Мой очаровательный мистер Лёд

Мой очаровательный мистер Лёд ,

Аннотация

Я оступилась, ненамеренно предала самых близких людей и теперь расплачиваюсь за содеянное. И за мной пришел он – каратель, похититель и самое греховное наказание, чей равнодушный взор ярких голубых глаз способен поставить на колени. Он опасен, от него веет властью, силой, ледяным спокойствием и карой за любой несанкционированный шаг в сторону. Но почему-то со зверем в человечьей шкуре я чувствую себя в… безопасности.

Глава 1

Задумчиво смотря на восход солнца из распахнутого окна усадьбы Шепчущих лесов, [1] Леонардо анализировал, раскладывал по полочкам непростую сложившуюся ситуацию, рассматривая ее под разными углами.

Судьба в который раз играла с ним в занятные игры. Однако на этот раз игра касалась не только непосредственно его, но и одной маленькой гордой человеческой девчонки. Прикрыл глаза, представляя перед собой худенькую, хрупкую для него, светло-русую девочку с самоуверенно вздернутым носиком, непокорным взглядом ореховых глаз и упрямо поджатыми сочными губами, которые так хотелось целовать. Яростно, сокрушительно…

Его губы тронула едва заметная улыбка.

Удивительно. Она абсолютно не боялась его. Фрост понимал: инстинкты, пробуждающиеся на бессознательном уровне, когда человек чувствует кожей, видит, осязает перед собой более сильного противника. Это нормально, понятно. Поражало иное. Отсутствие того инстинктивного страха перед ним. Словно у нее был приглушен инстинкт самосохранения. Перед Леонардо прогибались оборотни мужчины. Старейшины. Некоторые из Стражей. И это не было бахвальством. Сухая констатация факта. А она ― нет. Она лишь опасалась.

Его зверь был восхищен, она его забавляла. Провоцировала древний охотничий интерес, желание подмять под себя, заклеймить, покорить… Чтобы раз и навсегда убрать из глаз этот противящийся ему, им, блеск.

«Да… Да! Она наша. Забрать… Спрятать!» — зарычало в сознании, отвлекая, мешая думать.

Послышался отчетливый треск. Под натиском его рук слишком хлипкая для оборотня древесина обвалилась. Обманчиво спокойно смахнул с ладоней крошку, привычно загоняя внутрь рвущегося с цепей распаленного зверя, тряхнул головой. Распущенные белоснежные, как снег Ранийска, волосы разметались по плечам, падая на лицо.

Леонардо, не задумываясь, вытащил из кармана брюк черную тонкую резинку, убрал мешающие волосы в хвост.

Было в мисс Калистовой кое-что еще. Что не давало ему покоя. Не оставляющее ему другого выбора, кроме как постоянно думать о ней, вспоминать, наблюдать, следить за каждым шагом и вздохом.

Ее запах. Она пахла невинностью, чистотой, тем самым острым упрямством, граничащим с глупостью, наивностью, желанием доказать всем и каждому, а в особенности ему, Леонардо, что действительно чего-то стоит, что она не пустышка, и боязнью остаться одной.

Она пробуждала в нем желание – защитить.

Как самец защищает свою самку. Свою предначертанную.

Еще тогда, столкнувшись с ней на нулевом уровне клуба, Фросту стоило только увидеть этот панический ужас в широко раскрытых глазах, мольбу о помощи и защите, обращенную к нему, а еще искреннее восхищение и интерес...

Ему, тому, кто абсолютно в любой ситуации сохранял холодный трезвый рассудок, едва не сорвало башню. Не говоря уже об угрозе спонтанного оборота. Леонардо считал, что каким бы ни было ультимативным требование его доступа к ней, он поступил верно. Она нехотя, но согласилась на его право. Хоть было видно, что совершенно не понимала, что означали его слова.

А его вело рядом с ней. Зверь сходил с ума, срывая годами наработанный железный контроль, вынуждая скрипеть зубами и искать выход, как присвоить ее нам. Он, разумеется, нашел. Грязный, нечестный, но действенный.

Он сделал то, что был должен. Дал защиту. И сделал бы это несмотря ни на что, даже если бы она не просила. Он не мог по-другому. Но она своей робкой, отчаянной просьбой, сама того не ведая, дала хищнику карт-бланш. Он вывел ее из клуба, после вернулся и разобрался с обидчиками. Итог был закономерен.

Ему стало смешно при воспоминании о ее вытянувшемся от возмущения лице, когда после она осознала, какой именно стала ее плата за шанс выбраться на свободу.

Он помнил все метаморфозы ее эмоций. Непонимание, о чем он говорит. Осознание. Не совсем верное, разумеется. Негодование, непринятие, желание броситься и расцарапать ему лицо, искры неприязни. Почти ненависти. Но в то же время, она сама не поняла, как потянулась к нему.

Леонардо много раз наблюдал, как она, следуя по улицам, невольно, сама того не осознавая, ищет его взглядом, опасливо-предвосхищенным. А когда он позволял ей его заметить, облегченно раздражительно выдыхала. Стук ее сердца учащался, дыхание становилось прерывистым, мгновенно проявляя, выдавая ему истинные глубинные чувства.

Смущало в этой всей истории только одно. У Леонардо была предначертанная. И она погибла шесть лет назад, едва не утащив его следом за собой. Он сам не знал, по какой причине все еще топчет землю обманчиво мягкими лапами. Однако у Лео были догадки на этот счет. И если все так, как он подозревает, то…

В дверь постучали.

Фрост обернулся, втягивая носом воздух, принюхиваясь.

«Медвежатина. Самец. Свой», — фыркнул подобравшийся близко к коже зверь. Дернул ухом, возвращаясь на место.

Леонардо усмехнулся.

— Входи.

Дверь распахнулась, и в комнату шагнул его племянник, мгновенно заслоняя собой проем двери. Бер цепким взором пробежался по комнате, задержал взгляд на черной небольшой спортивной сумке на кресле и остановил на мужчине, вглядываясь в ничего не выражающее лицо.

— Пришел попрощаться? — равнодушно уточнил Леонардо, закрывая окно.

— Можно и так сказать. А ты, дай угадаю, привычно решил не прощаться? Собираешься забрать девчонку и свалить в закат? — нагло ухмыльнулся Бернар, плюхаясь в кресло, перед этим аккуратно поставив сумку на пол.

Леонардо скользнул взглядом по ней и вернулся к племяннику.

— Данная тема закрыта вчерашним числом.

— Ты толком ничего не сказал! — наигранно возмущенно выдохнул Бер. — Зачем она тебе, дядя? Мы уже выяснили, что Алину подставили. Она лишь косвенно виновата. Да, неприятно. Но мы уже разобрались. Она оправдана. [3] Может, стоит оставить девочку в покое?

Наткнувшись на потяжелевший взгляд Лео, подмечая начинающий вытягиваться в узкую линию зрачок, Бер неуютно заерзал в кресле и кашлянул в кулак.

— Лео, смею напомнить: девчонка ― близкая подруга Лары. Как бы там ни было, какие бы ты там планы ни строил, но она ей как сестра. Слышишь? Ты же не хочешь расстраивать беременную твоим, между прочим, внучатым племянником девушку?

Его зверь недовольно завозился под кожей, ощетинился.

«Подавить. Заставить склонить голову».

Но на лице Леонардо не дрогнул ни один мускул, лишь чуть приподнялся уголок губ в нехорошей улыбке.

«Помолчи».

— Как мило. Ты решил меня шантажировать состоянием Иларии?

Леонардо одарил его умилительным взглядом, из-за чего Бер незаметно для глаза человека, но не оборотня, смутился и отрицательно качнул головой.

— Никто тебя не шантажирует.

— Я вижу.

— Мы с Айсаром просто не можем понять, что с тобой происходит. Беспокоимся, если хочешь знать.

— Не стоит.

Фрост посмотрел на часы. Пора.

— Ты куда? — изумленно взревел Бернар, когда мужчина прошел мимо него. — Мы еще не договорили! Дядя!

— Договорили, сумку захвати.

За его спиной раздалось возмущенное сопение. Бер нагнал его быстро и пристроился рядом.

— Ты же не собираешься ее наказывать?

— Нет, не собираюсь.

Лео кинул быстрый взгляд на хмурого, задумчиво-растерянно потирающего щетинистый подбородок племянника, и улыбнулся уголками губ.

Ему оказалось приятным искреннее беспокойство за оступившуюся девушку, фактически предавшую их предначертанных. Они готовы были ее защищать, и от этого у одинокого оборотня внутри становилось тепло. Как не было уже очень давно.

— Так, я перестал что-либо понимать. Мы знаем, что она не твоя предначертанная. Это невозможно. И тем непонятней, по какой причине твое поведение схоже с тем, как бывает при нахождении пары. Не понятен интерес. И не смотри на меня так, чувствую себя глупым медвежонком, впервые вставшим на лапы после оборота.

Фрост ничего не ответил, в это время он и его зверь настроились на Алину, проверяя ее местоположение. Со времени его пробуждения ничего не изменилось. Девушка была там, где ее и оставили, мирно сопела рядом с предначертанными племянников. И они были не одни.

Возле номера, где в эту ночь спали девочки, находились двое оборотней из команды второго основного подразделения под управлением Дина Картена – главы службы безопасности семьи Фрост-Бьорн, при их приближении они напряглись и плавно отошли в стороны, пропуская высокое начальство. А стоило Леонардо и племяннику появиться на пороге, как дремавший в кресле Айсар насторожился, устремляя на них слегка сонный, но тем не менее, острый, цепкий взгляд, и мгновенно расслабился.

— Дядя? Бер? Что вы здесь так рано делаете? Пять часов утра! Вы вообще спать ложились?

— Я-то прилег ненадолго. А вот дядя, не знаю, но сейчас он приперся за своей собственностью, — ехидно прокомментировал Бернар.

Айсар ошарашенно уставился на Леонардо. Но тот на него не смотрел. Старший Фрост, бесцеремонно стащив с Айсара плед, осторожно, но уверенно откинул одеяло со спящей Алины, укутал ту в плед и поднял на руки, свободной конечностью возвращая одеяло на место.

Девушка в его руках завозилась, утыкаясь носиком в шею оборотня, глубоко вдохнула, пробормотав неразборчивое, но Фрост услышал. Его наглая девочка назвала его Чертовым Льдом.

Дерзкая. Не только наяву, но и во сне.

На губах Лео расползлась ласковая улыбка. Его девочка. Несомненно, станет его. Даже если она окажется ему не предначертанной. Плевать. Она стала его с того времени, как столкнулась с ним в том гребаном клубе. Однако кто-то ответит за свой острый язычок. Об этом он позаботится, как и о ее безопасности. Стоило представить, какими возмущенными искрами она наградит его при пробуждении, и Фрост довольно улыбнулся, погладив по нежной теплой щеке кончиками пальцев.

Напоследок бросив на застывших с отвисшими челюстями племянников беглый спокойный взгляд, Фрост направился на выход. Парни, как завороженные, двинулись за ним.

— Глаз с двери не спускать. Брайд – внутренняя защита. Дил ― внешняя, — холодно приказал за спиной Айсар.

— Есть, сэр.

— Парней заберешь с собой? — поинтересовался Бер.

Леонардо покачал головой.

— Только своих.

— Ясно.

До парковки они шли молча. Попадающиеся по дороге люди, как и работники стойки ресепшен, встречали их ошалелыми лицами, но никто даже и рыпнуться не посмел, чтобы уточнить: а по своей ли воле едет на руках беловолосого мужчины молодая девица. Им хватало одного взгляда на бесстрастные физиономии мужчин, как всякое желание геройствовать отпадало.

Леонардо, будучи не простым оборотнем, чувствовал эмоции людей кожей, привык к ним, иногда смаковал, но сейчас все его внимание было настроено на хрупкую измотанную долгими стрессами девушку. Она, как и, разумеется, люди, не знала, что ходит по грани.

Еще какой-нибудь месяц ― и Фрост не удивился, если бы Алина покончила жизнь самоубийством. Слишком туго ей пришлось. Слишком многое испытала за недавнее время.

Он дал себе зарок: сделать все возможное, чтобы она быстрее восстановилась. Забыла случившееся с ней несчастье как страшный сон. Для этого ему придется оборвать все прошлые связи. Подобрать интересное дело.

Над многим еще требовалось подумать. И он подумает за них двоих.

Но кто сказал, что будет легко? Он знал: с кем с кем, но точно не с мисс Калистовой.

[Imagine Dragons - Natural]

* * *

Интерлюдия

Автор и Алина сидели на кухне. Алина пила уже второй по счету бокал красного вина, а автор… А что автор? Автор тоскливо вздыхала, водя пальчиком по кромке бокала, поминая не уследившего за девушкой Фроста различными нелицеприятными словами.

— Нет, вы понимаете?! Он меня… Меня, блин, увез! Утащил в свою пещеру! Закинул на плечо и гуд бай! Нет, ну, вы посмотрите, сволочь какая!

— Угу-м, — вздохнула автор.

«Где же носит тебя, мохнатая задница с яйцами?!»

«А если услышит?» — тут же красной сиреной мигнула в голове лампочка.

Автор встрепенулась и опасливо-медленно покосилась на дверь, нервно икнув.

— Да как он вообще мог?! — распалялась пока еще счастливо пребывающая в неведении Алина, делая очередной глоток.

— Вот уж действительно, как, — пробормотала автор, натянуто улыбаясь, во все глаза смотря на привалившегося к косяку мнимо расслабленного оборотня, мысленно умоляя Алину помолчать. Желательно сейчас. А то секретный чемоданчик Бера покажется им двоим манной небесной.

Леонардо, словно подслушав мысли автора, весело ей подмигнул, отчего та едва со стула не рухнула, но удержалась, автор она или где?! А безмятежным, наигранно доброжелательным видом оборотня она не обманывалась. Не-е-е.

Даже слепой увидел бы зрачки, вытянутые в узкие иглы линии, как у кошек, а в глазах так и мигало: Dangerous! Опасно! 220 v! Не подходи, убьет! А эта ласковая улыбочка доброго маньяка, играющая на бледно-розовых губах... Автор отвернулась, тихо радуясь, что Лео пришел не по ее душу.

— Помощь нужна? — одними губами заговорщицки прошептал Леонардо.

Автор сочувственно покосилась на Алину, понимая, что спросили ее как бы из вежливости, и неопределенно пожала плечами.

— В таком случае, если вы не против, я заберу свое.

Шаг ― и взвизгнувшая от неожиданности Алина на могучем плече. Два ― шлепок по оттопыренной попе заставил девушку захлебнуться криком.

— Извините за беспокойство.

Три ― и оборотень с усмиренной Алиной скрылись за дверью, автор только и успела платочком помахать и счастливо вздохнуть.

— Разберутся.

«И все-таки гад красивый. Но чудовище еще то. Зато надежное чудовище».

* * *

[1] О событиях, произошедших в Шепчущих Лесах, можно прочитать во второй книге цикла «Мой очаровательный медведь». Первые две книги цикла в бесплатном доступе.

[2] Познакомиться с племянниками Леонардо Фроста – Бернаром и Айсаром ― можно в первых двух книгах цикла. История Айсара – «Мой очаровательный снежный барс»; История Бернара – «Мой очаровательный медведь».

[3] О том, что натворила Алина, и немного о том, как она встретила мистера Льда, можно прочитать во второй части цикла «Мой очаровательный медведь».

Рекомендуется читать данную книгу после прочтения истории Бернара, но также можно читать отдельно. Все истории цикла являются однотомниками, но герои встречаются во всех книгах.

Глава 2

У машин его ждала личная охрана. Спокойные, собранные братья Флайм, прошедшие через резервный спецотряд Дина, и водитель – Лиам Войг. Охрану Фрост привлекал редко, но сейчас был особый случай. Они требовались не для него, для нее. Позже он познакомит ее с персональными няньками.

Леонардо усмехнулся.

Он был уверен: ни братьям, ни уж тем более самой Алине не понравится эта новость. Но Фроста их будущее недовольство не трогало.

При их приближении Флаймы синхронно вышли из машины, опирающийся поясницей на тачку Лиам выпрямился, отводя руки за спину. А Алина, словно почувствовав, что только что он размышлял о ней, протяжно выдохнула, заворочалась. Черные ресницы дрогнули, намекая на скорое пробуждение.

Рано.

Слишком активный сегодня зверь поднял голову, почуяв одновременно посторонних и знакомых самцов, угрожающе оскаливая пасть, шерсть на холке встопорщилась. Все верно. Если… Когда они закрепят связь, зверь перестанет кидаться на близких, научится разделять своих и чужих, сейчас он был плохо управляемым. Но самого Лео непокорный зверь нисколько не смутил.

В сознание ударили мыслеобразы уже пригнувшегося в прыжке зверя.

Не вовремя.

«Не дай им смотреть на нее… Наша! Только наша! Дай мне! Дай, я накажу!», — бесновался ирбис, бросаясь на «клетку», пытаясь выбраться наружу. Если не в полном обороте, то хотя бы в частичном.

Леонардо сжал зубы с чуть выступившими клыками.

Выдох.

Дыхание замедлилось. Лео крепче, но контролируя силу, прижал к себе девушку, обращаясь вглубь себя, хладнокровно смотря на мечущегося по слегка накренившейся титановой «клетке» зверя.

Полнейшая концентрация.

«Ты меня разочаровываешь».

«А ты медлишь! Мы хотим ее сейчас. Отдай!»

«Рано».

«Нет!»

«Да. И ты это знаешь. Нам неизвестно, кто она нам, ты ведешь себя безрассудно».

«Я знаю, что она наша. И ты это знаешь».

Его обдало яростной волной, зверь остановился, смотря на него с укором в льдисто-голубых глазах.

Фрост прислушался: они в паре метров от его подчиненных. Не время.

«Потом поговорим. А сейчас спи».

Легкий, почти неслышный вдох, и зверь рухнул, кладя мощную голову на лапы. В реальном времени не прошло и доли секунды, но для самого Леонардо ― достаточно.

Открыв глаза, он наткнулся на настороженные взгляды племянников. Они почувствовали его напряжение и беснующегося зверя. Это не было плохо, это было никак. Но Леонардо не желал, чтобы кому-то стало известно о его личных особенностях. Даже если это родные оборотни. Когда-нибудь он пояснит, когда это будет необходимо, если это будет необходимо, но не сейчас. Хватает и тех, кому и без того известно о нем слишком многое.

— Что?

Айсар и Бернар переглянулись и недоверчиво хмыкнули.

— Мы кое-что почувствовали, дядя, — насмешливо протянул Айсар. — Кое-что о-о-очень интересное.

Леонардо внутренне напрягся, но внешне он был невозмутим.

— Не могу поверить! — изменился в лице Бер, с неприкрытым восхищением посмотрев на Алину, а затем на самого Лео. — Что, все-таки предначертанная?

— Да ну нет, — отмахнулся Айсар, но задумчиво покосился на Алину. — Или все-же да?

Леонардо раздраженно поморщился. И в этот момент Алина дернулась в его руках, грозя окончательно проснуться, маленький носик сморщился, глаза начали приоткрываться.

Нельзя.

Спи.

Леонардо неуловимо быстрым движением дотронулся до ее шеи, нажимая на несколько точек, расслабляя тело, и девушка в его руках обмякла. Лицо стало спокойным, дыхание ― ровным.

Лео вздохнул, замечая стороннее движение, повернув голову, в упор посмотрел на сделавшего пару шагов к ним Лиама, и братья тоже дернулись, но застыли под его холодным взглядом. Он почуял их эмоции. Подчиненные желали забрать у него девчонку. Нет, он сам. Сдерживая инстинкт: откусить слишком длинные руки, лишь отрицательно мотнул головой Лиаму, еще один знак, и тот понятливо вернулся в машину.

— Ты что, ее вырубил? — возмущенно-ошарашенно воскликнул за спиной Айсар. — Нет, ты видел?

Старший Фрост, игнорируя слишком эмоциональных родственников, спокойно устроил девушку на сидении семиместного джипа, заботливо прикрыл одеялом.

— Видел, ну ты, дядя, даешь. Даже я так дерзко не поступал со своей предначертанной.

— Убавьте тон. Ей еще рано просыпаться, — ровно отозвался мужчина, прикрывая дверь машины. — По поводу парности, я собираюсь получить более точные подтверждения.

— Принудишь отдать то, что просил? — язвительно уточнил Бернар, насмешливо улыбаясь.

— В принуждении не будет необходимости, — улыбнулся Леонардо. — Она сама придет ко мне.

— А что говорит твой зверь?

Леонардо настороженно посмотрел на Айсара, качнул головой.

— Все указывает на то, что она моя.

— А как же тогда Ири? — напомнил Бернар, одарив Леонардо сочувственным взглядом.

Оборотень нахмурился, ожидая знакомую вспышку боли, как бывало, когда он думал о Ирайне, его погибшей паре, и, к своему удивлению, боли не ощутил.

Лишь светлая грусть.

Краешек губ дернулся в скорбной улыбке. Леонардо, подав молчаливый сигнал о подготовке к отъезду Флаймам, вернул внимание племянникам, склонил голову набок.

Бернар некомфортно поморщился, Айсар втянул голову в плечи. Будучи чуть более слабыми, им было тяжело в эту минуту не только смотреть на дядю, но и находиться с ним рядом.

Слишком агрессивная, подавляющая аура.

Слишком тяжелый равнодушный взгляд. Они знали: он мог уничтожить и за меньшее.

Да, они ощутили, что перегнули палку, и чувствовали себя паршиво.

— Извини, не нужно было напоминать об Ирайне. Нехорошо вышло.

— Все в порядке, — кивнул старший Фрост, взглянул на часы. — Ко мне есть еще вопросы?

— А что, спешишь увезти свою ненаглядную подальше? — уверенный, что буря прошла мимо, не преминул пустить шпильку Бер.

— Ага, боится конкуренции, — подколол Айсар.

Леонардо иронично оскалился, намеренно обнажая клыки.

— Ну, или не боится. Слушай, дядя, ты хоть дашь ей дозволение позвонить Ларе? Один звонок. Моя малышка будет волноваться, а для меня это очень не желательно, сам понимаешь.

Айсар мягко улыбался, однако в глазах мигнул жесткий огонек.

«Шуты», — подумал Лео, нехотя кивая.

— Дам. На этом все?

— Ага, счастливо. Пиши письма мелким почерком.

— И нас не забывай.

— Обязательно.

Племянники отошли на несколько шагов и дурашливо махали ему, Лео сел в машину и откинулся затылком на спинку кресла.

— Мальчишки, — тихо фыркнул Фрост.

Да, его племянники умели веселиться, язвить, выставлять себя идиотами, но лично он бы никому не пожелал перейти им дорогу. Они с теми же самыми ухмылками клоунов могли не только укатать в бетон, но и попросту разорвать, прикопав в ближайшем лесочке. Спрятаться от оборотня было сложно, от оборотней рода Фрост-Бьорн ― невозможно.

— Мистер Фрост, — выкручивая руль на дорогу, окликнул его Лиам. — Следуем согласно плану?

Леонардо повернул к нему голову, задумчиво прищуриваясь.

— Нет. Выезжай на трассу НР 2.

Лиам про себя удивился, не понимая, зачем вдруг руководителю понадобилось в поселение оборотней, куда вела трасса НР 2, да еще и нейтральное поселение. Но кивнул, беспрекословно перестраиваясь и отправляя информацию об изменении маршрута Флаймам.

— Мистер Фрост, девушка ознакомлена…

— Нет, — прервал он его. — Она будет спать. Мы ненадолго.

— Как прикажете, я присмотрю.

— Не сомневаюсь.

В Лиаме он точно не сомневался. Его водитель давно нашел свою пару, в своем же поселении, да и, ко всему прочему, она была, как и он, из медведей. А вот насчет парней немного напрягался. Флаймы пока еще не нашли свою пару, и безусловные инстинкты Леонардо сводили его с ума, вынуждая желать нападать, растерзать угрозу. Подавить. Но он был выше инстинктов, сильнее, и не позволял взять над собой верх.

2.1

* * *

Оставив Алину под присмотром Лиама, мужчина торопливым шагом направился к главным воротам нейтрального поселения. Здесь находились те, кто по каким-то причинам подвергался гонениям со стороны своих же родных. Не во всех родах было спокойно и не во всех признавали истинность. Это факт. Принуждение к брачным союзам, дабы укрепить власть, кое-где еще имело место быть. Внутри-семейные конфликты, просто конфликты, бывало разное.

Нейтральное же поселение было оплотом для всех. С этих земель никого не могли увести силой. И именно в этом поселении был одним из Старейшин и проживал уже многие годы друг Леонардо, бывший Страж [1].

Именно с ним ему и нужно было переговорить.

Старый друг встретил его по ту сторону. Мощного телосложения мужчина в простых джинсах и свободной болотного цвета рубахе при его появлении кивнул, улыбаясь проницательными мудрыми серыми глазами.

— Я чувствовал, что ты приедешь, — без предисловий сказал он.

Фрост на миг обернулся через плечо, посмотрел на машины и пошел за оборотнем.

Его дом был самый близкий к воротам. Простой, аккуратный, одноэтажный. Лео улыбнулся, опустился на нижнюю ступень крыльца, вспоминая, как раньше часто они так сидели с чашкой чая, разговаривали ни о чем и о многом. Просто молчали. Это было давно.

Старейшина Райан Хивольф на вид был примерно его возраста, если бы спокойная мудрость прожитых лет не говорила об истинном возрасте этого оборотня.

— Чай? — поинтересовался Райан, смотря на него сверху-вниз.

Леонардо отрицательно мотнул головой.

— Тогда я слушаю.

Спустя десять минут монолога, он замолчал, расслабленно смотря на пока еще спокойное солнце. Райан задумчиво смотрел в сторону, не спеша говорить.

— Знаешь, я знал, что так будет, — спустя недолгое время молчания, произнес Старейшина, проводя по выгоревшим на солнце коротким волосам ладонью. — Что у тебя будет еще шанс обрести свой покой. Эта девочка ― твой шанс, Леонардо. Ты и так сам все знаешь, чувствуешь. Зачем приехал ко мне?

Лео повернул к нему голову, молчаливо пожимая плечами.

— Я не чувствую больше скорби по Ири, Райан. Словно она вымылась, отпустила.

— А ты хотел и дальше мучиться. Считать себя виноватым?

— Я не считаю себя виноватым. Тот, кто виноват, уже давно мертв. Но почему именно сейчас? Почему мне достался этот шанс? Другие погибали.

— Может, потому, что ты Страж? Насколько я знаю, в твоем объединившемся роду подходящих кандидатур нет. Вот судьба и сыграла. Наслаждайся.

Он лукаво улыбнулся, хлопнув друга по плечу.

Фрост усмехнулся, кивнул.

— Буду, как только закрепится связь.

— Ну, друг, тут уже зависит от тебя.

— От нее.

— И от нее тоже. Езжай. Она скоро проснется.

— Знаю, — ответил Лео, поднялся, шагнул со ступени, поворачиваясь к другу. — Когда уже я увижу твой покой?

Райан пожал плечом, равнодушно улыбаясь, но в спокойных глазах всего на доли секунды мелькнула тоска.

— Когда придет время.

Вернувшись в машину, Фрост проверил состояние девчонки и дал разрешение на отъезд. Открыл планшет, выводя на экран местоположение всех членов семьи.

Айсар и Бьорн оставались еще в Шепчущих Лесах, как и часть второго подразделения команды Дина. Сам Дин в Столице, допрашивал участвующего в сговоре о краже элиток [2] «Котоф». Каждый член семьи занимался своим делом. Все было спокойно.

Удовлетворившись наблюдением, Фрост закрыл галоскан, дал подтверждение о подгоне вертолета на точку, скорректировав время за счет несанкционированной поездки в поселение, и посмотрел на часы.

Пора было будить девчонку.

Его опалило голодным предвкушением. Зверь тоже распахнул глаза, встряхиваясь после сна, и посмотрел вместе с ним на Алину.

«Веди себя прилично», — ровно приказал Леонардо, присаживаясь перед Алиной на корточки и осторожно прикасаясь к щеке.

Зверь фыркнул, но согласно промолчал.

Девчонка протяжно вздохнула, медленно раскрывая заспанные ореховые глаза. Секунды взглядов, узнавание в глазах, и ее зрачки расширяются.

— С добрым утром, девочка. Как спалось?

На лице Лины отразилось смятение, быстро сминаемое недоверием и совсем легким страхом. Она отшатнулась, и он понятливо убрал пальцы.

— Мистер Фрост?!

— Ожидала увидеть кого-то другого?

Алина тяжело сглотнула и, резко поднявшись, выглянула в окно, слегка при этом пошатнувшись. Он ее придержал за руку, ожидая, что она выдернет предплечье, но Алина попросту не обратила внимания на его прикосновение.

— О, нет! — пролепетала она.

Губы Фроста изогнулись в холодной, легкой улыбке.

О, да. Моя дорогая, о, да.

* * *

[1] Стражами (на вы и шепотом) называют оборотней, стоящих на защите определенного рода. У каждого рода имеется свой Страж, который решает вопросы защиты семьи, разбирается с конфликтами и наказывает тех, кто преступил закон внутри семьи. Тихо, жестко и быстро. О Стражах непосвященным оборотням, не говоря уже о людях, не распространяются. Многие в оборотнических семьях живут в счастливом неведении, до поры до времени.

[2] О краже элитного дорогостоящего товара вместе с водителем можно прочитать в первых двух книгах. Основное событие во второй книге цикла.

Глава 3

Если вы проснулись в компании очаровательно-сногсшибательного, брутального блондина, не спешите расплываться в глупой смущенной улыбке: то, что этот шикарный мужик вдруг обнаружился у вашей кровати, ― уже тревожный звоночек. А теперь загляните в его глаза: если в них застыли все льды Ранийска, с прискорбием вам сообщаю, что за вами явился не кто иной, как сам мистер Лед. Бежать напрасно. Каяться в грехах и падать на колени поздно. Притворяться трупом бесполезно. Вы и так уже немножечко труп.

«Ценное наставление Алины Калистовой»

~*~*~*~

Алина

Обалдело таращась на мелькающие за окном редкие деревья и разметку трассы, пыталась осознать, как вообще подобное могло произойти, что меня утащили, считай, на глазах кучи людей. Капец просто. Хуже просто некуда. Хотя, что это я. Есть куда, есть! Ведь напротив меня с непроницаемым лицом сидел сам Леонардо Фрост, судя по всему, все-таки наконец осуществивший свою угрозу.

«Знать бы еще, хоть в какой примерно местности нахожусь. Правда, не все ли равно? — тоскливо подумала, в груди вспыхнула злоба. — Терпение у засранца, видимо, лопнуло! Что б его медведи ушатали!»

Перед глазами, как насмешка, всплыла предпоследняя наша встреча.

— Я никогда не приду к вам по своей воле, мистер Фрост, — самоуверенно смотря в льдисто-голубые глаза по-настоящему опасного мужчины, твердо сказала ему.

Как сейчас помню: всего на секунду в этих «льдах» сверкнули лукавые огоньки, но так быстро исчезли, что я невольно подумала: показалось. В следующий миг он наклонился ко мне, обдавая морозным запахом с привкусом горькой мяты, и прошептал, почти касаясь губ:

— Значит, я сам возьму то, что мне положено. Скоро.

Он ушел, а я так и стояла, привалившись к двери своего отдела, и дышала так, словно не с мужчиной поговорила, а сделала забег на длинную дистанцию. Из ослабевших рук выпала папка, а я вместо того, чтобы ее подхватить, флегматично наблюдала, как важные документы разлетаются по полу. Поскольку только лишь высшие силы знали, как трудно мне на самом деле давалось противостояние хищнику.

Хищник ― это первое, что приходило на ум впервые столкнувшемуся с Леонардо Фростом. Такой же сильный, опасный, умный, коварный, загрызет и ухом не дернет. Но самое смешное, что в действительности я его не боялась. Это я осознала не сразу. Сейчас так точно и не скажешь, в какой момент это произошло. Возможно, сразу, а может, и через несколько дней.

Однако, может, и не боялась, да. Но жутко опасалась. Каких усилий только стоило выдержать всего лишь один равнодушный взгляд киллера, всего лишь один, не говоря уже о сопротивлении. Не знаю, убивал ли когда-нибудь мистер Фрост, но мне отчего-то казалось, что именно такие бездушные глаза бывают именно у наемных убийц.

Нелепость какая-то. В реальное существование киллеров я не особо верила, но все же после встречи с мистером Леонардо мое верование подверглось легкому сомнению.

А теперь я с этим хищником в одной слишком тесной машине, он наконец меня поймал.

Подлец!

— О, нет, — сорвался тихий стон с сухих губ, ладони повлажнели, и я потерла их между собой, наконец замечая, что все это время его ладонь удерживала мою. Под тихий смех отшатнулась, завороженно следя, как его по-мужски красивые пальцы отлепляются от моей конечности и перемещаются на кожаный ремень брюк.

«Очень даже да-а-а», — насмешливо мурлыкнуло в сознании бархатным голосом Льда.

— Вы меня все-таки украли, — шепнула непослушными губами, облизывая их, истерично хихикнула. — Украли. Небось, радуетесь?

Радости на лице мужчины почему-то не находилось, как и насмешки. Прозрение, насколько сильно я попала и что меня теперь ничто не спасет, обухом ударило по голове.

Тяжело выдохнув, крепко зажмурилась, стараясь справиться с накатившей удушающей мутью. Всем своим существом ощущая жесткий взгляд, впившийся мне в лицо, а затем очередное прикосновение его крепкой прохладной ладони к моей груди.

Не знаю, что он хотел сделать. Может, поглумиться. Или начать прямо сразу забирать свой долг, в тот момент я уже плохо понимала. Меня замутило сильней, голова закружилась, к горлу подкатила тошнота, в ушах противно зазвенело, а перед глазами запрыгали черные мушки.

Черт!

— Не нужно! — пронзительно взвизгнула, вяло отталкивая от себя конечности обнаглевшего мужчины. — Не трогайте, нет!

Успокойся…

— Заткнись! Сам успокойся! — рявкнула, закрывая уши руками.

Кто бы знал, как я устала от этого голоса в голове. То ли подсознание играло со мной дурную шутку, то ли я сошла с ума. Да вот беда, ЭМРТ говорило, что с головой у меня все в порядке. А к психиатру сходить я не решилась. А нужно было. После знакомства с Леонардо Фростом я стала слышать в своей голове его голос. Чаще всего, когда непосредственно сталкивалась с ним. Непонятный, мурчащий и поистине страшный, потому что нечеловеческий.

Господи, как же я от всего этого устала: терзаться непониманием, что происходит и почему на меня он так действует. Почему я его не страшусь, как другие? Много раз замечала, какими глазами его провожали мужчины в «Котофф». Почти все они его по-настоящему боялись, предпочитая обходить десятой дорогой! А женщины? Женщины хоть и смотрели вожделенными, голодными, обожающими взглядами, но даже и не смели к нему слишком близко подходить. Только Лара.

Так почему я чувствую себя с ним в мнимой безопасности? Какая, мать твою, рядом с ним может быть безопасность?! Почему во время нашего противостояния чувствую будоражащий привкус страха напополам с предвкушением, словно мне доставляет удовольствие дергать тигра за усы?

И ведь доставляло!

А еще этот изматывающий голос! За что? Почему?

— Алина? — сквозь скачущие зайцами мысли прорвался голос мужчины. И в нем мне почудилась искренняя обеспокоенность, из-за чего я едва не рассмеялась.

Разве такой, как он, может тревожиться? Тем боле из-за меня? Ага, держи карман шире. Безумный смешок подступил к горлу. Кажется, я начала заваливаться. Нет, только не это! Не хватало еще отключиться на потеху очаровательному гаду.

И все-таки, наверное, отключилась, поскольку почувствовала и услышала то, чего вообще не могло быть. Меня осторожно, как великую драгоценность, подхватили и прижали к твердой вкусно пахнущей груди, положив тяжелую голову на сгиб руки. К щеке прикоснулись прохладные пальцы, и почему-то к ним хотелось ластиться, а еще замурчать. Но тело не слушалось, язык и вовсе словно распух.

— Что с тобой, девочка? Тебе плохо? Черт, да ты горишь! Остановить машину!

3.1.

Цепко наблюдая за уверенными действиями Ярина Флайма, имеющего квалификацию военного врача, Леонардо, заведя за спину руки, сжимал кулаки, прилагая титанические усилия, чтобы подавить инстинкты, вопящие: самец, прикоснувшийся к его самке, должен быть уничтожен на месте.

Картер Флайм, стоявший чуть позади Фроста, повел плечами, сбрасывая давящую тяжесть густой ярости Леонардо, напряженно покосился на стекающие по побелевшим кулакам руководителя багряные капли крови и опустил взгляд на траву под ногами. Все, о чем он мечтал в тот момент, чтобы Ярин побыстрее закончил манипуляции, а мистер Фрост не сорвался.

Картер, как и его брат, еще не встретивший пару, мог лишь приблизительно понимать, что происходит с начальником, и в чем-то даже сочувствовал, но спокойнее ему от этого не становилось. Рука невольно опустилась на кобуру, кончики пальцев пробежались по холодной рукояти, но он тут же себя одернул, принуждая мышцы расслабиться.

Идиотом он не был, всего лишь выработанный рефлекс. Братишка ему очень дорог, и не хотелось бы из-за брачных игр более сильного самца его потерять. Благо начальнику было не до него, не до Картера.

Заметив, что Ярин, буркнув под нос: «Довели девчонку!», вытащил из аптечки ампулу и шприц, Картер с трудом сдержал обреченный стон. Ярин! Черт! А вот это уже совсем плохо. Он не успел и слово сказать, как Леонардо, глухо рыкнув, молниеносно шагнул к брату, перехватывая его руку, да так сильно, что послышался отчетливый хруст.

Мужчины, кроме Фроста, синхронно поморщились.

— Что ты намерен делать, Яр-р-р-ин? — очень тихо прорычал начальник, однако от этого рыка у оборотней волосы вздыбились на загривке.

Ярин, задавив в себе желание упасть на колени, от давящей к земле энергетики ирбиса, негромко ответил, стараясь не смотреть в обжигающие ледяной яростью глаза с вертикальным зрачком.

— У девушки сильное моральное истощение. Это всего лишь укрепляющий укол. Витамины. Не нейролептик.

Фрост долго смотрел на опустившего голову подчиненного и спустя непродолжительное время кивнул, отпуская:

— Делай. Но смотри, Флайм, шкурой отвечаешь за состояние девочки.

— Разумеется, сэр.

Сцепив зубы, Фрост с непроницаемым лицом следил за манипуляциями Ярина, и когда тот закончил, лично уложил девушку на где-то раздобытую Картером небольшую мягкую подушку, прикрыл пледом и приказал задержаться Ярину, остальным же ― вернуться в машины.

— Говори.

Ярин, немного помедлив, ответил:

— Не думаю, что я скажу вам что-то новое. Думаю, записи о наблюдении за девушкой, ее состоянием, и медицинская карта у вас имеются. Могу лишь добавить письменные рекомендации. Но они просты: прогулки на свежем воздухе, лишний раз не волновать, что будет в данный момент выполнить нелегко. Не мне вам говорить о влиянии на нервную систему обретения пары. Окружить приятными эмоциями. И еще, лучше всего будет, если ее осмотрит дистинолог[1].

Лео нахмурился, раздумывая над словами подчиненного.

— Думаешь, ее срыв может быть из-за незакрепленной связи?

— Вероятнее всего так оно и есть. Парная связь обычно закрепляется в течение нескольких суток и максимум до нескольких недель. Если позже, да еще и один из предначертанных нестабилен, могут возникнуть серьезные психологические и физические проблемы.

Фрост до скрежета сжал зубы. Флайм ничего нового ему не сообщил.

— Я понял, благодарю, Ярин, — он хлопнул оборотня по плечу. — И, извини за несдержанность.

— О, что вы, — смутился Флайм, прикоснувшись к уже зажившему запястью. Он был рад, что отделался малой кровью. — Я видел много оборотней, еще не закрепивших связь, и летальность исходов в конфликтах ― практически девяносто процентов. Благодарю, что сохранили мне жизнь.

Ярин уважительно склонил голову. Фрост на это только кивнул.

— Жду отчета и рекомендаций, возвращайся в машину.

Флайм недоуменно вскинул глаза. Ему послышалось?

— Отчета?

Уже шагнувший к двери черного джипа, беловолосый мужчина обернулся, улыбнувшись, в немигающих льдистых глазах отразилась тщательно сдерживаемая разрушительная буря. Ярин невольно поежился, припоминая, что совсем недавно наблюдал в них спокойную мудрость.

— В машину, Ярин.

— Есть, сэр, — понуро вздохнул Флайм и, бросив на отъезжающий мигнувший фарами джип быстрый взгляд, запрыгнул в машину. Желая себе как можно дольше не встречать пару. Он и без того являлся более взрывным, чем брат, и уж точно не хотел прожить даже один день на обжигающем вулкане.

Картер покосился на задумчивого брата и промолчал. Их машина медленно тронулась. Но спустя недолгое время все-таки не выдержал.

— Что тебе сказал начальник?

Брат вяло отмахнулся, стуча пальцами по планшету. Ему было не до разговоров, требовалось выполнить приказ руководителя касательно мисс Калистовой и связаться со знакомым специалистом дистинологом.

Пальцы замерли перед светящимся окном отправки контакта врача. Вздохнув, молодой оборотень понадеялся, что начальник не разорвет его, поскольку толковый специалист был мужчиной.

Картер, искоса поглядывая на внешне равнодушного брата, мрачно покачал головой. Он чувствовал нутром, что хрупкая на вид мисс Калистова доставит им неслабых проблем, проблем, из-за которых можно лишиться хвоста. Уже доставила, и Картеру это не нравилось.

Мужчина поджал губы, решительно сжимая руль.

Но они по своей воле пошли на службу к великому Стражу и были готовы отдать за него жизнь. А значит, будут готовы отдать жизнь и за его самку.

В это время Леонардо сверлил взглядом спящую девушку, любуясь спокойными тонкими чертами лица. Сердце затопили незнакомая доселе нежность, тревога и отчаянное желание быть рядом. Желание, чтобы она его приняла.

Но как показала практика, с последним будут трудности. Он в первый раз за всю свою жизнь по-настоящему испугался. У него перед глазами всплыло лицо с остекленевшим взглядом, дрожащими губами, шепчущими: «Нет, не нужно».

Фрост зло мотнул головой.

Даже к Ири он не чувствовал и сотую часть того, что ощущал к этой знакомой-незнакомке, хрупкой человеческой девушке, и не понимал, за какие грехи или блага ему досталась эта малышка.

Различия между Алиной и его погибшей парой были колоссальными. Они отличались абсолютно во всем. Но сравнивать их не хотелось.

Что ж, он терпеливый, по крайней мере, был таковым, он постарается. Выдержка стоит того.

Леонардо, поддавшись порыву, приподнялся, даря целомудренный поцелуй в уже не такой горячий лоб. Витамины Ярина помогли.

Задержав на девушке последний долгий взгляд, Фрост кивнул своим мыслям, положил на колени планшет, открывая сообщение Ярина и выводя отдельным окном галаскан.

[1] Дистинолог – врач в окружении оборотней, специализирующийся на проблемах предначертанных пар, преимущественно человек-оборотень. Поскольку в парах оборотень-оборотень негативных, спорных ситуаций практически не бывает.

Глава 4

Алина

Во второй раз проснулась уже в куда более адекватном состоянии. По крайней мере, чувствовала себя уже более-менее сносно. Слабости и тошноты не было, как и желания истерить. Но еще до того, как открыть глаза, я четко понимала: происходящее ― не очередной страшный сон. Жестокая реальность.

Меня действительно уволок Леонардо Фрост, я на самом деле еду в его машине непонятно куда и непонятно зачем. Правда, «непонятно зачем» ― спорный момент. Этот мужчина с первой нашей встречи не скрывал своих грязных намерений на мой счет, не врал и не умалчивал, за что очень глубоко в душе вызывал у меня уважение. Он в лоб, не таясь, жестко и непримиримо посвящал в свои коварные планы на мою незавидную судьбу.

Еще сидя на «допросе» в Шепчущих Лесах, с его внезапным появлением я наконец прозрела, осознавая, по какой причине он медлил. Почему сразу же прямо из клуба не утащил в свою пещеру и не сделал то, чего хотел.

А я надеялась, что ему просто нравится со мной играть. Забавляться. Дура наивная.

Как бы ни было прискорбно и отвратительно, я была наживкой. Глупой уткой. На меня ловили тех, кто попытался посягнуть на собственность Фростов, с моей помощью вышли на шантажистов, воров, посмевших посягнуть на имущество опасных людей.

Из груди помимо воли вырвался тяжелый вздох.

Кто бы знал, сколько раз я уже пожалела о содеянном.

Нелепо думать, что если бы не я, то шантажисты сразу бы ушли в подполье, оставив в покое Котофф. Уж они бы и помимо меня нашли кого третировать. Однако к их радости «удачно» попалась на крючок именно я. Мне просто не повезло. Хотя нет, поделом. Сама виновата, что вообще позволила себе поддаться на угрозы. Гусыня недобитая. Правда искренне полагала, что для своего возраста очень даже сознательна и умна. Ан нет. Ошибочка вышла. Дуреха еще та. Запаниковала, позволила себе вляпаться во все это дурно пахнущее дерьмо. Стать фактически собственностью Леонардо Фроста.

Ты действительно так думаешь, малышка?

Насмешливый мурлыкающий шепот, как я предполагала, почему-то не вызвал никакого негативного привычного отклика в душе, на этот раз он был проигнорирован.

— Долго собираешься притворяться? — услышала спокойный голос Леонардо.

Внизу живота немного потянуло, спину обдало холодом. Чертыхнувшись, поджала губы. Искренне ненавидя себя за свою реакцию на этого мужчину.

Самое хреновое и удивительное, как бы презрительно ни относилась к Леонардо, его присутствие, прикосновения, на самом деле не вызывали у меня отвращения. Они будили во мне иные чувства: нервную приятную дрожь, извращенное удовлетворение, иногда нерациональное желание прикоснуться самой, чтобы понять, на самом ли деле он настолько невозмутим, как бездушный камень. Вывести на эмоции и выбить из равновесия… Действовать вопреки его словам. А иногда даже, стыдно признаться, попробовать на вкус. И много чего еще. Мои эмоции к Леонардо Фросту были слишком непонятными и многогранными.

Что б его!

Но в этом я не признаюсь и под страхом смерти.

— Я задал вопрос, Алина, — напомнил о себе его ледяное величество. — И хочу получить ответ.

Мгновенно вспыхнула злостью, ишь ты, вопрос он задал.

Досчитав до трех, рывком присела, спуская ноги. А между тем, его величество тиран, даже и не взглянул в мою сторону, работая на планшете. И чего тогда спрашивается привязался, если так занят? Тьфу, так бы и плюнула в непроницаемую рожу.

— Вам-то что? — огрызнулась, нервным движением пригладила растрепанные волосы. Даже представить боялась, как в тот момент я выглядела. Наверняка жалко. И от этого становилось еще гаже. — Вы вон хоть делом заняты, а у меня между прочим телефона нет, чтобы в него залипнуть.

Красивые пальцы, стучащие по тачу гаджета, замерли, Леонардо вскинул голову, обжигая холодом необыкновенных, слишком ярких для обычного человека льдисто-голубых глаз.

Невольно передернула плечами: слишком тяжелый взгляд. Даже у так похожего на него родственника и мужчины подруги – Айсара Фроста, он не был настолько тяжелым, непроницаемо-давящим.

Гордо вскинула подбородок, не собираясь пасовать, выгнула бровь, мол: и что я не так сказала?

Осторожнее, девочка. Ты же не хочешь, чтобы тебя наказали?

«Тебя забыла спросить», — рыкнула, стискивая зубы, стараясь не отводить глаза, чувствуя: если дам слабину, меня тут же переломают, а затем сожрут. С такими, как Фрост, всегда нужно быть начеку.

Но то, что сделал этот несносный мужчина в следующий момент, немного выбило меня из колеи.

Он рассмеялся.

Тихо, гортанно, чуть откинув голову назад, открывая красивую мощную шею с точно нежной светлой кожей, что я даже немного зависла. Кожа на руках от этого бархатного смеха покрылась пупырышками.

Уже не так уверенно уточнила:

— Что смешного?

— Какой ершистый котенок, — отсмеявшись, медленно и как-то унизительно-умилительно, как умеет одним взглядом или словом унижать только он, вкрадчиво ответил Лед. — Мне нравится.

Возмущенно фыркнула:

— Нравится ему. А мне все, что происходит ― нет!

Повисла тишина, приправленная очередной войной взглядов. И на этот раз не выдержала я, отворачиваясь к окну, натягивая на колени мягкое покрывало. Интересно, не помню, чтобы оно тут раньше было. Робко мелькнувшая догадка, что это Леонардо позаботился о моем комфорте, отразилась теплым лучиком в груди. Но я быстро прогнала ее.

Грустно смотря на дорогу, я вспоминала подругу. Ее добрый, всегда понимающий непосредственный взгляд. Наши вечерние посиделки с вкусной сырной и фруктовой нарезкой под бокал красного вина, теплыми фильмами и рассказами о сокровенных мечтах. Походы по магазинам и нытье, что из-за финансов не можем купить ту или иную вещь вот прямо сейчас.

Кажется, это было в другой, беззаботной жизни. Как же глупо все. Только сейчас я осознала, что самые мои большие проблемки были ничто. Пыль.

Больше уже ничего не будет как прежде. Я уже не буду такой, как была.

Сейчас я, как никогда, чувствовала себя одинокой, никому не нужной. Слабой пешкой. И что по-настоящему я была нужна тем, кого по неосторожности предала.

На губах появился привкус горькой влажной соли.

Меня даже некому искать.

Последнее я, кажется, сказала вслух, поскольку меня внезапно перетащили на колени, и перед лицом появилась бутылочка с водой известной дорогой фирмы Ariale, выпускающей не для бедных минеральную воду.

— Пей.

Холодный, лишенный эмоций приказ ядом разлился по венам. Пробуждая только одно дикое яростное желание – вылить воду на его шикарные, мать его, волосы, а бутылку запихать в упругий зад! Оттолкнув от себя руку, завертелась в попытке вырваться из ненужных объятий, злобно шипя:

— Пустите! Что вы себе позволяете?! Отпустите, говорю!

Ладонь, удерживающая меня за талию, стала стальной, не вырваться, ухо опалило жестким ледяным тоном:

— Успокойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я сказал, успокойся. Пей воду, или я сам тебя напою. Выбирай.

Натуральное рычание и угроза судорогой прошлось по телу. Я застыла, тряпочкой обмякнув в его прохладных, но почему-то надежных руках.

Возьми воду. А то действительно напоит сам. И тебе вряд ли это понравится. Не зли его, девочка.

«Благодарю за ценные советы, а теперь свали в закат», — язвительно рыкнула, выхватывая из мужской ладони злосчастную бутылку.

— Не сделаете ничего плохого, ага, как же.

— Не сделаю, — голос на градус потеплел.

4.1.

Жадными глотками насыщаясь вкусной водой, я сама не поняла, в какой момент доверчиво откинулась на твердую мужскую грудь. И даже когда напилась, почувствовав себя немного счастливее, не спешила вырываться из приятных мужских объятий.

Стыдно признать, но в его руках мне было спокойней.

— Расскажи мне, — потребовал Фрост спустя несколько минут тишины.

— Что рассказать?

— Почему ты думаешь, что никому не нужна?

— А то вы не знаете, — ядовито фыркнула. — Наверняка навели обо мне справки, прошерстив мою жизнь от рождения до настоящего времени.

— Это так, — не стал отпираться Лед. — Но я хочу услышать от тебя.

— Слишком много хотеть вредно, мистер Фрост. Тот, кто много хочет, мало получает.

От моего наглого заявления мужчина не разозлился, как предполагала, он лишь усмехнулся. А я невольно подумала, что его вообще трудно, наверное, разозлить. Но в следующую секунду этот гад заявил:

— Все, что я хочу, получу. И главное мое желание ― это ты, Алина.

— Вот еще! — возмутилась, рванув из его рук. Но куда там. Меня одним легким движением опрокинули обратно на грудь, вынудив вдохнуть вкусный мятный запах мужчины. — Меня вы точно не получите!

— Получу.

— Нет.

— Да.

— Нет!

— О, да!

Получит…

— Идите вы, оба! — несдержанно рявкнула.

Лед подо мной напрягся, вкрадчиво так и о-очень обманчиво спокойно уточнил:

— Оба, это ты о ком?

Ох, если бы я не была настолько зла, как в тот момент, никогда бы не сказала то, что сорвалась с моего не успевшего прикуситься языка. Но я была доведена до крайности.

— Да вы и мой наглый мурчащий внутренний голос. Чтоб вам двоим век не слезать с унитаза!

В воздухе застыла задумчивая тишина, нарушаемая лишь моим недовольно-возмущенным сопением.

— Вот, значит, как, — спустя несколько минут медленно протянул Фрост, наконец выпуская меня из своих лап.

Мигом скатилась с его удобных коленей, пулей забралась на противоположное сидение и закуталась, как ребенок, в плед, злорадно посмотрев на мужчину. Нос все еще забивал морозный свежий, искушающий запах, от которого натурально вело. А этот мерзавец словно не обратил внимания на мой побег, застыв как истукан, странно пялясь в одну точку, откровенно волнуя.

Что с ним? Черт! Да какая мне разница. Знать не желаю, что творится в его голове.

И, удобные колени, Алина? Вкусный запах? Сильные руки?

Серьезно?! Ты дура!

На грани восприятия послышался мурлыкающий фырк.

Ненавижу!

Полюбишь…

Пошел в жопу!

О, обязательно, малышка. Обязательно. Мы и эту часть твоего вкусного тела непременно опробуем, спасибо за разрешение.

— Сволочь! — взбешенно зарычала, сжав ладони в кулаки, комкая плед. Была бы я чуть посильнее, точно бы порвала. — Это не приглашение!

Фрост перевел на меня пустой взгляд, холодно улыбнулся, словно знал, о чем идиотка в моем лице пререкалась сама с собой.

— И не смотрите на меня так! Я не сумасшедшая!

— Даже и не думал о тебе в таком ключе. И как я, по-твоему, смотрю?

— Как на свою собственность. Игрушку! Жертвенную овцу. На питомца! Блин, это унижает!

Но вместе с тем, мне стало тепло от того, что мужчина не посчитал… э-э-э… мой разговор с собой следствием потекшего мозга.

— У меня нет цели тебя унизить, Алина.

Скептически хмыкнула. Но внимательно посмотрев на мужчину, почувствовала, что действительно, он не хотел моего унижения. Ему это не нужно. Странно, но я, правда, это знала. Чуть расслабившись, кивнула.

— Раз мы выяснили отношения, я слушаю: почему ты думаешь, что никому не нужна?

Кисло скривившись, отвернулась.

— А как я еще себя должна чувствовать, если не была нужна самым родным людям? Как должен себя вообще чувствовать человек, который не нужен даже родителям? Кому он тогда вообще нужен?

И неожиданно для себя я все рассказала самому равнодушному к бедам чужих людей мужчине.

Родители действительно меня не любили. Уж не знаю, зачем они вообще меня произвели на свет, но я никогда не чувствовала от них даже самый маленький лучик тепла. Меня не морили голодом, одевали, давали образование и необходимые вещи, но лишь, наверное, потому, что так было нужно. Чтобы не позорила их при других людях.

Меня не морили голодом, да. Но при каждой, даже самой маленькой ошибке жестоко избивали. Искренне предполагая, что таким образом я вырасту достойным человеком, чтобы к совершеннолетию выпнуть из отчего дома под зад, как ненужного, мешающего жить кутенка.

Хватанула ртом воздух в попытке вдохнуть. Стало так больно и плохо, что дышать было практически невозможно. Я начала натурально задыхаться. Перед глазами стояла пелена слез. В который раз почувствовала себя жалкой, и за переживаниями не заметила, как вновь оказалась на мужских коленях в таких нужных сейчас объятиях. На макушку опустилась тяжелая ладонь, погладив по спутанным волосам.

— Тише, я рядом, все хорошо. Слышишь?

Я всегда буду рядом.

— Неправда! — выдавила, поворачиваясь в его руках и утыкаясь носом в шею, выдыхая.

— Правда.

Не знаю, сколько мы так просидели. Я в его крепких объятиях, он, поглаживающий меня по вздрагивающей спине, утешая. Но я с каждой проходящей минутой ощущала, как лежащий на груди огромный камень обиды, вины, что так и не стала хорошей правильной дочерью, истончается.

— Спасибо, — шепнула, первой нарушая тишину.

— Не за что, — усмехнулись мне в волосы, жадно втягивая их запах, но в тот момент меня это вообще никак не смутило. — Тебе легче?

— Да, легче. Но как?... Как вы догадались?

Леонардо не ответил.

— Значит, и это раскопали, — горько улыбнулась. — Боюсь представить масштаб ваших возможностей. Даже Лара не знает подробностей моих отношений с родителями. Опасный вы человек, мистер Фрост.

«Или не человек…»

Не знаю, откуда пришла эта мысль, но я быстро ее прогнала, а то так точно даже для себя окажусь сумасшедшей.

— Не переживай об этом, — спокойно ответили мне.

— Скажите, — я отодвинулась назад, заглядывая ему в лицо, — мне дадут поговорить с Ларой? Я…

— Дадут. Как прибудем на место.

— Кстати, об этом. Куда мы вообще едем, и зачем вам там я?

Леонардо долго смотрел на меня, настолько долго, что я подумала: не ответит. Но вот он уже разомкнул красиво очерченные слегка тонковатые губы, обнажая белоснежные, как после отбеливания, зубы, собираясь ответить. Но ему помешали. Мой не к месту забурчавший живот.

Предатель!

Глава 5

После того как мой живот недвусмысленно намекнул, что его хозяйка изволит желать кушать, Леонардо — вот уж от него такого заботливого жеста не ожидала — мигом приказал водителю проверить координаты на наличие ближайшего города и ресторации.

Крупногабаритный, с бритым затылком мужчина, на которого я, к своему стыду, вообще за все время дороги особо не обращала внимания, как бы не до того было, лишь коротко кивнул и спустя несколько минут отчитался, что ближайший небольшой городок находится в трех километрах и, действуя согласно приказу мистера Фроста, вывернул руль, сворачивая на грунтовую дорогу.

Обрадовавшись, прильнула к окну в попытке увидеть хоть указатель и рассчитать свои возможности побега, заранее понимая, что шансов мало. Благодаря чертовому Льду при мне не было ни документов, ни сумки с вещами, все мои пожитки остались в Лесах, так что слова о том, что я полностью во власти Льда, отнюдь не пусты.

Как и подозревала, указатель с немного смешным названием города «Дикдик» ровным счетом мне ничего не сказал. Разочарованно вздохнув, отпрянула от окна, перевела взгляд на мужчину, с удивлением смотря на то, как он надевает на ухо устройство, чем-то похожее на блютуз-гарнитуру. Только странную. Явно какая-то новая, пока еще мало известная в широких кругах разработка.

Ну, еще бы.

Само устройство плотно прилегало к внешнему уху, полностью копируя его облик, а закреплялось… сережкой. По крайней мере, приспособление было очень похоже именно на серьгу. Специально, предполагаю.

Ошалело таращилась на то, как мужчина уверенно закрепляет сомнительное украшение на мочку уха, надавливая на черный кругляш пальцами, тихий, почти неуловимый чпок ― и оба-на. На ухе мужчины красуется черная плоская круглая сережка.

Мистер Фрост ткнул пальцем в тач планшета, немного задержав на нем палец, сухим тоном произнес:

— Картер, сворачивайте за нами, перестройка маршрута.

Навострила уши, прилагая все усилия, чтобы вновь не дернуться к окну, поскольку из крайне короткого разговора получалось, что за нами едет как минимум еще одна машина с неким Картером. А, возможно, и не одна.

Вот, блин! Охрана!

Огорченно вздохнула. Ну, вот. Ты точно идиотка, Лина, если допускала мысли, что легко получится уйти от этого мужчины. Он в разы умнее, чем ты.

Кто б сомневался!

Плохо контролируемое негодование так и перло из всех щелей, и громкое сопение, что вообще неудивительно, не укрылось от внимания мужчины. И лучше бы я на него не смотрела, потому как дернувшийся в намеке на улыбку уголок губ и мелькнувшее удовлетворенное понимание в его глазах только еще больше разозлили.

Хотелось по-детски показать язык, но этот поступок был бы уже совсем глупым, и я удержалась.

— Подтверждаю изменение. Да, хедсет обязательны.

Мне стало любопытно: что такое эти хедсеты. Действительно ли за нами прется охрана Фроста и много еще каких вопросов, порядком накопившихся к этому наглому похитителю. Но судя по всему, что-либо пояснять мне не собирались, потому как Фрост, после разговора коротким движением нажав на серьгу, склонился над гаджетом, в очередной раз игнорируя меня. И плевать, что он как-бы не обязан танцевать передо мной с бубном. Может, я вот хочу, чтобы он именно танцевал... с бубном. Да.

Такое пренебрежение жутко злило. Мало того, что я была в непотребном виде, из одежды на мне были плотные тянущиеся штанишки, тонкая бежевая кофточка и носки, обуви, между прочим, не было! И за то, что меня уволокли не в пижаме, спасибо говорить нужно усталости и вовремя взвизгнувшей интуиции.

Благодаря этим факторам, когда меня, Лену и Лару под конвоем их мужчин вели спать, я отмахнулась от предложения подруги переодеться во что-то более удобное. А то бы сидела сейчас в кружевных шортиках и тонкой маечке, больше открывающей вид на мою скромную двоечку, чем скрывающей.

Картинка мгновенно предстала перед глазами: все та же огромная машина, я в коротких шортиках, из которых прекрасно видно половинки попки…

Воображение подкинуло еще одну не менее возмутительную, пикантную картинку. Как я покорно лежу животом на коленях Фроста, а тот поглаживает по полуобнаженным ягодицам, болезненно-приятно похлопывает по ним, тихо, вкрадчиво так приговаривая:

«Я научу тебя послушанию, дерзкая девчонка. Научу».

Эта внезапная фантазия была настолько живой, что я сама не заметила, как тихо застонала, а в сознание прокрался тихий урчащий довольный смех.

Черт!

Кажется, я покраснела до корней волос.

Когда-нибудь это все сведет меня с ума!

Но добил и доставил еще больше стыда тихий задумчивый голос:

— Интересно знать, о чем ты думаешь.

Встрепенулась, насупившись. Вот блин!

— Ни о чем! Лучше занимайтесь, чем занимались, и меня оставьте в покое. А лучше верните домой!

— Это невозможно, — буднично ответили мне.

Раздраженно тряхнула головой, с каждой секундой все больше и больше закипая.

Опять двадцать пять. Что за человек-то такой?!

Ненавижу!

— Почему? Куда вы меня везете? Зачем я вам, в конце-то концов? Неужели моя невинность так вам нужна? Что вы выкрали меня и даже попрощаться с дорогими людьми не дали? Так берите прямо здесь! Я потерплю, зато вы наконец отпустите меня и уберетесь из моей жизни!

Зря…

Я и без дополнительного пинка сразу же пожалела, что вовремя не прикусила язык. А лучше бы я его вообще откусила!

Вот что мне стоило промолчать? Но вместе с тем я ощутила уже знакомое эмоциональное возбуждение и даже легкую эйфорию, как уже было несколько раз, когда этот мужчина не таясь преследовал меня на улицах Столицы, то появляясь, то исчезая, словно этим говоря: «Я здесь, видишь? Я слежу за тобой, девочка».

Точно, ненормальная…

5.1.

Тяжело дыша, я кожей ощутила резкую перемену настроения. В воздухе разлилась напряженная опасность. Со смятением наблюдала, как мужчина вскинулся, разом напомнив голодного хищника, учуявшего запах раненой жертвы, черты его лица заострились, губы изогнулись в ничего хорошего не предвещающей улыбке. А взгляд и вовсе заледенел, становясь настолько холодным, что мне мгновенно захотелось забрать свои слова обратно и с криком бежать от него без оглядки, спрятаться, чтобы этот адский мужчина меня никогда не нашел.

Но бежать, как и каяться поздно.

Точка невозврата пройдена.

Лед медленно отложил гаджет на кресло, и все так же сверля во мне дыры, вскинул руку куда-то себе за спину, тихий щелчок ― и между нами и водителем мгновенно появилась черная плотная непроницаемая перегородка. Я даже и понять ничего не успела, как оказалась в лежачем положении с заведенными к верху руками, а надо мной, давя тяжестью веса, оказался Фрост. Причем между моих разведенных ног.

Ой. А как это он так... быстро? Звездец!

— Мистер Фрост!

Щеку опалило горячим дыханием. Слишком близко. Запретно близко.

— Ч-что вы?...

Дергаясь, как раненая дичь в силках умелого охотника, извиваясь, точно змея, придавленная его телом, безуспешно пыталась скинуть перешедшего границу мужчину, яростно выворачивая запястья из цепкой хватки его ладони, но силы были неравны. С тем же успехом я могла бы попробовать поднять монолитную стену мизинцем. Или кролик ― сбежать из безжалостных лап тигра.

В смеющихся глазах Леонардо отражалось, насколько веселит его мое сопротивление. Нежно поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони, он склонился еще ниже, проводя носом по беззащитной шее. Пряди белоснежных шелковых волос рассыпались по моей груди, щекоча, поддразнивая. Приятно… Зажмурилась от удовольствия.

Что он со мной делает? А я почему позволяю?

О, нет! Он же сейчас меня прямо тут! А я… что? Правда позволю?

Нет, нет, нет!

Вяло шевельнулась, бедро обхватила вторая его ладонь, фиксируя, горячее дыхание с рычащим шепотом опалило ухо:

— Замри. Иначе, ты вынуждаешь меня делать вот так.

Ощутимый толчок мощных бедер в промежность выбил из меня остатки воздуха. Кажется, мои глаза вылезли из орбит. Обалдело уставилась в его непроницаемое лицо, лишь горящие темным опасным огнем глаза говорили о том, что, кажется, кое-кто доведен если не до предела, то до чего-то уж точно.

Даже на миг гордость взяла, что именно я вывела эту глыбу льда из равновесия. Я уже было хотела нервно пошутить про банан в штанах ― глупая шутка, не спорю, ― но еще один сильный толчок в очередной раз вывел из равновесия, тихий протяжный предательский стон сам сорвался с губ.

Его пальцы на моих запястьях почувствовались кандалами. Такими же жесткими, железными и безжалостными.

Да-а-а…

— Я сказал, не двигайся. Я очень терпеливый, Алина, особенно с тобой. Но не советую меня злить, последствия тебе не понравятся. Прежде чем показывать зубки, подумай лишний раз о том, захочешь ли ты нести ответственность за свой острый язычок.

— Вы угрожаете мне, мистер Фрост?

Досадливо поморщилась, услышав свой хриплый лепет, но упрямый взгляд не отвела. Его ладонь переместилась на мое горло, нежно поглаживая, а затем сжалась. Не больно, да и дышать не мешало, но сильно. Невольно сглотнула, скользнув взглядом на бледно-розовые губы.

— Нет, это не угроза, — спокойно ответил он. — Всего лишь констатация факта. А теперь, моя хорошая, кивни, если ты меня поняла.

Кивнула, ощущая, как к щекам прилипает кровь.

— Умничка.

Тяжесть его тела пропала так же быстро, как и появилась. Я только моргнула, как совершенно собранный и спокойный Леонардо, словно только что ничего такого не случилось, уже сидит на прежнем месте, тыкая пальцами в планшет.

— Алина, мы уже приехали к ресторации. На заднем сидении ты найдешь три пакета. В одном одежда, в двух других обувь и предметы гигиены, переодевайся и выходи. У тебя десять минут.

Мужчина уже вышел из машины, а я еще несколько минут сидела и тупо хлопала ресницами, таращась в одну точку, пытаясь осознать, что вообще это было. А подумав о том, что все, что происходило здесь, возможно слышал водитель Фроста, залилась краской стыда.

Господи, как стыдно…

Глухо застонав, потерла пылающее лицо руками, коря себя за свое поведение и раздраженно мотая головой.

Вздохнув, мельком посмотрела в окно, находя стоявших близко к машине мужчин. Двое из них мне точно не были знакомы. Их я никогда не видела. Третий, судя по знакомому затылку, водитель, а четвертый был понятно кто.

5.2.

Вспомнив, сколько мне дано было времени, судорожно вздохнула, в красках представляя последующее наказание за промедление. Заманчиво, конечно, но что-то мне пока не хотелось больше испытывать терпение чертового Льда на прочность.

Взяв ноги в руки, быстро полезла на крайние сидения, где действительно аккуратно лежали три пакета очень дорогих и известных марок.

— Вот блин! И тут нагадил! Не мог подешевле что-то купить? — проворчала, выуживая аккуратно сложенные вещи из пакета, со вздохом понимая: не мог. Не в стиле подобное этого несносного мужчины.

Что ж, одежда была вполне нормальной. Никаких там платьев или рюшей, или, упаси боже, непотребства, как я боялась предполагать.

Обычные темные узкие джинсы, правда, имеющие цену небольшой квартирки в пригороде, простой мягкий серый пуловер без принтов и удобные черные кроссовки. Последним я обрадовалась больше всего. Но еще радостней мне стало, когда я нашла молочко для лица и нехитрую декоративную, но опять-таки дорогущую косметику, а еще резинки для волос, бумажные и влажные полотенца.

Эх, я почти смирилась со своим положением.

Но без смущения не обошлось. Но что уж там, теплого смущения, поскольку я совершенно не ожидала увидеть простое черное хлопковое белье и… ежедневки.

— Капец, — пробормотала, прикасаясь к нежной, мягкой ткани. — Вы не перестаете меня удивлять, мистер Лед.

Быстро приведя себя в порядок, заплела волосы в косу, перекинув ее на грудь, удовлетворенно вздохнула, ощущая себя почти человеком. Еще бы в туалет сходить и поесть ― и вообще красота будет.

В дверь машины предупреждающе стукнули, а затем она открылась, и внутрь заглянул мистер Фрост.

— Вижу, уже готова. Хорошо. Выползай, моя хорошая.

Нервно хихикнув над последней его репликой ― тоже мне, нашел «хорошую», издевается, гад! ― глубоко вдохнула и выдохнула, усмиряя быстро бьющееся взволнованное сердце, перелезла обратно, с сомнением взглянула на протянутую мужскую руку и все-таки ее приняла, мрачно подумав о чертовых укротителях невинных девиц. Так скоро совсем стану покорной.

Фыркнув своим мыслям, спрыгнула из машины, огляделась. Похоже, мы находились на парковке ресторана, на дальних от здания местах.

Возле припаркованного черного внедорожника стояла почти полная его копия, только чуть меньше по габаритам и более, эм, прилизанная, что ли. В машинах я, к сожалению, совершенно не разбиралась. Для меня все большие машины были джипы.

Как я поняла, что вторая машина тоже относится к Фросту? Да потому, что именно у этой машины, опираясь задницами на капот, возвышались два мужика в черной, чем-то похожей на военную, форме, и в упор смотрели на меня.

М-да, да я чуть там же не сходила по нужде. И это не шутка.

Что я там говорила про взгляд убийцы? Забудьте! Поскольку только сейчас я полностью осознала, как должны выглядеть истинные убийцы, те, кто уже точно попробовали на вкус людскую кровь.

Вот как раз так, как эти «милые» парни.

Поежившись, на третьего взглянула вскользь. Тот был почти нормальный, если вообще можно говорить о какой-то нормальности в текущей ситуации. Третий мужчина точно был наш водитель, и одет он был в обычный костюм. Он был мощнее, чем двое киллеров, чем-то похож комплекцией на Бернара Бьорна и даже немного улыбался. Но я не обманывалась на его счет.

Инстинктивно прижалась к Фросту в поиске защиты и облегченно выдохнула, когда на мои плечи опустились ладони, немного сжимая в подбадривающем жесте. Кажется, для него не осталась тайной широта моего впечатления.

— Алина, позволь познакомить тебя с моими подчиненными, — обратился к слегка ошалелой мне Леонардо.

— Ярин и Картер Флайм, одни из лучших специалистов в области защиты и наблюдения за живыми объектами. И маршрутизатор – Лиам Войг.

Ярином оказался коротко стриженый мужчина с белоснежными волосами, в которых виднелась одна черная прядка. Высокий, спортивного телосложения, но не перекачанный и не такой мощный, как водитель. С полнейшим безразличием в темно-синих глазах. Он мне даже улыбнулся кончиками губ, но лучше бы он не улыбался совсем. От этой улыбки «доброго» маньяка мигом стало тошно. Я была уверена: с такой улыбкой он не раз убивал и с ней же закатывал неугодных в бетон, а после отряхивал руки и спокойно шел по своим делам.

Картер же телосложением ничем не отличался от брата, то, что они братья, было понятно и по фамилии, и по схожим внешним чертам. Тоже синеглазый, с короткими черными и чуть вьющимися на макушке волосами, с отличием в виде красной прядки.

Кстати, то, что у Картера волосы слегка вьются, я бы и не заметила, если бы не стояли на расстоянии вытянутой руки, что меня, признаться, крайне волновало, и только ощутимая поддержка Льда успокаивала.

Невольно скользнув взглядом по волнистой макушке, подумала, что, наверное, редко кому удается эту милую волнистость увидеть, только близким людям, а кто видел из чужаков, уже давно мертв.

Лиам для меня из всех присутствующих ощущался наиболее безопасным, и я сама не понимала почему. Может, потому, что его темно-янтарные глаза лучились веселым любопытством, не знаю. Но он мне напомнил доброго плюшевого мишку, и как хорошо, что он не может читать мои мысли. А то точно бы получила по шапке.

Сдерживая не к месту возникший в горле смешок, несмело кивнула.

— Приятно познакомиться. Алина. Просто Алина.

Я пятой точкой чувствовала, что на их счет Леонардо очень много не договорил. Очень много. Не думаю, что эти мужчины были только лишь телохранителями. Да и «маршрутизатор»? Серьезно? Вот уж вряд ли.

Но что говорить об этих мужчинах, если сам Леонардо Фрост являлся куда большей загадкой.

Притягательной… загадкой.

Глава 6

Чувствуя себя не в своей тарелке, нервно ерзала на диванчике, и чтобы хоть немного отвлечься от сковывающей неловкости, с интересом осматривала небольшую, но вполне неплохую ресторацию.

Трактир представлял собой светлое помещение с барной стойкой и высокими перед ней стульями, удобные широкие столы с дорогими водоотталкивающими скатертями, довольно большие окна со светлыми гардинами, вежливый улыбчивый персонал.

Хотя, причина услужливости персонала была мне более чем понятна. Кроме нас, четверых, посетителей в ресторации больше не имелось. И то ли это как раз из-за нас, то ли с клиентами все очень плохо. Искоса глянув на своего невозмутимого мучителя, перевела взгляд на двери ресторации, где с другой стороны возвышался гора Лиам, явно издалека распугивая всех потенциальных посетителей, и вздохнула.

Очевидно, что первый вариант более вероятный.

М-да, бедные работники. Не повезло им сегодня столкнуться с бронетанком под названием: мистер Леонардо Фрост и Ко. Вот так зайдет один такой Лед, и клиентуры как не бывало. Правда, что-то мне подсказывало, что после нашего визита внакладе они не останутся. А может, даже и выиграют.

Ввиду того, что перед моими сопровождающими никто не упал в обморок, персонал был еще и на редкость стрессоустойчивый, плюс им в копилку. Поскольку лично я, представив себя на месте полненькой, маленькой, но очень живенькой официантки, впервые увидев этих хмурых, мрачных мужчин с колючими взглядами, навряд ли осталась столь хладнокровной.

А она ничего, с хоть и натянутой, но улыбкой приняла заказ, причем кое-кто по поводу выбора блюд даже не спросил моего мнения, гад светловолосый, и только ее подрагивающие пальцы, несколько раз промахнувшиеся мимо кнопок на смартфоне, показали, что равнодушной все-таки девчонка точно не осталась.

К тому же от меня не укрылось, как боязливо, но тем не менее заинтересованно и даже мечтательно официантка поглядывала на сидевших за параллельным нашему столиком обманчиво расслабленных братьев.

От Ярина это тоже не укрылось, ага, еще бы, от таких вряд ли что-то утаишь, блин. Он ей весело подмигнул, отчего бедняжка смущенно покраснела, тяжело сглотнула и еще быстрее не совсем твердой походкой поспешила убраться, не забыв собрать, а точнее нервно схватить со столиков папочки меню.

Мысленно ей поаплодировала. Не каждый так сможет, как она, я бы под пристальным, немигающим взглядом Картера наверняка опозорилась.

Ей-богу. Жутко же. Даже мне. А я-то, между прочим, ввиду того, что нужна Фросту для каких-то загадочных целей, ― совсем не загадочных, ― в безопасности. Пока. Насколько долго продлится безопасность, тоже на данный момент непонятно. Но вполне возможно, что с мастерством братьев мне лично придется познакомиться.

От этой мысли меня передернуло. Зябко поежилась, сморщив нос. В туалет захотелось вот прямо сейчас. Не отходя от кассы, как говорится.

Так, все, терпение лопнуло. Идем искать уборную. Вроде бы видела закуток возле барной стойки, обычно в таких закутках и имелись удобства для посетителей. На крайний случай спрошу у персонала. Я уже поднялась, делая короткий шаг, как была остановлена тихим:

— Куда, Алина?

Опешила от внезапности и бестактности вопроса, ведь мужчина после заказа еды вообще не обращал на меня внимания, таращась в свой бесценный гаджет, и только потому честно выдала:

— В туалет.

— Ярин, проводи.

Возмущенно открыв рот, вытаращилась на мужчину. Не понимая: это он серьезно сейчас сказал? Тот вопросительно вздернул бровь, и я обреченно поняла: да.

Еще как серьезно! Издевательство какое-то!

— Мне что, в туалет уже нельзя сходить? Одной! — едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на мерзавца с кулаками, свистящим шепотом уточнила.

— Нет.

Да твою мать!!! Кажется, из моего рта вырвалось рычание.

Кулаки сжались, на ладонях точно останутся следы, но мне было плевать. Я, черт возьми, была в самом что ни на есть бешенстве.

Возле моего уха немного растерянно уточнили:

— Эм, в женский?

Вздрогнув, резко развернулась, едва не уткнувшись носом в черную ткань. Как он так быстро? Я даже шагов не услышала! А этот мужик, между прочим, в тяжелых армейских ботинках!

С губ сорвалось язвительное:

— Нет, блин, я только в мужской хожу!

Обогнув каменную стену в лице светловолосого и точно недовольного Ярина, благо, тот плавно шагнул в сторону, потопала в уборную, пыша праведным гневом, слыша за спиной вкрадчивое и о-очень холодное:

— Ярин, мне нужно повторить еще раз?

За спиной раздались на этот раз вполне слышимые чеканные шаги, подкрепляемые давящими затылок взглядами.

В тот момент я как никогда доселе осознала значение фразы: быть на прицеле у охотника. Только в тот момент на прицеле я была у трех охотников сразу. Охотников один страшнее другого.

Даже злобный запал как-то поутих.

Что ни говори. Было не то чтобы страшно, но очень не по себе. Поскольку я не знала, чего ожидать. И какую судьбу уготовил для меня мистер чертов Лед.

На душе было гадко. И как выпутаться из жгучих сетей, не имела понятия. Но сбежать все равно попытаться нужно, только бы достать где-нибудь телефон.

Только вот где?

На подлете к уборной меня внезапно аккуратно, но жестко ухватили за предплечье. Мужчина коротко мне бросил:

— Проверю.

Я и слова сказать не успела, только гневно открыла рот, а его фигура в черной одежде уже скрылась за пластиковой дверью.

— Сволочи, — едва слышно выругалась, топнув ногой. — Мне что, теперь нигде покоя не будет?!

Однако в следующий момент подскочила от громкого истеричного визга. Мозг еще не успел проанализировать ситуацию, а мои ноги меня уже сами понесли в туалет, где мне открылась странная и, что уж там, леденящая душу картинка: уткнутая носом в пол, судя по форме, официантка, только не та, что принимала заказ, и орущая так, что на секунду у меня уши заложило, они едва не свернулись в трубочку. Над ней возвышался Ярин с приставленным к голове женщины пистолетом. Жуткий щелчок взведения курка. Но самое пугающее, это лицо мужчины. Непроницаемое, ничего не выражающее, и холодные, равнодушные глаза.

— Мамочки, что за хрень? — пролепетала, попятилась и чуть не упала, запнувшись о порожек. В тот момент заметила еще одно огнестрельное оружие, валяющееся возле раковины. В животе похолодело. — Ярин!

6.1.

Ноги подкосились, но упасть мне не дали. Сильные руки вздернули вверх и развернули за плечи.

Прохладные пальцы впились в подбородок, поднимая голову, заставляя смотреть в льдисто-голубые глаза, на дне которых, мне на миг показалось, мелькнула тревога.

— Ты в порядке?

Растерянно моргнув, неоднозначно поддернула плечами.

— Вроде бы, да.

Но это не точно.

Несколько секунд вглядываясь в мое лицо, Леонардо шумно втянул носом воздух, словно принюхиваясь, и кивнул, нехотя отпуская.

— Хорошо.

Я тут же отошла к стене, обхватывая себя за плечи. Фрост кончиком пальца нажал на сережку:

— Картер, на тебе контроль персонала. К периметру не подпускать. До распоряжения не допрашивать.

Закончив отдавать указания, Леонардо мельком взглянул на уже замолчавшую женщину, оценивая ситуацию, затем на Ярина:

— Уровень опасности?

«Все-таки переговорное устройство», — подумала, тоже взглянув в сторону Флайма, закусила губу.

Женщина, похоже, была без сознания. По крайней мере, я на это надеялась. Она все так же лежала на животе, но лицо, повернутое набок, вроде бы было спокойным.

— Опасность – три единицы [1], — сообщил Ярин. — Оружие по внешней идентификации Т-15 сорок пятого калибра.

— Она мертва? — тихо спросила дрогнувшим голосом.

— Нет, в отключке, — пожав плечом, буднично ответил Ярин, крутя в руках пистолет, явно не свой. Спустя несколько секунд он хмыкнул и виновато посмотрел на женщину.

Я только моргнула, поражаясь его такой метаморфозе, как он отвел руку и… спустил курок. Инстинктивно отпрыгнула к Фросту, который тут же меня прижал к своему животу в оберегающем жесте, и сжалась. Над головой усмехнулись, приятно погладив спину. Не услышав выстрела, лишь какое-то шипение, обернулась, изумленно округляя глаза. Из дула пистолета ровно вырывался огонь.

— Зажигалка? — обалдела я, покосившись на Фроста. И только тогда поняла, что так и стояла прижатая к его телу.

Смутившись, мигом отстранилась, отходя в сторону. Мужчина нехотя, но отпустил. Только странно, что оказавшись на расстоянии, вместо удовлетворения и облегчения, я почувствовала разочарование.

— Точно. Хорошая имитация, — тем временем довольно кивнул Ярин.

Он наклонился, перевернул несчастную на спину и, бесцеремонно облапав, вытащил из кармана маленькую картонную пачку.

— А вот и сигареты. Видно, покурить в туалете хотела. Да не успела.

— Ага, ты ее снес и сразу мордой в пол, — укоризненно покачала головой.

Ужас. С кем я вообще знакома. Боже. Хотя чему тут удивляться…

— Алина, — укоризненно протянул Леонардо, пристыжая, а у самого в глазах блеснули лукавые огоньки.

— Что? Я, между прочим, ничего такого не сказала!

Ярин фыркнул, заталкивая пачку обратно.

— Какие будут указания, сэр?

— Ситуация разъяснилась, — отозвался Леонардо. — Приведи в порядок женщину и поясни, что иметь такие имитации иногда бывает опасно для жизни.

— Может, не надо? — неуверенно уточнила, сочувственно взглянув на бедняжку. — Женщине и так досталось.

Но на меня т-а-ак посмотрели, что я предпочла прикусить язык.

Фрост плотно закрыл дверь, взял меня за руку и решительно двинулся в сторону зала. Но я, вспомнив про свои потребности, дернула его назад. Мужчина обернулся, недоуменно хмуря брови.

Многозначительно посмотрела в сторону уборной.

— Мне как бы все еще надо.

— Без проблем.

И он, вместо того, чтобы оставить меня и вернуться в зал, взял за плечи, с невозмутимым видом повел в сторону мужского туалета.

Что-о-о?!

Мляха муха!

— Куда?!

— Ты же не думала, что я отпущу тебя одну? — ласково спросил он.

Я, конечно, повторюсь. Но, блин, сволочь же!

Но добило меня то, что наглый Фрост не остался за дверью, как приличный мужчина. О, нет! Он, подтолкнув меня внутрь, вошел следом за мной!

Спасибо, что хоть в мужском были закрывающиеся кабинки!

Но стыдно мне было сильно. Пока я стаскивала непослушными пальцами штаны, щеки ощутимо горели, да что там говорить: меня конкретно так потряхивало от знания, что, во-первых: он все слышит! А во-вторых: может спокойно войти!

Так быстро свои потребности я не справляла никогда в жизни, сделав все буквально за несколько секунд, побив, блин, все рекорды.

С пылающими щеками возвращаясь в зал, я дико злилась на несговорчивого и непонятно чему таинственно улыбающегося Леонардо, и только сев на свое место, уже без особого аппетита взглянув на принесенный и одуряюще пахнущий стейк с картофельными дольками, поняла, что в зале стояла оглушающая тишина.

Персонала не было видно и слышно. С сомнением покосилась на Картера, спокойно поглощающего форель, подумала: а не убил ли он тут случайно кого. Как говорится: свидетели долго не живут. Уже вернувшийся Ярин с какой-то странной ухмылочкой попивал кофе и, повернувшись ко мне, ловя мой прищуренный взгляд, широко улыбнулся.

Господи, надеюсь несчастная женщина тоже жива.

— Не переживай, никто не пострадал, — негромко произнес Леонардо. Повернула к нему голову, подозрительно нахмурилась.

― Только не говорите мне…

— У тебя на лице все написано. Ешь, Алина. Мы и так впустую потратили много времени.

Послушно взяв вилку, уточнила:

— А мы куда-то спешим, мистер Фрост?

Меня одарили красноречивым взглядом и промолчали. Аппетит напрочь отбило. В горле образовался тугой комок.

Вздохнув, заставила себя успокоиться, в то же время нарезая мясо на мелкие кусочки и анализируя все, что со мной случилось, начиная от Шепчущих лесов. А когда посмотрела на себя со стороны, скривилась от отвращения. Я сравнила себя с собачкой, этакой чихуахуа, которая то лает, то боязливо трясется, то ластится к хозяину. Да, мое поведение было таким. Я то обвиняла во всех смертных грехах Леонардо, то гавкала на него, то сама же прижималась и, господи, стонала в его руках.

Но самое хреновое то, что по-другому не могла.

Он меня бесил. Выводил на самые плохие эмоции. И в то же время привлекал, как мотылька на огонек. Я невольно тянулась к этому огоньку, боялась обжечься, противилась его магии и влиянию на себя и все равно тянулась.

И что с этим делать, не имела понятия.

Но самое поразительное, греющее душу маленьким огоньком. То, что я пока еще подвергала скептицизму, не доверяя своим наблюдениям и ощущениям. Вероятно, мне показалось, но и сам мужчина тянулся ко мне. Кажется, и я ему не так уж безразлична. Ну, или я обманываю саму себя.

[1] – Три единицы – минимальная опасность. Пять единиц – средняя. От семи до десяти ― высокая. Наивысочайшая опасность – пятнадцать единиц.

Глава 7

Внимательно наблюдая за вяло поглощающей пищу девушкой, Леонардо раздумывал о недавней непредвиденной ситуации. Злился на себя за халатное промедление, поскольку еще в Лесах требовалось установить в девчонку сенсорный трекер, присвоить код и ввести в базу данных ее принадлежность к его роду, выполнить свои обязательства как Стража. Но, внедряя сенсор паре Бернара, с Алиной этого делать иррационально сразу не стал.

Фрост мрачно усмехнулся. К сожалению, процедура установки трекеров была, мягко говоря, болезненной, особенно для чистокровных людей.

Сенсору требовалось время, чтобы прижиться в мягких тканях, человеческий организм по понятным причинам ощущал инородное вторжение и пытался избавиться от ненужного агрессивного объекта. Ввиду отторжения трекера имелись определенные негативные последствия, такие как вялость, неподконтрольные негативные эмоции, тошнота, рвота, приступы ярости, симптомы длились примерно несколько дней.

Однако, если увеличить дозу эритуриальной жидкости, сопровождающей установку, как он сделал для Елены, пары Бернара, можно было ускорить процесс до нескольких часов.

Но в отличие от Елены, имеющей капли оборотнической крови, и по этой причине особо не получившей никакого вреда, Алина была чистокровным человеком. А значит, для последней время в пути превратилось бы в худший ад. Он этого не желал. Более того, после рекомендаций Картера, он не знал, как на ее и так нестабильное эмоциональное состояние повлияет сенсор.

Но теперь выбора не было. Более рисковать он был не намерен. Особенно в свете текущих событий.

Ладони Леонардо сжались в кулаки.

Несколько дней назад на приеме одной известной в узких кругах семьи младший сын главы, не так давно встретивший свою человеческую пару, внезапно упал замертво. Спустя несколько часов стало известно, что его предначертанная в тот день оканчивала университет и по этой причине не могла присутствовать на приеме, а по дороге домой была похищена и затем убита. Ее нашли по трекеру в парке недалеко от дома полностью обескровленной.

Способ убийства наталкивал на нехорошие мысли. Все члены верхушек семей были оповещены о произошедшем. Оборотни приняли к сведению. Никто не остался равнодушным. Но каких-то конкретных шагов до окончания следствия предпринимать на данный момент не стали. Эгоистично надеясь, что убийство парной связки было случайностью.

Однако сам Леонардо, веря своей интуиции, нашептывающей, что жертвы, скорей всего, еще будут, так не считал. В обход правил одно из подразделений Дина Картена, именуемое наблюдателями, под руководством Адриана Фоксайра, по совместительству друга семьи Фрост, было направлено осторожно следить за ситуацией и при любых подозрительных моментах, даже самых незначительных, докладывать ему и Дину незамедлительно.

Леонардо вернулся мыслями к сегодняшнему инциденту.

Да, в уборной вышла досадная случайность. Но на месте обычной официантки, не вовремя решившей нарушить рабочий регламент и недальновидно укравшей, по ее мнению, «прикольную» зажигалку у старшего брата, так похожую на огнестрельное оружие, запросто мог быть наемник.

Один выстрел ― и его предполагаемая пара с дырой в голове. И если девочка на самом деле пара Леонардо, в чем он уже не сомневался, то на этот раз на одного Стража уж точно стало бы меньше. Ввиду того, что в его роду действительно не имелось преемника, семья Фрост-Бьорн осталось бы обезглавленной. А это нехорошо.

Леонардо вздохнул, приглушая эмоции, взгляд упал на галоскан с мельтешащими, ярко пульсирующими точками.

Сенсорные трекеры являлись обязательными устройствами слежения, внедрялись стражами рода для контроля оборотней и приближенных к ним людей. Именно стражи были призваны следить за порядком в кругу рода и предотвращать любые конфликты, а также карать.

О таких, как Леонардо, имелось мало информации, как и мало кто знал о способе слежения. Лишь наследники рода имели представление об их действиях немногим больше, но абсолютно все знали: если за ними пришел один из них, значит, провинился и будет жестоко наказан. За поступки людей перед стражами отвечал непосредственно оборотень. Пара провинившегося или же взявший под опеку человека. Такой закон.

Рисковать Леонардо более был не намерен. Значит, и его девочку придется вновь усыпить. К тому же, согласно данным из ее личного дела, у Алины боязнь перелетов, в таком случае будет даже благоприятней ее бессознательность, да и трекер успеет немного прижиться.

— Что вы там постоянно смотрите? — отвлек его от размышлений голос Алины.

Подняв глаза, Фрост посмотрел на девушку, с интересом поглядывающую на его планшет. Она вытянула шею, пытаясь заглянуть в экран. Заблокировав гаджет, Леонардо вместо ответа уточнил:

— Ты поела?

Алина недовольно скривилась.

— Поела. Теперь вы скажете, куда меня везете? Зачем это вообще нужно было делать? Мы уже полдня куда-то едем, а вы держите меня в неведении, знаете, мистер Фрост, это напрягает, — она укоризненно нахмурилась.

— Мы движемся в одно из моих поместий. Там… безопасно.

Алина удивленно вскинула брови и скептично хмыкнула:

— А мне что, что-то угрожает? Помимо вас, конечно.

Его зверь, чутко прислушивающийся к их паре, умилительно мурлыкнул:

«Какая гордая, дерзкая у нас девочка. А как она вкусно пахнет…Скорее бы ее попробовать».

Ирбис незамедлительно подкинул картинки их девочки на постели, привязанной шелковыми черными лентами к столбикам кровати, призывно изгибающейся под их жадным взором.

Член в его штанах дернулся, наливаясь кровью.

Сжав зубы, чтобы не зарычать, Леонардо тряхнул головой.

«Уймись».

Ирбис обиженно рыкнул, убираясь в подсознание. Лео тяжело вздохнул, непроизвольно глубоко втягивая носом тонкий, приятный запах девчонки.

— Мистер Фрост? — не понимая причину заминки, осторожно позвала Алина.

Леонардо проследил, как девочка убрала чуть подрагивающие руки под стол, тихо отвечая:

— Возможно, что-то и угрожает.

Алина округлила глаза.

— Что? Это кто-то из тех людей, кто заставлял меня сливать информацию, да? Но, подождите, разве с ними не разобрались?

Фрост мельком взглянул в сторону планшета.

— Разобрались.

— Тогда я не понимаю.

Лео едва заметно поморщился. Что он ей мог сказать? Алина не знала об оборотнях абсолютно ничего, свято веря, что на земле существуют только люди, а такие существа, как он, ― сказки, бывающие только в любовных глупых романах. Сказать в лоб он не мог, предвидя реакцию. Для начала она должна привыкнуть к нему. Довериться ему.

А она не доверяла. Пока не доверяла.

— Знаешь, — он тонко улыбнулся. — Я могу рассказать тебе свои истинные мотивы. И даже позволю не только позвонить Иларии, но и разрешу навестить ей тебя.

Девушка непроизвольно подалась вперед, жадно уставившись на него. Но тут же недоверчиво усмехнулась, покачав головой.

— Не просто так вы сейчас это сказали. Есть какое-то «но». Некий вопрос, на который я отвечу неверно.

Зверь восхищенно вздохнул:

«Умный котенок».

— Именно. Так вот, Лина, если положительно ответишь на поставленные вопросы, не только тебе все поясню, но и дам карт-бланш. Ты сможешь на постоянной основе поддерживать связь с подругой, если она того захочет, как и один раз приехать в гости.

Взгляд девушки потух. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять промелькнувшие в умной головке мысли и страхи.

— Ясно. Задавайте свои вопросы, — она гордо вздернула подбородок, беззащитно обхватив себя руками за худые плечи.

Леонардо вздохнул, не к месту подумав, что нужно будет его пару немного откормить. И понимая, что на его вопрос будет именно отрицательный ответ.

— Ты мне доверяешь, Алина? Сможешь доверить мне свою судьбу? Отдать свою жизнь в мои руки? Полностью мне подчиниться?

7.1.

Девчонка точно не ожидала таких вопросов. Она побледнела и отшатнулась, выдохнув ответ быстрее, чем успела подумать:

— Нет.

Лео с пониманием усмехнулся, опуская голову, чтобы скрыть в глазах горечь.

— Вот и ответ, девочка.

Алина, подумав, что ее нагло провели, возмущенно вскочила, громко выкрикнула, нависая над мужчиной:

— Вы знали, что я так скажу! Так какой смысл?!

Он, не поднимая головы, тихо приказал:

— Сядь.

Обиженно засопев, девушка демонстративно медленно села.

— Так вот, Лина. Как только ты сможешь на эти простые вопросы ответить положительно, я сразу же открою тебе не только свои цели, но и многое другое. И раз ты уже поела, на выход.

«Не слишком ли ты жестоко с нашей парой?» — зло зашипел зверь.

«Нет, так было нужно».

Ирбис недовольно дернул хвостом, но спорить не стал.

* * *

Алина

Под надзором трех пар глаз шагая к машине, я возмущенно сопела, словно дошедший до стадии кипения чайник. Даже не взглянула в сторону радостно машущего нам ручками персонала. В ушах все еще звучали холодные слова Фроста.

Как у него вообще язык повернулся задать мне столь провокационный вопрос?

Манипулятор беловолосый!

Любой нормальный человек, будь на моем месте, ответил бы ему категоричное нет! А я тоже хороша. Сразу выложила честный ответ. Нужно было соврать! Сказать, мол: да, хозяин. Конечно, мы вам доверяем! Говно вопрос. И ресничками хлоп-хлоп.

Вдруг бы поверил и действительно выполнил то, что наобещал.

Но вот где-то в глубине души я понимала: он знал бы, что я соврала. Знал и не ответил и грамма правды. Да и пристыдил.

И, кстати, о возврате домой речи совсем не шло. Это печально.

А еще я думала о его словах об опасности и почему-то верила, тоже в о-очень в глубине души, что некая опасность все же есть.

Поежилась. Если честно, вновь оказаться в руках шантажистов я уж точно не желала. А там, куда везет меня мерзавец Лед, точно будет безопасно.

Передо мной распахнули дверь машины. Бросив быстрый взгляд на братьев, садящихся в свою прилизанную тачку и словив, как мне показалось, сочувственный взгляд, залезла внутрь. И в следующий момент даже не успела отреагировать, задумавшись о том, что так и не спросила, что такое эти хедсеты, а Лед так и не ответил, что именно он делает в планшете. Поскольку к моей шее прикоснулись два холодных пальца, хладнокровно надавливая, и сознание померкло. Последнее, что я слышала:

— Выдвигаемся, Лиам. Найди глухое место. Нам ненадолго нужно задержаться.

Ответное ворчание Лиама я уже не слышала.

* * *

Молчаливо наблюдая за действиями начальника, неторопливо вытащившего из багажника джипа черный бокс с серебристыми толстыми полосами, братья недоуменно переглянулись, не понимая: что происходит. После того как их начальник забрал с собой девчонку, события развиваются непонятным образом. Девчонку уже второй раз усыпили. По ее прихоти несколько раз изменили маршрут, что вообще практически никогда не делалось. Только по особой причине.

Но разве желание поесть являлось особой причиной? Для братьев Флайм ― уж точно нет.

Она для них вообще была странной. Импульсивная, шебутная, капризная, без какого-либо инстинкта самосохранения, иначе как объяснить, что она не боялась повышать голос на того, кто только за это спокойно пускал пулю в лоб. Быть не в курсе происходящего Флаймы терпеть не могли. Но спрашивать что-либо поостереглись, как и оспаривать действия руководителя, предпочитая молчать.

Леонардо Фрост мягко провел пальцами по крышке бокса, повернулся к подчиненным.

— Вы знаете о положении под кодом ноль три?

Ярин дернулся. Лиам, стоявший возле открытой двери водительского сидения, неоднозначно хмыкнул. А Картер медленно произнес:

— Конечно, сэр. Пункт о неразглашении случайно полученной информации, за разглашение которой назначается смертельный приговор и последующая охота за нарушителем.

— Верно. На ваших скайнах[1] соглашение. Не забудьте подписать.

В воздухе повисла осязаемая угроза. Мужчины напряженно сглотнули, четко вразнобой отвечая:

— Будет сделано, сэр.

Леонардо удовлетворенно кивнул.

Вернувшись в машину, он открыл кодированный замок, крышка бокса плавно откинулась, выпуская холодный воздух. Внутри в специальных выемках лежали сам трекер в ампуле и компонентная жидкость в шприце.

Неспешно соединив части, Лео наклонился к девушке, смочив пальцы, нежно провел по заранее оголенному плечу. Толстая игла мягко вошла в кожу, тихий щелчок, давление ― и трекер внутри девушки.

Вытащив шприц, мужчина кончиком языка прошелся по ранке, зализывая, и поцеловал спящую в лоб.

С его сухих губ сорвался тихий, едва различимый шепот:

— Я буду рядом, моя хорошая.

[1] Скайн – устройство связи, выдаваемое служебному лицу, работающему в первом, основном подразделении службы безопасности рода. С его помощью передаются зашифрованные послания непосредственно вышестоящего руководства, прочитать которое может только хозяин скайна, подтвердив свою личность отпечатком пальца.

Картер и Ярин на данный момент не являются служащими ни одного из подразделений, но скайны им полагаются при переходе под руководство Стража.

Глава 8

К ожидающей их вертушке они прибыли спустя несколько часов. Два пилота, молчаливо стоявших возле темно-серого вертолета класса «Ансат», приветственно кивнули, даже и бровью не дернув в сторону бессознательной незнакомки на руках руководителя. Лишь мельком переглянулись и невозмутимо уставились вдаль, дожидаясь команды на погрузку.

Стоящие чуть в стороне от них двое мужчин в коричнево-серой форме с нашивками мобильного подразделения, стоило автомобилям руководителя и сопроводительной команды заглушить двигатели, без промедления подошли. По протоколу поприветствовав Стража, коротко стриженные с военной выправкой оборотни, предварительно получив подтверждение о неизменности конечной точки, забрали ключи от джипов и отбыли согласно маршруту.

— Начинайте подготовку. Всем занять свои места, — отдал приказ Фрост, шагая к вертолету.

Пока пилоты проводили стандартные манипуляции проверки, его починенные проверяли исправность наушников и прочей гарнитуры, Леонардо занимался устройством Алины.

Осторожно усадив девушку рядом с собой и прочно зафиксировав безвольное тело ремнями, изучающе взглянул на свою предначертанную, сжимая зубы. То, что он видел, ему определенно не нравилось, однако мужчина заранее знал: ее боль для него будет не менее болезненной, но он был намерен ее поддержать, рассчитывая, что его близкое присутствие как пары хоть немного облегчит ее участь.

Хмуро убрал чистым платком с чуть бледного лица бисеринки пота и прилипшие мелкие прядки волос. Нежно прикоснулся к приоткрытым губам легким поцелуем.

Активировав галаскан, Леонардо открыл индивидуальную карту данных Алины, проверяя жизненные показатели. Оборотень облегченно вздохнул. Вживление сенсорного трекера у девочки проходило куда лучше, чем он мог предполагать. Хост был в стадии завершения интервенции на семьдесят процентов.

По подсчетам выходило, что к прилету стадия будет на девяноста процентах с погрешностью к завершению процесса.

Внешние неблагоприятные проявления были минимальными. Ее немного лихорадило, с влажных губ то и дело срывались тихие болезненные стоны, ей точно снились кошмары, или что-то очень неприятное.

К сожалению, кроме своей незримой поддержки, ничего иного он дать ей не имел права. Выход сгладить симптомы имелся, однако слишком деликатный.

На секунду задумавшись, Лео мрачно взглянул на как бы невзначай заинтересованно поглядывающих в его сторону братьев, те встретили его тяжелый взгляд и мигом отвернулись, но оборотень уже решительно отмел этот вариант.

Его девочка справится сама, без эротического вмешательства Лео, как бы тому ни хотелось ее приласкать. Леонардо не был склонен к благородным порывам, однако он представил, что последствия его ласк учуют другие самцы, и из горла мужчины помимо воли вырвалось гортанное яростное рычание.

Нет, он не позволит, чтобы ее эмоции интимного характера видел кто-то кроме него. Иначе он попросту вырвет им глотки, а такого исхода он допустить не мог.

Подчиненные, мигом почуяв негативное настроение руководителя, напряглись, даже пилоты всего на несколько секунд испуганно втянули головы в плечи, не рискуя обернуться и посмотреть, в чем дело, по какой причине их абсолютно в любых ситуациях сдержанный начальник не удержал эмоциональный контроль. Лишь украдкой обменялись между собой взглядами и шустрее задвигали пальцами, настраивая сложную систему на готовность к работе.

Беловолосый мужчина усмехнулся, пристраивая голову девушки на свое плечо, легким движением стянул удерживающую волосы резинку, мягко зарываясь пятерней в густые пряди. И сам едва не заурчал от удовольствия.

* * *

Алина

Мне снилось что-то очень странное. Причем я четко понимала, что это сон. Только какой-то слишком яркий и реалистичный сон.

Не разбирая снежной дороги и задыхаясь от предвкушающего страха быть настигнутой, я от кого-то бежала. Воздуха в легких уже не хватало, изо рта с примесью пара вырывалось рваное дыхание. В животе приятно-остро сжималось от восторга и знания, что когда меня мой охотник поймает, то…

Что будет после этого «то», осознавала плохо. Но почему-то была уверена, что будет что-то о-очень загадочно интересное. Однако, чтобы это случилось, я должна убежать.

Мысли в голове разбегались, не задерживаясь на какой-то одной конкретной, все внутри меня выло сиреной: скорее! Еще быстрее! Он не должен нагнать!

Кровь в венах, кажется, вскипела от ощущения, что еще секунда ― и я буду настигнута.

Он уже близко… Он за спиной. Он пришел за мной!

От этой инстинктивной сирены, сигнализирующей, я бы даже сказала, орущей об опасности, волосы на всем теле встали дыбом.

Судорожно хватанув ртом холодный воздух и подавив в себе дикое желание обернуться, подпрыгнула в попытке ускориться, но внезапно совсем близко раздался торжествующий рык и меня осторожно-мягко снесли, повалив в снег, сдавливая в кольце сильных рук.

Нас немного протянуло по снегу, холодные брызги попали на лицо. Машинально зажмурившись, крепче прильнула лбом к прохладной грудной широкой клетке, ощущая, что подо мной некто обнаженный и о-очень… возбужденный.

— Попалась, котенок, — довольно проурчали на ухо.

Медленно разлепив ресницы, прибалдело уставилась в льдисто-голубые глаза… с узким, как у кошек, вертикальным зрачком. Тихо пискнув, отшатнулась, ощущая, как напрягается подо мной тело.

— Ты-ы-ы-ы…

— Девочка моя, что случилось? Ты словно привидение увидела.

— Лучше бы привидение, — ляпнула, медленно сползая и почему-то щупая лежащее подо мной мужское тело, не отрывая настороженного взгляда от посуровевшего лица. Когда мои руки внезапно нащупали приятную упругую бархатистую твердость, мужчина подо мной чуть дернулся, шумно втянул носом воздух, а я застыла, с опаской опустила взгляд, а увидев, что именно держат мои ладони, тяжело сглотнула.

С мужчины меня как ветром сдуло, пищащим таким ветром.

— Леонардо! — возмущенно заверещала, поворачиваясь к мужчине спиной, вообще не понимая, почему мне вдруг приснился обнаженный чертов Лед.

Что вообще происходит? Мне никогда раньше не снились голые мужики. Тем более я не ожидала увидеть в своем, между прочим, сне мерзавца Фроста! Обнаженным!

Впрочем, управляемые сны мне тоже раньше не снились. Эта мысль заставила меня задуматься, и только поэтому я пропустила осторожное приближение беловолосого бесстыдника.

На плечи опустились руки, мягко сжав.

— Алина, что не так?

Он еще спрашивает?!

Гневно сузив глаза, резко обернулась, собираясь высказать наглецу все, что о нем думаю. Однако когда я обернулась, за спиной был не мужчина. Но лучше бы был именно он!

— Мамочки! — громко взвизгнула, попятившись.

Передо мной, на о-очень близком, опасном расстоянии, оказалась морда огромной полосатой кошки. Взирающей на меня с громаднейшим таким, искренним сюрреалистичным недоумением. Мляха муха! Кроме шуток, котяра, ― вроде бы их ирбисами называют, ― озадаченно таращился на меня льдисто-голубыми подозрительно знакомыми глазищами. Словно это я вдруг стала кошатиной, а оно человеком.

С вопросительной интонацией мявкнув, зверь, мягко ступая лапами по снегу, двинулся ко мне. В другой ситуации я бы, наверное, умилилась, да и вообще, сон же, но в тот момент кроме испуга и паники я не ощущала ничего. Сама не до конца понимая свою реакцию, сжалась и поступила так, как поступала часто, проснувшись от плохого сна, боясь засыпать, чтобы он не приснился вновь, истерично выкрикнула:

— Я не хочу здесь быть! Пожалуйста, другой сон!

8.1.

Почти весь полет Алина проспала практически нормально. Только один раз ее показатели заметно ухудшились.

Леонардо, на протяжении нескольких часов цепко отслеживающий по карте показатели, встревожился резким скачком нейронных импульсов, сигнализирующим о повышенном выбросе эмоции страха. Девочка заметалась, бессвязно-жалобно залопотав, но мужчина смог разобрать. Она просила защиты. Не желала быть там, где была.

У Лео на миг сжалось сердце.

Мужские пальцы замерли на пульсирующей красным точке. Галаскан стремительно выдавал решения ликвидации проблемы. Наиболее благоприятный, естественно: замещение эндорфинами.

Тихо выругавшись, он с тяжелым вздохом отложил гаджет, склонился к предначертанной, зашептал на девичье ухо разные нежности, поглаживая кончиками пальцев шею, плечо, животик, старательно обходя интимные зоны. Иначе мог не сдержаться, залезть туда, куда не приглашали. Это было мучительно. Мучительно сладко.

Когда девочка, к его счастью, начала потихоньку успокаиваться и вскоре затихла, Леонардо сдавленно вздохнул. В штанах было тесно, напряженный орган, жаждущий разрядки, доставлял неприятные ощущения. До хруста сжав зубы, оборотень прикрыл глаза, приводя мысли в порядок.

Спустя несколько минут, полностью взяв под контроль тело и эмоции, он вновь взглянул на экран, удовлетворенно кивая. Несмотря на хрупкое тело и измотанную психику, его пара была сильна.

Критическая точка была успешно пройдена. Согласно данным адаптационный процесс придет к завершению уже этим вечером, что для человеческого организма и вовсе является немыслимым чудом.

Если бы Фрост не был на более чем сто процентов уверен: Алина чистокровный человек, он бы усомнился, решив, что она, как и Елена, имеет оборотнические корни. Но благодаря своей сути[1] он знал наверняка: увы, но Алина та, кто она есть. Человек.

Однако, несмотря на это, он довольно улыбнулся, обласкав гордым взглядом нежное, умиротворенное лицо, привычно убрал со лба легкую испарину.

Его пара – боец.

Остальной полет прошел спокойно. Фросту даже удалось немного поспать, прежде чем его разбудили, сообщив о подготовке к посадке, и уже через полчаса они приземлились в специальной зоне на территории поместья.

Первыми выбрались братья Флайм, затем Лиам, а после уже сам Фрост с девушкой на руках. Их ждала машина с водителем от поместья, поскольку сам дом в целях безопасности располагался в нескольких километрах.

— Добро пожаловать в Рис-Аудаунерис, господин, — вежливо поприветствовал его водитель, чуть приподнимая фуражку. — Господа.

Леонардо едва заметно поморщился. За долгое время отсутствия в Аудаунерисе он успел отвыкнуть от манеры общения Мавредонцев, но, тем не менее, тихо отозвался:

— Благодарю, Милс.

Его подчиненные лишь коротко кивнули.

Водитель, успевший многого повидать за свою жизнь, ничем не выдал своего удивления при виде, как он надеялся, спящей светловолосой девочки на руках хозяина, тем более он не удивился собранным, внимательно следящим за каждым его движением спутникам, признавая личную охрану господина.

Время в дороге занимало от силы десять минут, и спустя этот срок темно-синий седан въезжал в гостеприимно распахнутые кованые ворота, мгновенно захлопнувшиеся, как только машина проехала на территорию.

У подножия каменной широкой лестницы их ожидал вытянувшийся в струнку, если не весь, то в большинстве, персонал во главе с бессменной экономкой.

Вышагнув из машины, Леонардо поудобнее устроил на руках все так же мирно спящую девушку, повернулся к собранным братьям.

— Ярин, Картер, на вас территория. Лиам, пока свободен.

— Буду на связи, мистер Фрост, — откликнулся маршрутизатор, усаживаясь обратно в машину. Седан плавно выехал в сторону подземной парковки.

Проследив за удаляющимися рассредоточенными братьями, Лео направился к поместью. Отпустив всех работников по своим делам, он оставил только экономку – Мадлен. Она являлась человеком, как и треть персонала, и прослужила в этом поместье чуть больше двадцати лет. Абсолютно все люди, оказавшиеся в его подчинении из-за разных жизненных ситуаций, в частности, из-за знания об оборотнях, были свободны и могли уйти в любой момент, но никто из них к этому не стремился, напротив, держались за выгодное место.

Людей, так или иначе узнавших о том, что помимо них существует и иная более опасная раса, не принуждали к подписанию документов о неразглашении, однако все они в свое время прошли через процедуру установки трекера. И если большинство работников попросту не знали о том, что за ними тщательно наблюдают, то Мадлен располагала такой информацией.

— Мадлен, — обратился он к женщине, поднимаясь по ступеням, зная, что она идет позади него. — Комната мисс готова?

— Конечно, господин, все сделано, как вы просили, — отозвалась экономка. — Мы подготовили смежные с вами комнаты. Одежда молодой госпожи согласно вашему списку куплена, постирана и размещена по шкафам. Обувь и комплекты нижнего белья ― тоже.

— Хорошо. Попроси подать ужин к семи часам, мисс Алина проснется примерно к началу шестого.

— Разумеется, сэр.

Поднявшись на второй этаж, где располагались хозяйские комнаты и комнаты для важных гостей, экономка услужливо распахнула перед мужчиной тяжелую дверь, украдкой заинтересованно посмотрев на юную, красивую мисс.

Женщина хоть и не показывала своего любопытства, но ей было очень интересно, кем приходится девушка их суровому, холодному господину.

При виде того, как мужчина со всей осторожностью укладывает девушку на кровать, мягко гладит по щеке ладонью, сердце экономки радостно сжалось. Неужели их сдержанный хозяин привез ту, что станет для него женой? Ох, ей было трудно в это поверить. Ведь не так уж и давно их суровый, но добрый господин потерял свою пару.

Женщина тяжело сглотнула, она все еще помнила, в каком ужасающем состоянии приехал к ним господин. Как боязно было с ним находиться поблизости… Это время было поистине страшным и навсегда отложилось в подкорках невольных свидетелей. В тот момент каждый из них прочно осознал, что такие, как мистер Фрост, ― иные.

Задумавшись, Мадлен едва не оплошала, чуть не прослушав тихое к ней обращение.

— Переоденьте ее во что-нибудь более удобное. И будьте поблизости. Если вдруг мисс станет плохо, незамедлительно позовите меня. Я буду в своем кабинете.

— Да-да, конечно. Я попрошу Нану переодеть госпожу и буду рядом. Вам требуется какая-нибудь помощь, господин?

Задумчиво поглаживая маленькую в сравнении с его пятерней ладушку пары, Леонардо отрицательно мотнул головой.

— Нет, если мне что-нибудь понадобится, я сам займусь.

— Хорошо.

Мужчина уже был в дверях, как женщина, наконец разглядев состояние спящей, широко распахнула глаза, испуганно ахнула:

— Господи, боже, адаптационный процесс?

Леонардо обернулся через плечо. От тяжелого взгляда хозяина женщине стало не по себе, она уже открыла рот, чтобы извиниться за то, что влезла не в свое дело, как он, немного помедлив, тихо отозвался:

— Именно так. Старайтесь лишний раз не оставлять ее одну.

— Разумеется, я прослежу.

Мистер Фрост уже несколько минут назад оставил ее наедине с девушкой, а Мадлен никак не могла взять себя в руки. По спине все еще гулял липкий холодок. Внутри нее все переворачивалось от жалости к бедняжке, она как никто другой понимала, каково это ― пережить подобное.

Из-за какой-то физиологической особенности, какой именно, экономка не запомнила, уж слишком мудреное было объяснение, Мадлен помнила свою агонию до секундочки, и если бы не мистер Фрост, контролирующий ситуацию и ни на минутку ее не покидающий, дарящий поддержку, она могла и не пережить.

Но в то же время она понимала и кое-что иное. А именно: необходимость. Человеку же только дай волю, все вокруг и себя заодно истребит. Тьфу. По мнению Мадлен, люди были слишком жестоки, жадны, эгоистичны, мелочны, контроль, даже такой жесткий, им был необходим.

Да, с адаптацией этой ей не повезло. Но таких, как она, – особенных ― единицы. Зато теперь Мадлен счастлива, спокойна и ни в чем не нуждается. А самое прекрасное: полнейшая безопасность. А устройство под кожей… Подумаешь. Главное не помнить, не думать, не вспоминать о том, что с помощью этой маленькой штучки одним словом, движением господин может перекрыть кислород, остановить сердце, прекратить жизнь любого из них, стоит ему лишь захотеть. Но это же если некто пойдет на предательство, просто так их хозяин никого никогда не тронет. В этом экономка была уверена.

Поежившись не то от прохлады, веющий из приоткрытого окна, не то от незваных воспоминаний, женщина зареклась больше никогда не открывать рот, когда ее об этом не просят.

Захлопнув окно, она принялась за работу, не забыв вызвать к юной госпоже молоденькую горничную. Однако неся в стирку вещи девушки, вспомнила, что так и не спросила у господина о важном.

Знает ли молодая госпожа что-нибудь об этом месте? Знает ли она, кто такой господин и половина поместья?

Запнувшись, женщина горестно застонала, коря себя за глупость и, развернувшись, едва ли не бегом направилась к кабинету, молясь всем высшим силам, чтобы господин, не дай бог, ее не наказал. Правда, женщине с лихвой хватало опасной бешеной энергетики, витающей вокруг оборотня. В сравнении с этим любое

[1] Снежные ирбисы обладают острым чутьем, способны почуять оборотней на крайне дальних расстояниях, как и распознать примеси оборотной крови в человеке.

Глава 9

В кабинете Леонардо скинул надоевший за время дороги пиджак и, подойдя к столу, опустил руку на сенсорный ключ в виде отпечатка ладони. По панели пробежались красно-голубые искры, считывая код, заложенный в линиях. Манипуляция мало приятная, поскольку, если сравнивать ощущения, то словно ладонь опустить на раскаленную сковородку, но для Леонардо такая процедура была привычной.

Считав информацию, панель окрасилась в зеленый цвет, глухой протяжный щелчок ― и имитация стены отъехала в сторону. На ходу расстегивая рубашку, чтобы ослабить давление воротничка на горло, Фрост вошел в потайное помещение, голосовой командой запуская ироскандер [1], стена позади него стала на место. Не успел он задать новую команду, как его слух уловил тихий стук. На ироскандере мгновенно отразилась мнущаяся у порога закрытой двери экономка.

У него внутри похолодело. Неужели что-то с Алиной? Ей стало хуже?

— Показать квадрат С2.

Ироскандер послушно отобразил комнату Алины и мирно спящую на кровати девушку, заботливо укутанную в одеяло. У ее кровати на стульчике с безмятежным видом читала книгу горничная.

Нахмурившись, не понимая, что так срочно могло понадобиться женщине, Леонардо с помощью голосовой команды ироскандера попросил Мадлен подождать несколько минут, заметив, как испуганно вздрогнула экономка, и подсоединив планшет к системе, оставил загружаться новые полученные данные.

К его сожалению, текущий программатор ироскандера – экспериментальный образец ― имел серьезное отклонение: выборочная синхронизация. Не все данные правильно и своевременно дистанционно загружались в систему. Однако команда разработчиков заверяла, что уже работает над этой проблемой, ставя сроки завершения тестировки через несколько недель. Впрочем, Лео, несмотря на заметное неудобство, не доставляло особого дискомфорта проводить ручную десинхронизацию.

Выйдя в коридор к подозрительно нервной экономке, тихо уточнил:

— Слушаю, Мадлен. Что-то срочное? Я немного занят.

Закусив бледную губу, женщина стиснула деревянными пальцами рабочее платье, комкая ткань, не решаясь сказать то, с чем пришла. Стыдно сказать, но давно она не чувствовала себя такой безосновательно испуганной и взвинченной.

— Говорите, Мадлен, — мягко поторопил ее мужчина. — В чем дело?

— Сэр, — наконец решилась экономка. — Простите, что отвлекаю, но я позабыла у вас уточнить: девушка знает о… О том, где она? Точнее… Ох, извините, мистер Фрост. Я подумала…

— Я понял тебя, Мадлен. Мисс Алина ни о чем не знает. Как придет время, я сам ей расскажу. Это моя забота. В течение получаса всем работникам «Фрайзен Дола» придут уведомления и рекомендации в отношении мисс.

— Как скажете, — понимающе кивнула Мадлен. — В таком случае, я могу идти?

— Идите.

Уже более повеселевшая экономка поспешила по своим делам, а Леонардо вернулся в кабинет. Загрузка данных была благополучно завершена, и мужчина быстро запустил проверку сначала по поместью. Жизнь в с виду тихом особняке кипела, каждый был чем-то занят.

Лиам нашелся под капотом спортивной машины, а найдя Флаймов, Лео усмехнулся.

Обернувшиеся братья весело резвились в отдаленном уголке парка.

— Вот оно что, отлыниваем от работы.

Мужчина открыл их карты, посылая по телам легкую, предупреждающую тепловую волну.

В этот момент Картер, в облике лиса запрыгнувший на ирбиса Ярина, вцепился острыми зубами в загривок, но почуяв волну, испуганно подскочил, смешно кувыркнувшись в воздухе и упав на лапы, завертелся на месте, ища опасность, и не найдя оную, недоуменно зафыркал. Ирбис рассерженно мявкнул, оборачиваясь в человеческую обнаженную ипостась, напряженно оглядывая периметр и принюхиваясь. Так же, как и брат, не найдя угрозы, подозрительно нахмурился.

Фыркнув, Леонардо уже хотел им позвонить, поскольку эти олухи перед оборотом сняли хедсет, но его опередили. На смартфоне высветилось имя Дина Картена.

— Выведи на экран местоположение Картена, — озвучил приказ, принимая звонок.

На экране высветилась пульсирующая ровным желтым светом точка. Леонардо, узрев, где именно Картен, усмехнулся.

— Да, Дин?

— Леонардо, — ровно отозвался тот. — Вы уже в конечной точке?

— Да.

— Про то, как добрались, спрашивать не буду. Я по другому вопросу. Дело в Столице завершено, как насчет немного расслабиться? Я тут...

— Вижу. В бункере прохлаждаешься.

— Все-то ты знаешь, — язвительно буркнул Дин. — Так что, присоединишься?

— Не сегодня.

— Ой, да брось. Мои бойцы расслабились без присутствия твоей мохнатой задницы, обленились. А стены стрельбища плачут со скуки.

На лице Леонардо медленно расплылась широкая улыбка. И хорошо, что в тот момент его никто не видел, ибо от этого зрелища с легкостью можно было схлопотать разрыв сердца.

— Да что ты говоришь, — ласково протянул Лео, с удовлетворением наблюдая, как в крови оборотня резко повысился адреналин, а в трубке едва уловимо послышалось учащенное сердцебиение. — Расслабились, да? Как интересно. А может, это тебя, Картен, пора бы прогнать по нескольким уровням? При твоем же командовании обленились. Ладно, уговорил. Смазывай... арсенал, Дин. Буду после девяти.

— Да вот, знаешь, запал как-то пропал. Как там тебя назвала мисс Калистова? Чертов Лед? Так вот, Фрост, ты еще тот чертов... Лед, — холодно процедил Дин. — Жду.

Опустив руку с потухшим смартфоном, Леонардо широко улыбнулся. Проверил состояние пары, удостоверяясь, что процесс успешно завершен. Разослал работникам информацию по Алине и, удостоверившись, что Флаймы надели хедсеты, вызвал их к себе в кабинет. Собираясь после небольшой воспитательной взбучки наконец добраться до душа.

[1] Ироскандер – вычислительная многофункциональная, модифицированная сканирующая система, с помощью которой Стражи отслеживают каждый «трекерный» объект. Основная цель ироскандера: каждую миллисекунду считывать, фиксировать эмоциональный фон, физиологическое состояние объекта. А также предупреждать об отклонениях.

9.1.

Алина

Проснулась я на удивление легко. Потянувшись на кровати, сладко зевнула, ощущая себя выспавшейся и бодрой, солнечно улыбаясь, медленно распахнула глаза, уставившись в незнакомый потолок.

Глаза распахнулись шире. Резко присела, подтянув одеяло до подбородка, и изумленно огляделась. И по мере осмотра богато, но не вычурно обставленной комнаты мрачно вспоминала недавние события моей охренеть как круто вильнувшей жизни.

— Гад! Он меня усыпил! И не в первый раз же! Вражина белобрысая, — со злостью и одновременно восхищаясь коварством мистера Льда, выдохнула, на всякий случай воровато оглянувшись.

Не найдя вышеупомянутого беловолосого гада, облегченно выдохнула, уже более расслабленно рассматривая уютную спальню. А то, что это именно спальня, а не просторная комната, было понятно сразу.

Из мебели здесь был лишь стол-трюмо с большим овальным зеркалом, на столешнице которого были аккуратненько выставлены в несколько рядов маленькие баночки и флакончики. Перед трюмо ― стул без спинки, проще говоря – табурет, с мягкой плоской подушкой бежевого цвета.

Деревянная кровать – аэродром из светлого дерева, на которой, собственно, возлежало мое бренное тельце, и тяжелые светлые шторы на окнах. Также здесь имелись три закрытые двери, ведущие непонятно куда.

— Ну, и где сам наглец-похититель?

Мой взгляд упал на приставленный к кровати стульчик и лежащую на ней раскрытую книгу. Подтянувшись, взяла ее, покрутив. Книга оказалась любовным дамским романчиком. Весело фыркнула, представив, как Фрост, взахлеб читая роман, замирает на особо пикантных сценах, мечтательно прикрывая свои льдистые глазенки.

Хихикнув, отложила книгу на место.

Эх, знать бы, куда он меня притащил и сколько я еще часов проспала.

И еще момент. С опаской отодвинула одеяло, заглянула под него, краснея и от злости, и от смущения. Я была одета в кружевную белоснежную сорочку до середины бедра. Поерзала попой и покраснела вдвойне: по ощущениям, я была одета только в легкую ткань.

Та-а-ак. А вот это уже интересно. Кто меня раздевал?!

Офигевший мозг мгновенно нарисовал образ, как мужчина, положив меня на кровать, по-хозяйски стаскивает вещи, задерживаясь на обнаженных участках тела, медленно ведет по бедрам ладонями, стягивая с беззащитной меня маленькие трусики. Лапает нежную кожу своими длинными прохладными пальцами, накрывает губами через кружевное безобразие сжавшийся в тугой камушек сосок.

Между ног подозрительно стало влажно.

Ахнув, сдвинула бедра, разозлившись еще сильней.

— Ну нет, — потрясла распущенными волосами, сжав их в кулаке. — Нет, нет, нет, на такое я не подписывалась!

Рассерженно пыхтя, откинула одеяло и подошла к окну, выглядывая.

Вид из него, нужно сказать, был изумительным. Особенно был изумительным неприступный каменный высоченный забор.

— Просто крепость какая-то.

«Картина маслом: белоснежный дракон и принцесса, только не в башне, а на этаже так втором», — пропел в голове ехидный, противный голосок.

И все-таки, в какой местности и вообще точке мира данная крепость и я вместе с ней нахожусь? Пока что сей вопрос был риторическим.

За спиной послышался странный сдавленный писк. Развернувшись, с удивлением посмотрела на испуганно таращившуюся на меня девушку, если бы не знала, что за моей спиной точно никого нет, подумала, что она увидела призрак, не меньше.

Но через секунду изумленно таращилась уже я.

— Госпожа, — присела в странном поклоне девушка. Судя по внешнему виду, младше меня на несколько лет. — Зачем вы встали? Вы должны были проснуться не раньше, чем через час.

Она нервно обернулась, посмотрев на дверь, и пролепетала:

— Я сейчас же позову Мадлен! А вы присядьте, мисс. Присядьте.

Незнакомка шустро переместилась ко мне и, аккуратно взяв за локоток, подвела к кровати, усаживая. А я так прибалдела, что даже не стала сопротивляться.

— Пожалуйста, мисс. Не вставайте, ладно? Я быстро.

Дождавшись моего заторможенного кивка, девушка подхватила книгу и быстрым шагом удалилась из комнаты, закрыв дверь. Послышался щелчок.

Кажется, мои глаза стали квадратными.

— Великолепно. Меня еще и заперли.

Тяжело вздохнула, стараясь не вдаться в истерику, поджала под себя ноги, удобнее устраиваясь на кровати. Все равно истерить и бить кулаками по злополучной двери, что-то мне подсказывало, не принесет никакой пользы. Себе только хуже сделаю.

Положив голову на колени, задумалась.

Так, я определенно не была в Столице. Ни в одном городе Полонесии, даже курортном Дееминске подобным образом обращаться было не принято. Увы, в географии я была не особо сильна, но все же кое-какие догадки имелись. Например, я где-то читала, что в Объединенных Содружественных Странах, вроде бы в богатых домах, наемный персонал обращался именно так. Ах, да. Это было в заботливо подкинутом Ларой романчике. Или нет?

Вот же блинчик!

Нужно будет, как только эта девица вернется обратно, постараться выведать этот момент. В дверь коротко стукнули, прерывая мои размышления, и в комнату вошла улыбчивая женщина с добродушным лицом, лет пятидесяти. Она была одета в строгое длинное, до щиколоток, прямое платье темно-синего цвета, ее темно-каштановые волосы были заплетены в простой низкий хвост.

— Вижу, вы уже проснулись, мисс Алина. Меня зовут Мадлен, в поместье господина Фроста я являюсь экономкой. Позвольте поинтересоваться, как вы себя чувствуете?

— Эм. Нормально.

— Хорошая новость! — воодушевилась женщина.

— Простите. А где сам мистер Фрост?

— О, хозяин в своем кабинете. К сожалению, он сейчас занят, но, если у вас есть некие вопросы, вы сможете обсудить с ним за ужином, — проницательно сообщила женщина.

«Хозяин? А я думала, рабство лет как пятьсот отменили».

— Давайте, я помогу вам привести себя в порядок перед ужином.

Нахмурилась, настороженно наблюдая за приближением женщины. Мне не хотелось, чтобы она подходила. Экономка, заметив это, удивленно остановилась.

— Мисс? Вы что, боитесь меня?

Я смутилась.

— Вы, конечно, простите. Но я... Опасаюсь. Проснулась непонятно где. Вижу незнакомых людей. Привезший меня сюда мужчина, опять-таки неизвестно где. Что мне еще думать?

На глаза помимо воли набежали слезы. Сжав в кулаках одеяло, стиснула зубы, чтобы не дай бог не зареветь. Это же позор. Стыдобище.

На лице Мадлен отразилось сочувствие. Выдохнув едва слышимое: «Так, хорошо», она вздохнула и тепло улыбнулась, заговорив как с маленьким ребенком или диким неприрученным зверьком:

— Мисс Алина, вы находитесь в поместье, принадлежащие мистеру Леонардо Фросту — «Фрайзен Доле», город Рис-Аудаунерис.

Услышав ответ, судорожно выдохнула. Господи, мои предположения подтвердились. Рис-Аудаунерис, город в штате Мавридонии. Один из южных штатов ОСС. Вот блин! Это же другой конец мира!

Мне, если честно, стало жутко. Это же какую власть имеет Леонардо, чтобы провернуть такое. Это же… Чтобы перевезти меня сюда, ему бы понадобился самолет! А немного узнав Льда, я точно знала, что простыми авиалиниями он не полетит. Много ли смертных имеет частные самолеты? Точно уж нет. Эта роскошь доступна только самым богатым и наделенным властью.

Звездец!

— Мисс? Вы побледнели, — заволновалась Мадлен, она сделала несколько шагов и вновь остановилась. — Что с вами? Вам плохо? Позвать мистера Леонардо? Мисс?

Вот кого-кого, а Леонардо видеть мне не хотелось. Боюсь, вряд ли я смогла бы удержаться от членовредительства, причем в прямом смысле этого слова: за все, что он сделал, мне очень хотелось врезать разок по его священным колокольчикам.

— Нет! Не нужно, Мадлен. Я в порядке. Просто… Просто не ожидала оказаться так далеко.

— Ох, мисс. Если господин счел нужным привезти вас сюда, это не просто так. Поверьте, зла он вам не желает.

С моих губ сорвался язвительный смешок.

Ну да, как же. Знаю я, чего он желает.

Вздохнув, беря в себя в руки, посмотрела на обеспокоенную женщину, натянуто улыбнулась.

— Извините, мое поведение, наверное, кажется вам глупым, — я поморщилась.

— Бросьте, мисс Алина, — отмахнулась она и уже тише добавила: — В вашем случае, вы держитесь просто отлично.

Мгновенно насторожилась.

— Что вы имеете в виду?

Мадлен отвела глаза.

— Перелет, думаю, был долгим. Вы точно не выспались. Вставайте, мисс, я покажу вам ваши комнаты, а затем мы подготовим вас к ужину.

Нехотя кивнула, признавая, что отлежаться в кровати, как последней трусишке, не выйдет. Послушно слезла с кровати, стараясь не думать о том, в каком виде предстала перед женщиной. Кстати, об этом.

— Скажите, Мадлен. А кто меня раздевал?

Глава 10

К моему облегчению, и почему-то легкому разочарованию, раздевал меня вовсе не мистер Фрост, а та самая нервная девушка, при виде бодрой меня сбежавшая звать экономку. Мадлен назвала мне ее имя, и я вроде бы запомнила, но не была уверена, что правильно. Имена все-таки у них здесь были очень непривычные.

О том, почему расстроил тот факт, что переодевал меня не беловолосый ледышка, а всего-навсего молодая горничная, по какой-то причине испугавшаяся, что я проснулась раньше времени, я старалась не думать.

Кстати, Мадлен просветила меня и на этот счет, пояснив, что на часах сейчас было чуть больше пяти вечера, а мистер Фрост, ― мама дорогая ― собственноручно принесший меня в комнату, заявил, что проснусь я не раньше половины седьмого. Вот горничная и испугалась гнева хозяина, подумав, что она случайно каким-то образом разбудила меня, и мистер Фрост будет этим недоволен.

Выслушав пояснение женщины, в этот момент уверенными движениями застилающей постель, недоверчиво спросила:

— И что, мистер Фрост действительно может за такую мелочь как-то наказать девушку?

— Нет, что вы, мисс.

Я уже было облегченно выдохнула, но тут Мадлен меня неприятно удивила:

— Вы, правда, проснулись сами, а вот если бы Нана действительно вопреки приказу господина: «никоим образом не тревожить вас», выступила катализатором вашего пробуждения, даже не нарочно, в таком случае, да. Ее бы ждало наказание за проступок.

— Вы серьезно? — изумленно хлопнула ресницами. В такое верилось, если честно, с трудом. Но по выражению лица Мадлен, не располагающему к шуткам, было понятно: она уверена, что так бы оно и было. По спине пробежали ледяные неприятные мурашки. — И какое же наказание ждало Нару?

— Нану, — поправила она меня. — Мне неизвестно, мисс. Однако наказание всегда соразмерно поступку провинившегося, не переживайте.

Я не удержалась от язвительного смешка, но вслух ничего не сказала, оставив свои ядовитые комментарии при себе. Мадлен точно бы правильно их не поняла.

Закончив застилать постель, женщина обернулась ко мне.

— Мисс Алина, что вы предпочитаете первым: принять ванну или же осмотреть комнаты?

Переступив на коврике босыми ногами, поморщилась, вспомнив, что вода не касалась меня более суток, влажные салфетки не в счет.

— Наверное, лучше сначала ополоснуться.

Женщина понимающе кивнула:

— Хорошо, следуйте за мной, мисс.

Экономка, с почтением чуть поклонившись, обогнула меня и направилась к одной из закрытых дверей. Постояв на месте пару секунд, неуверенно последовала за ней, ощущая себя словно в гостях у аристократов. Вот только аристократии у нас не было уже как двести лет. Извели во время революции.

Сама я не слишком увлекалась историей и географией, но знала из новостей интернета, что в таких местах, как Мавридония и еще в нескольких штатах ОСС обращение наемных работников к нанимателям осталось как при аристократии. У меня даже в мыслях не было, что когда-нибудь окажусь в одном из таких штатов и испытаю на себе «прелести» вот такого вот… эм… обращения.

По правде говоря, я чувствовала себя не в своей тарелке. Эти поклоны, подчеркнуто вежливое обращение и знание, что за даже маленький проступок «хозяин» может кого-то из персонала наказать, и это, типа, нормально, мягко говоря, вводили в ступор.

Ванная комната оказалась просто огромной. С душевой двойной темно-серой кабиной и ванной. Зеркальными горками и чашеобразной раковиной. В отдельной, прилегающей к основному помещению, комнатке имелся унитаз и биде. Последнее меня о-очень поразило. Я даже отвернулась, чтобы не смущать своей вытянувшейся физиономией экономку.

Не то чтобы я была деревенщиной неотесанной и не знала, для чего сей предмет, знала, естественно, но не все простые люди могли себе позволить у себя дома это приспособление установить.

После осмотра ванной, уточнив, что я изволю принять, и получив неуверенный ответ, что изволю я принять-таки душ, услужливая Мадлен показала мне, где хранятся чистые полотенца и банный халат в согревающейся упаковке, а также выдала два запечатанных набора с мыльными принадлежностями, расческу и резинки для волос. Экономка оставила меня одну, предупредив, что вернется через пятнадцать минут.

Поблагодарив женщину, вздохнула и, не без удовольствия стянув с себя сорочку, полезла в кабину, едва не застонав от облегчения, когда моей кожи коснулась теплая вода.

Кайф просто!

Намыливая волосы, я усмехалась тому, как мало для счастья человеку вообще нужно. Вода, туалет, еда ― и ты счастлив.

Спустя примерно десять минут распаковала халат и, закутавшись в него и скрутив волосы в полотенце, посмотрела на себя в зеркало, которое отобразило сверкающую посвежевшим лицом молодую девушку с ореховыми глазами, чуть вздернутым носом и обычными слегка пухлыми губами.

Состроив рожицу, подмигнула себе. Красавицей я себя никогда не считала. Да, не уродина, но и не фотомодель, и оттого вообще было не ясно, почему такой мужчина, как мистер Фрост, прицепился именно ко мне.

Только, наверное, как он и сказал: на несколько ночей.

Улыбка скисла.

Хлопнула входная дверь, и до моего слуха донесся бодрый голос экономки:

— Мисс Алина, вам требуется моя помощь?

Вздохнув, вышла из ванной.

— Нет, Мадлен, я уже закончила.

— Отлично. В этой комнате помимо спальни и личной ванной имеется рабочий кабинет. Предлагаю, пока немного подсохнут ваши волосы, его посмотреть.

— Мой кабинет? — недоверчиво усмехнулась. — Вот уж не думаю, что мне позволят работать. Я в таком случае на радостях поцелую очаровательного мерзавца сама.

Осознав, что сказала, прикусила язык. Однако женщина никоим образом не выдала, что мои слова ее удивили, и я немного расслабилась.

Что ж, кабинет мне очень понравился. Лаконичный и деловой. Массивный пока еще пустой стол из темного дорогого на вид дерева с резьбой стоял у окна, рядом ― широкое кожаное кресло. Короткие шторы на приоткрытом окне. Ковер из светлого ворса и ряд пустых шкафов.

— Уютно, — констатировала я, рассматривая помещение и находя еще одну дверь рядом с одним из шкафов. — А там что?

— Ваша личная гардеробная, мисс, — охотно отозвалась женщина.

— Гардеробная? — удивленно переспросила.

— Да, мисс, посмотрите?

— Давайте.

Что ж, гардеробная меня поразила и, мягко говоря, возмутила до глубины души. Небольшая комната с аккуратно развешанной одеждой, обувью и сумками, момент! Купленными специально по распоряжению Льда. Как и белье. То есть несносный мужчина сам выбирал, что я буду носить!

М-да, ударить его по яйцам захотелось вдвойне.

— В общем, вот и все. Завтра я могу провести вам экскурсию по поместью, если желаете.

— А мистер Фрост не может провести эту экскурсию сам? — пыхтя как ежик и едва сдерживая рвущийся наружу гнев, вежливо поинтересовалась сквозь зубы. Все же женщина-то была ни в чем не виновата, и не хотелось свое раздражение отыгрывать на ней.

— Эм, — заметно растерялась экономка от моего вопроса, но сразу взяла себя в руки и дипломатично заявила: — Думаю, этот момент лучше вам обговорить с самим хозяином.

— Ладно, хорошо, обговорим с х… хозяином. Что вы порекомендуете надеть на ужин, Мадлен?

Экономка отвернулась к ряду одежды, и ее плечи подозрительно затряслись.

— Платье, мисс, — выдавила она. — Думаю, к ужину…

— Вы правы, Мадлен, брюки подойдут идеально! — прерывая женщину, радостно ответила и медленно пошла вдоль ряда штанов, игнорируя тихий всхлип смеха за спиной.

10.1.

* * *

Расслабленно откинувшись в кресле и подперев кулаком подбородок, оборотень внимательно смотрел в монитор ультра-бука, не желая пропустить хоть одно движение своей маленькой обольстительной пленницы.

Видеонаблюдение работало исправно, передавая не только картинку, но и звук. В довесок можно было бы воспользоваться ироскандером, чтобы не только слышать и видеть Алину, но и знать, что она чувствует, но Леонардо не стал, желая хоть недолго побыть простым мужчиной, а не Стражем.

Если, конечно, в его случае можно вообще быть хоть немного простым.

Леонардо невесело усмехнулся, однако в следующую секунду напрягся, подаваясь вперед, когда его предначертанная, в этот момент ведущая разговор с экономкой и услышавшая пояснение о возможном наказании работников Фрайзен Дола, возмущенно приоткрыла ротик и сжала тонкими пальцами края сорочки, даже не замечая того, как легкая мало что скрывающая ткань поползла вверх по стройным ножкам, оголяя их.

У него перехватило дыхание, а из горла вырвался тихий рык, когда его жадный взор впился в развилку ног. Ладонь на подлокотнике сжалась, вспарывая отросшими когтями обивку.

Прикрыв глаза, мужчина протяжно выдохнул, пытаясь взять эмоции под контроль. Чтобы когти втянулись обратно, а дыхание стало ровным, мужчине потребовалось призвать всю свою выдержку, признавая, что с каждым часом, а то и минутой, близкая доступность пары станет для него и его зверя серьезным испытанием.

— Что же ты со мной делаешь, пара? — пробормотал мужчина, шумно втягивая носом воздух.

Посмотрев на экран, Лео выругался. Алина, словно издеваясь, сексуально облизнула губки и ладошкой прикоснулась к груди, привлекая горящий взгляд мужчины к очертаниям сосочков.

В мягких домашних штанах стало совсем тесно. Переключив картинку на пустой участок сада, Леонардо с тихим стоном опустил руку на вздыбленное достоинство, проводя по стволу, рвущемуся из кромки штанов, рукой, перед глазами все еще стоял облик Алины в легкой, отделанной кружевом сорочке.

Ирбис только подстегивал его возбуждение, незамедлительно подкидывая образы обнаженной девчонки, со светлыми разметавшимися по плечам волосами, покорно сидящей перед ним на коленях, поглаживающей маленькой нежной ладошкой его нетерпеливо подрагивающее естество и игриво поглядывающей на него снизу-вверх из-под полуопущенных черных ресниц.

Закусив кулак, Леонардо грязно ругнулся, усилием поплывшей воли загоняя зверя в глубь подсознания.

Он и не думал, что можно к кому-то испытывать подобные чувства. Никогда не мог даже помыслить, что его, Леонардо Фроста, одним взмахом ресниц человеческая девчонка может поставить на колени. Только не его.

Различия между предначертанными для Стража рода Фрост были не просто глобальными, они были катастрофичными. Леонардо впервые за долгие годы жизни пришел в ужас. А он, повстречав Ири, еще смеялся, что такого, как он, невозможно заставить по-настоящему любить, даже его паре.

Как оказалось, возможно.

Если кто-то прознает, какую власть имеет над ним хрупкая мисс Калистова…

Леонардо потер руками лицо, откидывая назад упавшие на глаза пряди волос. Возбуждение под гнетом нерадостных мыслей схлынуло.

Оборотень вернул изображение комнаты Алины, и просмотрев пустые комнаты, нашел ее в ванной, с удовлетворением подумав, что не зря установил камеры еще и в этом периметре.

Хладнокровно наблюдая за принимающей душ девушкой, мужчина раздумывал об ужесточении мер безопасности по отношении к мисс Калистовой. Вариант имелся, однако опять же, слишком рискованный. Еще более рискованный, чем установка и адаптация сенсорного трекера.

К людям этот прием уже несколько столетий не применялся во избежание летального исхода. Уж слишком много ранее имелось прецедентов.

Его зверь, прознав, о чем думает человеческая половина, прижал уши, оскаливаясь и окуная с головой в образ изломанной мертвой человеческой девчонки и умирающего рядом с ней оборотня. Когда-то она, как и многие другие, не справилась, утянув за собой своего самоуверенного убитого горем самца.

Поморщившись, он промолчал, оставляя опасный вариант на самый крайний случай. К тому же, для начала требовалось заключение дистинолога, а он как раз должен был прибыть на днях. Леонардо не нравилось, что необходимый специалист мужского пола, но он верил заверению Ярина о том, что именно этот врач ― лучший в своем деле.

Вот и посмотрим, что он скажет, а после Леонардо примет окончательное решение.

Взглянув на экран, мужчина тяжело сглотнул, увидев распаренное от теплой воды порозовевшее девичье тело, проводил взглядом стекающие с потемневших волос по бархатной коже капельки воды и разочарованно выдохнул, когда Алина плотно закуталась в халат и подошла к зеркалу, рассматривая в нем свой облик.

Он мигом представил, как подошел к ней со спины, бесцеремонно заставляя девушку прогнуться, опереться ладонями о раковину, затем пробрался под халатик руками, освобождая прикрытое тело, пальцами лаская влажный, готовый для него вход, а после тихого протяжного: «Да-а-а», рывком вошел в тугое, не знавшее других мужчин лоно. Ему захотелось выпить чего-нибудь крепкого, обжигающего горло, настолько обжигающего как и очередная соблазнительная картинка.

Запустив пятерню в распущенные волосы, Леонардо не мог оторвать глаз от худенькой фигурки, чувствуя себя едва ли не мазохистом.

А когда девушка вместе с экономкой направилась в отведенный для нее рабочий кабинет, замер, навострив уши. И не прогадал.

— Это мой кабинет? — недоверчиво усмехнулась она. — Вот уж не думаю, что мне позволят работать. Я в таком случае на радостях поцелую очаровательного мерзавца сама.

Губы Леонардо тронула коварная улыбка.

— О, я бы на твоем месте не разбрасывался обещаниями, наивно предполагая, что они будут не услышаны.

— А мистер Фрост не может провести эту экскурсию сам? — услышал ее нежный язвительный голосок.

— Могу, еще как могу, малышка, только вряд ли уж тебе придется по вкусу моя экскурсия.

Вопреки совету экономки, его язвительная на язык пара решила к их ужину надеть штаны, Леонардо не был против, наоборот, в штанишках ее ножки будут особенно приятны его взору. Он тихо смеялся, слушая ее ядовитые комментарии, вводящие бедную женщину в растерянный ступор.

— Надеюсь, вы меня не обманули, Мадлен, и эти вещи достались не от любовниц мистера Фроста.

— О чем вы, мисс? Как можно? Никаких любовниц господина тут никогда не было!

— Да? — с притворным сомнением склонила Алина головку на бок. — Ла-а-адно. Поверю. А когда, вы говорите, он отдал приказ о закупке этих вещей?

— Эм, я не говорила. Позавчера.

— Ах, позавчера-а-а. Ясненько. Какой самоуверенный у вас хозяин.

Мадлен недоуменно моргнула.

— Почему вы так решили?

Алина нехорошо улыбнулась:

— Да так, не обращайте внимания. Просто ваш господин ― белобрысая сволочь.

— Спасибо, что не меховая, — развеселился Лео, вспомнив комментарий Дина.

Но смех застрял в горле, когда девушка легким движением скинула с себя халат и наклонилась, открывая вид на аккуратные розовые половинки нижних губок и маленькую сморщенную дырочку попки. Мужчина с шумом втянул воздух, вцепившись пальцами в край столешницы, кроша ни в чем не повинный стол.

Во рту образовался металлический привкус. Отодрав от треснувшего стола ладонь, стряхнул деревянные ошметки и провел кончиками пальцев по нижней губе, посмотрел на кровавые пальцы. Видно, губу прикусил выступившими клыками.

Медленно перевел взгляд на экран и холодно улыбнулся.

— Один-один, дорогая, один-один.

Глава 11

Алина

Шагая рядом с женщиной, я, по правде сказать, лишь краем уха слушала ее рассказ о жизни в поместье да украдкой смотрела по сторонам, чтобы, не дай боже, не зацепиться за ковровое покрытие или случайно не сбить попадающиеся на пути предметы интерьера, раздумывая: показалось мне или нет.

Дело в том, что когда я переодевалась, мне на несколько минут почудился уже знакомый давящий в затылок острый навязчивый взгляд, а по спине пробежались волнительные и тоже до крайности знакомые холодные мурашки.

Но когда я обернулась, с надеждой подумав, что это Мадлен, позади меня никого не было. Ощущение цепкого взгляда тут же исчезло, а сама экономка нашлась в спальне. Она преспокойненько дожидалась в креслице, когда ее подопечная соизволит одеться и выползти из гардеробной.

Выползти-то я, как раз именно и выползла, пребывая в четком осознании того, как ощущают себя герои хорроров, точнее сказать — жертвы, когда за ними приперся маньяк. Любопытный такой, предпочитающий, прежде чем покрошить свою драгоценную мышку в капусту, хорошенько с ней поиграть. Вернее — понаблюдать, с ласковой улыбкой наслаждаясь недоумением, а затем пониманием, что хана котенку, и последующим страхом.

Бедная экономка, полюбовавшись моим побелевшим лицом, вновь решила, что мне вдруг поплохело, и уже рванулась было звать вышестоящее начальство, ― ага, только его и не хватало для полного счастья ― пришлось ускоренно брать себя в руки, а чувство попавшейся на крючок жертвы отодвигать на задний план и успокаивать взволнованную женщину, заодно и себя, ссылаясь на то, что мне просто что-то там показалось в темных углах вещевого помещения.

И ведь почти не соврала.

Вот и гадай теперь, Алина, то ли паранойя, то ли… что?

Однако, чем больше я думала о своем «показалось», тем больше склонялась к мысли, что все не так просто. По результатам выходило: или мистер Фрост имеет нечеловеческие физические возможности смотреть сквозь стены, что маловероятно, в сверхспособности я не верила, все же я не Лара, другое дело скрытые камеры наблюдения, вот в них вполне можно было поверить.

А это значит что? Правильно! Леонардо не просто чертов Лед и белобрысый мерзавец. Он – настоящий упырь! Достойный не только кола в черствое сердце, но и нескольких вырванных прядей из шикарных волос.

Кровожадно улыбнулась, пряча за спину дрожащие пальцы.

К сожалению, я прекрасно понимала, что мне не только не позволят вырвать хоть один самый тоненький белый волосок, скорее скрутят еще на подлете, не удивлюсь, если сам Фрост, но и правды не ответят, если я прямо спрошу о камерах в своей комнате. Ладно, если просто проигнорируют, а если нет? Пожить мне еще немного хотелось. Да и я все-таки не настолько сумасшедшая, чтобы кидаться на такого мужчину, как мистер Фрост: как представлю его фирменный колкий взгляд того самого ласкового маньяка, так пальцы на ногах поджимаются. От ужаса, не иначе.

— Сюда, мисс, мы почти пришли, еще немного, — вырвала из малоприятных мыслей экономка, тактично прикоснулась к плечу, указывая направление. — Вы запомнили дорогу?

— Эм, нет, простите.

— Ничего. У вас еще будет время обжиться. Скоро будете знать здесь каждый закоулок.

— Многообещающе, — кашлянула, скрывая за кашлем мрачную иронию.

Мадлен промолчала, но ее молчание было настолько красноречивым, что и слов не потребовалось. Через несколько минут мы остановились напротив обычной двери из светлого дерева, без всяких вставок, и экономка нажала ручку, пропуская вперед.

— Проходите, мисс. Малая столовая.

— А что, есть еще и большая? — кисло осведомилась, входя в помещение и осматриваясь.

Малая столовая представляла собой не слишком большую уютную комнату. На светлых стенах висели картины с натюрмортами, в центре стоял не больше чем на четыре персоны сервированный стол, а также стулья с высокими спинками.

Не знаю как, но еще до того, как услышала голос Леонардо, я почувствовала его присутствие за спиной, как и обжигающий вены острый взгляд в затылок, но даже не дернулась, лишь слегка напряглась.

Что ж, еще одно подтверждение, что чертов мужчина за мной наблюдал. Такое незабываемое ощущение цепкости и острого давления, сравнимое с примеряющимся к шее хищником, невозможно подделать или придумать.

— Большая столовая в этом доме тоже имеется. Добрый вечер, Алина, — тихо произнес он, обходя меня и останавливаясь буквально в нескольких шагах. — Прекрасно выглядишь. Особенно прекрасен твой вид сзади. Чудные… штанишки.

Щеки лизнуло жаром от двусмысленности этого комплимента.

— Добрый вечер, мистер Фрост, — выдавила из себя, с удивлением отметив, что мужчина не в костюме, а в темных джинсах и темного-голубой, подозрительно похожей на мою, рубашке. — Вы тоже выглядите… хорошо.

Бледно-розовые губы дрогнули в намеке на улыбку, он посмотрел мне за спину:

— Свободны, Мадлен.

Тихий стук закрывающейся двери, дающий понять, что женщина удалилась, оставляя меня наедине с тем, с кем мне совсем не хотелось оставаться.

«Блин, а можно мне с ней? Ну, пожалуйста!»

Ну да, кто бы мне дал.

Лед протянул мне руку, за которую я машинально ухватилась, и подвел к столу, помогая присесть на стул с мягким сидением, а затем еще и легким движением придвинул ближе.

Леонардо под моим хмурым взглядом бесшумно проследовал к столу, усаживаясь аккурат напротив.

— Вид сзади у вас тоже неплох, — протянула, словив себя на мысли, что задница-то у него получше моей будет. Подкачанная такая. Как и рельефные ноги.

— Благодарю, — ровно ответил он, хотя в чаще всего равнодушных глазах сейчас сверкали смешинки.

А вот, кажется, мои глаза вылезли из орбит.

Е-мое, я сказала это вслух?! Капец… Засада!

— Мне нравится, когда ты смущаешься.

— А мне нет, — буркнула, непослушными пальцами вынимая из металлического кольца матерчатую салфетку и раскатывая ее на коленях.

— Как спалось?

— Кстати, об этом, — оторвала задумчивый взгляд от тарелки, накрытой металлической куполообразной крышкой, и укоризненно посмотрела на мужчину. — Вы усыпили меня, мистер Фрост! Как вы вообще додумались так поступить?

Леонардо даже бровью не дернул.

— Я сделал, что был должен.

— Ну да, конечно, — раздраженно рыкнула, сжимая руки в кулаки. О, как мне хотелось вылить на эту невозмутимую физиономию что-нибудь горячее или ткнуть несколько раз вилкой. — Как вы вообще смогли протащить меня через границу без разрешения? Кто вы, черт возьми, вообще такой?! Да как вы!…

— Алина, — тихий, вымораживающий внутренности голос вынудил захлебнуться словами и замолчать.

Хватанув ртом почему-то морозный воздух, опустила глаза, чтобы только не смотреть в эти ледяные, обещающие самый жуткий ад омуты, скрюченными пальцами вцепившись в салфетку, как в спасательный круг.

— Помнишь, о чем я тебя спрашивал?

Я сразу поняла, что он имеет в виду и медленно кивнула.

— Хорошо. Повторяю в последний раз, Лина: пока твой ответ на этот вопрос не будет положительным, ты не имеешь права спрашивать у меня что-либо на тему того: почему ты здесь и как я что-либо сделал.

Его голос был мягким, почти ласковым, но от него мне вдруг стало дурно. Уж лучше бы он отчитал, чем вот… так. Потому что от этих ласковых ноток даже в глазах на миг потемнело, а сердце гулко билось в ушах.

— Думаю, мы пришли к пониманию.

Кивнула, облизнув пересохшие губы, не смея поднять голову. Прямо сейчас смотреть на него мне почему-то казалось ужасной идеей.

— Умница. Предлагаю сначала поужинать, а затем мы поговорим о твоем здесь нахождении.

Послышался стук приборов, и меня немного отпустило, я наконец смогла вдохнуть полной грудью. Не знаю, что это сейчас было, но, кажется, я кое-кого немного разозлила, и теперь больше никогда не хотела испытать на себе гнев этого странного мужчины.

В очередной раз задалась вопросом: а человек ли он? Если бы я не верила во всю эту чухню про сверхлюдей или же нелюдей, решила бы, что точно нет. А так мне просто не повезло нарваться на такого… эм… тяжелого характером человека.

— Ешь, Алина.

Вялая вспышка возмущения куснула изнутри, но я послушно заглянула под крышку, отставляя ее в сторону. На большой тарелке обнаружился салат, по виду похожий на цезарь с курицей.

— Приятного аппетита, мистер Фрост, — вежливое обыденное пожелание само сорвалось с губ.

Леонардо едва уловимо поморщился. Не успела я подумать о том, что снова сделала не так, как он спокойно произнес:

— Мое имя – Леонардо, Лина. Я желаю слышать из твоих уст только такое обращение. Вина? Какое предпочитаешь, красное или белое?

На этот раз волна возмущения была более сильной, прилипая к щекам. Даже убивающий наповал тон как-то сразу забылся. И вдруг вспомнилась фраза из старого мультика:

«Зови меня – хозяин, не ошибешься».

Ишь ты, властелин мне нашелся!

Чудовище!

Но от вина отказываться не собиралась, особо никогда много не пила, но тут действительно захотелось чего-то такого.

«И правда, с чего бы это вдруг», — ядовито мяукнуло в голове.

Хмыкнув, кивнула.

— Да, пожалуйста. Красного.

Мужчина молча взял одну из бутылок и, привстав, налил в большой чуть пузатый блестящий бокал, а затем так же молча начал аккуратно и, я бы даже сказала, сексуально изящно поглощать салат из тарелки. Я даже на несколько секунд залюбовалась им.

Что, в общем-то, не было удивительным. Леонардо Фрост был, правда, необычно красив.

Одни только его длинноватые белоснежные волосы, с традиционно прихваченными у висков прядями, забранные в хвост, привлекали внимание. Не говоря уже о немного хищных чертах лица и бледно-розовых губах, между которыми сейчас исчезали небольшие кусочки курицы.

А телосложение? Он не был таким огромным или перекачанным, как Бернар Бьорн или Лиам, но и не таким худощаво-подтянутым, как мистер Фрост.

Я бы сказала, что его телосложение, точно бесчисленное количество раз видавшее силовые тренировки, находилось между мистером Бьорном и Айсаром Фростом. И несомненно, у него точно имелось множество женщин за спиной.

Мысль о предполагаемых женщинах этого мужчины почему-то отразилась в груди пульсирующей тоскливой тяжестью. Как и осознание того, что после него я вряд ли смогу когда-нибудь посмотреть на кого-то другого с женским интересом.

Скорее всего, после того как меня окончательно переедет катком под названием Леонардо Фрост, я окажусь, как та ромашка в поле. Истоптанная и сломанная. Потерянная и почти мертвая. А вообще, выживал ли кто-нибудь после него?

Вряд ли.

Отпив большой глоток вина и словив на себе задумчивый холодный взгляд, я наконец без особого энтузиазма принялась за еду.

11.1.

Во время ужина мы не разговаривали. Я вообще старалась не смотреть в его сторону, вяло обращая внимание на подающих и уносящих тарелки молчаливых и бесшумно скользящих, как тени, людей. Стоило приборам упасть на тарелку, а мне допить последний глоток вина, как мужчина заговорил.

— Завтра утром, после завтрака, я выдам тебе телефон. Не радуйся так, Алина, устройство круглосуточно прослушивается. Я разрешаю сделать тебе один звонок Иларии и написать не более трех сообщений. Если ты напишешь или скажешь что-то, что мне не понравится, сообщение будет стерто, а звонок прерван, а ты, моя дорогая, наказана.

— Да вы самый настоящий тиран и деспот, мистер Фрост! — моментально вспыхнула я, не успевая прикусить язык. — Мою комнату просматриваете, еще и телефон намерены прослушивать! Не стыдно?!

— Не стыдно. Как догадалась?

Кажется, он не злился, напротив, мне отчего-то казалось, что он… восхитился?

Нет, я, наверное, точно окончательно еду головой. И как выкрутиться? Не дай боже, если я расскажу о своих «ощущениях», в психушку засунет. Этот может и не такое.

Покусав губы, неуверенно пробормотала:

— Не знаю. Я бы на вашем месте так сделала.

— Я понял. Что ж, тем лучше. Извиняться не буду. Наблюдение – мера безопасности, Лина.

Презрительно фыркнула. Мера безопасности – очень смешно. Единственный, от кого меня нужно защищать, сидит напротив.

— Насчет телефона, я доходчиво объяснил? — я уныло кивнула. — Очень хорошо. Дальше, я предложу тебе несколько вариантов работы, интересно?

— Да! — я едва не подпрыгнула от радости, но тут же с подозрением прищурилась: — Что за работа?

— Об этом завтра.

М-да, другого я не и не ожидала. Как и не сомневалась в том, что минусов в категоричных людях больше, чем плюсов.

— Утром я тебя официально познакомлю со всеми работниками этого дома, а после сама решишь: или поработать, или же пойти на экскурсию с Мадлен.

— Значит, работа будет в дистанционном варианте? Правильно понимаю?

— Лиса, — он улыбнулся, а у меня по спине прошелся озноб от его последующих каких-то урчащих слов: — Хитрая, маленькая лисичка. Да, верно.

— Что ж, благодарю за ужин, — он поднялся, и я вместе с ним. — Мадлен проводит тебя обратно в комнату.

— А сейчас прогуляться нельзя?

— Нет, Алина, уже поздно. Тебе требуется отдохнуть.

Леонардо подошел ближе и погладил меня по щеке. Покровительственно так. Как умел только он. Хозяин, с умилением гладящий домашнюю зверюшку.

Приподнятое настроение мигом схлынуло, заменяясь злобным раздражением.

Гневно мотнула головой и отошла на шаг.

— Может, я лучше знаю, чего я хочу?

Он с мягкой улыбкой покачал головой и посмотрел поверх моего плеча.

— Не знаешь, девочка. Мадлен, проводи мисс.

Я не успела возразить или вякнуть очередную ядовитую колкость, как мужчина неторопливо, но довольно быстро вышел из столовой, а ко мне тут же подошла экономка.

— Мисс, пойдемте, не следует противиться словам господина.

Хмуро посмотрела на женщину и вздохнула, покорно последовав за ней.

На этот раз дорогу я запомнила. Малая столовая располагалась на первом этаже в правом крыле, а гостевые и хозяйские спальни ― на втором. Всего в поместье имелось три этажа, и Мадлен обещала завтра все мне здесь показать.

Проводив меня в комнату, экономка осведомилась, нужно ли мне что-то и, услышав отрицательный ответ, пожелала спокойной ночи и вышла. На стенных часах была половина девятого, и спать мне, естественно, не хотелось.

Покружив по комнате, усмиряя разъяренное клокотание в груди вперемешку с восхищением наглым мужчиной, подошла к окну. Совершенно не ожидала, что увижу под окнами Фроста и уже знакомых киллеров-охранников.

Интересно, куда это он собрался?

Омерзительную мыслишку, что вполне здоровый красивый мужчина мог отправиться так поздно только к любовнице, отринула в сторону. Во-первых, было неприятно, а во-вторых, в таком виде, как был мистер Фрост, по любовницам не разъезжают. Скорее, стрелять или, что вероятней, убивать.

Он стоял ко мне лицом, и я могла оценить его вид.

Мужчина был одет необычно. На нем была черная облегающая майка с коротким рукавом, кожаный жилет с металлическими цепочками и темные штаны, заправленные в высокие тяжелые армейские ботинки. На запястьях в отсвете фонарей поблескивали широкие кожаные браслеты. А на поясе висела… ой… кобура с оружием?

Во рту стало сухо. Завороженно смотря на мужчину, я не могла отделаться от мысли, что его облик был каким-то инфернальным. Притягательно-опасным. Сердце сжималось от восхищения и легкого страха. Не зная Леонардо и встретив его где-нибудь в подворотне, я бы, наверное, наложила в штаны.

В то же время стоящие рядом с ним Ярин и Картер, одетые в похожую… хм… амуницию, не вызвали во мне тех же противоречивых ощущений. Лишь опасливое уважение, как к более сильным.

Леонардо, словно почуяв мой настойчивый взгляд, поднял голову, посмотрев мне прямо в глаза. Я даже отшатнуться не успела, а меня уже засекли.

В животе образовался тугой липкий комок.

Мужчина странно улыбнулся, а затем прикоснулся к уху, что-то быстро кому-то сказал и повернулся к подъехавшей спортивной, несомненно, красивой, но какой-то хищноватой машине. Под стать ему самому.

Махнув рукой Картеру, Леонардо сел на переднее сидение, а Ярин ― на заднее, и спустя несколько минут они уехали. А ко мне в дверь постучались.

Вздрогнув, резко развернулась, с сомнением посмотрев на окно. Фрост уехал, да и не стучал бы он, просто вошел. Мадлен?

— Да?

Дверь открылась, и на пороге оказался Картер, за его спиной маячила экономка.

Больше удивившись, чем испугавшись, я уже хотела открыть рот, чтобы уточнить, что им нужно, как Картер, осмотрев спальню, остановил немигающий тяжелый взгляд на мне.

— Мисс Алина, отойдите от окна и ложитесь в постель.

Что?

Возмущенно открыла рот.

— Картер! Вы…

Фраза: «Вы что, совсем оборзели?», застряла в горле, поскольку мужчина обернулся, забрал у экономки графин с водой и с хлопком закрыл дверь.

— Мисс Алина, — с нажимом произнес он. — Не вынуждайте меня привязывать вас к постели. Приказ мистера Леонардо ― проследить, чтобы вы легли спать.

Скрестила руки на груди, хмуро прищурилась и язвительно уточнила:

— А вы что, останетесь проверять?

— Если потребуется, то да, — спокойно ответил он, бесшумно ступая по комнате и открывая двери, заглянул сначала в ванную, затем в кабинет. У меня от такой наглости речь попросту отнялась.

Закончив бесцеремонно шляться по моей комнате, он остановился в нескольких шагах от входа, синие глаза равнодушно посмотрели на меня.

— Я вернусь через пятнадцать минут, мисс.

Что произойдет по прошествии этих пятнадцати минут, если я не выполню приказ, опасностью разлилось в воздухе.

Хлопнула дверь, и Картер ушел.

Выдохнув, привалилась к окну, тут же от него отпрыгнув.

Сплюнув и рыча от досады ругательства, поспешила в ванную. Не знаю, шутил ли Картер, что если я не послушаюсь, он меня привяжет, но узнавать это мне не хотелось. Так что через пятнадцать минут я лежала в кровати, напряженно прислушиваясь к тишине. И сама не заметила, как уснула.

Глава 12

Выйдя из машины, Ярин втянул носом чуть прохладный вечерний воздух, принюхиваясь. Пахло сырой землей, пылью, и больше ничем. Тонкий запах оборотней и морозные нотки, исходящие от руководителя, не в счет.

Растерянно оглядев пустырь, остановил недоуменный взгляд на заброшенном двухэтажном строении, больше похожем на старый склад, чем на легендарное пристанище «особых».

В месте под названием «Бункер» Ярин не был никогда, но многое слышал от знакомых оборотней.

Именно в «Бункере» тренировался основной спецотряд Управления и начальники подразделений, а иногда и сами Стражи, остальным в это место путь был заказан. Оборотень все еще пребывал под впечатлением, он не мог поверить, что его, Ярина, руководитель вдруг решил взять сюда с собой.

Картер был удивлен не меньше его. Но с чего такая привилегия? И он и брат подозревали, что не просто так.

Ярин поморщился и еще раз принюхался. Его удивляло, что кроме естественных запахов, не имелось примеси запаха других, посторонних оборотней. Однако, зная возможности руководящих, он понимал, что любой запах, даже самый тяжелый, можно скрыть.

— Что думаешь?

— Странное место, — отозвался оборотень. — Это и есть бункер?

Леонардо кивнул, усмехнувшись:

— По-твоему, не похоже?

Ярин неоднозначно качнул головой.

— Вперед. Лиам, останешься здесь.

Изнутри «склад» оказался совершенно иным. Одна сенсорная, встроенная в темно-серую стену голографическая панель, подсвечиваемая холодно-синим светом, оставила у него неизгладимый осадок. Из сухого пояснения мистера Фроста он вычленил для себя, что габаритная штука являлась системой безопасности и контроля доступа. Но понимал, что ее функции более масштабны. Сам же «Бункер» находился на нижнем, подвальном уровне.

Оборотень не подал виду, но восхитился предусмотрительностью и возможностями Стражей.

Уже спускаясь за начальником вниз по светящимся тусклым белым светом ступеням, Ярин почувствовал вибрирующие звуки стрельбы, запах пороха, пота и крови.

Он оказался в своей стихии. Пускай не такой, к какой привык, но стократ круче. Азарт и предвкушение с каждым шагом разбегались по венам. Оборотень плотоядно улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов с чуть выступающими клыками. Но тут же вернул непроницаемую маску обратно, поскольку им навстречу вышел слегка взъерошенный Дин Картен.

— Я уже думал, ты не приедешь, — хмуро обратился он к мистеру Фросту, мельком посмотрел на Ярина и кивнул ему.

— Арсенал подготовил? — насмешливо сверкнул глазами Фрост.

— Подготовил, — оскалился в ответ Дин. — Желаешь испытать?

— Несомненно. Первый или нулевой уровень. Кто сегодня есть?

— Чуть больше чем половина «особых», они на двенадцатой локации, и Адриан. Из Стражей ― никого.

Леонардо обернулся к молчаливо наблюдающему за разговором руководителей подчиненному, оглядывая его снизу-вверх. От этого оценивающего, плотоядного взора по позвоночнику оборотня пробежалась холодная волна, но внешне он остался невозмутим.

— Ясно. Проведи Ярина на третью локацию, я к Адриану.

Дин притворно сочувственно хмыкнул, но серо-зеленые глаза остались холодны.

— Чем провинился?

— Несанкционированный оборот.

Ярин обалдело моргнул и прожог возмущенным взглядом спину начальника. Он ослышался? Да Леонардо их за это уже отчитал, да так, что у них с братом до сих пор подергивался глаз. А они еще, наивные, подумали, что легко отделались. Однако по лицу Картена ему стало ясно, что основное наказание впереди.

Это помимо того, что они до сих пор не понимали, почему во время их маленькой шалости шкуры обожгло странной, непонятного происхождения тепловой предупреждающей волной, придавливая к земле и вынуждая обернуться в человеческую форму. На их рассказ об этом инциденте начальник лишь усмехнулся и приказал запомнить то ощущение навсегда.

Но разве ее, удушающую волну, можно забыть? Не-е-е-т. Такое не забудешь.

Уже вплотную приблизившись к Картену, он повернулся, смотря в спину удаляющемуся начальнику, опустил глаза на зажатый в его пальцах электронный гаджет, припоминая, что тот с этой вещицей, за крайне редким исключением, никогда не расставался. Ярину стало не по себе. Внезапная догадка ударила в грудь, в висках неприятно застучало.

Вот черт! Кто же такие эти Стражи, если они способные на подобное?

Однако одно он знал точно. Сегодняшние уроки стоит запомнить навсегда, как и оставить при себе свое мнение и догадки.

— Пойдем, боец, — насмешливо хлопнул его по плечу Дин.

Чуть помедлив, Ярин последовал за Картеном.

— Ничего, ты привыкнешь. Ты вроде бы недавно в паре с братом перевелся.

— Да, сэр.

Дин кивнул.

— Стражи все такие? — тихо спросил Ярин, хмуро смотря под ноги.

— Не все. Таких, как Леонардо Фрост, больше нет и вряд ли будет.

Ирбис промолчал, но мысленно с ним согласился.

Картен привел его в темное, по ощущениям, большое помещение, но стоило ему войти, как полупустую комнату залило светом.

— Локация третьего уровня.

— Как проходит тренировка? — поинтересовался Ярин, оглядывая голые стены.

— Увидишь, — хмыкнул за его спиной Картен, и до его слуха донесся глухой щелчок.

Резко обернувшись, оборотень с изумлением посмотрел на то место где еще недавно была дверь, а теперь голая стена. Что за хрень? Откуда-то сверху раздался лишенный эмоций голос руководителя безопасности:

— Ты сможешь выйти отсюда, лишь пройдя уровень. Удачи, Флайм.

Ярин успел только выдохнуть, а комната погрузилась в полумрак, раздался еще один голос, на этот раз механический, отсчитывающий минуты до старта тренировки.

Млять! Ему даже оружие не предоставили, как и не сообщили, чего ему следует ждать.

Голос отсчитал последнюю минуту, и наступила абсолютная тишина, но не смотря на это Ярин кожей ощущал сгущающуюся опасность. Выпрямившись в струну и напряженно прислушиваясь, он медленно, не делая резких движений, опустил руку в ботинок, вытаскивая складной нож. Без него он даже в туалет не ходил. И, похоже, эта замечательная привычка, не раз спасавшая его шкуру, послужит ему в очередной раз.

Стоило лезвию появиться, как с правого бока мелькнула тень, и на него напали, в плечо вгрызлось что-то острое. Шумно втянув воздух, Ярин точным движением ударил нападавшего. Тихий тонкий визг ― и под его ногами валяется распластанная туша животного.

Носком ботинка пнув мертвечину, он принюхался и сплюнул.

На вид это был волк. Только необычный, гибрид. И от туши ничем не пахло.

Колыхнулся воздух, стремительно обернувшись, Ярин хладнокровно всадил в горло нож, на этот раз… человеку.

Нож в руке дрогнул.

Леонардо нашел Адриана на стрельбище нулевого уровня, для новичков. Рыжий оборотень, приложив к плечу винтовку, отстреливал движущиеся мишени. Заметив Леонардо, лис приветственно кивнул и остановил тренировку.

— Тестируешь?

— Ага, — жизнерадостно улыбнулся Адриан, театрально сдув с винтовки невидимый дымок. — Какими судьбами? Слышал, ты притащил с собой одного из своих. Провинился? Не отвечай. Как-то ты и меня так притащил, за хвост, между прочим, нагло закинув на одиннадцатую локацию!

Адриан мечтательно прищурился, вспоминая веселый денек.

— Эх, едва в живых остался. Но было жутко круто. Куда запихнул своего малыша?

— В третьей.

Лис презрительно фыркнул:

— Как меня, так на одиннадцатую, а как своего, так всего лишь на третью, несправедливо!

Леонардо, игнорируя возмущение друга, подошел к арсеналу, подвешенному в специальных выемках на стене, равнодушно разглядывая винтовки, пистолеты и метательные ножи. На нулевом стрельбище арсенал был простым, на то он и для новичков.

— Ладно, а если серьезно. Что привело?

— То же, что и тебя.

— Испытание нулевого уровня? — хохотнул Адриан, игриво улыбаясь. — Не смеши. Еще скажи, что расслабиться захотел.

— Почему бы и нет?

— Ага, на нулевом.

Леонардо молча снял Argo E и подошел к арене, запуская высшую на нулевом подготовку. По арене заскользили мужчины и женщины в простых одеждах, девочки и мальчики с собачками и котиками, он, не задумываясь, отстреливал их всех. Монотонно, спокойно, одна пуля, вторая.

Закончив, Лео повернулся к наблюдающему за ним оборотню.

— А если серьезно, Адриан, ты не прислал мне последний отчет по нашему делу.

С лица рыжего пропала улыбка, яркие зеленые глаза заледенели. Он поморщился.

— Не успел. Хотел после бункера отправить, извиняться не буду.

— Мне не нужны твои извинения.

— Знаю. По нашему делу, как обычно, все тихо, Леонардо. Если бы что-то открылось, ты бы уже был в курсе. Но мне, знаешь ли, это затишье не по вкусу.

Взяв со стены ножи, Адриан бросил их очередью в стену, попадая в нарисованную мишень, аккурат в левый глаз.

— Что-то грядет. И вряд ли на этот раз верхушки останутся равнодушными.

Адриан Фоксайр

Руководитель спецподразделения - наблюдатели. Управление рода Фрост-Бьорн.

12.1

Алина

Выгибаясь и тихо постанывая от наслаждения, цеплялась непослушными пальцами за длинные волосы мужчины, каждый раз громко вскрикивала и вскидывала бедра, когда влажный шершавый язык выписывал очередную восьмерку на беззащитных истекающих соками складочках.

Невидимый глазу мужчина, бесстыдно хозяйничающий у нее между ног, пощекотал языком маленькую тугую потайную горошинку, безжалостно втянул ее в рот, даря огненную вспышку удовольствия.

На глазах выступили слезы от тянущей болезненности внизу живота. Ей хотелось, чтобы он сделал хоть что-то, что могло бы заглушить эту сосущую неприятную боль. Чтобы эта острая невыносимая пытка закончилась. Но нет. Когда к языку присоединились пальцы, аккуратно, но бескомпромиссно чуть проникая внутрь, крепко зажмурилась, заскулив. Не в силах совладать со слишком сильными ощущениями. Она попыталась отодвинуться, но на живот опустилась ладонь, пригвождая к месту.

— Я больше не могу, — жалобно зашептала, дергая пряди волос. — Слышишь? Больше не могу.

— Можешь, — спокойно ответили ей.

Жесткие ладони погладили широко разведенные ножки, мужчина приподнялся, обхватывая одну ее ногу под колено и наклоняясь к ней, во вход уткнулось нечто упругое, гладкое, круглое. Во тьме сверкнули льдисто-голубые фосфорные глаза. Ее же широко распахнулись, с губ сорвался рваный вздох.

— Ты наша, Алина, — тихий рычащий шепот гулом ворвался в сознание, кончик мужского достоинства неглубоко вошел внутрь.

Он наклонился к ее шее, шумно втягивая воздух, горячее дыхание обожгло, кожу царапнуло чем-то острым.

— И чем быстрее ты придешь к нам, тем лучше будет для тебя, девочка.

Плавное тягучее движение внутри нее, слишком туго, невыносимо много для нее. Испуганно выкрикнув его имя, она инстинктивно попыталась то ли оттолкнуть, то ли напротив, притянуть ближе, впиваясь в спину мужчины ногтями, и вдруг все неожиданно закончилось.

Подскочив на постели, тяжело, рвано дыша, безумным взглядом оглядела пустую спальню. На секунду в глубине комнаты мне почудилось очертание фигуры.

В животе похолодело. Испуганно вскрикнув, инстинктивно отползла назад, вжавшись в изголовье кровати, а в следующую секунду послышался треск, дверь отлетела, и в комнату ворвался растрепанный, со зверским выражением лица, в один трусах Картер, наставляя на меня пистолет с глушителем, а за ним бочком просочилась бледная как полотно Мадлен.

— Звездец, — хрипло пискнула, натягивая на голову одеяло. Хоть бы не пристрелили.

* * *

Леонардо наблюдал за пребывающей в самом разгаре тренировкой Ярина, когда почувствовал это.

По телу пронеслось неожиданное возбуждение, поясницу потянуло, а член в штанах дернулся, наливаясь. Зашипев сквозь зубы, он непонимающе нахмурился. Это еще что такое? С подозрением посмотрел на планшет, открыл карту Алины и недоверчиво хмыкнул.

Скрестивший руки на груди Адриан оторвал взгляд от «окна» наблюдения и повернулся к Лео, Дин, тоже заметивший, что с руководителем что-то не так, поинтересовался:

— Что у тебя там?

Леонардо не спешил отвечать, прислушиваясь к ощущениям, хмуро рассматривая мозговую активность Алины.

Что же тебе снится, девочка?

Смартфон в кармане завибрировал, с ним пыталась связаться Мадлен, и в этот же момент показатели Алины изменились в отрицательную сторону. Напрягшись, он отдал приказ о контроле Ярина и вышел в коридор, отвечая на звонок.

Испуганная Мадлен поведала, что из комнаты мисс раздаются странные звуки, и мистер Картер уже отправился к ней.

— Хорошо, скоро буду.

Оставив подчиненного на Адриана, Леонардо выехал домой. В машине он стащил с себя жилет и майку, прикоснулся к спине. Там, в координаторной, ему на секунду показалось… Нащупав тонкую нить царапины, Леонардо рвано выдохнул.

Не показалось.

Если эти царапины каким-то образом достались ему от Алины, в чем оборотень почти не сомневался, все еще хреновей, чем могло быть. О такой связи он никогда не слышал. Однако завтра должен был прибыть дистинолог, возможно, тот знает ответ.

Алина

— То есть, тебе просто приснился плохой сон? — в третий раз холодно переспросил, слава богу, накинувший на себя халат Картер.

Смущенно опустила голову. Блин, ну я же уже ответила, ну! И так стыдно. И внизу все еще неприятно пульсировало, а уж что творилось в трусиках… Я передернула плечами и обреченно кивнула:

— Да.

— Ладно. Мистер Фрост уже проинформирован о твоем… плохом сне. Скоро прибудет. Ложись спать.

Ноздри мужчины затрепетали, словно он принюхивался, и, бросив в мою сторону странный взгляд, вышел из комнаты, прикрывая отремонтированную дверь.

Неуютно поежилась. Непонятный этот Картер. Если так подумать, то тут многие с тараканами в голове.

Вздохнув, устало посмотрела на экономку. Женщина поставила на стол керамический чайник с чашками, пояснив, что в нем успокаивающий чай. Настоятельно попросив выпить горячего и напоследок с сочувственной улыбкой пожелав до утра проспать спокойно, Мадлен оставила меня одну.

Упала на подушки, тихо застонала, прикрывая руками лицо.

Позорище! Даже представить боюсь реакцию мистера Фроста, если бы он вдруг узнал, что мне снилось.

Зло фыркнула, потирая глаза.

Блин, ну вот как? Как он умудрился мне присниться. Почему?

В том, что приснился мне именно Фрост, я была более чем уверена. А слишком четкие фрагменты сна, как назло, лезли и лезли, представая перед глазами.

— Боже, за что-о-о-о, — повернувшись, провыла в подушку.

Краем глаза заметила свет фар за окном, послышалось гудение мотора. Дыхание перехватило, а в животе похолодело. Вот черт! Выпутавшись из оделяла, на цыпочках приблизилась к окну, выглянула. В этот момент как раз из машины вышел мистер Фрост, и еще до того как он вскинул голову и посмотрел на окна, я метнулась в постель, накрываясь до глаз одеялом и прилагая все силы, чтобы выровнять дыхание.

Откуда-то я знала: он придет.

Так и вышло.

Не успела я досчитать и до ста, как дверь бесшумно отворилась. Я не слышала его шагов, не слышала вообще никаких звуков, но чувствовала всем существом: он здесь.

Всего в нескольких шагах.

Но он был еще ближе.

Постель прогнулась под весом, и меня притянули за талию к сильному телу, на макушку опустилась ладонь, зарываясь в волосы, на щеку упала белоснежная прядка его волос, а в ноздри забился морозный мятный запах. Только чудом я не выдала того, что не сплю. Ну, еще и любопытство сыграло: что же он будет делать.

Мгновенно вспомнился сон, внизу живота приятно-мучительно потянуло, меня чуть повело. Мысленно выругавшись, крепко зажмурилась, сцепила зубы, стараясь дышать как можно размеренней. Что было очень сложно, поскольку беловолосый засранец легкими поцелуями покрывал обнаженное плечико.

Приятно. Но…

Что он творит?!

— Моя хорошая вредная девочка, — тихий урчащий шепот возле горящего ушка. — Я знаю, что тебе снилось. Спи.

«Боже, откуда он узнал?» — мелькнуло паникой.

Больше Леонардо ничего не сказал, но мне и так было более чем достаточно. В горле стоял ком, а в животе неприятно холодило и тянуло. Лежащий за спиной мужчина согревал своими объятиями, поглаживал волосы, и спустя какое-то время, измотанная лихорадочными мыслями, я вновь уснула, но на этот раз сном без сновидений.

Глава 13

Утром я проснулась одна. И если уж быть до конца честной с собой, была этим немного расстроена.

Не спеша подниматься, повернулась на бок, подгребла к себе вторую подушку, утыкаясь в нее носом. От ткани шел едва ощутимый, тонкий аромат горькой свежей мяты, свидетельствующий, что хозяин дома ко мне взаправду приходил. Обнимал, прижимал к груди, гладил по волосам…

Та-а-ак…

Замерла, прикусывая губу, прислушалась к ощущениям и, ничего такого специфического не почувствовав, расслабилась. Не-е-е, если бы меня вдруг коварно и подло лишили невинности этой ночью, как максимум, я бы проснулась еще ночью, как минимум, сейчас бы что-то этакое да ощущала.

Какие-нибудь последствия. К тому же, по словам подруг, после первого раза должно болеть и тянуть между ног. А у меня ничего такого даже и близко не было. Облегченный выдох вырвался из груди. И тут же устыдилась своих подозрений. Точно нет, каким бы ни был гадом и тираном мистер Фрост, на насильника и извращенца он был похож в последнюю очередь.

Внезапно нахлынули воспоминания о моем бесстыдном эротическом сне с тем самым «развратником» в главной роли, к щекам мгновенно прилипла кровь. Кажется, извращенкой можно назвать тут только меня. Помнится, Лара говорила: у кого что болит, тот о том и говорит. Сны к этому тоже несомненно относятся.

Не зная, куда деть себя от режущего жилы стыда, засунула голову под подушку, глубоко дыша в попытке успокоиться и подумать об этом, эм, сне, с философской точки зрения. А лучше всего думается под прохладным душем!

Выбравшись из кровати, почти бегом направилась в ванную комнату, стащив с себя нижнее белье, брезгливо кинула его в корзину. Быстро сполоснувшись, привалилась к стенке кабины.

Ну вот, к конструктивному самобичеванию я была готова.

Итак, что мы имеем? Эротический сон – одна штука. Пока, одна штука. Беловолосый тиран – одна штука. Опять же, что удивительно очень даже внешне ничего. А вообще, вот таких «очень-даже-ничего», как минимум еще три штуки. Это если говорить о Ярине, Картере и Лиаме. Других я пока таких здесь не видела, а вот на работе в последнее время… Так, не об этом.

Кста-а-ати, о других доступных мужчинах. На миг представила себя вместе с кем-нибудь из них. Например, Ярин, как более, на мой взгляд, мягкий. И между прочим, он тоже беловолосый, не меньше пышущий тестостероном, чем Фрост.

Обрадованная хорошей задумкой, прикрыла глаза, моделируя ситуацию. Вот я иду к нему на встречу. Он стоит, опираясь задницей, к-хм, поясницей… на стену, да. На слегка пухлых, с четким контуром, губах играет лукавая улыбка. При моем приближении он выпрямляется и делает шаг вперед, я обнимаю его за плечи и прикасаюсь к губам. На этом моменте меня почему-то затошнило.

Сглотнув неприятный комок в горле, взволнованно мотнула головой, не обращая внимания, что капли воды попадают на волосы, а я не желала их мочить. Пусть. Представила теперь Картера и поежилась, с отвращением скривившись. О Лиаме даже и думать не стала.

Растерянно качнула головой, собирая мокрые кончики волос и накручивая их на пальцы.

Не понимаю. Мужчины, несомненно, классные, почему такая реакция? Дать адекватный ответ я не могла.

Всего на секундочку визуализировала ситуацию с Леонардо: то мгновение, когда он вошел в столовую, тихо ступая, обошел и встал напротив. По коже пробежались мурашки, дыхание сбилось. Представила, как он медленно, жадно, точно смакуя, проходит взглядом по моему наряду, задерживаясь на открытых участках кожи, а затем ладонью притягивает за талию и целует, вторгаясь в рот языком, прикусывает губы.

Рот непроизвольно приоткрылся, язык прошелся по нижней губе, как будто он действительно поцеловал. Тихий стон сорвался помимо воли. Пошатнувшись, открыла глаза, пьяно посмотрев перед собой.

— О, черт!

Кажется, все очень плохо.

Из ванной вышла в мрачном расположении духа и едва не подпрыгнула, увидев расслабленно сидящего на уже застеленной постели мистера Фроста.

Шумно втянув воздух, приложила ладошку к груди с быстро бьющимся сердцем, сипло выдыхая:

— Что вы здесь делаете?

Леонардо не спешил отвечать. Он медленно встал, как-то странно смотря на меня сверху вниз. В льдисто-голубых глазах мелькнуло что-то странное, темное… опасное. Не выдержав такого пристального внимания, неуютно поежилась, опуская голову. Переступила с ноги на ногу, плотнее затягивая пояс халата, и не выдержав, вновь посмотрела в лицо мужчины, испуганно отшатываясь.

Всего на мгновение мне показалось, что его зрачок нечеловечески вытянулся, как бывает у кошек, и расширился, почти заполняя всю радужку. Крепко зажмурилась, а когда вновь подняла ресницы, его лицо было по обыкновению спокойным, в «нормальных» льдисто-голубых глазах застыло равнодушие. Разозлившись на свое воображение, обозвала себя последними словами. Не забыв помянуть о-очень ласковым словом Лару с ее фэнтезийными сказками о всяких оборотнях и драконах.

Может, и правильно, что мистер Фрост меня изолировал. С такой придурью в голове вообще в специально отведенные места запихивать нужно. Крыша совсем потекла из-за нервов

«Не будь к себе слишком строга, девочка…» — мурлыкнуло в сознании.

Ну вот, я же говорю.

Вздохнув, нервно перекинула на плечо волосы и немного устало позвала молчаливого вторженца и возмутителя моего спокойствия, а также по совместительству доведенца бедной Алины до психбольницы. В перспективе.

— Мистер Фрост?

— Да?

— Я спросила еще несколько минут назад: что вы тут делаете, и хотела бы наконец получить ответ. Или это у вас фишка такая? Молча жечь ненавистных вам людей ледяными странными взглядами, авось сами подохнут?

На лице Фроста мелькнуло изумление, брови сошлись к переносице.

— Что у тебя в голове?

Досада куснула изнутри. И правда, что я несу…

— Простите, я… Ай, неважно. Не обращайте внимания. Так делаете тут что?

— Пришел тебя разбудить и осведомиться о твоем самочувствии.

«Желаю застрелиться», пойдет за ответ на вопрос о том, как я себя чувствую?

Не пойдет.

Ой, да иди ты.

— А нельзя было позвать Мадлен? Я, как бы мягче выразиться, немного не одета, мистер Фрост.

— Я вижу.

Он в очередной раз бесцеремонно прошелся по мне взглядом, кадык дернулся, ноздри затрепетали, в глазах вновь отразилось что-то такое, что я неосознанно ступила назад. Последнее не осталось без внимания мужчины. Чувственные губы изогнулись в хищной улыбке, он шагнул вперед, но тут же остановился. На лице заходили желваки, а глаза заледенели. Не знаю, что творилось в его голове, но мне было совсем не по себе. До легкой паники.

Кажется, не только по мне психушка плачет. Даже легче немного стало.

— Мадлен занята другими делами. И я, кажется, тебе говорил, Алина, чтобы ты называла меня по имени. Леонардо. Повтори.

В льдистых глазах мелькнули лукавые огоньки.

Гад белобрысый!

Упрямо сжала губы, понимая, что он все равно добьется своего. Заставит называть так, как того хочет. Хоть по имени, хоть хозяином и господином. На последнее я не соглашусь, а по имени… Ну что ж, ладно.

— Леонардо, — сквозь зубы повторила я. — Довольны?

Он спокойно кивнул:

— Вполне.

Р-р-р!

— Жду тебя в малой столовой через пятнадцать минут, тебя проводит Нана. Одеться сама сможешь?

Или тебе помочь?

— Я не беспомощная, Леонардо, справлюсь сама.

— Хорошо.

— И дорогу до столовой запомнила. Сама дойду.

— Я сказал: тебя проведут.

Деспот!

Ненавижу!

Наверное…

13.1

Мягко прикрыв дверь в комнату Алины, Леонардо тяжело привалился к косяку, уткнувшись в древесину лбом. Желание что-нибудь, желательно даже кого-нибудь, разорвать было крайне труднопреодолимым. Все инстинкты кричали: немедленно взять свое. Сейчас же. Немедля!

Хорошо, что зверь, чувствуя его состояние, близкое к срыву, и наконец осознавший: для того самого «прямо сейчас» совершенно не подходящий момент, притих и не добивал образами их с Линой связки. Ирбис, как и его человеческая половина, слыша эмоции пары, примирился с тем, что они сделают только хуже, если поддадутся соблазну. Принудят ее. Даже если в процессе она совсем не будет против.

Зная Алину, «не против» слишком долго не продлится, вылившись впоследствии в большие проблемы. В лучшем случае накричит, побьет посуду, обвинит во всех смертных грехах, кинется с кулаками, в худшем ― навсегда закроется. Отторгнет их.

От ощущения бессилия и рвущих жилы берущих верх трудно сдерживаемых инстинктов, срывающих цепи самоконтроля, оборотню было тошно.

Тоскливо.

Сколько еще он сможет удержаться в узде? День? Два? Неделю?

Да твою же мать!

Зачем он вообще к ней пришел? Чего не сиделось перед мониторами или, на худой конец, в серверной? Но, черт возьми! Стоило только почувствовать ее пробуждение, а ироскандеру сообщить, как ноги сами понесли в ее комнату.

Опомнился, лишь когда оказался на ее пороге, как маньяк, шумно втягивая ее запах, тараня безумным взглядом пустую постель и прислушиваясь к льющейся воде в ванной. Чтобы ненароком не выломать хлипкую дверь, за которой пряталась обнаженная девочка, титаническим усилием собрал остатки самообладания в кучу и сам заправил ее постель. Стараясь совсем не думать, не вспоминать, как приятно, сладко ночью было сжимать в лапах ее тело, прижимая к своему. Вдыхать запах кожи, тереться возбужденной плотью о ее попку, щекой о волосы, гладить нежную кожу.

Алина…

Его наслаждение, спокойствие и наказание.

Его душа и сердце.

Он утробно зарычал.

Непокорная девчонка сводила с ума. Ее запах сбивал с ног, в комнате все еще витало ее возбуждение. Царапнул выпущенными когтями стену, едва сдерживаясь, чтобы не впечатать в нее кулак или оставить более глубокие борозды. Поместье было не жалко, но объяснить малышке, откуда следы от когтей, будет нелегко, или же, не дай небо, испугать, проломив стену, этого он не желал.

Вздохнув, медленно выпрямился, одернул рубашку и прислушался. Алина, тихо бормоча под нос о чертовых деспотичных засранцах, одевалась в гардеробной.

Слабо улыбнувшись, Фрост побрел в кабинет. Раздумывая, что идея и сегодня заглянуть в бункер, спустить пар оружием неплоха. К тому же Адриан сам предлагал, даже напрашивался на бой с ним.

Что ж, он его обрадует.

Тем более, Картен упоминал, что двадцатый уровень локации еще не протестирован.

Ощерившись, Леонардо в куда более благодушном настроении отправил Дину сообщение о тестировке локации, упомянув не забыть собрать подписи о согласии с добровольцев.

Ответное сообщение от Картена пришло через несколько минут, приправленное дьявольскими смеющимися смайликами.

«Через три часа все будет готово».

Еще через полчаса Дин отписался, что «смертников» [1] уже завезли. Их готовят.

Леонардо удовлетворенно кивнул и посмотрел на задумчиво попивающую кофе Алину.

Интересно. Что бы она сказала, узнай хоть треть правды о нем.

[1] Смертники – добровольцы, чаще всего из спецотрядов, оборотни или люди, добровольно соглашающиеся быть живыми мишенями/жертвами при тестировании особо опасных тренировочных локаций. По-настоящему из мишеней еще никто никогда не погибал.

Друзья, у нас с вами много проды. Как вы видите, публикация книги идет стремительно. А в феврале финал! Чтобы не пропустить блоги с информацией о финалах, завершениях, новинках, анонсах, а также скидками на книги автора, подпишитесь на мою страничку ;)

И по мимо этого, сегодня хочу поделиться с вами картой мира оборотней. Как вы уже должно быть догадались данный мир является альтернативным нашему)

Глава 14

Алина

Завтрак в компании мужчины прошел спокойно. Во время него мы перекинулись лишь парой фраз, а все остальное время Леонардо сидел, уткнувшись в свой гаджет. То ли новости читал, то ли работал, я не спрашивала, больно надо. А вот после мы вернулись в мою комнату.

— Думаю, в твоем кабинете разговаривать будет удобней, — сухо произнес мужчина, первой пропуская меня внутрь.

Ничего против я не имела и лишь равнодушно пожала плечами, хотя внутри все перевернулось от предчувствия непростого разговора, ладони повлажнели от волнения и робкой надежды.

Вчера мистер Фрост говорил о своем намерении снабдить меня телефоном, пускай с прослушкой, но это значило, несмотря на тотальный контроль, что у меня появится хоть иллюзия свободы. Это больше чем ничего.

Никому не нравится постоянно ощущать себя бесправной пленницей, уж вряд ли есть такие мазохисты. А если и есть, то я к ним совершенно точно не отношусь. С телефоном в кармане жертвой чувствуешь себя в разы меньше. К тому же, он что-то говорил о работе. Если Леонардо действительно предложит мне заняться хоть чем-то интересным, ладно, хотя бы приличным, да я его тогда… Я его тогда… поцелую!

Дыхание перехватило. На секунду запнулась, мгновенно ощутив уже ставший родным, давящий в затылок, острый взгляд и, шумно вдохнув, открыла дверь кабинета, юркнув в него, точно испуганный ленивым котом мышонок.

Не знающий о том, какие идиотские мысли ходят в моей голове, Леонардо зашел следом, плотно закрыл за собой дверь и кивнул на кресло во главе пока еще пустого стола.

— Присаживайся, Алина.

Спокойный, прохладный тон мужчины подействовал не хуже стакана ледяной воды за шиворот. Отвернувшись, поплелась выполнять команду, костеря себя на чем свет стоит.

Господи, я серьезно подумала о том, чтобы поцеловать мистера Фроста?

Совсем, Линка, ты отчаялась.

«Да не в губы! В лоб там, или щечку!», — вяло возмутился тонкий голосок в голове.

А хотелось бы жаркий поцелуй… желательно на коленочках… Можно и в головку…

Раздраженно дернув плечом, проигнорировала мурчащий плод фантазий, стараясь не вникать в суть сей фразы. Усевшись на указанное место, с сомнением покосилась на оставшегося стоять мужчину. Увы, но стул в помещении был только один. И на нем сидела моя, похоже, жуть как жаждущая приключений пятая точка.

— Вчера мы говорили о том, что я выдам тебе средство связи. Я привык выполнять свои обещания, хоть видит небо, мне этого бы не хотелось.

На стол лег сенсорный телефон, руки тут же потянулись, чтобы взять его и проверить возможности, но я себя одернула.

Вопрос «почему», повис в воздухе. Задать я его не решилась, лишь расстроенно посмотрела на мужчину. В груди тоскливо засосало. Словив мой взгляд, Леонардо сжал губы, в льдистой спокойной глади мелькнуло… отчаянье? Нет, такому, как он, подобные эмоции не знакомы, показалось, наверное.

Леонардо отвел руки назад, негромко проговорил:

— О том, что телефон прослушивается, тебе известно. О количестве звонков и сообщений ― тоже. Не разочаровывай меня, Лина. И все будет хорошо. С этим все понятно?

Я молча кивнула. По позвоночнику пробежались неприятные мурашки. Отклонение от приказа – нож в сердце. Шаг в сторону – расстрел. Увидев его охрану в действии, я не сомневалась, что предупреждение вполне серьезно. Только карать, судя по всему, будет сам мистер Фрост. А чего ожидать от этого мужчины, не знала, но жалости ждать не стоит.

— Молодец. Теперь о работе. У меня для тебя три варианта. Первому ты вряд ли обрадуешься. В связи с этим…

Всякий мало-мальский испуг как ветром сдуло.

Та-а-ак… Так, так! Что это он там зажал?!

— Почему это? — возмутилась, вздергивая подбородок. — Нет уж, говорите все варианты. Мало ли, что вы там от меня утаите. Вдруг именно первый вариант мне понравится больше других!

Леонардо насмешливо улыбнулся. Снисходительно так. Хищно. Запал сразу же утих, заменяясь настороженностью.

Это что он там такое удумал, гад белобрысый!

— Как скажешь, моя хорошая, — улыбаясь, как сытый кот, мягко ответил он. — Первый вариант: содержанка. Плата высокая, соцпакет, услуги врача также в него входят.

Желаешь?

— Ой, нет, благодарю. Оставьте этот вариант для кого-нибудь другого, боюсь, не потяну, — пробормотала, сдерживаясь, чтобы и за плечо не поплевать. От греха, так сказать.

— Ну что же ты, моя дорогая, — елейно промурлыкал Леонардо. — Кроме тебя, никто на эту роль не годится.

— Не-е-ет, точно нет. Не подхожу, не-а, вот совершенно.

— Подходишь, Алина, еще как подходишь. Более того, только тебя я желаю видеть в моей постели.

— Можно не надо?

— Пока можно, — милостиво согласился он. — До определенного момента.

Стушевавшись, тяжело сглотнула.

В тот момент мне не хотелось признавать то, что этот наглый мужчина уже задел что-то внутри. И это случилось не сегодня и не вчера. Мне были приятны его слова о том, что он не хочет никого другого, кроме меня. Приятны, черт возьми. Но в то же время… Я же всего лишь развлечение на несколько ночей. Та самая маленькая жалкая мышка, с которой поиграют и без сожалений сожрут.

Кашлянув в кулак, чтобы сгладить повисшую неловкую паузу, деловито осведомилась:

— Какие другие варианты?

— Удаленная работа специалиста по подбору персонала в одной из моих компаний, как раз недавно уволился человек. Ничего из того, с чем ты уже не сталкивалась.

О, а вот это отличное предложение!

— Я согласна.

На лице Леонардо отразилось хитрое выражение.

— А третий вариант послушать не хочешь, нетерпеливая моя?

Меня обдало жаром. «Хорошая моя», «нетерпеливая моя», из уст мистера Фроста эти ласковые слова звучали дико. Но очень приятно. Я не обманывалась, однако на лице все же скользнула робкая улыбка.

— Думаю, лучше, чем то, что вы уже предложили, вряд ли что-то будет.

— Ошибаешься, моя хорошая. Я знаю, что ты во время учебы занималась на курсах дизайна. Насколько я помню, ювелирные украшения.

В животе похолодело. Боже, не перестаю удивляться возможностям этого мужчины.

Он что, работает в каком-нибудь разведывательном управлении?

О моей мечте стать дизайнером ювелирных украшений и о курсах никто не знал. Лара тоже. Да и поступление в специализированный ВУЗ я провалила. Мечта была похоронена там же.

Стараясь не показывать бурю в душе, медленно кивнула:

— Да, было такое дело.

— Один из моих знакомых является талантливым ювелиром, для него это хобби. Но если твои эскизы его заинтересуют и вдохновят, то он с радостью выполнит работу. Если нет, то у моего племянника имеется производство по изготовлению как раз ювелирных украшений, и сеть магазинов.

— Это… Это звучит здорово.

Я не могла уложить в голове. Он что, предлагал мне создать… Краска отхлынула от лица. О господи! Нет, даже подумать страшно.

— Что скажешь, Алина?

— Вы серьезно?

Леонардо кивнул. На лице ни тени шутки. Хотя, о чем я, это же Фрост.

Вцепившись пальцами в стул, я не могла поверить, что тот, кто меня нагло выкрал, предлагает мне осуществить самую яркую и желаемую мечту. Это просто не реально.

— Но, если у меня не получится, — дрожащим голосом пробормотала. — Если никому не понравится то, что я разработаю.

— В таком случае, ты будешь работать тем, кем работала, — он буднично пожал плечами. — Но я уверен, у тебя все получится.

Робкая, недоверчивая, но вместе с тем искренне радостная улыбка наползла на губы.

— Да, конечно, да!

— Вот и отлично. В течение получаса в кабинет принесут всю нужную технику. Можешь пока прогуляться по поместью, для этого вызови Мадлен. Контакт в твоем телефоне.

— Спасибо, — прошептала и, быстрее чем успела подумать, вскочила и, неудачно обогнув стол, больно ударилась об угол, но даже не обратив на эту досадную мелочь внимания, бросилась на шею мужчине, крепко обнимая. — Спасибо, Леонардо.

Тело мужчины напряглось, сильные руки обняли за талию, возле уха шумно втянули воздух, словно нюхая. Но мне было плевать. Эмоции радости распирали изнутри, били фонтаном по нервам. Широко улыбаясь, вскинула голову, заглянув в потемневшие глаза, и немного испугалась того, что в них увидела. Очередное «спасибо» застряло в горле.

Такого темного одержимого голода и безумной, какой-то звериной, жажды обладать я не видела никогда. Разве что нечто похожее несколько раз замечала во взгляде мистера Бьорна, направленном на Лену, когда та не видела.

Играешь с огнем, девочка…

Облизнув губы, чем незамедлительно привлекла внимание Леонардо, плохо соображая, что творю, сама немного потянулась и прикоснулась губами к прохладной щеке, сама того не ведая, раздразнив обманчиво расслабленного хищника.

Не успела я опомниться, как в следующую секунду меня сдавили в объятиях, на шею опустилась ладонь, не больно сжимая, не позволяя отклониться, а на рот обрушились жадные твердые губы, сминая в жарком, необузданном поцелуе. В рот вторгся язык, вынуждая впустить внутрь, чтобы завладеть, завоевать, присвоить и утвердить надо мной мужскую власть.

В голове что-то лопнуло, взрываясь фейерверками перед глазами. Краем уха уловила глухое рычание. Но откуда бы ему тут взяться? Плевать!

Кажется, меня пошатнуло, но мужские руки не дали упасть. Подхватили под ягодицы и опустили на нечто твердое. Между ног, бесстыдно разведенных бедрами мужчины, стало влажно. И все, что я могла, это хвататься непослушными пальцами за одежду и тихо постанывать от переполняющих ощущений.

Голова кружилась, воздуха не хватало, губы слегка оцарапало чем-то острым, во рту образовался металлический привкус, который должен был отрезвить, помочь выбраться из творящегося безобразия, но лишь распалил. А упирающееся через ткань штанов прямо в лоно внушительное мужское достоинство разжигало и так бурлящую в венах кровь.

И я не знаю, до чего бы у нас с Леонардо дошло, но сквозь мутную пелену и вязкий кисель в голове прорвался мелодичный звон.

Грудная клетка мужчины завибрировала, раздалось тихое утробное рычание, и он отстранился от меня. А мне как-то сразу стало холодно и одиноко. Я даже невольно захныкала, обхватив себя руками за плечи.

— Прости, Алина, не сдержался, — повернувшись ко мне спиной, глухо произнес Леонардо. — Мне нужно идти. Встретимся за ужином.

Я даже и слова не успела выдавить, как он оставил меня одну. А между тем телефон на столе разрывался негромкой мелодичной стандартной песней, на экране отобразилось имя экономки, но я и не дернулась, чтобы ответить на звонок, таращась круглыми глазами на приоткрытую дверь.

— Звездец, и что это было?

14.1

Он сам не знал, как добрался до первой попавшейся комнаты, ввалился в нее и прямо в одежде встал под ледяные струи воды.

На плитку опустился кулак, кроша ни в чем не повинный кафель.

Черт! Он чуть не взял ее прямо там!

Девчонка не ведала что творила, посмев прикоснуться невинными нежными губами к едва удерживающему над собой контроль хищнику. В ушах все еще стоял звон рвущихся танталовых цепей.

Сошедший с ума зверь разрывал грудную клетку, но он не мог позволить совершиться обороту, ведь в таком случае зверь направится прямо к ней.

Испугает малышку. А может, и того хуже. Как он и боялся, отвратит от него.

Дьявол!

Еще один удар, оставляющий глубокие борозды от когтей.

Ему потребовалось не меньше двадцати минут, чтобы взять себя в лапы, спокойно вылезти из ванной и стянуть мокрые тряпки.

Из комнаты мужчина выходил уже собранным и почти в полном контроле над собой. Приказав первому попавшемуся на пути работнику убрать в гостевой спальне, Леонардо, переодевшись в экипировку, отмахнулся от жалобного бормотания Мадлен о еде и сам сел за руль, оставив в поместье растерянных водителей и хмурых Флаймов.

Алина

В тишине я просидела долго, пытаясь проанализировать то, что случилось.

Грудь сдавливала нерациональная обида на мужчину, губы горели огнем, а в животе все сжималось от сладкого легкого страха того, что едва не случилось.

Несмотря на то, что я, да, еще не занималась сексом, в поцелуях практика какая-никакая имелась, и то, что было несколько минут назад, не шло ни в какое сравнение с тем, что я уже испытывала.

Стоило признать: в поцелуях мистер Лед хорош. Очень хорош. А каким бы он был… Ой. Нет, об этом думать не нужно!

Мне стало смешно. Еще недавно я жуть как боялась Леонардо, а теперь мне обидно, что он не взял меня. М-да. Клиника. Или же женская сучность, как порой говорила Лара. Ну, это например когда бывший парень, которого ты сама, между прочим, кинула, начинал встречаться с другой, и ревность поднимала голову: «Ага, нашел какую-то выдру, значит. Ну-ну, ну-ну». Вот что-то в таком духе. Думаю, многие поймут, о чем речь.

Кстати, о Ларе.

Звонить мне ей не хотелось. Не знаю почему. То ли боялась, что меня справедливо пошлют в далекие дали, то ли страшилась, что вообще не возьмут трубку, что означало одно и то же, то ли еще чего. Скорее осуждения, хотя Лара на него особо не была способна, в отличие от той же самой Лены. Медведева точно бы облила меня презрением, подкрепив язвительным комментарием. Но не суть. В общем, звонить я не решилась, а вот сообщение послать нужно было бы.

Вздохнув, взяла в руки смартфон, совершенно не удивляясь его стандартности. Сейчас все модели были практически одинаковы, различны были операционные системы, и система конкретно этого телефона была такой же, как и на моем, так что разобраться в нем мне особого труда не составило.

Как и найти контакт Лары.

Губы исказила усмешка. Леонардо обо всем позаботился.

Заботливый какой.

Открыв мессенджер, глубоко вдохнула и медленно выдохнула, раздумывая, что написать. Приходящие на ум идеи были все какие-то жалкие. Оправдывающиеся. А оправдываться я не хотела. В этом не было смысла. И так все знали, кто виноват в сливе инфы конкурентам. Что уж теперь по новой окунаться во всю эту муть.

Еще немного подумав, настрочила простое сообщение, что со мной все в порядке, меня не обижают, и попросила написать что-нибудь в ответ, чтобы я знала, что с подругой все хорошо.

Отправив, быстро заблокировала смартфон и отложила его подальше. Но через несколько секунд не выдержала и открыла. Сообщение оказалось прочитанным, но ответа не было, как и набирающегося текста. В горле образовался комок, на глазах выступили слезы. Но я их быстро смахнула, услышав стук во входную дверь.

И только я успела спрыгнуть со стола, оправив дрожащими руками одежду, как на пороге кабинета появилась озадаченная Мадлен, а за ней несколько незнакомых мужчин с коробками довольно известной, дорогой фирмы по продаже электроники «Технолед».

* * *

Тестирование экспериментального уровня тренировки завершилось успешно.

Добровольцы выглядели еще живчиками и лишь трем, закономерно людям, потребовались услуги врача. На такие случаи в бункере абсолютно всегда находилась бригада специалистов, вовремя оказывающих необходимую помощь пострадавшим.

— Славно побегали, — счастливо оскалился Адриан, в его изумрудных глазах все еще сверкали искры азарта.

Дин согласно кивнул, ртом помогая затянуть на кистях эластичный бинт.

Дополнительные меры безопасности, по сути, оборотням не требовались, но никому, даже им, не хотелось лишний раз получать неразумные травмы. Сегодня халатность может привести лишь к перелому запястья или травме колена, завтра подставишься под пулю. Такой позиции придерживался Дин Картен.

— Лео, дашь добро на запуск уровня?

Леонардо, обтерев после контрастного душа тело, дал отмашку:

— Да, запускайте.

— Ты останешься посмотреть тренировку вердентов? [1]

Фрост посмотрел на часы: время перевалило за пять, а у него в семь ужин с парой и приезд дистинолога, которого еще нужно встретить в аэропорту.

— Нет, не получится. В другой раз.

Картен понимающе кивнул.

— Как скажешь.

Дин, накинув на обнаженный торс жилет, вышел, оставляя его и Адриана одних. Огненный лис, проследив за его уходом, повернулся к одевающемуся начальнику.

— Всегда задавался вопросом: какой зверь у Картена? Он никогда ни при ком не оборачивался. Даже в самых щекотливых ситуациях полагался на человеческую половину. А ведь он точно оборотень. Это я чувствую, но с ним что-то не так. Не знаю, что именно. Но определенно что-то не так. Да и к тому же, неизвестно, из какого он рода. Информация засекречена. Он, как появился тридцать лет назад из ниоткуда, так и все.

— Интересовался Картеном? — усмехнулся Леонардо.

Адриан смутился.

— Немного. Любопытство, ничего больше.

— Уверен?

Лис обалдело открыл рот и возмущенно засопел, прищуриваясь:

— На что это ты намекаешь?

Леонардо промолчал, но одарил оборотня таким красноречивым взглядом, что тот слегка покраснел.

— Э, нет. Я по девочкам. Так что не смотри на меня. Ну, а если кроме шуток. Лео, я же знаю, что ты в курсе. Кто такой Картен?

Фрост безразлично пожал плечами. Он, конечно же, знал о Картене если не все, то многое. Но информация была засекречена не просто так.

— Картен, это Картен. Хочешь знать о нем, поинтересуйся у него. Если захочет, ответит.

Адриан недовольно поджал губы, но понимающе кивнул, не став настаивать.

Зашнуровав берцы и надев перчатки, удовлетворенно оглядел себя в зеркале и хотел было уже уйти, как кое-что вспомнил. Кое-что не менее важное, чем тайны главы департамента спецподразделения.

— Лео, слушай, можно кое-что уточнить?

Фрост иронично выгнул бровь.

— Еще что-то о Картене? Размер обуви, цвет трусов?

Лис закатил глаза. Порой начальник был просто невыносим. Благо, что подобное явление было крайне редким.

— Ну, все уже. Я о другом. Не знаю, в курсе ты или нет. Но глава моего рода сосватал меня за одну из наших оборотниц.

— Неужели?

Адриан усмехнулся.

— Значит, знал. В общем, она сбежала.

Леонардо недоверчиво посмотрел на лиса. О том, что мальчишку, пока еще не нашедшего свою предначертанную, решили принудительно женить, он, конечно же, знал. Как и знал, на ком.

Младшая дочь Абигейл Тайгер, в девичестве Фоксайр – Ара Тайгер. Он помнил, как кроткая малышка оборотница с черными волосами, темно-синими глазами и хорошей фигуркой, бледнела при встрече с ним, боясь поднять глаза, мило прячась за спину матери. Вроде бы она недавно отметила свое полное совершеннолетие, двадцать один год. Оказалось, у малышки имелись зубки и свое мнение о жизни.

— И что ты хочешь от меня?

Изумрудные глаза оборотня шкодливо блеснули.

— Найди мне ее. Мне нужно знать ее местоположение. Ее трекер выведен из строя. Страж Фоксайров в поисках, но, сам понимаешь, без трекера результатов мало.

Леонардо хмыкнул, скрестил руки на груди, опираясь плечом о железный шкафчик.

— Мой наивный друг. Она не из моего клана, а значит, не под моей юрисдикцией.

— Я знаю, Леонардо. Как и знаю, что ты можешь ее найти. Вот по этому, — лис вытащил из кармана маленькую пробирку с рубиновой жидкостью. — Не спрашивай, как я это достал.

Леонардо долго смотрел на друга, раздумывая, стоит ли ради его прихоти нарушать свои же установленные правила, и когда Адриан уже думал, что Страж не поможет, со вздохом взял флакон из рук.

— Идем.

В бункерной, как и у него, Фроста, дома, имелась серверная со сканером, более старой модели, но ничем не хуже, чем новая.

— Не знал, что в убежище есть сканер. Это же то, о чем я думаю? Серверная? — плавно скользнув в помещение с огромным экраном, пробормотал оборотень, принюхиваясь.

— Именно. А теперь помолчи.

Адриан понятливо заткнулся и на всякий случай отошел на несколько шагов назад. Лео, запустив ироскандер, вывел на малый экран изображение Ары Тайгер, капнул в специальную выемку кровь и отдал приказ найти.

— Предупреждение. Нарушение протокола AMF 23. Требуется дополнительное подтверждение команды TRAU Z 1.

Адриан с изумлением посмотрел сначала на ироскандер, мигающий красным предупреждающим светом, на спокойного Леонардо, и прикусил язык, чтобы не взболтнуть чего лишнего, тем самым мешая процессу.

— Подтверждаю.

— Принято. Приложите ладонь к панели.

Леонардо молча выполнил необходимое.

— Команда принята. Осуществляю операцию TRAU Z 1.

По экрану замелькали неуловимые даже для оборотня картинки, символы, засветились желтые точки. Адриан не показал виду, но был восхищен. Никогда ранее ему не доводилось видеть работу Стражей. И это было действительно потрясающе.

— Сколько потребуется времени для поиска?

— Не много. Что ты собираешься делать с девчонкой?

Леонардо повернулся к оборотню. На лице Адриана играла плутовская улыбка, но глаза были равнодушны и пусты.

— Будет зависеть от итогов поиска.

Леонардо кивнул, посмотрел на экран.

— Любопытно, кто деактивировал ее трекер. Насколько я знаю, деактивация сенсорных трекеров в компетенции лишь Стражей.

— Да, но ты забываешь, что есть и бывшие Стражи. Их не так много, но встреча с ними вполне реальна.

— Не думаю, что Страж, хоть и бывший, стал бы просто так уничтожать трекер.

Леонардо насмешливо улыбнулся. Были у него кое-какие догадки. Подтвердившиеся, когда девчонка нашлась в одном очень знакомом месте.

Оказалось, Ара далеко не так наивна, как можно было предположить.

— Я нашел ее.

Адриан встрепенулся и сделал несколько шагов вперед, вглядываясь в экран сканера, но, к его сожалению, ни черта не понимая.

— Что, так сильно хочешь ее?

— Я?! — изумился лис. — Не-е-ет. Просто скажи, где эта маленькая чертовка.

— Нейтральное поселение.

Адриан выругался, взъерошив пятерней рыжие волосы.

— Сам мог догадаться. Леонардо, — изумрудные глаза впились в него, на дне мелькнул жесткий огонек. — Возможно ли сделать так, чтобы никто ее след более не смог обнаружить?

Фрост задумчиво провел пальцами по губе.

— Возможно. Однако если ее роду действительно она так нужна, найдут.

— Я знаю, но хотя бы на время. Сам понимаешь, желательно надолго.

— Если позаботишься о биологических следах девчонки, то без проблем.

— Согласен.

Леонардо повернулся к экрану, запуская форматирование информационных следов Ары по всем электронным носителям. Попутно скидывая сообщение нескольким хакерам из своего Управления, а заодно и короткое сообщение в нейтральное. Закончив, он повернулся к кусающему кулак лису.

— Ты уверен, что она не твоя?

— Не, точно нет.

Леонардо кивнул и, выгнав оборотня из серверной, захватил из раздевалки жилет и направился на выход, по дороге набирая номер Райана.

* * *

[1] Верденты (от палонесского: verdant, зеленые) – Вердентами называют новичков специального основного подразделения Управления.

Глава 15

Алина

Пока бравые парни из служащих поместья устанавливали технику в моем кабинете, Мадлен повела меня на экскурсию по дому, пригрозив, что после нее меня зачем-то обязательно нужно будет представить всему персоналу поместья, именуемого «Фрайзен Дол», символичненько, кстати, так обозвали домину, не плохо. А вот для чего меня нужно кому-то представлять, я не поняла, но молча кивнула.

Поместье на самом деле оказалось огромным. Мадлен упомянула, что за день мы его всё вряд ли обойдем, буднично заметив, что для меня сейчас самое главное ― это осмотреться и запомнить самые нужные места и хоть немного научиться ориентироваться в доме, а уж остальное у меня будет время обследовать.

Как я и думала ранее: многообещающе, блин. Похоже, женщина была уверена, что тут я зависла надолго. И если честно, мне самой так почему-то казалось. И что самое странное, совсем уж так против я не была. По крайней мере, в штыки ее брошенные будничным тоном слова не восприняла.

Итак, поместье. На первом этаже находились: левое крыло ― комнаты персонала, кухня, черный ход, уголок для отдыха служащих, этакая в принципе просторная комната с очень даже приличной обстановкой.

Светлые чистые стены, удобные на вид диванчики, несколько книжных шкафов и даже один винный, огромная плазма на стене, несколько закрытых шахматных чемоданчиков. К-хм, вот так да, карты ролевой игры – мафии ― тоже попались на глаза, а в углу за отдельной стенной перегородкой, что меня поразило, но в принципе не меньше карт мафии, – маленький теннисный стол.

По поводу последнего Мадлен смущенно пробормотала, что мужчины, да и женщины иногда любят сыграть несколько партий. Как и побыть мирными жителями, убийцами, а также медсестрами и полицейскими, ага. Да-да, я все поняла.

В правом (хозяйском) крыле: несколько со вкусом обставленных комнат отдыха для «высоких» гостей. Богатая, добротная мебель, более строгая, выдержанная обстановка. А так отличий от служебного уголка было немного.

Плазма, в одной из комнат ― даже несколько, винные шкафы, книги, эм, белоснежный рояль, все дела. Мадлен подсказала, что одна комната была «мужская», другая «женская», и та, что мужская ― как раз с роялем.

А когда я нервно пошутила, что, может, еще и мистер Фрост умеет играть, экономка заулыбалась и огорошила, что да, хозяин так-то играет, но не очень это дело любит, а посему звуки музыкального инструмента в Фрайзене слышатся крайне редко.

На ее ответ я озадаченно кивнула, с затаенным восхищением подумав: а вообще что-нибудь мистер Фрост-то не умеет делать? Ну, хоть что-нибудь!

Вряд ли. Даже готовить наверняка сам может. Подлец белохвостый. Это я его любимую прическу имела в виду. И что, что она ему диво как шла, делая его внешний облик еще более брутальным, таинственным и недоступным, как некогда Палонесский император.

Подумав об этом, сразу представила Леонардо, вальяжно развалившимся на троне с императорским венцом в белоснежных волосах, красиво лежащих на широких плечах и ироничным прищуром льдистых глаз. Случайно словив себя в отражении зеркала с мечтательным выражением лица и широкой улыбкой, нахмурилась, помотав головой.

Так! Стоит себе почаще напоминать, что Леонардо Фрост все равно, чертов мистер Лед и гад!

Что-то я немного отвлеклась.

Еще в правом крыле, если пройти малую столовую, потом через «маленький» домашний кинотеатр и спуститься по лесенке, то можно было найти бильярдную комнату, а за ней… внимание! Три парилки и небольшой, но очень даже вместительный, по моим скромным меркам, бассейн.

М-да. От первого этажа я уже была под впечатлением, а что уж будет дальше… ух! Нехило так живет мистер Фрост. Нет, я не завидовала. Он сам (надеюсь) своим трудом это все заработал, но если подумать, что это поместье, насколько я имела представление, одно из многих ему принадлежащих, то дух захватывало. Точно шпион из фильмов. Ага, спец-агент, мать его.

Однако дальше, вопреки моим подозрениям, дела обстояли не так шокирующе.

На втором этаже располагались хозяйские и гостевые спальни, а также несколько общих гостиных, и большая столовая. Большая столовая, кстати, не зря так называлась. Да-да, я заглянула в нее одним глазком. И вот в ней можно было устроить целый прием на человек пятьдесят, если не больше.

Огромного размера помещение, и практически все пространство занимал прямоугольный стол, накрытый вместе со стульями белоснежной плотной накидкой. В середине отделанного золоченой лепниной и расписанного живописью потолка сверкала массивная шикарная люстра. На стенах висели картины, к сожалению, занавешенные тканью. В отдалении возвышался полукруглый подиум с выступом, напоминающий небольшую сцену.

В общем, я оценила, даже глаз дернулся.

На третьем же этаже находилась библиотека и несколько закрытых комнат. Заметив мой заинтересованный взгляд, экономка виновато пояснила, что в эти комнаты хода нет. Особенно в ту, находящуюся в углу коридора. На первый взгляд ее дверь была из темного дерева, но, как оказалось, из стали, возможно, даже бронебойной. По словам Мадлен, это был рабочий кабинет хозяина. И без его ведома даже приближаться к нему о-очень не желательно, как и к остальным здесь помещениям. На всякий случай.

В ответ я лишь пожала плечами и шагнула в библиотеку. Боже мой. Столько книг я видела… Так в университетской и видела. Только вместо деревянных грубых столов и стульев здесь были мягкие тканевые кресла, диванчики на два места и шикарное полукруглое окно с витражными вставками.

По моим впечатлениям, поместье представляло собой симбиоз старины и нынешних реалий со всеми удобствами и навороченной техникой, и чувствовала я себя здесь не просто уютно, а словно в сказку попала. Это, конечно, если опустить тот факт, что меня сюда притянули против воли силком. Разве что только по голове не ударили да на плечо не взвалили, хотя по поводу последнего уверена я не была.

На экскурсию мы потратили целых два с лишним часа, и когда я в сопровождении Мадлен спустилась в холл, то как раз подошло время обеда.

— Предлагаю сейчас быстренько познакомить вас с персоналом, а затем обед. Как считаете, мисс?

Скривившись, подавила обреченный вздох. За время обследования поместья я порядком устала, и последнее, что бы я сейчас хотела, так это знакомиться со служащими поместья.

Но, судя по упрямому блеску в глазах экономки, от этой процедуры мне не отвертеться. Так что лучше сейчас, а потом меня оставят в покое, и я смогу и покушать, и посмотреть, что мне там выделил Леонардо для работы. Коробок с техникой было очень много для простого компьютера, не говоря уже о ноутбуке.

Примирившись с собой, утвердительно кивнула.

— Да, давайте лучше сейчас. Не будем затягивать.

Мадлен довольно улыбнулась и вытащила из кармана платья телефон, быстро застучала пальцами по тачу. Переступив с ноги на ногу, обернулась, с тоской посмотрела на распахнутую парадную дверь, с сожалением вдыхая чуть прохладный свежий воздух.

Прогуляться бы.

— Скажите, Мадлен, мне же можно гулять?

— Конечно, мисс. По территории поместья ― сколько угодно, — не отрываясь от смартфона, откликнулась она, и не успела я обрадоваться, как она ласково добавила: — Если же без господина, то в компании мистеров Флаймов, разумеется.

Я поскучнела.

Вот так вот, Алина. Щелчок по носу. Знай свое место, девочка. Ты здесь всего лишь маленькая пленница. И если уж на территории особняка только с охраной, то за ворота мне путь, похоже, и вовсе заказан. Но что-то такое я и так предполагала.

Чудненько просто.

15.1

Спустя примерно десять или, может, чуть больше минут в холл начали стекаться служащие. Их было так много, что я поначалу растерялась, с недоумением покосившись на Мадлен. Я что, должна вот их всех запомнить? Женщина, правильно понимая мой взгляд, легонько прикоснулась к моему запястью в качестве поддержки, шепнув, что я обязательно со временем всех запомню.

Ага, уже. Бегу и падаю.

Особенно бегу запоминать вон ту прожигающую меня ненавидящим, с доброй долей отвращения взглядом, брюнетку с косами, в форме горничной. И чем я ей так не угодила? Вижу ее в первый раз. Надеюсь, она меня просто с кем-то перепутала.

Пока Мадлен называла мне имена и фамилии, а также должности, которые я совершенно не запоминала, а люди вышагивали вперед и уважительно склоняли головы, грустно рассматривала служащих и тихо вздыхала. Я за десять лет их всех не запомню. Да и зачем? Дружба у меня никогда ни с кем особо не задавалась, Лара не в счет, с ней и самый темный властелин бы подружился, точнее, она с ним. А вот кроме Лары, увы, не сложилось.

Сердце болезненно сжалось, стоило только вспомнить подругу и ее понимающую, ласковую улыбку. Но внезапно ощутив на себе тяжелый, липкий взгляд, подняла голову, сталкиваясь глазами с коротко стриженым брюнетом, во взоре которого так и сверкало неприкрытое презрение с толикой интереса. А с ним что не так?

Кстати, парень и девушка были внешне похожи друг на друга. Совпадение? Не думаю.

Не все мне, однако, здесь рады.

Как минимум двоим я чем-то не понравилась.

Мужчина почти сразу же отвернулся, но я успела заметить его кривую неприятную ухмылку.

Мысленно плюнула и на него, и на вторую дамочку, понимая, что в поместье мне, кроме, собственно, Леонардо, вряд ли что-то угрожает, а если и угрожает, то он за свою игрушку в моем лице голову откусит и на причинное место поставит, буднично сообщив, что так оно и было. Улыбнувшись, погрузилась в раздумья о будущей работе, невольно расплываясь еще в более широкой, солнечной улыбке, напрочь переставая слышать шепотки работников. На миг даже показалось глухое рычание.

Но, моргнув и удивленно покрутив головой, никаких зверей не заметила, и вновь погрешив на свое воображение (на психическое расстройство ― не хотелось), погрузилась в фантазии об эскизах и что первым попробую разработать. Серьги, колье, цепочку, а может, перстень? С холодными сапфирами… Да!

Однако когда вперед вышла черноволосая с косами, внутренне подобралась.

— Лукинда Эримос.

Брюнетка вопреки, как я понимала, местному этикету не склонилась, напротив, надменно вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на меня. А я едва сдерживала рвущийся наружу смех. В Столице я как-то бывала в зоопарке, и вот там в серпентарии как раз была змея. И звали ее… Лукинда.

Всхлипнула, не сдержав смешок, и успела только рот прикрыть ладонью, как ко мне повернулась Мадлен, обеспокоенно заглядывая в лицо, и, наверное, что-то не так поняла, поскольку она хмуро поджала губы и повернулась к змее, ой, простите, Лукинде, холодно процедив сквозь зубы:

— В комнату, Эримос. О твоем недостойном поведении мы поговорим позже.

Другими глазами посмотрела на Мадлен. Надо же, не ожидала от нее такой строгости.

Девчонка разом утратила гонор, побледнела и, кинув куда-то в толпу отчаянный взгляд, сбежала в сторону левого крыла.

— Кива Эримос, — Мадлен посмотрела на того самого парня, так похожего на змею. Ну, все ясно: братец. — Тоже сгинь с моих глаз.

Молодой парень, одарив меня ненавистью, скрылся в том же направлении.

Проследив за его удаляющейся спиной, покачала головой. Не знаю, что я успела сделать этой парочке, но тех, кто наградил их такими именами, я бы ненавидела больше.

— Простите их, мисс, бога ради. Ребята не с той ноги, наверное, встали. Но я с ними поговорю.

Уже хотела махнуть рукой, подумаешь. Да они мне и слова не сказали. Но ответить не успела, за спиной послышался ровный голос Картера:

— В чем дело, Мадлен? Мисс Алина?

Вот теперь побледнела экономка и, кажется, даже я. Все-таки эти братья одним своим присутствием нагоняли страху. Вон, даже толпа заволновалась и попыталась слиться со стенами.

— Все в порядке, Картер, — повернулась к мужчине. — Ничего такого не произошло.

Флайм одарил меня взглядом «киллера» и вкрадчиво уточнил:

— Уверена?

— Более чем.

Картер перевел вопросительный взгляд на экономку, и та поспешно кивнула:

— Все в порядке, сэр. Мы просто знакомили мисс со служащими по приказу мистера Фроста.

— Ладно.

Он обратил внимание на притихших работников.

— Если вы закончили, расходитесь.

Бросил на меня последний долгий взгляд, а-ля: «я-слежу-за-тобой-Алина-и-если-что-тебе-капец» и вышел на улицу. Повернувшись, изумленно открыла рот. В холле стояли только я и Мадлен. Остальные шустро, а что главное ― бесшумно разбежались.

Заметив мое удивление, Мадлен развела руками.

— Занялись своими рабочими обязанностями. Вы что предпочтете, мисс: пообедать в столовой, или поднять обед в комнату?

Хмуро свела брови к переносице.

— А мистер Фрост еще не приехал?

— Нет, мисс.

Меня неприятно куснуло изнутри.

И где он сейчас?

Глава 16

Зажав кончик карандаша между зубами, склонилась над листом бумаги с наброском, придирчиво рассматривая получившийся рисунок. Руки немного дрожали от перенапряжения, но в душе меня распирало от возбуждения и гордости за себя.

С уверенностью могла сказать, что настоящие профессионалы мою работу забраковали бы сразу же, справедливо указав на многие огрехи, но я осталась довольна собой.

К сожалению, ввиду серьезных обстоятельств, курсы мало что мне смогли дать, но несмотря на этот досадный факт и то, что я за долгое время впервые взяла в руки карандаш, на мой взгляд, набросок получился неплохим.

Впрочем, надо мной не стоял строгий, прагматичный начальник с заказчиком, и время для доработки, возможно, будущего изделия имелось. А мистер Фрост, если я правильно уловила из нашего разговора, не будет требовать от меня незамедлительного отчета о проделанной работе, вот если бы я все-таки выбрала первый… точнее, второй вариант, ― ну, и первый, кстати, тоже, ― тогда, думаю, да, отчитываться пришлось. Во всех... смыслах.

Счастливо выдохнула и, откинувшись на спинку удобного кресла, прикрыла уставшие от часовой сосредоточенности глаза, невольно проникаясь еще большим теплом и благодарностью к несносному беловолосому тирану. На практике доказавшему, что не такой уж он и тиран. Любимым делом обеспечил, кормит, одевает, целует… Так, вот о последнем вспоминать было не нужно.

Потерев веки, посмотрела на часы. За наброском я провела чуть больше полутора часов. Сейчас было почти пять вечера, до ужина еще два часа. С сомнением взглянула на включенный, пока еще незахламленный лишними файлами моноблок с запущенными программами трехмерного моделирования.

Парни, которые принесли технику и после занимались настройкой, порекомендовали для начала просмотреть все варианты и поработать на каждой программе, хотя лично я бы предпочла «Риноцерос». В любом случае, все это уже не сегодня. И даже не завтра. Сначала доработать эскиз, в идеале изобразить перстень с нескольких ракурсов, а вот уже потом все остальное.

Отложив альбом в сторону, осторожно взяла в руки графический планшет. Я, конечно, видела и слышала о таком гаджете, как и мечтала хоть когда-нибудь накопить и приобрести это чудо, но оно было слишком дорого для моего кармана. А тут небрежный щелчок пальцев Леонардо ― и я уже через несколько часов держу в руках еще одну свою тайную мечту. Это если не брать в расчет, что помимо моноблока и графического малыша под меня приобрели еще и ноутбук.

Зачем столько всего, ведь хватило бы и моноблока, не знаю. Но здорово! Хоть и неправильно. Предложение мистера Фроста больше выглядело даром, чем работой. А бесплатный сыр, как все знают, бывает только в мышеловке. И уж тем более я никак не должна была набрасываться на него с поцелуями!

Сама же брыкалась и фыркала, кидаясь в мужчину громкими заявлениями о том, что никогда не буду его, а тут, стоило поманить вкусной печенькой ― и Алина растеклась лужицей у шнурованных берцев Фроста. Меркантильная какая.

Однако приняла, набросилась и растеклась, о последствиях этих не совсем обдуманных, а где-то и совсем необдуманных поступков можно было лишь догадываться.

Но если, например, с моей работы я могла предложить Фросту процент, хоть это смешно, деньги ему вряд ли нужны, то с поцелуем, на который я очень даже охотно откликнулась, напрочь забыв о том, что он деспот-тиран-гад беловолосый-утащивший меня на другой континент, и вообще чертов Лед, было сложнее.

Но что тут теперь убиваться, устала я как-то от самобичевания, будет что будет, и пофигу веники.

В очередной раз примирившись с собой, прижала к груди большое-маленькое чудо и жизнерадостно выдохнула. Все-таки когда включаешь здоровый пофигизм, жить сразу становится как-то радостней. В животе внезапно громко и возмущенно забурчало. Машинально приложив ладошку к пупку, закусила губу, с сожалением покосившись на поднос с нетронутым обедом, заботливо оставленный экономкой на полке шкафа.

Я так и не пообедала. Нет, есть мне хотелось еще эти полтора часа назад, но техника как-то увлекла, а потом и работа над эскизом, и как-то забылось. Стало не до того… Хотя кого я обманываю?

Узнала, что Леонардо еще не вернулся домой, и голод притупился. Вот куда он помчался? Особенно после нашего нечаянного, но очень сносящего разум поцелуя, от которого у меня до сих пор пальчики на ногах подгибались, а в животе скручивался тугой приятно-болезненный узел.

Небось, пар спускать к какой-нибудь швабре, с него станется! Все-таки я не дура, чтобы не понимать, что такой мужчина, как мистер Фрост, никогда не будет один.

В груди потяжелело, и прекрасное настроение немного испортилось.

Меня просто выворачивало изнутри, когда я представляла, что Леонардо в объятиях другой женщины, перед глазами прыгали черные мушки, а из ушей только разве что пар от злости не шел. Я чувствовала себя глупо. Собака на сене, блин. Тошно. Что это, если не ревность? И к кому!

В руках что-то подозрительно хрустнуло. А когда поняла, что это могло быть, чуть не подпрыгнула от накатившего ужаса. Благо, с графическим малышом все оказалось в порядке. Медленно отложив его на стол и на всякий случай отодвинув подальше, зло дернула себя за волосы.

Мне требовалось срочно на воздух, продышаться. А то больше суток сидеть в четырех стенах может на кого угодно дурно повлиять, вдруг и голова проветрится, и из нее магическим образом выветрятся все идиотские мысли. Надеюсь, иррациональная ревность тоже.

Но сначала перекусить.

Капец, всего лишь сутки в логове Леонардо Фроста, а такое ощущение, что не меньше недели.

Под крышкой нашлось, как я и предполагала, остывшее пюре с отбивной и несколько пирожков с мясом, последние я и съела, запив холодным чаем, а после, умывшись и переплетя волосы в тугую косу, захватила с собой легкую курточку, не забыв всунуть в карман смартфон, решительно направилась на выход, рассчитывая встретить кого-нибудь из братьев убийц по дороге. На крайний случай, Мадлен.

На Картера наткнулась в холле. Мужчина словно почуял, что его подопечная, ― будем смотреть правде в глаза, ― собралась на прогулку. Поскольку, когда я спустилась вниз, он стоял, опершись на стену возле входных дверей, и сверлил глазами лестницу. Заметив меня, Флайм плавно оттолкнулся плечом, выпрямляясь, лениво наблюдая за моим приближением.

— Решили прогуляться, мисс?

Меня немного перекосило от лишенного эмоций тона, но я уверенно кивнула, стараясь не смотреть в равнодушные глаза.

Господи, и почему меня встретил самый неприятный из братьев?

16.1

Картер сделал жест, пропуская меня вперед. Мешкать не стала, проскользнула на улицу, ненадолго замерла у начала небольшой лесенки, глубоко вдыхая свежий воздух, и неторопливо спустилась вниз. Как бы еще привыкнуть не только к этим мужчинам, от которых так и веяло опасностью и страданиями, но и к постоянному давлению на мой бедный затылок, не говоря уже про ощущение крадущегося за жертвой хищника. И уж совсем стоило промолчать о потрясающей внешности.

Несомненно, я успела немного пообвыкнуть, общаясь с коллегами мистера Айсара, но братья с эстетической точки зрения были вне конкуренции. Боюсь, в нашем «Котофф» их бы разобрали на сувениры. По сто маленьких Картерчиков и Яринов.

Хотя… Я полуобернулась через плечо, тут же встречаясь с темно-синей бездной глаз, и отвернулась, насмешливо улыбаясь и качая головой. Кто бы еще кого разобрал. К тому же, Леонардо в тысячу раз шикарнее, более мужественен и сексуален, чем братья, а к нему девчонки боялись ближе чем на расстояние вытянутой руки подойти. Уверена, с Флаймами побаловаться никому бы не удалось. У таких не забалуешь, обтечешь и нагадишь в штаны от страха еще на подлете

За поместьем находился довольно большой парк с аккуратными лавочками, вдали виднелись беседки, в самом парке, кроме уже желтых деревьев и кустиков, не было никаких цветов.

Шагая по широким, вымощенным кирпичом дорожкам, наслаждалась шумом деревьев, ветром и спокойствием. Но спустя некоторое время абсолютная тишина за спиной начала немного напрягать. Если бы не слишком яркое ощущение неустанного наблюдения, я бы подумала, что Картер ушел, оставив меня одну. Но его присутствие чувствовалось слишком остро, чтобы в это поверить.

Оглянувшись, смутилась, находя подтверждение своим догадкам. Нет, это не дело. Нужно или возвращаться, или найти, о чем поговорить с этим киборгом, жутко же. Возвращаться домой, вновь запираясь в стенах, я не желала, так что, немного подумав, замедлила ход, намеренно равняясь с мужчиной. Тот если удивился, что вряд ли, виду не подал, лишь мельком посмотрел на меня.

— Картер, а где ваш брат? Он уехал вместе с мистером Фростом?

М-да, вышло бесцеремонно, но как уж получилось. Ничего лучше на ум не пришло.

— Вас интересует мой брат, мисс Алина? Или же то, что он мог уехать с мистером Фростом? — с большим толстым намеком, вопросом на вопрос ответил мужчина. И ух ты! Мне показалось, или я услышала ядовитые нотки в его тоне?

— Не то чтобы интересует, но интересно.

— Ярин на территории поместья, мисс.

— Понятно.

Еще раз спросить о Леонардо я не решилась. Если даже Картер и знал, куда он уехал, чувствовала: не скажет.

— Можно спросить?

Картер хмыкнул и снисходительно улыбнулся, и тут я чуть не сбилась с шага. Он умеет улыбаться? Да еще и выражать эмоции? Вот это номер!

— На этот раз вас интересует мое разрешение? А если я скажу – нет?

— Я вам не нравлюсь, да?

Флайм посерьезнел и промолчал, смотря прямо перед собой. Я не расстроилась, что не получила ответа, но было неприятно. От всего в целом. Вроде бы ничем братьев не обижала, ничего такого не говорила, за что могла получить подобное отношение.

— Нет, — внезапно спокойно отозвался он, вынуждая перевести на него непонимающий взгляд. — По отношению к вам, я не испытываю негативных эмоций, Алина. Не нужно брать на себя слишком многое, легче от этого вам точно не станет. Но ни от меня, ни от брата вы не получите ненависти, от нас не нужно ждать угрозы.

Без дополнительного приказа, — красноречиво читалось на его лице.

Дернув плечом, отвела взгляд. Стало неуютно. Я нисколько не обманывалась ни по поводу Леонардо, ни по поводу братьев, сразу догадавшись, кем они могут быть, но получить почти подтверждение ― совсем иное.

Капец, ты, Алина, докатилась. Идешь нога в ногу с безжалостным киллером, для которого убить человека равнозначно погреть курицу на обед.

— О чем вы хотели спросить?

— О вашей работе, — со вздохом призналась. — Вы не подумайте, ничего такого. Никаких тайн выспрашивать не собиралась. Просто чем вы занимаетесь в поместье, какие обязанности. Ну и так далее. Вот.

Замолчав, закусила губу. Допрос какой-то получился. Неловко даже.

— Вы можете не отвечать, — тихо произнесла, выписывая себе подзатыльник. — Ой, я не то… Я не приказываю вам, не нужно на меня так смотреть, словно раздумываете, как по быстрому сломать мне шею и в каком месте прикопать, чтобы не нашли!

Стиснув зубы, отвернулась, смотря на деревья.

Да, я просто бью рекорды этим вечером. Мастер разговоров, что б его.

Услышав тихий смешок, удивленно повернулась обратно, вытаращившись на откровенно хохочущего киборга. Вы видели, чтобы когда-нибудь смеялась стиральная машина? Или кофеварка, а может, автомобиль? Я тоже нет. Но вот я бы удивилась меньше, если бы вдруг начал хохотать пылесос.

— Необычная вы, Алина, и мысли у вас… необычные.

Беспомощно развела руки в стороны, из-за чего мужчина хмыкнул и покачал головой.

— Хочу признать, что мысли, чтобы вас придушить, проскальзывали. Нет, никто вас убивать не будет.

Ага. Без приказа.

— Напротив, в случае опасности я и брат ― первые, кто будет вас защищать. В этом и заключается основная цель нашей работы. Вы – наша цель, Алина. Думаю, хватит на сегодня прогулок, пора возвращаться.

Согласно кивнула, не зная, как реагировать на слова Картера. И решила реагировать – никак. Надеюсь, что опасности для меня, как сказал Картер, никакой не будет. Не хочу доставлять этим мужчинам неприятности.

До поместья мы шли в молчании, правда вновь нога в ногу, и на давление взора киборга на этот раз реагировала спокойно, впервые дыша полной грудью. Что-то незримо изменилось после короткого разговора. В лучшую сторону.

А возле дома нас ждал сюрприз.

Черная хищного вида спортивная машина подъехала одновременно с нашим появлением, остановившись буквально в десяти шагах. С водительской стороны вышагнул Леонардо, а вот с другой ― незнакомый мужчина.

Его внешний привлекательный облик, как и спортивное телосложение, меня не удивили. Смутило другое.

Темно-вишневый взгляд, заинтересованно уткнувшийся в меня с исследовательским интересом, и вроде бы добродушная, но отчего-то пугающая улыбка-ухмылка на четких контуром губах. С таким видом препарируют лягушек, чтобы посмотреть, что у них внутри.

Едва подавила в себе желание попятиться и спрятаться за спину Картера, боясь даже подумать, кого привез Леонардо и для чего.

Сердце ушло в пятки.

Плохое предчувствие не оставляло простора для фантазий ― этот человек приехал по мою душу.

Глава 17

В зале ожидания аэропорта Мавридонии было многолюдно. Гул голосов, стучащие по плитке пола колесики чемоданов, радостных смех, громкие монотонные объявления информации, снующие туда-сюда люди немного раздражали слух Леонардо, но он, отойдя к панорамному окну, спокойно ожидал появления дистинолога. К счастью, тот долго себя ждать не заставил.

Высокий брюнет с резкими, хищными чертами лица, в строгом костюме-тройке, с синей спортивной сумкой в руке, вышел из пункта паспортного контроля и почти сразу же устремил на Леонардо взгляд темно-вишневых глаз.

Внимательно наблюдая за приближением мужчины, Лео припоминал все, что успел на него просмотреть. Саит Ягурин. Дистинолог высшей категории. Один из последних черных ягуаров. К сожалению, таких, как он, осталось немного.

Поприветствовав друг друга, мужчины направились к парковке.

Устроившись в машине, ягуар повернулся к нему.

— Я ознакомился с предоставленной вами информацией, и в целом мне понятна суть проблемы, однако хотел бы еще раз все услышать из ваших уст. Желательно, чтобы вы рассказали мне все с самого начала. С вашего знакомства с парой. Алиной.

Крепко сжав руль, Леонардо заколебался, раздумывая о своем решении позволить постороннему самцу приехать в его дом и познакомиться с парой. Зверь внутри яростно рычал, подогревая сомнения. Одно только упавшее с губ мужчины имя его женщины вызывало у Фроста стойкое желание: ласково выбить кулаком парочку клыков и выпнуть ногой под черный хвост из машины.

Кожаная оплетка руля заскрипела под ладонями.

Леонардо потребовалось несколько секунд, чтобы отрешиться от запаха шерсти, хвои, можжевельника и недавнего секса, исходящего от самца.

Исключительно то, что наблюдение дистинолога, мнение и рекомендации могут помочь ему понять, как действовать с его девочкой, чтобы не наломать дров, как и то, что его нестабильные эмоции вызваны не закрепленной связью, примиряло с собой.

Усмирив внутренний протестующий ураган и укротив зверя, Леонардо бросил быстрый взгляд на Саита, ловя понимающую усмешку, но исходящие от мужчины волны легкого напряжения и настороженности окончательно возвратили ему равновесие и контроль над собой.

Заставив себя расслабиться, он вернул внимание на дорогу и сухо начал рассказ.

Своим приездом Саит невольно разбередил в памяти события и причины, почему оборотни еще не так давно были на грани вымирания.

Ввиду того, что они могли иметь сильное, здоровое потомство лишь с предначертанными парами, немало видов оборотней исчезло, выродившись. К сожалению или нет, внутри рода предначертанные друг другу рождались крайне редко.

Еще несколько столетий назад большая часть семей, в то время живших кланами, радела за чистоту крови, принуждая отказываться от пар других видов и заводить семьи внутри рода. В таких семьях рождалось слабое «гиблое» потомство.

Наблюдая за таким исходом, главы «чистых» кланов взяли за практику «право Ануари».

Бессмысленный лицемерный фарс.

Вынужденное многомужество или двоеженство. Главные супруги были из рода, а найденную предначертанную пару вынуждали быть бесправным заложником, инкубатором или осеменителем для потомства.

Релайд, так их называли. Они не имели своего угла, их принижали старшие мужья или жены, и основная их функция заключалась быть сосудом. Полукровок, как порой пишут в фантастической литературе, у оборотней на самом деле не имелось. Дитя всегда появлялось на свет вида одного из родителей, как правило, более сильного. И все же, в «чистых» родах, если, не дай небо, ребенок рождался вида релайда, дитя безжалостно уничтожали.

О парах-людях и говорить не стоит. В их отношении ситуация сложилась еще более жестоко. Стоит лишь вспомнить печальный ритуал «байзарин». Где человеческие половины, имеющие слабо выраженный парный инстинкт или его отсутствие, подвергались клеймению укусом.

Этот ритуал был нужен в первую очередь чтобы «связать» оборотня с человеком, заявить права, и, как бонус, после положительной динамики люди «перерождались», получая регенерацию, острый слух и другие присущие оборотням признаки. Становясь, разумеется, не оборотнем, но уже не человеком.

Однако трансформацию переживали единицы. Если взять соотношение, то: один из ста.

После того как Фрост замолчал, повисла недолгая пауза. Ягурин обалдело моргал, пытаясь уложить в голове полученную информацию. О том, что мисс Алина теоретически может слышать зверя ее предначертанного, он не был в курсе, и сейчас находился в шоковом недоумении. О таком эффекте никто никогда не слышал. Саит ввиду своей специальности знал кое-какие данные о Стражах и не удивился заметному отличию Фроста от других оборотней, но не настолько же.

— За исключением подозрений о том, что ваша пара может слышать зверя, ничего отклоняющегося от нормы из вашего рассказа я не услышал. Вы действительно полагаете, что она может его слышать? И отметины, о которых вы упоминали, на вашей коже... Они остались?

— Отметины исчезли практически сразу же. А то, что слышит — да.

Ягурин потряс головой, его глаза зажглись фанатичным блеском.

— Невероятно. Потрясающая эмоциональная привязка. И это при всем при том, что связь еще не закреплена. Но она уже уникальна! А что будет после закрепления? Из предварительного анализа могу сказать, что в вашем случае сыграли наложенные друг на друга факторы. Череда случайностей. Главные катализаторы – непростое знакомство и сложная ситуация, в которой оказалась девчонка. Думаю, на физиологическом аспекте проявления исчезнут сразу же после физической связи, а вот на эмоциональном ― вряд ли

Ягуар, забывшись, укоризненно посмотрел на Лео.

— Но, несмотря на все это, вам не следовало медлить. Вы как никто должны понимать, чем опасна незакрепленная связь с парой. Даже несколько дней промедления плохо сказываются на обоих парах, а несколько месяцев ― критический срок. Халатное промедление хуже суицида, мистер Фрост…

Леонардо одарил мужчину таким мрачным ледяным взглядом, что тот мгновенно заткнулся, припоминая, с кем говорит.

— Понял. Прошу прощения.

Саит вздохнул и отвернулся к окну.

— Думаю, наилучшим вариантом будет представить девушке меня как психолога. Она подверглась моральному давлению, и тестирование, как и наводящие вопросы, не вызовут у нее подозрений и диссонанса. Однако благоприятнее всего было бы рассказать мисс все как есть. Правду. Не думаю, что ваша пара настолько слабая, чтобы из-за этого знания что-то с собой сделать. Но тем интересней будет за ней наблюдать.

Фрост до хруста сцепил зубы. Ягурин ходил по лезвию ножа и прекрасно это осознавал. Но, тем не менее, находил в себе смелость говорить то, что Леонардо знал и без него.

— Впервые в моей практике Страж обратился к дистинологу. Неужели вы действительно боитесь быть отверженным? Неделя секса, желательно жесткого ― и ваша пара забудет о том, что вы оказались, ух ты! Не человеком. Напротив, будет послушной милой кошечкой, ластящейся к своему господину.

Леонардо ласково ощерился. Неуловимый глазу выпад ― и в салоне машины раздался громкий хруст ломающихся костей.

Ягуар тихо охнул, болезненно скривившись, и осторожно прикоснулся к сломанной челюсти, выплевывая в ладонь несколько зубов.

— Запомни, Ягу-р-рин. Посмеешь ляпнуть что-то такое при Алине, и мы с тобой прогуляемся в одно местечко, после пребывания в котором оборотни становятся милыми, послушными котиками.

Саит не предполагал, но Леонардо мысленно уже несколько раз пустил пулю в лоб оборотню и вырезал его сердце клинком, развеяв заживо сожженного «соперника» по ветру и, удовлетворенный исходом, вытирал лапы.

— Поняф, — прошепелявил Саит, выкидывая зубы в окно и ощупывая языком появившиеся новые. — Больше не экспериментирую.

Леонардо молчаливо усмехнулся.

Дальнейшее время в пути они провели в молчании.

А по приезде Фроста ждал не слишком приятный сюрприз в виде гуляющей в компании Картера девочки. Нет, в том, что Алина прогуливалась вместе с Флаймом, не было ничего такого. Он сам приставил братьев к паре. Разжигало ярость иное. Ее теплая улыбка, направленная на другого. Одна рука сжала руль, а вторая дернулась к поясу, где висела кобура с оружием.

Но вопреки взметнувшейся убийственной ярости, он спокойно заглушил машину и, выйдя наружу, неторопливо направился к парочке, сделав жест Ягурину следовать за ним.

— Добрый вечер, Алина, — смотря только на свою, почему-то нервничающую женщину, ровно произнес он. — Флайм свободен.

Картер тихо ушел. И к облегчению Леонардо, Алина даже этого не заметила. К его же недоумению и разочарованию, на самого Лео она толком и не взглянула, лишь рвано кивнула, напряженно глядя за его плечо.

Принюхавшись, Леонардо нахмурился, делая шаг к предначертанной. От нее веяло паникой и отравляющим ужасом. Краска отхлынула от ставшего родным лица, глаза остекленели, губки закушены так сильно, что побелели. Даже к нему она никогда не испытывала столь разрушающих отрицательных эмоций. Удивившись, оборотень напрягся, чуть повернул голову, взглянув на заинтересованно, немигающе уставившегося на девочку Саита.

Она Ягурина так испугалась?

— Алина, все в порядке, — тихо произнес он, активируя хедсет на ухе.

И в следующий миг поразился тому, как его девочка, уловив его голос, моргнула, дернувшись, и сиганула к нему, прижалась к боку, словно в поиске защиты. В душе матерого оборотня потеплело, дыхание на мгновение сбилось. Он тихо выдохнул, прижав пару к телу.

Похоже, всякие исследовательские планы Саита на его девочку расстроились. Чему сам Леонардо был рад.

Приказав Мадлен спуститься в холл и позаботиться о госте, Леонардо повернулся к ягуару, замечая, что тот уловил отношение его предначертанной к нему и сейчас искренне растерялся. Но помимо этого Леонардо ощутил и волны обиды. Леонардо мстительно усмехнулся. Да. Видимо, такого поворота Ягурин уж точно не ожидал.

Пояснив Саиту, куда идти и где его будут ждать, он повернулся так, чтобы своей спиной загородить вид на удаляющегося оборотня, и поцеловал свою трусишку в макушку, откровенно втягивая себя запах пары и блаженно щуря глаза.

— Чего ты испугалась, маленькая? Дядя Саит тебя не обидит.

— Очень смешно, — буркнула Алина, но из объятий не спешила выкручиваться. А Леонардо только и рад. — А кто вообще этот Саит?

Вместо ответа Фрост поинтересовался, ненавязчиво поглаживая кончиками пальцев спину девушки:

— Как прогулялась? Уже пробовала рисовать в программах?

Алина встрепенулась и, к легкому разочарованию Лео, отстранилась, принявшись живо рассказывать об эскизах, о прогулке по поместью. Леонардо любовался, наблюдая, как горят глаза его пары, неуловимо вынуждая Алину вместе с ним следовать к дому.

— У вас потрясающий парк, Леонардо.

— Рад, что тебе он тебе понравился.

— Да, — она широко улыбнулась, только тут замечая, что они уже подошли к ее комнате. Ореховые глаза девчонки смешно округлились. — Ого, а я и не заметила, как мы оказались тут. Вы потрясающий слушатель, мистер Фрост.

Интуитивно уловив изменения в настроении мужчины, она тут же исправилась, неосознанно прикоснувшись к его прохладному запястью.

— Леонардо. Вы невозможно очаровательны, Леонардо.

Брови оборотня дернулись вверх.

— Очарователен?

— О, да.

— Такого мне еще никто не говорил.

— Приятно быть у вас в этом первой.

Леонардо подавился смешком. Щеки Алины мило вспыхнули, и разговор разом утих. Мужчина ласково прикоснулся к ее щеке, осторожно погладил и завел за пылающее ушко мелкие волоски у лица.

— Алина, что ты скажешь, если завтра я приглашу тебя провести со мной вечер? Я не о том, о чем ты только что подумала. Не в поместье, Лина. Куда пожелаешь, в пределах Рис-Аудаунериса.

Его женщина сначала непонимающе нахмурилась, а затем ее глаза широко распахнулись. Леонардо уловил эмоции Алины, не в силах сразу поверить в то, что ощутил. Недоверие, изумление и приличная доля восторга. Зверь довольно взвыл, а самого Лео чуть повело, да так, что пришлось незаметно быстрым движением придержаться за стену, тут же выравниваясь.

— Это что… Вы что, хотите пригласить меня на… свидание?

— Верно, Алина. Свидание.

В ореховых глазах сверкнули хитринки. На эмоциональном фоне у его пары возникло желание сделать какую-нибудь подлянку. Наказать его.

— Нет.

— Нет?

— Не-а, — коса на груди подпрыгнула, когда его девочка мотнула головой. — Мне сначала нужно тщательно обдумать ваше предложение. Очень тщательно.

— Тщательно, говоришь.

Ему тоже хотелось сделать кое-что очень тщательно. Например, стянуть с ее круглой попки штаны, подхватить на руки и прижать к стене, медленно вбиваясь в готовое для него лоно. Ловя губами тихие стоны удовольствия. И если полноценно взять он ее не мог, по крайней мере, не сейчас, то позволить себе вновь попробовать вкус ее губ он мог.

— А если так?

Он притянул ее к себе, поначалу мягко целуя в губы, языком лизнул по нижней, прося открыться ему. А когда его пара с выдохом покорилась, сам не удержал стона, сминая податливые губы, вторгаясь в манящую глубь языком.

Леонардо с трудом заставил себя прекратить поцелуй и отпустить потянувшуюся за ним девочку, придерживая ее за талию, пряча терзающий тело и душу голод внутри.

Алина обалдело моргнула и возмущенно посмотрела на него, робко скользнув взглядом куда-то на уровень пряжки его штанов. Леонардо догадывался ― куда, как и болезненно пульсирующее естество.

Когда-нибудь…

Он мог только надеяться, что скоро. Но кто сказал, что приручение пары всем и всегда дается легко? Точно не ему. Но Фрост находил в этом что-то влекущее. Свое очарование.

— Так какой будет твой положительный ответ?

— Вы просто невозможны, мистер Фрост, — выдохнула она и гордо вздернула подбородок. — О своем положительном решении я сообщу вам утром.

Не дождавшись от него ответа, быстро юркнула в комнату, негромко хлопнув дверью.

Леонардо тихо хохотнул. Это он еще невозможный? Да она с ума его сведет.

Ощущая, что девчонка привалилась к двери, пытаясь услышать его шаги, он стукнул по дереву, напоминая:

— В семь ужин. Не опаздывай.

Судорожный вздох и тихое бормотание о белохвостых тиранах стало ему ответом.

Хмыкнув, мужчина еще несколько минут задумчиво смотрел на закрытую дверь, раздумывая о том, что не так уж и не прав, возможно, дистинолог. Может, зря он медлит, мучает и себя, и ее.

Но прежде чем принимать нелегкое решение, ему следует проверить показатели девушки и поговорить с Саитом.

По коже оборотня пробежалась давно позабытая с юности дрожь. Вероятно, он к ней придет не сегодня, может, не завтра, но скоро.

Совсем скоро.

Глава 18

Показатели Алины были в пределах нормы, без учета ярко выраженного текущего эмоционального возбуждения. Фрост нежно улыбнулся. Его девочка после их разговора пребывала в хорошем расположении духа, что окончательно убедило его: она почти готова к тому, чтобы узнать правду. Но все же слишком сильно спешить не стоит.

Несколько, как сказала его Лина, «свиданий», проведенных и на людях, и наедине, чтобы она еще больше привыкла к нему. Еще парочку недель он потерпит, он бы потерпел и дольше, чтобы в конце получить такой желанный приз.

Его пару.

На хедсет поступил звонок, прерывая его мечтательные мысли. С ним связалась экономка, сообщив, что его разыскивает Ягурин. Поблагодарив Мадлен, Леонардо через сканер нашел Саита возле библиотеки, флиртующим с одной из горничных — Лукиндой Эримос.

— Прохвост, — насмешливо фыркнул Лео, переводя ироскандер в автономный режим.

Закрыв кабинет, Леонардо направился к парочке.

Уловив приближение Леонардо, девица испуганно отскочила от оборотня, смущенно потупившись. Ягурин же лишь лукаво улыбнулся, невинно пожал плечами.

— Надумаешь портить мне сотрудников, надаю под черную мохнатую задницу. А ты, — он посмотрел на покрасневшую горничную, — отправишься в поселение. Займись делом.

Девчонка испуганно сглотнула и, склонив голову, шмыгнула к лестнице. Ягуар проводил ее разочарованным взглядом, но Леонардо уловил след торжествующих, удовлетворенных волн, исходящих от оборотня.

— Зачем искал?

— Разумеется, поговорить. У меня возникли кое-какие идеи по решению вашей проблемы, но чтобы их озвучить, мне нужно еще уточнить несколько вопросов.

Леонардо пару минут сверлил оборотня бесстрастным взглядом, не совсем понимая, что его напрягает, но кивнул в сторону библиотеки.

— Идем.

Алина

Наяривая круги по спальне, я никак не могла уложить в голове то, что сейчас произошло.

Мама дорогая! Леонардо Фрост вновь сделал это. Поцеловал! Сам!

О-хо-хо.

Властно… Страстно… Жадно…

Так что мозг помахал ручкой, а тело превратилось в податливое желе. М-да, вот теперь я полностью понимала и верила всему тому, что писали в романтичных книжках. Это было… Это было просто невероятно! До разноцветных искр из глаз, до бурлящей крови в венах, до скручивающей, пульсирующей боли внизу живота. До яростного желания кричать: да! Пожалуйста! Только не останавливайся… Не сейчас!

Меня словно макнуло в лаву, так стало горячо. На щеках и вовсе можно было пожарить не только яичницу, но и картошку до золотистой корочки. Внутри все сладко сжималось и болезненно-приятно тянуло, а бабочки в животе и груди, похоже, бессовестно танцевали самбу.

Дрожащими пальчиками стянула с волос резинку, растрепав прическу, и резко остановилась, невидящим взором таращась прямо перед собой.

Судорожный протяжный выдох вырвался из груди, перехватывая дыхание.

Но до этого… Он пригласил меня на свидание.

Леонардо Фрост. Чертов мистер Лед. Меня. На свидание!

Капец!

Как сказала бы Лара – приехали!

Телефон на трюмо тихо пискнул, привлекая внимание.

Потерев лицо руками, рваным движением скрутила волосы в низких хвост, давая себе несколько минут, чтобы полностью успокоиться и устаканить впечатление от разговора с Леонардо, и только потом взяла в руки смартфон.

На экранчике мигало одно непрочитанное сообщение. Застыла, осознавая, от кого оно могло прийти, гаджет едва не вывалился из рук. Похоже, подруга почувствовала, что я думала о ней, и настрочила ответ.

Волна легкого страха и робкой надежды пробежалась по позвоночнику. Несколько минут бездумно таращась в телефон, никак не могла заставить себя открыть и прочитать, что мне там написала Лара, но когда я уже позорно хотела отложить телефон, оставив прочтение «на-как-нибудь-потом», оно вдруг оказалось прочитанным.

Челюсть «рухнула в пол».

Еще несколько секунд назад горела только одна галочка, подтверждая, что сообщение еще не прочитали, но оно доставлено, а теперь… две! Что и означало: его прочитали вперед меня!

Праведное возмущение сжало горло. Я сразу поняла, кто тут такой любопытный з-зараза!

— Ах ты! — зло сопя, топнула ногой. — Чертов Лед! Засранец белохвостый!

Именно протест и негодование самоуправством мужчины придали мне сил таки открыть мессенджер и прочитать письмо. Подруга никогда не была краткой, и сейчас она настрочила на целую поэму, рассказав, что у них все нормально. С мистером Айсаром у нее все прекрасно, и вроде как они даже собрались уже в конце этой недели пожениться. Ого!

Ничего себе, какие новости!

Теплая, нежная улыбка тронула губы.

Также Лара тонко намекнула о шурах-мурах мистера Бернара и Лены, но об их отношениях я и так догадывалась, как и половина «Котофф», окончательно убедившись, что подозрения не беспочвенны, в Лесах. Там бы и слепой заметил. От этой колоритной парочки искры так и летели. Огонек и снежинка.

Бедный-бедный Бернар, нелегко ему наверняка пришлось с Медведевой.

Хохотнув, закусила губу. Стоило вспомнить постыдное обстоятельство и свое поведение в отношении мистера Бернара, как стало грустно. Наверное, я волей-неволей еще очень долго буду себя корить за все, что сотворила. К сожалению, так часто бывает, что сначала делаешь, а как опомнишься, уже поздно и стыдно повернуть назад и рассказать кому-то о своих грешках.

Но на самом деле, никогда не бывает поздно что-то исправить. Сейчас я это хорошо понимала. Страшно так и не признать, что сделал нечто дурное, жить дальше, как ни в чем не бывало. Не признавать свои ошибки. Вот это плохо.

Грустно улыбнувшись, вернулась к письму.

В конце подруга написала, что на меня никто не держит зла, ни она, ни Лизавета Михайловна ― мама Лары и директор моего прежнего места работы, точнее сказать, уже со-директор. Напротив, понимают, что виновата я лишь косвенно. Пожурила, что должна была, как только получу те угрозы, прийти к ней, и она обижена на меня, что я этого не сделала. Ведь они бы могли мне помочь, а так я осталась одна со своими проблемами.

В груди защемило. Какая она у меня хорошая.

Напоследок в P.S. она просила слушаться мистера Фроста и не стараться идти ему наперекор. Поскольку он последний, кто будет желать мне зла. И обязательно просила написать ответ на это сообщение.

Это было так мило.

В глазах защипало. Смахнув с уголков глаз слезинки, насмешливо фыркнула на последнюю приписку Лары о Леонардо и улыбнулась. Желание позвонить подруге и поговорить по душам, поделиться с ней обо всем, что со мной случилось, было сильным, почти нестерпимым.

Мистер Фрост ― настоящий дьявол! Демон искуситель! Придумавший изощренное наказание: иметь средство связи, но не сметь открыто звонить или что-то писать. Да еще и ограничил звонки до одного, а сообщения до трех! Демон! Я уже поняла, что его слова о прослушке ― отнюдь не пустая угроза. Подтверждение этому появилось на моих глазах. К тому же, я сомневалась, что Леонардо вообще давал и будет давать хоть когда-нибудь пустые угрозы.

Меня так и подмывало от каверзных мыслишек специально сказать что-то такое, что выведет его из себя. Например, обозвать засранцем или не знаю там. Но что-то такое, чтобы его проняло! Однако зудевшая пятая точка скромно намекала, что наказанию за свою дерзость я не сильно обрадуюсь. А вот идея: залезть в его спальню, пока он в душе, и нащелкать компромату… Хе-хе. О-очень манила.

«Ага. Так и признайся, что всего лишь хочешь поглазеть на его обнаженное тело, развратница», — ехидно отозвался в голове голосок.

Покаянно вздохнула. И это тоже.

У меня в запасе оставалось еще два «милостиво» выделенных белохвостым тираном сообщения и один звонок. Звонок я все-таки решила припасти на крайний случай. Мало ли что мне вдруг может понадобиться. А вот одним сообщением я решила пожертвовать. Но написать я ничего так и не успела, в дверь тихо, словно боязливо, постучали. И будь я, например, в ванной, точно бы этот стук не услышала.

Подумав, что это Мадлен пришла сопроводить на ужин, досадливо поморщилась. Блин, переодеться и привести свой внешний вид в порядок я так и не соизволила, забыв о времени. Расстроившись, побрела открывать, но по пути мой взгляд случайно упал на часы, вынудив нахмуриться. До ужина оставалось еще полчаса. Может, это не Мадлен? Леонардо? Сердце учащенно забилось, в животе кольнуло холодком, как с высокой горки на большой скорости скатилась. Эх, невозможный. Совсем голову скоро закружит.

Рывком распахнув дверь, с недоумением и разочарованием уставилась на черноволосую девушку.

— Эм.

А она что тут делает?

Имя этой неприятной девицы благодаря зоопарковой змее я запомнила хорошо. И что на пороге моей комнаты делает эта Лукинда, понятия не имела. В довесок меня смутил ее вид. Девушка была неестественно бледна, синие, почти черные глаза горели каким-то нехорошим лихорадочным огнем, и на миг мне показалось, что в них мелькнула вина, но тут же пропала, заменяясь решимостью. Хотелось просто хлопнуть перед ее носом дверью, но я все-таки решила быть вежливой.

— Слушаю.

— Мисс Алина, — девушка выдавила робкую улыбку. — У меня для вас распоряжение господина. Мистер Фрост попросил меня сказать вам, что он желает с вами поговорить до ужина.

— А почему он сам не пришел?

Сердечко вновь учащенно застучало.

Леонардо хочет со мной поговорить? Еще раз? О чем?

— Мне не известно, — спокойно ответила она, но в ее тоне улавливались едва сдерживаемые нотки раздражения. — Господин ожидает вас в библиотеке, я вас проведу.

— Не нужно, я знаю дорогу, — медленно кивнула, почему-то чуя некий подвох.

— Как скажете, — не стала спорить Лукинда и отошла в сторону. Требовательно посмотрела мне в глаза. — Идите, мисс. Хозяин не любит ждать. А он просил сейчас.

Недовольно на нее посмотрела, но промолчала. Слышать приказы змеюки в отношении себя было неприятно, слух резало и хотелось огрызаться, но спорить я не стала. Девчонка всего лишь выполняет свою работу. Правда, странно, что Леонардо попросил ее, а не Мадлен. Возможно Мадлен просто оказалась занята. Всунув телефон в задний карман штанов, под внимательным взглядом Лукинды закрыла дверь и поспешила по коридору, стараясь совсем уж не лететь сломя голову.

Боже мой. Десяток ласковых слов. Несколько поцелуев, и все. Алина расстелилась ковриком у ног Льда, позабыв и о похищении, и об ущемлении, и обо всем. Должно было быть противно, возмутительно, гадко, но почему-то не было. Было волнительно, притягательно, сладко, безумно…

Я уже заворачивала к лестнице, как ощутила несильный тычок в спину. Однако его хватило, чтобы я споткнулась и полетела вперед, взмахивая руками. Но толком не успела испугаться: в следующий момент меня подхватила чья-то сильная рука, а на голову высыпалось нечто сухое, мгновенно забивающее нос, рот, глаза.

— Ох, мисс! — обеспокоенно выдохнули над головой. — Простите, вы так внезапно на меня выскочили, что я…

Громкий смачный чих вырвался наружу, перекрывая слова мужчины и, похоже, спасителя. Затем еще один и еще.

— Будьте здоровы, мисс. Как вы? Порядок?

Последний раз чихнув, отодвинулась от незнакомца, отходя на несколько шагов назад, вместе с тем протирая глаза. Вскинув голову, посмотрела на спасителя, изумляясь. Незнакомец оказался не таким уж незнакомцем.

Это был тот самый брюнет, родственник змеюки.

Та-а-к. А такое ли случайное мое падение? Тот толчок в спину был более чем ощутим. Или мне показалось? С подозрением обернулась назад, но Лукинды за спиной не оказалось.

— Мисс? Все нормально?

— Ага, полный звездечный порядок, — буркнула, недоверчиво рассматривая руки и вроде бы чистую одежду. Возле ног валялась кучка белого порошка.

— Что вы сказали, мисс?

— Что вы на меня высыпали?

— Ничего такого. Простите, мисс, но мне нужно идти, — пробормотал парень, просачиваясь мимо меня. — Только очень прошу, не рассказывайте об этом инциденте господину. Не хотелось бы получить наказание.

Парень нагло улыбнулся и скрылся за углом.

— А мне не хотелось бы быть обсыпанной какой-то гадостью, — огрызнулась в ответ, перебирая пальцами вроде бы чистые волосы.

Ответа я уже не услышала. Заглянув в коридор, никого не увидела. Странная ситуация. Какая-то… Даже слов подобрать не могу. Внутри грыз червячок тревожного смятения.

Вздохнув, заверила себя, что это всего лишь досадная случайность и все будет нормально, поспешила вверх по лестнице.

Перед библиотекой остановилась, чтобы перевести дыхание. Пригладив волосы, повертелась на месте, осматривая себя со всех сторон и принюхиваясь, недоумевая, чем все-таки меня так. Никакого постороннего запаха я не учуяла. Присыпка? Мука? Тальк? Манка? И куда этот змей это нечто тащил? На втором этаже, насколько я знала, жил только Леонардо и я. А еще теперь, скорей всего, и знакомый Льда. Саит, кажется.

Возможно, это нечто предназначалось ему? Ну, а что. Может, он свою исследовательскую задницу этой штукой натирает, чтобы не прела. Вероятно и Лукинда к Саиту поперлась и сам змееныш к нему завернул. Все равно, странно это все.

Поджав губы, уже хотела толкнуть дверь и войти в помещение, как услышала глухие мужские голоса. Один из них был голосом Леонардо. Его ледяной тон я ни с чьим не спутаю. А вот второй ― мне был вроде бы незнаком. Не знаю, какой черт меня дернул подслушивать, но сама не сообразила, а уже прижалась ухом к двери, уперев ладони в стены, удерживая свой вес, чтобы не налегать, а то, не дай боже, скрипнет еще. Затаила дыхание, дыша через раз и прислушиваясь.

Не сразу, но я услышала и как никогда на свете пожалела, что вообще решила подслушивать чужие разговоры. Не просто так имеется поговорка: меньше знаешь, крепче спишь.

Глава 19

Алина

Запинаясь, натыкаясь на углы, едва не свернув шею, я скатилась по лестнице и, постоянно оглядываясь, со всех ног понеслась в сторону кухни, к черному выходу. Словно за мной гналась оголодавшая по людскому мясу стая волков. Хотя почему словно? После того, что я узнала… После того, что услышала, в этом доме наверняка нашлись бы и волки в человеческой шкуре.

Меня подгоняла дикая, накатывающая волнами и перехватывающая дыхание паника. В голове красной сиреной выла и мигала лампочка.

О, Боже… Бежать… Быстрее! Пока они не хватились… Пока не догадались, что я знаю. Пока не пустились в погоню! А что, если они уже знают… Нет! Нет! Черт!

То, что я подслушала… Поражало воображение. Мне хотелось одновременно смеяться и плакать, мотать головой, крича во все горло: «Так не бывает! Это неправда!» Но так было… Это и была самая что ни на есть правда.

Реальность.

Дикая, сумасшедшая, но действительность, в которую я, как рыбка, окунулась с головой, а потом оказалась жестоко выброшена на берег.

Ирония судьбы или хитрый замысел, что я оказалась в нужном месте и в нужное время.

Весь разговор не застала и окончания не стала дожидаться, но мне хватило с лихвой, чтобы забиться в какой-то неправильной, слишком стремительно накатившей, как после сигнала «включить», истерике, обнажившей лишь голые безусловные инстинкты сбежать от проблемы, укрыться от ужасающей для моей жизни опасности, выгрызть путь к спасению.

Сердце грозило вырваться из груди от леденящего душу страха, инстинктивного, безусловного, подчиняющего и мутящего разум.

Полученная страшная информация вновь и вновь, словно подбрасывая в пекло моего умопомешательства поленья, гудящим гулом воспроизводилась в ушах.

— И как думаешь, Саит, какой процент того, что Алина возненавидит меня, узнав правду? Почему мы вообще возвращаемся к этим вопросам? Этот момент мы уже обсудили.

Тогда я не поняла, о какой такой кошмарной правде шла речь. Естественно, меня охватило жуткое любопытство. Но ответ я узнала слишком быстро. К своему сожалению.

— Просто ответьте, Леонардо.

— Хорошо, хочешь поговорить, поговорим. Так какой будет ее реакция, когда она узнает, что на данный момент более половины ее теперешнего окружения – отнюдь не люди? Какой процент того, что она сбежит?

Растерянно хлопая ресницами, я силилась понять, о чем ведет речь Леонардо. Как это не люди? А кто же тогда? Чебурашки? В тот момент я с трудом сдержала смех.

— Нулевой, мистер Фрост, если вы проведете закрепление связи до того, как она узнает эту информацию.

— Да? — в тоне Леонардо явственно послышалась горькая насмешка, от которой у меня внутри тоже все перевернулось. Желание обнять своего мужчину, утешить, навсегда убрать эту горечь было таким сильным, что я чуть не ворвалась внутрь.

Однако от последующих слов я похолодела, смех застрял в горле неприятным комком, по лицу словно наотмашь ударили, сердце ухнуло куда-то в пятки, на миг остановившись.

— Более чем убежден, я видел достаточно, — уверенно заявил этот тип.

— Неверный ответ, Саит. Если я, как ты настаиваешь, приду к ней именно сегодня, и она все узнает об оборотнях и то, что пара одному из них. Мне. Процент того, что моя пара меня если не возненавидит, то испугается, критичный. Хрупкое чувство, которое сейчас ко мне испытывает Алина, рухнет, сменяясь отвращением, ненавистью. Ненависть и нравственность, как и любовь, у этих обоих чувств ― слишком тонкая преграда.

— Но вам не обязательно сразу обо всем говорить, Леонардо.

Дальше я уже не слушала, глупо моргая и пытаясь осознать, что только что услышала.

Оборотни?!

В голове разом щелкнуло. Все стало на свои места. Оговорки мистера Фроста, его странные, пугающие замашки и поведение других… не людей. Тех же братьев Флайм. Косые, сочувственные взгляды Мадлен. А Лара? Подруга точно знала. Не могла не знать. Да я сама подозревала, но как дура списывала на слишком бурную фантазию подруги и свою впечатлительность.

Горло сжало ледяной рукой, мешая нормально дышать. Меня замутило. В нос пахнуло отвратительным запахом гнилья, горькой полыни, удушливого шалфея и безумием.

«Прочь!» — истошно орало сознание. — «Убегай, пока не поздно, что встала!»

И я бежала, захлебываясь паникой и ужасом, молясь всем и вся, чтобы мне на пути никто не повстречался. И тут мне не совсем повезло. Когда открытая дверь черного выхода была близко, из кухни вышла Мадлен, держа в руках металлический таз. Завидев меня, несущуюся на нее с перекошенным лицом, она испуганно ахнула, едва успевая отпрыгнуть с дороги.

— Мисс Алина?! Что с вами? Стойте! Мисс! Куда?! Да что же это… Как?

Но я уже ее не слышала.

Наверняка Мадлен тоже… О господи… Чудовище. Хищник, способный за секунды разодрать на куски. А вот братья точно монстры. Не зря я страшилась их.

При воспоминании о Флаймах на лбу выступила испарина. Бешено колотящееся сердце болезненно стучало в груди, в боку кололо, но я на голом инстинкте бежала вперед, уже видя впереди раскрытые ворота.

Однако, когда до них оставалось всего несколько метров, внезапно уши заложило от звериного воя.

Мамочки!

— Алина, нет! — услышала за спиной громкий отчаянный крик Леонардо. — Девочка, остановись!

В груди тоскливо потянуло. На секунду сбившись с шага, я чуть действительно не остановилась. В истерично паникующем мозгу вспыхнула робкая мысль: что же я делаю. Зачем? Но тут же погрязла под панической атакой вместе с рычащим криком братьев:

— Стой! А-р-рлина!

— Лина!

— Закрыть ворота сейчас же! — пронизывающий до костей ледяной голос Леонардо.

И в этот же момент ворота двинулись, начиная стремительно закрываться.

Дыхание сбилось. На глазах выступили слезы.

Нет! Нет! Только не это! Быстрее, еще чуть-чуть.

— Девочка, не делай этого! Остановись! — голос Леонардо дрогнул, в тоне я уловила нотки боли, но в то мгновение я только чудом успела проскользнуть мимо почти схлопнувшихся створок.

Надсадно дыша, на минуту остановилась, переводя дыхание и оборачиваясь. Глаза расширились от страха: в мою сторону на ужасающей скорости надвигался огромных размеров хищник, прямо как из моего сна. Я, как загипнотизированная, наблюдала за приближением несомненно прекрасного и столь опасного животного. И возможно, даже он бы успел меня достать, поскольку был уже совсем близко, но тут в лучах заходящего солнца сверкнули фосфорные глаза, это вывело меня из оцепенения.

Тихо вскрикнув, неловко развернулась, падая на колени, ладони обожгло легкой болью, вскинула голову, тупо смотря перед собой.

То, что я делаю, неправильно… Зачем я убегаю? Мне причинят зло? Нет…

Тихий взрык за спиной.

Беги! Идиотка! Они тебя разорвут!

Нет! Подожди!

Прячься!

Нет, девочка, не нужно! Постой! Мы не сделаем тебе плохо!

Ложь!

Сжав гудящую, раздираемую противоречивыми мыслями голову, громко заорала, зло ударив по земле кулаками, подскочила, не разбирая дороги понеслась в стоявший стеной лес.

19.1

Леонардо яростно закричал, с раздирающей грудную клетку тоской смотря, как его пара скрывается в лесу. Перекинувшись обратно в человеческую ипостась, взбешенно ударил ладонями по металлическим прутьям, сетуя, впервые злясь на то, что он специально заказал такие, чтобы ни один оборотень без его разрешения не мог выйти и зайти на территорию его крепости.

Идиот.

— Да откройте эти чертовы ворота! Кар-р-ртер!

— Через секунду, сэр.

— Яр-рин, — зло стиснув зубы, он обманчиво спокойно обернулся к подбежавшему хмурому оборотню, накинул на плечи протянутый плащ, скрывая наготу.

Ярин плотно сжал челюсти, внутренне содрогаясь от тяжелой, пригибающей к земле энергетики Стража, с трудом заставил себя стоять ровно, стараясь не смотреть в полыхающие безумным бешенством с приличной долей тоски глаза начальника, уставившись ему куда-то в уровень переносицы.

— От Алины веяло едва уловимым остаточным шлейфом дайкини. Разберись, как такое могло произойти.

Флайм невольно отшатнулся, округляя глаза.

— Высококонцентратным следоочистителем? Но он же применяется в военной промышленности и для людей категорически противопоказан из-за тяжелых последствий аллергической реакции. Небо, теперь все предельно ясно. Вот почему мы ее не почуяли. Твою мать!

Ярин не мог поверить, что кто-то посмел даже помыслить, чтобы обсыпать хрупкую человеческую девушку этой гадостью. Даже для оборотней дайкини применялась лишь в особых крайних случаях при опасных спецоперациях. Именно по этой причине никто не учуял, что девчонка покинула особняк. Он зарылся пальцами в волосы и серьезно посмотрел в спину стремительно удаляющемуся руководителю.

— Мы найдем предателя, сэр.

Леонардо ничего не ответил, он шел по следу своей пары. Сердце оборотня болезненно сжималось от понимания, что ей удалось пережить. Но самое главное ― скорее ее найти.

Держись, моя хорошая, скоро все закончится.

Фрост уже был совсем близко, когда почуял, что Алина резко сменила направление и побежала прямо к слишком крутому склону. Внутри оборотня все обмерло.

— Черт, — выругался он, набирая скорость.

Внезапно на хедсет поступил вызов. Зло рыкнул, принял звонок. Не мог не приять. Он знал, что его пара взяла с собой средство связи, и надеялся, что это она, хотя знал, что это не так.

— Дядя Лео! — разорвал голову взволнованный голос Лары, пары племянника.

— Илария, ты не вовремя, — напряженно отозвался он. Всего двести метров ― и он нагонит непокорную девчонку и надает по упругой заднице. Ласково. Плевать, что она в своем состоянии не виновата.

— Я знаю, дядя Лео. Что у вас происходит? У меня на второй линии висит Алина, с ней что-то странное…

И в этот момент лес огласил громкий, полный ужаса и паники крик.

Крик его пары.

Сердце оборотня замерло, перестав биться. В грудь точно с размаху всадили кинжал, согнув оборотня пополам.

— Лина!

Алина

Почти ничего не видя, сломя голову неслась по лесу, чувствуя затылком острый, пробирающий мурашками кожу взгляд. Зверь был совсем близко… Настолько, что внутри все сходило с ума. С трудом осознавая действительность, тыкала пальцами в кнопки телефона, наощупь пытаясь набрать номер подруги. И когда мне это все же удалось и послышался длинный гудок, из горла вырвался тихий облегченный писк вперемешку со сдавленным всхлипом.

Давай же. Давай! Бери чертову трубку!!!

— Алина? — полный изумления голос и искреннее радостное восклицание. — Ой, я так рада, что ты мне позвонила. Здорово, что мистер Фрост тебе разрешил. А мы тут…

— Лара! — истерично заорала. — Лара! Помоги мне. Пожалуйста. Послушай! Они… Не те… Не важно. Лара, помоги мне укрыться от него. Пожалуйста.

— Что случилось, Алина? — очень тихо и испуганно спросила подруга.

— Он идет за мной! Ты должна мне помочь! Должна!

— Ладно-ладно, — ласково, как будто разговаривает с душевно больной, пробормотала подруга. — Погоди минутку, сейчас попрошу Айсара помочь определить твое местоположение. Ты только стой на месте.

— Нет! — вскрикнула, но в трубке уже заиграла мелодия удержания. Очередная волна паники ударила по трещащим канатам нервов.

Затылок похолодило ледяным дыханием, волосы зашевелились, и мне показалось, что я уловила суровый голос Льда.

Черт!

Стиснув в кулаке телефон, не думая, бросилась вперед, а буквально через несколько секунд твердая почва под ногами исчезла, и я с диким, истошным криком полетела вперед.

Руку, держащую телефон, с адской, пронзающей болью вывернуло, гаджет вылетел из ладони. Меня перевернуло, протянуло по рыхлой земле и кувырками понесло вниз, боль пронзила тело. В спине что-то хрустнуло, и я, кажется, перестала вообще что-либо чувствовать. По лицу били ветки, в рот и глаза забивалась земля. В груди застыл крик. Ударилась головой обо что-то, и перед глазами запрыгали черные мушки, в ушах отразился противный звон.

В сознании обреченно мелькнуло, как, наверное, мелькает у рухнувших с тридцатого этажа самоубийц:

Что же я наделала…

Пускай только мое чудовище будет счастливо без меня.

Падение внезапно закончилось. Я не почувствовала, но уловила, как огромная тень накрыла меня, на затылок опустилась ладонь, прижав лбом к обнаженной грудной клетке, и прежде чем мозг окончательно перестал что-либо воспринимать, приоткрыв глаза, сквозь ресницы и муть в глазах увидела обеспокоенные, полные затаенного ужаса льдистые глаза.

* * *

Леонардо едва успел перехватить свою бесценную предначертанную, одной рукой удерживая тело девушки, другой помогая себе тормозить. Когти вонзились в землю, комки почвы вместе с мелкими камнями били в лицо. Перевернувшись, он уложил девочку на грудь, вскинул голову, пытаясь успокоить порывистое дыхание, сбившееся из-за тревоги за пару.

Отдышавшись, Фрост, стараясь лишний раз не тревожить девочку, поднял руку к уху, связываясь с Ярином, вместе с тем прислушиваясь к ее дыханию, и облегченно выдохнул, не сдержав стона. Дышит. Едва уловимо, но дышит. Однако очень сильно повредилась во время падения. Леонардо не знал, насколько, но улавливал по всему ее телу очаги боли.

Прикоснулся к устройству, связываясь с Ярином.

— Мистер Фрост? — обеспокоенно отозвался оборотень.

— Отследите хедсет и бегом ко мне. Захватите что-нибудь, что бы заменило носилки, и аптечку. Алина сильно пострадала. Нужна твоя помощь, Яр-рин.

— Пять минут, сэр. Потерпите несколько минут.

Отключив хедсет, Леонардо аккуратно приподнялся на локте, склоняясь к лицу пары.

— Алина, ты слышишь меня?

Ее ресницы затрепетали, губки приоткрылись, выпуская рваный стон, но глаза Алина не открыла. Из горла оборотня вырывалось рычащее поскуливание. Крепко сжав челюсти, он ласково, едва касаясь, погладил девушку по щеке, скользнув к слишком теплому лбу.

— Тише, я рядом, все будет хорошо.

Улегшись обратно на землю, прикрыл глаза, успокаивающе поглаживая пару по спутавшимся волосам, борясь с вновь подступающей яростью. Зверь внутри почти сорвался, неистово желая самолично найти виновных и наказать. Но он не давал ему такого права. Сначала пара и ее жизнь, затем все остальное.

Найдут. От него никуда не денутся. Они на его территории. Глупцы, на что только надеялись?

Однако Леонардо признавал: если бы не экономка, все могло закончиться куда хуже. Остаточный шлейф дайкини имелся возле библиотеки и на втором этаже, ближе к хозяйской части. Первым делом он кинулся в серверную, увидел греющую ушки пару, а точнее, с каким лицом она восприняла то, что услышала, и внутри все оборвалось. Даже кабинет толком не закрыл, рванув по призрачному следу пары.

Пружинистые шаги оборотней отвлекли от мрачных мыслей. По обе стороны от его лица опустились полуобнаженные Флаймы, в нескольких шагах топтался Саит.

— Позвольте, я осмотрю мисс, сэр,— тихо проговорил Ярин, но не подошел слишком близко, дожидаясь знака от начальника.

Леонардо, не без внутренней борьбы, коротко кивнул, позволяя.

— Картер, помоги. Мы аккуратно, сэр. Саит, давай сюда матрас.

Фрост присел, помог переложить пару на матрас, послуживший заменой носилок, внимательно наблюдая за действиями Ярина, для точности воткнув когти в землю.

— Предателя нашли?

Леонардо уловил, как при его словах Саит дернулся и отошел на несколько шагов назад, от ягуара повеяло отчаянной виной и опаской. От Картера ― ненавистью и злобой. Внимание Ярина же было направлено сугубо на пару, но даже в его эмоциях проявилась неприязнь. Леонардо посмотрел в сторону мрачного ягуара, только в тот момент замечая его потрепанность. Костюм порван, на скуле синяк, а глаз немного заплыл. Его совсем недавно избили.

— В чем дело, Ягурин?

— Вышло недоразумение, — едва слышно выдавил ягуар, потирая запястья. — Я даже подумать не мог, что все получится именно так.

Леонардо молчал, впившись в оборотня требовательным взглядом.

Черты лица Саита заострились, он отвел взгляд, не спеша говорить.

— Ягурин косвенно виноват в произошедшем, — глухо пояснил вместо него Картер. — Двоих виновных мы определили в подвал.

Тяжело вздохнув, Леонардо прикрыл глаза. Он приложил все усилия, чтобы не сорваться и прямо сейчас не выместить на виновном в том, что случилось с его девочкой, свою ярость. Вцепиться когтями в глотку, вырывая, открутить хвост и разодрать на части, а после обрушить весь имеющийся в его наличии арсенал.

Но не-е-е-т. Сначала он убедится, что опасность для его предначертанной миновала. Выслушает полною версию событий, а после примет решение с холодной головой. Таков закон Стражей. Закон, который он создал сам. И первый обязан ему следовать.

— Я разочарован, Саит. Обо всем подробно доложите позже.

Повернувшись к ирбису, Леонардо требовательно поинтересовался:

- Докладывай. Как она?

Глава 20

- Ярин кинул на начальника хмурый нерешительный взор и медленно проговорил, вместе с тем накладывая на запястье Алины плотную повязку:

- — На первый взгляд, все не так плохо. Трещина в большом пальце правой ноги. Перелом лучевой кости правой руки, неопасная гематома правого бока. Предполагаю, что самый сильный удар при падении пришелся на правую сторону.

- Каждое слово ирбиса словно раскаленным прутом жгло грудную клетку Леонардо, медленно проворачиваясь, чтобы продлить агонию. Ощетинившись, он потер грудь, бросив в сторону побледневшего Саита красноречивый взгляд. Ягурин смиренно опустил голову. Он уже понял, что жестко облажался, и готов был понести справедливое наказание. Но он и подумать не мог, что все перевернется таким образом.

- — Сэр, я могу ввести ей внутривенно стерилайн, но для усиления воздействия и ускорения заживления благоприятнее всего добавить, как дополнительный компонент, несколько капель вашей крови.

- Леонардо тоже об этом думал. Стерилайн прекрасно стимулировал человеческую регенерацию кожного покрова. Добавление крови оборотнической пары, тем более Стражей, многократно увеличивало эффект. Фрост незамедлительно приспустил плащ, протягивая подчиненному руку.

- Флайм с готовностью склонился над ним, набирая немного крови и смешивая с препаратом. Затем над предначертанной руководителя, аккуратно вводя регенератор в вену. Закончив, он отложил использованный шприц и взглянул на часы.

- — Примерно полчаса ― и сыворотка подействует. Помогите, сэр, перевернуть девочку, нужно взглянуть на ее спину.

- Лео молча наклонился к паре, вставая одним коленом на матрас, и под счет оборотня осторожно перевернул Алину на живот, подложил ладонь под теплую щеку, морщась от жалобного стона пары, с трудом сдерживая тихое, вырывающееся наружу звериное поскуливание.

- Все хорошо… Я рядом… Все хорошо…

- Ярин приподнял верхнюю одежду, ощупывая позвоночник и плечи. Стоило дотронуться до предплечья Алины, как та сжалась, тяжело задышав.

- — Спокойно, — прошептал оборотень не то девочке, не то себе, не то глухо рыкнувшему Леонардо. — Так, позвоночник не сломан, что очень хорошо. А вот предплечье вывихнуто. Нужно вправить, мистер Фрост. Из физиологических травм, на этом все.

- Леонардо сжал зубы и опустил на шею Алины пальцы, находя нужные точки, но его остановила рука Ярина. Он сочувственно взглянул на руководителя и покачал головой.

- — Нет, сэр. Девушка должна быть в сознании. Мы обнаружили у сволочей антидот, — он многозначительно вздернул брови.

- С губ Фроста сорвался облегченный вздох. То, что его подчиненные нашли нейтрализатор, отличная новость. Байзарин отменяется. Однако и у нейтрализатора имеются свои побочные эффекты. Он мрачно посмотрел на пару. Для применения нейтрализатора человек должен быть в сознании, находясь под наблюдением, желательно, чтобы под наблюдением очень близкого человека. В категории: муж, жена, любовники. Поскольку эффект, проявляющийся в побочном действии, чаще всего имел сексуальный характер.

- Леонардо опустил голову, запуская в волосы пятерню. Не так он хотел, чтобы произошло их первое соитие. Не так. А для его девочки ― ее первый раз.

- — Действуй.

- Ярин молча кивнул и опустил руку на предплечье Алины, через мгновение лес огласил болезненный женский крик и отчаянный рык оборотня.

- — Все-все, — пробормотал ирбис, вытаскивая из чемоданчика еще один шприц и ампулу, искоса наблюдая, как руководитель притянул к себе на колени притихшую девушку, осторожно укрывая ее руками в защитном жесте так, словно хотел заслонить от всех невзгод жестокого мира. — Сейчас введем нейтрализатор, и вы сможете забрать ее, сэр. Мне нужно говорить о том, что эту ночь…

- — Нет, — хрипло прорычал Леонардо, пугая Ярина и отошедших на несколько шагов оборотней светящимися трудно сдерживаемой жаждой убийства и усталостью фосфорными глазами. — Довольно мешкать, Ярин. Вводи антидот.

- — Конечно, сэр. Оголите ей плечо. Да, вот так.

- Спустя несколько минут Леонардо вместе с девушкой поднялся на ноги.

- — Возвращайтесь в поместье вперед меня и проследите, чтобы никто этой ночью не высунул нос из своих комнат. Ягурина в карцер. Готовьтесь предоставить полный отчет. А ты, — он перевел взгляд на ягуара, — тщательно обдумай, что сказать в свое оправдание.

- Не больше чем через три минуты он остался один с парой на руках.

- Лео прикоснулся лбом ко лбу предначертанной, шепча:

- — Я с тобой, моя хорошая, я с тобой.

- В поместье было тихо и темно. Леонардо поднялся по лестнице и уверенно направился в свою комнату. Не включая свет, уложил забывшуюся сном девушку на кровать. Быстро скинул одежду, первым делом решая ополоснуться, прежде чем заняться омовением пары и анализом ее состояния. Игнорируя мгновенно возникшее в теле возбуждение, встал под струи едва теплой воды, подставляя лицо под брызги, и напрягся, почуяв движение за спиной.

- Он стремительно обернулся, устремив взор к проему двери. Его зрачки расширились, заслоняя радужку, дыхание сбилось. На пороге, впившись в оборотня почерневшими глазами, стояла Алина.

20.1

Алина

Я словно пребывала в каком-то бреду, слыша как сквозь вату, пропитанную водой, глухие совершенно не различимые разговоры. Тело отчего-то сильно болело и не слушалось, меня знобило холодным ознобом, запястье кололо неприятными иголочками, во рту было сухо, ломило в висках.

Глаза точно заплыли и не открывались, грудь болела настолько сильно, что было трудно дышать. В плече стало особенно больно, изо рта вырвался тихий писк, но боль почти сразу ушла, а по телу разлилась приятная нега, смывающая порядком опостылевшую боль. Ощущение полета, и меня прижали к твердой грудной клетке с сильно стучащим сердцем. Этот стук успокаивал.

Леонардо…

В нос тут же пахнуло морозной мятой, словно этим запахом говоря: «я здесь, с тобой, все хорошо», я немного расслабилась и, наверно, уснула.

* * *

Распахнув глаза, бездумно уставилась в потолок, не сразу понимая, что меня разбудило. Мысли путались, и было так жарко, что к сухому горлу подкатывала тошнота. Низ живота скручивало тянущей, сосущей и как-то знакомой приятно-острой болезненностью.

С тихим стоном приподнявшись, озверело стянула с себя куртку вместе с противно льнущей к телу кофтой, подрагивающими руками, не обращая внимания на легкую боль в кисти, стянула давящие штаны, сдернула и влажные трусики, с отвращением спихнула одежду на пол и только после этого облегченно выдохнула.

Между ног было горячо и мокро, разум сводило с ума от дикого, бешеного желания сделать хоть что-то, чтобы убрать эту стягивающую жилы неприятную тяжесть внизу.

Сознание словно отошло на второй план, обнажая инстинкты. Древние, какие-то звериные. В голове мелькнула красная лампочка, сигнализируя, что что-то не так, происходит нечто странное, мигнула и тут же пропала.  Рука уже, было, сама потянулась вниз, как обострившийся слух уловил звуки льющейся воды. Внутри все ощетинилось и напряглось. Вскинув голову, немигающе уставилась на приоткрытую дверь, ноздри затрепетали, улавливая тонкий запах горькой мяты, на губах расползлась хищная ухмылка.

Подобравшись к краю кровати, опустила ступни на гладкий ковер, пошатываясь, направилась в сторону манящего запаха. Я осознавала себя как-то странно, необычно. И не сказать, что мне это не нравилось. Напротив. Если бы еще унять сводящий внутренности незнакомый лютый голод. Но я знала, кто мне в этом может помочь. Тот, кто находится за этой хлипкой дверью.

Толкнув дверцу, жадно уставилась на стоявшего ко мне спиной беловолосого мужчину.

Прозрачные створки душевой кабины ничего не скрывали, открывая вид на широкую спину, к которой прилипли потемневшие от воды пряди волос. Облизнувшись, завороженно проследила за каплями, сбегающими по спине, ягодицам, которые так и хотелось куснуть, чтобы оставить на них следы своих зубов, опустила взгляд по рельефным ногам к щиколоткам.

Изо рта вырвался невольный тихий взбудораженный стон.

— Леонардо…

Еще до того, как мои губы шепнули его имя, мужчина, точно почувствовав мое присутствие, стремительно обернулся. Увидел меня в дверях, и его лицо изумленно вытянулось, а из рук вывалилась бутылочка. Мои глаза тут же бесстыдно опустились к его паху, к щекам прилипла кровь, по внутренней стороне бедра скатилась влага.

Та, другая Алина тихо пискнула на краю сознания, забившись в испуганном истеричном припадке. А я, эта, Алина жмурилась и довольно мурчала. Достоинство мужчины было внушительным. По гладкому стволу к крупной бледной головке стекали капельки воды, тяжелые яички качнулись, вызывая повышенное слюноотделение и желание слизнуть хотя бы одну капельку, распробовать на вкус. На моих глазах естество чуть увеличилось, а до слуха донесся растерянный голос.

— Лина? — выдохнул мой мужчина.

Лина-Лина. Ждал кого-то другого, мой хороший?

Леонардо выключил воду и вышел из кабины, радуя мой жадный взор,  обернул мускулистые бедра белоснежным полотенцем.

Это он зря.

— Как ты себя чувствуешь, девочка? — напряженно поинтересовался он, внимательно оглядывая меня с поджавшихся пальчиков ног до головы, задержал взгляд на плотной повязке кисти и сместил вбок, выискивая нечто, известное только ему и, не находя, немного расслабился.

Лучше всех. А будет еще лучше, если кое-кто даст попробовать одну интересную штучку.

Мягко ступая, словно кошка, приблизилась к мужчине, и под его изумленно-недоверчивый выдох, рванула ненужную тряпку, отбросила ее и опустилась вниз, тут же обхватывая губами дернувшуюся головку.

— Алина! — рычание вместе со стоном над головой вызвало лишь лукавую улыбку. — Что ты задумала?

Разве не видно, милый?

Посасывая, кажется, еще больше увеличившуюся головку, кружила по ней языком, вбирая плоть глубже, доставая до горла и отстраняясь назад, упирая кончик в щеку.

— Что же ты делаешь, девочка. Ты же потом пожалеешь…

Я? Меня разобрал смех. Я уж точно не пожалею.

Не знаю, делала ли я что-то так или не так, в тот момент я об этом совершенно не думала, лакомясь вкусной прохладной плотью, смакуя. Привкус был необычный. Чем-то похожий на мятное с горчинкой мороженое.

С громким чмоком выпустила наружу, ведя влажную головку по губам. На макушку опустилась ладонь, поглаживая, подталкивая, показывая желание хозяина подрагивающего от нетерпения естества взять глубже, что я с удовольствием и сделала, вновь вбирая его в рот, упиваясь гортанными рычащими стонами.

Его пальцы зарылись в волосы, пробежавшись по локонам и оттянули, вынудив выпустить вкусняшку. Над головой тихо вздохнули, пробормотав ругательство. Растерянно моргнула, а сильные руки вздернули вверх. Тихо всхлипнув, подняла голову, заглянув в строгие потемневшие глаза, на дне которых мелькало мрачное отчаянье и холодная решимость.

— Я уничтожу их, — сквозь зубы пробормотал он, впиваясь мне в губы. — Завтра ты, возможно, меня возненавидишь… — шептал он сквозь покусывающие поцелуи, сводящие с ума и лишающие воли. — Оттолкнешь. Но сегодня… Сегодня ты будешь моей.

О, да-а-а…

Рывок, меня подхватили под бедра и прижали к ледяной стене, в нежную кожу впились пальцы, по телу пробежала предвкушающая судорога, концентрируясь внизу живота огненной лавой. В складки уткнулась головка, плавно толкнулась внутрь, медленно раздвигая тугие мышцы, из груди вырвался всхлип.

— Моя девочка… Моя пара… — ласково шептал он, вновь завладевая губами, скользя внутри рта языком.

Сильное движение бедер, стремительный толчок внутри меня ― и перед глазами вспыхнули яркие искры, изо рта вырвался вскрик, заглушаемый коротким укусом в губу. Лоно пронзила кусачая короткая боль. Слишком плотные ощущения раздирали изнутри. Его было слишком много. Очень туго. А следующий осторожный толчок выбил дух.

— М-м-м, — простонала, ударяя пятками в упругие мужские ягодицы, выгибая спину в желании насадиться глубже. — Леонардо…

Грудная клетка мужчины завибрировала, изо рта сорвался рык. Почти полностью выйдя, он сильнее толкнулся, ускоряя темп. Каждый ритмичный сильный толчок задевал внутри какие-то неизвестные ранее точки, на глазах выступили слезы от правильности происходящего.

Мне вдруг показалось, что вот так должно быть всегда. Он внутри меня. Именно он и только он.

Леонардо.

Поддавшись влиянию чувств, с тихим стоном наклонилась вперед, сильно кусая мужчину в сгиб между плечом и шеей, клеймя.

Звериное торжествующее рычание прокатилось по ванной. Толчки стали более яростные, быстрые, приятно болезненные. Пальцы мужчины сильнее впивались в бедра, оставляя черные отметины, спина ударялась об стену, а в раскаленном воздухе разлился металлический будоражащий ноздри запах.

Толчок, еще один, ― и сознание взорвалось острой вспышкой. Тело сковала судорога, мышцы сжались, сдавливая забившегося мужчину внутри. Накатила такая усталая нега, что я, рвано выдохнув, обмякла в его руках, прикрывая глаза. Леонардо, в последний раз с рыком толкнувшись, замер, обнимая.

Дальше происходящее помнила с трудом. Немного постояв на месте, мужчина вместе со мной влез в ванну, и тщательно обмыв, завернул в полотенце, а после уложил на кровать. Проваливаясь в сон, чувствовала, что он не ушел, остался, но лег в отдалении. Это не понравилось от слова совсем. Подкатившись к мужчине под бок, для верности закинула на его живот ногу, слышала судорожный удивленный вздох и гладящее прикосновение к конечности, и только после этого, удовлетворенно вздохнув, позволила себе уснуть.

* * *

Медленно поглаживая спящую девушку, Леонардо остекленело смотрел в ее спокойное лицо. Внутри него бушевал ядовитый взрывоопасный смерч. Еще всего несколько минут назад он видел в ее подернутых дымкой наслаждения глазах искорки обожания, восторга и удовлетворения, направленные на него. Завтра с вероятностью восемьдесят процентов он увидит в них ненависть, презрение и отвращение к нему и к себе.

Его ладонь на бедре девушки сжалась. Зверь внутри тихонько жалобно заскулил, призывая человеческую половину сделать хоть что-то, чтобы этого не случилось.

Но что?

Принести ей на подносе головы виновных? Опуститься перед ней на колени, умоляя, чтобы не отторгала? Перестрелять всех ее обидчиков? Приползти на пузе? Разумеется, Леонардо мог выполнить все, любую ее прихоть. Но в этом не было смысла. Если женщина решает уйти, оттолкнуть, она это сделает, чтобы ты ей ни пообещал. Леонардо это знал, и тем тяжелее было у него в груди.

Прикоснулся ко лбу девочки губами, кончиками пальцев провел по медленно, но верно исчезающим отметинам на нежной коже, легонько погладил уже затянувшиеся царапины и заботливо прикрыл обнаженные плечики одеялом, нехотя вставая с постели.

Надев мягкие домашние штаны, оборотень, как был полуобнаженный и босиком, вышел за дверь, закрывая комнату на кодовый ключ. Вызвал по хедесету братьев, направился в кабинет, собираясь разобраться с возникшей проблемой и наказать тех, кто этого заслуживает.

Взъерошенные Флаймы пришли спустя несколько минут. И, представ перед очами руководителя, напряженно застыли.

Расслабленно откинувшись в кресле, Фрост властно приказал:

— Рассказывайте. Кто?

Братья переглянулись. Ответил Картер:

— Эримосы.

— Причина? Быстро, кротко и по существу.

Флаймы поведали: опросив прислугу, они выяснили, что именно Эримосы пренебрежительно отзывались о мисс Калистовой. Подозрение подтвердилось, когда в комнате Кивы Эримоса нашли остатки дайкини и хорошо припрятанные ампулы нейтрализатора. Скрутив пытавшегося сбежать Киву и его напуганную сестру, Флаймы их допросили. Однако поскольку те поначалу играли в молчанку, пришлось применить силу. Первой пыток не выдержала предательница, со слезами рассказав, что под давлением их бывшего главы рода хотели лишь напугать девчонку, которую привез господин, а после того как она уберется с дороги, окрутить Леонардо и выйти за него замуж, ведь они столько этого ждали. А тут, на их радость, хозяин наконец приехал в поместье, но! Не один! Что немного подпортило планы отступникам. Убивать или вредить они не желали, хоть их глава и настаивал на этом.

— Мы записали допрос, сэр, — произнес Ярин, кладя на стол начальника флешку.

Но Леонардо она не требовалась. Он уже вывел на экран монитора запись, нажал на воспроизведение и отмотал на момент признания.

В кабинете раздался дрожащий, захлебывающийся рыданиями женский голос:

— Мы не собирались ее убивать, ясно? Не собирались! Зачем? Мы всего лишь хотели, чтобы она ушла с дороги. Я! Я должна была стать миссис Фрост, а не она! Кто она такая? Всего лишь жалкая человечка! Так не должно быть! Чистота крови, вот что важно! А что она могла дать? Подумаешь, сильные котята! Я тоже могу! Если бы не получилось ее убрать, или появились слабые котята, так ничего. Котят можно было бы уничтожить, как делали наши предки, а девчонка стала бы релайдом и нарожала хоть десять! И вся проблема! Ай, отпустите! Мне больно! Нет, нет!

Остановив запись, Леонардо брезгливо поморщился, опуская взгляд на ладонь.

— Что ж, картина событий ясна. Предполагаю, Лукинда услышала наш с Ягурином разговор и, правильно его понимая, подговорила брата действовать, сам же Саит, вероятнее всего, надеялся, что Алина услышит разговор об оборотнях и начнет разбираться.

Фрост постучал кончиками пальцев по столу, отводя взгляд от застывшего экрана на братьев.

— Если бы не действие дайкини, зная характер Лины, его замысел мог осуществиться. Все бы обернулось по-другому.

— Возможно, сэр. А может, ситуация повторилась. Я считаю, что, как назвал Ягурин свою практику: шоковая терапия, в данном случае была не оправдана.

Леонардо согласно кивнул.

Он вообще ненавидел, когда кто-то смел лезть в его дела, обычно жестоко за это наказывая.

Вздохнув, Фрост отослал братьев и вошел в серверную, задавая голосовые команды вывода изображения Эримосов на экран. Ироскандер нашел их двоих в одном из карцеров спящими.

На секунду прикрыв глаза, оборотень покачал головой. Предательство абсолютно всегда каралось лишь одним способом — устранением. Каждый сам делает свой выбор касательно жизни. Однако те, кто сознательно перешел в его род, знали, что их жизни в его руках — Стража.

— Ликвидировать объекты под кодовыми номерами F3112 и F3113.

— Подтвердите команду ликвидации объектов F3112 и F3113.

Несколько секунд он внимательно смотрел на изможденных пытками Эримосов, затем положил ладонь на панель, равнодушно отвечая:

— Подтверждаю.

Тела предателей выгнулись, изо рта вырвались тихие всхрипы, и через секунду их жизнедеятельность прекратилась. Завтра их останки транспортируют главе бывшего рода. Для Ягурина Леонардо также обдумал наказание, отослав Дину распоряжение на его счет.

— Вывести на экран квадрат С 1. Блок СП.

На панели появилось изображение его спальни. Алина все так же спокойно спала в его постели, после того как он ее покинул, она притянула к себе его подушку, уткнувшись в нее носиком. На лице Лео появилась нежная улыбка.

Его девочка. Больше никто не посмеет ее обидеть. Никто и никогда.

— Диагностика жизненных функций объекта под кодом FAM – ZA.

Ироскандер вывел на экран показатели, и тугая пружина в груди Леонардо разжалась. Тело Алины было на девяносто девять и девять процентов здорово.

Лео на секунду усомнился: а точно ли его пара чистокровный человек? Настолько быстрая регенерация от препарата даже с его кровью ― как минимум странно, как максимум противоестественно.

Алина должна была прийти в норму не раньше чем через несколько дней, и то, вероятно, пришлось бы повторить дозу укола регенератора.

Этот момент нужно будет более тщательно проверить. Для самого Фроста никакой роли не играло, кто его предначертанная. Человек или оборотень, да хоть единорог, она его. И только это главное. Но любопытство и инстинкты Стража брали свое, требуя проверить.

Он проверит, но это будет позже. А сейчас Леонардо требовалось немного поработать, переговорить с Адрианом и Дином, отправить к последнему Ягурина на перевоспитание и еще очень много дел, все что угодно, чтобы не возвращаться раньше времени к паре и не поддаваться соблазну взять ее вновь. Вряд ли она обрадуется.

Глава 21

Рано утром в поместье прибыл Дин, чтобы забрать ягуара в бункер. С ним Леонардо уже успел поговорить.

Саит не пытался оправдывать свой проступок, заявляя, что все сделал правильно.

— Вы вокруг друг друга еще полгода бы круги наяривали, — хмуро бросил Ягурин, прежде чем сесть в машину Картена. — Не думаю, что твоему роду стало бы легче, если бы их Страж тронулся рассудком от незакрепленной связи.

Не стало бы, да. С этим Леонардо был согласен, но в ответ оборотню так и ничего не сказал, молча наблюдая, как удаляется машина. Вероятно, ягуар был в чем-то прав, но оставить его без наказания за своеволие Страж не мог, для него подобное являлось противоестественным.

В особенности, когда последствия проступка затрагивали безопасность его родных.

На хедсет поступил звонок.

Леонардо поморщился. Еще не увидев имя звонившего, он уже знал, кто пытается с ним связаться. Илария и племянники оборвали ему уже весь телефон, пытаясь понять, что у него там происходит.

— Слушаю, Илария.

— Дядя Лео! — возмущенно воскликнула Лара, предначертанная Айсара Фроста и по совместительству та еще заноза в хвосте. — Уже больше трех часов с Айсаром дозвониться до вас не можем! Имейте совесть, мистер Леонардо Фрост и объясните уже, в конце концов, нормальным палонесским языком, что у вас там с Алиной-то?

Леонардо тепло улыбнулся. Лара всегда его умиляла. Непосредственная, живая, наивная и мягкая.

Полная противоположность прагматичной Лене Медведевой, паре Бернара. Однако каждая из них подходила племянникам как недостающих кусочек пазла. Как подходила ему его Лина. Удивительный по своей природе факт.

— С Алиной все в порядке. Она еще спит, Лара.

— Да-а-а-а? А что было-то? Ой, кстати, а где она там у вас спит?

— В постели, Лара, — с тихим смешком ответил Фрост, переводя взгляд на окна своей спальни.

— А, ой! Все-таки приперли ее лапой к кровати и заставили отдавать долг, да, дядя Лео? Вот так я и знала! Ну, а что, давно пора. Блин, а она, небось, снова умудрилась сбежать, да? Дядя Лео, — в голосе Лары появились укоряющие нотки. — Всему вас надо учить. Книжки ей, что ли, какие про оборотней подкинули, прежде чем своей мохнатой лапой давить. Про любовь там. Ну, вы поняли. Глядишь, сама бы… приползла.

— Лара! — послышался глухой рык Айсара. — Снова ты о своих фэнтези, да? Когда ты уже уймешься? Я тебя о чем предупреждал? А ну, иди сюда!

— Ой, — тихо пискнула Илария. — Все, дядя Лео, мне, кажется, пора бежать.

— Беги-беги, — хохотал Лео, слыша смеющиеся повизгивания пары племянника и его взбешенное рычание.

— Ай, Айсар, не по попе же!

— Именно по ней!

— Ай! Все, дядя Лео, пока. Ай! Нет! Верни книгу на место, плохой котик! Ну, Айса-а-ар! Так нечестно!

— Честно! — рыкнул племянник, явно отбирая у предначертанной смартфон. — Лео, у вас там все хорошо? Ага, ага. Отлично. Мы тебе потом перезвоним. Лара! Куда побежала, засранка малая?! Подушка тебе не поможет! Не поможет, сказал!

Еще несколько минут постояв на крыльце, Леонардо стер широкую улыбку и вернулся в серверную. Первым делом задал команду переключения на его комнату, вместе с тем просматривая импульсные точки других подконтрольных, а когда перевел взгляд на отобразившееся изображение спальни, дыхание оборотня на миг перехватило: его предначертанная уже проснулась.

Оставив ироскандер работать в автономном режиме, Леонардо освежился в душе и все же отправился к ней. Прятать голову в песок было ниже его достоинства.

21.1

Алина

Иногда бывают такие сны, из которых совершенно не хочешь выплывать. Не желаешь, чтобы сон заканчивался, цепляешься за сновидение кончиками пальцев. Делаешь рывок и глоток воздуха в попытке удержаться в нем, крепко жмуришься, пытаясь вернуться, и очень расстраиваешься, когда это не удается и ты все-таки просыпаешься, вздыхаешь и грустно улыбаешься.

Мне снился именно такой сон. Немного сумбурный, немного печальный и где-то даже страшный, но тем не менее прекрасный.

Не открывая глаз, тихо вздохнула, перевернулась на живот, уткнулась носом в подушку, стараясь удержать в памяти то, что мне приснилось, понимая, что еще несколько часов ― и сон забудется, превратившись в дымок.

Из горла вырвался хрип смеха вперемешку со стоном. Мне приснилось, что я узнала об оборотнях, якобы они реальны. Ой, не могу! А спринтерский забег по лесу, звонок Ларе и падение с высоты. Болезненное падение и опять-таки крайне реальное. М-да, и откуда у меня такие фантазии? Надо же, оборотни.

Но в следующий момент перед глазами промелькнул очередной обрывок сна. На лицо набежала стыдливая краска. Бедный мистер Фрост, во сне я его, кажется, немножечко изнасиловала. А какое было у него лицо. Обалделое, недоверчивое. Над беловолосой головой так и мигали красные знаки вопроса: «что, блин, происходит?» А эти сладкие глухие рыки, когда я… Ой.

Щекам стало горячо. В груди потяжелело от досады и разочарования.

И это все приснилась мне. Святой обиженной невинности, да. Той, которая с самого знакомства наигранно кривилась от «ненависти», злясь на себя за то, что недоступный мужчина так запал в душу, и на него за то, что пожелал всего лишь сделать игрушкой.

Совесть ехидно оскалилась, покачав пальчиком:

«Грешок, Лина, грешок».

— А-ха-ха-ха. Ой, звезде-е-ец! Му-ха-ха-ха...

Согнувшись от сотрясающего тело истеричного хохота, тут же поморщилась от пронзившей низ живота кусающей вспышки. Стоп… Мышцы внизу живота действительно как-то странно ныли, между ног немножечко неприятно саднило.

Осторожно присев, с изумлением проследила за сползающим одеялом, вытаращилась на свое напрочь обнаженное тело, зависая на уже побледневших темных отметинах на бедрах. Завороженно прикоснулась к отпечаткам, немного надавливая, тихо ойкнула, ощутив вполне реальную тупую легкую боль. Перевела ошалелый взгляд на запястье, глупо хлопая ресницами, рассматривала эластичный бинт. Только после этого огляделась и заметила, что вообще нахожусь не в своей комнате.

— А-ха-х. А-ха-х. Ик. Твою мать! — вырвался наружу всхлип, по спине пробежался будоражащий холодок. — Это что, было на самом деле?! Ничего себе у нас свидание вышло.

И тут дверь бесшумно распахнулась, и в комнату вошел он.

Леонардо.

Машинально натянула оделяло до подбородка, обалдело наблюдая, как мужчина спокойно закрыл дверь и плавной, пружинистой походкой, что я даже залюбовалась, направился в мою сторону.

Дыхание сбилось от восхищения. Какой же он все-таки шикарный и все такой же холодно недоступный. Черные строгие брюки красиво обтягивали мускулистые ноги, белоснежная рубашка, заправленная в штаны, делала его кожу еще более бледной, что только лишь добавляло таинственности его облику. Кожаный жилет поверх рубашки и привычно собранные в хвост передние пряди волос. Между ног стало влажно, щекам ― вновь горячо.

Тяжело сглотнув набежавшую слюну, пролепетала:

— Д-доброе утро.

Леонардо присел на край кровати и внимательно посмотрел на меня, словно что-то выискивая, поджатые в одну линию бледно-розовые губы разомкнулись.

— Как ты себя чувствуешь, Алина?

Неопределенно пожала плечами. Я еще сама не поняла, как себя чувствую. В душе после осознания царил жуткий раздрай. При попытке анализа меня кидало то в полнейший ужас, до желания забиться под кровать, то в восхищение. То в восхищенный ужас от понимания, что я, кажется, лишилась невинности с мифическим существом. Ой.

Ох, млять!

— Мистер Фрост, а то что мы с вами… Ну… Это… — сглотнув, опустила глаза, ощущая, как краска стыда заливает с ног до головы.

— Алина, посмотри на меня, — ровно приказал он.

Несмело подняла голову, не смея ослушаться, окунулась в потемневшую льдистую гладь.

— То, что с тобой произошло, не твое желание. Это побочное проявление действия препарата. Однако виновники уже понесли наказание, тебе более ничего не угрожает.

Ну, что-то такое я и предполагала.

— Я… сожалею, что все вышло таким образом.

Меня словно ударили по лицу. Дернувшись как от пощечины, недоверчиво уставилась на мужчину, кусая губы.

Он… что? Сожалеет? Он, правда, так сказал? Внутри все неприятно сжалось.

— Значит, сожалеете? — выдавила, смотря куда угодно, но не на мужчину. Оборотня, или кто он там? Оборотень вроде. Большая мохнатая кошка. Точнее, кот. В это еще трудно было поверить, да и не до того. Меня раздирало от накатившей злости.

Посмотрите на него! Видите ли, он сожалеет! Капец! Дальше падать некуда. Лишиться невинности с тем, кого кажется любишь, и кто не хотел меня. Просто прекрасно, блин! Только я могла так опуститься.

На глаза набежали злые слезы. Внутри было больно, очень. Словно в сердце пырнули раскаленным ножом, медленно проворачивая, чтобы продлить агонию и полюбоваться трепыханием жертвы.

— Уходите, мистер Фрост, пожалуйста, — процедила сквозь зубы, стараясь сдержать рвущиеся наружу рыдания. — Просто уходите!

Я думала, надеялась, что он встанет и уберется, оставив меня одну, позволив вылить на подушку, пахнущую горькой мятой, всю свою боль, но нет. Он этого не сделал. Вместо этого мужчина неуловимо быстро оказался рядом, а в следующую секунду я уже была прижата щекой к его рубашке, инстинктивно цепляясь пальцами за жилет.

— Алина… Девочка моя.

* * *

Если бы Леонардо не почувствовал ее боль, он действительно бы ушел, полагая, что его предначертанная, как он боялся, не желает его видеть и знать, испугавшись правды. Но он ощутил ее обиду как свою. Направленная не на обидчиков и на него, а на то, что она решила, что он сожалеет о ночи. Что он ее не хотел. Но это было не так. В корне неверное суждение.

Прижав пару к груди, зарылся носом в ее волосы, глубоко вдыхая манящий запах.

— Ты неправильно меня поняла, Лина. Я сожалел о том, что позволил с тобой такому случиться, что на тебя напали в моем доме. Что ты серьезно пострадала, понимаешь?

Девочка замерла, прислушиваясь к его словам и, немного помолчав, несмело кивнула, поднимая голову и заглядывая ему в лицо, позволяя окунуться в ореховые омуты.

— Правда?

— Правда. Чистая правда, Лина. Эта ночь была особенной для меня и многое значит, жалею лишь об одном: что ты не давала на нее свое согласие.

Алина пожала плечом, вдруг искренне улыбнувшись.

— А кто сказал, что я не хотела? Да и принужденной, по моим воспоминаниям, меня трудно назвать. Но да, согласна. Свиданьице у нас с вами, мистер Фрост, выдалось то еще.

Прислушавшись к ее эмоциям, Лео изумленно уставился на пару, в глазах которой мелькнули лукавые огоньки. Вот оно как, значит. Его маленькая чертовка оказалась плохой девочкой.

— А кстати, кто и зачем это сделал? Меня что, хотели убить?

Леонардо тряхнул головой, прогоняя шаловливые мыслишки.

— Нет, не убить, — с рычанием ответил ей, проводя носом по гладкой шее и не удержавшись, легонько прикусил кожу. — Я тебе потом… расскажу.

В ответ девушка судорожно вздохнула, промычав нечто неразборчивое, и теснее прижалась к нему, запуская пальчики в его волосы, стягивая резинку.

[Hurts – Illuminated]

Небрежно убрав упавшие на лицо волосы, оборотень пробрался рукой под одеяло, мягко, но настойчиво раздвигая бедра и нежно проводя пальцами по влажным складочкам.

— Здесь болит, Лина?

— Не-е-ет, — выдохнула она, хватая ртом воздух, выгибаясь в его руках.

— А если вот так?

Он осторожно толкнулся внутрь пальцем, погладив стеночки, зорко отслеживая на лице пары мельчайшее проявление негативных эмоций, прислушиваясь к ее ощущениям, и улыбнулся отсутствию боли и уже более уверенно толкнулся двумя.

— Ты говорил, что не жалел о ночи, а я почти не помню ее, одни обрывки,— прерывисто пробормотала Лина, наигранно обиженно поджимая губки, вместе с тем стягивая с него жилет. — Покажи мне.

— С удовольствием, моя хорошая, — промурлыкал оборотень, потирая набухший клитор, собрал влагу и под шокированным взглядом предначертанной облизнул пальцы, слизывая с них сок, жмурясь от наслаждения.

Лина тихо застонала, от нее повеяло стыдливостью и волной возбуждения. Довольно улыбнувшись, Леонардо рывком уложил девушку, плавно опустился с кровати на колени и, широко разведя ножки, нырнул между бедер, проводя языком вдоль складочек и под громкий стон Лины вторгаясь внутрь языком. Спустя несколько движений пара забилась под ним, радуя его слух и слух довольно урчавшего зверя сладкими протяжными стонами.

— Леонардо…

— Да, моя хорошая? — лениво вылизывая складочки, пробормотал он.

— Хочу еще! — капризно захныкала она, дернув его за волосы.

Зверь внутри торжествующе муркнул, Лео, быстро скинув одежду, коварно улыбнулся, одним движением перевернул пискнувшую девушку на животик, придавливая ее своим весом, подрагивающий от нетерпения член уткнулся во вход. Переплетя свои пальцы с пальчиками пары, Леонардо сделал первый толчок, с глухим рычащим стоном медленно входя внутрь, туда, где жарко, горячо.

Синхронный блаженный стон прокатился по комнате.

Ритмично входя в пару, Леонардо чувствовал себя наконец цельным. Происходящее было настолько правильным и верным, что в душе матерого оборотня все плавилось от нежности к единственной для него.

Сделав особенно глубокий толчок, осторожно вцепился в плечо предначертанной, слегка прикусывая. Лоно пары сократилось, сжимая его, и оборотень с рыком излился, вдавливаясь в пару, жмурясь от забегавших перед глазами черных мушек.

Через несколько минут придя в себя, оборотень вместе с девушкой перевернулся, укладывая обмякшую Алину на плечо.

— Как ты? Я не сделал тебе больно? — тихо спросил, укрывая пару одеялом. Он чувствовал, что нет, ей было хорошо, но не мог не поинтересоваться.

— Нет, — пробормотала она, потершись щекой о его плечо. — Мне хорошо. Так хорошо, что плакать хочется. Едва себя сдерживаю.

Леонардо, услышав о слезах предначертанной, инстинктивно напрягся, тут же заставляя себя расслабиться.

— Если хочется, то поплачь. Людям вредно держать эмоции в себе.

Алина усмехнулась.

— А оборотням? Черт! До сих пор поверить не могу, что рядом со мной лежит оборотень. Звездец просто.

— Алина, — укоризненно протянул Леонардо, смешливо фыркнув.

— Ну, а что, Алина-то? Сам представь меня на своем месте. Я просто пока стараюсь об этом всем, — она потрясла в воздухе руками. Ее взгляд упал на бинт. — Лишний раз не думать. Слушай, я вчера все-таки упала, да?

— Да.

Леонардо поймал руку девушки, прикасаясь к бинту губами.

— Но почему тогда у меня ничего особо не болит?

Леонардо вздохнул, подбирая слова.

— Регенерационная сыворотка с добавлением моей крови позволила ускорить процесс заживления травм.

— Ого. Понятно.

Она немного помолчала, а Леонардо уже внутренне готовился к следующим вопросам своей любопытной пары.

— А почему именно твоей крови?

Ирбис в сознании смешливо муркнул.

— Давай, я тебе немного позже поясню, хорошо?

Алина бросила на него задумчивый взгляд и кивнула.

— Ладно. Но я словила тебя на слове! Заодно и о таких, как вы, расскажешь, ладно? Ну, как появились, почему, и так далее.

«Мур-ха-ха-ха, — посмеивался зверь. — Потрясающий вопрос, откуда появились. Мур-ха-ха-ха».

«Уймись».

— Конечно, — вместе с тем серьезно кивнул Леонардо. — Но, согласно историческим данным, мы всегда здесь были, существуя рядом с людьми.

— Да? Капец. Но почему вы не заявляли о себе? Думаю, со временем люди привыкли и скрываться не нужно было бы.

— Мы не скрываемся. Но и да, не заявляем о себе. К сожалению, люди слишком боятся непохожих на них. Более сильных. Со временем такое соседство могло вылиться в войны и стычки.

— А, дележка власти?

— Что-то в этом духе. Нам это не нужно. К тому же, тех людей, кто о нас знает, вполне достаточно.

Алина встрепенулась.

— Точно! А почему те, кто знает, молчат? Это странно.

— Ничего странного, — он легонько щелкнул ее по носику. — Ты обо всем узнаешь.

Его пара согласно кивнула, обдумывая его слова, и через некоторое время вновь вскинула подбородок, хитро поглядывая на оборотня.

— Леонардо, а сколько тебе лет?

Фрост напрягся. Переместил взгляд на часы и нарочито бодро произнес, аккуратно отстраняя насупившуюся пару и вставая с постели:

— Кстати, уже давно пора завтракать. И свяжись с Иларией, она переживает.

Алина села на кровати, скрестила руки на груди и подозрительно прищурилась, требовательно протянув:

— Леонардо-о-о!

Оборотень послал ей широкую, таинственную улыбку и под возмущенный возглас девушки быстренько ретировался в ванную, сожалея, что не довелось утянуть девушку в душ вместе с ним. Но она человек, а такие нагрузки для ее организма не рекомендованы.

Глава 22

Алина

[Два месяца спустя]

Широко улыбаясь, подглядывала из окна кабинета за резвящимися в парке оборотнями и людьми. На дворе стояла зима, канун Нового года. Прекрасное время. Запах мандаринов, хвои и корицы, горячего терпкого глинтвейна с пряной гвоздикой, предвкушение чуда, а за окном, покрытым причудливыми узорами, падающий мягкими большими хлопьями снег.

Волшебство! Самое настоящее волшебство.

В честь наступающих праздников и Нового года Леонардо объявил выходные, и обрадованные такими событиями служащие с самого утра вывалились на улицу украшать елки разноцветными игрушками, дом ― огоньками и новогодними скульптурами, вырезать снежинки, в общем, наводить красоту.

Счастливо выдохнула, обхватила пальцами теплую кружку и сделала маленький глоточек, наблюдая, как раскрасневшаяся от мороза Мадлен и еще несколько девушек лепили маленьких снеговичков, не всегда успевая прогибаться и уклоняться от летящих в их сторону снежных снарядов, вылепленных веселящимися мужчинами.

Едва не подавилась глинтвейном от смеха, когда Лиам высунулся из снежной крепости, запулил снежком в Мадлен, в это время нагнувшуюся к снеговичку с маленькой морковкой, и попал ей прямо в попу.

Экономка испуганно дернулась и, медленно выпрямившись, сжала руки в кулачки, поворачиваясь в сторону усмехающегося во все тридцать два водителя. Смешно поправив шапочку, женщина мило улыбнулась и, аккуратно подхватив снеговика, направилась к тут же спрятавшемуся оборотню. Только, ввиду комплекции Лиама, его макушка со встопорщенными кофейного оттенка волосами так и осталась торчать из-за снежной стены.

Приблизившись к крепости, Мадлен с гордым видом опустила снеговика на голову обидчику и, посчитав мстю выполненной, показательно отряхнула ладони, довольно разулыбавшись.

— Ах-ах-ха-ха-ха, — хохотала, уцепившись руками за подоконник. — Так ему! Мадлен чемпион! Ах-ах-ха-хах.

Экономка, словно услышав или почуяв стороннего наблюдателя в моем лице, хоть я теперь знала, что оборотнем женщина не была, посмотрела прямо на окна кабинета и, заметив мою смеющуюся моську, смутилась.

Улыбнувшись ей, показала два больших пальца, переводя взгляд на играющих в догонялки ирбисов. Все-таки удивительные существа оборотни. Появившиеся из-за деревьев волк и волчица прилегли у елей, издалека с интересом наблюдая за творившимся безобразием

А братья Флаймы…

Картер в ипостаси лиса заинтересованно поглядывал на забавляющуюся в снегу недалеко от него рыжую оборотницу-лисичку, а к нему со спины тихонько подкрадывался Ярин.

Предвкушая потеху, замерла и даже на всякий случай затаила дыхание, следя за тем, как ирбис, плюхнувшись на пузо, подполз ближе и, выгнув спину, вильнув пушистой попой, цапнул лиса за подметающий снег хвост.

Не ожидавший такого коварства черный лис высоко подпрыгнул в воздухе, резко поворачиваясь, ошалело вытаращился на удирающего со всех лап Ярина. Рассерженно нахохлившись, он уже было кинулся вдогонку, чтобы отомстить за поруганную честь, то есть, хвост, но тут Ярин обернулся, вместе с тем меняя траекторию, не замечая, что по курсу дерево, и на всех парах врезался в дуб. Завалившись на бок, оборотень обалдело захлопал глазами, а сверху на его нос приземлился снег. Картер повалился на спину, смешно завозил в воздухе лапами, и я тоже не выдержала, громко расхохоталась.

— У-ха-хах-ха-хах, — согнувшись пополам, рыдала, утирая слезы смеха. — А-ха-ха-ха-ха-ха-ха. Ой, капее-е-ец! А-ха-ха-ха-ха-ха-х...

— Веселишься, моя хорошая? — вкрадчиво поинтересовались над головой, сильные руки обвили талию, обнимая. Еще несколько раз хихикнув, откинулась на плечо, весело кивая.

— Веселюсь. Они такие смешные и очень милые. Знаешь, я впервые чувствую себя на своем месте. Как будто за долгое время обрела дом и семью. Настоящую.

Повернувшись в кольце надежных рук моего зверя, уткнулась носом в обнаженную грудь, прикрытую кожаным жилетом, глубоко вдыхая в легкие любимый запах. В ноздри забился тонкий аромат горькой мяты, пороха и металла.

— Так и есть, моя хорошая, так и есть.

Счастливо выдохнув, поводила носом по твердой грудной клетке, прижимаясь к прохладной коже щекой, губы дрогнули в хитрой улыбке. Состроив на лице невинное выражение, пробормотала:

— Ты сегодня рано. Я думала, только к ужину приедешь.

— Сегодня справились раньше, — тихо ответил мужчина, пробираясь ладонью под юбку, задержал кончики пальцев на резинке чулок, скользнул туда, где все уже было влажно. — И я успел очень соскучиться.

— М-м-м, — выдохнула со стоном, зарываясь пальчиками в волосы Леонардо, шире раздвигая ножки, открывая больший доступ для маневров.

— Моя порочная девочка сегодня забыла надеть трусики, — проникновенно прошептал мужчина, мягко толкаясь пальцем внутрь.

— Твоя порочная девочка… очень ждала своего коварного господина, — рвано выдохнула, привычно стаскивая непослушными руками жилет, откидывая его в сторону

— Как красиво и правильно звучит, — довольно рыкнул Леонардо, поднимая мой подбородок, впиваясь губами в приоткрытый в выдохе рот.

Внутрь толкнулось уже два пальца, большой потер набухшую горошинку, выбивая из моего горла гортанный стон и искры перед глазами. Жаркий, горячий поцелуй с привкусом глинтвейна дурманил голову, заставляя напрочь забыть обо всем. Да и ни о чем думать не хотелось. Хотелось лишь ощущать под пальцами тело моего мужчины, упиваться его запахом, с головой окунаясь в щедрые ласки.

Тихо хихикнула от того, как Леонардо нетерпеливо стянул с меня юбку, легонько хлопнув по обнаженным ягодицам и почти не разрывая поцелуя, смел со стола бумаги, оттолкнул кресло и, подхватив меня под берда, посадил на прохладный стол.

В лоно мощно без предупреждения толкнулась крупная головка, на контрасте медленно раздвигая стеночки.

Широко распахнув глаза, опустила голову, с судорожными вздохами наблюдая, как достоинство мужчины размеренными толчками входит в лоно. От этого вида по коже пробежались мурашки, внизу живота сладко потянуло.

Леонардо порочно усмехнулся и мягко надавил ладонью на солнечное сплетение, заставляя откинуться на спину, вместе с этим особенно глубоко толкнувшись, ударяясь яичками об попку и впиваясь пальцами в косточки бедер, задал быстрый, на грани боли и наслаждения, ритм до черных мушек перед глазами.

По кабинету разнеслись звонкие звуки шлепков, стонов, звериного рычания и запах возбуждения, в котором преобладали металлические нотки с примесью горькой мяты, лишь усиливаясь с каждым размеренным сильным толчком.

22.1

* * *

— Вот это марафон, — с удовлетворенным вздохом пробормотала, стягивая спутанные волосы в гульку, вместе с тем устало пытаясь сползти с естества рыкнувшего мужчины.

Ключевое слово – попыталась. Уползти мне не дали, коварно ухватили за талию и притянули обратно, усаживая на колени.

С подозрением зыркнула на довольного мужчину, откинувшегося на спинку только лишь чудом не сломавшегося под нами кресла, куда мы переместились со стола, ― хотя куда мы там только не перемещались ― и лукаво поглядывающего на меня из-под ресниц. Его наглая конечность поползла по ноге, ненавязчиво раздвигая ножки и опускаясь на холмик лона.

— Даже и не думайте, мистер Леонардо Маккери Фрост! — вяло погрозила пальчиком перед его носом. — Сейчас я ни на что не способна! Совсем уже... залюбил.

Оборотень насмешливо фыркнул, руку не убрал, мягко поглаживая.

— Так уж и ни на что?

Притворно свела брови к переносице, сердито засопев. Леонардо вскинул брови и, сделав вид, что ненадолго задумался, покладисто кивнул.

— Хорошо, девочка моя. Продолжим ночью.

Возмущенно округлила глаза, надувшись, хотя внутри все затрепетало от предвкушения.

— Ах ты! Да ты… Кот ненасытный! — буркнула, под тихий смех Леонардо легонько шлепнув его по плечу. Привалившись к его груди, со вздохом оглядела развороченный кабинет, немного помятые бумаги на полу и карандаши. Хорошо, что хоть техника не пострадала. И то, лишь моими молитвами.

— Не расстраивайся, Мадлен наведет порядок.

— У Мадлен, между прочим, дорогой мой, выходной. Сам сказал – праздничные выходные.

— «Дорогой мой», мне нравится, — сощурившись, протянул невозможный мужчина. — Сегодня ты решила завалить меня комплиментами?

Я смутилась. За два стремительно прошедших месяца Лео я называла только по имени, и сейчас отчего-то за это немного стало стыдно.

— Не издевайся, а. Лучше помоги прибрать кабинет.

— Флаймы приберут, — сориентировался он. — Братья решили ухлестнуть за одной девочкой, и на фоне этого у них слишком часто происходят стычки, а как говорят дистинологи — общее дело сближает.

Дистинологи… М-да. Не так давно узнала, что в мире оборотней есть такие вот специалисты. Этакие психологи по семейным отношениям предначертанных. Ввиду недавних событий я к этим врачам относилась скептично.

Фанатики недоделанные.

— Ого, а я не замечала, — удивилась, помогая открыть дверь ванной. — Наверняка та рыжая лисичка, да? Видела их игрища сегодня в окно. А-ха-хах-х. Ты бы видел, что вытворил Ярин. А-ха-ха-ха.

— Могу представить. Вот и спустят энергию в мирное русло. А нам с тобой после душа предлагаю поужинать.

— Ладно, ладно, ты прав. Стоп, что? Но до ужина еще далеко.

— В ресторации. Как раз к ужину доберемся. Сегодня хочу отвезти тебя в особенное место.

— Серьезно?

— Серьезно.

— Заинтриговал! — радостно подпрыгнула, с обожанием посмотрев на обнажившегося мужчину, облизнула губы и отвернулась, чтобы не поддаться сиюминутному желанию и не облизнуть вдруг кое-что другое, покачивающееся такое, бархатистое.

Заметила, как Леонардо вскинул голову и прикоснулся к уху, нажимая на хедсет. По поводу этого устройства я была почти права: если по простому, то хедсет – гарнитура для дистанционной связи, но с более широкими функциями.

— Подожди минутку, мне нужно ответить, — попросил он. — Раздевайся пока.

Кивнула, с трудом отводя взгляд от яичек и мужского естества.

Леонардо повернулся спиной, и я тут же прилипла глазами к шикарной заднице.

«Нет, он точно издевается», — мысленно простонала.

На сладенькое я, правда, была сейчас не способна и даже кое-что себе немного стерла. Благо, хоть регенерационная сыворотка действовала почему-то даже сейчас. Я как-то спросила у Лео, почему так, на что он мне с загадочным видом ответил, что пока выясняет этот вопрос.

Чтобы немного отвлечься от пошлых образов, вильнула мыслями к предстоящей поездке. А точнее, скорей всего, к полету. Ресторацию с Леонардо мы уже несколько раз посещали, выезжая в люди. Но происходило это событие редко, каждый выход был для меня словно праздник. Поскольку, как и предсказывала Мадлен, поместье я облазила вдоль и поперек и, несмотря на кучу народу в доме и любимую работу, мне часто бывало скучно, особенно когда Леонардо уезжал по делам.

В первый раз буквально через несколько дней после закрепления нашей связи Леонардо сообщил, что мы едем-таки на свидание, но вот досада ― на вертолете. Ух, как я пищала… Как пищала… Бедные пилоты, до сих пор перед ними стыдно. Нет, они, конечно же, были в наушниках, вот только и я… была. А если брать в расчет, что они оборотни… Ну, вы поняли. Зато свидание удалось, как и последующая страстная ночь, а бояться летать я после этого перестала.

— Алина? Ты чего зависла? Давай помогу, — вырвал меня из задумчивости голос Леонардо, и я только сейчас заметила, что так и стою возле корзины с бельем, сжимая в руках то, что осталось от кофточки.

Мужчина выхватил из моих рук ветошь, без сожалений скидывая корзину для порванных вещей. Ага, у нас такая появилась почти сразу, как мы с Леонардо… пришли к согласию, да. Ой, сколько рванья повидала эта корзина-а-а… Много. Вот о-очень много.

— Кто звонил? — поинтересовалась, позволяя затащить себя в душевую кабину.

— Адриан, — отозвался Лео, наливая из баночки гель для душа с запахом мяты. — Повернись. Адриан сообщил, что твое изделие на стадии завершения и будет окончательно готово в течение двух недель.

— Ой, правда? Восторг!

С Адрианом Фоксайром я познакомилась примерно три недели назад. Он приезжал к нам на ужин и заодно забрать мою наработку. Интересный мужчина. Правда, если подумать, то все оборотни интересны. Вот только Адриан, будучи огненным лисом, полностью оправдывал свою натуру.

Никогда не встречала таких хитрющих ярких изумрудных глаз. На первый взгляд Адриан казался очень добрым, мягким и забавным, любящим пошутить, но нет, нет, а проскальзывали в нем звериные черты, как и тщательно скрываемый жесткий, цепкий взгляд. Чудо, что он согласился изготовить драгоценность по моему эскизу.

Тряхнула головой, ощущая, как пальцы мужчины медленно поглаживают напряженные горошинки сосков, вспыхнула, отпрыгивая на шаг, и с невозмутимым пылающим лицом тут же подхватила баночку, копируя величественно-приказную интонацию любимого, от которой, честно признаться, ноги так и норовили подогнуться, а тело растечься лужицей:

— Так, теперь, давай, я тебя мылить буду. Повернись!

Леонардо на мой тон дернул бровью и, немного помедлив, повернулся. Тихо хихикнув, завозила ладошками по его спине, млея от удовольствия.

— Жаль только, что ты видел эскиз, мне бы хотелось, чтобы этот подарок был для тебя сюрпризом.

— Подарок мне?

— Ну да, — пожала плечами, хитро улыбнувшись. — Не думал же ты, что мужской перстень буду носить я?

На лице Леонардо отразилась гамма эмоций от счастья-гордости до ласковой нежности. Прижав меня к груди, он выдохнул мне в губы:

— Благодарю, родная.

* * *

Помывочка наша по итогу немного затянулась… Ух! И любвеобильный достался мне котяра! Но я не жаловалась, меня более чем все устраивало. Никогда бы не подумала, что буду чувствовать себя такой счастливой. Я, правда, не соврала Леонардо, я действительно наконец ощущала себя на своем месте.

Именно Фрайзен Дол и все его обитатели стали для меня домом и семьей. Но я уверена: где бы я ни оказалась, если рядом будет мой очаровательный мистер Лед, я все равно буду чувствовать себя на своем месте. Ведь мой дом там, где этот мужчина.

Да-а-а, кто бы мне сказал еще чуть больше двух месяцев назад, что все получится так, я бы, наверное, покрутила у виска пальцем и долго смеялась.

Господи, боже, прошло всего лишь несколько месяцев, а такое ощущение, что несколько лет, не меньше. А сколько за это время мне довелось узнать о тех, кто, оказывается, всегда был рядом с нами, людьми. Мифические существа из сказок да любовных романов оказались не вымыслом, а реальностью. Я даже, помню, как-то пошутила: мол, оборотни есть, может, тогда и эльфы с гоблинами существуют, на что мне со смехом ответили, что нет. Есть только они.

Ну и ладно. Знаний об оборотнях и так было более чем достаточно.

Наш не совсем легкий разговор с Леонардо состоялся в вечер открывшейся правды. Устроившись в его кабинете, нашпигованном моноблоками и всякими электронными девайсами за бокалом вина, он начал с пояснения о том, что со мной приключилось и по чьей милости я вдарилась в неконтролируемую паническую истерику, сбежав и чуть не переломав себе шею, свалилась в крутой овраг, хорошо, что Леонардо был рядом и вовремя взял ситуацию под контроль.

А ведь действительно. Сейчас-то я понимала, что узнав о них в нормальном состоянии, последнее, что бы я сделала, так это сбежала.

Так вот. Как выяснил мой суровый очаровательный мужчина, за этим на самом деле стоял глава рода брата и сестры Эримосов. Именно этот нехороший оборотень специально подкинул Фросту парочку с приказом любым доступным и недоступным способом попытаться женить на себе редко приезжающего в поместье Леонардо.

Прошло немало лет, прежде чем Лео прибыл в поместье на радость этим змеям, но, к их печали, не один: притащил с собой неучтенный и крайне опасный для их плана нежелательный элемент в моем лице. Они попытались устранить угрозу, обсыпав какой-то химической и крайне ядовитой для людей дрянью, и только лишь чудом все обошлось.

К сожалению, для самих Эримосов их поступок стал фатальным. Леонардо не стал от меня скрывать правды и пояснил, что с ними стало. Так я еще и узнала, кто на самом деле мой мужчина, как и о существовании Стражей, этакой полиции, или уж, что вернее, карателей в мире оборотней. Только круче, и с поправкой на то, что каждый Страж действовал лишь внутри определенного оборотнического рода.

А те, кто по каким бы то ни было причинам отрекались от своей семьи, все равно были обязаны или же оставаться под контролем уже бывшего рода, перейти в другой рот под контроль другого Стража или же отправиться в нейтральное поселение под опеку старейшин, также, можно сказать, под надсмотр. Но были и такие оборотни, кто пытался оставаться совсем бесконтрольным, таких отлавливали деймары, свободные Стражи, коих существовало крайне мало.

Признаться, уже только от этой информации голова шла кругом, а сколько еще мне предстояло узнать… Подумать страшно. Но как я выяснила для себя о Стражах, ими не становились, ими рождались, наследуя ген карателей от отца. Чаще всего карателями рождались самцы… то есть, мальчики, девочки же ― крайне редко. Почти никогда.

К слову, Лео предупредил, что лишний раз о том, что происходит внутри семьи, никому распространяться не стоит, чтобы не волновать. В особенности беременных пар его племянников. Да я и не собиралась. Почему-то при мысли, чтобы вообще кому-то что-то говорить касательно оборотней, у меня внутри появлялся некий протест, а язык сам завязывался в узел. Кажется, это и было то явление, из-за которого знающие об оборотнях люди молчат. Ну, а то, что Айсар Фрост и мистер Бернар также оборотни, и их парами являются моя подруга и мегера Ленка, новостью для меня не стало. Я и так уже сама все поняла.

Хоть то, что мы трое стали предначертанными оборотней одного рода, в довесок единоутробных братьев и их дяди – потрясающее совпадение.

Ну, ладно пока об этом.

В тот вечер Леонардо мне даже позволил посетить его серверную, и я с благоговейным ужасом могла полюбоваться механизмом, технология и работа, которого просто не укладывался в голове, не говоря уже о самом образе этого сканера.

С гулко бьющимся сердцем, затаив дыхание наблюдала за мельтешащими точками, означающими передвижение людей и оборотней, краем уха слушая тихий голос Леонардо, рассказывающего о том, что каждому подконтрольному присваивается индивидуальный код, отслеживается местоположение, считываются жизненные показатели и многое другое, я словно вдруг оказалась в фантастическом фильме или же в другом измерении.

Поразилась догадке, что с наличием таких масштабных немыслимых для людей ресурсов оборотни запросто могли всего за один неполный день захватить человечество и поработить, но они просто этого не желали.

Не говоря уже о том, что с помощью этой 3D ― или все 133D ― штуки одной только голосовой командой, как сказал Леонардо, можно ликвидировать объект, что, собственно, он и сделал с отступниками. Он остановил их сердца. Вот так просто, одной командой, даже не щелкнув пальцем. Ужасающая правда. Но бояться от этого своего оборотня я почему-то не стала, наоборот, у меня появилось чувство восхищения этим мужчиной и одновременно сожаления, что на его плечах лежит подобная тяжелая ноша.

После, сидя на коленях Лео и мелко подрагивая от охватывающих каждую клетку зашкаливающих эмоций, я решилась робко спросить о том, что мучило меня всю экскурсию по его серверной. Если этот сканер может так много, чуть ли не мысли читать, то почему он не сообщил Леонардо о замыслах Эримосов, ведь, насколько я поняла, в них следилка была.

Леонардо и этот момент прояснил. Он сказал, что они действительно не собирались никого убивать, лишь напугать, чтобы я сама сбежала сломя голову, и не ожидали, что из-за шока от реакции на препарат могу случайно себе навредить.

Сканер не настолько чувствителен, иначе из-за каждого, кто решился бы подшутить над другим оборотнем, пускай даже зло, сканер переходил бы в стадию реагирования на угрозу, это могло бы плохо закончиться. Однако Лео заверил, что уже занимается тем, чтобы снизить риски до минимальных, чтобы вот такого, как случилось со мной, более не повторилось.

Еще примерно с месяц я по кусочкам ежедневно узнавала что-то новое об оборотнях. О том, кем я на самом деле прихожусь Леонардо… То, что я, как в любовных книжках Лары, его пара, предначертанная, единственная.

Это стало для меня шоком, как и то, что из-за этой связи, теперь уже закрепленной сексуально, вследствие которой в оборотническом мире пары по сути становятся супругами, больше ни с кем и никогда не смогу быть. Только со своим хладным господином.

Не то, чтобы я с кем-то другим действительно хотела быть, но внутри от этой новости все неприятно перевернулось. Да так, что я несколько дней ходила как в воду опущенная, пугая и напрягая своего оборотня, что тот уже не знал, куда ему деться, и вот так мы второй раз оказались в ресторане, поскольку мой доведенный до предела коварной мной любимый, решил, что таким образом будучи среди людей я хоть немного отвлекусь и расслаблюсь.

Но легче мне не стало, пока я не решилась переговорить об этом моменте с Ларой. Именно подруга и вправила мне мозги в своей шутливой манере, а заодно проболталась и вновь шокировала меня тем, что, оказывается, у Леонардо уже была пара, причем оборотница. Она погибла под колесами какого-то придурка, едва не утянув за собой самого Лео. Вот в тот момент, ощутив, что волосы от такой новости встали на дыбы, а сердце опустилось в пятки, я и поняла, что кроме него мне никто и не нужен. Только он. А второй момент, что моему оборотню… к-ха… семьдесят один годик.

А-ха-ха-ха-ха. Семьдесят один! Звездец! На мой громкий истеричный смех, сотрясший весь Фрайзен Дол, сбежались почти все работники, а бедный Леонардо, узнавший причину смеха, на потеху уже всем смутился, даже слегка покраснел.

Леонардо! Покраснел!

У-ха-хах-хах!

По крайней мере, легкий румянец на бледных щеках увидели все, и даже грозный фирменный взгляд в тот момент не остановил людей и оборотней от веселых смешков.

Служащие после этого инцидента ржали еще несколько дней. А братья Флайм до сих пор изредка подкалывают начальника, когда тот в хорошем расположении духа.

Кстати, в закреплении связи были и еще существенные для меня бонусы. Мой деспотичный очаровательный засранец немного поутих в желании запереть меня в башне. В принципе его поведение ею же и обуславливалось. В момент нахождения пары все самцы немного становятся того... Ладно, много, очень много того. Зато сейчас я могу звонить, писать и лазить в интернете столько, сколько захочу, и ладно, что устройство как бы все еще прослушивается. Стоит лишь, как говорится, понять и простить.

— Над чем снова хихикаешь, душа моя? — войдя в гардеробную, где я уже почти была готова, поинтересовался мой оборотень, останавливаясь в дверях и опираясь бедром о косяк.

— Да так, — махнула рукой, заплетая волосы в высокий хвост, хитро поглядывая на мужчину через зеркало. — Вспомнила кое-что.

— Вспомнила, говоришь, — медленно протянул он тихим голосом, от которого привычно поджались пальчики на ногах.

Льдистый пригвождающий к месту взгляд пробежался по телу, задерживаясь у подола платья и замирая на открытом вырезе спины.

— Что-то мне подсказывает, что ужин мы проведем в нашей комнате. А точнее, ужином станет одна маленькая вкусная пара.

Внизу живота сладко-болезненно потянуло, с губ сорвался прерывистый вздох. Что-то мне уже самой ехать куда-то… перехотелось.

— Думаешь? — тем не менее, с сомнением на него покосилась. — Интересная идея. А как насчет совместить приятное с полезным?

— Да? Заманчиво. И как же это?

— Ну, пока я на столе буду вкушать одно мятное, твердое бархатистое… мороженое, ты…

— Ар-рлина! — рычащий шепот и стремительное движение в мою сторону, а затем громкий треск ― и платье очередной тряпочкой осыпалось у моих ног.

Кажется, я кое-кого довела. И поездка наша все-таки отменяется.

Ну и ладно. Меня ждет кое-что повкуснее самых вкусных десертов.

Эх, а жизнь все-таки прекрасна!

Эпилог 1. О счастливых моментах и неожиданностях

Алина

Остро ощущая приступ дежавю, боясь оглядываться и петляя, как напуганный хитрым хищником трусливый заяц, со всех ног бежала по заснеженным дорожкам парка. Кровь в венах бурлила от ядерной эмоциональной смеси веселья, эйфории, адреналина и предвкушения оказаться настигнутой.

Кожей ощутив, что мой охотник совсем рядом, все же на миг обернулась, громко взвизгнув. Зверь играючи настигал. То приближался настолько близко, что едва не касался мягкими лапами моих ботинок, то специально отдалялся, смешливо пофыркивая, обнажая острые длинные клыки.

Ой, нет! Так просто я не сдамся!

Тихо хихикнув, резко вильнула в сторону, меняя направление. Еще немного пробежав вперед, скрылась за первым попавшимся толстым деревом, прижавшись к стволу и закрыв рот руками в бессмысленной попытке усмирить слишком громкое прерывистое дыхание, прекрасно понимая, что меня все рано услышат.

Учуют.

Найдут по запаху.

Вновь ощутив близость охотника, затаила дыхание, осторожно выглядывая из-за ствола, но в то же время широкие тяжелые ладони обхватили меня за талию, дергая назад.

Испуганно вскрикнув, трепыхнулась, однако мгновенно забившийся в ноздри, в последнее время ставший концентрированным, запах перечной мяты позволил расслабиться.

— Напугал, коварный! — стукнув ладошкой по бедру, откинулась ему на плечо.

— Не хотел, — тихо рыкнули на ухо, нежно прикусывая мочку.

— Я знаю, — зажмурившись от удовольствия, улыбнулась, поворачиваясь в кольце его рук. В живот тут же уперлось кое-что упругое, теплое и очень манящее. Руки сами потянулись обхватить эту особенную деталь тела мужчины.

Леонардо тихо зашипел сквозь зубы, осуждающе нахмурившись.

— Алина, тут повсюду камеры.

— Да? Ну, а чего ты ходишь такой красивый, соблазняя невинных девушек своим боевым орудием?

Он усмехнулся:

— Боевое орудие?

— А как еще эту штучку назвать? — последний раз погладила по стволу и с сожалением отпустила, для верности отходя на шаг.

— Тебе назвать научное наименование данного органа?

— Спасибо, дорогой, я знаю. Анатомию в школе все изучали, — беззлобно съязвила, критически оглядывая с ног до головы своего оборотня, не переставая любоваться сильным грациозным телом.

— Не застудишься?

— Ты же знаешь, оборотни не болеют. Мы редко ощущаем, как вы, холод или жару, только лишь при критично пониженных температурах. В особенности, снежные.

— А огненные при повышенных, да?

— Именно. Ну что, домой?

Я кивнула:

— Давай. Есть хочется.

Муж бросил на меня странный взгляд и, попросив подождать несколько минут, перекинулся в зверя, махнул хвостом, скрываясь между деревьев в сторону небольшой, находящейся в нескольких метрах беседки.

Вздохнув, умиротворенно опустила руки на живот, поглаживая.

Ах, да. Про мужа, это не оговорка. Самая что ни на есть правда.

Сюрприз!

Как таковой свадьбы на самом деле не было. Это событие вообще произошло спонтанно. Честно! По крайней мере, для меня. Просто в тот день во время прогулки с Лео по столице Мавридонии мой взгляд наткнулся на дворец бракосочетаний и толпящихся возле него красивых счастливых будущих супругов и уже настоящих. Ну, и не знаю, какой чертик дернул меня подшутить над Леонардо, притворившись обиженной святошей, заявив ему, что, мол, несправедливо как-то, мистер Фрост. По меркам оборотней я ему вроде как жена, а вот по человеческим ― нет. Воспользовался прохиндей бедной девушкой.

Ага. Нашла над кем шутить. Тем более подобным образом.

Наивная.

Характер у Леонардо сложный, деспот как есть. Такому море по колено. Зная этот факт, не стоило удивляться, что всего два звонка и от силы десять, а то и меньше минут ― и к нам подкатила тройка черных машин. Еще двадцать ― и Алина с обалделой физиономией мнет новенькое белоснежное платье и лопочет свой правильный положительный ответ на предложение стать женой одному хитрому оборотню. А еще через три – Алина больше не Калистова, а очень даже Фрост, в кармане уже довольного мужа свидетельство о браке, а на пальцах обручальные кольца из белого золота.

Хи-хи.

Мадлен потом еще несколько дней сокрушалась, что такой праздник загубили, никак его не отметив. По правде говоря – отметили. Сначала посетив открытую только для нас с мужем ресторацию, заказанную неким Дином, а после в уютной постельке, сплетаясь телами.

М-м-м.

Своей свадьбой и наличием мужа я осталась в конечном счете довольна. Жаль только, что подруги на ней не было. Я на ее торжестве, как не трудно догадаться, тоже. Ну, ничего. Жизнь долгая, еще успеем отметить.

А всего два дня назад у меня закралось подозрение, что нас с Лео ждет новый сюрприз, поскольку у меня была задержка. Я знаю, что симптомы беременности не должны так быстро появиться, но некоторые из них появились. Такие, как повышенный голод, обострение нюха и иногда короткие, слава богу, приступы тошноты. Вот только я не могла найти подходящего момента, чтобы рассказать о своих догадках Леонардо.

Я не боялась его реакции, почему-то была уверена, что он будет рад малышу. Но в то же время меня терзали смутные сомнения, что он о том, что, возможно, скоро станет отцом, уже знает. Я бы уж точно не удивилась, если бы это оказалось именно так. Да и его зверь несколько раз оговаривался о том, что мне нужно еще больше кушать, так как кушаю я не только за себя.

Что это, если не намек?

Кстати, по поводу зверя. Почти сразу же, как мне стала известна правда, я узнала, что, к счастью, мозг у меня не тек, и крыша моя была все время на месте. Просто наша с Леонардо связь являлась слишком крепкой, особенной. Появлению подобной связи послужило и то, кем он являлся. Я была рада тому, что со мной все в порядке, и психушка отменяется, но зверь иногда сводил с ума своими шуточками, в хорошем смысле этого слова.

Вообще, я предполагала, что оборотни цельны. То есть, как это правильно сказать… Нераздельны. Вот. Оборотень и оборотень, без всяких там посторонних сущностей. Как мы, люди. А оказалось, у них раздвоение личности. Шутка, разумеется. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды. Я так до конца и не поняла, почему так. Леонардо говорил, что их звери ― что-то вроде духовной сущности, души, пускай так и будет.

А еще как факт, у зверей не было имен. Оборотни им их не давали. Просто ирбис, лис, волк и все. Как опять-таки пояснил муж, давать имя зверю было не принято. Нелогично и неправильно. У них самих уже есть имена, данные при рождении, но со смешком муж упомянул, что некоторые оборотни все же называют зверей, если брать на примере Леонардо, то его ирбис – Леонардо младший.

И смех и слезы.

— Не замерзла? — заботливо поинтересовался муж, выходя на мое обозрение. Он хоть и надел штаны, чтобы не сверкать голыми тылами, но так и остался полуобнаженным и босиком, с распущенными белоснежными волосами на плечах. И весь мой.

Хе-хе.

— Не, мне даже немного жарко.

Это было правдой. Может, из-за нахлынувших воспоминаний, или от волнения, но холодно мне не было совсем. Я даже пуховик чуть-чуть расстегнула, потому как запарилась.

Мы медленно направились в сторону поместья.

— Слушай, Лео, — спустя несколько минут уютного молчания, заговорила я. — Тут такое дело… В общем, мне кажется… Э-э-э. Точнее, я предполагаю... Нет, не так. Верней... Да блин!

Резко остановившись, выпалила на одном дыхании:

— У меня задержка!

Леонардо несколько секунд вглядывался в мое смущенное лицо, словно пытаясь на нем прочесть некие ответы, и тихо произнес:

— Я знаю, моя хорошая.

Вот я так и думала! Ничего от него не скроешь.

— Давно?

— Несколько дней. Ты беременна, Лина. Носишь под сердцем моего котенка.

«Ну, наконец-то! — с облегченным ворчанием мурлыкнули в сознании. — А то, пускай сама узнает, сама узнает. Узнала! А теперь – ура! У меня будет котенок!»

Наверное, Леонардо ответил что-то в духе: не у тебя, а у нас, поскольку ирбис недовольно зафыркал:

«А я сказал, у меня!»

Леонардо насмешливо хмыкнул, а я весело рассмеялась.

Какие же они милые. И в корне разные. Удивительно. Однако я вычитала, что сущность оборотня или как правильно – дух, отражает его обратную сторону. По типу, если человеческая половина веселая, полная положительных эмоций, то зверь будет букой, и наоборот. Но Лео сказал, что так не всегда. Все оборотни разные.

— Ты рад?

— Не сомневайся, — притянул меня к себе муж, утыкаясь носом в макушку. — Очень рад.

«Эй! — напомнил о себе беспокойный зверь. — Котенку нужно мясо. Иди, корми нашу девочку и котенка!»

— Неугомонный, — буркнул мне в волосы Лео. — Иногда я жалею, что вообще слышу его.

Зверь обиженно муркнул и затих. А Леонардо отклонился, находя мои губы, завлекая в нежный, глубокий поцелуй.

Ох… Этот немного шершавый язык…

Но долго насладиться друг другом нам не дали, за спиной Лео внезапно послышался озадаченный мужской голос:

— Я, кажется, не вовремя.

Муж напрягся, медленно прекращая поцелуй, а я замерла, словно пойманный на горяченьком вор. Леонардо обернулся, чуть отходя в сторону, и моим стыдливым глазам открылся вид на незнакомого высокого мужчину в темно-серой амуниции.

Короткие черные волосы слегка припорошил снег, серо-зеленые непроницаемые глаза смотрели то на меня, то на полуобнаженного Леонардо, слегка припухлые губы поджались.

— Дин, — кивнул муж, ведя меня за руку ближе к незнакомцу. — Алина, позволь тебя познакомить с руководителем службы безопасности рода Фрост – Дином Картеном. Дин, моя Алина.

С интересом уставилась на нового знакомца. Похоже, этот мужчина и есть тот самый Дин, заказавший нам ресторацию, да и после, несколько раз случайно слышала их с мужем телефонные разговоры.

— Приятно познакомиться, мистер Картен. Спасибо за ресторацию и обслуживание, все было чудесно.

Дин, переглянувшись с мужем, усмехнулся.

— Не за что.

― А вы тоже оборотень?

На меня посмотрели с умилением, как на маленького наивного ребенка.

— Тоже. А что, не похож?

Ну, как сказать. Очень даже похож. Энергетика бешеная, да и черты лица хищные, опять же телосложение. Все вроде бы указывало, что да, кроме одной детали, по которой я наловчилась отличать оборотней от людей.

— Не слишком. У вас глаза нормальные, не яркие.

Однако по таинственной усмешке нового знакомого я слегка усомнилась в своем предположении, и муж промолчал. Ладно, потом спрошу. Если не забуду.

* * *

Расслабленно усевшись на кровать, Леонардо неотрывно наблюдал за переодевающейся после прогулки девушкой. На его лице блуждала легкая ласковая улыбка, сердце все еще сжималось от восторга и счастья – он скоро станет отцом.

Его пара была беременна его котенком. Маленьким наследником или наследницей!

Еще несколько дней назад почуяв изменившийся запах предначертанной, он думал: с ума сойдет от нахлынувших сносящих с ног чувств. Но вместе с тем, он переживал, как сама Лина отреагирует на эту новость. Захочет ли быть матерью его ребенка? Старался лишний раз не думать, что его жена может пожелать избавиться от плода. Если бы это оказалось так, Леонардо и представить не брался, что бы он в таком случае делал.

Но все обошлось хорошо.

Второй приятной новостью стало подтверждение его предположения, что Алина все же не совсем человек.

По последним показателям ее крови, Алина не являлась чистокровным человеком, как он изначально думал. Много столетий назад в ее роду отметился оборотень, однако по прошествии лет кровь настолько разбавилась человеческой, что стала практически чистокровной. Но благодаря непосредственно зачатию наследие предков все-таки проявилось. И это потрясающе.

Ведь рождение у человеческой самки протекало куда тяжелее, чем у оборотниц или у людей с кровью оборотней. А уж при рождении Стража ― и подавно. Леонардо боялся, что его пара может не пережить, зато теперь страх немного подутих.

Все будет хорошо. Его девочка сильная, справится. А он будет рядом.

Всегда.

— Лео, как думаешь, ничего, если я буду просто в джинсах и свитшоте? Не хочу надевать платье.

Фрост удивленно посмотрел на пару, перебирающую кучу вещей на диванчике.

— Конечно. Надевай, что хочешь, родная.

— Ну, просто у нас гости, — она смутилась, проводя по ткани кремовой кофточки кончиками пальцев.

— Глупости, Дин друг, и завтрак ― не светский прием.

Алина, с секунду помолчав, кивнула.

— Ты прав. Я буду готова через минут десять.

— Хорошо. Да, как раз Адриан собирался приехать.

— Адриан?

— Да. Он звонил рано утром, предупреждал, что к полудню заедет.

— Здорово. Заодно и поест. Так, может, все-таки платье?

— Родная, — смеясь, закатил глаза Леонардо. — Как пожелаешь. Надень и то и то, не ошибешься.

— Очень смешно.

* * *

Алина

Спустя примерно пятнадцать минут мы сидели в малой столовой. Я с усердием поглощала завтрак, почти не прислушиваясь к разговору мужчин. Поскольку того, о чем шел у них разговор, я мало понимала.

Впихнув в рот сразу несколько долек мандаринки, от удовольствия зажмурилась, слизывая с пальцев сок, другой рукой поглаживая пока плоский животик. Я до конца еще не совсем осознала, что действительно ношу под сердцем маленький комочек. В будущем с крохотными ножками, ручками и таким же, как у папочки, нереальными голубыми глазами. Вдруг неожиданно для себя утробно заурчала, тут же широко распахивая глаза, изумленно моргая.

— Ой. Это я сделала? — хлопая ресницами, посмотрела на немигающе уставившихся на меня мужчин.

— Все в порядке, моя хорошая, — тонко улыбнулся Леонардо, погладив меня по руке и подтолкнув ближе тарелку с вяленым мясом. О, как раз его хотела. — Кушай, не отвлекайся.

— А это нормально, что я хочу сначала фрукты, потом мясо, а потом, может, и резину понюхать захочу?

— Нормально. Не переживай. Надо будет понюхать резину, Дин их хоть сто притащит, а я собственноручно подпалю.

— Непременно, — покивал головой Картен, улыбаясь серо-зелеными глазами.

— Да? Ну ладно. Уговорили.

* * *

Мужчины изумленно раскрыли рты, когда девушка быстренько ухватила сочную клубнику и кусочек мяса, запихнув все разом в рот, довольно зажмурилась.

— Алина, — укоризненно протянул Леонардо, давя в себе смех. — Осторожно. Еще не хватало, чтобы подавилась.

— Не подавлюсь! — прошмякала она, пытаясь прожевать пищу. — Сам сказал: ешь, что хочешь, а я хотела клубнику с мясом. Вкусно, кстати. Никогда не думала, что будет так вкусно.

Леонардо только покачал головой, пряча улыбку за чашкой с кофе.

В этот момент ему позвонил Адриан. Фрост отметил, что тот должен был приехать еще полчаса назад, привезти готовое ювелирное украшение по эскизам Алины. На его памяти впервые лис задержался.

— Да, Адриан. Опаздываешь.

— Эм, Лео, тут такое дело, — услышав напряженный и даже какой-то испуганный голос лиса, Леонардо напрягся сам. — Кажется, у нас проблема.

— Что случилось? Очередная невеста?

В трубке послышался звонкий женский голос:

— О! У вас тут и телефоны есть? Кла-а-а-сс. Значит, не каменный век. Хотя и машины ездят. Нет, точно не каменный.

— Не дай небо, — отозвался Адриан. — Ты слышишь ее? Эй! А ну положи мою футболку на место! Я кому сказал? Хватит ее нюхать!

— Почему? Вкусно же.

— Причина твоей задержки – эта девочка, как я понимаю.

— Нет! Да. Короче, Леонардо, она…

— Ой, а магия у вас тут есть?

— Какая, к черту, магия?! — взбешенно рыкнул Адриан.

— Нету, да? Фи, как скучно.

— Я тебе сейчас покажу скучно. Отойди от стола с ножами! Как там тебя? Отойди, сказал! Ненормальная.

Леонардо насторожился, почуяв неладное. Она сказала: у вас? Магия?

— Кто она?

— Проблема, Леонардо, — простонал лис. — Самая настоящая проблема, свалившаяся мне час назад на голову. И это не оборот речи. Я уже к тебе собирался выезжать, а она свалилась в натуральном смысле мне на голову! Понимаешь?! С потолка, мать его!

Леонардо перевел сосредоточенный взгляд на внимательно слушающего разговор Дина. Судя по тому, что Лео слышал и словам Фоксайра, ситуация с попаданством существа из другого мира повторяется.

— Степень угрозы? Вероятность необходимости проведения утилизации?

Адриан притих, и через несколько секунд неуверенно ответил:

— Да нет, какая там утилизация. Опасность не больше одной единицы, предполагаю.

Леонардо расслабился, иронично хмыкнув.

— Тогда эта проблема на твоем попечении, Фоксайр. Завтра утром жду с перстнем, если решишь не вводить девчонку в свой род, в ином случае жду и ее.

Не слушая возмущенных воплей лиса, отсоединился.

— Это то, о чем я думаю? — поинтересовался Дин.

Лина с любопытством подалась вперед, даже позабыв об очередном куске мяса в руке.

Леонардо невозмутимо качнул головой, несдержанно перетаскивая охнувшую пару к себе на колени.

— Нет, никакой опасности нет. По крайней мере, для мира в целом. А вот для одного конкретного оборотня, возможно

Эпилог 2. О силе чувств и радостях долгожданной встречи

[Нейтральное поселение оборотней]

Закинув ноги на подлокотник диванчика, старательно делала вид, что преспокойненько читаю книгу, но на самом деле поверх нее то и дело напряженно поглядывала за облачением нашего с Леонардо маленького сынишки в ритуальную рубаху. По значению и словам – ритуальная, а как по мне, так обычная короткая простыня. Проследив за тем, как муж повязал тряпку на манер тоги, поморщилась и опустила глаза в книгу, уставившись пустым взглядом в страницы.

Господи, ну почему дети так быстро растут?

Кажется, только вчера после долгих изнурительных родов мой малыш появился на свет, а всего несколько недель назад ему исполнился уже годик, и по традициям оборотней уже сегодня, возможно, обретет свою суть, став полноценным оборотнем.

Для чужих имя нашего снежного мальчика звучало гордо ― Актайр Сноуи Фрост, а для близких просто Тай. Слишком непривычное для моего слуха имя, но очень красивое. Я была нисколько не против, когда муж, как только увидел сынишку, нарек его именно так. А я в день его рождения вдовесок узнала, что будущим Стражам, чью суть почуял в сыне Леонардо, дается несколько имен.

Помню, я была так счастлива, когда услышала его первый вскрик, а когда на меня уставились яркие льдисто-голубые, как у папочки, ясные глазки, едва от счастья не лишилась чувств. Он был таким маленьким, наш сынок. И сразу же будущий Страж рода Фрост. Я, разумеется, предполагала, что именно так и случится, но не могла не надеяться на другой исход. Все-таки ноша Стражей действительно очень тяжела.

По поводу ритуала первого оборота Леонардо меня, конечно же, просветил заранее, как и проинструктировал, чего ни в коем случае делать нельзя, а именно – вмешиваться, что бы ни случилось. Зная о том, как будет происходить данный ритуал, сделать это будет уж точно непросто.

Задумчиво поджала губы, посмотрев в окно.

Этот самый обряд обязательно всегда должен был проходить в поселении оборотней, под контролем Старейшин. На самом деле поселений, разбросанных по странам и городам, оказалось немало, но муж непреклонно заявил, что оборот сына будет проходить именно в нейтральном, как самом безопасном. Он очень беспокоился за сохранность сына, чему я была, естественно, очень рада, но иногда Леонардо, по моему мнению, перегибал палку.

Например, без охраны мы с сыном одни гулять не могли, и я сейчас говорю не о городе, а о территории поместья, которое и так охраняется круче, чем дворец президента. Но это так, малость.

Или же запрет на общение с посторонними. Любыми посторонними, даже детьми. И многое, многое другое. Нет, я была посвящена в причину жестких рамок, все из-за сути Стража, как нетрудно догадаться.

Дело в том, что до пятнадцати лет будущему защитнику рода запрещались вообще любые контакты, даже с матерью. Отец с самого его рождения обязан был забрать ребенка из семьи и все эти пятнадцать лет обучать его в уединенном месте быть тем, кто он есть. Какие-то конкретные подробности самого обучения мне не рассказали, по этому поводу в законах Стражей был пунктик о запрете на разглашение, но не верить словам мужа причины не было. Леонардо никогда не обманывал. Да и в летописях я кое-что по этому поводу нашла.

Так что, по-настоящему, муж по отношению ко мне и сыну поступил более чем мягко, всего лишь ограничив контакты. Не знаю, как бы я себя чувствовала, если бы вдруг лишилась их двоих. Даже и думать не хочу.

Господи, спасибо, что у меня такой трезвомыслящий и почти идеальный муж.

— Так, все. Мы готовы. Ты молодец, сын.

Повернув голову, бледно улыбнулась, с нежностью смотря на переступающего с ноги на ногу и оглядывающего себя со всех сторон сынишку. Рубаха была для него слишком длинной и путалась под ногами.

Леонардо опустился перед ним на корточки, вкладывая в маленькую ручку полу рубахи:

— Тай, не забывай придерживать кончик во время шага, чтобы не запутаться.

Муж поцеловал сына в блондинистую, как у него самого, головку и, посадив его на стул, выдал маленькую баночку яблочного сока, взглянул на часы, поворачиваясь ко мне.

— Выдвигаемся через десять минут. Алина, не мандражируй, все пройдет хорошо. Правила помнишь?

Кивнула, вздохнув:

— Помню. И я не беспокоюсь, не придумывай.

— Не беспокоишься и именно поэтому держишь дрожащими пальчиками перевернутое вверх тормашками издание.

Перевела удивленный взгляд на книгу, которую действительно держала все это время вверх тормашками и смутилась, со вздохом ее отложив.

— Ладно, немного волнуюсь.

— Все будет хорошо. Ты мне веришь? В нас?

— Разумеется, верю. Спрашиваешь.

— «Особенности и повадки самцов-ирбисов», — в это же время медленно прочитал сын, склонив голову набок. — Мама, а что такое повадки?

Я дернулась, не переставая удивляться, что развитие оборотней идет в разы быстрее, чем у обычных людей. А у нашего сына и вовсе со скоростью света. Говорить он научился в четыре месяца, причем без детской шепелявости и пропуска букв. А читать в полгода. Меня, если честно, это поначалу немало пугало, хоть я и осознавала, что сын не человек, да и сейчас вон привыкнуть не могу.

Быстрее меня ответил сыну муж:

— Повадки можно интерпретировать, объяснить как — склонность к чему-либо или привычка.

— Понятно, — спокойно кивнул Тай, с помощью Лео сползая со стула и вкладывая свою ладошку в руку отца.

— Ну что, идем?

Как, уже? Так скоро?

Не сдержала порывистого вздоха, поднимаясь на нетвердые ноги.

Заметив, как я помрачнела, сын серьезно заявил:

— Мам, не волнуйся. Папа сказал, что все будет хорошо, значит, так и будет, — серьезно заверил меня этот маленький мужчина, вызывая очередной прилив нежности и любови.

— Я знаю, малыш. Знаю.

Спустя полчаса, заведя руки за спину, на безопасном расстоянии напряженно поглядывала за стоявшими в компании старейшин мужем и сыном.

Взглянув на солнце, тяжело вздохнула.

Еще несколько минут ― и непростое, больше для моих нервов, испытание должно начаться.

Господи, как пережить?

— Волнуетесь? — услышала чуть позади негромкий мужской голос.

— Волнуюсь, — пробормотала, поворачивая голову на звук и встречаясь взглядом с одним из старейшин.

Я уже мельком видела этого оборотня по приезде. Плотного телосложения мужчина, одетый в простые темные джинсы и черную майку с коротким рукавом, взирал на меня мудрыми ярко-серыми спокойными глазами. В коротких зачесанных назад светлых волосах отразилось солнце, делая его волосы почти золотыми. За его плечом молчаливо, с участием в темно-синих глазах, поглядывала незнакомая девушка.

От разглядывания меня оторвал короткий рык.

Резко обернувшись, с тревогой посмотрела в сторону мужа и сына, от увиденного горло сжало ледяной рукой, мешая полноценно вздохнуть. Уже обернувшийся в ирбиса Леонардо игриво наступал на малыша, то пригибаясь к земле, то напрыгивая. Сердце учащенно забилось, грозя протаранить грудную клетку.

— О, нет. Он же маленький! Леонардо!

На плечо опустилась тяжелая рука, припечатывая к месту. Оказывается, я и сама не заметила, как сделала несколько шагов, собираясь рвануть к своему ребенку, тем самым нарушив всякие обещания и правила.

— Не стоит. Вы можете помешать.

Меня принудительно повернули, удерживая и вынуждая смотреть в безмятежное лицо.

За спиной раздавался детский писк, выкручивающий жилы и мутящий разум, вызывающий лишь единственное инстинктивное безусловное желание – защитить, и грозные протяжные рычания, словно призывающие к чему-то.

— Спокойно. Дышите глубоко. Я знаю, что вы сейчас чувствуете. Все матери через это проходят, отцам, поверьте, не легче. Но таковы традиции и правила. Необходимость, если хотите, без которой оборот невозможен. Понимаете меня, Алина? Все под контролем, все в порядке. Слышите?

Медленно кивнула, зажмуриваясь, пытаясь держать себя в руках, отвлечься от того, что происходит за спиной.

— Спасибо вам.

— Не за что. Мое имя Райан. Я являюсь действующим старейшиной нейтрального поселения. А эта очаровательная, стеснительная леди – Ара.

— Приятно познакомиться с вами, мисс Алина, — тихим, но тем не менее звонким голосом произнесла девушка.

— Мне… тоже.

Райан улыбнулся глазами и посмотрел мне за плечо, вместе с тем лес огласил торжествующий рык.

— Ну, вот и все. Ваш сынишка справился. Он очень сильный.

Медленно повернувшись, прислонила руку ко рту, улыбаясь сквозь слезы.

Ирбис лежал на боку, а возле него носился маленький пушистый пятнистый котенок.

Такой забавный и смешной, что я не сдержала облегченного смеха.

У них получилось!

— Вы можете подойти. Опасность миновала. Идите к своей семье, Алина, — меня мягко подтолкнули в спину, и я пошла.

С переполняющими нутро чувствами, на подгибающих ногах, под надзором десятков понимающих глаз шагала к близким. На полпути подбежал сын, тыкаясь носиком в ноги и утробно урча. Рухнув на колени, прижала малыша к влажной щеке, солнечно улыбаясь. К нам, мягко ступая лапами, подобрался ирбис, утыкаясь лобастой головой в плечо. Почесав любимых мурчащих котов за ушками, обняла одного и второго за шеи, выдыхая:

— Я безумно сильно вас люблю.

Эпилог 2.1

[Спустя несколько лет]

Алина

— Душа моя, не сопи. Ты зря волнуешься, с Таем за время нашего отсутствия ничего не случится, — выполняя диагональную парковку у здания одного из самых дорогих ресторанов столицы Мавридонии, ласково произнес Леонардо, поворачиваясь ко мне и опуская руку на коленку, слегка сжимая.

Обиженно покосившись на мужа, фыркнула:

— Не нужно было оставлять сына одного. Мало того! Ему почти четыре года, Леонардо. Четыре! А Тай, кроме стен, территории поместья и твоей дурацкой серверной, вообще ничего не видел в этой жизни. А теперь еще и пропустит встречу с родными. И ладно, что Лара сказала, что детей они решили не брать. Я их понимаю, другой штат и все такое. Но мы-то не на другом континенте!

— Ты несправедлива. Актайр, во-первых не один, с Флаймами и штатом прислуги, а во-вторых, видел нейтральное поселение, — попытался отшутиться Лео.

Ну, это он зря.

— В день своего оборота?! — взвивалась я. — Скажи, дорогой муж, сколько мы пробыли в поселении? Так я тебе напомню! Два дня, Леонардо. Два дня! И сколько он видел за эти два дня? Ты увез нас тем же вечером обратно в поместье!

— Я знаю, родная. Но и ты знаешь, почему так происходит, — он хитро улыбнулся: — Я же не держу его в закрытом бункере.

— Еще чего не хватало!!!

Лео вздохнул, покачал головой.

— Родная…

Мне стало немного стыдно. Прекрасно я все знала, но мне так было жалко пропадающее детство сына, что внутри все разрывалось от горечи. В свои четыре года Тай был слишком серьезен. Слишком. Иногда его совсем не детский взгляд и взрослые рассуждения выбивали из колеи. Но он тот, кто он есть и другим не будет.

— Прости меня, пожалуйста, ладно? Мне просто больно видеть, как наш мальчик лишается того, что положено детям его возраста. Общения со сверстниками, да хотя бы с детьми Лары и Лены. Они же семья. Понимаешь?

— Понимаю, — меня погладили по щеке, и я мгновенно прильнула к надежной ладони.

В отсвете заходящего солнца на пальце любимого блеснул холодно-синим светом мой перстень.

— Однако до десяти минимум лет поменять ничего невозможно, моя хорошая. Никаких посторонних людей и оборотней. О сыне вообще никто раньше времени не должен знать. Актайр и так растет в непозволительных для его сути условиях. Слишком многое позволено.

Разочарованно вздохнула, опуская голову. Муж, немного помолчав, тихо проговорил:

— Посмотрим, что через пару лет будет с его навыками и контролем, возможно, Тай справится раньше. Он способный.

— Ты, правда, так думаешь?

— Да.

Ура!

Облегченно вздохнув, радостно разулыбалась. Наклонившись, поцеловала любимого деспота в прохладные губы. Его ладонь тут же опустилась на затылок, поцелуй углубился, становясь жарким, голодным.

Спустя несколько минут муж нехотя отстранился первым, укоризненно посмотрел в мои осоловелые глаза и положил ладонь на внушительный бугор, таранящий ширинку брюк.

— Ну, и как мне теперь, скажешь, в таком состоянии предстать перед родственниками?

Я хихикнула:

— Со счастливой улыбкой, милый. Со счастливой улыбкой. Сам виноват.

Тяжелый вздох стал мне ответом.

* * *

Смело шагнув за мужем в специально открытую только для нашего круга ресторацию, мгновенно окунулась в гул веселых разговоров, смеха и шуточек, невольно улыбаясь теплой атмосфере. Однако стоило присутствующим заметить нас, как все разговоры разом стихли и повисла оглушающая тишина. На меня и Леонардо вытаращились с таким удивлением, что мне стало не по себе, улыбка поблекла.

Но стоило мне обратить внимание на Лизавету Михайловну, - содиректора прежнего места моей работы и по совместительству второй матери, - которую, словно великую драгоценность, со всей аккуратностью и нежностью приобнимал широкоплечий темноволосый отдаленно знакомый мужчина, как изумленно таращилась уже я. Ага. Точнее сказать, на Лизаветин огромный и глубоко беременный живот.

Ого… Вот это новости! А обнимающий мужчина, насколько я припоминала, — Димитрий Лерански. Он был в числе тех, кого мистер Айсар отправил вперед себя в Котофф с проверкой документации и теперь я видела кое-что еще. Этот мужчина несомненно являлся оборотнем.

— Эм, — глубокомысленно выдала, растерянно взглянув на мужа. Тот невозмутимо взял меня под ручку и повел к широкому столу.

— Всем доброго дня, — ровно произнес муж, тем самым разряжая тишину.

— Здравствуйте, — тихо пробормотала, с трудом отводя взгляд от живота Лизаветы и перемещая на лицо.

Женщина безмятежно мне улыбнулась и пожала плечами, словно говоря: сюрприз. Смутившись, слабо улыбнулась в ответ, приветственно кивнула Дину и мистеру Айсару. А вот Лары и мистера Бернара с Леной не наблюдалось, как и Адриана с уже давно ставшей мне второй близкой подругой — Ульяной

— Доброго, дядя. Алина, — первым откликнулся Айсар, привставая. — Если честно, предполагали, что вы не приедете.

— А я знала, что обязательно приедут! — послышался за спиной радостный звонкий голос Иларии, и меня обняли маленькие ладошки подруги, а в спину уткнулось нечто большое, упругое.

Счастливо улыбнувшись, обернулась, вновь роняя челюсть. Подруга, как и ее мама, также оказалась глубоко беременной.

Вот это да-а-а.

— А, эм… — выдавила, смотря то на живот Лары, то на Лизаветы Михайловны. — А где… остальные? Не приехали, да?

— Да нет, все здесь. А, кроме Адриана и Ульяны, они немного запаздывают, ты с ними еще познакомишься.

Скоромно промолчала, что и так с этой парочкой очень даже знакома.

— А вот у Лены в этот раз оказался жуткий токсикоз, и, в общем, она на пару с Бером в туалете. Облегчаются.

— Что, оба?

Лизавета усмехнулась, а мужчины весело хмыкнули. Лара же захихикала в ладошку.

— Может, и оба.

— Просто клуб беременяшек, — тихо пробормотала, усаживаясь за стол рядом с мужем. Зал взорвался громогласным хохотом, смущая меня.

Рядом плюхнулась Лара и тоже, как и почти все, захохотала. А Лео наклонился к моему уху и вкрадчиво прошептал, заставляя краснеть с ног до головы:

— Я уже подумываю, чтобы сегодняшней ночью вновь заняться еще одним маленьким котенком. Столько мотивации… грех не воспользоваться наглядным примером.

Наигранно осуждающе зыркнув в сторону мужа, кивнула в ответ на его вопросительный взгляд по поводу тарелки с салатом.

Потекла мирная беседа.

Спустя минут пятнадцать к столу вернулись немного зеленоватая, с еще пока не слишком заметным животиком Лена и взъерошенный, хмурый Бернар. Лена, заметив Леонардо, из бледно-зеленой превратилась просто в бледную, шагнула за спину своего большого мужа. Мистер Бернар раздосадовано покачал головой, повел ее к месту подальше от Лео.

— Дядя, рад видеть. Можно тебя на несколько слов?

— Да, конечно.

Лео повернулся ко мне, целуя в лоб.

— Я сейчас вернусь, малыш.

Со всех сторон послышались изумленные вздохи.

Проследив за удаляющимся мужем и мистером Бьорном, повернулась, успевая заметить, с какими эмоциями на меня смотрели близкие. И недоверие преобладало. Ну да. Мой муж – мистер Лед, невозмутимый пушистый тиран, с осколками льда вместо глаз.

Да-да, я в курсе.

Лена последней отвела странный взгляд, с отвращением посмотрела на еду, сморщила носик и, отодвинув тарелку, тихо обратилась к Лизавете.

О чем они говорили, я не прислушивалась, к тому же ко мне склонилась подруга, заговорщицким тоном поинтересовавшись:

— Смотрю, у вас с Лео более чем все хорошо?

— Да, — смущенно ответила, беря в руки бокал.

— Ну вот, я так рада, — она широко, солнечно улыбнулась. — А ты еще хотела сбежать. Глупая была, да?

С недоумением посмотрела на подругу. Лара, как и, думаю, все присутствующие, не знала, что у нас действительно происходило. Бросив быстрый взгляд в сторону своего скрытного деспотичного мужа, медленно кивнула.

— Глупая. Не спорю.

— Здорово, что ты все поняла. Ой, все так классно закончилось, что даже не вериться! С дядей Лео ты наверняка чувствовала себя принцессой из сказки с грозным драконом. А какими глазами он тебя поедал еще тогда, а уж сейчас... ой-ой.

В этот момент лежащий рядом с тарелкой телефон тренькнул, и я, извинившись перед подругой, быстро его схватила, специально отклоняясь так, чтобы Лара случайно чего не прочитала. Еще в машине перед выходом интересовалась у оставшихся бдить за ребенком в поместье Флаймов, как у них дела, и сейчас Ярин коротко отвечал, что все в порядке. Сына уложили спать.

Облегченно вздохнув, виновато улыбнулась на вопросительный взгляд Лары:

— Экономка. Спрашивала, что приготовить на завтрак.

— Вау! У вас и экономка есть. Айсар тоже хотел нанять постоянный персонал, я не дала. Сама теперь понимаешь: посторонние люди и все дела. Но знаешь, тоже уже подумываю, чтобы принять постороннюю помощь.

— Понимаю, — тихо ответила. — Еще как понимаю.

— Ну вот. А вам с дядей Лео осталось только обзавестись маленьким котенком, — щебетала подруга. — Нет, ты не бойся, родится не котенок, а вполне ребенок. Котенком он станет потом. Так что не переживай. Тем более вы же предначертанные.

Наивная у меня подруга. Тому самому котенку почти четыре года. Вот для подруги будет сюрприз, когда все откроется.

Хи-хи.

— А как у вас все случилось, ну... в этом плане? Первая же сдалась, да? С таким мужчиной, как мистер Фрост, не поддаться соблазну наверняка трудно. Ай, да не смотри на меня так... осуждающе! Интересно же! Я тебе подруга или где?! Ладно-ладно, можешь не отвечать, сама догадалась. Ой, я так за вас рада, так рада

Медленными глотками попивая вино, тепло улыбалась, кивая каждому ее слову.

И, черт возьми, как мне в тот момент было хорошо.

* * *

Леонардо не хотелось оставлять жену хоть на минуту, несмотря на то, что она находилась в кругу родни. Однако предполагая, что могло понадобиться от него племяннику, Лео позволил себя увести.

Отойдя на несколько шагов от стола, с трудом удерживающий волнение Бернар повернулся к Леонардо.

— Слушай, дядя, такое дело… — Бер замялся, зарываясь пятерней в волосы, и с заметной тревогой в янтарных глазах посмотрел в сторону пары. — С Леной творится что-то неладное. Точнее, с беременностью. Никто не может толком объяснить, почему на этот раз ей так плохо.

Леонардо добродушно усмехнулся:

— Все просто, Бернар. Твоя пара носит близнецов. Двоих медвежат. Для человеческого организма, хоть и имеющего примесь нашей крови, слишком большая нагрузка. Но она справится.

— Что? — вытаращился на него племянник. — Как? Это точно?

— Срок еще слишком маленький, но точнее не бывает.

На лице Бера отразилось блаженное счастливое выражение.

— Двое медвежат… Двое медвежат! Их двое!

— Именно.

— Лена!!! Девочка моя!…

Скрестив руки на груди, Леонардо с теплотой наблюдал за кружащим свою повизгивающую пару племянником и поздравляющей счастливых родителей родней. Перевел взгляд на свою девочку, неотрывно смотрящую в ответ, посылая ей любовь и обещание, что сегодня ночью кто-то тоже точно отправится за еще одним котенком.

Поймав его мысленный посыл, Алина мило, как умела смущаться только его пара, покраснела, прикрывая ресницы, нежные губы приоткрылись, шепча:

— Я твоя, мой мистер Лед.

Content

Мой очаровательный мистер Лёд

Мой очаровательный мистер Лёд ,

Аннотация

Глава 1

Глава 2

2.1

Глава 3

3.1.

Глава 4

4.1.

Глава 5

5.1.

5.2.

Глава 6

6.1.

Глава 7

7.1.

Глава 8

8.1.

Глава 9

9.1.

Глава 10

10.1.

Глава 11

11.1.

Глава 12

12.1

Глава 13

13.1

Глава 14

14.1

Глава 15

15.1

Глава 16

16.1

Глава 17

Глава 18

Глава 19

19.1

Глава 20

20.1

22.1

Эпилог 1. О счастливых моментах и неожиданностях

Эпилог 2. О силе чувств и радостях долгожданной встречи

Эпилог 2.1