Александр Козлик

"Рожденная революцией" Документальный детектив о работе Советской милиции

Посвящается 100-летию милиции.

Рожденная революцией.

«Вставай, проклятьем заклеймённый,

Весь мир голодных и рабов!

Кипит наш разум возмущённый

И смертный бой вести готов.

Весь мир насилья мы разрушим

До основанья, а затем

Мы наш, мы новый мир построим, —

Кто был ничем, тот станет всем..».

Рожденная в борьбе с ненавистным царским режимом, под грохот оружейной канонады, когда все атрибуты государственности, были ликвидированы, рабоче-крестьянская милиция встала стеной на защиту граждан от произвола, бандитизма и разгула преступности.

«Весь мир насилья мы разрушим, до основания…» и разрушали: 3 марта 1917 года Временное правительство приняло решение об упразднении Департамента полиции и создании народной милиции. Упразднить то, упразднили, а вот создать — забыли. Объявляют амнистию всем политзаключенным и вместе с ними освобождают тысячи уголовников. Улица, буквально, кишит бандитами, все работают под «революционеров»: экспроприируя все у всех — у буржуев, капиталистов, рабочих и крестьян. Поэтому после совершения Октябрьской революции, 26 октября 1917 года 2-й Всероссийский съезд Советов, первым делом, создает исполнительную власть: Совет Народных комиссаров. 10 ноября 1917 года принимается Декрет о создании «Рабочей милиции». Первым комиссаром внутренних дел назначается революционер-большевик Рыков Алексей Иванович.

Родился Алексей Иванович в семье крестьянина. Обучаясь еще в гимназии, увлекся революционными идеалами и стал принимать активное участие в революционном движении. За что неоднократно арестовывался и отправлялся в ссылку. Февральская революция освободила Рыкова А.И., и он принял активное участие в Октябрьском восстании. На посту первого комиссара внутренних дел пробыл всего несколько дней, а затем перешел на работу Моссовет. Именно Рыков А.И. подписал постановление о создании рабочей милиции.

17 ноября 1917 года Народный комиссариат внутренних дел возглавил Петровский Григорий Иванович. Он был также профессиональным революционером. С 1897 года участвовал в работе Екатеринославского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Принимал активное участие в революции 1905 года, был депутатом 4-й Государственной Думы от рабочей курии. В 1914 году был арестован и выслан на вечное поселение в Туруханский край. После Февральской революции принимал участие в работе партии большевиков на Донбассе, затем возглавил комиссариат, на этом посту пробыл до 30 марта 1919 года. Был одним из создателей ВЧК и рабоче-крестьянской милиции.

С марта 1919 года Народный комиссариат внутренних дел возглавил Председатель ВЧК Феликс Эдмундович Дзержинский. Именно при нем шло становление милиции, как органа по защите общественного порядка и защите государственного строя. Родился Феликс Эдмундович в родовом имении Дзержиново Виленской губернии (теперь Белоруссия). Сын мелкопоместного польского дворянина-шляхтича. В 1895 году вступил в литовскую социал-демократическую организацию и стал профессиональным революционером. Неоднократно арестовывался, бежал за границу, где продолжал работу в партии. Активно участвовал в революции 1905 года. Опять арестовывался, бежал. Февральская революция застала его под арестом в Бутырской тюрьме в г. Москва. Был освобожден, избран в члены ЦК РСДРП(б). Участвовал в вооруженном захвате власти в октябре 1917 года. Образовывал ВЧК (Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем), а затем возглавил НКВД.

Одним из первых структурных подразделений в милиции возникает уголовный розыск. 5 октября 1919 года Постановлением НКВД РСФСР утверждено «Положение об организации отделов уголовного розыска».

О сложном периоде молодого советского государства в борьбе с бандитизмом, свидетельствует факт нападения банды Якова Кошелькова, на Владимира Ильича Ленина. 6 января 1919 года В.И. Ленин выехал на автомобиле с одним охранником, на встречу с детьми, в школу. На улице, банда Я. Кошелькова, в составе которой было 5 человек, остановила первую встречную автомашину, в которой оказался В.И, Ленин. Банде понадобился автомобиль для нападения на магазин. Остановили автомашину, забрали оружие у охранника и удостоверение Ленина. По дороге, Кошельков обратил внимание на удостоверение и только тогда понял, кто был в его руках. Они вернулись на место, но В. И. Ленин уже ушел. В течение полугода, шел розыск преступников, только к июлю 1919 года удалось их всех уничтожить.

В целях задержания преступников, милиция объявила масштабную чистку преступного элемента: в городе начались облавы и обыски. В ответ, войну милиции объявил некий Сафонов, по кличке «Сабан», который начал уничтожать постовых милиционеров. Подъезжая к посту, свистком подзывали милиционера и когда он подходил, полагая, что это проверяющие, его убивали, забирали оружие и удостоверение. Таким образом, было убито 16 человек. Фактически бандиты противопоставили себя государству. Кончилась это тем же: вся банда была уничтожена.

20-ые годы прошлого столетия.

Это, прежде всего НЭП (новая экономическая политика), это был курс на восстановление разрушенного войной народного хозяйства. Это был курс поддержки частного бизнеса и в то же самое время, курс строжайшей экономии со стороны государства, что в первую очередь отразилось на милиции: сокращением численности штатов на 30 %. Тем не менее, в условиях НЭПа, появился зажиточный класс, частный капитал. После окончание гражданской войны было много людей, которые не нашли себя в обыденной жизни, но умеющие только воевать. В этот период возникают новые вооруженные банды, причем люди ранее не совершавшие преступления, вступали в них. От войны осталось много оружия на руках у населения. Объектом нападения бандитов становятся банки, магазины, торговые точки, склады, везде, где хранились материальные ценности и которые пользовались спросом у населения.

Примером может служить дело Леньки Пантелеева. Леонид Иванович Пантелкин 1902 года рождения был рабочим печатником. Добровольно вступил в Красную Армию, воевал с белыми. Затем был направлен на службу в ВЧК, где работал следователем при Северо-Западной железной дороге. Уволен оттуда в 1922 году. Точная причина увольнения неизвестна, но предполагают, что был замешан в совершении преступления. После этого вступает в тесную связь с ранее судимыми и организует с их участием вооруженную банду. Банда прославилась нападением на квартиры нэпманов, зажиточных граждан. Зная работу правоохранительных органов, Пентелеев, использует документы при обысках и конфискует награбленное имущество. С большим трудом сотрудникам уголовного розыска удалось его задержать, но он сумел сбежать и опять, долгие поиски. Но, в конце концов, при задержании его уничтожают, так как он оказал вооруженное сопротивление.

В 1923 году расследуется уголовное дело первого известного маньяка СССР: был задержан уроженец Витебской области Василий Комаров. В ходе расследования он признался в совершении 33 убийств с целью ограбления. Под предлогом продажи лошади он приглашал к себе жертву, где, отвлекая ее внимание, наносил удары молотком по голове, затем душил. Тела прятал. Вначале убивал один, затем ему стала помогать его жена. Суд приговорил обоих к расстрелу.

Этот период характерен совершенствованием работы уголовного розыска и его специализацией. Возникновением ведомственной милиции в промышленности (на заводах и фабриках), даже ведомственного уголовного розыска. 19 января 1925 года издается Положение о ведомственной милиции. Штаты ее комплектуются за счет предприятий и организаций, с общим подчинением департаменту Управления милиции. Для борьбы с особо крупными бандами создаются ЧОН (части особого назначения).

30-ые годы:

НЭП свернут, и началась в стране коллективизация и индустриализация. 15 декабря 1930 года ЦИК и СНК СССР принял два постановления: «О ликвидации народных комиссариатов внутренних дел союзных и автономных республик» и «О руководстве органами ОГПУ (Объединенная Государственная Политическое Управление) деятельностью милиции и уголовного розыска». Идет дальнейшая централизация милиции.

25 мая 1931 года принято новое «Положение о рабоче-крестьянской милиции». И делится она теперь на общую и ведомственную. Положением о милиции она переводится с местного бюджета на общегосударственный и снабжение ее идет уже в централизованном порядке.

10 июня 1934 года создано НКВД СССР в состав которого входили:

— Главное управление государственной безопасности

— Главное управление рабоче-крестьянской милиции

— Главное управление пограничной службы.

— Главное управление лагерей (ГУЛАГ)

— Главное управление пожарной безопасности.

3 июля 1936 года в составе Главного управления рабоче-крестьянской милиции создается Государственная автомобильная инспекция. 16 марта 1937 года — образован Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляции (ОБХСС).

Усиливается внутри партийная борьба и НКВД становится орудием репрессий. 27 мая 1935 года приказом НКВД утверждена инструкция по «тройкам» для рассмотрения дел об уголовные и деклассированные элементы. Решение тройки приводилось в исполнение немедленно.

В 1935 году по ст. 58 УК РСФСР 1926 года (контрреволюционные преступления) было осуждено 267 тысяч человек, из них к расстрелу — 1229 человек.

В 1936 году осуждено — 274 тысячи человек из них к расстрелу -1118 человек.

В 1937 году осуждено — 790 тысяч человек, из них к расстрелу — 353 тысячи человек.

В 1938 году осуждено 554 тысячи человек, из них к расстрелу — 328 тысяч человек.

В 1939 году осуждено 64 тысячи человек, из них к расстрелу 2552 человека.

В 1940 году осуждено 72 тысячи человек, из них к расстрелу 1649 человек.

Страшные цифры. Но и самих сотрудников НКВД репрессии не обошли стороной. За этот период времени были осуждены около 20 тысяч человек. Бывший нарком внутренних дел 1934–1936 года Ягода Г.Г. был арестован и осужден за сотрудничество с иностранными разведками и убийство М.Горького. На суде вину свою не признал, приговорен к расстрелу. Его сменил Н.И.Ежов, период с 1936 года по 1938 годы, осужден как шпион и приговорен к расстрелу. Многие из соратников Ф.Э. Дзержинского: А.Х. Артузов, Г.И.Бокий, М.Я. Лацис, М.С. Кедров и другие были осуждены и расстреляны. Впоследствии почти все посмертно реабилитированы.

40-ые годы:

Война потребовала от советского народа объединения всех сил. В феврале 1941 года Главное управление государственной безопасности НКВД было выделено в самостоятельный Наркомат государственной безопасности СССР. Но просуществовал он не долго. С началом войны, 30 июня 1941 года решением Верховного Совета СССР и ЦК ВКПб был создан Государственный Комитет Обороны, который сосредоточил в своих руках всю полноту власти. И 20 июля 1941 года Указом ПВС СССР Народный комиссариат государственной безопасности и Народный комиссариат внутренних дел были вновь объединены в единый Комиссариат внутренних дел СССР.

Теперь задачи перед милицией были поставлены более широкими: это борьба с нарастающим бандитизмом, с одной стороны, и борьба с дезертирами, диверсантами, мародерами, агентами-сигнальщиками и корректировщиками огня противника — с другой стороны.

К 7 ноября 1941 года половина столичных милиционеров ушли на фронт и заменили их женщины. Только в июле — августе 1941 года было сформировано и отправлено на фронт 15 стрелковых дивизий НКВД.

А в тылу разгоралась настоящая война на экономическом фронте. Во главу угла становится борьба со спекуляцией, хищениями в торговле и общепите, борьба с хищениями в сбытовых, снабженческих организациях и борьба с хищениями в финансовых органах.

Суды были реорганизованы в военные трибуналы и за совершение особо тяжких преступлений было разрешено расстреливать преступников на месте преступления.

В осажденном Ленинграде борьба приобретает особо жизненное значение. В 1942 году в городе была задержана так называемая группа «валютчиков». У них было изъято 3 кг золота в слитках, 15 кулонов и браслетов из платины и золота, 5415 золотых монет, 60 кг изделий из серебра и 50 тысяч рублей наличными. Чтобы представить себе, что это значило для государства, то следует отметить, что стоимость самолета ЯК — 3 или танка Т -34 была 100 тысяч рублей. В Ленинграде проблемой становится хищение продуктовых карточек, нападение на обессиленных голодом людей. В 1942 года на хлебозаводе «Автомат» была выявлена и привлечена к уголовной ответственности, группа людей количеством 68 человек, которые занимались хищением хлеба.

В Узбекистане задержана группа контрабандистов, которые переплавляли нелегально через границу афганский рис, а затем продавали по всей стране по спекулятивным ценам. Только у одного из главарей этой группы было изъято 3,5 кг золота, 30 золотых часов и других драгоценностей на сумму 4 млн. рублей.

Вместе с тем не прекращалась борьба и на втором фронте. Только в одной Москве за период с 20 октября 1941 года по 1 мая 1942 года милицией было задержано 531 401 человек, на месте расстреляно 13 человек. Военный трибунал приговорил к высшей мере наказания 1936 человек. В этот же период было задержано 9406 дезертиров, обезврежено 69 шпионов и 30 агентов фашисткой Германии, 8 диверсантов.

В 1946–1947 годах голод, поразивший многие районы России и Украины, вызвал большие проблемы с продовольствием. В послевоенный период у населения появилось много неучтенного оружия и опять начинается разгул различного рода банд, к которым примыкают бывшие военные.

Только в Ленинграде к началу 50х годов милицией было обезврежено более 60 бандитских групп, привлечено к уголовной ответственности 239 бандитов и их пособников, которые совершили 72 убийства, 93 разбойных нападения, 75 вооруженных грабежей, 13 невооруженных грабежей, 66 краж и 27 изнасилований.

В 1946 году НКВД переименовывают в МВД (министерство внутренних дел), разъединяют с МГБ (министерством государственной безопасности), потом опять объединяют и так продолжается периодически вплоть до середины 50-х годов.

50-е годы:

К началу 50х годов удалось немного стабилизировать рост преступности, но это продолжалось незначительный период. После смерти Сталина, Берия Л.П. производит очередное объединение МГБ и МВД в единое: Министерство внутренних дел СССР и становится во главе его. В целях поднятия собственного авторитета в глазах у народа он добивается проведения всеобщей амнистии. В 1953 году было освобождено из мест лишения свободы 1 181 264 человека. Из-за бездарности ее организации, вместе с политическими заключенными, на свободу вышли и сотни опасных преступников. Криминогенная обстановка в стране резко обостряется. Во многих городах из-за резкого роста преступности, вводится чрезвычайное положение. Сотрудники уголовного розыска работают, почти, круглосуточно. Только к осени удалось сбить волну преступлений, возвратив многих амнистированных рецидивистов в места лишения свободы.

Берия Л.П. принимает ряд мер по усилению роли милиции: выводит ГУЛАГ из подчинения МВД и передает его Министерство юстиции, ограничивает право Особого совещания при МВД, пытается контролировать работу партийных и советских органов, а также ряд других мероприятий.

После ареста Берии Л.П. политика партии и правительства меняется. Теперь уже милиция становится основной причиной проведенных репрессий. Начинается уменьшение численности личного состава: так в 1956 году было сокращено 15682 сотрудника. Возникает идея о постепенной замене милиции в охране общественного порядка общественными организациями. 2 марта 1959 года принимается совместное Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «Об участии трудящихся в охране общественного порядка в стране». На предприятиях и организациях возникают Добровольные народные дружины.

В 1958 году были приняты «Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик», на основе которых впоследствии были приняты Уголовные кодексы союзных республик.

Общая динамика уголовной преступности в конце 1950 — начале 1960 гг. имела отчетливую тенденцию к понижению. Стал снижаться коэффициент преступности: в 1962 г. на 10 000 человек населения области приходилось 29 преступлений, в 1963 г. — 24, в 1964 г. — 22. В то же время при постепенном росте числа опасных правонарушений стали снижаться показатели по раскрываемости преступлений.

60-е годы.

В 1961 году состоялся ХХII съезд КПСС, который провозгласил курс на построение коммунистического общества. Было заявлено, что к 1980 году в стране будет построен коммунизм. Считалось, что преступность является порождением капитализма, следовательно, с построением коммунизма, исчезнет почва для совершения преступлений. Поэтому задача, которая была поставлена перед милицией, это сокращение количества совершенных преступлений. Раз партия сказала, то милиция ответила: «Есть!». Правда, не согласовали с самими преступниками. Но выполнять план надо было, и началось повсеместное укрывательство преступлений.

Ладно, в тот период командовала партия, а что сейчас заставляет (уже полицию) укрывать преступления?

Из года в год руководители подразделений были обязаны уменьшать количество совершенных преступлений и раскрываемость по ним доводить до 99.9 %. И этот бред продолжался вплоть до начала 90-х годов. Очень интересную позицию здесь занимала прокуратура. Ловили на укрывательстве оперативника и отдавали его под суд, за нарушение социалистической законности, будто бы именно он был заинтересован в укрывательстве, т. к. не хотел работать над раскрытием преступления.

В этот период времени партия пытается заменить милицию, суды, общественными формирования в виде товарищеских судов, добровольными народными дружинами. Рассмотрение уголовных дел в отношении рецидивистов направлялись на товарищеский суд в жилконтору или по месту работы обвиняемого. Брали на поруки людей, которым никакая общественность уже не могла помочь встать на праведный путь.

Но преступность продолжала существовать независимо от желаний партии и правительства. В 1961 году рассматривается первое дело «фарцовщиков» в СССР. По делу проходило трое обвиняемых: Рокотов, Файбишенко и Яковлев. Они организовали сложную систему посредников для скупки иностранной валюты и товаров у зарубежных туристов. Группа существовала довольно длительный период, пользуясь тем, что Рокотов был осведомителем ОБХСС и знал заранее о многих проводимых милицией мероприятиях. Только у него изъяли валюты на 1.5 млн. долларов США.

Приговором суда все трое были осуждены на 8 лет лишения свободы. Но об этом деле узнал первый секретарь ЦК КПСС Хрущев Н.С. и по его настоянию, приговор отменили и все были осуждены уже на 15 лет лишения свободы. Но на этом их приключения не закончились: был издан Указ ПВС СССР «Об ответственности за нарушение валютных операций», приговор опять отменили и все трое были приговорены к расстрелу, несмотря на то, что указ об изменении наказания издан после совершения самого деяния. И по закону не мог иметь обратной силы.

В начале 60-х годов впервые озвучено было дело в отношении «цеховиков». В 90-х их уже называли менеджерами, стержнем нашей экономики. Так вот, под наблюдение ОБХСС попал некий Шаи Шакерман, начальник мастерских в Краснопресненском психоневрологическом диспансере гор. Москва. Как было установлено позднее, он еще в 1958 году смонтировал в диспансере швейные и вязальные машины и, используя труд больных, изготавливал модную одежду. Сообщником у него был директор текстильной фабрики Борис Ройфман. Прикрывали их работу четверо сотрудника ОБХСС, который получали, в зависимости от занимаемой должности от 5 до 15 тысяч рублей в месяц. Это при средней зарплате по стране 120 рублей.

А в самой милиции одна реорганизация следует за другой реорганизацией. 26 июля 1966 года Президиум ВС СССР издал Указ «Об образовании союзно-республиканского Министерства охраны общественного порядка СССР». В состав него входят: Главное управление милиции, ГУ мест заключения, Следственное управление, ГУ внутренних войск, ГУ пожарной охраны и др.

Следственное управление в МВД было образовано 6 апреля 1963 года Указом ПВС СССР «О предоставлении права производства предварительного следствия Органам охраны общественного порядка». В 1970 году при каждом районном отделе были образованы следственные отделы, которые расследовали основные категории преступлений.

В ноябре 1968 года МООП было опять переименовано в Министерство внутренних дел.

70-е годы.

Эти годы называют расцветом в милиции. Во главе министерства был друг и сподвижник Л.И, Брежнева, Щелоков Николай Анисимович. Именно при нем милиция стала завоевывать авторитет у народа, именно при нем работа милиции и общественных организаций приобретает совместный характер: образовываются Общественные пункты охраны порядка. Где рядом с участковым инспектором работают товарищеский суд, детская комната милиции, штаб ДНД. Именно при нем повышается зарплата личному составу, а, следовательно, улучшается подбор кадров. Именно при нем основным лозунгом в работе милиции становится: «милиция в своей работе должна опираться на свой народ».

Но, несмотря на все это, статистика играет основную роль в оценке работы милиции и цифры становятся основным показателем.

Особое внимание в эти годы уделяется профилактике преступлений. При Управлении уголовного розыска создаются два отдела: общей и индивидуальной профилактики. Профилактическая служба общей профилактики занимается средствами массовой информации, привлечением к данной работе трудовые коллективы и т. д. Особое внимание тут уделяется партийным органам. Индивидуальная профилактика включала в себя методическое руководство работой участковых инспекторов, созданию ОПОП и организация их работы с лицами склонными к совершению преступлений.

Вначале 70-х годов впервые появляются инспектора уголовного розыска по линии наркомании. Начинается эра борьбы с наркоманами, которая, несмотря на все усилия сотрудников милиции, приводила только к ее разрастанию и совершению преступлений на этой почве.

В 1973 году в Ленинграде стали совершаться нападения на врачей скорой помощи. Под предлогом оказания медицинской помощи, преступник вызывал бригаду. Обычно, на вызов приезжал один врач и когда он или она заходили в подъезд дома, их поджидал преступник и, угрожая ножом, отбирал наркотики. С каждым днем такие преступления стали совершаться все чаще. Было очевидно, что преступнику требовалось все большая доза. Посылать с каждой бригадой сотрудника милиции, просто не было возможности и тогда стали его вычислять. Сейчас, наверное, это было бы просто невозможно. В те годы лиц, злоупотребляющих наркотиками, было несколько сотен.

В конце концов, удалось установить некого Гуршмана Михаила, который длительное время не работал, жил на средства состоятельных родителей и употреблял наркотики. Установили за ним наблюдение и при попытке совершения нового преступления, его задержали.

В 70-е годы получила развитие организация патрульно-постовой службы. Появились патрули на автомашинах. Реагирование на заявление о совершенном преступлении, было ускорено. А, следовательно, и задержание преступников на месте преступления, стало чаще.

В 1971 году была образована милиция на воздушном транспорте для охраны самолетов не внутренних линиях.

Но, несмотря на все принимаемые меры, рост преступлений продолжался. В 1977 году в Москве прозвучали первые террористические акты. В метро был произведен взрыв между станциями «Измайловская» и «Первомайская», второй взрыв произошел в зале продуктового магазина № 15 на ул. Дзержинского, третий — у продовольственного магазина № 5 на ул.25 Октября. Погибло 7 человек и 37 человек было ранено. Полгода шел розыск преступников. Оказались армянские националисты Затикян, Степанян и Багдасарян, которые требовали отделения Армении. Все трое были приговорены судом к расстрелу.

80-е годы:

10 ноября 1982 года умер Л.И. Брежнев. Закончилась целая эпоха, названная «застоем». Но, основная масса народа, почему-то о нем вспоминает с удовольствием. К власти пришел Юрий Андропов (1982–1984 годы). Всесильный глава Комитета государственной безопасности. Этот период характерен «закручиваем гаек» и в милиции, в том числе. На улицах, кинотеатрах и прочих общественных местах милиция отлавливает лиц, уклоняющихся от работы. А в милицию направляются сотрудники КГБ для усиления работы уголовного розыска и ОБХСС, так как она признана неудовлетворительной. Трудно сказать усилили они или нет, но дисциплину точно подкрутили. Борьба с коррупцией приобретает особое значение по всему Советскому Союзу.

Характерным является «хлопковое дело», возбужденное в 1980 году, инициатором которого был еще Андропов Ю. По результатам расследования экономических и коррупционных злоупотреблений в Узбекской ССР, привлечено к уголовной ответственности было около 4-х тысяч человек, в том числе и зять Л.И. Брежнева, заместитель министра МВД Юрий Чурбанов.

«Елисеевское дело» возбужденное в 1984 году. Дело о хищениях в советской торговле. По обвинению во взяточничестве был арестован директор Елисеевского магазина Юрий Соколов. В результате расследования было привлечено к уголовной ответственности 757 человек, начиная от директоров магазинов и заканчивая руководителями торговли Москвы и всей страны. Соколов был приговорен к расстрелу и, с поспешностью, не свойственной нашему правосудию, приговор приведен в исполнение. (Если не принимать во внимание 30-е годы).

С приходом к власти М. Горбачева в стране начинают происходить глубокие экономические преобразования, которые, к сожалению, привели к развалу Советского Союза. Во второй половине 80-х годов в стране зарождаются кооперативы, появляется частный капитал. Вместе с ним приходит и организованная преступность, новые виды преступлений, такие как рэкет, а именно: вымогательство и похищение людей. Появляется такое понятие, как «крыша». Бандитская защита бизнеса от других бандитских формирований. В стране появляются все больше и больше бандитских групп, особенно среди бывших спортсменов, военных. Пока еще милиция не вмешивается в дележ данного пирога, это предстоит сделать только в 90 —х годах.

Все эти изменения резко сказались на качестве работы личного состава милиции, которая все больше занимает позицию стороннего наблюдателя. Тем более, что внутренние распри среди высшего руководства, этому способствовали. В октябре 1988 года министром внутренних дел был назначен Бакатин Вадим Викторович. Недолго он проработал: до декабря 1990 года, но бед наделал больше, чем любой из министров. При нем почти полностью был разрушен агентурный аппарат, сотрудники милиции получили право работать по совместительству, что способствовало сращиванию с криминалом, способствовал развитию сепаратизма в милицейской среде и вооружению националистов.

Именно в этот период времени возникают межэтнические национальные конфликты: Нагорный Карабах (Азербайджан), Ферганская долина (Узбекистан), Тбилиси (Грузия). Они сопровождаются погромами, насилием над мирным населением. Для обеспечения общественного порядка задействуют внутренние войска. Спецназ милиции преобразуют в Отряды милиции особого назначения (ОМОН).

Резко снижается статус милиции и ее авторитет в глазах населения.

90-е годы:

Эти годы характерны, прежде всего, развалом Советского Союза, разворовыванием всего государственного имущества и переходом его в частные руки, почти бесплатно. Кто на чем стоял, тот это имущество «прихватизировал». У милиции ничего не было, и она только наблюдала за всем происходящим, с чувством легкого недоумения. Борьба за захват предприятий, организаций, зданий, всего, что можно было приватизировать, разгорелась нешуточная. Бандиты всех мастей осваивали коммерцию, становились «бизнесменами». Этот период характерен так называемыми «стрелками», где бандиты разбирались кто прав, а кто виноват, и сопровождалось все это многочисленными жертвами.

18 апреля 1991 года Верховный Совет РСФСР принял закон «О милиции», который законодательно учреждал российскую милицию. Структурно она подразделялась на криминальную, милицию общественной безопасности и внутренние войска.

РУБОПы (региональные управления по борьбе с организованной преступностью) были образованы в 1993 году и просуществовали до 2001 года. Было учреждено 15 региональных управление. Они фиксировали количество бандитских формирований, вплоть до каждого человека, совершение ими преступлений, разрабатывали их, заводили оперативные дела, обкладывали агентурой, и также успешно эти дела, прекращали. До суда доходили единицы.

В эти годы происходит значительный рост преступности, вызванный, прежде всего, социально-экономическими причинами, а также тем, что скрывать преступления милиция перестала. Несмотря на то, что обследование, которое было проведено среди населения в 1991 году зафиксировало, что 61 % потерпевших не сообщали в милицию о совершенном в отношении их преступлении, т. к. не доверяли правоохранительным органам. В это же время появляются «солнцевские», «ореховские», «тамбовские» и прочие бандитские группировки, которые диктуют свои законы на захваченной ими территории.

К середине 90-х начинается борьба за власть с сотрудниками милиции. За период 1988–1990 годов в СССР погибло 448 милиционеров (в среднем по 148 человек в год). В 1991 г. в СССР было убито 117 милиционеров и 566 стражей порядка получили ранения. Кроме этого, были совершены нападения на 30 прокуроров и следственных работников. По официальной статистике, в 1991 году сотрудники органов внутренних дел применили оружие в 1116 случаях и убили при этом 100 преступников. В 20 случаях прокуратура признала стрельбу необоснованной. В 1992 году было убито 188 милиционеров и 400 ранено. 60 прокуроров и следственных работников подверглись нападениям со стороны преступников, при этом погибли 5 прокуроров и 2 следователя. В 1993 году убито 185 стражей порядка и 572 ранены. На 120 прокуроров и следователей будут совершены нападения, 2 следователя погибнут. В 1994 году число убитых милиционеров достигнет уже 199 человек (11).

Постепенно чаша весов перевешивает в пользу правоохранительных органов и теперь уже возникают милицейские «крыши», которые с помощь существующих законов начинают разбираться с криминальными структурами. Происходит коммерциализация кадров милиции, перерождение их из органов защиты населения и обеспечения правопорядка, в органы, занимающиеся коммерческой деятельностью, зарабатывающие на населении.

Начало нового века и перерождение в полицию.

О необходимости реформы МВД заговорили еще в конце 80-х голов прошлого столетия, будучи в едином государстве: СССР. Но произошел развал единого Советского Союза, возрождение нового, уже капиталистического, государства, с новым экономическим укладом и до реформ руки просто не доходили. Вновь заговорили об этом уже осень 2002 года. Планировали создать федеральную и муниципальную полицию, объединить все следствие в единую службу: федеральную службу расследований. Но небывалая коррупция в рядах сотрудников МВД, привела к отказу от этих всех реформ и президент Д. Медведев, решил идти по пути наименьшего сопротивления: просто переименовать милицию в полицию. 7 февраля 2011 года он подписал, а 1 марта ступил в силу закон «О полиции», таким образом, и была проведена вся реформа.

Милиция в блокадном Ленинграде.

Блокада Ленинграда началась 8 сентября 1941 года, когда сводный милицейский отряд отступил от Шлиссельбурга и немецкие войска полностью окружили город. Продлилась блокада до 27 января 1944 года.

На момент начала войны, 22 июня 1941 года, Ленинградская милиция насчитывала 13 508 сотрудников, а уже в декабре 1941 ода осталось только 5 600 человек. Это при том, что многие сотрудники были призваны в армию, в истребительные батальоны, народное ополчение, на их основе создавались партизанские отряды и диверсионные команды, а на место убывших сотрудников призывали пенсионеров, женщин, комсомольцев, бригадмильцев («бригады по содействию милиции», была такая общественная организация) и сотрудников из тыловых областей. С приближением фашистов к городу, для отражения внезапного нападения было создано 12 батальонов, командирами которых стали сотрудники милиции: старшие лейтенанты: Усоленко, Серебряков, Кузнецов, Яковлев, лейтенанты: Лукьянов, Кудряшов, Кезил, Овчинников, Романов и старший лейтенант гос. безопасности Дрязгов. Им было придано мотовзвод из 30 мотоциклов, 15 велосипедистов и кавалерия из 50 сотрудников.

В этот период Ленинградскую милицию возглавлял старший майор милиции Евгений Семенович Грушко. (Было когда-то такое звание). Евгений Семенович с мая 1920 года находился на оперативно-чекисткой работе в органах ВЧК-ОГПУ в различных районах СССР. С 23 апреля 1939 года назначен начальником Управления Рабоче-Крестьянской Милиции в и руководил ею вплоть до апреля 1944 года.

С первых же дней войны активизировались в Ленинграде преступники, полагая на свою безнаказанность. Участились грабежи и разбои, ночные налеты на магазины. Для борьбы с ними были созданы две оперативные группы: одна с особо тяжкими преступлениями во главе с Лемеховым Василием Федоровичем и вторая — по раскрытию краж государственного и личного имущества во главе с Кравцовым Трофимом Андреевичем. Так, в Володарском районе банду организовал рецидивист Варяжский, налеты были очень быстрыми и некоторое время им удавалось уйти от преследования. Только при налете на квартиру на улице Двинской, удалось банду захватить, при задержании Варяжский оказал сопротивление и был ликвидирован.

С 23 июня 1941 года на город начались воздушные налеты и этим стали пользоваться преступники. Люди спешили в бомбоубежище, а преступники — в квартиры, которые заранее присматривали. Воровали продукты питания, ценности, одежду. Воровали сосед у соседа, воровали работники жилищных контор: управдомы и дворники. Возникли небольшие банды из несколько человек, которые нападали на квартиры. Появились детские банды, у которых не было никаких «тормозов» при совершении преступления, они ни перед чем не останавливались, даже перед убийством. Сотрудники уголовного розыска разоблачили группу преступников, обосновавшихся в «Скупторге»: они скупали краденные костюмы, шубы, пальто и платье и перепродавали на рынке через своих людей. При обыске у них было изъято около 800 пальто, 1270 костюмов и другой одежды. Уже на третий день войны ОБХСС задержала сестер Антипиных: одна их них работала в столовой, шеф-поваром, а вторая в галантерейном. При обыске дома у них обнаружили свыше центнера муки, сахара, около сотни банок консервов, сливочное масло и почти целый галантерейный магазин.

С каждым днем в городе ухудшалось положение с продовольствием. Первыми налетами авиации врага были уничтожено продовольствие на Бадаевских складах. В городе возник «черный рынок», где обменивали вещи, драгоценности, картины — на продукты питания. За золото можно было обменять сливочное масло, сахар, крупу, различные консервы. При этом и здесь необходимо было не терять бдительность, так как в них могло быть что угодно, только не мясо или рыба. Так, полупальто с зимним воротником можно было обменять за буханку хлеба, а шапку — за 200 грамм хлеба. Спекулянты запасались золотом, драгоценностями, в ожидании прихода немцев. У многих при обыске изымали списки коммунистов, комсомольцев, семей военнослужащих. Они готовились к приходу фашистов, полагая, что им при них будет жить лучше.

Задачи перед сотрудниками милиции возросли в несколько раз. Необходимо было вести активную борьбу с бандитами и ворами, спекулянтами, организовать эвакуацию населения и предприятий, обеспечив охрану, бороться с дезертирами и паникерами, которые распространяли провокационные слухи, выявлять диверсантов и вражеских агентов. Под постоянный контроль патрульно-постовой службы было взято 829 продовольственных магазина. Очереди достигали несколько сот человек и около них постоянно крутились преступники: карманники, грабители. Одни воровали прямо на месте, поэтому задача сотрудников милиции была не только их задержать, но и отвести подальше от очереди, чтобы толпа не устроила тут же самосуд. Другие преступники сопровождали обессиливших людей домой и тут же грабили. Так, в октябре 1941 года у магазина были задержаны 17-летняя Антонина Кирилова и 14-летняя Вера Васильева. При обыске у них изъяли более сорока комплектов продовольственных карточек.

С ноября 1941 года в городе начался голод: паек составлял 125 грамм хлеба. Люди стали употреблять в пищу коренья, листья и другие суррогаты. Сотрудники милиции наравне со всеми получали рабочую пайку. На 2 сентября 1941 года больше всех получали военные и рабочие трудившиеся на заводах — 800 грамм. Детям и иждивенцам полагалось 300 гр. хлеба. 11 сентября 1941 года нормы были сокращены на 100 грамм. 1 октября 1941 года — опять сокращены для рабочих на 100 гр., детям и иждивенцам выдавали по 200 гр. 13 ноября 1941 года — очередное сокращение, а 20 ноября 1941 года минимальная норма хлеба составила 125 гр. хлеба. и так вплоть до 25 декабря 1941 года.

В период блокады 1236 сотрудников милиции погибли от голода, болезней, при артобстрелах и выполнении своего служебного долга.

В ноябре 1941 года в городе стали выявлять первые случаи убийств на почве голода: убивали родители — детей, соседи — соседей, одиноких пенсионеров. Из воспоминания бывшего начальника 5 отделения милиции Ленинграда (находилось отделение напротив Московского вокзала) Малькова Николая Ивановича: «во время проверки одного из адресов на Лиговском проспекте был задержан мужчина, который неизвестно как появился в квартире. Мы уже научились распознавать людоедов: в глаза они боялись смотреть, бегающие у них были глазки. Я решил его допросить. Усадил в кабинете напротив и тут зазвонил телефон. Правой рукой я поднял трубку, а левая осталась лежать на столе. Я только на мгновение отвлекся, как этот людоед вцепился мне в руку и откусил кусок кожи, стал жевать. Мне потом делали уколы, забинтовали, но передо мной так и остался его образ, жующий мою кожу. А его расстреляли тут же на месте. Тогда был приказ военного времени, предоставляющий право расстреливать преступников, застигнутых на месте совершения тяжкого преступления».

К январю 1942 года в городе было зафиксировано 77 случаев каннибализма., а в первую декаду февраля — уже 311. На «черном рынке» продавали мясо неизвестно какого происхождения и с этим явлением милиция боролась самым беспощадным образом.

С течением времени в городе стали появляться фальшивые карточки. Продуктов и так не хватало, а тут еще и фальшивые карточки. Этим пользовались и преступники: заведующая карточным бюро Смольнинского района Широкова присваивала себе карточки эвакуированных жителей, «мертвых» душ и их реализовывала. При обыске у нее было изъято наличными 100 000 рублей. Некие Зенкевич и Заломаев, познакомились с уборщицей цеха, где печатали карточки и уговорили ее приносить им отработанные литеры и обрезки бумаги. Стали сами печатать карточки, которые реализовывали через работников торговли. Подпольный бизнес просуществовал 3 месяца. При обыске у них было изъято 800 кг мяса, центнер сахара, десятки килограммов круп, макарон, 200 банок консервов и даже около 600 бутылок водки.

С января 1942 года участились нападения на продуктовые магазины: похищали хлеб и продовольствие. Были случаи нападения граждан на автомашины при развозке хлеба. Сотрудники милиции были вынуждены работать по 16–18 часов в сутки, люди падали с ног от истощения, но продолжали бороться.

Согласно имеющихся документов за период блокады сотрудниками милиции в городе было арестовано 9574 человека, в том числе 1246 шпионов и диверсантов. Предано суду 22 166 человек, в том числе за бандитизм и разбой 940 человек.

С появлением Дороги жизни на плечи милиции легло обеспечение ее работы и безопасности. Был создан сводный отряд, задача которого состояла в пресечении хищений продуктов, обеспечении бесперебойности ее работы и отслеживание за техническим состоянием автотранспорта. За хищение грузов на Дороге жизни было задержано 586 военнослужащих и 232 гражданских лица, у которых было изъято 33,4 тонны продовольствия.

Из числа сотрудников Ленинградской милиции были укомплектованы 20 и 21 дивизии НКВД. В октябре 1941 года 20 дивизия сменила на Невском пятачке 115 дивизию генерала Конькова, и практически все ее бойцы полегли смертью храбрых в боях за город. 21 дивизия защищала город у Красного Села и не дала возможности врагу захватить Кировский завод.

Многие сотрудники милиции, знакомые с оперативной работой, были направлены в партизанские отряды. Одним из них стал эксперт-криминалист, Алексей Петрович Гвоздарев. В партизанском отряде он стал подрывником. Во время одной из операций его сильно контузило, и он попал в плен. Затем был концлагерь под Каунасом, лагерь смерти «Якобштале», угольные шахты в Бельгии, откуда он совершил побег воевал в движении Сопротивления. В отряде он продолжал взрывать вражеские склады и нападать на гарнизоны. Под кличкой Алекс его узнали фашисты и обещали 100 000 франков за оказание помощи в задержании. Но таких предателей не нашлось. Алексей Петрович благополучно закончил войну и вернулся в родной город, где продолжал работу эксперта.

5 августа 1944 года Ленинградская городская милиция Указом Президиума Верховного Совета СССР «За образцовое выполнение заданий Правительства в условиях войны, за доблесть и мужество, проявленное личным составом» была награждена орденом «Красного Знамени».

Для написания использованы материалы Википедии.

Следствие в России: с древних времен до наших дней.

Как сказано в уголовно-процессуальном кодексе, который был введен Федеральным законом № 174 от 18 декабря 2001 года: предварительное расследование производится в форме предварительного следствия либо в форме дознания.

Дознание производится в общем порядке либо в сокращенной форме.

Производство предварительного следствия обязательно по всем уголовным делам, за исключением уголовных дел о преступлениях, которые рассматривает дознание.

В России институт судебных следователей возник только после реформы 1860 года, а Судебные уставы ввели в уголовный процесс две стороны — обвинение и защиту, действующие независимо от суда и носившие состязательный порядок. Только после этого была введена гласность судебного процесса, участие общества в отправлении правосудия в лице присяжных заседателей и оправдание Веры Засулич, которая стреляла в губернатора. А до этого была попытка создания следственного аппарата при Петре 1. Именно при нем были учреждены первые специализированные следственные органы России: «майорские» следственные канцелярии, следственная канцелярия генерал-прокуратуры Сената и Розыскная контора Вышнего суда. Просуществовали они до середины 1720 гг. А затем розыском преступников занимались неспециализированные на этой деятельности судебные и административные органы: Главная полицмейстерская канцелярия, сыскной приказ и другие. Фактически это было дознание.

Древняя Русь.

Основными правовым актами в Древней Руси регулирующими правовые отношения были обычаи (обычное право), Русская Правда, каноническое (церковное) право, Княжеские уставы и т. д. В Древней Руси не было различий между гражданскими и уголовными делами. Судебный процесс носил ярко выраженный состязательный характер. Все участники процесса наделены равными правами, суд был гласным и устным. Делился как бы на три стадии: первая «заклич» — это объявление о совершенном преступлении, обычно происходило на людном месте. Вторая стадия «свод» — напоминало что-то вроде очной ставки. Лицо у которого обнаруживали пропавшую вещь должен был указать у кого он ее приобрел и так и до тех пор, пока человек не мог объяснить откуда она у него появилась, он и объявлялся преступником. И третья стадия — «гонение по следу» — это поиск доказательств и преступника. Гонение следа осуществляли сами потерпевшие, их близкие, члены общины и добровольцы. (Мечта наших оперативников, когда принимают у вас заявление и утверждают, что они завалены работой.) Если след приводил в селение, то за преступление отвечала община, если же след терялся у большой дороги или в безлюдном месте, то ответственности никто не нес. Тогда для обнаружения похищенной вещи объявляли заклич.

Согласно Русской Правде среди формальных доказательств, имевших место в Древней Руси были испытания огнем, железом или водой, т. е. суда божьего. Так, например, подозреваемого связанного бросали в речку, если начинал тонуть, то его оправдывали. Или раскаленное железо подозреваемый обязан был взять руками, или опустить руки в кипяток. Имелся и такой вид доказательств, как проведение поединков (поле), победивший считался правым.

Система доказательств в суде предусматривала наличие свидетелей «видоков» (очевидцев преступления), «послухов» (свидетелей понаслышке). Например, в делах по убийству необходимо было представить семь свидетелей, при договоре купли-продаже — двух свидетелей.

При рассмотрении малозначительных преступлений рассматривалось такое доказательство как присяга («рота»), подтверждающее какое — либо событие.

Как уже отмечалось, розыск преступника вели сами потерпевшие или другие заинтересованные лица. С имеющимися доказательствами потерпевший обращался в суд, который и решал вопрос о виновности. Суды были различные: княжеский суд, вечевое собрание, церковный суд, вотчинный суд.

Княжеский суд был только в крупных городах. Правосудие осуществлял князь или по его поручению соответствующие должностные лица. Место рассмотрения — был княжеский двор. В других городах или поселках от имени князя правосудие осуществляли наместники (посадники) или их помощники (тиуны). В исключительных случаях наместникам предоставлялось право «боярского» суда. Это по тяжким преступлениям, таким как убийство, конокрадство, поджог и т. д.

Суд вечевого собрания играл значительную роль на северо-западе Руси и рассматривал дела государственной важности, касающиеся безопасности или высших должностных лиц.

Церковный суд рассматривал дела, не только связанные с религией, но и некоторые гражданские: дела, связанные с нарушением семейного права, завещаний, раздела наследства.

Вотчинный суд представлял собой суд землевладельцев-бояр, получивших все большую самостоятельность в пределах своих вотчин по управлению и осуществлению правосудия.

Какое значение придавали роли судьи в Древнем мире и борьбе с коррупцией наглядно демонстрирует картина художника Герарда Давида, написанная в 1498 году «Суд Камбиса» или «Сдирание кожи с продажной судьи», описанная Геродотом (Книга 5. Глава 25): «Так сказал Дарий. Затем царь поставил сатрапом Сард своего сводного брата Артаферна и вместе с Гистиеем отбыл в Сусы. Отана же он назначил начальником войска в Приморской области. Отец этого Отана — Сисамн был одним из царских судей. За то, что этот Сисамн, подкупленный деньгами, вынес несправедливый приговор, царь Камбис велел его казнить и содрать кожу. Кожу эту царь приказал выдубить, нарезать из неё ремней и затем обтянуть ими судейское кресло, на котором тот восседал в суде. Обтянув кресло, Камбис назначил судьёй вместо Сисамна, которого казнил и велел затем содрать кожу, его сына, повелев ему помнить, на каком кресле восседая, он судит».

А теперь вернемся к предварительному следствию в России, предреволюционный период.

Следствие в России после реформы 1860 года.

До проведения реформы и возникновения предварительного следствия, ее функции фактически выполняла полиция. Они собирали доказательства, как изобличающие обвиняемого, так и его оправдывающие, были следователями и в то же время, адвокатами.

Реформа коренным образом изменила уголовное судопроизводство: 8 июня 1860 года вышел закон, по которому были созданы должности судебных следователей. Однако сам факт появление этих должностей, которые решают вопрос о виновности в совершении преступления помимо местного руководства (правда, как похоже на нашу действительность), привело к противодействию их работе со стороны судей и губернской администрации. В связи с чем, 9 сентября 1862 года вышли Основные Положения об устройстве судебных мест в России, которые установили отделение судебной власти от административной и провозгласили следователей членами окружных судов. А 1864 году был введен Устав уголовного судопроизводства, согласно которого следователь мог проверять, дополнять и отменять действия полиции по производству дознания, а также был вправе поручать полиции сбор информации. Введена гласность судебного следствия, участие присяжных заседателей и сословных представителей. Рассмотрение дела по существу ограничено двумя инстанциями: учреждено особое кассационное производство по отмене приговоров.

Однако предоставление столь широких прав привело к недовольству высших слоев общества и пошли ограничения: в 1878 году некоторые преступления против порядка управления изъяты из ведения суда присяжных, в 1882 году расширена карательная гласность судебного разбирательства, а в 1887 году — ограничена гласность судебного разбирательства и т. д.

Судебные следователи обязаны были иметь высшее юридическое образование и прослужить по судебной части не менее трех лет. Прокурор осуществлял надзор за предварительным следствием. В 1870 году были учреждены должности судебных следователей по важнейшим делам, в 1875 году — следователи по особо важным делам окружных судов.

О противодействие следствию в законности принятия решения и в тот период нашей истории со стороны реакционных слоев общества и высших чиновников видно из уголовного дела в отношении Менделя Бейлиса.

20 марта 1911 года в одной из пещер пригорода Киева был обнаружен труп 12-летнего мальчика, ученика приготовительного класса Киево-Софийского духовного училища Андрея Ющинского. Все тело было исколото большим шилом и обескровлено. Мальчик пропал 12 марта 1911 года после того, как направился в училище, на учебу.

В первые же дни следователям стали приходить анонимные письма, в котором утверждалось, что мальчик был убит евреями, чтобы получить христианскую кровь для изготовления мацы. Эту версию подхватили черносотенные и крайне правые организации и некоторые высшие государственные чиновники, в том числе — министр юстиции. На первых порах следователи взяли под подозрение соседку мальчика, однако их от следствия отстранили и даже привлекли к уголовной ответственности за фабрикацию доказательств. В итоге подозреваемым стал еврей Мендель Бейлис, в отношении которого дело было направлен в суд для рассмотрения. Политизированность процесса привлекла внимание всей общественности России и вызвала международный резонанс. Суд присяжных оправдал М.Бейлиса.

На стадии предварительного следствия отсутствовала квалифицированная защита обвиняемого, так как полагали, что она будет мешать установлению истины по делу. (Свыше 100 лет прошло, но мнение нынешнего руководства правоохранительных органов, не изменилось). Таким образом, следователь должен был выполнять и функции защитника, что естественно привело к злоупотреблениям со стороны следствия.

Институт присяжных поверенных (адвокатов) был одним из основных в реформе 1864 года, он обеспечивал состязательность в судебном процессе. Он был отделен от государства и независим в своей деятельности. Именно благодаря им выносились оправдательные приговора судами присяжных, где эмоциональная сторона играла и играет важнейшую роль. Вот пример выступления выдающегося адвоката того времени:

Однажды попало к Ф.Н. Плевако дело по поводу убийства одним мужиком своей бабы. На суд Плевако пришел как обычно, спокойный и уверенный в успехе, причем безо всяких бумаг и шпаргалок. И вот, когда дошла очередь до защиты, Плевако встал и произнес:

— Господа присяжные заседатели!

В зале начал стихать шум. Плевако опять:

— Господа присяжные заседатели!

В зале наступила мертвая тишина. Адвокат снова:

— Господа присяжные заседатели!

В зале прошел небольшой шорох, но речь не начиналась. Опять:

— Господа присяжные заседатели!

Тут в зале прокатился недовольный гул заждавшегося долгожданного зрелища народа. А Плевако снова:

— Господа присяжные заседатели!

Тут уже зал взорвался возмущением, воспринимая все как издевательство над почтенной публикой. А с трибуны снова:

— Господа присяжные заседатели!

Началось что-то невообразимое. Зал ревел вместе с судьей, прокурором и заседателями. И вот наконец Плевако поднял руку, призывая народ успокоиться.

— Ну вот, господа, вы не выдержали и 15 минут моего эксперимента.

А каково было этому несчастному мужику слушать 15 лет несправедливые попреки и раздраженное зудение своей сварливой бабы по каждому ничтожному пустяку?!

Зал оцепенел, потом разразился восхищенными аплодисментами. Мужика оправдали.

Следствие в советский период

В первые дни Октябрьской революции институт следователей был упразднен и вместо него при Советах рабочих и солдатских депутатов для борьбы с контрреволюцией, саботажем и общеуголовной преступностью был создан Военно-революционный комитет, в состав которого входила следственная комиссия. В декабре 1917 года была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК) по борьбе с контрреволюцией и саботажем. 2 марта 1918 года Декретом о суде, расследование уголовных дел по тяжким преступлениям, таким как бандитизм, спекуляция, причинение тяжких телесных повреждений и т. д., особо сложным делам было поручено следственным комиссиям окружных судов. Комиссия состояла из 3х человек, действовала в пределах своего участка, разбитых на территории города или уезда.

В марте 1917 года Временное правительство объявило всеобщую амнистию и на свободу вышли все арестованные и осужденные преступники: грабители, бандиты, мошенники и прочая мелочь. Обстановка в стране накалилась, на улицу стало опасно выходить, да и дома было небезопасно. Разгромили тюрьмы, полицейские участки и жандармерию, целью нападения были архивы, картотеки преступников. Под революционными лозунгами могли войти в квартиру и выкинуть на улицу, а бандиты просто ворваться и ограбить. В эти дни приобрели известность банды Леньки Пантелеева, Белкина (действовали под видом сотрудников ВЧК с 1918 по 1921 года — грабежи квартир, государственных учреждений, совершила 27 убийств), банда Яшки Кошелькова (захватила автомобиль в В.И. Лениным, ограбила его и находящихся с ним лиц), банда Собана (действовала с 1917 по 1919 годы совершила 34 убийства. В один только день 24 января 1919 года — убили 16 постовых милиционеров). Таких банд было по всей России — сотни.

В 1922 году был принят уголовно-процессуальный кодекс и Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, согласно которых расследование преступлений возлагалось на народных следователей, состоящих при губернских судах, следователей по важнейшим делам при наркомате юстиции и Верховном Суде РСФСР, а также следователей военных трибуналов.

Постановлением ВЦИК И СНК РСФСР от 3 сентября 1928 года следственный аппарат переподчинялся и переводился в ведение прокуратуры. С 20 октября 1929 года прокурорам предоставлялось право поручать милиции расследование любого вида преступлений. С этих пор на протяжении почти 30 лет, милиция фактически расследовала все виды преступлений. Уголовное дело расследовалось до момента предъявления обвинения, допроса обвиняемого, составления обвинительного заключения и передачи дела для рассмотрения в суде. Дознание, проведенное сотрудниками милиции, подменяло предварительное расследование. В связи с этим перед Великой Отечественной войной в милиции: в аппаратах уголовного розыска и БХСС ведомственным приказом были созданы следственные подразделения.

В этот период расследуются такие громкие преступления как появление первого серийного убийцы в лице Василия Комарова, который в период НЭПа знакомился в теми, кто готов был приобрести у него ворованный товар, поил их, а затем убивал молотком или душил. В ходе расследования было установлено, что Комаров убил 33 человека.

Двадцатые-тридцатые года прошлого столетия характеризуются нарастанием политических репрессий со стороны государства против противников советской власти. Репрессиям прежде всего подвергаются бывшие помещики, белогвардейцы, возвратившиеся в страну, интеллигенция. С нарастанием репрессии перешли и на старых большевиков, руководителей предприятий, государственных служащих и военных специалистов. При этом из людей выбивали признание своей вины и это являлось главным доказательством на судебном процессе. Перед самой войной уничтожили почти весь цвет армии, ее руководящий состав. Фабрикация уголовных дело приобрело массовый характер.

Таким стало «Шахтинское» дело. В 1928 году в Донбассе под суд отдали 53 инженера и руководителя, обвинив их в умышленном вредительстве, создании подпольной организации и связи с иностранной разведкой. 11 человек были приговорены к расстрелу. Позднее 6-м из них расстрел заменили 10 годами лишения свободы.

В 1930 году рассмотрено было дело «Промпартии». Обвиняемые были представителями так называемой буржуазной интеллигенции, которым вменялось саботаж индустриализации СССР и связи с иностранными разведками. Затем последовали уголовные дела группы Бухарина, Зиновьева, троцкистов, высшего руководства армии в лице Тухачевского, Блюхера, Егорова, Уборевича и других. Репрессии приобрели массовый характер, и никто в обществе не был застрахован от них.

Годы Великой Отечественной войны и после военный период характеризовались усилением криминальной обстановки в стране: борьба с диверсантами, дезертирами, мародерами, значительный рост бандитизма, особенно в западных районах Украины и Прибалтике. В 1953 году была объявлена всеобщая амнистия, по которой на свободу вышло значительное количество уголовного элемента. Все это вызвало резкий всплеск преступлений. И их ликвидировать пало на сотрудников милиции, где они расследовались.

25 декабря 1958 года были приняты Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, согласно которых право производства предварительного расследования имели только следователи прокуратуры и государственной безопасности. Следственный комитет при МВД был ликвидирован.

Однако уголовных дел было столько, что следствие прокуратуры не справлялось с его объемом и сотрудники милиции вынуждены были участвовать в предварительном расследовании, как было ранее. В связи с этим руководством страны было принято решение о создании следственного аппарата в структуре МВД, с определенным перечнем категорий дел, относящихся к их компетенции.

6 апреля 1963 года Указом Президиума Верховного Совета СССР право производства расследования было предоставлено МООП РСФСР, позднее переименованного в МВД СССР. Кроме этого предварительное расследование проводили следователи прокуратуры и госбезопасности, с разделением подследственности каждой структуры, при этом за милицией сохранили право проводить дознание в полном объеме по большинству преступлений. Постепенно подследственность дел в прокуратуре начала сокращаться, в милиции увеличиваться, в результате чего к 1990 году свыше 90 % дел расследовалось в МВД, а в прокуратуре только 9.1%

В следствии МВД создалась парадоксальная ситуация, которая существует по настоящее время: следователь процессуально фигура самостоятельная, но находится в подчинении начальника милиции и ему, согласно уголовно-процессуального кодекса следователь вправе давать отдельные поручения по уголовному делу. Подчиненный дает указание начальнику. Разве не бред. Но факт есть факт. Попытка уйти от этого предпринимаются и до настоящего времени, созданием отдельной структуры Следственного комитета РФ. По всей видимости предполагается именно в нем и соединить все следственные подразделения страны. Но пока только предполагается.

В 1987–1989 годах проводился эксперимент по выводу следственных подразделений из структуры Отделов внутренних дел, но в 1989 году волевым решением министра внутренних дел Бакатина В.В. — эксперимент был прекращен.

Следствие в России

Итак, к моменту развала Советского Союза и образования Российской Федерации существовали три структуры предварительного следствия: при Министерстве внутренних дел, при Прокуратуре РФ и Федеральной Службе Безопасности.

Следователи в прокуратуре РФ расследовали — убийства; изнасилования; похищение человека; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа и др. преступления.

Следователи органов внутренних дел расследовали дела о причинении различной степени тяжести вреда здоровью; преступлениях против собственности; преступлениях в сфере экономики; о незаконном обороте наркотиков, о бандитизме и др. преступления.

Следователи органов Федеральной службы безопасности расследовали дела о государственной измене; шпионаже; терроризме; захвате заложников и др. преступления.

Кроме того, существует еще дознание, которое расследует уголовные дела, по которым предварительное следствие не обязательно, могут возбудить уголовное дело по любой статье, произвести неотложные следственные действия и передать по подследственности.

90-е годы характерны резким ростом преступности, появлением различных преступных группировок: тамбовские, малышевские, казанские, грузинские и т. д. Следствие в этот период работает с предельной нагрузкой. Приватизация фабрик, заводов, различных предприятий и всего чего только можно было прихватизировать, работало на полную мощь. Вместе с этим и появились желающие откусить свой кусок пирога, поэтому начались разборки, «стрелки», различные «крыши» и т. д. Так долго продолжаться не могло, поэтому стали прибегать к услугам правоохранительных органов: судов, милиции, следствия. Кто больше заплатит, на того и работал закон. Да и сейчас фактически так работает. Не зря президент призывает наши органы перестать вмешиваться в гражданско-правовые споры. Но его, по-моему, не слышат, или не хотят слышать. Коррупция стала процветать.

Вот небольшая выдержка из научного отчета «Криминологической характеристики преступности в сфере правоохранительной деятельности» опубликованной в 1998 году:

«По данным Высшей квалификационной коллегии судей России, в 1993–1996 гг. ею рассмотрено 11 обращений и представлений Генерального прокурора Российской Федерации о даче согласия на возбуждение в отношении судей уголовных дел либо на привлечение их к уголовной ответственности, по 3 обращениям получен отказ. В порядке пересмотра решений квалификационных коллегий судей, отказавших в прекращении полномочий судей за совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи или умаляющих авторитет судебной власти, а также прекративших полномочия судей, Высшей квалификационной коллегией судей России за тот же период рассмотрено 21 заявление. Прекращены полномочия 6 судей, 12 заявлений отклонены. Проведенный анализ показывает, что пункты 3, 4 ст. 16 Закона «О статусе судей в РФ» практически препятствуют последовательному исполнению правовых предписаний об ответственности судей перед законом. В большинстве случаев квалификационные коллегии, избираемые самими судьями, не дают согласия на наказание своих коллег. В то же время за совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи и умаляющих авторитет судебной власти, в том числе и за допущенные преднамеренные грубые или систематические нарушения процессуального закона, повлекшие неоправданную волокиту при рассмотрении уголовных или гражданских дел, квалификационными коллегиями судей регионов России в 1995 году были прекращены полномочия в отношении 57 судей, в 1996 году — уже более 60».

И это только судей. А дальше МВД, из статьи «Реформа МВД в 2000 годах»:

«В июне 2003 года в рамках спецоперации, подготовленной Главным управлением собственной безопасности МВД, ФСБ России и Генпрокуратурой, в Москве были задержаны участники организованной преступной группировки (4 человека), состоявшей из сотрудников столичного ГУВД. Они подбрасывали оружие, наркотики невиновным гражданам, незаконно возбуждали уголовные дела, а за их прекращение вымогали у своих жертв крупные суммы денег. В августе 2003 года в Москве были задержаны ещё 11 «оборотней в погонах», которые на протяжении ряда лет были членами преступной группировки. Эта группировка с использованием возможностей милиции пыталась взять под контроль представителей мелкого и среднего бизнеса. В отношении коммерсантов фальсифицировались доказательства по уголовным делам. Члены группировки подозреваются также в совершении заказных убийств».

Все это вызывало необходимость принятия экстренных мер. Опять вернулись к идее создания единого Следственного комитета, реорганизации МВД, работе прокуратуры. В сентябре 2007 года образован Следственный комитет при Прокуратуре РФ, как бы самостоятельная единица.

15 января 2011 года Следственный комитет уже выделяют в отдельную структуру с подчинением непосредственно Президенту РФ. Цель — обеспечить независимость и самостоятельность в его работе.

1 марта 2011 года милицию переименовывают в полицию. Предполагалось провести реформу МВД, но на этом все и закончилось.

Опасения, высказанные мной при образовании Следственного комитета, полностью оправдались. Так отсутствие должного контроля за ходом расследования привело к злоупотреблениям со стороны следствия. Лишение прокуратуры надзора за предварительным расследованием явилось грубейшей ошибкой разработчиков нового уголовно-процессуального кодекса. Вообще их можно «поблагодарить» и за другие положения кодекса, в частности, за систему предварительных арестов. Когда следствие без предъявления обвинения задерживает подозреваемых и через суд решает вопрос об аресте. А суд не решает при этом вопрос о доказанности в совершении преступления. И таких примеров можно еще привести, но вернемся все-таки к следствию.

Вторым серьезным недостатком стала борьба за показатели в Следственном комитете, чего не было ранее в работе следователей в прокуратуре. И привело это к бездоказательным обвинениям в совершении преступлений. При этом росла коррупция в самом Следственном комитете. Стоит вспомнить только уголовное дело о привлечении к уголовной ответственности высокопоставленных сотрудников Следственного комитета РФ Дениса Никандрова, Михаила Максименко и Александра Ламонова о получении взятки за освобождение вора в «законе». А борьба за показатели в Следственном комитете приведет к тому, что скоро будет 100 % раскрываемость преступлений по убийствам.

Как быстро все забывается. Мы, старшее поколение, еще помним, что раскрываемость преступлений в МВД в советский период была 99,9 %. Но цифры то были липовые, и кого мы обманывали, только самих себя. Но если в тот период борьбы социализма с капитализмом можно было объяснить это политическим фактором, то чем сейчас это объясняет нынешнее руководство, непонятно. Скорее всего карьеризмом.

При этом, рассмотрение уголовных дел в суде заканчивается приговором. По последним данным число оправданных судом составляет всего 0,15 %, и это с учетом суда присяжных, которые, в основном, и выносят такие приговора. В то время, как на Западе число оправдательных приговор составляет от 20 до 25 %. С одной стороны, это должно указывать на высокое качество предварительного следствия, если бы это было так. Это благодаря нашему независимому суду, как говорили герои в «Кавказской пленнице», самый гуманный суд в мире. Именно он покрывает все недостатки следствия и закрывает на них глаза и уши. Трудно себе представить, но, когда участвуешь в судебных заседаниях и видишь, как судья решает вопросы о доказательствах, приходишь в шоковое состояние.

Решить эту ситуацию можно только одним путем: заставить судей быть объективными между обвинением и защитой, невзирая на «государственные» интересы. Они ложные. Интересы нашего государства заключаются в защите интересов всех граждан. А следствие должно уметь доказывать вину в рамках закона, а не фальсифицируя доказательства.

Не хочется заканчивать статью в таком пессимистическом ключе, все-таки работу следователи Следственного комитета проделывают огромную, и чем дальше слушаешь новости, тем больше хочется им пожелать, как было написано в лозунгах в советских отделах милиции: «чтобы было у них горячее сердце, холодный ум и чистые руки».

Милиционеры в Афганистане

Предисловие

29 декабря 1978 года, в средствах массовой информации Советского Союза, было объявлено, что по просьбе правительства Демократической республики Афганистана на территорию республики, введен ограниченный контингент Советских войск. Было сообщено, что помощь молодой республике оказывается в соответствии с Договором о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве от 5 декабря 1978 года в целях противодействия вооруженным формированиям афганских моджахедов («душманов»), пользующихся политической, финансовой, материальной и военной поддержкой государств НАТО и консервативного исламского мира.

С первого момента нахождения советских войск, возникла проблема осуществления сбора разведывательных данных о вооруженных бандах и организации противодействия им. Вначале этим занимались разведывательные отделы штабов дивизий, бригад и полков. Затем был создан единый разведцентр, сотрудники которого, размещались во всех крупных городах. Для борьбы с бандами в Афганистане, был создан и направлен отряд КГБ «Каскад». Но специфика борьбы с бандами, требовала профессионалов, которые каждодневно сталкивались с этим в своей работе. И тогда вспомнили о скромных советских милиционерах, именно им проходилось бороться с бандами на территории государства. Это и в 30-х годах в Средней Азии, в послевоенный период — на западной Украине и в Прибалтике. Да, и в повседневной работе, время от времени, возникали различные банды.

С этой целью, весной 1981 года поступил приказ о создании сверхсекретного подразделения в системе МВД «Кобальт» в количестве 600 человек. В данное подразделение отбирались только оперативные сотрудники, со стажем работы не менее 10 лет. Все они числились гражданскими советниками по различным направлениям хозяйственной деятельности: промышленность, сельское хозяйство и т. д. Отряд состоял из 23 небольших хорошо вооруженных разведывательных групп, расположенных в различных провинциях. В каждой группе насчитывалось 7 человек: 4 офицера-оперативника, 1 переводчик, 2 водителя. Им было придано БТР и радиостанция, автомашина «Нива» или УАЗ, необходимый набор медикаментов. Задача перед каждой группой стояла сбор и обработка разведывательных данных по бандам, оказание помощи в организации работы «Царандоя» (афганской милиции), работа с агентурой, ну и естественно, уничтожение банд. Переводчики были из числа офицеров МВД Таджикской ССР.

Глава первая

Когда раздался звонок телефона, я по инерции поднял трубку: «Иванов слушает». «Иванов, — я услышал голос дежурного Петренко, — давай срочно к Петрову». «А Сидоров там будет?»— спросил я дежурного. «Какой Сидоров? Только про тебя сказали», — ответил Петренко. «Раз Иванова зовут к Петрову, там еще Сидоров должен быть, ты, что не понимаешь? Иванов, Петров и Сидоров, они всегда вместе», — разъяснил я ему свою шутку. «Да пошел ты…», — так и не договорив, Петренко бросил трубку.

Пришлось мне идти к Петрову. Я, старший оперуполномоченный уголовного розыска Иванов Александр Иванович, должен явиться к Петрову Николаю Максимовичу, т. к. он заместитель начальника управления по линии уголовного розыска и мой непосредственно, самый главный начальник. По дороге я стал вспоминать все свои грехи за последнее время, но так и не остановился на чем-либо конкретно. Слишком много их было. Подойдя к двери, я прислушался, было тихо. «Что ж, это уже хорошо», — подумал я и постучал в дверь. «Заходите», — раздался голос начальника. Я зашел в кабинет и громко отрапортовал: «По вашему приказанию капитан Иванов прибыл». «Все шутишь, шутник, развлекаешься?» — голос начальника звучал спокойно. «Ни как нет, товарищ подполковник», — сказал я. «Ладно, тебе недолго развлекаться осталось. Давай дуй, срочно к начальнику отдела кадров в ГУВД, там тебе все объяснят». «А что мне объяснить должны?» — спросил я. «Давай, давай иди, там все и узнаешь», — ответил Петров.

По дороге в ГУВД, я старался представить себе, что им нужно от меня. И пришел к мнению, что хотят предложить должность какого-то начальника. Я недавно закончил вечерний юридический факультет государственного университета, имел стаж работы 11 лет опером и вполне подходил на выдвижение. Честно говоря, меня это не очень устраивало, работа опера мне нравилось, район спокойный, всех знал, налажена агентурная сеть и раскрывать дела, было одно удовольствие. А тут новое место, новые люди, пока притрешься. Но я понимал, что пора двигаться по карьерной лестнице вперед, да и жена все «капала», когда пойдешь на повышение. Ее, конечно, больше зарплата интересовала.

В общем, когда я зашел в кабинет начальника отдела кадров ГУВД, уже был готов к выдвижению. Николай Иванович, увидев меня, зачем-то встал из-за стола, подошел в вплотную, пожал руку и, заглянув глубоко в глаза, задушевным голосом, спросил: «Как у вас дела Александр Иванович, как здоровье, как семья?» Можно было подумать, что он хочет мне предложить должность не меньше начальника управления. От такого трепетного отношения, я, честно говоря, растерялся. «Спасибо, — говорю все хорошо, — в семье все нормально». И жду, что будет дальше. А он так многозначительно смотрит на меня и говорит: «Да вы присаживайтесь, может чайку?» «Нет, нет спасибо», — говорю я, а сам думаю: «Что-то уж больно мягко стелет, как бы не упасть». Я сел на стул, а Николай Иванович так и кружит вокруг меня, что я головой не успеваю вертеть. «Александр Иванович, — наконец сказал он, — не хотите ли вы съездить в загранкомандировку?» «Куда, куда?» — не понял я сразу вопроса. «В загранкомандировку, в одну их зарубежных стран», — повторил он. «Это ж куда меня хотят послать и за какие заслуги?»— спросил я. «Мне ваше руководство рекомендовало вас, у вас большой опыт оперативной работы и мы сейчас набираем сотрудников для работы в Афганистане. Вы можете ответить не сразу, надо дома посоветоваться с женой, я понимаю. Но ваша кандидатура нас вполне устраивает. Вы коммунист и ответственный работник и райком тоже уже поддержал нас. Вы подумайте. Вас отправят на 6 месяцев, а там перспектива выдвижения, неплохая зарплата и получение квартиры, вполне реально». «Вот, зараза, — подумал я, — даже прочитал, что я в коммуналке живу». «Я отказаться могу?» — спросил я. «Можете, но партия рекомендовало вас и надеется, что вы ее поддержите», — ответил он. Конечно, предложение меня ошеломило, и я пообещал, что подумаю и через пару дней сообщу.

Афганистан. Слухи в нашей среде были, что набирают, но не думал, что это может коснуться меня. Вернувшись в отдел, я уселся за стол и стал размышлять: «Раз партия сказала, комсомол должен ответить есть! А это, значит, если я откажусь, то о перспективе выдвижения, придется забыть, во всяком случае, на ближайшие 5 лет, а может и насовсем. И квартира. Это, пожалуй, самое главное. Получить квартиру в милиции, это практически, невозможно. Денег на ЖСК не наберется, это уж точно. Наверное, надо ехать. Вот только, как Нинка к этому отнесется? Крику будет, но никуда не денешься». Вот так, примерно, я размышлял, и когда подъезжал к дому.

Поужинали, Серегу положили спать, моему сыну исполнилось всего 6 лет. Соседи все разбрелись по комнатам, а мы стали пить чай. Нинка, все поглядывала на меня, но молча, удивлялась, когда я предложил помыть посуду. Наконец не выдержала и спросила: «Ну, что у тебя опять случилось? Выкладывай, не тяни». Тут я ей и все рассказал. Вначале, она и не поняла. Загранкомандировка. Квартира, Деньги неплохие. Но когда до нее дошло, куда меня отправляют, у нее глаза стали круглые, как у нашей кошки, когда в глотку вцепиться хочет. «Ты, что ж, меня вдовой оставить хочешь?» — так тихо меня спрашивает. В общем, разговор у нас не получился. Легли мы спать по разные стороны баррикады из подушек, и я долго слышал всхлипывание жены. Но решил проявить твердость, настойчивость, и уснул. Утром сбежал без завтрака. Вечером опять сошлись, реакция Нины была более спокойной и мои доводы о партии и долге коммуниста, и о последствиях отказа, возымели свое действие. Легли спать в мире и дружбе, только под утро я проснулся, весь обмытый ее слезами.

Поехал в кадры, написал рапорт о согласии, и послали меня на медицинскую комиссию. На комиссии попалась мне такая строгая тетенька, что я даже испугался. Накануне вечером, мы с ребятами немного отметили такое событие и, когда она стала замерять мне давление, унюхала остатки былой роскоши. И как наехала на меня: «Вы что же решили спрятаться за своим давлением? И не ехать выполнять свой интернациональный долг. Ничего не получится, я доложу о вас куда следует». Да, не перевелись у нас «стукачи». «Вы сначала давление смерьте, а потом стучать побежите», — ответил я ей. Я знал, что, что, а давление у меня будет в порядке. Ничего не сказала, замерила давление, а у меня 120 на 80, как у космонавта. Фыркнула докторша и презрительным взглядом выпроводила меня из кабинета. Больше приключений на комиссии не было: здоров, как бык, и можно использовать в любой стране, без всяких ограничений. Затем я сдал партийный билет в райком партии и стал ждать. Прошла неделя, мне предложили уйти в отпуск и заняться домашними делами, одновременно готовиться к поездке, команда к отправке может поступить в любое время. Дома, как мог, старался все сделать, ублажить жену по всем вопросам, но, видно, не очень удавалось, т. к. глаза у Нинки были постоянно на мокром месте. Мне уже все стало действовать на нервы, но тут поступила команда и я, с чемоданчиком направился в аэропорт. Жене не разрешил ехать провожать, сказал, что все это совершенно секретно. В аэропорту меня встретил представитель отдела кадров и познакомил с остальными «везунчиками». Было нас всего 10 человек, все из разных районов, и я никого не знал. Усадили в самолет и через пару часов мы уже летели в направлении Ташкента.

Глава вторая

Ташкент нас встретил 35 градусной жарой. После питерского прохладного лета, стало немного жарко. Автобусы стояли у трапа, и пассажиры стали нас интересом рассматривать, в глазах у них был единственный вопрос: «А кто же вы ребята такие?» Но мы, загадочно улыбаясь, уселись в транспорт и повезли нас летний лагерь Высшей школы милиции МВД Узбекистана, где мы должны были пройти подготовку. Помещения под жилье было удобное. Было видно, что узбекские товарищи неплохо побеспокоились о подрастающем поколении.

По дороге, в самолете, я познакомился с Николаем Мардашевым, он был из Красносельского РУВД, то же опер с 15 —летним стажем. Дома остались жена и 10-летняя дочь. Так, что интересы у нас были почти одинаковые: как выжить и вернуться домой. В казарме нас поселили вместе и, вообще, решили дальше держаться друг друга.

Наутро, построили, разбили по отрядам и объяснили стоящую перед нами задачу: овладеть всеми видами оружия, научиться стрелять, желательно попадать сначала в мишень, чтобы потом могли во врага и учить язык. Хотя обещали, что при каждой группе будет переводчик, из наших. Одна треть населения Афганистана, это таджики, узбеки и туркмены, в том числе и бежавшие с территории Советского Союза, потомки бывших душманов, поэтому особой любви к нам не питают. Одели нас в летнюю армейскую форму, только без погон, а то развелось много всяких майоров и подполковников, ими как-то командовать неудобно.

И началось: построение, завтрак, занятия по персидскому языку, политзанятия, изучение истории Афганистана, изучение ислама и стрельба. Вот где я настрелялся на всю свою жизнь. Нас обучали всему оружию, какое могла встретиться в Афганистане: пистолеты Макарова, «Береты», браунинги, «Вальтеры», зенитно-ракетные комплексы «Стингер», «Стрела-2». Самые разнообразные автоматы, в том числе и наши ППШ, которые раздавали мы «друзьям» после войны и новейшие наши автоматы АК-47, американские винтовки и даже британская 10-зарядная винтовка Ли-Энфильд, которая стреляла еще во времена англо-бурской войны в Южной Африке (это конец 19 и начало 20 века), причем она отличалась особой точностью. Как нам объяснили, все это оружие имеется у моджахедов, большинство поставляется из Китая, Египта, Израиля и стран НАТО. Да, китайцы там много нам вредили, даже их инструктора у моджахедов были.

Больше всего мне понравилась снайперская винтовка Драгунова с магазином на 10 патронов. Она отличалась простотой конструкции и высокой надежностью. У моджахедов котировались больше всего наши автоматы Калашникова и в бою они всегда старались их захватить в качестве трофеев. Были у них и автоматы Калашникова китайского и египетского производства, но те были изготовлены из стали низкого качества, поэтому после отстрела 2-3х магазинов, переставали просто стрелять, «плевались» пулями, фактически, не причиняя вреда.

К моему удивлению, у меня оказались задатки снайпера, и я показывал лучшие результаты по стрельбе из всего нашего набора. Даже сам собой гордиться начал. Снайперскую винтовку Драгунова ко мне и прикрепили в конце курса обучения.

На политзанятиях нам читали лекции по составу народов Афганистана, как себя вести с местных населений, их обычаи и привычки. Так дни шли за днями, раз в неделю звонил домой, жена, вроде бы, успокоилась. Прошло три месяца и нам объявили, что через пару дней забросят в Афганистан. Несколько человек испугались и стали усиленно болеть, даже пытались сбежать из лагеря, но не тут-то было. Вокруг охрана и никого никуда не выпускали. Но этих смельчаков с нами не взяли, отправили по домам и еще раз объявили, что кто не хочет, пусть заявит, насильно никуда не отправят. Больше желающих не оказалось, все были готовы к выполнению своего интернационального долга.

Глава третья

28 декабря 1981 года около трех часов ночи нас подняли по тревоге и отправили на аэродром. Пару часов мы тряслись в грузовом самолете и в 7 часов утра были уже в Кабуле. Здесь нас встретили и повезли в военный палаточный городок, под охраной БТР и военных. Мы с интересом рассматривали окружающую обстановку: вокруг голая степь, ни кустика, вдали, на горизонте, горы. Издалека кажутся не очень большими, но забираться на них стоило большего труда, особенно, если постреливали. Но это было потом. А пока мы осматривались, нас покормили солдатской кашей на завтрак и сказали, что к ней привыкать надо. Хотелось пить. Тут же предупредили, что пить можно только кипяченую воду и только если ты знаешь того, кто тебе ее дает. Отравить могут в любой момент и в любой лачуге.

Потом мы в этом неоднократно убеждались. Дело в том, что Народно-Демократическую партию Афганистана поддерживала армия и городская интеллигенция, что составляло всего 18 % от всего населения. А 70 % — это крестьяне, неграмотные и привыкшие к подчинению своего имама, который был родственником или другом полевого командира. Остальные — кочевники, которые жили сами по себе, но с условием, чтобы их никто не трогал. Поэтому нас не воспринимали в качестве спасателей, а, даже, наоборот, считали оккупантами, в следствии чего боролись всеми доступными для них средствами. Выстрела в спину ждали от любого: старухи, еле ползающей у ворот, и пацаненка, лет 6–7, который уже мог уже стрелять из автомата.

Днем нас построили на территории лагеря и стали раздавать по группам, приехавшим командирам подразделений. Мы, с Николаем, попросились вместе и нас направили в отряд, расположенный в Герате. На вертолете, через пару часов мы были уже на месте. Расположился отряд в старинной крепости, здесь же находились бойцы «Царандоя» и бойцы отряда КГБ «Каскад». Фактически наш отряд был придан им, и мы постоянно с ними взаимодействовали, если приходилось уничтожать банды.

Нахождение в крепости было очень удобным с многих позиций: вести оборону при нападении банд, прятаться при обстрелах и вести обучение, чтобы никто не мешал и не подглядывал.

Здесь же мы обучали бойцов Царандоя, возникли они после победы революции в 1978 году, вместо полиции и жандармерии. Наши советники разработали для них такую же структуру, которая была у нас: отделы, внутри которых были сотрудники по линии уголовного розыска и участковые инспектора. Только все больше им приходилось работать по выявлению банд и их уничтожению. Вместе с нами они также участвовали в операциях.

Помещение под казарму было сравнительно удобным, койки с Николаем мы выбрали рядом. Руководитель нашей группы майор из Челябинска, Константин, нам объяснил стоящие перед нами задачи: знакомиться с населением, которое постоянно мигрирует, через установленные нами блок посты, вербовать среди них агентуру и выявлять нахождение банд. Ставили перед нами и показатели работы, как без этого в нашем плановом социалистическом хозяйстве обойтись, в течение месяца каждый из нас должен был выявить и организовать не менее трех налетов на банды. Только больше это на показуху было похоже, потому, что приходилось гораздо чаще участвовать в операциях. Но счет погибшим моджахедам, вели отдельно. Мы отправляли наверх одни цифры, а там они становились весьма значительными. Если их сложить, то от населения Афганистана, наверное, никого бы не осталось.

Главным стимулом для вербовки афганцев были деньги: за деньги многие из них были готовы даже мать родную продать, что не раз подтверждалось на практике. Так, в один из дней я получил информацию от своего агента, что в одном из кишлаков находится на отдыхе банда. Сели мы с ним на вертолет и группой вылетели к месту назначения. При подлете, он стал объяснять, где расположились члены банды и указал на дом, сказал, что рядом с ним живет его брат. Я у него спрашиваю: «А ты не боишься, что снаряд попадет в дом твоего брата и может погибнуть вся его семья?» А он так спокойно мне и отвечает: «На все воля аллаха». Меня это здорово поразило. Правда, в этот раз, снаряды не попали в дом его брата, а банду мы уничтожили.

Первая ночь прошла у нас относительно спокойно. А на утро, я почувствовал себя не комфортно, желудок стал выражать свое недовольство новой пищей и всей этой средой. Николай с ребятами смеялись и советовали пить водку с солью, якобы поможет. Между прочим, нам выдавали на месяц бутылку водки и бутылку коньяка, а если праздник, то в двойном размере. Но такое лекарство мне претило, стал таблетки пить, но и они не очень помогали, засел на целый день на «толчке». Помог мне местный «царандоевец», дал какую гадость, зато помогла. А следом за мной и Николай пострадал. Теперь я уже смеялся. Вообще санитария у нас была жесткая: своя кружка, ложка и тарелка, руки мыть перед едой, в общем, все «по-взрослому». Да и не мудрено, гепатит был серьезной проблемой и некоторая часть военнослужащих и наших бойцов, сильно пострадали от него и их отправляли домой с таким заболеванием.

Начались у нас будни. С утра на блок посты, знакомимся с населением, вычисляем возможных бандитов, засланных «казачков», вербуем себе агентов, выясняем, где поблизости банды и так до четырех — пяти часов вечера. Снимаются посты, и власть переходит к моджахедам. У нас в провинции главным был Исмаил — Хан, чаще его называли Туран Исмаил. Это бывший капитан Афганской Армии, перешедший на сторону оппозиции. Хорошо знающий местные условия, жестокий и непримиримый. Против нас была развернута настоящая партизанская война. Днем они могли приехать в город, как обыкновенные крестьяне, все высмотреть. А с наступлением ночи, подобраться через известные только им тропинки и совершить нападение на нас или государственное учреждение. Своих вырезали, так же безжалостно, как и наших, если попадали к ним в плен.

Опорой моджахедам служили многочисленные кишлаки, которые снабжали их пропитанием и пополняли ряды. В случаи нашего нападения они умело уходили из-под обстрела, пользуясь водоснабжающими колодцами и их разветвлениями. Мы же при подлетах уничтожали их дома, так что многие кишлаки стояли пустыми, где они тоже прятались. Оружие к моджахедам поступало из Ирана и Пакистана, там же они проходили военную подготовку.

В один из дней при проверке приезжих, мне сообщили, что со мной хочет встретиться один из полевых командиров, якобы желает перейти на сторону власти. Такие эпизоды были не раз, но что меня насторожило, так эту встречу мне назначили в одном их брошенных кишлаков. Когда я доложил командиру, мы обсудили и решили, что, скорее всего, меня будет ждать засада. В то же время эта банда доставляла нам много хлопот, поэтому приняли решение, попробовать их перехитрить. Встречу назначил я на три часа. Утром, около 10 часов, наши две группы и группа «царандоевцев», скрытно выдвинулась к кишлаку. Там еще никого не было, поэтому мы заняли очень удобные позиции. И вовремя. Около 12 часов подъехали две автомашины и из них вышли около десятка бандитов. Как только они направились к одному из домов, мы открыли огонь. Банда, почти, в полном составе была уничтожена. Один из захваченных бандитов, потом подтвердил, что хотели захватить меня в плен.

Вообще афганцы странный и интересный народ. Для них обмануть советского солдата, это как подарок, в то же время, сами очень доверчивые. Жили они, в сельской местности, в глинобитных домиках с маленькими окнами. В доме две половины: мужская и женская. Спали на жестких циновках, рядом с ними дети и домашний скот, тут же и отхожее место. Что интересно, на мужской половине дома, гораздо чище, чем на женской. Заходить на женскую половину, посторонним мужчинам, категорически воспрещалось. Так, один раз, необходимо было оказать медицинскую помощь женщине, то хозяин, с палкой набросился на доктора, когда тот попытался пройти на женскую половину. Самое интересное, что тут же в доме, среди всей этой нищеты, можно было увидеть японскую технику, которую у нас, на родине, и не достать было. Поэтому наши солдаты, офицеры, там затаривались импортными джинсами, магнитофонами и прочей техникой. Все было в продаже и по очень низким ценам, по сравнению с тем, что у нас в Союзе можно было купить.

Ездила, основная масса населения, на автобусах, такого года выпуска, что было удивительно, как они еще двигались. Набивались в них, как «селедки в бочке», даже сверху, сбоку и на капоте. Но оружие было, в каждой семье: пистолет, автомат или ружье самодельное, все зависело от доходов или участия в боевых действиях.

Обучали мы и наших коллег из «Царандоя», как выявлять моджахедов, которые приезжали в город на разведку. Если стрелок, то правое или левое плечо, имели отметины от стрельбы и другие всякие приметы. Обучали и борьбе с бандами. Борьба с мелкими бандами, требовала изворотливости и изобретательства, так как они могли вмиг раствориться среди своих, и те молчали, как настоящие партизаны. Прибегали и мы к уловкам: обучили небольшую группу «царандоевцев», придали им бронированную автомашину, которую с помощью приспособлений загоняли в кузов другой большой автомашины, туда же сажали «царандоевцев», одетых в одежду крестьян и направляли в местность, где действовали моджахеды. Появление одинокой автомашины и предвкушение легкой добычи, действовало на бандитов безупречно. Они выскакивали на дорогу, и тут выезжали наши бойцы на бронеавтомашине и укладывали всех бандитов в один ряд.

Так день за днем и шесть месяцев пробежало. Пора было готовиться к отправке. Но за несколько дней поступило сообщение, что большой караван с оружием пересек границу и движется внутрь страны. Собрали и мы, большой отряд, и нас на БТРах подбросили к ущелью. Дальше, в горы, надо было идти. Разбились по группам, и друг за другом медленно стали подниматься. Нападения ожидали в любой момент, так как их разведка действовала тоже неплохо. На гору поднялись без всяких приключений, вдали виднелись кишлаки, и нам предстояло пройти мимо них. Первый прошли спокойно, но, когда чуть отдалились, с двух сторон ударили пулеметы и автоматы, пришлось залечь. Вызвали авиаподдержку и через некоторое время прилетели наши вертолеты и стали утюжить склоны, где находились моджахеды. Тут и мы пошли вперед. Положили человек 10 бандитов, остальные разбежались. С нашей стороны потерь не было.

Пока с этими разбирались, пришло сообщение, что караван с оружием нашими бойцами уже захвачен и надо, возвращаться домой. День уже клонился к вечеру, и начинало смеркаться. В горах быстро темнеет. Очевидно, поэтому руководство нашего отряда приняло решение, чтобы мы возвращались по той же дороге, что и поднимались. Вообще то, в горах, на данной войне, действовал негласный закон: «Никогда не спускаться вниз с гор, по той же дороге, что и поднимались». Но тут, видно, решили рискнуть. Пошли вниз. Нашей группе было приказано замкнуть отряд, обеспечить тылы. Весь отряд, было нас человек 150, спустился на дорогу, мы с Николаем шли последними и уже предвкушали ужин и отдых. Вдруг, впереди, с двух сторон раздались взрывы, произошел обвал и дорогу завалило. Нашу группу отрезало от остальных. Как я, Николай и наш командир Костя, очутились в метрах шести в расщелине, я не понял. Взлетели как птицы. Сверху посыпались пули, и мы стали отстреливаться. Со мной было снайперская винтовка и, успокоившись, я стал убирать один за другим душманов. Рядом стреляли Николай и Константин. Убедившись, что с нами так не справиться, душманы стали закидывать нас гранатами, несколько разорвались внизу, не причинив никакого вреда, но одна попала к нам на площадку. Взрыв сбросил Константина вниз, а Николай был тяжело ранен в грудь. Я затащил его подальше в расщелину и как мог, перевязал, сделал укол, но он потерял сознание. Тем временем, душманы подобрались к нам и я, схватив автомат, стал их расстреливать. Они отступили. Стало совсем темно, резко похолодало, одет я был сравнительно легко и, прижавшись к теплому камню, продолжал стрелять, уже ориентируясь больше на шум. Подобраться к нам в полной темноте, даже горцам, было невозможно, слишком отвесные были скалы. Меня начало клонить ко сну, но уснуть я боялся, могло что-либо непредвиденное произойти. И я стал вспоминать свою Нинку, милую, любимую жену. Как я бы сейчас с радостью послушал ее ворчание в свой адрес, все ее претензии. Меня она предупреждала, что, если со мной что-то случиться, домой не возвращаться. Так, периодически постреливая, я разговаривал с женой и не спал. Как только чуть рассвело, я услышал шум вертолетов и залпы снарядов по верху ущелья, а следом и выстрелы. Это наши бойцы, десант высадили и пошли в атаку. Тут и силы мои кончились, я отключился.

Глава четвертая

Очнулся я уже в лазарете. Было темно. Пошевелил руками, ногами, вроде было все в порядке, все на месте и ничего не болело. Кроме меня, в палате никого не было. Я поднялся, рядом висел халат, накинул на плечи и вышел в коридор. Там, у стола, медсестричка книжку читает. Они увидела меня, вскочила: «Зачем вы встали, вам отдыхать надо». «Отдохну, обязательно отдохну. Сколько я спал», — спрашиваю у нее. «Больше суток»— отвечает сестричка. «А со мной еще бойцы были, где они?» «Один только живой остался, его в госпиталь в Ташкент отправили». И тут же, чтобы успокоить меня, затрещала: «А вы у нас герой. Один всю ночь с бандой воевали. Говорят, что вас к званию Героя Советского Союза представили». «А ты ничего не перепутала, меня то за что?» «Как за что? Вы там их человек двадцать положили и наших никого не отдали на растерзание». Вот так я узнал, что меня в Герои записали.

Послесловие

Отряд «Кобальт» осенью 1984 года был упразднен, а находившиеся в это время в Афганистане офицеры МВД были переведены в статус советников. Многие бойцы были награждены орденами, медалями СССР, а одному из них, капитану милиции Исакову Михаилу Ивановичу присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

Герой моего рассказа капитан милиции Иванов Александр Иванович не является кем-то конкретно, а написан на основе воспоминаний многих бывших бойцов отряда «Кобальт», из Ленинграда и Москвы, Прибалтики и Украины, бывших в то время единой семьей Союза Советских Социалистических Республик.

Невский — 90 — х годов

Центральный района гор. Санкт-Петербурга был образован распоряжением мэра Собчака А. А. 11 марта 1994 года. Видно было, что мэру, как бывшему коммунисту, были неприятны районы носившие имена в память об Октябрьской революции: Куйбышевский, Дзержинский и Смольнинский. Так из трех районов возник один: Центральный. В Москве, тоже сделали такую реорганизацию, но с головой: районы остались, и создали округа. Тем самым ничего не разваливали, сохранили структуры на «земле». У нас же упразднили три управления милиции, три прокуратуры, только суды отстояли свою независимость, так как их объединение было невозможно: необходимо было вносить изменения в Конституцию РФ. С милицией было проще, приказом Министра были ликвидированы районные управления, остались только 6 отделов милиции. Руководство управлений стали искать себе новые места, новые назначения и перетаскивать к себе людей. Некоторые ночью вывозили на автомашинах технику, и все то, что было закуплено на спонсорские деньги. Да, вспомним 90 годы. Тогда денег особенно не было, каждый выживал как мог. Например, в Куйбышевском районе по просьбе спонсоров поставили около каждого офиса, милицейскую будку и пост, чтобы не беспокоили всякие там бандиты и за это давали деньги милиции. А время ведь было очень беспокойное. Делили государственную собственность, вернее сказать, не делили, а растаскивали, кто имел такую возможность. В городе действовали различные бандитские группировки: «Тамбовские». «Малышевские», «Великолукские», «Казанские», эти приезжали в Питер из Казани, для того, что откусить кусок пирога, «Комаровские», различные этнические группировки: азербайджанские», «грузинские», «чеченские» и т. д. Много их было, большие и маленькие, все старались, что-либо захватить, содрать с кого-либо. С учетом такой обстановки резко возросло количество преступлений, совершенных в городе. Следственный отдел Центрального РУВД, а позднее управление, насчитывало 120 человек. Но его еще надо было укомплектовать, т. к. не хватало кадров, да и некоторые сотрудники ушли вместе со своими руководителями. В тот очень сложный период времени, нельзя было ослаблять борьбу с преступностью не на один день. В месяц только следствием Центрального РУВД возбуждалось около 500–600 уголовных дел, из них половина дел было с личностью, т. е. установлены и задержаны, лица подозреваемые в совершении преступления. В месяц следственное управление заканчивало расследование и направляло в суд для рассмотрения от 170 до 200 уголовных дел. (Для сравнения: в настоящее время следственным управлением возбуждается около 120 уголовных дел в месяц, с личностью — около 30 дел. В суд направляют только около 35 уголовных дела.) Очень много дел было связанные с распространение и употреблением наркотиков, карманных краж, грабежей и разбоев.

Вот некоторые из таких уголовных дел:

Уголовное дело № 685989 — 28 мая 1997 года около 2 часов 50 минут Васильев Владимир вместе со своей сожительницей Федоровой Кирой (фамилии фигурантов изменены) возвращались из гостей. Они подъехали на такси к дому 14 по Большой Морской улицы. Кира пошла в квартиру, а Владимир задержался, рассчитываясь за такси. Когда он вошел в парадную, то встретил там ранее ему незнакомого Боброва Илью, который попросил разрешить ему позвонить из квартиры, своей знакомой. Владимир привел его в свою комнату, где находилась Кира, а сам вышел. В это время, между Федоровой и Бобровым возникла ссора, вернувшись, Владимир увидел разбитую вазу, по словам Киры ее разбил новый знакомый, и тогда он нанес несколько ударов Боброву. К нему присоединилась Федорова. В результате избиения Боброву были причинены телесные повреждения, во время нанесения которых, он периодически терял сознание. Затем Васильев совместно с Федоровой вытащили из кармана портмоне Боброва с находящимися там деньгами в сумме 1 500 000 рублей (деньги, деноминированные в расчете 1000:1), паспорт на имя Боброва, удостоверение личности, и заломив ему руки, сняли серебряный перстень стоимостью 160 000 рублей, причинив ущерб потерпевшему на сумму 2 388 000 рублей. Оба преступника были задержаны тут же в квартире нарядом милиции, который вызвала знакомая Боброва, ожидавшая его на улице. Действия Васильева и Федоровой были квалифицированы как разбой, с применением насилия опасного для жизни и здоровья потерпевшего и хищение личного документа (паспорта).

Васильев Владимир Дмитриевич 1964 года рождения ранее судим за хищение в особо крупных размерах к 5 годам лишения свободы, был освобожден 17.11.1994 года по отбытию срока наказания, работал столяром.

Федорова Кира Валентиновна 1964 года рождения ранее не судима, работала поваром.

Оба привлечены к уголовной ответственности за нападение в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего(разбой), по предварительному сговору группой лиц.

Потерпевший Бобров Илья Васильевич, ранее не судимый, работал заведующим отделом в редакции журнала «Балет».

Уголовное дело № 360553 — 2 сентября 1995 года Сидоров Борис (фамилии фигурантов изменены), совместно с Николаевым Игорем встретились утром и, хотя, как говорится, «с утра даже лошади не пьют», решили начать день с водочки. Около 13 часов они познакомились у пивного ларя с Панкратовым Константином и уже совместно стали распивать спиртные напитки. Затем продолжили свое знакомство на квартире у сожительницы Сидорова по адресу: ул. Жуковского дом 28 кв. 4. К вечеру вся кампания была здорово навеселе. Сидоров обратил внимание, что на руке у Панкратова имеется обручальное кольцо, перстень, часы в золотом корпусе, на шее серебряная цепочка. Эти изделия настолько ему понравились, что Борис решил их забрать, но Панкратов был против. Тогда Сидоров совместно с Николаевым стали избивать Панкратова, причинив ему легкие телесные повреждения, а затем и отобрали все, что у него было, в том числе и сумку, с вещами, причинив потерпевшему ущерб на общую сумму 1 190 000 рублей. Завладев всем имуществом Панкратова, Сидоров и Николаев выкинули его на лестничную площадку.

Потерпевшему ничего не оставалось делать, как обратиться в милицию. Здесь же в квартире преступники были задержаны.

Сидоров Борис Иванович 1945 года рождения, без прописки, не работающий, ранее судим 5 раз, освободился из мест лишения свободы 8 июля 1994 года, судом признан особо опасным рецидивистом.

Николаев Игорь Георгиевич 1965 года рождения, женат, имеет двоих несовершеннолетних детей, работает водителем, не судим.

Оба привлечены к уголовной ответственности за нападение с целью хищения чужого имущества, соединенного с насилием опасным для жизни и здоровья потерпевшего (разбой), по предварительному сговору группой лиц.

Потерпевший Панкратов Константин Вадимович, не работает, ранее не судим.

Уголовное дело № 186836 — Родин Владимир (фамилии фигурантов изменены), ранее неоднократно судимый, последний раз освободился из мест лишения свободы 11 марта 1993 года. Прописался у своих родителей в Бокситогорске, однако на путь исправления не встал, нигде не работал и вел антиобщественный образ жизни. 19 февраля 1994 года вместе со своей приятельницей Эльвирой приехал в г. Санкт-Петербург, где встретил своих знакомых, начали отмечать наступающий праздник. Когда деньги закончились, стал предлагать свою знакомую в качестве развлечения представителям Кавказа, и услышав это, Эльвира убежала и уехала к себе домой в Бокситогорск. А Владимир направился к своему знакомому Треплову Василию на Транспортный пер. д.9 вк.3, где уже совместно продолжали распивать спиртные напитки. В результате между ними возникла ссора, перешедшая в обоюдную драку. Схватив столовый нож, Родин нанес им удар в область шеи и головы Треплову, причинив ему размозжение правой височной и теменной долей головного мозга, кровоизлияние в желудочки мозга, множественные ссадины правых затылочно-теменной и височной области, ранение шеи справа, с проникающим сквозным ранение носоглотки и другие повреждения, которые относятся к тяжким телесным повреждениям, опасным для жизни в момент причинения и от которых Треплов скончался 21 февраля 1994 года в клинике военно-медицинской академии.

Соседка Треплова показала, что, вернувшись домой около 20 часов обратила внимание, что входная дверь в квартиру была сломана, нижняя часть двери, ведущая в комнату к Треплову была выбита, а дверь открыта. В комнате у Треплова за столом сидел Родин и ел консервы, а на полу лежал окровавленный Треплов. После чего она побежала и вызвала скорую помощь и милицию.

Воспользовавшись этим Родин сбежал из квартиры, но был задержан у дома подъехавшим нарядом милиции.

Родин Владимир Федорович 1964 года рождения, ранее судим 7 раз за различные преступления, на момент ареста — не работал. Привлечен к уголовной ответственности за причинение умышленного тяжкого телесного повреждения, опасного для жизни и повлекшее за собой смерть потерпевшего.

Потерпевший Треплов Василий Борисович 1966 года рождения, нигде не работал, злоупотреблял спиртными напитками.

Уголовное дело № 801057 — 13 января 1993 года Сергей Ермаков (фамилии фигурантов изменены), вместе со своим братом Владимиром поехали встречать старый Новый год к своим знакомым супругам Гобеленам на улицу Хошемина дом 8. Сергей только недавно освободился из мест лишения свободы и никак не мог привыкнуть к свободе передвижения. Каждая поездка доставляла ему особое наслаждение. А чтобы прибавить побольше адреналину, он взял с собой револьвер. Оружие у него было спрятано еще до судимости. Вообще то Сергей был большой любитель оружия и собирал его по мере возможностей. Да и время было лихое: надо было уметь защищаться. Гобеленам, муж и жена хорошо их встретили, накрыли стол и стали встречать Новый год по старому стилю. Выпивки было достаточно и Сергей, уже отвык от такого количества, поэтому не выдержал напряжения и около 3 часов ночи вытащил револьвер, чтобы похвастаться, но не справился с управлением и нажал на курок. Хорошо еще, что револьвер был направлен в сторону, поэтому пуля попала в окно, только дыра образовалась. Все очумели, а Владимир, быстро подскочил к Сергею и забрал револьвер. На этом веселье кончилось и братья, собравшись, уехали домой. На следующий день Сергей приехал к приятелям, извинился за свое поведение и обещал поставить новые стекла., но видно было не суждено.

Умные учатся на чужих ошибках, а дураки, и на своих не могут. В ночь с 14 на 15 января 1993 года опять совместно с братом Владимиром, захватив с собой сумку, на Суворовском пр. сели в такси и поехали, куда именно, история об этом уже умалчивает, в сторону Выборгского района. На углу Энгельса и пр. Просвещения, Сергей попросил водителя остановиться, чтобы разменять деньги, для расчета за такси. Когда он подошел к киоску, на автомашине подъехали сотрудники милиции и попросили предъявить документы, а затем и досмотрели. В кармане у Сергея обнаружили складной нож с кнопкой. Затем задержали брата Владимира, который находился в такси, у него также был изъят складной нож. Оба ножа были впоследствии экспертом признаны холодным оружием, которые носить можно было только, имея специальное разрешение. А в сумке сотрудники милиции обнаружили револьвер с 37 патронами и самодельное взрывное устройство, являющееся самодельным боеприпасом типа ручной осколочной гранаты.

Ермаков Сергей Владимирович 1970 года рождения, ранее судим три раза, последний раз за злостное хулиганство, освободился из мест лишения свободы 22 ноября 1992 года, был привлечен к уголовной ответственности за повторное злостное хулиганство с особой дерзостью с применением огнестрельное оружия (это в отношении стрельбы у знакомых), а также за незаконное ношение, хранение, приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов, без соответствующего разрешения. Кроме того, за незаконное ношение, хранение, приобретение, изготовление взрывчатых веществ и незаконное ношение холодного оружия.

Ермаков Владимир Владимирович 1965 года рождения, ранее судим три раза, освободился 10 января 1992 года, был привлечен к уголовной ответственности за незаконное ношение, хранение, приобретение, изготовление боевых припасов и взрывчатых веществ без соответствующего разрешения, также незаконное ношение холодного оружия.

Уголовное дело № 533870 — это одно из дел, где зацепили членов ОПГ (организованная преступная группировка). 1 февраля 1996 года в помещение «Центра релаксации», расположенном на Невском пр. до 104 около 20 часов зашли двое мужчин: Рябой Алексей и Ветров Леонид. Они были хорошо знакомы со старшим смены Борисовым Иваном, который их и пустил в помещение. Кроме Борисова в центре находились еще двое рабочих Иванов, Петров и санитарка Смирнова. Борисов вместе с Рябым и Ветровым прошли в массажную комнату, где находилась Смирнова. Борисов попросил ее выйти, так как им надо поговорить. Находясь в соседней комнате, она слышала, что Ветров предъявил претензии к Борисову, что тот утаивает часть выручки от деятельности центра. Борисов стал доказывать, что все деньги отдает, затем послышались удары и крики Борисова о помощи. В помещение к ним попытался войти Иванов, но его ударили чем-то по голове, и он ушел. Из массажной вышел Рябой, в руках он держал полено, которое находилось у камина, и руки у него были все в крови. Он вымылся и вернулся назад, в массажную, крики Борисова продолжались, но туда больше никто не решался войти. Так продолжалось где-то полчаса. Затем Рябой и Ветров вышли и предупредили, что если кто-то из них что-либо скажет, то с ними будет то же, что с Борисовым и ушли. Зайдя в помещение Иванов и Петров обнаружили Борисова лежащим на полу и без сознания. Приехавшая скорая помощь установила, что Борисов был уже мертв. Приехавшим сотрудникам милиции Иванов, Петров и Смирнова побоялись рассказать об Рябом и Ветрове. В результате избиения Борисову были причинены открытая черепно-мозговая травма, перелом костей свода и основания черепа и другие телесные повреждения головы и тела, в следствие чего наступила смерть.

Только через полгода удалось установить и задержать Рябого, а Ветров скрылся и задержан был при совершении нового преступления: 27 октября 1996 года находясь в состоянии алкогольного опьянения был задержан сотрудниками ГАИ за управлением автомашины. Автомашина была изъята и поставлена на штрафную автостоянку, расположенную у дома: № 6 на ул. Робеспьера. После того, как сотрудники милиции уехали, Ветров под предлогом того, что надо забрать ценные вещи, сел в автомашину и уехал, сломав при этом ворота и 6 секций забора. Угнанная автомашины была обнаружена у дома 61 по ул. Чайковского и во дворе этого же дома, был задержан и Ветров.

Рябой Алексей и Ветров Леонид были привлечены к уголовной ответственности за нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших за собой смерть потерпевшего. Кроме того, Ветров был привлечен к уголовной ответственности за умышленное повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба.

«Библиофил»

Уголовное дело № 14076 было возбуждено 3 февраля 1977 года по фактам совершения Арсеньевым Валерием Александровичем краж книг из Государственной Публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина расположенной по адресу: гор Ленинград пл. Островского дом 1/3 следователем 3 отдела Следственного управления ГУВД Леноблгорисполкомов майором милиции Соколовой Ларисой Тимофеевной. Это одно из первых уголовных дел, по хищению ценных книг из Публичной библиотеки.

Как указано в обвинительном заключении «в ходе предварительного следствия установлено:

24 января 1977 года Арсеньев, читатель Публичной библиотеки был задержан в помещении библиотеки, при выносе им под пиджаком книги «Живописное обозрение» за 1885 год.

Это был последний шаг Арсеньева в длинной цепи совершенных им краж из крупнейших библиотек г. Ленинграда и первая нить к раскрытию преступной деятельности Арсеньева — организатора и руководителя группы по хищению и сбыту антикварной исторической литературы. Группы, которая своими действиями нанесла непоправимый и ничем невосполнимый урон культурному наследию исторического прошлого России».

Глава первая.

Маленький Валерий рос в обеспеченной семье: отец работал инструктором в райкоме партии, в то время это была весьма влиятельная должность, а мать в системе горпищеторга. Так что с детства ребенок ни в чем не нуждался и все его прихоти исполнялись. Тем более, что в семье он был единственным ребенком.

Но видно, что-то в генах передается по наследству. Отец его, несмотря на фамилию, был родом с Кавказа, где в давние времена абреки его тейпа, разбойничали на юге России и не терпели никакой власти над собой. Вот и юный отрок, несмотря на все воспитание, хотел брать от жизни все, что ему нравилось. Будучи приглашенным в гости со своими родителями на дни рождения, он пытался стянуть конфеты или игрушки и запрятать их под костюмчик, а когда его ловили и забирали, очень обижался и долго плакал, не понимая, почему его лишили, выбранного им подарка. В конце концов, родители перестали ходить в гости, зная за ним такие пристрастия. Все разговоры и наказания, что так поступать нельзя, мало влияли на него.

Так и рос Валерий, переходя из класса в класс, только с возрастом становился более изощренным в своих кражах. Мальчик он был хитрый, начитанный, хорошо учился, дружбу водил только с теми, кто безоговорочно ему подчинялся. Если и подбивал на неблаговидные поступки своих приятелей, то всегда оставался в стороне, когда тех ловили.

Шли годы и мелкие кражи, становились более серьезными. Где-то в классе седьмом, в один из дней появился в школе, в импортной куртке одноклассник Петя и так она понравилась Валерию, что он решил ее похитить. Хотя, в принципе, если бы он попросил свою мать, такая куртка ему была бы куплена. Но это не устраивала Валерия и он, пользуясь своей властью над приятелем Сергеем, велел ему похитить куртку и спрятать во дворе, в то время, когда сам находился в классе. После обнаружения кражи, все подозрения пали на кого угодно, только не на Валерия, а приятель Сергей, его не выдал.

В другой раз, он вместе с тем же Сергеем и еще одним мальчишкой, поймали на улице Николая Матвеева, у которого в руках был магнитофон. Под угрозой избиения отобрали магнитофон и велели вести к себе домой за деньгами. Несмотря на то, что дома была бабушка, в ее присутствии, забрали у Николая деньги, под предлогом того, что он им был должен и ушли вместе с магнитофоном. Пока бабушка разбиралась, что к чему, ребят и след простыл. Но в этот раз, по заявлению родителей Николая было возбуждено уголовное дело, и всех фигурантов грабежа установили. Отцу Валерия пришлось задействовать все свои связи, чтобы дело прекратили. Пошли навстречу ему только потому, что всем мальчишкам было по 16 лет.

Школу Валерий окончил с хорошими оценками и по протекции родителей поступил в институт, на факультет журналистики. Учеба в институте, особенно ничего не изменила в жизни Валерия: жил он за счет родителей. К тому времени познакомился с женщиной, Еленой, которая была старше его на 7 лет, разведенной и с малолетним ребенком. Родителей эта связь никак не устраивала, так как они планировали, что сын женится на девушке из их круга. Но решили не препятствовать, зная своенравный характер своего ребенка. Думали, перебесится, надоест и найдет другую женщину. Но Валерия, Елена полностью устраивала: покладистая, ласковая, стремилась угодить ему во всем и угадать все его желания. Валерий переехал к Елене, несмотря на все протесты родителей, и продолжал учиться. Елена бросила работу, и жили они на помощь родителей Валерия.

После окончания института Валерия устроили работать в городскую газету и поручили вести «светскую» хронику. Это не в том понятии, как в настоящее время, тогда олигархов не было и «золотой» молодежи то же. Но были презентации различных достижений советской промышленности на предприятиях, пленумы, собрания, совещания, которые, обычно заканчивались застольем. Чего в магазинах не было, то там было в полном объеме: коньяк, водка, вино и все высшего качества, икра, рыба, колбаса. Чего только душа желает. Валерию так понравились все эти мероприятия, что он стал постоянным посетителем на них, даже если его и не приглашали. При этом дозу принятых спиртных напитков, он явно не регулировал. Поведение молодого журналиста стало привлекать внимание организаторов торжеств, и они попросили оградить их от его посещений. Вмешательство отца не помогло, и перевели Валерия в газете на спортивную тематику.

Но привычка к возлияниям, стала сказываться. Теперь Валерий уже искал, где бы и с кем выпить. Появление на работе в нетрезвом виде, частые опоздания, вовремя не сданные материалы в газету, привели к тому, что Валерия попросили уволиться. По рекомендации отца его устроили в малотиражку, заводскую газету, но и там он долго не продержался. Отцу уже надоело с ним возиться, и он решил, что пусть сам Валерий выживает, может тогда, за ум возьмется. Мать, конечно, не оставила сыночка без материальной помощи, но давала деньги только на питание. Елена не работала и уже не хотела работать, ссылаясь на занятость с ребенком. Видя, в каком состоянии, приходит Валерий домой, решила, что деньги доверять Валерию нельзя и отбирала. Мать Валерия не возражала, понимая, что другого пути нет. Хорошо еще, что Елена не выпивала. Такое положение финансовых дел, Валерия совершенно не устраивало, т. к. на выпивку нужны были деньги и без этого, он уже не представлял себе дальнейшее существование.

Глава вторая.

Работая в газете, ему приходилось бывать в библиотеке, готовить материалы к публикации. И здесь он обратил внимание, что на стеллажах, в свободной выкладке, лежат книги, которые представляют собой историческую ценность. Поинтересовался у букинистов о приблизительной стоимости таких книг, цена колебалась от 2 рублей до 10 рублей. А бутылка водки, в то время стоила 2 рубля 87 копеек. Игра стоила свеч. Только ведь Валерий не привык сам рисковать. Но деваться было некуда.

С удостоверением журналиста, он был записан в Публичную библиотеку им. Салтыкова-Щедрина, библиотеку Академии Наук СССР, библиотеку им. Горького Ленгоруниверситета. В читальном зале на посетителей, сотрудники библиотеки, особого внимания не обращали: публика была солидной, уважаемой: профессора, доценты, журналисты и студенты, весь народ прилежный. Каждый по абонементу получал нужную книгу и работал. Если возникала необходимость, то за столом оставлял книгу и шел искать нужную, даже в другом зале.

Валерий уже примелькался в библиотеках, хотя внешний вид его уже не соответствовал званию журналиста, и пиджак местами лоснился, требовал чистки, и физиономия была уже слегка помята, и если принюхаться, то разило спиртным. У работников библиотеки все это не вызывало подозрения до поры до времени. Мало ли у человека могут быть какие-либо проблемы.

Валерий, как бы подготавливая статьи для газеты, стал изучать систему организации работы библиотеки и их сотрудников, каким образом они отслеживают за движением книг. На входе в библиотеку дежурил милиционер, и это убеждало сотрудников, что никто не решится похищать книги и нести их мимо милиционера.

Валерий решил начать с журналов, которые лежали на полках, в свободном доступе, при этом читатель был вправе взять его и перейти в другой зал. Этим и воспользовался Валерий. В один из дней февраля 1972 года он взял два журнала «Коннозаводство», запрятал за пояс брюк и пошел на выход. Проходя мимо милиционера, Валерий почувствовал, что вспотел и сердце его бьется, как овечье, когда ее тащат под нож. Но тот мельком взглянул на проходившего мимо Валерия, снова углубился в чтение книги. Выйдя из библиотеки, Валерий свободно вздохнул и направился домой. Зайдя в квартиру, Валерий расположился за столом, взял резинку и стал тереть на 17 странице журнала, пытаясь убрать штамп библиотеки. Занятие Валерия привлекло внимание Елены, подойдя к столу, она стала молча наблюдать за ним. Валерий корпел, но стереть штамп ему не удавалось. Понаблюдав за ним некоторое время, Елена забрала журнал, принесла лезвие и аккуратно срезала со страницы штамп, таким же образом, это она сделала и на странице 33 и возвратила журнал Валерию. Осмотрев результаты работы Елены, Валерий только сказал: «Молодец», оделся и ушел. Направился он в ближайший букинистический магазин. Зайдя в него, Валерий подошел к продавцу и предложил купить журналы. Мельком взглянув на них, она отправила его к товароведу. Та, небрежно полистав журналы, выдала Валерию 10 рублей. Купив бутылку водки, он направился домой, где вместе с Еленой они отпраздновали первую удачную кражу из библиотеки. Таким образом, Елена стала соучастницей хищения книг из библиотеки.

Видя безалаберность сотрудников библиотек и охраны, Валерий наглел все больше. Теперь он уже выбирал книги, представляющие собой историческую ценность: «Античное искусство» Ривкина, «Письма Ноа-Ноа» Гогена, «Французская готика» Лясковской и так далее. Книги он приносил домой, где вместе с Еленой уничтожал на книгах инвентарные номера и штампы, а затем он или Елена сбывали их в букинистические магазины по всему городу.

Опасаясь привлечь к себе внимание, постоянно сдавая книги в магазины, Валерий решает привлечь к этому своего приятеля Сергея Петухова и его жену. Воруя книги из библиотек, он часть передавал Сергею и тот уже вместе со своей женой, уничтожал инвентарные номера и штампы, сдавал в букинистические магазины и часть денег, возвращал Валерию. Таким образом, преступная группа Валерия Арсеньева продолжала действовать до января 1977 года. За этот период времени их трех библиотек Ленинграда было похищено 1373 книги общей стоимостью 15615 рублей 82 копейки, представляющих историческую ценность для города.

Но, как говорится в пословице: «Сколько веревочке ни виться, а конец будет». Пропажа книг, журналов в таком количестве, в конце концов, привлекло внимание сотрудников библиотек, и они стали искать виновников: приходили дежурить ранним утром, наблюдали за уборщицами, за окнами, и никто не догадывался, что может воровать читатель. Но в один из дней, а именно 24 января 1977 года сотрудница библиотеки, обратила внимание на Арсеньева, который выходил из зала и под тканью брюк вырисовывался силуэт журнала. При попытке скрыться, Арсеньев был задержан и у него изъято в большом переплете из 50 журналов «Живописное обозрение».

Теперь уже и остальные сотрудники стали вспоминать, что видели Арсеньева у стеллажей, откуда пропадали книги и журналы, что он долго находился у полок с книгами, и было непонятно, что он там делал, что его внешний неопрятный вид и запах спиртного вызывал подозрение, но следить за ним никто не решался.

Были вызваны сотрудники милиции и Арсеньева доставили в отдел милиции. Учитывая, что накануне во всех трех библиотеках были выявлены существенные недостачи книг, задержание Арсеньева привело к тому, что было возбуждено уголовное дело, и в квартире у него был проведено обыск. В результате, которого у Арсеньева Валерия было изъято 59 книг, похищенных из трех библиотек города: Государственной Публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина расположенной на пл. Островского дом 1/3, филиала этой библиотеки, расположенной на Краснопутиловской ул. дом 109, библиотеки Академии Наук СССР расположенной на В.О. Биржевой линии дом 1 и библиотеки им. Горького Ленгосуниверситета расположенной на Университетской наб. дом 7/9.

Глава третья.

Следователь Соколова Лариса Тимофеевна, находясь у себя в кабинете, еще раз перечитывала материалы проверки, которые послужили основанием для возбуждения уголовного дела, в ожидании, когда к ней оперативники доставят Валерия Арсеньева. «Если бы не книги, изъятые у него при обыске, можно было бы и не ставить вопрос об аресте», — подумала Лариса Тимофеевна. Дело ей представлялось не сложным: обычная кража, какие она расследовала десятки. В двери постучали и в кабинет вошли Александр Пастухов и Петр Николаев, оба работали в УБХСС, ведя за собой молодого парня.

«Вот, Лариса Тимофеевна, привели к вам «злодея», знакомьтесь: Арсеньев Валерий, не состоявшийся журналист и расхититель социалистической собственности, он же библиофил, использовавший свои знания, которые ему дало государство, для похищения книг, представляющих историческую ценность», — так пафосно произнес свою речь Александр, явно рассчитанную на преступника.

Перед Ларисой Тимофеевной стоял молодой мужчина, довольно привлекательной внешности, но лицо его уже носило следы злоупотребления спиртными напитками, осунувшиеся щеки, бегающие глаза, которые с тревогой смотрели на следователя, как был, спрашивая: «Что вы со мной сделаете?».

«Присаживайтесь Валерий», — сказала Лариса Тимофеевна, — побеседуем с вами. Расскажите, как вы совершали кражи».

«Я прошу прощения», — сказал опять Александр, — Валерий написал собственноручно чистосердечное признание, весьма интересно вам вначале его почитать», — и протянул несколько листов.

Из объяснения следовало, что Валерию сбывать книги помогали его жена Елена, приятель Сергей с женой Натальей. Видно было, что оперативники хорошо поработали с Валерием.

«Ну, что ж», — сказала Лариса Тимофеевна, — надо срочно проводить обыск еще у Сергея с Натальей».

«Мы готовы, — ответил Александр, — ждем постановление»

Отпечатав постановление, Лариса Тимофеевна передала его оперативникам и те направились его выполнять, а сама приступила к допросу Валерия. Главное теперь было закрепить его показания, где и когда он совершал кражи книг, кто ему помогал. Валерий был явно напуган, но показания из него приходилось вытягивать. Сам не рассказывал и только подтверждал, то, что им было написано ранее.

Через некоторое время позвонил Александр и сообщил, что при обыске у Сергея было изъято 38 книг из различных библиотек города. Ларисе Тимофеевне стало ясно, что теперь предстоит работать с группой расхитителей, сколько они похитили книг и откуда, только предстоит установить, а Валерия надо будет арестовать.

Пока оперативники везли Сергея с женой и книгами, Лариса Тимофеевна выписала постановление о задержании Валерия на трое суток и закончила допрос. Ей предстояло забыть о выходных, закрепить имеющиеся доказательства по краже и подготовить санкцию на арест прокурором города.

Допрос Сергея и его жены подтвердил, что они, приблизительно с августа 1975 года стали оказывать помощь Валерию в сбыте книг, которые он крал из библиотек. Книги Валерий приносил к себе домой или они ожидали его у библиотеки. Затем уничтожали штампы, инвентарные номера на книгах и сдавали их в различные букинистические магазины, а деньги делили пополам. Валерий рассказывал им, что похищал книги с 1972 года и его никто не может поймать, так как он хорошо изучил работу сотрудников библиотек и знал где и когда можно украсть книги и не быть пойманным. Длительность совершения преступления Валерием, убедило их в том, что никто их не поймает, и преступление, останется безнаказанным. Поэтому они и согласились оказывать ему помощь в реализации похищенного.

Ввиду чистосердечного признания Сергея и его жены, Лариса Тимофеевна не стала их задерживать и отпустила домой под подписку о невыезде. Вопрос об аресте Валерия был решен положительно, так как доказательств его вины было предостаточно и у прокурора города никаких сомнений не возникло.

Теперь предстояла самая нудная и тяжелая часть работы по уголовному делу: установить объем хищения, т. к. Лариса Тимофеевна была уверена, что Валерий не все рассказал. Были оперативникам переданы постановления о необходимости проведения ревизии во всех трех библиотеках и даны задания на проверку всех букинистических магазинов, изъятие квитанций на сдачу книг, карточки из каталогов, читательский билет Арсеньева, и массу других документов, подтверждающих совершение краж Арсеньевым, назначить криминалистические и товароведческие экспертизы.

При допросах, многие сотрудники библиотек, подтвердили, что хорошо знали в лицо Арсеньева, так как он часто посещал библиотеки, но уследить за каждым посетителем у них просто не было возможности, в зале постоянно находилось свыше 50 читателей. Исчезали книги и журналы, которые представляли собой историческую ценность, и восполнить потери библиотечного фонда им, навряд ли удастся.

Проведя все предварительные следственные действия, Лариса Тимофеевна решила съездить в изолятор и еще раз допросить Арсеньева. В кабинет к следователю Валерий вошел уверенной походкой и весело спросил: «Ну, как у нас дела? Скоро дело будем закрывать?» Видно было, что нахождение в следственном изоляторе и «советники» по камере, придали ему уверенности.

«Не все так просто в вашем деле, чтобы его заканчивать. Мы ведь так и не установили, сколько вы украли», — ответила Лариса Тимофеевна.

«Да что там одной книгой больше или меньше, ведь это не на что не влияет. Закончим быстро дело, вам показатель и мне недолго здесь околачиваться. Я на зону быстрей хочу», — сказал Валерий.

«Быстро же ты освоился», — подумала Лариса Тимофеевна и спросила: «А как долго вы воровали книги с библиотек?»

«Да незадолго до того, как меня поймали», — ответил Валерий.

«Но в прошлый раз, при допросе вы говорили о нескольких годах?»— опять спросила Лариса Тимофеевна.

«Это оперативники меня заставили, — ответил Валерий, — я оговорил себя».

Теперь уже стало ясно, Ларисе Тимофеевне, что теперь от Арсеньева ждать правдивых показаний не стоит. Началась кропотливая работа по собиранию доказательств. Первые результаты из букинистических магазинов показывали, что Арсеньев и его жена Елена начали сдавать книги еще в 1972 году, таким образом, подтверждая показания Сергея и его жены. В дальнейшем, это нашло подтверждение и проведенными ревизиями в библиотеках. Кражи ценных книг и журналов начались в 1972 году и из года в год все увеличивались. Особенно много было похищено в 1976 и 1977 годах. Это книги, которые были изданы в 18–19 веках и сотни лет служили людям, героическими усилиями сотрудников библиотек были сохранены в блокадном Ленинграде, но были похищены и бесследно пропали.

Так, изо дня в день, по крупицам, собирались доказательства совершения краж книг из библиотек преступной группой Арсеньева Валерия Александровича, необходимо было сопоставить данные полученные из библиотек с данными букинистических магазинов, а это тысячи книг, к том же еще и провести необходимые экспертизы. Расследование по делу шло свыше года, и только в декабре 1978 года было направлено в городской суд для рассмотрения.

Арсеньев В.А. был привлечен к уголовной ответственности по ст.93-1 УК РСФСР за хищение в особо крупных размерах, а его соучастники за пособничество в хищении в особо крупных размерах. Все участники преступления были осуждены и приговорены к длительным срокам лишения свобод.

Уголовное дело № 362181- Нападение на таксиста.

Глава первая.

Декабрь 1995 года. Санкт — Петербург. Водитель такси Герман находился у метро «Чернышевская», поджидая кого-либо из пассажиров. Целый день пришлось мотаться по городу и теперь, в начале первого ночи, пассажиров было не видно. На улице сыпал мокрый снег, с Невы дул ветер и редкие прохожие бегом мчались домой, к теплой постели. Герман с тоской вспомнил, свою квартиру и теплый бок жены. Вот где ему бы находиться, но приходилось мотаться на автомашине, зарабатывать деньги. Обстановка в стране было тяжелая: работы практически не было и ему с высшим образованием, ведущим специалистом научно-исследовательского института, кандидату технических наук, приходилось работать на такси, чтобы иметь возможность прокормить семью. Так и задремал Герман в автомашине, ругая себя, свою страну и тех, кто придумал все это на его голову. Неожиданно раздался стук в окно. Герман открыл глаза и увидел мужчину, опустил стекло и сказал: «Я слушаю». Мужчина спросил: «Отвезешь в Гатчино?» «Пятьдесят тысяч» — ответил Герман. «Нет вопросов» — сказал мужчина и протянул деньги одной купюрой. Повернулся назад и сказал: «Садитесь». Только тут Герман обратил внимание, что за ним стояли еще двое мужчин и девушка. Как только отъехали, мужчина, с которым он договаривался, попросил, что надо подъехать на минуту к дому № 4 по улице Чайковского. Дорога заняла несколько минут. Мужчина вышел, а когда вернулся, Герман увидел, что тот вытащил обрез из-под куртки и приставив ему в бок сказал: «Деньги давай». Герман вынул 50 тысяч рублей, которые ему передал мужчина и их отдал. Но тот сказал: «Нет, ты все отдавай, что заработал». Герман вынул и отдал еще 40 тысяч рублей и сказал: «Больше нет». Девушка, сидевшая сзади, закричала: «Сергей! Ты что совсем озверел, что ты делаешь?» «Заткнись, дура, — ответил Сергей, — иначе выкину тебя из машины». Затем передал обрез второму парню и сказал: «Держи, Коля его на мушке, если что — стреляй». Тот взял обрез и приставил ему к голове и сказал: «Не дергайся, могу выстрелить случайно», и засмеялся. Герман почувствовал запах алкоголя и понял, что-мужики-то все пьяные. Девушка опять сказала: «Коля, убери хоть оружие от головы, дороги плохие, тряхнет нас, и ты действительно случайно выстрелишь». «Не бойся, Светка, случайно не нажму, пусть не дергается». Второй парень рядом со Светой сидел молча. На улицах было пустынно, милиции не было видно. Герман молча управлял автомобилем, а у самого спина мокрая стала. Он понимал, что его вряд ли оставят в живых, когда доедут до Гатчино. «Надо выскочить и бежать, как только представится возможность», — подумал Герман и надавил незаметно на ручку дверцы. При подъезде к Гатчино был пост ГАИ и Герман с надеждой ждал его появления. Вдали показался пост, Герман увидел, что горел свет и около него были люди. Не доезжая до поста метров 50, Герман резко затормозил и выскочил из автомашины. С криком: «В автомашине бандиты с оружием», он бросился к посту. Хорошо, что милиционеры попались толковые, быстро сообразили, вытащили пистолеты и побежали навстречу. Из поста ГАИ выскочили еще двое милиционеров, уже с автоматами и бросились за ними следом. Сидевшие в автомашине, по всей видимости растерялись, и не высовывались. Милиционеры окружили автомашину со всех сторон и скомандовали: «Выходите по одному, оружие выбросить, и с поднятыми руками». Из автомашины выбросили обрез, а затем по одному и вылезли все четверо. Герман смотрел на них и его всего трясло, ему не верилось, что все уже позади.

Глава вторая.

Слепнев Николай 1954 года рождения был ранее неоднократно судим, освободился летом 1994 года, последний раз он отсидел за хулиганство 6 лет, нигде официально не работал. Со его слов существовал на случайные заработки. Проживал в коммунальной квартире один, занимая одну комнату. При расследовании уголовного дела свою вину не признал и заявил, что вечером 30 ноября 1995 года, когда он вернулся домой, там был уже его приятель Черный Петр со своей девушкой Светланой и Сергей Плетнев, тоже его знакомый. Они распивали спиртные напитки, и он присоединился к ним. Затем Сергей вытащил винтовку, заявил, что приобрел для себя и предложил ему сделать из нее обрез. Николай согласился, и они оба с помощью ножовки, обрезали ствол и приклад. Затем Петр предложил поехать в Гатчино, к его бабушке за продуктами. Все согласились, и они вышли на улицу. Недалеко от метро взяли такси. Николай попросил водителя заехать куда-то на Белинского, а когда вернулся вытащил обрез и наставил его на водителя, потребовал деньги, забрал их, затем велел везти бесплатно в Гатчино. Опасаясь, что Сергей может случайно выстрелить, он забрал у него обрез и предупредил водителя, чтобы тот вел себя спокойно, водителю не угрожал и обрез на него не наставлял. У поста водитель выскочил из автомашины и бросился к сотрудникам милиции, после чего он был задержан.

В процессе обыска на квартире у Слепнева было обнаружено и изъято 4200 граммов смесевое взрывчатое вещество на основе аммиачной селитры и динитронанафталина.

По данному поводу Слепнев заявил, что не знает откуда появилось у него на квартире взрывчатое вещество, ранее у него его не было.

Следствие признало наличие состава преступления только в действиях Слепнева и Плетнева, а Черного и его девушку Светлану признали свидетелями по делу.

На очных ставках с потерпевшим и свидетелями Черным и его девушкой Светланой, Слепнев все отрицал и настаивал на своих показаниях.

Глава третья.

Плетнев Сергей 1961 года рождения также неоднократно судимый. Последний раз отбывал наказание за разбой, был осужден на 8 лет лишения и освободился в 1993 году. В ходе расследования свою вину за разбойное нападение не признал, заявил, что он совершил хулиганство, а не разбой. В своих показаниях утверждал, что 30 ноября 1995 года вечером он пришел в гости к Слепневу Николаю, с которым был ранее знаком. Там уже находились Черный, его девушка и Слепнев. На кухне он обнаружил винтовочный обрез, кому он принадлежал ему неизвестно было, и он не интересовался. Вместе с о Слепневым он укоротил винтовочный ствол. Затем они решили ехать к бабушке Черного за продуктами. Обрез с собой взял Черный, зачем он не знает. У метро взяли такси, с водителем он договорился и передал ему 50 тысяч рублей. На улице Белинского они остановились, он вышел по свои естественным надобностям, с ним вышел и Чернов, который ему передал обрез, так как тоже справлял естественные надобности. Поэтому он с обрезом в руках и сел в автомашину. Может и задел водителя, но ему не угрожал. В автомашине между Слепневым и водителем возник скандал, так как водитель стал требовать от них еще деньги в размере 150–200 тысяч рублей. Тогда он потребовал от водителя вернуть ему 50 тысяч рублей, которые передал. Водитель отдал деньги, какую сумму, не обратил внимание. Водителю ничем не угрожал и умысла совершить разбой у него не было. С винтовки действительно сделали обрез и затем его носил, поэтому вину в этом свою признает. Откуда на квартире у Слепнева появилось взрывчатое вещество, он понятия не имеет и не знал об этом.

На очной ставке с потерпевшим и свидетелями признал, что именно он принес на квартиру винтовку, которую нашел на улице и наставлял на водителя, желая его попугать, что тот отвез их в Гатчино.

Глава четвертая.

К уголовной ответственности были привлечены Слепнев Николай и Плетнев Сергей за разбойное нападение с применением оружия с целью хищения чужого имущества по ст.146 ч.2 п.п. «А» и «Б» УК РСФСР, за неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения, соединенное с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья по предварительному сговору группой лиц по ст.148-1 ч.3 УК РСФСР, за незаконное изготовление, хранение и ношение огнестрельного оружия по ст.218 ч.1 УК РСФСР. Кроме того, Слепнев Николай был привлечен к уголовной ответственности за незаконное приобретение и хранение взрывчатого вещества по ст.218 ч.1 УК РСФСР.

Слепнев Николай и Плетнев Сергей были осуждены Дзержинском районным народным судом Санкт-Петербурга к длительным срокам лишения свободы.

Уголовное дело № 256474 — «Оборотни».

В апреле 1990 года Сергей освободился из мест лишения свободы. За свои 32 года жизни, он успел уже 6 раз там побывать. Поэтому жизнь за колючей проволокой была более привычной. А на свободе надо работать, работать и еще раз работать. Страна переживала сложный период в своей истории, стояла на грани развала и многие, даже из работяг, не знали, как им приспособиться к новым условиям.

Прописавшись у матери в области, Сергей вместе со своим приятелем Федором, уехали в город на «заработки». Федор тоже пару раз побывал в местах не столь отдаленных, не работал, и ему был понятен и не чужд образ жизни Сергея. Оказавшись в городе, друзья решили начать свою деятельность, прямо тут, на вокзале. Обходя зал за залом, они обратили внимание на мужчину, явно нездешнего, приезжего, который с интересом разглядывал игровые автоматы. ««Явно деревня», — сказал Сергей. И тут же добавил: «Пошли, раскатаем».

Петерис Янис приехал в Питер на пару дней и ночью должен был отбыть в родную Латвию. До отбытия поезда коротал время, наблюдая за игрой детей на автоматах. Сергей и Федор подошли к нему и представились: «Капитан Иванов и лейтенант Петров! Предъявите ваши документы». Янис, ничего не подозревая, вынул из кармана куртки паспорт и протянул Сергею. Ознакомившись с документами, Сергей спросил: «С какой целью приехали в город?» «Да по делам, надо было кое-что купить», — ответил Янис. «Вам придется пройти с нами в отделение» — сказал Сергей. «Я ничего не сделал», — стал утверждать Янис. «Для проверки личности», — ответил Сергей. Они вышли во двор вокзала и тут Сергей спросил: «А что в карманах куртки? «Ничего, только деньги», — ответил Янис. «Снимайте куртку» — приказал Сергей. Янис снял куртку и передал ее Сергею. Тот привычными движениями ощупал карманы и вытащил 5 рублей, в купюрах: три и два по рублю. Деньги положил себе в карман, а куртку передал Федору. Какая-то тень сомнения мелькнула в голове у Яниса и он спросил: «А куда мы идем? Милиция ведь в другой стороне». «Ты нам больше не нужен», — рассмеялся Сергей и они направились на выход из двора. Янис понял, что его ограбили и побежал за ними, крича: «Отдайте деньги и куртку». Сергей развернулся и нанес Янису удар в лицо, отчего тот упал, после чего совместно с Федором, нанесли еще несколько ударов ногами по лежащему. Развернулись и пошли дальше. Но Яниса это не испугало, он вскочил и побежал за ними. ««Ты достал меня», — сказал Сергей и вытащил из кармана складной нож, развернул его, — пойдешь дальше зарежу». Янис остановился, но тут увидел, что во двор вокзала въезжает милицейская автомашина и побежал к ним. Друзья увидели тоже милиционеров и рванули в другую сторону, побежали к ближайшим домам.

Пока Янис объяснял работникам милиции, что его ограбили, пока те сообразили, что надо делать, Сергей и Федор скрылись в близлежащих домах. Милиционеры посадили Яниса в автомашину и направились на розыск преступников. Под аркой одного из домов они увидели брошенную куртку, которую Янис опознал, и они начали проверять парадные, где и наткнулись на Сергея. В кармане у Сергея обнаружили паспорт Яниса и деньги в сумме 5 рублей и складной нож. В следующей парадной был обнаружен и Федор. Оба преступника отрицали свое участие в совершение преступления. Они заявили, что Янис добровольно им отдал деньги для совместной выпивки, а куртку для продажи. Изъятые паспорт, деньги и куртка полностью изобличали Сергея и Федора в совершенном преступлении. Оба были арестованы и привлечены к уголовной ответственности за разбой, совершенный группой лиц, с насилием опасным для жизни и здоровья потерпевшего. Суд учел имеющиеся ранее судимости и осудил их на длительное лишение свободы.

Уголовное дело № 840048 — Наказание за секс.

22 октября 1998 года следственным отделом Центрального РУВД гор. Санкт-Петербурга было возбуждено уголовное дело в отношении Гаврикова А.П. и Гаврикова Е.А. по факту причинения тяжких телесных гр. Быкову В.П.

Как было установлено в ходе проведения предварительного расследования семья Гавриковых состояла из отца Алексея, матери Татьяны и двух сыновей Евгения 25 лет и Анатолия 10 лет, проживали они в коммунальной квартире по адресу: гор. Санкт-Петербург Суворовский пр. дом 10 кв.1, где занимали одну комнату.

Мать с отцом фактически были в разводе, и Татьяна обзавелась любовником Быковым, который часто оставался ночевать у них в квартире.

21 октября около 8 часов в Мариинскую больницу был доставлен с травмой головы гр. Быков В.П. По заключению эксперта ему были причинены следующие телесные повреждения: ушиб головного мозга средней тяжести со сдавлением левого полушария, острой субдуральной гематомой объемом 80-100 мл., гематома правой скуловой области, перелом костей носа со смещением, ссадины лобной и височной области, ссадины грудной клетки. Потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно показаний Евгения, вечером 20 октября он, отец с матерью и ее сожитель распивали технический спирт, затем улеглись спать. Отец с младшим братом легли спать на одном диване, Евгений лег спать на втором диване, а мать с Быковым улеглись спать на полу. Около 3 часов ночи он проснулся от шума и увидал, что мать с Быковым совершают половой акт. Его это очень возмутило и разозлило, он стащил Быкова с матери и стал избивать. От шума проснулся отец и то же подключился к нему, как только он узнал, что произошло. Вдвоем они вытолкнули Быкова на лестничную площадку и спустили на первый этаж. Сколько конкретно каждый из них нанес Быкову ударов, он сказать затрудняется. Утром, уходя на работу, на первом этаже он видел спящего Быкова, рядом с которым сидела его мать.

В содеянном он раскаивается, и полагает, что виной всему явилось провокационное поведение матери и ее сожителя.

Допрошенный в качестве обвиняемого Гавриков Алексей свою вину признал полностью и показал, что умысла причинить тяжкие телесные повреждения Быкову у него не было. Ночью он проснулся от шума и увидел, что старший сын Евгений бьет Быкова, а когда узнал за что, то решил проучить того, чтобы при детях не занимались «любовью».

Допрошенный в качестве потерпевшего Быков показал, что сожительствует с Гавриковой Татьяной около трех лет. Хорошо знает ее мужа и детей, отношения с ними были хорошие. По какой причине его избили отец и сыном, он не знает.

Суд учитывая смягчающие вину обстоятельства не стал прибегать к суровому наказанию, а избрал меру, не связанную с лишение свободы.

Приватизатор.

Как у нас умеют приватизировать, мы все знаем. Кто ближе к кормушке и, кто не жадный, тот всегда выигрывает. Придумали у нас конкурсы по государственным проектам, но кто-то придумал, и кто-то научил их обходить. Появились фирмы, которые никогда не работают, но зато активно включаются в процесс участия в конкурсе на получение заказа. Никто не проигрывает, все довольны, в том числе и те, кто проводит конкурсы. Вот и в этом уголовном деле, проявились «незаинтересованные» стороны.

Николай Иванович Петренко вышел от губернатора в отличном настроении. Наконец-то его мечты начали сбываться, и близок тот час, когда он сможет махнуть рукой на этот город, страну и всех послать подальше. Теперь главное, это заработать четыре миллиона долларов, чтобы обеспечить себя и свою семью на всю оставшуюся жизнь, конечно, за рубежом и не ближним, а куда подальше, чтобы никто достать не смог. Почему четыре миллиона? Так умные люди посчитали, что этих средств хватит там, далеко-далеко. От этих мыслей он почувствовал большой прилив сил и бодрости. Только что его вызвал губернатор и предложил занять кресло директора департамента государственной собственности области.

Разговор получился, они сразу поняли друг друга. «Николай Иванович! Мы хорошо знаем друг друга. За тебя поручились очень уважаемые люди, — заявил губернатор, — теперь настала твоя очередь руководить и работать на благо области. В первую очередь, ты должен будешь обеспечить поступление средств в фонд области, от этого зависит ее развитие и процветание». «Так точно, Владимир Петрович! — по-военному ответил Николай Иванович, — (хотя никогда в армии не служил), — за это можете не беспокоиться». «Ну вот и хорошо. Приступай», — сказал губернатор. Фонд области, это негласный сбор средств, которым распоряжается лично губернатор и как он распределяется, знает только он. Но Николая Ивановича это не беспокоило, главное, что теперь он будет решать, кому и за сколько чего-нибудь из областного имущества продать, это теперь к нему будет очередь стоять из желающих что-нибудь «откусить от государственного пирога».

Николай с отличием закончил государственный университет в 1997 году, факультет юриспруденции. Как отличник и активист был направлен на работу в администрацию губернатора, юридический отдел. С первых дней работы он обратил внимание на себя начальника отдела, Митрофанова Петра Федоровича. Умеющий улавливать мысли руководства, как толковый специалист, он всегда предлагал решать предстоящую задачу в русле тех решений, которые устраивали руководство. А еще больше он стал нравиться Петру Федоровичу, когда тот познакомил его с своей дочерью, и Николай стал усиленно за ней ухаживать. Свою прежнюю подругу по университету, Настю, он тут же забыл, так как она была, как и он, приезжей и им двоим ничего хорошего не светило. А женитьба на дочке Петра Федоровича, Екатерине, решала все проблемы сразу и карьеру дальнейшую обеспечивала. Через год он был уже зятем Петра Федоровича и старшим юристом.

А работы было много: все договора, которые заключала администрация губернатора визировались в юридическом отделе и от их заключения очень много зависело. Петр Федорович постепенно вводил в дело своего молодого коллегу и зятя, тем более, что тот был благодарным учеником. Первый конкурс, который обеспечивал Николай, был договор со строительной фирмой Главстрой, это было выделение земли, под строительство нового жил. массива. Деньги за выделение, получил лично Николай и принес своему начальнику полностью. Тот пересчитал и сказал: «Молодец! Вот тебе 10 %». Конечно 10 %, это очень мало, но и их хватило, для покупки двух комнатной квартиры. Так и пошла работа, а с ней и карьера Николая. Через три года он был уже заместителем начальника отдела и уже ему заносили конверты, из которых он выделял 10 %, но ему по-прежнему оставались те же 10 %. Через пять лет Петр Федорович решил, что пора освободить дорогу молодым и ушел на пенсию, отдел возглавил Николай, теперь уже Иванович. Деньги, конечно, были, но не те. Ведь Петр Федорович то же делился и забирал себе все те же 10 %, остальные шли наверх. Поэтому до вожделенных четырех миллионов «баксов» было далеко.

Назначение на должность директора департамента меняло все в корне, теперь можно было развернуться в полной мере. Только надо было не спешить и подготовить кадры. Ведь еще Сталин говорил, что кадры решают все, и эту истину Николай Иванович усвоил очень хорошо. Ведь вместо далекой и столь желанной заграницы, можно очутиться там, где обо всем придется позабыть. К себе в заместители Николай Иванович взял из юридического отдела, проверенного кадра в боях за распределение средств. Тот еще двоих юристов пригласил. Так сложилась проверенная команда, и никто выше своего непосредственного руководства, не знал, кто брал деньги и куда они уходили. Деньги брали и передавали. Вопросы решали всем на удовольствие.

В один из дней на прием к Николаю Ивановичу пришел депутат законодательного собрания Криворучко Семен Михайлович, который был известен в области как один из богатейших людей России и обладатель многих «заводов, газет, пароходов» и прочего имущества. Семена Михайловича интересовали перспективы продажи пакета акций предприятий, принадлежащих области. Так они познакомились и родилась их «дружба».

Семен Михайлович умел ладить с людьми, особенно с нужными. В свое время он приехал с Украины для поступления в институт и тут осел. В институте он стал одним из активных комсомольцев, комсоргом, возглавлял студенческие отряды на стройках народного хозяйства. Поэтому никто не удивился, когда после окончания учебного заведения его направили в райком партии, секретарем по работе с молодежью. А тут и Горбачев к власти пришел, началась перестройка, кооперативы. Одним из первых Семен сообразил перспективу его развития и ушел в бизнес. Много чем пришлось ему заниматься: шил и продавал джинсы, под импортными марками, привозил из-за границы автомашины, компьютеры и прочее. Семен Михайлович видел будущее в бизнесе и его перспективы, поэтому он и стал одним из богатейших людей области, а для своей безопасности, стал депутатом законодательного собрания.

Несмотря на разницу в возрасте, Николай Иванович и Семен Михайлович сдружились не на шутку. Выходные, обычно, проводили вместе со своими семьями, по субботам ходили в баню, где позволяли себе всякие шалости с девочками. В общем, все как положено, взрослым и обеспеченным мужикам.

Теперь Семен Михайлович заранее знал о всех перспективных проектах области и мог к ним заранее подготовиться должным образом. В один из дней Николай Иванович за обедом в ресторане сообщил, что губернатор планирует продать пакет акций спиртоводочного завода и эта перспективная, с точки зрения бизнеса, сделка, Семена Михайловича очень заинтересовала. Завод в области был мощный и марки водки, известны по всей России. А водка нужна везде, всюду и всегда. Пить народ не отучишь, кто бы не старался. Семен Михайлович тут же предложил, с этим делом не спешить, так как надо хорошо подготовиться. Реализация этой сделки поможет всем хорошо заработать. Обещал все продумать и подготовить должным образом.

Прошла неделя и Семен Михайлович позвонил Николаю Ивановичу и предложил пообедать, сказал, что есть хорошие новости. За обедом Семен Михайлович рассказал о плане по покупке спиртоводочного завода по значительно заниженной цене, обещая, что основная часть скрытой суммы, будет передана лично Николаю Ивановичу. Для этого он предложил привлечь к оценке стоимости акций завода известных ему экспертов из Ростехинвентаризация, Климова С.П. и Терентьева И.Ф, которые согласны за определенную сумму вознаграждения, оценить акции в нужную им стоимость, а также три фирмы, которые могли бы разыграть между собой аукцион. Семен Михайлович заверил Николая Ивановича, что всю организацию он берет на себя, тому останется только следовать его указаниям.

С предложением по продаже пакета акций завода Петренко Н.И. доложил губернатору и тот его одобрил, указав на то, чтобы он не забыл о нуждах области. Вызвав своего заместителя, Николай Иванович поставил перед ним задачу и огласил нужный результат. Через несколько дней, эксперты Климов С.П. и Терентьев И.Ф. приступили к работе.

В соответствии с реестром акционеров, области, в лице Департамента, принадлежало 38,591 акция в количестве 31 578 штук именных обыкновенных бездокументарных акций номинальной стоимостью одной акции 1850 рублей. В соответствии с ранее достигнутой договоренностью Эксперты Климов С.П. и Терентьев И.Ф. подготовили и представили фиктивный отчет, который содержал значительное количество искажений методологических, математических и исходных данных в сторону снижения стоимости имущества. Рыночная стоимость выставленного пакета акций спиртоводочного завода была вдвое уменьшена и составила 108 596 000 рублей, против действительной стоимости составляющей 225 679 000 рублей.

Мир не без «добрых» людей. Кто-то стукнул куда следует, и сотрудники ФСБ подключились в рассматриваемой проблеме. Теперь все осуществлялось под контролем и наблюдением за всеми участвующими в сделке лицами. После аукциона и продажи пакета акций спиртоводочного завода одной из фирм, контролируемой Криворучко С.М., все участники данной операции были задержаны и арестованы.

К Петренко Николаю Ивановичу в следственный изолятор пришел начальник отдела ФСБ, разрабатывающий данную операцию, Тихомиров Петр Федорович. Предложение у него было одно: сдать своего губернатора, обещая за это условную меру наказания. На вопрос Николая Ивановича, чем это все будет подкреплено, он ответил, что это уже не его дело, главное дать показания на губернатора, а дальше все пойдет так как надо. Николай Иванович попросил время для обдумывания. Адвокат, которого он вызвал, был категорически против, и объяснил ему всю его последующую жизнь, при этом гарантировал, что в случае молчания, его и его семью не забудут. Это и решило дело.

Несмотря на все давление со стороны оперативников и следствия, Николай Иванович молчал. Губернатор клеймил его позором, но семье помогали и его не забывали. Криворучко С.М., успел уехать заграницу, кто-то его вовремя предупредил, из своих же. Ну, а всех остальных задержали и предали суду.

К уголовной ответственности были привлечены: Криворучко Семен Михайлович, как организатор хищения акций спиртоводочного завода, был объявлен в международный розыск. Петренко Николай Иванович, как соучастник хищения и за злоупотребление своими служебными обязанностями, был осужден к 8 годам лишения свободы. Эксперты Климов С.П. и Терентьев И.Ф., как соучастники хищения, были осуждены к 3 годам лишения свободы, каждый. Участие заместителя Николая Ивановича в хищении было не доказано.

Вор и мошенник — «Герой Советского Союза».

Это, по всей видимости, единственный случай в истории Советского государства, когда мошеннику и рецидивисту удалось официально получить звание Героя Советского Союза.

А дело начиналось так: в рабочей семье Голубенко в 1914 году родился мальчик. Кроме него, в семье было еще четверо детей. Отец был расстрелян белочехами, во время Гражданской войны, так что матери пришлось одной воспитывать детей. Звали его Владимиром или Валентином, различные источники по-разному называют. Мы же остановимся на Валентине, чтобы дальше не путаться. Улица стала его воспитателем, а профессией — карманный вор и специалист по подделке документов. В 1933 году его поймали за кражу ценностей из сейфа и подделку документов, осудили на 5 лет. Через два года освободился за примерное поведение. Недолго Валентин гулял на свободе, в 1937 годе был вновь осужден и отправлен отбывать наказание в Дмитровлаг, откуда бежал. Здесь же источники опять высказывают различные версии: по одной он подделал документы, а по другой, ехал в поезде и у попутчика похитил паспорт на имя Пургина Валентина Петровича. Подделав документы уже на себя, Валентин приехал в Свердловск и поступил в Военно-транспортную Академию (и это при том, что он окончил всего 5 классов), а на работу устроился в газету «Путевка», журналистом. По некоторым данным Валентин предоставил поддельные рекомендации от старых большевиков. Но все равно, рекомендации рекомендациями, а писать статьи в газету с 5 классами образования, для этого надо иметь способности. Жизнь в Свердловске показалась однообразной, и Валентин решил перебраться в Москву, где было гораздо больше возможностей для раскрытия его «талантов».

Получил отличную характеристику с места работы и рекомендацию самого начальника Академии, Валентин выехал в Москву, прихватив с собой мать. Здесь он устроился в газету «Гудок», а мать, по поддельной трудовой книжке и рекомендациям, устроил на работу в здание Президиума Верховного Совета СССР, ночной уборщицей. По просьбе Валентина, мать выкрала из кабинета председателя Верховного Совета СССР Калинина, несколько наградных книжек и ордена (за что в 1940 году была привлечена к уголовной ответственности). Имея такие документы Валентин, сразу же «наградил» себя орденом Красной звезды. На работе, он скромно указал, что имеет орден за выполнение особых заданий НКВД. Таким образом, он стал еще и «внештатным» сотрудником органов, и никто не осмеливался в этом усомниться, тем более перепроверять.

В Москве, на почве журналистских интересов и спиртного, Валентин познакомился с двумя журналистами газеты «Московская правда», Аграновским и Могилевским, через них и с их руководителем, Полетаевым. Вскоре он уже работал журналистом газеты «Московская правда». Его несуществующие связи в НКВД и наличие ордена, придавали ему значительный вес, 17 марта 1939 года Валентин был назначен заместителем начальника военного отдела газеты.

На Дальнем Востоке началась война с Японией, и Валентин был отправлен на данный театр военных действий. Где он пропадал, история умалчивает, но через полгода вернулся уже с орденом Ленина, высшей наградой государства. Та легкость, с которой Валентин утверждал себя в глазах людей и безнаказанность при этом, вскружила ему голову. Теперь он уже решил присвоить себе звание Героя Советского Союза. Для этого, Валентин опять подделав рекомендации двух старых большевиков, подает заявление о вступлении в ряды ВКПб. В январе 1940 года отправляет сам себя на финский фронт. Туда он, конечно, не поехал, командировочные получил, а появился в Ленинграде, где со своими приятелями стал пропивать казенные деньги. Чтобы его не искали, отправил письмо в газету, что выполняет специальное задание и может не вернуться. В конце 1939 года находясь в командировке в Западной Белоруссии, в особой 39 дивизии, Валентин умудряется похитить бланки и печати войсковой части. Посчитав, что время, проведенное в ресторанах Ленинграда, достаточное для присвоения ему высокого звания, он направляет документы в наградной отдел наркомата военно-морского флота. В наградном листе, заверенном печатью, и подписями командования особой 39 дивизии указано, что младший командир Пургин Валентин Петрович проявил героизм и самоотверженность в боях с белофиннами, достоин присвоения звания Героя Советского Союза. Представленные документы свидетельствовали, что Пургин В.Н. неоднократно награждался орденами СССР, а перепроверять эти сведения, никто не стал.

21 апреля 1940 года был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР, где среди других военнослужащих ему было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медалью «Золотая Звезда».

В честь такого события в «Московской правде» появилась большая статья, написанная приятелем Аграновским, где подробно описываются несуществующие подвиги Пургина Валентина Петровича. Сам «герой» отправился отдыхать, после военной кампании, в лучшие санатории Кавказских минеральных вод.

Но, как говорится в пословице: «сколько бы веревочке не виться, а конец будет». На одной из встреч легендарный руководитель Седьмой бригады уголовного розыска Бодунов Иван Васильевич с бывшим вором узнает, что вместе с ним сидел некий Валентин, который стал Героем Советского Союза. Это так запало в памяти Бодунова, что он решил перепроверить эту информацию. Тут и всплыло имя бежавшего с лагеря Голубенко и находящийся в розыске паспорт на имя Пургина, которому присвоено звание Героя. Сличили фотографии, и стало ясно, кто сеть, кто. Дальнейшая проверка документов Пургина Валентина Петровича подтвердила их фальсификацию.

В июле 1940 года Пургин, он же Голубенко, был арестован и уже в августе 1940 года Военной коллегией Верховного Суда СССР был приговорен к смертной казни. В ноябре 1940 года — расстрелян. Так закончилась биография вора и мошенника — «Героя Советского Союза».

Для написания использованы материалы из Википедии.

Тени из прошлого.

«25 октября 2019 года произошла страшная трагедия в войсковой части в Забайкалье, где 20-летний Рамиль Шамсутдинов расстрелял своих сослуживцев из табельного оружия во время смены караула, при этом убил 8 человек: двух офицеров и 6 солдат», — такая информация прошла по всем телевизионным каналам и интернете.

Все это напомнило мне аналогичную трагедию, которая произошла в феврале 1987 года: это дело Артураса Сакалаускаса.

В ночь на 24 февраля 1987 года на Московский вокзал Ленинграда прибыл почтово-багажный поезд, в составе которого был спецвагон, для перевозки осужденных. Из вагона никто не вышел и не докладывал о выполнении задания. Стали выяснять и зашли. Двери вагона были открыты, а внутри, перед вошедшими предстало страшное зрелище: восемь трупов, 7 военнослужащих внутренних войск и проводник вагона. Когда стали разбираться выяснилось, что в вагоне должно было быть восемь военнослужащих: один исчез, это был рядовой Артурас Сакалаускас. Вместе с ним исчезли 5 пистолетов с обоймами. Ящик из-под оружия был открыт. Не взломан. Все погибшие были расстреляны из пистолетов, которые пропали. Начальник караула прапорщик Пилипенко был застрелен у входа на кухню. Остальные: старший сержант Семенов, рядовые Нечаев, Джамалов, Гатаулин, Синицкий, Манхуров и проводник Дашкиев были расстреляны в купе. Судебно-медицинская экспертиза установила, что смерть наступила накануне, 23 февраля. Первая промежуточная станция было Бабаево Вологодской области, где установили женщину, которая рассказала, что на постой к ней обратился военный, переночевал, украл у нее пуховик, шапку, брюки сына и сбежал. По фотографии она опознала Артураса Сакалаускаса.

После чего по тревоге был поднят весь личный состав милиции Ленинграда и объявлен розыск А.Сакалаускаса. Подозревали, что он попытается скрыться в Литве, откуда был родом. Вскоре он был опознан в одном из маршрутных автобусов в Ленинграде. Граждан эвакуировали и Артураса попросили предъявит документы. Сопротивления он не оказал, сдался, хотя при нем обнаружили два пистолета с обоймами.

Следствие по делу длилось свыше одного года. На допросах Сакалаускас подробно рассказал, что же произошло. Призвали его в армию в июне 1986 года, отношения со старослужащими у него сразу не заладились и стал он проситься, чтобы его перевели в стройбат, работать по специальности. Просьбу удовлетворили, но перед переводом назначили в караул для перевозки осужденных по маршруту: «Ленинград-Новосибирск».

Отношения со сослуживцами сразу обострились, очевидно зная, что он не хочет с ними служить. Над ним стали издеваться при молчаливом покровительстве начальника караула прапорщика Пилипенко. Так Нечаев любил надевать ему на голову миску с горячим супом, вставлял между пальцами ног спички и поджигал (на армейском жаргоне, называется делать велосипед), Гатаулин, будучи поваром, подсыпал в пищу соль или вовсе лишал пищи, Семенов макал его головой в унитаз и избивал.

И все это прорвалось, в один день, когда 23 февраля двое солдат Джамалов и Манхуров завели Сакалаускаса в туалет, где пытались изнасиловать: Манхуров держал Артураса, а Джамалов совершил акт мужеложства, которое закончилось преждевременным семяизвержением. При этом Сакалаускас потерял сознание. Они привели его в чувство, прижгли кожу спичками и пригрозили, что следующий раз его изнасилует весь личный состав. Придя в себя Сакалаускас помылся, сменил кальсоны со спермой и выкинул их в окно. Затем направился в купе и проходя мимо купе начальника караула Пилипенко, увидел, что тот спит, а ящик с оружием открыт. Тогда он взял два пистолета, зарядил их и выстрелил в Пилипенко в голову, затем зашел в купе, где расстрелял всех остальных. Поменял пистолеты и добил всех остальных, кто остался жив. Стрелял до тех пор, пока были патроны в пистолетах. Всего им было произведено 46 выстрелов, из которых 33 достигли цели, а 18 — стали смертельными. Убедившись, что все погибли, забросал трупы матрацами, в купе Пилипенко переоделся в его форму, похитил «дипломат» с личными вещами и деньги, сложил в него 5 пистолетов, продукты и личные вещи и на станции Бабаево, покинул вагон.

Следствие по делу провело очень большой объем следственных действий, так как у них были только показания Сакалаускаса. Были допрошены все осужденные, которых сопровождал данный караул, и они подтвердили издевательство на Сакалаускасом. Были разысканы кальсоны, со следами спермы Джамалова, была впервые проведена ситуалогическая или ситуационная экспертиза. Фактически восстановлена положение всех лиц, находящихся в вагоне в момент совершения расстрела. Собраны характеристики всего наряда.

В 1989 году по результатам судебно-психиатрической экспертизы А. Сакалаускас был признан невменяемым, так как в его психике начали наблюдаться сильные отклонения. В момент преступления «он находился в состоянии глубокого психологического кризиса с деформации психики».

В 1990 году состоялся суд без его участия. Адвокат Сакалаускаса на суде заявил, что в «Матросской Тишине» Артурасу, якобы вводили сильнодействующие психотропные вещества, разрушающие его психику, чтобы выставить солдатом-убийцей с ярко выраженным нарушением психики.

После развала Советского Союза, по просьбе правительства Литвы Сакалаускаса оправили в Литву для дальнейшего лечения. В дальнейшем следы его потерялись: по одним сведениям он проживает с женой в Гайжюнае, а по другим, находится на лечении в психиатрической больнице.

Уголовное дело № 512343 — Садист.

28 марта 2005 года 6 часов 17 минут в дежурную часть одного из отделов милиции гор. Санкт-Петербурга поступил звонок от дежурного пожарной части, что при выезде на пожар по адресу: Кондратьевский пр. дом 121 кв.44 обнаружено два трупа.

На место происшествия выехал оперуполномоченный Иванов И.И. с судмедэкспертом Сидоровым С.С., которые в результате осмотра совместно с сотрудниками Управления Государственного Пожарного надзора МЧС РФ установили, что однокомнатная квартира № 44 находится на 14 этаже дома 121. В квартире произошел пожар и было выявлено три независимых друг от друга очаговых зоны горения, которые находились на диване, кресле и полу комнаты. В местах очаговых зон электрических средств, веществ, способных к самовозгоранию, а также запахов легковоспламеняющихся и горючих жидкостей выявлено не было. Поэтому наиболее вероятной причиной пожара послужил источник открытого огня.

На месте пожара, в комнате, было обнаружено два трупа пожилой и молодой женщин, на обеих обнаружены следы насильственной смерти.

Основное горение происходило слева от входа в комнату, где расположены диван и кресло, от кресла остался только каркас, его мягкая часть полностью выгорела, от дивана остался только фрагмент, а также следы обугливания паркетного пола под остатками дивана. Также обнаружена очаговая зона горения паласа ближе к мебельной стенке рядом с трупом пожилой женщины. На трупах обеих женщин была обгоревшая одежда. Следов горения в ванной комнате, коридоре, туалете и кухне выявлено не было. Штукатурка на стене в месте расположения дивана и кресла имела наличие мягкого слоя глубиной до 10 мм, что соответствовало температуре горения 600–800 градусов.

Старший инженер Петров В.В. Произвел исследование и фотосъемку пожара. На месте происшествия был обнаружен паспорт молодой женщины — Степанова Варвара Ивановна 1977 года рождения.

При опросе соседей было установлено, что в квартире проживала молодая семья муж с женой и ребенком пяти лет. Мужа и ребенка в квартире не обнаружили. Между собой супруги постоянно ругались и скандалили, накануне было слышно, как в квартире происходил очередной конфликт.

На кухонном столе была обнаружена записка: «В моей смерти прошу никого не винить» и подпись «Степанов».

Возникла основная версия происшедшего: пожар и убийство совершил Степанов. Дежурный оперуполномоченный Иванов Игорь был уже достаточно опытным оперативником, поэтому они понимал, как важно принять срочные меры по розыску Степанова. По базе данных было установлено, что квартира принадлежит Пирогову Константину Ивановичу, фактически проживавшего по другому адресу. Телефон его имелся у соседки и когда Игорь ему позвонил, то узнал, что Степанов Семен Петрович проживал в его квартире с сестрой его жены. Накануне, к ним уехала его теща, Миронова Матрена Трофимовна и до сих пор не вернулась. Он полагал, что она осталась ночевать у дочери. Где может находится Степанов, ему неизвестно, у него имеется автомашина ВАЗ-21102 государственный номер «Т — 315 СР 98», вполне возможно, что он мог куда-либо уехать, так как психически неуравновешенный человек.

Иванов И. объявил розыск Степанова Семена Петровича с автомашиной, просил принять меры к его установлению и задержанию.

Прошло 6 часов и стало известно, что в Новгородской области в районе деревни Мясной Бор, Степанов был задержан при следующих обстоятельствах: около 15 часов на автодороге «Россия» автоинспекторами ОБ ДПС УВД Новгородской области Рыжовым Р.С. и Романовым А.Н. была обнаружена автомашина ВАЗ-21102 с государственным номером «Т-315 СР 98» двигавшееся по направлению к гор. Санкт-Петербург. На предложение автоинспектора остановиться, водитель не реагировал и только увеличил скорость до 120 км в час. Автоинспектора начали преследование на патрульной автомашине и предупредили последующие дорожные посты о необходимости принятия мер к задержанию. Получив данное сообщение, автоинспектора Рычков Д.С. и Перегудов П.А., пост которых находился у деревни Мясной Бор, остановили три грузовые автомашины и перегородили дорогу, так как автомашина двигалась в их направлении. Автоинспектор Рычков Д.С. вышел на дорогу, а автоинспектор Перегудов П.А. на патрульной автомашине встал поперек дороги, перед грузовыми автомашинами. Через 10 минут автомашина ВАЗ-21102 появилась в поле зрения автоинспектора Рычкова Д.С. и он, выйдя на дорогу, жезлом показал, чтобы водитель остановился. Однако водитель направил свою автомашину прямо на автоинспектора, пытаясь его сбить, но автоинспектор успел отскочить в сторону. Водитель автомашины увеличил скорость и попытался сбить с дороги служебную автомашину с автоинспектором Перегудовым П.А., врезавшись в автомашину. В результате удара водитель автомашины ВАЗ 21102 «Т-315СР 98», как позднее было установлено, Степанов Семен Петрович, потерял сознание и был задержан. При задержании автоинспектору Перегудову П.А. были причинены телесные повреждения: перелом правой локтевой кости и правой лонной кости, вызвавшие расстройство здоровья свыше 21 дня, которые расцениваются как вред здоровью средней тяжести. Патрульной автомашине в результате ДТП (дорожно-транспортного происшествия) были причинены повреждения, стоимость восстановительно ремонта которого составила 177 277 рублей 68 копеек, чем причинен значительный материальный ущерб УВД Новгородской области.

Следователь прокуратуры Константинов Игорь, только получивший данное уголовное дело, встретился со Степановым Семеном Петровичем уже в следственном изоляторе. До сих пор у него не было уголовных дел со смертельным исходом, поэтому он старался вникнуть в суть происходящего. Напротив, него сидел довольно молодой человек, во всяком случае не старше его, приятной наружности, но было уже видно, что любитель спиртного, т. к. на лице уже стала проявляться легкая одутловатость, отечность глаз и цвет кожи потемнел, хотя еще не стал синюшного цвета. Что фактически подтвердила и проведенная судебно-психиатрическая экспертиза. Там было сказано, что Степанов склонен к злоупотреблению спиртными напитками, но в лечении от алкоголизма не нуждается. В отношении совершенных преступлений указано, что психическими заболеваниями не страдает и полностью осознавал неправомерный характер своих действий. У него выявлены признаки эмоционально-неустойчивого расстройства личности. Находясь в сложной ситуативной ситуации реагирует агрессивно.

Константинов начал допрос с ознакомления с обвиняемым: «Ваша фамилия имя отчество? Где родились и где проживали?»

«Степанов Семен Петрович 15 мая 1977 года рождения, родился в Ташкенте, в Узбекистане. Зарегистрирован в Ленинградской области, а проживал на: Кондратьевский пр. дом 121 кв.44 вместе с женой Степановой Варварой Ивановной и дочкой пяти лет».

Голос у Степанова звучал тускло, в глаза следователю старался не смотреть, уставился в пол.

«Вы признаете свою вину в том, что совершили убийство своей жены и тещи?»

«Да, признаю. Но обстоятельств происшествия я не помню. Теща стала меня оскорблять, схватила нож и размахивала у меня перед лицом, я дальнейшее не помню». («Пытается сказать, что совершил преступление в состоянии аффекта»— подумал Константинов.)

«Как же вы объясните, тот факт, что на теле у жены были многочисленные следы побоев, нанесенные ранее?», — спросил Константинов.

«Она меня постоянно до этого доводила: сначала упрекала, что я не работаю, затем, что мало приношу денег, что ничего дома не делаю и так каждый день. Вот я и не сдерживался, ударю ее пару раз, она и замолчит».

«Почему же вы не разошлись. Ведь она от вас уходила, вы вызывали свою мать в Питер, что она вас помирила?» — спросил следователь.

«А куда мне было идти, я люблю свою дочку и не хотел ее терять и потом мне здесь негде жить. Куда я пойду» — ответил Степанов.

«Вот заключение судебно-медицинской экспертизы, где сказано, что вашей жене вы нанесли несколько ударов в шею, грудь. Почему такая жестокость?» — спросил Константинов.

Тут Степанов поднял голову и так злобно взглянул на следователя, что ему стало не по себе. Агрессия так и выплеснулась наружу: «Я ничего не помню». — ответил он.

«Ну, хорошо. Тогда почему вы также буквально искололи ножом свою тещу? За что такая жестокость? — опять спросил следователь.

«Я ничего не помню» — ответил Степанов и опустил голову, стараясь не смотреть на следователя.

Но следователь не отставал. «По показаниям вашей дочери, вы отнесли ее в машину и вернулись опять в квартиру. Там учинили поджег, с какой целью» — спросил следователь.

«Ничего не помню», — бубнил Степанов.

«Хорошо, — сказал Константинов, — во время убийства вам отказывает память. Чем же вы можете объяснить свое поведение, когда пытались задавить сотрудника ГАИ, когда пытались убить сотрудника ГАИ, находящегося в автомашине?»

«Я хотел покончить с собой», — ответил Степанов.

«Я не понял, — не отставал следователь, — хотели покончить с собой и при этом убить сотрудников милиции?»

Степанов опять поднял голову и посмотрел на следователя, столько злобы в его глазах было, что теперь уже следователь отвел глаза, но вопрос повторил: «Что же вы молчите?»

«Нечего им было подставляться» — ответил Степанов.

И так день за днем следователь пытался восстановить всю картину совершенного преступления.

В результате чего следствие установило, что супруги Степановы проживали по указанному адресу в квартире, принадлежащей мужу сестры Степановой Варвары Ивановны, Пирогову Константину Ивановичу. В течение длительного времени отношения между ними складывались напряженные, Варвара несколько раз уходила от мужа, потом опять возвращалась по его просьбе. Степанов постоянно ее избивал по различным поводам, Варвара его боялась, о чем неоднократно говорила своим родственникам, так как он угрожал убийством. 27 марта Варвара приехала к сестре и заявила, что муж ее опять избил, за то, что она купила себе дубленку, хотя ей уже ходить не в чем было. Она хочет уйти от него, так как устала от его поведения. Тогда они с сестрой решили выгнать Степанова и поехали вместе к ней на квартиру. Степанов был дома, сидел на кухне и пил шампанское. На их предложение уйти из дома он просто не реагировал и стал угрожать. Потом к ним приехала их мать Миронова Матрена Тимофеевна. Сестра Татьяна уехала домой, а мать с Варварой продолжали уговаривать Степанова, чтобы он ушел из дома. Вечером позвонила домой Матрена Тимофеевна и сказала, что Степанов ведет себя очень агрессивно и уходить не хочет. Около трех часов ночи, когда Варвара и Матрена Тимофеевна улеглись спать, Степанов взял на кухне столовый нож и прошел в комнату, где спали Варвара и теща, подойдя к жене, спавшей на диване он нанес ей не менее 9 ударов ножом в различные части тела, от которых она скончалась на месте. Затем подошел к спящей на кресле теще, Мироновой, и также нанес ей не менее 9 ударов ножом по различным частям тела, от которых она скончалась. От шума проснулась дочь Анна, пяти лет и спросила его: «папа зачем ты бьешь маму?» В ответ Степанов велел ей вставать и одеваться. Затем Степанов одел ребенка и отнес ее в автомашину, велел немного подождать, а сам вернулся в квартиру поджег ее. После он поехал на автомашине к своему приятелю Сергееву Николаю, вызвал на улицу и заявил, что ему необходимо срочно уехать, жена находится в больнице, поэтому он хочет, чтобы у Сергеева несколько дней пожила его дочь, пока не приедет его мать и уехал.

Подробности задержания Степанова были ранее установлены.

Следствие квалифицировало действия Степанова Семена Петровича по совокупности преступлений п. «а» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167, ст.317, ч.1 ст.167 УК РФ. Судом Степанов С.П. был осужден к 25 годам лишения свободы.

Уголовное дело № 0111 — заказное убийство.

Обычный день недели. Ректор одного из университетов Санкт-Петербурга Николай Иванович Петров проснулся очень рано. Прошло уже три года, как его назначили на эту должность, но он никак не может навести в нем порядок. Прежний ректор столько намутил, стараясь побольше себе отхватить в карман, что до сих пор идут разбирательства: различные комиссии, прокуратура, приезжают чередой, а толку нет. Уголовное дело не возбуждают, обращение в гражданский суд о возмещении причиненного ущерба университету, не удовлетворяют. Николай Иванович встал, стараясь не разбудить жену, все равно уже не уснуть, решил обдумать, что еще можно сделать и куда обратиться.

Вскоре и жена проснулась. Татьяна Сергеевна приготовила завтрак, тут и служебная автомашина с водителем Тихоновым подъехала. Работали они с женой вместе, она в университете преподавала. День прошел без всяких приключений. Засиделся Николай Иванович до 20 часов. Пришла жена и сказала, что пора ехать домой, хватит тут сидеть, все равно всех дел не переделаешь. Вызвали автомашину и направились домой. Проживали они за городом, в поселке.

Подъехали к дому, Николай Иванович открыл калитку и вошел в дом, а следом прошла и Татьяна Сергеевна. Николай Иванович взял ключи от бани и вышел во двор, тут Татьяна Сергеевна услышала крик мужа, выскочила на улицу и увидела, что Николай Иванович лежит на земле, рядом сухощавый мужчина в куртке сотрудника МЧС и в руках держит предмет похожий на пистолет. Увидел Татьяну Сергеевну поднял пистолет и выстрелил, не целясь. Она почувствовала, как что-то обожгло бедро, и заскочила назад в дом, закрыла двери и вызвала вначале полицию, а затем и водителя Тихонова, попросила вернуться. Когда водитель зашел во двор, она открыла двери, и они вместе подошли к Николаю Ивановичу, он уже не шевелился. Вскоре подъехали сотрудники полиции.

Начальник убойного отдела Главка подполковник полиции Котовский Сергей Иванович находился на своем рабочем месте, хотя уже давно надо было быть дома. Но бумаг скопилось очень много, обработать их можно только вечером, когда никто не мешает и не стоит над головой. Около 21 часа в кабинет заглянул опер Трофимов Максим и спросил: «Можно?». «Заходи, коль уже пришел», — недовольно заметил Сергей Иванович. «Сергей Иванович, — обратился Максим, — из Всеволожска звонили, что застрелили ректора университета Петрова, вы поедете?» «Ректора университета Петрова? — переспросил Сергей Иванович, — этот который раньше в Смольном работал?» «Я не знаю» — ответил Максим. «Надо ехать, — сказал Сергей Иванович, — шум большой будет».

Через полчаса они были уже на месте происшествия. Народу набежало действительно много: тут и начальник управления уголовного розыска, начальник Управления Всеволожска, эксперты, опера района и следователь Следственного комитета района. В общем-то, не протолкнуться. Сергей Иванович решил взять руководство в свои руки, все равно им работать над раскрытием придется. Собрал всех оперов, вызвал участковых, кто был на месте и каждому определил задание, чтобы зря тут не болтались. Надо было обходить все близлежащие дома и собрать информацию, кого видели в последние дни из посторонних. Максиму велел заняться сбором информации по телефонам, работающим в данном районе последнюю неделю. Судя по всему, преступление было заказным и предстояла кропотливая работа. Жену Петрова уже увезли в больницу. Ранение, как ему сообщили, у нее было не серьезное, но сильный стресс от случившегося, вряд ли даст возможности поговорить. Сбор всех сотрудников назначил на следующий день в 12 часов, т. к. предполагал, что еще утром придется докладывать руководству и побеседовать с вдовой.

На совещание в районе, Сергей Иванович все-таки опоздал. Пока докладывал начальнику Главка, определялись с подсобными силами, местом расследования Следственным комитетом, затем поехал в больницу, побеседовал с Татьяной Сергеевной, прошло уже больше часа, назначенного совещания. Но люди, собрались дисциплинированные и ждали руководящих инструкций, никто в районе брать на себя что-либо не хотел. Оглядев зал, где находились сотрудники, Сергей Иванович, остался доволен. Собралось человек двадцать: шесть оперов его отдела, остальные местные.

В его отделе работало 8 человек, один заместитель и семь оперативников, с опытом работы в районе и каждый свое дело знал хорошо. Например, заместителем у него был Филимонов Николай Митрофанович, бывший начальник уголовного розыска одного из районов города. Но погорел, на укрывательстве преступлений. Борьба за показатели опять началась как несколько десятилетий назад в советское время. Видно эта болезнь очень заразная и по-другому, никак не могут, иначе дебет с кредитом не сойдется, а это премии, звания и т. д. В общем-то Николай Митрофанович был доволен, что так все обошлось, и его передвинули в Главк, на должность заместителя начальника отдела.

Тут же находился начальник управления, его заместители и уголовный розыск управления в полном составе, участковые инспектора. Все ждали только его. Не откладывая, Котовский начал обрисовывать сложившуюся ситуацию: «Судя по всему, мы имеем дело с заказным преступлением. Татьяна Сергеевна, жена погибшего ничего путного для раскрытия преступления не сказала. Приехали они вечером, никого не видели, зашла в дом, муж вышел в баню, услышала крик, выскочила во двор, там увидела человека одетого в форму МЧС, он в нее выстрелил и попал в бедро, она опять заскочила в дом, позвонила в полицию и водителю. Когда водитель вернулся, вышла, муж был уже мертвый. Кто мог совершить преступление, она не знает. Неприятности у мужа на работе были в связи с деятельностью прежнего ректора, какие-то махинации с деньгами. Больше он ни с кем не конфликтовал. ««В связи с этим, — обращаясь к опере своего отдела Курганову», — сказал Сергей Иванович, — тебе следует проверить эту линию, подключи оперов УБЭПа (управления по борьбе с экономическими преступлениями), начальник Главка уже дал команду. Все понял? Можешь идти, свободен». «Далее нам следует отработать все дома по пути подъезда к дому потерпевшего, этим займутся местные во главе с моим заместителем подполковником Филимоновым Николаем Митрофановичем. Задача здесь не просто обойти, а представить рапорта о беседе с каждым из проживавших: видели ли они кого-либо из чужих за последнюю неделю. Раз мы имеем дело с заказным преступлением, значит накануне должна была быть слежка за потерпевшим. Поэтому я прошу вас обратить внимание на появление любых людей, которых ранее не видели в данном микрорайоне, в какой бы одежде они не были: военной, МЧС, милицейской, прошу прощения, полицейской. Трофимов Максим, а ты займешься сбором информации по всем телефонам. Возьми себе в помощники Карагозова и одного из местных оперов, руководство управления кого именно, подскажет. Вот, пока и все. Филимонов и его группа работает здесь, в пять часов собирают информацию и шесть часов уже у меня с данными, там собираем всех остальных и анализируем. Да, дело из районного следствия передано в областной, так что работать будем с ними. Если вопросов нет, все свободны».

Вопросов не было и все разошлись. Филимонов собрал свою бригаду в кабинете начальника уголовного розыска района, попросил карту и стал намечать путь подъезда к дому Петрова. Номера домов тут же определялись, давали задание и отправляли сотрудников для обхода.

Сергей Иванович поехал в Главк, предстояло подготовить план оперативно-следственных мероприятий и согласовать со следствием. Дело делом, а отчетность прежде всего. За это отвечал он лично.

Через день Котовскому предоставили заключение эксперта:

согласно которому на трупе Викторова А.Д. обнаружены множественные (5) огнестрельные пулевые ранения головы, груди, живота и левой верхней конечности:

— слепое ранение головы, проникающее в полость черепа с повреждением головного мозга;

— слепое ранение грудной клетки, проникающее в полость перикарда, в правую и левую плевральные полости, со сквозными ранениями сердца, правого и левого легких;

— слепое ранение левой поясничной области, проникающее в брюшную полость, со сквозными ранениями брыжейки тонкой кишки;

— слепое ранение мягких тканей левого плеча с краевым переломом левой плечевой кости;

— сквозное ранение мягких тканей левого плеча.

Указанные множественные (5) огнестрельные пулевые ранения головы, груди, живота и левой верхней конечности с повреждением головного мозга, сердца, правого и левого легких, осложнившиеся острой кровопотерей, по признаку опасности для жизни, квалифицируются как тяжкий вред здоровью человека.

Смерть Петрова Н.И. наступила от множественных (5) огнестрельных пулевых ранений головы, груди, живота и левой верхней конечности с повреждением головного мозга, сердца, правого и левого легких, осложнившихся острой кровопотерей.

К этому времени стали поступать первые результаты обхода жителей поселка: соседка из соседнего дома, услыхав хлопки и крики, она находилась на втором этаже, выглянула в окно и увидела, как по участку Петровых бежит к забору мужчина ростом 175–180 см, худощавый, в форме сотрудника МЧС, перепрыгнул через забор и скрылся.

Вторая соседка видела также мужчину в форме сотрудника МЧС, накануне убийства, недалека от дома Петровых, он сидел на скамейке несколько часов. Сосед из дома напротив, также видел похожего мужчину, сидевшего в автомашине «Рено-Логан» синего цвета на переднем сиденье, рядом с водителем славянской внешности, особых примет не заметил.

Свидетель Тихонов, водитель служебной автомашины Петрова показал, что он никакого наблюдения за своей автомашиной не заметил, где за неделю до происшествия, при выезде со двора, перед воротами, лежала старая покрышка и мешала проезду, он вышел, отбросил ее в сторону и они проехали. В день убийства, он привез Петровых домой около половины девятого, остановился у ворот, Николай Иванович с женой вышел, а он поехал домой, но через пять минут, позвонила Татьяна Сергеевна и сказала, что в мужа стреляли во дворе. Тогда он вернулся, во дворе никого из посторонних не видел, а Николай Иванович лежал около гаража уже без признаков жизни.

Теперь стало ясно, что за домом Петрова Н.И. было установлено наблюдение и работала по нему целая группа.

Прошло еще несколько дней и результаты обхода жителей дали конкретные результаты: еще несколько человек подтвердили данные о появлении в районе двух человек с аналогичными приметами и автомашиной «Рено-Логан» синего цвета. Мало того, одна из бдительных жительниц, заинтересовалась и проходя мимо, запомнила номер автомашины «Т — 341 РС 98».

Сергей Иванович получив эти данные, тут же дал команду выяснить владельца и адрес проживания. В команде убойного отдела был бывший хакер Константин Симороков, который будучи недорослем, увлекался проникновением в различные базы и только благодаря заступничеству Котовского не был отправлен в места не столь отдаленные. Теперь он полностью оправдывал свое предназначение и оказывал большую помощь в розыске преступников. Через пару минут все данные владельца автомашины с указанным номером были на руках у Сергея Ивановича, и он совместно с Тимофеевым Андреем, опером его отдела, тут же выехал в адрес. Котовский понимал, что вряд ли эта та автомашина, которая засветилась у дома Петровых, но чем черт не шутит, следовало проверить.

Портнов Дмитрий Вячеславович был ошарашен визитом сотрудников Главка. На вопрос о наличии у него автомашины с номером «Т — 341 РС» сразу же подтвердил ее наличие. Проводил их к автомашине, которая была под брезентом и заявил, что автомашина в нерабочем состоянии, т. к. имеется серьезная поломка в двигателе. Когда Портнов стянул брезент, то обнаружилось отсутствие номеров, как и когда они пропали, объяснить толком не смог. Вызвали эксперта, обработали порошком место соединения номера автомашины и обнаружили два отпечатка пальца, но в базе данных их не нашли. Так оборвалась первая ниточка к раскрытию преступления. Но Сергей Иванович особенно на нее не рассчитывал.

Но установление автомашины с номерами дала толчок уже к другим вариантам по установлению преступников. В поселке имелись видеокамеры наблюдения, кроме того камеры имелись и на подъезде. Работа с ними в течение нескольких дней дала положительный результат: первый раз данная автомашины появилась в поселке за две недели до совершения преступления. В дальнейшем уже не один раз она проявлялась на камере, а один раз удалось четко установить лицо водителя и находившегося вместе с ним пассажира. Прогнали их по базе данных, но и тут ничего не дало. Как наука говорит: отрицательный результат, это тоже результат.

К этому времени Трофимов с Карагозовым выяснили, что за последнюю неделю до совершения преступления из района поселка был совершено 5345 звонков с мобильных телефонов. Стали устанавливать, кто именно делал звонки и кому. Работа предстояла огромная и поэтому Сергей Иванович подключил к ним еще три человека, помогал им и Симороков Константин. День за днем кропотливая работа в течение двух недель дала первые результаты. Осталось девять телефонов, по которым установить владельцев не представилось возможным. На совещании, анализируя имеющиеся данные, решили попытаться установить, где еще в городе засветились эти номера.

А пока версия с заказчиком убийства Петрова Н.И., которую разрабатывал Курганов и операми УБЭПа стала приобретать реальные перспективы.

До назначения ректором университета Петрова Н.И., свыше двух десятилетий ректором являлся Свистунов Петр Михайлович. Был у ректора свой сын Михаил Петрович. Рос он вундеркиндом, так как в 18 лет уже окончил университет, естественно, ректором которого был его отец. В 22 года Михаил Петрович защитил уже диссертацию и был назначен проректором по учебной работе. Тут родственники и развернулись. Михаил Петрович создал ряд фирм, учредителем и президентом которых он стал. Назначение фирм было специфическим: одна набирала студентов на платное обучение в университете и получала за это деньги от них, часть которых честно перечисляла, ну может и не всегда, ну может и не все, но ведь это уже детали. Другая фирма производила ремонты в университете, ну может и не качественно, может быть и не все, но это тоже уже детали. Деньги она получала полностью. Следующая фирма продавала помещения, принадлежащие университету, которые ей почему-то оказались не нужны и опять деньги куда-то уплывали, но ведь не все. В общем, когда пришел в университет Петров Н.И., а он был экономистом и не на бумаге, то сразу же вникнул в суть происходящего и потребовал все деньги вернуть. Петр Михайлович старался объяснить Николаю Ивановичу, что он не жадный, тут всем хватит. Аудит показал, что университет недосчитал порядка 1.2 млрд. рублей и в этом Петр Михайлович был прав, всем хватит, но Николай Иванович стоял на своем: верни деньги университету и все. В общем не нашли общий язык, Петру Михайловичу и Михаилу Петровичу пришлось уволиться, но на этом Петр Николаевич не успокоился: добился возбуждения уголовного дела, предъявил иски в суды, никак не хотел человек по «хорошему» решить все вопросы.

Исходя из собранных материалов Сергей Иванович и, следователь полагали, что у семьи Свистуновых были все основания, чтобы убрать Петрова Н.И., да так, чтобы заставить его замолчать навсегда. Поэтому эту версию разрабатывали самым серьезным образом, но прежде всего надо было найти киллеров.

Между тем, работа по установлению владельцев телефонов дала свои результаты: выяснилось, что два из девяти телефонов работали непосредственно в районе нахождения университета в дни предшествующему убийству. При этом, в один из телефонов деньги на счет поступили из автомата банка. Запросили время и место, данные при расчетах и фотографию, того кто зачислял деньги. Попали в яблочко. Это был один их тех, кто засветился у дома Петровых. Установили наблюдение за ним, и он привел их еще к двум подельникам. Один из которых проживал за городом. И телефон у него оказался тот, который был среди девяти неустановленных в районе поселка. Все сошлось. Стали разрабатывать операцию по захвату и тут случай им помог. Тот который жил за городом собрался улетать на Урал. Взял билеты, попрощался с подельниками и поехал в аэропорт. Здесь его и взяли. Арест был произведен тихо, мирно и никто его не заметил.

Задержанный оказался Петуховым Юрием Сидоровичем 35 лет, ранее судимый, при чем не просто так, а за заказное убийство. Вначале Петухов молчал, как партизан, отказывался от всех показаний, но, когда провели несколько опознаний со свидетелями убийства и его нахождения вблизи дома Петровых, а самое главное, опознания жены Петрова Н.И., заговорил. Понял, что если будет молчать, то пойдет «паровозом» за всех участников, а за это ему уже пожизненное светит, без всякого снисхождения. Он пошел на сделку со следствием и дал развернутые показания.

В 1999 году Петухов был осужден за совершенное заказное убийство к 15 годам лишения свободы. Отбывая наказание, в местах лишения свободы познакомился со Смирновым Тимофеем, который отбывал наказание за разбой. Там они сдружились и после освобождения, стали поддерживать дружеские отношения. Смирнов был из Санкт-Петербурга, и он к нему пару раз приезжал. Сам он после освобождения стал проживать в Свердловске, работал автомехаником. В середине июня ему позвонил Смирнов и сообщил, что есть хорошо оплачиваемая работа, из его намеков, он понял, что речь идет о заказном убийстве. На предложение Смирнова он согласился, но попросил денег на приезд в Питер. Вскоре Смирнов ему прислал 15 тысяч рублей и велел ехать через Москву, а дальше добираться поездом, но без предъявления паспорта, заплатив проводнику, чтобы нигде не засветиться. Встретил его Смирнов на вокзале, с автомашиной. Стал хвастаться, что заказчиком является богатый «буратино» и денег не жалеет, надо им убить одного ректора университета и за это ему заплатят 600 тысяч рублей. Помогать в этом будет он, Смирнов, и еще один мужик, его знакомый, который и руководит всей операцией. Для него сняли дом за городом, где он будет проживать. Вскоре к нему квартиру приехал и третий их подельник, звали его Анатолий, фамилии его он не знает. Анатолий подробно рассказал, что и как будет все происходить. Вначале, надо будет отследить ректора в течение недели. Для этого он арендовал две автомашины, на одной будут ездить они со Смирновым, на второй- он сам. Надо будет отследить весь маршрут следования ректора от университета до самого дома, который находится за городом. Пистолет и патроны достанет он, информацию необходимую им, также за ним. Ему купили камуфлированную форму и выдали телефон, где было забито два номера: один его, второй Смирнова. Запретили звонить по другим номерам. На следующий день Смирнов приехал за ним, и они в течение недели следили за ректором. Один раз они пытались застрелить ректора, бросив старую покрышку у его ворот, думали, что из автомашины выйдет ректор, но не получилось, вышел водитель. Тогда они решили, что надо стрелять его во дворе, когда тот возвратиться с работы. С собой у них была рация и Анатолий, ждал ректора около университета. Как только ректор с женой отъехал, он сообщил им со Смирновым, чтобы подготовились. Недалеко от дома Петровых он вышел и, перемахнув через забор, спрятался во дворе, около бани, а Смирнов объехал дом на автомашине и ждал его за забором, с другой стороны здания.

Через некоторое время он услышал, как к дому подъехала автомашина и ректор вместе с женой зашли в дом. Затем ректор вышел и направился к гаражу, оказался спиной к нему. Он стал стрелять ему в спину, пистолет был с глушителем, ректор упал после первых выстрелов, он подошел к нему и еще несколько раз выстрелил в упор. Тут выскочила из дома его жена, так как ее убийство не планировалось, он выстрелил ей в ноги, она убежала, а он забежал за дом, перепрыгнул через забор, где его ждал уже Смирнов с автомашиной. Они быстро скрылись с места убийства. По дороге сбросили с себя камуфляж, оружие и Смирнов отвез его к дому, где проживал. Там его уже ждал Анатолий, вручил ему за всю работу 600 тысяч рублей, затем уехал.

На следующий день он поехал в город, где попрощался с подельниками и в аэропорт, но был задержан.

Следователь провел уличную, следственный эксперимент, с выездом на место, где Петухов показал, куда именно выбросил форму и пистолет, они были обнаружены, после чего составлен протокол следственных действий.

На следующий день были задержаны Смирнов Тимофей и Коростылев Анатолий, руководитель всей операции, по совершению убийства Петрова Николая Ивановича.

После проведения всех необходимых следственных действий: опознаний, экспертиз, отпечатков пальцев на автомашине, с которой похитили номера. (Удивительно, но отпечатки пальцев были Смирнова, но база данных их не дала, хотя он ранее судимый. Бывает и так). Смирнов признал свою вину и пошел на сделку со следствием. Но заказчика он не знал, с ним не общался, и Коростылев ему ничего об этом не говорил. Сам Коростылев отказался от всех показаний, вину свою не признавал, несмотря на очные ставки со своими подельниками.

Таким образом, сложилась удивительная ситуация: следствию был известен заказчик преступления, иного не могло быть, а доказательств не было. Проверили все связи со стороны Коростылева, Смирнова и Петухова, никаких общих знакомых не обнаружили, а Коростылев молчал, на что он рассчитывал трудно сказать, но заказчика не выдавал.

Прошли суды: Смирнова и Петухова дела рассматривали в особом порядке, Петухова осудили к 13 годам лишения свободы, а Смирнова — к 9,5 годам, учитывая их помощь следствию. Только после рассмотрения дела в отношении Коростылева и когда ему дали 17 лет лишения свободы, он заговорил.

Вначале мая к нему обратились знакомая Сердюкова Мария, которая заявила, что есть у нее знакомый богатенький парнишка, у которого возникли проблемы по учебе. Его лично ректор дал команду отчислить. Если его выгонят, то предок, а он очень известный в городе человек, лишит сына наследства. Парнишка хочет убрать ректора и тогда все уладится. Его заинтересовало сколько же заплатят за ректора. Мария уточнила этот вопрос и сказала, что за работу ему готовы заплатить 50 000 евро. С деньгами у него была проблема и он согласился. Переговорил со своим приятелем, Смирновым Тимофеем, который был ранее судим и которому он доверял. Тот сразу сказал, что за такие деньги, он кого хочешь замочит. Тем более, что есть у него приятель, который недавно только освободился, а был судим за заказное убийство. Они прикинули, что 50 тысяч евро, это где-то свыше двух миллионов рублей, с учетом всех трат, каждому достанется по 600 тысяч, весьма приличная сумма. Смирнов позвонил своему знакомому, Петухову в Свердловск, и они договорились, что операцию по убийству проведут на начале сентября, когда все учебные заведения приступят к работе. Петухов приехал в город с соблюдением мер конспирации, через Москву, где-то в середине августа, здесь его никто не знал, и они рассчитывали на успех. Деньги ему передал лично парнишка, зовут его Михаил. С ним он больше не общался, если, что надо было, то обращался к Марии. На деньги он арендовал две автомашины, дом для Петухова в области и купил пистолет с глушителем и патронами. Пистолет они проверили за городом, ездили в лес, пристреливали. В последних числах августа, стали следить за ректором, фотографии им передал через Марию, Михаил. Ректор ездил домой за город на служебной автомашине, в сопровождении жены, по всей видимости, она там же работала. Первая попытка застрелить ректора у его дома при выезде, не удалась. Смирнов подложил у ворот, старую покрышку, думали, что убирать выйдет ректор. Но вышел водитель автомашины и покушение не удалось. Тогда они решили, что надо ждать ректора во дворе и там стрелять, так как в доме никого не было. Они следили за ректором где-то около двух недель. При них была рация, купленная им, и они могли поддерживать постоянную связь. В день убийства ректора они разделились. Он следил за ним около университета, когда тот отъехал, сообщил Смирнову по рации. Сам поехал домой к Петухову. Через час тот приехал со Смирновым и сказал, что застрелил ректора. После чего он передал Петухову 600 тысяч рублей. На следующий день тот уехал, и он полагал, что все обошлось. Михаила он готов опознать и подтвердить свои показания на очной ставке.

К этому времени, как установили опера, Сердюкова Мария из города исчезла сразу же после убийства Петрова Н.И. Свистунов Михаил уехал работать в Подмосковье. Вызванный на допрос Свистунов Петр Михайлович заявил, что отношения с Петровым у него были превосходные, никаких претензий к нему никто не высказывал, а имеющиеся арбитражные дела, это чисто технические вопросы. Привезли Михаила и арестовали, провели очную ставку с Коростылевым, где Михаил заявил, что видит Коростылева первый раз и знать его не знает. Никому он убийства Петрова не заказывал и никаких денег никому не платил. В дальнейшем придерживался постоянно своих показаний на всем протяжении следствия, и в таком виде дело направлено было в суд. По желанию Свистунова М.П. рассматривал дело суд присяжных. Данные собранные следствием не убедили присяжных и Свистунова М.П. полностью оправдали. Он вышел на свободу в полной уверенности, что дело выиграл раз и навсегда.

Но не тут-то было. Прокуратура и потерпевшие обжаловали решение суда и Верховный суд при рассмотрении дела отменил приговор и дело направил на повторное рассмотрение.

Вторично обвинению удалось убедить присяжных в виновности Свистунова Михаила Петровича. Вердикт был почти единогласным. Перед вынесением приговора Свистунов вышел во двор и исчез. Суд был вынужден вернуть дело в прокуратуру для объявления его розыска. До сих пор ищут. Видно, что подготовился к такому результату.

Сказка о Поэте и Гражданине.

Посвящается моей внучке Яночке и внуку Андрюше.

Давным-давно в одной стране, которая называлась Советским Союзом, жил да был Поэт и недалеко от него проживал Гражданин. Поэт с детства любил сочинять стихи. Музы, это такие маленькие ангелочки, всегда вились вокруг него и помогали ему в этом. Он их любил, и они его любили, поэтому у Поэта получались очень интересные стихи. Окружающие его люди слушали его стихи, усмехались и убегали дальше по своим делам, считая, что Поэт занимается несерьезным делом.

Гражданин, с детства имел два лица: одно лицо у него было на людях, очень серьезное и требовательное, но только к окружающим его людям. Он был очень строгим в исполнении Закона и никому не давал послаблений. Второе лицо: хитрое, жадное и склонное, даже к преступлениям. Так он и жил с двумя лицами, на людях всегда был непреклонен в исполнении Закона, а когда никого не было, мог и украсть что-нибудь, что ему понравилось.

Однажды они встретились. Поэт стоял на улице и глядел на небо, там он видел, как его Музы прыгают с облако на облако и весело поют песенки. Гражданин, увидел Поэта, который стоял посредине улицы и ничего не делал, подошел к нему и спросил: «Ты чего стоишь тут?». Поэт посмотрел на гражданина и ответил: «Смотрю, как мои Музы поют песенки и прыгают с облако на облако». Гражданин посмотрел на небо и ничего, кроме облаков не увидел. Он рассердился и сказал: «Ничего там нет, что ты мне голову морочишь». Поэт опять посмотрел на Гражданина и сказал: «Раз ты не видишь, значит тебе не дано это свыше». «Вот ты как со мной разговариваешь», — сказал Гражданин, — я тебе устрою «веселую» жизнь», — и потащил Поэта к судье.

В то время в государстве был Закон, что все граждане должны работать. Все равно кем: дворником, токарем, слесарем, но что-то делать такое, чтобы было видно. Например, чистая улица или игрушка какая-нибудь. И за всем этим строго следила Судья. Вот к ней и привел Поэта Гражданин и сказал: «Вот, привел к вам Поэта, стоит на улице и ничего не делает, работать не хочет». Судья строго посмотрела на Поэта и спросила его: «Почему ты не работаешь?» «Я работаю, — ответил Поэт, — я сочиняю стихи». «Разве это работа, — ответила Судья, — это все могут». «Если все могут», — сказал Поэт, — то сочините Вы стихи». Судья задумалась и попыталась сложить строчки так, чтобы у нее получились стихи. Подумала, подумала, но так и ничего не смогла сочинить и очень разозлилась. «Ты бездельник, — заявила Судья, — поэтому я тебя приговариваю к высылке на окраину страны, где ты будешь работать дровосеком». Тут подскочили к Поэту стражники, схватили и увезли на край страны, дали ему топор в руки и велели рубить деревья.

Узнали про это все Заслуженные люди страны, заступились за Поэта, и Глава правительства отпустил Поэта, но с условием, чтобы он уехал из страны в другое государство. Опечалился Поэт, так как он любил свое государство, любил свой народ и это для них он сочинял свои стихи. Но делать было нечего, и уехал Поэт в другое государство, стал там сочинять стихи, его признали во всем свете Великим Поэтом и наградили самой большой Нобелевской премией.

А Гражданин, продолжал строго следить за остальными жителями своей страны, пока его не поймали, когда он пытался обмануть людей, и посадили в тюрьму.

Вот и сказке конец, кто слушал тот молодец, а кто не слушал, тот тоже молодец, потому что все равно прислушивался к нашей сказке.

ПОЭТ и ГРАЖДАНИН.

Из постановления Народного суда Дзержинского района гор. Ленинграда от 13 марта 1964 года под председательством Савельевой и народных заседателей Тяглый и Лебедевой при секретаре Коган с участием общественного обвинителя Сорокина и адвоката Топоровой по обвинению Бродского Иосифа Александровича 1940 года рождения уроженца Ленинграда, из служащих, образование неполное среднее, беспартийного, несудимого, неработающего, холостого, проживающего Литейный пр. д.24 кв.28 на основании Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 4 мая 1961 г. «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно — полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни»:

«… Гр-н Бродский систематически не занимается общественно- полезным трудом, ведет антиобщественный образ жизни, о чем свидетельствуют следующие данные: из выписки трудовой книжки видно, что Бродский за период с 1956 по 1964 г. проработал 2 года 8 месяцев на предприятиях Ленинграда. С октября 1963 г. Бродский нигде не работает и не учится…

В деле имеется статья из газеты «Вечерний Ленинград» о Бродском «Окололитературный трутень» и отклики на статью с этой же газеты от 8.1.1964 г. из которых видно, что общественность Ленинграда неоднократно поднимала вопрос об антиобщественном образе жизни Бродского, но из этого Бродский необходимых выводов не сделал.

На л.д.8 имеется выписка из заседания Секретариата и членов партийного бюро Ленинградского Отделения Союза писателей РСФСР от 17.12.1963 г. из которой видно, что участники заседания единогласно признали правильным и своевременным выступление газеты «Вечерний Ленинград» о Бродском, требуя придания Бродского общественному суду…

Учитывая изложенное Суд Постановил:

Бродского Иосифа Александровича на основании Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 4 мая 1961 года «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно полезного труда и ведущими антиобщественный образ жизни» выселить из города Ленинграда в специально отведенную местность на срок 5(пять) лет с обязательным привлечением к труду по месту поселения. Исполнение немедленное. Срок высылки исчислять с 13.02.1964 года.

Постановление обжалованию не подлежит.

Судья. Народные заседатели. Подписи.»

Из постановления Президиума Ленинградского городского суда от 16 января 1965 года рассмотрел дело по протесту Заместителя Генерального Прокурора об административном выселении из Ленинграда на основании Указа от 4 мая 1961 года Бродского Иосифа Александровича:

«Протест внесен на предмет досрочного освобождения Бродского и отмены частного определения в отношении Грудининой, Эткинда и Адмони.

Президиум, рассмотрев материалы дела и обсудив доводы протеста, не находит оснований к его удовлетворению.

Из материалов дела видно, что Бродский будучи физически здоровым и не имея ограничений в части трудоспособности, систематически подолгу нигде не работал и не учился.

Сам он по этому поводу показал в суде, что с 1956 по 1964 г. он работал всего 2 года и 8 месяцев и за этот период времени 13 раз увольнялся из различных мест, куда он ненадолго поступал на работу. Не занимаясь общественно-полезным трудом Бродский писал упадочнические, подчас непозволительного характера стишки, которые с помощью своих друзей, распространял в Ленинграде и Москве, отрицательно воздействуя на неустойчивую часть молодежи.

Бродский неоднократно предупреждался об устройстве на работу от чего он отказался…

Постановил: Протест заместителя Генерального Прокурора СССР в отношении Бродского Иосифа Александровича отклонить.

Председательствующий Ермаков. Подпись.».

Из Определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 4 сентября 1965 года по протесту Заместителя Генерального Прокурора СССР:

«…Основанием для выселения Бродского послужило то обстоятельство, что он с 1956 по 1963 год проработал в различных организациях в общей сложности всего лишь 2 года 8 месяцев, 13 раз сменял место работы, а к моменту его выселения вообще более года не занимался общественно полезным трудом, выдавая себя за поэта.

Одновременно этим же народным судом вынесено частное определение в отношении членов Ленинградского отделения Союза писателей Грудининой Натальи Иосифовны, Эткинда Ефима Гиршевича и Адмони Вольфа, в котором обращено внимание Союза советских писателей на то, что они выступили в защиту Бродского, пытались представить в суде его пошлые и безидейные стихи, как талантливое творчество, а самого Бродского как непризнанного гения и что это их поведение свидетельствует об отсутствии у них идейной зоркости и партийной принципиальности….

Протест подлежит удовлетворению по следующим основаниям. Бродский молод, противоправные действия совершил впервые. … При этих данных назначение Бродскому максимального срока высылки, предусмотренного Законом необходимостью, не вызывалось.

У суда не было достаточных оснований и для вынесения упомянутого выше частного определения.

Как видно из протокола судебного заседания Грудинина, Эткинд и Адмони высказывали лишь свое личное мнение и только о работах Бродского по переводу стихов иностранных авторов, опубликованных в печати и на этом основании, характеризовали как талантливого переводчика…

Судебная коллегия определила: Постановление народного суда Дзержинского района города Ленинграда от 13 марта 1964 года в отношении Бродского Иосифа Александровича изменить, сократив ему срок высылки с пяти лет до одного года и пяти месяцев. Частное определение этого же суда от 13 марта 1964 года в отношении Грудининой Н.И., Эткинда Е.Г. и Адмони В. и Постановление Президиума Ленинградского Городского суда от 16 января 1965 года вынесенное по данному делу отменить.

Председательствующий Остроухова В.М. члены суда. Подписи.»

А началась эта история будущего лауреата Нобелевского премии по литературе Бродского Иосифа Александровича с публикации статьи в газете «Вечерний Ленинград» от 29 ноября 1963 года «Окололитературный трутень» за подписями Я.Лернер, М. Медведев и А. Ионина.

"Несколько лет назад в окололитературных кругах Ленинграда появился молодой человек, именовавший себя стихотворцем. На нем были вельветовые штаны, в руках — неизменный портфель, набитый бумагами. Зимой он ходил без головного убора, и снежок беспрепятственно припудривал его рыжеватые волосы.

Приятели звали его запросто — Осей. В иных местах его величали полным именем — Иосиф Бродский.

Бродский посещал литературное объединение начинающих литераторов, занимающихся во Дворце культуры имени Первой пятилетки. Но стихотворец в вельветовых штанах решил, что занятия в литературном объединении не для его широкой натуры. Он даже стал внушать пишущей молодежи, что учеба в таком объединении сковывает-де творчество, а посему он, Иосиф Бродский, будет карабкаться на Парнас единолично.

С чем же хотел прийти этот самоуверенный юнец в литературу? На его счету был десяток-другой стихотворений, переписанных в тоненькую школьную тетрадку, и все эти стихотворения свидетельствовали о том, что мировоззрение их автора явно ущербно. "Кладбище», «Умру, умру…" — по одним лишь этим названиям можно судить о своеобразном уклоне в творчестве Бродского. Он подражал поэтам, проповедовавшим пессимизм и неверие в человека, его стихи представляют смесь из декадентщины, модернизма и самой обыкновенной тарабарщины. Жалко выглядели убогие подражательские попытки Бродского.

Впрочем, что-либо самостоятельное сотворить он не мог: силенок не хватало. Не хватало знаний, культуры. Да, и какие могут быть знания у недоучки, у человека, не окончившего даже среднюю школу?..»

Так начиналась эта статья. Основную роль в ее написании сыграл Яков Моисеевич (он предпочитал, чтобы его называли Михайлович) Лернер. В те времена многие скрывали свою пятую графу: национальность. Но в данном случае, это было интересно еще и тем, что нельзя преследователей поэта, было обвинить в антисемитизме. Лернер то же был евреем. Хотя, как еще посмотреть на это. Иногда бывает так, что, пытаясь скрыть свою принадлежность к евреям, человек проявляет еще более оголтелый антисемитизм. Бродский называл Лернера «черным крестным».

Итак, Яков Михайлович Лернер в начале шестидесятых годов был командиром оперотряда Добровольной народной дружины № 12 от института «Гипрошахт», где занимал должность завхоза. Это было время, когда партия делала упор на работу общественных организаций и планировалось, даже, подмена работы милиции. Личность по себе интересная тем, что он представлял собой тип правильного советского человека, воспитанного в духе строителя коммунизма, непримиримого борца со всем порочным в обществе. К этому времени ему было уже за 40, представлялся участником Великой Отечественной войны, строителем Дороги жизни, имел даже фотографию маршала Жукова, с дарственной надписью и фото других знаменитостей. Якобы, имел правительственные награды, во всяком случае носил ордена. Хорошо поставленная речь, производила впечатление на окружающих людей. Он создал отряд по борьбе с «фарцовщиками» (скупщики у иностранцев вещей), но занимался и другими вещами. Так, он изобличил группу молодых евреев во главе с Белоцерковским Вадимом, которые собирались на квартире и изучали иврит. Белоцерковского выселили из Ленинграда. Но эта одна сторона жизни Я. М. Лернера. В 1972 году он был арестован и привлечен к уголовной ответственности за вымогательство у этих же «фарцовщиков». В суде выяснилось, что нигде не воевал, никем не награждался и вообще, темная личность. Человек с двойным лицом, двуликий Янус. Именно ему и было адресовано письмо, за подписью заведующего отделом охраны общественного порядка Ленинградского городского комитета комсомола Иванова, с просьбой обратить внимание на молодого Бродского и провести с ним воспитательную работу.

Иосиф Бродский бросил учебу в 8 классе и решил увидеть жизнь своими глазами: работал учеником фрезеровщика, смотрителем маяка, кочегаром, санитаром в морге, внештатным корреспондентом газеты «Советская Балтика», коллектором в экспедиции, фотолаборантом, грузчиком и т. д. При этом много занимался самообразованием, изучал иностранные языки и писал стихи. Встречался с начинающими поэтами, вместе с ними читал свои стихи, не всем они нравились, но его это не смущало. Видно, именно в этой среде, он привлек внимание высших чиновников от комсомола и сотрудников КГБ. Его независимое поведение, стремление к свободе, стало раздражать их, и тогда они решили с ним покончить и сделать это руками Лернера. К этому времени Иосиф Бродский стал с подстрочником переводить стихи с английского, испанского, польского языков и у него это неплохо получалось. Он привлек к себе внимание известных поэтов, в том числе и Анны Ахматовой. А Грудинина Наталья Иосифовна, Эткинд Ефим Гиршевич и Адмони Вольф активно выступили в его защиту на суде, чем навлекли на себя гнев судебный, т. к. они считали Иосифа Бродского талантливым переводчиком стихов и талантливым поэтом. Именно Лернер подготовил почву для признания Бродского тунеядцем, встречался с партийными чиновниками, прокурором, был инициатором написания статьи в газете. Чем же ему помешал молодой парнишка? Да ничем. Для него было главным быть в центре внимания. К этому он стремился всю свою жизнь.

В 90-х годах прошлого века, режиссёр фильма о И. Бродском, Сергей Балакирев, встретился с Я. М. Лернером и вот, что тот ему рассказал: «Да, он готов много чего порассказать о том деле. Более того, у него существуют почти все документы… А то, что Бродскому дали Нобелевскую премию — это еще ничего не значит, это еще будущее покажет. Вот везде пишут: русский поэт. Да ведь он ненавидел Родину! И свидетельства на этот счет имеются: копии дневников Бродского, выписки из его писем. И его кое-какие материалы…. И хоть к стенке меня ставьте — все равно скажу: Бродский вел себя в те годы антисоветски, вот его и судили за это, а не за стихи. А ведь сколько дружина и он лично возился с Бродским! Сколько его воспитывали, а он все равно с компанией дружков выходил на улицы, на площадь перед Русским музеем, выкрикивал антисоветские лозунги. А что он про того же Карла Маркса говорил…».

А вот, что пишет в письме Л. Брежневу сам И. Бродский по этому поводу, утром 4 июня 1972 года, собираясь в аэропорт "Пулково":

"Уважаемый Леонид Ильич, покидая Россию не по собственной воле, о чем Вам, может быть, известно, я решаюсь обратиться к Вам с просьбой, право на которую мне дает твердое сознание того, что все, что сделано мною за 15 лет литературной работы, служит и еще послужит только к славе русской культуры, ничему другому.

Я хочу просить Вас дать возможность сохранить мое существование, мое присутствие в литературном процессе. Хотя бы в качестве переводчика — в том качестве, в котором я до сих пор и выступал. Смею думать, что работа моя была хорошей работой, и я мог бы и дальше приносить пользу. В конце концов, сто лет назад такое практиковалось.

Я принадлежу к русской культуре, я сознаю себя ее частью, слагаемым, и никакая перемена места на конечный результат повлиять не сможет. Язык вещь более древняя и более неизбежная, чем государство. Я принадлежу русскому языку, а что касается государства, то, с моей точки зрения, мерой патриотизма писателя является то, как он пишет на языке народа, среди которого живет, а не клятвы с трибуны. Мне горько уезжать из России. Я здесь родился, вырос, жил, и всем, что имею за душой, я обязан ей. Все плохое, что выпадало на мою долю, с лихвой перекрывалось хорошим, и я никогда не чувствовал себя обиженным Отечеством. Не чувствую и сейчас.

Ибо, переставая быть гражданином СССР, я не перестаю быть русским поэтом. Я верю, что я вернусь; поэты всегда возвращаются: во плоти или на бумаге. Я хочу верить и в то, и в другое. Люди вышли из того возраста, когда прав был сильный. Для этого на свете слишком много слабых. Единственная правота — доброта. От зла, от гнева, от ненависти — пусть именуемых праведными — никто не выигрывает. Мы все приговорены к одному и тому же: к смерти. Умру я, пишущий эти строки, умрете Вы, их читающий. Останутся наши дела, но и они подвергнутся разрушению. Поэтому никто не должен мешать друг другу делать его дело. Условия существования слишком тяжелы, чтобы их еще усложнять.

Я надеюсь, Вы поймете меня правильно, поймете, о чем я прошу. Я прошу дать мне возможность и дальше существовать в русской литературе, на русской земле. Я думаю, что ни в чем не виноват перед своей Родиной. Напротив, я думаю, что во многом прав. Я не знаю, каков будет Ваш ответ на мою просьбу, будет ли он иметь место вообще. Жаль, что не написал Вам раньше, а теперь уже и времени не осталось. Но скажу Вам, что в любом случае, даже если моему народу не нужно мое тело, душа моя ему еще пригодится".

Административное дело в отношении И. А. Бродского было прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения 26 июля 1989 года по протесту первого заместителя прокурора РСФСР Постановлением Президиума Верховного Суда республики.

Герой своего времени. Корея.

Воздушный бой, он очень жуткий,

В бою — натянут, как струна,

Перегрузок трудно вспомнить,

А где же небо, где земля.

То виражи, то пилотажи,

То бочки крутишь, как шальной.

Прицельно бьешь, в тебя стреляют.

Нет, не попали, ты живой.

(Филатов Н.А.)

Предисловие.

10 августа 1945 года в результате быстротечной войны с Японией и освобождения Кореи от японской интервенции войсками СССР и США, произошло разделении Кореи по 38 параллели. Вообще-то союзные войска планировали о создании единой демократической республики. Но как произошло в Германии, так и в этом случае, американцы побоялись возникновения еще одного коммунистического государства на азиатском континенте. Победа в Великой Отечественной войне произошла, благодаря героизму и отваге всех народов Советского Союза. Тогда еще весь мир помнил, кто именно победил фашизм. Это сейчас на западе считают, что без американских и английских поставок оружия и тушенки, русские не смогли бы одержать победу. Что именно их десант в 1944 году одержал победу над немцами. Но в то время, все народы мира знали о действительной роли Советского Союза в войне и тех, кто положил свои головы, за освобождения Европы. Поэтому и коммунисты в своих странах, пользовались особым авторитетом у граждан своей страны.

В общем, как это произошло в Германии, так и в Корее. Вначале американцы на юге Кореи провели выборы, и во главе правительства стал их ставленник: Ли Сын Ман. Затем прошли выборы на Севере и к власти пришли коммунисты во главе с Ким Ир Сеном. В результате возникли две республики: на севере Корейская народно-демократическая республика, на юге: Корейская республика. Причем каждый из глав правительства полагал, что их власть распространяется на всю Корею. В 1949 году советские и американские войска были выведены из Корейского полуострова. Ким Ир Сен полагал, что народ Юга его полностью поддерживает и только стоит войти войскам Северной Кореи на территорию Южной Кореи, там вспыхнет восстание, и Корея будет полностью освобождена от американского империализма. Именно это он старался донести до Сталина и Мао Цзэдуна и заручится их поддержкой на случай войны. Сталин же полагал, что может вспыхнуть третья мировая война и поэтому, Советскому Союзу вмешиваться в войну в Корее не стоит. Однако не отказывал в военной помощи и направлении военных советников для создания армии. В Корею было направлено 4293 специалиста, из них 4020 — это военные.

Перед началом войны войска КНДР насчитывали 175 тысяч человек, 150 танков Т-34 и 172 боевых самолета. Войска Южной Корее насчитывали 93 тысячи человек, не имели практически бронетехники и самолетов.

25 июня 1950 года войска КНДР перешли границу 38 параллели и началась война. К середине августа 1950 года войска Северной Кореи заняли 90 % территории Южной Кореи, фактически у тех оставался только Пусанский периметр по реке Нактонган.

США пользуясь тем, что СССР бойкотировал работу Совета Безопасности ООН и все заседания ООН, предложил резолюцию об оказании военной поддержке Южной Кореи и их поддержали многие государства Запада. После чего в Южную Корею были переброшены войска США из Японии и к ним присоединились еще 21 государство: Великобритания, Австралия, Турция, Бельгия, Греция и т. д. Уже через несколько дней самолеты США захватили все воздушное пространство полуострова. Началось отступление армии КНДР: 8 октября 1950 года союзные войска подошли к 38 параллели, а в конце октября была взята столица КНДР. Стало ясно, что без помощи Китая и СССР не обойтись. Китай предоставил до миллиона своих солдат, так называемых добровольцев, а СССР перебросил к границе Китая и КНДР несколько своих истребительных авиационных дивизий для защиты воздушного пространства Северной Кореи.

Глава первая.

На одном из подмосковных военных аэродромов новейшие реактивные самолеты МИГ-15 заходили на посадку. Они возвращались от Москвы, где отрабатывали полеты перед парадом Победы. 28-летний Николай Петров, командир звена сел первым. Его встречал техник Роман Молдавский, с которым они еще со времен войны были вместе.

«Как самолет ведет себя?» — спросил Роман.

«Все нормально. Не волнуйся. Мы с ним как будто слились воедино. Малейшее мое движение чувствует», — ответил Николай и с нежностью похлопал по борту самолета.

«Ну, я пошел в столовую. Вечером, что ты делаешь? — спросил Николай, — может, пойдем, погуляем, на танцы сходим?»

«Ладно. Иди. Я тут еще покопаюсь, а вечером заскочу к тебе» — ответил Роман.

Как только Николай зашел в столовую и сел обедать, раздалась команда: «Всем офицерам собраться в клубе». «Наверное, что-то в отношении парада будут говорить», — подумал Николай и направился в клуб. Когда он зашел, там уже сидели почти все офицеры дивизии. Тут же раздалась команда: «Встать. Смирно». На сцену вышли командир дивизии трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб, его заместитель по политчасти Константин Егоров и какой-то гражданский, как потом выяснилось представитель ЦК.

«Вольно. Прошу садиться», — скомандовал И.Кожедуб. «Товарищи офицеры, ситуация в мире резко накалилась, — начал И. Кожедуб, — американский империализм никак не может успокоиться и разжигает новый очаг войны. На этот раз в Корее. Наши товарищи, коммунисты Кореи, находятся в тяжелых условиях, их непрерывно бомбят самолеты США и союзники. Они вынуждены отступать, и нуждаются в нашей защите. Кто из офицеров, коммунистов, готов ехать на войну в Корею, прошу встать».

Тут же все сто человек, находившиеся в зале, в едином порыве, встали. «Ну, я ничего другого и не ждал, — сказал И. Кожедуб, — мы тогда сами отберем 60 человек, которые отправятся вместе со мной, прежде всего это будут те летчики, кто уже принимал участие в войне и имеет боевой опыт. Сейчас там находится свыше 2000 самолетов противника и все уже имевшие опыт войны с Германией. Мы то же пойдем по этому пути. Предупреждаю, что решение данного собрания является совершенно секретным и никто, даже самые близкие люди, не должны знать, куда и когда мы поедем. Официальная версия — это переброска нашей дивизии на новую дислокацию, в Сибирь, на границу с Китаем. Все свободны», — закончил свою речь командир.

Вечером, в общежитие, где размещались летчики, зашел Роман. В комнате у Николая никого не было, все разбрелись кто — куда.

— «Ну, что загрустил, Коля?» — спросил Роман.

— «Да вот, жду, что ты скажешь — ответил Николай, — у вас ведь тоже собрание было».

— «Было, было, — ответил Роман, — конечно, еду, нельзя же тебя бросать одного. Еще чего-нибудь натворишь без меня».

— «Это другое дело, — сразу повеселел Николай, — надо отметить». И пошел к буфету, доставая бутылку водки и колбасу.

— «Ну, что, за партию и наше правительство!»— провозгласил тост Николай. «Давай», — поддержал его Роман. Выпили, помолчали, прислушиваясь, как живительная влага разливалась по телу. «Между первой и второй перерывчик небольшой», — сказал Николай, разливая водку по стаканам. «Теперь, за Сталина!», — сказал Николай. «За Сталина!»— повторил Роман и молча выпили. Закусывая, Роман спросил у Николая: «Опять воевать будем?» «Будем, никуда не денемся. И надерем задницу америкосам», — ответил Николай. «Тогда давай выпьем за то, чтобы вернулись!» — предложил тост Роман. Опять выпили и помолчали. «Теперь хорошо», — сказал Николай, — пошли на танцы», и друзья направились на улицу.

Прошло несколько дней Николай и Роман тряслись в поезде, разместившись на полках в купейном вагоне. Поезд уносил их к китайской границе, и ехать предстояло долго. За стенкой, друзья-товарищи горланили песни, а им уже надоело, и они молча, уставились в окно, глядя на проносившиеся мимо деревья и поля. Наконец, молчание прервал Роман: «Слушай, Николай, а чего мы премся воевать. Мало что-ли было? Тогда хоть знали, что Родину надо защищать, своих родных и близких. А теперь зачем?» «Вот, затосковал, видно по бабе соскучился, — ответил Николай. — Во-первых, надо самолеты наши новые проверить, как поведут себя в бою. Во-вторых, себя проверить, не заржавел ли, да и тактика боя на реактивных, совсем другая. Как поведут себя наши самолеты в бою с американскими? Тут не только головой крутить придется, но думать надо. Это вопрос, вопросов». «Это все хорошо, но поймут ли наши потомки, за что мы воевали? Не превратят ли нас в агрессоров?» — сказал Роман. «Ну, ты даешь. В агрессоров, это нас то. Мы едем защищать корейцев, а не нападать. Знаешь, нас даже предупредили, чтобы границу с Южной Кореей не пересекали. Чтобы ни один летчик не попался в плен, — ответил Николай, — и вообще, меньше болтай, еще услышит кто-нибудь, потом хлопот не оберешься». И друзья опять надолго замолчали, а потом под мерный стук колес и уснули.

Прошло еще несколько дней, и поезд с летчиками подошел к китайской границе. В купе вошли снабженец Трофимов Петр с солдатом. Принесли с собой форму и велели переодеваться.

— «Это еще что такое?», — спросил Николай.

— «Китайская форма, — ответил Петр, — ты теперь китайский доброволец. Вот тебе словарь и учи корейский язык. Да еще и фамилию себе придумай. Например, Пет Ник Лай», — и рассмеявшись, вышел из купе. Вскоре и командир полка прошел по вагону. Предупредил, чтобы все переоделись и из вагонов не выходили до прибытия к месту назначения. И учили корейский язык.

Через несколько дней прибыли на аэродром под Шанхаем. Дали команду на разгрузку и готовить самолеты к передислокации. Роман целые дни возился с самолетом, а Николай готовился к полетам. Летчикам объяснили, что их задача будет охрана воздушного пространства Северной Кореи, защита электростанции и мостов между Китаем и Кореей, по которым идет снабжение армии Северной Кореи. Американцы не должны знать, что им противостоят летчики Советского Союза, поэтому запрещается в воздухе разговаривать на русском языке, общаться только на корейском, со словарем. Все документы в самолете, должны быть только на корейском, фотографировать ничего нельзя, у кого имеются фотоаппараты, всем сдать. Им противостоять будут, в основном, американцы на истребителях Ф-86 «Сейбр». Налеты американцы совершают массированными группами, состав доходит до 100 бомбардировщиков, как их называют «летающие крепости», это стратегические бомбардировщики «Б-29», способные нести до 9 тонн бомбовой нагрузки и имеющие 8 крупнокалиберных пулемета. Такой самолет и совершил атомную бомбардировку японских городов Хиросима и Нагасаки.

Как только наши техники самолеты подготавливали, летчики сразу начинали их обкатывать. Далеко летать не разрешали, устраивали воздушные бои, в которых лично участвовал И.Кожедуб, обучая молодежь. Николай из машины не вылезал, отрабатывая полеты летчиков своего звена, все были молодые, в войне не участвовали, но имели достаточный опыт налета. Обратили внимание, что при имитации воздушного боя возникают значительные перегрузки, что может привести к потере сознания. Приспособились сжиматься в клубок, стало легче. У американцев были специальные костюмы, которые снимали нагрузку, а нам приходилось приспосабливаться.

Наконец, поступила команда передислоцироваться к границе Китая с Кореей и начать боевые операции.

Глава вторая.

Прибыли на границу с Кореей, в провинцию Гирин. На аэродроме находились еще китайские и корейские летчики. Они уже побывали в воздушных боях с американскими летчиками, но особых успехов не добились. Когда И.Кожедуб знакомился с ними, обратил внимание, что все невысокого роста, худенькие. Стал расспрашивать, как ведут себя самолеты в бою, какие проблемы возникают и тут стали поступать жалобы, что летчики теряют сознание при нагрузках. Иван Никитович спросил: «А чем вы кормите своих летчиков?». Китайские и корейские командиры пояснили, что те едят, как обычно, рис. Иван Никитович рассмеялся и сказал, на такой еде только на «фанере» летать можно. Потом пояснил, что речь идет о самолете У-2, самом тихоходном из существующих самолетов. «У летчика питание должно быть калорийным, ему приходится много тратить сил в воздухе», — добавил И. Кожедуб. К его словам прислушались и питание у китайских и корейских летчиков, изменилось.

Первый боевой вылет состоялся уже на следующий день после прибытия. Над аэродромом появился американский разведчик РБ-45. Командир полка дал команду взлететь Петрову со своим звеном и уничтожить противника. Николай и его напарники взлетели, но американский летчик их близко к себе не подпустил. При их приближении он стал забираться все выше и выше. Так достиг потолка 14 км, куда нашим было не достать. Покрутились внизу, пока он не улетел и сели.

На следующий день произошло первое боевое столкновение и первые потери. Звено Николая Первухина вылетело в район переправы через реку Ялуцзян и наткнулось на 4 бомбардировщика в сопровождении десятка истребителей. Завязался бой, в результате которого был сбит один бомбардировщик, но и одного нашего летчика старшего лейтенанта Никитенко подбили, он еле дотянул до аэродрома, где и упал. Спасти летчика не удалось. При сообщении о появлении противника был в воздух поднят полк майора Невзорова, но при нашем появлении, противник сразу же бежал. В этот день, по обычаю существовавшему еще с Великой Отечественной войны, во время обеда на столе появилась рюмка с водкой и куском хлеба, предназначенная погибшему летчику. Прошло еще несколько дней и новая потеря: подбили Симакина, благо тот сумел сесть на рисовом поле и уцелел.

Прошла неделя и тут сообщение, что летит большая группа самолетов противника в направлении моста через р. Ялуцзян, основной переправой для снабжения армии Северной Кореи. Видно решили окончательно разбомбить мост. Полковник И. Кожедуб принял решение поднять всю дивизию в воздух и сам, несмотря на строжайший запрет, лично командующего воздушной армией Василия Сталина, поднялся во главе. Эскадрилья Тимофеева, в которую входило звено Николая Петрова, получило команду прикрывать сзади авиационную группу.

При подлете к мосту, на высоте около 7 000 метров обнаружили противника. Впереди летели бомбардировщики «Б-59» ромбом, всего в группе двенадцать самолетов, за ними еще группа и еще, около 50 самолетов. Группа прикрытия из истребителей отстала. Наше появление было для них неожиданным. Командир крикнул: «Соколы за мной! Тимоха, ты прикрывай!» и ринулся вниз на бомбардировщики. Какой тут корейский язык, все про него и забыли. Тимофеев скомандовал: «Вперед, атакую!», и рванул навстречу истребителям противника. Петров следом за командиром, за ним его ведомый и вся группа. Самолет американца выплыл прямо перед ним, и Николай прошил его очередью из пулемета. Тот задымил, и начал падать. Провожать его взглядом Николай не стал, откуда сзади небо прочертила пулеметная очередь противника. Оглянувшись, Николай увидел, как на него несется «Сейбр», стреляя из всех пушек. Точно бы влепил ему, но выручил ведомый Сергей Николаев, из двух пушек влепил тому прямо в бок, самолет и свалился в пике. Взяв руль на себя, Николай выскочил из боя вверх, огляделся и увидел, как один за один падают самолеты противника, небо было усеяно парашютами сбитых летчиков. Не выдержав удара, американцы стали сбрасывать бомбы куда попало, разворачиваться и удирать в сторону моря, куда нашим летчикам запретили летать. Николай сверху спикировал на одного из них и вдогонку послал очередь, задымив, самолет резко пошел вниз. Николай не стал его преследовать. Посмотрел на время, с момента начало боя прошло-то всего минут десять. Поступила команда возвращаться. На аэродроме, Роман насчитал на самолете Николая 12 дырок, у остальных самолетов тоже по несколько штук, но самое главное, ни одного нашего американцы не сбили. По объективным данным, полученным уже после этого боя, было сбито 10 «летающих крепостей» и 4 истребителя противника. С нашей стороны потерь не было. Около 100 американских летчика взято в плен. Этот день американцы назвали «черным вторником», и, почти, месяц не появлялись в воздушном коридоре, который контролировали наши летчики над Северной Кореей.

Так, день за днем, продолжалась воздушная война с американскими летчиками. Они отлично слышали русскую речь и отборный мат во время боя, но наше правительство категорически отрицало участие своих летчиков в войне в Корее. Для подтверждения своих слов американцы старались захватить хотя бы одного летчика, но наши строго соблюдали зону своего действия и если кого-либо подбивали, то садился или падал самолет на территории действия войск Северной Кореи.

Противостояние самолетов «МИГ -15» и «Ф-86» продолжалось довольно успешно для нас, но технические решения интересовали очень инженеров. Поэтому каждая стороны пыталась захватить самолетов противника для изучения. Наши самолеты были легче и быстрее набирали высоту, поэтому лучше совершали вертикальный маневр, имели выше потолок и более мощное вооружение. Американские самолеты были быстрее в горизонтальном полете и пике, лучше маневрировали и дальность полета была выше.

За захват нашего самолета американцы обещали от 50 до 100 тысяч долларов, в то время это были большие деньги, сбрасывали листовки к корейским и китайским летчикам с предложением, перелететь на их сторону, обещая политическое убежище, но во время войны им это не удалось. Нашим же, напротив, повезло, в одном из боев летчики подбили американский самолет. Обычно, в этом случае, у американцев, вылетала группа спасателей, забирали летчика, и уничтожали самолет. Но в этот раз, самолет упал в прибрежных водах и во время прилива был скрыт под водой, недоступен для уничтожения. Этим воспользовались наши, вместе с корейским военнослужащими, вытащили самолет и увезли на аэродром. А затем отправили в Москву, для изучения.

Третья глава.

Прошло девять месяцев, как Николай Петров вместе со своим другим Романом Молдавским воевали в Корее. За этот период времени Николай сбил лично 9 самолетов противника, один раз сбили и его. Ему повезло, что он остался жив. Среди летчиков существовало негласное соглашение, что если летчик спасается на парашюте, его никто не трогает. Но так было не всегда. Как только Николай выпрыгнул из самолета и открылся его парашют, американский летчик погнался за ним и решил уничтожить. Видно, что Николай, перед падением, сбил его близкого приятеля. Американец открыл по нему огонь из всех пушек, но цель была слишком мала, и он проскочил мимо. Стал разворачиваться, но парашют Николая вошел в облако и там затерялся. Когда выплыл из облака, американца видно не было. Видно, наши летчики отогнали.

10 декабря 1951 года Николаю Петрову и еще 8 летчикам было присвоено звание Героя Советского Союза, а Роман Молдавский был удостоен ордена «Красной Звезды». Прибыла смена и 31 декабря 1952 года наши друзья уже встречали на родине, в кругу своих близких и друзей.

За 9 месяцев боев в Северной Корее летчики Ивана Анатольевича Кожедуба сбили 216 самолетов противника, а сами потеряли 27 самолетов и 9 летчиков.

64 истребительный авиационный корпус принимал участие в военных действиях с ноября 1950 года по июль 1953 года. Всего летчики 64 ИАК произвели 63 229 боевых вылета, участвовали в 1790 воздушных боях, сбили 1309 самолета противника, из них авиацией -1097, 212 —огнем зенитной артиллерии.

Наши потери за период с 25 июня 1950 года по 27 июля 1953 года составили 125 летчика и 335 самолета. Орденами и медалями награждены 3504 военнослужащих, а 35 летчика получили звание Героя Советского Союза.

27 июля 1953 года американским генералом Кларком от имени командования войск ООН, представителями КНДР и НОАК (Народно-освободительная армия Китая) было заключено перемирие.

Герой своего времени. Венгрия 1956 год.

Предисловие.

Венгерское восстание 1956 года до настоящего времени вызывает противоположные мнения: одни считают, что это была попытка вырваться из коммунистического блока, другие — была первая «оранжевая» революция, организованная США, еще в бытность Советского Союза. Чтобы правильно оценить эти события, надо заглянуть в историю страны.

В 1919 году Миклош Хорти, венгерский адмирал, подавил революцию, возникшую в результате ее, Венгерскую Советскую республику и пришел к власти. Установил он авторитарный режим, где были запрещены коммунистическая партия и откровенно профашистские партии. Однако к 1941 году Хорти стал союзником Германии и воевал против СССР. Войска Венгрии оккупировали часть Советского Союза вместе с немецкими войсками и были виновны в репрессиях против населения. В 1944 году Миклош Хорти попытался выйти из войны, но с помощью немцев был отстранен от власти и вывезен в Германию, а к власти пришла фашистская партия во главе с Ференцом Салаши.

На Восточном фронте побывало 1,5 млн. венгров, из них — 1/3 людей погибли и 2/3 были взяты в плен. Нахождение под властью фашистов не прошло бесследно для народа Венгрии, мало кто из них испытывал симпатии к Советскому Союзу и встречал с цветами советские войска. Битва за Будапешт, была одной из наиболее кровопролитных во Второй мировой войне, где погибло более 80 тысяч советских солдат и около 240 тысяч раненых.

После окончания войны в Венгрии прошли всеобщие выборы, в ходе которых победила независимая партия мелких хозяев, получившая 57 % голосов избирателей и только 17 % — коммунисты. Это не устраивало руководство Советского Союза и началось постепенное вытеснение представителей других партий. К власти привели коммуниста Матьяш Ракоши, который установил личную диктатуру и копировал сталинскую модель построения коммунизма, насаждал коллективизацию и индустриализацию страны. Многие политические противники подверглись репрессиям. После смерти Сталина, 27–28 июня 1953 года Ракоши был заменен, во главе правительства стал Имре Надь. Экономическую политику изменили и инвестиции уже были направлены на развитие легкой и пищевой промышленности, ослаблено давление на сельское хозяйство, его частный сектор. Это привело к внутрипартийной борьбе между сторонниками Матьяш Ракоши и Имре Надя. После 20 съезда Коммунистической партии Советского Союза и разоблачении культа личности Сталина, Матьяш Ракоши был снят с должности и отправлен в отставку.

Положением в стране воспользовались противники коммунистического правления и в первую очередь США. В январе 1956 года военная разведка США представила доклад: «Венгрия: активность и потенциал сопротивления», где была сформирована основная задача: это перевод недовольства населения Венгрии в фазу активного сопротивления. С радиостанции «Свободная Европа» начались программы, призывавшие к оказанию сопротивления власти, в Венгрию полетели со стороны Западной Германии тысячи шаров с листовками. На территорию забрасывались сотни бывших фашистов с оружием для вооруженного мятежа. Внутри страны действовали подпольные центры фашистов «Меч и крест», «Белая гвардия» и др.

16 октября 1956 года в г. Сегеда на демонстрацию вышли студенты из «Демократического Союза молодежи», «Союза студентов» и другие молодежные организации. 23 октября 1956 г. в Будапеште прошла демонстрация в 200 тысяч человек под лозунгом «национального коммунизма». Первый секретарь Э. Гере выступил с критикой демонстрантов. Те в ответ, начали штурм Дома радио. Появились первые убитые и раненые.

25 октября сотни тысяч демонстрантов собрались у здания парламента в Будапеште. Туда же подтянули советские войска. И тут с крыш зданий начали вести огонь по демонстрантам и войскам. Был убит советский офицер и сожгли танк. В ответ советские войска открыли огонь. Погиб 61 человек и 284 человека ранено.

Обстрел велся с крыш, неизвестно кем и зачем. Как это нам знакомо и на память приходит февраль 2014 года, Украина. Майдан. И опять погибшие с обеих противоборствующих сторон.

Уже по прошествии многих лет, когда были опубликованы секретные материалы ЦРУ за 1956 год, стало известно об их операции в Венгрии под названием «Фокус» и ее роли в «оранжевой» революции.

В стране начались нападения на советских военнослужащих, их семьи, убийство женщин и детей, зверские убийства с пытками сотрудников государственной безопасности и судами Линча.

Глава первая.

Я служил третий год в танковых войсках, был водителем танка. В те годы ребята в армии служили по три года, а во флоте — все четыре. Только недавно закончилась война, и мы понимали, как важно для страны уметь защищать Родину.

23 октября 1956 года ровно в 4 утра раздалась тревога. Тогда часто нас, таким образом, тренировали и мы, по привычке, вскочили, оделись на ходу, получили оружие и к танку. Через 15 минут, наш полк уже был на маршруте. Размещались мы не далеко от Львова. И шли колонной в сторону границы. Что произошло и куда едем, никто не знал. Только на границе сделали перекур и тут объявили приказ Министерства Обороны, что у наших венгерских товарищей произошла контрреволюция, и мы идем к ним на помощь. Как только проскочили границу, сразу стало ясно, что в Венгрии что-то происходит. В первом же населенном пункте, памятник Сталину был повален, народ с улиц исчез. Мы шли на большой скорости на танках по полям, а по шоссе, наши автомашины. С собой у нас был сухой поек, но и его поесть было некогда. Гнали, как на пожар. Въехали в небольшой лесок, командир высунулся из люка, повеяло свежим воздухом. В общем — благодать. И вдруг, впереди, раздались взрывы. Мы остановились, было не понятно, что происходит. Командир выскочил из танка и побежал вперед, выяснять обстановку. Оказалось, что наш головной танк забросали гранатами, откуда-то из обочины. Погиб командир танка, он тоже из люка высунулся. Пока разбирались, разворачивались, окружили место, откуда бросали, а там уже никого не было, ушли, пользуясь оврагом. Собрали командиров и всех предупредили, что стрелять нельзя, можем своих, рабочих, убить и их настроить против себя. Приказ нам не понравился: как это нас будут убивать, а мы должны молчать, но приказ обсуждению не подлежал.

Опять по танкам и вперед рванули, теперь уже с закрытыми люками и не высовывались. Впереди показался городок. Слева от нас по шоссе, мчится автомашина с людьми. Тут уж мы проявили бдительность, перекрыли дорогу и навели на них пушки. Из переднего танка выскочил командир и направился к остановившейся автомашине. Оказался отряд вооруженных рабочих, двигался на помощь в Будапешт. Командир велел оружие им все сдать и возвращаться домой, мол, мы разберемся со всеми. Хотя, по моему мнению, им самим надо было разбираться, а мы могли бы только помогать. Но меня ведь никто не спрашивал, и я помалкивал.

На вторые сутки мы подошли к столице Венгрии: Будапешту. Наш экипаж состоял из 4 человек: я, Николай Смолянинов, механик-водитель, мой друг, Петр Евдокимов, он же стрелок-радист, мы с ним вместе призывались. Он сидел рядом со мной, а чуть сзади, в башне, находились командир танка Семенов Константин Иванович, хотя честно говоря, какой он, Иванович, был чуть старше нас, только окончил военное училище, и наводчик Костя Иванов. Танк у нас был из новых: Т-34-85.

Перед Будапештом мы уже поели, и завалились спать, где придется, глаза смыкались, сил терпеть больше не было.

Глава вторая.

Утром, 25 октября 1956 года, мы стояли в пригороде Будапешта и ждали команды. Наконец, в 11 часов прозвучала команда двигаться к центру Будапешта. На провокации со стороны населения не реагировать, стрельбу не открывать. Наш взвод из 3х танков стал продвигаться по улице. Народу было много, кое-где надписи: «Русские, возвращайтесь домой» и кое-что похлеще. Мужики, которые понаглее, забирались на танк и втыкали свои знамена нам в ствол. Приходилось разворотом башни, сбрасывать их на землю. Впереди обнаружилась баррикада из сваленных урн, бочек и прочего дерьма. Мы ехали очень осторожно, чтобы никого не задавить. Тут из-за баррикады раздались выстрелы, стреляли по танку. Нам вреда не причинили, но было очень неприятно, когда раздались щелчки по броне. От командира полка раздалась команда: «Огонь по вверху». Петька выпустил несколько очередей и из-за баррикады люди посыпались в разные стороны. Танк медленно перевалился через баррикаду, и мы двинулись дальше. По радио предупредили, что в центре города началось сражение и один танк подбит. Поступила команда: «не давать возможности, к себе подойти».

Чем ближе к центру города мы подъезжали, тем больше народу, было на улице. Нам открыто махали кулаками, грозили оружием, но не стреляли. Видно, боялись получить отпор. Некоторые из людей были в военной форме. По всей видимости, часть армии перешла на сторону восставших. Вдалеке, какие-то вооруженные люди тащили за ноги человека к дереву и стали его подвешивать. Я доложил командиру, тот дальше по команде, но нам велели не вмешиваться. Сами, мол, пусть разбираются. По всему было видно, что начался разгул «народного гнева», где больше преобладают животные чувства, а не разум.

Мы остановились недалеко от площади. Дело клонилось к вечеру. Все ужасно устали, надо было где-то отдохнуть. Справа от нас мы увидели здание школы и с разрешения командира, решили ее занять. К нам подошли еще несколько танков, и мы окружили школу по периметру, выставили охранение. В городе всю ночь слышались выстрелы, кое-где возникали пожары. Но мы хоть немного отдохнули.

Наутро, напротив нас, через площадь, мы увидели, что возвели баррикаду и на ней людей с оружием. По нам не стреляли, и мы их не трогали, ждали команду. Петька вылез и уселся на башню, пользуясь тем, что командир ушел завтракать, демонстрируя удаль свою. Вдруг на площадь выбегает маленькая девочка, лет 3х, не больше. Черненькая, с большими кудрями, прижала к груди куклу, плачет и зовет кого-то, по всей видимости, маму. Со стороны баррикады раздались крики: зовут девочку к себе. Она испугалась и присела на четвереньки, озирается и плачет. Тут Петька спрыгнул с танка и направился к ней. Я ему кричу: «Не лезь туда». Но он только отмахнулся и спокойно так, пошел дальше, как будто ничего и никого не было. Он почти, подошел к ней и видно стал что-то говорить, успокаивая, как раздался выстрел. Он прозвучал как гром среди ясного неба. Я уверен, что вздрогнули все, кто наблюдал за этой сценой. Петька покачнулся и упал, головой к девочке, протянул руки и укрыл ее собой. Я завел танк, и он как зверь бросился вперед, остановился сбоку и мы вместе с Костей затащили Петьку с девчонкой в танк. Затем я развернулся и отъехал назад. Петька еще дышал. Я поднял его голову, и он, глядя мне в глаза, сказал: «За что? Я же только хотел ей помочь». У меня потекли слезы. «Петька! Ты держись. Сейчас врач будет» — кричал я ему. Но он меня не слышал и только повторял: «За что? За что?», а потом затих.

И тут раздались выстрелы с орудий, это наши вдребезги разнесли чердак, с которого стреляли. Но я уже ничего не слышал, держал голову своего друга и только повторял: «Петька, Петька. Очнись!»

Прибежал командир, забрали Петьку и меня вывели в здание школы. Вскоре приехал замполит Николаев Михаил Петрович. Он стал меня успокаивать, но я все время дрожал и спросил его: «За что? За что? Он ведь ничего плохого не сделал, хотел девчонку защитить». На что Михаил Петрович мне ответил: «Такова доля советского солдата, мы всех хотим защитить и при этом кладем свои головы на чужбине».

Мы простояли несколько дней у этой площади. Вскоре нашлась и мать этой девочки. Было видно, что командование не знает, что делать и наверху совершенно растеряны. У нас был небольшой приемник, по-венгерски, мы ничего не понимали, а наше радио делало вид, что ничего не происходит. Только радиостанция «Свободной Европы» вопила, что мы оккупировали Венгрию и призывали к оказанию всевозможного сопротивления. 29 октября 1956 года, наконец, поступила команда вывести все танки за город и ждать дальнейшей команды.

Глава третья.

Прошло несколько дней. К нам, в экипаж, вместо Петьки, прислали стрелка-радиста, Сергея Крячкина. Служил он второй год. Его танк забросали гранатами в центре Будапешта. Командир с наводчиком погибли, а он с механиком, через нижний люк спаслись. Благо наши, сразу подоспели.

Он и по рассказывал нам ужасы. После расстрела митинга в центре города, люди совсем озверели. Напали на городской комитет партии и вытащили работников на улицу, поиздевались, а затем повесили человек 20. Хватали всех своих работников государственной безопасности и казнили: кого вешали, кому животы спаривали и вниз головой на деревья. Их узнавали по желтым ботинкам, которые выдавали только работникам государственной безопасности. Если кого наших военнослужащих ловили, тоже убивали. Армия у венгров не вмешивалась, только часть перешла на сторону восставших. Говорил, что много фашистов с оружием, забросили из Германии и Австрии. А на границе стоят войска НАТО и ждут команды, чтобы начать войну.

Своими рассказами Сергей, конечно, подогрел нас. 3 ноября 1956 года прошел слух, что к нам прибыл маршал Жуков Г.К., для проведения операции. Эта новость сразу же всех взбодрила. Стало ясно, что конец пришел неопределенности. И правда, 4 ноября в 4 часа утра нам зачитали приказ маршала И. С. Конева, что империалисты пытаются совершить контрреволюцию, в Венгрии, и по просьбе правительства, мы должны им помочь освободиться от контрреволюционеров. Тут же сказали не миндальничать, всех кто оказывает сопротивление, уничтожать. Операцию по освобождению Будапешта, назвали «Вихрь».

Используя опыт Великой Отечественной войны, наши войска захватывали квартал за кварталом с помощью штурмовых отрядов, которым были приданы танки и артиллерия. Наш танк был впереди, сбоку шли бойцы, блокируя дома, и не давали возможности, забрасывать нас гранатами. Если встречалась баррикада, то мы расстреливали ее, не дожидаясь встречного огня.

Особо сильное сопротивление мы встретили у торгового комплекса «Пассаж Корвина», где располагался штаб восставших. Несколько танков им удалось поджечь, но нашему танку повезло: мы прорвались прямо в пекло, нам подбили гусеницу, кончились снаряды, и мы начали отстреливаться из автоматов и бросать гранаты, благо ими запаслись. На помощь к нам прорвался еще танк и восставшие не выдержали, побежали.

К 10 ноября все основные очаги сопротивления были подавлены. А ведь сил у восставших было немало. По некоторым данным, в городе насчитывалось около 50 тысяч человек. Во главе стояли бывшие фашисты со своими солдатами.

За время боев с 23 октября 1956 года по 31 декабря 1956 года в Венгрии погибло 2652 гражданина и ранено 19 226 человек. Советская Армия потеряла в боях 669 военнослужащих, 51 человек пропал без вести, 1540 человек ранено.

Эпилог.

За мужество и героизм проявленные в боях за город Будапешт командиру нашего танка Семенову Константину Ивановичу было присвоено звание Героя Советского Союза. Мой друг, Евдокимов Петру Иванович, посмертно, награжден орденом Славы 3 степени. Наводчик Иванов Константин Петрович награжден также орденом Славы 3 степени. Я и Сергей Крячкин: награждены орденами Красной Звезды.

«Вьетнамец».

С этим человеком я встретился совершенно случайно. Нас познакомил общий товарищ Валерий. У меня болела шея, и я пожаловался Валерию, что не знаю к кому бы обратиться, врачей много, а толку мало. Тогда он и предложил меня познакомить с врачом, который проходил практику во Вьетнаме и сможет мне помочь. Я согласился. И через несколько дней мы звонили в квартиру, расположенной на Лесном проспекте.

Двери нам открыл невысокий, худощавый мужчина, темные волосы его были коротко острижены и сам действительно был похож на вьетнамца. Я еще подумал, как внешняя среда делает нас похожими на окружающих. Внимательно посмотрел мне в глаза, мужчина представился: «Владимир». До меня донесся запах спиртного. Я сразу же засомневался в том, что следовало ли мне приходить или нет. Валера мне ничего не говорил о приверженности Владимира к спиртному. Но делать было нечего, да и неудобно было сразу уходить. Владимир мне предложил сесть на стул и стал осматривать меня сзади, вертеть моей головой в разные стороны и, в конце концов, изрек: «шейный остеохондроз». Я сразу же согласился и подтвердил данный диагноз, ведь мне его поставили еще несколько лет назад в поликлинике. «Ну что будем делать?» — спросил Владимир. «Наверное, лечить», — предположил я, без всякой уже надежды. «Значит так, — сказал Владимир, — будем делать вытяжку шеи и поставим иголочки». «Была ни была» — подумал я, но молча согласился и закивал. Владимир предложил раздеться до пояса и лечь на топчан, животом вниз. Затем он вытащил из серванта иголки, не швейные конечно, а тонкие и длинные, они находились в банке, по всей видимости, со спиртом и, пристроившись у моей головы, стал их втыкать в область шеи. Процедура не очень приятная, но терпимо. И тут Владимир мне говорит: «Ты не очень-то вертись, а то если я промахнусь, инвалидом можешь остаться». От испуга я замер, но не выдержал и так это с ехидцей заявляю: «А алкоголь не помешает вам попасть, а то ведь страшно, что промахнетесь». «Не бойтесь, — отвечает Владимир, — водка только делает мою руку тверже». Я промолчал и вспомнил, что у нас в городе, где я жил в детстве, отец рассказывал, что в больнице работал хирургом бывший полковник, участник войны, так он без стакана водки, к операции не приступал и говорил при этом, чтобы руки тверже были. Так, что заявление Владимира я воспринял правильно. По втыкав, мне иголки, Владимир устроился напротив меня, и я спросил у него: «Вы действительно были во Вьетнаме?». «Да, — ответил Владимир, — я пробыл там около двух лет и прошел огромную врачебную практику во время их войны с американцами». И рассказал мне историю своей жизни.

«После окончания военно-медицинской академии, меня оставили там же работать. Для молодого хирурга, это было перспективно и престижно. Во всяком случае, мои учителя обещали сделать из меня классного хирурга. В конце 1965 года меня неожиданно вызвали в кадры. Я не понимал причины, но предполагал, что предложат куда-то поехать, в какую-либо часть. Желания никакого не было, но как человек военный, отказаться я не мог. Начальник отдела кадров предложил мне присесть и ласковым голосом стал расспрашивать, как у меня дела, как семья, хотя точно знал, что я не женат. Выслушав мои ответы, сказал, что у руководства академии есть мнение направить меня на стажировку во Вьетнам. Социалистическое государство нуждается в моей поддержке и надеется, что я не откажусь. У меня никого из родных не было, так как я воспитывался в детском доме, советоваться было не с кем, экзотика путешествия в азиатскую страну мне понравилась, и я сразу же согласился. Конечно, если бы я знал с чем мне придется иметь дело, я бы лучше из армии уволился, но не поехал.

Новый год я еще встретил в Союзе, но уже в феврале 1966 года вместе со своими коллегами, а также из других видов войск, направился на поезде во Вьетнам. С нами ехали зенитчики, артиллеристы, связисты, летчики и мы, медики. Предполагалось, что мы будем оказывать помощь дружескому государству в качестве советников. По дороге пили, много пили, как всегда, когда куда- то направляют, чтобы благополучно все вернулись. Так что время быстро пролетело. Пришли в себя уже в Ханое. В советском посольстве нас встретили и распределили кого куда. Я попал в военный госпиталь. Хотя остальных медиков определили в пункты нахождения наших советников. Так началась моя медицинская практика во Вьетнаме.

Приехали мы, как потом выяснилось, в самое лучшее время года: прошел период зимних дождей, стояла ясная, теплая погода, температура воздуха около 20 градусов. Но мне отдыхать не пришлось. В этот период американцы начали активно бомбардировать Северный Вьетнам и налеты следовали один за другим. Пострадавшие поступали партиями и мне приходилось по 20 часов не выходить из операционной. Много пострадавших было с проникающими ранениями живота, грудной клетки, головы, травмы глаз, ожоги различных степеней. Американцы использовали напалмовые бомбы, химическое оружие. В госпитале я познакомился с вьетнамцем Фан Ван Ха, он тоже был хирургом. Приблизительно моего возраста, окончил первый Медицинский в Питере и неплохо разговаривал по-русски. Мы сдружились, вместе работали и вместе отдыхали. В свободное время, если у нас оно выпадало, Ха водил меня по Ханою и знакомил с его достопримечательностями. Так прошло, почти, месяцев восемь, конец года. И тут Ха заявил мне, что его отправляют в Южный Вьетнам, по тропе Хо Ши Мина. Вьетнамцы называют эту тропу «Чыонгшон», по названию хребта, который тянется вдоль границы. Он рассказал мне, что его народ ведет героическую борьбу за свое освобождения с американцами и предложил мне пойти с ним, увидеть все своими глазами. Видно мне не хватало адреналина, я захотел составить ему кампанию. Но я понимал, что так просто уйти я не могу и поехал в наше посольство для согласования. Наш представитель, которого я встретил там, чуть заикаться не стал, когда я сказал, куда хочу идти. Он заявил, чтобы я даже думать не смел об этом, только не хватало, чтобы американцы захватили меня в плен и тогда такой шум поднимется, что всем плохо станет, у сотрудника, даже глаза закатились, выгнал меня и велел забыть об этом. Но меня предложение Ха зацепило, очень хотелось побывать в Южном Вьетнаме. Когда я рассказал Ха о разговоре с сотрудником посольства, он рассмеялся и предложил идти без разрешения, мол, что могут сделать со мной, только назад отправить в Союз, так и так уже возвращаться придется. И я решился».

Тут Владимир прервал свой рассказ и велел мне перейти к другой процедуре: вытяжке позвоночника. Посадил меня в проеме дверей, вверху у него было какое-то приспособление и он надел на меня, что-то вроде, уздечки и потянул. Шея и весь позвоночник вытянулись, и я замер, не в состоянии повернуть головой. А Владимир вернулся к своему рассказу.

«О тропе Хо Ши Мина я был наслышан, так как по ней доставляли продовольствие, боеприпасы и оружие в Южный Вьетнам. Ха рассказал, что тропа тянется свыше 20 тысяч километров по джунглям, на территории Лаоса и Камбоджи, пройти предстоит пешком и кроме этого нести на себе около 40 кг с продовольствием и медикаментами. Нам предстоит пройти весь путь, так как он идет с целью проверки состояния госпиталей и оказания помощи на местах, при необходимости. Я мужик жилистый, привык к походам, так что меня это не испугало, а только раззадорило.

Оправились мы с Ха в начале декабря. В это время на Севере стояла сухая погода, была приятная прохлада, температура около 20 градусов, так что идти было хорошо, если не считать наличия груза за спиной. Вместе с нами шли военные, полк пехотинцев, с ними носильщики, которые несли продовольствие и боеприпасы, было много женщин. Когда мы вышли на тропу Хо Ши Мина, Ха предупредил, что надо быть готовым к налетам американской авиации и прятаться в траншеях вдоль тропы. Там были вырыты не только траншеи, но и блиндажи, различные укрепления, а также имелась зенитная артиллерия. Результаты налетов были хорошо видны: деревья стояли обугленные, имелись воронки от взрывов бомб. Но на это никто из окружающих никакого внимания не обращал. Так, прошагали мы километров 10, пока Ха не объявил привал. Я с трудом сбросил мешок и лег на землю. Ха смеясь, сказал, что ничего страшного, скоро привыкну. Вытащил рисовые лепешки, разжег костер и приготовил чай, стал закусывать. Вообще рис был основной нашей едой, в различных видах, были еще и консервы, но не очень много, а риса хватало. Так, что там я наелся им на всю оставшуюся жизнь. К вечеру мы добрались до первого пункта отдыха. С непривычки я здорово устал, мы натянули гамаки, и я уснул, как убитый, даже есть не стал».

Процедура у меня закончилась, Владимир освободил меня и я, с сожалением, с ним распрощался. Но теперь я уже точно знал, что пройду полный курс лечения, несмотря на все мои сомнения. Встречались мы с ним раз 7–8 и Владимир полностью рассказал о своем путешествии, если это так можно назвать, в Южный Вьетнам. Приведу полностью, как я помню, его рассказ.

«По мере продвижения на юг, погода стала портиться, пошли дожди, да и участились налеты американцев. Надо было прятаться по щелям и траншеям, весь промок, злой сам на себя, за то, что пошел на такую авантюру, но было уже поздно, так, что приходилось делать вид, что все в порядке. Наконец, мы добрались до первого госпиталя. Находился он в пещере, в скале. Даже прямое попадание бомбы было не опасно. Оборудован светом, от генератора, сухо, светло. Раненых там было мало, но Ха необходимо было со всем ознакомиться, так что на пару дней мы тут задержались, и я отдохнул, помылся, получил чистое обмундирование и запасное белье. Настроение сразу же улучшилось. Ха рассказал, что всей трассе имеются пункты питания, отдыха, госпиталя, а вернее, небольшие лазареты. Все это тщательно замаскировано в джунглях, так, что сверху, с самолета ничего не видно. Обслуживают всю трассу около 300 тысяч крестьян и рабочих, которых периодически меняют, в основном, из близ лежащих сел. Американцы постоянно бомбят, выжигают напалмом, разбрызгивают дефолианты, уничтожающие всякую растительность, но дорога продолжает жить.

Так изо в день мы продвигались на юг, с каждым днем мне становилось легче, я привыкал. Мы рассчитывали, что к Сайгону доберемся дней за 50, но в пути приходилось задерживаться на несколько дней, кое-где оказывали медицинскую помощь и даже проводили экстренные операции. Ха сказал, что конечный пункт наш, это деревня Кучи, что находится в 70 км от Сайгона. Вся она под землей, там нам и предстоит поработать, сменить врачей в госпитале. Добрались мы к конечному пункту только через два месяца. Подойдя к границе с Южным Вьетнамом Ха предупредил, что дальше нас поведут по туннели, так как наверху находятся войска американцев и их союзников. Нас ожидал молоденький парнишка лет 16, он подвел к дереву и среди листьев нашел крышку, поднял ее, что-то сказал Ха и спустился. Ха объяснил мне, чтобы я шел за парнишкой, никуда не сворачивал и беспрекословно слушался, так как могу попасть в ловушку, а он пойдет за мной. Я спустился. Лаз вел вниз. Был он очень узкий, сантиметров 80, не больше. Я подумал еще, что хорошо я такой маленький, а если бы был среднего роста, не представляю себе, чтобы я тут делал. Потом я узнал, что туннели сделаны были так специально, чтобы более рослые американцы не могли пролезть. У парнишки был фонарик, и я послушно следовал за ним, а за мной шел Ха. Минут через 5-10, спуск прекратился, и мы пошли прямо. Высота туннеля была около 120 сантиметров. Шли долго, несколько часов. Впереди кто-то крикнул. Наш провожатый ответил, и мы подошли к часовому. Нас пропустили и вскоре мы очутились в небольшой комнате. Тут уже имелись скамьи, стоял стол. Провожатый ушел, а мы с Ха расположились. Ха рассказал мне, что эти туннели имеют 4–5 уровней. Здесь размещаются партизаны Вьетконга. Американская база находится наверху, но американцы даже не догадываются, где прячутся партизаны. Здесь же находятся склады, помещения для отдыха, различные мастерские, штаб управления, госпиталь, даже кинотеатр. Имеется свет, который вырабатывается генератором, от крутящегося велосипеда. Через некоторое время нас отвели в госпиталь. Он тоже представлял собой несколько небольших помещений, потолок был укрыт шелком от парашюта, чтобы не сыпалась глина и всякая живность. Мы проработали там около полугода. За это время я ознакомился более-менее с этим подземным городом.

Строительство туннелей началось еще в эпоху французских колонизаторов и со временем расширялись. Сверху практически было невозможно обнаружить в него вход, так он был замаскирован. Партизаны жили здесь полнокровной жизнью. Отсюда они совершали налеты на базу американцев и вылазки в сам Сайгон. Здесь же готовили пищу, ремонтировали оружие и шили одежду, готовили операции против врага. Воду добывали из колодцев, имелись еще особые штольни, которые вели к ручьям. Американцы долгое время не догадывались откуда появляются партизаны и куда исчезали свои бойцы. Обнаружив, в конце концов, тоннели не смогли ничего существенного сделать: заливали водой, она стекала в специально отведенные колодцы, пускали газ, но он быстро выветривался через скрытые люки. Наконец, были созданы специальные отряды из отчаянных бойцов небольшого роста, которые проникали во внутрь, прозвали их «туннельными крысами». Но туннели были так запутаны, имелись многочисленные ловушки, что наверх возвращались очень немногие, хотя и партизанам наносили серьезный ущерб.

Через полгода мы с Ха возвращались в Ханой по той же дороге, тропе Хо Ши Мина. В этот раз шли гораздо быстрее. Навстречу нам шел нескончаемый поток людей. Борьба с американцами разгоралась. Уже на подходе к городу Ханою, нас застал налет американцев, я спрятался в траншею, но рядом раздался взрыв бомбы, и я потерял сознание. Очнулся уже в госпитале. Рядом сидел друг Ха и с тревогой смотрел мне в лицо. Голова у меня была забинтована. Я спросил у Ха, что случилось? На что он мне ответил, осколок бомбы угодил мене в голову. Пришлось делать операцию, так что теперь у меня голова железная. Пролечился я в госпитале около полугода, затем обратился в посольство, где меня ожидал разнос по всем статьям и через пару дней, я уже летел назад в Питер. Но и дома меня встретили не ласково. С Академии я был уволен, работу себе уже найти не мог, так как был внесен в «черный» список. Так что пробиваюсь с тех пор пока мелкими заработками. Вот такая моя история.»

Я прошел полный курс лечения и года два-три меня ничего не беспокоило. Когда спина опять дала о себе знать, я стал искать Владимира и позвонил, своему приятелю Валерию. Я спросил у него, как мне найти Владимира, чтобы опять подлечиться. На что Валерий ответил, что теперь уже никак. Владимир несколько месяцев назад по пьяной лавочке поспорил со своим приятелем, и они подрались на мечах, Владимир проиграл и сделал себе «харакири». Так знакомство с Востоком отозвалось на его жизни».

Герой своего времени. Чехословакия 1968 год.

Глава первая.

21 августа 1968 года войска пяти стран Варшавского договора: СССР, ГДР, Польши, Венгрии и Болгарии в течение нескольких часов оккупировали Чехословакию, дружественную страну, которая попыталась идти по своему пути социалистического развития. В Объединенную группировку войск входили 18 мотострелковых, танковых и воздушно-десантных дивизий, 22 авиа и вертолетных полка из СССР, всего около 170 тысяч человек. 5 пехотных дивизий из Польши, численностью около 40 тысяч человек. Мотострелковая и танковая дивизия из ГДР численностью около 15 тысяч человек. Из Венгрии 8 мотострелковых дивизий численностью 12,5 тысяч человек. Из Болгарии два мотострелковых полка численностью 2164 человека и один танковых батальон из 26 машин. Так началась операция под кодовым названием «Дунай».

Чехословакия. В 1961–1963 годах страну поразил сильный экономический кризис, который продолжался вплоть до 1966 года. В то время во главе компартии в Чехословакии стоял Антонин Новотный, идеей которого было создать в стране мощный машиностроительный центр для всего социалистического лагеря. Основная масса всех бюджетных средств направлялась на развитие тяжелого машиностроения, в ущерб другим отраслям производства, что и привело к тяжелым экономическим последствиям.

В начале 1968 года в компартии Чехословакии образовалось реформистское крыло, которое требовало коренных изменений в партии и стране. В январе 1968 года к руководству компартии пришел Александр Дубчек, который заявил о построении социализма с «человеческим лицом». Это означало, что в стране разворачивается борьба за реформы, демократизация и гуманизация социализма: полная свобода слова, собраний, создание многопартийной системы, свободные дискуссии, контроль за органами безопасности, планировалась и федерализация государства.

Такое положение дел в Чехословакии испугало советское руководство. Оно еще не забыло Венгрию 1957 года, с ее кровавыми событиями. Изменения в Чехословакии могли ударить по всему социалистическому лагерю. 23 марта 1968 года в Дрездене состоялась встреча 6 социалистических государств: СССР, Польши, ГДР, Болгарии, Венгрии и ЧССР. На совещании резкой критике был подвергнут А. Дубчек и его программа действий, но он остался при своем мнении.

8 апреля 1968 года советским руководством было принято решение о подготовке к вторжению в Чехословакию под кодовым названием «Дунай». Готовить операцию был назначен маршал И.И. Якубовский, в то время главнокомандующий Объединенными силами стран — участниц Варшавского договора. При этом давление на руководство Чехословакии со стороны остальных стран Варшавского Договора не ослаблялось, особенно за принятие жестких мер выступали руководители Польши (В. Гомулка), ГДР (В. Ульбрихт), Болгарии (Т.Живков). На лето 1968 года были запланированы учения стран НАТО у границ Чехословакии. Это вызывало дополнительное беспокойство советского руководства. Воспользовавшись этим, войска НАТО могли войти в страну. Было принято решение о подготовке учений войск стран участниц Варшавского договора на территории ЧССР и под этим предлогом 16 тысяч человек вошли в страну в конце июня 1968 года. С 23 июля по 10 августа 1968 года были еще проведены учения «Неман» на территории СССР, ГДР и Польши. А с 18 августа 1968 года и на территории Венгрии. Войска были приведены в состояние боевой готовности для вторжения на территорию Чехословакии.

За несколько дней до начала операции «Дунай» руководить ею был назначен заместитель министра обороны СССР генерал армии И.Г. Павловский. В 22 часа 15 минут 20 августа 1968 года в войска поступил сигнал «Влтава -666» о начале операции. В 23 часа была объявлена тревога и сигнал на выдвижение. На всю технику были нанесены белые опознавательные полосы, на случай оказания сопротивления чехословацких войск. Ввод войск начался в 18 местах с территорий ГДР, Польши, Венгрии и СССР.

В Праге и Брно были высажены 2 советские воздушно-десантные дивизии. В 2 часа ночи 21 августа на аэродром «Рузина» в Праге, под предлогом вынужденной посадки, сел пассажирский самолет, в котором находились десантники и в течение нескольких минут они захватили здание аэропорта. После этого, один за другим начали посадку самолеты вооруженных сил СССР. Десантники на ходу спрыгивали с самолета, и он тут же взлетал, а на посадку заходил уже другой самолет. В 4-30 десантники блокировали здание ЦК компартии Чехословакии, министерства обороны и Генерального штаба, а также здание радиостанции и телевидения. Члены правительства и ЦК КПЧ во главе с А. Дубчеком были фактически арестованы и вывезены в Москву, для участия в переговорах. Расчет был на то, что будет создано новое правительство, которое поддержит оккупацию Чехословакии, но он не оправдался. Армия Чехословакии, благодаря призыву руководства республики и министра обороны, не вмешивалась и заняла нейтральную позицию. Однако народ был противоположного мнения. Люди вышли на улицу с протестами. На плакатах было написано: «Советские оккупанты — домой», «Москва ваше место» и т. д. В некоторых местах люди оказывали вооруженное сопротивление: забрасывали танки бутылками «Молотова», открывали огонь из оружия, устраивали баррикады. На огонь, войска открывали ответный огонь. В первый день оккупации погибло 58 человек, а всего за период с 21 августа 1968 года по 20 сентября 1968 года было убито 108 человек и свыше 500 — ранено. Потери среди советских войск в первый день составили 12 человек погибших и 25 — раненых, а всего за данный период времени 84 человека погибло и 62 — было ранено. Так, в районе города Чесла-Липа танк Т-55, пытался объехать людей, перегородивших дорогу, свалился с моста и трое танкистов погибло. Особенно много гражданского населения погибло в районе Чешского радио, где был спровоцирован огонь со стороны людей, пытавшихся захватить здание. Люди отказывали войскам в продовольствии, воде, топливе. В Праге были сбиты все таблички с указанием названий улиц, спрятаны карты города. По стране менялись дорожные указатели, чтобы запутать движение техники и войск.

В Праге был проведен ХIV подпольный съезд КПЧ, без представителей компартии Словакии, который осудил оккупацию страны и избрал новый состав ЦК.

С 23 по 26 августа 1968 года были проведены переговоры с доставленными в Москву А.Дубчеком и другими членами руководства. Кроме того, в Москву для участия в переговорах прибыли президент республики Л.Свобода и заместитель премьер-министра Г.Гусак. Л.Свобода отверг предложение советского руководство о создании нового рабоче-крестьянского правительства во главе с А.Индрой. Но в конце концов руководство Чехословакии было вынуждено согласится на подписание документа под названием «Программа выхода из кризисной ситуации», который предусматривал фактически полный отказ от намеченных реформ, отмены решений XIV съезда КПЧ, оставление на территории страны воинского контингента СССР.

Возвратившись в страну руководство Чехословакии приступило к преобразованиям. В ноябре 1968 года на Пленуме ЦК КПЧ удалось провести резолюцию с осуждением реформаторов и развернута кампания их жесткой критики. Постепенно все реформаторы стали вытесняться из органов государственной власти.

11 сентября 1968 года советские танки покинули Прагу, а 17 октября 1968 года начался поэтапный вывод войск с территории Чехословакии, который завершился к середине ноября.

В стране произошли изменения в высших эшелонах государственной власти: председателем Национального собрания стал А.Индра, премьером правительства — Л. Штроугал. Апрельский Пленум ЦК КПЧ в 1969 г. первым секретарем партии избрал Г.Гусака. В стране начались репрессии против реформаторов и около 70 тысяч человек, бежало за границу.

28 августа 1968 года было принято решение о федеративном устройстве государства, которое вступило в силу с 1.01.1969 года. Страна превратилась в Федеративную республику: Чешскую и Словацкую социалистические республики, тем самым был решен многолетний национальный вопрос между чехами и словаками.

С осуждением вторжения войск в Чехословакию выступили: США. Великобритания, Франция, Канада, Дания и Парагвай. Из социалистических стран их поддержали Югославия, Румыния, Албания и Китай.

20 августа 1968 года в СССР диссидентами было опубликовано заявление о солидарности с народом Чехословакии и осуждением вторжения войск, стран участниц Варшавского договора. Его подписали: Т. Баева, Ю. Вишневская, С Ковалев, Н Горбаневская, В Красин и другие. Всего 17 человек. 25 августа 1968 года на Красной площади была проведена демонстрация «семерых», в защиту Чехословакии. Вообще-то их было 8 человек: Константин Бабицкий, Татьяна Баева, Лариса Богораз, Наталья Горбаневская, Вадим Делоне, Владимир Дремлюга, Павел Литвинов и Виктор Файнберг. Но после задержания, все они заявили, что Т.Баева, оказалась там случайно и ее отпустили. Демонстранты развернули плакаты с надписями: «Мы теряем друзей», «Да здравствует свободная и независимая Чехословакия!», «Свободу Дубчеку» и другие. Все были схвачены спустя несколько минут. Двое признаны судом невменяемыми, остальные осуждены по ст.190-1 УК РСФСР (распространение клеветнических измышлений, порочащих общественный и государственный строй) и 190-3 УК РСФСР (групповые действия грубо нарушающие общественный порядок).

Глава вторая.

Прошло 5 лет. Уже гор. Санкт-Петербург, а не Ленинград. Нет уже СССР, нет социалистического государства, нет и стран Варшавского Договора. Зато процветает НАТО и бывшие государства социалистического лагеря выстраиваются в очередь, чтобы вступить в НАТО. Но Россия все равно продолжает вызывать раздражение у стран Запада, за свою независимую политику.

Проходя мимо Марсового поля, в центре города, я обратил внимание на небольшую группу людей, вроде какого-то митинга, где выступал молодой парень и призывал осудить оккупацию Чехословакии в 1968 году. Рядом со мной оказался мужчина, примерно моего возраста, который внимательно слушал выступающего, а затем обратившись ко мне сказал: «Как легко они осуждают чужое поколение, еще неизвестно, по какую сторону из баррикад, сами бы оказались. Я ведь там был и нам пришлось очень нелегко, но мы были уверены в своей правоте и в том, что защищаем социалистические идеалы, на которых были воспитаны». Я был полностью на его стороне, и мы разговорились, прошли недалеко в кафе, заказали чай, и он рассказал мне как пережил лето 1968 года, будучи военнослужащим Советской Армии.

Владимир, так звали моего нового знакомого, был призван в Советскую Армию в 1966 году и служил на территории Западной Украины, в мотострелковой дивизии. Вот его рассказ: «В 1967 году был издан Указ о переходе службы в армии с трехгодичной на два года. У меня как раз был переходной год, но все равно обещали демобилизовать раньше. Поэтому весной 1968 года уже ждали начала дембельской кампании. Но неожиданно в мае объявили о повышенной боевой готовности, начались маневры. Нам объясняли все это, тем что в Чехословакии начинают поднимать головы антисоциалистические силы, готовят провести переворот в стране и наша интернациональная задача — это отстоять завоевания социализма. В солдатской среде, мы искренне верили, что так и было, и готовы были с оружием в руках оказать помощь братскому чехословацкому народу, другого и в мыслях не было. В мае 1968 года нас перебросили в Судетское горы, к границе с Чехословакией. Держали в состоянии повышенной боевой готовности, т. к. на границе с Австрией и ФРГ ожидали проведение манёвров стран НАТО.

20 августа в 21–30 объявили тревогу и поступила команда двигаться через границу, к Праге. Мы на БТРах, сидя сверху, перешли границу, чешские пограничники равнодушно смотрели, как мы проезжали, никакого сопротивления не было, нас это успокоило. А то ведь начальство так настроило, что было немного страшно, сказано было, что едем на войну. Командиром полка у нас был Иванов, которому пришлось в 1957 году быть в Венгрии, и он рассказывал нам сколько солдатской крови там было пролито из-за того, что было запрещено открывать огонь по противнику. Сейчас, он сказал, что такого не допустит, есть команда, на огонь отвечать немедленно огнем, и давить противника всеми огневыми силами. Поэтому, мандраж был, что тут скрывать. Колонна у нас была солидная: впереди шли танки, за ними мы, на БТРах, а за нами артиллеристы на автомашинах.

Первый городишко в Чехословакии, Яблонов, прошли около 24 часов. Население встретило нас радушно, кидали нам цветы, угощали фруктами. Но чем дальше мы продвигались вглубь страны, настроение у населения менялось: появились надписи на стенах домов: «Русские оккупанты — идите домой», «Дубчек — да, Брежнев — нет» и т. д. Около 8 часов утра мы прибыли в Прагу. Тут уже нас никто не ждал. Улицы были запружены народом. На нас кричали, ругались, кидали камнями и палками. Мы вынуждены были спуститься вниз, в БТР. Продвижение значительно замедлилось, к тому же на домах отсутствовали таблички с названиями улиц, а у наших офицеров были карты Праги еще со времен Великой Отечественной войны. Где-то через километр улицу перегородила баррикада из автомашин. Мы вылезли было, чтобы разбросать, но сверху по броне ударили пули, стреляли с чердака дома. По команде командира мы открыли ответный огонь, затем из танка выстрелили по чердаку и все стихло. Затем выстрелили и по баррикаде, она разлетелась и люди разбежались. Проехали еще пару километров и тут нас встретила опять толпа людей, впереди они держали детей. Мы остановились. Поступила команда всем выйти и оттеснить народ с дороги. Мы выстроились в цепочку, как вдруг над толпой подняли четверых человек, они стали что-то кричать, затем выхватили снизу короткоствольные автоматы и открыли по нам огонь. Девять бойцов упали замертво, 5 человек было ранено. Какое-то мгновение и эти четверо исчезли. Рядом со мной был убит Николай Смолов, а его друг Петр Тимофеев, нагнулся к нему, стал его дергать и кричать, звать по имени и когда понял, что его друга больше нет, дико закричал и открыл огонь по толпе. Толпа сразу же рассеялась, остались только погибшие и раненые, те кто не мог идти. А сзади уже горел БТР, с крыши дома сбросили бутылку с бензином и опять открыли огонь. Тут же был сформирован отряд, в который я попал, и мы бросились к дому. Но я не успел добежать, как что-то горячее ударило меня в ногу, я упал, отполз за БТР и несмотря на боль, стал стрелять по чердаку. Вскоре ко мне подполз санинструктор, перевязал, затем меня оттащили и отправили в медсанбат. А через пару дней я уже был в госпитале, в Дрездене, на территории ГДР, куда доставляли всех раненных в Чехословакии. Там я познакомился с Сергеем Травиным. У него были переломаны ноги, но огнестрельных ранений не было. Меня это заинтересовало, и я стал расспрашивать его о том, как он попал в госпиталь. Вот, что от него я узнал: служил Сергей в ГДР и с лета 1968 года его часть то же была в постоянной боевой готовности, т. к. ждали провокаций со стороны войск НАТО. 20 августа его часть по тревоге перешла границу и была направлена к границе с Австрией, остановились у аэродрома, который блокировали, на него стали садиться военные самолеты из СССР. Неподалеку располагался небольшой городок, жители которого обслуживали его. Встретили наши войска крайне недружелюбно, особенно молодежь. Всячески провоцировали на драки, оскорбляли, кидались камнями. Но команда была не реагировать, огонь ни в коем случае не открывать. Часть расположилась у аэродрома, вначале воду для себя брали из ручья, но потом заметили, что сверху стали приплывать всякие отбросы, трупы животных. Пытались брать воду в городе, но там ее быстро перекрывали и на наши просьбы не реагировали. На аэродроме, солдат в туалет не пускали, а построить свой, местное начальство, запретило. Через несколько дней прибыли несколько вагонов с продуктами, но хорошо, что врачи проверили их, оказались отравленными. Молодежь часто заезжала на мотоциклах и автомашинах прямо на аэродром и гонялись за патрульными, имитируя наезд. Так бы и продолжалась дальше, издевательство над нами. Но ситуация изменилась, как только в городок прибыла воинская часть из Германии. Въехали они точно, как показывали в наших фильмах времен Великой Отечественной войны: впереди мотоциклисты, за ними солдаты на БТРах, а посредине колонны, на легковой автомашине, командир. В это время наш патруль там был и все видел своими глазами. Командир, по всей видимости, полка остановился на центральной площади городка, вышел из автомашины и стал показывать на дома, указывая, где будет находиться штаб, его квартира и квартиры остальных старших офицеров. Солдаты разбежались и тут же стали выселять жильцов, которые молча выходили со своими вещами. Через некоторое время перед командиром появился глава администрации городка, который опять же молча слушал, что ему говорят. Разговор шел на немецком, но он, вытянувшись, кивал. Видно было, что все понимал. Потом командир обратил внимание на наш патруль, к нам подошел его офицер и на русском языке, спросил, где находится наша часть. Ему объяснили и через некоторое время, командир немецкой части уехал. Пробыл он у нас до вечера, видно, основательно познакомились и подружились с нашим руководством. Командиры наши, очевидно, пожаловались на поведение населения. На следующий день появились чешские рабочие и в течение дня проложили трубы для снабжения нас водой, вырыли яму для туалета и построили сами деревянный туалет для солдат. Также по команде немцев, установили вышку для пулемета и для обзора аэродрома, поставили шлагбаум. Через несколько дней на аэродром въехала автомашина с четырьмя подростками, они опять стали гонять наш патруль по аэродрому, затем сбили Сергея, который находился в патруле и поломали ему обе ноги. В это время, на беду чехов, к аэродрому подъехали на двух мотоциклах, немцы. Увидев происходящее, они открыли огонь по автомашине из пулемета. Двоих чехов сразу же положили, двое пытались бежать, но повторно пулеметной очередью один был убит. Второй выскочил из автомашины, поднял руки и стал просить, чтобы его не убивали. Немец поставил его на колени и по рации сообщил о происшедшем начальству. Через некоторое время, подъехал офицер, подошел посмотрел на Сергея, который лежал и стонал, вынул пистолет и, проходя мимо стоящего на коленях чеха, выстрелили ему в голову. Все это происходило на глазах обслуживающего персонала аэродрома. Сергея отправили в медсанбат, а затем переправили в госпиталь. И такие рассказы я слышал не от одного солдата, находясь в госпитале. Немцы, да и поляки, действовали решительно, не задумываясь перед применением оружия. А чехи воспринимали это как должное, никаких жалоб или недовольства не высказывали. Да и сослуживцы Сергея, потом рассказывали, что отношение к ним, после случившегося изменилось, никто больше не осмеливался даже ругаться, кидать камнями или проявлять какую-либо неприязнь, особенно, если рядом были немцы, которым нравилось выступать в качестве наших защитников».

Мы распрощались с Владимиром и его рассказ надолго мне запомнился, тем что каждая эпоха рождает своих героев и следующему поколению, чтобы понять своих предшественников, необходимо проникнуться атмосферой того времени, прежде чем давать ему оценку.

Герои своего времени. Египет.

Жара стояла днем и ночью,

Со лба струился пот ручьем…

Антенны шарят по эфиру:

Найти — задача, сбить огнем!

«Фантомы» падали в пустыню,

И рвется к небу черный столб

Стоят здесь русские ребята.

И враг от смерти не уйдет!

Посвящается моему другу В.А., Участнику данных событий.

Предисловие.

С 5 по 10 июня 1967 года произошла война между Израилем и арабским государствами: Египтом, Сирией, Иорданией, которые объединились между собой, с целью уничтожения еврейского государства. В середине мая 1967 года президент Египта А. Насер призвал арабские государства объединить усилия всех арабских стран и атаковать Израиль с целью «сбросить евреев в море, уничтожив их как нацию».

В результате шестидневной войны войска арабских государств были полностью разгромлены, потери их составили свыше 40 тысяч убитыми, ранеными, уничтожено свыше 900 танков, 1 тысячи артиллерийских орудий, свыше 500 самолетов. В течение этих дней Израиль захватил территорию, превышающую почти в три раза имевшуюся у него до начала войны.

10 июня 1967 года СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем и объявил, что в случае не прекращения военных действий, он оставляет за собой право военного вмешательства. Только заявление Советского Союза и готовность к военным действиям, спасло арабские государства от полной оккупации.

В последующие годы президент Египта А.Насер неоднократно посещал Советский Союз и просил оказать военную поддержку не только вооружением, но и войсками. В конце декабря 1969 года советское правительство приняло решение об оказании такой помощи. С этой целью была разработана совершенно секретная операция «Кавказ». Были сформированы специальные войска: 18 особая зенитно-ракетная дивизия, 135 истребительный авиационный полк и 35 отдельная истребительная авиационная эскадрилья.

Глава первая.

«Подъем! Тревога! Через десять минут построение на плацу с оружием» — голос дежурного вырвал меня из глубокого сна. Я только два часа назад, как лег спать, после дежурства на кухне. Казарма забурлила, но солдаты четко знали свои действия: одевались, получали оружие и выбегали на плац. Тут уже командовали офицеры, и каждая рота занимала свое место в строю.

Небо еще было темным и только на востоке начинало сереть. Стоя в строю, я почувствовал, как дрожь пробирает мое тело, хотелось спать. Я прижался к своему приятелю Николаю и сказал: «Коля, я посплю немного, а ты разбуди, если что». «Да пошел ты», — сердито ответил Николай, ему было не до шуток. Тут и раздалась команда: «Становись! Смирно! Равнение налево!» И четкий звук каблуков начальника штаба. «Товарищ командир! По Вашему приказанию полк построен». «Командиры подразделений ко мне!»— раздался голос командира полка.

Через некоторое время мы все тряслись в автомашине по направлению к полигону. Предстояли стрельбы. Я служил в зенитно-ракетном дивизионе «С-75 «Двина», который был предназначен для поражения воздушных целей противника. Боевой расчет состоял из четырех человек: офицера и трех операторов для сопровождения по угловым координатам и дальности.

Ребята в расчете собрались все со среднетехническим образованием, технику освоили достаточно быстро. Служили все по второму году и показывали отличные результаты по стрельбе. Кроме меня, Виктора, и Николая, третьим в расчете был Сергей. Я родом из Смоленской области, а Николай и Сергей из Ленинграда. Командиром расчета был капитан Стрельцов Петр Семенович. Опытной офицер, отслуживший уже около 10 лет, он с уважением относился к солдатам, и мы отвечали ему тем же.

Когда прибыли на полигон, Стрельцов построил расчет и сказал: «Мужики! От этих стрельб зависит ваша и моя дальнейшая судьба. Многого я сказать вам не могу, но если мы отлично отстреляемся, в дальнейшем будем служить за рубежом. А там и деньги другие и перспектива иная. Так что, пожалуйста, постарайтесь. А теперь — по местам».

Воодушевленные такой речью и с мыслями о будущем, мы заняли свои места, включили мониторы и приготовились ловить условного противника.

Зенитно-ракетный комплекс С-75 хорошо зарекомендовал себя уже на протяжении, почти, 10 лет. Впервые о нем заговорили в мае 1960 года, когда был сбит американский разведывательный самолет У-2 с летчиком Пауэрсом. Американцы полагали, что могут безнаказанно совершать полеты над нашей территорией и у нас нет средств противовоздушной обороны, способных сбить их самолет на высоте 20 км. Но первым же выстрелом самолет сбили, а летчик угодил в плен.

Мы с нетерпением ждали появление условной цели, и как только на мониторе мелькнула засветка, я сразу же закричал: «Есть захват». Еще несколько секунд и мы определили координаты и дальность полета, и тут же последовала команда командира: «Огонь!» Ракета понеслась к цели. Еще несколько мгновений и я увидел, что цель исчезла, и доложил командиру: «цель уничтожена». Вскоре последовала новая команда: «Приготовиться к новой атаке». И вновь наш расчет капитана Стрельцова первым отличился, засек и уничтожил цель.

«Отбой тревоги, — последовала команда, — командирам подразделений собраться на КП». «Спасибо, мужики», — сказал Стрельцов и направился на командный пункт.

В феврале 1970 года несколько наших ЗРК, вместе с техникой посадили на поезд и поехали мы в Николаев. Куда дальше поедем, командир молчал, но по отдельным его высказываниям стали догадываться, что нас отправят в Египет. Уже несколько лет шла необъявленная война между Израилем и Египтом и судя по всему, без особого успеха для арабов. Отношение к этой войне было разным: некоторые высказывались, что надо, мол, жидов побить, а некоторые удивлялись, как они в одиночку могут воевать со всем арабским миром и уже не раз их били. Но особого антисемитизма не было. Больше нам вбивали в голову, что Израиль — это сателлит США и полностью представляет их интересы. А США всегда лезли и лезут в любую дырку, даже если их не просят и представляют себя в качестве международных жандармов. Было интересно и немного страшновато: все-таки едем на войну.

Прибыли в Николаев в конце февраля 1970 года, разместили нас в казарме и запретили выход в город. Заявили, что в случае самоволки, тут же отдадут под суд, без всякой жалости, ведь речь идет о совершенно секретной операции.

Глава вторая.

В ночь на 1 марта 1970 года нас доставили в порт Николаева. У причала стояли два теплохода: «Роза Люксембург» и «Григорий Чичерин». Построили и объявили, что направляемся в Египет, все должны переодеться в гражданскую одежду. Пока будем плыть по Черному мору, на палубе еще можно находиться, но затем только в трюме и носа наверх не высовывать. Всякие нарушения будут жестко пресекаться. Каждого поименно вызывали к столу, украшенного красным кумачом, где генерал лично пожимал руку и благословлял на войну с израильскими агрессорами и защиты бедных арабов.

Объявили погрузку. Создавалось впечатление, что везут нас на необитаемый остров, где только голые скалы и никакой живности: грузили дрова, воду, продукты питания, керосин, бензин, медикаменты и прочее, для поддержания жизни на земле.

Первые сутки мы еще на палубе торчали, но затем загнали в трюм, а тут еще в Средиземном море, шторм начался. Нас в трюме, как селедки в бочке. Кого «морская болезнь» зацепила, кому срочно в туалет надо, в общем, атмосфера хуже некуда, хорошо, что меня не коснулась, я на ступеньках отсиделся, дышал свежим воздухом.

На третьи сутки прибыли в порт Александрия и ночью начали разгрузку. Только вышли на берег, тут сразу же команда, опять переодеваться, теперь только в форму египетской армии. Переоделись. Кто офицер, а кто солдат, все едины, только потом сообразили, для отличия, солдаты заправляли рубашки в брюки, а офицеры — нет. Это представляло определенные трудности, так как многие друг друга не знали. Сразу всю технику загнали в ангары и велели перекрашивать под цвет песка. Так что ночь спать нам не довелось, сказали, что потом отоспимся, как прибудем на место дислокации. Тут и израильские самолеты в небе появились. По ним, почему-то никто не стрелял, велели нам прятаться. О том, что израильтяне сразу узнали о нашем прибытии, мы поняли, как только включили радиоприемники. Передачи шли на русском языке и нам разъясняли, какие мы нехорошие и нарушаем Устав Организации Объединенных Наций. Наше правительство, как всегда, отрицало присутствие своих войск и заявляло, что это пропаганда. Нам тут же объяснили, что министр обороны Израиля Моше Даян, дал команду своим спецназовцам взять в плен хотя бы одного русского, для того, чтобы представить его в международной организации. А что такое израильский спецназ нам подробно все рассказали.

В ночь с 26 на 27 декабря 1969 года израильские коммандос пересекли границу с Египтом, и захватили на глазах у целого полка египтян, радиолокационную станцию разведки и целеуказания П-12М «Десерт» советского производства. Никто ничего не смог сделать. На вертолетах вывезли станцию на Синайский полуостров. В дальнейшем, изучение радиостанции, помогло им выработать эффективную тактику по защите своих самолетов.

Так что, нам все это рассказали и предупредили, чтобы мы всегда были на чеку, и в плен не думали сдаваться.

Для каждого зенитно-ракетного комплекса уже заранее были подготовлены бетонные укрытия для спецтехники и автомобилей, бунгало для отдыха личного состава и хранения боеприпасов и капонир для релейной станции. Технику развезли по укрытиям, а сами расположились в бунгало, вроде было ничего, двухъярусные деревянные нары, чисто. Только выходишь и все непривычно: яркое солнце, песок или потрескавшаяся земля, жара такая, что яйца печь прямо на земле можно. Закусили сухим пайком, и командир дал команду обустраиваться. К вечеру появились комары, явно несоветские, видно израильтяне их на нас натравили, уж больно кусачие.

Чтобы долго не страдали, командир велел привести технику в порядок, окопаться, так чтобы из них ничего торчало, по самую макушку, причем все это с оружием, мы не выпускали автоматы с рук. Ждали все-таки нападения. Хотя вокруг нас и стояли египетские войска, но них особой надежды не было. Командир ходил посмотреть, кто и как нас охраняет. Потом со смехом нам рассказывал: «Подхожу к египетскому солдату, который на посту стоит, и прошу его дать мне автомат. Он так спокойно, мне и отдает. Я передергиваю затвор, а там пусто. Снимаю магазин и там пусто. Показываю ему и спрашиваю, а где патроны. Он их вытаскивает из кармана, мол, все в порядке, командир, патроны на месте». Вот так нас охраняли. Надежда была только на себя.

Пять дней мы пахали как проклятые: налаживали технику и готовили ее к боевым действия, маскировались, подготовили станцию к боевому дежурству. Придали нам отделение бойцов с зенитной самоходной установкой ЗСУ-23-4 «Шилка» и переносными ракетами «Стрела-2» и через пять дней были готовы встретить врага достойно.

За это время в бунгало появилась вода и блохи, мы не знали, что и делать: чесались, где и кто как может, ничего не помогало. Перебрались в бетонные укрытия, вход загородили мешками, все бесполезно. Тут, правда, египтяне спасли, дали какую-то дрянь и блохи исчезли. Зато появились змеи. Утром встаешь и надо посмотреть, может, кто-то ждет тебя внизу, на закуску. Дни бежали быстро и каждый день мы тренировались. Израильские самолеты несколько раз появлялись, но пока мы успевали занять боевую позицию, они исчезали.

Нам подбросили еще станцию радиотехнической разведки «Пост», и мы смогли теперь отслеживать их с момента появления на горизонте. Перешли на круглосуточное дежурство, так как прикрывали промышленные объекты в Северной части Египта.

Дни потекли. Я взял с собой литературу для поступления в ВУЗ и свободное время проводил за книжкой, мечтал поступить на юридический. Израильтяне приближаться к нам опасались и старались обходить наши дивизионы. Но, иногда на бреющем полете, наскакивали на зенитные комплексы, сбрасывали бомбы и тут же исчезали. В один из дней мая, так погибли по соседству египетский ЗРК, нам просто крупно повезло.

А вот летчики несколько раз уже схватывались в бою и не всегда успешно. Первая встреча у них состоялась 13 апреля 1970 года, но не стали друг на друга наскакивать и разошлись. Но так долго продолжаться не могло, и 22 июня состоялся первый бой, наши сбили истребитель-бомбардировщик «Скайхок». В ответ, израильтяне заманили наших в засаду и сбили четверых. Воздушная война разгоралась.

Наша тактика на земле требовала изменений, так как израильтяне знали почти все наши точки. Тогда в июне месяце поступила команда срочно менять дислокацию, причем необходимо было переместиться всего за одну ночь. Пахали мы как проклятые. Командир наш, наравне с солдатами, помогал переезду. Но утром мы были уже на другом рубеже и готовы к бою. 27 июня состоялся налет израильской авиации и так как они не знали, где мы находимся, нам удалось сбить истребитель «Фантом», а еще один повредить. 3 августа мы уже сбили 5 самолетов «Фантом» и один «Мираж». С каждым днем израильтяне несли все больше потери. Это привело к тому, что с 8 августа 1970 года было заключено на 90 дней перемирие между Египтом и Израилем.

За достигнутые успехи нашему командиру, Стрельцову Петру Семеновичу было присвоено внеочередное звание подполковника и дали Героя Советского Союза. Мы тоже не остались без наград, мне в частности, дали медаль «За боевые заслуги». Кроме того, президент Египта также нас наградил: командиру дали орден «Заслуг», а мне медаль «Военная звезда». Все наши ребята из дивизиона были награждены.

Глава третья.

Август прожили мы относительно спокойно, некоторые нарушения были с двух сторон, но в целом, старались не разжечь войну. 28 сентября 1970 года умер президент Египта Гамаль Абдель Насер, большой друг Советского Союза, ему Хрущев даже присвоил звание Героя Советского Союза. Правда, от этого все были в шоке, он ведь, почти, всех своих коммунистов расстрелял, чтобы не бунтовали.

К власти пришел его вице-президент Анвар Садат, который тоже не любил коммунистов и немного Советский Союз. Он больше стал поглядывать в сторону США, как бы заделаться им в друзья. Мы, вроде бы, оказывались лишними. Но нам повезло, пришла замена и через несколько дней уже плыли домой на теплоходе «Иван Франко». Впервые мы спокойно гуляли по палубе, ели нормальную пищу, а не только кашу с супом, на которую в последнее время уже смотреть не могли и отдыхали на нормальных койках с простынями и подушками.

Мы ждали, что нас будут встречать, как героев, с цветами и музыкой, девушки будут дарить цветы, и мы трясти перед ними, своими наградами. Но мечты редко, когда сбываются. Нас встречали, но не как героев, а как заключенных. Порт в Севастополе был оцеплен, никого и близко не подпускали. Нас посадили в крытые автомашины и повезли в казармы, у входа часовые, запретили всякий выход в город и держали в карантине почти месяц. За это время подготовили документы и отправили по частям. С каждого получили подписку на 20 лет, что в случае распространения сведений о нашем нахождении, в этот период времени, будем привлечены к уголовной ответственности.

В части, нас долго тоже не держали, сразу демобилизовали и мы все поехали по домам. И на том спасибо.

Эпилог.

Наши войска были выведены из территории Египта летом 1972 года, когда стало ясно, если сами не уйдем, то нас просто выгонят. Последнее время занимались подготовкой египтян по освоению советским оружием, хотя они особого рвения не проявляли.

6 октября 1973 года Египетские и Сирийские войска перешли границу и начали военные действия против Израиля. Война началась в дни иудейского праздника, длилась она 18 дней и получила название «война Судного дня». Первые двое суток, благодаря внезапности нападения, арабские войска продвинулись вглубь территории Израиля. Но затем все изменилось. Уже 16 октября войска Израиля остановились в 20–25 км от Дамаска, столицы Сирии, и в это же время форсировали Суэцкий канал и начали продвижение к столице Египта. И опять только угроза военного вмешательства Советского Союза, спасла эти страны от полной оккупации.

Правосудие по-Европейски.

1386 год. Нормандия.

«Встать, суд идет!», Зал суда был забит до отказа жителями городка. В зал медленно вошел судья, уселся и внимательно оглядел всех. Он недовольно уставился на обвиняемую, которая повернулась к нему задом и разлеглась на полу. «Какое пренебрежение суду! — воскликнул он, — я штрафую вас на 6 су» — сказал он, обращаясь к обвиняемой. Однако та даже не пошевелилась. Еще раз глянул на нее, судья произнес: «Слушается дело жителей против божьей твари, свиньи, причинившей телесные повреждения. Слово предоставляется прокурору:

«Господа! Уважаемый суд! Перед вами стоит ребенок, который пострадал от этой свиньи, она напала на него, изодрав ему лицо и руку. Эта тварь без всякого повода напала на него, когда он мирно играл рядом и ее совершенно не трогал. Только вмешательство находящихся рядом жителей поселка, спасло ребенка, так как она явно намеревалась его сожрать. Эта тварь…». «Я протестую, — раздался голос защитника, — это звучит как оскорбление к божьей твари, которая имеет такие же права на жизнь, как и все живое, созданное Богом».

«Протест принят, — сказал судья, — впредь прошу не оскорблять обвиняемую».

«Прошу прощения, уважаемый суд, — сказал прокурор и продолжил, — эта божья тварь представляет угрозу для всех детей нашего городка и ее нельзя оставлять безнаказанной за содеянное преступление».

«Слово предоставляется защитнику», — сказал судья.

«Уважаемый суд! Я назначен защитником этой божьей твари и прошу учесть, что перед тем, как напасть на ребенка, она мирно паслась на пригорке и никакой агрессивности не высказывала. Но тут на нее напала собака и укусила, тем самым привела в бешенство. Это говорит о том, что никакого умысла причинить вред ребенку у нее не было. В этом виновата собака и судить надо ее, а не мою беззащитную свинью. Поэтому, уважаемый суд, я прошу оправдать мою подзащитную».

Затем суд выслушал всех свидетелей происшествия и, обратившись к свинье, судья произнес: «Ты тварь Божия, тебя я уважаю. Тебе принадлежит земля точно так же, как и мне; я не должен желать твоей смерти. Но ты вредишь, ты посягаешь на жизнь и здоровье человека, поэтому я приговариваю тебя к смертной казни, через повешение. Но перед этим, ты должна получить такие же увечья, которые причинила ребенку». Свинье отрубили пятачок, надели человеческую маску, жилет, перчатки и панталоны, после чего — повесили за ноги.

Имели место уголовные дела, где обвиняемые допрашивались с использованием пыток в присутствии всего состава суда из 23 человек с участием прокурора и защитника. Визг и крики обвиняемых считались как признание вины. Приговоры выносились самые разнообразные: к смертной казни, к телесным наказаниям. За непослушание, церковный суд грозил отлучением. В XIII веке во Франции свинья была приговорена к повешению за то, что съела свой приплод. В 1268 году осужден был поросенок, нанесший увечья ребенку.

В 1314 году бык за нападение на человека был приговорен к повешению.

Автором для написания использовались материалы из википедии.

Правосудие по-Европейски. Продолжение.

Контрабандистка.

Это произошло в Болгарии. Пограничник Иван Гергиев заступил на пост по охране государственной границы с Сербией. Ночь выдалась очень темной, и ему было неприятно стоять в одиночестве, в то время, как его товарищи развлекались в помещении. Оттуда доносились взрывы смеха, и Иван хорошо себе представлял, как им хорошо и спокойно. Вдруг, невдалеке, послышалось как кто-то лез через кусты и шумно дышал. Только перед выходом на пост Иван смотрел по телевизору фильм ужасов и перед его глазами возникло тут же чудовище, которое хочет его сожрать. Ноги у Ивана подкосились, автомат выпал из рук, и он спрыгнул в траншею, которая находилась вблизи поста. Закрыв голову руками, он затаился в ожидании худшего. Он слышал, как мимо него пронеслось что-то большое и очень страшное, и все затихло. Прождав минут 10, Иван осторожно высунул голову, вокруг никого не было. Он вылез из траншеи, отряхнулся, поднял автомат и огляделся вокруг. На пограничной полосе виднелись чьи-то отпечатки, но явно не ноги человека. «Пронесло, — подумал Иван, — а ведь и сожрать мог», — и только тут до него дошло, что кто-то пересек границу, и с него утром явно спросят. Сдернул Иван автомат с плеча и выпустил очередь. Через несколько минут около него уже была дежурная смена. «Что случилось?» — спросил офицер, строго глядя на Ивана. «Нарушение государственной границы, — ответил Иван, — меня чуть не убили. Кто-то перешел в Сербию и там скрылся». «Почему ты не стрелял в него?» — опять строго спросил офицер. «Я не успел даже рассмотреть его, как он пронесся мимо меня», — ответил Иван. «Это опять русские шпионы, — подумал офицер, — только они могут в Сербию бежать».

На следующий день все газеты Болгарии сообщили о нарушении границы, что в Сербии, скрылся русский шпион, и тут же депутат Европарламента от Великобритании Джон Флик потребовал провести тщательное расследование этого инцидента и объявить России новые санкции. Правительство Сербии вынуждено было назначить правительственную комиссию. Была применена розыскная собака, которая прошла по следам контрабандиста и остановилась у одиноко стоявшего сарая. Вызванный спецназ заблокировал все пути отхода и предложили контрабандисту сдаться. В ответ раздалось мычание. К счастью на шум вышел фермер, который сообщил, что в сарае находится приблудная корова. Откуда она появилась, объяснить он не смог. Сличили отпечатки и установили, что именно данная корова пересекла границу. Корову вернули хозяину в Болгарию. Но в правительстве усмотрели в этом нарушение правил перехода границы и потребовали корову усыпить, так как она не предъявила на границе ветеринарный сертификат здоровья. Бедная корова! Только сбор подписей под петицией с обращением к премьер министру Болгарии спас ее от расправы.

Из новостной ленты:

Власти Болгарии хотят усыпить беременную корову, которая забрела в Сербию, нелегально перейдя границу Евросоюза. Животное по кличке Пенка отбилось от стада и прошло 20 километров, прежде чем вышло к людям.

Хозяин коровы, фермер Иван Харлампиев искал свое рогатое имущество, и через две недели фермер из Сербии корову ему вернул. В Болгарии ветеринар осмотрел Пенку и установил, что она совершенно здорова.

Тем не менее власти требуют корову усыпить, поскольку по правилам, скоту нельзя покидать Евросоюз, минуя таможню. И при переходе границы у животного должен быть ветеринарный сертификат здоровья по стандартам ЕС, пишет The Independent.

Правосудие по-аглицки.

Ровно в 10 часов в зал судебного заседания вошел судья. Привычным взглядом он осмотрелся и нахмурил брови, когда увидел в углу, в клетке, щенка чау-чау, который жалобно пищал.

«Это еще что такое?», — грозно спросил судья, обращаясь к прокурору, как представителю стороны обвинения.

«Простите, Ваша честь, мы выдвигаем обвинение против этой собаки, так как она нарушила правила движения и в тот момент, когда полицейский пытался ее убрать, она дважды укусила его, причинив ему при этом телесные повреждения. На основании «Акта об опасных животных» 1991 года мы просим ее арестовать сроком на 9 месяцев».

«У адвоката есть какие — либо возражения?» — спросил судья.

«Да, Ваша честь. Я обращаю Ваше внимание, что это щенок, который явно потерялся и он не подпадает под перечень Акта 1991 года как опасное животное, поэтому я прошу его освободить и передать хозяевам на воспитание».

Судья собак не любил, у него была кошка и как всякий владелец кошек, он побаивался собак. Никогда не знаешь, что от них можно ждать: укусит тебя или лизнет.

Приговор был быстрым и жестоким: арестовать собаку на 9 месяцев. В ответ он услышал только жалобный вой щенка.

Из новостной ленты:

Дело в том, что на днях четырехмесячный пес сбежал от своих хозяев, которые живут в графстве Нортгемптоншир, и потерялся. Испуганный щенок спрятался под ближайшей машиной и, как посчитали в полиции, мешал движению на дороге. Когда один из полицейских попытался вынуть из-под машины малыша, тот дважды укусил стража порядка.

Полицейский не получил никаких серьезных повреждений, но обратился в больницу для осмотра раны. Спустя несколько часов щенка арестовали на основании «Акта об опасных животных» от 1991 года.

Хозяева щенка чау-чау считают, что их питомец не опасен для общества, а лишь был сильно напуган в тот момент, когда укусил полицейского. Владельцы собаки намерены через юристов добиться освобождения пса. Соответствующая кампания в поддержку щенка развернулась в интернете с хэштегом #FreeBungle (Бангл-кличка собаки). К акции уже успели присоединиться тысячи пользователей со всего мира, сообщает издание Daily Mail.

ДОРОГА К ЗВЕЗДАМ.

Как-то разговаривая с приятелем по скайпу, я узнал от него, что в «Одноклассниках» появились наши сокурсники по техникуму. Мне стало интересно, я зарегистрировался на сайте, решил посмотреть, кто же там присутствует. Попалась на глаза «армия» и я набрал войсковую часть 14109, где служил с 1965 по 1968 год, в Крыму, недалеко от города Симферополя, назывался пос. Школьная. Честно говоря, я не рассчитывал на успех, так как войсковая часть была в то время особо секретной и не думал, что какая-то информация может появиться. Но многое в наше время изменилось и то, что было секретом у государства СССР, стало гласным у России, тем более, что в течении длительного периода времени, Крым принадлежал Украине.

Удивительно, но оказалось много фильмов о войсковой части или НИП — 10 (наземно-измерительном пункте) и передо мной развернулись знакомые места, которые поразили своей запущенностью: ворота и разрушенное здание КПП (контрольно-пропускного пункта), две дороги, (хотя раньше была одна, видно вторую построили прямо в жилой поселок), все в выбоинах, по сторонам кустарники и деревья, а далее словно «Мамай» пронесся по всей войсковой части. Казармы в полуразрушенном состоянии, явно разграблены. Войсковая часть 14109 была предназначена для управления спутниками земли и находилось в ней три зоны: первая — жилая, где размещались офицеры с семьями, имелась там школа, как раз напротив КПП, детский сад и магазин. Во второй зоне размещался штаб части, казармы, столовая, клуб. И третья зона, техническая, в которой находились радиолокационные станции по связи со спутниками Земли. В то время, когда я служил, там находись станции: «Висла», «Куб», «Подснежник», «Минск», станция по работе с дальним космосом, название ее я уже не помню. Вторая и третья зоны были фактически уничтожены, здания разрушены, антенны исчезли, за исключением одной, радиотелескопа по работе с дальним космосом, у нее антенна диаметром 32 метра, видно побоялись тронуть, как бы не обвалилась на их голову. Сохранился жилой поселок, с бывшими сотрудниками, куда же их девать Украине было. Как пишут сами сотрудники, Россия просила сдать в аренду оборудование войсковой части, но руководство Украины, заявило: «Цэ всэ нашэ». Как говорится: «сам не гам, но другому не дам». В то же время по воспоминаниям одного из служивших в начале 90-х, многие предпочли принять присягу Украине. Не знаю насколько это достоверно, но не доверять ему, у меня оснований нет. Видно никто не хотел уезжать.

А ведь мне вспоминается время, когда я был призван и попал в эту войсковую часть, в которой стал настоящим мужиком, сержантом. Научился отстаивать свою честь, командовать людьми и отвечать за свои поступки. Призвали меня в мае месяце, еще до приказа о призыве в армию. Обычно, он издавался в октябре, в конце года. А у меня был спецнабор. Мой год призыва, 1946, был последним, кто служил три года, уже позднее издали закон о переходе на двухгодичную службу. Команду нашу сформировали в гор. Хмельницком и куда повезли, мы не знали. Очутились в Симферополе и на автомашинах нас повезли за город. КПП мы проехали и слева увидели футбольное поле, а справа — просто земля, вернее даже не земля, а песок. На футбольном поле тоже не было травы. Не росла там тогда трава, видно после моего дембеля завезли, и кустарники с деревьями посадили. Когда я служил, в части байка ходила, что во время полета космического корабля «Восток — 3» и «Восток — 4», а было это в 1962 году, чтобы молодежь знала, в часть приезжал Н.С. Хрущев, тогда первый секретарь ЦК КПСС, откуда он по телефону беседовал с космонавтом Николаем Андриановым. Так вот, чтобы не было видно песчаного грунта при въезде в часть, покрасили его в зеленый цвет, Никита Сергеевич ничего не заметил, видно посчитал, что зеленый ковер украшает. Но вернемся к моему появлению в части.

Привезли нас около полсотни человек и сразу поместили в карантин. Кто да что, ничего не говорили, только, что часть особо секретная, никому ничего не писать, если что узнаем, про назначение части и вообще поменьше болтать, вся корреспонденция проверяется. Три помещения под казармы располагались рядом с плацом. Утром, команда: «Подъем. Строится на плацу без гимнастерки». Вперед к КПП и обратно, бегом естественно. Три километра. Зарядка на улице, рядом столовая и вперед на занятия. Строевая подготовка, физическая подготовка, изучение устава, автомат и т. д. Вечером надо подшить чистый воротничок и почистить сапоги. Хорошо еще, что мои старшие братья научили портянки наматывать на ноги, а то многие мучились и натирали себе мозоли. Как наступал отбой, валились в койку и никаких снов, проваливались как в пустоту. Так прошло три месяца, затем распределили по ротам и станциям. Осенью должны были демобилизовать ребят, отслуживших три года, а мы их заменить в качестве операторов. Так что времени особо много не было. Но большинство из нас были со средне специальным образованием, поэтому справились быстро.

Ну а время у нас было, когда космические корабли СССР первыми вышли в космос, первыми облетели луну, и наш Гагарин стал первым космонавтом в мире. Можете себе представить, как нас молодых пацанов, все это покорило, и мы чувствовали свою причастность к освоению космоса. Чувство гордости за свою Родину, за свою войсковую часть нас охватывало в полной мере и когда на принятии присяге мы говорили: «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооружённых Сил, принимаю Присягу и торжественно клянусь: быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников.

Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество, и до последнего дыхания быть преданным своему Народу, своей Советской Родине и Советскому Правительству.

Я всегда готов по приказу Советского Правительства выступить на защиту моей Родины — Союза Советских Социалистических Республик и, как воин Вооружённых Сил, я клянусь защищать её мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами.

Если же я нарушу мою торжественную клятву, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение советского народа.», — мы говорили это от чистого сердца и готовы были к самопожертвованию.

Я был направлен на станцию «Подснежник», где стал осваивать свою первую военную специальность — оператора. Непосредственно на командном пункте станции работали офицеры, какие команды и куда отправляли, мы, конечно, не знали, да и офицеры сами не знали, все было зашифровано. Главное для нас было провести захват спутника, по радиосвязи естественно, и передать соответствующие команды.

Я прослужил уже больше полугода, в начале 1966 года, на станции дальней связи с космосом, готовились к посадке корабля на луну. Там не хватало помощников и меня откомандировали на период работы станции по связи с космическим кораблем «Луна-9». Я окончил техникум и неплохо чертил, когда надо было. Определили меня в группу поддержки. Находились мы в комнате, рядом с командным пунктом связи, тут же находился телетайп по передаче снимков с корабля при удачной посадке на луну. Когда запустили космический корабль, я чертил маршрут его движения на бумаге. В один из дней, в комнату вошел мужчина, среднего роста, коренастый, плотный и обратился к находившимся там инженерам, с просьбой дать ему авторучку. Я был ближе всех к нему и подал ручку, которая была у меня. Мужчина вышел, особого внимания я не обратил на это, продолжал заниматься своим делом. Через некоторое время он опять вошел, вернул мне ее, при этом поблагодарил и пожал руку. После того, как мужчина вышел, воцарилось такое молчание, что я уже обратил на это внимание и спросил у находящихся инженеров, что произошло. Тогда один из них меня спросил: «Ты знаешь кто это был?». «Нет, конечно», — ответил я. «Это был сам Генеральный конструктор космических кораблей Королев Сергей Павлович. Теперь ты можешь не мыть свою руку и запечатать ручку в конверт, на память, для истории». Вот так. Руку пришлось помыть, а ручка где-то затерялась, в истории веков.

А дальше была успешная посадка космического корабля на Луну и первые снимки, переданные на Землю, а я был рядом. Первые снимки были как бы пробными и их собирались выбросить, но позволить случиться такому кощунству, я естественно не мог, и забрал себе. Вернувшись на станцию, я не выдержал и все рассказал, наш старший лейтенант Вишневский, это запомнил, и в конце концов у меня эту реликвию выпросил.

А в части нашей бывали все руководители Государственной Комиссии, Конструктора космических кораблей, космонавты, в том числе Юрий Гагарин, Герман Титов. Были они в штатском, и в форме, обедали в офицерской столовой, куда и нам не запрещалось захаживать при наличии финансов, но мы то никого не знали, все было тогда: «совершенно секретно».

Командиром войсковой части был у нас Бугаев Николай Иванович, инженер- полковник, бывший фронтовик. При котором часть неоднократно становилась лучшим подразделением, ей было вручено Боевой Знамя, а переходящее Красное Знамя ВС Ракетных войск оставлено в части на вечное хранение за достижение наивысших показателей в течение трех лет подряд, и войсковая часть 14109 занесена в Книгу Почета Военного Совета Ракетных войск, награждена Почетной грамотой. Николай Иванович был командиром части с 1959 по 1972 годы. При нем мы сами построили для себя бассейн, стадион, тир. В части его называли «Батей», очень уважали, и боялись, крутой был мужик.

В дальнейшей моей службе я слышал о проведенных первых стыковках космических кораблей и особенно, мне запомнилось, это гибель космонавта Комарова Владимира Михайловича. Случилось это в апреле 1967 года. Запустили новый космический корабль «Союз 1». В это время уже не было Королева Сергея Павловича, и никто не мог своим авторитетом повлиять на отсрочку полета, так как корабль не был готов, имелось очень много недоработок, а правительство требовало провести запуск, к очередной юбилейной дате. Не могу точно утверждать, как это было, но сопровождение корабля вели мои сослуживцы и с их слов, они были поражены мужеством космонавта, его последними словами были: «Земля, я знал на что шел. Прощайте». Это была трагедия для всех нас, хотя мы не имели к этому прямого отношения.

Служба моя закончилась 30 мая 1968 года. В конце, перед демобилизацией, мы перестраивали лестницу на второй этаж и заложили там в бутылке, послание будущим поколениям, что именно писали, я уже не помню, но что-то интересное. Послание наше не нашли, кто из нас думал, что все уничтожат и предадут забвению. С тех пор я в части не был и то, что происходило в дальнейшем, узнал только из публикаций. Поэтому меня так и поразили фильмы о положении дел в расформированной Украиной войсковой части 14109.

Войсковая часть возникла 11 июня 1957 года, когда ее командиром был назначен инженер-подполковник М.Н.Николаенко. 15 мая 1958 года часть прошла боевое крещение, при сопровождении в космосе третьего искусственного спутника Земли.

Уже после моей демобилизации, в глубине технической зоны возвели уникальный полигон для испытаний луноходов. Назвали его «Лунодром». 17 ноября 1970 года космический аппарат «Луна -17» доставил на Луну «Луноход-1», и с Земли, именно со станции космической дальней связи им управляли водители Г. Латыпов и В. Довгань, работали они по два часа, сменяя друг друга в течении 14 суток. Создателем «Лунохода был Георгий Николаевич Бабакин. Затем был «Луноход- 2», управление космическими станциями «Венера», «Марс». Именно здесь были приняты первые снимки поверхности Венеры, осуществлялось управление полетами космических кораблей и станций, в том числе Союз-Аполлон. В части был создан музей космонавтики, уникальный в своем роде. Ведь эти достижения были не только Советского Союза, всего человечества, планеты по имени Земля.

После развала СССР войсковая часть была передана Украинскому космическому агентству, которому все это не понадобилось и в 1998 году ее расформировали. Оборудование растащили на металлолом, здание разрушили, разграбили, музей, с уникальными экспонатами: автографами космонавтов, оборудованием космических кораблей, спускаемые капсулы, уничтожили или украли, а кое-что просто выбросили на мусорную свалку (это видно по опубликованным фотографиям). А ведь это преступление, даже не перед государством, перед всем человечеством.

В Евпатории, где также находился НИП-16, центр космической связи восстановили, после присоединения Крыма к России и есть надежда, что обратят внимание и бывшую войсковую часть 14109, с ее достижениями в прошлом и заслугами. Ведь сам поселок Школьный, это уникальное место для работы с Космосом, так как, здесь, как и в Евпатории, 350 дней в году солнечно. Да и музей космонавтики следовало бы восстановить, пока еще живет поколение людей, участвующих в работе Наземно-измерительного пункта -10.

Мафия разных стран мира

Мафия в Италии.

Мафия — это слово родилось в Италии и до сих пор нет единого толкования, что же это означает. Мафия возникла в центре Сицилии и охватывала внутренние районы провинций Палермо, Трапани и Агридженто в период феодализма. В своей книге «Мафия» видный венгерский ученый Габор Геллерт пишет, что впервые это слово встречается в словаре Алессандро Трайны в 1868 году и расшифровывается, как хвастовство, бахвальство. Однако может и означать также — надменность, дерзость. По изданному в 1881 году в Палермо словарю, мафия является «распространенным по всей стране пьемонтским понятием, означающим каморру». (В наши дни «каморрой» называют организованный преступный мир Неаполя). Также он приводит версию, что составлено слово из начальных букв лозунга «Morte alla Francia, Italia aneta», «Смерть Франции, вздохни, Италия», который звучал в период антифранцузского восстания на острове Сицилия 30 марта 1282 года. Официально же в документах это слово было зафиксировано 10 августа 1865 года в полицейском донесении, в котором комиссар полиции сообщает об «уголовном преступлении мафиозо».

Что же такое «мафия» — это организованное преступное сообщество. В разных странах — она действует исходя из местных условий и менталитета. Но основные характерные ее черты это:

Участники группы запугивают людей и принуждают их сотрудничать, ссылаясь на связи с этой группой.

Участники группы связаны «кодексом чести» (омертой).

Участники группы стремятся прямым или косвенным образом получить власть или контроль над экономической деятельностью, государственными закупками и услугами с целью получения прибыли.

Участники группы вмешиваются в выборы, препятствуют свободному голосованию.

Члены преступной организации, мафия, как правило, были связаны семейными узами или родственными связями, состояли из одной деревни. Вызвано это было тем, что возникло она как сопротивление оккупантам и захватчикам, формировались вокруг своего синьора (барона), защищая свои земли и ценности. Позднее они нападали на иностранцев, грабили их, но добыча делилась среди своих родственников и односельчан, поэтому они и покрывали бандитов в борьбе с государством. Эти преступные сообщества называют обычно «семьями» (также «кланами» или «косками») и управляют они определенным районом, городом или регионом. Все члены банды связаны омертой, т. е. своеобразным кодексом чести, где молчание является основой деятельности и нарушение грозит смертью. Членами семьи могут быть только чистокровные итальянцы, а в сицилийских семьях — чистокровные сицилийцы. Прочими участниками группировки могут быть только белые католики.

«Семья» имеет строгую иерархию начиная с босса и кончая «мальчиками» на побегушках. Во главе семьи находится Дон, он управляет всеми, знает о всех совершенных в его районе преступлениях. Затем следует младший босс, подручный или заместитель дона, второй по значимости человек в «семье». Назначается он самим доном, которого в свою очередь, избирают все члены (так называемые капо), «семьи». Далее следует консильери, советник, он же служит посредником при разрешении споров. Капореджиме, капо, или капитан, глава боевой группы, состоящей из «солдат». «Семья» насчитывает 6–9 таких команд, по 10 человек в каждой. Имеется еще Соучастник, еще не член семьи, но уже оказывает ей различные услуги.

Борьба с мафией все годы государство вело и ведет с переменным успехом. В начале 19 века мафия была уже сложившийся преступной организацией, которая играла значительную роль в политической и экономической жизни страны. Мешала им разобщенность между мафиями различных провинций и попытки объединиться превращались в кровопролитные бои за власть.

В начале 20 века с приходом к власти в Италии фашистов во главе с Муссолини началось преследование членов мафии, т. к. он не хотел делить ни с кем власть. Муссолини прислал в Сицилию префекта Мори, который железной рукой начал наводить порядок. Одни мафиози были арестованы и осуждены по сфабрикованным доказательствам, а другие — эмигрировали в Соединенные Штаты Америки, где плотно обосновались и создали там свою организацию под названием «Коза ностре», что в переводе означает: «Наше дело». Связь с родиной они не теряли, таким образом, мафия стала международным явлением.

Во время второй мировой войны мафия оказывало содействие союзным войскам, высадившимся в Сицилии, были налажены связи между «Коза Ностро» и местными кланами. Большую роль в этом сыграл Лаки Лучано, уроженец провинции Палермо, разбогатевший в США на бегах и торговле живым товаром и местный Дон Калоджеро Виццини. Воспользовавшись этим, после войны, мафия стала восстанавливать свое влияние на политическую и экономическую жизнь в стране. Теперь они стремились поддержать те партии, которые возглавили сепаратистское движение на острове.

Тесная взаимосвязь между мафиозо Италии и американскими преступными группировками вынудили власти Америки принять экстренные меры по ликвидации этой связи. В 1946 году из США был выслан Лаки Лучано, Джузеппе Пичи, известный в США как торговец наркотиками и другие. 14 ноября 1957 года американская мафия собрала всех своих главарей на конгресс, но нагрянувшая туда полиция арестовала 63 участника, часть которых также выслали в Италию. Таким образом, руководящий центр мафии, который занимался торговлей наркотиками, живым товаром, проституцией, азартными играми переместился опять в Италию, но разорвать этот круг полиции не удалось.

В апреле 1963 года сенат республики одобрил решение о создании парламентской комиссии по расследованию действий мафии. Ее возникновению послужило развернувшаяся, фактически, война между мафиозными группами на улицах Палермо: 10 января 1963 года от большого заряда тротила взлетела часть помещения фабрики Джусто Пиконе (представитель «семьи» Тото Греко), организованная Ла Барбера, членом другой мафиозной «семьи». 17 января исчез бесследно исчез Сальваторе Ла Барбера. 20 января была взорвана автомашина Тото Греко и только благодаря случайности, он сам не погиб м и т. д. Кончилось все кровопролитием в Чакулли, когда следившие за Тото Греко полицейские и карабинеры проникли в его автомашину, и она взорвалась. Погибли 7 человек.

Из года в год борьба приносила разные успехи. Так в 1965 году были арестованы многие видные члены мафии: Фрэнк Капполо, Джузеппе Руссо, Калоджеро Орландо, Франческо Гарофало, Винченцо Мартинес и многие другие. Некоторые из них уже имели американское гражданство и были осуждены.

Однако мафия не сдавалась и в борьбе с ней гибли лучшие сыны Италии: 5 мая 1971 года был убит главный прокурор Пьетро Скальоне, похищен и без вести пропал журналист Мауро Де Мауро, убили судебного следователя Чезаре Террановы, руководителя палермской полиции Бориса Джулиано, председателя сицилийского регионального парламента Пьерсанти Маттареллы и многих других, кто осмелился подать свой голос против мафии.

5 ноября 2007 года при обыске влиятельного члена «Коза Ностры» — Сальвадоре Ло Пикколо был изъят неофициальный свод законов члена мафии:

Никто не может сам подойти и представиться кому-то из «наших» друзей. Он должен быть представлен другим нашим другом.

Никогда не смотрите на жён друзей.

Не допускайте, чтобы вас видели в обществе полицейских.

Не ходите в клубы и бары.

Ваш долг — всегда находиться в распоряжении «Коза Ностры», даже если ваша жена рожает.

Всегда являйтесь на назначенные встречи вовремя.

С жёнами надо обращаться уважительно.

Если вас просят дать любую информацию, отвечайте правдиво.

Нельзя присваивать деньги, которые принадлежат другим членам «Коза Ностры» или их родственникам.

В «Коза Ностру» не могут входить следующие лица: тот, чей близкий родственник[14][15] служит в полиции; тот, чей родственник или родственница изменяет супруге (супругу); тот, кто ведёт себя дурно и не соблюдает нравственных принципов.

По одним данным эти «Десять заповедей» принадлежат членам сицилийской мафии и имеют исторические корни, а по другим — были написаны самим Ло Пикколо как наставление молодому поколению.

Читая эти заповеди, можно представить себе, что речь идет о каком-то закрытом клубе для джентльменов, а ведь это одна из самых кровавых преступных организаций, за которыми в борьбе за власть и богатство числилось сотни смертей.

В настоящее время в современной Италии действуют десятки мафиозных груп: среди них «Коза Ностра» на Сицилии, «Каморра» в Кампании, Ндрангета в Калабрии, Сакра Корона Унита в Апулии и другие. По данным на 2015 год в Палермо действуют около 30 «семей», 20 — в Неаполе, столько же в Редж-ди-Калабрии. Наиболее опасная из них — это Ндрангета».

Так что борьба продолжается.

Мафия в Соединенных штатах Америки.

Мафия — это явление Итальянское, а точнее рождено на острове Сицилия. В Америке она появилась с первой волной итальянских иммигрантов в конце 19 столетия. Вместе со всеми в США иммигрировали и преступники, которые рассчитывали на возможность обогатиться в богатенькой Америке. Одним из первых мафиозо, о ком стало известно, был Джузеппе Эспозито. Он вместе с шестью своими подельниками бежал в Америку, после убийства одиннадцати богатых землевладельцев, канцлера и вице-канцлера сицилийской провинции. В 1881 году по запросу правительства Италии, он был арестован и экстрадирован, а проблема сицилийской мафии в США стала только нарастать. 15 октября 1890 года был убит пристав полиции Нового Орлеана Дэвид Хеннесси, якобы последними его словами были, что покушались на него итальянцы. Вследствие чего была проведена полицейская операции и сотни сицилийцев арестованы, девятнадцати из них предъявлено обвинение в убийстве. Однако суд всех оправдал. Разгневанные горожане устроили суд Линча: из девятнадцати — двоих повесили, девятерых убили, остальные успели скрыться. Это привело к тому, что в дальнейшем преступные группировки предпочитали не трогать полицейских и государственных служащих.

Вторая волна иммиграции из Италия пришлась на начало двадцатых годов прошлого века, с приходом к власти в Италии — Муссолини. Он начал активное преследование членов мафии и многие были вынуждены бежать в Америку, т. к. уголовные дела на них просто фабриковались. Итальянцы предпочитали обосноваться на восточном побережье Америки и в частности — Нью-Йорке. Именно в тот период появились «семьи» мафиозо, которые действуют и по сей день: Бонанно, Гамбино, Дженовезе, Коломбо и Луккезе. Это не значит, что это потомки первых «семей», но именно в тот период итальянские преступные сообщества зародились в Америке. И на сегодняшний день в США действует мафия в 26 городах: Филадельфии, Новой Англии, Детройте и Чикаго, Флориде и Лас-Вегасе и т. д. И получила итальянская мафия в Америке свое название: «Коза ностра», что означает «Наше дело».

17 января 1920 года в США был принят «сухой закон», который фактически обогатил мафиозные структуры. Спиртные напитки были запрещены и преступные группировки стали заниматься, в основном, поставкой и торговлей алкоголя, это было для них золотое дно. Дело дошло до того, что одни преступники нападали на других и похищали у них алкоголь. Война между ними за абсолютный контроль над «алкогольным» бизнесом разгорелась в полной мере. В Нью-Йорке одну из преступных группировок возглавил Джо Массерия, а другую Сальваторе Маранзано. В результате этой борьбы, которая вошла в историю как Кастелламмарская война, был убит Массерия. Маранзано возглавил преступный мир Нью-Йорка. Он разделил его на пять «семей», где каждая «семья» имела свой определенный район действия. Маранзано был тем, кто создал кодекс организации и ее структуру. Но его «правление» длилось недолго, через 6 месяцев его также убили по приказу другого мафиозо — Лаки Лучано.

В 1933 году «сухой закон» был отменен, высокие прибыли мафии исчезли, и она стала искать новые варианты, которые привели к поставкам и продажи наркотиков, оружия, строительному бизнесу и профсоюзам, игорному бизнесу и даже «мусорному» бизнесу, за которым были огромные государственные заказы.

В 1952 году президентом на Кубе стал Фунхельсио Батиста, американские мафиозо инвестировали на легализацию многочисленных казино и захватили этот бизнес в свои руки. Они превратили Кубу в базу отдыха богатейших людей мира совместив с предоставлением различных услуг, в том числе проституток. Так продолжалось до прихода к власти Фиделя Кастро. Мафия была вытеснена с острова. Когда в Неваде легализовали азартные игры, многие мафиозные семьи переехали в Лас-Вегас. Прибыль от этого бизнеса составила много миллионов долларов.

В 1963 году член мафиозной семьи Джо Валачи впервые раскрыл многие ее тайны, связи с различными структурами, в том числе и с государственными органами, после чего борьба с ее представителями усилилась и ФБР добилась значительных успехов. Будучи Генеральным прокурором США Роберт Ф. Кеннеди охарактеризовал «Коза ностра», как «частное предприятие преступников, зарабатывающих миллионные доходы на человеческих страданиях и моральном разложении». Сложность борьбы с мафией заключалась в том, что они выработали правила, обеспечивающие безопасность своих главарей.

В основе этих правил действовала строгая иерархия и никому не разрешалась ее нарушать. Во главе был Босс или крестный отец. Именно он возглавлял «семью». Так же, как и в итальянской мафии, его избирали члены «семьи», капо, хотя позднее от этого отказались. У него был младший босс или подручный, его заместитель. Он непосредственно руководил действиями всех капо, но под руководством своего босса. Далее следовал консильери, советник «семьи», посредник. Капо или капитан команды, который возглавляет команду из боевиков, солдат. Лейтенант, является заместителем капо. В случае гибели капо или осуждения, принимал за себя руководство командой. И соучастник, оказывающий помощь в деятельности «семьи».

По существовавшим правилам Босс никогда не общается со своими подчиненными, только через посредника, никогда лично не дает им команды на совершение преступлений. Если член команды желает встретиться с боссом, то только через своего начальника, изложив ему причину. Лица, возглавляющие «семью», избегали непосредственного участия в преступлениях и ограничивали свои контакты с членами группировки. В случае необходимости наказания члена «семьи», на это должно быть решение «совета», чтобы не было никаких злоупотреблений, и оно могло быть от угрозы смерти до убийства. Всякая незаконная деятельность, требовала одобрения Босса. Имелся хранитель денег, который решал куда вкладывать их, в какой легальный бизнес, чтобы скрыть их происхождение.

С момента разоблачения Джо Валачи всякое преступление совершенной мафией привлекало повышенное внимание со стороны общественности, а, следовательно, и правоохранительных органов. Это вынудило членов мафии избегать всяких показательных преступлений и прибегать к иным мерам, чтобы избежать гласности. Тем не менее «Коза ностра» до настоящего времени представляет собой серьезную угрозу для общества. Согласно неофициальным данным она насчитывает в настоящее время около трех тысяч членов и тысячи сторонников. Поддерживает тесную связь с итальянской мафией: «Каморрой» в Неаполе, Ндрангетой в Калабрии, «Коза Нострой» в Сицилии.

Правоохранительным органам в борьбе с ней удалось добиться существенных успехов. Так, в начале 1990 годов удалось посадить главу семьи Гамбино, Джона Готти на пожизненный срок. В 2018 году на скамью подсудимых были посажены 46 членов ведущего преступного синдиката.

Жизнь американской мафии привлекла внимание американскую киноиндустрию Голливуда и были написаны многочисленные сценарии, которые стали знамениты во всем мире: «Крестный отец», «Славные парни», «Клан Сопрано», «Казино» и т. д.

Но наряду с «Коза нострой» в США не менее опасными стали другие преступные группировки: из бывшего Советского Союза стали действовать русская мафия «Братва», Одесская мафия, «Армянская сила», многонациональные синдикаты «Братский круг», латиноамериканские банды и многие другие.

В докладе Директора Национальной разведки США 29 января 2019 года указано, что в настоящее время главную угрозу для США представляют глобальные транснациональные преступные организации и сети.

Мафия Японии. «Якудза».

Якудза — это организованная преступная организация, только в отличии от Италии и США, она официально зарегистрирована под видом различных патриотических и ультраправых объединений, которые состоят на учете у правоохранительных органов, имеют официально свои штаб-квартиры, эмблемы, а руководители их известны всей общественности.

Слово это произошло от карточных игроков бакуто, и состоит из одной комбинации игры ойте-кабу: Я в переводе означает восемь, ку — девять, дза — три, в сумме — двадцать, самое плохое число в карточной игре. Имея такую комбинацию карт, выиграть очень сложно и необходимо обладать большой удачей и везением, чтобы победить. Исходя из этого, слово «якудза» имело значение выдержки человека, впоследствии слово означало «банда» или группировка. Часто членов группировки еще называют «борекудан», гангстеры, входящие в «банду».

В отличие от итальянской и американской мафии, якудза не состоит из членов, имеющих родственные связи, не имеет четкие границы своей деятельности, не обеспечивает секретности своей структурной организации и численный состав. Так, в 1958 году они насчитывали около 70 тысяч человек, в 1963 году — 184 тысячи человек, в 1988 году — около 86 тысячи человек, в 2008 году — 82 тысячи человек. В настоящее время приблизительно 110 тысяч бойцов, объединенных в 2,5 тысячи банд.

Законы якудза сложились в период Эдо (1603–1868 года), именно тогда возникли предшественники современных борекудан, группировки под названием тэкия и бакуто, которые занимались грабежами. Позднее бакуто переключились на организацию азартных игр в городах и других местах отдыха. Тэкея же стали заниматься мелким воровством, вымогательством и мошенничеством. Они выработали кодекс своего поведения, специальный ритуал посвящения, когда вновь поступающий боец выпивал со своим боссом чашу, как бы скрепляя традиционные для японца отношения отца и сына и закрепляя принцип безграничной преданности своему боссу. В жизни бокуто и тэкия культивировали традиции и образ жизни самураев. Они создавали вооруженные отряды, которые постоянно воевали друг с другом по защите своей территории, доходов. Криминальная деятельность их складывались из рэкета, игорного бизнеса, сутенерства, торговли наркотиками и оружием, вымогательства, убийств, финансовых операций. К услугам якудза прибегало правительство, используя их в борьбе с недовольством народа и выступлениями за свои права, кроме этого они охраняли свои «кварталы» от воров, грабителей и насильников. Богатые коммерсанты привлекали их в качестве охранников, телохранителей и запугивания своих конкурентов.

Бокуто можно было опознать чисто внешне, т. к. они были сплошь в татуировках, которые к тому же были разноцветными. Причем делали их вручную и процесс был очень болезненный. Следующая традиция была в том, что за провинность бокуту должен был отрезать себе фалангу пальца, поднести ее боссу и только после этого он мог быть прощен. В основе своей деятельности якудза опирается на беспрекословное подчинение своему боссу, строгое соблюдение свода правил и «братские» отношения между ее членами. За нарушение кодекса якудза несет неминуемое наказание.

Становление современных якудза началось в годы второй мировой войны. Старое поколение сильно пострадало, т. к. часть их забрали в армию, а другую часть осудили. В это же время сформировалось новые якудза, которые захватили появившийся черный рынок, из-за дефицита товаров и продуктов и делили они там огромные деньги. Называли их гурэнтай.

Они набрали в стране большую силу и численность якудза после войны значительно выросла, даже превышала Силы Самообороны. Образ жизни в Америке сильно повлиял на их менталитет, для них героями стали гангстеры США, из фильмов Голливуда: черные костюмы, с белыми рубашками и темными очками. Мечи самураев ушли в прошлое, их сменили ножи и пистолеты. Между группировками якудза разгорелась война за сферы влияния, которая грозила не только преступным группировкам, но и всей общественной жизни страны. Именно в этот период появился человек, Кодама Есио, который взял на себя функции посредника между преступными группировками, а также с оккупационными властями США. Именно он придал современный вид якудза и объединил крупнейшие группировки Ямагута — гуми и Тосэй — кай.

Во главе клана якудза был шеф (оябун или кумите), следующим в клане был старший советник (сайко комон), следом — глава штаб-квартиры (со-хомбуте), его заместитель (вакагасира). Они руководили кланом и ее влияние зависело от количества бойцов, которыми они руководили. Обычно их численность составляла от 20 до 200 человек. Однако были кланы, которые руководили и десятками тысяч человек, располагающихся в различных городах страны и оказывающих большой влияние на экономическую и политическую жизнь Японии.

Одна из крупнейших группировок — Ямагути — гуми, названа в честь ее основателя Харукити Ямагути, происходила из профсоюзной среды портовых рабочих в начале прошлого века. В течение длительного времени группировка являлась самой могущественной в Японии и только в 2015 году распалась на несколько новых: Ямакен — гуми из Кобе, Такуми — гуми из Осака, а также Кобе Ямагути — гуми. Численность Ямагути — гуми колебалась от 23 до 220 тысяч человек. Прибыль группировки составляла миллиарды долларов от азартных игр, секс-индустрии, торговли оружием и наркотиками. Они поддерживали постоянную связь с правящими правыми партиями и оказывали финансовую поддержку. Уделяли внимание и пропаганде своей организации, предоставляя помощь населению во время стихийных бедствий. В частности, во время землетрясения в Кобе в 1995 году, когда правительство в течение первых недель было деморализовано, в 2011 году после землетрясения и цунами. Но несмотря на это борьбе с якудзы правительство уделяло особое внимание по требованию общественности. С осени 1946 года группировку возглавил Кадзуо Таока, вплоть до своей смерти в 1981 году и стал он одним из самым могущественных якудза в Японии. Кадзуо Таока сумел объединить многие банды, действующие в тот период и с помощью посредника Кодама Есио поделил сферы влияния с другой преступной группировкой Тосэй-Кай.

Тосэй — кай, вторая крупнейшая группировка в Японии, состояла, в основном, из выходцев Кореи, как коренных жителей, так и приезжих. Корейцы в Японии считались иностранцами и подвергались дискриминации. Именно поэтому их охотно брали в свои банды якудза. Здесь они могли защитить себя и отстоять свою честь и достоинство. Крестным отцом в банде был Хисаюки Матии (кореец по рождению Чхон Квон Ен). Вначале он был на оккупированной японцами территории, затем переехал в Японию, во время войны работал на контрразведку США и сумел сделать себе карьеру от уличного бандита до одного из влиятельных боссов преступного мира. Заключив соглашение с Кадзуо Таока, они поделили сферы влияния якудза почти на всю территорию Японии. Преступный бизнес Матии включал в себя проституцию, туризм, бары и рестораны, различные развлечения и даже импорт нефтепродуктов. Происхождение Матии позволило ему освоиться в Корее и с его помощью якудза там обосновались. В середине 60-х годов под давление общественности, полиция вынуждена была принять меры к Матии и его группировке, тогда он официально расформировал свою группировку, но в то же самое время, образовал две легальные фирмы, которые прикрывали его криминальную деятельность. Затем он исчез из поля зрения, но, по слухам, его часто видели на Гавайях.

Все годы борьба за сферы влияния между преступными группировками якудза продолжалась, те или иные несли ощутимые потери, но вновь возрождались, подключалась полиция и арестовывали их членов. Так в ноябре 2015 года за поджоги ресторанов и баров в Китакюсю арестовали и предали суду 11 членов банды Кудо-кай, в феврале 2016 года полиция Кагосимы арестовала четырех членов группировки Ямакэн-гуми за поставки наркотиков. В январе 2017 года из-за чрезмерных взносов группировка Кобе Ямагути-гуми, распалась.

К концу 2017 года основными соперниками якудза в криминальном мире Японии были босодзоку (банды байкеров) и хангура (уличные банды, не входящие в состав якудза). В настоящее время правительство, под давление общественности, принимает новые законы, ограничивающие деятельность якудза и привлекает их членов к уголовной ответственности.

Мафия Китая. Триада.

Триада, одна из крупнейших преступных группировок мира. Ее сети разбросаны по всему свету: США, страны Европы, не говоря уже о ближайших соседях Китая. В общем, где только имеется колония китайцев, там и присутствует Триада.

Возникла триада ХVII веке во времена маньчжурской династии Цин, которая захватила Китай, устранив от власти китайскую династию Мин. Группа буддийских монахов начала войну против оккупантов и основали тайную организацию Тяньдихуэй, что означает «Общество трех гармоний», а эмблему организации выбрали простой треугольник символизирующий воздух, землю и тело человека. Внутри треугольника размещаются иероглифы. На Западе организация получила названия Триада. Триада характеризуется жесткой дисциплиной, во главе которой находится глава, заместители, руководители боевого отдела и члены банды.

Иерархия «Триады состоит их шести уровней: самый первый и главный «сан-шу» или «лунг-тао» (голова дракона), или «тай-ло» (большой брат). Ему подчинятся все остальные, он один руководит всей деятельностью клана. За ним следуют руководители организаций «фу шан шу» и «синг фунг», вербовщик новых членов клана. Следующий уровень — «хунг кван», руководители боевых групп. Четвёртый уровень «пак тсе син» — эксперт по административным и финансовым вопросам. Пятый уровень — «шо хай», посредник по связи с другими преступными организациями. И самый последний, шестой уровень — «сей коу джай», бойцы.

Диаспора китайцев весьма скрытна и посторонним туда проникнуть очень сложно, они предпочитают решать все вопросы только внутри. Чтобы стать членом Триады необходимо рекомендации не менее двух действующих членов банды, готовых поручиться за вновь поступающего. Они головой отвечают за его действия. Каждый клан Триады имеет свои обряды посвящения: так кого-то бьют плоской стороной меча, кто-то проходит под плохо закрепленными ножами. По прохождению определенного времени новичок банды, становится полноправным ее членом при условии строгого соблюдения законов Триады. Татуировки членов банды характерны другим преступным организациям, таким как якудза, латинским и мексиканским бандам и каждая татуировка имеет свое значение. Так что наносить их в Китае, весьма опасно, может привести к непредсказуемым последствиям.

Триада имеет свой почерк при наказании за непослушание, у китайцев этот метод называется «Лин чи» или «бесконечная смерть», «смерть от тысячи порезов»: жертве наносится большое количество мелких порезов и человек медленно умирает. Ему даже дают опиум, чтобы он не умер от болевого шока. У верующих китайцев этот метод казни является ужасным, так как по конфуцианскому учению, тело человека в загробном мире должно быть целым.

С древних времен члены Триады пользовались самым разнообразным оружием: мечами, различных конфигураций, луком, арбалетом, олений рог и всевозможные ножи-кинжалы.

В настоящее время в Китае и за рубежом действуют много различных кланов, наиболее значительные «Зеленый дракон» и «14К». Штаб-квартира организации «14К» находится в Гонконге и название она получила по своему почтовому адресу. Нельзя сказать, что власти Китая смотрят на существование Триады спокойно и не принимают никаких мер. Но ее существование в течение трех столетий настолько въелось в вплоть и кровь страны, что выкорчевать сразу не удается. Руководители крупных кланов установили контакты с представителями китайского руководства на всех уровнях власти и не только подкупом, но и сами проникают в ее среду. Вкладывают деньги в совместные предприятия, ночные клубы, казино, привлекают полицию и армию. Они становятся депутатами Всекитайского собрания народных представителей или членами политических консультативных советов в провинциях. Пользуясь этим Триада берет власть на местах в свои руки и полностью управляет районом, включая прокуратуру, секретарей партийных организаций и местных органов общественной безопасности.

Мафия контролирует наркотрафик в стране и за рубежом, принимает активное участие в хозяйственной деятельности страны: строит отели и автостоянки, занимается контрабандой оружия, автомобилей, сигарет и различных товаров. Например, из России занимается поставкой леса, полезных ископаемых, различных животных. Ярким примером является дело Вэнь Цянь, которое рассматривалось в 2009 году. Свою деятельность «крестного отца» мафии он совмещал с должностью заместителя начальника полиции города Чунцина, а затем — начальника управления юстиции. Город начал развиваться ударными темпами в 1997 году и власти Китая в его развитие стали вкладывать миллиарды долларов. Здесь построили 5 автосборочных предприятия, несколько сот заводов, он стал центром химической и металлургической промышленности. Все это осуществлялось под контролем Триады во главе с Вэнь Цяном. По приблизительным подсчетам прибыль Триады составила около 4 млрд. долларов. В результате разгрома Чунцинской мафии было арестовано свыше 9 тысяч членов банды, шестеро из них — казнены.

На закрытом заседании Центральной комиссии по проверке дисциплины Генеральный секретарь ЦК КПК Си Цзиньпин предупредил о сговоре между лидерами триад и местными чиновниками, которые погрязли в связях с мафией. Он заявил, что надо уничтожать и «тигров», и «мух», т. е. бороться с коррупцией в центре и на районном уровне.

Это несмотря на то, что китайскую мафию называют самой патриотичной. Где бы она не действовала: в США, Европе или России, вся прибыль «триада» переводит в Китай, где используется и помогает благосостоянию страны, росту ее экономики. Все деньги, полученные от рэкета, контрабанды оружия, от пиратов в южных морях — привозят в Китай и вкладывают только в китайский банк. В Триаде действует негласное правило: «не трогать туристов», т. к. они привозят в страну деньги и их тратят. За грабеж туриста участника банды ждет суровое наказание в самой Триаде. Они считаю своим долгом заботиться и своих гражданах, так во время вспышки атипичной пневмонии гонконгское отделение «Триады» объявило премию в миллион долларов врачу, который найдет лекарство от смертельной болезни, а другой лидер группировки предложил щедрое вознаграждение исследовательским центрам.

«Триада» действует в России, где имеется большая диаспора китайцев. Больше всего ее интересы сосредоточены на Дальнем Востоке. Их интересует лес, морепродукты, торговля и контрабанда наркотиков, драгоценные металлы и полезные ископаемые. В Россию они ввозят электронику, одежду, подделки различных знаменитых брендов. По различным данным ежемесячный оборот составляет 1 миллиард долларов. Действуя на территории чужой страны «Триада» стремиться взаимодействовать с местными бандами и коррумпированными чиновниками.

В Японии, «Триада» стала теснить даже «Якудза», контролируя две трети героиновой торговли, в США — они проникли в легальную и теневую экономики, опережая колумбийские картели. В Италии в начале 2006 года начато было крупное расследование о капиталах китайской мафии, что затронуло интересы свыше 22 тысяч китайцев. Свои филиалы «Триада» заимела в Гамбурге, Ганновере, Франкфурте, Мангейме и Штутгарте, где действия она стремится получить из экономик стран, те же пятнадцать процентов, которые они собирают со своих соплеменников.

Мафия и организованная преступность.

Что такое мафия? Как уже отмечалось ранее, это слово родилось в Италии и характеризовало определенные группы преступников, которые противостояли государству. В наши дни слово «мафия» стала нарицательным и характеризует вообще все виды организованной преступности. Получается так, что мы говорим «мафия» и подразумеваем чиновничью организованную преступность или сотрудников правоохранительных органов или олигархов. Фактически слово мафия и организованная преступная группировка — это слова тождественны друг другу. Между тем, с моей точки зрения, мафия все-таки отличается от обычной организованной преступности. Мафия — это более масштабное криминальное сообщество, где имеется четкая иерархия и разделение работы между ее членами. Мафии присуща клановость, определенные сложившиеся традиции и строжайшая дисциплина. В литературе и интернете мы уже встречаем более свободное понятие мафии: это в Кении — «мунчики», в США — «Ангелы Ада», Албанская мафия, Русская мафия, Сербская мафия, Колумбийская мафия или наркокартель, Индийская мафия, израильская мафия и т. д. Фактически, любая, более-менее сложившаяся преступная группировка признается мафией.

Но если строго подходить к этому понятию мафии, то мы имеем итальянскую мафию в лице «Коза Ностра», японскую мафию в лице «Якудза» и китайскую мафию в лице «Триада». Все остальные представляют собой организованную преступную группировку в той или иной степени своего развития.

Наиболее известная из них Колумбийская мафия или наркокартель.

Одной из крупнейших и знаменитых из всех преступных группировок в Колумбии стал Медельинский картель. Основал его Пабло Эскобар в 1976 году. Вместе с ним группировкой управляли Хосе Гонсало Родригес Гача по кличке Мексиканец, братья Очоа, бывшие сокамерники Карлос Ледер и Джордж Юнг. Они занимались поставкой кокаина и марихуаны на рынок США. Их бизнес стал так востребован и популярен, что Пабло Эскобар сумел объединить разрозненные преступные группировки в единый наркокартель. К середине 80-х годов прошлого столетия Медельинский наркокартель контролировал около 80 % мировой торговли кокаином и получал прибыль более 60 млн долларов США в день. Они создали свою армию, подкупали чиновников и политиков. Но это им показалось уже мало и Эскобар с Ледером решили сами пойти в политику, но, когда их выгнали, они очень обиделись и стали мстить конкурентам, убирая их со своего пути. Боссы картеля стали одними из самых богатых людей в мире. Только у Пабло Эскобара было 34 поместья, 500 тысяч гектаров земли, 40 раритетных автомобиля и собственный зоопарк. Рядом со своим поместьем он построил город, который заселил любовницами в количестве 400 человек. Очень был плотояден, как средневековой падишах. Дело дошло до того, что в 1984 году боссы Медельинского наркокартеля предложили правительству Колумбии уплатить внешний долг страны в 13 млрд долларов США в обмен на амнистию и легализацию своего предприятия. Жестокость и убийства сотен людей, в том числе видных политиков, чиновников и полицейских привели к тому, что государство объявило охоту на боссов мафии. С начала 1970 годов к ним подключилось еще и правительство США, обеспокоенное с поставками наркотиков в страну. Они стали оказывать финансовую, материально-техническую и военную помощь правительству Колумбии в борьбе с наркобаронами. Совместными усилиями Медельинский наркокартель к началу 90-х годов прошлого столетия, был разгромлен: в 1989 году застрелили Мексиканца, в 1993 году был убит Пабло Эскобара, братья Очоа добровольно сдались властям и отсидели пять лет, затем занялись легальным бизнесом.

Медельинский наркокартель был разгромлен, но остались более мелкие- это наркокартель Кали, основанный братьями Джильберто и Мигелем Родригес Орехуэла совместно с Хосе Сантакрус Лондоньо. Они были противниками Медельинского картеля и помогли в его уничтожении.

Картель Северной Долины основанный Диего Леон Монтойя Санчес, Уилбер Варела и Хуан Карлос Рамирес Абадия. Полагают, что для защиты маршрутов доставки наркотиков, своих лабораторий и персонала, картель использовал Объединенные силы самообороны Колумбии, вооруженной антиправительственной группировкой правого толка.

Картель Северного побережья, возглавлял его Альберто Орландес-Гамбоа по прозвищу «Улитка». 6 июня 1998 года был арестован в результате совместной операции Управления по борьбе с наркотиками США и национальной полиции Колумбии. Экстрадирован в США, где был осужден за незаконной оборот наркотиков. Картель ликвидирован.

Мафия в Мексике:

Мексиканская мафия приобрела особо опасный характер после уничтожения наркокартелей в Колумбии: Медельинского и Кали. До этого организованные преступные группировки в Мексике были, в основном, транзитной страной для поставки наркотиков в США. После уничтожения своих конкурентов в Колумбии, они вышли на первый план. Доходы их по приблизительным подсчетам составляют от 15 до 50 млрд. долларов США, ежегодно. Общая численность боевиков составляет 100 тысяч человек. Учитывая экономическое положения населения, приток в банды идет постоянно, независимо от достигнутых результатов государства в борьбе с бандами. Мафия в Мексике хорошо оснащена оружием, имеет частные армии и пополняется за счет бывших сотрудников армии и полиции. Банды в Мексике прославились своей особой жестокостью, как в борьбе с конкурентами, так и для устрашения населения.

Наиболее известные из них: Тихуанский картель, управляемый братьями Арельяно Феликс. Новый картель Хуареса, известный как «Организация Висенто Каррильо Фуэнтеса». Картель «тамплиеров» — получил свое название от тамплиеров Средневековья, которые защищали Иерусалим. Картель Нового поколения Халиско или Мата Зеты и Картель Гольфо, основанный еще в 1930 году контрабандистом Хуаном Непомунчено Гуэрра, самый старый из действующих банд, картель Лос Сетас.

Тихуанский картель: был одной из самых опасных банд Мексики, сумел проникнуть в мексиканские правоохранительные органы и судебную систему. Эта банда прославилась своей жестокостью, даже на фоне остальных: в 1998 году они организовали нападение в ходе которого погибло 18 человек в штате Калифорния. В настоящее время в борьбе с конкурентами он значительно сократился из-за арестов, внутренних конфликтов и уничтожения главарей.

Новый картель Хуареса: располагался на границе Мексики и США. Был главным поставщиком кокаина в США до гибели своего главаря Амадо Каррильо Фуэнтеса в 1997 году. Оборот наркотиков приносил еженедельную прибыль в размере 200 млн. долларов США. В 2012 году из-за разборок и дележа территории погибло 2086 человек в городе Сьюдад-Хуарес. Известен тем, что обезглавливает своих врагов, оскверняя их тела и выбрасывает в публичных местах, чтобы посеять страх перед бандой.

Картель «тамплиеров»: члены банды утверждают, что являются защитниками штата Мичоакан. Образовались в 2010 году во главе с Ла Фамилия Мичоакана. Свои действия объясняли: «Мы поддерживаем и защищаем порядок, предотвращаем грабежи, похищения людей и вымогательство, и стараемся уберечь штат от конкурирующей организации». Это вызвало положительный отклик населения.

Картель Нового поколения Халиско или Мата Зеты: образовался в 2009 году, также как картель «тамплиеров» предстал перед населением в виде «Робин Гуда» и свои действия объяснял, что новая группа Мата Зеты против похищения людей и вымогательства и будут бороться с этим по всей Мексике. В настоящее время воюет с другими группировками за контроль над штатами Халиско и Веракрус. В 2011 году в штате Велакрус, рядом с торговым центром, было обнаружено 35 тел и на следующий день еще 67. Все убийства взял на себя картель Мата Зеты.

Картель Гольфо: как самый старый контрабандист, имеющий хорошие связи с таможней, картель занимается поставкой кокаина, героина и марихуаны из Колумбии, Гватемалы, панамы и Мексики в США. Кроме этого не брезгует вымогательством и незаконным оборотом оружия. После гибели нескольких людей из руководства и произведенных арестов, потерял свое влияние, но тем не менее все еще действует.

Картель Лос Сетас: в 1999 году спецназовцы из элитных подразделений мексиканской армии образовали свой картель, вначале они сотрудничали с группировкой картель Гольфо, но затем откололись и взяли на себя главную роль по заказным убийствам, похищениям людей и вымогательствам. Устроили резню в Сан-Фернандо, в результате чего погибло 193 человека, затем нападение в Морелии, когда погибли 8 человек и около сотни ранено. В настоящее время контролируют 11 мексиканских штатов.

Государство пытается бороться в данными группировками, не всегда успешно, но тем не менее в 1982 году был принят Национальный план по борьбе с наркотиками, с использованием армии, который предусматривал уничтожение всех преступных группировок. В 1987 году генеральный прокурор Мексики отчитался, что за прошедший период было сожжено 348 350 плантаций опиумного мака, 215 000 плантаций марихуаны, арестовано 19 479 преступников, но в преступный бизнес вовлечены миллионы жителей страны, поэтому до настоящего времени картели продолжают действовать.

Мафия в СССР и России.

Возникновение мафии в Советском Союзе следует отнести в 30-м годам прошлого столетия и связано оно с появлением такого преступного сообщества, как «воры в законе». Это понятие характерно только для СССР, а в дальнейшем стран СНГ. Нигде мире больше такого преступного сообщества не образовывалось. Как следует из нескольких источников слово «вор» произошло от глагола «врать», поэтому в средние века так называли не только тех, кто занимался кражами, но и авантюристов. Вспомним, что по истории, Лжедмитрия, пытавшего захватить обманом царский трон, называли «Тушинский вор».

«Воры в законе», это каста преступников, образовавшаяся в конце 30-х годов прошлого века в Советском Союзе. Это не просто вор, а представитель элиты преступного мира, который им управляет, хранитель криминальных традиций преступного сообщества. У них был свой кодекс поведения, обычаи, например, вор в законе не мог жениться и даже иметь постоянную женщину, он должен был отсидеть определенный срок на «зоне», где доказать свой преступный авторитет, не мог сотрудничать с властью, помогать в расследовании преступлений. Т. е. всей своей деятельностью, он был обязан противостоять власти. Как правило, он был держателем «Общака», хранителем денег, и его распределителем.

«Вора в законе» короновали только на сходке таких же «воров в законе», сам он был не вправе наказывать вора (имеется ввиду не только «вор в законе», но и другой член преступного сообщества), он должен был собирать сходку и предъявлять претензии. Он должен был следить и за соблюдением традиций. Например, приговорить на смерть за измену мог только сходняк, где вор-обличитель должен был доказать вину, а вор-подозреваемый, доказать свою невиновность. Но все это не относится к настоящему времени, где титул «вора в законе» можно купить за деньги.

«Воры в законе», как криминальное сообщество, не имело четкой иерархии, определенных членов преступной группировки, все ее участники равны друг перед другом и основным органом управления являлась «сходка», где они собирались и решали все вопросы, в том числе и наказания провинившихся.

Великая Отечественная война перед «ворами в законе» поставила серьезный вопрос: защищать Родину от врагов, а это означало сотрудничать с властью, или не лезть в политику и продолжать воровать. Многие выбрали- защиту Родины и были призваны в армию, в штрафные батальоны и гибли в боях. После войны, криминальное прошлое давало о себе знать, опять совершали преступление и были осуждены. Но на «зоне» их уже встречали как тех, кто предал воровские законы, по жаргону, «ссучился». Между бывшими соратниками развернулась настоящая война не на жизнь, а на смерть. В 1948 году бывшие фронтовики объявили новый воровской закон и началась первая «сучья» война, в результате которой фронтовики одержали победу и к концу 50-х годов от «правильных» воров, на «зоне» осталось лишь 3 %. При этом власть стала поддерживать бывших фронтовиков, с их помощью уничтожать «воров в законе». Новые воры стали занимать в лагерях различные должности, бригадиров, парикмахеров, помогая власти поддерживать порядок. Все это убедило власть, что с «ворами в законе» к началу 60-х годов, якобы было покончено. Но не всегда желаемое выдается за действительное, это подтвердилось в недалеком будущем.

В своей книге А. Аслаханов «Мафия — пятая власть» пишет, что в ноябре 1988 года министр внутренних дел СССР В. Бакатин, в докладной записке М. Горбачеву признал существование в стране организованной преступности. В одной из публикаций газеты «Правда» говорилось, что «все прежние разглагольствования о том, что организованной преступности у нас нет, потому что этого не может быть, не случайны. В брежневские времена мафиози внедрялись в самые высшие эшелоны власти, в своих целях влияли не только на развитие экономики, но и на законодательство».

Хорошо написано. Если исключить слова «брежневские времена» можно спокойно решить, что разговор идет о настоящем времени.

Но вернемся к концу 50-х и началу 60-х годов прошлого столетия. Именно тогда появились подпольные цеха и дельцы под названием «цеховики». По всей стране находились предприимчивые люди, (теперь это продвинутые менеджеры) которые стали выпускать на подпольных цехах дефицитные товары: обувь, текстиль, одежду, всего того, чего так не хватало в послевоенный период. Затем продукция сбывалась через торговлю. В начале 60- х годов начались первые уголовные процессы: Шаи Шакерман организовал в Краснопресненском психоневрологическом диспансере изготовление модной одежды, прикрывали его четверо сотрудников ОБХСС за доплату от 5 до 15 тысяч рублей в месяц (при средней зарплате по стране 120 рублей). Дело «меховой «мафии», «трикотажников» и т. д. Часть предпринимателей расстреляли, несмотря на мораторий смертной казни. Но подпольный бизнес продолжал процветать. «Цеховики» платили за все: за товар, за фонды, выделяемые из государственных структур, за фабрики и заводы, которые использовали для изготовления продукции, за «крышевание» со стороны чиновников и правоохранительных органов.

В Харькове выпускали «хрустальные» стаканы, в Киеве — нейлоновые рубашки, в «Автоматторге недоливали всего 5 гр. сиропа, что позволило заработать сотни тысяч — миллионы рублей и т. д.

Так возродилась мафия, но уже экономическая, которая привлекла к себе не только криминалитет, но и чиновников, правоохранителей. Большие деньги, заработанные подпольно привлекли к себе внимание «воров в законе», они взялись за «крышевание» бизнеса и гарантию, что на них нападать не будут. Но не все так было просто. Не все бандиты соглашались с решениями «сходки» и продолжали грабить, тем более зная, что такие потерпевшие в милицию с «заявой» не пойдут. Летом 1979 года в гор. Кисловодске состоялась сходка «воров в законе» и «цеховиков», где стоял основной вопрос, это как заставить «цеховиков» делиться. Переговоры завершились тем, что 20 % с оборота левой продукции подпольные миллионеры должны были отдавать, за что им гарантировали защиту. Такая форма взаимодействия криминалитета и бизнеса оказалась очень кстати в 90-х годах, когда у нас появились бандитские формирования. Русская мафия набирала свою силу.

В мае 1987 года был принят закон «О кооперации», разрешающий в стране частнопредпринимательскую деятельность. Появились первые точки: туалеты, кафе, рестораны, магазинчики, принадлежащие частному капиталу. Вместе с этим в страну хлынула американская кинопродукция, рекламирующая американский образ жизни, фильм О Копполы «Крестный отец», показывающий жизнь гангстеров. Плохой пример заразителен. Тут же у нас появились и первые рэкетиры, а затем и преступные группировки: «тамбовские», «люберецкие», «казанская», «чеченская» и т. д.

Возглавлял организованную преступную группировку «вор в законе» или один из авторитетов преступного мира. Создавались группировки и среди спортсменов, во главе с бойцом, способным к организационной и координирующей деятельности. Заместители у главаря координировали работу по различным направлениям: силовые акции, контрразведка, внутренняя безопасность. Имелись советники, отвечающие за экономическую и банковскую деятельность. Следующей ступенью в группировке были бригады от 5 до 10 человек, которые непосредственно занимались рэкетом, совершали другие преступления и улаживали на «стрелках» конфликты с конкурентами. В штате могли быть и киллеры, занимающиеся уничтожением конкурентов, провинившихся бойцов. В группировку, в качестве бойцов, входили уличная шпана, ранее судимые, бывшие спортсмены. А с начала 2000 годов стали примыкать к ним сотрудники правоохранительных органов, бывшие военнослужащие, которые представляли собой особую опасность.

Перед угрозой организованной преступности в 1988 году в МВД стали создаваться специализированные подразделения по борьбе с ней, РУБОПы. Просуществовали данные подразделения до 2008 года и были ликвидированы. Кому-то из «великих» показалось, что организованная преступность у нас ликвидирована, а может эта организация просто стала мешать. Во всяком случае кадры, имеющие специальную подготовку по работе с организованной преступностью и оперативную базу, были ликвидированы.

Группировки, возникшие в конце 80-х и 90-х годах, разделялись по национально-этническим признакам, территориальным. Делили между собой сферы деятельности, чтобы не пересекаться и не воевать друг с другом. Так, солнцевская группировка владела игорным бизнесом, казанская — банковскими кредитами, азербайджанская — наркоторговлей, мелкооптовой торговлей, грузинская — в хищениях, грабежах, вымогательствах и т. д.

В середине 90-х и начале 2000 годов в подмосковном Щелкове получила известность организованная преступная группировка (ОПГ) «Щелковская». Следствие полагает, что они убили около 60 человек. Это бизнесмены, предприниматели и конкуренты из других банд или свои же, которые нарушили их законы. Основателем ОПГ был Александр Матусов, по кличке «Басмач». Банда выполняли заказы по всей территории страны и славилась своей особой жестокостью. В 2009 году было возбуждено уголовное дело, Матусов сбежал за границу, но в 2014 году задержан в Таиланде и экстрадирован в Россию. Суд присяжных в 2017 году признал его невиновным и полностью оправдал.

ОПГ «Уралмаш», возникло в гор. Свердловске (ныне Екатеринбург) в конце 80-х годов прошлого века. Основателями группировки считаются братья Григорий и Константин Цыгановы. Численность банды доходила до 500 человек. Действовали они в районе завода — гиганта «Уралмаш», от этого и получили название своей группировки. В результате войны с конкурентами в 1991 году Григорий Цыганов погиб и возглавил ОПГ Александр Хабаров. При нем она стала мощнейшей группировкой города и влиять на политическую жизнь региона: выступала в поддержку губернатора области Э.Росселя, поддерживала на выборах Б. Ельцина. В 2002 году А. Хабаров становится депутатом городской думы и получил контроль над криминальными секторами экономики и легализовал свою деятельность. Однако в декабре 2004 года А. Хабаров был арестован по обвинению в принуждении к сделке и через год найден повешенным в следственном изоляторе. С тех пор ОПГ стала утрачивать свое влияние, часть банды сбежала, кто-то погиб или был арестован.

С развалом Советского Союза и начала «прихватизации», государственные структуры значительно ослабли и не могли влиять на грабительский захват государственных предприятий, государственного имущества, да и «верхушке» этого не надо было. Они бы просто мешали. Потому на первый план и вышли все эти ОПГ, которые решали все вопросы на своих «стрелках». Но когда все поделили, что можно было, тут уже понадобилась сильная власть, для сохранения награбленного. С конца 90-х и начала 2000 годов, постепенно набирать стала силу правоохранительная система: суды, милиция, прокуратура. Наши олигархи стали вкладывать деньги для решения интересующих их вопросов именно туда, так стала зарождаться новая мафия.

Известный криминолог Владимир Семёнович Овчинский, возглавлявший в прошлом российское бюро Интерпола, дал новое интервью, поражающее откровенностью. Генерал-майор МВД признал, что в России произошло полное сращивание государства с криминалом, а бандиты «окопались» на всех этажах власти. По мнению эксперта, организованные преступные группировки (ОПГ) периода позднего СССР и становления современной российской государственности никуда не делись, а просто изменились качественно.

В настоящее время на первый план выходят силовые структуры. Тут можно вспомнить «Игорное дело» подмосковных прокуроров, дело «Братской» ОПГ, которое возглавлял бывший депутат от партии «Единая Россия» Вадим Маляков, а инициатором убийств был начальник УВД. Дело в станице Кущевской, когда банда Цапков сумела фактически захватить всю власть в районе.

Сообщение из интернета: 17 ноября 2017 г. в культурной жизни столицы России произошло важное событие — юбилей авторитета Павлика (измайловская ОПГ) в Москва-Сити. Поздравить юбиляра приехали Аксён, Шишкан, Тайванчик, от солнцевских — Михась и Авера Витя, от подольских — Лучок, а также Гарик Махачкалинский (от Всемирного конгресса горских евреев) и другие достойные люди. Банкет на 260 человек плюс Лепс и шоу «Цирк дю Солей» из Канады.

Юбиляр Дмитрий Павлов (Павлик), кавалер орденов Дружбы и Почета РФ, доктор юридических наук, академик Международной Академии Информатизации (при Мосгорсправке).

А как расценить дело в отношении заместителя начальника управления МВД России полковника Дмитрия Захарченко и изъятие у него в квартире 120 млн. долларов США, 2 млн. евро и 9 млр. в рублевом эквиваленте. Неужели это все ему? А ведь один привлечен к уголовной ответственности.

Уголовное дело Сугробова, экс-глава ГУЭБиПК МВД России, задержанного за фабрикацию уголовных дел, вымогательства и создание ОПС. А уголовное дело в отношении экс-губернатора Александра Хорошавина?

Все больше, с каждым днем мы слышим об уголовных делах в отношении сотрудников силовых структур, чиновников, высокопоставленных и не очень, но сводится это к единичным фактам, хотя если взглянуть в целом, то получается мафия, из среды которой вырываются единичные звенья одной цепи, но в это не влияет на результат.

Дайджест самых громких преступлений.

Финансовые пирамиды.

Каждый понимает, что финансовые пирамиды в конце концов разваливаются. Но, при этом, каждый надеется, что он проскочит, успеет получить свои барыши, за счет другого. Беда их в том, что пострадавшими являются большое число вкладчиков. Доходы получают за счет новых вкладчиков и как только новые поступления прекращаются, пирамида рушится.

Создателем финансовых пирамид был Чарльз Понци, позднее такой вид мошенничества был назван как «схема Понци».

Чарльз Понци родился 3 марта 1882 года в гор. Луго, Италии. В 1903 году эмигрировал в США, где в 1920 году основал фирму «Компанию по обмену ценных бумаг». Компания занималась арбитражными сделками, выдавая долговые расписки и обещая за каждые 1000 долларов через 90 дней отдать 1500 долларов. Пирамида рухнула после того, как один из вкладчиков потребовал отдать ему 50 % прибыли от компании. 26 июля 1920 года Понци объявил о приостановке приема вкладов, и вкладчики выстроились в очередь за деньгами. В результате проверки была выявлена задолженность на 7 млн долларов, а средств в банках на 4 млн. долларов. Компанию признали банкротом и Чарльз Понци был осужден сроком на 5 лет.

Отбыв наказание Понци продолжает заниматься финансовыми махинациями и в 1934 году его депортируют на родину. Здесь он работает переводчиком с английского, а затем по протекции Муссолини отправляется в Бразилию, где работает представителем «Итальянских авиалиний».

Умер Чарльз Понци в январе 1949 года, в благотворительной больнице Рио-де-Жанейро, и в наличии у него имелось 75 долларов, на которые он был похоронен.

Одним из первых известных продолжателей финансовой пирамиды стал Бернард Мейдофф, просуществовала она на удивление очень долго: с 1960 по 2008 год и только наступивший финансовый кризис прервал ее деятельность. Пострадавших оказалось около 3х миллионов человек, а убыток составил более пятидесяти миллиардов долларов. При этом многим удалось на ней и поживиться.

Бернад Мейдофф, американский бизнесмен, бывший председатель совета директоров фондовой биржи NASDAQ, родился 29 апреля 1938 года, окончил престижный колледж в Нью-Йорке со степенью бакалавра по политическим наукам. Основал фирму «Bernard L. Madoff investment Securities», которая была замаскирована под инвестиционный фонд и считалась одним из самых надежных инвестиционных фондов США. Своим инвесторам стабильно приносила ежегодно доход порядка 12–13 %.

29 июня 2009 года Бернард Мейдофф был приговорен судом Нью-Йорка к 150 годам тюремного заключения.

В России создателем самой знаменитой финансовой пирамиды МММ стал Сергей Мавроди. Число пострадавших вкладчиков от нее колеблется от десяти до пятнадцати миллионов. Сумма ущерба составила порядка восьми миллиардов рублей.

Сергей Пантелеевич Мавроди родился 11 августа 1955 года в Москве. Окончил Московский институт электронного машиностроения. В 1989 году основал кооператив «МММ», на базе которого и возникла впоследствии финансовая пирамида. 4 августа 1994 года был арестован за уклонение от налогов. Находясь в тюрьме, организовал сбор подписей для регистрации в депутаты Государственной Думы. 30 октября 1994 года был избран депутатом и освобожден. Никакого участия в работе Государственной Думы не принимал и на заседания не являлся, за что и был исключен. 2 сентября 1997 года «МММ» был признан банкротом. Возбуждено уголовное дело по мошенничеству. Пять лет Мавроди скрывался от следствия, в конце концов 31 января 2003 года арестован и 28 апреля 2007 года был осужден Чертановским судом гор. Москвы к 4 годам и 6 месяцам лишения свободы, освобожден в связи с отбытием наказания. Организовывал новые фирмы по типу МММ, в Интернете, на Украине, обещал всем вкладчикам вернуть все деньги и те верили ему, а что оставалось. 26 марта 2018 года умер.

Примерно восемь миллиардов долларов убытков составила деятельность финансовой пирамиды, созданной Алленом Стэнфордом.

Сэр Роберт Аллен Стэнфорд, известный финансист и филантроп, родился 24 марта 1950 года в штате Техас, США. Окончил Бэйлорский университет со степенью бакалавра по финансам. С 1993 года был главой и единственным владельцем финансовой империи «Stanford Financial Group», которая к 2008 году управляла активами около 50 миллиардов долларов. Был первым американцем, который посвящен в рыцари властями Антигуа и Барбуда.

14 июня 2012 года по обвинению в создании финансовой пирамиды сэр Роберт Аллен Стэнфорд был приговорен к 110 годам тюремного заключения.

Крупная финансовая пирамида была создана в Японии в 2000 году Кадзутсуги Нами. От деятельности компании пострадало около 37 тысяч человек и причинен убыток в размере 1.4 миллиарда долларов.

Кадзутсуги Нами родился 19 мая 1933 года, японский бизнесмен. Основанная им финансовая пирамида просуществовала 7 лет, обещая вкладчикам 30 % годового дохода. Обвинен в организации мошенничества с использованием квази-валюты «Энтен». Расследование началось после прекращения выплат по вкладам.

Осужден 18 марта 2010 года к 18 годам тюремного заключения.

Известно о крупной финансовой пирамиде, возникшей в Китае

Суд китайской провинции Ляонин приговорил к смертной казни Ван Чжэдуна, бывшего владельца компании Yingkou Donghua Trading и создателя одной из самых успешных финансовых пирамид в истории КНР. Жертвами аферы Ван Чжэдуна стали более 36 тыс. китайцев, вложивших в его предприятие по выращиванию муравьев свыше $417 млн.

Ван Чжэдун, уроженец портового города Инкоу в Ляонине, основал Yingkou Donghua Trading в июле 2003 года. Компания предлагала простым гражданам купить за 10 тыс. юаней (около $1,3 тыс.) небольшой коробок с редкими муравьями и заняться их разведением. Десять раз в год сотрудники фирмы должны были приезжать за муравьями и каждый раз выдавать их хозяину по 500 юаней ($52). Таким образом, каждый вкладчик мог рассчитывать на верные 40 % годовых — в десять раз больше, чем 4 % в китайском банке. Обман состоял в том, что коробок "редких муравьев" — Yingkou Donghua Trading якобы использовала их для изготовления препаратов традиционной китайской медицины — на самом деле стоил всего $25. Тем не менее на эту "разводку" сразу же попались несколько тысяч человек, обеспечив Ван Чжэдуну стартовый капитал. Из этих денег он исправно выплачивал клиентам вознаграждение, а тем временем на удочку Yingkou Donghua Trading клевали все новые доверчивые граждане, разбогатевшие в ходе экономических реформ и занятые поиском легких денег.

Всего за два года в сети пирамиды попали более 36 тыс. человек из 12 городов провинции. Ван Чжэдун стал в Ляонине заметной фигурой — его компания имела прекрасную репутацию, в ней числились 800 сотрудников, а сам господин Ван начал заниматься меценатством. В местных газетах нередко появлялись статьи о том, что товарищ Ван — пример социально ответственного бизнесмена и всем китайским предпринимателям следовало бы у него поучиться.

Впрочем, процветание Yingkou Donghua Trading закончилось уже в начале 2005 года — к тому времени приток новых инвесторов закончился, пирамида уже не могла обеспечивать дивиденды своим клиентам, и компания неожиданно прекратила выплаты. Взбешенные инвесторы окружили офис компании, неся транспаранты с надписями вроде "Верни нам деньги, заработанные потом и кровью!". Только тут правительство вмешалось и арестовало Ван Чжэдуна, а также 15 менеджеров его компании.

Чарльз Китинг — Афера сбанком Lincoln Savings and Loan

Чарльз Китинг был отличным пилотом, пловцом и успешным инвестором в сфере недвижимости. Не сумев удержаться от соблазна мошенничества, он обманул 23 тыс. инвесторов на 250 млн долларов. В 1984 году Китинг приобрел Lincoln Savings and Loans, небольшой консервативный ипотечный банк в Калифорнии.

С переходом под контроль Китинга банк стал проводить более рискованные операции, не предупреждая об этом клиентов. Бинзес потерпел крах в 1989 году, и Китинга обвинили в мошенничестве, приговорив его к 4,5 годам лишения свободы. Он умер в 2014 году, в возрасте 90 лет.

Артур Виргилио Альвес Рейс — Кризис Банка Португалии

Действия португальского мошенника Артура Виргилио Альвеса Рейса, едва не похоронившего экономику Португалии, были беспрецедентными. Его масштабная мошенническая схема, связанная с Банком Португалии, была настолько серьезной, что многие винили ее в коллапсе Португальской Республики в 1926 году.

Выдавая себя за представителя Банка Португалии и вооружившись поддельным контрактом, Рейс убедил одну лондонскую компанию напечатать для него его собственные банкноты в рамках одного секретного проекта. Таким образом, мошенник закачал в португальскую экономику поддельные бумаги на сумму £1 007 963 и открыл собственный банк для отмывания денег.

В 1925 году 28-летний Рейс был арестован. В 1935 году был выпущен из тюрьмы, и в 1945 году умер в нищете.

Content

Александр Козлик
"Рожденная революцией" Документальный детектив о работе Советской милиции

Рожденная революцией.

20-ые годы прошлого столетия.

30-ые годы:

40-ые годы:

50-е годы:

60-е годы.

70-е годы.

80-е годы:

90-е годы:

Начало нового века и перерождение в полицию.

Милиция в блокадном Ленинграде.

Следствие в России: с древних времен до наших дней.

Древняя Русь.

Следствие в России после реформы 1860 года.

Следствие в советский период

Следствие в России

Милиционеры в Афганистане

Предисловие

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Послесловие

Невский — 90 — х годов

«Библиофил»

Глава первая.

Глава вторая.

Глава третья.

Уголовное дело № 362181- Нападение на таксиста.

Глава первая.

Глава вторая.

Глава третья.

Глава четвертая.

Уголовное дело № 256474 — «Оборотни».

Уголовное дело № 840048 — Наказание за секс.

Приватизатор.

Тени из прошлого.

Уголовное дело № 512343 — Садист.

Уголовное дело № 0111 — заказное убийство.

Сказка о Поэте и Гражданине.

ПОЭТ и ГРАЖДАНИН.

Герой своего времени. Корея.

Предисловие.

Глава первая.

Глава вторая.

Третья глава.

Герой своего времени. Венгрия 1956 год.

Предисловие.

Глава первая.

Глава вторая.

Глава третья.

Эпилог.

«Вьетнамец».

Герой своего времени. Чехословакия 1968 год.

Глава первая.

Глава вторая.

Герои своего времени. Египет.

Предисловие.

Глава первая.

Глава вторая.

Глава третья.

Эпилог.

Правосудие по-Европейски.

Правосудие по-Европейски. Продолжение.

Правосудие по-аглицки.

ДОРОГА К ЗВЕЗДАМ.

Мафия разных стран мира

Мафия в Италии.

Мафия в Соединенных штатах Америки.

Мафия Японии. «Якудза».

Мафия Китая. Триада.

Мафия и организованная преступность.

Мафия в Мексике:

Мафия в СССР и России.

Дайджест самых громких преступлений. Финансовые пирамиды.