, на их отсутствие.

— Ладно, ваша взяла, — сказала Крис. — Мы все постараемся помочь Джеку законно защитить меня.

— Законно? — Эбби приподняла бровь, впервые открыв рот за весь обед.

Это дало возможность Джеку рассказать, какую шутку с ним и Крис сыграл дедушка Троубл, чем повеселил народ.

— Хорошо, ладно, теперь вы знаете мой грязный секрет. Я не могу доверять даже своей семье. А сейчас давайте вернемся к нашему тренировочному отряду. У кого-нибудь есть предложения, кого еще можно привлечь нам в помощь?

— Катер лейтенанта Тауссига уцелел, — заметила Пенни. — Я видела, как он навещал раненых в госпитале. Как насчет него?

— Он стал кадровым военным, — сказала Крис. — Решил, что хулиганский флот больше не для него.

— Маленькие катера — то, что нужно, — сказал Джек. — Командование одним из катеров в битве при Вардхейвене, обучение, все это может привести к тому, что он получит свою эскадру.

— Нелли, отправь ему сообщение. Спроси, не желает ли он присоединиться к нашему тренировочному отряду. Если откажется, пожелай удачи, а если решит присоединиться, спроси, может, знает еще кого. Ладно, кого еще?

— Мне кажется, сердце любого быстрого катера — его двигатель, — сказала Пенни. — Твой механик выжил?

— Механик Тонони выжил, Крис, — сказала Нелли, — как и его помощник Ками. Это та девушка, которая занималась «Фоксерами». Оба сейчас доступны для переназначения.

— Нужно подготовить документы для их повышения, — сказала Крис. — Нелли, займись этим, а потом отправь им такое же сообщение, что и Филу Тауссигу. Если захотят снова отправиться с «одним из этих проклятых Лонгнайф», их места остаются за ними. В противном случае я не буду возражать, если они больше никогда не захотят видеть мою уродливую рожу.

— Мне точно воспроизвести эти слова? — спросила Нелли.

— Нет, Нелли, хорошая моя, ты ведь сама знаешь, что я хочу сказать.

— Да, мэм, ваше высокомерие.

— Нужно показать тебя тетушке Тру, — вздохнула Крис и услышала от сидящих за столом одобрительные возгласы.

— Фил Тауссиг, — прервала их Нелли, — говорит, чтобы на его долю заняли местечко за столом. Он появится через десять минут.

— В смысле, он уже здесь? — удивилась Пенни.

— Думаю, да, — сказала Нелли. — Я рассказала ему, что вы хотите, и он спросил, где вы. Думаю, он хочет переговорить с Крис наедине. Когда я сказала, что ты, Крис, сейчас в Доме Нуу, он попросил занять местечко за столом и добавил, что его отец и дедушка когда-то советовали ему не упускать шанса перекусить в Доме Нуу.

Эбби фыркнула, закрывшись чашкой с чаем.

— Что-то мне подсказывает, что хитрый дедушка Рэй использует бедную Лотти в качестве приманки, чтобы заманить мух в паутину.

— Сходи, скажи Лотти, что к нам на обед заглянет Тауссиг и посмотри, что она ему приготовит, — сказала Крис Эбби.

— Конечно, вашесство, только прикажите, и я тут же повинуюсь, — сказала Эбби, и, наперекор сказанному, навалила себе на тарелку хорошую порцию салата «Цезарь».

Лейтенант Тауссиг прибыл на минуту раньше. Высокий, смуглый, красивый, правда с повязкой на голове, так что, хоть и в форме, без головного убора. Как только устроился на предложенном стуле, прибыла Лотти с греческим салатом, сделанном из огурцов, козьего сыра, коричневых оливок и многого другого, что Крис не смогла опознать.

Предложение Нелли рассказать о греческой кухне было отклонено.

— Папа предупреждал, что за вашу стряпню можно умереть, — сказал Тауссиг, пристраивая на коленях салфетку. — Еще он сказал, что еду стоит скушать, а все предложения, которые могут привести к «умереть за» стоит отклонять, — глядя Крис прямо в глаза, закончил он.

— Ты выжил, выполняя мои последние приказы.

— Ни за что на свете не пропустил бы такое, — сказал Фил, попробовав салат. — Если бы я не выполнял приказы, я бы на такую вкуснотищу не попал бы, разве нет?

За столом раздался сдержанный смех, отмечая удачную игру слов. Только для Лотти Фил закрыл глаза и изобразил истинное наслаждение.

Лотти наградила его слабым ударом полотенца и вернулась на кухню.

— Так, — спросил Фи с набитым ртом, — что ты задумала, Крис, и каковы шансы окружающим тебя пережить задуманную авантюру?

— Я вызвалась добровольно возглавить учебный отряд, — сказала Крис.

— Прозвучало достаточно безопасно.

— Многие планеты заказывают новые быстроходные катера, созданные из «Умного металла».

— Звучит умно, как ни посмотри, — кивнул Фил. — Взять катера, да так, чтобы они умели запечатывать столько пробоин в корпусе, сколько понадобится. Жаль, на моем PF-106 такой штуки не было. Вряд ли я бы тогда потерял всю команду машинного отделения.

— Мой механик выжил, я попрошу его присоединиться к нам, но я потеряла большую часть стрелкового экипажа.

— Я мог бы заполнить эту дыру, — сказал Фил. — Планируешь нанять кого-то, чтобы закрыть вакансии в экипаже?

— Если найдем хороших шкиперов, способных обучить экипажи работе с новым типом катеров. Пенни, мы ведь с тобой справимся с новыми шкиперами?

Та кивнула.

Фил долго и задумчиво жевал салат, потом отложил вилку.

— Похоже на легкое задание. Каковы шансы, что я получу пулю, предназначенную для тебя?

— Поймать стрелка до того, как он выстрелит — моя задача, — сказал Джек. — Я буду работать с Пенни, а она будет координировать наши действия с местными полицейскими и источниками информации. Ваша работа не должна быть опаснее, чем у среднего лейтенанта Космофлота.

— И впрямь, — сказал Фил и снова посмотрел на Крис. — Моя младшая сестра — большая твоя фанатка. Она следит за тобой с тех пор, как ты завела всю эту бодягу с принцессой. А еще она нашла несколько историй про тебя, которые заставят у любого волосы встать дыбом.

— Наверное, все правдивые, — сказала Крис, постаравшись выглядеть сокрушенной.

— Что ж, — сказал Фил и поднял стакан с водой, — как говорил Джон Пол Джонс: «Дайте мне быстрый корабль, потому что я намерен нарваться на неприятности». Давайте сделаем это.

* * *

Месяц спустя Крис и Фил продемонстрировали Бойнтону два новых быстроходных катера и показали капитанам и их командам, на что они способны, используя самые нежные из наборов уклонений от Нелли.

Когда появилась третья жертва, Крис отменила учения.

Один из капитанов, лет сорока, повредил спину. В какой-то момент, сидя на своем месте на маленьком мостике, он обернулся, зачем, так и осталось загадкой, в результате чего растянул спину. Стоит отметить, у капитана эта травма оказалась второй.

— Спасибо, что отменила демонстрацию, — сказал по сети Фил. — У меня тут тоже в команде трое травмированных.

Крис, когда утром выводила катер в космос, знала, что проблемы возникнут, просто не знала, как скоро они появятся.

Бойнтон содержал небольшой флот из двенадцати легких крейсеров, оставшихся еще со времен войн Итич, а это было восемьдесят лет назад. Нынешняя администрация ухватилась за идею списания старых крейсеров и замены их быстроходными катерами. Финансисты были уверены, что сэкономят кучу денег на обслуживании и сокращении расходов на экипажах, поскольку маленькие катера должны быть дешевле в эксплуатации, требовать меньше обслуживания и в экипаже должно быть двадцать пять человек, а не пятьсот.

Кадровая служба Космофлота провела процедуру переквалификации. Капитаны крейсеров теперь командовали катерами, а самый молодой член экипажа был старшиной первого класса тридцати лет.

Неудивительно, что Крис умудрилась вывести из строя сразу трех из двадцати пяти членов экипажа всего за десять минут радикального маневрирования.

— Можете объяснить, — прорычал капитан катера, — почему вы решились на такие резкие маневры на таком большом ускорении?

Его корабль, ее катер. Здесь народ далек от единства мнений.

— Это быстроходные катера, — повторила Крис то, что уже повторяла не один раз во время инструктажа. — У них нет брони из льда. Они не могут позволить себе вражеских попаданий. Их лучшая защита — отсутствовать в той точке, в которую противник решил выстрелить. Вы всегда должны быть там, где вас не ждут. Эти лодки не должны лететь по прямой дольше пяти секунд. А лучше трех. В этом вся суть рисунка рывков, резких ускорений и торможений. Вы постоянно должны быть непредсказуемы.

— Но все корабли сделаны из металла нового образца. Если мы получим удар, он тут же затянет дыру.

— Так и есть, сэр, — согласилась Крис и попросила Нелли вывести на главный экран схему катера. — Но посмотрите на свой катер, капитан. Если враг попадает в машинное отделение, корпус залатать, конечно, можно, но в космосе вы будете уже мертвы. Попадание в оружейный отсек мгновенно отправит вас в круиз по живописным местам. Семьдесят процентов длины корпуса катера критически важны. Скорее всего, получив единственное попадание, вы останетесь не у дел. Вам нужно избежать такого попадания.

— Ваши маневры уклонения выведут мою команду из строя задолго до того, как я окажусь в зоне досягаемости, чтобы хоть как-то повредить вражеский корабль, — недовольно произнес капитан.

Обратный полет к базе прошел комфортно и очень тихо.

— Вы отправили шестерых моих людей в лазарет, среди них есть капитан, — проревел адмирал Вильнев. — Двоим готовятся документы на инвалидность. Но не факт, что их будет двое. Вы должны научить людей пользоваться этими проклятыми катерами, а не уничтожать мой флот.

— Сэр, должна напомнить вам, что эти «проклятые катера» взорвали шесть линкоров. Но быстроходные катера — оружие для молодых. Им нужны молодые экипажи, способные выдержать маневры на высокой гравитации. Вы же дали команду, более подходящую для дома престарелых. И сэр, их возраст не означает нужный уровень опыта, который вы заявили в день моего приезда. Ваши крейсера провели большую часть последних десятилетий привязанными к причалам в ожидании важных запчастей. Последний раз, когда им приходилось отстыковаться от пирса, было как раз на восьмидесятилетнюю годовщину окончания войны с Итич и даже тогда трем из них пришлось объявить день открытых дверей, потому что двигатели не захотели работать.

— Так вы хотите, чтобы я отправил на берег всех моих людей и набрал кучку наглых щенят, сударыня?

Крис изучила варианты ответов и ей подошел только один:

— Да, сэр.

— Не в мою смену. Можете забирать свою кучку сопляков, найти какой-нибудь другой флот и рушить его сколько душе угодно.

— Я передам ваши слова президенту, — сказала Крис. — У меня как раз встреча с ним сегодня днем.

Президент, когда узнал о запланированных учениях, сразу же назначил встречу. Крис надеялась, что у нее для него найдутся хорошие новости.

Несомненно, все плохие новости он узнает до того, как они встретятся.

И оказалась права. Когда она вошла в кабинет президента, тот изучал отчет.

— Шесть раненых. Четверым грозит инвалидность, лейтенант Лонгнайф. Двадцать процентов потерь без единого выстрела. Сколько еще нужно тренировок, чтобы Бойнтон потерял Космофлот?

— Сэр, как я говорила в первый же день, как прибыла сюда, быстроходные катера выживают потому, что не находятся в той точке, куда управление огнем больших кораблей нацеливает свое оружие. Им нужны такие вещи, как «Фоксеры», распылители защитных облаков и другие защитные устройства, чтобы побуждать врага делать одно, в то время как мы делаем совершенно другое. Еще нам нужны более мощные пульты управления, а не те, которые сняли со старых крейсеров, а также небольшие ракеты с высоким ускорением, что могут создать угрозу вражеским кораблям и заблокировать их системы управления огнем.

Крис могла говорить еще долго, но президент перебил ее.

— Да, я все это знаю, вы мне это уже говорили. Но, лейтенант, вы должны понять, ваш дедушка катера за просто так не отдает. Они обошлись нам в копеечку. Мы экономим немного денег с меньшими командами, к тому же у новых кораблей нет такого аппетита к запчастям и времени на верфи, что требуются старым кораблям, когда они решаются отойти от дока. Тем не менее, нам нужно жить в режиме экономии год, а то и все два, прежде чем сможем позволить себе откусить хоть немного от вашего длинного списка желаний.

— Может, тогда мне вернуться сюда через год или два? — спросила Крис.

— Да, вполне возможно, стоит именно так и поступить, — сразу же согласился президент.

Крис велела команде собирать вещи, чтобы отправиться выполнять следующее задание. Никто не выглядел удивленным.

* * *

Следующее задание Крис выглядело намного лучше предыдущего. Хармони купил всего лишь три быстроходных катера и загрузила их всем, что Крис считала минимальным списком, совсем даже не коротким.

Генерального менеджера Джима Свенсона Крис знала, так же как и его прекрасную жену Аниту и, конечно же, восьмилетнюю дочь Эдит. Девочке исполнилось восемь, потому что однажды Крис во главе взвода космических пехотинцев вырвала ее из рук похитителей.

В первую же ночь Крис и ее офицеров пригласили на обед в резиденцию генерального менеджера. Мистер Свенсон устроил для них настоящий праздник… и Эдит разрешили не спать допоздна.

Спать она отправилась только когда приготовили ужин. Крис, наконец, немного расслабилась за чашечкой кофе и приготовилась обсудить вопрос, из-за которого здесь и оказалась.

— Вы сделали хорошую покупку, — сказала она, обращаясь к генеральному менеджеру.

— Консультант по безопасности тщательно изучил вопрос. Он прочитал мне вашу статью о том, что нужно для получения максимальной боевой способности новых кораблей, и я сказал, что именно это мы и купим.

— Но только три? — подняла бровь Крис.

— Пока. Мы работаем по двухлетнему бюджетному циклу. На следующие три двухлетних периода я наметил еще по три корабля, так что через восемь лет у нас должна получиться полноценная эскадрилья. А что касается развития технологии, думаю, три последних катера наверняка окажутся намного лучше первых трех. Как думаете?

— Я очень на это надеюсь, — кивнула Крис. — Но насчет экипажей, сэр. Без экипажей у вас нет флота. И корабли будут находиться под контролем советника по безопасности. Я первый раз встречаюсь с такой постановкой вопроса.

— Не сомневаюсь, — сказал Свенсон. — Здесь, на Хармони, мы все делаем по другому. Логично, рационально, если можно так сказать. Трем небольшим кораблям вряд ли понадобятся расходы адмиралтейства. Конечно, нет. Они могут сделать заявку советнику по безопасности и он организует все экономически эффективным образом. Добровольческий флот вполне нам подойдет. У нас есть добровольческая пожарная часть и добровольческая полиция. Не нужно, чтобы множество людей протирало штаны в ожидании чего-то, что вряд ли может произойти на такой хорошо управляемой планете, как Хармони.

А когда похитили Эдит, его дочь, мужчины и женщины из добровольческих полицейских отрядов погибали, пытаясь ее спасти, попадая в ловушки, расставленные профессиональными бандитами, удерживающими девочку и требующих выкуп, который, даже если бы и заплатили, означало бы смерть девочки.

Он ничему не научился, несмотря на серию бедствий. Крис вряд ли смогла бы назвать хоть какую-нибудь беду, которая научила бы Свенсона смотреть на некоторые вещи под другим углом. Как большинство офицеров Космофлота, Крис гордо называла себя профессионалом. Рассмотрев варианты, она не увидела ни одной перспективы научить эту свинью петь. Поэтому сменила направление.

— Я ознакомилась со списком людей, которым поручено управлять катерами. Выглядят молодо и подтянуто, но ни у кого нет опыта работы с космической техникой.

— Да, да, я знаю. Вы же помните, что у нас полная занятость, и я, конечно, не хочу быть тем, кто создаст группу бездельников, получающих зарплату наравне с остальными. Каждое дело, в которое мы вкладываемся, должно приносит прибыль. Мы дали этим ребятам двухнедельный отпуск, чтобы вы смогли обучить их. Мы дадим им дополнительный выходной по пятницам раз в месяц, чтобы они поддерживали навыки. Мы даже готовы платить им за эти выходные. Прошу заметить, больше, чем другим добровольцам.

Свенсон сверкнул одной из своих сверх-оптимистичных улыбок, похожих на те, какими Великий Билли Лонгнайф сверкал во всех своих оптимистичных речах.

— Крис, в вашем распоряжении лучшие люди Хармони. Они молоды, полны энтузиазма и готовы к новому. Они заставят нас гордиться.

Смирившись с тем, что есть, Крис бросила свою команду на то, чтобы сделать подразделение быстрой атаки Хармони как можно лучше.

Это было нелегко.

У Хармони не было космической станции. На орбите лишь нечто, больше похожее на воздушный шар. Грузовые и пассажирские корабли разгружались и загружались в невесомости как можно быстрее, используя десантные корабли, свободные места которых быстро превращались в склады.

Команде Крис и добровольцам Хармони выделили шаттл, который каждый день перевозил их туда и обратно. Техническое обслуживание приходилось проводить на корабле в невесомости или даже в открытом космосе в скафандре.

Чтобы извлечь максимальную пользу из того, что у нее оказалось, Крис собрала новые команды в классах на планете, а в это время ее команда быстро опробовала каждый катер в полевых условиях. Предполагалось, что верфи Нуу доставят все три судна в идеальном состоянии. Так, по крайней мере, было сказано в договорах продажи и доставки. Так что, пока Крис в наземной школе рассказывала, как не дать убить себя быстро, Фил Тауссиг вывел один из катеров в космос.

Оказалось, действительность не соответствует тому, что написано в документах.

В то время, как Крис продолжала обучать добровольцев в классе, бригада обслуживающего персонала поднималась на орбиту и занималась ремонтом катеров под присмотром старших офицеров команды Крис. Через шесть дней все три катера, в основном, соответствовали нужным стандартам, но лекций к тому времени было уже столько, что многие только головами качали, гадая, во что влезли.

В воскресенье Крис приказала всем подняться на борт и приготовиться к полноценным упражнениям.

Воскресенье не задалось.

Крис хотела отправиться на катере под номером Один на своем привычном месте у оружейного пульта. Филу достался катер под номером Два. Пенни — Три.

Если бы катера были пришвартованы к пирсу, тут бы и остались навсегда.

Помощник на катере Крис, электрик по профессии, активировал электрическую сеть в порядке, отличном от контрольного списка, который благополучно проигнорировал, чем уничтожил несколько магистральных шин. Если бы антивещество не сдерживалось резервной системой, он, наверняка бы взорвал катер.

Слишком энергичный доброволец-артиллерист третьего класса ткнул на кнопку, чтобы зарядить конденсатор импульсного лазера до того, как полностью включились электрические генераторы. В результате на втором катере полностью из строя вышла оружейная система.

Тут и Пенни сообщила, что ее катер не может тронуться с места, а когда Крис спросила, почему, подруга только головой покачала и сказала: «Ты не захочешь этого знать».

Остаток воскресенья ушел на то, чтобы ремонтники из команды Крис, при помощи местных команд, занимались в исправлении того, что пошло не так. В конце дня удрученные сухопутники были только рады забраться в шаттл и отправиться домой.

Крис отвела свою команду в ресторан, где Джек забронировал пару столиков и объявила, что за все тут и сейчас платит она. Пока рядовой персонал развлекался, Фил, Пенни и Крис уселись за тихий столик в углу, который уже занял Джек. Вздохнув, Крис приготовилась подводить итог очень трудного дня.

Успели заказать еду и напитки, когда за столиком устроился лысый парень в костюме-тройке.

— Позвольте представиться, я Годфри ла Ланж, главный консультант по безопасности Хармони. Могу поинтересоваться, как дела сегодня?

Пенни и Фил бросили вопросительный взгляд на Крис, хотя та и ожидала, что горячая картофелина окажется на ее коленях, было неприятно.

— Не так хорошо, как надеялись, но не так плохо, как могло быть. Когда бросаешь целую толпу на новую работу, где все зависят друг от друга, чтобы сделать все правильно, всего пара ошибок может прекратить занятия.

— Другими словами, это был полноценный провал, — кивнул ла Ланж.

— Я так не сказала, — чуть поморщилась Крис. — Завтра у нас получится лучше.

Теперь поморщился консультант по безопасности.

— Думаете, сможете собрать хоть одну приличную команду?

— Я собираюсь сделать из них три полностью боеспособных экипажа, — сказала Крис.

— Мне нужна только одна. Дайте мне одну хорошую команду, способную провести катер навстречу приближающемуся грузовому судну, провести туда группу инспекторов и отвезти их обратно на орбиту, и я буду счастлив.

— Инспекторов? — выгнула бровь Крис, давая возможность ла Ланжу объясниться.

— Таможенных инспекторов, — кивнул ла Ланж. — Кто-то должен изучать манифесты и убедиться, что то, что в них написано и находится на борту совпадает. И нам, на Хармони, не нужен черный рынок, снижающий цены «Колингвуда». Нет, совершенно не нужен.

Крис была знакома концепция черного рынка. Обычно там продавались дефицитные товары по бешеным ценам. А чуть раньше она посетила единственный универмаг на Хармони. Там продавали все, от бананов до рубашек, и остальную мелочь, необходимую растущему городу-компании.

Примерно в два раза дороже, чем на Вардхейвене.

Мистер ла Ланж имел в виду вовсе не черный рынок. Его беспокоили контрабандисты, подбрасывающие более дешевые товары и подрывающие основы работы фирменного магазина. По крайней мере, так показалось Крис.

На Хармони не все оказалось так уж гармонично.

— Вы готовы нанять таможенных инспекторов на полную ставку, чтобы они пару раз в месяц проверяли грузовые суда? — спросил Джек.

— Нет, мы никогда никого не нанимаем на полную ставку. Но у меня есть три кандидата на эту работу, они хорошо впишутся в другие вакансии службы безопасности и сделают работу тогда, когда нужно. Понимаете, да? Полная занятость.

— Да, мы слышали, — сказала Эбби, успевшая подсесть во время разговора. — Нельзя, чтобы кто-то грел задницу. Знаете сами, праздные руки — материал для дьявола.

— Да. Именно так, — согласился ла Ланж, пропуская сарказм мимо ушей.

— Что ж, завтра мы выведем в космос все три катера, и я смогу лучше ответить на ваш вопрос только после того, как проведем несколько занятий.

— Тогда скоро увидимся.

За столом молчали, пока за ним не закрылась дверь.

— Мне не нравится этот человек, — сказала Эбби.

— Мне не нравится, что такой человек командует местным флотом, — сказала Крис.

— Планете нужна береговая охрана, — поморщился Фил. — Даже не так. Просто таможня.

— И вот этот человек тот, кого генеральный менеджер поставил управлять флотом, — покачала головой Крис. — Ничем хорошим это не закончится.

Пенни сидела, глядя куда-то вдаль. Крис сильно подозревала, что знает, что скрывается за грустным лицом подруги. Томми провел последнюю атаку на катере намного лучше, чем те, кто болтался на орбите Хармони. Он сражался и умер вместе с кораблем. Здесь же они тратят драгоценное время на обучение тому, что этом миру совершенно не нужно.

Этого оказалось достаточно, чтобы Крис захотелось собраться и улететь отсюда этой же ночью.

Вместо этого пришлось придумывать план, способный дать этой планете то, что нужно ей, а не то, чего хочет от нее руководство планеты.

На следующее утро Крис организовала добровольцев по специализации, а не по экипажам. Электронщики попали в одну группу с младшими офицерами команды Крис. Точно так же, как разделились артиллеристы, механики и другие специалисты всех трех катеров, оказавшись в опытных руках людей из команды Крис.

Затем она установила связь для каждой группы и отправила их в путь, приказав не притрагиваться к оборудованию, пока не скажут.

Оказавшись на борту корабля, Крис активировала общую сеть и объяснила, чем сегодняшний день будет отличаться от вчерашнего.

— От меня будет приказ первой группе пройти контрольный список запуска. Старшина из моей команды проведет вас по этому списку и каждый выполнит его самостоятельно, пока каждый катер не будет готов. Только после этого мы перейдем к следующему важному шагу, чтобы вывести катер в рабочий режим, потом к следующему, пока катер не включится, вооружится и не будет готов к полету. Вы поняли меня.

В ответ раздались ответы: «Да», «Да», «Да, мэм».

— Электрики начинают первыми. Старшина Роудс, можете начинать.

И старшина начал скрупулезно проводить все три катера через пусковой процесс.

— Это займет вечность, — шепнул Крис капитан первого катера.

— Думаю, отправимся в путь к полудню, — сказала Крис. — Чуть раньше, чем вчера.

Шкипер откинулся на спинку кресла.

Крис переключилась и стала следить за действиями электриков на всех трех кораблях, пока те просматривали контрольные списки. Мгновение спустя капитан первой шлюпки тоже уткнулся в тот же самый список.

Электрики закончили работу, ничего при этом не испортив. Следующими были моторные механики. Следующий час прошел тоже без сюрпризов, а там подошла очередь артиллеристов. Потом Крис заставила пройти процедуру запуска вахте на мостике.

Без пяти минут двенадцать капитаны доложили, что корабли готовы отправиться в путь.

Крис поймала взгляд шкипера первого катера и улыбнулась. Тот ответил довольно застенчивой улыбкой.

Подошла очередь второй задачи на этот день — катера готовы отправляться, но как заставить их полететь, не врезавшись друг в друга?

Эскадрилья из трех катеров тронулась с места. Было несколько мелких, неприятных столкновений, но ничего серьезного, что нельзя было бы закрасить или вытянуть. Крис сильно засомневалась, что уровень квалификации местных, присланных ей в обучение, хоть сколько-нибудь близки к уровню эскадрильи.

А пока она приказала третьему катеру, последнему в шеренге, выйти на орбиту на пятьдесят километров ниже, стабилизироваться, а потом вернуться и занять позицию в двухстах километрах от текущего положения положения первого катера.

— Есть, мэм, — радостно ответил капитан катера и врубил тормозной импульс.

Наблюдая за тем, как третий катер благополучно падает, подождала пятнадцать минут и приказала второму катеру подняться на пятьдесят километров выше, а потом вернуться на текущую орбиту в ста километрах от кормы первого катера. Еще пятнадцать минут наблюдала, как катер сначала упал ниже, а потом начал подниматься выше, к заданной точке.

— Хотите, чтобы я оставался на текущей орбите? — спросил капитан первого катера.

— Нет, вы сначала спуститесь на девяносто километров к планете, а потом подниметесь на сто пятьдесят километров выше нашей текущей орбиты. А потом вернетесь на место. Готовы?

Шкипер повернулся к штурману, в повседневной работе, математику единственного банка Хармони. Та долго изучала данные своего пульта. До этого прокладывала курс двух других катеров, теперь же добавила курс для своего катера, сравнила его с другими и улыбнулась.

— Мы сделаем это, шкипер.

— Дайте рулевому курс, штурман.

— Есть, сэр.

— Включение маневровых через пять секунд, — объявил рулевой.

Крис прикусила нижнюю губу. На мостике не происходило никаких стандартных процедур, которые она ожидала бы от военного корабля Вардхейвена. Ни один из капитанов не диктует курс, рассчитанный штурманом, а рулевой не повторяет его, одновременно проделывая маневр.

С другой стороны, катера были достаточно маленькими, чтобы в таком крохотном пространстве заниматься подобными глупостями.

Как там говорится? Правильный путь, неправильный путь, путь Космофлота и путь маленького кораблика. Чему можно научить этих людей за такое короткое время?

Нужно подумать.

Шесть часов спустя все три катера выстроились за шаттлом в ста километрах друг от друга. И ни одного столкновения.

Этим же вечером Крис угостила ужином и выпивкой не только свою команду, но и людей из всех трех экипажей катеров.

Следующим утром катера подсоединялись к сети снова по контрольному списку, хотя на этот раз все происходило быстрее. Маневры начали на час раньше и все три катера сменили орбиту по той же схеме, как накануне проделал это первый катер с Крис на борту. Что главное — на этот раз все избежали вмятин и даже царапин. Вечером капитаны угощали свои экипажи.

На следующий день Крис установила время вылета на час раньше, что было встречено радостными возгласами.

Процесс проверки ускорили. На этот раз не успели электрики даже на четверть завершить пуск своих систем, в работу включились механики. Встревожившимся капитанам Крис сказала, что все пока работает в пределах нормы. Механики провести свои процедуры только на четверть, как офицеры мостика начали проводить свои. А когда электрики закончили свой список, а механики дошли до середины своего, работать начали артиллеристы.

Процесс запуска был завершен за час, что вызвало у всех дикий восторг.

Затем начались маневры. Сначала она растянула все три катера эшелоном на расстоянии пятидесяти километров друг от друга, потом начала медленное изменение орбиты, наблюдая, насколько хорошо каждый катер выполняет упражнение и как близко подходят друг к другу, чтобы не поцарапать борта.

Второй катер немного раскачивался и добрался до первого катера, а потом до третьего всего на тридцать километров. Третий катер один раз отдалился от всех почти на сотню километров, тут же поспешил догнать второй катер, который именно в этот момент сильно отвалилась назад. Два катера оказались в десяти километрах друг от друга, прежде чем шкиперы осознали опасность и вернулись в надлежащий строй.

Крис ничего не сказала. Не пришлось. Все три команды хорошо знали свои ошибки и делали все, что могли, под бдительным взором офицеров Крис, чтобы исправить положение. Крис позволила капитанам обсудить сегодняшние полеты вечером за общим столом в присутствии офицеров Крис.

На следующий день упражнения прошли намного лучше.

К субботе Крис была готова отправить эскадрилью к Луне с легким боевым заданием, как защитного характера, так и атакующего, проводя серию маневров, которые Нелли упростила до такой степени, что сама считала наименее безопасным шаблоном.

Тем не менее, всем трем экипажам пришлось попотеть.

— Во время битвы вам приходилось намного хуже, не так ли? — спросил капитан катера, в котором летела Крис, когда упражнения прекратились и катера стали тормозить.

— Намного хуже. Вам понадобится много практики, прежде, чем будете готовы к настоящему бою.

— Да. Именно так мы с другими капитанами и подумали вчера вечером после ужина.

— Сегодня у нас у всех ужин в резиденции генерального управляющего, — напомнила Крис.

— Да, нам, офицерам, уже купили форму, — сказал шкипер, причем не очень-то радостно.

— Я поговорю с мистером Свенсоном о том, чтобы продлить тренировки. Скажем, еще месяц, — сказала Крис.

— Это было бы хорошо, но, скорее всего, нас обвинят в том, что мы уклоняемся от выполнения основной работы.

— Я затрону и эту тему, — кивнула Крис.

Ужин вышел особенным. Здесь присутствовали все старшие помощники генерального менеджера со своими женами. Крис не могла не заметить, что все капитаны катеров были мужчинам, а теперь командная структура планеты явно указывала на это. Хармони предназначена для того, чтобы женщины оставались на своем месте.

Чем больше Крис узнавала Хармони, тем меньше ей нравилось это место.

И все же, она играла с Эдит, чтобы доставить той удовольствие и показать, что женщина может командовать не хуже любого парня. Было уже поздно, когда Крис смогла переговорить с генеральным менеджером.

Он слушал ее отчет, издавая приятные звуки, но, по мере того, как Крис рассказывала дальше, он становился все более молчаливым и замкнутым.

— Подобранные экипажи вышли удачными. Они способны делить одно пространство, не причиняя вреда ни себе, ни окружающим. Но пока далеки от боевой готовности. Им нужно еще как минимум месяц тренировок. А лучше — год. И еще регулярно практиковать, иначе заржавеют. Хорошей боевой команде нужно хотя бы одно упражнение в неделю, чтобы оставаться в форме.

— Но, — заметил Свенсон, — эти самые бригады не могут сидеть без дела между учениями. Многие из них имеют решающее значение для ожидающейся прибыли на конец квартала. Их нельзя жалеть.

Крис уже устала это слушать.

— Если их не жалеть, они не только потеряют преимущество, которое у них уже есть. Но и станут опасными как для других кораблей, так и для самих себя.

Свенсон нахмурился еще больше, но ничего не сказал. Потом потянулся за телефоном.

— Простите, мне нужно ответить на этот звонок, — сказал он и вышел из комнаты.

Крис не слышала звонка. Хуже, когда он достал телефон, тот просто не работал. Долгую минуту она думала догнать Свенсона, но отказалась. Истерика ей ничего не даст. Все, что она может сделать, трем экипажам катеров не даст ровным счетом ничего.

Крис проглотила разочарование, с которым ничего не могла поделать. Ее обыграли. Снова!

Консультанту по безопасности понадобился корабль для таможенного досмотра, и он получил, что хотел. Скорее всего, именно этого хотел и Свенсон.

— Нелли, можешь узнать, насколько большой интерес у Свенсона и консультанта по безопасности в «Коллингвуде»?

— Я пыталась, Крис. Информация недоступна ни в одной общественной базе данных. Хочешь, чтобы я попробовала взломать доступ к их частным счетам?

Крис задумалась, что можно сделать с такой информацией, если ее получить. Судя по тому, что она видела на общественных каналах и сетевых ресурсах, всего лишь укрепилась бы в своей правоте.

— Нет, Нелли, ничего хорошего это нам не даст.

Взвесив другие варианты, Крис покинула вечеринку. Завтра она соберет экипажи. В конце концов, сегодня воскресенье. А если бы она начала разговор в понедельник, как далеко ее бы послали?

Экипажи?

Ну да.

Крис все еще обдумывала варианты, когда ее вырвало.

Джек доставил ее в отделение неотложной помощи меньше, чем за пять минут. Дежурный врач бормотал что-то о пищевом отравлении, а через две минуты ей промыли желудок.

Пенни предложила сохранить содержимое для анализа.

— Мы ведь все ели одно и то же, — заметила Эбби. — Странно, что только тебе одной так не повезло.

Пенни с Джеком обменялись взглядами и Пенни ушла проследить за исследованием содержимого желудка Крис.

Через две минуты она вернулась.

— Образцы успели выбросить.

Взгляды Пенни и Джека стали просто-напросто убийственными.

— Как я, доктор? — спросила Крис у врача.

Тот пробормотал что-то неразборчивое и продолжил осмотр. Когда он попросил Крис закрыть глаза и наклониться вперед, та чуть было не потеряла то немногое, что осталось в желудке.

— Думаю, у вас небольшая инфекция внутреннего уха, — сказал доктор.

— У меня работа на орбите, — сухо сказала Крис.

— Не в ближайшие две недели, может, даже, больше, — категорически сказал доктор.

Взгляд Крис стал таким же убийственным, как у Джека и Пенни. Варианты, которые она обдумывала вот только что, превратились в пшик.

Когда Крис выписали, случился неожиданный сюрприз. На орбиту прибыло грузовое судно с пассажирскими местами. Экипаж быстро собрал вещи и двенадцать часов спустя покинули орбиту.

— Стоит ли считать этот случай попыткой убийства? — спросила Эбби. — Или это еще одна планета, давшая понять, что не хочет, чтобы Лонгнайф затмевали их?

Крис пожала плечами и посмотрела, кто следующий в списке тренировок.

Лонгнайф вернулись на Саванну, сильно индустриализированную планету. Там тут же с любовью вспомнили дедушек Рэя и Троубла. Поле битвы у Медвежьей горы стало ухоженной и популярной достопримечательностью. В ясные весенние и летние деньки его, в основном, использовали для пикников.

Саванна могла себе позволить флот не хуже, чем у Вардхейвена. Однако дурной вкус, оставленный военным диктатором Милласи, привел к тому, что хорошо получалось только с полицейскими силами, добровольцами Национальной гвардии, да оказанием экстренной помощи.

Но то было в мирные дни Человеческого Сообщества.

Даже страдающая от военной аллергии Саванна искала что-нибудь, что могло защитить небо над их головами. Они не стали заказывать у дедушки Эла быстроходные катера, они купили их чертежи и строили на собственных верфях. Шесть уже построены, еще шесть обещали ввести в эксплуатацию через шесть месяцев, а там заложат еще шесть. Ходили слухи о нескольких корветах, что позволят совершать более длительные круизы с дозором систем в одном, а то и в двух прыжках от Саванны.

Внезапное нападение на Вардхейвен сразу шести линкоров здесь восприняли, как тревожный сигнал.

К радости Крис, экипажи Саванны не сделали ни одной ошибки, которые делали предыдущие две системы. Начать с того, что у них оказался обширная верфь на станции с бобовым стеблем, висящим над столицей, Тристаном. Еще они построили хорошо вооруженные катера и наняли полные энтузиазма экипажи. Кто-то имел опыт работы на торговых судах и теперь с нетерпением ждал, что в Космофлоте сделает если не яркую карьеру, так хотя бы, солидную часть своего резюме.

Команда Крис приступила к работе, используя опыт, полученный на Хармони, чтобы запустить катера с первой попытки. Через две недели процедура протекала просто отлично.

А потом произошел взрыв бомбы, спрятанной в припаркованной машине, стоящей у гостиницы, где проживала Крис, ровно через три минуты, как она вошла в общественное учреждение, претендующие на то, чтобы стать клубом армейско-флотского клуба Тристана.

Полиция была повсюду. Джек и Пенни работали с ними плотно. У Саванны и раньше были проблемы с разными национальностями. Старая диктатура Милласи и те, кто ее поддерживал, натравливали разные земные народы друг против друга. Восемьдесят последних лет никаких проблем не было.

Через четыре дня после взрыва, Крис пригласили на ужин в президентскую резиденцию. За кофе президент с сожалением объявил, что в ее услугах больше нет никакой необходимости. Они подписали с Вардхейвеном долгосрочный контракт, что некоторые выжившие Восьмой эскадрильи будут прилетать для консультаций весь ближайший год. Согласно договора их можно даже перевести из флота Вардхейвена во флот Саванны, особенно сейчас, когда Саванна готова присоединиться к Союзу Разумных короля Рэймонда.

— Вы должны понимать, — говорил пожилой президент, — Рэя Лонгнайф за то, что он сделал, у нас почитают. Ваш дедушка Троубл — наш национальный герой. Если мы станем планетой, на которой их любимая внучка встретила свою кончину, это будет плохой платой за то, что они нам дали.

Крис не была уверена на счет «любимой», но, вместе с командой на ближайшем корабле, отправились к следующей планете.

Кайлия была новой планетой с большим потенциалом. Потенциалом, который финансовые воротилы, оплатившие покупку катеров, не хотели, чтобы какая-нибудь эскадрилья военных кораблей смогла прибрать себе к рукам, если им понравиться с таким трудом заработанная собственность.

Они купили четыре катера и позаботились о надлежащем оснащении. Экипажи представляли собой смесь людей, переведенных из других флотов и новичков, только-только окончивших профучилища и жаждущих славы, не хуже чем у защитников Вардхейвена.

Крис и ее команда последовали предыдущей методике обучения, так что прогресс обучения шел быстро, от простых действий на орбите, до полноценной практики без каких либо ограничений. Крис с нетерпением ждала грузового судна, что должно прибыть завтра. У них было разрешение использовать его в качестве цели для полноценного боевого похода.

На земле дела тоже шли нормально. Джек позаботился о том, чтобы обеды и ужины дважды в одном месте не проходили. Пенни договорилась с местной охранной фирмой, чтобы их апартаменты никогда не оставались без наблюдения.

Все шло хорошо.

Вплоть до ужина со всеми капитанами катеров накануне учебной атаки на приближающийся грузовой корабль. Джек заказал местечко в греческом ресторане.

— Бомба! — внезапно крикнул старшина Бени. — В дверях ресторана! Тикай!

Крис побежала. Джек сразу за ней. Крис спряталась за ближайший внедорожник, оказавшийся между ней и входом в ресторан, когда бомба на самом деле взорвалась.

— И вовсе даже не близко, — пробормотала Крис, попытавшись встать.

Джек тут же сбил ее с ног.

— Близко. И я не давал разрешения вставать, — прорычал он.

Он достал автоматический пистолет, чуть высунулся из укрытия и стал осматривать окрестности. Пенни тоже достала оружие и осматривалась. Эскорт из нескольких полицейских, некоторые вооруженные автоматическими винтовками, обшаривали окрестности.

На той стороне улицы, да и на этой, пешеходы попадали на асфальт и лежали тихо, пытаясь как можно меньше привлекать внимание вооруженных людей, внезапно заполонивших прежде тихую улицу.

Подъехал бронированный полицейский внедорожник. Открылась дверь, и Джек позволил Крис подняться ровно настолько, чтобы залезть на заднее сиденье.

У Крис вышел долгий день. День маневров на высоких перегрузках, без обеда. Да, и ее чуть не убили… снова… но все, о чем она могла думать:

— Я сегодня смогу, наконец, покушать?

— В отеле, — ответил Джек, когда они с Пенни забрались в полицейскую машину.

Внедорожник тут же тронулся с места и к нему присоединились еще два. Как только улица чуть расширилась, машины немного перетасовались, так что, в конечном итоге, стало невозможно определить, с какой из трех на самом деле едет принцесса.

Поужинала Крис только поздно вечером. Эбби готовила долго, даже с помощью кухонного помощника. Она заставила всех перепробовать каждое приготовленное ей блюдо прежде, чем выставить его на стол.

Следующим утром у стоянки катеров Крис ждала новый начальник флота Кайлии.

— Нам нужно поговорить, — сказала она.

— Это была всего одна бомба, — заметила Крис.

— Одна и, надеюсь, единственная, — ответила начальник флота.

— Я уцелела, — сказала Крис.

— В этот раз.

Крис пожала плечами и решила сдаться неизбежному.

— Так что же вы решили?

— Ваше высочество, с вами чертовски опасно иметь дело. Мне жаль. В самом деле. Но мы не хотим прославиться тем, что должны рассказать Рэю Лонгнайф о том, как его правнучку убили на наших глазах. Ваша работа великолепна и мы благодарны за то, что вы делаете, но потенциальная цена слишком высока.

— Значит, вы освобождаете мою команду от выполнения контракта? — спросила Крис.

— Нет, не всех.

— Это как?

— Мы хотим оставить Фила Тоуссига и ваших старших офицеров. Мы уже поговорили с генералом МакМоррисоном. Он разрешает вам оставить при себе лейтенанта Лиен и старшину Бени. В конце концов, это его приборы заметили бомбу. Лейтенант Монтойя, конечно же, тоже отправится с вами.

— Куда? — мрачно спросила Крис.

— Я так поняла, у Мака появилось для вас задание. Он не сказал мне, какое, но попросил отправить вас обратно на Вардхейвен, где сам и объяснит все.

Крис нахмурилась. Похоже на план вернуть ее на Вардхейвен и похоронить глубоко в недрах бумажной работы. А ведь она заслуживает большего. Джек, Пенни и Бени заслуживают большего. Нужно предложить двум последним возможность остаться в тренировочном отряде.

Джек? Что ж, если она застрянет на Вардхейвене на какой-нибудь скучной бумажной работе, он сможет вернуться в секретную службу.

Крис созвала всех и рассказала о том, что должно случиться буквально вот-вот. Она дала им возможность. Они могли отправиться с ней, что бы это ни значило, либо остаться здесь и продолжать делать то, что делали раньше.

— Вам решать, — сказала она в завершение.

Долгое время все смотрели друг на друга, потом поднялась Пенни.

— Нужно начинать собираться. Когда улетаем, Крис?

— Мне тоже нужно кое-что прихватить, — сказал старшина.

— Пойду соберу ваши вещи, — сказала Эбби.

Джек посмотрел на них всех их покачал головой.

— Разве вы не слышали? Слишком близко подходить к любому из «этих чертовых» Лонгнайф слишком опасно.

— Ты собираешься паковать чемоданы? — спросила Эбби.

— В этом нет необходимости, — с кривой ухмылкой сказал Джек. — Свои вещи я собрал еще вчера, сразу после взрыва бомбы. Давайте двигаться, команда. Я хочу посмотреть, что на этот раз придумал генерал МакМоррисон.

Конец третьей книги

Примечания

1

Прим. переводчика: На Секуиме, см. роман «Мятежница»

Content

Майк Шеферд
НЕПОКОРНАЯ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

ТРЕНИРОВОЧНЫЙ ОТРЯД

Примечания