Макс Вальтер

Жажда II

Глава 1. Ну и ночка

– Ну, всё, мы закончили?

– Не совсем.

– Так чего молчишь, спрашивай.

– Даже не знаю, с чего начать… Почему ты не стала такой, как они? И чем он питается, если без крови не может?

– Ты его что, за столом с нами ни разу не видел?

– Света!

– Я его кормлю.

– Грудью?

– Ну ты дурак, что ли? Вот… – девушка оголила запястье левой руки, на котором отчётливо виднелись следы, множественных проколов.

Они не нарывали, как по идее должно быть после укуса, да и при частом проникновении через кожу инородных тел. Не обратились грубыми шрамами, а выглядели так, словно девушка на асфальте растянулась, притом не ранее как неделю назад. Раны покрыты коркой, того и гляди, скоро начнут отшелушиваться.

– Когда?

– Что когда?

– Сколько раз его нужно так кормить?

– Примерно глоток в сутки. Обычно вечером, перед сном. Он очень этого стесняется.

– Ебать, я бы тоже стеснялся, да за такое нам в первом же городе голову отрежут, притом, всем троим. А почему оно так быстро заживает, это из-за крови того Странного? – я упорно отказывался верить в то, что это мой друг Лёха, а по имени отчеству всяких уродов называть не собирался.

– Я вообще вначале подумала, что он меня СПИДом заразить хочет?

– Мы сейчас не о тебе говорим.

– А ты, смотрю, обо мне вообще знать ничего не хочешь, да?!

– Я тебе не муж, поняла? Перестань тявкать, просто объясни мне, как быть, если у тебя в очередной раз мозги откажут или снова захочется сдохнуть где-нибудь на полу в магазине.

– В смысле?! Я, вообще-то, для тебя старалась.

– А я просил?!

– Ладно, – слегка остыла она и продолжила. – Один раз в день ему достаточно.

– Раз в день один глоток… Да как он тебя не высушил ещё, за всё это время?!

– Понятия не имею, раны тоже быстро заживают, к утру от них и следа уже не останется.

– Стоп, подожди, а почему же всё-таки ты не…

– Стала злой? – закончила она фразу за меня.

– Ну…

– Без понятия, – пожала плечами та. – Может, потому, что он мой сын, может, он просто другой.

– Нет, то, что он отличается, это я и сам прекрасно вижу. Что же делать-то?

– Я думала, мы уже решили.

– Со Старым да, но как мне-то теперь, а?

– Да что изменилось, а? Мы разве другими людьми после этого стали?

– Ты сама как думаешь? Один из вас вообще не пойми кто.

– Ну ты и козёл, – обиженно бросила Света.

– Тоже мне открытие века! – ухмыльнулся я.

– Ой, да пошёл ты, – совершенно спокойным голосом добавила она и пошла за Максом.

Выяснил я, конечно, много, но далеко не всё, что хотел. А главное – теперь возникло ещё больше вопросов. Основной из них: «А нахрен мне вообще всё это нужно?» Может быть, послать их обоих нахер и свалить в туман? Пусть сами разбираются со своими проблемами. У меня вот их тоже хватает, я же не лезу ни к кому, варюсь как-то потихоньку. Так ведь Старый всё равно с меня с живого не слезет, так и продолжит гонять всюду, где отыщет. Ну, допустим, мы его потеряем, сейчас это не редкость: был человек, да весь вышел. Да достаточно ночью за стенами на уродов нарваться и всё, здравствуй новая жизнь, ты уже на чужой стороне. А уж сколько лихих людей по округе шастает… Так что с этим вопросом, скорее всего, проблем не предвидится, главное – живым никого не оставить.

Но что потом? Что делать дальше? Бросить их и продолжить выживать самостоятельно? Или идти до конца, до самого победного? А он вообще существует, конец тот самый, или наступает только вместе с закатом жизни?

Жизнь она вообще, как старый дом, что достался в наследство от бабушки. Строишь его, ремонтируешь, то фундамент поправишь, то крышу, даже стены кирпичом по кругу, а он всё равно в каком-нибудь соседнем месте развалится. Вот так и затыкаешь течь в плотине пальцами, и свободных остаётся с каждым разом всё меньше, а ты вот так смотришь, бац, и новая трещина пошла, прямо перед самым носом. И хорошо, если там чистая вода побежала, а не сплошной поток дерьма. Только чаще бывает именно последнее.

Так до какого конца мне идти и как вообще его определить? Ведь когда позади грохочет лавина, хрен остановишься. Вот оно и получается, что выход всегда один – смерть, да и то не факт. А я не хочу подыхать, притом, как бы хреново порой ни жилось.

Выходит, что выбор это иллюзия, свобода – мнимая величина. Но ведь и это неправда, я же могу просто перестать бороться, сесть вот так на бордюр и идите все лесом, да сразу в баню. А значит, прав был артист Панин, в фильме «Бой с тенью», как он там говорил: «Безвыходных ситуаций не бывает, есть неприятные решения», кажется? Так вот, пожалуй, с этого конца и начнём. Нет смысла забивать себе голову всеми этими философскими вопросами.

Завтра в путь, как доберёмся до Ростова-на-Дону, постараюсь добиться аудиенции у Старого, на интимный, так сказать, разговор. А уже, исходя из дополнительной информации, и будем принимать дальнейшие решения. В любом случае теперь без этого никуда. Никого я не брошу, это уже понятно, а значит, придётся разбираться во всём этом дерьме. А может быть, где-то выше действительно оно попадает в специальную книгу. Глядишь, зачтётся. Например: газ немного под котлом убавят или маслица на жаровню плеснут, чтоб шкура не пригорала.

А Светка действительно обиделась. Уже второй час от смены прошёл, а она так и не явилась. Лежит теперь, всякую херню про меня думает, женщины они ведь без этого не могут. Будет ведь себя изнутри жрать, накручивать, что-то додумывать в нужных местах. Не удивлюсь, если она меня уже убила раз двадцать, в мыслях, естественно. А ведь я даже знаю, что она не спит, слишком часто ворочается. Такое всегда, если в голове что-то крутится. Я бы тоже вряд ли сейчас уснуть смог, но мне и нельзя – дежурство.

– Блядь! – я резко подскочил с подоконника и бесцеремонно пнул ногой Свету и Макса заодно. – Подъём! Да бегом, блядь!

– Что случилось? – ничего ещё не понимая спросонья, уточнил пацан.

– Бабка облучилась! Вставай, говорю, быстро!

В отличие от сына, Света не спала и переключилась на происходящее в разы быстрее. И пока я с револьвером в руках прислушивался к звукам, что доносились с улицы, она упаковала спальные мешки в наши рюкзаки. На этом всё, мы собраны. Потому как золотое правило выживания: «Будь готов, как пионер!» Все вещи нужно упаковать заранее, чтоб только рюкзак или сумку подхватить и ходу.

– Трое всего, – шёпотом добавил я. – Можно забодать попробовать.

Света коротко кивнула, но в её глазах при этом застыл ужас, панический страх, и я не был уверен, что она сможет адекватно отреагировать. На Макса гораздо больше надежды. А кстати!

– Иди сюда, – поманил я рукой парня. – Ты ведь стрелять умеешь?

И этот тоже кивком подтвердил. Ну что за привычка дурная? В доме темень, глаз коли, а они гривами трясут, если бы не полная луна, от которой сегодня светит, словно на улицах фонари зажгли, нихрена бы не понял.

– Ладно, держи ствол и вон там встань, – я забрал из рук Светланы трофейный пистолет, который мы заполучили ещё в Елатьме при побеге, проверил наличие магазина, а именно, что там патроны с серебром и протянул его Максу. – Стреляешь только после меня, в последнего, кто войдёт, понял?

Тот послушно принял оружие, быстро проверил предохранитель и, слегка оттянув затвор, убедился в присутствии патрона в стволе. Молодец, соображает в разы лучше матери, та просто тряслась с пистолетом, и всё. Пацан спрятался в тёмном углу, мрак полностью скрыл его, словно бы там и нет никого. Лишь глаза на мгновение блеснули в непроницаемой черноте. Хотя, возможно, мне это вообще показалось.

– Так, ты, трясогузка, встань к окну и изображай страх… Ладно, просто сделай так, чтоб тебя сразу видели.

Девушку трясло так, будто я её на лютый мороз в одной ночнушке выгнал, однако она послушно исполнила всё, как я приказал. Видимо, роль жертвы для неё гораздо привычнее, да и срать, лишь бы сработало.

Тем временем троица уродов, не скрываясь, двинула вдоль домов. Они о чём-то громко беседовали, иногда даже ржали. Сквозь закрытую дверь доносились сплошные отголоски и те достаточно приглушённые, слов не разобрать. Но едва они откроют калитку, я сразу это пойму, петли на ней скрипят только в путь, да и третья ступень на крыльце – тоже прекрасный маячок.

Нет, похоже, мимо прошли. Да что им вообще здесь нужно? Глухая деревня, на отшибе и в отдалении от основной трассы, в ней и в лучшие времена людей не видно было, сейчас и подавно. Тогда какого хрена они тут забыли? Не за маком же в крайний дом приехали, к тому же он даже коробочки раскрыл, обсеменился, а значит, с него кайфа не более чем с обыкновенной полыни.

Голоса стихли, но я не расслаблялся – пока не уедет машина, которая освещает фарами всю деревню, с места не сдвинусь. А тем временем снаружи доносился мерный шум двигателя, в остальном гробовая тишина. Как вдруг резкий удар в заднюю дверь заставил меня вздрогнуть. Я едва палец на крючке удержал и быстро перебрался на другую позицию, присел в дверном проёме неподалёку. Надеюсь, Макс догадается продолжать удерживать под прицелом парадный вход, сказать я ему этого уже никак не могу, враги услышат. Так же, как не могу с уверенностью утверждать, что он увидел знак, которым я дал понять, на чём следует сосредоточить внимание.

Следующим шагом стало разбитое окно в спальне. Дверь в неё я оставил открытой, луна как раз смотрит в окна с нужной стороны, а значит, тень на полу я замечу сразу. Света тихонько вскрикнула, когда стекло разлетелось от удара, тем самым дала точное понимание противнику, что в доме есть еда. Макса я не видел, но не менее важно – не слышал. Молодец, пацан, держится очень хорошо. А уроды всё продолжали играть, веселиться.

– Я тебя слышу, – прозвучал вкрадчивый голос снаружи, после которого последовал дружный хохот.

Давайте, ублюдки, веселитесь, теперь я хотя бы понимаю, где кто из вас находится. Двое со стороны чёрного хода и один заходит с парадного. А в следующую секунду раздался одновременный мощный удар по обеим дверям. Почерневшие доски, что фиксировали полотна, жалобно затрещали и, скорее всего, повторного надругательства они уже не выдержат. Я оторвал их от забора через три дома, по линии напротив, ничего более подходящего не нашёл. Но даже будь они свежие, всё равно долго бы не продержались.

Я слегка выбрался из тени и как мог, знаками, показал Светлане, чтобы она подала голос, заманила уродов внутрь. И о чудо, видимо, страх прибавил ей разума.

– Пошли нахуй! – истеричным голосом закричала она. – Убью, не заходите!

– Аха-ха-ха! – раздалось снаружи. – Готовь свою дырку, сучка!

И события в одно мгновение завертелись с невероятной скоростью.

Очередной удар вынес парадную дверь, но за ней никого не оказалось, лишь тень мелькнула, куда-то в сторону. Тут же зазвенело окно в комнате за моей спиной, но это только отвлекающий манёвр, я достаточно плотно заколотил его досками и на то, чтобы избавиться от них, тоже потребуется время. И одновременно с этим звоном хрустнули доски на выходе в сторону сада, полотно влетело внутрь и с грохотом ударилось о стену, после чего отскочило, собираясь вновь закрыться. Как раз в этот самый момент в дом ворвался первый урод, с парадного входа. Грохнул выстрел, вспышка на мгновение выхватила очертание предметов, в том числе и сосредоточенное лицо Макса, а в проёме с глухим стуком упало безжизненное тело.

Но на этом атака не прекратилась, в заднюю дверь ворвался ещё один, а за моей спиной затрещала автоматная очередь, да на весь магазин. Щепки полетели прямо на голову, и если бы я стоял, неминуемо получил несколько пуль в спину. И даже несмотря на это, отвлекающий манёвр сработал, вместо того, чтобы вдавить спуск револьвера, я пригнулся ещё ниже, упустив драгоценный момент. Урод уже во всю прыть нёсся ко мне, и я понимал, что вряд ли успею его поразить.

Очень сильно помог Макс, который вместо стрельбы, выхватил из пояса один из моих ножей, размахнулся и метнул его в урода. И надо же, угодил прямо в висок, загнав при этом на пару сантиметров. Хоть рана и не смертельна, однако злого вмиг повело в сторону, а мне этого оказалось достаточно, чтобы дважды вдавить спуск. Обе пули угодили ему в центр груди, после чего он уже всем пластом полетел на пол, сшибая стулья и стол, что попались на его пути.

– Он уходит! – крикнула Света, которая в этот момент выглянула в окно, через узкую щель в досках.

Я, не говоря ни слова, рванул к выходу, уложил руки на перила крыльца и прикрыл один глаз, пытаясь поймать в целик спину урода.

«Бах. Бах», – дважды вдавил спуск и фигура споткнулась. Враг припал к земле, но всё ещё не был повержен. Если успеет извлечь пулю в ближайшие пару минут, то сможет сохранить себе жизнь, а этого допустить нельзя. Потому я рванул следом за всё ещё пытающимся ковылять ублюдком. Калитка с отвратительным визгом отлетела в сторону, и я за пару шагов настиг его. Приличный футбольный пинок в лицо опрокинул злого на спину, я направил пистолет ему в лицо и ещё раз спустил курок.

Всё, бой окончен. Но и оставаться здесь больше небезопасно. Хрен его знает, на какое расстояние мы оповестили округу о своём присутствии. Сейчас подождём немного, достанем из трупов серебро и сразу на лыжи.

– Макс, ты как там? – первым делом спросил я.

– Нормально! – отозвался из дома пацан.

Я присел на корточки перед телом последнего урода и проверил карманы. Ничего особенного, так, всякие побрякушки, да огромный золотой перстень на пальце, вот и все ценности. Только, увы, у нас, у людей, они довольно сильно отличаются. Автомат, конечно, пригодится, обычные патроны бывают нужны не меньше серебряных, так что его за ремень и через плечо. Теперь к машине.

В бардачке пусто, какие-то бумаги, скорее всего, от предыдущего владельца, а вот в заднем кармашке водительского сиденья ценный трофей, в виде двух магазинов к Калашникову. Патрон пятёрка, но это не минус, тем более что ствол под них уже имеется. И больше ничего. Я заглушил двигатель и выключил свет, если всё обойдётся, утром вернусь и разживусь до кучи на бензин.

– Макс, выковыривай пули, если сможешь добраться, – крикнул я в дом и сам занялся тем же.

Одно из попаданий пришлось на поясницу, что как раз и заставило урода приземлиться лицом в землю, так как ноги резко отказали. Можно было не тратить ещё одну. Чёрт, застряла, да так, что из кости не достать, зря только время теряю. А та, что в голову пустил, где-то в земле осталась, вместе с мозгами. Ещё одна вообще в молоко ушла, тоже мне стрелок, хе́ров, с десяти шагов попасть не смог. Пожалуй, пора опять начинать тренироваться, Макс вон с первого выстрела уроду лоб индийским знаком разукрасил.

В земле я свою пулю отыскал быстро, к тому же она испускала слабое шипение, продолжая взаимодействовать с кровью мутанта. Пришлось вытереть её о траву, чтобы как можно меньше серебра успело разложиться. В крови уродов оно тает, словно в кислоте, не быстро, конечно, но суток за двое от пули вообще ничего не останется. При этом очень странно: сам металл становится невероятно холодным, даже инеем покрыться может, если оставить в кровавой лужице минут на десять. Как и почему – мне неинтересно, главное, что от присутствия этого металла в крови, они дохнут, а потому я заберу каждый грамм, до которого смогу докопаться.

Пуля никогда не остаётся целой при попадании даже в мягкие ткани. Её всё равно плющит, а порой вырывает и целые куски, в любом случае, часть фрагментов всегда остаётся в организме. А значит, для того, чтобы окончательно сдохнуть, уродам всё равно хватит. Просто для верности я всегда выжидаю пару минут, это несильно долго, зато знаю наверняка, что противник не ударит в спину. Потому как случаи были. Верить этому или нет, вопрос другой, я предпочитаю подстраховаться.

– Что у тебя? – заглянул я в дом.

– Твои пули достал, парень продемонстрировал их на раскрытой ладони, – А моя где-то в черепе вот у этого осталась.

– Ясно. Ладно, похеру, валить нужно, пока на шум подмога не подошла. Света, хватай рюкзаки?

– Какие?

– Всё! Да шевелись ты!

– Саш, а ты не охуел?! Я, вообще-то, девушка…

– Бегом, блядь, дура! – рявкнул я и выскочил на улицу.

Девушка что-то буркнула вслед, типа: «Сам такой», но всё же увешалась нашей поклажей, едва через дверь смогла протиснуться. Ну ничего, потерпит немного, сейчас из посёлка выберемся, я свой заберу, да и Макс тоже. Пока лучше иметь возможность свободного манёвра, хрен его знает, как там фишка ляжет.

В барабан револьвера уже вставлены новые патроны, а Макс, по сути, имеет ещё полный магазин в запасе, а именно восемь выстрелов. Один я всегда держу в стволе, знаю, небезопасно, но это под каким углом посмотреть. Порой лишняя доля секунды может стать решающей, вот как сегодня, когда Макс спас меня, точным броском ножа.

– Ты почему не стрелял? – вспомнив о произошедшем, спросил его я.

– Ты про нож?

– Нет, бля, про птичек.

– Не ори на моего сына! – тут же встряла в разговор Света.

– Рот закрой, у нас разговор мужской и не имей привычки перебивать, когда я учу его, как нужно правильно делать! – резко переключил я своё раздражение на девушку. – Ты и половины от того, на что он способен, не умеешь. Так что не мешай направлять его навыки в нужное русло.

– Я просто боялся промахнуться, ты на линии огня прям стоял, да и пуля навылет могла пройти. Нож я уже точно с пяти шагов в круг, сантиметра четыре, укладываю.

– Молодец, – похвалил парня я и снова переключился на Свету. – Всё, стоять, давай мой рюкзак, Макс, ты тоже свой забери.

– А мотоцикл там бросим? – снова задала глупый вопрос та.

– Да, утром заберём, сейчас он только мешать будет. Всё, двинули дальше.

Мы углубились в лес, где я старался идти постоянно прямо. Иногда сверялся с компасом, чтобы завтра утром не блуждать среди деревьев в поисках выхода. А потеряться в незнакомом лесу проще некуда, два раза свернул и всё, никогда в жизни на старую тропинку не вернёшься. Так что лучше точно знать своё направление, тем более, ночью, когда нихрена под ногами не видно, не то, что перед собой ориентиры искать. Кроны деревьев слишком плотные, здесь и днём-то достаточно света не бывает, а уж о бледном, лунном и говорить нечего. Фонарь не включал, дабы лишний раз не отсвечивать.

Остановились мы минут через сорок. Всё, достаточно отошли от опасного участка. Если смогут напасть на след, всё равно догонят, до рассвета ещё далеко, а наше человеческое зрение несильно располагает к бегу по тёмному лесу. Я, вообще, дважды чуть голову о ветку не разбил, шишка теперь точно останется, но лучше так, чем глазом напороться.

– Ты как, в темноте хорошо видишь? – отчего-то я вспомнил блеск глаз Макса во мраке, когда он в углу прятался.

– Почти как днём, – ответил он. – Только в чёрно-красных тонах всё…

Парнишка вдруг испугано замолчал и уставился на мать, словно сделал что-то плохое. Страх явно читался на его лице, хотя видел я его, конечно, с большим трудом.

– Ничего, Макс, всё нормально, он знает. На флешке была информация о нашем с тобой исследовании. Помнишь, когда ты ещё маленький был, мы с тобой в Новосибирск ездили?

– Не очень, – покачал головой тот. – Смутно всё. Вроде и со мной было, но всё как в тумане.

– Ладно, вы базарьте, если так хочется, только потише, а я спать, Макс, на стрёме, раз у тебя со зрением полный порядок.

– Принял, – чётко ответил тот. – Если что, будить?

– Ты сам как думаешь? – огрызнулся я и, вытянув спальник из рюкзака, принялся вытаптывать небольшую площадку в траве.

Хорошо, что сейчас не май, иначе проснулись бы все клещами с ног до головы обвешанные. Сейчас тоже опасность есть, однако их уже слишком мало в это время. Насекомые не особо любят холод, ночью так и вообще, будто в спячку впадают. Ну даже если парочка заберётся под одежду – не беда, с утра Светка снимет.

Я подошёл к сосне, которая низко раскинула свои огромные ветви и тяжёлым, охотничьим ножом отсёк от неё несколько лап, выстелил ими втоптанное место, поверх бросил спальник, после чего уже улёгся сам. Макс с матерью и до этого перешли на тихое бормотание, а сейчас и вовсе слышалось лишь их слабое шипение. Вот под него я как-то быстро задремал, можно сказать, вырубился моментально. Видимо, сказалось нервное напряжение, что никак не желало отпускать с того самого момента, как я открыл тот злосчастный документ на планшете.

Глава 2. Смотрим внимательно

Утро пахло дымом. Не знаю у кого как, а у меня на природе никогда долго спать не получается, всегда просыпаюсь с первыми лучами солнца. Стоит лишь стены вокруг выставить, с более или менее годной к проживанию крышей и всё, могу легко продрыхнуть до обеда. В последнее время такое, конечно, не получается из-за ряда причин, но всё же. Я эту особенность ещё в мирной жизни за собой заметил. Выбрались, к примеру, на рыбалку с ночёвкой, знай, после этого отдыха чуть не сутки отсыпаться придётся. От всего лагеря ещё храп стоит, а я уже по заре спиннинг кидаю. Зато стоит договориться о подобном заранее, чтобы часам к четырём на реку приехать, хрен с кровати поднимусь.

Однако сейчас, несмотря на раннее пробуждение, я был далеко не первым: Света уже вовсю что-то кипятила над небольшим костром, Макс мирно сопел в сторонке, закутался в спальник так, что один нос только видно. Оно и неудивительно, ночью температура опустилась градусов до пяти, примерно. Девушка даже у костра сидела, накинув на плечи свой мешок, предварительно расстегнув его до состояния одеяла.

– Привет, – скромно улыбнулась она. – Кофе будешь? Я в доме молотый нашла, представляешь?

– Угу, – буркнул я в ответ и первым делом закурил.

– Угу, что? Будешь, или это вместо «здравствуй»?

– Отвали, а? – хриплым голосом огрызнулся я. – Я не умею говорить с утра пораньше.

– Ой, да пошёл ты… – девушка разозлилась и бросила ложку, которой помешивала горький напиток в котелке.

Я лишь криво ухмыльнулся в ответ, откинул край спального мешка и выбрался наружу. Холод мгновенно окутал ещё не успевшее разогнать кровь тело. Я зябко поёжился и отошёл немного в сторонку, чтобы опорожнить мочевой пузырь. Зажурчал, попыхивая сигаретой, которую зажал в уголке губ, но всё равно получил порцию дыма в глаз.

– Бля, – тихо выругался я, потирая пальцем раздражённый глаз. – Свет, ты где воду взяла?

– Там родник метрах в пяти, – махнула она рукой в сторону источника. – Что, голос уже прорезался?

– Типа того, – ответил я и направился в указанную сторону.

Почти сразу обнаружил искомое, после чего вернулся обратно за бритвой. За последние дни рожа заросла так, что я на алкаша стал похож, к тому же щетина дико чесалась, что крайне раздражало. Разумеется, бриться холодной водой – то ещё удовольствие, но других условий всё равно нет. Маленький, литровый котелок занят под кофе, а целый, обеденный ждать… Ну его, короче, и так сойдёт. Намылил рожу и с хрустом провёл одноразовым станком, после чего ополоснул его прямо в ручье.

– Ну вот, совсем другое дело, – закончив процедуру, я осмотрел отражение в крохотном зеркале.

Когда вернулся на поляну, Макс уже сидел у костра в позе эмбриона с кружкой кофе в руках.

– А мне? – тут же попросил я.

– А у тебя нос в говне, – огрызнулась Света, но сразу поспешила исправиться, заметив, как я нахмурил брови на шутку. – Не ори, сейчас налью. Завтракать будем или налегке пойдём?

– Не знаю, пока не решил, – пожал я плечами, хлебнул обжигающий кофе и снова закурил. – Сразу, наверное, пойдём, хочу сегодня до Ростова добраться. Там примерно километров четыреста всего, должны успеть. И кстати, у меня для тебя ответственное задание: поищи ночлег километрах в тридцати где-нибудь.

– От Ростова? – видимо, на всякий случай уточнила она.

– Нет, блядь, отсюда! – мгновенно вспылил я.

– А ты чего нервный такой постоянно?

– А чё глупые вопросы задавать?

– Отвали, а? – закончила первой та и над поляной повисла мёртвая тишина.

Осень, природа замирает, готовится к спячке. Хоть пока и солнечно, бабье лето как-никак, однако деревья уже покрылись золотом, особенно берёзы. А значит, холода наступят совсем скоро, вряд ли они будут ровняться на календарь – у природы, в отличие от нас, он свой.

Лес оказался смешанный, наверняка в таком грибов разных – куча. Жаль, сухо слишком, при таком раскладе даже поганку вряд ли найдёшь. Хотя, это с какой стороны посмотреть, всё же ночевать в луже – не самое приятное занятие, уж лучше в сугробе. А ведь скоро и в самом деле зима, стоит озаботиться какой-нибудь берлогой. Лучше, конечно, за стенами, иначе придётся очень туго. Дом, вот так, за здравствуй, не протопишь, для этого минимум несколько часов придётся огонь в печи поддерживать. А день становится всё короче, значит, максимальный переезд упадёт до ста километров в сутки и это в лучшем случае, если получится с колёсами остаться. Нет, я своего красавца так просто не брошу.

Надо будет подумать на досуге, куда лучше всего прибиться. Пристань точно отпадает, её на зиму уберут. Каждый год так делают, чтоб её при ледоходе не поломало. Загоняют в небольшой затон и бросают на всю зиму, потому как теплоход перестаёт уже быть столь безопасным, как на воде. Злые его прошлый год даже спалить пытались, но что-то пошло не так, и слегка закоптились только две нижние каюты. Видимо, огонь попросту задохнулся. Разумеется, Боцман с ребятами быстро всё поправили, но уж не знаю, что они в этом году делать собираются, ведь наверняка уроды попытаются завершить задуманное.

Короче, что так, что эдак, а всё равно не вариант, нужно нечто более надёжное. Может, ближе к западу, там, где у нас большинство мелких поселений? Да, работать придётся где-нибудь в свинарнике, но зато всегда с мясом. Светка дояркой пристроится, да и Максу быстро дело найдут, к кому-нибудь в подмастерье точно сгодится. Скинем Старого с хвоста, назовёмся другими именами, глядишь, сможем зиму пересидеть, а там дальше видно будет. Не исключено, что вообще их там оставлю, да побреду своим путём дальше, себя по жизни искать. Или всё же стерпится, как говорится, слюбится?

Нет, на семью я не претендую. Тепло с ней, уютно, не отрицаю, но… Не хочу я никаких обязательств, вот хоть тресни! По-видимому, ещё тот самый возраст не подошёл, не нагулялся, хотя, что я несу? Не люблю я её, вот в этом вся проблема. Макс перебесится, тем более я ему не отец и ничего, по сути, не должен. М-да, за зиму, конечно, многое может поменяться, вопрос в другом: успеем ли мы до её прихода все дела порешать? А то так станется, что покоя и вовсе не будет, как тогда, по моему переезду в Елатьму. Тоже думал, что всё, вот он мой новый дом, а оно там так закрутилось, что едва гарь пороховая рассеиваться успевала. Сейчас всё иначе, более локально, но судя по всему, наши проблемы только в стартовой позиции, а дальше пока полная неизвестность.

– Ладно, хватит высиживать, – резко поднялся я и выплеснул остатки кофе с гущей в опавшую листву. – Хочу ещё понять, как нас эти твари нашли.

– Может, случайно? – предположил пацан.

– Не верю я в это, они специально к нам ехали, сто процентов даю. Но как и почему – для меня пока загадка, а я всегда начинаю нервничать, если чего-то не понимаю.

– Видимо, ты конкретно тупой, – хрюкнула Света. – Потому что нервничаешь, постоянно.

– Разговорчики, – буркнул я и криво усмехнулся, ведь парировать было нечем.

Собрались быстро, залили водой костёр, ещё раз наполнили пятилитровую бутыль свежей и снова сунули её Максу в рюкзак. В общей сложности каждый из нас постоянно таскал на плечах килограмм по двадцать, плюс-минус, разумеется. И хорошо, что большую часть пути мы передвигались на транспорте.

Определив по компасу направление, я смело двинулся вперёд. Света с Максом шуршали листвой позади и тихонько беседовали. В основном о разной ерунде. Пацан хвалился своими достижениями в метании, а мать, впрочем, не особо вникая, постоянно его хвалила. Скорее всего, так же, как и я, вчерашнюю беседу в голове крутит, хотя с утра ведёт себя, словно ничего и не произошло. Нет, молодец, конечно, я не против, напряжения в жизни и без того хватает, так незачем лишнего нагнетать.

Вскоре разговор перетёк в другую тему. Света принялась объяснять Максу азы рукопашных приёмов. Вообще странно, почему она его ещё ничему не научила. Кстати, неплохо бы и самому взять несколько уроков, в прошлый раз она мне довольно лихо в переносицу накидала, я даже не сразу понял, откуда вдруг прилетело. И ведь не сказать, что драться не умею, однако против даже ничего сделать не успел. Вот так кому рассказать – засмеют, это где же видано такое, чтоб от девчонки в морду получить.

– Вечером нас обоих учить будешь, – бросил я девушке через плечо.

– Не буду, – прилетел внезапный ответ.

– Это ещё почему? – я даже остановился и посмотрел в её хитро прищуренные глаза.

– А ты не слушаешься, – ухмыльнулась та. – Орать опять начнёшь, нервничать.

– Ой, да пошла ты, – отмахнулся я и снова бросив взгляд на стрелку компаса, взял немного левее, а позади послышался сдавленный смех. – Дура, блин, – буркнул я себе под нос и сунул в рот сигарету.

Надеюсь, с мотоциклом всё в порядке, и уроды в деревне больше не появлялись. Хотя, скорее всего, это не так. Больше чем уверен, что их стая превышает пару десятков особей, слишком уж нагло эта троица себя вела. С другой стороны, если они воронежские, то могло и обойтись – основная группа вряд ли станет рисковать из-за тройки дебилов, тем более под утро. Да, до рассвета оставалось часов пять, но ведь и эти приехали далеко не сразу. Ну сколько после заката прошло до того, как они появились? Пока разговор, то да сё, ужин, я почти смену на дежурстве просидел, выходит, примерно, столько же – в районе четырёх-пяти часов.

Значит, система оповещения у них какая-то местная. Я к тому, что они по конкретным приметам поняли, где нас искать, видимо, был плановый объезд территории с осмотром прилегающих участков. А там, возможно, веточку какую бросили или нитку натянули. В общем, сейчас по месту буду разбираться, но на будущее нужно учитывать и такое. Уроды приспосабливаются, с каждым днём их методы охоты становятся более хитрыми. Ведь большинство из них раньше были обыкновенными людьми, без определённых предпочтений к употреблению нас в пищу. Многие вещи им теперь приходится изучать и осваивать заново.

Я вот, в прошлом, тоже не каждый день ловушки выискивал, да за собственную жизнь боролся. Пришлось. В наше время опыт оказывается слишком дорогим удовольствием. И несмотря на то, что есть чёрное сердце, способное очень быстро излечить даже смертельную рану, гибнет нас очень много. Да и у них ситуация ненамного лучше: как только человечество нашло способ лечиться столь незатейливым образом, немалое количество уродов отправилось в ад. Да, укус всё так же смертелен, однако пулевые отверстия заживают без следа и в бою такое преимущество дорогого стоит. Способ обойти этот бонус, конечно, есть, природа всегда оставляет лазейку. Серебряные пули. После попадания такой хоть жри сердце, хоть в рану заталкивай, работать оно уже не будет. Вот только есть один маленький нюанс: злые не могут с ним контактировать. Способ наверняка есть, защита всякая разная, но смысла в том никакого, мы и без того неплохо дохнем.

Однажды я слышал странную историю от одного забулдыги в кабаке. Он на полном серьёзе рассказывал, что уроды сами используют возможности собственных сердец. Создали нечто вроде накопителя, где содержат нас, словно коров каких, и ежедневно сливают по паре литров крови. А затем восстанавливают её при помощи понятно чего, чтобы на следующий день снова, без ущерба для жизни, получить необходимое количество удоя. Устроили вот такие фермы и живут себе, горя не знают. Вопрос: «Где они столько сердец берут?», остался в тот вечер открытым, но, думаю, доля правды в его словах всё же присутствовала. Да уж, не хотел бы я оказаться в таком месте. А с другой стороны, ведь как-то мы узнали о чудодейственной силе чёрного сердца. Сомневаюсь, что кто-то просто в голове такое придумал, затем решил поэкспериментировать и вуаля…

Вскоре показалась деревня. Всё же я немного ошибся и вывел нас чуть подальше, но это не беда, вопрос всего каких-то пяти сотен метров. Нам повезло: мотоцикл спокойно переночевал в сарае под кучей различного тряпья, а вот машины, с которой я так надеялся слить бензин, уже не было. А значит, стая своих всё же проведала, и это не очень хорошо. Понятно, сейчас день и можно спокойно двигаться дальше, но тот факт, что они квартируются где-то поблизости, немного напрягал. Будь я в Елатьме, обязательно передал бы информацию охотникам, за такое они всегда приплачивают, не много, но свои тридцать сребреников получить можно.

Однако нам сильно повезло – на хвост не сели. Да и вряд ли у них это получилось бы, потому как ни фига непросто отыскать пару человек на пространстве огромного лесного массива, тем более, ночью. Чутьё у них, конечно, развито гораздо лучше человеческого, но всё же от собачьего сильно отстаёт. А вот понадейся мы на то, что этой тройкой атака и ограничится, висели бы сейчас над тазами вниз головой, с перерезанными глотками. Убийство своих уроды не прощают, так что на вторую жизнь нечего даже надеяться.

Старые куртки и фуфайки полетели в сторону, затем я слегка поднатужился и выкатил мотоцикл на улицу. Рюкзаки в люльку, туда же Свету, пацана на сиденье позади, и в путь. Бензин посмотрим чуть дальше, по дороге, там наверняка немало городков встретится, а может, и на трассе повезёт. Ну а нет, так завтра в Ростове запас пополню, у меня в багажнике ещё целая канистра имеется.

По деревне проехали неспеша, я постоянно всматривался в окружающие предметы. Нет, ничего такого обнаружить не удалось, я даже на выезде совсем остановился и внимательно проверил заборы на наличие нитки или ещё чего похожего. Значит, где-то на съезде с основной магистрали. Ведь как-то они должны определить, что в деревню явилось мясо и именно в эту, а не следующую по пути.

Так и оказалось. Прямо на выезде я обнаружил искомое: тонкую нить, что сейчас обрывком висела на кустах на обочине и на отбойнике с противоположной стороны. Хитро, конечно, придумано, но повторно я на такое больше не попадусь. А в будущем нужно смотреть в оба, не ровен час ещё что-нибудь изобретут. Зато вот хвосты почистить не догадались, иначе я бы и дальше себе голову ломал данным вопросом. Но, похоже, ночью отыскать едва приметную нитку не так просто, достаточно того, что она оборвана, а значит, кто-то здесь проходил.

Вот интересно, а если это животное какое? Тогда, выходит, зря мотались? Нет, подобные риски они наверняка учли, плюс свежий след от колёс на грунтовке своё сделал. А ведь это направление почти не пользуется спросом, живые гости здесь редкость. Другое дело, что взрослым особям достаточно питаться раз в неделю, а бывает, что реже. Наверняка, если Макса напоить сразу большим объёмом крови, он тоже сможет уйти от ежедневного питания. Или нет? Нужно будет вечером, как следует, Светлану расспросить.

Какие у него вообще особенности? Вот, например, серебро держит свободно, дневной свет тоже пофигу, но он и укусом не заражает, хотя жажду, я так понимаю, испытывает постоянно. Обучаемость на высоте, по крайней мере, реакция, координация, внимательность, наверняка ещё и сила. А что, к примеру, с регенерацией? Сможет ли он так же быстро, как уроды, залечить свои раны? Или этот момент остался на уровне человека? И да, самый главный вопрос: а они вообще его видят, или это как с бабой Валей работает? Светка что-то про неё заикалась, точнее, некие намёки проскакивали во вчерашнем разговоре. Да я и сам уже догадывался, потому про общего родителя вопросы задавал.

Кто он такой, неужели и, правда, Лёха? Это могло очень сильно объяснить его поведение на площади. Там людей кромсают, а он стоит, смотрит, страх изображает. Или… Да нет, вряд ли это его рук дело. И вроде как, судя по рассказам Светы, дача у того Странного была явно не из дешёвых, что-то не замечал я за Лёхой богатства никакого. Даже если она самая обыкновенная, это тоже немалых денег в обслуживании стоит. И вот хрен знает, что теперь думать…

А если всё так? Что, если Лёха и есть тот вожак и всемирный абзац – его детище, как, впрочем, и рождение Макса? Это я, получается, столько лет с ним дружил и ничего странного не заметил! Ну а чему, собственно, удивляться, разве в здравом уме можно было такое предположить? Мы сами вырыли себе яму, создав из них образы няшных персонажей мультфильмов, желанных мужчин в кино, даже ужасы преподносились всегда с хэппи-эндом. Книги тоже внесли своё, одно название жанра «фэнтези» на ярких обложках, вбивали в наши умы то, что их не существует в реальности. Вот только они постоянно маячили в тени, жили где-то рядом. И тогда возникает ещё один вопрос: а почему вдруг они решили изменить привычный ход вещей? Зачем вышли из тени и разорвали мир на клочки? И ведь готовились, потому как невозможно совершить подобное за день, это была игра в долгую, очень долгую партию. Цивилизация рухнула в считаные дни, притом сразу и всюду, а значит, действия обязаны координироваться, кем-то управляться. Нет, Лёха явно на такое не способен, разве что в локальном плане, чисто по Касимовскому району, максимум область. Или там свои боссы есть? И кто они, такие же, со способностью гулять под солнцем?

Нужно запомнить все эти вопросы. Даже если у Старого и нет на них точного ответа, хоть мысли выскажет по данному поводу. Порой вот из таких догадок и складывается общая картинка происходящего. Факты мне ни к чему, в суд я с ними идти не собираюсь, а вот лично для себя что-то понять иногда очень полезно, особенно в настоящих условиях. Однако некоторые знания, как говорится, рождают скорбь.

Вот что мне теперь делать с Максом? Допустим, сейчас рядом с ним Мать, но она рано или поздно состарится, умрёт… Ну это ладно, к тому моменту, я надеюсь, они уже перестанут быть моей головной болью. Но вдруг она завтра лишится головы? С её-то талантом влипать в неприятности, возможность довольно высокая. И что тогда, самому воспитывать дитя урода? Как?

Если до вчерашнего дня я, не думая, был готов взять пацана под свою опеку, то сейчас в голову закрались определённого рода сомнения. А если где-нибудь в крепости узнают о его сути? Ну, на вилы поднимут сразу, этого отрицать нельзя, вместе со мной до кучи. Это после уже будут разбираться, наверное, знал я об этом или даже не догадывался. Привёл урода за стены, значит, будешь наказан! Да и как его теперь воспитывать, а главное – кем? Ну не добытчика же из него делать, в самом-то деле!

Ладно, что-то меня понесло вообще не в ту степь, делю шкуру неубитого медведя, хотя там вроде о перспективах на богатство речь, а здесь совсем другое предстоит. Очередной головняк, мать его! Вот уж что-что, а такие дела меня никогда стороной не обходят, так что лучше быть готовым к любому повороту.

А тем временем мимо мелькали деревни, поля и леса. Солнце грело во всю мощь. Хоть и лучи уже осенние, не такие горячие, как в том же июле, однако под шлемом уже все волосы намокли от пота. Можно, конечно, снять, вот только продует враз, придётся ещё часть сердца расходовать. А жалко на всякую чушь переводить, ведь вскоре оно может ой как пригодиться, не верю я, что мы сможем без проблем одолеть Старого и его команду. Там ребята недаром свой хлеб едят, хотя из-за этого могут как раз и пострадать. Особенно этот, как его – Шило, вроде. Очень уж вспыльчивый малый, чуть что – сразу в драку норовит залезть, и на этом можно неплохо сыграть. Ну, время ещё есть, завтра весь день на подготовку придётся потратить, вот по ходу дела и придумаю.

– Есть, отличное место, всё как ты любишь! – с довольным лицом прокричала Света. – Краснодворск деревня называется, конечная точка на карте, дворов на двадцать, максимум – тридцать, ну и от самого Ростова примерно километрах в двадцати.

– Отлично, – кивнул я. – Веди сразу туда. Все дела завтра.

– Заправляться что, не будем? – уточнила та.

– У меня ещё канистра полная в запасе, всё завтра.

– Поняла, – кивнула девушка. – Сейчас на развязке на старую дорогу съезжай, нам в сторону Аксая нужно, там дальше попробуем разобраться.

Но всё это, конечно, хорошо, когда рулишь глазами по карте. По факту пришлось немного поплутать, чтобы разобраться со всеми этими хитрыми спусками и эстакадами. Но вроде как выбрались на нужную дорогу, благо большинство указателей всё ещё были на своих местах. Вот в пригороде Аксая плутали гораздо дольше, хотя в итоге всё оказалось много проще. Главное – знать, где свернуть, а если точнее, то правильно называть населённые пункты, потому как нужный поворот был вовсе не в Аксае, а в Большом Логе. Далее мост через реку, некий посёлок Старочеркасская, а там ещё немного, и мы на месте.

Правда, прежде чем проехать в нужную сторону, я внимательно осмотрел всё на наличие сигнальных ниток и прочего дерьма, и, не обнаружив таковых, уже спокойно двинул к деревне. Света вновь ошиблась примерно так в два раза, дворов здесь оказалось не двадцать, а все пятьдесят с хвостиком. Даже если потратить по десять минут на осмотр каждого, потребуется немало времени. Здесь я впервые принял решение разделиться, в итоге управились за час с небольшим. Благо все дома оказались совершенно пустыми, несмотря на то, что в мирное время люди жили здесь почти в каждом доме. Об этом говорили хоть и заросшие, но вполне ещё пригодные к использованию теплицы.

Дом выбрали быстро, но печь топить я запретил. Слишком близко к огромному городу, да и поздно уже, запах может не успеть выветриться до заката. Ничего, вчера вон в лесу прекрасно переночевали, так что и здесь как-нибудь справимся. День выдался жарким и, несмотря на отсутствие жизни, до́ма было относительно тепло, а пожрать и на спиртовых таблетках разогреем.

– Ну, готов? – с улыбкой во всё лицо спросила Света.

– К чему? – не сразу понял я, а точнее, совершенно забыл, что сам, лично, назначил на вечер тренировку.

– К физическим упражнениям, – подтвердила мою гипотезу девушка.

– Бля, что-то я от дороги устал уже, поясница болит…

– Очканул? – с хитрым прищуром спросила та, и я моментально повёлся.

– Кто? Я?! Ну смотри, сама напросилась, потом не ной, что я тебе нос набок свернул.

– Вот сейчас и посмотрим, на что ты способен, – криво ухмыльнулась та, и мы выбрались на задний двор.

То, что Света назвала разминкой, заставило меня сильно вспотеть, я был готов уже сложить полномочия и сесть на почерневшую от времени скамью, на перекур. Но я себя пересилил, ну не сдаваться же в самом начале – как-то даже стыдно за такое. Затем пошёл сам процесс тренировки.

Оказывается, зря я посчитал, будто она никак не учит Макса, он владел многими приёмами на достаточно серьёзном уровне, просто, как и его мама, не сильно афишировал знания. Это я записал ему в очередной плюс. Что касается меня, то над первой частью занятий я знатно посмеялся. Ну что это за приём такой, где нужно просто вытянуть вперёд руку, ладонью вверх. Однако всё веселье прошло, как только я попытался пробить этот нехитрый блок, дабы достать челюсть тренера. Девушка каждый раз без особых проблем останавливала мой кулак или пропускала его в паре миллиметрах от уха. Это злило, но одновременно с тем заставляло иначе смотреть на технику. Даже загорелся.

Провозились мы около часа, затем Макс отправился оттачивать мастерство метания ножей, а я завяз по полной программе со Светой ещё минут на сорок.

К концу тренировки солнце уже спрятало один край за горизонтом, окрашивая в оранжевые тона небосвод, да и окружающие предметы. А ведь мы ещё окна не заколотили. Пришлось снова подключаться всем, и к моему немалому удивлению, справились на ура минут за двадцать. К тому моменту солнце скрылось уже наполовину, а значит, пора запираться внутри, ужинать и распределять смены дежурства.

На часах около восьми вечера, но предыдущая ночка выдалась очень весёлой, спал я всего часа три. Так что оставил на первое дежурство Макса, на второе Свету, тем самым освободив себя ещё и от оказания интимных услуг. Ну а если уже под утро что-то срастётся – не беда, всё одно вставать нужно было.

С этими мыслями я и вырубился, едва опустил голову на пропахшую старостью подушку.

Глава 3. Подготовка

Ростов-на-Дону огромный город. Насколько я помню, когда-то здесь проживало более миллиона человек. Если в нашем небольшом городке на момент начала «абзаца» происходило нечто невероятное в плане ужаса и паники, не представляю, что же творилось здесь. Скольким удалось выжить в этой мясорубке? И ведь я так понимаю, старт к нападению был организован на День молодёжи везде. Не уверен, конечно, что в других государствах его тоже отмечают, по крайней мере, в этот день, но какие-то массовые мероприятия должны были проходить.

Больше всего здесь поражает масштаб! Сложно даже представить такое, когда несколько сотен тысяч агрессивных уродов метались по городу в поисках добычи. Давка, паника, наверняка многие погибли ещё до того, как до них успели добраться злые. Бр-р-р, меня даже передёрнуло от страшной картинки, что непроизвольно возникла в голове. Да и мы здесь не за этим.

Нам необходимо отыскать место, где будет множество входов и выходов, лабиринт из коридоров и желательно уже смонтированные ловушки. Вот только чтобы собрать все эти совпадения в одной точке, нужна целая куча факторов. Например: большинство своих подлянок злые размещают в торговых центрах, оружейных лавках, в общем, в тех местах, где нам есть чем поживиться. Помещения с множеством коридоров, всевозможными поворотами и лабиринтами чаще всего принадлежат администрации, то есть казённые. А вот что делать в таких выжившим – непонятно. На ум пока приходили лишь полицейские участки и больницы. Первые, как правило, успели вычистить ещё в самом начале и уже пару лет, как нахер никому не нужны. Насчёт вторых не уверен, но, скорее всего, ситуация схожа, да и нет по факту никого смысла в медикаментах, когда есть чёрное сердце, способное выдернуть практически с того света.

Но на всякий случай мы проверяли всё, что подходило под наши планы, и торговые центры не стали исключением. Вскоре глаз уже навострился, и многие здания мы сразу обходили стороной, даже в них не заглядывая. В целом, они все выглядели одинаково заброшено: окна побиты, куча мусора вокруг. И несмотря на всё это, в городе присутствовал некий шарм.

Ведь все мы были подростками и наверняка многие мальчишки, такие же, как я, у чьих родителей не было в достатке средств на всевозможные приставки и компьютеры, проводили время на стройках, да и заброшек не чурались. Ведь невероятно интересно полазить в подобных местах, представить, как когда-то, ещё не так давно в них кипела жизнь. Да что там говорить, даже в мирное время я был подписан на множество каналов на Ютуб, где как раз взрослые люди с нескрываемым интересом, а порой и восторгом, лазили по точно таким же, брошенным на произвол судьбы зданиям. Вот только масштабы сейчас совершенно иные.

Ещё совсем недавно я и представить себе не мог, что значит полностью брошенный город-миллионник. Да, я видел Рязань в похожем состоянии, свой, родной город Касимов, но это… Невероятные, колоссальные масштабы, которые с большим трудом поддаются описанию. Ощущения от прогулки по Ростову-на-Дону одновременно приводили в ужас и вызвали некое чувство восторга. Словно я вновь вернулся в детство, и мы с пацанами спешим исследовать очередную заброшенную фабрику. Я никак не мог отделаться от этого, хотя цели сейчас более чем серьёзные.

– Может, там? – Макс указал пальцем в сторону высотки, с надписью «Бизнес-центр».

– Нет, там нет ничего, что может привлечь внимание: сплошные офисы и никому не нужная оргтехника, – объяснил я парню, почему подобные заведения нам не нужны. – Планировка, скорее всего, подходящая, но злые вряд ли станут охотиться там на нас, а значит, и ловушек в них нет.

– Понятно, – серьёзно кивнул тот. – А почему ты не хочешь сделать это в магазинах?

– За стеклянными перегородками не так просто спрятаться, – вместо меня ответила Света.

– Но их можно чем-нибудь перекрыть, – пожал плечами пацан. – На это уйдёт примерно столько же времени, сколько и на поиск подходящего места.

– Ну, доля истины в твоих словах есть, – согласился я, – но они нам всё равно не очень подходят.

– Да мы так за неделю ничего подходящего не найдём, – вздохнул тот.

– Так, я не понял, а ты у нас что, куда-то спешишь?! – подкинув брови в удивлении, обратился к нему я.

– Нет, но…

– Тогда иди и не ной, – строго обрезал я. – Ты мужик, в конце то концов. И начинай уже думать, тебе это в будущем сильно пригодится.

– Я понял, – снова, с совершенно серьёзным видом кивнул он, без каких-либо намёков на обиду.

– Так, ладно, в одном ты прав, – я остановился посреди пустынной проезжей части на шесть полос. – Мы занимаемся полной хернёй.

– В смысле? – удивлённо уставилась на меня Света. – Вообще-то это твоя идея.

– Я просто кое-что упустил и очень важное кое-что! – воздел я указательный палец вверх и хитро прищурился. – Ведь мы в портовом городе, правильно?

– Ну… – нетерпеливо переспросила девушка.

– Блядь, баранки гну! – огрызнулся я. – Мозги включи! Куда здесь приходит основное количество товара?

– Ну я понимаю, что в порт или на Ж/Д.

– Вот именно, – щёлкнул пальцами я. – Там же настоящий лабиринт из контейнеров и складов, между которыми наверняка имеются самые изощрённые ловушки, на которые только способны уроды.

– Ну не знаю, – поморщилась та.

– Я знаю, – уверенно кивнул я. – Давай, навигатор хре́нов, веди нас, возвращаемся к мотоциклу и сразу в порт.

– Легко сказать, – почесала переносицу та и раскрыла атлас дорог, на странице с подробной картой города. – А где мы сейчас вообще?

* * *

Я не ошибся. Сюрпризы попадались практически на каждом шагу. Мало того, мы несколько раз натыкались на неудачливых искателей сокровищ, точнее, на то, что от них осталось. Порт притягивал добытчиков, а иначе и быть не могло. В прошлом году даже шли разговоры о том, что здесь собирались организовать очередную крепость. Но как обычно что-то пошло не так, и люди оставили эту затею. Впрочем, подобные планы строились довольно часто и не только вокруг портовых городов. Иногда было не понять, где среди всего этого правда, а где очередные слухи. Да и про этот ли Ростов велись речи, тоже непонятно.

Были в том и другие сложности, помимо уродов, которые всячески портили жизнь честным трудягам, тот самый лабиринт. Не зная конкретного места, а так же того, что находится внутри контейнеров, здесь можно блуждать не один месяц, так и не найдя ничего полезного. Технологии, это, конечно, хорошо, но когда все данные хранятся на серверах, а запустить их нет никакой возможности, поиск необходимого превращается в непреодолимый квест. Ведь внутри огромного, железного ящика может оказаться всё что угодно – от огромного количества тушёнки, до игрушек сексуального характера. Вот только этот факт нисколько не смущает одиночные группы, которые периодически стремятся обогатиться за счёт разовой вылазки, и это нормально. Ведь кому-то везёт, заезжали подобные караваны в Елатомскую крепость, рассказывали свои истории, тем самым заражая лихорадкой приключений других. О Москве так вообще нескончаемые легенды ходят и тем не менее люди в них всё ещё верят, спешат за удачей, вот только чаще находят смерть.

– Так, вон те склады ещё проверим, но в принципе мне уже всё нравится, – произнёс я после нескольких часов блуждания.

– Наконец-то, – тяжело выдохнула Света. – У меня уже ноги гудят.

– Так сидела бы дома, щи варила, – усмехнулся я. – Тебя силой никто не тянул, сама желание изъявила.

– Тебя забыла спросить, – поморщилась та.

– Тогда не ной, – огрызнулся я. – Бесит.

– Почему вы постоянно ругаетесь? – вклинился Макс. – Притом вечно по всякой ерунде.

– Подрастёшь – поймёшь, – усмехнулся я. – Ладно, двинули, только осторожно, вперёд меня никто не лезет, а ты не забывай всё зарисовывать.

– Как скажешь, хер-майор, – теперь девушка решила покривляться.

– Как дал бы… – буркнул я, но естественно до рукоприкладства дело не дошло. – Шуточки всё тебе, нам завтра здесь жизнью рисковать.

– Да отвали ты, сколько можно уже морали читать, думаешь, я сама не понимаю?

– Как вы задолбали… – Макс закатил глаза и специально немного отстал, делая вид, будто он не с нами.

– Да тебе что в лоб, что полбу, мало было одного раза? Чуть не сдохла ведь уже, и всё равно умную корчишь!

– Не тупее тебя, вообще-то.

– Ну-ну… Стой, дура! Я же тебе только что сказал, под ноги смотри!

Я присел и указал пальцем на очередную тонкую леску, что проходила на уровне колен. Затем проследил за ней, чтобы убедиться в действующей ловушке, потому как уже не раз встречал подобные лески в качестве обманок. Вот увидел такую, перешагнул и прямой наводкой влип в настоящую, следом. А всё потому, что уже расслабился, успокоился, решил, будто опасность уже позади. И ведь много опытных добытчиков попадают в такие ситуации, порой даже удивляешься: как? Ведь он не первый день с ними дело имеет!

Впрочем, эта оказалась действующей, и леска проходила в сторону склада по правую руку, где сдерживала небольшой клин. А вот от него вверх тянулась совсем другая система, которая фиксировала штабель бочек на крыше. И вот ведь снова – ловушка не смертельная, однако обездвижить вполне способна. Ну а после заката обязательно явятся её создатели и уже завершат то, ради чего всё это устроили. Однако нам оно тоже подходит, главное теперь – правильно рассчитать маршрут и приготовить приманки. Ночь обещает быть бессонной, но это того стоит.

– Стой, – в очередной раз я одёрнул девушку, которая собиралась было перешагнуть через леску. – Внимательно посмотри, куда ты ногу ставить собралась.

– Да нормально всё там, – уже без раздражения ответила та.

– А ты ещё раз посмотри, – настоял я.

– Да чего ты мне голову трахаешь?! Нет там ничего!

– Господи, – закатил я глаза. – Как ты только дожила до этих дней. Вон там и там капканы стоят, неужели не видишь?! Бочки летят вниз, ты ломишься вперёд, чтобы спастись и вуаля – попалась мышка.

– Ой, – виновато потупила взор та.

– Ой, хуёй, одни трахи на уме, – буркнул я. – Ладно, надеюсь, нам этого хватит. Всё, двигаем домой.

Оказывается, от мотоцикла мы не так и далеко ушли. Хотя между складов и контейнеров лазили не менее пяти часов. Ноги действительно гудели с непривычки, но оно того стоило. Теперь, в отличие от врага, надеюсь, у нас есть подробная карта местности, с указанием всех мест с ловушками. А это уже половина успеха. Да, парни у Старого большие профи, и я даже не надеюсь на то, что они как олени пробегут по всем сюрпризам, но в парочку точно вляпаются. Уж я постараюсь создать им для этого все условия.

* * *

Задумка не так плоха, как может показаться на самом деле. Мы оставим где-нибудь неподалёку маячок и заманим их на подготовленную территорию. Ну а здесь нам останется только двигаться по относительно безопасному маршруту и шуметь в нужных местах. Да, такой подход сработает лишь раз, максимум два, но этого хватит, чтобы сильно притормозить Старого. В идеале, конечно, разозлить, но здесь я сомневаюсь. Главное, чтобы он продолжал двигаться дальше, в попытке отомстить или доказать свою силу. А мы постараемся вынести его людей по одному на самых ответственных участках, чтобы в итоге он остался совсем один. Надеюсь, у нас всё получится.

Вот примерно такие мысли витали в моей голове, когда я в очередной раз рассматривал каракули Светы на тетрадном листе. Масштаба, естественно, ноль, но после того, как мы лично обошли местность, я неплохо представлял, где и что находится. Все ловушки были обозначены цифрами, а на соседнем листе имелось их краткое описание, например: под номером шестьдесят два имелась надпись «Бочки на крыше», а под шестьдесят три – «Капканы». Это были последние заметки, но если подумать, то больше полусотни сюрпризов на восемь человек, плюс, разумеется, Старый – серьёзный аргумент.

– Хватит? – уже в третий раз спросил Макс, показывая мне серу от спичек на листе бумаги.

– Нет, нужно ещё, – покачал я головой и подвинул к нему два очередных, больших хозяйственных коробка.

Пацан без лишних пререканий взялся за работу, а я вновь уткнул нос в карту, в попытке выстроить ещё один маршрут. Всё это немного напоминало детские лабиринты, где нужно Машеньке добраться до бабушки, вот только в нашем случае каждая ошибка равнозначна смерти. А потому весь лист уже был изрядно измалёван карандашом, но я упорно продолжал выстраивать всевозможные варианты развития событий в голове. Я проигрывал всяческие сценарии, вплоть до того, что мы терпим поражение на данной площадке, и нам как-то придётся с неё выбираться. Как правило, грамотный путь отступления и является наиболее важным фактором в сохранении жизни.

Когда на карте почти не осталось живого места, я ещё несколько раз пробежался по ней глазами, после чего перешёл к созданию хлопушек. С их помощью я собирался привлекать внимание людей Старого. Да, может и примитивно, но главное – действенно. Вряд ли они станут игнорировать взрывы, по крайней мере, в первое время. Несколько таких я ещё и на лески установлю, что удерживают колышки, тем самым организую срабатывание ловушек в нужных местах, заодно снова привлеку внимание, а возможно, похороню кого-нибудь из бойцов.

Вскоре я отправил Макса со Светой спать, а сам продолжил подготовку к завтрашнему мероприятию, под тусклым светом свечи. Опасно, конечно, но других вариантов нет, в прошлый раз Старый явился к нам спустя пару часов после рассвета. Скорее всего, на этот раз он так же находится где-то рядом. А значит, завтра на окончательную подготовку у нас не более двух часов. Может и больше, но лучше брать по минимуму.

Закончил я буквально за полчаса до конца смены. Дежурство, понятное дело, вышло никакое, но слава богу никто к нам так и не сунулся. Я бесцеремонно пнул Макса, предварительно загасив свечу и уступил ему место. Сам завалился на старый, продавленный диван и ещё некоторое время гонял в голове предстоящие события. Несколько раз с трудом сдерживал себя от того, чтобы соскочить и ещё раз всё проверить, потому как сомнений была целая куча. Не знаю, сколько я так ворочался, но всё же усталость победила, и сознание провалилось в сон.

* * *

Завтрак был очень быстрым, к тому же не менее скудным. По факту мы выпили одну кружку чая на троих. Как бы это ни звучало странно, но я в приказном порядке отправил всех до сортира, с угрозой, что поставлю клизму, если они не смогут справиться самостоятельно. Будет совсем не смешно, когда одного из нас внезапно приспичит, да ещё и в самый разгар сражения. Поэтому, как только мы все покончили с природными делами, я ещё и по две таблетки «Лоперамида» заставил их проглотить. И никакого кофе, ведь с него мочевой пузырь наполняется чаще, чем с пива.

– Значит, так, – приступил я к финальному инструктажу. – Никакой самодеятельности! Как только начнётся заварушка, каждый положите под язык по куску чёрного сердца. Никто не геройствует, действуем только так, как я объяснил. Понятно?!

– Да, – в один голос ответили Света с Максом.

– Если что-то идёт не по плану, у каждого свой путь отхода, встречаемся у реки, с этим тоже понятно? – получив пресловутое «да» в ответ, я продолжил: – Ещё раз повторяю, смотрите внимательно, прежде чем куда-то ставить ногу, сегодня ночью там легко могли добавить чего угодно. Не лезьте на передовую и делайте всё, как я сказал.

– Да поехали уже, – нетерпеливо бросила Света. – Всё мы поняли.

– Это последние куски сердца, – на всякий случай предупредил я. – Ещё раз вляпаешься и тебя уже нечем будет спасать.

– Саш, да я, правда, всё поняла, – без малейшего намёка на продолжение конфликта ответила девушка. – Мы уже десть раз с утра всё проговорили. Время уходит, нам ещё до места добраться нужно.

– Мусор забрала?

– Да, в люльке лежит, по дороге в Ростове выброшу.

– Молодец, – кивнул я, постоял с задумчивым видом пару секунд и махнул рукой. – Ладно, поехали, по-любому всё учесть не получится.

До города добрались тем же маршрутом, что и вчера. Да там, по сути, и плутать особо негде. Объехали пробку на въезде, ещё несколько в центре и здесь уже без помощи Светы не обошлось.

Чем ближе мы подъезжали к месту, тем сильнее я нервничал. Нет, дело даже не в том, что я боялся сражения, напротив, всё внутри меня кричало, жаждало его. В передрягах я успел побывать, да в таких, что и врагу не пожелаешь, а потому пугать меня перспективой смерти бесполезно. Уж на неё я насмотрелся во всех проявлениях. Старый, конечно, серьёзный противник, профессионал, но в одном он ошибся: недооценил меня и довольно сильно. По крайней мере, я на это надеюсь.

Одно дело, изучить человека на бумаге и совсем другое, пройти через то, через что прошёл я. Вряд ли у него там в подробностях описан первый год моей жизни в Елатьме, иначе он бы десять раз подумал, прежде чем предлагать мне роль жертвы. Я и сам порой с содроганием вспоминаю те дни, иногда даже не верю, что был способен на то, что мы там творили. Да, врагами были не люди, но кричали они и умоляли о пощаде ничуть не хуже. Уж мы прилагали для этого все свои силы.

Мотоцикл я загнал на стоянку к торговому центру, что расположился прямо напротив порта, а дальше пешком до точки входа. Маячок пока движется с нами, его мы оставим в самом центре ловушки, чтобы загнать людей Старого в стартовую позицию. Лишь отсюда мы начнём разыгрывать свой спектакль, выгоняя их обратно, к выходу, только уже по сюрпризам.

Зажигательные пакеты я закрепил на нужные лески. Ещё вчера, перед тем как приступить к их созданию, отработал дистанционный поджиг, при помощи пультов управления от детских игрушек. Да, расстояние вышло незначительным, но тем не менее достаточным, чтобы не высовывать нос из укрытия. В качестве детонатора использовал вольфрамовую паутинку из лампочки, которая прекрасно накалялась до необходимой температуры от нескольких девятивольтных батареек. Ещё несколько взрыв-пакетов передал Максу, часть оставил себе, а Свету сразу отправил на точку наблюдения, снабдив биноклем и одной из раций. Толку в самой операции от неё чуть, а вот предупредить заранее о прибытии целей вполне в её силах. После чего ей нужно просто свалить на следующую точку и вдавить кнопку на пульте, когда кто-нибудь из людей Старого окажется в зоне действия ловушки. Ну а дальше только ждать сигнала об окончании и двигать к нам, в худшем случае, уходить по намеченному заранее маршруту к реке.

Если за Макса я не сомневался ни секунды, то в действиях его матери был не совсем уверен и это напрягало. Но я гнал негативные мысли прочь, всё же она не конченая дура и должна понимать: от правильности её действий напрямую зависит жизнь Макса. Моя, конечно, тоже, вот только материнский инстинкт гораздо более сильный стимул.

Всё было закончено даже раньше, чем я предполагал, с подготовкой управились примерно за час. Теперь оставалось только ждать, когда Света подаст сигнал о прибытии Старого и его команды. Казалось бы, самое неблагодарное занятие – чего-то там ждать. Как правило, многие в этот момент начинают нервничать ещё сильнее, но вот у меня, напротив, наступил полный покой. И это чувство тоже было мне знакомо, я каждый раз удивлялся ему перед боем. Словно бы затишье перед бурей, какое можно наблюдать в природе.

– Пш-ш-ш, лоси… – наконец, спустя ещё полтора часа, пришло короткое сообщение по рации.

И эту формулировку мы выбрали неслучайно, ведь наши рации никак не защищались от прослушивания. А этот обрывок вполне мог походить на переговоры промысловиков за городом. С другой стороны, даже если они что-то и заподозрят, какая разница, ведь буквально через пару минут мы и сами покажем им свои намерения. Лишь бы заглотили наживку, не сбежали – второго такого шанса уже может не быть. Я всю ставку сделал на то, что Старый не сможет перешагнуть через своё эго и попрёт до конца.

Я трижды вдавил клавишу передачи на рации, тем самым оповещая Свету, что получил её сообщение. Буквально через секунду в эфир ворвалось ещё несколько шипящих звуков, это отозвался Макс. Всё, обратного пути больше нет, хотя неизвестно ещё, к чему приведёт именно этот. Может быть, мы сейчас совершаем очередную, непоправимую ошибку, а возможно и нет, всё как раз делаем правильно. Жизнь рассудит, сейчас нужно думать о другом.

Глава 4. Бой

Я не сразу сообразил, что за странное жужжание эхом заметалось между складов и навесов. Будто кто-то, не совсем дружный с головой, ударил палкой по пчелиному улью, и они все одновременно выбрались наружу, дабы отомстить обидчику. Только промелькнувший мимо белый силуэт подсказал, но было уже поздно. Нас заметили, раскусили. И почему я сразу не подумал о таком подходе? Ведь это элементарно, даже несмотря на то, что подобных игрушек практически не осталось. Но ведь и Старый, не вчерашний пацан с улицы, он наделён определённой властью и полномочиями, и в финансовом плане, похоже, так же, не имеет никаких ограничений.

Сраный коптер! Теперь они имеют чёткое и ясное представление о местности, а до кучи, ещё и о наших позициях. Долбаный кретин! А ведь залечь на крыше навеса казалось идеальным, люди очень редко смотрят вверх.

Небольшой летательный аппарат завис в воздухе, практически в паре метров от меня и вдруг раздался странный свист, и тот разлетелся кучей осколков. Я сместил взгляд немного в сторону и заметил, как Макс, судорожно пытается убрать что-то в карман куртки. Судя по длинному хлястику, который никак не желал прятаться и каждый раз настойчиво выскальзывал обратно, это пацан только что сбил коптер, кажется, при помощи пращи. Так вот в чём секрет его таланта! Глазомер уже тренирован, как и рука, которая чётко и правильно выполняет метательное движение.

Адреналин уже вовсю путешествовал по моим артериям, заставляя тело двигаться быстрее и точнее, однако мысли в голове протекали плавно. Иногда даже казалось, будто они принадлежать вовсе не мне, словно в мозгах одновременно проживает два человека. Один отвечает за действие, второй за раздумья.

– Сука! Я тебе глаз вырежу, падла! – прогремел голос одного из бойцов Старого из-за забора.

Я, конечно, догадываюсь, кому он мог принадлежать, а заодно прекрасно понимаю, с чего вдруг на наши головы обрушился гнев. Коптеры – слишком дорогие игрушки, даже вот такие, гражданские. Во время сражений с уродами их часто использовали в разведывательных целях, отчего и полегло их немало. Новые, естественно, никто больше не производил, тем самым рождая дефицит. Но дело даже не только в этом, есть ещё некие трудности. Технику пришлось перенастраивать, так как уже в то время, полностью отсутствовала мобильная связь, а вай-фай, к сожалению, не пробивал на достаточное расстояние. Каких-то сто метров для разведывательных операций это пшик. Разумеется, у военных имелись собственные разработки, но эта модель определённо для гражданского использования. А значит, немало средств было уплачено тому, кто смог его модернизировать и теперь они, то есть средства, валяются между складами в виде бесполезного хлама. Да я бы тоже сейчас рвал и метал от злости.

Однако крышу точно пора покидать, будем действовать по плану «Б», благо в запасе их ещё предостаточно. Я дал отмашку Максу, чтобы он тоже спускался и переходил к запасному этапу операции, после чего сам соскользнул на землю и поспешил к центру событий. Параллельно сунул под язык кусочек сухого, чёрного сердца, пусть постепенно размокает. К тому же, в этом месте ротовой полости происходит быстрое всасывание веществ, не как в кишечнике, но всё же. А те, в свою очередь, сразу попадают непосредственно в кровь. Недаром сердечники кидают таблетку валидола именно под язык. Да, действие чёрного сердца при таком раскладе неполноценное, однако мелкие травмы и царапины, будут затягиваться прямо на глазах. А при серьёзном прилёте кусочек можно спокойно проглотить. Лишь бы кишки по земле не раскидало, иначе оно просто не сможет усвоиться.

Интересно, сколько их: восемь или же больше? В первый раз, в Елатомской крепости меня встретили четверо, на Пристань они тоже явился малым составом, но вот за бабой Валей прибыли на двух машинах. По идее, четверо в каждой – самый оптимальный и удобный способ перемещения на большие расстояния. Можно, конечно, и пятерых разместить, но в таком случае, в тесноте тело будет неслабо затекать. Всю эту ораву нужно чем-то кормить, да и боезапас, обмундирование, тоже занимают немало места, а у них наверняка и палаточный лагерь всегда с собой. Даже серьёзные, охотничьи артели, не собирают больше двенадцати человек, ровно четыре тройки и три машины. Больше – уже обуза, так как при делёжке добычи, по факту, на каждого выйдут копейки. Но у Старого немного иная тема, хотя всё равно думаю, что у бабки он показал мне всех своих людей. Так что, выходит, их восемь.

А значит, основной вопрос теперь в том, как они будут входить? В две группы по четыре и в четыре двойки? Лучше бы первый вариант, но это для нас, а соответственно, я бы на месте Старого отправлял за нами именно двойки.

– Да где вы там, мать вашу?! – пробормотал я, уже в который раз выглядывая за поворот при помощи зеркала.

Этот маршрут сейчас наиболее оптимальный для подхода к маячку, здесь всего две ловушки в проходе. Хотя об этом знаем лишь мы, а они могут выбрать и другие маршруты. Словно бы в подтверждение моих слов со спины раздался грохот, после чего между складами пролетел крик боли.

– А вот и первый минус, – ухмыльнулся я и поспешил к месту событий.

Так и есть, Старый отправил ребят двойками, и первая уже нарвалась. А ведь попался один из бойцов в самую глупую, самую очевидную ловушку, так называемую «Волчью яму». И ведь она даже выглядела настолько очевидно, что нужно быть полным идиотом, чтобы в неё угодить. Злые даже не старались её как следует замаскировать, просто накрыли куском рифлёного железа. Дно утыкали кусками ржавой арматуры и боец, наверняка теперь выглядит там словно бабочка, в коллекции у лепидоптерофилиста. Туда ему и дорога.

Второй замер на краю, и кричал в рацию о потере бойца, хотя надо отдать ему должное, пространство вокруг он контролировать не прекратил. А потому и меня заметил, после чего мгновенно вскинул автомат и дал короткую очередь, тем самым вынудил меня припасть к земле и рвануть в укрытие.

– Контакт! Цель в двенадцатом квадрате, группа два, прикрой! Мат трёхсотый, повторяю, Мат трёхсотый! – донеслось скороговоркой из-за угла.

Однако я знал, что следом за мной он не побежит, яма полностью перекрывала проход между ангарами. Зато его товарищи теперь точно знают моё местоположение, а это как раз именно то, чего я и добивался. Вновь по куче поддонов на крышу, разбег, прыжок на соседний навес, благо расстояние межу ними чуть более двух метров. Теперь на живот и ползком к коньку, с него открывается прекрасный вид сразу на несколько проходов.

Очень вовремя, по одному из них как раз двигалась следующая пара бойцов, возможно, именно та самая – группа два. Первый вдруг замер, присел и внимательно осмотрел леску под ногами. Молодцы, быстро учатся, но основные уроки я ещё не преподал, а видимо, пора. Кнопка на пульте послушно поддалась нажатию, и я, кажется, даже увидел, как в траве с левого края вспыхнул небольшой огонёк. Леска под пальцами бойца мгновенно ослабла, и тот бросил испуганный взгляд перед собой. А на них уже неслась тяжёлая рельса, обваренная различным хламом, словно ёжик какой.

Буквально секунды и над складами вновь раздались крики боли, правда, только одного из бойцов, того, что стоял позади напарника. Злые всегда рассчитывают свои сюрпризы таким образом, чтобы лишить жертву возможности двигаться. А так как первый в момент срабатывания сидел на корточках, то и выхватил прямиком по щам. По идее, второй мог остаться цел, если бы рельса была одна, но уроды прекрасно всё устроили, не оставляя жертвам ни малейшего шанса выскользнуть из капкана. Они запустили две железки навстречу друг другу, создав тем самым, некие тиски.

Дабы не оставлять живых, я подтянул к себе автомат, хорошенько прицелился и отправил три патрона в голову раненому. С такого расстояния каска не помеха, в чём я и убедился, когда тот перестал кричать и обмяк на висящей на тросах рельсе. А мне пора сваливать.

На следующий рубеж я опоздал. Не в том смысле, что его успели преодолеть без последствий, напротив, всё прошло более чем успешно, вот только сработал там Макс. Я лишь успел увидеть окончание схватки, хотя это, скорее, походило на избиение.

Один из людей Старого угодил ногой в яму, в которой хитрые уроды разместили пару досок с гвоздями. Самое странное, что даже я, со своим многоопытным взглядом, её не заметил. Вот был бы сюрприз, попытайся я там сегодня пробежаться. Не исключаю, что она появилась сегодня ночью, но что-то мне подсказывает, она уже давненько поджидает свою жертву. Ну, походу, дождалась.

Военное братство – это самое важное, что только существует на фронте. Если человек хоть раз побывал в горячей точке, то он никогда, ни за что не бросит раненого товарища. В нашем случае это сыграло с бойцами Старого злую шутку. Напарник опустил оружие и бросился на помощь другу, чья нога намертво засела в узкой яме между двух коварных досок. Выбраться из неё поможет разве что лопата, тянуть ногу вверх бесполезно, так как она ещё больше встаёт в распор и лишь усугубляет ситуацию. Ловушка тоже стара, как мир, её использовали ещё во Вьетнаме, когда местное население кошмарило войска грозных янки. Но как оказалось, это нисколько не уменьшает её эффективности. Не зря у мошенников есть поговорка: «Чем древнее афёра, тем больше вероятности, что она сработает как нужно». Не просто так по сей день на рынках трудятся напёрсточники, ведь все знают, что это обман, но людей вокруг них меньше не становится.

И как только второй член двойки отвлёкся на товарища, в игру вступил Макс. Он выскочил из-за угла и в пару молниеносных движений вогнал по ножу в горло каждого из бойцов. После чего так же тихо испарился за следующим укрытием. Я даже немного ему позавидовал, потому как вряд ли сумел бы исполнить лучше. Одновременно с этим испытал и немалую гордость за пацана. Выглядела его атака по киношному круто!

Однако дальнейшие события начали принимать совсем ненужное развитие. Видимо, Старый понял, какую задницу я ему приготовил, а потому принял единственное верное, но очень для нас нежелательное решение – сваливать с поля боя. И этого я допустить никак не мог. Двигатель взревел за забором, заставляя меня на время оставить уничтожение его бойцов. Буквально в несколько шагов я вновь взлетел на крышу навеса и увидел, как от центрального входа отъезжает УАЗ.

Приклад жёстко упёрся в плечо, флажок предохранителя послушно встал в режим очереди, стойка максимально стабильна, однако и расстояние немалое. Метров сто пятьдесят и попасть в движущуюся мишень с оружия, которое я даже пристрелять не удосужился, ой как не просто. «Тр-р-р-р-рах-х», – отстучал автомат очередь на половину магазина и о чудо, несколько пуль угодило прямо по колёсам. Машину повело, и Старый совершил очень большую ошибку: попытался вытащить её из заноса, бросив руль в противоположную сторону.

УАЗ и без того не самая устойчивая техника, а сейчас тачка уже просела на одну сторону, дав, тем самым, довольно серьёзный крен. А старик ещё добавил усилий на нужную сторону. Машина попросту не смогла игнорировать законы физики, чему ещё поспособствовал высокий, тяжёлый кузов. Короче, УАЗ завалился на бок, лишая водителя возможности выбраться из него нормальным путём. Понятно, что это вряд ли остановит старика, но, по крайней мере, даст мне немного времени, ведь за спиной осталось ещё три противника.

«Бабах!» – что-то громко взорвалось и, судя по всему, прямо под моими ногами, потому как основной удар пришёлся прямо на них. Колени неминуемо подогнулись, а в следующую секунду я почувствовал, что куда-то проваливаюсь, притом вместе с крышей. Что-то больно обожгло ляжку и правую руку, но сердце под языком уже работало, по мере возможного, конечно. Жар метнулся по венам в места ранений, и вскоре пульсирующая боль сменилась противным зудом.

Я уже догадался, что попал под прицел оставшихся бойцов Старого, поэтому, закончив приземление на бетонное основание, на месте не оставался. Быстро перекатился под прикрытие фуры, для погрузки которых, собственно, и построили сам навес, и, как оказалось, очень вовремя. Буквально тут же в то самое место, где я упал, прилетело. Что это было – точно не скажу, но очень похоже на ВОГ. Но будь это что-то другое, я врядли смог остаться в строю. Осколки ударили во все стороны, и немалая их часть просвистела под машиной, прямо в нескольких сантиметрах от меня. Спасло лишь то, что я укрылся за колесом, да и то, судя по резкой боли в голени, не совсем. Однако чёрное сердце продолжало работать, и очередная огненная волна прокатилась по организму, притом не только к ноге, но и ушам.

Вдруг что-то хлопнуло, несильно, словно новогодняя петарда взорвалась, а затем раздался хрип, как если бы человеку пробили горло. В общем-то, так и оказалось. Стоило мне упасть на пол и взглянуть на происходящее, я обнаружил одного из бойцов лежащим на спине, с торчащей из шеи рукояткой метательного ножа. Его напарник в этот момент был повёрнут ко мне спиной, видимо, пытался выцепить Макса. Автомат я потерял ещё в момент падения, но надеюсь, револьвера будет вполне достаточно – расстояние плёвое, каких-то метров пять. «Бах, бах», – одна пуля всё же прошла мимо, но вот вторая попала ровно туда, куда нужно, в голень ублюдку. Он моментально рухнул, вот только на ответный огонь всё ещё оставался способен. Однако преимущество на моей стороне, ведь я уже держу на прицеле его тушу, хоть и закованную в бронежилет. Каску я тоже вряд ли пробью, хотя с такого расстояния вполне возможно, но это всё же «авось». Спуск я потянул в тот момент, когда противник повернул ко мне лицо. Его тело выгнулось, ноги засучили по полу, а палец рефлекторно вдавил крючок. Загрохотала очередь, автомат запрыгал в руках покойника, а мне оставалось лишь вжимать рожу в бетон и молиться, чтоб шальная пуля меня не задела. Всего каких-то три-четыре секунды, но они показались вечностью. Однако магазин автомата неминуемо опустел.

– Дядя Саш, он уходит! – в наступившей тишине раздался мальчишеский крик, и я, не раздумывая ни мгновения, сорвался с места.

В руках револьвер, в барабане которого осталось всего три патрона. Находясь под адреналином, да к тому же ещё и в шоковом состоянии, я даже не взглянул на трофейный автомат одного из мертвецов и ломанулся на выход с тем, что имел. Соображать начал уже немногим позже, когда Старый дал короткую очередь, стоило мне показать нос из-за укрытия бетонного забора. Но я всё же успел заметить направление его побега.

Теперь, прежде чем продолжить преследование, я стянул оружие с шеи убитого, на ходу скинул пустой магазин и примкнул новый, из своих запасов. Шарить по трупу не было времени, надеюсь, мне и этого хватит. Уже у ворот я встретил перепуганную Светлану, видимо, в её голове бой должен был протекать как-то иначе. Хотя её реакция на подобное вполне нормальная для гражданского человека.

– Где Максим?! – первым делом закричала она. – Ты что тут устроил?!

– Отвали, дура! – рявкнул я в ответ и бесцеремонно оттолкнул девушку с пути.

Судя по звукам за спиной, она упала, но меня сейчас это волновало меньше всего. Я рванул через дорогу, в гаражи, которые в этом месте выполняли роль небольших частных лавочек или складов. Щемить, сломя голову, в неизвестном направлении – глупо, как минимум опасно для жизни. Ведь здесь может оказаться не меньше сюрпризов, чем на территории порта. А потому я устремился к стене ближайшего гаража, подпрыгнул и оттолкнулся от неё ногой, помогая телу взлететь как можно выше. Руки ухватились за край, осталось подтянуться и перевалиться на крышу, что я в итоге успешно исполнил. Вот теперь можно и пробежаться. Однако в этом уже не было особой необходимости, я буквально сразу увидел Старого.

– Стоять, сука! Завалю нахуй! – заорал я и дал короткую очередь ему вслед.

Попасть я даже не стремился – почти три сотни метров до цели, для моих глаз это практически предел, даже со знакомым стволом. Но старик этого не знал, а потому смирно замер и даже задрал руки. Впрочем, автомат из них он так и не выпустил.

– Ствол брось! – добавил я и на всякий случай подошёл немного поближе, чтобы при необходимости стрелять уже более уверенно.

Но и этого не потребовалось, дед послушно отбросил автомат в сторону и неспеша обернулся ко мне.

– Тебе пизда, Морзе! – громким, но спокойным голосом произнёс он. – Ты даже не представляешь, какую яму себе сейчас выкопал.

– А я не при делах, – сделал я невинное лицо. – Хуй вас знает, зачем вы вообще попёрлись в порт, да к тому же ещё и ночью. Кто докажет обратное?

– Ты дурак, нет? – слегка склонил голову набок тот. – Наша группа сопровождала твою миссию. Те, кто за нами стоит, не станут разбираться в деталях, выводы напрашиваются сами собой.

– Сюда иди, только плавно, – ухмыльнулся я, хотя его слова не прошли мимо, мгновенно породив немало сомнений в мозгах. – Макс! Макс, бля!

– Чё? – прилетел ответ со стороны порта.

– Бегом сюда, чё! Ещё раз в бою чёкнешь, я тебя выпорю, понял?! – тут же психанул я.

– Я здесь, дядь Сань, – через несколько секунд прозвучал его голос под стенами гаража.

– Давай, свяжи дедушку, только линию огня не перекрывай, – кивнул я подбородком в сторону Старого, который ковылял нам навстречу, довольно сильно припадая на левую ногу.

Видимо, это и стало причиной того, что он не успел свалить далеко, пока я возился с оружием, да и вообще немало тормозил. Хорошенько его в машине приложило, а человек он в возрасте, ему любая болячка чувствуется как десять моих.

Тем временем Макс приблизился к старику, встал сбоку и принялся усердно вязать ему руки. Даже если он сделает это некачественно, всё равно будет достаточно, чтобы я успел спуститься и исправить.

– Молодец, а теперь отойди на пару шагов и подержи его на прицеле, если дёрнется – вали.

– Хорошо, – согласно кивнул пацан и выполнил всё в точности, как я приказал.

Я же спрыгнул на землю, обошёл ряд гаражей и приблизился к пленному. Затем проверил верёвку и всё же взялся переделывать то, что там намотал парень. Ладно, сейчас пока не до этого, но чуть позже обязательно научу его правильно связывать человека. От того, что он здесь исполнил, даже я без особых проблем избавлюсь за полчаса. Но это дело поправимое.

Далеко уходить не стали, допрос я решил устроить прямо в порту, неподалёку от трупов его людей, которые я сейчас усердно свозил в одно место на строительной тачке. Заодно проконтролировал каждого, на всякий случай. Старый терпеливо дожидался беседы, в ходе которой Макс со Светой соберут трофеи. Именно за этим я и стягивал к выходу тела.

– Да куда нам столько всего? – уже в который раз возмутилась девушка, стягивая ботинки с трупа, впрочем, хотя бы вопрос немного перефразировала, правда, суть осталась прежней.

– Ты хоть представляешь, сколько это всё стоит? – усмехнулся я.

– И как мы это повезём?

– А с нами вот товарищ машиной поделится, так? – бросил я взгляд на деда.

– Тебя в первом же городе пристрелят, когда узнают, чьи это вещи, – с кривой ухмылкой ответил тот.

– Что-то ещё ни разу ко мне подобных вопросов не возникало, даже когда я автоматы, залитые кровью по самое не могу, в административную приёмку сдавал, – парировал я. – Так что не мути воду, я и похлеще дерьмо видел.

– Нет, Морзе, вот тут ты сильно заблуждаешься, такого дерьма тебе ещё даже не снилось. Ты даже не представляешь… А-ах-х-тьфу, – Старому пришлось заткнуться и сплюнуть кровь с разбитых губ.

– Я тебя об этом не спрашивал.

– Но ничего другого всё равно не услышишь.

– А это мы ещё посмотрим.

– Думаешь, я тебя не знаю? Да я таких как ты… Ау-у-уо-ох-х… – старик мгновенно заткнулся и взвыл, после того как я вогнал ему нож в бедро по самую рукоять, не жалея седин.

– На меня смотри, чёрт ебаный, – я нагнал в голос столько металла, насколько был способен, и это сработало.

Старик вздрогнул и поднял на меня удивлённый взгляд, наполненный болью, но всё же. Он словно бы увидел меня впервые. А я взял его за подбородок и поднёс к глазам кусок сушёного, чёрного сердца, которое вытянул из аптечки одного из его бойцов, ныне покойных.

– Я так полагаю, этого дерьма у вас в достатке. А теперь подумай своей склерозной башкой, как долго ты будешь подыхать, прежде чем я тебе это позволю.

– Ты думаешь мне стра-а-ау-у… Бля-а-адь!

– Ну как, ещё не проникся? Могу повторить. А хочешь, я из тебя вообще ёжика сделаю, у Макса, вон, шесть ножей, да и с твоих трофеи неслабые.

– Су-у-ка, – простонал дед. – Может, хоть вопросы задавать начнёшь?

– Ну вот, а ты не верил в мои дипломатические способности, – усмехнулся я и похлопал его по щеке. – Давай с самого простого: ты кто такой вообще?

«Хлоп. Хлоп. Хлоп» – внезапно позади прозвучали неспешные аплодисменты, а на лице Старого появилась странная, блуждающая улыбка. Я просто не мог не обернуться, после чего сразу уселся на задницу, едва сдерживая смех.

– Добрый день, Алексей Викторович, – хриплым голосом поздоровался Старый.

– И вам не хворать, Вячеслав Саныч, – кивнул в ответ тот. – Ну что, Саня, тебя можно поздравить…

– Да иди ты нахуй, понял?! – огрызнулся я в ответ. – Друг, бля, насри в круг. Какого хуя тут вообще происходит?!

– Нечто очень важное, Сань, просто поверь мне, так было нужно.

– Тебе? С чего вдруг я должен тебе верить? Ты же этот… Да урод ты, мать твою!

– Если бы всё было так просто, – усмехнулся Лёха и уселся на поддоны рядом со Старым. – Но в одном я с тобой согласен. Нам надо поговорить…

– Ты-ы? – в этот момент на территорию порта вернулись Макс со Светой, которые уже выгрузили первую часть трофеев в УАЗ. – Какого хуя ты здесь делаешь, а?! Саша, что вообще происходит?!

– П-хах, хотел бы я знать, – усмехнулся я и сунул в рот сигарету.

Глава 5. Живущие

– Твой? – кивнул я на Макса.

– Да, спасибо, что присматриваешь за ним, – без лишних прелюдий и оправданий, ответил Лёха.

– Угу, говно вопрос, – буркнул я и снова замолчал.

А вот хрен его знает, что сказать в такой ситуации. Нет, я, разумеется, уже догадывался, гнал от себя все эти мысли, но понимал, что выводы сделал правильные. Психика даже смогла с этим согласиться, как-то уравняла эмоции, которые неминуемо наполняли меня, едва только подумаю о старом приятеле. Казалось бы, теперь большинство точек над «и» уже расставлены, но вот ведь какая штука: стало ещё непонятнее! Почему Старый работает на уродов? А Лёха, вообще, имеет к ним отношение? Судя по всему, да, самое прямое, но вот каким боком – уже не ясно. Я имею ввиду: он из этих, злых, здесь сомнений нет, но за кого он сражается? Или вообще соблюдает нейтралитет и плевать хотел на наши движения? В идеале бы, конечно, спросить, вот только понятия не имею, с чего начать разговор. Сижу и туплю, словно бывшую на пьянке у друга встретил, притом с её новым ухажёром. Вот вроде знаешь человека, но какая-то хрень между вами пробежала, вроде и ничего страшного, а поговорить не о чем. Оно и раньше-то, не теории построения вселенной обсуждали, хотя нет, вру, и такое бывало.

– Мам, а это кто? – взорвал тишину Макс, будто бы о чём-то догадался и, скорее всего, это так, просто теперь хочет получить подтверждение своих гипотез.

– Я твой отец, – совершенно спокойно ответил Лёха.

– Да какой ты нахер отец?! – моментально подбросило Свету. – Он тебя даже на фотографии ни разу не видел, знать не знает о твоём существовании…

– Свет, закрой рот, а? – поморщился я.

– Чт… Что?! – кажется, девушку понесло и сомневаюсь, что теперь в наших силах её остановить. – Да ты… Ты меня не затыкай, понял?! Это не твоё дело! Он меня изнасиловал, воспользовался… Я залетела, у меня вся жизнь наперекосяк…

– Я тебя прошу, заткнись, ты сейчас можешь ляпнуть то, о чём впоследствии сама пожалеешь, – совершенно спокойным голосом добавил я и украдкой покосился на пацана, как бы намекая.

Но тот пока пребывал в шоке от первичной информации и вряд ли догадался, в какую сторону хочет повернуть его мать. А ведь она уже практически назвала сына нежеланным. Может быть, он и пропустит данную информацию мимо ушей, пацан вроде не из глупых. Вот только совсем скоро у него случится гормональный взрыв, и хрен его знает, в какой момент мозг подкинет ему забытые знания, и куда они вынесут его впоследствии.

– Пусть проорётся, ей это надо, – вставил своё слово Лёха, и девушка окончательно взорвалась.

– Да пошли вы оба! Два, блядь, козла, что ты, – она ткнула пальцем в меня, а затем перевела его на друга, – что ты!

Девушка попыталась схватить Макса за руку и уйти, но тот довольно лихо избавился от захвата и слегка отстранился. Света на мгновение замерла, уставилась на сына удивлённым взглядом, а затем уселась на землю, закрыла лицо руками и разревелась. Пацан подошёл к ней, погладил по волосам, но тут же получил по рукам нервным, резким движением. Отчаянный поступок с его стороны. В таком состоянии девушек лучше не трогать. Из неё нервное напряжение всех этих лет сейчас выходит и та энергия, что успела скопиться за прошедшее время, может превысить взрыв атомной бомбы.

– На, а то подохнешь ещё, – я протянул Старому кусок сушёного сердца.

Тот окровавленными пальца принял его от меня, с тяжёлым стоном вытянул нож из бедра, после чего закинул в рот лекарство. Немного пожевал, проглотил и улёгся на поддоны.

– Ну, чего припёрся-то? – переключился я на давнего товарища. – Так и будем вздыхать сидеть?

– Жду, пока ты дозреешь до разговора.

– М-м-м, ясно.

– Сань, ну чё ты как этот, в самом деле?

– Да нихуя, Лёх! Я думал, вас там разорвали с Настей, три года этот груз на себе ношу, а всё оказывается гораздо веселее. Ну давай, предлагай мне вечную жизнь или сколько вам там срок отведён? Вы вообще хоть подыхаете, ну сами в смысле, своей смертью?

– Ты мне ещё скандал закати, – усмехнулся тот.

– В ебальник сейчас получишь просто, и всё, – вернул я ему шпильку.

– Так-то лучше.

– Ой, иди на хуй, не хочешь – не рассказывай. Мне вот эти твои приколы, они вообще нахер не упали, жил я нормально до всего этого дерьма…

– Прям нормально?

– Да заебись! Работал, бухал потихоньку, всё как обычно.

– Сань, ты мне нужен.

– Так чё не пришёл? Нахуй тебе вот эти схемы все нужны были?

– Необходимо было понять, на что ты способен.

– Да ла-а-адно?! – состроил я удивлённую мину. – А ведь до этого мы не понимали нихера?!

– Ты снова истерить начинаешь.

– А ты снова в щи выпрашиваешь.

– А-а-кх-у-у-а! – позади раздался сдавленный стон, и раненная нога Старика затряслась практически перед самым носом.

Я слегка отстранился, дабы избежать неприятных последствий и сунул в рот очередную сигарету. Сделал глубокую затяжку и выпустил густой клуб дыма, даже пару колец добавил.

– Это ты всё устроил?

– Я думал, ты хорошо меня знаешь.

– Ага, мне так тоже казалось, а теперь вот… На вопрос ответь.

– Нет. Но ты же вряд ли поверишь.

– Ну почему? Верю. Слишком масштабно для моего друга.

– Это в чей огород камень?

– А ты подумай. Ладно, перефразирую немного: «У нас в городе ты всё устроил?»

– Нет, я вообще не имею к этому отношения. Ну, по крайней мере, тогда не имел.

– О как, а сейчас что? Агитируешь за правильную сторону?

– Ага, брошюрки возьмёшь почитать? Извини, одет, вот, не по форме, рубашка белая в стирке просто.

– Бля, ну объясни мне всё наконец, хули ты как этот?

– Нет, Сань, это не моих рук дело и никуда я никого не вербую, наоборот, помочь хочу.

– О как, дела-а-а! – усмехнулся я. – А это уже становится интересно. Ну давай, рассказывай, кого убить нужно, чтобы мир спасти.

– Ну всё не настолько пафосно, конечно.

– Да ты заебал! Будешь нормально разговаривать или только от ответов уходить? Тебе хоть лет сколько?

– Дохуя, Сань, – усмехнулся в ответ друг. – Я уже устал считать, да и слишком часто приходилось делать это заново.

– Ну год рождения хоть помнишь? Мне не лень, я столбиком посчитать сумею.

– Сотен пять, примерно, десяток туда-сюда.

– Охуеть, – криво ухмыльнулся я. – Да чтоб я так жил, как ты прибедняешься.

– С удовольствием поделюсь, уверен, что сможешь?

– Отвали, придурок, ещё не хватало, чтоб ты целоваться полез!

– Спасибо, но ты меня не возбуждаешь.

– А с Настюхой что? Она такая же?

– Нет, она такая, как ты. До недавнего времени даже не догадывалась о моей природе, но теперь, естественно, нет смысла скрываться. Она в порядке, дома.

– В Трансильвании?

– Ну а где же ещё? Одиноко бродит по унылому замку и воет от тоски.

– И каково это?

– Привыкаешь. Первое время было тяжело. Да и память… Ты знаешь, очень странная штука, я почти ничего не могу вспомнить по прошествии шестидесяти лет. Не то, чтобы совсем, есть, само собой, незабываемые события, но вот детали… Всё словно как в тумане.

– Маразм называется.

– П-хах, точно, аха-ха-ха! – залился смехом тот, словно ничего страшного вокруг не происходит, будто мы снова просто беседуем за бутылочкой пива у него на веранде за домом. – Один-ноль в твою пользу, уел.

– Лёх, чё происходит, а?

– Конец очередной эпохи, – пожал плечами тот. – Если всё сделать правильно, то ваш вид сможет выжить.

– А если нет?

– Не знаю, скорее всего, люди всё равно найдут выход. Но может получиться иначе и планету заполнит новая форма жизни. Нет, не эти, которых ты называешь уродами, паразит не сможет существовать без носителя. Однако природа найдёт выход, ей не вперво́й.

– И с чего ты решил, что я способен спасти мир? Не слишком ли круто, для обыкновенного строителя? Я со своей-то жизнью разобраться не могу, а ты мне глобальные цели ставишь.

– Ты себя недооцениваешь.

– Боюсь, это ты меня… Переоценил. Тебе-то оно всё зачем?

– Да банально всё, Сань, жить нормально хочу, как, впрочем, и ты.

– Да, было бы неплохо. Только, боюсь, нормально уже не получится.

– Вопрос времени. Да, в ближайшей перспективе бардак предстоит долгий, но, в конце концов, всё наладится.

– С чего вообще всё началось? Ты же это знаешь, так?

– Приблизительно. По той информации, что я имею, вы сами в этом виноваты.

– Ну кто бы сомневался.

– Не ёрничай, это действительно так. Ваши головы разработали препарат, который и запустил процесс глобальной катастрофы.

– А ты знал и ничего не делал. Я же рассказывал тебе о том, что случилось, но ты всячески убеждал меня в обратном. Мол, устал, показалось и всё такое. Ещё на праздник этот ебучий потащил.

– Прости, но я честное слово, нихрена не знал и не понимал в тот момент.

– Да как так-то?! Ведь ты сам один из них, неужели ничего не кольнуло в момент рассказа?

– Да как сказать… Я просто не поверил, не захотел поверить… Теперь жалею, хотя всё равно ничего не смог бы изменить. Да и не такой я, понимаешь? Да мне нужна кровь, чтобы жить, но я не испытываю ненависти к людям, нет во мне той жажды, что способна опустошить землю. Это генетическая ошибка, творение рук человека, как я мог узнать себя в этих… Уродах, да ты прав, они реально уроды.

– А кто ты? Обычные люди не живут по пятьсот лет, не питаются кровью. Может, ты с другой планеты?

– Не пори ерунды! Я родился точно так же, как ты.

– Ну да, с одним лишь маленьким «но».

– Не такой уж он и маленький, – ухмыльнулся Лёха. – Могу показать.

– Да иди ты нахер, понял? Я серьёзно!

– Ну ты что, думаешь, я себе это заказывал? Так распорядилась природа, попросту дала сбой или ещё что-то в этом духе. Я искал ответы, долго и усердно, но их просто нет. Точно так же рождаются дети аутисты…

– Ты дурак? – уставился я на него.

– Да я образно. Ладно, извини, пример действительно так себе.

– Ладно, проехали, – отмахнулся я и тяжело вздохнул. – Значит, всё-таки мы… Доигрались, стало быть.

– Ну, цели, как всегда, были самые благие.

– Кто бы сомневался, – криво ухмыльнулся я. – Выходит, ты за нас?

– Получается так.

– Ладно, говори, что делать нужно.

– Для начала поработаешь с Вячеслав Санычем, – Лёха кивнул в сторону Старого, который только-только начал приходить в себя.

К слову, Света тоже перестала биться в истерике, однако её состояние смело можно было назвать «прострация». Она продолжала сидеть на земле, и смотрела в одну точку, ну хоть не орала и не обвиняла всех вокруг. А главное – дала нам спокойно поговорить. Впрочем, и Макс не лез, хотя в отличие от Светы, он не капризничал, уселся рядом со мной и внимательно слушал всё, о чём мы говорили.

– Нахрена он мне? – кивнул я затылком в сторону деда.

– Пригодится, не сомневайся. Вячеслав Саныч человек умный, с большим опытом. К тому же мы с ним работаем практически с первых дней, он в курсе всех дел и это тебе поможет. Нет времени объяснять тебе все детали, въедешь по ходу.

– Я всё равно тебя не понимаю, – вздохнул я. – Зачем ты устроил все эти игры? Почему нельзя было просто придти ко мне, поговорить, вот как сейчас, например?!

– Ты не был готов.

– Да я и сейчас нихуя не готов, Лёх! Ты явился, как призрак, вывалил на меня огромную кучу дерьма… Пострадали люди, в конце концов, я только что убил восьмерых!

– Вынужденные жертвы. Саня, просто поверь, так было нужно. Я должен был убедиться, что ты сможешь пойти дальше. Та куча, о которой ты говоришь… Просто поверь, ты лишь слегка запачкал в дерьме подошвы ботинок, всё гораздо сложней, чем тебе кажется.

– А вдруг нет? Вдруг всё на самом деле просто, и это ты усложняешь?

– Не исключено.

– Ой, да шёл бы ты… Козе в трещину, мудила.

– А вот это было обидно.

– Отлично, потому как я именно этого и добивался.

– Ладно, извини, дружище! Правда, я бы хотел поступить иначе, ты позже, сам всё поймёшь. А теперь двигайте в Таганрог, вас там уже заждались.

– Нас или его? – кивнул я на Макса.

– Вас, хотя и его тоже.

– А можно спросить? – подал голос пацан, как только речь зашла про него.

– Конечно, – согласно кивнул Лёха.

– Почему ты нас бросил?

– Ха, красавчик, держи пять, – я протянул ему раскрытую ладонь, и Макс с ухмылкой ответил.

– Понимаешь, если бы не ты, твоя мама уже давно была бы мертва.

– Вот это поворот, – с ухмылкой вкрутил я. – А сейчас этот странный дядя скажет, мол, так было нужно.

– Сань! – строго свёл брови Лёха. – Я думал, мы с тобой всё решили?

– Она болела? – проигнорировал мою колкость пацан.

– Да, рак поджелудочной. Она ещё сама этого не знала, он не успел себя проявить в полной мере, но оставался ей год, максимум полтора. Ты вылечил её, точнее, твоя природа. Это сложно, Макс, я не учёный, не могу объяснить всех процессов.

– Да мне и не надо, – пожал плечами тот. – Но почему ты нас бросил?

– Я не мог привлекать к себе внимание. Вот прямо как ты сейчас. Ты же понимаешь, о чём я?

– А твои дружки? – влез в разговор я. – Они её ведь изнасиловали или это тоже входило в планы по спасению. Ой, кстати, а они такие же, бессмертные?

– Это она тебе рассказала? – усмехнулся Лёха.

– Нет, бля, сам придумал!

– Никто её не трогал, кроме меня. Пытались, не спорю, но не успели.

– И кто они?

– Люди, обычные. На тот момент они занимали определённые посты, мне нужна была их помощь по смене личности и места жительства. Я помог им, они мне, а та встреча была лишь кульминацией сделки. С тобой мы познакомились спустя пару месяцев, я как раз только перебрался в Касимов.

– Хорошенькое дельце.

– Послушай, я не хотел, чтобы так получилось. Её подружка, Катя, если не ошибаюсь, она… Ну, скажем так: оказывала услуги определённого характера, кто же знал, что в тот вечер она притащит именно Свету. Я вообще подозреваю, что это было сделано специально, в качестве провокации.

– Всё-то у тебя гладко…

– Сань!

– Да хули Сань, Сань?! Ты сам вообще слышишь, как это звучит?

– Но так всё и было, – пожал плечами тот.

– Ладно, я тебе не судья. Просто…

– Я тебя понимаю. Потому сразу сказал, что всё сложно. Вячеслав Саныч?

– Да, – хрипло отозвался Старый.

– Введите Морзе в курс дела, вы теперь работаете вместе, вы меня поняли?

– Прекрасно понял, Алексей Викторович.

– Замечательно. Ладно, мне пора, надеюсь, скоро увидимся.

– Что, вот так просто, снова уйдёшь? – внезапно ожила Света.

– Да, – сухо ответил Лёха. – Мне нечего тебе сказать.

– А он? – девушка кивнула в сторону сына.

– Из Сани получится гораздо лучший отец, чем я.

– Ну спасибо!

– Обращайся, – усмехнулся в ответ тот и присел перед Светой на корточки. – Ты уж прости. Честно говоря, я думал, ты сделаешь аборт, как только поймёшь, что беременна от случайной связи. Но другого способа спасти тебе жизнь я не видел. Это была маленькая плата за то, что тебе пришлось пережить.

– Да лучше бы я тогда сдохла.

– Так, выходит, ты знала о болезни?

– И что?!

– Нет, ничего, – усмехнулся Лёха. – Просто это многое объясняет. Хотела ярких впечатлений на закате жизни, а всё оказалось не так прекрасно, как ты себе представляла.

– Ты ничего не знаешь…

– Я и не претендую.

– Да пошёл ты!

– Так я как раз собирался.

Лёха поднялся, махнул нам рукой на прощание и покинул территорию порта, а мы ещё какое-то время молча оставались на своих местах. Ещё час назад мы прекрасно знали и понимали свои цели, но теперь образовалась некая неловкость. Бывший враг, вдруг стал компаньоном, пацан, встретил отца и теперь не знал, как дальше относиться ко мне. А касаемо Светы, да разве там разберёшь, что творится в женских мозгах? Одно только стало понятно, у человечества появился шанс. Ведь до сего момента, у нас не было союзника из стана врага. Да в принципе его и сейчас нет, если всё, конечно, так, как сказал Лёха. Но он даст нам возможность понять противника, ведь их природа в чём-то схожа. Единственное, что пока продолжает смущать: ну никак я не вижу себя в роли спасителя мира. Тоже мне, избранного нашли!

– Ну чё, кхм-кхм, – прочистил горло Старый, – подвигали, что ли? Время идёт. У меня нет никакого желания торчать здесь ночью.

– Я моцик не брошу.

– Как хочешь, можешь ехать на нём за мной.

– Что там, в Таганроге?

– Вечером сам всё увидишь, – усмехнулся дед. – Тебе понравится. Вообще, вот это всё было необязательно, – он кивнул в сторону трупов своих людей.

– Так ты сам вынудил. Нехуй было на нервы капать.

– Согласен, передавил.

– Ты бабку зачем убил?

– Как у… Ах, ты про это… Ну, во-первых, она совсем не та, за кого себя выдавала, за вами же на следующую ночь уже приехали, так?

– Понятно, у меня были мысли по этому поводу.

– Был бы ты чуточку умнее, сам догадался. Они не стареют, – кивнул он в сторону пацана. – Примерно до двадцати пяти растут как обычные люди, а затем остаются такими навсегда.

– Они? – приподнял я бровь.

– Поехали, сам всё скоро узнаешь.

Глава 6. Новое место

– Морзе, Грог, на татами! – строгим голосом скомандовал инструктор по рукопашному бою.

Спорить с ним себе дороже, да и не за этим мы здесь. Без должной подготовки выжить сложно, даже несмотря на то, что в мире априори не осталось слабаков. Всех либо давно выпили, подвесили вниз головой и сцедили всю кровь до последней капли или они уже в стане врага. Однако уроды тоже не дураки и абы кого не обращают, по крайней мере, сейчас. На первых этапах они бросались на всех без разбора, потому как нуждались в армии, но те времена давно позади. Сейчас они стараются просто перерезать глотку, а кровь черпать кружкой из таза, ну, или в самом деле загоняют людей в некие фермы, где цедят их ежедневно, периодически подкармливая своими же чёрными сердцами.

– Ну чё, готов? – сухо поинтересовался Грог.

Очень серьёзный боец, жилистый, быстрый и крайне вспыльчивый. Вечно угрюмый, любит, наверное, только свою собаку по кличке Хан. С этим псом, кстати, довольно забавная история, точнее, всё же с его хозяином. Короче, этот придурок года полтора назад под наркозом сделал ей сменные клыки. Отвалил за это кучу серебра, но теперь его пёс стал очень грозным оружием против злых. Прежде чем выйти за стену, Грог скручивал у пса керамические протезы, заменяя их на серебряные. И вот так, с четвероногим напарником бродил по улицам в поисках жертвы. В общем, тот ещё оригинал.

– Да, погнали, – я кивком подтвердил готовность и несколько раз слегка стукнул себя перчатками по лицу, как бы объясняя мозгу, что сейчас его ожидает.

Инструктор дал отмашку, слегка отстранился, и мы приступили к танцу. Спортивная схватка отличается от уличной, здесь оба противника знают, на что способен оппонент, а потому первые удары всегда аккуратные, вдумчивые. Прежде чем перейти к полноценной атаке, нужно прощупать слабое место, которого в принципе может и не быть. Однако для победы необходима ошибка, любая, даже самая незначительная, вот только и за собой приходится следить не меньше, ведь любой провал легко может стать фатальным.

Левый лоу-кик у Грога такой, что с лёгкостью ломает черенок от лопаты, но я успел сбить его ещё на старте. Пятка загудела от встречи с голенью, но это в разы лучше, чем получить удар в бедро и стать хромым на несколько дней. Однако попытки сбить мне движение Грог не оставлял, а после очередного, неудачного удара всё же перешёл в активную атаку. Короткую, но очень быструю серию прямых я заблокировал, а вот боковой в ухо – пропустил. В голове моментально зазвенело, а внутри зародилась злость, которую я с немалым усилием подавил, потому как нельзя поддаваться эмоциям. Только холодный расчёт поможет выиграть схватку.

Грог разорвал дистанцию и с ехидной ухмылкой подмигнул мне, вызывая очередной приступ гнева. Знает, что я часто психую в поединках, только на этот раз хрен он от меня этого дождётся.

Короткий подшаг, вес тела на правую ногу, ложный выпад и противник повёлся. Снова лоу-кик на опорную ногу, вот только на этот раз я не стал его останавливать, резко перенёс баланс на левую и нанёс ему удар в голову, сработав на опережение. Получилось очень хорошо, словно по груше приложил, плотно. Грога сразу повело, и инструктор остановил мой добивающий. Обидно, всё могло бы завершиться уже сейчас.

– Ты как? Нормально? – поинтересовался он у осоловевшего бойца, тот кивнул, но Евгений Романович всё равно взял его за подбородок и заглянул в глаз: – Ладно, продолжаем.

Новая отмашка и на этот раз Грог бросился в атаку с ходу. Серия ударов ногами, от которой, по идее, я должен был отойти. Вот только я прекрасно знаю, чем это обычно заканчивается и как только первая двойка прошла мимо, сократил дистанцию. С левой всё-таки пропустил, но вовремя заблокировал локтем, а вот правая уже не имела достаточного заряда, чтобы доставить мне неприятности. Я попытался выбить противника апперкотом, но зацепил его лишь слегка, вскользь, и он тут же повис на мне, моментально связав руки. Короткая подсечка и вот мы вместе летим на маты, где я моментально утратил всё преимущество, оказавшись снизу, ещё и головой в бровь получил. Грог приподнялся и дважды закинул мне в лицо, прежде чем я успел подтянуть его к себе, ухватив за шею.

Пошла борьба – самое сложное по физической нагрузке. Все мышцы напряжены, малейшая ошибка, и Грог тут же выведет меня на болевой, а стоит ослабить хватку, как он разобьёт мне морду. А ведь хочется ещё и перебраться из защиты в нападение, но это невозможно, пока тот контролирует меня, находясь сверху. Есть ещё вариант: максимально его обездвижить, чтобы инструктор вывел нас из партера в вертикальное положение.

Очередная попытка пробить мне печень, наконец позволила поймать руку противника. Я подмял её под себя, максимально плотно прижав подмышкой. И вот здесь, наконец-то, Грог совершил ошибку, а мне пришлось пропустить чувствительный удар локтем в лоб, но только это позволило мне завершить приём. Перед ударом ему пришлось приподнять корпус, а я смог подсунуть под него ногу. Ну а её мышечной силы оказалось достаточно, чтобы оттолкнуть Грога, и как только он утратил равновесие, я извернулся и вывел захваченную ранее руку на болевой, просунув её между ног и уложив локтевой сустав себе на бедро. Противник быстро замолотил ладонью по матам, и инструктор остановил бой.

– Молодец, Морзе, – похлопал он меня по лопатке. – Можешь ведь без психа, когда захочешь.

– Угу, – выдохнул я, лёгкие работали в гиперскоростном режиме, в попытке насытить кровь кислородом.

– Ещё бы курить бросил, цены б тебе не было, – усмехнулся Евгений Романович. – Ладно, на сегодня занятия закончены. Так, Грог, Морзе, ФЕТ, после душа ко мне в тренерскую.

– Есть, – по очереди отозвались мы и направились в раздевалку.

Мокрую от пота одежду я кучей сбросил на дно шкафчика, после нужно домой забрать, точнее, в каюту. Пусть Светка в стирку отдаст, а то от неё уже кислятиной воняет. Сам босыми ногами прошлёпал в душ и с удовольствием подставил тело под тугие струи. Кайф, особенно после такой физической нагрузки.

Света оказалась права, в море была жизнь. Не в том плане, что в воде плавали рыбы и всякие другие морские гады, это и так понятно – здесь жили люди, а вот то, как они это делали, вызывало даже некую зависть. Шутка ли, заполучить для этих целей огромный круизный лайнер и не абы какой, с сердцем на атомной энергии. И это позволяло превратить существование здесь, в какой-то невероятно комфортный курорт. Места столько, что свободных кают, на любой вкус и цвет, хоть каждый день в новую переселяйся.

Но главный плюс всё же не в этом. Здесь было всё необходимое, чтобы жить так, словно в мире ничего не случилось. Горячая вода, объёмы которой неиссякаемы, так как в душ она подавалась прямо из-за борта. Так же она опреснялась при помощи специального оборудования и в питьевой воде мы нужды не испытывали. Плюс электроэнергия, которая подавалась бесперебойно от атомного реактора. В общем, всё как у людей, как бы странно это ни звучало.

С едой тоже особых проблем не возникало – периодически делались вылазки на берег и запасы пополнялись. А централизованное питание позволяло неслабо их экономить. Плюс всякие морские гады, конечно, коих в округе просто несметное количество. В общем, не жизнь, а сказка, с какой стороны ни посмотри. И бассейны с подогревом, гидромассажем, спортивные залы с множеством тренажеров делали её ещё более приятной. Да что там говорить, у Макса даже приставка имелась, с не слабой коллекцией игр.

Разумеется, цель у всего этого была не в том, чтобы мы вновь ощутили комфорт и безопасность. Лайнер, скорее, являлся некой базой, где из нас готовили воинов, способных выполнять задачи в самых нереальных условиях. Но это нисколько не омрачало наше здесь пребывание, особенно если учитывать, что на земле в свои права вступила зима.

– Морзе, ты долго там ещё? – прилетел вопрос от Грога из раздевалки. – Нас вообще-то Романыч ждёт.

– Иду, – отозвался я и не без сожаления выключил воду.

Выбрался из душевой и едва не свалился, поскользнувшись в луже на выходе. Спасибо ФЕТу, подхватил под локоть и помог удержать равновесие. Здоровенный детина, под два метра ростом и огромными лапами-ковшами. Но при всей своей силе и массе очень добродушный. Разговаривает, правда, нечасто, больше предпочитая молчать, но это, скорее, плюс. Кличка ФЕТна самом деле являлась аббревиатурой – кто-то однажды пошутил, а к нему прилипло. В жизни его звали Фетисов Евгений Тимофеевич, из чего, собственно, и сложился позывной.

– Осторожней, – прогудел он густым басом.

– Спасибо, – коротко поблагодарил я его за помощь и прошёл к шкафчику.

Вытерся насухо полотенцем, которое так же кинул к потным вещам. Пусть тоже постирается. Натянул спортивные штаны, водолазку, сунул ноги в тапки, ну вот и всё, я готов.

Инструктор встретил нас с хмурым, серьёзным видом и лёгким запахом спиртного. Указал рукой на стулья, которые стояли край стены, после чего поднялся с места, обошёл стол и уселся на него.

– Так, пацаны, завтра у вас день на сборы и в рейд.

– Какой? – спокойно уточнил Грог.

– Этого мне не сказали.

– Мы поэтому вчера вертолёт на борт принимали? – поинтересовался ФЕТ.

– И да, и нет, – поморщился Романыч. – Да мне толком ведь ничего не рассказывают. Велено отобрать самых лучших, я отобрал.

– Хм-м, ну спасибо, – ухмыльнулся я.

– Морзе, ну ты-то чего, в самом деле.

– А чего я, спасибо за похвалу, – пожал я плечами. – Кто прилетал?

– Ты сам не догадался ещё?

– Странно, почему он тогда в гости не зашёл.

– Так, мы чё здесь, блат твой обсуждать собрались? – раздражённо встрял Грог.

– Хуясе блат?! А не ты ли сегодня от меня в зале по ебальнику выхватил?

– Тебе повезло.

– Ага или тебе.

– Может, повторим?!

– Да легко, ебать!

– А ну цыц, блядь! – рявкнул на весь кабинет инструктор. – Грог, захлопни пасть, я сказал. Ты не хуже меня понимаешь, что Морзе здесь не просто так, по знакомству, он один из лучших на потоке. Как, впрочем, и ты.

– Ага, и я тоже, – растянул губы в улыбке ФЕТ.

– Вот именно, потому вам день на сборы. У меня всё. Инструкции получите завтра от Крюкова. А теперь валите отсюда, у меня ещё дел полно.

– Хана хоть взять позволят?

– Вот завтра и узнаешь, – сухо ответил Романыч, намекая, что нормального разговора уже не получится.

– Дел у него дохуя, опять бухает сидит, – недовольным тоном буркнул Грог, как только мы вышли из тренерской. – Ладно, Морзе, ты извини, если что, бывает, вспылил.

– Замяли, – отмахнулся я. – Бля, а во сколько на инструктаж-то приходить?

– Как обычно, наверно, к девяти, – ответил ФЕТ.

– Да похеру, по внутренней связи крикнут, если что, – отмахнулся Грог. – Жрать охота, а до ужина ещё час.

– Ладно, увидимся, – махнул я будущим напарникам на прощание и двинулся по коридору в сторону лестницы.

Моя каюта расположилась палубой ниже. Хотелось ещё покурить, но в таком виде выходить на морской зимний ветер рискованно, простудиться можно в два счёта. Ничего, потерплю.

В каюте было пусто, видимо, Света ещё не вернулась с занятий. Она здесь тоже нашла своё место, работала учителем по русскому языку и литературе. Детей на лайнере хватало и она одна из тех, кто занимался их образованием. Но если по честному, мне не совсем было понятно – зачем? Детей нужно учить не стишкам и всякой херне о безответной любви и страданиях, а наиболее эффективным методам убийства уродов. Но руководство отчего-то думало иначе, хотя на физическое воспитание, конечно же, делало основной упор. Ну у них головы большие, им видней.

Я бросил грязные вещи в корзину у входа, открыл шкафчик, вытащил из него зимнюю куртку и, накинув её на плечи, выбрался на открытую палубу. Ледяной ветер тут же попытался сорвать её с меня, и пришлось сунуть руки в рукава, дабы избежать потери. Прикурить тоже удалось с большим трудом, пряча огонь под полой. Первая затяжка провалилась в лёгкие, и нервы сразу успокоились.

Краем глаза уловил какое-то движение слева, обернулся и увидел, как ко мне спешит Старый. Ну, как говорится, на ловца и зверь бежит, как раз собирался посетить его после ужина, узнать, в чём там, собственно, дело. За четвёртый месяц моего здесь пребывания, в рейд нас отправляют впервые. Да, на вылазки за продуктами я гонял уже дважды, притом как старший группы, но боевых операций пока не было. И это пробуждало немалое любопытство.

Я вообще не совсем понимал всего этого, что происходило здесь, на лайнере. Ну, хотите победить врага, объединитесь, соберите толпу и дайте ему просраться. Но, видимо, я чего-то не понимаю.

– Здорова, – протянул сухую ладонь Старый.

– Угу, – ответил я на приветствие. – Виделись уже. Чё происходит?

– А что происходит? – хитро прищурился тот.

– Ой, иди на хер, – отмахнулся я и отвернулся к борту. – Устроили тут секреты на ровном месте.

– Нашли кое-кого, – пристроился рядом со мной Старый, облокотившись на борт спиной. – Нужно его сюда доставить.

– С нами пойдёшь?

– Нет, не в этот раз. А вот в допросе поучаствую.

– Подробности будут?

– Да смысл, – пожал плечами тот. – Чтоб завтра ты это ещё раз от меня выслушал?

– Ну да, – согласно кивнул я и выбросил окурок в море. – Ладно, пойду, холодно тут.

Я вернулся в каюту, где и застал Свету, которая как раз вернулась с занятий. Макса всё ещё не было, но он вполне мог появиться лишь к ужину в столовой. У него график ещё плотнее, чем мой. Помимо регулярных тренировок и учёбы, ему ещё медицинский корпус приходится посещать. Всё же умные головы не оставляют попыток отыскать способ, который излечит уродов, обратит их обратно в нормальных людей. Но я думаю, что это уже невозможно, да и не я один, многие склоняются к такому же мнению.

– Как прошёл твой день? – сразу пристала с вопросами девушка и полезла целоваться.

– Да нормально, – я коротко мазнул своими губами по её и поспешил отстраниться. – Как обычно. Хотя там, в корзине, шмотки на постирать, воняют уже и послезавтра я в рейд.

– Какой ещё рейд? – Света замерла и уставилась на меня. – Вы же на прошлой неделе за провизией мотались.

– Походу, в боевой, – пожал я плечами.

– Господи, – девушка уселась в кресло и тяжело вздохнула. – Только всё начало налаживаться.

– Это всё видимость, ничего не наладилось, – буркнул я в ответ. – Не стоит тешить себя глупыми надеждами. Всё наладится только тогда, когда мы убьём всех уродов, и ты не хуже меня это понимаешь. Мы сюда не развлекаться приехали, несмотря на весёлую обстановку вокруг.

– Морзе, ну почему ты такой? Неужели нельзя просто порадоваться, ведь здесь не так плохо.

– Угу, не привыкай особо, после тяжело будет обратно возвращаться.

– Да ну тебя, – отмахнулась девушка. – А меня сегодня на свидание пригласить пытались.

– И чего не пошла? – ухмыльнулся я, прекрасно понимая, к чему она клонит.

– Ой, да иди ты в жопу, придурок, – вспылила та и ушла переодеваться в соседнюю комнату.

Как я и думал, Макс появился лишь в столовой, когда мы с подносами заняли очередь на раздаче. Он влетел, словно ужаленный, схватил поднос, закинул на него приборы и чуть не бегом встроился в очередь рядом с нами.

– Ты чего, как заведённый?

– Да там, – отмахнулся пацан.

– Чего там? – уточнил я. – Случилось что?

– Не, просто мне через полчаса на тренировку ещё, потом к Ишуткину на обследование, дел куча, ничего не успеваю.

– Суетишься потому что много, – подметил я. – От этого рассеянный, вот тебе и результаты плохие.

– Я слышал, у вас боевой рейд планируется, – съехал с щекотливой темы парень. – Вот бы мне тоже…

– Молчи, дурак, – Макс тут же заработал подзатыльник от матери. – Чего вам мужикам не живётся спокойно?

– А чтоб вам, бабам, хорошо жилось, – ответил я на риторический вопрос. – У тебя воин растёт, гордиться надо, а она его одёргивает.

– Своего роди! – выдала уже ставшую паразитной фразу та. – Ты что будешь: пюрешку или макароны.

– Давай макароны, – сделал выбор я, после чего принял от девушки тарелку с гарниром и двинулся дальше.

* * *

– Значит, вот эта стая ваша цель, – развернул на большом экране фотографию с коптера Старый. – Валить можете всех, кроме этого типа. Он нужен мне живым, необязательно здоровым.

– Так я не понял, мне Хана можно с собой взять? – влез в инструктаж Грог, со своим наболевшим вопросом.

– Ещё раз меня перебьёшь, я тебе колено прострелю, – ледяным тоном ответил дед, и мой напарник, зная тяжёлый норов Крюкова, тут же закрыл рот, хотя изначально собирался что-то добавить. – Но на вопрос отвечу, да, собаку нужно взять. Теперь по делу: повторяю ещё раз – этот тип нужен мне живым. У него ценная информация. По нашим данным, он является куратором у вожаков и сможет назвать как минимум пятерых. До берега вас доставят вертолётом, дальше сами по себе, полномочия у вас самые крутые, так что по завершении операции выйдете на связь в любом населённом пункте. Ну на этом вроде всё, вопросы?

– Я сомневаюсь, что они сидят и ждут, пока мы за ними придём, – высказал я своё мнение. – Снимок сделали когда? Неделю назад, две? И сколько вы искали его до этого?

– Поэтому мы и посылаем вас, – усмехнулся Старый. – Ты у нас вообще парень удачливый, а у Грога пёс уродов за версту чует.

– А я? – подал голос ФЕТ.

– А ты просто сильный, – расхохотался дед. – Да, Морзе, ты прав, фотография сделана две недели назад и за это время многое могло измениться. Но за последние дни, вот в этом районе…

Старый что-то пощёлкал на ноутбуке и вывел на экран карту.

– В общем, здесь происходят довольно странные вещи. Злые достаточно сильно продвинулись на запад и если их сейчас не остановить, в следующем году мы легко останемся без плодородных земель. Здесь как раз засели три самые крупные стаи. И вот ещё что, – он снова переключил картинку, – вот эта колонна была замечена вчера приблизительно в ста пятидесяти километрах от нас и угадай, куда она движется?

– Я понял, – согласно кивнул я. – И ты реально считаешь, что мы втроём в самом пекле сможем изменить ситуацию?

– Вчетвером, – поправил меня Грог, намекая на своего пса.

– Да хоть в двадцать рыл, ебать! – вспылил я. – Там их тысячи.

– Вам не нужно вступать в открытый конфликт, только захватить цель и всё, – внёс поправку в мою речь Старый. – Это прекрасно можно сделать днём, когда они в спячке.

– А, ну это хуйня, проще пареной репы, – ухмыльнулся я и откинулся на спинку кресла.

– Блядь, Морзе, ты мою группу в одну харю размотал, а там профи были не чета тебе, даже настоящему. Справишься, я в тебя верю.

– Будто у меня есть выбор.

– Да, кстати, пойдёшь старшим.

– А с какого хуя он? – тут же возмутился Грог. – Я вообще-то гораздо опытнее.

– А вот именно поэтому, – намекнул на его вспыльчивость дед. – Научись подчиняться и исполнять приказы, глядишь, в следующий раз ты пойдёшь командиром. Всё, закончили базар, Морзе за старшего! Сейчас дуйте на склад, готовьте снаряжение. Морзе, завтра перед вылетом зайдёшь ко мне за бумагами, чтоб вам на земле палки в колёса не вставляли. Свободны.

Ребята поднялись и покинули кабинет, а я остался на месте. Хотел прояснить ещё один момент, но не хотел, чтоб об этом слышали остальные.

– Старый, вы там охуели совсем?

– А что не так?

– Я старший?!

– Что не так, Морзе?!

– Блядь, да всё…

– Ты можешь изъясняться нормально, без всего этого дерьма?!

– Это же Серёга!

– Где?

– Блядь, в пизде, – разозлился я. – Там, на фото, тот куратор – это Серёга.

– Да хоть бы и Вася, я не понимаю, в чём проблема?

– Он был моим напарником, ну… Там… Когда ещё существовал старый мир, мы колымили вместе, он дважды пытался меня сожрать ещё в самом начале.

– Ну так отлично, у тебя появился прекрасный шанс ему отомстить! Всё, Морзе, давай, вали уже отсюда, некогда мне с тобой тут сопли жевать.

– Это он всё придумал?

– Кто?

– Лёха.

– Да при чём здесь Алексей Викторович? Я тебе только что объяснил – под угрозой наши поля! Если злые перейдут вот эту черту, – Старый раздражённо потыкал в экран, куда предварительно вернул карту, – нам всем пиздец. Ты это понимаешь? Привези мне этого Серёгу. Мы должны знать, кто ведёт эти стаи. Как только мы их обезглавим, уроды сами разбегутся на мелкие группы. Я понимаю, что это не победа, но так мы выиграем время. И Алексей Викторович здесь не при делах, они просто так устроены.

– Кто назначил меня старшим?

– Я! – ткнул себя большим пальцем в грудь тот. – У тебя всё?

– Хрен с вами, ладно, – я поднялся и направился к двери. – Во сколько вылет?

– Часов в восемь утра, как раз до суши к рассвету успеете. Транспорт мутите сами.

– У меня там моцик остался.

– Бля, Морзе, не беси меня! Ну какой нахуй моцик?! Возьмите нормальную машину, вам нужно только до ближайшего города доскоблить, там вас уже обеспечат как надо. Сдался тебе этот драндулет!

– Ты на себя-то посмотри – древний, как говно мамонта.

– Ой, всё, вышел вон отсюда, и дверь поплотнее с другой стороны прикрой! Придурок, бля…

– Я всё слышу, вообще-то.

– Очень на это надеюсь! Даже не вздумай заводить свой тарантас, на дворе январь, возьмите машину.

– Разберёмся, – буркнул я в ответ и закрыл за собой дверь.

Глава 7. Высадка

Нет, ничего подобного, как это обычно показывают в кино, не произошло. Мы действительно достигли берега на рассвете. Пилот, совершенно без напряга посадил вертолёт, и едва мы ступили на твёрдую почву, умчался на базу. Ни я, ни уж тем более Грог не двигались на полусогнутых, уперев приклады в плечо, никто не выкрикивал странных команд. Однако даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: оружие для нас более чем привычно.

Грог тут же потрепал своего пса по загривку, заглянул ему в пасть, проверяя, всё ли в порядке с клыками. Тот спокойно вытерпел процедуру, даже пару раз хвостом сделал, точнее, тем обрубком, что от него остался. Грозная скотина, я бы с такой не рискнул связываться, хотя всегда считал, что человек – самая лютая тварь на планете. И пока, сколько живу, с каждым разом всё больше в этом убеждаюсь.

ФЕТ, здоровая детина до такой степени, что пулемёт в его руках смотрится нормально, а вот укорот в набедренной кобуре – смешно. В отличие от него, на нас автоматы выглядели гармонично, даже со сложенным прикладом. Да, с таким аргументом нам точно никто в городских стенах отказать не посмеет. Даже где-то хорошо, что он добряк, будь там темперамент нашего кинолога, получился бы настоящий Халк.

– Ну и? – с вызовом посмотрел на меня Грог, будто мысли подслушивал.

– Машину нужно подобрать, – пожал я плечами. – Ну и завести, само собой.

– Гуляй, – прихлопнул пса по ляжке тот и спокойным шагом двинулся вперёд.

ФЕТ тоже было дёрнулся, но всё же прежде покосился на меня и только после короткого кивка проследовал за товарищем. Да и я на месте уже не стоял. Ледяной ветер с моря бил в спину, продувая всю одежду насквозь. А ведь летом здесь наверняка рай. Вот зима, конечно, странная, не такая как в средней полосе, мороз вроде чувствуется, но небольшой, снега вообще нет, словно бы сейчас первая половина ноября. Хотя комфортнее от этого не становится, всё из-за того же ветра.

Идти пришлось недолго, буквально у здания порта обнаружилось несколько припаркованных машин. Правда, выглядели они мертвее некуда, неизвестно даже, есть ли в них хоть капля топлива. В голове всё же вспыхнула идея, завести мотоцикл, но я отодвинул её подальше. Холодновато для поездок с ветерком, да и хрен его знает, как там с погодой в соседних областях, можно ведь в самом деле в такие сугробы встрять, что мама не горюй. Машина в этом плане надёжнее, тут не поспорить.

– Вот эту проверь, – указал я пальцем на «Прадик» сто пятидесятой серии.

– Губа не дура, – усмехнулся Грог, но к машине направился.

Он стёр рукавом засохший слой пыли и грязи, после чего попытался заглянуть в салон. Слегка подёргал ручку, но дверь отказалась открываться.

– Нет, босс, про эту можно забыть, там, похоже, сигналка со спутником. Ищи чего попроще.

– Хуя се, неужели наш Грог чего-то не умеет? – ухмыльнулся я.

– Я ж не бог, – спокойно ответил тот и бросил взгляд чуть дальше по стоянке. – Вон ту можно попробовать.

– Нет, – отмёл я в сторону старенький «Лансер-9». – Нужен полный привод, дальше могут сугробы пойти.

– Есть такое дело, – согласился тот и ткнул в «L200», с лодкой на прицепе. – Вон тот можно попробовать. Если что, здесь и дизель найти не проблема.

– Там места мало, – поморщился ФЕТ. – Хотя, если я впереди сяду.

– Да похуй, можешь хоть в кузове ехать, – ухмыльнулся Грог и двинулся к машине.

Та же манипуляция, что и с предыдущей машиной, вот только у этой дверь спокойно открылась. Грог обернулся, изобразив некое подобие злорадной улыбки, и скинул рюкзак. Затем вытянул из него портативное пуско-зарядное и приоткрыл капот. Обошёл машину, приподнял крышку и замер, почёсывая макушку.

– Бля, их здесь два, – выглянул он из-за носа машины. – На какой вешать-то?

– По-хорошему, на оба, – ответил я. – Там один за свечи отвечает, второй за пуск.

– Ща, разберёмся, – отмахнулся тот и принялся за работу.

Разобрал замок, соединил провода, что отвечают за зажигание, затем подключился к мозгам, что-то там потыкал и снова вернулся к капоту. Переключил «крокодильчики» на другой аккумулятор, снова вернулся к салону, немного подождал и ещё раз пробежался пальцами по экрану планшета. И двигатель волшебным образом почти сразу же затарахтел. Грог снял пуско-зарядное, свернул всё, кроме планшета, который попросту положил на торпеду, после чего забрался на заднее сиденье и коротко свистнул.

Я аж дёрнулся от неожиданности, когда мимо меня промчалась туша Хана. Пёс с разбегу влетел в салон и пару раз лизнул хозяина в лицо. Тот потрепал его по загривку и гулко постучал по мощной грудине.

– Молодчина, Хан, лежать, – и пёс послушно занял соседнее место на заднем диване. – Ну, чё встали оба? Едем, нет?

– Хочешь за руль? – посмотрел я на ФЕТа.

– Да можно, растянул он губы в добродушной улыбке, снял пулемёт с шеи и сунул его на пол, сзади.

– Куда ты ещё, со своей бандурой! – возмутился Грог.

– А ты на меня не кричи, – с нажимом посоветовал ему ФЕТ. – Я ещё, может быть, тебе жизнь этой бандурой спасу, понял?

– Ладно, извини, – откровенно смутился тот. – Что-то я сильно нервничаю сегодня.

– Это нормально, – кивнул я, заваливаясь на место пассажира, и сразу же вышел обратно. – Бля, нихуя не видно.

Оттереть засохшую пыль без воды, не очень-то получилось, хотя стало немного лучше. ФЕТ включил дворники, и те справились с задачей ненамного лучше. Бачок омывателя оказался пуст, возможно, вода в нём попросту высохла от времени, а может быть, его просто раздавило на морозе.

– Я ща, – бросил я в салон и направился к пожарному щиту.

Снял ведро, больше похожее на воронку и двинулся к морю, предварительно вставив с рот сигарету. Спуск удалось отыскать не сразу, но я справился, зачерпнул воды, после чего вернулся обратно. Достал тряпку из кармашка на двери и, как следует, вымыл все окна. Обзор должен быть хорошим, от этого зависят наши жизни. Остатки попросту выплеснул на лобовое, а ФЕТ, при помощи дворников завершил начатое.

– Вот, теперь можно в путь, – забрался я в салон. – Так, где тут жопогрейка включается?

– Вон, возле коробки две клавиши, – отозвался водитель и сам же вдавил обе, затем взялся за регулировку сиденья, чтобы чувствовать себя более или менее удобно, после чего закрыл дверь. – Ну чё, куда едем?

– Вообще, в Калугу бы надо, но за день, боюсь, не доберёмся.

– Да, день часов восемь, девять длится, а здесь ехать под тысячу вёрст. Ещё неизвестно, что там в дороге случится.

– Типун тебе на язык, – бросил Грогу ФЕТ. – Что там у нас ближайшее, по живым?

– Железногорск – самый ближний свет, но тоже вряд ли уложимся, – отозвался я. – Ночевать придётся в полевых условиях. Ладно, мне не привыкать, разберёмся по ходу, давай из порта выбирайся, дальше скажу куда двигать.

* * *

Я люблю дорогу, притом это было всегда, сколько себя помню. Ещё в детстве мечтал путешествовать по миру, при этом не столько важен даже пункт назначения, сколько путь к нему. Даже сейчас, когда всё вокруг выглядело заброшенным, опустевшим, поездка приносила некое умиротворение.

Грог дрых на заднем сиденье, закинув ноги на пса. Хан, кажется, тоже дремал, лишь иногда вскидывая морду, видимо, чтобы убедиться в безопасности хозяина. ФЕТ уверенно вёл машину и не превышал скорость в девяносто километров в час. Местами дорога, а так же отсутствие какого-либо движения, позволяли разогнаться быстрее, однако и возможность отреагировать на случайную угрозу при этом сильно падает.

Я, в свою очередь, иногда подсказывал о приближающихся перекрёстках, и в каком направлении нужно свернуть. В общем, поездка проходила в штатном режиме. Мимо мелькали поля и деревья, иногда придорожные деревни с обветшалыми домами и покосившимися заборами. Однажды вообще показалось пепелище. Что там произошло? Может, кто-то специально запалил, а возможно, и природа постаралась. Сейчас остаётся только гадать.

Глядя на то, как размеренно проплывают пейзажи за окном, точно так же двигались неспешно и мысли, плавно, но неотвратимо, в нужном мне направлении. Возможно, именно поэтому я так любил куда-нибудь ехать, потому как появлялась прекрасная возможность поразмышлять. В большинстве случаев даже правильные выводы сделать.

– Останови, – внезапно прозвучал голос с заднего сиденья, но ФЕТ даже глазом не повёл, как ехал, так и продолжал держать постоянную скорость. – Тормози, блядь!

Последняя фраза уже подействовала как нужно, и нам резко передалось нервное настроение товарища. Даже Хан задрал морду и выдал звук, одновременно похожий на лай и вой. ФЕТ плавно остановил машину, съехал на обочину, переключил коробку в положение парковки и обернулся к напарнику.

– Ну? Объяснения будут? – вместо него спросил я.

– Пока не знаю, – задумчиво пробормотал тот. – Что-то очень тоскливо вдруг стало, я это чувство знаю, сколько раз меня уже выручало.

– Мне, честно говоря, тоже не совсем комфортно, словно кто-то в спину целится, – подтвердил дурные предчувствия водитель. – А ну, подай мне мою машинку.

– Ты что с ней делать в салоне собрался? – усмехнулся Грог, но пулемёт ФЕТу всё же протянул.

– Неважно, пусть при мне побудет, мало ли, – ответил тот и пока вытягивал оружие вперёд – все углы собрал и несколько раз тихо матюгнулся.

– Странно, впереди даже посёлков никаких на карте не указано, – пробормотал я и вышел на улицу.

Здесь припал к биноклю и как раз смог рассмотреть небольшую, придорожную деревушку, которая спряталась среди полей.

– Что там? – Поинтересовался ФЕТ, встав на подножку, при этом он возвысился над машиной, представляя собой отличную мишень для снайпера.

Впрочем, и я не был исключением, пока стоял во весь рост, рассматривая округу в бинокль. Но на самом деле, даже если всё обстояло действительно так, на позиции обязан был находиться очень крутой стрелок. С такого расстояния не каждая винтовка до нас пулю добросит, а уж уложить её точно в цель и подавно непросто. Поэтому я не стал ругать ни себя, ни товарища.

– Деревня какая-то, – ответил я. – Хрен знает, вроде ничего такого подозрительного.

– Может, обойдём попробуем? Или назад вернёмся, по другой дороге проскочим?

– Что скажешь, Грог? – уточнил я у того, кто вообще поднял волнение.

– Не знаю, – пробормотал тот. – Как только остановились, предчувствие затихло.

– Кажется, я догадываюсь, в чём дело, – усмехнулся я. – ФЕТ, давай плавно за мной.

Я двинулся вперёд, осторожно осматривая пространство перед собой. Машина мерно тарахтела дизелем и медленно катилась позади. Пока никаких видимых причин для беспокойства я не видел, но это не значит, что они отсутствуют, лучше перестраховаться. Но вообще, я был уверен, что вскоре наткнусь на какую-нибудь ловушку или сигнальную нить, что выдала наше местоположение, когда мы ехали в Таганрог.

Кстати, обратную дорогу я выбрал ту же. Да, пусть она длиннее, чем если ехать через территорию Украины, зато уже знакома. Плюс на атласе дорог России её территория игнорировалась, а понимать направление всё же дело большое. Ну а ночевать в пути так и так придётся. С дозаправкой мы разобрались сразу, ещё в Таганроге, даже несколько полных канистр в кузов бросили, в общем, с топливом проблем быть не должно.

А вот и оно, то, что заставило нас всех нервничать – тонкая проволока меж двух отбойников перед коротеньким мостом через овраг. Я поднял руку, показывая водителю, чтобы тот остановил машину. Та послушно замерла, и на дорогу высыпали все участники рейда, включая Хана. Пёс первым делом обнюхал растяжку, сделал дважды «вуф» и засеменил в сторону спуска. Грог проследовал за ним и вскоре снизу раздался его голос.

– Заминировано!

– Обезвредить можно? – уточнил я.

– Да, вообще не проблема, вроде без обманки сделано.

– Офигеть у тебя чуйка, – похвалил товарища ФЕТ. – Кажется, ты только что спас нам жизнь.

– Пожалуйста, – отозвался тот из-под моста. – В следующий раз не тупи и тормози сразу.

– Да теперь уж точно не стану, – прогудел тот.

– Хан может на лёжку злых вывести, – выбрался обратно на дорогу Грог. – Похоже, на след напал, очень уже люто вон в ту сторону скалится.

– А чё, я бы размялся, – улыбнулся ФЕТ, глядя на меня.

– Нет, у нас есть конкретная задача, – покачал я головой. – Думаю, там нам развлечений и без того хватит.

– Как скажешь, – согласился Грог и полез в салон, откуда снова свистнул собаку.

* * *

Крепость в Калуге достигли лишь к вечеру следующего дня. Ночь прошла в штатном режиме, никаких приключений. Съехали с трассы, забрались в деревню, где я предварительно проверил все возможные места, на которых могли находиться сигнальные нити. Таковых не было обнаружено, и мы спокойно заняли один из домов. Вскрыли по банке саморазогрева, поужинали, распределили смены и спать. Вот и все приключения. А поутру Грог вновь запустил двигатель, и мы отправились дальше.

На сей раз по дороге уже встречались редкие машины, даже торговый караван попался. Были и крепости, но мы не стали тратить на них время, так как и без того собирались ночевать за стенами. А к самой Калуге мы подъехали уже не одни. Вначале встречались редкие машины, затем прохожие и уже ближе к самой крепости попали даже в пробку. Хотя правильнее её будет назвать очередь.

Отстойник не может пропускать сразу толпу людей, так легко проглядеть опасность, вот и скапливается народ у входа. Машину довольно быстро загнали на стоянку, которая расположилась за периметром, но тем не менее оставалась под присмотром, как со стены, так и с вышек. При всём при этом такой способ оказался даже бесплатным. Калуга – торговый город, он умудрялся жить за счёт более значимых налогов, нежели побор за ночлег транспорта. Это в Елатьме деньгами приходить было, по сути, неоткуда, здесь же на этот счёт предпочитали не заморачиваться, больше на бумажную волокиту уйдёт, чем прибыли выйдет.

Можно было включить полномочия и начать размахивать бумагами, чтобы попасть в отстойник без очереди, но я предпочёл этого не делать. Во-первых, мы не спешим, а во-вторых, интересно просто понаблюдать. Однако проблем всё же избежать не удалось, и начались они прямо на входе в камеру с ультрафиолетом. Не по нашей, кстати, вине.

– Ты куда с таким монстром собрался? – попытался остановить Грога охранник и за это едва яиц не лишился, потому как рискнул ткнуть ладонью в грудь хозяину Хана, на что пёс и отреагировал адекватно, зажал в пасти хозяйство наглеца.

– А что, с этим какие-то проблемы? – ухмыльнулся в лицо вмиг вспотевшему охраннику Грог.

– Убери, убери его! – моментально перешёл на фальцет тот. – Или я его сейчас пристрелю.

– Ты, скорее, без наследников останешься, придурок. Стой, не дёргайся. Хан, фу!

Пёс тут же выпустил яйца из пасти, но от своего хозяина не отошёл ни на шаг и видно было, что всё ещё продолжал нервничать. Как, впрочем, и охранник, который дёрнул руку в сторону пистолета на поясе. Хан тут же издал утробный рык, продолжая контролировать угрозу, и парнишка замер в нерешительности. Однако обстановка быстро накалялась и на помощь первому подоспели ещё двое, после чего в тамбуре отстойника стало ещё меньше пространства для манёвра.

– А ну, замерли всё! – рявкнул я, перекрывая нарастающий гул голосов. – Старшего смены сюда, быстро!

– А ты что за хуй, вообще?! – гнев охраны быстро переключился на мою скромную персону.

– Жак-Ив Кусто в прорезиненном пальто, – огрызнулся я и ткнул одному из них полномочиями в нос.

– П-хах, ксива творит чудеса, – усмехнулся Грог, видя, как побледнел охранник.

– Ты… Вы что сразу-то не сказали? Мы бы вас вне очереди… А то как-то это… Извините, неудобно получилось, – принялся мямлить тот. – У нас просто с собаками как бы это, ну… Сами понимаете, такая зверюга…

– Что здесь за бардак! – наконец послышался властный голос за дверцей персонала. – Почему очередь задерживаем?!

– Дак вот, господа из «Девятого отдела» пожаловали…

– Так какого хера ты их здесь держишь, придурок! Ты у меня без премии в этом месяце, понял?!

– Дак я же это…

– А ну, цыц! Запускай людей, если совсем без зарплаты не хочешь остаться!

На сём инцидент был исчерпан, а нас, вопреки разумным правилам, запустили в проверочную зону всех одним разом и даже пса. Грог похвалил питомца и как водится, потрепал его по загривку, после чего снова натянул на лицо надменное выражение. Одёргивать его я не стал, ну вот такой характер у человека и, увы, бороться с ним себе дороже встанет. Ну а на выходе нас уже встречал лично комендант крепости. Видимо, ему уже успели доложить о прибытии высокопоставленных гостей. Именно этого я и пытался избежать, выстаивая сорок минут в очереди на общих правах. Что ж, теперь ничего не изменишь.

– Добрый вечер, господа, чему обязан? – добродушно поприветствовал нас начальник.

– Работе, – сухо ответил я. – Мы к вам попозже зайдём, как только заселимся.

– Да, да, конечно, – часто закивал он. – Гостевой дом «Гранд» прямо по улице, практически в самом центре, я распоряжусь, чтоб для вас освободили лучшие места.

– Не нужно, мы на общих правах, – отказался я. – А, вот ещё что, подскажи-ка, любезный, где у вас чаще всего охотники собираются?

– Так известно где, в «Сторожке» – это кабак, неподалёку от рыночной площади. Но, я боюсь, вам там не будет столь комфортно.

– Как-нибудь сами решим, – отрезал я и двинул в указанном направлении.

– Может, хоть девочек прислать? – прилетел вопрос в спину.

– Говядины килограмма два пришли, – обернулся к нему Грог.

– Да, да, я распоряжусь, конечно, – зачастил комендант и исчез в здании администрации.

– Зря ты этот шум поднял, – поморщился я, как только мы остались одни. – Теперь хрен правды от кого добьёшься, люди не любят с властью общаться.

– Этот придурок сам начал руки распускать. Мозгов ни на грамм, бля, видит же, что я с собакой и граблями машет.

– Согласен, но всё равно нехорошо получилось.

– Да забей, разберёмся. Думаешь, к охотникам за помощью обратиться?

– Да нам по факту только за ближайшие лёжки выяснить. Это все, конечно, можно и в комендатуре узнать, но там информация очень сухая. От людей же всегда есть вариант выяснить нюансы. Ладно, попробуем сейчас, может, за пивом кто разговорится. Плюс охотники знают о не совсем очевидных местах, что тоже весьма полезно.

– Хм-м, умный ход, – похвалил меня ФЕТ.

– Да для тебя всё умным кажется.

– Будешь хамить, я тебе по голове сверху стукну, – пригрозил здоровяк. – Я не тупой, как вы все думаете, просто добрый и не люблю болтать.

– Лично я ничего такого о тебе не думаю, – поддержал я пулемётчика.

– А я тебя не боюсь, – усмехнулся Грог и подмигнул ему. – Не обижайся, я же без злобы.

– Знаю, – тут же расплылся в улыбке ФЕТ, а Грог приподнял брови, вздохнул и покачал головой.

Глава 8. Проводник

– Слышь, дружище, захвати ещё пива кружечку, – уже в достаточной мере осоловевший от выпитого, попросил охотник, с говорящей кличкой Доза.

– А ты себе коленки не обрыгаешь? – в своей манере поинтересовался Грог, на что в ответ получил мощнейшую отрыжку, будто лев в саванне прорычал.

– Не, нормально, как раз вот, место освободил, – ухмыльнулся в ответ тот.

– Сам сбегаешь, – напарник небрежно бросил на стол кусок серебряной проволоки с пограммо́вым делением.

– О, я мухой, – растянул губы в улыбке тот, подхватил валюту и метнулся к стойке.

– Не нравится он мне, – тут же высказал своё мнение Грог, – Пиздобол какой-то.

– Кто знает, – задумчиво пробормотал я. – Порой не поймёшь, где на самом деле правда. А снег в самом деле идёт и если к утру перестанет, мы, действительно, немало интересного увидим.

– Ты что, собираешься всех уродов по округе допрашивать?

– Их поголовье всё равно нужно сокращать, – согласно кивнул я. – И если потребуется, я буду хоть год отрезать им головы.

– Мне, конечно, твой подход по душе, вот только у нас нет столько времени, – прогудел ФЕТ.

– Во, устами младенца, – кивнул в его сторону Грог и воздел палец вверх.

– С чего-то же нужно начинать.

– Лично моё мнение такое: на месте этого хуя я бы шкерился в бункерах под серьёзной охраной, в большой куче братьев по крови.

– Допустим, мы ведь всё равно в такой не попадём. Даже если всё окажется именно так, нужно выяснить, в каком именно. Да и когда-нибудь он ведь выйдет наружу?

– Ночью, – ухмыльнулся Грог, но это выражение быстро исчезло с его лица, под обоюдным, пристальным взглядом. – Да ну нахуй…

– А какие у тебя ещё варианты?

– Бля, шеф, я уже начинаю тебя бояться.

– Ну вы чё такие серьёзные?! – за стол вернулся Доза. – Я тут подсчитал себестоимость градуса, мужики, короче вот!

Он со счастливым видом выставил на центр стола пластиковую полторашку самогона и тарелку с солёными грибами.

– Мы вроде завтра в Москву собирались? – удивлённо приподнял бровь я.

– И чё? Тут хули ехать-то, полтора часа и на месте. Главное – правильно дозу рассчитать.

– Ну понятно, короче, – захохотал Грог и вдруг перехватил бутылку, прямо из-под руки Дозыи положил её прямо у морды Хана. – Всё, хорош нахуй.

– Э-э, ты чё?! – привстал было тот, но затем покосился на собаку, насмешливый взгляд Грога и присел обратно. – Ну давай хоть по пять капель.

– Бери да наливай или ты во мне официанта увидел?

Доза, видимо, слишком туго соображал, потому как на самом деле привстал и потянулся к бутылке. Вот только мгновенно замер и побледнел, после того как Хан приподнял морду и утробно зарычал.

– Да вы чё бля, издеваетесь, что ли?

– Долго доходит, да? – снова расхохотался Грог, а затем вдруг вмиг сделался серьёзным. – Я сказал всё, хватит на сегодня.

– Не нальёте, хуй я вас завтра куда поведу, понял? – видимо, уже изрядное количество алкоголя в мозгах прибавило парнишке смелости. – А других таких ебанутых, кто в столицу полезет, вы здесь больше не найдёте.

– Нет, ты, видимо, чего-то не понимаешь, – покачал головой Грог и облокотившись на стол, приблизил к оппоненту лицо. – Мы тебя уже наняли, заплатили аванс, у тебя нет выбора.

– Да я могу и вернуть предоплату.

– Давай, – хлопнул напарник ладонью по столу и откинулся обратно на спинку стула. – Судя по тому, что я только что видел, ты почти половину уже отдал бармену и вон тому мужику за стойкой справа.

– И чё, это мои проблемы, – самодовольно ухмыльнулся тот. – Через два дня я вам всё отдам…

– Ты совсем ебанутый?! – сухо перебил его Грог. – Я тебе сейчас прямо здесь яйца отрежу, даже малыша Хана просить не стану. Верни серебро или выполняй работу.

Доза быстро побледнел, мне даже показалось, будто он хорошенько отрезвел. Ну, адреналин такое дело, быстро голову в норму приводит. Но от былой смелости у будущего проводника, не осталось и следа. Его руки лежали на столе, и я отчётливо видел, как они задрожали, притом явно не от готовности к бою.

– Я так и думал, – в очередной раз, Грог натянул на лицо кривую ухмылку. – Завтра, ровно в восемь ноль-ноль у северного выхода. Попробуешь наебать, я за тобой Хана пришлю, он найдёт, не сомневайся, запах твой ему хорошо знаком.

– Да вы чё, мужики, я ж это…

– Мы так и поняли, – кивнул я и поднялся из-за стола. – Ладно, разбег, завтра долгий день. А ты, не вздумай нажраться, понял? Или будешь иметь дело с ним.

Я указал на ФЕТа, а тот нахмурил брови, при этом его лицо сделалось из доброго – смешным, даже Грог не выдержал и расхохотался. Доза тоже пару раз нервно хихикнул, но окончательно разрядить обстановку мне так и не удалось. Ладно, будем надеяться, что у парня ещё работает инстинкт самосохранения, ведь наш кинолог действительно, без малейших угрызений совести отпустит Хана прогуляться. Нехорошо, конечно, вот так на людей давить, но в итоге он нам ещё благодарен завтра за это будет.

– Вы точно здесь спать собираетесь? – на выходе у кабака спросил Грог.

– Меня устраивает, – пожал я плечами и выпустил густой клуб дыма.

– Не, я в Гранд пройдусь, сниму двух кисок и натрахаюсь досыта. Ты как, громила, со мной, или в клоповнике останешься?

– Ты ещё клоповников не видел, – усмехнулся я. – Да ты иди ФЕТ, если желание есть, меня моя перед рейдом объездила, до сих пор конец уставший. Только это, давайте там, чтоб без инцидентов, лады?

– Обижаешь, начальник, – гнусавым голосом ответил Грог.

– Да я за ним присмотрю, босс, – прогудел ФЕТ.

– Это меня как раз и пугает, – вздохнул я, выбросил окурок и посмотрел в небо. – Что-то боюсь я, к утру снегопад только усилится.

– Зато тепло, – Грог зачерпнул пригоршню, слепил комок, размахнулся и зашвырнул его в конец улицы. – Фтсиу, неси, Хан!

Пёс мгновенно сорвался с места и вскоре замер там, где снежок разлетелся на куски, закрутился, обнюхивая его, после чего выдал свой то ли лай, то ли подвывание: «Ву-у-вуф».

– Что, малыш, потерял? Ха-ха-ха, иди ко мне! – Грог похлопал себя ладонями по груди, и Хан рванул к хозяину.

Несмотря на то, что товарищ приготовился к встрече с питомцем, даже левую ногу назад отвёл, пёс всё равно едва не сбил его с ног, когда с разбегу поставил на хозяина передние лапы.

– С ним в бордель пойдёшь? – кивнул я на пса.

– А хули, – усмехнулся тот.

– Ладно, завтра в восемь на воротах, – отмахнулся я и вошёл в соседнюю с кабаком дверь.

Здесь сразу начиналась лестница, которая вела на второй и третий этажи, где уже непосредственно расположились номера. Ключ повернулся в скважине, и замок послушно убрал штифты, пропуская меня внутрь. Самая обычная комната: тумба, кровать и шкаф, даже стул не поставили. В нём конечно, на самом деле, никакой надобности, просто жаба разыгралась, восемь грамм за ночь – сумма приличная, могли бы за эти деньги хоть завтрак включить.

Рюкзак полетел в угол, автомат лёг на пол возле кровати, а пистолет на тумбу. Вещи в шкаф, но не все, лишь верхнюю одежду, термобельё, пожалуй, оставлю – свежо однако. Но это даже неплохо, так спать лучше, чем в духоте, градусов семнадцать в помещении, насмерть не замёрзну, да и одеяло здесь нормальное, ватное.

* * *

– Ну и что с ним? – спросил я Грога, который уже минут двадцать пытался запустить двигатель.

– Я ебу? Сломался, наверное, – огрызнулся из салона тот.

– Починить сможем?

– Бля, шеф, я тебе что, механик?!

– Ты не ори, я тем более понятия не имею, что с ним. Ладно, пойдём, попробуем в администрации машину выпросить.

– В смысле выпросим? Они вообще-то обязаны оказывать любое содействие! – заметил ФЕТ.

– А мне вот даже интересно, с чего вдруг у нас столько власти?

– Ну как это с чего, мы же Девятый отдел.

– И что мне это должно сказать? – усмехнулся я.

– Давай я тебе расскажу, – подал голос из салона Грог. – Вот смотри, эта история произошла, можно сказать, при мне. Чуть западнее есть небольшая, но очень гордая крепость, – боец специально изобразил кавказский акцент в этом предложении. – И вот однажды, к руководству данного укрепления приезжают люди и просят о содействии, а их, как ты уже наверное догадался, посылают нахуй. Люди вежливо улыбаются и покидают кабинет коменданта, а через три дня он погибает при странных обстоятельствах. Его место занимает другой человек и точно так же, не желает слушать вежливых людей в своём новеньком кабинете. Мало того, он берёт их под арест, угрожает справедливым судом и виселицей. Вот только наутро в постели обнаруживают его остывший труп. А в должность коменданта наконец вступает адекватный мужик, поговаривают, что он ещё в первый день явился в крепость, вместе с вежливыми людьми. И ты представляешь, там даже жизнь наладилась, начались поставки боеприпасов, даже консерву разную завезли.

– Ну, как-то так я и думал.

– А что тут думать, шеф, достаточно посмотреть на контингент нашей скромной базы. Там же сплошные особисты из бывших.

– Ребят, может, я пойду уже? – скромно подал голос Доза и в этот момент двигатель «L200» внезапно затарахтел.

– Да куда ты от нас теперь денешься? – с наглой ухмылкой выбрался из салона Грог. – Прошу, карета подана.

– Доедем хоть? – неуверенно уточнил ФЕТ.

– Туда да, а вот на обратный путь придётся что-нибудь мутить.

– Может, всё-таки «Буханку» в комендатуре выписать?

– Да ты сейчас там с бумагами на полдня зависнешь, – отмахнулся Грог. – Поехали, не ссы.

Мы расселись по местам, примерно в том же порядке, что и по прибытию сюда, только Доза приплюсовался на заднем диване, точнее, пока он ещё неуверенно мялся возле двери.

– Может, он в кузове поедет? – имел неосторожность предложить тот.

– Чё?! Ты давай там не охуевай, иначе сам сейчас в кузове поедешь, – мгновенно отреагировал Грог. – Залезай уже, ссыкло, не тронет он тебя.

Доза вскарабкался в салон и уселся на самый край дивана, словно бедный родственник. Однако пёс в самом деле никак на него не реагировал, и тот немного расслабился. Я занял место пассажира, ФЕТ снова за руль.

На развороте, машину слегка протащило по мокрому снегу, но всё же вела она себя достаточно уверенно, несмотря на грязевую резину. Скорее всего, она была всесезонкой, иначе это не объяснить. Вот, кстати, один из минусов, когда приходится подбирать автомобиль по месту.

Бардак начался в июне и весь транспорт был обут в лето, а сейчас на дворе зима. Нет, можно, конечно, и забить, вот только тормозить или входить в крутой поворот не совсем безопасно. В Таганроге нам повезло, и пикап оказался обут приемлемо, с другой стороны, мы ведь в Москву собираемся, уж там с транспортом наверняка проблем не будет. В конце концов, что-нибудь да придумаем, может, вообще снегоходы раздобудем.

– Ну хуй с ним, а почему «Девятый отдел»? – переключил я мысли на более насущную тему и обернулся к Грогу.

– Ты чё, у кореша своего, там, на базе не спросил?

– Какого кореша?

– Старого такого, Крюков фамилия, не знаком, не?

– Ой, да какой он кореш, – отмахнулся я и отвернулся к лобовому. – Так, закусились с ним разок…

– Ага, ты мне-то можешь не рассказывать, весь поток про ваше, как ты выразился «закусились» в курсе. Он этот случай теперь всем в пример приводит, даже в программу обучения хочет занести. Уважает он тебя.

– Да хер с ним. Ты мне на вопрос ответь.

– Ты на вводной, когда в поток поступал, слушал внимательно?

– Ну так, время от времени, голова была другим занята.

– Оно и видно. Короче, вся наша контора из девяти отделов состоит. Первый и второй решают финансовые вопросы, третий занимается снабжением, оружие там, боеприпасы. Четвёртый с медициной что-то мутит, или исследования проводит. В общем, там у всех свои задачи, это не суть. Всё это только для того, чтоб максимально хорошо работали девятый и седьмой отделы.

– А седьмой чем занят?

– Нами, ёпт, – расхохотался Грог.

– В смысле? – снова обернулся к нему я.

– В прямом. Или ты думаешь, мы здесь все по своей воле? Меня на месяц раньше на базу доставили, тоже твой дружок, кстати.

– Лёха?

– Это для тебя он Лёха, а нам он Алексей Викторович, но да, он. Как раз главный в седьмом отделе, все операции по вербовке через него проходят, крутой специалист. Знаешь, как меня заманили?

– И не узнаю, если не поделишься.

– Легко. Наводку мне на гнездо подкинули, мол, там всего три особи сидит, а я дурак и проверил, полез. В итоге едва живыми выбрались, но повеселились мы Ханом знатно. Я после этого неделю ещё кровь из волос выковыривал.

– А ты, ФЕТ? – поинтересовался я у водителя.

– Да там… – поморщился тот и отмахнулся, – нечего особо рассказывать.

– Это он скромничает просто, – захохотал Грог. – У него история покруче твоей будет. Его в долгую разыгрывали, несколько месяцев вели, уж очень спокойно наш Кинг-Конг на триггеры реагирует. Вначале девочку подсунули, типа Макса твоего, не совсем нормальную. Затем разыграли целую трагедию, чем и заставили в гнездо сунуться. Тебя это, кстати, тоже в Таганроге ожидало, но ты умней нас оказался, самих кукловодов разыграл.

– Ну а с ФЕТом что?

– Ну чё, он в гнездо с кувалдой вошёл, мститель, ёпт. Тоже думал, что там стая мелкая, а их сколько было, а здоровяк?

– Двадцать семь, – скромно прогудел тот.

– Вот ты прикинь, в каком шоке были вербовщики, когда он двадцать шесть сердец, в простыню завёрнутых, в город припёр. Наш ФЕТзила им головы кувалдой разбивал, уроды там наверняка пятый угол от него искали. Отбивались тоже яростно, жить всем хочется, даже этим. В общем, наш бычара семь пулевых ранений получил, вернулся к началу бункера, вырвал сердце у первой жертвы и как яблоко грыз периодически, пока остальных добивал.

– Нихуясе, – я с опаской покосился на товарища.

– Ага, – согласно кивнул Грог. – Вот и думай теперь, правильно нас боятся или зря. В нашем потоке у каждого своя история есть, к нам простых людей не принимают.

– Это я уже понял.

– Мы ведь вначале все реально думали, что ты блатной просто, – тем не менее продолжил разговор тот, – стороной тебя обходили, не уважали. Тебя ведь «Сам» на базу доставил, а слух о том, что вы давние друзья, быстро разлетелся.

– Ну а вам не один хер? Ну вот по факту если.

– Ты дурака-то не включай. Сам подумай, мы ведь каждый через дерьмо прошли, на краю жизни побывали, а тут, хлоп, и заявляется красавчик, ни царапинки на нём, да ещё и Викторыч его за ручку по всем водит. Это мы уже после узнали, что ты самого Крюкова размотал. Я тебе тогда даже завидовать немного начал.

– А сейчас?

– Нормально всё, не парься. Я уже понял, что пацан ты нормальный, можно с тобой в разведку.

– Ну спасибо.

– Говно вопрос, обращайся.

* * *

Москва встретила нас своим стандартным состоянием – огромной пробкой на выезде. При том забиты были обе полосы, даже встречка, правда, машины на ней стояли тоже по направлению из города. Можно, конечно, попытаться объехать, но такие манёвры в престольной, даже в лучшие времена, с навигатором, грозили многочасовыми блужданиями по развязкам. Потому приняли коллективное решение – оставить машину и дальше двигаться пешком.

Видеть такую громадину в состоянии мертвеца – очень необычно. За всю жизнь я бывал здесь всего несколько раз и всегда по делам, проездом, а потому впечатления этот город оставил не очень хорошие. Вечная суета, толкучка, все куда-то бегут, опаздывают и даже ночью улицы не погружаются в тишину. Помню, как-то повёлся на уговоры товарища и попытал счастья в трудоустройстве. Приехал под вечер, друг меня встретил, накормил, на ночлег устроил. Я честно пытался уснуть под несмолкаемый гул проезжающих машин за окном, но так и не смог. Проворочался всю ночь, а утром, с помятой рожей пошёл на собеседование, где не смог и двух слов связать, потому как вообще не соображал, что они от меня хотят. Благо на работу меня так и не приняли, и я спокойно вернулся домой, после чего зарёкся посещать столицу.

Сейчас этот монстр спал. Из звуков, разве что завывание ветра в углах, да стук выломанных дверей. Кажется, что каждый шаг эхом разносится по всей округе. Но сейчас день и особо бояться нечего, разве что вот таких же, залётных искателей приключений.

– Ну, куда дальше? – спросил я проводника.

– Вроде вон там они всегда лёжку устраивают, – не совсем уверенно указал Доза на здание поликлиники между домов.

– Вроде? – тут же зацепился Грог. – Ты вчера себя пяткой в грудь стучал, рассказывал нам, какие вы герои, трижды с одного места по куче сердец привозили, при том в лёгкую.

– Ну да, там в поликлинике подвал большой, они часто в нём прячутся.

– Ладно, Грог, хорош пацана кошмарить, – заступился за проводника ФЕТ. – Предлагаю проверить, мы вроде ничего не теряем.

– Я вообще считаю, что мы хуйнёй занимаемся, – пожал плечами тот. – Нет, с одной стороны, я согласен, что наш клиент в Москве прячется, но хватать каждого урода и допрашивать… Сомневаюсь, что результат будет.

– Ну так предлагал бы свои идеи, – спокойно отреагировал я.

– Как только что-нибудь придумаю – дам знать, – ухмыльнулся Грог и прихлопнул пса по ляжке. – Ищи, Хан.

Пёс тут же сорвался с места и исчез за машинами. Через некоторое время мелькнул между домов, где направился как раз к поликлинике. Спустя некоторое время с той стороны донеслось его коронное «Ву-уф».

– И на кой хер мы этому придурку столько серебра отдали, – тут же прокомментировал работу своего питомца Грог.

– Потому, что мы сюда всего сорок минут шлёпали, а могли весь день потерять, не знай хоть примерного направления, – пояснил я и снова обратился к Дозе. – Сколько их там обычно бывает?

– В последний раз на семь особей нарвались, – охотно ответил тот. – До этого трое. Да здесь в основном новенькие только, большие стаи ближе к центру или в метро. Но туда даже военные не лезут.

– Понятно, – кивнул я и остановился напротив центрального входа, где всё ещё рычал и нервничал Хан. – Так, входим осторожно, здесь наверняка ловушки имеются. Всех не мочите, мы здесь в первую очередь за языком.

– Да это и так понятно, – ухмыльнулся Грог, но заметив, как я нахмурил брови, быстро исправился: – Есть!

– Ты, – я обернулся к Дозе, – никуда не лезешь и не дёргаешься, будешь мешать – я тебя лично пристрелю.

– Да я могу и здесь подождать.

– Рот закрой и делай что говорю, может быть, домой вернёшься. Как понял?

– Всё, молчу, – Доза изобразил закрытую молнию на губах.

– Так, ладно, двинули, я первым, за мной Грог, следом Доза и ФЕТ замыкающим.

– Принял, – кивнул здоровяк и повесил пулемёт за спину, по типу рюкзака, сам вытянул из набедренной кобуры укорот и загнал патрон в ствол. – Готов.

– Готов, – Грог тоже снизошёл до оповещения. – Хан, рядом.

Пёс моментально устроился у хозяина почти в самых ногах, но тем не менее нисколько не стесняя движения и мы, друг за другом, осторожно вошли внутрь.

Глава 9. Охота

Полное запустение и разруха, других слов просто не было, чтобы описать происходящее внутри. Под ногами постоянно что-то хрустело, следы от пуль на стенах, а от регистратуры вообще ничего не осталось, похоже, там разорвалась граната.

Мы неспеша продвигались к лестнице, внимательно всматривались в те места, куда собирались поставить ногу. Две растяжки остались позади, самые обыкновенные, с применением гранат. Их мы преодолели без каких-либо проблем, попросту перешагнули. Возможно, уроды поленились выставить многоуровневую защиту, а может, здесь не так часто появляются люди, потому и нет смысла заморачиваться. В любом случае, такое отношение к собственной безопасности играло нам на руку.

Дверь, ведущая в подвал, оказалась заблокирована, что в принципе тоже норма.

– Ну что, ломаем? – поинтересовался ФЕТ.

– Может, лучше рванём? – внёс поправку в предложение Грог. – А то пока ты её вышибать будешь, всё гнездо всполошишь.

– Другие входы есть? – на всякий случай я уточнил у Дозы.

– Само собой, это же больница, – кивнул тот. – Два с улицы, но там двери железные, и по другой лестнице ещё один. Перекрыть все мы не сможем, нас мало.

– Нахрена нам это нужно? – ухмыльнулся Грог. – Ну улице день, дебила кусок.

– Базар убили! – сухо приказал я. – Подрывай, здесь войдём.

Грог скинул рюкзак и выудил из него тюбик, похожий на тот, в каких обычно находится зубная паста и приступил к делу. Я не очень разбирался в данном вопросе, хотя на базе нам всем преподавали одинаково. Ну вот бывает такое, по стрельбе и в рукопашной схватке мне равных не было, а вот Грог был отличником в подрывной дисциплине. Очень уж ему это нравилось.

– Отошли, – скомандовал он, и мы поднялись на пролёт выше.

Грог вдавил клавишу дистанционного детонатора, снизу несильно грохнуло, после чего мы дружно ломанулись обратно, но теперь уже в боевом порядке. Прежде чем сунуться в подвал, мы опустили на глаза приборы ночного видения и включили ультрафиолетовые фонари, которые были закреплены под стволами оружия. Сильно большой погоды они не сделают, но отпугнуть урода, сбить ему прицел вполне способны.

Из подвала почти сразу прилетела очередь, глупо было надеяться, что наше появление возле гнезда останется незамеченным. Но и мы были готовы к подобному приёму, а потому быстро рассредоточились по обеим сторонам от входа.

ФЕТ вытянул из подсумка две гранаты, выдернул из каждой предохранительную чеку и друг за другом метнул их в тёмный провал. Спустя пару секунд прогремели взрывы, и мы с Грогом сразу подкинули уродам несколько коротких очередей, а затем вниз полетела ещё одна граната, на сей раз другого принципа действия. Она излучала в ультрафиолете. Мы выждали, когда спадёт интенсивность ослепительного сияния, что всегда сопровождает горение магния и только после этого вошли.

Любое казённое помещение, в первую очередь представляет собой лабиринт, и это тоже не было исключением. Я где-то читал, что подобные проекты делаются специально, на случай террористической атаки, или чего хуже – нападения врага. Ведь пока разберёшься в хитроумном переплетении коридоров, гражданское население успеет по-быстрому свалить кратчайшим путём. Не знаю, правда это или вымысел, но факт остаётся фактом, в этих поворотах и кабинетах сам чёрт ногу сломит.

Прямо на нижней площадке мы обнаружили первую жертву нашей атаки, уроду в лоскуты изорвало ноги, похоже, что граната отработала прямо под ним. Доза поскользнулся на его кишках и полетел на пол. Он попытался было проблеваться, но получил ощутимого пинка от ФЕТа. Подействовало ободряюще. Едва сдерживая рвотный рефлекс, он всё же продолжил движение в составе группы.

Первый поворот и здесь нас снова поджидал сюрприз в виде автоматной очереди, долгой, скорее всего, на весь магазин. Пули защёлкали по стенам, заметались опасными рикошетами, но пока нам везло. За угол вновь полетела граната, но топот ботинок сказал нам, что взорвётся она, скорее всего, бестолково. Хотя, это как посмотреть, ведь мы сможем продвинуться дальше.

Взрыв, снова пара очередей из-за укрытия, и мы быстро переместились на следующую позицию. Справа и слева две двери, одну выворотило взрывом, а вторая, видимо, была открытой и ей почти не досталось. Само собой, без осмотра помещения не остались, но в них оказалось пусто, совсем ничего, лишь голые стены. А вот дальше нас ожидал не очень приятный момент.

Коридор имел полноценный перекрёсток, два ответвления влево и вправо, а так же продолжение вперёд. Делиться на два отряда глупо, нас и без того всего трое, Доза не в счёт, трясётся так, что я вообще удивляюсь, как его приняли в артель охотников. Да я бы его даже на шухер не поставил.

– ФЕТ, тебе держать позицию, – принял я решение, уж не знаю, верное или нет. – Грог, влево.

Оба коротко кивнули, и мы с Грогом двинулись в левый коридор, а ФЕТ скинул с плеч пулемёт. Да, с таким стволом не очень удобно передвигаться в узком пространстве, зато удерживать позицию на перекрёстке двух прямых – более чем.

Левое ответвление вскоре закончилось новым, которое расходилось в обе стороны параллельно основному коридору. По обеим стенам двери и хрен знает, за какой из них поджидает опасность.

– Грог, правую часть держи, Доза за мной.

Здесь небольшой аппендицит, всего три двери: две на левой стороне и одна с противоположной, так что выбор вполне очевиден. Проверим вначале их, чтобы уверенно двинуться вперёд, без опасения заработать выстрел в спину. Сильно не хватает людей, сейчас бы ещё пару бойцов, но их нет, значит, будем работать с тем, что имеем.

– Выбиваешь дверь и сразу в сторону, понял? – бросил я Дозе и тот быстро и коротко закивал. – Давай.

Удар ноги и створка с хрустом отлетела в сторону – чисто, лишь старый уборочный инвентарь: щётки, швабры и вёдра. Следующее помещение тоже оказалось кладовой, со стеллажами по стенам и всевозможной химией в канистрах на них. А вот противоположная дверь преподнесла сюрприз. Едва Доза её вынес, на него тут же бросилась тварь. Женская особь, она выскочила неожиданно, с визгом, и попросту снесла горе-охотника с ног. Оба повалились на пол, делая невозможным вести огонь. Доза всячески защищал шею от укуса, находясь снизу, а мой удар прикладом в затылок не причинил твари совершенно никакого вреда. Я успел замахнуться повторно, и в следующее мгновение мимо меня пронеслась туша Хана. Женщину вмиг сдуло с напарника.

Пёс не медлил ни секунды и сразу сомкнул челюсти на горле уродки. Та попыталась кричать и отбиваться, но тщетно. Голос быстро захлебнулся в крови, а пёс всё продолжал рвать её плоть серебряными протезами клыков. Оторванные куски он тут же глотал, лицо, шея и часть груди женщины очень быстро превратилась в сплошное кровавое месиво. Это действие Доза спокойно выдержать уже не смог и вывернул желудок себе под ноги.

– Фтсиу, – позвал пса хозяин, как только истерзанное тело перестало подавать признаки жизни, и Хан послушно поспешил к ногам Грога.

– Всё, двинули, – скомандовал я, как только подошёл к перекрёстку.

Теперь работать стало в разы проще, Доза семенил чуть позади, чтобы не мешаться под ногами, а мы с Грогом по очереди выбивали двери по обеим сторонам коридора и проверяли каждое помещение. В одном из них снова обнаружилась женская особь, которая попыталась поступить аналогично своей подруге, вот только сейчас в дверях были профессионалы и короткая очередь по ногам, моментально обратила атаку в падение на пол. Крик боли оглушительно разлетелся по коридору, но Грог чётким, сильным ударом ноги, просто сломал ей челюсть и вырубил на некоторое время. Я быстро обездвижил тварь, сковав ей руки и ноги специальными хомутами, а чтобы у нее не оставалось совсем ни единого шанса освободиться, третьим хомутом зафиксировал их ещё и между собой.

Вскоре коридор озадачил нас очередным перекрёстком, точнее, ответвлением, которое возвращало нас к центральному проходу. Но туда мы не пошли, смысл, если его под прицелом держит ФЕТ, не ровен час по нам жахнет. Но и оставлять его без прикрытия тоже глупо, хрен его знает, вдруг в него можно попасть ещё каким-нибудь образом.

– Доза, останься здесь, – скомандовал я, и мы с Грогом двинулись дальше.

Судя по внешнему виду больницы, сейчас мы находились уже в противоположной части здания, примерно, конечно. Здесь коридор делал поворот налево, а затем сразу направо, словно специально, чтобы гасить взрывную волну. Не успели мы сунуться туда, как нам под ноги вылетела граната, заставляя нас галопом рвануть к перекрёстку. Оглушительный взрыв ударил по ушам, Грог болезненно вскрикнул и схватился за голень. Но мы не новички, да и экипированы достаточно прилично. Кусочек сухого чёрного сердца покоится под языком с самого начала операции, а значит, ранение скоро перестанет беспокоить напарника.

Я попробовал высунуться, чтобы проверить наличие врага за поворотом и едва успел скрыться обратно, как в ответ прогрохотала очередь.

– Суки, хорошо засели, – выдохнул я. – У тебя световые есть?

– Держи, – вложил Грог мне в ладонь магниевую гранату. – Последняя.

Я активировал её, присел и постарался метнуть по полу таким образом, чтобы она, отскочив от стены, улетела за поворот. В ответ на моё действие снова грохнул автомат и на этот раз уже более прицельно. Пуля поразила предплечье и, похоже, перебила кость. Я едва не отключился от болевого шока, а уж как взвыл, даже Доза в ужасе отстранился. Кусочек сердца быстро перекочевал на зубы, где я его окончательно прожевал в кашу и отправил в желудок. Несколько секунд и вены наполнило огнём, который устремился в место ранения, заставляя меня ещё раз закричать от боли.

Трясущимися руками я извлёк из нагрудного кармана ещё один кусочек волшебного лекарства, как следует смочил его слюной и снова отправил под язык. А в это время из коридора уже вовсю доносились крики боли, что ласкали слух. Там работала ультрафиолетовая граната. Да, интенсивность излучения от магния не столь сильная, как от фонарей и уж тем более от солнца, однако уродам хватает, чтобы почувствовать немалый спектр боли.

Как только свет за поворотом начал тускнеть, мы сорвались с места. Видимость в ПНВ не так хороша, как её изображают в кино или видеоиграх, но её вполне достаточно, чтобы мы смогли рассмотреть троих уродов, которые получили ожоги глаз и сейчас напоминали слепых котят. Однако в их руках находилось оружие, а значит, не могло быть и речи, чтобы попытаться взять их в плен. Мы расстреляли их безжалостно, словно мишени в тире. Затем завершили осмотр и только после этого вернулись обратно.

Вот теперь образовалась неслабая дилемма. Если мы вернёмся к ФЕТу, кто даст гарантию, что уроды ещё раз не займут эту позицию или не попытаются пройти здесь нам в спину? Но думал я недолго.

– Ждите, – приказал я Грогу с Дозой, – мы с ФЕТом проверим центральный коридор, встретимся здесь.

– Постой, – придержал меня Грог. – Хана возьми. Служить! – приказал он псу и указал на меня пальцем.

Пёс без каких-либо сомнений тут же сместился мне в ноги. Я с благодарностью кивнул товарищу и поспешил на позицию к ФЕТу. По пути ещё раз проверил пленную, она уже пришла в себя и яростно шипела, пытаясь освободиться. На всякий случай я ещё раз приложил ей ботинком в лицо и поспешил к товарищу. Тот спокойно сидел там, где мы его оставили, о своём появлении я предупредил его заранее, по радиосвязи, чтобы ненароком не пальнул.

– Двигаем, – сказал я, как только вышел на перекрёсток. – Там впереди ещё одно разветвление, на нём Грог дежурит. Если что, там снова разделимся.

– Принял, – ФЕТ дополнительно подтвердил слова кивком и снова закинул за спину пулемёт.

Мы осторожно направились вглубь по центральному коридору, на этот раз здоровяк шёл впереди, а я прикрывал тыл. Хрен его знает, что там творится в правом крыле, а планировка помещения вполне позволяет выйти нам в спину. Хан двигался рядом со мной, постоянно втягивая носом воздух. Несмотря на то, что он никак не реагировал на двери, которые шли по обеим сторонам, мы проверяли каждое помещение. Так добрались до своих, объединились, снова оставили ФЕТа на точке и отправились в правую часть подвала.

Если центральный коридор полностью повторял геометрию левого, то сейчас всё изменилось. Само здание поликлиники было выстроено углом и, соответственно, эта часть подвала повторяла его очертание. Помимо прочего, здесь строители создали настоящий лабиринт из поворотов и перекрёстков. Пришлось возвращаться, чтобы подтянуть за собой здоровяка.

Мы обыскивали каждый закуток, каждый закоулок, не ленились заглядывать в комнаты и даже в вентиляцию. Но столкновение всё равно произошло внезапно. Не уверен, но было похоже, будто уроды намеренно загнали нас в эту часть подвала, а может, просто поджидали, пока мы до неё доберёмся. Причина данного вывода возникла в голове немного позже, когда замес подошёл к концу, а в момент схватки я думал лишь об одном: «какого хрена мы вообще сюда попёрлись?!»

Твари словно с цепи сорвались, повалили на нас целой толпой, и здесь их явно было не десять особей, как утверждал до этого Доза. Возможно, мы благополучно уничтожили всех вооружённых, или попросту стая попалась нищая, в общем, нападающие лезли врукопашную. И если первых мы успели пристрелить, то идущие следом оказались слишком близко, не оставляя нам ни шанса воспользоваться оружием.

Один такой повис на моём автомате и раскрыл пасть, в попытке укусить меня за руку. Здесь уже хочешь не хочешь, а оружие пришлось отпустить, дабы избежать заражения. Я выхватил нож и загнал егопо самую рукоятку в глотку уроду, после чего полетел на пол, потому как в меня с разбегу влетел следующий. Но его внезапно снесло с меня от мощнейшего пинка, а затем я краем глаза увидел, как в дело вступил Хан.

Урода с меня снял ФЕТ и сейчас он огромными кулаками выбивал дерьмо из следующей парочки. И вот что странно, после его ударов некоторые переставали вставать, хотя регенерация у тварей практически мгновенная. Сам лично видел, как они соскакивают после попадания пули в голову, естественно не серебряной. А здесь обычный кастет… Стоп! Да он, мать его, долбанный гений! Если выберемся из этой передряги, обязательно сделаю себе такой же. Судя по всему невероятно эффективное оружие в ближнем бою, уроды отлетают словно персонажи из мультфильма об Илье Муромце. Хотя, надо признать, ФЕТ и выглядит не хуже.

– Ты долго ещё валяться намерен?! – крикнул Грог. – Мне совсем не помешает помощь.

– Да заткнись ты, – я наконец пришёл в себя и подскочил, всё же прилёт затылком в бетонный пол бодрости не прибавляет. – Доза где?!

– Вон, его в углу доедают, – махнул рукой в сторону ФЕТ и зарядил мощный хук очередному уроду.

У последнего даже ноги выше головы подлетели, а хруст челюсти наверняка можно было услышать снаружи. Грог работал ножом, стандартным, как и у меня, с серебряными вставками в клинок. Хан всячески помогал хозяину, вгрызаясь в ноги противнику. Мы стояли спина к спине и отмахивались, как могли, а твари всё наседали. Рукоять ножа уже давно стала скользкой от крови, но самое странное происходило в ботинках. Я словно в лужу наступил, вот только здесь ей взяться было неоткуда. Странно, как столько крови могло натечь в обувь? И когда уже закончатся эти уроды? У меня полное ощущение, что мы здесь бьёмся с нескончаемым полчищем.

Но интенсивность их атак уже заметно ослабла, словно где-то кран с подмогой перекрыли. Впервые в жизни я попал под такой дикий замес, даже не знаю, скольких я убил, шесть, может, семь особей? За ФЕТа вообще молчу, он колол им черепа, будто гнилые арбузы. Вот и сейчас, он оседлал своего последнего противника и никак не может успокоиться, всё наносит удары по сильно деформированному черепу. Грог уселся на стопку покойников и с усталым видом наблюдает за товарищем. Хан, кстати, тоже продолжает трепать горло едва живого урода. Впрочем, и я всё ещё пребываю в боевом трансе, держу за волосы давно убитую тварь, а другой рукой продолжаю всаживать нож под ключицу.

Осознание того, что бой окончен, пришло не сразу. Я наконец выпустил из рук жертву и по примеру Грога уселся на соседней стопке трупов, после чего, трясущимися руками, вставил в губы сигарету и прикурил.

– Как думаете, это все? – спустя некоторое время, хриплым голосом спросил я.

– В любом случае, до конца подвал проверить придётся, – устало отозвался Грог и стукнул меня в плечо.

– Спасибо, – принял я протянутую флягу, тут же сделал большой глоток, и лишь на третьем до меня дошло, что внутри была вовсе не вода.

– Твою мать, предупреждать надо, – выдохнул я. – У тебя там спирт, что ли?

– Нет, вчерашняя самогонка, которую я у Дозы отжал.

– Пиздец… Крепкая.

– Дай мне тоже, – протянул руку ФЕТ, и я вложил в неё фляжку.

– Чё делать-то с ним будем? – поинтересовался Грог.

– С кем? – я не сразу сообразил о ком речь и проследил за взглядом напарника. – А, ты про Дозу.

Я вытянул из кобуры пистолет, направил ствол в голову мёртвому проводнику и потянул спуск. Грохнуло, вспышка на мгновение осветила пространство, и я краем глаза заметил метнувшуюся тень в пустом дверном проёме. Хан тут же оскалил клыки, утробно зарычал и хотел, было, броситься преследовать, но Грог не позволил.

– Всё, подъём, – тут же оживился я. – Здесь до конца не так много осталось. После ещё допрос предстоит, а времени всё меньше.

– Да мы здесь час от силы, – усмехнулся Грог. – Спокойно всё успеваем.

– Раньше сядем – раньше выйдем, – поддержал меня ФЕТ.

Адреналиновый отходняк – дело сложное. Всё тело становится ватным, каждый шаг приходится превозмогать себя, а затем заставлять делать следующий. Но мы обязаны убедиться, что в подвале больше не осталось способных ударить в спину. Наши посиделки с флягой легко могли стать последними, но, видимо, чутьё подсказало, что нет здесь больше тех, кто представляет для нас серьёзную опасность. И вскоре мы сами в этом убедились.

– Ищи, Хан, давай мальчик, – подбадривал пса Грог.

И он нашёл. Вывел нас к очередной двери, после чего несколько раз гавкнул, или как у него это на самом деле называется, когда с неким подвыванием. Мы вскинули автоматы, встали по краям, а ФЕТ ударил в районе замка. Вот только силищи приложил столько, что у двери до кучи вырвало верхнюю петлю. Она так и замерла в нелепом положении, зато мы наконец нашли то, что искали.

– Пиздец, и что с ними делать? – уставился на детей Грог.

– Валить, – пожал я плечами. – Допрашивать их я точно не смогу.

– Да мне и стрелять как-то стрёмно, – озвучил общие мысли ФЕТ.

Всё это время мы пытались подсветить их ультрафиолетовыми фонарями. А детки шипели, словно дикие кошки и каждый раз забивались в тёмный угол. Именно это хоть как-то отличало их от людей и немного помогало бороться с моралью. Однако на душе творилось полное дерьмо, иначе даже сказать не получается. Сомнения боролись со здравым смыслом, хотя каждый из нас понимал – это не люди, из них вырастут полноценные уроды, их нужно убить.

– Ладно, валите отсюда, – сказал я товарищам и снял с разгрузки гранату.

Парни молча отошли в сторону, я свёл усики предохранительной чеки выдернул её и отпустил рычаг. В уме посчитал до трёх, закинул в помещение гранату и поспешил отскочить в сторону. Гулко грохнуло, аж в ушах зазвенело, но чёрное сердце под языком быстро исправило контузию, вспыхнув огнём в повреждённых местах. Я немного выждал, заглянул в комнату, которую неслабо заволокло дымом и пылью, вытянул пистолет и практически на ощупь проконтролировал каждого.

– Спасибо, шеф, – пожал мне руку Грог, когда я догнал их на следующем повороте.

– Дай глотнуть, – кивнул я на фляжку.

Алкоголь горячей волной провалился в желудок и присоединился к предыдущей дозе. Спустя некоторое время напряжение немного отпустило, хотя то, что я только что сделал, ещё долго будет преследовать меня во снах. Я знаю, уже проходил нечто подобное. Именно по этой причине, спустя почти полгода метаний, я всё же выбрал профессию добытчика. На охотников хорошо смотреть лишь сквозь призму подросткового восхищения. На самом деле в этом участвуют полные отморозки.

Однажды мы напали на гнездо, в котором находились только женские особи, а так как трахать их можно без опаски заразиться, то мои бывшие соратники закатили такую оргию… Бр-р-р, зачем только я это вспомнил. Даже не знаю, на самом деле, что хуже, та история или моё недавнее убийство детей?

– А где она? – наигранно удивился Грог, глядя на кровавый след на полу, – Шеф, кажется, наша пташка упорхнула.

– Блядь, мне вот сейчас вообще не до шуток, – отмахнулся от него я и прошёл по кровавому следу в комнату.

Не знаю, на что надеялась эта злая. В том положении, в каком я её оставил, далеко не уйдёшь. Даже эти несколько метров, что она проползла, можно смело называть подвигом. К тому же раны на её ногах даже и не думали заживать, а ниже колен уже начали чернеть. А значит, на допрос у нас осталось не так много времени, часа два, максимум три, в любом случае, до рассвета она всё равно не доживёт.

– Поговорим? – присел я перед девушкой на корточки.

– Пошёл на хуй! – выплюнула она в ответ и даже попыталась укусить меня, но звонкая пощёчина откинула её голову.

– Ты в любом случае сдохнешь, тебе решать: долго и мучительно, или быстро.

– Мне насрать, – выдохнула та, и я наступил на кровоточащие раны.

Я, конечно, ожидал, что она закричит от боли, но не был готов к настолько пронзительному визгу, который резко ударил по ушам. Пришлось выждать немного, когда взгляд уродки слегка прояснится, прежде чем перейти к вопросам. Я выудил из кармана распечатанную фотографию старого друга и поднёс её к глазам твари.

– Видела его?

– Пошёл на хуй! – прошипела сквозь зубы та, и теперь я направил ей в лицо ультрафиолетовый фонарик.

Девушка снова взвыла и попыталась отстраниться, но я схватил её за волосы и продолжил светить, пока кожа на её щеке не почернела.

– Если что, у Хана отлично получается развязывать языки, – привнёс предложение Грог из-за спины. – Могу попросить, мне не сложно.

– Ты видела его или нет? – повторил я вопрос и снова показал девушке фотографию, переключив фонарь в обычный режим.

– Я ничего вам не скажу, можете запытать меня хоть до смерти, – заявила та. – Вам всем скоро пиздец, осталось недолго.

– А вот с этого места подробнее, пожалуйста, – ухватился я за обрывок информации.

– Полижи мне между ног, выродок! – огрызнулась в ответ та.

– Ну давай, – поднялся я на ноги и обратился к Грогу.

– Хан, рвать! – спокойным голосом приказал тот, и пёс моментально приступил к делу.

Видимо, команды «Взять» и «Рвать», как-то для него отличались, потому как он не бросился девушке в горло, а вцепился в ногу. Уродка снова подняла визг, но Хану от этого было ни жарко, ни холодно, он подчинялся лишь одному человеку, а тот пока не просил его остановиться. Вскоре раздался хруст кости, а визг уже перешёл в завывания с элементами хрипа. И ведь все дело именно в серебре, не будь у Хана этих клыков, она бы ничего не почувствовала, по крайней мере, не настолько ярко. Серебро каким-то непонятным образом блокировало все их плюсы, превращая из грозных, смертоносных тварей в беззащитных жалких существ.

– Нельзя, – наконец прервал страдания жертвы Грог.

Пёс почти сразу отстранился и принялся слизывать кровь в морды, при этом он так причмокивал, что невольно вызывал тошноту. Всё же зрелище на самом деле было очень неприятным.

– Говори, тварь! – крикнул я, в попытке переключить отвращение на гнев и пнул девушку по обглоданной ноге.

– А-а-а-а! Взревела от острой боли та, но вскоре замолотила языком, правда не совсем то, что мы от неё ждали. – Вам всем пиздец, всем! Вонючее мясо! Он скоро придёт за вами, мы осушим ваши города, не помогут ни стены, ни серебро. Нас будет так много, что вы обосрётесь от страха при одном только виде этой орды.

– Где он прячется, мразь! Отвечай! – я снова пнул её по больному месту.

– Пошёл на хуй! Все пошли на хуй! Аха-ха-ха! Вам уже ничто не поможет!

– Сука! Я тебя наизнанку выверну! – взревел я и принялся пинать девушку по ноге.

Хан, видимо, почувствовал гнев и в тон моим крикам гавкал, волновался, но броситься в атаку без приказа хозяина не решался. Девушка больше не выла, она хрипела от каждого удара, тряслась всем телом, выкрикивала проклятия, но ничего нового к своим словам так и не добавила. В итоге я выдохся быстрее и попросту пристрелил её.

Мы выбрались из подвала на морозный воздух, где я ещё пару раз приложился к фляжке с самогоном, остальное добили товарищи. Я закурил, уселся на ступени парадного входа больницы и устремил задумчивый взгляд в никуда. Мысли в голове ворочались самые мрачные и отвратительные.

Во-первых, мы действительно так ничего и не добились. Информации как не было, так и не появилось. Тот факт, что уроды собирают большую армию, мы знали и до всего этого. Во-вторых, периодически, перед глазами возникали дети, которые в ужасе забились в угол в тот момент, когда к их ногам прилетела граната. Да и после взрыва смотреть на их истерзанные серебром тела, было довольно тяжело.

Но некоторые выводы я всё-таки сделал. Серёга точно в Москве и стая, на которую мы нарвались в подвале больницы, явно двигалась сюда в подкрепление. А значит, армию формируют здесь же, в столице. С другой стороны, это и так понятно – где ещё есть подобное количество подземных коммуникаций, способных вместить огромное войско. Непонятно лишь одно, что теперь со всем эти делать и как выковырнуть из убежища того, ради кого мы сюда припёрлись.

– Ну что, пора транспорт искать? – прервал мои размышления Грог.

– Нет, – покачал я головой.

– В смысле нет? – удивлённо уставился на меня тот.

– Здесь останемся, на ночь, – высказал я свои мысли.

– Ты чё, совсем ебанулся?! – забыв о всякой субординации, спросил он. – Я что-то пока не готов подыхать непонятно за что?

– Ты её слышал, Грог, – кивнул я в сторону входа в больницу. – Всё как раз более чем понятно.

– И что? От того что нас сожрут, вряд ли что-то изменится к лучшему!

– Босс, я думаю, Грог прав, мы пока не готовы к такому. У нас нет никаких данных о цели, и ночные посиделки у рандомного выхода метро нам тоже ничего не дадут, – прогудел ФЕТ.

– Значит, нам нужен кто-то, кто в курсе происходящего под землёй.

– Извини, конечно, но я не останусь.

– Это прямое нарушение приказа…

– Да что с тобой не так?! Послушай, вообще, что ты несёшь! – взорвался Грог. – Предлагаешь нам сложить жизни за очередного пленника, который по факту может вообще нихуя не знать!

– У тебя есть ещё варианты?

– Да. Например, вернуться в Калугу и наконец связаться с нашими. У них наверняка есть план получше этого дерьма. Поговорим с администрацией, в конце концов, может быть, они подкинут какие-нибудь идеи.

– Зассал?

– Да иди ты на хуй, понял? Ты меня на эти детские понты не возьмёшь! Я не боюсь сдохнуть, иначе меня бы здесь просто сейчас не было. Но и делать это вот так, глупо и бессмысленно, тоже не собираюсь. Я вот одного не пойму: почему ты-то так стремишься подохнуть?!

– Я хочу, чтобы всё это дерьмо поскорее закончилось.

– Мы тоже, шеф, – прогудел ФЕТ и положил мне свою лапищу на плечо.

– Ладно, пошли за транспортом, – выдохнул я и с силой провёл ладонями по лицу. – Это, видимо, бухло во мне героя включило. Извините.

– Ты, главное, запомни это чувство, подозреваю, оно нам скоро пригодится, – ухмыльнулся Грог. – Фтсиу, Хан! Уходим.

Глава 10. Псих

Выбор – это не всегда хорошо, особенно, когда он слишком большой. Вот, казалось бы, Москва, машин здесь столько, что глаза разбегаются, но вот ухватиться не за что. По большому счёту, седаны да кроссоверы, все на летней резине, с сомнительной проходимостью. Нам бы УАЗ обычный или «Ниву», но где их взять в престольной? Данные автомобили здесь редкость и отыскать их возможно разве что у рыбаков каких или грибников, да и то как второй транспорт, не каждодневный.

Ну вот зачем нам, к примеру, «Бентли»? Да, в своё время о таком аппарате можно было только мечтать, а теперь это куча бесполезного железа. Слишком сложная машина для условий апокалипсиса, как, впрочем, и «Гелик», вокруг которого мы крутились минут сорок, но так и не смогли завести. Но у него хотя бы имелись все необходимые нам характеристики, даже всесезонная, грязевая резина.

Я как-то даже заскучал по своему верному другу – мотоциклу, ведь он у меня заводился с пол-оборота, никогда не подводил, при должном уходе, конечно. Но там и в обслуживании всё просто, даже если никогда не имел дела с техникой, главное, чтоб руки из нужного места росли и в голове хоть немного мозгов имелось. Зря я послушался Старого, нужно было забрать Ижак, сейчас бы не пришлось лазать по всем подворотням и пробкам, в поисках хоть чего-нибудь, более или менее подходящего.

– Во, нашёл, кажется! – указал пальцем Грог куда-то на стоянку при торговом центре.

– Ты бы конкретизировал хоть немного, там машин, как грязи, – буркнул я.

– Ну вон же, Черо́к старенький стоит, неужели не видишь?

– Теперь вижу. Думаешь, заведём?

– Пф-ф-ф, вообще не вопрос, у меня когда-то такой был. Это машина конца девяностых, тогда их ещё инженера делали, а не маркетологи. Хоть и примитивная, но надёжная, как швейцарские часы. В своё время за это Крузак семьдесят пятый ценился. Но тот вообще древний, как говно мамонта, зато до сих пор на родном движке найти не проблема, некоторые за два ляма уже пробег имеют, а всё ещё работают.

– Нам бы такой не помешал, – усмехнулся я, – но подозреваю, что найти его большая проблема.

– Их по Австралии много ещё ездит.

– Ну да, ха-ха ближний свет, – засмеялся позади ФЕТ.

Вдруг пёс, что до сего момента спокойно семенил у ног хозяина, замер и тихо зарычал. Морда повёрнута в сторону торгового центра, а значит, угроза находится в той стороне. Мы моментально рассредоточились и вскинули автоматы вдоль глаз. Я засел за высокой кабиной грузовика, в случае чего, мост прикроет, да и двигатель здесь не так просто насквозь пробить, если вообще возможно. Грог замер чуть впереди, так же скрываясь за капотом машины. ФЕТ немного позади, уже и пулемёт к бою приготовил.

– Э-э, мужики, не ссыте! – прогремел крик на всю улицу. – Я своих не трогаю.

– Вижу его, – тут же шикнула гарнитура в ухе, – долбоёб какой-то.

– Где он? – сухо уточнил я.

– От Черка́ метров десять левее.

– В натуре, чучело какое-то.

А мужик, до кучи, принялся махать нам руками, всячески привлекая внимание к своей персоне. На голове то ли дуршлаг или даже кастрюля, джинсовая жилетка с множеством карманов, которые нашиты самостоятельно. На предплечьях журналы, туго перемотанные скотчем, как и на голенях, которые теперь стали отчётливо видны, после того, как чудак взобрался на машину.

– Да идите сюда, я один! – продолжал орать сумасшедший.

– Может, его ёбнуть? – уточнил Грог. – Чтоб не орал на всю улицу.

– Я выйду, прикрой, – бросил я в рацию, осторожно вышел из-за машины и крикнул чудаку: – Эй, давай сам к нам!

К моему немалому удивлению, тот спрыгнул на землю и действительно ломанулся в нашу сторону, притом бегом.

– Стоять, бля! – нервы у ФЕТа не выдержали, и он чуть было не вдавил спуск, по крайней мере, зубы сжал так, что щёки покраснели.

– Да всё нормально, – заорал мужик и даже, подняв руки, покрутился, показав нам спину, мол, за ней ничего не спрятано.

– ФЕТ, отставить, – крикнул я так, чтобы гость услышал, а затем снова обратился к нему: – Всё, можешь идти, только спокойно, ладно?

Тот быстро закивал и продолжил движение уже обычным шагом. По мере того, как он приближался, я всё лучше мог рассмотреть детали его наряда. На голове и в самом деле дуршлаг, вот только с внутренней стороны в него вкручены саморезы, острыми концами наружу. Под жилетом на ремнях висит большая чугунная сковородка и, скорее всего, позади точно такая же. Видимо, парню невдомёк, что подобный вид защиты, скорее, убьёт его, нежели обезопасит. Пуля на раз пробивает чугун, а осколки от него лишь усугубят ситуацию, добавив ранений. А вот ботинки хорошие, в таких можно весь день ходить и не устать – подошва толстая, хоть по гвоздям топай.

На лице глуповатая улыбка, в глазах невероятный восторг, будто ребёнок в войнушку во дворе играет. С мозгами у него явно беда, но меня больше беспокоил другой вопрос: как это чудо здесь выжило?!

– Здорова, мужики, ну наконец-то! – радостно воскликнул он и вдруг полез ко мне обниматься.

Я рефлекторно сделал подшаг в сторону, поймал его руку и вывел в болевой, заставив присесть на колени.

– Да вы чё, мужики, я ж свой, – взвыл тот. – Да пусти ты, ёпт, больно же!

– Ты кто такой? – сухо спросил я и хоть немного ослабил захват, но продолжал контролировать руку.

– Можете называть меня Утилизатор! – с некой даже гордостью назвался он.

– Оружие где взял?

– Тоже мне, проблема. Когда ваши ушли, здесь его целую гору оставили, я даже прятать заебался.

– Так ты здесь с самого начала, что ли, сидишь? – удивлённо уставился на психа Грог.

– Ну так, жду приказа!

– Какого нахер приказа?!

– Это секретная информация, ау-у-у, бля! – я слегка надавил на вывернутую против сустава руку, добавив тем самым болевых ощущений. – Да генерал мне один сказал ждать секретного приказа!

– Какой генерал, когда?! – я всё никак не мог понять, бредит он или притворяется.

– Да я не знаю, он не назвался, просто сказал, что мне нужно ждать приказа. Мы тогда на крыше прятались, я там всех защищал, а потом вертолёт прилетел. Мне и двум моим бойцам места не хватило, но генерал сказал, что стране нужны такие герои и скоро я получу очень важный приказ.

– Пидорас, бля, – презрительно сплюнул Грог. – Тебя наебали, мужик, не будет никакого приказа.

– Нет, вы просто не знаете, потому что он секретный, – упрямо замотал головой тот. – Может, отпустите уже меня, а? Я правда свой.

– Полезешь обниматься, я тебе нос сломаю, понял? – предупредил его я и выпустил руку.

– Благодарю вас, сэр! – лихо козырнул тот.

– Ты нам здесь не сэркай, понял? – ухмыльнулся Грог. – Мы русские, вообще-то.

– Так точно. Простите, но я должен был убедиться, что вы не шпионы, – вальяжно ответил Утилизатор и уселся на капот машины. – Так, значит, вы ничего мне сказать не хотите?

– Ты как здесь выжил? – задал я вопрос, который мучил меня всё это время.

– Не хочу хвалиться, но я профессионал, старший майор специального подразделения, позывной Утилизатор.

– Аха-ха-ха, – от смеха Грог даже присел на корточки.

– Какой майор? – так же, едва сдерживая смех, переспросил я.

– Старший, – с гордостью повторил псих. – А вы, простите, в каком звании, может быть, я вообще зря трачу своё время?

– Он старший полковник, – с ухмылкой выдал ФЕТ, и мужик тут же спрыгнул с капота и вытянулся в струну.

– Простите, тащ старший полковник, не признал вас без опознавательных знаков.

– Аха-ха-ха, – ещё громче захохотал Горог. – Бля, заткните вы его, у меня сейчас живот лопнет.

– Вольно, майор, – произнёс я, но слово «старший» так и не смог выдавить. – Ты где живёшь?

– Южное Бутово, Чечёрский проезд, сто шестнадцать! – отчеканил тот. – Но это по прописке.

– Пф-ф-ф, понятно, – тяжело выдохнул я и попытался сообразить: как пробиться сквозь мусор в голове этого идиота. – Ладно, давай с другой стороны попробуем, место службы твоё где?

– Там, – махнул рукой в сторону центра города тот.

– Так, ладно, шутки в сторону, Утилизатор, мы прибыли сюда с проверкой.

– Я так и знал, – растянул губы в кровожадной улыбке тот. – Следуйте за мной, господа, сейчас я вам всё покажу.

– Придержи коней, парень! Можно тебя на пару слов? – попросил меня отойти в сторонку Грог.

– Да без проблем.

– Только не говори мне сейчас, что собрался тратить время на этого придурка, – завёл вполне ожидаемую тему тот.

– Грог, послушай, ты что, реально не понимаешь, какая удача нам подвернулась?

– Я понимаю только одно – этот парень с головой не дружит, один раз мы уже поверили в твою гипотезу.

– Это ты на что сейчас намекаешь?

– Я не намекаю, а говорю открытым текстом, твоя затея с проводником оказалась полным дерьмом. Мы едва не подохли там, в подвале. А сейчас ты предлагаешь нам отправиться хуй пойми куда, с имбицилом во главе. Времени и так в самый обрез, часов через пять будет уже темно, как у негра в жопе! Нам ехать минимум два, а у нас ещё ни транспорта нихера.

– Он выживает здесь почти четыре года…

– И ты ему веришь?

– Ну, как-то он здесь очутился, правильно? Не пешком же пришёл и явно не телепортировался?

– Морзе, это уже какой-то пиздец! Тебе, походу, тоже голову лечить нужно.

– Да успокойся ты и включи мозги. Думаешь, я ни разу не ночевал за пределами крепости? Это реально, даже здесь можно отыскать безопасное место.

– Твою мать! И за каким хреном я вообще подписался на всё это дерьмо?! Ты всё же решил остаться здесь?

– Просто если мы уедем сейчас, то можем больше не встреться с ним, – я указал пальцем на Утилизатора. – Лично мне думается, что это охуеть какой шанс и второго такого уже не будет.

– Это уникальная возможность сдохнуть, – уже менее уверенно заявил Грог. – Ты конченый псих, знаешь об этом?

– Догадываюсь, – ухмыльнулся я. – А ты прекращай уже скулить как сука.

– А если в ебло сейчас дам?

– Попробуй.

– Бля… – буркнул тот и на некоторое время замолчал, – если это окажется очередной хуйнёй, Морзе, я отвечаю, доложу обо всём руководству, без обид. И больше за тобой не пойду.

– Замётано, – протянул я товарищу ладонь.

– Ощущаю себя полным кретином, – ухмыльнулся тот, и мы пожали друг другу руки.

– Ну что, майор, мы готовы.

Утилизатор коротко кивнул, спрыгнул с капота и максимально тактической походкой двинулся вперёд. Мы последовали за ним, при этом не скрывая улыбок, потому как выглядел наш проводник очень забавно. А тому хоть бы что: чешет себе на полусогнутых, во все стороны стволом размахивает, а иногда ещё руки в странных жестах вскидывает.

Больше всего, конечно, удивляет, что он словно не чувствует усталости. Лично я бы уже давно плюнул на такой способ перемещения, мне на тренировках и десяти минут в тире хватало, чтобы после этого все ноги гудели. Ну ведь не зря говорят, что умственно отсталые гораздо более сильны физически.

Помню, когда у нас дурдом закрыли, одни мои знакомые женщину из негопод свою опеку оформили. Так она у них вместо мужика, с утра до ночи вкалывала, а после ещё и гулять уходила, притом довольно бодро. Они меня нанимали забор переделать, а её в подсобники определили, так я к вечеру едва ноги передвигал, а ей хоть бы что. Дежу отмыла до состояния новой, ещё и песенки какие-то себе под нос напевала. Похоже, здесь аналогичный случай.

Шли не меньше часа, и я уж было решил, что это никогда не закончится. На кривлянья проводника мы уже давно перестали обращать внимание, нас настораживало другое. Мы всё глубже продвигались в центр города. Время нещадно двигалось ко второй половине дня и самое страшное, что мы перестали понимать, как нам возвращаться обратно.

Но вскоре Утилизатор замер у грузовика, который раньше выполнял роль мусоровоза. Он смело дёрнул дверцу и забрался на место водителя, а нам предложил разместиться рядом. Мы честно попытались, но в итоге ФЕТ решил устроиться снаружи. Занял место на подножке и ухватился за кронштейн зеркала заднего вида. Благо ехали небыстро, хоть и достаточно долго. В общем, спустя примерно ещё часа полтора, псих остановился возле высоток «Москва-Сити».

– Всё, станция конечная, – с довольным видом доложил он.

– Не понял? – моментально разъярился Грог и схватил Утилизатора за грудки. – Ты куда нас привёз, дебила кусок?!

– А ну, стоять! – рявкнул я, и тот с неохотой подчинился. – Ну, и где твой пост? Откуда ты ведёшь наблюдение за противником?

– Там, – указал пальцем вверх сумасшедший. – Пойдёмте, тащ старший полковник, сейчас я вам всё покажу. Я не один день потратил на укрепление этой точки и скажу вам без излишней скромности – она неприступна.

– Это мы сейчас и проверим, – с очень серьёзным видом ответил я, стараясь всячески подыгрывать новому знакомому.

Тот снова перешёл на передвижение на полусогнутых, вскинул автомат и довольно шустро засеменил вперёд. Мы в очередной раз переглянулись, но двинулись следом. В любом случае, транспорт на обратную дорогу у нас уже точно есть. И этот факт успокаивал не только меня, даже вечно нервный Грог, немного сбавил обороты.

Мы вошли в просторное фойе, и Утилизатор прямой наводкой направился к лифтам. Я было собирался ему намекнуть, что они вряд ли работают, но придержал комментарии и продолжил с любопытством наблюдать за его действиями. А парень спокойно подошёл к дверям, извлёк из рюкзака какую-то приспособу, сковырнул неприметную крышку в полу и вставил её в квадратный разъём. После чего принялся вращать рукоятку, и двери лифта поползли в стороны.

Кабинка расположилась здесь же, на первом этаже и выглядела мертвей некуда, но нашего психа это нисколько не смущало. Он вошёл внутрь, при помощи всё того же кривого инструмента приподнял обслуживающий люк, пошурудил там, и вскоре из него выпал конец верёвочной лестницы. Затем он снова вернулся к дверям, вставил «кочергу», закрыл двери и только после этого взялся за лестницу.

Как только мы выбрались следом на крышу кабинки, Утилизатор затянул лесенку и закрыл люк. Вскоре вспыхнули фонари, как у нас, так и у самого хозяина. Он посветил на небольшое углубление, где расположилась вертикальная лестница.

– А вот предупредить было никак? – тут же возмутился Грог. – Я как, по-твоему, Хана туда закину?

– Я могу сбросить верёвку, и мы его затянем, – пожал плечами тот, уже находясь над нашими головами. – Хотите, можете подождать здесь.

– А что с лестницей? Ну, я имею ввиду обычную, ведь здесь явно не только лифтами жильцы пользовались.

– Я их все завалил.

– В смысле?

– А в прямом, все остальные входы завалены барахлом из квартир, там невозможно пройти.

– Пиздец, он конченый, я вам точно говорю, – почесал макушку Грог. – Ладно, ползи, буду ждать верёвку.

– Я с тобой, – вдруг выдал ФЕТ, а я внимательно посмотрел на его лицо.

Ещё когда на базе мы садились в вертолёт, я заметил неладное, но списал это на обычное волнение перед ответственным заданием. А теперь, кажется, начал понимать, с чем оно в самом деле связано.

– Ты что, высоты боишься?

– Да не то чтобы прям… – замялся здоровяк, видимо, не желая показывать свою слабость, – ну опасаюсь немного.

– Я хуею, – закатил глаза Грог. – Вот так сюрприз.

– Я же не сказал, что не полезу, – пожал плечами ФЕТ. – Просто мне нужно чуть больше времени на подготовку.

– Ладно, я за этим, – отмахнулся я. – Присмотри за ним.

– Няньку, что ли, нашли?

– Грог, мать твою!

– Да всё, всё, ладно, – раздражённо бросил он. – Вали уже, разберёмся мы тут.

Я кивнул и взялся за первую перекладину. Начало подъёма далось без особого труда, но примерно на трети дыхалка уже основательно дала о себе знать. Ноги словно свинцом налились и с каждой скобой всё меньше и меньше желали подчиняться. К середине пути, я остановился на отдых, потому как и руки отказывались послушно выполнять команды. И в этот момент, мимо меня вниз пролетела верёвка.

– Нихуя себе? – задрал я голову вверх, желая убедиться, что наш псих в самом деле уже завершил подъём. – Чтоб я так жил. Откуда только здоровье берёт?!

Я несколько раз глубоко вдохнул и вернулся к монотонному занятию. Зато прекрасно понимал уродов, которые попросту «забили болт» на живущего рядом соседа. Да я бы на их месте тоже не решился сюда соваться. Во-первых, здесь они представляют собой прекрасную мишень, только вниз сшибать успевай, а во-вторых, да уже и первого аргумента достаточно.

Вскоре, жалобно поскуливая, мимо меня поднялась туша Хана на верёвке, а снизу донёсся гул голосов. Видимо, Грог с ФЕТом о чём-то спорили. Надеюсь, у здоровяка хватит смелости сюда забраться – даже я, никогда не страдавший страхом высоты, неслабо потел, стоило лишь бросить взгляд вниз. Впрочем, думаю, ему сильно поможет, когда там будет сплошная темнота. Надо было ему сказать, чтоб фонарь на голове выключил.

Когда я наконец вывалился в квартиру, сил подняться на ноги уже не осталось, и некоторое время я просто лежал на полу, хватая ртом воздух. Да уж, вот кто бы мог подумать, что забираться по вертикальной лестнице – это настолько утомительное занятие. Но здесь ещё страх, сорваться, делал своё, заставляя поддерживать мышцы в постоянном тонусе.

– Ну вот как-то так, – продолжая прибывать в абсолютной бодрости, навис над моим лицом Утилизатор.

– Пиздец, – только и смог выдохнуть я, – но умно.

– Я знал, что вы оцените. Если хотите, могу вам баррикады на лестницах показать, там тоже всё надёжно.

– Сейчас, подожди минутку, дай в себя придти.

– А-а-а, бля, не трогай меня придурок! – прогремел бас ФЕТа из шахты, следом раздался хохот Горга, а Хан тут же подбежал к раскрытой двери и несколько раз гавкнул.

– Идиоты, – буркнул я и наконец занял вертикальное положение, после чего с удивлением присвистнул. – Вот это нихрена себе!

– Нравится? – натянул на лицо довольную улыбку Утилизатор.

– Ещё бы, – ухмыльнулся я, прошёл вперёд и снял со стены снайперскую винтовку, длина ствола у которой была почти в мой рост. – Откуда дровишки?

– Да по-разному, – пожал плечами хозяин. – Чаще всего мебель жгу, с деревьями в Москве плохо, да и затаскивать сюда тяжело.

– Да я не об этом, про оружие спрашиваю.

– А, дак я же говорил – когда ваши ушли, здесь много всякого осталось. Я ещё три склада оборудовал, плюс еды запас.

– Ты ведь в курсе, что обычными пулями их не убить, так? – спросил я, после того как отстегнул магазин и заглянул внутрь.

– Само собой, я же не идиот какой, – кивком подтвердил тот. – У меня хороший запас святой воды, я их предварительно в неё окунаю.

– Понятно, – усмехнулся я. – Ты хоть раз пробовал в них стрелять?

– Само собой, я убил целую кучу…

– Отвечать честно! – перебил его я, нагнав в голос как можно больше строгости.

– Нет, – отвёл глаза в сторону тот, – я стараюсь избегать столкновений.

– Молодец, – похвалил его я.

В этот момент в квартиру ввалился ФЕТ, весь красный и мокрый от пота. Для него это было равнозначно подвигу. Он некоторое время хватал ртом воздух, а затем вывернул желудок себе под ноги. Переволновался, похоже, а может и от напряжения, такое тоже бывает.

– Хан, фу! – резко одёрнул пса Грог, когда тот попытался слизать с пола блевотину.

Грог как раз выбрался следом и, судя по виду, тоже пребывал на грани, но для него очень важно не ударить в грязь лицом, потому он не рухнул на пол, а прислонился спиной к стене, по которой уже и сполз. Затем снял каску, смахнул пол со лба и точно так же удивлённо обвёл взглядом квартиру.

– Вот это мы удачно зашли, – пробормотал он. – А что с боеприпасом?

– Обычный, – вместо хозяина ответил я.

– Хуёво, но поправимо, – ухмыльнулся тот. – А скажи-ка вот что, любезный, пожрать у тебя найдётся?

– Да без проблем, у меня на втором этаже куча консервы разной. Я ещё тогда с запасом заготовил, как чувствовал, что мне здесь долго сидеть.

– Ладно, босс, беру свои слова обратно, нам действительно очень сильно повезло, – признал Грог, поднялся и гулко хлопнул ФЕТа по спине, который всё ещё стоял на четвереньках. – Не расслабляйся, братан, нам ещё предстоит спускаться.

– Заткнись, мудак, – бросил ему тот, и Грог захохотал.

– Ты как? – с участием уточнил я у здоровяка.

– Нормально, – отмахнулся тот. – Уже почти отошёл.

– А отсюда открывается чудесный вид! – донёсся голос Грога от окна. – ФЕТ, идём посмотрим.

– Да отстань ты от него, – попросил я товарища и обернулся к Утилизатору. – Ладно, боец, устроился ты, в самом деле, хорошо, а теперь давай о секретном задании.

У парня от этих слов аж глаза вспыхнули. Я даже начал волноваться, не случится ли у него какой-нибудь припадок на этой почве. Но нет, он лишь вытянулся в струну, всем своим видом показывая, что готов к выполнению.

– Вольно, боец, – благодушно позволил я ему расслабиться и выудил фотографию нашего клиента. – Посмотри, может быть, тебе попадалось это лицо?

– Кто он? – псих внимательно изучал снимок некоторое время, прежде чем задать вопрос.

– На данный момент – главный враг человечества, – ответил я. – Нам нужно его найти.

– Простите, тащ старший полковник, не встречал, – замотал головой тот, а Грог у окна снова хрюкнул от смеха.

– Плохо, боец, очень плохо. Ну ладно, не может же нам везти во всём.

– Виноват! – он вновь вытянулся в струну. – У меня не было приказа, но теперь я знаю, что нужно делать.

– Да ладно, расслабься уже, – к нам подошёл Грог и хлопнул хозяина квартиры по спине. – Мы здесь у тебя заночуем, не против?

– Да, да, конечно, располагайтесь, будьте как дома.

– И ты ещё, кажется, пожрать обещал.

– Это я мигом, – кивнул тот и рванул вверх по лестнице.

– Ну что, босс, похоже, нам предстоит весёлая ночка?

– Да, наблюдать будем по очереди, надеюсь, хоть что-нибудь сможем понять.

– Да мы в самом пекле, мать его! – восторженно бросил тот. – Кому рассказать, не поверят!

– Вы что предпочитаете – гречку или перловку? – донёсся голос сверху.

– Тащи всё, разберёмся, – вернул ему Грог.

– Ага, понял! – прилетел ответ, а следом раздался грохот банок, а мы в очередной раз переглянулись и натянули на лица улыбки.

Глава 11. Наблюдение

Я проснулся от пинка по ногам – настала моя очередь дежурить. Грог молча проковылял дальше и рухнул лицом на диван. Согласен, я бы сейчас с удовольствием тоже доспал ещё часиков шесть, но мы здесь не за этим.

Несколько движений руками и ногами, чтобы немного взбодриться, ладонями растёр лицо, для притока крови к мозгу, но сон всё равно не желал уходить. Однако выбор невели́к, к тому же сам затеял всю эту кутерьму, так чего теперь жаловаться.

Бинокль к глазам и осматриваюсь. А самое интересное, внизу есть, на что обратить взор. Жизнь в Москве кипит, словно никогда не покидала город. Утрирую, конечно, до той былой суеты, настоящей, как до Пекина раком. Однако движение всё же немалое, машины постоянно снуют туда-сюда. Только сейчас до меня дошло, что за шум постоянным фоном доносится до ушей. Тот самый, давно забытый звук городской жизни, наполненный суетой, гулом голосов и рычанием моторов. Именно из-за своей обыденности я долгое время попросту не обращал на него внимания.

Интересно, что они там делают, ради чего копошатся? Пока всё больше походит на повседневную жизнь, притом очень напоминает нашу. Словно уроды что-то ищут, собирают. Да, вон несколько особей таскают обувные коробки в машину. То-то я думаю: почему большинство магазинов зияют пустыми полками, даже если мы впервые вошли в город. Однако странно: при такой интенсивности мародёрства остаётся слишком много полезного. Хотя, возможно, их потребности гораздо ниже наших, а может, я просто чего-то не понимаю.

Боковым зрением замечаю какую-то тень слева и едва сдерживаю рефлексы, дабы не разбить лицо тому, кто подкрался в темноте. Ещё какое-то время продолжаю наблюдение, а затем решаюсь посмотреть на страдающего бессонницей. Даже ни сколько не удивляюсь, обнаружив по левую руку вчерашнего знакомого, с кружкой кофе в руках. Тот словно бы изменился, а может, мне это просто кажется. Хотя нет, тот самый сумасшедший блеск во взгляде пропал.

– Не спится? – шёпотом спросил я.

– Да так, – пожал плечами тот и протянул мне кружку. – Это тебе.

– Спасибо, – смущённо буркнул я и принял горький напиток, который пришёлся сейчас как нельзя кстати. – Ты как вообще?

– Пока ничего, но скоро накроет. Опять буду бревном лежать. В последний раз почти трое суток не вставал, такая тоска – впору вены вскрывать. Потом почти столько же в себя приходил. Хорошо заранее ведро с водой у кровати поставил.

– И давно это с тобой?

– Да сколько себя помню. Раньше редко было, а как вот это дерьмо началось, так, считай, пару раз в месяц вырубает. В последнее время всё хуже становится.

– Понятно, стресс и всё такое.

– Скорее, отсутствие таблеток. У меня с гормонами что-то, то энергии столько, что девать некуда, то наоборот – упадок, ничего не хочется, даже шевелиться в падлу.

– Ты, помнится, вчера говорил, что с двумя парнями здесь остался.

– Было дело… Да бросили они меня, кому сейчас нужна обуза?

– Оно и в лучшие времена никому не нужно было.

– Это уж точно, – усмехнулся Утилизатор.

– Слушай, ну сейчас ты вроде нормальный.

– Переходный период. Пару дней таким побуду, а затем начнётся дикий депресняк. Вот как из него выйду, снова буду скакать как этот…

– Э! Да хорош там бормотать уже, заебали! Дайте поспать! – раздался раздражённый голос Грога, а Хан тут же подхватил своим хриплым «Ву-у-вуф».

– Да заткнись ты, – бросил я ему в ответ. – На том свете отоспишься.

– Козлина, – пробормотал тот, поёрзал, устраиваясь поудобнее, и засопел.

– Засуетились они что-то, – кивнул подбородком в сторону окна псих. – Несколько дней уже активность повышенная.

– А до этого что, не так было?

– Ну как сказать, ночью они всё равно из нор вылезали, но в такие кучи никогда не сбивались. Такое ощущение, будто готовятся к чему-то.

– Так и есть, готовятся, – согласно кивнул я, сделал большой глоток кофе и снова поднёс бинокль к глазам. – Массированную атаку хотят устроить. И всем этим рулит один товарищ.

– Это тот, чьё фото ты мне показывал?

– Он самый. Ты точно его нигде не видел?

– Я бы сказал, с памятью у меня пока ещё порядок.

– Жахнуть бы по ним, ядерной бомбой какой…

– Вряд ли это решит проблему, – заметил собеседник. – Метро специально так построено, как огромное бомбоубежище, а основная масса этих выродков как раз там прячется.

– Это я и сам понимаю, – вздохнул я, продолжая рассматривать движение внизу.

Погрузка обуви давно закончилась, и большинство машин просто проезжало мимо. Никаких конкретных выводов из этого сделать не получится, кроме того, что уроды к чему-то готовятся. Но это всё нам было известно и до входа в столицу. Подозреваю, что и наблюдение за разгрузкой машин много не даст. Здесь по округе столько станций разбросано, хрен разберёшься, где у всего конечный пункт назначения. И внутрь тоже не попасть, разве что в качестве куска мяса…

Стоп! А что если в самом деле сдаться в плен и совершить диверсию изнутри? Нет, глупости. Никто не даст гарантий, что нам тут же глотки не вскроют. Но с другой стороны, они ведь должны питаться и минимум раз в неделю, может, даже чаще. Выходит, что у них там имеются фермы, да я на двести процентов уверен в их существовании. Но нет, такой вариант нам тоже не подходит, нет никаких гарантий, что нас не обратят или же попросту не высушат на месте. Да и в загонах этих многого не сделаешь, люди там сломлены, на бунт таких поднять тяжело, если вообще возможно. Нужно что-то ещё.

С диким лязгом и грохотом мимо окна проехала колонна танков. А вот это уже очень серьёзный аргумент! Их хоть и немного, всего десяток, но нам практически нечего им противопоставить. В последние годы люди утратили все возможные запасы техники, от авиации вообще практически ничего не осталось. Хотя, если по сусекам поскрести, может чего и отыщется. Интересно, а злые откуда их взяли?

Как только они соберутся и двинутся в бой, первой под удар попадёт Калуга, она и без того постоянно на линии огня, но то всё мелочи, в сравнении с тем, что готовится в данный момент. Такую волну город вряд ли переживёт. Что там ещё старый говорил? Вроде как с южной стороны одновременная атака планируется. С такой мощью они пройдут сквозь города, словно раскалённый нож по тёплому маслу. И мы втроём должны это остановить? Даже не смешно…

– Что думаешь? – выбил меня из размышлений Утилизатор.

– Нихуя хорошего, – грустно улыбнулся я. – Судя по всему, у нас гораздо меньше времени, чем мы полагали.

– Я тут что подумал: если правильно взяться, мы сможем на время замуровать их в метро.

– В смысле? – я оторвал бинокль от глаз и уставился на тёмный силуэт Утилизатора.

– У меня полно взрывчатки, – пожал плечами тот. – А вот рук не хватает. Если собрать пару сотен добровольцев, мы можем попробовать заминировать все станции и одновременно рвануть. Надолго это их не задержит, но какое-то время выиграть получится.

– Твою мать! А ведь это гениально!

* * *

Утром я рассказал парням о новом плане. Пришлось немного его подкорректировать, в наших интересах, конечно, но в общих чертах он остался без изменений. С нашей позиции прекрасно просматривались несколько станций: «Международная», «Деловой центр» и «Выставочная». Их мы подрывать не станем, точнее, сделаем так, чтобы они не рухнули. Это в свою очередь позволит нам выманить бо́льшую часть уродов именно в нужных нам местах. Ну и естественно, остаётся небольшой шанс, что вместе с ними на лунный свет покажет нос и Серёга. Единственный вопрос оставался открытым: как его похитить, когда вокруг будут находиться тысячи выродков?

Я верил, что к тому моменту я что-нибудь придумаю, однако кроме самоубийственных планов операции, в голову ничего хорошего не приходило. Даже если мы попытаемся ворваться в толпу на танке, вряд ли это поможет – при такой плотности врага нас просто на части разберут, притом вручную. Снайперское прикрытие тоже ничего не даст, а поливать серебром всю толпу из КПВТ… Такое может привести к гибели цели. Да и свалить он успеет при любом более или менее нормальном шухере. Действовать нужно тонко, но как этого добиться?

Сборы много времени не заняли – что нам, только рюкзаки на плечи повесить, да оружие на шею. Даже Утилизатор был готов к выходу буквально за пару минут. Мы дольше завтракали и план обсуждали. Ха́на вновь спустили на верёвке, где его принял хозяин, затем пошёл Утилизатор, ФЕТ и замыкающим я. Уже стоя на кабине лифта, отдохнули, дождались, пока здоровяк успокоится и приведёт нервы в порядок. Ну а дальше на выход, при этом не только из здания, но и из столицы.

На поиск подходящей машины ушло не меньше двух часов, и теперь мы впятером мчались на стареньком «Ниссан Х-Трейл» середины нулевых. Видимо, хозяин машины часто передвигался по бездорожью, а может, ему было просто лень постоянно переобуваться. Резина хоть и всесезонная, весьма потрёпана, но дорогу вроде держала, несмотря на то, что в ночь опустился мороз и вчерашний мокрый снег превратился в сплошной лёд.

ФЕТ сосредоточенно вёл машину, я сидел на пассажирском, на заднем диване разместились Грог и Утилизатор, ну и, само собой, Хан. В отличие от Дозы, наш новый знакомый пса не боялся, даже спокойно поглаживал его по холке. А тот лежал себе посередине, вывалив язык и прищурив глаза, казалось, будто он улыбается.

По большому счёту ехали молча, лишь изредка обменивались дежурными, ничего не значащими фразами. Ещё вчерашний псих, который немало забавлял нас странным поведением, сейчас напоминал «Унылое говно», более точного названия просто не придумать. Уж не знаю, насколько ещё хватит его нормальности, хотя, в целом, нам его помощь больше не нужна. Он назвал адрес, куда стянул всю взрывчатку, что смог найти и подробно описал каким образом попасть в это место.

Ни у кого из нас даже мысли не возникло оставить его там. Грог ещё при знакомстве высказал своё мнение о генерале, что бросил людей, которые не влезли в вертолёт. У меня так вообще было в планах переправить Утилизатора на нашу базу, на лайнер. И нет, вовсе не из добрых побуждений, как могло показаться. Этот парень кладезь информации, если ему подправить здоровье и как следует допросить, при этом задавая правильные вопросы, он наверняка сможет рассказать очень много полезного о поведении злых. Да и о методах выживания в са́мом пекле, наверняка, тоже поведает. Так что все мои побуждения, по поводу помощи, строились исключительно на шкурных интересах.

Да, временами я веду себя как нормальный человек, но внутри давно поселился кусок льда. И он не тает, напротив, с каждым днём замораживает всё больше человеческих чувств. Грог во многом прав, касаемо моих решений. Мне на самом деле плевать на него и ФЕТа, и ради достижения целей я без зазрения совести пожертвую ими обоими. И самое поганое, что я это понимаю, осознаю, но страшно другое: мне плевать. Я не испытываю сожалений, угрызений, зато постоянно ощущаю злость и ярость. Там, в подвале, во время схватки я жил, убивал тварей и чувствовал себя прекрасно. Скользкая кровь на рукоятке ножа, хруст костей от ударов ФЕТа, хищное рычание Хана – вот что наполняло меня покоем.

Тысячу раз я копался в себе, в попытке понять: когда я сломался, когда в душе зародился первый ледяной осколок? Часто эти мысли заводили меня к Марине, но сейчас, спустя годы, я понял: тот случай показал мне отдушину, выход, если угодно. А сволочью я стал ещё при нормальной жизни.

* * *

– Я так понимаю, что вся эта затея сугубо добровольная и совершенно бесплатная? – выкрикнул вопрос один из присутствующих на площади.

– Да, хотелось бы видеть в отряде замотивированных людей, – спокойно ответил я в микрофон, а динамики донесли мой голос до каждого. – А что касаемо оплаты, так вам она не понадобится, когда к стенам подойдёт армия уродов.

– Тогда шли бы вы на хуй! – вернулось обратно. – Я не собираюсь рисковать головой бесплатно. А что касаемо выродков, как придут, так и уйдут, нам не вперво́й отбивать их атаки.

Народ сразу загомонил. Я молчал, стиснув зубы, чтобы окончательно всё не испортить. Меня всю жизнь удивлял один странный момент: вот поговори я с каждым по отдельности, все, как один, будут готовы переть грудью на амбразуры, но в толпе почему-то враз превращаются в тупое стадо.

– Да вы что, мужики?! – вдруг над толпой прогремел сочный, плотный голос. – Ведёте себя, как тру́сы!

И гомон тут же усилился, принялся набирать обороты, того и гляди драка вспыхнет, а оно нам не надо. Видимо, всё же придётся вмешиваться, вот только оратор из меня никакой. Прежде чем выйти на помост, я граммов двести самогона для храбрости бахнул. Уж лучше снова в подвал к уродам, чем вот так, на суд народа речи толкать. Никогда не любил выступать, даже в школе, когда к доске вызывали, предпочитал получить двойку, несмотря на то, что прекрасно знал предмет.

– В общем, так, – тихо произнёс я в микрофон, пытаясь сдержать нарастающий внутри гнев, и это отчего-то подействовало гораздо лучше, чем нервные крики и маты. – Мне насрать, если ваш город сравняют с землёй, мне и на вас всех насрать. Но после того как злые раздавят вас, они пойдут дальше. Если не задержать их прямо сейчас, человечество полностью прекратит своё существование. Вы все и ваши дети в том числе, будете жить как стадо в загонах. Но поверьте, рано или поздно они решат вопрос с пропитанием и тогда окончательно сотрут нас с лица Земли. Если вас это устраивает, тогда идите вы все нахер, пусть ваша смерть станет как можно более мучительна. Добровольцев жду в комендатуре.

После этого я спустился с наспех сколоченной сцены и направился в администрацию. Внутри всё кипело от злости, очень хотелось сломать кому-нибудь челюсть, но я старался сдерживаться.

– Ну как прошло? – с кривой ухмылкой встретил меня Грог.

– Да пошли они нахуй! Ублюдки! – прорычал я.

– Понял, видимо, не очень.

– Есть курить?

– Да я вроде как не курю.

– Бля, пиздец какой-то, – психанул я и бросил смятую, пустую пачку в урну, но промахнулся и вынужден был подойти к урне. – Да чтоб тебя черти дрючили…

– М-да, кажется, нашему командиру пора нервы лечить, – задумчиво пробормотал Грог.

– Заткнись, пожалуйста, а?! Не беси меня.

– Может, расскажешь, что случилось? А то выглядит это всё как-то странновато.

– Да чё там, бля… – отмахнулся я и тормознул проходящего мимо с сигаретой в руке мужика: – Э, дружище, угости сигаретой?

– Не курю, – борзо бросил в ответ тот.

– Это ты зря, – с пониманием пробормотал Грог, а мне на глаза упала красная пелена.

Я даже не стал глупых вопросов задавать, мол, ты чё, крутой или что-то ещё в этом духе. Удар ногой в бок смёл мужика в грязь, а я просто уселся сверху и принялся вбивать ему зубы в глотку. Грог перехватил мою руку на третьем ударе и потянул на себя, снимая с жертвы, но я умудрился ещё раз добавить ему ногой в лицо. Мой напарник прекрасный боец, а потому ему не составило большого труда зафиксировать меня болевым.

– Успокойся, придурок! – прокричал он мне в ухо, а затем добавил кому-то ещё. – Всё нормально, мужики, всё под контролем, он больше не будет.

– Пусти, бля, – прохрипел я.

– Остынь вначале!

– Да всё, всё, нормально… – Грог выпустил мою руку и снова двинулся к лежащему без сознания мужику, после чего напарник вновь ухватил меня за рукав. – Да сказал же: всё нормально, успокоился я!

Тот снова отпустил, а я под внимательным взором дружинников, которые выскочили на шум из вахтовки, похлопал по карманам недавнего хама и вытянул из нагрудного початую пачку сигарет. Достал одну, вставил в губы, чиркнул зажигалкой и после этого уселся на ступенях администрации. Грог в этот момент махал перед носом дружины корочками и разрисовывал ситуацию немного в других красках, нежели было на самом деле. Вскоре те приняли правильное решение, попросту махнули рукой и снова полезли греться в вагончик-вахтовку.

– Ну и? – навис надо мной товарищ.

– Да пошли они все, – буркнул я.

– Это понятно, а с чего вдруг такой выброс тестостерона?

– Я же им всё объяснил, Грог, – указал я раскрытой ладонью в сторону площади. – Разрисовал все перспективы, что нам всем это нужно, не только мне и тебе. А им, видите ли, денег за это подавай! Ну, ты понял?!

– А ты чего ждал? Что они с улыбками схватятся за оружие и побегут в бой с радостным криком «Ура»?

– Хотелось бы, – грустно усмехнулся я. – Да бля, что непонятно-то? Нас всех разорвут, если не начнём действовать прямо сейчас!

– А нас и так рвут каждый день, хоть и не в таких количествах, но тем не менее. Для людей это уже давно перестало быть аргументом. Пообещай ты каждому по сотне серебром, здесь бы уже очередь выстроилась.

– Грустно это всё и неправильно, – вздохнул я и отбросил окурок.

Едва поднялся со ступеней, смог заглянуть за широкую спину Грога и увидел там неуверенно мнущихся мужиков. Двенадцать человек. Мозг уже по привычке быстро зафиксировал каждого, даже прикинул угрозу. Но эти люди пришли вовсе не за тем, чтобы качать права или мстить за побитого товарища, который, впрочем, уже пришёл в себя и сейчас сидел в луже, периодически сплёвывая кровь и раскачивая пальцами передний зуб.

– Мы, собстна, это, как его… – заговорил один из пришедших, а я вдруг узнал его голос, тот самый, сочный, густой. – Куда там закорючки ставить? Мы готовы, эт самое.

– Внутрь проходите, – кивнул я в сторону двери. – Скажете, что к Морзе, добровольцы.

– Ага, поня́л, – кивнул тот, поставив ударение на букву «я». – Там сейчас это, ещё мужики подойдут.

– Замечательно, – натянуто улыбнулся я. – Идите пока, места занимайте, как народ наберём – проведу инструктаж.

– Ага, лады, – снова затряс гривой тот и прошёл внутрь.

Остальные потянулись за ним, при этом скромно с нами здороваясь, даже шапки в дверях сняли, эдакие деревенские увальни. Да нам других и не нужно, их задача – точно выполнить приказ, хотя хотелось бы, конечно, более сообразительных. Как бы не вышло так, что они там всё напутают и задуманное полетит псу под хвост.

– Ну вот, а ты говорил бескорыстных не осталось, – ухмыльнулся Грог.

– Ой, иди в очко, – отмахнулся от него я.

– Э, мужики, может, вернёте сигареты? – вдруг подал голос избитый.

– Чё? – угрожающе повернулся к нему Грог. – Съебался отсюда, пока я в расположении.

– Козлы, бля, – буркнул в ответ тот, и напарник перевёл взгляд на Хана.

– Да оставь, он уже своё получил, – едва успел я притормозить товарища.

– Добрый ты мужик, Морзе, – усмехнулся тот и вошёл в комендатуру.

– Да уж куда там, доброта так и хлещет, – пробормотал я ему в спину и вставил в рот ещё одну сигарету.

Глава 12. Диверсия

Только на первый взгляд, подорвать станцию метрополитена, кажется просто. На самом деле, в такие строения закладывается повышенная прочность, как раз на случай войны или вот таких, хитро выделанных, типа нас. Ведь даже в мирное время предпринималось немало попыток навредить подземной паутине. Одних только террористических атак, на моей памяти, было несколько, хотя их цель, конечно же, несколько отличалась от нашей. Тем не менее, для качественного исполнения задуманного требовался инженер, который прекрасно понимает, куда и в каком объёме нужно заложить заряд. Ну а в отсутствие такового, неприлично огромное количество взрывчатого вещества.

В нашу задачу входило неполное разрушение конструкции, нужно лишь завалить вход, временно заткнуть его, но даже это не так просто исполнить. К тому же я понятия не имел, сколько взрывчатки находится в заначке Утилизатора и тем более, какого она вида.

Была ещё одна сложность, из разряда конструкционных особенностей. Если сам бетон разрушить не так сложно, то имеется ещё один, довольно внушительный нюанс: арматура, которая заложена внутри и, собственно, служит для его повышенной прочности. Вот где крылась основная проблема. Если взрывом порвёт первые прутки и даже вторые, то следующие вполне смогут удержать свод от полного обрушения. И тогда вся наша затея полетит псу под хвост.

Итого: у нас двести пятьдесят станций метрополитена, а значит, для надёжности мероприятия, потребуется около шестидесяти тонн тротила. Это из расчёта примерно двести пятьдесят килограмм на каждую станцию. Так сказать: с запасом, чтоб наверняка. Но это была моя версия, с которой Грог был категорически не согласен.

Он утверждал, что даже если увеличить заряд вдвое, то хрен мы чего добьёмся, максимум пыль со стен стряхнём. Нет, частичные разрушения будут, несомненно, плитку поколет, эскалатор разберёт, однако необходимого результата таким образом не добиться. Как минимум нужно забуриваться, в своды, делать набивку и только в этом случае, может получиться что-то более или менее похожее на обвал. И то, на каждый метр бетона с плотной армировкой уйдёт не менее ста пятидесяти килограмм тротила. Даже при подобном подходе остаётся высокая вероятность потерпеть крах. А потому, наилучший способ запечатать станции – заложить заряд непосредственно под дверь и в места управляющих механизмов. Таким образом её гарантированно перекосит и на несколько дней запечатает уродов внутри.

ФЕТ склонялся к разрушению надземных построек. Они наименее устойчивы к взрывам и с большей вероятностью не переживут взрыв, тем самым завалят выход, что собственно нам и нужно. Но даже при таком подходе велика вероятность, что лазейка на поверхность останется.

В общем, идея, что ещё недавно казалась гениальной, постепенно накрывалась медным тазом. Но отступать я не собирался. Слишком уж далеко мы зашли, да и весь механизм подготовки уже запущен. Добровольцы всё прибывают, и на данный момент в комендатуре трётся уже почти полторы сотни человек. Плюсом ко всему, администрация уже выписала двадцать тонн пластида, в помощь реализации нашей затеи. Отдала практически все свои запасы, плюс транспорт и вообще оказывает всяческую поддержку. Если сейчас отказаться, то как это будет выглядеть?

– Я всё же склоняюсь к подрыву дверей, – в очередной раз вставил своё слово Грог. – Они там, по сути, все на рельсовых направляющих, если их перекосит, то просто так открыть не получится. А я полагаю, что взрывом получится до кучи повредить гидравлику, хотя в последнем я не уверен.

– Слишком много неуверенности, – поморщился я. – Там не факт, здесь полагаю. У нас просто не будет второго шанса.

– Так давай завалим надземные постройки, с ними точно проблем не будет, рухнут они гарантированно, а нам, как я понял, всего-то ночь продержаться, – ФЕТ тоже настойчиво продвигал свою идею.

– На словах оно, конечно, выглядит логично, вот только надземных выходов у станции может быть аж пять штук. Ты хоть представляешь, насколько это увеличивает общее количество объектов. А вместе с тем и вероятность ошибки вырастает в разы. Но я теперь понимаю, почему на первых этапах, даже военные отказались от этой затеи.

– Значит, двери, – уверенно кивнул Грог.

– Да подожди ты со своими дверями, – раздражённо отмахнулся я. – Там тоже не всё так просто. Во-первых, действовать придётся в условиях полной темноты. У меня вот нет гарантии, что нас не встретят пулемётным огнём на эскалаторе. Во-вторых, сто процентной уверенности твой вариант тоже не даёт.

– Нет, ну ты, конечно, молодец, я тоже могу тупо отметать в сторону каждое предложение, – разозлился тот. – Может, попробуешь сам идеи накинуть?

– Я думаю, – поморщился я. – Мне казалось, что просто закрепить пару сотен килограммов взрывчатки к потолку, будет достаточно.

– Ты вроде вместе со мной на занятиях по подрывной дисциплине сидел.

– Да в жопу эти ваши формулы все, не понимаю я в них ни хера. «А», поделить на «Б», помножить на «Зю», хуй поймёшь, чего куда пихать, и когда всё это кончится.

– Просто ты тупой…

– Я тебе сейчас нос сломаю!

– Ломалка не выросла! Думай, давай: чё делать будем?

– Пф-ф-ф, – выдохнул я, закатил глаза и откинулся на спинку стула. – А ведь всё казалось так просто.

– Ну, на самом деле, даже если мы гарантированно завалим все выходы, на поверхность всё равно можно будет выбраться, есть вентиляционные шахты, специальные ходы для технического обслуживания, коммуникации – ещё больше расстроил меня ФЕТ. – Я когда-то увлекался этой темой, много роликов разных посмотрел. Ты в курсе, что «Метро-2» на самом деле вовсе не легенда? А ведь оно плотно связано с основным и тоже имеет собственные выходы, притом тайные.

– Блядь, ФЕТ, да иди ты в пизду, понял?! – окончательно разозлился я. – Вот неужели всё это дерьмо нельзя было сказать до того, как я людей на уши поднял?

– Да я что-то как-то не подумал даже, – смущённо почесал переносицу тот.

– Ладно, отменяем операцию, – отмахнулся я. – Херня это всё. В любом случае я даже близко не понимаю, как мы будем захватывать объект, когда он вместе с остальными выберется наружу. Да и выползет ли он вообще – тоже неизвестно.

– А с этими что делать? – кивнул Грог в сторону двери, намекая на добровольцев.

– По домам пусть идут.

– Да ты подожди, шеф, может, не всё так плохо, – попытался накинуть оптимизма ФЕТ.

– Нет, всё как раз именно так. Ладно, разгоняй людей, я к связисту, попробую с нашими переговорить, может, они что достойное предложат.

Я поднялся из-за стола, вышел из кабинета коменданта и направился на второй этаж. Здесь у них расположилась комната связи. Оборудование позволяло поговорить хоть с Африкой, главное – точно знать каналы и частоту их переключения. Собственно, это и являлось защитой от прослушивания, наши голоса будут синхронно скакать по ним и если кто-то пожелает узнать, о чём мы там беседуем, то, скорее всего, услышит лишь несвязанные обрывки фраз, а то и вовсе одни окончания. В то время как мы, будем совершенно нормально общаться со штабом.

– Настрой и выйди, – я положил бумажку перед носом связиста. – И проследи, чтобы никто со стороны сюда не совался.

– Есть, – коротко ответил парнишка, едва ли достигший совершеннолетия.

Он принялся что-то щёлкать на ноутбуке, который был подключен к радиостанции, а буквально через пару минут протянул мне наушники.

– Готово, – отрапортовал он. – Если что, «приём» говорить необязательно, связь работает как обычный телефон.

– Понял, спасибо, – кивнул я, уселся на его место и вызвал своих, как только дверь за ним закрылась. – Дельфин Патрулю, приём. Дельфин Патрулю, приём.

– Дельфин на связи, назовитесь, – прилетел почти мгновенный ответ.

– Номер два, два, ноль, семь, четырнадцать.

– Семь, девять, шесть, одиннадцать, восемь, – вернулся отзыв, который я сверил с бумажкой перед глазами. – Кого запрашиваете?

– Старого позови, – ответил я, – то есть, генерала Крюкова.

– Ожидайте, – пришёл ответ, и наступила тишина.

А я всё никак не мог отделаться от мысли, будто что-то упустил. Словно ответ на все мои беды находится на поверхности, но я никак не могу его ухватить. Бе́ды, это, конечно, громко сказано, но головняк мне Серёжа устроил конкретный. Как его выманить? Как произвести захват? А в Москве ли он на самом деле? Слишком много вопросов и так мало ответов.

– Крюков на связи, – раздался голос старого в наушниках.

– Здорова, Старый, ты там за дверью, что ли, дежурил?

– Ты пошутить на связь вышел?! – сухо ответил тот. – Что там у тебя?

– Ничего хорошего. В столице шорох стоит, да такой, что глаза на лоб лезут, у них танки, Саныч!

– Ясно, что с целью?

– В смысле, ясно?! Да они со дня на день в атаку ринутся! Я даже не представляю, сколько у них там уродов в этом метро.

– Морзе, это мы и без тебя знаем, что с целью? Вы его взяли или нет?

– Нет, конечно. Я понятия не имею, что делать. Мы хотели взорвать метро, завалить выходы и оставить один-два, чтобы злые показали свой нос наружу.

– И в чём проблема?

– Проблема в том, что это оказалось невозможно, а так нормально, всё ровно.

– Прекрати паясничать, обрисуй ситуацию.

– Да всё просто: уроды на день прячутся в метро, все входы перекрыты гермодверями. Я планировал подорвать своды, чтобы устроить завал и замуровать их внутри. У нас есть точка наблюдения, относительно безопасная, с неё прекрасно просматривается две станции, как минимум. Если оставить их целыми, ну имитировать подрыв, дабы отвести подозрение, то есть вероятность вытравить цель на поверхность.

– И в чём проблема, Морзе? Вам нужна взрывчатка или что?

– Да этого говна у нас как грязи, я не знаю, как гарантированно добиться нужного результата.

– Значит, слушай внимательно: своды в метро ты сможешь обрушить разве что при помощи атомной бомбы и то не факт. Вам нужно деформировать гермозатворы. Грог – спец, он тебе более точно объяснит, как и куда установить заряд, но это не главное. Практически у самой станции всегда располагаются вентиляционные шахты, как правило – две, но может быть и больше, выглядят как небольшие скворечники, будки такие, бетонные, с решётками.

– Ну, это я знаю, представляю как минимум.

– Хорошо, ещё они могут находиться в цоколях ближайших зданий, смотрите внимательнее. Это самые основные, резервные выходы, их нужно подрывать вместе с дверями. Остаётся ещё возможность выбраться через коммуникации, но там не всё так просто, да и знать нужно, где что открыть и как проползти. Но дело даже не в этом, жить захочешь – разберёшься, я так понял, ты несколько станций хочешь оставить открытыми?

– Да, именно так.

– Тогда канализационные выходы, в принципе можно не трогать. А вообще, молодец, Морзе, довольно неплохо придумано, действуй.

– А как мне его выкрасть, ведь наружу вместе с ним, скорее всего, целая толпа вывалит? – задал я самый основной вопрос, но ответом была тишина. – Эй! Алё?! Старый, бля! Вот сучара!

Я скинул наушники и поспешил остановить Грога, который уже наверняка разогнал всех добровольцев. Своё состояние в этот момент могу описать, как крайне нервное. Ненавижу суетиться, но меня отчего-то не покидало ощущение, будто я опаздываю, и от этого раздражало всё вокруг. Примерно то же самое я испытывал, когда в тот злосчастный день остался на заливке столбов совершенно один.

Неужели мы опоздали, и уроды начнут атаку сегодня ночью? Силы они стянули конкретные, а нам реально нечего им противопоставить. Даже будь то не злые, а обыкновенные люди, мы всё равно вряд ли сможем отразить настолько массивную атаку.

– Где все? – я галопом слетел с лестницы и как раз наткнулся на Грога в дверях.

– Как где? Ты же сам сказал, чтоб я всех домой отправил!

– Я передумал.

– Заебись, чё! – развёл руками тот.

– Ну, чё встал, пошли возвращать!

Напарник, видимо, заразился от меня повышенной нервозностью, хотя он и без того особым спокойствием не отличался. Однако нелепая суета с его стороны казалась чем-то из ряда вон. А сейчас он метнулся со мной на улицу, сложил руки рупором и во всё горло закричал: «Э, мужики! Айда обратно, всё в силе!» И это притом, что добровольцы едва за поворот втягиваться начали.

Худо-бедно людей вернули и рассадили в зале для собраний. Правда, мест всем не хватило, но это не беда, стоя тоже можно слушать, а до некоторых так даже лучше доходит. Я пересчитал присутствующих, и вышло без двух, аж триста человек. В принципе, на этом можно набор заканчивать – для нашей операции этого вполне достаточно, а значит, пора приступать к делу.

– Давай, Грог, – передал я слово напарнику.

– Чего давать-то? – тупо уставился на меня тот.

– Инструктаж давай. Как, чего, зачем и куда крепить, – объяснил я, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик.

– А чего мы делаем-то? – растянул ехидную улыбку тот.

– Я тебе сейчас колено прострелю! – начал закипать я.

– Да, всё, всё, пошутить уже нельзя, – выставил руки вперёд он и наконец обернулся к добровольцам. – Так, мужики, слушаем внимательно, повторять времени нет. От того, насколько качественно будет выполнена вся работа, зависит успех операции. Накосячить мы просто не имеем права. Я понятно доношу?!

– Да, – вразнобой загудели присутствующие.

– Значит так, наша задача – заблокировать выходы со станций метрополитена. Делать это будем при помощи взрывчатки, так что старайтесь не курить во время монтажа, – по залу пробежался лёгкий смешок. – Заряды из пластида устанавливаем непосредственно на гермодвери, по всему периметру с шагом в один метр. Каждый заряд весом по пять килограмм, в нашем случае, это пять упаковок. Пока всё ясно?

– Да, чё мы маленькие, что ли? – ответил за всех один, бородатый мужик из первых рядов.

– Замечательно, – кивнул Грог и продолжил: – Далее погружаем вот такую штучку в нашу взрывчатку, примерно на десять сантиметров и тянем провода на выход. Они присоединяются вот к такой коробочке, это дистанционный взрыватель. А теперь к главному. Рядом с каждой станцией расположены вентиляционные колодцы, от двух до пяти штук. Так же они могут находиться в цокольных этажах близлежащих домов или других зданий. С ними будет немного сложнее. К некоторым придётся делать подкоп, чтобы снести часть стены с лестницей. Это очень важный момент, подрывать стену только с лестницей! Если такое невозможно, тогда проникаете внутрь и устанавливаете заряд изнутри. Как вы догадались, тоже на стене с лестницей. На всю подготовку не более пяти часов, затем подрыв, проверка и сбор на точке. Как поняли?

По залу вновь прокатился гул голосов, и посыпались различные вопросы, от вполне адекватных, до крайне тупых. Но я их не слушал, потому как полностью был погружен в собственные мысли. Мне очень не понравилось, как со мной разговаривал Старый. После нашей разборки в порту, он проникся ко мне уважением, мы, можно сказать, подружились. После долгих споров и пререканий, он даже раскрыл секрет о моей разработке. Грог был прав, когда рассказывал о вербовке в машине по дороге в Калугу. Моё крещение должно было завершиться где-нибудь в подвале, в окружении кровожадных тварей. Для этого всего-то и нужно было – похитить Макса и дать мне определённые подсказки. И ведь я бы пошёл, полез за ним в самое пекло.

Но суть не в этом. Наше с ним общение периодически строилось на взаимных подколах, как, впрочем, у большинства близких друзей. Что он, что я, могли сказать в адрес другу друга всё, без лишней мишуры и всевозможных закоулков. Общаясь по радиосвязи, я это продемонстрировал, а он, напротив, говорил слишком сдержано, сухо, словно у него какие-то проблемы. Даже не попрощался, просто скинул наушники, и всё. Нет, на него это не похоже, старик любит поговорить, как и любой другой в его возрасте. А уже если нужно кого-то жизни научить, так его вообще заткнуть нереально.

Ладно, хрен с ним! Выполним задание, вернёмся на борт, я с ним лично поговорю, может, расколется. Сейчас нужно думать о другом.

– На этом всё! – уловил я краем уха окончание инструктажа. – Не забываем на выходе оставить свои данные. Имя, фамилия и род деятельности. Всех ждём завтра, в семь утра на северном выезде, детали узнаете по дороге. А, вот ещё что! Если хоть кто-нибудь попытается спиздить взрывчатку, заложив заряд меньшей мощности, я лично попрошу Хана, чтоб он откусил этому мудаку яйца. Вот теперь точно всё, свободны.

Народ разошёлся, а мы ещё долго сидели втроём и обсуждали всевозможные детали операции. Грог и ФЕТ снова отправились ночевать в «Гранд», а я решил, что будет всё же лучше как следует выспаться. Хотя, честно говоря, очень хотел составить друзьям компанию, очень уж у них довольные рожи в прошлый раз были.

* * *

– Третий готов, – пришло очередное сообщение по рации.

– Принял, ожидайте, – ответил я и щёлкнул клавишей фонаря.

Его свет выхватил то, что когда-то было входом в метрополитен. Впрочем, он и сейчас таковым оставался, вот только выглядел заброшенным, как, собственно, и всё вокруг. Мёртвый турникет, разбитые стёкла кассовых кабинок, чуть дальше валяется вырванная с коробкой входная дверь, куча красных карточек разбросана по полу. Неужели им самим нравится жить в таком свинарнике? Хотя, может быть, они делают это специально, создавая впечатление ненужности и запустения, мол, нет здесь никого.

– Осторожно, – придержал я Грога и указал на тонкую проволоку растяжки, что проходила прямо у турникетов.

– Да я видел, – беззаботно отмахнулся тот и перешагнул не особо хитрую ловушку. – Главное, чтоб остальные не нарвались, хрен их там поймёшь, что они творят без присмотра.

– Там все люди с опытом, охотники и добытчики, левых я сразу отсеял.

– То-то я думаю: народа поубавилось.

– Зато в этих я хоть как-то уверен.

– Темень какая, – прогудел за спиной ФЕТ. – Того и гляди сейчас выскочит кто-нибудь.

– Только не говори, что ты ещё и темноты боишься, – не упустил возможности подколоть товарища Грог.

– Ой, отвали, а то меня скоро бояться станешь.

– Да у меня уже штанишки намокли.

– Блядь, оба заткнитесь, – шикнул я на них. – Здесь и без того каждый шорох слышно.

По эскалатору спускались молча. Несмотря на то, что передвигаться старались максимально бесшумно, эхо шагов всё равно довольно ощутимо гуляло под сводами. Однако герметичные переборки, что защищали станцию от всякого рода опасностей, до кучи очень хорошо скрадывали звук. За такой массивной дверью уроды вряд ли смогут нас услышать, даже если мы станем общаться в полный голос. Но всё же лучше не рисковать и лишний раз не палиться.

Спуск завершился, и вскоре из темноты показалась наша цель – огромная металлическая перегородка, которая полностью блокировала тоннель. Надеюсь, у нас всё получится.

ФЕТ скинул рюкзак, и Грог приступил к работе. Разместил бруски пластиковой взрывчатки на переборку ровно так, как объяснял добровольцам. Затем вставил в каждую по детонатору, соединил их между собой и после этого подключил к оставшимся концам основной провод. На всё ушло не более получаса, и мы спокойно отправились на поверхность, по пути разматывая бухту. Едва выбрались со станции, к другому концу Грог тут же присоединил дистанционный пульт управления.

– Десятый готов, – вновь сообщила рация.

– Принял, ожидайте, – повторил я дежурную фразу, поставил отметки в блокнот, и мы отправились искать вентиляционные шахты.

Сделать это в замершем городе не составило большого труда, особенно, когда знаешь, что нужно искать. В этом немало помог ФЕТ, который действительно владел нужной информацией об устройстве метрополитена. Ну а дальше по отработанной схеме, вплоть до установки зарядов. Это была уже наша вторая точка и судя по галочкам в блокноте, их осталось всего ничего.

* * *

Нервное напряжение нарастало, несмотря на то, что мы управились довольно быстро, почти на час раньше обозначенного срока. Все заряды установлены, подключены и готовы исполнить задуманное. Осталось лишь отдать приказ, но я отчего-то тянул, видимо, нервничал.

– Ладно, мужики, погнали. Подрыв, проверка, дальше переходим на вторую точку и повторяем. Начали!

Не успел я договорить, как откуда-то издалека до нас долетел первый раскат взрыва. Я тут же вдавил клавишу на машинке и почувствовал, как под ногами завибрировала земля, а вскоре из дверей станции вынесло огромный клубок дыма и пыли. Мы тут же рассыпались, чтобы в кратчайшие сроки проверить нанесённый ущерб. Я натянул на лицо маску респиратора и помчался в сторону станции. В темноте и пыли свет заметался тонким лучом, едва освещая пространство под ногами. Главное – не запнуться о растяжку, а вот, кстати, и она. Осторожно перешагнув через проволоку, я метнулся вниз по эскалатору и едва не сверзился. Взрыв был такой мощности, что даже покорёжил некоторые ступени, а у левой линии, так и вообще отсутствовала едва ли не половина пролёта.

Добравшись до низа, я убедился, что гермодверь довольно сильно деформирована и теперь её вряд ли получится так просто открыть. Всё, пора покидать сие негостеприимное место и на всех порах мчаться к следующему.

Я выскочил на поверхность, где меня уже ожидала машина с товарищами. Запрыгнул в салон и едва успел захлопнуть дверь, как ФЕТ вдавил педаль газа и мы рванули к следующей точке. Здесь тоже всё прошло быстро, как по маслу. Дверь покорёжена, вентиляционные шахты разворочены, а уроды даже не успели сообразить, что же такое происходит на поверхности. Начни они открывать переборки, чтобы проверить, и всё, операция провалена. Хотя это я снова утрирую, таких станций, между которыми необходимо метаться, всего пять, на остальных просто оставили людей с кнопкой. И тем не менее, что-то вполне могло пойти не так.

Теперь всё зависит от удачи. Надеюсь, наш объект не попытается улизнуть через загадочное «Метро-2» и покажет свой нос на поверхности. Должен показать, если он действительно большой начальник, ведь это его прямые обязанности – руководить. А работы мы им подкинули точно не на один день.

А вот и наши башни показались. Возле них уже две машины, первыми стягиваются люди, что работали ближе к центру. Остальные тоже должны успеть до заката, а там как раз начнётся самое веселье. Лишь бы всё получилось, лишь бы Серёжа высунул нос на поверхность.

Глава 13. Поимка

Мы прекрасно знали, что нас ожидает на точке сбора, а потому подготовились. Само собой, что первой тройке пришлось карабкаться по лестнице, а затем дело пошло, как по маслу. Они быстро смонтировали наверху лебёдку, подключили её к генератору и остальные совершали подъём уже с относительным комфортом. Были, конечно, некие сложности, особенно когда первая тройка затягивала в квартиру оборудование, но главное – справились.

Мы поднимались последними. Внизу хватало суеты, особенно в тот момент, когда увеличился поток машин. Грог крыл трёхэтажным матом, заставляя добровольцев отогнать их подальше, дабы они не привлекали лишнего внимания. А я в очередной раз убедился, что люди в толпе больше похожи на стадо, нежели на разумных существ. Вот ведь когда они отправляются на охоту небольшими группами, вряд ли оставляют транспорт в непосредственной близости от гнезда. Наверняка бросают его чуть заранее и к объектам двигаются пешком. Почему сейчас здравый смысл у них отказывает – непонятно.

Но худо-бедно, до заката успели все, даже запас по времени немалый остался. В квартире стоял гул голосов, все обсуждали успех операции. А ведь на самом деле было о чём поговорить. Организовать такое в самые кротчайшие сроки, – это не шутка. Вот только до конца мы ещё не дошли, да и понятия не имели, всё ли сработало так, как задумано. Будем надеяться, что да. Время рассудит, ещё каких-то полтора-два часа, и мы увидим, насколько всё сделано правильно.

Я волновался, будто студент перед экзаменом. Почти не отходил от окна, постоянно рассматривая оставшиеся нетронутыми станции в бинокль. Относительно, разумеется, ведь в них мы так же подорвали заряды, но сделали это якобы с ошибкой. Хотя в любом случае данный момент можно назвать подозрительным. Злые, скорее всего, знают об этом месте, что здесь жил человек, да и нас вероятно почувствуют. А тут как раз несколько выходов совершенно случайно остались целёхоньки. Хотя, возможно, за паникой они не станут заострять внимание на таких совпадениях, посмотрим.

Снова бинокль к глазам и беглый осмотр уцелевших выходов. Нет, пока ничего не происходит, рано, но я всё равно не могу сдержаться и буквально через несколько секунд вновь всматриваюсь в тёмные провалы станций.

– Пожри хоть, – сзади подошёл Грог с банкой консервированной фасоли. – Весь день ведь голодный.

– Что-то не хочется, – поморщился я.

– Ща в рыло дам и силой запихаю, – ухмыльнулся тот. – Жри сказал! Хрен его знает, может, нам здесь всю ночь от них отбиваться придётся.

– Не исключено, – согласно кивнул я и снова поднёс к глазам бинокль.

– Бля, шеф, я сейчас в самом деле у тебя стекляшки отберу и в глаз дам.

– Ладно, не зуди, – улыбнулся я и оставил наблюдательную позицию. – Давай, чего там у тебя!

– Фасоль с овощами, могу тушняка добавить, вообще ништяк получится, – растянул губы в улыбке тот. – Хан уже две порции сожрал и ещё клянчит. Вон, видишь, как на бородатого смотрит.

– Не, нормально, так сожру, – принял я банку у Грога. – Вы двери за собой закрыли? Трос затянули?

– Обижаешь, я всё лично проконтролировал.

– Лады, – кивнул я и закинул в рот первую ложку с едой. – М-м-м, правда, вкусно.

– А я чё говорю, – заулыбался тот.

– С прикрытием что?

– Позиции выбрали, вон там снайперов посадим. На террасе уже триноги под КПВТ пристреляли, пацаны их сейчас от консервной смазки очищают. Патроны, думаю, обычные подойдут, там калибр такой, что человека на куски порвёт, этим ублюдкам хватит. Ветер вот только ледяной там, аж глаза стеклянными становятся, но это ничего, потерпеть можно.

– Хорошо, – кивнул я. – Надеюсь, всё получится.

– Ну, если что, запомню тебя молодым.

– Иди в жопу, – отмахнулся я, закинул в рот ложку фасоли и снова припал к окулярам. – И скажи им, чтоб курить наружу выходили, здесь уже дышать нечем.

– Э, ушастый, я тебе чё сказал?! Ещё раз здесь закуришь, я тебе этот бычок в жопу затолкаю!

– Да там холодно, пиздец! – заканючил тощий мужик с оттопыренными ушами и длинным носом, за что имел вполне заслуженную кличку «Крыс».

– Меня это не ебёт! Вышел отсюда, пока ноги целы!

– Какие нежные все стали, – едва слышно пробормотал он на пути к балкону, но Грогу этого хватило.

– Чё ты там вякнул?! – тут же расправил плечи он.

– Да ладно, оставь его, – придержал я товарища за плечо. – Нам сейчас конфликты ни к чему.

Синхронно с закатом солнца квартира постепенно погружалась в тишину. Это у нас, видимо, на инстинктивном уровне уже, тем более, когда находимся в самом центре вражеской территории. Нет, страхом это не назовёшь, скорее, осторожность. К войне и смерти мы привыкли, но это не значит, что нужно призывать неприятности.

Люди уже перешли на общение в половину громкости голоса, а некоторые так и вообще уже шептались. Заодно нарастало нервное напряжение – у окна с биноклем расположился не только я. Все ожидали начало замеса, некоторые в предвкушении поглаживали оружие. Ведь никто не знал, чем закончится наша авантюра, которая по факту ею и являлась. То, что мы задумали, слабо походило на план, но ничего другого у нас не было. Чистая импровизация, иначе не назовёшь. Но по опыту могу сказать, что именно такие безумства чаще всего и срабатывают. Ладно, скоро мы это узнаем.

– Движение на втором «Деловом», – прозвучал голос одного из наблюдателей, и я мгновенно перевёл бинокль в ту сторону.

Народ моментально затих, и напряжение повисло в помещении. Казалось, его можно потрогать руками, но меня волновало вовсе не это. На станции действительно наметилась какая-то суета. Злые ещё не вышли наружу, но уже проявляли активность внутри помещения. Ещё немного и начнётся.

Впервые за долгое время отступила вечная раздражительность, и её место занял азарт. Сердце пустилось в бешеную скачку, гулко отдавая пульсацией в висках. Рановато для адреналина, но, к сожалению, данные процессы организма мне неподвластны.

А тем временем солнце полностью скрылось за горизонтом. Мороз окреп настолько, что даже печь в углу едва справлялась. Мы топили её весь вечер, однако пар изо рта валить так и не перестал. А снаружи лицо вообще замерзало в момент, чему немало способствовал ветер, который на такой высоте дует без остановки, потому как нет у него препятствий. Небо темнело на глазах и вскоре от станций потянулись первые уроды.

Мы внимательно всматривались в их лица, однако Серёга всё равно появился внезапно. Возможно, кто-то его пропустил или не узнал в общей суматохе, но главное, что всё сработало, он появился, и я его заметил. Вот теперь сердце уже обоснованно забилось как сумасшедшее.

– Всё, есть! – радостно воскликнул я. – Грог, ФЕТ, двигаем!

– Может, не надо, просто пристрелим его и дело к стороне? – прогудел здоровяк.

– Да не ссы, Годзилла, спустим тебя аккуратно, – прихлопнул товарища по спине Грог. – Хан, ко мне, мой мальчик.

Первым лебёдка опустила меня. Кстати, довольно хитрое оборудование, помимо электрического привода она имела дополнительный, ручной редуктор с кривой рукояткой. Да, работала чуть медленнее, но зато бесшумно. Вскоре ноги почувствовали опору, я отстегнул страховочный «лифчик» и пару раз дёрнул за трос, давая понять, что спуск окончен. Он почти сразу пополз вверх, а я присел на корточки и прислушался к гулу снаружи.

Азарт поглотил меня полностью. Хотелось уже выскочить навстречу опасности и начать поливать серебром каждого ублюдка, что попадётся мне на глаза. Но я здесь не за этим, а потому всячески сдерживался. Да и не даст эта выходка должного эффекта, меня, скорее всего, пристрелят в первую же секунду боя. И всё же, руки чешутся сильно.

Наконец рядом опустился ФЕТ. Его боязнь высоты никуда не делась, и сейчас он тяжело дышал, а глаза бегали, словно в панике. Но молодец, держится, пока будут спускать Грога с собакой, он как раз придёт в себя. Так и случилось. И теперь, когда мы все в сборе, да и остальные наверху, скорее всего, тоже готовы, пора было начинать нашу авантюру.

– Я пошёл, – одними губами произнёс я и осторожно открыл люк лифта.

Скинул вниз верёвочную лестницу и, стараясь не производить шума, спустился сам. Снова присел, прикрыл глаза и вслушался шум, что доносился снаружи. Вроде в здании никого, но это не точно. Если кто-то успел войти и затаился, то я его ни за что уже не услышу. Ладно, была не была, всё равно мне придётся показаться на глаза уродам. Надеюсь, Серёжа всё так же ко мне не ровно дышит и никому не позволит меня порвать, оставив для себя любимого. Ну а нет, значит, буду всячески его провоцировать.

Я несколько раз глубоко вздохнул и принялся открывать двери лифта. В этот момент спустился ФЕТ, который тут же взял пространство под контроль, держа пистолет с глушителем поверх моей головы. Да, полностью звук от выстрела он не спрячет, но до тех, кто сейчас гомонит через дорогу, он может и не долететь. Сейчас главное – появиться внезапно, устроить небольшой шок, чтобы выиграть пару секунд и успеть донести немного информации до ублюдков. Иначе нас просто разорвут, не дадут произнести ни слова, да и из здания вряд ли уже выпустят.

– Ну всё, с богом, – буркнул я сам себе, но ФЕТ с готовностью кивнул.

Он проводил меня до выхода из здания и наверняка какое-то время прикрывал после. Я выбрался на улицу, и сердце сжалось в страхе от вида толпы, что гудела у здания метро «Международная», буквально в паре шагов от меня. Но делать нечего, пора действовать, в случае опасности парни сверху попробуют прикрыть. Не факт, конечно, что я успею свалить, но крохотный шанс всё же имеется.

– Эй, мудозвон! – я наконец собрался с духом и окликнул товарища.

Как и ожидалось, вместе с ним обернулись и остальные. Вот только пока их мозг ещё окончательно не переключил сознание на новое действие, оставляя мне небольшой отрезок времени, чем я с удовольствием и воспользовался, вскинув руку с зажатым в ней пультом.

– Не дёргайтесь или я похороню оставшиеся выходы!

Но угроза, как впрочем, тоже предполагалось, не возымела моментального понимания, и твари дёрнулись в мою сторону явно не для того, чтобы угостить пирожком. И я смело вдавил первую клавишу. Не прошло и секунды, как прогремел взрыв и выход первой «Международной» с гулом и хрустом провалился сам в себя. Грог хорошо постарался и грамотно заминировал все ближайшие выходы. Да, это не тоже самое, однако за ночь подобный завал всё равно не разобрать. Только количество надземных построек остановило нас от подобного подхода к операции, потому мы воспользовались планом с гермозатворами.

Толпа она и есть толпа, будь то хоть люди, хоть злые, сознание и психика у них осталась прежней, а потому и поведение вполне прогнозируемым. Уроды аж присели, когда земля под ногами вздрогнула, а самое главное – замерли, предоставив мне ещё немного времени для слов.

– Серый, давай поговорим, ты же так давно этого хотел! Или ты там уже в штаны насрал от страха, только своими шестёрками прикрываться…

Договорить я не успел, так как толпа уродов снова пришла в движение, и на этот раз в дело вступили парни на крыше. Я никогда прежде не видел работу КПВТ на людях. Да, в технике эти пули оставляют серьёзные дыры, но мясо… Они попросту перебивали уродов пополам, отрывали руки и ноги, всего за каких-то пару секунд два пулемёта проложили просеку, превратив человеческие тела в кровавое месиво. Но главное, мы в очередной раз добились своего – уроды вновь замерли.

– Серый, я больше предупреждать не буду! – в очередной раз крикнул я, уловив небольшой момент.

Руки так и чесались подорвать оставшиеся входы в метро, а заодно отдать приказ на уничтожение ублюдков. Но пока рано, как только мы свалим, если, конечно, свалим, парни и без нас разберутся. Надеюсь, до утра они продержатся, а в награду смогут забрать всё, что находится в квартире Утилизатора. Этого хватит, чтобы с лихвой перекрыть их услуги за вылазку.

– Стоять! – рявкнул Серёга толпе своих, и те послушались. – Ну, говори…

– А ты так и будешь прятаться за спинами? Неужели так ссышь подойти?

– Саня, я не трус, но и не полный идиот, – прилетел ответ товарища. – Хочешь что-то сказать – говори, или я прикажу им порвать тебя.

– Ну, я так и думал, – презрительно сплюнул я. – Чмо ты еба́ное, а не вожак. Ссыкло, бля…

– Я тебе сейчас рот порву! – наконец разъярился Серёга и вышел вперёд.

– Силёнок-то хватит? – встретил я его кривой ухмылкой. – Пошли потрещим, я хочу сдать тебе Калугу.

– Это с чего вдруг? – с недоверием посмотрел на меня старый знакомый.

– Зуб у меня на них, – неопределённо ответил я.

– А что взамен?

– Ну наконец-то, я уж было подумал, что ты окончательно отупел. Пойдём поговорим, не хочу, чтоб все слышали.

– А не пошёл бы ты нахер, дружище?! Думаешь, я не чувствую, как бьётся сердце твоего человека за дверью?

– Хуй с тобой, пусть все слушают, – пожал я плечами, а затем резко рванул в здание, с криком: «Давай!»

ФЕТ отреагировал мгновенно, выскочил в проём и выпустил гарпун в грудь уроду. Тот ещё ничего сообразить не успел, как в холе взревел двигатель и Серёгу смело с места. Едва его тело влетело внутрь, сверху ударили пулемёты, а я прямо на бегу вдавил все оставшиеся кнопки на пульте. Канонада взрывов перекрыла грохот орудий, а мы уже закидывали сопротивляющегося пленника в кузов пикапа от компании «Форд».

– Жми! – закричал я и едва успел упасть на дно, чтобы не слететь от резкого рывка, а в следующее мгновение на голову полетели осколки стекла, сквозь которое и вылетел на улицу Грог.

Я во время приземления больно ударился локтем, а ещё мы едва не потеряли пленника, который попытался от нас сбежать. Завязалась борьба. ФЕТ навалился на Серёгу всей тушей, пытаясь обездвижить его. Но тот, несмотря на торчащий из груди гарпун, довольно проворно сопротивлялся. Я поспешил товарищу на помощь, выхватил пистолет и направил пленному в голову. Пули в нём обыкновенные, так что остановят его разве что на несколько секунд, но этого будет вполне достаточно. Вот только во время выстрела Грогу вдруг понадобилось резко бросить машину влево, отчего пуля ушла в сторону, а я вновь завалился в кузов, на больной локоть. Зато ФЕТ ухватил момент и всё же подмял под себя противника.

– Шеф, хомуты!

И снова очередной манёвр от водителя положил меня на спину в кузове, ФЕТ утратил контроль, и Серёга вырвался. Он не геройствовал, тут же ухватился за борт и покинул транспорт. Гарпун, во время драки сломался и кончик, на который был закреплён трос, остался в кузове.

– Стой! – забарабанил я по крыше пикапа, и Грог послушно вдавил тормоза, на этот раз я устоял на ногах – помогла кабина.

Я быстро метнулся к противоположной стороне и взял на прицел убегающего. Руки тряслись, дыхание никак не удавалось взять под контроль, а время безвозвратно утекало, как, впрочем, и Серёга, который петлял по дороге словно заяц. «Бах, бах, бах», я всё же справился с дрожью и послал три свинцовые пули в спину бывшему другу. Тот рухнул лицом на асфальт, но для злого эта проблема всего на пару секунд, а потому мы с ФЕТом тут же рванули в его сторону.

Как я и полагал, он поднялся на ноги, но у него уже не осталось ни единого шанса к спасению. Следующая пуля выбила облако кровавых брызг из головы, и Серёга сложился сломанной куклой, а затем подоспели и мы, чтобы затянуть хомут на его ногах, прежде чем он успеет в очередной раз ожить.

– Да быстрее, бля! – закричал Грог из кабины и тут я тоже обратил внимание на мелькнувший в переулке свет фар.

– Давай! – заорал я напарнику и, схватив Серёгу за ногу, рванул к машине.

Грог тоже сообразил, что включив заднюю передачу, значительно сэкономит нам время. Машина преследователей показалась, едва мы закинули пленника обратно в кузов. Водитель тут же вдавил педаль в пол, а я уже в который раз выматерился, больно приложившись локтем о борт во время падения.

Ожидаемо, вскоре по нам загрохотали выстрелы, ФЕТ подхватил пулемёт, использовал борт в качестве упора и выдал в сторону преследователей несколько коротких очередей. Да, со своей «бандурой» он управлялся очень умело. Машина, что пристроилась нам в хвост, тут же завиляла, а затем на полной скорости намоталась на столб. Грог на эмоциях даже посигналил, что-то прокричал и выставил средний палец в боковое окно.

Спустя некоторое время мы остановились. За нами больше никто не гнался, по крайней мере, в пределах видимости. Стоит воспользоваться моментом и хотя бы в кабину перебраться, а то руки уже ничего не чувствуют. Мороз сейчас наверняка градусов двадцать, а то и больше, мчаться в кузове на таком холоде – удовольствия мало.

Всё же иномарки в плане удобства всегда прекрасно продуманы. Кузов пикапа можно очень удобно закрыть, при помощи алюминиевой роль-ставни, которая на начало операции была свёрнута. На всякий случай я прописал пару прямых в челюсть Серёге, чтобы он лишний раз не брыкался, проверил стяжки и для верности добавил ещё пару штук, скрепив с их помощью пальцы. Затем ФЕТ помог выгнуть пленного на «мостик», и я соединил между собой руки и ноги, дабы наверняка лишить возможности освободиться. После этого мы накрыли его плотным брезентом и вытянули роль-ставню, которую ещё и на навесной замок закрыли. Последнее дополнение явно приколхозил бывший хозяин, но сейчас нам оно только в плюс.

Всё, теперь можно лезть в салон и мчать в крепость, хрен его знает, вдруг сейчас уроды очухаются и организуют конкретную облаву. Мы запрыгнули в тепло, Грог подмигнул нам, перевёл рычаг в положение «Д» и вдавил педаль газа.

– Ну как мы их, а?! – с довольной рожей произнёс он. – Ну ты даёшь, конечно, шеф, я чуть в штаны не навалил, когда вся эта толпа на нас попёрла. ФЕТ тоже красавчик, чётко ему гарпун между рёбер загнал.

– У тебя выпить есть? – проигнорировал я похвалу. – У меня в этом кузове аж кишки замёрзли.

– Я за рулём, – картинно выпучил глаза тот.

– Да хорош клоунить, – поморщился я. – К тому же тебе я и не предлагаю.

– Ага, щаз, – голосом, полным сарказма, выдал тот и первым приложился к фляге, затем протянул её мне. – На, алкаш.

– Будешь? – предложил я ФЕТу.

– Само собой, я чё, больной, что ли? – улыбнулся тот и принял самогон.

– Фух, бля, ну и ночка, – выдохнул я и занюхал адское пойло волосами ФЕТа. – Меня до сих пор трясёт всего, никак сердце не могу успокоить… Осторожно!

Прямо перед носом машины выскочили два урода, Грог едва успел выкрутить в сторону руль, и машину тут же потащило боком. Оба злых отскочили в сторону, но пока не догадывались, что в машине находятся вовсе не союзники. Хорошо, что широкая московская дорога была совершенно пустой, нас попросту развернуло, без каких-либо последствий.

– Вы чё здесь трётесь, мрази! – открыв дверь, выкрикнул Грог и полез наружу. – Шеф, а ну, выпусти Хана.

Я послушно распахнул заднюю, и пёс с утробным рыком рванул на противника, а Грог вытянул пистолет и практически навскидку выпустил две пули в голову одному из них. Второго настиг Хан, сбил его с ног и тут же вцепился в глотку, не прошло и секунды, как всё было кончено. Оба тела нервно сучили ногами в агонии, а напарник вальяжно дунул в ствол пистолета, убрал его и вернулся в салон.

– Слушай, а мне начинают нравиться ночные вылазки, и чего мы до этого стеснялись, – ухмыльнулся он и снова высунулся в окно. – Фтсиу, Хан, поехали.

С улицы раздался цокот когтей по промёрзшему асфальту, а затем в машину влетел и сам пёс. Я закрыл за ним дверь, а Грог включил передачу, неспеша развернулся, и мы снова встали на курс «из столицы». Настроение, в самом деле, было приподнято, ведь мы практически совершили невозможное. Выкрали вожака прямо на глазах у стаи, да ещё их популяцию знатно сократили. Надеюсь, парни выстоят, хотя думаю да, без особых проблем. Забраться к ним по лифтовой шахте невозможно, больше одного на лестницу всё равно не уместится. А там хоть до самого низа пусть гусеничка растёт, никто им до финиша дойти не позволит. Сиди себе, словно в тире, да отстреливай ублюдков, пока не надоест. В крайнем случае, подвесят ультрафиолетовый фонарь, и желание карабкаться наверх у уродов само по себе отпадёт.

Могут, конечно, из ракетницы жахнуть, но это тоже непросто под шквальным огнём крупного калибра, да ещё и под прикрытием снайперов. Да, я уверен, ребята продержатся, но эту позицию мы уже точно пролюбили. Теперь здания подобного типа будут увешаны ловушками, а то и вовсе злые попытаются их подорвать, тем самым окончательно уничтожив потенциальную угрозу. Но нам уже и не нужно, свою миссию мы выполнили, осталось доставить объект на лайнер и наслаждаться его криками во время допроса.

– Нас ведь внутрь сейчас не пустят, – высказал общие мысли Грог. – Ночь, дружине насрать, кто мы по документам.

– Я знаю, на стоянке заночуем, – ответил я. – Парни сверху прикроют, в случае чего.

– Как вариант, – согласился тот. – Скоро пробка, чё там, куда крутиться-то, чтоб объехать?

– Ща, – буркнул я и, скинув рюкзак, вытянул из него атлас. – Так, а где мы вообще?

Глава 14. Куда теперь?

Всё же мы недооценили важность захваченной нами персоны, а возможно, и самих уродов. Нет, путь до крепости прошёл вполне спокойно, нас даже на стоянку запустили, где помимо нас на ночлег встал ещё и торговый караван, который попросту не успел до закрытия ворот. Меня всегда удивляло, что при всей этой долбанной системе безопасности, с ультрафиолетом, серебром и отстойниками, дружина всё равно не пропускала внутрь людей после наступления темноты. КПП работал ровно до того момента, пока на горизонте не исчезнет последняя серая полоска света. После внутрь попасть было уже невозможно. И в чём тогда смысл всех этих проверок?

Ну допустим, после того как скрылось солнце, а интенсивность ультрафиолета позволяла некоторым уродам, каким-то особо хитрым способом, гулять в сумерках. Но в таком случае непонятен смысл проверки днём. Да и в ночное время, что мешает установить, человек ты или кровожадная тварь? Однако таковы правила и спорить с этим бесполезно, попросту пристрелят, а затем скажут, что так и было. Пожмут плечами, мол, а хрен его знает, бузить начал, а время ночное, вот и разбираться не стали. И ведь никто не осудит. Людьми управляет страх, а в подобных случаях здравый смысл часто отступает, притом даже не на вторую позицию.

Но человек такая сволочь, всегда найдёт выход и приспособится под текущие реалии. Вот как сейчас, например. Да, ночёвка на стоянке – не самое безопасное мероприятие, однако дружина со стены всегда прикроет. Уроды хоть и лезут с завидной настойчивостью, но не каждый день. Они тоже научились оценивать риск, так же умеют считать потери, а потому предпочитают обходить наши укрепления стороной. Лишь невыносимая жажда заставляет их сбиваться в крупные стаи и пытаться захватить ту или иную крепость. Однако предпочтение всегда отдаётся небольшим поселениям.

Калуга в этом плане исключение. Да, она крупная и достаточно защищённая, но близость к Москве вносит свои коррективы в правила и всё же, довольно длительное время данная крепость остаётся неприступной. Следующий островок жизни находится уже на значительном расстоянии к западу, или к югу, а значит, остаётся меньше времени для боевых действий. И попробуй не успеть скрыться в надёжном убежище до заката, утром обязательно явятся охотники. А эти мало того, что выпотрошат ради чёрного сердца, так ещё и обязательно поглумятся.

В общем, причин, чтобы не трогать крепости – достаточно, как и у нас, не лезть в крупные города, где есть множество различных убежищ. Вот только природа распоряжается иначе. Мы голодаем, отчего вынуждены вычищать запасы предыдущей цивилизации, да и уроды страдают от жажды, по мере того, как сокращается популяция человека. Для того чтобы разрушить привычную жизнь, потребовалось много тварей, а теперь им нужно как-то кормиться, выживать.

Я часто размышлял обо всей этой белиберде, и основной поток мыслей почему-то всегда лез в голову во время дежурства. Возможно, от безделья. Вот как сейчас, пока Грог и ФЕТ спокойно дрыхли в кабине пикапа, я курил на морозе и размышлял о сути бытия. Не совсем так, конечно, но уже был близок к главному вопросу: «А почему?» С чего вообще началось всё это дерьмо?

В тот день, в порту, Лёха оговорился, что виноваты мы, то есть люди. Мол, преследовались самые благие цели, но, как всегда, что-то пошло не так. Посему получается, эти ублюдки – творение наших рук. Но что произошло? С чего началось? Откуда в них столько ненависти к нам? Ведь стоит обратиться самому близкому другу, как он тут же вцепится тебе в глотку, будет ненавидеть, презирать всей своей чёрной душой! А с какого? Сознание остаётся нетронутым, память не уходит. Одному богу известно, сколько таким образом было обращено ближайших родственников, матерей, отцов, братьев и так далее.

Но тогда остаётся открытым другой вопрос: почему они не трогают себе подобных? Куда девается вся та ненависть к прямоходящим после обращения? Хотя это уже не столь важно. Всё же самым невероятным я считаю организацию конца света. Да, именно так, иначе назвать случившееся не получается, ведь рухнул весь мир. Каких-то пара недель и от привычного хода вещей не осталось и следа. Как у них это получилось? Как они смогли всё это организовать, притом, что в каждом государстве имеются опытные спецслужбы. Почему мы проморгали начало, стадию подготовки?

– Твою мать! – выдохнул я, заслышав рёв двигателей в ночной тишине, и рванул на себя дверцу пикапа. – Подъём!

Грог и ФЕТ, конечно, проснулись, но какое-то время ошалело глазели по сторонам, а вот собаке для этого потребовалось всего мгновение. Пока хозяин пытался вникнуть в ситуацию, Хан уже был готов к бою, правда, опасности пока не чуял, а потому принялся лизать Грогу лицо.

– Фу, отвали, скотина, ты воняешь, – отстранился тот.

– Чё такое? – первым задал правильный вопрос ФЕТ.

– Гости у нас, бегом караванщиков будить, – ответил я и рванул к грузовикам.

Но в моих услугах они не нуждались, там ребята с опытом и не хуже меня понимали, чем грозит сон под стенами без часового. Машины они выставили таким образом, чтобы те образовали некий защитный периметр – букву «П». Все, как одна усилены дополнительными листами железа, поверх которого приварены уголки, дабы усложнить пулям задачу. Заглянув за технику, я не заметил нелепой суеты, люди довольно шустро, но вполне спокойно готовились дать отпор непрошеным гостям. Я же прикинул наши возможности к обороне и пришёл к выводу, что здесь шансов на выживание гораздо больше.

– К вам можно? – на всякий случай поинтересовался я.

– Ясен хуй, – резко ответил командующий охраной. – На крайний, правый тонар идите, там помощь не помещает.

– Принял, – кивнул я и обернулся к своим. – Э, фтсиу, сюда давайте!

Грог без лишних вопросов включил заднюю и лихо подогнал пикап к укрытию. Двигатель машины работал, непереставая, тем самым поддерживая тепло в кабине. Да, бензина он сожрёт много, особенно если учесть объём цилиндров. «Амеры» вообще не любят экономии в данном вопросе. Но нам плевать, в крайнем случае зальём полный бак за счёт администрации, лишь бы до утра продержаться. Полномочия и в самом деле очень приятный аргумент.

Тем временем дружина на стене тоже не дремала. Оттуда вовсю доносились короткие команды и топот тяжёлой обуви, а вскоре по периметру вспыхнули фонари, бледно-синего цвета. Ну, теперь нам ещё и загар будет обеспечен.

Как бы мы ни готовились к бою, начался он внезапно. По нашей позиции ударил пулемёт, который заставил всех вжаться лицом в землю. За его очередью я, кажется, расслышал ещё и одиночные выстрелы, словно параллельно работал снайпер. Это плохо, вот только он либо косой, либо пытается выбить людей на стене. В ответ с неё тут же заколотили очереди и первая машина, что так спешила начать бой, вильнула влево, слетела с дороги и закувыркалась через крышу. Урод, что пристроился с пулемётом в открытом люке, вылетел на втором обороте сломанный пополам. Если бы на его месте был человек, он скончался бы тут же, но у злых всё обстоит несколько иначе, и сейчас мы с лёгким чувством страха наблюдали за жуткой картиной.

Урод не без труда поднялся на ноги, а его верхняя часть тела, неестественным образом, осталась свешенной назад. Он попытался поднять её при помощи рук, но ничего из этого не вышло, и тогда он вернулся в горизонтальное положение. Некоторое время его тело извивалось в попытке подстроиться и отыскать нужное положение. А когда это получилось, на ноги поднялся уже вполне здоровый человек, словно это не его позвоночник только что переломило на две части. Слева грохнул одиночный выстрел, и на сей раз урод уже рухнул замертво.

– Ебучая мразь, бля! – выругался стрелявший и презрительно сплюнул. – Чтоб тебя в аду черти драли!

А затем начался этот самый ад. Машины резко свернули в проулок, остановились, а уроды рассыпались по местности, заливая свинцом и нас и стены. Вскоре в бой вступили миномёты, и стало совсем не до шуток, теперь, просто так за машинами отсидеться не выйдет. Впрочем, наши тоже не дураки, отвечают из-за стены будь здоров. Вдалеке одна за другой разрываются мины, поднимая в небо комья земли.

Несколько вражеских снарядов взорвались практически у самых машин, за которыми мы прятались. Одному из охранников каравана посекло ноги осколками, и его крики перекрыли грохот автоматных очередей. Долго мы так не продержимся. Если в городе, за стеной, людям по большому счёту по фигу, то для нас глухая оборона может легко стать последней.

– Грог, ФЕТ, валим в обход! – крикнул я своим товарищам.

– Ты сдурел, Морзе?! – тут же пошёл в отказ Грог. – Да мы под таким огнём и минуту не пробегаем!

– Да и пошёл ты нахуй тогда, – мгновенно вспылил я. – ФЕТ, за мной!

Я выпрыгнул из кузова и, не дожидаясь напарника, рванул в сторону, вдоль стены, туда, где чуть поодаль расположился старый остов от здания из красного кирпича. Топот ног позади дал понять, что оба бойца последовали моему примеру. А с Грогом я чуть позже ещё поговорю на тему обсуждения приказов, всю рожу разобью. Бесит! Даже караванщики сообразили, что за манёвр мы задумали и хорошенько прикрыли нас плотным огнём.

Так, ладно, до первого укрытия мы добрались, теперь нужно перебежать через дорогу к следующему двухэтажному зданию. Местная крепость не стояла в открытом поле, её выстроили в административном центре, прихватив немалую часть спального района с высотками. Естественно, на берегу реки, которая сама по себе является неплохим препятствием для атакующих. Часть города, что примыкала к крепостной стене, уже успели раскатать и обратить в битый кирпич, но тем не менее, ещё кое-что оставалось. Ну а за небольшим, искусственным пустырём, продолжался город. На него у администрации были большие планы: они собирались превратить его в лабиринт, чтобы основательно усложнить жизнь тем, кто решит штурмовать укрепления. Однако пока руки до этого не доходили. Ну а как водится, сей амбициозный, но несомненно правильный проект, возможно, так и останется на бумаге.

Но суть не в этом. Сейчас, частично оставшиеся фундаменты позволяли нам перейти из разряда обороняющихся в штурмовики. Серьёзную армию нам таким образом не победить, особенно если та решит держать позиции всем скопом. Вот только у нас ситуация несколько иная, потому как уроды, напротив, разбились на множество мелких отрядов. Да, для изначальной тактики боя, которую они выбрали, так лучше, но не следует и про оборону забывать. Раз первые минуты атаки захлебнулись, значит, пора уже задуматься о правильности стратегии. Хотя не мне их судить, я и сам до конца не понимаю, как оно – правильно. Просто действую по обстоятельствам, по наитию.

– Вижу, вон возле церкви тройку вижу, – указал пальцем на часть отряда ФЕТ. – Похоже, как раз самый правый фланг.

– Посмотрим, – кивнул я. – Айда ещё немного правее возьмём, попробуем в тыл выйти.

– Принял, – согласился Грог и едва успел спрятать голову за стену, как в угол здания прилетела очередь. – ФЕТ…

– Ща, – с полуслова понял его тот и, перехватив пулемёт, проворно выкатился за угол и вдавил спуск.

Противник тут же прекратил огонь и засел в здании, спрятавшись за оконным проёмом. А мы с Грогом плюнули на выход в тыл и рванули к зданию церкви, как два лося, не разбирая дороги. Напарник на ходу вытянул из сумки, что была закреплена на ремне с правого бока, две гранаты, и, ещё не достигнув здания, очень точно забросил обе внутрь. До строения оставалось буквально три метра, и мы моментально рухнули вниз, проскользив остаток по обледеневшей траве. Едва успели встретиться со стеной, как из окна полетели осколки, притом всего, что только находилось внутри. Не сговариваясь, мы поднялись и залили серебром каждый из своих секторов. С моей стороны урод обнаружился и, судя по тому, что Грог выкрикнул: «Минус», у него тоже всё прошло успешно.

Мимо с рычанием промчался Хан, а вскоре раздался крик боли из-за угла. Вот как пёс понимает, когда пора атаковать или следовать за хозяином, а когда лучше немного выждать? Хотя, возможно, это у него в крови.

Почти одновременно с Ханом к нам присоединился ФЕТ. Он присел рядом и взял на себя левый сектор. Грог отправил пса осмотреть остальные помещения и пошёл в обход справа. Я проследовал за ним и осмотрел в бинокль, что творится на следующей точке. И в этот момент к нам присоединились ещё двое, те, что следовали в защите каравана. Я их узнал и едва успел удержать палец на крючке. Явился тот самый снайпер, что снял урода со сломанным позвоночником.

– Ну чё там? – тут же поинтересовался он.

– Там дальше здание без крыши, остатки четырёхэтажки, крайний подъезд балкон на третьем, с пулемётом точка. Один, похоже, прикрывает, я его плохо вижу, но кто-то там явно мельтешит. Третьего найти не могу.

– Он у меня походу, – прошипел голос ФЕТа в наушнике, – трое или четверо в нашу сторону идут.

– Принял, – в один голос ответили мы с Грогом.

– Сможете пулемёт успокоить? – кивнул я в сторону винтовки, что держал один из подошедших.

– Ща посмотрим, – спокойно ответил тот и ползком выбрался на мою позицию, а мы с Грогом запрыгнули через разбитое окно внутрь храма.

Хан бросился в обход здания, словно понимал, что мы собираемся пройти его насквозь в помощь ФЕТу. Тот уже находился в помещении у двери и периодически выглядывал за откос.

– Где? – поинтересовался я.

– За жёлтую двухэтажку зашли, – отозвался тот, и мы едва успели спрятаться за стены, как из окна первого этажа по нам ударила очередь.

Организм сообразил быстрее, чем пришло осознание: что это там такое мелькнуло на пределе видимости? ПНВ не очень хорошо справлялся на дальних дистанциях, тем более, работая из одного помещения в другое. Лунный свет снаружи довольно сильно засвечивал то, что происходит внутри дома через дорогу.

Однако и уроды выхватили лишь дверной проём. Грог, который в этот момент остался без внимания, отреагировал ответным огнём, а стоны объяснили нам, что пуля успешно нашла свою цель. Не дожидаясь появления второго, ФЕТ швырнул в помещение гранату, и через пару секунд повторил. В этот момент грохнул сухой выстрел с противоположной стороны здания, который заставил замолчать пулемёт и только после этого прогремели два взрыва.

Мы рванули в сторону здания, я рыбкой нырнул в окно и ушёл в кувырок. В зимней одежде, да ещё в броне, едва получилось завершить этот манёвр. ФЕТ в отличие от меня просто сунул ствол пулемёта в окно и выдал короткую очередь в сторону дверного проема, что вёл в соседнее помещение. Зря только серебро истратил, там было пусто. Но чтобы в этом убедиться, теперь уже я бросил за поворот гранату и отчётливо услышал топот ног. Вот только я схитрил и оставил на месте предохранительную чеку, старый прикол, ещё со времён второй мировой, а всё так же, исправно работает.

Дальше дело техники, попросту вывалился в коридор и из положения лёжа вогнал очередь в спину беглеца. После чего едва успел закатиться обратно, потому как из комнаты через стену высунулся ещё один урод и дважды грохнул вдоль коридора из дробовика. ФЕТ оказался прав, один из четырёхэтажки присоединился к товарищам. Но надо отдать ему должное, напарник вовремя успел сообразить и сместиться к следующему окну, где уже без проблем наделал отверстий в груди последнего выродка.

Чуть дальше за этим зданием вспыхнула ещё одна перестрелка. Похоже, караванщики не только нам подкрепление выделили, но и ещё одну группу в обход послали. Нужно было спросить, не очень хочется заполучить пулю от своих же, тем более серебряную. Ведь с ней никакое сердце не справится, выпаду из жизни минимум на пару недель, а у нас планы.

Тем временем интенсивность стрельбы значительно снизилась, а значит, мы почти победили. Осталось проверить четырёхэтажки, где расположилась пулемётная точка, там должен был остаться ещё один. Да и вроде там всего один выстрел прозвучал, хотя я реально мог упустить, что там на самом деле происходило. Был, так сказать, немного занят.

Мы снова вернулись обратно в церковь и как раз застали отступающего, который бежал в северном направлении, удаляясь от крепости. ФЕТ грохнул ему вдогонку из пулемёта, и злой будто споткнулся, полетел носом в асфальт. Однако ранение оказалось не смертельным, он попытался снова подняться и даже автомат в нашу сторону направил, но я уже был готов добить ублюдка. Срезал его парой прицельных выстрелов с «Ксюхи», благо расстояние позволяло.

Бой стих. Караванщики связались со своими и получили подтверждение: всё закончилось. Одна машина всё же успела скрыться, видимо, сообразили раньше других, что затея провалилась. Вообще непонятно, на что они там надеялись…

– Блядь, пикап! – осенило меня, и я рванул в сторону крепости.

Худшие ожидания оправдались, когда я отчётливо увидел несколько отверстий на кузове, как раз там, где лежал пленный. Теперь стало очевидно, одиночные выстрелы мне не показались, да и машина, что успела свалить, была здесь не просто так. Я выхватил ключи, быстро свернул роль-ставню и одним рывком скинул брезент. Так и есть, Серёга пучил глаза от боли, а из его живота тянулась тонкая струйка крови, но главное – он ещё жив!

– У вас врач есть?! – крикнул я караванщикам.

– Нахуя? – прилетел ожидаемый вопрос. – Сердцем закинься или у вас нету? Могу поделиться за пару сотен серебра, ха-ха-ха.

– Фтсиу, на стене! – закричал я дружине, проигнорировав комментарии торговцев. – Доктор нужен, срочно!

– Поссать на рану могу! – вернулся остроумный ответ, после которого снова грохнул хохот, даже со стороны соседей.

– Сука! Я тебе ебальник утром сломаю! – заорал я в ответ.

– Ты сейчас очередь поймаешь, понял? И скажу, что так и было́, – заставил меня замолчать тот, но ярость внутри вскипела и я точно решил, что не пожалею времени и завтра обязательно разыщу мудака. Сейчас нужно думать о другом. Надеюсь, ещё не поздно, и я смогу откачать пленника, слишком много ресурсов мы на него потратили и если он сейчас сдохнет, это будет очень обидно.

– Твою ж дивизию! – как раз подоспели Грог и ФЕТом. – Они не спасать его приезжали!

– Дошло наконец?! – огрызнулся я. – Ты не мог пикап поглубже загнать?

– Куда, бля? – возмущённо указал рукой на машины караванщиков Грог. – В стену уебать если только?

– Плохо дело, – пока мы спорили, ФЕТ принялся осматривать пленного. – Пулю порвало, здесь минимум три крупных осколка и хрен знает, сколько ещё мелких фрагментов. Надеюсь, большинство одежда сдержала.

– Ты доктор, что ли? – удивлённо уставился на напарника Грог.

– Да какой там, просто в госпитале на большой войне как-то помогал. Ну это же не совсем человек, из него главное – серебро извлечь, думаю, быстро заживёт.

– Ты сможешь? – уточнил я.

– А у нас есть выбор? – усмехнулся Грог и протянул напарнику нож. – Он что так, что эдак подохнет, в случае операции хоть какой-то шанс есть.

– Режь, – кивнул я на вопросительный взгляд ФЕТа, и тот приступил к делу.

Серёга орал на всю округу, но мы с Грогом крепко держали его за руки и ноги, пока здоровяк кромсал ему брюхо. Естественно, ни на какую операцию это не походило. Люди из каравана с любопытством следили за нами и, похоже, не подозревали, что мы спасаем заклятого врага. Ультрафиолет на стенах погас сразу, как закончилась схватка, а больше пока ничего не выдавало принадлежность раненного к уродам.

– Кажется, всё, – резюмировал ФЕТ, спустя долгих двадцать минут, и вытер вспотевший, несмотря на сильный мороз, лоб рукавом.

– А почему не зарастает? – кивнул на раны Грог.

– Я ебу, я тебе чё, знаток уродов какой? – вспылил вечно спокойный здоровяк, похоже, нервничал он не меньше нашего.

– Ну ты ещё раз посмотри, может, упустил чего? – попытался как можно более спокойно подсказать я.

– Да всё там, – спустя некоторое время ответил тот. – Точно ничего нет, может, уже в кровь слишком много попало?

– Блядь! – выругался я и принялся засучивать рукав.

– Э, шеф, ты какого хуя удумал?! – не совсем, но всё же правильно понял меня Грог.

Но я уже взялся за дело и полоснул себя ножом по предплечью, после чего направил тонкую струйку крови в рот бывшему другу. Несколько секунд ничего не происходило, а затем ФЕТ радостно воскликнул: «Получается! Раны затягиваются!»

– Эй, какого хуя там у вас происходит? – вдруг прозвучал угрожающий вопрос со стороны соседей.

– Рот захлопни и занимайся своим делом! – резко отреагировал Грог.

– Чё сказал?! – одновременно с этими словами послышался лязг затвора.

– Девятый отдел! – поспешил крикнуть я, дабы конфликт не перерос во что-то большее. – У нас спецоперация. Этот ублюдок – ценный пленник, его свои же убрать хотели. Он нам всем нужен живым!

– Долбанные особисты, – буркнул тот и презрительно сплюнул. – От вас вечно сплошные неприятности.

– Да пошёл ты, барыга сраный! – Грог всё же оставил последнее слово за собой.

– Да угомонись ты, не отвлекайся, – рявкнул я и продолжил кормить тварь своей кровью.

* * *

До утра больше никто так и не уснул. Раны пленного затянулись, но для этого потребовалось немало крови. Как только я почувствовал лёгкое головокружение, меня сменил ФЕТ, предварительно присыпав мне рану измельчённым чёрным сердцем. Пара минут на восстановление, и я как новенький, а крови напарника хватило, чтобы раны у Серёги окончательно затянулись.

Едва взошло солнце, я отправился в крепость. Пришлось в очередной раз выслушать гневную речь в спину от торговцев. Но объяснять всю важность операции дебилам не было ни сил, ни желания. Я попросту сверкнул в маленькое окошко полномочиями и внаглую прошёл в отстойник прямо перед самым их носом.

Администрация уже работала и я, игнорируя вопросы коменданта, сразу же отправился на второй этаж в комнату связи. Чем быстрее доложу об успешном завершении операции, тем скорее скину с плеч этот тяжкий груз ответственности. Связист тоже был на месте. Увидев меня, сразу с пониманием кивнул и защёлкал по клавиатуре, после чего протянул мне наушники.

– Я кодировку сохранил, – пояснил он свои действия и как только я принял гарнитуру, он освободил стул и покинул кабинет.

Своих я вызывал минут двадцать, повторяя одну и ту же фразу, словно заклинание, но в ответ слышал лишь молчаливый треск эфира. Мысли в голову в этот момент лезли самые разные, начиная с того, что нас в очередной раз кинули, подставили и заканчивая самыми мрачными. До кучи вспомнилось и нервное общение со Старым. В итоге я всё же психанул, бросил на стол наушники и быстрой походкой покинул город. Забыл даже о том, что собирался после связи отыскать вчерашнего остряка.

– Ну чё, вылетели наши? – спросил Грог, который в этот момент играл с собакой, пытаясь вырвать из её пасти палку. – М-да, судя по роже, у нас снова что-то не так…

– Пиздец какой-то, – поморщился я и закурил. – На связь никто не вышел.

– В смысле? – удивлённо переспросил ФЕТ. – Может, там со станцией что не так?

– Без понятия, – пожал я плечами. – На всякий оставил связисту пароль и отзыв, если кто появится, он передаст сообщение.

– Ну и чего делать будем? – ожидаемо спросил тот.

– Я бы нажрался, – возможно, высказал общее настроение Грог и прихлопнул рукой по кузову. – Но пока нельзя, нужно это тело доставить.

– Самим в Таганрог тоже ехать не вариант, – задумчиво пробормотал я. – Ждём сутки здесь. Я попробую согласовать, чтоб нас с этим уродом внутрь запустили.

– Думаю, это бесполезное занятие.

– А ты, кстати, – повернулся я к Грогу и ткнул его пальцами в грудь, – ещё раз попытаешься оспорить мой приказ во время боя, я тебе всю соску разобью. Вылетишь нахер из отряда, понял меня?!

– Извини, шеф, сам же знаешь, у меня язык как помело.

– Я тебя предупредил, – тем не мене добавил я, хотя весь гнев моментально улетучился, как только тот повинился. – Всё, ждите здесь, я пойду, попробую договориться. Ну и ещё кое-какой вопрос порешать нужно.

Глава 15. Косячный день

Всё же интересно наблюдать за тем, как меняется мир. Ещё недавно мы гордились новыми технологиями, летали в космос, а интернет владел умами людей. А сейчас, когда мужики толпились у ворот, чтобы отправиться на заработки, мимо сновали женщины с коромыслами и вёдрами. Если канализация хот как-то функционировала, то питьевую воду, кроме как из колодцев, взять было неоткуда. И несмотря на то, что от прошлой цивилизации нам досталось немало, большее количество благ можно смело считать утерянными.

Пройдут годы, и мы вернёмся к передвижению на лошадях, оружие станет бесполезным железом. Не факт, но все предпосылки к этому имеются. С бензином и соляркой уже наблюдаются серьёзные проблемы, которые с каждым годом становятся всё актуальнее. Это только в теории всё просто: взял нефть, залил в бочку, нагрел, остудил нужные пары и на выходе получил высококачественное топливо. На самом деле техпроцесс гораздо сложнее, особенно в изготовлении присадок для повышения коэффициента сжатия. Ведь тот транспорт, что нам достался в наследство, на простом перегоне не поедет, двигатель попросту развалится от детонации. Хотя какое-то время, конечно, проработает, но очень недолго.

Вот и получается, что с каждым днём мы теряем всё больше, а заниматься наукой некогда, едва выживать успеваем, да и то не все. И ладно бы всему виной были злые, так нет же, люди с большим удовольствием продолжают убивать друг друга, а отсутствие законов лишь усугубляют ситуацию. О вежливом общении можно вообще забыть. Это сейчас я наделён властью и полномочиями, что в некоторых случаях облегчает жизнь. Но ведь совсем недавно меня каждый встречный нахер посылал. Да, за это я без сомнений бил в нос, но сам факт…

Коменданта на месте не оказалось, и я отправился по своим, второстепенным вопросам. Для начала пошёл в госпиталь, проведать, как там себя чувствует Утилизатор. На тот момент, когда мы привезли его в город, он уже напоминал нечто среднее между черепахой и амёбой.

По сути, лечебное заведение представляло собой небольшое помещение. Буквально пара кабинетов и несколько палат, да и здание для этого отвели самое никчёмное, того и гляди начнёт разваливаться. Панацея в виде чёрного сердца, сильно повлияла на общественное сознание, люди перестали всерьёз относиться к врачам. Лично я считал, что это плохо. Хрен знает, как обернётся жизнь, и утрачивать такие знания, по меньшей мере, глупо. Но кто бы стал меня слушать, ведь обществу всегда виднее.

Я вошёл внутрь. Даже не сразу понял, что нахожусь в отапливаемом помещении, в коридоре, судя по всему, термометр показывает отметку ниже ноля. Дверь открылась с сильным скрипом, что привлекло внимание доктора, единственного на весь посёлок. Он выглянул в коридор, и на его лице появилась добродушная улыбка.

– Господин Морзе, – вежливо произнёс он и протянул руку. – Чему обязан?

– Как он? – кивнул я в сторону палаты, в которую поместили Утилизатора.

– Не очень, – поморщился тот. – Мы с Катюшей присматриваем за ним, но сами понимаете, это не мой профиль, его бы специалисту показать.

– Где бы его ещё найти, – грустно усмехнулся я. – К нему можно?

– Да, конечно, проходите, только он это вряд ли оценит.

– Никого видеть не хочет?

– Без понятия, – пожал плечами тот. – Похоже, что ему просто всё равно.

– Он говорил, что раньше пил какие-то лекарства, значит, это лечится?

– Скорее, берётся под контроль. Понимаете, у него сложное заболевание. Вот представьте, что вы работаете бензопилой и всегда на полном газу. Через какое-то время двигатель начинает перегреваться и ему требуется перерыв. Так и с его организмом, когда он выйдет из состояния депрессии, начнётся фаза активности, все его чувства и эмоции будут усилены в сотню раз.

– Я понял, док, полный газ.

– Именно так.

– Ну, это я понял, а как ему помочь?

– Боюсь, никак. Даже в лучшие времена такие лекарства можно было достать разве что за границей. Может быть, что-то и осталось в аптеках столицы, но я понятия не имею, где их искать, даже с названием вряд ли помогу. Но ваш друг наверняка знает, что за таблетки он принимал. Когда он придёт в себя, я поинтересуюсь, возможно, получится подобрать аналоги. Вообще удивительно, как он выживал всё это время.

– В этом как раз и есть его ценность. Ладно, спасибо вам. Я пройду?

– Да-да, разумеется, вторая дверь налево, прямо за моим кабинетом.

– Я в курсе, док, – улыбнулся я и прошёл к палате.

Здесь уже было довольно тепло, пришлось даже куртку снять, чтобы не взопреть. У окна потрескивала печь-буржуйка, дымоход от которой вмонтировали в окно. На койке у стены лежал Утилизатор, направив в потолок отсутствующий взгляд. Рядом штатив для капельницы, но в данный момент он пуст. Я уселся на стул рядом и с нескрываемым сочувствием посмотрел на товарища.

– Здорова, чудила. Вот, как и обещал, зашёл проведать, – я чувствовал себя неуютно, вроде и хотел зайти, но больше для галочки, а потому просто не знал, что сказать. – Если тебе интересно, то мы смогли, мы это сделали, поймали того ублюдка. Надеюсь, не зря старались.

Утилизатор вдруг перевёл взгляд на меня, какое-то время смотрел, а затем повернулся спиной.

– Ой, да и пошёл ты, – совершенно без злобы буркнул я. – Не хочешь – не общайся, мне, в общем-то, тоже похеру, просто подумал, что тебе это будет интересно. Ладно, отдыхай, пойду я, дел ещё полно.

Я поднялся со стула и направился к выходу, когда вдруг со спины прозвучал хриплый голос.

– Я видел его. Главного. Нам не победить.

– Что?! Что ты только что сказал?! – я бросился к койке и принялся тормошить Утилизатора, но тот лишь закрыл глаза и застонал. – Повтори, повтори, мать твою! Почему ты раньше молчал! Какого хуя ты молчал, ублюдок?!

– Господин, Морзе, что вы делаете?! – в палату ворвался доктор. – Нельзя, его нельзя раздражать, прекратите немедленно.

– Не молчи, опиши его! Да очнись ты, придурок! – я никак не реагировал на слова врача, с каждой секундой распаляясь всё сильнее.

Утилизатор продолжал болезненно стонать, даже с некими завываниями, и я не сдержался, зарядил ему звонкую пощёчину, а затем размахнулся для повторной, но в этот момент на руке повис доктор.

– Успокойтесь немедленно, вы делаете только хуже! – закричал он мне в самое ухо и я будто проснулся, замер. – Уходите, немедленно.

– Простите, – искренне повинился я. – Не знаю, что на меня нашло.

– Уходите, – сухо скомандовал тот и указал пальцем на дверь.

– Простите, – тихо повторил я, подхватил куртку и вытащил из кармана несколько серебряных прутков, которые протянул доктору. – Это за беспокойство. Дайте, пожалуйста, знать, когда он придёт в себя – это очень важно.

– Хорошо, а теперь уходите, – врач снова указал рукой на дверь, но серебро всё-таки принял.

Морозный воздух немного охладил пыл, я порылся в карманах, выудил пачку сигарет, вставил одну в губы и прикурил. Стало ещё чуточку легче, нервная дрожь в руках постепенно уходила, но вместо неё появилось чувство вины. Я снова вспылил. Ну почему мне так сложно держать себя в руках?

Я снова направился к администрации, в надежде застать коменданта и наконец решить вопрос с машиной. Мои там, наверное, уже всё прокляли, ведь ожидание мало кому приносит удовольствие.

– У себя? – спросил я у секретарши.

– Нет, но он вас спрашивал.

– То есть появлялся?

– Ну да, забегал. Из-за вчерашней перестрелки работы навалилось. Нужно всё списать, то, что найдут, на баланс занести, боеприпасы пополнить. Теперь на неделю с бумагами беготни, – мне показалось, что девушка говорит это с неким упрёком, который адресован именно мне, – но я передам, что вы заходили.

– Спасибо, – буркнул я и хотел, было, уже выйти, но задержался, решил, может быть, получится пробить ещё один момент. – А подскажите, пожалуйста, как мне отыскать ночную смену, ну тех, что вчера в бою участвовали.

– Ой, да пьют, небось, как собаки, – небрежно отмахнулась та. – Наверняка под шумок патронов по тридцать каждый утащил, а нам теперь отчитываться.

– Вообще-то, они жизни ваши защищали, – не смог сдержаться я и заступился за дружинников. – Своими рисковали.

– Да знаем мы, как они там рискуют, – пренебрежительно бросила та. – Сидят там в укрытиях своих, да серебро тратят почём зря. Вот выдать бы им по два магазина на каждого, может, тогда стрелять научатся.

– Так, а где они пьют обычно? – переключил я тему, чтобы по окончании разговора не разбить ей лицо, потому как уже очень хотелось предложить этой дамочке самой хоть раз поучаствовать в бою.

– К реке идите, кафе «Берег», – охотно ответила та.

Я закрыл дверь, не попрощавшись, и вышел из администрации. Секретарша знатно подняла и без того раздражённое настроение. Ещё с прошлой, нормальной жизни, терпеть таких не мог. На официальной работе у нас бухгалтерша такая же была, при любом удобном случае называла всех бездельниками. Такие никогда не видят чужую работу, хотя в большинстве случаев, сами нихрена не делают. Может быть, именно поэтому и считают, что все вокруг под стать им.

Кафе я отыскал быстро. Судя по всему, оно здесь располагалось всегда, не удивлюсь, если удастся обнаружить его на фотографиях царских времён, притом всё с той же вывеской. Хотя нет, эту здесь повесили явно во времена Советского Союза – их стиль сложно спутать с чем-то другим. Такая типичная, какие в те времена располагались над дверями каждого магазина: жестяная чеканка, фон которой выкрашен голубой краской. От неё просто несло чем-то казённым.

Внутренняя отделка ничем особым не отличалась от внешней, всё та же голубая краска на стенах, ламинированные столы на металлических ножках, да и стулья всё из тех же запасов Совка. Некогда белый потолок сейчас имел светло-коричневый оттенок от количества никотина, которое ему пришлось впитать за немалое время существования данного заведения. Даже сейчас здесь стоял дым, как говорится, хоть топор вешай. И несмотря на то, что я сам являлся заядлым курильщиком, табачный дым в помещении, а уж тем более во время приёма пищи считал злом.

На удивление, в столь ранний час здесь хватало посетителей и да, весь континент состоял из блюстителей порядка. Вчерашнего юмориста я, конечно, в глаза не видел, однако довольно быстро смог отыскать его, узнав по голосу. Он сидел возле барной стойки, пребывал уже в изрядном подпитии и довольно громко общался с таким же, вдребезги пьяным товарищем. Когда только успели, учитывая, что смену они сдали всего часа полтора назад. Я подошёл к нему и уселся на соседнее место, но тот не обратил на меня совершенно никакого внимания, будучи занят беседой.

– Пива, пожалуйста, – попросил я у женщины, которая работала за стойкой.

Вполне миловидная, хотя возраст уже постепенно скрадывал её красоту. Тёмные волосы заметно тронула седина, морщины перепахали некогда гладкую и упругую кожу, но черты всё ещё яркие, привлекательные. Она молча кивнула, набрала пенный напиток в полулитровую, стеклянную кружку, каких я уже давно не встречал. Раньше в такие наливали квас из бочек, да и пиво, впрочем, тоже. Где они только достали этот раритет, неужели всё ещё не иссяк запас?

Я сделал большой глоток и удовлетворённо крякнул. Пиво оказалось вполне приличного качества, гораздо лучше, чем в заведении для охотников. Хотя чему удивляться, власть во все времена получала лучшее качество, правда, глядя на антураж помещения, изначально невольно закрадывались сомнения. Теперь стало даже как-то жалко разбивать тяжёлую кружку о голову кретина, что я, в общем-то, и планировал.

– Эй, уважаемый, сигареткой не угостите? – потрепал я за плечо вчерашнего балагура.

– Чё? – обратил на меня затуманенный алкоголем взгляд тот. – Пошёл нахер, нищеброд.

– Не узнал, выходит? – ухмыльнулся я. – Давай, присмотрись получше.

– Ба-а-а, да к нам сам особист пожаловал, собственной персоной и без охраны, – выдал он, спустя пару секунд скрипа в мозгах. – Чего изволите, вашство? Сигаретку тебе? Да на, ёпт, держи.

С наглым, вызывающим видом он подхватил пепельницу со стойки и высыпал её в мою кружку с пивом. Ну, вот и славно, теперь вопрос решён, жалеть напиток уже не придётся. Внутри меня как-то сам собой наступил покой, будто я только что смог разобраться со всеми проблемами разом. Продолжая улыбаться, я поднял кружку, заглянул внутрь, после чего со всего размаха впечатал её в рожу наглому ублюдку. Раздался звон, хруст, во все стороны брызнули осколки стекла вперемешку с пивом, а на лице юмориста появилась рваная рана, которая прямо на глазах заполнялась кровью. Но на этом я не остановился, схватил за волосы начинающего сползать в беспамятство мудака и несколько раз приложил его лицом о стойку, где остался характерный кровавый отпечаток.

Дружинники мгновенно соскочили с мест, и в мою сторону оказалось направлено не меньше десятка стволов. Да уж, ситуация явно не в мою пользу, ну это ничего, сейчас я их ещё немного взбодрю. Я вытянул из кармана гранату и прежде чем пьяные мозги посетителей успели что-то предпринять, отскочил назад, свёл усики предохранительной чеки и вырвал её.

– Стоять, суки! Всех положу! – заорал я.

Сработало, дружинники замерли в нерешительности. Ведь даже если меня сейчас пристрелить, нет гарантии, что от гранаты никто не пострадает. А разлёта осколков хватит, чтобы здесь навсегда осталась большая часть недовольных моим поведением. Кафе погрузилось в тишину, и в ней я отчётливо услышал характерный звук взводимых курков.

– Эй, – раздался уверенный женский голос из-за стойки. – Вали отсюда, пока я в тебе дырок не наделала. Здесь у меня серебряная картечь, тебя после неё никаким сердцем не откачают.

– А вас не смущает, что в моих руках готовая к бою граната? Если вы в меня шмальнёте, то осколками здесь позавтракают все без исключения.

– Я сказала: пошёл вон из моего паба! – с нажимом повторила она.

– С превеликим удовольствием, – ухмыльнулся я и от всей души ещё раз приложил ногой валяющегося под стойкой юмориста, после чего выложил из кармана два серебряных прутка на стойку. – Извините за неудобства.

Под мрачными взглядами посетителей я пробрался к выходу, по пути, знаками, объясняя некоторым, чтобы уступили дорогу и вообще, лучше держались подальше от опасного психа, то есть меня. Выбрался на улицу, и некоторое время шёл, постоянно оборачиваясь, всё же не очень хочется получить выстрел в спину. Но из кафе так никто и не вышел, а как только оно скрылось за первым поворотом, я остановился и вернул на место чеку. Убрал в карман гранату, выудил сигареты, улыбнулся сам себе и закурил. Так, на повестке дня остался последний вопрос: отыскать коменданта, поэтому ноги вновь понесли меня в сторону администрации.

Я докурил как раз в тот момент, когда достиг парадного входа комендатуры и отбросил окурок в сторону. Затем заглянул в пачку и поморщился, слишком быстро в последнее время они уходят, нервы совсем стали ни к чёрту. Ладно, сейчас пообщаюсь с комендантом, перегоним пикап за стены, и сгоняю до ларька. Плюс ещё патроны нужно выписать, а то с этими перестрелками, потратились мы неслабо. По общим прикидкам, граммов сто пятьдесят-двести точно улетели в никуда. А со стены так и вообще не меньше, чем с полкило вчера слили. На рассвете из города, конечно, уже отправили людей с металлоискателями, но много ли они смогут отыскать?

– Господин Морзе, я за вами всё утро бегаю! – внезапно навстречу выскочил искомый, который и выбил меня из задумчивого состояния. – Скажите, это правда?

– Не понимаю, о чём вы? – сухо спросил я.

– Вы привезли в наш город выродка?

– Ну, допустим, пока ещё не в город…

– Так значит, правда! Вы хоть понимаете, какой опасности подвергаете моих людей? Это из-за вас вчера произошла перестрелка! Учтите, Морзе, я буду жаловаться!

– Всё? – я спокойно выслушал возмущение градоначальника. – Можно теперь перейти к делу?

– Что там у вас? – не скрывая раздражения, спросил тот.

– Мне нужно загнать пикап за стены.

– Нет и я даже обсуждать это не собираюсь!

– Послушайте, там очень важный пленник, да он, как вы выразились, выродок, но мне необходимо доставить его до своих.

– Так доставляйте, я не допущу, чтобы твари бродили здесь, как у себя дома.

– Он хорошо связан и заперт в багажнике, как, по-вашему, в таком состоянии он станет здесь бродить?

– А мне плевать, я сказал: нет!

– Вы понимаете, что своим отказом препятствуете очень важной миссии? От благополучного исхода операции зависит жизнь человечества, в том числе и вашей крепости!

– Вы уже говорили нечто похожее, когда увели из города бо́льшую часть профессиональных охотников. И где они сейчас? Вы угробили людей, привезли к стенам выродка… Попомните мои слова, Морзе, я этого так не оставлю!

– Ещё одну ночь за стеной он не переживёт…

– И это замечательно!

– Блядь, ты совсем дебил?!

– А вы мне не хамите, молодой человек, я вам не мальчик на побегушках. У меня большая ответственность…

– Послушай, ты, – я не выдержал и схватил коменданта за грудки. – Мы рисковали жизнями, чтобы поймать этого ублюдка, и я не позволю тебе поставить под удар всю операцию. Либо ты делаешь, как я говорю, либо завтра на твоём месте будет сидеть другой человек, а тебя обнаружат в колодце в перерезанным горлом. Сейчас доходчиво объясняю?!

– Вы что себе позволяете?! – голос коменданта ушёл в фальцет. – Охрана!

Не прошло и секунды, как в мою сторону уже второй раз за день направили сразу несколько стволов. Дружина как раз мельтешила поблизости, думаю, наш разговор на повышенных тонах и без того привлекал их внимание, а сейчас я вообще перешёл все дозволенные границы. Но отступать было уже некуда, потому я пошёл ва-банк. Быстрым движением выхватил пистолет и приставил его к виску коменданта.

– Стволы опустили! – рявкнул я и перехватил градоначальника таким образом, чтобы он прикрыл меня своим телом.

– Д-д-дел… Делайте, что он говорит! – тут же затроил заложник.

– Слышь, особист, – презрительно сплюнул один из дружинников, не обращая внимания на начальство, – ты давай берега не путай, убери пукалку, не доводи до греха. Давай договоримся.

– Да я, мать вашу, как раз этим и занимаюсь!

– Отпусти коменданта и вали из города, гарантирую, что тебя никто не тронет, если сделаешь, как я говорю. Нам проблемы не нужны и тебе, полагаю, тоже.

– Да чтоб вас… – взревел я и отбросил заложника в сторону, после чего под прицелом нескольких стволов направился к главным воротам, продолжая на ходу сыпать проклятиями.

Как только двери за спиной закрылись, я вытянул из кармана пачку сигарет и снова чертыхнулся, потому как там оставалось всего три штуки.

– Пиздец какой-то! – раздражённо выругался я и убрал курево обратно. – Ну что за день такой сегодня?!

Теперь придётся экономить, новых взять негде, а до ближайшего населённого пункта почти две сотни километров. Бензин мы теперь вряд ли получим, да и о патронах тоже можно забыть… Кажется, я только что в очередной раз очень жиденько обосрался. Идиота кусок! Нужно что-то делать с нервами, иначе я своей смертью не умру, кто-нибудь обязательно пристрелит. Сейчас ещё как-то нужно своим объяснить, почему нам вдруг срочно приходится уезжать, да к тому же без пополнения запасов. Сомневаюсь, что теперь дружина запустит внутрь ФЕТа и уж тем более Грога. Наши корочки отныне, здесь, скорее, в минус работают. Интересно, что на мою выходку скажет начальство?

– Ну чё, можно загонять? – встретил меня Грог у машины. – Та-а-ак, похоже, что-то снова пошло не по плану.

– Да ты ещё не беси!

– Неужто коменданту челюсть сломал? – ухмыльнулся тот.

– Почти, – поморщился я. – Хотел ему голову отстрелить.

– И чё?

– И всё, теперь нам вообще внутрь больше нельзя.

– Ой, да шли бы они нахуй!

– Так-то да, вот только у нас ни патронов, ни бензина, ни сигарет, – я снова вытащил пачку, заглянул внутрь, закрыл и убрал в карман.

– Может, бросишь заодно, – прогудел из кабины ФЕТ. – Что делать-то будем?

– Без понятия, – пожал я плечами. – В Киров нужно ехать.

– Хуясе, а чё не в Читу сразу?! – возмутился Грог.

– Да не в тот, здесь, в Калужской области свой Киров есть, примерно двести кэмэ на запад. С него как раз начинаются наши земли, почти до самого Минска идут.

– Ну, поехали тогда, чё высиживать, там уже по месту разберёмся, что и как.

– Бензина хватит?

– По дороге найдём, в первый раз, что ли, или в последний?

– Бля, спасибо, пацаны.

– Да за что?

– За понимание.

– Да я этому мудаку сам бы с удовольствием рожу разбил, слащавый он какой-то, как пидор. Аж смотреть тошно.

– Ну чё, едем, нет? – снова раздался бас ФЕТа из салона. – Меня уже самого эти стены бесить начинают. Надоело без дела сидеть.

– О, – воздел палец вверх Грог, – устами младенца…

– Щас в лоб дам, – буркнул ФЕТ, – остряк хе́ров.

– Ладно, девочки, не ругайтесь, – влез я в салон на пассажирское место. – Поехали.

Глава 16. Метания

Чем пло́хи дороги, по которым передвигается львиная доля выживших, так это отсутствием на них ресурсов. Бензин и еду на них отыскать практически невозможно. Однако мы всё же поехали именно по такой, и на то были свои причины. Пикап, конечно, машина хорошая, а главное – надёжная и проходимая, вот только стрелка уровня топлива слишком быстро падает. А так у нас были все шансы встретить кого-нибудь и попытаться договориться насчёт горючки.

Изначально мы взяли курс на Брянск и в первом же населённом пункте, что попался по пути, поняли: ловить здесь особо нечего. В этом направлении слишком часто ездили. Как ни крути, а это основная связывающая артерия между крепостями, а потому всё близлежащие посёлки давным-давно пусты. В Бабынино кое-как смогли нацедить литров десять сомнительной горючки, после чего крепко задумались.

В идеальном варианте, нужно бы сменить машину, желательно на ту, что жрёт меньше топлива, но днём это сделать не представляется возможным. Интенсивность ультрафиолета попросту убьёт пленного, а значит, к пикапу мы привязаны. Однако на этом участке дороги мы вряд ли сможем его прокормить подобным образом, а встречки или той же попутки всё ещё не видно. Надеяться на то, что в дальнейшем нам попадётся полный бензовоз – глупо. Гнать в объезд – тоже не факт, что повезёт и там будет, чем поживиться.

– Если взять чуть восточнее? – предложил ФЕТ то, о чём я уже успел подумать. – Здесь всё же федералка, по ней и в лучшие времена чаще ездили.

– Не уверен, думаю, все ближайшие посёлки уже вычистили. Лично я на месте администрации занялся бы ими в первую очередь. До Брянска мы не дотянем, да и нет в этом смысла.

– И что предлагаешь? – поинтересовался Грог.

– Дальше поедем, как и планировали, это на основной путь к Кирову, – ответил я. – Попробуем перекупить топлива у караванщиков, если встретим, конечно.

– Бля, а вот сразу так нельзя было сделать, вчера, например?! – раздражённо бросил тот.

– Можно, но я думал, смогу решить этот вопрос через администрацию. Что у нас по серебру вообще?

– У меня грамм пятьдесят, – отозвался ФЕТ. – Плюс-минус.

– Ну нифига ты экономист?! – обернулся к товарищу Грог. – Я уже почти всё спустил, максимум грамм тридцать осталось.

– М-да, не густо, – почесал я макушку. – Я тоже знатно потратился, граммов сорок на остатке.

– Ну, на сорок литров хватит, до Кирова доедем, – сделал выводы ФЕТ.

– А дальше что? – обернулся к нему Грог. – Даже на шлюх не останется.

– Переживёшь как-нибудь, – усмехнулся я. – Поехали, а то как бы вообще на трассе ночевать не пришлось.

Однако далеко мы не уехали, топливо закончилось в районе посёлка Сухиничи, а торговцев всё ещё не было видно, даже на горизонте. Коллективно было принято решение отправиться на поиски бензина, однако пикап бросить мы тоже не могли. Поэтому кто-то должен был остаться на охране. Само собой, что без дела никто сидеть не хотел, к тому же до посёлка, судя по картам, примерно километров семь. А это минимум три часа, по часу на дорогу, плюс поиски, которые вообще могут затянуться на неопределённое время. Но с другой стороны, мы без этого вообще никуда не уедем. Торговцев можно ждать здесь не один день, хрен их знает, насколько часто они здесь ездят.

Первая же партия в «камень, ножницы, бумага» определили, что на страже машины останется ФЕТ. Мы вычистили всё серебро, что имелось в карманах, и отдали ему на случай, если мимо будет проходить караван, пока мы с Грогом отсутствуем. На сём распрощались и, подхватив по канистре, отправились в Сухиничи.

Вообще, это отдельный вид мазохизма – шагать по открытой местности в мороз минус двадцать. Что слева, что справа, раскинулись поля до самого горизонта, и ветер здесь набирал такую силу, что не спасали ни зимняя одежда, ни шапки. Тепло из-под них попросту выдувало, а пальцы практически утратили чувствительность от постоянного контакта с ледяными железными канистрами. Смена рук несильно помогала, они попросту не успевали согреться.

Спустя час показались первые дома, но указатель гласил, что это ещё не конечный пункт назначения, а некая деревня Бордуково. И о чудо, впереди замаячил большой стенд, с надписью «Gulf», и табло с обозначением имеющегося в наличии видов топлива. Мы, конечно, проверим, но что-то подсказывает: там будет пусто.

– Замки́ сбиты, – подтвердил предположение Грог, который осматривал резервуары. – Внутри тоже, как в памперсе. Предполагаю, что через дорогу ситуация не лучше.

– Ну, я другого и не ожидал, – ответил я. – Пошли посёлок осмотрим.

Получаса хватило, чтобы понять: здесь особо ловить нечего. Типичная деревня, состоящая из частного сектора. Не исключено, что где-то здесь ещё можно отыскать машину с остатками топлива или пару канистр в сарае возле генератора, но для этого придётся обыскать каждый дом. А время и без того неумолимо уходит.

Следующим пунктом для осмотра стал строительный магазин чуть дальше по дороге. Возле него на стоянке расположились несколько автомобилей, но, увы, здесь тоже не оказалось ни капли бензина. Все лючки были помечены маркером, притом уже изрядно выцветшим, а значит, нанесли его довольно давно.

– Да что за день-то такой?! – выругался Грог и пнул машину по колесу.

– У меня раньше каждый так выглядел, – усмехнулся я. – Не психуй, сейчас что-нибудь попадётся.

– Хреново тебе жилось, походу.

– Я не жаловался, на жизнь хватало.

– Ты ведь в добытчиках был, если не ошибаюсь?

– Ага.

– А чего так? Боец ты хороший, не ссыкло вроде, в охотниках жизнь понажористей будет.

– Да пробовал я, почти полгода с артелью работал.

– Конфликт?

– Не совсем, – поморщился я. – Просто – не моё.

– Понимаю, большинство из них те ещё извращенцы и отморозки. Я поэтому всегда один ходил, ну с Ханом, естественно.

Пёс, заслышав свою кличку, тут же подбежал к хозяину и завилял своим обрубком. Грог потрепал его по холке и тот, довольный, отбежал, и пометил колесо, которое совсем недавно пнул напарник.

– А в промысловики чего не подался?

– Хреново следы читаю, да и не намного больше там заработать получится.

– Это точно. Ну там хоть пупок всегда сытый.

– Да я, знаешь ли, тоже не голодал, уж чего-чего, а жратвы в нашем деле всегда в достатке. К тому же администрация талоны на питание выдавала, плюс зарплата стабильная.

– А, так ты на бюджет горбатился – это другое дело. Ох ты ж ёпта..!

– Чего? – замер я и проследил за направлением взгляда напарника. – Думаешь, там что-то есть?

– Без понятия, но если мы не проверим, я себе этого не прощу.

Перед нами проходила железная дорога, а немного правее, на ней мёртвым грузом стоял товарняк. Железка делала в этом месте небольшой поворот, что давало неплохую возможность рассмотреть состав. И ближе к его середине отчётливо просматривались цистерны с маркировкой «нефть, бензин». Мы, скорее всего, не первые, кто обнаружил сие сокровище, но в одном Грог прав: проверить его точно стоит. К тому же нам много не нужно, всего-то две канистры по двадцать литров. Возможно, нам повезёт разжиться хоть ополосками, которые в большинстве случаев всегда остаются на донышке.

Свежая колея вдоль путей полностью подтверждала наши догадки, но мы всё равно отправились на осмотр. Первые две цистерны были полностью сухие, в третьей ещё немного плескалось, а до четвёртой мы даже не пошли, решив, что нам и этого хватит. Бочка простукивалась примерно на две третьих, осталось выяснить, чем именно она заполнена, но мы не успели.

– А ну, замерли оба! – внезапно прозвучал оклик откуда-то сверху.

Хан запоздало зарычал, но он попросту не мог почуять чужаков, так как ветер дул нам в спину.

– Да вы чего, мужики, мы же без задней мысли, – отозвался я, но всё же поднял руки. – Бензином не поделитесь?

– Это наша точка, валите отсюда!

– Да мы не претендуем, нам бы просто канистры наполнить, обсохли мы, там, на трассе.

– Моё какое дело? Валите, сказал!

– Да ты чё такой душный, братан? – включился в беседу Грог. – Отлей немного, не обидим.

– Собаку свою придержи, сейчас спущусь, – выдержав небольшую паузу, ответил тот, а вскоре появился и сам обладатель голоса.

Нычка у него была очень хорошая, так с ходу и не заметишь, зато мы оба были у него как на ладони, я уверен. Так что включать рога с этим парнем вряд ли бы получилось, разве что себе в убыток. Да и ствол тоже хорош, я такие только у состоятельных людей встречал, да и то нечасто. Ни много, ни мало: «Выхлоп». К нему не в каждом ларьке патроны достать получится, тем более серебряные, а я почему-то готов поспорить, что у него именно такие. К тому же чутьё мне подсказывало, что данный состав не оставили охранять одиночку.

– Трёха за литр, – озвучил ценник тот, находясь от нас на расстоянии метров в десять.

– Тут такое дело, братан, – начал издалека Грог. – Мы все деньги товарищу скинули, на случай, если он караван поймает. Ты патронами берёшь?

– У вас пятерка, что ли?

– Ну, – кивнул Горг. – Ты нам литров пять хоть плесени, мы до товарища добежим и через час с серебром вернёмся.

– Что-то ты мутный больно, – неуверенно отозвался тот и перехватил винтовку так, чтобы в любую секунду открыть огонь.

– Да не ссы, нормальные мы, хотели бы ограбить, давно бы уже палить начали.

– Не советую, остынете быстро.

– Тогда вообще не понимаю, чего ты так напрягаешься? Ну чё, договариваться будем?

– Пш-ш, Зелёный, чё там у тебя? Приём, – прошипела рация на груди паренька.

– Вроде нормальные, топляк просят, – ответил тот, не сводя с нас взгляда. – Приём.

– Сейчас подойду, отбой, – вернулся ответ и вскоре из-за состава вышел ещё один человек, тоже неплохо заряженный, но уже постарше.

Он остановился рядом с первым и внимательно всмотрелся в наши лица, а затем расплылся в улыбке и развёл руки в стороны.

– Грог, мать твою! А я смотрю, ты не ты, только по псине тебя угадал! Ну ты и харю себе отожрал!

– Грач?! – удивлённо приподнял брови товарищ. – Ты какого хрена тут трёшься?

– Ха, вот так встреча! – старые знакомые обнялись и, как водится, похлопали друг друга по спинам. – А до меня слухи дошли, что ты того… Кончился на последней охоте.

– Как видишь, врут мудаки. Так ты не ответил, какими судьбами?

– Ну вот, – обвёл он состав руками. – На перегон устроился. Мы состав в Киров гнали, а он возьми да встань здесь колом. А вы чего?

– Не поверишь, – расхохотался Грог. – Тоже в Киров ехали, обсохли вот по пути.

– Ну, это дело поправимое, – растянул губы в улыбке тот. – Ты давай, рассказывай, где сейчас, какие дела мутишь?

– Это секретная информация, – опередил я товарища, чтобы тот случайно не сболтнул лишнего.

– Ой, да хорош тебе, – отмахнулся тот. – В девятом отделе сейчас.

– Круто, – поджав губы, кивнул Грач. – Стало быть, на задании сейчас?

– Да какой там, так, хернёй всякой маемся, – небрежно отмахнулся Грог. – Тебя-то чего на приключения потянуло на старости лет? Ваши все здесь?

– Ну, жить как-то надо, – развёл руками тот. – А на железке ещё очень много вкусного осталось. Вот перегоняем с места на место. Сейчас в Кирове топляк сдадим, зерна закупим и до Урала помчим. Глядишь, по пути ещё чего нужного подхватим. А наши кто, Ушастый да Клим только остались. Мы на последней вылазке в такую залупу попали, едва ноги унесли. Да и то вот… Не все, – Грач тяжело вздохнул, видимо, вспоминая те события.

– Ну, судя по вашим цацкам, дело хорошо идёт?

– Сплюнь, – отмахнулся тот. – Жаловаться, конечно, грех, но ситуаций всяких хватает. Ублюдки то пути подорвут, то вот как сейчас…

– Понятно, – кивнул Грог. – А гладко нигде не бывает. Слушай, Грач, раз уж такое дело, может, выручишь с горючкой, а в Кирове сочтёмся тогда.

– Да не вопрос, – без лишних разговоров согласился тот. – Давай свои фляжки. Зелень, иди насыпь пацанам девяносто пятого.

– Нам Ушастый очко порвёт, если узнает…

– Я тебе его сейчас сам порву, бегом, бля! Понаберут по объявлениям…

– Есть, – вяло буркнул пацан, принял наши канистры и скрылся между цистернами, а через какое-то время появился наверху одной из них и начал открывать верхний люк.

– Спасибо, выручил ты нас.

– Ладно, стакан нальёшь, – усмехнулся Грач. – А если серьёзно, доберётесь до Кирова, найди там Ушастого – на станции спросишь, нас там все знают. Что-то долго его нет, как бы ни случилось чего.

– Давно здесь стоите? – спросил я.

– Вторые сутки пошли, он ещё утром должен был обернуться. Мы ему вчера утром три бензовоза залили, он их в Киров повёз, хотел сразу за тягач расплатиться. Говорили ему: лучше порожняком иди, неспокойно нынче на дорогах, – поморщился тот. – В общем, если что, скажите там, что мы здесь застряли, пусть тягач отправляют.

– Сделаем, бро, не волнуйся, – заверил его Грог.

– Вот, держите, – появился Зелёный и поставил к нашим ногам две полные канистры.

– Спасибо вам ещё раз, сочтёмся.

– Ты главное – сделай, как я прошу, это будет самой лучшей платой с вашей стороны, – пожал нам руки Грач. – И осторожнее там, чует моя пятая точка, лихачи какие-то на трассе объявились. Мало нам ублюдков, так ещё и свои жить мешают.

* * *

У водителей существует такая поговорка: «Самая лучшая дорога та, что ведёт домой». И я в этом абсолютно с ними согласен. Несмотря на то, что возвращались мы с тяжёлыми канистрами в руках, обратный путь преодолели гораздо быстрее. По времени, конечно, вышло как бы ни больше, но вот по ощущениям показалось иначе. В общем, у второй поговорки: «Своя ноша не тянет», тоже есть доля правды. К тому же нам топляк достался, можно сказать, на халяву. Просьба Грача не в счёт, потому как нас она совсем не затруднит, хотя для людей, застрявших в беде, её исполнение резонно может считаться бесценным.

ФЕТ встретил нас с недовольным лицом, не забыл даже предъявить, что мы слишком долго шляемся. Приключений на его голову не выпало, а потому он весь извёлся от ожидания и безделья.

Бензин влетел в бак, приподняв стрелку уровня всего на четверть, но этого должно было хватить, чтобы мы без остановок домчались до Кирова. К тому же нам оставалось не так и много – чуть больше половины пути. Грог снова забрался за руль, мотор весело подхватил, и мы покатили, не забывая за пустой болтовнёй крутить головой на триста шестьдесят. Предупреждение Грача мы не оставили без внимания.

– Слушай, а откуда ты знаешь этого Грача? – всё же решил я поинтересоваться прошлым товарища.

– В одной крепости жили, – охотно ответил Грог. – Он, кстати, твой коллега, тоже в добытчиках работал. А Ушастый – это их старший в артели.

– Молодцы парни, грамотно переквалифицировались.

– Ну так, – кивнул тот. – Странно, что до них этим заняться никто не догадался.

– Да нет, у нас часто о таком разговоры ходили, – прогудел с заднего сиденья ФЕТ. – Просто везде свои сложности. Поездом нужно знать как управлять, это не вот, сел и поехал. К тому же сейчас ни одна диспетчерская не работает, хрен знает, где с другим составом встретишься, и стрелки вовремя никто не переведёт. В общем, нюансов тьма.

– Ну так приспособились же как-то? – обернулся к нему Грог. – Катаются вот и нехило поднимают.

– Да уж, стволы у них не из дешёвых, – подтвердил я.

– Так мы себе тоже могли любые взять, – пожал плечами ФЕТ. – Только кормить их как?

– Тоже факт, – согласно кивнул Грог. – Видать, у парней Ушастого с этим делом вопросов нет.

– Так ещё бы, поезда перегонять, – усмехнулся я. – Там доходы несопоставимы с нашими.

– Как и риски.

– А вот здесь я бы поспорил, – снова прогудел с заднего дивана ФЕТ. – Вряд ли они в такие замесы, как мы в Москве, попадали.

– Ха-ха-ха, это уж точно, – расхохотался Грог. – Знатное веселье вышло, я бы даже повторил.

– Как-нибудь без меня, ладно? – усмехнулся я. – Мне хватило. Интересно, что с нашими случилось? Почему на связь не выходят?

– Вот ты умеешь, конечно, настроение испортить, – состроил кислую мину Грог. – Давай лучше о тёлках, сиськи там и всё такое.

– Мне вот не до смеха вообще, – строго посмотрел я на товарища и кивнул в сторону кузова. – Куда нам теперь этого девать? Да и за своих, откровенно говоря, переживаю.

– Да всё с ними в порядке, поди, сломалось что-то, – снова включил оптимизм Грог. – Всякое бывает.

– Вот тот и хрен, – буркнул я и отвернулся к окну. – Я когда со Старым разговаривал, не понравился он мне, какой-то напряжённый был.

– А он вообще расслабленным бывает? – резонно заметил ФЕТ. – У меня от его взгляда мурашки по спине, суровый дед. Да и сказал бы он, если что не так.

– Сомневаюсь, – покачал головой Грог. – Мы на задании были, хрен бы он чего сказал, даже если они в этот момент тонули.

– Ну, это да, – задумался тот. – В этом деле он ещё тот циник.

– А я считаю – правильно, – пожал я плечами. – Задачу нам всё равно никто не отменял, а думать и переживать во время такого – не самая лучшая тема.

– И вот здесь я с тобой полностью согласен, – покачал указательным пальцем Грог. – Ладно, ты пока голову не забивай, разберёмся. Сейчас доедем до Кирова, попробуем ещё раз с базой связаться, в крайнем случае, на центральный штаб выйдем, узнаем, что там произошло.

– Бля, вот ты не мог раньше этого сказать?! – возмутился я. – Может, и не пришлось бы тогда из Калуги уезжать.

– Нет, нормально, да?! Кто здесь вообще командир? – удивлённо выпучил глаза Грог.

– Ой, всё, рули давай, на дорогу смотри.

– Кстати, о птичках, – указал пальцем вперёд тот. – А не бензовоз ли там на обочине валяется?

– Твою мать! Жми! – закричал я, и Грог вдавил педаль газа в пол.

Глава 17. Цепь событий

Любая засада на транспорт подразумевает под собой его остановку, собственно, это и является основной целью. Следовательно, самое худшее, что можно сделать в подобной ситуации – остановиться и попытаться дать бой. Иногда выбора не предоставляют, но в нашем случае, пока ничто не препятствовало машине продолжить движение. Однако кое-что разбойники всё же сделали правильно. Бензовоз они выставили таким образом, что он скрывал их позицию, да и сам был заметен только после поворота, где любой транспорт невольно скидывает скорость. Ну и близость к АЗС немало отводила подозрение от стоящего на обочине тягача с цистерной. В общем, не знай мы об Ушастом, скорее всего, вляпались бы в неприятности по самые помидоры.

Чем хорош задний привод, так это относительной устойчивостью от заноса. Достаточно сбросить газ, как машина тут же выравнивается. Ведущий передок в этом случае сильно проигрывает, кто бы что ни утверждал. На скользком покрытии можно долго давить в педаль акселератора, но если нет должного опыта, то переднеприводной автомобиль в большинстве случаев закрутит. Полный привод в таких условиях вообще теряет всякую управляемость.

Когда Грог утопил педаль до упора, пикап тут же понесло боком, но он быстро справился с управлением, попросту сбросив газ. А как только машина выровнялась, снова поддал ей под зад. Мощный двигатель довольно резво разогнал тяжёлый кузов, резина в очередной раз взвизгнула, и засада не успела отреагировать, как запланировано.

УАЗ без крыши выскочил на дорогу уже позади, но в тот момент, когда мы жгли резину в попытке вырваться из капкана, по нам успели дать очередь из пулемёта. По кузову застучало, словно кто-то бросил горсть гравия. Нечего было и надеяться, что тонкое железо защитит нас, пули без особых проблем прошили жестянку. Одна из них угодила мне в бок. В глазах моментально потемнело, лёгкие отказались втягивать воздух, а боль была такая, что я едва смог удержаться за сознание. Позади взвизгнул Хан и болезненно застонал ФЕТ. Грог единственный, кому удалось избежать ранения, но нам это мало помогло. Из-под капота раздался грохот, и машина резко замедлилась. Напарник отреагировал мгновенно и переключил рычаг в положение «N», давая нам возможность продолжить движение, тем самым выиграв ещё немного времени.

– Хан! – Грог бросил руль и обернулся назад.

– Держи машину, бля! – простонал я. – Я займусь.

– Собой вначале займись! – огрызнулся тот.

Вытащив из кармана небольшой пакетик, с перемолотым чёрным сердцем, я вскрыл его зубами и сыпанул содержимое себе на рану, после чего едва успел стиснуть зубы, чтобы не закричать от обжигающей боли. Мышцы на боку тут же принялись резко сокращаться, выталкивая наружу пулю, да и вообще всё лишнее, что угодило в рану. В глазах снова потемнело, но я не позволил себе отключиться. Грог, конечно же, меня не послушал и надорвал свой пакетик со снадобьем, которое так же высыпал в рану собаке, а остатки протянул товарищу. ФЕТ едва держался – ему досталось больше всех. Он лежал на заднем диване, весь правый бок в крови, даже непонятно, откуда она хлещет.

«Странно, почему в нас больше не стреляют?» – промелькнуло в моих мозгах и вдруг спереди загрохотало что-то очень серьёзное. Я тут же переключил внимание на происходящее вне салона автомобиля, и всё сразу встало на свои места. Нам навстречу летел БТР, его башня смотрела на обочину и вовсю поливала из крупняка по бандитам. Те, в свою очередь, пытались уйти по полям. Их УАЗ прыгал на кочках, словно рэперская тачка на пневматической подвеске, а в какой-то момент резко взяла влево, после чего полетела кувырком через крышу.

Грог резко вдарил по тормозам, окончательно останавливая машину, и, не говоря ни слова, выскочил наружу. В этот момент остановился и БТР, практически у самого нашего капота. Боковой люк откинулся в сторону и из брони выскочили люди в форме дружины. Напарник сменил курс, подбежал к одному из них и довольно эмоционально принялся ему что-то объяснять. Тот, видимо, опешил от такого напора, но когда это останавливало Грога. Он попросту схватил его винтовку и зарядил ему с головы в переносицу, а затем, не обращая никакого внимания на направленные в его сторону стволы, использовал в качестве упора капот нашей машины.

Я с трудом выбрался наружу, бок всё ещё дёргало, в висках стучало, но это не помешало мне понять, что затеял мой человек. Из УАЗа, что в данный момент лежал на боку, выбрался один из бандитов и сейчас пытался уйти от справедливого возмездия.

– До него метров триста, – хриплым голосом выдавил из себя я. – Промажешь ведь.

– Триста пятьдесят, – спокойно ответил Грог и подкрутил колёсики на прицеле, после чего плавно потянул спуск.

Первый выстрел прошёл мимо, как и второй, а вот третий сбил убегающего с ног. Тот словно споткнулся и полетел носом в замёрзшую землю, но не остановился, продолжил ползти. И в этот момент на напарника налетели дружинники, и попытались завернуть ему руки за спину. Естественно, что он сопротивлялся, и дело уже начало принимать не очень хороший оборот, как вдруг со стороны БТР раздался холодный, жёсткий приказ.

– Отставить! – я узнал этот голос, сколько раз доводилось его слышать за последние месяцы.

– Старый?! – немало удивился я.

– Ты слишком предсказуем, Морзе, нужно над этим поработать, – криво ухмыльнулся тот.

– Да убери ты свои грабли, сука! – рявкнул Грог и отшвырнул дружинника.

Тот аж равновесие потерял и плюхнулся на задницу. А напарник спокойно открыл заднюю дверцу пикапа, перехватил из-за спины укорот и направился в сторону обочины.

– Фтсиу, Хан, за мной! – и пёс послушно покинул салон автомобиля.

Все с любопытством наблюдали за тем, что же будет происходить дальше. Грог уверенной походкой добрался до перевёрнутого УАЗа, короткой очередью добил подранка, который всё ещё пытался куда-то ползти, а Хан ворвался в салон. Вскоре со стороны поля до нас долетело злобное рычание и предсмертный крик, полный боли и ужаса. Грог же подхватил труп бандита за ногу, подтянул его к машине, подозвал пса и несколькими выстрелами пробил бензобак. Извлёк из кармана коробок спичек, зажёг одну и сунул её обратно, заставив заняться все серные головки внутри, после чего закинул его в бензиновую лужу, что успела натечь из пробитого бака.

Пламя полыхнуло мгновенно, Грог даже лицо рукой едва успел прикрыть, а пёс трусливо отскочил в сторону. Напарник пару секунд понаблюдал за горящей машиной, развернулся и уже неспеша направился к нам.

– Вообще-то, неплохо было бы их идентифицировать, – упрекнул Грога один из дружинников.

– Четыре пидора, можешь записать у себя там, в протокольчике, – огрызнулся тот и переключил внимание на собаку: – Хан, мальчик мой, ты как?

Пёс тут же завилял задом, словно это не ему минуту назад прилетела пуля под рёбра.

– Ты как здесь? – переключил я внимание на Старого.

– На броне, – пожал плечами тот. – Пленный у вас?

– Да, в кузове, – кивнул я на пикап. – Ты почему на связь не выходил?

– Не мог, – сухо ответил тот.

– Бля, Старый, ща всеку, ей-богу!

– Успокойся, Морзе, позже всё объясню, – холодным тоном ответил тот и обошёл нашу машину. – Сейчас нужно срочно дырки заткнуть!

– Изолента подойдёт? – поинтересовался дружинник.

– Самое то, – усмехнулся дед. – Семь бед – один ответ. Давай быстрее.

– У вас связь с крепостью есть? – Грог отвлёкся от пса и обратился к одному из прибывших.

– А ты сам-то как думаешь? – отозвался тот.

– Ты еврей, что ли, вопросом на вопрос отвечаешь?

– Ну есть и чё?

– Через плечо, ёпт… – огрызнулся напарник. – Нужно передать кое-что. Там, возле посёлка Сухиничи, поезд встал. Ребята вчера своих к вам отправили, теперь волнуются, всё ли с ними в порядке. А учитывая, что у вас здесь вон как весело, я бы на их месте тоже переживал.

– Отставить связь! – отдал сухой приказ Старый.

– Ты чё, тащ генерал, там же пацаны…

– В порядке всё с твоими пацанами, – перебил Грога тот. – Вчера Ушастый до крепости добрался, хоть и неполным составом. Мы этих архаровцев до вечера здесь гоняли, если бы не вы, наверное, и сегодня ещё продолжили бы. Тягач сегодня к составу отправят, ждут просто, пока он освободится.

– Принял, вопросов больше нет, – кивнул Грог.

– Слушай, ты можешь хоть в двух словах объяснить: что вообще происходит?! – отвёл я Старого в сторону. – Чё ты как этот вечно? Я же чую, что-то случилось!

– Нас подбили. Лайнера больше нет.

– В смысле… Что? Как?

– Подлодка, подошли незаметно, почти под самое утро и, как говорится, «Три торпеды по левому борту». Хотя на самом деле их было несколько больше, просто не все попали. У нас всё же была кое-какая защита.

– Подожди, я не понял, а мои как же?

– Живы, не переживай, – похлопал меня по плечу тот. – Почти всех вытащить удалось. Наши вовремя подошли и глубинными бомбами ублюдков шуганули. Ну, заодно и на борт приняли.

– Пф-ф-ф, жесть, – я с силой провёл ладонями по лицу. – А когда это случилось?

– А вот в тот самый момент, когда мы с тобой общались.

– И ты ничего не сказал…

– Морзе, я не мог, ты сам должен это понимать. С твоими всё в порядке, чё ещё тебе нужно? Я вот как чувствовал, что в двух словах у нас не получится, всё завязывай, после поговорим, ехать нужно, а то стоим здесь у всех на виду.

– Ладно, спасибо.

– Обращайся, – усмехнулся он и направился проверять работу дружины.

В это время несколько человек, оперативно, при помощи изоленты заклеивали дырки от пуль на боку кузова. А ещё двое цепляли наш пикап тросом к БТР. Не прошло и пяти минут с начала схватки, как мы уже неспеша ползли за бронёй на привязи в сторону крепости.

– Мы спали ещё, я как раз в туалет просыпался, всё уснуть долго не мог, тревожно как-то было. Я думал, может после тренировки, из-за того что спарринг проиграл. Или из-за Дениса Сергеевича, что-то ему в моих анализах там не понравилось. А потом ка-ак грохнуло! Мы все на пол даже упали. Везде свет красный замигал, сирены включились, в коридор выйти не получалось, вода с ног сбивала. Я вниз побежал, чтоб пацанам помочь, а там всё в воде, я им шланг пожарный туда скинул, потом на шлюпочную палубу всех отправил. А потом корабли военные приплыли, какие-то бочки начали в воду бросать, там такие взрывы были, прям був-ф-ф. Так круто было, вообще! – Макс на эмоциях рассказывал о своих приключениях, бессвязно перепрыгивая по событиям.

– Вы чуть не погибли, балбес, – потрепал я его по волосам. – Круто ему было.

– Вообще-то, он у нас герой, – заступился за парня Старый. – Только благодаря ему весь кадетский корпус спасти удалось.

– Молодец, я же не спорю, – улыбнулся я. – Вы-то как такое пропустить умудрились?

– Ну, знаешь что, если бы подлодку можно было вот так просто засечь… Мы же не на военном крейсере, хотя и на нём это не всегда возможно. И так почти без потерь обошлись, хорошо я ещё в самом начале затеи кое-какое оборудование заставил на него установить. Половина торпед мимо прошли, а иначе мы бы и пикнуть не успели. А я ещё днём наших вызвал, как чувствовал, что-то не так будет. Так что это ты зря, всё было под контролем.

– И что теперь?

– Ничего, – пожал плечами дед. – Дальше работаем, просто теперь с берега. В общем, отдыхай пока, скоро для тебя будет новое, ответственное задание.

– Кто бы сомневался, – усмехнулся я. – Ладно, с вам разобрались. У меня ещё кое-что есть. Мы когда этого в Москве брали, с одним человеком любопытным познакомились. Он, конечно, немного не в себе, но пока у меня ещё не было повода усомниться в его словах.

– Ближе к делу, – оборвал мои закоулки Старый.

– Короче, он говорит, что видел их главного, в смысле уродов. Уж не знаю – всех или именно столичной стаи.

– А вот это уже интересно, – почесал подбородок дед. – Выходит, теперь мы можем не особо переживать за нашего подопечного. Хотя лишним тоже не будет. Так, теперь давай подробнее.

– У меня всё, – развёл я руками.

– Ясно, ладно, где сейчас этот знакомый?

– В Калуге, в госпитале. Я же говорю, он не совсем нормальный, там что-то с головой у него, псих, короче.

– Мы сейчас все немного, кхе-кхе… Ладно, как его звать, хотя бы, известно?

– Нам он представился как Утилизатор, под этим именем его в базу и занесли.

– Мне этого достаточно. Так, отдыхай, с семьёй побудь…

– Это всё? Больше ничего мне не скажешь?

– А что ещё? Спасибо за прекрасно проведённую операцию, я в тебе не сомневался, Морзе.

– Да я не об этом, – отмахнулся я, тоже вышел из-за стола, подхватил Старого под локоток и отвёл немного в сторону. – С Максом что? О чём он говорил, что не так с анализами?

– А что с ними?

– Бля, не строй из себя дебила, ты понимаешь, о чём я.

– Ты про исследования?

– Нет, ёпта, про обрезание, ну, конечно, про него!

– Тебе, Морзе, нужно нервы лечить, дёрганный ты какой-то стал.

– Так ты не беси.

– Нормально всё с ним, – наконец ответил тот, но опять совсем не то, что нужно. – Ну чё глаз прищурил?

– Да вот думаю, может всё-таки сунуть тебе в переносицу разок, а затем уже переспросить.

– Совалка не выросла, – ухмыльнулся Старый. – Поговори с ним, он тебе сам всё расскажет. И мой тебе совет: отдыхай, пока есть возможность. Я завтра до Калуги отлучусь за знакомым твоим, вечером приеду – поговорим.

– Я там это, накосячил немного, – смущённо потёр я переносицу. – Короче, сильно не удивляйся, если тебя там от ворот сразу нахуй пошлют.

– Да я в курсе уже, успел с Калугой пообщаться, – ухмыльнулся дед. – Честно говоря, Мурку уже давно пора было менять, зажрался он что-то.

– Мурку? – вскинул бровь я. – М-да, хорошего человека Муркой не назовут.

– Да он просто сладкий очень становится, когда чувствует, что очко подгорает. Мурлычет сразу, словно кот сметану выпрашивает, вот и прозвали так.

– В самом деле похоже, – улыбнулся я, вспомнив его закрывающий тон в самом начале нашего знакомства.

– Всё, отдыхай, завтра вечером поговорим, мне нужно к рейсу подготовиться.

– Лады, – согласно кивнул я, и Старый вышел из кабака.

Я вернулся обратно за столик.

– Ну как ты? – Света накрыла мою руку своей и преданно посмотрела в глаза.

– Да нормально вроде, – пожал я плечами, выждал немного для вежливости и вытянул свою ладонь, после чего сразу закурил, мол, сделал так неспециально.

– Хорошо, – улыбнулась девушка. – Я волновалась.

– Я тоже, особенно когда лайнер на связь не вышел. Ну а ты чего, шпана, как успехи?

– Нормалды, – показал большой палец Макс. – Могу свободно, на спор, ложку в дверь воткнуть.

– Да ты и в правду крут, – поджав губы, покачал я головой. – Ножи себе справить успел?

– Конечно, двенадцать штук с серебряными вставками, домой придём – покажу. Очень крутые.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся я и выпустил клуб дыма в сторонку. – По учёбе что?

– Да так, – поморщился парень, – не понимаю я все эти синусы, косинусы.

– А потому что на уроках слушать надо, – вставила веское слово мама.

– Ма-а-ам, ну это же скукотища вообще.

– Это в первую очередь мозги тебе развивает, – поддержал Свету я. – А с обследованием твоим что, ты что-то про анализы говорил?

– Да тоже ничего непонятно, – отмахнулся Макс. – Денис Сергеевич вообще сказал, что я нулевой пациент, походу, ничего у него со мной не получается.

– Прямо так и сказал? – я аж дыхание затаил, чтобы не спугнуть.

– Угу, только он почему-то этому обрадовался, странный он какой-то.

– Это уж точно, – почесал макушку я. – Посиди-ка немного, нам с твоей мамой чутка пообщаться нужно.

Я вышел из-за стола и отвёл девушку чуть в сторону, буквально туда, где совсем недавно беседовал со Старым.

– Как давно он это знает?

– Что?

– Свет, не беси меня, ладно? Ты сама всё прекрасно понимаешь.

– Да буквально за день, перед тем как в нас торпеды пустили. Точнее, днём сказал, а наутро уже вот…

– Ясно, – задумчиво пробормотал я и почесал переносицу. – Слишком много странных совпадений, не находишь?

– Я честно, не понимаю о чём ты?

– Так, ты вообще знаешь значение слова «нулевой пациент»?

– Ну, примерно, – неопределённо пожала плечами она. – Что-то типа первого заражённого. Но ведь Макс не такой, как все эти…

– Свет, ты дура, нет?

– Ты меня оскорблять позвал?! Спасибо, блин, дождалась любимого.

– А ты не думала, что это с него всё началось? Что Ишуткин подразумевал именно это?

– Ну я что, по-твоему, совсем идиотка?

– Даже не знаю, – усмехнулся я.

– Ой, да пошёл ты, Морзе, – девушка развернулась и попыталась уйти.

– Да стой ты, – я успел схватить её за руку. – Истеричка, блин. Слово ей не скажи.

– Да потому что ты ведёшь себя, как козёл.

– Это мы уже проходили. Да всё, успокойся, рассказывай.

– Да что рассказывать-то? Всё ты уже слышал, больше Ишуткин ничего сделать не успел. Нас на следующий же день атаковали, точнее, ночью даже, под самое утро.

– Это я понял. Он сам выжил?

– Вроде, – как-то снова неуверенно пожала плечами девушка.

– Это ещё как понимать?

– Ну, он был с нами в шлюпке, но потом мы его больше не видели. Нас на разные корабли забрали. Да зачем тебе это всё?

– За тем, что у нас, похоже, завелась крыса.

– Старый тоже так считает.

– Ничего удивительного. Сколько здесь наших?

– В смысле?

– С лайнера сколько людей сюда привезли?

– Только мы и Старый, всё. Ну ты ещё со своими.

– Ага, ну это многое объясняет.

– А, ну да, я как-то тоже сразу всё поняла, – нагнав в голос сарказма, ответила Света.

– Тебе оно пока не надо. Ладно, пошли к Максу, после поговорим.

– Только поговорим?

– Извращенка.

– Я вообще-то соскучилась.

– Да меня не было всего неделю.

– Ну и козёл же ты, Морзе.

– А чё опять не так-то?! Да чтоб вас… Женщин… Пф-ф-ф.

Глава 18. Отдых

Вечер прошёл относительно спокойно. Мы сидели втроём, я и Света потягивали пиво, Макс развлекался квасом. Если не брать во внимание оружие, которое здесь на каждом встречном, не исключая подростков, можно легко представить, что мы попросту выбрались с семьёй в обычное кафе. Эдакий выходной, хотя по факту так и есть.

За соседним столиком орали песни Грог и ФЕТ в компании перегонщиков, эти пивом только разминались, а сейчас уже вовсю накачивались самогоном. Но главное – без инцидентов, просто веселились. Наверняка закончат это дело в борделе. Да я, собственно, и не против, задачу мы выполнили, пленного сдали, всё, больше они не в моём подчинении, пусть делают, что хотят.

Ночь прошла так, как и положено после разлуки, несмотря на то, что в нашем случае она была не сильно долгой. На Свету будто что-то нашло, и она никак не желала угомониться. Но усталость взяла своё и после третьего захода она наконец-то засопела, положив голову мне на грудь. А я ещё долго не мог уснуть, глазел в потолок и думал о разном.

Проснулся поздно, практически под самый обед. Вот что значит, когда в голове нет установок на неотложные дела – выходной, мать его так. Похоже, что теперь весь день буду слоняться без дела, не зная, куда себя деть. Всё-таки странные мы, в смысле люди. Когда я работал, да взять хоть ту же администрацию Елатомской крепости, ждал каждый выходной как второе пришествие. А теперь вот… Странное ощущение, будто я трачу время зря, хочется двигаться, решать какие-то вопросы, может быть, даже куда-нибудь поехать или разнести очередное гнездо, но у меня выходной.

Я отбросил в сторону одеяло и сразу зябко поёжился. Хозяин гостиницы явно экономит на дровах или на угле – хрен его знает. С другой стороны, голова ночью не мёрзла – уже хорошо, да и спал я полностью голым. Так что зря, наверное, гоню, не всё так плохо.

Натянул термобельё, влез в штаны, накинул ветровку и спустился вниз позавтракать. Хотя, судя по времени, скорее, пообедать. В зале уже народ потихоньку скапливается, ещё полчаса и негде будет задницу опустить.

– Завтраки ещё остались? – поинтересовался я на стойке.

– Каша есть, можем разогреть, – ответил бармен, – а яичницу и так под заказ готовим.

– Не, ну её эту кашу, давай яиц штук пять, на сале и кофе чёрный, – я выложил на стойку серебряный пруток, и бармен лихо откусил от него два грамма.

Стол занимать не хотелось, поэтому я так и остался на высоком стуле у бара. Вскоре принесли заказ, который я проглотил и даже не заметил. Затем с удовольствием выкурил сигарету, ещё раз поблагодарил за вкусный завтрак и снова поднялся в номер. Постоял в дверях с задумчивым видом, потому как всё ещё не придумал, чем себя занять и принялся одеваться.

На улице всё так же трещал мороз, а снег никак не желал укрывать землю в белоснежное одеяло. Нет, местами он, конечно, присутствовал, но так, даже пожухлую траву не скрывал, а тротуары так и вовсе были полностью чистыми. Я достал очередную сигарету, спокойно выкурил её прямо на крыльце гостевого дома, продолжая попытки придумать себе хоть какое-то занятие. Ничего дельного в голову так и не пришло, и попросту отправился гулять по рынку.

В целом он мало чем отличался от тех, что я помнил ещё с мирного времени. Разборные шатры из химической ткани, раскладушки или столы, которые легко разбирались, после чего занимали мало места при переезде в другую крепость. Те же толстые тётки, которых на самом деле не поймёшь, из-за тулупа у неё такой объём талии или её, действительно, не обхватить. Впрочем, мужиков торговцев тоже хватало. Но это лишь внешние различия, а вот товар сильно изменился с тех пор.

Теперь здесь можно было отыскать всё, что только душа попросит, я имею ввиду из привычных глазу товаров. Понятное дело, трёхпалубную яхту вряд ли получится приобрести, а вот начиная с банки тушёнки и заканчивая ящиком с РПГ – вполне. Никуда не делись и лотки с обувью, одеждой и товарами повседневного обихода. Мыло, какие-то сыпучие продукты, сигареты, чай, кофе – всё это так же привычно располагалось на разборных прилавках.

В последнее время такие рынки стали единственным местом, где можно закупиться всем и сразу. Торговые центры канули в лету, их уже в который раз вытеснил обыкновенный базар с поддатыми торговцами, вечным спором о стоимости и, естественно, с воришками. Первое правило такого места – деньги всегда держи в руке. Местным умельцам не составит большого труда утянуть кошель с серебром из любого, даже самого труднодоступного места. Хотя и рука не является окончательным гарантом безопасности, вырвут во время оплаты, а ты, поди потом, догони. Мелкие проныры знают здесь каждый закоулок.

Я замер возле пары новеньких ботинок, в которых без проблем прошагаешь хоть тысячу километров, и нога не устанет, нигде ничего не натрёт. Мои, разумеется, не хуже, хоть и казённые. Да и покупать я их не собираюсь, так, попросту взгляд притянули, однако торговцу этого оказалось достаточно.

– Бери, мужик, недорого отдам, – тут же подскочил он к прилавку. – Таким сносу не будет, лет десять проходят.

– Ну, десять это ты, конечно, загнул, – усмехнулся я и поднял ботинок с коробки. – Лет пять, и то если повезёт.

– Да ты чё, у меня такие же, вот, сам посмотри, – он выставил ногу вперёд, которая действительно была обута в идентичный ботинок. – Я херни не посоветую.

– Сколько? – больше для того, чтобы убить время, спросил я.

– Полторы сотни всего, – не моргнув глазом, назвал среднемесячный заработок тот.

– Да ты охренел, что ли, совсем? – я тут же поставил обувь обратно и отправился дальше.

– Ну и нехер своими грязными лапами товар хватать, нищеброд! – крикнул мне в спину обиженный торговец.

Можно было обернуться и послать его нахер, а то и в зубы дать, но лень. Настроение сегодня какое-то расслабленное. И это неплохо, учитывая, сколько выпало на мою голову за последние месяцы. Даже на лайнере я едва вырывал свободную минутку, потому как служба изначально не подразумевает покоя. Я так вообще удивлён, что мне целый день выходного дали. Так что, пожалуй, последую совету Старого и расслаблюсь как следует.

Дальше пошли оружейные лотки и вот здесь я останавливался чаще, то и дело интересуясь различными приспособами. Здесь же, среди временных лотков, приютился небольшой ларёк, в котором мастер занимался ремонтом или усовершенствованием оружия. Да, сами стволы хоть и стоили дешевле ботинок, однако многим оставались не по карману, и порой гораздо дешевле было отремонтировать старый вариант. Но попадались, разумеется, и другие клиенты, желающие облегчить свой вариант или же добавить к нему что-то новенькое. Однако большинство заказов мастер брал на патроны, а именно на замену в них обычных пуль на серебряные.

Да, чуть дальше на западе работал целый завод по изготовлению боеприпасов, вот только они предлагали не самый широкий выбор и клепали в основном самый привычный калибр. Здесь же легко можно было переделать любой патрон, даже самый непривычный для отечественного рынка.

Следом пошли лотки с продуктами, и я нисколько не удивился, когда обнаружил среди снующего туда-сюда народа Светку с Максом. Ну а, собственно, куда они ещё могли пойти? Не в школу же она его повела, да и работу вряд ли успела найти. Девушка держала в руке сумку, видимо, в отличие от меня они не просто так здесь шатаются, хотя нам вроде бы ничего такого не нужно. Живём в гостинице, питаемся там же, в кабаке, что расположился на первом этаже.

– Свет! – громко крикнул я, привлекая её внимание в шумной толпе, и она предсказуемо обернулась.

Глаза забегали в поисках знакомого лица, и как только я был замечен, на лице сразу появилась улыбка, а девушка призывно замахала рукой.

– Чё купила? – мазнул я её губы лёгким поцелуем и заглянул в сумку.

– Да так, тебе вот рюкзак дополнить, тушёнка, спички, сигарет два блока, – ответила она, хотя я и так уже успел всё рассмотреть. – Максу вон ещё ремень под ножи переделать принесли. А то новые чуть шире прежних.

– Понятно, – кивнул я. – А я думаю: куда пропали?

– Ну, ты спал, – пожала плечами та. – Чтоб тебе не мешать, решили вот прогуляться.

– Значит, у вас тоже никаких планов на вечер, – усмехнулся я. – Может, в стриптиз махнём?

– Я те щас махну, – расхохоталась Света. – Мне самой мало, ещё левым бабам тебя разбазаривать. Ты позавтракал?

– Скорее уж, пообедал, – согласно кивнул я, – но с вами посижу, пивка тяпну. Пиво-то мне хоть можно?

– Посмотрим, – хитро прищурилась та. – Ладно, пошли уже, стриптизёр.

* * *

Вечером прибыл Старый и выходной, по факту, можно смело считать оконченным. Я как раз валялся в кровати с книгой в руках, ничего такого, какой-то старенький роман о противостоянии воров и бандитов. Однако больше себя занять было нечем, и я даже обрадовался, заслышав голос деда за дверью. Скучная книга легла на тумбочку, а я подорвался с кровати, сунул ноги в тапочки и отправился встречать гостя, который, к слову, и без того уже перешагнул порог.

– Ну как, удачно съездил? – задал я первый вопрос после того, как мы пожали друг другу руки.

– Психа твоего привёз, он всё ещё в депрессии, – ответил тот. – С комендантом долго провозился. В своё время я бы его просто грохнул, а сейчас вот нельзя… Грёбаная политика, мать её!

– Удалось что выяснить?

– Ты не гони впереди паровоза, когда бы я успел?

– Походу выходные продолжаются, – усмехнулся я. – Ну чё, может, по пиву?

– Нет, пожалуй, откажусь, – поморщился Старый. – В моём возрасте такие поездки без последствий уже не обходятся, спина разболелась, так что пойду лучше прилягу. А ты завтра с утра будь готов, раз уже отдохнул.

– А я этого не говорил, – внезапно, как только речь зашла о работе, меня тут же одолела лень.

– Да у тебя на роже всё написано, – усмехнулся дед. – Там тебе дел, дай бог на день, к вечеру уже обернёшься.

– Более точные вводные будут или мне самому догадаться?

– Ой, не ёрничай, – поморщился тот. – Как окончательно стемнеет, нашего клиента перенесут на поезд, завтра утром проводите его в Смоленск. Там уже с машиной сами решите, с администрации какой-нибудь УАЗ дадут в крайнем случае.

– И кому его там передать?

– Никому, вас там сменят, точнее тебя и Грога, ФЕТ дальше поедет, у вас будет другая задача.

– Какая?

– Бля, Морзе, может, тебе сразу все секретные документы показать?

– Я бы не отказался, – с флегматичным видом пожал я плечами.

– Иди нахер, – огрызнулся тот и махнул рукой. – Всё, в восемь утра чтоб был на платформе.

– Есть хер майор, – козырнул я с кривой ухмылкой.

– Как дал бы сейчас, – ткнул меня кулаком в лоб тот и, открыв дверь в соседний номер, шагнул внутрь.

– Я хотел ещё по Максу пообщаться, ничего не хочешь мне рассказать?

– Всё, я спать, – не оборачиваясь, отозвался тот из своего номера и захлопнул дверь.

– Старый мудак! – крикнул я ему, в надежде, что он хоть как-то отреагирует, но дверь так и осталась закрытой, а потому я вернулся в свой двухкомнатный номер.

– Опять уедешь, значит? – грустно вздохнула Света, которая всё это время стояла за спиной.

– А ты чего ждала, что я вечно у твоей юбки сидеть буду?

– Дурак ты, Морзе, – улыбнулась девушка и ушла в нашу спальню, а из соседней выглянул Макс.

– Снова в рейд? – с пониманием спросил он.

– Да ладно, там делов на день, – отмахнулся я.

– Возьми меня с собой, – глаза парня тут же вспыхнули азартом.

– А маму твою что, одну здесь оставим?

– Ну, ты же сам сказал: всего на день.

– Ой, да валите вы уже оба куда хотите, – раздался глухой голос девушки из-за закрытой двери. – Задолбали, хоть отдохну от вас нормально.

– Ладно, – усмехнулся я и подмигнул парню. – Завтра в семь будь готов к выходу. Пойду маме настроение поднимать.

* * *

Прошла очередная спокойная ночь, и организм подбросил меня минут за двадцать до будильника. Видимо, желание что-нибудь делать всё же пересилило лень. Да и давно я не отдыхал, забыл уже, каково это – весь день проваляться в кровати. В общем, суток на отдых мне оказалось даже более чем достаточно, я рвался в бой. Не успел я тихонько выбраться из комнаты, чтоб не разбудить Свету, которой уже я трижды поднял настроение, дабы она не бухтела, как из соседней выскочил Макс.

– Чё, всё, идём? – довольно бодро поинтересовался он.

– Да тише ты, маму не разбуди, – шикнул я на него.

– Поздно, – донёсся хриплый голос из-под одеяла. – Осторожней там, пожалуйста, хорошо?

– Хорошо, мам, – пообещал парень, а я вынужден был вернуться для поцелуя.

– Всё, не переживай, мы быстро, туда и обратно.

– Присматривай за ним.

– Да куда я денусь, – кивнул я и теперь уже окончательно вышел из спальни.

– А я не тебе, – усмехнулась девушка. – Макс, ты слышал.

– Да, мам, я с него глаз не спущу.

– Всё, мелкий, погнали завтракать и в путь. Остряки, хе́ровы.

Мы спустились на первый этаж в помещение кабака, и здесь было уже довольно многолюдно. Многие покидали крепость на рассвете, когда горизонт лишь слегка окрашивался в серые тона. В такое время все уроды в большинстве своём старались забиться поглубже в норы. Если и попадались какие-то сильно отчаянные особи, то довольно редко, да и побить такого одиночку не составляет особого труда. При наличии серебра, естественно.

Однако сегодня, помимо прочего, крепость можно было покинуть ещё и поездом, а это уже совсем другое дело. Во-первых, безопасность, ведь его будут охранять не хуже торгового каравана, а во-вторых, не придётся тратиться на бензин. Ну и как отдельный плюс – поезд остановить гораздо сложнее, чем одинокую машину на пустынной дороге. Нет, можно, конечно, подорвать пути, но эти места всё-таки не просто так считаются самыми безопасными от выродков. А люди, если на такое кто-нибудь и решится, будут найдены и повешены за саботаж. И учитывая то, что на поиски таких дебилов отправят все имеющиеся силы, долго бегать вряд ли получится.

Вообще, чуть дальше на запад, за тот же Смоленск, земли становятся ещё безопаснее, поговаривают, что там люди даже ночью не боятся путешествовать в одиночку. Шанс нарваться на уродов, разумеется, всегда остаётся, как и на лихих людей, но он всё же очень небольшой. Гораздо проще уснуть за рулём и улететь с дороги.

А всё потому, что там очень тщательно вычищают всё, что представляет опасность. Большими группами туда не пройти ввиду того, что вся граница безопасных территорий находится под бдительным контролем. При этом там всегда делаются ежедневные обходы с собаками. В общем, более защищённой территории на просторах нашей родины не найти, разве что ближе к северу Красноярского края. На то, понятное дело, есть ряд причин.

Ещё в самом начале войны эти густонаселённые земли взяли в защитное кольцо и перенесли туда немало предприятий, что поддерживали военное снабжение человечества. У уродов в этих регионах что-то пошло не так, и многие города остались целыми и под контролем людей. Ну а дальше нужно было просто вовремя сообразить и выстроить грамотную оборону, что, собственно, и удалось сделать.

Красноярск, как и в прошлом, так же оставался основным поставщиком серебра. Когда люди сообразили, что помогает убивать нового врага, бросили все силы на то, чтобы удержать этот регион и у них получилось. Заслуга в этом, конечно, не только в грамотном управлении армией, скорее, загрязнение окружающей среды помогло одержать относительно лёгкую победу. В воздухе витало столько соединений с этим металлом, что уроды едва не сами дохли от вредности. По крайней мере, здесь они чувствовали себя очень скверно и множество из их преимуществ, что мешали победить при стандартных обстоятельствах, сходили на нет. Как говорится, нет худа без добра.

Были, разумеется, ещё небольшие регионы, где оставалась возможность жить более или менее спокойно, однако эти два считались самыми большими. Не в мире, конечно, а на территории бывшей России. Аналогичная ситуация имела место в Мексике, там тоже расположились неслабые месторождения серебра. Да и в самих Штатах хватало уголков безопасности. Ходили слухи про островные государства, Африку, однако пал весь мир. От Китая так и вообще почти ничего не осталось, как и от Японии – всё из-за большой плотности населения на квадратный километр. Люди там попросту сообразить толком не успели, как перешли в стан врага.

Китай даже громил собственные города атомными бомбами, чтобы избежать распространения заразы. Возможно, это в неменьшей степени помогло человечеству выжить, ведь неизвестно, как бы оно обернулось, напади на нас орда в миллиард особей. Скорее всего, снесли бы единым потоком и не заметили.

Но случилось так, как случилось, на планете осталось около миллиарда человек против полутора, максимум двух – тварей. Это всё, конечно же, по слухам, достоверной информации на сей счёт до сих пор не существует. Люди заняты другим, считать станем, лишь одержав окончательную победу, если такое вообще сейчас возможно. Если уж совсем на чистоту, мы даже примерно не знаем, сколько осталось выживших у нас в стране, а уж лезть куда-то глубже и вовсе нет никакого смысла. Однако примерные цифры всегда звучат как-то так, а мы в них верим, потому как других попросту нет.

Я всё же надеялся, что нам когда-нибудь приоткроется завеса тайны: как им удалось провернуть такое? Как они смогли разом обрушить весь мир? С чего вообще всё началось и возможно ли всё это закончить? И почему они так сильно нас ненавидят…

– О, они ещё жрут сидят! – прогремел густой бас ФЕТа на весь кабак.

– Хорошо хоть не спят, – вторил ему Грог.

– Да мы уже всё почти, – буркнул я, когда они подошли к нашему столу.

– Да ладно, можно не спешить, времени ещё хватает, – отмахнулся ФЕТ. – Старый будет?

– Без понятия, у меня самого к нему тысяча вопросов, – пожал я плечами.

– Про меня? – тут же включился в беседу пацан.

– В том числе, – кивнул я.

– Я вчера слышал, как ты хотел обо мне с ним поговорить, – продолжил тот. – Со мной что-то не так, да?

– Если Ишуткин прав в своих выводах, то теперь твоя жизнь невероятно ценная, и я не понимаю, почему Старый относится к этому столь легкомысленно. Хотя это мы сейчас, походу, и проверим.

– Здравия желаю, тащ генерал, – завидев Старого, ФЕТ первым подпрыгнул с места.

– Да ладно, сидите, – махнул он рукой и подвинул к нашему столу свободный стул. – Морзе, ты специально меня бесишь всегда?

– А что не так? – сделал я удивлённое лицо.

– Тебе какой приказ был отдан?

– К восьми ноль-ноль прибыть к поезду и сопроводить пассажира до Смоленска.

– В составе?

– А, так это тоже был приказ?

– Короче, пацан никуда не едет.

– Ну Вячеслав Саныч… – заканючил, было, малой, но быстро прикусил язык, встретившись с его ледяным взглядом.

– Всё, базар окончен, – Старый прихлопнул ладонью по столу. – Позавтракали, а теперь валите к поезду.

– Пошли, Макс, – поднялся я с места, чем тут же крайне разозлил начальство.

– Морзе, блядь! – рявкнул он. – А ну, сели оба! Вы двое – свободны.

Грог и ФЕТ тут же ретировались, дабы избежать генеральского гнева. Мне же было плевать, как, впрочем, и всегда, я вообще очень сложный человек в плане подчинения, а уж Старого вообще не боялся, и он это прекрасно знал. К тому же блат в лице старого друга Лёхи на самом деле давал мне довольно много свободы, чем я с удовольствием пользовался, особенно в отношении Крюкова.

– Неужто кто-то созрел до серьёзной беседы? – наигранно подкинул брови я.

– Перестань кривляться, всё намного серьёзнее, чем ты думаешь.

– Да кто бы сомневался. Рассказывай.

– Макс, сходи, погуляй немного.

– Пусть слушает, – придержал парня за руку я. – Ему эти знания тоже будут не лишними.

– Уверен?

– Слав, он уже давно не мальчик, пусть понимает, какая ответственность на его плечах, иногда это помогает принимать взвешенные решения.

– Ишь как заговорил. Сам-то зачем этот цирк устроил?

– Так ты же дед гордый, пока не пнёшь – не полетишь. Про нулевого пациента правда?

– Да вот хрен его знает, Ишуткин сказал, что уверен на девяносто процентов.

– А я думал это, наоборот, плохо, – задумчиво пробормотал Макс. – И что это значит?

– То, что с тебя всё это дерьмо вокруг началось, – я даже ни на мизер не попытался сгладить информацию, пусть воспринимает её такой, какая она есть.

– Вообще-то, всё не совсем так, – поморщился Старый.

– А как? – вмиг сделался серьёзным пацан и уставился прямо в глаза генералу.

– Ну, здесь, вероятно, виноваты твои образцы, которые ты сдавал, будучи совсем маленьким.

– То есть всё-таки я? И что, теперь меня убьют?

– А вот это вряд ли, – засмеялся дед. – Тебя, скорее, будут охранять покруче любого сейфа.

– Не очень-то похоже на правду, – усмехнулся я. – Да и охраны что-то не видно.

– А ты глаза разуй, – ухмыльнулся Старый. – Ладно, не суть… Этот разговор всё равно бы состоялся. Вернёшься с рейда, отвезёшь своих в Новоангарск. На данный момент это самое безопасное место. Поедете с друзьями Грога до Урала, там вас встретят.

– Я не хочу прятаться, – снова влез в разговор Макс. – Я хочу помочь!

– Ты поможешь, если будешь делать как говорят, – строго обрезал его Старый. – Действовать нужно быстро и желательно не привлекать внимания. Никто пока не знает, где я и куда отвёз вас, но это продлится недолго.

– Тогда в чём смысл отправлять меня в Смоленск, а не сразу на Урал?

– Потому что поезд пока не готов, его к утру только разгружать закончат. Порожняком его тоже никто не погонит, к тому же такой ход привлечёт лишнее внимание. По той же причине и вы живёте у всех на виду, секретность – это не всегда бункеры и подвалы, иногда лучше действовать открыто.

– На лайнере была крыса, – озвучил я то, что ещё вчера пришло в голову.

– Знаю, мы его уже ищем. Что-то затевается, Морзе, очень крупное, и мы пока не можем понять что именно. Ладно, время, дуй на станцию, надеюсь, к твоему приезду я уже буду владеть всей необходимой информацией.

– Ладно, Макс, двигай до дома, сегодня не твой день, – парень послушно кивнул, пожал нам обоим руки и с угрюмым видом отправился к лестнице на второй этаж, а я снова обернулся к Старому. – Слава, если ты что-то опять мутишь…

– В каком смысле? – подкинул брови тот.

– В прямом, – усмехнулся я. – Что-то мне подсказывает, с Максом это всё какая-то херня. Очень уж тянет на дезу, да и ведёшь ты себя очень странно.

– Ну ты меня поймал, – расхохотался старик. – А что если и так?!

– Не втягивай моих в свои игры.

– Мы все в них втянуты, притом уже очень давно, в большей или меньшей степени, конечно, – сухо ответил тот. – И я буду делать всё возможное для достижения нужного результата. От этой игры не только ваши жизни зависят, так что будь добр, просто выполняй приказы и не лезь туда, куда тебя не просят.

– Посмотрим, – я всё же оставил последнее слово за собой и выбрался из-за стола, после чего покинул кабак не прощаясь.

В глубине души появились некие сомнения относительно начальства. Было огромное желание обойти гостиницу с другой стороны, забрать Светку с Максом и свалить из крепости по-тихому. Но я сдержал порыв, во-первых, это действительно может стать ошибкой, а во-вторых, у меня всё ещё недостаточно знаний. А если Макс действительно нулевой пациент? Вдруг я своими необдуманными действиями помешаю чему-то важному. К тому же за ними в самом деле присматривают, и незаметно свалить не получится.

Ладно, будем думать, наблюдать, в случае чего, свалить мы всегда успеем.

Глава 19. Поезд

Я стоял и курил возле вагона. Посадка происходила за чертой городских стен, но сейчас утро и бояться вроде как некого. Однако люди всё равно были собраны, снайпера на позициях и это несмотря на то, что вокруг суетилось немало народа. Шли последние проверки груза и осмотр состава. Всё это выглядело немного странно, словно я вернулся в прошлое, и жизнь вдруг опять стала нормальной.

Наиболее чудным для меня, были ощущения, что я испытывал в этот момент. Я не хотел назад, не хотел больше возвращаться к нормальной жизни. Что я там делать стану? Снова месить цемент и закапывать столбы? Да шло бы оно всё нахер! Нет, не хочу! Я нашёл своё место, меня всё устраивает. Да, забот как бы даже прибавилось, плюс много непонятного творится вокруг, а каждая ночь может стать последней, но в этом и есть кайф. Не когда изо дня в день происходит одно и то же: пришёл, переоделся в грязное, влажное тряпьё и схватил лопату. А к вечеру едва добрался до кровати, чтобы попытаться хоть как-то вернуть к утру силы. И так по кругу. Здесь от меня хоть что-то зависит, сейчас я впервые за долгое время ощущаю себя нужным этому миру. Возможно, все мои действия и приведут жизнь к нормальности, но где-то в глубине души я желаю оттянуть данный момент на неопределённый срок. Пусть это произойдёт уже без меня, лет через сто. И да, это эгоизм, но мне плевать, я не хочу возвращаться к скучному и нудному быту.

Меня устраивают погони, перестрелки, постоянный риск. И если в первые дни я испытывал от всего этого животный ужас, то сейчас наслаждаюсь каждым мгновением. Вероятно, именно об этом говорят те, кто прошёл войну и никак не могут с неё вернуться, само собой – морально. Для них всё было ясно: вот враг, вот я и выбор невелик – жми на крючок, чтобы иметь возможность и в дальнейшем наполнять лёгкие воздухом. Нет смысла думать о завтрашнем дне, ведь он может больше не наступить, есть здесь и сейчас.

А что они получают в итоге по возвращении домой? Куча никому не нужных проблем, которые, по большому счёту, люди сами себе придумали? Нелепую бумажную волокиту, потому как ещё нужно доказать, что ты защищал интересы страны и имеешь право на какие-то там льготы? Обезьянью работу, где очередной глупый начальник, который понятия не имеет, что такое жизнь и смерть, тыкает носом в очередное дерьмо? Или копеечную зарплату, которой вряд хватает избавиться от долгов? И нет в том ничего удивительного, что впоследствии большинство из них находят утешение в алкоголе, пытаясь сбежать от серой реальности. Собираются с сослуживцами и на протяжении десятков лет вспоминают, как же было хорошо там, когда смерть ходила по пятам за каждым из них.

Только сейчас я начал всё это понимать, после того как словил ощущение нормальности. Все давние вопросы отвалились сами собой, всё встало на свои места. Я не хочу этой нормальности, меня всё устраивает. Но и от победы я отказываться не стану, иначе… Ради чего тогда жить?

– Шеф, через пять минут трогаемся, – в дверях появился Грог. – Провожающих просим покинуть вагоны, ха-ха.

– Иду, – я отбросил в сторону окурок и полез внутрь.

Типичный плацкартный вагон, коих пристегнули к составу аж четыре штуки. Два из них наши, в смысле для персонала, а ещё два для людей, желающих более или менее безопасно добраться из пункта А в пункт Б. Глядя на то, как расположились пассажиры, в голове невольно возникла картинка из советского кино, когда подобные вагоны были переполнены. Люди ютились по трое на одном месте, дети бесились на верхней полке, периодически получая втык от матерей. Шум и гам стоял такой, что сливался единым потоком, состоящим и гула голосов и детского визга.

Наш вагон был полностью пуст, только я, Грог, ФЕТ и гроб. При виде этого ящика, незамысловатой и такой привычной для каждого формы, я невольно улыбнулся. Вышло очень символично: перевозить выродка в гробу— как-то даже по киношному. По идее, сейчас легко можно снять типичный сюжет к фильму ужасов, когда спецназовцы перевозят вот такой загадочный артефакт, с запертым внутри древним злом.

– «Б» – безопасность, – прихлопнул с ухмылкой по крышке Грог. – Ящик изнутри серебром обшили, чтоб наш пассажир ни за что не выбрался. Тяжеленный, сука!

– Куда хоть его везут? – без особого интереса спросил я.

– Ну, вы со мной до Смоленска, а дальше хрен его знает, – прогудел ФЕТ. – Вроде как там у нас даже пересадка будет, но я не уверен.

– Ладно, не наше дело, – отмахнулся я, снял рюкзак и пинком ноги загнал его под нижнюю полку. – Мы чё, одни едем?

– Ценный груз, – объяснил наше положение Грог.

Поезд резко дёрнулся, а затем плавно поплыл по железной дороге, с каждой секундой набирая скорость. Вскоре раздались характерное постукивание колёс о рельсовые соединения. Вагон мерно покачивало, отчего неумолимо тянуло в сон. А учитывая, что сегодняшнюю ночь я провёл с немалой, хоть и довольно приятной физической нагрузкой, поспать мне совсем не помешает.

– Кто первым дежурит? – на всякий уточнил я.

– Да срать вообще, – пожал плечами Грог. – Могу я посидеть.

– Лады, пнёте тогда часа через четыре, – кивнул я и полез на верхнюю полку.

– Через четыре часа мы уже будем на месте, – усмехнулся ФЕТ. – Здесь ехать всего сотни три.

– Тем более, – буркнул я и отвернулся к стенке.

Сон не шёл. Товарищи внизу бормотали, не переставая, и это сильно раздражало. Мне вообще тяжело засыпать днём. Казалось бы, с утра едва глаза смог разлепить и всё это время мечтал придавить головой подушку, но стоило занять горизонтальное положение, как всё куда-то исчезло. И тем не менее глаза открывать не хочется, хоть и уснуть не выходит.

– Бля, заебали бормотать, идите нахер! – раздражённо бросил я.

– А с уродом что? – тут же задал резонный вопрос ФЕТ.

– Ой, да куда он из серебряного гроба денется, к тому же день сейчас, – озвучил мои мысли Грог. – Пойдём с перегонщиками познакомимся, пусть шеф поспит.

– Если что, мы в соседнем вагоне, – озвучил очевидное здоровяк.

Вскоре раздался шорох и послышались удаляющиеся шаги, хлопнула дверь в тамбур и наконец наступила долгожданная тишина. Вот только ненадолго.

– Саня, – вдруг раздался глухой голос, едва я начал проваливаться в сон. – Саня, дружище, выпусти меня.

– Да заткнись ты на хуй! – буркнул я. – Дай поспать.

А спустя секунду вдруг резко подскочил от осознания того, с кем сейчас разговаривал. Всё это время Серёга передвигался с нами абсолютно молча: ни звука, ни стона, ни шороха, словно его и вовсе не существует. Мы даже иногда проверяли его наличие, настолько тихо он себя вёл, как вдруг на тебе!

Я осторожно спустился с верхней полки, уселся напротив гроба и тупо уставился на него. Прошло не меньше двух минут, прежде чем я, несмотря на собственные принципы, закурил прямо в вагоне и пнул ногой ящик.

– С-с-с, ай, – донеслось изнутри. – Не делай так больше, жжётся. Сань, может, выпустишь меня? Пожалуйста.

– А жёваной морковкой тебе в ротик не плюнуть? – голосом, полным сарказма, спросил я.

– Мы же друзья, Сань.

– Да шёл бы ты нахуй с такой дружбой, понял?! – огрызнулся я. – Ты мне едва глотку не перегрыз.

– Кто старое помянет…

– Рот свой закрой, – перебил его я. – Ты ведь понимаешь, что я тебя не выпущу, так?

– Ну, попытаться стоило.

– Почему, Сер?

– Что почему?

– Почему ты так рьяно пытался меня убить? Что я тебе такого сделал, ведь мы в самом деле были друзьями, ты же ко мне домой приходил, мы жрали с тобой из одной миски.

– Я не хотел тебя убивать. Я хотел показать тебе другую жизнь.

– А у меня ты спросил? Мне оно надо?

– Ты просто не знаешь, от чего отказываешься.

– П-хах, ну конечно, я же тупой как три хера вместе, где уж мне. Спасибо, насмотрелся я на вашу жизнь, желания не возникает.

– Тогда зачем ты со мной сейчас разговариваешь?

– Понять хочу. Что с вами не так?

– Это с вами не так.

– Да неужели? У меня что-то не возникает желания перегрызть горло старому другу. Ведь ты же всё помнишь, так?

– Да.

– Тогда почему? Как вы можете жрать собственных детей, матерей?

– Ну ты же не испытываешь нежных чувств к куску мяса?

– Ты не путай хер с трамвайной ручкой. Есть же мораль.

– Мораль придумали овцы, чтобы пристыдить волков. Вы стали едой, а к пище не испытывают чувства.

– И как это происходит? Когда ты вдруг начинаешь понимать, что твоя мать стала пищей? Что, блядь, должно перемкнуть в мозгах, чтобы ты бросился на ребёнка, не испытывая при этом угрызений совести?!

– Ты просто не знаешь, что такое жажда.

– И слава богу! Ладно, допустим, мы стали пищей, вам вдруг стало плевать на то, кем мы являлись для вас раньше. Зачем было устраивать конец света? Вы ведь начали нас попросту убивать, даже не есть, а именно уничтожать!

– Мы новый виток эволюции.

– Вы тупик эволюции. Вы даже не можете иметь потомства, о чём ты говоришь? Без нашей крови вы все подохнете.

– А ты за нас не волнуйся, лучше за своих переживай, мы почти…

И тут он внезапно замолчал. Видимо, понял, что начал выдавать нечто важное, а может быть, это мне только показалось. Я пытался ещё раз завязать разговор, но вместо ответов получал лишь тишину. Ну и как водится, вспылил, взорвался, принялся трясти ящик, пинать его ногами, кричать. Единственное, чего я этим добился – прибежали товарищи с подмогой, состоящей из пары перегонщиков. Они довольно быстро скрутили меня и выволокли в тамбур, где тут же вставили в рот сигарету, а в руку сунули фляжку с самогоном. Помогло, через пару минут я действительно успокоился и мог более или менее адекватно реагировать на окружающих. По крайней мере, уже не бросался с кулаками и требованием выковырнуть мне этого ублюдка из гроба, для особо жестокой расправы.

– Что на тебя нашло? Мы вышли всего на десять минут, а ты уже ящик на доски разбираешь!

– Да забей, – поморщился и отмахнулся я. – Выбесил просто.

– Кто, ящик?

– Бля, да при чём тут ящик?

– Ну, я хуй знает, вообще ты его пинал, когда мы прибежали.

– Я с «пассажиром» разговаривал.

– Иди ты?! Он же почти за трое суток ни звука не выдал.

– Ну вот, как-то так, – развёл я руками.

– Слушай, это, наверное, не моё дело, но ещё там, в Москве, мне показалось, что вы с ним знакомы. Как-то немного странно ты его выманивал, понимаешь?

– Ты не поверишь…

– Да ты расскажи. Я совсем недавно вот в таких выродков не верил, а сейчас вон они, ходят по нашей земле, как будто всегда здесь жили.

– В общем, ещё тогда, в прошлой жизни, мы с ним дружили, вместе по вечерам пивко потягивали, калымили после работы.

– П-хах, забавно.

– Очень, блядь, прям не знаю как смеяться перестать.

– Да чё ты орёшь сразу?!

– Ну а ты херню не пори…

– Ладно, командир, всякое в жизни бывает, но согласись, ситуация крайне странная.

– Да вокруг меня всю жизнь какое-то дерьмо происходит.

– Ну не скажи, ты теперь знаменитость.

– В смысле?

– В прямом, о нашей Московской вылазке уже легенды ходят. Не знаю, откуда парни Ушастого о ней прознали, но вчера вечером только об этом и говорили, а ещё о том, как ты в одиночку перед толпой ублюдков стоял.

– Мне теперь обоссаться от счастья?

– Грубый ты, Морзе, и не женственный. Ты ведь национальным героем можешь стать, примером для подражания.

– Грог, ты совсем дурак или прикидываешься? На кой хер мне эта слава?

– Правильно, скромность украшает воина.

– Идиот, бля, – я наконец заметил бесенят у него в глазах и едва сдерживаемую улыбку.

– Аха-ха-ха, – тут же залился смехом тот, и я невольно улыбнулся следом. – Ну вот, теперь вижу, нормально, отошёл. Что он тебе сказал такого, после чего ты решил его на свет выковырнуть?

– Здесь, скорее, дело в том, чего он не стал говорить.

– Ну и?

– Кажется, я начал понимать, с чего вдруг они вновь затевают войну. Они нашли какой-то выход из тупиковой ситуации.

– Я нихрена не понял, если честно.

– Ладно, давай по слогам: они не могут жить без нашей крови, а так же не имеют потомства.

– Трахаться, что ли, научились?

– Ну, с этим, скорее всего, проблем не возникало, а вот размножаться – вполне. Да и с питанием, походу, вопрос закрыт, иначе нет смысла нас уничтожать, понимаешь?

– Кажется, да, – Грог сполз по стене на пол прямо напротив меня. – И что теперь будет?

– Последняя битва, – ухмыльнулся я. – Прям как в кино. Мы соберёмся на стенах огромной крепости…

– И будем махать им сверху писюнами, – усмехнулся тот. – Ну а если серьёзно?

– Ими кто-то рулит, кто-то очень умный. Если Старый прав, и мы сможем устранить эту особь, снова настанет шаткое перемирие.

– Думаешь, он знает, кто это? – кивнул затылком в сторону вагона с пленным Грог.

– Уверен. А вот получится ли вытянуть из него нужную информацию – не совсем. Насколько мне известно, пока ещё никому не удавалось их разговорить.

– Ну, способ наверняка есть, иначе на кой хер мы с ним столько возимся?

– Есть ещё кое-что, – я задумался на некоторое время: а стоит ли вообще делиться с Грогом данной информацией, но в итоге решил, что хуже не станет. – Макс. Есть вероятность, что именно с него всё началось, Ишуткин считает его нулевым пациентом. И если это так, тогда есть немалый шанс обратить процесс.

– А если не так?

– Не понял?

– Ну, ты говоришь: если это так. А если нет, если не так, если Ишуткин ошибается?

– Или намерено распространяет ложную информацию, – пробормотал я.

– Я сейчас тебя вообще понимать перестал, – помотал головой Грог. – Ты или договаривай, или лучше не начинай.

– А тебе не показалось странным, что лайнер атаковали под самый рассвет, когда все ещё спали, но нашим практически удалось избежать потерь?

– Ты на что намекаешь?

– Сука, Старый ублюдок! Как ты затрахал со своими играми!

– Да объясни ты толком!

– Смотри, – я слегка оживился и принялся разжёвывать свои умозаключения на пальцах. – Вечером они узнают, что Макс – нулевой пациент, а под утро в борт лайнера прилетают торпеды. Какой сразу напрашивается вывод?

– Что на борту крыса.

– Именно, вот только никто даже не собирается искать предателя. Людей волшебным образом моментально эвакуируют, не менее странно – на место, как раз вовремя прибывают военные корабли…

– Хочешь сказать, что Старый сделал это специально? Но зачем?

– Чтобы выманить врага, заставить нервничать и совершать ошибки.

– Ну, вообще-то, ход хороший, правильный, вполне может сработать.

– Вполне, – согласно кивнул я. – Вот только он играет моей семьёй.

– Мы все чем-то жертвуем, – пожал плечами Грог.

– Ты бы пожертвовал Ханом?

– Если в похожем случае – да. Ведь ты будешь с ними рядом, я же правильно понимаю: по возвращению из Смоленска мы отправимся твоих сопровождать?

– Ты откуда знаешь?

– Бля, Морзе, я, может, и отморозок местами, но совсем не дурак. Дважды два сложить нетрудно.

– Умножить.

– Чё?

– Ты сказал дважды два, а это значит – умножить, не сложить.

– Ой, иди нахуй, а?!

– Ха-ха-ха, ладно, спасибо тебе, – я поднялся и протянул Грогу руку. – Иногда, оказывается, полезно вот так рассуждать вслух.

– Обращайся, – подхватил он меня за ладонь, и я помог ему занять вертикальное положение.

– И это… Разговор строго между нами, хорошо?

– Мог бы и не озвучивать, без тебя понимаю.

– Лады, – кивнул я и открыл дверь тамбура.

* * *

Пара часов пути и поезд замер на станции возле Смоленской крепости. Здесь она тоже располагалась вне стен, но до кучи ещё и на противоположном берегу реки. Нас встречали, и едва состав окончательно замер, к вагонам тут же бросились люди. Рядом припаркованные грузовики с уже открытыми тентами, все хотят поскорее загрузиться и свалить по своим делам. Однако перегонщики не спешат, тщательно проверяют документы, записывают принятую оплату, в общем, всем своим видом изображают значимость.

– Здорова, мужики, – оторвал нас от созерцания суеты голос за спиной.

Ну, конечно, мы его слышали, к тому же Грог даже пса осадил, который хотел, было, рвануть к выходу, дабы объяснить чужаку, мол, не следует нарушать границы территории. Поэтому мы спокойно наблюдали за происходящим на стации в ожидании гостя или, как оказалось, гостей. Пожаловала наша смена.

Молодой парнишка с розовыми от мороза щеками, одет хорошо, хотя видно, что в казённое. Не знаю как объяснить, но даже учитывая наше исключительное положение, как агентов Девятого отдела, вещи всё равно всегда немного не в размер. Вот так и у него – куртка слегка великовата, а штаны, похоже, вообще из другого комплекта. Автомат стандартный, укорот под пятёрку, пистолет на поясе, под курткой лёгкий бронежилет. На ногах ботинки, точно такие же, как и у нас с пацанами.

А вот рядом, неожиданно, девушка. Нет, я не против присутствия женщин в силовых структурах, просто сильно от этого отвык. Да и не припоминаю, что бы среди нас на курсе попадалась хоть одна. В общем, её присутствие меня несколько смутило, в отличие от Грога, который тут же приосанился.

– Мадмуазель, – тут же подскочил с места он. – Прошу, присаживайтесь, сейчас мы очень тщательно будем передавать вам дела.

– Спасибо, Грог, – с ухмылкой заняла она предложенное место – А вы, я так полагаю, Морзе?

– Нет, я ФЕТ, – смущённо помотал головой здоровяк.

– Хм-м, я представляла вас несколько иначе, – задумчиво посмотрела на меня та. – Слухи о вас ходят такие, что…

– А вы больше людей слушайте, она вам и не такое расскажут, – сухо ответил я. – Документы ваши можно посмотреть?

– Да, конечно, – кивнула та и протянула мне похожие на мои корочки, разве что ФИО и карточка различались, но так и должно быть.

– Принимайте, Мария Сергеевна, – указал я рукой на гроб, что стоял на противоположной полке и поднялся с места. – Всё, Грог, валим.

– Эх, а так всё хорошо начиналось, – вздохнул тот. – Рад знакомству, Машенька, будете в наших краях, наберите мне, я покажу вам…

– Да хорош ты уже клоунить, – выдернул я приятеля на воротник. – Поехали, может, успеем ещё сегодня в Киров обернуться.

– Удачи, мальчики, – наигранно нежным голоском проводила нас Мария Сергеевна.

– Спасибо, – в один голос ответили мы.

На перрон выбрались все вместе, ФЕТ хоть и смутился от присутствия девушки в компании, но всё же не забыл попрощаться.

– Эх, везёт тебе, кабаняра, – растянул губы в улыбке Грог и хлопнул по спине товарища. – Давай там, от меня пару палок ей подкинь.

– Ой, да ну тебя, – снова смутился здоровяк. – У тебя только одно на уме.

– Это да, – согласился тот. – Вот что нам её сразу в Кирове не подсадили, эх я бы ей сейчас. Горячая соска, заметил?

– Ага, а ещё заметил, что у неё звание палача в документах стоит, – подбодрил я товарища. – Представляю, с каким удовольствием она с тобой пошалила бы.

– Иди ты?! – не поверил Грог.

– Можешь сходить уточнить, – пожал я плечами.

– Да, брат, не даст она тебе, походу, – вздохнул тот, снова прихлопнул по спине ФЕТа и расхохотался.

– Ладно, без тебя как-нибудь разберусь, – улыбнулся в ответ тот и протянул лапищу. – Был очень рад с вами работать. Даст бог ещё свидимся.

– Бывай, кабаняра, – ответил на пожатие Грог и даже приобнял товарища.

Я попрощался более сухо – обошёлся одним рукопожатием. Хотя не упустил возможности и оставил напутствие, мол, давай там, покажи ей, на что способны парни из Девятого отдела.

Судя по документам, Мария с напарником работали на Седьмой. Тот, что занимался вербовкой и обработкой информации, а значит, его сотрудники должны умело управляться с данными и теми, кто ими владеет. Ладно, надеюсь, они знают, что делают. По крайне мере мы свою задачу выполнили: пленного сдали и теперь это больше не наша проблема.

– Ну что, пойдём транспорт выбивать? – произнёс я и сунул в рот сигарету. – Надеюсь, местный комендант более сговорчив, чем в Калуге.

– Разберёмся, – ухмыльнулся Грог и сплюнул в сторону. – Фтсиу, Хан, ко мне.

Глава 20. Новости

Машину нам не дали, по крайней мере, в тот же день. Орать и сыпать угрозами оказалось бесполезно, ввиду того, что весь транспорт был попросту на выезде. Часть ушла на добычу, часть на промысел. Ну и львиная доля техники в данный момент участвовала в разгрузке поезда, который к вечеру должен отправиться дальше.

Город в безопасной зоне сильно отличался от тех, что мы посещали до этого. Во-первых, здесь все жители ходили по улицам без оружия, что моментально бросилось в глаза. Во-вторых, несмотря на все наши полномочия, нам так же пришлось оставить автоматы при входе в крепость. Благо короткоствол позволили оставить, хотя я всё равно чувствовал себя голым. Настолько уже стало привычным наличие автомата на груди, что я периодически ощупывал пустующее место и каждый раз при этом чертыхался. Руки сами собой, привычно перекрещивались, в попытке придержать ствол при ходьбе.

Люди здесь тоже вели себя несколько иначе, более добродушные, что ли, улыбчивые. На вопросы, вместо привычного «пошёл на хер», отвечали достаточно вежливо и даже дорогу указывали ту, о которой мы интересовались. Поначалу это казалось настолько дико, что даже возникало непреодолимое желание сунуть кому-нибудь в зубы. Никак не удавалось отделаться от ощущения, что они над нами просто издеваются.

Больше всего расстроился Грог, когда выяснилось: здесь нет ни одного борделя. Однако проблема решилась довольно быстро, стоило нам зайти в ближайшее питейное заведение на ужин и задать пару правильных вопросов. Местные объяснили, каким образом здесь можно получить плотское удовольствие. Практически в каждом кабаке, да и в большинстве гостиниц, всегда дежурили девушки лёгкого поведения. В общем, как всегда, борьба за моральный облик оказалась совершенно бессмысленной. Эту профессию искоренить попросту невозможно.

Я в очередной раз отказался от услуг жриц любви, ввиду того, что был в достаточной степени сыт. К тому же в голове отчего-то держал, что данный поступок будет неправильным по отношению к Светке. Да, может, любви я к ней не испытываю, однако это не повод изменять ей направо и налево. В первую очередь по причине полного сексуального удовлетворения. Границ у нас в постели не было вообще, а одно только это очень дорогого стоит.

Разбудили нас в половине седьмого утра. В номер постучал дружинник, который оповестил, что ровно через час в сторону Кирова отправится торговый караван, в состав которого уже вписали нас с Грогом. Это не могло не радовать, так как сильно облегчало обратный путь, да и заморачиваться с машиной не придётся. Не люблю я все эти бумажки, к тому же слабо в них разбираюсь. А ведь в противном случае пришлось бы заполнить их целую кучу только на получение транспорта, а затем ещё и по прибытии отчитываться. Путёвки, бензины, не дай бог ещё царапины какие или поломка… Мир вокруг изменился, а бюрократия так никуда и не исчезла, как, впрочем, и проституция. Видимо, им суждено всегда следовать с человечеством рука об руку.

Мы забрались в автобус, где помимо нас присутствовали ещё десять человек. Охранник каравана нудным голосом зачитал правила, обозначил две остановки по пути под соусом, мол, других не будет, хоть в штаны ссыте. На том лекция о правилах следования в общей колонне была исчерпана, и вскоре мы уже тряслись на ухабах и выбоинах. Несмотря на то, что трафик движения по дорогам сильно упал, асфальт от этого лучше не держался. Множество циклов замораживания делали своё, а вот ремонтировать покрытие уже, увы, было некому.

Худо-бедно добрались до Кирова ближе к обеду и вот здесь нас ожидал сюрприз, притом не из приятных. Ещё на подъезде нас смутило немалое количество людей, что толпились у входа в крепость. А когда мы вышли из автобуса и стали задавать вопросы, ответ ввёл нас в некий ступор. Калужской крепости больше нет. Ночью на неё напали и на сей раз ни стены, ни дружина не смогли остановить уродов.

Бой закончился за два часа до рассвета, и спастись удалось далеко не всем. Точная цифра пока неизвестна, но судя по предварительным подсчётам, у стен Кирова ошивалась едва ли одна шестая часть жителей. Первые машины с беженцами появились буквально часа два назад, а пешие растянулись на много километров и всё продолжали прибывать. Местные власти тут же отреагировали, мобилизовали всех охотников и промысловиков, которых возглавила дружина, ну и отправили в Калугу, прочесать окрестности. На данный момент новости приходили плачевные. Крепость придётся восстанавливать не один месяц, и всё это дело щедро усеяно трупами. Тех, кто не успел покинуть крепость, скорее всего, угнали в плен и их дальнейшая судьба неизвестна. Внутри противник не обнаружен, и часть людей только отправились прочёсывать округу.

Не нужно быть сильно умным, чтобы понять: следующий удар достанется Кирову. А так как этот город находился в уже относительно безопасной зоне, то и к серьёзной обороне готов не был. Сейчас в администрации проходило экстренное совещание, большие головы пытались отыскать выход из сложившейся ситуации. А тем временем людям было абсолютно наплевать на то, что там решают на верхах, они вполне предсказуемо хватали самое ценное и валили из города. При этом ни у кого даже в голове не возникло, что тем самым они помогают врагу. Чем меньше защитников останется на стенах, тем проще будет одержать победу над укреплениями.

Естественно, что это понимали и в администрации, а потому всячески старались препятствовать потоку людей, но в итоге их самих едва не порвали, и они махнули на всё рукой. В результате сейчас на воротах творился настоящий хаос, было совершенно непонятно— кто стремится попасть внутрь, а кто выбраться наружу.

– Нихуя без нас не могут, – усмехнулся Грог, когда мы более или менее разобрались в ситуации. – Всего на ночь без присмотра оставили, а тут уже непойми что происходит.

– Всё как раз понятно и нихера не смешно. Похоже, началось то, что мы так усердно пытались остановить.

– Куда?! – строго остановил меня дружинник на воротах.

– Коту под муда, руки убери, пока я тебе их не сломал! – резко отреагировал я. – Почему людей выпускаете?!

– Во избежание восстания, – угрюмо буркнул тот. – Здесь едва между собой стрельба не началась, когда мы ворота заблокировали. Возле администрации толпа собралась, уже в воздух палить начали.

– Ясно, – поморщился я. – Всё гораздо хуже, чем мы думали. Ладно, свои, пропусти.

Я мазнул корочками перед глазами привратника и тот посторонился, пропуская нас с Грогом внутрь. Ни о каком отстойнике даже речи уже не шло, такую толпу через него можно до самой ночи гонять. Странные всё же они, в смысле люди. Ведь видят, что из Кирова бегут, а всё равно, многие всё ещё пытаются внутрь попасть. Да, многое можно объяснить шоковым состоянием, усталостью, но с другой стороны, уже немало времени прошло, пора бы и мозг включать.

– В комендатуру? – уточнил Грог, который словно ледокол пёр через плотную толпу.

– Да, нужно Старого отыскать.

– А чего его искать, вон он, видать, уже доложили.

Грог в очередной раз бесцеремонно оттолкнул какого-то зазевавшегося человека и, не обращая внимания на его проклятия в спину, слегка сменил курс в сторону начальства. Старый, к слову, нас тоже заметил, но навстречу идти не спешил. Но оно и понятно, власти-то у него может и много, а вот силы уже не те. Толпе плевать на полномочия, здесь как раз требуется действовать так, как это сейчас делает напарник.

– Почему вчера не вернулись? – первым делом вместо приветствия высказал дед.

– На чём? – удивлённо уставился на него Грог.

– Не понял, боец?!

– Виноваты, тащ генерал, – вместо него ответил я. – Все машины в городе были заняты, а подобрать брошенную не представлялось возможным.

– Ладно, хрен с ним, чего уж теперь, – рассеянно отмахнулся тот, а затем посмотрел на меня. – Задачи изменились…

– Продолжение будет? – спросил я, потому как Старый внезапно замолчал.

– А? Да, секунду, – снова махнул на меня рукой он, и я наконец понял, что он с кем-то параллельно общается по рации. – Принял, сейчас подойдём. Готовь транспорт – из Кирова уходим. Так, двинули в отдел безопасности.

– А чего там? И что с задачами, которые изменились?

– Блядь, Морзе, ты можешь потерпеть немного?!

– Да не вопрос, чё орать-то сразу…

Чем дальше мы уходили в центр, тем меньше становилось людей. Хотя периодически встречались беженцы с рюкзаками, которые спешили покинуть крепость. Некоторые уходили одни, иные тянули за собой семьи, жён и детей, но общее настроение было очевидным: большинство стремилось как можно скорее свалить из опасного места. А судя по тому, что только что произнёс в гарнитуру Старый, крепость вообще решили бросить.

Внезапно со спины раздались одиночные хлопки, которым вторили истеричные женские крики. Мы невольно вжали головы в плечи и поспешили свернуть за угол, дабы избежать попадания шальной пули. Время неумолимо уходило, потому в толпе уже вовсю разгоралось паническое настроение. Эти выстрелы лишь первый звоночек, ещё пара часов и здесь начнут твориться полный бардак и неразбериха. Если эти пару часов вообще есть, что-то очень уж сильный накал у народа.

– Совсем уже ебанулись, – озвучил общие мысли Грог. – Это они так всю работу за выродков сделают.

– Это их выбор, – сухо ответил Старый и потянул на себя дверь отдела безопасности, до которой мы уже добрались. – Нам на второй.

Дед мазнул корочками перед носом дежурного, тот молча кивнул, и мы проследовали к лестнице. Здесь он без стука вошёл в кабинет и тут же уселся напротив свидетеля, коим оказался Утилизатор.

– О, знакомые всё лица, – ухмыльнулся Грог и протянул тому руку. – Отошёл, смотрю?

– Немного, – поморщился тот. – Вячеслав Александрович помог, лекарства достал.

– Не благодари, – одними губами улыбнулся тот и обернулся к женщине, что занимала место следователя: – Закончили?

– Ну, я сделала всё что смогла, – она передала Старому лист формата А4, на котором находился карандашный рисунок.

Толком его рассмотреть я не успел, но терпеливо ожидал, потому как знал, что буду иметь возможность как следует изучить содержимое. А иначе нет никакого смысла тащить нас с собой. Так и случилось. Старый некоторое время с задумчивым видом всматривался в рисунок, после чего поднял взгляд на Утилизатора.

– Это точный портрет?

– Похожа, – пожал он плечами. – Сильно похожа.

– Стоп, что, значит, похожа? – перевёл я взгляд на психа. – Ты вроде как про мужика говорил? Сказал: «Я его видел», точно помню.

– Я не помню, как и что я говорил, – виновато потупил взгляд тот. – Ты же видел моё состояние.

– Можно? – протянул я руку, глядя на Старого.

– Да, пожалуйста, – протянул мне рисунок тот, на который я бросил лишь мимолётный взгляд, после чего с полным недоверием уставился окружающих людей в кабинете.

– Это, блядь, что, шутка такая?! Вы чё, блядь, сговорились или как?! Что это за хуйня?! Старый, мать твою, ты издеваешься надо мной?!

– Увы, – развёл руками тот. – Подозрения были, а вот подтверждения – нет, зато сейчас всё точно встало на свои места.

– Вот у меня нихуя не стоит сейчас, – продолжил разговаривать на повышенных тонах я. – Зато складывается очень острое ощущение, что меня где-то наебали! Ты же убил её?!

– Это ты так решил, а я не стал тебя переубеждать, – усмехнулся тот. – Шило просто собаку пристрелил, она его за ноги кусать начала. А бабу Валю, как она вам представилась, мы тогда не нашли.

– Да как…?! Как, блядь, такое вообще возможно?! Подожди, ты же мне какую-то хуйню про неё вкручивал. Рак там какой-то…

– А что я должен был, по-твоему, сказать?! Это секретная информация, а к нам в контору тебя ещё не приняли! – Старый так же перешёл на повышенные тона. – Перестань вести себя как пацан!

– Нет, я не верю, – я швырнул на стол портрет бабы Вали, той самой, которая помогла нам переночевать в деревне и утверждала, что её не трогают злые. – Так не бывает, это просто невозможно!

– Ну, значит, твой друг всё придумал, а портрет мистическим образом совпал с твоей давней знакомой.

– Ты чё несёшь, а?!

– А ну сядь, блядь, успокойся! Что за истерика, Морзе?!

Я послушно опустил задницу на стул и устремил взгляд в никуда, потому как логика попросту дала сбой в этом месте. Грог с Ханом так и остались в дверях. Напарник поочерёдно переводил взгляд по лицам присутствующих, потому как в отличие от меня вообще ничего не понимал. Я, собственно, тоже, но часть информации у меня всё же имелась, а он, как говорится, ни сном ни духом.

– Почему она оставила нас живыми, почему выпустила из деревни? Ведь мы всю ночь находились в её власти, она могла призвать уродов, чтобы те выпотрошили нас.

– Понятия не имею, – пожал плечами старик. – Может, поблизости не было никого, может, у неё на вас были другие планы – я не знаю.

– Кто она? Как так получилось, что старуха стала вожаком у выродков?

– Ты думаешь, я знаю всё на свете?

– Ну теории хоть какие-то есть? Лично у меня в мозгах совершенно пусто.

– Кое-что у меня есть, но вряд ли это сейчас поможет, – задумчиво произнёс Старый. – Её полное имя: Шиганова Валентина Ивановна. В своё время она участвовала в военных научных разработках на основе генетики. Все её работы строго засекречены, даже эту информацию нам удалось достать с огромным трудом. Нам невероятно повезло, что её узнал один из наших сотрудников, который в те времена работал как раз с подобными делами.

– Узнал? Что? О чём ты, у вас её портрет появился только что.

– Твоя история… О том, что её якобы не видят злые, не осталась незамеченной. Ты пойми, у меня не было в тот момент полномочий, рассказывать тебе всё, а затем… Ну, ты вроде больше не спрашивал, кто же знал, что данная персона всплывёт вот так? Короче, мы обыскали весь дом, как только вы уехали, удалось нарыть несколько отпечатков. Стандартная база данных ничего не дала, а вот когда пробили по другой, смогли кое-что отыскать, в том числе и фотографию. Основная информация оказалась засекречена, так, небольшие тезисы, имя, фамилия, рост, вес и всё такое. Очень много данных утеряно, так что мы владеем лишь обрывками.

– Пф-ф-ф, – я с силой провёл ладонями по лицу. – Всё чудесатее и чудесатее.

– Ладно, полемику оставим на потом, – прихлопнул ладонью по столу Старый. – Уходить нужно. Морзе, бери своих и дуйте к поезду, Грог, ты с ним.

– А с этим что делать? – кивнул я на Утилизатора.

– Это уже не твои заботы. Да не включай ты правильность свою, я отправлю его в безопасное место. С поезда сойдёте в Туле, там до Елатьмы рукой подать, для тебя там местность знакомая, схоронись где-нибудь на пару месяцев. Вот маяк, включай раз в неделю ровно в полдень, скажем… ой да похер, пусть будет по субботам.

– А как же Красноярск?

– Морзе, не зли меня, делай, как говорю, сейчас помимо тебя проблем целая куча нарисовалось.

– Так, значит, я был прав: Макс не имеет никакого отношения к этому бардаку.

– Да, Морзе, хорошо, ты был прав! Вот только тот, точнее та, за кем мы охотимся, теперь тоже об этом знает.

– И смысл тогда прятаться? Нужно что-то делать, не знаю, портрет её во всех барах развесить, награду за голову объявить.

– Ты совсем идиот? Фильмов, что ли, голливудских насмотрелся? Не вздумай где-нибудь об этом ляпнуть, понял, или я за твою голову награду назначу! Пока им неизвестно, что мы установили её личность, у нас есть хоть какой-то шанс.

– И поэтому ты предлагаешь мне забиться в нору?

– Да, да и ещё раз да! Как ты меня заебал со своей правдой, бля, кто бы знал! Когда ты наконец поймёшь, что войны так не выигрываются! Валите отсюда оба, и чтоб о вас ничего не было слышно, поняли меня?

– А я-то чё, вообще молчу сижу, – возмутился Грог.

– Вот и молчи и друга своего научи этому очень ценному, навыку. Всё, Морзе, пошёл вон, у меня нет больше времени с тобой тут сопли развозить.

Я поднялся со стула и первым вышел из кабинета, впрочем, Грог тоже не стал задерживаться. Мы едва успели спуститься на площадку между этажами, как из коридора до нас донёсся выстрел, затем женский крик, за которым последовал второй хлопо́к. Я было сорвался обратно, но Грог перехватил меня, не давая прохода.

– Стой! – прокричал он мне в самое ухо.

– Да ты что, не понимаешь, он убил их!

– Да насрать!

– Что значит насрать?! Там… Он… Он же помог нам!

– Так нужно, шеф! Ты же не дурак, сам всё понимаешь. У них слишком опасная информация.

– Ты знал, что так будет? – удивлённо уставился я на товарища.

– Догадывался, – поморщился тот. – Всё, шеф, успокойся, валить нужно, пока ещё не поздно.

И в этот момент, словно в подтверждение, на улице протрещала автоматная очередь, за которой последовал рёв разъярённой толпы.

– Пиздец, дождались, походу, шевели копытами, – подтолкнул меня напарник и на сей раз он был прав со всех сторон, время пошло на секунды. – Хан, фтсиу, за мной!

Content

Макс Вальтер
Жажда II

Глава 1. Ну и ночка

Глава 2. Смотрим внимательно

Глава 3. Подготовка

Глава 4. Бой

Глава 5. Живущие

Глава 6. Новое место

Глава 7. Высадка

Глава 8. Проводник

Глава 9. Охота

Глава 10. Псих

Глава 11. Наблюдение

Глава 12. Диверсия

Глава 13. Поимка

Глава 14. Куда теперь?

Глава 15. Косячный день

Глава 16. Метания

Глава 17. Цепь событий

Глава 18. Отдых

Глава 19. Поезд

Глава 20. Новости