Геннадий Соколов

Британский лев против русского медведя. Пять веков тайной войны

Врага не разведать – горе изведать.

Русская народная поговорка

Предисловие

Необходимое зло

То, что разведка – это хорошо, а шпионаж – плохо, не станет оспаривать, пожалуй, никто. Ведь разведчики – они же за нас, а шпионы – против. А вот что и шпионаж, и разведка – это зло, согласятся немногие. Разве может своя родная разведка быть злом?! – Да никогда!

А то, что и разведка и шпионаж – это зло необходимое, вообще мало кто примет на слово. Своя разведка, ясное дело, нам нужна, а в чужом шпионаже-то для нас какая необходимость?!

Шпионаж и разведку часто называют «второй древнейшей» профессией в мире. У нее богатая история. Во все времена было принято идеализировать работу секретных агентов. О романтике этой уникальной профессии слагались легенды. В них было много ярких красок, но мало правды. Ведь шпионское ремесло – одно из самых неприглядных занятий в мире, поэтому рассказывать всю правду о нем было как-то не с руки.

О шпионаже отлично написал в 90-е годы прошлого века бывший разведчик Михаил Любимов. В «Путеводителе КГБ по странам мира» он утверждал: «Занятие шпионством необыкновенно расширяет знание человеческой души, но губит нас, превращая в циников. Разве порядочный человек станет заглядывать в замочную скважину и собирать по зернышку информацию, о которой сосед предпочитает умалчивать? Профессиональный шпионаж губит личность, и самое ужасное, что человек, созданный Богом, прекрасный и ничтожный человек, со своими радостями и горестями, в глазах разведчика предстает как фигурант «дела агентурной разработки» – так торжественно именуется досье, куда толстой иглой с суровой ниткой важный от сознания собственного достоинства опер подшивает бумаги со времен царя Гороха».

Полковник КГБ Михаил Петрович Любимов знал, о чем писал. Для него, как и для большинства его коллег из спецслужб, годы жизни в разведке были нелегкой ношей, от груза которой уставало не только тело, но и душа.

Долгие годы о реальной работе разведчиков широкой аудитории было известно совсем немного. Гласности предавалось лишь то, что не наносило вреда «второй древнейшей» профессии.

В данной книге вы не найдете пространных рассуждений на этот счет. Зато занимательных историй о шпионаже и разведке со «времен Очаковских» и до нынешних дней будет предостаточно. И вы сами, уважаемый читатель, познакомившись с ними, сделаете собственный вывод на этот счет.

Очерки, собранные в этой книге, были написаны в разные годы на протяжении 30 лет. Многие из них основаны на результатах авторских расследований, продолжавшихся годами, а то и десятилетиями.

По сути, в этих очерках отображена не только история нашей страны, давняя и не очень, но и история моей собственной работы как писателя-историка. Это своего рода рассказы охотника за тайнами и секретами. Ведь именно этот поиск неразгаданного, доселе неизвестного и был всегда лейтмотивом моей работы.

В итоге на свет появился сборник шпионских историй, которые, надеюсь, окажутся интересны читателям. Эти истории касаются извечного противостояния Востока и Запада. Той самой геополитической дуэли, которая продолжается между Россией и англосаксами вот уже пять столетий.

За пять веков этого противоборства история превращала нас то во врагов, то в союзников. Правда, в союзников – ненадолго и только тогда, когда это оказывалось жизненно необходимо именно англосаксам. Чаще всего мы оставались лишь заклятыми друзьями или неразлучными врагами. Постоянно соперничая друг с другом, строя всяческие козни и заговоры, мы все еще живем в этом мире, едва находя общий язык.

Несмотря на внушительный возраст нашей совместной истории, многие из ее страниц все еще остаются для нас неизвестны.

Противоборствующие разведки, их тайные операции и секретные агенты нередко плели паутину своих заговоров настолько тонко и искусно, что мы даже столетия спустя не можем распутать ее до сих пор. Кроме того, архивы спецслужб неохотно раскрывают свои секреты. А ведь шпионские заговоры нередко кардинально меняли ход истории, порой ввергая мир в водоворот непредсказуемых перемен.

В этой книге я попытался приоткрыть завесу секретности с некоторых эпизодов нашего противостояния с англосаксами. Эпизодов, которые принято называть «белыми пятнами» истории. Вот уже немало лет я занимаюсь расследованиями этих загадок, веду собственную охоту за тайнами и секретами истории.

Шпионаж, как известно, – это древнее ремесло. Человечество занимается им уже по крайней мере сорок с лишним веков – два десятка столетий до и два с лишним тысячелетия после Рождества Христова.

Срок немалый. Очевидно, без разведки и шпионажа люди не могут обойтись. Как современный владелец дома, так и древний обитатель каменной пещеры – в общем, любой Homo sapien всегда беспокоится о собственной безопасности. И неизбежно задается вопросом: «А кто это живет от меня через дорогу? Чем занимается сосед? Что у него за хозяйство и не опасен ли он?»

Эти тривиальные вопросы неизбежно возбуждали любопытство, стремление узнать о соседе побольше, дабы лучше понимать, с кем придется, возможно, иметь дело.

Так, судя по всему, и возникли первые ростки наружного наблюдения и внешней разведки – подглядывание и подслушивание. Ну а дальше – больше. У формировавшихся на историческом пути народов и государств возникали свои интересы и опасения. Ну а вместе с ними появлялись и разведывательные службы.

Многие историки считают, что разведка или шпионаж по сути своей неизбежное и являют собой необходимое зло. Зло – потому что неэтично лезть в чужой дом без приглашения, а необходимость – потому что без этого нередко никак нельзя схватить злоумышленника за руку и предупредить возможное преступление.

Кража чужих секретов – это довольно опасное занятие, но в итоге оно приносит больше пользы, чем вреда. Друг за другом в наши дни шпионят даже союзники, а уж в конкурирующих государствах слова «дипломат», «журналист» и «разведчик» давно стали синонимами. О неизбежности шпионских устремлений рассуждать теперь, пожалуй, большого смысла нет.

Зато есть резон заглянуть в прошлое и оценить пройденный шпионами и разведчиками путь.

Меморандум Ченслера

Есть одна фраза, которую никак не следует забывать. Напомню ее. «Русские – это не народ в общепринятом смысле слова, а сброд, обнаруживающий ярко выраженные животные черты. Это можно с полным основанием отнести как к гражданскому населению, так и к армии». Эта ересь принадлежит шефу нацистской пропаганды Третьего рейха Йозефу Геббельсу.

Объявлять Россию страшилкой мира – это не только любимое занятие агрессивных германцев. Это давняя и глубоко укоренившаяся традиция англосаксов. Традиция, своими корнями уходящая почти на полтысячелетия назад к временам правления в Англии королевы Елизаветы I, «Девственницы», а в России – к эпохе царя Ивана IV, «Грозного».

Письмо Ивана IV

Письмо Елизаветы I

Оба монарха, как известно, состояли в многолетней переписке и пытались сотрудничать друг с другом, каждый в своих интересах.

В конце 80-х годов прошлого века во времена интенсивных контактов двух других лидеров наших стран – премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер и Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева – было решено издать эту переписку основоположников англо-российских отношений.

Ваш покорный слуга, работавший в ту пору в советском посольстве в Лондоне, волею судеб оказался причастным к этому благородному делу.

В Средние века англичане лидировали в искусстве шпионажа. Тайные агенты Лондона действовали во всех странах Западной Европы. Ярмаркой шпионажа поначалу руководил сэр Уильям Сесил, возглавлявший правительство королевы Елизаветы I на протяжении полувека. Его правой рукой являлся сэр Фрэнсис Уолсингем, которого не без основания называли «гением шпионажа». Разветвленная сеть агентов и отлаженная система сбора и передачи разведывательной информации были организованы под его непосредственным руководством.

Фрэнсис Уолсингем

Донесения агентов содержали сведения различного характера: о военных приготовлениях и скандалах при дворе, о тайных переговорах и коммерческих сделках на стратегические товары, об уголовных процессах и эпидемиях. Особо важные донесения зашифровывались с помощью тайнописи. В отделе манускриптов Британской библиотеки мне довелось познакомиться с такого рода зашифрованными материалами английских агентов, к каждому из которых прилагался раскодированный текст донесения. Нашел я среди рукописей такого рода и сообщения, посланные из Московии Ричардом Ченслером.

Английский мореплаватель и купец, а в действительности шпион английского двора Ричард Ченслер отправился в 1553 году в экспедицию под командованием Хью Уиллоби по поиску Северного морского пути в Индию и Китай. Делалось это в противовес открытым, но тогда полностью контролировавшимся только католическими Испанией и Португалией морским путям вокруг Африки и через Атлантику в Америку (Вест-Индию).

Вояж торговый и шпионский

Через шесть месяцев после отплытия экспедиция потерпела крах – два корабля из трех были раздавлены льдами (на одном из них погиб Уиллоби). А корабль «Эдвард Бонавенчер» под командованием самого Ченслера в том же 1553 году все-таки бросил якорь у маленькой бедной рыбацкой пристани близ старинного монастыря Михаила Архангела, где впоследствии был построен первый российский порт Архангельск. Ченслер смог ознакомиться с Московским государством и даже был удостоен аудиенции у молодого, полного сил, а главное, доброго нравом царя Ивана Васильевича – Ивана IV.

Русский царь даже предложил английской короне союз. Но Елизавета I не пожелала связывать себя альянсом с Иваном Грозным, настойчиво стремившимся к сближению с Англией. Она хитроумно отказала московскому царю и в политическом союзе, и в праве убежища в границах Туманного Альбиона на случай угрозы его жизни, и даже в династическом браке с Марией Гастингской, графиней Голтингонской.

Иван Грозный принимает посла Ричарда Ченслера

Лондон был готов блюсти с русичами лишь собственные интересы. Иван IV поначалу шел англичанам навстречу. С подачи Ричарда Ченслера он благословил создание Московской торговой компании. А та развернула на Руси не только торговую, но и активную разведывательную деятельность. Купцы, моряки и торговцы по указанию компании вели сбор информации, расширяли разведывательную сеть. Для этой цели в Московию из Англии ежегодно направлялось до десяти молодых людей, которым надлежало выучить русский язык, узнать местные нравы и обычаи, чтобы в последующем добывать для своих работодателей всю необходимую информацию.

Московская торговая компания вначале получила от царя монопольное право на торговлю с Русским государством, затем право беспошлинной торговли, а в 1569 году – уникальное право беспошлинной транзитной торговли по волжскому пути со странами Востока!

Вывод, который английская разведка сделала в те годы о Руси, был уникален и вошел в историю: «Если бы русские знали свою силу, – писал Ричард Ченслер, – то никто не мог бы соперничать с ними, но они ее не знают».

Этот вывод о Руси носил геополитический характер. Ведь в начале своего правления Иван IV уже «затмил своих предков и могуществом, и добродетелью», отмечали именно англичане в своих донесениях в Лондон.

«Имеет многих врагов и усмиряет их. Литва, Польша, Швеция, Дания, Ливония, Крым ужасаются русского имени. В отношении к подданным он удивительно снисходителен, приветлив. Одним словом, нет в Европе более россиян, преданных своему государю, коего они равно и страшатся, и любят. Непрестанно готовый слушать жалобы и помогать Иоанн во все входит, все решает; не скучает делами и не веселится ни звериной ловлей, ни музыкой, занимаясь единственно двумя мыслями: как служить Богу и как истреблять врагов России!»

Вывод этот был услышан в Лондоне. Реакция на него последовала незамедлительно. Русский царь, еще не ведая о ней, направил Елизавете Английской письмо с предложением военно-политического союза двух стран. Он полагал, что огромные торговые выгоды, предоставленные Московией англицким купцам, дают ему полное право на такой шаг. Вот что было написано в том послании:

«Царь требует, чтобы ея Королевское Величество и он были за одно соединены, против всех врагов своих: т. е., чтобы Ея Величество была другом его друзей и врагом его врагов и также наоборот, и чтобы Англия и Россия были во всех делах за одно… Далее… Царь убедительно просит, чтобы между им и ея Корол. Величеством было учинено клятвенное обещание, что, если-бы с кем-либо из них случилась беда какая-либо, то каждый из них имеет право прибыть в страну другого для сбережения себя и своей жизни и жить там и иметь убежище без боязни и опасности до того времени пока беда не минует, и Бог не устроит иначе; и что один будет принят другим с почетом… И хранить это в величайшей тайне».

Такой демарш русского царя озадачил Елизавету. Подкреплять его позиции в Европе обязательствами военного союза она не собиралась, но и отвращать от себя выгодного Англии торгового партнера было ей не с руки.

Лондон XV/ века

Елизавета уже была наслышана о крутом характере царя Иоанна и понимала, что одно неверное слово в его адрес может повергнуть в прах все ее усилия. Спрос на английские товары на европейских рынках в ту пору существенно уменьшился. Приходилось предлагать их по заниженной цене. А русичи охотно брали все, что привозили английские купцы, и платили за товар звонкой монетой.

Отвергнутый союз

Елизавета не знала, как ей лучше поступить. И решила до поры не отвечать русскому царю. Минул год, пошел другой… Не давать ответа становилось попросту опасно, если желать сохранения добрых отношений с Московией. Тогда она выбрала в качестве посланника начальника королевской почты Фому Рандольфа и отправила его с ответным письмом к Ивану Грозному. Вот что, в частности, было написано в ее послании:

«Мы вполне уверены в своей безопасности и что ни мало не сомневаемся в продолжении мира в своем правлении, не опасаясь ни своих подданных, ни иностранных врагов… То же самое нам известно и о положении царя, о могуществе и мудрости которого получаем от наших подданных, торгующих в России, сведения. Но в случае непредвиденнаго действия в Московском государстве, царь всегда будет дружески принят в Англии…

Такими общими и благопотребными речами имеете вы удовольствовать Его, не давая повода вступить в какие-либо особенные трактаты… Особенно заботьтесь об установлении торговли и получении от него некоторых вольностей в пользу наших купцов… Далее рукой канцлера лорда Сесиля (Берлея) написано: «И это есть главная причина отправления вас туда!… И еще повелеваем вам поднести ему от нас богатый кубок. Когда будете подносить, то отзовитесь о необычности его вида».

Не получив должного ответа, царь отправил в Лондон гонца с проектом трактата о союзе двух стран. Последовавший ответ был фактически копией предыдущего. И тогда Иван Грозный, забыв об этикете, дал волю эмоциям в своем ответном послании от 24 октября 1579 года.

«Мы чаяли», что Ты в своем государстве государыня, что Ты сама правишь, что Ты своей государской чести смотришь и своему государству прибытка; поэтому мы и хотели с Тобою такия дела делати! Ажно у Тебя помимо Тебя правят люди государством, да и не то, что люди, а мужики торговые, а Ты пребываешь в своем девическом чину, ка есть пошлая девица… А мужики торговые, которые отставили наши государския головы, посмотрят, как учнут торговати!.. Покамест Московское государство и без аглицких товаров не скудно было… После этого нам нечего продолжать с Тобою сношений: все наши грамоты, которым мы давали по сей день, не в грамоты!»

Казалось, этим ответом попыткам Ивана Грозного договориться с английской королевой будет положен конец. Но он выдвинул новое предложение. На этот раз – руки и сердца. Елизавета быстро и хитроумно отказала московскому царю и в политическом союзе, и в праве убежища в границах Туманного Альбиона на случай угрозы его жизни, и даже в династическом браке с Марией Гастингской, графиней Голтингонской. Но и этот ход царя был обречен на неудачу. Он снова получил отказ. Отношения Московии с Лондоном перестали быть дружественными.

Московия XVI века

Посему вряд ли случайно в те же годы на Руси появился ставший на долгие времена личным лекарем Ивана Грозного выпускник Кембриджа, врач, а заодно и шпион Элизеус Бомелия.

Судя по летописям, его возненавидели на Руси лютой ненавистью, считая повинным в диких, необузданных жестокостях царя, который именно после приезда заморского мага как бы переродился из нормального человека в свирепого царя на троне.

В 1963 году после вскрытия комиссией Министерства культуры СССР гробниц Ивана Грозного и его сыновей открылась страшная картина. В царских останках была обнаружена чрезмерно высокая концентрация одного из самых ядовитых для человеческого организма металлов – ртути! Причем ее содержание достигало 13 граммов в расчете на тонну, в то время как обычно в человеке содержание ртути не превосходит 5 миллиграммов на тонну! Разница – в 2600 раз!

В останках сына Грозного Ивана Ивановича также удалось зафиксировать содержание ртути – в дозах, измеряемых несколькими граммами на тонну, что также было абсолютно ненормально. А вот в останках младшего сына – Федора Ивановича – ртути зафиксировано не было. Объяснение представлялось вполне очевидным, если иметь в виду, что Федор родился слабоумным. Изводить слабоумного ядом англичанам нужды не было, он не мог претендовать на престол.

Смута и проект военной экспедиции

Созданная Ричардом Ченслером Московская компания беспрецедентно и активно действовала именно во время Великой Смуты. Агенты британской разведки – Джон Меррик и Уильям Рассел – пытались навязать России английский протекторат в разгар Смуты. А в 1612 году, ко всему прочему, именно Лондоном был выдвинут проект военной экспедиции, которая под видом оказания помощи Москве надеялась захватить Русский Север – единственный тогда выход России к морю.

Ричарда Ченслера

Английский король Яков I уверовал в то, что среди русских есть влиятельные люди, готовые поддержать экспансию Британии. Шпион Джон Меррик вернулся в Россию с королевскими полномочиями и готовился привести в действие механизм установления в России британского протектората. Но опоздал. Нижегородское ополчение с Мининым и Пожарским во главе покончило с польским гарнизоном в Москве. А венчание на царство Михаила Федоровича Романова положило конец Смутному времени.

Однако одновременно с восшествием Михаила Федоровича на престол Русь не без подачи со стороны Лондона оказалась втянута в печально знаменитую Тридцатилетнюю войну. Эта основанная на противоборстве двух течений в христианстве война велась за контроль над миром между постепенно ослабевавшим, но все еще достаточно могучим католицизмом и день ото дня набиравшим силу протестантизмом. И Россия, вопреки всем своим национальным интересам, требовавшим в целом оставаться нейтральной, вступила в многолетний ожесточенный кровавый конфликт.

Противостояние Англии и России, обозначившись при Иване Грозном, со всей очевидностью проявилось при Петре Великом. Исконно русские земли на западе в начале его правления оставались захваченными шведами, поляками, тевтонами. Петр взялся за возвращение потерянных земель. Он повел войну как на суше, так и на море. Первые успехи русских не на шутку обеспокоили англичан. «Владычица морей» не желала утрачивать свои главенствующие позиции. С тех пор и на столетия вперед Британия ставила перед собой задачи во что бы то ни стало ослабить Россию, не допустить ее возвышения в число наиболее развитых держав. Для этого всеми мерами ограничивался самостоятельный доступ нашей страны к мировым рынкам, чинились препятствия к выходу флота на океанские просторы. Прибрежные территории постоянно становились ареной ожесточенных сражений.

Историки так подводят итог работы английской королевской агентуры при Иване Грозном: царь отравлен, царица умерла от отравления, потомство дебилизировано. Последний сын царя от Марии Нагой, печально знаменитый в русской истории царевич Дмитрий, был больным ребенком и страдал падучей болезнью. Свирепствам царя не было конца, им же самим убит единственно пригодный для управления разросшимся государством сын Иван, которого тоже травили, явно преследуя цель оборвать и его жизнь.

За Иваном Ивановичем и его способностями управлять государством приглядывал еще один шпион английской короны – Джером Горсей, очень близкий к русскому двору и выполнявший функции резидента. Кстати говоря, именно он почему-то находился непосредственно при Иване Грозном в момент его смерти. Может быть, для того, чтобы убедиться в том, что цель достигнута? Кончилось все это установлением власти Бориса Годунова и Великой Смутой, в которой Русь чудом устояла.

Джером Горсей

Действия и замыслы англичан уже в первые десятилетия после установления дипломатических отношений с нашей страной однозначно давали понять, что в любых делах с Лондоном надо было ухо держать востро и быть готовым к любым провокациям.

И они не заставили себя долго ждать. Упомянутое выше донесение Ричарда Ченслера легло в основу формирования стратегического курса на сдерживание Русского государства. Оно изначально определялось минимум как потенциальный конкурент и соперник Англии не только в Европе, но и во всем мире. И этот прогноз королевской разведки оказался пророческим на пять столетий вперед.

Выводы делались обеими сторонами. Кремль не доверял англичанам и заботился о своей безопасности, расширяя границы империи и укрепляя свою военную и экономическую мощь. Лондон стремился отстаивать свои стратегические интересы и вел против России, как принято сейчас говорить, информационно-пропагандистскую войну. Уже во времена Ивана Грозного по всей Европе с подачи англичан пошло распространение книг и статей о «дикости» и «жестокости» русских, о «деспотизме» их власти, об «угрозе с востока» и тому подобной ереси. Цель этой испытанной временем кампании была очевидна – объединить сначала европейские, а затем и другие государства и народы мира в неприятии России.

Такая стратегия, по замыслу ее разработчиков, позволяла изолировать русских, сделать их изгоями мирового сообщества и тем самым максимально ограничить внутреннее развитие страны, ее торговли и контактов с внешним миром.

Между тем Лондон, чувствуя свое превосходство, продолжал поучать русских, снисходительно поглядывая на них свысока, имея в виду свои государственные интересы. Англичане наводнили петербургский императорский двор своей агентурой, охотно демонстрируя коренным жителям свое мастерство в умении шпионить и плести хитроумные политические интриги.

Граф Алексей Петрович Бестужев-Рюмин

Чарльз Хэнбери Уильямс (1708–1759)

Достаточно вспомнить хотя бы тот факт, что граф Бестужев и даже сама великая княгиня Екатерина (до того как стать императрицей) успели попасть в британские шпионские сети. Оба какое-то время (и не бесплатно, конечно) поставляли секретные сведения главе аглицкой разведки в Санкт-Петербурге – сэру Чарльзу Хэнбери Уильямсу.

Деньги английского короля Георга II в те годы творили чудеса на берегах Невы. Сорок тысяч фунтов стерлингов взятки … и сорок тысяч русских солдат отправлены в центр Европы на помощь англичанам и австрийцам в их войне с Пруссией.

Лондон творил с царской короной все, что хотел. Ему служили и российские послы, и государевы министры. Упомяну в этой связи небезызвестных братьев Воронцовых, усердно трудившихся во благо англичан.

Ловушка для императора

На рубеже двух столетий – XVIII и XIX – над просторами Европы задули ветры большой войны. Возбудителем спокойствия на континенте стал бунтарь с Корсики, амбициозный и властный коротышка по имени Наполеон Бонапарт.

Падение ордена

7 июня 1798 г. на рейде острова Мальта появилась передовая эскадра военно-морского флота Французской республики, шедшего на покорение Египта. Возглавлявший французскую экспедицию генерал-аншеф Наполеон Бонапарт потребовал от Правительства Ордена Святого Иоанна Иерусалимского (Мальтийского ордена), резиденция которого в описываемое время находилась на Мальте, разрешения высадить свои войска на острове с целью пополнения запасов пресной воды. Но это требование, как мы скоро увидим, являлось только предлогом.

Наполеон сам позднее писал в своих мемуарах:

«Решающим для судьбы Ордена явилось то, что он отдался под покровительство Императора Павла – врага Франции… Россия стремилась к господству над этим островом, имеющим столь большое значение в силу своего положения, удобства и безопасности его порта и мощи укреплений. Ища покровительства на Севере, Орден не принял это во внимание и поставил под угрозу интересы держав Юга…»

Несмотря на категорический отказ Орденского правительства, французский десант все же был высажен. Наличие на острове сильного и хорошо вооруженного гарнизона не спасло остров от вражеского нападения. Четырем сотням рыцарей, добрая четверть которых вообще не была способна держать в руках оружие по причине преклонного возраста, было не по силам противостоять французскому десанту.

Бонапарт подписал мальтийскую капитуляцию и отпустил рыцарей на все четыре стороны вместе с личным имуществом. Революционные французы освободили и пару тысяч рабов (турок и африканцев), позакрывали все церкви и унесли с собой все сокровища, накопленные Орденом за столетия. Разумеется, те, что смогли найти.

Что представлял собой тогда поверженный Наполеоном Мальтийский орден?

Старейший в мире рыцарский орден был создан в Иерусалиме в 1048 году. Поначалу это был всего лишь христианский госпиталь Святого Иоанна для неимущих, больных, раненых пилигримов, прибывших в Палестину для поклонения святым местам.

В 1099 г. крестоносцы взяли Иерусалим. Госпиталь Святого Иоанна стал религиозно-военным орденом с собственным уставом. Кроме заботы о раненых и больных паломниках, на него возложили обязанность охранять и защищать Святую землю. Госпитальеры сами участвовали в крестовых походах, носили черную одежду с нашитым белым восьмиконечным крестом.

В 1530 году Карл V Габсбург навечно передал иоаннитам остров Мальту. Акт утвердил своей буллой римский папа Климент VII. С тех пор Орден стал называться Мальтийским.

В рыцари принимали только членов знатных дворянских родов и воинов, заслуживших особые почести за свою военную доблесть и мужество. Обязательное условие для членства – христианская католическая вера. Орден никогда напрямую не подчинялся Ватикану, наоборот, римские папы постоянно давали ему привилегии. Финансовое благополучие Ордена обеспечивали щедрые пожертвования венценосных особ и европейской знати, наследства богатых рыцарей.

Мальтийские рыцари и поныне остаются одним из ударных отрядов мировой закулисы, тайных властителей планеты.

Фердинанд фон Гомпеш – опальный магистр Мальтийского ордена

Сдача французам острова, потеря почти всего достояния Ордена Святого Иоанна Иерусалимского и его казны, как и позорный акт о капитуляции, были вменены в вину Фердинанду фон Гомпешу лично, хотя вряд ли было справедливо превращать его в единственного «козла отпущения».

Многие рыцари Ордена отправились в поисках убежища во владения своего державного протектора – в Россию.

Понимая все значение своей победы, Наполеон написал тогда: «Этот остров бесценен для нас!»

Бонапарт строил амбициозные захватнические планы, и не только в Европе. Остров Мальта имел исключительно важное геостратегическое расположение, господствуя над Средиземным морем. А Бонапарт подбирался к Египту.

Буквально за полгода до описанного штурма мальтийские рыцари снарядили посольство к российскому императору Павлу Первому. Самодержец благосклонно согласится стать протектором, то есть верховным защитником и покровителем Ордена.

Великий магистр всего на год

После падения Мальты беглые рыцари запросили помощи у протектора, предложив ему новый, более высочайший в своей иерархии пост – должность Великого магистра вместо опального Фердинанда фон Гомпеша.

На то было получено особое благословение папы римского, ведь Павел хоть и был христианином, но православным, а не католиком, как требовал устав Ордена. Благословение было получено. И Павел, дав согласие на высокий пост, стал Великим магистром Мальтийского ордена.

Госпитальеры, да и сам папа римский не без оснований полагали, что, получив высокий пост, Павел немедленно объявит войну Франции. И наведет порядок на острове, пока Наполеон будет занят в Египте. А Суворов непременно наведается на Апеннины и знатно наваляет наполеоновским маршалам в Италии.

Великий магистр Павел Первый

Рыцари никак не могли предположить, что уже через год остров займут англичане, а оскорбленный Великий магистр внезапно помирится с Наполеоном и начнет поход в Индию… правда, развитию событий помешает известная табакерка. А чуть ли не первым шагом нового императора Александра Павловича станет отказ от гроссмейстерского титула и мальтийского креста на российском гербе. Но это случится через год.

Что же могло произойти в лихом водовороте событий последнего года XVIII века, чтобы так неожиданно и так быстро изменилась ситуация?

Для ответа на этот вопрос необходимо поднять завесу секретности с одной из наиболее тщательно скрываемых тайн – британского заговора по устранению российского императора Павла I.

Итак, 10 декабря 1798 года российский император был провозглашен Великим магистром.

Этому не помешал тот факт, что Павел был, во-первых, женат. Во-вторых, он вообще исповедовал православие, в то время как рыцари были католиками. Европейские страны не оспаривали легитимности выбора нового гроссмейстера госпитальеров.

Кстати сказать, кавалеры Мальтийского ордена, добравшиеся до России, были причислены к русскому дворянству. Многие из них получили должности при дворе и в армии.

Коварная ложь адмирала Нельсона

Английский адмирал Нельсон, подходя с флотом к Мальте, обратился к императору Павлу как к Великому магистру с извещением о предстоящем назначении им капитана Белла комендантом острова. Адмирал просил считать это назначение временным до тех пор, пока Павел не назначит на этот пост кого-либо по своему усмотрению. Согласие было получено, и, более того, Павел присвоил капитану Беллу звание командора Мальтийского ордена.

Слова своего Нельсон не сдержал и после изгнания французов с Мальты восстановил в ордене власть прежнего Великого магистра. А ведь Павел уже считал Мальту своей и даже повелел изготовить новые географические карты, на которых она обозначалась как губерния Российской империи! Это событие не только оттолкнуло Павла I от Англии, но и, возможно, заставило его затеять казачий поход на Индию.

Не берусь судить, доверял Павел I англичанам или нет. Вполне возможно, у него просто не было иного выхода в конфликте с Францией, кроме как положиться на британский флот и поддержку Лондона. Но как бы то ни было, его решение довериться словесным обещаниям адмирала Нельсона оказалось ошибочным. А по своим последствиям – фатальным как для судьбы самого императора, так и для перспектив ожидавшегося присоединения Мальты к Российской империи.

Адмирал Горацио Нельсон

Хитрость и коварство адмирала Нельсона без единого выстрела из его корабельных пушек подарили британской короне стратегически важный форпост на Средиземном море, остров Мальту, почти на полтора столетия вперед, вплоть до середины ХХ века. Ибо остров этот обрел свою независимость от Великобритании лишь в 1964 году.

Мне довелось не раз приезжать на Мальту в начале 70-х годов прошлого столетия, когда русских визитеров на острове было совсем немного, а советское посольство и вовсе располагалось в Риме. Я работал над «Рассказами о Медовом острове» (на местном наречии остров назывался Мелита – то есть медовый). И посему старался не только любоваться красотами старинной Ла Валетты, ее морских ворот – бухты Гранд Харбор и величественной мощью крепостных стен форта Святого Анионио. В стареньком рыдване или шустрой дгайсе я добирался до любой точки на острове, жители которого веками живут без воды, ее завозят морем танкерами, и без земли – вся земля здесь привозная, свои же – только камни. Я встречался с местными историками, посещал церкви и соборы, интересовался архивными документами и историческими памятниками, имевшими отношение к истории Мальтийского ордена.

Не все из собранных тогда материалов согласился опубликовать журнал «Вокруг света», но первая в моей писательской биографии серия путевых заметок в этом журнале получила престижную награду – премию «Золотое перо».

Позднее, уже в конце 90-х годов прошлого века, удалось собрать воедино как российские, так и мальтийские документы, касающиеся истории отношений Мальтийского ордена и России.

Среди архивных материалов я бы выделил следующие, на мой взгляд, наиболее интересные. Например, указ императора о принятии острова Мальта под защиту России. Или календарь Академии наук, в котором по указанию императора остров Мальта обозначался как «губерния Российской империи».

Павел I хотел сделать звание гроссмейстера наследственным. На острове он планировал создать военно-морскую базу российского флота для обеспечения интересов государства Российского в Средиземном море и на юге Европы.

Но, как известно, 5 сентября 1800 года англичане заняли столицу Мальты Валлетту своими войсками и подняли над фортом Святого Иоанна британский флаг. А по условиям Парижского мира 1814 года Мальта отошла к Великобритании. Англичане превратили ее в свою колонию и военно-морскую базу.

Но императора российского и великого магистра Мальтийского ордена к тому времени в живых уже не было. В ночь на 12 марта 1801 года в Петербурге в собственном Михайловском замке был забит до смерти император российский Павел I.

Заклятые друзья на все времена

Подобная политика Британии унижала достоинство русских. Ведь она подчеркивала безусловное превосходство Англии и открытое пренебрежение к России. Такое унизительное к себе отношение накапливало ответное неприятие и вражду в российских кругах.

Ко времени восшествия Павла на императорский престол для России стало уже традицией выступать в международных делах в коалиции с Великобританией. Однако осенью 1800 года император Павел порвал с этой традицией и повел Россию на сближение со злейшим врагом Великобритании – наполеоновской Францией.

Совершенный Павлом I коренной поворот в российской внешней политике не был следствием случайного эмоционального всплеска, но представлял собой результат переосмысления им истории взаимоотношений Великобритании и России на протяжении XVIII века. Павел пришел к выводу о том, что британские правители использовали Россию в качестве инструмента проведения собственных интересов на европейском континенте и что союз с Великобританией во многом невыгоден Российскому государству.

Планы Павла I, безусловно, свидетельствовали о глубине и зрелости его политической мысли, а также высоком мастерстве владения искусством геополитики.

Сближение России с Францией шло настолько стремительно, что уже в первой половине января 1801 года российский император и французский первый консул начали подготовку совместного похода двух экспедиционных корпусов (по 35 000 человек каждый) в индийские владения Англии.

Направляя в Индию сухопутные войска, Павел Первый также распорядился снарядить для поддержки этого похода с моря три военных фрегата.

В результате Великобритании пришлось несладко. Воевать одновременно с двумя такими сильными державами, как Россия и Франция? – Не годится. Очевидно, что у Великобритании имелся только один выход из катастрофического для нее хода европейских дел – убийство Наполеона Бонапарта или Павла I.

Англия имела в России свою опору в среде аристократии – целую группировку весьма влиятельных при императорском дворе англофилов. По неопровержимым данным англофильство этой части русской аристократии регулярно стимулировалось солидными финансовыми вливаниями.

Ольга Александровна Жеребцова. Художник Жан Луи Вуаль, 1790 годы

Британский посол в России Чарльз Уитворт раньше всех сторонних лиц почувствовал перемену в отношении российского императора к Великобритании. С момента разрыва императора Павла с Англией английские гинеи обильною рекою потекли в руки Палена и других британских агентов влияния в Санкт-Петербурге через любовницу лорда Уитворта Ольгу Александровну Жеребцову, сестру братьев Зубовых.

Дальнейшее всем известно. У императора случился «апоплексический удар табакеркой». Так на заре XIX века Англия после длительного перерыва вновь позволила себе прямое грубое вмешательство в российские дела.

Неугодный Лондону новоиспеченный император Павел I, желавший сближения с Францией, был устранен от власти руками самих русских. Но произошло это в результате каверзного заговора эмиссаров британской разведки, имевшей приказ Букингемского дворца не допустить сближения России и Франции.

Подвохи «большой игры»

При императоре Александре I, получившем трон после убийства Павла I, англичане пустили в дело новый каверзный проект. Не желая расширения русского влияния в Азии, Великая Британия устроила для России «кавказскую ловушку». Своими дипломатическими аллюрами лондонские эмиссары убедили русского царя послать войска на юг, но совсем не в Индию, а на Кавказ, где российская армия на 60 лет увязла в кровавой бойне, негативные последствия которой дают о себе знать до сих пор, уже в XXI столетии.

Не грех вспомнить и то, что именно Лондон стал в XIX веке столицей европейских русофобов. Напомню, что понятие это основывается на представлении о русских как о «варварах» со слабо развитой материальной культурой, лишенных идейных и моральных принципов. А значит, в целом враждебных цивилизованному Западу. Основоположником этого весьма сомнительного политико-философского течения стал британский подданный сэр Роберт Вильсон, служивший в наполеоновскую кампанию посланником английского короля при российском императоре Александре I.

Сэр Роберт Томас Вильсон (1777–1849)

Дело Вильсона продолжила целая когорта его соотечественников русофобов в лице Дэвида Уркварда и Томаса Этвуда. Они наполнили идеологию практическим содержанием. Их труды на поприще противостояния и борьбы с российским государством, в частности в деле подготовки мятежников и заговорщиков на границах империи, не прошли для России даром.

В середине XIX века Великобритания, не желая усиления России на Балканах, объявила ей войну, которая, как известно, вошла в историю под названием Крымской. Недавний союзник в войне с Наполеоном объединился с бывшими врагами – французами и вторгся на юг России. Русская армия геройски обороняла Севастополь, но тем не менее проиграла войну, оказавшись к ней неготовой.

Королева Виктория была счастлива изгнать российский флот с Черного моря и в очередной раз унизить русских.

Измотать и ослабить Россию стало лейтмотивом английской политики. Постоянно растущая мощь Российской империи не переставала всерьез беспокоить Лондон. Британским монархам уже никак нельзя было с нею не считаться. На смену надменности и пренебрежению пришла вражда.

Убийство придворного миротворца

ХХ век к геополитическим противникам России, помимо Великой Британии, добавил Германию и США. России требовалась глубоко продуманная и нацеленная на государственные интересы внешняя политика и разведка. Но это жгучее требование времени осталось трагически не восполненным.

На исходе Первой мировой войны Лондон делал все возможное для того, чтобы Россия не смогла выйти из кровопролитной бойни и заключить мир с Германией. Его, как известно, активно добивался Григорий Распутин, чье влияние при дворе было непререкаемым.

Казалось, германо-российское согласие и долгожданный мир были уже не за горами. Но, используя связи в придворных кругах, резидент британской разведывательной миссии в России Сэмюель Хор и его коллега из Сикрет интеллидженс сервис Освальд Рейнер (друг князя Феликса Юсупова по совместной учебе в Оксфорде) организовали убийство Распутина. Последний выстрел в голову старца, как теперь доподлинно известно, сделал сам Рейнер, перечеркнув тем самым наметившуюся для России возможность выйти из войны и избежать революции.

Затем дом Виндзоров пошел на очередное позорное преступление перед Россией, краснеть за которое будут, пожалуй, все оставшиеся поколения британских монархов. Ни английский король, ни правительство страны не захотели предоставить убежище и принять у себя свергнутого большевиками последнего русского царя Николая II, союзника и, кроме того, родственника Георга IV.

Отказав царской семье в надежде на спасение, Лондон сделал ее тем самым сначала заложником, а вскоре и жертвой красного террора. Это жестокое решение дома Виндзоров оказалось тогда удивительно на руку большевикам, которые немедленно поспешили обрубить корни романовской династии расстрелом царской семьи в Екатеринбурге.

Немыслимое коварство

В победном сорок пятом короткий четырехлетний период союзничества россиян и британцев в войне с фашистской Германией был омрачен новым предательством Лондона.

И дело вовсе не в коварном плане премьер-министра Уинстона Черчилля под кодовым названием «Немыслимое», тайно предложенном им президенту США Франклину Рузвельту. Этот каверзный план, гриф секретности с которого сняли сравнительно недавно, был составлен в марте 1945 года. В нем подробно излагалась совместная англо-американская операция вторжения в СССР. Датой начала интервенции стояло 1 июля 1945 года. К счастью для всего человечества, этот британский план не получил поддержки в США.

Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль

Но я хотел бы вспомнить об ином предательстве Лондона в 45-м. Преданными им нежданно-негаданно оказались 33 тысячи русских эмигрантов, а также члены их семей, бежавшие от большевиков после Октябрьской революции. Они были беспардонно выданы решением английского правительства и силами британской армии советским властям якобы во исполнение Ялтинских соглашений.

Однако договоренности трех держав в Ялте, как известно, касались лишь лиц, сотрудничавших с фашистами в годы войны. Русские белоэмигранты из стран Западной Европы, обладавшие паспортами, выданными Лигой Наций, в подавляющем большинстве не были никак связаны с фашистами и их злодеяниями. К пособникам нацистов никак нельзя было отнести ни их родителей, ни жен, ни детей.

Британское правительство не пожелало считаться с общепризнанными нормами международного права, грубо нарушив все известные на то время соглашения о правах беженцев и политических эмигрантов. Оказавшись насильно депортированными в СССР, многие русские, нашедшие себе убежище в Великобритании, были затем расстреляны или погибли в сталинских лагерях и тюрьмах. Среди них оказалось немало донских казаков, против которых большевистская власть с самого начала своего становления устроила настоящий геноцид.

Так добропорядочная и законопослушная Англия на удивление всему миру приложила руку к одному из наиболее вопиющих преступлений XX века.

С крушением коммунистического режима и распадом Советского Союза грустное наследие прошлого, казалось, могло быть постепенно забыто. В 90-е годы прошлого века политический климат в отношениях двух стран должен был измениться к лучшему. Эта благостная надежда просуществовала, увы, совсем недолго и вскоре приказала долго жить.

В начале XXI века Россия и Запад, несмотря на ушедшие в прошлое времена холодной войны, вновь неожиданно оказались по разные стороны баррикад. Вашингтон и Лондон вдруг сменили дружеское расположение к ослабленной и разобщенной России со стоявшим у ее руля в 90-е годы немощным «царем Борисом» на очевидное неприятие путинского курса. В ход пошла открытая конфронтация с новым российским руководством, выведшим страну из полномасштабного кризиса и по одной уже этой причине заслуживающим хотя бы уважения.

Независимая прагматичная политика Кремля, политическое и экономическое возрождение России не стали хорошей новостью для наших западных конкурентов. Не только новый курс Кремля, но и сама новая возрождающаяся Россия фактически была, если не на словах, то на деле, объявлена враждебной либеральному Западу.

Приведенный здесь список примеров взаимной нелюбви далеко неполон. Его можно было бы без труда продолжить. Но вывод и так напрашивался сам собой: история настолько часто разводила политических лидеров России и Запада по разные стороны баррикад, что они, в конце концов, стали антагонистами друг для друга.

Бывали, конечно, и исключения из правила. К ним, в частности, относились известные годы недолгого союзничества в мировых войнах. Но исключения все-таки погоды не делали. Ибо во времена кровопролитных баталий дальновидные, эгоистичные и предусмотрительные англосаксы приветствовали Россию лишь тогда, когда русский солдат отстаивал не только свои, но и их национальные интересы. В таких случаях они великодушно готовы были рассматривать Москву как своего союзника. Естественно, лишь на время.

Ответные ходы

Встает резонный вопрос: ну а что же делал Кремль в ответ на подобные действия, как реагировали российские правители на демарши Запада? Они нередко терпели, не желая портить отношения с Британской империей. Исходили из простой народной мудрости на этот счет, что «худой мир лучше доброй ссоры». Было так и при Иване Грозном, и при Великих Петре с Екатериной, и при последних Александрах с Николаями.

Николай Пржевальский, путешественник, географ, военный разведчик

Впрочем, нельзя не признать, что имперская внешняя политика царской России не раз делала сильные ответные ходы в партиях на мировой геополитической доске. Достаточно вспомнить хотя бы изыски ведущего русского англофоба графа Николая Игнатьева, шефа азиатского направления министерства иностранных дел. Это он бросил вызов английскому влиянию на северо-востоке Китая и «сделал шах» британскому владычеству на Востоке, присоединив к Российской империи огромные приамурские территории, на которые претендовал Лондон.

Не меньшую головную боль Западу «прописал» и выдающийся российский военный разведчик генерал Николай Михайлович Пржевальский. Под видом этнографических экспедиций он блестяще провел оперативную разведку в Центральной Азии, обеспечив практически бескровное присоединение к Российской империи огромных среднеазиатских территорий.

Особую роль в «Большой игре» империй сыграла удивительная российская разведчица Дарья Христофоровна Ливен. В годы Священного союза и позднее в середине XIX века в эпоху грозных европейских революций, когда судьба старых монархий в центре континента висела на волоске, она весьма убедительно показала англичанам, что законодатели мод в искусстве шпионажа есть и в России.

Дарья Ливен завербовала руководителей трех великих держав! Русская Мата Хари соблазнила не только австрийского канцлера Меттерниха и французского премьера Франсуа Гизо, но и главу британского кабинета министров Джорджа Каннинга, заставив их всех работать на Россию.

Княгиня Дарья Ливен (1785–1857) – агент русского императора Александра I

Княгиня Дарья Христофоровна Ливен так и осталась «нерасшифрованным агентом» для хваленых знатоков шпионского ремесла с берегов Темзы. А покоренные лондонцы в день прощания с ней презентовали русской разведчице драгоценный браслет «в знак сожаления об ее отъезде и на память о многих годах, проведенных в Англии».

И все же это был лишь эпизод. Главный же ответ царской России на козни Запада состоял в последовательном и постоянном расширении и укреплении Российской империи по всем азимутам. К концу XIX столетия двуглавый орел дома Романовых взял под свои крылья Финляндию и Прибалтику, Крым и Кавказ, Среднюю Азию и Сибирь.

За четыре столетия сношений России и Великобритании русская империя в начале ХХ века стала могущественной и опасной соперницей для имперских амбиций англосаксов. Такой ответ Кремля не мог не беспокоить Запад.

Пролетарский подход

Споры, распри и интриги, впрочем, отошли на второй план, когда к власти в России в октябре 17-го пришли большевики. В дело пошла открытая конфронтация.

Новые хозяева Кремля с революционной решимостью применили марксистско-ленинский, исконно пролетарский подход к делам внешнеполитическим и закордонным. Лондон был в числе первых заклеймен как оплот мировой буржуазии, крепость империализма, бастион угнетателей пролетариата и всех трудящихся.

Англосаксы в ответ, наряду с другими противниками большевизма, встали на сторону Белой армии, организовав интервенцию в Россию. Но война ими была бесславно проиграна. И Москва на долгие 75 лет стала столицей мирового коммунизма.

Дипломатические отношения Советской России с Великобританией отсутствовали до 1924 года. Потом, наконец, были установлены, но вскоре разорваны, затем снова восстановлены, но всегда оставались достаточно напряженными.

Политические и шпионские скандалы следовали в ту пору один за другим: дело британского заговорщика посла Локкарта, пытавшегося организовать убийство Ленина; арест сотрудниками ВЧК английского шпиона Сиднея Рейли; полицейский налет на Аркос – советскую торговую организацию в Англии; инспирированные английскими агентами налеты на советские представительства в Китае; шумная провокация британских тори с выдуманным письмом Зиновьева в адрес английских лейбористов, дабы не допустить прихода к власти в стране партии трудящихся…

Однако перечисленные скандалы – это лишь отдельные эпизоды второй декады ХХ века. Дальше – больше. Советская власть не в пример власти царской решительно взялась за активную работу на английском направлении. А точнее – за непримиримую революционную борьбу с империализмом.

В тридцатые годы прошлого века Москва заложила фундаментальные основы для ведения этой борьбы. Агенты Коминтерна создали свои базы и развернули обширную разведывательную сеть по всей Европе и в США. В 1930–1937 годах только в Англии работали семь (!) агентов-нелегалов Кремля. И каких! Василий Спиру, Евгений Мицкевич, Игнатий Райф, Александр Орлов, Теодор Мали, Арнольд Дейч – это были супершпионы из иностранного отдела НКВД (тогдашней службы внешней разведки) или разведупра РККА (предшественника ГРУ).

Они наладили вербовку молодых перспективных британцев в самой альма-матер английского истеблишмента, в элитных колледжах Кембриджа и Оксфорда. Советская разведка оседлала всемогущую Британскую империю как покорного жеребца. Советский Союз решил противоставить империализму всех мастей свою военную и идеологическую мощь, а также силы легальной и нелегальной разведки.

На «Острове» – такой оперативный псевдоним был присвоен Великобритании на Лубянке; сталинская разведывательная сеть создавалась всерьез и надолго. Сеть эта стала триумфом для Москвы и проклятием для Запада. Ведь агентами Москвы оказались не британские коммунисты, а аристократы, сотрудники дипломатических и военных ведомств, разведки и контрразведки, ученые и артисты – цвет западной элиты. Достаточно вспомнить хотя бы знаменитую «Кембриджскую пятерку»: Филби, Берджесса, Маклина, Кернкросса и Бланта.

В результате успешной разведывательной работы Кремль в советские времена знал практически все, что было необходимо, об Англии и США, ибо суперсекретная и сверхценная развединформация поступала в Москву непосредственно из коридоров власти западного мира.

Операция «Темная сила»: как оставить Россию в войне

О Распутине снято немало фильмов, сериалов, написаны книги, сложены песни. Скандальные приключения старца расписаны до деталей. Но мало что известно о его политических взглядах. Напомню лишь некоторые факты.

В 1912 году, когда Россия готова была вмешаться в разгоравшийся на юге Европы балканский конфликт, Распутин на коленях умолял царя Николая II не вступать в войну. И добился своего (!).

Граф Витте, опальный российский премьер, так писал об этом факте в своих мемуарах: «Он (Распутин) указал все гибельные результаты европейского пожара, и стрелки истории повернулись по-другому. Война была предотвращена».

1908 год. Царское село. Распутин с императрицей, пятью детьми и гувернанткой

Почему же Николай II не послушал Распутина два года спустя накануне августа 14-го? Только потому, что Распутин был тогда при смерти после покушения на его жизнь в родном сибирском селе. Едва придя в себя, он послал царю телеграмму, умоляя его не вступать в конфликт. Старец предупреждал, что с войной придет конец и России, и роду Романовых. «Положат всех до последнего человека», – писал он царю. Но было поздно. Россию втянули в конфликт чужих интересов. Старец с этим не смирился и продолжил борьбу. Но и враждебная кампания против Распутина была продолжена. Кто же встал во главе заговора и реализовал его?

Почти столетие считалось, что с Распутиным расправились «патриоты» России, дабы избавить монархию от «святого черта», «нечистой силы».

Официально организовал заговор князь Феликс Юсупов, представитель одной из богатейших семей империи, женатый на племяннице Николая II. Ему помогали великий князь Дмитрий Павлович Романов, двоюродный брат Николая II, и влиятельный депутат Государственной думы Владимир Пуришкевич, богатый бессарабский помещик, известный монархист-черносотенец.

Слева направо: князь Феликс Юсупов (1887–1967), великий князь Дмитрий Павлович Романов (1891–1942) и депутат Государственной думы Владимир Пуришкевич (1870–1920)

Такова прежняя общеизвестная версия. На самом деле спецоперация по устранению Распутина была разработана в Англии в начале 1916 года. Точно неизвестно, как она называлась, в архивах этого нет. Но оперативный псевдоним объекту ликвидации в МИ-6 дали: «Темная сила». Англичане не мудрствовали лукаво. Именно так звали Распутина Милюков, Пуришкевич, прочие российские политики, как либералы, так и монархисты.

В это трудно поверить, но распутал дело Распутина в начале XXI века простой британский мент по имени Ричард Каллен.

Все началось в 90-е годы, когда Ричард Каллен, в то время сотрудник Скотленд-Ярда, начал периодически приезжать в Москву и Санкт-Петербург по программе обучения курсантов Петербургского университета МВД. Здесь у него появилось много друзей, которые позже помогли ему получить доступ к архивным документам.

Книга Ричарда Каллена об убийстве Распутина

В 2004 году Каллена как высококлассного специалиста попросили принять участие в подготовке фильма Би-би-си «Кто убил Распутина». Тогда Ричард перечитал массу архивных первоисточников и пришел к выводу, что официальная версия убийства крайне сомнительна.

В Распутина был сделан контрольный выстрел, считал Каллен. И совершил его… профессиональный убийца. В своей книге «Распутин: роль британских секретных служб в его истязании и убийстве» Каллен, теперь уже высокопоставленный работник Минюста Великобритании, собрал воедино все материалы. Рассмотрев их, он убедился, что британский след в убийстве старца очевиден.

«При написании этой книги самым интересным для меня было изучение свидетельских показаний из Российского государственного архива. Раньше авторы почему-то никак не пытались осмыслить и проанализировать их, – объясняет Ричард. – Особенно важны показания двух полицейских, дежуривших в ночь убийства неподалеку от Юсуповского дворца. Даже больше! Слова одного из них полностью разрушают большую часть версии Юсупова и Пуришкевича, основных участников преступления. Если попробовать понять, кто где был, в какой момент, и потом сопоставить все с тем, когда именно должны были произойти все эти события, то очевиден заговор Юсупова и Пуришкевича с целью сбить следствие с верного пути».

Каллен нашел в архиве записи по результатам вскрытия трупа, которое проводил ведущий патологоанатом того времени профессор Дмитрий Косоротов. Несмотря на то что якобы по требованию государыни процесс осмотра трупа был сведен к минимуму, профессору удалось зафиксировать достаточно заключений для отчета. Кроме того, английскому детективу очень пригодились в работе фотографии тела Распутина, сделанные после его обнаружения.

Инициатором операции, судя по материалам британских историков, которые я читал, стал подполковник Сэмюэль Хор. Большой любитель писать начальству аналитические записки, смахивавшие на блестящие литературные эссе. Был талант у человека!

Слева направо: сэр Мэнсфилд Смит-Камминг, шеф МИ-6 и его резидент в Петрограде сэр Сэмюэль Хор

Он расписал шефу МИ-6 Мэнсфилду Каммингу, что Григорий Распутин является агентом Германии. По его мнению, старец за немецкие деньги дал согласие убедить супругу русского царя Александру Федоровну, немку по происхождению, находившуюся под его большим влиянием, а также самого Николая II в необходимости заключения сепаратного мира с Германией. Это вывело бы из войны Россию и высвободило немецкие армии на восточном фронте. Англии и Франции пришлось бы воевать против значительно более сильного противника.

При таком раскладе Германия могла и победить в Первой мировой войне. Так что повод для беспокойства у британцев был. Известно, что Распутин еще в 1912 году убедил царя не вступать в балканские войны, чем на два года отодвинул фактически Первую мировую войну. Да и в 1914-м буквально умолял русского самодержца не воевать с Германией, предсказывая большие беды стране. Но Николай не послушал…

Хор убедил Камминга в необходимости ликвидации Распутина. Он рассчитывал на успех благодаря сильному козырю. Сотрудник МИ-6 Освальд Рейнер был на дружеской ноге с распутинским врагом князем Феликсом Юсуповым. Они вместе учились в Оксфорде, имели гомосексуальную связь. Юсупов к тому же был англофилом, западником, имел друзей в высших сферах Петербурга, мог устроить русский заговор против старца, чтобы англичане не светились.

Хор здесь не открывал Америку. Точно так же руками влиятельных российских вельмож англичане убрали в 1801 году императора Павла I.

Британский разведчик Освальд Рейнер (1888–1961)

Дело в том, что Павел I готов был пойти на союз с Бонапартом против англичан. И даже отправил в Британскую Индию экспедиционный корпус – 22 000 казаков. Сразу после убийства Павла поход отменили.

И здесь ситуация была похожая. Как видим, опыт у англичан имелся, как загребать жар чужими руками и сухими выходить из воды. Чтобы никто не пронюхал об их участии в убийстве. Этот вариант и решено было повторить в случае с Распутиным, дабы не допустить выхода России из войны.

Об операции доложили премьер-министру Герберту Асквиту (его сменил после отставки 6 декабря 1916 года Ллойд Джордж). Летом 16-го года плану МИ-6 по устранению Распутина был дан зеленый свет. Хора отправили в Петербург резидентом британской разведки. Он выехал в командировку вместе с Рейнером.

Поскольку Россия и Англия были союзниками, то официально резидентура МИ-6 звалась британской военной миссией. Но кроме военных дел занималась и разведкой в стане своего союзника.

Состав резидентуры – 18 человек, из них половина штатских. Носили русскую военную форму. Штаб-квартира – в гостинице «Астория».

Предшественник Хора Кадбер Торнхилл тоже остался в столице России. Замом резидента. Непосредственную организацию убийства поручили контрразведчику Джону Скейлу, оперативникам Стивену Элли и Освальду Рейнеру. Эта пятерка и занималась «Темной силой».

Как конкретно они сделали Феликса Юсупова, секс-партнера Рейнера, главой «русского заговора», точно неизвестно.

Зато из дневника депутата-монархиста Пуришкевича известно, как в середине ноября 1916 года он готовил речь в Думе против Распутина. И к нему заявился Юсупов.

– Ваша речь не принесет тех результатов, которых вы ожидаете, – заявил Феликс Юсупов.

– Государь не любит, когда давят на его волю, и значение Распутина, надо думать, не только не уменьшится, но, наоборот, окрепнет благодаря его безраздельному влиянию на Александру Федоровну, управляющую фактически сейчас государством, ибо государь занят в ставке военными операциями, – ответил Пуришкевич.

– Что же делать? – спросил князь.

Пуришкевич загадочно улыбнулся и, пристально посмотрев Юсупову в глаза немигающим взглядом, процедил сквозь зубы: «Устранить Распутина».

Занятное чтиво – эти самые «дневники» Пуришкевича или воспоминания Юсупова! Лидер «Черной сотни» в них, например, признается, как выманил старца во дворец к Феликсу. Якобы познакомить с молодой замужней графиней М., на которую положил глаз Распутин. Юсупов же позже писал, что приманкой стала его жена-красавица Ирина, племянница царя. Ее в тот день вовсе не было в Петербурге.

Пуришкевич подробно пишет, как в ожидании старца они фаршировали пирожные цианистым калием, добавляли его в рюмки с вином. Опасаясь, как бы Феликс сам не выпил по ошибке отраву.

Вот еще одно живописание:

«Гость прибыл поздно ночью. Феликс стал его угощать, а остальные заговорщики спрятались неподалеку, ожидая сигнала от князя. Вошел Юсупов, расстроенный и бледный.

– Представьте себе, он выпил две рюмки с ядом, съел несколько розовых пирожных, и, как видите, ничего, решительно ничего, а прошло уже после этого минут пятнадцать. Ума не приложу, как нам быть, тем более что он уже забеспокоился, почему графиня не выходит к нему так долго, и я с трудом ему объяснил, что ей трудно исчезнуть незаметно, ибо там наверху гостей не много, но что, по всем вероятиям, минут через десять она уже сойдет; он сидит теперь на диване мрачным, и, как я вижу, действие яда сказывается на нем лишь в том, что у него беспрестанная отрыжка и некоторое слюнотечение».

Так и не дождавшись действия яда, Юсупов выстрелил старцу в грудь из дамского браунинга, тот упал замертво. Потом вдруг ожил, побежал во двор. Пуришкевич помчался следом, дважды выстрелил из саважа, промазал, укусил себя за руку, чтоб та не дрожала, и добил выстрелом в спину. Потом еще живого сбросили в прорубь».

Вот этим изложением событий мир был вполне удовлетворен почти сто лет. Обе рукописи так называемых воспоминаний и князя Юсупова, и депутата Пуришкевича были отредактированы и переведены на английский язык для дальнейшей публикации по всему свету не кем иным, как Освальдом Рейнером. Материалы из архивов британской разведки это подтверждают однозначно. На самом деле книжки Юсупова с Пуришкевичем – это чистой воды ложь!

Зачем было англичанам сразу травить старца? Сначала требовалось узнать, с кем из германских разведчиков он контактировал, что успел сказать царице, что решил Николай II про сепаратный мир. Недаром операцию возглавил английский контрразведчик! Есть все основания полагать, что во дворце Юсупова прятались двое оперативников МИ-6 Стивен Элли и Освальд Рейнер.

Старца жестоко пытали. Во всяком случае, у него была раздавлена мошонка. Как катком! В заключении патологоанатома это зафиксировано.

Сатирическая открытка с изображением императора Николая II, императрицы Александры Федоровны и Распутина. Финляндия

Англичане, видно, надеялись, что от дикой боли Распутин признается в связях с немцами и выложит все. Но, думаю, у него не было контактов с германской разведкой. И не в чем было признаваться.

Дальше – еще интереснее.

Из заключения патологоанатомического вскрытия трупа Распутина профессором Военно-медицинской академии Д. П. Косоротовым следует: «В желудке жертвы не обнаружено никаких следов яда… Три пули в жертву были выпущены из оружия разного калибра… Первая попала в левую часть груди и прошла через желудок и печень (выстрел Юсупова. – Авт.)… Вторая вошла сзади в правую часть спины и попала в почку (выстрел Пуришкевича. – Авт.)… Третья пуля пробила лоб и вошла в мозг».

«В ночь убийства у князя Юсупова был браунинг, у Пуришкевича – саваж, – пишет английский историк Гайлз Милтон. – Из них Распутин был ранен в грудь и спину… Но смертельным был выстрел в лоб из английского револьвера уэбли-455. Это было любимое оружие Освальда Рейнера!»

Ему вторит британский историк разведки Майкл Смит: «В Распутина стреляли несколько раз из трех различных орудий убийства, но смертельным был выстрел Рейнера из его личного револьвера уэбли».

Сотрудник МИ-6, давний гомосексуальный любовник Юсупова Освальд Рейнер и добил Распутина. Webley 455 – популярная марка револьвера в британской армии и разведке. Пуля большого калибра. Поэтому на посмертном фото Распутина во лбу здоровенная дыра. А в русской армии наганы были. Которые мы по соглашению с бельгийскими братьями Наганами выпускали с конца XIX века в Туле. У нагана калибр маленький.

«Хотя все прошло не совсем по плану, наша цель достигнута… Смерть “Темной силы” всеми воспринята положительно… Рейнер обязательно проинформирует вас лично по первому требованию», – сообщил Стивен Элли Джону Скейлу в начале января 1917 года.

Между прочим, сразу после убийства Николай II прибыл в Петроград и вызвал к себе британского посла Джорджа Бьюкенена. Беседа касалась убийства Распутина. Царь сказал, что, по его информации, в Юсуповском дворце в ночь убийства присутствовали два британских офицера.

– Нет-нет, Ваше Величество, этого не было и быть не могло, – ответил посол. – У Вас неверные сведения.

Об этом разговоре посол доложил в Форин офис – министерство иностранных дел Великобритании. А годы спустя написал о нем в своих мемуарах.

Так морочили голову царю союзники, скрывая английский след. Все лавры отдали Юсупову и Пуришкевичу.

«Это преступление своим влиянием затмит устоявшиеся моральные принципы, а своим результатом изменит ход истории на целое поколение», – писал Сэмюэль Хор, резидент британской разведки МИ-6 в Петрограде, в письме английскому королю Георгу V 1 января 1917 года.

Писатель и разведчик Сомерсет Моэм (1874–1965)

Самого Хора вскоре отозвали из России, наградили, повысили в звании. А на его место прислали резидента из Женевы Сомерсета Моэма, знаменитого английского писателя. Его служба в МИ-6 долгие годы скрывалась.

Задача нового резидента в Петербурге кардинально изменилась. Ведь вскоре после убийства Распутина грянула Февральская революция. Опасности выхода России из войны при Временном правительстве не было. Беспокойство возникло лишь после новой, уже большевистской революции в октябре 17-го года.

Они, как известно, все-таки заключили сепаратный Брестский мир с Германией. Да и угроза мировой революции появилась.

Британцы решили бить по верхам. Сомерсет Моэм по приказу шефа МИ-6 Камминга готовил ликвидацию Ленина. Спецагент МИ-6 Пол Дюкес по заданию стал любовником одной из партийных подруг Ильича. Должен был убедить ее убить вождя. Но что-то пошло не так.

Под Дюкс

Планировалось также и убийство Сталина. однако штатный киллер английской разведки неожиданно отказался выполнять приказ.

Почему именно Сталина наметили в жертву? Он тогда был не на первых ролях. Об этом ничего не говорится в рассекреченных документах МИ-6 и книгах историков. Так что можно лишь строить догадки.

Обе операции для резидента Моэма оказались провальными, в отличие от распутинского дела его предшественника. Моэма отозвали из России. Появился новый резидент, а с ним и громкие операции типа «Заговора послов», дело Сиднея Рейли…

Но вернемся к Распутину. Зачем все же было придумывать байку про цианистый калий? От этого вопроса никуда не уйти.

Думаю, участникам заговора – Юсупову, Пуришкевичу и великому князю Романову – надо было как-то оправдать участие в громком преступлении. Вот они и пытались доказать, что избавили Россию от демона, дьявола, которого и яд не брал, и пули, потому и пришлось топить еще живого. Истинная нечистая сила! Хотя в Неву они сбрасывали уже труп. В легких Распутина воды патологоанатом Д. П. Косоротов не нашел, как и яда в желудке. Заодно скрывали участие англичан в заговоре.

Первым эту версию озвучил в «Дневниках» Пуришкевич. Уже после его смерти Феликс Юсупов в эмиграции издал в 1927 г. «Смерть Распутина», написанную явно под диктовку МИ-6.

Эту жвачку про отравленные пирожные и мадеру миру скармливали десятки лет.

Модный писатель Валентин Пикуль выпустил популярный роман о Распутине «Нечистая сила»! Все с той же лживой версией его убийства.

Труп Григория Распутина

Правду мы так, наверное, никогда и не узнали бы, если б не сотрудник Скотленд-Ярда Ричард Каллен. Бывают такие фанаты! Набрал документальный материал, пообщался с дочерью Рейнера… И опубликовал сенсационную книгу, объявив миру: «Убийство Распутина было организовано Джоном Скейлом, Освальдом Рейнером и Стивеном Элли благодаря гомосексуальным отношениям между Юсуповым и Рейнером».

К столетию МИ-6 в 2009 году вышло еще полдюжины документальных книг британских историков. В каждой были фрагменты о Распутине. Опираясь на рассекреченные документы разведки, материалы Национального архива Британии, воспоминания родственников и других участников заговора, они подтвердили версию Каллена об английском следе в убийстве старца.

Наверное, Хор был прав. Нельзя было исключать сепаратного мира русских с Германией. И немцы были заинтересованы в нем, и мы. Чувствовалось, что Россия влетает в революционное лихолетье, надо было срочно мириться. Иначе война станет спусковым крючком для революции.

Англичане первыми это поняли. И сделали все, чтобы Россия продолжила войну, истекая кровью за британские интересы. А использованные ими Пуришкевич и Юсупов искренне считали, что спасли страну от нечистой силы.

Другое дело, мы не знаем, как развивались бы события в случае сепаратного мира. Может, было бы поздно все равно.

И до сих пор мы так и не разобрались, кем же на самом деле был Григорий Распутин. Нечистой силой, по версии Юсупова и стоявших за ним англичан? Или пророком, видевшим страшное будущее своей родины и стремившимся его предотвратить?

Были же призывы в 90-е объявить его святым! По одной из версий, Распутина специально топили заговорщики якобы живым. Ведь утопленников Русская православная церковь не канонизирует.

Ясно одно: это был провидец, лекарь. Болел за Россию. Конечно, личность неоднозначная, и женщин любил, и денежка к рукам липла. Но он помог царской семье в самый трудный момент, когда страдавший гемофилией цесаревич был совсем плох. Отговаривал самодержца с супругой от войны с Германией. И мог действительно спасти нашу родину от большой беды, связанной с грядущим большевистским путчем, кровью в гражданскую войну, репрессий, большого террора…

Россия могла избежать этого. Распутин старался содействовать замирению. Так что не стоит рисовать с него лишь образ изувера, демона, нечистой силы.

Во всяком случае, одно пророчество старца точно сбылось. О судьбе Императорского дома. «Покуда я жив, будет жить и династия».

Убили Распутина, и уже через два месяца Николай II вынужден был отречься от престола. А потом династию Романовых, взошедшую на престол в Ипатьевском монастыре, расстреляли в подвале Ипатьевского дома.

Виндзоры vs Романовы. Чистой воды предательство

1917 год принес с собой ряд судьбоносных событий как для нашей страны, так и для многих других государств мира. 17-го числа 7-го месяца 17-го года британский королевский дом ввел для себя псевдоанглийскую фамилию «Виндзоры» вместо германской, происходившей от древнего саксонского рода Веттинов.

Это сделал своим монаршим указом тогдашний король Великобритании Георг V. Для собственного выживания, как выяснилось, монарху было крайне важно избавить правящую династию от прежнего немецкого названия Саксен-Кобург-Готской. В условиях кровопролитной Первой мировой войны немецкие корни буквально затаскивали аглицкий монарший дом в могилу.

В России судьбоносные события грянули в марте, четырьмя месяцами до этого. Император Николай II отрекся от престола. И вскоре получил боярскую фамилию Романов. Так решила новая российская власть в лице Временного правительства князя Львова, которая к монархии, естественно, никакого отношения не имела.

А годом позже в первый день рождения дома Виндзоров 17-го числа 7-го месяца гражданин Романов и все его семейство были расстреляны в Екатеринбурге по приказу большевиков.

Британский премьер-министр Ллойд Джордж, узнав о падении российской монархии, воскликнул с радостью: «Одна из целей войны для Англии, наконец, достигнута!»

Ллойд Джордж знал, о чем говорил. Одной из важнейших задач его правительства тогда было оставить Россию в войне, не позволить царской семье пойти на заключение сепаратного мирного договора с Германией. На это была направлена недавняя успешная операция «Темная сила» по ликвидации Григория Распутина. В этом состояла основная задача резидентуры британской разведки в революционном Петрограде.

Цель оправдывает средства. Напомню, в 1914 году, в начале Первой мировой, между собой сцепились 5 мировых империй: Австро-Венгерская, Британская, Германская, Османская, Российская. А когда война закончилась, осталась лишь одна – Британская.

Три кузена – три суверена

Николай II был преданным союзником Антанты в войне против Германии. И заслужил иное отношение к себе хотя бы со стороны англичан. Еще и потому, что и он, и государыня императрица Александра Федоровна были связаны с Великобританией целой сетью родственных уз, поскольку оба были для короля Георга V двоюродными братом и сестрой. Именно из-за родства по этой линии сын наследник императора Николая II цесаревич Алексей оказался заражен гемофилией.

Мать Георга V, королева Александра, была родной сестрой августейшей матери государя императора Николая II вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Что превращало королеву Александру в тетю русского царя.

Отец Георга V, король Эдуард VII, был братом матери государыни императрицы Александры Федоровны. Что, в свою очередь, делало его дядей императрицы.

Кроме того, сестра Эдуарда VII, королева Виктория, была замужем за королем Фридрихом III Прусским, что делало мать русской императрицы, герцогиню Алису Гессенскую, тетей ее сына кайзера Вильгельма II.

И наконец, августейшая мать государя императора Николая II, вдовствующая императрица Мария Федоровна, была сестрой королевы-матери Александры, тети германского кайзера.

Двоюродные братья: царь Николай II (слева), король Георг V (в центре) и кайзер Вильгельм II

Словом, переплетение родственных уз европейской и российской монархических семей было весьма значительным. Но когда их страны столкнулись, Англия и Германия не захотели считаться с этими столь тесными связями. Начали войну, втянув в нее не только Россию, но и полмира в придачу.

Николай II и английский король Георг V были двоюродными братьями (кузенами), и довольно похожими внешне. Близко дружили, звали друг друга «старина Ники», «милый Джорджи»:

«Да, мой самый дорогой Ники, я надеюсь, что мы всегда будем продолжать нашу с тобой дружбу; ты знаешь, я неизменен, и я всегда тебя так любил <…>

В мыслях я постоянно с тобой. Благослови тебя Бог, мой дорогой старина Ники, и помни, что ты всегда можешь рассчитывать на меня как на своего друга. Навеки твой преданный друг Джорджи».

Так писал Георг V Николаю II. Милому Джорджи было бы впору озаботиться судьбой старины Ники: в России назревала революция. В российской прессе вовсю муссировались слухи о том, что царица работает в пользу Германии, что она «шпионка Вильгельма». Со страниц печати раздавались довольно злобные призывы.

Чета Романовых стала всерьез рассчитывать на временное убежище в Англии. Однако события начали развиваться совершенно неожиданно.

Попробуем восстановить ход тех событий, взяв на вооружение материалы российских и британских архивов.

Кузены – монархи Англии и России

Первая новость никого не удивила. 22 марта 1917 года кабинет министров Англии принял решение о предоставлении «императору и императрице приюта в Англии на время, пока идет война», сообщив об этом в Петроград через посла в России Джорджа Бьюкенена.

Однако уже через неделю 30 марта Георг V сделал попытку дезавуировать это приглашение кабинета через своего личного секретаря лорда Стеймформхэма, отправив в российский МИД следующее письмо:

«Король много думал о предложении правительства пригласить императора Николая и его семью приехать в Англию <…>. Но его опасности рейса, но, и по соображениям целесообразности пребывания императорской семьи в этой стране…».

2 апреля министр иностранных дел Англии лорд Артур Бальфур на это ответил, что как-то нехорошо идти на попятную:

«Министры вашего величества понимают трудности, о которых Вы говорите в Вашем письме, но они не думают, что если ситуация не изменится, возможно взять назад свое приглашение, которое было послано, и они полагают, что король согласится придерживаться прежнего решения, которое было послано Советом министров его величества».

Утром 6 апреля Георг V ответил Бальфуру через секретаря Стеймформхэма, что-де общественное мнение отрицательно относится к приезду императорской семьи, посему «король пожелал, чтобы я спросил Вас, не следует ли после консультации с премьер-министром сэру Джорджу Бьюкенену предложить российскому правительству, чтобы оно приняло какой-либо другой план относительно будущего мecтa жительства их императорских величеств». Вечером этого же дня, во втором письме Бальфуру, Георг V ужесточил свое требование: «…Проинструктируйте Бьюкенена, чтобы он сказал Милюкову, что оппозиция приезду императора и императрицы здесь настолько сильна, что мы должны отказаться от своего согласия на предложение российского правительства».

Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж повторил аргументы короля кабинету, почти слово в слово, не упоминая об их источнике. В итоге в мае 1917 года МИД Великобритании через своего посла Бьюкенена передал российскому министру иностранных дел М. И. Терещенко, что «британское правительство не может посоветовать Его Величеству оказать гостеприимство людям, чьи симпатии к Германии более чем хорошо известны». Вопрос был решен. Георг добился своего. Он кинул своего брата на произвол судьбы.

Причем заметим для себя, что Георг V был против идеи предоставления убежища Николаю II с самого начала. Об этом, в частности, написал английскому послу в Париже лорду Бертье секретарь короля: «Это было твердое убеждение короля, который никогда этого не хотел».

22 апреля лорд Бертье в ответ на запрос замминистра иностранных дел Англии Чарльза Хардинга о возможности устроить Романовых во Франции – возник и такой вариант – ответил:

«Мой дорогой Чарли, я не думаю, чтобы экс-императора во Франции встретили бы с радостью. Императрица – немка не только по рождению, но и по своему воспитанию. Она делала все, что могла, чтобы заключить мирный договор с Германией. Ее называют преступницей и сумасшедшей. А бывшего императора, поскольку он по своей слабости подчинялся ее указаниям, также считают преступником».

В свою очередь, глава Временного правительства А. Ф. Керенский в одном из интервью так объяснял причины произошедшего: «Что же касается эвакуации царской семьи, то мы решили отправить их через Мурманск в Лондон. В марте 1917 года получили согласие британского правительства, но в июле, когда все было готово для проезда поезда до Мурманска и министр иностранных дел Терещенко отправил в Лондон телеграмму с просьбой выслать корабль для встречи царской семьи, посол Великобритании получил от Ллойд Джорджа ясный ответ: британское правительство, к сожалению, не может принять царскую семью в качестве гостей во время войны».

Почему Британский лев не спас Русского орла

Колоссальный масштаб потерь, дефицит и увеличивающаяся бесцельность войны создавали почву для массовых беспорядков не только в России и Германии, но и в Англии.

Весной 1917 года массовое недовольство распространилось по всей Европе. Своего кризиса оно достигло в России, но и правители, и массы других стран Европы знали, что ни одно государство не могло надеяться на продолжение войны без поддержки народа.

Фотография Николая Романова, сделанная после его отречения в марте 1917 года и ссылки в Сибирь

Британия же, как оказалось, не обладала иммунитетом от грядущей революции. В связи с этим начальник королевского генерального штаба Великобритании генерал сэр Уильям Робертсон писал главнокомандующему союзническими войсками Франции маршалу сэру Дугласу Хейгу: «Я боюсь, что мы не можем уйти от того факта, что в стране существует определенное волнение, которое частично является результатом русской революции. Последнее время были очень серьезные забастовки, и еще остается очень много недовольства».

И это было правдой. Серьезные волнения стали происходить и в стране, куда должен был прибыть опальный русский император и его семья.

Уже в первом письме лорду Бальфуру Георг V подчеркивал, что он постоянно думает о том, каким образом экс-император и его семья должны прибыть в Англию. Недовольство общественности было бы действительно неприятно для королевской семьи, равно как и то, что английский народ мог подумать, что именно он – король Георг V – является инициатором приглашения своего кузена. Поэтому король желает, чтобы было рассмотрено «иное решение, касающееся будущего места проживания их императорских величеств». В постскриптуме же к этому письму он подчеркнул особо, что не король, а его правительство пригласило царскую семью.

Во втором же своем письме к лорду Бальфуру от 6/19 апреля Георг V уже более решительно подошел к сути данной проблемы, а именно – просил обратить внимание премьер-министра на то, что пребывание царя в Англии «…могло бы скомпрометировать положение короля и королевы».

Монарх реально боялся потерять трон.

Обсуждая данную ситуацию в кабинете министров, Ллойд Джордж, видимо желавший услужить своему монарху, заявил; «Российская империя, вопреки реальности, – это неспособный к плаванию корабль. Каркас прогнил, и команда не лучше. Капитан мог ставить паруса только в штиль (…) А царь был всего лишь короной без головы».

Беспощадная критика Николая II и его правления!

Результат этой политической интриги немедленно нашел свое отражение в Петрограде. Посол Бьюкенен был проинструктирован о том, что Англия должна получить право «…отозвать обратно ранее данное согласие на предложение русского правительства». А вскоре после этого Д. Бьюкенен получил еще одну инструкцию – вообще более никогда не затрагивать эту тему в отношениях с русским правительством.

17 июля 1917 года король Георг V, о чем мы упомянули в самом начале, объявил, что изменяет название династии с германской Саксен-Кобург-Готской на Виндзорскую. А это более чем наглядно указало на то, что изменение фамилии и противодействие приезду царской семьи в Англию – не что иное, как неуклюжая попытка короля Георга V дистанцироваться от своих августейших родственников. В первую очередь – Николая II и его семьи.

Все эти межродственные интриги и закулисные политические игры со всей очевидностью показали, что, на взгляд из Лондона, принимая царскую семью в Англии, под угрозу попадали не только устои английской демократии, но и сама британская монархия.

Но все это – политика и интересы государства. А как же долг и совесть?! Ведь Николай II был не только кузеном английского короля, но еще и фельдмаршалом королевской британской армии. Жезл которого генерал Пэджет и лорд Пэмброк вручили ему в ставке всего лишь в феврале 1916 года.

А раз так, то Георг V уж тем более должен был приложить все усилия для того, чтобы спасти не только своего августейшего родственника, но и человека, имевшего в английской армии наивысший воинский чин. Должен был, но не сделал.

Выходит, британский монарх не был человеком чести.

Кое-какие факты все же говорят об обратном. Георг V, по меньшей мере, трижды распространял свою защиту на суверенов, которые были гораздо более отдалены от него, чем русский царь.

Так, например, он согласился на секретный план союзников спасти румынскую королевскую семью, когда ей угрожало пленение в ходе наступления германских армий зимой 1917 года. А еще личная защита Георга V простиралась даже на монархов, которые во время войны были его врагами, – как, например, в случае с австро-венгерским императором Карлом в 1919 году. После свержения монархии в этой стране бывший король Карл и его семья жили в одной из австрийских провинций и находились в состоянии постоянной физической опасности, поскольку группы дезертировавших с фронта солдат бывшей Австро-Венгерской армии бродили в окрестностях этих мест.

По приказу Георга V к Карлу и его семье был направлен один из опытных британских разведчиков, который выполнял функции личного телохранителя, а также оказал существенную помощь в отъезде бывших венценосных особ из новой Австрийской республики.

А в 1919 году Георг V послал броненосец «Мальборо» в Черное море, чтобы вывезти из Крыма свою тетушку, вдовствующую императрицу Марию Федоровну (мать Николая II). В итоге она вместе со всеми своими родственниками была доставлена на Мальту, где располагалась одна из английских военно-морских баз. А затем обосновалась в своей родной Дании вплоть до смерти.

В 1922 году, когда другой кузен Георга V – князь Андрей Греческий, сын свергнутого короля Греции Константина, стоял перед лицом смерти от рук греческих революционеров, его спас посланный за ним английский крейсер «Калипсо».

Так тогда был спасен не только кузен британского короля, но и греческий принц, будущий консорт ныне правящей английской королевы – принц Филипп, герцог Элинбургский, которому в ту пору шел лишь второй год от роду.

Учитывая все это, почему же Георг V так и не пришел на помощь своему русскому брату? Ответ на этот вопрос появился не сразу. Архивные материалы долгие годы были засекречены. А затем многие документы были попросту уничтожены.

В 1932 году дочь бывшего посла в России Джорджа Бьюкенена рассказала, что ее отец сфальсифицировал свои воспоминания, чтобы сохранить в тайне то, что произошло в реальной действительности. А причина была проста – МИД Англии угрожал лишить его пенсиона в том случае, если он расскажет правду о том, каким образом британское правительство предало русского царя и его семью.

Броненосец «Мальборо» и автографы спасшихся на нем членов царской семьи

Вслед за ней в 1935 году проговорился и личный секретарь короля Георга V Гарольд Николсон, который рассказал, что в связи с этим делом король получал так много угроз, что в конце концов потерял мужество и предал своего кузена. А главное, что все это с недавнего времени подтверждается рассекреченными архивами ряда стран – Англии, России, Франции и Германии.

Интересы Британской империи – превыше всего!

Королевский дом далеко не всегда был уважаем и любим в Британии. Что бы на этот счет ни писали тамошние монархисты. Известный историк Дэвид Старки, например, утверждает, что на протяжении почти всего XVIII и начала XIX века английские короли были крайне непопулярны. Их не только не любили – над ними посмеивались.

Невероятно, но факт – кончину Георга IV в 1830 году газета «Таймс» отметила таким издевательским пассажем: «Еще никогда о потере какой-либо персоны соотечественники не сожалели меньше, чем о смерти этого короля. Разве были глаза, пролившие слезы? Разве было сердце, сжавшееся от горя?»

И это не о каком-нибудь пьянице или развратнике написано. Это о главе государства, о монархе речь!

63-летнее правление королевы Виктории, продолжавшееся до 1901 года, вернуло было британской монархии утерянный авторитет. Над королевой не смеялись, ей даже сочувствовали. Особенно когда она рано потеряла своего любимого мужа Альберта. И тем не менее суверен по-прежнему оставался «дворцовым животным», говорившим по-английски с сильным немецким акцентом и плохо представляющим себе жизнь британской улицы.

Первым ломать глухие стены между Букингемским дворцом и рядовыми британцами начал внук Виктории, король Георг V. Этот хмурый человек, обожавший военную дисциплину, охоту и собиравший марки, отнюдь не слыл интеллектуалом. Тем не менее именно он острее других почувствовал опасности, начинавшие угрожать существованию монархии. Набиравшее силу рабочее движение добивалось расширения своих прав. Вирус социализма в виде депутатов-лейбористов проник в парламент. Левые либералы открыто выступали за выборную власть.

Под давлением этих угроз король стал совершать поступки, которые его предшественникам показались бы невозможными. Он начал посещать угольные шахты и промышленные предприятия, разговаривать с рабочими, пить с ними чай и слушать. Внимательно слушать то, о чем толковал простой люд. Его жена Мэри вела активную благотворительную работу, постоянно ездила в больницы, приюты, дома престарелых.

В 1917 году, в разгар антигерманской кампании, охватившей Британию, Георг порвал все связи своей семьи с ее немецкими корнями. Так ровно 100 лет назад вместо Саксен-Кобург-Готской династии в Британии появилась династия Виндзоров.

Принцам и принцессам дома Виндзоров, которых раньше обязывали вступать в брак исключительно с отпрысками немецких династий, было рекомендовано обратить свое внимание на британских невест и женихов. День издания этого декрета – 17 июля – король назвал в своем дневнике «историческим». Немецкая монархическая династия превратилась в «британскую королевскую семью».

Ради сохранения этой семьи король готов был даже на личные жертвы.

Георг V оказался в очень непростой политической ситуации. Российский император был слишком непопулярен в Британии, особенно в левых кругах. Пропаганда превратила его в «Николая Кровавого», в деспота и тирана, репрессирующего политических оппонентов.

Рамсей Макдональд – первый социалист, премьер Великобритании (1924)

В то время у власти в стране было либеральное правительство Ллойд Джорджа, опиравшееся на левые круги. Оно посчитало, что присутствие российского императора в Англии бросит тень на британскую монархию. На Георга V было оказано сильнейшее давление с целью отозвать приглашение в Англию Николаю и его семье.

Британский монарх, в отличие от российского, не обладал самодержавной прерогативой. Он обязан был в силу конституционного статуса следовать советам правительства. С тяжелым сердцем Георг вынужден был пойти на уступки и аннулировать приглашение.

Среди историков бытует мнение, что после долгих колебаний Георг все-таки не решился вывезти своего горячо любимого кузена Николая II и его семью из России. Боялся протестов со стороны рабочих и профсоюзов, которые тогда симпатизировали большевикам.

Когда в 1924 году на всеобщих выборах в стране победили лейбористы, Георг не высказал никаких возражений по этому поводу. И весьма приветливо принял у себя во дворце нового премьер-министра. Это убедило и власть, и лейбористов в том, что для проведения социалистических преобразований совсем не обязательно отказываться от монархии.

Сто лет спустя все так же бесконечно продолжается спор: прав ли был Георг V, защищая не брата, а интересы короны? У каждого на этот счет есть свой ответ.

Николай II оказался слишком слаб из-за привязанности к жене и детям и зависимости от них. Для него благополучие родных было главной непреходящей заботой.

Абсолютная власть монарха-самодержца, казалось, давала ему возможность оставаться при этом полноправным наместником бога на земле. Для многих его путь и вера были и остаются примером благочестия и верности в жизни.

Георг V не обладал всей полнотой государственной власти. Ее ограничивали полномочия избранников народа в парламенте страны. Он должен был сотрудничать с правительством, которое утверждал, но не назначал. Эти рамки заставляли его познавать и овладевать искусством государственного управления как для сохранения собственной власти, так и для блага народа, которому он служил сувереном. Личное здесь неизбежно отступало перед государственным. А чувственные переживания – перед рассудком.

Может быть, поэтому тогда, 100 лет назад, самодержавие не устояло, а конституционная монархия сохранила корону.

Однако в драматической судьбе последнего русского царя его отношения с Георгом V сыграли хоть и важную, но не самую главную роль. За династией Виндзоров в российско-британском противоборстве стояли крупный финансовый капитал и спецслужбы. Их приоритетной геополитической задачей – как тогда, так и сейчас – оставалось и остается ослабление России.

Для этих сил ликвидация российской монархии и империи означала слом всего государственного устройства России, расчленение великой и могущественной державы. Она наносила сильнейший удар по главному геополитическому сопернику и конкуренту Великобритании в мире.

О том, как работали британские властные структуры и ее разведка против как русского царя, так и большевиков, но в собственных корыстных интересах, пойдет речь в следующем рассказе. К нему в последние годы добавились новые сенсационные сведения из найденных и рассекреченных архивных материалов.

Английский шпион в стане большевиков

Об этом шпионе мы не знали почти 90 лет. Англичане раскрыли его досье лишь в конце нулевых годов – к 100-летию своей разведки. Рассекреченные архивные материалы британских спецслужб однозначно свидетельствуют о том, что с 1917 года в самое сердце большевистской революции был внедрен кадровый офицер Секретной службы Его Величества – агент S76 – Артур Митчелл Рэнсом. Он тесно общался с Лениным и Бухариным, жил в одной квартире с Карлом Радеком, работал на ЦК большевиков в Смольном, был в любовных отношениях с помощницей Льва Троцкого Евгенией Шелепиной и выполнял с ней на пару секретные задания лидеров Октябрьской революции. Ему доверяли лидеры большевиков. Его побаивались руководители британской разведки, кое-кто считал, что он ведет двойную игру.

Так чьим же агентом он бы и на кого на самом деле работал?

Я узнал об этом необыкновенном человеке в середине 80-х. Из архивных материалов Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Тогда, в первые горбачевские годы, по поручению Старой площади (международного отдела ЦК) я был на связи в Лондоне с одним из известных британских марксистов Ральфом Милибандом. Кстати сказать, много позднее его дети, так называемые «Милибойз» Дэвид и Эд Милибанды, стали лидерами лейбористской партии Великобритании.

Агент британской разведки Артур Рэнсом

Так вот, среди большевистских архивов о британцах, участвовавших в Октябрьской революции, я, помимо прочего, наткнулся (к немалому своему удивлению) на имя Артура Рэнсома. Мне он тогда был известен совсем в иной ипостаси – как популярный английский писатель. В Британии, между прочим, его буквально обожают все дети. А герои его книг – детвора, ходившая под парусом «Ласточек» и «Амазонок», – пожалуй, не менее знаменита среди английских подростков, чем у нас в стране персонажи Аркадия Гайдара – легендарные Тимур и его команда или Мальчиш Кибальчиш.

Насколько мне известно, даже знатные особы британской королевской крови – сама королева Елизавета I, например, – в свое время зачитывались книжками Артура Рэнсома. Их взахлеб проглатывали в детские годы ее будущий супруг, принц Филипп, и ее сын принц Чарльз. Как, впрочем, и ее невестка леди Диана, и ее внуки принцы Уильям и Гарри. А придет время, ими будут зачитываться и правнуки.

Из материалов партийного архива следовало, что товарищ Рэнсом в революционные для России годы был на особом счету у руководителей большевиков. Как и американец Джон Рид, он пользовался абсолютным доверием не только Троцкого, с которым виделся чуть ли не каждый день, но и Ленина и многих других вершителей Октябрьской революции. Исключение составлял, пожалуй, лишь товарищ Сталин. С ним у Рэнсома отношения не сложились. Будущий «кормчий» не доверял англичанину. Но не Сталин делал тогда погоду в стране большевиков, а Ленин с Троцким. А они в «британце с моржовыми усами» души не чаяли. Особенно Лев Давыдович. У него с Артуром Рэнсомом сложились особые и весьма доверительные отношения. С весны 17-го года, когда Троцкий вернулся в Россию из эмиграции.

О работе Рэнсома на британскую разведку в партийных архивах не было ни слова. Ну а тайные закрома Лубянки на эту тему закрыты и по сей день…

Но вернемся в революционную Россию к судьбоносным событиям грозового 17-го года.

Американский десант

В мае 17-го, чуть позже Ленина, с подачи англичан из эмиграции вернулся Троцкий и его многочисленная команда.

Эту поездку через океан, как известно, организовала резидентура МИ-6 в США в соответствии с планом ее руководителя Уильяма Вайзмана. Поэтому прежде чем перейти к рассказу о работе агента S76, было бы целесообразно напомнить о том, с чего началась операция англичан, кто и как инициировал разработку Троцкого.

В феврале 1917 года шеф британской разведки Мэнсфилд Камминг получил от своего новоиспеченного резидента в США баронета сэра Уильяма Вайзмана шифровку, в которой, в частности, говорилось, что «новой “звездой” на собраниях политических эмигрантов в Нью-Йорке стал недавно приехавший русский революционер-социалист Леон Троцкий, который, как считают, по национальности немец. Он призывает к свержению нового русского правительства и разжиганию революций в Англии и Германии».

На полях документа возле слова «немец» шеф МИ-6 оставил пометку своими фирменными зелеными чернилами «no» («нет»). И дал указание ознакомить с шифровкой сотрудников, работавших на российском направлении. В первую очередь главу английской военной миссии, недавно вернувшейся из России, лорда Милнера. Именно с этой шифровки и началась работа МИ-6 с Львом Троцким, поначалу в Америке.

Сэр Уильям Вайзман (1885–1962)

Подполковник и резидент МИ-6 в Нью-Йорке сэр Уильям Вайзман был весьма любопытной фигурой в британской разведке. Наследственный аристократ еврейского происхождения в 10-м поколении, известный финансист и банкир, возглавлявший крупные инвестиционные компании в Англии и США, он был неординарным разведчиком. В числе его друзей, например, был шеф германской разведки Макс Варбург (!), также еврей по национальности. Кроме того, сэр Уильям был на дружеской ноге с братом Макса Варбурга – Паулем, возглавлявшим Федеральный резерв США, ключевую финансовую структуру этой страны (!).

В то же время решением лондонского руководства он был уполномочен осуществлять непосредственные регулярные контакты с Президентом США Вудро Вильсоном и его специальным помощником полковником Эдвардом Хаусом. Они даже отпуск проводили вместе! Не он ли уговорил руководство США вступить в Первую мировую войну на стороне Антанты? Правда, на финальной ее стадии, когда исход противостояния уже был предрешен. Все это свидетельствовало о высоком положении британского разведчика в Соединенных Штатах не только в политической и военной, но и в финансовой сферах.

Эти факты еще тогда, столетие назад, давали основание полагать, что работа сэра Уильяма в британской разведке шла вразрез с принятыми в спецслужбах нормами внутренней безопасности. Но Мэнсфилд Камминг закрывал на это глаза. Ведь результаты работы его протеже превосходили любые ожидания официального Лондона. Покровительство начальства позволило сэру Уильяму вести успешную многовекторную игру, используя свое служебное положение в личных интересах. Эти интересы касались не только семейных финансовых дел, но и политических задач мирового сионистского руководства.

И вот именно этому человеку британская разведка поручила в феврале 1917 года взять в разработку «немца» Леона Троцкого.

Амнистия для революции

В первый же месяц своего правления в России 18 марта 1917 года Временное правительство во главе с его министром-председателем князем Георгием Евгеньевичем Львовым приняло постановление об амнистии политэмигрантам. Его первый пункт гласил: «Полная и немедленная амнистия по всем делам политическим и религиозным, в том числе террористическим покушениям, военным восстаниям и аграрным преступлениям и т. д.».

«Временные», что называется, собственной рукой открыли ящик Пандоры. Пригласив революционеров всех мастей – большевиков, меньшевиков, эсеров и прочих – вернуться в «свободную» Россию … для свержения Временного правительства. Не поспеши они тогда с этим решением об амнистии, и кто знает, как сложилась бы история 17-го года, да и всего ХХ столетия.

В лондонскую штаб-квартиру МИ-6 тогда пришла любопытная шифровка из Берна от агента SW5. В ней сообщалось, что «40 русских революционеров, фанатически преданных Ленину, и он сам отбыли в опломбированном вагоне поезда через Германию в Россию. Разрешение на проезд было выдано немецким правительством в обмен на личные гарантии Ленина, что все 40 его попутчиков выступают за немедленный мир с Германией». Далее в своем донесении агент SW5 утверждал, что «Ленин и его последователи не представляют никакой угрозы и абсолютно безвредны. Их партия – это незначительная политическая сила. Их взгляды экономически несостоятельны и ограничены».

Оценка, очевидно, некомпетентная. Но сама развединформация из Берна достоверная. Ее подтверждают документы из немецких архивов. Февральская революция вдохновила немцев. Ведь возникла реальная возможность вывода России из войны и после этого – решительной победы на Западе.

Официальный Лондон и британскую разведку в ту пору мучила одна головная боль: «Как не допустить выхода России из войны?» Тот же лорд Милнер после поездки в Петроград в начале 1917 года вернулся с тягостным предчувствием смуты в России и невозможности продолжения ею войны с Германией. Пришедшее к власти после отречения царя Временное правительство не внушало союзникам доверия в плане возможности контролировать обстановку в армии и стране в целом. Информация о подрывной работе в России германской разведки и финансировании Берлином революционной смуты тоже вызывала тревогу у британского руководства.

Успешно проведенная в канун 1917 года операция питерской резидентуры МИ-6 под кодовым названием «Темная сила» – операция по ликвидации старца Григория Распутина – не сняла всех озабоченностей Лондона в связи с возможным выходом России из войны. Хотя победная реляция резидента британской разведки в Петрограде Сэмюеля хора королю Георгу V была с удовлетворением встречена как в Букингемском дворце, так и на Даунинг-стрит, 10. Вот что написал полковник Хор Его Величеству: «Это преступление своим влиянием затмит устоявшиеся моральные принципы, а своим результатом изменит ход истории на целое поколение».

Нужны были новые решительные действия для обеспечения невыхода России из войны с Германией.

Уловка МИ-6

Тогда у Мэнсфилда Камминга созрел план, заимствованный у его коллеги, шефа германской разведки Макса Варбурга. В его разработке он исходил из того, что Троцкий выступает (в отличие от Ленина) за продолжение войны с Германией до победного конца. Этот посыл, на его взгляд, открывал возможность для активного противодействия Ленину, если с Троцким удастся договориться. Пока он готовил инструкции для Вайзмана, Берлин наращивал усилия по реализации своего плана.

Известный британский экономист Энтони Саттон в книге «Уолл-стрит и большевистская революция» утверждал, что «Октябрьский переворот в России был совершен на деньги и чуть ли не под контролем американских банкиров».

В рассекреченных архивных материалах Франции, Германии и Великобритании рядом с именем Троцкого нередко всплывает имя американского банкира с немецко-еврейскими корнями Джекоба Шиффа. В 1917 году он стоял во главе одного из самых крупных инвестиционных банков Соединенных Штатов Kuhn, Loeb & Co, второго по величине после всемирно известного банка J. P. Morgan & Co. Западные историки утверждают, что именно Шифф передал Троцкому миллионы долларов на большевистскую революцию.

Шифф был известен в России и за рубежом как ярый противник самодержавия. Он ненавидел Николая II и его режим, в первую очередь за политику в отношении евреев. Троцкий стал его главным политическим проектом.

Вайзман знал об этом, внедрив в Нью-Йорке в окружение Троцкого своих агентов. Резидент МИ-6 в ответ на задание Камминга предложил лондонскому центру амбициозный и хитроумный план. План пропагандистской кампании с целью не допустить выхода России из войны.

В переписке с шефом он изложил суть задуманной операции. Вайзман предложил отправить с Троцким в Россию значительную группу находившихся в США революционеров, активно выступавших за продолжение войны с Германией – «войны за торжество свободы и демократии в противовес идеям пацифистов».

Эта операция должна была стать «американской». Заокеанская, а не британская инициатива, по мнению Вайзмана, сохраняла «большую степень доверия среди революционных масс России».

Он считал, что из задуманного им плана не должны торчать британские уши. В России и без того хватало англофобии. Раздавались вопросы: «За что воюем?!» Население страны не желало больше проливать кровь за чужие интересы. Америка оставалась тогда нейтральной и воспринималась как дружественная страна.

Согласование плана Вайзмана с высшим руководством Англии и США не заняло много времени. Британскому министру иностранных дел Артуру Балфуру и советнику американского президента полковнику Эдварду Хаусу план однозначно понравился.

«Вишенкой» для этой операции стала еще одна задумка Вайзмана. Он предложил во время остановки судна с политэмигрантами в Канаде задержать Троцкого на несколько дней по подозрению в вывозе из США крупной суммы денег, якобы выданной ему Германией на ведение пацифистской пропаганды в России. Плюс организовать утечку этой информации в мировую печать, чтобы Троцкого заклеймили как немецкого шпиона. Такой ход отлично камуфлировал истинные намерения и дальнейшую работу Троцкого по недопущению мира с Германией.

Проект Вайзмана был успешно осуществлен. 27 марта из Нью-Йорка отчалило норвежское судно курсом на Берген. На его борту находилось более 250 революционеров, сторонников Троцкого. Самого же Льва Давыдовича в канадском Галифаксе высадили с корабля и отправили в лагерь для перемещенных лиц, где он пробыл несколько дней. А затем был отпущен и продолжил путешествие, пока наконец не оказался в Питере. Там операцию Вайзмана успешно продолжил другой агент британской разведки – Артур Рэнсом, с которого я и начал свой рассказ. Вернемся же к этому персонажу.

Знакомьтесь – агент S76

Рэнсом приехал в Россию в предвоенном 13-м году для работы в качестве корреспондента известной английской газеты «Дейли ньюс», владельцем которой была известная шоколадная компания Джона Кэдбери, созданная еще в 1824 году. Долгие годы сведения о его работе в России были довольно скупыми.

В XXI столетии после рассекречивания досье агента S76, покоившегося в Национальном британском архиве в Кью, о его тайных делах стало известно много больше. Сразу две книги вышли в 2010 году – сначала Хью Брогана, а затем Роланда Чамберса, написанные о жизни Артура Рэнсома. Кто знает английский, почитайте. Будет интересно.

Обложки книг Хью Броана и Роланда Чамберса об Артуре Рэнсоме

Молодой Рэнсом приехал в Россию вполне гражданским человеком, не связанным ни с одной спецслужбой. Его интересовали русские сказки. И он собирался выучить на месте русский язык и перевести на английский еще неизвестные британским детям, но прекрасные и любимые им русские народные сказки.

Была и еще одна причина приезда Рэнсома в Россию. Очень личная и мало кому известная. Его супруга Айви сошла с ума. Наследственный недуг испортил жизнь Артура на родине. И он подался в заморские края.

Так за год до начала Первой мировой войны он оказался в Москве. На ходу учился русскому языку, писал корреспонденции в Лондон и переводил русские сказки на английский язык. Общительность, открытость и доброжелательность молодого джентльмена снискали ему известность в кругах российской столичной интеллигенции. Он оброс связями, в том числе и в политических кругах. Вскоре разгорелся пожар мировой войны, и Россия с Англией в ней были союзниками.

Артур Рэнсом на подножке поезда. Вологда, 1918 г.

Британец прекрасно умел завоевывать сердца окружавших его людей. Возможно, именно это качество привлекло к нему внимание вездесущей британской разведки. Но главная мотивация вербовщиков от разведки состояла все же в другом. Рэнсом в первые же годы пребывания в России сблизился со многими представителями левого движения, выступавшими за выход России из империалистической войны. Эта тема больше всего волновала Лондон. А связи и контакты Рэнсома в России позволяли британской разведке иметь прекрасного осведомителя о планах и замыслах российских революционеров.

В среде левой интеллигенции в Москве и Питере Рэнсом стал популярен не в последнюю очередь и потому, что он сам и его родители были близко знакомы с известным русским анархистом князем Петром Кропоткиным.

Во время своего многолетнего пребывания в Лондоне князь нередко бывал гостем семьи Рэнсомов. А юному Артуру даже уделял особое внимание, делясь с ним взглядами на несправедливость мироустройства и необходимость революционных преобразований в мире. Рэнсом впоследствии охотно делился с новыми друзьями в России воспоминаниями о тех встречах с апостолом мирового анархизма. Что, естественно, способствовало росту его популярности в революционных кругах.

Артур вырос в семье, где столкнулись различия в политических взглядах его родителей. Отец, профессор-историк в Университете Лидса, придерживался консервативных взглядов. Мать, домохозяйка, была активной феминисткой и отстаивала либеральные позиции. В семье нередко случались политические диспуты, сталкивались различные мнения друзей и знакомых Рэнсомов. Юному Артуру это было бесконечно интересно. Он рос любознательным и пытливым мальчиком. Возможно, поэтому российские революционеры, их взгляды и дела так живо заинтересовали его во время журналистской, а затем и разведывательной работы в Москве и Петрограде.

Британец получил неплохое, хотя и неполное образование. Сначала в двух частных школах – Уиндермир и Рагби. В последней он жил в комнате, где до него обитала будущая знаменитая коллега Артура по перу писательница Льюис Кэрролл, создавшая замечательную сагу о приключениях Алисы в Стране чудес.

Затем, следуя завету рано ушедшего из жизни отца, он поступил в Йоркширский колледж, чтобы стать химиком. Но им так и не стал, потому что увлекся литературой, бросил учебу и стал клерком в одном из лондонских издательств. Там он получил первый литературный заказ – написать биографическую книгу об Оскаре Уайльде. Книга удалась. Поучилась честной, интересной, талантливо написанной. Она быстро стала бестселлером. Но разразился нешуточный скандал. Артур был обвинен в клевете и привлечен к суду по иску лорда Альфреда Дугласа, в прошлом любовника Оскара Уайльда и виновника крушения его карьеры.

Иск с треском провалился. Суд признал Рэнсома невиновным. Карьера молодого литератора пошла вверх. Артур устроился в газету. Отправился ее корреспондентом в Россию. После успешного старта на него обратила внимание Секретная служба Его Величества. Рэнсома пригласил для знакомства некий Клиффорд Шарп. Он договорился о сотрудничестве с журналистом. Попросил его писать ему о России максимально объективно, поскольку именно объективности не хватало в работе других журналистов, рассказывавших тогда о том, что происходило в большой и непонятной России.

Рэнсом, естественно, заверил мистера Шарпа в том, что никогда не поступался и впредь не намерен поступаться принципами. И тем самым для начала фактически дал согласие информировать не только свою газету, но и британскую разведку о событиях в России. Так писатель и журналист Артур Рэнсом стал еще и информатором британских спецслужб. Но главная работа была еще впереди.

Русские горки

А начало оказалось многообещающим. Статьи корреспондента «Дейли ньюс» проходили на «ура». Вышла в авторском переводе на английский и книга русских сказок.

В 1916 году британская разведка на пару с правительством страны затеяла создание новой легальной разведрезидентуры в России под вывеской Британского бюро пропаганды.

В его задачу вменялась не столько антигерманская пропаганда, сколько сбор разведывательной информации в России.

Руководителем бюро в Питере был назначен Артур Рэнсом, а в Москве им стал английский консул и по совместительству шпион Брюс Локкарт. Тот самый, которого два года спустя вышлют из Советской России за организацию заговора с целью свержения большевистской власти.

Так информатор Рэнсом стал кадровым сотрудником британской разведки, агентом S76. И оставался им более двух десятков лет, вплоть до отставки в 1937 году.

В связи с высоким назначением Артур Рэнсом был вызван в Лондон. Предстояли встречи с руководством разведки и МИДа, куда он был вызван для доклада о положении в России. Его тезка, новоиспеченный министр иностранных дел, лорд Артур Бальфур поинтересовался личным мнением Рэнсома о делах в России. Тот ответил, что, на его взгляд, следующий год в России будет годом больших перемен. Он не ошибся.

Первым руководителем Рэнсома в делах британской разведки в России стал шеф Военной миссии Великобритании в Петрограде, а по совместительству резидент британской разведки в России полковник Сэмюель Хор. Его, правда, вскоре отзовут из Петрограда, наградят и повысят в звании. А на его место пришлют резидента МИ-6 из Женевы Сомерсета Моэма, знаменитого английского писателя.

Его служба в МИ-6 долгие годы скрывалась, как и работа на разведку Артура Рэнсома.

Спецоперациями в Советской России после Октябрьской революции Лондон поручит заниматься английскому консулу и опять же по совместительству шпиону – сэру Брюсу Локкарту. Этот прожженный авантюрист так характеризовал нашего героя:

«Рэнсом напоминал Дон Кихота с усами моржа. Он был сентиментален, надежен и умен, но умен как-то по-детски. Вообще, он был очень добрый и романтичный, и гораздо интересней, чем его книги».

Рэнсом приветствовал Февральскую революцию, так как полагал, что Россия удвоит свои старания на фронте против Германии. В своих донесениях в Лондон он призвал руководство страны поддержать правительство князя Львова, ставшего во главе Временного правительства. В ту пору Рэнсом стал регулярно посещать заседания Петербургского Совета рабочих и солдатских депутатов и сблизился с большевиками.

Брюс Локкарт

Во время его кратковременного возвращения по болезни домой в ноябре 17-го года он познакомился с агентом большевиков в Лондоне Теодором Ротштейном. Тот отправил его с рекомендательным письмом в Стокгольм к шефу заграничного бюро ЦК РСДРП Вацлаву Воровскому. А тот, познакомившись с Рэнсомом, рекомендовал его Троцкому. Более того, он вместе с Максимом Литвиновым (будущим послом СССР в Англии) фактически вернулся в Россию через финскую границу в конце 1917 года. И буквально сразу же по возвращении в Питер Рэнсома принял и дал ему интервью в Смольном Лев Троцкий. Затем они будут встречаться чуть ли не ежедневно. Одной из причин этого станет помощница Троцкого – Евгения Петровна Шелепина.

«Big lady»

Она была высокой (190 см ростом) и красивой, его любовь с первого взгляда – Женечка Шелепина. Он ласково именовал ее «my big lady» – моя большая леди. А она называла его по-домашнему – мой Артюша.

Помощница Троцкого была дочкой надворного советника Петра Ивановича Шелепина, смотрителя Гатчинского императорского госпиталя. Хотя сама она уверяла коллег по партии, что ее отец родился крепостным, а работал садовником в Гатчине.

Евгения Петровна Шелепина (1894–1975)

Женечка с юных лет благоволила революционерам, увлекалась марксизмом. До Октября 17-го успела побывать и в меньшевиках, и в большевиках. В плане образования у нее за плечами был курс гимназии и занятия стенографией. Но этого оказалось достаточно, чтобы поработать сначала секретаршей в министерстве торговли. А через месяц после Октябрьской революции она с сестрой Ираидой поступила в новое министерство труда. Большевики оценили ее секретарские навыки, но более всего – ее членство в партии. А вскоре Карл Радек предложил ей стать помощницей Троцкого.

Кроме замечательной внешности, товарищ Шелепина была весьма предприимчива и умна. Нарком иностранных дел Троцкий жил тогда в своей приемной в Смольном, спал в углу комнаты, за ширмой. Женечка, как могла, пыталась создать ему уют. Ездила с матросами за мебелью, с дочерью Троцкого приносила ему обед и ужин из столовой на первом этаже. Да что там обеды, по мнению Троцкого, она вообще в ту пору практически ведала всеми делами наркомата.

Женечка дорожила своей работой. В ту трудную пору она позволяла ей не думать о хлебе насущном. В столовке Смольного всегда было чем перекусить.

Рэнсом влюбился в свою «big lady» всерьез и на всю жизнь. Да и она ответила ему взаимностью. Они начали встречаться, Рэнсом стал своим человеком в Смольном. Подружился с шефом Женечки – всемогущим тогда и популярным среди революционеров всех мастей Львом Троцким.

Британец получил доступ к самым именитым представителям новой власти. Все большевики, с которыми он встречался, отмечали его идеализм и видели в нем союзника. Мало кто из иностранных журналистов той поры мог донести до читателей за рубежом правду о лидерах большевиков и новой жизни Страны Советов. Артур Рэнсом – мог.

Самые теплые отношения у Рэнсома сложились с Троцким и Радеком. Они отвечали за отношения новой российской власти с Западом, за информационно-пропагандистское обеспечение благоприятного развития этих отношений. Британец помогал им в этом деле.

Радек даже написал как-то в «Правде» колонку о Рэнсоме. Там есть такие слова:

«Артур Ренсом не коммунист. Он вообще не политик… Нам придется, наверно, не раз еще полемизировать с Ренсомом, ибо он защищает интересы Англии, но русские народные массы не забудут этого честного публициста, который стоял на их стороне в момент тягчайших опасностей, им угрожавших».

Рэнсом на высокие похвалы и лестную оценку его участия отвечает деловым сотрудничеством и верностью при любых обстоятельствах. После провала левоэсеровского мятежа по поручению Ленина он вместе с Радеком отправляется в Вологду, куда бежали из столицы иностранные послы, чтобы уговорить их вернуться. И поставленная задача была выполнена!

Вместе с тем же Карлом Радеком он участвует в разборке секретного архива Министерства иностранных дел для публикации тайных договоров царского и Временного правительств. Помогая большевикам в этом деле, он получает доступ к государственным секретам. Корреспонденции Рэнсома теперь ценятся буквально на вес золота, что отмечает в своих донесениях посол Великобритании сэр Джордж Бьюкенен. Довольны им и в Лондоне. Агент S76 успешно ведет свою работу.

Этой работы было тогда невероятно много, но встречи Артюши и Женечки оставались главным и безусловным приоритетом. Ну а когда товарищ Шелепина получила новое назначение и уехала в Стокгольм, чтобы стать секретарем личного представителя Троцкого, дипломата Максима Литвинова, Рэнсом сделал все для того, чтобы последовать за ней, а потом вместе вернуться в Россию.

И снова пошли встречи с Троцким и Лениным, круг его знакомых и друзей постоянно рос. И вот уже в этом кругу появился «Бухарчик» – Николай Бухарин, которого Рэнсом считал «самым интересным собеседником из всех большевистских деятелей».

«Убрать Ленина, оставить Троцкого!»

Перед новым резидентом МИ-6 в России Сомерсетом Моэмом Лондон ставит очередную задачу: ликвидировать Ленина, но оставить Троцкого. Из такой постановки задачи неизбежен был вывод о том, что Ленин Англии мешал, а Троцкий – нет. Скорее всего, из-за позиции в отношении продолжения или прекращения участия России в мировой империалистической войне.

Как известно, на переговорах в Брест-Литовске с немцами в марте 1918 года Троцкий решительно отказался подписывать сепаратный мир с Германией.

Но, схлестнувшись по этому вопросу с Лениным, проиграл схватку. Кабальный Брестский мир с немцами большевиками был подписан. Этот невыгодный для Лондона итог переговоров с Германией и побудил Лондон к крайним мерам в отношении лидера большевиков. МИ-6 немедленно приступила к реализации поставленной задачи. Резидент британской разведки в Советской России Сомерсет Моэм по приказу шефа МИ-6 Камминга готовил операцию по устранению Ленина.

Плакаты «за» и «против» войны

Спецагент МИ-6 Пол Дюкес по задумке организаторов операции стал любовником одной из партийных подруг Ильича. Он должен был убедить ее убить вождя. Но что-то пошло не так. План Моэма оказался проваленным, в отличие от распутинского дела его предшественника Сэмюеля Хора. Моэма отозвали из России.

С позором провалился и план Брюса Локкарта. Его выдворили из России.

До Ленина на расстояние выстрела добралась, как известно, лишь полуслепая эсеровка Фанни Каплан, но и она убить вождя большевиков не смогла. Ильич выжил. И еще 6 лет, слабеющий, но живой, оставался в строю.

У разведки Его Величества появился новый резидент, но и с ним не закончились новые провалы. У всех по-прежнему на памяти операция «Трест», «Заговор послов», арест «короля шпионов» Сиднея Рейли. Полоса успехов британской разведки в России неожиданно превратилась в череду неудач.

Можно и нужно отдать в этом должное молодой, но изощренной и талантливой контрразведке Советской России. Но нельзя, наверное, забывать и о ее добровольных помощниках из многих стран мира, в том числе из Великобритании. Артур Рэнсом был одним из таких помощников. Пусть он формально работал на МИ-6, но на деле он принес значительно больше пользы советской власти, чем вреда.

Так или иначе, рассекреченные архивы дают нам лишь часть информации. Закрытых материалов спецслужб даже через 100 лет после Октябрьской революции остается много больше, чем открытых. Разведка и контрразведка держат на замке свои секреты.

В Национальном архиве в Кью, к сожалению, не найти рассекреченными материалов МИ-6 о том, как руководство британской разведки предполагало использовать агента S76 для ликвидации Ленина. Нет в открытом доступе материалов секретных инструкций по использованию Шелепиной в операции по устранению лидера большевиков. Не найти также материалов о причинах необъяснимой на первый взгляд «любви» британских спецслужб к Троцкому и стремления сохранить его у власти. Здесь, на мой взгляд, неизбежно вплывает история упомянутой выше секретной операции резидента МИ-6 в США полковника Вайзмана, нацеленная на возвращение Троцкого в Россию в марте 17-го года. Но это все же отдельная история, заслуживающая специального изучения и анализа.

Однако фактов для анализа пока немного. На поверхности остаются лишь версии историков. Не будучи подкрепленными документально, они и остаются лишь версиями. Но налицо непреложный факт – наши заклятые друзья англосаксы сами заподозрили Рэнсома в предательстве и двойной игре, сами обвинили его в срыве важнейших операций в России. Правда, случилось это совсем недавно.

Только в последнее время британская сторона официально признала, что Артур Рэнсом, скорее всего, был двойным агентом и работал не только на англичан, но и на русских. Вот заключение на этот счет ведущего «придворного» историка английских спецслужб профессора Кристофера Эндрю:

«К Артуру Рэнсому обращались обе стороны – и английская, и большевики. На какой стороне был он сам? Я не считаю, что споры об этом окончены».

С бриллиантами за миром

В октябре 1919 года Артур Рэнсом оказался в Эстонии. Эта прибалтийская страна тогда находилась в состоянии войны с Советской Россией, но стремилась к миру. Чтобы покончить с войной, эстонский премьер-министр Антс Пиип, зная о тесных связях британца с большевиками, попросил его тайно переправить в Москву предложение о мире. Устное – потому что западные страны, «опекавшие» Эстонию, были категорически против подобного пораженчества. А Эстония хотела поставить их перед свершившимся фактом. Надо было лишь довести эту инициативу до сведения Совета народных комиссаров. Западные державы, естественно, никакого мира не ожидали. Не желала его и Англия. Но Рэнсом взялся осуществить эту секретную миссию.

Границу пересек пешком. Позже он вспоминал:

«Люди бежали из России, а я шел в противоположном направлении. Это было подозрительно. Но я надеялся, что никто не будет стрелять в худого усатого мужчину, беспечно курящего трубку, всех вещей у которого – портативная пишущая машинка».

Расчет оказался верным: эстонские пограничники его пропустили, а красноармейцы, хотя поначалу заподозрили в нем шпиона, узнав, кого он числит в своих друзьях, еще и помогли добраться до Петрограда. А потом и до Москвы.

Домик Рэнсомов в Озерном краю

Там Рэнсом встретился с наркомом иностранных дел Максимом Литвиновым и передал ему предложение эстонского правительства. Оно без проволочек было принято.

Теперь ему предстоял обратный путь. И он решил забрать с собой Женечку, тем самым вывезти ее за границу, где было и спокойнее, и безопаснее. Он вытребовал это разрешение. Но в оплату за свободу товарищу Шелепиной предстояло провезти на себе за кордон (в швах пальто и под подкладкой) бриллианты и жемчуга на миллион рублей. Деньги надо было передать товарищам-революционерам в Ревеле для последующей передачи в Коминтерн на нужды мировой революции.

Задание Москвы было успешно выполнено. Передача ценностей прошла успешно, хотя и не без сложностей, поскольку Ревель был наводнен шпионами всех мастей. На этой секретной миссии работа агента S76 в России была завершена.

Поговаривают, что большевики и в дальнейшем собирались использовать Артура Рэнсома в качестве курьера. Но не сложилось… Британца было решено оставить в покое. В 1924 году Артур и Евгения поженились. Можно было возвращаться в Англию. По прибытии в Лондон в столице они не задержались, а отправились в Озерный край, где купили небольшой приземистый домик. Рэнсом стал работать над детскими книжками и периодически писал для «Манчестер Гардиан», газеты, где у него была колонка. Правда, писал он все чаще о рыбалке и яхтах и все реже – о политике. О России он вообще старался не вспоминать.

Когда же в СССР начались сталинские репрессии, когда один за другим его бывшие товарищи и знакомые объявлялись «врагами народа», он решил забыть о России навсегда.

Могила Женечки и Артюши

В 1936 году Артур Рэнсом был награжден медалью Карнеги за достижения на литературном поприще. А в 1949-м был признан самым популярным детским писателем Великобритании. В 53-м он становится Почетным доктором литературы Лидского университета.

Его не стало в 1967 году в больнице Манчестера. Женечка продала их коттедж с видом на озеро и переехала жить в дом престарелых.

В 1971 году она неожиданно посетила Москву, чтобы повидаться со своими сестрами Ираидой и Серафимой. Несколько дней Евгения Петровна Рэнсом провела в их двухкомнатной московской квартире у Красных ворот. О своем революционном прошлом Евгения Петровна помалкивала всю свою жизнь. Женечка пережила своего супруга на 6 лет. И упокоилась рядом с его могилой.

Книги Артура Рэнсома в Советском Союзе не переводились как «идеологически невнятные». О его революционной работе на большевиков тоже ничего не писали. Если б МИ-6 не рассекретила кое-что из секретного досье агента S76, мы, возможно, и не узнали бы эту историю.

Отрывки из книги Артура Рэнсома «6 недель в России» (1919)

«Ленин поразил меня своим жизнелюбием. Я не мог вспомнить ни одного человека похожего калибра, обладающего таким же радостным темпераментом. Этот невысокий, лысый, морщинистый человек, качающийся на стуле то в одну сторону, то в другую, смеющийся над той или иной шуткой, в любой момент готов дать серьезный совет любому, кто прервет его, чтобы задать вопрос, – совет настолько хорошо обоснованный, что для его последователей он имеет гораздо большую побудительную силу, чем любые приказы; все его морщины – от смеха, а не от беспокойства…

Дзержинский, этот худой, вытянутый человек с лицом фанатика, напоминающим о традиционных изображениях святого Франциска, ужас контрреволюционеров и прочих преступников, – очень плохой оратор. Он смотрит куда-то вдаль, поверх голов своих слушателей, и, кажется, обращается не к ним, а к кому-то невидимому… Чичерин разговаривает, как мертвец или кукла чревовещателя. И действительно – он полумертв. Он так и не обучился искусству облегчать себе задачу, перепоручая часть дел своим подчиненным. Он постоянно измотан. Здороваться с ним кажется жестокостью из-за того желания быть оставленным в покое, что бессознательно отражается в его взгляде…

Мадам Радек <…> села рядом со мной и принялась едко жаловаться, что власти потребовали от нее съехать из огромных княжеских апартаментов в Кремле, чтобы превратить их в исторический музей для иллюстрации образа жизни Романовых. Она уверена, что это просто формальное объяснение, а на самом деле причина в том, что мадам Троцкая недовольна тем фактом, что ей, мадам Радек, досталась лучше обставленная комната».

Виндзорское досье. Английский король – шпион Гитлера

В прошлом столетии в Великой Британии было два «Георгия Победоносца» – два короля Георга, приведших страну к великим победам в мировых войнах – Первой и Второй. Это Георг V, отец, и Георг VI, его второй по старшинству сын (всего у него было пять сыновей и одна дочь). Имена обоих Георгов навечно вписаны в летопись великих британских побед.

«Каждая капля моей крови – немецкая»

Но был у Георга V и сын-первенец, унаследовавший трон своего отца после его смерти в 1936 году и процарствовавший на нем менее года, – король Эдвард VIII.

До текущего XXI столетия и этот недолго правивший монарх был весьма популярен и знаменит. Ведь он оставил престол во имя любви к своей избраннице, сочетаться браком с которой ему не позволяла корона. Чтобы получить в жены дважды разведенную мисс Уоллис Симпсон, король Эдвард VIII отрекся от престола. Вся страна и весь мир тогда пребывали в умилении от этой жертвенной любви.

У холостого 42-летнего венценосца появилась наконец дама сердца, которую он желал видеть своей законной супругой.

Его избранница Уоллис Уордфильд родилась в бедной семье в Балтиморе, в США. В 20 лет она вышла замуж за летчика американской морской авиации. Затем последовал развод, и новым мужем Уоллис стал английский бизнесмен Эрнест Симпсон.

Король Эдвард VIII и мисс Уоллис Симпсон. 1936 год

Принц Эдуард в августе 1915 года, во время Первой мировой войны

Оказавшись в Лондоне, госпожа Симпсон стала появляться в высшем свете, где и была замечена Эдуардом – тогда еще принцем Уэльским. В июне 1937 года во Франции состоялась их свадьба.

Это бракосочетание стало шоком для дома Виндзоров. Правда, поведение Эдварда смущало королевскую семью и раньше, чуть ли не с юного возраста престолонаследника.

Обучаясь в Оксфорде, он, например, открыто посещал собрания студентов-социалистов, где под аккомпанемент своего банджо распевал революционные песни. Осенью 1914 года принц добровольно пошел на службу в армию, причем отправился не в штаб, как иные титулованные отпрыски, а напрямик в окопы Западного фронта.

После окончания Первой мировой войны наследник британского престола отправился колесить по свету, сначала в Канаду, затем на Мальту, потом в Индию и Австралию. И мало где его пребывание обходилось без скандала.

Однажды в Бомбее он произвел сенсацию, общаясь с «неприкасаемыми». А во время знаменитой английской шахтерской забастовки 1926 года внес солидную сумму в забастовочный фонд.

Дом Виндзоров настораживали и взгляды принца на роль монархии в Великобритании. Он хотел царствовать по-настоящему, а не «быть боровом, поставленным на откорм», как заявил однажды Наполеон Бонапарт.

Став Эдуардом VIII, он даже предпринял шаги к созданию некой массовой королевской партии. Но этот политический проект приказал долго жить.

Однако особенно беспокоили королевскую семью прогерманские симпатии Эдуарда. Хотя он и воевал некогда против немцев, но неустанно с гордостью повторял: «Каждая капля моей крови – немецкая». И это утверждение соответствовало истине, которая, по понятным причинам, особо не афишировалась.

Симпатии принца Уэльского к Третьему рейху сформировались уже в первые годы после прихода Гитлера к власти в Германии. Об этом свидетельствует переписка германского посла в Лондоне в начале 30-х годов Леопольда фон Хойш.

Уже в 1935 году принц Уэльский заявил о своем желании отправиться с визитом в Германию во главе делегации Британского легиона – благотворительной организации ветеранов Первой мировой войны. Энтони Иден (в ту пору министр в правительстве Стэнли Болдуина) пожаловался тогда по этому поводу королю Георгу V. Это возымело свое действие. Отец вызвал принца на ковер и отчитал сына за неуместные с его стороны попытки вмешиваться в международные дела.

Не менее инициативной в плане контактов с Германией была тогда и пассия принца, его мисс Уоллис Симпсон. Она установила дружеские связи не только с родней дома Виндзоров в Третьем рейхе, но и познакомилась с ведущими политиками фашисткой Германии. А посол Гитлера в Лондоне Иоахим фон Риббентроп даже стал ее тайным и преданным любовником.

На службу рейха

Германские родственники Эдварда VIII благожелательно относились к зарождающемуся национал-социалистскому движению и с началом Второй мировой войны приняли в нем активное участие.

Старший сын Вильгельма II, тоже Вильгельм, погиб 26 мая 1940 г. в боях во Франции. Другой сын экс-императора, Луи Фердинанд, служил в люфтваффе. А младший – Август Вильгельм достиг чина группенфюрера СС. Сторонниками Гитлера были и гессенские принцы Вольфганг и Филипп. Последний в нацистской партии числился под номером 53, то есть принадлежал к руководству Третьего рейха и часто выполнял щекотливые дипломатические поручения фюрера. Даже жена Филиппа (дочь короля Италии Умберто) вела переговоры с Муссолини.

Эдвард поддерживал тесные связи с Филиппом и Вольфгангом. Его кузены Филипп Гессенский и Карл Сакс-Кобургский зачастили в Букингемский дворец, где передавали ему конфиденциальные послания Гитлера.

В марте 1936 года фюрер ввел войска в Рейнскую область, которая по Версальскому договору считалась демилитаризованной зоной.

Тогда Германия не была готова к войне и с тревогой ждала реакции Англии и Франции. Но из Лондона прибывает Карл Сакс-Кобугский и сообщает фюреру о положительной реакции английского короля. Мало того, британский монарх решил как можно скорее вступить в переговоры с Гитлером. Чтобы нейтрализовать несогласных министров, он был готов ввести «конституционные ограничения», имевшие целью уменьшить власть правительства страны.

– Кто король здесь, в Англии, премьер Болдуин или я? – говорил он герцогу Кобургскому. – Я хочу разговаривать с Гитлером. Я это сделаю здесь или в Германии. Пожалуйста, передайте ему это.

В апреле 1936 года, находясь еще на престоле, Эдвард VIII поздравил Гитлера с 47-м днем рождения. Произошло это всего лишь через месяц после того, как немецкие войска вошли в Рейнскую область, которая по Версальскому договору должна была оставаться демилитаризованной зоной.

Свой медовый месяц Эдвард и Уоллис провели в Австрии, а в октябре 37-го года он по приглашению Гитлера посетил Германию. Во время 12-дневной поездки герцог встретился в Берхтесгадене с Гитлером и верхушкой Третьего рейха. Фюрера, говорят, бывший король приветствовал фашистским салютом.

Между немцами и герцогом Виндзорским существовало полное взаимопонимание. В Берлине герцогу пообещали надежно охранять его дома в Париже и Каннах. На время вторжения в Британию Гитлер хотел отправить герцога с женой в Испанию. Он не хотел, чтобы с ценным союзником что-нибудь случилось.

Фюрер в личной беседе откровенно поведал высокому английскому гостю о своих намерениях вернуть Эдварда на британский престол. Герцог Виндзорский в ответ называл своего брата короля Георга VI тупицей, королеву – интриганкой, а Черчилля, возглавлявшего тогда правительство, – ястребом и поджигателем войны.

Что же касается Гитлера, то фюрер был, по его мнению, великой личностью. Он был твердо уверен, что для человечества будет огромной трагедией, если фюрера свергнут.

Чтобы победить – бомбите Англию!

В начале Второй мировой войны Эдуард находился в Англии. Британская разведка имела информацию о том, что герцог выдавал Берлину секреты, касавшиеся дислокации союзных войск и французских укрепрайонов. Немецкий посол в Гааге утверждал впоследствии, что герцог сообщал важные сведения военного характера. Ряд трофейных немецких документов свидетельствовал о планах герцога заключить сепаратный англо-германский мирный договор.

Партия войны во главе с Черчиллем ополчилась на бывшего короля, и он был отправлен в места не столь отдаленные – губернатором на Багамские острова. В фактическую ссылку герцог Виндзорский направился через Пиренейский полуостров. В Лиссабоне он встречался с германским послом. На другой встрече с португальским банкиром – агентом абвера – герцог выразил восхищение фюрером и сказал, что готов «выступить» и по условленному паролю вернуться в Лондон.

Понятно, что отставной король и на Пиренейском полуострове опекался британской секретной службой. Но куда более интересно, что герцог уже с 1939 г. был под «колпаком» разведки НКВД. 9 июля 1940 года начальник 5-го отдела ГУГБ НКВД Павел Фитин представил наверх совершенно секретную записку за номером К5/8175: «Бывший английский король Эдуард вместе с женой Симсон в данное время находится в Мадриде, откуда поддерживает связь с Гитлером. Эдуард ведет с Гитлером переговоры по вопросу формирования нового английского правительства, заключения мира с Германией при условии военного союза против СССР».

Переписка между герцогом Виндзорским и немецкими родственниками, которая хранится в Королевском архиве Великобритании, до сих пор закрыта для историков. Однако, мягко говоря, оригинальные мысли герцога можно узнать и из открытых архивов более чем 30 стран, включая Германию, Испанию и Россию.

Возьмем, к примеру, переписку бывшего британского короля с испанским дипломатом и старым другом доном Хавьером Бермейилло. В письмах испанцу герцог винил в войне евреев, красных и Форин-офис.

В письме в Испанию, датированном 25 июня 1940 года, герцог Виндзорский написал, что «если кто-нибудь разбомбит Англию, то это поможет установить мир».

Испанский дипломат поставил об этом в известность генерала Франко, а тот переслал это сообщение в Берлин. Напомню в связи с этим, что первые бомбардировки Англии самолеты люфтваффе начали 10 июля 1940 года, т. е. через две недели после написания герцогом Виндзорским памятного письма.

Конечно, герцог Виндзорский был далеко не единственным английским аристократом, который симпатизировал немецкому фюреру. Одной из ключевых фигур пронацистски настроенного высшего света Великобритании был Карл Эдуард, герцог Кобургский. Гитлер прибегал к помощи своих сторонников на Туманном Альбионе, когда не доверял своим дипломатам.

Герцог Кобургсксий через сестру был вхож в королевскую семью и находился в хороших отношениях с Виндзорами. Они дружили и надеялись заключить англо-германский союз.

Герцог Кобургский был внуком королевы Виктории, двоюродным братом короля Георга V и доверенным лицом герцога Виндзорского.

Кобург был нанят фюрером в качестве посредника для немецкого правительства, чтобы использовать пронемецкие наклонности королевской семьи. Кобург писал в своем дневнике, что часто посещает королевскую семью в Букингемском и Сандрингемском дворцах.

Его значение как ключевого актива для Гитлера было изложено в телеграмме, отправленной из бункера нацистского лидера в апреле 1945 года: «Фюрер придает большое значение герцогу Кобургскому, который ни в коем случае не должен попасть в руки врага».

Правда всплыла на поверхность лишь в начале XXI века, когда были преданы гласности архивные материалы.

Архивы по этой теме не раскрывались. Это было своего рода джентльменское соглашение. Все-таки союзники. Первыми открыли архивы американцы в 2003 году в связи с законом о свободе информации, который обязывает после истечения определенного срока рассекречивать архивные материалы. В них нашлось так называемое «Виндзорское досье» с сообщениями контрразведки страны о деятельности герцога и герцогини Виндзорских. Эдвард VIII был под колпаком ФБР, а не только абвера, НКВД и МИ-6.

Две папки секретного архива ФБР: за номерами HQ 65–3313 и HQ 94–4-6650 – это примерно 227 страниц текста. Не так много. Зато какого текста! Глаз не оторвешь! Читается как шпионский триллер. Приведу несколько выдержек.

Германский посол в Лондоне фон Херш докладывал в Берлин: «Вы осведомлены из моих отчетов, что король Эдуард совершенно определенно испытывает симпатию к Германии. Я убедился после откровенных и продолжительных разговоров с ним, что его симпатии являются глубокими и достаточно серьезными, чтобы противостоять противоположным влияниям, о которых вы нередко слышите».

По воспоминаниям руководителя внешней разведки Вальтера Шелленберга, считал его «искренним и настоящим другом Германии».

А вот, на мой взгляд, наиболее вопиющие факты о работе герцога Виндзорского на фашистскую Германию. В Вене в июле 1937 года на дипломатическом приеме один из подвыпивших американских атташе похвастался перед Эдуардом, что США сумели расшифровать коды итальянской разведки. Это сулило поток секретной информации в Вашингтон от союзника гитлеровской Германии. Тот тут же на приеме выдал эту информацию итальянскому дипломату, и коды после его донесения в Рим были немедленно изменены.

С началом Второй мировой войны бывший король получил звание генерал-майора и задание осуществлять связь с вооруженными силами союзной Франции. Это решение дорого обошлось французам.

В своем донесении германскому послу в Гааге герцог Виндзорский сообщил, что союзники ожидают вторжения вермахта во Францию через Бельгию, где и концентрируют свои силы.

Гитлер поменял направление главного удара и напал 50 дивизиями через слабо защищенные Арденны. Франция сдалась всего через 6 недель. Был получен плацдарм для действий авиации против Великобритании и возможной высадки немецкой армии на Британские острова.

А вот еще одно шокирующее свидетельство. 11 июля 1940 года посол Германии в Лиссабоне направил в Берлин после встречи с Эдвардом срочную депешу: «Герцог выражает надежду, что продолжительные и массированные бомбардировки вынудят Англию заключить мир».

В небе над его родиной шла кровопролитная война за Британию, гибли тысячи его соотечественников… А он подстегивал фашистов, требуя усилить бомбардировки английских городов. Мечтал о поражении своей родины.

Досье ФБР резонно заключает живописание подвигов предателя словами: «Эдуард VIII изменил своей стране».

У Москвы – досье агента «Тони»

Такая ситуация не могла остаться незамеченной в Кремле. Сталин не верил в союз Лондона и Берлина, но факты – вещь упрямая, и вождь не мог допустить даже гипотетической возможности их сближения.

Внешней разведке СССР были даны на этот счет соответствующие указания. Очевидно, именно в те годы в Великобритании появились первые дворцовые шпионы Кремля. В предвоенный период их задачей было отслеживать внешнюю политику королевского дома, ее влияние на реальный курс правительства страны.

В архивах КГБ, например, есть дело агентурной разработки за номером 10676 агента «Тони» (он же «Джонсон» и «Ян»), открытое еще в августе 1937 года и недавно частично рассекреченное. Под этими оперативными псевдонимами действовал член «Кэмбриджской пятерки» Энтони Блант, троюродный брат Елизаветы II.

В конце войны английский король Георг VI дал Бланту и главному книгохранителю королевской библиотеки Оуэну Моршеду деликатное поручение – вернуть в Лондон некоторые документы королевской переписки.

Дело в том, что в замке Хессе, вошедшем после окончания войны в американскую зону оккупации, у кузенов короля хранилась переписка герцога Виндзорского.

Королева Елизавета II и сэр Энтони Блант любуются живописью

Король знал, как далеко зашли контакты его брата с Гитлером. Последний обещал герцогу восстановить его на престоле. Полный комплект этих документов, вывезенных Блантом из Германии, стал главным секретом английского королевского двора. Правда, секретом Полишинеля, ведь его знали и в Москве. Блант ездил и к голландской королеве Вильгельмине с просьбой изъять из архива Голландии документы, касающиеся лиц английского королевского дома, и отправить их в Лондон.

Кураторами Бланта в ту пору были известные советские разведчики Борис Кретеншильд и Юрий Модин. По результатам своих поездок Блант их подробно информировал. Если бы документы, обнаруженные Блантом, были в свое время опубликованы, это привело бы к грандиозному скандалу, результатом которого могло стать даже падение династии.

Материалы из наших секретных архивов до сих пор не опубликованы. Но, видимо, после того как аналогичные материалы из архивов ФБР стали достоянием гласности в США, досье агента «Тони» тоже будет открыто для историков в полном объеме. Рано или поздно.

Связь короля с нацистскими лидерами, естественно, вызывала беспокойство в правительстве страны. Сначала премьер Стэнли Болдуин пытался ограничить поток информации, которая ежедневно доставлялась в красном чемоданчике монарху.

Потом Чемберлен и Черчилль продолжили ту же линию. Но когда МИ-5 узнала о готовящейся немцами операции «Вилли» по захвату герцога в Испании и доставке его в Берлин (там провозглашенный марионеточный король должен был заключить сепаратный мир), его сослали на Багамы губернатором на всю войну.

Черчилль даже дал инструкцию на ликвидацию Эдуарда в случае невозможности эвакуации.

Справедливости ради нужно заметить, что король не сразу проявил себя как нацист. До вступления на престол был очень популярным и любимым в стране представителем дома Виндзоров. Плюс роман с разведенкой из США, из-за которой он отрекся от престола – это то, о чем знал обыватель.

Впрочем, и сейчас, несмотря на публикацию в США, широкого распространения информация о короле-шпионе не получила даже в Америке. А уж в Англии тем более. Подозреваю, что эти документы ФБР почти никто и не читал.

Мне же их скопировали мои друзья-коллеги в США. Для большинства подданных Ее Величества эти факты стали бы большим сюрпризом.

Джеймс Бонд – выдвиженец… Сталина

А крестным отцом агента 007 стал Джон Кеннеди

Кто ж не знает старину Бонда?! Это самый знаменитый в мире киношный и книжный разведчик, лихо выбирающийся из любых передряг. Неубиваемый, непотопляемый. Истинный британец. Характер – нордический, отважный. Безукоризненно выполняет свой служебный долг. Беспощаден к врагам Короны. Холост.

Но есть в «биографии» супергероя одна порочащая его связь. Особенно в наши дни, когда с подачи Британии этой весной вновь вспыхнула холодная война между Западом и Россией. Пресловутый «русский след».

Исполнители роли агента 007 в Бондиане

Не побывай 85 лет назад молодой раздолбай и неудачник Флеминг в столице СССР, где проходил сталинский процесс над британскими инженерами-шпионами, не стал бы он разведчиком, и мир никогда не узнал бы про Джеймса Бонда.

Ян Ланкастер Флеминг действительно долгое время был неудачником, хотя родился в богатой аристократической семье. Отец – Валентайн Флеминг – был одним из лидеров Консервативной партии, членом британского парламента, партнером фамильного банка Robert Fleming & Co. В 1917-м погиб на германском фронте. Некролог в ведущую газету Англии «Таймс» написал сам Уинстон Черчилль, близкий друг героя, посмертно награжденного орденом «За выдающиеся заслуги». Яну тогда было всего 9 лет. Став взрослым, он всюду, где бы ни жил, вешал на стену квартиры копию некролога.

Мать – светская львица Эвелин Сен-Круа Роуз – мечтала о громкой карьере Яна. Недаром дала ему второе имя – Ланкастер. Якобы ее древний род происходил от самого герцога Ланкастера, сына легендарного английского короля Эдуарда III.

Ян Ланкастер Флеминг

Но Ян не хотел оправдывать надежд тщеславной матушки. Постоянно позорил аристократическую фамилию, память отца. «И в кого он только такой уродился?» – повторяла вдова, уставшая от его проказ. Парень из рук вон плохо учился, хулиганил, рано стал ударять по женскому полу, имел многочисленные беспорядочные связи.

Вдова отдала отпрыска в Итон, престижнейший аристократический колледж, колыбель 19 премьер-министров Великобритании. Его, кстати, закончил отец Яна. Парень завел там роман с женой преподавателя. И попался. Очень глупо. Хотя тщательно готовился к свиданиям с пассией в ее спальне. На стреме возле дома обычно стоял приятель, дока по части радио (позже он будет работать вместе с Флемингом в разведке, в техотделе). Когда на горизонте появлялся преподаватель, друг нажимал кнопку, в спальне звенел звонок, Ян вовремя делал ноги. На этот раз кнопка не сработала. Видно, из-за сырой погоды контакт нарушился. И преподаватель застал жену с учеником в самом непотребном виде. Флеминга вытурили из Итона!

Матушка устроила Яну разнос и отправила в Королевский военный колледж в Сандхерсте, откуда вышли многие видные политики, генералы Британии. Там Флеминг не удержался и года. Повторилась итонская история. Но на более высоком уровне. То ли Ян соблазнил супругу начальника учебного заведения, то ли она его… Муж-рогоносец застукал парочку. Но официальной причиной изгнания Яна стала… венерическая болезнь. Парню было 19.

Мать отправила его подальше от греха, в Европу. Флеминг немного поучился в Мюнхенском университете, затем в Женевском, собрался жениться. Мамаша сорвала свадьбу, посчитав невесту неровней ее чаду. Ян в сердцах бросил учебу, решил работать. И подал резюме не куда-нибудь, а в Форин-офис, министерство иностранных дел Великобритании. Однако срезался на экзамене по… родному английскому языку. Наделал кучу ошибок в сочинении.

Опять матери проблема. Она по блату пристроила Яна в агентство Рейтер помощником редактора. Там парень на удивление удержался, научился складывать предложения. В 1933 году его отправили в первую командировку. В Москву, освещать процесс над шестью британскими инженерами, помогавшими строить московское метро. Чекисты обвинили их в саботаже, шпионаже.

Флеминг сделал несколько приличных репортажей о процессе. Заодно отправил запрос на интервью Сталину. Но получил из Кремля вежливый отказ за подписью самого вождя.

Короче, на московской командировке парень заработал пусть небольшое, но имя. Однако чопорной матери уже хотелось большего. Дескать, репортерство не аристократическое дело. По ее просьбе серьезные люди замолвили словечко за Яна перед влиятельным сэром Джоном Годфри из спецслужб. Тот встретился с парнем, расспросил о московских впечатлениях. Разведку интересовало происходящее в СССР. Сэру понравилось нестандартное мышление репортера, живой рассказ, смелая попытка взять интервью у Сталина. Но продолжения разговор не имел. Места в разведке Флемингу не нашлось.

Ян продолжал вести разгульный образ жизни. Но журналистская работа оплачивалась плохо. Матери надоело содержать великовозрастное чадо. Она отправила Яна работать в фамильный банк под крылышко к дяде. Успеха он там не имел. Пришлось переквалифицироваться в биржевые брокеры. Опять облом…

В Москву (в Россию, СССР?) за любовью

Лишь в 1939-м, накануне Второй мировой, Флемингу наконец улыбнулось счастье. Контр-адмирал Джон Годфри возглавил военно-морскую разведку, старейшую спецслужбу Британии. МИ-5, МИ-6 появились намного позже. Британия была владычицей морей. Отсюда и первейшая потребность в морской разведке.

Сэру Годфри понадобились толковые ребята, знающие мир. Он вспомнил про Флеминга. Тот ведь побывал в Москве в 1933-м, выучил там русский. Прекрасно знал немецкий, французский, итальянский. Это был единственный, пожалуй, на тот момент плюс неуча, бабника, дебошира – быстрое схватывание иностранных языков. А разведке языки ой как нужны для работы за кордоном.

Флеминга с удостоверением журналиста «Таймс» отправили в Москву. С заданием писать аналитику, что представляет из себя СССР, можно ли сотрудничать с Кремлем. При таможенном досмотре случился курьез. У Яна в чемодане обнаружили …250 презервативов!

Наши контрразведчики обалдели. В отчете руководству написали, что, возможно, «журналист» на самом деле прибыл шпионить в сфере химической промышленности, резиновой отрасли. Но в СССР его пустили.

Флеминг же использовал в Москве «резину» по прямому назначению. О чем говорит еще один курьезный случай. В английском посольстве его курировал по линии разведки 1-й секретарь. Как-то ему срочно понадобился журналист для важного дела. Но тот на телефонные звонки не отвечал. Встревоженный дипломат-разведчик примчался в отель и обнаружил Флеминга … кувыркающимся в кровати с русской красавицей.

Впрочем, в СССР Флеминг не только любовью занимался. В русле задания сэра Годфри взял интервью для «Таймс» у трех ключевых советских наркомов (министров): наркома обороны Ворошилова, иностранных дел – Литвинова и внешней торговли – Микояна. Сам Сталин, однако, от интервью влиятельной британской газете отказался.

Как и в 1933 году. Возможно, хозяин Кремля интуитивно чувствовал, что Флеминг – шпион, и не захотел иметь с ним дело. Или наша контрразведка ему сообщила, кто есть этот журналист.

Похоже, Флеминг отлично выполнил задание Центра. Вернувшись в Лондон, он стал личным помощником руководителя военно-морской разведки. Позже в романах Флеминг увековечит своего начальника сэра Годфри в образе шефа агента 007 под псевдонимом «М».

После нападения Гитлера на СССР планировалась еще одна командировка Флеминга в Москву. Длительная. Уже без журналистского прикрытия. Как офицера британской разведки.

Это малоизвестная страница сотрудничества советских и британских спецслужб против Гитлера. Оно началось с первых дней Великой Отечественной. Англичане официально открыли свои отделения в Москве, на Кольском полуострове. Наши разведчики отправились на Туманный Альбион. В список английской разведмиссии сэр Годфри внес и фамилию Флеминга. Сталин «добро» не дал.

Говорят, он лично рассматривал все кандидатуры английской миссии и зарубил Яна. Видно, вспомнил назойливого журналиста, которому дважды отказывал в интервью. Память у вождя была отличная.

А дай Сталин «добро» на работу Флеминга в СССР, возможно, его жизнь и судьба сложились бы иначе, и не родился бы разведчик всех времен и народов Бонд. Зато, скажет кто-то, Флеминг на родине совершил кучу славных дел. Приложил руку к полету сподвижника Гитлера Гесса в Англию, спасал короля Албании, в конце войны вывозил на Туманный Альбион Мартина Бормана…

Стоп! Это все выдумки, легенды. Их много возникло после смерти Флеминга. Англосаксы стали лепить из него супергероя наподобие Бонда. Сняли документальные, художественные фильмы, даже сериал. Флемингу посвящена большая литература…

Так вот, в «поле» он во время Второй мировой никогда не работал, в спецоперациях лично участия не принимал. Да и боялись его посылать на задания. Флеминг был авантюрист, головка могла сработать не в ту сторону. В старейшей разведке будущий писатель работал … клерком.

Готовил шефу доклады, меморандумы, писал отчеты, аналитические справки. Но, надо отдать должное, писал не привычным бюрократическим языком, как все чиновники, а красиво, нестандартно. Набил руку в Рейтере! И видно, проснулась страсть к сочинительству, обернувшаяся потом знаменитой бондианой.

Ян Флеминг с супругой Энн Чартерис

Сэр Годфри позже признавался, что сам зачитывался увлекательными отчетами своего помощника. Нравились они и Черчиллю, другим министрам.

А еще он много читал, анализировал, фонтанировал идеями. Изучив спецоперации оберштурмбанфюрера СС Отто Скорцени, Ян предложил начальству создать подобные отряды коммандос, которые шерстили бы немецкие штабы, базы.

В конце войны эти отряды в составе союзнических войск захватили и вывезли на Запад многих гитлеровских ученых, работавших над созданием атомного, ракетного, химического, биологического оружия. Также предложил использовать в разведке … проституток. В качестве «медовых ловушек» для эсэсовских офицеров во Франции.

Сэр Годфри сначала ошалел, потом задумался, в конце концов принял идею на вооружение. Были рекрутированы красивые патриотки. Освоив первую древнейшую профессию, они неплохо работали на английские спецслужбы во Франции, Норвегии, других странах, оккупированных Гитлером. Выуживая в постели секреты у своих клиентов – германских офицеров.

Но, судя по всему, Флеминг тяготился службой. Раздолбай с детства, он не любил дисциплину. В мае 45-го с легкой душой ушел из разведки. Да Флеминга и не удерживали.

Ян смог, наконец, осуществить свою давнюю мечту. Еще в 42-м он попал на совещание с американцами на Ямайку. Остров очень понравился. Море, солнце, пляж, красивые девушки. И решил здесь когда-нибудь поселиться. Покинув разведку, Флеминг купил на Ямайке участок, построил виллу «Золотой глаз». Устроился на необременительную работу в газету «Санди таймс» руководить зарубежными корреспондентами, выбив у начальства ежегодный трехмесячный отпуск зимой. Его он проводил на солнечном острове, ставшем родным.

В поместье у Флеминга частенько гостила экстравагантная Энн Чартерис. Любвеобильная англичанка. Их роман начался перед войной. Энн была замужем, кроме Яна имела других любовников. У Яна тоже были увлечения на стороне. Но как-то прикипели друг к другу. Когда муж погиб на фронте, Энн совсем уж собралась замуж за Флеминга, но тот не хотел расставаться с холостяцкой жизнью. В 45-м вдова вышла замуж за богатого виконта, не прерывая связи с Яном. В конце концов, виконт не выдержал постоянных измен супруги, развелся с ней. Из-за Флеминга.

Но тот созрел для семейной жизни лишь в 1952-м. Когда любовница ждала от него сына.

17 февраля отпускник засел за первый роман о Джеймсе Бонде. Чтобы, по его признанию, отвлечься от мыслей о намеченной на март свадьбы с беременной Энн. После свадьбы оба имели романы на стороне. Люди свободных нравов, чего хотите?

Но 1952-й стал судьбоносным для Флеминга. Свадьба, рождение сына Каспера и романа «Казино “Рояль”». Он был тепло встречен публикой, пришлось даже печатать несколько дополнительных тиражей. С тех пор каждый год Флеминг стал выдавать по роману о бесстрашном агенте 007.

Действительно ли два нуля перед номером агента в английской разведке означали право убивать? – спросите вы. – Нет, конечно. Это легенда, запущенная самим Флемингом. Номер позаимствовал (с его собственных слов) из почтового индекса 20 007 в Джорджтауне под Вашингтоном, где жили сотрудники ЦРУ. Имя и фамилию главного героя – у профессора орнитологии Джеймса Бонда, автора справочника «Птицы Вест-Индии». Понравилась чем-то. Вообще, не надо искать правды о разведке в романах Флеминга. Он отлично усвоил урок старшего коллеги, знаменитого писателя Сомерсета Моэма, работавшего в 1917 году резидентом МИ-6 в России. Моэм стал сочинять слишком откровенные «шпионские романы», которые зарубила цензура чуть ли не по указанию самого Черчилля. Поэтому Флеминг выдавал на-гора захватывающее чтиво, полное фантастики. Среднему читателю нравилось.

Кто был прототипом главного героя? – В основном Флемминг списал его с себя. Джеймс, как и Ян, увлекается женщинами, алкоголем, сигаретами, гонками, картами… Хотя в реальной разведке главное – дисциплина. Флеминг, кстати, сам набивал сигареты адской смесью крепчайшего турецкого табака, курил до 80 штук в день. Алкоголь, никотин, женщины в конце концов и погубили писателя. Он умер в 56 лет после второго инфаркта.

Возможно, Флеминга давно забыли бы, как и его героя. В Англии немало авторов шпионских романов. Не все книги про агента 007 стали бестселлерами при жизни автора. Некоторые провалились, да и критика ругала их нещадно.

Но – вмешался Его Величество случай. В лице Джона Кеннеди. Президент США, сам бабник и мачо, стал крестным отцом британского секретного агента. Кстати, в годы Второй мировой Кеннеди начинал службу офицером в вашингтонском разведуправлении ВМС США, как Флеминг – в английской морской разведке. Коллеги по оружию, так сказать. Бонд же, хоть и служил в МИ-6, был коммандером (капитаном 3-го ранга) ВМФ Великобритании.

В марте 1961 года журнал Life опубликовал список десяти любимых книг президента США, куда входил и роман Флеминга «Из России с любовью». Как коварные советские чекисты устроили знаменитому агенту Бонду «медовую ловушку» в лице русской красавицы Татьяны Романовой, дальней родственницы последнего русского царя. И следом – натравили на него наемного убийцу. Но Бонд в последний момент, как всегда, выкрутился. Кеннеди пригласил Флеминга в гости, тот подарил Джону роман с автографом. К Кеннеди тогда был всеобщий интерес. На волне такой рекламы продажи шпионских книг Флеминга резко выросли. Тут же подсуетился Голливуд. Уже в июне 1961 года Флеминг продал права на экранизацию опубликованных и будущих романов о Бонде продюсеру Гарри Зальцману. Тот совместно с коллегой Альбертом Брокколи создал специальную кинокомпанию EON Productions. Подобрали актера на главную роль, шотландца Шона Коннери.

Уже на следующий год вышел «Доктор Но». 21 ноября 1963 года Джон Кеннеди успел посмотреть в Белом доме экранизацию «Из России с любовью». Назавтра президента застрелили.

На сегодня снято 26 фильмов об агенте 007, вдвое больше, чем написал романов сам Флеминг. Сценарии давно сочиняют другие люди. Дело поставлено на поток. На следующий год выйдет новый кинематографический «Бонд». «Бондиана» считается одной из самых продолжительных и успешных киносаг в мире. Общий кассовый сбор – около 8 миллиардов долларов. Кино подогревает интерес к романам. По миру продано сто миллионов экземпляров.

Вот что значит попасть в список любимых книг президента США и правильно раскрутить тему!

Однако хочу напомнить, что повивальной бабкой агента 007 была Россия. И не потому, что роман «Из России с любовью» оказался любимым чтивом Кеннеди.

Операция «Копье»: Британия ударит по СССР первой

В истории ХХ века есть своя теневая сторона. Что она скрывает? То, что невыгодно или неполиткорректно раскрывать до поры до времени.

В начале 1940 года стартовала подготовка секретной операции, которая могла кардинально изменить ход Второй мировой войны. Долгие годы ее подробности хранили в тайне.

У нее были разные названия. На финише ее именовали операцией «Спайк», что в переводе с английского – «Копье». Операция эта была разработана и подготовлена к реализации, но так и не осуществлена. По разным причинам, но прежде всего политическим и репутационным. Ведь даже сейчас ее разглашение наносит немалый вред имиджу двух держав-победительниц во Второй мировой войне, бывших наших союзников – Великобритании и Франции. Поэтому архивные материалы по ней находились почти полвека «в тени». И до сих пор о них, к сожалению, мало кто знает.

Удар по Кавказу

Что же представляла собой операция «Копье»? Это был план нападения на СССР с юга. Он просуществовал, ожидая своего часа, больше двух лет, сменил несколько соавторов, дат и названий.

Теоретическая возможность удара с воздуха по советским нефтяным месторождениям на Кавказе впервые была рассмотрена уже в сентябре 39-го. Ею поручили заняться офицеру связи между генштабом и МИДом Франции подполковнику Полю де Виллелюму. А в октябре министр финансов Франции Поль Рейно поставил перед ним конкретный вопрос: «В состоянии ли французские ВВС подвергнуть бомбардировке из Сирии нефтеразработки и нефтеперерабатывающие заводы на Кавказе?»

В Париже имелось в виду, что эти планы должны были осуществляться в тесном сотрудничестве с англичанами. Ответ был положительным.

Вслед за этим премьер-министр Франции Эдуард Даладье в январе 1940 года поставил перед военными задачу бомбардировки кавказских нефтепромыслов. Его записка о предполагаемой операции по вторжению в СССР с целью уничтожения нефтяных источников была адресована главнокомандующему сухопутными союзными войсками во Франции и заместителю председателя Высшего военного совета генералу Гамелену, а также главнокомандующему французским флотом адмиралу Дарлану.

Идею Даладье поддержал тогдашний премьер Великобритании Невилл Чемберлен. На ее основании были подготовлены планы внезапного нападения на СССР – английский «МА-6» и французский «R.I.P.» («Россия. Индустрия. Горючее»).

Нападение должно было начаться с бомбардировки городов Баку, Грозный, Батуми, Майкоп и Поти. Удары по объектам на Кавказе и Черноморском побережье должны были осуществлять девять групп бомбардировщиков с аэродромов Сирии (подмандатная тогда территория Франции) и Турции (с которой рассчитывали договориться англичане). Для бомбового удара предполагалось использовать до ста машин королевских ВВС Великобритании.

Дальние бомбардировщики играли особую роль в британских ВВС. Еще в ноябре 1938 года англичане установили на бомбардировщике «Виккерс Уэлсли» абсолютный мировой рекорд дальности полета, продержавшийся вплоть до 1945 года, – 3600 км при полной бомбовой загрузке. Для операции на Кавказе они подходили достаточно хорошо. Слабым местом была скорость – всего 380 км/час.

Что касается самой бомбардировки, то она должна была осуществляться и днем, и ночью с различных высот. В результате таких налетов Баку планировалось разрушить за 15 дней, Грозный – за 12, а Батуми – за полтора дня.

Бомбардировщик «Виккерс Уэлсли»

Как мотивировали руководители Франции и Великобритании тех лет проведение агрессивной операции против СССР? Вот один из архивных документов той поры. Генеральный секретарь французского МИДа Леже писал американскому послу Буллиту 11 января 1940 года: «Франция не станет разрывать дипломатических отношений с Советским Союзом или объявлять ему войну, она просто уничтожит СССР». Коротко и весьма самоуверенно, не правда ли?

Финская заноза

Поводом к появлению столь решительных планов стало, по мнению западных историков, введение советских войск в Западную Украину и Западную Белоруссию осенью 1939 года, а затем советско-финская война. Начатые Красной армией 30 ноября 1939 года боевые действия против Финляндии побудили Париж и Лондон выступить с угрожающими заявлениями.

14 декабря Лига Наций по требованию британского и французского представителей «за совершенную агрессию» исключила СССР из своих членов.

Провал декабрьского наступления Красной армии в Карелии подтвердил предположения западных специалистов о слабости советских войск, вызванной в первую очередь репрессиями против командных кадров. Исходя из этих оценок, Главный военный совет Франции и Англии в январе 1940 года принял решение направить в Финляндию в феврале-марте формировавшийся экспедиционный корпус численностью в 150 тысяч человек.

Вероятность широкомасштабной войны с Советским Союзом в случае прямого военного вмешательства в конфликт на Карельском перешейке не очень смущала союзников, разделявших тогда мнение, что СССР – это «колосс на глиняных ногах и к тому же без головы».

Зная об этом франко-британском решении, советское командование начало повторное наступление на линию Маннергейма 11 февраля, мобилизовав все силы для завершения финской кампании в кратчайший срок, еще до начала переброски западноевропейских «миротворцев» на театр военных действий.

В итоге 12 марта в Москве был подписан советско-финский мирный договор, и предлог для «наказания агрессора» вроде бы был исчерпан. Тем не менее спустя 10 дней, 22 марта, генерал Гамелен представил премьер-министру Полю Рейно (только что сменившему Даладье в Елисейском дворце) докладную записку с изложением плана операции, «имеющей целью лишить Германию и СССР источников нефти на Кавказе».

В книге британского историка Патрика Осборна «Операция “Копье”: Великобритания против СССР, 1939–41 гг.» изложена характерная оценка мотивации Запада в ту пору. Цитирую: «Предательские атаки Сталина на Польшу, прибалтийские государства и Финляндию, равно как и отправка стратегического сырья Германии, поставили его в один ряд с Гитлером в глазах всего мира».

Note Bene.Основной поток нефти шел в Германию не из СССР, а из Румынии, но так как Лондон и Париж планировали втянуть ее в союзники, идея удара по Плоешти не возникала. За 17 месяцев с конца 1939 по июнь 1941 года Германия получила из СССР 865 тысяч тонн нефти. В то же время объем нефтепотребления в рейхе только за один 1940 год составил 7,5 миллиона тонн. Гитлер получал от Сталина ровно столько кавказской нефти, сколько советский лидер считал нужным ему предоставить, и ни тонной больше.

Насколько чувствительным для СССР могло тогда оказаться нападение с юга? К началу Второй мировой войны только бакинская нефтяная промышленность давала 80 % высокосортного авиационного бензина, 90 % керосина и 96 % автотракторных масел от общего их производства в СССР. Ясно, что при реализации агрессивных планов Англии и Франции промышленности и обороноспособности СССР был бы нанесен весьма чувствительный удар.

На уничтожение всей нефтяной инфраструктуры Баку Англия и Франция запланировали 5 дней, и мировая история, возможно, пошла бы по другому, неизвестному пути. Поначалу старт операции планировали на 15 мая 1940 года. Затем перенесли его на июнь.

Нокаут для СССР

11 января 1940 года английское посольство в Москве сообщало секретной связью в Лондон, что «акция на Кавказе может поставить Россию на колени в кратчайшие сроки, а бомбардировка кавказских нефтепромыслов способна нанести СССР нокаутирующий удар».

Вот как позднее оценил эти планы генерал Шарль де Голль, лидер «сражающейся Франции». Во время встречи со Сталиным в Москве в декабре 1944 года он заявил: «Должен сказать, что некоторые круги хотели бы видеть противника скорее в Сталине, чем в Гитлере. Они активно занимались изысканием возможности, как лучше подступиться к России: или путем помощи Финляндии, или бомбардировкой Баку, или высадкой десанта в Стамбуле, но не вопросами обуздания Германии».

Не случайно Сталин еще в 39-м настоял на том, чтобы в пакт Молотова – Риббентропа был включен и «нефтяной» пункт. Как писал американский экономист Даниэл Ергин: «В 1940 году в контексте германо-советского пакта советский нарком иностранных дел Вячеслав Молотов провозгласил, что “регион к югу от Батуми и Баку до Персидского залива признается центральной сферой устремлений Советского Союза”».

Надо сказать, Сталин всерьез воспринял угрозу с юга. Были приняты немедленные меры по укреплению обороноспособности наших южных рубежей. Так, по данным Генерального штаба ВВС СССР, до апреля 1940 года ВВС Закавказского военного округа состояли из 60-й авиабригады, 5-й дальнеразведовательной эскадрильи и 6-й разведывательной эскадрильи.

Но уже в апреле-мае 1940 года в округ с Северо-Западного фронта были переброшены силы целого ряда истребительных, среднебомбардировочных и дальнебомбардировочных бригад.

Кроме того, из Белорусского военного округа сюда был направлен 35-й истребительный полк, из Московского военного округа – 133-й истребительный полк, из Северокавказского военного округа – 12-й дальнебомбардировочный авиаполк.

Тем не менее уязвимость бакинских нефтепромыслов при массированных бомбардировках с воздуха была слишком велика. Нельзя забывать, что большая часть складирования сырой нефти приходилась на открытые нефтесборники. Это были огромные по своим размерам нефтяные лужи.

Кроме того, конструкции буровых и эксплуатируемых вышек наполовину были деревянными. Добыча нефти в Баку производилась благодаря фонтанированию скважин, то есть под большим давлением выбросов нефти.

Практически вокруг города на всех железнодорожных путях круглосуточно перемещались или стояли составы с цистернами, наполненными нефтью или нефтепродуктами. Вся северная часть Бакинской бухты состояла из огромного числа нефтеперегонных и нефтеперерабатывающих заводов. Фактически это был огромный склад горючего под открытым небом. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Кавказ в огне

К чему бы привела бомбардировка Баку английской авиацией?

В первую очередь к серьезным разрушениям и возгоранию нефти. По утверждениям специалистов, весь город запылал бы в огне, и масштабы этой трагедии были бы безграничны. Произошла бы настоящая гуманитарная и экологическая катастрофа.

Нефтяные лужи бакинских промыслов

Как поступили бы Гитлер и Сталин, начнись в самом деле англо-французские бомбардировки Кавказа?

В замыслах фюрера тогда на первом месте стоял военный реванш в войне против Франции, и менять свои приоритеты он не собирался. Нападение франко-британской авиации на юг СССР было бы для него как подарок судьбы. Сталин, конечно, стал бы изыскивать возможности не только защитить кавказское небо, но и нанести ответный удар. Это означало, что в 1940 году вполне мог оформиться военный союз большевистской России и фашистской Германии, направленный против «западных демократий».

При всей абсурдности плана англо-французских стратегов, который в случае начала его реализации привел бы не к ослаблению, а, наоборот, к значительному увеличению мощи вермахта за счет возможностей РККА и РККФ, работа над его воплощением в жизнь развернулась широким фронтом.

20 марта 1940 года в хорошо известном нам сейчас сирийском городе Алеппо состоялось совещание представителей французского и английского генералитета. На нем было заявлено, что к июню 1940 года будет завершено строительство 20 аэродромов первой категории для базирования бомбардировщиков, нацеленных на удар по кавказской нефти.

Что спасло СССР от этой катастрофы? Главных причин две. Первая – наступление вермахта. Немецкие войска 10 мая1940 года начали наступление на Францию через Бельгию – операцию «Гельб». В результате стремительного наступления немецких войск, использовавших тактику молниеносной войны – блицкрига, союзнические войска были наголову разгромлены. 22 июня Франция вынуждена была подписать перемирие. К этому времени бо́льшая часть ее территории была оккупирована, а от армии практически ничего не осталось.

Вторая причина – поражение англичан при обороне Норвегии в июне 1940 года. Почти вся английская авиация, воевавшая на стороне Норвегии, была разгромлена люфтваффе. В результате британское правительство срочным порядком отозвало с Ближнего Востока воздушные части, приведенные уже в полную боевую готовность для бомбардировки кавказских нефтепромыслов.

Какова дальнейшая судьба операции «Копье» уже после поражения Франции? После отставки Чемберлена весной 40-го года новый премьер Великобритании Уинстон Черчилль велел отправить план «МА-6» на доработку с учетом изменившейся обстановки. В итоге появился его клон – операция «Спайк», или «Копье». Эта операция не снималась с повестки дня больше года.

Удар «Копьем» в сорок первом

Даже 23 июня 1941 года, на второй день войны Германии с СССР, начальник штаба ВВС Великобритании Чарльз Портал в связи с нападением Германии на СССР предложил… послать телеграмму командующим войсками в Индии и на Ближнем Востоке с запросом, когда будет закончена подготовка к бомбардировке нефтяных промыслов Грозного и Баку. И его предложение было принято!

Это означало – бомбить болевые точки будущего союзника. В то время английские военные эксперты полагали, что СССР продержится не более шести месяцев. И в связи с этим было необходимо бомбить кавказские нефтепромыслы, чтобы они не попали в руки к немцам.

Знали ли в Москве об этих планах Лондона? Да, знали. Разведчики из «Кембриджской пятерки» прекрасно делали свое дело. Кроме того, после падения Парижа ведомства Риббентропа и Геббельса довели содержание попавших в руки победителей франко-британских документов о планах в отношении кавказских нефтепромыслов до сведения широкой общественности. Отдельной дипоказией получил из Берлина копии этих документов и Сталин. В 1945 году оригиналы этих материалов в качестве советских трофеев были вывезены из Германии в СССР. Правда, наши соотечественники узнали об их содержании лишь в XXI веке.

Маршал Жуков, анализируя в своих «Воспоминаниях и размышлениях», почему Сталин недоверчиво воспринял предупреждение Уинстона Черчилля в конце апреля 1941-го о скорой гитлеровской агрессии, писал: «В 1940 г. в мировой печати стали циркулировать слухи о том, что английские и французские военные силы сами готовятся предпринять нападение на Северный Кавказ, бомбить Баку, Грозный, Майкоп. Затем появились документы, подтверждающие это».

Замышлявшаяся союзниками операция давала Сталину все основания вплоть до 22 июня 1941 года считать главным противником не фашистский рейх, а западные демократии. В том числе и по этой причине он ни при каких обстоятельствах не собирался в 1941 году упреждающим ударом нападать на гитлеровскую Германию.

Каков же вывод вытекает из этой «теневой» истории? Обвинения руководства СССР в том, что оно-де «дружило» с Третьим рейхом, а не с «демократическими» государствами, абсолютно беспочвенны. Тогда все страны нормально относились к Германии и не считали ее изгоем. Те же Франция и Англия заключили с Гитлером пакты о ненападении раньше СССР и нисколько не смущались его «антисемитизмом», «расизмом» и другими вывертами немецкого нацизма.

Во время советско-финской войны 1939–1940 гг. Лондон и Париж фактически начали подготовку к «крестовому походу» против СССР. И только стечение обстоятельств не привело к тому, что в настоящее время мы бы знали совсем другую историю Второй мировой войны. В ней масштабная война начиналась бы с того, что Англия и Франция напали бы на Советский Союз.

А что было бы дальше, остается только гадать любителям альтернативной истории.

«Немыслимый» Винни

В 45-м сразу после взятия Берлина британский премьер Уинстон Черчилль и его военное командование приступили к разработке тайной операции под кодовым названием «Немыслимое».

Феноменальное коварство

Этот план подразумевал нападение на советские войска в Европе. Атаку по всему европейскому фронту от Балтийского до Черного моря должны были начать вооруженные силы США, Великобритании, а также Германии и Польши. Удар был запланирован на 1 июля. Затем план был изменен. Дату перенесли. И это уже был другой по своему содержанию план. Западу было важно участие Красной армии в войне с Японией. Удар по СССР отложили, чтобы уже в декабре того же года утвердить новый план операции «Тоталити» – ядерного удара по 20 советским городам и промышленным центрам.

Вплоть до нынешнего столетия документы и планы этих тайных операций последнего года войны хранились за семью печатями. Теперь западные архивы их рассекретили.

Как и почему летом 45-го союзники СССР готовили Третью мировую? Какие цели ставились операцией «Немыслимое» и как они были сформулированы в рассекреченных архивных документах?

Цель той операции была сформулирована просто и откровенно. Цитирую по тексту документа: «Наша цель – навязать русским волю Соединенных Штатов и Британской империи».

Четко, ясно и цинично, не так ли? Однако как этого добиться? На данный вопрос также в документе дан прямой ответ: «Единственный для нас способ добиться цели в определенном и долгосрочном плане – это победить в тотальной войне… Тотальная война неизбежна, и нами рассмотрены шансы на успех с учетом этой установки… Быстрый военный успех позволит нам достичь наших политических целей, а последующее участие в конфликте нас не должно волновать».

И это пишут (с подачи Черчилля) лучшие военные стратеги Великой Британии из Объединенного штаба командования, то есть генерального штаба вооруженных сил страны. Просто диву даешься!

Ветрена союзников на Эльбе в победном 1945 году

Речь в этом документе идет, напомню, о подчинении воле англосаксов страны-союзницы, которая вынесла основную тяжесть в войне, потеряла более 26 с половиной миллионов жизней и 30 процентов национального богатства. Страны, которая освободила от гитлеровской оккупации пол-Европы, разгромив львиную долю (до 90 процентов) фашистских дивизий. Потери Великобритании (для сравнения) составили во Второй мировой войне 286 200 солдат и 0,8 процента национального богатства, а США – 405 399 человек при практическом отсутствии материальных потерь. Как говорится, почувствуйте разницу. И осознайте масштаб коварства наших союзников.

Предлагая в мае 45-го свой план, Черчилль, возможно, понимал, что американцы до завершения японской кампании не захотят связываться с русскими, дабы не лишить себя их поддержки на Дальнем Востоке. Но он также понимал, что конец войны не за горами. И Вашингтон после ее завершения неизбежно поддержит немыслимые идеи Лондона о лобовой агрессии против русских. Главным было правильно и своевременно подать эту идею своему основному партнеру в «особых отношениях» и тем самым дать толчок началу ядерного шантажа Сталина американцами.

Польский тупик и русская угроза

Чем Уинстон Черчилль и его сподвижники обосновывали необходимость атаковать Советскую армию, бомбить города и промышленные центры СССР? Непосредственной причиной разработки операции «Немыслимое», по мнению большинства историков, была «необходимость силового вытеснения советских войск из Польши».

Лондон и Вашингтон стремились во что бы то ни стало не допустить создания в Варшаве коммунистического правительства. Ведь Польша имела стратегически важное положение у самых границ СССР. Это был прекрасный плацдарм для давления на Москву. Но получить его дипломатическими средствами Запад не мог.

Сталин понимал всю важность вопроса и хотел видеть в послевоенной Польше надежного и верного союзника Кремля. Налицо был очевидный политический тупик. Польша оказалась расколота. Шла борьба за власть между сторонниками Лондона и Москвы. Заготовленная для Польши модель западной «демократии» попала в сталинский капкан. Черчилль решил разрубить гордиев узел новой войной. Для ее обоснования на свет божий вынесли жупел о пресловутой советской военной угрозе, угрозе всему свободному миру. Вот как эту угрозу описали авторы операции «Немыслимое»:

«В Европе русские могут оккупировать Норвегию, Грецию, Турцию и, используя свое господствующее положение в Юго-Восточной Европе, способны блокировать проливы, предотвратив любую возможную военно-морскую акцию союзников в Черном море… Чрезвычайно опасная ситуация может возникнуть в Персии и Ираке. Представляется вполне вероятным наступление русских в этом регионе с целью захвата ценных нефтяных месторождений. По нашим оценкам, здесь могут быть использованы около 11 русских дивизий. Утрата этого источника поставок нефти может иметь чрезвычайно серьезные последствия… Русские, вне всякого сомнения, попытаются спровоцировать беспорядки в Индии… На Дальнем Востоке любое соглашение между русскими и японцами позволит последним высвободить силы для укрепления метрополии или для возобновления наступления в Китае…»

Как вам такая оценка военно-стратегических планов Москвы летом 45-го?!

Воистину «шедевр» западной аналитики. Если бы подобные перлы украшали газетные полосы западной прессы, удивляться было бы нечему. Пропаганда – дело привычное для идеологических оппонентов. Но откровенная дезинформация в архиважном сверхсекретном государственном документе военно-стратегического планирования – поворот абсолютно неожиданный.

Что это? Глупость генералов или намеренная ложь для реализации собственных геополитических целей? Отвечу, используя собственное откровение сэра Уинстона Черчилля: «Ложь успевает обойти полмира, пока правда надевает штаны». Авторы немыслимой операции лгали намеренно и осознанно.

Как известно, желание и возможности не всегда совпадают. Черчилль неплохо понимал Сталина. Он считал, что «красный диктатор» будет не прочь расширить границы своего влияния в Европе и мире. И Ялтинские договоренности союзников не станут для него непреодолимой преградой. Ведь Красная армия к весне 45-го была уже хозяйкой на европейских просторах.

Черчилль тем не менее не понимал одного: Сталин по собственной инициативе не начнет новую мировую войну для подчинения своему влиянию всего континента. Он не нарушит Ялтинские договоренности, как то был готов сделать Черчилль. Сталину и его стране был нужен мир.

Понесенные потери в войне с Германией оказались огромны. Советскому народу, как воздух, нужен был именно мир, а никак не война за сферы влияния. Самозапугивание подвело Черчилля. Страх перед могуществом Красной армии взял верх над разумом.

Ошибка «старого лиса»

Принято считать, что политика – это искусство возможного. Уинстон Черчилль в представлении многих был и остается великим политиком. Как это соотнести с его планом начать Третью мировую войну в июле 45-го? Ведь даже его собственные генштабисты не поддержали предложенный премьер-министром немыслимый план и подвергли его кардинальной переделке.

Очевидно, старый лис сел в лужу. Начинать новую войну с СССР, не закончив Вторую мировую, было для наших западных союзников форменным безумием. Черчилль и сам как-то признался, правда, не по поводу своего немыслимого плана, что «война – это по большей части каталог грубых ошибок».

Бесспорно, предложенная им военная операция оказалась именно такой ошибкой. К счастью для человечества, этот просчет был сделан лишь на бумаге. Однако политическое безумие Черчилля стало весьма заразным. Его подхватили за океаном, в США, где принялись ежегодно штамповать планы ядерного нападения на СССР. Немыслимый план Черчилля Трумэн сделал тотально немыслимым. Американский план получил кодовое название «Тоталити».

Главным раздражителем для Вашингтона при его составлении была уже не Польша, а Персия (современный Иран), точнее советские войска на ее территории. Они вошли туда в 41-м вместе с союзными британскими войсками и оставались там все время, прикрывая Кавказ – это «мягкое подбрюшье» СССР – и обеспечивая безопасность союзным поставкам вооружений по ленд-лизу южным маршрутом.

После окончания Второй мировой Сталин не спешил вывести свои дивизии из Персии. Это беспокоило Запад. Ведь рядом были главные артерии его нефтяных поставок. Но рядом были также Баку и Грозный с их запасами черного золота. Москва не хотела оставлять их без буферной зоны прикрытия.

Необходимость такой защиты, кстати сказать, была вполне обоснована. Ведь в мае 1940 года тогдашние лидеры Англии и Франции Чемберлен и Даладье планировали нанести первый удар по СССР именно на этом участке его границы, массированными авиабомбардировками Баку. В этом была суть секретного совместного англо-французского плана «Копье». Его осуществление, как известно, было сорвано гитлеровским вермахтом, начавшим наступление на Париж в мае 40-го и через три недели заставившим Францию подписать позорную капитуляцию. Столь агрессивный и успешный демарш Гитлера изменил ход Второй мировой войны, оставив Берлину, а не Лондону с Парижем право нанести первый коварный удар по СССР, но уже годом позже – 22 июня 41-го.

Президент Трумэн не слишком заботился о секретности своего тотально немыслимого плана. Он дождался победоносного участия советских дивизий в разгроме Квантунской армии японцев на Дальнем Востоке. А добившись капитуляции Японии, в сентябре 45-го дал указание Пентагону на разработку плана «Тоталити». В нем для атомной бомбардировки должны были быть определены 20 крупнейших городов и промышленных центров СССР. Тогда предполагалось сбросить на них 196 атомных бомб.

Направления главного удара

Вашингтон рассчитывал добиться успеха прежде всего за счет массированных ядерных бомбардировок советской территории. Они, по замыслу авторов плана, должны были подорвать экономический потенциал и вызвать психологический шок у населения и армии Советского Союза.

Сталин дал приказ вывести наши дивизии из Персии. В 46-м план «Тоталити» был отдан на доработку. Ядерный шантаж Советского Союза Соединенными Штатами становился жестокой реальностью. Третья мировая, казалось, была не за горами.

Вашингтон от нанесения первого ядерного удара по СССР сдерживали лишь серьезные опасения ответных действий со стороны Сталина в Европе и неизбежные огромные потери в стане союзников-европейцев – той же Великобритании, например. Кроме того, эффективность тогдашней советской системы ПВО вокруг Москвы, многократное превосходство советских сухопутных войск, огромное количество танков, артиллерии и истребительной авиации с советской стороны заметно компенсировали лидерство Запада в военно-морских силах и бомбардировщиках, охлаждая тем самым пыл некоторых особо ретивых американских генералов.

За планом «Тоталити», однако, последовал целый ряд других прожектов типа «Флитвуд», «Чариотир», «САК ЕВП 1–49», «Трояал», «Дропшот»…

Менялись названия операций, количество советских городов, намеченных в качестве целей, число атомных бомб, готовых стереть их с лица земли. Так что «скорбный труд» сэра Уинстона не пропал даром. Он и сам, впрочем, продолжил работу на этой ниве. «Если хотите достичь цели, – советовал Черчилль, – пользуйтесь грубыми приемами. Не старайтесь быть деликатными и умными». Никто и не старался. Наши западные «союзники» планировали хладнокровное убийство десятков миллионов ни в чем не повинных мирных советских граждан!

Тогда, в послевоенном 45-м, на защите мира, как ни парадоксально, стояли ненавистные Лондону и Вашингтону советские танковые армии, дислоцированные в Восточной Европе, которые в случае конфликта, по расчетам американских экспертов, в течение одной-двух недель могли выйти на побережье Атлантического океана.

Пыл американских генералов охлаждали и возможные весьма существенные (до 55 процентов по их подсчетам) потери знаменитых «Летающих крепостей» – бомбардировщиков В-29 с ядерным грузом при налетах на советские города.

А ведь тогда, как известно, атомное оружие было только у США, и Штатам вообще никто не угрожал.

Итак, Трумэн поддержал Черчилля в его безумии. Он исходил из общей предпосылки того, что Сталин и СССР стремятся к мировому господству и установлению коммунистических режимов во всем мире.

Это стремление было главной и единственной угрозой безопасности США. Американцы полагали, что ближайшей целью советской экспансии неизбежно станет Западная Европа. Пока возможности СССР ограничены по сравнению с Западом, однако по мере укрепления советской экономики СССР сможет напасть и на США с использованием оружия массового поражения.

Трумэн, а за ним и Эйзенхауэр считали, что в 45-м у СССР не было никаких возможностей осуществить широкомасштабную агрессию, но уже в обозримом будущем риск появления у Москвы таких возможностей был, по их мнению, достаточно высок. Допускать даже гипотетическую возможность подобной угрозы ни тот, ни другой президент США не хотел.

Русская головоломка

Напасть на Советский Союз, как известно, Запад так и не решился. Созданный в СССР уже к 1949 году ядерный щит стал важнейшим фактором сдерживания и фактически спас мир от атомной катастрофы. История человечества, как утверждают, развивается по спирали, а уроки истории ничему никого и никогда не учат. Параллели тогдашние и нынешние очевидны и практически напрашиваются сами собой. Судите сами.

Тогда в 45-м яблоком раздора был польский тупик, сейчас – украинский. И тот, и другой использовали как предлог для давления и угроз в отношении России. Тогда был кризис в Персии, сейчас вокруг ИГИЛ (Исламского государства) – нового источника головной боли на Ближнем Востоке. И в том, и в другом случае без Москвы решить проблему нелегко. И тогда, и сейчас Запад хотел бы поставить Россию на колени, превратить в послушную марионетку. Увы! Не получается. Только политическая аргументация наших оппонентов с тех пор слегка изменилась. Раньше речь шла о коммунистической угрозе миру со стороны тоталитарного СССР, а теперь – об имперской угрозе со стороны авторитарной России. Но и та, и другая Россия, естественно, не устраивает «демократический и свободолюбивый» Запад. И он вынужден с нами бороться.

Оригинальный текст операции «Немыслимое»

Все тот же миф о русской угрозе продолжает гулять по свету. С подачи наших западных «партнеров», конечно же. Тогда, 70 лет назад, его раздули из-за кризиса и раскола в послевоенной Польше, сейчас – из-за Украины. И тот, и другой кризис долгие годы инспирировал сам Запад в своих геополитических целях. России же нужны были лишь мир и безопасность у ее границ. Но понять и принять эту простую истину Запад никак не может.

Напомню одно хорошо известное высказывание на этот счет все того же Уинстона Черчилля: «Я не могу предсказать вам действия России. Это загадка, завернутая в тайну и помещенная внутрь головоломки». Эту фразу цитировали все кому не лень, но никто не удосужился привести ее концовку. Так вот в заключение сэр Уинстон заметил: «Но, возможно, у этой загадки есть ключ. И этот ключ – русский национальный интерес».

Что ж, его неплохо было бы знать и усвоить всем тем, кто твердит о нашей угрозе. Приведу в этой связи известные слова еще одного британского премьера лорда Палмерстона: «У нас нет ни постоянных врагов, ни постоянных друзей, – писал он королеве Виктории, – у нас есть только постоянные интересы».

Есть они, естественно, и у России. Их, правда, сейчас не желают учитывать ни в Вашингтоне с Лондоном, ни в НАТО, ни в ЕС. Но Кремль это не смущает. Мы, русские, готовы сражаться за свои национальные интересы – за мир и безопасность России. И главным гарантом в этом деле всегда был и будет наш могучий оборонный щит и наша любовь к Родине.

Наш ядерный щит тем не менее не спас СССР от распада. Это важнейший урок истории. Можно ли вообще полагаться лишь на военную мощь и патриотизм при современном противостоянии?

Уповать на то, что лишь мощь нашего ядерного арсенала способна гарантировать нам безопасность, никак нельзя. Угрозы, с которыми мы сталкиваемся сейчас, не связаны с возможностью или готовностью Запада к нанесению ядерного удара по нашей стране первыми. Времена Черчилля и Трумэна давно уже, к счастью, канули в Лету.

Думаю, вывод очевиден. Нельзя быть нараспашку открытыми для Запада, который умело использует это в своих корыстных целях и в ущерб нашим интересам. Глобализация по-американски способна лишить нашу страну независимости и суверенитета, а значит, и безопасности без единого выстрела или взрыва.

Наши финансы, экономика, технологии оказались тесно завязаны на Запад. Откажи он нам в своем благосклонном участии, смени милость на гнев – и безопасность России окажется под угрозой похлеще ядерной войны. Ведь ответить нам на эту «мирную» войну будет нечем.

Каков же выход? Менять концепцию безопасности. Старая несостоятельна. Хватит интегрироваться в западное пространство. Оно нас не принимает и не примет никогда. Это пространство создано США. Оно живет и действует только по американским законам и в интересах Вашингтона.

Если с нами не хотят выстраивать дружественные отношения, то надо применять все средства, чтобы отбить желание причинять вред России. Надо строить свой мир. По нашим правилам и в наших интересах.

Тайна завещания Сталина

Судьба политических завещаний двух великих советских вождей – Ленина и Сталина – схожа в своей таинственности. Текст ленинского открытого письма съезду партии стал известен лишь десятилетия спустя после смерти обоих вождей. Содержание так называемой «черной тетради» Сталина недоступно до сих пор.

Письмо к съезду

Парализованный Ильич надиктовал его еще в декабре 1922 года. В нем были пророческие строки:

«Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью… Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о взаимоотношении Сталина и Троцкого, это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение».

Почему же «товарищи» не исполнили волю Ленина? Ведь они сами позже стали жертвами «грубияна», умылись кровью. До сих пор бытует мнение, что генсек, пользуясь своим служебным положением, попросту скрыл от партии завещание вождя. Иначе, дескать, его сразу бы сняли. Действительно, секретарша Владимира Ильича Фотиева, нарушив волю Ленина, тотчас познакомила Сталина с письмом.

Как позже Фотиева письменно объясняла Каменеву, стенографистка якобы не предупредила ее, что документ секретный. Но Сталин, надо признать, тогда не принял никаких мер по сокрытию опасного для него документа.

В мае 1924 года, выполняя волю покойного мужа, Крупская передала запечатанный конверт в Центральный комитет. Аккурат за несколько дней до начала XIII съезда РКП(б). Сталин на заседании ЦК не растерялся, благо, заранее знал содержание «завещания». И сделал ход конем. По воспоминаниям Троцкого, поставил вопрос о своей отставке.

«Что ж, я действительно груб… Ильич предлагает вам найти другого, который отличался бы от меня только большей вежливостью. Что же, попробуйте найти.

– Ничего, – отвечал с места голос одного из тогдашних друзей Сталина. – Нас грубостью не испугаешь, вся наша партия грубая, пролетарская».

Увы, Ленин не назвал в завещании имя достойного преемника, только раскритиковал своих ближайших соратников. Дескать, расхлебывайте сами после меня эту кашу. Каменев предложил решить вопрос о генсеке голосованием. Большинство проголосовало за то, чтобы оставить Сталина на посту Генерального секретаря РКП(б). Троцкисты были против, но оказались в меньшинстве.

Впрочем, уже в начале 1930-х, когда Сталин полностью взял власть в свои руки, ленинское завещание объявили фальшивкой. Лишь в 1956-м с ним ознакомили делегатов XX съезда КПСС, опубликовали. Хрущев активно использовал «Письмо» в разоблачении «культа личности».

Повторение пройденного

Спустя 30 лет пришла очередь самому Иосифу Виссарионовичу готовить «политическое завещание». Но история сыграла с ним злую шутку.

Эдвард Радзинский, презентуя недавно очередную свою книгу о вожде «Иосиф Сталин: последняя загадка», заявил: «После его смерти на даче останется его знаменитая “черная тетрадь”, о которой много писали. Это результаты выборов на предыдущем, XVIII съезде руководящих органов партии. И все они были помечены крестами и вопросами, потому что это был задел на будущую чистку… Это был старый барс революции, который отсиживался на даче, задумав апокалипсис».

Но Берия и другие партийные «волки» одолели старого «барса».

Генерал-историк Дмитрий Волкогонов, немало поработавший в перестройку в секретных архивах, тоже упоминал тайное завещание: «Прямой доступ к Сталину имели лишь Берия, Поскребышев и Власик. О существовании этих записей знали только они. Но Поскребышев и Власик, которым больше всего доверял Сталин, незадолго до его смерти были скомпрометированы Берией и устранены из окружения. Словом, накануне смерти “вождя” из этих троих около него оставался один Берия. Когда к пораженному инсультом Сталину Берия и Хрущев привезли утром врачей (до этого 12–14 часов он оставался без медицинской помощи), сталинский Монстр сразу понял, что это конец. Оставив Хрущева, Маленкова и остальных членов Политбюро возле умирающего Сталина, Берия умчался в Кремль.

Берия не мог не видеть, что в последние год-полтора отношение Сталина к нему непрерывно ухудшалось. В свою очередь и Сталин не мог не догадываться о намерениях Берии. Может быть, генералиссимус оставил распоряжение или даже завещание? Отношение к “вождю” тогда было настолько подобострастным, что окружение исполнило бы, видимо, его волю. У Берии были основания опасаться и спешить. А проникнуть в кабинет Сталина мог только он. Ведь Сталина охраняли его люди. Как бы там ни было, насколько мне удалось установить, сталинский сейф был фактически пуст, если не считать партбилета и пачки малозначащих бумаг. Берия, уничтожив загадочную личную тетрадь Сталина (если она там была), расчищал себе путь на самую вершину. Возможно, мы никогда не узнаем этой сталинской “тайны” – содержания записей в черной тетради. А. А. Епишев был уверен, что Берия “очистил” сейф до его официального вскрытия. Видимо, это ему было очень нужно».

– Берия не «очищал» по-воровски кремлевский сейф умирающего Хозяина, – заявил мне писатель-историк Николай Над (Добрюха), автор документальных книг «Как убивали Сталина», «Сталин и Христос». – Он официально вскрыл его, выполняя решение высших органов власти СССР!

– Как так?

– Группа бывших «верных соратников» вождя фактически совершила тогда государственный переворот. В 20 часов 5 марта 1953 года, при живом еще Хозяине они поделили обязанности на Совместном заседании ЦК КПСС, Совета Министров и Президиума Верховного Совета. Маленков (по предложению Берии!) стал Председателем Совета Министров. Впрочем, Сталина от обязанностей Предсовмина они официально не освободили. Наступило формальное двоевластие – два Председателя Совета Министров СССР сразу! Хрущев занял место Хозяина в партии. А товарищ Берия скромно возглавил (по предложению Маленкова!) объединенное министерство внутренних дел и госбезопасности. Фактически же получил главный на тот момент пост в стране!

– «Органы» тогда решали все!

– Да. При этом, подчеркиваю, ставленник Берии Маленков был назначен не исполняющим обязанности, а Председателем Совмина! Значит, заранее знали, что Сталин не выживет! Заседание началось в 20.00. А в 21.50 медсестра Моисеева сделает Сталину укол. И он умрет. На том совместном Заседании заговорщики приняли секретное постановление о передаче власти. Тебе будет интересен последний пункт под номером 13: «О документах и бумагах товарища Сталина И.В.» – «Поручить тт. Маленкову Г.М., Берии Л.П., Хрущеву Н.С. принять меры к тому, чтобы документы и бумаги тов. Сталина, как действующие, так и архивные, были приведены в должный порядок».

«Хрусталев! Машину!» – закричал Берия. И помчался в Кремль. Приводить в «должный порядок» бумаги еще живого Хозяина. Не столько для выполнения 13-го пункта, сколько для собственной безопасности. Ведь в сейфе действительно могло быть то, что восприняли бы в качестве завещания, составленного, скорее всего, против него, Берии. Хотя власть уже перешла в его руки. Никто из четверых допущенных в последнее время к Нему в дом не был так заинтересован в Его смерти, как товарищ Берия. Булганин – бездарь и трус. Хрущев – вечный вахлачок. Маленков (Маланья) – тюфяк. И только он, Л. П. Берия, по-настоящему мог жаждать этой смерти. И он ее дождался. Он так много для нее сделал… Теперь он едет, чтобы, – как потом станут говорить исследователи, – найти и изъять ту страшную черную тетрадь, куда Сталин тайно что-то записывал.

– Так убедительно говоришь, Николай, будто сам держал в руках эту взрывоопасную тетрадочку!

– Нет, не держал. И в официальных документах свидетельства ее существования не нашел. Пока. Но вполне допускаю, что Сталин «брал на карандаш» своих соратников, делал секретные записи в заветной тетрадочке. Тот же Берия, согласно найденным мной документам, действительно был на волоске. Но успел нанести упреждающий удар по Хозяину. Смертельный.

Во всяком случае, после ареста самого Лаврентия Палыча летом 53-го бывшие его «друзья-заговорщики» очень интересовались, куда он подевал бумаги Хозяина. Допрашивали и жену, и сына. Серго Берия мне лично рассказывал об интересе следователей к архиву Сталина. Но Серго их интерес удовлетворить не смог. А потом отца расстреляли. И тайна тетради ушла с ним на тот свет.

Случайная запись

Я берусь пролить свет на тайну «черной тетради» Сталина. Ее история неожиданно воскресла в ходе моего расследования визита Хрущева и Булганина в Англию весной 56-го на крейсере «Орджоникидзе».

Вот что случилось во вторник 17 апреля 1956 года. Эту хронику мне удалось восстановить по документам и свидетельствам участников событий.

В тот самый день Никита Сергеевич отмечал день рождения. В конце застолья он остался в кают-компании вдвоем с председателем КГБ СССР Серовым. Вот как я описал то, что тогда произошло, в книге «Провал операции Кларет»:

– Ты что ж меня без подарка оставил, генерал? – каким-то подозрительно недружеским голосом спросил Серова Хрущев, пристально вглядываясь в глаза генерала.

– А как же ваза, Никита Сергеевич? – растерянно возразил Серов. – Я же вам вазу подарил. Вон она на столике красуется.

Красные глаза «Первого», казалось, еще сильней побагровели. Накануне к Хрущеву на Старую площадь с Лубянки от его доверенных людей в КГБ поступил радиоперехват разговора резидента английской разведки с первым секретарем посольства Бельгии в СССР. В нем речь шла о том, что председатель КГБ Иван Серов хранит дома украденную гитлеровцами во время войны бриллиантовую корону бельгийской королевы. Хрущев понимал, что на карту поставлена не только репутация Серова. Ведь его выдвигал и поддерживал именно он. Значит, и за грехи генерала рассчитываться придется им обоим. Такая перспектива никак не входила в планы «Первого».

– Красуется, говоришь?! – недовольно повторил Хрущев слова генерала. – А украденная тобой бельгийская корона где красуется? У твоей жинки на голове? Или в шкафу на даче? Что ж ты мне ее не подаришь, генерал? Или жалко расставаться?

– Это ложь, клевета! – испуганно забормотал в ответ Серов.

Он напряженно думал, пытаясь отыскать подходящую оговорку или оправдание, но тщетно. Сознание генерала терялось в водовороте страшных мыслей, сковавших параличом страха его мозг.

– Должно быть, кто-то успел «настучать» на меня Хрущеву, – подумалось Серову.

– Если какая-то корона действительно была украдена, – неуверенно выговорил, наконец, Иван Александрович, – мы обязательно найдем ее и вернем государству.

Хрущев с немалым удивлением наблюдал за реакцией обескураженного генерала. Он не мог не заметить, что Серов действительно испуган.

– Видимо, все, что содержалось в том перехваченном гэбистами телефонном разговоре, – сущая правда, – подумал про себя Хрущев, теряя и без того зыбкую надежду на то, что полученная подчиненными Серова информация неверна.

– Ведь отыскали же мы след утерянной черной тетради Сталина, – нашел, наконец, что сказать Иван Александрович.

Это замечание, как он и рассчитывал, возымело действие. Хрущев вздрогнул от сказанного генералом и пристально взглянул ему в глаза.

– Может быть, Серов действительно нашел завещание Сталина? – мелькнуло в голове у «Первого». Такая находка была бы сейчас весьма кстати, окажись она в его руках. Хрущев почувствовал, что Серов предлагает ему сделку: корону в обмен на тетрадь.

– В тетради, судя по всему, Сталин записывал компромат на всех членов Президиума. Очевидно, готовился к расправе с ними, да не успел, – заметил Серов, довольный тем эффектом, который произвело на Хрущева его заявление.

Атака «Первого» захлебнулась. Хрущев насупился, не зная, как быть. Ответ подсказал сам Серов.

– Нельзя допустить, чтобы эта тетрадь сейчас попала в неверные руки, – многозначительно заявил он. – Кто знает, как кому вздумается ею воспользоваться.

– Я знал, что всегда могу рассчитывать на тебя, – вяло выговорил Хрущев.

Любопытный диалог, не правда ли? Но это же чистая беллетристика, писательские фантазии, – возразите вы. Радзинский, к примеру, даже разговор Сталина с Гитлером «реконструировал» на основе всего лишь записки шефа ФБР Гувера, что якобы, по имеющимся у него источникам во Львове, после оккупации Польши фюрер и «отец народов» тайно встретились осенью 1939-го. Хотя никаких документальных подтверждений этому нет.

Хрущев и Булганин на борту «Орджоникидзе>

Я соглашусь в одном. Мысли и эмоции собеседников – безусловно, беллетристика, авторское воображение. Но сама история – вполне документальная.

Этот разговор Серова и Хрущева был записан ребятами из ГРУ. В середине 90-х, получив копию расшифровки этой записи от капитана 1-го ранга Евгения Викторовича Романова, командира БЧ-5 крейсера «Орджоникидзе», я спросил, кто и почему писал разговор Серова с Хрущевым. Вряд ли генерал-лейтенант Михаил Алексеевич Шалин, тогдашний начальник ГРУ, мог такое разрешить! Мне объяснили, что писать собирались беседу начальника разведуправления Балтийского флота капитана 1-го ранга Соловьева с военно-морским атташе Великобритании капитаном Эдрианом Норти.

Норти был официально приглашен советской стороной в поход на крейсере. Соловьев его «окучивал» и периодически подпаивал в течение похода, чтобы получить нужную информацию. Хрущев пригласил англичанина на свой день рождения. Скрытый микрофон «гэрэушники» установили в том месте, где сидели Соловьев и Норти. Под завязку вечеринки они ушли. Оставшись вдвоем, Хрущев и Серов сели поблизости от микрофона. Так и получилась эта запись. Случайно.

А вот разговор Хрущева с Серовым не был случайным. Они вместе работали перед войной в Киеве. Первый партийный секретарь и первый чекист Украины. Сообща устраивали репрессии, искали «врагов народа». И старались держаться вместе, чтобы не пропасть поодиночке в то смутное время. С тех пор и поддерживали друг друга. Когда в марте 1954 года был создан КГБ, Хрущев продвинул своего верного человека в председатели.

Диадема Елизаветы Бельгийской

Весной 45-го Серов был главным чекистом при Жукове в Берлине, занимался, помимо прочего, трофейным имуществом. Вот и «приватизировал» под шумок бриллиантовую корону Бельгии, ранее украденную нацистами. Наш генерал, подобно маршалу Герингу, имел слабость к драгоценностям, антиквариату, картинам… Про корону как-то пронюхали англичане.

По слухам, жена Серова пришла в ней в Большой театр. Ее засекли. В Москве тогда резидентом работала под дипломатическим прикрытием будущая звезда английской разведки баронесса Дафна Парк. Она блестяще организовала «утечку», чтоб навредить Серову, известному англофобу. Позвонила в бельгийское посольство знакомому дипломату и все рассказала про корону, прекрасно зная, что люди с Лубянки прослушивают круглосуточно оба телефона и недоброжелатели Серова тут же доложат взрывоопасную информацию в Кремль. Так и получилось. Я дважды встречался с Дафной в Оксфорде, когда она была уже на пенсии, обсуждал эту тему.

Судьба «черной тетради»

После неприятного разговора с Хрущевым на борту крейсера Серову пришлось вернуть корону. Ее вскоре без всякой огласки втихую передали бельгийской королеве во время ее визита в Москву. История в прессу не попала. Обе высокие стороны имели основания держать ее в тайне. Заодно Иван Александрович передал Никите Сергеевичу и то самое «Завещание Сталина». Черную тетрадь.

Как она к нему попала? – спросите вы. Ведь исследователи до сих пор полагают, что Берия ее уничтожил.

Похоже, Лаврентий Палыч держал ее про запас, чтобы использовать против своих политических врагов. Компромат был, очевидно, не только на самого Берию, но и на Хрущева, Маленкова, Молотова, других соратников. Не секрет, что незадолго до кончины Сталин фактически начал атаку на свое ближайшее окружение. Готовились расправы над Микояном, Молотовым… И возможно, в основе грядущих расправ лежала информация, которую Сталин клал на страницы этой «черной тетради».

Но воспользоваться тетрадью глава МВД не успел. В июне 53-го Хрущев сотоварищи решили арестовать Берию. Никита Сергеевич пытался поставить во главе спецоперации верного Серова. Остальные заговорщики категорически воспротивились. Серов в тот момент был замом Берии в МВД, мог «слить» заговор шефу. Тот много лет был его покровителем.

Даже ездили в свое время вдвоем в секретную тюрьму НКВД в Сухановке посоревноваться, кто лучший ворошиловский стрелок. Мишенями были заключенные. Мне поведал об этом тюремщик, очевидец тех событий. Он сжигал затем трупы в тюремной печи…

Операцию по аресту Берии Серову поручить не решились. Доверили Жукову. Однако личную охрану Берии арестовывали именно люди Серова. Так что Иван Александрович поучаствовал в деле. Занимался также обысками. В отличие от военных, он прекрасно ориентировался в документах и архивах Лубянки.

Словом, это он отыскал заветную тетрадь. И оставил компромат себе. На всякий случай. Хоть они и приятельствовали с Хрущевым, но в большой политике, как известно, друзей не бывает. Эти двое были, скорее, заклятыми друзьями. Хрущев тоже собирал компромат на председателя КГБ. Досье на Серова завел еще шеф МГБ Абакумов и продолжил по указанию Хрущева министр внутренних дел Дудоров, а затем и председатель комитета партийного контроля Шверник. Это были материалы о хищениях Серовым ценностей из фюрербункера и рейхсбанка в 45-м. А также материалы на отца Серова, при царе служившего охранником Кадымской тюрьмы. Этот компромат Серов пытался уничтожить. Против Абакумова и Дудорова вел нешуточную личную войну. И все архивы старательно зачищал.

Серов вынужден был вернуть тетрадь Хрущеву. В 56-м. Думаю, одна из причин, почему Никита Сергеевич почти 10 лет держал генерала на первых ролях в спецслужбах СССР – в КГБ, а затем и в ГРУ, – заключалась в том, что Серов, помимо прочего, был знаком с содержанием черной тетради.

Не исключаю, кстати, что Серов сделал ее копию. Это был хитрый, опытный служака. Полагаю, Хрущев каким-то образом узнал о копии. И тогда решил убрать Серова из политики, чтобы тот не смог использовать компромат в возможной борьбе за власть противников Хрущева. Выжидал какое-то время в поисках подходящего момента. Повод нашелся. Громкое предательство полковника ГРУ Олега Пеньковского. Серова со скандалом убрали из ГРУ. Ровно полвека назад, в марте 63-го, отобрали звезду Героя Советского Союза, орден Ленина, позже исключили из партии. Официально за попустительство предателю. На самом деле, полагаю, за укрытие копии сталинского завещания. И до самой своей смерти в 1990-м Иван Александрович был под плотным колпаком КГБ.

Мне довелось встречаться с Иваном Александровичем в последние годы его жизни. Все встречи, телефонные звонки были строго конспиративными.

Я в ту пору был захвачен написанием книг о знаменитом «деле Профьюмо», которое устроил наш военный разведчик Евгений Иванов, подчиненный Серова. О провале операции английских спецслужб «Кларет» по разведке корпуса крейсера «Орджоникидзе» с Хрущевым и Серовым на борту. Об этом я и расспрашивал подробно бывшего председателя КГБ и начальника ГРУ. История о «черной тетради» как раз и всплыла, когда я собирал материалы по этим темам. На мой прямой вопрос Серову, что с нею стало, Иван Александрович сказал, что отдал тетрадь Хрущеву.

Подробности о содержании сталинского «завещания» он не раскрыл тогда, да я и не настаивал. Надеясь, что все впереди. Вот закончу свою книжку и обязательно возьмусь писать о самом Серове и «черной тетради». Он был согласен. Связывал с нашим сотрудничеством определенные надежды. Хотел, наконец, вернуть себе «доброе имя» и партбилет. Ведь восстановили же в партии Молотова. А он чем хуже? Надо сказать, что рукопись воспоминаний самого Серова пропала. Говорят, ее выкрал один известный наш писатель по заданию Андропова. Задолго до нашего знакомства.

Но книгу написать не случилось. Серов умер. Сразу пошли слухи, что он завещал положить в гроб… копию той самой тетради. Глупости, конечно. Но какие-то варвары раскопали, говорят, его могилу на кладбище в подмосковном Ильинском. В этой истории с тетрадью до сих пор много неясного.

Что же стало с оригиналом сталинского «завещания»? – спросите вы. Полагаю, Хрущев сразу же уничтожил взрывоопасную тетрадь, получив ее из рук Серова. Если бы она уцелела, то давно бы уже была издана. В России или за рубежом. Ведь для современных политиков она не представляет никакой опасности.

«Золотой» тоннель к секретам Советов

Тайная хроника трех дней апреля 56-го

День первый

10 апреля, вторник.

Лондон, Честер-террас,

Центр обработки информации СИС

Терраса Честера – один из красивейших архитектурных ансамблей Лондона. 42 четырехэтажных дома, слитых воедино, – это самый длинный фасад в городе.

Имя архитектора этих домов – Джона Нэша (1752–1835) – неразрывно связано с историей создания лучших архитектурных памятников Лондона. Достаточно сказать, что Букингемский дворец – это его творение.

Честер-террас в Лондоне

В стенах дома на Честер-террас с февраля 1955 года работали 250 русских эмигрантов, специально подобранных британской разведкой для перевода телефонных переговоров, перехваченных СИС в Берлинском тоннеле с правительственных коммуникаций советской администрации в Карлсхорсте.

Ежедневно с четырех телефонных и одного телеграфного кабеля на пленки шестисот магнитофонов нескончаемым потоком шла разнообразная информация. Ее суточный объем превышал тысячу двести часов записей. Два военно-транспортных самолета в неделю, груженных магнитофонной лентой, брали курс из Западного Берлина в Лондон, где на Честер-террас шла транскрипция, перевод, а затем и анализ полученных данных.

Вот и в этот день конвейер расшифровки магнитофонных записей у Риджент-парка работал полным ходом. Чтобы обсудить полученные результаты за почти пятнадцать месяцев напряженной и кропотливой работы, в особняк наведался сам «Си», шеф британской разведки генерал-майор Джон Синклер. Он сидел в небольшом кабинете на втором этаже и внимательно слушал доклад Эндрю Кинга.

– Мы не в состоянии оперативно перерабатывать такой огромный объем информации, – жаловался он шефу. – Уже сейчас мы обеспечены работой на год вперед, а материалы продолжают поступать.

Сэр Джон был доволен ходом дел. Берлинский проект, разработанный и осуществленный под его непосредственным руководством, обещал значительно превзойти по своей эффективности аналогичную операцию в Вене, лавры от проведения которой достались его предшественнику на посту шефа МИ-6 сэру Стюарту Мензису.

– Анализ информации, обработанной на сегодняшний день, – продолжил свой рассказ о проделанной работе Эндрю Кинг, – дает достаточно полную картину о сфере интересов кремлевского руководства в Европе и, в частности, в Германии. Обратите внимание, сэр, на содержание телефонных разговоров руководителя советской военной администрации в Берлине с министром путей сообщения Бещевым. Речь идет о значительных железнодорожных перевозках в Германию в текущем году как дополнительных вооружений и военной техники, так и оборудования для строительства новых военных объектов.

После Второй мировой войны русские начали постепенный переход к использованию высокочастотных видов связи. Широко распространенные коротковолновые передачи легко перехватывались и порой даже поддавались расшифровке. На Лубянке это, судя по всему, прекрасно понимали. Новые технологии связи обеспечивали лучшую защищенность секретных коммуникаций, но их внедрение требовало времени и средств. В переходный период русские решили использовать подземные линейные коммуникации. Они вообще были неуязвимы, если, конечно, держать в абсолютной тайне места их пролегания.

Идея подкопа была не самой оригинальной в мире, но именно ее выдвинул в конце 40-х годов технический эксперт СИС Джон Вайк. Первым объектом внимания британской разведки стал венский отель «Империал» – штаб-квартира советской военной миссии в Австрии, имевшая линию прямой подземной кабельной связи с Москвой.

Для начала резидент Сикрет интеллидженс сервис в Центральной Европе Питер Ланн установил место прохождения кабеля, потом дал команду купить дом в пригороде Вены Швехат, неподалеку от правительственной линии связи русских, а затем велел для прикрытия открыть в нем магазин «Харрис Твид» по продаже британского сукна. Вскоре в подвале этого дома под руководством все того же Джона Вайка началось строительство двадцатиметрового тоннеля к пролегавшим под соседней автострадой линиям коммуникаций русских.

В 50-м году тоннель заработал. И успешно действовал до тех пор, пока в июле 1955 года четырьмя державами-победительницами не был подписан Венский договор, восстановивший независимость Австрии и указавший оккупационным войскам и их штабам, в том числе и русскому в отеле «Империал», на дверь. Тоннель отслужил свой срок, и материалы операции «Лорд» заняли свое место на архивных полках МИ-6.

Идея же Берлинского тоннеля родилась в 1953 году и была предложена Джоном Синклером тогдашнему шефу ЦРУ генералу Уолтеру Биделлу Смиту. Новый подкоп изначально планировался как совместный англо-американский проект. Предполагаемый тоннель должен был пройти из американского сектора города в советский. Это был немыслимый по масштабам и сложности проект. Полукилометровая длина тоннеля требовала скрытного вывоза более трех тысяч тонн грунта, создания мощной системы вентиляции не только для работающих под землей людей, но и для нормального функционирования многотонного энергоемкого оборудования. Снижение до минимума шума и вибрации также требовало особого подхода к строительству и эксплуатации секретного тоннеля.

Кроме того, дополнительная сложность заключалась еще и в том, что верхняя точка тоннеля должна была выйти на расстоянии всего 20–30 сантиметров от поверхности земли. По имевшимся у СИС данным, кабель советской правительственной связи проходил всего на полуметровой глубине вдоль Шенефельдского шоссе – основной трассы, связывавшей Восточный Берлин с Карлхорстом.

Мало кто и в МИ-6, и в ЦРУ верил в успех этого проекта.

Сэр Джон отлично помнил, например, что генерал-майор Бен Гаррелл, начальник штаба американской армии в Берлине, был вне себя от этой затеи, полагая, что русским не составит никакого труда обнаружить тоннель.

– Это же невообразимо, – возмущался он, – залезть под пятки к «красным» и сидеть под землей месяцами, как беспомощные кроты, ожидая, что в любой момент тебя могут застукать. Нас же поймают за хвост и выставят напоказ всему свету!

Понятно, что гарантий от такой перспективы никто дать не мог. Но рискнуть все же, как полагал сэр Джон, стоило. К счастью, нашлось немало сторонников проекта и в Лондоне, и в Вашингтоне.

«Си» хорошо помнил, как резидент МИ-6 в Центральной Европе Питер Ланн рассказывал ему, с какой горячностью отстаивал перед крупными чинами из Пентагона операцию «Гоулд» – так этот проект именовался американцами – его коллега, шеф берлинской резидентуры ЦРУ Уилл Харди.

– Мы щелкали орешки и покрупнее. Расколем и этот. Все это сущая ерунда! – убеждал он свое начальство в Вашингтоне.

Эта «ерунда», впрочем, доставила и англичанам, и американцам немало хлопот. Да и влетела в копеечку, обойдясь в конечном итоге в тридцать миллионов долларов.

Для большей прочности тоннеля в него, например, нужно было уложить трубу, выполненную из гидравлически проверенных стальных колец диаметром в два метра. Чтобы не оказаться застигнутыми врасплох неожиданными осложнениями при прокладке такой трубы из Западного Берлина в Восточный, специалистам из МИ-6 сначала пришлось на инженерном полигоне в Лэнгноре создать и испытать прототип будущего тоннеля. А эксперты из ЦРУ на своем полигоне в штате Колорадо опробовали систему горной проходки и подземного кондиционирования воздуха. Только после успешного завершения этих экспериментов в августе 1954 года началась реализация проекта.

Для строительства тоннеля у границы советского и американского секторов был возведен пакгауз, замаскированный под станцию радарного слежения, дабы не вызывать подозрения у русских. Всего через полгода тоннель уже был готов и стал выдавать на-гора поток важнейшей информации.

– Мы очень рассчитываем на ваше содействие в обработке получаемых материалов, – не уставал повторять генералу Синклеру в телефонных разговорах и при встрече шеф ЦРУ Аллен Даллес, сменивший на этом посту Биделла Смита. – Моим ребятам в Вашингтоне все еще далеко до ваших парней в том, что касается анализа. В этом деле вы настоящие короли.

Эндрю Кинг закончил свой отчет руководителю СИС без многословных комментариев. Ему показалось, что генерал его не слушает, а думает о чем-то своем. Сэр Джон действительно несколько отвлекся от разговора с Кингом, невольно вспомнив в тихом особняке на Честер-террас, как зарождалась операция «Принц» – так ее называли в МИ-6, или «Гоулд», как она именовалась в ЦРУ.

Берджесс и Маклин

Генерала, однако, не столько волновало прошлое, сколько ближайшее будущее. На днях он встречался с полковником Гримшоу, который руководил техническим обеспечением берлинского проекта с британской стороны. От этой встречи у него остался неприятный осадок.

– Мне кажется, сэр, – заметил ему полковник, что американцы что-то от нас скрывают. Прямых доказательств тому у меня нет, а вот косвенных – сколько угодно. Поверьте мне, сэр, они не дают нам всей информации, снимаемой с подземного кабеля русских.

Генерал не любил полагаться на чужую интуицию, но эти слова полковника никак не выходили у него из головы.

– У американцев давно уже вырос на нас зуб, – размышлял про себя сэр Джон. – Вряд ли они скоро забудут нам Берджесса и Маклина. Так что оснований не доверять Лондону у них, пожалуй, предостаточно.

Весной 1951 года из Вашингтона исчез сотрудник английского посольства в США Дональд Маклин, а вслед за ним из Лондона – шеф американского отдела Форин-офис Гай Берджесс. Оба были напрямую связаны с разведкой. Оба были в дружбе с первым секретарем британского посольства в Вашингтоне Гарольдом «Кимом» Филби. Сменив в 1949 году Питера Двайера, Филби был офицером связи СИС с ЦРУ и ФБР. Это был особый пост, предполагавший полномочия на принятие важнейших оперативных решений секретных служб обеих стран. Это была должность, подразумевавшая исключительную информированность в области внешней политики и разведки.

Сразу же после исчезновения британских дипломатов на стол генерала Вальтера Биделла Смита, тогдашнего Ди-Си-Ай в Вашингтоне, легли один за другим два меморандума от шефа отдела специальных операций ЦРУ Билла Харви, будущего руководителя операции «Гоулд», и начальника группы «Си» в управлении Джима Энгелтона, занимавшегося отслеживанием русской агентуры в США. Оба доклада констатировали: Берджесс, Маклин и Филби – агенты Москвы.

Спустя несколько дней сэр Стюарт Мензис, тогдашний шеф МИ-6, получил из Вашингтона не слишком дипломатичное послание, подписанное директором ЦРУ. В нем содержалось, в частности, следующее шокирующее предупреждение: «Fire Philby or we break off the intelligence relationship» – «Увольте Филби или мы разорвем связи наших разведок».

Сэр Джон Синклер знал об этом меморандуме генерала Биделла Смита и понимал беспокойство, охватившее тогда руководство ЦРУ. И все же из-за одного, пусть даже крупного провала ставить под сомнение целесообразность взаимодействия двух разведок? Это, по мнению сэра Джона, было неправомерно. Но не это ли раздражение американцев промахами британской разведки могло подвигнуть их на отход от доверительных отношений с Лондоном?

Генерал Синклер был близок к догадке, но не мог знать всего, что решали по другую сторону Атлантики его американские коллеги из ЦРУ. Подозрения полковника Гримшоу не были безосновательны. Билл Харви действительно скрывал от англичан наиболее значимую часть информации, получаемой в Берлинском тоннеле.

Еще в конце 40-х годов один из технических экспертов американской разведки Карл Нельсон сделал сенсационное открытие. Он доказал руководству отдела коммуникаций ЦРУ, что используемая в США система правительственной связи ненадежна, что задействованные в ней шифровальные машины «Сигтот» фирмы «Белл» в процессе шифрования передаваемого материала как бы посылают эхо по электропроводам связи. Эхо это, по мнению Нельсона, можно было улавливать и дешифровывать на расстоянии до тридцати километров от источника передачи.

Сначала это открытие привело специалистов службы безопасности в ужас. Но после первого шока, который без труда прошел, дав толчок ускоренной работе по замене всей американской шифровальной техники, у руководства ЦРУ родилась оригинальная идея. Карлу Нельсону было поручено установить, не уязвима ли для изобретенного им перехвата советская система правительственной связи. Оказалось, что да. Русские использовали шифровальные машины, действовавшие по аналогичному принципу.

В 1951 году вслед за историей с Берджессом и Маклином американцы начали разработку операции «Силвер» по возможному перехвату секретной кабельной связи русских. Когда же генерал Биделл Смит узнал, что англичане работают над аналогичным проектом в Вене уже в течение двух лет, он был немало уязвлен.

– Союзники называются! – бушевал он в своем кабинете в Вашингтоне. – Делятся развединформацией как торгаши на рынке. Ну что ж, коли так, то и мы не лыком шиты.

Недолго думая, Ди-Си-Ай дал указание держать открытие Нельсона в тайне. Оно осталось в секрете и четыре года спустя при эксплуатации Берлинского тоннеля. Новый шеф ЦРУ Аллен Даллес тоже не спешил делиться с англичанами открытием Карла Нельсона. В итоге Билл Харви поставлял полковнику Гримшоу только ту информацию, которую англичане и сами умели снимать с телефонных линий русских. Сверхсекретные данные с кодированных передач из Карлсхорста, дешифрованные по методу Нельсона, поступали лишь в один адрес – за океан, в Вашингтон.

…В окна дома на Честер-террас заглянули лучи начавшего клониться к закату нежаркого еще апрельского солнца.

– Вы передали американцам последние наши материалы? – спросил сэр Джон, вставая из-за стола и собираясь уходить.

– Да, естественно, – уверенно заметил в ответ Эндрю Кинг и также поднялся с места, чтобы проводить шефа до машины.

У Честер-гейт, сворачивая за угол дома, ровер генерала немного притормозил перед выездом на улицу. Сэр Джон невольно повернул голову налево, заметив красивую пару у крыльца Нэш-хаус.

– Я их, кажется, где-то видел, – мелькнуло в голове у генерала.

– Господи, да это же чета Профьюмо, – мелькнула догадка у генерала. – Конечно, ведь Джон Профьюмо живет именно здесь, на Честер-террас номер три. А эта очаровательная леди рядом с ним, должно быть, его супруга – кинозвезда Валери Хобсон. Они поженились, кажется, год назад. И во имя политического будущего мужа Валери отказалась от своей артистической карьеры.

Лимузин генерала замер у выезда на Олбани-стрит, пропуская встречный поток машин. Сэр Джон воспользовался этим и вновь взглянул на случайно встретившуюся ему по дороге пару.

Джон Профьюмо ему был мало знаком, хотя в свои сорок лет уже был достаточно опытным и известным политиком, получившим свой мандат Эм-Пи от партии тори еще в далеком 40-м году. У этого внука осевшего в Англии в конце прошлого столетия итальянского барона наладились, насколько это было известно генералу, достаточно дружественные отношения с Гарольдом Макмилланом и даже с королевской семьей. И Профьюмо не без оснований надеялся на свое продвижение вверх по ступеням политической лестницы. Брак с популярной киноактрисой тоже работал на его карьеру.

Генерал Синклер при всей его внешней строгости и суровом виде не был равнодушен к женским чарам и отдавал должное таланту и привлекательности Валери Хобсон.

Дочь британского офицера, родившаяся в Северной Ирландии, мисс Хобсон начала свой артистический путь в 16 лет дебютом на лондонской театральной сцене. В 18 она была уже за океаном, в Голливуде.

Но действительную славу и известность ей принесла лишь одна киноработа – фильм Дэвида Лина «Большие надежды».

Сэр Джон видел этот фильм в послевоенном 46-м, когда не только герои романа Диккенса, но и сами зрители в кинотеатрах жили надеждами на лучшую жизнь после тяжких испытаний прошедшей войны. Фильм имел сокрушительный успех. Валери Хобсон он принес не только популярность, но и благодарную любовь кинозрителей по всей Британии. Генерал Синклер и сейчас был покорен обаянием этой женщины.

Спустя мгновение ровер шефа МИ-6 мягко взял старт и быстро скрылся за узким створом Честер-гейт. Сэр Джон возвращался в свой офис на Бродвее, 54.

День второй

21 апреля, суббота.

Западный Берлин,

резидентура СИС

Из маленького офиса, расположенного в здании олимпийского стадиона, вышел сотрудник здешнего штаба британских оккупационных войск Джордж Блейк. Числясь простым штабистом, Блейк на деле был офицером берлинской резидентуры Сикрет интеллидженс сервис. Направлением его работы была политическая разведка против СССР. Конкретной целью – проникновение в штаб советской группы войск в Германии.

Сев в поезд метро, Блейк вышел на третьей остановке, уже в восточном, советском секторе города. В семь часов вечера в субботний день центр Берлина, лежавший еще в развалинах, был почти безлюден.

В это время из штаб-квартиры советских войск в Карлсхорсте, что в пригороде Восточного Берлина, по шоссе, ведущему к центру города, мчался черный лимузин с зашторенными окнами. За рулем сидел коренастый мужчина лет пятидесяти, майор Николай Мякотных. О его миссии знал лишь один человек – генерал-лейтенант Евгений Питовранов, резидент советской разведки в Германии.

Майор Николай Сергеевич Мякотных был начальником отдела в резидентуре и вот уже больше года вел важнейшего для Центра агента – Джорджа Блейка. Благодаря этому источнику резидентура знала практически обо всех шагах английской разведки в Германии, направленных против СССР. Любая попытка вербовки советских людей немедленно становилась известна Центру, на всех штатных сотрудников берлинской резидентуры СИС – а их было более ста человек – КГБ имел полную и исчерпывающую информацию.

– Такой источник, как Блейк, для нас, Коля, на вес золота, – периодически напутствовал Мякотных его шеф Питовранов. – Ты должен сделать все необходимое, чтобы обеспечить его полную и абсолютную безопасность.

На Шпитальмаркт черный лимузин с зашторенными окнами притормозил у случайного, казалось, прохожего, и за открытой дверцей машины быстро исчез шедший по тротуару мужчина. Автомобиль прибавил газу. Блейк и Мякотных отправились в Карлсхорст.

Джордж Блейк

Конспиративная встреча проходила, как и десятки ей подобных, в обычном режиме. Легкий ужин. Беседа. Вопросы и пояснения к ранее переданным материалам. Передача отснятых на «Минекс» фотопленок. Блейк передал Мякотных подробную информацию о двух новых сотрудниках СИС, прибывших в берлинскую резидентуру, – о супругах Чисхолм. Рутинная, казалось бы, информация о супружеской паре кадровых разведчиков будет доложена в Центр и отправлена в картотеку КГБ. Но этой информации суждено будет сыграть роковую роль.

«Бомба» взорвется шесть лет спустя, когда супруги Чисхолм окажутся под крышей английского посольства в московской резидентуре СИС и станут работать с сотрудником ГРУ и англо-американским шпионом Олегом Пеньковским. Берлинская наводка Блейка на супругов-разведчиков заставит ребят из «Ниночки» – так ласково именовалось седьмое управление КГБ, управление наружного наблюдения, – взять под жесткий контроль эту парочку английских шпионов. Он-то и выведет советскую контрразведку на тройного агента. Пеньковского засекут при встрече с миссис Чисхольм на Гоголевском бульваре. Позднее полковник ГРУ будет арестован и расстрелян, а шеф предателя и его покровитель, начальник ГРУ генерал армии Серов, будет лишен генеральских погон, должности, звания героя Союза и отправлен с позором в отставку.

Но это случится лишь шестью годами позже.

Перед тем как завершить встречу, Николай Сергеевич подсел поближе к Блейку и, стараясь уловить возможное волнение англичанина, сказал, глядя ему в глаза:

– Руководством мне поручено сообщить вам, что сегодня ночью нами будет вскрыт Берлинский тоннель. Все будет организовано таким образом, чтобы вас ни в коем случае не смогли заподозрить в выдаче нам информации о тоннеле.

– Я уверен, Дик, – под этим именем англичанин знал русского разведчика, – что мои советские друзья знают, что делают, – заметил в ответ Блейк.

Евгений Петрович Питовранов

Часом позже Мякотных высадил англичанина у станции метро и снова устремился в Карлсхорст.

Евгению Петровичу Питовранову было не в диковинку засиживаться на работе допоздна. Он был рад своей занятости и востребованности. Эта радость легко понятна особенно тем, кто хоть однажды бывал отлучен от любимой профессии. Такая беда не обошла и Питовранова. В недавнем прошлом были и арест, и беспочвенные обвинения, и допросы, и заключение, и долгожданное освобождение, и возвращение к любимому делу. И даже командировка за кордон, «в точку», да еще в какую – крупнейшую резидентуру КГБ в центре Европы, в Берлине.

Питовранов давно и долго ждал наступавшую ночь. Два года назад в Москве он одним из немногих был ознакомлен с информацией, полученной Центром от Джорджа Блейка через резидента КГБ в Лондоне генерала Коровина. В ней говорилось о Берлинском тоннеле. Год спустя Питовранов и Блейк работали уже бок о бок в Восточном и Западном Берлине, периодически общаясь через майора Мякотных. Блейк, в частности, информировал резидента, а тот – московский Центр о ходе строительства тоннеля, а затем о его завершении и начале работы.

В создавшейся ситуации надо было каким-то образом обезопасить линии связи военных и привести дело к обнаружению и вскрытию тоннеля. Питовранов организовал постоянное наблюдение за тем, что происходит в районе аэропорта Шенефельд на границе восточного и западного секторов города, где должен был прокладываться тоннель. «Наружка» резидентуры отметила появление в этом месте нового ангара, замаскированного под радарную станцию, оживленное движение транспорта и людей вокруг новостройки. Информация Блейка получала конкретное подтверждение.

Параллельно по приказу Питовранова техники резидентуры проверяли телефонные линии военных с целью выявления возможных мест подключения к ним.

В один из весенних дней 55-го года резидент КГБ появился в кабинете командующего группой советских войск в Германии маршала Андрея Антоновича Гречко.

– У нас есть данные о возможном подключении противника к военным линиям связи между Винсдорфом и Карлсхорстом, – заявил генерал Питовранов командующему. – Необходимо принять меры к недопущению утечки секретной информации.

Гречко в ответ на это лишь рассмеялся.

– Да ну брось ты! Какие там секреты?! Ну, болтают мои хлопцы по телефону – это верно. Так что с того? Ну, ввернут там какую-нибудь глупость или анекдот расскажут. Только и всего.

– Андрей Антонович, я тебе дам сейчас три справки – это копии полученных нами агентурным путем документов, составленных гейленовскими разведчиками на основании материалов твоих воинских частей. Эти материалы были выброшены твоими хлопцами на помойку. А умные люди их из мусорной кучи подобрали, обработали и подготовили вот такие справки. Посмотри. Есть в них то, что может представить интерес для нашего противника?

Гречко пролистал предложенные документы, помрачнел и выговорил лишь одно многозначительное «дааа!».

– Так ведь это на бумаге, – продолжил тогда генерал Питовранов, – а уж по телефону-то… Нельзя этого недооценивать.

– Ты о чем просишь? – уже по-деловому спросил уполномоченного КГБ командующий.

– Пока ни о чем, – спокойно заметил генерал Питовранов. – Хочу только, чтобы ты, Андрей Антонович, все это имел в виду и принял соответствующие меры. Чтобы люди вели себя построже. Но без ссылки на то, что я обратился к тебе с этой просьбой от имени Комитета государственной безопасности, а в порядке воинской дисциплины. А уж что касается того, о чем мы дальше попросим, об этом я скажу тебе позже.

За этим разговором последовало еще несколько встреч с командующим на ту же тему. Техники Питовранова записали несколько телефонных разговоров командного состава Группы советских войск в Германии, которые велись по подслушиваемым противником линиям связи. Факты нарушения конспирации были налицо. Узнав о них, Гречко снова обещал принять меры. Но ситуация не менялась. Тогда резидентура КГБ стала активно подбрасывать противнику дезинформацию, составленную в Москве и приготовленную в форме телефонных разговоров в Винсдорфе. На магнитофонную ленту подслушивающих устройств противника пошла потоком «деза».

В начале апреля 56-го генерал Питовранов подготовил и направил в Центр докладную записку и план действий по обнаружению тоннеля. В ней было подробно расписано, что будет сделано аппаратом резидентуры, что – привлеченными к операции сотрудниками «Штази», а что – военными. План был одобрен. Подошел час его выполнения.

Берлинский тоннель. Схема из архива СВР

В кабинет резидента был приглашен майор госбезопасности Гончаров. Это он уже больше года практически без перерыва вел со своей командой работу по обнаружению тоннеля. Он не знал о месте его прохождения даже приблизительно. Майор не имел права этого знать. Следуя законам конспирации, Центр таким образом защищал ценнейшего агента – Джорджа Блейка – от возможной расшифровки своей контрразведкой. И Гончарову пришлось, полагаясь лишь на помощь коллег да на собственный профессионализм, искать место подключения противника к советским линиям связи. Теперь он знал это место.

– Ну и погодка сегодня! – заметил Гончаров, поглядывая в окно. – Льет как из ведра.

– Этот ливень в субботнюю ночь нам как нельзя кстати, Вадим Федорович, – заметил резидент с интонацией профессионального охотника. – Пока вы будете ночью отрывать вход в тоннель, темень и дождь послужат вам наилучшим камуфляжем.

– Это верно, Виктор Петрович, – согласился майор. – В такую погоду хороший хозяин и собаку во двор не выпустит.

Гончаров, как и Питовранов, с нетерпением ждал этой ночи. Позади остался год кропотливой работы и неустанных поисков. Телефонные линии связи составляли в длину более пятидесяти километров. Команде Гончарова изо дня в день метр за метром пришлось идти по телефонному кабелю, периодически замеряя его характеристики, чтобы определить в случае изменения параметров место возможного подключения к линии подслушивающих устройств. И вот теперь майор точно знал, что в пятидесяти метрах от места последнего замера к кабелю есть несанкционированное подключение. Оставалось немного – пройти эти 50 метров по линии связи, откапывая ее – кабель лежал на глубине 80 сантиметров, – пока он не приведет к входу в тоннель.

Ближе к полуночи в кабинете генерала Питовранова собрались почти все руководители резидентуры, все замы, плюс Мякотных, Булда, Гончаров. Коллеги в последний раз держали совет, как эффективнее и безопаснее провести ночную операцию. Были в последний раз проанализированы все обстоятельства, рассмотрены все возможные сценарии, взвешено все до мелочей.

К часу ночи участники операции ждали сигнала к ее началу уже каждый на своем месте. Для раскопки кабеля была приглашена рота военных саперов группы советских войск в Германии. Солдаты начали копать. Дождь не прекращался ни на минуту. В кромешной темноте под шум водяных струй работу бригады было не видно и не слышно даже с десяти метров.

Минут сорок спустя, пройдя около сорока метров по кабелю, саперы вышли под землей на телефонный колодец, прикрытый крышкой.

– Проверьте хорошенько, нет ли на подходах к колодцу мин, – скомандовал генерал Питовранов. – Будьте осторожны и не спешите.

После проверки саперами крышку колодца сняли. Гончаров спустился вниз и очутился в тоннеле. Как в метро, его шахта была выложена металлическими тюбингами. В нескольких метрах от крышки колодца в шахте Вадим Федорович наткнулся на чугунную дверь. Гончаров посветил на нее фонариком. На русском и немецком языке на ней было выведено: «По приказу главнокомандующего группы советских войск в Германии вход в тоннель запрещен!»

– Неплохая маскировка, – подумал про себя майор, – только рассчитана на дурачков.

Снова проверив, нет ли мин, разведчик попробовал потянуть на себя ручку двери. Он был уверен, что дверь окажется заперта. Но, на удивление Гончарова, она легко поддалась усилию и открылась настежь. Самоуверенные хозяева тоннеля даже не позаботились ее запереть: были убеждены, что тоннель никто не обнаружит.

Когда Гончаров, а вслед за ним и другие вошли в тоннель, работа в нем шла полным ходом. В креслах сидели операторы в наушниках, крутились бабины многочисленных магнитофонов, кто-то готовил себе кофе, кто-то отдыхал на диване после трудной смены. Когда в конце тоннеля, откуда ни возьмись, появились фигуры советских солдат и офицеров, возникла немая сцена. Обе стороны будто замерли на мгновение от неожиданности происшедшего и внимательно разглядывали друг друга удивленными глазами. Затем, как после выстрела стартера, все горе-шпионы побросали свои наушники и ринулись вдоль тоннеля к противоположному его концу, к выходу на территорию западного сектора города.

Через несколько секунд тоннель опустел. Никто не стал преследовать беглецов. В этом не было нужды. У места своего исчезновения застигнутые врасплох цэрэушники в одно мгновение возвели мешки с песком и выставили на двери вывеску: «Внимание! Вы входите в американский сектор».

Входить в него никто не собирался.

В тоннель спустился генерал Питовранов. Внимательно оглядел трофейное хозяйство, и на его мужественном лице появилась легкая улыбка.

– Поздравляю! – сказал он, обращаясь к участникам операции. – Дело сделано.

Глубокой ночью, вернувшись в резидентуру, генерал Питовранов связался по ВЧ с Москвой и сообщил дежурному офицеру КГБ:

– Передайте «первому», что номер двенадцатый успешно выполнен.

Двенадцатый номер был условным обозначением операции по вскрытию Берлинского тоннеля.

Ранним утром резидент КГБ позвонил первому заместителю министра госбезопасности ГДР.

– Геноссе Мильке? Это Питовранов. Прошу вас сообщить товарищу Вальтеру Ульбрихту, что нами обнаружен тоннель в районе Шенефельда, проложенный из западного сектора в восточный для подключения к нашим линиям связи.

Только после этих телефонных звонков генерал Питовранов решил прилечь и немного отдохнуть. Устроившись на диване в углу своего кабинета, он тут же заснул.

День третий

22 апреля, воскресенье.

Лондон,

посольство СССР

Ранним утром Серов появился в доме номер тринадцать на Кенсингтон Пэлас Гарденс, где размещалось посольство СССР, и тут же получил от полковника Модина, исполнявшего обязанности резидента КГБ, срочную шифротелеграмму.

– Тоннель вскрыт. Отлично! – подумал про себя Иван Александрович, прочитав полученное сообщение.

Генерал был доволен. К завтраку он ждал встречи с Хрущевым и заранее предвкушал поздравления по случаю успешно проведенной операции. До встречи оставалось около часа, и Серов впервые за долгое время пребывал в благодушном настроении. Он был подчеркнуто внимателен к людям, шутил, охотно обещал в чем-то помочь. В зале приемов посольства, где должен был подаваться завтрак для членов советской делегации, Серов появился первым. Он неторопливо шагал вдоль столов, то и дело поглядывая на входную дверь, не появился ли «первый». Когда Хрущев вошел в зал, генерал тут же устремился к нему навстречу. Серов собирался доложить заранее подготовленный текст, но Хрущев его опередил.

– Иван, – громогласно воскликнул он, – ну и молодцы же наши военные! Ты слышал? Они в Берлине шпионский тоннель откопали.

– Какие военные?! – опешил Серов. – Никита Сергеевич, это же наша работа. Мы ее уже год ведем. Я же вам докладывал…

– Да брось ты! Ваша работа, ваша работа… Пошли лучше за стол. Я что-то проголодался. Да и некогда мне с тобой лясы точить. Иден меня в своей резиденции ждет.

Это был совершенно неожиданный поворот. У Серова к еде пропал всякий интерес. Завтракать с делегацией он не стал. Иван Александрович не мог понять, в чем дело, что произошло. Не войдя, а ворвавшись в кабинет Модина, генерал приказал немедленно связать его с Питоврановым. Связист резидентуры начал что-то объяснять ему о технических проблемах выхода из Лондона на Карлсхорст по линии связи, но Серов ничего и слушать не хотел. Не без труда через некоторое время связь была установлена.

– Питовранов? – не сказал, а крикнул в трубку разгневанный Председатель КГБ.

– Да.

– Это Серов.

– Слушаю вас, Иван Александрович.

– Кто вскрывал тоннель? – голос Серова в трубке звучал недовольно и грозно.

– Все документы и план вскрытия тоннеля утверждены вами, Иван Александрович. О том, что произошло, я уже подробно доложил в Центр на ваше имя.

– Причем тут это?! Ты мне лучше скажи, кто копал? – не унимался Серов.

– Копали саперы.

– Какие саперы? – Серов уже почти кричал в трубку.

– Из войск, – спокойно отвечал ничего не понимающий уполномоченный КГБ.

– Что ж, вы сами-то не могли, что ли? – бушевал на другом конце провода генерал Серов.

– Могли, конечно. Только ведь каждый должен делать свое дело, Иван Александрович.

– А пошел бы ты со своим делом… – Серов грязно выругался и бросил трубку. Он все понял.

Озадаченный гневной реакцией председателя КГБ, Питовранов позвонил Гречко.

– Андрей Антонович, ты в Москву о тоннеле сообщал? – поинтересовался он у главкома ГСВГ.

– Конечно. Утром позвонил Георгию Константиновичу. Обо всем ему рассказал. Жуков поздравил. Обещал наградить.

Маршал Жуков и генерал Серов

Дальнейший ход событий Питовранову нетрудно было вообразить. Гречко опередил его с донесением. Жуков, получив его, очевидно, доложил Хрущеву о тоннеле первым. Все лавры победителя приписал ГСВГ. Комитет госбезопасности остался в результате ни при чем: все сделали военные, они же копали…

Шпион, который пытался уничтожить мир

В разгар самого острого противостояния СССР и США, в дни Карибского кризиса в Москве арестовали полковника ГРУ Олега Пеньковского. Он выдал противникам все наши слабые стороны и чуть не начал ядерную войну…

Олег Пеньковский был ценнейшим агентом западных спецслужб, их величайшей удачей за всю историю противостояния с Москвой, хотя связь длилась менее двух лет. На втором месте в «рейтинге удач» – полковник КГБ Олег Гордиевский, после 11 лет шпионажа сбежавший в Англию, где живет и по сей день. На третьем – генерал-майор ГРУ Дмитрий Поляков. Шпионил четверть века. Расстрелян нашими в 1988 году.

В США в 90-х вышла книга «Шпион, который спас мир», основанная на рассекреченных донесениях в ЦРУ и МИ-6 агента по кличке «Герой». Ее авторы утверждали, что Пеньковский изменил курс «холодной войны», спас мир от ядерной катастрофы в Карибский кризис 1962-го. У нас недавно была издана книга полковника КГБ в отставке Анатолия Максимова «Главная тайна ГРУ». Якобы на самом деле Пеньковский – наш герой без кавычек, внедренный в ЦРУ с особой дезинформаторской миссией. А процесс над ним был лишь инсценировкой.

Две версии

Две диаметрально противоположные версии в ходу. Истина, как всегда, посередине. Изменника Пеньковского расстреляли по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР. Это был суровый приговор и для Главного разведывательного управления Минобороны СССР. Лишился поста легендарный шеф ГРУ Иван Серов. Почти четверть века он правил бал в советской разведке. Зам Берии, глава КГБ, затем – ГРУ. Генерала армии отправили в отставку, лишив званий и наград. От суда его спасли давняя дружба и «особые дела» с Хрущевым. Спешно сместили почти всех руководителей ГРУ. Срочно отозвали из-за рубежа более трех сотен легальных и нелегальных разведчиков, которых мог засветить предатель. Иных отзывать было уже поздно. Ряд многообещающих операций оказался безнадежно провален. Многие агентурные связи утрачены навсегда. Серова сменил генерал КГБ Петр Ивашутин, руководивший операцией по аресту Пеньковского. Большинство новых кадров в ходе чистки также пришли в ГРУ из кабинетов Лубянки. «Друзья-конкуренты» военных разведчиков. Престижу советской военной разведки был нанесен сокрушительный удар.

Отправили в отставку и Главнокомандующего ракетных войск и артиллерии СССР Сергея Варенцова. Маршала понизили в звании на четыре ступени, лишили звания Героя Советского Союза. Сломали карьеру и ряду других военачальников. Все из-за того же «Героя» Пеньковского.

Слишком большая цена для мифической «дезинформаторской миссии»!

Подобной беспрецедентной чистки не было в истории России в случае с другими предателями.

Инициативник

Пеньковский был «инициативником». Сам не раз пытался через иностранцев передать на Запад письма с предложением сотрудничества. Его считали провокатором, бумаги отказывались брать. Летом 1960 года одно письмо все же попало в ЦРУ. Через американских туристов. ЦРУ и МИ-6 создали под Пеньковского совместную бригаду. В ходе его трех загранкомандировок в Лондон и Париж предателя «выпотрошили» полностью. Общее время «допроса» составило 140 часов! На 1200 страниц машинописного текста. Плюс из Москвы он успел передать хозяевам массу ценных сообщений и 111 фотопленок. Отснял 5500 сверхсекретных документов общим объемом 7650 страниц. Бригада переводчиков не поспевала за неутомимым шпионом. ЦРУ долго не могло поверить удаче!

Визитная картонка Пеньковского

Однако наши власти утверждали после суда, что предатель к секретам доступа не имел, занимался лишь выставками в ГКНТ (Госкомитете СССР по науке и технике). Надо было как-то прикрыть наш вселенский позор. Под «крышей» ГКНТ полковник вел весь комплекс вопросов экономического и научно-технического сотрудничества с Западом. Он отвечал в ГРУ за организацию военно-промышленного шпионажа против Запада по каналам ГКНТ. Это обернулось нам боком. Работа в ГКНТ предоставляла предателю отличные возможности получать закрытую информацию об экономическом, технологическом и военном потенциале СССР. Статус советника Госкомитета давал выход на руководителей наших крупных военных заводов и конструкторских бюро, начальников, управлявших военно-промышленным комплексом страны.

Другим, еще более важным источником получения секретных данных стали высокопоставленные знакомые Пеньковского. Прежде всего – Главный маршал ракетных войск и артиллерии СССР Сергей Варенцов.

Говорили, он был тестем Пеньковского. Но это слухи. Предатель был женат на дочери генерал-лейтенанта Гапановича, начальника Политуправления Московского военного округа, к тому времени покойного. А у Варенцова Пеньковский служил в войну адъютантом, оказывал важные «неслужебные» услуги. Он умел услужить начальству! С тех пор дружил, часто общался. За непринужденными беседами под рюмочку в доме маршала Пеньковский получал от Варенцова, его именитых гостей типа министра обороны Малиновского бесценные для западных спецслужб данные о новейшем советском ракетно-ядерном оружии. Оперативно узнавал о замыслах высшего руководства СССР по отношению к Западу в разгар «холодной войны», грозившей превратиться в горячую, ядерную. Ходил в любимчиках и у начальника ГРУ Серова.

Кандидат на увольнение

Еще в середине 50-х Пеньковского собирались уволить из военной разведки. Проштрафился в Турции. Но Серов его спас. Характерный пример: в 1961-м для встречи с «хозяевами» на Туманный Альбион предатель прибыл, сопровождая в служебной командировке… жену и дочь Серова. Помогал им закупить в Лондоне дефицитное в ту пору в СССР барахло.

Олег Пеньковский

Покровительство высокого начальства открывало шпиону двери многих кабинетов и секретных архивов, доступ к шифровкам из зарубежных резидентур, документам для высшего руководства страны. Эти материалы никак не должны были по законам конспирации и правилам ГРУ попадать Пеньковскому на глаза. Он же умудрялся копировать секретные материалы, переправляя все наиболее важное на Запад. Подчас ему не нужно было даже выяснять имена агентов, завербованных ГРУ в Англии, США. Достаточно передать, что ГРУ получило копию документа с таким-то грифом и порядковым номером. Вражеская контрразведка вычисляла, откуда утечка. Так были сданы многие наши агенты за рубежом.

Однако и сам предатель проработал меньше двух лет. Его быстро вычислили. Но могли раскрыть еще раньше! В августе 1961-го агент из военного министерства Франции, завербованный сотрудником парижской резидентуры ГРУ Вадимом Георгиевичем Ильиным, сообщил, что в спецслужбах СССР есть предатель. Фамилия – Пеньковский. Резидент ГРУ в Париже Николай Чередеев посчитал информацию недостоверной и запретил посылать ее в Центр. Ильин стоял на своем. Его отозвали в Москву, вынудили уволиться из ГРУ.

Причина провала крота

По сей день аналитики ЦРУ и МИ-6 ломают голову, что привело к его разоблачению, обвиняют друг друга в провале суперагента. Дошло до того, что виновным в раскрытии Пеньковского признали главу МИ-5 сэра Роджера Холлиса. На самом деле вычислить его помог наш супершпион Джордж Блейк. Он живет в Москве, на днях отпразднует 90-летие. Двадцать лет назад совместно с немецкими документалистами я снимал о нем фильм, кое-что узнал из первых уст. В 50-х Блейк работал в западноберлинской резидентуре МИ-6. Сообщил в Москву обо всех ее сотрудниках. В том числе о чете Чисхолм.

Когда Пеньковский стал агентом Запада, супругов отправили в Москву для связи с ним. Надеясь, что мадам Чисхолм, гуляя по Москве с маленьким ребенком, не вызовет подозрений у КГБ. Однако чекисты знали, благодаря Блейку, истинное лицо английской мамаши. «Топтуны» из 7-го управления КГБ сразу по прибытии мадам в Москву взяли ее под плотный «колпак». Они и засекли 30 декабря 1961 года контакт «в одно касание» между Джанет Чисхолм и неизвестным русским на Цветном бульваре. Дальнейшая слежка за мадам вывела нашу контрразведку на Пеньковского.

Шпион принимает радиогралшу

Шеф Второго главного управления КГБ (контрразведка) генерал Грибанов и начальник Шестого главного управления (военная контрразведка) генерал Ивашутин, получив первые косвенные данные о возможных связях Пеньковского с западными спецслужбами, долго отказывались этому верить. Не давала покоя боязнь ошибиться и навлечь на себя гнев высших государственных чинов, покровительствовавших Пеньковскому. Кроме фотографий случайных встреч в Москве с Чисхолм, конкретной информации против полковника ГРУ на Лубянке не было. Полковник военной разведки умел заметать следы!

Пеньковский и его куратор в лондонском отеле

Лишь несколько месяцев спустя сам шеф КГБ Владимир Семичастный отдал приказ произвести в отсутствие Пеньковского обыск в его квартире. Чтобы «удалить» хозяина из дома, контрразведчики обработали его кресло в служебном кабинете ядовитым составом. Полковник заболел. Попал в госпиталь. Пока лечился, квартиру обыскали. Каково же было удивление чекистов, когда они обнаружили в тайнике целый арсенал шпионской амуниции: мини-фотокамеры, диктофоны, деньги, шифры, инструкции и т. д. Только эта находка окончательно решила судьбу «крота». Дала руководству КГБ «железные» основания для последующего ареста. За ним стали следить, выявляя все контакты, под разными предлогами «закрыли» запланированные командировки в США, Европу.

Мотивы и цена предательства

Что привело Пеньковского к сознательной измене? Подобный вопрос задали 26 июня 1963 года шефу ЦРУ Джону Маккоуну на заседании Консультативного Совета по делам разведки при президенте США. Совет специально собрался обсудить провал ценнейшего агента. Маккоун откровенно ответил: «Прежде всего он руководствовался эмоциональными мотивами. Этот человек не мог смириться с тем, что ему не удалось подняться на более высокую ступеньку власти, что и побудило его работать против нынешних лидеров СССР». ЦРУ ведь изучило его со всех сторон, опасаясь «двойной игры». И прекрасно знало истинную суть «идейного борца с коммунизмом».

Пеньковский считал, что засиделся в полковниках. Мечтал быть генералом. Только и всего. Еще деньги очень любил. ЦРУ обещало ему 250 тысяч долларов после завершения шпионской деятельности и переселения в США. Гигантская по тем временам сумма.

Проведенное по заданию руководства страны расследование показало: Пеньковский выдал спецслужбам США важнейшую стратегическую информацию о советских ракетно-ядерных силах в разгар Карибского кризиса, когда противостояние двух стран достигло своего апогея и грозило перерасти в вооруженное столкновение с непредсказуемыми последствиями.

В чем же заключалась его «миссия по спасению мира», как утверждали авторы цэрэушной книги? Хрущев блефовал. Мол, в СССР «ракеты делают как сосиски». И Запад готов был верить в ядерную мощь русских. Но Пеньковский дал Вашингтону и Лондону поистине бесценную информацию. Оказывается, против 5000 американских ядерных боеголовок СССР мог выставить всего 300. Предатель помог руководству США вскрыть слабые стороны советской обороны, уверовать в свое военное превосходство и безбоязненно действовать в ходе Карибского кризиса с позиции силы. Опять же благодаря Пеньковскому США узнали про наши ядерные ракеты на Кубе. У них под носом.

В августе и октябре 62-го американский самолет-шпион У-2 засек на территории Кубы активную стройку. Только с помощью «ядерного советского досье» Пеньковского ЦРУ определило: на острове Свободы «красные» спешно монтируют пусковые площадки для ядерных ракет, готовых взять под прицел всю Америку! И забили тревогу.

Хрущев был известный авантюрист. Как тогда говорили – «волюнтарист». Обещал «закопать Америку»! Мог сдуру и начать ядерную войну. Может, действительно Пеньковский был спасителем мира, раскрыв вовремя Западу замыслы Никиты Сергеевича? – спросите вы.

В сказку о спасителе можно поверить, если бы не один нюанс. О нем я узнал из рассекреченных документов ЦРУ, внимательно изучал их. Пеньковский договорился с кураторами из ЦРУ о двух кодированных телефонных сигналах для срочного предупреждения своих хозяев. Один – угроза ареста. Другой – секретное решение Кремля о ядерном ударе по Западу. Почуяв провал, накануне ареста Пеньковский сделал в московскую резидентуру ЦРУ шифрованный звонок об … угрозе ядерного нападения СССР на США. Видно, решил: пропадать – так с музыкой! Пусть вместе с ним идет в тартарары весь мир. Во всяком случае, родина. Понимал, что его расстреляют.

Однако Ди-Си-Ай – шеф ЦРУ Джон Алекс Маккоун шифровку не получил. Кто-то уже в Лэнгли, штаб-квартире ЦРУ, ее попридержал. Кандидатов двое. Аналитик Реймонд Гарткофф (возможно, из русских, поскольку на конце фамилии два «ф») или замглавы ЦРУ Рэй Клайн. Возможно, оба приложили руку к тому, чтобы чрезвычайно важная, но сомнительная шифровка о подготовке советского ядерного удара не пошла к руководству США. Я читал записку Гарткоффа. Он сравнил дерзкий сигнал Пеньковского с решением библейского Самсона обрушить храм на голову врагов и себя. Нетрудно представить реакцию американских «ястребов» в окружении Кеннеди, если бы шифровка из Москвы не застряла в Лэнгли, а дошла до них. Вполне могла разразиться ядерная война. Из-за Пеньковского. Повторяю, это был разгар Карибского кризиса. Американцы только что узнали про наши ракеты на Кубе.

22 октября в Москве арестовали предателя. В тот же день Кеннеди заявил нации, что вооруженные силы страны приведены в состояние боевой готовности.

Об аресте Пеньковского ЦРУ и сам Кеннеди узнали лишь в начале ноября, когда кубинский кризис уже «рассасывался». Там тоже история интересная. КГБ выманил одного из «связных» шпиона, американского дипломата, к тайнику Пеньковского, сделав от его имени тайный шифрованный знак. Дипломата взяли с поличным, тут же выдворили из СССР.

Карибский кризис

А в те октябрьские дни обстановка была накалена до предела. Около ста боевых кораблей, подлодок ВМФ США полностью блокировали Кубу, чтобы не пропустить советские корабли с оружием. Но наши ядерные боеголовки уже были на острове. Пентагон спешно готовил для вторжения более трехсот тысяч пехотинцев и десантников, усиленных ударной авиацией и флотом. В воздухе круглосуточно барражировали стратегические бомбардировщики американских ВВС с термоядерными бомбами на борту. Вооруженные силы Советского Союза и стран Варшавского пакта также были приведены в состояние боевой готовности.

Что война вот-вот начнется, никто не сомневался. Гадали лишь, когда объявят мобилизацию и пойдут мужики с винтовками на фронт, как в 41-м. Все еще прекрасно помнили Отечественную. В нашем сельпо мигом раскупили спички, соль, мыло, керосин. Сам в очереди стоял. А больше и покупать было нечего.

Я хорошо помню, как в один из октябрьских дней 62-го во двор моего московского дома на Усачевке въехала доверху груженная полуторка. В подвал дома стали вываливать противогазы. Бросали их как картошку – горой. На радость нам, мальчишкам! Каждый тогда унес себе домой несколько штук. Щедро посыпанные тальком, они плохо пахли. После первой же примерки одевать их больше не хотелось. Потом стали приводить в порядок бомбоубежища – излюбленные места наших игр в прятки. Это был еще один очевидный даже для мальчишеских глаз признак надвигающейся угрозы войны.

Карибский кризис возник не сразу. После провала американской операции вторжения в заливе Свиней весной 1961 года ЦРУ и Пентагон разработали план «Мангуста» по свержению режима Фиделя Кастро. Кремль решил создать мощный ракетно-ядерный плацдарм на Кубе, чтобы взять под прицел всю территорию США. Операция по доставке ракет получила кодовое название «Анадырь». Позже Хрущева обвиняли в вероломстве. Но это был адекватный ответ США, которые первыми, еще в 61-м, разместили свои ракеты в Турции, способные накрыть Москву. Хрущев не без основания полагал, что СССР имеет такое же право, как и Штаты, размещать свои ракеты в другой стране с согласия ее правительства. Особенно если речь идет о защите этого государства от иностранного вторжения.

В апреле 1962 года во время очередного доклада в Кремле министра обороны СССР Малиновского Хрущев перебил маршала и неожиданно спросил: «Родион Яковлевич, а что, если запустить в штаны американцам нашего ежа?» Малиновский замолчал, не зная, что ответить. Хрущев тогда пояснил, что он имеет в виду: «Нельзя ли поставить наши ракетные системы на Кубу? Мы пока сильно отстаем от США по боеголовкам – раз в пятнадцать, кажется. Быстро это отставание не ликвидируешь. В то же время ракеты у самого порога США резко изменили бы ситуацию».

Министр обороны заметил, что в таком случае речь идет не столько о военном, сколько о политическом решении.

Операция «Анадырь»

На заседании Президиума ЦК КПСС 24 мая 1962 года политическое решение было принято. Инициативу Хрущева единодушно поддержало высшее политическое руководство Советского Союза. Было признано целесообразным создать мощный ракетно-ядерный плацдарм у самых дверей Соединенных Штатов – на Кубе.

Реализация «Анадыря» началась безотлагательно в обстановке максимальной секретности. В общей сложности на Кубу должен был быть переброшен 50-тысячный советский военный контингент. В его составе была 51-я ракетная дивизия. В нее входило пять полков с установками ракет средней дальности действия: три с 24 ракетами Р-14 дальностью до 1700 км и два полка с 16 ракетами Р-12 дальностью до 3500 км. Каждая из ракет оснащалась ядерной боеголовкой мощностью в одну мегатонну.

Не менее значительной была ядерная нагрузка подводного флота, выдвигавшегося согласно операции «Анадырь» к берегам Флориды. Семь из одиннадцати подводных лодок, направленных туда, несли каждая по три ракеты Р-13 мощностью в одну мегатонну каждая.

Ядерную составляющую имели даже два дивизиона ФКР – фронтовых крылатых ракет с дальностью действия до 160 км и боеголовками до двенадцати килотонн каждая.

Внушительно выглядели авиация и надводный флот, направлявшиеся к Кубе. Они включали в себя 42 легких бомбардировщика Ил-28, звено истребителей МиГ-21, а также 2 крейсера, 4 эсминца и 12 катеров типа «Комар» с ракетами Р-15. Плюс 2 танковых батальона, оснащенных самыми современными на то время танками Т-55, и несколько батарей ПВО.

В случае возможного конфликта это была очень серьезная сила. И главное – почти вся территория США находилась в зоне достижения советских ядерных ракет. Благодаря шпиону Пеньковскому Кеннеди узнал о советских ракетах еще на стадии их монтажа и принял чрезвычайные меры!

Объявив блокаду Кубе, Кеннеди потребовал от Хрущева убрать ракеты без каких-либо условий. Знал же свое ядерное превосходство! Но Хрущев не дрогнул. Начались трудные переговоры. Кажется удивительным, но в тот момент между Кремлем и Белым домом не было прямой телефонной связи. Знаменитую «Красную линию» установят после Карибского кризиса. А в те дни посредником в переговорах двух лидеров стал … резидент КГБ в Вашингтоне Александр Феклисов (американцы знали его как Фомина). Я встречался с Героем России полковником Феклисовым, готовя материалы для своих книг. Легендарный разведчик умер ровно 5 лет назад.

Александр Семенович рассказывал мне о своей встрече в самый разгар Карибского кризиса с известным журналистом телекомпании АВС и другом семьи Кеннеди Джоном Скали. «Фомин» говорил с ним о путях выхода из кризиса, возникшего вокруг советских ядерных ракет на Кубе. Встречались они не в первый раз. Американцы верили, что через КГБ лежит кратчайший путь к уху Хрущева. И Скали всегда охотно шел на встречу с вашингтонским резидентом КГБ.

В тот октябрьский день «Фомин» огорошил своего собеседника угрозой: если США решатся на силовые действия на Кубе, СССР нанесет молниеносный удар по Западному Берлину. «Я тогда нарисовал Джону страшную картину, – признался мне Анатолий Семенович. – Тысячная армада советских танков при мощной поддержке с воздуха сметает все на своем пути! Вряд ли нам потребуется больше суток, чтобы сломить сопротивление натовских гарнизонов и захватить Западный Берлин. Скали тут же помчался докладывать о разговоре братьям Кеннеди. Наверное, это был ключевой эпизод в политическом покере вокруг Карибского кризиса».

Любопытно, что тогдашний посол СССР в США Анатолий Добрынин отказался подписывать шифрограмму с отчетом Феклисова о его беседе со Скали. Дипломат считал, что КГБ ведет сверхрискованную игру, которая может закончиться катастрофой, и не хотел брать на себя ответственность за возможные последствия. Он не знал, санкционирована эта игра Хрущевым или является инициативой Лубянки. Александр Семенович был вынужден самостоятельно связываться с Центром.

В Москве вся информация по Карибскому кризису стекалась на Лубянку. Специальная группа во главе с председателем КГБ Семичастным круглосуточно получала и обрабатывала разведывательную информацию, поступавшую в Центр по каналам МИДа, ГРУ и КГБ.

«Я анализировал всю информацию и отбирал самую главную из потока сообщений, – рассказывал мне позднее Владимир Ефимович Семичастный. – Важнейшие материалы попадали в синюю папку, а затем я докладывал о них Хрущеву. Костяк этих сообщений, естественно, составляли шифровки резидентов КГБ и ГРУ, а также наших послов в США и на Кубе».

– Какое из донесений вам тогда запомнилось более всего? – поинтересовался я у бывшего председателя КГБ.

– То, что поступило в пятницу 26 октября, – ответил мне Семичастный. – Это была шифровка ГРУ. В ней говорилось, что в американских вооруженных силах введен второй уровень боевой готовности. Первый, как известно, означал войну. Сообщалось также, что всем госпиталям страны отдан приказ готовиться к приему раненых. Кроме того, командующий нашей группировкой на Кубе генерал Плиев докладывал, что, по его данным, военно-воздушные силы США нанесут упреждающий удар по острову 27 октября. Эти сообщения не могли не врезаться в память. От них веяло войной».

Момент истины

Во время Карибского кризиса Хрущев и Политбюро заседали в Москве практически непрерывно. Американские журналисты писали, что и в Белом доме, и в Кремле окна светятся ночи напролет. Узнав об этом из обзоров прессы, Хрущев перенес заседания Политбюро из Кремля за город, на дачу в Ново-Огарево, куда американским репортерам было не добраться.

27 октября действительно стало кульминацией конфликта. Советская ракета сбила над Кубой американский самолет-разведчик «У-2». Пилот погиб. Пентагон требовал от президента нанести по «комми» ответный удар. Несколько наших ядерных ракет уже были установлены на тот момент. Мы бы ответили в этом хаосе ядерным ударом. По «горячей линии» Феклисова в Кремль ушло полное тревоги послание Кеннеди. «На меня оказывается сильное давление. Так может начаться война». Получив его, Хрущев немедленно в ночь на 28 октября приказал советским кораблям взять курс на родину. Ракеты и ядерные боеголовки также возвращались домой. Часы войны были повернуты вспять и начали отсчитывать первые минуты мира. Затем, годами позже, последовали и ОСВ-1, и ОСВ-2 и другие договоры о снижении ядерной угрозы. Но отсчет начался после решения Никиты Сергеевича Хрущева убрать ракеты с Кубы.

В обмен на вывод наших ракет Кеннеди дал гарантии невмешательства в дела Кубы. И убрал из Турции ядерные ракеты, нацеленные на Москву. Но про этот «турецкий» пункт договора Москва молчала по просьбе Кеннеди. Отсюда и упорные слухи о капитуляции Хрущева.

Так что не предатель Пеньковский, а политическая мудрость Хрущева и Кеннеди спасла полвека назад мир от ядерной войны. Ведь горячих генеральских голов, готовых начать ее, хватало тогда по обе стороны океана. Возможно, за это миротворчество оба мировых лидера и поплатились. В глазах родных «ястребов» они оказались «слабаками». Одного вскоре убили, другого свергли.

P.S. А Пеньковского расстреляли в мае 1963 г. ЦРУ почему-то не предприняло ни малейших попыток спасти своего суперагента. Может, не хотели дразнить русских? Хотя в том же 62-м янки обменяли летчика-шпиона Фрэнсиса Гэри Пауэрса на нашего разведчика Рудольфа Абеля (он же Вильям Фишер). МИ-6 поступило благороднее. Вместе с Пеньковским судили его английского связника Гревилла Винна, дали 8 лет. Англичане обменяли Винна на советского разведчика Гордона Лонсдейла (он же Конон Трофимович Моло́дый), получившего 20 лет лет за шпионаж. Этот обмен был явно не в пользу англичан.

«Скандал века»: неудобная правда

Осенью 1961 года на стол начальника ГРУ ГШ генерала Серова легли материалы, полученные из лондонской резидентуры советской военной разведки. Среди них была фотокопия секретного документа с адресами рассылки, направленного военному министру Великобритании Джону Профьюмо. Среди фотодокументов была также любовная переписка министра с некой танцовщицей по имени Кристина Килер. Через год к этим снимкам добавились фото из коллекции некого «Четверг-клуба» с порносюжетами развлечений супруга английской королевы герцога Эдинбургского…

На протяжении долгих лет историки разных стран пытаются распутать причудливый клубок противоречий. Из-за неоднозначности имеющихся фактов, из-за столкновения различных взглядов у специалистов нет единого мнения. Эксперты продолжают спорить друг с другом, нередко отстаивая противоположные точки зрения.

Генерал Серов в Лондоне, 1956 г.

Открытые для изучения архивные материалы, как ни странно, не всегда способствуют разрешению споров. Так как даже в исторических документах существует немало противоречий. На эти противоречия слой за слоем накладываются политические и идеологические разногласия. Дает о себе знать конкуренция в стане противоборствующих сторон. Не утихают личные и корпоративные конфликты.

К этой гремучей смеси столкновений и противоречий примешена значительная толика ловко состряпанной дезинформации, примитивной клеветы и откровенного обмана, появляющегося порой в «желтой прессе», на радио и телевидении. В том числе и в отечественных СМИ. Радиостанция «Эхо Москвы», например, через 60 лет после исторического скандала заявила устами своих экспертов, что в деле Профьюмо не было никакого шпионажа, а был лишь адюльтер военного министра.

Хочу предложить свой независимый, авторский взгляд на сенсационные и весьма скандальные события той поры.

Должен предупредить, что их изложение и оценка не являются официальной точкой зрения на исторические события прошлого. Результаты моего многолетнего расследования – эта не плод заказного творчества, столь популярного в наше время, и не результат согласованного в инстанциях коллективного труда. Это самостоятельное дело со всеми присущими ему достоинствами и недостатками.

Британская пресса о «скандале века»

В его основе – воспоминания и свидетельства реальных участников событий, рассекреченные материалы из различных архивов, факты многочисленных зарубежных исследований, опубликованных в печати разных стран, а также результаты расследования, проведенного самим автором.

Я не претендую на истину в последней инстанции, не утверждаю, что владею всей полнотой информации. Но желаю одного – поделиться добытыми фактами и сведениями. Они, возможно, дадут определенный ответ на некоторые накопившиеся вопросы.

Авторское расследование основано на фактах, а факты – вещь упрямая. С ними трудно спорить. Можно на любой лад их интерпретировать, но оспаривать неопровержимые свидетельства – дело бесперспективное. Поэтому уверен, что приводимые мной исторические факты положат конец всевозможным домыслам и догадкам.

События, в эпицентр которых попал герой моего расследования, десятилетиями будоражат умы историков. Он оказался если не творцом, то соавтором неожиданных, порой судьбоносных поворотов в жизни многих знаменитых людей своего времени. У пройденных им исторических поворотов остался загадочный «русский след». Стараясь докопаться до истины, дотошные аналитики много лет пытаются его расшифровать.

Задача этой статьи – рассказать о «русском следе» в «скандале века» и об инициаторе этого следа – разведчике, вписавшем свое имя в историю ХХ столетия.

«Лишний» герой

Если вы когда-нибудь окажетесь на берегах Туманного Альбиона в дружеской компании симпатичных вам англичан и спросите, любопытства ради, кого из русских разведчиков знают британцы, то они вполне вероятно назовут вам одно достаточно известное в Англии русское имя – кэптен Айванофф.

– Это тот, что сломал карьеру военному министру Джону Профьюмо в начале 60-х годов.

– Конечно же это Юджин Айванофф. Он вращался в высшем свете и скомпрометировал немало британских политиков, даже самого лорда Астора.

О работе «мистера Айванофф» и его участии в так называемом деле Профьюмо на Западе написаны десятки книг и сотни статей. Сняты документальные и даже художественные фильмы. В театрах о нем идут спектакли и мюзиклы. Последний написал сам маэстро Ллой-Уэббер.

Друзья по работе, кто в шутку, а кто всерьез, называли его «шпион номер раз». Враги, поначалу недооценивавшие его, скорее в оправдание своих просчетов, чем из желания польстить противнику, считали нашего героя «суперагентом Кремля».

Он был вхож в королевские дома Норвегии и Великобритании, в замки европейских аристократов и особняки влиятельных министров.

Мадам Мерфи в объятиях «русского Джеймса Бонда.

Завербованные им агенты поставляли Центру ценную секретную информацию непосредственно из штаб-квартиры НАТО. В середине 1950-х он фактически заставил штаб норвежских военно-морских сил работать на Москву.

Добытые разведчиком из американских источников данные о шумности отдельных узлов советских подводных ракетоносцев позволили специалистам усовершенствовать конструкцию отечественных подлодок и обезопасить их дежурство в Мировом океане.

Благодаря знакомству и дружбе с известным английским художником-портретистом, любимцем светского общества и талантливым остеопатом доктором Стивеном Уардом он, а следовательно, и советская разведка в начале 1960-х годов ХХ века стали единственными обладателями тайного досье аристократического «Четверг-клуба» и скандальной фотоколлекции Бэрона Нэйхума, личного фотографа британской королевской семьи.

Полученные сведения были настоящим кладезем компромата на сильных мира сего. Использование этих данных советской разведкой сулило многообещающие перспективы.

Завсегдатай высшего общества, он сумел дискредитировать ряд высокопоставленных особ, в частности такого влиятельного закулисного политика Великобритании, как лорд Астор. Собранный нашим героем компромат поставил под удар и дом Виндзоров, в частности супруга английской королевы герцога Эдинбургского и сестру Елизаветы II принцессу Маргариту.

Документ МИ-5 о связях Профьюмо с фашистской разведкой

Под угрозой использования скандального компромата и последующей дискредитации «желтой прессой» оказался и Джон Фицджеральд Кеннеди, президент Соединенных Штатов Америки.

В грозные дни Берлинского и Карибского кризисов «мистер Айванофф» благодаря своим контактам установил «тайный канал связи» между Лондоном и Кремлем, стремясь содействовать предотвращению мировой ядерной войны.

Заблаговременно направленная им в Центр и абсолютно точная информация о планируемой в 1961 году правительством Великобритании девальвации курса британского фунта стерлингов принесла государственной казне Советского Союза десятки миллионов долларов чистого дохода.

Наш агент первым проинформировал Кремль о неожиданном прекращении американо-английской программы «Скайболт», оставившей Великобританию без собственной стратегической авиации, на смену которой пришел новый долгосрочный план оснащения британских подлодок американскими ядерными ракетами «Поларис».

Он сломал карьеру мечтавшему о премьерстве военному министру, ярому атлантисту, агенту ЦРУ с 1945 года Джону Профьюмо. Основой для вербовки были связи барона с германской разведкой.

Он «сверг» неугодное Москве консервативное правительство Гарольда Макмиллана, дискредитировав добрую половину его состава и открыв путь к власти «любимчику» Кремля, лидеру лейбористов Гарольду Вильсону.

Враги превозносили нашего героя, но собственное начальство часто его не замечало. Репортеры «желтой прессы» изображали его беззастенчивым скандалистом и плейбоем. Конкретные же результаты его работы оставались неизвестными для широкой аудитории.

Так кто же такой этот мистер Айванофф? – спросите вы. – Это капитан 1-го ранга Евгений Михайлович Иванов, военный разведчик, три десятка лет верой и правдой прослуживший в Главном разведывательном управлении Генерального штаба Советской армии.

Чиновники от разведки считали его неординарным, непредсказуемым разведчиком. Необычность Иванова как агента, впрочем, шла на пользу делу. Благодаря тому что он нередко действовал не по уставу, Евгений Михайлович быстрее добивался нужного результата. Он постоянно импровизировал, часто рисковал, доверялся интуиции, словом, действовал на свой страх и риск, не запрашивая на то разрешения резидента или московского начальства. Он слишком много брал на себя, считая, что без ответственной инициативы в разведке ничего путного никогда не добиться.

Английское правительство не так давно рассекретило некоторые материалы британской контрразведки МИ-5, относящиеся к делу Профьюмо. Открыты для исследователей и отдельные архивные документы Федерального бюро расследований США. В них получили свое подтверждение многие факты результативной работы Евгения Михайловича Иванова.

Некоторые известные политические деятели Запада, а также историки разведки еще 60 лет назад, когда о деятельности «шпиона номер раз» было известно совсем немного, считали Евгения Михайловича Иванова талантливым и эффективным агентом.

Сейчас список зарубежных «поклонников» профессиональных талантов Евгения Иванова стал намного шире, но на родине разведчика, у нас в России, кое-кто считает его «лишним героем».

Для друзей же он был простым русским человеком, душой болевшим за Родину и верно служившим ей, самобытной личностью со своими достоинствами и недостатками, взлетами и падениями, увлечениями и разочарованиями.

Королевский компромат

Дело Профьюмо изрядно встряхнуло британское общество, подпортило климат в отношениях Лондона и Москвы, всерьез обеспокоило Вашингтон вопросами защиты собственной безопасности перед лицом нарастающей угрозы со стороны советской разведки.

Расследование, проведенное тогда ФБР, установило, что в рамках того же дела Профьюмо всплыл и компромат на президента США Джона Кеннеди, материалы которого попали в руки кремлевских спецслужб.

Такой разворот чисто британского, казалось, дела, дал сигнал для начала очередной «охоты на ведьм» уже во всем западном разведывательном сообществе.

Некоторые новые и неизвестные ранее сведения о, казалось бы, досконально изученной истории являют собой (и это весьма существенно) не просто дополнительный набор информации. Эти новые факты кардинально меняют представление о громких событиях тех лет. Ибо неизвестной и посему ошибочно изложенной политиками и историками Запада (да и не только ими одними) оказалась сама суть так называемого «скандала века».

В его центре на самом деле был вовсе не британский военный министр Джон Профьюмо, а фигура куда более важная – супруг королевы Елизаветы II герцог Эдинбургский. Он попал в весьма пикантную, мягко говоря, ситуацию из-за своего скандального поведения, ставшего известным сначала королевскому фотографу Бэрону Нэйхуму, затем его другу доктору Стивену Уарду и, наконец, его приятелю, офицеру советской военной разведки Евгению Михайловичу Иванову.

Члены клуба: Майкл Паркер, принц Филипп, лорд Маунтбаттен

Об этом свидетельствует порноколлекция королевского фотографа, с удовольствием снимавшего Филиппа в минуты его интимных развлечений. С увлечением прирожденного летописца Бэрон вел также и дневник «Четверг-клуба». Этот клуб он и принц Филипп организовали совместно еще в холостяцкие времена. В этом клубе в чисто мужской компании они с друзьями любили собираться раз в неделю и обсуждать свои амурные приключения.

Королевский фотограф слыл, помимо прочего, неплохим рассказчиком и приличным графоманом. Поэтому именно ему было поручено вести дневник клуба и осуществлять документальную фотосъемку. В итоге архив «Четверг-клуба» превратился в набор откровенного компромата на многих высокопоставленных особ Великобритании, в том числе и на Филиппа, герцога Эдинбургского.

Самым скандальным был не столько дневник элитного клуба, сколько фотоальбом Бэрона, содержавший весьма откровенные снимки герцога и его подружек, в том числе весьма юных. Попади фотографии из этого альбома в «желтую прессу», и британскую монархию, возможно, было бы уже не спасти.

Секретная служба Ее Величества не могла оставить создавшуюся ситуацию и «друзей» Филиппа без внимания. Прессу нужно было успокоить. Кого-то из числа «друзей молодости» удалось уговорить прекратить любые контакты с герцогом Эдинбургским. Так ушел в тень его ближайший друг по совместной службе на флоте Майкл Паркер, без которого Филипп не мог прожить ни дня. С теми же, кого не удавалось убедить расстаться с венценосным другом, начинали происходить вдруг трагические события. Так скоропостижно скончался «жизнелюб и здоровяк» Бэрон Нэйхум.

Однако дневники «Четверг-клуба» и порноколлекцию безвременно почившего королевского фотографа сотрудникам секретной службы обнаружить тогда так и не удалось. Свой личный архив Бэрон тайно завещал своему другу доктору Уарду, который и стал до поры хранителем скандальной коллекции.

После отставки в июне 1963 года военного министра Профьюмо и последовавшего за ней ареста доктора Уарда поиском скандальных «вещдоков» тайно занимались лучшие сыщики Скотленд-ярда и МИ-5. Но тщетно. И фотоальбом, и дневник бесследно исчезли.

Лорд Томас Деннинг, Верховный третейский судья страны, смог спасти многих высокопоставленных особ от смертоносного для их карьеры шантажа и компромата, пообещав им защиту в обмен на откровенность.

Свою лепту, несмотря на заметные промахи в работе, внесли в дело обеспечения государственной безопасности британская полиция и секретные службы Ее Величества. Их сотрудникам удалось устранить наиболее неуступчивых свидетелей, запугать других, утихомирить или подкупить несговорчивых репортеров, ликвидировать всплывавшие то тут, то там улики, словом, замести оставленные участниками событий следы.

Дело Профьюмо по заказу сверху с огромным трудом спустили на тормозах. Для отвода глаз «козлом отпущения» был выбран доктор Уард. Суд в Оулд-Бейли обвинил его во всех смертных грехах, потребовав максимального наказания – 35 лет тюрьмы. Чтобы арестованный не начал говорить, агенты секретной службы помогли Стивену Уарду без промедления отправиться на тот свет, ловко инсценировав его самоубийство.

Досталось и опальному военному министру, попавшемуся на адюльтере и лжесвидетельствовании. Его карьера была разрушена. Имя опорочено. И все же Профьюмо был объявлен лишь жертвой событий, точнее говоря, жертвой заговора, нити которого вели в Кремль.

Лондон обвинил Москву во вмешательстве в свои внутренние дела. А Советский Союз, естественно, опроверг все обвинения Великобритании в политических кознях и шпионаже.

Королевский компромат дал о себе знать не сразу. На протяжении многих лет вплоть до «скандала века» он накапливался в частных коллекциях особо рьяных любителей «клубнички». До поры это хобби в среде аристократии мало занимало британские власти. Скандал с делом Профьюмо ситуацию изменил кардинально. Возникла реальная угроза утечки компромата за «железный занавес». В июне 1963 года все силы лондонской полиции и контрразведки были подняты по тревоге. Цель операции – поиск и изъятие документального компромата на крупных политических деятелей страны.

Все тайные осведомители получили соответствующие поручения от своих кураторов. Искомый результат не заставил себя долго ждать.

В самой королевской семье вскоре нашелся, по крайней мере, один увлеченный коллекционер порнографии – маркиз Дэвид Милфорд-Хэвен, кузен и близкий друг супруга английской королевы Елизаветы II. Специалисты по истории эротического искусства и порнографии утверждали, что маркиз унаследовал от своих предков одну из наиболее богатых коллекций порнографии в мире. Она включала в себя семь объемных фолиантов, украшенных на титульном листе фамильным гербом рода Милфорд-Хэвенов.

После рейда парней из МИ-5 на дома и квартиры маркиза альбомы его порноколлекции немедленно перекочевали в хранилища Британского музея. Фотографии, «не представлявшие художественной и исторической ценности», были изъяты и уничтожены британской контрразведкой.

Усердно поработав со своими источниками, правая рука МИ-5 – специальный отдел Скотленд-ярда – установил, что среди больших любителей порнографии в лондонском высшем обществе числился популярный в те годы американский киноартист Дуглас Фэрбенкс младший.

Персонажами его порноснимков тогда стала не только «Марг-оф-Арг», как он называл герцогиню Аргилльскую, но и министр обороны Великобритании Дункан Сандс, зять Уинстона Черчилля. Эти снимки Фэрбенкс младший хранил в своей любимой порноколлекции, о которой знал лишь узкий круг самых доверенных лиц. В том числе доктор Уард, с которым он нередко обменивался снимками. Кто-то из друзей и выдал информацию о пристрастии кинозвезды полицейским. От вселенского позора этого фаната секса спасли связи в Букингемском дворце. Королева-мать была его ярой поклонницей.

Под повальные обыски Скотленд-ярда попал и еще один коллекционер порно – американский миллионер Бичер Мор, приятель Стивена Уарда. Полицейский наезд так напугал янки, что он немедленно составил дарственную и передал всю свою богатую коллекцию эротики Британскому музею. А что было делать? Парни из грозного спецотдела вполне серьезно обещали усадить супругу коллекционера за решетку по обвинению в содержании притона, если мистер Мор не захочет добровольно сотрудничать с органами. Он захотел. Еще одна часть опасного компромата была изъята и, таким образом, нейтрализована. Начальство британской контрразведки начало было потирать руки. Но работе не было видно конца.

Еще одной жертвой преследований стал один из приятелей Стива Уарда и Евгения Иванова Питер Рахман, крупный лондонский криминальный авторитет. МИ-5 стало известно о его съемках скрытой кинокамерой свиданий людей из высшего общества с девицами легкого поведения в доме Рахмана на Брайнстон мьюз. Компромат в коллекции подпольного миллионера угрожал доброму имени многих влиятельных людей. И Питер Рахман … скоропостижно скончался от сердечного приступа. Денег у него на счетах не нашли. Ценностей – тоже. Пропала и коллекция порнофильмов, которую тайно снимал и собирал опальный миллионер. Скотленд-ярд и МИ-5 сделали свое дело профессионально.

Шел неустанный поиск порноколлекции Бэрона-Уарда. Обыски в доме Стивена, его рабочем кабинете, на квартирах его друзей и знакомых, впрочем, не приносили желаемого результата. МИ-5 выручил приятель Уарда Варвик Чарльтон. Он знал об одном из тайников друга в кливденском Спринг коттедже в имении лорда Астора, извлек оттуда порноснимки и передал их в Леконфилд хаус на Керзон-стрит, тогдашнюю резиденцию МИ-5.

Но радость сыскарей была преждевременной. На порнофотографиях не нашлось людей из высшего общества. Это оказались совсем не те снимки, которые искала контрразведка. Коллекцию Бэрона Нэйхума, унаследованную после смерти фотографа доктором Уардом, МИ-5 и Скотленд-ярд так и не нашли.

При этом на полицейских допросах придворный остеопат категорически отказывался указать следователям место нахождения скандальной порноколлекции. Он все еще надеялся на сделку со следствием. Но сделка была невозможна. Уарда уже выбрали в качестве «козла отпущения» на процессе века в Оулд Бейли.

Чтобы зачистить выпущенный на волю компромат, сыщики Скотленд-ярда взяли в оборот всю команду девушек по вызову, работавшую под крылом Стивена Уарда. По указанию министра внутренних дел страны Генри Брука лондонская полиция провела работу со 140 свидетелями обвинения. В ряде случаев нужные показания выбивались под угрозами и давлением. В конце концов, «доказательства» были добыты. Автору этих строк довелось в свое время познакомиться с материалами тех допросов и даже посмотреть архивные кинопленки с их записью. Полиция не стеснялась в выборе средств, важен был лишь результат.

Доктору Уарду конфиденциально давали понять, что приговор может быть смягчен, если Уард укажет следствию, где хранится порноколлекция Бэрона Нэйхума. Но он молчал.

Доктор Стивен Уард (первый слева)

Тем временем, чтобы вывести из-под возможного сокрушительного удара скандального компромата правительство Гарольда Макмиллана, секретная служба рекомендовала премьер-министру убрать из состава его кабинета попавших в переделку министров.

– Лучше это сделать до того, как компрометирующие их материалы попадут в печать, – советовал главе правительства шеф контрразведки страны сэр Роджер Холлис.

Указание Секретной службы Ее Величества было принято к исполнению. Через несколько дней после позорного ухода с политической сцены военного министра Джона Профьюмо в отставку подали сразу несколько ключевых членов правительственного кабинета. Среди них – министр финансов Селвин Ллойд, министр транспорта Эрнст Марплз, министр труда Джон Хеар, государственный секретарь по делам колоний, бывший министр обороны Дункан Сандс.

Масштабная «противопожарная» работа МИ-5 не осталась незаметной для коллег из ФБР. Шеф контрразведки США Эдгар Гувер был не на шутку обеспокоен английским скандалом.

Резидент ФБР в Лондоне Чарльз Бейтс, работавший в американском посольстве в Великобритании в должности атташе по юридическим вопросам, сообщал из Лондона, что в ходе расследования Скотленд-ярдом дела Профьюмо всплыли имена Мариэллы Новотной и Сузи Чанг.

Эти имена были хорошо известны шефу ФБР. Обе дамы являлись любовницами президента США, и их показания на суде в Оулд Бейли могли дискредитировать Джона Кеннеди.

8 июня 1963 года Гувер подписал приказ о начале специального расследования. Так возникло досье под названием «Боутай».

Досье получило гриф «Совершенно секретно», и за годы расследований в нем накопилось более тысячи страниц различных материалов и документов. Беспокойство у верхушки ФБР вызывал не только потенциальный компромат на действующего президента США.

Контрразведке ФБР не давала покоя подрывная и разведывательная деятельность советской разведки в Великобритании, обширные контакты спецслужб Кремля в высших эшелонах власти, компрометирующие материалы, которые, возможно, удалось получить не только на английских чиновников высшего уровня, но и на американцев, обличенных за рубежом высокими полномочиями. Параллельно с ФБР по горячему следу расследование вели и сотрудники Лэнгли. Специалисты из ЦРУ и ФБР знали свое дело. Работа Скотленд-ярда и МИ-5 была не менее эффективной, когда дело касалось безопасности сильных мира сего.

«Рассекреченное» досье ФБР «Боутай»

Поняв в ходе расследования, что доктор Уард ловко дурачил британскую контрразведку в течение ряда лет, делая вид, что сотрудничает с нею, английские спецслужбы, по одной из существующих версий, решили помочь ему «добровольно» уйти из жизни. Он «отравился».

Когда Уарда не стало, дело Профьюмо, по мнению высших чинов из МИ-5, можно было закрывать. Однако, в ходе проведенных расследований ни англичанам, ни американцам так и не удалось распутать тонкую паутину хитросплетений, накрученную советской разведкой. Взрывоопасный компромат оказался в Москве.

Дамоклов меч

Долгие годы он ждал своего часа. И в конце ХХ столетия заявил о себе. Началась новая охота за королевским компроматом.

После бегства в Англию в 90-е годы прошлого века одного из сотрудников секретного архива КГБ Василия Митрохина лондонская печать все чаще стала писать о некой советской тайной операции под кодовым названием «Дом». Некоторые тамошние аналитики полагали, что авторам публикаций на эту тему намеренно «слили» материалы из так называемого «архива Митрохина» агенты британских спецслужб.

В этом «архиве» операция «Дом» рассматривалась как комплекс разведывательных мероприятий советских спецслужб по сбору компромата на британскую королевскую семью. Конечной целью операции «Дом» была публикация в западных (необязательно британских) СМИ неопровержимых сведений, стопроцентно дискредитирующих дом Виндзоров и, тем самым, государственные устои Великобритании.

Задача, которую ставил перед собой офицер ГРУ капитан 1-го ранга Евгений Михайлович Иванов, подразумевала сбор компромата на ключевых представителей британского истеблишмента. Агент Кремля взялся доставить в Москву документы, изобличавшие в аморальном поведении многих видных представителей дома Виндзоров, включая супруга Елизаветы II герцога Эдинбургского.

Решение этой задачи делало возможным в дальнейшем постановку и достижение самых разнообразных и далеко идущих целей. Они могли включать как шантаж и вербовку скомпрометированных политиков, так и создание в стране целой сети информаторов или агентов влияния. При этом не исключалась также возможность «слива» полученного компромата в «желтую прессу» при определенных условиях и в нужный момент. Такой ход неизбежно привел бы к дискредитации высших эшелонов власти Великобритании, дестабилизации внутренней обстановки в стране, политическому кризису и последующей смене государственной власти. И все это – в интересах Кремля и с опорой на его ставленников.

Нет никакой необходимости объяснять, почему об этой операции никто никогда не рассказывал. О ней вообще мало кто знал. Такого рода тайные операции не должны оставлять за собой следов. Их стирают даже в секретных архивах. Неудивительно поэтому, что в потоке материалов зарубежной и отечественной печати о загадочном «русском следе» в нашумевшем «скандале века» – деле Профьюмо – трудно было найти даже упоминание о компромате, собранном Ивановым.

«Желтая пресса» западных стран охотно смаковала лишь подробности любовного треугольника Иванов – Килер – Профьюмо. А так называемая «качественная» печать анализировала причины смены руководства лейбористской партии, которую неожиданно возглавил Гарольд Вильсон, и обстоятельства поражения консервативного правительства Гарольда Макмиллана на последовавших парламентских выборах.

Все эти публикации были по-своему интересны и увлекательны, но в них не было главного – рассказа о действительных причинах «скандала века» и правительственных перетрясок в Великобритании. Звучавшие тогда из средств массовой информации оценки были зачастую однобоки и не во всем соответствовали действительности.

Со временем, однако, стали известны отдельные фрагменты и некоторые действующие лица спектакля, разыгранного по инициативе Кремля. Это были лишь небольшие кусочки масштабной мозаики, сложить которые воедино аналитикам никак не удавалось. Об этих разрозненных, но весьма интригующих фактах написал в своей книге «Медовая ловушка» американо-британский дуэт авторов – Стивен Доррил и Энтони Саммерс. Случилось это, правда, значительно позже – лишь в 1987 году. Книгу подвергли цензуре. И ее издатель лорд Джордж Вайденфельд потерял на этом проекте уйму денег, выплаченных по искам британских высокопоставленных лиц, в том числе из королевской семьи.

Целую серию монографий с обвинениями британской контрразведки в неумении разглядеть в деле Профьюмо «руку Москвы» опубликовал в Англии обозреватель лондонской «Дейли экспресс» Гарри («Чепмен») Пинчер. Он ставил перед читателями каверзные вопросы, предлагал возможные ответы, но их питали лишь авторские догадки, подсказанные знакомыми мистера Пинчера из британских спецслужб. Фактов явно не хватало.

Даже после распада СССР и выхода в свет в Великобритании «Голого шпиона» (мы с Е. М. Ивановым написали ее в 1990 году) конфликт мнений не прекращался. Причина тому одна: замысел той легендарной лондонской операции тайного агента ГРУ до сих пор остается неразгаданным. Дотошные историки и беспокойные журналисты не первый год пытаются докопаться до желаемой истины, но остаются в плену ложных версий. Это происходит не только потому, что архивы спецслужб наглухо закрыты. Но и в связи с тем, что далеко не все рассекреченные архивные материалы достоверны и точны. Некоторые из них, о чем уже упоминалось выше, были подвергнуты серьезной обработке, цель которой была одна – навечно «похоронить» сведения о «руке Москвы» в «скандале века».

В Великобритании и США после возвращения Иванова в Советский Союз в 1963 году была начата беспрецедентная «охота на ведьм», яростная чистка кадров в высших эшелонах власти. В результате агентом Кремля был назван британский премьер-министр Гарольд Вильсон, вынужденный вследствие этого в конце концов уйти в отставку. Английские спецслужбы оказались на долгое время парализованы бесплодным поиском агентов Кремля. Он закончился скандальными обвинениями в работе на русских шефа британской контрразведки МИ-5 сэра Роджера Холлиса и его зама Грэма Митчелла. Сгущались тучи и над домом Виндзоров, где то и дело выявлялись «красные шпионы».

В США в течение нескольких лет ФБР проводило расследование возможного ущерба, нанесенного работой дуэта Уард – Иванов безопасности Соединенных Штатов. С государственных постов были уволены десятки сотрудников, большинство – абсолютно незаслуженно. При этом реальные помощники упомянутого дуэта остались в тени.

По разным причинам вакханалию компромата и разоблачений в британском обществе и за океаном Кремль решил все-таки не начинать.

За семью печатями в специальном архиве ГРУ оказались те немногие материалы, которые касались деятельности в Лондоне каперанга Евгения Михайловича Иванова. Многие из них, по признанию самих архивистов, были просто уничтожены.

Были замараны черной краской десятки страниц секретного досье «Боутай» в архиве Федерального бюро расследований США.

В спецхране правительства Великобритании были заперты на бессрочное хранение материалы расследования лорда Деннинга, касающиеся неблаговидного поведения многих британских VIP-особ, замешанных в «скандале века». Эти материалы, естественно, не вошли в его знаменитый доклад по делу Профьюмо. А многие наиболее скандальные факты вообще не документировались лордом Деннингом в ходе его расследования. Они якобы шокировали стенографистку Верховного третейского судьи страны, и тот решил «пожалеть ее нежный слух». Об этом лорд Томас Деннинг сам рассказал автору данных строк при встрече в 1993 году.

Запад не хотел продолжения политического скандала с непредсказуемыми последствиями. Ему не нужны были новые политические жертвы. Точнее говоря, жертвы компромата, добытого советским разведчиком. Из-за него многие видные деятели Запада могли оказаться «под колпаком» Кремля. Некоторые, дабы не испытывать судьбу, были вынуждены немедленно уйти с авансцены в политическое небытие.

Официальной Москве продолжение скандала тоже было не с руки. Разглашение новой компрометирующей западных политиков информации, добытой Ивановым, грозило неизбежными обвинениями в адрес Кремля в тайном заговоре, в подрывной деятельности за рубежом и грубом вмешательстве СССР во внутренние дела суверенных государств.

Герцог Эдинбургский – позор дома Виндзоров

Москве такая перспектива не нравилась. Но и соблазн проигнорировать возможные политические издержки и пойти на риск дальнейшей конфронтации с Западом был велик. Дальнейшая реализация начатой Ивановым операции гарантировала Москве немалые дивиденды, а западным державам – вселенский позор и скандальные разоблачения.

В конце концов, в Москве возобладал трезвый прагматизм. Кремлю была нужна разрядка в отношениях с Западом, а не нагнетание международной напряженности. В итоге добытый Ивановым компромат был положен под сукно.

До сих пор мало что известно о том, каким образом и какие именно из собранных им компрометирующих материалов были использованы советской разведкой для достижения поставленных целей, а какие нет и почему. Не ясно также и то, может ли полученный компромат быть задействован в будущем, например в Великобритании. Ведь его большая часть касается именно британских высокопоставленных лиц. Кое-кто из них живет и здравствует до сих пор.

Почти 60 лет в новейшей истории существует термин «дело Профьюмо». О нем говорят как о «скандале века». На самом же деле не было никакого дела Профьюмо, достойного столь громкого титула «скандал века».

Английский военный министр стал «козлом отпущения» в скандальном деле о компромате, угрожавшем разрушить основы всей государственной власти Великобритании. Но не неудачник Профьюмо поставил под угрозу тотальной дискредитации политическую власть в стране. В порноколлекции Бэрона, которую разыскивала британская контрразведка и Скотленд-ярд и которая обнаружила себя в Москве, главные роли исполняли другие персонажи. И они были куда как более значимы, чем потомок заезжих итальянских аристократов. Эти роли принадлежали выходцам из британских королевских дворцов и родовых имений, то есть основа основ властной структуры Великобритании.

Правительственное расследование лорда Деннинга вывело их из-под удара, взвалив всю ответственность на придворного остеопата доктора Уарда и девиц из его окружения. Его отправили на голгофу. Барон Профьюмо, в качестве необходимой жертвы и дабы другим стало неповадно, был посрамлен и выведен из политической игры.

Почти три десятилетия назад в беседе с автором этих строк бывший Председатель КГБ СССР Владимир Ефимович Семичастный заявил:

«Твоему Иванову не повезло. Если бы резидентура КГБ в Лондоне получила выход на такие источники и собрала такой компромат, который удалось заполучить Иванову, англичанам пришлось бы несладко.

Жаль, что Иванов не работал у нас…»

Незадолго до встречи с генералом Семичастным я гостил в доме бывшего Верховного третейского судьи Великобритании лорда Томаса Деннинга в старинном городке Уайтчерч в графстве Хэмпшир на юге-западе Англии. Того самого барона Деннинга, который по приказу премьер-министра Гарольда Макмиллана провел расследование дела Профьюмо и опубликовал свой знаменитый доклад.

– Вывод, который я тогда сделал, всем известен. Я утверждал, что сотрудники наших секретных служб работали в соответствии со своими должностными обязанностями. И ущерб государственным интересам страны не был нанесен.

– Вы и сейчас остаетесь при том же мнении, милорд? – задал я свой главный вопрос.

Лорд Деннинг устало вздохнул и взглянул на меня. Наши взгляды встретились.

– Выключите ваш магнитофон, мистер Соколов, – попросил он, дав понять, что готов мне сказать нечто конфиденциальное.

Я остановил запись.

– Материалы моего расследования засекречены и находятся в спецхране правительства. О них я никогда не говорил. Эти материалы не подлежат разглашению. Если лет через двадцать вам удастся познакомиться с ними, вы, возможно, узнаете о том, что не попало в мой доклад и не было обнародовано. Кроме того, не все сведения, касающиеся дела Профьюмо, были для меня доступны летом 1963 года. Кое о чем весьма существенном я узнал лишь много позже, когда мой отчет уже был написан.

– Эти новые сведения изменили вашу оценку? – спросил я в нетерпении.

Лорд Деннинг глотнул чаю, развел руками и уверенным тоном человека, не боящегося признать допущенные ошибки, спокойно, с чувством собственного достоинства сказал:

«Видимо, я был не прав тогда, заявив в своем отчете, что деятельность русских не угрожала безопасности страны. Евгений Иванов смог добыть значительно больше информации и оказался куда более эффективным агентом, чем я предполагал. Ему и Уарду удалось перехитрить МИ-5».

Несколько лет спустя в моей домашней библиотеке в томике Иосифа Бродского я прочитал такие строки:

Нет для короны большего урона,

Чем с кем-нибудь случайно переспать.

Вот почему обречена корона;

Республика же может устоять,

Как некая античная колонна.

О чем писал Нобелевский лауреат? Вряд ли о королевском компромате, добытом советской военной разведкой. Хотя…

И последнее. Не прошло и полгода после смерти супруга королевы Елизаветы II, как в Англии вышла немыслимая ранее к изданию книга – «Секретные Виндоры» (в оригинале – «The Secret Royals»).

Этот внушительный, почти 800-страничный фолиант подготовлен дуэтом авторитетных британских университетских историков – Ричарда Олдрича и Рори Кормака.

Дворцовые шпионы Кремля

В начале ХХI тысячелетия лондонская «Мэйл-он-санди» опубликовала материал, взорвавший медиасферу Великой Британии. Она заявила, что у русских в 40-е и 50-е годы прошлого века был «крот» в Секретной службе Ее Величества, о котором контрразведка англичан не знала до сих пор.

Агент этот был известен под псевдонимом «Пара» и занимался в МИ-5 тем, чем в КГБ ведало Пятое главное управление, – умонастроениями интеллигенции. В английском варианте – мониторингом настроений высшего общества.

Дерек и Николь Танги

Этим агентом был офицер МИ-5 Дерек Танги. Завербован разведупром РККА он был еще до войны во время путешествия господина Танги по Советской России. Его супруга Жанна Николь также работала на ГРУ. Она занимала пост пресс-атташе фешенебельного лондонского отеля «Савой» и считалась организатором так называемого «Клуба по пятницам». Это был, так сказать, клуб-родственник «Четверг-клуба».

Томас Кронин

Нередко заседания в четверг продолжались его участниками и в пятницу. Жанна Николь была хорошо информирована о завсегдатаях клуба, в числе которых был и герцог Эдинбургский. Поставляя информацию мужу, она работала не только на Секретную службу Ее Величества, но и на Москву.

Лорд Сноуден и принцесса Маргарита

Еще одним кремлевским шпионом, по данным лондонской «Мейл», был агент, работавший под псевдонимом «Раб», – Томас Кронин.

В 50-е годы он служил сначала в Винфилд хаусе, где находилось в то время посольство США, потом у королевы Елизаветы II, а затем в Кенсингтонском дворце при принцессе Маргарите и лорде Сноудене. Во всех случаях кремлевский агент занимал должность дворецкого. С его помощью советская разведка установила «жучки» и в резиденции посла США в Риджент-парке, и в Кенсингтонском дворце, через забор от посольства СССР.

Другим важным дворцовым шпионом Кремля волею случая оказался и Евгений Михайлович Иванов.

Однажды Уард и Иванов коротали очередной вечер вместе на Уимпол Мьюз. Стив готовил кофе и предложил другу еще раз взглянуть на фотоколлекцию Бэрона. Евгений Михайлович в очередной раз принялся с любопытством разглядывать альбом и клубный дневник.

Статья о дворцовых шпионах Кремля в «Мейл-он-санди»

За стаканом виски и чашкой кофе Уард поделился с другом воспоминаниями о совместных похождениях в кампании с принцем Филиппом и его кузеном Дэвидом, маркизом Милфорд-Хэван – об их вечеринках в кабачках Сохо, о походах за город на веселые застолья к друзьям, о посиделках в лондонских клубах для избранных. Словом, о событиях, фотографии которых украшали страницы альбома. Рассказ был увлекательным.

– Но это все цветочки по сравнению с тем, что случилось несколько лет назад, – признался затем Уард. – Герцог решил приударить за сестрой королевы, принцессой Маргаритой. До поры им все сходило с рук. Пока королева не застала их, так сказать, на месте преступления в Букингемском дворце. Привычки молодости проходят небыстро. Герцог – старый сатир.

– Эта история слишком похожа на банальный анекдот, – заметил Иванов. – Мало ли сплетен распускают злые языки?!

– А как же поспешное замужество принцессы Маргариты с простолюдином? – Парировал его сомнения Уард. – Королева потребовала брака сестры с ее приятелем фотографом Энтони Армстронг-Джоунсом, чтобы скрыть позор и прекратить скоротечный роман Маргариты с ее мужем. Энтони на скорую руку подыскали титул лорда и подходящую к титулу фамилию – Сноуден.

Простолюдин фотограф вдруг в нарушение всех правил пришелся Виндзорам ко двору, а полковник Таунсенд, избранник принцессы Маргариты, любимец ее отца и герой войны, такой чести был лишен после стольких лет надежд и ожиданий! Как это понять?

История о любовном треугольнике в Букингемском дворце, ставшая в начале 60-х достоянием «желтой прессы», стоит того, чтобы разобраться в ней повнимательней.

Как известно, первая любовь принцессы Маргариты к полковнику Питеру Таунсенду была разрушена отказом дома Виндзоров на их брак. Скандал разгорелся сразу после коронации. Двадцатитрехлетняя сестра королевы была безумно влюблена в заместителя дворцового эконома бывшего летчика-истребителя Питера Таунсенда, который оказался старше Маргариты на 15 лет и был женат. Питера любил и ценил отец принцессы покойный король Георг VI.

Принцесса Маргарита и Питер Таунсенд

В 1952 году полковник получил развод и был назначен опекуном своих двух сыновей. В королевском окружении развод считался позорным действием. Маргариту порицали за то, что она влюбилась в человека неаристократического происхождения, да еще разведенного.

Таунсенда отправили с глаз долой в Брюссель на должность военно-воздушного атташе посольства Великобритании. Но влюбленные продолжали встречаться и по ту, и по эту сторону Ла-Манша.

В октябре 1955 года, когда Маргарите исполнилось 25 лет и она получила право выйти замуж с согласия королевы, принцесса отправилась на аудиенцию с сестрой просить разрешения на брак с Таунсендом. Ее любовь и счастье были в руках королевы. Но Маргарита получила категорический отказ.

Сестра королевы не может сочетаться браком с разведенным мужчиной – так гласил важнейший из постулатов англиканской церкви. Елизавета II могла своим особым решением повлиять на ход дела, но не пошла на это, как утверждают, по совету супруга – герцога Эдинбургского. В результате сердце молодой принцессы было разбито.

Жизнь Маргариты круто изменилась. Чтобы заглушить причиненную ей боль, принцесса пристрастилась к алкоголю, а затем к наркотикам. Начались случайные романы, в том числе и с мужем сестры.

Чтобы остановить Маргариту, королева приняла решение немедленно выдать ее замуж. Выбор пал на фотографа Энтони Армстронг-Джоунса, одного из богемных знакомых принцессы.

Фотограф оказался не только простолюдином, чьи родители развелись, – его мать к тому же была еврейкой. Но королеву ничто не могло остановить, когда речь шла о благополучии ее собственного брака. Елизавета II стала первым британским монархом за 500 лет, допустившим в свою семью простолюдина.

Приглашение Е. М. Иванова с супругой на прием к Елизавете II

Это была откровенная месть сестре за ее недостойное поведение. А чтобы придать Энтони черты аристократизма, монаршей милостью ему был пожалован графский титул. Так на свет появился лорд Сноуден.

После брака Маргариты и Энтони скандальную историю о королевском любовном треугольнике стали постепенно забывать. Кое-кто и по сей день отвергает ее как гнусную провокацию и ложь.

Публикации в «Мэйл-он-санди» с информацией о работе советских дворцовых шпионов в Англии предшествовала статья в другой лондонской газете – «Дейли экспресс», утверждавшая, что принцесса Маргарита в конце 50-х – начале 60-х была «под колпаком» советской разведки. Ее любовные эскапады фиксировали на фото- и аудиопленки сотрудники советских спецслужб.

Об этом поведал британской прессе полковник КГБ Вадим Гончаров, мастер использования эндовибраторов, или «пассивных жучков», изобретенных мэтром разведки легендарным Львом Терменом для прослушки избранных объектов. С внедрением эндовибратора канули в Лету километры потайных проводов, скрытые микрофоны. Достаточно было спрятать в помещении небольшую металлическую пластину, лучом приемно-передающего устройства через стену или окно активировать ее… и спокойно слушать все разговоры внутри. Скандально известным стал «жучок», поставленный нашей разведкой в деревянный американский герб, висевший в кабинете посла США в Москве.

За 8 послевоенных лет в Москве сменилось четыре посла. И все эти годы чекисты, в том числе и Гончаров, слушали их секретные разговоры.

Агент «Адмирал»

Среди многих удачных дел полковника Гончарова была прослушка пьяных загулов английской принцессы Маргариты в кабаках Европы, в частности в Копенгагене.

В начале 60-х годов под подозрение британской контрразведки как агент Кремля попал сам лорд Маунтбаттен. Наводку на него дал британский «крот», полковник польской разведки Михал Голеневский англичанам. Мало того, ее подтвердил и другой перебежчик, майор КГБ Анатолий Голицын.

Михал Голеневский

Оба твердили о каком-то высокопоставленном агенте КГБ под слишком уж откровенным псевдонимом «Адмирал». Подозрение пало на адмирала флота лорда Маунтбаттена. Он, как известно, познакомил своего племянника принца Филиппа с Лилибет, старшей дочерью короля Георга VI и будущей королевой Елизаветой II.

Из всех адмиралов королевских ВМС подозрение пало на лорда Маунтбаттена совсем не случайно. Его просоветские и антиамериканские взгляды были достаточно известны в узком кругу. На этот счет были документированные свидетельства очевидцев. Однако следствие было быстро свернуто. Никто не хотел выносить сор из избы.

Информация спецслужбам Кремля шла не только от агентов, внедренных в дом Виндзоров, но и от обслуживающего персонала королевской семьи. Москва, в частности, получала конфиденциальную информацию от личного врача принцессы Маргариты доктора Кэй Кирнан и других знакомых сестры королевы и сотрудников «Ройал хаусхоулд» – управления делами дома Виндзоров.

Старт дворцовым операциям советской разведки дал в конце 30-х годов не кто иной, как «отец всех народов» Иосиф Сталин. Толчком этому стало предательство британского короля Эдварда VIII, ставшего по данным нашей лондонской резидентуры на сторону Третьего рейха. Факт его работы в качестве шпиона Гитлера дом Виндзоров успешно скрывал вплоть до XXI века. Пока американцы не рассекретили архивные материалы ФБР на этот счет.

Из них, в частности, следовало, что Виндзор выдал Берлину в мае 1940 года подробную дислокацию франко-британских войск на западной границе Германии. Вследствие чего вермахт ударил по Франции там, где войск не было, – севернее линии Мажино, через Бельгию.

В результате Франция капитулировала всего через три недели. А британские войска вынуждены были спешно ретироваться с континента к себе домой. Предательство Виндзора решительно изменило начальный ход Второй мировой войны в пользу Германии.

Первым успешным дворцовым шпионом Сталина в Англии был троюродный брат королевы Елизаветы II, любимчик ее отца Георга VI – Энтони Блант, он же агент Кремля «Тони», – один из членов знаменимтой «Кембриджской пятерки».

Важным новым источником информации о доме Виндзоров в начале 60-х годов стал Евгений Иванов. Он был знаком и с королевой Елизаветой II, и с ее супругом герцогом Эдинбургским. Этим контактам содействовали не только служебные возможности и талант военного дипломата, но и помощь его друга, королевского художника и остеопата Стивена Уарда.

С лордом Сноуденом и с принцессой Маргаритой Иванов познакомился еще до их свадьбы. Затем был приглашен на церемонию их бракосочетания в соборе Святого Павла.

Евгений Михайлович провел немало времени в их кампании в фотомастерской Энтони, на королевских скачках в Аскоте и на Хенлейнской регате. К первоначально полученной информации добавились новые факты.

В молодости Иванов увлекался греблей. Лорд Сноуден, как выяснилось, тоже. Он плавал рулевым, очевидно, из-за своего малого веса и роста: мужчинам такой комплекции, как правило, в гребле достается роль коксвена.

На Хенлейнскую королевскую регату в те годы обычно приезжала одна из лучших советских восьмерок, что давало Иванову повод лишний раз встретиться и с принцессой Маргаритой, и с лордом Сноуденом во время соревнований, которые они никогда не пропускали.

После регаты Евгений Михайлович обычно бывал гостем их катера, и они совершали на нем прогулки по реке.

На квартире доктора Уарда Иванов нередко делился с другом рассказами о беседах с лордом Сноуденом и принцессой Маргаритой. В ответ он слышал новые рассказы о скандальной жизни королевской семьи. Придворный художник и знаменитый остеопат был о ней неплохо осведомлен.

Так постепенно Иванов становился носителем семейных тайн Букингемского дворца. И дополнял своими сведениями информацию, получаемую Центром из других источников, в частности от агентов «Раб» и «Пара», а также от других дворцовых шпионов, завербованных советской разведкой в высших эшелонах власти Великобритании.

Архив МИ-5, досье Уортингтона: британский премьер – агент Кремля

Дело опального военного министра Профьюмо изменило ход истории. После вынужденной отставки Гарольда Макмиллана новые парламентские выборы в 1964 году выиграли лейбористы и их новый лидер – Гарольд Вильсон. А это был не менее крутой поворот в политической жизни страны, чем тот, что произошел в судьбе Джона Профьюмо. Началась новая эра в истории Великобритании.

Стремительное восхождение мистера Вильсона сначала на пост лидера лейбористской партии, а затем и руководителя страны некоторые известные политики связали с «рукой Москвы». Обвинения эти появились не сразу, а лишь ближе к концу двенадцатилетнего срока пребывания лейбористов и их лидера у власти. И испортили немало крови как лейбористам, так и их премьеру.

Первыми войну Гарольду Вильсону объявили американцы, а точнее – Центральное разведывательное управление США. ЦРУ активно поддержала и британская контрразведка МИ-5. Премьер-министр Великобритании был публично объявлен «агентом Кремля», завербованным советской разведкой. Было заявлено, что Гарольд Вильсон уже давно находится под колпаком спецслужб. А в архиве МИ-5 еще в середине 40-х годов на него было открыто дело, известное под кодовым названием как «досье Уортингтона».

Секретные движки

Начало этому досье было положено в 1946 году, когда Вильсон, будучи министром торговли Великобритании в лейбористском правительстве Клемента Эттли, продал Советскому Союзу реактивные авиационные двигатели, которых в СССР тогда еще не было. И стал вследствие этого любимчиком «дяди Джо» – Иосифа Сталина.

История закупки в Великобритании партии реактивных двигателей «Нин» и «Дервент» имела для нас ощутимое стратегическое значение, ведь на их основе у нас были построены свои движки – РД-45 и РД-500, сыгравшие немаловажную роль в становлении отечественной реактивной авиации.

Добро на закупку стратегического товара, несмотря на мощное сопротивление правых сил, дал Гарольд Вильсон.

Британские двигатели были тогда выдающимся достижением науки и техники. Их разработка для истребителя «Метеор» началась еще в 1941 году, а через два года состоялся его первый полет. Специалистам стало ясно, что у машины большое будущее.

Два турбореактивных двигателя «Роллс-Ройс» создавали тягу в 1587 кгс каждый. Благодаря такой мощности истребитель без труда достигал скорости 940 км/ч.

Потолок машины достигал 15 км. Вооружен «Метеор» был четырьмя 20-мм пушками. Каждое орудие имело скорострельность до 600 выстрелов в минуту.

В 1944 году истребитель был впервые опробован в деле. Во время боевых вылетов «Метеоры» успешно сбивали самолеты люфтваффе.

Вильсон и Микоян в Кремле

Турбореактивные двигатели были в ту пору секретным оружием первой линии, даже для союзников, поэтому их пилотам, например, категорически запрещалось переходить в наступление, пересекать линию фронта, чтобы избежать захвата машины неприятелем.

Сталин знал об этом. Поэтому обратил внимание на молодого министра-лейбориста, давшего зеленый свет сделке о продаже революционных двигателей Советскому Союзу. Разведке было дано указание обратить особое внимание на Гарольда Вильсона. Куратором операции стал министр внешней торговли Анастас Иванович Микоян, отвечавший тогда за внешнюю торговлю страны.

Британская контрразведка, начавшая по примеру своих заокеанских союзников борьбу с коммунистическим влиянием в стране, взяла молодого лейбориста на заметку.

Припомнили также время учебы Гарольда Вильсона в Оксфорде, где тот явно симпатизировал коммунистам. Взяли на карандаш и его деловые поездки в Москву, и контакты с кремлевским руководством.

Однако появление у нас в конце 1947 года истребителя МиГ-15 со стреловидным крылом означало, что советские конструкторы сделали крупный шаг вперед по сравнению с их английскими коллегами – ведь «Метеоры», сохраняя традиционное прямое крыло, были обречены на отставание, несмотря на все совершенствование их конструкции в поздних вариантах.

Стоит отметить, что английские самолетостроители с запозданием по сравнению с СССР и США перешли к внедрению стреловидного крыла на реактивных истребителях. Первые английские серийные истребители со стреловидным крылом – «Свифт и «Хантер» вышли на испытания лишь в 1951 году и поступили на вооружение Королевских ВВС в 54-м, в то время как МиГ-15 был запущен в серию в 48-м.

Как известно, послевоенное правление лейбористов было недолгим. Следующие выборы в парламент они проиграли, и Черчилль вновь вернулся в свой кабинет на Даунинг-стрит, 10. А затем его сменили сначала Энтони Иден, потом Гарольд Макмиллан. Почти 15 лет лейбористы были не у дел. Тем временем Гарольд Вильсон сочетал свою политическую деятельность с коммерческой. Занялся торговлей, но не двигателями, а плащами в союзе с одной из австрийских фирм. Анастас Микоян, министр внешней торговли Советского Союза в ту пору, помог новоиспеченному бизнесмену получить контракты на поставки его продукции ширпотреба на советский рынок. Отношения двух друзей – Микояна и Вильсона – шли по нарастающей. МИ-5 не сводила с «любимчика русских» глаз. Досье Уортингтона регулярно пополняли материалы о визитах Вильсона в Москву. Росло наверняка и соответствующее дело на Гарольда Вильсона в стенах КГБ.

Заварушка в Вестминстере

А тут еще нагрянул визит Хрущева с Булганиным в Англию. И громкий скандал в парламенте между Никитой Хрущевым и лидерами лейбористской партии, известными атлантистами Хью Гейтскеллом и Джорджем Брауном.

Визит состоялся в апреле 56-го. Настроение русских гостей в британском парламенте было на подъеме, пока в беседу с ними не вступил лидер лейбористов Хью Гейтскелл. Он приветствовал начавшуюся десталинизацию в Советском Союзе. Для него, убежденного социал-демократа, права человека значили не меньше, чем права трудящихся. И он полагал, что перемены в СССР, наступившие после смерти Сталина, должны привести к демократизации советской власти.

– Нельзя добиться понимания своих целей и задач, – заявил он Хрущеву, – одной лишь пропагандой. Зачем вам ручные компартии в Восточной Европе?

– Опять вы, мистер Гейтскелл, жалуетесь. Приезжайте к нам в Москву, посмотрите, как мы живем. Советский Союз изменился. Он не такой, как был раньше.

Хью Гейтскелл

Накануне встречи в парламенте Хрущеву передали подготовленный лейбористами список пропавших без вести политических деятелей восточноевропейских стран и попросили его разузнать об их судьбе. Такая озабоченность вообще и лидера лейбористской партии в частности пришлась Хрущеву явно не по душе. Но Гейтскелл настаивал на освобождении всех политзаключенных.

Затем слово взял Джлордж Браун, заместитель Гейтскелла по партии.

Раскрасневшийся от выпитого виски, Браун сначала непонятно зачем припомнил Хрущеву 39-й год и пакт Молотова – Риббентропа. Выпад Брауна по этому поводу был оскорбителен для Хрущева, но он сумел поначалу сдержать свой гнев и принялся давать разъяснения по данному вопросу.

Однако Браун его не слушал. Он несогласно размахивал руками, как уличный регулировщик, и делал вид, что не желает слушать никаких объяснений. А когда Хрущев закончил свой ответ, заявил, что ему искренне жаль заблуждающегося оппонента:

– Да простит вас бог! – сказал он советским руководителям.

Хрущев расценил этот выпад как оскорбление. Он поднялся со своего места, бросил на лейбористов гневный взгляд и заявил Брауну с Гейтскеллом в лицо:

– Когда в Англии победит пролетарская революция, то таких, с позволения сказать, лидеров рабочего класса, как вы, английские трудящиеся первыми поставят к стенке.

Англичане опешили. Это был скандал. На прощание Хрущев не пожал протянутые Гейтскеллом и Брауном руки.

Новость о перепалке между лейбористами и Хрущевым просочилась в прессу. Поползли слухи.

В советском посольстве после приема в Вестминстере Хрущев вызвал к себе Малика.

– Вот что, Яков Александрович, – сказал он послу, – я не хочу больше во время визита ни видеть, ни слышать этих двоих: Гейтскелла и Брауна. Сделайте так, чтобы они мне на глаза больше не попадались. Вот Вильсон – другое дело! И Микоян о нем хорошо отзывался…

Рядом с послом стоял председатель КГБ генерал Серов. Оба приняли указание «первого» к сведению.

Путь наверх

Прошло еще несколько лет, прежде чем имя Гарольда Вильсона взошло и засияло на политическом небосклоне Великобритании. А служба безопасности Ее Величества была поднята по тревоге. В 1963 году страну взбудоражил «скандал века» – именно так стали вскоре именовать пресловутое дело военного министра Джона Профьюмо.

В разгар скандала неожиданно умер лидер лейбористов Хью Гейтскелл. Русские намеренно расчищали путь наверх своему любимчику, – утверждали «ловцы шпионов» по обе стороны океана. – Кремль расправился с Гейтскеллом, чтобы лидером партии стал Вильсон.

Что же произошло? В январе 1963 года после посещения советского посольства в Лондоне, где гостя угощали пирожными, старина Хью вдруг серьезно заболел и скоропостижно скончался от заражения каким-то малоизвестным вирусом.

Затем неожиданно подал в отставку его заместитель по партии Джордж Браун. Бедняга был пристрастен к выпивке и как-то попался в пьяном виде перед камерами папарацци. Снимки в «желтой прессе» поставили крест на его политической карьере. Как-то уж очень невовремя оказался бедняга Джордж на виду у журналистов и фотографов в абсолютно непотребном виде.

В британском парламенте тем временем началось расследование любовной связи военного министра-консерватора Джона Профьюмо с подружкой советского шпиона Евгения Иванова. Министр публично признал, что познакомился с Кристиной Килер в имении лорда Астора. Но секс между ними категорически отрицал. Дескать, «неподобающих отношений у него с ней не было».

Джон Профъюмо, Кристина Килер и Евгений Иванов

Однако несколько откровенных любовных записок министра вдруг попали в руки полковника Джорджа Вигга, теневого министра обороны в лейбористской партии. В МИ-5 не без оснований полагали, что их передали Виггу русские. А полковник их предал гласности.

Так Профьюмо был уличен во лжи. Министр вынужден был уйти в отставку. Карьерный путь наверх откровенному ставленнику Вашингтона перекрыли, от его планов на близкое премьерство остались одни осколки.

Этот факт сам по себе являлся большим достижением советских спецслужб. А вскоре на волне разоблачений ушли в отставку еще пять влиятельных министров-консерваторов, включая зятя Черчилля Дункана Сандса. Затем пришел черед самого премьер-министра Макмиллана, зубра мировой политики, лучшего друга США, злейшего врага СССР.

В итоге путь наверх для ставленника Сталина и Хрущева, как полагали аналитики из ЦРУ и МИ-5, был расчищен. Гарольд Вильсон стал сначала лидером лейбористской партии, а затем и всей страны. Круг замкнулся. Операция Кремля по продвижению своего агента влияния на пост премьер-министра Великобритании была успешно завершена.

Новые выборы консерваторы проиграли. Секс-скандал с Профьюмо на много лет лишил эту партию политической власти в стране. К руководству Англией надолго пришло лейбористское правительство «ставленника Кремля» Гарольда Вильсона. Наша разведка неплохо поспособствовала, чтобы именно Гарольд стал лидером партии и премьер-министром страны.

В течение долгих лет этот вывод не уставали повторять видные представители английского и американского разведывательных сообществ, а с их подачи и авторы многочисленных статей о пресловутой «руке Москвы» в средствах массовой информации.

В британской печати, в частности, периодически появлялись публикации, рассказывающие о некоем плане «Кольцо».

Первым о нем рассказал перебежавший на Запад офицер Первого главного управления КГБ Анатолий Голицын. Этот секретный план, если следовать его утверждениям, якобы был разработан по указанию кремлевского руководства советскими спецслужбами и ставил своей целью, немало немного, обеспечение прихода к власти в европейских столицах агентов влияния Москвы. При этом назывались такие страны, как Германия, Финляндия, Норвегия, Франция, Великобритания.

Британский премьер-министр Гарольд Вильсон, согласно этой версии, был одним из таких агентов влияния. По утверждению британской стороны, дело Профьюмо и работа офицера ГРУ ГШ Евгения Михайловича Иванова в Англии однозначно попадали под действие плана «Кольцо».

Многие годы о коварстве русских разглагольствовал шеф контрразведки ЦРУ Джеймс Энглтон. Вслед за ним писала целая армия авторов как в США, так и в Англии. В итоге в конце 70-х Гарольд Вильсон ушел в отставку. Много раньше лишились командных кресел в британской контрразведке МИ-5 сэр Роджер Холлис и Грэм Митчелл. Их, по сути, с позором уволили со службы из-за бесконечных побед русских шпионов, с которыми МИ-5 не смогла справиться.

Пройдут годы, и британских рыцарей плаща и кинжала с извинениями все-таки реабилитируют. Посмертно. А о победах русской разведки над Великой Британией продолжат писать и в XXI веке, подогревая страсти вокруг постоянного вмешательства Кремля во внутренние дела на священном «острове».

Подобные выводы и суждения хороши, впрочем, лишь тогда, когда их подкрепляют соответствующие документы. Но секретные архивы спецслужб не спешат раскрывать свои тайны.

Доводы перебежчиков и выдвинутые ими гипотезы остаются в таком случае лишь ничем не подкрепленными, хотя и вполне вероятными версиями тех или иных исторических событий. Так или иначе, эти подозрения в адрес Гарольда Вильсона ввергли Великую Британию в водоворот политических инсинуаций и злоключений, приведших к глубочайшему кризису власти в истории страны.

Один из первых визитов Вильсон нанес в Москву. И выразил Хрущеву пожелание встретиться с капитаном 2-го ранга Ивановым. Евгений Михайлович надел парадный мундир и при всех регалиях отправился в Кремль. Прождал несколько часов и вернулся домой. Вильсона прямо с какой-то встречи увезли в Ленинград. Потом один из руководителей ГРУ бывший резидент советской военной разведки в Лондоне генерал-полковник Лев Сергеевич Толоконников сказал Евгению Иванову по секрету: «Кремль, узнав о твоих былых подвигах и роли в деле Профьюмо, дал распоряжение замотать Вильсона в ходе визита по стране так, чтобы у него не было ни времени, ни возможности увидеться с тобой».

Любовь или спецоперация

1 августа 1978 года одна из богатейших женщин планеты Кристина Онассис (самая богатая – английская королева Елизавета II) вышла замуж за простого советского гражданина Сергея Каузова. И осталась, хоть и ненадолго, жить с милым в Москве. История попала в знаменитую песню Владимира Высоцкого «Лекция о международном положении…».

Успехи наши трудно вчетвером нести,

Но каждый – коренаст и голенаст.

Ведь воспитали мы, без ложной скромности,

Наследника Онассиса у нас!

Кристина и ее отец Аристотель Онассис

Греческий миллиардер Аристотель Онассис, владелец крупнейшего в мире частного крупнотоннажного флота, котировался в 50–70-х годах прошлого века на уровне Ротшильдов, Рокфеллеров. После его смерти империю унаследовала единственная дочь Кристина. С таким-то приданым она могла повести под венец самых завидных женихов планеты. Однако выбрала никому неведомого Каузова.

Очарована голосом

Пресса и обыватели гадали, как такое могло произойти. Есть две версии…

Первая – мистическая. Якобы цыганка нагадала гречанке, что она выйдет замуж за русского. Та поверила. Обсуждая по телефону с неким сотрудником Морфлота фрахт (аренду) танкеров для перевозки зерна из Канады в СССР, Кристина была очарована его голосом. Потом они лично встретились в ноябре 1976 года в Москве для обсуждения договора. Миллиардерша впала в экстаз от ума Сергея, его увлечения живописью Сальвадора Дали. Знакомство продолжилось в Париже, куда Каузова отправили представлять Совфрахт. Любовь к картинам модного абстракциониста привела сладкую парочку в московский загс! Сбылось пророчество цыганки!

Вторая версия – конспирологическая. Дескать, Кристина стала жертвой суперсекретной операции КГБ «Сватовство» (по другим источникам – «Олимпия».) Советская разведка, дескать, досконально изучила характер, привычки, склонности, симпатии и антипатии владелицы «заводов, газет и пароходов». Исходя из собранного досье, богатой гречанке и подсунули для переговоров кадрового офицера КГБ Каузова по кличке «Корабел». Чрезвычайно обаятельного и привлекательного, обладающего редкой харизмой. Для надежности привлекли к операции штатных гипнотизеров Лубянки, которые зомбировали наследницу. Москва якобы этим браком хотела наложить лапу на гигантскую империю Онассиса.

«Выделить приличную квартиру»

Дело Каузова – Онассис по-прежнему засекречено и в наших спецслужбах, и в западных. Поэтому вокруг этой истории до сих пор ходит немало слухов и легенд. Одно могу сказать точно – на момент знакомства с Кристиной Сергей не был кадровым офицером КГБ. В ту пору он попал в неприятную историю. Наша контрразведка вскрыла валютные махинации в Министерстве морского флота СССР. Среди подозреваемых был и Каузов. В Москве готовился крупный судебный процесс над «валютчиками». А у Каузова, как на грех, начался роман с греческой миллиардершей.

Ситуацию обсуждали у шефа КГБ Юрия Андропова. Руководство контрразведки настаивало на суде, называя Каузова разгильдяем, барахольщиком, выжигой. Неожиданно в его защиту выступил будущий предатель-перебежчик генерал-майор КГБ Олег Калугин.

Цитирую по его книге «Прощай, Лубянка»: «Что мы будем иметь, если посадим Каузова за решетку? Скандал международного масштаба. Нас обвинят в нарушении хельсинкских соглашений по правам человека. Никого не будет интересовать уголовная сторона дела. Все расценят это как попытку помешать двум любящим сердцам соединиться в законном браке. Нас и так постоянно порочат в западной прессе за искусственные барьеры, возведенные между советскими людьми и иностранцами. Теперь к этой антисоветской пропаганде подключит свои миллиарды семья Онассис. Не лучше ли дать полную свободу действий Каузову, помочь им сочетаться браком, побудить их остаться в Москве, может быть, даже выделить им квартиру. Мы приобретем в лице Онассис если не друга, то, по меньшей мере, благодарного человека, который ответит добром, когда нам от нее что-то будет нужно. А Каузов у нас окажется в кармане, ибо он тоже прекрасно понимает, что за оказанную ему услугу придется когда-то расплачиваться. Не нужно только нажимать. Не забудьте про миллиарды Онассис и то, что она может родить ребенка. Он будет советским гражданином и наследником».

Андропов задумку эту поддержал. Распорядился обеспечить Кристине и Сергею режим наибольшего благоприятствования, выделить молодым приличную квартиру. А службе внешней разведки искать выгоды из этой ситуации.

После свадебных торжеств молодоженов ждала четырехкомнатная квартира в доме Управления делами Совмина СССР.

Я не уверен, что идея использовать проштрафившегося Каузова принадлежала именно Калугину, а не его подчиненным. Вполне возможно, опальный генерал в своей книжке просто слегка «подкрасил себе забор».

Но будь Каузов офицером КГБ, Калугин с удовольствием раскрыл бы это, выслуживаясь перед новыми заокеанскими хозяевами. Дескать, проклятая Лубянка подсунула несчастной сироте-миллиардерше своего агента-соблазнителя. Обманули девушку…Тем более что у ЦРУ там был свой интерес. С другой стороны, выступление Калугина в защиту Каузова мне подтвердил генерал-лейтенант КГБ в отставке Сергей Кондрашов, участник того совещания у Андропова.

В 1994 году я приехал в Москву из Лондона, где тогда работал, на съемки документального фильма о легендарном разведчике Джордже Блейке. Кондрашов был его куратором в КГБ.

Вместе пришли в гости к Блейку в дом в Безбожном (ныне Протопоповском) переулке. Его еще называют писательским домом, поскольку там жили Генрих Боровик, Булат Окуджава. Булат даже писал: «Я выселен с Арбата, арбатский эмигрант. В Безбожном переулке хиреет мой талант».

Когда поднимались к Георгию Ивановичу (так стали именовать Блейка в СССР), Кондрашов мне и сообщил, что в этом же доме после свадьбы жили Каузов с Кристиной. Для них соединили две двухкомнатные квартиры. Поскольку в тот момент у меня был свой интерес к Каузову, я расспросил о нем генерала подробнее. Так и узнал про совещание у Андропова.

Родовое проклятие «золотого грека»

На мой взгляд, с обеих сторон это был брак по расчету. С Каузовым понятно! Женившись на Кристине, он спасся от тюрьмы. А возможно, и расстрела. За валютные махинации в СССР судили очень строго. Сам стал миллионером. Но Кристине какой резон был выходить за него замуж? Здесь требуется разъяснение.

Церемония бракосочетания Онассис и Каузова

Действительно, это был странный выбор с ее стороны. Не великан (165 см), одноглазый (второй глаз потерял в детстве в драке), лысеющий, с железными зубами… Кристине на момент замужества было 27, жених на 9 лет старше. К тому же женатый, с больным ребенком. Когда замаячила перспектива брака с богатой гречанкой, оперативно развелся. Явно не роковой обольститель, не голливудский мачо! Хотя Кристина понимала толк в мужчинах. Два ее первых мужа были красавцами-плейбоями!

Любовь зла, – скажете вы. Но как раз любовью там и не пахло.

Надо вспомнить легенду о родовом проклятье «золотого грека», как все звали Аристотеля Онассиса. Экстравагантный миллиардер резиденцию устроил в «плавающем дворце» – роскошной суперъяхте «Кристина О», названной в честь единственной дочери. И переделанной из списанного канадского фрегата. Не от него ли пошла мода на яхты российских олигархов?

Аристотель был очень любвеобилен, «коллекционировал» самых красивых, знаменитых женщин. Достаточно назвать Марию Каллас, одну из величайших оперных певиц XX века. Ее Аристотель соблазнил на своей яхте. Ради грека Мария бросила любящего мужа-импрессарио, сцену. Даже сделала аборт по его требованию, надеясь, что станет женой Аристотеля. Он действительно развелся с первой супругой Афиной. Но женился в 1968-м на …вдове Джона Кеннеди Жаклин. Мария узнала об этом из газет. И якобы прокляла коварного обольстителя и весь его род.

Во всяком случае, все несчастья Онассиса пошли после свадьбы с Жаклин.

Сначала – проблемы в бизнесе. Потом в подстроенной авиакатастрофе погиб единственный его сын Александр. В 25 лет. На следующий год при странных обстоятельствах умерла первая жена Афина, мать Александра и Кристины. В 1975-м не стало самого Аристотеля. Его лечили от артрита под присмотром Жаклин. Прописанные препараты дали прогнозируемый побочный эффект – атрофию мышц… Три трупа в семье миллиардера за 2,5 года.

Как известно, есть легенда о проклятии рода Кеннеди. Возможно, через Жаклин оно перекинулось на Онассисов. Без Жаклин Кеннеди, полагаю, здесь не обошлось. Но у трагедий клана Онассисов вполне земные причины, а не мистические. Аристотель владел самым крупным в мире частным флотом. Супертанкеры для перевозки нефти, сухогрузы для зерна…

Стратегический ресурс. Особенно в условиях холодной войны. Янки хотели прибрать актив к рукам. Но Онассис был своенравным, не поддался давлению. В ответ получил проблемы судебные. С тем же кланом Кеннеди. А потом пошли трупы.

Кристина поняла, что она – следующая на очереди. Как единственная наследница. Она отказалась от гражданства США. И видимо, решила искать защиты в СССР. Потому и вышла замуж за Каузова. Просто он попался под руку во время переговоров. Полагаю, веди переговоры о перевозках другой мужчина из Морфлота СССР, Кристина вышла бы замуж за него.

Однако недолго музыка играла! Через 16 месяцев брак распался…

В первую очередь, видимо, виноват сам Каузов. Поучаствовав в валютных махинациях за рубежом, он почувствовал вкус к бизнесу. «Молодожен» начал активно создавать дочерние предприятия при империи Онассиса, выводить капиталы. Напугало Кристину и завещание, которое он предлагал ей составить в 28 лет. На случай ее смерти половина состояния должна была отойти Сергею, а во главе компании встал бы их совместный ребенок.

Да и требовательные кураторы с Лубянки, видимо, поджимали. А то и Кремль. Стратегический актив сам шел в руки, на их взгляд. Поверили, что Кристина любит Сергея и все ему отдаст. Не надо было спешить! Кристина перепугалась, что попала из американского огня да в советское полымя. Срочно подала на развод. Совсем недавно из признаний ее близкой подруги стало известно, что она, страстно мечтавшая о ребенке, сделала аборт перед разводом с Сергеем.

Впрочем, Каузов внакладе не остался. Жил сначала в Париже, затем в Лондоне в подаренной ему квартире. Кристина передала ему также два крупных танкера и несколько десятков миллионов долларов в качестве компенсации.

В начале 90-х, когда раскрыли тайные архивы ЦК КПСС, нашли секретную записку главы КГБ Виктора Чебрикова генсеку Михаилу Горбачеву о некоторых тайных операциях Лубянки за рубежом.

«Используя финансовую помощь и влияние К. Онассис, С. Д. Каузов, – как следует из этой записки, – основал несколько собственных компаний, получив в собственность полностью или частично десять судов, сконцентрировал в своих руках капитал в 25 миллионов долларов, из которых 3 миллиона положил на счета в швейцарских и лондонских банках. Начиная с июля 1982 года С. Д. Каузов в соответствии с заключенным с ним соглашением перевел крупную сумму в валюте в качестве своего партийного вклада, что позволило ему остаться в рядах КПСС. К настоящему времени он перевел 450 тысяч долларов».

Думаю, на самом деле «вклад» благодарного Сергея Даниловича Лубянке и Кремлю был куда больше названной Чебриковым суммы.

Женился на жертве педофила

После развода с Сергеем Кристина вышла замуж за француза. Родила дочку, снова развелась. А в 1988 году умерла в Аргентине. В 38 лет. То ли инфаркт, то ли передозировка наркотиков или снотворного. Короче, дело темное. С ее смертью знаменитая империя Онассисов закатилась. Формально активами владеет дочь, но распоряжаются ими в основном англосаксы. Они достигли своей цели.

Одна из главных тем моих расследований – шпионские секс-скандалы в высших кругах Англии, включая королевскую семью. В 1963-м прогремело дело Профьюмо, военного министра в кабинете Гарольда Макмиллана, попавшегося в «медовую ловушку», подстроенную моим покойным другом, офицером ГРУ Евгением Ивановым. С помощью секс-компромата Москва собиралась вербовать министра. Но история случайно вскрылась, Профьюмо вынужден был уйти в отставку. Позже по этой же причине покинул свой пост похотливый министр обороны Дункан Сандс, женатый на дочери Уинстона Черчилля. Об этом я много писал в своих книгах.

В 1990-м, уже при Маргарет Тэтчер, разразился скандал вокруг еще одного военного министра-развратника, Алана Кларка. Он вдобавок оказался педофилом. Сожительствуя с некой Валери Харкнесс, респектабельный министр заодно совратил и малолетних дочерей любовницы: 13-летнюю Жозефину и 15-летнюю Элисон. Когда Элисон повзрослела, она вышла в Лондоне замуж за… Каузова. Не исключаю, что это была просьба кураторов с Лубянки, которые в свое время избавили Сергея от суда и сделали советским миллионером. А долг платежом красен. Вот Сергей и собирал компромат на министра. Когда же разразился педофильский скандал с Кларком, нанесший ущерб кабинету Тэтчер, Каузов развелся с Элисон. Мавр сделал свое дело.

Как дела у Каузова? – спросите вы. Есть поместье в Швейцарии, вилла на одном из Карибских островов. Ему за 80. По-прежнему занимается бизнесом, не особо напрягаясь. Но старается не мелькать в СМИ, не дает интервью, ведет закрытый образ жизни. Как-никак, расписку о неразглашении давал, вот и соблюдает ее, несмотря на все перемены в стране и мире.

Распад СССР. Секретный архив ЦРУ: как «вели» Горбачева

Борьба с СССР была главным лейтмотивом Уильяма Кейси. Он начинал свою карьеру верным соратником Аллена Далласа, а закончил победой в «холодной войне». В 1982 году был приглашен на пост директора ЦРУ новым Президентом США Рональдом Рейганом и стал его правой рукой, получив от хозяина Белого дома особые полномочия на ведение тайных операций против Советского Союза.

Под водительством Кейси в 82-м и 83-м годах были разработаны и начали осуществляться две секретные директивы Совета по национальной безопасности США под номерами 66 и 75. Они продолжали курс отца-основателя ЦРУ Аллена Далласа на сдерживание СССР, но особый акцент был поставлен на подрыв экономических основ Советского государства. Фактически развал Советского Союза был поставлен в качестве основной задачи внешней политики Вашингтона. А Кейси получил для этого все необходимые средства и полномочия.

Приход к власти в СССР в 1986 году Михаила Горбачева, нового и неопытного в международных делах руководителя, дал этим секретным директивам шанс на успех впервые за все 40 лет послевоенной истории противостояния двух супердержав.

The Gorbachev file

Итог реализации плана Кейси известен. Интерес представляет роль Горбачева в этих планах. Ее раскрывают архивные документы ЦРУ, ставшие достоянием гласности.

Гриф секретности снят с 14 документов, касающихся деятельности Горби в 1984–1991 годах. В день его 85-летия 2 марта 2016 года руководство Архива Национальной Безопасности США разместило их на своем сайте для всеобщего обозрения с красноречивой надписью красным шрифтом по-русски «С Днем рождения, Михаил Сергеевич!». И в тот же день отправило из Вашингтона в Москву пакет с преданными гласности тайными бумагами. Лично самому юбиляру.

О подобных подарках американского Архива национальной безопасности другим мировым лидерам я не слышал. Похоже, Горбачев первым удостоился такой чести. Все-таки на Западе к нему относятся иначе, чем у нас на родине. С большим пиететом. Он им много приятных суперсюрпризов доставил за свою недолгую карьеру последнего руководителя СССР.

Архив нацбезопасности США – эта общественная организация была создана в столице США в 1985 году журналистами и историками при Университете Джорджа Вашингтона. Ее цель – побуждать спецслужбы рассекречивать архивные материалы, представляющие интерес для мировой общественности. На сайте АНБ регулярно появляется много интересных материалов, извлеченных из-под спуда.

К великому сожалению, у нас в России такого аналога нет. Хотя потребность огромная. Слишком много тайн, интересных для народа, пылится по 50 и более лет на полках архивов отечественных спецслужб.

Что конкретно содержится в засвеченном спецслужбами «досье Горби»? Это записи его переговоров с Рейганом в Рейкьявике, Женеве и на Мальте, личная переписка с Рейганом, а также оценки, данные Михаилу Сергеевичу в переписке Рейгана с Тэтчер, Буша с Колем. Но наибольший интерес в этом «досье» представляют собой, на мой взгляд, два рассекреченных документа ЦРУ. Анализ начала деятельности генсека и его заката.

Первый документ на 13 страницах под грифом «Секретно» (С05332240) датирован июнем 1985 года. Он дает оценку новому лидеру СССР по итогам первых 100 дней его пребывания у власти.

Документ озаглавлен красноречиво: «Горбачев, новая метла».

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Управление разведки ЦРУ.

Июнь 1985 года

(документ С05332240)

«За первые 100 дней своего правления Горбачев проявил себя как наиболее агрессивный и решительный советский лидер со времен Хрущева. Он продемонстрировал готовность идти на противоречивые и даже непопулярные меры, в частности по антиалкогольной кампании или отказу от прежней практики не критиковать действия своих коллег на заседаниях Политбюро…»

Далее по тексту пробел – цензура ЦРУ. Закрашивать белым остающиеся тайной за семью печатями фрагменты текста в рассекреченных документах – американская практика последних 20 лет. До того суперсекреты вымарывались черным по всему тексту. Случалось, вся страница цэрэушная была замазана черным, только наверху название документа оставалось нетронутым.

А чего может быть ныне секретного в аналитической справке 30-летней давности о Горбачеве? СССР давно нет! Очевидно, в этом месте приводятся конкретные примеры с заседаний Политбюро ЦК КПСС с критикой Михаила Сергеевича в адрес товарищей. Это секретная информация, не публиковавшаяся никогда в СССР, возможно, полученная ЦРУ из агентурных источников своей московской резидентуры. Вероятно, псевдонимы этих источников ЦРУ приводит в документе. Они не подлежат рассекречиванию и поэтому скрыты цензурой Лэнгли. Подобных вымарываний в «Новой метле» немало. Однако продолжим знакомство с документом. Тезисно.

«Он (Горбачев) начал атаку по наиболее чувствительным направлениям, таким как пересмотр приоритетов инвестиций в экономику страны, методы управления ею, коррупция. Наступательный характер его риторики не оставляет места для компромисса и отступлений…

Горбачев полагает, что атака на неэффективность и коррупцию, а не радикальные реформы способна радикально изменить к лучшему обстановку в стране. Это рискованный курс, но шансы на успех Горбачева не следует недооценивать…

В краткосрочной перспективе его шансы выглядят неплохо… Он начал формировать собственную группу поддержки в Политбюро и Секретариате партии… Он может также рассчитывать на поддержку среднего класса, разочарованного застоем брежневских времен… Общественность страны, судя по первоначальной реакции, также позитивно отреагировала на стиль работы и точку зрения Горбачева…

Резкий контраст со стилем предшественников… Горбачев дал понять, что намерен всерьез взяться за решение существующих проблем.

Популистский стиль… непосредственное общение с людьми… тщательно продуманные PR-акции… подключение жены Раисы к работе со СМИ и на телевидении. Упор в выступлениях на кризис в стране… поворотный момент в истории… необходимость ускорения в развитии экономики… Цель – удовлетворение растущих потребностей населения.

Горбачев использует проверенный временем метод консолидации своей власти… выдвигает своих сторонников на руководящие посты. Продвинув на Пленуме в апреле трех своих единомышленников в состав Политбюро, он фактически обеспечил себе большинство при принятии решений… Одним из трех назначенных с подачи Горбачева на апрельском пленуме новых членов Политбюро стал Егор Лигачев – неофициально “второй секретарь” в партии. Этот назначенец изолировал соперника Горбачева – секретаря ЦК Григория Романова. Этого протеже (Лигачева) Горбачев поставил “на кадры” – во главе управления, занимающегося подбором и расстановкой руководящих кадров в партии, создав тем самым основу для кадрового обновления и выдвижения своих сторонников к предстоящему в феврале 1986 года очередному съезду партии. Второй назначенец – председатель КГБ Виктор Чебриков, еще один близкий союзник Горбачева, обеспечил Генеральному секретарю важное преимущество – оказывать политическое давление на своих потенциальных оппонентов в составе Политбюро, многие из которых были замешаны в коррупции».

Добавлю от себя для ясности, что третьим выдвиженцем Горбачева, как известно, стал Николай Рыжков (он сменил стареющего премьера Тихонова на посту председателя Совета министров СССР). Позже Михаил Сергеевич «изолирует» своих верных выдвиженцев.

Идем дальше по тексту документа.

«Публичные заявления Горбачева и его ярко выраженная приверженность реформам явно перевешивают конкретные действия по изменению экономической системы…

Горбачев уже проявил значительную активность в области внешней политики… Следует в ближайшем будущем ожидать существенное усиление его личной роли в дипломатических усилиях СССР…

Оппозиция Горбачеву (после апрельского пленума) дезорганизована. Старая гвардия – премьер-министр Тихонов, московский партийный босс Гришин, республиканские партийные лидеры Щербицкий (Украина) и Кунаев (Казахстан), по всей видимости, ушли в глухую оборону из-за обвинений в плохом управлении и коррупции в подконтрольных им организациях. Секретарь ЦК Романов, как потенциальный лидер оппозиции, оказался не у дел вследствие кадровых перестановок, организованных Горбачевым, и, судя по всему, не имеет больше политического будущего… Противникам Горбачева в Центральном комитете не хватает лидера… Предложения Горбачева встречают определенное противодействие… Но его противникам придется подождать, пока новый лидер не совершит ошибку, прежде чем контратаковать».

«Сможет ли Горбачев добиться успеха в деле, которое проиграл Хрущев» – так озаглавлен следующий раздел документа. Вот его основные тезисы:

«Усилия Горбачева по достижению большей эффективности существующей в стране системы по-прежнему представляют собой рискованное предприятие. Новая стратегия инвестиций может нажить ему множество врагов. Усилия по ускорению экономического развития страны могут рикошетом ударить по самому Горбачеву…

Амбициозная повестка дня ставит Горбачева под мушку прицела… Надо будет постоянно доказывать свою правоту… Любая допущенная им ошибка приведет к консолидации оппозиции и ударит по нему самому».

«КТО ПОСЛЕ ГОРБАЧЕВА?»

Так озаглавлен второй секретный документ ЦРУ из «Досье Горбачева», он относится уже к апрелю 1991 года. Подготовка этого документа (50USC4039) для руководства США была заказана 10 апреля заместителем директора ЦРУ Джоном Хелджерсоном с целью анализа возможностей ухода или отстранения Горбачева от власти. Такую перспективу в Лэнгли тогда уже считали вполне реальной. Аналитики ЦРУ оперативно подготовили доклад. И уже 29 апреля он был направлен президенту Бушу.

Вот его основные тезисы:

«Эра Горбачева практически закончилась. Даже если через год он останется в своем кремлевском кабинете, реальной властью обладать не будет. Если в ближайшее время Горбачев будет свергнут, то это сделают сторонники жесткой линии… Однако со временем влияние реформаторов будет расти, и демократы придут к власти. Переход власти, вероятно, не будет гладким, неизбежен переходный период с интенсивной борьбой за власть и, как следствие, безвластием…

Утрата власти Горбачевым будет неизбежно связана с судьбой политической системы страны. Если власть захватят консерваторы, они будут искать пути сохранения империи и авторитарного правления жесткими методами. Без промедления подавят оппозицию, арестуют или ликвидируют ее лидеров, в частности Ельцина, и положат конец недавно завоеванным правам и свободам. Они займут непримиримую позицию в отношении Соединенных Штатов и будут искать возможности расширения своего влияния за рубежом. Но даже если консерваторы применят силу и массовые репрессии, им будет сложно удержать власть из-за отсутствия действенной программы преодоления нарастающих проблем и из-за внутреннего размежевания в стране. При такой власти экономическая ситуация будет ухудшаться, социальное отчуждение резко расти, что неизбежно приведет к победе демократических и националистических сил…

Если победят реформаторы, то последует передача власти республикам и создание конфедерации. Даже если будет воссоздан союз, республики получат большую независимость и право идти своим путем. Многие республики немедленно встанут на путь демократических и рыночных реформ, но в некоторых из них сохранятся отдельные черты авторитарного правления… Каждая республика начнет проводить свою внешнюю политику и строить собственную систему внутренней безопасности независимо от КГБ…

Обобщая, можно сказать, что Советский Союз в настоящий момент переживает революционную ситуацию, и нынешняя централизованная система управления в нем обречена на провал. Как это уже произошло за последние два года в других странах Восточной Европы, в СССР сейчас налицо все признаки того, что в ближайшее время в нем не только произойдет смена власти, но и быстрая ликвидация существующей политической системы…

С начала 1991 года на Горбачева оказывается все возрастающее политическое давление с двух противоборствующих сторон – консерваторов и реформаторов. Его положение усугубляется тем, что он практически потерял поддержку в стране. Возглавляемый им центр власти все более размывается. Если раньше лидеров оппозиции занимали вопросы политического будущего Горбачева, то теперь они лишь думают о том, как побыстрее от него избавиться.

Консерваторы в лице руководства КГБ, вооруженных сил и КПСС, которые раньше политически зависели от Горбачева, теперь дистанцируются от него. Характер заявлений о политике Горбачева со стороны председателя КГБ Крючкова и министра обороны Язова во время их встреч с бывшим президентом США Ричардом Никсоном в ходе его недавнего визита в Москву свидетельствует о недоверии к Горбачеву со стороны руководителей силовых структур.

Происходит объединение большого числа консерваторов среднего звена на антигорбачевских позициях. Парламентарии и члены депутатской группы “Союз” собирают подписи для созыва внеочередного съезда КПСС с целью смещения Горбачева с властных постов. С конца прошлого года их наиболее видные представители оказывают давление на Горбачева, призывая его уйти и выступая за переизбрание руководства партии. Позиции генерального секретаря в партии слабеют. На апрельском пленуме Горбачев смог отстоять свой пост лидера партии благодаря поддержке большинства членов Центрального комитета партии, но ему по-прежнему приходится иметь дело со все нарастающей угрозой переворота в партии.

Попытки реформаторов сместить Горбачева стали более активными после прозвучавшего в феврале по телевидению страны призыва Ельцина отправить Горбачева в отставку. С этим же призывом выступили бастующие в стране шахтеры и представители других промышленных секторов. Большинство этих групп призывают к роспуску Верховного Совета СССР и Съезда народных депутатов.

Причина создавшегося положения вокруг Горбачева состоит в том, что его политика привела страну к катастрофе, и он не в состоянии вывести ее из кризиса. Он разрушил старую ленинскую политическую систему в стране, но не создал ничего взамен.

Его новая антикризисная программа – это мертворожденный проект использования устаревших методов централизованного руководства для стабилизации экономики страны.

Согласно официальной статистике экономика продолжает падение и за первый квартал года ВНП (валовый национальный продукт) сократился на 8 процентов. Запасы потребительских товаров заметно сокращаются, цены растут ускоренными темпами, раскручивая инфляционную спираль.

На прошлой неделе Горбачев получил некоторую передышку, сумев дать отпор попыткам консерваторов на пленуме партии отправить его в отставку и добившись согласия с лидерами республик, включая Ельцина. Это произошло на фоне резкого ухудшения ситуации в стране, и ни один из ключевых игроков не рискнул пойти на эскалацию борьбы за власть.

Ельцин и лидеры республик, очевидно, опасаются оказывать на Горбачева чрезмерное давление, считая, что это может привести к его смещению сторонниками жесткой линии в партии. Поэтому Ельцин на одной из последних встреч с депутатами назвал такой подход тактической уловкой, подчеркнув, что для полномасштабной конфронтации время еще не пришло.

Попытка сместить Горбачева на пленуме партии была инициирована представителями среднего звена, а не лидерами консерваторов, которые, видимо, прибегнут для захвата власти к государственному перевороту, если решатся на это.

Все это стало возможным из-за продолжающейся экономической дезинтеграции в стране. Вскоре политическое давление на Горбачева снова усилится. Лидеры республик, включая Ельцина, ждут от Президента СССР решительного поворота в свою сторону, но консерваторы не потерпят такого сдвига.

Для достижения устойчивых договоренностей с республиками Горбачеву придется уступить им значительную часть власти и ослабить контроль из центра. По сути, речь может идти лишь о создании достаточно разобщенной конфедерации. Если этого не случится, противостояние продолжится. Рассчитывать на то, что страх перед переворотом со стороны консерваторов будет для республик сдерживающим фактором, Горбачеву не приходится.

Любые попытки Горбачева договориться с республиками вызовут беспокойство со стороны консерваторов, которые стремятся удержать централизованный контроль над Союзом. Это их приоритетная задача. Страх, что Горбачев может реально договориться о разделе полномочий с республиками, скорее всего, может стать катализатором действий консерваторов по захвату власти.

Трудящиеся страны более не доверяют правительству Горбачева. Волнения в стране неизбежно будут нарастать из-за резкого роста цен и острого дефицита потребительских товаров.

Попытки Горбачева любой ценой сохранить центральную власть и союзное государство могут обострить конфликт между республиками и центром. Возрастающее влияние и популярность избранного руководства в республиках также способны подорвать и без того ослабленный авторитет Горбачева. Если Ельцину удастся создать и укрепить президентские структуры власти в Российской Федерации, – выборы намечены на июнь, – то он существенно укрепит свои позиции в противостоянии центру и борьбе за смещение Горбачева.

Политическое положение Горбачева становится все хуже и хуже. Он вступил в союз с верхушкой КГБ, вооруженных сил и КПСС и полностью поддерживает политику консерваторов. Он оказался в политически зависимом от них положении, и пытаться игнорировать их требования будет для него все труднее. Понимая это, большинство реформаторов больше не доверяют ему. На прошлой неделе Ельцин и руководители восьми республик договорились с Горбачевым о новой основе для сотрудничества центра и республик, однако эта договоренность может не сработать, если Горбачев не отдаст части своих полномочий в пользу республик. Горбачев потерял политическую инициативу и лишь пытается теперь реагировать на события, не имея никакого долгосрочного плана действий.

Суть нынешнего кризиса в том, что ни одна из противоборствующих сторон не способна его разрешить. Советский Союз находится в революционной ситуации.

Хотя силовые структуры страны располагают достаточными возможностями для государственного переворота, ввести режим чрезвычайного положения в стране будет трудно. Более того, если оппозиции удастся нейтрализовать готовность путчистов применить силу, то ставка на нее консерваторов будет бита».

Закончив цитату из документа, приведу основной вывод доклада ЦРУ: «Горбачев, скорее всего, будет вынужден подать в отставку». Напомню: этот аналитический доклад ЦРУ передало президенту США Бушу 29 апреля 1991 года.

В августе, как известно, консерваторы попытаются захватить власть в стране. Но ГКЧП провалится, путчистов арестуют. 25 декабря первый и последний президент СССР подаст в отставку. Могучий и нерушимый союз республик свободных развалится. Все, как и предсказало ЦРУ.

Признаюсь, я с особым интересом переводил на русский и изучал документы ЦРУ, касающиеся начала и конца скоротечной, но драматичной эпохи Горбачева. Архивы и тайны спецслужб вообще занимают меня, как писателя и историка, уже много лет – с середины 80-х годов. Секреты «пятилетки правления Горбачева» – самые непостижимые и увлекательные. Ведь за ними скрыты до сих пор не разгаданные механизмы слома величайшей империи ХХ столетия – Советского Союза.

Эта тема, думаю, будет будоражить наши умы еще много лет. За четверть века существования новой России уже выдано на-гора немало смелых, хотя и вполне правдоподобных, версий о заговоре против СССР, планах свержения советского режима, тайных операциях по вербовке кремлевского руководства и самого Горбачева.

Если эти версии событий и имели место, мы вряд ли на нашем веку узнаем о них из архивных документов. Ни одна разведка мира не станет спешить обнародовать секреты такого рода. Поэтому столь интересны любые рассекреченные материалы, имеющие отношение к последним годам существования великого Советского Союза.

Рассекреченный документ ЦРУ от июня 1985 года интересен прежде всего прогнозом и анализом возможных перемен в СССР при «новой метле» – Горбачеве. Предчувствие этих перемен в тексте документа очевидно. Как и ожидание провала начатых Горбачевым реформ, по мнению команды аналитиков ЦРУ, готовивших этот доклад.

Рейган и Горбачев. Объятия «друзей»

Выводы из приведенного в документе анализа и планы действий американской разведки и администрации США зафиксированы в других неизвестных нам документах, не подлежащих рассекречиванию. Но без труда можно предположить, что в них была сформулирована стратегия «поддержки Горбачева» и его реформ. Наверняка в этих документах прогнозировался провал планов «новой кремлевской метлы», а сам Михаил Сергеевич обеспечивался необходимой поддержкой.

К чему привела горбачевская перестройка, подробно рассказано во втором из рассекреченных документов – уже от апреля 1991 года. В нем уже нет ни слова о перспективности реформатора Горбачева. Он, по оценке аналитиков ЦРУ, «успешно» провалил свой курс перестройки, фактически разрушив советскую империю». Составители аналитического доклада лишь задаются вопросом о том, кто придет на смену неудачнику и чьи шансы на успех предпочтительней. Выбор делается в пользу Ельцина.

Задача разрушения СССР и советской системы представляется им в значительной мере уже выполненной. Какие выводы и конкретные предложения сделало руководство американской разведки и администрация президента США из этого документа аналитиков-советологов ЦРУ, мы может лишь предполагать. Но в них, видимо, шла речь уже о работе с преемником Горбачева – Борисом Ельциным. Работе по окончательному разрушению «красной империи».

Американцы недаром презентовали Горбачеву на его 85-летие архивные документы. После своей отставки в декабре 1991-го весь архив, накопленный за шесть лет работы в Кремле, бывший генсек прихватил с собой. Сейчас он хранится в здании Горбачев-фонда на Ленинградском проспекте, 39 в Москве. Эта бесценная архивная коллекция насчитывает более 10 000 материалов. Многие из них закрыты для широкой аудитории. По мнению германского журнала «Шпигель», «в этих документах содержится многое из того, о чем Горбачев предпочел бы умолчать». «Шпигель» полагает, что «Горбачев пошел по пути многих отставных политиков, решив значительно приукрасить свой образ реформатора». Невыгодные для этой цели документы положены в долгий ящик.

Все точки, наверное, можно будет расставить лишь после того, как увидят свет секретные архивные документы, которые пока еще хранятся за семью печатями. Я же взялся бы лишь восполнить пробелы в уже рассекреченных материалах. Они, на мой взгляд, достаточно красноречивы сами по себе, даже в своих «белых пятнах».

В моем распоряжении есть некогда секретные и малоизвестные документы из самых разных источников, свидетельства отставных политических деятелей, данные различных спецслужб. Все они дают мне возможность составить определенное мнение на этот счет и представить его вниманию читателей.

Напомню, что «документы в подарок Горбачеву» с поразительной точностью предсказали слабые места нового кремлевского лидера и время его политического краха, равно как и развала СССР.

Думаю, что, рассекретив эти документы, руководство ЦРУ вовсе не собиралось порадовать своими былыми тайнами последнего руководителя СССР. В Вашингтоне его попросту намеревались унизить и публично наказать напоминанием о бесславном конце вверенного ему Союза. Наказать за то, что последние годы Горбачев идет в фарватере политики Путина и позволяет себе публичные критические выпады в адрес США. Нельзя не заметить, сколь неожиданно появилось «досье Горбачева» на свет божий. Ведь случилось это в нарушение всех действующих в США законов и на много лет раньше дозволенных сроков. Неужели такое возможно? Оказывается, при желании и невозможное станет возможным.

По действующим в США правилам, закрепленным законодательно, секретные документы ЦРУ могут быть рассекречены только по истечении 25 лет и более. А здесь один документ рассекретили через 14 лет («Кто примет власть у Горбачева» – документ обнародован в 2005 году), а другой – через 23 года («Горбачев: новая метла» – в 2008-м).

Долгое время эти материалы у нас никто не замечал и не комментировал. В 2016 году была предпринята еще одна попытка заставить нас обратить на них внимание. Оба документа плюс еще 12 менее интересных материалов включили «в подарок Горбачеву» и заявили об этом на весь мир на веб-сайте Архива национальной безопасности США. Не заметить такой саморекламы уже было невозможно.

Предупреждение Путину

Зачем им столько суеты? – спросите вы. – Причина на то была основательная. Думаю, парни из Лэнгли хотели нас, россиян, и удивить, и припугнуть своим всесилием и всезнанием. Ведь в этих документах весьма доказательно и убедительно показана и информированность, и компетентность, и эффективность ЦРУ, в частности, в его работе по развалу СССР.

В США, очевидно, решили, напомнить России о своих былых успехах именно сейчас. Ведь при Путине наша страна начала вставать с колен и отстаивать свои национальные интересы наперекор указкам «вашингтонского обкома».

Словом, послание в наш адрес между строк я бы прочитал примерно так: если уж мы смогли положить на лопатки горбачевский Советский Союз, то с путинской Россией и ее лидером справимся без труда, дайте лишь время.

Но если говорить серьезно, то геополитический противник у России сейчас совсем нешуточный, как в свое время и у Советского Союза. США в современном мире, как в прошлом и Британская империя (вспомните перипетии так называемой «Большой игры»), держат курс на удержание мирового господства. А Россия на этом пути всегда была для Запада камнем преткновения.

Вот и в середине 80-х годов новый советский лидер Михаил Горбачев столкнулся с глобальным вызовом сверхдержавы, материальные ресурсы и потенциальные возможности которой были беспрецедентно велики. А у руля стоял тандем двух откровенных политических «ястребов» – президента Рональда Рейгана и директора ЦРУ Уильяма Кейси, его главного консультанта и помощника. Это была «сладкая парочка». Но для СССР и Горбачева – с ядовитой начинкой.

Секретный план Кейси

Я, естественно, имею в виду их очевидный антисоветский настрой и жесткий курс на противоборство с «империей зла», как они тогда величали СССР. Кейси ведь на посту руководителя американской разведки разработал специальный суперсекретный план борьбы с Советским Союзом. Материалы этого плана до сих пор не рассекречены, но основные его позиции известны.

И когда я изучал документы ЦРУ по Горбачеву, то было очевидно, что многие белые пятна в частично рассекреченных докладах 1985 и 1991 года касались, по сути дела, хода реализации того самого плана Кейси. Поэтому они и были скрыты цензурой. Именно этот план стал одной из серьезных преград на пути реализации реформ Горбачева.

При анализе документов ЦРУ 1985 и 1991 годов у меня вообще складывалось впечатление, что их авторы не столько пытались дать прогноз дальнейшему развитию событий в СССР, сколько оценивали ход нашего движения по намеченной уже руководством ЦРУ «дорожной карте».

Она разрабатывалась Уильямом Кейси в течение нескольких лет с начала 80-х, а сформировалась как единое целое к 1985 году – времени прихода Горбачева к власти. Позднее ее стали называть планом Кейси.

Этот многоопытный ветеран УСС и ЦРУ хорошо знал свое дело. На новом посту руководитель мощнейшей из американских спецслужб не только продолжил испытанный временем антисоветский курс. Он по ходу дела доработал его, заметно усилив апробированную уже стратегию Аллена Даллеса – многовекторную стратегию по подрыву СССР изнутри. Кейси успешно приспособил ее к новым условиям 80-х годов.

Некоторые пункты этого плана – по Афганистану, Польше, санкциям COCOM, программе СОИ – хорошо известны. И я не стану на них останавливаться. Советское руководство тогда «успешно» попало в расставленные ему силки. СССР увеличил и без того немалые военные расходы в 1981–1985 гг. еще на 45 процентов. Бюджетные ресурсы страны, выделяемые на так называемую группу Б, то есть производство товаров народного потребления, сужались как шагреневая кожа.

Достаточно хорошо известна и другая составляющая плана Кейси, заметно опустошившая доходную часть бюджета СССР. США смогли убедить Саудовскую Аравию в необходимости значительного увеличения добычи нефти. Что привело к обвалу мировых цен на черное золото, приносившее в советскую казну вместе с поставками за рубеж природного газа до 80 процентов всей валютной выручки. К весне 1986 года мировые цены на нефть упали в три раза до 12 долларов за баррель и надолго прекратили свой рост.

Вряд ли стоит также особенно распространяться о роли подрывной западной пропаганды. «Вражеские голоса», по данным аналитиков, несмотря на глушилки, слушала добрая половина советских граждан. Это подогревало и без того нарастающее недовольство.

Все эти подрывные операции ЦРУ и правительства США, естественно, ставили перед собой одну очевидную цель: расстроить экономику и финансы СССР, вызвать протестные настроения у наших граждан. Недостатки и слабости советской системы были понятны, кажется, всем: и врагам, и союзникам, и самим советским людям. Но они не устранялись, а усугублялись.

Сами накосячили

В чем заключались наши собственные ошибки? Хотя бы в том, что руководство страны упорно продолжало идти прежним курсом, настойчиво избегая любых, даже давно назревших перемен. Догматизм в политике и экономике тянул нас назад. Идеологические запреты на здравую оппозицию и конструктивное инакомыслие, без которых невозможно поступательное движение вперед, не оставляли нам перспектив. Ну а экономика и финансы, обремененные непосильными военными расходами, поставили страну на грань банкротства, полностью истощив золотовалютные резервы и столкнув нас в долговую яму.

Вот такое «дырявое» наследство принял на грудь пришедший к власти в СССР новый амбициозный лидер. Появление Горбачева с его курсом реформ случилось, возможно, слишком поздно, чтобы исправить создавшееся положение. Особенно в условиях жесткой конфронтации с США.

Да и сама горбачевская политика перестройки была, скорее всего, спонтанно рожденной, нежели тщательно продуманной и выверенной попыткой добиться в стране перемен к лучшему. Вспомните хотя бы пресловутую антиалкогольную кампанию, лишившую и без того худосочный бюджет страны значительной доли доходов.

Появление в Кремле Горбачева внесло в вышеупомянутый план Кейси новую и важную (если не решающую) составляющую в борьбе за развал СССР.

Эпидемия западничества

Об этой составляющей документированных материалов не найти днем с огнем. Они засекречены. Но определенная информация все же имеется. Начну с того, чего не было. Хотя слухов и досужих разговоров за четверть века на этот счет накопилось уже предостаточно. Был ли Горбачев американским шпионом? Кое-кто уверен, что был. И требуют покарать негодяя.

Так вот, я берусь утверждать, что ни Михаил Горбачев, ни Александр Яковлев, ни Эдуард Шеварднадзе, ни тем более Борис Ельцин ЦРУ завербованы не были.

Хотя бы потому, что в те годы советская контрразведка не имела никакой информации на этот счет. А в ряду ее информаторов той поры были весьма высокопоставленные и осведомленные люди в спецслужбах США.

Олдрич Эймс (слева) и Роберт Ханссен (справа)

Сейчас известны и на слуху лишь два таких имени, зато каких! Первым номером стоит Олдрич Эймс, начальник советского отдела ЦРУ. Этот завербованный нами агент работал на Москву почти десять лет, вплоть до провала в 1994 году. Он сдал нам около трех десятков важнейших агентов, завербованных американской разведкой в Советском Союзе.

В отчете Комитета по разведке Сената США на этот счет однозначно сказано, что деятельность Олдрича Эймса «привела к потере практически всех ценных источников информации в Советском Союзе».

О Михаиле Горбачеве и иже с ним в этих списках предателей нет ни слова.

Вторым номером идет Роберт Ханссен, сотрудник советского отдела ФБР, проработавший на нас больше 20 лет, с 1979 по 2001 год. В его послужном списке выданных нам предателей, работавших на США, десятки имен, но опять же ни слова о высшем руководстве СССР горбачевской поры.

Есть и другие не менее значимые, но не расшифрованные до сих пор имена наших информаторов в американских спецслужбах. Но и они не дают никаких свидетельств об американской агентуре в Кремле в годы перестройки.

Может быть, предатели такого уровня были настолько засекречены, что их знал лишь очень ограниченный круг лиц, скажем, только президент США и директор ЦРУ? Нет, это практически невозможно. Без оперативников в этом деле никак не обойтись. Думаю, что вербовки здесь не было, как и шпионов в высшем кремлевском руководстве. Было нечто иное.

Было то, что я бы назвал эпидемией западничества. Это с нашей стороны. А с их – налицо была хитрая игра в своих корыстных геополитических интересах. Игра, на которую мы повелись. И стали подыгрывать, забыв о собственных национальных интересах. Причем такую болезнь подхватили не только некоторые высшие руководители страны, тот же Горбачев, Шеварднадзе и Яковлев, но и хваленая советская элита, специалисты из различных академических институтов, кремлевские консультанты разных уровней и профилей. Все они в большей или меньшей степени определяли политику страны. А она по сути своей оказалась при Горбачеве компрадорской, предательской.

Агенты влияния

Есть в работе спецслужб (и западных, и наших) такой термин: «дилетанты». У него немало ипостасей. Чаще всего он используется для обозначения тех, кто не завербован разведкой, но взят ею в оборот, что называется, «вслепую». В такого рода операциях могут быть задействованы и «загнанные в угол» политики, и даже руководители враждебных государств. Особенно если они оказались «в плену» выстроенных против них схем, сконструированных спецслужбами США.

Горбачев и его команда во второй половине 80-х оказались в числе именно таких вот «дилетантов». «Кейси & Co» прекрасно знали, как с ними вести дело в подобных ситуациях. Методика была наработана десятилетиями успешных подрывных операций ЦРУ в разных уголках мира, в том числе в странах-сателлитах СССР (Венгрии, ЧССР, Румынии, Польше). Ди-Си-Ай – директор центральной разведки – Уильям Кейси (в общении с коллегами просто «Билл») внес в середине 80-х в свой план активных мероприятий против СССР еще одно дополнение под грифом «Совершенно секретно».

Дополнение это подразумевало активную и всестороннюю разработку Горбачева и его команды «дилетантов». Цель – сделать их ведомыми игроками со всеми вытекающими из такого положения последствиями.

Замечу мимоходом, что новая составляющая в секретном плане Кейси стала его лебединой песней на посту шефа ЦРУ. В 1987 году дядя Билл умер. Продолжателем его тайного дела стал более молодой, но уже прослуживший девять лет шефом ФБР Уильям Уэбстер, доведший план своего предшественника до победного конца в 1991 году. Ну а финальную точку в деле поставил уже Роберт Гейтс в 1991–1993 гг. Профессионально, со знанием дела. Для начала «кремлевским дилетантам» шли навстречу. Выражали восхищение. Обеспечивали пиар в мировых СМИ. Были щедры на уступки. Во всем поддерживали.

Затем давали «правильные» советы. Высказывали дружеские пожелания. Расширяли связи и контакты с нужными им «партнерами» в Кремле. Потом рекомендовали во властные структуры «толковых» специалистов, с которыми «сошлись» по совместной работе. Интересовались возникающими проблемами. Принимали в их разрешении «деятельное» участие. Всегда были рады оказать услуги самого разного рода.

Затем вдруг начинали настаивать на срочном принятии необходимых (по их мнению) мер. Предоставляли для этого средства и кредиты (или нередко пустые обещания).

Ну а под конец просто «кидали» своих партнеров, когда игра была уже сделана и использованные «агенты влияния» израсходовали свой ресурс.

На их месте тут же появлялись новые «дилетанты», уже из другой, более перспективной команды.

Какие именно действия Горбачева нанесли наибольший ущерб нашей стране? Их немало.

В январе 1986 года Горби предложил Западу за 15 лет ликвидировать все ядерное оружие в мире. Члены ядерного клуба, в первую очередь США, конечно, взялись петь панегирики нашему миротворцу. Тот рьяно взялся за слом советского ядерного щита. Будто не замечая при этом, что ни одна из мировых держав не проявила ни малейшего желания даже обсуждать этот вопрос.

Горби набирал очки на Западе и терял их у себя дома. Метод коллективного руководства внешней политикой был положен под сукно. Все решения о сломе отечественного ВПК и ликвидации ядерного потенциала страны стали приниматься без учета мнения профильных специалистов и членов Политбюро, единолично Горбачевым.

У военных инициативы генсека вызывали оторопь. После встречи в Рейкьявике в октябре 86-го он сам взялся за ядерную арифметику. И посчитал тяжелый стратегический бомбер США за одну боеголовку, хотя каждый из них нес 24 ядерные ракеты.

Также Горби пустил под нож высокоточный ракетный комплекс «Ока», головную боль Пентагона. Ракета за 400 км попадала в кол, врытый в землю. Аналогов на Западе не было. В декабре 1987 года Горбачев и Рейган подписали Договор между СССР и США о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД). Под него подпали ракеты с дальностью 500 и более километров. Дальность «Оки» – 400 км. Однако Горбачев соглашается на включение «Оки» в договор. Оказывается, его попросил об этом «друг Шульц», госсекретарь США. Начальник Генштаба СССР Ахромеев был категорически против. Но кто будет слушать маршала? Было уничтожено 239 ракет и 102 пусковые установки, свернуты работы по модернизации «Оки». Такие инициативы шли вразрез с интересами страны.

Не менее бездарным оказался и лозунг о построении «общеевропейского дома». Горби активно шел на слом разделительных линий в Европе. Ему рукоплескали в Бонне и Вашингтоне, обещали золотые горы при строительстве новой объединенной Европы. Кремлевский энтузиаст под аплодисменты Запада разрушил Варшавский договор и СЭВ, расчистив дорогу для объединения Европы под эгидой США, но только без СССР, а позднее и без России. В итоге наши союзники вскоре стали членами НАТО.

«Сообразили на троих» в Беловежской пуще

А почему бы не вспомнить о неожиданных территориальных уступках СССР в Беринговом море?! Горби и Шеварднадзе в 1990 году отдали США большую часть «ничейной» акватории, богатой рыбой и нефтяными ресурсами. Эти воды должны были считаться исключительной экономической зоной России. Только лишившись вылова рыбы в этой акватории, наша страна стала терять ежегодно более 1 млрд долларов.

Неплохой подарок в ущерб собственным национальным интересам, не правда ли?!

Список подобных шагов на международной арене можно продолжить. Что же касается внутриполитического курса Горбачева, то он не только не вывел страну из кризиса, а превратил ее в полного банкрота.

Так, на мой взгляд, США вели «большую игру» по развалу СССР через «кремлевских дилетантов». Ее детальную конкретизацию и исторический анализ, думаю, еще предстоит сделать.

«Бостон брейкс» в Париже

31 августа 1997 года автокатастрофа в парижском тоннеле Альма трагически оборвала жизнь «народной принцессы».

Операция «Паджет» – этим кодовым названием было обозначено расследование гибели леди Дианы.

Что было намеренно скрыто в рамках этой операции? Что осталось вне ее рамок? Какие очевидные факты были скрыты и «зачищены», не оставив юридических оснований для выхода на организаторов преступления?

ДЛЯ СПРАВКИ.

Операция «Паджет» – это расследование силами лондонской Метрополитен полис во главе с заместителем начальника Скотленд-ярда лордом Джоном Стивенсом автомобильной катастрофы, приведшей к смерти принцессы Дианы, Доди Аль-Файеда и водителя Анри Поля.

Кривое следствие

О слепоте официального расследования можно было бы привести тома доказательств, но я бы предложил лишь несколько голых фактов, подтверждающих, что в Париже с леди Дианой имел место не несчастный случай, а преднамеренный заговор.

Господа дознаватели даже не брали в расчет версию преднамеренного убийства. Весомые доводы в ее пользу были очевидны с самого начала. Но кто-то упорно не хотел в случившемся видеть ничего другого, кроме тривиальной аварии, то есть обычного несчастного случая. Версия преднамеренного убийства была исключена. Вообще не рассматривалась!

При таком подходе результат был понятен и предсказуем с первого дня следствия. А истина оказалась похоронена.

На протяжении уже почти двух десятков лет, прошедших с той автокатастрофы, и руководители следствия, и СМИ без конца рассуждали о том, что смертей леди Дианы и Доди можно было бы избежать, если б пассажиры «Мерседеса» были пристегнуты ремнями безопасности.

Но лишь сравнительно недавно был, наконец, обнародован факт о том, что ремни эти были заблокированы, не работали. Хотя машина накануне прошла профилактику и ремонт. Считаю, что следствие намеренно скрыло этот факт.

Но были и иные случаи, когда факт налицо, он общеизвестен, но его игнорируют, дескать, он не имеет отношения к делу. К примеру, с самого начала было установлено, что камеры слежения в тоннеле Альма ночью, 31 августа, почему-то не работали. Кто-то их отключил. Кто именно и почему? – Этот вопрос следствие, как ни странно, не заинтересовал. Мол, такое случается. Пресловутый человеческий фактор…

Направленная вспышка в тоннеле Альма

Или показания многочисленных свидетелей о какой-то мощной вспышке в тоннеле. О ней было известно с самого начала. Но в итоге следствие списало этот факт на обычную вспышку фотоаппарата. Хотя все очевидцы утверждали, что мощность той вспышки была весьма значительной и никак не походила на обычную фотовспышку. Только следователей это ничуть не убедило. Они продолжали стоять на своем. А ведь попытка ослепить водителя направленной вспышкой и вызвать тем самым аварию – это классический вариант организации «несчастного случая» на дороге. И тем не менее эту азбучную «классику» следствие тоже не захотело принимать в расчет.

Или еще одно странным образом проигнорированное свидетельство. Оно прозвучало из уст очевидцев. Многие утверждали, что слышали взрыв.

То есть до сведения общественности доводилась далеко не вся информация. Ее сортировало само следствие, его руководители. О взрыве, непосредственно предшествовавшем аварии, решили умолчать и предать забвению. Мол, его, несмотря на свидетельства, вовсе не было, потому что, дескать, и быть не могло. Вот и вся аргументация. Да и место происшествия постарались зачистить как можно бытрее. Уже через семь часов по месту аварии был пущен городской транспорт.

Подход здесь понятен и прозрачен как слеза. Те факты или версии, которые устраивали следствие, доводились до сведения широкой общественности. Ну а те свидетельства и улики, которые руководство считало целесообразным не рассматривать, отправлялись в долгий ящик. Вот такое «объективное» расследование!

Ведь тот же взрыв или мощная вспышка в зоне обзора водителя могли быть элементами плана по организации аварии в тоннеле. Разве не так? Но фальшивое следствие не только защищало себя от риска выйти на следы заговора. Оно само плело сети собственного заговора, уводя общественность в сторону от реальности.

Возьмем, к примеру, шумную историю о водителе Анри Поле. Как его только не шельмовали и следствие, и пресса. Это была классическая операция-дезинформация. Беднягу окрестили и алкоголиком, и токсикоманом, чуть ли не камикадзе за рулем. Во всех смертных грехах обвиняли…

А по сути тем самым просто уводили следствие в сторону, по ложному пути. Анализ крови водителя был элементарно подтасован. Причем несколько раз. Никаким алкоголиком Анри Поль, конечно же, не был. Это знали и утверждали его родные и близкие. Но следствию почему-то это мнение было абсолютно не важно.

Камеры наблюдения в баре гостиницы зафиксировали, что Анри Поль выпил за весь вечер только два легких коктейля. Зато сразу же после аварии на квартиру водителя отправилась странная парочка с коробками пустых или початых бутылок со спиртным. «Доброхоты» не успели расставить их по комнатам, когда на квартиру прибыл наряд полиции. И зафиксировал «алкогольное вторжение». О котором, впрочем, никто не узнал. Нам доложили лишь о том, что в крови водителя зафиксирована чуть ли не смертельная доза алкоголя.

Долго судачили о том, что «Мерседес» Дианы и Доди попал в аварию из-за папарацци, которые неотступно преследовали их в тоннеле. Долго недоумевали, зачем и почему Анри Поль поехал к дому Аль-Файеда (бывшей резиденции герцога и герцогини Виндзорских) через тоннель Альма. Тем самым переводя стрелки то на папарации, то на водителя.

Все беды, особенно поначалу, охотно списывали на проклятых папарацци, а затем на Анри Поля. Общественность дурачили, не переставая.

На самом деле папарации на слабеньких скутерах отстали от «Мерса», их в тоннеле не было. «Коробочку» для машины с Дианой устроили мощный мотоцикл «Хонда» и два автомобиля, одним из которых был пресловутый «Фиат Уно Турбо». Вспышку в стекло водителя устроил как раз пассажир на заднем сиденье мотоцикла – совсем не папарацци, скорее, один из участников заговора. Бедняга Анри Поль оказался такой же жертвой заговора, а никак не виновником катастрофы.

Кроме того, в тоннель Альма его вынудили заехать. Путь по верху, в объезд подземки, ему был заблокирован автомобилями. Об этом тоже странным образом следаки умолчали. Как и о том, что в тоннеле в момент аварии оказалась группа лиц, странным образом поджидавшая чего-то и наблюдавшая за происходящим. Они, эти «ночные зеваки», возможно, были задействованы в деле. Во всяком случае, двое из наблюдателей сразу после аварии подошли к разбитому «Мерседесу», заглянули внутрь машины и удовлетворенно подали другим соответствующий знак, мол, «дело сделано». Свидетельства очевидцев на этот счет были известны следствию с самого начала, но долгое время держались в тайне.

Любые факты, позволявшие выстроить некую цепочку логически связанных событий по преднамеренной организации автомобильной катастрофы в тоннеле Альма, вычеркивались из материалов следствия. Кто-то очень хотел убедить нас, что катастрофа в тоннеле – это несчастный случай. Что заговором здесь и не пахнет. Что о нем публично распространяются лишь маниакально настроенные последователи теории заговора. А им верить никак нельзя.

Зачистка

Очевидно, к таковым отнесли бы и меня. Ведь в решении немедленно, в Париже, забальзамировать труп Дианы, я увидел очевидный для меня замысел заговорщиков – сделать невозможным документальное подтверждение информации о беременности леди Дианы. После бальзамирования эта возможность была исключена.

Приказ на этот счет, как выяснилось позже, получил непосредственно из Букингемского дворца вице-консул Великобритании в Париже господин С. М. Тейлор. Он своей властью незаконно добился его исполнения без каких-либо проволочек.

Но некоторое время спустя появилось свидетельство медсестры, которая принимала участие в хирургической операции в госпитале, куда была доставлена Диана. Для тех, кто, возможно, запамятовал, напомню, что «скорая» вместо 10 минут везла Диану до больницы час сорок – 100 минут вместо 10! Так вот, эта медсестра заявила, что у пострадавшей была обнаружена беременность сроком примерно в 6 недель. Это свидетельство было немедленно засекречено. Только шило в мешке не утаишь. Пройдет время, и этот факт тоже всплывет на поверхность и станет достоянием гласности.

Дому Виндзоров никак не хотелось пересудов о романе Дианы и мусульманина, а тем более о беременности от него матери наследника британского престола. Поэтому, кстати сказать, был «зачищен» еще один факт. Важный для понимания возможных мотивов заговорщиков.

Доди и Диана собирались пожениться. 30 августа Доди купил обручальное кольцо для Дианы. Следствие попыталось «стереть» и эту информацию, оказав соответствующее давление на продавца. Тот не устоял и отказался от прежних слов. Но правда все равно пробила себе путь. В распоряжении журналистов оказался чек, выписанный ювелиром при продаже обручального кольца Доди Аль-Файеду. И этот неприятный для дома Виндзоров факт следствию не удалось скрыть от общественности.

Зато чуть ли не 10 лет лежало без огласки предсмертное письмо леди Дианы.

Приведу лишь одну фразу из него. Эта фраза о самом главном; «Мой бывший муж готовит несчастный случай со мной, например отказ тормозов у моего автомобиля…»

Об этой записке и ее содержании теперь уже знает весь мир. Многие спрашивают, откуда принцесса могла знать о подготовке покушения на ее жизнь.

Насколько мне известно, у леди Дианы было немало информированных друзей, ее добровольных помощников, в том числе из рядов сотрудников британских спецслужб. Они знали о готовящемся заговоре против нее и не могли не предупредить ее об этой угрозе.

Кстати сказать, за Дианой вели постоянную слежку как британские, так и американские спецслужбы. Слушали телефон, читали информацию с «жучков», не забывали про НН (наружное наблюдение) и работу с прислугой, друзьями и даже родственниками леди Дианы. Кое-кто из них был завербован и поставлял спецслужбистам интересующую их информацию, то есть, попросту говоря, «стучал» на принцессу.

Так вот, Диана написала о своих опасениях в записке, которую отдала на хранение своему дворецкому Полу Барреллу. Это случилось незадолго до злополучной аварии в Париже. Дворецкий же хранил записку в секрете чуть ли не 10 лет. Когда он ее обнародовал, неизбежно возник вопрос, почему же он не сделал этого раньше. С ответом на него мистер Баррелл не спешил. Лишь недавно он неожиданно признался, что не выдавать записку следствию его попросила… королева Елизавета II (!).

А ведь это – подсудное дело, укрывательство важной улики для следствия. Впрочем, что там записка! Многие дневниковые и иные записи Дианы после ее смерти были изъяты сотрудниками МИ-5, британской контрразведки, и положены в долгий ящик.

Шпионский десант

Кроме того, известно, что специально накануне трагедии в тоннеле Альма в Париж были направлены опытные сотрудники британской разведки. Направлены инкогнито. Эти сведения, – как говорят в таких случаях, – получены из заслуживающих доверия источников. Наши спецслужбы знали о «шпионском десанте» англичан и вели наблюдение за ним в Париже. Очевидно, была наводка на этот счет от нашего «крота» в стане МИ-6.

Английским СМИ состав этого «десанта» уже известен, но до сих пор засекречен. Свободной британской прессе настрого запрещено разглашать эти имена. У нас в «недемократической» России такой цензуры нет. Могу без труда поведать читателям, кто из английских кадровых разведчиков работал в Париже по Диане. Точнее говоря, по организации «несчастного случая» с ней. Это прежде всего Ричард Диарлав. Через год он получит повышение по службе и возглавит британскую разведку. И опытный оперативник Ричард Спеармен. Каждый из них имел солидный опыт разведработы, в том числе в парижской резидентуре МИ-6.

В моем архиве есть анкеты и послужной список других сотрудников МИ-6, которые также прибыли в Париж накануне трагедии и уехали из страны сразу после нее. Кстати, все они находились в Париже без ведома французской разведки. Хотя это обязательное требование действующих для союзных спецслужб «правил игры».

Эта команда разведчиков, безусловно, прекрасно знала город, объект наблюдения, имела обширную агентуру, необходимые средства и надежные связи.

Упоминая об этом «шпионском десанте», надо понимать, что МИ-6, конечно же, официально не занималась разработкой заговора против леди Дианы. Ее сотрудники в Париже лишь контролировали ход тайной операции. Ее же реализация была в руках, скорее всего, сотрудников тогдашних британских частных военных компаний, вроде контор типа «Increment» или «UKN». Это они готовы были за деньги профессионально выполнить любой заказ такого рода. Что, судя по всему, и было сделано.

Заговор

Кому и зачем было нужно убрать принцессу Диану? Когда случилась беда 31 августа 97-го года, я отложил все дела, чтобы заняться аварией в тоннеле Альма. Мне изначально стало понятно, что вряд ли это мог быть несчастный случай.

Тогда, в 90-е годы, Виндзоры приблизились к роковой черте. Пошли разговоры о закате королевского дома, грядущем крахе монархии в Великобритании вообще. Тщательно скрывавшийся компромат, о котором я рассказал в предыдущих сюжетах этой книги, потихоньку становился достоянием гласности. Если и не в английской печати, то за рубежом. Что вызывало серьезные опасения у спецслужб и политического руководства Великобритании. Они понимали: если монархия рухнет или просто потеряет доверие населения, то пострадает безопасность страны и ее единство. А тут еще, именно в эти годы, встали вопросы о возможной автономии или даже независимости Шотландии и Уэльса. А в Северной Ирландии борцы за независимость продолжали устраивать теракты.

Соединенное Королевство могло попросту рассыпаться. Так же, как рухнула в середине ХХ века великая Британская империя. Крупнейшая в истории человечества. Над ней никогда не заходило солнце! Она занимала до четверти земной суши. Но скукожилась к концу столетия до скромных островных размеров Туманного Альбиона.

Я прекрасно знал, что английские спецслужбы всегда сотрудничали с Royal Household – королевской администрацией. Для МИ-6 и МИ-5 (разведки и контрразведки страны) вопрос сохранения дома Виндзоров был равнозначен сохранению самой Великобритании. И они, как любые спецслужбы, работающие на благо родины, всегда готовы были сделать все, дабы сохранить страну и монархию.

Словом, в сложной ситуации, возникшей для британской монархии к 1997 году, вполне реально могла стоять задача физического устранения леди Дианы как «врага государства № 1». Она знала слишком много скандального о британской королевской семье. И потихоньку уже начала рассказывать о тесных отношениях своего бывшего мужа с Камиллой, державшихся тогда в строжайшем секрете. Это бросало тень даже не на Чарльза, а на его царствующих родителей. Они подыскали сыну титулованную невесту, хотя престолонаследник любил только Камиллу. Помимо компромата на королевскую семью, Диана как честный, искренний человек и посол доброй воли, организовавшая мировую кампанию против пехотных мин и ряд других громких акций, могла предать гласности и иные нелицеприятные для властей Великобритании и их заокеанских союзников факты. О контрабанде оружия и наркотиков, например. Она знала и о тайных делах британской разведки, которые ни в коем случае нельзя было афишировать. А тут еще она, мать будущего короля Великобритании, собралась замуж за иноверца-мусульманина и даже забеременела от него до брака!

Телефон леди Ди постоянно прослушивали, за ней неотступно следили. Диана знала об этом. Друзья из МИ-5 и МИ-6 предупреждали ее и о готовящемся покушении.

Проведя собственное расследование, я направил весной 98-го года собранные материалы Аль-Файеду. Ключевой в них был малоизвестная история, на которую я обратил внимание, – почти аналогичная трагедия в Лесото, случившаяся незадолго до гибели Дианы.

Эта миниатюрная страна в Южной Африке, бывшая колония Великобритании, чрезвычайно богата алмазами. В 90-е там была смута, один за другим вспыхивали военные мятежи. За ситуацией в алмазном королевстве внимательно следили спецслужбы ведущих западных стран. Главным игрокам мешал король Мошвешве.

И в октябре 1996 года его машина, к облегчению для многих, упала с обрыва. Погибли водитель, король. Телохранитель остался жив, как и Тревор Риз-Джоунс, охранник Дианы.

Расследование списало вину на шофера. Не справился-де с управлением. Возможно, нарушил скорость. Я писал Аль-Файеду, что если требовалось «тихо» устранить Диану, не оставляя следов, то был бы выбран такой же способ, как в Лесото. В спецслужбах его называют «Boston Brakes» – «Бостонские тормоза».

В машину тайком ставится микрочип с миниатюрным приемно-передающим устройством. В нужный момент на него передается радиосигнал, машина теряет управление, выходят из строя и управление, и тормоза. Авария! Конец! Следов никаких. Важно лишь выбрать нужный момент, чтобы скоростной режим автомобиля «жертвы» был подходящим, как и место аварии: крутой обрыв, узкий тоннель, мчащиеся навстречу автомобили или что-то подобное. Человек, подающий сигнал, должен контролировать ситуацию. Этот прием спецслужбы задействовали еще с начала 80-х годов. Очень эффективный прием!

Следователи в Париже с удовлетворением доложили, что машина перед роковой поездкой была в идеальном порядке. Как же, накануне ее отдали в сервис на плановое техобслуживание. Весь регламент необходимых работ тщательно выполнен. Осмотрев обломки, французские дознаватели никаких подвохов не нашли. Значит, виноват шофер!

А ведь автосервис – идеальное место, чтобы поставить микрочип, тихо и без свидетелей! Конечно, исполнители спецоперации не знали, на какой конкретно машине поедет пара. В парижском отеле «Ритц», принадлежащем Аль-Файеду, в распоряжении Доди было два или три приличных авто. Их все без особого труда могли начинить микрочипами с трансиверами. Ведь все они прошли профилактику.

По горячим следам разбитый мерс должны были обследовать специалисты по антитеррору, знающие про «Boston Brakes». Они бы, думаю, микрочип нашли. Он не мог испариться. Но здесь даже инженерам фирмы-производителя «Даймлер-Бенц» подступиться к разбитому мерседесу не позволили! Чего боялись? Надо было осмотреть и остальные автомобили, которыми мог воспользоваться Доди. Но теперь поздно.

Другой вопрос: если следователи ничего в мерсе не нашли, почему же потом он сгорел на складе вещдоков под Парижем? Что за пожар такой?

А куда делись многие другие важные для расследования материалы и свидетели? А лэптопы, ноутбуки с материалами следствия, которые украли в офисе Метрополитен-полис в Лондоне? Ведь копий многих материалов, хранившихся на их жестких дисках, сделано не было. Немало странных вещей происходило в ходе расследования. То ли сами сыскари их организовали, то ли кто-то другой постарался. Но случайно такие вещи не происходят.

Опоздавшее расследование

Спустя некоторое время я начал получать косвенные подтверждения того, что моя информация находит подтверждение. Британская пресса стала заострять внимание на некоторых моментах, которые были в моих материалах. Потом появился Ричард Томлинсон. В 1998-м, когда я передал досье, он еще сидел в английской тюрьме. Бывший сотрудник МИ-6, уволенный в середине 90-х, решил написать откровенную книгу о своей конторе. «Писателя» посадили. Вышел – «пришили» новое дело. Якобы он выложил в интернет список 115 агентов МИ-6. Он это сделал или нет, точно неизвестно, но парень ушел в бега. А список и поныне гуляет в Сети.

Позже Томлинсон обратился в российские спецслужбы, чтобы ему помогли издать книжку. Возражений не последовало. В России ее выпустили сразу и на русском, и на английском языках в издательстве, которое специально создали под эту книгу. Говорят, ГРУ тем делом занималось. Может быть. Не существенно, кто. Но важно, что помогли парню. В его книжке было немало откровений. В частности, МИ-6, по его мнению и данным, оказалась причастна к убийству леди Дианы.

Томлинсону не давали возможности с этими материалами выйти на следствие. Даже было решение зама генерального прокурора Великобритании лорда Голдсмита запретить приглашать Томлинсона на заседания суда и следствия по делу гибели Дианы, которое проводил лорд Стивенс в рамках «Операции Паджет». В наше время, в цивилизованной стране столь грязно проводить расследование?! Нельзя же просто так взять и отбросить в сторону очевидные свидетельства заговора с целью убийства, сведя всю доказательную базу к пьяному Анри-Полю и непристегнутым ремням.

Свое расследование, как известно, вела и команда Мохаммеда Аль-Файеда. Кроме того, были и независимые журналистские расследования в Англии, Франции, США, России. В течение ряда лет шли судебные процессы и разбирательства в Париже и Лондоне. Они еще не закончились. Но уже удалось выявить те свидетельства и факты, которые официальное следствие не захотело или не смогло принять к рассмотрению. Материалов такого рода немало.

Написаны или готовятся к печати новые книги. В них предложено альтернативное официальному решение по делу о гибели леди Дианы. На русском языке пока что такого рода книг и материалов не опубликовано. Могу лишь порекомендовать тем, кто владеет английским языком, две книжки – «Dead Wrong» и «Dead Wrong 2» – британских авторов Ричарда Белзера и Дэвида Уэйна о новых фактах в расследовании парижской трагедии. Достаточно подробно новые материалы изложены и в книге другой пары британских авторов – Томаса Сэнктона и Скотта Маклеода – «Death of a Princess».

Мохаммед Аль Файед

Как говорят, головой стену не прошибешь. Деньги у Аль-Файеда на независимое расследование, конечно, были, и немалые. А вот власти и влияния в Великой Британии не было никаких! А без них правосудия в такого рода делах не добиться. Кроме того, на залетного египтянина вполне могли оказать необходимое давление те, кто обладает реальной властью. Да и сам он, наверное, с годами понял, что силы в его поединке с домом Виндзоров явно неравны.

Следствие, – и французское, и английское – шло по заданному сценарию, как нож по маслу. «Чистильщики» из спецслужб выметали чуть ли не до горизонта любые ненароком оставленные следы преступления, дабы суд был «объективен» и признал в случившемся непреднамеренное убийство. Так и произошло. Версия заговора была полностью зачищена от каких-либо конкретных и действенных для суда доказательств. Вот почему, думаю, дело принцессы Дианы останется на долгие времена неразгаданной загадкой столетия.

Поединок Аль-Файеда с властью был, очевидно, обречен на поражение. Но в главном он все же вышел победителем. Он сумел убедить подавляющее большинство англичан, – и опросы общественного мнения это подтверждают, – что был заговор против леди Дианы, а не несчастный случай в тоннеле Альма.

Кто же «заказал» леди Диану? – Думаю, дом Виндзоров. В этом, по-моему, не может быть никаких сомнений. Ну а если говорить конкретнее, то в первую очередь это бывший муж Дианы принц Чарльз и его отец герцог Эдинбургский Филипп.

У них обоих была очевидная заинтересованность в устранении непокорной принцессы, которая начала слишком много говорить и делать из того, что шло во вред монаршему дому и им лично. Угроза монархии, а значит и безопасности страны, была налицо.

Ну а воля дома Виндзоров – закон для секретной службы Ее Величества. Ведь даже из названия – «Her Majesty’s Secret Service» – это следует весьма недвусмысленно.

Годы идут, всплывают новые улики и свидетельства. Почему же нет справедливого расследования, решения суда и наказания виновных? – Потому что, извините, «фирма веников не вяжет». Если британские спецы берутся за «мокрое дело», которое должно на 100 процентов выглядеть как несчастный случай, то так оно и будет.

Многие улики уничтожены. Украдены и пропали компьютеры с документной базой, ушли из жизни (ликвидированы) важнейшие свидетели, отказались или изменили свои показания многие очевидцы, даже мерседес сгорел на складе вещдоков.

«Контора» не просто зачистила – она буквально вылизала поляну преступления. Доказать теперь что-либо в суде практически невозможно. Но кто знает, вдруг на свет божий всплывут «железобетонные доказательства» вроде документированного свидетельства одного из участников заговора.

Почему-то мне кажется, что рано или поздно правда восторжествует.

Российский компромат на министров-лейбористов

Контактировавший с Москвой марксист Ральф Милибанд (на фото – справа) всегда был большим авторитетом для сына Эда. За это лидер лейбористской партии Британии стал объектом травли политических конкурентов.

«Англичане – ярые националисты, больше, чем кто-либо другой в мире. Иногда хочется, чтобы они проиграли, возможно, даже в войне. Чтобы поняли, как обстоят дела на самом деле. Потеря своей империи стала бы, возможно, худшим унижением для них», – эти дневниковые записи знаменитого британского марксиста Ральфа Милибанда, отца лидеров Лейбористской партии Эда и Дэвида Милибандов.

Старший Дэвид в правительстве Брауна был министром иностранных дел, а Эд возглавлял министерство по вопросам энергетики и изменения климата.

Отец и сын Милибанды

Историю их отца осенью 2013 года вдруг вытащила на свет божий ведущая лондонская газета «Daily Mail». Отряхнула от пыли и запустила маховик скандала под заголовком «Человек, который ненавидел Британию». Круги от него дошли и до России. Британские журналисты отправились на поиски нового компромата на Милибандов в Россию. Заглянули и ко мне в гости.

Дневники подростка

Хотя до парламентских выборов в Британии тогда оставалось еще полтора года, свистопляска в британских СМИ осенью 2013 года уже шла полным ходом. Лейбористы оторвались от консерваторов (39 % против 30 %), и прямая угроза для лидера Тори Дэвида Кэмерона была видна невооруженным взглядом.

Ставку сделали и на компромат. Так появилась статья об отце братьев Милибанд. А потом в Москву для встречи со мной прибыла команда репортеров из лондонской «Mail» с вопросами про Ральфа. Парни знали, что я встречался с ним, будучи сотрудником пресс-отдела советского посольства в Лондоне.

Судя по всему, в этой журналистской затее не обошлось без участия британских спецслужб. Ведь о моих контактах с Ральфом знал лишь узкий круг лиц. Ну, и британская полиция с контрразведкой в придачу. Куда ж нашему брату без их «топтунов»?! Приглядывают постоянно.

Британские спецслужбы традиционно сотрудничают с представителями консервативной партии. Лейбористы у них не в фаворе. Слишком доброжелательны они, по мнению спецслужбистов, к левакам разного рода, да и к России, а когда-то к Советскому Союзу. Поэтому выборные симпатии и поддержка у МИ-5 с МИ-6 всегда пребывала на стороне тори. Очевидно, информация почти 30-летней давности о моих контактах с Ральфом Милибандом «утекла» в консервативную прессу именно из архивов британской контрразведки. Больше, думаю, неоткуда было.

Связи Ральфа с Советским Союзом начались еще в 60-е годы, когда он, выпускник Лондонской школы экономики, выдвинулся в число ведущих теоретиков марксизма, написал книжку о британском пути к социализму.

Ее решили издать у нас. Международный отдел ЦК КПСС курировал такого рода работы и персонажей за пределами СССР. Милибанда пригласили в Москву.

Первым, кто с ним работал, был Ефим Бродский. Он служил во время войны в СМЕРШе, собирал досье на узников концлагерей и военнопленных, включая огромную семью Милибандов. Она насчитывает чуть ли не сотню родственников, половина из которых погибла в нацистских лагерях.

Отец Ральфа Сэм был красноармейцем, участвовал в бесславном походе Тухачевского и Буденного в Польшу, был сторонником революционной России, но потом эмигрировал. Видимо, разочаровался в большевистских идеях, а возможно, просто испугался. В Польше Красная армия, как известно, потерпела поражение и не ясно было, чья сторона в дальнейшем возьмет верх. Словом, Ральф уехал с семьей в Бельгию и следом в Великобританию.

Ефим Бродский в течение многих лет собирал это досье для наших спецслужб. После Победы он работал в комендатуре Берлина под началом генерала Серова, тогда замнаркома НКВД, а потом, после смерти Сталина, первого председателя КГБ СССР.

Ральф Милибанд (1924 1994)

Когда на Старой площади рассматривали вопрос о том, к кому лучше прикрепить Ральфа, руководство сразу вспомнило о Ефиме Бродском. Его определили в издательство «Прогресс», которое занималось в том числе переводами и публикацией зарубежных изданий. В качестве будущего редактора своей книги Бродский с ним и познакомился. Затем контакты продолжились.

Ну а я столкнулся с Ральфом уже в середине 80-х. Одной из моих функций в советском посольстве в Британии была работа с местными журналистами, приглашение их в Советский Союз. В сотрудничестве с агентством печати «Новости» они имели возможность путешествовать и готовить материалы по собственному выбору, но в нужном нам ключе.

Тогда левое движение в Британии было расколото, Ральф примыкал к новым левым. Во многом это движение расходилось с линией КПСС, и отношения между ними были сложные.

С приходом к власти Горбачева контакты решили возобновить. На Старой площади было подготовлено соответствующее письмо на этот счет, которое по поручению нашего посла в Лондоне Виктора Ивановича Попова я должен был передать Ральфу.

Мне также поручили спросить товарища Милибанда, не хочет ли он вновь посетить СССР (все расходы, естественно, за наш счет). Функционеры из международного отдела ЦК КПСС очень хотели с ним встретиться, узнать о его взглядах на политическую обстановку и на ситуацию в левом движении Великобритании.

Я позвонил Ральфу Милибанду и, предполагая, что его телефон прослушивается, лишь сказал, что хотел бы обсудить возможность публикаций его трудов в СССР.

Он не был удивлен и без промедления пригласил меня к себе домой. Когда я приехал к нему в гости, дома был только он один. Меня встретил немолодой уже, худощавый мужчина в очках и свитере. Усадил за стол, предложил чаю.

В моем присутствии он открыл конверт с письмом. Что там было внутри, я не знаю – намеренно отвернулся. Заметил лишь, что это была короткая одностраничная записка. Возможно, приглашение посетить СССР на несколько дней. Как потом оказалось, я был прав. Ральф сам сказал мне, что получил приглашение приехать в Советский Союз на две-три недели с посещением Москвы, Ленинграда, Киева.

Мы договорились встретиться снова и виделись еще раз пять или шесть. Обедали как-то у него дома, ходили в театр, на лекции в Лондонской школе экономики, где он представил меня как гостя-спикера из «сегодняшнего СССР».

Признаюсь, друг другу мы понравились. Он обещал мне подумать над предложением Москвы, но тут произошла неловкая история. Как-то вечером мы ужинали у него дома, ели индейку с овощами, пили вино, и тут звонок в дверь. Непрошеные гости – блюстители порядка. Обычно, на моей памяти, в таких случаях приходили люди в штатском. Здесь же были обычные полицейские в униформе.

Ральф о чем-то пошептался с «бобби» в прихожей, а я сидел в гостиной и ничего не слышал. Когда спросил у хозяина дома о причине визита служителей порядка, он отшутился.

Думаю, это была очередная демонстрация со стороны властей того, что контакты мистера Милибанда с сотрудниками советского посольства не проходят без их ведома.

Похоже, этот демарш возымел свое действие. Ральф спасовал. Он отказался ехать в СССР по семейным обстоятельствам, не вдаваясь ни в какие детали. Я спросил его, не хочет ли он что-то передать в Москву, ответ был: «нет».

Братья Дэвид и Эд Милибанд

Я написал отчет в посольстве и потерял с ним связь. Думаю, наши хотели встретиться с Ральфом, чтобы понять, за что он критикует советскую систему. Хотели понять, что им нужно изменить. Это была гласность. Не исключаю того, что кто-то из наших спецслужб также рассчитывал на сотрудничество, но это лишь догадки.

Наверное, в 60-е годы Ефим Бродский предлагал какую-то форму сотрудничества Милибанду. Необязательно ведь непременно говорить «давай шпионить на нас». Это могло быть просто сотрудничество единомышленников. Как секретный агент Милибанд не подходил для Лубянки. Хотя бы потому, что был изначально «под колпаком». Британская контрразведка МИ-5 таких людей не оставляла без внимания. Поэтому инструкция на этот счет существовала уже много лет: не брать в разработку людей, которые являются членами компартии.

Когда создавалась «кембриджская пятерка», например, наш резидент Игнасий Райс сказал Киму Филби и другим ни в коем случае не вступать в компартию. Наоборот – живите жизнью истеблишмента, делайте карьеру, и вы для международного рабочего движения сделаете много больше. Никто не собирался и не вербовал никогда Ральфа. А вот налаживание партнерских отношений было в порядке вещей.

Милибанд-старший был интересный и отчаянный человек. Мог открыто говорить, спорить и доказывать необходимость идти левым путем людям, которые даже близко не исповедовали тех взглядов, что он сам. Это был крепкий марксист.

Зацепки есть, но утечек не будет

Зачем зимой 2014 года ко мне пожаловали британские гости? Думаю, в Москве высадился особый «журналистский десант». Приехала команда «охотников за компроматом», разработку плана действий которой вела все та же «Daily Mail». Как рупор консерваторов под негласную диктовку британской разведки и правительства тори. Мотивация была очевидна: найти архивные материалы и свидетельства работы семейства Милибандов на Москву как в прошлом, так, возможно, и в настоящем…

Было ли за что зацепиться у этих «ловцов шпионов» с Британских островов?

Софья Давыдовна Милибанд (1922–2017)

Должен сказать, зацепки, наверное, все же были, и касались они не только Милибанда-старшего. Здесь важная роль принадлежала одной из его родственниц, проживавших в СССР. Его московская двоюродная тетушка Софья Давыдовна Милибанд служила не где-нибудь, а в разведывательном управлении Рабоче-Крестьянской Красной Армии еще в годы Великой Отечественной.

Она, кстати сказать, в конце 1943 года работала вместе с моей матушкой (так уж случайно получилось) майором Александрой Ивановной Гусевой в Персии во время знаменитой Тегеранской конференции Сталина, Рузвельта и Черчилля, лидером трех государств-союзников во Второй мировой.

Софья прекрасно знала фарси и была секретарем на конференции. Но чем она занималась еще, естественно, оказалось никому не известно. И очень заботило тех, кто собирал компромат на семейство Милибандов. Я кое-какие архивные материалы на этот счет видел в открытом доступе. Думаю, теперь они взяты под особый контроль и вряд ли будут использованы на Западе.

В послевоенные годы тетушка Милибанд стала одним из признанных отечественных специалистов востоковедов, экспертом по Ирану. В брежневские годы она не раз выезжала с частными визитами в Великобританию, о чем, безусловно, было известно спецслужбам этой страны. Только вот каждый раз, находясь в Туманном Альбионе, тетушке Софи удивительным образом удавалось обрубать назойливые «хвосты», уходить от слежки «топтунов» из спецотдела Скотленд-ярда.

Парни из МИ-5 были в полном недоумении. Цели этих поездок ни тогда, ни теперь британской контрразведке непонятны. Как могла еврейка в те советские годы свободно выезжать в Лондон, да еще по личным делам? – Этот вопрос больше всего будоражил сознание «ловцов шпионов» из московского десанта. Только желающих помочь им разрешить эту загадку так и не нашлось.

Сейчас могу лишь намекнуть, что спрятано в этой загадке. Компромат на родственников братьев Милибанд в них набрать, безусловно, было можно. Его набиралось достаточно, чтобы испортить братьям Милибандам политическую карьеру. Даже сейчас. А почему нет? Примеров такого рода множество. Вспомним хотя бы 70-е годы, когда удалось убрать с политической арены лидера лейбористов премьер-министра страны Гарольда Вильсона, объявив его «агентом Кремля».

Софья Милибанд с мужем, фото 50 х годов

А если копать дальше, то можно без труда набрать компромат и на недавнего британского вице-премьера, лидера либерал-демократов Ника Клегга. Ведь его российская родственница, баронесса Мура Будберг была двойным агентом ГПУ и МИ-6, любовницей английского посла Локкарда, писателей Максима Горького и Герберта Уэллса. Это тоже можно при случае использовать, чтобы наслоить старине Никки.

Софьи Давыдовны Милибанд не стало в 2017 году. Она ушла из жизни в Москве на 95-м году жизни. Так что мои откровения о ее прошлом – уже дело историков и истории. То, что о ней рассказывается, – это сведения, которые уже были известны репортерам из лондонской «Daily Mail». С ними британские журналисты приехали на встречу со мной и пытались узнать еще больше. Ясно, что своими московскими материалами они стремились побольнее задеть братьев Милибанд, или, как их называла таблоидная пресса, «Милибойз». А Софья Давыдовна к ним относилась почти по-матерински – тепло и трепетно. Своих детей у нее не было. Поэтому я считал ее своей союзницей и не собирался «лить воду на мельницу» наших заклятых друзей англосаксов.

– Утечки не будет, – заявил я Софье Давыдовне при нашей встрече накануне визита ко мне англичан.

Кэмерона вербовать не стали

Было забавно, когда в 2011 году на одной из пресс-конференций Дмитрий Медведев публично заметил британскому премьер-министру: «Вы были бы неплохим агентом, но, увы, им не стали».

Между прочим, я поинтересовался теми людьми, которые к нему подходили с этой якобы целью в Ялте в 1985 году. Все оказалось совсем не так, как представлялось британской стороной. Но об этом подробный рассказ в следующем очерке.

Наши люди из разведки, возможно, и приглядывались в Лондоне, а не в Ялте к молодому Дэвиду Кэмерону с целью составить о нем необходимое представление. Только вывод на его счет был один: дело с этим парнем не пойдет.

Почему? – спросите вы. У спецслужб здесь свои наработки. Условно говоря, сначала с «кандидатом» знакомятся, необязательно лично, пытаются понять, что это за человек. Есть определенные установочные данные, которые нужно заполнить как анкету. И тогда после соответствующего изучения уже возникает какая-то ясность, тот это человек или не тот.

Любопытно получается, но некоторые нынешние руководители ведущих британских политических партий оказались завязаны на сотрудников наших спецслужб. Конечно, это всего лишь история, хранящаяся до сих пор за семью печатями. Но интересно, сколь острый шпионский синдром застрял в организме политсистемы Великобритании, что не дает англичанам покоя уже столько лет. Власть имущие этой страны не просто больны им, но и используют этот недуг в своих политических интересах, шантажируя компроматом своих противников.

Я изучил опросы общественного мнения на этот счет в 2013–2014 гг. 70 процентов англичан оказались против столь предвзятого отношения к Милибандам. Ну не нравилась молодому марксисту Ральфу Милибанду капиталистическая Англия, классовое общество эксплуататоров и эксплуатируемых. Но он же любил свою страну, воевал за нее в годы Второй мировой войны и хотел для Британии другого, лучшего пути.

После атаки со стороны британских СМИ и поражения лейбористов на парламентских выборах 2015 года «Милибойз» ушли в отставку и потеряли прежний политический вес. Но продолжают работать в лейбористской партии.

На встрече с журналистским десантом из Лондона в 2016 году я рассказал репортерам из «Daily Mail» лишь то, что не могло никак навредить братьям. Думаю, что и те люди, которые, как и я, имели доступ к этим материалам, поступили так же. И вовсе не потому, что у нас есть какие-то особые симпатии к лейбористам и антипатии к консерваторам. Просто дети не должны отвечать за отцов, за их политические взгляды и убеждения.

Кроме того, мало кому понравится участвовать в чужих, тем более грязных политических играх. И вот еще почему. Та же Daily Mail пару раз в последнее время брала у меня интервью по поводу двух моих книг – «Шах дому Виндзоров» и «Шпион номер раз». И что же? Материалы, которые я получил, идя по следу знаменитой коллекции Бэрона – Уарда – Иванова с документальным компроматом на королевскую семью, они публиковать не захотели. Даже упоминать побоялись. Как же, ведь то королевская семья – основа основ Великой Британии.

Двойные стандарты в журналистике никому не нравятся, и я здесь не исключение. Дескать, набирать компромат на политических соперников, особенно левого толка, причем весьма натянутый, – это да, пиши не хочу. А конкретные исторические факты, например о скандальном поведении супруга королевы герцога Эдинбургского и неуемном стремлении британских спецслужб, следует всеми правдами и неправдами скрыть от разглашения – об этом нельзя даже заикаться.

Так что не я их, а они меня разочаровали таким подходом к истории и журналистике.

Кто «вербовал» будущего британского премьера

Эта пикантная, почти невероятная история начала гулять по свету в середине нулевых годов.

28 мая 2006 года в интервью радиостанции Би-би-си лидер Консервативной партии Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что его пытались завербовать агенты КГБ.

По словам Кэмерона, это произошло в 1985 году, когда он окончил школу и собирался поступать в колледж – тогда он посетил Советский Союз и, в частности, побывал со своим другом Энтони Гриффитом в Ялте.

На пляже, где отдыхало много иностранцев, к ним подошли два человека, говоривших на «отличном английском». «Они пригласили нас на обед, где в дружелюбной манере допрашивали меня о жизни в Англии, о моих мыслях и о политике. Позже преподаватель в университете убедил меня, что это “определенно была попытка вербовки”».

Был бы хорошим агентом, да не стал

Это заявление обыграли пять лет спустя, когда Кэмерон стал премьер-министром Великобритании. Во время его совместной с президентом Медведевым пресс-конференции в Москве в рамках официального визита британского премьера в Россию.

«Я уверен, что Дэвид Кэмерон был бы очень хорошим агентом, но в этом случае он никогда бы не стал премьер-министром Великобритании», – заявил тогда, 12 сентября 2011 года, президент России Дмитрий Медведев.

За прошедшее время журналисты изъездили этот сюжет вдоль и поперек, так и не добравшись до сути. Воображение авторов многочисленных статей на тему вербовки британского премьера коварным КГБ било, что называется, ключом, фонтанировало до небес. Постарались на этом поприще и российские репортеры. Наши журналисты на страницах одного известного еженедельника (не буду говорить, какого именно, чтобы никого не обидеть) устами «организатора вербовки» некоего полковника КГБ Кузнецова «раскрыли» всю подоплеку масштабного замысла мастеров вербовочного дела с Лубянки. Только правды в этих откровениях не было никакой – сплошные фантазии.

В конце концов, историки и журналисты двух стран решили разобраться в этой шпионской истории. Решить было несложно, а вот как разобраться в делах спецслужб? Секретные архивы – не публичная библиотека. Но лиха беда начало. Приступив к работе год назад, российско-британская команда сделала, казалось, невозможное – раскрыла-таки тайну «вербовки» Дэвида Кэмерона.

В мае этого года Кэмерон повторно привел консерваторов к победе на парламентских выборах. Его однопартийное правительство недавно приступило к работе.

Дмитрий Медведев и Дэвид Кэмерон, Москва, 2011 г.

Пришло время раскрыть неизвестную страницу в биографии бывшего главы правительства Великобритании.

Зачем мне понадобилось такое необычное расследование? Ведь практической значимости в нем, похоже, не разглядеть. Кому теперь нужно знать, вербовали наши молодого Кэмерона или нет? Ведь вербовка не состоялась. Это и ежику понятно.

Жан-Жак Руссо, предлагая издателю свою рукопись, как-то сказал: «Я хорошо понимаю, что читателю не очень нужно все это знать, но мне-то очень нужно рассказать ему об этом».

Вот и мне не терпится поделиться с читателями результатами проведенной работы.

Нашим шпионом бывший британский премьер действительно не стал. Это точно. Никто и не спорит на этот счет. А вот был ли он в разработке советских спецслужб в середине 80-х или нет – такой вопрос возникал и возникает у многих. Согласен, практической ценности ответ на него сейчас, может, и не имеет. Но ведь не все же измеряется лишь практической выгодой. Есть и простое человеческое стремление знать собственную историю, разгадать ее тайны. Обычное любопытство, если хотите.

Следствие ведут «Колобки»

Ну и кого же объединило это общее любопытство к секретам прошлого? – спросите вы. Это была уже сложившаяся за годы совместной работы российско-британская команда. Все ее «игроки» – мои давние знакомые: писатели, журналисты, историки, переводчики, отставные военные. Вместе мы провели уже немало исторических расследований. По их итогам написаны книги и статьи, сняты документальные фильмы. Но здесь наш поиск касался действующего премьер-министра Великобритании…

Кэмерон был, однако, не первым главой британского правительства, по делу которого мы проводили расследование. Незадолго до Кэмерона в нашем фокусе оказались лидеры Лейбористской партии Великобритании – братья Милибанд. Их отец, как известно, в советские времена был на связи с международным отделом ЦК КПСС. И энное время находился «под колпаком» КГБ. А их тетка, София Милибанд, работала во время Великой Отечественной войны в Тегеране, в резидентуре разведупра РККА. О расследовании этого дела речь уже шла в одном из рассказов данной книги.

Были также проекты, касающиеся «досье Уортингтона», заведенного британской контрразведкой МИ-5 на премьер-министра Гарольда Вильсона, в котором он причислялся к агентам Москвы. Было и дело о компромате на дом Виндзоров, в частности на супруга королевы герцога Эдинбургского, – в связи с порноколлекцией королевского фотографа Бэрона Нейхума и дневником «Четверг-клуба», попавшими в руки советской разведки…

Так что нам не впервой было заниматься личными делами первых лиц Великой Британии.

Было два основных направления работы; документы, то есть архивный поиск, и люди, их свидетельства и воспоминания. И две темы – путешествие Кэмерона по Транссибирской магистрали и его пребывание в Ялте. Британцы вели этот поиск на своей территории, мы, естественно, – на своей. Поддерживали оперативную переписку друг с другом, обменивались полученной информацией, периодически встречались и анализировали предварительные итоги работы, намечали новые задачи.

Официальных запросов в спецслужбы и их архивы мы, естественно, не делали. Накопленный за десятилетия работы опыт подсказывал бесперспективность такого рода усилий. Мы работали с открытыми архивами министерств и ведомств: МИДа, его зарубежных посольств и консульств, Интуриста, МВД, РЖД, Аэрофлота. Использовались и личные контакты для консультаций и получения несекретной информации.

Открытых архивных документов, скажем, того же Интуриста, пришлось перелопатить огромное количество. Мы надеялись найти, например, ваучер индивидуального тура по СССР Дэвида Кэмерона в июне 1985 года. Имели информацию, что туристические документы, как и въездная виза, были выданы ему в Гонконге. Оттуда в те годы шел значительный турпоток в СССР через Находку и Хабаровск по Транссибирской магистрали. Это было очень популярное туристическое направление. Оформление документов, включая визы, занимало всего 2–3 недели. За год по этому направлению в ту пору проходило до 3 миллионов иностранных туристов в год. Однако ваучер мы не нашли. Да и не могли найти. Эти документы, как не имеющие ценности, были, видимо, уничтожены. Пришлось искать людей, которые работали на этом маршруте.

Сначала – облом

Конечно, мы особенно не рассчитывали на то, что кто-то из работников Интуриста, скажем, из числа гидов-переводчиков, или сотрудников РЖД, проводников поездов транссибирки, столько лет спустя сможет вспомнить и опознать по фотографии молодого Кэмерона и рассказать нам о нем, как и с кем он путешествовал в поезде и т. д.

Я сам в те годы не раз путешествовал в знаменитых вагонах поезда № 3–4. Двухместные роскошные вагоны с душевыми комнатами, мягкими диванами и бронзовыми ручками – лучшие вагоны в СССР – были закуплены в Германии еще до Второй мировой войны. Я их запомнил еще по поездке с американцами в середине 1970-х, работая над совместной книгой о Советском Союзе. В памяти сохранилось не только немало приятных воспоминаний, но и несколько деловых контактов среди местных работников Интуриста и КГБ, с которыми довелось сотрудничать. Кое-кого из них я разыскал. Они рассказали все, что могли. Главное состояло в том, что указания сверху вести и контролировать англичанина по фамилии Кэмерон никто из них – ни местное КГБ, ни Интурист – не получал.

Словом, все, что было возможно по этой части маршрута, мы постарались сделать и разузнать. А вдруг повезет… Переговорили и с проводниками, и с гидами Интуриста, работавшими на линии в ту пору, и с бывшими сотрудниками местных управлений КГБ по маршруту следования. Узнали много интересного и важного для дальнейшего поиска, но Кэмерона никто припомнить так и не смог.

Однако все же относительно поездки на поезде по Транссибирской магистрали нам удалось установить следующее. Во-первых, Кэмерон не мог, как это было заявлено, отправиться по этому маршруту в одиночку. Кто-то должен был его сопровождать. И наверняка сопровождал. Но сам Кэмерон почему-то ничего и никогда не рассказывал о том, кто составил ему компанию в этой многодневной поездке через всю Россию – от Находки, куда он прибыл на пароме из Гонконга, до Москвы, где его встретил одноклассник и друг Энтони Гриффит. С ним они уже отправились вместе по дальнейшему маршруту – в Ленинград, Ялту, Киев, Кишинев…

Возникало впечатление, что Кэмерон намеренно скрывает, с кем он ехал в поезде до Москвы целых 6 дней, чем занимался в пути, с кем контактировал, что делал на остановках и т. д.

Все, кто ездил тогда этим маршрутом, много фотографировали, взахлеб рассказывали об увиденном в пути, делились впечатлениями, нередко весьма эмоциональными. Кто-то вез с собой из Гонконга дешевую электронику и приторговывал ею в дороге и на остановках. Кто-то продавал «фирменные» тряпки. Многие из иностранцев тогда были не прочь заработать. А молодой Кэмерон – ни гу-гу. Ни слова, ни полслова, ни одной фотографии. Словом, напрашивалась определенная версия на этот счет.

Потом – прорыв

Еще в 20–30-е годы прошлого века британская разведка при «кастинге» своих потенциальных новичков взяла на вооружение такую методу. МИ-6 направляла своих возможных рекрутов в турпоездку в Совдепию с обязательным маршрутом через всю страну – по Транссибирской магистрали.

К кандидату в разведчики приставляли опытного шпиона, который должен был оценить будущего рекрута, что называется, в деле. По итогам поездки принималось соответствующее решение. Советская контрразведка узнала об этом почти сразу и следила за такими «парочками» туристов. В архивах двух стран есть материалы на этот счет.

Я изучал досье на Дункана Сандса, будущего министра обороны Великобритании и зятя сэра Уинстона Черчилля. В первый же год его работы в Форин офис молодого клерка отправили именно в такую поездку. Сопровождающим был назначен полковник Кристофер Фуллерс. «Топтуны» из ведомства Вячеслава Рудольфовича Менжинского, шефа ОГПУ, тогда, в 1931 году, следили за «сладкой парочкой» по всему маршруту их поездки.

Министр обороны Великобритании Дункан Сандс с супругой – дочкой сэра Уинтсона Черчилля

Впоследствии Дункан Сандс стал одним из наиболее влиятельных фигур как в разведке, военном деле, так и в политике. Видимо, отзыв, написанный полковником Фуллерсом, о «стажировке» молодого Сандса в СССР был весьма положительным. Собственно, есть документы на этот счет и в британских архивах. Стоит лишь отправиться в городок Троубридж, что в графстве Уилтшер, в местный Рекордс офис, то есть архивное управление. Там хранится немало записей и снимков о путешествии двух джентльменов по Совдепии. Правда, счастливая политическая карьера Сандса рухнула на взлете. В 1963-м он вляпался в секс-скандал с герцогиней Аргилльской и подал в отставку.

Короче говоря, были основания полагать, что и молодой Кэмерон получил возможность совершить столь экзотическое путешествие совсем не случайно. И конечно же, за ним приглядывал назначенный сверху попутчик. Вот, возможно, почему Кэмерон ничего не рассказывает о своей транссибирской поездке. Табу!

Но главной целью расследования все же была ялтинская поездка Кэмерона. Основной вопрос был очевиден: что произошло в июне 85-го в ялтинской гостинице. И здесь начинается самое интересное. Ведь если КГБ ставило своей задачей разработку 18-летнего Кэмерона, то на этот счет должны были быть соответствующие документы как в Центре, так и в местном крымском управлении КГБ.

И наконец – откровение

Мы для начала осторожно поинтересовались у людей сведущих, есть ли в архиве КГБ дело Кэмерона. Если да, то когда его открыли, коли уж (по утверждению британской стороны) была совершена попытка вербовки Кэмерона во время его отдыха в Ялте.

Вот что нам ответили знающие люди (извините, но ни имени, ни звания наших источников сообщить вам не могу). Нам сказали: «Такого дела в архиве не было и нет. Разработка Кэмерона КГБ не велась». Словом, никакой вербовки не было.

Далее нам было разъяснено следующее. Если речь шла о вербовке гражданина Великобритании, проживавшего в своей стране, то такая операция могла проводиться лишь по наводке и инициативе лондонской резидентуры КГБ. Разрабатывалось обоснованное предложение на этот счет, а затем принималось соответствующее решение Центра – за или против.

Студенты-однокурсники Итона (1985 г.), Кэмерон – второй слева вверху

Исполняющим обязанности резидента КГБ в Лондоне в то время был небезызвестный полковник Олег Гордиевский. Предатель, обо всем информировавший своих английских хозяев. То есть если бы такая операция инициировалась нашей резидентурой, о ней было бы известно британской стороне уже давным-давно. И сам Гордиевский после своего бегства наверняка раструбил бы об этом на весь мир. Кстати сказать, его отозвали в Москву как раз в июне 1985 года, но он улизнул из-под самого носа начальства.

Кроме того, КГБ никак не мог быть заинтересован в разработке этого юнца. Ведь Кэмерон с молодых ногтей поддерживал партию тори. В Итонском колледже и Оксфордском университете, где в 80-е годы он изучал политику, философию и экономику, его правые политические взгляды были известны всем.

В такой ситуации даже железобетонный компромат не помог бы подцепить его. Да и зачем это делать?! Если уж кто и взялся бы вербовать такого молодого отпрыска, то, скорее всего, парни из Сикрет интеллидженс сервис. Это был явно их человек! Так, возможно, и случилось.

Но тогда вся история о вербовке в Ялте – это чистой воды вымысел. Вся, да не совсем. Чтобы прояснить ситуацию, пришлось изрядно потрудиться в Крыму. И, кроме того, попытаться получить максимально полную информацию от объектов «вербовки» – Дэвида Кэмерона и его сопутешественника в Ялту Энтони Гриффита. Премьер-министр в интервью моим британским коллегам по этому вопросу отказал (мол, все, что он мог, он уже рассказал, и добавить ему нечего). А вот мистер Гриффит – сейчас он владеет фермой в Северной Уэльсе, где живет с женой и тремя детьми, – представил довольно подробный рассказ о том, что же с ними произошло в ялтинской гостинице. Вот текст полученного нами интервью (привожу его в оригинале – на английском языке, допуская, что многим он будет интересен):

David and I were sunbathing on a very busy beach, when, out of the blue, two men, one middle-aged and the other much younger, approached us. One spoke perfect English, the other perfect French.

They seemed nice and invited us out for a very generous lunch and poured us vodka. David and I had consumed quite a bit of alcohol and may have been a little intoxicated when they began hitting us with questions. It all seemed rather strange. They were clearly trying to sound out our political views. David’s weren’t particularly socialist at the time. They quickly grasped that he wasn’t a Lenin sympathiser or anything like that. We were not going to make disobliging remarks about Britain or our prime minister, Margaret Thatcher. Cameron’s relaxed demeanour swiftly changed as he became suspicious about how the men could afford to pay for an extravagant lunch, when they claimed to work in a hotel.

Keen to impress, the agents begged to join them for dinner. We got nervous about it. David whispered, ‘How can he afford to pay for this lunch on his meagre salary?’ It just didn’t add up.

We decided it was probably best to be discreet and careful during our two-week wander around Russia, so we failed to turn up for dinner. David’s words were: ‘Let’s definitely not go.’

We laughed about it afterwards and discussed whether we were possibly being recruited by spies. We both agreed we made the right decision.

Английским языком, наверное, владеют не все читатели, поэтому я поясню, о чем здесь идет речь.

В рассказе Гриффита есть любопытные детали, которые помогли нам вести расследование в Ялте. Вот что я имею в виду. Гриффит отметил, что на многолюдном пляже ялтинской гостиницы, где они загорали, к ним неожиданно подошли и заговорили двое мужчин. Один из них прекрасно владел английским, другой – французским языками. Первый был среднего возраста, второй – значительно моложе. Беседа завершилась приглашением англичан на обед в ресторан, где их щедро угощали. Пили, конечно же, водку. Говорили о политике. Кэмерон свои политические взгляды правого толка не скрывал. Дорогой обед был оплачен приглашавшими. Они заявили, что работают в гостинице. Все это показалось англичанам подозрительным. Дэвиду было не понятно, почему при скромной зарплате гостиничных служащих русские решили оплатить дорогой обед на четверых. А потом еще пригласили их продолжить знакомство и встретиться на следующий день. Кэмерон решил не рисковать. И англичане не явились на встречу. Такова версия событий в изложении Энтони Гриффта.

Дуэт же британских авторов – Френсис Эллиотт и Джеймс Хэннинг – в биографической книге «Кэмерон. Взлет нового консерватора» так описал этот эпизод. Приведу лишь некоторые выдержки из этой книги: «Пара русских вела себя весьма по-дружески и производила впечатление очень состоятельных людей… Заказанный ими столик в ресторане буквально ломился от икры и осетрины. И юные британцы охотно приняли этот щедрый подарок, ведь дареному коню в рот не смотрят… Не откажись они от дальнейших контактов с русскими, Кэмерон и Гриффит вполне могли бы стать Берджессом и Маклином наших дней».

Хилая зацепка?

В этом рассказе действительно можно найти кое-какие зацепки для расследования. Но как они могли помочь в поиске?

Зацепки эти, честно говоря, были хилые. Но, как говорится, путь одолеет идущий. Мы без труда установили, что речь шла о гостинице «Интурист-Ялта». В 85-м англичан селили именно там. Огромная, красивая, новая тогда гостиница со своим пляжем, Массандровским парком XIX века и даже дельфинарием. 1140 номеров для размещения двух с половиной тысяч гостей, рестораны и пляж на три тысячи гостей. Впечатляющие данные, даже по нынешним временам, не правда ли?

Но нас, естественно, интересовало не количество номеров в отеле. Мы пытались выйти на тех двух мужчин, которые взялись «окучивать» в июне 1985 года двух молодых британцев. – Задача на засыпку, не иначе! Пришлось отсмотреть ворох документов и материалов, переговорить с десятками людей. Надежду на удачу мы связывали с местными правоохранителями, бывшими милиционерами. Здравый смысл и логика событий подсказывали, что не вербовкой англичан занимались «двое мужчин, прекрасно владевших английским и французским языками».

Подполковник милиции в отставке (имя намеренно не называю), 30 лет назад работавший в городском управлении МВД Ялты, нашел меня сам. Молва донесла, что гость из Москвы задает много странных вопросов. Задал я их и подполковнику, предварительно рассказав ему все, что было мне известно. Несмотря на преклонный возраст, отставной милиционер «грузил» меня фактами своей бывшей правоохранительной деятельности без передыху. Вывод ялтинского сыщика был однозначен. Англичан «окучивали» два местных гея, по совместительству спекулянты, фарцовщики. Один – молодой, 25 лет, другой – постарше лет на 15. «Пара» была известная, работала профессионально. Запомнилась она подполковнику тем, что задерживал он ее не раз, но посадить так и не смог. Доказательной базы не хватало. Да и защитники у «пары» были влиятельные – из местных богачей. Удалось отыскать и саму изрядно постаревшую парочку «агентов КГБ», якобы вербовавших будущего премьер-министра Великобритании. Видеосюжеты с их воспоминаниями и откровениями 30-летней давности готовятся к скорому показу по телевидению.

На этом, наверное, можно было бы поставить точку. Подробное досье, которое было собрано российско-британской командой в ходе расследования, готовится сейчас и к демонстрации в Англии. Этот рассказ – всего лишь краткое предисловие к будущей премьере, своего рода трейлер новой старой истории о Кэмероне, которая планируется к выходу в свет. Ялтинский эпизод в ней будет лишь одной из глав повествования.

Мотаем на ус Встает законный вопрос: «Если не было никакой вербовки Кэмерона, то зачем было раскручивать весь этот сыр-бор?» Для ответа на него приведу слова самого Кэмерона, сказанные им о той поездке в СССР. Думаю, читателям они подскажут, зачем премьер-министр Великобритании вспомнил вдруг о своем русском путешествии.

Об этой ранее малоизвестной страничке собственной биографии британский премьер поведал в номере благотворительного журнала для британских бездомных «Big Issue» («Большая проблема»). Это издание, уникальное по своей задумке, распространяется британскими бездомными, которые стремятся хоть как-то заработать себе на жизнь, и включает статьи известных авторов, а также интервью со знаменитостями. Кэмерон выступил для этого журнала в качестве приглашенного редактора и автора колонки, озаглавленной им «Я в свои молодые годы». Это выступление затем перепечатали многие СМИ. Вот что он написал:

«Я никогда не забуду серость жизни при коммунистическом режиме, отсутствие выбора, свободы и возможности самовыражения. Я начал вырабатывать в себе политическое сознание, понимание того, что хорошо и что плохо. И в особенности осознание важности свободы и понимание, что государство существует, чтобы служить людям, а не быть их хозяином».

Эта поездка в Советский Союз, по мнению премьера Кэмерона, сыграла свою роль в пробуждении его политического сознания и формировании политической философии. Я думаю, комментарии здесь излишни.

Вся эта история была задумана Кэмероном для очередного пропагандистского выпада в адрес «тоталитарной и коварной» России, сражению с которой он с юных лет посвятил свою политическую жизнь. Ну и для того, конечно же, чтобы поднять собственный рейтинг и набрать дополнительные очки в борьбе за власть.

Продолжение: вендетта по-английски

Летом 2015 года я опубликовал материалы нашего расследования в «Комсомольской правде». Эта «голубая» история не осталась незамеченной за рубежом и буквально взорвала английские СМИ. «Комсомолку» сразу же подробно процитировали все газеты Великобритании, что называется, от мала до велика: от таблоидов типа «Сан» до официозов вроде «Таймс», включая «Гей-таймс», орган аглицких гомосексуалистов. Следом подключилась пресса других европейских стран, вплоть до Финляндии, Хорватии, Чехии, Швеции, Эстонии… Дескать, «КГБ опровергает претензии Кэмерона, что пыталось завербовать его!», «Спустя 30 лет Кремль через “Комсомолку” ответил, что вербовки не было!», хотя «голубой мотив» тамошняя возмущенная пресса не замалчивала. Общий вывод британских СМИ по поводу нашего интервью выразил корреспондент «Дейли миррор» Майки Смит: «Пропутинская “Комсомольская правда” грубо “опустила” Кэмерона».

Студенческие загулы будущего премьера Кэмерона

Вслед за этим английские СМИ и общество принялись живо обсуждать всплывшие на поверхность грешки юности главы правительства Туманного Альбиона, нежданно-негаданно возникшие из лондонского тумана на потеху публики. Вроде бы во время учебы в престижном Оксфорде Дэвид баловался марихуаной и кокаином. А самый ужас произошел во время его посвящения в тайное студенческое общество «Пирс Гэвестон». Следуя обряду, будущий премьер вложил интимную часть своего тела в пасть…мертвой свиньи, которую держал на коленях его однокурсник. Напомню, будущие президенты Буши, госсекретарь США Керри при обряде вступления в тайное студенческое общество «Череп и кости» вели себя более целомудренно.

Мигом родился термин Пиггейт (Рiggate – «свинский скандал») по аналогии с Уотергейтом (Watergate) – знаменитым скандалом о прослушке в отеле «Уотергейт», в результате которого президент США Никсон потерял свой пост. Премьеру уже дали прозвище «Хэмерон» (ham в переводе с английского – ветчина). В Твиттере – куда ж ныне без соцсетей! – оперативно создали аккаунт «Свинья Кэмерона». У него уже тысячи подписчиков, включая посольство РФ в Лондоне. «Хозяйка-хрюшка» аккаунта вовсю юморит по-английски типа «Отстань, Кэмерон! Это было свидание на одну ночь». Появились свинские демотиваторы, фотожабы…

«Может, поцелуемся, чтобы разрядить обстановку?»

А ведь еще недавно та же английская пресса дружно негодовала, что пропутинская «Комсомолка» грубо опустила их премьера.

В ответ на этот словесный фурор мне пришлось открыть авторский секрет: расследование странного эпизода «вербовки» юного Кэмерона было заказано вовсе не Кремлем, КГБ и уж тем более не «Комсомольской правдой», а … британской стороной. Случилось это еще за два года до возникшего скандала.

Заказчиком был лорд Майкл Эшкрофт.

Это он организовал и профинансировал расследование «странных» эпизодов в биографии родного премьер-министра. И готовил настоящий-то скандал вокруг личности Кэмерона к осени 2015 года, когда миллиардер собирался выпустить его «несанкционированную биографию» и документальный фильм, в который войдет и ялтинское «голубое» расследование.

И вот скандал грянул. Наступил час Х, о котором предупреждал Майкл Эшкрофт. Популярная газета «Daily Mail» перепечатала 8 глав из «несанкционированной биографии» Кэмерона «Зовите меня Дэйв», написанной миллиардером Эшкрофтом. Все тамошние СМИ возбудились. Банальный подогрев интереса к книге, которая должна была вот-вот выйти из печати.

Скандал в благородном семействе

В чем же подоплека громкого политического скандала в благородном аглицком королевстве?

Дэвид Кэмерон допустил явную ошибку за пять лет до того. Очень серьезную! Банально кинул своего зама по Консервативной партии, того самого лорда Эшкрофта.

Лорд долгое время был спонсором, казначеем английских консерваторов, даже заместителем председателя партии Кэмерона с 2005 по 2010 год. Когда партия была в оппозиции, переживала не лучшие времена. Кэмерон взял у лорда на избирательную кампанию 2010 года 8 миллионов фунтов стерлингов, пообещав взамен в случае победы министерский портфель. Выборы выиграл, не без помощи денег лорда. Сам стал премьером. А заму-казначею сказал, дескать, все сложно, Майкл. Извини! Ник Клегг (лидер либерал-демократов. – Ред.) против твоего назначения. А у нас, сам знаешь, коалиция. Да еще добавил, что с налогами у Эшкрофта якобы какие-то проблемы, не платит он в казну, сколько надо. Оппонентам консерваторов это не нравится, делу партии вредит… Короче, вместо министерского предложил миллиардеру-казначею малюсенький пост в МИДе. Лорд посчитал это оскорблением. При случае он поинтересовался у Клегга, почему тот возражал против его министерского назначения. Клегг заявил, что такого разговора и в помине не было. Ярость лорда только усилилась. Мало того, что Кэмерон бабки взял, с должностью кинул, да еще и наврал с три короба.

Обложка скандального бестселлера «Позвони мне, Дэйв»

Заказывать премьера-обманщика киллерам лорд не стал. Не Италия все-таки, законы мафии в Англии не в чести. А вот отомстить по-джентльменски – дело святое!

Денег у Эшкрофта было предостаточно. По данным «Форбс», полтора миллиарда «зеленых», 38-е место в списке самых богатых людей Великобритании. Набрал он группу толковых журналистов, щедро проплатил авансом заказанную работу. Команда дружно взялась за сбор компромата на Кэмерона. Документированного компромата, чтобы каждый факт был проверен и обеспечен протоколом, видео- и фотосъемкой, нужным юридическим оформлением. Комар носа не подточит!

И пошла писать губерния. Поездки по стране и за рубеж, в том числе и в Россию за ялтинским компроматом, сотни интервью, тысячи гигов фото и видеосъемки… Готов джентльменский набор. Факты сексуальных извращений, наркомании, пьянства, жульничества и простой человеческой подлости – все собрано для «несанкционированной биографии» одного из ведущих мировых политиков XXI века. Для написания скандальной книги «Зовите меня Дэйв» лорд взял в соавторы одну из лучших политических журналисток Острова Изабеллу Оукшотт. Вдвоем они и испекли мировой политический бестселлер года, как позиционируется книга.

Почему ж они запоздали с выходом бестселлера? Надо было весной его выпускать, а не осенью. Аккурат к майским парламентским выборам. Тогда уж точно Кэмерон не стал бы во второй раз премьером. Думаю, лорд сообразил, что незачем ему любимую партию наказывать. Она ведь ни в чем не виновата. Эшкрофт прекрасно понимал, что бить больнее всего получается тогда, когда твой враг торжествует победу.

Кэмерон выиграл выборы и начал почивать на лаврах. В этот момент самое время наносить ответный удар. Вендетта по-английски. Все газеты страны и мира вслед за проплаченной «Daily Meil» хором публикуют собранный командой обиженного миллиардера свинский компромат на Кэмерона. И это лишь начало джентльменской атаки. На очереди стояли новые публикации и новые разоблачения. Ждите теле- и фоторепортажей с компроматом. А 5 октября выйдет сама книжка. Международный бестселлер. Ведь эту книгу разрекламировали во всем мире. Успех гарантирован.

Как и нелегкие времена для ее героя. Усидеть в премьерском кресле Кэмерону будет нелегко. Ему припомнят многое.

Например, случай двухлетней давности, когда скандальный компромат, добытый газетчиками на Кэмерона, был по приказу сверху положен под сукно. Речь шла о романе однокашника премьера по Итону, нынешнего мэра Лондона Бориса Джонсона с женой Дэвида. Да ладно, если б дело было только в адюльтере. С кем не случается?! Там чуть ли не любовь втроем бушевала. А это уже разврат! И как на это посмотрит англиканская церковь? А если копнуть в делах государственных?

Если, например, порассуждать в СМИ о том, что премьер-министр – наркоман чуть ли не с детства, и от него любые сюрпризы можно ждать. Словом, мало не покажется.

Скрытая интрига

Однако «Пиггейт» оказался довольно быстро свернут и отправлен в архив. Сначала был не понятно, почему. И возможные сюрпризы в дальнейшем я не исключал. Но тогда ни видео-, ни фотодокументов, никаких других свидетельств, собранных за два года участниками проекта, так и не увидели свет. А автор проекта – лорд Майкл Эшкрофт – вдруг сложил оружие и сдался. Почему? Может, испугался? Похоже, миллиардер премьер-министру был явно не соперник. Видимо, и у них на «Острове» административный ресурс действует и побеждает…

Впрочем, не все, наверное, так просто. Но в одном нет сомнений: что-то весьма серьезное заставило авторов «Пиггейта» выбросить на ринг полотенце. Решающий раунд поединка премьер-министра с лордом Эшкрофтом был отменен. По какой причине бывший спонсор консерваторов и заместитель Кэмерона по партии вдруг решил отменить свою вендетту? – Это весьма занятный вопрос.

Чтобы получить искомый ответ, нужно поглубже заглянуть в замыслы заговорщика. Теперь уже есть такая возможность. В проекте Эшкрофта мне отводилась роль по «разработке» ялтинской истории 30-летней давности о выдуманной вербовке Кэмерона КГБ. Один из большого числа курьезных эпизодов в жизни тогдашнего британского премьера. Когда я приступил к расследованию, мне было невдомек, что к чему. Но постепенно через своих британских партнеров я узнал о замыслах заказчика – лорда Эшкрофта.

План был следующий. Первое: сбор и документирование нового и уже имеющегося компромата на Дэвида Кэмерона силами команды опытных журналистов для последующего написания книги известным и квалифицированным автором. И второе: подготовка видеосвидетельств, а также фото- и аудиоматериалов для выпуска соответствующего телефильма по книге, документально закрепляющего все написанное в ней.

Для реализации этих двух задач была выбрана газета – авторитетная и многотиражная лондонская «Deily Meil», которая без лишней огласки должна была обеспечить силами преимущественно своих журналистов необходимую разработку темы. Ей предстояла также последующая сериализация проекта в рекламных целях, то есть публикация наиболее интересных глав из книги накануне ее выхода в свет. Был найден и будущий автор предполагаемого бестселлера – лучшая политическая журналистка 2011 года в Великобритании Изабель Оуксшот (лорд Эшкрофт выступал лишь как автор идеи).

Такой проект требовал немалых средств. Хотя для миллиардера Эшкрофта это вряд ли было проблемой. За деньгами дело не стало. В итоговой цифре бюджета задуманного проекта было шесть нулей. Львиную долю этой суммы получали газета и автор книги. Только аванс для очаровательной и талантливой Изабель Оуксшот составил полмиллиона фунтов стерлингов. Это раз в пятьдесят (если не во все сто) больше обычного авторского аванса, выплачиваемого британскими издательствами за книгу в жанре «нон-фикшн».

Бюджет «Deily Meil» тоже получил значительное «спонсорское» вливание. Была собрана и команда телевизионщиков для подготовки документального фильма. План его выпуска и синдикации, то есть продажи и распространения по всему миру, предполагалось согласовать с одним из крупнейших британских телеканалов, таких как ITN или Sky. Словом, лорд Майкл не скупился на свой проект, понимая, что качественная и профессиональная работа требует соответствующего вознаграждения. В итоге документированный компромат был собран. И анонсирован в публикациях «Deily Meil».

Но именно обещанных доказательств компромата так и не появилось ни в печати, ни на телевидении после публикации в лондонской «Deily Meil» отрывков из книги. Все в нетерпении ждали документированных подтверждений, но, увы, так и не дождались. И премьер-министр не преминул в итоге язвительно и самодовольно заметить по этому поводу, что даже не собирается вступать в полемику с авторами пасквильной книжонки. Они, мол, этого не достойны. Слишком много чести будет. Ведь все их заявления абсолютно бездоказательны.

Кроме того, как по мановению волшебной палочки, на полках книжных магазинов Великобритании тут же появилась срочно заказанная и оперативно исполненная монография «Кэмерон на Даунинг-стрит, 10». Авторы этой вполне комплементарной для британского премьера книги – два достопочтенных джентльмена: сэр Энтони Селдон и Питер Сноуден (просьба не путать с однофамильцем, шпионом-перебезчиком Сноуденом). Этот дуэт сделал свое дело: нарисовал замечательный во всех отношениях портрет «самого молодого и самого талантливого» премьер-министра Великой Британии.

В итоге даже ежегодная конференция консерваторов в Манчестере прошла (заметьте – в дни выхода в свет книжки Эшкрофта и Оуксшот), что называется, «на ура». Никто из участников или журналистов, освещавших ее, даже не вспомнил о провалившейся злостной уловке осквернителей ясного и чистого образа Дэвида Кэмерона. Однопартийцы все-таки! А многолюдные демонстрации протеста в городе во время конференции против политики тори быстренько отнесли на счет недовольства беспутных маргиналов. Но на деле-то на улицы Манчестера вышли сотни тысяч простых британцев, вышли «под знаком свиного пяточка» и с лозунгами протеста против проводимой правительством внутренней и внешней политики и с демонстрацией полного недоверия к Хэмерону.

Шантаж с Даунинг-стрит, 10

Британским властям, впрочем, не впервой брать под контроль массовые протесты своих граждан. А вот как укротить «пятую власть» – журналистов? Какую методу задействовали спецслужбы, чтобы надеть уздечку на рты той же мадам Оуксшот или лорда Эшфорта и его команды?

Эти приемы давно не в диковинку на Британских островах. Ведь у каждого человека можно найти слабое место, оказать на беднягу давление и использовать в собственных целях. Книжный проект Майкла Эшкрофта (скажу вам не понаслышке) стал секретом Полишинеля чуть ли не с самого начала его разработки. «Стукачей» – извините, коллеги, – среди журналистов всегда хватало. Донесли, куда следует. Наверху задумались. Времени было предостаточно. Получили копии текста книги и собранной доказательной базы. Подняли и изучили материалы на основных действующих лиц проекта, определили их слабые места и возможные механизмы давления. Для опытных оперативников это обычная работа. Выбрали оптимальный вариант воздействия…

Какой? Вот вам пример. Изабель Оуксшот, автор злополучной книжки. Знаменитая журналистка. Красивая молодая дама, мать троих детей. Решение пришло само собой, что называется, «к бабке не ходи»: пригласить даму на беседу с авторитетным человеком (опытные контрразведчики без труда найдут такого), который после тирады комплементов и за бокалом дорогого вина сделает ей лестное карьерное предложение, от которого трудно будет отказаться. С намеком – мол, для того чтобы получить новый и весьма привлекательный шанс в журналистике, ей необходимо превратить свой книжный проект в шутку, в занятный анекдот для заскучавшего читателя.

Нельзя же, действительно, всерьез заниматься шельмованием премьер-министра страны! Тем более что он (шутки в сторону!) – прямой потомок короля Вильгельма IV, последнего монарха Ганноверской династии. Ну а в конце беседы многозначительно добавить, что у мадам есть семья и малые дети, нужна забота об их здоровье и материнское внимание. А в жизни все так шатко, так непредсказуемо, никогда не знаешь, что может случиться завтра. Думаю, Изабель все поняла и согласилась.

Похожий подход (с нюансами вокруг оффшорного бизнеса и проблем налогообложения) мог пройти и в доверительном разговоре какого-то достопочтенного джентльмена с лордом Эшкрофтом. И последний, очевидно, тоже прислушался к данному ему деловому совету. И осадил назад.

Так недостающие козыри оказались у Кэмерона на руках, а обвинения, выдвинутые лордом Эшкрофтом, на поверку оказались пустышкой. Это факт. Обещанные и разрекламированные в прессе свидетельства, собранные авторами книги, вдруг куда-то испарились. Нет ни фотографий, ни видеосъемки, ни единого документа, подтверждающего обвинения в адрес Кэмерона. Даже свидетели, заявленные в книге, исчезли из виду или попросту отказались от данных ими же показаний.

Более того, Изабель Оуксшот неожиданно выступила сразу по трем крупным британским телеканалам с панегириками в адрес премьера Кэмерона и странными оправданиями, что мол, книга, написанная ею, – это вовсе не пасквиль на главу британских консерваторов и правительства страны, в ней, дескать, можно найти огромное количество позитива. А все скандальные эпизоды – это всего лишь анекдоты, приведенные авторами, дабы оживить повествование и развлечь читателей (?!).

Такая реакция, естественно, наводит на подозрения. Не было ли здесь запугивания или шантажа со стороны властей да из правительственных кабинетов на Даунинг-стрит, 10? Дело-то привычное – «стращать и не пущать»…

Подозрения на этот счет, безусловно, есть, и они вполне обоснованы. Все в этой банальной истории старо как мир. И аналогичных ситуаций в прошлом не счесть. Даже на моем веку и в материалах моих расследований. Возьмем хотя бы дело почти полувековой давности о компромате на членов кабинета Гарольда Макмиллана. Половина правительства консерваторов тогда были вынуждены уйти в отставку, чтобы избежать скандала. Но он все-таки разразился. Я имею в виду знаменитое дело Профьюмо. Худшего, впрочем, удалось избежать. По негласному приказу министра внутренних дел было физически устранено полдюжины свидетелей, чтобы не допустить их скандальных показаний в суде.

Похожая картина нарисовалась и два десятилетия назад в деле леди Дианы. Вся свидетельская база была тогда отфильтрована спецслужбами по негласному приказу дома Виндзоров. Чтобы ни у кого не было никаких сомнений, что в парижском тоннеле Альма произошел обычный несчастный случай. Усердные исполнители успели даже завалить квартиру водителя мерседеса бутылками со спиртным, дабы доказать, что он алкоголик. Не забыли также подделать его анализ крови и даже … сжечь на складе вещдоков злополучный мерс. А вдруг кто докопается под капотом до результатов «профилактического ремонта» накануне аварии. Цэрэушный метод «Бостон брейкс» не остается без следов: микрочип в двигателе могли найти. Но Фирма веников не вяжет. И зачистила всю поляну до горизонта.

Вот и в нынешнем случае все вроде бы яснее ясного. Обиженный миллиардер хотел было отомстить премьер-министру за то, что тот не дал ему обещанный высокий пост в правительстве, и написал на него пасквиль, о котором раструбил на весь мир, надеясь подпортить политику карьеру. Только задуманный план дал трещину. Все обвинения на поверку оказались пустопорожней болтовней. Документы и свидетельства исчезли. Причем вряд ли кто докажет, что лорду Эшкрофту пришлось умерить свой пыл и забыть о вендетте из-за шантажа сверху. В этом он никогда не признается. Иначе жертвой мести станет уже он сам.

Выходит, под напором угроз компромат на Кэмерона похоронен навсегда? От своих британских партнеров по этому проекту я узнал, что, несмотря на контрактные обязательства, у них созрело решение обнародовать собранный документированный компромат на Кэмерона. Копии материалов были сохранены. Так что хотя бы часть видео- и фотосъемки, а также аудиозаписей и других свидетельств «подвигов Хэмерона» появится для всеобщего обозрения если не на британских телеканалах, то во Всемирной паутине.

Решающий раунд «Пиггейта», несмотря ни на что, действительно состоялся. Год спустя. И совсем по другому сценарию. Кэмерон проиграл референдум, отстаивая идею невыхода Великобритании из ЕЭС, и ушел в отставку. Но это уже другая история.

Мусульманский любовник «бабушки всей Европы»

Байка о родстве Виндзоров с Пророком – лишь звено Большой игры Лондона с исламом. Хочу обратить внимание на фильм «Виктория и Абдул». В его активе – две номинации на «Оскар» в 2018 году.

В основе сюжета реальная история легендарной королевы Виктории, прозванной «бабушкой монарших дворов Европы». Ведь браки ее девяти детей с представителями королевских и знатных семей укрепили связи между династиями Старого Света.

В 1887 году Англия праздновала «золотой юбилей» королевы – полвека на троне! Из Индии, входившей в состав Британской империи, ко двору прислали слугу Мухаммеда Абдул Карима. 24-летний красавец-мусульманин очень понравился 68-летней Виктории.

Вдовствующая королева сделала простого слугу своим секретарем, фаворитом. Неизвестно, какую «Камасутру» показывал тот в ее опочивальне, но денег, подарков, титулов, почестей получил немало. Имел большое влияние при дворе, вел себя очень вызывающе. Перевез в Лондон своих многочисленных родственников. Это вызывало большое неудовольствие в Лондоне. Однако никто не мог перечить «бабушке Европы».

Свои письма Абдулу королева подписывала «Ваша любящая мать», «Ваш самый близкий друг»…

Виктория умерла в 1901 году. На трон взошел ее сын Эдуард VII. Он позволил Абдул Кариму присутствовать на похоронах. Затем выслал в Индию, предварительно конфисковав и уничтожив всю переписку фаворита с матерью. Десятки лет «дружба» Виктории с мусульманином была тайной за семью печатями даже для многих историков. И нате вам! В консервативной Британии выходит исторический фильм о романе королевы и слуги-иноверца. Явно неспроста. Налицо тайная идея Виндзоров возродить британскую империю под исламским флагом.

Идея эта представляется не такой уж немыслимой. Особенно если иметь в виду не слепое копирование устаревших методов мирового господства, а утверждение новых, современных и куда более действенных мер подчинения в мире.

Для англосаксов государства ислама это искомый и желанный резерв своего могущества. В этом нет и не может быть никакого сомнения. Только вот далеко не все мусульманские страны жаждут союза с англосаксами. Слишком уж непривлекателен их послужной список.

Напомню, что после развала СССР англосаксы надеялись взять под контроль и ослабленную Россию. Вполне серьезно выдвигались претензии дома Виндзоров на возрождение монархии в России. Под эгидой британцев, естественно.

Расстрелянный сто лет назад Николай Второй был кузеном английскому королю… Хотя тот отказался дать убежище семье русского монарха-родственника в Лондоне, фактически обрек на казнь в Ипатьевском доме.

Забыть кровавое имперское прошлое Великой Британии в мусульманском мире, затвердить вечную дружбу и любовь между ними на будущее – вот основная задача современного Лондона и его внешнеполитических служб. Исламский мир – это нефть и экстремизм. И то, и другое – это деньги, террор и власть.

Статейки про кровь Пророка в жилах Виндзоров, книжки и кино про Викторию и Абдула – ширма хитрой политики англосаксов по укреплению своего господства в мире. Но есть еще один важный аспект этой темы.

Ее Величество королева Виктория

Британия за последние полвека стала страной с весьма значительным собственным мусульманским населением. В 50–60-е годы ХХ века в связи с развалом империи Лондон дал гражданство многим своим подданным из бывших колоний. И продолжает предоставлять им гражданство по сей день. В итоге «Остров» постепенно заселился пришельцами из чуждых ему стран. И по культуре, и по традициям, и по религии. Многие города промышленного центра стали анклавами для приверженцев ислама.

Безопасность внутри страны зависит от их благонадежности. Акты террора – далеко не редкость. Умиротворение мусульман, живущих в самой Британии, стало одной из важнейших задач британской полиции и спецслужб. Тем более после гибели принцессы Дианы, беременной от мусульманина Додика аль Файеда. Пару уничтожили вроде бы по указанию Виндзоров, замаскировав спецоперацию под случайную автокатастрофу.

Стоит остановиться на генеалогическом исследовании, инициированном британцами, о кровном родстве Виндзоров с Пророком Мухаммедом. К этому «исследованию» немало вопросов у специалистов. По той же принцессе Заиде. Но даже если допустить, что родословная составлена правильно, без фальсификаций, кровное родство основоположника ислама и британской короны прервалось аккурат на королеве Виктории, которая на старости лет завела пошлый роман с молодым слугой-мусульманином.

Герцог Эдуард Август Кентский

В Париже я познакомился с архивом подруги Виктории и по совместительству супершпионки русского императора Александра I Дарьи Христофоровны Ливен, родной сестры шефа Третьего Охранного отделения Александра Бенкендорфа.

Она была женой русского дипломата, жила в Европе. В нее влюблялись крупнейшие европейские политики, включая августейших особ. Портрет Ливен, выполненный знаменитым художником Томасом Лоуренсом, украшал опочивальню английского короля Георга IV. Помимо него, любовниками Дарьи Христофоровны (и источниками ценнейшей информации!) были австрийский канцлер Меттерних, премьер-министры Франции Гизо и Великобритании Каннинг.

Дарья Ливен много лет дружила с будущей королевой Викторией, была чуть ли не ее наставницей. И выяснила, что та не являлась дочерью герцога Эдуарда Августа Кентского, сына английского короля Георга III.

Для не сведущих в тонкостях британского престолонаследия поясню историческое значение данного факта. Если Виктория не была дочерью герцога Кентского, значит, она заняла британский престол незаконно.

Следовательно, ее старший сын Эдвард VII, равно как и все последующие британские монархи, включая нынешнюю королеву Елизавету II, не имели законного права на королевский трон.

Дарья Ливен отправила подробное донесение в Россию. Наша имперская разведка получила бесценный козырь. Информация о незаконном престолонаследии королевы Виктории могла стать прекрасным инструментом политического давления и откровенного шантажа, скажем, в период Крымской войны, когда британские и французские войска вторглись в пределы нашего государства.

Почему Россия не пустила в ход компромат? – спросите вы. Может быть, мораль и этика той эпохи не позволяли монархам враждующих стран бить друг друга ниже пояса? Или бесспорных доказательств не хватало?

Исследования ДНК появились лишь веком позже. Но и без таких исследований хорошо известно, что герцог был бесплоден. Ему было за 50, когда родилась Виктория. До этого он не имел детей. Любовницы не могли от него забеременеть. Скорее всего, биологическим отцом будущей королевы был сэр Джон Конрой, сердечный друг герцогини Кентской. Их связь была хорошо известна.

Кроме того, у официальных родителей Виктории в восьми предшествовавших поколениях не было ни одного больного гемофилией. Именно Виктория, королева Великобритании, стала носительницей генов, передающих эту неизлечимую болезнь.

Носителем болезнетворного гена вполне мог быть род Конроев.

Доподлинно доказать это может лишь эксгумация королевских останков и анализ их ДНК. Но дом Виндзоров вряд ли когда-либо пойдет на это. Кто же станет доказывать, что предки нынешнего монарха незаконно получили британский трон?!

Не будем также забывать, что царевич Алексей, сын Николая II и императрицы Александры Федоровны, получил неизлечимую болезнь крови от своей матери, а та – от английской бабушки Виктории. Не болей царевич гемофилией, Александра Федоровна не позвала бы ко двору Григория Распутина. Глядишь, и смуты в России не было бы.

Жаль, не использовала сразу царская власть компромат Дарьи Ливен на Викторию, бабушку монарших дворов Европы!

Истории неизвестно сослагательное наклонение. Зато компромат Дарьи Ливен едва не всплыл в разгар «холодной войны». Первое главное управление КГБ (служба внешней разведки) в 50-е годы прошлого века продолжало сверхсекретную операцию «Дом», инициированную самим Сталиным в канун Второй мировой войны. В случае обострения международной обстановки, угрозы Третьей мировой дискредитировать главного союзника США – Великобританию, ее властные структуры являлось важной задачей советских спецслужб.

Широкую огласку могли получить материалы о секс-похождениях супруга нынешней королевы Елизаветы II Филиппа, о сотрудничестве с нацистами ее дяди герцога Виндзорского, а также история о незаконном престолонаследии королевы Виктории, разведанная некогда Дарьей Христофоровной Ливен.

Но обошлось без «Дома».

Однако история с Викторией доказывает, что в жилах Виндзоров нет крови Пророка Мухаммеда. Так что их претензии на объединение мусульман под британским флагом абсолютно беспочвенны.

«Амеба» и «капусточка»: секрет на миллион

Герой этого рассказа называл себя «чертовой амебой», а свою жену «капусточкой» – совсем нелестным прозвищем для королевы Великой Британии.

С другой стороны, его самого за глаза называли «голым официантом». И на то были основательные причины.

Вместе. За пять дет до его ухода

Речь, как вы, должно быть, понимаете, идет о герцоге Эдинбургском, который 10 июня 2021 года мог бы отметить свое столетие, но не дожил до векового юбилея два месяца.

Засекреченный компромат

О муже королевы Елизаветы II написано немало комплиментарных статей, что вполне объяснимо. Кто же даст право в Великобритании дискредитировать государственную власть?! И все же утечки опасной информации о консорте королевы редко, но случались.

Четверть века назад, в январе 1996 года, корреспондент крупного лондонского еженедельника «Санди миррор» Эндрю Голден опубликовал статью, в которой утверждал, что архивные документы о личной жизни супруга британской королевы Елизаветы II герцога Эдинбургского останутся засекреченными еще на 100 лет.

По существующему в Великобритании законодательству архив королевский семьи должен оставаться в секрете в течение не более чем 30 лет. Однако из этого архива Секретной службой Ее Величества было выделено 27 отдельных файлов, по которым состоялось особое решение – держать их в тайне и вне доступа для общественности, по крайней мере, ближайшие 100 лет.

Что же это за материалы, которые власти страны столь упорно не хотели разглашать? Большинство из них – это доклады британской контрразведки MИ-5 и Скотленд-ярда о личной жизни супруга английской королевы герцога Эдинбургского.

Автор упомянутой статьи в «Санди миррор» утверждал, что эти отчеты секретных служб касаются любовных похождений Филиппа. Консорт Ее Величества был настолько любвеобилен в пору своей бурной молодости и даже в годы семейной жизни, что руководство служб охраны и безопасности британской короны приняло решение о постоянном круглосуточном наблюдении за мужем королевы. Делалось это из опасения утечки информации о похождениях герцога в «желтую прессу» и возможной последующей дискредитации государственной власти Великобритании.

Какие же тайны хранят эти отчеты секретных служб, если было принято решение засекретить их минимум на столетний период времени? – Эндрю Голден утверждал, что речь в этих материалах идет о делах 1940–1960-х годов, о фривольном «Четверг-клубе», членом которого состоял герцог Эдинбургский, о двух его закадычных друзьях, любителях острых ощущений – Бэроне Нейхуме и Майкле Паркере. Особенно о первом, работавшем до поры, то есть до увольнения (пока, что называется, «гром не грянул»), официальным фотографом британской королевской семьи.

Кое-какие детали этой сопряженной со скандальными слухами дружбы между Филиппом и Бэроном временами попадали на страницы печати, но, не получая необходимого в таких случаях документального подтверждения, быстро исчезали без каких-либо видимых последствий.

Решение британских властей о «вековом» засекречивании досье на принца Филиппа – герцога Эдинбургского, скорее всего, свидетельствовало о наличии на него серьезного компромата, который во избежание нежелательных последствий не должен был увидеть свет хотя бы в течение ста лет.

Нетрудно представить себе, какого рода компромат способен подвигнуть его хранителей на введение столь продолжительного запрета на допуск к архивным материалам британской королевской семьи.

И все же статья в «Санди миррор» – это всего лишь информация о решении властей и сопутствующий ему комментарий журналиста.

Вездесущие и всемогущие KGB&GRU

Семью годами позже, летом 2003 года, другая влиятельная лондонская газета «Deily Meil» опубликовала материал Тима Лакхерста на ту же тему, но с иным подтекстом. В ней говорилось о том, что в секретных архивах КГБ хранятся документы элитного «Четверг-клуба», способные при их разглашении фатально подорвать основы британской монархии. Автор утверждал, что компромат на британскую королевскую семью – тот самый, видимо, что несколькими годами раньше было решено засекретить на сто лет, – попал (причем еще в советские времена) в руки КГБ.

Как это произошло, автор статьи не знал, он лишь утверждал, что такая утечка имела место. А возможным ее инициатором назывался доктор Стивен Уард, главный фигурант скандального дела Профьюмо, известный остеопат и художник. А кроме того, друг и добровольный партнер советского разведчика Евгения Михайловича Иванова, офицера ГРУ, работавшего в начале 1960-х годов в Великобритании в качестве помощника военно-морского атташе при советском посольстве в Лондоне.

Еще через 7 лет после этой публикации, уже в 2013 году, всемирно известный маэстро Эндрю Ллойд Уэббер, автор популярных мюзиклов и титулованный британский пэр, попытался сдвинуть дело о сверхсекретности этой истории с мертвой точки. Благо на сцену именно тогда вышел его новый мюзикл как раз на данную тему – «Стивен Уард».

Лорд-композитор решил выступить в палате лордов с требованием рассекретить материалы по этой теме. Но получил категорический отказ. Материалы снова были объявлены закрытыми от общественности еще на 100 лет вперед.

Эти интригующие факты приведены мною, поскольку имеют непосредственное отношение к содержанию данного рассказа. Из него читатель узнает, какой именно секс-компромат на британскую корону был добыт кремлевскими дворцовыми шпионами в Великобритании и как он попал в Москву.

Семейная конфедерация

В одном из интервью Филипп заявил своему биографу Бэзилу Бутройду, что в брак с Елизаветой он вступил по расчету.

– Мне надоела нищета. У меня никогда не было своего угла. С восьми лет я скитался по школам и кораблям, – признался он тогда.

Надо думать, Елизавета поняла это в первые же месяцы совместной жизни. Возможно, она догадывалась о том, что Филипп не любил ее и до бракосочетания с ним. Но старшая дочь английского короля была настолько очарована греческим принцем, что не слишком задумывалась о мотивах, которые двигали ее будущим супругом при вступлении в брак, какими бы недостойными они ни являлись.

– Он был пришельцем из другого мира, – вспоминала позднее о Филиппе герцогиня Мальборо. – Это и привлекало к нему Елизавету. Ну и, конечно, его убийственная красота… Боже, как он был красив!

Супруг королевы и его поклонницы

Наследник греческого престола, принц Филипп, действительно был статен и хорош собой. Этого у него не отнять. Светловолосый и голубоглазый, он скорее был похож на скандинава, чем на грека. И не удивительно. Его отцовская линия восходила к датскому королевскому дому вплоть до середины XV века. А материнская – к древнему роду Баттенбергов-Маунтбаттенов. Его бабушкой по отцу была Ольга Константиновна – внучка российского императора Николая I. Ирония судьбы и особенности династических отношений: мужем британского монарха суждено было стать потомку монарха российского, воевавшего с Великобританией.

Королевский брак был торпедирован еще в середине 1950-х усилиями неверного супруга, завязавшего очередную любовную интригу с принцессой Александрой Кентской. Она была весьма хороша собой, юна (на 10 лет младше Елизаветы), являлась ее кузиной и, в довершение обид, закадычной подругой.

В итоге королева, хоть и имела право развода, допускаемого канонами англиканской церкви, решила сохранить официальные узы брака. А на деле постановила изгнать мужа за черту супружеской опочивальни. Чем, естественно, толкнула Филиппа в объятия дам, готовых уступить его бесспорному шарму.

Минувшие затем десятилетия позволили составить именной реестр таких соискательниц. Значительная часть британского общества считает его правдоподобным. Назовем этот завидный перечень: герцогиня Эберком, графиня Уэстморленд, актрисы Анна Мэсси, Джейн Рассел, Ширли Маклейн, Жа Жа Габор и Мерль Оберон, телезвезда Кэйт Бойл, светская львица Элен Корде – подруга детства Филиппа…

Замечу, что это далеко не полный список.

Столь же впечатляющим, но в минорных красках, было отчаяние уязвленной королевы. Доносят, что ей даже оказались необходимы услуги психиатра. Но возвращению монаршей особы к полноценной личной жизни способствовали и иные факторы, главным среди которых явились завязавшиеся тесные отношения с лордом Порчестером. Дворцовый конюший и хозяйка британской короны обнаружили неуемную страсть к верховой езде. Достоянием этой пары стали воспоминания о многих уикендах, проведенных в гостеприимной усадьбе лорда Маунтбаттена, чуткого дядюшки Елизаветы II.

Это он, Маунтбаттен, некогда устроил ее брак с Филиппом. И он же, как мог, содействовал племяннице в ее борьбе с душевным одиночеством. Что, впрочем, не мешало дядюшке напоминать увлекшейся паре о требуемой осмотрительности.

Замечу мимоходом, что именно в 1959-м, в год зачатия принца Эндрю, среднего из трех сыновей королевы, британский парламент трижды обсуждал судьбу монархической четы. И эти прения касались весьма деликатных аспектов. Настолько деликатных, что они были засекречены и останутся тайной до конца XXI века.

Косвенным доказательством реальности упомянутых предположений является отношение к ним самого мужа королевы. Его, принца Филиппа, ответ на беспардонный вопрос по данной теме, заданный однажды напрямик светским хроникером, имел форму ледяного молчания. Игнорировать щекотливые альковные провокации всегда было общей традицией устоявшихся монархий. Игнорировать, даже если сплетни годами не утихают.

А в случае с королевой Елизаветой II происходит именно так. Изощренные дегустаторы Букингемских тайн хором заготовили еще одного туза в рукаве – лорда Планкетта. Именно он в устах безжалостной молвы является отцом младшего сына августейшей четы – принца Эдварда…

Что же все-таки удержало супругов от неизбежного, казалось бы, развода? По мнению королевского писателя-биографа Роберта Лейси, решающую роль здесь сыграло возникшее у каждого из них негласное право на собственную, отдельную, независимую, частную жизнь. Этот стиль супружеской жизни стали именовать «семейной конфедерацией».

Заклятая сестра

К учреждению такой конфедерации имел отношение и еще один бурный роман.

В юные годы младшая сестра королевы принцесса Маргарет без памяти влюбилась в знаменитого летчика, героя войны, капитана Питера Таунсенда. Кстати, любимчика ее отца короля Георга VI.

Марго была исключительна красива. Питер тоже влюбился в принцессу. Но он был разведен. И не знатен. Действовавшие тогда правила дома Виндзоров не позволяли им заключить брак.

Только молодая королева своей властью главы англиканской церкви могла разорвать гордиев узел, устроить семейное счастье Маргариты. Но Елизавета II на это не пошла, несмотря на отчаянные просьбы и мольбы младшей сестры.

Королева проявила чрезмерную принципиальность в защите никому не нужных и давно устаревших правил бракосочетания монарших особ Великой Британии. Разбила сердце влюбленной принцессы. В итоге ее жизнь пошла под откос. Загулы, наркотики, алкоголь… Марго стала головной болью для дворцовой охраны и Секретной службы Ее Величества.

Чтобы уйти из-под контроля, принцесса стала все чаще покидать страну и проводить время в злачных местах Европы. Британская контрразведка сбилась с ног, чтобы не допустить возможных утечек и скандалов, связанных с «некоролевским» поведением принцессы Маргарет. Марго жестоко отомстила королеве, переспав с ее мужем Филиппом. Узнав об этом, королева стала еще больше гнобить сестру. И в конце концов решила «остепенить» загульную принцессу. Ну, и наказать одновременно. Королева чуть ли не силой выдала Марго замуж за простолюдина, еврея-полукровку, фотографа Энтони Армстронг-Джоунса. Ему для приличия присвоили дворянский титул лорда Сноудена.

Началась серия супружеских измен. Пагубные привычки превратились в норму жизни. Былая красавица Марго увяла, стала неузнаваема.

Что касается Елизаветы, то она никогда не комментировала измены Филиппа. Видимо, тонкости семейной жизни она хорошо усвоила из бесед с дядей ее мужа – лордом Маунтбаттеном.

Тот однажды в назидание по-дружески сказал ей:

«У мужчин есть потребности определенного свойства, но это не значит, что они любят своих жен меньше».

Адмирал и Бэрон

В истории с королевским компроматом главная роль принадлежала трем действующим лицам. Но главным был Бэрон. Это он сохранил архив «Четверг-клуба» – их с принцем Филиппом детища, созданного в первый послевоенный 46-й год.

Лорд Луис Майунтбаттен

Предками Бэрона были итальянские евреи из Ливии. Выросший в эмигрантских кварталах Манчестера мальчик по имени Стерлинг Генри Нейхум оказался лихим на подъем. Уже подростком научился зарабатывать себе на жизнь и помогать родителям. Купил подержанную фотокамеру и стал промышлять заказами на свадьбах и прочих торжествах. Глаз у мальчишки оказался зорким. Снимки шли нарасхват. Парень всерьез увлекся художественной фотографией. Это увлечение привело его в столицу с ее знатью и знаменитостями, которые быстро оценили талант молодого фотографа.

Чтобы стать популярным, Генри взял себе громкий псевдоним – Бэрон, хотя никаким бароном, естественно, не был и быть не мог. Парня наняли штатным фотографом в Ковент-Гарден, британский аналог нашего Большого театра. Знакомство с балетной труппой и очаровательными танцовщицами добавило новые краски в жизнь молодого человека. Он был хорош собой и уже известен как один из лучших фотографов-портретистов Лондона. Чего же еще? И все бы, возможно, шло своим чередом, если бы не война. О балете и художественной фотографии пришлось забыть на долгие 6 лет. Но одна роковая встреча на войне кардинально изменила его жизнь.

Бэрон Нейхум

На Мальте в одну из своих журналистских командировок военный корреспондент Бэрон Нейхум встретился и подружился с лордом Маунтбаттеном – адмиралом и главкомом ВМС, близким родственником короля Георга VI. Адмиралу пришелся по нраву красавец-фотограф. Вдали от дома в годы войны лорд не стеснялся своих бисексуальных увлечений. Да и искусство фотографии сблизило его с Бэроном. Лорд любил разглядывать свои фотопортреты. Нарциссизм не был чужд его душе. А Бэрон поразил его умением делать удивительно красивые снимки.

Чтобы закрепить полезное знакомство, адмирал ввел Бэрона в узкий круг богатых и знатных особ. Сделал его придворным фотографом. Именно его камера запечатлела впоследствии королевскую свадьбу и коронацию Елизаветы II, крещение ее первенца Чарльза и дочери Анны.

Но была и еще одна причина неожиданного сближения еврея-простолюдина и членов королевской семьи. В королевском окружении оказалось немало фанатов порнографии. У лорда Маунтбаттена и его брата маркиза Милфорд-Хэвен была одна из старейших и наиболее ценных коллекций порнографии в мире. Сейчас, кстати сказать, она покоится в закрытом хранилище Британского музея. А Бэрон также был страстно увлечен порнофотографией и тоже имел неплохую коллекцию щекотливых снимков.

Коллекционеры стали регулярно общаться. Адмирал оказал Бэрону необходимую протекцию, и дела у лондонского фотографа пошли в гору. Первый заказ на фотографии герцога и герцогини Кентских, а также их детей прошел на ура. Снимки удались на славу. И вскоре Бэрон стал очень популярен при дворе. Заказов на фотопортреты от богатых и знаменитых стало с избытком. Деньги полились рекой. Удачливый коллекционер открыл свою фотостудию и купил роскошную квартиру в самом центре столицы.

Ну а затем произошла еще одна судьбоносная встреча, изменившая жизнь Бэрона и ставшая, увы, причиной его гибели. Как-то у себя в имении лорд Маунтбаттен познакомил Бэрона с принцем Филиппом, своим протеже на руку принцессы Елизаветы, престолонаследницы короля Георга VI.

«Четверговый клуб»

Накануне похорон герцога Эдинбургского влиятельная лондонская газета «Таймс» поместила пространную статью, посвященную «Четверг-клубу». Никакой информации о клубном архиве и королевском компромате в ней, естественно, не было. Абсолютно стерильный рассказ о клубе по четвергам завершал вполне ожидаемый вывод: это был безобидный клуб, в котором мужчины могли отдохнуть, развлечься и «выпустить пар».

Когда Бэрон и Филипп в послевоенном 46-м совместно основали чисто мужской клуб, действительно ничто не предвещало худого конца. Просто члены клуба питали откровенную слабость к прекрасному полу.

Сначала еженедельные заседания клуба проходили в отдельных номерах китайских ресторанчиков Сохо за обедом из устриц и лобстеров, сдабриваемых французским шампанским. Затем их стали проводить на квартирах у членов клуба. Каждый член клуба имел право привести с собой на встречу одного своего друга. Так, среди весьма привилегированных особ, постоянных членов клуба, оказался и доктор Стивен Уард, придворный остеопат и художник, приглашенный в «Четверг-клуб» Бэроном Нейхумом. Он выполнял роль сводника, охотно поставляя девушек по вызову своим знатным друзьям.

Членами клуба, помимо принца Филиппа, Дэвида, маркиза Милфорд-Хэвен и Бэрона, было немало других известных людей. Лондонскую богему, в частности, представляли художники Васко Лаццоло и Феликс Топольский, киноактеры Питер Устинов и Дэвид Нивен плюс джазовый музыкант Ларри Адлер. В «политическое» крыло клуба входили один из лидеров консервативной партии, спикер палаты общин Иан Маклеод и редактор газеты «Дейли экспресс» Артур Кристиансен. Какое-то время среди участников клубных встреч был и Ким Филби, член знаменитой «Кембриджской пятерки» советских разведчиков, работавших в ту пору на Москву.

На заседаниях клуба регулярно избирался «Болван месяца» – по-английски «Cunt of the Month», то есть тот из его членов, кто глупее всего подставился в постели за истекший месяц.

Бэрон стал архивариусом клуба. Вел его дневник. Обеспечивал фотосъемку «закрытых» мероприятий. Проще говоря, секс-вечеринок в его роскошной квартире, равно как и в домах других членов клуба, которые регулярно посещал и принц Филипп. В 47-м, между прочим, он был уже супругом принцессы Елизаветы. Это, впрочем, ничуть не мешало ему грешить на стороне. И тогда, и позже. «Ходоком» он был тем еще.

«Радуйся, что твоя ширинка не умеет разговаривать», – заметил как-то Филиппу один из его друзей.

Неужели Филипп не понимал, что в погоне за секс-утехами он роет яму и себе самому, и дому Виндзоров? Не берусь утверждать обратное, но дневник и фотоколлекция «Четверг-клуба» неизбежно превратились в смертельно опасный королевский компромат. Причем не только для царствующей монархии, но и для самого обладателя коллекции Бэрона Нейхума и других членов этого фривольного мужского клуба. Ведь придай огласке содержимое клубного архива кто-либо из его членов, и авторитету дома Виндзоров был бы нанесен сокрушительный, возможно даже фатальный удар.

Члены «Четверг-клуба». В центре – принц Филипп

Что было на снимках Бэрона? Приведу на этот счет ответ из конфиденциального мемо, которое мне удалось получить в середине 90-х. Его направил главному редактору лондонской «Дейли экспресс» обозреватель газеты, мой давний партнер Дэниел Макгрори. Процитирую лишь наиболее «невинные» фрагменты этой докладной записки. Более откровенные, думаю, вряд ли опубликуют:

«Альбом содержит фотографии вечеринок у бассейна с обнаженными девицами, принцем Филиппом и его кузеном Дэвидом, маркизом Милфорд-Хэван. На других снимках обнаженный Филипп красуется в душевой после игры в поло в компании раздетых девиц…

Есть серия фотографий, сделанных на квартире фотографа Бэрона. На них в кампании голых дам развлекаются Филипп, Башир, его конюший, и Бэрон. Эти фотографии датированы 1949 годом, то есть через два года после бракосочетания Филиппа и Елизаветы и после рождения их первенца – принца Чарльза.

На многих фотографиях Филипп фигурирует вместе со своими друзьями Майклом Паркером и Ричардом Тоддом и тем же Бэроном. На одной из них эта троица, голая, но в шляпах, изображает «трех мушкетеров» с бумажными шпагами на их мужском достоинстве и с тремя обнаженными дамами, играющими роль их верных рысаков. Филипп же стоит рядом, улыбающийся в камеру».

Автор известной книги «Prince Philip: The Turbulent Early Life of the Man Who Married Queen Elizabeth II» Филипп Ид характеризует клубные вечеринки как «шумные мальчишники со всеми вытекающими последствиями».

Знакомый принца с подачи Бэрона доктор Стивен Уард рассказывал друзьям, что на встречах по четвергам супруг королевы любил встречать гостей в одном лишь кружевном фартуке. И за это принца прозвали «голым официантом».

Первым это прозвище напечатал журнал «Private Eye», его корреспондентам удалось узнать о том, что творилось за закрытыми дверями элитных клубов для мужчин. Само собой, герцог Эдинбургский прозвище никак не комментировал и старался всячески от него откреститься. Ведь когда оно звучало, смущался не только сам Филипп, но и все присутствующие, которые знали, за что именно принца стали так называть.

Не зря, видимо, британский писатель Джон Осборн заметил однажды, что «английская королевская семья – это золотая пломба во рту, полном кариеса».

Некоторые снимки из коллекции Бэрона, штук шесть, видел и ваш покорный слуга. В частности, фотографии с принцем Филиппом. Снимки эти очень откровенные! На одном из них, например, запечатлена известнейшая английская аристократка – герцогиня Аргилльская, особа, которая долгие годы не сходила с обложек глянцевых журналов. На ней из одежды только три нитки бусинок. А сама она стоит на коленях перед обнаженным мужчиной. Голова мужчины на снимке не запечатлена. Его имя в Англии до сих пор запрещено называть.

О коллекции Бэрона и ее содержании сейчас хорошо известно и журналистам, и политикам. В связи с чем руководству британских СМИ даны четкие указания на этот счет. Писать о коллекции Бэрона строжайше запрещено.

Попади такие снимки в «желтую прессу», и авторитет британской монархии рухнул бы на дно. Это понимали и в Секретной службе Ее Величества с начала 50-х годов прошлого столетия. Кто-то из «клубников», наверное, проболтался о своих «мужских забавах» по четвергам. Королевский брак оказался под угрозой.

В 53-м, после смерти отца, Елизавета, как известно, вступила на британский престол. Новое положение супругов, естественно, обязывало их соблюдать правила приличия и королевский этикет. Чтобы супруг не смотрел на сторону и чаще бывал дома, Елизавета назначила его менеджером королевского имущества. Филипп стал также патроном ряда фондов и обществ, в том числе и Королевского географического.

Служба безопасности дома Виндзоров усилила контроль за «друзьями» Филиппа. Им было настоятельно рекомендовано не звонить, не писать герцогу Эдинбургскому и не встречаться с ним по собственной инициативе.

Бэрон Нейхум стал персоной нон грата для дома Виндзоров. К тому же в «желтую прессу» просочились сведения о скандальных похождениях принца Филиппа и его кузена Дэвида в кампании королевского фотографа. Бэрон был отлучен от двора. Более того, секретная служба всерьез занялась «творчеством» Бэрона. Ее в первую очередь интересовали дневники «Четверг-клуба» и порноколлекция фотографа с интимными снимками первых лиц королевства.

«Четверг-клуб» немедленно прикрыли. Бэрону предложили передать архив клуба секретной службе. Но он заявил, что собственноручно уничтожил весь архив. Солгал, конечно. Только зачем? С любимой порноколлекцией не мог расстаться? Вполне возможно. Поначалу я так и думал. Но позднее пришел к выводу, что была на этот счет и другая причина.

Дружба Бэрона с Филиппом оказалась с червоточиной. Королевский муж без стеснений эксплуатировал своего друга. Пользовался его квартирой для свиданий с любовницами, отбивал девушек, которые нравились Бэрону.

А однажды даже увел его невесту, американскую кинозвезду Пэт Кирквуд. Причем на глазах у самого Бэрона. Принялся ухаживать за ней в ресторане «Амбассадор» на Пикадилли, а затем привез ее на ночь в спальню к Бэрону. Бедняга до утра сидел в гостиной, а утром был вынужден готовить для «друга», соблазнившего его невесту, завтрак.

Об истинном отношении Бэрона к Филиппу мне рассказал племянник фотографа.

Посмертная месть

В 1994 году в Англии вышла книга о царствовании римских императоров. Написал ее племянник Бэрона, сын его сестры Рабы Нейхум, известный британский писатель и издатель Энтони Блонд. Мы познакомились. Мистеру Блонду было тогда 66 лет. В ответ на мой вопрос об отношениях Филиппа и его дяди он сказал: «Бэрон ненавидел его. Молча. Про себя. Не мог простить ему всех унижений».

Думаю, именно по этой причине Бэрон решил сохранить архив «Четверг-клуба». Полагаю, он хотел отомстить своему обидчику, выдав в прессу компромат на Филиппа.

Однако секретная служба, видимо, разгадала замыслы Бэрона.

Смерть в 50 лет – всегда неожиданность. Особенно если речь идет об энергичном здоровом мужчине. Бэрон скончался преждевременно – ничто не предвещало столь раннего ухода. Поэтому среди друзей и близких Бэрона получила хождение версия о преднамеренном убийстве придворного фотографа.

Незадолго до смерти, перед поездкой с Филиппом на яхте в Австралию (на Олимпийские игры 56-го года в Мельбурне) Бэрон решил лечь на пару дней в клинику, чтобы подлечить ногу. Там и случился фатальный сердечный приступ. Секретная служба, судя по всему, использовала удобный шанс сделать пациенту клиники смертельный укол, провоцирующий остановку сердца. Никаких следов. Чисто английское убийство.

Вот что поведал мне по этому поводу Энтони Блонд: «Мать поддерживала связь с братом. Они переписывались. Редко, но встречались. Она рассказывала мне о дяде, ее беспокоила судьба брата. Мама говорила об испортившихся отношениях брата с королевской семьей. Ему фактически запретили встречаться с бывшими друзьями. Кроме того, дядя отказался передать в музей дневник и фотоальбом клуба, что ему настойчиво предлагали сделать некоторые влиятельные люди».

Бэрон заблаговременно через адвоката тайно завещал архив клуба своему другу, доктору Стивену Уарду. Секретная служба на несколько лет потеряла след коллекции. А доктор Уард стал позднее добровольным помощником советского разведчика Евгения Михайловича Иванова, моего коллеги и друга.

Секретная служба Ее Величества не знала об этом. Уард передал коллекцию Иванову, когда заметил, что МИ-5 идет по его следу. Уарда по сфабрикованным обвинениям отправили за решетку, пригрозили длительным тюремным сроком. Через своих осведомителей сыскари узнали, что коллекция Бэрона, возможно, хранится в доме Уарда. Обыскали все углы, но ничего не нашли. Сам Уард о коллекции молчал и поплатился за это жизнью.

Охота за королевским порно

По версии официального следствия, причиной смерти доктора Уарда было самоубийство – отравление барбитуратами. На самом деле имела место ловкая имитация самоубийства, профессионально исполненная британскими спецслужбами. Известным писателем-историком Дугласом Томпсоном были опубликованы результаты частного расследования этого «мокрого дела». И раскрыта вся подоплека грязного убийства, совершенного по заказу власть имущих.

В 1963 году британские власти провели генеральную зачистку королевских грехов. Министр внутренних дел отдал приказ, и лондонская полиция провела повальные обыски и аресты. Под прицел попали любые, клубные или частные, порноколлекции и их хозяева. Развратники всех мастей стали осторожнее. Девушки с низкой социальной ответственностью тоже, особенно те, что работали со знатной и влиятельной клиентурой. Тем не менее многие из них одна за другой попали в списки жертв «несчастных случаев». Более удачливым удалось сбежать за рубеж. Но и там не все оставались в безопасности. Мариэллу Новотну, например, одну из девушек доктора Уарда, достали и в США. Она «отравилась» барбитуратами.

Что же до коллекция Бэрона, то она попала к Евгению Иванову. Как это случилось и что с ней произошло дальше?

Разведчик вывез ее в Москву и втайне от начальства оставил себе. Почему он не отдал ее в распоряжение спецслужб? Ведь королевский компромат можно было применить, что называется, с пользой для дела. Вопрос не праздный. Я и сам задавал его Иванову. Мы совместно работали над книгой его воспоминаний для ее издания сначала в Англии, а потом и в России. Он утверждал, что не передал материалы Бэрона руководству разведки потому, что коллекция эта никому не была нужна (!?).

Руководители лондонской резидентуры ГРУ, с его слов, постоянно ставили ему на вид за то, что он занимается не своим делом. Его личных доводов и аргументов на этот счет никто и слушать не хотел. Кроме того, по утверждению Иванова, он собирался использовать коллекцию Бэрона, чтобы оказать необходимый нажим на британские спецслужбы и вынудить их освободить Уарда из заключения (например, в обмен на коллекцию).

Однако план этот Иванову реализовать не удалось. По возвращении из Лондона его отстранили от дел и отправили в Академию Генштаба.

Возможно, Иванов имел и другие виды на коллекцию, рассчитывая, скажем, на ней заработать. Сам он об этом не говорил, но думаю, что над этим задумывался. Однако и эти планы не были осуществлены.

Тайна коллекции оказалась раскрыта в начале 90-х. Очевидно, отставной разведчик проболтался о ней за очередной «рюмкой чая». Ну и поплатился за это жизнью. После нескольких попыток убрать его (сбить машиной на тротуаре) каперанг был направлен новоиспеченной женой (третьей по счету) в больницу. Затем оказался в психушке.

Тем временем в его квартире или гараже, судя по всему, нашли тайник с коллекцией. В январе 94-го Иванов неожиданно умер. Вскрытия не было. Официальный вердикт – внезапная остановка сердца. Родных у Иванова не было, жил он один. Новая жена, организовавшая поспешный брак, скорее всего, была из команды «черных риелторов». Им досталась квартира умершего на Фрунзенской набережной Москвы (ценой в несколько сотен тысяч долларов). Ну а коллекция, скорее всего, перешла к новому владельцу.

Всплыла она, насколько мне известно, через несколько лет.

Компромат на продажу

В начале XXI века о ней заговорили в Лондоне. Ее анонимным хозяином был объявлен кто-то из новых русских. Думаю, за этим бизнесменом стояли наши спецслужбы, искавшие для коллекции Бэрона достойное применение. Правда, по информации из достоверных источников, этот новый русский пропал без вести.

Говорят, коллекцию для дома Виндзоров получил от него осевший на «Острове» беглый олигарх Борис Березовский.

Как велись эти переговоры, я не знаю. Официальные лица в них задействованы не были, и по вполне понятным причинам. Думаю, сначала стороны высказали предложения по размену, выслушали аргументы друг друга. Затем была проведена экспертная проверка на подлинность материалов и согласованы условия сделки.

Зачем королевский компромат понадобился Березовскому? Думаю, чтобы поправить свои дела в Великобритании. В 2006 году тогдашний министр внутренних дел страны Джек Стро официально предупредил БАБа, что его статус политического беженца может быть пересмотрен. Лондонское кресло под Березовским зашаталось. И Борис Абрамович, судя по всему, решил укрепить свою оборону. Выдал дому Виндзоров (конкретно принцу Майклу Кентскому) «матпомощь» на общую сумму 320 тысяч фунтов стерлингов. Как сообщали британские СМИ, на ремонт и содержание Кенсингтонского дворца. Следующим подарком мог стать королевский компромат из коллекции Бэрона.

Но что-то в этом деле явно пошло не так. И БАБ заплатил за коллекцию Бэрона жизнью. 23 марта 2013 года его нашли повешенным. Официальная версия – самоубийство.

Вот такая беспощадная к своим владельцам оказалась коллекция Бэрона.

Конца и края у этой истории пока не видно. Любопытно было бы узнать, когда и у кого опять всплывет архив «Четверг-клуба».

Родительские гены

Все мы, как известно, в той или иной мере отражение своих родителей. Елизавета II в детстве подражала своему любимому дядюшке королю Эдварду VIII, впоследствии герцогу Виндзорскому, ставшему после отречения и брака с американкой мисс Симпсон откровенным шпионом Гитлера.

Есть кадры семейной кинохроники, где она охотно приветствует окружающих гитлеровским салютом – взмахом вытянутой вверх правой руки.

Что касается герцога Эдинбургского, то в поведении молодого принца Филиппа были заметны многие черты его отца, откровенного бабника и гуляки, бросившего свою ослепшую жену на произвол судьбы.

Что же до детей британской монаршей пары, то, к несчастью для их родителей, в их поведении проявились со временем далеко не самые лучшие черты их родителей. Старший сын Чарльз, как известно, женившись на молодой и родовитой аристократке леди Диане Спенсер, фактически продолжал, ничуть не стесняясь, жить со своей любовницей Камиллой. А леди Диане приходилось терпеть его измены.

Более того, когда пара, наконец, развелась, престолонаследник фактически «заказал» свою бывшую жену, чтобы не допустить ее брака с мусульманином и рождения от него ребенка.

Не менее удручающая картина нарисовалась со средним сыном королевский четы – принцем Эндрю. То, что его супружеская жизнь с Сарой Фергюссон тоже не задалась с самого начала, – это еще полбеды. Беда пришла, когда он, по примеру своего папочки, вляпался (иначе не скажешь) в оглушительный секс-скандал благодаря своей дружбе с миллиардером Джеффри Эпштейном, обвиненным в США в сексуальном рабстве.

Средний сын королевы не только вел с американцем совместный криминальный бизнес, но и принимал участие в его «вечеринках педофилов», вступая в связь с малолетками.

«Августейшая педофилия» веками была отличительной чертой британской королевской семьи. Многие ее представители были гомосексуалистами или бисексуалами.

Личное участие королевы Елизаветы II и ее мужа в массовых исчезновениях детей не только в Англии, но и в Канаде – это еще один секрет на миллион британской монаршей четы. Участие в нем принимали и их сыновья, словно беря пример с родителей.

Старший из них, Чарльз, оказался замешан в дружбе с весьма известными педофилами, например с англиканским епископом Питером Боллом. Его сферой деятельности были детские церковные приюты. Из них отбирался «материал» для сексуальных утех высокопоставленных педофилов-аристократов.

Пойманный с поличным, Питер Болл, пользуясь покровительством со стороны Виндзоров, умудрился получить лишь двухлетний срок заключения за педофилию, после чего был досрочно выпущен.

Епископ Болл и принц Чарльз

Другим близким другом принца Чарльза был педофил Джимми Сэвил. Скандал вокруг Сэвила не без основания считают самым громким секс-скандалом «в голубых тонах». В нем от Сэвилла и Виндзоров пострадало более 600 детей.

При этом сам Джимми Сэвил имел титул «сэра». Как известно, в рыцарство посвящаются самые достойные люди Великобритании. А совершает посвящение сама королева.

Хотите верьте, хотите нет, но за первые два десятилетия текущего века британскими сэрами-педофилами стали сотни самых отъявленных развратников страны, таких, например, как барон Грэвилл Джэннер, барон Леон Бриттен, сэр Эдвин Фулфорд, сэр Сирил Смит, сэр Питер Хайман и многие, многие другие, по ком, как говорится, тюрьма плачет.

Только кто ж их посадит при таких-то покровителях?!

Воистину, дом Виндзоров – это гостеприимное логово разврата. И королевские дети здесь продолжают грязное дело своих родителей.

Заключение

Англичанка по-прежнему гадит

После распада СССР Россия начала выходить из пике лишь в начале XXI столетия. Это немедленно вызвало ответную реакцию на Западе. С приходом к власти Владимира Путина против нашей страны было раскручено немало новых мифов.

Предпринимаются попытки очернить наше прошлое и тем самым выбить у нынешнего поколения россиян почву под ногами. Нацизм приравнивают к коммунизму, чтобы заставить Россию каяться за «преступления советского тоталитарного режима». Таким образом создается предлог для пересмотра итогов Второй мировой войны. А это позволяет выдвинуть к России как финансовые, так и территориальные претензии.

Нас все так же объявляют угрозой миру и безопасности, сколачивая антироссийский фронт, финансируемый из США. Америка продолжает линию Англии на сдерживание России, сохранение и укрепление своего господства в мире.

Но, как и в прежние времена, все течет, все меняется. Меняется и геополитическая обстановка в мире. Быстро набирающий мощь Китай выходит на первые роли в мире. И тем самым бросает перчатку англосаксам. Старая дуэль англосаксов с Россией теряет свою актуальность. Вовсю набирает обороты конфликт и противостояние с китайским гигантом.

Даже беглого взгляда на основные исторические вехи противостояния Росиии и Запада достаточно, чтобы увидеть и успехи, и провалы обеих сторон. Мы проигрывали нередко из-за собственных досадных просчетов в оценке намерений противника, они неверно просчитывали наши возможности и ответные ходы. Были и явные заблуждения, и факты предательства с обеих сторон. Словом, в этой дуэли победителя не было. Но был и остается ее главный зачинщик.

В святом деле демонизации России «англичанка», что называется, готова на все. Ее верный воин, бывший резидент МИ-6 в Москве полковник Стил состряпал и пустил по миру (положив при этом в свой карман кругленькую сумму в 300 тысяч фунтов) откровенную клевету о вмешательстве России в выборную кампанию в США 2016 года. А затем отметился не менее абсурдным «секретным» досье на неугодного президента Трампа, объявив его агентом Кремля.

Полвека до того такой же прием прошел на ура в деле дискредитации неугодного истеблишменту лейбористского премьер-министра Великобритании Гарольда Вильсона. Беднягу тогда заставили уйти с политической сцены. Трамп оказался крепким орешком. Но новые выборы ему взять не удалось. Силы были неравны.

Созданная «англичанкой» и подконтрольная ей сеть специализированных международных организаций типа «Белых касок», ВАДА или ОЗХО безотказно отрабатывала полученный гонорар. Без устали штамповали антироссийские доклады и резолюции. Россию наказывали как за грехи реальные (как в случае с допингом у наших спортсменов), так и за надуманные, но не грехи государства как такового, а отдельных частных лиц, нередко подкупленных и использованных «англичанкой».

Особую активность наша умелица развернула у себя дома, в Великой Британии. В оборот пошли мошенники-богатеи, бежавшие от ареста из России за свои преступления. Они и в первую очередь опальный олигарх Ходорковский охотно финансировали любые антироссийские проекты «англичанки», помогали советом и делом.

Убить репутацию России как демократического и миролюбивого государства – реализация этой цели требует немалой хитрости, изобретательности и ресурсов. Все это брошено на алтарь желанной победы.

Фигуры Березовского, Литвиненко, Скрипалей, Навального и иже с ними раскручены по максимуму и выжаты, как лимон. Но клевета на Россию состряпана и пущена через подконтрольные СМИ на волю. Эти запуски, очевидно, будут продолжены.

«Англичанка» вошла во вкус. Ее поручения ловят на лету и на Украине, и в Польше, и в Прибалтике, и в Чехии. Везде, где есть русофобия и готовность на ней заработать. Кстати, почву на Украине для реализации своих антироссийских целей «англичанка» начала вспахивать задолго до событий на Майдане и войны на Донбассе.

В отсутствии результата ее не обвинишь. На Украине она смогла добиться немалого. Не случайно шеф Сикрет интеллидженс сервис Роджер Мур принимал в штаб-квартире британской разведки МИ-6 в Лондоне президента Украины Зеленского. Обсуждались, естественно, «вопросы сотрудничества сторон», в первую очередь против России.

Этот визит в штаб-квартиру МИ-6 в Лондоне показал, что к концу 2021 года тайные операции англосаксов на Украине вступили в завершающую фазу.

Планы Запада превратить Украину в агрессивный таран для давления на Россию были очевидны. Радикальный национализм киевского режима стал движущей силой проекта «Украина – анти-Россия». Накачивание нашего южного соседа вооружениями из арсеналов НАТО приобрело угрожающие масштабы.

Кроме того, к началу 2022 года российская разведка уже располагала агентурными данными не только об оперативных планах нападения Вооруженных сил Украины на Донбасс в начале марта. Имелась также документальная информация о тайных проектах англосаксов по разработке на Украине ядерного и биологического оружия для его использования против России.

Попытки Москвы мирно договориться с Вашингтоном были обречены на провал. Англосаксы уверенно вели Украину к войне. И они ее получили.

Россия, однако, не повторила ошибки июня 1941 года. Она нанесла первый удар на упреждение. Ждать начала украинской агрессии против нашей страны было чревато потерей стратегической инициативы в неизбежном противостоянии с Западом.

Мир вступил в новую эпоху грандиозных геополитических перемен. Он оказался расколот на два лагеря: условно говоря, западный и восточный. Гегемонии Вашингтона Россией был брошен решительный исторический вызов.

Чем и как можно купировать русофобские замыслы «англичанки»?

Представитель популяции чёрных воронов, обитающий в лондонской королевской крепости Тауэр с XVII века. Считается, что, если вороны улетят из Тауэра, то и Британская империя падёт.

Берусь, как историк, утверждать, что Кремль давно уже не очень-то ладит с англосаксами вообще и с британцами в частности. Обе стороны, похоже, обречены на фатальную конфронтацию и бесконечное соперничество. Это в лучшем случае.

Противостояние существовало и прежде, подогревая обоюдное недоверие и подозрительность, порождая шпионаж и интриги. Страсти бушевали нешуточные. И горьких поражений на пройденном пути было немало. Вплоть до самого недавнего времени, когда не без усилий англосаксов был разрушен великий Советский Союз. Исторические уроки нельзя забывать, чтобы не повторять допущенные ошибки.

В заключение хочу привести врезавшиеся в память слова президента Сербии Слободана Милошевича, слова, которые он произнес после варварского нападения англосаксов на его страну в конце 90-х годов прошлого века. Слова эти звучат для нас как тревожное предостережение:

«Русские, посмотрите на нас и запомните. С вами сделают то же самое, когда вы разобщитесь и дадите слабину. Запад, цепная бешеная собака, вцепится вам в горло.

Братья, помните о судьбе Югославии. Не дайте поступить с вами так же».

Content

Геннадий Соколов
Британский лев против русского медведя. Пять веков тайной войны

Предисловие Необходимое зло

Меморандум Ченслера

Вояж торговый и шпионский

Отвергнутый союз

Смута и проект военной экспедиции

Ловушка для императора

Падение ордена

Великий магистр всего на год

Коварная ложь адмирала Нельсона

Заклятые друзья на все времена

Подвохи «большой игры»

Убийство придворного миротворца

Немыслимое коварство

Ответные ходы

Пролетарский подход

Операция «Темная сила»: как оставить Россию в войне

Виндзоры vs Романовы. Чистой воды предательство

Три кузена – три суверена

Почему Британский лев не спас Русского орла

Интересы Британской империи – превыше всего!

Английский шпион в стане большевиков

Американский десант

Амнистия для революции

Уловка МИ-6

Знакомьтесь – агент S76

Русские горки

«Big lady»

«Убрать Ленина, оставить Троцкого!»

С бриллиантами за миром

Отрывки из книги Артура Рэнсома «6 недель в России» (1919)

Виндзорское досье. Английский король – шпион Гитлера

«Каждая капля моей крови – немецкая»

На службу рейха

Чтобы победить – бомбите Англию!

У Москвы – досье агента «Тони»

Джеймс Бонд – выдвиженец… Сталина

А крестным отцом агента 007 стал Джон Кеннеди

В Москву (в Россию, СССР?) за любовью

Операция «Копье»: Британия ударит по СССР первой

Удар по Кавказу

Финская заноза

Нокаут для СССР

Кавказ в огне

Удар «Копьем» в сорок первом

«Немыслимый» Винни

Феноменальное коварство

Польский тупик и русская угроза

Ошибка «старого лиса»

Русская головоломка

Тайна завещания Сталина

Письмо к съезду

Повторение пройденного

Случайная запись

Судьба «черной тетради»

«Золотой» тоннель к секретам Советов

Тайная хроника трех дней апреля 56-го

Шпион, который пытался уничтожить мир

Две версии

Инициативник

Кандидат на увольнение

Причина провала крота

Мотивы и цена предательства

Карибский кризис

Операция «Анадырь»

Момент истины

«Скандал века»: неудобная правда

«Лишний» герой

Королевский компромат

Дамоклов меч

Дворцовые шпионы Кремля

Архив МИ-5, досье Уортингтона: британский премьер – агент Кремля

Секретные движки

Заварушка в Вестминстере

Путь наверх

Любовь или спецоперация

Очарована голосом

«Выделить приличную квартиру»

Родовое проклятие «золотого грека»

Женился на жертве педофила

Распад СССР. Секретный архив ЦРУ: как «вели» Горбачева

The Gorbachev file

Предупреждение Путину

Секретный план Кейси

Сами накосячили

Эпидемия западничества

Агенты влияния

«Бостон брейкс» в Париже

Кривое следствие

Зачистка

Шпионский десант

Заговор

Опоздавшее расследование

Российский компромат на министров-лейбористов

Дневники подростка

Зацепки есть, но утечек не будет

Кэмерона вербовать не стали

Кто «вербовал» будущего британского премьера

Был бы хорошим агентом, да не стал

Следствие ведут «Колобки»

Сначала – облом

Потом – прорыв

И наконец – откровение

Хилая зацепка?

Продолжение: вендетта по-английски

Скандал в благородном семействе

Скрытая интрига

Шантаж с Даунинг-стрит, 10

Мусульманский любовник «бабушки всей Европы»

«Амеба» и «капусточка»: секрет на миллион

Засекреченный компромат

Вездесущие и всемогущие KGB&GRU

Семейная конфедерация

Заклятая сестра

Адмирал и Бэрон

«Четверговый клуб»

Посмертная месть

Охота за королевским порно

Компромат на продажу

Родительские гены

Заключение Англичанка по-прежнему гадит