Андрей Звонков

Анализы. Что означают результаты исследований

© Звонков А. Л., текст, 2022

© Шварц Е. Д., иллюстрации, 2022

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022

* * *

Предисловие к 2-му изданию

…Я бы в медики пошел,

пусть меня научат[1].

На протяжении многих лет я отвечаю на различные вопросы о болезнях, здоровье, в том числе об анализах и лечении[2]. Все они касаются различных проблем в организме или тактики медиков. В частности, именно этим я занимаюсь сейчас в журналах, на радио и телевидении, до этого несколько лет координировал вопросы посетителей интернет-конференции на сайте одной частной московской клиники. Надо сказать, что вопросы попадались самые разные. Чтобы на них ответить, приходилось перечитывать справочники, копаться в интернете или обращаться к друзьям — врачам других специальностей.

Однажды мне довелось составлять рецепты блюд, когда предложили консультировать приложение к газете «Народный совет» — «Готовим дома» и надо было подобрать диеты для больных или людей различных профессий. Ничего удивительного здесь нет, ведь многих интересует, как нужно питаться при том или ином заболевании. Меню здоровых сильно отличается от меню больных людей. Но на тему питания мы поговорим отдельно, оставим ее для другой книги.

Мне давно хотелось собрать все вопросы-ответы и издать их, но понимал, что, вероятнее всего, получится «каша», которая в результате будет непонятна и неинтересна читателю. Вот и ограничился объяснением значений анализов и их разновидностями.

Надеюсь, что книга «Анализы» окажется полезной в первую очередь людям без медицинского образования, но ищущим ответы на свои вопросы.

Прошли годы

Фраза, больше подходящая к эпическому роману. Но эта книга не роман, просто можно проанализировать, а что изменилось в жизни? Адресовал я книгу читателю — не медику, который хочет взаимодействовать с лечащим врачом, а после проведенных медицинских реформ оказалось, что многим нашим гражданам взаимодействовать вообще уже не с кем. Нет врачей. Дефицит кадров, особенно специалистов узкого профиля, стал огромен. Если в крупных мегаполисах их еще можно найти в государственных медицинских учреждениях, то в районных центрах это большая редкость. Сколько времени займет решение кадрового дефицита в России? Я не знаю. Пока все, что вижу, напоминает «Тришкин кафтан», вплоть до призыва вернуться к работе медикам-пенсионерам.

Книги, просвещающие читателя, обучающие тактике и пониманию различных процессов, как нормальных, так и патологических, могут только направить его к правильным поступкам, но не должны оказаться чем-то вроде самолечебника и самодиагностического справочника.

Все, на что я рассчитываю, — это объяснить кое-какие термины, значения показателей крови и прочих параметров организма для общей эрудиции и адекватного реагирования на состояния, если кто-то в близком окружении читавшего заболеет или пожалуется на какие-то дискомфортные изменения в организме.

Вполне закономерно, что книга «Анализы. Как самостоятельно понимать результаты исследований» пришлась по душе студентам-медикам. Этого я ожидал. Сам был студентом и мучился с пониманием терминологии, оценкой различных физиологических параметров. Нынешние студенты больше сидят в интернете и оттуда черпают справочную информацию, нежели читают книги.

За почти семь лет после публикации первого издания «Анализы и диагнозы. Это как же понимать?» многое изменилось в мире и стране. Например, ВОЗ приняла Международную классификацию болезней в 11-й редакции, а МОК[3] решил, что половая принадлежность спортсмена, данная природой, не имеет значения, и если мужчина себя идентифицирует как женщину, то вполне обоснованно может соревноваться с женщинами, и никто не вправе пригласить его на осмотр к гинекологу, дабы убедиться, что он действительно — она, и взять анализ на уровень тестостерона тоже нельзя.

Не скажу, что жить стало легче, но как-то немного веселее. Правда, это смех сквозь слезы.

Неизменными, к счастью, остались анализы и нормы их показателей. Для женщин и мужчин сохранились свои нормы. Ведь как себя ни позиционируй в обществе — природа однажды уже решила, кому кем быть, и все остальное — от лукавого. Поэтому странно мужчине удивляться, что его параметры не подходят под женские нормы и наоборот.

В 2020 году мир получил сильный удар природы — пандемию вируса COVID-19. Болезнь, пришедшая из китайского Уханя, обошла планету несколько раз, изменяясь и заражая всех, кто попадался ей на пути. Год ушел на создание вакцин, но, как оказалось, спасти человечество пока не удается. И отчасти в этом оно виновато само. Беспечность и глупость меньшинства, которое составляет несколько процентов населения городов, стали одной из причин распространения вируса, несмотря на активную, даже агрессивную кампанию по вакцинации.

Когда появились вакцины, вместе с ними в человеческом обществе начали циркулировать разные вредоносные слухи и мнения людей, далеких от медицины. Начались рассуждения об иммунитете, порой настолько абсурдные, что я почувствовал настоятельную потребность максимально просто объяснить в новом издании книги, что такое иммунитет, как он работает, что такое анализ-иммунограмма, какие бывают вакцины и в чем их смысл, опасность и важность вакцинации. Несмотря на простоту моих объяснений, я все равно чувствовал, что читатель увидит: иммунитет на самом деле совсем не прост, он многопланов и имеет несколько структур, решающих различные задачи. Чтобы читатели начали понимать, как работает иммунная система, я выделил наиболее важные механизмы, опустив, например, такой, как тканевая несовместимость при пересадке органов и тканей. Сейчас я работаю над большой книгой с условным названием «Книга о крови», в которой постараюсь подробнее разобрать строение иммунитета и его работу.

Люди очень легковерны и падки на всякие слухи и глупости. Мы отобрали наиболее часто встречающиеся аргументы противников вакцинации, и я постарался ответить на них в контексте текущей пандемии и важности вакцинации. Потому в книге появились главы об иммунитете и коронавирусе на злобу дня.

Однажды меня спросили, зачем я таким простым языком пишу? Чтобы вы поняли, я зашел на сайт «Медунивер» и взял один абзац из статьи о коронавирусах, по теме нынешнего дня:

«Ограниченную репродукцию вируса гриппа птиц в нижнем отделе респираторного тракта обезьян контролировали шесть генов, кодирующих внутренние белки вируса. Аттенуированный фенотип реассортанта вируса гриппа А птица — человек оказался стабильным в течение пяти пассажей на обезьянах. Однако инфекция реассортантом индуцировала незначительную резистентность обезьян к последующему их контрольному заражению вирулентным вирусом гриппа А человека».

Если вы не медик, но очень хотите понять, что вообще творится с этими вирусами, — вот этот, выше приведенный, фрагмент вам понятен или нужно перевести на человеческий язык и кое-что объяснить?[4]

Полагаю все-таки последнее.

1. Как понимать результаты анализов?

Вы пришли в поликлинику. Зачем? Не важно. Скажем, для ежегодного обследования (диспансеризации). Рутинное дело. И врач говорит: «Сдайте-ка, голубчик, кровь, мочу и сделайте рентген грудной клетки». В общем, ничего необычного. Вы вручили медсестре баночку с мочой и бесстрашно пожертвовали палец для взятия крови. Спустя день-два вы заглянули за ответом или получили его на сайте «Госуслуги» — и вот уже держите бланк с циферками. Таблицу, в которой напротив разных параметров указаны числа. Приносите бланк доктору, он, мельком глянув, говорит: «Все нормально…» — и подписывает что-то в карту. Теперь можно забыть о том, что вы всего сутки назад с трепетом в сердце ждали, когда стилет пронзит безымянный палец и рубиновая капля упадет на предметное стеклышко или заполнит градуированные трубочки.

Но для чего все это надо было? Что означают цифры на бланке? Насколько важен тот или иной анализ? Ведь, судя по реакции врача, это сущая ерунда. Даже непонятно, зачем он просил его сделать?

Вот и давайте разберемся по пунктам.

Клинический анализ крови

Так что же узнал врач, взглянув на результаты анализа крови? Кстати, медики делят кровь на красную и белую. Эритроциты, гемоглобин, цветовой показатель, ретикулоциты и тромбоциты относятся к красной, а лейкоциты, нейтрофилы, лимфоциты — к белой. Несмотря на кажущуюся малозначительность, на самом деле общий клинический анализ крови очень информативен. Давайте разберем по пунктам.

Нормы показателей крови у мужчин и женщин немного отличаются. Это связано с физиологическими особенностями организма, и в частности с «критическими днями», с различиями в эндокринной системе, с тем, что система воспроизводства у женщин ориентирована на двоих (на период беременности), тогда как мужчина — индивидуалист.

Гемоглобин (Hb) указывает на общее количество в крови вещества — переносчика О_2 и СО_2 в миллиграмм-процентах (мг%). Его недостаток называется анемией, избыток — гипергемоглобинемией. Этот показатель начал исследоваться одним из первых, и сам по себе он отражает главную — газотранспортную — функцию крови.

Эритроциты (Э) — клетки, переносящие кислород. В процессе эволюции они потеряли ядро за ненадобностью (размножаться не планируют). Поэтому клетками их считают по традиции: при сотворении эритроцитов ядро было, но затем оно исчезает, чтобы освободить место для гемоглобина. Недостаток эритроцитов также называется анемией (как и недостаток гемоглобина), избыток — эритремией, или эритроцитозом.

Цветовой показатель (ЦП)[5] — отношение числа эритроцитов к количеству гемоглобина. В сочетании с показателями Hb и Э помогает устанавливать вероятные причины анемии. Так, если ЦП < 0,85 при Hb и Э тоже ниже нормы, это дает основания предположить недостаток железа, необходимого для кроветворения.

А если ЦП > 1,05 при Hb и Э ниже нормы, это позволяет предположить, что не хватает витамина В_12, который крайне важен для синтеза гемоглобина.

Современные результаты, подготовленные автоматами, дают показатели: среднее содержание гемоглобина в эритроците (ниже нормы — мало железа), средний размер эритроцитов (маленькие — недостаток железа) и много гемоглобина в эритроците, сами клетки больше нормы — но их число ниже нормы — вероятно, недостаток В_12 и фолиевой кислоты.

Ретикулоциты (Рц) измеряются только в том случае, если врач отметит при назначении анализа, что хочет знать их количество. Рц — это молодые эритроциты (с остаточными ядрами в виде сетки — ретикулума). Их наличие указывает на то, что при лечении анемии получен ответ от костного мозга и лечение подобрано верно. Этот показатель удорожает анализ, потому что выполняется не автоматически, а вручную врачом-лаборантом.

Тромбоциты (Тц) — кровяные пластинки. Их традиционно называют клетками — citus, хотя они таковыми не являются, так как даже в процессе сотворения не имели ядра. Тц — важнейший элемент свертывания крови, содержат тромбопластин и фактор роста, благодаря которому рана заживает быстрее. Красная кровь отвечает за перенос кислорода. Снижение ее параметров приводит к недостатку кислорода в тканях. Синтез красной крови регулируется почками (в них вырабатывается эритропоэтин).

Тромбоциты хранят в себе белок тромбопластин и важный компонент — фактор роста. Если необходимо срочно остановить кровотечение, они взрываются и выбрасывают его в кровь (поближе к месту ранения). Недостаток Тц намекает на возможную повышенную кровоточивость, угрозу развития кровотечений, избыток — на склонность к тромбозам. И то и другое плохо. Норма колеблется от 180 тыс. до 320 тыс. Тц обычно живут в организме не дольше двух недель, а вне организма — даже при помешивании и в обогащенной глюкозой, АТФ и кислородом среде — не дольше 5 дней. Тц постоянно образуются и постоянно потребляются. Их число сильно зависит от того, в каком состоянии человек сдавал анализ: нервничал, бежал или поднимался по лестнице, курил накануне вечером или принимал алкоголь, болеет или здоров.

Допускается отклонение от нормы на 10 %, потому что это очень эластичный показатель, который значительно меняется в течение дня. Настораживать должно отклонение, превышающее 10 %, особенно если при повторных анализах оно сохраняется. Например, в первом анализе — 320 тыс., через неделю — 250, а еще через неделю — 180: можно встревожиться, тромбоциты снижаются, и надо выяснять из-за чего. А если анализ качнулся 320–250 — 380, то, вероятно, это было ситуативное снижение именно в тот день или ошибка счетчика.

Теперь рассмотрим показатели, относящиеся к белой крови.

Лейкоциты (Л) — клетки иммунной системы. Норма Л — 5–9 тыс. на 1 мкл. Их повышение свидетельствует о том, что в организме протекает воспалительный процесс. Если клиническая картина не подтверждает наличие воспаления, стоит переделать анализ или тщательнее поискать воспаление. Пониженное число лейкоцитов указывает на анемию (подавление работы костного мозга в сочетании со снижением показателей красной крови дает основание предположить гипопластическую анемию) и часто бывает вызвано химическим (лекарственным) или физическим (электромагнитным либо лучевым) поражением костного мозга. Нейтрофилы (Нф) относятся к лейкоцитам — фагоцитарной системе иммунитета, их число в процентах обычно колеблется от 50 до 75 %. Нейтрофилы — клетки-воины. Живут до шести-восьми дней и занимаются охраной «границ» — слизистых оболочек. Подразделяются на два типа: сегментоядерные — ветераны, опытные бойцы с бациллами и палочкоядерные — новобранцы, свежесинтезированные, малоопытные и слабенькие. В норме первых в 10 раз больше, чем вторых. Увеличение числа палочкоядерных нейтрофилов говорит о том, что есть воспаление, иммунная система очень напряжена и выпускает на поле боя недозрелые клетки. Чаще всего такая картина наблюдается при затяжных воспалительных состояниях (хрониосепсисе)[6], когда инфекция уже обнаруживается в крови.

Лимфоциты (Лц) — клетки иммунной системы. В процентах их число колеблется от 25 до 45 %. Если провести аналогию с человеческим обществом, то их можно сравнить с офицерским составом, который включает и «вершителей», и «исполнителей». Но в общем анализе учитываются все лимфоциты, без разделения на типы. Чтобы разобраться в них подробнее, нужно делать иммунологический анализ[7], более трудоемкий и дорогой; его обработка занимает до 3–7 дней[8].

Уменьшение или увеличение числа Лц указывает на активность специфического «чисто конкретного» иммунитета. В частности, снижение говорит об ослаблении этой функции, о рассогласовании связей между клетками иммунной системы и костным мозгом. А вот повышение уровня Лц (с одновременным снижением сегментоядерных (СЯ) и палочкоядерных (ПЯ) нейтрофилов) косвенно указывает, что в организме «хулиганит» вирусная инфекция.

Эозинофилы, базофилы — лейкоциты «военные химики». Они вырабатывают, хранят и выбрасывают в ткани и межклеточное пространство особые ядохимикаты — биологически активные вещества, которые участвуют в развитии воспаления или аллергической реакции.

Повышение эозинофилов и базофилов указывает или на хронический аллергический процесс, или на паразитоз (наличие гельминтов, амеб, лямблий в желудочно-кишечном тракте).

СОЭ (скорость оседания эритроцитов) — единственный функциональный показатель, отражающий активность воспалительного или аутоиммунного процесса в организме (раньше его называли РОЭ — реакция оседания эритроцитов). Он зависит от концентрации в крови особых веществ, поступающих в нее из очагов воспаления. Эти вещества усиливают слипание (адгезию) клеток (Э, Лц, Тц). Они постоянно присутствуют в организме в незначительном количестве, а при попадании различных инфекций их становится больше. В норме СОЭ для мужчин не должно превышать 10 мм/час, для женщин — 15 мм/час.

Чтобы удерживать вязкость крови в норме, имеет смысл постоянно принимать самый популярный и простой дезагрегант[9] — аспирин (ацетилсалициловая кислота), «Тромбо АСС», «Кардиомагнил», которые уменьшают слипание клеток крови. Кроме них, неплохо показали себя клопидогрел («Зилт») и курантил, а при угрозе тромбозов рекомендуют принимать непрямые антикоагулянты — ксарелто или эликвис.

К любому анализу добавляются комментарии. Термины «анизоцитоз», «пойкилоцитоз», «токсогенная зернистость» указывают на постоянное воздействие различных токсинов (что может объясняться и лекарственной терапией, например слишком долгим приемом антибиотиков, химиопрепаратов, анальгетиков) и, по сути, отражают наличие искаженных, поврежденных, измененных клеток костного мозга как в красной, так и в белой крови.

Появление в анализе телец Жоли и колец Кебота, «бластных форм» указывает на возможные патологические процессы в костном мозге, связанные с вероятным развитием онкозаболеваний крови.

Само по себе обнаружение этих структур еще ни о чем не говорит, кроме того, что требуются перепроверка и более детальное обследование крови, пункция и мазок костного мозга, лейкоцитов.

По результатам ОАК врач может понять: есть ли анемия и какого она происхождения; есть ли воспалительный процесс и какого рода возбудитель (бактерии или вирусы); есть ли нарушение иммунитета и нужно ли его изучить детально; есть ли онкологический процесс или системное заболевание, а значит — нужно ли проводить углубленное исследование, иногда сопряженное с вредностями (ионизирующее излучение, контрастные вещества и т. п.). По результатам ОАК можно заподозрить наличие аллергии или паразитарного заражения.

Анализ крови может подтвердить догадки врача по результату осмотра, но никогда не должен их опровергать! Если клиническая картина: жалобы, анамнез и данные осмотра — не подтверждается результатами анализа, это означает одно: для начала нужно переделать анализ! Вторым шагом должен стать совместный осмотр с другим врачом или консилиум.

Клинический анализ мочи

Количество. Кто-то ухмыльнется: «Ничего себе параметр!» Но это важно: если в анализе сдано 100 мл, вероятнее всего, мочеиспускание свободное, достаточное по объему и человек наполнил емкость без проблем. А если он принес всего 10 мл — скорее всего, больше сдать не получилось. И это уже должно насторожить — а почему так мало? Нормальное мочеиспускание обычно дает от 100–200 мл.

Цвет. Привыкли, что моча всегда желтая? Действительно, нормальный цвет — соломенно-желтый. Но она бывает и светлая, как вода, и бурая, и темно-коричневая, и красная. Окраска, а точнее ее отклонение от нормы, указывает на проблемы в мочевыводящих путях и почках. Коричневый, ореховый цвет намекает на заболевание печени и избыток в моче желчных пигментов (билирубина), бурый — на воспаление мочевого пузыря (цистит), особенно если имеется боль при мочеиспускании, а мочи в анализе мало. Красный свидетельствует о попадании в мочу крови. Отчего? Тут несколько причин — от камушка в лоханке, который повредил слизистую, до воспаления или распада опухоли.

Прозрачность. В норме моча должна быть прозрачной, мутность указывает на наличие примесей. Каких? Это скажет отдельное исследование. Для общего анализа главное — прозрачная моча или мутная.

Три рассмотренных параметра начали исследовать раньше всего — можно сказать, с древнейших времен. Еще до изобретения микроскопа и специальных реактивов. Если мочи достаточно много, она светло-желтая и прозрачная, вероятнее всего, почки работают нормально и с мочевыделением проблем нет. Любые отклонения говорят о наличии проблем. Детальным исследованием и постановкой диагноза пусть займутся специалисты. Вам же — если вы вдруг столкнетесь с необходимостью самостоятельно обследовать больного — хватит и этой «троицы», чтобы понять, есть ли серьезные нарушения в работе выделительной системы.

Относительная плотность (удельный вес). Для этого требуется специальный прибор — урометр — вот зачем нужно больше мочи[10]! Это показатель насыщенности мочи солями, белком, сахаром и кислотами, то есть веществами, которые должны или не должны присутствовать в ней.

Ясное дело: чем моча ближе по составу к воде, тем плотность ниже, а чем сильнее она напоминает бульон или сироп — тем выше.

Норма: 1010–1035.

Данный параметр указывает на состав воды в организме, на фильтрационную способность почек и на реабсорбцию (обратное всасывание нужных веществ из мочи). Он не сообщает, что имеется в моче, а лишь говорит, какова моча по плотности. По степени информативности это довольно средний показатель, который без углубленного изучения состава не имеет большого значения. Ну, жидкая моча или, наоборот, плотная — и что дальше? За счет чего она такая? Вот что важно. В общем, если параметры выходят за пределы, плохо. Но если они нормальные, это еще ничего не значит. Человек может тяжело болеть, но ОП будет оставаться в пределах нормы.

Важно также определять анализ в утренней моче, натощак, а не взятой в течение дня, когда пациент уже пил и ел. В течение дня моча обычно имеет более низкую плотность, даже ниже нормы, а за ночь в мочевом пузыре она частично концентрируется, потому всегда плотнее дневной, когда человек не спит, а много пьет и ест.

Реакция. Для ее определения нужен реактив — лакмус, точнее лакмусовая бумажка. Если она окрашивается синим, моча щелочная, если краснеет — кислая, если остается светло-розовой — нейтральная. Для чего это надо знать? Кислотность мочи отражает содержание органических кислот в крови. И хотя по составу моча далека от крови, в норме она должна быть кислой. Если нейтральная или щелочная — значит, что-то в организме неладно. Так, если моча стала щелочной, скорее всего, имеется воспалительный процесс, причем не локальный, а весьма объемный, который приводит к интоксикации. Некоторое время после перенесенного инфекционного заболевания моча сохраняет щелочную реакцию. Но если человек вроде бы давно выздоровел, а моча все никак не «покислеет», это должно насторожить. Видно, интоксикация не прекратилась, где-то имеется достаточно значимый очаг хронической инфекции. Аналогичная ситуация наблюдается и у онкологических больных. Раковая опухоль — источник интоксикации.

Белок. Этот показатель обнаруживается при помощи специальных реактивов и имеет количественное значение. Белка в моче быть не должно. Когда кровь проходит через почки и фильтруется, образуется первичная моча, по составу близкая к плазме крови, — в ней белок еще есть. Но после окончательной обработки (реабсорбции) образуется вторичная моча. Так вот, белок из первичной мочи должен уходить полностью. И если он все-таки остался, это говорит о том, что:

• в почках нарушен механизм реабсорбции и белок не поступает обратно в кровь;

• в почках или мочевыделительном участке имеется воспалительный процесс и белок попадает в мочу со слизистых оболочек лоханки, мочеточника или мочевого пузыря;

• посуда, в которую собрали мочу, была грязной (или в нее плюнули: в слюне тоже есть белок). Белок частенько оказывается в женских анализах из-за неряшливости.

В норме может быть до 0,033 % белка (как артефакт). Но если нет никаких клинических признаков, которые давали бы основание для появления белка в моче (к ним относятся обильная мясная пища накануне, большие физические нагрузки, долгое нахождение в неудобной позе — стояние на коленях), то анализ стоит переделать. Белок в моче указывает на почечную недостаточность, а высокое его содержание — на то, что он теряется из крови.

Нельзя оставлять без внимания показатель от 0,1 и выше, ведь это означает, что с каждым литром мочи человек теряет до 1 г белка. А это очень много! Если обнаружился высокий уровень белка в моче, стоит обратить внимание на наличие отеков. Если кожа нормальная и нет никаких намеков на характерные безбелковые отеки, вероятнее всего, анализ ошибочный или ситуация ухудшилась только сейчас и отеки появятся в ближайшем будущем.

Не стоит слепо верить результатам анализов. Всегда сопоставляйте их с жалобами, клиникой, другими показателями. Не стесняйтесь сомневаться в верности данных. Лаборанты тоже люди — они могут и ошибиться, и перепутать реактивы, и допустить описку. В автоматические анализаторы может залезть компьютерный вирус и испортить все цифры. Анализы могут перепутать, наконец[11].

Глюкоза. Раньше писали «сахар». Глюкоза — моносахарид, который всегда есть в крови; норма — от 3,3 до 6,6[12] ммоль/л. Но в моче глюкозы быть не должно. Вообще. Существует специальный почечный порог: если концентрация сахара в крови не превышает 10 ммоль/л, то он не попадает в мочу[13]. Но если такой уровень будет держаться долго, то глюкоза просочится, профильтруется в мочу. Таким образом, в анализе должна быть цифра 0. Наличие глюкозы в моче недвусмысленно сообщает о наличии сахарного диабета. Кстати, встарь мочу даже пробовали: нет ли сладкого привкуса? Умные, опытные врачи выставляли блюдечко с мочой на окно и наблюдали за мухами и муравьями. Или брали два куска кожи и смазывали мочой, потом складывали и ждали. Если кожа склеилась — значит, сахар есть. И только в XX веке научились определять его концентрацию с помощью реактивов.

Кетоновые тела. Раньше писали проще и понятнее: «ацетон». Но все же в моче не совсем ацетон, а так называемые обломки жирных кислот — кетоны. Они тоже указывают на диабет и, что еще важнее, на развитие очень серьезного состояния — кетоацидоза. Тяжелой интоксикации. Если человек болен диабетом и получает инсулин, наличие кетоновых тел в моче говорит, что инсулина мало — нужно добавить. То есть надо брать ноги в руки и мчаться к эндокринологу. Не стыдно даже скорую вызвать. Потому что присутствие кетонов намекает, что уже недалеко и до диабетической (кетоацидотической) комы. А могут ли кетоновые тела появиться без диабета? Да. Например, после сильного запоя или продолжительного голодания, к которому нередко прибегают полные люди. Распад алкоголя и жира всегда сопровождается выбросом кетоновых тел в кровь и появлением их в моче. Так что, если в моче есть кетоны и при этом нет глюкозы, следует задуматься. Возможно, в анализ вкралась ошибка. Или человек, сдавший его, много пил алкоголя или голодал накануне.

Наличие невысокой концентрации кетонов[14] в крови при ограничении в питании называется кетозом и считается нормальной реакцией на нехватку в пище углеводов и распад собственных тканевых жиров.

Реакция на кровь. Вы можете подумать: «Неужели так не видно?» Порой не видно. В отдельных случаях примеси крови настолько незначительны, что не изменяют окраску мочи. Чтобы их выявить, требуется специальный реактив, который уловит следы гемоглобина и железа. В норме, как вы понимаете, крови в моче быть не должно. Если же она есть, нужно в первую очередь внимательно обследовать почки. Отчего появляется кровь в моче? Из-за камня в почке или опухоли. Обычно то и другое обнаруживают благодаря УЗИ. Но бывает и наоборот: сначала человек сдал анализ, и лаборант отметил реакцию на кровь. Это прозрачный намек: бегом на УЗИ, компьютерную томограмму или МРТ!

Билирубин, уробилиноиды, желчные кислоты. Эти три показателя однозначно сообщают, что есть проблемы с печенью: гепатит, цирроз, опухоль, желчнокаменная болезнь с механической желтухой, эхинококк. Все, что может привести к разрушению клеток печени и снижению ее работоспособности.

Обычно данные показатели не обнаруживаются у цветущих, здоровых людей, а лишь подтверждают тяжесть течения заболевания у печеночных больных.

Индикан. Очень забавный параметр. Далеко не все врачи и лаборанты знают, зачем он нужен. Индикан указывает на высокую концентрацию в крови индола — вещества, которое образуется при гниении белка, протеинов. Индикан может появиться в моче у обжоры, который слопал целого быка. Или у человека, фактически гниющего изнутри. В общем, это устаревший параметр, который не имеет существенного значения для диагностики. Он сохранился на бланке как анахронизм, в современных результатах «от автомата» его нет.

Теперь переворачиваем бланк и видим результат микроскопического исследования мочи и ее осадка.

Эпителий. Наличие в моче эпителия свидетельствует о воспалении. Тип эпителия указывает на место воспаления: плоский соответствует мочеточнику, переходный — мочевому пузырю, почечный — почке (что ясно из названия). Единицы в поле зрения допустимы в норме.

Лейкоциты. Воспаление без этих клеток не обходится. При острых процессах их много, при хронических и вялотекущих — мало. Единицы в поле зрения — норма.

Эритроциты. Это, как вы помните, клетки красной крови. В норме их в моче быть не должно, хотя иногда они могут появляться в единичном числе, и это не патология. Но когда эритроцитов много, следует обратить внимание на их количество и внешний вид. Если они измененные, значит, пришли сверху, из почки, и моча успела их уже изрядно потравить и обесцветить. А вот если неизмененные — кровушка свеженькая, вероятнее всего из мочеточника, мочевого пузыря или даже уретры. Так как моча своими кислыми соединениями на них повлиять не успела.

Что делать? Думаю, срочно обратиться к урологу. Сами-то вы вряд ли справитесь с кровотечением, а неизмененные эритроциты и в большом количестве указывают именно на это.

Цилиндры. Вот уж над чем вам не стоит ломать голову.

В норме их нет, не должно быть. При заболеваниях почек цилиндры указывают на распространенность воспаления и поражения. Пожалуй, подробнее растолковывать ни к чему. Этот показатель важен специалистам. Сами по себе при здоровых почках цилиндры не появятся. Если нет никаких признаков воспаления, а цилиндры почему-то отмечены, переделайте анализ: вероятно, запись ошибочна. А если признаков нет, а цилиндры все-таки есть, то нужно насторожиться и очень тщательно исследовать почки — нельзя исключить опухоль или скрытое, бессимптомное воспаление, случайно обнаруженное, обычно при диспансеризации или профосмотре[15].

Слизь. Тоже свидетельствует о воспалении, в том числе недавно перенесенном. Характерна для цистита и уретрита.

Слизь вырабатывается эпителием и служит для смачивания. Если мочеточник и мочевой пузырь и так все время смочены, то уретру смачивать стоит, чтоб не слиплась. Это шутка… отчасти. Бокаловидные клетки в основном имеются в эпителии мочеиспускательного канала, и после любого уретрита они еще долго выделяют слизь. Ситуация похожа на ту, что происходит в носу при простуде. Неслучайно ведь народ называет уретрит[16] «мужским насморком».

Соли. В моче содержится три вида солей: ураты (соли мочевой кислоты); фосфаты (соли ортофосфорной кислоты); оксолаты (соли щавелевой кислоты). Их наличие косвенно намекает на состав камней, обнаруженных в почках при проведении ультразвукового или рентгеновского исследования. Но не всегда. Как показывает практика, бывает, что солей много одних, а камень совсем другой. Причина проста. Соли — параметр нынешний. То есть сегодня в моче больше одних, а, допустим, через неделю — других. Частенько это зависит от еды и питья. В то же время образование камня связано не столько с пищей, сколько с нарушением минерального обмена в организме. И хотя логика указывает на явную связь между видом солей и составом камней, в реальности это не факт.

Бактерии. Что это за показатель, может быть непонятно только тому, кто вообще не знает такого слова. Незначительное число бактерий (единицы в поле зрения) в норме допустимо, хотя и нежелательно. Такой вариант характерен скорее для женщин, чем для мужчин. Если бактерий много или они «сплошь в поле зрения», то это не моча, а гной. И тогда воспалительных явлений просто не может не быть. Считается, что в норме моча стерильна. А значит, присутствие в ней любых бактерий говорит либо о заносе извне (грязная посуда, руки не мыты), либо о нарушении элементарной гигиены мочевыводящих путей.

Три следующих анализа мочи я описываю лишь потому, что они были разработаны и послужили весьма достойно врачам нескольких поколений «старой школы». Может быть, кто-то где-то их по-прежнему назначает, а значит, может возникнуть вопрос: а как их понимать?

Анализ мочи по Нечипоренко[17]

Однажды уролог и онколог Александр Захарович Нечипоренко[18], исследуя мочу пациентов, обратил внимание, что она какая-то «неравномерная» — каждый день разная. И в одной из своих работ[19] он предложил, чтобы все пациенты сдавали мочу одинаковым образом: в одно время — утром (после сна) — первые и последние несколько миллилитров сливали в унитаз (мужчинам это проще), а среднюю порцию мочи направляли прямо в стерильную посуду. Думаю, читатель, прочитав методику сбора мочи, пожал плечами и сказал про себя: «А я всегда примерно так и сдаю».

В чем смысл такого анализа? Дело в том, что Нечипоренко, занимаясь воспалениями почек и почечных лоханок (пиелонефритами), отрабатывал методику поиска скрытых воспалений мочевыделительной системы (я о них уже писал выше). И его интересовала моча из средней порции, то есть не содержащая ни смыва из уретры (там живут свои бациллы), ни осадка из мочевого пузыря.

Особенность этого анализа еще и в том, что все элементы, обнаруженные в моче, подсчитываются по особой методике (напоминающей подсчет элементов крови). И нормы их содержания отличаются от аналогичных норм для обычного анализа мочи.

Например, то, что там подсчитывается в «единицах в поле зрения», тут имеет значения от 1000 и больше.

Итак, что ищет лаборант в анализе мочи, собранной по Нечипоренко?

Лейкоциты. До 2000 в 1 мл — норма, больше — воспаление.

Эритроциты. До 1000 в 1 мл — норма, если больше — серьезное воспаление с кровотечением.

Цилиндры (Ц). Норма: менее 20 гиалиновых цилиндров в 1 мл. Обнаружение любых других видов является патологией. Этот показатель нуждается в пояснении. Повышение количества гиалиновых цилиндров указывает на воспаление в почечной лоханке — пиелит; в сочетании с лейкоцитами — на гнойный (бактериальный) пиелит; а если в этой компании обнаруживаются в изрядном количестве эритроциты (измененные и неизмененные), то уж стопроцентно — на острый гнойный пиелонефрит. Последний может развиться сам по себе («стрельнула» инфекция из какого-нибудь очага, например из миндалин при хроническом тонзиллите или из кариесной гранулемы зуба, или при мочекаменной болезни (тут все очевидно: больной от почечной колики без рулетки высоту потолков измеряет, по стенам бегает, как Человек-паук, мочи у него мало, и она цвета мясных помоев), или вследствие восходящей инфекции (у женщин часто бывает переход от острого или хронического цистита к пиелонефриту).

Наличие любых других цилиндров (помимо гиалиновых): зернистых, восковидных, эритроцитных и эпителиальных — говорит о серьезных патологических процессах, развивающихся в почках. Если лаборант укажет «ед. в п. зр.», советую анализ переделать. Если же надпись «ед. в п. зр.» или особенно «много» повторится — поспешите к урологу или нефрологу. А если цилиндров окажется больше чем «много» — обратитесь к врачу немедленно.

Проба трех стаканов[20]

Не думайте, что этот анализ имеет отношение к уринотерапии. Он назначается, если анализ «по Нечипоренко» обнаружил и подтвердил наличие воспаления в почках.

Как правильно собрать мочу для трехстаканной пробы?

1. Воздержитесь от мочеиспускания в течение пяти часов.

2. Подмойте теплой водой (без мыла!) наружные половые органы.

3. Соберите мочу в три емкости: в первую — примерно 1/5 от общего объема мочеиспускания, во вторую — 3/5, в последнюю — 1/5.

4. Еще теплую мочу как можно скорее отправьте в лабораторию для исследования[21].

Что обнаружится в этих трех стаканах? И что, собственно, ищется?

Повышение уровня лейкоцитов в 1-й порции мочи при нормальном анализе во 2-й и 3-й свидетельствует о воспалении в мочеиспускательном канале. Оно может быть вызвано любым инфекционным агентом.

Повышение уровня лейкоцитов в 3-й порции при нормальных показателях в 1-й и 2-й свидетельствует о простатите.

Повышенный уровень лейкоцитов во всех трех порциях говорит о наличии воспаления в почках (пиелонефрит) или мочевом пузыре (цистит).

Повышение лейкоцитов в 1-й и 3-й порциях при норме во 2-й указывает на высокую вероятность сочетанного воспаления простаты и уретры (простатит + уретрит).

Анализ мочи по Зимницкому[22]

Завершая разговор о видах исследования мочи, расскажу еще об одном анализе. Когда врачу очень хочется оценить, как у больного в целом работают почки, назначается проба по Зимницкому[23], проще говоря «суточная моча». Тогда медсестра, словно официант, выставляет на тумбочке восемь бутылок, ласково приговаривая: «И чтобы все завтра утречком были полные!»

Утреннюю порцию пациент сдает как обычно или мочится в унитаз, а вот начиная со второй старательно заполняет все емкости, как уж у него получается. В придачу к бутылочкам понадобятся часы и блокнот, поскольку пациент должен не просто собирать «бесценную влагу», но и записывать, когда он ходил в туалет и сколько в течение дня потребил жидкости (количество капельниц врач сам узнает). В отличие от трехстаканной пробы эту мочу нужно хранить в холодильнике (естественно, не там, где лежат продукты). Вообще, желательно опорожнять мочевой пузырь в очередную емкость не когда хочется, а в определенное время; на бутылях даже проставлены рекомендованные часы: 9:00, 12:00, 15:00, 18:00, 21:00, 24:00, 03:00, 06:00. Если в указанный час моча не пошла, бутылка остается пустой, о чем делается запись. Главная задача анализа — определить концентрацию веществ, растворенных в моче. Мы все замечаем, что в течение суток моча может отличаться по цвету и запаху. Объем мочи при мочеиспусканиях, равно как и их частота, также бывает разным. Измерив плотность мочи, врач получает возможность определить общую концентрацию веществ в ней. Нормальной считается плотность, равная 1005–1035 г/л. Ее повышение свидетельствует об увеличении растворенных в моче органических веществ, снижение — об уменьшении.

Нормы анализа:

• общий объем суточной мочи — 1500–2000 мл;

• отношение потребленной жидкости к объему выделенной мочи (суточный диурез) — 65–80 %;

• объем дневной мочи — ⅔, ночной — ⅓;

• показатель плотности мочи в одной или нескольких бутылках — более 1020 г/л;

• показатель общей средней плотности суточной мочи (после смешивания всех восьми проб) — менее 1035 г/л.

Результаты пробы по Зимницкому позволяют подтвердить такие диагнозы, как сахарный диабет, пиелонефрит, почечная недостаточность[24].

Биохимический анализ крови

До последних десятилетий это исследование в основном делали в больничных условиях. А я застал еще ту пору, когда посмотреть подробную «биохимию» у больного было невозможно — довольствовались лишь некоторыми параметрами. Многие этапы исследования сейчас устарели: например, сулемовая и тимоловая пробы в наши дни не проводятся. И наоборот, холестерин анализируется более подробно, чем раньше. О чем говорят результаты биохимии крови?

Общий белок

Название говорит само за себя. Анализ показывает количество общего белка (ОБ), растворенного в плазме крови. Надо сказать, что белки разделяются на альбумины и глобулины (они получили название благодаря своей форме, которую принимают под действием реактивов во время исследования). Таким образом, общий белок представляет собой сумму альбуминов и глобулинов. Но так как в бланке анализов нет параметра «глобулины», он получается как бы методом исключения, остатка, т. е. вычитанием глобулинов из общего белка обнаруженных альбуминов. Чтобы впоследствии уже не возвращаться к глобулинам — кратко объясню, что это такое и имеют ли они диагностическое значение. Нормальный показатель ОБ: 50–85 мг%[25], или 6–8 г на литр плазмы (в пересчете на цельную кровь концентрация белка колеблется от 3,5 до 5 %)[26]. Недостаток ОБ в крови указывает на ряд проблем, из которых на первом месте — истощение на фоне голодания, на втором — тяжелая онкология, на третьем — эндокринные заболевания надпочечников, при которых синтезируется мало собственных кортикостероидных гормонов (кортизола) или нарушена функция гипофиза (это железа в головном мозге, которая управляет практически всей эндокринной системой). На четвертое место можно поставить почечную недостаточность[27], при которой белок теряется с мочой. Избыток белка — гиперпротеинемия — развивается по разным причинам. Например, вследствие системных заболеваний, сопровождающихся нарушением белкового обмена.

Если причина избытка ОБ неочевидна и пациент ни на что не жалуется, то нужно или пересмотреть анализ, или тщательно обследовать человека, чтобы выявить скрытые врожденные или приобретенные системные заболевания.

Глобулины

Лишний ОБ может возникать из-за глобулинов, которых существует четыре типа:

альфа-1 — 2–2,5 мг%;

альфа-2 — 1,5–5 мг%;

бета — 2–4 мг%;

гамма — 9–11 мг%.

Эти названия глобулины получили в ходе «древнего» исследования (которое еще в 1980-е было довольно популярным) — электрофореза белковых фракций. Сейчас он считается устаревшим и клинического значения не имеет, а раньше биохимические лаборатории гордились наличием жутко дорогого анализатора ЭФБ.

Общее значение глобулинов в норме — 15–23 мг%.

Что такое глобулины? Для начала буквально пару слов скажу об альбуминах: это строительный материал для клеток. Иначе говоря, это хранилище и динамический запас необходимых аминокислот, из которых клетки строят и ремонтируют себя, из которых состоят ферменты, антитела, различные биологически активные вещества — БАВ (или БАФ[28]). А глобулины — все остальные белки. В частности, антитела[29] (специфические и неспецифические), вырабатываемые клетками иммунной системы. Кроме них, к глобулинам относятся вещества, прямо или косвенно участвующие в воспалении (этот процесс все время идет в разных местах организма). Они так и называются — медиаторами воспаления.

Еще один представитель этого вида белков, являющийся посредником в иммунных реакциях, — комплемент[30] (не комплимент). Его роль в работе иммунитета весьма значительна. Помимо этих белков, есть и другие, назовем их абсанинами и преципитинами[31] — по типу реакций, благодаря которым их обнаружили (эти белки обнаруживали при воспалении и даже считали признаком какого-либо особого заболевания, например сифилиса). Зная количество ОБ и альбумина, можно понять, сколько процентов осталось глобулинам. Ненадолго займемся арифметикой: если количество общего белка — 75 мг%, альбумина — 40 мг%, значит, на долю глобулинов приходится аж 35 % от общего объема, а это много. Увидев такие цифры и сопоставив их с жалобами, состоянием пациента, результатами других анализов, врач должен сделать вывод о протекающем в организме серьезном воспалительном либо опухолевом процессе. Вот так незаметно мы и перешли ко второму параметру «биохимии» крови, который отражен на бланке.

Альбумин

Норма — 35–55 мг% (г/л). Как я уже говорил, альбумин — это хранилище аминокислот, из которого клетки берут нужные им «кирпичики». Мы получаем альбумин из пищи — в основном из животных и частично из растительных белков, которые поступают в организм с пищей, всасываются в кишечнике, превращаются в транспортную форму в печени и в таком виде циркулируют в плазме крови. Альбумины играют роль не только строительного материала, но и регулятора водного давления в трех основных резервуарах: крови, межклеточном пространстве (МКП)[32], клетке. При этом концентрация альбумина и глобулинов (то есть общего белка) в крови должна примерно равняться совокупной концентрации белков как в МКП, так и внутри клетки. Давление воды в русле крови, регулируемое белком, жирами (липидами) и солями, называется коллоидно-осмотическим давлением. Это важнейший параметр, который не позволяет тканям высыхать или отекать.

При абсолютном отказе от белковой пищи альбумины в течение некоторого времени могут полностью синтезироваться в организме. Но ему это тяжело дается, для него это стресс, большие затраты энергии, ситуация «из ряда вон». Впрочем, ненадолго — на 40–50 дней в году, не более, — от животной пищи можно отказываться, если, конечно, человек здоров. Тогда это будет не вредно и даже полезно.

Глюкоза

Она же сахар крови. От капиллярной глюкозы (той, что содержится в крови из пальца) отличается чуть меньшей концентрацией (на 12,5–15 %). Но разница настолько незначительна для диагностики, что на нее не обращают внимания. Так, если в крови, взятой из пальца, сахар равен 7,2 ммоль/л, то в плазме может быть 6,2–6,5. Концентрация глюкозы указывает на то, как данное вещество расходуется в организме. А точнее, она косвенно свидетельствует о достаточном количестве инсулина — гормона, который подобно ключику отпирает двери в клетках для молекул глюкозы. Если концентрация глюкозы выше нормы все время — и до, и после еды, — значит, инсулина в организме не хватает, и это прямо указывает на наличие сахарного диабета[33].

Если же глюкозы в крови слишком мало и даже после еды ее концентрация остается ниже нормы, значит, или имеется опухоль инсулинома, которая выделяет инсулин, или сахар не всасывается в кишечнике из-за нехватки в пищеварительном соке амилазы — фермента, расщепляющего крахмал. При этом неминуем понос, потому что сахар очень гидрофилен (тянет на себя воду). Недостаток глюкозы в крови всегда отражается на работе мозга: если остальные органы и ткани могут обходиться без сахара, то мозг — нет. Он сластена. Отсюда обмороки при гипогликемии, а в легких случаях — отупение, снижение внимания, усталость.

Холестерин

Одним словом, это жир. От жира в привычном понимании (то есть сала, соленого с чесночком на черном хлебе) холестерин отличается тем, что растворим в воде. А для этого он связывается с белком. На время, которое требуется, чтобы перенести его из кишечника после всасывания или из печени после синтеза туда, где он нужен. Правильно было бы назвать эту часть биохимического анализа «Липопротеиды» (буквально «жиробелки»). Холестерин — лишь особый вид липопротеидов, синтезируемый в печени исключительно для использования в качестве строительного или ремонтного материала. Но традиционно так сложилось, что данный параметр стали называть «Холестерин общий».

Общий холестерин — совокупное количество липопротеидов. Этот показатель начали исследовать одним из первых, как только создали реактивы для определения количества жира в сыворотке. Он отражает способность печени утилизировать жир, всасываемый в кровь, и вырабатывать собственные липопротеиды, применяемые для строительства клеточных мембран[34].

Норма: 2,9–8,8 ммоль/л.

Триглицериды (ТГ). Это чистый жир в прямом смысле слова: одна молекула глицерина и на ней — три молекулы жирных кислот. Вся конструкция сцеплена с белком, который на время обеспечивает салу растворимость в воде. Когда ТГ попадают в клетку — либо жировую (на склад), либо рабочую, например мышечную, — специальный фермент отрезает белковую молекулу, и она возвращается в кровь, а жир тратится по назначению. Количество ТГ влияет на вязкость крови, косвенно указывает на активность жирового обмена и работу печени. Их уровень может увеличиваться при жировом гепатозе (когда клетки печени забиты жиром, поступающим из кишечника). Этот параметр всегда повышается после употребления в пищу жирного мяса. А вот существенное снижение ТГ говорит о повышенном расходе жиров и о том, что некие процессы сжигают энергию. Если человек не спортсмен-циклик[35], то по снижению холестерина можно предположить рост какой-нибудь весьма недоброй опухоли.

Норма: 1,7–5,6 ммоль/л.

Липопротеиды высокой плотности (ЛПВП). Собственно, всю эту часть анализа (на холестерин) можно разделить на две части: триглицериды и липопротеиды. Как я уже говорил, ТГ — это запасы энергии. А ЛП — это стройматериалы. ЛП высокой плотности — нормальные высококачественные «кирпичи», сделанные по идеальной технологии, без спешки. Чем ниже плотность ЛП, тем хуже их строительные свойства. Так, ЛПВП можно сравнить с ровненькими, полированными кирпичами, одинаковыми и по размеру, и по форме, а ЛПНП (см. ниже) — с плодами труда пьяных кирпичников, у которых отсутствует даже представление о прямой линии, в структуре таких изделий полно включений и трещин, из-за чего кирпичи разваливаются и крошатся в руках.

Норма: 0,9–1,9 ммоль/л.

Липопротеиды низкой плотности (ЛПНП). В общем, понятно, что это плохие «кирпичи». В норме допускается их незначительное количество, потому что куда от брака денешься? А вот увеличение уровня ЛПНП указывает на то, что печень суматошно штампует брак и выбрасывает его в кровь. Именно они, а также липопротеиды очень низкой плотности — по сути, «обломки кирпичей» — откладываются на стенках сосудов в тех местах, где клетки выстилающей поверхности по разным причинам разрушены. Снижение количества ЛПНП подчинено общим законам: расход жиров связан или с голоданием, или с активным их потреблением, то есть с наличием опухоли.

Норма: 1,7–4,0 ммоль/л.

Липопротеиды очень низкой плотности (ЛПОНП). Это самые мелкие и легкие липопротеиды, этакое «кирпичное крошево», которое не может использоваться в качестве стройматериала. При атеросклерозе они играют ту же роль, что и груды строительного мусора на дороге (в нашем случае — в сосуде).

Норма: 0,13–1,6 ммоль/л.

Коэффициент атерогенности (КА). Параметр, который вычисляется с использованием всех показателей, полученных в лаборатории с помощью реактивов. Это отношение ЛПНП и ЛПОНП к ЛПВП и ТГ. Проще говоря, КА показывает, велик ли риск развития атеросклероза[36] у человека.

Норма: 2–2,5.

Билирубин

Пигмент желтого цвета. Когда его слишком много в составе желчи, она приобретает темно-коричневый, почти черный оттенок. Если по каким-либо причинам билирубин попадаетв кровь и оттуда — в ткани, то окрашивает их в желтый цвет: иногда веселенький канареечный, иногда с легким оттенком лайма — с зеленцой, а порой серо-желтый (в сочетании с анемией — нехваткой гемоглобина). По цвету кожи и слизистых оболочек, а также по развернутому анализу крови можно понять, что же случилось с печенью. Общий билирубин — это весь пигмент, который проникает в плазму и придает ей желтоватую окраску. Он состоит из двух видов билирубина: прямого и непрямого (или связанного и свободного).

Чем они отличаются? Чтобы это понять, нужно выяснить, откуда они взялись. Постараюсь объяснить как можно проще. Билирубин образуется из гема. Это «голова» гемоглобина — особое вещество довольно сложной структуры. К гему прицеплены четыре белковых хвостика, а в его середине покоится атом железа, который придает гему красный цвет и непосредственно участвует в захвате кислорода и углекислого газа. Откуда же берется билирубин? Из селезенки, где хоронят старые эритроциты: там с них сдирают «шкуру» — оболочку, а от гема отгрызают белковые цепочки и отправляют в печень. После размыкания кольцевой структуры гема, собственно, и получается билирубин.

Норма общего билирубина: 8,5–20,5 мкмоль/л.

Прямой (связанный) билирубин в печени связывается с белком. Это промежуточное состояние. Если количество данного вещества растет, значит, по каким-то причинам печень не может избавиться от желчи. Для механической желтухи (она возникает или вследствие камней в желчных протоках, или из-за опухоли, которая их пережимает) характерно повышение именно уровня прямого билирубина.

Норма: 4,3 мкмоль/л.

Непрямой (свободный) — это билирубин, не связанный с белком в клетках печени, потому что туда он еще не добрался. Он вышел из селезенки, но, придя к печени, вдруг узнал, что там его совсем не ждут, потому что печень или воспалилась из-за гепатита (А, В, С, Дельта или Е), или превратилась в кусок непонятно чего, называемого циррозом. Так что повышение уровня непрямого билирубина чаще всего указывает на воспаление печени или цирроз[37]. Однако есть немало других заболеваний, при которых данный показатель возрастает. Они не имеют отношения к печени — это различные анемии и отравления, ведущие к разрушению клеток крови.

Норма: до 17,1 мкмоль/л.

Добавлю, что количество билирубина может увеличиваться при заболеваниях крови, сердца, легких. Но все-таки наиболее часто он повышается при болезнях печени либо при нарушении ее функции на фоне других болезней.

Ферменты

Ферменты присутствуют во всех клетках. Наличие их в крови связано с тем, что клетки в организме регулярно гибнут и их содержимое попадает в кровь. Спонтанная гибель клеток — апоптоз, — это естественный процесс, если все не выходит за рамки нормы.

Трансаминазы. Повышение уровня трансаминаз (ТА) дает врачам основания предположить, что имеются проблемы с печенью. Здесь уместно будет сделать небольшое «лирическое отступление»: как правило, ни один анализ не определяет диагноз, а лишь подтверждает его, помогает медикам установить причину недомогания. Поэтому, если вдруг результаты биохимического анализа крови показали повышенное значение ферментов, но при этом человек, чью кровь исследовали, ни на что не жаловался и не демонстрировал никаких симптомов, то можно прийти к таким выводам:

• анализ ошибочный;

• анализ верный, но обследуемый — «партизан» и не сознается в том, что у него есть жалобы;

• имеет место скрытый процесс, который таким образом намекнул о себе, но пока не дал никакой клиники. Требуется дополнительное обследование.

Почему повышенное содержание ТА свидетельствует о проблемах с печенью? Потому что статистика указывает именно на это. С другой стороны, если человек перенес размозжение тканей (например, при синдроме длительного сдавления) и у него все трансаминазы взлетели до заоблачных значений, очевидно, что дело совсем не в печени. Собственно в анализе трансаминаз — две: АЛТ и АСТ. АЛТ — аланинаминотрансфераза и АСТ — аспартатаминотрансфераза. В клетках же у каждой аминокислоты есть своя трансаминаза.

Норма: для мужчин — до 41, для женщин — до 31 ед./л. Увеличение этого показателя указывает не на небольшое повреждение клеточной мембраны, а на полное разрушение клетки вместе с ядром. Поэтому повышение уровня ТА при воспалении, где бы оно ни было, ясно дает понять, что ткань отмирает и новая на ее месте вряд ли вырастет.

Ферменты-маркеры. ГГТ (гамма-глютамилтранспептидаза) — занимается прикреплением аминокислот, их перемещением.

Норма: до 32 — для женщин и 49 — для мужчин[38].

Повышение уровня этого фермента в крови обычно указывает на поражение клеток печени, например, при гепатитах или отравлении. Но если печень никак не заявляет о своей болезни, а, напротив, об этом заявили поджелудочная железа или почки, то весьма вероятно, что ГГТ попадает в кровь именно из указанных органов. Как и в случае с ТА, высокое значение этого параметра говорит о полном разрушении клеток.

КФК (креатинфосфокиназа) — фермент, участвующий в образовании энергии АТФ.

Норма: 10–110 МЕ.

Больше всего КФК — в мышечных клетках, то есть в скелетной мускулатуре и сердце. Следовательно, повышение его уровня указывает на разрушение клеток мышечной ткани[39]. Например, когда врачи видят клиническую картину инфаркта миокарда, но он никак не проявляет себя на ЭКГ, то большое содержание КФК в крови подтверждает диагноз.

ЛДГ (лактатдегидрогеназа) — веселый фермент, его не любят тренеры и спортсмены.

Норма: 0,8–4,0.

Он расщепляет молочную кислоту, которая образуется при неполном распаде глюкозы и забивает мышцы после тренировок, причиняя боль. Повышенный уровень ЛДГ указывает на перетренированность, на то, что клетки разрушились. То есть в них накопилось столько молочной кислоты, что она, притянув к себе много воды, вызвала разрыв клеточной мембраны и попадание ЛДГ в кровь. Также содержание фермента увеличивается при различных болезнях печени, почек, кишечника. Ее превышение указывает не только на гибель клеток, но и на недостаток кислорода в тканях, когда его не хватает для полного расщепления глюкозы до углекислого газа и воды.

ЩФ (щелочная фосфатаза) — участвует в переносе фосфора через клеточную стенку.

Норма: до 240 — для женщин, 270 — для мужчин.

Фосфор, как и кальций, в огромном количестве хранится в костях, а работает в мышцах. Он нужен для синтеза АТФ и все время расходуется, поэтому его запасы нужно постоянно пополнять. При нехватке фосфора в пище он вымывается из костей, а при достаточном поступлении — закачивается обратно. Таким образом, ЩФ обеспечивает вымывание и закачивание фосфора. Это фермент-насос. Его очень много в костях, мышцах, печени, а также в слизистой тонкой кишки, потому что именно здесь он добывает фосфор из пищи и отдает организму. Избыток ЩФ подтверждает, что в организме имеются проблемы с минеральным обменом и фосфора не хватает. Если при анализе обнаруживается, что его содержание в норме, а количество ЩФ тем не менее повышено, значит, она активно выводит минерал из костей. Следовательно, не за горами остеопороз и выпадение зубов. Почему анализ на ЩФ входит в комплекс исследований при диспансеризации? Дело в том, что при ряде заболеваний клинические проявления отсутствуют, а уровень ЩФ выходит за пределы нормы. Так, этот параметр может указывать на опухоль костной ткани, метастатическое поражение скелета, остеодистрофию, миеломную болезнь, лимфогранулематоз, рахит, гиперпаратиреоз[40].

Липаза — фермент, расщепляющий жир.

Норма: 0–190 ед./л.

Превышение его уровня в крови указывает на заболевание поджелудочной железы. Редко бывает так, что липаза выше нормы, а больной не замечает панкреатита или опухоли поджелудочной железы. Поэтому анализ подтверждает диагноз.

Амилаза — фермент, расщепляющий крахмал до глюкозы (откусывает молекулы глюкозы от молекулы крахмала). Его много в панкреатическом соке, который выливается в 12-перстную кишку. Содержание амилазы в крови должно быть очень невысоким — 28–150 ед./л, а для амилазы поджелудочной железы нормальный показатель — до 50 ед./л. Избыток фермента в крови и моче указывает на самопереваривание поджелудочной железы. И если пациент выживет, то его удел — инсулинозависимый сахарный диабет.

Креатинин

Это конечный продукт креатин-кининовой реакции при работе мышц, в которой участвует фермент КФК (см. выше). Креатинин содержит много азота и, попадая из мышц в кровь, удаляется из организма с пóтом или через почки с мочой. Поэтому рост данного показателя говорит о неправильной, плохой работе почек, то есть о развитии почечной недостаточности.

Норма: для мужчин — 62–106 мкмоль/л, для женщин — 44–80 мкмоль/л.

Мочевина

Конечный продукт переваривания — белкового обмена. Мочевины в организме образуется очень много, и она постоянно выводится с мочой и пóтом. Поскольку в молекуле мочевины содержится два иона аммиака, она придает моче аммиачный запах[41]. А когда нарушается работа почек, этот запах исходит от кожи человека. Мочевина очень токсична, если ее концентрация в крови выходит за пределы нормы.

Норма: 2,5–7,5 ммоль/л.

Креатинин и мочевина — маркеры (определители) такой опасной болезни, как хроническая почечная недостаточность (ХПН)[42].

Фибриноген[43]

Это белок, который выделяется печенью и клетками соединительной ткани — фибробластами. Он присутствует в крови и в любую секунду готов превратиться в другой белок — фибрин, который служит структурной основой тромбов и соединительной ткани. Фибрин — живой «пластырь», которым организм затыкает образующиеся отверстия и заклеивает раны.

Повышение фибриногена в сыворотке крови указывает на острое или хроническое воспаление. Избыток фибриногена повышает и вязкость крови.

Недостаток характерен для цирроза печени, дефицита витамина В_12, миелолейкоза.

Норма: 2–4 г/л.

С-реактивный белок

Или С-РБ[44] (произносится как «цэ эр бэ»). Относится к белкам активной фазы (БАФ), то есть фазы воспаления, и наряду с СОЭ (см. выше) подтверждает наличие воспаления, бактериального или аутоиммунного — в случае с ковидной инфекцией анализ приобрел особую актуальность, как очень грозный симптом «цитокинового шторма».

Норма: меньше 0,5 мг/л.

Превышение нормального уровня С-РБ свидетельствует о хроническом или остром воспалительном процессе. Анализ не указывает место воспаления, но однозначно сообщает, что оно имеется, и весьма серьезное. А нарастание значения С-РБ — признак обострения процесса, его расширения.

Электролиты

Это ионы[45], из-за чего их обозначают со знаком + или —. Наиболее часто проверяют уровень:

• калия (К+) — 3,5–5,5 ммоль/л;

• натрия (Na+) — 123–140 ммоль/л;

• кальция (Ca++) — 2,15–2,65 ммоль/л;

• хлора (Cl—) — 95–107 ммоль/л;

• железа (Fe++) — 14,3–22,5 ммоль/л.

Иногда смотрят:

• фосфор (P—) — 0,81–1,45 ммоль/л;

• магний (Mg++) — 0,8–1,2 ммоль/л.

Калий+ и натрий+. Эти показатели характеризуют работу почек. По снижению или накоплению калия врач может определить эффективность мочегонных, а критическое падение его уровня означает угрозу нарушения сердечного ритма, появления аритмий. Недостаток, как и избыток, натрия приводит к отекам, хотя и разным. Поэтому очень важно поддерживать эти два параметра в норме, о чем хорошо знают больные с ХПН, которые регулярно проходят гемодиализ и еженедельно или даже ежедневно контролируют содержание калия, натрия и хлора в крови.

Железо. Его недостаток приводит к анемии, снижению гемоглобина, а избыток — к образованию очень вредного вещества — гемосидерина, которое накапливается в печени, почках, легких и ухудшает их работу. Железо и белок трансферрин играют важную роль в местном иммунитете слизистых оболочек, поэтому недостаток Fe++ в крови может приводить не только к анемии, но и к ослаблению неспецифического иммунитета и повышенной угрозе заражения в условиях различных воздушно-капельных эпидемий.

Кальций, фосфор, магний. Они составляют основу скелета (который является их хранилищем), а кроме того, активно участвуют в работе мышечной ткани. Эти минералы поступают в организм с пищей, закачиваются в кости, и по мере надобности берутся оттуда, если в продуктах их не хватает. Есть только два анализа, которые способны диагностировать нехватку кальция в организме: анализ на ионизированный Са++ и на паратгормон (гормон паращитовидной железы). Последний выкачивает кальций из костей. А закачивает кальций в кости, когда его там не хватает, другой гормон — кальцитонин. При недостатке кальция и фосфора в пище и, как следствие, в крови увеличивается выброс паратгормона, который забирает кальций со «склада» (из костей), так что концентрация данных элементов все время вроде бы в норме, хотя иногда после длительных физических нагрузок опускается до нижней границы. При этом появляются болезненные судороги в мышцах, которые быстро проходят после еды, отдыха. Но если кальция продолжает не хватать в пище, то его содержание в костях продолжает уменьшаться. Большую роль в регуляции закачивания кальция играют женские половые гормоны, синтез которых снижается с наступлением климактерического периода. Происходит ли то же самое у мужчин? В гораздо меньшей степени. Но к старости остеопороз подкарауливает и их.

К дефициту указанных минералов также приводят нарушение их всасывания в кишечнике, отказ от молочных продуктов, хронический панкреатит или перенесенный панкреанекроз. В таких случаях без добавления в пищу ферментов[46] кальций в кровь и кости не попадет.

Анализ на свертывание крови (коагулограмма)

Кровь сохраняет свойства жидкости, пока течет внутри сосудов, пока целы стенки сосудов, а особенно внутренняя поверхность их. В крови имеется 13 факторов свертывания крови и несколько факторов… нет, не развертывания, а антисвертывания. То есть механизмы, препятствующие свертыванию, или даже растворения уже образованных тромбов[47].

Анализ крови на свертывание называется коагулометрией.

Одним из самых ранних методов оценки свертывания был довольно несложный метод: взять каплю крови из пальца на предметное стеклышко, засечь время и небольшой иголкой шевелить эту каплю, отметив начало появления сгустка и его полное формирование. Получаются три цифры: взятие крови (начало кровотечения) начало формирования сгустка и конец. В норме эти параметры должны укладываться в 3–6 минут от взятия до конца. Этот анализ называется «Время свертывания крови» (ВСК).

Выполнить его может обычная медсестра, как правило, в отделениях реанимации и кардиологии, где применяют антикоагулянты — лекарства, замедляющие свертывание крови.

Более технологический анализ, требующий специального прибора, — тромбоэластограмма. По сути, то же ВСК, только выполняемое не руками, а специальной мешалкой, соединенной с пером, которое на движущейся ленте показывает состояние крови в специальной камере при покачивании. Капля крови по мере твердения меняет форму рисунка-графика на миллиметровке.

Оценка свертывания крови по составу особых факторов выполняется уже с применением особых реактивов, но тоже оценивается качество крови в особых пробирках при постоянном помешивании с сохранением температуры — 20 °C или 37 °C.

В список анализа коагулограммы входят следующие параметры.

Протромбиновый индекс (ПТИ) — рассчитывается как отношение стандартного протромбинового времени (времени свертывания контрольной плазмы после добавления тканевого тромбопластина) к времени свертывания плазмы (без добавления тромбопластина) пациента и выражается в процентах (%).

Протромбиновое время (ПВ) — анализ капризный (не все лаборатории и врачи его любят) — показывает наличие I, II, V, VII и X факторов свертывания крови. Выполняется обычно по требованию лечащего врача или для вычисления МНО.

Международное нормализованное отношение (МНО) 0,95–1,1 — это стандартизованный в соответствии с международными рекомендациями показатель протромбинового теста. Он вычисляется по формуле: МНО = (протромбиновое время пациента / протромбиновое время контроля)  МИЧ, где МИЧ (международный индекс чувствительности) — коэффициент чувствительности тромбопластина относительно международного стандарта. МНО и ПТИ[48] — обратно пропорциональные показатели, то есть повышение МНО соответствует снижению ПТИ у пациента и наоборот[49]. Ниже 0,95 — риск появления тромбов, выше 1,2 (2–3–4 и т. д.) — риск кровотечений. МНО — удобный показатель для больных, постоянно принимающих антикоагулянты — лекарства для профилактики тромбозов.

Антитромбин III (АТ-3) — специфический белок системы свертывания крови. Основной его функцией является инактивация нескольких основных факторов свертывания, в том числе тромбина, и недопущение повышенного образования кровяных сгустков (тромбов). Норма для взрослых — 66–124 %. Недостаток — угроза тромбов, избыток — кровотечений.

Активированное частичное тромбопластиновое время (АЧТВ) — один из базовых показателей коагулограммы, оценивающий эффективность внутреннего пути свертывания крови. Открытый в середине прошлого века (1953 год), удобный и несложный в исполнении анализ быстро занял среди других лабораторных исследований достойное место, которое прочно удерживает и по сей день.

Значения базового параметра коагулограммы под названием АЧТВ находятся в зависимости от концентрации плазменных факторов (II, V, VIII, IX, X, XI, XII и фибриногена). АЧТВ измеряется в секундах. В большинстве случаев врачи придерживаются значений нормы в пределах 24–35 секунд, укорочение времени образования сгустка (показатель понижен) более чем на 5 секунд (19, 18, 17… секунд) при такой норме уже говорит о том, что внутренняя система коагуляции активирована и свертывание крови идет быстрее нормы (гиперкоагуляция). А удлинение до 40 секунд означает, что показатель повышен, расценивается как гипокоагуляция, когда кровь сворачивается медленнее, чем нужно.

Продукты деградации фибрина (ПДФ). У здорового человека в крови присутствует фибриноген. Продукты превращения фибриногена в фибрин находятся в минимальном количестве и растворяются по мере образования под действием фермента печени — фибринолизина. При некоторых заболеваниях под действием свободного тромбина идет постоянный процесс трансформации фибриногена в фибрин и накопление фибрин-мономерных комплексов, которые подвергаются действию фибринолизина. Активация фибринолиза сопровождается образованием продуктов деградации фибрина/фибриногена (ПДФ), которые взаимодействуют с фибрин-мономерами, увеличивая количество растворимых фибрин-мономерных комплексов (РФМК), — норма для различных лабораторий указывается в анализе своя, и отклонения (увеличение) указывают на развивающийся ДВС-синдром[50].

Этаноловый тест (ЭТ). При наличии в плазме комплексов фибрин-мономеров с продуктами фибринолиза и фибриногеном под влиянием этанола образуется желеобразный сгусток (положительный результат, + или 1). У здорового человека сгустка не образуется (тест отрицательный, — или 0).

D-димер (Д-Д) — это белковая фракция, результат распада фибрина в процессе растворения кровяных сгустков (фибринолиза). D-димер считается достаточно информативным показателем тромбообразования, поскольку механизм его выработки запускается одновременно с процессом формирования тромба. Анализ на D-димер позволяет оценить сразу два фактора: свертывание крови и растворение сгустков. Этот маркер дает возможность своевременно обнаружить дисбаланс между ними в случае заболеваний, связанных с кровообращением[51].

Фибриноген (фактор-1) (Ф) — определяется по количеству фибрина в анализе крови, в норме 0,4–0,6 г/л — повышение указывает на риск тромбозов и воспалительный процесс (как СОЭ[52]).

Са2+ (IV фактор) — один из наиболее стабильных показателей свертывания крови, контролируется гормонами: парат-гормоном и кальцитонином. Если вдруг выходит за границы нормы 2,15–2,5 ммоль/л — может привести при снижении к кровотечениям, при избытке — к отложениям в различных тканях — кальцинатам, обычно в местах воспалений.

Существует два пути свертывания: внешний и внутренний. Что это означает? Внешний — при повреждении стенки сосуда, кровотечении. В кровь выделяются тканевые факторы свертывания, ломаются тромбоциты, выделяя тромбин и фактор роста. Внутренний путь не связан с повреждением наружной стенки сосуда, это механизм образования тромба исключительно за счет факторов плазменных и их отклонения от нормы, а также появления различных токсичных веществ, ускоряющих свертывание или, наоборот, замедляющих. Так атеросклероз с отложением липидных бляшек на стенках сосудов в основном запускает именно внутренний путь, а хроническая интоксикация может вызвать потребление фибриногена и Са2+ и привести к кровотечениям.

Существует два типа коагулограммы — короткая и развернутая.

В короткую входят: ПТИ, ПВ МНО, ПДФ, этаноловый тест.

Развернутая включает все вышеперечисленные параметры, в том числе и дополнительные VIII, IX, X,XII факторы — по необходимости.

Кроме короткой коагулограммы часто назначается только один анализ МНО для оценки правильности подбора дозы антикоагулянта (варфарин), норма показателя для взрослого человека (от 16 лет) колеблется от 0,95 до 1,2 Ед.

Особую актуальность в свете пандемии COVID-19 получил показатель D-димер, который позволяет точно выявить событие, получившее название «цитокиновый шторм», и тромбоз сосудов в различных органах и тканях, вызванный им еще до проведения компьютерной томографии.

Стандартных коагулограмм (по показателям) не существует, набор показателей определяется лечащим врачом и требованием стандартов диагностики лечения различных состояний.

Анализ на гормоны внутренней секреции

Разговор о железах внутренней секреции[53] стоит начать с гипофиза — небольшой горошины в основании мозга. Гипофиз через гипоталамус (зона под таламусом — затылочными буграми) получает команды от мозга. Поэтому механизмы регуляции обмена веществ в клетках и тканях называются нейроэндокринными, что объясняет связь нервной, вегетативной и эндокринной (гормональной) систем. Гипоталамо-гипофизарная связь обеспечивает производство множества гормонов, управляющих работой остальных желез внутренней секреции. К их числу относятся железы: шишковидная, щитовидная, паращитовидная[54], вилочковая; надпочечники; яичники или семенники, а также сердце, почки, печень, кишечник. Наверняка еще немало будет открыто тканей и органов, обладающих эндокринной способностью[55].

Анализ крови на содержание гормонов не является широко распространенным. Лишь некоторые гормоны входят в список скрининговых — диспансерных. Обычно это гормоны половые и щитовидной железы. А при бесплодии у женщин проверяют уровни пролактина и андрогенов (мужских половых гормонов). Я не думаю, что стоит детально разбирать редкие анализы, поэтому остановимся на самых востребованных.

Гипофиз имеет две доли. Передняя выделяет следующие тропные гормоны, или тропины.

Адренокортикотропный гормон (АКТГ).

Норма: утром (в 8:00) — до 22 пмоль/л; вечером — 6 пмоль/л (пикомоль на литр).

Тиреотропный гормон (ТТГ).

Норма для взрослых: 0,2–3,2 мМЕ/л.

Фолликулостимулирующий гормон (ФСГ).

Норма для женщин:

• фолликулиновая фаза — 4–10 ЕД/л;

• фаза овуляции — 10–25 ЕД/л;

• лютеиновая фаза — 2–8 ЕД/л;

• период менопаузы — 18–150 ЕД/л.

Норма для мужчин: 2–10 ЕД/л.

Лютеинизирующий гормон (ЛГ) регулирует активность половых гормонов. Причем у женщин он стимулирует выработку эстрогенов, а у мужчин — тестостерона.

Недостаток ЛГ приводит к снижению либидо[56] и бесплодию. Избыток способствует преждевременному половому созреванию или чрезмерному — до маниакальности — либидо.

Используется при ЭКО[57] как медикамент в качестве гормонозаместительной терапии и подготовки организма женщины для подсаживания яйцеклетки.

Норма для женщин:

• фолликулиновая фаза — 1–20 ЕД/л;

• фаза овуляции — 26–94 ЕД/л;

• лютеиновая фаза — 0,61–16,3 ЕД/л;

• период менопаузы — 13–80 ЕД/л.

Норма для мужчин: 2–9 ЕД/л.

Соматотропный гормон (СТГ, соматотропин) — гормон роста. У детей и подростков стимулирует рост костей скелета, у взрослых способствует накоплению мышечной массы. Как и мелатонин, замедляет старение. Больше всего выделяется ночью.

Бесконтрольное увлечение СТГ с целью накачать мышцы может привести к утолщению костей, увеличению языка и появлению невралгических болей вследствие сдавливания нервов.

Норма:

• для взрослых мужчин — до 2 нг/мл;

• для взрослых женщин — до 10 нг/мл.

Пролактин (ПЛ) — гормон, регулирующий лактацию и активность яичников. При высоком уровне блокирует овуляцию. Отсюда вытекает теория, согласно которой в период грудного вскармливания женщины часто не способны забеременеть. Но как показывает практика, это далеко не обязательное условие.

Норма для небеременных женщин: 61–512 мМЕ/л.

Норма для беременных женщин:

• 12 нед. — 500–2000 мМЕ/л;

• 13–28 нед. — 2000–6000 мМЕ/л;

• 29–40 нед. — 4000–10 000 мМЕ/л.

Норма для мужчин: 58–475 мМЕ/л.

Кстати, чем раньше после пробуждения берется кровь на анализ, тем точнее результат.

Антидиуретический гормон (вазопрессин) регулирует обратное всасывание воды в почках. Отсюда и название (от «анти» — «против», «диуретический» — «мочегонный»). При его недостатке развивается несахарный диабет (от лат. diabetus — «мочеизнурение»), то есть не связанный с повышенным содержанием глюкозы в крови.

Норма зависит от осмолярности (осмотической активности — способности тянуть на себя воду) плазмы, этот фактор учитывается при оценке результатов анализа.

Ренин. Вырабатывается клетками почек. Первый в цепи регуляции артериального давления; изменяет тонус артерий — периферическое сопротивление сосудов.

Норма:

• при взятии крови лежа — 2,1–4,3 нг/мл;

• при взятии крови стоя — 5,0–13,6 нг/мл.

Ангиотензин-1 — второй из той же цепочки. Вся система так и называется — ренин-ангиотензиновой (РАС)[58]. Превращение осуществляет специальный ангиотензинпревращающий фермент 2 (АПФ2).

Норма: 11–88 пг/мл.

Ангиотензин-2[59] — третий элемент цепочки РАС. Собственно, он и сужает артерии, имеющие в своей стенке мышечный слой.

Норма:

• в венозной крови — 6–27 пг/мл;

• в артериальной крови — 12–36 пг/мл.

Альдостерон — гормон коркового вещества надпочечников, кортикостероид, минералокортикоид (то есть регулирует минеральный обмен).

В основном ориентирован на регулирование содержания в плазме крови натрия (Na+) и калия (K+). Через них косвенно участвует в регуляции артериального давления.

Норма для взрослых: 100–400 пмоль/л (4–15 нг/дл).

Мелатонин[60] — гормон эпифиза (шишковидной железы), регулятор суточных и сезонных ритмов. Его больше вырабатывается зимой, чем летом, и ночью, чем днем (в 30 раз). Мелатонин подавляет активность многих гормонов, участвующих в размножении, а благодаря подавлению гормонов надпочечников влияет на артериальное давление. Замедляет старение, усиливает активность иммунитета, противостоит развитию атеросклероза.

Норма: утром — 20 нг/мл; вечером — 55 нг/мл.

Кстати, бессонница у пожилых людей связана со снижением активности эпифиза и количества выделенного в ткани мозга и кровь мелатонина.

Состояние гормональной системы регуляции кальция

Паратгормон (ПТГ) — гормон паращитовидной железы, главная задача которого — извлекать кальций из костей, если его концентрация в крови уменьшается. Обычно это происходит на фоне активной физической работы и при недостаточном поступлении в организм с пищей, в частности с молочными продуктами и рыбой. Увеличенное содержание ПТГ говорит об активном вымывании кальция и угрозе развития остеопороза.

Норма: 8–4 нг/л.

Кальцитриол — провитамин D3 (становится таковым в коже под действием света). Он гормоном не является, но контролирует обмен кальция и фосфора, обеспечивает в почках обратное всасывание этих ионов в кровь из первичной мочи[61].

Норма: 25–45 пг/мл (60–108 пмоль/л).

Остеокальцин — маркер остеосинтеза (высвобождается при активной закачке кальция в кости). Его недостаток в крови свидетельствует о развитии остеопороза.

Норма:

• для детей — 39,1–90,3 нг/мл;

• для женщин — 10,7–32,3 нг/мл;

• для мужчин — 14,9–35,3 нг/мл.

Тиреокальцитонин — гормон щитовидной железы. Антагонист (противник) паратгормона. Главная его работа — закачивание кальция в кости и активация роста остеобластов (клеток — структурных элементов костей).

Норма: менее 150 пг/мл (нг/л).

Исследование содержания гормонов внутренней секреции позволяет понять, в каком состоянии в данный момент находится основная регуляторная система основного обмена, ее отклонения, искажения.

Иногда врач назначает различные анализы на какие-то конкретные гормоны (щитовидной железы, или надпочечников, или гипофиза), чтобы определить активность отдельной системы и принять решение: либо о лечении с замещением недостающих гормонов (ГЗТ), как это бывает при ослаблении функции щитовидной железы; либо об операции по удалению надпочечника, например при феохромоцитоме — доброкачественной опухоли со злым отношением к организму[62]. Выявленные отклонения в результатах обычно запускают цепочку дополнительных исследований, таких как УЗИ, КТ, МРТ или каких-то особенных вроде сцинтиграфии[63].

Состояние симпатико-адреналовой системы (САС)

Гормоны мозгового вещества надпочечников (катехоламины, КА)[64] регулируют тонус сосудов, имеющих мышечный слой в стенке. Действуют очень быстро. Но пока их концентрация высока — сосуды сужены, а как только она снижается — сосуды расширяются. Этим они отличаются от ангиотензина. Кроме того, в период стресса КА стимулируют расщепление гликогена в печени и повышение содержания сахара в крови. Оттого их и называют гормонами стресса.

Катехоламины частично уменьшают болевую реактивность. Подчеркну: не чувствительность, а именно реактивность — особое психологическое восприятие боли во время шока или под действием метамфетаминов. Как известно, эти вещества, стимулируя гиперпродукцию адреналина, истощают САС настолько, что возможен тяжелый коллапс (критическое снижение артериального давления, ослабление работы сердца и даже смерть). Именно в связи с риском коллапса торпидная фаза шока (после эректильной) считается опасной для жизни. Поэтому инструкция предписывает медикам, сталкивающимся с травматическим шоком, обязательно вводить обезболивающие, даже наркотические препараты, чтобы предотвратить развитие торпидной фазы.

В исключительных случаях, при отсутствии близкой медпомощи, для профилактики шокового состояния допустимо использовать алкоголь. Обычно достаточно 50–100 мл водки, чтобы добиться обезболивающего эффекта[65].

Нормы содержания КА следующие:

• адреналина в крови — меньше 88 мкг/л;

• норадреналина в крови — 104–548 мкг/л;

• адреналина в моче — до 20 мкг/сут;

• норадреналина в моче — до 90 мкг/сут;

• метанефринов общих в моче — 2–345 мкг/сут;

• норметанефринов общих в моче — 30–440 мкг/сут.

Последние два вещества являются продуктами превращения адреналина и норадреналина. Их повышенное содержание в моче свидетельствует о вероятном росте опухоли надпочечника — феохромоцитоме.

Функция поджелудочной железы

Инсулин вырабатывается особыми клетками поджелудочной железы. Был первым человеческим гормоном, искусственно синтезированным в промышленных масштабах (до этого использовался инсулин, добываемый из свиней).

Норма: 3–17 мкЕД/мл.

Избыток инсулина обычно характерен для морбидного[66] ожирения и предшествует развитию инсулинрезистентного (невосприимчивого к инсулину) сахарного диабета. Так, у больных с ожирением уровень этого гормона может быть в два и даже два с половиной раза выше нормы.

С-пептид — побочный продукт синтеза инсулина. Его сниженное содержание в крови свидетельствует об уменьшении производства инсулина и возможном сахарном диабете.

Норма: 0,5–3,0 нг/мл.

Глюкагон — гормон поджелудочной железы, антагонист инсулина по отношению к глюкозе. Если инсулин загоняет глюкозу в клетку, где митохондрии сжигают ее и получают АТФ, то глюкагон, наоборот, подобно адреналину сперва дожидается, пока организм потратит собственный запас крахмала — гликогена, а потом запускает синтез глюкозы из подручных материалов. В частности, он способствует расщеплению запасов жира. В отличие от адреналина он работает не в период стресса, а когда нужна энергия на повседневные нужды, но извне она не поступает. На какое-то время глюкагон начинает расходовать НЗ, хранящийся в печени.

Норма: 60–200 пг/мл.

Соматостатин — антагонист соматотропина (гормона роста).

Используется как лекарственный препарат при некоторых заболеваниях, связанных с избыточным синтезом СТГ.

Норма: 10–25 нг/л.

Панкреатический пептид (ПП) — регулирует активность поджелудочной железы и стимулирует выработку желудочного сока.

Может играть роль в диагностике и прогнозе гастрита с повышенной кислотностью и воспаления слизистой 12-перстной кишки.

Норма: 13–75 пг/мл.

Функция почек и кроветворение

Эритропоэтин (ЭП) — гормон, вырабатываемый почками в ответ на сниженный уровень кислорода в крови, которая в них поступает. А это происходит при недостаточном содержании кислорода в атмосфере или нарушенном усвоении кислорода легкими в результате воспаления или разрушения их внутренней поверхности (например, из-за курения или работы в пыльной атмосфере; профзаболевания шахтеров — силикоз, антракоз).

ЭП увеличивает синтез эритроцитов и, как следствие, гемоглобина.

Применяется в качестве лекарства при анемиях для стимуляции костного мозга, а также при хронической почечной недостаточности в период проведения гемодиализа и после трансплантации, если приходится использовать химиопрепараты, препятствующие отторжению тканей.

Норма:

• для мужчин — 5,6–28,9 ЕД/л;

• для женщин — 8,0–30,0 ЕД/л.

Антидопинговое агентство ВАДА признало синтезированный эритропоэтин допингом и запретило спортсменам использовать его во время соревнований, а также в период подготовки к ним[67], если нет медицинских показаний — например, хронической почечной недостаточности и тяжелой анемии. Эти исключения требуют оформления специальной документации для допуска к соревнованиям.

Гормоны щитовидной железы

Общий тироксин — Т3 и Т4. По сути, это один и тот же гормон (тироксин) в предшествующей и окончательной формах. Уровень Т3 изменчив в течение суток, он активнее, чем Т4. Но изучение уровня Т4 важнее в диагностическом плане. Поэтому, чтобы проверить работу щитовидной железы, рекомендуется делать анализ на Т4: это дешевле и точнее.

Нормы:

• свободный Т4 — 10,3–24,5 пмоль/л;

• свободный Т3 — 2,3–6,3 пмоль/л.

Тиреотропный гормон (ТТГ) — гормон гипофиза, регулирующий работу щитовидной железы.

Снижение его уровня при повышенном содержании Т4 говорит о гипертиреозе. Если же растут оба показателя, стоит сделать анализ в другой лаборатории, потому что кто-то врет: или реактив, или лаборант.

Норма: 0,4–4 мкМЕ/мл.

Антитела к тиреоидной пероксидазе (АТПО). Очень важный показатель, только характеризующий не уровень гормонов, а наличие аутоиммунного тиреоидита (АИТ) — воспаления щитовидой железы с последующим развитием гипотиреоза[68].

Норма: меньше 35 МЕ/мл.

Исследование кишечного содержимого

Говоря простым языком, речь идет о фекалиях. Нужное исследование? В нынешнее время его роль довольно существенно сузилась, но иногда врачи любопытствуют, что же в толстой кишке у больного творится.

Сегодня кал проверяют на яйца гельминтов и на скрытую кровь, а также на бактериальный состав (в последнем случае важно пишут: «Бактериологическое исследование кала»). Что ищет и надеется найти врач в кишечном содержимом и какое диагностическое значение оно (исследование, а не содержимое) имеет?

В былые времена анализ кала, как и анализы крови и мочи, входил в обязательный комплекс обследования. Сейчас с этим проще. Люди стали питаться лучше и разнообразнее, в аптеках есть разные лекарства, восстанавливающие микрофлору в кишке.

Поэтому интерес к калу обостряется, как правило, во время сезонных кишечных инфекций вроде энтерита, дизентерии, холеры, брюшного тифа или при подозрении на червей, заселившихся в кишечнике. И еще, может быть, если нет технической возможности забраться через анус в толстую кишку и изучить ее слизистую вооруженным глазом на предмет полипов и язвочек[69] (кал изучают на скрытую кровь).

В вопросе же о значимости бактериологического исследования кала (на дисбактериоз) мнения медиков расходятся.

Начнем с червей. В норме их быть не должно. Но они бывают, причем если заселяются, то уговорить их выселиться крайне трудно, приходится применять ядохимикаты и травить паразитов, тем более что мигрантами их можно назвать с большой натяжкой: работать на организм они не станут никогда, тогда как их продукты жизнедеятельности очень токсичны, да и ведут они себя довольно нагло и бесцеремонно.

При макроскопическом и микроскопическом исследовании кала лаборант может узнать, чем питался пациент и какие процессы протекают в кишке.

Процессы брожения или гниения? Чего больше — дрожжевых грибов или гнилостных бактерий?

Изучая пищеварение, так сказать, с выхлопного конца пищеварительной трубы, врач обычно узнает о болезнях толстой кишки. Кроме бактерий, грибов и остатков пищи, лаборант может заметить кусочки ее слизистой оболочки — ворсинки, которые иногда опадают, как осенние листья, — и судить о наличии колита или даже опухоли.

Нужно ли делать такой анализ? Да, если у врача есть подозрения и сомнения, но других инструментальных исследований сделать нет возможности. Как сказал один ученый: «Если мы изучаем дельфинов в море, при отсутствии дельфинов — будем изучать море». Так что исследование кала — это весьма информативный метод изучения работы пищеварения при невозможности изучить ее другими способами.

Поверьте, интерес к фекалиям у профессионала — это не блажь. Прежде чем отправить пациента в кабинет эндоскописта, который находится в нескольких сотнях километров, для прохождения довольно дорогостоящей колоноскопии, врачу стоит для начала провести исследование кала. А, скажем, при наличии жалоб на болезненность по ходу толстой кишки, перед тем как поставить диагноз СРТК (синдром раздраженной толстой кишки), медик изучит ее содержимое и затем уже направит на эндоскопию. Общее исследование кала называется копрологией, или копрограммой. Оно помогает диагностировать заболевания органов пищеварения и оценить результаты лечения.

Копрограмма включает физико-химические показатели и данные микроскопических исследований. При этом учитываются следующие параметры.

Количество. Меньше нормы бывает при запорах. Больше нормы — при нарушении поступления желчи, недостаточном переваривании в тонкой кишке, колите с поносом, колите с изъязвлениями, ускоренной эвакуации из тонкой и толстой кишок.

Консистенция. Плотный, оформленный кал бывает в норме, а также при недостаточности желудочного пищеварения; мазевидный — при нарушении секреции поджелудочной железы и отсутствии поступления желчи; жидкий — при недостаточном переваривании в тонком и толстом кишечнике; кашицеобразный — при бродильной диспепсии; пенистый — при бродильной диспепсии; овечий — при колите с запором.

Цвет:

• черный или дегтеобразный — при желудочно-кишечных кровотечениях;

• темно-коричневый — при недостаточности желудочного пищеварения, гнилостной диспепсии, колите с запором, колите с изъязвлениями, повышенной секреторной функции толстой кишки, запорах;

• светло-коричневый — при ускоренной эвакуации из толстой кишки; красноватый — при колите с изъязвлениями; желтый — при недостаточности переваривания в тонкой кишке и бродильной диспепсии;

• светло-желтый — при недостаточности поджелудочной железы; серовато-белый — при непоступлении желчи в кишечник.

Запах:

• гнилостный — при недостаточности желудочного пищеварения, гнилостной диспепсии, колите с запором, двигательных расстройствах кишечника;

• зловонный — при нарушении секреции поджелудочной железы, отсутствии поступления желчи, повышенной секреторной функции толстой кишки;

• слабый — при недостаточности переваривания в толстой кишке, запорах, ускоренной эвакуации из тонкой кишки;

• кислый — при бродильной диспепсии.

Реакция (pH):

• слабощелочная — при недостаточности переваривания в тонкой кишке;

• основная (щелочная) — при недостаточности желудочного пищеварения, нарушении секреции поджелудочной железы, колите с запорами, колите с изъязвлениями, повышенной секреторной функции толстой кишки, запорах;

• резко основная — при гнилостной диспепсии;

• резко кислая — при бродильной диспепсии.

Стеркобилин — продукт превращения билирубина, входящий в состав желчи. Отсутствие стеркобилина в кале (ахоличный кал) свидетельствует о закупорке камнем или сдавлении опухолью общего желчного протока. Уменьшение количества стеркобилина наблюдается при вирусных гепатитах или частичной закупорке общего желчного протока. Повышение уровня стеркобилина возникает в результате гемолиза (разрушения) эритроцитов, например при гемолитических анемиях или усиленном желчеотделении. В отличие от билирубина реакция на стеркобилин в норме положительная.

Билирубин. Появляется при усиленной перистальтике и ускоренной эвакуации из кишки, при длительном приеме антибиотиков и сульфаниламидных препаратов (подавление микрофлоры кишечника при дисбактериозах).

Характерно, что у новорожденных и детей грудного возраста с калом выделяется неизмененный билирубин, в связи с чем испражнения имеют характерный зеленоватый цвет. Реакция на билирубин остается положительной до пятимесячного возраста, затем параллельно с билирубином начинает определяться стеркобилин в результате восстанавливающего действия нормальной бактериальной флоры толстой кишки. К шести-восьми месяцам в кале определяется только стеркобилин.

Выявление в кале взрослого человека неизмененного билирубина указывает на то, что нарушен процесс восстановления билирубина в кишечнике под действием микробной флоры.

Самые частые причины: во-первых, подавление жизнедеятельности бактерий кишечника под влиянием больших доз антибиотиков (дисбактериоз кишечника); во-вторых, резкое усиление перистальтики кишечника.

Растворимый белок. Определяется при гнилостной диспепсии, колите с изъязвлениями, повышенной секреторной функции толстой кишки, кровотечениях, воспалительных процессах.

Мышечные волокна. Обнаруживаются в первую очередь при недостаточности желудочного пищеварения, нарушении секреции поджелудочной железы и процессов всасывания в кишечнике. Наличие мышечных волокон в кале сопровождается картиной гнилостной диспепсии.

Соединительная ткань. Присутствует при недостаточности желудочного пищеварения и при функциональной недостаточности поджелудочной железы.

Нейтральный жир. Обнаруживается при недостаточной секреторной функции поджелудочной железы.

Жирные кислоты. Обнаруживаются при отсутствии поступления желчи, недостаточности переваривания, ускоренной эвакуации из тонкой кишки, бродильной диспепсии, недостаточной секреции поджелудочной железы или ускоренной эвакуации из толстой кишки.

Крахмал. Определяется при нарушении секреции поджелудочной железы, недостаточности переваривания в тонкой кишке, бродильной диспепсии, ускоренной эвакуации из толстой кишки, недостаточности желудочного пищеварения.

Мыла. Присутствуют в кале в избыточном количестве при всех состояниях, перечисленных для жирных кислот, но с тенденцией к запорам.

Йодофильная флора. Обнаруживается при недостаточности переваривания в тонкой кишке, бродильной диспепсии, ускоренной эвакуации из толстой кишки, нарушении секреции поджелудочной железы.

Переваримая клетчатка. Выявляется при недостаточности желудочного пищеварения, гнилостной диспепсии, отсутствии поступления желчи, недостаточности переваривания в тонкой кишке, ускоренной эвакуации из толстой кишки, бродильной диспепсии, недостаточной секреции поджелудочной железы, колите с изъязвлениями.

Слизь. Определяется при колите с запорами, изъязвлениями, при бродильной и гнилостной диспепсии, повышенной секреторной функции толстой кишки.

Эритроциты. Выявляются при колите с изъязвлениями, дизентерии, геморрое, полипах, трещине прямой кишки. Скрытая кровь — при язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки, а также при злокачественных заболеваниях желудка и кишечника.

Лейкоциты. Обнаруживаются при колите с изъязвлениями. Появление в кале лейкоцитов при параинтестинальном абсцессе указывает на его прорыв в кишечник, при наличии опухоли — на ее распад. В общем, лейкоциты в кале — это гной или фрагменты язвенного воспаления. Это так же плохо, как и наличие эритроцитов.

Кристаллы Шарко-Лейдена. Выявляются при амебной дизентерии и попадании в кал эозинофильных гранулоцитов (аллергия, глистная инвазия).

Кристаллы гемосидерина. Выявляются после кишечных кровотечений.

Лямблии. Вегетативная форма и цисты присутствуют при лямблиозе. Обычно вегетативная форма обнаруживается только при профузных поносах или после действия сильных слабительных.

Дизентерийная амеба (Entamoeba histolytica). Вегетативная форма и цисты обнаруживаются при амебной дизентерии только в свежих фекалиях.

Balantidium coli. Вегетативная форма и цисты присутствуют при балантидиазе[70].

2. Немного о грустном, или что такое онкомаркеры?

Есть темы, которые не приносят радости. И к некоторым вопросам, которые задают знакомые, я теперь всегда отношусь настороженно. Когда знакомые спрашивают, как понимать те или иные изменения в анализе, особенно если эти изменения довольно ярко указывают на что-то опасное, сперва стараюсь выяснить, а зачем им это нужно. Вообще подобные вопросы, как я уже имел опыт убедиться, обычно ничего хорошего за собой не влекут. Лучше на них не отвечать.

Одна знакомая зашла ко мне на работу. Процедуры закончились, я оформлял карты. Мы мило беседовали, и вдруг она спросила:

— Слушай, СА-125 сто пятьдесят, это что значит?

Я внутренне напрягся. Дама довольно молодая, тридцати еще нет, разведена, дети есть.

— Это у кого?

— У меня, — ответила она довольно спокойно, — сказали еще НЕ-4 сделать, это что?

Я позвонил гинекологу из нашей клиники и обрадовался, что она на приеме, что сейчас у нее никого нет. Схватил знакомую за руку и повлек на другой этаж. Она не вырывалась, но канючила:

— Ты можешь объяснить куда? Зачем?

На УЗИ врач увидела образование размером с голову ребенка. Сантиметров 10 в диаметре. И теперь она уже звонила своим знакомым в НИИ акушерства и гинекологии, выясняя, кто и как быстро может принять мою знакомую из гинекологов-онкологов. А через неделю ей сделали операцию и удалили здоровенную опухоль яичника. Еще несколько месяцев химиотерапии. И вот она снова пришла ко мне попить чаю и поболтать. Она теперь отлично знала, что такое СА-125 и чем опасно это явление.

Кстати, я ей в тот раз так и не успел объяснить, что же это за анализ. Но она поняла, и потом ей объяснили онкологи.

Но намного раньше, в юности, когда я учился в медучилище и уже полагал себя корифеем, разбирающимся во всех вопросах (синдром молодого специалиста), мне позвонил бывший одноклассник, с которым мы крепко дружили в школьные годы. Он спросил:

— Андрей, скажи, 80 % ожогов второй-третьей степени — это очень серьезно?

Я, к тому времени уже посещавший занятия по хирургии (а в рамках этого курса нам немного давали и комбустиологию — лечение ожогов), беспечно и с авторитетностью в голосе выдал:

— Да это полная… задница! С такой площадью поражения больные не выживают. Ты сам посуди: такая поверхность, да еще глубина! Там наверняка почки блокировались! А возраст какой?

Он ответил:

— Семьдесят пять лет… — и добавил: — Это мой дед, он сейчас в реанимации.

Больше он мне никогда не звонил. В 19 лет мы не понимаем простых вещей. Приятно ощущать себя опытным специалистом! Но тяжело из-за глупости и черствости терять друзей.

Теперь, когда мне звонят с вопросами «А ПСА — это что такое? А когда в три раза выше нормы, это очень серьезно?» или «Что такое „холодный“ узел в щитовидке?», я первым делом спрашиваю: «У кого? Как обнаружили? Где делали? Что беспокоит? Это было целевое исследование или диспансерный[71] скрининг? А с какой целью интересуетесь?» А затем думаю, как бы помягче объяснить серьезность результата.

Онкомаркеры (ОМ). Что они собой представляют? Откуда взялись и почему им сейчас придают такое важное значение в профилактике онкологических заболеваний? Итак, онкомаркеры — специфические вещества, которые обнаруживаются в крови или моче больных раком. Обычно это белки мембраны раковой клетки, которая погибла под ударами цитотоксичных ядов, выделенных «нормальными киллерами» — NK-клетками, палачами из «управления клеточного надзора» (так в шутку можно назвать систему клеточного контроля иммунитета (СКК). В общем, СКК следит за появлением в организме раковых клеток и быстренько их уничтожает. А онкомаркеры — белки-рецепторы, которые позволяют иммунитету выявить раковую клетку. Собственно, логика этого процесса и навела в свое время Г. И. Абелева и Л. А. Зильбера на мысль: если иммунитет отыскивает раковую клетку, а главное — отличает от здоровой, что мешает подобрать нужный реактив и тоже находить если не саму клетку, то вещества, которые из-за нее появляются в крови?

Первым из онкомаркеров был обнаружен альфа-фетопротеин (альфа-ФП) — белок, вырабатываемый плацентой у беременных. У небеременных он указывает на злокачественную опухоль яичника.

Норма: до 15 нг/мл.

Повышенное содержание альфа-ФП может быть признаком:

• первичного рака печени (гепатоцеллюлярной карциномы);

• метастазов других злокачественных опухолей в печень (при раке молочной железы, прямой и сигмовидной кишки, легких);

• тератокарциномы желточного мешка, яичника или яичек (эмбрионального рака).

Кроме того, уровень альфа-ФП может повышаться и не при раковых заболеваниях, хотя столь же серьезных: циррозе печени, остром гепатите, хронической почечной недостаточности.

А при беременности это намекает на вероятные пороки развития плода[72].

Простато-специфический антиген (ПСА, PSA). Один из самых точных маркеров рака простаты. Увеличение его уровня от анализа к анализу указывает на активность роста клеток, а значит, является абсолютным показанием для удаления органа. Биопсия простаты может не обнаружить атипичной ткани из-за того, что объем опухоли очень мал и попасть в нее иглой не всегда удается.

Норма: до 4 нг/мл.

Повышенное содержание ПСА означает, что пациент носит в себе «бомбу с часовым механизмом», которая рано или поздно «взорвется» метастазами. И это повод для операции. Не экстренной, а плановой. Но делать ее нужно как можно скорее, если анализы подтвердили, что опухоль растет.

Любые промедления и отсрочки, попытки лечиться народными средствами: мочой молодых поросят и ядами гремучих змей с левого берега Амударьи, алтайскими травками и бортовым медом таежных или горных пчел — все это прямая дорога в хоспис и на кладбище. Извините за прямоту.

Раково-эмбриональный антиген (РЭА). Его синтез у взрослых подавлен почти полностью.

Норма: до 0,5 нг/мл.

Повышенный уровень указывает на возможный рак в пищеварительной трубе[73]. Если точнее, это может быть рак:

• желудка, толстой кишки, прямой кишки;

• в меньшей степени — легких, молочных желез;

• возможно или как подтверждение к специфическим онкомаркерам — яичников, матки, простаты.

Стандартный антиген 125 (СА-125). Маркер антигена рака яичников. Как и ПСА, не намекает, а достоверно указывает на наличие и рост опухоли, что является показанием к срочной плановой[74] операции. Если значение параметра находится на верхней границе или чуть выше нормы, это означает, что необходимо регулярно делать УЗИ органов малого таза и контрольные анализы на СА-125 и РЭА.

Норма: 0–30 МЕ/мл.

Онкомаркер СА 15–3. Специфический онкомаркер рака молочной железы.

Норма: 0–22 ЕД/мл.

Концентрация более 30 МЕ/мл указывает на патологию и требует немедленной маммографии, УЗИ и в целом повышенного внимания к молочным железам (не только со стороны противоположного пола, хотя именно это внимание иногда помогает своевременно обнаружить уплотнение в груди).

Этот онкомаркер эффективен в определении рецидивов рака молочной железы после удаления и успешных курсов химиотерапии.

Хорионический гонадотропин человека (ХГЧ).

Норма: 0–5 МЕ/мл.

Значение более 10 МЕ/мл у женщин наблюдается при трофобластических опухолях (особенно при хорионкарциноме яичника или плаценты), а у мужчин — при раке яичек. Любые результаты, превышающие норму, требуют специального обследования с биопсией органов, в которых может развиваться опухоль.

UBC (Urinary Bladder Cancer). Маркер рака мочевого пузыря. Высокоспецифичный тест, эффективный на ранних стадиях. Абсолютное показание для цистоскопии и диагностической резекции мочевого пузыря. UBC определяют в моче, находящейся в мочевом пузыре не менее трех часов.

Норма: 0,12 Ч 10–4 мкг/мкмоль.

При злокачественном поражении мочевого пузыря концентрация UBC повышается до 20,1–110,5 Ч 10–4 мкг/мкмоль.

Онкомаркеры — это не всегда рак. Да, это намек, а в случаях с ПСА или СА-125 — весьма «толстый» намек, практически уверенность, как я описал в начале главы. Но, во-первых, нужно обследоваться и убедиться в наличии опухоли. А во-вторых, стоит проверять не один онкомаркер, а несколько, чтобы опровергнуть сомнения или убедиться, что опухоль все-таки очень вероятна. Каким сочетаниям надо уделять внимание?

• Рак желудка: РЭА и СА-242.

• Рак поджелудочной железы: СА-242 и СА 19–9.

• Рак яичек: АФП и ХГЧ.

Одновременное повышение показателей СА 19–9, РЭА и альфа-ФП свидетельствует о метастазах в печень, что достоверно подтверждается УЗИ или МРТ.

3. Как понимать электрокардиограмму?

Казалось бы, зачем немедику понимать то, что не всем медикам бывает понятно? Чтобы прояснить этот момент, расскажу вам одну историю.

Случай из жизни

Звонит мне как-то знакомая дама лет шестидесяти и с неподдельной тревогой в голосе вопрошает:

— Андрей, у тебя есть знакомый кардиолог?

— Найду, конечно, а зачем? Может, я могу чем-то помочь?

— Я тут получила заключение ЭКГ. Там такие ужасы написаны.

— Ну, прочитай мне эти ужасы, — говорю я, а самого невольно тянет улыбнуться; хорошо, что она не видит.

И вот она зачитывает:

— Там немного циферок, и вот словами: «Ритм синусовый, шестьдесят семь в минуту, отклонение электрической оси влево, изменения миокарда левого желудочка, единичные желудковые[75] экстрасистолы». И там еще «пэ-ку» и «ку-эр-эс». А вот еще: «Признаков ишемии не обнаружено».

— И что тебя напугало?

— Да все! Где тут синус? Все такое остренькое! Никакой синусоиды нет. И еще эти изменения миокарда. Ты скажи, я скоро умру?

Я удержался от шутки. Человек реально встревожен. Надо успокоить, а не подтрунивать. Объяснил знакомой, что все описанные в ЭКГ параметры абсолютно нормальны и никаких проблем в сердце не обнаружилось. Вроде она успокоилась. Но я понял, что непременно должен объяснить немедикам, как понимать заключение ЭКГ. Помните, я говорил, что очень важно знать норму — тогда и патологию легче обнаружить. В случае с электрокардиограммой это как никогда верно. Потому что вариантов нормы здесь не меньше, чем патологий.

Как вы понимаете, обучать диагностике самой ЭКГ я не собираюсь, важно понять описание.

Отвечу лишь на самые частые вопросы и разберу случай, который описал выше.

Тонкости ЭКГ

ЭКГ — это метод измерения и записи электрической активности сердца, которая изображается в виде графика — кривой на миллиметровой ленте[76]. На графике по одной оси откладывается время, а по другой — вольты, или, точнее, милливольты. Вот как выглядит стандартизованная математически ЭКГ (рис. 1).

Рис. 1

Рис. 2

Как видите, синусоиды тут действительно нет, а вот синусовый ритм (рис. 2) есть. Откуда взялся этот термин? От синусового узла[77], в котором вырабатываются импульсы, отображенные на картинке.

Почему врач в заключении написал: «Ритм синусовый»? На рисунке видны зубцы различной формы. Если читать слева направо, получится: P — «пэ», Q — «ку», R — «эр», S — «эс» и Т — «тэ». Таков полный комплекс одного сокращения сердца, отраженный записью его электрической активности. Наличие зубцов P и Q — а главное, равное во всех комплексах расстояние между ними — и указывает, что ритм синусовый. То есть стартовые сигналы на сокращение вырабатываются именно в синусовом узле. И это совершенно нормально.

Теперь перейдем к фразе «отклонение электрической оси влево». Я не стану загружать читателя математикой, физикой и биологией, хотя понятие ЭОС родилось на стыке этих наук. Как я уже говорил, при работе сердца вырабатываются электрические импульсы. Они одновременно снимаются с руки и ноги. То есть при регистрации стандартной ЭКГ (в том виде, в каком она возникла еще в первой половине XX века) вокруг сердца образуется что-то вроде воображаемого треугольника, на плоскости которого тенью ложится график ЭКГ. Этот треугольник образован сторонами: I — правая рука — левая рука; II — левая нога — правая рука; III — левая рука — левая нога.

Вот как выглядит треугольник Эйнтховена, названный так в честь создателя метода ЭКГ (рис. 3).

Рис. 3

Обратите внимание на черную стрелку, изображенную поверх сердца. Это вектор[78] электрической силы. А идущие от стрелки тени — проекции, опущенные на стороны треугольника. Соотношение пропорций этих теней и определяет электрическую ось сердца.

Если стрелка смотрит строго вниз — это вертикальное положение ЭОС.

Если отклонена правее (в сторону правой ноги), то и ЭОС отклонена вправо.

Если направлена почти горизонтально направо — то ЭОС отклонена резко вправо.

Если повернута больше в сторону левой руки — это нормальное положение.

Если в сторону левого плеча — ЭОС горизонтальна.

А если выше левого плеча — ЭОС отклонена влево.

Когда ЭОС отклоняется?

Во-первых, когда меняются форма и расположение сердца, у худого астеника и сердце худое, обычно смотрит верхушкой вниз, у крепкого гиперстеника, особенно любителя крепко покушать, сердце снизу поджато диафрагмой и лежит на ней, поэтому ЭОС горизонтальна, а если человек носит большой вес и сердце увеличено в размере за счет массы левого желудочка, то ЭОС отклоняется влево.

Во-вторых, ЭОС может измениться, если что-то происходит с клетками сердца, и они теряют или усиливают электрическую активность.

Электрическая активность сердечной мышцы зависит от количества здоровых клеток миокарда и формы сердца. Так, если клетки повреждены в результате каких-либо болезней: миокардита, эндокардита, инфаркта, хронической ишемии, то очевидно, что ось будет повернута в сторону здоровых тканей. И понятно, что у человека, перенесшего инфаркт в левом желудочке, ЭОС будет сдвинута к вертикали или вправо, а вот у больного ожирением или атлета-бодибилдера из-за гипертрофии миокарда ЭОС, наоборот, отклонится к горизонтали или резко влево. К слову, у дамы, мне звонившей, имелся изрядный лишний вес. Значит, для нее отклонение ЭОС влево — это норма. Сотрудники скорой или врач-кардиолог, впервые рассматривая вашу кардиограмму, часто просят показать старые. Их интересует как раз изменение ЭОС за прошедшее время. Если отклонения — поворота «стрелки» — не наблюдается, то ничего плохого не случилось. А вот если ЭОС за последние полгода или год сильно изменила направление, явно возникла какая-то патология в сердце, и нужно с ней разбираться.

Изменения миокарда левого желудочка. В этой фразе не содержится ровным счетом никакой существенно важной информации. Это все равно как в новостях говорят: «МИД выразил озабоченность в связи с приближением к нашим границам самолета-разведчика». И все, ну сделал сообщение — хорошо, выразил озабоченность — тоже неплохо. Ни где, ни какое, ни о чем. Просто сообщение.

Возникает вопрос: зачем тогда врач это написал? Для объема. Чтобы побольше было написано. Вроде как он посмотрел ЭКГ и узрел изменения в миокарде левого желудочка, но никому не скажет какие. Так есть они или нет? А если нет, то для чего пугать «важным правительственным сообщением»?

Дело в том, что изменения, конечно, есть. Куда им деться? Но они не фатальны и не имеют какого-либо важного клинического значения. Это, к примеру, та самая гипертрофия миокарда или небольшое, на границе нормы, замедление внутрижелудочковой проводимости. Мог врач не писать этой фразы? Мог. Но он поглядел на возраст, вспомнил тучную пациентку и понял, что нужно что-нибудь добавить.

Единичные желудочковые экстрасистолы (ЕЖЭС).

А вот эта фраза имеет смысл. Она означает, что у пациентки на ЭКГ выловлены редкие сокращения, импульсы которых зародились и привели к сокращению только желудочков. Проще говоря, в этот момент сократилась только нижняя часть сердца. Невпопад. Что такое экстрасистола? Если перевести буквально, то «систола» — это «сокращение», а «экстра» — «внеочередное». Желудочковая — место, где она возникла и которое сократилось.

Это опасно? Если ЭС единичная — нет. Если групповые — да. У любого здорового человека в течение суток пролетает до 2000 разных ЭС. Он их обычно не замечает. В чем опасность групповых и слишком частых ЭС?

Вот как выглядит ЕЖЭС на ЭКГ (рис. 4).

Кажется, большая такая, сильная. На деле совсем не так. Несмотря на силу электрического импульса, из-за несвоевременности сокращения, ненаполненности сердца выброс получается слабый, причем настолько, что по пульсу его невозможно уловить.

В случае с единичными ЭС это никакой угрозы жизни и здоровью не несет, а вот при групповых выброс крови заметно снижается, артериальное давление падает. Но это полбеды.

Рис. 4

Совсем иная ситуация изображена на рис. 5.

Как видите, тут «вылетели» четыре желудочковые экстрасистолы подряд, а значит, произошло четыре малоэффективных сокращения. Заметит человек такие перебои в работе сердца? Необязательно. Подобные группки могут появляться не слишком часто, и на кровообращении это никак не отразится. А в чем тогда опасность? В том, что они вообще возникают. Со временем они могут стать гораздо более частыми, и в какой-то момент сердце вдруг сорвется в крупноволновую фибрилляцию, а по сути — остановится, то есть перестанет качать кровь совсем (рис. 6, 7).

Рис. 5

Рис. 6

Рис. 7

Рис. 8

Значительную опасность среди нарушений ритма сердца представляют так называемые наджелудочковые (НЖЭС) или предсердные экстрасистолы. Они вызывают преждевременные сокращения предсердий, толкая кровь иногда в закрытый клапан, клетки и тромбоциты при этом повреждаются, усиливается риск образования тромбов (рис. 8).

Таким образом, запись о единичных ЭС нужна для того, чтобы при снятии следующей ЭКГ врач знал о том, что раньше они уже возникали. Теперь, если вдруг появятся «группки», это не проскочит мимо внимания кардиолога.

«Признаков ишемии[79] не обнаружено». Сразу успокою: фраза означает, что все в порядке, инфаркта нет. Тогда зачем об этом упоминать? Опять для объема, как в случае с «изменениями в миокарде»? Вовсе нет. Видимо, пациентка пришла к участковому врачу, прижимая руку к левой груди, и сообщила, что у нее «болит сердце». Немедикам неведомо, что сердце прячется посередине груди, а совсем не слева. Оно лишь развернуто влево. Если с ним что-то приключается, то боль возникает не в области молочной железы или подмышки, а ближе к грудине.

Однако жалоба на сердце прозвучала. Пациентка еще пожаловалась на одышку и частые боли где-то… непонятно где: то в левом плече, то в шее, то в лопатке, то в желудке. В общем, болит сердце — и все тут! ЭКГ нужно делать. Тем более что после прошлой съемки минуло уже полгода. Естественно, в такой ситуации кардиолог обязан отразить в заключении ЭКГ, есть ли в миокарде участки сниженного питания или нет. И он пишет: «Признаков ишемии не обнаружено».

Что такое ишемия? На русский язык это слово можно перевести одновременно и как голодание, и как недостаток кислорода. Ведь кровь несет и питание, и кислород для его сжигания. И если какие-либо ткани и клетки недополучают еды и кислорода из-за сужения сосуда, такое состояние называется ишемией. Она бывает не только в сердце, а где угодно. Если вдруг перекроется почему-то артерия, питающая палец, разовьется ишемия пальца. Но мы говорим об ЭКГ и о сердце. Ишемия миокарда — мышцы сердца или ее участка — на ЭКГ отображается изменениями формы импульса.

На рис. 9 вы можете увидеть горизонтальный участок кривой между зубцами S и Т — его называют «Сегментом S-T». Если какая-нибудь часть сердца недополучает питания, этот сегмент начинает опускаться.

Если бы на ЭКГ моей знакомой врач увидел такую картину (которая, как правило, сопровождается жалобами на боли в сердце при физической нагрузке или в покое), он написал бы: «Есть признаки ишемии миокарда в таких-то отделах»[80] — и, я думаю, сразу предложил бы госпитализироваться.

Подобные изменения очень тревожны и указывают на весьма вероятное развитие инфаркта миокарда в скором времени. Как правило, на это указывает такая ЭКГ, как на рисунке. Что еще стоит знать читателю?

Рис. 9

В некоторых описаниях ЭКГ можно встретить фразу: «Синдром ранней реполяризации желудочков (СРРЖ)»[81]. На ЭКГ это выглядит так (рис. 10):

Рис. 10

Ранняя реполяризация желудочков — это ЭКГ-феномен, который не является патологией. Хотя картинка на первый взгляд весьма тревожная, она исчезает после нагрузок: нескольких приседаний или теста на велоэргометре. Этот синдром характерен для людей, занимающихся спортом и имеющих гипертрофию миокарда[82] левого желудочка. Случаются курьезы, когда тучные люди, впервые сделавшие ЭКГ и обнаружившие СРРЖ, ложились в больницу, чтобы исключить серьезные патологии[83].

Сравните СРРЖ с острой ишемией миокарда — ЭКГ с признаками инфаркта миокарда (рис. 11).

Рис. 11

Сегмент P-Q. Он очень важен. Дело в том, что зубец Р — это импульс запуска сокращения предсердий, а вот QRS — это импульс сокращения желудочков. Другими словами, Р — своеобразный стартер для QRS. И задержка ответа желудочков на сокращение предсердий говорит о нарушении проводимости или блокаде. В случае с удлинением интервала P-Q речь идет о предсердно-желудочковой (или, как ее называют на латыни, атриовентрикулярной (АВ, AV) блокаде. Это серьезная патология. Так, если отмечается АВ-блокада 1-й степени (небольшое удлинение интервала при сохранении синхронизации сокращений[84]), это настораживает кардиолога, и он ставит пациента на учет. АВ-блокада имеет несколько степеней тяжести (рис. 12, 13, 14) и в самом тяжелом варианте проявляется периодическими остановками сердца с потерей сознания — синдромом МЭС (Морганьи — Эдемса — Стокса).

Рис. 12

Рис. 13

Рис. 14

АВ-блокада 2-й и 3-й степени является абсолютным показанием для установки искусственного специального кардиостимулятора (рис. 15), который работает от одного до трех лет и даже до пяти с последующей заменой батареи[85].

Рис. 15

Из очень распространенных нарушений сердечного ритма укажу мерцательную аритмию (МА). Она подразделяется на приступообразную, или пароксизмальную, и постоянную, или нормосистолическую. Особенность ЭКГ при МА — отсутствие выраженного и связанного с комплексом QRST зубца Р. Точнее, эти импульсы настолько частые и невыразительные, что как бы размазываются по всей ЭКГ. Выискивать их бессмысленно.

Характерной картиной при МА являются отсутствие интервалов Р-Q, а также неравномерность сокращений: работа сердца то ускоряется почти до 200 ударов в минуту, то замедляется до 50 (рис. 16).

Рис. 16

МА — нехорошее заболевание. Главная опасность в том, что неравномерный ток крови — условие для повышенного тромбообразования. То есть человеку с постоянной формой МА требуется регулярно контролировать свертывание крови и применять специальные препараты, замедляющие свертывание (антикоагулянты). Часто развитию МА предшествуют НЖЭС, сперва единичные, затем групповые. Ритм срывается в приступ МА.

Приступообразная МА тоже опасна. Во-первых, во время приступа сокращения сердца теряют эффективность; чаще всего МА сопровождается еще и слишком частым сокращением желудочков — тахикардией. Во-вторых, регулярные срывы ритма могут привести к «стрельбе» кусочками тромбов из левого предсердия. То есть больные с МА — вероятные кандидаты на инсульты, инфаркты, тромбозы артерий в разных органах и частях тела (кроме легких).

Большое сердце — не метафора, а тревожный знак

Большие люди умирают рано. Это не просто слова — это грустная статистика, и связана она с весом. Я не случайно использовал слово «большие», а не «толстые», поскольку дело не только в жире, но и в избыточной мышечной массе. И проблема тут общая — гипертрофия, увеличение массы и объема сердца.

Многие крупные мужчины «в самом расцвете сил» пали жертвами синдрома внезапной смерти. Она часто приходит ночью, во сне. Но может также настигнуть на ходу, или в покое, или за столом. Сердце однажды вдруг останавливается, и никого не оказывается рядом, чтобы хотя бы попытаться его запустить. Так умер известный американский актер Майкл Кларк Дункан (Джон Коффи из фильма «Зеленая миля»). Так умер спортсмен Владимир Турчинский (Динамит)[86].

Смерть Владимира Турчинского отчасти коснулась меня и моей профессии, потому что некомпетентные журналисты, жаждущие откопать «жареную» тему, связали гибель спортсмена с назначенным ему курсом плазмафереза. Скандал вокруг этой темы вынудил меня написать статью по следам разговора с одним из вменяемых журналистов, умеющих не только слушать, но и думать, а также понимать сказанное.

Бычье сердце

Известно, что любой спорт, относящийся к силовым (там, где присутствуют гипернагрузки), весьма негативно отражается на здоровье атлета. Что происходит с организмом?

Как мы знаем из курса физиологии, постоянные нагрузки приводят к гипертрофии — разрастанию. Это касается не только мышц, но и сосудов, их питающих, и нервов, ими управляющих. Ведь понятно, что при росте одной только мышечной массы возникают постоянный голод, недостача кислорода, а при замедленном росте нервных волокон запаздывает реакция.

Поэтому гипертрофию можно разделить на два типа: физиологическую — рабочую и ускоренную — спортивную или даже косметическую, когда спортсмена интересуют не функциональные способности организма, а его презентационные качества — внешний вид.

Имеются в виду анаболические стероиды?

В первую очередь. Ведь чем отличается гипертрофия физиологическая от спортивной — анаболической? Если в первом случае рост мышечной массы идет за счет размножения клеток-миоцитов и увеличения в них миофибрилл, а пропорционально росту ткани идет рост сосудов и нервной иннервации, то при ускоренном росте, стимулированном анаболиками, количество клеток почти не растет — увеличивается число миофибрилл в клетках, увеличиваются сами миоциты в объеме, а это не одно и то же. Внешне такие люди могут выглядеть схоже, однако в кровообращении, в реакции эндокринной и нервной систем имеются большие отличия. Кстати, выносливость мышц зависит от запасов внутреннего переносчика кислорода — миоглобина. При анаболической гипертрофии его в клетках мало, и долго работать такие мышцы не могут[87].

Насколько эти отличия существенны для человека?

Отличия проявляются в первую очередь в выносливости. Ведь рабочая гипертрофия говорит сама за себя: это результат образа жизни и труда. Организм не просто вынужден быть выносливым — он рос в этой зависимости. Я не скажу, что это безвредно. Но все-таки это физиологичнее, чем искусственно надутые мышцы спортсменов, увлекающихся стероидами.

Прежде всего очевидно, что правильное развитие всех систем обеспечивает функционирование организма «без ошибок».

Да, масса тела велика, сердцу приходится работать с удвоенной нагрузкой, но скорость газообмена в тканях, нормально снабжающихся кровью, значительно выше. Избыточная масса тела — а у спортсменов-экстремалов и бодибилдеров она, хоть и не за счет ожирения, все равно избыточная — приводит к повышенной нагрузке на сердце.

Избыточная масса есть и у спортсменов? Не только у полных?

Конечно. Просто мышцы — нужная ткань, а жир — балластная. Но избыток массы тела все равно есть. Как есть и повышенная потребность в кислороде, а следовательно — и постоянная нагрузка на сердце, даже в покое. С годами эта нагрузка приводит к гипертрофии сердца. Ведь очевидно: если есть стимуляция роста мышц, то и сердечная мышца ей подчинена. Процесс гипертрофии, который наблюдается при приеме анаболиков, происходит и с мышцей сердца. То есть, мышечная масса этого органа растет: при рабочей гипертрофии — за счет размножения клеток, а при анаболической — за счет увеличения их объема, тогда как число клеток не растет.

В чем же суть этих отличий?

Прежде всего в том, что при росте массы сердца за счет увеличения его объема растет и проводящая система. То есть комплекс клеток, управляющих автоматической работой сердца и проведением импульсов в предсердия и желудочки. При рабочей гипертрофии проводящая система растет вместе с мышечной тканью за счет размножения клеток, то есть скорость проведения импульсов не изменяется. А при анаболической гипертрофии надутая мышечная ткань растаскивает клетки проводящей системы.

При этом увеличивается сопротивление и, как следствие, — замедление импульсов. При расшифровке ЭКГ это указывается как «нарушение внутрижелудочковой проводимости». И хотя у здоровых спортсменов многие врачи поначалу воспринимают это как норму, на самом деле это тревожный звоночек.

Что же тревожного? Чем опасен этот признак?

Если скорость проведения замедлена, но не вышла за пределы физиологической нормы, в общем, ничем страшным это не грозит. Но, как вы понимаете, электрофизиология — лишь один из методов диагностики, а генерация импульсов, их проведение — только надводная часть айсберга под названием «гипертрофия миокарда». Как и весь организм, сердце питается глюкозой и жиром, дышит кислородом и должно хорошо снабжаться кровью.

Рассказывая о гипертрофии мышц, я не случайно упомянул, что мышцы нужно снабжать кровью и сосуды должны расти вместе с мышечной тканью. При анаболической гипертрофии миокарда сосуды растут медленнее сердечной мышцы. Ведь рост сосудов зависит не от массы сердца, а от количества клеток. А у спортсменов, принимающих анаболики, число клеток меньше. То есть сосудов, питающих сердце, недостаточно.

И какая связь между проводящей системой и кровоснабжением сердца?

Связь самая непосредственная. Клеткам проводящей системы так же нужно есть и дышать, как и всему организму. Но при недостаточном кровоснабжении они начинают плохо работать. Прежде всего это проявляется в нарушении проводимости, возникновении блокад (возможно, слышали о ножках пучка Гиса?), как более тяжелое осложнение развиваются различные виды аритмии. От экстрасистол — внеочередных сокращений сердца — до мерцаний, трепетаний и фибрилляций.

Звучит довольно угрожающие. А слово «фибрилляции» знакомо по известному прибору — дефибриллятору. Это так серьезно?

Это очень серьезно! Если на экстрасистолы сам человек и даже врачи-кардиологи особого внимания не обращают, то такие нарушения ритма, как мерцательная аритмия, пароксизмальная тахикардия или брадикардия с частотой пульса меньше 46 ударов в минуту, — это очень серьезно и порой смертельно опасно.

Но главную опасность представляет так называемая спонтанная остановка сердца — возникновение мелковолновой фибрилляции, когда сердце фактически не качает кровь. Это приводит к смерти в течение 4–5 минут. Причем все происходит на фоне абсолютного здоровья и практически бессимптомно.

Это и есть синдром внезапной смерти?

Конечно. При вскрытии потом не обнаруживается никаких изменений в миокарде: ни тромбозов, ни ишемий — ничего, с чем можно было бы связать смерть. Человек перед смертью может не успеть ничего сказать или только пожалуется на внезапные слабость и темноту в глазах, после чего потеряет сознание.

Но его еще можно спасти?

Если рядом окажется тот, кто умеет оказывать помощь в таких ситуациях. В противном случае человек обречен. Очень часто свидетели подобных эпизодов теряются, мечутся, вызывают скорую и ждут. Это все бессмысленно. Скорую вызвать правильно, а вот ждать нельзя, надо действовать!

А что же делать?

Внезапная остановка сердца, по сути, никогда не бывает истинной остановкой — асистолией. Чаще всего развивается фибрилляция — частые и неэффективные сокращения предсердий и желудочков. Остановить их и позволить сердцу заработать в нормальном ритме можно коротким сильным ударом в грудину. Когда больной лежит на спине, руками, сжатыми наподобие кувалды, надо нанести сильный удар в самую середину — между межключичной ямкой и мечевидным отростком грудины. Удар наносится один раз. Впрочем, «прекардиальный удар» последние годы запрещен в комплексе реанимации. Если честно, я ни разу не видел, чтобы кто-то от этого реально ожил. Обычно так бывает только в кино.

На моей практике он помогал только в отделении при срыве ритма, отчего бывали курьезы и жалобы типа: «Доктор всю ночь бил кулаком в грудь мою соседку по палате!»

Если за 2–3 секунды после удара ритм не восстановился, не определился пульс на шее и лучевых артериях, необходимо приступать к непрямому массажу сердца и производить вентиляцию легких. Лучше всего это делать вдвоем. Один качает сердце, второй — легкие, меняясь каждую минуту-две.

Таким образом можно спасти жизнь?

Не стоит питать иллюзий, но шанс спасти человека есть, и грех его не использовать.

Сколько времени качать? Пять минут, десять, полчаса?

Критерием эффективности реанимации являются узкие зрачки глаз. Пока они не расползлись почти во всю радужку, нужно качать: значит, кислорода мозгу хватает и развитие отека ему не грозит. Конечно, кроме мозга, страдают и другие системы, но они более живучие. Поэтому примем за правило: качаем до приезда скорой или спасателей.

Что ж, это понятно. Давайте подведем итог: гипертрофия сердца при увлечении экстремальными видами спорта, бодибилдингом, тяжелой атлетикой, особенно с использованием анаболиков, смертельно опасна?

Именно так. Врачам XIX века было хорошо известно такое явление у борцов и цирковых атлетов (которые в те годы не знали анаболиков), как гипертрофия сердца и ее осложнение — дилатация желудочков, то есть расширение полости и ослабление сердечного выброса. Даже если спортсмену удалось уцелеть после внезапной остановки (фибрилляции) сердца, его проблемы не закончились. К 60–65 годам его поджидают дилатация желудочков и сердечная недостаточность. В позапрошлом столетии это называли «бычьим сердцем». Подобный больной обречен на тяжелые страдания: постоянную нарастающую одышку, перегрузку печени, асцит, возможно, цирроз.

Прибавьте к этому токсическое действие на печень анаболических гормонов. Такой судьбы я не желаю никому.

Весьма мрачную картинку вы нарисовали. Что же делать?

Прежде всего — думать. Когда молодой человек выбирает вид спорта — думать. Нужно ли ему так сокращать свою жизнь, рисковать здоровьем и становиться инвалидом к 45 годам? Статистика неумолима. Максимальная продолжительность жизни у «силовиков» и экстремалов — 60–65 лет. Это даже при условии, что они не используют анаболики. А найдите таких. Действительно может спасти атлета установленный ЭКС в режиме де-манд. Но на это требуются как минимум понимание опасности спортсменом и желание сделать эту операцию профилактически. На всякий случай.

4. Как понимать спермограмму?

Мне задают самые разные вопросы. Иногда я даже впадаю в ступор от неожиданности и, чтобы ответить, роюсь в литературе, звоню коллегам-специалистам, вспоминаю, что рассказывали в институте. Так вышло, и когда буквально за три дня на меня вдруг свалилось сразу два вопроса — и далеких, и близких одновременно. Ключевая тема обоих — способность к продолжению рода.

• Как понять, что написано в спермограмме?

• Станет ли мужчина бесплодным после удаления простаты?

Для ответа мне пришлось освежить в памяти все, что нам читали на лекциях по урологии (кафедра профессора Кана).

Можете себе представить, наверное, как студенты относятся к курсам, которые не связаны непосредственно с будущей специальностью и практической работой. Слушают вполуха, смотрят вполглаза, к зачетам и экзаменам готовятся накануне сдачи. Думаете, я был исключением? К тому же умение читать лекции — это действительно искусство. И очень немногие профессора и доценты им владеют.

Случай из жизни

Рассказывают (не ручаюсь, что это правда, но мне нравится), что профессор М. Г. Привес — анатом из Ленинградского мединститута — выходил из-за кафедры на сцену аудитории и начинал лекцию по анатомии половой системы словами:

— Размеры мужского полового члена бывают разные…

При этом он опускал правую руку в карман брюк, после чего продолжал:

— У меня, например… — Он делал паузу, а затем, дождавшись максимального внимания от студентов (примерно 180–200 человек с двух потоков), которые уже приготовились услышать интимную информацию, доставал из кармана платок и протирал лысину со словами: —…Однажды был такой случай…

Вообще, лекторы-медики любят привлекать внимание слушателей, делая акцент на половую сферу, причем именно мужскую.

Ходит байка, что некий профессор-уролог приносил на лекцию пятилитровую банку с заспиртованным органом размером с батон вареной колбасы и с гордостью говорил: «Какой красавец! Такой есть только у меня и профессора (саратовского, ярославского, воронежского) института…», а потом читал лекцию под хохот студентов.

Однако вернемся к вопросам о спермограмме и важности простаты для зачатия наследников. Поверьте на слово: сперматогенез — это сложная тема. Если преподаватель хотел завалить студента на зачете, то задавал дополнительный вопрос о схеме сперматогенеза — и два балла или хлипкий трояк в лучшем случае были обеспечены. Так что не думайте, что я вам сейчас сумею все на пальцах объяснить. Я лишь попробую очень поверхностно и схематично рассказать, где и как рождаются сперматозоиды (иногда за агрессивность натуры студенты их называют «сперматозаврами»).

Для начала посмотрим на бланк спермограммы.

Надо объяснять, как берется сперма на анализ? Традиционно, добывается как уголь в шахте — руками. Мужчина идет в санитарную комнату (в клиниках «загнивающего Запада» используются специальные помещения с соответствующими журналами и видеоматериалами) и получает требуемое вещество. До этого он в течение семи дней не имеет половых отношений, не пьет алкоголя, не курит (если может), не ходит в баню и сауну, носит свободное нижнее белье (не плавки) и, перед тем как приступить к добыче эякулята, моет руки. Сперма собирается в стерильную посуду.

Должен сразу сказать, что отработанный презерватив после коитуса (полового акта) для такого анализа не годится. Во-первых, сперма для исследования должна быть наисвежайшей, еще теплой. А во-вторых, почти все презервативы покрыты нон-овлоном (ноноксинолом) — сперматоцидным средством, из-за чего сперма в презервативе содержит только мертвых живчиков.

Теперь перейдем к результатам анализа. Хочу предупредить появление вопросов типа: «Почему мне в одной лаборатории написали так, а в другой — этак?» А вот почему. Приведу цитату из «Википедии»: «В настоящее время в России (а также в СССР в прошлом) не существует специальных документов Минздравсоцразвития, устанавливающих нормы фертильного эякулята. Медицинские учреждения вправе оценивать фертильность эякулята по собственным нормам. Большой популярностью среди врачей пользуются нормы, предложенные Всемирной организацией здравоохранения. Распространенность норм ВОЗ настолько велика среди врачей, что они могут считаться общепризнанными в настоящее время, а книга „Руководства ВОЗ по лабораторному исследованию эякулята человека и взаимодействия сперматозоидов с цервикальной слизью“ является наиболее авторитетным изданием, посвященным правилам проведения исследования и оценки спермограммы».

Какая сперма считается нормальной?

Рассмотрим нормы, принятые ВОЗ с 2010 года.

Объем — 1,5–2 мл. Меньше — плохо, больше — хорошо.

То есть мужчина заполняет емкость, насколько может, но если количество спермы оказывается меньше 1,5 мл, это симптоматично. Основной объем эякуляту придают сок семенных пузырьков (около двух третей) и сок предстательной железы (около одной трети).

Концентрация живности — сперматозоидов (СЗ) — хотя бы 18–20 млн/мл. Если больше — великолепно, если меньше — есть повод для тревоги.

Подвижность — 32–50 %. Это отношение подвижных СЗ к неподвижным, или «спящим» (я называю их так из-за судорожных подергиваний хвостиком — подобно тому, как у дремлющего человека подергиваются руки-ноги). Вообще, ВОЗ классифицирует подвижность СЗ таким образом: прогрессивное движение, непрогрессивное движение и неподвижность.

Жизнеспособность — 58 %. Это показатель того, сколько СЗ остается в живых через несколько часов хранения спермы в термостате (при температуре 37 °C).

Морфология (нормальных форм) — 4 % и более.

В норме сперма — вязкая, коллоидная масса, которая через некоторое время становится жидкой (срок разжижения составляет 15–60 минут). Это физиологический процесс, обусловленный составом спермы. Два вещества — семеногелин (из семенных пузырьков) и уже знакомый нам ПСА (вот он зачем нужен, оказывается!), взаимодействуя друг с другом и с СЗ, переводят их из неактивной фазы в активную. Другими словами, разжижение спермы необходимо для оплодотворения. И если этого не происходит, СЗ не бросаются на поиск яйцеклетки.

РН спермы (кислотность) в норме — 7,2–8,0. То есть реакция щелочная[88]: лакмусовая бумажка синеет. В принципе качественного (цвет индикатора) анализа для определения нормы рН достаточно. Если же индикатор не синеет — плохо. Вот тут, может быть, имеет смысл изучить рН в цифрах.

Цвет и запах. Эти параметры указываются в бланках, но большого значения не имеют. Цвет в норме варьируется от молочно-мутноватого до серовато-беловатого, иногда желтовато-розоватого (если подмешивается кровь). Некоторые лаборатории указывают, что запах «специфический», «цветов каштана» или пишут: «Без запаха». Пахнет вещество «спермин», назначение которого еще не выяснили. Но некоторые специалисты-андрологи полагают: «чем духовитее, тем плодовитее» (иначе говоря, тем активнее сперма). Впрочем, эти данные пока статистически не подтверждены.

Количество сперматозоидов (относительное и абсолютное) — от 20 млн/мл или от 40 млн на весь объем эякулята в пробе (2 мл). Если эякулята больше и на 1 мл приходится от 20 млн и выше, это замечательно. Если меньше — плохо. Считаются СЗ, как и элементы крови, в стандартной камере Горяева.

Жизнеспособность оценивается по подвижности. Кто дрыгается, тот и живой, а кто не шевелится, тот или неактивный, или мертвый. Есть специальный краситель, который не проникает внутрь живых СЗ и проникает в мертвые. Он помогает оценить данный параметр более точно (в норме он, как я уже писал, составляет от 40 %).

Лейкоциты. Если их до 1 млн/мл — норма, если больше — воспаление. Где? Вероятнее всего, или в простате (хронический простатит), или в уретре (уретрит). Если воспаление в семенниках, то эта болезнь незамеченной не проходит: ощущения как после хорошего удара по мошонке, растянувшиеся на несколько недель.

Антиспермальные антитела (АСАТ) — это аутоиммунная реакция на антиген, то есть сперматозоиды, если они почему-то попадают в кровь мужчины. Такое случается после травмы яичка, ушиба мошонки или в результате острого простатита.

Наличие АСАТ и особенно их высокая концентрация в сперме приводят к фактическому бесплодию. В норме АСАТ в сперме быть не должно.

Что могут написать в заключении спермограммы?

Олигозооспермия — концентрация сперматозоидов ниже нормативного значения.

Астенозооспермия — подвижность сперматозоидов ниже нормативного значения.

Тератозооспермия — морфология сперматозоидов ниже нормативного значения.

Азооспермия — отсутствие сперматозоидов в эякуляте.

Аспермия — отсутствие эякулята (в таком значении соответствует термину «анэякуляция», но некоторые специалисты используют слово «аспермия» для описания эякулята, в котором отсутствуют не только сперматозоиды, но и незрелые клетки сперматогенеза). Сперма есть, но в ней нет ничего, кроме жидкости.

Термины «олигозооспермия», «астенозооспермия» и «тератозооспермия» при наличии соответствующих отклонений в эякуляте могут быть объединены в одно слово, например: «олигоастенотератозооспермия», «астенотератозооспермия» и т. п.

Кроме того, распространены следующие понятия:

• олигоспермия — объем эякулята ниже нормативного значения;

• лейкоцитоспермия (или лейкоспермия, или пиоспермия[89]) — концентрация лейкоцитов выше нормативного значения, то есть гной в сперме.

Иногда можно встретить такие термины, как:

• акиноспермия (акинозооспермия) — полная неподвижность сперматозоидов;

• некроспермия (некрозооспермия) — отсутствие живых сперматозоидов в эякуляте;

• криптоспермия (криптозооспермия) — предельно малое количество сперматозоидов, которые могут быть обнаружены в эякуляте с большим трудом, после центрифугирования спермы;

• гемоспермия — присутствие крови (эритроцитов) в эякуляте.

Итак, подведем итог.

Из чего состоит сперма?

1. Собственно семенная жидкость, которая содержит сперматозоиды, — 1/5 объема эякулята.

2. Секрет (или сок) простаты. Содержит биологически активные вещества, ферменты, простагландины, ПСА, которые делают СЗ активными. Дает примерно 1/4 часть объема спермы.

3. Секрет семенных пузырьков (это анатомическое образование рядом с простатой) — дает 2/3 от объема эякулята.

Приведет ли удаление простаты к бесплодию?

Со всех экранов только и твердят, что простатит ведет к бесплодию! В некотором роде это верно. Но лишь отчасти. Простатит — это воспаление, которое приводит к поражению железы и семенных протоков. Отсюда и бесплодие. Если бы семенная жидкость, содержащая СЗ, все-таки извергалась в уретру и далее, это сохранило бы шанс на зачатие. Если, несмотря на удаление простаты, не повреждены семенные пузырьки и открыты протоки из семенников, то сперма хоть и теряет часть фертильных свойств (способность к оплодотворению), но шанс остается.

Даже с удаленной простатой сексуально активный мужчина может стать отцом, хотя это менее вероятно, чем у того, кто имеет полный набор необходимых элементов. Обычно снижается объем спермы и ее состав изменяется, но, как говорится, шанс остается — надо стараться.

Заодно добавлю: одного яичка тоже достаточно для зачатия.

Хотя с двумя как-то веселее и надежнее.

Вам еще интересно узнать, как и где появляются «сперматозавры»? Тогда, как и обещал, расскажу простенько и доступно: появляются они в семенниках.

Хотите поподробнее? Хорошо, но сначала задам вопрос: вы никогда не задумывались, почему они расположены в отдельном «пакете», называемом мошонкой, почему она именно такая и чем опасно неопущение яичка или варикозное расширение вен семенников — варикоцеле?

Я не увожу вас от темы. Я иду параллельно, заодно затрагивая темы, связанные с некоторыми причинами мужского бесплодия и риском возникновения рака яичка.

Начнем с мошонки. Это кожаный мешок, в котором бережно хранятся два яичка с придатками. Анатомы определяют мошонку как «…отвисающее книзу выпячивание брюшной стенки, расположенное между корнем полового члена и промежностью». В этом «отвисающем книзу» природном термостате, который собирается в плотную грушу, когда холодно, и распускается, подобно простыне или полотенцу, когда жарко, хранится наследство любого мужчины.

Почему мошонка так себя ведет? Почему яички не спрятаны понадежнее, например где-нибудь между желудком и сердцем, или, как мозг, не защищены костным черепом? Ведь, согласитесь, как-то рискованно: все «на виду».

Однако вспомните: Суворов рекомендовал держать голову в холоде. Так и мудрая природа решила, что в прохладе яички лучше сохраняются и работают. Семенникам для нормального сперматогенеза нужна пониженная температура — 35 °C (на 1,5–2,5 градуса ниже привычной). Все потому, что там идут очень мощные обменные процессы, потому что семенники продуцируют очень много тепла, которое обязательно нужно отводить.

К перегреву ведет варикозное расширение вен семенников и мошонки, а также крипторхизм[90] — неопущение яичка у грудничков. Очень важно как можно раньше обнаружить это[91] и провести хирургическое лечение (операцию низведения). Замечено: чем раньше обнаружено неопущение и чем меньше времени яички подвергались перегреву, тем выше вероятность, что бесплодия у будущего мужчины не будет.

При перегреве яичек повышается риск возникновения «сбойных» раковых клеток — очень злой[92] опухоли — семиномы; разрушаются клетки, продуцирующие СЗ и половые гормоны — тестостерон. Семинома имеет несколько стадий, как показывает практика, метастазировать она может уже с 1-й, когда признаков опухоли заметить невооруженным глазом невозможно. Одно должно давать надежду: эти опухоли, даже при их агрессивности, на ранних стадиях весьма успешно лечатся, если своевременно обнаружить и удалить, а затем очистить организм химиотерапией от возможных метастазов. Если при этом сохраняется хотя бы одна тестикула, сохраняется хоть и хлипкий, но шанс, что спустя годы способность к оплодотворению вернется. Но никто не даст гарантию, что в генетическом наборе мужчины не произошли мутации. Потому заводить детей таким мужчинам не советуют: будет высок риск генетических болезней у деток.

Что происходит в семенниках?

Семенник — овоидная трубчатая железа, состоящая из канальцев, длина которых достигает 50 см. А семенной проток достигает пятиметровой длины. И все эти каналы и протоки укладываются в объем одного яичка. Вторая ткань, которая образует яичко, — соединительная. Работа в семенниках идет в двух направлениях. Во-первых, производится тестостерон — мужской половой гормон (который, будучи в избытке, стремится лишить голову мужчины волос и придать ей сходство с символом брутальности — яйцом). Во-вторых, здесь создаются сперматозоиды — гонады (половые клетки).

Особенность гонад в том, что они имеют половинный (гаплоидный) набор хромосом. Этот набор в СЗ может быть женским или мужским, то есть Х и Y. Откуда взялись эти понятия?

Почему именно «икс» и «игрек»? Тут все дело во внешнем виде.

Когда генетики впервые разобрали хромосомы в обычной клетке по парам, то обнаружили, что мужской набор отличается от женского: в последней, 23-й, паре одна хромосома у мужчины имеет не Х-форму (как остальные), а лишена одной ноги и выглядит как буква Y. Отсюда и название. Такая «ущербность» придает Y-гаметам некоторую легкость в сравнении с Х-гаметами и, значит, более высокую подвижность.

Статистически количество сперматозоидов, несущих хромосомы Х и Y, примерно равно. И кажется, что шансы на рождение мальчиков и девочек одинаковы. Ан нет. Когда живчики вырываются «на волю», сперма своими ферментами растворяет пробку слизи в цервикальном канале шейки матки, и СЗ с Y-хромосомой как более легкие и быстрые прилетают к яйцеклетке первыми, а если она еще не дозрела, «топчутся» вокруг яичника, пока не «выйдет долгожданная на свидание». Тогда эти торопыги начинают тыкаться в ее мембрану головками и тратят свой фермент — гиалуронидазу на растворение оболочки яйцеклетки. То есть раздевают яйцеклетку, отрывая, как от платья, лоскутки.

Та потихоньку подбирается к маточной трубе и начинает движение в полость матки. Тяжелые, неповоротливые СЗ с Х-хромосомой встречают яйцеклетку с почти растворенной мембраной на полдороге к матке и заканчивают начатое мужскими сперматозоидами. Поэтому всегда выше вероятность, что родится девочка.

Вот такая физиология. Вот поэтому, как поется в старинной песенке: «На десять девчонок по статистике девять ребят»![93]

5. Для чего нужен тонометр?

Тонометром нужно уметь пользоваться. Вопрос — зачем? Одни видят в нем игрушку: меряют давление каждые 20 минут. Просто так, от скуки. Другие не знают, с какой стороны подойти к прибору. Третьи относятся к тонометру в руках врача как к святому Граалю; они уверены, что, как только давление будет измерено, — придет спасение. Само по себе.

Что надо знать об артериальном давлении?

Словосочетание «артериальное давление» у всех на слуху. Все с ним сталкиваются время от времени, а многие сами употребляют, причем чаще говорят просто «давление», или «у меня давление», или «меня мучает давление», или «принимаю лекарства от давления». Конечно, при этом имеется в виду повышение, подъем артериального давления.

Но даже не все профессиональные медики ясно и точно представляют себе, что же это за «давление» такое и как оно образуется. Почему кровь в артериях давит? Может ли она не давить?

Давайте разберемся. Начнем «от печки», то есть от сердца. Потому что отсюда — от аортального клапана — начинают свой путь артерии. А самый большой сосуд, самая главная артерия — аорта. Она такая важная, что даже имеет собственное имя. Кровь в нее выбрасывается благодаря сокращению левого желудочка. Собственно, сила этого выброса и называется верхним, или систолическим, давлением. Другими словами, это давление крови на стенки сосудов (артерий) в момент систолы — сокращения сердца.

Когда сердце расслабляется, наступает диастола, и кровь делает обратный ход, ударяя в закрытые створки аортального клапана. Прямо над ним имеется устье (подобное открытому рту) главной артерии сердца — коронарной артерии. В момент диастолы кровь заходит в сердечные сосуды, и именно в это время сердце снабжается кровью. Очевидно, чем ниже диастолическое давление, тем меньше поток, а чем выше, тем больше. Вроде бы все ясно! Да только не совсем. Но давайте ненадолго отложим этот вопрос.

Итак, мы выяснили, что существуют две составляющие артериального давления: систолическая и диастолическая — верх и низ. Промежуток между ними называется пульсовым.

Обратите внимание: при измерении артериального давления с помощью обычного тонометра по методу доктора Короткова мы получаем три цифры, а не две.

Систолическое давление — верхнее, указывающее на эффективность работы сердца, его мощность и силу.

Диастолическое давление — нижнее, указывающее на… что? Не скажешь же «на слабость сердца или его расслабление». Нет, конечно. Тогда на что указывает диастолическое давление? Это мы разберем в данной главе, но чуть позже.

Пульсовое давление, или разница между систолическим и диастолическим. Скажем, при показателях тонометра 120/60, или 140/90, или 200/100, или 100/50 пульсовые цифры соответственно будут равняться 60, 50, 100, 50.

В связи с пульсовым давлением сразу возникает множество вопросов. Что лучше — 50 или 60? А 100 — это много? Для начала отвечу кратко: все лучше; 100 — это много. Но пойдем по порядку.

Пульсовое давление — это то, что мы ощущаем, когда щупаем пульс на запястье или на шее. Медики говорят: «напряженный» пульс, или «мягкий», или «ослабленный», или «нитевидный». Эти образные названия прямо связаны с пульсовым давлением. Если оно большое, то пульс будет «твердым», а если маленькое — «мягким». Кстати, и то и другое плохо. Лучше всего, если пульс «ровный», и «нормального наполнения», и «эластичный». То есть ни «твердый», ни «мягкий», а нормальный. Так 50 и 60 — это хорошо? Это прекрасно. Вообще, нормальные цифры пульсового давления колеблются в довольно узком диапазоне — от 45 до 75. Если меньше, то, как мы догадываемся, сердце голодает, если больше — сосуды могут порваться.

Теперь вернемся к диастолическому давлению, или «сердечному», как его частенько называют пожилые люди, далекие от медицины. Чтобы сразу правильно расставить смысловые акценты, скажу: диастолическое давление не имеет к сердцу отношения. Впрочем, вы это уже поняли. «Сердечным» правильнее было бы называть верхнее, систолическое давление.

Так откуда же берется нижняя граница артериального давления? Чтобы это понять, нужно разобраться в главном: зачем течет кровь?

Уже вижу удивленные глаза: «Ну вы, доктор, и спросили!» Да вот, спросил. Давайте ответим на этот простой вопрос. Из школьного курса всем известно, что кровь — переносчик…

Сейчас все хором скажут: «Кислорода!» И будут правы на 10 %. Потому что она переносит не только кислород. А что еще? Сообразительные быстро догадаются: углекислый газ.

Верно! Но это еще 10 %. А что входит в остальные 80 %? Клетки-лейкоциты и питание: жиры, белки, углеводы, гормоны. При этом кровь в зависимости от сосудов несет в ткани все нужное, а из тканей — все ненужное, отработанное.

Ткани. Слово какое-то мануфактурное! Но что поделать? Мануфактурное, зато понятно. В тканях имеются клетки. Они хотят дышать, есть и выделяют отходы, которые уносятся с кровью. Какое это имеет отношение к давлению? Позже станет ясно. Пока же продолжим знакомство с артериями, ведь речь идет об артериальном давлении. Первый сосуд, как мы уже знаем, — аорта. От сердца она выгибается дугой, пускает ветки — сонные и подключичные артерии — и опрокидывается вниз. Искушенный в физике читатель скажет: «И ради того, чтобы поднять кровь на 30 см (в голову), сердце давит до 120 мм ртутного столба, а то и до 140?» Да, именно. Давит. Бьет. Но не только для этого. Аорта спускается вниз — в грудь, живот — и там разделяется на две подвздошные артерии, которые питают органы малого таза и затем уходят в ноги.

Каждый отводящий сосуд тоньше предыдущего. Подходя к какому-либо органу, питающая его артерия делится на мелкие веточки, которые проникают во все участки, дольки, части, сегменты, и артерии превращаются в самые тонкие сосуды — артериолы. А дальше? Дальше начинается самое интересное. Артериола переходит в капилляр. Сосуд ли это? Сложно сказать. Больше всего это похоже на канал для крови, который оставлен между клетками. С артериальной стороны в капилляр[94] втекает алая артериальная кровь с кислородом и питанием, а с венозной вытекает богатая углекислым газом и различными продуктами метаболизма венозная кровь. В учебниках ее раскрашивают синим цветом, видимо, для непонятливых. В действительности же она не синяя, а темно-вишневая, бордовая.

Кровь течет затем, чтобы проходить через капилляры и питать клетки. Теперь представьте себя на месте клетки. Вот сидите вы с открытым ртом, а мимо вас проплывают еда и молекулы кислорода. Если они поплывут медленно, то ваши соседи, которые ближе к артериоле, наедятся и надышатся до отвала, а те, которые ближе к венозной стороне, останутся голодными. Если же кровь будет течь слишком быстро, то вообще никто толком ни поесть, ни подышать не успеет, потому что на это нужно определенное время. Ферменты-белки должны зацепить молекулы газов, или питательных веществ, или стройматериалов и затащить внутрь клетки, при этом выкинуть мусор, отдать углекислый газ. Тут подходит аналогия с автоконвейером. Он не может работать ни быстрее, ни медленнее. Потому что медленнее пустишь — мало машин будет собираться и рабочие прогрессивку (премию) не получат, да и сдельная зарплата окажется низкой. Пустишь чересчур быстро — пойдет брак: незатянутые гайки и непроваренные швы.

Так что в капиллярах скорость потока крови должна быть постоянной и определенной, чтобы клетки успели и поесть, и подышать. Вот пульсовое давление и указывает на эту скорость — 40–75 мм ртутного столба. Меньше 40 — медленно, больше 75 — слишком быстро. Постепенно сужаясь, артерии все больше сопротивляются потоку крови, и чем они ýже, тем сильнее это сопротивление, но тем ровнее течет кровь, тем меньше импульсация от сердца, а скорость прохождения через капилляры уравнивается и вписывается в требуемый диапазон.

Сопротивление сосудов потоку крови называется периферическим сопротивлением (ПС). Именно оно обусловливает появление нижнего, диастолического давления. Уровень ПС напрямую зависит от диаметра сосудов: чем больше диаметр, тем меньше ПС, и наоборот. Отсюда сразу напрашивается вывод: если диаметр сосудов может влиять на ПС, а оно, в свою очередь, изменяет АД, значит, влияя на тонус сосудов, можно изменять давление в артериальном русле. Как просто! Ну да. На первый взгляд.

Но чтобы учесть все-все факторы, участвующие в формировании АД, надо упомянуть еще два: объем и вязкость крови. С первым все ясно: чем больше крови, тем ее труднее качать. Да и со вторым не сложнее. Что легче прогнать через сито: молоко или сметану? Ответ очевиден. Молоко само протечет, тогда как сметану может понадобиться и продавить.

Объем крови зависит от веса, роста, немножко от пола. И еще — от состояния человека, от того, ранен он или здоров.

Раненый (а рана — это место, откуда течет кровь[95]) теряет кровь, и ее объем снижается. Больной в различных ситуациях тоже имеет весьма разный объем крови, на который влияет активность работы костного мозга (он производит клетки крови), а также степень восполнения жидкости. Дело в том, что организм теряет воду постоянно, тогда как восполняет ее, только когда пьет. Конечно, при нехватке воды организм старается сам ее вырабатывать, расщепляя запасы жира. Однако это долго, сложно и затратно для организма. Проще пить. Поэтому больные и раненые всегда просят пить. Изменение объема крови прямо пропорционально изменению АД. Чем больше крови, тем выше АД, чем ее меньше — тем оно ниже. Точно так же ситуация обстоит и с вязкостью: чем вязче кровь, тем выше ПС и, следовательно, выше диастолическое давление, а чем она жиже, тем ниже ПС и, соответственно, снижается диастолическое давление.

Чем регулировать артериальное давление?

Естественным образом давление регулируется за счет того, что человек ест и пьет. И конечно, здесь играет роль, что именно он ест и пьет. Эти два постулата надо разделять.

Что бы человек ни ел, пища расщепляется в пищеварительном тракте, жиры, белки, углеводы поступают в кровь и увеличивают ее вязкость, а следовательно, повышают ПС и АД. С питьем еще проще. Жидкость, которая в основном состоит из воды, тоже попадает в кровь и на некоторое время разжижает ее, как бы компенсируя повышение вязкости, вызванное пищей. Однако вода довольно быстро (через 10–20 минут) покидает кровяное русло, превращаясь в мочу и выделяясь с потом и дыханием, тогда как питательные вещества циркулируют в крови до 2–3 часов (то есть все время, пока пищевой комок продвигается по кишечнику и питает организм).

Какая пища особенно сильно влияет на вязкость? Жирная и белковая. Причем первая — сильнее. Пищевые белки довольно быстро уходят в ткани, а вот жир, специально связанный особыми белками (чтобы стать растворимым), очень долго плавает в крови или оседает в жировой ткани либо в клетках печени, если оказывается вдруг ненужным. А когда пища организму не нужна? Тогда, когда он ничего не делает, не работает. Проще говоря, во сне. Поэтому есть на ночь, перед сном, не просто вредно, а в некоторых случаях смертельно опасно! Теперь рассмотрим другие естественные регуляторы артериального давления.

На первое место поставим нервно-гуморальную регуляцию, то есть взаимосвязь нервно-психических реакций и эндокринной системы. Говоря человеческим языком с вплетением медицинских слов, я имею в виду адреналин — гормон стресса. У него есть и братик — норадреналин. Эта «сладкая парочка» синтезируется надпочечниками и занимается самым важным в отношении давления делом: сужает сосуды, повышая ПС. Чем они хороши? Тем, что действуют все время, пока присутствуют в организме. Вырабатываются гормоны стресса — давление повышается, перестают вырабатываться — давление снижается. Кроме влияния на тонус сосудов, эти гормоны вызывают учащение сердцебиения, что тоже повышает АД.

Чтобы не утомлять читателя, я не буду загружать его лишними деталями. Главное — понять: стресс не обязательно вреден, но для больного гипертонией, у которого сосуды слабые и ломкие, он может быть смертельно опасным.

Мощный выброс гормонов стресса всегда приводит к резкому критическому повышению артериального давления. Проще говоря, к гипертоническому кризу.

Если для раненого или тяжелобольного человека, который потерял много крови или у которого снижено содержание красных телец (эритроцитов), адреналин и норадреналин — спасение, то для тучного пожилого диабетика стресс и криз равнозначны пуле в голову. Исход один — смерть от кровоизлияния. Есть ли другие регуляторы давления? Конечно! Их два. В смысле — две. Это почки. Как они участвуют в регуляции артериального давления? Можно сказать, что очень живо и активно. Если гормоны стресса (адреналин с норадреналином) регулируют АД ситуативно, то почки в ситуации не разбираются. Их интересуют два вопроса: кислород и еда. Если и того и другого им хватает, они по-своему счастливы и охотно работают: чистят кровь, удаляют лишнюю воду и соли. А вот если почки по каким-то причинам голодают и задыхаются, то начинают «стучать ложками» и возмущаться.

В чем это проявляется? В почках есть клетки, чутко реагирующие на содержание кислорода и питательных веществ. Как только их становится маловато, «контролеры» начинают синтезировать гормон ренин, который под действием цепочки ферментов (их называют АПФ) превращается в другой гормон — ангиотензин (АТ). А тот вызывает сужение сосудов и тем самым повышает ПС и АД, причем никак не влияя на работу сердца.

Более того, АТ работает очень долго: даже после того как почка наелась и надышалась, он продолжает действовать. В условиях недостатка питательных веществ и атмосферного кислорода такие меры позволяют человеку не терять сознания (например, альпинисту на вершине). Но горожанину, страдающему гипертонией, такая ситуация лишь навредит. Постоянно повышенное АД, конечно, не криз, но и ничего хорошего в этом нет. Почему? Во-первых, потому, что может порваться сосуд (равно как и при кризе). Во-вторых, есть еще одна угроза — увеличение вязкости крови из-за того, что ткани «выжимают» из нее воду. Артериальное давление повышено, а пульсовое — в пределах нормы, но на переходе артериолы — капилляры появляется зона, где вода уходит из крови. Если пульсовое давление превысит 75, это приведет к голоданию тканей — ишемии. Она развивается везде, но наиболее опасна для мозга и сердца. Увеличение вязкости, давления в сосудах (это ведь не что-то абстрактное, а вполне конкретное давление — как пальцем в глаз) — это больно. И, что самое серьезное, это приводит к микроразрывам тонкой пленки, выстилающей сосуды. А микротравмы, в свою очередь, вызывают повышение свертывания крови.

И вот у гипертоника на фоне высокого давления начинают образовываться и тут же растворяться микроскопические тромбы. Где? Да везде. Всюду, где в артериях повышено давление. Оттуда они попадают в капилляры, ухудшая и без того плохое кровообращение и питание. Если не принять неотложных мер, тромб может закрыть сосуд — и тогда беды не миновать. Ситуация напоминает снежный ком. Проблемы наматываются одна на другую, все сильнее подрывая здоровье. За рассуждениями о диаметре сосудов и ПС я совершенно забыл о третьем важном регуляторе артериального давления.

Это концентрация белков и соли в крови. Вы, вероятно, удивитесь: при чем тут они? А притом, что и соль, и белок очень любят воду — так сильно любят, что тянут ее к себе с маниакальной страстью. Следовательно, от уровня данных веществ в крови зависит и количество воды. С одной стороны, это вроде бы неплохо, ведь вода разжижает кровь, а значит, улучшает ее текучесть. С другой — совокупный объем сосудов (артерий) зависит только от их диаметра, и хотя он может увеличиваться при расслаблении, но не до бесконечности же! Итак, если этот объем конечен, а концентрация белков и соли несколько выше, чем нужно, то хотим мы или нет, а давление будет расти. Вода «стремительным домкратом» проникнет в русло крови и примется давить на стенки сосудов изнутри. Что с ними при этом происходит, мы уже знаем: сосуд надрывается, повреждается. Либо может совсем порваться, если был надорван раньше или оказался слишком тонким. После употребления соленой пищи давление всегда повышается, особенно у тех, у кого и без того нарушена его регуляция.

Факторы, влияющие на артериальное давление

Я не буду сейчас рассказывать, как снижать АД. Это удел лечащего врача. Кроме того, все гипертоники обычно знают, какие лекарства им помогают. И потом, цель книги не в том, чтобы назначить те ли иные препараты или БАД. Нет. Она нужна для того, чтобы неспециалисты разобрались в важнейших физиологических процессах, протекающих в организме, и узнали о способах их контроля. Поэтому ниже я перечислю факторы, которые так или иначе влияют на уровень давления. А уж что делать с данной информацией, вы решите сами.

Кровотечение снижает и АД, и вязкость крови, приводит к обеднению питания почек, расценивается как стресс, поэтому компенсаторно выделяются ренин и стресс-гормоны. Носовое кровотечение при гипертоническом кризе или просто артериальной гипертензии неопасно: это естественный способ спасти себя. Останавливать такое кровотечение не стоит. Лучше всего подставить посуду и посмотреть, много ли выльется крови из носа. Обычно — не больше чем полстакана (100–150 мл).

При массивной кровопотере организм готов отдать все отростки (руки, ноги), чтобы спасти туловище и голову. И ему невозможно объяснить, что новые конечности не вырастут. Периферические сосуды спазмируются, кожа холодеет. Спасти могут немедленная остановка кровотечения и восполнение объема крови, лучше водно-солевыми растворами. Качество крови на некоторое время можно потерять, несколько часов организм терпит снижение уровня гемоглобина и белков.

Прием пищи повышает давление. Для здорового человека, в общем, не так важно, когда и как питаться: в организме хватает саморегуляторов, чтобы удержать АД в пределах нормы. В то же время больной человек сильно рискует, питаясь нерегулярно и очень обильно. Для страдающих гипертонией, как и для некоторых других групп людей, подходит низкокалорийное частое питание в малых дозах: 5–6 раз в день по 250–300 ккал за прием. И конечно, крайне нежелательно есть перед сном!

Переохлаждение расценивается организмом как стресс, что, естественно, приводит к повышению АД: спазм периферических (мелких кожных) сосудов вызывается не только выбросом адреналина и норадреналина, но и собственно холодом. При замерзании это помогает выжить.

Перегрев (жара, баня) тоже расценивается организмом как стресс. В первые минуты стресс-гормоны пытаются удержать жар кожи и не пустить горячую кровь внутрь. Поэтому начинается активное потоотделение. Традиция славян — из бани в сугроб — тренирует сосуды здорового человека. Но больного гипертонией это убьет.

Если жар сухой, то терморегуляция обеспечивает спасение от перегрева, а вот если влажный, то пот с кожи не испаряется и тепло постепенно проникает все глубже. Вода через потовые железы покидает организм, АД растет, увеличивается вязкость крови.

Алкоголь. Далее под спиртом (он присутствует во всех алкогольных напитках — от сидра и пива до собственно 96-градусного медицинского спирта) я буду понимать совокупное содержание алкоголя в питье и еде. Что делает спирт в организме? Известно что — пьянит. Оказывает наркотический, наркозный эффект. А в отношении АД? Из позитивных моментов сразу отмечу: снимает стресс, то есть алкоголь в небольшой дозе снижает выработку адреналина и норадреалина. Что хорошо. Можно ли таким способом бороться с повышением АД? В принципе можно, но это не значит, что я рекомендую снимать давление водкой. Снижать АД водкой нельзя. Опасно.

Все-таки со стрессом лучше бороться спиртсодержащими успокаивающими лекарствами на травах. Спирт — вещество коварное: снимая нервное напряжение, он расщепляется. «Вот удивил! — скажет читатель. — Так и должно быть». Да, только вот расщепляется спирт водой, и организм изрядно обезвоживается. А что при этом происходит с давлением? Оно, естественно, повышается.

Соленая пища (например, пиво с воблой). Соль первым делом попадает в кровь из желудочно-кишечного тракта и, как уже упоминалось, тянет на себя воду. Агрессивно тянет. Давление растет, и весьма значительно. А если учесть, что пиво помалу обычно не пьют, то можете себе представить, что происходит в сосудах. Это подобно медленному взрыву. Но отчего тогда к пиву так рьяно предлагается разная соленая гадость: все эти полосатики, кальмары и прочая сушенина? Обратите внимание: вобла к пиву, а не пиво к вобле. Почему? А потому, что у пива выраженный мочегонный эффект, при котором с мочой из организма вымывается очень нужный натрий. Чтобы сохранить его концентрацию, и рекомендуется вобла к пиву. Но ее требуется совсем чуть-чуть — небольшая часть маленькой рыбки, а не огромный лещ, окаменевший от соли. На вторые сутки после употребления или злоупотребления соленьями (икрой, огурцами, грибами или селедкой) у гипертоников развивается весьма устойчивый криз.

Атмосферное давление. Хочу привести цитату из книги «Золотой теленок» И. Ильфа и Е. Петрова:

«— Вы знаете, Адам, новость — на каждого гражданина давит столб воздуха силою в 214 кило.

— Нет, — сказал Адам, — а что?

— Как что! Это научно-медицинский факт. И мне это стало с недавнего времени тяжело. Вы только подумайте! 214 кило! Давит круглые сутки, в особенности по ночам. Я плохо сплю»[96].

Действительно ведь давит! Товарищ Бендер не ошибся. Но дело не в том, что давит, а в том, что все время меняется: то сильнее давит, то слабее. И АД тоже должно успевать меняться.

Если атмосферное давление снижается — нужно снизить и артериальное, а если повышается, то надо приподнять АД, чтобы периферическое сопротивление не выросло слишком сильно. За этим следит особый нервный центр — сосудодвигательный, расположенный в продолговатом мозгу. Люди, не успевающие приспособиться к быстрым изменениям атмосферного давления, называются метеопатами. Метеопатия часто наблюдается в пожилом возрасте, что объясняется заторможенностью или гиперреактивностью нервной системы. Проще говоря, нервная система либо «тормозит», не успевая расширить или сузить сосуды вслед за снижением или повышением атмосферного давления, либо, наоборот, «впадает в истерику»: нужны незначительные перемены, а сосуды спазмируются или слишком расширяются. В результате человек или мучается дикими головными болями в дождь, или падает в обморок в ясную солнечную погоду.

Подводя итог, скажу, что факторы, влияющие на АД, никогда не встречаются по отдельности. Да, какого-то из них может и не быть в этой «теплой компании», но, как правило, бÓльшая часть присутствует. И чем больше скапливается этих факторов, тем тяжелее болеет человек, тем сильнее он зависит от лекарств, диеты и т. д.

Чего не следует делать, если вы не хотите, чтобы АД выходило за рамки нормы:

• перегреваться;

• переохлаждаться;

• перерабатывать;

• недосыпать;

• переедать (в частности, злоупотреблять жирной и соленой пищей);

• перепивать (в частности, злоупотреблять слабыми и крепкими алкогольными напитками);

• слишком много лежать или сидеть;

• нервничать;

• терять кровь (больше 250 мл зараз);

• слишком сильно потеть (не восполняя потери жидкости и электролитов);

• переутомляться физически[97] (при этом с потом и дыханием теряется много воды и соли);

• злоупотреблять витаминами[98] и БАДами.

Пульсоксиметр — модная игрушка или нужная вещь?

В связи с начавшейся пандемией инфекции COVID-19 и возникающим в разгар заболевания тяжелым острым респираторным синдромом, который еще называют «ковидной пневмонией» или «атипичной пневмонией», которую на обычном рентгеновском снимке увидеть невозможно, только на КТ, главным признаком нарушения дыхания стало снижение наполнения клетками крови кислородом — сатурация О_2. Обнаружить ее несложно с помощью прибора — пульсоксиметра.

Этот прибор давно использовался в основном бригадами реанимации скорой и в аналогичных отделениях больниц. Он удобен, не требует расходных материалов в виде клеющихся электродов, одновременно показывает частоту пульса, насыщение крови кислородом. Можно оценить ритмичность работы сердца, качество работы легких и даже кровообращение в мелких сосудах — ведь прибор измеряет кровь в капиллярах с помощью светового пучка.

Пандемия продиктовала свою «моду» на домашние медицинские приборы, и вот изначально весьма дорогие пульсоксиметры (стоили несколько тысяч рублей) появились в аптеках, а цена на них упала до сотен рублей за одну штучку. А он действительно нужен в доме? Или все-таки пусть будет, как кардиограф, принадлежностью врача?

Любой медицинский прибор, необходимый для диагностики, должен иметь сертификат соответствия, проходить регулярную проверку и калибровку. Потому что от его точности зависят правильность диагностики и адекватность принимаемых мер медицинской помощи. Продаваемые населению в аптеках медприборы не являются юридически ответственными. То есть их данные не имеют юридической и диагностической ценности — они всегда дают приблизительные значения, так как считаются приборами бытового назначения.

Не удивляйтесь, но домашние тонометры и пульсоксиметры выдают результаты, которые врач имеет право не вносить в медицинскую карту или историю болезни и сомневаться в их действительности.

Если медику пульсоксиметр нужен для работы, он получит по месту службы закупленный официально сертифицированный прибор, на показания которого может опираться в постановке диагноза, и этот факт в случае неисправности прибора его защитит, потому что поломку предвидеть невозможно. Стóит профессиональный пульсоксиметр с документами не меньше 100–200 долларов США. В отличие от аптечного прибора, цена которого редко превышает 20 долларов.

Так зачем он нужен в доме?

Посчитать пульс, если вам лениво сделать это руками и часами, можно с помощью смартфона (есть у любого) и бесплатной программки «Пульсомер», которую можно скачать и поставить. Для измерения пульса достаточно прижать к камере палец и нажать «старт», через 30 секунд получите результат пульса. Также пульс считают все электронные автоматические тонометры.

Вот и получается, что дома пульсоксиметр из аптеки — всего лишь модная игрушка.

Что на самом деле нужно для домашней самодиагностики?

Тонометр надежный, проверенной фирмы, важно следить за качеством батарей, не допускать их разряда. Термометр — лучше традиционный ртутный (самый точный) или к нему в пару проверенный и откалиброванный электронный.

Больному диабетом нужны глюкометр и набор тест-полосок.

Для самоконтроля ЭКГ можно купить простой монитор-армед или ЭКГ-приставку к смартфону ECG Dongle (кардиофлешка) (рис. 17), если не жалко тратить деньги на липкие электроды и действительно нужно регулярно снимать ЭКГ.

Рис. 17

Эти домашние медицинские аксессуары — игрушки для любителей обследоваться. Впрочем, это не снижает количество вызовов бригад с поводом: «Мне проверить тонометр, глюкометр, пульсоксиметр — я им не верю!» в любое время суток.

6. Какой должна быть аптечка?

Аптечка — непременный атрибут нашего быта. Самая большая и в то же время самая бестолковая аптечка бывает у пенсионеров, страдающих хроническими болезнями. Они нередко хранят лекарства в коробках из-под обуви. Обычно там можно найти различные назначенные и недопитые препараты, а также те, к которым никто даже не прикасался. Но ведь аптечка — это не только коробочки с патентованными средствами (среди которых больше половины изрядно просрочено).

Домашняя аптечка

Вы давно заглядывали в свою домашнюю аптечку? Что там лежит? Наверняка найдутся и просроченные лекарства, и ненужные. А вот средств первой помощи может вообще не оказаться. Специально для вас я «собрал» домашнюю аптечку, ориентированную на мелкую бытовую травму и ухудшение самочувствия, связанное с простудными заболеваниями, переутомлением или нарушением питания.

1. Охлаждающий спрей «Кармолис» — 200 мл.

Нужен для охлаждения места ушиба. Уменьшает размеры возможной гематомы (синяка) и боль.

2. «Олазоль» (пантенол).

Спрей с обеззараживающим эффектом для ссадин, рваных и ушибленных ран, а главное — ожогов.

3. Кровоостанавливающий артериальный жгут — 1 шт.

Накладывается выше артериального кровотечения на участок конечности с одной костью (плечо или бедро). Сразу после процедуры на коже (рядом) записывается время наложения жгута. За 1 час нужно организовать доставку в травмпункт или стационар. В самых сложных случаях перевозка больных должна осуществляться специальными службами, опытными врачами и на автомобиле со специальным оборудованием.

4. Салфетки стерильные марлевые — 2 упаковки.

Используются для очистки ран, аппликации с мазью при перевязке ран и с целью остановки кровотечения.

5. Гемостатическая губка — 1 упаковка.

Губка измельчается и насыпается в рану или на салфетку.

6. Бинт 7×10 — 2 шт.

Используется для закрытия ран после промывки и обработки.

7. Эластичный бинт 1,5 м — 2 шт.

Наматывается на область сустава для уменьшения подвижности при растяжении связок, после вывиха.

8. Бактерицидный пластырь — 5 пластин.

В комбинации с бактерицидными или кровоостанавливающими средствами накладывается на небольшие раны (порезы).

9. Ножницы (с закругленными браншами) — 1 шт.

Используются для отрезания бинта, пластыря или отмершей кожи.

9.1. Пинцет (металлический с зубчиками или рифлеными зацепами).

10. Тонометр (любой, лишь бы работал и ему верили).

Используется для измерения артериального давления. Норма АД индивидуальна. Варьируется от 100/50 (90/40) до 130/80 (140/90) в зависимости от пола, возраста и комплекции.

11. Термометр (можно ртутный, но лучше электронный — дистанционный).

12. Дезинфицирующий раствор: «Бетадин» (повидон-йод), «Хлоргексидин», «Доксидин», «Мирамистин», перекись водорода Н2О2 — 1 флакон (любое из этих средств или все).

Используется для дезинфекции ран и язв. Предварительно загрязненная рана промывается чистой холодной водой. Холод останавливает кровоточивость. Наносится раствор, затем поврежденное место сушится марлевой салфеткой.

13. «Стрептоцид» 2.0 (порошок) — 5–10 шт.

Один из старейших антибактериальных препаратов (сульфамидов) — используется для посыпания ран и язв.

14. Обеззараживающие мази: «Левомеколь», «Синтомициновая эмульсия», «Гентамициновая мазь», «Линкомициновая мазь» — 1 тюбик.

Используются для намазывания марлевых салфеток с последующим их приклеиванием поверх раны.

15. «Но-шпа» («Дротаверин») — 1 упаковка.

Прекрасный спазмолитик. В отличие от «Папаверина» больше воздействует на протоки (желчный, поджелудочной железы, мочеточник) и мышцы (кишечника и желудка). Средняя дозировка для взрослого на прием — 80 мг (2 таб.), действует 3–5 часов. При спазмах и воспалениях применяется по 2 таб. 3 раза в день.

16. «Парацетамол» 500 мг — 1 упаковка.

Обезболивающее и антипиретическое (противотемпературное) средство. Не применяется курсами (несколько недель), а только симптоматически: при боли и повышенной температуре. Детская доза на прием 250 мг (½ таб.) или 500 мг. Время действия — 2–3 часа. При очень высокой температуре можно дать 1 г (2 таб.).

17. «Анальгин» 500 мг — 1 упаковка.

Обезболивающее, противовоспалительное и антипиретическое средство. Действует от 5 до 10 часов. Детям от 5 лет допустимо применение в дозе 250 мг (½ таб.). Взрослые могут принимать до 2,5 г в течение суток (1 ампула баралгина, 5 мл, содержит 2,5 г анальгина).

18. «Активированный уголь» — 5 пачек.

Сорбирующее средство (активно всасывает токсины) при пищевых отравлениях или отравлениях ядами (перорально). Употребляется после промывания желудка в дозе 1 таб. на 1 кг веса. Или на 10 кг веса[99]. Запивается водой. Глотается целиком.

19. «Регидрон» — 5 пакетов.

Пакет, содержащий смесь порошков солей калия, натрия, магния и глюкозу. 1 пакет на 1 литр кипяченой воды. Пьется при пищевых отравлениях для профилактики обезвоживания и потери электролитов.

20. «Гутталакс» — 1 флакон.

Пикосульфат натрия — солевое слабительное. Мягкое. При запорах дольше 2 суток. Запор дольше 3 суток требует клизмы — «Микролакс» или обычной 2-литровой клизмы.

21. «Мезим» (или «Легалон», «Фестал», «Дигестал», «Панзинорм») — 1 упаковка.

Содержат пищеварительные ферменты. Способствуют расщеплению и перевариванию жиров. Принимаются одновременно с пищей или сразу после еды (эффективность препарата не доказана, но люди верят, что спасает от переедания), кстати, за счет полного расщепления способствует ожирению!

22. «Имодиум» (или «Лоперамид», «Лопедиум») — 1 упаковка.

Используется внутрь при диарее (поносе) после употребления несвежей или противопоказанной пищи. Принимается по 2 таб./капс. после каждого приступа диареи.

23. Обезболивающий гель — «Кетонал» 5 % (кетопрофен).

Используется наружно — в месте ушиба, при миозите, а также при невралгии. Втирания не требует. После нанесения геля следует подождать, пока он впитается (около 10 минут). Действует от 3–5 до 10 часов.

24. Валокордин[100] — раствор или в таблетках (или экстракт валерианы).

Используется при сильном волнении, при необходимости успокоения и учащенном сердцебиении (до 100 уд. в мин.). Содержит изовалериановую кислоту, этиловый спирт и фенобарбитал (люминал) — снотворное. Доза для взрослого человека — 40–60 кап. (2 мл) на прием.

25. Аспирин 500 мг — 1 упаковка.

Ацетилсалициловая кислота — противовоспалительное и антипиретическое средство, обладает эффектом разжижения крови. Используется для снижения температуры (500 мг) или для профилактики тромбозов по 100–200 мг в день. Принимается после еды.

26. «Нитроспрей» (или «Изокет») — 1 флакон.

Нитроглицерин (спиртовой раствор — спрей). Используется при боли в груди, вероятно сердечного происхождения, — однократно. Не используется при низком давлении и частом пульсе!

Аптечка путешественника

Туризм туризму рознь. Вы можете поехать в Турцию или Египет на неделю, отдыхать три месяца в Доминиканской Республике, искать приключения в Африке, организовать конный поход по алтайским степям или велопробег по Средней Азии. В каждую такую поездку нужна особая комплектация аптечки.

Для начала нужно самому себе ответить на важные вопросы:

1. Поедут ли дети до 14 лет и сколько их?

В связи с этим определяется объем перевязочных материалов, антисептиков, охлаждающего спрея, противовоспалительных препаратов (антибиотиков, антипиретиков).

2. Есть ли в группе хронические больные?

Нужно не забыть взять запас курсовых и системных препаратов в расчете на +7–10 дней к запланированному сроку.

3. Планируется ли экстрим?

Риск травматизма, обострения мочекаменной болезни, радикулита и других заболеваний.

В зависимости от времени поездки, ее экстремальности и количества участников размер аптечки может варьироваться от небольшой сумочки до сумки-укладки — весьма почтенного размера (рис. 18). Очевидно также, что просто взять с собой запас препаратов и средств мало, нужны голова и руки, которые умеют этим пользоваться.

Рис. 18

Если вы путешествуете на автомобиле, то может взять с собой довольно большую аптечку. Так я (с учетом моей профессии) вожу в машине набор медикаментов, шприцев, перевязочных материалов, антишоковых и обезболивающих препаратов и даже систему для в/в вливаний и несколько пластиковых мешков с физраствором и 1 бутылку с ГЭК 6 %. В первую очередь ориентируясь на то, что, возможно, придется столкнуться с ДТП и оказывать помощь при серьезной травме, бороться с шоком и кровопотерей. Есть ли резон брать похожий набор людям без медицинского образования и навыков оказания помощи? Вопрос спорный, но нельзя исключить, что в опасной ситуации рядом окажется медработник и ваша укладка придется очень кстати. Ибо медик без лекарств и инструментов — все равно что пистолет без патронов, годится только как молоток.

При поездке за рубеж наиболее вероятны следующие ситуации:

• пищевое отравление;

• отравление экзотическими продуктами (несварение);

• алкогольное отравление;

• простуда (ОРЗ), вызванная воздействием кондиционера;

• утопление, аспирация воды, пневмония после спасения;

• ушибы;

• раны;

• накалывание стопы на морского ежа, ожоги медузами, укусы пчел и ос;

• заражение местной экзотической болезнью, от которой забыли привиться. (В Таиланде — лихорадка Дэнге, а в Африке — малярия, или тропическая лихорадка, или паразитарное заболевание из воды: дракункулез, шистосомоз или еще какая-нибудь гадость. На Карибах — лихорадка Зика.)

Наличие страхового полиса не гарантирует полноценной медпомощи за границей[101]. В зарубежных странах вы не купите лекарств без рецепта врача, кроме того, услуги доктора могут не входить в систему страховой медицины — так что вас попросят оплатить специализированную помощь наличными. Например, лечение аллергической реакции на жареного лобстера в каком-то местном соусе обошлось одному отдыхающему в 1000 американских долларов. Ему промыли желудок, ввели антигистаминные препараты и пару литров раствора Рингера — но разве у нас эти процедуры столько стоят? Попробуем с помощью аптечки обойтись без таких затрат.

Вниманию путешественников с хроническими заболеваниями

Что нужно понимать «хронику»? Что, выезжая из привычной среды, он вводит организм в состояние стресса. Плохо ли это? Необязательно, но то, что определенные изменения в организме произойдут, — однозначно. Физические и эмоциональные нагрузки повлияют на активность эндокринной системы в сторону увеличения выброса гормонов.

Хронические заболевания группы риска:

• гипертоническая болезнь;

• ожирение (включая морбидное);

• хронический гастродуоденит (холецистит, панкреатит);

• геморрой;

• бронхиальная астма (хронические болезни органов дыхания и легких);

• аллергия (на пыль, пыльцу, пищевые продукты);

• мочекаменная болезнь;

• артриты (артрозы);

• аутоиммунный тиреоидит (гипертиреоз, гипотиреоз);

• сахарный диабет (1-го или 2-го типа);

• кариес;

• хроническое воспаление придаточных пазух носа (гайморит, фронтит, синусит);

• варикозная болезнь;

• аритмия сердца.

Носитель хронической болезни обычно знает о своей проблеме и применяет набор курсовых препаратов — схему лечения. Очевидно, что, выезжая на отдых, он должен взять с собой весь набор лекарств в двойном объеме. Почему? Во-первых, переезд и акклиматизация могут обострить болезнь и, возможно, придется купировать приступ или снимать временное ухудшение самочувствия. Купить препараты без рецепта вам не удастся, а обострения хронических болезней не входят в страховой случай. То есть обращение к врачу вам придется оплатить из отпускных. Также, как показывают события последних лет, нельзя исключать форс-мажорные ситуации. Например, если вас вдруг выселят из отеля или возникнут сложности с вылетом и придется провести несколько суток в аэропорту.

Предупредить лучше, чем лечить!

Перед дальней дорогой рекомендую пройти несложное обследование. Вот несколько этапов:

• санация рта и лечение кариеса (больной зуб за рубежом влетит вам в копеечку);

• ЭКГ + заключение кардиолога (по необходимости ЭХО-КГ);

• общий анализ крови и общий анализ мочи (при аритмии, ожирении, варикозной болезни — коагулограмму (свертывание крови);

• УЗИ печени, почек, поджелудочной железы;

• ФВД для бронхиальной астмы, ХОБЛ или прочих хронических болезней легких.

Почему это нужно? Для городского жителя поездка в теплые дальние страны — стресс, который может обострить хронические заболевания. И очень важно понимать, что выезд происходит в период ремиссии (хорошего самочувствия) и нет скрытой угрозы для обострения.

Наибольшую опасность в путешествии (самолетом или авто) представляет малоподвижность, а в самолете еще и перепады давления воздуха.

Обстоятельства вынуждают туриста уметь оказывать помощь и себе, и своим товарищам. При региональных клубах работают курсы по оказанию неотложной помощи, есть и немало книг, дающих теоретические основы. Но все это лишено смысла, если сам человек не собирается хотя бы немного поучиться. Интернет позволяет найти ответы на многие вопросы, но где вы найдете интернет в лесу или на островах? А как показывает мой личный опыт — даже в крупных городах и отелях с интернетом бывают перебои и сложности.

Собираем аптечку в дорогу

За основу аптечки путешественника берем домашнюю аптечку, в которую добавляем:

Перевязочные средства

3 упаковки салфеток (40×40) и 5 бинтов (7×10) — комплектующему аптечку нужно ориентироваться на вид отдыха: чем активнее отдых, тем выше риск получить травмы, как мелкие, так, к сожалению, и не очень.

Мази с антибиотиком и сульфаниламидами

Разные: «Линкомициновая», «Левомеколь», «Синтомициновая», «Стрептоцидовая» — почти 90 % всех ран, полученных на природе, в большей или меньшей степени инфицированы, а значит, спустя сутки непременно нагноятся. Вот чтобы этого не было, такую рану нужно промыть любым антисептиком и покрыть салфеткой с мазью.

Крем «Кетонал» (гель «Кетопрофен», «Фастум», «Быструм», «Артрозилен»)

Используется для обезболивания при ушибах, растяжениях, ущемлениях и невралгиях, также хорошо снимает боли при воспалении (если крем «Кетонал» смешать с антибактериальной мазью 1:1).

1–2 флакона с перекисью водорода 3 % (100 мл)

Как и любой антисептик, используется для промывания раны. Если рана сильно загрязнена, ее нужно промыть холодной чистой водой (из бутылки) и уже перед наложением мази и марлевых салфеток — промыть антисептиком. Этот совет — из соображений экономии. Ведь вам вряд ли удастся за рубежом купить перекись водорода или «Хлоргексидин» в аптеке без рецепта.

1 флакон «Хлоргексидина» или «Мирамистина»

В дополнение к перекиси водорода. Если в компании есть дети — берите больше, наверняка будут и ссадины, и ушибы.

«Нистатин» (1 упаковка)

«Флюконазол» (2 упаковки)

Эти два препарата нужны для лечения молочницы, обострения этого заболевания не редкость. Применение по инструкции, можно порознь, можно вместе. В зависимости от тяжести течения болезни.

«Левомицетин» 500 мг в таблетках (1 упаковка — 10 таблеток)

При поносе в результате отравления (пищевой токсикоинфекции) детям — по ½ табл. (250 мг) 3 раза в день, взрослым — по 1 табл. 3 раза в день 2 дня.

«Лоперамид» («Имодиум») (1 упаковка)

Антидиарейное средство. Причину поноса не устраняет, просто притормаживает перистальтику толстой кишки, в сочетании с «Левомицетином» — эффективнее.

«Регидрон» (5 двойных пакетиков)

При ПТИ после рвоты и на фоне применения «Лоперамида» и «Левомицетина» применяется раствор — 1 пакет на 1 л чистой теплой воды. В течение дня при активном поносе нужно выпить не меньше 2 л раствора, восстанавливает водно-солевой баланс.

«Панангин» («Аспаркам») 100 табл. (таблетки — 2 упаковки)

Эффективный препарат при потере солей с потом (сильная жара или активные занятия спортом), принимается по 2 табл. 2–3 раза в день. Восполняет потерю калия и магния, обеспечивает профилактику нарушения ритмики сердечных сокращений.

«Анальгин» 30 табл. (3 полоски)

Самое простое обезболивающее для всех случаев, кроме болей в животе (!). Максимальная РАЗОВАЯ доза — 1,0 (2 таблетки), максимальная суточная — 2,5, то есть 5 таблеток. Данные о вреде препарата отчасти не соответствуют истине, поскольку проявляется он (вред), если принимать ежедневно по 2,5 г в течение 10 и более дней. Однократный или даже двухдневный прием безопасны. Но важно помнить: анальгин не лечит (он снимает боль и уменьшает температуру) — в комплексе оказания помощи это важно. Время эффекта колеблется от 4 до 12 часов. Имеет противопоказания, из которых у туриста могут быть два: аспириновая бронхиальная астма и аллергия на анальгин и его аналоги. (Маловероятно, что человек с тяжелым течением печеночной или почечной недостаточности или заболеваниями крови поедет отдыхать в жаркие страны или займется активным отдыхом[102].) Под вопросом остается беременность. На сроках больше 16 недель прием в небольших объемах неопасен.

«Пропосол» — спиртовой раствор прополиса, аэрозоль (1 флакон)

Используется при воспалении в горле — фарингите или ангине в комбинации с антибиотиком (на выбор: «Азитромицин», «Ципрофлоксацин» или «Цефиксим»). Не меньше 6 раз в день: за 30 минут до и после еды.

«Стрепсилс» или «Аджисепт» (1 упаковка на 1 ребенка)

Леденцы-пастилки с антисептиком при лечении фарингита не очень эффективны, их можно использовать на ранней стадии этого заболевания (першение в горле) как профилактическое средство. Заболеет один, следом заболеют все.

«Омепразол» — ингибитор протонной помпы, ИПП (1 упаковка — 30 капсул)

Это группа препаратов, снижающих кислотность и активность выработки желудочного сока. Применяется для лечения гастрита и гастродуоденита. Симптомы: боли в животе перед едой или после еды, изжога. Применяется по 1 капсуле натощак утром или утром и вечером до еды.

«Ренни» («Гастал», «Маалокс», «Алмагель»[103]) (1 упаковка, 32 таблетки)

Антацидное (противокислотное) средство, используется симптоматически — при изжоге. Нет смысла принимать профилактически. Очень рекомендую брать в южные жаркие страны, где пища изобилует перцем и острыми приправами, которые могут спровоцировать изжогу и гастродуоденит.

«Смекта» (5 пакетов)

Природный алюмосиликат, очищенный. Основное действие — сорбент, убирает из кишечника токсины бактерий, попавшие туда при пищевом отравлении. Применяется и для детей, и для взрослых как средство от поноса, например, при аллергии на «Имодиум» («Лоперамид») или антибиотики.

Активированный уголь (черный или белый, 10 упаковок)

Хороший сорбент различных токсинов (от алкоголя до ядов, выделяемых бактериями ПТИ), эффективен обычно в дозе 10 таблеток или больше, запивать лучше негазированной минеральной водой. Нельзя принимать одновременно с лекарствами. Можно использовать для очищения воды.

«Бисептол» 480 мг (1 упаковка)

Сульфаниламидное (не антибиотик!) комбинированное антибактериальное средство для лечения воспалений органов дыхания и мочевыводящих путей. Препарат старый, но надежный. Широкого спектра (действует на многие бациллы). Слух о его вреде связан с длительным (от 2 недель до месяца) применением. В поездке вряд ли придется его использовать так долго. Как и антибиотики, перечисленные ниже, «Бисептол» используется при воспалениях: верхних дыхательных путей (от насморка и гайморита до бронхита и пневмонии), гнойных заболеваниях мягких тканей (фурункулы, гнойные раны и флегмоны (например, из-за занозы или иглы морского ежа), а также при воспалениях мочевыводящих путей (цистите, уретрите, почечной колике для профилактики нефрита в комбинации с нитроксолином). «Бисептол» у детей до 12 лет применяется от 1 табл. 3–4 раза в день. У взрослых — по 2 табл. 3 раза в день (в Европе он продается под названием «Бактрим», «Ориприм 960» — но только по рецептам). В походе позволяет получить необходимое время, чтобы доставить больного в город.

Антибиотики

Сейчас я нарушу все заповеди и предостережения насчет самолечения. Если в группе туристов есть медработник, отдайте ему аптечку и не забивайте себе голову. Если нет, внимательно прочтите то, что я напишу. Потому что вам придется самостоятельно оценить ситуацию и принять решение. Для этого нужно кое-что знать и правильно выполнить по пунктам.

1. Все противовоспалительные средства, относящиеся к антибиотикам, не принимают больше 7–10 дней при условии, что они эффективны.

2. Эффективность а/б определяется результатом на 3–4-е сутки приема препарата.

3. За четыре дня применения антибиотик, если на него нет аллергии или какой-то исключительной непереносимости, НИКАКОГО ВРЕДА НЕ ПРИЧИНИТ! Важно только понимать реальную необходимость применения этих препаратов. Ни в коем случае не использовать «На всякий случай!»[104].

4. Антибиотик дается при наличии признаков воспаления.

Признаки воспаления бывают общие и местные (локальные). Общие признаки воспаления — это ТЕМПЕРАТУРА (37,2 и выше) и интоксикация (отравление токсинами бактерий), проявляющаяся следующими симптомами:

а) слабость;

б) головокружение;

в) тошнота, ломота в суставах и мышцах;

г) учащенный пульс и пониженное артериальное давление;

д) головная боль.

Одним словом, все это называется «лихорадка» (лихорадочное состояние). И определенно связано с развитием в организме инфекции (если нет локальных или системных проявлений (понос, кашель и одышка), то лихорадка может быть вызвана укусом и заносом инфекции или переохлаждением и опять же заносом инфекции с пищей, водой или воздухом). К общим симптомам относится одышка (нехватка воздуха), которая может быть связана с перегревом, слишком частым пульсом и обезвоженностью. При явно тяжелых состояниях (если вы в цивилизованном мире — со страховым полисом) обращайтесь к местной медицине. Это однозначно страховой случай. Если вы в поле и цивилизации рядом нет, принимайте меры и боритесь с температурой (охлаждайте голову в первую очередь!), обезвоженностью (раствор «Регидрона») и инфекцией — давайте антибиотик. Какой? Об этом я напишу в виде примечания к каждому препарату.

Еще обратите внимание на местные проявления воспаления.

К ним относятся:

• покраснение кожи или слизистой;

• уплотнение или отечность;

• болезненность при ощупывании или без него;

• увеличение соседних лимфатических узлов;

• для слизистой носоглотки и органов дыхания это жжение в носу и носоглотке, в горле, першение, кашель. Для остальных частей тела — все очевидно: резь или боль при мочеиспускании, выделения. Если не было повреждения кожи и слизистой (царапина или ушиб), то место воспаления все равно проявит себя уплотнением, болью, повышенной температурой.

При воспалениях и температуре противопоказано любое прогревание, включая баню!

И еще раз: любые случаи острого заболевания, сопровождающегося мозговой симптоматикой (головокружение, тошнота, потеря сознания, головная боль, дискоординация, бред) — это абсолютные показания для прерывания отпуска и немедленного обращения к профессиональной медицине и службе спасения! Что бы сам заболевший ни говорил, вроде «Все пройдет, мне уже лучше, не надо в больницу!», не слушайте его, он недооценивает тяжесть своего состояния.

К тревожным симптомам относятся менингиальные симптомы (признаки отека или воспаления мозговых оболочек) — головная боль, головокружение, напряжение мышц шеи и спины до боли, при попытке поднять голову и притянуть подбородок к груди это не получается или вызывает боль в спине. Если эти знаки не проходят после снижения температуры, это тоже показания для экстренной эвакуации больного. Стойкие менингиальные симптомы могут указывать на то, что инфекция атаковала мозг, развивается менингит или энцефалит. Промедление с госпитализацией в таких случаях приведет к смерти пострадавшего.

Перед тем как даете человеку препараты, всегда спрашивайте: «Нет ли аллергии на лекарства и, если есть, то на какие?» Это убережет вас от весьма распространенной ошибки — дать лекарство, потом бороться с аллергией на него. Из всех указанных тут антибиотиков нет ни одного относящегося к пенициллинам!

«Азитромицин» 500 мг (1 упаковка)

Антибиотик группы макролидов — очень широкого спектра, применяется при заболеваниях верхних дыхательных путей, органов дыхания, органов мочевыводящей системы (нефрит, пиэлит, цистит или уретрит) — очень удобен в применении и транспортировке. В упаковке — 3 капсулы по 500 мг препарата. Принимается 1 раз в день, весь курс составляет 3 дня. Препарат продолжает работать и на 4-й, и на 5-й день от начала лечения. Особенно хорошо действует, если дается в первый день проявления признаков воспаления. Не замечен в провокации типа присоединения молочницы, но может давать индивидуальную непереносимость или аллергию на всю группу (макролиды). При сильных воспалениях, бронхите и пневмонии нужно добавлять «Бисептол» (импортный аналог — «Сумамед» (дороже почти в 10 раз).

«Ципрофлоксацин» 500 мг (1 упаковка)

Антибиотик группы фторхинолонов — очень широкого спектра, тоже применяется при заболеваниях ВДП и мочевыделительной системы, побочных эффектов в виде молочницы также не замечено. Принимается по 500 мг (1 табл.) 2 раза в день — 5 дней. Эффект обычно наступает на 4-й день (поэтому частенько нахожу у больных недопитые облатки с 1–2 таблетками). Препарат имеет огромное число синонимов и дженериков («Ципросол», «Ципран», «Ципробай», «Ципролет» и пр.). Как любой медикамент, может вызвать аллергию или индивидуальную непереносимость (понос или запор).

«Доксициклин» 100 мг — капсулы (1 упаковка)

Антибиотик группы тетрациклинов (полусинтетик), может, как и предыдущие препараты, использоваться и при воспалении органов дыхания, и при гнойниках на коже, и при воспалении мочевыделения, однако я его предлагаю взять в аптечку для иной цели. Дело в том, что «Доксициклин» — это один из немногих препаратов, который помогает при чуме, туляремии, сапе, болезни Лайма (боррелиозе), болезни Шагаса (трипаносомозе), лихорадке скалистых гор (риккетсиозе) и многих других заболеваниях, передающихся от животных и насекомых. Например, его резонно принимать, если есть подозрение на малярию или после укуса клеща, который мог заразить боррелиозом. От малярии не избавит, но «придавит» активность малярийных плазмодиев, то есть снимет симптоматику и позволит добраться до цивилизации в нормальном состоянии. Что касается боррелиоза, «Доксициклин» — основное средство профилактики против этого заболевания. Принимается по 1 капсуле 2 раза в день — до 10 дней. Встречались случаи присоединения кандидоза — молочницы. Но для этого случая в аптечке есть специальные лекарства.

«Цефиксим» 200 мг (1 упаковка)[105]

Антибиотик группы цефалоспоринов, 3-е поколение. Очень широкого спектра. Применяется при любых воспалениях, включая пищевую инфекцию или расстройство пищеварения в жарких странах (понос путешественников). Эффект дает (если попадает в цель) на 2–3-и сутки применения, а при поносе путешественников достаточно приема в течение 1 дня (если перестараться, возможен длительный запор!). При воспалениях в носу-горле и бронхах принимается по 200 г 2 раза в день не больше 5–7 дней. Молочница обычно не присоединяется, но, если есть хроническая, — может обостриться.

«Нитроксолин» 100 мг (1 упаковка)

Антибиотик из группы хинолонов (предок «Ципрофлоксацина» и его семейства) был изобретен еще в 60-е годы XX века, но до сих пор прекрасно применяется при лечении воспалений мочевых путей, потому что практически полностью выводится почками за 4–5 часов. Из-за этой «стремительности» его приходится принимать 4 раза в день по 1–2 таблетки. В аптечке он исключительно для лечения воспалений в почках и мочевом пузыре и еще, например, при почечной колике. Применять вместе с «Ципрофлоксацином» нерезонно, лучше комбинировать с «Бисептолом». Принимать нужно при первых же симптомах уретрита/цистита — частые позывы к мочеиспусканию (каждые 10 минут), когда само мочеиспускание облегчения не дает. Побочного эффекта в виде молочницы не замечено.

Полный комплект

Что еще может понадобиться?

Латексные перчатки (стерильные или обычные)

5 пар — защищают (надевшего) от инфекции, а травмированного — от попадания грязи при обработке раны с (даже вымытых) рук. Еще в перчатках хорошо наносить различные мази на кожу, особенно мази с «греющим», раздражающим кожу эффектом («Никофлекс», «Финалгон», «Ксефокам», «Долобене» и пр.).

Шприцы: 2 мл — 3 шт., 5 мл — 3 шт., 10 мл — 2 шт. (5 и 10 вряд ли пригодятся — но пусть будут). Что ими вводить? В отдельную коробку я предлагаю уложить:

«Адреналин» 1 мл (5 ампул)

Препарат, гормон надпочечников, обладает противошоковым и антиаллергическим эффектом. (Если найдете, рекомендую купить 2 комплекта «Эпипен» — автоматический инжектор. Для введения адреналина при анафилаксии достаточно поднести к шее и надавить.)

Когда и как применять? Единственный повод для введения адреналина — анафилаксия, острая аллергическая реакция, отек Квинке. Времени на страх и неуверенность нет. Если человек принял что-то или съел и при этом начал задыхаться, терять сознание (если не подавился) — в вашем распоряжении 3–5 минут. За это время нужно найти аптечку, достать шприц 2 мл, ампулу адреналина, набрать и ввести. Куда? Внутримышечно. Еще раз: куда? Куда угодно! В руку, ногу, спину, ягодицы, шею, живот… только не в глаз. Резонно, что лучше всего в шею. Потому что удушье часто связано с отеком гортани, трахеи и бронхов. Успеете сделать — спасете человеку жизнь.

«Преднизолон» 1 мл (25–30 мг) (6 ампул)

Основная задача — снятие острой аллергической реакции (до приезда скорой помощи). Можно набрать 3 ампулы и ввести все внутримышечно. Особенно при описанной выше ситуации с анафилаксией. «Адреналин» — препарат очень короткого эффекта, он затормозит реакцию на несколько минут, максимум на час. «Преднизолон» удлинит этот эффект. Если по каким-то причинам за 3–5 часов добраться до медицины не удается, можно ввести еще 3 ампулы.

«Дексаметазон» 1 мл (5 ампул)

Кортикостероидный гормон, «долгоиграющий», можно ввести внутримышечно 1 или 2 ампулы (4–8 мг), но не чаще 1 раза в день. Оказывает противовоспалительное, противоаллергическое, противошоковое и антитоксическое действие.

«Но-шпа» 2 мл (5 ампул)

Препарат, снимающий спазмы в мышцах, а правильнее сказать — в мышечных оболочках кишечника, матки, мочеточников, желчных протоков и протоках поджелудочной железы, в меньшей степени сосудов и бронхов. Время действия препарата — 4–6 часов. Вводится по 1 ампуле 2 мл внутримышечно при невозможности (рвота) дать препарат перорально.

«Спазмалин» или его дженерики 5 мл (5 ампул)

Комбинированный обезболивающий препарат, в основе которого — «Анальгин» («Метамизол») на 1 ампулу 2,5 грамма. Также спазмолитик (аналогичный по эффекту но-шпе). Аналоги: «Спазмалгон», «Баралгестас», «Максиган», «Триган», «Спазган». Используется при сильных болях внутримышечно. Обладает несильным эффектом снижения артериального давления.

«Лидокаин» 200 мг — 2 мл (5 ампул)

Местный анестетик (противопоказан при аллергии на «Новокаин» и его производные — …каины), в аптечку добавлен для обезболивания при необходимости вскрытия гнойников или удаления занозы (например, иглы морского ежа). Ампула (2 мл) разводится в пропорции 1:2 хлоридом натрия 0,9 % в шприце 5 мл, раствор вводится в ткани, окружающие гнойник или рану. Это так называемая инфильтративная анестезия. Через 10–15 минут можно начинать очистку раны.

Натрия хлорид 0,9 % 10 мл (5 ампул)

Физиологический раствор, используется для разведения лекарств, если их необходимо вводить внутривенно. Также можно размачивать прилипшие и подсохшие марлевые салфетки.

«Супрастин» 1 мл (5 ампул)

Антиаллергическое (антигистаминное) средство. Используется в качестве неотложного средства в комплексе лечения анафилаксии, отека Квинке или крапивницы. Вводится по 1 мл в/м 2 раза в сутки.

«Кетонал» 100 мг — 2 мл (10 ампул)

Нестероидное противовоспалительное средство «Кетопрофен». Вводится внутримышечно или внутривенно (медленно) при сильной боли: суставной, мышечной, невралгической или воспалительной. Снижает температуру. Из побочных эффектов (как все НПВС) при длительном применении может вызвать эрозии в слизистой желудка и появление измененных лейкоцитов (анизоцитоз). Если можно, лучше не использовать «Кетонал» или заменить его на местное применение (мазь, гель).

«Платифиллин» 1 мл (5 ампул)

Исключительно эффективный спазмолитик, производное атропина с более избирательным эффектом. При обострении язвенной болезни 12-перстной кишки, холецистита, дуоденита вводится одновременно с «Но-шпой», не чаще 1 раза в 12 часов. Из побочных эффектов: сухость во рту, учащенное сердцебиение. Противопоказан при глаукоме. При почечной колике отлично снимает приступ (спазм мочеточника) в комбинации с «Кетоналом» или «Спазмалином».

Аптечку путешественника каждый соберет сам — по соображениям целесообразности. Надеюсь, мои рекомендации помогут вам избежать чувства беспомощности в серьезной ситуации. Даже если вы возьмете с собой инъекционные препараты (противошоковой укладки), не умея ими пользоваться, вполне вероятно, что рядом окажется человек, которому ваша сумка с лекарствами очень поможет — оказать первую помощь или спасти чью-то жизнь.

7. Иммунитет, иммунограмма, вакцинация

Что такое иммунитет? На латыни immunitas — «освобождение». В древности иммунными называли людей, освобожденных от каких-то обязанностей, налогов, работ. В наше время это слово приобрело другой смысл — защита, устойчивость.

Понимание иммунитета в отношении различных инфекций и устойчивости организма появилось давно и поначалу касалось конкретных болезней вроде оспы и кори, истинных причин возникновения которых никто не понимал. Однако целители Античности и Средневековья заметили: если один раз перенесешь какое-то заболевание и не умрешь, второго раза точно не будет. Они это не называли иммунитетом. Удалось придумать примитивную иммунизацию при оспе — вариоляцию.

Наблюдательность и статистика — важнейшие инструменты медика. В Древней Индии, а затем и на Ближнем Востоке лекари сообразили, что оспа может протекать несмертельно, если гноем из папулы больного заразить не слизистую оболочку дыхательных путей или глаз, а, например, пятку или кисть руки. Воспаление начнется на этом месте, там и закончится, а привитый человек уже никогда не заболеет оспой. Эту методику защиты от оспы взяли на вооружение в гаремах, где проводили вариоляцию наложницам, чтобы уберечь лица красавиц.

Однажды врач Эдвард Дженнер услышал, как женщины на ферме спорят и одна парирует: «У меня не может быть оспы, ведь я болела коровьей!»

Он вплотную занялся этой болезнью и определил, что доярки часто болеют коровьей оспой, но обычно дальше рук папулы не распространяются, а вот обычной вариолой они уже не заражаются. Врача посетила гениальная мысль, что оспы не просто называются одинаково, но и представляют один и тот же патоген (инфекцию).

Конечно, в те годы про вирусы еще не знали, но с бактериями уже познакомились. Дженнер предположил, что оспа имеет бактериальную природу, только вот для нее еще не создали мелкоскоп[106]. Оставив эту претензию Левенгуку, Дженнер допустил, что оспа — инфекционное заболевание, а коровья намного слабее человеческой. Вторая его гениальная мысль: если взять здорового человека и специально привить коровьей оспой, он уже не заболеет натуральной!

Дженнер поймал пробегавшего мальчишку[107], зажал его между ног и, окарябав предплечье специальной царапалкой (скарификатором), втер в рану содержимое из папул с рук больной доярки[108]. Готово! Парень вырвался и в слезах помчался к родителям жаловаться, что злой доктор поцарапал ему руку.

Думаю, Дженнеру пришлось распить с папой вакцинированного мальчика не одну пинту эля или виски, чтобы тот его не побил за обиженного сына.

За этот подвиг (я не про выпитый виски) Дженнеру поставили памятник.

Первым врачом, задумавшимся о том, что в организме есть какой-то хитрый механизм, защищающий от различных инфекций, стал француз Луи Пастер[109]. Многие знают его как создателя прививки от бешенства, однако обычно не задумываются, что магазинное молоко не киснет несколько дней именно благодаря придуманной Пастером пастеризации.

Луи Пастер действительно создал антирабическую вакцину и ждал, пока появится первый укушенный бешеным псом. Пес нашелся, мальчишка, который его дразнил, — тоже. Зная то, что инкубационный период бешенства составляет 40 дней, Пастер решил: если каждый день иммунитету напоминать о том, как выглядят возбудители, тыкая его носом в трупы оных, тот непременно это запомнит и выделит нужные меры защиты.

Каждый преподаватель знает, что если 40 дней студента заставлять учить материал, он его обязательно выучит, даже если не хочет.

Ежедневно на протяжении 40 суток пострадавшему мальчику вводили под кожу живота небольшую порцию убитых возбудителей бешенства. И он не заболел!

Вдумайтесь: 40 дней, как в школу, добровольно или за ручку? Со слезами и воплями или за шоколадку? Не знаю. Но они сделали это.

Луи Пастер и Илья Мечников создали учение об иммунитете как о системе защиты организма от инфекций. Конечно, не только им двоим принадлежит заслуга создания огромной науки — иммунологии. В НИИ Пастера и других аналогичных научных заведениях по всему миру шли работы по поиску способов лечения и, главное, защиты от болезней, но именно этих ученых знают в мире не только специалисты, но и обычные люди. Пастер, Мечников, Дженнер, Хавкин и еще много других врачей занимались созданием защиты от инфекций, которую сейчас называют вакцинацией.

Слово «вакцина» произошло от латинского названия коровы — vacca. Прививание — термин, пришедший из садоводства: можно взять веточку одного растения и поместить в надрез на коре другого — прививка растет как своя, но рождает другие плоды, а может даже и подарить свои признаки растению-хозяину. В медицине же прививка означает введение вакцины.

За полтора века иммунологии создано огромное количество вакцин от бактерий и вирусов. Но зачем они? Мы знаем, что после вакцинации или вовсе не заболеешь, или легко переболеешь какой-нибудь заразой. Почему так получается?

Карл Ландштейнер известен не только как человек, открывший группы крови А и В и создавший их систему. Он также обнаружил инфекционную природу полиомиелита, что дало толчок к поиску вакцины от него. Эта болезнь поражала многих детей и даже взрослых[110], убивая их или делая инвалидами. Только к 50-м годам ХХ века Хилари Копровскому удалось создать первый тип вакцины (живой ослабленной), а спустя несколько лет Джонасу Солку — второй (инактивированный) тип. Позже Альберт Сейбин разработал живую пероральную вакцину, которой привиты автор этой книги и масса других детишек, родившихся с 60-х годов ХХ века и по сей день. Для тех читателей, кто не представляет себе кошмара под названием «полиомиелит» и не хочет утруждаться изучением научных книг, я рекомендую прочесть замечательную автобиографическую повесть австралийского писателя Алана Маршалла «Я умею прыгать через лужи».

Инфекции, которые то массово, то избирательно поражали людей самых разных возрастов, и особенно детей, вполне могли бы, имей они разум и речевой аппарат, повторять фразу пирата Джона Сильвера из романа Стивенсона «Остров сокровищ»: «Выжившие позавидуют мертвым!»

До внедрения в медицинскую практику широкой вакцинации и календаря прививок ранняя смертность детей, подростков и молодых людей в возрасте от года до восемнадцати лет была крайне высокой: иногда умирало около половины всех людей данной категории. Эпидемии дифтерии, полиомиелита, коклюша, кори, скарлатины, туберкулеза, холеры, сыпного, брюшного и возвратного тифа буквально выкашивали целые населенные пункты. Это длилось до начала ХХ века, пока не были созданы вакцины и, что очень важно, не появились государственные программы по массовой вакцинации. Часть задачи по защите населения от инфекций решили гигиена и санитария. Речь идет об активной пропаганде регулярного мытья рук и использования антисептиков, из которых почти до конца ХХ века самым популярным была хлорная известь. Однако, сколько ни мойся и не мой руки, известно, что микроб, как вода, дырочку найдет и в организм проникнет. А значит, барьер нужно ставить прямо в организме. Очевидно, что вакцина — наиболее правильное и выгодное решение.

Как делали вакцины изначально?

Первый способ — это взять инфекцию другого, похожего типа, как сделал Дженнер, и ввести ее вместо агрессивной. А если нет похожего инфекционного агента для болезни? Как в случае с бешенством, чумой, холерой, брюшным тифом, дизентерией? Как быть?

Нужно эти инфекции ослабить или убить, решил Пастер. Но убить так, чтобы они — микробы или вирусы — остались целехонькими, как чучела в биологическом музее, по которым обучают школьников.

Способы были перепробованы разные, подходящей же оказалась пастеризация, нагревание до летальной для микробов или вирусов температуры, но сохранной для белков их оболочек. Шкурка должна остаться целой. Такой температурой оказалась 60 °C.

Этот метод использовал врач Владимир Аронович Хавкин, которому Мечников поручил заняться созданием вакцин от холеры и чумы. Для этого доктор Хавкин уехал в Индию, где в конце XIX века свирепствовали эпидемии обеих этих болезней, и буквально «варил» культуры холерного вибриона и чумной палочки на медленном огне, добиваясь их гибели при сохранении антигенных свойств «бульона». Эту жижу предстояло очистить от мяса, на котором росли бактерии, получить чистое по возможности вещество и уже его вводить под кожу или внутримышечно, чтобы добиться выработки антител.

Неграмотные индусы с большим подозрением относились к опытам русского врача — отчасти из-за того, что тот с ними общался на английском, а индусы, хорошо знакомые с англичанами после подавления восстания сипаев[111], их терпеть не могли; а отчасти из-за того, что он свое варево предлагал им колоть в руку, а зачем — они не могли понять.

Однажды индийцы взяли палки и пошли к хижине Хавкина с простой целью — убить коварного колдуна-доктора. Они были уверены, что тот занят распространением чумы. Чтобы убедить крестьян, врач набрал шприц прямо из котла и ввел себе в руку. Аргумент сработал, не знаю, что потом было с рукой, думаю, недели две болела, но индусы Хавкину поверили и пошли на прививку. С тех пор вакцину от чумы называют вакциной Хавкина, в Мумбаи (Бомбее) институт иммунологии, образовавшийся из его лаборатории, носит имя В. А. Хавкина, вышла марка с его портретом[112].

Кроме варки, вакцины еще готовили химическим методом, пытаясь убить микроб или вирус каким-нибудь антисептиком. Для этого использовали различные яды на минеральной основе: соли ртути, мышьяка, которыми со времен Парацельса иногда весьма успешно лечили различные инфекции, включая сифилис, гонорею, гнойные заболевания кожи и мягких тканей.

Этот метод на основе меркуриатов (соединений ртути) и арсенидов (соединений мышьяка), а также формальдегида дал весьма неплохие результаты, потому что, убивая вирус или ослабляя его, яд сохранял «шкурку». Правда, при этом возникала другая проблема: как убрать отраву из полученной вакцины? Медики подумали и согласились, что доза вакцины мизерна, а значит, количество ядовитого содержимого в ней будет совершенно безвредно даже для детей. Ведь для лечения того же сифилиса использовали огромные дозы этих ядов, и ничего — больные выживали и даже создавали литературные, музыкальные и изобразительные шедевры. В вакцине этих веществ в миллионы раз меньше, и, следовательно, бояться их незачем[113].

Что же происходит в организме, когда в него попадает инфекция?

Чтобы это объяснить, начнем с ворот, ведь, чтобы попасть в гости, сначала нужно пройти через них. В медицине прижился термин «входные ворота инфекции». Всего известно четыре основных.

1. Воздушно-капельный путь, где воротами служат дыхательные пути: носо- и ротоглотка, гортань, трахея и бронхи. Соответственно, инфекция, пролетая по этим тоннелям, где-то ухватится за стенку слизистой и попытается закрепиться.

2. Пищевой, воротами для которого служат рот, глотка, опять же, и пищевод, желудок, кишечник. Это тоже тоннель, только другой.

3. Контактный: вход через кожу или слизистые оболочки, откуда агрессор проникает уже в кровь.

4. Четвертый — трансмиссивный или кровяной, то есть инфекция проникает сразу в кровь из крови больного или носителя инфекции.

Почему важны ворота? А вы видели, что еще обычно есть у ворот? Правильно — охрана. Иногда делают контрольно-следовую полосу, ставят мины и всякие шипы, колючую проволоку, чтобы никто не мог пролезть. В организме все это тоже есть — и мины, и шипы, и пограничная стража. Только представлено это все клетками: лейкоцитами и различными веществами, которые оказываются ядом, клеем, краской для инфекционных агентов — бактерий и вирусов.

Лейкоциты бывают разные. Это обобщающее слово для всех белых кровяных клеток. Как можно разделять лейкоциты? По строению ядра, отношению к красителю — щелочной, кислый или нейтральный, наличию на мембране особых белковых веществ — маркеров. Если смотреть исторически, как описывали лейкоциты с самого начала, — то сперва их называли белыми кровяными шариками и оценивали для диагностики только общее количество. Потом обнаружили лимфатическую сеть в организме и клетки в них явно особые — назвали их лимфоцитами. Это как в армии: вся армия — солдаты. Но есть рядовые и офицеры, срочнослужащие салаги и контрактники-ветераны, спецназовцы, военные инженеры, химики и т. д. Выглядят на первый взгляд похоже, но существуют отличия. Когда лейкоциты для более тщательного изучения начали красить, оказалось, что они вступают в отношения с разными красками по-разному. Одни любят кислый краситель — эозин, и их назвали эозинофилами, а другие предпочитают окрашиваться щелочным (основным) — они стали базофилами, у других в цитоплазме увидели особые шарики — гранулы, а потому их назвали гранулоцитами. У одних ядро напоминало согнутую палку или батон колбасы (стали палочкоядерными), а другие содержали ядро, напоминающее связку сосисок (сегментоядерные). Лимфоциты из этой всей компании белых клеток имели единое круглое ядро, и потому их также называют мононуклеарами. Не путайте их с моноцитами.

О том, как выглядят и называются все представители белой крови, вы можете прочитать в главе, посвященной лейкоцитам. А сейчас давайте продолжим разговор об иммунитете. Клетки — это элементы системы, в которую входят далеко не одни лейкоциты/лимфоциты.

Иммунитет можно классифицировать по веществам: клеточный (тут, думаю, понятно: клетки поедают разные антигены и мусор) и гуморальный (вещества, которые выделяются клетками системы и оказывают противодействие различным агрессорам).

А можно по направленности к этим агрессорам: специфический и неспецифический. То есть особые меры иммунитета против каждого конкретного антигена — антитела, или общие факторы, негативно влияющие на большинство различных инфекционных агентов.

Как и в любой системе силовой структуры, в иммунитете есть солдаты и офицеры, то есть рядовой состав и руководство. Естественно, одних намного больше (солдаты, которые живут недолго), других меньше (лимфоциты, чей срок жизни — от 60 до 180 дней[114]).

Я не случайно называю вам эти цифры: они потом пригодятся для понимания некоторых интересных решений медиков во время определения сроков действия вакцин.

Давайте проследим путь развития иммунного ответа вместе с какой-нибудь инфекцией, для начала, к примеру, пищевой. Так будет проще.

Итак, инфекции нужно оказаться в потоке. Это основное правило: она не вползает сама в рот или нос, ее нужно внести. Так, воздушно-капельная влетает в дыхательные пути с потоком воздуха, а пищевая — с потоком еды, который мы жуем, используя язык и зубы. Поток этот, конечно, формальный и не обязательно непрерывный, ведь мы не дождевые черви, которые для продвижения в земле непременно должны ее есть.

Первый контакт пищевой инфекции с иммунитетом начинается во рту, где она подвергается обработке слюной, в которой содержится неспецифический антисептик — лизоцим. Кроме этого, пищевые микробы встречают местных жителей — микробов, живущих на зубах и деснах и, во исполнение договора аренды, защищающих свою территорию, выделяя разные токсины, которыми частично убивают пришлых врагов.

Однако я должен сообщить, что иммунитет всегда действует только на своей территории и фактически ведет оборонительную войну, вытесняя захватчиков. Он не переходит в контратаку за пределами организма, из кожи или слизистой антисептик не выделяется, а лимфоциты-разведчики не выпускаются в атмосферу жилища или воду, куда попадает живой человек.

Почему так происходит?

Потому что испокон веков от появления разнообразных многоклеточных существ они (люди) оказались в царстве микробов. И никто не спрашивал разрешения у этих одноклеточных, можно ли рядом возникать и развиваться. С самого начала жизни на планете возникло то, что мы знаем и называем симбиозом (а живых организмов, сожительствующих с разными видами ради взаимной пользы, соответственно, симбионтами).

Да, мы все — симбионты. Мы приютили в себе и на себе тысячи семейств различных микроорганизмов. Второе их название — резиденты. На каждом участке тела и внутри живет множество групп микроорганизмов. Например, во рту — до 120 типов, в кишечнике — около 60, в интимных местах — тоже несколько десятков, из всех этих «гастарбайтеров-мигрантов» часть пытается доминировать над другими, а иногда даже в азарте нападает на живые ткани и старается урвать себе кусок нашей плоти. Но за всем происходящим тщательно следит иммунитет. Он вообще больше половины сил тратит именно на контроль над активностью таких мигрантов и периодически им «дает по мозгам», если те начинают слишком агрессивно себя вести по отношению к «титульной нации» — клеткам организма.

Именно поэтому в большинстве так называемых лимфоидных органов (лимфатические узлы, бляшки и прочие точки) обнаруживается скопление лимфоцитов. Даже созданы специальные ткани, чтобы лимфоцитам было максимально комфортно нести свою службу, например нёбные миндалины в горле или аппендикс, рудиментарный отросток слепой кишки. Все эти образования вместе с лимфатическими узлами объединены в огромную, пронизывающую все органы и почти все ткани сеть лимфатических сосудов. По ним от тканей к лимфатическому протоку, впадающему в верхнюю полую вену, течет лимфа. Так лимфоциты переходят из лимфы в кровь.

Напомню, что в лимфе находятся лимфоциты, вода и жир, а если точнее, жиробелки — липопротеиды, которые забираются из тканей, если не нужны клеткам. Лимфатические сосуды — это тайные дороги лимфоцитов, по которым те возвращаются в свои лимфоузлы — подразделения приписки.

А где же они были до этого? Как и положено воинам — «в горячих точках» или местах прорыва охраняемой границы: слизистых оболочках, подкожном слое. Мест, атакуемых непрерывно бактериями и вирусами, огромное множество.

Лимфатический узел (их тысячи в организме) называют регионарным лимфатическим узлом, потому что это ближайшая воинская или полицейская часть, где лимфоциты проходят обучение, инструктажи. Именно лимфатические узлы являются концентраторами иммунитета, и общего, и местного, а также иммунной памяти. Всего лимфатических узлов сотни тысяч в разных местах, а больше всего в груди, животе и шее, тогда как в руках и ногах намного меньше: эти части тела иммунитет защищает благодаря скоплениям узлов в подмышках и паху.

Формат книги не позволяет слишком подробно разобрать строение иммунной системы, оставим это для другой, той, что пока пишется и, даст Бог, скоро будет закончена[115]. Сообщу лишь, что анатомически к иммунитету можно отнести практически все ткани организма, которые как-либо соприкасаются с окружающей средой, микробами и могут подвергнуться вторжению извне. Исключим: мозг, мышцы, кости и органы вроде печени, почек и сердца. То есть те, которые условно стерильны и ни с какими микробами обычно не встречаются.

Легкие контактируют с атмосферным воздухом, кишечник и вся пищеварительная труба — это постоянное поле битвы, где микробы — гастарбайтеры, мигранты-резиденты не только живут, но и помогают организму, выполняя работу дворников, мусоросортировщиков и мусоросжигателей. А еще к иммунной системе можно без колебаний отнести желудок с его соком и кожу с потовыми железами, ибо и там и там тоже живут свои микробы-резиденты.

Резонный вопрос: какое они имеют отношение к иммунитету? Самое простое — механическое и химическое. Своим строением и выделяемыми веществами эти ткани и органы способствуют неспецифической обороне, то есть в общем защищают нас от вторжения и представляют собой те самые минные поля, колючую проволоку и прочие «штучки», благодаря которым микробы и вирусы подрываются, залипают, маркируются или даже погибают сразу на месте.

Для нас в этой книге, конечно, интереснее всего специфическая, избирательная защита от вредителей, способных обойти неспецифическую оборону и начать масштабное вторжение, то есть болезнь.

Для того чтобы заражение перешло в болезнь, одного микроба или вируса мало. Обычно «одинокий койот» при попытке начать заражение непременно наткнется на шерифа и получит пулю[116], если перед этим не угодит в «волчий капкан», не вляпается в лужу с «вонючим секретом скунса» или случайно не зацепит нитку с привязанным колокольчиком… А обычно ведь так и происходит. Слизистые оболочки, кроме того что на них уже обитают «мигранты-резиденты», еще и хорошенько удобрены различными выделениями тучных клеток, интерфероном лимфоцитов, неспецифическими иммуноглобулинами класса А, куда не вляпаться одинокому микробу или вирусу просто невозможно. Значит, локальное заражение может произойти только в том случае, если атаковать какой-то участок будут сотни тысяч или даже миллионы микробов или вирусов. Такое количество нужно для того, чтобы массой, как китайская армия, задавить погранцев и проломить неспецифическую защиту. А отвоевав небольшой (не больше 1 мм²) участочек слизистой оболочки, постараться закрепиться, перебив при этом и мигрантов-резидентов[117].

Если в организме этот агрессор ранее не бывал, действия иммунитета развиваются следующим образом.

Используется вся неспецифическая защита, какая есть в ближайшем окружении: все дежурные лейкоциты, лимфоциты, тучные клетки, эозинофилы и базофилы. Ткани наполняются различными биохимическими ядами, но только локально, и площадь этой реакции превышает площадь захваченной территории в несколько сотен раз, то есть если поле драки 1 мм², то площадь первичной реакции не превышает 1 см².

Хитрый агрессор съедает все, до чего может дотянуться: белки, жиры, сахар, при этом активно выпускает токсины, которые должны или усыпить наших защитников, или убить их — тут миндальничать некогда. Война идет не на жизнь, а на смерть. Если мощность экзотоксинов (внешних) достаточна, то микроб продолжает расчищать себе место будущего жительства, убивает клетки слизистой оболочки, пытаясь прорваться как можно глубже. Человек при этом испытывает легкий дискомфорт, зуд, жжение, незначительную боль, если в зоне боевых действий оказывается болевой рецептор.

По времени этот процесс занимает несколько минут, в тканях накапливаются продукты распада клеток и погибших микробов, по лимфатическим сосудам эти молекулы достигают ближнего лимфатического узла — обычно 10–15 минут для этого достаточно. За это время микробов уже в миллион раз больше, чем было в самом начале атаки, и они продолжают размножаться. Соседние бокаловидные клетки в раздражении активно выделяют слизь, стараясь потоком этой липкой жидкости смыть микробы и трупный яд. Тучные клетки выбрасывают гистамин, простагландины, пропердин, калликреин и другие вещества — все они называются обобщенно медиаторами (посредниками) воспаления. Их задача — перекрыть окружающие вены, лимфатические сосуды, артерии — уменьшить подачу кислорода и сахара в зону воспаления, чтобы за счет накопления лизосомальных ферментов, очень любящих воду, усиливался отек, также называемый перифокальным: получается, что как бы водяной вал окружает место воспаления.

За ближайшие полчаса к месту боя приходят регулярные части из нейтрофилов и лимфоцитов. Это обычно сегментоядерные гранулоциты, микрофаги и моноциты-макрофаги. Они отличаются не только размерами и формой ядра, но и способностью к выживанию, а также основной задачей[118]. Нейтрофилы бросаются в бой и начинают пожирать микробов, проглатывая их — фагоцитируя. Заключая в прозрачные пузыри — лизосомы, где с помощью специальных ядов — ферментов, стараются убить врагов. Добавлю, что часто это получается весьма неплохо, но есть несколько возбудителей с очень плотной шкурой, которым эти ферменты-яды как слону дробина. Например, микобактерии туберкулеза, проказы, палочки чумы и сибирской язвы. Не случайно эти бациллы относят к опасным и особо опасным инфекциям.

Чем же заняты моноциты? Они тоже фагоцитируют микробов, но как истинные спецназовцы понимают: это не просто враг. Это, во-первых, незнакомый враг, а значит — язык. Его нужно доставить в штаб на допрос, на осмотр криминалисту. А где у нас штаб? Правильно — в лимфатическом узле. И не надо думать, что один моноцит тащит одинокую тушку микроба в единственный лимфатический узел. Сотни моноцитов, кто целиком, кто частями, а кто и живехонького волокут по лимфатическому сосуду «языков» в «штаб», на полпути их уже встречает криминалист из оседлых дендритных лимфоцитов типа Т. Почему он так называется? Потому что эта амеба засела у себя «в кабинете», а щупальца выпустила «в коридор» (сосуд), где и встречает всех разведчиков с антигенами.

Собственно, это можно назвать стартом специфического иммунного ответа. Это очень важный момент. Когда он обычно начинается? С разными микробами по-разному, но, как правило, в течение первых суток с начала агрессии. Кстати, если там, в очаге воспаления, удается справиться с микробом, то болезнь на том и заканчивается. По всем службам проходит информация: все хорошо, враг повержен, никаких ответов творить не нужно. Однако если инфекция проникла не случайно[119], не в одном месте и не в единственном эпизоде, а в течение нескольких часов постоянно влетает и влетает… то вряд ли так просто все закончится. Потому давайте рассмотрим, как все происходит, когда микробы — злодеи, их много и они извне атакуют и атакуют.

Для воздушно-капельной инфекции очаг — помещение с больными людьми, которые выделяют ее в атмосферу, а для пищевой — большой объем какого-то употребленного продукта с огромным объемом микробов, например стакан сырой воды с холерными вибрионами[120].

Человек, мучаясь от жажды, выпивает такую воду. Часть вибрионов погибает в желудочном соке, но если воды было много, кислотность сока понижается и уже не убивает холеру. Та продолжает путь по кишечнику, где и атакует слизистые оболочки кишки. Итак, моноцит принес микроб или его части в лимфатический узел и передал для изучения дендритному Т-лимфоциту.

Тот, приняв «языка», начинает его изучать, сканируя белковый состав оболочки, содержимого цитоплазмы, то есть составляет портрет «особых примет» агрессора. Впоследствии его заключение ляжет в основу подробнейшей инструкции, какие именно иммуноглобулины (антитела) нужно создавать для специфической борьбы с именно этими микробами. На это изучение уходит иногда довольно много времени, вплоть до нескольких дней. А фрагменты продолжают поступать в лимфатические узлы. Этот факт влияет на понимание необходимости включения специфической защиты — создания антител. Почему это так важно? Причина в том, что создание всей цепочки по производству специфических иммуноглобулинов к возбудителю инфекции — дело очень дорогое, если взять эквивалент денег в организме — молекулы АТФ[121]. В клетках работает главное правило экономики: не стоит делать то, в чем нет объективной необходимости. А поступающие в лимфатические узлы куски микробов и даже целые живые бактерии сигнализируют, что производить антитела нужно.

Т-лимфоцит дендритный так назвали потому, что он, подобно дереву, имеет ветви, расходящиеся в лимфатические сосуды и внутрь лимфоузла. Той своей частью, что работает внутри, он пинает «сладкую парочку» — Т-лимфоциты хелперы и супрессоры. Обычно на два Т-хелпера (посредника) — один Т-супрессор[122]. Что они делают? Т-х подскакивает и готов бежать в атаку, Т-с же предлагает обождать и не спешить: может быть, рассосется само собой. Два Т-х переубеждают Т-с, и вся компания идет к «бурсакам» в общагу В-лимфоцитов — отделение в лимфоузле. Т-х, получившие инструкцию от дендритного лимфоцита с описанием, какие именно иммуноглобулины нужно делать, собирают вокруг себя В-лимфоциты и начинают объяснять уже им, как необходимо синтезировать иммуноглобулины и, главное, какие. На что нужно обратить внимание? Моноциты приносили разные фрагменты разным дендритным лимфоцитам, инструкции по созданию иммуноглобулинов различаются у разных групп Т-х/Т-с — поэтому специфический ответ готовится не на какой-то один маркер-антиген, а сразу на несколько разных! В этом важность и смысл иммунитета, возникающего после болезни.

Время, которое нужно Т-х на подготовку В-л, составляет несколько недель. Дело это небыстрое. Что происходит? Я надеюсь, что дотошный читатель задался вопросом: а как же дендритный лимфоцит дал инструкцию Т-х? Что это за инструкция? Будет ли это для вас открытием или нет, не знаю, но клетки общаются друг с другом химическими веществами, которые называют цитокинами. Знакомое слово?

Что такое цитокины? Это весьма сложные вещества-команды, в среде лейкоцитов их называют лимфокинами, или интерлейкинами. Оседлые клетки разных тканей общаются намного меньше, чем лимфоциты. Особенно разговорчивые — Т-х и Т-с. Немногословны Т-НКК (натуральные киллерные клетки), это особая группа лимфоцитов, которые говорят только одно: «Сдохни!» Эта команда срабатывает как установка на смерть: если НКК какой-нибудь клетке скажет «Сдохни», та прямо сразу и выполнит приказ. Такой цитокин еще называют фактором некроза опухоли (ФНО), потому что НКК обычно убивает раковую клетку или зараженную вирусом. Те цитокины, которые выделяют Т-х, командуют В-лимфоцитам, как создавать иммуноглобулины[123].

Под обучением находится несколько тысяч лимфоцитов. На подготовку уходит несколько недель. Когда же обучение заканчивается, а В-лимфоциты буквально распухают от знаний и ядро у них становится рыхлым, Т-х командуют: «Все за нами!»

Через кровеносную систему организма все эти клетки устремляются к очагу воспаления, где макро- и микрофаги держат оборону, требуя подкрепления. Они идут на «шум боя» и «трупный запах разлагающегося врага». Такой выбор направления движения лейкоцитов называется хемотаксисом.

Очаг за это время достиг внушительного размера или площади. Он окружен валом из лейкоцитов, тучных клеток и строителей-фибробластов[124], уже начавших возводить вокруг поля битвы бетонно-фибриновую стену — капсулу.

Наконец, бóльшая часть обученных В-лимфоцитов добирается до места. Здесь их поджидает команда Т-х и Т-с. Основная группа из первых прибывших, заняв места в межклеточном пространстве вокруг очага воспаления, производит невероятное действие подобно роботам-трансформерам из фильма — изменяются внешне и внутренне. Теперь это уже не В-лимфоциты, они утрачивают способность ползать подобно амебам. Контакт с микробными остатками сильно возбуждает В-лимфоциты. Они сначала начинают активно размножаться, в тысячи раз увеличивая свою армию, а затем становятся оседлыми плазматическими клетками. Теперь их задача состоит в выделении иммуноглобулинов — антител. Эти комбинированные вещества можно сравнить с противотанковыми снарядами: они, добравшись до живых микробов, приклеиваются к мембране и затем рвут ее на куски, если хватает биохимических сил. Если же мембрана оказывается слишком крепкой, антитела так плотно облепляют микроб, что тот начинает задыхаться и гибнет от переполнения собственными отходами жизнедеятельности.

В первой партии антител обычно применяются тяжелые снаряды типа М. Эти иммуноглобулины характерны для острого периода воспаления — текущего заболевания.

Их производство очень затратно, но они очень эффективны. Плазматические клетки должны насытить ткани вокруг очага воспаления антителами, чтобы остановить микробную атаку, победить агрессора.

К сожалению, иногда скорость иммунного ответа бывает недостаточно быстрой, микробы оказываются резвее, и иммунитет не поспевает за ними, очаг расширяется и однажды может прорваться в кровь. Обычно это событие сопровождается резким подъемом температуры, ощущением слабости. Если микробные токсины повреждают особые ткани, это проявляется нарушением работы сердца, мозга, почек, кишечника… зависит от индивидуальных характеристик микроба.

Как мы решаем проблему, если иммунный ответ не поспевает? Применяем антимикробные средства, антибиотики, хирургически вскрываем очаг и по возможности удаляем его содержимое — гной[125].

Параллельно синтезу антител М уже к завершению борьбы начинают появляться более легкие антитела G, которые не столько служат борьбе в очаге, сколько циркулируют в плазме в ожидании повторных атак уже известным микробом. То есть они представляют собой активный специфический иммунитет к конкретному возбудителю.

Если атак нет, нет… и нет, так проходит месяц за месяцем, «комитет по обороне», те самые Т-дендритные клетки, дают команду: «Шабаш, ребята!» Угроза отступила, можно заканчивать тратить государственные деньги на антитела. Враг разбит, нам столько иммуноглобулинов уже не нужно. В дело вступают Т-супрессоры, которые отчасти сами разбираются с плазматическими клетками, отчасти же зовут натуральных киллеров, чтобы те побыстрее перебили ненужных бывших В-лимфоцитов. Проходит несколько месяцев, и количество иммуноглобулинов в крови постепенно уменьшается, а в конце концов примерно за год сходит к нулю.

Это был пример с микробами. Увы, не всегда бывает так гладко, как получилось на бумаге. Случаются осечки, замедления в развитии отдельных событий, некоторые микробы выпускают особые противоиммунные яды, убивающие лейкоцитов и лимфоцитов. Некоторые имеют такую мощную оболочку, что размножаются прямо в лимфоузле, а моноциты и нейтрофил они используют в качестве транспорта и катаются на них по лимфатической сети[126].

В противомикробном иммунитете встречается коварство возбудителей, которые на своей мембране имеют белки, очень похожие по строению на ряд обычных белков здоровых тканей человека. И когда против микроба начинают выделяться антитела, то попутно они лупят и по здоровым, ни в чем не повинным тканям человека[127]. Такая вот подлость!

Рис. 19

Выше (рис. 19) я постарался рассказать, как формируется иммунный ответ, пройдясь по ключевым событиям. Не думаю, что из этой схемы вы все поймете, кроме разве что того, насколько все сложно. Сложность заключается в том, что, как в любой системе, которая должна работать в каких угодно условиях, есть несколько каналов связи и контроля. Рассказывать обо всех — это значит превратить книгу в учебник по иммунологии, что в мою задачу не входит. Я хочу только, чтобы вы поняли главное: иммунитет — система сложная, многокомпонентная, имеет несколько каналов решения задач, отвечает за внешнюю защиту от инфекции, контроль резидентов-мигрантов и внутреннюю безопасность от раковых клеток, которые ничем не лучше микробов и вирусов. Они даже страшнее, потому что изначально были когда-то своими, но переродились по разным причинам в жрущих и бурно размножающихся маргиналов, ненавидящих свой организм. Главную опасность для человека представляют не внешние или внутренние враги, с которыми иммунитет разбирается с древнейших времен и постоянно этому учится, даже старается передавать накопленные знания от отцов к детям, хотя это дело непростое и занимает порой много поколений. Так вот, главную опасность представляет сам иммунитет, если вдруг становится слишком либеральным, теряет жесткость и бескомпромиссность. Оказывается медлительным в реакции на угрозу[128]. Не менее опасным он становится, если от излишней старательности и бдительности у него «сносит крышу» и он начинает кидаться на здоровые ткани, разрушая их и убивая организм человека[129].

У иммунитета есть еще одна функция, о которой медики не любят рассказывать. Иммунитет — это последний патрон для самого себя. В системе заложен механизм почти мгновенного самоуничтожения организма. Да еще такой, что реанимация не всегда оказывается эффективной. Зачем?

Здесь важно понять, что иммунная система защищает не отдельного человека, а вид. И если организм встречается с инфекцией[130], которую не удается победить, иммунитет его убивает, таким образом обеспечивая естественное, природное прекращение распространения инфекции в популяции. Это грустная информация, но она объясняет многое, с чем мы столкнулись в ходе текущей пандемии COVID-19.

В случае с вирусной инфекцией иммунитет ведет себя несколько иначе, чем с микробной.

Для начала важно понять главное: вирус не организм. Он никогда им не был. И никогда им не станет. Это не протоформа жизни, как иные пытаются убедить нас.

Больше всего для вируса подходит сравнение с почтовым отправлением. От кого и кому? От клетки клетке. Это как бы письмо, которое изначально одна клетка написала и отправила другой. Ничего не напоминает? Правильно — цитокины, лимфокины, интерлейкины. Только те были очень короткие и передавались на небольшие расстояния, вроде записок на листочке бумаги или самоудаляющихся эсэмэсок. Они и сохраняются недолго: получил, прочитал, выбросил. А вирус отправляется в окружающую среду, где нужно как-то сохранить информацию. Отправляя письма почтой, мы упаковываем их в конверт, бумажный, картонный или даже пластиковый, чтобы он не истрепался и письмо не пропало. Так вот, эти клетки находятся в разных организмах, и вирусу, как письму, нужно какое-то время находиться в очень неблагоприятной среде. А он не бумажный и не пластиковый, а белковый, гликопротеиновый, в нем информация (сообщение) записана в виде нуклеиновых оснований, собранных в цепочку ДНК или РНК. А это довольно нежные соединения, которые быстро окисляются атмосферой, сгорают в солнечных лучах и даже в пресной воде могут разрушиться, что уж говорить о более жестких средах вроде кислот, солей и щелочей.

А есть вирусы, больше похожие на цитокины?

Есть, их называют вирионами. Они очень легкие, почти лишены оболочки, часто передаются не через воздух или воду, а только контактно, при поцелуе, сексе или через кровь — трансмиссивно. Например, вирус Эбола. В воде он еще кое-как сохраняется, а на воздухе и на солнце разрушается.

Вы наверняка удивитесь, почему же эти письма оказываются смертельными или вызывают болезни? А они адресованы не нам. Это чужие письма. Чьи? Я не знаю[131], но не наши точно. А читать чужие письма — западло. Только вот клетки этого не понимают. Если вирус прикрепляется к одной и может проникнуть внутрь, он лишается оболочки: конверт вскрывается, информация поступает в читательный механизм — рибосому. А та, как станок с программным управлением, пропускает через себя нитку РНК или ДНК и синтезирует записанный белок. Вообще дикие вирусы содержат информацию такого рода: строение оболочки, запись строения самого вируса и его содержимого, плюс еще какие-то белки. Какие? Это знает тот, кому письмо адресовано.

Большинство болезнетворных вирусов для человека — это вирусы, написанные изначально в организме животного. Эти белки не наши, нам они совсем не нужны.

Какую роль они должны сыграть в организмах животных? Массу разных. Например, придать каким-то органам или тканям новые свойства, усилить ферменты, изменить гормоны, мало ли какие? Это зависит от того организма, который нашел наиболее удачное решение для выживания в неблагоприятных условиях. Суть не в этом, а в том, что болезнетворным вирус становится тогда, когда чужой организм, которому он совсем не адресован, умудряется его прочесть и скопировать.

Любопытная клетка совершает преступление сразу по нескольким статьям. Во-первых, она вскрыла чужую корреспонденцию! Во-вторых, подобрала код и прочитала содержание. В-третьих, она перевела его (как смогла) на понятный для других клеток организма язык. В-четвертых, она забросила свою работу и занялась переписыванием чужого письма, выдавая его за свое. Зачем?

Этому нет объяснения, очевидно одно: клетка, прочитавшая вирус, — дура, но нам от этого не легче. Все поведение зараженных вирусами клеток напоминает одураченных людей, получивших «письмо счастья», текст которого обладает зомбирующим эффектом. Прочитал, купил на все деньги ручек, бумаги, конвертов и давай копировать своим почерком, рассылая по знакомым адресам. А что сделают адресаты, получив письмо от знакомого? Правильно, вскроют и прочтут. Кто-то скомкает и выбросит, а кто-то свихнется умом и тоже начнет копировать и рассылать.

В чем коварство вирусной инфекции? Как на нее реагирует иммунитет?

Иммунитет изначально к вирусам относится негативно. Он не любит «почтовые отправления». Почему? Потому что на сотни тысяч чужих писем хорошо, если одно придет по адресу.

Вирус — инструмент эволюции. В штате природы нет почтальонов. Многие вирусы передаются прямым контактом, но немало и тех, что, подобно листовкам, выбрасываются в окружающую среду, а кто подберет и прочтет — тот и заразился! Некоторые переносятся посредниками-кровососами: комарами, вшами, блохами и прочими.

Вирусам в слизистых оболочках приготовлены «сюрпризы» в виде того же лизоцима, различных интерферонов, иммуноглобулинов А, неприемлемой кислой среды различных биологических жидкостей.

Вирусам для того и нужна крепкая оболочка, чтобы преодолеть не только действие природной среды, но и защиту организма.

Так, вирус гепатита А, передающийся фекально-орально, через грязные руки способен пройти барьеры слизистой рта, желудка с его соляной кислотой и проникнуть в кровеносную систему, а через нее в печень и прочитаться клетками печени. А ВИЧ проникает в кровь здорового человека из биологических жидкостей больного и находит Т-хелперы, единственные клетки, способные прочитать это «письмо». Аденовирусы обожают клетки эпителия слизистых оболочек, прикрепляются и пытаются впихнуться внутрь, часто удается, но все ограничивается клетками слизистой оболочки в «воротах».

Как в случае с микробами, чтобы «письмо» нашло того, кто сможет его прочесть, нужны сотни тысяч писем, из которых уцелеет и достигнет «почтового ящика» хотя бы одно!

Течение любой инфекционной болезни можно разделить на несколько этапов. Первый — инкубационный период (от заражения до появления первых невнятных признаков). Второй — продрома (от первых невнятных признаков болезни до клинического проявления воспаления: лихорадки, боли, отеков). Третий — разгар и манифестация инфекции: бурное или плавное течение с кризисами (резкими изменениями состояния) и лизисами (медленным ухудшением состояния), заключающимися в подъемах или падениях температуры, давления, учащении или замедлении ритма сердца. Четвертый период — терминальный (приводящий к смерти) или реконвалесценция — выздоровление.

Сроки и клиническая картина (набор характерных симптомов каждого периода) в зависимости от типа инфекции и возбудителя отличаются.

Эти различия связаны с токсинами, которые выделяются возбудителем, скоростью его размножения, средой предпочтительного места обитания в организме (в дыхательных путях, кишечнике, брюшной полости или мягких тканях), а также из-за характерной реакции иммунитета на каждый тип возбудителя (микроба или вируса).

Особенность вирусных инфекций заключается в том, что, когда они проявляются уже какими-либо симптомами, вирус в это время активно копируется зараженными клетками и иммунная система борется не столько с вирусом, сколько с этими самыми клетками. Скорость распространения вируса в организме может быть очень высокой (грипп, корь, ветряная или натуральная оспа, энтеровирус[132]) или крайне медленной (ВИЧ, гепатит) и часто зависит от универсальности вируса, как «письма», которое не в любой почтовый ящик влезет, не всякая клетка его раскроет и прочтет.

Есть еще один важный момент: характерные белки вируса, способные определяться как антиген, после заражения клетки появляются и на ее мембране, она как бы объявляет: «Я другая, независимая клетка!» От чего только она независима, от организма?

Собственно, жить ей с этого момента остается недолго. Как только ее обнаруживают лейкоциты/лимфоциты, они сообщают об «отщепенце и диссиденте» натуральным киллерам, и те долго не церемонятся, в переговоры-уговоры не вступают. Мгновенно выделяют цитокин-ФНО, и зараженная клетка погибает, а ее останки собирает макрофаг. Анализирует на предмет антигенов и тащит их… в ближайший лимфоузел! Там новенькие антигены (как и раньше) их изучают, затем запускается все та же цепочка клеточного->гуморального иммунитета, с выработкой через три недели сперва антител класса М, пока идет активное воспаление, а затем класса G. Когда процесс пойдет к выздоровлению, титр Ig-G достаточно высок, чтобы организм не заболел снова.

Бывает, правда, и так, что количество зараженных клеток слишком велико, и тогда иммунитет все силы бросает на выделение в кровь огромного числа натуральных киллеров, а те отстреливают столько пораженных-зараженных, что организм с таким количеством справиться не может. Иногда срабатывает закон критической массы, и в организме включается молниеносный ответ в виде смерти по разным причинам: отеки жизненно важных органов, мозга или тромбозы в сосудах, где клетки заражены вирусом.

Делает это иммунитет, когда «понимает», что его медлительность не позволяет угнаться за агрессором. Чтобы инфекция дальше не распространялась, он сам убивает организм.

Чтобы оценить состояние иммунной системы, обычно врачу хватает общего анализа крови, осмотра пациента, хорошо собранного анамнеза жизни и болезни. Все эти данные позволяют понять, что происходит с иммунитетом. Но иногда нужно изучить строение иммунной системы детально по составу клеток и наличию различных важных веществ.

Иммунограмма

Как выглядит анализ, который называется иммунограммой и какое значение он имеет в клинической работе? Зачем врач может дать направление на это исследование?

Обо всем по порядку.

Иммунологическое исследование крови включает в себя три раздела.

1. Клеточный состав.

2. Гуморальный состав.

3. Функциональные способности (активность) клеток ИС.

В общем анализе крови уже представлены часть первого раздела, общее число лейкоцитов, состав по визуальным характеристикам.

Частично клеточный состав описан в общем клиническом анализе крови и позволяет медику оценить реактивность (от слова «реакция») организма на болезненные факторы и события.

В иммунограмме, кроме привычных процентов и абсолютных значений, то есть количества клеток в одном микролитре, приводится список личного состава армии лимфоцитов.

Как их определяют? А как определяют офицеров в армии? Есть знаки различия: погоны, звезды, нашивки, шевроны, петлицы. Для клеток это особые белки на мембране. Их по привычке называют антигенами (хотя они не вредные) просто потому, что для их выявления используют реактивы-антитела.

Такие антигены на лимфоцитах получили общее буквенное название CD, а цифры уточняют, что это за CD конкретно.

Итак, разделы иммунограммы.

Формула крови:

• лейкоциты;

• лимфоциты;

• нейтрофилы: сегментоядерные, палочкоядерные;

• базофилы;

• эозинофилы;

• моноциты;

• юные формы.

Показатели клеточного состава:

• СD-З Т-лимфоциты;

• СD-4 Т-хелперы;

• СD-8 T-супрессоры;

• СD4/СD8 иммунорегуляторный индекс (ИРИ);

• СD-16 NК-клетки;

• СD-25 IL-2-рецепторы;

• СD-38 активированные Т-лимфоциты;

• СD-54;

• СD-71;

• СD-95 апоптоз-РТМЛ;

• абсолютный фагоцитарный показатель.

Показатели гуморального состояния иммунитета:

• Ig-A — неспецифические антитела;

• Ig-E — аллергические антитела;

• Ig-M — антитела острого периода воспаления;

• Ig-G — иммунная память на перенесенную инфекцию.

Фракции компонентов комплемента:

• С3 —неспецифические активные белки;

• С4.

Циркулирующие иммунные комплексы (ЦИК) — останки перенесенного вторжения — комплексы антиген+антитело (мусор).

С-реактивный белок — белок активной фазы воспаления.

Интерфероновый статус — содержание интерферонов в крови и способность лимфоцитов их выделять.

Интерлейкины: IL-2 и другие по необходимости в зависимости от исследований — цитокины, вещества, управляющие клетками иммунной системы, известно несколько десятков.

Функциональные тесты:

• фагоцитарная активность нейтрофилов;

• НСТ-спонтанная;

• НСТ-стимулированная;

• реакция на индукторы интерферонов.

Важнейшими дифференцировочными антигенами Т-лимфоцитов человека являются следующие.

1. СD2 — антиген, характерный для Т-лимфоцитов вообще (тимоцитов), NК-клеток. Он идентичен рецептору эритроцитов барана[133] и обеспечивает образование розеток[134] с ними (методика определения Т-клеток).

2. СDЗ — необходимы для функционирования любых Т-клеточных рецепторов (ТКР). Молекулы СDЗ имеют все субклассы Т-лимфоцитов. Взаимодействие ТКР-СОЗ с молекулой МНС определяет характер и реализацию иммунного ответа.

3. СD4. Эти рецепторы имеют Т-хелперы 1 и 2 и Т-индукторы.

4. СD8. Популяция СD8+ Т-лимфоцитов включает цитотоксические и супрессорные клетки. Что такое корецептор? Представьте себе замок с секретом. Вот скважина и ключ. Скважина и механизм внутри — рецептор, ключ — белок (антиген), заставляющий замок открыться, но тот не поддается, ведь есть секретная кнопка, которую нужно ЕЩЕ нажать, одновременно поворачивая ключ. Так вот, эта кнопка — корецептор, а белок, нажимающий на нее/вступающий в реакцию с корецептором, называется коферментом: иногда эту роль играет дополнительный центр активности в основном белке, вроде как тремя пальцами одной руки нажимаем на основные кнопки, а четвертым — на секретную.

К чему это? Когда иммунологи научились определять особые приметы — антигены у лимфоцитов, они обнаружили, что иногда одного реактива (антител) не хватает, а потому принялись искать «секретную кнопку». Нашли.

В результате стало ясно, что от наличия и полноценности этих белковых молекул на стенке лимфоцитов зависят многие важные параметры:

• скорость реактивности иммунитета;

• полнота иммунного ответа во всех «фракциях» (клеточный, гуморальный, специфический, неспецифический, антибактериальный, антивирусный, тканевой);

• подвижность клеток;

• фагоцитарная активность нейтрофилов, фагоцитарная способность ферментов.

На что стоит обращать внимание в иммунограмме, что имеет клиническое значение для понимания связи текущих состояний, течения болезни, диагностики возможных нарушений, оценки перспективы клинических нарушений при различных заболеваниях?

1. Общее число лейкоцитов в формуле крови.

2. Соотношение в процентах нейтрофилов к лимфоцитам (косвенно указывает на бактериальную или вирусную природу воспаления). В норме нейтрофилов чуть (на 10–15 %) больше, увеличение лимфоцитов позволяет заподозрить или вирусную, или аутоиммунную болезнь. Определяет направление поиска.

3. СОЭ прямо показывает наличие острого или хронического воспаления различного происхождения, и в серии исследований по нарастанию или снижению этого показателя можно оценить успех лечения или ухудшение развития болезни.

4. ИРИ — иммунорегуляторный индекс (индекс реактивности иммунитета) — это соотношение числа обнаруженных в пробе Т-хелперов к Т-супрессорам. В числовом выражении — 0,5, 1, 2 или больше. Позволяет понять, насколько вообще иммунитет активен. Так, при ВИЧ с клиническими проявлениями ИРИ может быть ниже 1 или иметь значение 0,5, 0,3 — то есть количество Т-хелперов намного ниже числа супрессоров. Фактически это означает, что клеточный иммунитет практически выключен. Этот же параметр позволяет судить об эффективности иммуносупрессии при стабилизации отторжения органов после трансплантации, а также при лечении или диагностике аутоиммунных заболеваний.

5. Иммуноглобулины А, М, G, общие или специфические. Общий индекс этих иммуноглобулинов (белков-антител) позволяет оценить общее качество гуморального иммунитета, Ig-А — это неспецифические иммуноглобулины, чье место работы — на слизистых, и концентрация в крови лишь отражает достаточность этих веществ в организме. Их главная защита — блокирование известных микробов, пытающихся атаковать слизистые через «входные ворота». По их количеству можно догадаться, что какая-то проблема в пищеварении или дыхательных путях может быть связана с резидентной микрофлорой, сдерживать которую и назначены антитела А. М и G относятся к специфическим антителам, отражающим качество иммунного ответа в острой фазе воспаления (М) или уже после перенесенного заболевания, представляя собой защиту от повторного заражения (G). Поэтому более ценным является анализ на специфические Ig-M и Ig-G к конкретным антигенам. Во-первых, он позволяет оценить качество развивающегося иммунного ответа на инфекцию по числу М и, во-вторых, качество последующей иммунной защиты по числу G.

6. Комплемент[135] — это широкий комплекс веществ неспецифической и специфической (специально синтезированный к определенному типу возбудителей) защиты. Его можно сравнить с краской, которую добавляют в воду при разгоне демонстраций, чтобы легче было вылавливать участников. Комплемент, кроме того, что отмечает антиген вроде пятна на одежде, также обладает свойством налеплять рецепторы на мембрану бактерии или оболочку вируса, таким образом блокируя их. Он вроде вонючей светящейся смолы, в которую если микроб однажды вляпается, он начинает вонять и светиться. В иммунограмме может быть отмечен количественный показатель фракций компонентов комплемента С3, С4. Какого-то крайне важного значения они не имеют, а повышенное значение здесь указывает на то, что выработка усилена, вероятно, из-за постоянной микробной (чаще) нагрузки, тогда как слишком низкое значение дает понять, что неспецифическая защита иммунитета ослаблена. Обычно отклонения сопровождаются отклонениями и в других показателях.

7. ЦИК — циркулирующие иммунные комплексы, по сути, это мусор. Комплексы антиген+антитело. Могут быть мелкими кусками микробов или вирусов с намертво вцепившимися в них антителами-иммуноглобулинами, или даже целыми микробными тушками, сплошь облепленными иммуноглобулинами. На первый взгляд ЦИКи безвредны, однако на самом деле они двояки. Они, пока есть, напоминают иммунитету о том, как выглядел агрессор, его особые приметы. С другой стороны, их избыточное количество притормаживает выработку антител. Если война закончена, это понятно, а если еще нет? Уборкой ЦИКов занимаются макрофаги (моноциты), и если их не хватает, то они (моноциты) «пишут» докладную записку начальству (в лимфатический узел) в виде интерлейна-10: якобы мусора очень много, надо сократить производство антител. Не зарплату требуют поднять, не ставки новые добавить, а сократить производство главного оружия. Но организм так устроен, что, если возникает подобная непобедимая проблема, иммунитет отступает и начинает формировать очаг хронической инфекции, который впоследствии будет окружен «бетонной» стеной соединительной ткани и охраной в виде лейкоцитарного барьера. Поэтому превышение ЦИК — это признак хронизации воспаления. Если хотим пробудить иммунитет от спячки — нужно убрать ЦИКи. Как? Подождать, пока моноциты сами дочистят организм, а на это могут уйти месяцы и годы, или сделать процедуры по очищению крови, например плазмаферез. Но важно помнить, что удаление ЦИКов и снижение Il-10 в плазме приведет к обострению хронического воспаления, и нужно быть готовым к тому, что вам теперь придется помогать организму бороться. У него ведь были другие планы.

8. С-реактивный белок — это маркер аутовоспалительных процессов на фоне различных, часто бактериальных, инфекций. Вырабатывается он в печени, и его рост прямо указывает на то, что в организме идет активное саморазрушение клеток. Этот анализ часто делают отдельно, не в комплексе иммунограммы, чтобы подтвердить или опровергнуть догадку аутоиммунного воспаления. Например, врач видит странную картину: число лейкоцитов в пределах нормы или рядом с верхней границей, СОЭ превышает 3–4 нормы (60), имеется какая-то клиническая картина интоксикации, воспаления — повышенная температура 37,3–37,5 °C в течение нескольких дней. Тогда СРБ подтверждает аутоиммунный процесс или сепсис — появление возбудителей в крови.

9. Интерфероновый статус. Интерфероны — белки, выделяемые лимфоцитами в ответ на вирусную инфекцию. Исследование на содержание различных интерферонов (альфа, бета, гамма) в крови обычно делают при хронической вирусной инфекции, например при рецидивирующем генитальном герпесе. Понять, почему никак не удается подавить регулярное обострение, помогают определение низкого уровня интерферонов и реакция лимфоцитов на индукторы — стимуляторы выброса этих белков.

10. Интерлейкины, лимфокины относятся к кининам, цитокинам. Что это? Вещества, побуждающие различные клетки к работе. Иногда к обычному действию, но в необычном режиме, к смерти — апоптозу или к новому действию, например выработке антител определенного (нового) типа. В определении для интерлейкина ИЛ-2 мне приходит на память старый французский фильм «Прекрасная американка»[136]. Сюжет фильма не имеет отношения к ИЛ-2, кроме одного важного эпизода: у хозяина есть завод, где имеется уникальная машина-автомат, выпускающая продукцию (не помню какую). Хозяин очень хочет уволить одного рабочего по личным мотивам (он ему не нравится), но вот проблема: только этот рабочий знает, куда и как надо пнуть машину так, чтобы та начала быстрее вырабатывать продукцию. ИЛ-2 — это вещество вроде того самого рабочего: главный запускатель всего иммунного ответа, мало того, еще и запускатель внутренней ревизии структуры иммунитета, потому что тот иногда заметно искажается, начиная искать врагов внутри организма, в самом себе. ИЛ-2 стимулирует Т-лимфоциты, выделяется ими в лимфатических узлах. Мечта многих врачей — найти лекарство[137], способное поднимать уровень ИЛ-2 в организме. Вообще изучение содержания интерлейкинов в крови — удел исследователей, а не клинических врачей. Пинать иммунную систему большого ума не надо. Но важно понимать, что «игра» с интерлейкинами — это не игра, а очень тонкая манипуляция, на которую отважится не всякий врач. Потому что очень трудно предсказать заранее, какой эффект получится в результате: ревизия иммунитета и исправление нарушений, нормальная работа или же смерть больного от обострения аутоиммунного процесса? Кто рискнет заниматься методикой, не входящей в гайдлайны[138] и стандарты ОМС?

11. Фагоцитирование как одно из важнейших свойств лейкоцитов/лимфоцитов обнаружил и описал Илья Мечников. Эту способность он подсмотрел у питающихся таким образом амеб-фагов (пожирателей). Клетку «пожирателя» он назвал фагоцитом. После рассортировки всех лейкоцитов из них классифицировались макрофаги — лимфоциты-моноциты и микрофаги — лейкоциты-нейтрофилы. Моноциты — спецагенты, чье количество на 1 мкл не превышает 0,5–1 % от всего числа лейкоцитов, тогда как число нейтрофилов может колебаться от 50–75 % в зависимости от ситуации. И хотя «кавалергарда век не долог»[139] (в среднем нейтрофил живет около недели, 6–8 суток), они составляют главную армию, предохраняющую нас от вторжения микробов, включая мигрантов-гастарбайтеров — резидентов-на-договоре. Те постоянно проверяют защиту на прочность. Фагоцитарная активность и способность нейтрофилов проверяется с помощью различных плотных кусочков[140], которые при фагировании не растворятся сразу, благодаря чему удается посчитать, во-первых, как много их было проглочено и, во-вторых, как быстро. Кроме фагоцитарной активности, отвечающей на вопросы, как быстро и сколько было проглочено (оценка идет за 60 и 120 минут), также подсчитывается число кусочков латекса в каждом нейтрофиле, по бактериям оценивается способность к перевариванию — лизису. Для этого используются специальные бактерии, и тут уже смотрят на качество «пищеварения» по остаткам от бактерий — детриту в лизосомах нейтрофилов. Этот показатель важен, ведь если нейтрофил, фагировав бациллы, не способен их разрушить, то, во-первых, какой в нем прок? А во-вторых, как нейтрофилу им помочь? Обычно такими помощниками оказываются антибиотики, бактериостатики (вещества, тормозящие размножение бактерий). Так что фагоцитарная активность нейтрофилов дает нам три следующих показателя.

Фагоцитарный индекс — это процент фагоцитов, поглотивших бактерии (кусочки латекса) через 30 и 120 минут, к общему количеству просмотренных клеток.

Фагоцитарный показатель — среднее число бактерий, находящихся в фагоците через 30 и 120 минут (производят математическое деление общего числа поглощенных фагоцитами бактерий на фагоцитарный индекс).

Индекс завершенности фагоцитоза рассчитывается делением числа убитых бактерий в фагоцитах на общее число поглощенных бактерий и умножением на 100.

НСТ-тест спонтанный, стимулированный — это углубленное исследование фагоцитоза, кислород-зависимая способность к перевариванию, относится к завершенности фагоцитоза. Оценивается активность ферментов — пероксидаз.

В клинике весь этот анализ на фагоцитарную активность нейтрофилов обычно назначают, когда стандартные методики исчерпаны, а результата нет. Приходится искать объяснения неудачи в лечении и подбирать альтернативные способы терапии. В стандартах ОМС данного исследования нет.

12. Стимулирование выработки интерферонов. Обычно анализ относится к интерфероновому статусу, но выполняется не с плазмой крови, а с лимфоцитами, к которым в разных пробах добавляют различные препараты из числа заявленных индукторов интерферона. Этот тест имеет клиническое значение для выбора наиболее подходящего препарата. Ведь, как известно, не на всякий препарат находятся на лимфоцитах подходящие рецепторы, именно поэтому их эффективность обычно не превышает 60–75 % в лечении различных вирусных заболеваний. А может быть, потому, что рецепторы есть, но лимфоциты — импотентны. То есть просто не способны возбуждаться.

Из всей иммунограммы ФОМС обычно оплачивает только формулу крови, все остальные исследования, как правило, коммерческие. Причины просты. Мало кому из врачей они бывают нужны, мало кто из медиков достаточно хорошо разбирается в них, а еще они дóроги по себестоимости и долго готовятся. Бывает, что к моменту получения результатов больной уже выздоровел или умер.

Почему долго и дорого? Ответ несложный. Анализатор берет сразу под 100 ячеек от 100 человек, но, если этих 100 больных нет, приходится ждать, чтобы заполнить хотя бы половину. Если нужно срочно (а когда бывало иначе?), то, чтобы зарядить плашку на 100 человек одним анализом, нужно оплатить все 99 пустых, ведь плашка одноразовая и больше для исследований не пригодна.

Так что в рутинной клинической работе полное иммунологическое исследование крови редко применяется. Обычно разве что при испытаниях новых препаратов и вакцин. Там спешить некуда и важно получить максимально полную картину иммунитета под воздействием лекарств или вакцин.

Вакцинация

Кстати, о вакцинах. В начале главы я рассказал, что первые в истории медицины вакцины изготавливались тремя способами.

1. Подбиралась похожая инфекция — вроде коровьей оспы, которая давала иммунитет, но переносилась легко.

2. Микробы выдерживались при относительно высокой температуре до гибели. Но без разрушения самих тел, с сохранением антигенов на оболочке. Это убитая вакцина.

3. Вирус или микроб в бульоне убивался или ослаблялся с помощью химических веществ, которые, убив микроб или частично разрушив вирус, сохраняют их антигенные свойства.

Но все это прошлый век в прямом смысле.

Мы-то живем в ХХI столетии. И сейчас фантастика вошла в нашу жизнь не только с самолетами, смартфонами, интернетом… но и с вакцинами и новыми лекарствами.

В конце ХХ и начале ХХI века наконец был полностью расшифрован генетический код человека. Все 46 хромосом. Что это означает? Определен каждый ген, каждый белок, зашифрованный этим геном, и определено назначение белков.

Немного раньше, в 70–80-х годах ХХ века, появилось новое направление в медицине и, в частности, фармакологии — генная инженерия и синтез рекомбинантных препаратов. Что это такое?

Чтобы понять, давайте отмотаем время к началу зарождения жизни, когда на Земле появились только бактерии и вирусы как средство общения. Первые вирусы возникли в клетках бактерий и были тем, чем и сейчас являются — письмами с фрагментами ДНК и РНК. Что делали бактерии? Жили, размножались, поедали углекислый газ и выделяли кислород. Потом кто-то из них создал первые молекулы хлорофилла и, чтобы удобнее стало поедать углекислый газ, использовал фотосинтез — энергию солнца. С другими он этим знанием поделился с помощью вирусов, которые гены хлорофилла передали близким родственникам. Немало осталось и тех, кто фотосинтезом не заинтересовался, потому что предпочитал потреблять оксиды металлов, восстанавливая их до химически чистых, а те ждали дождика, чтобы опять окислиться. Так длилось довольно долго, пока бактерии не отравили атмосферу кислородом настолько, что жить в ней уже не смогли, потому ушли под воду к горячим источникам. Почта же и принцип обмена информацией сохранились. Появились первые растения, амебы, инфузории. Вирусы и тут пригодились, разделившись на вирусы растений и животных. У любой живой ткани есть свои вирусы, у грибов — тоже[141].

Что несет в себе вирус? Гены каких-то веществ, белков или сложных комбинаций органических соединений с белками. Главное — они могут научить клетку выделять эти вещества.

Теперь представим себе, что в каком-то человеческом организме произошел сбой и один ген пропал. Нет важного белка. Например, это один из факторов свертывания крови — IX или X. Или структурного белка моторных нейронов. Печень не знает, как собирать фактор свертывания, а в нейронах нет информации, как сделать белок для передачи импульсов.

Нет гена — нет белка, кровь плохо, почти совсем не сворачивается, если повредится сосуд, может течь, пока сосуд не закроется, не зарастет. А это, как правило, долго, можно истечь кровью. Такую болезнь назвали гемофилией. Как лечить? Взять фактор свертывания из плазмы донора и влить. Хорошее решение, с 50-х годов так и делали, и даже сейчас кое-где подобным образом спасают больных гемофилией. Но доноров бывает непросто найти, на примеси из плазмы пациент может дать реакцию, донор может болеть гепатитом или ВИЧ, но не знать об этом, а анализ в первые шесть месяцев ничего не показывает. В общем, донорские факторы — это вынужденная мера, ведь нужен чистый препарат. Где взять? Ответ на поверхности: взять нужный ген, вмонтировать его в вирус, этим вирусом заразить какую-нибудь безобидную бациллу, дать ей хорошенько размножиться, и пусть она этот фактор свертывания выделяет в окружающую среду. Когда концентрация нужного белка достигнет требуемого значения, необходимо взять этот бульон, очистить его от бактерий, расфасовать по ампулам и раздать больным гемофилией. Сказано — сделано. Препараты пошли на рынок еще в ХХ веке. А что еще можно так делать? Да много чего, собственно, все имеющее белковую структуру. Например, реактивы для иммунологии, антитела — иммуноглобулины, интерфероны.

А можно так сделать антигены? Конечно. Взять ген из бациллы или вируса, отвечающий за строение антигена — белка с оболочки, вмонтировать в вирус, им заразить безвредную бациллу[142], и пущай она выделяет антигены. Их нужно потом отмыть, и вот готова вакцина, где антигенов полно, а заразы нет. Так, например, создают вакцину от гепатита В. Процесс кропотливый, трудоемкий, затратный, но вакцины нужны, и тут не до денег. Здоровье дороже.

И тут кого-то осенило. А зачем так сложно? Ведь клетки, способные выделять антиген, есть прямо в организме человека, надо их только научить. Чем? Да тем же вирусом безвредным, убрать из него все содержимое (его гены), вставить один только ген — нужных антигенов и ввести в организм человека. Вирус заразит подходящие клетки, но копироваться уже не будет — этот механизм выключен[143]. Зараженные клетки начнут выделять антиген к болезни и как бы хвастаться им, говоря: «А вот что у меня есть!» И пока натуральные киллеры до них доберутся, антигенов будет выделено достаточно, то есть вакцина в окончательном виде продолжит изготавливаться прямо в организме человека. За месяц этих белков антигенов выработается достаточно, чтобы весь иммунный ответ с синтезом нужных антител оказался сформирован. А дело это не быстрое, вы помните, что на формирование нужного пула (количества) клеток, вырабатывающих антитела, требуется около трех недель. «Химзавод по производству антител» в организме создаст достаточно мощную оборону, чтобы при заражении патогенным микробом или вирусом в организме: А) уже были антитела к антигену, а значит, хоть какая-то защита уже есть, и Б) эти антитела дадут, как сказал сержант Васьков[144], «ту секундочку, за которую потом до гробовой доски положено водкой поить» спасителя!

Что на самом деле даст этот таймаут? Пока индуцированные вакциной антитела будут держать оборону, иммунитет, уже частично знакомый с описанием агрессора, примет его убитые тушки от моноцитов и за три недели наделает антитела уже полного спектра против возбудителя. Человек, может быть, немного поболеет, может быть, и не заметит вторжения — но в любом случае он после вакцинации окажется небеззащитен перед инфекцией.

Вопрос, который я услышал однажды: «А почему в эндемических (где инфекция живет в природе на животных, в земле и воде) районах не проводят вакцинацию от чумы или холеры? Ведь вакцина есть!» Почему же людей, живущих в этих местах, не прививают?

И вот тут я узнал, что вакцинацию от чумы проводят в случае вспышки тем, кто работает в зоне заражения и кто контактный с больными. Причина в том, что вакцина эта не дает 100 %-ного и пожизненного иммунитета от чумы. Она его усиливает, повышает выживаемость при заражении до 90–95 %, но вот совсем предотвратить болезнь не может. Если возникнет эпидемия — привьют всех, если только очаг, то избранных, тех, кто в группе риска.

И вот мы добрались до основного вопроса, ради чего, собственно, я и рассказывал об иммунитете, его работе, вакцинах, иммунограмме.

В ноябре 2019 года в новостях по радио я услышал сообщение: в Китае, в провинции Ухань, зафиксирован случай атипичной пневмонии. Кто еще слышал тогда об этом? Кто еще обратил на это сообщение внимание?

Когда я учился в институте, у нас вместе с курсом инфекционных болезней шел цикл по эпидемиологии — две недели лекций и семинаров. Можно сказать «галопом по Европам». Я уже не помню фамилии и имени преподавателя, читавшего нам курс, помню только, что это был немолодой мужчина. Он рассказывал об эпидемических мероприятиях, классификациях болезней по опасности, эпидемическим кодам, которые сейчас уже сменили. В числе прочего он рассказал о вспышке натуральной оспы зимой 1960 года в Москве. О регулярных вспышках чумы в Средней Азии, на Алтае, на Северном Кавказе. О готовности эпидемиологов в южных регионах к массовым вспышкам холеры, дизентерии и малярии. Мы слушали, скучали… а он пытался убедить нас в серьезности эпидемической напряженности. И однажды сказал: «Ребята, запомните и зарубите себе на носу, есть несколько словосочетаний и слов, которые, будучи произнесены даже немедиком, включают весь комплекс противоэпидемических мер по форме сто (эпидемический код чумы в 80-х): это ТОРС — тяжелый острый респираторный синдром, атипичная пневмония и собственно чума. Если вам только покажется что-то из этих состояний и если будет хотя бы одна клиническая зацепка за эти диагнозы, вы вправе официально объявить о своем мнении. И никто, никакие профессора и академики, пока не будет доказано обратного лабораторным путем, не вправе отменить ваш диагноз и все те мероприятия, что последуют после вашего заявления. Вот чему научила нас вспышка оспы зимой 1959/60 года. Потому что, если бы при осмотре первичного больного, который привез оспу в Москву из Индии[145], в приемном отделении больницы имени Боткина заведующий отделением не отмахнулся от слов молодого врача: „Это очень похоже на оспу“, мы все не потеряли бы две недели на выяснение причин вспыхнувшей эпидемии непонятной лихорадки и атипичной пневмонии и нескольких человек, погибших от оспы. Усмешка заведующего приемным отделением обошлась городу в два месяца полного карантина в Боткинской больнице, розыска всех контактных, прямых и косвенных через вещи, а также пяти миллионов ревакцинированных людей по городу за эти два месяца. При вашей перестраховке в худшем случае что с вами будет, — это коллеги морду набьют или пошушукаются за спиной: „Это тот самый, который…“, „…из-за кого мы стояли на ушах три дня“, „…я не поехал на рыбалку, а мне пришлось просидеть в отделении…“ Но никто не скажет потом через двадцать лет: „Это из-за вашей беспечности и глупости погибли люди!“»

Я услышал «атипичная пневмония в Китае» и связался с одним знакомым редактором, ведущим медицинский раздел в довольно популярном журнале. Я попросил сделать заметку о том, что случай в Китае должен привлечь внимание специалистов-эпидемиологов.

Что потом началось весной 2020-го, вы должны помнить: маски, перчатки, карантин, самоизоляция, QR-коды для въезжающих в Москву, блокировка транспортных карт для лиц старше 65 лет, а потом и для всех. Могли ответственные люди «услышать», как и я? Наверное, могли. Могли также закрыть въезд для всех из Китая, отправляя на карантин сразу, не дожидаясь, заболеют или нет. Но не стали. Ошибки прошлого ничему не учат. Теперь же, обжегшись на молоке, дуют на воду.

Лето 1989 года, Москва. Утро. На вокзале в зале ожидания наряд милиции обнаруживает нетрезвого мужчину бомжеватого вида. Попинав сапогом храпящее тело, милиционеры попытались разбудить человека, но тот не просыпался. От него пахло чем угодно, но не водкой. Смена заканчивалась, стоять рядом и тормошить не хотелось, вызывать перевозку из вытрезвителя — рано. Те начинали «сбор урожая» вечером, сейчас как раз шла «выписка из ночного санатория». Оставили бомжа спать дальше, но смене передали, что «клиент зреет», и указали место. Примерно через два часа другой наряд добрался до спящего. За это время его кто-то заботливо уложил на лавку и сообщил о «пьяном» дежурному по станции. Тот напомнил в пост милиции, что с этим гражданином надо что-то делать! Лежит и пахнет! Посовещавшись, милиционеры вызвали бригаду скорой помощи. Скорая, приехав, осмотрев и выслушав сердце/легкие, поставила диагноз — двусторонняя тяжелая пневмония, интоксикация, шок. Врачи поставили капельницу, эндотрахеальную трубку и, подавая воздух вручную мешком АМБУ, на носилках понесли больного через все залы на выход к машине.

В приемное отделение ближайшей больницы больного доставили к полудню. Там его раздели, наскоро помыли и, еще раз осмотрев, отправили в реанимацию. При осмотре не раз возникало подозрение, что больной сложный и, судя по набухшим паховым и подмышечным лимфатическим узлам, болен чем-то очень серьезным. Но никто не решился произнести «слово».

В реанимации он лежал еще около двух часов и наконец умер. Заведующий реанимацией приказал откатить труп в санитарную комнату, чтобы, как положено, он пролежал там два часа. За это время палату тщательно помыли, но оставлять ее пустой нельзя — больных после операций надо куда-то класть. В пятом часу труп «неизвестного с вокзала», как его теперь называли в документах, перевезли в морг. В шестом часу патологоанатом приступил к вскрытию и уже через полчаса звонил заместителю главного врача и впервые произнес слово «чума». Наверное, зам. главного спросил: «Уверен?» — на что, вероятно, собеседник ответил: «Нет, но очень похоже по состоянию лимфатических узлов и легким, полным гнойной и кровянистой мокроты. Я не могу взять на себя ответственность и сказать, что это не септическая форма чумы, а вы?»

Слово было сказано. И уже не важно, кто из них сообщил по инстанциям, что в городе чума. К 22 часам милиция и эпидемиологи нашли и госпитализировали в срочно расконсервированный чумной 100-коечный корпус в одной из инфекционных больниц всех контактных людей. Больницу, в реанимации которой умер «неизвестный с вокзала», закрыли на карантин. Всех медиков скорой, приемного отделения, реанимации (кто работал в отделении) — тоже в карантин. За двое суток узнали, кто этот мужчина и откуда приехал. Чума, к счастью, не подтвердилась. Через два дня карантин сняли, объявили, что это были учения по линии гражданской обороны, и всех отпустили по домам. И этот карантин — отголосок той давней вспышки оспы зимой 1959/60-го, когда уже каждый медик знал цену сказанного, а еще лучше не сказанного слова «чума»[146].

В институте на занятиях по гражданской обороне, которую мы называли ГРОБ, преподаватель (военврач, травматолог) грустно сказал, что «конечно, военно-полевая хирургия — это важно и нужно, но Третья мировая война будет бактериологической».

Весной и летом 2020-го не было вакцин, не знали ничего, накапливали клинический опыт и искали подходящие лекарства, чтобы спасать людей. Вирус SARS-COV-2 уносил жизни пожилых, иногда и молодых, много погибло и медиков самых разных возрастов. Наконец, вирусу дали имя COVID-19. В 2021 году появились вакцины. Самые передовые, надежные и относительно недорогие — векторные. Те самые, которые учат клетки организма делать самим антигены к вирусу. Параллельно шли и идут работы над более сложными в техническом плане вакцинами, а значит, и более дорогими в себестоимости.

Есть ли сейчас лекарства против вируса? Да, самое первое — донорская плазма, содержащая антитела к вирусу. Недавно объявили о том, что поступил в продажу рекомбинантный иммуноглобулин против COVID-19. Осталось наладить его поступление в больницы, поликлиники и аптеки. Важно только, чтобы он стоил не как слиток золота равного веса.

Сохраняет ли при этом актуальность карантин? Конечно. И карантин этот должен быть не объявленным в стране, а осознанным в головах наших граждан. Чтобы они понимали, что эгоизм, беспечность и невежество обходятся слишком дорого — иногда жизнями наших близких, которые в силу различных причин не могли быть привиты.

Так уж выходит в природе, что некоторые, даже переболевшие какой-то инфекцией люди не получают иммунитета. Таких невезучих в обществе обычно бывает 5–7 %.

Почему так получается? Причины разные: генетическая особенность иммунитета, наличие системного заболевания и аутоиммунный процесс, прием каких-либо подавляющих иммунитет препаратов (стероидных гормонов), а может, слишком высокий уровень антител к векторному вирусу, и тот погибает до того, как успела сработать вакцина.

Пандемия непременно рано или поздно пойдет на спад, и мы будем радоваться и подсчитывать потери. Потом мы узнаем, какие проблемы вирус принес нашему виду, потому что половые клетки тоже к нему восприимчивы, и весьма вероятно, что гены COVID-19 записались у кого-то в наследственность. Чем это грозит? В лучшем случае бесплодием, в худшем — появлением каких-то новых генетических признаков, и мы пока не знаем каких. Вероятно, что ничего особенного не будет, ведь вирус SARS-COV-2 из переписки летучих мышей, так что вряд ли в них есть что-то нужное для людей. Крылья у нас вряд ли отрастут и носы почернеют. Я надеюсь, что максимум — это в человечестве спустя поколения появится еще одна группа крови — какой-то антигенный маркер на мембране эритроцитов, типа резус-фактора или келл. Но и это пока только предположение.

Какие вакцины от COVID-19 созданы в мире к настоящему моменту? Официально в России на момент написания этой главы одобрены три вакцины, из которых активно применяются изготовленные в НИИ им. Гамалеи «Спутники» (пятый и лайт). Это векторные, рекомбинантные вакцины. Их главное качество — дешевизна в производстве, наличие одного антигена в носителе. Особенность их — вектор вирус-носитель особого гена, по сути, стартер. Сам антиген уже выделяется клетками привитого организма в течение нескольких недель, затем носитель погибает. Вакцина центра им. Чумакова «КовиВак Корона», традиционно приготовленная из убитого вируса, содержит намного больше различных антигенов и должна давать более мощный иммунный ответ за счет широкого спектра различных фрагментов вируса. Также проходит испытание назальная вакцина «Спутник».

Создан препарат МИР-19 — не вакцина, а своего рода «кляп для клеток», не позволяющий ей «впустить в себя вирус». Это средство профилактики от заражения. Надеюсь, что к моменту публикации препарат уже поступит в продажу и будет стоить намного дешевле книги.

Зарубежные вакцины работают весьма неплохо, хотя, как любой медпрепарат, иногда дают негативные реакции, обычно связанные с вакцинацией уже заразившегося человека или большим объемом у пациента хронических болезней. От этого, увы, никто не застрахован. Процент осложнений на вакцину минимальный — доли процента.

Диагностика инфицированности коронавирусом по клиническим симптомам сложна, потому что симптомы на ранней стадии характерны для ОРВИ или гриппа, а каких-то индивидуальных, присущих исключительно COVID-19, нет.

И только уже в разгар болезни характерные признаки выражаются одышкой и поражением сосудов легких, которое выявляется только на компьютерной томограмме. Обнаружить скрытое течение болезни на ранних этапах можно с помощью ПЦР-теста или анализа на антитела, причем показателем заражения и болезни служит титр иммуноглобулинов-М, который больше титра Ig-G.

В практике во время эпидемии используются два способа выявления болезни, независимо от того, есть клинические проявления или нет. Первый — это ПЦР, то есть полимеразная цепная реакция, выявление фрагментов РНК или ДНК вируса в отделяемом на слизистой оболочке. Точность этого метода зависит от попадания этих фрагментов вируса на ватную палочку при взятии из носа и рта. Именно то, что вирус и его куски не всегда попадают на палочку, обусловливают точность и вероятность выявления, которая не превышает 80–70 %. То есть от 20 до 30 % заразившихся и больных дают отрицательный ПЦР-тест на COVID-19. Сам реактив работает безошибочно, если фрагмент ДНК или РНК с ним встретится — реакция будет отмечена как «положительная», а вот процесс взятия, увы, обеспечить точностью невозможно — сохраняется стохастичность — случайность.

Главное важное свойство ПЦР — простота и быстрота выполнения, дешевизна себестоимости комплекта. Главная проблема — отсутствие большой вероятности точности анализа.

ПЦР дает два ответа: плюс и минус.

Второй анализ — это анализ крови на антитела к антигенам вируса COVID-19. Точность этого метода абсолютна. Наличие антител класса М указывает на активное воспаление, антител класса G — на перенесенное воспаление и формирование иммунной памяти. Референсные значения этих показателей отмечаются на бланке отчета и отличаются для разных реактивов и лабораторий, поэтому здесь их указывать будет некорректно. Важно понять, что если М больше G, то воспаление идет активно, если от анализа к анализу число антител увеличивается — воспаление идет! Если G больше М — воспаление прошло, идет накопление иммунной защиты. Если по сравнению с прошлыми анализами число антител начало снижаться, это значит, что иммунитет успокоился и начинает «забывать» о вирусе.

Важно понять, что COVID-19 — необычная инфекция, и клиническая картина ее проявлений (для штамма «Дельта») сильно отличается от привычных ОРЗ.

В начале пандемии для меня, как терапевта, было непривычным явление нормальной «воздушности» легких при выслушивании (аускультации) и выстукивании (перкуссии) легких с одновременной одышкой. Понять, что вирус поражает не ткань самих легких, а сосудов, было не просто. Рентгеновские снимки ничего существенного не показывали. И только компьютерная томограмма позволила выявить поражение сосудистого русла.

Постепенно приходило понимание механизма поражения и всего процесса болезни. Как SARS-COV-2 проникает в организм? Через слизистые носо- и ротоглотки, опускаясь в легкие с потоком воздуха. Для штамма «Ухань» это занимало недели, штамм «Дельта» оказался резвее, на проникновение в сосуды легких, а оттуда в остальные ему приходилось потратить не больше недели, новый «Омикрон» самый шустрый — влетает в кровеносное русло за три-шесть дней. К счастью, с усилением резвости снижается токсичность. К моменту написания этой главы от «Омикрона» в мире умерли единицы, а привитые оказались довольно неплохо вооруженными против него.

Будем надеяться, что с этим штаммом вируса эпидемия покатится к завершению. И единственным мощным барьером на пути вируса должна стать именно вакцинация. Никакие другие меры не могут быть эффективными, хотя бы потому, что эпоха борьбы с эпидемиями «огнем и мечом» миновала. Медицина шагнула в ХХI век.

8. На злобу дня. Выдумки и глупости о вакцинации

«COVID-19 — обычная ОРВИ. Мы и раньше болели коронавирусами».

Это не простая ОРВИ, риновирусная глубже слизистой носоглотки не проходит и сосуды легких не поражает, не вызывает атипичную пневмонию, а значит, уже по этому факту COVID-19 должен относиться к опасным инфекциям. Смертность от коронавируса превышает смертность от ОРВИ в тысячи раз. Поэтому их нельзя сравнивать. Морфологическое сродство коронавирусов не означает, что они вызывают одинаковые болезни. И чтобы вы окончательно поняли опасность нынешней инфекции, вспомните, как полностью называется вирус: SARS-COV-2. Что такое SARS? Как расшифровать эту аббревиатуру? Это переводится как «тяжелый острый респираторный синдром». А значит, эти вирусы никогда не относились к пустяшным ОРВИ.

«Вакцина может вызвать коронавирусную инфекцию».

Не может: в ней нет коронавируса ни в каком виде. Векторный вирус лишен своего генома, а несет лишь ген одного характерного антигена. Мало того, через две-три недели от этого вируса не остается и следа.

Чтобы не было недопонимания, давайте еще раз по пунктам разберем строение и принцип работы векторных вакцин. В качестве транспорта используется оболочка простого безвредного аденовируса, из которой удален весь геном. Вместо него вставляется ДНК или РНК, содержащая запись одного гена — S-белка с оболочки вируса COVID-19. ДНК покрепче и не разрушается при не слишком низких температурах −18–30 °C, в отличие от РНК, которую для сохранения приходится замораживать сильнее, до −160 °C. Это значит, что РНК-содержащие вакцины дороже хранить и перевозить.

После разморозки вакцина вводится внутримышечно. Вирус-транспорт (вектор) инфицирует клетки тканей вокруг места введения, и они начинают производить белок антиген — тот самый S-белок, на который формируется иммунный ответ. Заодно эти антитела и натуральные киллерные клетки убивают и векторный вирус, и зараженные им клетки примерно за два-три месяца. Зачем нужен второй компонент и что он собой представляет? Вторым компонентом является другой аденовирус, а вот ген в нем тот же самый — к S-белку. Замена транспортного вируса нужна потому, что кроме ковидного антигена антитела вырабатываются и к носителю. Через три недели иммунитету как бы напоминают: вот антиген, есть уже антитела? И если есть, то реакция должна быть обязательно, подъем температуры, боль в месте инъекции вакцины дня три, головная боль. Кроме векторных вакцин могут быть созданы убитые, ослабленные или рекомбинантные антигенные комплексы из разных белков с мембраны вируса COVID-19[147]. Но они в производстве дороже векторных, потому что требуют очистки. Впрочем, сейчас готовятся и такие варианты. Для максимальной защиты от инфекции лучше ревакцинироваться разными вакцинами.

«Привитые заразны».

Нет, вакцина не относится к живой полноценной вакцине, как, например, противокоревая или оспенная, те могут на один-два дня вызвать воспаление, и на всякий случай привитым рекомендуется держаться подальше от детей. Векторная вакцина, по сути, является всего лишь инструкцией для создания антител. Привитый может быть заразным, если сам заразится и заболеет перед вакцинацией или даже после (особенно в первые 3–5 недель). От этого вакцина не может защитить на 100 %, ведь я объяснял выше, что вакцина позволяет иммунитету подготовиться к атаке, но не гарантирует, что болезни совсем не будет. Так что привитый может заразиться, заболеть и даже заражать, но вероятность умереть и получить осложнения у привитого крайне минимальны, однако исключать их ни один врач не решится. Потому для вакцинированных все эпидмероприятия (маска, социальная дистанция, самоизоляция по возможности) обязательны, как и для непривитых. Очень важно понимать: вакцина снижает вероятность смерти в первую очередь, а заражения — уже во вторую. И тут как кому повезет[148].

«Если привитые могут болеть, то вакцины не имеют отношения к попыткам остановить пандемию».

Я уже объяснил, как и чем вакцинация может стать барьером на пути распространения инфекции, как аналогично стала вакцинация от гриппа, которую мы проходим каждый сезон. В 1918 году разразилась пандемия гриппа, испанка, унесшая десятки миллионов людей по всему миру, и эта «жатва», «урожай» смерти связаны с отсутствием вакцины. Человечество сформировало популяционный иммунитет, но ежегодно то там, то сям происходили эпидемии со своими процентом смертей. Когда же создали вакцины от гриппа и стали ежегодно прививать население, смертность от гриппа сошла почти на нет, сократившись до долей процента. Сейчас на пути ежегодных сезонных эпидемий гриппа с востока стоит именно вакцинация не менее 50–60 % населения страны, а в период пандемии добавились и меры карантина: маски, дистанция, использование антисептиков.

«Нельзя прививаться во время эпидемии».

Наоборот, сократить смертность во время эпидемии как раз и сможет тотальная вакцинация, ведь при любой новой инфекции иммунитет не сохраняется на годы, а обычно уменьшается и исчезает за 6–7 месяцев вместе с гибелью по возрасту его поддерживающих лимфоцитов. Читайте главу 7, где я объяснил, почему к новым инфекциям обычно не возникает долгого и стойкого иммунитета. Как говорил герой детективных романов В. Доценко: «Хлопотно это».

«Тем, кто переболел, можно не прививаться».

Мысль вроде бы логична, если б речь шла об инфекции, терроризирующей человечество тысячи лет, вроде оспы или кори, но COVID-19 — инфекция новая, а значит, стойкого иммунитета к ней, как к гриппу, пока не будет. И в условиях эпидемии лучше из соображений безопасности напоминать иммунной системе, что инфекция пока никуда не исчезла, а сделать это можно безопасно только вакциной. Думаю, через год-два регулярность вакцинации от COVID-19 сойдет до года или даже больше. Посмотрим. Все зависит от того, как этот вирус будет меняться и наш иммунитет за этим будет поспевать.

«Вакцину от COVID-19 сделали слишком быстро».

Сделали так быстро, как смогли, спешили, чтобы вас и нас спасти. К счастью, технологии уже были отработаны[149], и само создание векторной вакцины не заняло много времени: больше пришлось затратить на необходимые проверки и испытания. Припомните, что Дженнер и Пастер особенно не заморачивались насчет юридических норм, когда испытывали на детях свои вакцины от оспы и бешенства, потому что верили в успех, а на кону стояла жизнь. Сейчас «Спутник-V», «Модерну», «АстраЗенеку» и прочие выпустили в широкую практику после всех необходимых проверок. А вопрос доверия или недоверия — это субъективное мнение, каждый вправе его иметь, тут, как говорится, время покажет. Это самый точный и строгий эксперт.

«Это не вакцина, а генная терапия! Вакцина меня генетически модифицирует!»

Я понимаю, откуда «ноги растут» у этой идеи. Векторные вирусы действительно используются для коррекции генома у людей с генетическими болезнями, вроде спинальной мышечной атрофии. Препарат, разработанный для ее лечения, представляет собой вирус, который доставляет в нейроны спинного мозга недостающий ген, благодаря чему восстанавливается синтез недостающего белка. Эта методика спасает жизни детей с редким орфанным заболеванием — спинальной мышечной атрофией (СМА), встречающимся примерно у 1: 1 000 000 новорожденных. Стоит это лекарство (вводится один раз) в РФ порядка 150 млн рублей. Такова цена жизни и здоровья человека. Один укол — и человек живет дальше здоровым. Возможно, будет создано и лекарство от гемофилии, а может быть, от болезни Дауна или других генетических нарушений. Что в этом плохого? Я же не возмущаюсь, что редактор и корректор исправят ошибки и опечатки в моей книге! Что же страшного, если благодаря векторным лекарствам можно исправлять «опечатки» природы?[150] Векторная вакцина не имеет никаких корректоров генома, кроме единственного гена S-белка — маркера вируса SARS-COV-2, ничем больше не модифицирует организм. Мало того, векторный вирус довольно быстро погибает, кстати, вместе с зараженными им клетками в месте инъекции, но иммунитет за три недели успевает обучиться борьбе с инфекцией.

«Вакцины могут содержать микрочипы, позволяющие правительствам или другим организациям отслеживать местонахождение привитого лица».

Еще не существует таких чипов: их создание пока технически невозможно. Подобные выдумки — вера в фантастику. Может быть, когда-нибудь, лет через двадцать, и удастся создать что-то подобное, но сейчас таких мелких устройств не существует. То, что в разработке, слишком дорогое для массовой чипизации, быстро разрушается в организме и выводится. Самый маленький чип, вроде тех, что используются для маркировки домашних животных, не меньше зерна длиннозерного риса: 1 мм в диаметре и 5–7 — в длину. Никаким шприцем незаметно его не ввести. А местонахождение людей сейчас отслеживают и без чипов — этому служат наши телефоны, банковские карты и социальные транспортные карты, а также уличные видеокамеры. Если вы не злоумышленник и не злодей, то чего вам бояться?

«Прививка приводит к бесплодию. Или молодая женщина, которая сделает прививку, потом не сможет родить здорового малыша».

Прививка, вакцина, а речь идет именно о векторной вакцине, не попадает в органы воспроизводства, а погибает намного раньше, еще в тканях предплечья. Но сам по себе миф возник не на пустом месте. Дело в том, что обычные правила вакцинации «в холодный период», когда не было эпидемии, гласили, что беременные имеют отвод от вакцинации вообще, от любой. Объяснялось это тем, что при беременности иммунитет специально снижается для вынашивания ребенка, а вакцина иммунитет возбуждает, что может хоть и маловероятно, но спровоцировать преждевременное прерывание беременности. На самом деле ничего подобного не наблюдалось. Этот вывод был сделан исходя из чисто теоретических рассуждений, к которым можно отнести также рекомендации по запрету приема некоторых препаратов, не потому что они реально могут нанести вред плоду, а потому только, что никаких исследований на эту тему не проводилось. Вакцину («Спутник-V») проверяли на беременных животных, а потом и на добровольцах, на случайно вакцинированных беременных (которые пришли на вакцинацию, не зная о своем положении), подтвердилось, что вреда плоду вакцина не наносит[151].

«У вакцины могут быть неизвестные эффекты в будущем».

Жизнь вообще полна сюрпризов, не только от вакцины. Но имеющиеся сейчас препараты максимально избавлены от «побочек», характерных для вакцин XIX и XX веков, которые готовили из убитых и ослабленных микробов и вирусов. Медики знали о возможных рисках, предупреждали о них, и все равно вакцинация всегда была оправданной, потому что риски эти минимальны по сравнению со спасением населения городов и стран. Векторные рекомбинантные вакцины, за которыми будущее, избавлены от массы побочных эффектов, характерных для традиционных вакцин, но никто и никогда не даст 100 %-ную гарантию безопасности любому препарату. Никаких отдаленных побочных эффектов векторные вакцины не имеют. Не способны они на это.

«Некоторые прививки пустые».

Это отголосок клинических испытаний вакцины, когда людей предупреждали, что половина всех «вакцин» — пустышки, чтобы подтвердить: да, на введение настоящей вакцины антитела появляются, а на введение пустышки — нет. Это необходимый элемент испытаний и проверок. Потом, после завершения испытания, всех, кто получал «пустышку», приглашают на настоящую вакцинацию. Это обязательное правило. Но люди привыкли, как говаривала моя прабабушка: «Слушать брюхом, а не ухом».

«Я не заболею, у меня иммунитет хороший».

Если иммунитет хороший и до сих пор с коронавирусной инфекций не встречался, весьма вероятно, что вы умрете от тяжелого острого респираторного синдрома — ковидной пневмонии на фоне «цитокинового шторма». Убивает не ослабленный, а именно хороший иммунитет, которому просто не хватит времени, чтобы успеть и напечатать антитела к вирусу, если вы заразитесь. Ему проще вас убить, чем стараться спасти, раз уж вы сами не хотите пойти и привиться, чтобы заранее «проинформировать» иммунитет о новой инфекции. Для него такая информация из вакцины крайне важна, ведь чтобы спасти вас, он должен вооружиться знанием о строении нового вируса.

«Лучше переболеть и приобрести иммунитет, чем делать прививки. Естественное формирование иммунитета более безопасно, чем его приобретение путем вакцинации».

Как раз наоборот. Пусть вакцина дает не настолько мощную защиту, как болезнь, но при смертельных инфекциях она спасает жизни и позволяет избежать тяжелых осложнений от болезни. Ведь, как известно, кто предупрежден, тот вооружен. Вакцина — это «фоторобот преступника» для иммунитета. Вы предпочтете быть ограбленным и убитым неизвестным преступником или быть предупрежденным о его внешнем виде и особых приметах?

«В вакцинах ртуть, формальдегид — они отравляют организм ребенка, вызывая повреждения нервной системы, аллергизацию, аутизм».

Во-первых, это были старые вакцины ХХ века, сейчас их производят по другим технологиям и уже никакие яды в качестве консервантов не используют. Во-вторых, дозы этих ядов были настолько мизерны, что никакого вреда нанести не могли. А. С. Пушкин лечил препаратами ртути и мышьяка венерические болезни, но это не помешало ему зачать нескольких детей и написать мировые шедевры поэзии, а дозы ядов он получал в сотни тысяч раз бóльшие по сравнению с теми, что содержались в дозах вакцин. Насчет аутизима — это была грандиозная афера британского врача Эндрю Джереми Уэйкфилда. Он написал статью, связав действие вакцины MMR, вызвавшей тяжелый энтерит, с развитием аутизма. Выяснилось, что врач получил деньги от конкурирующей фирмы, производившей свои аналогичные вакцины.

Его лишили лицензии, диплома и посадили в тюрьму. Но клевета, которую он сумел опубликовать в уважаемом медицинском журнале, успела пустить корни в сознании доверчивых и наивных немедиков, антивакцинаторов. Врач сознался, что фальсифицировал данные своих наблюдений и никакой связи вакцинации с выявленным аутизмом на самом деле не было.

«Комбинированная вакцина против дифтерии, столбняка и коклюша (АКДС) и вакцина против полиомиелита вызывают синдром внезапной смерти младенцев».

Это тоже ложь, слух, пущенный в незапамятные времена. АКДС и АДС-М могут вызвать анафилаксию в крайне редких случаях, о чем врачи осведомлены, но происходит это обычно сразу после введения вакцины и в медицинском учреждении, где есть необходимые для спасения препараты. Однако риск заражения дифтерией намного превосходит риск анафилаксии. Нынешние борцы с вакцинами забыли, что смертность от дифтерии у детей еще в первой половине ХХ века превышала 70 % заразившихся, а у взрослых — 50 %. И лишь благодаря вакцинам удалось избавить людей от этой болезни, как и от коклюша, столбняка, кори, краснухи.

«Вакцинация частично ответственна за глобальное повышение частоты раковых заболеваний».

Благодаря вакцинации смертность и заболеваемость инфекциями заметно снизилась, потому онкология, как и атеросклероз, статистически «помолодели», ведь люди, которые должны были в детстве умереть от кори, скарлатины, дифтерии и прочего, выжили, но они же не избавились от риска других болезней, вот и появились «лишние» больные с различными видами рака и ранней наследственной гиперлипидемией[152] — инфарктами в 20–30 лет. Свято место пусто не бывает: когда побеждается одна болезнь, ей на смену обязательно придет другая, но это не означает, что бороться с эпидемическими инфекциями не имеет смысла.

«Люди с аллергией, хроническими заболеваниями не должны прививаться, так как у них ослабленный иммунитет».

Эти люди получают медотвод от вакцинации, только их диагноз должен быть официально подтвержден документом от аллерголога или другого специалиста, готового обосновать, что вакцинация этому пациенту противопоказана сейчас или вообще. Липовая справка «от аллерголога или онколога» — повод к возбуждению уголовного дела.

«Вакцинация намного опаснее, чем признает официальная медицина. Количество осложнений после прививок замалчивается. Прививки перегружают естественный иммунитет, поэтому после вакцинации повышается риск заболеть чем-то. В том числе коронавирусом».

Это настоящая глупость любителей теорий мировых заговоров. Нет такого понятия, как «перегрузить иммунитет». Он слишком медлителен, и я уже объяснил это в седьмой главе, почитайте, как он работает. Иммунитет можно подавить с помощью специальных супрессоров, гормонов, но перегрузить невозможно. Опасность вакцин не выше, чем у любого допущенного к применению в клинике лекарства, врачи о вероятных побочных эффектах знают и обычно готовы к их предотвращению. Вакцины от COVID-19 не содержат вирусных тел SARS-COV-2 в себе. Только один ген к одному белку-антигену. Поэтому вызвать инфекцию не могут и повысить риск заражения — тоже. Наоборот, создав запас антител в организме, вакцина повышает устойчивость к вирусу.

«У детей есть природный иммунитет, который может пострадать, если его „нагружать“ многочисленными прививками».

У новорожденных нет иммунитета. Иммунную защиту груднички получают с молоком матери в виде антител. Первую иммунную нагрузку ребенок получает в родах — проходя через родовые пути матери. Угрозу для него представляют гепатит и туберкулез, потому эти прививки вводятся сразу, если ребенок родился нормальным и здоровым, а роды прошли без осложнений. Прививки не нагружают иммунитет, а информируют его. Знаний лишних не бывает. Собственный иммунитет начинает формироваться к полугоду, и часто именно благодаря вакцинам.

«Ребенок на грудном вскармливании защищен материнскими антителами».

Это правда, однако только если у матери есть антитела к COVID-19, тогда она их передаст с молоком, а если нет? Если она не вакцинирована и не болела? Где ей взять эти антитела?

«Привитые дети более подвержены аллергии, аутоиммунным и респираторным заболеваниям, чем непривитые».

Нет такой статистики, эти выдумки — страшилки борцов с вакцинами. Кстати, в «продвинутых» странах Европы и США за антивакцинную деятельность очень сурово наказывают, а медиков лишают лицензии на медпрактику. И вполне справедливо.

«Жизнь человека в руках Божьих, и прививки не нужны: если Бог попустит заболевание, то оно в любом случае произойдет, а если не будет Божьей воли, то и вакцинация не нужна».

Исходя из такой логики получается как раз наоборот: раз Бог пустил врачей в мир, значит, Ему угодно, чтобы люди лечились и выздоравливали, а если допустил вакцину, то и вакцинировались. Ведь Ему не трупы и не инвалиды нужны, а счастливые, любящие Бога и ближних своих здоровые люди. Запомните: мертвые не молятся, раскаяться и искупить грехов не могут и добрых дел не совершают. Я еще добавлю в тему Божьей воли: на все Его воля, а врач лишь инструмент в Его руках. Потому корить врача за неудачу в лечении — грех большой! Все равно что Бога упрекать и возмущаться воле Его! Так понятно?

«Вирус мутирует, появляются новые штаммы, вакцины за ними не успевают. Вакцинация не остановит пандемию».

Вирус изменяется при копировании, чем чаще он копируется, тем выше его изменчивость, то есть то, что привыкли называть мутациями. Вакцины обычно создаются к тем антигенам, чья вероятность изменчивости минимальна. S-белок, к которому создан «Спутник-V», будет сохраняться при копировании достаточно долго, ведь прикрепляться к клеткам и проникать внутрь вирус может благодаря ему. Если этот белок изменится, то пропадет и заразность вируса. Так что копии будут сохранять это белок в себе максимально долго, а значит, и вакцины будут работать. Кроме вакцины, ничем иным остановить пандемию невозможно. Созданные антивирусные препараты в этом плане менее надежны, потому что вот тут, в системе репликации, вирус как раз может изменяться очень сильно, всякий раз приспосабливая «письмо» под себя, клетка его невольно будет менять внутри, но не снаружи. Вспомните, если вы переписываете письмо от руки (когда это было?), то адрес на конверте пишете очень четко, тогда как в самом письме уже допускаются и особенности почерка, и ошибки, и описки. Точно так и клетка, копируя оболочку, старается не халтурить, а вот сам геном вируса может и «сляпать», подгоняя белки под те, что есть, переписывая именно эту часть, немного подогнать ее под себя. Так что ингибиторы редуктаз (ферментов-копировщиков) могут не срабатывать в некоторых организмах.

«Врачи отговаривают от прививок, потому что что-то знают».

Увы, и среди врачей немало безграмотных и невежественных людей, которые или забыли азы патфиза (патологической физиологии) и иммунологии, или все на свете перепутали и учиться не хотят. Врач, не знающий хотя бы «простых» физиологических механизмов иммунной защиты, не помнящий мировой статистики детской смертности в XVIII–XIX веках от детских инфекций, которые удалось победить только благодаря вакцинации, опасен как медработник. Держитесь от таких врачей подальше. Или дайте ему эту книгу, пусть хоть ее прочтет.

~ ~ ~

Примечания

1

Вольное переложение строк из стихотворения В. Маяковского «Кем быть?»: «Я б детей лечить пошел, пусть меня научат…»

2

Отзывы на новое издание книги пишите сюда: lsvetin@yandex.ru.

3

Международный олимпийский комитет.

4

В приведенном фрагменте идет речь о схожести между собой вирусов птичьего гриппа А и человеческого гриппа А и возникающей иммунной устойчивости к человеческому гриппу А у обезьян после того, как их заражали птичьим гриппом А (который заражал людей).

5

В настоящее время этот параметр в анализах не указывается. Вместо него даются параметры: среднее содержание гемоглобина в эритроците, размеры эритроцитов. Вычислить ЦП самостоятельно несложно, все необходимые параметры в анализе обычно есть. Цветовой показатель = Hb в г/л (125, 140, 160 и т. п.) / три старших разряда числа эритроцитов в млн (2,25; 4,52; 5,12 и т. п.) 125/2,25 = (запятая убирается) 125/225 = 0,55 —> железодефицитная анемия.

6

Хрониосепсис — критическое снижение иммунитета, бактерии в крови даже размножаются. Сопровождается симптомами отравления, воспалениями в сосудах и сердце, проявляется повышенной утомляемостью, гнойными высыпаниями на коже и слизистых или даже гнойными процессами в полостях. Может стать причиной смерти. Часто тянется неделями и месяцами, особенно при попытках лечения антибиотиками без специфического подбора и предварительного посева крови на бактерии.

7

См. главу «Иммунитет, иммунограмма и вакцинация».

8

Этот срок зависит от мощности лаборатории и ее загруженности подобными исследованиями, не исключено, что в районе, где расположена лаборатория, иммунологический анализ бывает востребован нечасто, ведь он не входит в стандарт ОМС, лаборантам приходится ждать, набирая достаточное количество заявок, для заправки автомата, но «кровь ждать не любит», клетки не могут храниться в пробирках слишком долго, погибают. Вот и выходит от 1–3 до 7 дней.

9

Агрегаты — в физической химии и биологии соединения между отдельными структурами, молекулами или клетками, которые можно сравнить с липучками на клетках как на одежде. Агрегаты склеивают их между собой и тем самым увеличивают вязкость вещества, облегчают образование микросгустков — предшественников тромбов, эти сгустки называют агрегатами, а вещества, уменьшающие слипчивость, — дезагрегантами. К природным дезагрегантам относят салициловую кислоту (экстракт ивовой коры), вытяжку из левзеи (рапонтикума) сафлоровидной (маральего корня) — экдистерон. О химических дезагрегантах сказано в тексте.

10

Если объема мочи для измерения не хватает, ее разводят в 2–3–4 раза, потом полученный результат умножают на степень разведения, но это отражается на точности показателя.

11

В современных автоматических анализаторах ошибка сведена к минимуму, но человеческий фактор полностью не исключен, если в приготовлении с «нулевого момента» не используется система штрихкодовой маркировки, а пробирки отмечаются привычно — авторучкой.

12

Раньше считалось, что верхняя граница в ммоль/л — 5,5, но с распространением ручных глюкометров, имеющих погрешность 10–12 %, границы немного расширили до 6,6.

13

Это утверждение подогнано к идеалу, содержание глюкозы в течение дня меняется, и если средний ее показатель удерживается на 10 ммоль/л и выше несколько часов и дней, то глюкоза выходит в мочу.

14

Кетоны снижают чувство голода, вызывают ощущение опьянения, учащают сердцебиение.

15

Около половины выявленных опухолей и воспалений почек обнаруживаются именно во время профосмотров, как случайные находки на фоне полного здоровья.

16

Уретриты бывают разные, в зависимости от возбудителя. Не обязательно гонорейный (именно ему принадлежит определение «мужской насморк»), часто воспаление связано с хламидиями или энтерококками, инфекция попадает не только половым путем, но и с грязью с немытых рук, поэтому рекомендуется руки мыть не только после похода в туалет, но и перед ним.

17

В настоящее время считается устаревшим, может быть использован, если в арсенале врача нет больше никаких современных способов диагностики.

18

Известный советский онколог-уролог, профессор (1916–1980).

19

Сначала он, конечно, этот метод опробовал в своем отделении и убедился в его правильности.

20

Откровенно говоря, данный метод изрядно устарел. Применяют его обычно в стационарах, когда врач хочет обоснованно доказать, что воспаление затронуло конкретный орган, или когда заведующий отделением не читает современную научную литературу и требует непременно брать эту пробу. Бывает и так, что кафедра, базирующаяся в отделении, пишет монументальную работу и нужно собрать все анализы для репрезентативности методики лечения (точности в статистическом подсчете).

21

Обычно это исследование делают в стационаре, в современных условиях города и села выполнить «пробу трех стаканов» нереально.

22

Как и анализ мочи по Нечипоренко и проба трех стаканов, исследование по Зимницкому тоже считается древним методом, который в современных условиях делать нет необходимости.

23

Зимницкий Семен Семенович (1873–1927) — русский терапевт. Последнее место службы — медицинский факультет Казанского университета (профессор пропал во время Гражданской войны в России 1917–1921).

24

Это исследование может иметь большое значение для больницы, где нет современной лаборатории, а врач «земский» один — и за терапевта, и за хирурга, и за лаборанта, как это было во времена С. С. Зимницкого.

25

Кстати, 50 — уже маловато, а 85 — многовато. Если показатели устойчиво держатся у той или иной границы нормы и не сменяются более средними цифрами, это должно насторожить. Либо белок где-то теряется, либо вырабатывается лишний, и нужно разбираться из-за чего.

26

Аптечный альбумин (произведенный из донорской плазмы) имеет концентрацию 4 %, импортный концентрированный — 10 %. Это важно знать для лечения пациентов с серьезной недостаточностью белка, когда надо ограничивать количество вливаемой жидкости.

27

Термин «недостаточность» применительно к различным органам или системам означает, что они недостаточно хорошо выполняют свои функции.

28

БАФ — белки активной фазы (имеется в виду фаза воспаления).

29

АТ — антитела, особые белки, которые вступают в реакцию с антигеном (АГ) (белком-агрессором). Это может быть какой-нибудь фермент на стенке микроба, на раковой клетке или вещество, попавшее в кровь из мертвой клетки, которого в норме быть не должно. АТ связываются с АГ, образуя комплексы АТ+АГ, которые называются циркулирующими иммунными комплексами (ЦИК) (для их исследования тоже существует особый анализ). Специфические АТ — это белки иммунитета, рассчитанные на конкретные возбудители или маркеры (особые белки) опухолей, а неспецифические — это иммуноглобулины, имеющие общее сродство с различными антигенами (обычно микробов) и обеспечивающие общую защиту организма от различных инфекций, и относятся они к глобулинам.

30

Долгое время РСК (реакция связывания комплемента) была важнейшей в определении такого заболевания, как сифилис. Она даже получила название в честь автора — реакция Вассермана, или РВ. Однако данный показатель не отличался точностью (комплемент может повышаться при любом воспалении), поэтому сейчас он не используется для диагностики сифилиса. В наше время проводится иммунно-ферментный анализ, более точный (однако традиционное название сохранилось, на бланке пишут «Реакция Вассермана — ИФА»).

31

Абсанины (от absence — выпадение) и преципитины (от precipitation — осаждение, стремительное падение) — устаревшее название для иммуноглобулинов и циркулирующих иммунных комплексов. Сейчас эти исследования не проводятся. Но еще в середине 80-х студентов обучали и проведению этих исследований, и диагностике по этим реакциям.

32

В межклеточном пространстве расположены капилляры, осуществляется газообмен, кровь переходит из артериального русла в венозное.

33

Речь идет о диабете первого типа — инсулинозависимом: инсулина вырабатывается мало, и его нужно вводить дополнительно. Есть еще и диабет второго типа, или инсулинрезистентный: инсулина синтезируется даже больше нормы, но клетки его не видят, нет «замков», к которым производятся «ключики». При этом в крови тоже много глюкозы, что очень вредно!

34

Липопротеиды расходуются в основном на возведение клеточных мембран, или клеточных стенок. У всех клеток организма совершенно одинаковые мембраны, состоящие из двух слоев липопротеидов (точнее, фосфолипидов: в них содержится фосфорная кислота), в которые встроены молекулы белков — ферментов. Вот они-то и определяют индивидуальность клетки, ее специализацию. Можно сказать, что фосфолипиды — это кирпичи, из которых построены дома-клетки, тогда как ферменты — это окна, пороги, балкончики, различные орнаменты, средства связи, ступени и отлогие пандусы — словом, все то, что придает домам индивидуальность.

35

Циклические виды спорта: бег, велоспорт, лыжи, биатлон и т. п.

36

Атеросклероз — это болезнь сосудов (артерий). Чтобы не перегружать мозг читателя, объясню предельно просто. В некоторых артериях по различным причинам, чаще всего из-за резких скачков артериального давления, внутренняя оболочка надрывается и клетки разрушаются. ЛПНП и ЛПОНП, вместо того чтобы починить повреждение, сваливаются кучей: тяп-ляп — и образуется шероховатая бляшка. Она, во-первых, сужает просвет сосуда, во-вторых, мешая току крови, создает в нем завихрения, из-за которых надламываются тромбоциты (о них я рассказывал выше). Эти «ушибы» тромбоцитов порождают постоянную повышенную готовность крови к образованию тромбов в данном месте и дальше по ходу сосуда. Собственно, атеросклероз опасен не только сужением сосуда из-за наличия бляшки, но и резким перекрытием кровотока из-за возникновения тромбов. В основе инфарктов и инсультов лежат именно тромбозы.

37

По цвету кожи желтушного больного несложно понять, что происходит: желтуха механическая придает склере глаз и слизистым яркий канареечный оттенок, тогда как цирроз окрашивает кожу, и слизистые, и глаза больше в лаймовый, землисто-зеленушный, с желтизной, цвет. В совокупности с размерами печени и ее структурой при УЗИ легко понять, что именно происходит.

38

Если трансаминазы и другие клеточные ферменты отмечаются в нормальном анализе биохимии крови, что это означает? Что в норме клетки погибают? А что вас удивляет? Никто вечно не живет, у клеток тоже есть свой предел жизни, а значит, «Ритуал» работает и в организме — похороны идут постоянно. Отсюда и норма показателей ТА в крови.

39

У спортсменов после тренировок и соревнований КФК повышается, и это нормально. Точно так же происходит и у других людей, чья деятельность связана с тяжелым физическим трудом.

40

Избыточная активность паращитовидной железы.

41

Но не сразу, а когда моча постоит на открытом воздухе.

42

ХПН второй и третьей степени требует диализа — искусственного очищения крови от азотистых соединений и прочих шлаков.

43

Подробнее — в главе об иммунитете.

44

Используется также англоязычный вариант названия: C-reactiveprotein, C-RP.

45

Ион — часть молекулы, имеющая заряд + или —, или ++ или —. В зависимости от заряда ион называется анион— или катион+, в растворе (в воде) все вещества (если растворяются) разделяются на ионы. Кислоты и щелочи, растворяясь в воде, всегда разделяются на ионы.

46

Препараты: мезим, фестал, легалон, панзинорм и их аналоги.

47

Рыхлый, свежий тромб растворяется быстрее «своими силами», старый, плотный может вообще не раствориться без специальных лекарств — тромболитиков. Поэтому в лечении острых инфарктов (сердца) и инсультов (мозга), в механизме развития которых играют роль именно тромбы, очень важно своевременно постараться растворить их (первый час — золотой) как можно скорее от появления первых симптомов: боли в груди или мозговой симптоматики, которая легко определяется FAS-тестом. F — face, лицо (опущение угла рта, отклонение языка); A — arm, рука (невозможно поднять и держать одну руку); S — speech, речь (не удается произнести слова типа «параллелограмм» или «мелкокалиберная винтовка»).

48

Исследования ПТИ (или близкого ему показателя — протромбина по Квику) и МНО в составе коагулограммы помогают выявить нарушения во внешнем и общем путях свертывания крови, связанные с дефицитом или дефектом фибриногена (фактора I), протромбина (фактора II), факторов V (проакцелерина), VII (проконвертина), X (фактора Стюарта — Прауэр). При снижении их концентрации в крови протромбиновое время увеличивается по отношению к контрольным лабораторным показателям.

49

Чем больше МНО, тем хуже сворачивается кровь.

50

Диссеминированное (распространенное) внутрисосудистое свертывание — опасный синдром, который, если не остановить, приведет к гибели больного. Другое названием ДВС-синдрома — коагулопатия потребления (тромбоцитов).

51

Как и МНО, D-димер имеет важное диагностическое значение в оценке развития «цитокинового шторма» при инфекции COVID-19 и определении методов лечения и риска осложнений.

52

Часто совпадают в повышении показателей, а вот если не совпадают — должны такие результаты насторожить. Или ошибка лаборанта, или имеется какая-то проблема в печени.

53

Гормоны, регулирующие работу периферических желез внутренней секреции (а эту функцию выполняет бóльшая часть гормонов гипофиза), называются тропными (что означает «родственный, близкий»).

54

От греческого слова para — «рядом, около». Паращитовидная железа выделяет паратгормон и его антагонист — кальцитонин.

55

Известно, что почки выделяют гормон эритропоэтин, а в желудке вырабатывается грелин — гормон голода, который также называют гормоном аппетита (был открыт в конце XX века).

56

Это слово означает половую заинтересованность или активность.

57

Экстракорпоральное оплодотворение.

58

РАС — ренин-ангиотензиновая система, главная задача которой — регулировать просвет артерий (имеющих мышечный слой), периферическое сопротивление сосудов — диастолическое давление крови. Ренин активирует ангиотензин-1, который под действием АПФ (ангиотензинпревращающего фермента) становится ангиотензином-2.

59

Лекарства против артериальной гипертонии, блокирующие работу этого фермента, называются ингибиторами АПФ (ИАПФ). Разработано несколько соединений, в наименовании которых используется окончание «-прил» (каптоприл, эналаприл, моноприл).

60

Также выпускается в таблетках. В США считается пищевой добавкой. В России доступен как лекарственный препарат (торговые наименования — «Мелаксен», «Мелапур», «Мелатон», «Юкалин», «Циркадин»). Также продается в магазинах спортивного питания, чаще всего под названием «Melatonin».

61

Из-за нарушения этого процесса развивается мочекаменная болезнь с появлением фосфатных камней.

62

При феохромоцитоме выделяется большое количество гормонов мозгового вещества надпочечников: адреналина и норадреналина, что вызывает критическое повышение артериального давления, постоянные головные боли, тахикардию и может привести к гибели человека от инсульта или инфаркта миокарда.

63

Введение в организм радиоактивных изотопов, которые накапливаются в больном органе, опухоли и метастазах и позволяют на специальном отчете увидеть места накопления изотопа и объем опухоли.

64

Выпускаются в виде лекарственных растворов. Используются в отделениях реанимации и скорой помощью для лечения тяжелых состояний. Так, инъекция адреналина внутрисердечно (в полость левого желудочка) с последующим массажем сердца или электродефибрилляцией может запустить остановившееся сердце (в течение нескольких минут после остановки или в период фибрилляции, трепетания).

65

Это может быть оправданно, если в ближайшее время не придется объясняться с врачами и доказывать, что травма получена «на трезвую голову», а алкоголь дали в медицинских целях.

66

Морбидным ожирением называется тяжелое заболевание, когда организм живет уже ради поддержания избыточного веса. Масса жира в организме при МО превышает 50 % от общего веса, может достигать 100 и 150 % мышечной массы и скелета. Клеточная масса способствует повышенной выработке инсулина.

67

Хитрые спортсмены, чтобы стимулировать почки на синтез своего эритропоэтина, арендуют тренировочные базы в высокогорье, где проводят по несколько недель, так как это не запрещено ВАДА. Было принято решение ограничить допуск спортсменов по верхней границе показателя гемоглобина — 169 мг/%, с показателем 170 и выше спортсмена отстраняют от соревнования, а если обнаружат эритропоэтин — могут дисквалифицировать и оштрафовать.

68

В настоящее время АИТ лечится гормонозаместительной терапией, при которой ежедневно и без пропусков принимается L-тироксин в специально подобранной дозе.

69

Колоноскопия и ректороманоскопия — исследования дорогостоящие. Не везде есть оборудование и специалисты, умеющие с ним работать, а вот обнаружить скрытую кровь в кале и дешевле, и проще: достаточно реактива и толкового лаборанта.

70

Инфекция, при которой происходит заражение инфузориями Balantidium coli, попадающими в организм человека от зараженных свиней. Заболевание встречается относительно редко, хотя в сельской местности до 4–5 % населения могут быть носителями данного микроорганизма.

71

При диспансерном обследовании шанс, что перепутали анализ, — выше.

72

Я не случайно сказал «намекает». Нужно обязательно сделать УЗИ плода и провести специальные исследования, чтобы выявить врожденную патологию еще до рождения и принять решение о прерывании беременности.

73

Эмбриологическое название для всей системы пищеварения от губ до ануса.

74

Странное сочетание слов? Да, медлить нельзя, каждый день — это угроза метастазирования, но и нет причин для немедленной операции. Нужно подготовиться, запастись препаратами крови и психологически подготовить больную, что лечение будет небыстрым, удаление опухоли — это только первый этап.

75

Это она так прочитала слово «желудочковые».

76

Все клетки, особенно мышечные, вырабатывают электрические импульсы. В функциональной диагностике широко распространены следующие электрофизиологические исследования: ЭКГ — электрокардиограмма, ЭЭГ — электроэнцефалограмма (запись электрической активности клеток мозга), ЭМГ — электромиограмма — запись активности мышечных клеток скелетной мускулатуры. Реже встречается ЭМГГ (электромиогастрограмма) — запись мышечной активности желудка. Но это исследование в широкую клиническую практику не вошло, оставшись уделом НИИ и лабораторий.

77

Синус — узел, особая группа клеток, кардиомиоцитов, которые вырабатывают электрические импульсы, управляющие сокращениями сердца. Синус находится в правом предсердии. Оттуда идут волокна к следующему узлу — предсердно-желудочковому.

78

Вектор в математике — это указание направления и силы действия, выраженное графически. Поэтому и направление стрелки, и длина вектора имеют значение. На картинке анализа ЭОС это очень хорошо видно. Длина вектора проецируется на тень ЭДС от нее. Отображение этой тени выражено в высоте зубца R на стандартных отведениях I, II и III.

79

Кардиолог пропустил слово «миокарда». Впрочем, медикам и так понятно, о чем речь, а немедикам ни к чему забивать себе мозг ненужной информацией.

80

При таких симптомах и ЭКГ нужно делать коронарографию (рентгеновское исследование сосудов сердца) и по необходимости устанавливать стенты в суженные сосуды.

81

Считается, что СРРЖ является диагностическим признаком внезапной остановки сердца — острой коронарной смерти. Но достоверной статистики пока нет. Так что этот вопрос остается дискуссионным

82

Разрастание, увеличение массы левого желудочка естественно для людей, испытывающих постоянные физические нагрузки или имеющих повышенную массу тела.

83

Обычно обследование занимает два-три дня. Делаются серия нагрузочных проб и анализы на специальные белки-маркеры.

84

Предсердия — желудочки — обычный порядок сокращений, импульс предсердий запускает сокращения желудочков, при АВ-блокаде эта зависимость постепенно нарушается, а интервал Р-Q — увеличивается, при ухудшении связи предсердия — желудочки, импульсы могут быть несогласованны, но правильность сокращений желудочков — ритмичность — сохраняется.

85

В зависимости от типа стимулятора. Не путайте с ЭКС — кардиостимуляторами, которые устанавливаются в режиме ожидания (de-mand): такие приборы работают до пяти лет, отслеживая правильность работы сердца, и включают импульсы, если возникает нарушение.

86

Их обоих близкие люди пытались весьма профессионально реанимировать, но безуспешно.

87

Поэтому «качки-анаболы» часто проигрывают в постели обычным физкультурникам и атлетам, не употребляющим стероиды. Быстро устают, начинают задыхаться.

88

Сперма имеет щелочную реакцию, чтобы погасить кислую среду влагалища и обеспечить выживаемость СЗ, эту же роль выполняет и объем спермы, часть ее расходуется на обеспечение комфортных условий для живчиков.

89

Гной в сперме.

90

Обычно это связано с врожденной аномалией развития пахового канала, через который яичко спускается в мошонку.

91

Как правило, крипторхизм обнаруживает мама во время купания младенца.

92

Злой ее называют потому, что даже при минимальных размерах она рано начинает метастазировать. В отличие от других опухолей ее клетки долгое время не объединены в выраженную ткань. Нередки случаи, когда метастаз обнаруживается раньше первичного очага. Сегодня самый простой и результативный метод выявления поражения органов мошонки и стадии процесса — УЗИ специальным датчиком. Распространение семиномы выше мошонки выявляют при КТ брюшной и грудной полостей, столь же информативна МРТ. Для постановки диагноза производится пункция яичка. Так же по анализу мочи определяется содержание хорионического гонадотропина и альфа-фетопротеина для установления характера опухоли.

93

Стихи К. Рыжова, музыка А. Колкера, 1966 год.

94

Представьте себе стены, в которых одни оконные рамы, без стекол — вот так выглядят капилляры.

95

Профессор Георгадзе на лекциях по хирургии говорил: «Рана — это дирка в организмэ в нэ запланированном природой мэсте. Из рани тичот кров. Когда тичот кров — это називается кровотичение!» Все бы лекции читались вот так просто!

96

Цит. По: Ильф И. А., Петров Е. П. Двенадцать стульев; Золотой телёнок. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1991.

97

Это не то же самое, что перерабатывать.

98

Доказано, что избыточное употребление витаминов может вызвать и ускорить развитие злокачественных опухолей. ВОЗ не рекомендует употреблять без назначения врача витамины: А, Е, В и D.

99

Все зависит от тяжести отравления. Например, если плохо после выпитой водки, поможет одна доза. А от съеденной бледной погадки и десятикратной дозы будет мало.

100

Запрещен к ввозу в США и некоторые другие страны как наркотическое средство, можно попасть в тюрьму, если обнаружат флакончик на таможне.

101

По России помощь можно получить по полису ОМС.

102

Пойдет в конный поход по Алтаю.

103

«Алмагель А» — с анестезином, местным обезболивающим препаратом.

104

У антибиотиков есть свойство «привыкания». Вообще это определение не совсем верное. В организме на лекарство вырабатываются «антидоты» — которые разрушают антибиотик. Кроме того, микробы приспосабливаются к антибиотику, и тот оказывается бесполезным. Поэтому врачи не рекомендуют бездумное употребление антибиотиков «на авось!». Для всякого лечения должно быть обоснование!

105

Можно взять только две упаковки этого антибиотика и «Доксициклин», этого хватит на все случаи воспалений, что могут приключиться в путешествии.

106

Название микроскопа из повести Н. Лескова «Левша».

107

Джеймс Фиппс (1788–1853) на самом деле был не первым привитым коровьей оспой, эти эксперименты уже проводились ранее.

108

Содержимое папул Дженнер взял у очень кстати заболевшей коровьей оспой крестьянки Сары Нелмс.

109

Пастер известен не только как иммунолог, но и как микробиолог, открывший много процессов, связанных с развитием культур микроорганизмов и их влиянием на нашу жизнь. К примеру, его заслуга — изучение процессов брожения, в частности молока и вина. За его открытия и разработки виноделы всего мира спонсируют институт Пастера до сего времени.

110

Ф. Д. Рузвельт — президент США, заразился, уже будучи взрослым человеком.

111

Сипаи — индийские наемники, солдаты, которые в английской колониальной армии были главной движущей силой крупнейшего индийского восстания колониального периода — Сипайского восстания 1857–1859 годов. Оно было подавлено «цивилизованными» англичанами с крайней жестокостью: уцелевших сипаев привязывали к стволам пушек и стреляли сквозь них. Эти события индусы будут помнить очень долго.

112

В родном городе Бердянске и в Одессе именем В. А. Хавкина названы улицы.

113

Современные вакцины создают иначе, для них не используют ядовитые вещества.

114

Этот срок определил время для ревакцинации в период эпидемии новой инфекции COVID-19, по мере накопления данных о формировании иммунной защиты, этот срок — ревакцинации, — может быть отодвинут до года или даже дольше.

115

Речь о книге о крови, над которой автор работает не первый год. В ней иммунитету посвящен большой раздел, где все нюансы иммунитета и его строение разобраны достаточно подробно, но при этом понятно для читателей, не связанных с медицинской сферой.

116

Эпизод из х/ф «Золото Маккены».

117

Вообще инфекционная атака идет широким фронтом и обычно занимает довольно большую площадь на слизистой и длится не какое-то мгновение, микробы втягиваются с воздухом носом или ртом и оседают на слизистой в течение нескольких минут, а иногда и часов. При этом война идет нешуточная, прежде чем несколько сумеют закрепиться на «отвоеванной территории». Большую роль играет «злобность» агрессора, которая на медицинском языке называется: инвазивность, вирулентность, токсогенность (все три параметра очень важны).

118

У каждого типа клеток иммунитета своя особая функция и задача. Одни — фагоциты, другие — киллеры, третьи — аналитики, четвертые — хранители информации и т. д.

119

То есть речь идет об эпидемической ситуации, и окружающая среда (вода, воздух) наполнена агрессивными инфекциями.

120

П. И. Чайковский в Санкт-Петербурге однажды зашел к друзьям. Очень хотел пить. Несмотря на то что была объявлена эпидемическая ситуация по холере, он не стал дожидаться, пока вода, принесенная с Невы, будет прокипячена и остужена, а выпил сырую. Через несколько дней он умер от тяжелой холерной интоксикации — отравления. Эта версия гибели композитора считается официальной.

121

АТФ — аденозинтрифосфорная кислота, главный источник энергии для всех биохимических реакций в клетках, выполнения разнообразной работы. АТФ получается при сжигании глюкозы или жира в митохондриях клеток.

122

В норме соотношение Т-х: Т-с составляет 2:1.

123

Структура команд иммунного ответа очень сложная, имеет массу параллельных каналов управления и даже прямые команды, когда речь идет о повторной реакции при уже сложившемся иммунном ответе на известный антиген. Так, В-лимфоциты еще до бласттрансформации и начала синтеза антител могут включить эту функцию без команды Т-х при прямом контакте с антигеном, который срабатывает как пусковая команда к перестройке лимфоцита и началу синтеза АТ. Причем достаточно одной В-клетке сконтактировать с антигеном, чтобы все ближайшие В-лимфоциты начали изменяться. Эта функция иммунитета позволяет максимально быстро реагировать на знакомую инфекцию.

124

Клетки — строители соединительной ткани, выделяют белок фибрин, которым пропитываются ткани вокруг очага воспаления.

125

Содержит микробы, разрушенные клетки крови, тканей, окружающих очаг, лейкоциты и их части, огромное количество лизосомальных ферментов, токсинов, все эти вещества называют пирогены, потому что они повышают температуру, вызывают лихорадку.

126

В качестве примера можно назвать палочки чумы.

127

Гемолитический стрептококк серотип-А, поселяясь в нёбных миндалинах и периодически вызывая обострение хронического тонзиллита, попутно провоцирует иммунитет на выработку антител против антигена-А, который очень похож по составу на белок соединительной ткани. Поэтому стрептококк, как провокатор, запускает аутовоспаление суставов и клапанов сердца, которые разрушаются антителами против возбудителя.

128

Иммунодефицитное состояние, ВИЧ.

129

Аутоиммунные заболевания в ассортименте: боковой амиотрофический склероз, рассеянный склероз, системная красная волчанка, склеродермия, ревматоидный артрит и т. д.

130

Или антигеном — аллергеном, который почему-то принимает за страшного врага, включается механизм анафилаксии и практически мгновенной смерти в течение 2–3 минут.

131

Наверняка известно, что человек не может заразиться вирусом растений и микробов, а вирусы птиц или млекопитающих могут иногда проникать в человеческие клетки и «читаться» и даже копироваться.

132

В 2013–2014 гг. он вызывал в РФ летние эпидемии вирусного энтерита, передаваясь через водоемы, грязные руки.

133

На раннем этапе иммунологии для проверки реакций брали эритроциты разных животных, баранов, мышей — закрепилось в методиках.

134

Реакция розеткообразования (Е-РОК) — это один из первых функциональных оценочных тестов активности иммунной системы, использовался в иммунологии в РФ почти до конца 90-х годов.

135

Комплемент — от лат. «дополнение, довершение». В биологии комплемент — это белковое или более сложное вещество, участвующее в реакции между АТ и АГ, при недостатке фракций комплемента ЦИКи образуются медленнее, могут легко разрушаться, с комплементом атака АТ на АГ происходит агрессивнее и полнее. Комплемент появляется в плазме крови как ответ на воспаление, бактериальное или вирусное. Чем сильнее инфицирование, тем больше концентрация комплемента в плазме. На заре иммунологии очень популярна была реакция связывания комплемента в отношении сифилиса, она еще называлась реакцией Вассермана — RW.

136

Вышел на экраны в 1961 году.

137

Такой препарат был создан в 60–70-х годах советским врачом Н. М. Голощаповым как противолепрозное средство. Однако в результате исследований выяснилось, что препарат, названный им «Диуцифон», на основе диамино-дифенил-сульфона и метилурацила оказывает сильное иммуностимулирующее действие, именно усиливая синтез ИЛ-2. В настоящее время патентная защита препарата закончилась, и возможно, он выпускается сейчас как дженерик в каких-то странах под другими названиями. В РФ такого препарата больше нет.

138

Методические разработки.

139

Вольное прочтение текста Б. Окуджавы.

140

В качестве объекта фагирования используются микроскопические кусочки полимеризованного сока гевеи — латекса.

141

В производстве антибиотиков вирусы, убивающие грибницу, — бич производителей. Потому там очень тщательно следят за стерильностью в реакторных помещениях, где в огромных чанах выращивают грибные бульоны. Вирусы поражают растения в теплицах — они используют замкнутые пространства. В отношениях с животными и людьми вирусы распространяются так же — чем больше особей в объеме и чем плотнее живые ткани и организмы, тем быстрее и проще передаются они от зараженных к здоровым.

142

Очень популярна E. Coli — кишечная палочка, но есть и другие микробы.

143

Так работают векторные вакцины. Они имеют меньшую от рекомбинантных вакцин себестоимость и практически безвредны.

144

Герой повести Б. Васильева «А зори здесь тихие».

145

Художник-карикатурист Алексей Кокорекин, умер от оспы в Москве в декабре 1959 года.

146

История эта, в которой и я принимал участие, легла в основу детективной дилогии «Фактор риска», которую мы с Дмитрием Янковским написали в 2017 году, перенеся события в наше время.

147

«КовиВак Корона» НИИ им. Чумакова. Должна появиться весной 2022 года.

148

Медики, работающие в красной зоне, несмотря на прививку, все равно в группе риска: и заражаются, и заболевают. Вот только среди них я не слышал об умерших, обычно выздоравливают.

149

Их отработали, когда создавали вакцину от вируса лихорадки Эбола.

150

Главное, используя этот инструмент, не пытаться улучшать организм человека, это может плохо кончиться, нужно оставить эту заботу Природе (Творцу).

151

Это касается всех вакцин в отношении беременных, отвод от вакцинации — это не результат каких-то проявлений побочных эффектов, а скорее перестраховка, ведь вне эпидемии обязательности нет никакой, вполне можно привиться и после родов. Нынешняя пандемия и опасность инфекции COVID-19 изменили отношение к вакцинации беременных. Вакцина не вызывает преждевременных родов, выкидыша, а вот инфекция и болезнь непременно ведут к гибели плода.

152

Наследственная гиперлипидемия — заболевание, при котором в крови повышено содержание липопротеидов и очень высокий риск атеросклероза, такие больные погибают от инфарктов сердца или инсультов в молодом возрасте и редко доживают до 40–45 лет.

Content

Андрей Звонков
Анализы. Что означают результаты исследований

Предисловие к 2-му изданию

1. Как понимать результаты анализов?

Клинический анализ крови

Клинический анализ мочи

Анализ мочи по Нечипоренко

Проба трех стаканов

Анализ мочи по Зимницкому

Биохимический анализ крови

Анализ на свертывание крови (коагулограмма)

Анализ на гормоны внутренней секреции

Состояние гормональной системы регуляции кальция

Состояние симпатико-адреналовой системы (САС)

Функция поджелудочной железы

Функция почек и кроветворение

Гормоны щитовидной железы

Исследование кишечного содержимого

2. Немного о грустном, или что такое онкомаркеры?

3. Как понимать электрокардиограмму?

4. Как понимать спермограмму?

Что могут написать в заключении спермограммы?

5. Для чего нужен тонометр?

Пульсоксиметр — модная игрушка или нужная вещь?

6. Какой должна быть аптечка?

Полный комплект

7. Иммунитет, иммунограмма, вакцинация

8. На злобу дня. Выдумки и глупости о вакцинации

~ ~ ~

Примечания