Татьяна Борисовна Альбрехт

Джонни Депп. Ты – то, что ты делаешь

© Альбрехт Т.Б., 2022

© ООО «Издательство Родина», 2022

* * *

Помните, что вы сами создаете свою реальность. Не надо оставаться в той маленькой раковине, которая была уготована вам с детства. Подразумевается, что все мы должны жить так, как этого хотят наши родители, и иногда некоторые люди из-за этого превращаются в серийных убийц. Ваша главная задача – вырваться и зажить собственным умом. Мне долго пришлось отстаивать собственное мнение. У меня были агенты, которые говорили: «Против чего ты борешься? Почему все делаешь наперекор?». Но я знал, что, если поступлю по их указке, мне – конец. Вопрос в том, чтобы держаться твердо своей позиции: «Нет, я не буду тем, кем вы хотите меня видеть. Я буду тем, кем хочу сам».

Джонни Депп

Джонни Депп – один из наиболее популярных в мире артистов. Причем, эта популярность заслужена и достигнута не за счет скандалов и умелых пиар-акций кинокомпаний, продвигающих снятые фильмы. Джонни действительно прекрасный актер, как принято говорить, от Бога, и в кинематографе абсолютно на своем месте. Ну а все, что около – скандалы, сплетни, странные выходки доведенного до белого каления вечным публичным одиночеством человека… Увы, сегодня это почти неизбежная оборотная сторона популярности и всеобщего признания. Тем более, если речь идет о человеке неординарном и непохожем на других.

Последнее в полной мере относится к Джонни Деппу, который не похож ни на кого, кроме себя. И именно этим интересен.

Эта личность – настоящая находка для любителей кино, журналистов, критиков, исследователей. В зависимости от вкусов, убеждений, пристрастий, склонности шокировать либо «писать непредвзято» они могут, основываясь на одних фактах, цитатах, новостях и оставляя без внимания другие, создать сколько угодно совершенно правдивых, или, по крайней мере, правдоподобных портретов знаменитого актера.

Противоречивость натуры Деппа стала своеобразным общим местом и доказательств не требует.

Однако его жизненный и творческий путь говорит не в пользу этого утверждения. Джонни Депп – гениальный лицедей. Его талант имеет природу харизматическую, стихийную, на которую не влияет образование и среда. Учеба, особенно, усердная, помогает овладеть ремеслом, постоянно снимаясь, приобретаешь разнообразный профессиональный опыт. Но стать настоящим лицедеем, стать Джонни Деппом нельзя. Им можно только родиться.

Другое дело, что быть Деппом подчас обременительно – слишком много хотений, чаяний, упований, собственных представлений и желаний связано с этим именем и, хуже того, с образом «настоящего Джонни Деппа», который придумывает себе почти каждый, кого интересует этот человек. Но такова плата за талант и неординарность, такова плата за желание оставаться собой и не быть в «стае».

В последние годы в жизни Джонни черная полоса: крайне неудачный второй брак, финансовые и юридические проблемы, скандалы, серьезные угрозы репутации и карьере. Некоторые «эксперты» вообще считают, что с Деппом – актером и мировой звездой – все кончено.

Но оставим это мнение на их совести. Потому что Джонни не тот человек, который склонен сдаваться и опускать руки, даже когда весь мир против него. А еще потому что в мире слишком много людей, которые совсем не хотят, чтобы «все было кончено». Им нужен Джонни, нужны его новые роли, обаятельная улыбка, странности… Потому что люди ценят и любят тех, кто дарит им радость и делает жизнь ярче.

Глава 1. Родом из детства

Говорят, что я постоянно делаю странный выбор. Но для меня все абсолютно логично. Моя слабость в том, что меня восхищает поведение людей, их мотивы, то, что под маской у них находится.

Джонни Депп

Всю свою сознательную жизнь замкнутый и меланхоличный Джонни мечтал о том, что придет время, когда он остепенится, обзаведется женой и детьми, оттает. Что о нем забудут ушлые репортеры, а в жизни наступят стабильность и покой. Дочь Лили-Роуз Мелоди стала живым воплощением заветной мечты Деппа о порядке и постоянстве в его одиноком, неустроенном и полукочевом холостяцком существовании. Он осознанно, всей душой принял на себя весь груз отцовской ответственности. Он был счастлив и немного боялся своего счастья: как человек, которого жизнь прежде не баловала. Все это Депп объяснял так:

Я вырос в несчастной семье и знаю, как расходятся семьи. Этот опыт порождает у вас циничное отношение к жизни, он приводит к боязни даже пытаться создать прочные отношения. Вы склонны изначально сомневаться, что из этих отношений что-то выйдет. Я не сказал бы, что избавился до конца от дурных воспоминаний, но мое сердце говорит мне, что наши отношения с Ванессой очень прочны, а из меня получится очень хороший отец.

Сомнения и страхи Джонни были родом из несчастного, кочевого и нищего детства. Урожденный Джон Кристофер Депп родился 9 июня 1963 года в американском городке Оуэнсборо, штат Кентукки. Выросший в многодетной отчаявшейся семье (родители не имели постоянного заработка, семья переезжала с места на место в тщетных поисках лучшей доли), Депп был младшим, четвертым ребенком Джона и Бетти-Сью Депп, гражданского инженера и официантки (которая бросила работу и стала домохозяйкой). Джонни вспоминал:

Несколько первых лет жизни я провел, рассматривая белые скатерти на столах, а когда подрос, то помогал по вечерам пересчитывать выручку. Мать ругалась как моряк, играла в карты и курила.

Брат Дэниел и две старших сестры, Кристи и Дебби, не очень-то жаловали младшего вниманием и заботой. Джонни вырос во Флориде, на территории которой семейство Депп умудрилось сменить место жительства более двадцати раз:

У меня даже нет мысленной картины домов, в которых мы жили, потому что их было слишком много. Мы были как цыгане.

Немудрено, что Джонни рос угрюмым, крайне замкнутым и одиноким ребенком. Он был погруженным в себя чудаком, которого увлекало лишь рисование и (позже, в подростковом возрасте, когда мать подарила ему гитару) музыка:

Когда я был ребенком, мне нравилось издавать странные звуки, а некоторые вещи, которые я делал, сейчас и мне самому кажутся очень-очень странными: например, мне казалось, чтобы свет выключился, недостаточно нажать на выключатель один раз – только дважды. Родители какое-то время предполагали, я болен синдромом Туретта (это заболевание характеризуется нервными тиками).

Мои родители всегда говорили, что я был необычным ребенком. В основном, потому, что я имел обыкновение все делать по два раза. Честно. Например, если я выпил стакан колы, я ставил стакан на стол, снова брал его в руки и нес ко рту, воображая, что в нем еще что-то есть. И это не однократный случай, я действительно повторял все, что делал. Думаю, родителей это очень волновало.

Частые переезды были связаны с работой отца. Однако, когда Джонни исполнилось семь лет, Деппы окончательно осели в Мирамаре, штат Флорида. Почти год семье пришлось жить в мотеле, пока отец не нашел работу. Джонни тяжело переживал смерть любимого деда (у которого провел все раннее детство), ненавидел место, где они жили, свой дом, и в 12 лет начал опасные эксперименты с наркотиками и курением – наносил вред себе, чтобы убежать от проблем в семье:

Это помогало не так остро ощущать бедность. Литературно выражаясь, я запер себя в комнате и играл себе на гитаре.

Я лишился девственности примерно в тринадцать. В четырнадцать я уже попробовал все виды наркотиков, врывался в классы, просто чтобы посмотреть, что происходит по ту сторону запертой двери. В конечном счете, находил объяснение тому, что хотел узнать, и удалялся.

Чтобы спасти семью от голода, Джонни пришлось начать работать в четырнадцать лет: дежурным на автомобильной заправке. Вообразите постоянно удрученного, скверно одетого, неухоженного подростка – и вы получите портрет Джонни Деппа конца семидесятых. В 1978 году родители мальчика развелись. Это был один из самых сложных периодов в жизни Джонни. Позже он вспоминал:

Отец ушел, забрав мою вторую сестру Дебби, и мать была подавлена внутренне и ослаблена физически. Это было очень тяжелое время, так что нам с братом и сестрой пришлось самим подбадривать друг друга и заботиться друг о друге.

Как младшему в семье, именно ему пришлось ходить к отцу на работу – забирать деньги, положенные на детей. Тот встречал сына холодно, деньги отдавал неохотно, каждая такая встреча была сущей пыткой для впечатлительного и ранимого Джонни. Это вбило еще один клин в отношения отца и сына.

Мать Деппа вторично вышла замуж: ее избранником стал писатель Роберт Палмер, которого годы спустя Джонни называл своим вдохновителем (наряду с другим писателем, Джеком Керуаком, творчеством которого Депп серьезно увлекался в подростковом возрасте).

В 16 лет, научившись более-менее сносно играть на подаренной матерью гитаре, Депп-младший бросил школу и вместе с друзьями создал гаражную рок-группу «The Kids», которая очень быстро стала популярной. Журнал «Rolling Stone» в 1991 году писал о Джонни в 1991:

«Непослушный школьник однажды был временно отстранен от занятий за неприличный поступок с учительницей гимнастики. Он научился курить в 12 лет, потом начал употреблять алкоголь, а затем и наркотики. В 14 лет, по его словам, он дал обещание навсегда отказаться от наркотиков. Двумя годами позже его родители развелись, и вскоре Депп оставляет школу, чтобы присоединиться к рок-группе под названием „Kids“, которая превратилась в местную сенсацию и разогревала публику на концертах таких рок-звезд, как Игги Поп, В52 и Talking Heads. (Он вспоминает свои первые слова, сказанные Игги Попу, своему герою и будущему другу, и не может объяснить, почему он сказал все это: „Вы… вы…“ В ответ изумленная звезда назвала Деппа маленьким ублюдком)».

Сам Джонни вспоминал:

Я впервые услышал электрогитару, и она всецело завладела мной. Моя мать купила мне подержанную, я на год практически закрылся в своей комнате, и самостоятельно учился играть на ней. В школе было до смерти скучно, я ненавидел школу. Когда «Jump Street» стал хитом (песня из репертуара «The Kids». – Прим. ред.), мне предлагали сняться в одном из телевизионных роликов, пропагандирующих окончить школу. Но к тому времени все обо мне уже было известно прессе. И мне совершенно не хотелось говорить с экрана телевизора ни: «Привет, я Джонни Депп. Оставайтесь в школе и закончите ее потому, что это целый мир для тебя и для меня», ни: «Просто скажи „нет!“»

Бодрый, отвязный и незамысловатый панк-рок пришелся по душе тысячам сверстников Деппа, выступления в модных клубах позволили Джонни наконец-то начать сводить концы с концами. Однако до обеспеченной жизни было по-прежнему далеко: несколько месяцев местечковая рок-звезда Джонни Депп жил в машине друга – шевроле «Импала» 67 года.

Журнал «TV GUIDE» (22 января, 1988 г.):

«…Когда ему было 16, незадолго до того, как он покинул школу, он ушел из дома, чтобы жить в машине со своим лучшим другом Сэлом, поскольку Сэлу больше негде было жить, и он не хотел позволить ему чувствовать себя брошенным.

Это была „Импала“ шестьдесят седьмого года, которую они наполнили пустыми пивными банками, пока питались сэндвичами из „7–Eleven“ (сеть американских универмагов. – Прим. переводчика). Несколько месяцев назад Сэл приехал в Ванкувер навестить Деппа и произвел впечатление на продюсеров своим по меньшей мере необычным умением наполнять рот воздухом и выпускать его подобно загадочной рыбе. Теперь Сэл играет в „Джамп Стрит“ персонажа по кличке „Дутая Рыба“».

Впрочем, бытовая неустроенность не помешала Деппу, привыкшему к минимализму в быту, полностью отдаться музыке, а выступления группы позволили ему заработать денег на свой первый билет до Лос-Анджелеса…

Глава 2. Трудное начало

Кино или музыка?

Джонни Депп о разнице между музыкой и кино

Существует большая разница между съемками в кино и живым выступлением на концерте. В музыке прекрасно то, что ты сразу чувствуешь реакцию зрителей. Идет взаимообмен эмоциями. Ты делишься с залом своими чувствами, а люди отвечают тебе тем же. И это происходит сию секунду, прямо здесь и сейчас.

А в кино этого нет. Ты работаешь на камеру. И еще на дядю-продюсера или дядю-режиссера. И если им что-то не нравится, ты вынужден играть снова и снова одну и ту же сцену. А ведь никто не знает, как бы это воспринял зритель. Кто может дать гарантию, что забракованный дубль действительно был хуже, чем тот, который попал в картину? А вдруг зрителям бы понравилось больше то, что было отвергнуто? Поэтому мне и не хочется смотреть конечный результат. Пусть это прозвучит цинично, но я отношусь к своей работе киноактера так: я отработал на съемочной площадке, а что происходит дальше, меня уже не касается.

1983 год. Двадцатилетний, полный радужных надежд, Джонни начинает встречаться с 25–летней художницей по гриму Лори Элисон (Lori Allison), сестрой одного из своих музыкантов. В том же году они женятся и переезжают в Лос-Анджелес с рок-группой Деппа и надеждой быстро прославиться. Денег у молодых авантюристов практически нет, поэтому Депп с друзьями продают ручки в компании-телемагазине. Об этом периоде Джонни вспоминал очень эмоционально:

Это было ужасное время. Вокруг было столько групп и музыкантов, что заработать хоть что-нибудь было просто нереально! Так что нам всем пришлось искать подработку. Одно время мы работали на телефоне – что-то рекламировали. Получалось около сотни долларов в неделю. Нам приходилось прямо-таки вымогать деньги у людей. Мы пудрили им мозги, говорили, что они будут счастливы, что именно этого им не хватало всю жизнь, и в итоге заставляли их купить какие-нибудь старые часы или что-то в этом роде. Они заказывали товар стоимостью 500 долларов, а мы посылали им древние дедушкины часы, отрытые на чердаке. Это было ужасно.

Совершенно случайно Джонни знакомится с Николасом Кейджем – бывшим парнем своей жены, Лори Элисон. По иронии судьбы, это знакомство становится мостиком, позволившим Джонни попасть мир кино. Проницательный Кейдж разглядел в Деппе его могучий актерский потенциал и представил нового приятеля одному из своих голливудских агентов. Последовали несколько эпизодических ролей Джонни, а затем – пусть не главная, но все-таки заметная роль в ужастике «Кошмар на улице Вязов». Уэс Кравен, режиссер фильма, вспоминает:

«У него очень волевая и в то же время тонкая натура, в нем чувствовалась своего рода харизма. Моя дочь-подросток и ее подруга были на прослушивании, и он просто свел их с ума. Он действительно обладает сексуальным притяжением для женщин».

Сам Джонни был очень удивлен своей скорой актерской востребованностью:

Я был совершенно не тем, кого Уэс описал в сценарии (крупный футболист со светлыми волосами). Я был тощий, со слипшимися от лака немытыми патлами, с серьгой в ухе – такой маленький пещерный человек. Пятью часами позже моему агенту позвонили и сообщили, что меня приняли на роль парня, который сначала утонет в водяной кровати, а затем его выплюнет оттуда фонтаном крови. После этого я учился актерскому мастерству, меня удивило, что кто-то собирается мне за это платить.

По словам Деппа, эти съемки оказались настоящим испытанием. Участь парня Глена, которого он играл и который погиб в фонтане крови, ужаснула впечатлительного Джонни. Во время съемок финальной сцены ему неизменно, на каждом дубле становилось не по себе. Он замирал, забывал двигаться перед камерой и с ужасом чувствовал, что текст роли напрочь исчез из его памяти. Однако сложная сцена в результате прекрасно далась Деппу: на фонтан крови, бивший из кровати, ушло более четырехсот литров алой жидкости, сцена получилась очень реалистичной.

Десятилетия спустя знаменитый ужастик про Фредди Крюгера Депп вспоминает с улыбкой: он и помыслить не мог, что на него обратят внимание столько режиссеров с предложениями, одно другого заманчивее! «Съеденный кроватью парень» стал популярным в Лос-Анджелесе персонажем, и этой популярностью необходимо было воспользоваться! Сегодня Джонни посмеивается, вспоминая свой триумф:

Смешно, но славу мне принесла сцена, где героя, которого я играю, съедает собственная кровать!

В 1985 году распалась рок-группа «The Kids», а некоторое время спустя распался и первый брак Деппа. Сам актер позднее так прокомментировал расставание с Лори:

Понимаете, я женился, когда мне было всего двадцать. Я был связан клятвой верности, но при этом не мог с уверенностью сказать, что был по-настоящему влюблен. Любовь приходит только раз в жизни – ну, может, два, если повезет. И я вообще понятия не имел, что это такое, пока мне не стукнуло лет тридцать.

Превратившись из женатого музыканта в разведенного актера, Депп горевал совсем недолго: на съемочной площадке студенческого короткометражного фильма «Куклы» он познакомился с юной актрисой Шерилин Фенн (та самая Шерилин, которая годы спустя сыграет умненькую брюнетку Одри Хорн в нашумевшем сериале Дэвида Линча «Твин Пикс»). Хрупкая, миниатюрная красавица была на шесть лет младше Деппа (на тот момент Джонни исполнилось 23, а Шерилин – 17). Она также пробовала себя в кино, активно используя родственные связи с известными музыкантами. Матерью Шерилин была пианистка Арлин Кватро, легендарная американская певица Сьюзи Кватро приходилась тетей начинающей актрисе, а джазмен Арт Кватро – родным дедом. Прежде чем осесть в Лос-Анджелесе, Шерилин исколесила полмира с матерью и братьями. Широкий кругозор, напористость и связи девушки – все это пришлось как нельзя кстати, чтобы расшевелить меланхоличного Джонни, а заодно и помочь ему с продвижением в актерской среде. Бурные отношения продолжались более двух лет, переходя от стадии шумных ссор до стадии помолвки и обратно.

«Я был напуган всем этим», – говорит Депп о времени, когда он осознал, куда его заводит актерская деятельность – все дальше от музыки, которая была его основным способом творческого самовыражения.

Я имею в виду, в самом начале мне на хрен не уперлось актерство. Но со временем я втянулся. Мне нравилось создавать персонажей, отстаивать их перед съемочной группой, актерами, режиссерами… Проблема в работе с большими студиями – они не всегда поддерживают творческие предложения от тебя. Это случилось с «Пиратами». Мое правило – если студия не рвет на себе волосы, значит я что-то делаю не так.

После съемок в «Кошмаре на улице Вязов» Джонни появляется в нескольких телевизионных ток-шоу, а затем получает роль рядового Лернера в фильме Оливера Стоуна «Взвод». Однако в финальном варианте картины, к большому разочарованию Джонни, почти все сцены с ним оказались вырезаны. Кстати, именно Фенн помогла возлюбленному получить роль в фильме «Взвод». В благодарность на солдатской каске рядового Лернера, которого играл Депп, было выцарапано имя Шерилин.

Злые языки поговаривали, что в отношениях Деппа и Фенн нет большой любви, но зато есть практичность Джонни, которому позарез были нужны связи в музыкальной и киноиндустрии. Так ли это, сказать трудно, тем более что сам Депп весьма скупо комментирует факты своей личной жизни и ранних романов:

Я не жалею ни о чем. Со всеми девушками, с которыми я встречался в своей жизни, я отлично проводил время. Все, что обо мне тогда писали в прессе, было по большей части неправдой. Люди создали в своей голове образ, который не имеет со мной ничего общего. Они тиражировали и продавали этот образ тысячам других людей. А я на самом деле очень старомоден, мне хочется иметь жену и детей.

Я всегда старался быть очень внимательным к чувствам других и, как маленький ребенок, хотел успеть все. Думаю, в душе я одновременно романтик и реалист. В очень многих вещах я трезвый реалист, но я все же верю, что в мире, где каждые пять минут кто-нибудь разводится, можно найти свою вторую половинку и прожить в счастливом браке пятьдесят или семьдесят лет. Такое случается, и это прекрасно. Когда я своими глазами вижу пару, которая празднует семьдесят пять лет со дня свадьбы, я считаю, что это настоящее волшебство!

Рассуждая о браке и семейной жизни, Джонни, тем не менее, остро чувствовал, как необходима ему свобода:

Я хотел бы жениться, завести детей и пару золотых рыбок, по утрам есть пончики и смотреть на зеленый газон перед окном.

Он не мог побороть страстное желание вести свободную и независимую жизнь.

Мне интересно жить тем, чем я занимаюсь в данный момент, я ненавижу строить планы на всю оставшуюся жизнь.

В глубине души он не был готов к серьезным отношениям, боялся их и подсознательно избегал, давая задний ход там, где, казалось бы, все было предрешено. Один неудачный брак сделал Деппа осторожным и осмотрительным в вопросе семейных уз: поэтому помолвка с Фенн сошла на нет, так и не превратившись в очередную голливудскую свадьбу. Позже Джонни так говорил об этом:

Когда я встречаю людей, которые просто идут своей дорогой, стремятся к поставленным целям, не думают о том, что могут задеть чьи-то чувства и не должны ни перед кем отчитываться, я проникаюсь к ним уважением.

Именно таким независимым парнем и пытался стать молодой Джонни Депп.

Не в своей шкуре

Я – большая старая собака с гигантским носом. Я часто вижу себя именно таким, когда я смотрю фильмы со своим участием… Кто-то может смотреть на меня в фильме и нормально воспринимать, но все, что вижу я – это свое большое лицо. И свой гигантский нос.

Джонни Депп

В 1987 году Депп, уже по-настоящему увлеченный кинематографом, начинает серьезно учиться актерскому мастерству: сначала в группе, потом индивидуально. Заменив актера Джеффа Ягера, Джонни внедряется в популярный телесериал «Джамп Стрит, 21» и практически сразу становится звездой:

В конце девяностых участие в телешоу «21 Jump Street» было для меня большой удачей. Это было познавательно с профессиональной точки зрения, и это была большая материальная поддержка. Но был и негативный аспект: в те времена телевизионному актеру было очень-очень трудно проникнуть в кино. Я освободился от шоу накануне съемок в фильме «Эдвард Руки-ножницы», и я поклялся самому себе, что впредь буду работать только над такими проектами, которые однажды смогу с гордостью показать своим детям и сказать: «Вот таким я был. Это в чистом виде я. И я не продавался, чтобы вам никогда не пришлось за меня краснеть».

Титул кумира подростков (о котором он мечтал, будучи рок-музыкантом), достался ему буквально за один вечер. Хотя сам Джонни оказался несколько ошеломлен столь быстрым успехом:

Я никогда не считал себя неотразимым. Более того, я никогда не думал, что я красавец. Видит Бог, я не вру. То, как я вижу себя – это не слишком хорошо. Независимо от того, насколько я известен и сколько народу ходит на фильмы с моим участием, мне кажется, что я безнадежно бледная пародия на то, кем я привык быть, с той только разницей, что мне выпал шанс. Но завтра все будет кончено, и я вернусь к продаже ручек.

Журнал «TV GUIDE» (22 января, 1988 г.):

«…оказавшись в Ванкувере, где снимается „Джамп Стрит“. Депп пристрастился к коньяку стоимостью 80 долларов за рюмку и превратился в звезду глянцевых журналов, регулярно окружаемую обожающими девчонками-подростками. Он также является одной из достопримечательностей Ванкувера, постоянно надевая одно и то же эксцентричное обмундирование: рваные голубые джинсы с дыркой на колене, военные ботинки, поношенный кожаный пиджак, странную белую повязку (на самом деле это материал, который используют для перевязок при первой помощи) и несколько потемневших сережек. Свой внешний вид он усовершенствовал в 1986-м году в Филиппинах во время работы над фильмом „Взвод“, где у него была роль Лернера, парня из маленького городка, который служит в качестве переводчика подразделения.

На первый взгляд несложно подумать, что Депп изо всех сил старается выделиться, но люди, которые знают его лучше всего, все вместе настаивают на другом: Джонни Депп – просто воплощение невыразимого словами качества, которым жаждет обладать каждый, и которое называют „крутизной“.

„Он самый крутой парень из всех, кого я знаю“, – говорит Холли Робинсон, который играет офицера Джади Хоффса в „Джамп Стрит“. – Он крутой от природы. Все остальные пытаются быть крутыми, а Джонни просто им является».

«Что на меня произвело впечатление на прослушивании, так это то, что он не нервничал», – говорит Стив Биэрс, продюсер шоу. – Он был расслаблен. В нем была эта способность произвести впечатление. Он необыкновенная личность. И также он один из самых приятных людей, с которыми мне довелось работать.

Вот что писал о новой звезде журнал «Rolling Stone» в декабре 88-го:

«…Джонни Депп, 25–летний актер, в настоящее время находится в зените фантазий и надежд юного поколения во всей Северной Америке, благодаря своей главной роли в сериале „21 Джамп Стрит“. В качестве молодого полицейского Тома Хэнсона Джонни Депп внедряется в средние школы, чтобы оградить молодежь от наркотиков и порнографии. Он красивый молодой человек, хранитель общественного порядка, старший товарищ для своих соседей, который появляется рядом с вами и дает почувствовать опасность, но удерживает вас от настоящей беды. К тому же у него есть все, что повергает в восторг молоденьких девочек: густые ресницы, выразительные глаза, модная прическа в стиле 80-х, аккуратно уложенная модными средствами для волос, серьги в ушах.

Но Депп не желает быть тин-идолом. „Я не хочу делать свою карьеру, раздеваясь перед камерой, – говорит он. – Я бы хотел остричься наголо, избавиться от ресниц и посмотреть, что получится. Я не виню телезвезд за то, что они время от времени появляются на обложках журналов. Они действуют в соответствии с ситуацией, в которой оказались, принимают предложения, которые сулят им быстро заработать большие деньги. Но через пару лет они опустошаются. Я не хочу себе такой участи“».

Несоответствие тиражируемого создателями шоу образа и внутреннего содержания не могло не вызывать у восприимчивого Джонни чувство внутреннего диссонанса. Исходя из личного школьного опыта, ему гораздо более подошла бы роль Джона Бендера из популярного фильма о жизни школьников «Клуб „Завтрак“», вышедшего за два года до шоу. Тем более, в освещении проблем американской школы фильм был гораздо более правдив.

Так что роль Тома Хэнсона стала не только удачным стартом Деппа к настоящей славе, но и уроком, открыла ему неприглядные стороны избранной профессии.

Контракт с сериалом истек для Джонни в 1989 году: продлевать его актер не стал, решив, что пришла пора сыграть более серьезные и глубокие роли, нежели роль молодого полицейского, раскрывающего преступления в подростковой среде.

Я не хотел, чтобы меня раскручивали и скармливали телезрителям. Шоу не представляло интереса, не имея под собой ни реальной проблемы, ни творчества. Его создатели делали деньги, а я был частью их аттракциона…

Когда я только начал сниматься, мне было наплевать, потому что я был музыкантом. И вдруг это шоу стало популярно, и они начали продавать меня, как простой товар….Я чувствовал себя лицемером, донося на этих парней, которых арестовывали за курение марихуаны. Для меня это был фашизм. Моей первой реакцией было желание закрыться и возвести стену. Потом я стал сходить с ума. Они продавали меня как продукт, но этот продукт не имел отношения к тому, кем я был, и у меня не было никакого контроля над ситуацией. Я хотел, чтобы меня уволили, но они бы не стали. И в то же время они делали для меня хорошие вещи. Они дали мне работу, они выплачивали мне чеки, и они поставили меня на карту.

Кроме того, повзрослевшего Деппа стал раздражать статус кумира девочек-подростков, которому приходили десятки тысяч писем ежемесячно:

Я получал странные послания, письма от самоубийц, девчонок, грозившихся выпрыгнуть из окна, если я не отвечу им. И поневоле начинаешь думать «Что за дерьмо», но иногда закрадывается мысль, а что, если они серьезно? Кто хочет рискнуть? Я пишу им ответ, в котором советую оставить эту затею. Даже если им так плохо, обязательно наступит день, когда все образуется. Но в целом я не могу назвать себя совершенным. Так имею ли я право давать советы?

После расставания с Шерилин у Джонни в 1988 году завязался бурный, но быстротечный роман с актрисой Дженифер Грей (известной по фильму «Грязные танцы», где Дженифер сыграла главную роль). Брайан Роб, биограф Джонни Деппа, в своей книге «Пират голливудского моря» писал:

«Одно время Депп даже встречался одновременно и с Дженнифер, и с Шерилин, не оставляя без внимания и других своих пассий. Но, несмотря на свои романтические приключения и растущую популярность у слабого пола, он продолжал мечтать о женитьбе и счастливой семейной жизни».

Актриса Дженнифер Грей, дочь знаменитого актера Джоэла Грея, родилась 26 марта 1960 года в Нью-Йорке в семье кино– и театрального актера и танцора Джоэла Грея (которого мир полюбил и запомнил после фильма «Кабаре») и певицы Джо Уайлдер. По линии отца Дженнифер – внучка комедианта Микки Каца. Члены ее семьи всегда отличались не только эксцентричными талантами, но и специфической внешностью. И при этом, кроме Дженнифер, никто по этому поводу особо не переживал. Грей всегда страдала из-за своего во всех отношениях выдающегося носа, и в 90-х годах она перенесла две сложные пластические операции одну за другой – для того, чтобы исправить ситуацию с носом. Ринопластика сделала Грей красоткой, неотличимой от 50 000 молодых актрис Голливуда. Теперь ее не узнавали даже самые верные фаны и близкие друзья. После операции ее перестали приглашать в приличные картины на заметные роли. В ситкоме «Ты знаешь, похоже», который шел на телеэкранах в 1999 году, она сыграла роль Дженнифер Грей, актрисы, которая сделала операцию по изменению носа и стала абсолютно неузнаваемой. В интервью газетам и журналам она не раз говорила о том, что эта операция была самой большой ошибкой в ее жизни.

Дженнифер познакомилась с Джонни в Лос-Анджелесе, где он снимался в сериале «Джамп Стрит, 21». Джонни уже был довольно известен, но пока только шел к вершине своей славы, а она на тот момент уже была знаменитостью, благодаря своей роли в картине «Грязные танцы» (где Дженифер играет молоденькую девушку, которая с семьей отдыхает в пансионате и влюбляется в главного героя, роль которого играет блистательный Патрик Суэйзи).

Джонни и Дженнифер встречались с 1988 по 1990 год и даже были помолвлены. Об этих отношениях немного известно. Возможно, именно потому, что они были такими короткими. Известно лишь, что отношения с Дженнифер складывались по уже знакомому сценарию: в 1990-м пара объявила о помолвке, а затем неожиданно рассталась без объявления причин. Деппу снова удалось ловко и в последний момент ускользнуть от семейных уз.

Брайан Роб: «И вот Джонни Деппа снова охватило ощущение бренности и зыбкости своего существования. Его отношения с обеими девушками были разорваны – хотя в обоих случаях до свадьбы оставалось сделать один шаг. Он чувствовал, что не может больше сниматься в глупом сериале, и его перестала устраивать его личная жизнь: рабочие обязательства мешали сняться в настоящем большом кино, а старые связи – найти ту самую единственную и неповторимую женщину. Пора было двигаться дальше, от „Взвода“ и „Джамп Стрит, 21“ к следующему рубежу, от Фенн и Грей – к новым ярким отношениям. Точно такие же настроения овладевали им в детстве, когда его родители развелись. Постоянный страх потерпеть неудачу в карьере и личной жизни подстегивали Джонни Деппа идти вперед, искать что-то новое, пусть даже ценой стабильности и надежности. Подобно Питеру Пэну, Депп отказывался взрослеть, успокаиваться и превращаться в обывателя».

Сам Джонни комментирует это несколько иначе:

Не знаю, могу ли я расслабиться. Мой мозг просто не понимает, как это. Если моя голова пуста, в ней страшные мысли появляются. Я становлюсь странным. Даже не странным, а… беспокойным.

Глава 3. Своя колея

…Ведь мы всю жизнь играем, как дети. Работа у нас и вправду какая-то… детская. И взрослеть мы действительно не хотим. Впрочем, не все актеры такие. Некоторые мои коллеги больше похожи на строгих бухгалтеров. А из меня получился бы худший бухгалтер в мире! Думаю, что внутри меня сидит ребенок. Это видно по тем ролям, которые я выбираю.

Джонни Депп

Побег из мыльных объятий

Девяностые годы принесли актеру невероятный успех в мейнстриме. В 90-м году Джонни исполняет главную роль в картине «Плакса» режиссера Джона Уотерса: музыкальном фильме, действие которого происходит в 50-е годы. Картина стала культовой, и именно она помогла Деппу радикально сменить имидж.

Журнал «Sassy», 1990 г.:

«…Его дом в глубине Голливудских холмов. Территория хулиганов и разбитых носов. Для того чтобы пройти через калитку, вы должны знать секретный код. Очень древний мотоцикл, который, скорее всего, намного круче, чем я могу себе представить, припаркован во дворе. Сам дом нельзя назвать большим, он скорее обычный, зато окна в нем величиной от пола до потолка, через них можно обозревать панораму Лос-Анджелеса. В доме много старинных вещей, зеркала в деревянной оправе, кожаные стулья стиля 50-х гг., деревянный стол. Огромный матрац шлепается на пол прямо перед видеомагнитофоном и недалеко от пластмассового петуха. Тонны компакт-дисков и куча журналов и книг лежат везде, среди них есть томик поэзии Джека Керуака. Музыкальный центр крутит диск.

Джонни живет здесь. В настоящее время он сидит на полу возле окон и фотографируется на обложку журнала „Sassy“. Замок, покачивающийся на черной веревочке, привязан к петле его джинсов…»

За одной грандиозной ролью последовала другая: свое многолетнее сотрудничество с режиссером Тимом Бертоном Депп начал с главной роли в фильме «Эдвард Руки-ножницы», который собрал в прокате более 45 миллиона долларов и принес Деппу мировую славу. Джонни позже рассказывал в одном из своих интервью:

Я не мог в это поверить! Этот сценарий был одной из самых замечательных вещей, которые я мне когда-либо приходилось читать. Но я подумал, что у меня нет никаких шансов. Кто бы не хотел снимать Тома Круза в своем фильме? Ведь это заранее обеспечило бы фильму успех. Тим Бертон рассудил иначе. Возможно потому, что у нас с ним были похожие ощущения насчет этого фильма: что это классический сюжет – «Красавица и чудовище». Это был мой «Волшебник страны Оз».

Уверен, что мой агент Трэйси Джекобс, которая была со мной с начала моей карьеры, верила в меня больше, чем я сам. Вы слышите, когда скрипач начинает играть, но она поверила в меня еще до того, как услышала мою музыку, это очень трогательно. Я очень благодарен своим зрителям, большая часть которых подростки и дети. Я не люблю слово «фан», так что своих поклонников называю начальниками, потому что они дают мне работу и возможность заработать.

Главным режиссером на следующие 20 лет для Джонни стал Тим Бертон. Именно он открыл другую сторону актерского дарования Деппа, предложив парню из популярного телешоу главную роль в фильме «Эдвард Руки-ножницы».

Режиссер Тим Бертон отмечал во время съемок

«Безусловно, Джонни был ближе всех к своему герою. Так же, как Эдварда, Джонни воспринимают не таким, кто он на самом деле. Перед нашей встречей я знал Деппа как тин-идола и покорителя девичьих сердец. Но, приглядевшись к нему, я начал видеть в этом человеке много боли и юмора, тьмы и света. Мне кажется, роль Эдварда – очень личная для него. Сильное, внутреннее чувство одиночества. Это не то, о чем он говорит или может говорить, потому что все это действительно очень печально. Что с этим поделать?»

Каждому актеру важно найти своего режиссера. Бертон стал именно таким для Деппа. Их творческий и дружеский тандем существует уже почти тридцать лет.

Правда, последние их совместные работы не встретили понимания кинокритиков и были не столь тепло, как прежние, приняты зрителями. Критики с удовольствием писали о «творческом тупике» режиссера и «исчерпанности их эстетических поисков».

Например:

«Свежую картину – чуть было не написал „картинку“; это была бы говорящая опечатка – Тима Бертона „Мрачные тени“, увы, интереснее разглядывать, чем смотреть. Главная червоточина здесь та же, что и в „Артисте“, о которого поспотыкались все мыслимые контрибьюторы „Сеанса“, устроив в итоге кучу-малу, в которой позабыли, как это часто бывает, назвать простую причину неудовлетворения текстом: вместо полнокровного сценария в обоих случаях мы имеем лишь скелет сценарной идеи. Но случай Бертона не в пример более обидный: уж больно предпосылки были многообещающими. Если авторы „Артиста“ с самого начала вознамерились жонглировать обглоданными костьми „Поющих под дождем“ и „Сансет бульвара“, то идея „Теней“ вызывает обильное слюноотделение.

Что, если эдгарпошный сквайр 1770-х, обращенный в вампира и запертый в гробу, высвободится в 1972 году в эпоху глэм-рока, а реальность, включая фары машин (очи дьявола), горящую „М“ над закусочными (первая буква имени Мефистофель) и все остальное примет за ад? А населению, пообтесавшемуся с наркоманами, Дэвидом Боуи и Элисом Купером, его внешность и манеры покажутся как нечто не от мира сего? Мы уж было открываем рот, чтобы оборжаться, как авторы подбрасывают пару заплесневелых шуточек, например, признание восьмилетнего мальчика за семейным ужином в том, что его пятнадцатилетняя кузина „трогает себя и при этом мяукает как кошка“. Такого юмора уже лет 20 как чураются создатели „Мачо и ботанов“ и „Копов в глубоком запасе“. Одна-единственная действительно смешная хохма связана с реакцией сквайра в исполнении Джонни Деппа на появление реального Элиса Купера, но тут наши челюсти стучат как у скелета-экспоната в мединституте. Появляется она посреди второго часа действия, а, точнее, бездействия, когда становится ясно, что запал пролога потух и более не воспламенится. Сценарий, правда, писал не Тим Бертон, и в основе его – подзабытый ситком, но Бертон вообще редко участвует в создании сценариев. Впрочем, нетривиальная сценарная основа – стикеры жвачки пятидесятых – не помешала фильму „Марс атакует!“ (1996) стать (наряду с „Битлджюсом“ (1988)) одной из тех игровых картин, что смотрятся на одном дыхании. Тут бы надо почесать репу в недоумении: с чего это большой режиссер дает спуску таким хилым сценаристам? – и, признав, что и на старуху бывает проруха, закончить рецензию.

Но мы не будем. И не потому, что уже один раз сделали это, когда Бертон вышел к микрофону с осипшим голосом в „Планете обезьян“ (2001). Две неудачи за 30 лет творческой деятельности – это математически оправданное число для плодовитого гения. Возможно и больше – дайте прожектор на Вуди Аллена! Нет, мы продолжим потому, что „Мрачные тени“ – не обычная осечка, какой была „Планета“, где Бертон только и смог, что остроумно проложить мостки от Чарлтона Хестона к Марку Уолбергу. „Мрачные тени“ – веха, диагноз, нарост, полип, имитирующий живые человеческие формы, из тех, что растил в своих колбах в „Докторе Фаустусе“ папаша Леверкюн. Если б речь шла о затяжной, неизлечимой, характеризуемой длительными и непредсказуемыми ремиссиями болезни любимого человека, впору было бы говорить о новой неизвестной стадии, которую мы наблюдаем с ужасом и надеждой – так мы говорим об Альмодоваре с середины девяностых, когда тот впал в величавую депрессию. У Бертона же, да простится нам избитый оборот, все-таки старые-добрые муки творчества, во всей их фантастичности и грандиозности: он жив, но давно в тупике, из которого ищет выход все более радикальными способами; он, скорее, глубоководный ныряльщик, чьи попытки выбраться из впадины мы бессильно наблюдаем уже лет 7 на мониторах. Но что это за тупик, и как он туда попал? О том и толкуем.

Я, должно быть, всем уже надоел со своей излюбленной цитатой из Рабиндраната Тагора насчет „капли росы на листке травы у родного порога“, в которой отражается весь мир, но всего Бертона и впрямь можно увидеть насквозь в двух его ранних черно-белых короткометражках – мультипликационном „Винсенте“ (1982) и „Франкенвини“ (1984). Первый так и остался непревзойденным шедевром: в нем была найдена та уникальная, полная глубоких теней графика вытянутых и заостренных образов, экспрессионистская архитектура скособоченного пространства и музыкальная среда, сочетающая односложность колыбельных с бесконечно множащимися крещендо и тутти – всем этим он пользуется и по сей день. Главный герой – семилетний мальчик, который счастливо проводит время в темноте за чтением Эдгара По, рисованием и экспериментами над своим псом Аберкромби (надеется создать ужасного зомби», с которым они пойдут выслеживать жертв по Лондону, напоминающему декорации «Калигари» Роберта Вине) приходит в шок, когда мама или тетя в их цветастых юбках зажигают свет и требуют от него выйти на солнце поиграть с другими детьми. Противопоставление монохромной мещанской действительности причудливому рисунку всего потустороннего Бертон в 2005 году разовьет в полнометражном цветном мультфильме «Труп невесты», где жизнь – серо-коричневая, с механическим балетом улицы, где метла дворника визуально срифмована с маятником часов, а загробный мир пестр и необуздан. Линию Винсента в полных метрах Бертона продолжит Вайнона Райдер в роли школьницы-дочери пары помешанных на дизайне и комфорте мещан, выходящей к столу в наряде а-ля Екатерина Васильева из «Обыкновенного чуда» и прозванная «девушкой во вкусе Эдгара По»; она видит призраков, как и младшие герои «Мрачных теней».

Во «Франкенвини» герой Баррета Оливера, фантастического мальчика из «Бесконечной истории» (1984) Вольфганга Петерсена, в повадках и облике которого нежность и задор сочетались столь неповторимым образом, при помощи изобретенной им электромашины возвращает к жизни погибшего под колесами любимого бультерьера. После эксгумации пса пришлось изрядно залатать старыми одеялами, и он прячет его в своей спальне. Крупные стежки, аляповатые заплатки – символы детских аутичных игр со всем, что под руку попадется, и, одновременно, неизбежные компоненты всех будущих рукодельных героев Бертона, у которых, в силу того, что, по человеческим меркам, они – трупы, то глаз выпадет, то нога отвалится. Собаки – не только лучшие друзья, но и проекции всех аутичных детей; с трупами любимых псов разгуливают многие герои Бертона: Джек-скелет из «Кошмара перед Рождеством» (1993) – с псом-призраком, герою «Трупа невесты» загробная жена в качестве свадебного подарка вручает бегающий и тявкающий скелет его покойной собаки. В фильме есть сцена, точнее – две, на кладбище домашних животных с крестами и надгробиями на могилах котов, змей и прочих. Показательно: пока идеи Бертона тиражируют производители «низких жанров» (фильм ужасов «Кладбище домашних животных», 1989), сам он черпает вдохновение в европейском авторском кино, в данном случае в удостоенной «Оскара» картине Рене Клемана «Запрещенные игры» (1952). Там мальчик и девочка в оккупированной Франции, где налево и направо гибнут люди, играют в единственную известную им игру – похороны – предавая земле, под крестами из веток, жучков, паучков, кошек и кротов; как и Винсента, их ждут наказание и приют, когда взрослые откроют их игры.

Если в ранних лентах Бертон просто упивается инаковостью, налепив на мещанскую реальность ярлык ничтожности и кошмарности, в «Кошмаре перед Рождеством» 1993 года он уже признает ее необходимость: заскучавший затейник города Хэллоуина вновь обретает вкус к жизни, только навалив румяным детям в городе Рождества вместо подарков змей и выслушав их слезы и вопли. Мы осознаем, что живы, только плюя этой реальности в лицо. В «Марсе атакует» он идет дальше: можно быть просто людьми и наслаждаться природой и миром, если всех президентов и их первых леди, политиков, генералов и солдат, и, непременно, телеведущих предварительно уничтожат марсиане. В финале картины Том Джонс поет свой хит косулям, грызунам и соколу среди девственной природы мира, освобожденного от вышеуказанной нечисти. Зло внеземное столкнулось со злом земным, уничтожив последнее, а музыка добила зло потустороннее. Надо ли говорить, что по изобретательности, живости и живительности всех компонентов эти две ленты стали и вершинами среди полнометражных картин Бертона, в анимации и игровом кино соответственно.

Бертон приходит к своего рода францисканству, а путь, открытый Франциском Ассизским, – настолько верный и истинный, что дальше искать смысла нет. То, что Бертон пошел дальше, – результат не столько даже пытливости и неугомонности всякой творческой мысли – хотя и это тоже – сколько того, что со времени создания «Винсента» мир Рождества надел личину мира Хэллоуина. Готы и эмо расползлись по миру, как стиль Бертона – по мировому кинопространству. Пересматривая в рамках подготовки этого материала «Эдварда Руки-ножницы» (1990) я с отвращением обнаружил, что визаж Деппа из этого фильма, где он играет человека, созданного безумным механиком с холма, полностью повторен в облике Руни Мары из «Девушки с татуировкой дракона» (2011), а всем известно, с какой горделивой радостью бьют себя в грудь ныне толпы вполне образованных женщин, иные из которых даже наши подруги, объявляя «Лисбет – это я!» и по-детски путая удовольствие от умного и занимательного фильма с поклонением его героине, сходство с которой призвано скорее глубоко расстраивать, нежели воодушевлять. Короче, уже в конце девяностых Бертон, ставший суперзвездой режиссуры и властителем дум, обнаружил, что та реальность, в оскорблении которой он черпает жизненные силы, мимикрировала под мир, который он ей противопоставлял. Так влюбленно он этот мир живописал, что люди приняли его за комильфо. Обычная история: за что боролись, на то и напоролись, или, другими словами, кино и мир Бертона, как всякая революция, достигшая своей цели (на что указывали все дельные немцы от Томаса Манна до Эриха Фромма), с автоматической неизбежностью выродилась в диктатуру. Режиссер оказался в положении Джека-скелета, подарки которого не испугали, а очень даже обрадовали откормленных детей Рождества.

Здесь начинаются те творческие приключения Бертона, которые не приводят к фильмам, исполненным самозабвенного счастья, но за которыми так интересно следить. Сперва он, что предсказуемо, бежал в жанр (детектив) и стилизацию (гравюра XIX века, барбизонцы) в «Сонной лощине» (1999). Затем провел экскурсию по авторской кухне фантазера в своем на мой вкус излишне сопливом «8 S» – light, «Крупной рыбе» (2003) – что тоже предсказуемо. В 2005 году он делает два фильма, где в последний раз появятся вываливающиеся глаза, и где он балуется уже не самопальными изобретениями, но с великим прошлым мирового кинематографа. Мультфильм «Труп невесты» с потусторонним баром с пианино – парафраз «Зарубежного романа» (1948) Уайлдера и рефлексия образа Дитрих как любовницы из салуна вообще. В «Чарли и шоколадной фабрике» он нанимает художника по костюмам Габриэллу Пескуччи, работавшую ассистентом Пьеро Този у Висконти, чтобы справить свадьбу, к которой стремился, да так и не сыграл, великий итальянский коллега: поженить Людвига II, в чьих ладьях раскатывает по гротам Джонни Депп, одетый в шляпы и плащи баварского монарха, с ангелоподобным Рокко Паронди, героем Делона из «Рокко и его братьев» (1960), в точную копию джемпера которого Пескуччи облачила мальчика Чарли. Бракосочетание, опять-таки, не обошлось без соплей, но в убедительности и жизнеспособности этому союзу было не отказать. Если «Марс атакует» заставил говорить о Бертоне как о Франциске Ассизском кинематографической поп-культуры, то ныне он – именно Людвиг II, заплутавший в ночи, в виршах и партитурах канувших времен, в искусственных красотах и мертворожденных отношениях.

Выпущенную Бертоном в 2007 году гравюроподобную экранизацию всамделишной трагедии демона-парикмахера Суини Тодда, орудовавшего в Лондоне начала XIX века, подняла над мертвечиной стилизации только партитура Стивена Сондхайма с ее маленьким чудом – духоподъемной и благословляющей арией для мальчишеского фальцета Not While I’m Around, в которой черпает силы в пору ненастий всякая не чуждая бродвейским мюзиклам заблудшая душа. Но партитура эта была создана еще в 1979 году и хорошо известна (я лично эти песни еще старшеклассником слушал), Бертон здесь выступил разве что в роли ее пропагандиста среди широких зрительских масс, только вот оценили ли они его жест? К таксидермическому чучелу «Алисы в Стране чудес» (2010) счастливая продюсерская идея подвела электроды 3D, заставив ходить и его – техническая новинка превратила созерцание регулярных парков поздневикторианской эпохи в отдельное наслаждение. «Мрачные тени» та же компания Warner Bros. пытается спасти IMAX’ом – и остается только отвесить поклон заботливости руководства студии, которая так печется о любимом нами великом режиссере, который в этот раз, право, окончательно потерян. Ничего своего, бертоновского, здесь и в помине нет, но то не беда – нельзя же четвертый десяток лет потешать людей все теми же вываливающимися глазными яблоками и заштопанными псинами. Бертон-стилизатор здесь как-то совсем уж уныло балуется играми в кино 1960–1970-х, делая контуры размытыми, а картинку бликующей; наряжая и гримируя Деппа под Делона в «Самурае» (1967), а прыгающую, как юла, Еву Грин – в Рафаэллу Карру; напуская на героев с балюстрад деревянные изваянья, расхаживающие с неуклюжестью идолов и корабельных фигур из «Седьмого» (1958) и «Золотого путешествий Синдбада» (1973). С видимой скукой он перебирает понятные и знакомые лишь совсем неюной и поднаторевшей публике киноигрушки, а свои запер в дальний шкаф как набившие оскомину. Он ищет выход в самоотречении и синефильстве, но находит – дно. Хотелось бы поверить, что это – то дно, от которого отталкивается всякий, начавший выныривать из кризиса, но – увы! Уже в октябре он покажет нам «Франкенвини», где в формате полнометражного мультфильма откопает и оживит уже однажды эксгумированного им бультерьера, сам уподобившись собаке, которая известна как редкое млекопитающее, возвращающееся к своей блевотине.

А. Васильев. Парад уродов. 12.05.2012

Но… Как бы ни сложилась в дальнейшем творческая судьба этого тандема (уверена, дружбу Тома и Джонни не разрушит ничто, оба слишком ей дорожат), именно благодаря роли в этом фильме Депп перестал быть «звездой ситкома» и стал считаться серьезным исполнителем с мрачноватой харизмой и необычной, даже слегка болезненной манерой игры. Актером, выбирающим роли, которые постоянно удивляют как критиков, так и поклонников.

Собственно, этот имидж сохранился за ним до сих пор, несмотря на ряд неудач и ролей, упорно именующихся критиками «коммерческими».

В этом и есть один из феноменов Деппа – играть роли одновременно близкие друг другу и совершенно разные, неожиданные по содержанию и наполнению и в то же время очень созвучные зрителям, играть «нетипичных персонажей», фриков, людей вне толпы, у которых свои, чаще всего очень сложные отношения с миром.

Удивительнее всего, что даже играя «обычных парней», таких, как Гилберт из прекрасного фильма «Что гложет Гилберта Грэйпа», Джонни это делает так, что его персонажа никогда не причислишь к таковым. Хотя бы потому, что этот паренек из американской глубинки, у которого фактически на шее большая семья, нездоровые мама и брат, не только думает о том, как прокормить их и куда сбежать из этой безнадеги, но видит красоту мира и людей, думает о вещах глубоких и сложных и гонится не за «американской мечтой», а о поиске себя и еще чего-то.

Именно на съемках «Эдвард Руки-ножницы» Депп сблизился с партнершей по фильму – Вайноной Райдер, на которую положил глаз еще во время короткого знакомства на премьере ее фильма «Огненные шары» в 1989 году. Позже он вспоминал:

Меня совершенно очаровало то, что Эдвард не был человеком в полном смысле этого слова, он был таким же невинным и доверчивым, как ребенок, но вместо рук у него были длинные, смертельно опасные ножницы. Он не мог дотронуться до того, что любил. Вайнона начала сниматься раньше меня, и я был сильно потрясен, что ее персонаж был единственным, кто не видел в Эдварде урода и сумел полюбить его.

Завязался бурный роман, и вскоре эту пару стали называть самой шикарной парой Голливуда. Спустя пять месяцев романтических отношений Депп и Райдер, ставшие неразлучными, объявили о помолвке. В подтверждение своей любви Джонни даже сделал татуировку на правой руке – «Вайнона навсегда». Известный журналист Билл Земме писал в одном из своих материалов о Джонни в журнале «Rolling Stone»:

«Во второй день, который я провел с Деппом, появилась Вайнона. Ей всего девятнадцать, это сильная и умная для своего поколения актриса. Депп – мыслитель, а мысли его – в основном о ней. Он расцветает в ее присутствии. Когда они обнимаются, их объятия отчаянны в сосредоточенной тишине; они продолжают обнимать друг друга снова и снова. Кажется, эти двое растворились друг в друге. Вайнона курит его сигареты, хотя вообще-то она не курильщик („Твоя сигарета на фильтре, малыш“, – он научит ее все делать правильно).

Рука об руку, они отправляются в часто посещаемое кафе „У Барни“, чтобы пропустить для бодрости по чашке кофе. Она одета в футболку Тома Уэйтса, а на пальце красуется обручальное кольцо Деппа. Вайнона говорит: „Я никогда раньше не видела человека с татуировками, может быть, потому, что была слишком брезглива“. Депп хихикает и заявляет: „Она все время снимала повязку и разглядывала татуировку“. Они говорят о надписи „Вайнона навсегда (Winona Forever)“, третьей и последней на данный момент татуировке Джонни, несмываемой нательной надписи, местоположение которой – правое плечо (Депп сказал мне, что хорошо бы забальзамировать эти татуировки после его смерти и оставить на память детям, которые рано или поздно должны у него появиться). Эта татуировка была нанесена в близлежащем салоне, на который Вайнона смотрит с нескрываемым ужасом. „Я была в шоке, – говорит она. – Мне казалось, что когда-нибудь эту надпись можно будет смыть, но я и помыслить не могла, что вижу это в действительности. – Ее глаза округлились. – Я имею в виду, то, что сделал Джонни – великолепно, ведь это на всю жизнь!“».

Однако в 1993 году пара рассталась – после того, как родители Вайноны запретили ей выходить замуж (актрисе на момент знакомства с 26–летним Джонни едва исполнилось шестнадцать). Татуировка на руке Деппа трансформировалась в «Вино навсегда», а сам он, по словам окружающих, очень тяжело переживал этот разрыв:

В наших отношениях были взлеты и падения. Мы оба пришли к выводу, что все стало слишком странно. Но она чудесный малыш, и я хочу, чтобы она была счастлива.

Джентльмен Джонни ничего не расскажет настойчивым журналистам о том, что привело к разрыву. Однако в одном из интервью, отвечая на вопрос о Вайноне, Депп вдруг начнет гладить кончиками пальцев кирпичную стену и говорить полушепотом:

Если вы в комнате, вы изучаете это место целиком. Вы чувствуете фактуру стен, и вы можете почувствовать запах этой комнаты, не чувствуя его, и вы узнаете все о ней. А затем приходит время, когда вы говорите: «Хорошо, я выучил ее. И теперь я должен отправиться дальше. Так или иначе». Конечно, я надеюсь, что найду того человека, который окажется единственным. Будет изумительно, если это окажется возможно.

На своей волне

Популярность Деппа между тем росла. С 1991 по 1997 год он снялся в 11 фильмах, большинство из которых получили общемировое признание и высокие сборы. За свои новые работы он каждый раз получал высокие оценки критиков и обожание публики. О своем успехе он философски рассуждал:

Я действительно удачлив. Люди заметили, что мне нравится исполнение нетривиальных ролей в странных фильмах, но я удачлив и в том смысле, что не отношусь к списку актеров, распределенных по принципу типажности. Это очень важный фактор, который позволяет меняться. Существует много красивого материала, но меня может подкупить только изнанка. Настоящим художником может быть только тот, кто воспринимает себя настолько серьезно, что может дать себе волю притворяться. Но притворство часто болезненно. Я думаю, у каждого есть своя боль, и актеру необязательно иметь ее больше, чем всем остальным. Нужно просто делать то, что тебе близко!

Помните, что вы сами создаете свою реальность. Не надо оставаться в той маленькой раковине, которая была уготована вам с детства. Подразумевается, что все мы должны жить так, как этого хотят наши родители, и иногда некоторые люди из-за этого превращаются в серийных убийц. Ваша главная задача – вырваться и зажить собственным умом. Мне долго пришлось отстаивать собственное мнение. У меня были агенты, которые говорили: «Против чего ты борешься? Почему все делаешь наперекор?» Но я знал, что, если поступлю по их указке, мне конец. Вопрос в том, чтобы держаться твердо своей позиции: «Нет, я не буду тем, кем вы хотите меня видеть. Я буду тем, кем захочу сам».

Можно со всей уверенностью утверждать, что Депп делится душой с каждым из своих героев, на время приобретая из привычки их повадки даже за пределами съемочной площадки:

Не знаю, как другие актеры, но я очень привыкаю к своим героям, буквально влюбляюсь в них. Тем труднее мне с ними расставаться. Помню, после окончания съемок фильма «Эдвард Руки-ножницы» я чувствовал себя потерянным. В последний день съемок, кажется, 89-й, я посмотрел на себя в зеркало после того, как меня загримировали, и подумал: «Мы видимся с тобой в последний раз».

Актер обязан постоянно перевоплощаться в различных персонажей, и начинать мыслить и вести себя подобно им. Когда я играл Хантера С. Томпсона в «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе», мне потребовалось много времени, чтобы избавиться от подражания ему. Так что в характере актера должна быть склонность к некой дестабилизации, потому что вы все время играете игры со своим рассудком. Если вы актер, то во время съемок каждого из фильмов вам приходится работать с разными людьми, у вас нет ощущения целостности с коллективом, которое свойственно другим профессиям. Актерство – это одиночество.

Наиболее резонансной стала главная роль в нашумевшем фильме Джима Джармуша «Мертвец».

Эта картина стала культовой и считается одной из лучших киноработ второй половины ХХ века.

Со дня премьеры прошло уже почти четверть века, а статьи и профессиональные разборы фильма регулярно появляются в серьезных и популярных изданиях, периодически проводятся специальные показы. Да и сами герои стали едва ли не нарицательными и перешли в разряд кинолегенд.

О нем много и восторженно писали и пишут и наши, и зарубежные критики.

«Сила воздействия этого выдающегося произведения пропорциональна его сверхъестественному равновесию. И смысловой безграничности его тем, мотивов, отсылок. Путешествие с „Мертвецом“ столь разнообразно, что заводит – несмотря на свой стройный, бликующий странностями сюжет – черт знает в какую сторону. „Человек выпрямляет кривые пути; гений идет кривыми“ (пер. А. Сергеева), – писал Уильям Блейк в „Пословицах Ада“, некоторые из них напоминает счетоводу индеец, тем самым надоедая ему его же собственными бреднями. Цитатами его тезки-однофамильца.

Этот „Мертвец“ покоится на „волне грез“. И на поэтической бесстрастности, интеллектуализме, сдержанной глубокой эмоции».

«Мертвец» – фильм о странствиях в зазеркалье. Неожиданности тут подстерегают на каждом шагу, напряжение ритмически чередуется с расслаблением, маски вместо лиц одушевляют персонажей, бутафорский картон дышит в иррациональном пейзаже, как живая материя.

Условность «Мертвеца», его стилистики и жанровых обертонов возвращает кино «дух кино», погребенный иллюзионистской условностью в так называемых реалистических фильмах. А фантастическая условность, то есть потусторонний реализм «Мертвеца», раздвигает возможности искусства кино и делает его событием жизни.

Путешествие с «Мертвецом» – это путь любого отдельного человека, отделившегося от других, отдаленного от них, однако себя-в – себе-для-себя сгруппировавшего вне лона корпоративных и национальных предрассудков. Дыхание этого минималистского эпоса подключено к «отчуждению личности» (отчасти на манер ее раздвоения) во имя бессознательно, но не в одиночку обретенной цельности. Что, в общем-то, более странно, чем смерть и даже жизнь. Еще страннее, чем заснеженный пустынный Кливленд в «Более странно, чем в раю», куда приезжают эмигранты, два клоуна, причем не белый и рыжий, а оба – в крапинку.

Зара Абдуллаева. Искусство кино. Май 2020 года

«Джармуш в „Мертвеце“ – не критик насилия. Напротив, он предельно точно демонстрирует, какие бездны выразительности могут таиться в движении пули. Тут и глупость, и ум, и вся тщета бытия человеком. Перестрелки в „Мертвеце“ – это состязание поэтов, слэм, импровизация в духе современных рэп-баттлов. А сама поэзия – тяжелее стали.

Для вестерна бухгалтер Блейк, человек с мягкими волосами и чернильной душой, – конечно, антигерой. Во всем его нежный облик и манера поведения противоречат идее вестерна, где действуют и преуспевают одиночки и первопроходцы. На Запад летят люди-пули, прокладывающие себе дорогу в девственных просторах – не таков Блейк. Пассивность героя подчеркнута Джармушем не раз и не два: сойдя с поезда, он терпит фиаско в брутальной конторе, затем подчиняется случайной знакомой из бара (где ему достается унизительно крошечная бутылочка виски). Он не умеет стрелять и не курит (как Дикинсон в симптоматичном исполнении Роберта Митчема), теряет невинность от случайной пули, и только благодаря материализовавшемуся из пустоты монтажной склейки индейцу-полукровке находит себя в новой, посмертной жизни – тот, наконец, выдает ему ствол (фаллический инструмент) и находит табак. Впрочем, и этому новому знакомому Блейк покорен, как жрецу – жертвенный агнец: краснокожему автор делегирует право вести эту историю».

Василий Степанов. Июль 2017

По мнению исследователей, критиков и, конечно же, зрителей, одной из главных удач фильма стал именно герой, точнее, выбор Джармушем актера, сыгравшего незадачливого бухгалтера Били Блейка. Свой выбор режиссер объяснял тем, что лицо Джонни Деппа подобно чистому листу – каждый пишет на нем все, что он хочет. Не только, видимо, маску, знак посвященных, но и лик двойника всех реалистов-визионеров.

Критики писали об этом так:

«Блейком стал Джонни Депп. Точеный голливудский фавн, идол тинейджеров, умудрившийся в самом начале творческого пути пасть от когтистой десницы Фредди Крюгера (Крейвен снимал Деппа в первом „Кошмаре на улице Вязов“) и всю жизнь выбиравший режиссеров с непозволительной для восходящей звезды щепетильностью – Уотерс, Бертон, Кустурица… Но блеском очечков юного счетовода он окончательно заставил забыть о звездном статусе и суете светских хроник. Нет Джонни – есть Билли. Влюбившийся на час. Получивший пулю от грустного и всеми обманутого Дикинсона-младшего (Гэбриэл Бирн, главный герой „Перевала Миллера“ братьев Коэнов и самый мнительный из „обычных подозреваемых“). Спасающийся от троицы наемных убийц – то ли злой пародии на главных героев иствудовского „Непрощенного“, то ли ошметков разжалованной массовки третьесортного спагетти-вестерна – во главе с патологическим ублюдком Уилсоном (Лэнс Хенрикссен – один из наиболее магнетических актеров современности, равно удачно снимавшийся, кажется, везде – от хрестоматийных триллеров Джеймса Кэмерона до поделок класса Z какого-нибудь Кристиана Ингерводсена). Этот, по слишком поздно подтвердившимся слухам, „изнасиловал отца и мать. Ага, а потом убил. И съел“. Наконец, встретивший индейца по имени Никто – Харона и дона Хуана в одном краснокожем лице. „А-а, Блейк… Я знаю тебя. Ты поэт. И ты давно умер“. Так Билли обрел свое настоящее имя. И стал Уильямом. Поэтом, слагающим шедевры с помощью кольта, который все более уверенно держит тонкая рука. Никто, сопровождающий Блейка на пути к „мосту, сделанному из воды“, обучил его правилам, по которым пуля может сложиться в стих, – единственно возможная форма творчества в этом безумном, безумном, безумном мире. Примерно такие же наставления получал в юности и Роланд, Последний Стрелок: „Я убиваю не оружием; кто убивает оружием, тот забыл лицо своего отца. Я убиваю сердцем“. „Я Уильям Блейк. Вы знаете мои стихи?“».

Станислав Ф. Ростоцкий. Октябрь 2007

В России «Мертвец» пользуется едва ли не большей популярностью, чем на родине фильма. И это, по мнению критиков, тоже вполне объяснимо. Во-первых,

«С „расчудесной страной“ Джармуш разобрался в „Мертвеце“ раз и навсегда. Принято считать (и писать), что Билли Блейк во время своего нескончаемого trip’a медленно, но верно погружается в традиционный американский ландшафт. Сие справедливо лишь отчасти. Ландшафт, показанный в фильме, можно назвать каким угодно – только не традиционным. Этакого Дикого Запада не видел еще никто. Если это и Америка – так только та, в которую некогда собирался Свидригайлов. Иллюзорный мир, где только смерть и „имеет цену“. Мир вестерна, поставленного Стивеном Кингом; или фэнтези, написанного Серджо Леоне. Мир покинутых окопов и горящих муравейников. Из несчастливого (умершие родители, несостоявшаяся свадьба), но все-таки понятного Кливленда Билли Блейк отправляется в Никуда. Реальность за окном поезда торопливо, прямо на глазах уничтожается попутчиками-лангольерами („В этом году мы убили сто тысяч бизонов“, – буднично сообщает Блейку безымянный кочегар, как будто вылезший не из машинного отделения, а прямиком из преисподней). Конечная остановка – Мэшин. Типичный „таун“ из типичного вестерна, ворочающийся в полусонном напряжении и настороженно поглядывающий на чужака. Из традиционного антуража – салун, бордель, контора гробовщика – выбивается лишь черная громадина предприятия Дикинсона-старшего, гибрид твинпиксовской лесопилки с индустриально-бюрократическими лабиринтами Кафки (или, скорее, „Кафки“ Стивена Содерберга)».

Станислав Ф. Ростоцкий. Октябрь 2007

Во-вторых, режиссер снял то, что близко нашему духу и ощущению пространство-времени.

«Особая любовь, которой пользуется фильм Джармуша в России, вполне объяснима. Бесконечное русское пространство взывает к джармушевскому опыту его осмысления – через смерть и движение. Не присвоить необитаемую землю, чтобы жить на ней, а пройти ее насквозь, как пуля, достичь некой территории порога, чтобы выплыть в условное Нигде (туда, где последний кадр уходит в небытие и остается только свечение лампы киноаппарата). Поэтому так хорошо ложилась на фильм Джармуша сибирская поэзия Егора Летова. Поэтому вибрировал Нилом Янгом саундтрек кронштадского вестерна „Упырь“ и бравировала перевозкой трупа тарантинеска „Тело капитана будет предано земле, а старший мичман будет петь“. Поэтому точной цитатой „Мертвеца“ с лодкой и обреченным младенцем (наши великие реки страшнее американских, они текут на север) завершалась неосуществленная» Алексея Балабанова.

Американец по рождению «Мертвец» оказался русским по сути – плоть от плоти мематических «тлена» и «безысходности», в которых, конечно, очень много смешного. А остальное – правда.

Василий Степанов. Июль 2017

Оглядываясь назад, Депп приходит к выводу, что свою душу Голливуду он не продавал:

Я недавно занялся серьезным самоанализом. Стал вспоминать, продавался ли я, пусть неосознанно. И пришел к выводу, что я слишком глуп для таких сложных сделок. Кроме того, я никогда не ищу коротких путей. Если я иногда и продавался, то персонажам, которых играл. Актерство – всегда сделка. Персонаж временно поселяется внутри тебя. Ты, конечно, вносишь в образ что-то свое, но в тоже время прячешь себя за персонажем. Я прятался, наверное, за всеми. Как? Сначала я их хорошенько изучаю, они становятся моими приятелями. Самое трудное – расставание с ними. Хотя, нет, самое трудное для меня – играть самого себя. Если мне надо произнести речь перед незнакомыми людьми без предварительной подготовки, таю от смущения за несколько секунд. Да, труднее всего быть самим собой.

Годы спустя, уже после рождения детей, Джонни снова возвращается к этому важному для себя вопросу:

Продался ли Джонни Депп Голливуду? Независимо от того, успешно или нет прошел тот или иной фильм в прокате, я бы хотел, оглянувшись назад, гордиться любой сыгранной ролью. Для меня важнее всего, чтобы мои дети сказали: «Пап, ты – молодец!» Но даже если кто-то воспримет какую-то мою роль как худшую из худших, я все равно сожалеть не буду. Все в жизни происходит не просто так. Пока я работал над этой ролью, я все равно научился чему-то новому.

Еще среди самых заметных ролей периода «до встречи с Ванессой» можно отметить роль чудаковатого, испытывающего трудности при социализации, парня Сэма, в картине «Бенни и Джун» (1993), за которую актер был номинирован на «Золотой Глобус»; Дона Жуана в картине «Дон Жуан де Марко» где актер поработал в паре с Марлоном Брандо, главная роль в картине «Эд Вуд» о «худшем режиссере в истории», которая снова принесла номинацию на «Золотой глобус», главная роль в криминальной драме «Донни Браско», где партнером актера сталь Аль Пачино. За эту работу Джонни был получил премию «Chlotrudis Society for Independent Film».

Несмотря на устоявшееся мнение, что Джонни Депп играет одних харизматичных чудиков, простой список его киноработ опровергает это. Герои Деппа очень разнообразны – от полицейских, запутавшихся в сетях системы, людей искусства, ищущих себя и свой путь, до сказочных и фэнтезийных персонажей. Объединяет их одно – герой Деппа всегда яркая индивидуальность, никогда человек из толпы или нечто «типичное», обычное. И его отношения с миром всегда непросты и довольно запутанны.

В 1997 году Джонни Депп дебютировал, как режиссер, сняв фильм «Храбрец» по роману Грегори Макдональда «Последние дни Рафаэля». Деппу понравилась идея, но не понравился сюжет. В результате, он практически полностью переработал роман, выступив еще и автором сценария. Фильм рассказывает историю человека, за деньги решившегося на собственную смерть. Индеец Рафаэль, с семьей живущий на городской свалке, имеющий две судимости и ни гроша за душой. Новая судимость грозит Рафаэлю пожизненным заключением, а его семье, возможно, голодной смертью. Ситуация усугубляется тем, что свалка, на которой обитают Рафаэль и еще с десяток семей таких же аутсайдеров, по решению властей скоро будет снесена, и люди останутся бездомными. Понимая это, герой готов на что угодно ради семьи. В поисках работы он попадает к людям, ищущим того, кто согласится за большую сумму умереть в пыточном кресле перед камерой для фильма с реальным убийством. Рафаэль соглашается, получив неделю отсрочки. За оставшееся время ему предстоит привести свои дела в порядок и наполнить последние дни общением с ничего не подозревающими женой и детьми. Зрителю же предстоит найти ответ на вопрос, почему Рафаэль решился на это, и было ли правильным оставить родным деньги вместо себя – что это, глупость или все же небывалая храбрость?

Главную роль в фильме сыграл сам Джонни, композитором стал его друг Игги Попп. Безусловно, эта история близка Деппу с его индейской кровью и неустроенным кочевым детством. Однако личные переживания и мотивы не помешали режиссеру снять, а исполнителю главной роли сыграть очень многогранную и сложную историю.

Фильм проблемный, жёсткий, ставящий перед зрителем много непростых вопросов – о выборе, цене человеческой жизни, о том, ради чего стоит жить и умереть.

«Я продал свое тело, как шлюха. Церковь прощает шлюх каждый день!» – говорит главный герой в ответ на упрек пастора. Это и покаяние, и крик о помощи, и призыв внимательно и вдумчиво взглянуть на мир, в котором мы живем.

И в то же время фильм наполнен невероятной светлой нежностью, которую герой и его близкие несут в себе вопреки печали и грязи окружающей их жизни.

Рафаэль, конечно, совсем не герой, совершил немало ошибок, не сумел устроить ни свою жизнь, ни жизнь своей семьи. И в то же время герой. В его последнем отчаянном решении больше смелости и силы духа, чем во всей предыдущей жизни. Верно ли оно? С одной стороны, такой выбор невозможно принять. Тем более, когда узнаешь этого, в общем-то доброго и хорошего парня, просто не умеющего устроиться в жестоком мире.

А с другой стороны нет ответа на вопрос, красной нитью проходящий через всю картину, вопрос, так и невысказанный Рафаэлем: «Может, я не прав. Тогда скажи, что мне делать? Как позаботиться о тех, кого люблю?».

Фильм немногословен, в нем мало настоящих диалогов, они обрывочны, часто сумбурны, это очень похоже на то, как мы чаще всего общаемся в реальности – полуфразами, взглядами, молчанием. И это очень близко профессиональной концепции Джонни, считающего, что текст в работе актера отнюдь не главное по сравнению со взглядом и жестом.

К сожалению, киноакадемиками «Храбрец» был принят весьма прохладно. После премьеры на Каннском фестивале, где Депп был номинирован на премию за лучшую мужскую роль, из уст американских кинокритиков звучало слишком много негативных отзывов. Так много, что расстроенный Джонни даже отказался выпустить фильм в США.

Сюжет, идея и проблематика фильма очень созвучны натуре Деппа, который, вопреки многим устоявшимся штампам и расхожим представлениям о нем, на самом деле человек глубокий, вдумчивый, скептик с трагическим взглядом на мир, для которого успех, слава, баснословные гонорары не являются определяющими.

Сам актер однажды высказался об этом так.

Я не думаю, что кто-нибудь из моих друзей лучше меня знает, как удачнее всего очутиться в сетях собственных негативных эмоций. Но это – западня, из которой я стараюсь выбраться. Однако я никогда не был таким счастливым, как сейчас. Но когда я смотрю на мир, на то, что происходит в нем, создается довольно мрачная картина. Большинство моих проблем в жизни идет от общего чувства безнадежности. Меня очень беспокоит, что наш мир превращается в свинарник, что общество не заботится о людях, лишенных работы и смысла жизни, а те, кто хочет им помочь, не имеют такой возможности. Я старался помогать своей семье и друзьям деньгами, которые получал за сыгранные роли, и, по крайней мере, я чувствую, что оказался в чем-то полезным для людей, окружающих меня.

Есть своя прелесть в актерстве, которая позволяет вашим фантазиям взять верх и унести вас от всего, что вы ненавидите в себе самом. Но иногда ваши герои поселяются в вас, потому что внутри себя вы хотите избавиться от собственной личности и превратиться в кого-то другого. У меня всегда были проблемы с понятием, кто же я такой на самом деле и как мне сохранить здоровые перспективы. Мой характер нельзя назвать покладистым, у меня есть склонность быть капризным. Я бы хотел измениться в лучшую сторону, и я даже могу сказать, мне это удается. Я – один из тех людей, кто считает мир пустым местом, и полагает, что в нем нет ничего хорошего. На деньги нельзя купить счастье или хотя бы немного ума. На протяжении своей карьеры я отказался от многих очень прибыльных ролей. Я не должен играть в фильмах бюджетом в 20 миллионов долларов, это непристойно. Я предпочитаю роли в фильмах, которые рассказывают о чем-то в нашем мире, а не просто делают деньги. Но если вы не обладаете решающим словом и талантом, чтобы выбирать только те роли, которые хотите, вам приходится идти на компромиссы.

Я часто испытываю чувство несостоятельности и страха поджидающей за углом неудачи. А иногда и тягостное ощущение от собственной неуместности. И я подозреваю, что остаюсь во многом непонятым.

На сегодняшний день «Храбрец» остается единственной официальной режиссерской работой Джонни. Хотя нет никакой тайны в том, что Депп порой выступает соавтором фильмов, в которых снимается, не только полностью переделывая предназначенную ему роль, но и принимая участие в работе режиссера и сценариста.

Помимо новых интересных киноработ, 90-е годы принесли Джонни Деппу еще один бурный и продолжительный роман.

В 1994 году скандальная худышка Кейт Мосс, известная своим пристрастием к алкоголю и наркотикам, стала следующей его любовью. Четыре дальнейших года стали, пожалуй, самыми бурными в личной жизни актера. Отношения между влюбленными складывались непросто и часто выливались в громкие скандалы и ссоры на людях. Маленькая супермодель, в двадцать лет заработавшая свой первый миллион, Мосс всем своим видом и образом жизни пропагандировала новый богемный стиль жизни, так называемый «кокаиновый шик». Этому стилю были свойственны анорексия, драные джинсы, показная небрежность, круговорот вечеринок, эпатаж и… зияющая пустота в душе. Кроме того, у Кейт были свои представления о том, как двое знаменитостей должны проводить время: она считала идеальным отдыхом богемную вечеринку, обильно «припорошенную» кокаином. Не удивительно, что пара стала постоянным источником скандальных новостей. СМИ смаковали погромы в отелях, публичные выяснения отношений и примирения, совместные развлечения влюбленных. Как и Джонни, Кейт была одиноким, эпатажным бунтарем. Поэтому паззл, казалось бы, совпал: в Голливуде появился странный, декадентский союз двух звезд, идеально совпадающих по энергетике. Все вокруг решили, что экстравагантная блондинка как нельзя лучше подходит чудику Джонни, и пророчили паре скорую свадьбу. Сама Кейт тоже уверовала в то, что Джонни у нее в кармане: она стала раздавать автографы от имени Кейт Депп и заглядывать в каталоги свадебных платьев.

Журнал «Fashion Time» писал об этой неординарной паре, сравнивая ее с другим звездным союзом «Питт-Джоли»:

«Страсть Джонни Деппа и Кейт Мосс была настолько душераздирающей, что ни один из них даже не подумал сыграть на этой истории для собственной карьеры – их обоих изначально объединяло отсутствие стремления понравиться той целевой аудитории, которая верит в благочестивый облик звезд, демонстрирующих благородное усыновление выводка детей из стран третьего мира. Для Джонни и Кейт куда более естественным было показать fuck в объектив камеры, нежели впустить журналистов в свой дом для постановочной съемки накануне выхода нового проекта… Знакомство Джонни Деппа и Кейт Мосс в феврале 1994 года в нью-йоркском Cafe Tabac обернулось любовью с первого взгляда, как в кино. Общие друзья, привыкшие к тяжелому характеру Джонни и сумасбродству Кейт, были удивлены скорости, с которой каждый из них кинулся в омут этой страсти, одурманенной наркотиками, алкоголем и названной впоследствии журналистами кокаиновым романом.

…Им обоим была важна определенная доля демонстративности – не для широких масс, но лишь для того, чтобы добавить правильного антуража и остроты отношениям. В их жизни хватало и шикарных яхт на Сент-Барте, но все же чаще они шатались по злачным местам, запирались в гостиничных номерах на несколько суток, принимали ванны из шампанского, устраивали потасовки в клубах, дрались на людях. Рассказывали, что они подрались в одном из лондонских ресторанов, а потом решили устроить перемирие, пытаясь заняться любовью прямо на столе, у всех на глазах, среди гор разбитой посуды. Весь мир считал их бешеными психами, но вместе с тем восхищался талантом жить красиво и смело, хоть и с риском для здоровья».

В 1998 году скандальный союз распался неожиданно для всех. Отношения пары прекратились так же непринужденно и легко, как и начались. Причиной расставания не были иссякшие чувства друг к другу: Джонни и Кейт развело затянувшееся декадентство, лишающее пару надежды превратиться когда-нибудь в нормальную традиционную семью.

После расставания Кейт ностальгически вспоминала:

«В моей жизни тогда не было человека, который бы по-настоящему заботился обо мне. Джонни стал таким человеком. Когда у Джонни появился собственный клуб Viper Room, он устроил для меня сюрприз ко дню рождения. Мне исполнялся 21 год, а я уже успела повидать все, что только можно, но только Джонни умудрялся всегда меня удивлять! Когда он отодвинул занавески, там оказались все мои близкие люди. Все прилетели издалека – кто из Лондона, кто из Нью-Йорка. А затем Джонни мне сообщил: „Мы идем на ужин, надень платье“. Я ответила, что у меня нет платья. Я была в сатиновом платье до пола, и он взял ножницы и обкромсал подол до колен. Я до сих пор храню этот кусок. Как и нашу любовь. Она была настоящая…

Однажды Джонни сказал, что у него что-то вскочило на заднице, я засунула руку в его штаны и достала оттуда бриллиантовое колье, стоившее целое состояние…»

Скупой на публичные высказывания о личном, Джонни, тем не менее, признался журналистам:

Я плакал целую неделю после нашего расставания с Кейт. Часть Кейт навсегда во мне. Большая часть меня скучает по ней, и я до сих пор не понимаю, почему мы не вместе и почему мысль о создании семьи не пришла нам в голову.

Чужой среди своих

От любовных драм сентиментальный и ранимый Джонни спасался работой. Тем более, у него начался одни из самых продуктивных периодов в карьере. За последующие 15 лет он снялся в 37 фильмах, большинство которых стали мировыми хитами. Достаточно назвать хотя бы «Сонную лощину», первые части «Пиратов Карибского моря», «Однажды в Мексике», «Джонни Д». «Волшебную страну», «Распутника», «Кокаин», «Из Ада».

Наиболее известна, разумеется, роль Джека Воробья, простите, капитана Джека Воробья во франшизе «Пираты Карибского моря». Именно она сделала успешного и востребованного Джонни настоящей мировой знаменитостью без оговорок. Да и успехом фильм обязан в большой степени именно этому образу. Однако перед съемками ситуация складывалась так, что этот потрясающий образ мог вообще не родится – дело в том, что продюсеров категорически не устраивала концепция роли, предложенная Джонни, которая не имеет ничего общего со сценарным персонажем.

Затруднительно перевернуть весь съемочный процесс фильма, продюсировавшийся сразу двумя монстрами кинокомпаний «Дисней» и «Джерри Брукхаймер» и при этом говорить: «Кстати, я полностью переделал свою роль в вашем стомиллионном проекте. Надеюсь, вы не возражаете».

Но именно это Депп и сделал, к вящему удовольствию зрителей и выгоде кинокомпаний.

Сам он рассказывает об этом так:

Когда началась съемочная рутина, и надо было мерить костюмы, было ли какое-либо негодование со стороны студии к твоему подходу к роли?

Да. Но, в то же время, было крайне мало тех, кто был против моего выбора. Дик Кук, из Диснея, был настоящим джентльменом с первых секунд, как я его повстречал. Он был в восторге от того, что я выбрал ещё в самом начале съемок. Было несколько встревоженных, но этим всё и кончилось. Потом я понял, почему они были обеспокоены и озабочены тем, что я порчу фильм. Пришлось сесть с ними и всё обговорить. Я сказал: «Уважаю вашу позицию. Я понимаю, что вы обеспокоены, но вам надо верить мне. Вы наняли меня на работу, и я уверен, что хорошо справлюсь со своей ролью. Уверен, что создам нечто такое, что в результате понравится вам. Это может занять у вас месяц, может, больше, но я думаю, что смогу. Вам придется мне верить, ибо если вы не сможете мне доверять, вам придётся меня заменить»

Как мы все помним, победа была полной. Фильм имел невероятный успех, а капитан Джек стал персонажем практически культовым, настоящей визитной карточкой актера. Это тем более удивительно, что Депп никогда не тяготел к чисто коммерческим проектам, предпочитая роли «почуднее» и кино «артхауснее».

В то время отношение студии к Джеку было диаметрально противоположным. Они его не переваривали. Они его буквально не переваривали. Мне кажется, это был Майкл Эйснер, возглавлявший тогда Дисней, кому принадлежит цитата: «Он уничтожает фильм».

Это был реальный экстрим – докладные, служебные записки, общее безумие, телефонные звонки, и агенты, и адвокаты, и скандалы, и звонки ко мне из, если так можно выразиться, верхнего эшелона Диснея с вопросами: что происходит с персонажем? Он городской сумасшедший? Он пьян? Кстати, он не гей? Он то? Он это? Ну, однажды я и сказал одной диснеевской даме, которая названивала мне с подобными вопросами: «А разве Вы не знаете, что все мои персонажи – геи?». После этого она действительно разволновалась.

Не удивительно, что Джек Воробей (простите, КАПИТАН Джек Воробей) до сих пор остается одной из любимых ролей актера. После выхода первого фильма он так говорил об этой работе:

Это было потрясающе. Я испытал огромное удовольствие, сыграв эту роль. Были моменты, когда Гор (Вербински) и я, или Орландо (Блум) задавались вопросом «Можешь поверить, что нам надо это сделать?». Действительно было похоже на это.

Не было ничего лучше, по-моему, чем сыграть капитана Джека. Я действительно полюбил этого персонажа. Когда вжился в роль, а это со мной случилось, потом пришлось пройти через декомпрессию. И депрессию. Было ощущение сродни «Боже, шесть месяцев я был другим человеком и никогда больше его не встречу». Было очень странно. Я полностью не вжился в роль. Это было немного иначе. Я знал своего персонажа настолько хорошо, что работа становилась естественной для меня.

В другом интервью, рассказывая о взаимоотношениях со студией по поводу первой части «Пиратов», Джонни говорил:

Зол ли Депп на «Дисней» за их узкое мышление? Это недоверие с их стороны?

Нет. Я сказал им: «Послушайте, вам не нравится мое видение – так увольте меня. Вы наняли меня играть персонажа, это то, что я хочу сделать». Я имею в виду – это работа. Они что, не видели предыдущие мои фильмы? Нужно заранее узнать, что за кадр поступает к тебе на работу, прежде чем подписывать договор, понимаешь?

Испытал ли он чувство торжества, когда стало ясно, что его подход к образу Джека сработал, когда зрители влюбились в него?

Я знал, что делаю все правильно. Даже в тот момент, когда они подошли ко мне с вопросом «Нет, нет, что это?». Все было правильно. Даже когда другие актеры смотрели на меня с презрением, я стоял на своем. Опытные актеры, возможно, думали: «Иисусе, он двинулся», потому что я рвал сценарий, я был неуправляем. Я «прощупывал» героя. Не всем нравится такой подход. Оливеру Стоуну это совершенно не нравилось, я изменил весь текст, который он написал для моего героя во «Взводе», неудивительно, что большую часть с моим участием просто вырезали.

Сам Джонни был удивлен невероятным успехом фильма. В одном из интервью он говорил:

Мне очень повезло с таким колоритным персонажем, но, когда мы приступали к съемкам первого фильма, никто и не подозревал, что Джек так понравится зрителям.

В 2005 году возобновился творческий тандем Джонни Деппа и Тима Бертона. За несколько лет они сделали вместе 4 проекта – «Труп невесты», «Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит», «„Алиса в стране чудес“ и „Мрачные тени“. Три из них оказались очень успешными.

„Труп невесты“ уже много лет занимает лидирующие места в рейтинге самых кассовых и культовых фильмов и принес его создателям премию „Оскар“. Причем, едва ли не половиной успеха проект обязан великолепному озвучиванию Деппом главного персонажа Виктора ван Дорта.

Мрачный декадентский мюзикл в стиле хоррор „Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит“ принес Джонни „Золотой глобус“ за лучшую мужскую роль и несколько номинаций на другие престижные премии. Эта работа стала вторым опытом Деппа в мюзикле. Причем, на этот раз актер исполнял вокальную партию сам, что, по его признанию, далось ему с трудом. Странно слышать такие слова от актера, начавшего путь к успеху с подростковой группы.

Но лучше дать слово самому Джонни:

Поговорим о проекте „Суини Тодд“. Ради роли в этом мюзикле вам пришлось запеть! Как ощущения?

То есть хотите знать, стал бы я делать это снова? О нет! Я уже играл в мюзикле много лет назад, это был „Плакса“, но технически в нем участвовала только половина меня, я ведь там не пел. Тим – смелый человек, он заставил меня спеть. А я, знаете ли, даже в душе никогда не пою… Но ничего, обошлось. Как только я преодолел страх, пение стало удовольствием. Мне нужно было придумать, как бороться с неуверенностью, и я начал записывать свои вокальные репетиции. Добился записи, которая мне понравилась, скрестил пальцы на удачу и послал ее Тиму.

Вы однажды сказали, что вам нужно увидеть немного себя самого в каждом герое, которого играете. Какую часть себя вы увидели в безжалостном убийце-парикмахере?

Я действительно верю, что актеру нужно привнести какую-то часть себя настоящего в любую роль. Так вышло и на этот раз, ведь мне уже доводилось прежде брить взрослого мужчину. Правда, он выжил и даже дожил до сегодняшнего дня.

А как же чувство мести, которым одержим главный герой?

Не сомневаюсь, что большинство людей не захотят этого признать, но мы все втайне мстим. Я так и вовсе фанат мести. А мой герой, между прочим, той самой местью очищается.

Трудно было перерезать людям горло?

Ну что вы! Убивать всех было легко. Самым трудным было намыливать их и брить. Вот что меня больше всего приводило в ярость!

Наверняка не обошлось без веселых инцидентов? Ведь у вас в руках все время были бритвы…

Ну да, я сделал одному персонажу бразильскую эпиляцию!

Вы собирали какую-то информацию, изучая своего героя, традиции его времени?

О да! Я тот еще книжный червь и получил настоящее образование, изучая время и нравы сумасшедшего парикмахера.

Еще одной яркой работой Джонни стала роль Безумного Шляпника в фильме „Алиса в стране чудес“

Ниже приведены отрывки из интервью, которое актер дал ресурсу ComingSoon на конференции, приуроченной к выходу фильма.

Джонни, вы ведь уже „немного“ работали с Тимом Бертоном вместе. Это ваш седьмой совместный проект, не так ли?

Думаю, что да, типа того.

Когда Тим предложил вам роль Безумного Шляпника, какова была ваша реакция?

Ну, честно говоря, он мог бы предложить мне роль Алисы, и я бы согласился. Для Тима я бы сыграл любого персонажа, но, если серьезно, роль Шляпника – это подарок. Подарок, потому что непросто создать образ этого героя. Нельзя, чтобы Шляпник был похож на резиновый мячик, мечущийся в пустой комнате, и заставить зрителя наблюдать за тем, как он отскакивает от всех предметов. В общем, я хотел, чтобы у парня было прошлое, и чтобы он был немного значительнее и весомее.

В Шляпнике, изображенном вами, ощущается какая-то давняя трагедия, какой-то надлом, которого не было в оригинальном произведении. Что можете сказать по этому поводу?

Да, Безумный Шляпник – натура мечущаяся и, думаю, отсюда пошло выражение „безумный, как шляпник“. Дело в парах ртути, которую подмешивали в клей при изготовлении шляп, и эти пары наносили вред психическому здоровью. Поэтому если посмотреть на Безумного Шляпника с этого ракурса, то да, это он тот парень, который, говоря без преувеличения, испорчен. Он сам телесно поврежден. Он и в эмоциональном плане немного бестолковый. В нем сосуществуют, если можно так выразиться, эмоции в экстремальных своих проявлениях: он то напыщенный и претенциозный, полный легкомыслия, то вдруг гневный и внушающий опасность, а потом, как правило, трагичный. Да, было невероятно интересно работать над ролью и пытаться раскрыть все грани непростого характер моего героя.

Вы с Тимом работали совместно над многими проектами. Как считаете, насколько ваши личные и профессиональные взаимоотношения выросли к настоящему времени? Тим сказал, что всякий раз, когда он работает с вами, вы его удивляете. Вы чувствуете то же самое по отношению к нему?

Да, каждый раз на старте самое главное для меня – создать образ, который я буду играть, но затем в процессе работы я начинаю волноваться: „Господи, а вдруг именно в этот раз я его (Тима) разочарую?“. Я, правда, очень стараюсь, особенно на ранних стадиях, чтобы продемонстрировать что-то по-настоящему новое и то, чего раньше не было, чтобы мои находки вдохновили и побудили Тима принять верное творческое решение, касающееся образа моего героя. Короче, в основном, я пытаюсь не сбить Тима с толку.

К сожалению, не менее замечательная работа Деппа в дебютной работе режиссера Лоуренса Данмора „Распутник“ не получила столь широкого зрительского признания. Хотя по глубине, сложности, яркости – это действительно выдающаяся роль. Джонни сыграл реальное историческое лицо – Джона Уилмота, второго графа Рочестера, фаворита короля Англии Карла II, блестящего литератора и политика, одну из самых противоречивых и неоднозначных персон той эпохи. Партнером Деппа в этом фильме стал Джон Малкович, сыгравший английского монарха, съемки велись в английских исторических интерьерах. Фильм не получил широкого зрительского отклика. И Джонни винит в этом прокатчиков, которые по его выражению, картину „уничтожили“.

Актер так говорит об этой работе:

СМИТ: Я бы сказала, что Уилмот был из тех людей, которого рвали на части многие демоны. Он реально существовал; в сущности, интерпретировать литературный персонаж – это одно, а играть реально жившего человека – наверное, совсем другое. Ты чувствуешь какую-то разницу?

ДЕПП: Это совершенно определенно разные вещи. Первое – это ответственность. Когда вы играете реальное лицо, на вас лежит ответственность перед этим человеком, перед его наследием, перед памятью о нем. Особенно когда вы играете такого человека, как Джон Уилмот, граф Рочестер, потому что я всегда чувствовал, что он был прекрасный, великий поэт, которого никогда не признавали серьезным поэтом, а рассматривали просто как сатирика или вообще как одного из придворных оболтусов Карла II. Я никогда не считал, что ему воздали должное. Он был отступник, блестящий поэт с невероятной творческой храбростью.

Я так сильно ощущал эту громадную ответственность перед ним, необходимость показать его правильно, что Рочестер захватил меня целиком. Я прочитал о нем все. Я знал о нем все. Я ездил по местам, где он жил, я был там, где он умер. Я просматривал его подлинные письма в Британской национальной библиотеке, выписывал оттуда его подлинные выражения и обороты речи и использовал их потом в сценарии. Этот парень был так глубок, и так одарен… Не хочу показаться каким-то экстрасенсом, но, думаю, он удостоил меня несколькими визитами.

СМИТ: Я смотрела „Распутника“ множество раз. Операторская работа, режиссура, сценарий – там все прекрасно. Костюмы, актерский ансамбль, особенно женские роли – просто превосходны. Джон Малкович был для тебя отличным партнером. Но мне показалось, фильм был просто убит прокатчиками.

ДЕПП: Он был именно убит, совершенно точно. Он был уничтожен. Это был просто какой-то запредел.

Я хотел пойти к художнику Банкси, английскому мастеру граффити. Я хотел обратиться к нему с просьбой. Я хотел, чтобы он написал образ, набросок Джона Уилмота, и разбросал его в городе тут и там, лишь с одной строкой из фильма: „Я вам не понравлюсь“. Я думал, в этом есть что-то такое соответствующее этому материалу. Но реакция была: „Че еще за Банкси?“

Интервью с Патти Смит (Vanity Fair, январь 2011)

В 2009 году Джонни Депп сыграл главную роль в нашумевшем фильме „Джонни Д (Враг общества)“ о знаменитом гангстере и грабителе банков 30-х годов. На первый взгляд этот персонаж выбивается из привычных для актера образов, среди которых не найти обычных брутальных парней, столь любимых американским кинематографом. Но это только на первый взгляд. Фильм получился отнюдь не про крутого парня из вестерна, а про противоречивого и необычного человека, судьба которого сложилась так странно и даже трагически. Джонни любит эту роль и с удовольствием говорит о ней.

Я хотел отдать должное моему деду через Диллинджера и Диллинджеру через деда. Знаете, мой дедушка в 30-е днем водил автобус, а ночью занимался контрабандой спиртного.

Полагаю, та эпоха меня зацепила – 30-е, 40-е и даже 20-е. Я был очарован старыми фильмами с Богартом, Кэгни и даже Фредом Астером.

Фильм называется „Враг общества“, но я не считаю Джона Диллинджера врагом общества.

Депп добавляет, что главный антагонист Диллинджера, Эдгар Гувер, принес больше горестей и невзгод за те 40 лет, что был у руля ФБР, чем Диллинджер в течение 18 бесшабашных месяцев.

„Я хочу спросить, кто тут настоящий преступник?“ – вопрошает Джонни.

Фильм „кровавый и брутальный“, но события развиваются в разгар Великой депрессии, во времена лопнувших банков и лишений должников имущества.

В определенный момент люди были просто вынуждены взяться за оружие, разве нет?

Если бы сегодня появился какой-нибудь Робин Гуд… мы живем в такое время, когда личная жизнь продается телевидению. У всех есть видеокамера, сотовый, „Блэкберри“. Меньше, чем за 10 секунд ролик появляется в Интернете. Так что нового Робин Гуда продали бы так же, как и все сейчас продается.

Впрочем, практически каждая роль Джонни в этот период становилась событием – и Джеймс Барри в „Волшебной стране“, и Джордж Джанг в „Кокаине“, и Вилли Вонка в очаровательном семейном фильме „Чарли и шоколадная фабрика“. И в каждой он был другим, непохожим на прежних персонажей, но в то же время оставался собой – одиноким бунтарем, не живущим по шаблонам и стереотипам.

О том, что объединяет его персонажей, Депп лучше всего сказал однажды сам:

Тем не менее, у всех моих героев есть общая черта. Нить, которая их связывает. Пусть они очень разные, в той же степени они похожи, потому что для их создания необходима правда, понимаешь? А правда в том, что они все чертовы аутсайдеры. Их не понимают. К ним относятся снисходительно, в плохом смысле.

Не менее непохожим на других голливудских звезд Джонни оставался и в обыденной жизни. Несмотря на растущую популярность и внушительные гонорары, за 10 лет жизни в Лос-Анджелесе он так и не обзавелся собственностью: продолжал жить в отелях и на съемных бунгало, ездить на арендуемых авто, вести скромный образ жизни. За это обитатели Голливуда прозвали Деппа бездомным миллионером.

Режиссер Джон Уотерс вспоминал:

„Я спрашивал его: „Куда ты хочешь, чтобы я отправлял тебе почту? На скамейку? Куда? В США?“. Я думаю, сейчас он купил дом. В любом случае у него есть адрес. Но я не уверен, что он заглядывает в почтовый ящик. Я не думаю, что он пользуется почтой. По нему не скажешь“.

Сам Джонни в интервью демонстрировал поразительное равнодушие к своему растущему успеху и его плодам:

Я научился не ожидать кассового успеха фильма, но мне приятно узнавать, а порой и самому видеть, что мой фильм пришли посмотреть больше чем несколько человек. Я стараюсь как можно меньше времени проводить в Голливуде, поэтому я не знаю, что происходит в бокс-офисе. Помню, что после нескольких недель проката „Чарли и шоколадной фабрики“ я позвонил своему агенту и спросил: „Как дела у моего Чарли“?» И она ответила: «Похоже на то, что он перейдет черту в $200 миллионов в местном прокате». Я не знал, что это значит, и спросил: «А это хорошо?».

Однако статус звезды вынудил Джонни принять некоторые практичные меры. Он берет на работу бизнес-менеджера, специалиста по связям с общественностью, адвоката и личного секретаря – для ведения расписания (секретарем становится его сестра Кристи). Кроме того, Депп начинает заниматься бизнесом: он открывает фешенебельный ночной клуб Viper Room. Популярность растет, как снежный ком, хорошо, что она не сопровождается, как это часто бывает, «звездной болезнью», Джонни – не тот случай. Он вспоминает:

Когда-то давно я снимался в одном фильме с прекрасным актером Гектором Элизондо. Я тогда был молод и беден. Денег, которые я зарабатывал, еле-еле хватало на аренду квартиры. Помню, я спросил Гектора, почему обитатели Голливуда так быстро меняются, когда к ним приходят богатство и слава. Элизондо ответил, что большие деньги не могут привести к «звездной болезни». Все зависит от человека – если он высокомерен и заносчив, когда беден, то деньги сделают его хуже. Но если человек открыт и дружелюбен, то никакое богатство не может его испортить. С тех пор я не раз убеждался в правильности этих слов. Могу только надеяться, что никакие гонорары никогда не изменят моей сущности. Я совершенно искренне не считаю себя лучше кого-то из прохожих, которых встречаю на улице. Каждый из нас хорош в чем-то своем, вот и все.

На вопрос о том, доставляет ли слава неудобства, Депп отвечает:

Видите ли, с одной стороны, я счастлив, что могу делать то, что мне нравится, да еще и хорошо зарабатывать. С другой – когда еду на деловую встречу, а за мной семь машин с тележурналистами и фотографами – это немного раздражает. Ну а что совершенно меня бесит, так это когда пытаются сфотографировать моих детей!

А однажды он сказал совершенно неожиданную вещь, неожиданную, для голливудской мегазвезды, но не для себя:

Мое определение свободы – простота и анонимность. Когда-нибудь я получу их снова. Когда буду старым и все от меня, наконец, устанут.

Возможно, это связано со скептическим отношением к Голливуду, в котором Джонни не стесняется признаваться.

Я всегда старался избежать того, чтобы стать «голливудским продуктом». Не стремился ни к звездности, ни к обожанию… К тому же долгое время меня преследовали провалы, но люди все равно меня нанимали.

Америка – глупая и агрессивная страна. Как щенок, у которого уже выросли зубы, и он может ими больно укусить, но зачем ему это понадобилось, не понимает. Европа – совсем другое дело. Страны с потрясающей, захватывающей воображение историей и культурой… В Америке лишь лучшее в мире кинопроизводство, поэтому я там провожу кучу времени на съемках. А жить и отдыхать мне нравится в Европе.

В характере Джонни причудливо сочетается тяга к основательности и постоянству с кочевой ветреностью, цыганщиной. Сам он говорит однажды на эту тему:

Во мне есть любовь к традиционности, основательности и постоянству, и в то же время во мне живет цыганский дух, и я не смог бы заставить его уйти, даже если бы захотел.

В Голливуде, где прожил без малого десять лет, Джонни так и не прижился по-настоящему:

Мне всегда кажется, что я не дома. Меня всегда посещает чувство, что это просто очередной этап. Но в то же время мне это нравится: я действительно не готов где-то плотно осесть. Говоря о постоянстве, я вижу это в будущем.

Когда в его жизни происходит нечто значительное, чудак Депп делает зарубки на теле при помощи ножа: на руке актера уже имеется целая линия маленьких шрамов. Сам он говорит по этому поводу:

У меня забавные отношения с собственным телом. Если бы я проломил стену, я бы захотел почувствовать это, разбить руку и увидеть кровь. Это действительно глупо и романтично, но, если вы чувствуете что-то сильное, вы пытаетесь сохранить это навсегда. Поэтому у меня на руке эти шрамы. Последний – вот этот большой, здесь, я нанес его около полутора лет назад. Возможно, это звучит так глупо, но я не могу остановиться на полпути.

Крайности и противоречия при удивительной цельности натуры – в этом весь Джонни. В тридцать лет он местами ведет себя как четырнадцатилетний, беззаботный обалдуй, а местами демонстрирует мудрость просветленного старца. Журнал «Cosmopolitan» писал о нем в 1993-м, цитируя самого Джонни:

«„Я знаю, что мне стукнуло тридцать и что мне не семнадцать. Но я все еще чувствую себя на семнадцать. Я не хочу быть взрослым“.

Нравится ли это женщинам?

„Возможно, они предпочитают взрослых. Но во мне есть и то, и другое. Во мне всегда сочетались две крайности“.

Возможно, дело в его имени, которое звучит так по-мальчишески?

„Я с детства Джонни. Я не смог бы изменить свое имя сейчас. Это как если Билли Болдуин вдруг превратится в Вильяма Болдуина“.

Без всякого предостережения Депп сосредотачивает свое внимание на кофейной чашке. По ее ободку важно ползет толстый коричневый таракан.

„Привет, – говорит Депп таракану, широко раскрывая глаза. – Вау, посмотрите, на его брюшко! Я думаю, что он собирается разродиться в моем кофе“.

Подзывая официанта, Депп говорит: „Извините“. Официант замечает таракана и с огромным смущением начинает убирать чашку. Но Депп останавливает его: „Все в порядке, это мой друг“. А затем Депп спрашивает то, за чем он действительно окликнул официанта: „Ребята, вы продаете здесь сигареты?“. Ему отвечают, что нет, и мы встаем и уходим. „Пока, малыш“, – говорит Депп таракану и машет ему рукой.

Возможно, именно нежелание Деппа наряжаться в одеяния взросления делает его таким привлекательным. Он очаровывает женщин, потому что он не прилагает к этому слишком много усилий. Его сексуальность необъяснима. Он не пытается манипулировать или подавлять, господствовать или усмирять свое эго. Подобно наивному ребенку он следует за своим сердцем. Он беспрепятственно плывет по водам взрослой жизни, в которых многие молодежные кумиры до него опрокидывались и тонули.

И в заключение, Депп – это парень, который с наслаждением дает своей нынешней группе название „Пи“ и в то же самое время обладает проницательностью, позволяющей выбирать проекты, отражающие его лучшие стороны. Как говорит он сам, в нем всегда сочетались обе крайности».

Взаимоотношения с персонажами у Джонни тоже весьма интересные. С одной стороны, он лицедей с тысячью лиц, с другой, в нем нет присущей лицедеям легкости и способности моментально менять маски. Говоря языком более профессиональным, Джонни каждого своего персонажа долго ищет, изучает, растит в себе. И в конечном счете настолько с ним сживается, что потом отпускает с трудом. Более того, каждый персонаж оставляет в нем частичку себя, как парадоксально это ни звучит.

Например, съемки в «Пиратах Карибского моря» наградили Деппа новыми странноватыми повадками и очаровательной бородкой, которую он не спешил сбривать даже в перерыве между съемками:

Потому что если я побреюсь, то мне придется отращивать такую бороду полгода. Это самая длинная борода, которая может у меня вырасти. Семь волосиков здесь, три там – это все, что у меня есть…

Актеров принято спрашивать о творческом методе, способах вживания в роль, поисках образов. Джонни, никогда не отличавшийся склонностью к теоретизированию на эту тему, обычно отвечает на эти вопросы коротко и просто.

Мне нравится процесс создания персонажа. Люблю чувство защищенности, знаешь, когда можно спрятаться за маской персонажа. Я имею в виду, было круто открыться насколько это возможно в «Эдварде», попытаться увидеть вещи заново, понимаешь? Капитан Джек – совсем другое, Эд Вуд тоже, Безумный Шляпник, Вилли Вонка…

Способ поиска персонажа у Джонни тоже не совсем традиционный. Конечно, очень многим актерам важно, прежде всего, визуализировать создаваемый образ, потому они придают особенное значение гриму, костюму, манерам. Но далеко не каждый артист станет в прямом смысле рисовать своих персонажей. Депп поступает именно так.

В голове появляются четкие образы, от них невозможно избавиться.

Когда актер готовится к роли, он делает набросок будущего персонажа или рисует его акварелью – так было с Вилли Вонкой, Безумным Шляпником и даже Диллинджером – позволяя разуму плыть своим собственным метафорическим путем. Знаменитые глаза Джека Воробья, подведенные углем, были придуманы совсем не благодаря глэм-року, Джонни где-то прочитал или увидел, что берберские кочевники таким образом защищают глаза от солнца.

Я всегда рисую [наброски], не знаю, почему. Наверное, чтобы сперва взглянуть на парня.

В чем Джонни солидарен с большинством коллег, так это в том, что не очень-то любит смотреть свои фильмы (для основной массы актеров это действительно сложно – видеть свою уже сделанную работу, в которой ты ничего не можешь изменить). Сам Депп говорит об этом так:

Мне по-настоящему тяжело видеть себя в фильмах и, кстати, становится все тяжелее. Я стараюсь не смотреть на себя в кино – мне хватает того, что я ежедневно вижу свою физиономию в зеркале, когда чищу зубы по утрам.

Конечно, в Джонни, как в любом актере, есть тщеславие, как и в любом мужчине – желание нравиться. Но быть постоянно среди людей, быть в толпе он не умеет и не любит

Я вообще-то не люблю такие места, где полно людей. У меня от этого клаустрофобия.

О своем лекарстве от стресса он также рассказывал журналистам:

Как только чувствуете, что давит стресс, сразу говорите себе: «Расслабься!», а затем немедленно уезжайте куда-нибудь. Я, например, еду на Багамы. Тут пульс замедляется до 20 ударов – постоянная свобода! Я смотрю видео на YouTube.сom и много голливудских фильмов – старых и новых. Конечно, счастья за деньги не купишь, но на них можно купить яхту, которая повезет тебя к нему…

Ничего не напоминает? Конечно! Сразу понятно, откуда выросла финальная сцена в первой части «Пиратов Карибского моря». В ней не только Джек Воробей, в ней весь Джонни.

Конец 90-х годов ознаменовался большими переменами в личной жизни Джонни Деппа. В Париже во время съемок фильма «Девятые врата» он встретился с популярной французской певицей и актрисой Ванессой Паради. Мимолетная встреча неожиданно для всех переросла в роман, а он, в свою очередь перерос в союз длинной в 14 лет, казавшийся нерушимым. Тем более, его плодами стали двое очаровательных и бесконечно любимых Джонни детей.

Пожалуй, эту главу жизни Деппа стоит рассказать подробнее.

Глава 4. В тихой гавани

…Они изначально были противоположностями друг друга: мрачный, странноватый и хмурый американец, выросший в неблагополучной многодетной семье, и улыбчивая, хрупкая, коммуникабельная французская куколка, с детства привыкшая к среде шоу-бизнеса. Ванессу и Джонни с первых секунд знакомства влекло друг к другу. Позже немногословный и скупой на комментарии прессе Депп все же поделился с журналистами довольно эмоционально:

Я смотрел и не верил своим глазам! Кто же это, человек или ангел? Это было настоящее волшебство, магия. Под ее воздействием я начисто забыл, что однажды мы уже встречались – несколько лет назад. Но тогда все было иначе. Теперь же я за одно мгновение ощутил, что отныне моя жизнь изменится раз и навсегда!

Летом 1998 года Джонни Депп прилетел в Париж, чтобы принять участие в фильме режиссера Романа Полански «Девятые врата», сыграть, по собственному определению актера, «самую мужскую роль в своей карьере». В Америке осталась Кейт Мосс, до окончательного разрыва с которой дело пока так и не дошло. Джонни решил взять тайм-аут в непростых отношениях, отдохнуть и развлечься в романтическом Париже, чтобы вернуться в Голливуд посвежевшим, с основательно проветрившейся головой. Депп вспоминал годы спустя:

Я приехал сюда работать с гениальным режиссером Полански, который снимал удивительные картины. Но мною двигало еще какое-то смутное чувство, какая-то сила, на интуитивном уровне, манила меня сюда. Сейчас, спустя несколько лет, я понимаю: это было провидение. Меня привела сюда судьба, и этот город, и девушка, которую я встретил в этом городе, подарили мне смысл всей моей жизни и моего существования – мою дочь, мою крошку.

…Ужиная с коллегами по съемочной площадке в одном укромном парижском местечке (отеле «Косте», Hotel Costes на площади Rue Saint-Honor на правом берегу Сены), Джонни вдруг ощутил на себе долгий взгляд девушки, сидящей за барной стойкой. Она говорила волнующим, хрипловатым голосом, изящно курила и напоминала своей утонченностью фарфоровую статуэтку.

…На ней было платье с открытой спиной. И я увидел эту волнующую спину и шею… А потом она повернулась, мы встретились глазами, и – бац! – это и был конец моей холостяцкой жизни. Знаете это чувство – трудно объяснить, но это – то, что я почувствовал, когда встретил ее. Увидел, как она стоит в другом конце комнаты и подумал: что со мной происходит?!

Джонни не помнил, что Ванесса уже неоднократно мелькала в компаниях, с которыми он проводил время в Париже. Позже она рассказывала журналистам в одном из своих интервью:

«У нас были общие друзья, мы познакомились задолго до начала нашей совместной жизни. Часто вместе ужинали нашей маленькой дружеской компанией. И однажды, случайно, мы с Джонни одновременно вернулись в Париж, и так совпало, что на тот момент мы оба были свободны. Я сразу почувствовала что-то необычное. Нет, я, конечно, тогда не думала: вот отец моих будущих детей. Но все произошло как-то уж очень естественно. До него у меня были непростые романы, и по идее я должна была, обжегшись на молоке, дуть на воду, но… этого не случилось. Не было ни страха, ни необдуманных поступков, ничего такого».

Обменявшись несколькими говорящими взглядами, Джонни и Ванесса (которая также принадлежала к съемочной тусовке фильма «Девятые врата», участвуя в кастинге на одну из ролей в картине) оказались за одним столом. Инициативу проявил стеснительный Джонни, который попросил коллег пригласить Ванессу к ним за стол. Наличие большой, веселой компании помогло застенчивому Деппу ненавязчиво и легко увлечь беседой коммуникабельную француженку. С этого вечера Ванесса и Джонни почти не расставались. Спустя неделю они уже начали жить вместе.

Из воспоминаний Деппа:

Можно сказать, что я влюбился в Ванессу с первого взгляда. Я был пропащим человеком на тот момент. Она изменила все для меня с невероятной нежностью и пониманием, ей присущими. Мы начали показываться вдвоем после того, как она закончила съемки в фильме «Девочка на мосту». В то время я снимался в фильме «Девятые врата». Мы виделись каждую ночь, каждый день, мы не могли жить друг без друга долгое время. Никто не мог нас разлучить. Когда я увидел фильм «Девочка на мосту», то был глубоко впечатлен необычайной прелестью этого фильма, не говоря уже об образах на экране. Вы не замечаете ее метод игры, никаких реальных усилий, никакого труда; она просто самая живая фигура фильма, самая естественная. Я был по-настоящему и глубоко увлечен ей. Я уверен, что наступит день, когда наша дочь Лили-Роуз подрастет и, увидев этот фильм, будет гордиться свой матерью так же, как горжусь ею я. В этом фильме есть что-то поистине редкое и драгоценное.

На момент знакомства с Джонни Ванесса была чрезвычайно популярна во Франции: соотечественники не чаяли души в худенькой, легкой Лолите своей поп-сцены. В то же время в США Паради была абсолютно никому не известна, а в Европе и России ассоциировалась лишь со своим хитом «Joe le taxi». Отец и мать девушки были режиссерами. Относительная мировая известность пришла к Ванессе в 1991 году, когда она стала лицом обширной рекламной кампании Chanel, изображая роскошную, экзотичную штучку, пташку в золотой клетке. Из интервью Ванессы десятилетие спустя:

«В тот день, когда мы нашли друг друга в Париже, мы были в одном мире – оба свободные, и все произошло в одно мгновенье. Мы просто не могли больше терять времени – даже не думали об этом».

Сразу же после романтической встречи в Париже в 1998 году Джонни буквально похитил Ванессу, умчав ее в романтическое путешествие на личном самолете, а потом пара практически сразу же съехалась: в съемную квартиру на Монмартре. Затем – скорая первая беременность, совместные роды (Джонни мужественно перерезает пуповину новорожденной дочери), переезд во французскую сельскую глубинку… Светящаяся от счастья Паради откровенничает с журналистами: «Я всегда мечтала о детях. Но ждала, когда появится Джонни».

На вопрос, удалось ли ей «приручить» звезду «Пиратов Карибского моря», мужчину, который до нее встречался с такими девушками, как Кейт Мосс и Вайнона Райдер, Паради рассмеялась:

«Приручить… Это что значит? Как льва? Неееет, нет, у нас все взаимно. Может быть, я – хорошая подружка потому, что я – именно его подружка. Не уверена, что я была бы хорошей девушкой для кого-то еще; то же самое можно сказать и о нем. Трудно это объяснить, но это что-то совершенно естественное, очевидное и прекрасное».

Ванесса не создавала рамок свободолюбивому Джонни: ее энергетика мягко обволакивала, манила и волновала романтичную душу Деппа. Примерно через месяц после знакомства он уже бодро паковал вещи, переезжая в уютную съемную квартирку на Монмартре: чтобы быть ближе к своей возлюбленной:

Когда я работал на съемках фильма «Девятые врата», мы виделись каждый день и каждый вечер. Мы не могли долго находиться в разлуке, нас было не оторвать друг от друга…

Встреча с Ванессой перевернула жизнь голливудского красавчика: Депп нашел себе не просто партнера по жизни. Он также нашел своего партнера по стилю: и он, и Ванесса одеваются в том странноватом, неповторимом индивидуальном стиле – частично рок-н – рольном, частью – винтажном. Видеть их вдвоем на красной дорожке всегда было огромным удовольствием. С самого первого дня казалось, они совпадают просто идеально, даже на вручении наград Академии кинокритиков в 2004 году.

Джонни так рассказывал о появлении Ванессы в его жизни:

Это случилось мгновенно и необъяснимо. Словно на уровне инстинкта. Когда вы видите посреди комнаты красивую девочку, то испытываете что-то вроде животного инстинкта, но в тот момент я не знал, какая она удивительная и щедрая женщина, и какой замечательной матерью она впоследствии станет, что делает ее еще более прекрасной. Помню, первое, что я увидел – это заднюю часть ее шеи, но когда она обернулась – я не мог поверить своим глазам. Я не понял, чем она привлекла меня, но это было волшебно. Судьба!

Кстати, в контрактах Деппа всегда прописано то, что он может оставить себе все костюмы своего героя – поэтому у него имеется великолепная подборка сшитых на него костюмов от дизайнера Колина Энтвуда (Coileen Atwood), который не раз получал «Оскар» как лучший художник по костюмам. «Суини Тодд», «Алиса в стране чудес», «Сонная Лощина», «Джонни Д.», «Ромовый дневник» и «Темные тени» – все костюмы Энтвуда Джонни хранит на специальном складе в Санта-Монике, тщательно упакованными и пронумерованными.

С ней я чувствую себя человеком, а не просто продуктом фабрики «Голливуд». Потому как она обладает невероятной «Joie de vivre», радостью жизни. Ванесса учила меня позитивному взгляду на жизнь, который постепенно вытеснил мой привычный, негативный. И она также возбудила во мне творческий потенциал.

Во Франции Деппу жилось ощутимо свободнее: вездесущие журналисты докучали гораздо меньше, чем в Лондоне или в Лос-Анджелесе, их пыл остужало французское законодательство, ревностно оберегающее права человека на личную жизнь. Чуткий ко всему прекрасному, Джонни наслаждался особым духом Парижа, его культурой, атмосферой, архитектурой. И с удовольствием замечал:

Здесь, в Париже, люди гораздо проще относятся к жизни, – замечает он. – Европейцы ценят искусство ради искусства. И фильмы здесь рассказывают о людях – в Америке же все фильмы о пришельцах с Марса. Здесь никому нет до меня дела. Здесь не важно, что меня зовут Джонни Депп, и что я снимаюсь в кино, и это здорово!

Джонни искренне восхищался приветливой Францией, а французы радовались и ликовали, заполучив голливудского красавчика. После съемок фильма «Сонная лощина» Депп с радостью и облегчением вернулся из США в Париж, где немедленно и совершенно неожиданно для себя был удостоен престижной французской кинопремии «Сезар» за достижения в области кинематографа. На вручении Деппа представил зрителям режиссер Роман Полански, а смущенный Джонни в ответ только смог выдохнуть: «Вот это да! Ничего себе! Мерси!».

Я испытывал смешанные чувства, меня на самом деле застали врасплох. Мне кажется, такую премию можно получить, когда уже собрался помирать, когда все вокруг ценят твои достижения, но не ждут ничего нового. У меня было такое чувство, как будто где-то кто-то знает обо мне больше, чем я сам, что я получу Сезар, и на следующий день все закончится! Но я был искренне тронут, потому что не очень-то избалован наградами. Однако я боялся, что меня хватит паралич сразу после того, как мне ее вручат…

Пара начала вести довольно уединенную жизнь: отношения Деппа и Паради совсем не походили на шаблонные, показные романы их коллег по цеху. Влюбленные избегали прессы, отказывались сниматься в фотосессиях популярного глянца и всячески оберегали свою любовь от миллионов любопытных взглядов. Сегодня уже практически невозможно найти свидетельств вспыхнувшей страсти двух известных личностей, хотя на момент знакомства они оба, и Джонни, и Ванесса, пользовались бешеной популярностью далеко за пределами своих стран. Ушлым репортерам ничего не удавалось раскопать, а влюбленные лишь радовались возможности спокойной жизни вдвоем, надежно укрытой от чужих глаз. На третьем месяце отношений Ванесса однажды утром увидела две полоски на тесте и поняла, что ждет малыша. Давняя мечта Джонни – когда-нибудь иметь семью, – начала сбываться прямо на глазах. Позже он скажет, оглядываясь назад:

До рождения детей я не знал, что семья – самая замечательная вещь в мире. Ванесса, Лили-Роуз и Джек принесли мне огромное счастье. Они мой ключ к успеху… Ванесса – самый замечательный человек, которого я знаю. Самый лучший. У нее золотое сердце. И хочу вам сказать, что в то время, как многие женятся и в скором времени разводятся, у нас с Ванессой очень крепкий союз, и мы заботимся о счастье друг друга.

Первенцем звездной пары стала прекрасная девочка, Лили-Роуз Мелоди, которая родилась в американском госпитале в Париже 27 мая 1999 года. Накануне рождения дочери пара перебралась из Парижа в пригород Сен-Мор-де-Фоссе, к родителям Ванессы. В январе 1999 года Депп был замечен в одном из лондонских ресторанов в обществе своей бывшей пассии Кейт Мосс. Актер снимался в фильме «Сонная лощина», а его бывшая возлюбленная только-только покинула стены центра реабилитации наркозависимых VIP-персон. В прессе сразу же возник придуманный репортерами любовный треугольник «Ванесса-Джонни-Кейт». Затем Джонни промелькнул в одном из ночных клубов в сопровождении Кристины Риччи, восемнадцатилетней красотки, партнерши Деппа сразу в нескольких фильмах. Молоденькая Риччи была несказанно рада, что ее имя стало мелькать в желтой прессе рядом с именем звезды первой величины:

«Я была довольна, ведь это был первый скандал в моей жизни! И если уж тебе суждено попасть в желтую прессу, то пусть это случится по вине Джонни Деппа!».

Однажды журналисты задали Деппу бестактный вопрос: «Вынуждает ли его неожиданная беременность Паради испытывать вину и оставаться рядом с Ванессой исключительно из благородства?». В ответ Джонни буквально взорвался:

Это полнейшая чушь. В моей жизни не бывает ситуаций, когда кто-то влияет на мое решение. Чувство вины или попытка давить на меня и шантажировать подобным образом никогда не приведут к желаемому результату, это не имеет ничего общего с теми чувствами, которые должен испытывать отец ребенка. И я никогда не буду так вести себя по отношению к женщине, которую люблю и от которой жду малыша.

Беременность и роды сильно изменили французскую Лолиту: Ванесса похудела, ее лицо перестало быть кукольным. А Депп, осознавший всю серьезность своего нового положения, даже стал носить часы (чего не делал никогда в жизни!). В прошлом актер оставил неумеренные возлияния, сумасшедшие вечеринки и даже свои непременные тридцать сигарет в день. Привычка следить за временем, поглядывая на часы, появилась у Деппа накануне родов: Джонни основательно готовился стать отцом, читал специальную литературу и собирался считать схватки:

Но, когда схватки начались, я был не в силах справиться с волнением. Я бессмысленно смотрел на то, как медленно идут минуты на этих часах. Рождение ребенка – это невероятное событие. Думаю, что, когда мужчина присутствует при родах, магия этого момента теряется. Хотя я уверен, что нет ничего более великого, чем, когда женщина рожает свое дитя.

В конце мая 1999-го жизнь пары кардинально изменилась: в их тесной компании появилась Лили-Роуз Мелоди Депп, долгожданная малышка, дочь Джонни и Ванессы. Рождение дочери стало настоящим потрясением для чувствительного Деппа:

У меня было такое чувство, словно туман застилал мне глаза все тридцать шесть часов, пока шли роды. И в ту самую секунду, когда она появилась на свет, туман рассеялся. Ванесса – самая красивая женщина в мире, и моя дочь – самое прекрасное создание на планете! Ради этого стоит жить. Теперь мне не все равно, что произойдет через сорок или пятьдесят лет. Мне кажется, что я и не жил до этого. Мой ребенок вдохнул в меня жизнь.

Нужно встретить ту самую девушку, нужно, чтобы она забеременела, вы вместе прошли бы через все эти прекрасные 9 месяцев, и тогда – БА-БАХ! Вот он, мой ребенок, и вот она – моя жизнь! В тот самый момент, когда рождается твой ребенок, рождаешься и ты. Ты становишься новым, абсолютно другим, потому что только теперь ты открываешься сам для себя. Встречаешься с собой в первый раз. И это учит тебя быть в ладу с самим собой, не ненавидеть себя больше.

Имя девочке Ванесса и Джонни выбирали вместе, подключив заодно и мам. Джонни рассказывал по этому поводу журналистам:

Мы придумали единственное имя для девочки: Лили-Роуз. Нам обоим нравилось имя Лили, а мать Ванессы предложила прибавить к нему элегантное имя Роуз. Мою мать звали Бетти-Сью, и она тоже хотела, чтобы имя внучки было двойным, вот так и получилось, что мы назвали дочь Лили-Роуз. А Мелоди она стала в честь песни Сержа Гензбура «Melody Nelson».

Джонни стало просто не узнать: это замечали все, кто работал и общался с актером до его отцовства. Именно после рождения дочери Ванессе удалось невозможное: уговорить Деппа бросить курить. При его солидном стаже курильщика и неизменных трех десятках сигарет в день отказаться от пагубной привычки было ох как непросто. Другие вредные пристрастия, которые время от времени позволял себе беззаботный холостяк Джонни (алкоголь и шумные вечеринки, легкие наркотики) также были благополучно оставлены в прошлом. Молодой отец принялся с энтузиазмом учить французский: не только для общения с возлюбленной (Ванесса бегло говорила по-английски), но и для того, чтобы всегда гарантированно понимать свою дочь, которой предстояло говорить на двух языках. Всем вокруг было очевидно: Депп созрел для отцовства, созрел для семьи. В одном из интервью тех лет он сказал:

Семья – это самое важное, что есть в мире. Если у вас нет семьи, считайте, что у вас нет ничего. Семья – это самые прочные узы всей вашей жизни.

А позднее добавил к сказанному:

Семья для меня – святое. Я живу сейчас для жены и детей. Наконец-то я нашел смысл своего существования. Я все отдам, чтобы сохранить семью. Нет ничего прекраснее, чем смотреть на ангельское лицо дочери, когда она просыпается утром…

Наличие семьи дает возможность построить нечто большее, чем ваши собственные желания. Это громаднейшая ответственность, которую, правда, многие отцы не принимают всерьез, но, неважно, что будут думать обо мне другие люди, я собираюсь быть очень хорошим отцом, а значит держать мою семейную жизнь как можно дальше от публичности.

Спустя некоторое время после рождения Лили-Роуз Мелоди семья переехала в парижскую резиденцию стоимостью в миллион долларов, а затем Джонни и Ванесса купили за два миллиона долларов роскошные апартаменты в получасе езды от Ривьеры Сан-Тропе.

Парижский бизнес, которым занялся Депп (ставший совладельцем ресторана «Мен Рей» на Елисейских Полях вместе с музыкантом Боно и актером Шоном Пенном), привязал его к Франции еще больше. Однако Джонни с радостью воспринимал все перемены, столь стремительно с ним происходящие. Он был счастлив по-настоящему и без каких-либо «но». Хотя, пожалуй, крохотная ложка дегтя в его бочке меда все же была: счастье немного омрачалось тем, что теперь Депп особенно беспокоился из-за проблем с желтой прессой, раздувающей сенсации из ничтожных фактов.

Я отец ребенка, у меня есть любимая женщина, семья, я хочу быть нормальным человеком, а не каким-то диковинным чудовищем, выставленным напоказ! Когда из меня хотят сделать пугало, я выхожу из себя, мне это дико не нравится.

Терри Гиллиам, легендарный режиссер, продолжающий дружить с Деппом еще со времен съемок нашумевшего фильма «Страх и ненависть в Вас-Вегасе», рассказывал о том, что Джонни очень изменился:

«Он так предан своему ребенку, словно это единственный карапуз, который родился на нашей планете. „У нее прыщик – о боже!“ Он без ума от нее и трясется над дочкой, как над несметным сокровищем».

Скорость, с которой Джонни обрастал новыми интересами, делами и знакомствами в Париже, наглядно свидетельствовала о том, что в ближайшем будущем о его возвращении в Лос-Анджелес не может быть и речи. Да не только в Лос-Анджелес – Депп не собирался возвращаться в Америку! А это значило, что девочке предстояло вырасти именно во Франции. По этому поводу Депп, ушедший заодно и из кинобизнеса, однажды сказал: журналистам:

Раньше я думал, что я могу уехать с ребенком в Штаты – в Колорадо или еще куда-нибудь. Но теперь я точно знаю: этого не будет. Ни за что, пока в американские школы ходят кретины, которые стреляют в своих одноклассников. Это страна, в которой ничего нельзя контролировать. Она уничтожает саму себя. Я ненавижу Лос-Анджелес, эту машину, которая губит любое творчество. Вот что мне нравится в Париже: тут во всем ощущается поэзия и красота. Я рад, что уехал и вырвался из этого мира. Я счастлив, что сейчас могу не читать журналы и не смотреть те фильмы, которые мне неинтересны. Я могу позволить себе быть не в курсе последних ролей каких-то актеров или актрис.

Однако после премьеры фильма «Сонная лощина» Джонни пришлось ненадолго вернуться в Голливуд, который встретил актера очередным ярким признанием его таланта: на легендарной Аллее звезд появилась именная звезда Деппа. Это весьма позабавило Джонни, который был и считался антиголливудской звездой:

Это забавно! Во всем этом есть нечто извращенное, что мне даже нравится. Что-то абсурдное! И этот очевидный сюр происходит в городе, который никогда и не замечал моего присутствия в нем… Все эти пятнадцать или шестнадцать лет я находился в постоянной войне с Голливудом, и тут – пожалуйста! – мне вручают звезду на Аллее звезд. Меня многие спрашивали: «И ты согласишься ее принять?» А почему бы и нет? Это все равно что быть приглашенным в Белый дом. Даже если ты ненавидишь президента, ты все равно пойдешь – хотя бы просто посмотреть, что там будет. К тому же я в некоторой степени испытывал гордость: ведь это старинная голливудская традиция, это довольно трогательно. И еще я подумал тогда, что через сорок, шестьдесят или семьдесят лет моя дочь будет идти мимо по улице и скажет. «Ах да, вон там, кажется, звезда моего папы!» В этом есть что-то милое. Но конечно, я был крайне удивлен этой новостью.

Одним словом, Джонни был искренне рад прилететь вместе с Ванессой в Лос-Анджелес, повидать мать и посетить энное количество вечеринок и светских мероприятий.

В 2000 году Джонни купил для своей семьи обширное поместье в деревне План-Де-Ла-Тур на Юге Франции: за 2 миллиона долларов. Очаровательный старинный дом цвета топленых сливок, укрытый порыжевшей от времени черепичной крышей, немного напоминал средневековый замок своей основательностью: надежные, выстроенные на века, стены были окружены ярко-зелеными, ухоженными лужайками, могучими дубами и фруктовыми деревьями: дом оказался очень милым снаружи и уютным изнутри. О своем новом статусе отца и мужа Джонни рассуждал так:

У меня очень много времени ушло на то, чтобы привыкнуть быть публичной фигурой. Ну, может быть, не привыкнуть, но принять это и понять, что быть известным не так уж и плохо. Мне понадобилось несколько лет на то, чтобы вырасти и не принимать все это так близко к сердцу. Пора признаться: я потратил впустую столько лет, был таким тупицей! И только встреча с Ванессой, и наши дети – вот что дало мне какую-то перспективу. Теперь… ну, может быть, не все так безоблачно, временами на меня находит, конечно… но я все-таки не делаю глупости 24 часа в сутки!

Однажды у него спросили: почему он выбрал для своей семьи именно Францию? Он охотно объяснил:

Точнее будет сказать, что это сама Франция избрала меня. Потому что здесь я встретил свою Ванессу и здесь родились мои дети. Во Франции у меня в первый раз появился дом, который я без всякого ложного преувеличения могу назвать с гордостью МОИМ ДОМОМ! И я очень надеюсь, что он станет также домом и для моих внуков, а может быть даже, и правнуков. Теперь я собираюсь жить очень долго и рассчитываю их дождаться!

Европа – это более зрелый мир с древней культурой. Тут и возможности совсем другие. За что я люблю Францию, так это за то, что здесь мне представилась изумительная возможность жить действительно нормальной размеренной жизнью, в которой я не сталкиваюсь с постоянным обсуждением кассовых сборов, гонораров, моего успеха или провала! Мы разговариваем, скажем, о том, какую хорошую бутылочку вина сегодня выпить за ужином, или об изумительном сыре, или о том, что за окном прогуливаются пони. Все очень просто. Мое сердце давным-давно было пленено Парижем, и каждый раз, когда я заканчивал очередные съемки, я сбегал сюда и растворялся в этом городе. В Париже просто какая-то волшебная и неописуемая словами атмосфера, его воздух просто зачаровывает и вдохновляет творческих людей, художников и артистов…

Мне не нужно закрывать глаза, чтобы помечтать, потому что у меня все есть наяву, каждый день – мои дети, моя девушка, моя жизнь. Она прекрасна настолько, насколько вообще может быть.

В холмистой, благодатной в плане климата, живописной французской глубинке беспокойная душа актера обрела долгожданный покой. По поводу своего отцовства Джонни говорил:

Для меня быть отцом значит очень многое. Я хочу всегда поддерживать нашу дочку, дать ей все, что только может дать отец. Но я до сих пор только начинаю открывать для себя, что значит быть отцом. Я буду стараться держать свою частную жизнь и жизнь моей семьи как можно дальше от глаз общественности, потому что от постороннего внимания нельзя ожидать ничего хорошего. Для меня очень важно, чтобы семья всегда была защищена, а наша дочь находится вдалеке от гласности.

Неспешная, размеренная жизнь План-Де-Ла-Тур приняла звездную чету, обеспечивая им анонимность и полную свободу передвижений: пожилые, степенные соседи были очень тактичны и не надоедали своим вниманием ни Ванессе, ни Джонни, ни их детям (практически сразу вслед за Лили-Роуз у звездной четы родился сын Джек). Пара полюбила долгие пешие прогулки по окрестным горным тропинкам, позволяющим любоваться великолепными пасторальными видами. Довольный Депп рассказывал друзьям:

Я общаюсь здесь кроме собственной семьи практически только со стариками. А многие из них даже не подозревают, что я – знаменитый американский актер. В нашей глубинке в основном интересуются своим, французским кино. Для местных звездами являются Депардье, Габен. И если кто-нибудь из соседских детей время от времени замечает, как я поразительно похож на Джонни Деппа, что ж, я не спорю…

Я всегда испытывал некую паранойю относительно людей вообще. Добавьте к этому постоянное преследование фотографов, тогда вы поймете, что я чувствую. Я никогда не прятался от прессы, всегда давал интервью, принимал участие в раскрутке фильмов, в которых снимался, но я предпочитаю, чтобы меня оставили в покое, когда я не на официальном мероприятии.

Помимо богатой флоры (тенистого сада, изумрудных полей и газонов, вековых деревьев-исполинов), поместье имело довольно изобильную фауну. От прежних владельцев Ванессе и Джонни достались бесцеремонные, пронырливые козы, большое стадо ручных кабанов и пара десятков диких кошек (которых с первых дней жизни в поместье взяла под свою опеку Вэн, устроив для них кормушки). Позже новые владельцы поместья заселили его небольшую конюшню: мохнатые, коренастые пони терпеливо ждали, пока Лили-Роуз и Джек подрастут и начнут брать уроки верховой езды… В общем, уединенная семейная жизнь на лоне природы била благодатным ключом. Однако репортеры продолжали донимать Паради и Деппа, интересуясь, когда же звездная парочка собирается узаконить отношения. Джонни шутил в ответ на подобные вопросы:

Я просто не желаю лишить Ванессу ее прекрасной, звучной фамилии. «Ванесса Паради» звучит практически как «райское создание», ведь в переводе с французского «paradis» означает рай. Фамилия «Депп» не так благозвучна. Кажется, на немецком она означает «болван».

Хотя несколько лет спустя Джонни ответил на надоевший вопрос более чем серьезно:

Вообще-то мы с Ванессой уже и так давно считаем себя женатой парой. Нам не нужны документы, чтоб знать, что я принадлежу Ванессе, а она мне. А свидетельство о браке является всего только бумажкой. Но для наших детей в будущем это может иметь большое значение. Так что мы обязательно поженимся – как только Лили-Роуз и Джек немного подрастут и сумеют оценить это событие. Тогда мы и устроим для них настоящий большой праздник.

Кстати, по законам Франции и США, Паради вовсе не числилась средь матерей-одиночек: ведь они с Джонни жили одной семьей и вместе воспитывали детей. Ванесса с детьми практически всегда сопровождала Деппа на съемки (а он ее – в турне), кроме того, Джонни оставался на хозяйстве в План-Де-Ла-Тур, когда Ванессе нужно было уехать на съемки клипа или запись нового диска.

Сельская глубинка стала настоящим раем для Ванессы: Депп, потерявший от счастья голову, называл ее маленькой красивой бабочкой и спешил выполнить любое желание Вэн, ежедневно проявляя себя очень заботливым отцом и идеальным мужем. Сложно представить себе настолько противоположных по складу людей: эксцентричного фрика, сердцееда и скандалиста Джонни, которого кровь индейцев-чероки всегда зовет в дорогу, и домоседку Вэн, обожающую уединенную жизнь и материнские обязанности. Однако этим двоим, столь разным по характеру и прежнему образу жизни, было по-настоящему хорошо вместе. Джонни избавил Ванессу от комплексов по поводу ее внешности, убедив подругу, что она не нуждается в обильном макияже и пластических операциях. Со временем Вэн практически перестала краситься в повседневной жизни и чувствовала себя при этом великолепно.

В ответ на преданность и обожание Деппа Ванесса любовью и заботой научилась усмирять приступы раздражения, свойственные вспыльчивому Джонни, измотанному съемками; научилась создавать дома атмосферу умиротворения и расслабленного, счастливого бытия. В одном из интервью, рассказывая о семейной жизни, Депп говорит:

Случается, что на меня что-то находит и я впадаю в бешенство: у меня очень вспыльчивый характер. Ванесса, конечно, отчитывает меня за это, но приводит в чувство, и я с трудом возвращаюсь к реальности. Теперь мои приступы не так мешают нам жить, как раньше. К счастью, люди с возрастом становятся более выдержанными. А рождение детей стало для меня стимулом и целью жизни, я забочусь о своей семье.

…Раньше я накачивался наркотиками, лежал и ждал, когда погаснет «экран», и я не смогу ничего увидеть. Я не жил, а существовал, но думал, что живу. В своем будущем я не видел ничего, кроме пустоты. Я не видел смысла, у меня не было целей. Все было скучно, однообразно и бессмысленно. Сейчас у меня есть опора в жизни – мои дети.

Ванесса стала гораздо более организованным человеком во многом благодаря Джонни. Она рассказывала:

«До встречи с ним я была более импульсивна и менее организованна. Теперь, когда мы идем куда-нибудь вместе, я должна не забыть купить все, что нужно мне и Лили-Роуз. Теперь я очень хорошо организованна, и моя мама смеется надо мной, потому что это так несвойственно мне. И в то же время я понимаю, когда мой дорогой сердится и становится невыносим, я должна успокоить его. Но это не значит, что я все держу в своих руках, мы идем на компромиссы. Иногда я нахожусь на грани того, чтобы кричать и бить посуду об стенки. Иной раз это самый лучший выход. Но в конце концов кто-то один должен сдаться, и это не обязательно всегда один и тот же человек. Для того, чтобы Джонни взорвался, достаточно искры. Но в то же время он может быть очень спокойным. Он умеет держать себя в руках. И тогда он кажется еще более спокойным, нежели я».

Пресса часто просит Вэн поделиться секретом счастливой жизни, на что Ванесса отвечает:

«В этом нет никакого секрета. Джонни – МОЙ мужчина. Во всех смыслах. Он – все, что мне нужно. Все, что мне когда-либо хотелось и о чем мечталось. Я даже не представляю, что я могла бы в нем изменить и за что покритиковать… Может, такое отношение со стороны женщины очень привлекательно в глазах мужчины? Но ведь это идет от самого сердца!».

Настоящим праздником для пары, которая практически не расстается, становятся совместные выезды на природу или в интересные укромные уголки земного шара. Как и родители, дети звездной четы обожают путешествовать, и Вэн искренне радуется, что у них есть все возможности проводить время в пути и в новых, интересных местах. Дети берут в дорогу целую кучу вещей, чтобы везде чувствовать себя как дома.

Вдохновленная счастливой личной жизнью, Ванесса продолжала заниматься музыкой: 17 октября 2000 года вышел очередной, самый ожидаемый альбом Паради – «Bliss». Годовалая Лили-Роуз принимала участие в записи, а Джонни выступил в качестве соло-гитариста для нескольких песен. Слова и музыку почти всех песен для нового альбома Вэн написала сама.

С марта по август 2001 года Паради провела во втором по счету большом турне в поддержку свежего альбома: она дала великолепные концерты во Франции, Бельгии и Швейцарии. Пять парижских концертов в престижнейшем зале Olympia заканчивались тем, что восторженная публика вызывала Ванессу на бис снова и снова, причем на последнем концерте на гитаре ей аккомпанировал Депп, который сопровождал любимую на протяжении всего турне, скромно стоял за кулисами во время выступлений Вэн, держа на руках дочурку. Один из концертов, прошедших в рамках турне, стал известен на весь мир (Au Zenith, прошедший 31 мая 2001 года на одноименной концертной площадке): его видеоверсия была выпущена на диске и продана миллионными тиражами. Триумфальное турне закончилось 4 августа в канадском Монреале.

…В конце 2002 года Паради принесли сценарий нового фильма режиссера Анна Фонтена.

Роль главной героини – Натали (впрочем, как и сам сценарий целиком) пришлись по душе Ванессе: она с энтузиазмом огласилась сниматься… чтобы вскоре отказаться от своего решения.

Причиной такого неожиданного поворота стала новая беременность. 10 апреля 2002 года в одной из престижных парижских клиник на свет появился Джек Джон Кристофер Депп (названный в честь любимого писателя Джонни – Джека Керуака).

Злые языки, судачившие о звездной паре, говорили, что Ванесса утратила самостоятельность и стала слишком зависима от Деппа. Нападки прессы на эту тему Вэн отражала со всей прямотой:

«От мужчины в нашем мире зависит слишком многое. Есть люди, которые начинают этим пользоваться во вред отношениям. А есть мудрые мужчины, которые это ценят. Кроме того, я не растворяюсь в муже. У нас прекрасный баланс: когда мы живем в Америке – я только мать и жена, а когда во Франции – я не только мать и жена: я работаю, у меня есть свои дела и интересы.

Меня часто спрашивают, почему я не пытаюсь выстроить свою карьеру в Америке: так вот меня это нисколько не привлекает! Я – француженка и востребована во Франции. Хотя у меня было несколько кинопроектов в Штатах, но все это было незначительно. У меня семья, дети, муж, который снимается по всему миру и живет на две страны. У меня своя работа во Франции. Представьте, что было бы, если бы и я стала делать то же самое – мотаться по миру из одной страны в другую и встречаться с мужем где-то в аэропортах? Не-е – ет, увольте. Мне об этом даже страшно подумать. Что будет с моими детьми? С моей семьей? Я слишком ценю то, что имею, чтобы желать чего-то большего».

Джонни также делился собственным мнением на этот счет:

Если Ванесса хочет работать, она, конечно же, может. Она давно уже работает над своим альбомом, и, я думаю, поедет на гастроли. Что же касается съемок в кино – просто пока не было ничего, что заинтересовало бы ее. В самом начале, когда мы были вместе, она была на гастролях, и я был «гастрольным папой» в дороге. Много, много времени мы были вдвоем – я и моя дочь. У нас всегда очень хорошо получается: соблюдать дистанцию и разделять обязанности. Когда я снимался в «Пиратах» в Доминикане, они не поехали со мной, потому что все это было ужасно сложно – им надо было сменить три самолета, чтобы добраться до меня. Но ты доходишь до точки, когда работаешь три недели, и можешь думать уже только о том, как бы их повидать. Это было сложно, на самом деле тяжело, и я знаю теперь: три недели без семьи – крайний срок для меня.

Я хочу, чтобы мои дети мной гордились. Я хочу быть для них героем.

…Джонни балует своих малышей, не находя в себе силы быть строгим даже иногда. Долой распорядок дня и правильное питание, долой вареные овощи и молоко с пенкой: если Лили-Роуз и Джек желают на обед чипсы и газировку – они получат именно их! Депп рассказывает журналистам:

Теперь я – папа, и я хожу на работу, и семья ездит вместе со мной. Все совсем по-другому… Больше всего остального я люблю быть со своей семьей. Я – настоящий домосед, и лучшая тусовка для меня – с моими ребятами.

Дети обожают оставаться дома с сумасбродным и любящим папочкой: он играет в куклы с дочерью, скачет на игрушечной лошадке вслед за хохочущим Джеком и каждый вечер ставит палатку в саду – где они сидят до глубокой ночи, вооружившись фонариками, а потом крепко спят вповалку, завернувшись в цветные пледы. В одном из интервью Депп хвастается:

Между прочим, я оказался лучше подготовлен к воспитанию детей, чем сам того ожидал. Я много лет возился со своими друзьями-пьянчужками, отводил их домой, смотрел, чтоб они не ушиблись, и без труда разбирал их пьяное бормотание. Так вот, совершенно маленькие дети напоминают мне малюсеньких пьянчужек. Они так же неуверенно держатся на ногах, их речь также непонятна и их хохот также неожиданно и часто безо всякой причины может смениться слезами. Так что мне не было тяжело вживаться в роль папы…

Мне понравилось высказывание графа Рочестера (роль которого Джонни сыграл в фильме «Распутник» в 2004-м): «До женитьбы у меня было шесть теорий воспитания детей. Теперь у меня шестеро детей и ни одной теории». В отличие от Рочестера, у меня никогда не было теории воспитания детей. Я стараюсь вести себя так, как хотел бы, чтобы мои родители вели себя со мной.

Джонни не расстается со своими ангелочками даже во время съемок:

Я очень часто беру детей на съемки. Несколько раз я расставался с ними на четыре-пять недель и под конец этого срока просто начинал сходить с ума от разлуки. Так что я предпочитаю привозить их с собой на съемки. И если Ванесса снимается, а я не работаю, то мы с детьми следуем за ней. Мне просто необходимо, чтобы все они были рядом.

…У нас не было няни, поэтому я был гастролирующим отцом. Мы ездили на автобусе, смотрели «Волшебника из Страны Оз» в 7000 раз, и, пока Ванесса работала – ну, понимаете – репетиции, выход на сцену, встречи, приветствия, все такое – я был просто папой, и очень четко чувствовал, что моя дочь предпочла бы, чтобы на моем месте была Ванесса. Быть отцом – это значит преодолевать препятствия, это всегда вызов, но в то же время это учит многому, и я прошел через это, и она тоже.

Образцовый папа следит за своим здоровьем и, похоже, навсегда оставил позади темное прошлое, полное маргинальных друзей, попоек и скандалов: саморазрушение остановлено. В одном из интервью он признается журналистам:

Лучше всего я себя чувствую дома во Франции, как говорится, в кругу семьи. Даже когда дети болеют – кашляют и сопливятся. Еще я хорошо себя чувствую потому, что меньше курю. Три сигареты в день. Первую – после ланча, вторую – после обеда, а третью – когда захочу. А свой любимый ликер я не пью, а только нюхаю, как одеколон.

…Когда мои дети чего-то хотят, то начинают хныкать. Вместо того чтобы говорить им, чтобы они замолчали, по-английски, я говорю на французском: Chignes-pas! (Сначала – семья!). Только я произнесу эту фразу, они сразу замолкают. Я играю в Барби с дочерью и бьюсь с сыном на шпагах. И, конечно, болтаю с ними. Знаете, такая сентиментальная болтовня… Но уже сейчас я со страхом думаю о времени, когда они станут подростками…

В целом мои дети живут нормальной жизнью. Школа, друзья. Ну хорошо, они, может, чаще, чем другие, посещают Диснейленд.

Вообще, отцовство дает возможность увидеть свое будущее, свою жизнь в перспективе. Когда твой ребенок делает первые шаги, ты понимаешь: так вот для чего все это! Вся эта чушь, которой была забита твоя голова, которой ты придавал столько значения, все, что обо мне писали, или папарацци, которые подстерегают тебя, чтобы добыть компромат… Вдруг понимаешь: Черт, да какая разница? Так вот: Ванесса и дети – моя опора, мой смысл.

Если кто-то захотел бы причинить вред моей семье или кому-то, кого я люблю, – я бы сожрал его. И пусть меня посадят потом на 500 лет – но я все равно сожрал бы его. Или их.

Многие, знающие Джонни по его холостяцким временам, удивляются: какая сила смогла так преобразить сумасбродного одиночку Деппа? Сам он в одном из интервью дает ответ на этот вопрос:

Я всегда хотел завести собственную семью, так как знал, что однажды смогу все сделать как надо и создать хорошую обстановку для своего ребенка. Я рос не в самой лучшей обстановке, мы жили в таком смятении, вам трудно даже представить себе это. И тогда я поклялся, что, если однажды у меня появятся дети, они будут расти по-другому.

Пока я рос в Америке и особенно в Калифорнии, я видел очень много страдающих семей и детей. Нет ничего больнее, чем видеть, как распадаются семьи, папы кричат на мам, дети растут, чтобы в будущем ненавидеть своих родителей и весь мир. Если вы что-то знаете об этом, то не станете добавлять ко всем тем ужасам, что творятся в мире, еще и страдание своих собственных детей. Вы будете мечтать о счастье и стабильности для них.

Я бы не сказал, что во мне что-то изменилось в связи с рождением детей, скорее, во мне что-то раскрылось. Это как бы раскрепостило меня. На протяжении многих лет я был этаким комком нервов – достаточно было одной искорки, и я вспыхивал, крушил все вокруг, затем падал, а потом снова вставал и весь полыхал. В душе же я не понимал, что я делаю, для чего живу, и я вдруг спрашивал себя: «А для чего все это дерьмо, происходящее со мной и вокруг меня? Мне же вовсе не нужен тот самый успех, в котором, как кажется окружающим, я должен был быть заинтересован! Я просто хочу жить нормальной жизнью и быть счастливым, а как раз этого-то у меня и нет. А почему у меня этого нет?» И таким образом моя настоящая жизнь началась лишь в 35 лет, когда я повстречал Ванессу и когда у нас с ней родился первый ребенок – Лили-Роуз. И вот именно 27 мая 1999 года, в день ее рождения, я научился дышать полной грудью и видеть мир… Я знаю, это звучит довольно сентиментально и старомодно, но моя дочь Лили-Роуз – она подарила мне настоящую жизнь, о которой я и мечтать не мог! Хотя признаюсь: быть отцом дочери очень непросто.

Однако Джонни не спешит причислять себя к категории идеальных родителей:

Многие общепринятые «нормальности» всегда казались мне странными. Я люблю наблюдать за людьми, особенно за семейными парами. Иногда мне попадаются суперконсервативные пары, у которых есть все необходимое для жизни и которые все делают очень правильно. Но если понаблюдать за ними подольше, понимаешь, что они совершенно ненормальные, просто какие-то душевнобольные. Это действительно завораживает.

Расспрашивая Джонни о детях, журналисты часто задают вопрос, собирается ли он предоставить возможность своим детям сыграть хотя бы маленькие роли в его фильмах. На что Депп отвечает:

Нет, я не стану этого делать. Почему? Думаю, им достаточно того, что их отец – актер. Я не стану им это рекомендовать. Актерская профессия известна своими взлетами и падениями, которые больше зависят от других, нежели от тебя самого. А я очень надеюсь, что мои дети будут заниматься чем-то более независимым. Мне всегда нравилась профессия писателя, который садится за стол, а вокруг – никого.

Ванесса восхищается отцом своих детей, рассказывая журналистам:

«Наверное, я более строга с детьми, чем Джонни. Но ведь я больше времени провожу с ними, а это накладывает отпечаток. Зато папа многому может их научить! Он для них самый большой авторитет. Хотя, на мой взгляд, дочку он балует больше, чем нужно было бы.

Я очень люблю смотреть на Джонни, наблюдать за ним. Когда он отдыхает, когда чем-то занят или обдумывает новую роль.

Я преклоняюсь перед ним как перед актером.

Обожаю его как мужчину.

Восхищаюсь им как отцом и человеком.

Ну что вам еще сказать? Мой Джонни великолепен!»

Однажды ранней весной маленькая Лили-Роуз неожиданно и очень серьезно заболела. Острая кишечная инфекция дала осложнение на почки и жизнь девочки целых девять дней висела на волоске. Депп приостановил съемки фильма, в котором был занят, и примчался во Францию: чтобы дни и ночи напролет проводить у постели малышки, держа за руку осунувшуюся Вэн. Молодой организм дочери отчаянно боролся с болезнью, девочка умудрялась даже успокаивать испуганных родителей. Позже Джонни признавался журналистам:

Для нас болезнь нашей малютки стала хорошим уроком. Мы поняли, какое это счастье – дышать, ходить, мыслить, общаться, просто жить и быть рядом с любимыми людьми.

Когда дети немного повзрослели (Лили исполнилось двенадцать, а Джеку – девять), Деппу стало еще интереснее наблюдать за ними и проводить с ними время:

Они очень энергичные. С ними не соскучишься. Дочь потеряла интерес к Барби и начала увлекаться аксессуарами. Как подросток. Мне очень занятно, что сказки и принцессы ее уже не интересуют. Она хочет смотреть передачи для взрослых – это даже пугает. Джек увлекся комиксами, чему я очень рад, потому что хорошо в них разбираюсь. Вообще же, конечно, непросто быть отцом дочери. Когда Лили-Роуз было всего два года, у Ванессы начался концертный тур, и мне пришлось стать «тур-нянем». Ванесса была постоянно занята. Мне пришлось посмотреть с Лили-Роуз «Волшебника из страны Оз» 7000 раз. Но ничего – выжил.

Рассказывая о подрастающей дочери, Джонни гордился и хвастался:

Она определенно пойдет по стопам своей мамы. У них одинаковый тембр голоса. Кроме того, Лили Роуз начала писать стихи. Быть может, она даже затмит Ванессу в один прекрасный день. Она растет очень утонченной девушкой. Уже сейчас она начинает интересоваться мальчиками, и мне это не нравится. Недавно, на одной из пресс-конференций ко мне подошел поздороваться Джастин Бибер. Когда я рассказал об этом Лили Роуз, она была просто в ярости, что упустила возможность с ним познакомиться.

В сыне Джонни видел маленького себя:

В детстве я был точно таким же. Джек совершенно помешан, но не на девочках, а на Второй мировой войне. Странно, но в его возрасте я тоже увлекался именно ею.

Упоенное отцовство совершенно не мешает Джонни оставаться заботливым мужем, о котором Ванесса с гордостью рассказывает журналистам:

«Джонни меня очень балует и часто дарит подарки, он вообще – самый романтичный мужчина на свете. Его подарки всегда продуманны и со смыслом. Например, он знает, что мой кумир – Мэрилин Монро. Он купил на аукционе туфли от „Ferragamo“, которые раньше принадлежали ей, и подарил мне. Я их, конечно, не ношу, но они – самая ценная вещь в моем гардеробе».

Веселая, непосредственная белокурая девочка, модница и кокетка, Лили-Роуз взяла от своих звездных родителей все лучшее: обаятельную улыбку Джонни и его любовь к экстравагантным вещам и выходкам, грациозность и бархатистый голос Вэн, а также материнскую любовь к сценическому пению. Депп рассказывал журналистам:

Лили-Роуз обожает петь (можно предположить, что она станет певицей, как и ее мама), любит телешоу «Glee», карамель, летние каникулы и браслеты, которые делает сама и дает поносить папочке: признаться, я с удовольствием это делаю!

Моя дочь – самое прекрасное создание на планете! Ради этого стоит жить. Теперь мне не все равно, что произойдет через сорок или пятьдесят лет. Мне кажется, что я и не жил до этого. Мой ребенок вдохнул в меня жизнь. Я просыпаюсь, вижу это прекрасное, изумительное, ангельское создание, которое улыбается, только открыв глаза, и ничто не может сравниться с этим! Благодаря ей я каждый день узнаю что-то новое. Она научила меня любить так глубоко, как я никогда никого не любил. Ради нее я каждое утро открываю глаза, ради нее дышу.

Сама девочка однажды призналась, что лучше всех ее знает мама, а вообще она очень странная и поэтому ее, кроме мамы и папы, мало кто понимает по-настоящему, считает Лили. Впрочем, странности характера не мешают девочке заводить друзей: очаровательная блондинка Лили-Роуз мечтает научиться останавливать время, чтобы наслаждаться каждым моментом общения с друзьями и семьей. Кем станет эта девочка, столь тщательно оберегаемая от взоров папарацци, в будущем? Ответ на этот вопрос можно только предположить, однако уже сейчас совершенно понятно, что Лили – самостоятельная творческая единица.

О съемках в «Пиратах Карибского моря», отвечая на вопрос, как его дочь, которой на тот момент было 4 года, воспринимала его в костюме Джека Воробья, Джонни рассказывал:

О, она была просто в восторге, в полном восторге! Когда она в первый раз приехала ко мне, она сидела в трейлере, я зашел – в костюме, весь потный, грязный. А ей это так понравилось, что теперь, когда ее спрашивают, кем работает папа, она отвечает всем, что папа – пират!

Второму ребенку звездной пары, Джеку Деппу, досталось ничуть не меньше родительской любви: отец мальчика даже обзавелся татуировкой «Джек», которую некоторые журналисты ошибочно называют памятью о пиратской киноэпопее Джонни Деппа и его бытности капитаном Джеком Воробьем в «Пиратах Карибского моря». В 2003 году Джонни говорил журналистам:

Когда со мной мои детки и моя любимая, я – в порядке. Семья дала мне все: смысл жизни, смысл не быть тупорылой задницей. Смысл дышать, учиться, заботиться. Мои дети дают мне все.

С улыбкой, посверкивая золотым зубом, который он носил, не снимая, с начала до конца съемок «Пиратов», Депп-Воробей рассказывал:

Джек – настоящий чертенок! Самая лучшая подготовка для молодых родителей, дети которых начинают ходить – это провести несколько лет с пьяницами. Помогать им ходить, убирать за ними рвоту, прикладывать лед, когда они расшибут голову, прибирать, когда разнесут все на столе. Бесконтрольный гнев, истерика, слеза, радость – и все это в течение 10 секунд! Он – славный маленький пьянчужка. С него нельзя спускать глаз ни на минуту, потому что он постоянно врезается во что-нибудь, разбивает что-то, то рыдает, то хохочет. Поэтому мне всегда казалось, что дети ужасно похожи на пьянчужек.

В 2004 году Джонни совершил очередную грандиозную покупку, он обзавелся целым островом в Карибском бассейне: райским безлюдным клочком суши посреди бескрайних вод. Один из Багамских островов обошелся актеру в $3,6 миллиона. По поводу этой покупки журналисты шутили, что Депп, видимо, собрался в рай, на что Джонни отвечал:

Нет, не думаю, что для меня там найдется местечко. Поэтому я решил еще при жизни обзавестись райским уголком и купил себе остров в Карибском море. Я мечтал пожить на необитаемом острове с детства, с тех пор, как прочитал «Робинзона Крузо». Хотя капитан Джек Воробей повлиял на эту сделку с материальной точки зрения – у «Пиратов» был хороший бокс-офис.

Но вообще-то эта идея завладела мной гораздо раньше съемки в «Пиратах Карибского моря». Однажды я подумал, что было бы неплохо сделать то, что мой друг Марлон Брандо сделал 30 лет назад, – купить остров. Взять своих детей, Ванессу и укрыться там от всех, чтобы просто спать, читать, плавать и думать о высоком. Это невозможно сделать, например, в Лос-Анджелесе, где за мной повсюду охотятся. А когда ловят, атакуют странными просьбами и даже требованиями. Я не могу здесь послоняться, выпить где-нибудь чашечку кофе и поковырять в носу. Или почесаться там, где хочется.

Когда я впервые сказал Ванессе, что хочу купить остров, она не разделила моего энтузиазма и спросила: «Зачем нам остров?» Я ответил: «Нет, ты не понимаешь, это – остров в океане!» Но Ванесса опять не обрадовалась и стала задавать вопросы, на которые у меня не было ответов. И тогда я пошел к Брандо, который был большим специалистом по океанским островам. Однажды он признался мне, что ненавидит людей, которые боятся тишины. Мы сидели вдвоем часами, не произнося ни слова. И вдруг он говорил: «О, посмотри на это». И опять замолкал.

Когда я сказал ему об острове, он спросил: «Какая у него высота над уровнем океана? Есть ли у меня система обеспечения острова пресной водой? А что с электричеством?» Я, конечно, ничего этого не знал, и Брандо обещал сделать для меня все необходимые расчеты. Но он, как вы знаете, умер.

Мой остров официально называется Little Hall’s Pond Сау, но я называю его просто Далекий остров. Добраться до него можно на яхте, на гидросамолете или на вертолете. Там есть гавань, шесть посыпанных белым песком пляжей и много пальм, разных экзотических деревьев. Он прекрасен, и я хочу проводить там как можно больше времени со своей семьей. Трудно жить в мире со своей душой, когда вокруг эта кричащая путаница. Но, несмотря на поголовное притворство, тяжелую работу и разбитые мечты, это все еще прекрасный мир. Будьте осторожны. Старайтесь быть счастливыми.

У них с Джонни постепенно выработалось негласное правило – не тащить работу домой. Депп комментирует этот факт в одном из интервью:

Мы с Ванессой находим время для себя, потому что не только любим друг друга, но и хотим остаться друзьями и вести разговоры не только о детях. Специфика моей работы в том, что я часто вынужден собирать чемодан и надолго уезжать. Ванесса же пишет музыку дома и улетает из Франции разве что на несколько недель в году. Сейчас она работает над очень многообещающим альбомом. Он превосходен. От нескольких песен начинаешь плакать как ребенок.

Время от времени покидая стены своего уединенного поместья, Ванесса успевала сделать многое. Она вновь стала лицом дома моды Chanel, блестяще снявшись в рекламе линии дамских сумок «Cambon», спроектированных лично Карлом Лагерфельдом. В своих интервью она рассказывала:

«О такой жизни, как моя, возможно, многие мечтают. Но я – совершенно не публичный, не светский человек: премьеры, вечеринки для Джонни и меня – просто часть работы. Я знаю, в этом есть внутреннее противоречие, если человек выходит на сцену, поет и танцует перед людьми, но моя жизнь – это нечто большее. Конечно, мы живем на два континента, но если бы я работала в США, то практически не видела бы своих детей. Нет, я не исключаю карьеру в Америке, если мне предложат кино или пение. Но я не „на рынке“, как говорят американцы. У меня нет там агента или менеджера, в Штатах я в основном известна как жена моего милого. Зрелость ко мне приходит не всегда так, как про это думают.

На мое становление влияли вещи и прекрасные, и отвратительные, я даже не знаю всего. Наоборот. Я волнуюсь о тривиальных вещах. На самом деле не такие уж они банальные. Моя, нет, наша работа включает в себя много рисков и вопросов: хорошо ли ты делаешь свою работу, а если да, то сколько ты сможешь держать планку? Вы всегда чувствуете на себе критический взгляд, и существуете ровно до тех пор, пока вас ценят и любят. Я стараюсь по максимуму использовать настоящий момент».

В 2006 году Паради приняла участие в записи нового мюзикла «Le Soldat Rose» («Сказка о Розовом солдатике»), ставшего европейским шлягером. 12 ноября в престижном концертном зале – настоящем дворце мюзиклов, прошло два уникальных концерта с участием Вэн: музыкальная сказка, выпущенная до этого на CD, ожила. Ванесса играла куклу, которую озвучила для «Le Soldat Rose».

В ноябре 2007 года в прокат вышел новый фильм «Ключ» с участием Паради, а двумя месяцами раньше был издан, пожалуй, самый позитивный и жизнерадостный альбом Ванессы – «Divinidylle», который она создавала почти семь лет. Обложку для нового диска Вэн рисовал Джонни. В свое третье большое турне, состоящее из сорока концертов в нескольких европейских странах, Ванесса взяла детей. Об этих гастролях она вдохновенно рассказывала:

«Это был незабываемый опыт, потому что музыканты, помогавшие в написании альбома, редко участвуют в турне, у них своя работа в этом бизнесе. Но сейчас мы сделали все вместе. Мы написали песни, сделали аранжировки и проехали с концертами. Автобусом, поездом, неизменно вместе. Мы работали для нашего детища, этой пластинки, которую мы родили и вырастили. Нам хотелось дать ему что-то, и публика это чувствовала и шла за нами. В музыке вы можете найти все, но следовать собственному вкусу всегда лучше. Мои представления об искусстве не позволили бы сделать одинаковые концерты. Я никого не осуждаю, просто мой тур похож на меня. Я люблю все неподдельное, полное жизни, настоящее.

Лили была просто очарована всем этим: ей всего 9, но мне всерьез кажется, что она хочет стать певицей. Ей понравилось ровно все: как все устроено, сам концерт. Она впервые увидела этот мир так близко. Когда вышел „Bliss“, ей был всего год. Короче говоря, это был увлекательный опыт для нее. Зато Джеку все надоело смертельно. Я брала его на два представления, и реакция была всегда одна и та же: он доставал карандаши и рисовал до самого окончания».

…Спустя десять лет совместной жизни Ванесса по-прежнему была очарована своим неординарным возлюбленным, не мешая, однако, ему играть роль голливудского секс-символа.

«Длительное время я мечтала стать матерью, но лишь с Джонни почувствовала, что готова к этому. Он был и до сих пор остается любовью моей жизни.

Я могла бы бесконечно перечислять вещи, которые мне нравятся в нем. Прежде всего – это его безграничная верность! Я люблю смотреть на него, когда он задумчив и чем-то озабочен, люблю наблюдать, как он говорит с людьми, мне нравится, как он разрешает, казалось бы, неразрешимые ситуации. Он прекрасный отец, и, конечно, я люблю его как мужчину. Но самое главное – он восхищает меня как личность. Не только то, какой он наедине со мной и со своей матерью, а какой он вообще, в самых разных моментах. Он замечательный. Правда, замечательный!».

Ванесса совсем перестала куда-либо торопиться, казалось, ее жизнь навсегда взяла один неспешный темп, исключающий чрезмерное стремление к славе. К парижской квартире, французскому загородному поместью и собственному острову в Карибском море пара прибавила маленький уютный домик в живописной английской деревушке Timsburi, роскошный особняк в Голливуде и большую квартиру в Манхэттене. Пару раз в году Вэн дает вдохновенные концерты, на которых исполняет старые хиты вперемешку с совершенно новыми синглами. О своей карьере Ванесса рассуждает философски:

«Я к славе и к тому, что Джонни более известен и популярен в мире, чем я, очень спокойно отношусь. Бывает, конечно, что говорю себе – нельзя растрачивать время попусту, а то состарюсь и ничего больше не успею. Но бывает, что мне не хватает времени. Не хватает на то, чтобы понаблюдать, к примеру, как растут цветы в нашем саду, а я очень хотела бы это регулярно наблюдать.

Со мной постоянно что-то согласовывают: песни, роли… Работа продолжается. Просто я люблю делать большие перерывы в работе и заниматься другими делами – собой, своей семьей и всем, что объединяет понятие „личная жизнь“».

В каком бы из своих многочисленных домов ни жила пара, везде действовало золотое правило: сводить к минимуму все разговоры о работе. Свои многочисленные дела Депп и Паради организовывали независимо друг от друга и самостоятельно: чтобы дома быть просто собой и просто вместе. Но за десятилетие жизни с Джонни Вэн привыкла к ритму, удобному всем членам ее семьи:

«Мы с Джонни нашли идеальный компромисс: в Лос-Анджелесе я мать и жена, а во Франции помимо этого у меня есть еще работа, родные и друзья».

Вэн спокойно переживала частые отлучки Деппа из дома (ему то и дело приходилось сниматься в разных, нередко противоположных уголках земного шара), она верила в то, что разлуки только укрепляют их союз:

«Тот факт, что мы не все время вместе, играет большую роль в стабильности наших отношений. Между нами есть дружба, уважение и восхищение друг другом. Мы просто поняли, что если мы хотим, чтобы это продолжалось, необходимо оставлять для себя свое личное пространство, позволять скучать по себе и, конечно, доверять друг другу.

В основе наших отношений лежит обоюдное уважение. Мы не просто любим друг друга, но и понимаем, что каждый из нас нуждается в чем-то своем. Понимание того, что мы разные, делает нашу любовь крепче. Никто не любит есть каждый день один и тот же суп, читать одну и ту же книгу и слушать одну и ту же пластинку. Партнеры должны казаться друг другу новыми. Джонни понимает это лучше, чем кто-либо другой!»

В ответ на вопросы о жизни и о счастье рядом с Вэн Джонни отвечал:

Секрет нашего счастья и постоянства – в доверии, в радости друг от друга, в уважении личной жизни друг друга и в уважении профессионального выбора. Очевидно, это большая любовь. Ванесса была для меня как гром среди ясного неба. И это притом, что она не делала ровным счетом ничего напоказ, хотя и была вполне успешна в своей сфере. Когда мы встретились, она была классной девушкой – приятной и забавной. Я никогда в жизни не встречал такой. Потом она подарила мне двух прелестных детей.

Брак может быть любым, таким, каким вы его создадите. Я, например, не чувствую нужды в бумажке, на которой будет написано, что я владею Ванессой, а она владеет мной. Я думаю, что подписание подобного документа ничего не значит в глазах Бога или в глазах окружающих. Главное в том, что мы вместе, мы любим друг друга, мы хороши друг для друга, и мы делаем детей. Это само по себе значит, что мы женаты.

Ванесса кардинально изменила мою жизнь. Именно ей я обязан обретением внутреннего спокойствия и гармонии. Она подарила мне двух замечательных детей. Она просто невероятная. Она превосходно умеет ладить с таким человеком как я, хотя это не всегда бывает легко. Я могу быть диким и очень странным.

В моей жизни было темное противное время. Я не могу сказать, что я был совершенно несчастлив, но я не находил понимания и делал все, чтобы разрушить свою жизнь. И у меня это очень хорошо получалось. Но в конце концов я встал перед дилеммой: «Хочу ли я продолжать играть роль мальчика для битья или нет?» И я решил, что больше не хочу. Сейчас, оглядываясь назад, я спрашиваю себя: «Почему? Почему я это делал?» Наверное, потому, что я был совершенно другим существом.

Большую часть своей жизни я боролся с демонами, которые время от времени преследуют меня и сейчас. Последние несколько лет я прожил довольно легко. Я не слишком много волнуюсь, мою жизнь наполняет множество интересных вещей. Возможно, мне нужно было достигнуть этой точки до встречи с Ванессой и до рождения наших детей. Но я пока что я ежедневно веду борьбу с собственными демонами. Я еще не открыл формулу большого счастья, я только на пути к ней!

Любовь творила чудеса с маргиналом и дебоширом Деппом: он на долгие годы забыл о выпивке, наркотиках, загулах и скандалах, начал выращивать помидоры на собственном приусадебном участке, выезжать с детьми на пикники на дикие пляжи Юга Франции, дарил возлюбленной виноградник и верил, что никогда не вернется в опостылевшие Штаты…

Ванесса рассуждала:

«Говорят, я приручила Деппа, выдрессировала его, как дикое животное. Но, может быть, он хотел этого, был к этому готов? Я не заставляла его. Просто мы оба дождались друг друга».

С 1999 по 2014 год Джонни снялся в более, чем в 25 фильмах, озвучил несколько мультфильмов, принял участие в записи альбома Пола Маккартни и клипа Натали Портман. Не все проекты были одинаково успешны. Какие-то стали мегапопулярными, как «Пираты Карибского моря», другие оказались незаслуженно обойдены вниманием критики и публики, как «Распутник»

Звездный брак, официально так и не зарегистрированный, продолжался 14 лет. Пара «Джонни Депп – Ванесса Паради» считалась одной из самых романтичных и крепких в медиа-среде: еще бы, двое взрослых общих детей и годы пасторального с точки зрения таблоидов сосуществования двух звезд первой величины, неизменно влюбленных друг в друга из года в год! А еще – совместная покупка недвижимости в разных странах, общие банковские счета и общие планы на целую жизнь вперед. Словом, со стороны брак выглядел нерушимым, монолитным и образцовым.

Но, сколь это ни банально звучит, ничего вечного в мире нет. В 2014 году Джонни и ванесса неожиданно объявили о своем разрыве.

Хотя, нет, неожиданностью это не было. В прессе уже несколько лет бродили слухи, что любовный союз дал трещину. Просто супруги, не терпящие вмешательства посторонних в личную жизнь, сами не спешили откровенничать и очень редко и скупо отвечали на настырные и часто бестактные вопросы журналистов на эту тему.

Началось все в 2011 году с такого некрасивого откровения одного из «друзей» семьи желтой прессе: «Ванесса Паради и Джонни Депп давно живут как чужие!».

На условиях полной анонимности (а также, разумеется, за приличный гонорар) «неизвестный доброжелатель» в красках поведал охочим до сенсаций репортерам о том, что в семье Ванессы и Джонни появились серьезные проблемы. По словам анонима, Деппу наскучила размеренная жизнь примерного семьянина, и он пустился во все тяжкие: снова сделался завсегдатаем ночных клубов, где напивается, окруженный молоденькими моделями. В ответ Ванесса начала закатывать истерики, получила нервный срыв, а Джонни собрал вещи и ушел из дома, предусмотрительно прикупив себе новый особняк в Лос-Анджелесе…

Конечно же, все мировые СМИ подхватили «сенсацию». Но сами супруги упорно молчали. Можно вспомнить лишь несколько их высказываний на эту тему:

«Его общение с миром строится на доверии. Он не способен делать людям больно. Я знаю, он никогда не причинит мне зла!»

Джонни решительно опроверг сплетни:

Слухи о нашем с Ванессой расставании не соответствуют действительности. Абсолютно! Независимо от того, что я говорю о наших отношениях, люди все переиначивают. Я остаюсь с Ванессой. Больше мне сказать на эту тему нечего.

…Если у тебя двое детей, здоровых и счастливых, они правильно растут, всегда вместе – это само по себе уже значит, что у тебя есть все! Когда рядом с тобой такая женщина как Ванесса, и ты можешь делать то, что хочешь, это значит – у тебя есть все! Я не мог бы желать большего.

Разумеется, Паради огорчалась и переживала, читая очередную горячую новость на тему их семьи:

«Журналисты рассказывают, что мы скупаем дома в промышленных масштабах, только во Франции у нас 52 объекта недвижимости! Расходимся мы каждую зиму, а женимся – каждое лето, а я беременна двенадцатым ребенком. А все это потому, что королева Англии не потеряла все свои зубы на этой неделе, и больше не о чем говорить. Но эта последняя сплетня о нашем разрыве – выше всякого понимания, она причинила множество неприятных моментов моей семье, в особенности детям».

Вероятно, сплетни о том, что идеальная звездная пара вот-вот расстанется, изначально основывались на том, что Депп слишком много времени стал проводить в США, пока Вэн, окруженная детьми, безвылазно сидела в столь любимой французской глубинке. Пресса писала о ней, ссылаясь на очередных «друзей» пары:

«Ванессу явно пугает приближающееся сорокалетие. Хуже того, она вынуждена переживать острые приступы депрессии в одиночку. Самый жуткий кошмар Ванессы – Джонни пресытился ею и хочет чего-то новенького. Она мучила Деппа подозрениями еще тогда, когда он не давал поводов для ревности».

Окружение звездной четы считало, что Депп вовсе не собирается бросать Ванессу, а его участившиеся долгие отлучки (объясняемые, впрочем, съемочной необходимостью) – возможность выпустить пар, побыть одному и заодно подумать, доволен ли он своей жизнью сейчас, на пороге пятидесятилетнего юбилея?

Хотя в кругу, приближенном к Ванессе и Джонни, были люди, которые полагали (и делились своими предположениями с журналистами), что трещина в отношениях звездной четы появилась из-за того, что Депп охладел к жене и увлекся другой женщиной. Таблоиды писали на этот счет:

«Джонни затосковал, заметался, вернулся к друзьям и привычкам, от которых Ванесса его с таким трудом отвадила. Ей это, разумеется, не по вкусу».

Всегда спокойная, невозмутимая и абсолютно не ревнивая Вэн вдруг начинает себя вести странно и нервно. Сначала она настойчиво отговаривает Деппа отказаться от роли в фильме «Турист», где Джонни предстояло сыграть несколько страстных сцен с Анджелиной Джоли. Даже постоянное присутствие на съемках Брэда Питта, увешанного детьми, не успокаивает разбушевавшуюся Паради. Чтобы утихомирить возлюбленную, Джонни делает попытку расторгнуть контракт, предложив режиссеру взять на свою роль харизматичного Ди Каприо. Однако Леонардо как раз принял решение отойти от большого кино, и Деппу все-таки приходится сниматься в «Туристе» самому. Злые языки говорят, что Джоли не раз пыталась привлечь внимание Деппа, который держался от партнерши по съемочной площадке на максимальной дистанции…

Глава 5. Что за жизнь без неприятностей?!

Сам себе я желаю свободного плавания. Всегда – полный вперед! А с качкой как-нибудь справлюсь. И в семейной жизни хотелось бы обойтись без резких колебаний. Для своих детей каждый человек хочет счастья, и я не исключение.

Джонни Депп

Звездный брак, официально так и не зарегистрированный, продолжался 14 лет. Пара «Джонни Депп – Ванесса Паради» считалась одной из самых романтичных и крепких в медиа-среде: еще бы, двое взрослых общих детей и годы пасторального с точки зрения таблоидов сосуществования двух звезд первой величины, неизменно влюбленных друг в друга из года в год! А еще – совместная покупка недвижимости в разных странах, общие банковские счета и общие планы на целую жизнь вперед. Словом, со стороны брак выглядел нерушимым, монолитным и образцовым.

О причинах неожиданного разрыва идеальной пары ходили разнообразные слухи. Говорили, что Депп банально стал жертвой кризиса среднего возраста и «загулял»: до Ванессы, ведущей размеренную и уединенную жизнь матери и домохозяйки, стали все чаще доноситься тревожные новости и обидные слухи о похождениях ее возлюбленного.

Примерно с конца 2010 года Вэн и Джонни перестали появляться на публике вместе даже на важных друг для друга мероприятиях. Ванесса не появилась на премьере фильма «Мрачные тени», в котором играл Депп, а затем проигнорировала премьеру «Ромового дневника»… Джонни, в свою очередь, начал рьяно критиковать французское законодательство, отказался от получения французского гражданства (чтобы не платить налоги во Франции) и вернулся в США. Вэн с детьми последовали за ним, однако Депп все больше времени стал проводить в своем новом холостяцком доме. Вскоре Паради с детьми вернулась во Францию, семья фактически распалась, однако еще пару лет Джонни и Вэн категорически опровергали все слухи о своем возможном расставании.

В мае 2012 года Депп приехал во Францию, где давно уже не жил, чтобы провести каникулы с Ванессой и детьми. Однако совместный отпуск не помог склеить разбитую вазу отношений пары: летом 2012 года агент Джонни рассказал журналистам, что актер расстался со своей гражданской супругой Ванессой Паради.

Говорят, что чаша терпения темпераментной француженки переполнилась, когда ей стало известно о романе Джонни с бисексуальной красоткой Эмбер Херд.

Таблоиды сначала примеряли на роль коварной разлучницы PR-агентессу Джонни Деппа (которая якобы попыталась сблизиться с боссом), а затем безапелляционно заявили: разлучницей стала сногсшибательная 26–летняя голливудская блондинка Эмбер Херд (партнерша Джонни по фильму «Ромовый дневник»).

В одном из первых интервью после разрыва с Деппом дотошные журналисты, разумеется, стали бесцеремонно расспрашивать Ванессу о бывшем партнере.

Она ответила довольно резко:

«Я не хочу говорить о нем! Кто сказал, что актер должен продавать душу, рассказывая все о себе?…Вы не представляете себе, каково это – смотреть, как люди делают деньги на том, что причиняет тебе боль! То, что случилось, касается только нас, и никого больше!».

Однако актриса и певица поделилась с журналистами тем, что чувствует после расставания:

«У меня нет готового рецепта счастья. Я думаю, главное – это желание. Должно быть желание, а не принуждение, или чувство долга, или бесконечные уговоры самого себя. Я ненавижу, к примеру, когда говорят: быть парой – это работа. Нет, вы просто должны хотеть быть именно здесь и нигде больше. Что же касается меня, я хочу быть именно там, где я сейчас».

В типичной для нее загадочной манере Ванесса Паради сказала еще кое-что о своем расставании с Джонни Деппом. По ее словам, можно быть очень сильно влюбленным, и при этом настолько же сильно – несчастным.

«Любовь – это самая сильная, и в то же время самая хрупкая вещь в нашей жизни. Никогда ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов, но если что-то в любви не работает с самого начала, оно и не заработает никогда, не стоит стараться. Любые отношения со временем теряют силу, даже те, которые начались с любви с первого взгляда. Просто, когда вы встречаете любовь всей своей жизни, все более понятно, просто и легко. Но вы все время учитесь. Иногда отношения могут быть несчастливыми; это когда вы очень любите, но это делает вас несчастными, и кажется, что можно изменить вещи – если просто поработать над ними как следует».

К сожалению, Паради и Депп так и не смогли «проработать» свои отношения. Хотя, возможно, нынешний разрыв – просто очередной непростой этап их любви… В одном из интервью Ванесса философски рассуждает о любви:

«В любви нет правых и виноватых. В отношениях и женщина, и мужчина правы по-своему, каждый со своей позиции. Для одного человека любовь означает одно, другой понимает ее иначе. Невозможно диктовать никому свои условия – как любить, как относиться друг к другу, как вести себя. Да и чувство это находится в постоянном движении, меняется. Даже в старости, глубокой старости, можно много нового узнать о любви.

Когда я люблю и любима, то все кругом озаряется светом. Все становится легче и проще, когда меня любят и оберегают. Это дает силу в повседневной жизни и в работе. Все люди нуждаются в поддержке, их должен кто-то очень близкий по духу и любимый ценить и защищать своей любовью. Любовь – самое сильное и самое хрупкое чувство на свете. Но у меня нет рецепта, как обрести счастье».

На четырнадцатом году брака жизнь Ванессы Паради и Джонни Деппа действительно разладилась. Казалось бы, что необычного: Депп снова и снова уезжает один на съемки, оставляя семью дома. Так бывало и раньше, однако грустные глаза, потерянный, осунувшийся вид Ванессы говорили о том, что ей стали известны тайны мужа. Что у него появились тайны от нее.

На четырнадцатом году совместной жизни грянул гром: Ванесса и Джонни во всеуслышанье объявили о том, что расстаются. Еще не утих разразившийся скандал, как пара улетела отдыхать с детьми в свое поместье План-Де-Ла-Тур. В прессе появились сообщения о том, что Депп раскаивается в своем решении развестись и хочет вернуться в семью. Но Вэн непреклонна: она считает, что их время прошло. Джонни даже приостановил съемки фильма «Одинокий смотритель», так как именно его партнерша по съемочной площадке, блондинка Эмбер Херд, стала, по мнению поклонников, причиной распада самой стабильной и образцовой звездной пары. Депп подарил Ванессе старинный золотой кулон в знак примирения, но и это не смягчило сердца Вэн: она слишком устала от всего.

Летом 2013 года, после долгого молчания и нежелания как-либо комментировать их разрыв с Вэн, Джонни Депп рассказал журналистам о разводе, о том, почему он ушел из семьи, а также о том, что он всегда намерен заботиться о бывшей жене:

Последняя пара лет была ухабистой: временами, конечно же, совсем уж неприятными, но такова природа расставаний, полагаю, особенно когда в это втянуты дети. Отношения вообще штука сложная, особенно при моем образе жизни – потому что постоянно то тебя нет рядом, то семьи нет рядом. Для Ванессы это было нелегко. Для меня это было нелегко. Для детей это было нелегко. Так что да, траектория подобных отношений такова: ты играешь в это до тех пор, пока играется, и одно вытекает из другого. Но по каким бы причинам все ни прекратилось, это не отменяет факта, что ты по-прежнему заботишься об этом человеке, она – мать твоих детей, вы всегда будете общаться друг с другом и всегда будете частью жизни друг друга из-за детей. И можно попытаться сделать эту ситуацию как можно лучше.

Рассуждая о разводе, Депп сравнил нынешнее расставание с предыдущими: когда ему приходилось серьезно страдать (например, после разрыва с Кейт Мосс или Вайноной Райдер), приходя к выводу, что с Ванессой у него все по-другому:

С точки зрения развода я уж точно не положился на старую добрую выпивку, чтобы забыться и облегчить положение дел, не накачался наркотой и вообще не превратил ситуацию во взрывоопасную, это было бы фатальным. Я чувствовал, что мой долг – пройти через это максимально чистым и трезвым. Мне пришлось кое на чем серьезно сконцентрироваться и сделать все, чтобы быть уверенным: с моими детьми все круто.

Да, похоже, отцовство навсегда избавило Деппа от некоторой инфантильности, свойственной многим творческим людям. Чувство ответственности за детей не позволило Джонни утопить горе в бутылке любимого виски или пуститься во все тяжкие. Все свободное от съемок время Джонни старался проводить с Джеком и Лили-Роуз, чтобы дети чувствовали себя нормально и не слишком страдали от происходящего с родителями:

Они были невероятно понимающими и сильными, когда все это происходило. Конечно, каждой стороне было тяжело. Вы же понимаете, Ванессе точно было трудно. И мне было трудно. Но детям было сложнее всего. Они для нас всегда были на первом месте. Нельзя защищать их от всего, потому что тогда придется им врать. Так что ты хотя бы можешь быть честным со своими детьми и сказать им всю правду – очень важно не ходить перед ними на мягких лапках.

Вспоминая о том времени, когда у него только-только появились дети, Джонни сейчас считает, что главное в его жизни – это дети:

Я тогда не понимал, зачем мне дана жизнь и что она означает. Я и сейчас не понимаю. Я, честно говоря, не уверен, что жизнь вообще что-то означает или имеет смысл. Но пока у тебя есть возможность дышать – дыши. Пока у тебя есть возможность дарить твоим детям смех и улыбки – делай это.

Ванесса получила от бывшего мужа щедрые отступные (в размере 157 млн долларов, практически половину его состояния), снова прекрасно выглядит, снимается в рекламе и ведет активный образ жизни. Новая жизнь без Деппа обернулась для француженки массой свободного времени, которое актриса начала с энтузиазмом тратить на себя: посещать светские рауты в сногсшибательных платьях, участвовать в рекламных фото– и видеосъемках, регулярно появляться на страницах глянца… Пару раз стильную красавицу видели со знаменитым соотечественником, миллионером и плейбоем Гай-Дэвидом Гарби, владельцем сети «Юсинидеко» (Usinedeco), французским аналогом ИКЕА. Гай-Дэвид признался Ванессе в своих чувствах, однако при этом заметил, что готов ждать, сколько понадобится, и быть для нее именно тем, кто ей нужен сейчас. Романтические ужины в Париже, веселье, легкость, наслаждение обществом друг друга – вот то, что нужно сейчас Ванессе. Гай-Дэвид вернул улыбку, она выглядит моложе, даже поет и пишет песни. Джонни на самом деле рад за нее: два последних года были болезненными и суматошными для них обоих. Депп оставил Ванессе ключи от их дома в Plan de La Tour на юге Франции и сказал, что этот дом всегда будет и ее домом тоже. И его, похоже, совсем не беспокоит то, что Ванесса отдыхает в их бывшем доме с новым избранником после путешествия на яхте в Сан-Тропе. Джонни – настоящий хороший парень, которому нужно лишь знать, что Ванесса счастлива.

Разведенный Джонни – все тот же отстраненный от реальности, замкнутый, харизматичный герой. Своей отстраненностью Депп давным-давно доказал, что мужчина вовсе не обязан выглядеть как друг Барби – знаменитый Кен. Именно непохожесть Деппа на типичного «голливудского красавчика» составляет основную часть его знаменитого очарования. Безусловно, немалую роль в его привлекательности для женщин играет как раз его знаменитая безразличная отстраненность, – он традиционно возглавляет списки «самых секси-звезд».

…Сотни тысяч женщин планеты (хорошеньких и не очень; молоденьких и пожилых, умудренных опытом; состоятельных и без гроша за душой) обожали Джонни. На площади у кинотеатра, где проходила очередная премьера фильма с участием Деппа, неистовствовали десятки тысяч голосов, скандируя: «Джонни, Джонни!!!».

Кумир толпы несколько обескураженно махал в ответ с ковровой дорожки, ничуть не стесняясь своей измятой черной футболки, старых, видавших виды ботинок и растрепанной шевелюры. Джонни обожают таким, какой он есть: небрежно одевающимся, мрачно глядящим на восторженную толпу и белозубо улыбающимся ей в минуты хорошего расположения. И совершенно не важно, кто в данный момент идет рядом с ним по жизни. Все знают, что капитан Джек Воробей всецело предан только одной даме – Свободе.

Что же до их разрыва с Ванессой… Лезть в отношения двоих, тем более, без их на то разрешения – последнее дело. А со стороны все равно понять невозможно, ибо в любви, как писал Чехов «никто ничего не знает». Мы можем только радоваться, что в жизни двоих было много счастливых лет и в мире стало на двоих прекрасных детей больше.

Поселившись отдельно от семьи (также в Лос-Анджелесе), Джонни Депп сдружился с фриком Мерилином Мэнсоном, стал устраивать совместные вечеринки, часто ночевать в голливудской резиденции певца и даже подыграл на гитаре во время одного из концертов Мэнсона. Разумеется, таблоиды регулярно «сводили» Деппа с другими женщинами, его партнершами по фильмам (Эмбер Херд, Евой Грин), пресс-секретарем (Робин Баум). Сам Джонни никак не комментировал появляющиеся в прессе слухи и домыслы, предпочитая оставлять свою личную жизнь в глубокой тени.

Чаще всего Джонни видели в обществе роковой бисексуальной блондинки Херд, которую многие поклонники Ванессы и Джонни считают причиной распада звездного брака. Сама Ванесса презрительно и с негодованием отзывалась о молодой сопернице, называя ее «крадущей чужих мужчин» и унизительным словом «никто». В начале 2013 года в новостях прошел слух, что Эмбер бросила Деппа после семи месяцев ухаживания и романтических отношений. Еще один «доброжелатель» рассуждал:

«Да уж, похоже, Джонни, как в анекдоте, как раз и был последним, кто обо всем узнал! Видимо, Джонни Депп надеялся, что красотка Эмбер Херд целиком и полностью его – эгоистичный парень! Ему не повезло – Эмбер предпочла ему компанию Мари Де Виллепин, и наш пират уж точно мечтал не об этом!».

Источник из окружения Джонни открыл, что актер ужасно переживает о том, что после семи месяцев отношений его бросили: он не верил в то, что это возможно. Бедняга просто не смог дать Эмбер того, что ей было нужно, и она смогла через него переступить!

Июнь 2013 года показал, что новые отношения Деппа с блондинкой Эмбер Херд не только продолжаются, но и набирают обороты: пара объявила о своей помолвке и готовится к свадьбе. Таблоиды пишут на эту тему:

«Джонни сказал Эмбер, что хочет жениться на ней и иметь от нее детей, – сообщил один из близких друзей популярного актера. – Он уже познакомил ее со своими детьми от Ванессы Паради. Джонни купил Эмбер еще одну лошадь, чтобы подаренная им в прошлом году могла иметь потомство».

27–летняя невеста была капризна, предъявляла много требований к будущему мужу, например, чтобы Джонни стал абсолютным трезвенником. Вопреки тому, что на его руке красуется татуировка «Вино навсегда», а во Франции его ждут собственные виноградники и погребки, забитые лучшим вином, вопреки тому, что в прошлом Джонни – нескончаемые попойки и ванны, наполненные шампанским, Депп соглашается полностью завязать. Пятидесятилетний Джонни становится скучноват: полностью перешел на веганское меню, занялся пилатесом и йогой и постепенно из харизматичного героя превращается в настоящего «ботаника».

Сейчас и на страницах этой книги разбирать историю отношений Джонни с Эмбер Херд неуместно. Не будем уподобляться популярным таблоидам, смакующим скандальные подробности, распространяющим самые дикие сплетни, и предположения.

Каждый имеет право на ошибку. И мы можем лишь сожалеть, что Джонни ошибся, приняв за нечто настоящее и чужие амбиции и необоснованные претензии.

Для поклонников Деппа и всех любителей хорошего кино самым неприятным последствием этой грустной истории стал остракизм, устроенный официальным Голливудом и особенно рьяными последователями «новой этики», и борцами за «новые ценности» и «всеобщие права». И обиднее всего, что Джонни был объявлен виновным на основе столь привычного уже highly likely.

Но глупее всего, что из-за этой ситуации хорошие фильмы, удачные проекты потеряли Джонни. Может, для «Пиратов Карибского моря» это что-то вроде знака судьбы, поскольку франшиза явно исчерпала себя. А вот «Фантастические твари» жаль. При всем уважении к Мадсу Миккельсену и его таланту, таких как он, актеров в мире много, таких, как Джонни Депп – единицы.

Впрочем, неудачи последних лет – всего лишь этап, черная полоса, которая бывает у каждого. И она обязательно кончается.

Так что пожелаем Джонни всего самого доброго, того счастья, которое он сам для себя ищет и, конечно же, новых творческих успехов. Ведь этого с нетерпением ждут сотни тысяч людей по всему миру, для которых одинокий пират Джонни Депп – наглядный пример человека, который сделал себя сам вопреки всему и который живет, творит, ищет себя, не оглядываясь на навязанные шаблоны и стандарты.

Трудно жить в мире со своей душой, когда вокруг эта кричащая путаница. Но, несмотря на поголовное притворство, тяжелую работу и разбитые мечты, это все еще прекрасный мир. Будьте осторожны. Старайтесь быть счастливыми.

Джонни Депп

Приложение. Несколько интересных интрвью

1. «Гонзо-интервью» с Джонни Деппом во времена «Страха и ненависти в Лас-Вегасе»

Двадцать семь лет назад Хантер С. Томпсон сел в свой большой кабриолет, чтобы написать обзор гонки мотоциклов вблизи Лас-Вегаса. Однако его гораздо больше заинтересовали люди, которых он встретил в дороге, а также различия между кучей наркотиков, которые он глотал со своим адвокатом, таким же чудаком, как и он сам (и любителем пить лосьон от загара вместо пива). В итоге он напишет о гонке только три строчки.

Во многом благодаря его убийственному реализму по отношению к американским мифам и иллюзиям 70-х годов, «Страх и ненависть в Лас-Вегасе (сумасшедшая поездка в сердце американской мечты)» стала литературным памятником поп-культуры. Этот образчик «гонзо-журналистики» (которая больше внимания уделяет личному бреду автора, нежели описываемому им сюжету) опрокинул все правила и стал культовой книгой. Кто лучше, чем Джонни Депп, голливудский мятежник, мог воплотить создателя сего творения в глазах режиссера, сюрреалиста и юмориста Терри Гиллиама?

Звезды класса Деппа вообще постоянно бывают окружены целым сонмом помощников различного разряда, которые предшествуют их появлению и сопровождают их повсюду. Это цирк, который может или развлекать, или раздражать, в зависимости от обстоятельств. Пик юмора – это их вечные наушники и портативные рации, по которым они связываются друг с другом, не беспокоя звезду. Сегодня – ничего подобного. Или это у Джонни – ничего подобного? Вопрос открыт.

Двадцать минут спустя парень в большой кепке на голове приезжает один, тихо входит и начинает представляться каждому из нас. Это он. Ни оравы вокруг, ни наушников. Кинозвезды уже не могут вас очаровать, но вы вынуждены признать, что этот мальчик имеет ауру гораздо выше среднего. Прежде всего, бросается в глаза какое-то присущее ему особое изящество. Вы могли бы дать ему лет двадцать пять – на десять лет меньше, чем ему есть на самом деле – и только глаза заставляют его выглядеть старше. Вы отмечаете также его тихий голос. Тихий, очень тихий. Он бережет свои слова. Он не говорит ничего сверх необходимого. Возможно, это разговор беспокоит его, но его тон показывает, что это не так. Он просто думает, что сказать, и говорит всегда конкретно, ничего лишнего. Он выглядит очень человечным. И внезапно вы ощущаете, что хотите отпустить его с миром.

Цепь от мотоцикла, торчащая из кармана его бежевых джинсов, и след машинного масла на его руке позволяют вам предположить, что, возможно, ему пришлось ремонтировать один из своих мотоциклов прежде, чем он приехал. Автомобилисты знают, как может бить по нервам ремонт старой развалюхи. Он бросает взгляд на одежду, которую ему предлагают. Визажист видит машинное масло и начинает вытирать. Это его немного раздражает: «Оставьте!», – говорит он. Потом костюмеры дают ему две больших кожаных куртки, бежевую и черную. Он колеблется, надевает их неохотно, и потом объясняет его затруднение: «Нет, так я буду смахивать на… Мэттью МакКонахи!». Все мы еле сдерживаем смех (какие мы подонки, но все равно мы еле сдерживаем смех). Он расслабляется. С ироничным английским юмором он превращает выбор вещей в маленькую клоунаду. Наконец он голосует за черную футболку. Он всегда голосует за черную футболку. Мы поднимаемся на крышу студии, которая служит еще и внешней парковкой. Белый открытый мерседес ждет его для фотосессии. Это и был сюрприз. Даже если ясно, что Джонни не любит фотографироваться, он выполняет инструкции Мишеля очень профессионально. Ему не слишком хочется снимать темные очки. Когда он делает это, солнце бьет ему в глаза, он открывает их на две-три секунды и затем закрывает на десять-двенадцать. Вы должны щелкать камерой в нужный момент.

PREMIERE: Вы знали Терри Гиллиама до съемок?

ДЖОННИ ДЕПП: Не очень. Мы встречались несколько раз. Мы разговаривали друг с другом, но друг друга не знали.

Вы знали, что он был американцем, а не англичанином?

Я знал, что он был экспатриантом.

Вы уже видели его фильмы к тому времени?

Я видел несколько, и они были весьма хороши (Джонни вообще нечасто смотрит кино)

Фильмы такого типа вам нравятся?

Он прекрасный режиссер, и с таким человеком я всегда хотел работать.

В то время, как камера щелкает, я должен лежать на земле и менять позы, чтобы не попасть в кадр. Это забавляет Джонни, и он начинает расслабляться. Он любезно предлагает мне подержать мой диктофон, чтобы запись была получше, и сам останавливает его, когда мы должны прерваться.

А Монти Пайтон?

Я видел это по телевизору, когда был ребенком.

Существует какая-то связь между Монти Пайтоном и «Страхом и ненавистью». Вы согласны?

Да. И там, и там присутствует своего рода свобода. Свобода быть честным и говорить искренне.

Вы знали Хантера Томпсона до того, как вы сыграли его?

Мы иногда встречались. И проводили некоторое время вместе, вдвоем. Я был одним из самых больших его поклонников еще в юности. С тех пор, когда я впервые прочитал его книгу.

И сколько вам было лет, когда вы это прочитали?

Приблизительно 15 или 16.

Экранизация планировалась давно?

Я думаю, этот вопрос возник двадцать пять лет назад, сразу после публикации. Но никто не делал этого прежде. Мне это очень нравится.

Это Гиллиам пришел и предложил это вам?

Нет, я уже был в проекте, когда к нам пришел Терри. Нам с ним повезло, вы сами это сказали!

Какова была ваша реакция, когда вы увидели эти огромные реактивные самолеты, которые, как нам рассказывали, выплевывали и раздували горы пыли, висевшей в воздухе сплошной стеной целыми днями?

Я уже встречался с этим трюком прежде, но не посреди пустыни. Это было очень необычно, сама идея позволить тоннам песка забить ваше горло, да еще на протяжении многих миль вокруг!

Не было ли слишком трудно играть в таких условиях?

Фактически, нет! Это все упрощает: вы думаете только о том, как бы прикрыть рот, потому что ваши легкие полностью пропитаны этой ужасной пылью. И это в течение многих часов, дней, недель.

Терри Гиллиам снимал вас очень специфическим способом. Да, он использовал большие широкоугольные линзы, и снимал ими на крупных планах, чтобы создать эти странные оптические эффекты. И Николя Пекорини – наш оператор. Он очень, очень хорош. Я обожаю его.

Кроме «камеры прямо в лицо», Гиллиам и Пекорини прикрепили к объективу прозрачные пластиковые листы, чтобы усилить эффект приема наркотиков. В соответствии со стилем Томпсона, Гиллиам хотел, чтобы Джонни Депп разговаривал в фильме фальцетом.

Как вы работали с вашим фальцетом?

Я сделал запись текста перед съемками. И, поскольку речь должна звучать синхронно, и я должен был знать, когда мне говорить или реагировать, я был в наушниках.

Это была ваша идея, идея Гиллиама или предложение Брандо? (Легендарная неспособность Брандо запоминать текст вынудила его использовать наушники для подсказки, как он делал на съемках «Храбреца»).

Это предложил я. Вместо того, чтобы кто-то стоял за камерой и давал мне отмашку, было бы лучше, если бы я имел свой собственный ритм в ухе.

Вы говорили с Брандо об этом?

Брандо использует эту штуку. Это действительно очень практично. Я узнал это от него, это правда.

Какие еще детали вы будете вспоминать через несколько лет?

Он смотрит в небо, размышляя над вопросом в течение нескольких минут, и улыбаясь время от времени.

Если честно, я думаю, что я буду помнить каждый день. Это было весело, очень весело… Но и очень трудно.

Как это?

Да, это было очень весело, но и ужасно трудно в то же время. Много работы. За очень короткий срок. Если бы у нас было еще несколько месяцев, мы, вероятно, смогли бы хотя бы спать нормально. Это было очень интенсивно.

Что Вы думаете о неизбежном сравнении вашего фильма с фильмом «Беспечный ездок»?

«Беспечный ездок»? Я не думаю, что эти два фильма сравнимы, нет. «Беспечный ездок» – прекрасный фильм, но он совсем, совсем другой. И потом, он был снят тридцать лет назад.

Книга имеет подзаголовок – «Путешествие в сердце американской мечты». Лас-Вегас был когда-либо частью ваших мечтаний, или вы разделяете мнение Томпсона об этой «дыре»?

(Грустно). Лас-Вегас – это очень странное место для каждого, кто… Я на самом деле считаю Лас-Вегас очень грустным городом. Вы можете видеть, как люди тратят там впустую все их состояние, свои страховки, свои пенсии, всаживая последние копейки в эти автоматы, просиживая перед ними до бесконечности.

Вы когда-либо играли там на деньги?

Я играл на деньги только один раз, да. Только чтобы сказать – я сделал это. Это вовсе не было…

Тогда Лас-Вегас – одно из лучших мест в мире, где можно увидеть, как низко два парня могут упасть? Да! А сами вы куда пошли бы для этого?

Посмотреть, насколько низко человек может упасть? Я думаю, что это случается каждый день в Голливуде! Нет никакой нужды ехать для этого так далеко! Но Лас-Вегас… В Лас-Вегасе кто-то низко падает каждую секунду (циничный смешок). Я вообще-то не люблю такие места, где полно людей. У меня от этого клаустрофобия.

В таком случае вы были довольны, что съемки проходили посреди пустыни?

Пустыня, да, я обожаю пустыню! И потом, замечательная вещь заключалась в том, что я мог взять с собой свой мотоцикл и разъезжать на нем по барханам. Это здорово весело! Вы можете просто убежать от всех в свой выходной, и рассекать по пустыне, далекой и широкой, на каком-нибудь драндулете.

Вы катались, как Томпсон, с каким-нибудь «Адским ангелом», или в одиночку?

Я ездил с другом. У него не Харлей, а Даккети, Триумф или что-то европейское.

Вы знали, что Джармуш делал аудиозапись версии этой книги с Гарри Дином Стэнтоном?

Да. И Гарри Дин был рассказчиком. Гарри Дин появляется у нас фильме тоже.

«Гонзо-журналистика», Вы знали что-то об этом?

Да.

Вы читали Томпсона в журнале «Rolling Stone»?

Книга была издана в «Rolling Stone» в 1971 году. Мне было восемь! Тогда я этого не читал, нет. Пока нет.

Как прошел ваш первый день с Томпсоном?

Замечательно! Мы… сделали бомбу у него на кухне. И потом мы пошли к нему в сад и стреляли в бомбу из дробовика. (радостно смеется). Просто для смеха! Только для смеха. Да, это было первое, что мы сделали, мы вдвоем.

А что, были и другие увеселения?

О, да. Вы знаете, мы потом пошли, чтобы купить оружие помощнее. В итоге мы купили то же самое, и стреляли потом у него в саду.

Вы разделяете его пристрастие к «Магнуму-44»?

Я не могу вспомнить свой калибр, но это был Фридом Арм. Самая мощная пушка, из которой я когда-либо стрелял.

Это правда, что вы менялись машинами? То, что вы перегоняли его автомобиль, в то время как он торжественно разъезжал по Беверли Хиллс на вашем Porsche Carrera?

(Воспоминания развлекают его, заставляя все время смеяться). Да, я действительно пригнал его автомобиль из Колорадо в Лос-Анджелес. Мы вдвоем решили, что это могла быть хорошая идея. Мы хотели использовать в фильме его настоящий автомобиль. Даже если это и не тот же самый, который у него был, когда он писал книгу, все равно это был старый автомобиль Хантера. Так что я много чего мог почувствовать. И когда он приехал в Лос-Анджелес, я отдал ему свой Порш. Да… И он очень хорошо водит, Хантер.

Вы готовили свою роль, живя вместе с ним?

Да. Я провел с ним приблизительно три месяца. Я жил у него; мы вместе селились в гостиницах. Мы очень хорошо провели время в эти три или четыре месяца.

Над нами летит вертолет. Быстрого взгляда для него достаточно, чтобы понять, что шум забьет запись. Он любезно прекращает говорить и нажимает на кнопку паузы магнитофона. Как только вертолет исчезает, он подносит микрофон ко рту, запускает диктофон и трещит, как вертолет. К сожалению, эта оригинальная музыка транскрипции не поддается.

Это правда, что у Томпсона одна нога короче другой?

У меня нет информации по этому поводу. Но я старался максимально его почувствовать. И я делал все как он.

И пьянки тоже?

(Очень быстро, как признаются дети). Агааааа… Да, но только немножко.

Он еще любит жутко громкую музыку с усилителями.

Да. Да. Я тоже. Это мы с ним разделяем.

Его любимый напиток…

(прерывает). Дикий Турок, большой стакан, много кубиков льда! Я скорее больше люблю… чистый алкоголь.

Что!? (гордая улыбка). Чистый алкоголь. Это хорошо прочищает мозги. На самом деле мой любимый напиток делают во Франции. Нет, не совсем во Франции, но во Франции его можно найти.

Водка Zubrowska?

Да! (Он произносит это название по-французски: «Herbe de bison»). Это действительно прекрасно. Хотя сейчас я предпочитаю… э-э… Портвейн. Порто. Это французский напиток, да? Или нет?

Скорее нет. В своей книге Томпсон говорит, что он в Лас-Вегасе слонялся с одним чудаком – 150–килограммовым адвокатом с Островов Самоа. Вы встречались с ним?

Его считают мертвым! Его не могут найти с 1974 года. (Это Оскар Зета Акоста, которого играет Бенисио Дель Торо).

А английский дизайнер Ральф Стидмэн? Это его рисунки, кажется, легли в основу постера?

Я встречался с ним только однажды. Он очень хороший, очень забавный. Его персонажа в фильме нет. Но постер, да, фактически сделан по его рисункам.

Вы смотрели «Дорогу в Буффало», тоже по рассказам Хантера Томпсона? С Биллом Мюрреем, играющим ваш персонаж?

Да. Много лет назад. Билл очень хорошо сыграл.

После пари о том, что он сможет повторить фокусы Гудини, Томпсон чуть не утопил Мюррея, бросив его в плавательный бассейн привязанным к стулу.

Правда? Я этого не знал!

Ну а с вами Томпсон что плохого делал, кроме бомбы?

А, ну что вы, это была просто игра! Я, конечно, не рекомендую это всем, но… Нет, я ничего такого не вижу.

Так что ничего опасного?

Все! Все опасно с Хантером!

Ваши самые глупые пари?

В Сан-Франциско мы на спор прятались в гостиничном номере в течение пяти дней. Вообще не выходили! Да, пять дней. Только в одной комнате. Да, много сумасшедшего дерьма там происходило… (Он опять погружается в воспоминания с улыбкой).

Точно так же, как в фильме, я предполагаю?

Да, очень похоже.

Вы хотя бы в сознании проснулись?

Я выжил, скажем так. Я выжил.

Это была часть обучения?

Да. Попытка провести побольше времени с Хантером и изучить его. Попытка украсть его душу. Проникнуться его духом, если можно так сказать.

Как вы показывали в фильме эффект действия наркотиков?

Это не занимало слишком много времени. Атмосферу создают спецэффекты, хотя я тоже должен был показать это. Актер должен реагировать на то, с чем сталкивается его персонаж, перед пустой камерой. Вы должны показать, что перед вами кошмар, на своем лице, своим телом.

И при этом каждому наркотику должна соответствовать своя атмосфера?

Я видел только первую редакцию фильма, достаточно давно. Возможно, Терри так и сделал. Я не знаю. Это на самом деле не в моей компетенции.

Билл Мюррей после того, как он сыграл Томпсона, имел ужасные неприятности, связанные с отказом от его привычек…

Да, у него были большие трудности. У меня тоже! Хантер несмываем! Он похож на вашу болезнь. Он проникает к вам под кожу, пускает корни в вашу кровь и ваш разум. Хантер пропитывает вас. Он часто посещает вас. Его ритм, способ разговора, его язык очень интересны. И трудно избавиться от всего этого после смешения с ним на какое-то время.

И теперь?

Я избавился от этого. Но если бы я мог поговорить с ним снова, я мог бы упасть туда опять во второй раз. Дайте мне только портсигар, мундштук, и я рухну туда моментально. Как только вы въезжаете в Хантера, вы от него уже никогда не освободитесь полностью.

В книге есть сцена разрушения гостиничного номера. А в фильме?

ВСЕ разрушено в фильме. Все.

Вам не надоело, что вам всегда напоминают о том гостиничном номере, который вы разрушили? Разве вы не боитесь, что вам опять это припомнят из-за этой сцены?

Вот ещё! Да, мне это надоело, это смешно! С другой стороны, я развалил бы еще один гостиничный номер, если бы опять почувствовал то же самое! Или что-нибудь еще! Почему нет? Каждый может пройти через это: это вообще людям свойственно, не так ли?

Студии давят на вас за то, что вы такой, какой есть?

Я не слишком это ощущаю. Безусловно, вы хотите, чтобы ваши фильмы хорошо принимались, чтобы люди шли их смотреть, наслаждались ими и т. д., но это – не моя проблема. Моя работа – это делать вещи, в которые я верю, играть роли, которые дают мне возможность сделать что-то интересное… Насчет большого кино – да, есть давление, но это не мое дело. Я не имею ничего против идеи участия в крупнобюджетном фильме, если замысел хорош, если режиссер хорош, если персонаж интересен. Иначе это не имеет никакого смысла. Я никогда не буду делать что-то только ради того, чтобы выжить в нашей голливудской общине!

А каким образом вы попадаете в Канн, и уже не первый год?

(удивленно). Я не знаю, а вообще-то действительно! Очень странно. Это – один… два… три… четыре… Да, я приезжал из-за моих четырех или пяти последних фильмов, я не знаю, почему.

Возможно, потому что вам это нравится?

Да, мне это нравится.

Вы уже думали о том, чтобы пожить во Франции?

Да, часто. Я все еще думаю об этом.

В каком городе вы бы остановились?

В Париже. Но я люблю и юг, Прованс. И Нормандию тоже, побережье и внутренние районы. Я начинаю осознавать, что фактически я провел больше времени во Франции, чем в своем родном городе, в течение последних лет. Я езжу во Францию чаще, чем куда-нибудь еще. Я обожаю жизнь во Франции. Еда хороша, люди хороши, и вино хорошо.

Почему же вы тогда живете в Лос-Анджелесе?

Я люблю море. Я люблю жить рядом с океаном. Я должен быть около воды. И потом, я не люблю жить в ограниченной среде. Париж может иногда напоминать такую среду, но немного воздуха все же остается. А вот в Нью-Йорке, например, всегда есть кто-то, кто ходит над вами.

А хижина на Таити? Или целый остров?

Точно! Да, я думал об этом. Я уже много раз интересовался покупкой острова. В конце концов, хотя бы только в виде места, где я хотел бы скончаться. Я думаю, что Брандо здесь абсолютно прав. Пресс-секретарь возвращается секунда в секунду, когда интервью должно было закончиться. «Ну как? Все в порядке?». В устах голливудского пресс-секретаря это означает: «Время. Я пришел выручать мою звезду и спасать ее от вашей ужасной Голгофы». Мне показалось, что Джонни не возражал бы против продолжения. Я смею сказать: «Еще десять минут?». Обычно они отвечают мне: «Нет, простите. Нам действительно пора». Звезда приносит извинения и оставляет вам своего сторожевого пса. Пресс-секретарь смотрит на Деппа, который отвечает вместо него: «Все в порядке. Продолжаем». И потом, поворачиваясь ко мне: «Хорошо, нет проблем. Это круто». Джонни сворачивает себе четвертую сигарету после отказа от одного из моих «Кэмел». Заядлый курильщик «Мальборо», способный выкурить до трех пачек «Мальборо лайт» в день, сейчас он сворачивает какие-то пахитоски в темно-коричневых листьях.

Его люди сказали мне, что он не придает смерти никакого значения, но когда наша беседа шла об алкоголе, и наш фотограф, Мишель Адди, пожаловался, что врачи ему полностью это запретили, Джонни заметил: «Если доктор сказал вам, что это плохо для печени, его вообще-то стоит послушать».

Как вы пережили коммерческий провал «Храбреца»?

«Коммерческий провал» для меня ничего не значит. Как я уже сказал, это не моя проблема. Фильм есть фильм, также как и картина есть картина. Большой успех означает только то, что кто-то где-то положил деньги в карман. Но это не та причина, по которой я снял фильм. Я не хотел специально доставлять удовольствие никому, кроме моих актеров и меня самого.

Вы готовите еще один фильм?

Да.

Когда?

В следующем году. Возможно. Я хочу сделать еще один фильм, только чтобы позлить критиков. Я многое сделал бы, чтобы заставить их попсиховать. И мне нравится, что я могу украсть два с половиной часа их жизни!

Ну, если это вас утешит, мне придется потратить примерно часов на двадцать больше, чтобы расшифровать это интервью и как-то его оформить.

(кивает). Хорошо! В таком случае я очень рад, что вашего времени я украл еще больше!

Вы терпеть не можете журналистов?

Нет, нет! Я шучу. Никакой личной вендетты. Это касается только критиков. Какая грандиозная идея, заниматься такой работой! Правда? Какая квалификация требуется, чтобы сказать, хорош этот фильм или плох? Я не понимаю. Или люди реагируют на фильм, или они не реагируют. Но никакая школа и никакие знания не дают вам права говорить «это хорошо» или «это плохо». Это разные вещи. Вы можете сказать, скучно ли это, или, наоборот, интересно, но хорошо или плохо – это зависит от целей режиссера. Короче говоря, любой имеет право иметь свое собственное мнение, но это мнение надо излагать бесплатно.

Как продвигается ваша работа с Поланским?

Я отношусь к этой идее с суперэнтузиазмом, я хочу работать с ним. Он – режиссер, которым я восхищаюсь.

У вас уже были какие-то совместные проекты?

Нет, мы встретились в Каннах в прошлом году, когда я представлял «Храбреца». Идея поработать вместе заинтересовала меня, конечно. Спустя шесть месяцев после этого он прислал мне сценарий. Я сказал да.

Вы читали роман Артуро Переса-Реверте?

Нет, я еще не читал «Клуб Дюма», но я обязательно куплю и изучу его.

Что Вы думаете о дезертирстве Траволты из предыдущего проекта Поланского в прошлом году?

Я на самом деле не знаю, что случилось; я не знаю деталей. Но я думаю, что очень жаль, что он так и не снялся в этом фильме. Для актера это настоящий шанс, поработать с Романом Поланским.

Какие фильмы Поланского вы предпочитаете?

Мой бог, они все хороши! «Нож в воде», «Жилец», «Ребенок Розмари»… Ах, да, возможно «Чайнатаун». Это – один из самых совершенных фильмов, которое вы могли надеяться создать. Я еще просто обожаю фильм «Неистовый».

Вы видели «Смерть и деву»?

Нет еще. Я посмотрю. Но, знаете, я вообще-то смотрю не много фильмов.

Это недостаток времени или желания?

Ни то, ни другое. Скорее, это потому, что это – последняя вещь, которую вы хотите сделать, когда это ваша работа. Парень, который полирует дорожки в кегельбане, вовсе не мечтает играть там по выходным! Я чувствую себя так же. Как ребята из Макдональдса, которые на гамбургеры смотреть не могут.

Вы смотрели «Титаник»?

Нет.

Вы, как говорят, выбрали Ди Каприо для съемок «Гилберта Грэйпа».

Лассе Халльстрем и я просмотрели очень много мальчиков на роль моего младшего брата, и именно Леонардо был выбран.

Вы встречались после этого?

Время от времени. Мы пересекаемся.

Он находится в критической точке его карьеры. Какой совет вы бы ему дали?

Он славный малыш. Я сказал бы ему: «Делай то, что ты действительно хочешь делать. Не играй в их игры. Когда они хотят, чтобы ты мчался направо, дуй на самой высокой скорости налево! Не делай то, чего хотят другие. Ищи свой собственный путь».

Если бы Тим Бертон попросил вас сыграть Супермена?

Я действительно очень люблю Тима Бертона, но я не знаю, хотел бы я увидеть свою физию на бумажных стаканах в Макдональдсе. (хохочет). Я предпочитаю этого избегать, понимаете? Избегать распространения этого ужаса по планете.

Девочки бы порадовались, возможно…

Насчет этого я не уверен. Я все сделал бы для Тима, но играть Супермена… Я сомневаюсь, что вообще имею для этого надлежащие способности.

Когда люди сравнивают Вас с Брэдом Питтом, вы возражаете?

Да. Я дерьмом не занимаюсь!

Вы приятели?

Да. Мы знаем друг друга много лет. Он очень хорош. Но, вы знаете, все мы сидим в одной тюрьме. Мы все боремся за выживание, вы видите? Здесь нет особой тайны или… каждый пробует делать то, что ему нравится, это – все. Брэд замечателен.

Кажется, вы любите Бодлера.

(по-французски) «Les Fleurs du Mal», «Цветы зла», да! Да, я действительно очень его люблю. Я люблю многих французских поэтов: Бодлера, Арто, Рембо…

Вы много читаете? Кроме сценариев.

(смеется). Я предпочитаю книги, будьте уверены! Да, я читаю много. Вероятно, потому, что я ничего не читал в детстве. Я рано бросил школу. Чтение – спасение для меня.

Мы стоим вдвоем, опираясь на мерседес. Жарко, и я предлагаю ему немного воды:

– Нет, спасибо.

– Не любите? Вы вообще пьете когда-нибудь?

– Ну, да, иногда это со мной случается!

Пришло время идти. Как обычно, Джонни благодарит всех и обменивается рукопожатием с каждым, как он делает на съемочных площадках. Это большая редкость в Голливуде. Идя вниз к стоянке, я слышу рев мощного мотора. Я поворачиваюсь, черный Porsche мчится ко мне. В своей Carrera 4 Джонни дурачится, ускоряет ход и потом тормозит дважды или трижды, чтобы впечатлить нас и заставить нас восхищаться шумом его двигателя. Он надевает свою кепку, и она несколько конфликтует с Porsche. Он бодрый, веселый, и это заразительно. Действительно, он имеет большой вкус при создании своего персонального места под названием «Джонни I». Он опускает стекло и машет мне.

Автор: Жак-Андрэ Бонди, журнал Premiere, 1998

2. Я больше не бунтую

«Psychologies». 21.03.2011

У него было неблагополучное детство, мятежная юность и молодость, полная противоречий. Он хотел стать рок-музыкантом, а стал актером. Мог бы играть любовников, а играет фриков. Встреча с Джонни Деппом, чья личная вселенная пережила не один Большой взрыв.

Человек, который научился стрелять в шесть лет, начал играть на гитаре рок в 11, курить в 12, попробовал марихуану в 12 с половиной, потерял девственность в 13, показал учителю мягкое место в 14, вылетел из школы в 15, в порыве агрессии разгромил однажды гостиничный номер, выпил «тысячу мегалитров» виски, дрался с папарацци, обвинялся в продаже наркотиков, владел ночным клубом с сомнительной репутацией, имеет 12 татуировок, а потому называет свое тело «живым журналом»… Этот человек передо мной и представляет собой воплощенное спокойствие, радушие и полное приятие мира. Я явно имею дело с «человеком плато», в том смысле, о котором говорит он сам: «Когда долго карабкаешься, обязательно выйдешь на плато». Джонни Депп сейчас на плато – он довольно высоко, и ему открывается вид как на низменность, так и на небо. Но в нем нет никакого высокомерия. Мне, может быть, и хотелось бы смотреть на него снизу вверх – в конце концов, он звезда, но Депп не выносит подобного обращения. Он явно смущается, он стеснительный человек. И деликатный. Но хотел бы перейти со мной на «ты», ведь мы говорим о довольно личных вещах, о его личном опыте, тут нужна доверительность, и Депп сожалеет, что в английском нет «ты», потому что теперь, когда он «полжизни проводит по-французски», почувствовал «волшебную разницу» между «ты» и «вы». Он и вообще думает, что стал на «ты» с миром, и ему нравится эта фаза жизни, «когда тебе под полтинник, ты многое повидал, многое еще впереди, но ты уже знаешь, как с ним обращаться, хотя и не утратил еще способности изумляться».

У него трогательные морщинки вокруг глаз, скрытых очками с голубыми стеклами в массивной оправе, и маленькие руки в кожаных браслетах-напульсниках – много-много ремешков. Он не образец идеального телосложения или мужской красоты. Он угловато, но мягко движется, совсем бесшумно; он не вошел в номер отеля, снятый для нашего интервью, а как-то втек в него, просочился. Его пластика лишена жестикуляции, а мимика сдержанна. Вывернув карманы, он кладет на журнальный столик между нами пачку коротких коричневых сигарилл и зажигалку. Это единственное решительное действие, которое он совершил за все время нашего разговора. Так и не закурил. Как и не поменял позы в кресле.

В его тихом голосе, в этих морщинках, в поведении, будто специально выработанном, чтобы не привлекать внимания, в интонационном «ты», обволакивающем произносимое «вы», есть большее – значимость. Сразу понятно: Джонни Депп – значительная фигура. Хотя и не идеальная.

Psychologies: Многие видят в вас нонконформиста, бунтаря, человека с норовом – из-за ваших браслетов, шляп, татуировок, маек с многозначительными надписями… И при этом очевидно, что едва ли не главное из ваших качеств – верность: вы 20 лет дружили с Хантером Томпсоном, 20 лет снимаетесь у Тима Бертона, 12 лет сохраняете отношения с одной женщиной… Чего в вас больше – норова или терпимости?

Джонни Депп: Внутри меня нет конкуренции. И я не сказал бы, что верен кому-то или чему-то. Я верен себе.

Но чтобы быть верным себе, надо знать себя и свои желания.

Д. Д.: Можете мне не верить, но у меня никогда не было такого рода проблем.

Но многие помнят, как вы крушили номера в отелях и рассказывали о том, что были так называемым трудным подростком, – у подобных вещей есть причины и следствия.

Д. Д.: Это и правда, и неправда одновременно. У меня действительно было непростое детство. И отношения с братом – он на 10 лет старше – и сестрами у меня были ближе, чем с родителями. Кристи, старшая сестра, вообще мой самый близкий друг всю жизнь – ассистент, советчик, агент, кто угодно… Родители воевали друг с другом. Мы жили в маленьких домах, а шепотом никто не ссорился. Они воевали – иногда до крови. Они остались вместе ради детей, а не должны были. Когда они наконец разошлись – мне тогда было 15–всем было ясно: это лучшее, что они могли сделать для семьи. А пока они жили вместе… Мы бесконечно переезжали, за 15 лет сменили 20 мест жительства, жили вшестером в крошечных домиках. Помню, однажды школьный приятель пригласил меня домой, и его мама предложила мне остаться на ужин. Я был потрясен: вся семья собралась за столом, брат приятеля, сестра, мама-папа… И сначала все ели салат… Волшебное название – романо… Вилки лежали слева от тарелки, ножи справа – у нас такого никогда не было. У нас ели принесенное из KFC или «Макдоналдса». И все в разное время, семьей за столом никому в голову не приходило собираться… В общем, жизнь нашей семьи была довольно-таки адской – и в бытовом отношении, и в смысле того, что нам приходилось постоянно чувствовать, насколько родители не выносили друг друга. И при этом они совсем неплохие люди. Мои родители растили четверых детей в довольно сложных условиях и любили нас. Но они пошли на поводу условности – все ради сохранения «полной семьи». Что оказалось пыткой для тех, ради кого они, казалось бы, вовремя не расстались. Следовать условностям, тому, что навязано извне, – ошибка, я убежден. И тогда так считал. А потому считался «трудным» подростком. Сам-то я о себе так не думал. У меня всегда была довольно высокая самооценка, я был абсолютно уверен в себе.

Что вам сообщало такую уверенность в себе?

Д. Д.: Наша семья… она была не просто неблагополучной, а глубоко больной. Из таких семей и выходят, между прочим, серийные убийцы. Я хочу сказать – все провоцировало на крайность. Моя крайность была – отстаивать то, каков я есть. Бороться за собственную индивидуальность. А потом появилась гитара. Мама подарила мне гитару за 25 долларов, когда мне было лет одиннадцать. Это была любовь с первого взгляда, страсть. Меня интересовала только музыка. Знаете, я вообще не помню переходного возраста, не помню конфликтов, ссор, бунта гормонов. Помню, что я тогда слушал, что играл, как пальцы до суставов стер, пытаясь играть на гитаре Перголези, придурок. Ничто не имело большего смысла, чем музыка. Эта история с учительницей, которой я зад показал, – я не вижу тут ничего исключительного. Даже особенно скандального, хотя после нее мне в школе дали понять, что я свободен наутро в нее не вернуться. Собственно, так я и поступил… Она просто все пыталась меня к ногтю, к ногтю… Зачем-то ей это было нужно – чтобы я стал послушным зверьком, чтобы я был как все. А я всегда подозревал, что быть не как все – нормально. Быть другим – не криминал. Школа была постоянным испытанием, если не пыткой. И я бросил ее. Ничего особенного, просто я иначе видел свой путь.

Что помогает вам двигаться по нему, не сворачивать со своего пути?

Д. Д.: Я не могу быть… чужим продуктом. Я не могу стать результатом усилий других. После сериала «Джамп-стрит»… сколько мне тогда было… да, 27. Так вот, сериал имел огромный успех, я стал чем-то вроде тинейджерской иконы. И на мой счет начали строить планы – агенты, продюсеры, журналисты, даже зрители. Но я не был намерен становиться брендом, продавать этот модный фасон – Джонни Депп из «Джамп-стрит». Я всех послал – без грубостей, внутри себя, но окончательно. И начал искать другую роль. Тогда я и снялся сначала у Джона Уотерса в хулиганской «Плаксе», а потом наконец у Тима Бертона. В роли чудища, а не гламурного юноши с коком. Бледного, худосочного, лохматого парня искусственного происхождения, в шрамах. И с ножницами вместо рук.

Вам не было страшно – отказаться от верной карьеры?

Д. Д.: Да, я помню это чувство – входишь в ресторан, и все на тебя смотрят. Но это ладно. Что действительно меня доконало – я видел, как работает эта машина по перемалыванию меня в фарш популярного актера. Я видел, как закрутился маховик. Как я окажусь сначала на коробке для школьного завтрака, потом на термосе, а потом на обложке тетрадки… И я взорвал этот асфальтовый каток! Меня не пугала никакая работа – ни в ресторанном варьете, ни клоуном в «Макдоналдсе». Лишь бы не под каток. Я не собираюсь быть чьим-то произведением и соответствовать чьим-то ожиданиям. У меня есть свои. И поэтому никогда не интересуюсь, скажем, бокс-офисом фильмов, в которых снялся. Можно сказать, я сделал карьеру на провалах. В том смысле, что я немало играл в кассово провальных фильмах. Но я не бизнесмен, не интересуюсь экономикой голливудской индустрии. Я не для кассы снимаюсь. Да и потом, не люблю я, когда жизнь дает мне понять, что готовится загнать меня в угол. В эти-то моменты я и начинаю попу показывать, номера крушить, камнями кидаться…

Кидаться камнями?

Д. Д.: Да это мама… Меня травили в младших классах. И затравили бы. Если бы мама не сказала мне однажды: «Знаешь, Джонни, под ногами всегда есть камень. Так если травят, просто подними и брось. Целься в глаз подонкам». И я тогда подумал: ну правда же – под ногами всегда есть камень. Мама знала, о чем говорит: она всю жизнь проработала официанткой в закусочных. Но с самых первых моих настоящих заработков уже не работала.

Вы были близки с матерью?

Д. Д.: Ну… когда родители разошлись, я выбрал ее. Остался с ней. Она непростой человек. Когда я получил первую роль в кино, у меня было что-то вроде эйфории. Чем я только до этого не занимался – разнорабочим был, парковщиком, автозаправщиком… И всегда был рад любым деньгам – было бы чем платить за квартиру. В неделю зарабатывал 25 долларов, а тут сразу 1200! Позвонил маме. Говорю: «Мама, я получил роль, буду сниматься в кино!» – А она: «Какого рода кино?» – без всякой эйфории. И пока я не убедил ее, что совсем не того рода, она не радовалась. У нее твердые принципы. Сила. Особая женская сила.

Как вы это понимаете – женская сила?

Д. Д.: Элементарно. Тот, кто видел рождение своего ребенка, как видел я, уже никогда в ней не усомнится. Женщины сильнее нас. Для них не существует глупостей – только главное. Жизнь, дети, свобода. Они не видят смысла в вечной жизни – они продолжаются в детях, и этого достаточно. Они не завоеватели – им и так принадлежит мир, потому что они способны создать новую жизнь. И они легко жертвуют собой. Поэтому я теперь все больше отдаю долги.

Кому и какие?

Д. Д.: Ванессе в первую очередь. Эти 12 лет, что мы вместе, она отказывалась от ролей, от дисков – ради меня, моей карьеры, нашей семьи. Но когда встречаешь женщину, прекрасную женщину, которая так глубоко тебя понимает… в какой-то момент говоришь: хватит. Хватит принимать ее подарки. Понимаете, встреча с Ванессой изменила мою жизнь кардинально. Не скажу, что изменила меня… Но нет, все-таки изменила – я и не думал, что встречу женщину, которая будет меня так понимать… В общем, надеюсь, что теперь Ванесса займется тем, что сочтет нужным, – запишет новый диск, сыграет в фильмах. Меня совсем не смущает роль «папа всегда дома». Я теперь стараюсь быть дома как можно больше. Пусть Ванесса почувствует свободу выбора – своего личного, не связанного с нуждами семьи.

Как вы встретились? Как начинаются такие отношения – прочные, гармоничные?

Д. Д.: Обычное дело. Мы познакомились давно, в 93-м. Я помню это ощущение – ух. Ну, было и прошло. Секунда. А потом в Париже я снимался в «Девятых вратах» у Полански. Сидел в лобби отеля за компьютером, ловил мейлы. И вдруг увидел в другом конце лобби немыслимую спину. Женщину в платье с открытой спиной. «Вау…», – подумал я. Она вдруг оглянулась и посмотрела на меня. Я отвернулся, пошел к лифту. И опять эти глаза. «Вы помните меня?», – спросила она. И все. Я сразу понял: случилась большая беда. Конец, смерть всей прошлой жизни.

На каком языке вы говорите с детьми?

Д. Д.: Я – на английском. Ванесса – на французском. Они билингвы. Но мы много времени проводим во Франции, и мне не хотелось, чтобы мои дети думали: папа идиот, не понимающий, о чем они говорят, когда говорят по-французски. Вот мне и пришлось заговорить на французском. С худшим на свете американским акцентом! Но теперь почти говорю. И когда спрашиваю у Лили-Роуз (его дочь – Прим. ред.), ужасно ли говорю, она всегда отвечает так нежно: «Ohhh, c’est tres bien, papa…» («О, очень хорошо, папа…») Это музыка сфер!

Вы признавались, что играли с ней в Барби…

Д. Д.: Иногда и сейчас играю. Нет, я согласен с феминистками, что это воспитание на ложном примере, что у живой женщины не может быть ни таких ног, ни вообще такой фигуры, и что это воспитание будущих анорексичек. Но люди, это же просто кукла! Правда, я-то играю корыстно: я выдумываю роль. Того персонажа, которого мне предстоит сыграть. Ставлю Барби в разные ситуации, чтобы понять, как она в них поступит. Готовясь к «Туристу», я много играл в Барби. Лили-Роуз даже умоляла переключиться на другие игры!

Дети смотрят ваши фильмы?

Д. Д.: Они – да. А я никогда не смотрю и компанию им не составляю. В день окончания озвучания моя работа закончена. Я не очень люблю видеть себя на экране – чего я там не видел? А дети да, смотрят.

И кто из ваших героев им нравится больше – наверное, капитан Джек из «Пиратов Карибского моря»?

Д. Д.: Совсем нет. Они любят Эдварда Руки-Ножницы.

Но ведь это очень печальный персонаж…

Д. Д.: Трагический. Это-то и здорово, что именно его они любят. Он такой одинокий, безысходно… А они жалеют его, сочувствуют. Чему еще мы можем научить своих детей, как не чувствовать по-настоящему, глубоко? По-моему, главное – научить именно этому. Остальное – просто образование.

Какой вы отец, как бы вы себя в этой роли охарактеризовали?

Д. Д.: Понимаете, семья… Они главное для меня. Неожиданный подарок, немыслимый выигрыш в лотерею. Спасательный круг. Спасительное убежище. Я никогда не надеялся иметь все это. И поэтому теперь… можно сказать, я живу в страхе. Постоянная тревога: ну не может быть, чтобы у меня все это было! Мой брат был прав. Когда я сказал ему, что Ванесса беременна, он дежурно так, буднично сказал: «Поздравляю. Ты больше никогда не будешь спать так же беззаботно, как прежде. У тебя не будет ни одного спокойного дня. Но оно стоит того». Это правда. Оно стоит того… Лили-Роуз родилась, и мне дали ее подержать. Ей было три часа от роду, она засыпала. Я держал ее и… ну, очень остро почувствовал: никогда ни одно человеческое существо не будет мне ближе. И я никому не буду ближе. Так и было, пока не родился Джек… Ох, я страшно боялся второго ребенка. Как я смогу любить его так же, как Лили-Роуз? А вдруг буду любить меньше? Но когда он родился, сомнений уже не было. Любовь – странное дело. Она не бывает ни меньше, ни больше. Знаете, мне было уже к сорока, когда я сделал первое в своей жизни безусловно правильное финансовое вложение. Купил дом на юге Франции для нас с Ванессой и Лили-Роуз – тогда у нас она была еще одна. И знаете, это было впервые в моей жизни, когда я на съемках говорил: «Мне надо позвонить домой», – я имел в виду буквально – домой. Туда, где правда мой дом…

И все же вы с Ванессой не собираетесь закрепить брак официально…

Д. Д.: Моя бабушка говорила: «Не чини, что не сломалось».

Как осторожно – вам больше не по вкусу решительные поступки?

Д. Д.: Конечно, я больше не бунтую. Бунтарь может быть только бывшим, если в его жизни есть некто, кто говорит: «Ohhh, c’est trus bien, papa…».

3. Мы все немного странные, если задуматься

PINC. 01.10.2012

Умный, сексуальный и притягательный на экране, Джонни Депп кажется еще более соблазнительным в личной беседе. Он любит правильные вопросы и готов отвечать на них всерьез, раскрывая свой богатый внутренний мир гораздо больше, чем перед камерами папарацци, которых не переносит на дух. Титул самого сексуального мужчины планеты не играет никакой роли для Джонни Деппа. Стеснительный, закрытый, но в то же время невероятно харизматичный, он гораздо больше думает о своей семье, чем о мировой популярности. Кого бы он ни играл – Капитана Джека Воробья в «Пиратах Карибского моря», безумного парикмахера Суини Тодда, храброго Донни Браско или хладнокровного Джонни Диллинджера, Депп всегда остается настоящим характерным актером. А когда он не занят на съемочной площадке, то наверняка посвящает все время своей красавице-жене и двум детям, играет на гитаре или уединяется с книгой. У Джонни и Ванессы даже есть небольшой виноградник в План де ла Тур на севере Сен-Тропе, где они делают вино. Кажется, во Франции он нашел свой собственный маленький рай.

Джонни, всех очень удивляет тот факт, что вы так давно во Франции и еще не снялись ни в одном французском фильме. У вас есть такие планы?

Сейчас у меня слишком много ангажементов в кино, чтобы я мог задумываться об этом всерьез, но в будущем я бы очень хотел поработать с французскими режиссерами. Кстати, я уже снялся в фильме Иван Атталя «Они поженились, и у них было много детей» вместе с Шарлотт Генсбур, мне досталась маленькая роль, но было очень забавно и непривычно произносить все реплики на французском.

У вас репутация одного из самых известных актеров мира. А если бы у вас была возможность пойти куда угодно как простой человек, что бы вы сделали?

Какой классный вопрос! Где бы я мог появиться анонимно? Я бы с удовольствием отвел детей в Диснейленд. Я бы катался с ними на каждом аттракционе, как хороший папочка на диснейлендовской прогулке.

Что для вас значит быть Джонни Деппом сегодня?

Я вполне обычный, простой парень. Но большинство времени я посвящаю искусству, создавая что-то. Я не могу от этого уйти, вы же понимаете. Что же касается меня лично, дайте мне хорошую книгу, бутылку неплохого вина и легкий бриз с моря, и я буду счастлив. Когда я 3 месяца не снимался, то вставал рано утром, чтобы посмотреть, как растут овощи на огороде. Никаких разговоров, никакого кино, никакой работы. Мы брали детишек на пикники. Жизнь идеальна, когда не звонит телефон, а папарацци не преследуют тебя на улицах.

Вам больше нравится играть обычных людей или чудаков в некотором смысле?

Я думаю, что все мои персонажи вполне нормальные. Мне кажется, что все люди одинаковы. И мы все немного странные, если задуматься.

Вы когда-нибудь мечтали стать Робином Гудом, брать деньги у богатых и отдавать бедным?

Это то, что я делаю последние 25 лет! Это правда: когда я был подростком, я делал принты на футболках, продавал чернильные ручки, работал на стройке, на заправке, на СТО. И уже тогда, в 1986, я начал брать у богатых в некотором смысле. (Смеется)

Что касается «Пиратов Карибского моря 4», вам еще не надоело сниматься в этой эпопее?

Да, я ненасытен! Мне кажется, что я просто слишком люблю своего персонажа, и людям он тоже нравится. Я каждый раз вкладываю в него что-то новое.

А чем вам понравились съемки «Мрачных теней», которые недавно вышли на экраны?

Для меня эта роль – давняя мечта. Мне нравилась это телешоу, когда я был ребенком. Я балдел от Барнабаса Коллинза, у меня даже есть фото, где я стою с постерами «Мрачных теней», мне там 6 или 7 лет. Конечно же, я был очень рад сняться в фильме Бертона.

Вы часто играете персонажей, которых обожают дети, – Барнабас Коллинз, Эдвард Руки-Ножницы, Вилли Вонка. Какие у вас отношения с этой аудиторией?

Я думаю, что дети более искренне все воспринимают, так как они не испорчены интеллектуальными ожиданиями. Играя для них, я чувствую обратную связь. Мне повезло сыграть эти роли.

Вы говорите, что больше верите в детей. А что вы ощущаете, получая внимание от взрослых, особенно от женщин?

Вау! Да, я доверяю детям. И дети доверяют мне. Я доверяю женщинам. В жизни у меня было много женщин. И да, я доверяю им, а он доверяют мне, насколько я могу знать.

Титул самого сексуального мужчины работает вам на руку, как и все то внимание, которое вы получаете вместе с ним?

Внимание – сложная штука. Это здорово, когда кто-то ценит твою работу. Но я не всегда могу понять другие его проявления. В любом случае, то, что вас называют секс-символом редакторы каких-то журналов, – для меня это какой-то параллельный мир. Я просыпаюсь, чищу зубы и вижу себя в зеркале, и мне не всегда нравится отражение. Так что вся эта суета вокруг моего образа никак на меня не влияет.

Что вам больше всего нравится в вашем новом родном городе, Париже?

Все, просто-напросто все. История – города, французов, французского языка, французской литературы. Искусство, сотворенное здесь, всегда меня восхищало: те книги, которые были здесь написаны, картины, которые были созданы известными мастерами. Великие поэты: Бодлер и Диноваль. Это всегда казалось мне чудом, и я почему-то всегда чувствовал себя больше дома в Париже, чем где-нибудь еще. У меня нет этому объяснения. Однако то, что ты окружен произведениями искусства и духом людей, которые здесь творили, позволяет почувствовать нечто – например, если зайти в Cafe de Flore, ты погрузишься в атмосферу прекрасного прошлого. Тут можно ощутить присутствие великих писателей, представить Джеймса Джойса сидящим в углу. Это вдохновляет.

4. В старости хочу быть счастливым сумасшедшим

Tele.ru. 2011

Джонни Депп – легендарный актер. Правда, во время нашей встречи в Лондоне от этого звания он сразу отмахнулся: «Приберегите подобные эпитеты для моих похорон. Они состоятся еще нескоро!» Но факты говорят сами за себя. Поклонники постарше вспомнят «Эдварда Руки-ножницы» и «Сонную Лощину». Дети без ума от «Пиратов Карибского моря» и «Алисы в стране чудес». «Шоколад», «Тайное окно» и «Черная месса» заставляют критиков проводить параллели с Леонардо Ди Каприо, который много лет не мог получить «Оскар». Деппу, кстати, киноакадемики до сих пор не присудили заветную статуэтку. «Зачем мне эти награды? Переплавлять на бронзу? Собирать пыль в шкафах?» – саркастически замечает актер. С ним легко согласиться. Он уже давно находится в элитном клубе кинозвезд, которые получают по $20 млн за роль. От отсутствия внимания публики Депп не страдает и стабильно снимается в нескольких картинах ежегодно. Новый фильм «Алиса в Зазеркалье» выводит Безумного Шляпника в исполнении Деппа на первый план. Картина начинается с того, что Шляпник находит бумажную поделку, которую смастерил в детстве, и становится одержимым идеей отыскать семью. Алиса – его единственная надежда, поскольку она человек и может путешествовать во времени. Чтобы отправиться в прошлое, девушке нужно выкрасть хроносферу. Это своего рода ключ к различным временным измерениям, который находится в замке, принадлежащем Времени – бессмертному рыцарю в исполнении Саши Барона Коэна.

– Вы не удивились, когда сценаристы сделали Безумного Шляпника практически главным персонажем? – Он хорошо прописан в книге Льюиса Кэрролла, так что нам не много пришлось додумывать. К тому же мне очень понравились параллели между его жизнью и прошлым Алисы. Они из разных вселенных, но переживают одни и те же проблемы. – Вы работали в этот раз вместе с актером Сашей Бароном Коэном. С ним удавалось импровизировать на площадке? – Не то слово, удавалось! – отвечает раньше Деппа сидящий рядом режиссер «Алисы в Зазеркалье» Джеймс Бобин. – Я обязательно включу в дополнительные материалы для релиза DVD тот дубль, где Саша и Джонни блеют в кадре на разный манер. – Это был длинный дубль импровизации, – смущенно поясняет Депп. – Сначала мы действительно шутили и упражнялись в остроумии, а потом утомились и перешли на блеяние. Это длилось минут пятнадцать. Я помню, осветители уже пошли на обед, а мы все еще издавали звуки «бе-е – е!». – Вам в детстве нравились книги Льюиса Кэрролла? – Я не особенно в них вчитывался ребенком. Признаться, литературу я открыл для себя, уже будучи подростком. Джек Керуак произвел на меня большое впечатление своей книгой «В дороге». Также меня увлекали биографии любимых музыкантов и киноактеров. Страсть к документальным произведениям осталась у меня и по сей день. Недавно закончил читать историю рода Романовых. Жизнеописание последнего российского императора и его семьи поразило. – Вы бы хотели сыграть кого-то из исторических персонажей этой книги? – Конечно, роль Николая II интересна, но давайте посмотрим объективно в зеркало: я скорее гожусь на роль Григория Распутина.

Глядя на Джонни в жизни, в первую очередь обращаешь внимание на внешность. На руках, кажется, остались считанные сантиметры, свободные от татуировок. В ушах – многочисленные серьги, на пальцах – серебряные перстни. На шее – сразу несколько галстуков. Между прочим, в той же самой одежде и с теми же галстуками Джонни был накануне ночью в одном из кабаре в Париже. Из-за этого актер опоздал на интервью на пару часов, но попросил не выдавать его в присутствии режиссера Джеймса Бобина и пресс-секретарей.

– Понятия не имею, о чем вы. Париж? Кабаре? Я просто проспал сегодня утром, не услышал будильник, – сообщает он и заговорщицки подмигивает.

– Хорошо, наверное, вас подклеили на фото с помощью фотошопа, – соглашаюсь я. – Расскажите лучше про ваше внешнее преображение для «Алисы в Зазеркалье». Долго приходилось закрашивать татуировки?

– К счастью, Шляпник одет в стиле английских джентльменов Викторианской эпохи. Видно только лицо и кисти рук, которые быстро замазали белилами.

– Еще у вас глаза безумного цвета. Вы легко переносите контактные линзы?

– Они очень неудобные. Иногда мне приходилось надевать так называемые склеральные линзы, которые закрывают глаз полностью. Когда одна из них съезжала набок, я выглядел окосевшим – ассистентам приходилось их то и дело поправлять.

– Вы имели право голоса при выборе костюма и грима?

– Я сам их и придумал еще для первого фильма. С Тимом Бертоном у нас давние и доверительные отношения, он позволял мне подобные вольности. Хотя, конечно, последнее слово всегда оставалось за ним. Помню, я придумал замечательный грим с длинным фальшивым носом – для «Сонной Лощины». Бертон сразу сказал, что я чокнулся, и сделал все по-своему. В период подготовки к «Алисе в стране чудес» мне захотелось нарисовать варианты собственного макияжа акварелью. Я занял бумагу и краски у сына и нарисовал фиолетовые круги под глазами, огненно-рыжие волосы и глаза странного желто-зеленого цвета. Думал, что Бертон порвет эскизы перед моим лицом, а он взял и утвердил их немедля! Так что жаловаться мне не на кого…

– Вы частенько играете безумных персонажей. Чем сумасшествие Шляпника отличается, например, от странностей Джека Воробья?

– С капитаном Джеком все просто: он постоянно не в себе от комбинации крепкого рома и жары. Безумный Шляпник сошел с ума потому, что использовал в работе много клея – в XIX веке в него добавляли ртуть. Все шляпники были тогда немного чокнутые, это исторический факт!

– Не боитесь, что после многочисленных ролей подобного плана у вас тоже поменяется восприятие реальности?

– Мой дед говорил, что нестрашно сойти с ума, если ты сам не осознаешь этого. Хуже, если ты тронешься немного, но будешь понимать, что болен. Так что если сходить с ума, то по полной программе! Таков мой план в старости.

– Алиса в новом фильме путешествует во времени и встречает Безумного Шляпника, когда тот был подростком. Если бы вы смогли вернуться в прошлое и встретить себя 17–летнего, что бы сказали тому парню?

– «Чувак, не иди в актеры. При каждой твоей попытке улизнуть из клуба с девушкой за тобой поедут кавалькады папарацци. Потом про тебя будут писать невероятные, хотя иногда и очень занимательные вещи».

– Кем бы вы стали, если не актером?

– Гитаристом в рок-группе, но не певцом.

– Вы участвуете в группе «Hollywood Vampires» («Голливудские вампиры»), в которой солирует Элис Купер?

– Это одна из моих последних реинкарнаций на сцене. Мало кто знает, что я начал играть на гитаре еще до того, как встал перед камерой. Музыкант Джонни Депп существует гораздо дольше актера Джонни Деппа, просто последний стал более популярным.

– Вы осознаете, что на концерты люди приходят, чтобы посмотреть на актера Джонни Деппа?

– Я сильно надеюсь, что вы не правы. Что там смотреть-то? Музыку надо слушать. К нам иногда присоединяются классные музыканты, вроде Слэша из «Guns N’ Roses» и Пола Маккартни. Некоторые фанаты на концертах выглядят так, что мне кажется, они не видели ни одного из моих фильмов. И слава Богу.

– Вы не любите смотреть фильмы со своим участием. Хотя бы на «Алису в Зазеркалье» поведете детей?

– Мои дети сами себе хозяева и уже не такие маленькие. Вдобавок я не хочу лишний раз подставлять их под фотокамеры. Кстати, я помню, какой была реакция дочери, когда она пошла со мной на фильм «Чарли и шоколадная фабрика». У нее был всего один комментарий: «Пап, ты выглядел там очень странно». Хотя мне казалось, я был в ударе и здорово сыграл!

– Вы были идолом тинейджеров еще в конце 1980-х, после выхода сериала «Джамп стрит, 21». Та культура чем-то отличалась от культуры сегодняшних молодежных звезд?

– Сегодня люди становятся популярными непонятно отчего. Просто потому, что тусуются в Голливуде! В мое время надо было стать успешным музыкантом или актером, чтобы попасть на классные вечеринки, сегодня все наоборот – туда идет молодежь, чтобы встретить хорошего продюсера. Но их можно понять, потому что люди, как выяснилось, могут бесконечно смотреть на огонь, воду и в замочную скважину семейства Кардашьян.

– Некоторое время назад стало известно, что вы продаете поместье с виноградником на юге Франции, которым владели последние лет пятнадцать. Потом вдруг лот исчез. Что заставило вас передумать?

– Слишком много хороших воспоминаний связано с этим местом. Там я провел счастливые годы, в поместье росли мои дети. В какой-то момент я понял, что это не просто постройка, а часть жизни. Когда меня уже не будет на этой планете, я хочу, чтобы мои дети растили внуков в доме, у которого есть богатая семейная история.

– Ваша дочь, судя по всему, скоро сама будет в состоянии купить поместье, а то и два. Лили-Роуз начала сниматься для модных журналов и играть в кино. Вы благословили ее на работу в шоу-бизнесе?

– Для меня все это очень странно – видеть мою девочку взрослой, с макияжем и в модных одеждах. С другой стороны, у нее такая красивая мама – с ее генами подобная карьера была почти что неизбежна.

5. Я просто король бессонницы!

«Buro». Нелли Холмс.

Перевод Ирины Белоус

Джонни Депп явно относится к тем, кто в представлении не нуждается, так что от слов мы сразу переходим к делу и рассказываем, что думает актер о своем герое – бостонском бандите Джимми Балджере, голливудских интригах, отношениях с детьми и влиянии кино на жизнь.

Если в мини-фильме Dior Джонни Депп бежит от собственной популярности, готовый ради такого дела забраться даже в пустыню, то в криминальной драме «Черная месса», где он играет безжалостного и весьма кровожадного гангстера Джимми Уайти Балджера, скрываться имеет смысл его врагам. Балджер, способный довести до ужаса лишь несколькими фразами (не верите – посмотрите трейлер) и зловещей улыбкой, своего уж точно не упустит. Пару недель назад фильм показывали в Венеции, а на этой его уже можно увидеть в Москве – в рамках фестиваля американского кино «Amfest». Мы решили не расстраиваться из-за того, что до нас, в отличие от Венеции, актер не доехал, и встретились с Деппом в Торонто, чтобы поговорить о роли легендарного убийцы, потребовавшей от него немало перевоплощений, а также о детях, их успехах и сотрудничестве с домом Dior.

Мистер Депп…

Вы назвали меня мистером Деппом? Так называют моего отца. А я предпочитаю просто Джонни.

В своем новом фильме «Черная месса» вы сыграли безжалостного гангстера Джимми Уайти Балджера. Скажите, как вы спали после этой роли?

Если честно, я вообще плохо сплю. Да что там, я просто король бессонницы! Мне трудно сказать, в чем причины этой моей особенности (возможно, корнями все уходит в какие-то детские переживания), но факт остается фактом: сплю я действительно неважно. И работа над образом Джимми Балджера каким-то особенным образом на мою бессонницу не повлияла. Кстати, думаю, сам Джимми спит вполне себе спокойно, отбывая два пожизненных заключения в тюрьме. Я видел фотографии, на которых он, вальяжно устроившись в кресле со своими кошками, беззаботно кемарит буквально сразу после совершения зверских преступлений: удивительно, но, кажется, ему было все нипочем.

В фильме большое внимание уделяется отношениям Балджера с его матерью: с ней он любящий и заботливый сын, в то время как для остальных – безжалостный убийца. Расскажите про отношения со своей матерью, как она повлияла на формирование вашей личности?

Моя мама – очень интересный персонаж. Она родилась в деревянной хижине на востоке штата Кентукки, в такой, какие описывал в своих произведениях Марк Твен. Росла она в ужасной бедности. Сейчас трудно представить, что где-то в доме может не быть удобств, но в доме, где родилась моя мать, удобств не было, все было на улице – если вы понимаете, о чем я. В итоге она выросла довольно суровым и жестким человеком. Помню, как накануне моего первого дня в школе мама сказала: «Если кто-то тронет тебя хоть пальцем, возьми кирпич и уложи его на лопатки». Собственно, однажды я так сделал и обнаружил, что это действительно работает. С тех пор в сложных ситуациях я беру в руку кирпич (разумеется, метафорически выражаясь). Еще она учила меня никогда и ни при каких обстоятельствах не зариться на чужое и никогда не допускать несправедливости. Причем это касается несправедливости не только по отношению ко мне, но и к тем, кто мне дорог. Думаю, мама хорошо подготовила меня к жизни.

Давайте вернемся к фильму. На первый взгляд кажется, что это классическая гангстерская лента о плохих и хороших парнях. Но, если вдуматься, фильм более сложный: в нем затрагиваются темы дружбы и верности и поднимается вопрос о том, где та черта, которую нельзя переступать. Удалось ли вам каким-то образом пообщаться с Уайти Балджером, чтобы узнать его понимание центральных для картины понятий и его ответ на вопрос о границе между «можно» и «нельзя»?

Через адвоката Балджера я действительно попросил о встрече. Причем, честно скажу, мне не так были интересны особенности его восприятия мира, сколько его манера держаться, тембр его голоса, мимика, жесты – мне нужен был портрет. Я совершенно не собирался расспрашивать его о преступлениях или требовать объяснений, почему он делал то или это. Мне хотелось, так сказать, синхронизировать все визуально. Однако адвокат вернулся ко мне с вежливым отказом. Он пояснил, что Балджеру категорически не нравится книга, по которой мы снимали фильм. Особенно его раздражают авторы этой книги, они же репортеры, более 20 лет изводившие Джимми во время его «активной деятельности», назовем это так.

Скажу сейчас, возможно, странную вещь, но лично я думаю, что многие из преступлений, которые приписывают Балджеру, на самом деле он не совершал. Более того, я считаю, что правительство сделало все, чтобы оклеветать Балджера, назвав его своим осведомителем: иначе они просто не смогли бы его поймать. Нет, я не оправдываю того, что делал Джимми Балджер. Я лишь говорю, что, скорее всего, он сделал в разы меньше, чем многие думают, ведь до последнего ему многие помогали, и это не просто так.

Что привлекло вас в персонаже Джимми Балджера?

Меня привлекли многогранность его личности и сложность его мироустройства. Я считаю, что единственный способ сыграть такого героя – попытаться представить его самым обыкновенным человеком, которому не чужды никакие эмоции. Поэтому, помимо прочего, я нашел, что он очень чувствительный и даже сентиментальный, что он может быть заботливым и любящим. Он преклоняется перед своей матерью и очень дорожит своим братом, хотя с ним они оказались вроде как по разные стороны баррикад, но Джимми ставил братскую любовь превыше любых конфликтов и социальных аспектов. По большому счету, насилие стало его бизнесом. Да, звучит ужасно, но для него это была работа, возвращаясь с которой он умел быть другим человеком. Его ледяная сущность помогала ему быть успешным в его темных делах, однако для своих близких он оставался человеком, на которого всегда можно положиться.

«Черная месса» не первая ваша криминальная драма: в 1997 году на экраны вышел захватывающий «Донни Браско». Мне интересно, изменилось ли ваше понимание этого жанра за минувшие почти двадцать лет? И изменились ли вы как актер за время, прошедшее между двумя гангстерскими картинами с вашим участием?

Вот так завуалированно вы только что сказали, что я старый (смеется). Ничего страшного, я сам о себе говорю то же самое. Джо Пистоне, персонаж, которого я сыграл в «Донни Браско», стал для меня ролью, идеально вписавшейся тогда в мою жизнь. Для меня вообще важно, чтобы роль приходилась ко двору и ко времени: не в каждый период жизни актер готов примерить тот или иной образ и чувствовать себя в нем гармонично.

Должен сказать, что Джо Пистоне, он же Донни Браско, сначала категорически мне не понравился. Когда я читал книгу, написанную им и ставшую основой сценария, я долго не мог оправдать его в своих глазах. Ведь человек действительно пустил глубоко в душу всех этих гангстеров, но в итоге предал их, как последняя крыса. Потом я начал более въедливо изучать жизнь агентов ФБР под прикрытием, их непростые истории, их психологические драмы, и для меня персонаж начал прорисовываться и оттого становиться более понятным и близким. Я также изучал по мере возможности мир мафиози. И, знаете, в конечном счете подсознательно я пришел к выводу, что не так уж и различны эти два мира – мафии и служителей закона. Они часто используют одни и те же средства, просто цели у них формально разные, вот и все. Возвращаясь к мысли о том, что в разные периоды актер готов сыграть различных персонажей, скажу, что тогда, почти 20 лет назад, я однозначно не был бы готов сыграть такого, как Джимми Балджер. Но сегодня этот герой ко времени: я был абсолютно готов, и, надеюсь, у меня получилось неплохо.

Сколько времени занял съемочный процесс?

Что-то около пяти месяцев.

Влияют ли на вас сыгранные персонажи? Например, чувствуете ли вы себя до сих пор в какой-то степени Джимми Балджером?

В работе над любым героем есть очень важный момент – момент выхода из роли. Будь то Джек Воробей, Эдвард Руки-ножницы, граф Рочестер или Джимми Балджер, из роли нужно обязательно выйти по окончании съемочного процесса, как бы персонаж тебе ни нравился. Я знаю таких актеров, которые, сыграв, скажем, короля Генриха VIII, даже чипсы в магазине потом покупают с королевской важностью. Но это не про меня. Да, пока длится съемочный процесс, я большее количество часов в день персонаж, нежели Джонни Депп. Поэтому, когда он заканчивается, всегда по инерции тащишь с собой этого персонажа домой. Однако рано или поздно приходит момент, когда нужно попрощаться раз и навсегда. Обычно я испытываю некую грусть по этому поводу: все-таки привязываешься и начинаешь по-своему любить этого нового человека, даже если он вор и убийца. Но нужно освобождаться от образов, чтобы быть готовым к следующим.

Мы уже затронули интересную особенность Уайти Балджера: он очень нежен и заботлив по отношению к своим родным – матери, брату, сыну. Скажите, Джонни, играя, например, роль отца, привносите ли вы что-то из своего личного опыта отцовства или же стараетесь предложить некую альтернативную концепцию отношений, подходящую герою и не всегда подходящую вам?

Работая над любым персонажем, важно найти такие точки, опираясь на которые получится сделать образ правдивым. Так что если я обладаю нужным для роли жизненным опытом, то, конечно, я к нему обращаюсь. Разумеется, я никогда не жил, как Уайти Балджер, и не занимался ужасными вещами, которыми занимался он, так что в этом плане я просто пребывал в предлагаемых обстоятельствах и пытался представить, как он думал в каждый конкретный момент. Но зато его как отца я понимаю прекрасно. Однажды я провел три недели в больнице, куда попала Лили-Роуз, когда ей было 7 лет. Никто из врачей не мог сказать, в чем дело, и нам всем тогда было очень тяжело. Я помню, каким беспомощным себя чувствовал: мой ребенок болеет, а я ничего не могу сделать, чтобы хоть как-то облегчить его страдания. Во время работы над фильмом я вспоминал те свои переживания. Личный опыт нужно использовать обязательно: только так можно добиться правды на экране. Только тогда зритель будет переживать вместе с тобой, когда он будет видеть, что ты не изображаешь, а действительно чувствуешь.

Кстати, о Лили-Роуз. Она не только красавица, но еще и постоянно доказывает, насколько талантлива. Сейчас она чуть ли не популярнее вас.

Я этим напуган до смерти. Каждый раз, когда я вижу ее при макияже или на страницах журналов, я начинаю нервничать. Она же моя маленькая девочка – и вдруг такая взрослая и накрашенная. Я никогда не хотел, чтобы она становилась актрисой, по крайней мере так рано. Но, конечно, все происходит так, как происходит. Ей нравится то, что она делает, – она получает огромное удовольствие от работы. Ее снимает Карл Лагерфельд, который когда-то снимал ее мать почти в таком же возрасте.

Это очень интересно – наблюдать за тем, как растет и развивается твой ребенок. Она уже на пути во взрослую жизнь, и как бы я ни хотел удержать ее в детстве, у меня это не получится. Она умная девочка и ко всему подходит очень сознательно. Я могу лишь гордиться ею и ее успехами. Но особенно я горжусь нашими с ней отношениями: что бы ни случилось, она знает, что может прийти ко мне и рассказать свою историю в мельчайших подробностях. Мы доверяем друг другу, и это дорогого стоит. С Джеком (сын Джонни Деппа) у нас такие же отношения: он понимает, что я всегда рядом и всегда готов его поддержать. Родительская любовь – это совсем не обязательно постоянное одергивание и чтение нотаций. Это скорее умение незримо присутствовать и всегда быть готовым помочь своему ребенку, давая ему при этом нужную для самореализации свободу.

Расскажите о вашем сотрудничестве с домом Dior. Вы ведь недавно стали лицом одного из ароматов и даже снялись в мини-фильме. Каково вам в роли модели?

Я раньше ничего подобного не делал и даже более того – никогда ничем подобным не интересовался. Но я скажу, почему согласился. Одна моя давняя знакомая, которая работает с домом Dior, уговаривала меня принять участие в съемках. Я тогда даже не знал, что парфюм будет называться «Sauvage» – мне предлагали гипотетическую идею стать лицом аромата. И вот эта знакомая сказала, что я буду иметь полный контроль над съемками: если что-то мне не понравится, я смогу остановить процесс. Потом она сказала, что снимать все будет сам Жан-Батист Мондино, а я преклоняюсь перед этим человеком. Более того, рядом со мной в кадре будет легендарный гитарист Рай Кудер – и вот тут я уже не смог устоять перед возможностью сыграть на слайд-гитаре вместе с ним.

Как ни странно, мне понравилось сниматься в мини-фильме Dior – это очень отличается от съемок в полнометражном кино. Я даже понял, чем именно. В большом кино все эпизоды друг с другом взаимосвязаны и работают на общий смысл. Там все по Чехову: если в первом акте вы видите ружье, значит, в третьем оно выстрелит. А когда речь идет о небольших рекламных фильмах, то смысла как такового нет. Есть настроение и стиль, есть набор впечатлений, но нет единой истории с глубокой идеей, нет математически точного драматургического рисунка. И мне нравится эта свобода, эта «незажатость» в рамках сюжета.

Есть ли какие-то особенные мелочи, которые делают вас счастливым в повседневной жизни?

Я очень люблю простоту во всем. Сегодня простота кажется чем-то труднодостижимым, ведь все хотят быть ярче и интереснее других, поэтому забивают свою жизнь какими-то немыслимыми занятиями и идеями. А я люблю простые вещи. Как, например, возможность пойти куда-нибудь со своей девушкой, или спокойно почитать газету, или устроиться в кресле с книгой Лоуренса Краусса или Кристофера Хитченса. Все эти голливудские интриги и игры, с которыми меня могут ассоциировать лишь в силу моей принадлежности к киноиндустрии, не для меня. Наилучшее состояние – чувствовать себя непричастным к Голливуду и наслаждаться простотой своей жизни.

Скажите, женитьба как-то изменила вас?

Каждый день мы становимся старше и мудрее. Сегодня я могу принять то, что не мог принять еще вчера, быть таким, каким не мог представить себя раньше. Я далеко не идеальный мужчина, так же как Эмбер далеко не идеальная женщина. Встреться мы на десять лет раньше, мы могли бы психологически навредить друг другу, ведь союз двух актеров – очень сложный союз. Но сейчас я на том этапе, когда могу себе позволить просто посвятить себя кому-то, ничего не доказывая и не объясняя. У Эмбер прекрасные профессиональные перспективы, и я очень рад за нее. Она чудесная молодая женщина, очень глубокая и интересная. Помню, как мы сели с ней поболтать во время первой встречи, и я был заворожен тем, насколько она умна. У нее есть свои точки зрения по многим вопросам, и она умеет их аргументированно высказать. К тому же она очень эрудированна, особенно в музыкальном плане, что меня и подкупило: знает имена старых блюзменов, таких как Слим Харпо или Тампа Ред, знает музыку кантри. Думаю, мои чувства к Эмбер – это очень причудливое сочетание любви и отцовской заботы, потому что я не могу сказать, что люблю ее как-то по-другому, нежели люблю своих детей. Она прекрасная девушка, и я считаю себя счастливчиком.

Какое время дня вы особенно любите?

Я люблю утро. Люблю просыпаться, когда солнце только начинает просачиваться сквозь шторы, просматривать новости в The New York Times, записывать какие-то свои мысли или читать книгу. Утро – время только для меня, и я очень дорожу моментами, в которые могу побыть один. Они помогают мне оставаться собой и сохранять какое-то здравомыслие.

6. …кто слушает родителей?

Юлия Ринч. 13.10. 2015

Знаменитый голливудский актер в эксклюзивном интервью журналу «Телепрограмма» вспоминал о том, как продавал штаны, дрался с хулиганами и работал в автосервисе.

Любовь зрителей всего мира к этому артисту можно было бы объяснить колоссальным успехом его фильмов. Но, если убрать за скобки сагу о пиратах Карибского моря и еще пару-тройку картин, станет ясно – Джонни всегда шел рука об руку с Его величеством Провалом. Депп, кстати, сам не устает об этом напоминать и вообще старается относиться к себе с большой иронией. Не случайно актер не балует публику самовлюбленными рассказами о том, как создавал очередной кинообраз, зато с удовольствием копается в своем прошлом. Порой довольно неказистом.

– Напомните, что вы делали до того, как стали актером? – Играл на гитаре. – А до этого? – Продавал штаны. Что вы смеетесь? Клянусь! Был телемаркетером. Сейчас это уже не так распространено, а в восьмидесятые я обзванивал людей со следующим текстом: «Поздравляем! Вы выиграли часы, точно такие, как носил ваш дедушка, и включены в лотерею, главный приз – тур по Гавайям. Все, что вам нужно, чтобы активировать наши подарки, – это купить замечательные штаны известной фирмы „Фиг-знает-как-она-называется“». От каждой продажи получал комиссионные. Маленькие. Потому что штаны были дерьмовые, работа была дерьмовая и я сам чувствовал себя дерьмом. Поэтому трудился без огонька. А до этого работал на бензоколонке. Сейчас эта профессия, по-моему, умерла, а тогда хозяева из машин не выходили, а специальный паренек наполнял их баки. За чаевые. Карьера была недолгой, но стремительной: я так хорошо работал с клиентами, что хозяин произвел меня в механики. Я ему сказал, что ничего в этом не понимаю, но он успокоил, что все будет хорошо. Он ошибся! Ошибся на первом же клиенте. Я снял колеса, накачал шины, поставил обратно, спустил с домкратов, и мужик уехал. Недалеко. Его заднее левое решило пожить своей жизнью и покатилось отдельно от машины. Скандал был дикий, и меня вышвырнули. Я остался без работы, без денег и чувствовал, что счастье в очередной раз пнуло меня ногой под зад. – Сейчас-то хоть чувствуете себя счастливым?

– Нет, конечно. Я вообще думаю, что актер не должен чувствовать себя счастливым, он должен играть на нервах, а у счастливых это плохо получается.

– Как же так? Вы входите в киноэлиту, вот женились недавно на одной из первых красавиц Голливуда Эмбер Херд, неужели…

– Вот именно, что «неужели»! Вы посмотрите на тех, кто сейчас гордо называется селебрити! Среди них же черт знает сколько людей, ставших знаменитыми непонятно почему. Какие-то светские девицы, которые бегают из одного ночного клуба в другой, вдруг становятся любимыми объектами таблоидов. Какие-то незначительные личности, не сыгравшие в своей жизни ничего стоящего, вдруг оборачиваются героями новостей. Раньше я знал: Бастер Китон – знаменитость, мой покойный друг Марлон Брандо – знаменитость… Мы в свое время организовали оркестр, который назвали «Голливудские вампиры». Вот эти нынешние ребята-селебрити гораздо больше достойны этого названия, чем наш оркестр. Наверное, они, эти вампиры, вполне счастливы, а я вот нет.

– Любого родителя делают счастливым его дети. Ваша дочь Лили-Роуз начала карьеру модели…

– Ох, не бередите рану. Рано ей еще, в неполных шестнадцать лет! Ей бы окрепнуть немножко… Я ей говорил, но кто теперь родителей слушается? Впрочем, мы тоже не слушались, и ничего, выжили…

– Российские зрители не очень хорошо ориентируются в гангстерской истории США – представьте своего героя в новой картине «Черная месса».

– В 2011 году ФБР радостно отрапортовало о поимке знаменитого бостонского гангстера Джимми Уайти Балджера, который прятался от правосудия тридцать лет. При этом не то чтобы скрывался, но и не очень активно подчеркивался тот факт, что Балджер, могущественный босс ирландской мафии, был не только братом сенатора штата Массачусетс, но и активным информатором того же ФБР. Правда, закладывал он не своих, а конкурентов из итальянской мафии, чье уничтожение ФБР гордо ставило себе в заслугу. Вот почему Уайти так долго прятался. Поймали его довольно случайно, в Калифорнии, когда он уже разменял девятый десяток.

– У вас реноме непревзойденного исполнителя вымышленных героев…

– Вымышленных? Вы хотите сказать, что Вилли Вонка, Безумного Шляпника и Джека Воробья не существует? Боже, как я заблуждался!

– Вы уже взрослый, пора узнать правду. А если серьезно: каково после такого количества придуманных героев играть реального человека?

– Нужно было держать себя в рамках. Я же люблю подурачиться на площадке! Что бы я был за актер, если бы не любил дурачиться? Тогда уж лучше в бухгалтеры идти! И вот эти роли, не говорю уже о тех, кого я перечислил, но и вполне земные – вроде Чарли Мордехая в одноименной картине или Уилла Кастера в «Превосходстве» – давали мне возможность быть эксцентричным, позволять себе некоторые вольности относительно сценария. А когда играешь реальную личность, то обязан следовать его характеру. Как вы, возможно, слышали, съемочную площадку «Крестного отца» посетила верхушка итальянской мафии, чтобы проследить, не снимает ли Коппола какой-нибудь порочащий их памфлет. К нам мафиози-ирландцы не приходили, но опасения, что они могут прийти, где-то здесь (стучит по голове) присутствовали.

– Вы встречались с Балджером?

– Хотел встретиться. Мы связались с его адвокатом, но Уайти, будучи уже в тюрьме, категорически отказал мне в аудиенции. Что, в общем, понятно: книга, на основе которой был написан сценарий, рисует его отнюдь не ангелом.

– Думаете, он ожидал, что ему почетную грамоту за его подвиги выпишут?

– Так ведь тут не все так просто. Что такое мафия: ирландская, итальянская или любая другая? Это прежде всего тесный круг: друзей юности, соседей, родственников. Они по выходным обедают вместе, они по вечерам в баре сидят, они друг у друга детей крестят. Ну это как любая компания. Только одна компания собирается, чтобы в бридж играть, а другая – чтобы убивать, отнимать деньги и распределять между своими. Поэтому свои – квартал, район, дом – считают главаря благородным кормильцем, родным и милым Джимми. Хотя, конечно, он бандит и убийца. Но сам себя он таким не считает.

– Как же вы решили сыграть такого неоднозначного персонажа?

– Для меня это было не очень трудно – я из очень простой семьи, и нравы у нас были соответствующие. Когда мне было лет восемь, мы перебрались из Кентукки во Флориду, и я появился в новой школе в простенькой одежонке, с жутким акцентом и тут же стал объектом школьных хулиганов: могли меня и иголкой уколоть, и за шиворот водички плеснуть, и подошвы у кроссовок клеем смазать… В общем, когда я пожаловался маме на это, она посоветовала мне в следующий раз взять близлежащий кирпич и без разговоров дать обидчику по голове.

– Дали?

– А срок давности уже вышел? (Смеется) Нет, лучше не буду признаваться, просто скажу, что с какого-то момента ко мне приставать перестали. И я вот это чувство кирпича в руке сохранил, оно помогло мне разобраться в психологии Балджера и придать ему какие-то человеческие черты. А остальное, конечно, заслуга режиссера и гримеров: постановщик фильма Скотт Купер рассказывал мне, как Уайти должен был вести себя в конкретной ситуации, а гримеры в течение ежедневных полутора часов превращали мое лицо в лицо Балджера. Кстати, его адвокат и еще пара свидетелей были потрясены моим сходством с ним, и не только физическим.

– Недавно вы сказали, что Скотт Купер возродил вашу карьеру. Странно было такое услышать от одного из самых знаменитых актеров Америки…

– Я такое сказал? И чего это мне взбрендилось… А-а-а! Вспомнил! Это я сказал потому, что после довольно долгого перерыва очень хотелось сыграть что-то другое, что-то приземленное, а то ведь все парю под небесами или с грибами разговариваю. Я постоянно боюсь увязнуть в штампах, потому что тогда мгновенно закончусь как актер.

– Ваши партнеры по фильму отзывались о вас в превосходных тонах…

– Спасибо им, конечно. Но без моих коллег я бы не справился, все они добавили свои краски. Это и Джоэл Эдгертон, филигранно сыгравший ближайшего дружка Уайти, и Бенедикт Кэмбербэтч, изобразивший брата Уайти, сенатора штата Массачусетс. А еще хочу выделить молодую, но очень одаренную актрису Дакоту Джонсон – она сыграла мать единственного сына Балджера.

– Хотели бы вы как-нибудь посмотреть «Черную мессу» с Балджером?

– Да, только было бы неплохо, чтобы его перед просмотром хорошенько обыскали, а потом, уже во время сеанса, между нами сидел полицейский. Моим детям пока еще нужен отец.

7. Не знаю, почему меня считают классным

«Grazia». 06.03.2018

В феврале 2018 Dior представил новую парфюмерную воду для мужчин «Sauvage Eau de Parfum». Лицом рекламной кампании стал Джонни Депп: актер не только снялся для постеров и ролика в образе одинокого странника, но и рассказал, почему именно эта кампания поможет его поклонникам увидеть его настоящего.

Кампания «Sauvage» имела международный успех. Как вы себя чувствовали из-за этого?

У меня от работы с Dior остались только позитивные впечатления, и об этом хочется говорить только хорошие вещи. Немного необычно ехать по улице и видеть большие плакаты со своими фото. Даже странно. Но я рад, что я принял в этом участие, так как никогда раньше не делал ничего подобного.

Как вам кажется, образ, который Dior и Жан-Батист Мондино создали для «Sauvage», подходит вашему «я»?

Я думаю, когда Жан-Батист смотрит на тебя, он тебя анализирует, снимает твои «слои» один за другим, пока не найдет что-то, что покажется ему интересным, вдохновляющим. И тогда он действительно создает образ, который отражает твою сущность. Вы можете заметить это по волкам… Волк – это одинокое животное, не так ли? И определенно есть часть меня, которая хочет быть одиночкой. Вы никогда не встретите меня в центре толпы.

То есть, вы одиночка?

Я люблю отступить назад и спрятаться в тени. Предпочитаю «темную сторону». И это Жан-Батист разглядел во мне. Я очень скромный человек. И это интересно, потому что когда я играю какого-то персонажа, я не ставлю себе ограничений. Могу изобразить что угодно перед камерой. И это иногда странно – осознавать, что в роли своего персонажа ты чувствуешь себя в разы комфортнее, чем в реальной жизни. Если за ужином мне приходится встать и сказать тост, я переживаю, однако, когда я играю, передо мной открывается весь мир.

Жан-Батист захватил ту часть меня, которая не любит быть узнаваемой и не любит все это странные слова. Ну вы знаете: «слава» или «знаменитость», или еще какой-то бред, который я не могу отожествлять с собой.

Кто такой по-вашему «настоящий мужчина». Как бы вы его описали?

Мужчина – это человек слова. Это определение честного и верного человека, который борется против любой несправедливости. Вне зависимости от того, идет ли речь о будничных неурядицах или о чем-то помасштабнее. Он борется с этим без всякого страха. Человек, который остается самим собой несмотря ни на что. Он стоит на своем и заслуживает доверия.

Кто из голливудских икон вас вдохновляет? Есть такие люди?

Люди, которые вдохновляли меня в детстве и, в конечном счете, повлияли на мой выбор профессии, все были яркими личностями. По-настоящему уникальными комиками, артистами, актерами и певцами. Я действительно был вдохновлен некоторыми из них, например, Чарли Калласом или Доном Риклсом, Фостером Бруксом, который отлично показывал «пьяные» представления, Дином Мартином, Марлоном Брандо, Юлом Бринером. Они были уверены в том, что делают, и были действительно неповторимы, и для меня это значит много. Они не пытались притвориться кем-то другим.

В наше время все хотят стать знаменитыми, чтобы быть знаменитыми. А за какие заслуги они станут знаменитыми, их не волнует. Мне это никогда не было близко.

Кстати, о ярлыках. Вас часто описывают, как «классного». Это что-то значит для вас? Вы думаете, что вы – классный, крутой?

«Классный» – это очень объемное определение. Мне всегда казалось, что быть классным – это значит быть человеком, который просто-напросто остается собой. Когда нет никакой хитрости – тогда людей можно назвать «классными». Пэтти Смит классный, Игги Поп классный и настоящий, Джим Моррисон был классным и настоящим.

Я имею в виду, например, людей, занимающихся благотворительностью и помогающих детям с ВИЧ. И это очень круто, делать эту работу. Я недавно познакомился с волонтером из такого фонда – был так впечатлен, что обнял его.

Я сделал немало для «Make-A-Wish Foundation» (Международный благотворительный фонд, помогающий исполнять желания смертельно больным детям, – Прим. ред.). И я встречался с детьми, которые справляются с совершенно недетскими страданиями и переживаниями. В их глазах нет страха, только смелость и отвага. И вот это, по-настоящему, круто. Так что, кто-то описывает меня, как «классного»? Понятия не имею, чем я это заслужил. Может быть, тем, что я редко высовываюсь.

8. Я не стремлюсь быть чудаком

Владимир Рутман, «В хорошем вкусе». 15.09.2018

Джонни Депп, конечно, фигура экстремальная. Не стесняется ни череды провальных фильмов со своим участием, ни скандального развода, повлекшего за собой массу неприятностей, ни судебных разбирательств из-за провоза собачек в Австралию… Насмешек в стиле «мужику уже шестой десяток пошел, а он все молодится эпатажными нарядами» тоже не стесняется. Более того, совсем недавно Джонни взял да и приехал в Россию. Опять удивлять публику. Теперь вот в качестве рок-музыканта в составе супергруппы «Hollywood Vampires».

Джонни Депп приехал в Москву за три дня до концерта, успел отметиться в мемориальной квартире Владимира Маяковского и мавзолее Ленина, запечатлел себя любимого на память рядом с бюстом Сталина и раздал более сотни автографов. А еще неустанно обсыпал комплиментами русских девушек («В их глазах – тысячелетняя культура, которая вызывает притяжение»).

«Вампиры» – проект, которому суждено быть культовым. С первых дней существования – в 2015 его «придумали» легендарные музыканты Элис Купер и Джо Перри. Наш любимый Джонни появился чуть позже. По слухам, в качестве талисмана коллектива. Однако актер оказался настолько «к месту», что вроде как стал ее рекламным брендом. Кто не в курсе, у Деппа приличное музыкальное прошлое – с юных лет он не расстается с бас-гитарой, а регулярные выступления с Игги Попом, «Aerosmith» и даже Мерилином Мэнсоном давно сделали свое дело – экзамен на «вписываемость» в рок-среду сдан на отлично. «Я подхожу к актерской работе так же, как и к музыке, – объясняет Джонни журналистам. – Здесь есть моменты, которые невозможно предугадать. Музыка – самый быстрый путь к эмоциям». Вычурное название коллектива отсылает к пивному бару 70-х, в котором регулярно зависали «Битлы», Кит Мун из The Who, Микки Доленз из «The Monkees», Джим Моррисон, Джимми Хендрикс и другие рок-идолы, включая самого Элиса Купера. Многие из них умерли вследствие употребления алкоголя или наркотиков – им и посвятили свой первый кавер-альбом «Голливудские вампиры». Помимо Москвы и Питера, в графике – Германия, Дания, Швеция и другие европейские страны.

– Джонни, можно ли считать, что этот год открыл миру вас с несколько неожиданных сторон? В феврале вы стали лицом рекламной кампании воды для мужчин Dior и в стильном ролике сыграли одинокого странника на хайвее, а сейчас у вас чуть ли не первый столь масштабный тур с «Вампирами».

– Реклама Dior – классный проект. Особенно здорово, что процессом съемок руководил Жан-Батист Мондино – культовый фотограф и клипмейкер, как его называют, «живой наблюдатель умирания моды». Перед съемками мы долго с ним общались. Он словно анализирует тебя, ищет какую-то изюминку, удаляя ненужное. Как скульптор, который не делает шедевр с нуля, а просто отсекает лишнее. В ролике есть волк. А волк – это одиночка, ведь да? И это аналогия со мной – во мне есть часть, которая жаждет быть одиночкой. Поэтому видео очень подходит моему внутреннему «я».

– Можно ли заключить, что вы, несмотря на всемирную известность, предпочитаете оставаться в тени?

– Однозначно. Я поклонник темной стороны. Именно это разглядел во мне Жан-Батист.

– А в чем, по-вашему, отличие съемок рекламного видео от полнометражного кино?

– Мне кажется, что в таком видео нет взаимосвязи кадров или она крайне минимальна. В нем все должно работать на настроение, стиль. Поэтому единая история, свойственная полнометражным фильмам, там отсутствует. Зато есть свобода, которую я так сильно люблю.

– Джонни, если обобщать все ваши образы в кино, публичную жизнь, поступки, внешний вид, а теперь еще и начавшуюся карьеру рок-музыканта, то можно ли сказать, что вы стали профессиональным чудаком?

– Ну, это уже не мне судить. Вешать какие-то ярлыки – это удел журналистов. Я не стремлюсь быть чудаком или намеренно делать какие-то странные, по общепринятым меркам, действия. Живу как хочу, и все. Хотя, конечно, иногда задаю себе вопрос: как меня еще зовут на съемки после всего, что я натворил?

– Один Безумный Шляпник чего стоит… А есть еще Вилли Вонка, Джек Воробей, Мордехай, Барнабас Коллинс из «Мрачных теней»… Да вы даже Трампа играли в пародийном телефильме (речь о 50-минутной комедии «Искусство заключать сделки», 2016–прим.). Как все эти странные образы уживаются внутри вас?

– А вы еще забыли придурковатого детектива Гая Лапонта из дилогии Кевина Смита (имеются в виду комедийные ужастики «Бивень» и «Йоганутые», 2014 и 2015 гг. – прим.) Да, мне в последние годы дико везет на невероятные роли. Это очень интересно. В этом, конечно, большая заслуга Тима Бертона, который дал мне первую подобную роль – Эдварда Руки-Ножницы.

– Ну, с Бертоном у вас уже почти 30–летний союз… Вы можете сказать, что за это время вы оба изменились? Изменились ли ваши профессиональные взаимоотношения?

– У нас полное взаимопонимание. И, разумеется, я готов играть любую роль, которую предложит мне Тим. Даже саму Алису. Не говоря уже о Шляпнике… Тим идет на мощные компромиссы во время съемок и при этом умудряется оставаться в рамках своего уникального стиля. У нас с ним не бывает конфликтов. Хотя, признаюсь, иногда я задумываюсь: «А что если сейчас, именно в этот раз, я не смогу угодить ему?»

– Раз вы сами упомянули «Алису в стране чудес», то не могу не задать вопрос – а правда ли, что для Шляпника вы сами придумали грим?

– Не полностью. Только несколько элементов: рыжие волосы, разноцветные глаза и фиолетовые «мешки» под ними. Я предложил это Тиму еще до начала съемок первого фильма, он утвердил. Но, естественно, так было не всегда. Помню, для «Сонной лощины» я нарисовал эскиз, в котором у моего героя длинный фальшивый нос… Тим покрутил пальцем у виска и не одобрил идею.

– Последняя на сегодняшний день ваша совместная работа «Мрачные тени» вышла в 2012. Писали, что сыграть Барнабаса Коллинса было вашей многолетней мечтой. Так ли это?

– Еще с тех пор, как я был подростком. Все любили Барнабаса и я тоже. Где-то дома у меня даже есть фотография, на которой я в возрасте лет семи стою рядом с плакатом сериала. И я был инициатором проекта, купив права на экранизацию вместе с Тимом.

– Ваши дети смотрели все фильмы Бертона с их папой в главной роли? Есть ли любимый персонаж?

– Думаю, им больше нравится Эдвард Руки-Ножницы. Они почему-то его ассоциируют со мной. Они ему сопереживают, думая, что их папа по-настоящему такой одинокий. Один раз я даже видел, как Лили-Роуз плакала во время просмотра фильма по телевизору.

– Насколько сложно играть реальных, обычных персонажей, например, в фильмах «Черная месса» или «Превосходство»? После целой обоймы чудаковатых героев?

– Сложно не позволять себе вольностей, не импровизировать. Потому что в случае с «Черной мессой» я играю реально существовавшего человека и как-то менять его образ под себя нельзя. Нельзя вносить правки в сценарий, даже если сильно хочется. Нужно следовать характеру. И, конечно, это гораздо сложнее. Хотя кажется наоборот.

– Вы, пожалуй, самый часто меняющий свою внешность актер из ныне существующих. Персонажей с вашим реальным лицом, не тронутым вычурным гримом, значительно меньше. Не устали еще постоянно носить новые и новые маски?

– Я уже много раз говорил, что люблю менять внешность. Мне кажется, не меняющееся из фильма в фильм лицо может в какой-то момент утомить зрителя. Оставаться всегда одинаковым – оставаться в безопасности. А я люблю рисковать и приводить продюсеров в какое-то замешательство. Мне нравится, когда они боятся моего нового персонажа. Не в смысле страха, а в плане «примет ли его публика?»

– Джонни, как вы думаете, люди идут на концерт «Голливудских вампиров» из-за актера Джонни Деппа или послушать музыку?

– Очень надеюсь, что все-таки ради музыки. Это ж не кино. Это одна сцена, одни декорации. Здесь нужно слушать. К тому же если к нам присоединяются такие ребята, как Пол Маккартни (в одном из его последних клипов Депп вместе с Натали Портман сыграли главные роли), Слэш (Сол Хадсон) из «Guns N’Roses» или Дэйв Грол из «Nirvana», то получается вообще круто.

– В одном из интервью вы назвали музыку своей первой любовью.

– Я часто думал об этом. И иногда прихожу к мысли, что моя актерская карьера – просто отклонение от главной дороги – дороги музыканта. В юношестве несколько раз получилось сыграть в кино – и понеслось. Вырваться уже было сложно. При этом ловлю себя на мысли, что любой образ, который я воплощаю на экране, для меня сродни музыкальной композиции. Порой какие-то черты персонажа рождаются сами по себе, словно из ниоткуда. Так же как и аккорды, которые нужны для трека. Вероятно, несознательно я использую аналогичные методы что в кино, что в музыке.

– Тогда ответ на вопрос «Чем бы вы занимались по жизни вместо кино?» очевиден…

– Конечно, музыкой. Я ей и занимаюсь. Но певцом я не хочу становиться. Я люблю именно играть на гитаре. Именно в рок-группе. Ведь играть на гитаре я начал еще задолго до первого фильма. Гитару я люблю больше, чем камеру… Поэтому, кстати, на некоторые интервью я беру с собой гитару и перебираю струны. Так расслабляюсь.

– И последний вопрос. Считаете ли вы группу «Голливудские вампиры» знаменитой? Или, как модно нынче говорить, «селебрити»?

– Ужасное слово. Это вообще разные понятия. Кто сегодня селебрити? Светские львицы, у которых миллионы подписчиков? Они звезды таблоидов. Они ничего не сделали, но вдруг стали всеми любимы. Знаменитость – это, например, Бастер Китон, Марлон Брандо. Понимаете уровень? А «вампиры» где-то между. То есть, вероятно, каждый из нас по-своему знаменит, особенно Элис Купер, но вместе мы пока еще очень молодая группа. Хоть и состоящая из стариков с подведенными глазами.

9. Для меня оставалось большим вопросом, за что же я это заслужил

«Biograf Guru». 21.03.2019

Джон Кристофер Депп II, более известный как Джонни Депп – популярнейший современный актёр, имеющий целую армию преданных фанатов.

В последнее время, к сожалению, в жизни актёра происходят не совсем приятные события, влекущие за собой слухи о карьере, частной жизни, судебных исках.

На многие интересующие поклонников вопросы Джонни дал ответы в этом интервью.

Актер отвечает на самые интересные вопросы поклонников.

Расскажите о своём многолетнем сотрудничестве с Тимом Бертоном.

Джонни Депп: Во время работы над кинофильмом «Эдвард Руки-ножницы» у меня были серьёзные опасения, что Тим хочет меня уволить, пригласив на моё место Тома Хэнкса.

Дело в том, что Бертон устраивал репетиции со всем актёрским составом, кроме меня. С одной стороны, это было неплохо, с другой – несколько пугало.

Каждый раз, когда я приходил на площадку, Тим не знал, что конкретно я намереваюсь делать. Так же было и с фильмом «Эд Вуд».

Честно говоря, пока проходили съёмки «Эда Вуда», «Сонной лощины» и «Эдварда Руки-ножницы» я постоянно ждал увольнения. Но мне повезло.

Как вы справлялись с полосой неудач, начавшейся после разрыва с вашей супругой Эмбер Хорд?

Джонни Депп: Мне было невероятно больно каждый день. Постепенно я опускался всё ниже и ниже, и, наконец, достиг дна.

Наконец, я принял решение поехать в гастрольный тур со своей группой «Hollywood Vampires» и написать мемуары. Так мне было легче бороться с отчаянием и горечью.

Каждое моё утро начиналось с того, что я наливал себе выпивку, и принимался писать. И писал до тех пор, пока слёзы не закрывали от меня лист бумаги.

Для меня оставалось большим вопросом, за что же я это заслужил. Всю свою жизнь я пытался быть добрым и честным, помогал всем, кому мог.

Случилось так, что Депп потерял почти всё своё состояние, составлявшее шестьсот миллионов долларов.

Несмотря на то, что сумма эта весьма весомая, и трат у актёра было предостаточно.

Он оказывал финансовую поддержу своей бывшей супруге В. Паради и детям от этого союза, фактически содержал родственников, и, конечно, изрядно тратился на разнообразные экстравагантные выходки.

Джонни, как это произошло, что вы потеряли такую огромную сумму денег?

Джонни Депп: Это трудно объяснить. Денег просто не стало. Именно поэтому сейчас идёт суд с моим бывшим менеджером.

Когда мне приходилось что-либо подписывать, я просто ставил подпись, не читая документ. Сейчас я понимаю, что это было неправильно.

Просто я привык доверять людям. Привык верить тем, кто работает на меня. Если бы я хотел самостоятельно проверять все бумаги, зачем мне нужно было бы нанимать для этого людей?

Как отреагировали ваши дети, узнав о вашем банкротстве?

Джонни Депп: Это ужасно, но сын узнал о моих проблемах с финансами от своих одноклассников. Это неправильно!

А ваши родственники?

Джонни Депп: Они были уверены, что я буду содержать их всю жизнь. Но я этого никогда не обещал.

Мои менеджеры – помимо прочего – должны были следить за этой ситуацией. Им предписывалось блокировать банковские карточки членов семьи, как только те превышали лимит. Но они этот контроль не осуществляли.

Насколько нам известно, ваша сестра Кристи подала на вас в суд, требуя выплаты семи миллионов долларов (якобы потраченных ею за последний год жизни Бетти Сью – мамы Джонни).

Джонни Депп: Вы только представьте, семь миллионов! Моя мать тяжело болела.

Только эти деньги Кристи не тратила на лечение! Его я оплачивал самостоятельно. А это – совсем другие счета. Они за дорогие сумочки, украшения, наряды, которые сестра покупала якобы для Бетти Сью.

Расскажите о своём друге Томе Петти.

Джонни Депп: У нас был довольно губительный образ жизни. Часто бывало, что я звонил ему и задавал вопрос: «Эй, Том, ещё куришь?», а когда слышал ответ «да», мне становилось значительно лучше. Потому что если Том ещё курит, значит, всё хорошо. Его не стало осенью 2017 г., и мне было нелегко справиться с этим ударом.

И, в заключение, скажете несколько слов о своём детстве?

Джонни Депп: Я никогда не был из тех парней, которые издеваются и бьют других ребят. Меня с детства учили, что драку начинать не следует, но уж если кто цепляется к тебе, то, чёрт побери, тебе и заканчивать драку! Я до сих пор в точности помню фразу мамы: «размажь их чёртовым кирпичом»!

10. Детские травмы, банкротство, наркотики и печаль

Джонни Депп в эпическом репортаже «Rolling Stone».

Даниил Александров. 06.11.2020

Издание Rolling Stone выпустило большой текст о проблемах актёра Джонни Деппа. Автор провёл три дня в особняке артиста, употреблял вместе с ним запрещённые вещества, долго изучал горы финансовых документов и в результате написал мрачный рассказ о потерянном человеке со множеством новых подробностей. Medialeaks рассказывает о главном.

В какой обстановке проходило интервью

Репортёр «Rolling Stone» Стивен Родрик, до этого написавший наделавшие много шума репортажи из жизни бывшего мэра Нью-Йорка Рудольфа Джулиани и актёра Роберта Редфорда, приехал в Лондон, где Джонни Депп проводил время весной. Три дня подряд он находился с актёром, его адвокатом и охранниками в частном особняке, приходя утром и уходя глубоко за полночь.

Быт Джонни Деппа журналист описал как «золотую клетку», и это не совсем метафора. Когда Родрик уходил, Джонни Депп не смог найти охранника, чтобы тот проводил репортёра, и пошёл провожать гостя сам. Актёр долго пытался, но так и не смог открыть ворота изнутри, Родрику пришлось лезть через забор, чтобы покинуть участок.

Всё время, которое они провели вместе, Депп и автор статьи пили алкоголь, а Джонни употреблял наркотики. Публично он курил марихуану (и Родрику тоже пришлось попробовать). Родрик намекнул, что, выходя из комнаты, Депп принимал другие вещества, которые делали его бодрым в четвёртом часу ночи. Запас вина в доме актёра неиссякаем, рассказал журналист.

Особняк устроен так, что в нём сложно ориентироваться. Обстановка в доме мрачная: Джонни Депп «окружён только людьми, которым за это платят». Дом большой, очень пустой, в нём много запутанных коридоров, постоянно там присутствуют только двое телохранителей и адвокат, а также приходят личный повар и уборщики.

В одном из эпизодов Джонни Депп напугал журналиста в стиле кино: завёл в какое-то место, где за дверью стоял «огромный мужчина в медицинской маске». Оказалось, что это охранник, у которого простуда.

Что Джонни Депп рассказал о своём детстве и семье

Актёр рассказал о своём детстве. Известно, что он рос в проблемной семье, почти не знал отца, был беден. Но в интервью Родрику он открыл новые стороны этой истории. Мать Деппа Бетти Сью работала официанткой в две смены, чтобы прокормить семью, и часто срывалась на нём. Когда-то он охарактеризовал её как «самого жестокого человека, с которым сталкивался в жизни».

«Время от времени она била меня без причины. Внезапно в меня могла полететь пепельница. Или прилетало телефонной трубкой по голове. У нас был как будто дом с привидениями. Никто ни с кем не разговаривал».

При этом Депп всё равно очень любил свою мать и до самой её смерти в 2013 году чувствовал близость с ней. По его словам, это сформировало в нём особое отношение к людям.

«Я всегда относился к людям, особенно к женщинам, так, как будто „я всё могу поправить“».

Депп рассказал, что в доме всегда были в открытом доступе лекарства, и он с 12 лет принимал фенобарбитал.

Кроме того, из разговоров журналиста с Деппом стала понятнее роль его сестры Кристи. Сейчас адвокаты Деппа обвиняют его бывших бухгалтеров, компанию The Management Group (TMG) в том, что они незаконно подарили ей 7 миллионов из его денег. Но до момента, когда начался суд, Кристи была по сути дела главным поверенным Деппа. Она давала ему советы, как вести дела, пыталась удержать от самых больших трат. Джонни Депп и Кристи поссорились из-за его женитьбы на Эмбер Херд. Сестра с самого начала была против.

Отношения Джонни Деппа с другими родственниками плохие. После смерти его матери они продолжают жить в доме, который актёр ей купил, а расходы на содержание дома оплачиваются из его личных средств.

Развод с Эмбер Херд журналист и Джонни Депп не обсуждали, но он был очень тяжёлым: ему предшествовал суд, на котором бывшая жена Деппа появилась с синяками. Она обвинила Деппа в том, что он её регулярно бил, и опубликовала довольно жуткое видео семейной ссоры, снятое на телефон.

Почему Джонни Депп на грани банкротства

За карьеру Джонни Депп заработал около 650 миллионов долларов (примерно 40 миллиардов рублей), подсчитал Родрик, и сейчас от этих денег почти ничего не осталось. Серьёзные проблемы начались в 2009 году, а в 2017 году он подал в суд на свою бухгалтерскую компанию, а компания подала встречный иск. Бухгалтеры считают, что Джонни Депп жил не по средствам. Среди примеров безумных трат: Депп круглый год платил зарплату звукоинженеру, который работал суфлёром на съёмках, якобы чтобы не учить реплики. Теперь Джонни Депп объяснил, что через наушник ему включают разные звуки вроде детского плача или странной музыки, чтобы дать эмоциональный фон для актёрской игры.

Самые большие трудности начались в 2013 году, когда Депп был самым высокооплачиваемым актёром Голливуда после франшизы «Пираты Карибского моря». В какой-то момент на счетах денег хватало не больше, чем на 30 дней для оплаты всех счетов, и едва удавалось гасить проценты по кредитам. Теперь Джонни Депп хочет отсудить у TMG 25 миллионов долларов, которые, как он считает, бухгалтеры потратили либо без его ведома, либо на ненужные расходы.

Есть две основные версии того, почему Джонни Депп обанкротился.

Версия Джонни Деппа и его адвоката Адама Уолдмана.

Компания TMG безобразно вела дела. Во-первых, не ставила Деппа в известность о его реальном финансовом положении. Во-вторых, есть подозрение, что она заключала инсайдерские сделки с его деньгами (инвестировала в принадлежащие ей же фонды, но прибыли с этого Депп не получал). Третий момент: ненадлежащим образом следила за тратами Деппа, в том числе за выплатами родственникам. Наконец, есть подозрение, что некоторые платежи вообще были сделаны по документам с поддельными подписями.

«Иногда мне приносили просто последние страницы договоров, и я подписывал их не глядя».

Версия TMG.

Джонни Депп тратил слишком много денег, не думая о последствиях. Ему постоянно напоминали о проблемах, но он отказывался в них вникать. Кроме того, он жил по принципу «голливудской арифметики»: считал, что располагает всеми суммами гонораров, забывая, что с них платятся налоги, а куча юристов и бухгалтеров берут за свою работу процент. В общей сложности, Депп купил 11 домов, оплачивал два поместья для бывшей жены Ванессы Паради и их общих детей, содержал всех родственников, подарил сестре 7 миллионов (около 440 миллионов рублей – прим. ред.), тратил кучу денег на яхту, перелёты частными самолётами и охрану. Он даже нанял охранника для мамы, когда та заболела, чтобы он вызывал скорую в случае необходимости. TMG рекомендовала обойтись сиделкой.

Естественно, обе стороны отрицают все обвинения. Но, как оказалось, есть свидетель – бывшая сотрудница TMG Джанин Рейберн. Она занималась финансами Деппа с 2008 по 2010 год, а потом была уволена. Женщина утверждает, что менеджеры TMG говорили о Деппе: «Да он что угодно подпишет, он постоянно пьяный». Якобы как минимум один раз подпись актёра на документах была подделана. А кроме того, сестра Деппа действительно тратила его деньги как свои собственные.

После публикации пары фоток Деппа с поклонницами в соцсетях заговорили о том, что он может быть серьёзно болен.

При этом Джонни Депп, как следует из интервью, действительно любит сорить деньгами. Например, он развеял прах писателя Хантера Томпсона с помощью ракеты. Депп и Томпсон были близкими друзьями, Джонни снялся в главной роли в фильме «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» по роману Томпсона, а потом – в байопике «Ромовый дневник». TMG в своём иске утверждает, что Депп потратил 3 миллиона долларов (около 188 миллионов рублей – прим. ред.), чтобы запустить в небо ракету с прахом Томпсона и устроить из него салют. В интервью актёр опровергает это: он говорит, что потратил 5 миллионов долларов (около 314 миллионов рублей – прим. ред.).

Такая же история с тратами на вино.

«Указанная ими сумма в 30 тысяч долларов в месяц просто оскорбительная. Я тратил намного, намного больше!».

Сторона TMG считает, что траты Деппа – это психическое расстройство, и его должен обследовать психиатр.

Сам Стивен Родрик считает, что Джонни Депп действительно живёт в иллюзорном мире, плохо понимает, как устроены финансы. Адвокат Адам Уолден убедил актёра в том, что они «борются с голливудским монстром», хотя на самом деле просто пытаются отсудить часть бездарно потерянных денег. Есть ли вина TMG в том, что Джонни Депп весь в долгах и почти банкрот, или обвинения в адрес компании беспочвенны – на этот вопрос Родрик ответить не может.

Эти различные движения, которые, я уверен, появились с самыми лучшими намерениями… однако сейчас все настолько вышло из-под контроля, что я могу заверить вас, в том, что никто не в безопасности. Ни один из вас. И никто за этой дверью. Никто не в безопасности. Достаточно одного предложения, и больше вам больше не на чем стоять. Из-под вас выдернули ковёр. Это случилось не только со мной, это случилось со многими людьми. Вещи такого рода произошли с женщинами, мужчинами. К сожалению, в определённый момент они начинают думать, что это нормально. Или что это их вина. Но это не так.

Это можно рассматривать как событие в истории, которое продлилось столько, сколько продлилось… эту культуру отмены, или же эту молниеносную поспешность осуждения, основанную, по сути, на том, что сравнимо с загрязнённым воздухом, который мы выдыхаем.

Я чувствую, что отношение людей ко мне изменилось, все из-за обвинений. В журналах пишут: «Он больной. Ему нужна психиатрическая экспертиза…» Знаешь, дичь какая-то. Единственное, что я мог сделать, быть уверенным в своей правоте. Однажды правда восторжествует, правда будет на моей стороне. Надеюсь, как и люди. Я знаю правду, если мне придется все бросить – работу, карьеру, и попрощаться, что ж, я это сделаю.

Джонни Депп

Афоризмы Джонни Деппа о себе

Ты – то, что ты делаешь. Ты – это твой выбор. Тот, в кого себя превратишь.

Я не хочу достичь момента, когда я почувствую себя удовлетворенным. Я думаю, что если это случится, то со мной все будет кончено.

Никто по-настоящему не знает, что ты чувствуешь, к чему ты действительно стремишься и что ты на самом деле пробуешь делать для достижения тех или иных целей. Черт, я даже сам, собственно, не знаю к чему стремился все это время. Единственное, что я знал – это то, что я не хотел быть всего лишь составляющей огромной системы под названием «общество».

Я дал себе обещание, что буду продолжать идти вперед и сделаю все, от меня зависящее, чтобы не соглашаться на компромиссы. Я никому не позволю покушаться на мою неприкосновенность и распускать руки. И лучший совет, который я когда-либо мог бы дать, это все время идти вперед, и не обращая внимания на то, что думают другие, просто идти вперед и делать то, что вы для себя сочтете нужным.

Делай то, что ты действительно хочешь делать. Не играй в их игры. Когда они хотят, чтобы ты мчался направо, дуй на самой высокой скорости налево! Не делай то, чего хотят другие. Ищи свой собственный путь.

Я ничего не знаю о жизни, но я чертовски хочу жить.

Я большой поклонник мести. Это чувство – одно из тех, в которых мы не хотим признаться даже самим себе, но тайно оно всех нас гложет.

Я человек со странностями. Думаю, каждый из нас слегка спятил по-своему.

Внутри меня нет конкуренции. Я не сказал бы, что верен кому-то или чему-то. Я верен себе.

Слишком просто обвинять других людей и обстоятельства в прошлом за твою собственную ненависть к себе.

Меня всегда интересовали люди со странностями, которых терзают душевные муки. Я справляюсь со своими персональными томлениями, выкуривая громадное количество сигарет и слушая очень громкую музыку.

То, как я вижу себя – это не слишком хорошо. Независимо от того, насколько я известен и сколько народу ходит на фильмы с моим участием, мне кажется, что я безнадежно бледная пародия на то, кем я привык быть, с той только разницей, что мне выпал шанс. Но завтра все будет кончено, и я вернусь к продаже ручек.

Мой любимый цвет – черный.

Не знаю, могу ли я расслабиться. Мой мозг просто не понимает, как это. Если моя голова пуста, в ней страшные мысли появляются. Я становлюсь странным. Даже не странным, а… беспокойным.

Нравится ли мне выпивать? Да. Зависим ли я? Нет.

Я стараюсь всегда оставаться в перманентном состоянии замешательства. Мне нравится то выражение, которое оно оставляет на лице.

Я романтик? Я видел «Грозовой перевал» 10 раз. Да, я романтик.

Школа казалась мне тюрьмой, я восставал против учителей-копов.

Я никогда не считал себя неотразимым. Более того, я никогда не думал, что я красавец. Видит Бог, я не вру.

Если честно, я всегда полагаюсь на удачу.

Свой любимый ликер я не пью, а только нюхаю, как одеколон…

Я бесчестный человек. И в этом плане вы всегда можете на меня рассчитывать. А вот можно ли рассчитывать на человека, который клянется, что он честный, – еще вопрос.

Найти себя невозможно – себя можно только создать.

Я думаю, что тело – это в каком-то смысле дневник.

Музыка очень сильно влияет на меня. Есть некоторые песни, которые, когда я их слышу, мгновенно возвращают меня к определенным моментам в моей жизни. Есть песни, которые я не могу слышать, потому что они напоминают мне, скажем, о рождении моей дочери или сына. Я не могу их слушать, потому что могу разрыдаться.

У моей сестры Кристи был ребенок, когда мне было 17, и я только услышал о смерти в кроватке. Ужасно, что этого нельзя было объяснить. По какой-то неизвестной причине, малыш мог перестать дышать. Так я мог пойти туда, где малышка спала, положить руку в её кроватку, взять её маленький пальчик и вот так спать на полу. Я уверен, это было глупо. Но я думал, что тепло моей руки может помочь. Что, может быть, если она почувствовала мой пульс, он бы напоминал ей, что надо дышать.

Я нашел зло в себе очень давно, и я принял его. Мы старые друзья.

Моя болезнь в том, что я очарован своим человеческим поведением, тем, что под поверхностью, словом, внутри людей.

Во мне есть влечение, которое не позволяет мне идти по лёгкому пути.

Я нормальный, ну, полунормальный.

Я не доверяю никому, кто не был саморазрушительным в некотором роде. Кто не прошел через своего рода отвращение к себе? Тебе нужно немного «поколотить», «побить» себя, чтобы узнать себя лучше.

Меня привлекает крайний свет и крайняя темнота. Меня интересует состояние человека и то, что заставляет людей тикать. Меня интересуют вещи, которые люди пытаются скрыть.

Все очень, очень размыто. У меня никогда не было правильного зрения.

Простота – вот чего я хочу. В течение ряда лет это было для меня редким товаром, но мне нравится общаться с моей девушкой, читать газету, сидеть сложа руки и читать книгу о ком то, кем я восхищаюсь.

За многие годы я никогда не смог бы поместить свое имя в категорию, относящуюся к слову «известный» или что-то в этом роде. Я просто нахожу это очень неудобным… Если вы привыкнете к этому, значит, что-то не так.

О работе

Лучше быть уродом, чем красавцем, который превращается в урода. Рано или поздно все мы состаримся, и если вы связываете благополучие со своей внешностью, вы ошибаетесь заранее. Если бы у меня был выбор, я предпочел бы, чтобы моя голова была муляжом, который я мог бы снимать в конце каждого съемочного дня.

После всех мучений, которым я подвергал зрителей, мне ещё везёт, что у меня есть работа.

В таких персонажах, как Капитан Джек, есть много позитивного, я рад, что смог «дать ему жизнь». Его прелесть в том, что я могу брать его с собой. Когда есть возможность, я иду с ним к людям. Туда, где нужны улыбки и смех. Если у меня есть такой шанс, я всегда его использую. Если Капитану Джеку Воробью удается такое важное дело, мне не нужна особая компания для того, чтобы продолжать дарить радость, я могу делать это сам, и никто не сможет у меня этого отнять.

Я снимаюсь во множестве фильмов для детей, потому что хочу дарить им позитив. По телевизору показывают оторванные руки и ноги из-за терактов и войн, а детям нужны любовь и счастье. Когда вырастаешь, мир обламывает тебя. Чудо, что мы ещё можем улыбаться.

Вовсе я не сердцеед. Просто работа у меня такая.

Если вы подловите меня на фразе «я серьезный актер», умоляю: отшлепайте меня как следует.

Я не причисляю себя к представителям элиты, которые занимаются только серьёзным материалом, но мне хочется думать, что те фильмы, где я снимаюсь, что-то говорят о мире, помимо того, что просто делают кассовые сборы.

Я делаю вещи, которые считаю правильными. Единственная вещь, которой я боюсь, это оказаться парнем с навешанным ярлыком.

Мне нравится испытывать разные вещи и интересоваться, сработает ли это, или я не справлюсь с этим.

Я просто актер, и если я смогу что-то оставить, чем будут гордиться мои дети, то это то, чего я хочу. Я не хочу, чтобы мои дети были смущены тем, что я сделал.

Как актёр, я считаю, что хорошо чувствовать страх неудачи. Я думаю, что вы должны пойти на этот риск. Страх – необходимая составляющая во всем, что я делаю.

Мои работы показывают, что нормально быть другим, отличаться – это хорошо. Что мы должны задуматься, прежде чем кого-то осуждать, того кто выглядит по-другому, ведёт себя по-другому, говорит по другому, другого цвета.

Я знаю, что нахожусь в привилегированном положении. Я занимаюсь любимым делом, я работаю с людьми, с которыми хочу работать, и зарабатываю достаточно денег, чтобы нормально жить. Поэтому я полагаю, что быть публично высеченным – это часть игры. Это то, с чем мне придется постоянно иметь дело. Обратная сторона медали, и никуда от нее не деться.

Я просто не знаю, можно ли кино считать искусством, потому что там столько денег… Это все коммерция. Я не думаю, что искусство может прийти из этого места.

О людях

Да кому вы нужны, если у вас ничего нет, кроме внешности.

Люди плачут не потому, что они слабые, а потому, что они были сильными слишком долгое время.

Не бойтесь врагов, бойтесь друзей. Предают друзья, а не враги!

Я знал много людей, которые в последующие годы обладали энергией детей, любопытством и увлечением такими вещами, как маленькие дети. Я думаю, что мы можем сохранить это, и я думаю, что важно сохранить эту часть, оставаясь молодым. Но я также думаю, что это очень весело – стареть.

Когда я вижу кого-то, кто просто следует своей мечте и добивается успеха, делает только то, что хочет делать и ни перед кем за это не отвечает, конечно, не причиняя этим никому вреда, я считаю, что это прекрасно.

Я верю, что люди могут измениться. Я хочу верить в силу человека меняться и развиваться.

Имейте в виду, что когда вы даете волю своему гневу, вы не просто поступаете плохо в данный момент, но и развиваете в себе дурную привычку.

Оставаться наедине со своими мыслями – весьма опасное занятие… но очень полезное!

Мне повезло. Я был удостоен чести и удовольствия быть другом Элизабет Тейлор. Знаете, вот сидишь с ней, она курит гашиш и ругается как матрос. И она восхитительна!

Я думаю, настоящая мужественность – она во взгляде. Одно из определений настоящего мужчины для меня – это быть надежным и преданным, бороться с несправедливостью различных масштабов. Быть искренним и порядочным.

«Крутость» много чего может означать. Я всегда считал, что быть самим собой – это круто. Таким, какой есть. Это же так просто – вот, что значит быть крутым.

Все становятся религиозными, когда садятся в самолет.

Однажды люди, которые не верят в тебя, расскажут всем, как они тебя встретили.

Я думаю, что все странные. Мы должны праздновать нашу индивидуальность и не смущаться, не стыдиться этого.

Успех не меняет тебя, он раскрывает тебя.

Наступает момент, когда хороший человек должен носить маску.

Я не думаю, что кто-то готов к смерти. Вы можете только надеяться, что когда она будет приближаться, вы почувствуете, что сказали то, что хотели сказать. Никто не хочет выходить в середине предложения.

Проблема не в проблеме. Проблема в том, как вы относитесь к проблеме.

Определенно, есть люди, более талантливые, чем ты, но тебе никто не запрещает работать усерднее, чем работают другие люди.

Перестань доказывать себе, что тебе нужны эти люди.

Бывает, мы сутками думаем о человеке, который не задумывается о нас даже на секунду.

О женщинах

Тот, кто видел рождение своего ребенка, как видел я, уже никогда в ней не усомнится в женской силе. Они сильнее нас. Для них не существует глупостей – только главное. Жизнь, дети, свобода. Они не видят смысла в вечной жизни – они продолжаются в детях, и этого достаточно. Они не завоеватели – им и так принадлежит мир, потому что они способны создать новую жизнь.

Миром, знаете ли, правят женщины. По сравнению с ними мы, мужчины, – просто слабаки.

Лучше бы моя девушка пошла к другому парню и, твою мать, не мучила меня! Но вышло так, что она потеряла и меня и того парня. Мучилась, наверное, так же как я мучился долго и нудно от того, что её у меня нет, но в один момент я понял, что я просто не мог без неё, я позвонил ей и вот мы живем вместе. Девушки мой вам совет, просто будьте с тем, с которым вам приятней быть и с тем, который реально к вам относиться искренне, у которого просто всегда улыбка на лице при виде вас. И, наверное, самое главное, что бы он мог делать тупые вещи при вас, как я.

О детях

В Лондоне, в одном из отелей пожилая женщина спросила мою дочь-чем занимается твой папа?. Она ответила «Он – пират!» – в тот момент я гордился своей дочерью.

Я постоянно видел вокруг себя мальчишек, которые были законченными циниками. Они не фантазировали, им даже сны, наверное, не снились.

Дети становятся очень забавны, когда добираются до основополагающих вещей. Помню, дочь села передо мной и говорит: «Пап, мне надо задать тебе вопросы». А ей четыре, понимаете…

О любви

Большая любовь, очевидно, заключается в доверии, в радости друг от друга, в уважении личной жизни друг друга и в уважении профессионального выбора.

Если стоит выбор между «да» или «нет», то «да»! Сделайте это. Поцелуйте, обнимите, догоните, встретьтесь, скажите. И пусть выйдет ерунда, зато хоть попытались.

Если ты любишь двух людей одновременно, выбери второго. Если бы ты любил первую, то не влюбился бы во вторую.

В жизни есть четыре вопроса о ценности… Что такое святость? Из чего сделана душа? Для чего стоит жить и для чего стоит умереть? Ответ каждому одинаков. Единственная любовь.

Любовь не слепа. Просто она позволяет увидеть то, что другие не видят.

Смейся также много, как дышишь и люби также долго, как живешь.

Если вы решите закрыть свое сердце, вы наверняка потеряете его.

О жизни

Свет в окне может стать лучом надежды…

Выхода нет только из гроба, так что не нойте.

Теперь принеси мне этот горизонт.

Каждый вдох, каждый выдох – победа над смертью, и мы должны ежесекундно её праздновать!

Вещи в жизни не всегда такие, какими кажутся. Например, когда вы слушаете кого-то, кто разговаривает, под его словами звучит другой голос… даже если вы четко слышите, что он говорит, настоящая правда гораздо глубже.

Жизнь – странный и причудливый путь…

Так больно хотеть то, чего не можешь иметь.

В каждом добре есть зло; и в каждом зле есть добро.

Жизнь идеальна, когда не звонит телефон, а папарацци не преследуют тебя на улицах.

Думаю, надо получать удовольствие от скачки, пока ты на коне.

Жизнь не в том, чтобы жить, а чувствовать, что живешь.

О мире

Трудно жить в мире со своей душой, когда вокруг эта кричащая путаница. Но, несмотря на поголовное притворство, тяжелую работу и разбитые мечты, это все еще прекрасный мир. Будьте осторожны. Старайтесь быть счастливыми.

Для меня мир – свод иллюзий, созданных человеком. Человек со всеми его идеями праведной жизни – сам иллюзия, поэтому я живу тем, что считаю более реальным.

Объективная реальность – есть бред, вызванный недостатком алкоголя в крови.

В мире так много прекрасного, что порой думаю, что я не отсюда.

Обо всем

Во многом виновата власть. И в остальном тоже.

Я всегда поражался тому, как общество делит вещи на нормальные и ненормальные. Потому что некоторые вещи, которые являются фактом нашей повседневности, кажутся мне странными.

Я не понимаю этой игры, я не понимаю этого города, Голливуда! Я не понимаю их правил, я знаю только одно – они мне не нравятся!

Русские – нормальные ребята. Катаются на лыжах, гуляют по городу, устраивают вечеринки, пьют водку. Но кто её не пьёт?

Мне Россия очень понравилась, особенно люди. Они у вас открытые, душевные и немножко ку-ку – как раз в моем стиле!

Проблема в том, что все относятся к подросткам так, будто они тупые.

Идеальная сенсация? Как я её себе представляю? Пожалуйста: у некой дамочки был такой тесный лифчик, что он взорвался, и при этом пострадали одиннадцать человек.

Америка глупа, как несмышленый щенок, который норовит укусить кого-нибудь побольнее.

Счастье за деньги не купишь. Но можно купить яхту, которая домчит тебя до него.

Content

Татьяна Борисовна Альбрехт
Джонни Депп. Ты – то, что ты делаешь

Глава 1. Родом из детства

Глава 2. Трудное начало

Кино или музыка?

Не в своей шкуре

Глава 3. Своя колея

Побег из мыльных объятий

На своей волне

Чужой среди своих

Глава 4. В тихой гавани

Глава 5. Что за жизнь без неприятностей?!

Приложение. Несколько интересных интрвью

1. «Гонзо-интервью» с Джонни Деппом во времена «Страха и ненависти в Лас-Вегасе»

2. Я больше не бунтую

3. Мы все немного странные, если задуматься

4. В старости хочу быть счастливым сумасшедшим

5. Я просто король бессонницы!

6. …кто слушает родителей?

7. Не знаю, почему меня считают классным

8. Я не стремлюсь быть чудаком

9. Для меня оставалось большим вопросом, за что же я это заслужил

10. Детские травмы, банкротство, наркотики и печаль

Афоризмы Джонни Деппа о себе

О работе

О людях

О женщинах

О детях

О любви

О жизни

О мире

Обо всем