Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Открытие Ур-лож.

Предисловие

Джоэле Магальди (14 июля 1971), историк, политолог и философ, бывший досточтимый мастер ложи "Гора Сион Рима" (Великий Восток Италии - ВВИ), член Ур-ложи "Томас Пейн", великий мастер масонского движения "Великий Демократический Восток". Защитник солнечных обязательств и прогрессивный масон, служил также в "Радикальной Народной Демократии" (РНД) и движении Рузвельта. Среди его публикаций: "UT PHILOSOPHIA POESIS" (Pericle Tangerine) и "Алхимия. Историографическая и герменевтическая проблема" (Mimesis).

Лаура Мараньяни, журналистка ("Эуропео", "Панорама"), написала "ДЕВУШКИ ИЗ БЕНИНА" (Melampo), “ECCE OMO” (Rizzoli), “РЕБЯТА ИЗ '76” (Utel).

Посвящения

Ирен, по многим причинам и пристрастиям.

Олимпии де Гуж и Элеоноре Рузвельт, свободным женщинам хороших нравов.

Вся трилогия "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", из которой данная книга представляет собой первый том, будет посвящена, главным образом, Олимпии де Гуж (1748-1793) и Элеоноре Рузвельт (1884-1962), самым великим и смелым среди сестёр, которые когда-либо надевали масонский фартук и непрестанно работали во имя блага и прогресса человечества.

Но как не упомянуть, среди многих других "свободных женщин добрых нравов"[3], которые посвятили свои жизни благородным и высоким масонским принципам (хотя и при некоторых тенях, неизбежных в присутствии огня), также нижеперечисленным свободным каменщицам:

Мэри Уолстонкрафт (1759-1797), Софи де Кондорсе (1764-1822), Гарриет Тейлор-Милль (1807-1858), Кристина Тривульцио Бельджойозо (1808-1871), Мария Аделаида Дерэм (1828-1894), Джесси Вайт Марио (1832-1906), Лукреция Коффин Мотт (1793-1880), Матильда-Франциска Аннеке (1817-1884), Мальвида фон Мейзенбуг (1816-1903), Сьюзен Браунелл Энтони (1820-1906), Джулия Уорд Хоу (1819-1910), Элизабет Кэди Стэнтон (1815-1902), Елена Петровна Блаватская (1831-1891), Анни Безант (1847-1933), Эммелин Панкхёрст (1858-1928), Мария Склодовская-Кюри (1867-1934), Марта Беатрис Уэбб (1858-1943), Вирджиния Вульф (1882-1941), Мария Монтессори (1870-1952), Голда Меир (1898-1978), Альва Мюрдаль (1902-1986), Индира Ганди (1917-1984).

Своеобразное посвящение следует сделать провозвестнику и первомученику современного масонства, Джордано Бруно (1548-1600).

Кроме того необходимо сделать посвящение следующим братьям-масонам (они тоже носители света посреди незначительных затмений):

Джон Локк (1632-1704), Исаак Ньютон (1642-1727), Джон Теофил Дезагюлье (1683-1744), Монтескье (1689-1755), Вольтер (1694-1778), Вольфганг Амадей Моцарт(1756-1791), Джакомо Казанова (1725-1798), Калиостро (1743-1795), Чезаре Беккариа (1738-1794), Бенджамин Франклин (1706-1790), Джордж Вашингтон (1732-1799), Томас Джефферсон (1743-1826), Томас Пейн (1737-1809), Николя де Кондорсе (1743-1794), Оноре Габриель Рикети Мирабо (1749-1791), Филипп Эгалите (1747-1793), Жак Бриссо (1754-1793), Камиль Демулен (1760-1794), Жан Батист Ламарк (1744-1829), Жильбер Лафайет (1757-1834), Жак Лаффит (1767-1844), Франсиско Миранда (1750-1816), Наполеон Бонапарт (1769-1821), в республиканский период его деятельности, Рафаэль Риего-и-Нуньес (1784-1823), Джордж Гордон Байрон (1788-1824), Александр Константинович Ипсиланти (1792-1828), Хосе де Сан-Мартин (1778-1850), Симон Боливар (1783-1830), Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837), Самуэл Хауи (1801-1876), Уильям Ллойд Гаррисон (1805-1879), Ральф Уолдо Эмерсон (1803-1882), Тадеуш Стивенс (1792-1868), Чарльз Самнер (1811-1874), Бенджамин Франклин Уэйд (1800-1878), Уильям Каллен Брайант (1794-1878), Карл Шурц (1829-1906), Александр Иванович Герцен (1812-1870), Джузеппе Мадзини (1805-1872), Джон Стюарт Милл (1806-1873), Джузеппе Гарибальди (1807-1882), Жюль Мишле (1798-1874), Пьер Жозеф Прудон (1809-1865) в зрелости, за то, что он не отрёкся от всего лучшего в социализме, говоря о важности свободного рынка, частной собственности и гражданского общества, как и многих либертарианских и плюралистических препятствиях на пути потенциального установления авторитарной власти государства, Луи Блан (1811-1882), Виктор Гюго (1802-1885), Лайош Кошут (1802-1894), Чарльз Дарвин (1809-1882), Хосе Марти (1853-1895), Лев Николаевич Толстой (1828-1910), Джозуэ Кардуччи (1835-1907), Макс Вебер (1864-1920), Джон Дьюи (1859-1952), Леонард Хобхаус (1864-1929), Зигмунд Фрейд (1856-1939), Теодор Рузвельт (1858-1919), Томас Вудро Вильсон (1856-1924), Эдуард Бернштейн (1850-1932), Джордж Бернард Шоу (1856-1950), Мустафа Кемаль Ататюрк (1881-1938), Джерард Своуп (1872-1957), Джон Мейнард Кейнс (1883-1946), Франклин Делано Рузвельт (1882-1945), Мохандас Карамчанд Ганди, прозванный "Махатма" (1869-1948), Александр Фёдорович Керенсский (1881-1970), Джордж Оруэлл (1903-1950), Карл Густав Юнг (1875-1961), Альберт Энштейн (1879-1955), Джордж Маршалл (1880-1959), Клемент Эттли (1883-1967), Гарри Труман (1884-1972), Уильям Беверидж (1879-1963), Чарли Чаплин (1889-1977), Анджело Джузеппе Ронкалли, ставший папой Иоанном XXIII (1881-1963), Антонио де Куртис, прозванный "Тото" (1898-1967), Мартин Лютер Кинг (1929-1968), Меуччо Руини (1877-1970), Федерико Каффе (1914-1987), Карл Поппер (1902-1994), Альтьеро Спинелли (1907-1986), Гуннар Мюрдаль (1898-1987), Пол Фейерабенд (1924-1994), Гарольд Вильсон (1916-1995), Томас Кун (1922-1996), Роберт Уильям Комер (1922-2000), Джон Ролз (1921-2002), Джон Кеннет Гэлбрейт (1908-2006), Джеймс Хиллман (1926-2011), Артур Мейер Шлезингер (1917-2007), не забывая о многих других, таких же деятелях прогресса, живших с нами, которые также будут упомянуты в ходе трилогии "Масоны".

Отдельное посвящение, во избежание всех недоразумений, разочарований и ссор вне времени и пространства, – Джузеппе "Пино" Абрамо (1933-2014).

Кроме того посвящается Ивану Моска (1915-2005), Франко Куомо (1938-2007), Теду Кеннеди (1932-2009), Антонио Джолитти (1915-2010), Микеле Раффи (1968-2013), Розарио "Рино" Морбеньо (1930-2013), Карло Мария Мартини (1927-2012), Эрнест Боргнайн (1917-2012), Рита Леви Монтальчини (1909-2012), Хьюго Чавесу (1954-2013), Нельсону Мандела (1918-2013), Арнольду Фоа (1916-2014), Габриэлю Гарсия Маркесу (1927-2014), Итало Либри, Энрико Симони и всем тем масонам каждой географической широты Вечного Востока, которые своими мыслями и действиями воплотили в себе достоинства и недостатки, размах и страдания, слабость и силу пути масонского посвящения.

Ур-ложи, настоящие герои истории

Что связывает Эдмунда Берка, британского масона, родившегося и умершего в XVIII веке, с покушением на папу Войтыла в 1981 году? Что общего у Анджело Ронкалли, избранного папой в 1958 году под именем Иоанна XXIII, и авторов американской "Декларации независимости"? Какая красная нить связывает убийство Мартина Лютера Кинга с операцией "Кондор", после которой Латинская Америка в 70-е превратилась в огромный концлагерь?

Почему сильные мира сего, среди которых отметились Збигнев Бжезинский, Дэвид Рокфеллер, Генри Киссинджер и Джимми Картер, Рональд Рейган, Джордж Буш-старший и Билл Клинтон, Джордж У. Буш и Барак Обама в первый президентский срок, Маргарет Тэтчер и Тони Блэр, Герхард Шрёдер, Ангела Меркель, Ясухиро Накасонэ, Таро Асо, Борис Ельцин и Владимир Путин, Валери Жискар д'Эстен и Франсуа Миттеран, Жак Ширак, Николя Саркози и Франсуа Олланд, Алан Гринспен и Генри Полсон, Роберт Рубин и Ларри Саммерс, Роберт Зеллик, Жан-Клод Трише, Кристин Лагард, Марк Карни, Джейми Даймон и Ллойд Бланкфейн, Дэн Сяопин и Си Цзиньпин, Карло Адзелио Чампи и Джорджо Наполитано, Марио Монти, Марио Драги – борются и продолжают бороться, хоть и в разной степени, ради некоей глобализации, которая ставит на колени миллиарды людей во всём мире?

Книга "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" предлагает неопубликованные материалы ХХ века и первых пятнадцати лет XXI века. Опираясь на исследования и тщательное изучение, хоть и неоконченное и живое, имеющихся документов международных прогрессивных Ур-лож (среди которых "Томас Пейн", "Иоанн", "Монтескье") и документов, тщательно охраняемых членами некоторых других Ур-лож консервативной и неоаристократической направленности, такими как "Эдмунд Берк", "Роза ветров", "Левиафан", "Три Глаза", "Белый Орёл", в "Хатхор Пентальфа"[4], эта книга поможет открыть глаза на закулису мировой власти и настоящих героев последних десятилетий – так называемые Ур-ложи.

От создания Европы до Шестидневной войны и войны Судного Дня, от распада советской империи до кризиса еврозоны наших дней и непрекращающегося и архетипического израильско-палестинского конфликта – кажется, мало что уходит из-под внимания и контроля этих тайных и мощных Ур-лож, космополитических и международных образований, которые объединяют выдающихся личностей современности и объединяются или враждуют между собой на протяжении десятилетий, порой трагично и жестоко, в свете прогрессивных или наиболее консервативных и олигархических течений в масонстве. Тут не обходится без нюансов и серых зон, состоящих из умеренных, которые не хотят ввязываться в это драматическое братоубийственное столкновение за мировую и местную власть.

Невидимая война между прогрессивными и консервативными масонами

"Масоны" это произведение в трёх томах, которое берёт за руку и последовательно проводит непосвящённых в самые тайные коридоры власти современного мира, шаг за шагом показывает различные аспекты этой борьбы за гегемонию и господство. Проливается свет на реальные социально-политические, идеологические и культурные события, которые повлияли на становление современного общества. Начиная с ярких выступлений братьев-непосвящённых, либералов, либертарианцев и демократов (среди которых Бенджамин Франклин, Джордж Вашингтон, Томас Джефферсон, Томас Пейн, Жильбер Лафайет, Оноре Габриель Рикети Мирабо, Николя де Кондорсе, Олимпия де Гуж, Жак Бриссо) в американской и французской революциях, обе из которых проникнуты масонскими принципами, идеалами и событиями; от борьбы за независимость в Латинской Америке и Европе вплоть до Гражданской войны и отмены рабства в США[5]; от первого успеха либерального социализма и демократии в русской Февральской революции 1917 (возглавленной прогрессивным масоном Александром Фёдоровичем Керенским) до Великой Октябрьской социалистической революции того же года, проведённой в максимальной степени масоном-коммунистом и элитарием Владимиром Ильичом Ульяновым-Лениным, который основал в Швейцарии международную Ур-ложу "Жозеф де Местр".

В 20-е годы ХХ века длительная эпоха прогрессивных и демократических масонов (создателей открытых, свободных, светских, разносторонних, конституционных, парламентских обществ, основанных на верховенстве закона, разделении властей и всемирных правах человека и гражданина, от английской революции 1689 года и революций в Европе и Америке в XVIII-XIX веках, до учреждения Лиги наций в XX веке) подвергается нападкам элитных и консервативных масонских течений, желающих реализовать верховную власть Запада и мира на неоаристократических началах, то есть с опорой на олигархов и иерархии духовного посвящения (не экономику и финансы), как в своё время "Старый порядок" основывался на идее превосходства дворянской крови и церковных олигархов, объединённых идеей иерократического и конфессионального строения общества, иерархически организованного в его основных точках и созданного из множества подданных, лишённых каких-либо гражданских прав или самостоятельности.

Согласно этой траектории, которая представляет собой программную инволюцию по сравнению с демократическим развитием последних столетий, начиная с "лабораторных опытов", представленных режимами Ленина, Сталина, Муссолини и Гитлера, и кончая упадком прогрессивного развития Кеннеди в США и умеренных реформ II Ватиканского Собора, проведенный прогрессивным масоном Анджело Ронкалли, а заканчивая переворотами (успешными или только попытками) в Греции, Италии и Латинской Америке в 60-е и 70-е годы, так называемые реакционные и неоаристократические масоны (с помощью крайне правых или крайне левых режимов, названных так из-за поверхностного восприятия этих сложнейших масонских явлений социально-политической инженерии, направленных на ликвидацию демократии и свободы) пытаются перевернуть вектор либерально-социалистического и демократического развития современности в будущем.

Извечный вектор, идеологически выразившийся во "Всеобщей декларации прав человека", утвержденной ООН 10 декабря 1948 года под эгидой прогрессивной масонки Элеоноры Рузвельт (жены и сестры более выдающегося лидера прогрессивных масонов начала ХХ века, Франклина Делано Рузвельта, который вместе с умеренным и бывшим консервативным масоном Уинстоном Черчиллем и многими другими собратьями либералами и демократами, положил конец варварскому фашизму) и облечённый в первые годы после Второй мировой войны в разумное применение Плана Маршалла для Европы[6], а также в первоначальные предложения "Государства всеобщего благосостояния" – всё это предложения, вдохновлённые теориями социальной справедливости в условиях свободного рынка, пропагандируемыми прогрессивными масонами Джоном Мейнардом Кейнсом и Уильямом Бевериджем.

Данный многолетний курс прогрессивных масонов был ещё более усовершенствован в последующие десятилетия ХХ века, благодаря анализу и идеологическим исследованиям (а также очень прагматичным и важным конкретным инициативам политико-социальной и экономической жизни) радикально либертарианских и демократических масонов, таких как, среди прочих, Мартин Лютер Кинг (1929-1968), Джон Ролз (1921-2002), Артур Шлезингер-Младший. (1917-2007), Джон Кеннет Гэлбрейт (1908-2006), Зигмунт Бауман (1925 г.р.), Амартия Сен (1933 г.р.).

Последний акт этой многолетней борьбы, сегодняшний процесс всемирной социальной бойни (который в более изысканной форме продолжает эксперименты олигархических и антидемократических фашинацистов 20-х и 30-х годов ХХ века), спланированной теоретиками новой реставрации почти полвека назад, реализуется в геометрической прогрессии на живой плоти населения Европы, Запада и всей планеты, в особенности в последние годы, начиная с больших и неоднозначных событий в 2001-2004 годах, а затем в так называемом кризисе 2007-2008 годов.

Но кто эти дерзкие и самозваные "просвещённые"[7] в руководстве масонства, которые мечтают о возврате неоаристократического и технократического управления в Европе и в мире? Что именно они предлагают? Откуда они пришли, как действуют, какими фигурами способны ходить на планетарной шахматной доске, с Востока на Запад, с Севера на Юг? Кто сможет противостоять их неолигархическим манёврам и какими средствами?

Трилогия о власти

"Масоны" это трилогия, написанная после ознакомления с неопубликованными архивами, наполненная историческими и социоантропологическими ссылками, которые помогают придать контекст соответствующим исследованиям.

Мы хотели бы подчеркнуть как в этой книге, так и в более поздних, что нашей целью было, среди всего прочего, также вспомнить, на каких идеологических и материальных предпосылках происходило становление на протяжении веков, Средневековья и Возрождения, того революционного общества, каким стало масонство, сосредоточив основную часть повествования на современности.

В действительности мы получили много жалоб (со стороны многих потенциальных читателей, проявляющих любопытство к этим материалам) как раз на то, что в многочисленных публикациях на тему масонства, невозможно связать между собой проблемы происхождения и современное масонство.

В жалобах также указывается, что эти самые публикации на тему масонства ограничиваются "сонными" расследованиями монографического толка, более или менее основательными, но всё же ограниченными и доступными лишь узкому кругу специалистов, но также мало поясняющим отношения между масонами и светским обществом; или же это обычные книги, небрежно составленные и пронизанные идеями всемирного заговора или антимасонского духа; или, возможно, это какие-то серьёзные или нет работы публицистов и/или журналистов, не совсем сведущих в вопросе; или какие-то статейки успокоительного и мечтательного плана (возможно, за подписью, какого-нибудь великого мастера в отставке, но не выше) в явных целях обелить кому-то биографию и/или ввести в заблуждение и напустить туману, – и скромные результаты явно идут не на пользу привлекательности повествования.

Трилогией "Масоны" мы намерены предложить совершенно инновационную парадигму, как в отношении векового и непреодолимого подъёма масонской власти, так и в отношении полностью масонских первоистоков современного мира, не говоря уже об управлении масонством некоторыми конкретно историческими субъектами, неизменно относящимися к миру национальные и международных и великих лож.

Чтобы читатель мог должным образом усвоить страницы, которые охватывают самые громкие, кровавые и деликатные аспекты, в которых выковывался современный мир, необходимо, чтобы на этот раз ему предоставили правильные инструменты толкования, выкованные историко-критическим сознанием, правильно созревшим и сформированным.

Чтобы сделать это, мы явственно чувствуем необходимость привести в данной работе последовательность, начиная с конца Второй мировой войны и от строительства первых зародышей европейского единства в 50-е годы XX века до планетарных событий чрезвычайных последующих десятилетий, которая приведёт читателя к открытию грозной силы международных Ур-лож - реальных героев истории ХХ века и на заре XXI века. История характеризуется не только эпохальными политическими, гражданскими, экономическими и культурными достижениями (подготовленными многочисленной плеядой прогрессивных масонов XVIII-XIX веков), но и коварными войнами, переворотами, убийствами, массовыми терактами и резнёй, причины и цели которых наконец-то становятся ясными; жестокими и братоубийственными схватками между масонами за гегемонию, которые привели к созданию неоднозначной глобализации, плоду "нежеланного и несчастливого брака" двух масонских фракций, идеологически непримиримых между собой. Непримиримых в вопросе прав человека и в отношении к проблеме управления человечеством в третьем тысячелетии: обязательно демократическом, кейнсианском, рузвельтском и ориентированном на социальную справедливость для одних, абсолютно неоаристократическом в политике и неолиберальном в экономике для других.

Всё это, украшенное ослепительной и смелой иллюстрацией того, как масоны из международных Ур-лож и некоторых особых традиционных масонских кругов после антимасонских кампаний середины XX века (в свете официальной политики Коммунистической Партии Китая), стало неофициально, но мощно возрождаться в Китае в начале 70-х годов XX века, обусловив политико-экономическую эволюцию этой восточной сверхдержавы в последующие десятилетия и до наших дней.

Трилогия "Масоны" проясняет тенденцию мировой литературе и некоторых современных средствах массовой информации путать причины со следствиями, или, может быть, желание сосредоточиться на вторичных причинах и последствиях, например, на национально-региональных, континентальных или мировых парамасонских обществах (полезных, с точки зрения масонства, в качестве "ширм"; очевидно эти секретные организации в итоге часто и с удовольствием служат видимыми и ценными "пугалами", чтобы скрывать менее заметные круги из менее заметных деятелей), и снимает многие завесы, чтобы вы узрели очевидный ряд так называемых международных Ур-лож.

Масонство и парамасонство

Уже много лет говорят о таких парамасонских организациях, как Трёхсторонняя Комиссия или Бильдербергский клуб, но все благополучно забывают, что создание, управление этими мировыми организациями осуществляется железной рукой ещё более скрытными обществами из вышеупомянутых Ур-лож.

Так, например, создание Билдельбергского клуба в 1954 году (реальная история которого остаётся неизвестной даже тем непосвящённым и посвящённым без статуса "работникам, уполномоченным в масонской работе", которые периодически выпускают громоздкие книги, полные тавтологий и сенсаций, достойные лучшего повода) стало совместной работой двух международных Ур-лож совершенно неизвестных широкой аудитории: "Пан-Европа" и "Роза Ветров".

Аналогичным образом Трёхсторонняя Комиссия была создана умелой и железной рукой масонами Ур-ложи "Три Глаза", истинного главного героя (наряду с другими конкретными международными Ур-ложами) истории второй половины ХХ века, с запада на восток, с севера на юг.

Но это всё методологический подход, который характеризует нынешнее состояние сознания современных работников СМИ, – когда при вопросе не возникает неловкого молчания, которое говорит о слепой вере тех, кто чувствует, что не имеет правильных инструментов, чтобы понять и раскрыть определённые темы, или о изысканной и циничной недобросовестности со стороны тех, кто имеет интерес, ради третьей стороны, не рассматривать некоторые вопросы, кроме как в свете скандалов, разоблачений и светских слухов – и в результате серьёзно вредит раскрытию темы масонства и парамасонства.

Чтобы для начала правильно сформулировать эти две темы, тесно переплетённые между собой (где, тем не менее, вы всегда должны иметь в виду, что парамасонские общества не существуют без поддержки Ур-лож), а также для того, чтобы обнажить масонское и/или парамасонское происхождение некоторых итальянских и европейских правителей, мы сфокусируемся на специфическом характере определённых парамасонских обществ и на отношения подчинения, которые связывают тех и других с вышестоящими масонскими кругами.

Структура и цели работы

Настоящий первый том "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Открытие Ур-лож" посвящён главным образом международным Ур-ложам – настоящим действующим лицам тайной и явной власти второй половины ХХ века, начиная с конца Второй мировой войны и рождения Европы (конститутивно вдохновлённого масонскими кругами) и заканчивая знаменательными и эпохальными событиями наших дней.

Во втором томе "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Глобализация и масонство" анализируются подробности, предпосылки, цели и результат действующего проекта неоконсервативной антидемократической глобализации, показывая дискуссии и столкновение, даже жестокое, которое разделило и по сей день разделяет братьев в Ур-ложах. Здесь вы найдёте лучшее объяснение некоторым вопросам, оставленным без внимания в первом томе.

Третий том "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Глубокие корни и неопровержимые причины политико-экономического кризиса XXI века" будет посвящён реконструкции некоторых важных этапов многовековой истории масонского движения, а также источникам конфликта между прогрессистами и консерваторами, от успеха революций XVIII-XIX веков, которым способствовали самые демократические масонские ложи, до ужасов фашизма и советизма, в которых некоторые из неоаристократических евроатлантических высших обществ были не только соучастниками, но также вдохновителями и финансистами. В этом томе, даже на фоне бурных происходящих событий, мы углубим некоторые темы, только упомянутые в первых томах.

Повествование трилогии "Масоны" будет углублено и расширено на страницах работы "Мировая власть и её досточтимые мастера" (разделён на два тома: "Подмастерья антидемократической глобализации" и "От открытых обществ к новому мировому феодализму").

Как указано в начале предисловия, это коллективная работа, проведённая, скоординированная, контролируемая и выпущенная Джоэле Магальди (который берёт на себя всю ответственность, даже юридическую, за её содержание), при фундаментальном сотрудничестве некоторых авторитетных инсайдеров международной масонской сети. Повествовательное содержание работы основано не только и не столько на простой светской разведке (всё ещё научно ориентированной и совершенно неизвестной для предлагаемой интерпретации) некоторых особенно значимых событий, которые сопровождали рождение и формирование современного мира. В проекте, по сути, используются систематические исследования документальных материалов, недоступных для непосвящённых учёных, исследующих становление современного глобализованного общества. Такие документальные материалы в настоящее время хранятся в частных архивах Ур-лож и в столь же конфиденциальных архивах некоторых престижных обычных лож или у некоторых видных членов международной масонской аристократии.

Далёкие от любых идей мирового заговора, в этой работе мы предложим мирное, равноправное и объективное изложение актуальных проблем, насколько это возможно для субъективной оценки рассказчика, тем не менее, с учётом его собственного мировоззрения и собственного опыта.

В конечном счёте, по нашему разумному мнению, ни один деятель СМИ, который хочет быть принят всерьёз и назван строгим и кропотливым профессионалом, ни один человек из учреждений, которые хотят доказать суверенному народу, что он заслуживает его доверия, так как обладает, по крайней мере, минимальным навыкам и знаниям для критики общества, в котором он живёт, ни один учёный в области истории, социологии, антропологии, политолог, который хочет назвать себя современным и заслуживающим доверия перед лицом своих коллег и студентов, ни один обычный гражданин, который хочет расстаться с чувством неполноценности и невежества по отношению к самым тревожным событиям мировой закулисы, не может не прочитать все три тома, на которые разбита эта работа и последующие два тома "Мировая власть и её досточтимые мастера". Ни один читатель, после внимательного прочтения, не сможет сказать, что не понимает, что такое масонство и чем занимаются масоны – настоящее общество с неограниченной ответственностью в современной власти.

Власть в фартуке

Лаура Мараньяни

Кто такой брат (еретик) Джоэле Магальди

Я познакомилась с Джоэле Магальди – уже досточтимым мастером престижной масонской ложи Рима "Гора Сион", подчинённой "Великому Востоку Италии" (ВВИ), будущим великим мастером масонского движения "Великий Демократический Восток" (God) – в мае 2010 года, когда он был ещё простым диссидентом ВВИ и в оппозиции тогдашнему великому мастеру Густаво Раффи. "Простой" – это не совсем верное прилагательное: ничто в Магальди не было простым; его и сейчас нельзя назвать простым. Даже в сорок лет он был человеком не очень высоким, но хорошо сложенным и мускулистым (в молодости он занимался контактным боксом и всегда это подчёркивал), необычайно красноречивым, с живым взглядом, всегда одетым безупречно, иногда даже немного щеголевато; он вечно опаздывал и всегда немного таинственно, будто только что вышел с совещания, где решались судьбы мира.

В те дни на самом деле решалась его судьба в "Великом Востоке": посвящённый в двадцать шесть лет по настоянию двух тяжеловесов из дворца Джустиниани[8]: будущего великого секретаря Джузеппе Абрамо и бывшего великого мастера Ивана Моска, выдающегося эзотерика, – молодой Магальди, который изучал философию и алхимические тайны (семейная страсть, как выяснила я, получив в подарок его книгу, посвящённую алхимии), всего в тридцать четыре года уже был досточтимым мастером в ложе "Гора Сион" и имел 30-ую степень шотландского древнего и принятого обряда. Рекорд - самый молодой досточтимый мастер в Италии.

Он так же быстро стал своего рода преемником Густаво Раффи, так как был приведён в высшие эшелоны ВВИ, а потом спустя некоторое время лоб в лоб столкнулся с обитателями дворца Джустиниани, поставив под вопрос практически всё и всех: великих мастеров, их дела и делишки, "дефицит демократии, плюрализма и внутренней свободы"; поэтому ему несколько раз выносили предупреждение, потом несколько раз отстраняли, а затем наконец исключили из ложи. Но он не сдался: и, чтобы быть восстановленным в высшем масонском послушании в Италии, обратился на глазах ошеломлённых собратьев в гражданский суд. Такого никогда не было за всю историю масонства. Передать внутренние дела посвящённых в руки светских людей? Да ещё и женщине-судье? Это было почти издёвкой, так как женщины в ВВИ даже не допускаются. Хуже: пахло провокацией, ересью.

Однако для культиста типа Джордано Бруно быть еретиком – добродетель. "Истинные причины моего изгнания заключались именно в том, что я был "еретиком", – настаивает он сегодня с явным удовлетворением. А именно? – Меня исключили за "преступное мнение" за то, что я осмелился критиковать действующего великого мастера. Прямо как в средневековой инквизиции. Никакой свободы масонской мысли".

Сейчас не время углубляться в детали спора, который длится уже много лет, учитывая скорость работы итальянского правосудия. Скажем только, что суд в Риме после долгих изнурительных слушаний заставил дворец Джустиниани отменить отстранение диссидента; а чтобы диссидент потом не смог вернуться к братьям, сторонники Раффи его в очередной раз исключили. Но в этот момент ему больше не хотелось бороться за восстановление. Мало того, что великий мастер Раффи, закончив свой третий срок, ушёл в частную жизнь, но тот же путь постепенно привёл брата Джоэле к вступлению в другие масонские круги – на этот раз международные. Так же как и книга "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" отличается международным масштабом.

Но вернёмся в 2010 год к тому разговорчивому масону-еретику с блестящими глазами, которого исключили из ВВИ, потому что слишком уж он противился методам управления Раффи. Сегодня, как и тогда, достаточно пяти минут вместе с бывшим достопочтимым мастером, чтобы понять, что он очень дорожит своим достоинством и правами, и что он не из тех, кто готов страдать от зла; действительно, он способен развязать термоядерную войну просто из принципа. Скажем так, евангельский девиз "подставь другую щеку" был придуман явно не для него.

Неудивительно, поэтому, что после того, как он затащил в суд великого мастера Раффи, которой так же был ему другом, настолько близким, что даже занимался его избирательной кампанией в 2004 году, в 2010 Магальди основал внутри "Великого Востока Италии" официально диссидентское течение "Великий Демократический Восток" (сокращённо God), и открыл одноимённый сайт, на котором стал выкладывать документы, суждения и обсуждения внутри итальянских лож, в том числе свои споры с великим мастером. Сайт был и остаётся открытым для глаз непосвящённых. Ещё одно новшество, которого в масонстве до сих пор не было.

Брат Сильвио

На самом деле до него мы многого никогда не видели. Июль 2010. На сайте God появляется "Открытое письмо № 1 к брату Сильвио Берлускони", с последующим "Открытым письмом № 2" – оба содержат наставления, политические советы, извещения в блестящем масонском стиле к посвящённому из Аркоре. Председатель итальянского совета министров Берлускони – масон? Ну и дела! Уже всем известно о посвящении, полученным непосредственно от великого мастера (почётного) Джордано Гамберини в январе 1978 года в Риме в присутствии Личо Джелли, досточтимого мастера ложи "П2", ликвидированной самим Берлускони, как если бы это был анекдот. Однако масонское посвящение, как вспоминает брат Джоэле, брата Сильвио невозможно отменить: "Оно неизгладимо, как каждый священный и тайный знак".

Это какой-то другой Берлускони, не тот, о котором рассказывается на сайте God: внимательный знаток астрологии, египетской эзотерики, который изысканно обустроил в эзотерическо-масонском ключе свой сад в Сардинии и мавзолей в Аркоре, частый посетитель международной масонской тусовки с тесными отношениями, начиная с 1992-1993, с англо-американскими масонами-консерваторами. Мало того, брат Сильвио даже является основателем и досточтимым мастером личной ложи, "Ложи Дракона", чьи обряды не чужды тем вечеринкам "бунга-бунга"[9], по которым сходят с ума в средствах массовой информации по всему миру.

С другой стороны, "Открытое письмо брату Сильвио Берлускони" в СМИ постигла другая судьба. О нём говорят многие сайты, но молчат в газетах, настолько, что Магальди небезосновательно говорит о страхе и цензуре. В то же время его отношения с журналистами не были (и никогда не будут) гладкими. Журналист "Corriere della Sera" после интервью назвал его "высокомерным"; кто-то считает его мифоманом, кто-то – шутом. Во всяком случае, письмо циркулирует в самых разных кругах. И если среди римских масонов оно вызвало переполох, какое-то напряжение, в некоторых случаях даже раздражение, то некоторые называют его "каким-то сумасшествием" с откровенным наслаждением и восхищением.

В любом случае от Берлускони опровержений не поступало.

И God постепенно становится источником информации не только для демократических масонов и противников Раффи, но и для граждан, журналистов и политиков, ищущих сочные слухи о масонской мировой закулисе.

В мировой закулисе масонства

Вот мы и добрались. Мировая закулиса. Именно на сайте God Магальди впервые в своём творческом и красноречивом стиле намекает на существование истинной "закулисы", где обсуждают и принимают решения по "реальным вопросам власти в современном мире". Очевидно, масонская закулиса, главными действующими лицами которой являются все масоны, так как масонами (или, в лучшем случае, парамасонами) являются главы государств и политические лидеры, которые старательно применяют на практике решения, принятые оптиматами в закрытых помещениях своих узких кругов. Как говорит один масон, это довольно интересная истина; и издательство Chiarelettere не упустит шанса исследовать это новое явление во власти. В июле 2010 года вместе с Магальди родился проект трилогии "Масоны". Почему именно такой подзаголовок? "Потому что масоны в целом, – гордо объясняет бывший досточтимый мастер, – были и являются безгранично ответственными за основные события современности".

Книга была анонсирована на весну 2011 года. Однако весной 2011 она не выходит.

В январе 2011 года Магальди исчезает с радаров. Таинственный, как обычно, более обычного красноречивый, в этот раз Джоэле немногословен. Время от времени он объявляет, что едет в Лондон, может быть, даже в Нью-Йорк. Мы с трудом вытягиваем из него, что он должен "ознакомиться с определёнными документами", "поговорить с некоторыми братьями", "поучится", что он "много работает". Затем тишина.

Так продолжается почти четыре года.

Он жив. В конце концов, полу-серьёзно полу-шутливо он заверил нас, что у него нет "призвания мученика или безоружного пророка" и что он передал спасительные документы в надёжные руки. Поэтому он жив и с готовностью даёт интервью, регулярно ссорится с журналистами, по-прежнему ведёт сайт God, который постепенно предлагает к прочтению страницы о Марио Монти, председателе совета министров, вступившем в должность осенью 2011 года, и его связях с реакционными и неоаристократическими масонскими кругами, которые найдут в председателе ЕЦБ Марио Драги наивысшего представителя в Европе; он показывает, что новый жилец Палаццо Киджи[10], Энрико Летта – парамасон; осуждает масонские амбиции нового премьера Маттео Ренци.

Благодаря God мы узнаём, что он организует ассоциацию "за либеральный социализм", названную в честь одной из его тотемных фигур – свободной каменщицы Элеоноры Рузвельт, матери "Всеобщей Декларации прав человека" и жены того самого Франклина Делано Рузвельта, который, будучи президентом Соединённых Штатов, спас Европу от нацифашизма и поставил её на ноги благодаря так называемому "Плану Маршалла". Масоны оба: Рузвельт и его госсекретарь Джордж Маршалл. И масон также Джон Мейнард Кейнс, чьи экономические принципы лежат в основе "Плана Маршалла".

Это всё новости, которые мы найдём, в конце концов, в необъятной рукописи (1350 папок), с которой внезапно в июне 2014 года Магальди снова появляется: рукопись, ещё неполная, превратится в трилогию "Масоны" и станет её первым томом.

Подвести итог здесь, конечно, невозможно. Скажем, это прочтение истории последних двух столетий для нас, непосвящённых, абсолютно новое: с точки зрения знаменитой масонской закулисы или руководства. Назвать его "задворками" не поворачивается язык. За кулисами есть настоящая комната управления, даже несколько таких комнат, которые действуют более или менее сообща или одна против другой, в зависимости от исторических непредвиденных обстоятельств. Потому что масонство не является единым, объясняет нам, брат Джоэле: это вселенная, населённая прогрессистами и консерваторами, либертарианцами и неоаристократами, олигархами и демократам, где все находятся в вечном противостоянии, в котором рождаются великие свершения современности, с его мечтами просветителей о свободе, равенстве, братстве, демократии, а также кошмары фашизма в Европе и последующих диктатур в Латинской Америке или на Ближнем Востоке.

"Но как же имена?" – спросите вы. Естественно. Это первое, что читатель ищет в этом бескрайнем море страниц. И имена есть. Много. Знаменитые. Громкие. Их так много и они настолько громкие: от Барака Обамы до Франсуа Олланда, от Ангелы Меркель до Владимира Путина, от Джорджо Наполитано до Марио Драги, вот лишь некоторые личности у власти, упомянутые в "Масонах", – что первой реакцией будет неизбежно: "Это невозможно… Всё враньё… Он с ума сошёл… Где доказательства?"

Тайны Ур-лож

В 2010 году, знаменитый год, когда он исчез с радаров, Джоэле Магальди вступил в ложу "Томас Пейн", самую старую Ур-ложу мира (восходит к 1849-1850). И тут нужно объяснить, что такое современные Ур-ложи, о существовании которых впервые рассказано на этих страницах и которые на протяжении полутора веков были одной из самых сокровенных тайн современного масонства. Ур-ложами, говорит Магальди, являются "масонские круги основных действующих лиц современной истории", то есть "группы лиц преимущественно международной и космополитической направленности", которые "сильно превосходят по своему влиянию обычных масонов". Чем они отличаются от обычных масонов? Чем занимаются Ур-ложи?

Процитируем самого Магальди: "Обычное масонство представлено сетью великих лож (федераций лож, которые используют один и тот же ритуал) и "Великих Востоков" (федераций лож, которые зачастую следуют разным ритуалам, но управляются самостоятельно и централизованно), организованных по национальному признаку и имеющих международные дипломатические отношения с другими масонскими обществами. Эта схема, которая появилась, боролась и победила в важнейших событиях современности, сейчас находится в тяжёлом состоянии кризиса и упадка из-за своего консерватизма, устаревшей структуры, псевдоцерковного догматизма, склонности принимать в штыки любую ересь и критику в свой адрес, неприязненного отношения к младшим масонам, склонности "разъединять то, что едино", вместо того чтобы "собирать то, что рассеяно", что является подлинным призванием и долгом настоящих масонов. Но, прежде всего, настораживает потеря авангардного призвания на идеологическом и культурном уровне по сравнению с вызовами сверхсложного и глобализированного мира, подобного нынешнему".

Что касается сети Ур-лож...

"Это сеть Ур-лож, которые постоянно возникают на космополитической основе международной идентичности и оперативного призвания. Эти Ур-ложи с момента своего создания собирали в свои ряды наиболее выдающихся и значительных членов обычного масонства, которые оказывались в настолько уникальных условиях, что с лёгкостью работали в обеих средах и имели лучшие средства из той и другой для достижения своих целей. Добавим сюда новое посвящение для женщин и мужчин, обладающих особым весом в политике, экономике, финансах, средствах массовой информации, церкви, интеллекте, искусстве и т. д. при единственном условии, что в них проявляются несомненные признаки подлинного стремления к мудрому и эзотерическому совершенствованию".

Предельно ясно.

Есть консервативные Ур-ложи – "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Роза Ветров" и "Пан-Европа", "Три Глаза", "Белый Орёл", чтобы привести примеры – и прогрессивные, начиная прямо с "Томас Пейн", и заканчивая "Монтескье", "Христофор Колумб", "Иоанн", "Хайрем Роудс Ревелс" и "Гедулла". Все c международным призванием, поскольку весь мир – арена их деятельности.

Из ложи "Томас Пейн" пошли масоны, вошедшие в историю Италии и планеты: Джузеппе Мадзини, Джузеппе Гарибальди (который также был первым великим мастером "Великого Востока Италии"), Джон Стюарт Милль, Виктор Гюго, Жюль Мишле, Луи Блан, Пьер-Жозеф Прудон. "Но также Чарльз Дарвин, Джон Дьюи, Джордж Бернард Шоу, Александр Фёдорович Керенский, Джон Мейнард Кейнс, Махатма Ганди, Джордж Оруэлл, Альтиеро Спинелли, Нельсон Мандела, Артур Шлезингер-младший, Элеонора и Франклин Делано Рузвельт, который был связан также с великой ложей штата Нью-Йорк и посвящён в 1911 году в "Ложу Голландия" № 8 на Востоке Большого яблока".

Достаточно этих имён, чтобы дать представление об истории, очень богатой, и о международном масштабе этого суперкруга супербратьев.

Кроме того в 2010 году бывший досточтимый мастер "Горы Сион" получил доступ к документам, хранящимся в архиве (секретнейшем!) из ложи "Томас Пейн" и в течение следующих четырёх лет смог изучить гору бумаг, определённо не предназначенных для посторонних глаз: протоколы, дипломы, тексты, письма, архитектурные таблицы, списки членов, документы ложи. Что дальше? "Вместе с другими братьями, которые сотрудничали при написании "Масонов" мы получили доступ к сохранившимся документам других Ур-лож: "Иоанн", "Монтескье", "Эдмунд Берк", "Три Глаза", "Роза Ветров", "Левиафан", "Белый Орёл" и "Хатхор Пентальфа". Затем перекрёстная проверка позволила нам реконструировать определённые события с максимальной филологической и герменевтической строгостью".

У него блестят глаза. "Допустим, это довольно взрывоопасные реконструкции", – признаётся он, с довольным видом кошки, которая съела большую мышь. А потом с ещё большим удовлетворением заявляет, что "работа ещё в процессе", потому что материал, который ещё предстоит изучить, очень велик, и откровения, которые нужно сделать, бесконечны. В голове у него имелась идея ещё пары книг, на этот раз о "Мировой власти и её досточтимых мастерах". Просто нужно подождать.

Но как же документы, доказательства, отзывы?

"Оригиналы хранятся их естественными хранителями, т.е. секретарями и архивариусами различных Ур-лож". И там им самое место: в их руках. На данный момент нет возможности о чём-то договориться. "Однако ваш покорный слуга и другие братья, сотрудничавшие в составлении "Масонов", взяли на себя труд сделать копии всех рассмотренных материалов, а так же обширные материалы, ещё подлежащие оценке, и поместить его в нескольких копиях в различные нотариальные и юридические конторы Парижа, Лондона и Нью-Йорка". И пусть они тоже там и останутся - в руках адвокатов и нотариусов. Речь идёт о конфиденциальных документах из весьма секретных архивов, напоминают нам; а поскольку таковые не предназначены для непосвящённой аудитории, то не предусмотрено какой-либо процедуры рассекречивания, даже если в один прекрасный день Магальди и надеется получить "добро" на издание антологии, чтобы материалы попали в распоряжении учёных, не масонов.

А что делать до тех пор? Брат Джоэле обнадёживает: "В случае опровержений и публичных возражений документы будут обнародованы с соответствующей известностью в СМИ". Мало того. Четыре выдающихся деятеля планетарного масонского истеблишмента, братья и сёстры, которые внесли свой вклад в создание трилогии "Масоны" "своими точными и косвенными откровениями" и которые на данный момент в книге скрываются под масонскими псевдонимами, уже заявили, что готовы "появиться на публике с открытым лицом".

Потому что это не обычная книга: "Публикация "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров" представляет собой ослепительное и окончательное объявление войны проектам олигархической, технократической и антидемократической инволюции, сформировавшейся в реакционной и неоаристократической среде современных Ур-лож".

И эти проекты касаются "Италии, Европы, Запада, и, следовательно, всей планеты".

Подведём итоги.

Где-то в знаменитой закулисе идёт война, и эта война касается всех нас. Через трилогию "Масоны" инсайдеры дают нам показания – может быть, частичные, может быть, ещё фрагментарные, может быть, даже очень враждебные. Но определённо (и без "возможно") очень, очень экстраординарные. Почему вы упускаете возможность взглянуть чуть более открытыми глазами на то, что происходит среди супер-фартуков планеты?

Власть с угольником и циркулем

Тогда что такое масонство сегодня, Магальди?

"Масонство всегда идёт в одном направлении. Это знание и власть, как материальная, так и духовная".

Власть – слово, которое часто встречается в его ответах. И в "Масонах" с неумолимой точностью на каждой странице он перечисляет героев той власти, о которой рассказывает: Ангела Меркель, Герхард Шрёдер, Николя Саркози, Франсуа Олланд, Жак Ширак, Франсуа Миттеран, Тони Блэр, Маргарет Тэтчер; почти все президенты США, за исключением Джимми Картера, Ричарда Никсона и Рональда Рейгана, которые не были масонами, но простыми парамасонами; Дэн Сяопин, Владимир Путин, а до него Михаил Горбач?в, Борис Ельцин, Иосиф Сталин, Владимир Ильич Ульянов-Ленин. И шах Персии Реза Пехлеви, Голда Меир и Моше Даян, лидер движения против апартеида Нельсон Мандела, Махатма Ганди, даже папа, которого совсем недавно сделали святым, Иоанн XXIII, Джанни Аньелли, Джорджо Наполитано, Франческо Коссига, Массимо Д'Алема. Мы могли бы заполнить телефонную книжку только этой лавиной имен. Все масоны. Все они связаны с какой-то Ур-ложей.

Верно? Неверно? Немного правда и немного ложь? Для неспециалиста, как мы говорили, невозможно проверить в архивах лож имена тех, кто на самом деле был посвящён, и где, и когда, или кем представлен. И если Магальди говорит: "Марио Драги является членом пяти Ур-лож", и перечисляет: "Эдмунд Берк", "Три Глаза", "Белый Орёл", "Роза Ветров" и "Пан-Европа", – читателю остаётся только верить ему. Или не верить. Но за вычетом возможной ошибки, вопиющего недоразумения, отрицаний и контраргументов, которые, возможно, будут, здесь, одна вещь поражает: это картина. Рассказ.

Магальди, сегодня власть в руках масонов. Это истинная власть. Мы правы?

"Без тени сомнения. Настоящая власть – у масонов".

Есть ли сейчас какой-нибудь мировой лидер, который не был поддержан масонством при своём восхождении? У тех, кто не является масоном или поддерживается масонами, есть шанс прийти к власти?

"Нет. Для тех, кто не является лично вольным каменщиком или не поддерживается вольными каменщиками (т.е. относится к категории парамасонов по праву или де-факто), нет возможности получить доступ к наиболее желанным и решающим властным постам".

Почему?

"Современный мир был построен масонством, разгромившим древние церковные и кровные аристократии. И сегодня его наиболее выдающиеся члены контролируют и управляют его работой ради добрых целей (демократических, либеральных, либертарианских, светских, равноправия и благотворительности) или отвратительных, таких как создание новых духовных и финансовых олигархий, не подчинённых народному суверенитету, который фактически лишается сущности".

"Строительство современного мира" масонами – это на самом деле очень хорошая история; действительно, это своего рода очень длинный эпос. Непосвящённые читатели остаются в недоумении. Как будто вдруг кто-то рассказывает им совершенно другую историю об идентичности, природе и функционировании мира, в котором они живут. Вы думали, что он такой, а он оказывается другим.

И что?

Ничто, по словам Магальди и его таинственных братьев, не возникает и не решается за пределами масонских мастерских, и всё, от философии до современной политики, берёт своё начало под звёздными сводами их храмов. Всё началось с революций XVII-XVIII веков в Великобритании, Франции и Америке – "глубоко проникнутых масонскими принципами, идеалами и событиями" во главе с прогрессивными братьями в фартуке – и закончилось волной Возрождения в xix веке, и ещё дальше, вплоть до русской революции, фашизма и нацизма, плода реальных "лабораторных экспериментов", доведённых до завершения реакционной закулисой, которая пытался восстановить власть олигархии.

Конечно, некоторые подробности с угольником и циркулем уже давно известны, по крайней мере, учёным; но читать последовательность фактов, связывать между собой отдельные эпизоды, призвать историю в подтверждение того или иного аспекта повествования – это всё то, что создаёт у читателя общее направление проекта. Рисунок. Мы этого не знали, но за каждым важным событием нашей истории стоит фартук. Есть фартуки, и есть жёсткая, иногда братоубийственная диалектика между закулисами различной ориентации: демократы против неоаристократов, прогрессисты против консерваторов. И нам нелегко понять, кто есть кто и на чьей они стороне или почему.

Например, восхождение Муссолини или Гитлера произошло также благодаря недобросовестной поддержке и недобросовестному финансированию со стороны консервативной англо-американской масонской среды, а их разгром произошёл благодаря усилиям двух убеждённых свободных каменщиков, либерала или демократа, Уинстона Черчилля (бывшего консерватора и раскаявшегося сторонника фашизма) и Франклина Делано Рузвельта[11]. Пока всё просто. Всё становится сложнее, когда мы узнаём, что Черчиллю и Рузвельту, чтобы объявить войну нацифашистам, сначала пришлось преодолеть жёсткое сопротивление братьев: именно масоны-консерваторы противились вторжению в Европе (среди которых были, как это ни парадоксально, и евреи), которые с нацифашистами очень успешно торговали.

Усложним картину ещё больше? В те же годы братья-консерваторы также вели дела с СССР, другим теоретическим врагом, благодаря своим связям на уровне лож с коммунистическим истеблишментом, рождённым в революциях 1917 года – революциях, финансируемых, как уверяет автор "Масонов", теми же Ур-ложами, которые официально боролись с коммунизмом во время последующей холодной войны, одного из краеугольных камней международной политики.

Играть на самых разных столах масоны умели всегда.

И здесь, и за железным занавесом.

Если обычные ложи были запрещены в СССР и во всём Восточном блоке (как при всех тоталитарных диктатурах, так и при католической церкви: случайно ли?), то для партийных начальников всегда открывалась другая дверь. Такие шишки, как генеральный секретарь КПСС Леонид Брежнев, и его преемники Юрий Андропов и Константин Черненко, Михаил Горбачёв и Борис Ельцин, но и руководители КГБ и будущие лидеры, как Владимир Путин, просили и спокойно получали членство в некоторых Ур-ложах, действующих между Западом и Востоком, с надёжными корнями в Центральной Европе. И нет ничего странного, что самая популярная среди коммунистической номенклатуры Ур-ложа обладала строго реакционной и консервативной направленностью?

"Жозеф де Местр" – это ложа на самом деле очень, очень престижная, с фантастической историей: создана в Швейцарии в начале 1917 года, среди её посвящённых был даже Владимир Ильич Ульянов-Ленин, который потом её повторно основал в марте 1921 года в кулуарах X съезда КПСС[12]. На том же съезде, злобно напоминает Магальди, "был, среди прочего, установлен запрет на формирование течений внутри партии".

Осталось кое-что выяснить, Магальди. Как получилось, что коммунистическим лидерам приходилось посещать масонские мастерские, где они оказывались лицом к лицу с тусовкой из германских и евроатлантических масонов-консерваторов – в общем, с врагом?

"Именно потому, что эти Ур-ложи были в состоянии соединить коммунистические оккультные власти с не менее тайными западными кругами".

Но зачем же тогда выбрать, как это сделал Брежнев, такую Ур-ложу, как "Жозеф де Местр", программно выступающую против разрядки между западным и советским блоками?

"Именно за этим – чтобы планировать, скажем, зоны трения между двумя сверхдержавами, чтобе обе стороны заработали как политические, так и экономические дивиденды".

Куда уж проще.

И вот так, господа, работает закулиса.

Между папой Иоанном XXIII и Джоном Кеннеди

История последних шестидесяти лет масонской закулисы ещё в значительной степени не написана. И нам, непосвящённым, тоже трудно за ней уследить. Читать повествование Магальди и его братьев и сестёр - это как для ребенка войти в кондитерскую лавку: не знаешь, куда смотреть, что выбрать, и перед какой витриной остановиться. И мы не говорим о том, как переварить столь безбрежную массу предположений, реконструкций, объяснений, разногласий.

Что ложь, а что правда?

И что изменится для нас, если всё это действительно так?

Утверждение в ООН в 1948 году "Всеобщей декларации прав человека", чего так яростно добивалась Элеонора Рузвельт, масонка из США, посвящённая в ложе "Томас Пейн", представляет собой высшую точку масонской демократической волны. Именно там открылся, благодаря прогрессивным фартукам, последний, великий, выдающийся рубеж борьбы между масонами за гражданские права, который в рассказе, который вы собираетесь прочесть, и по сравнению с мрачным сегодняшнего глобализованного общества, несёт теперь ореол легенды. Что-то вроде золотой эпохи – потерянной, убитой "олигархической, технократической и антидемократической инволюцией", начатой "самыми реакционными и неоаристократическими" Ур-ложами, которым трилогия "Масоны" объявляет "войну".

Поэтому давайте поговорим об этом.

Именно "Новыми рубежами" называлась идеологическая, политическая и культурная программа, разработанная прогрессивным масоном Артуром Шлезингером-младшим, – которому столь обязана Италия, не будем забывать – для президента Джона Фицджеральда Кеннеди и его брата Роберта. Авторы "Масонов" с гордостью отмечают программу, которая предусматривала не только эпохальную оттепель в отношениях между Востоком и Западом, но и "серию глубоких прогрессивных реформ в области гражданских прав, против расовой дискриминации, в пользу социального обеспечения и общественной поддержки занятости, образования, культурной и экономической эмансипации всех социальных классов, особенно наименее обеспеченных". И это движение за "глубокую социальную справедливость и справедливое распределение благ" касалось не только Соединённых Штатов. Наоборот.

Начало тому положили в Италии 28 октября 1958 года с избранием первого папы-масона в истории: Анджело Ронкалли, из Сотто-иль-Монте, провинция Бергамо. "Добрый папа". Точно. Его коронация как 261-ого епископа Рима стала итогом очередной, ослепительной операции демократической закулисы, составленной по этому случаю из Ур-лож, к которым примкнули либералы и демократы католического мира: от ложи "Церковь" до ложи "Иоанн", от ложи "Томас Пейн" до ложи "Христофор Колумб"; и ещё упомянем "Монтескье" и "Гедулла", "Симон Боливар" и "Даат". Предложение тех Ур-лож было безумным, наделавшим шума, революционным и, следовательно, абсолютно невозможным для нашего понимания: "впервые в истории способствовать выборам папы-масона, духовного новатора, и, одновременно, первого президента США, не масона, но католика с прогрессивной ориентацией".

Иоанна XXIII e Джона Кеннеди.

Первый поднялся на престол св. Петра 4 ноября 1958 года, а второй вошёл в Белый Дом в качестве президента Соединённых Штатов Америки 20 января 1961 года.

Стоит ли рассказать немного о брате Анджело Джузеппе Ронкалли? Расскажем. После многих лет болтовни о его принадлежности к миру фартуков, трилогия "Масоны" раскрывает некоторые подробности. "Добрый папа" получил первое масонское посвящение в Стамбуле в 1940 году в Ур-ложе "Гедулла", в которой тогда, как и сегодня, страстно занимались изучением каббалы и традиций розенкрейцеров. В архивах "Гедуллы" (и Магальди клянётся, что рылся в них лично) до сих пор существует "обширная документация" о его принадлежности в качестве подмастерья, а также о его переводе в ранг товарища по искусству, а затем в 1943 году – в вольные мастера-каменщики. Мало того. Ронкалли, прибывший в Париж в 1944 году в качестве апостольского нунция, в 1949 году получил второе посвящение в яростно-прогрессивной Ур-ложе "Монтескье", которая произвела его в четвёртую степенью мастера-законодателя. Не удовлетворившись этим, благодаря посредничеству братьев "Гедуллы", которые были в контакте с ложей "Иоанн", другой международной Ур-ложей, в 1950 году он официально начал свою деятельность как брат-розенкрейцер.

И тут в "Масонах" об этом не говорится, но открывается пропасть. Потому несколькими столетиями раньше, а именно 28 апреля 1738, папа Климент XII наложил первое отлучение на масонов: "Мы постановляем, что осуждаем и запрещаем настоящей нашей Конституцией, действительной навеки, осуждаем и запрещаем эти общества, союзы, собрания, заседания, сборища или клики свободных каменщиков или des Francs Ма?ons, как бы они ни назывались". И это отлучение от церкви несколько раз подтверждалось другими папами, в том числе предпоследним, Йозефом Ратцингером, когда он был главой Конгрегации доктрины веры, и, несмотря на присутствие в Ватикане многих кардиналов и прелатов, членов лож "Церковь", "Иоанн", "Христофор Колумб" или других Ур-лож. Вопрос, который для нас, читателей, теперь неизбежен: как могла Церковь официально признать папу-масона, и, следовательно, (в теории) отлучённого от церкви? И как можно объявить его святым?

Решение о его канонизации (между прочим, не запланированной) было принято лично нынешним папой Франциском, который также хотел, чтобы канонизировали и Иоанна Павла II. 27 апреля 2014 года, согласно авторам "Масонов", их канонизировали в прямом эфире: прогрессивного масона Анджело Ронкалли, и парамасона-консерватора Кароля Войтылу, находившегося в тесной связи с англо-американскими фартуками.

В общем, сила масонства действует в обе стороны.

В Ватикане есть те, кто однажды слышал, как Франциск, другой понтифик, которого многие считают масоном, разговаривал со своим братом-предшественником Иоанном. Он произнёс слово "братство", которое характерно для Французской революции, вместо евангельского и обычного "братия".

Поэтому стоит отметить, что масоны половины мира смотрят сегодня на новый курс папы Бергольо[13] с большой надеждой. Пусть отлучение, наконец, будет сдано в архив.

На этом закончим рассказ.

Последний великий сезон, возглавляемый демократическим масонством, закрывается слишком рано. 3 июня 1963 года папа Иоанн умер от рака желудка, в то время как ещё продолжался чрезвычайный Второй Ватиканский собор, который так сильно изменил подход Церкви к обществу. Спустя пять с половиной месяцев, 22 ноября, в Далласе был убит Джон Кеннеди, оставив великую масонскую мечту о новом прогрессивном рубеже борьбы нереализованной. Вскоре после его смерти США вступают в войну со Вьетнамом, начинаются пацифистские марши, в университетах – эпоха споров: в США и в мире всё меняется. Очень быстро.

И в самом деле, даже генеральный секретарь КПСС Никита Хрущёв, который вместе с Кеннеди и Иоанном XXIII был более чем готов открыть новый сезон оттепели, исчезает со сцены. Смещенный в октябре 1964 года в результате заговора внутри Центрального Комитета партии, вольный каменщик Хрущёв (член ложи "Золотая Евразия", как Путин и Меркель) оставил поле брату Леониду Брежневу, члену знаменитой ложи "Жозеф де Местр", которая располагает связями с евроатлантическими консерваторами. Брежнев до своей смерти в 1982 году будет безраздельным господином ныне окаменевшего Восточного блока.

Что касается американских прогрессивных фартуков, то они безрезультатно пытаются добиться реванша в ходе выборов 1968 года, но их кандидатов в Белый дом убивают в течение нескольких недель. Первым 4 апреля погибает Мартин Лютер Кинг, масон, потенциальный кандидат в вице-президенты или на другие престижные должности. Затем 6 июня настаёт очередь Роберта Кеннеди, ещё не масона, но собирающегося стать им. Ни одному из них не помог "масонский щит", о котором говорят братья-демократы для защиты от возможной агрессии противоборствующих лож.

И так заканчивается одна эпоха и начинается другая – на этот раз неоаристократическая реставрация, которая приносит с собой мировой кризис, закат власти единичных государств, социальные мясорубки с потерей права, достоинства и благополучия для миллионов людей, опустошение демократии, возвращение аристократии. И эту книгу, которая пытается нам что-то объяснить.

Магальди, чего хотят, в двух словах, эти братья, которых вы называете консерваторами, ностальгистами, олигархами или неоаристократами, которым вы объявили войну?

"Перевернуть ход истории, превратив тех, кто был гражданами, в неорабов и ещё сильнее поработить тех, кто всегда оставался подданными. Увеличить материальную власть путём колоссальных спекуляций в ущерб народам. Поглотить сами себя в общем непонимании происходящего, во славу новой посвящённой духовной аристократии глобализированной эпохи. Плохо глобализированной, я бы добавил".

Новая Ур-ложа для борьбы с прогрессивным уклоном

История нынешней глобализации начинается, согласно показаниям, которые вы собираетесь прочитать, между убийством первого и второго братьев Кеннеди. В 1967 году, если быть точным. Обозначим два названия: "Три Архитектора" и "Три Глаза" – названия новой Ур-ложи, которая появилась в конце 60-х годов, чтобы предотвратить избрание в Белый дом Роберта Кеннеди и потрясающее восхождение Мартина Лютера Кинга, бороться с прогрессивными масонами, смягчить накал студенческого движения и протесты против войны во Вьетнаме, – в общем, ликвидировать все либеральные и демократические опасности, которые из США поползли по всему миру; и коли уж мы начали, как сказал Магальди, для того, чтобы организовать "колоссальные спекуляции в ущерб народам и странам".

"Три Глаза" – не просто Ур-ложа, пусть и очень элитарная. Это ещё легко сказано. У неё есть способность к огню и вмешательству, до сих пор невиданная в сети консервативных Ур-лож (таких как "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Роза Ветров"), которой пользуется печально известный военно-промышленный комплекс[14], который в значительной степени подозревается в убийстве Джона Кеннеди.

Ложа "Три глаза" – это прежде всего творение богатого промышленника Дэвида Рокфеллера, будущего госсекретаря Генри Киссинджера и будущего советника по национальной безопасности Збигнева Бжезинского, который в 1978 году станет главным проводником – внимание! – избрания понтификом поляка Войтылы. И здесь не следует отвлекаться на то, что эти две карьеры официально расходятся, поскольку Киссинджер станет сильным человеком в администрации Ричарда Никсона, республиканца, а Бжезинский – душой правительства Джимми Картера, демократа. Это просто игра сторон типа подмигивания сообщнику по ту сторону баррикад; а для непосвящённых это будет всё равно, что заблудиться внутри бесконечной зеркальной комнаты – плодом очевидного, умелого и хорошо расставленного притворства.

Помимо партий и течений, а также стран, историй и суверенитетов, единственное, что следует учитывать, учит нас трилогия "Масоны", это членство в закулисе.

И, начиная с конца 60-х ложа "Три Глаза" – это закулиса. Самая активная и грозная.

Вместе с ложей "Эдмунд Берк" она организует переворот полковников (масонов и реакционеров) в Греции, поддерживает генерала (реакционера и друга масонов-реакционеров, а также гонителя братьев-демократов) Франсиско Франко в Испании, поддерживает диктатуру Антонио Салазара (масона и реакционера) в Португалии, аплодирует подавлению "Пражской весны" руками советских и чехословацких масонов-реакционеров из ложи "Жозеф де Местр". В Латинской Америке она охраняет безжалостные военные (и масонские) диктатуры, которые являются плодом так называемой операции "Кондор". В коммунистическом Китае, который ещё не открыт для Запада, ей удаётся завербовать в свои ряды Чжоу Эньлая и Дэн Сяопина, с которыми она начинает разделять (уже в начале 70-х!) области политического влияния и вести дела. Короче говоря, её длинные руки дотягиваются повсюду. В том числе и до Италии.

Потому что Италия, как говорит Магальди, является "страной, которая представляла в конце 60-х – начале 70-х и до сих пор представляет собой решающий полигон для осуществления олигархического прорыва Запада". Более того: "Это фундаментальное поле битвы между неоаристократическими и антидемократическими масонскими интересами, с одной стороны, и, с другой стороны, либертарианскими, прогрессивными и гипер-демократическими вольными каменщиками".

В этот момент история, рассказанная Магальди, становится для нас, итальянцев, особенно увлекательной. Истиной или ложью? Ах, здесь вступают в игру знаменитые документы, к которым у непосвящённых нет доступа, но которые "раскаявшиеся и/или несогласные братья" из "Трёх Глаз" и других реакционных Ур-лож отксерили и передали авторам "Масонов", которые затем объединили их с другими, полученными из Ур-лож прогрессивной направленности. О чём свидетельствуют эти документы? О том, что Италия благополучно спаслась от трёх попыток переворота, которые уже были одобрены аристократом и консерватором братом Генри Киссинджером: в 1969 и в 1970 годах руками Юнио Валерио Боргезе, в 1974 году руками Эдгардо Соньо – оба члены, как по заказу, ложи "Три Глаза" – только благодаря вмешательству масона-демократа Артура Шлезингера-младшего, идеолога кеннедианского фронта и почётного мастера прогрессивных Ур-лож "Томас Пейн" и "Бенджамин Франклин". Почему именно Шлезингер? Потому что именно ему Кеннеди поручил оценить политику США в Италии, и именно он, у кого в Италии были хорошие отношения в кругах, близких к социалистической и социал-демократической партии, поддержал проект сближения с левыми.

Поэтому именно к Шлезингеру обращаются агенты ЦРУ в Риме (также их "раскаявшиеся братья-диссиденты"?), когда обнаруживают, что проекты переворота уже близки к свершению. И Шлезингер резко высказывается против в 1974 году. Кстати, насчёт 1974 года: братья-демократы устраивают революцию в Португалии и прекращают диктатуру чёрных полковников в Греции, затевая жестокое столкновение с фартуками-консерваторами, которым, вдохновлённым успешным переворотом в Чили, не терпится перейти в наступление в Италии. Так вот Шлезингер высказывает протест лично Дэвиду Рокфеллеру, главной кукле-марионетке "Трёх Глаз". Это не просто протест. Он даже угрожает, по словам Магальди, "раскрыть все американские и международные операции, в которой замешана его Ур-ложа". Генри Киссинджер вынужден всё остановить. В третий раз.

"Брату Шлезингеру, – снова говорит Магальди, – итальянцы должны когда-нибудь поставить памятник".

Список членов "Трёх Глаз" уничтожается. Начиная с создателей/основателей Дэвида Рокфеллера, Генри Киссинджера и Збигнева Бжезинского, и заканчивая Джеральдом Фордом и Жоржем Помпиду, Валери Жискаром д'Эстеном и Антуаном Бернхеймом, Генри Фордом II и Милтоном Фридманом, мы могли бы заполнить ещё одну телефонную книгу; но, опять же, эти имена не занимают абсолютный центр нашей истории.

Скажем так, что в "Масонах" упоминается вся политическая тусовка, с востока на запад, от левоцентристского до правоцентристского направления; и, конечно же, ВПК в полном составе. Также упоминаются итальянцы, начиная с Джанни Аньелли. Упоминаются Энрико Кучча, Эдгардо Соньо, принц Боргезе. И, по словам Магальди, в апреле 1978 года в Вашингтоне во время своей первой поездки в Соединённые Штаты был принят в масоны и нынешний президент Республики Джорджо Наполитано. "Мой любимый коммунист", как сочувственно назвал его Киссинджер на более поздней встрече.

Магальди, но почему там нет Личо Джелли?

"Джелли не состоял в ложе "Три Глаза", отчего всю жизнь страдал. Однако…"

Однако?

"В 1972 году он стал организационным секретарем ложи "П2" благодаря прямому вмешательству трёх из девяноста членов ложи "Три Глаза"".

И кто они были?

"Генри Киссинджер, в то время советник по национальной безопасности США. Ричард Хелмс, действующий директор ЦРУ. И Джон Эдгар Гувер, влиятельный директор ФБР. Потом именно Генри Киссинджер в 1975 году вместе с будущим президентом Франции Валери Жискар д'Эстеном заставил великого мастера Лино Сальвини произвести Джелли в досточтимые мастера. В общем, Джелли-масона вырастили, будто в пробирке".

Откуда такой интерес со стороны Киссинджера?

"Потому что ложа "П2" должна была стать орудием "Трёх Глаз" в Италии. Достаточно сравнить пресловутый "План демократического возрождения" с манифестом Трёхсторонней комиссии "Кризис демократии": преемственность ложи "Пропаганда" бросается в глаза, даже не скрывается".

От Трёхсторонней комиссии до Бильдербергского клуба. Дьявольские парамасоны?

Итак, Трёхсторонняя комиссия. Вот мы дошли и до неё. Предмет одержимости легионов сторонников теории мирового заговора, которые уже много лет неустанно утверждают о существовании органа, управляемого иллюминатами и вершащего судьбами мира вместе с членами Бильдербергского клуба, другого дьявольского общества, действующего в тени, и со множеством других клубов и обществ более или менее масонского толка.

Это правда, Магальди?

Брат Джоэле падает со смеху.

"Ну, нет. Бильдербергский клуб и Трёхсторонняя комиссия, как впрочем и Богемский клуб, Фабианское общество, Общество Пилигримов, Круглый Стол, Королевский Институт Международных Отношений, Совет по Международным Отношениям, Общество "Мон Пелерин", Группа тридцати, Брейгель, Группа Спинелли и т.д. – все они жёстко управляются Ур-ложами".

То есть?

"Это парамасонские общества, которые выполняют чисто вспомогательные и второстепенные функции по заказу масонских элит в строгом смысле слова".

То есть они ничего не решают, хотя в каждой встрече в Трехсторонней комиссии или Бильдербергского клуба принимают участие лидеры общественного мнения от половины мира?

"Да, именно так. Несмотря на дьявольский и таинственный ореол, окутывающий их, на официальных собраниях парамасонских обществ ничего по-настоящему важного не обсуждается и не решается. Перед различными обществами, типа Бильдербергского клуба и Трёхсторонней комиссии, как бы они ни отличались друг от друга по стилю общения (например, Трёхсторонняя комиссия более экстравертна, чем Бильдербергский клуб, и т. д.) стоит основная задача служить громоотводом, кривым зеркалом, защитным экраном для масонской закулисы, где обсуждают и решают реальные вопросы современной власти".

А кто стоит за Трёхсторонней комиссией?

"Ложа "Три Глаза". Братья с "тремя глазами" основали комиссию с "тремя сторонами" в 1973 году и всегда полностью контролировали её. Настолько, что манифест Трёхсторонней комиссии "Кризис демократии" отражает программные политико-экономические линии для Запада, разработанные на секретных собраниях Ур-ложи, которая его породила. К вящему удовлетворению, конечно, братьев-олигархов из других международных мастерских".

Неоаристократы на войне. От покушения на Рейгана до раскрытия ложи "П2"

Ложа "Три глаза", внимание, не ограничивалась созданием ультраконсервативной, олигархической и неоаристократической идеологии. Но чтобы перейти от теории к фактам, от глобального к локальному, у неё были сотни сторонников, более или менее превосходных, в каждом уголке земного шара.

Поэтому упомянем здесь Личо Джелли 1919 года рождения, одну из самых спорных фигур в истории Италии (а также Румынии, Венесуэлы, Уругвая, Бразилии, Аргентины, Монако...) 70-80-х годов ХХ века: прекрасный пример того, как международная закулиса в те годы привлекала других к реализации местных проектов. На кого она опиралась. И как. И какими силами располагала.

В общем, у нас есть бывший фашист, бывший республиканец, бывший шпион, работавший на три стороны сразу, бывший директор фабрики по производству матрасов, член ложи "Доменико Романьози" в Риме, досточтимый мастер ложи "Пропаганда 2" Великого Востока Италии. В 1975 году он даже начал организовать что-то вроде аномальной и личной открытой масонской ложи, Ompam/Womta, "Всемирная организация масонской мысли и содействия", для которой запросил даже аккредитацию в ООН, как неправительственной организации.

Сегодня кто-то пытается немного поспешно избавиться от него, как от старого шута, хвастуна, который нагло встал у руля ложи за пределами официальной сети и, возможно, в целом, довольно безобидного. Но не так всё просто. Досточтимый Джелли настолько органично включён в международные проекты своих данников, что его членство, так и последующие продвижение по рангам были практически навязаны Великому Востоку Италии консервативными супербратьями евроатлантического региона. В его пользу высказывались мифологические персонажи масонства, такие как Фрэнк Джильотти, человек, который помог восстановить масонскую сеть в Италии после войны, очень консервативный член лож "Гебура", "Роза Ветров" и "Три Глаза" (одним из основателей которой он и был). О Киссинджере, Хелмсе, Гувере мы уже говорили. Давайте добавим Валери Жискар д’Эстена. Все они были готовы вмешаться в пользу Джелли каждый раз, когда в высших эшелонах "Великого Востока Италии", обеспокоенных всё более непрозрачным управлением ложи "Пропаганда", его пытались сместить.

Но почему, Магальди?

"Потому что Джелли должен был превратить ложу "П2" во вспомогательную структуру "Трёх Глаз" в Италии. А его члены на высших постах в политике, государстве, армии, услугах, экономики, финансов, СМИ, и т. д. и т. д. должны были стать, по планам досточтимых мастеров, остриём авторитарно-элитарной власти, чтобы претворить в жизнь в 1969, 1970 и 1974 годах перевороты, организованные братьями Юнио Валерио Боргезе и Эдгардо Сонья".

Если бы только Шлезингер не помешал.

Конец Джелли был неслучайным. Наоборот. Это правило закулисы нужно зарубить себе на носу: ничто в тылу масонской власти не происходит случайно. В том знаменитом 1981 году, когда в Италии обнаруживаются списки (неполные!) членов ложи "П2" из 962 человек, вызывая таким образом беспрецедентное политическое и государственное землетрясение, в закулисе среди фартуков бушует ещё одна война; и это особенно тяжёлая, грязная и ожесточённая война. На этот раз вцепились друг другу в глотки за власть не прогрессисты и консерваторы: братья-демократы уже несколько лет на заднем плане, а мировая арена почти три десятилетия занята гиперолигархами, которые продвигаются вперёд на своеобразном бронетранспортёре в виде "Трёх Глаз", ведомом Рокфеллером и Киссинджером.

Члены ложи "Три Глаза" стали настолько могущественными, высокомерными, обнаглевшими, вездесущими: от революции в Иране до Войны Судного дня, от энергетических кризисов 70-х до "Нового курса" коммунистического Китая, – что даже у братьев из других консервативных Ур-лож начинает лопаться терпение. И они переходят в контратаку. В большой-пребольшой тайне они основывают новую Ур-ложу "Белый Орёл", которой в течение нескольких месяцев в период между 1979 и 1980 годов удалось протолкнуть в Белый дом своего протеже, парамасона Рональда Рейгана, и сестру из ложи "Эдмунд Берк" в дом № 10 на Даунинг-Стрит, масонку Маргарет Тэтчер.

Женщину? Так точно, женщину. На самом деле на роли и присутствии женщин в Ур-ложах, как прогрессивных, так и консервативных, безусловно, следует остановиться немного позже.

А пока давайте просто скажем, что между братьями двух Ур-лож начинается братоубийственная война без ограничений. Громких событий было столько, что читатели затаят дыхание, будто за каким-нибудь триллером.

И действительно, "Масоны", с определённой точки зрения, таковым и является.

30 марта 1981 года в Вашингтоне Рональд Рейган был ранен в результате покушения. Мы знаем, что он остаётся невредим. Однако мы не знали, что члены "Белого Орла" расценили то покушение как убийство: как шрам на теле от противников, которых нельзя оставлять безнаказанными.

Вендетта состоялась 13 мая 1981 года в 17.17 на площади Святого Петра в Риме. На этот раз проливается кровь Иоанна Павла II, он ранен двумя выстрелами некоего Мехмета Али Агджа, "профессионального террориста, человека, известного спецслужбам и полиции половины мира" и завербованного, по мнению Магальди, российскими[15] спецслужбами во главе с братьями из ложи "Жозеф де Местр". Выстрелить в Войтылу означало выстрелить в самое сердце его близкому другу и личному союзнику, Збигневу Бжезинскому, который, напомним, является одним из отцов ложи "Три Глаза" и Трёхсторонней Комиссии, которые "несут ответственность за покушение на президента США".

Как и Рейган, Войтыла также выживает. Ничья.

А Личо Джелли?

Находка списков ложи "П2" на вилле Ванда ("по наущению разных деятелей в фартуках" и в контексте яростных споров между двумя самыми мощными Ур-ложами в мире) 17 марта 1981 знаменует окончание правления итальянской ложи "Три Глаза" и самой "П2". С этого времени у членов "П2" Джелли горит земля под ногами. Они более ни на что не годны. Как и планы Киссинджера, в которых их предполагалось использовать в Италии.

Для Киссинджера и братьев это тяжёлая потеря. Для Джелли – катастрофическое падение.

Уже беглый и непрезентабельный, он тщетно будет искать помощи за рубежом: бывший досточтимый мастер не получит её даже от братьев, которые изначально поддерживали его восхождение, но затем начали с досадой смотреть на его слишком амбициозный и неумеренный характер.

А в июле 1981 года, когда наконец подписали то вроде перемирия между Ур-ложами, которое войдёт в историю масонства под именем "Объединённые масоны за глобализацию", для ложи "П2" всё кончено: в главе "Италия" планируется окончательно распустить ложу "Пропаганда" с "последующим предоставлением собственной судьбе Личо Джелли и других масонов из "П2", вовлечённых в скандал".

Кстати.

"Объединённые масоны" также собираются назначить Беттино Кракси в палаццо Киджи (член лож "Амон" и "Зелёное Братство", который будет первым социалистом, ставшим премьером в Италии) и распустить "так называемые Красные Бригады и другие второстепенные террористические группировки".

Но о "так называемых" Красных Бригадах пока что в "Масонах" не говорится ни словом больше.

Новый мировой порядок: двадцать лет масонского мира и глобализации для всех

Но разве масонам не запрещено, Магальди, заниматься земными и светскими вещами, такими как политика или религия? Не запрещено ли в ложах обсуждать религию и политику?

"Масоны всегда занимались земными и светскими вещами, такими как политика и религия. Сама цель масонства – не только работать во славу Великого Архитектора Вселенной, но и "ради блага и прогресса человечества".

Жаль, что у вас нет доступа к полному тексту "Объединённых масонов".

Потому что это соглашение, положившее в 1981 году, согласно Магальди и его братьям, конец войне между неоаристократическими Ур-ложами и установившее мир среди масонов, поддержанный фартуками-прогрессистами, продлившийся около 20 лет, является, пожалуй, одним из самых больших откровений "Масонов". Здесь вступает в игру закулиса N-ного уровня. И рождается "новый эпохальный проект современной истории планеты", как называет его Магальди; то есть "политико-экономическая глобализация" и "создание нового мирового порядка, характеризующегося свободной рыночной экономикой на всех широтах".

Плоть, кровь и жизнь миллионов людей.

Чтобы прийти к соглашению, не учитываются переговоры, столкновения, ссоры, посредничества, в которых участвовало всё планетарное масонство. По крайней мере, самое важное. Круги международных Ур-лож, как олигархических, так и демократических, которые в "Масонах", как мы видим, бьются на смерть.

Более двадцати лет, начиная с подписания "Объёдинённых масонов за глобализацию", будут приостановлены любые конфликты.

В начале нового тысячелетия началась война.

И эта война продолжается и сегодня.

В1981 году видные деятели объявили о поддержке проекта глобализации "Объединённых масонов".

Достаточно прочитать список персонажей, участвующих в переговорах, перед которыми меркнет имя Джелли. В то время как досточтимый мастер подаётся в бега, в июне и июле 1981 года, дипломатический комитет, состоящий из неоаристократических масонов первой звёздной величины – достаточно упомянуть: Збигнев Бжезинский ("Три Глаза"), Лью Вассерман (личный друг Рейгана, "Белый Орёл"), Жак Ширак (член либерально-умеренной "Атлантис-Алетейя"), Мадлен Олбрайт и Роберт Рубин ("Левиафан") – готовит проект "Объединённых масонов" для лидеров и идеологов прогрессивного толка. Ими являются, по ту сторону океана, знаменитый Артур Шлезингер, экономист Джон Кеннет Гэлбрейт, и третий брат Кеннеди, Тед. И, с другой стороны, практически все европейские лидеры-прогрессисты из лож "Томас Пейн", "Монтескье" и "Фердинанд Лассаль": Франсуа Миттеран, избранный президентом французов 10 мая благодаря тайной помощи "Трёх Глаз", действующий канцлер Германии Гельмут Шмидт, бывший премьер-министр Швеции Улоф Пальме. В дебаты также вступают будущий президент Аргентины Рауль Рикардо Альфонсин и президент Бразилии Танкредо де Алмейда Невес, также будущий лауреат Нобелевской премии мира и премьер-министр Израиля Ицхак Рабин.

От Италии участвуют управляющий Банка Италии и будущий президент итальянской Республики Карло Адзелио Чампи ("Три Глаза", "Пан-Европа") и министр финансов Беньямино Андреатта ("Три Глаза", "Пан-Европа", "Атлантис-Алетейя", "Монтескье"); но о них в то время почти ничего не известно.

Магальди и правда смеётся.

"Допустим, это были итальянские собеседники международного комитета, которые должен был следить за выполнением соглашения "Объединённых масонов". Но подробностей и предыстории, – говорит он, – придётся ждать до следующего тома "Масонов". Это слишком долго".

Итак на данный момент у нас есть только краткое изложение тогдашних переговоров; и, прочитав его через более тридцать лет по-прежнему остаёшься совершенно лишённым дара речи. Какая часть сделки была выполнена за эти тридцать лет, точно так же, как её обсуждали, одобряли, подписывали августейшие супербратья "Объединённых масонов"?

Поддержка брата Дэна Сяопина ("Три Глаза") и его политики открытости Китая для свободного рынка.

"Развал и ликвидация" СССР и Варшавского договора, благодаря восхождению брата Михаила Горбачёва ("Золотая Евразия") и крушение таких старых титанов КПСС, как генеральный секретарь Леонид Брежнев и его самых близких последователей и преемников ("Жозеф де Местр").

Ускорение прогресса, экономической и политической интеграции Европы, согласно схеме братьев Рихарда Куденхове-Калерги (основателя ложи "Пан-Европа") и Жана Монне, бывшего прогрессиста из "Томас Пейн", который затем перешел в ложи "Эдмунд Берк", "Пан-Европа" и "Роза Ветров".

Воссоединение Германии по просьбе членов Ур-лож "Пан-Европа", "Атлантида-Алетейя", "Парсифаль", "Валгалла" и "Кольцо".

Поддержка сестры Маргарет Тэтчер ("Эдмунд Берк") и саботаж лейбористской партии в Великобритании.

Восхождение брата Жака Делора ("Монтескье" и "Иоанн") на посту президента Европейской комиссии.

Конец операции "Кондор" ("Три Глаза" и другие супер-реакционные ложи) в Латинской Америке и возвращение Аргентины на путь демократии при президентстве брата Пауля Рикардо Альфонсина ("Симон Боливар").

Прогрессивный демонтаж режима апартеида в Южной Африке и освобождение из тюрьмы брата Нельсона Манделы ("Арджуна-Феникс").

Чередование повсюду, начиная с США, консервативных и прогрессивных правительств в соответствии с чётко определённой дорожной картой. Конечно, по предварительной договорённости: пусть все они строго чтят фартуков, которые их назначили. Чего не хватает?

Ах, есть одна вещь, которая ещё не реализована, предупреждает нас Магальди, среди голосов, упомянутых в соглашении. Решение израильско-палестинского конфликта, не мелочь, благодаря "постепенному участию умеренных представителей Аль-Фатха и ООП в международных масонских кругах".

Временами даже масонство не всесильно.

Хотя это и "общество с неограниченной ответственностью".

К войнам нового тысячелетия

И что теперь, Магальди?

"Теперь нужно немного поговорить о текущих событиях, чтобы рассказать о последних и очень опасных подвигах ультраконсервативных супербратьев. Затем мы подготовим второй том трилогии "Масонов". А потом третий. А потом ещё два тома "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

Стоит середина августа 2014 года. Безумный брат Джоэле ещё не сдал окончательный текст "Масонов", но уже думает о последующих продолжениях (все, конечно, посвящены "детям Вдовы"). Он снова выглядит так, будто бегает по собраниям, на которых решаются судьбы мира. Он снова без устали колесит по Италии со своей ассоциацией Элеоноры Рузвельт, а братья "Великого Демократического Востока", который в то время стал "движением, признанным международным прогрессивным масонством", избирают его великим мастером. Поэтому ему нужно снова "встретиться с некоторыми братьям", "кое с кем" поговорить, ознакомиться с "определёнными документами". Он с трудом отвечает на телефонные звонки, и для этого предисловия может общаться только по электронной почте. Письменные вопросы – письменные ответы. Это изнурительно.

Магальди, посвящённому запрещено нарушать тайны масонства?

"Тайны, которые нельзя нарушать, с точки зрения посвящения, относятся больше к эзотерике, духовным свершениям и так называемой неизменной мудрости. Других тайн не может и не должно быть, в отличие от наиболее важных событй во власти в этом глобализированном мире".

Но разве никто из ваших собратьев в "этом глобализированном мире" не просил вас держать рот на замке?

"Я получал как свирепые, предсказуемые угрозы, так и мягкие увещевания и посулы. То же самое произошло, когда они задобрили, стерилизовали и обезвредили того масона без мужества и политического достоинства по имени Франсуа Олланд".

И при чем тут Олланд?

"Он был избран на волне народной ярости с обещанием сменить парадигму ЕС, в котором царили жёсткие правила и социальная мясорубка. А потом превратился в безобидного пуделя в гостиных разных Меркель, Шойбле, Ван Ромпея, Рена, Драги и т. д."

А вы нет?

"Я нет. Когда мне предложили не публиковать "Масонов" в обмен на деньги (много), кресла и престижные должности, хорошо оплачиваемые, – я ответил, как масон Тото полковнику-нацисту в фильме "Два маршала" 1961 года, издёвкой".

Сам о себе Магальди в августе этого года любит подчеркнуть, что он родился 14 июля 1971 года, в годовщину взятия Бастилии. А как знаток астрологии с удовольствием доказывает, что звёзды в день его рождения – Венера и Солнце в Раке в середине неба, с Юпитером в Скорпионе в треугольнике с Солнцем; Плутон по окружности к Юпитеру и Солнцу, в треугольнике к Сатурну; Уран в асценденте в Весах и в оппозиции к Луне в Овне, оба гармонично уравновешены Меркурием в знаке Льва; Марс в Водолее – свидетельствуют именно о характере революционера. Или кондотьера. Или вообще мага.

И действительно, волшебным образом, в конце августа он исчезает.

Оставив объёмную рукопись, у которой до сих пор не хватает двух последних глав, и очень, очень обеспокоенное издательство.

Слово мастерам

Последние сто папок “Масонов" прибывают и тут же идут в печать. Они не слишком красноречивы и не такие броские. Но опять же, читая их, обыватель невольно скажет: "Это невозможно… Он сумасшедший… Это какое-то безумие… Каких научно-фантастических фильмов он насмотрелся?"

Эти сто страниц на самом деле похожи на сценарий фильма. На сцене шесть персонажей. И все они, конечно, масоны. Один из шести нам уже знаком, и это брат Джоэле, на этот раз не такой красноречивый, как обычно. Другой – куратор встречи, не иначе и не лучше. В центре сцены находятся четыре супербрата, августейшие члены мировой закулисы, которые, по словам Магальди, готовы помочь в случае споров: они разные по возрасту, происхождению, истории, ЧСВ, политической ориентации; и всё же они похожи в своём высокомерном, разочарованном, иногда циничном подходе к событиям в мире.

У них мирно-высокомерный тон влиятельных людей, очень могущественных и богатых, очень богатых. Они перемещаются между экономикой, политикой и финансами, используя механизм вращающихся дверей, и собирают конфиденциальную информацию, которая умножает их возможности власти и богатства. Но их абсолютная уверенность в себе, которая иногда увлекает в трясину, проистекает из чего-то совершенно другого, кроме банального богатства: это осознание того, что они принадлежат к аристократии. Не по крови или праву родства, а по духу.

Это посвящённая элита.

Разумная.

Эзотерическая.

Члены которой с гордостью распутывают судьбы планеты. Потому что они убеждены, что имеют не только право, но и, прежде всего, обязаны это делать.

Это довольно интересная антропология власти, хоть и предложенная в очень узком срезе. Это правда они? Кто они? Откуда взялись? Чем занимаются по жизни? Ошибки в их узнавании будут неизбежны, как бы Магальди ни играл фальшивыми картами; но даже здесь, если подумать, важны не имена. А слова. Голос. Тон рассказа, что "Масоны" предлагает нам в прямом эфире, все искры, взаимные обвинения, откровения, что мы можем ожидать от братьев, которые принадлежат противоположным сторонам баррикад.

Мы видим китайца-прогрессиста из ложи "Томас Пейн", большую шишку в Коммунистической Партии (якобы обвинённого в незаконном обогащении), который сегодня радуется и режиссирует студенческие протесты в Гонконге. Мы видим ближневосточного умеренного либерала, посвящённого в ложе "Амон", который предлагает поразительное эзотерическое (а также деловое) прочтение арабской весны. Мы видим бывшего советника Франсуа Миттерана, сегодня бизнес-консультанта мирового уровня, который уходит из Ур-лож олигархов, потому что не согласен с методами выхода из евроатлантического кризиса ("запрограммированного и управляемого в мельчайших подробностях"). Он рассказывает об угрозах, которые жестоко предъявили Франсуа Олланду, чтобы тот не отказывался от политики жёсткой экономии, которой душат Европу.

И ещё есть он. Ему за 80. Его представляют нам как великого, очень великого героя XX века по обе стороны океана. Человек, который в политике известен как демократ, но который среди братьев известен как безжалостный неоаристократ, чья рука дотягивается практически повсюду: от организации финансового кризиса еврозоны до управления военно-политическим кризисом на Украине. Он основал множество Ур-лож, в том числе "Маат", к которой сегодня принадлежит Обама, и является одним из отцов той глобализации, начатой тридцать лет назад для восстановления власти аристократов за счёт прав и свобод простых смертных. Чем он, впрочем, очень гордится.

В определённые моменты я вздрагиваю.

Что эти четыре брата делают с нами?

Говорят. На протяжении ста страниц.

Затем они подписываются – "и прийти к согласию было очень трудно", – признаётся брат Магальди; именно по этой причине глава пришла с такой задержкой – текст, который вы собираетесь прочитать, это своего рода общая тревога (такой никогда не встречалось раньше в истории масонов) об опасности, которая их очень беспокоит. Что-то "неконтролируемое", "кровавое". То, что их Ур-ложи видели, решали, делали или не делали за последние двадцать лет "строительства масонством современного мира".

Это последние двадцать лет нашей истории.

И нужно ли говорить, что они рассказывают удивительные вещи, каких мы никогда даже представить не могли?

Имперские амбиции сумасшедшей Ур-ложи

Здесь стоит сделать шаг назад и вернуться к пакту "Объединённых масонов", который на протяжении многих лет гарантировал мир между консервативными, ультраконсервативными и прогрессивными братьями. Среди прочего, соглашение предусматривало братское управление будущими американскими выборами, делегируя комитету из четырнадцати высокопоставленных посвящённых выбирать наиболее подходящего кандидата в Белый дом. В 1992 году, в конце президентства Джорджа Буша-старшего, выбор пал на "относительно молодого парамасона-демократа", некоего Билла Клинтона, который фактически сразу же был посвящён в ложу "Роза Ветров".

Старший Буш не слишком хорошо это воспринял. И это мягко сказано. К большому разочарованию закулисы в фартуке, он решает снова баллотироваться и, конечно, проигрывает. С треском. В этот момент, как объясняет сегодня неоаристократ К (он выбрал себе псевдоним Кронос), у нас появляется "начало проблемы". Потому что не только Буш после поражения "озлоблен и опьянён", но и "разные Чейни, Рамсфельд и компания, которые были разъярены более него". Ярость и горечь по-прежнему растут в 1996 году, когда Клинтона не только переизбрали, но даже допустили к братьям "Януса" и "Трёх Глаз", членами которых являются Буш и его товарищи. Нет ничего удивительного, что им приходит в голову создать Ур-ложу, в которой соберутся все те, кто с подписанием соглашения "Объединённых масонов" и с приходом к власти Клинтона оказался за дверьми комнат принятия решений. Они называют её "Хатхор Пентальфа", и, как говорит Брат К, она с самого начала становится своего рода "ложей мести и кровожадности". Хуже того: "сумасшедшая заноза в олигархической масонской среде". Опасная. Безжалостная. И, самое главное, неуправляемая.

Теперь в игру вступает Усама бен Ладен. И тут вокруг основателя "Аль–Каиды" четыре супербрата соткали ещё одну реконструкцию – окончательную? – о событиях 11 сентября. Брат К, который, вероятно, участвовал в этом, выдаёт информацию весьма дозированно. Но тем не менее рассказывает достаточно необычную, на наш взгляд историю: "Усама бен Ладен первоначально был масоном из ложи "Три Глаза"" – говорит на голубом глазу Брат К, пояснив, что эта Ур-ложа, основанная Рокфеллером, Киссинджером и Бжезинским, привлекла бен Ладена для антироссийской[16] деятельности в Афганистане. Даже "Аль-Каида", по его словам, "была структурой, широко пронизанной и управляемой нашими людьми, завербованными непосредственно в исламском мире, людьми, верными тривластью "Эдмунд Берк" – "Три Глаза" – "Белый Орёл"". Начиная с того рокового 1996 года, например, происходит то, чего олигархическая закулиса не предвидела. Вот оно: "Усама бен Ладен и "Аль-Каида" вышли из-под нашего контроля и перешли под крыло новых Ур-лож, "Хатхор Пентальфа" и "Гебура", чтобы действовать по новому сценарию".

А что это за новый сценарий?

Не только Брат К, но и члены самых смелых Ур-лож мира в данный момент не могут сказать точно. Однако в "Масонах" читаем, что во всех комнатах закулисы братья забеспокоились. Многие. С одного конца планеты до другого они чувствуют, что "Хатхор Пентальфа" замышляет что-то "страшное". И летом 2001 года все затаили дыхание. В ожидании.

Это были "ваши" люди, – объясняет сегодня китайский брат. Мы не должны были вмешиваться, чтобы остановить их.

И действительно, их никто не остановил.

7 ноября 2000 года Джордж Буш, сын старшего Буша, бывшего президента, "обезумевшего от гнева" в 1992 году, побеждает на президентских выборах в США. 20 января 2001 года он овладел Белым домом, а вместе с ним и ложей "Хатхор Пентальфа", в которую был посвящён несколькими месяцами ранее.

Брат К выражается резко.

"Новый американский и мировой век начинался под знаком еретической Ур-ложи, неконтролируемой даже нашей старой масонской неоаристократической гвардией", – говорит он. И добавляет: не хватало только громкого события, нового Пёрл-Харбора, который позволил бы им "вступить в несколько лет агрессивной и жестокой гегемонии".

Нужно было, проще говоря, 11 сентября.

Остальное уже история.

2974 погибших в результате нападения на башни-близнецы, война в Ираке против Саддама Хусейна, охота на несуществующее оружие массового поражения (в первом ряду встаёт и премьер-министр Великобритании Тони Блэр, прославленный член "Хатхор Пентальфы"), вторжение в Афганистан, многомиллиардный бизнес на восстановлении, как хищный зверь накинувшийся на добычу. И всё ради того военно-промышленного комплекса, который именно в ложе "Хатхор Пенталфа" (и его союзниках "Гебура" и "Амон") нашёл и до сих пор имеет очень сильную поддержку.

В то время как в Ираке и Афганистане можно только вести счёт погибшим и наблюдать полный хаос.

Компромиссный брат – Обама

"Мы недооценили их", – говорит Брат К. Но это не оправдание. Может быть, сжечь их было бы не столь "чудовищно", нежели то, что не удалось предотвратить: смерти 11 сентября, воспоминания об "очень печальных" днях, израненная гордость, поражение, удар.

Неприятно.

Этого не понимали, не ожидали, не предотвратили.

Может быть, даже масонство не всесильно? Может быть, даже элита закулисы не является всезнающей, всемогущей и вездесущей, как "Масоны" рассказывают нам на сотнях страниц? В эзотерическом эмпирее кипят самые человеческие страсти: гнев, желание мести, высокомерие, которое заглушает восприятие опасности. А также зависть, подлость, ложь, цинизм, обман. Жажда денег и жажда власти. Да, даже в гиперуранском мире суперпосвящённых, хотя и движимых весьма благородными самозваными амбициями, люди – это всего лишь люди. Они заблуждаются. И полны ограничений. Может быть, даже угрызений совести.

Как бы то ни было, именно для противодействия Ур-ложе Бушей прогрессивные братья и неоаристократы в 2004 году объединили свои силы, подняв колонны новой Ур-ложи, "Маат". В 2005 году в "Маат" был инициирован Барак Обама, а в 2009 году Обама стал президентом США.

Ложе "Хатхор Пентальфа" – которая, по мнению "Масонов", приняла в свои ряды достаточно президентов и премьер-министров в Европе: испанца Хосе Мария Азнара, француза Николя Саркози, турка Реджепа Тейипа Эрдогана, голландца Яна Петера Балкененде, поляка Александра Квасьневского, итальянца Марчелло Пера, тогда ещё председателя Сената (однако не приняла Сильвио Берлускони, предложенного в 2003 году Джорджем Бушем-младшим, но отвергнутого некоторыми видными членами) – пришлось отказаться от власти над Белым домом.

Но поскольку это не сказка, тут не будет счастливого конца. Наоборот. Старая триада неолигархических Ур-лож возвращается, чтобы поднять голову с проектом "олигархической деструктуризации Европы". Прогрессивные фартуки реагируют слабо и невнятно. И пока бушует финансовый кризис, который ставит еврозону на колени, Северную Африку за пределами Средиземного моря сотрясает арабская весна. И опять старые Ур-ложи ничего не понимают. Может быть, их время подошло к концу? Может быть, у них больше нет нужных средств, чтобы понимать мир, или, может быть, мир слишком быстро меняется и для них? Кто знает. Очень впечатляет признание бессилия Братом К: "Администрация Обамы и двухпартийная масонская директория Ур-ложи "Маат", а также я остались в недоумении и нерешительности... – объясняет он. – Поскольку арабская весна не была частью официальной программы этого компромиссного перемирия, никто не знал, что дальше делать..."

Зато кто-то другой прекрасно знал. Фактически, в период между 2012 и 2013 годами начинают свирепствовать исламские фундаменталисты АКИ, "Аль-Каиды в Ираке". В апреле 2013 года АКИ официально меняет свое имя на "Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГИЛ), а в 2014 году становится известна всему миру после кровавой кампании в СМИ с убийством и обезглавливанием заложников. 29 июня 2014 года лидер ИГИЛ Абу Бакр аль-Багдади провозгласил рождение исламского халифата.

Тут начинаются хаос, боль и кровь современного джихадистского кошмара. И Магальди с его четырьмя братьями открывают для нас самые мрачные уголки закулисы.

Империя наносит ответный удар?

ИГИЛ. Исида[17]. Египетская богиня. Покровительница магии и духовной и материальной силы, космический женский аналог бога Осириса. Та, которая в мифах и эзотерических обрядах часто совпадает с другой богиней – Хатхор.

"Хатхор Пентальфа", "ложа мести и кровожадности". Сумасшедшая Ур-ложа, в которой в 2009 году был посвящён малоизвестный член "Аль-Каиды в Ираке", заключённый в 2004 году в тюрьму как опасный террорист и вскоре после посвящения освобождённый, к большому недоумению военных, которые содержали его под стражей.

Абу Бакр аль-Багдади.

Лидер "Аль-Каиды в Ираке". Тот, который в апреле 2013 года объявляет миру о рождении ИГИЛ и начале всемирной войны против неверных, в то время как в Америке (кто-нибудь ещё верит в совпадения?) "неофициально выдвигается кандидатура брата "Хатхор Пентальфы" Джеба Буша в Белый дом на президентские выборы 2016 года"".

Джон Эллис Буш, республиканец. Губернатор Флориды до 2007 года. Но он больше известен как сын Джорджа Герберта Уокера Буша-старшего, президента США № 41, основателя "Хатхор Пентальфы" и отец Джорджа У. Буша-младшего, президента № 43, тоже из "Хатхор Пентальфы".

Круг замкнулся?

До конца 2016 года, благодаря наступлению ИГИЛ, которому администрация Обамы почти не сопротивляется, будучи "застигнутой врасплох", и за счёт ежедневного ужаса, обезглавливаний по телевизору, прокламаций фундаменталистов против западной цивилизации, резне езидов, которых заживо закапывали в землю бульдозером, или курдов, которым великие державы почти не поставляли оружие, – благодаря всему этому, объясняет нам с гневом Брат К, начинается грозная всемирная кампания, благодаря которой новый Буш оказывается в Вашингтоне. Ещё один Буш-поджигатель, способный снова соблазнить американских избирателей (и не только их) обещанием "глобальной войны" с терроризмом, который угрожает нашей цивилизации. У нас будут "новые бесконечные войны на Ближнем Востоке", новые миллиардные сделки для военно-промышленного комплекса и новые свободоубийственные законы на Западе, введённые для обеспечения безопасности хороших граждан против угрозы джихадистов. Короче говоря, грядёт триумф этого "столкновения цивилизаций", предсказанного ещё в 1996 году Сэмюэлем Хантингтоном, другом Буша и братом "Хатхор Пентальфы", а также автором того, что сегодня мы можем смело считать идеологическим манифестом нового масонского курса.

"Новые варвары" – безжалостно клеймит их Брат К, который, конечно, не кажется мамонтом.

"Самое жестокое и кровопролитное масонство", против которого абсолютно необходимо "встать всем миром", чтобы не рисковать оказаться в "ещё более трагическом мировом сценарии", чем 11 сентября.

И что?

Итак теперь мы начинаем лучше понимать, на какую войну брат Джоэле намекал в начале "Масонов". В чём заключается "братоубийственный" конфликт сегодня, какие ставки побудили часть масонства выйти с этой книгой, какие "проекты олигархической, технократической и недемократической инволюции" задумали "самые реакционные и неоаристократические Ур-ложи современности", которым в "Масонах" открыто объявляется война. Осталось понять, как, где и когда произойдёт контратака прогрессивных фартуков, к которым, как объявляет Магальди в последней главе, присоединились даже те неоаристократы, которые ушли от братьев, преданных богине Хатхор-Исиде, а также "луне, которая воплощает их самые тёмные перспективы".

Ещё предстоит выяснить море других вещей.

Но, в конце концов, мы только начинаем.

Октябрь 2014

Отсюда, из земли Мордора, октябрь 2014 г.

– Мы, должно быть, погибнем первыми у ворот Мордора, а ты в свой черед – здесь или где придётся. Прощай!"

Р. Р. Толкин, Властелин колец, книга V, глава X, "Чёрные врата отворяются"

За почти 60 лет, многие миллионы читателей по всей планете смогли оценить шедевр Джона Рональда Руэла Толкина (1892-1973), "Властелин колец" (первая публикация в 1954-1955)[18], объединённый в один том или разделённый на три книги ("Братство кольца", "Две твердыни", "Возвращение короля"), неповторимый стиль его повествования.

Ещё больше зрителей по всему миру смогли познакомиться с сагой Толкина благодаря трём фильмам (в соответствие с указанными частями), поставленным новозеландским режиссёром Питером Джексоном: "Братство кольца" (2001), "Две твердыни" (2002), "Возвращение короля" (2003).

Поэтому среди читателей данной книги вряд ли найдутся те, кому неизвестно, что такое земля Мордора, важнейшее место в фантастическом мире, описанном Толкином во "Властелине колец".

Тех, кто до сих пор игнорирует символику гениального английского писателя, мы можем отослать к эффективному определению, представленному в своё время даже в Интернете, в Википедии, бесплатной онлайн энциклопедии: "Мордор (тёмная земля; от mor "тёмный" и (n)dor "страна, земля") [...]. Земля тьмы и страха, населённая прежде всего орками и другими злыми существами..."

Здесь, после первого десятилетия XXI века, в 2014 году для многих жителей этого крошечного вращающегося шара в космосе, называемого Землёй, несмотря на впечатляющие научные и технологические разработки, которые, кажется, всё больше и больше добавляют сил человечеству, его не покидает ощущение именно того, что он пребывает – всегда и навечно – в адской земле Мордора.

Имейте в виду, что с самого начала цивилизаций и на протяжении тысячелетий, до чрезвычайных событий, которые привели к современности, перед лицом священнических и аристократических каст, состоящих из относительно немногих привилегированных, большая часть населения прожила жизнь (обычно короткую) в условиях более или менее ужасных и несчастных.

Среди неизлечимых болезней, эпидемий, войн, геноцидов, социальной несправедливости, рабства по праву или фактического, расовых или религиозных преследований, ужасных условий материальной жизни народы Земли не знали ничего, кроме жалкого или безотрадного существования.

С каким-то светом среди кромешного мрака.

Как это бывает с теми, кто сегодня родился в какой-нибудь отдалённой африканской деревне (или в других столь же пустынных местах планеты) и видит вокруг себя ужас, страдания, болезни и смерть на каждом другом горизонте, даже среди подобных бедствий современный человек всё время находит тем не менее силы надеяться, любить, действовать, бороться, творить, верить, что сможет завоевать себе немного счастья.

Но ещё до того, как мы получаем то, на что надеялись, наступает жестокая смерть от мачете, огнестрельного оружия, болезни, которую недоступность лекарств не позволяет вылечить.

Тем не менее, от цивилизации древней Месопотамии до цветущей древнеегипетской, от тысячелетних восточных культур Китая и долины Инда до блестящих достижений западной античности и поздней античности (греческих полисов, эллинистических царств, Римской Империи), от Средневековья (расширение христианского Запада и ислама на Ближнем и Дальнем Востоке) до культурной, научной и политической революции эпохи Возрождения и современности (в том числе открытие американского континента и его цивилизаций) человек построил, создал, продумал, уничтожил и восстановил памятники и прекрасные произведения, плод его материального гения и интеллектуальных и духовных талантов.

Произведения из камня, дерева, на пергаменте, на бумаге, на холсте и из любого доступного материала.

Художественные и исторические воспоминания о старине и современности хранились и передавались потомкам с упорством и оптимизмом.

Человеческий род, брошенный на Землю в условиях крайней нищеты на заре времён, несмотря на несчастливое экзистенциальное состояние большинства её членов, смог сделать планету своим самым гордым завоеванием.

Человек стал правителем природы и приобрёл способность изменять/совершенствовать её законы благодаря совместной работе "рук и интеллекта", как любил повторять Джордано Бруно, ставший вехой и покровителем современной масонской традиции.

Свет и тени, как мы говорили.

Но по сути даже в таком неустойчивом природном состоянии, подверженном болезням, смерти и нестабильной психофизике, кто-то (властители, военная аристократия и священники, литераторы, художники, ремесленники, философы, учёные и представители свободных профессий) на протяжении веков жил более достойно, нежели множества безымянных рабов (в те времена и в обществах, когда рабство было в моде, даже формально), бесчисленных слуг разного юридического состояния, неисчислимых толп крестьян всех географических широт, со сломанными спинами, мозолистыми руками, лицом в ожогах от солнца или потрескавшимся от холода, неграмотными уже не в первом поколении. Что касается положения рабочих после промышленной революции, то лучше задёрнуть завесу жалости: до позднейшего завоевания профсоюзных прав и рабочих уставов сколько детей, подростков, женщин, мужчин (недавно переселившихся в негостеприимные городские районы) столкнулись с нищетой и убогим существованием в силу физической и психологической эксплуатации тех, кто относился к ним, как к вьючным зверям?

Поэтому, когда человечество оказалось в конце второго тысячелетия, а затем на заре третьего наблюдателем и наследником более трёх столетий непрерывных политических, культурных, экономических, научных и технологических революций, которые в относительно короткий срок полностью преобразили социальную и окружающую среду не только Запада, но и всего земного шара, кто-то подумал, что уже достиг этапа бесконечной стабильности и спокойствия, когда можно получить гарантированный минимум комфортных условий существования и социальной безопасности для каждого новорождённого планеты Земля.

Оставив старые классовые конфликты и старые утопические и тоталитарные претензии с радикальным уклоном.

Ещё лучше: учитывая исчерпание бескомпромиссной критики социально-политической (либерально-демократической) системы, установившейся между XIX и XX веками, и пережив две войны: "горячие" (1915-1918 и 1939-1945) и "холодную" (понятие "холодная война" было введено в 1945 году свободным каменщиком Джорджем Оруэллом[19], масонами Бернардом Барухом и Уолтером Липпманом[20] в 1947 году, со ссылкой также на предыдущие два года, окончанием "холодной войны" считается падение Берлинской Стены в 1989 году), может создаться впечатление своего рода "конца истории" и её социально-экономических и политических потрясений.

Все ждали небывалой стабильности в историческом масштабе.

Но все предсказатели ошиблись.

Прежде всего в своих предсказаниях они не принимали во внимание некоторые существенные общественно-политические, экономические, культурные и идеологические процессы, которые начались ещё давно, но стали особенно опасными и бурными, начиная с 20-х и 30-х годов ХХ Века. И первый трагический и ужасный эпилог, который должен был стать целительным и миротворческим, прозвучал в 40-е годы того же века.

И именно здесь начинается повествование этой книги, которая приведёт нас к событиям 2014 года, в то время как два последующих тома (а также "Мировая власть и её досточтимые мастера") поведут дальше вперёд и назад во времени, чтобы выделить, в интересах читателя, существенные события и изменения во власти современной эпохи.

Глава 1. Окончательное решение (1941-1942-1948)

В которой рассказывается о потворстве неоаристократического масонского истеблишмента нацистской Германии и фашистской Италии; о жёсткой реакции нацистских лидеров на отказ от масонской поддержки после начала Второй мировой войны и о новой эпохе, открытой Всеобщей Декларацией прав человека.

Если бы сегодня телесное совершенство не отошло на второй план... не случилось бы, что отвратительные кривоногие еврейские ублюдки обманули сотни тысяч девушек. [...] Еврей никогда добровольно не откажется от стремления к мировому господству... Ему могут помешать только внешние по отношению к нему силы, если его стремлений не остановит смерть. Но бессилие народов, их смерть от старости объясняются тем, что их кровь уже не чиста. Как раз чистота крови сохраняет еврея лучше, чем любой другой народ Земли. Поэтому он будет продолжать свой роковой путь до тех пор, пока против него не встанет другая сила, которая в грозной борьбе не пошлёт к Люциферу того, кто нападает на небо. [...] Государство – это не цель, а средство. Это предпосылка формирования высшей человеческой цивилизации, но не её причина. Причина кроется только в наличии расы, пригодной для цивилизации. Даже если бы на земле находились сотни образцовых государств, в случае исчезновения арийца, несущего цивилизацию, не выдержала бы ни одна цивилизация, отвечающая духовной высоте сегодняшних высших народов.

Адольф Гитлер, Моя борьба

Президент Соединённых Штатов Америки Рузвельт и премьер-министр Черчилль, представляющий правительство Его Величества в Соединённом Королевстве, после совместного обсуждения сочли целесообразным обнародовать некоторые общие принципы национальной политики их стран — принципы, на которых они основывают свои надежды на лучшее будущее для мира.

1) США и Великобритания не стремятся к территориальным или другим приобретениям.

2) Они не согласятся ни на какие территориальные изменения, не находящиеся в согласии со свободно выраженным желанием заинтересованных народов.

3) Они уважают право всех народов избирать себе форму правления, при которой они хотят жить; они стремятся к восстановлению суверенных прав и самоуправления тех народов, которые были лишены этого насильственным путём.

4) Соблюдая должным образом свои существующие обязательства, они будут стремиться обеспечить такое положение, при котором все страны — великие или малые, победители или побеждённые — имели бы доступ на равных основаниях к торговле и к мировым сырьевым источникам, необходимым для экономического процветания этих стран.

5) Они стремятся добиться полного сотрудничества между всеми странами в экономической области с целью обеспечить для всех более высокий уровень жизни, экономическое развитие и социальное обеспечение.

6) После окончательного уничтожения нацистской тирании они надеются на установление мира, который даст возможность всем странам жить в безопасности на своей территории, а также обеспечить такое положение, при котором все люди во всех странах могли бы жить всю свою жизнь, не зная ни страха, ни нужды.

7) Такой мир должен предоставить всем возможность свободно, без всяких препятствий плавать по морям и океанам.

8) Они считают, что все государства мира должны по соображениям реалистического и духовного порядка отказаться от применения силы, поскольку никакой будущий мир не может быть сохранён, если государства, которые угрожают или могут угрожать агрессией за пределами своих границ, будут продолжать пользоваться сухопутными, морскими и воздушными вооружениями. Черчилль и Рузвельт считают, что впредь до установления более широкой и надёжной системы всеобщей безопасности такие страны должны быть разоружены. Англия и США будут также помогать и поощрять все другие осуществимые мероприятия, которые облегчат миролюбивым народам избавление от бремени вооружения.

Франклин Д. Рузвельт, Уинстон Черчилль, Атлантическая хартия, 14 августа 1941 г.

В ходе окончательного решения еврейского вопроса, евреям под соответствующим руководством нужно найти на востоке наилучшее применение. Большими рабочими бригадами, с разделением по половой принадлежности, трудоспособные евреи должны быть направлены в указанные области, строя дороги, и при этом без сомнения их численность значительно сократится естественным путём. К оставшимся евреям — без сомнения, это будет их наиболее жизнеспособная часть — требуется особый подход. Поскольку те, кто прошёл естественный отбор, при освобождении могут стать зародышевой клеткой для возрождения еврейского общества (см. опыт истории).

Протокол Ванзейской конференции, 20 января 1942 г.

Принимая во внимание, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира; и

принимая во внимание, что пренебрежение и презрение к правам человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества, и что создание такого мира, в котором люди будут иметь свободу слова и убеждений и будут свободны от страха и нужды, провозглашено как высокое стремление людей; и

принимая во внимание, что необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения; и

принимая во внимание, что необходимо содействовать развитию дружественных отношений между народами; и

принимая во внимание, что народы Объединённых Наций подтвердили в Уставе свою веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности и в равноправие мужчин и женщин и решили содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе; и

принимая во внимание, что государства-члены обязались содействовать, в сотрудничестве с Организацией Объединённых Наций, всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод; и

принимая во внимание, что всеобщее понимание характера этих прав и свобод имеет огромное значение для полного выполнения этого обязательства;

ГЕНЕРАЛЬНАЯ АССАМБЛЕЯ

провозглашает настоящую всеобщую Декларацию прав человека в качестве задачи, к выполнению которой должны стремиться все народы и все государства с тем, чтобы каждый человек и каждый орган общества, постоянно имея в виду настоящую Декларацию, стремились путём просвещения и образования содействовать уважению этих прав и свобод и обеспечению, путем национальных и международных прогрессивных мероприятий, всеобщего и эффективного признания и осуществления их как среди народов государств-членов Организации, так и среди народов территорий, находящихся под их юрисдикцией.

Статья 1

Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства.

Статья 2

Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашёнными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения.

Кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или международного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит, независимо от того, является ли эта территория независимой, подопечной, несамоуправляющейся, или как-либо иначе ограниченной в своём суверенитете.

[...]

Статья 21

1.?Каждый человек имеет право принимать участие в управлении своей страной непосредственно или через посредство свободно избранных представителей.

2.?Каждый человек имеет право равного доступа к государственной службе в своей стране.

3.?Воля народа должна быть основой власти правительства; эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, которые должны проводиться при всеобщем и равном избирательном праве, путём тайного голосования или же посредством других равнозначных форм, обеспечивающих свободу голосования.

Статья 22

Каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства.

Статья 23

1.?Каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы.

2.?Каждый человек, без какой-либо дискриминации, имеет право на равную оплату за равный труд.

3.?Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, и дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения.

4.?Каждый человек имеет право создавать профессиональные союзы и входить в профессиональные союзы для защиты своих интересов.

Статья 24

Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск.

Статья 25

1.?Каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам.

2.?Материнство и младенчество дают право на особое попечение и помощь. Все дети, родившиеся в браке или вне брака, должны пользоваться одинаковой социальной защитой.

Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г.

Смерть станет для меня чудесным избавлением. Уж лучше умереть, чем быть беспомощным свидетелем самоуничтожения Индии, индуизма, сикхизма и ислама.

Мохандас Карамчанд Ганди, речь от 12 января 1948 г.

Действия важнее. Наши мысли, какими бы хорошими они ни были, являются поддельными жемчужинами, пока они не превращаются в действия. Будь тем изменением, которое хочешь увидеть в мире.

Мохандас Карамчанд Ганди в цитате внука Аруна Ганди

Масонская поддержка нацифашизма

После 1939 года и тем более после событий 1941 года, нацистская Германия и её сателлиты (включая фашистскую Италию, которая выдавала себя за великую державу, но не была таковой) теперь могли рассчитывать только на очень небольшую толику той (могучей) поддержки, какой пользовались в течение долгих лет среди элитарного, консервативного и реакционного масонского истеблишмента евроатлантического региона.[21]

С другой стороны, и Гитлер, и Муссолини, официально объявили масонство вне закона, но Муссолини превратил Великий Совет в своего рода великую государственную ложу, назначив подавляющее большинство масонов как в неё, так и на государственные посты (масон Альберто Бенедуче [1877-1944] был назначен директором всей фашистской экономики); одновременно Гитлер, доверяя Альфреду Розенбергу (1893-1946), Рейнхарду Гейдриху (1904-1942), Мартину Борману (1900-1945) и Герману Герингу (1893-1946) задачу как идеологического, так и практического устранения обычных немецких лож (либеральной и демократической направленности), и эта задача была выполнена в срок с 28 февраля 1933 года по 30 июля 1935, встроился в финансово-экономическую и промышленную систему кукловода-масона Ялмара Шахта (1877-1970). Сам Геринг с 20-х годов наладил тесные отношения с несколькими немецкими финансистами и промышленниками-масонами (из которых все являлись наиболее убеждёнными сторонниками нацизма и Гитлера в Германии), связанными с космополитическими и международными Ур-ложами.

Действительно, те неоаристократические масоны, которые выступали за захват власти как итальянскими фашистами, так и немецкими нацистами, не желали мировой войны, а тем более конфликта, в котором Соединённые Штаты сражались бы против нацистской Германии.

Они стремились к распространению фашистских режимов в Италии, Германии и других европейских странах в надежде, что аналогичная (хотя и не такая же) олигархическая и элитарная инволюция управления может распространиться на весь Запад, включая США.

С этой точки зрения, они были готовы отдать предпочтение расширению Третьего Рейха в ущерб другим второстепенным пограничным странам или огромной территории СССР (что также принесло бы пользу колоссальному бизнесу военной промышленности, которая в значительной степени контролировалась этими международными масонскими кругами), но всегда стремились избежать лобового конфликта с другими великими западными державами: Францией и особенно Соединённым Королевством Великобритании и Северной Ирландии.

Кульминационным моментом (а также началом разрушения) стратегии этих профашистских и неолигархических масонских кругов была Мюнхенская конференция 29-30 сентября 1938 года, которая санкционировала раздел чехословацкого государства с переходом к нацистской Германии территории Судетской области (это был регион площадью около 25 тыс. квадратных километров, очень богатый природными ресурсами, но прежде всего незаменимый для военной обороны Чехословакии, потому что его пересекает горный хребет на границе с немецкими территориями).

В защиту мюнхенского соглашения, в котором главы английского и французского правительств (соответственно, масон-консерватор Артур Невилл Чемберлен [1869-1940] и прогрессивный, но нерешительный масон Эдуар Даладье [1884-1970]) приняли условия Гитлера и Муссолини, "для того, чтобы защитить мир и предотвратить взрыв войны в центре Европы", выступили в том же 1938 году великие ложи Англии, Шотландии и Ирландии, составив и распространив среди европейских политиков и дипломатов некоторые ключевые отрывки из "Целей и отношений искусства" (Aims and Relationships of the Craft, иногда переводится как "Цели и отношения ордена"), где в параграфе 7 со всей невероятностью заявлялось, что:

Великая Ложа всегда последовательно отказывалась высказывать своё мнение по вопросам внутренней или внешней политики как дома, так и за рубежом, и никогда не позволит связать своё имя с какой-либо инициативой, какой бы гуманитарной она ни была, которая нарушает её неизменную политику нейтралитета в любых вопросах, касающихся отношений между правительствами, политическими партиями или идеями, противоречащими действующей политике.[22]

Это была программная декларация руководителей Объединённой Великой Ложи Англии и Великих Лож-сателлитов Шотландии и Ирландии, которые намеревались лишить масонского одобрения любую британскую (и не только британскую) политику энергичного противодействия как империалистической агрессии нацистской Германии по отношению к некоторым соседним странам, так и позорным антисемитским расовым преследованиям, которые уже несколько лет проводились в Третьем Рейхе и привели к погромам ужасной Хрустальной ночи 9-10 ноября 1938 года.

Черчилль и Рузвельт против нацистского Франкенштейна

Одновременно с этим важный масон, консерватор и профашист, Уинстон Черчилль (1874-1965, которого в других томах этой серийной работы мы будем пунктуально упоминать в связи с конфиденциальными инициативами в пользу прихода к власти чернорубашечников Бенито Муссолини) теперь стал решительно настроен против "махрового пацифизма" брата Чемберлена, лицемерного нейтралитета и лживой аполитичной умеренности британских масонских общин.

Именно Черчилль, ставший премьер–министром Соединённого Королевства 10 мая 1940 года – в год, когда начнётся молниеносная военная кампания, в которой немецкий Вермахт поставит французские войска на колени (Франция капитулирует 25 июня 1940 и окажется расчленённой на две военные зоны: одну непосредственно оккупированную нацистами, а другой будет управлять так называемое коллаборационистское правительство Виши), – предложит Франклину Делано Рузвельту (лидеру евроатлантических прогрессивных масонов) сотрудничество тех умеренных и консервативных британских и европейских масонов, которые больше не намеревались каким-либо образом поддерживать империалистический, кровавый и воинственный режим нацистов.

Из этого союза между прогрессивными масонами во главе с харизматической фигурой президента США и умеренно-консервативными масонами, собравшимися вокруг не менее авторитетного и решительного Черчилля, пойдёт ясный сигнал противодействия "нацифашистскому Франкенштейну" (созданному "in vitro"[23] десятилетиями ранее неуклюжими подмастерьями в фартуке).

Отсюда же пойдёт перспектива "окончательного решения" – сплочения мира на прочных демократических и либертарианских позициях, нежели те, которые родились в первый послевоенный период (с 1919 года и далее); и Атлантическая хартия от 14 августа 1941 года, цитируемая среди эпиграфов к этой главе, представляет собой её точное выражение.

По другую сторону баррикад, то есть в Третьем Рейхе, который всё больше и больше высказывается за кровожадную и титаническую инволюцию, вдохновлённую магическо-эзотерическими учениями явной антимасонской направленности, и всё больше лишается масонских антител (которые, даже будучи консерваторами и олигархами, сопровождали нацистский режим при его восхождении и консолидации под руководством вольного каменщика Ялмара Шахта и некоторых собратьев из Лондонского Сити и Уолл-Стрит), начинают появляться контуры совсем другого окончательного решения, страшного и бесчеловечного.

Об этом свидетельствует пресловутый протокол Ванзейской конференции от 20 января 1942 года, упомянутый в эпиграфах в сравнении с Атлантической хартией 1941 года.

Месть плуто-иудо-масонским предателям

С другой стороны, необходимо подчеркнуть – хотя мы углубимся в этот и другие подобные вопросы только в более поздних томах трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировая власть и её досточтимые мастера" – что проект полного и окончательного истребления евреев нацистами никоим образом не может быть объяснён интерпретирующими категориями утилитарного и рационалистического типа.

Не было никакой рациональной пользы материального характера в истреблении могучей полурабской рабочей силы (миллионов евреев), которая оказалась и по-прежнему оказывалась очень удобной и недорогой для компаний, работающих на немецкой земле и на территориях, подвергшихся нацистской оккупации.

Но каждый исторический акт отвечает той или иной форме рациональности, и бегство в упрощённые гипотезы, которые ссылаются на предполагаемое безумие Гитлера и СС Генриха Гиммлера, не кажется нам ни историографически правильным, ни обоснованным в более конкретном антропологическом плане.

С одной стороны, Гитлер и его люди в 1939-1942 годах чувствовали себя преданными теми элитарными масонскими кругами и англо-американскими неоаристократами, которые поддерживали их подъём и консолидацию, хоть они и не смогли избежать военного столкновения сначала с Соединённым Королевством, а затем с США. С другой стороны, в некоторых случаях эти масоны и неоаристократы изображали ужас от эскалации насилия и безраздельной и часто необоснованной жестокости нацистского Третьего Рейха. Таким образом, речь шла о наказании тех самых кругов иногда фактически отдалённого или не столь явно еврейского происхождения, но, тем не менее, символически объединяемых в пропагандистском проклятии как демо-плуто-иудейско-масонские организации, враждебные нацистам. Интернируя и убивая простых евреев, Рейх посылал сигналы мести и неповиновения тем либеральным западным демократиям (в первую очередь Великобритании и США), где евреи (как и другие этнические группы, в контексте межэтнического плюрализма) занимали соответствующие места, особенно в экономике, финансах, культуре и искусстве.

Эзотерическая сторона окончательного решения

С другой стороны, именно Гитлер и эзотерическо-идеологическая элита нацизма, состоящая из СС Гиммлера (и его сподвижников), считали, что "человеческая жертва огромных размеров" высвободит огромные духовные и тонкие энергии на благо "жертвователей".

Это было убеждение, которое возникло на основе очень древних магическо-научных учений, переработанных и приспособленных некоторыми ведущими нацистскими вождями.

Таким образом, посредством полного кровопролитного и поголовного истребления евреев можно было обратить вспять и конкретизировать то, подо что уже была подведена теоретическая база в "Майн Кампф", просто изменив условия вопроса.

Там Гитлер писал, что "даже если бы на земле находились сотни образцовых государств, в случае исчезновения арийца, несущего цивилизацию, не выдержала бы ни одна цивилизация, отвечающая духовной высоте сегодняшних высших народов", и выразил признание, убеждение, что сила евреев заключается именно в чистоте их расы и линии родства.

Как записано в Ванзейском протоколе, решив осуществить кровавое окончательное решение еврейской проблемы, полностью истребив ненавистный и даже опасный этнос, немецкий диктатор полагал, что это передаст арийскому роду то господство над миром, которое вместо этого он считал узурпированным иудейской расой. Вопрос, несомненно, сложен и будет должным образом углублён.

Интересное эзотерическое прочтение

Мы приводим некоторые отрывки из недавней книги Пьерлуиджи Томбетти, в которой автор приближается к тому, что, по нашему мнению, было самым глубоким смыслом Холокоста в намерениях нацистской элиты, начиная с фигуры Генриха Гиммлера, рейхсфюрера СС и верховного лидера тайного культа Чёрного Ордена:

Визионерская вселенная Гиммлера

Обычно, изучая психологию современных серийных убийц или преступников, виновных в чудовищных преступлениях, мы склонны исследовать предыдущие травмы, которые могли разрушить хрупкое психическое равновесие субъекта и вызвать побуждения к убийствам. Если только это не религиозные мотивы:[24] в этом случае всё меняется, и многое. Наглядный пример такому процессу мы можем найти в фигуре Гиммлера: на самом деле самая тёмная сторона Третьего Рейха, истинная Земля Тени, менее известная, более увлекательная, но и более тревожная, выражается в визионерской вселенной Генриха Гиммлера (1900-1945), исполнителя окончательного решения, создателя новых СС и организатора высшей академии в Вевельсбурге, где он стремился реализовать самые скрытые и опасные принципы ариософии.

В случае Гиммлера мы не находим никаких травм, вызывающих геноцидное безумие: действительно, если послушать [американского историка] Ричарда Брейтмана "проблема в том, что Гиммлер провёл детство в нормальных, если не привилегированных условиях, и никакое социологическое или психологическое упрощение не может объяснить причину, которая побудила его совершить массовые убийства в столь беспрецедентном масштабе". [...]

В сельской местности недалеко от Падерборна, Вестфалия, величественно стоит на холме, возвышаясь над окрестностями, замок Вевельсбург, где Генрих Гиммлер создал омфалос, или пуп земли, духовный центр своей личной империи. Вевельсбург стал идеальным и культурным центром Чёрного Ордена: здесь были спланированы экспедиции по всему миру в поисках входа в Атлантиду, поиски Грааля за те несколько месяцев, в течение которых Отто Ран [молодой офицер СС, посланный Гиммлером в Пиренейский регион в поисках священной чаши] остановился в замке; здесь команда лучших немецких археологов провела исследования ариософии, которые должны были раз и навсегда доказать абсолютное превосходство арийских племён в завоевании древнего мира. [...]

Святилище нацизма

Вевельсбург должен был стать не военным центром, а суперспециализированной академией, где сливки немецкой исторической и религиозной науки могли бы работать в полном спокойствии, вдали от обязанностей, которые могли бы отвлечь их от чистых исследований; кроме того, он возник как культовый центр, квинтэссенция святилища национал-социалистической вселенной в течение следующих тысяч лет; требовалось место в гармонии с природой, тихое и способное предрасполагать к медитации и изучению. [...]

В 1934 году, когда Гиммлер купил замок [...], Вевельсбург стал центром тайного культа Чёрного Ордена. Форма стрелы глубоко поразила воображение рейхсфюрера, который увидел в ней символическое значение: замок был ориентирован на север, в отличие от всех древних и современных построек, которые следуют ориентации Восток-Запад. Северный вектор сразу же напомнил Гиммлеру о земле Туле, арийской Гиперборее, Северном полюсе, древней родине, где большинство германских традиций помещают арийский Эдем, то есть о месте, где в незапамятные времена линия арийских людей-богов жила в совершенной гармонии с силами природы, являясь проявлением их божественной силы. Гиммлер решил, что когда Третий Рейх окончательно установится на Земле, замок станет центром мира. [...]

В том, что касалось проекта, Гиммлеру помогали личный архитектор Бартельс (который курировал строительные работы в качестве главного архитектора) и Карл Мария Вилигут: на основе их рекомендаций, но прежде всего следуя духовным советам священника-мага Вилигута, Гиммлер перестроил весь замок изнутри, с сохранением, однако, общей формы наконечника стрелы: в период между 1939 и 1944 была на 4,8 метра занижена северная башня, а внутри построено то, что мы сегодня знаем как "крипта" – святая святых СС, названная Гиммлером Валгаллой. [...] Работа продолжилась созданием Gruppenf?hrersaal, зала верховных вождей СС, на первом этаже, который выходит во внутренний двор; двенадцать колонн были возведены как в этом зале, так и в крипте, и был спроектирован ещё один зал над Gruppenf?hrersaal с грандиозным куполообразным потолком – проекты, которые так и не были реализованы.

С 1941 по 1945 год начали задумываться о более крупном проекте с целью расширения площади замка до соседней деревни; фермерские дома отодвигались, чтобы освободить место для огромного комплекса зданий круглой формы, который будет окружать центральную постройку. Крипта стала бы географическим центром системы, очевидным символом, который возвращает нас к значению омфалоса, пупа мира. Это была бы пуповина, связывающая культурный мир СС с народом. [...] Кирстен Джон-Штюк, историк-архивариус, указал мне на сходство окончательного проекта Вевельсбурга с так называемым копьем Лонгина: весь замок был ориентирован как вектор, то есть стрела, символизируемая копьем Лонгина, амбивалентно не только на север и, следовательно, вовне, но также и в центр самого себя, то есть являлся бы географической точкой в центре грандиозного сооружения, которое должно было окружать замок и состоять из Северной башни и подземной крипты. Эта точка была концом копья или, если хотите, вектора, ориентированного как магнитный компас на север. На практике кольцо зданий имело своим фокусом равноудалённое от внешней окружности Валгаллу, крипту Северной башни, и это было, конечно, не случайно, а намеренным символическим выбором: это должно было стать омфалосом, духовным центром национал-социалистического мира. Таким образом, внешне-внутренний аспект получал двойное символическое значение: тяготение к далёкой родине во времени и пространстве (древняя Туле, расположенная в скандинавских легендах в полярной зоне) и необходимость погрузиться в себя в поисках прямой связи со своей вселенной, которая проистекает из национал-социалистического Weltanschauung[25], то есть духовная необходимость медитации или мистического поклонения.

Орден воинов-монахов

Гиммлер решил, что с 1939 года группенфюреры СС должны собираться один раз в год (возможно, даже несколько раз) в Вевельсбурге для так называемой весенней конференции; единственное, что можно сказать наверняка об этих встречах, – это специальные диеты, назначенные его двенадцати рыцарям, и что эти встречи посвящались темам, связанным с ариософией и ранними периодами германской цивилизации, а также связям с новой национал-социалистической реальностью, которая возрождала прошлое тевтонских племен в современной жизни, сохраняя духовные аспекты. [...] В Академии Аненербе проводились непрекращающиеся и лихорадочные исследования, здесь работали преподаватели и учёные различных дисциплин, которые определяли духовные и генетические возможности чистой арийской расы, и логично предположить, что велась чрезвычайно продвинутая исследовательская деятельность с регулярными обновлениями, семинарами и конференциями. Однако мы должны иметь в виду, что замок был задуман в первую очередь как культурный центр, и поэтому там также выполнялись функции, которые, безусловно, входили в духовную или, лучше сказать, псевдорелигиозную сферу. Давайте не будем забывать, что в Вевельсбурге во время браков высших эсэсовцев, не было священника, а присутствовал [...] духовный советник Гиммлера, Карл Мария Вилигут, который появлялся в пасторальных одеждах с синим бантом, на котором были выгравированы руны: очевидная форма замены традиционной религии вотанским неоязычеством, которым глубоко пронизывался нацизм. Эти и другие церемонии проводились Вейстором,[26] который надзирал над деятельностью учёных и военных, проживавших в Вевельсбурге: те, кто работал в Вевельсбурге, были частью Чёрного Ордена, религиозного ордена боевых монахов, чья элита считала тайный духовный аспект национал-социализма настоящим центром, вокруг которого строилась вся остальная деятельность. [...]

Вилигут также разработал медитацию с повторением германских мантр. Это практиковалось в высших эшелонах СС: сам Мигель Серрано, который вместе с Рудольфом Гессом и Карлом Густавом Юнгом входил в герметический кружок, изучающий эзотерический нацизм, подтвердил таинственную практику созерцания, основанную на визуализации рун и контроле дыхания, которая выполнялась в естественном саркофаге в священном месте Экстернштайн недалеко отсюда. Это может показаться противоречивым, что солдаты использовали методы духовной концентрации, более подходящие для монахов, но мы говорим о Чёрном Ордене СС, и это действительно орден воинов-монахов. Из воспоминаний Шелленберга [начальника секретной службы Гиммлера] мы узнаём о специальных медитативных мероприятиях с целью управления мышлением на расстоянии. [...]

Вся система, основанная на нумерологии, ариософских теориях, видениях Блаватской, была реализована с определённой целью и предназначена для архонтов, двенадцати группенфюреров СС. [...] В Валалле двенадцать каменных сидений и центральная круглая зона, ограниченная небольшой стеной. На полу Gruppenf?hrersaal есть солнечное колесо с двенадцатью спицами. Двенадцать комнат для двенадцати группенфюреров, каждая из которых посвящена какому-то историческому деятелю. В одном из залов круглый стол с двенадцатью стульями (круглый стол, явно вдохновлённый легендами о короле Артуре, теперь больше не существует, вероятно, уничтоженный во время пожара 1945 года). Двенадцать лучей, двенадцать комнат, стол с двенадцатью стульями, двенадцать мест в крипте, двенадцать группенфюреров; очевидна связь между сиденьями и лучами арийского солнца в зале на первом этаже, над криптой. [...] Легенда о короле Артуре, должно быть, произвела впечатление на начальника СС, потому что он всегда принимал за своим столом только двенадцать гостей. И как Артур когда-то выбрал двенадцать самых доблестных рыцарей, так и теперь король Генрих назначал двенадцать лучших обергруппенфюреров верховными иерархами своего ордена.

Эзотерическая страсть людей Гитлера

[...] Рене Генон, который вместе с Мирчей Элиаде был одним из столпов, на которых я много лет назад опирался в своей диссертации об эзотерическом нацизме, признал космическую связь с двенадцатью знаками зодиака. И не только это: в книге "Король мира" Генон провёл ценное исследование значения числа "12" в различных религиях, доказав, что число имело связь с Тулой или Туле, что Туле был источником символизма, связанного с Большой Медведицей и Северным полюсом, а Вевельсбург был стрелой, указывающей на север. [...] Особая ориентация на север относится к Туле, Северному Центральному полюсу, который также был названием общества, из которой возникла ДАП, переименованная Гитлером в НСДАП.[27]

До того, как она стала называться "Туле", она называлась Germanenorden: в неё вошли в 1912 году Филипп Штафф и его сотрудники, распустив бывшее общество "Гвидо фон Лист", Берлин. Все эти люди вместе с Рудольфом фон Зеботтендорфом были учёными и практиковали эзотерику и ариософию; в частности, они практиковали контроль дыхания и визуализацию рун с целью осознания своего духовного "я". Искренне немыслимо и несостоятельно с любой точки зрения, что эти методы не были переданы членам Туле (которые были по большей части бывшими членами Germanenorden); в действительности, даже если бы Гитлер изменил имя группы на ДАП (политическое крыло тайного общества Туле) и устремил его сразу на насильственной прагматичную политику, Гесс (а также Карл Хаусхофер), который был эзотериком и учёным-магом вместе с Зеботтендорфом и другими, стоял рядом с Гитлером, как номер два в партии, пока не совершил свою неудачную поездку в Англию, где был схвачен. После неудавшегося путча 1923 года Гесс и Хаусхофер провели долгие месяцы интенсивных встреч с Гитлером в Ландсберге, и такое общение и дружба между людьми обязательно приводят к разговорам о вещах, которые им больше всего дороги, или о собственных интересах. Первый очень увлекался эзотерическими поисками, как и Хаусхофер. Это всего лишь один пример, поскольку эзотериков Germanenorden и Туле было намного больше двух. Поэтому немыслимо, чтобы методы контроля и медитации не перешли от Туле к верхушке НСДАП. Может быть, не всем, но фюреру определённо. А также Геббельсу и Гиммлеру, которые верили в магическую и астрологическую силу до конца своих дней. И было несколько других.

Мы также видели, что Гитлер позже пытался устранить любую связь с астрологическими доктринами, объявив эти практики вне закона в общественной жизни Рейха, и всё же до последнего он регулярно заказывал себе личный гороскоп.[28] Он нашёл тайное убежище Муссолини благодаря своему личному "мастеру звёздного маятника"; Ланц фон Либенфельс называл его "одним из наших учеников". Поэтому неоспоримо, что тайные доктрины ариософской матрицы продолжали занимать центральное место в гитлеровской идеологии, которая воплотила в жизнь основные концепции, реализовав их с необычайной эффективностью посредством политических директив Третьего Рейха. Но последнее испытание состоялось как раз в Вевельсбурге, где Гиммлер со товарищи продолжали те практики медитации с рунической визуализацией [...], духовные упражнения созерцательного типа, включающие концентрацию, медитацию, контроль дыхания и руническую визуализацию – всё то, что практиковалось элитой СС. [...] Целью таких упражнений, как уже упоминалось, было пробуждение истинного арийского "я" путём мистического слияния с народом. [...] Внешний вид круглых и копьевидных зданий был визуальным и графическим представлением контакта с чистой божественной арийской кровью: копьё Лонгина заставляло кровь Христа стекать с его наконечника (крипты). Крипта была помещением, где медитация приводила человека к внутреннему мистическому контакту с народом. Слияние с чистейшей арийской кровью было полным, снаружи и внутри. Таким образом, проявляется последняя глава Ордена, величайшая из секретов национал-социализма; копьё Лонгина и Грааль тесно связаны с кровью Иисуса, который считается самым чистым арийцем на лице земли. В Вевельсбурге были получены физические (здания в форме копья) и духовные (ритуалы в склепе и рунические мистические медитации) изображения Грааля и Копья Судьбы (копья Лонгина) – предметов, которые, вступая в контакт с кровью Христа, позволяли элите СС напрямую связываться с Золотым Веком, с первобытной чистой кровью перворождённых, что в абсурдной нацистской мифологии совпало с идеей божества.

В архаических цивилизациях обряд служит не для запоминания, а для возврата во времени, то есть к моменту истоков Золотого Века; не имея концепции прогрессивной истории, а только циклической, архаические цивилизации воссоздают нужный момент в настоящем, осознавая так называемое "кольцо вечного возвращения" и напрямую связываясь с прошлым. Действительно, прошлое и настоящее соединяются, как кольцо, у которого нет ни конца, ни начала. Нацизм был уникальным явлением в современной истории, потому что он также отвергает научную концепцию и концепцию исторического процесса, чтобы возродить более древнюю эпоху, Юга на санскрите. По этой и другим причинам уместно считать нацизм архаичной цивилизацией – особенно с учётом его тайных ритуалов. [...]

Окончательный ответ на вопрос: откуда возник Холокост?

В конечном счёте можно сказать, что нацизм включает в себя: оккультный гнозис (ариософия и, в частности, учения Ланца, Листа и Вейстора), мессию (Гитлер), первосвященника с двенадцатью апостолами (Гиммлер и его группенфюреры), концепцию первородного греха и, как следствие, комплекс вины (смешение с низшей расой), эсхатологию (окончательное решение и война за господство в мире) и Золотой Век (Гиперборея, Туле), в который необходимо вернуться. Другими словами, нацизм, но только в узком кругу его элиты, является религией, – элементы были признаны и выделены, и поэтому может возникнуть окончательный ответ на вопрос: откуда возник Холокост? Речь идёт о разрушении мира, настоящем Армагеддоне, или Рагнарёке, чтобы создать новый мир, новый порядок, которому суждено продлиться тысячу лет, по совпадению, как Царство Небесное, описанное в Откровении Иоанна.

Ариософия и теософия

Согласно Томбетти, эзотерические доктрины, которые очаровывали людей Гитлера, уходят корнями в теософию, идеологическое движение масонского происхождения. Таким образом, насильственная реакция, которая должна была нанести удар по международным масонским кругам частично еврейского происхождения, в свою очередь, черпала вдохновение из другой идеологии масонского происхождения.

Основательница Теософского общества (официально образованного в Нью-Йорке в 1875 году), Елена Петровна Блаватская (1831-1891), которая каким-то образом стала живым героем в медиа-плане, смогла широко распространять своё неопубликованное и полумасонское течение только благодаря определённым масонским кругам, относящимся как к обычным ложам, так и к международным Ур-ложам.

Сама Блаватская имела поспешное посвящение "по доверенности" через Джузеппе Гарибальди (вместе с которым в ноябре 1867 года сражалась в битве при Ментане) в Ур-ложу "Томас Пейн". Но потом её выгнали. Эту историю мы расскажем в другом месте, а также углубимся в более позднюю принадлежность этого увлекательного эзотерика и крёстной матери современных теософских доктрин к Ур-ложе "Парсифаль".

Эти масонские круги поручили некоторым соучредителям (вместе с Блаватской) распространить Теософское общество по всему миру.

Первыми руководителями Теософского общества, в котором Блаватской отводилась роль секретаря и ответственной за связи, были президент-масон Генри Стил Олкотт (полковник-унионист во время Гражданской Войны, журналист, адвокат), вице-президент, тоже масон, Сет Панкост (врач и писатель), генеральный директор масон Джон Сторер Кобб (адвокат и издатель), казначей-масон Генри Дж. Ньютон (президент Ассоциации американских фотографов), советники правления масоны Вильям Кван Джадж (адвокат и писатель), Э. Х. Бриттен (редактор), Х. Д. Монакези (журналист), Дж.Х. Виггинс (пастор-евангелист), Р. Б. Уэстбрук (пастор-евангелист).

Все эти персонажи, наряду с другими, были соучредителями других обществ, возникших из масонской среды.

Среди известных и влиятельных приверженцев, которые позже станут частью различных национальных секций и международной готы Теософского общества, включая отделения, секции, формирования и различные диатрибы,[29] на переднем крае всегда будут находиться вольные каменщики и каменщицы, а также персонажи, интересующиеся эзотерикой, но не прошедшие масонское посвящение.

Действительно,

теософия распространилась по всему североамериканскому континенту, в Англии, Германии и даже в Индии, куда штаб-квартира общества была перенесена в 1879 году;[30] это была, по сути, своего рода гностическая академия, в которой проводились глубокие исследования истории и символов с целью поиска общего во всех религиях, дерева знаний, на котором каждая культура обретала своё знание. Чтобы восстановить западную эзотерическую традицию, на которую ссылалась Блаватская, мы должны вернуться к более ранней гностической традиции, отождествляемой с первыми веками от рождества Христова. Наряду с гностическим знанием теософия использовала герметические тексты магии, каббалы, алхимии, тексты средиземноморского происхождения, в которых прослеживались те же духовные аналогии мистического порядка. Это связано с тем, что Блаватская[31] считала гностическую традицию своего рода подземной рекой познания, от которой могли пить только посвящённые каждой эпохи, в том числе с помощью различных мудрых дисциплин и в разное время. [...] Целью Теософского общества было именно создание моста между герметической религией гностико-розенкрейцерской матрицы и наукой XIX века, использование скрытых сил в человеке и попытка пробудить их для высшего духовного осознания.

Исследования Теософского общества породили своего рода моду на рубеже веков на переводы древних восточных религиозных текстов – моду, появившуюся на гребне неоромантизма, который тогда захлестнул Европу и получил широкое распространение в Германии.

Интерес Блаватской к Тайной доктрине был направлен на рассмотрение различных оккультных течений, каббалы, гностицизма, демонологии, масонства и спиритизма, а также на их переработку с целью получения более высоких знаний, которые, по её мнению, исходили из более старых религий, особенно египетской. Её первоначальный интерес к египетской религии проявился в первой книге "Разоблачённая Исида" (1877), в которой была предпринята попытка переделать современные религии в свете египетской науки, подчёркивая плоский характер идеалов современной индустриальной цивилизации. После переезда Теософского общества в Мадрас, Индия (1879 г.), Блаватская стремилась организовать теософию, рассматривая Восток, особенно Тибет, как истинный источник мировой религии, исключая Египет и его тайны. Вторая книга, "Тайная доктрина"(1888), была представлена в качестве комментария к тексту, найденному мадам Блаватской в подземном монастыре в Гималайском хребте, в покоях Дизана. В трёх томах описывается божественная деятельность во время творческого процесса, который циклически продолжается вечно. Космическая эволюция, от эпохи господства огня до эпохи господства эфира, отражала падение творения из Божественной благодати, и для иллюстрации этого Блаватская использовала широкий спектр эзотерических символов, треугольников, трискелисов и свастик. Поэтому примечательно, что свастика, общепризнанная в современной истории как символ нацизма, впервые появилась в наше время в эзотерической книге; поэтому тут можно наблюдать предполагаемую связь с буддийскими и индуистскими религиями, которые всегда использовали свастику как в левостороннем, так и в правостороннем положении. Оккультная мудрость, которую приписывает ей Блаватский, будет расширена теоретиками фёлькиша и сторонниками солнечных культов, предвещавших XX век в Германии.

Блаватская пыталась реализовать настоящую альтернативную космогонию, параллельную историю человечества, которая частично повторила падение человека бытия, снабдив его ложными элементами в свете знаний, потерянных тысячелетиями, но сохраненных посвящёнными. Второй том "Тайной доктрины" (Антропогенез) описал падение человека от божественной благодати к варварству, а затем обратно к духовному подъёму, в соответствие с курсом космической цикличности; доктрина эволюции расы, согласно которой нынешней пятой расе-матери, называемой арийской, предшествует четвертая, атлантов, почти исчезнувших из-за катаклизма, который затопил их континент в Атлантике. [...] Эти же понятия мы найдём в арийских доктринах Гитлера. Столкновение магического типа между учёными-атлантами, которые использовали свою негативную магию в злых целях, с мудрыми жителями мифического подземного города Шамбала позже привело к великим катаклизмам, к расовому и идеологическому хаосу. [...]

Чтобы связать такие идеи с теми, которые циркулировали и широко распространялись на всех уровнях Третьего Рейха, мы можем подчеркнуть, что Генрих Гиммлер, рейхсфюрер СС и поклонник скандинавской мистики, верил в реинкарнацию, считая себя кармическим потомком саксонского императора Фридриха I. Кроме того, руководство СС организовало несколько экспедиций в Тибет и пустыню Гоби в поисках мифического входа в подземный город, не говоря уже о нацистской расовой доктрине о падении в состояние социальной и экономической слабости, вызванной смешением с унтерменшами, и необходимости биологического очищения, чтобы позволить расе-матери стимулировать скрытые способности мозга с целью возвращения к изначальному совершенству. Фактически, благодаря распространению теософской доктрины в Германии начали изучать возможное местонахождение Атлантиды; этим занимались историки, учёные и простые энтузиасты, а также известные исследователи, такие как Свен Хедин, первооткрыватель источников Брахмапутры и советник будущих экспедиций СС в Тибет, он несколько раз ездил в Азию в поисках Шамбалы. Тот факт, что он был приглашён и награждён Гитлером в Берлине по случаю 75-летия в 1940 году, ясно показывает, насколько фюрер ценил старого исследователя: Гитлер не забывал выказывать уважение тем, кто по-разному способствовал строительству его Weltanschauung.[32]

Прогрессивные масоны против нацистской идеологии

Однако в конце Второй мировой войны преобладал не теософский эзотеризм, а нацистский.

Победа в страшном и разрушительном конфликте досталась (при внешнем соперничестве с генеральным секретарём Коммунистической партии СССР Иосифом Виссарионовичем Джугашвили по прозвищу "Сталин", который в молодости также прошёл посвящение в масоны)[33] странному союзу прогрессивных масонов во главе с братом Франклином Делано Рузвельтом и его друзьям, консервативным и умеренным масонам, условно представленным Уинстоном Черчиллем.

Фактически, масону Черчиллю пришлось дезавуировать и преодолеть свои прошлые симпатии к Муссолини и неолигархическим масонам в чёрной рубашке, которые сопровождали его с 1919-1922 годов.

Таким образом, начиная с 1936-1938 годов, бывший канцлер казначейства, который в 1927 году был главным героем официального визита к Муссолини, чтобы даже на международном уровне узаконить его диктаторский режим, начал свой путь как гордый противник нацистского варварства.

Так на глубоком уровне на расстоянии около двух столетий повторялась эта спайка между масонскими кругами разного Weltanschauung ввиду общего врага, который должен быть уничтожен.

Примерно в середине XVIII века этим врагом был "Старый порядок", в годы с 1939 по 1945 год нацистская идеология и практика вдохновлялись не только недемократической и свободоубийственной духовностью, но и расистской в биологическом смысле, бесчеловечной и редкой свирепостью.

Таким образом, преобладал масонский эзотеризм (в его прогрессивной версии), который в значительной степени опирался на духовность эгалитарного, либерального, либертарианского и демократического характера.

И именно масонско-прогрессивная эзотерика вдохновила окончательное решение проблемы управления миром в послевоенный период, путём создания неоконституционной организации (24 октября 1945 г.), Организации Объединённых Наций – основы прекрасного, мирного, либерального и демократического общества.

Кроме того, именно прогрессивные масонские круги всех широт поддерживали американских собратьев, которые под руководством вольной каменщицы Элеоноры Рузвельт (жены ныне покойного Франклина)[34] способствовали разработке, а затем утверждению Всеобщей Декларации прав человека (подписанной в Париже 10 декабря 1948 года под эгидой ООН).

Документ черпал общее вдохновение в разработках американских и французских революционеров конца XVIII века, а также в либертарианском и демократическом правовом и конституционном наследии, дистиллированном на протяжении XIX и первых десятилетий ХХ века, но также отчётливо видны истоки в знаменитой речи против нацистских диктатур, которую масон Франклин Делано Рузвельт произнёс в Конгрессе США 6 января 1941 года по поводу "четырёх основных свобод: свободы слова и выражения; свободы вероисповедания в любой точке мира; свободы от нужды в любой точке мира; свободы от страха в любой точке мира".

В другом месте, между страницами последующих томов "Масонов" и в "Мировой власти и её почтенных мастерах", мы не только подробно упомянем замечательную речь Рузвельта от 6 января 1941 года, полностью иллюстрирующую её смысл и масштаб, но и подробно расскажем всю эпопею в защиту демократии и свободы, главными героями которой с 1930-х годов были Ф. Д. Рузвельт и евроатлантические прогрессивные масоны.

Этим главным героям противостояли мощные антагонисты: до 1939-1941 гг. – те же реакционные и профашистские западные масонские круги, сторонники мягкой олигархической инволюции западного и мирового управления; до конца Второй мировой войны – проект нового нацистского мирового порядка, радикальная альтернатива современности, возникшей в результате великих масонских революций XVIII и XIX веков.

Масон Мохандас Ганди

Эпиграфы к главе заканчиваются двумя цитатами масона Мохандаса Карамчанда Ганди (1869-1948), прозванного Махатмой ("Великой Душой"), который прошёл через разные масонские опыты, наиболее значимым из которых было, вероятно, посвящение в Ур-ложу "Томас Пейн" (1894), а затем создание Ур-ложи "Арджуна-Феникс" (1904), которая работала в течение долгого времени, особенно среди Индии, Африке и в западном мире.

Необычайная экзистенциальная история масона Ганди начинается с последних десятилетий XIX века, усиливается с пребывания в Южной Африке в период 1893-1914 годов и достигает своего апогея благодаря ненасильственной борьбе за независимость Индии примерно в течение трёх десятилетий, охватывающих период с 1915 по 1947 год.

Духовная, философская и полурелигиозная фигура Ганди становится одним из самых ярких и типичных представителей свободного прогрессивного масонства всех времён, которые повлияли своим мировоззрением на главных героев второй половины ХХ века, прежде всего на ещё одного масона, выступавшего за гражданские и политические права меньшинств – брата Мартина Лютера Кинга (1929-1968).

Махатма был застрелен 30 января того же 1948 года, когда ООН приняла Всеобщую Декларацию прав человека, на которой мы останавливались раньше, отдавая дань уважения именно людям его закалки и их мечте о более свободной, равной и братской планете, окутанной цепью человеческой солидарности, сострадания и социальной справедливости.

Масон Ганди после жизни, проведённой в вольтерианской борьбе за права других (а не за свои собственные), едва вышедший из смертельной борьбы с правительствами Пакистана и Индии, начал поститься, чем рисковал уморить себя до смерти, и потребовал: а) прекратить любое жестокое противостояние между вооруженными группировками мусульман и индуистов; б) завершить согласованный платёж крупных сумм в пользу пакистанцев (550 миллионов рупий в качестве компенсации в рамках раздела территории индийского континента); в) обеспечить правовое равенство и полную терпимость верующих всех религий в их государствах.

Махатма выиграл ещё одну ненасильственную битву с пакистанским и индийским правительством, которые удовлетворили все его требования.

К сожалению, он заплатил своей жизнью за эту последнюю и очень важную победу, поскольку был убит руками индуистского фундаменталиста Натхурама Годзе.

Но о выдающейся жизни Ганди, характеризующейся фундаментальными масонскими перипетиями, нам придётся остановиться в другом месте и в другом ключе, между страницами последующих томов "Масонов" и на страницах "Мировой власти и её досточтимых мастеров", поскольку его экзистенциальное приключение произошло на рубеже двух столетий и дошло до середины 1990-х годов ХХ века. Мы поместили в этой главе краткое воспоминание о нём, потому что его жизнь и смерть свидетельствовали и до сих пор свидетельствуют миру о перспективе окончательного решения в мирном сосуществовании между этническими группами, расами, религиями и социальными группами, в полном соответствие с идеей, которую выдвинула Элеонора Рузвельт и её братья/сёстры, и радикально противоположной распространённому нацистскому варварству и фундаменталистско-интегралистской пропаганде всех эпох.

Глава 2. Консерватизм с Востока на Запад (1950-1956)

В которой рассказывается о реакционном и консервативном возрождении после окончания второго мирового конфликта и длинной волне прогрессивного сопротивления на протяжении 1950-х годов.

Я, мастер камня и дерева, который таковым является или будет посвящён искусству мастеров, во имя Господа нашего Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и Всех Святых [...] если меня вызовут в правительство общества, я не откажусь, но приму этот пост, буду править, руководить и преданно защищать общество и его членов. И я буду равномерно распределять бремя между членами общества в соответствие с тем, что мне и совету мастеров покажется удобным.

Болонская хартия 1248 г., I. "Клятва мастеров"

Вина, дорогой Брут, не в звёздах, а в нас самих. Спокойной ночи и удачи.

Эдвард Р. Марроу, "Спокойной ночи и удачи", фильм 2005 года, режиссёр Джордж Клуни

Не видя, как в рамках обострённой международной ситуации, опасности возвращения не только холодной войны, но и развязывания горячей войны, советская интервенция в Венгрии, предотвращающая создание очага провокаций в центре Европы и позволяющая СССР решительно вмешиваться, чтобы остановить империалистическую агрессию на Ближнем Востоке, в решающей степени способствовала (помимо предотвращения сползание Венгрии в хаос и контрреволюцию) уже не только защите военных и стратегических интересов СССР, но и спасению мира во всем мире. [...] Товарищ Джолитти имеет право высказывать своё мнение, но я имею право жёстко бороться с его позицией. Советское вмешательство помогло не только предотвратить сползание Венгрии в хаос и контрреволюцию, но и установлению мира во всём мире.

Джорджо Наполитано, выступление в ноябре 1956 года о событиях в Венгрии

Реакционное и консервативное возрождение

50-е[35] были отмечены ранним началом политических тенденций консервативного и реакционного толка. Эти тенденции были подготовлены рядом международных событий, имеющих огромное значение. Из-за обострения политико-идеологической напряжённости между советским блоком и Европой-США, возглавляемыми соответственно масоном-ренегатом Иосифом Виссарионовичем Джугашвили, прозванным Иосифом Сталиным,[36] и явным масоном Гарри Трумэном, вольные каменщики Джордж Оруэлл (уже в 1945), Уолтер Липпман и Бернард Барух (в 1947 году) вводят в международный обиход удачное выражение "холодная война" для определения многолетнего скрытого конфликта между двумя новыми сверхдержавами (СССР и США), их союзниками и сателлитами.

В 1948 году знаменитая блокада Западного Берлина, осуществлённая СССР, положила начало дальнейшему обострению дипломатических отношений между победителями Второй мировой войны.

Начиная с 1949 года, три района Берлина, находящиеся под западным военным контролем (США, Великобритании и Франции), представляли собой своего рода анклав на контролируемой Советским Союзом территории Германии в растущей атмосфере взаимных подозрений и ограничения свободного передвижения товаров и людей.

23 мая 1949 года в одностороннем порядке была образована Федеративная Республика Германия со столицей в Бонне. 7 октября 1949 года была провозглашена Германская Демократическая Республика со столицей в Восточном Берлине.

Граница между двумя Германиями в Берлине была официально установлена в 1952 году, а в 1961 году восточные немцы построили печально известную Берлинскую стену, которая отделяла территории, находящиеся под суверенитетом ГДР, от западных секторов немецкой метрополии.

Следует отметить, кстати, что если герб ФРГ напоминал древний и традиционный тевтонский символ – одноглавого орла на жёлто-золотом фоне (после немецкой масонской революцией 1848 года парламент Франкфурта вместо него принял классического двуглавого орла – эмблему древнего и принятого шотландского обряда, который ранее был принят в другом значении главами Священной Римской империи с XV века), который тем не менее вызывал некоторые утончённые алхимико-масонские ассоциации, то герб ГДР, помещённый на флаге восточных немцев, представлял собой оригинальное слияние элементов явно коммунистического происхождения и неприкрытых символов масонства. Фактически этот герб состоял из такого сочетания: молот (типичный коммунистический инструмент, как и серп), который перекрывали циркуль и угольник…[37]

Масоны Ангела Меркель и Владимир Путин

Именно в магматическом, неоднозначном и плодотворном (для двойных и тройных игроков на европейской шахматной доске вчера и сегодня) тигле ГДР такие деятели, как Ангела Меркель (родилась в 1954 г.) и Владимир Путин (родился в 1952 г.) прошли масонское посвящение (конец 80-х) в одной и той же международной Ур-ложе, которая кооптировала и вербовала членов на восточно-германских и западных территориях. Ур-ложа, в которой были инициированы Меркель и Путин, первоначально называлась "Золотая Евразия", но с 1967 года она сменила название на "Зеркало Запада и Востока", символизируя важный антисоветский союз с ложей "Свет Востоку", основанной в том же году масоном Збигневом Бжезинским. В последнее время, будучи Ур-ложей, действующей до сих пор и более чем когда-либо (трагические пантомимы российско-украинского конфликта являются одной из самых сложных сфер её действия), установился обычай официально обозначать её обоими названиями, полученными в ходе истории.[38]

Напряжённость между Восточной и Западной Европой нашла ещё одно официальное воплощение в Конституции НАТО (Организация Североатлантического договора) – военного альянса, продвигаемого США и крупнейшими западными демократическими державами со своими союзниками и сателлитами, – которая вступила в силу в 1949 году.

По другую сторону баррикад СССР и восточноевропейские государства, подпадающие под его гегемонию, в 1955 году образовали Варшавский договор.

Здесь также удивительно найти на официальном флаге НАТО эзотерический символ, восьмиконечную розу ветров (у которой каждый луч разделён на белую и цветную часть – напоминание о чёрно-белых клетках на полу в залах масонских собраний), в то время как эмблема Варшавского договора несёт не только повторение пятиконечной звезды (символ, который коммунистическая традиция взяла непосредственно у вольных каменщиков, в частности, из второй степени товарища-мастера, и действительно, сами социалисты и коммунисты всегда называли друг друга "товарищи"), но даже стилизация определённого типа масонского рукопожатия: в данном случае это не типичное рукопожатие первых трех степеней, а вариант, специально популярный в некоторых Ур-ложах, действующих в Центральной Европе и Средней Азии.

Они официально скрывали свою масонскую принадлежность, но неофициально продолжали оставаться масонами: социал-демократ Отто Гротеволь (1894-1964), премьер-министр ГДР с момента основания в 1949 г. и до 1964 года, коммунисты Вильгельм Пик (1876-1960, первый президент ГДР с 1949 по 1960) и Вальтер Ульбрихт (1893-1973, первый председатель Государственного Совета с 1960 по 1973 и генеральный секретарь Единой Социалистической Партия Германии).

На Западе первым канцлером ФРГ (с 1949 по 1963) был масон-католик и христианский демократ Конрад Аденауэр (1876-1967), член также нескольких рыцарских орденов Ватикана, традиционного вместилища масонов (Рыцарского Ордена Святого Гроба Господнего Иерусалимского, Суверенного Военного Ордена Мальты и т. д.), в то время как президентом ФРГ (с 1949 по 1959) был масон старой либеральной закалки Теодор Хойс (1884-1963).

Бильдербергский клуб и Фонд Дитчли

В этот же период, охватывающий более или менее все 50-е годы, в то время как в некоторых других (но не во всех) международных обществах парамасонской направленности, созданных уже между второй половиной XIX и первой половиной ХХ веков, реакционные масоны стремились взять верх над прогрессивными собратьями (часто находящимися в прострации или в состоянии блаженной пассивности благодаря недавним достижениям), были созданы совершенно новые парамасонские общества, которые уже держались изначально неолигархических и консервативных тенденций.

Данные тенденции были явно обозначены и видимы, начиная с конкретной программной и оперативной ориентации вышеупомянутых обществ, но, с другой стороны, умело замаскированы классическими парамасонскими обычаями (и, прежде всего, непосредственно масонскими) предпочтительно принимать в своё лоно представителей и сторонников любых демократических конституционных взглядов (от умеренных правых до умеренных левых, исключая, как правило, только крайних).

В первую очередь речь идёт о Бильдербергском клубе (основанном в 1954 году) и Фонде Дитчли (основанном в 1957-1958 годах).[39]

Фонд Дитчли был основан масоном Дэвидом Уиллсом (1917-1999), выдающимся социологом парамасонского Королевского Института Международных Отношений (или Чатем-Хауса), вышедшем из семьи с давними масонскими традициями. Уиллсы – британская династия богатых предпринимателей, занимавшихся импортом табака и производством сигарет, вышедшая из Бристоля (где в 1786 была основана "Уиллс, Уоткинс и Ко.", которая в 1830 переименовалась в "W.D. & H.O. Wills" по имени двух основателей: масонов Уильяма Дэя и Генри Овертона Уиллсов).

Что касается Бильдербергского клуба, в его создании участвовали видные масоны международного калибра Джозеф Ретингер (1888-1960), Бернард ван Липпе-Бистерфельд (1911-2004, принц-консорт королевы Нидерландов Юлианы – 1909-2004 –, правитель с 1948 по 1980), Генри Джон Хайнц II (также называемый "Джек Хайнц", 1908-1987), Алистер Фрэнсис Бьюкен (1918-1976), Джозеф Джонсон (1895-1990), Чарльз Дуглас Джексон (1902-1964), Уолтер Беделл Смит (1895-1961), Поль Карл Рийкенс (1888-1965), Поль ван Зеланд (1893-1973), Колин Габбинс (1896-1976), Питер Кальвокоресси (1912-2010), Пол Генри Нитце (1907-2004), Дэвид Рокфеллер (1915-2017), Дэнис Хили (1917-2015) и другие не меньшего веса и влияния; все они уже более или менее работали в мирской жизни (то есть в политике, экономике, СМИ, в идеологически-культурной сфере и т. д.), в том числе через другие ранее существовавшие парамасонские общества (особенно Общество Пилигримов, КИМО и Совет по международным отношениям), и примерно все они были приняты через обряд посвящения в конкретные и элитарные международные Ур-ложи.

Длинная полоса прогрессивного масонства

Определённая длинная масонско-прогрессивная полоса, охватывающая различные планы гражданского сосуществования, культуры и социальных и политических отношений, несмотря на тысячу трудностей и препятствий, продолжала утверждаться на Западе и в разных уголках планеты под влиянием западной демократической модели на протяжении всего ХХ века.[40]

До 70-х годов в евроатлантических демократических системах даже будет преобладать определённая политико-экономическая парадигма от Рузвельта и Кейнса (вдохновлённая высшими представителями прогрессивного масонства ХХ века Франклином Делано Рузвельтом и Джоном Мейнардом Кейнсом), основанная на рыночной экономике, дополненной движущей ролью государственных инвестиций и значительным обеспечением социальных гарантий.

В связи с этим следует отметить, что сама реализация Программы восстановления Европы (ПВЕ) или "плана Маршалла" (названного в честь прогрессивного масона Джорджа Кэтлетта Маршалла, 1880-1959 гг., государственного секретаря США с 1947 по 1949 год), которая проводилась с 1948 по 1951 года с отличными макроэкономическими результатами, способными поднять Старый континент, разорённый войной, с колен – имела архетипический характер, которым несколько лет руководствовались при управлении экономикой промышленно развитых стран.

Тот же совместный план масона Уильяма Бевериджа (1879-1963), принадлежащего к британской Либеральной партии, как брат Кейнс, и масона Клемента Эттли (1883-1967), лидера Лейбористской партии, показал замечательные результаты в политико-экономическом управлении Европы, нацеленный одновременно на свободный рынок, эффективное государственное регулирование, социальную справедливость и умиротворение классовых конфликтов.

Либеральный масон Беверидж был автором знаменитого доклада "Социальное страхование и другие виды социального обслуживания" или "доклад Бевериджа" 1942 года, в котором в общем использовании гражданами определённых услуг – особенно наименее обеспеченными их слоями – виделось необходимое условие для поддержания государства в состоянии "социальной безопасности".

Лейборист-масон Эттли выиграл выборы в 1945 году и управлял Соединённым Королевством до 1951 года. Он вдохновлялся в некоторой степени (но не только) теоретическими разработками брата Бевериджа, инициировал конкретное построение этого британского государства всеобщего благосостояния, которое было перенято в качестве образца многими другими европейскими странами.

Корейская война и маккартизм

В период с октября по декабрь 1949 года лидер коммунистов Мао Цзэдун заставил Чан Кайши (генералиссимуса и председателя национального правительства Китая, поддерживаемого США) бежать на Тайвань, провозгласив при этом создание Китайской Народной Республики.

Корейская война 1950-1953 годов была ещё одним моментом серьёзной международной напряжённости. США пришлось столкнуться с другой коммунистической державой в Восточной Азии, Китаем, в то время как СССР сохранял в этом вопросе осторожный и неоднозначный (в том числе из-за соперничества и плохих отношений между Мао, Сталиным и их помощниками) нейтралитет.

В аналогичном контексте холодных и горячих противостояний между главными героями двух блоков: евроатлантическим и прозападным, с одной стороны, и советско-китайским и про-коммунистическим, с другой – появился так называемый "маккартизм", политический и медиа-феномен США, который длился примерно в те же годы Корейской войны, а именно с 1950 по 1954 год.

Явление, названное в честь беспристрастного сенатора-республиканца и гиперконсерватора Джозефа Маккарти (1908-1957) и официально и претенциозно ставящее перед собой задачу своего рода антикоммунистического крестового похода против предполагаемых просоветских настроенных деятелей в звёздно-полосатых государственных органах, обществе, культуре и шоу-бизнесе, на самом деле представляло собой своего рода эксперимент с применением "по живому" на теле американской нации инволюционных методов нелиберального и авторитарного толка.

При маккартизме, используемом в основном против интеллигенции, руководителей и служащих (особенно в государственном секторе) и известных личностей шоу-бизнеса, широко использовались запугивание, инквизиторские методы и доносы/признания, чтобы расширять круг подозреваемых в коммунистической и антиамериканской деятельности.

Те, кто попадал под подозрение, редко в действительности оказывались шпионами или сочувствующими коммунистам; во многих случаях подвергались преследованиям и санкциям деятели открытых либеральных взглядов, отличавшихся особой чувствительностью к социальным проблемам менее обеспеченных классов и профсоюзным правам.

Вопиющим случаем стала история прогрессивного масона Чарли Чаплина (1889-1977), одного из величайших кинематографических гениев ХХ века, британца по происхождению, но звезды Голливуда первой величины как актёр, сценарист и режиссёр – ему было отказано в американской визе в 1952 году именно из-за маккартистской охоты на ведьм.

Маккартизм по сути был замечательным поводом для реванша, возрождения и воинственной реагрегации для некоторых эпигонов тех реакционных, консервативных и профашистских масонских кругов, которые в своё время сражались против президента Ф. Д. Рузвельта, но потерпели поражение.

Неслучайно, на протяжении многих лет описывая тёмный период маккартизма, вольная прогрессивная каменщица Элеонора Рузвельт неоднократно определяла его как своего рода "жестокий, беспрецедентный и пагубно-фашистский период в американской истории".

Даже либеральный масон Трумэн, который также проводил знаменитую "доктрину сдерживания" в антикоммунистическом и антисоветском духе, в соответствие с которой с 1947 по 1949 год проходили первые расследования и первые судебные процессы против истинных и предполагаемых членов и сторонников американской коммунистической партии, пытался каким-то образом сдержать свободоубийственный пыл различных деятелей маккартизма, и прежде всего Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности (созданной в 1938 году изначально в антифашистских, антинацистских и антияпонских целях, но сразу после войны переквалифицированной для выявления и подавления коммунистической опасности).

Трумэн пытался, но был подавлен республиканско-консервативным большинством в Конгрессе, даже когда хотел остановить нелиберальный закон Маккаррана (сентябрь 1950 г.), который резко ограничивал гражданские права подозреваемых в антиамериканской деятельности.

Преемник Ф. Д. Рузвельта наложил на него президентское вето, официально объявив, что закон Маккаррана или закон о внутренней безопасности представляет собой опасное ущемление свободы слова, прессы и ассоциаций в нарушение Билля о правах США (первые десять поправок к Конституции США).

Но всё было напрасно, закон всё равно подвергся повторному голосованию, был подтверждён как Палатой представителей, так и Сенатом квалифицированным большинством в две трети голосов (при голосовании республиканцев, а также некоторых консервативных демократов) и официально принят.

В действительности, когда Трумэн в своей знаменитой речи по радио в марте 1947 года говорил своим согражданам и миру "о необходимости сделать выбор между двумя способами бытия: одном, основанном на свободе и демократических институтах, и другом, на власти жестокого и властного меньшинства" (т. е. коммунистической элиты), он и представить себе не мог, что именно в США такая борьба с коммунизмом могла привести (по милости реакционно-консервативной элиты) к совсем нелиберальному и авторитарному концу всего американского образа жизни.

Сенатор Маккарти и масонский истеблишмент

С другой стороны, немасон Джозеф Маккарти (со своими руководителями и помощниками из ультраправого масонства) на пике популярности и успеха, как современный неоинквизитор, совершил ошибку, полагая, что благосклонность умеренного и консервативного масонского истеблишмента Соединённых Штатов в его отношении подобна граниту и железобетону.

Однако всё было не так.

К нему, например, не испытывал никакого уважения и сочувствия (после самого раннего периода дружелюбия и сотрудничества) консервативный масон Джон Эдгар Гувер (1895-1972), очень влиятельный директор ФБР (Федеральное бюро расследований) с 1924 года (он будет им до самой смерти), который, безусловно, был антикоммунистом, но с недоумением и презрением смотрел на методы работы маккартистов.

По словам Гувера, скрупулёзного и строгого в изучении менталитета и целей коммунистических партий, поверхностность и лёгкость, с которыми Маккарти и его сотрудники проводили свои расследования, рисковали вызвать у американского народа именно то непонимание и атмосферу всеобщей неприязни и подозрительности всех ко всем, что было одной из антиамериканских целей международного коммунизма.

Прежде всего, по мнению Гувера, было безумным и контрпродуктивным вести кампанию ненависти и преследований против различных либералов и прогрессистов, выставляя их коммунистами.

На умеренном антимаккартистском фронте также выдвинулось несколько сенаторов от той же Республиканской партии. Среди них можно назвать масонов Роберта Клаймера Хендриксона, Уэйна Морса, Джорджа Эйкена, Ирвинга Айвса, Эдварда Джона Тая, Рафльфа Эдварда Фландерса.

А потом Маккарти совершил большую ошибку, заподозрив даже столь видную национальную икону, как прогрессивный масон Джордж Кэтлетт Маршалл и других высокопоставленных масонов в вооруженных силах США.

В итоге это вызвало раздражение уже нового президента Соединенных Штатов, республиканца-парамасона Дуайта Эйзенхауэра (1890-1969), которого Маршалл назначил главой американских войск в Европе во время Второй мировой войны (в 1942 году) и который был связан с ним и другими генералами, на которых Маккарти начал наводить тень и подозревать в сотрудничестве с коммунистическим врагом.

Но всё же, помимо недоверия и неприязни масона Дж.Э. Гувера и парамасона Д. Эйзенхауэра (оба умеренные правые), Маккарти то и дело подвергался резким нападкам смелого и уверенного прогрессивного масона, журналиста и телеведущего Эдварда Р. Марроу (1908-1965), чьи слова мы приводим в эпиграфах к настоящей главе (из фильма "Спокойной ночи и удачи" 2005 года режиссера Джорджа Клуни, посвящённому как раз жизни великого телеведущего "Си-Би-Эс").

Марроу провёл серию телерепортажей, срывающих покров тайны с весьма сомнительной работы Маккарти, создавая прямые политические и медийные условия для вотума недоверия, который неоинквизитор из Висконсина, наконец, получил от Сената США (2 декабря 1954 г.), тем самым завершив ставить свою ультраконсервативную и реакционную блуждающую мину под американское общество.

Европа в руках масонства

Даже в других странах Европы в 50-х годах бушевал определённый консерватизм, понимаемый не столько как сохранение существующих политико-социальных и культурных структур (в значительной степени результат достижений длинной прогрессивной полосы, открывшейся с XVII века и победившей во втором мировом конфликте), сколько как намерение (иногда умеренное, иногда более яростное и реакционное) мешать полному развёртыванию культурных, гражданских и политических ценностей, таких как эгалитаризм, рационализм, государственный секуляризм, адогматический релятивизм, либертарианский индивидуализм, определённую идею справедливости и социальной мобильности, связанную с широким демократическим участием.

Если трактовка сложной неоконсервативной ситуации в Латинской Америке в тот период (когда именно Южная Америка стала вместилищем фашистских и нацистских беглецов со Старого континента, которые также приобрели некоторый вес, поддерживая более или менее авторитарные режимы), безусловно, заслуживает адекватного рассмотрения в следующих томах "Масонов" и "Мировой власти и её почтенных мастеров", в Европе консерваторы также играли в основном решающую роль.

На Пиренейском полуострове твёрдо стояли у власти полуфашистские диктаторы Франсиско Франко (Испания) и Антониу де Оливейра Салазар (Португалия).

В Соединенном Королевстве, с 1951 по 1955 год, масон Уинстон Черчилль вернулся к власти в качестве премьер-министра, который после периода военного и идеологического партнёрства с прогрессивным братом Рузвельта вновь обратился к чёткой консервативной теории и политической практике.

В Западной Германии контроль над экономическими институтами и рычагами прочно находился в руках умеренных масонов и либералов, представленных на вершине государства братьями Аденауэр и Хойс, которым удалось политически и социально объединить консерваторов, либеральных консерваторов, христианских демократов и либеральных демократов различного происхождения.

Аналогичный политический процесс произошёл в Италии, где христианская демократия (Dc), католическая центристская партия, была выделена и поддержана президентом-масоном Трумэном (и братьями-сотрудниками из администрации США) как наиболее адекватный оплот против коммунистов на выборах.

Действительно, масоны Трумэн, Маршалл, Майрон Чарльз Тейлор, Аллен Уэлш Даллес (директор Управления Стратегических Служб для Европы с 1942 по 1945 год, по поручению масона Уильяма Донована, будущего директора ЦРУ с 1953 по 1961), Дин Ачесон (которого в 1949 году на посту госсекретаря сменил брат Маршалл), Роскоу Генри Хилленкоттер (директор ЦРУ с 1947 по 1950), Уолтер Беделл Смит (директор ЦРУ в период 1950-1953), Джон Фостер Даллес (старший брат Аллена Даллеса, государственный секретарь с 1953 по 1959), Джеймс Джисас Энглтон (1917-1987, высокопоставленный руководитель в ЦРУ, занимавшийся контршпионажем в 1941-1942 годах в Лондоне и с 1943 года на территории Италии), Фрэнк Джильотти, Уильям Стэндли, Гудвин Найт, Кристиан Гертер и несколько других американских, британских и европейских собратьев других национальностей (о которых мы подробнее расскажем в другом месте), которые занимали выдающиеся должности в различных государственных и частных учреждениях того времени, разработали чёткий проект управления освобождённой от фашизма Италией.

Этот проект был предложен/навязан тем же итальянским масонам-антифашистам в процессе реорганизации государства на родине (особенно братьям Великого Востока Италии из дворца Джустиниани).

Подобный план затем было изложен в ещё более строгих и лево-фобских понятиях (с животным отвращением даже к умеренным социалистам) очень консервативной вольной каменщицей Клэр Бут Люс (1903-1987, посол США в Италии с 1953 по 1956, жена масона Генри Люса, 1898-1967, ведущего американского издателя; вместе с мужем она была посвящена в Ур-ложах "Гебура", "Эдмунд Берк" и "Левиафан") и её преемником в Риме, масоном Джеймсом Дэвидом Зеллербахом (1892-1963, посол в Италии с 1957 по 1961).

Проектом предусматривалось, что для противодействия возможному росту Итальянской коммунистической партии вся видимая власть и идеологическая и политико-культурная ответственность за истощение и накопление антибольшевистской деятельности будет возложена на Ватикан, сеть католических приходов и обществ, на христианскую демократию как большую массовую партию, способную конкурировать за голоса народа как с ИКП, так и с Итальянской социалистической партией (ИСП), однако в союзе с Правительством и меньшими парламентскими партиями, такими как Итальянская либеральная партия (ИЛП), Итальянской республиканской партией (ИРП) и другими.

С другой стороны, управление крупными стратегическими и политико-экономическими выборами страны, контроль над банком Италии, дипломатией, высшим чиновничеством министерств и различных органов, разведывательных служб и военной и полицейской аппаратуры было надёжно передано в руки масонов. В основном это были члены конкретных евроатлантических Ур-лож, иногда обладающие двойной принадлежностью, то есть также члены национальных мастерских, но, тем не менее, приверженцы работы совместно с высшими руководителями Goi и другими итальянскими сообществами.

Закулиса власти

Как это ни парадоксально, именно американские, британские и европейские масоны, привыкшие в своих странах происхождения (США, Великобритания, Франция, Бельгия, Голландия и т. д.) жить на свету и не скрывать своей масонской принадлежности (но не все, не всегда, и редко выставляя напоказ свою масонскую деятельностью), просят своих итальянских собратьев, особенно если они принадлежат к христианским демократам или правительству, уйти в тень или, по крайней мере, объединяться в закулису власти, чтобы не дезориентировать и не оттолкнуть того клерикального, традиционалистского и масонофобского электората, голоса которого надо получить на выборах в антикоммунистической кампании.

Этот конкретный способ действия (в явной непрерывности по сравнению с более солнечными и экстравертными масонскими движениями постунитарного масонства до фашистского двадцатилетия), как мы увидим позже и в другом месте, была бы источником всех явлений типа "П2" и т.п. в последующие десятилетия.

Действительно, в то время как в постунитарном Goi ложа "Пропаганда", основанная великим мастером Джузеппе Маццони в 1877 году и сильно усиленная Адриано Лемми в период его более позднего великого мастерства (1885-1896), была элитарной и избирательной суперложей с целью передачи на высоком уровне масонских идеалов и интересов (но они, тем не менее, ежедневно иллюстрировались даже при солнечном свете обычными мастерскими Великого Востока Италии), в послушании Юстиниана после Второй мировой войны ложа "Пропаганда 2" стала вершиной масонского айсберга, в целом погружённого в воду и чуждого тому, чтобы дать себе и своим целям ясное и откровенное воплощение.

С другой стороны, в те годы на уровне евроатлантических Ур-лож было решено вкладывать значительные средства в систематическое проникновение уже обученных братьев (и кооптацию новых учеников) в высшие эшелоны системы СМИ и в европейские и американские спецслужбы. Более того: вольные каменщики на вершине политических институтов США решают вкладывать огромные ресурсы во внедрение новых и всё более изощрённых разведслужб.

Не случайно масон Трумэн решается после принятия закона "О национальной безопасности" 1947 года создать легендарное ЦРУ, т.е. Центральное разведывательное управление, которое среди различных (многочисленных) американских разведывательных структур будет самым известным и влиятельным, неизменно под председательством от истоков до наших дней людей, связанных с масонством и его парамасонскими кругами.

Также неслучайно, что председателями Секретной разведывательной службы или МИ-6 (6-й отдел военной разведки), основанной в 1909 году с целью иностранной разведки, были изначальные масоны Джордж Мэнсфилд Смит-Камминг (директор с 1909 по 1923 год), Хью Синклер (директор 1923-1939), Стюарт Мензис (1939-1952), Джон Александр Синклер (1952-1956).[41]

Масон Джорджо Наполитано

Таким образом, если на Западе в период, рассматриваемый в этой главе, преобладали консервативные влияния (за значительными исключениями некоторых европейских стран, включая Францию, где председателями Четвёртой республики были прогрессивные масоны Венсан Ориоль с 1947 по 1954 год и Рене Коти с 1954 по 1959 год), даже в Восточном блоке, где царили СССР (и Китай), любое подлинно прогрессивное и демократическое стремление подавлялось в зародыше правящими коммунистическими бюрократическими олигархиями.

В этом смысле мы сочли уместным упомянуть в качестве ещё одного эпиграфа к этой главе (помимо эпиграфа, касающегося прогрессивного масона-антимаккартиста Эдварда Р. Марроу) отрывок из ныне печально известной просоветской речи, которую масон Джорджо Наполитано произнес во время жестокого вторжения в Венгрию советских войск, которые тем самым подавили так называемую венгерскую революцию 1956 года (23 октября-11 ноября).

Тогдашний 31-летний депутат Наполитано (впервые избран в парламент в 1953 году), который также благодаря своей сомнительной поддержке официальной просоветской линии партии по венгерским вопросам в том же году стал членом Центрального Комитета ИКП, а затем отвечал за его южную комиссию, тогда ещё не был вольным каменщиком.

Действительно, масонская принадлежность Джорджо Наполитано материализовалась лишь несколько позже, на территории США, а именно в Вашингтоне, после своего рода предварительного посвящения, произведённого в окрестностях Йельского университета в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Само посвящение произошло в том же 1978 году, в котором он стал учеником каменщика Сильвио Берлускони. И в то время как Берлускони был посвящён в январе в Риме в "П2" во главе с Личио Джелли, Наполитано был кооптирован престижной международную Ур-ложу под названием "Три архитектора" или "Три глаза" именно в апреле 1978 года во время своей первой поездки в Соединённые Штаты.

С другой стороны, как недавно отмечалось в ценном и интересном эссе Ферруччо Пинотти и Стефано Сантакьяра,[42] Наполитано происходил из масонской семьи. Его семья, в свою очередь, происходит из партенопейского общества с плотным содержанием масонов. Не только отец Джорджо Наполитано, адвокат Джованни, был вольным каменщиком, но и Джованни Амендола (1882-1926), либерал-социалист из Неаполя и отец великого политического наставника двукратного президента Итальянской Республики, то есть Джорджо Амендола (1907-1980). Последний был не только историческим руководителем ИКП (к которой он присоединился в 1929 году), но и тайным членом другой влиятельной евроатлантической Ур-ложи, "Свет Востоку". Его посвящал непосредственно масон Збигнев Бжезинский (который был её основателем, а также первым досточтимым мастером) в начале 70-х. Кстати, необходимо подчеркнуть, что эта Ур-ложа, членами которой являлись Бжезинский и другие (в 1967 году) со штаб-квартирой в Колумбийском Университете в Нью-Йорке, действующая по всему миру, с названием, имеющим эзотерический символизм (как правило, свет приходит с Востока, однако в данном случае следовало представлять, что свет идёт с евроатлантического Запада на Восток), но также весьма представительной для своих метаполитических целей (создать мосты "просвещённых" между демократическими странами Западной и Восточной Европы, провоцируя за железным занавесом восстания, потрясения или иные скрытые действия антисоветской направленности), убедила руководителей Ур-ложи "Золотая Евразия" переименовать свою мастерскую, работающую в Восточной Европе, в "Зеркало Востока и Запада" (если не считать, что в последние годы она вновь вернулась к первоначальному названию).[43]

Тогдашний молодой руководитель ИКП прекрасно воплощал принципы некоего "просоветского консерватизма", который идеально дополнял "евроамериканский консерватизм" тех же 50-х годов.[44]

В рамках пресловутой логики Ялтинской конференции за пределами интенсивной холодной войны, грубого идеологического и шпионского конфликта, громких воинственных заявлений между представителями того и другого военно-политического блока, определённые олигархические державы на вершине западного мира, а также советского и китайского (а также различные сателлиты) использовали своё положение влияния для развития элитарного и недемократического управления своими странами.

С этой точки зрения, нет существенных структурных и функциональных отличий (несмотря на кажущуюся идеологическую противоположность) между консерватизмом коммуниста Пальмиро Тольятти и молодых (как Наполитано) и старых коммунистических лидеров Италии, Европы, СССР, Китая и т. д., с одной стороны – которые рукоплескали подавлению венгерской революции (прогрессивной и социал-демократической) в 1956 году – и консерватизмом антикоммунистического маккартизма или других политико-культурных течений, преобладающих в евроатлантическом регионе в середине XX века, с другой.

В обоих случаях каста "элитарных неомандаринов" наделила себя прерогативой управлять государствами с помощью уничижительных для народного суверенитета и явно нелиберальных методов.

Не говоря уже о мало светских и современных методах, в соответствие с которыми тот же атеист-коммунист Пальмиро Тольятти и немало самозваных либеральных масонов, присутствовавших в итальянском Учредительном Собрании, из чистого оппортунизма, в 1947 году одобрили статью 7 Конституции, которая ратифицировала церковно-фашистские Латеранские пакты 1929 года.

В конце концов, пройдя через учредительные страдания постфашистской Италии, риск того, что маккартизм и его союзники, чтобы бороться с призрачной коммунистической угрозой, могут внедрить на американской земле авторитарную, сввободоубийственную и инквизиторскую политическую и социальную систему, такую как советская, был чётко предотвращён самим прогрессивным масоном Гарри Трумэном, когда он (в отчаянии) наложил президентское вето на принятие закона о внутренней безопасности 1950 года.

С другой стороны, аналогичную жалобу на нарушение принципов демократии и свободы, с которой Трумэн обратился к законодателям США, находящимся под влиянием маккартизма, выдвинул прогрессивный масон Антонио Джолитти (1915-2010, член ИКП с 1940 года, партизан-основатель гарибальдийских бригад и отец-учредитель республиканской Италии).

Жаль, что прогрессизм, любовь к свободе и Биллю о правах, высказанные Трумэном, были побеждены верблюжьими войсками Джозефа Маккарти и его олигархическими и профашистскими защитниками, составляющими большинство в Конгрессе США в 1950 году, в то время как социал-демократический и либертарианский прогрессизм Джолитти подвергался резким догматическим нападкам консервативного просоветски настроенного коммуниста Джорджо Наполитано в 1956 году.

Сила суперлож

Чтобы подчеркнуть и обобщить консервативные и неолигархические тенденции и перспективы, утвердившиеся в то время на Западе, можно вспомнить деятельность очень секретной и влиятельной международной Ур-ложи, которую её члены называют по-разному.

Наиболее часто используемое название (и иногда злоупотребляемое самими инсайдерами): "Роза Ветров".

По правде говоря, это та самая Ур-ложа, совместно с дочерней "Пан-Европа", которая стояла у истоков создания парамасонского Бильдербергского клуба в 1954 г.[45]

Плохим и в целом неубедительным ответвлением "Розы Ветров" – по имени и стилю секретности, но немного больше – неофашистского пошиба на национальной основе и с военизированными целями было так называемое итальянское тайное общество под таким же названием. В другом месте нам придётся лучше прояснить отношения между одной и другой секретной организацией, всегда имея в виду неизмеримость между международным влиянием одной и ограниченным охватом другой.

Также мы остановимся о том влиянии, которое некоторые международные Ур-ложи, как только что упомянутые "Роза Ветров", "Три Архитектора" (также называемая "Три Глаза", последнее название в конечном итоге возобладало), "Свет Востоку", "Зеркало Востока и Запада/Золотая Евразия" и другие оказали на международные события последних десятилетий ХХ века и первые годы XXI века.

Но что это за Ур-ложи, которые даже дали подзаголовок ("Открытие Ур-лож") настоящему первому тому нашей саги, которая продолжится ещё двумя томами "Масонов" и двумя томами "Мировой власти и её досточтимых мастеров"?

Так называемые Ур-ложи – это свободностоящие супермастерские, независимые и самостоятельные по сравнению с традиционными масонскими сообществами на национальной основе (например, Объединённая великая ложа Англии, Великий Восток Франции, Великий Восток Италии, любое из послушаний США, связанных с отдельными штатами и т. д.), образованные, начиная со второй половины XIX века и укрепившиеся на протяжении всего XX века.

О них мы будем говорить долго. Тем не менее, представляется целесообразным отметить предварительно, что тут мы сталкиваемся с международными суперложами, которые являются с момента основания гораздо более продвинутыми и современными, даже на уровне отношений между полами, чем современные (XIX-XX веков) мастерские, созданные в соответствии с традиционными сообществами официального масонского большинства (англо-американского). Фактически с самого начала приверженные последовательно "планетарной и универсалистской" обстановке, Ур-ложи объединяют совершенно на равных как мужчин, так и женщин, с лёгкостью преодолевая любые мужские и патерналистские предрассудки.

В эти весьма избирательные и немногочисленные общества, таким образом, принимаются как уже посвящённые братья-масоны национальных кругов, так и масонки из "Великой смешанной шотландской символической ложи Франции" (основана в 1893 году, как ответвление некоторых лож "Великой центральной ложи Франции"), ставшей в 1901 году "Смешанным международным масонским орденом Прав Человека", и других женских или смешанных масонских обществ, как лиц обоих полов, принадлежащих, однако, к богатым внемасонским ззотерическим кругам этих десятилетий, так и субъектов по-прежнему чуждых масонской и нетрадиционной эзотерической среде, но, тем не менее, считающихся достойными посвящения в Ур-ложи в силу их специфического социального, экономического, культурного, и политико-институционального веса, а также определённого отношения к философско-научным исследованиям.

Короче говоря, международные Ур-ложи рождаются элитарными и очень избирательными (больше, чем обычные мастерские различных национальных сообществ) по социальному составу (высшие эшелоны), но не обязательно ориентированными в консервативной, реакционной и неоаристократической направленности. Действительно, многие из них родились и/или развивались с явно прогрессивными и радикально демократическими целями преобразования различных социальных явлений, подверженных их прямому или косвенному влиянию.

Несколько известных прогрессивных масонов (напомним двух самых знаменитых: Эрик Артур Блэр, в искусстве Джордж Оруэлл, 1903-1950, и Джон Мейнард Кейнс , 1883-1946, первый связан с "Томас Пейн", основанной в 1849-1852, а затем расширенной и восстановленной в период 1864-1868, второй – как с этой Ур-ложей, так и с "Монтескье", основанной в 1870 году) состояли в очень эксклюзивных Ур-ложах, но пытались направить их работу по пути дальнейшей демократизации западного общества и всего мира в целом.

Парамасонские общества и реакционный крен

Также рядом с этим периодом (1950-1956, незадолго до и после) и в пределах его точного временного периметра были созданы некоторые важные парамасонские общества и институты. Одним из них было, например, парамасонское общество "Мон Пелерин" (ОМП), основанное в апреле 1947 года именно в местечке Мон-Пелерин во франкоязычной Швейцарии. И мы должны предупредить, что в его состав войдут выдающиеся масоны, которые сначала были его основателями, а затем управляющими с течением времени, оказав значительное влияние на политико-экономические и социокультурные события второй половины ХХ века.[46]

Различные парамасонские общества, упомянутые до сих пор (также элитарные), не появились с явным умеренным или консервативным призванием большинства (возможно, с реакционными тенденциями).

Наоборот, вы можете легко видеть, как в парамасонском Фабианском обществе (основано в 1884) долго преобладали масоны прогрессивного склада с социал-демократическими взглядами, в то время как в других обществах, таких как Королевский институт международных отношений (КИМО или Чатэм-Хаус, основан в 1920 году) или Совет по международным отношениям (СМО, появился в 1921 году), масонской умеренно-либеральной матрицы в политике и ультралиберальной в экономике, среди членов есть вольные каменщики разной политико-экономической ориентации.

Только начиная с 60-х и 70-х годов, одновременно с рождением, подъёмом, консолидацией и отпочкованием (одно от другого) дополнительных криптоконсервативных парамасонских обществ, созданных после Второй мировой войны, великие мировые ассоциации начнут проводить более агрессивную политику неоаристократических и реакционных масонских кругов.

Однако, чтобы подчеркнуть в упрощённых и педагогических терминах смысл и назначение парамасонских обществ (и парамасонов, ещё не допущенных к подлинному масонскому посвящению в рамках суперлож или других обычных мастерских) в рамках стратегий власти, применяемых масонством с конца XVIII века, приведём следующий отрывок:

Что такое Совет по международным отношениям (сокращенно: СМО)?

Это одно из многих явных или секретных (в данном случае явных) парамасонских обществ, традиция которых идёт непосредственно с конца XVIII века.

Этот тип обществ можно назвать парамасонскими, поскольку они всегда основаны узким ядром вольных каменщиков, которые затем вовлекают в свою социальную деятельность даже немасонов (чего они не могли бы сделать в ложе, куда допускают только после долгого подготовительного пути и официального посвящения мистерософского типа) для выполнения непосредственно политических, дипломатических, гражданских целей, которые могут поручать им одна ложа или федерация лож (общение или послушание, как хотите), связанных определёнными ритуальными и посвященчискими принципами, которые ограничивают прямое вмешательство в вопросы национальной, международной или мировой политики.

Это немного похоже на известный католический церковный принцип, который использовался до недавних веков, согласно которому Ecclesia abhorret a sanguine ("Церковь ненавидит кровопролитие"), и поэтому, даже когда она фактически подписывает кому-то смертный приговор, он официально исполняется той или иной ветвью гражданской власти по указанию высших иерократических кругов.

Некоторые масонские организации ведут себя аналогично, с не меньшим лицемерием в отношении вопросов политики, религии, дипломатии, экономики и финансов и т. д.

То есть они заявляют о своей эзотерически-духовной трансцендентности в отношении такого рода интересов и тем не менее стратегически делегируют конкретным ассоциациям исполнение своих целей.

Факт остается фактом, однако, что неизменно эти (тайные или явные) парамасонские общества всегда возглавляются (конфиденциально и более или менее завуалированно) узким кругом масонов: немасоны фигурируют там как подчинённые, попутчики, случайные гости, даже если на национальном или международном уровне это важные представители политики, средств массовой информации, дипломатии, промышленности, финансов, культуры и т. д.

Примером такого общества можно привести Социальный Клуб (также называемый клуб "Общество друзей истины"), основанный в 1790 году масонами Николя де Бонвиль (1760-1828) и Клод Фоше (1744-1793), вокруг которого разворачивается политическая и идейно-культурная активность масонов Гийома Шарля Франсуа Гупиль де Префельн (1727-1801), Мари Жана Антуана Николя де Карита, маркиза де Кондорсе (1743-1794), Камиля Демулена (1760-1794), Бертрана Барера (1755-1841), Жана-Мари Ролана де ля Платьер (1734-1793), Никола Ретифа де ла Бретонн (1734-1806), Луи-Себастьяна Мерсье (1740-1814), Жана-Батиста де Ламарк (1744-1829), Жака-Анри Бернарден де Сен-Пьер (1737-1814), Жака Пьера Бриссо (1754-1793) и несколько других, как во Франции, так и в остальной Европе.

С другой стороны, почти все французские революционные клубы (основанные конституционными монархистами или республиканцами, умеренными или крайними якобинцами, жирондистами или фейянами, кордильерами или народно-радикальными группами) имели мажоритарную масонскую матрицу, которая в случае жирондистов стала полным совпадением между ложей и политико-гражданским и культурным обществом.

В первой половине XIX века основными парамасонскими обществами (в данном случае, в значительной степени тайные, поскольку они должны были бороться против абсолютизма, тирании, нелиберальной и недемократической власти) были "Адельфи", "Филадельфы", "Высшие Совершенные Мастера", "Филики Этерия", "Молодая Италия", "Молодая Европа", "Бней-Брит" (нетайное общество), и, конечно, "Карбонериа", межконтинентальные организации (широко распространённые в Южной и Северной Америке, а также во всей Европе), которые стали вооруженной силой прогрессивного масонства.

В конце XIX и начале XX веков (когда "Карбонериа" ещё действует настолько, что становится главным героем революции, которая в 1910 году наделила Португалию, страну, в которой прежде преобладал самый нелиберальный клерикализм, парламентской республиканской конституцией и светским законодательством) были основаны новые разновидности (больше не тайные, но только конфиденциальные по структуре, функционированию и наиболее важным целям) парамасонских обществ.

Таким образом возникают Богемский клуб (1872, Сан-Франциско), Фабианское Общество (образовано в Лондоне в 1884 году), британское (1902) и американское (1903) Общество Пилигримов, Движение Круглого Стола (1909, со внутренним кругом Общества Избранных), Королевский Институт Международных Отношений или Чатэм-Хаус в Лондоне (1920), Совет по Международным Отношениям (1921) со штаб-квартирой в Нью-Йорке и в Вашингтоне, Люцис Траст (1920-1922, в настоящее время со штаб-квартирой в Нью-Йорке, Лондоне и Женеве, является также членом Экономико-социального совета ООН), Тавистокский институт человеческих отношений (1947), общество "Мон Пелерин" (1947), Бильдербергский клуб (1954), Фонд Дитчли (1958), Трёхсторонняя Комиссия (1973), Группа Тридцати (1978), Брейгель (2005) и другие [например, Группа Спинелли в 2010 году].[47]

Что такое парамасонство

И тогда, чтобы адекватно ответить на вопрос: "Что такое парамасонство? Что такое парамасонские общества? Кто такой парамасон?",[48] достаточно заметить, что

масоны, создатели и бессменные управляющие, начиная с XVIII века, парамасонских обществ, также принимают в них участников, которые принадлежат к политической, экономической, дипломатической, культурной, медийной и т. д. тусовкам, и которые, возможно, ещё не прошли (и не обязательно пройдут) обряд масонского посвящения.

Технически немасонские участники этих парамасонских обществ считаются "полезными мирянами".

Те, кого разово приглашают на внешние собрания парамасонских клубов, таких как Бильдербергский клуб, Трёхсторонняя Комиссия, СМО, КИМО и т. д., не обладают большим весом в рамках этих мероприятий, а их участие (по сравнению с братьями-каменщиками, которые строго контролируют упомянутые парамасонские клубы) является условным и ограниченным.

С другой стороны, те, кого постоянно вызывают и используют с некоторой частотой для какой-либо политико-дипломатической, финансово-экономической или медийной операции, пользуются более широким вниманием и получают больше преимуществ, чем те непосвящённые, которых приглашали только один или два раза.

Те мужчины и женщины, которые, хоть и не прошли собственно масонский обряд посвящения, кооптируются как полноценные члены этих международных парамасонских обществ, считаются парамасонами, своего рода "сводными братьями", которые никогда не будут занимать управленческие или стратегические посты во главе различных мировых обществ, частью которых они являются (эта роль отведена исключительно масонам, прошедшим через комнату размышлений и между колоннами Яхина и Боаза), но они по-прежнему будут выполнять полезную роль (как для себя и своей личной карьеры/судьбы, так и для других, особенно для руководителей в фартуке), даже если они подчинены.

Но подчинённый подчинённому рознь: некоторые остаются на всю жизнь "официантами" (хоть и высокоранговыми), другие могут стать "бригадирами", кто-то более удачливый может даже оказаться "дворецким" или "великим камергером".

Тем не менее, действительно руководящие и стратегические роли зарезервированы для собственно названных братьев-масонов, которые не только стоят у истоков таких парамасонских обществ (создав их), но и всегда поддерживают их – из поколения в поколение, через наследие, но не в светском смысле, а через духовное посвящение – железное управление.

Идеальный парамасон в этом контексте обычно должен быть амбициозным, но также исполнительным и осознавать свои ограничения и подчинение по сравнению с тем, кто является полноценным масоном; мудрый и расторопный человек, более чем просто умный, инициативный, но без больших идей или слишком укоренившихся принципов.

Идеальный парамасон не должен иметь слишком сложного и утончённого мировоззрения, но, в свою очередь, он должен быть неутомимым сборщиком и или организатором видений и предложений (как теоретико-интеллектуальных, так и практико-оперативных), упрощающих и встречных.

Конечно, речь идёт о парамасонах и масонах, составляющих международную глобальную элиту. Таким образом, вполне возможно, что любой масон "пеон" любого национального сообщества, возможно, уважаемый и влиятельный на местном уровне, может стоять бесконечно ниже парамасона, ответственного за роль и функцию драгоценного "камердинера или дворецкого, посланника или представителя" от имени транснационального масонского истеблишмента, образованного, начиная с ХХ века, так называемыми "Ур-ложами".[49]

Одержимость некоторых внемасонских кругов (иногда состоящих из раскаявшихся, несогласных или маргинализированных вольных каменщиков, которые ассоциировались с чуждыми или враждебными масонскому миру эзотеристами) конкуренцией с блестящими и престижными Ур-ложами (недавно придуманных в конце XVIII века) даже на уровне строго духовных и философических исследований (однако никогда не свободных от амбиций и перспектив идеологически-культурного влияния, а также политико-социального управления) иногда даже приводило к созданию советов, которые даже в названии пытались подражать ещё одной современной новинке, рождённой масонским гением.

Это как раз случай известной "Группы Ур",[50] партнёрство магии-эзотерика с политическими амбициями – во главе с масоном-пифагорейцем и неоаристократом Артуро Регини (1878-1946), масоном-теософом Джулио Паризе (1902-1970) и Юлиусом Эвола (1898-1974), с участием Гуидо Колацца, Джироламо Коми, Эрколе Куадрелли, Гвидо де Джорджио, и т. д. – которая возникла в Италии в конце 20-х годов, в том числе с целью направить фашистский режим на решение определённых культурных и социальных задач традиционалистского, антипросвященческого, антимодернистского, антихристианского и неоязыческого толка.

Приставка "Ур" в названии, как в масонском контексте суперлож, так и в посвященческом экстра– или антимасонском, указывала на то же значение, что и полученное в те же годы в антропологических и историко-религиозных академических дисциплинах (см., например, понятие Первоначального монотеизма – Urmonotheismus).

Обозначение "Ур" является синонимом "древний, первоначальный, первый, чистый, подлинный", и относится к приставке в немецком языке (и некоторые Ур-ложи появились именно в Германии в последние десятилетия XIX века в качестве суперэлитарных кружков неоаристократических масонов, которые искали контакты и связи в консервативных и реакционных политических кругах по всему евроатлантическому региону: символичны в этом случае Ур-ложи "Парсифаль", "Валгалла" и "Кольцо", появившиеся соответственно в 1862, 1871 и 1881 годах), а также касается месопотамского города Ур, мифически-символического места рождения, согласно Библии, патриарха Авраама, отца всех трёх монотеистических религий (иудаизма, христианства, ислама).

Истинная история Тавистокского института

Пояснительное расследование парамасонских образований, созданных, а затем усиленных в конце 40-х-начале 50-х годов, не может не учитывать вопиющий случай Тавистокского института человеческих отношений.

Архетипический случай, который часто провоцировал профессиональных сторонников теории заговоров на поспешный, поверхностный, неуместный и бульварный анализ.

Вот как его представляют в недавней книге (изданной в 2014 году) журналиста Даниэля Эстулина, уже автора несколько нецелевых эссе о Бильдербергском клубе,[51] о деятельности Тавистокского института:

Расположенный в одноимённом городке в графстве Сассекс в Англии, [Тавистокский институт] считается ведущим в мире центром деятельности по контролю над разумом и социальной инженерии. Известный журналист-расследователь и автор бестселлера "Бильдербергский клуб" Даниэль Эстулин раскрывает нам существование этой организации, созданной для управления судьбой всей планеты и изменения современного общества. В книге раскрываются происхождение и методы работы Института, кто управляет им, каковы его цели и как ему удаётся влиять на всех нас (настоящих ничего не подозревающих жертв) в повседневной жизни. Неужели все мы в опасности? Мы ежедневно сталкиваемся с тёмными механизмами, созданными группой психологов, психиатров и антропологов, оплачиваемых международной олигархией, которая контролирует мир в собственных интересах. От музыки до противодействия, от наркотиков до телевидения, прислушивайтесь к советам Даниэля Эстулина, чтобы понять, как каждый день защищаться от Тавистокского института, бороться с его методами и, наконец, быть свободным от всякого контроля над разумом.[52]

Это изначально неточные сведения, когда ложно заявляется, что Институт расположен в одноименном городке графства Сассекс (на самом деле городок Тависток находится в графстве Девон, Корнуолл, и не имеет ничего общего с Тавистокским институтом), в то время как его штаб-квартира всегда находилась в Лондоне: первоначально на Тависток-сквер, а теперь на Табернакл-стрит.

В графстве Сассекс, точнее в Линдфилде, недалеко от небольшого городка Хейвардс-хит, Западный Сассекс, находится школа "Тависток и Саммерхилл", основанная в 1973 году, которая не имеет ничего общего с Тавистокским институтом человеческих отношений.[53]

Фактически в 1946-1947 годах, начиная с основанной в 1920 году Лондонской Тавистокской клиники (авангардной психиатрической клиники, созданной и управляемой выдающимися британскими масонами), образовался так называемый Тавистокский институт человеческих отношений, очень интересное и своеобразное парамасонское учреждение.

Мы читаем описание Института и его задач, составленное другим автором (тоже сторонником теории заговоров, как и Эстулин), которое хоть и звучит несколько более серьёзно, но даже в этом случае необходимо очень тщательно отделить зёрна от плевел, объективную и трезвую информацию от неточностей и необоснованных и вводящих в заблуждение новостей, информации, предположения заговорщического характера от лукавого описания организации, неоднозначной и непрозрачной в её функционировании и реальных целях.

Рождение центра передового опыта

Институт Тависток в Лондоне был основан в 1920 году на Тависток-сквер как психиатрическая клиника (Клиника Тависток) Сирилом Бёртом (1883-1971), экспертом по паранормальным явлениям, и Хью Крайтон-Миллером (1877-1959), вице-президентом Института К. Г. Юнга в Цюрихе. В 1921 году 11-й герцог Бедфордский, маркиз Тавистокский, подарил институту место, где с ветеранами Первой мировой войны проводились исследования травматических психозов от бомбардировок. Тогда ставилась задача определить с помощью научных критериев "порог разрыва" сопротивления человека, подвергающегося предельным нагрузкам. Проект спонсировался управлением психологической войны британской армии под командованием психиатра Джона Ролингса Риса. В 1932 году директором Института стал Курт Левин, выходец из Германии, специалист по "групповой динамике", т.е. технике манипуляции со стороны человека, внедрённого в группу с целью навязывания новых черт характера и ценностей: Левин был основателем Гарвардской психологической клиники, он убеждал американцев вступить в войну против Германии. Затем Левин перешел в Массачусетский Технологический институт, где в 1946 году основал институт, который впоследствии сотрудничал с Обществом Пилигримов Джорджа П. Шульца.

Развиваясь как центр передового опыта психиатрических исследований, Тавистокский институт, опираясь на достижения, достигнутые в двух мировых войнах, в 1947 году официально сменил название на "Тавистокский институт человеческих отношений". Благодаря финансированию Фонда Рокфеллера и квалифицированному американскому присутствию новое учреждение работало в сотрудничестве с британцами, среди которых выделялся заместитель директора клиники Тависток, вышеупомянутый Дж. Р. Рис, сооснователь "Всемирной федерации психического здоровья".[54] Следует также помнить, что у Риса был студент, тоже выходец из Германии, который сделал блестящую карьеру: Хайнц (Генри) Альфред Киссинджер.

Почему родился Тависток

Заявленная цель Института заключалась и остаётся "применять идеи и методы социальных наук в политических и практических вопросах", разрабатывая проекты для государственных учреждений, промышленности, торговли, общественного здравоохранения и образования. Сфера деятельности – междисциплинарная и варьируется от антропологии до экономики, организационного поведения, политологии, психоанализа, психологии и социологии. В послевоенный период проблема, на которую Тависток намеревался дать эффективный ответ, заключалась в переносе в гражданское общество отрасли социальной психиатрии, успешно применяемой во время Второй мировой войны, благодаря работе прежде всего Джона Дж. Макклоя (высокопоставленного управленца банка "Кун и Леб" и Фонда Форда) и Уильяма Пейли (1901-1990), связанного с "Бней-Брит", Обществом Пилигримов, орденом Святого Иоанна Иерусалимского и СМО.[55] Проект был амбициозным: опробовать на теле общества результаты исследований "переломного момента", которые были проведены в ходе двух мировых войн, чтобы уничтожить всякое психологическое сопротивление человека и поставить его под власть нового мирового порядка.

Одним из ближайших соратников Тавистока того периода был Макс Хоркхаймер, один из отцов Франкфуртской школы, основанной Фабианским обществом и занимавшейся марксистской социологией и психологией. Из этой школы вышел Герберт Маркузе, который выполнил основную задачу по подготовке культурной революции 68 года и последовавшего за этим "скачка парадигмы".

Во время Второй мировой войны школа переехала в Соединённые Штаты, где продолжала работать под эгидой Американского еврейского комитета (Ajc). После окончания войны Макс Хоркхаймер вместе с Игнацем Бубисом помог вернуть в Германию "Бней-Брит", высокое масонство, предназначенное только для евреев.

В 60-е годы именно Тависток в сотрудничестве с английскими спецслужбами пилотировал эксперимент по распространению и использованию наркотиков, особенно искусственно произведённых, ЛСД, в рамках социально дестабилизирующего явления, которое было названо "контркультурой", благодаря обширным грантам Фонда Форда, британского Центра экологических исследований, Министерства обороны Великобритании, Гарвардского университета и Исследовательского совета по социальным наукам Великобритании. Видным деятелем контркультуры наркотиков был Грегори Бейтсон, отец калифорнийских хиппи, один из пяти ведущих учёных Тавистока, которые занимались экспериментами по "социальной инженерии", опосредованными наркотиками. КИМО[56] в то время возглавлял бывший директор авторитетного "Обсервера", принадлежащего семье Астора–Эндрю Шонфилда (Бильдербергский клуб, Трёхсторонняя Комиссия), члена Управляющего совета Тавистокского института и председателя вышеупомянутого Исследовательского совета по социальным наукам. Необходимо отметить, что в 1967 году под руководством Шонфилда, который возглавлял группу психологов Тавистока, Рональд Дэвид Лэнг опубликовал книгу под названием "Политика опыта", апологетику шизофрении и наркотиков, в которой утверждалось, что "деменция – единственная форма здорового сознания".

Что такое Тавистокский институт сегодня

Сегодня Тавистокский институт – это своего рода лаборатория КИМО по социальному контролю, что-то среднее между центром психиатрических исследований и центром военных исследований, который публикует ежемесячный журнал под названием "Человеческие отношения" (Plenum Press). Основная цель Тавистока, в конечном счёте, является поиск способов вызвать "изменение культурных парадигм" в человеческих обществах путем установления "нарушенных социальных сред" или манипулирования "скрытой динамикой группы". Например, в 1989 году в Тавистокском институте был проведён цикл лекций на тему "Роль неправительственных организаций в ослаблении национальных государств",[57] которые были опубликованы в 1991 году в журнале "Человеческие отношения".

Тавистокский институт с момента своего основания опирается на такие общества, такие как Фонд Дитчли, и на мыслительные общества, такие как Римский клуб и Бильдербергский клуб, с которыми тесно сотрудничает. Тависток также использует американскую сеть, в которую входит Стэнфордский научно-исследовательский институт, основанный в 1946 году, консультант транснациональных корпораций, таких как Wells Fargo Ротшильдов, Bank of America или Bechtel Corporation. Он также оказывает определяющее влияние на Национальную Ассоциацию образования США. В эту же сеть входят Институт Эсален, центр распространения движения "нью эйдж", "Центр стратегических и международных исследований" Джорджтаунского университета в Вашингтоне (ЦСМИ, к которому принадлежат символические фигуры Киссинджера и Бжезинского), Хадсон-институт, специализирующийся на оборонной политике, и многие другие. Но настоящий плацдарм Тавистока в Соединённых Штатах представлен самым крупным американским "мозговым центром", корпорацией Rand, созданной на базе КИМО и, следовательно, СМО, для контроля американской политики на всех уровнях, международных отношений, вооружений, космических программ, внутренней политики и т. д. Сеть контроля над разумом индивидуума и предполагаемым коллективным поведением при поддержке великих фондов, единое мышление, основывающее новую шкалу "политкорректных" ценностей, за несколько десятилетий распространилась (как видит каждый) по всему Западу, незаметно проникая в политику государств, систему образования, банковский и деловой мир, обычаи, пробуждая незаменимое "состояние ума" на разных уровнях, "Волшебная флейта" власти, которая приведёт народы к эпохе единства, грозному однообразию идеологии гнозиса.[58]

Тависток и масонство

Определённо есть что-то, что объединяет различные явления, упомянутые в только что приведённой цитате. Все эти люди прошли масонское посвящение.

Масоном был Сирил Лодович Бёрт, выдающийся и противоречивый педагог и психолог, особо повёрнутый на использовании статистических инструментов и с большим интересом к парапсихологии;[59] масоном был Хью Крайтон-Миллер, шотландский психиатр, который был вице-президентом (в течение нескольких лет президентом был также брат-масон Карл Густав Юнг) "Международного Общего Медицинского Общества Психотерапии", первоначально основанного в 1927 году и реорганизованного в 1937 году, но которые могли иметь отношения и сотрудничать с Институтом К. Г. Юнга в Кюснахт, близ Цюриха, только после 1948 года, года его основания; масоном был Гербранд Рассел (1858-1940), 11-ый герцог Бедфорда и 11-ый маркиз Тависток, вице-король Индии в период между 1885 и 1886, политик и эксперт в зоологии (он председательствовал также в Зоологическом Обществе), где первоначально располагалась Тавистокская клиника, созданная в 1920 году; масонами были многие из членов первоначальной Тавистокской клиники (официальное название было "Тавистокский институт медицинской психологии"), некоторые из них продолжат работу, как основатели "Тавистокского института человеческих отношений" в 1946 году; масоном был психиатр Джон Ролингс Риз (1890-1969), соучредитель и первый президент "Всемирной федерации психического здоровья" (создана в 1948), ответственный за различные операции психологической войны во время Второй мировой войны, который непосредственно руководил задержанием видного нациста Рудольфа Гесса и другими деликатными задачами британской армии; масоном был немецкий психолог еврейского происхождения Курт Задек Левин (1890-1947), настоящий пионер социальной психологии.

Масоном был Джордж Прэтт Шульц (1920-2021), экономист, бизнесмен и политический деятель, министр труда США с 1969 по 1970, министр финансов с 1972 по 1974 и государственный секретарь США с 1982 по 1989 годы, который всегда проявлял интерес к динамике коллективной психологии; всегда был масонским Фонд Рокфеллера, созданный в 1913 году вольными каменщиками Джоном Дэвисоном Рокфеллером-старшим (1839-1937) и Джоном Дэвисоном Рокфеллером-младшим (1874-1960); масоном был Генри Киссинджер (1923 г. р., при рождении Хайнц Альфред), который фактически познакомился с собратом Джоном Роулингсом Рисом ещё во время Второй мировой войны, когда был зачислен в контрразведку США (с 1943 г.) и оказался в Европе.

Масоном был Джон Джей Макклой (1895-1989), юрист, эксперт в кредитно-финансовых вопросах, заместитель военного секретаря в правительстве США (что-то вроде представителя государственного секретаря в военном министерстве) с 1941 года по 1945 год, президент Всемирного Банка с 1947 по 1949, член-попечитель Фонда Рокфеллера, и в течение жизни, президент Фонда Форда (1958-1965), председатель Chase Manhattan Bank (1953-1960) парамасонского Совета по Международным Отношениям (1954-1970), член Комиссии Уоррена (1963), расследовавшей убийство Джона Фицджеральда Кеннеди. В отличие от того, что утверждалось в книге "Масонство и тайные секты", Макклой не был старшим руководителем банка "Кун Леб и Компания", с которым у него были только консультационные отношения в юности.

Масоном был Уильям Пейли (1901-1990), полковник и заместитель начальника отдела психологической войны союзных войск в Европе во время Второй мировой войны, магнат в области радиовещания (группа CВS), член множества парамасонских фондов и ассоциаций: Общество Пилигримов, "Бней-Брит" и Совета по Международным Отношениям; также масонами были (а живущие до сих пор являются) другие важные и знаменитые люди, которые упоминаются в книге: Макс Хоркхаймер (1895-1973), Герберт Маркузе (1898-1979), Игнатц Бубис (1927-1999), Грегори Бейтсон (1904-1980), Эндрю Шонфилд (1917-1981), Рональд Дэвид Лэйнг (1927-1989), Жак Аттали (родился в 1943 году), Збигнев Бжезинский (1928-2017), на сложных биографиях которых мы остановимся в другом месте.

Добавим к этому парамасонский характер Фабианского общества (основано в 1884), "Бней-Брит" (основано в 1843, здесь речь идёт не о «высоком масонстве», но о парамасонском обществе, достаточно нетипичном, поскольку туда принимаются только евреи), Королевского Института Международных Отношений (КИМО, основан в 1920), Бильдербергского клуба (1954), Фонда Дитчли (1958), Римского клуба (1968), и большое присутствие масонов в таких организациях, как Фонда Форда, британский "Совет по развитию общественных наук", Центр стратегических и международных исследований (ЦСМИ) Джорджтаунского университета в Вашингтоне, Институт Хадсона, корпорация Rand. Что ж, все эти организации фактически связаны с деятельностью Тавистокского института человеческих отношений.

Мир, полный разнообразия и внутренних границ

Однако следует иметь в виду, что авторы книги "Масонство и тайные секты. Оккультное лицо истории", скрывающиеся под коллективным и объединяющим псевдонимом "Эпифаний", кажутся проникнутыми глубокой, некритической и недифференцированной видимой полемикой ко всему, что можно отнести к светской, неконфессиональной, либеральной, демократической, научно-ориентированной и нефидеистически ориентированной современности.

Они воспринимают с адекватным герменевтическим умом, что современность является итогом общеисторической работы масонства, но, испорченные своей антимодернистской паранойей, они в конечном итоге приходят к обобщению всего мира (масонского и парамасонского), конститутивно разнообразного и пересекаемого внутренними разрывами.

Таким образом, прогрессивные масонские круги (вдохновлённые демократическим и реформистским социализмом) Фабианского общества и гораздо более радикальные, экстремистские и марксистски ориентированные круги Франкфуртской школы, само Фабианское общество и Франкфуртская школа, социалистисты (хотя и с существенными различиями между ними), оказываются рядом с такими организациями, как Фонд Рокфеллера, Фонд Форда, КИМО, СМО, Бильдербергский клуб, Римский клуб, Фонд Дитчли, ЦСМИ, корпорация Rand, Институт Гудзона – конечно, разнообразными по составу своих членов (некоторые относительно псевдопрогрессисты, другие умеренные, третьи в явно в неолигархическом тренде), тем не менее они принадлежат к галактике, склонной к гиперлиберизму в экономике и либерализму и/или либеральному консерватизму с политологической точки зрения. Более того, нетипичные масоны радикальных левых и марксистских взглядов, как Хоркхаймер и Маркузе, причисляются без какой-либо критики к вольным каменщикам левых взглядов (в непосвящённом смысле), гораздо более умеренным, как Шонфилд и Аттали, или к анархистам и не ищущим лёгких путей, как Бейтсон, в то время как всех вместе их относят к неоднозначным центристам, как Бжезинский и Бубис, и либеральным консерваторам (во многих отношениях только консерваторам, хотя в современном и прагматичном смысле), как Киссинджер, Шульц, Макклой, Пейли и другие, упомянутые выше.

Короче говоря, мы видим классическую тенденцию конфессиональной теории заговоров (в данном случае католического толка), которая считает всех вовлечёнными (как "сосуд мерзости и зла") в антитрадиционный и модернистский заговор: элитарных неолигархистов, консервативных или умеренных либералов, радикальных либералов, демократов, социалистов (реформистов и/или максималистов), коммунистов и анархистов, особенно когда они проявляются из общей масонской принадлежности.

В некотором парадоксальном и гиперболическом смысле сторонники теории заговора у Эпифания правы; в более конкретно историко-критическом плане, конечно, нет.

"Причина" антимасонских заговоров заключается в том, что вольные каменщики в целом положили между XVII и XIX веками конец "Старому порядку", основанному на устоявшихся иерократических и конфессиональных традициях, на власти, основанной на аристократическом происхождении, с акцентом на кровном родстве и божественном праве, превратив неисчислимые массы подданных в граждан и создав предпосылки для все более широкого народного суверенитета в открытом, светском социальном контексте, сосредоточенном на верховенстве закона, критическом взгляде, духовной и материальной свободе и научном подходе.

"Ошибка" епифанцев станет очевидной, если вспомнить, что после победы над определённым типом общественной организации "Старого порядка", действуя как общая революционная и прогрессивная сила, сами масоны испытали серьёзные потрясения, сражаясь друг с другом; и это если не считать серых зон идеологически нейтральных собратьев, хоть и союзников и тех, и других по причинам простого условного и личностного интереса.

Война между фракциями

Таким образом, затмевая и оттесняя социальное и политическое влияние старых традиционных светских и церковных аристократий, борьба за власть в современную эпоху переросла в гражданскую войну между масонскими фракциями, из которых они вышли победителями в ходе современных конфликтов, сделавших Запад гегемоном всей планеты в культурном, экономическом, научном, технологическом и политическом плане.

С одной стороны – группы посвящённых (большинство до середины ХХ века), стремящихся разделить со всем человечеством принципы братства, равенства, свободы и социальной справедливости; с другой – круги, убеждённые, чтобы могут стать духовной и идеологической неоаристократией, доминирующей над остальными людьми (непосвящёнными или масонами низкого уровня, которые также считаются недостойными членства во всемирном правительстве) прежде всего с помощью экономических и финансовых инструментов и средств массовой информации, во-вторых, через коррупцию и порабощение того же демократически избранного политического класса.

Возвращаясь к конкретному случаю Тавистокского института человеческих отношений и других подобных институтов социальной психологии, типичных для светской и научно ориентированной современности, в цитируемой книге (готовой демонизировать любые плоды современности, как злые по своей сути и направленные на конспиративные цели) мы не находим реконструкций, что по краям этих процессов сгущались (и до сих пор сгущаются) по крайней мере, два разных типа интересов.

С одной стороны мы видим устремления всех тех, кто вслед за высшими отцами научной психологии ХХ века (масонами Зигмундом Фрейдом и Карлом Густавом Юнгом) намеревался расширить круг знаний о человеческой психике даже в коллективной и реляционной сфере, следуя маршруту исследований и экспериментов, не обязательно вдохновлённых манипулятивными целями и социальным контролем, но действительно часто ориентированных на прагматические цели терапевтического или чисто когнитивного характера философско-научной направленности.

С другой стороны, чувствуется, безусловно, особое внимание, с которым представители определённых групп власти (государственных и частных) следят за теоретической и экспериментальной работой по коллективной и реляционной психологической динамике, изучаемыми в конкретных и хорошо финансируемых исследовательских институтах.

В первом случае мы имеем дело с нормальным институциональным отклонением современных медицинских, психиатрических, психологических и социоантропологических знаний; во втором случае – с возможностью применения этих знаний в практических целях, как гражданских, так и военных, как государственных, так и частных.

Действительно, такие психосоциологические знания можно использовать более чем законно и разумно (в рекламных, творческих и художественных сферах или связанных с миром шоу-бизнеса; в целях лояльной культурной, идеологической и политической пропаганды; в хорошо регулируемых контекстах шпионажа и контрразведки и т. д.), или в подлых и цензурных целях, когда знания о глубочайшей динамике индивидуальной и коллективной психики применяются для получения на выходе социальных травм, дезинформации и массовых манипуляций.

Епифаний лжёт, зная, что лжёт, и хочет, в свою очередь, неинформативно манипулировать своими читателями, когда пишет, что

основная цель Тавистока, в конечном счёте, является поиск способов вызвать "изменение культурных парадигм "в человеческих обществах путём установления "нарушенных социальных сред " или манипулирования "скрытой динамикой группы".[60]

На самом деле, основная цель Тавистока и других подобных институтов, по существу, является скорее научным исследованием психики в целом и антропных отношений (более или менее организованных), а следовательно, также (логически-когнитивное следствие) того, как происходят изменения культурных парадигм в человеческих обществах и как можно осуществлять групповые скрытые манипуляции.

После этого вполне естественно, что некоторые откровенно прогрессивные и легалитарные группы интересов в либеральном и демократическом смысле используют плоды труда Тавистока (и аналогичных институтов) именно для борьбы, разоблачения и демистификации любых манипулятивных операций общественного сознания государственными и частными властями, в то время как группы интересов, как правило, элитарные и антидемократические будут пытаться использовать полученные знания для фактических манипуляций общественным мнением.

Епифаний пишет:

Но настоящий плацдарм Тавистока в Соединённых Штатах представлен самым крупным американским "мозговым центром", корпорацией Rand, созданной на базе КИМО и, следовательно, СМО, для контроля американской политики на всех уровнях, международных отношений, вооружений, космических программ, внутренней политики и т. д. Сеть контроля над разумом индивидуума и предполагаемым коллективным поведением при поддержке великих фондов, единое мышление, основывающее новую шкалу "политкорректных" ценностей, за несколько десятилетий распространилась (как видит каждый) по всему Западу, незаметно проникая в политику государств, систему образования, банковский и деловой мир, обычаи, пробуждая незаменимое "состояние ума" на разных уровнях, "Волшебная флейта" власти, которая приведёт народы к эпохе единства, грозному однообразию идеологии гнозиса.[61]

Авторы не указывают, что у КИМО, СМО и корпорации Rand, в свою очередь, существуют внутренние разногласия между членами. Они представляют лишь некоторые из соединений международной масонской и парамасонской власти. В остальном при разговоре о предполагаемой "единой мысли", которая характеризовала бы современную планетарную ойкумену (во всяком случае, ориентированную именно в плюралистическом смысле, чтобы произвести в ней значительные критические изменения, конститутивно терпимые в рамках публичных дебатов без цензуры, более чем когда-либо после массового распространения интернета и социальных сетей), полезно напомнить традиционалистски ориентированным авторам, таким как Эпифаний, что именно общество "Старого порядка", которым они столь восхищаются и которое оплакивают, было основано на единой конфессиональной мысли, подавляющей нетерпимости, цензуре и насилии по отношению к любой форме инакомыслия в отношении церковной и гражданской власти.

Короче говоря, мы сталкиваемся с парадоксом апологетов "закрытых, нелиберальных, недемократических, авторитарных и догматически вдохновленных уникальной религиозной мыслью обществ", которые свободно пишут свои демонизирующие критические замечания по поводу "открытого общества", которое в значительной степени допускает право на свободу мышления и объединения, как раз в качестве проявления когнитивного, выразительного и этически-практического плюрализма.

Ещё один парадокс: требование сохранить себя в вечности как "уравнитель общественных и частных мыслей и поведения" относится именно к иерократической и аристократической (если не абсолютистской) власти досовременной Европы. А современные случаи реорганизации управления в неоаристократическом и элитарном смысле (подкреплённые методами массовых манипуляций), предмет сюжетов заговорщиков типа Эпифания, отличаются от аналогичных олигархических притязаний "Старого порядка" только тем, что они светские и основаны на эзотерической (масонско-реакционной) духовности, а не опираются на единую религиозно-эзотерическую мысль и риторику происхождения и власти, «идущей непосредственно от Бога, а не от народа», управляемой от имени божества узкими кругами священнослужителей, дворян и монархов – по милости Божьей.

Таким образом, несмотря на то, что современный мир также может подвергаться неоавторитарным и неолигархическим толчкам, омологирующим политику государств, систему образования, банковскую систему, бизнес и обычаи, такие толчки в значительной степени уравновешиваются противоположными и критическими движениями, вдохновлёнными именно теми ценностями плюрализма, свободы, демократии, универсализма неприкосновенности прав личности и гражданина, которые антимодернистские традиционалисты, такие как Эпифаний, ненавидят и справедливо приписывают прогрессивной и модернизирующей исторической работе масонства.

Таким образом, парадоксально уместна даже эпифанская идея о том, что в современную эпоху гегемоном оказывается определённая гностическая идеология.

Фактически, масоны-архитекторы и создатели современных открытых и светских обществ строили их, подчеркивая превосходство знания (именно гнозиса) над любой формой догматической веры – реализуя на официальном и материальном уровне традицию научно-технологической и промышленной революции, сложившуюся с XVII-XVIII веков, и на неофициальном и духовном уровне гностико-эзотерические требования, характеризующиеся замечательным отношением к синкретизму и эклектизму на теоретическом уровне и воображаемым экспериментам на практическом уровне. Всё это, очевидно, привело бы к резкому противоречию и открытому нарушению конформистского утверждения – как на индивидуальном, так и на социальном уровне – эзотерической и традиционной религиозности, сосредоточенной на вере и некритическом послушании религиозным и политическим догмам, разработанным и управляемым церковными и гражданскими иерархиями.

В заключение, вполне вероятно, что Тавистокский институт человеческих отношений мог и всегда может использоваться государственными (отвлечёнными) и частными лицами, незаконно заинтересованными в "промывания мозгов", манипуляциях в СМИ, более или менее коварном и недемократическом социальном контроле. Но это равносильно тому, что любое оружие может быть использовано для поражения невинного человека, а также для защиты от нападения одного или нескольких мучителей.

Знание – это нейтральный инструмент, относительно хорошее или плохое использование которого зависит исключительно от намерений тех, кто его использует в тех или иных целях.

Что касается темы этой главы, мы, безусловно, можем признать, что некоторые масонские спонсоры и сторонники деятельности Тавистока, начиная с 40-х и 50-х годов, действительно намеревались использовать в будущем научные достижения вышеупомянутого института (а также других исследовательских центров, созданных по его образу и подобию для исследования динамики индивидуальной и коллективной психики) с целью ориентировать управление западным обществом в неоконсервативном и неолигархическом направлении. С точки зрения этих людей, речь шла о том, чтобы однажды противостоять длинной полосе демократии, которая пережила две мировые войны, даже укрепив свои институциональные и социальные основы и приняв во всём мире Всеобщую Декларацию прав человека 1948 года.

Однако также верно, что работа по научному исследованию индивидуальных и коллективных побуждений и динамики человеческой психики, проводимая Тавистоком и другими аналогичными или разнородными институтами (государственными и частными) психиатрических, психологических и психотерапевтических исследований, реализуемых с ХХ века до наших дней, несомненно, сыграла большую роль в прояснении более глубоких мотивов homo socialis,[62] потенциально освобождая его от целого ряда идиотизмов, автоматизма и поведенческого консерватизма, некритически навязанных традицией.

Глава 3. Масоны и Ватикан за Европейский Союз (1950-1957)

В которой рассказывается о проекте объединения Европы (как возник, кто продвигал) и его неоаристократической и антидемократической направленности

В Европе никогда не будет мира, если государства восстановятся на основе национального суверенитета... [...] [Это] предполагает, что государства Европы образуют федерацию или сообщество, у которого экономика будет общей.

Жан Монне, алжирская речь 1943 года

Кризис современной цивилизации

Современная цивилизация заложила в качестве основы принцип свободы, согласно которому человек должен быть не просто инструментом других, а самостоятельным центром жизни. С этим кодексом в руках был придуман грандиозный исторический процесс для всех аспектов общественной жизни, в которых он не выполняется:

1. Заявлялось равное право всех наций на организацию в независимые государства. Каждый народ, выделенный по своим этническим, географическим, лингвистическим и историческим характеристикам, должен был найти в государственном образовании, созданном от своего имени в соответствии с особой концепцией его политической жизни, средство для наилучшего удовлетворения своих потребностей, независимо от какого-либо постороннего вмешательства.

Идеология национальной независимости была мощной питательной средой прогресса; она преодолела мелкое местничество в смысле более широкой солидарности против угнетения правящими иностранцами; она устранила многое из того, что препятствовало передвижению людей и товаров; она донесла, в рамках территории каждого нового государства, до наиболее отсталых народов учреждения и порядки наиболее цивилизованного населения. Однако она несла в себе зародыши империалистического национализма, которые при нашем поколении разрослись до образования тоталитарных государств и развязывания мировых войн.

Нация больше не рассматривается как исторический продукт сосуществования людей, которые, достигнув благодаря длительному процессу большего единообразия обычаев и устремлений, находят в своём государстве наиболее эффективную форму организации коллективной жизни в рамках всего человеческого общества. Вместо этого она стала божественной сущностью, организмом, который должен думать только о своём существовании и развитии, никоим образом не заботясь о вреде, который может причинить другим. Абсолютный суверенитет национальных государств привёл к стремлению господства над другими. Они считают своим «жизненным пространством» всё более обширные территории, позволяющие ему свободно перемещаться и обеспечивать средства существования, не завися ни от кого. Эта воля к господству не сможет успокоиться, пока одно сильнейшее государство не будет господствовать над всеми остальными порабощёнными.

В результате государство, как защитник свободы граждан, превратилось в господина подданных, обязанных служить ему всеми силами, чтобы добиться максимальной военной эффективности. Даже в мирные периоды, рассматриваемые как остановки для подготовки к неизбежным последующим войнам, воля военных слоёв в настоящее время во многих странах преобладает над волей гражданских, что затрудняет функционирование свободных политических порядков; школа, наука, производство, административная власть в основном направлены на увеличение военного потенциала; матери рассматриваются как средства воспроизводства солдат и, следовательно, награждаются по тем же критериям, как на выставках награждают плодовитых животных; детей с самого раннего возраста обучают обращению с оружием и ненависти к иностранцам; индивидуальные свободы сводятся к нулю, поскольку все военизированы и постоянно призваны на военную службу; повторные войны заставляют забыть о семье, трудоустройстве, имуществе и жертвовать самой жизнью ради целей, ценность которых никто не понимает. В течение считанных дней разрушаются результаты десятилетних усилий, предпринятых для повышения коллективного благосостояния.

Тоталитарные государства – это те государства, которые самым последовательным образом осуществили объединение всех сил, установив максимальную централизацию и автаркию, и, таким образом, зарекомендовали себя как сообщества, наиболее подходящие для сегодняшней международной среды. Достаточно, чтобы одна нация сделала ещё один шаг к усилению тоталитаризма, как за ней следуют другие нации, втянутые в ту же колею желанием выжить.

[...]

3. Чтобы противостоять авторитарному догматизму утверждалась постоянная ценность критического духа. Всё, что утверждалось, должно было создать причину собственному существованию или исчезнуть. Методичность этого беспристрастного подхода обусловила величайшие достижения нашего общества во всех сферах.

Но эта духовная свобода не пережила кризиса, приведшего к появлению тоталитарных государств. Новые догмы, которые должны быть приняты на веру или в силу лицемерия, начинают преобладать во всех отраслях знаний. Хотя никто не знает, что такое раса, и самые общие исторические представления приходят к её абсурдности, от физиологов требуют верить, показывать и убеждать, что человек принадлежит к избранной расе только потому, что империализму нужен этот миф, чтобы превозносить в массах ненависть и гордость. Наиболее очевидные понятия экономической науки предаются анафеме, в то время как автаркическая политика, сбалансированный обмен и прочее старьё меркантилизма выставляются выдающимися открытиями нашего времени. Из-за экономической взаимозависимости всех частей мира, жизненным пространством каждого народа, который хочет сохранить уровень жизни, соответствующий современной цивилизации, становится весь земной шар; но потом создаётся лженаука геополитика, которая хочет доказать последовательность теории жизненных пространств, чтобы подвести теоретическое обоснование под подавляющую волю империализма. Основные данные истории фальсифицируются в угоду правящему классу. Библиотеки и книжные магазины очищают от всех произведений, которые не считаются правильными. Мракобесие снова грозит задушить человеческий дух.

Социальная этика свободы и равенства сама по себе нарушена. Люди больше не считаются свободными гражданами, которые ценят государство для достижения своих общих целей. Теперь они являются слугами государства, которое определяет, какими должны быть их цели, а в качестве воли государства, безусловно, принимается воля тех, кто обладает властью. Люди больше не являются субъектами закона, но, стоя ниже в иерархии, они обязаны подчиняться, не споря с высшими иерархиями, кульминацией которых является должным образом обожествлённый лидер. Кастовый режим властно возрождается из собственного пепла.

Эта реакционная тоталитарная цивилизация, одержав победу в ряде стран, наконец нашла в нацистской Германии власть, которая считала себя способной извлечь из неё нужные последствия. После тщательной подготовки, смело и беспринципно воспользовавшись соперничеством, эгоизмом, глупостью других людей, таща за собой другие европейские вассальные государства, в первую очередь Италию, вступив в союз с Японией, которая преследует такие же цели в Азии, Германия начала работу по подавлению других.

Её победа означала бы окончательную консолидацию тоталитаризма в мире. Все её характеристики доведены до предела, а прогрессивные силы обречены на долгое время на простое негативное противодействие.

Традиционное высокомерие и непримиримость немецких военных слоев уже могут дать нам представление о том, каким будет характер их правления после победоносной войны. Победившие немцы также могут позволить себе роскошь щедрости по отношению к другим европейским народам, формально уважая их территории и политические институты, и править, таким образом, удовлетворяя глупое патриотическое чувство, которое больше смотрит на цвета пограничных столбов и национальность политических деятелей, которые выходят на первый план, а не на равновесное разделение властей и эффективную работу государственных органов. Как бы то ни было, реальность всегда была бы одной и той же: новое разделение человечества на спартиатов и илотов.

Даже компромиссное решение между теперешними враждующими сторонами означало бы ещё один шаг вперёд к тоталитаризму, поскольку все страны, которые избежали хватки Германии, будут вынуждены принять её формы политической организации, чтобы должным образом подготовиться к возобновлению войны.

Но гитлеровская Германия, если и смогла прибрать к рукам второстепенные государства одно за другим, своими действиями вынуждала приступать к борьбе всё более мощные силы. Смелая боеспособность Британии даже в самый критический момент, когда она оставалась одна, чтобы противостоять врагу, заставила немцев выступить против ожесточённого сопротивления Советской Армии и дала Америке время начать мобилизацию своих неисчислимых производительных сил.

[...]

Огромные массы людей и ресурсов уже развёрнуты против тоталитарных держав. Силы этих держав достигли своего апогея и теперь могут только постепенно изнашиваться. С другой стороны, противники уже прошли момент максимальной депрессии и находятся на подъёме. Война объединённых наций с каждым днём всё больше пробуждает волю к освобождению даже у тех стран, которые подчинялись насилию и были как бы потеряны после полученного удара, и даже пробуждает волю у народов держав Оси, которые замечают, что их втягивают в отчаянное положение только для того, чтобы удовлетворить тягу к насилию своих господ.

Медленный процесс, благодаря которому огромные массы людей пассивно позволяли новому режиму формировать себя, приспосабливались к нему и, таким образом, способствовали его консолидации, был остановлен; вместо этого начался обратный процесс. В этой огромной волне, которая медленно поднимается, обретаются все прогрессивные силы: самые просвещённые слои рабочего класса, которые позволили себе отвлечься от террора и лести в своем стремлении к более высокой форме жизни; наиболее сознательные элементы интеллектуальных слоёв, оскорблённые деградацией, которой подвергается интеллект; предприниматели, которые, чувствуя себя способными к новым инициативам, хотели бы освободиться от бюрократических оков и национальных автаркий, которые сковывают каждое их движение; наконец, все те, кто из-за врожденного чувства достоинства не умеют сгибать позвоночник в рабском унижении.

Всем этим силам сегодня поручено спасение нашей цивилизации.

[...]

Послевоенные задачи – европейское единство

Поражение Германии не привело бы автоматически к перестройке Европы в соответствии с нашим идеалом цивилизации.

В короткий интенсивный период общего кризиса, когда национальные государства будут лежать разбитыми на земле, когда народные массы будут с нетерпением ждать нового слова и станут расплавленной материей, горячей, готовой к отливке в новые формы, способной приветствовать руководство серьёзных интернационалистов, классы, которые больше всего пользовались привилегиями в своих странах. старые национальные системы будут исподтишка или насильственно пытаться заглушить волну интернационалистских чувств и страстей и упорно пытаться восстановить старые государственные порядки. И вполне вероятно, что английские лидеры, возможно, в согласии американскими, попытаются подтолкнуть события в этом направлении, чтобы возобновить политику баланса держав в очевидных непосредственных интересах своей империи.

Консервативные силы, то есть руководители основных институтов национальных государств: высшие кадры вооруженных сил, стоящие наверху там, где они всё ещё существуют, в монархиях; те группы монополистического капитализма, которые связали свою прибыль с судьбами государств; крупные землевладельцы и высшие церковные иерархи, которые только в стабильном консервативном обществе могут обеспечить себе паразитические доходы; а за ними вся бесчисленная стая тех, кто зависит от них или даже просто ослеплён их традиционной силой – все эти реакционные силы уже с сегодняшнего дня чувствуют, что здание скрипит, и пытаются спастись. Крах лишит их всех гарантий, которые у них были до сих пор, и подвергнет натиску прогрессивных сил.

Но у них есть люди и кадры, которые умеют командовать и будут яростно бороться за своё превосходство. В тяжёлый момент они будут хорошо замаскированы. Они провозгласят себя сторонниками мира, свободы, общего благополучия самых бедных классов. Уже в прошлом мы видели, как они проникли в народные движения и парализовали их, обратили вспять, превратив в прямо противоположное. Без сомнения, они будут самой опасной силой, с которой придётся иметь дело.

Они будут стремиться к восстановлению национальных государств. Таким образом, они смогут воспользоваться более распространённым народным чувством, более оскорблённым недавними движениями, более легко действующим в реакционных целях: патриотическим чувством. Таким образом, они также могут надеяться, что им будет легче запутать идеи противников, поскольку для народных масс единственный политический опыт до сих пор, – это полученный в рамках национальной сферы, и поэтому довольно легко направить как их, так и их самых близоруких лидеров на почву восстановления разрушенных бурей государств.

Если они достигнут этой цели, победа будет за ними. Если эти государства будут в основном демократическими или социалистическими, возвращение власти в руки реакционеров будет только вопросом времени. Возродится национальная ревность [...].

Таким образом, водораздел между прогрессивными и реакционными партиями теперь проходит не по формальной линии большей или меньшей демократии, большего или меньшего социализма, которая должна быть установлена, а по совершенно новой линии, разделяющей тех, кто считает центральным и древним полем борьбы завоевание и формы национальной политической власти, и тех, которые будут, хоть и непреднамеренно, играть на руку реакционным силы, позволяя раскалённой лаве народных страстей вернуться и затвердеть в виде старых форм и старых глупостей, и тех, кто увидит в качестве центральной задачи создание прочного международного государства, тех, кто направит к этой цели народные силы и, даже завоевав национальную власть, будет стремиться к ней в первую очередь как к средству достижения международного единства.

Альтьеро Спинелли и Эрнесто Росси, Манифест Вентотене 1943-1944 гг. (первый проект 1941 г., с дополнениями 1942 г.)

Мир во всём мире не может быть защищён, кроме как творческими усилиями, пропорциональными опасностям, которые ему угрожают. Вклад, который организованная и жизненно важная Европа может принести цивилизации, необходим для поддержания мирных отношений. Франция, более двадцати лет являвшаяся предшественницей объединённой Европы, всегда стремилась служить миру. Европа не возникла сама по себе: у нас была война. Европа не сможет сделать это сразу и не будет построена вся вместе; она возникнет из конкретных достижений, которые, прежде всего, создадут настоящую солидарность. Союз народов требует устранения многовекового противостояния между Францией и Германией: предпринятые действия должны касаться, прежде всего, Франции и Германии.

Роберт Шуман (под редакцией Жана Монне), выступление 9 мая 1950 г.

Презентация Менарина называется "Дальновидный лидер", особенно примечательное название, потому что мемуары, оставленные сыну Паоло, представляют нам неопубликованного Джакомо Румора – дальновидного не только для своей провинции и региона, но и для всей Европы, потому что в образе попечителя монсеньора Монтини и Ватикана он с самого начала был активным участником процесса, который привёл к нынешнему европейскому союзу.

[...]

Монтини, будущий папа Павел VI, вдохновитель Fuci (Итальянской католической университетской федерации), был наставником будущей политической карьеры таких личностей, как Джулио Андреотти и Альдо Моро [...]. Джакомо Румора выбрали из этой же среды с даже более деликатными задачами, чем строго политические, именно из-за гарантий, предлагаемых историей его семьи.

В рассказе Паоло Румора [...], будущий папа Павел VI предстаёт кардиналом, своего рода руководителем или контролёром ватиканской секретной службы. Эти данные, на мой взгляд, позволяют провести существенное сравнение отношений между "видимым правительством" и "невидимым правительством", которому я посвятил часть своих исследований [...].

Если вернуться к воспоминаниям Джакомо Румора, которые дошли до нас через его сына Паоло, они представляют три неопубликованных аспекта:

1) роль Ватикана в процессе становления Европы.

2) гипотеза о том, что этот процесс исторически начался гораздо раньше, чем считается;

3) связь этого процесса с эзотерической традицией.

Джорджо Галли, Другая Европа. Мифы, заговоры и загадки в тени европейского объединения

Братья работают над созданием Соединённых Штатов Европы

До семи решающих лет, которые соединяют Декларацию Шумана 1950 года с Римскими трактатами 1957 года, официальными актами, которые положат начало следующему пути Европейского Сообщества, лейтмотив континентального объединения уже выдвигался некоторыми выдающимися масонами.

Выдвигался, по правде говоря, со множества точек зрения, несколько отличающихся друг от друга. Некоторых видные вольные каменщики, искренние европеисты, видели построение европейской федерации, Европы народов, супер-государства радикально демократического характера, которое бы давало абсолютное превосходство политическому союзу между различными народами.

Для других масонов более элитарно-консервативной направленности было важнее следовать траектории европейской экономической интеграции под наблюдением наднациональных властей, склонных к технократике.

Если не обращать внимания на некоторые намёки про объединённую Европу, присутствующую в более или менее явных выражениях в набросках таких масонов, как Монтескье (1689-1755) и Вольтер (1694-1778), или на проекты «вечного европейского мира» у таких мыслителей, как масон Шарль-Ирене Кастель де Сен-Пьер (1658-1743) и возможный масон Эммануил Кант (1724-1804),[63] то именно в переписке между масонами Джорджем Вашингтоном (1732-1799) и масоном Жильбером дю Мотье де Лафайет (1757-1834), оба создатели Соединённых Штатов Америки, речь прямо заходила о "Соединённых Штатах Европы".

Идею Соединённых Штатов Европы позже возродил и поддержал масон Джузеппе Мадзини (1805-1872), основатель "Молодой Европы" в 1834 году. У Мадзини мы находим тягу к народной и демократической Европе, основанной на освобождении от тирании монархов и аристократов, а также на братстве и равенстве между бывшими подданными, которые стали гражданами своей нации и готовы объединиться на наднациональной родине.

Во время масонского Международного конгресса за мир, состоявшегося в Париже в 1849 году, вольный каменщик Виктор Гюго (1802-1885), в свою очередь, принял концепцию и формулировку Соединённых Штатов Европы для обозначения европейского политического братства, которое могло быть выражено в континентальном сенате/парламенте, наделённом полным суверенитетом (по мандату народа). Более того: Гюго надеялся, что таким образом между США и Европой можно установить более тесные и демократически братские связи.

В 1860 году масон Джузеппе Гарибальди (1807-1882), осуществляя кампанию против Бурбонов за объединение Юга Италии с исключительным и временным званием "диктатора обеих Сицилий" от имени Виктора-Эммануила II Савойского, нашёл время и способ выразиться в следующих словах:

Это в пределах досягаемости всех разумов, что Европа далека от того, чтобы считаться находящейся в нормальном и удобном для своего населения состоянии. Все говорят о цивилизации и прогрессе... мне кажется, что если не считать роскоши, мы не сильно отличаемся от первобытных времён, когда люди вырывали друг у друга добычу. Мы проводим всю жизнь в постоянных и взаимных угрозах, в то время как в Европе подавляющее большинство не только разумных, но и здравых людей прекрасно понимает, что могли бы прожить нашу бедную жизнь без этой постоянной враждебности друг к другу и без необходимости, кажется, фатально навязанной народам каким-то тайным и невидимым врагом человечества, убивать друг друга с научной изощрённостью. Например, предположим, что в Европе образовано только одно государство. Кто бы мог подумать о том, чтобы беспокоить его в собственном доме? Кто посмеет, спрашиваю я, нарушить покой такого властелина мира? И при таком предположении больше не будет армий и флота, а огромные капиталы, почти всегда недоступные для нужд и страданий народов, чтобы быть растраченными на истребление, вместо этого будут использованы на пользу народа.

Что ж! Реализация социальных реформ, о которых я упоминаю, зависит только от мощной и щедрой инициативы.

Сделка между двумя великими народами Европы, сделка, которая будет иметь целью благо человечества, больше не может быть мечтой и утопией людских сердец.

Таким образом, основа Европейской Конфедерации, естественно, будет состоять из Францией и Англией. Пусть Франция и Англия откровенно и преданно протянут друг другу руки – и все разные и угнетённые народности, включая исполинскую Россию, не захотят оставаться вне этой политической регенерации.

Я хорошо знаю, что возражение естественно сталкивается с предшествующим проектом. Что делать с бесчисленной массой людей, занятых сейчас в армии и на флоте?

Ответ прост. Неисчислимое количество работ, созданных при мире, сотрудничестве, безопасности, поглотило бы всё это вооружённое население, даже вдвое больше, чем сегодня.

Поскольку война станет почти невозможна, армии станут бесполезны. Я очень хочу, чтобы мои слова дошли до тех, кому Бог доверил святую миссию творить добро, и они, безусловно, сделают это, предпочитая ложному и эфемерному величию истинное величие, основанное на любви и признании народов.[64]

Также вероятный масон (близкий и масонским ценностям и идеалам)[65] Карло Каттанео (1801-1869), убежденный федералист, рассматривает будущее Старого света как переход от состояния, когда авторитарные национальные государства конфликтуют друг с другом, к гораздо более гармоничной гипотезе мирных и демократичных Соединённых Штатов Европы.

По случаю Конгресса лиги мира и свободы, состоявшегося в Женеве в 1867 году, масоны Гарибальди, Джон Стюарт Милль (1806-1873), Виктор Гюго, Михаил Бакунин (1814-1876) публично сошлись во мнении, что для достижения мира, справедливости и свободы в отношениях между различными европейскими народами необходимо создание Соединённых Штатов Европы.

Пан-Европа: проект Калерги

После трагедии Первой мировой войны, когда большевистский масон Лев Троцкий (1879-1940) мечтал о коммунистической Европе, новаторский проект объединения Европы возглавил умеренно либеральный и в некоторых отношениях "элитарный " масон Ричард Николаус Эйджиро фон Куденхове-Калерги (1894-1972).

В 1923 году космополит Куденхове-Калерги опубликовал свой знаменитый доклад "Пан-Европа",[66] манифест этого политико-культурного движения под названием Международный общеевропейский союз, основанный в 1922 году и который в 1926 году будет отмечать свой первый конгресс в Вене.

Об этом движении он сам напишет в экуменических выражениях типично масонского духовного символизма и синкретизма:

Мечта Коменского и Ницше, концепция Канта, желание Бонапарта и Мадзини, Соединённые Штаты Европы, будет реализована общеевропейским движением. Под знаком солнечного креста, в котором объединяются солнечный свет и Красный Крест международного человечества, общеевропейская идея победит мелочность и бесполезность любой разрушительной и местнической политики. [...] Символом движения должен был стать Красный крест на золотом солнце: крест Христа на солнце Аполлона, наднационального человечества, объединённого сияющим духом огней. Этот символ на светло-голубом фоне, символ мира, стал знаменем движения.[67]

Проект Калерги собрал вокруг себя не только прогрессивных масонов откровенных радикально-демократических и социалистических взглядов, но и масонов либеральной, либерально-консервативной и даже неоаристократической и элитарной направленности.

Начиная с 1924 года, масон Макс Варбург (1867-1946) щедро финансировал Общеевропейский Союз или общеевропейское движение, а также издание журнала «Пан-Европа». Между тем, книга 1923 года, на титульном листе которой был символ движения, похожий на эмблему розенкрейцерской эзотерической традиции, заслужила определённый успех у публики и удостоилась перевода на несколько языков.

Вокруг движения Калерги на протяжении многих лет кристаллизовалось членство видных деятелей политики, дипломатии, права, культуры, финансово-экономического и научного мира всей евроатлантической зоны (доверие, предоставленное проекту, было дополнительно увеличено созданием американского Комитета по сотрудничеству с Общеевропейским Союзом). Упомянем особо влиятельных масонов:

Отто фон Габсбург (1912-2011, последний наследный принц Габсбургов Австро-венгерской империи), Ялмар Шахт (1877-1970), Людвиг Натаниэль фон Ротшильд (1882-1955, известный также под именем Луи Натаниэль де Ротшильд), Конрад Аденауэр (1876-1967), Роберт Пфердменгес (1880-1962), Райнер Мария Рильке (1875-1926), Поль Валери (1871-1945), Томас Манн (1875-1955), Шон Макбрайд (1904-1988), Феликс Варбург (1871-1937), Стефан Цвейг (1881-1942), Николас Мюррей Батлер (1862-1947), Стивен П. Дагган (1870-1950), Эдвард Бенеш (1884-1948), Игнац Зейпель (1876-1932), Феликс Франкфуртер (1882-1965), Джон Уильям Дейвис (1873-1955), Франческо Саверио Нитти (1868-1953), Карло Сфорца (1872-1952), Пауль Лёбе (1875-1967), Жозеф Кайо (1863-1944), Николаос Сократ Политис (1872-1942), Зигмунд Фрейд (1856-1939), Альберт Эйнштейн (1879-1955), Александр Керенский (1881-1970), Павел Николаевич Милюков (1859-1943), Фредерик Льюис Аллен (1890-1954), Жан Монне (1888-1979), Аристид Бриан (1862-1932), Джон Мейнард Кейнс (1883-1946), и другие не меньшей важности.[68]

После успеха в средствах массовой информации пан-европейского Конгресса 3-6 октября 1926 года и усилий, направленных на совершенствование и распространение наднационального европеистического проекта в последующие годы (например, масон радикально-социалистической и прогрессивной ориентации Аристид Бриан, неоднократный премьер-министр Франции, в качестве почетного президента пан-европейского Союза, предложив Лиге наций гипотезу о европейской федерации, основанной на политическом и экономическом сотрудничестве с целью процветания и социальной справедливости, был приглашён этим высшим всемирным сообществом представить в 1930 году официальный меморандум об организации режима европейского федерального союза), приход к власти в Германии Гитлера и нацистов (которые ненавидели и презирали многорасовые, многоэтнические и мультикультурные теории Куденхове-Калерги) и начало Второй мировой войны остановили любую возможность практической реализации общеевропейского проекта.

Антидемократический крен европейского проекта

В конце мирового конфликта еврофедералистские идеи Калерги, который тем временем был связан с несколькими антинацистскими "сопротивленцами" со Старого света и преподавал с 1942 по 1945 год в Нью-Йоркском университете, вспомнили и поддержали другие крупные масоны: Уинстон Черчилль (1874-1965), Уильям Джозеф Донован (1883-1959), Аллен Уэлш Даллес (1893-1969), Жан Монне, Конрад Аденауэр, Роберт Шуман (1886-1963), Морис Шуман (1911-1998), Отто фон Габсбург и т. д. – которые, хотя и с разными оттенками, подчёркивали элитарные и технократические аспекты этого проекта объединения, к которому в прошлом приложило руку много прогрессивных вольных каменщиков.

Во многих своих работах, посвященных идее общей Европы до 1946-1947 (среди которых выделяется, конечно "Борьба за Пан-Европу" в трёх томах 1925-1928, у которой даже название свидетельствует о полемике с Гитлером, с того момента, как тот опубликовал первое издание "Моей борьбы" в 1925), масон Ричард Куденхове-Калерги описал три момента реализации своего проекта федерации: этап сотрудничества между различными европейскими странами, в котором различные решения общего интереса будут приняты единогласно; фаза таможенного союза; полностью федеративная фаза с созданием Соединённых Штатов Европы. Затем программа объединения предусматривала девять пунктов, сформулированных таким образом: официальная передача каждой нацией власти новым наднациональным и унитарным политическим органам; создание европейского федерального суда для урегулирования любых конфликтов между государствами-членами союза; общеевропейская армия; уже образованный таможенный союз; унитарное и федеральное разделение колониальных владений теми странами, которые были их метрополиями; единая валюта; уважение к разнообразию континентальных культур; защита этнических меньшинств; адекватное сотрудничество с другими международными институтами, в первую очередь с Лигой наций.

В конкретном проекте Калерги проблема типа управления, которое должно быть реализовано в такой наднациональной организации, оставалась неоднозначной и недостаточно освещенной. Этот творческий и энергичный масон-космополит, склонный к элитарности и неоаристократии, блестящий автор "Пан-Европы", не особо останавливался на фундаментальном вопросе гарантий существенной, а не формальной демократии, которые должен подразумевать такой союз.

Дело в том, что (всегда вместе со своим другом и братом масоном Отто фон Габсбургом) Калерги, действуя в переписке и сотрудничестве с несколькими членами (особенно с соратниками-масонами) различных европейских национальных парламентов, сумел организовать в Швейцарии в сентябре 1947 года первый конгресс Европейского парламентского союза (формально частная ассоциация, которая, однако, дала жизнь полугосударственным организациям, включая Совет Европы, предвестников образования настоящего европейского парламента с 1951 по 1979 год, от Европейского объединения угля и стали, до Страсбургской ассамблеи, избранной прямым всеобщим избирательным правом континентальных граждан).

Власть технократам

Однако в годы после Второй мировой войны Калерги акцентировал внимание на такой интерпретации европеистического проекта, который в качестве первых шагов отдавал предпочтение формированию общего рынка и экономической интеграции, предшественнику принятия единой валюты. С этой точки зрения экономическая унификация должна была предшествовать политической,[69] которая действительно рассматривалась с недоверием к её возможным радикальным и существенным демократическим результатам. Наоборот, создание в XX веке чего-то подобного Империи каролингов IX века (как Калерги говорил в частных беседах и внутренних масонских дискуссиях в Ур-ложе «Пан-Европа», основанной в 1947 году) предполагало создание европейского наднационального правления из «новых аристократов», касты новых вассалов, замаскированных под технократов, чиновников и лидеров демократически избранных правительств только в форме, на самом деле, определённых априори в элитарных кругах.

Такие руководители и должностные лица, обладающие институциональными политическими или экономическими навыками (неоаристократы среднего и низкого уровня), должны были стать кроткими и послушными орудиями в руках узкого круга представителей новой коллективной и постмодернистской имперской власти, управляемой неоаристократами высокого и очень высокого уровня.

Чтобы со временем осуществить подобный неолигархический проект европейского управления, необходимо было обязательно перейти к прогрессивным актам экономической интеграции, требующим узкоспециализированного руководства опытными технократами. Затем необходимо было выбрать политиков первого и второго уровня или соучастников и участников рассматриваемого проекта, или неопытных в экономических и финансовых вопросах и, следовательно, послушно желающих дать обязательное согласие и малокомпетентное в отношении преследуемого пути «строительства».

В то же время речь шла о том, чтобы пренебречь политическим согласованием совершенно разных национальных интересов (в перспективе, подчинить их Франции и Германии), не допуская реальной федеральной интеграции, с фактической делегацией суверенитета демократически избранным и узаконенным наднациональным органам. Первоначальный и общий проект, изложенный в "Пан-Европе" и других эссе, с его избыточным повествованием и риторикой в пользу федеральных Соединённых Штатов Европы, превратился в конкретное видение наднациональной криптоимперии, управляемой политическими придворными и чиновниками от имени новой духовной и экономическо-финансовой аристократии антидемократического и масонско-консервативного толка.

Это был тот теоретический и практический горизонт, который предполагался масоном Жаном Монне (который также во время Второй мировой войны политически заигрывал с прогрессивным братом Франклином Делано Рузвельтом) в своей Алжирской речи 1943 года.

В этой речи, которую мы процитировали в начале главы, всё внимание сместилось на экономическое объединение, а политическое представлялось не более чем общей пропагандистской мишурой.

Таким образом, Жан Монне, который был искренним масоном–демократом и либеральным прогрессистом на первом этапе своей жизни (кстати, он был назначен заместителем генерального секретаря Лиги наций в 1919 году), в зрелости начал строить (вместе с другими) институциональное ведомство, риторически подаваемое как оплот европейского мира и сотрудничества, в то время как на самом деле это был своего рода троянский конь для создания гигантского неоаристократического и технократического аппарата господства над народами Старого света.

Также по стратегической инициативе Монне 9 мая 1950 года католический масон и христианский демократ Роберт Шуман (премьер–министр Франции с 1947 по 1948 год и министр иностранных дел с 1948 по 1953 год) выступил со знаменитой декларацией, которая положила начало следующим формальным шагам экономической интеграции между европейскими державами. С его помощью пара Монне-Шумана (от имени важных масонских кругов США не меньше, чем европейских, одним словом евроатлантических) предполагала решительное преодоление исторического конфликта между немецкими и французскими интересами. В частности, предполагалось создание вышестоящей организации по объединению и управлению производством стали и угля с общим контролем над запасами этого важного сырья.

Имейте в виду: архитекторы того, что уже в 1951 году (подписание Парижского трактата от 18 апреля представителями Франции, Федеративной Республики Германии, Италии, Нидерландов, Бельгии, Люксембурга) станет Европейским объединением угля и стали, имели очень веские причины по обе стороны Северной Атлантики надеяться на промышленную и торговую интеграцию, способную, с одной стороны, поднять экономику Западной Германии хотя бы ради антикоммунистической пропаганды, с другой стороны, неразрывно связать немецкие и французские производственные мощности таким образом, чтобы исключить в будущем обострение военного соперничества между двумя ведущими народами континентальной Европы.

Однако метод, открытый в 1950-1951 годах, то есть метод экономической интеграции, лишённой подлинно демократической и федеративной европейской политической структуры, был бы предвестником трансформации континентального управления в технократическом и неолигархическом смысле, как и задумывалось многочисленными авторитетными деятелями новой послевоенной Европы.

Как вспоминал в несколько эмоциональных выражениях Поль Барнард в своей книге "Величайшее преступление",[70] французский экономист Франсуа Перру (1903-1987), с католическим образованием и масонскими «нетипичными и искусственными» взглядами вместе с Монне, также сыграл определённую роль в разработке определённого типа наднационального европейского экономического устройства. Определённая роль, конечно, это не та главная роль, которую ему приписывает Барнард.[71]

Более уместно – на тех же страницах, на которых Поль Барнард перечисляет знаменитых пятерых человек, которые, по его мнению, "породили основные идеи реконструкции элитарной власти в ущерб социальному и политическому прогрессу последних веков, начиная от строительства ЕС и еврозоны" – будет упомянуть масона Эдварда Луиса Бернейса (1891-1995) рядом с именами масонов Уолтера Липпмана (1889-1974), Роберта Шумана, Жана Монне и именно Франсуа Перру (безусловно переоценённого по сравнению с четырьмя другими).

Чтобы адекватно поговорить о Липпманне и Бернейсе и их важности – вместе с другим выдающимся масоном США, таким как Айви Ледбеттер Ли (1877-1934) – в аналитическом исследовании того, как знать и иметь возможность применять "психологию толп и групп" в политико-экономических, рекламных, пропагандистских целях, для поиска консенсуса, промышленной/коммерческой прибыли и связей с общественностью, потребуется отдельное объёмное монографическое эссе.

Тема, конечно, возвращает нас к тому, что мы ранее проиллюстрировали о парамасонском Тавистокском институте человеческих отношений.

Однако мы можем предупредить, что рассмотрим всё это более подробно на страницах следующих томов трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров", а пока отметим в этом свете, что становится понятно, что имеет в виду автор романа "1984" (написанного в 1948 году и опубликованного в 1949), т.е. прогрессивный масон Джордж Оруэлл, в своём литературном прогнозе олигархического, элитарного и авторитарного поворота на том же Западе, который едва справился с внутренними тоталитарными поползновениями.

Джордж Оруэлл и протоколы Ур-ложи "Томас Пейн"

Социалист, либертарианец и демократ, масон Эрик Блэр в искусстве Джордж Оруэлл (1903-1950) читал с 1923 года о различных программах объединения Европы и всего мира, о которых размышлял элитарный и неоаристократический масон Куденхове-Калерги, его друзья и союзники/соратники. Они, безусловно, могли быть истолкованы в перспективе мирного, демократического, плюралистического и либерального нового европейского и мирового порядка. Но их также можно было направить в неолигархическое, авторитарное, технократическое и антидемократическое русло.

Когда, в 1940 году, Оруэлл получает посвящение в престижной Ур-ложе "Томас Пейн", откровенно прогрессивной и демократической (международная мастерская, как и все Ур-ложи, но прочно укоренившаяся в Великобритании и часто противостоящая консервативной Объединённой Великой Ложе Англии, из которой, тем не менее, вышли несколько последователей, недовольных псевдофашистскими, профашистскими и пронацистскими взглядами некоторых руководителей Великой Ложи Англии, Шотландии и Ирландии), он затем зачисляется в Народное Ополчение, начинает работать на Би-би-си, а затем руководит еженедельной газетой «Трибьюн». Начинается Вторая мировая война, и евромировые проекты Калерги и братьев кажутся довольно далёкими.

Тем не менее, в 1944 году в своём романе "Скотный двор" (опубликован в 1945 году) он заклеймил коммунистический тоталитарный и нелиберальный сталинизм, который уже взял на прицел в "Памяти Каталонии" 1938 года. Начиная с 1947 года, когда, как мы видели, Куденхове-Калерги и его братья выходят на сцену и начинают евроатлантическую пропаганду, Оруэлл начинает работать над большим романом, в котором хочет предостеречь либерально-демократический Запад от возможных авторитарных, элитарных и олигархических поворотов.

Действительно, оруэлловская ссылка в "1984" на "Пан-Европу" и другие калергианские произведения очевидна и вопиюща, начиная с международной обстановки, описанной британским писателем в романе.

Прогрессивный масон Оруэлл описывает человечество будущего, объединённое в три великих наднациональных сверхгосударства: Океанию, Евразию, Остазию – находящиеся в постоянном конфликте друг с другом за господство над другими, не столь организованными и объединёнными территориями.

Как не уловить полемическую имитацию проекта, который был проиллюстрирован и обсуждён еще в 1926 году на Венском конгрессе Общеевропейского Союза всей "Калерги и компания"?

Фактически, в романе говорилось о желательном будущем делении мира на пять макростатусных групп: Евразия с российской гегемонией, Панамериканский Союз (Северная и Южная Америка), Соединённые Штаты Европы, Британское Содружество, Паназиатский союз (Япония, Китай и другие восточные страны) – вводя концепцию господства, распространяющегося на колониальные владениями в Африке, на Ближнем Востоке и т.д., объединённых европейских стран.

В весьма спорных и таинственных целях Оруэлл объединяет континентальную Европу и Россию, назвав её "Евразией", где господствует своего рода необольшевизм; он объединяет в государство "Океания" Северную и Южную Америки и Содружество всех британских колоний, над которыми царствует олигархическое, элитарное, иерархическое правительство "ангсоца", антидемократическая эволюция английской Лейбористской партии; он объединяет в "Остазию" Китай, Японию, Монголию, Индию, Бирму и т. д., в равной степени под руководством нескольких самодержцев; наконец, он выделяет ряд регионов, таких как Северно-Центральная Африка, Ближний Восток и Средняя Азия, которые могут вызвать хищнические инстинкты и военные конфликты между тремя упомянутыми супергосударствами.

В сущности, Оруэлл предупреждает общественное мнение своего времени (1948), что, если проект (Калерги и/или других) построить наднациональные государственные структуры станет развиваться в недемократическом, бюрократическом и технократическом направлении частью неоаристократической элиты, поборниками какой-либо "единой мысли", то возникнет риск того, что он описал в своём леденящем душу романе: Запад перейдёт к антидемократическим и свободоубийственным формам правления, как уже произошло в Советском Союзе и/или в других землях планеты.

Но гениальность Оруэлла[72] заключается прежде всего в способности сорвать покровы и объяснить изнутри структурную и функциональную аналогию между всеми видами диктатур, мягких или жёстких, явных или скрытых, правых или левых: внутри. За объединяющими фигурами отдельных харизматических лидеров в стиле "Большого Брата" скрывается управление властью элит, организованных в бюрократические и технократические иерархии, с властью, пронизывающей сверху вниз, от немногих, кто действительно командует, до многих и очень многих, кому приходится только подчиняться самыми различными способами, в том числе таких, которые в значительной степени подчиняются сами, но также несут некоторую ответственность за командование над другими, которые им подчиняются.

В этом контексте настойчивость Оруэлла также в отношении пропагандистских, производственных аспектов и манипулирования консенсусом и общественным мнением со стороны правителей Океании и руководителей "ангсоца", заставляет задуматься о полемических рассуждениях, которые в те годы (в протоколах Ур-ложи "Томас Пейн" до сих пор присутствуют следы) были сделаны в связи с работой американских масонов, таких как упомянутые Липпманн, Ли и Бернейс. В частности, прогрессивные масоны "Томаса Пейна", к которой принадлежал Оруэлл и в которой также посвятили Элеонору Рузвельт, не забыли и не простили своему брату Бернейсу, что он был директором рекламно-медийной пропаганды против "Нового курса" Рузвельта, организованной Национальной Ассоциацией производителей и "General Motors". Фактически, в 1930-х годах те же крупные американские промышленники, сочувствующие фашистам и нацистам, которые до последнего выступали против вмешательства США во Вторую мировую войну и которые финансировали в случае необходимости комитет "Америка превыше всего"[73], чтобы программно противодействовать "Новому курсу" и любому государственному вмешательству в экономику, участвовали в яростной идеологической борьбе против президентства Рузвельта и его "Нового курса" поддержки занятости, реализованного за счёт огромных инвестиций в инфраструктуру и крупных, средних и малых коммунальных предприятий.

Нападки на Рузвельта

Чтобы возглавить подобную пропагандистскую войну, позвали именно элитарного масона Эдварда Бернейса (уже большого сторонника консервативного парамасона Герберта Гувера [1874-1964]), которому помогали сотни сотрудников, занятых в связях с общественностью. Началась мощная кампания по манипулированию общественным мнением, направленная на то, чтобы убедить американских граждан в том, что существует неразрывная связь между понятием "истинной демократии" и радикально либеральной и дерегулированной рыночной экономикой; и что в основе благосостояния современной Америки лежат свобода частной предпринимательской инициативы (лишённая какого-либо контроля или вмешательства со стороны государства) и отсутствие общественного вмешательства, а не высшие общественные политические и культурные ценности.

Такая пропаганда была основана именно на теории Бернейса и частично Липпмана, согласно которой, в самой основе, психология масс примитивна, инстинктивна, манипулируема и иррациональна, поэтому их легко убедить во всём, если вы касаетесь правильных эмоциональных и психических струн с помощью надлежащих рекламных средств.

Конечно, Рузвельт и его братья-союзники и прогрессивные соратники отреагировали на такую пропаганду, опираясь, однако, на теории психологии человеческих групп, альтернативные теориям Бернейса. Вооружившись статистическим анализом и исследованиями общественного мнения вольного каменщика Джорджа Хораса Гэллапа (1901-1984, основал в 1935 году "Американский Институт Общественного Мнения" и предсказал победу Ф. Д. Рузвельта на выборах 1936 года, хотя многие другие аналитики и опросы предсказывали победу претенденту-республиканцу Альфреду Моссману Ландону [1887-1987]), сторонники Рузвельта верили в определённую рациональность в выборе людей (не стоит недооценивать мотивы и иррациональное поведение с инстинктами) и потенциальную способность использовать свободу воли. Прежде всего, сторонники Рузвельта хотели довериться активному участию населения в выборе правительства, приветствуя его обращения и мнения и отвергая антропологический пессимизм консерваторов и элитариев, убеждённых, что массы всегда и везде, как таковые, глупы, впечатлительны и ненадёжны. Даже по словам Гэллапа и его соратников, люди могли быть подавлены бессознательными силами, но это не означало, что это должно происходить все время и в любом случае, и, с другой стороны, это не позволяло правителям относиться к управляемым как к иррациональным тупицам (minus habentes). Поэтому, по мнению сторонников Рузвельта, необходимо вести диалог с массами и безусловно учитывать эмоции и инстинктивные стороны, но не отказываться от откровенного, лояльного и разумного общения. Первые статистические исследования, проведённые Гэллапом на научной основе, дали обнадёживающие результаты для сторонников Рузвельта. Исследования подтвердили, что чем правильнее информированы люди, тем более рациональный аспект преобладает в них над инстинктивным. Убедившись в этом, сотрудники Рузвельта противодействовали рекламной кампании против "Нового курса" в СМИ, которую Бернейс развернул от имени своих реакционных собратьев. Сотрудники Рузвельта создавали документальные фильмы, предупреждающие граждан о манипуляциях со стороны прессы и СМИ, которых иногда называли недобросовестными агентами, служащих интересам, часто вызывающим озабоченность и противоречащим общественному благу.

Уинстон Смит – кто настоящий главный герой романа "1984"?

Осознавая всё это и то, как в 1946-1947 годах началась массовая пропагандистская деятельность в пользу элитарного и технократического проекта строительства Европейского Союза (Куденхове-Калерги, Монне и других), Джордж Оруэлл 1948 года в своей замечательной работе "1984" яростно и превентивно клеймит любой потенциальный манипулятивный и мистификационный уклон евроатлантической медиа-системы.

Следует также уточнить, что бы ни говорили плохо информированные аналитики, что главному герою оруэлловского шедевра, Уинстону Смиту, не потому дали имя Уинстон, чтобы намекнуть на Черчилля (хотя Оруэлл, демократический социалист, тем не менее, оценил антифашистскую деятельность тори Черчилля вместе с Рузвельтом, а затем его резкие антисталинские выступления) и фамилию Смит, чтобы символизировать "простого человека".

Этот вопрос несколько тоньше и не столь простой, как видно из своевременного прочтения протоколов Ур-ложи "Томас Пейн", к которой принадлежал Оруэлл.

Уинстон Смит на самом деле становится своего рода слиянием между Черчиллем и обычным человеком только в заключительной части книги, когда этот персонаж, который также несёт в себе много позитива и не сдавался, наконец, прогибается под общий тренд, то есть «двоемыслие» и признаёт неоспоримое превосходство "Большого Брата".

Оруэлл, осознающий, что даже масон-тори Черчилль, несмотря на его антинацистские и антикоммунистические заслуги, в конце 40-х годов начинает поддерживать опасные неоолигархические инициативы Куденхове-Калерги и других, предупреждает британского лидера, с которым чувствует связь типа притяжения-отталкивания и доверие-недоверие, хорошо зная, что британский лев, символ сопротивления англичан против фашизма, в былые времена поддерживал отличные отношения с Муссолини и его чернорубашечниками и косвенно помог своим твердолобым нейтралитетом диктатору Франсиско Франко и его Фаланге в Гражданской войне в Испании 1936-1939 годов. Предупреждение Оруэлла Черчиллю и другим равносильно высказыванию: "Осторожно, дорогие братья-консерваторы, наслаждающиеся демократией. Если вы позволите реализовать технократический и элитарный общеевропейский проект таких, как Куденхове-Калерги, свобода и народный суверенитет снова будут в опасности...».

Однако мало кто знает, что Уинстон и Смит также были масонскими именами двух выдающихся членов Ур-ложи "Томас Пейн": именно в честь них и в честь их прогрессивной масонской деятельности, противоречащей любой авторитарной и свободоубийственной власти, Оруэлл дает главному герою своего романа "1984" такое имя. До тех пор, пока Уинстон Смит в романе будет бороться, именно их Оруэлл имеет в виду, прежде всего, а не Черчилля после 1946-1947 годов.

В любом случае, социалист, либертарианец и демократ, масон Эрик Блэр в искусстве Джордж Оруэлл умирает 21 января 1950 года.

Он не успевает выслушать декларацию Шумана от 9 мая 1950 года, проанализировать создание Европейского объединения угля и стали 18 апреля 1951 года, оценить назначение брата Жана Монне первым президентом высшего органа ЕОУС, что произошло 10 августа 1952 года.

Очевидно, что всё складывалось в пользу экономического, элитарного и технократического проекта, поддержанного разными Монне, Ретингером, Отто Габсбургом, Бернхардом Ван Липпе-Бестерфельдом, Куденхове-Калерги и т. д.

Затем Калерги, первому, кто предложил совместное управление углем и сталью Францией и Германией в качестве европеистской функции (с 1923 года), в 1972 году (в год его собственной смерти) была оказана официальная дань уважения принятием, как официального гимна Европейского Союза (в то время еще ЕЭС, Европейского Экономического Сообщества), текста и мелодии, которые он сам предложил много лет назад.

Таким образом, в качестве официального гимна Европейского сообщества была выбрана заключительная часть Девятой симфонии (1824) масона Людвига ван Бетховена (1770-1827), музыка "Гимна радости", сочинённая в 1785 году масоном Фридрихом фон Шиллером (1759-1805). Фактически это гимн, слова которого от начала до конца пропитаны масонской символикой и кульминацией которого является воспоминание о звёздном небе, которое украшает потолок каждой масонской мастерской.

Манифест Вентотене

Между 1941 и 1944 годами был составлен европеистский документ, который, значительно отклоняясь от элитарного и неолигархического видения Куденхове-Калерги, Монне, Шумана и других, скорее возобновил подлинно демократическую традицию тех прогрессивных масонов XIX века, которые мечтали о создании Соединённых Штатов Европы с настоящим народным суверенитетом.

Мы имеем в виду знаменитый Манифест Вентотене (который широко цитируют, но мало кто читал, а тем более анализировал), написанный масоном Альтьеро Спинелли (1907-1986) и не масоном (но по культуре близким к идеалам прогрессивного масонства) Эрнесто Росси (1897-1967) между 1941 и 1943 годами и, наконец, изданный под редакцией масона (посвящённого в Париже в 1937 году) Эудженио Колорни (1909-1944).

Не случайно мы процитировали длинный отрывок из манифеста среди эпиграфов к этой главе.

Уже только внимательно перечитав упомянутый нами отрывок, можно в полной мере понять радикально демократическую, либерально-социалистическую и социалистически-демократическую, кейнсианскую и вместе антикоммунистическую и антилиберальную перспективу, вытекающую из этого документа.

Однако не манифест Вентотене вдохновил на первые и последующие конкретные усилия по созданию той или иной формы европейского объединения.

Тем не менее, с 40-х годов и до сегодняшнего дня не было недостатка в деятелях, которые, как и Альтьеро Спинелли и Эрнесто Росси, пытались (до сих пор без больших успехов и только с некоторым удовлетворением формалистического характера, например, создание в 1979 году Европейского парламента, избранного всеобщим избирательным правом, но с тех пор без какого-либо реального политического суверенитета в рамках ЕС) реализовать некоторую форму Европейской федерации, основанной на первенстве демократии над технократией и политики над экономикой.

Факт остаётся фактом: 25 марта 1957 года в соответствии с Римскими трактатами учредили Европейское экономическое сообщество, едва ли не какую-то зародышевую форму Соединённых Штатов Европы. То же самое можно сказать и про все другие наднациональными соглашения/договоры, которые от таможенного союза, достигнутого в 1968 году, до Маастрихтского договора 1992 года, вплоть до Лиссабонского договора 2007-2009 годов, будут реализованы в течение следующих десятилетий.[74]

Хотя это правда, что прежде всего масоны (как элитарные, так и демократические, как консервативные, так и прогрессивные) интересовались Европейским объединением с XIX века до 40-х годов, следует также сказать, что многие из этих вольных каменщиков имели католическую культуру, образование и эзотерическую веру.

Но Ватикан как таковой, особенно в лице монсеньора Джованни Баттиста Монтини (1897-1978, архиепископ Миланский с 1954 по 1963 год и с 1958 года кардинал, папа римский с 1963 по 1978 под именем Павла VI), с 1937 заместителя руководителя государственного секретариата и руководителя секретной службы Ватикана, и Фрэнсиса Джозефа Спеллмана (1889-1967, архиепископ Нью-Йорка с 1939 года, и кардинал с 1946), Мориса Шумана (журналист, публицист и французский политический деятель, основатель и первый президент "Народного республиканского движения", член парламента и много раз министр), Джакомо Румора (1906-1981, юрист, президент Торговой палаты Виченцы, среди главных героев экономического возрождения Северо-Востока Италии после Второй мировой войны, двоюродный брат Мариано Румора, христианского демократа, который несколько раз был председателем Совета министров) и нескольких других деятелей, только начиная с 1942-1943 годов начал напрямую интересоваться перспективой той или иной формы политического и/или экономического объединения Европы.

В своем стремлении Ватикан должен был прийти к соглашению (в подчинённом положении) с масонскими кругами, которые долгое время курировали проект европейского единства.[75]

Глава 4. Масон и розенкрейцер Анджело Ронкалли, он же папа Иоанн XXIII, Второй Ватиканский собор и мечта о современной гармонии между религиозным экзотеризмом и масонским эзотеризмом в условиях обновления равенства, братства и свободы (1958-1968)

В которой рассказывается о посвящениях первого папы масона, Второго Ватиканского Собора и секретных архивах УР-ложи "Гедулла"

В начале было Слово, Слово было у Бога, и слово было Богом. [...] И жизнь была свет людям; И свет во тьме светит.

Евангелие от Иоанна гл. 1, ст. 1-5

Явился человек, посланный от Бога, имя ему Иоанн. Он пришёл для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете.

Евангелие от Иоанна гл. 1, ст. 6-7

Слово "секретность" само по себе отвратительно в свободном и открытом обществе, и мы, как народ, исторически выступаем против тайных обществ, тайных клятв, тайных процедур. Давным-давно мы решили, что опасности, связанные с излишествами секретности и сокрытием фактов, намного перевешивают риски того, что мы готовы оправдать. Нет причин противостоять опасностям закрытого общества, имитируя те же ограничения. И нет никаких оснований для обеспечения выживания нашей нации, если наши традиции не выживут вместе с ней. Мы сталкиваемся с серьёзной опасностью, которая формируется настойчивыми требованиями увеличить безопасность и передать её в руки тем, кто хочет расширить её до уровня официальной цензуры и сокрытия. Я не позволю этого, пока это будет возможно. И ни один член моей администрации, независимо от его высокого или низкого уровня, гражданского или военного, не должен воспринимать мои слова как предлог, чтобы заткнуть рот новостям, подавить инакомыслие, скрыть наши ошибки или отрицать перед прессой и общественностью факты, которые те заслуживают знать.

Однако я прошу каждого редактора и каждого журналиста в стране пересмотреть свои требования и признать природу опасности, с которой сталкивается наша страна. Обычно в военное время правительство и пресса объединяются в попытке, основанной в основном на самодисциплине, предотвратить несанкционированное раскрытие информации противнику. Во время "явной и реальной опасности" суды подтвердили, что даже права, гарантированные Первой поправкой, должны подчиняться общественной необходимости национальной безопасности.

Но сегодня война не объявлена, и, каким бы жестоким ни было столкновение, она никогда не может быть объявлена традиционным способом. Качество нашей жизни находится под угрозой. Наши объявленные враги распространяются по всему земному шару. Выживание наших друзей в опасности. Однако войны объявлено не было, ни одна армия не пересекла границу, ни одна ракета не была запущена.

Если пресса ждёт объявления войны, прежде чем навязывать себе самодисциплину условий войны, я могу только сказать, что ни одна другая война не представляла большей угрозы нашей безопасности. Если вы ждёте "явной и реальной опасности", я могу только сказать, что опасность никогда не была более реальной, а её присутствие – более гнетущим.

Необходима смена точки зрения, тактики, цели со стороны правительства, народа, каждого бизнесмена, профсоюзного лидера и каждой газеты. Потому что во всём мире нам противостоит монолитный и безжалостный заговор, который в основном использует тайные средства для расширения сферы своего влияния посредством проникновения, а не вторжения, подрывной деятельности, а не выборов, запугивания, а не свободного выбора, ночной партизанской войны, а не регулярных армий. Это система, которая вложила много человеческих ресурсов и средств в создание очень эффективной и прекрасно смазанной машины, которая сочетает в себе военные, дипломатические, разведывательные, экономические, научные и политические операции.

Её приготовления не обнародуются, а скрываются. Её ошибкам не посвящены вступительные титры, но они скрыты. Диссидентов не хвалят, а заставляют замолчать. Никакие расходы не обсуждаются, а равно ни вскрывшаяся неосмотрительность, ни раскрытие секретов. Проще говоря, холодная война ведётся с военной дисциплиной, с которой ни одна демократия никогда не пожелает или не захочет сравниться.

Тем не менее каждая демократия признаёт необходимые ограничения национальной безопасности, и ещё предстоит определить, следует ли более строго соблюдать эти ограничения в случае нападения такого рода, а также реального вторжения, и, возможно, нет никаких советов, которые можно было бы дать.

[...] Возможно, нет ответа на дилемму, с которой сталкивается свободное и открытое общество в холодной и тайной войне. В мирное время любые споры по этому поводу и любые последствия болезненны и беспрецедентны. Но и эта эпоха мира и опасности беспрецедентна в истории.

Именно из беспрецедентного характера этой задачи рождается ваше второе обязательство, обязательство, которое я разделяю. Мы обязаны информировать и предупреждать американский народ, чтобы убедиться, что он знает и понимает все факты, которые ему необходимо знать: опасности, перспективы, цели нашей программы и выбор, с которым необходимо иметь дело. [...]

Я не прошу ваши газеты поддерживать администрацию, вместо этого я прошу вашей помощи в фундаментальной задаче информирования и предупреждения американского народа. На самом деле я питаю абсолютную уверенность в реакции и верности наших граждан при условии, что они полностью информированы. Мало того, что я не могу заглушить голоса инакомыслия среди ваших читателей, я надеюсь на них.

Моя администрация хочет быть прозрачной в своих ошибках, потому что, как сказал один мудрец, "ошибка не становится безумной, пока вы не откажетесь её исправить". Мы хотим взять на себя полную ответственность за свои ошибки и надеемся, что вы укажете на них, когда мы этого не сделаем.

Без дебатов и критики ни одна администрация и ни одна страна не могут добиться успеха, так же как ни одна республика не может выжить. Именно поэтому афинский законодатель Солон назвал преступлением уклонение от дебатов. И именно поэтому наша пресса была защищена Первой поправкой – единственный вид деятельности в Америке, который был специально защищён Конституцией. Эта деятельность служит не для развлечения, не для того, чтобы подчеркнуть банальности и сентиментальности, или просто "дать аудитории то, что она хочет", а чтобы информировать, пробуждать, размышлять, признавать наши опасности и возможности, сигнализировать о трудностях и выборе, направлять, воспитывать, наставлять, а иногда даже приводить в ярость общественное мнение.

Это означает повышенное внимание и большой анализ международных новостей, потому что больше нет ничего далёкого и постороннего, но всё близко и касается нас. Это означает больше внимания к пониманию новостей и совершенствованию их раскрытия. И это означает, что правительство на каждом уровне должно выполнять свою обязанность предоставлять как можно больше информации за пределами самых жёстких границ национальной безопасности, и мы намерены это сделать.

В начале XVII века Френсис Бэкон назвал три недавних изобретения, которые изменили мир: компас, порох и печать. Теперь, когда связи между народами, начатые компасом, сделали всех нас гражданами мира, надежды и угрозы одного человека стали надеждами и угрозами для всех нас. Попытки жить вместе, изобретение пороха до крайностей предупреждали человечество о страшных последствиях неудачи.

И поэтому к прессе, биографу подвигов человека, хранителю его совести, предвестнику его новостей, мы обращаемся за силой и поддержкой, уверенные, что с вашей помощью человек станет таким, для чего он родился: свободным и независимым.

Джон Фицджеральд Кеннеди, выступление в отеле "Уолдорф-Астория", Нью-Йорк, 27 апреля 1961 года

У меня есть мечта: однажды эта нация восстанет и полностью воплотит истинный смысл своего вероучения: "мы считаем эту истину очевидной саму по себе, что все люди созданы равными".

Мартин Лютер Кинг, выступление в Мемориале Линкольна 28 августа 1963 года

Первый папа-масон

Вскоре после середины 20-го века, даже на длинной волне совместных усилий Ватикана и масонских кругов (как элитарных, так и прогрессивных) в строительстве Европейского Союза, созрел особый проект дальнейшего сотрудничества между некоторыми секторами масонства и католицизма.[76]

В отличие от проекта Европейского объединения (в отношении которого консервативные масоны убедили многих демократических и социалистических собратьев не возражать против приоритета экономической интеграции вместо того, чтобы в первую очередь приступить к созданию союзных политических органов), этот проект был реализован в духе резко прогрессивных идеалов.

По совместному предложению ложи "Церковь",[77] Ур-ложи, укоренившейся не только в Ватикане, но и наравне с парамасонским обществом "Бней-Брит"[78], действующим по всей планете – при католических светских и регулярных структурах, а также при ассоциациях и движениях католических мирян и церковников – и Ур-ложи "Даат" (светские израильские круги и американский иудаизм международного либерально-прогрессивного толка, куда принимаются даже не евреи), "Томас Пейн" (преимущественно англо-американская и французская), "Монтескье" (с франкоязычными филиалами в каждой части света), "Христофор Колумб" (международной, как и все Ур-ложи, но твёрдо обосновавшейся в основном в США, Канаде и Латинской Америке), "Иоанн" (Ур-ложа с базой в Новой Англии, США, в которую принимают в основном англоязычных католиков по всей планете, англиканцев, а также, конечно, и собратьев из других религиозных конфессий; всегда имела постоянные отделения в Риме, Париже, Лондоне и Мюнхене), "Хайрем Роудс Ревелс" (состоящей, в частности, из белых гиперпрогрессистов, американских и британских, и видных деятелей афро-американской общины) и "Гедулла" (традиционно работающей в Средиземноморье и на Ближнем Востоке), был разработан и приведён в исполнение трансгрессивный и эпохальный проект.

Предложение этих могущественных Ур-лож было доведено до сведения не только католиков (священнослужителей и мирян, близких к иерархам), посвящённых в вольные каменщики, но и прогрессивных представителей, хоть и не масонов, того же круга, у которого в Ватикане был духовный и политический эпицентр, а также верхушке могущественных внеэтнических епископских собраний, такие как американское, немецкое и французское.

Проектом предусматривалось содействие избранию (впервые в истории) папы, масона и духовного новатора, и, одновременно и тоже впервые, президента Соединённых Штатов, прогрессивного католика и не масона.

И проект состоялся.

В соответствии с параметрами масонской концепции человеческой истории, очень склонной ценить символы и архетипы, лежащие в основе превратностей того времени, речь шла о том, чтобы одновременно окрасить одним и тем же прогрессивным цветом как вершины новой "имперской" (американской) власти, так и вершины старой-новой папской власти, обе наделённые универсалистским резонансом.

Всё это, как акт взаимного доверия и добросовестности, должно было быть реализовано путем передачи президентской власти масонской сверхдержавы Запада (США) человеку явного католического и немасонского происхождения, а также возведения на престол Петра первого папы, вольного каменщика.

Таким образом, кардинальский конклав 28 октября1958 года выбрал, а 4 ноября короновал масона и розенкрейцера Анджело Джузеппе Ронкалли (1881-1963, кардинал и патриарх Венеции с 1953 года) в качестве 261-го епископа Рима и папы католической церкви.

Брат Ронкалли получил своё первое масонское посвящение в Стамбуле в 1940 году (не в 1935 году, как было сказано и написано,[79] анахронично наложив приезд в турецкую столицу со вступлением в масонство).

На самом деле ещё в 1929 году в своих письмах[80] будущий папа-масон выражает, казалось бы, робкую и демонизирующую концепцию масонства в полном соответствии с тем, что было антимасонским духом многих церковников того времени скорее из-за последствий Латеранских соглашений, заключение которых в те годы также имело символический антисветский, антилиберальный и антимасонский характер при всей двусмысленности, с которой фашистский режим (своего рода оригинальная Великая Государственная Ложа, как мы покажем в другом месте) преследовал масонов-демократов и принимал в свои высшие ряды элитарных, реакционных и/или технократических масонов.

Когда Ронкалли, назначенный в 1934 году архиепископом Несебыра в Болгарии, прибыл в Стамбул 5 января 1935 года на должность апостольского легата Греции и Турции и администратора апостольского викариата того, что было Константинополем, его идеи о масонстве всё ещё были расплывчатыми и неточными.

Однако именно во время пребывания в великой турецкой метрополии и в стране, которой правил масон Мустафа Кемаль Ататюрк (1881-1938) с собратьями и начал там радикальные процессы секуляризации, модернизации и либерализации, бергамскому священнослужителю (уроженцу Сотто-иль-Монте) откроются новые духовные и идеологические горизонты.

Однако пройдёт ещё пять лет, прежде чем Ронкалли примет приглашение стать вольным каменщиком и будет посвящён в Ур-ложе (которая до сих пор работает в Средиземноморском бассейне, на Ближнем Востоке, в Греции и Турции) "Гедулла", состоящей в основном из евреев и христиан-католиков, придерживающихся православных и различных восточных обрядов, и занимающейся эзотерическо-духовными изысканиями, особенно изучением и практикой каббалы (как еврейской, так и христианской эпохи Возрождения),[81] исихазма и розенкрейцерской традиции.[82]

А в архивах Ур-ложи "Гедулла" до сих пор хранится обширная документация о принадлежности ученика Анджело Ронкалли, а также о присвоении ему звания товарища по искусству, а затем вольного мастера-каменщика в 1943 году.

Секретные архивы УР-ложи "Гедулла"

Из архива "Гедуллы" мы узнаём о Франце фон Папене (1879-1969), "брате-посетителе" во время ритуала посвящения Ронкалли осенью 1940 в стамбульском отделении, также католике-масоне и мальтийском рыцаре, неоднозначном государственном деятеле, консервативном и элитарном, канцлере Германии перед приходом Гитлера (с июня по ноябрь 1932 года), затем отправленном в качестве посла Германии сначала в Австрию, а затем в Турцию с деликатной задачей обеспечить нейтралитета правительства последней. На самом деле фон Папен был человек и масон многогранный и состоял в особых отношениях с ватиканской курией: он помог приходу Гитлера к власти в январе 1933 года, получив должность вице-канцлера; затем способствовал заключение договора между Ватиканом и Германией в июле 1933; затем дистанцировался от нового диктаторского режима во время публичного выступления в Университете Марбурга 17 июня 1934, таким образом, рискуя быть убитым во время пресловутой Ночи длинных ножей, 30 июня -1 июля 1934 (был спасён после прямого вмешательства Германа Геринга); наконец, он вернулся к дипломатической работе, как и в молодости, одновременно углубившись в ряд международных масонских отношений.

Возвращаясь к брату Ронкалли и протоколам и документам, подтверждающим его масонское посвящение, мы хотим обратить внимание, прежде всего, на важный вопрос.

Как в отношении громкого и неутомимого будущего Иоанна XXIII (речь идёт о единственном папе-масоне, по крайней мере до сих пор, в католической церкви), так и в отношении точного числа масонов, которых мы упомянули и/или упомянем (за исключением тех субъектов, о которых давно существует свидетельство) мы заведомо отказались от бюрократического фетишизма демонстрации документов. Каким образом мы пришли к такому решению: о каких масонах опубликовать в печати, на этих страницах, то или иное свидетельство о посвящении или присвоении степени, ту или иную квитанция об уплате членских взносов, тот или иной протокол ложи, а о каких братьях не давать такого документального свидетельства?

И если бы мы решили воспроизвести подобные документы для всех и каждого, то наша уже многостраничная серийная работа, возможно, стала бы ещё в два-три раза толще.

Поэтому мы пошли другим путём, столь же строгим, серьёзным и научно ориентированным, но способным не утяжелять повествования (и количество страниц этого и других томов), а также не поддаваться документальному фетишизму, к которому мы особенно страдаем аллергией, если он оказывается историографически безвкусным и избыточным. Действительно, говоря о неуместности такого фетишизма (что является отличным от филологической акрибии), мы хотели бы, чтобы было ясно одно понятие: масонская фигура того или иного персонажа в историко-критическом и герменевтическом месте подтверждается направлением его мысли, стилем и окончательностью его действий, кругом общения и обстоятельствами жизни и смерти, помимо наличия того или иного бюрократического документа.[83]

Тем не менее, чтобы удовлетворить даже самых скептичных, требовательных и хмурых поклонников документально-бюрократического фетишизма, мы решили подать в специальные юридические и нотариальные конторы Парижа, Лондона и Нью-Йорка обширный материал,[84] способный составить счастье любому архивисту, историку или филологу позитивистской установки.

Следует уточнить, что, помимо проблемы трудного выбора, какие документы и клятвенные показания публиковать, а какие нет, и в соответствии с каким произвольным критерием; помимо фундаментальной озабоченности по поводу чрезмерного увеличения общего количества страниц этой серийной работы; помимо необходимости не обременять повествование фетишистским показом сканов и фотографических репродукций или различных анастатических изображений, мы также должны были уважать требования конфиденциальности как хранителей определённых документов, так и тех, кто согласился дать нам некоторые взрывные и громкие интервью.

Таким образом, мы пришли к мудрому компромиссу.

Если кто-то подвергнет сомнению обоснованность или правдивость определённых анализов, замечаний, выводов или свидетельств (предложенных под псевдонимами непосредственных заинтересованных сторон в интервью), представленных в этой книге, мы вызовем его на открытый спор, созвав специальную пресс-конференцию. И в этом случае, благодаря предварительным соглашениям, должным образом заключённым и зарегистрированным в юридическом и нотариальном порядке с нашими авторитетными респондентами и хранителями определённых архивов, мы сможем предоставить своевременную и безупречную документацию, касающуюся того или иного спора, также оставляя за собой право на подачу иска о защите нашей чести (как рассказчиков и эссеистов), чтобы привлечь ещё больше внимания средств массовой информации к вопросу, который тот или иной неосторожно хотел оспорить как неверный или несоответствующий действительности.

Всё это относится, прежде всего, как читатель хорошо поймёт, к документальному подтверждению факта, который всем "высшим католическим и масонским инсайдерам" всегда был известен и признавался без проблем (по крайней мере, в частном порядке): а именно масонское посвящение на турецкой территории Анджело Джузеппе Ронкалли, в то время архиепископа Несебыра и апостольского викария Стамбула.

Второе посвящение папы Ронкалли

В 1944 году Ронкалли был назначен апостольским нунцием Франции, со штаб-квартирой в Париже (где он оставался до 1953 года). Во французской столице он получил второе масонское посвящение, на этот раз также в одной из современных и закалённой в боях Ур-ложе (в данном случае "Монтескье"), в международном составе которой было много членов, которые плюралистически связывают отдельных адептов с более чем одной мастерской одновременно.

И опять, на своеобразном посвящении, при котором признали его все три степени (уже полученные в течение трёх лет в УР-ложе "Гедулла"), плюс возвели в четвертую степень мастера-законодателя, типичного для членов "Монтескье", присутствовал католический масон, который также был рыцарем Мальты (как фон Папен в 1940 году), а также посланником СВОМ (Суверенный Военный орден Мальты) в Париже, то есть барон Ив Марсодон.

Масон Марсодон, ранее являвшийся членом Великой Ложи Франции и позже перешедший в пробританскую Великую Национальную Французскую Ложу, также получил по этому случаю степень мастера-законодателя в качестве члена Ур-ложи "Монтескье".

Это был конец 1949 года, а в 1950 году апостольский нунций Франции по сигналу своих братьев-друзей из Ур-ложи "Гедулла", которые связали его с парижской розенкрейцерской группой, связанной, в свою очередь, с другой международной УР-ложей "Иоанн", был также официально посвящён в "братья-розенкрейцеры".

И даже об этом посвящении есть очень достоверные свидетельские и документальные доказательства, должным образом сохранённые и архивированные.

Масонская деятельность Анджело Ронкалли и его собственное восприятие себя как истинного католика и истинного вольного каменщика были отмечены чётким восприятием разнообразного и комплементарного типа универсальности, к которым призывали, соответственно, католическая церковь и масонство.

По словам Ронкалли, который даже написал об этом в "архитектурных таблицах"[85] и который хорошо понимал и усвоил смысл конститутивного различия, но слишком часто отрицал его в церковной сфере, христианско-католический универсализм носит эзотерический характер и нацелен прежде всего на детей во Христе (большинство людей: простые и бедные духом, слабые, беспомощные и нуждающиеся в любви и утешении) и на тех взрослых верующих, которые питаются эмоциональной, внешней, гетерономной поддержкой, которым нужны узы, послушание, умиротворение и любящий, но некритический обмен, а потому избавленный от ответственности; и наоборот, масонский и розенкрейцерский универсализм носит эзотерический характер и требует сильно индивидуальных и внутренних духовных усилий. Таким образом, такой эзотерический универсализм, если он сосредоточен конкретно на imitatio Christi ("подражании Христу"), личном, ответственном и не опосредованном священстве других, но реализуемом работой посвящённого, который становится священником сам себе, превращается в жизнь, ведущую к тайне смерти и воскресения, ключом к просветлению себя и других на общем пути человеческого и сверхчеловеческого, естественного и сверхъестественного, пастырского и мистического.

Если верить Ронкалли, которого мы читаем на масонских архитектурных таблицах, написанных между 1950 и 1953 годами, а затем между 1955 и 1958 годами, короче говоря, только настоящий масон и розенкрейцер может стать хорошим священником, епископом и пастырем душ. Только те, кто практикует такие дисциплины, как алхимия и каббала (христианская и еврейская), могут понять и передать реальный смысл посвящения в тайны Христа и его Креста.

С другой стороны, говоря о каббале и иудаизме, следует отметить, что масон Анджело Ронкалли больше всего старался спасти жизни евреев, преследуемых нацистами.

Он делал это совместно с братом Францем фон Папеном в Турции (куда прибыли евреи-беженцы из Центральной и Восточной Европы) и с другим братом-масоном, шведским дипломатом, дислоцированным в Венгрии, Раулем Валленбергом (1912-1947, провозглашённым "праведником меж народами"), а именно спасал многих венгерских евреев, подвергшихся нападению и принудительному выселению. Аналогичное давление, увенчавшиеся успехом, будущий папа оказал на царя Болгарии Бориса III (1894-1943), которого заставили предотвратить депортацию болгарских и польских евреев в Германию и, всегда вместе с Ронкалли, организовали их бегство в Палестину и Аргентину.

Исключительным было обстоятельство, когда брат-масон, президент Французской Республики, социалист Винсент Ориоль (также член Ур-ложи "Монтескье" и досточтимый её мастер во время инициации будущего папы), хотел восстановить древнюю привилегию Трансальпийского государства, которое принадлежало монархам Франции, и на торжественной церемонии, состоявшейся в Елисейском дворце, надел на Ронкалли кардинальную шапку (после того, как в недавнем прошлом его произвели в масона-законодателя с помощью пылающего меча).

Излишне отмечать, что невозможно понять неожиданную поддержку, которую Ронкалли оказал Итальянской социалистической партии во время своего пребывания на посту патриарха Венеции,[86] если не в свете присутствия в ИСП нескольких братьев-масонов.

Так же трудно полностью понять выбор имени "Иоанн" (XXIII) в момент назначения в 1958 году (после того, как на протяжении многих веков никто из понтификов не брал этого имени, ставшего проблематичным после Бальдассаре Косса, 1370-1419, антипапы, вошедшего в историю как раз под именем Иоанна XXIII), если не вспомнить, что ложи в западной традиции начинают работы в масонских храмах, открыв текст Библии на странице, с которой начинается Евангелие от Иоанна Богослова: "В начале было Слово/Логос", – и что само рождение современного спекулятивного масонства датируется 24 июня 1717 года, днём, посвящённым святому Иоанну Крестителю.

Более того, Анджело Ронкалли был мотивирован выбором имени "Иоанн" также своими отношениями с Ур-ложей "Иоанн", опосредованными членством в парижской розенкрейцерской группе, которой эта мастерская покровительствовала.

Второй Ватиканский собор и кубинский кризис

В последующих частях "Масонов" и в двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров" нам придётся рассказать всю увлекательную эпопею Ронкалли на вершине Ватикана. Иоанн XXIII поразил и возмутил кардиналов и консервативных прелатов, начав с объявления ещё в январе 1959 года того, что будет считаться самым эпохальным событием в истории Церкви: Второго Ватиканского Собора, который проходил с 1962 по 1965 год.

Об этом замечательном соборе в истории католицизма и всего человечества, в котором произошла попытка открыть католическую церковь истинному универсализму, экуменизму, современности, уважению к духовной свободе, совести и мысли, в отличие от результатов Ватиканского Собора 1870 года и в открытой полемике с антимодернистским и нелиберальным магистерием других понтификов, своих предшественников, начиная с Пия IX, папа Иоанн XXIII полностью уловил эпохальный и иконоборческий характер.

Однако у него не было времени ни довести собор до конца, ни утвердить и закрепить его результаты, ни защитить от реакционных и консервативных куриальных и церковных инстанций, которые тотчас же приступили к уничтожению соборного духа.

Такие случаи сдерживались при понтификате полупрогрессиста Павла VI (друга масонов, но никогда не проходившего формального посвящения) но, тем не менее, все буквально сорвались с цепи при понтификатах Иоанна Павла II (который был, однако, в очень хороших отношениях с масонскими кругами, хотя и консервативного и элитарного толка) и Бенедикта XVI.

Масон Ронкалли, однако, несомненно, успел заронить семена, которые могли бы (и, возможно, когда-нибудь, если бы они были должным образом выращены и развиты) направить католицизм к неизведанным берегам очень высокой религиозной и социальной высоты ради оригинальных и современных духовных целей.

В другом месте нам придётся объяснить глубоко масонское вдохновение всего Второго Ватиканского Собора, которое, кроме того, интуитивно воспринимается многими католическими и мирскими наблюдателями, которые именно по этой причине с самого начала любят или ненавидят этот вселенский собор почти до умопомрачения.

Умерев 3 июня 1963 года, Иоанн XXIII не успел, как мы уже говорили, должным образом завершить этот Собор. Тем не менее, в решительно масонском духе, ему удалось назначить между 1960 и 1962 годами, прежде чем перейти на Вечный Восток, соответственно первого африканского кардинала, первого японского кардинала и первого филиппинского кардинала.

Кроме того, масон Ронкалли издал очень важные энциклики о плане интеграции католической и масонской эзотерической духовности. Две из них: "Мать и наставница" 1961 года и "Мир на земле" 1963 года.

Папа-масон Иоанн XXIII и президент США не масон, но весьма чтимый прогрессивными братьями половины мира, не успели и не смогли встретиться лично (встреча была запланирована на весну 1963 года, а затем отменена из-за ухудшения состояния Ронкалли, близкого к смерти), но прямое общение между окружением того и другого было весьма интенсивным.

Очень важным было вмешательство папы в разгар знаменитого ракетного кризиса на Кубе в октябре 1962 года.

Этот месяц действительно стал эпохальным моментом для истории современного человечества и спасительной и миротворческой роли, которую в этом случае сыграл первый и единственный (по крайней мере, до сих пор) понтифик-масон католической традиции.

Как известно, между 15 и 28 октября 1962 года материализовалась (как никогда раньше и как никогда позже) опасность превращения холодной войны в "горячую войну", что привело бы к ядерному конфликту и возможности уничтожения самого человеческого рода, с Запада на Восток.

14 октября 1962 года знаменитый американский самолёт U2 во время разведывательного полёта обнаружил не что иное, как советские ядерные ракетные установки на Кубе, где с 1959 года действовал режим Фиделя Кастро, который стал просоветским только в 1960 году, после первого периода тёплых, хотя и неоднозначных отношений с США.

Эти ядерные ракеты, очевидно, представляли собой близкую и конкретную угрозу для территории США.

Последовавшая за этим высокая международная напряжённость между двумя международными сверхдержавами: США и СССР – и их союзниками и сателлитами хорошо известна.

Иоанн XXIII, всего за несколько дней до ракетного кризиса, 11 октября 1962 года, открыл Второй Ватиканский собор и скрепил его направляющими словами знаменитой (и не совсем понятной для непосвящённого интеллекта) Речи при луне.

Речь при Луне: новая интерпретация

Слова Ронкалли, бесконечно воспроизводимые по радио, телевидению и в печати, были следующими:

Дорогие дети, я слышу ваши голоса. У меня всего один голос, но им говорит весь мир, представленный здесь. Можно сказать, что даже луна поспешила сегодня вечером –посмотрите на неё наверху! – посмотреть это представление! [...]

Моя личность не имеет значения, я говорю с вами как брат, ставший отцом по воле Господа нашего, но всё вместе: отцовство и братство, и благодать Божия [...].

Давайте отдадим дань впечатлению этого вечера. Пусть всегда будут наши чувства такими, какими мы сейчас выражаем их перед Небом и Землёй: вера, надежда, милосердие, любовь Бога, любовь братьев; а затем, все вместе, помогите себе в святом мире Господа, в делах добрых! [...]

Придя домой, вы увидите детей; погладьте своих детей и скажите: "это тебя гладит папа". Придётся утереть пару слёз. Сделайте что-нибудь, скажите доброе слово. Папа с нами особенно в часы печали и горечи.

Такие слова обычно интерпретировались как слова папы, который с осторожной простотой натуралистически благословляется Луной в небе и посылает мирные ласки детям, ожидающим дома.

На самом деле, католический масон Анджело Ронкалли этой речью показывает, что он идеально усвоил два уровня: экзотерический и эзотерический – пастырского общения.

На экзотерическом уровне понтифик Римско-католической апостольской церкви говорил о себе со смирением ("моя личность не имеет значения, я говорю с вами как брат, ставший отцом по воле Господа нашего") и с любовью приглашал простых людей к натуралистическому созерцанию Луны, а затем призывал родителей передать его чувство заботы детям, оставшимся дома.

На эзотерическом уровне смысл оставался без изменений (со всем его тёплым и откровенным зарядом любви, потому что Ронкалли действительно был хорошим и чувствительным человеком), но также заряжался очень утончёнными и очевидными (по крайней мере, для "посвящённых") герметико-каббалистическими оттенками.

Масон и розенкрейцер Иоанн XXIII, посвящённый в УР-ложе "Гедулла",[87] говорит, что "у меня всего один голос, но им говорит весь мир", что в переводе означает: "Как объясняет евангелист Иоанн, священный текст которого дорог нам, католикам, масонам, и чьё имя я принял как понтифик, как посланник Христа, я также наместник Слова/Логоса, который и есть Христос, и, следовательно, моим голосом, как и Его, говорит весь мир".

Затем Ронкалли говорит, что на этом знаменательном событии, представленном Вторым Ватиканским собором, на небесах также присутствует видимый знак невидимого божественного присутствия, Шхина (другая в высшей степени каббалистическая фигура), традиционно представленная именно Луной, как женская энергия Бога, доброжелательное и милосердное присутствие, свет среди всемирного мрака.

Затем понтифик подчёркивает, что он "брат" (во Христе, но также и в смысле "брат-масон"), который стал "отцом" (то есть "папой") по воле и божественной благодати, но также и по воле тех УР-лож, которые работают на стыке мирского и католического (начиная с УР-ложи "Гедулла", название которой восходит именно к величию божественной благодати).

И так далее, в толковании этой "Речи при Луне", которая завела бы нас очень далеко (и поэтому в этом месте мы прерываем его здесь), потому что воспоминание о небе и земле – это религиозная отсылка к "Отче наш", но в этом контексте также эзотерическое обращение к Изумрудной скрижали.[88]

Решающий дипломатический потенциал Ватикана

Отойдя от соборных торжеств, папа-масон Анджело Ронкалли понял, что может сыграть бесценную и решающую посредническую роль в кубино-международном кризисе.

Причины, по которым вмешательство понтифика оказалось победным и миротворческим на 100%, напрямую связаны с его членством в важнейших международных масонских кругах, которые противились открытому противостоянию между американо-западным и советским блоком.

После нескольких дней напряжённости и неспособности уладить конфликт дипломатическими средствами с одной и с другой стороны, 25 октября 1962 года Иоанн XXIII произнёс по радио Ватикана следующие слова:

Церковь больше всего заботится о мире и братстве между людьми; и она работает, не уставая, чтобы укрепить эти блага. В связи с этим мы напоминаем о серьёзных обязанностях тем, кто несёт ответственность за власть. Сегодня мы возобновляем этот сердечный призыв и умоляем глав государств не оставаться нечувствительными к этому крику человечества. Пусть они сделают всё, что в их силах, чтобы спасти мир: пусть они спасут мир от ужасов войны, страшных последствий которой никто не сможет предсказать. Не прекращайте переговоры. Да, лояльное и открытое расположение имеет большое свидетельское значение для совести каждого перед лицом истории. Продолжать переговоры на каждом уровне и во все времена – вот норма мудрости и благоразумия, которая не останется без благословения неба и земли.[89]

Одновременно с официальным произнесением этих слов (как до, так и после) ватиканско-масонская дипломатия Анджело Ронкалли работала быстро, мощно и умело.

Переговоры ради мира закончились удачно, очень быстро (всё уладили уже 28 октября 1962 года) и в целом неожиданно, учитывая, что обе спорящие стороны охотно приняли дипломатические условия, предложенные агентами и древними каттолико-православно-иудейско-масонскими соратниками Анджело Ронкалли: вывод советских ракет с Кубы и возвращение приближающихся кораблей из морского блока США, обязательство американцев не пытаться больше вторгаться на Кубу и удалить, в свою очередь, несколько ядерных боеголовок, расположенных в Турции.

На этом этапе солидным посредником между понтификом-масоном и американским президентом был масон Ричард Джеймс Кушинг (1895-1970), архиепископ Бостона, кардинал с 1958 года (назначенный на этот пост братом Ронкалли), связанный с Ур-ложей "Иоанн".

Масон Кушинг был очень дружен с семьей Кеннеди и пользовался полным доверием понтифика из Бергамо.

Другим влиятельным персонажем, который сумел мудро и дальновидно установить спокойные дипломатические отношения между Ватиканом, Белым домом и Кремлём (как до, так во время и после ракетного кризиса на Кубе), был масон Норман Казинс (1915-1990), журналист, публицист, преподаватель и редактор, член разных международных Ур-лож, в том числе "Иоанн", "Христофор Колумб", "Томас Пейн", "Золотая Евразия" и даже "Церковь", как правило, зарезервированной для священников и прелатов.

За исключительные заслуги во имя мира вольный каменщик Казинс был официально награждён Иоанном XXIII и Джоном Кеннеди – он получил в 1963 году премию Элеоноры Рузвельт, в 1971 году медаль мира ООН, позже также премию Альберта Швейцера.

Но среди благоприятных обстоятельств, которыми папа мог располагать в этом случае, был также тот факт, что и советский лидер Никита Сергеевич Хрущёв (1894-1971) , и влиятельный американский дипломат Левеллин Э. "Томми" Томпсон-младший, (1904-1972, посол в СССР с июля 1957 года по июль 1962 года, а затем с января 1967 года по январь 1969 года) были связаны с УР-ложей "Золотая Евразия" (в которой, напомним, в 1980-х годах были посвящены и Ангела Меркель, и Владимир Путин).

Вот так при международном посредничестве этой могущественной Ур-ложи, действующей с начала ХХ века между Восточной Европой, Россией и Центральной Азией, в сотрудничестве с некоторыми членами той же Великой Ложей Кубы в хороших отношениях с обычными и экстраординарными масонскими кругами США (Ур-ложами) было достигнуто сохранение мира во всём мире.[90]

Режиссер этой замечательной операции, Иоанн XXIII, папа-масон, пользовался большим уважением и восхищением как со стороны не масона, но прогрессивного католика Дж. Ф. Кеннеди, так и со стороны нетипичного вольного каменщика-коммуниста Никиты Хрущёва.

6 декабря 1963 года, когда оба великих новатора были мертвы (естественная смерть постигла папу-масона, насильственная и неестественная – первого католического президента США), вольный каменщик Линдон Б. Джонсон (1908-1973, тем временем ставший президентом Соединённых Штатов 22 ноября) посмертно наградил обоих великих деятелей Президентской медалью Свободы.

Масон Энрико Маттеи

Как раз накануне успешного завершения переговоров между США и СССР по урегулированию кубинского кризиса произошло то, что было воспринято несколькими сторонами как реальное политическое убийство, из-за значительных структурных последствий как для национальных интересов Италии, так и для международного энергетического сектора: 27 октября 1962 года самолёт, на борту которого находился масон Энрико Маттеи (1906-1962), очень влиятельный основатель (в 1953 году) и президент Eni (национальной углеводородной компании), потерпел крушение в результате несчастного случая злонамеренного характера.

Масонская биография вольного каменщика Маттеи – одна из самых увлекательных, сложных и неоднозначных. Он был связан как с Ур-ложей "Золотая Евразия" (так же, как Хрущёв), так и с "Ибн Араби", международной УР-ложей, которая работала между Ираном, Ближним Востоком и Северной Африкой и которая, строго эзотерически, всегда отдавала предпочтение традиции суфизма.[91]

Жизнь, безудержное восхождение и насильственная смерть прогрессиста и новатора Маттеи (за вычетом всех присущих ему полутонов) невозможно понять вне зависимости от его масонских заслуг в целом, и от нападения, которое консервативные и реакционные Ур-ложи, как "Жозеф де Местр" (работающая в частности в Европе, СССР/России, Франции и первых, а затем бывших франкоязычных колониях), "Эдмунд Берк" (с базой в Великобритании, но с возможностью работы по всему миру), печально известная евроатлантическая "Роза Ветров" (настоящая рубка управления того же Бильдербергского клуба, совместно с "Пан-Европой") и "Гебура" (база в США, с филиалами, набранными специально в рамках так называемого международного военно-промышленного комплекса, среди транснациональных нефтегазовых компаний, и в культурном бассейне еврейско-американских и израильских правых сил) намеревались произвести и произвели, чтобы изменить определённый международный геополитический и политико-экономический баланс, основанный на двойных "папско-имперских" выборах Ронкалли и Кеннеди, которые были дополнительно усилены мирным урегулированием ракетного кризиса на Кубе.

Поразив Маттеи как раз в дни разрешения вышеупомянутого международного кризиса, они намеревались одновременно, даже символически и дерзко, нанести удар по обстановке умиротворения и сотрудничества между блоком США и СССР, установленной Кеннеди и Хрущёвым благодаря посредничеству Иоанна XXIII и его прогрессивных католико-масонских агентов.

Не случайно, после смерти Маттеи, после интерлюдии под формальным руководством масона (джентльмена, незаинтересованного в самых безрассудных сюжетах) Марчелло Болдрини (1890-1969), в 1967 году президентом Eni стал непослушный масон Эудженио Чефис (1921-2004), который уже в годы президентства кроткого джентльмена Болдрини был де-факто настоящим царём и богом важнейшей итальянской энергетической компании.

Чефис в своё время был принят именно в УР-ложи "Роза Ветров", "Жозеф де Местр" и "Гебура", заинтересованные (наряду с другими международными суперложами консервативной и неоаристократической идеологии) не только в том, чтобы убрать неудобного Маттеи, но и придать другое направление отношениям Восток-Запад.

О Чефисе (также связан с ложей "П2", но не в тех выражениях, которые до сих пор использовали те, кто занимался этим вопросом), Маттеи и других, безусловно, рекомендуем почитать новаторские исследования и вводные книги, такие как: Джорджо Стеймец, Это Чефис. Другое лицо заслуженного президента, издательство Effigie, Милан 2010 [1972] и Джузеппе Ло Бьянко и Сандра Рицца, Глубокая чернота. Маттеи, Де Мауро, Пазолини. Единственный след в расследовании государственной трагедии, издательство Chiarelettere, Милан 2009. Тем не менее, подлинная и сложная история связей между этим непонятным и безрассудным фриульским масоном, итальянскими катастрофами и деликатными евроатлантическими международными стратегиями ещё не была рассказана с точностью и герменевтической правильностью.

Мы обещаем сделать это в следующих томах трилогии "Масоны" и в томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров", с оговоркой, что, с другой стороны, такую историю нельзя раскрыть без документов и свидетельств, хранящихся в некоторых важных международных Ур-ложах, доступ к которым никому не предоставляют бесплатно.

Против "Новых рубежей"

С определённой точки зрения то, что в названии этой главы мы назвали "мечтой о современной гармонии между религиозным экзотеризмом и масонским эзотеризмом в условиях обновления равенства, братства и свободы", печальными событиями 1962-1963 годов было частично нарушено.

Но только частично.

В этом месте мы остановимся прежде всего (и очень кратко) на революционной траектории, прочерченной новаторским папой-масоном, и у нас не будет возможности остановиться на том, чем одновременно занимался и мог заниматься президент (непосвящённый, но весьма чтимый прогрессивными вольными каменщиками) Джон Фицджеральд Кеннеди.

Мы должны будем поговорить об этом в другом месте, уделив заслуженное внимание, но не забывая о том, что так называемые "Новые рубежи", идеологическая и политико-культурная программа президента Джона Кеннеди и его брата Роберта Кеннеди, координируемая тонкой ручкой и умом прогрессивного масона Артура Мейера Шлезингера-младшего (1917-2007 гг.),[92] предвещало не только эпохальную оттепель (хотя и мужественную и напористую) в отношениях между Востоком и Западом, но и череду глубоких прогрессивных реформ в области гражданских прав, борьбы с расовой дискриминацией, в пользу социального обеспечения и государственной поддержки занятости, образования, культурной и экономической эмансипации всех социальных слоёв (особенно малоимущих), в пределах общего горизонта глубокой социальной справедливости и справедливого распределения благосостояния.

Вместе со Шлезингером-младшим и Робертом Уильямом Комером также следует вспомнить о других авторитетных знаменосцах так называемых "Новых рубежей", таких как масоны Артур Джозеф Голдберг (1908-1990), Уильям Аверелл Гарриман (1891-1986), Ричард Ньютон Гарднер (1927 г. р.), Макджордж Банди (1919-1996), Роджер Хилсман-младший. (1919-2014), Джордж Уайльдман Болл (1909-1994).

Проект "Новых рубежей" был слишком обширным, особенно для начала 60-х годов, для хранителей определённой масонско-консервативной ортодоксии в управлении евроатлантической зоной и всей планетой – хранителей, международное влияние которых распространялось одновременно на американский и советский блоки (с их союзниками и спутниками).

Наравне с масонскими братствами прогрессивных кругов (которые внедрили в инновационном и реформаторском ключе странную пару Ронкалли-Кеннеди, укрепив её третьим деятелем, приученным к более мягким методам сотрудничества с Западом, а именно Никитой Хрущёвым), эти консервативные, реакционные и неоаристократические масонские хранители состояли в ложах по обе стороны железного занавеса.

Таким образом, Энрико Маттеи был "пристроен" в октябре 1962 года, Анджело Ронкалли умер естественной смертью в июне 1963 года, Джон Фицджеральд Кеннеди был варварски, исподтишка и трусливо убит в ноябре того же года, а Никита Хрущёв был свергнут в октябре 1964 года (и с тех пор "отправлен на покой" под зоркий надзор КГБ) вследствие внутреннего переворота в ЦК КПСС.

Переворот, что неудивительно, устроил масон Леонид Ильич Брежнев (1906-1982, с 1964 года до самой смерти бессменный властитель СССР вместе со своими соратниками), член международной Ур-ложи "Жозеф де Местр" (той же, в которой состоял и Эудженио Чефис), которая не желала лёгкой разрядки между западным и советским блоком, предпочитая вместо этого создать (вместе с другими неоаристократическими Ур-ложами) широкие зоны трения и заработать на них политические и экономические очки.

Возле Брежнева, нового Генерального секретаря КПСС, в подчинённом положении, а затем и всё более и более на вторых ролях (также потому, что был старым другом Хрущёва, тоже первоначально посвящённым в "Золотой Евразии" и склонным постепенно снижать расходы военной и тяжелой промышленности в пользу увеличения объёмов производства для внутреннего потребления, что не было одобрено узким кругом Брежнева), был масон Косыгин Алексей Николаевич (1904-1980), с 1964 по 1980 формально глава Правительства СССР.

В ближайшем окружении Брежнева также был человек, который фактически был вторым лицом в СССР с 1964 по 1982 год (в качестве второго секретаря ЦК Коммунистической партии Советского Союза) и главным советским идеологом того времени – масон Михаил Андреевич Суслов (1902-1982). Он был главным среди заговорщиков, сместивших Хрущёва, активно участвовал в цензуре и подавлении инакомыслия внутри СССР и на территории Варшавского договора, в советской культуре, искусстве, образовании и средствах массовой информации, а также в области отношений с религиозными структурами. Кроме того реакционный и неоаристократический масон Суслов, исключительный поборник и духовный наследник элитарной идеологии масона Ленина и тоже состоящий в Ур-ложе "Жозеф де Местр" (как и Брежнев), первым стал продвигать и защищать конкретно милитаристские планы и решения советской супердержавы, оказывая тем самым услугу западным олигархическим Ур-ложам, которые, как мы увидим позже, контролировали тогда и до сих пор управляются так называемым финансово-военно-промышленным комплексом. Ещё одним важным советским политиком (армянского происхождения), масоном, который был очень влиятельным соратником Хрущёва, но фактически поддерживал брежневский переворот и сохранял свою власть в течение нескольких лет, будучи председателем Президиума Верховного Совета Советского Союза, был Анастас Иванович Микоян (1895-1978), вольный каменщик (связанный с "Золотой Евразией") изысканной космополитической культуры, который мог похвастаться множеством братских и дружеских отношений с несколькими главными действующими лицами политики США. Среди более консервативных сторонников брежневского переворота как не упомянуть масона (связан с "Жозеф де Местр") Александра Николаевича Шелепина (1918-1994), главу КГБ СССР с 1958 по 1961 (но с 1962 по 1967 этот комитет управлялся его протеже и масоном Владимиром Ефимовичем Семичастных, тоже посвящённом в "Жозеф де Местр"), позже члена Политбюро ЦК КПСС, который занимал и другие важные государственные должности в течение многих лет.

Ещё одним брежневцем и сусловцем строгого консервативного послушания был масон (посвящённый в "Жозеф де Местр") Юрий Владимирович Андропов (1914-1984), с 1967 по 1982 директор КГБ и с 1982 по 1984 год преемник Брежнева на посту Генерального секретаря КПСС. Ещё одним брежневским масоном, членом УР-ложи "Жозеф де Местр", был Константин Устинович Черненко (1911-1985), член ЦК КПСС, а затем Генеральный секретарь Коммунистической партии СССР и председатель Президиума Верховного Совета СССР с 1984 по 1985 год.

Своеобразной занозой у режима Брежнева, с которой, однако, советскому лидеру пришлось как–то жить, был либеральный масон Николай Викторович Подгорный (1903-1983), председатель Президиума Верховного Совета Советского Союза с 1965 по 1977 год (должность, которую с 1977 по 1982 год занял сам Брежнев), член "Золотой Евразии". Более неоднозначна позиция масона Андрея Павловича Кириленко (1906-1990), члена как "Жозеф де Местр", так и "Золотой Евразии", который, с одной стороны, был близким соратником Брежнева и авторитетным членом ЦК и Политбюро партии, с другой стороны, всегда был очень привязан к брату Подгорному, с которым разделял некоторые антиконсервативные и реформистские взгляды.[93]

Суперложа Ленина

Весьма примечательным остаётся тот факт, что люди, которые публично запрещали официальное присутствие на советской земле (и в Восточной Европе) обычных масонских лож и традиционного либерально-демократического вдохновения, в частном порядке стремились и получали личное (или для небольшой группы) членство в международных Ур-ложах, способных соединять контуры коммунистической оккультной власти с одинаково секретными западными кругами. С другой стороны, такие откровенно лицемерные, циничные и манипулятивные методы управления масонской жизнью также были типичны для главных героев и/или сторонников фашистского и нацистского режимов.

Также поразительно то обстоятельство, что главная олигархическая Ур-ложа, к которой относились несколько больших шишек советской номенклатуры, была названа в честь реакционного масона Жозефа де Местра (1753-1821), на чьей идеологической антилюминистской и антимодернистской фигуре мы должны остановиться на страницах следующих томов "Масонов".

Однако в документах, протоколах и архитектурных таблицах этой суперложи (которую мы смогли увидеть) рассказывается о мастерской, основанной сначала в начале 1917 года в Швейцарии Лениным и несколькими вольными каменщиками германско-евроатлантической тусовки, а затем вновь основанной в марте 1921 года по воле самого Ленина, в кулуарах X съезда РКП (б) (того, который установил, среди прочего, официальный запрет на формирование внутрипартийных течений). Совместно с некоторыми из его среднеевропейских масонских собратьев (особенно с членами УР-ложи германского района "Кольцо", которые особенно помогли ему в революционном приходе к власти в России), ещё в январе 1917 года будущий отец СССР постановил, что имя де Местра (кстати посла в России при царе Александре I с 1803 по 1817 год, участвовавшего на месте вместе с иезуитами в различных конспиративных мероприятиях) идеально подходит для того, чтобы представлять собой место встречи и контакта между интеллектуальными элитами, склонными к идеологическим и пропагандистским противостояниям, которые обязательно возникнут между коммунистическими режимами и западными державами. Название, однако, прекрасно символизировало олигархическое отвращение к либеральной демократии и объединило бы как коммунистических эпигонов и масонов Ленина, так и их консервативные и неоаристократические контакты братьев за пределами того, что спустя десятилетия стало железным занавесом между Востоком и Западом. С другой стороны, при внимательном чтении мыслей Ленина, которые также появляются на некоторых архитектурных таблицах, датированных 1917 годом, его собственный материализм марксистского происхождения, по-видимому, уходит в пантеизм и витализм, что соответствует двойному стандарту его мировоззрения, экзотерического для масс, внушаемых и мобилизуемых, и эзотерического для близких товарищей. Наконец, из архивов "Жозефа де Местра" нам предстаёт портрет революционного вождя и его собратьев, склонных интерпретировать ту же знаменитую работу "Папа", опубликованную в 1819 году савойским философом (где он постулирует непогрешимость римского понтифика ещё более широкими способами, чем те, которые позже были провозглашены Первым Ватиканским собором 1870 года), в метаисторических, архетипических и вырванных из контекста выражениях. Другими словами, Ленин и другие создатели этой Ур-ложи считали, как и де Местр, что для установления прочного общественного порядка необходим высший и иерархически стоящий выше всех исторический субъект с прерогативой судить, а сам неподсудный. Для Ленина таким историческим субъектом была и должна была быть на международном уровне подпольная масонская элита, действующая тайно против государств, даже официально враждующих друг с другом. С точки зрения конкретно русского или иного народа, любого завоеванного при реальном социализме, эта историческая сущность должна была воплотиться в самый внутренний круг правящей коммунистической партии.

Убийство Кеннеди

Мы не будем здесь вдаваться в содержание красочных и многочисленных конспирологических предположений относительно конкретных инициаторов и исполнителей убийства Джона Фицджеральда Кеннеди.[94] Можем сказать, что убийство братьев Кеннеди, Джона и Роберта, было не заговором.

Это не был заговор в том смысле, в котором эти термины обычно употребляют сегодняшние сторонники соответствующей теории, с их параноидальными доказательствами существования мировой закулисы, хотя на самом деле вопрос намного тоньше, сложнее и богат противоречиями и гранями.

Скорее, эти убийства стали результатом проекта[95] управления общественным имуществом США, противоположный задуманному разработчиками "Новых рубежей".

С другой стороны, когда несчастная семья Кеннеди (в этом случае поддерживаемая сегментами французских и советских спецслужб, связанных с Ур-ложами "Монтескье", "Томас Пейн" и "Золотая Евразия"), возмущённая лицемерием, невыразимой неповоротливостью и даже откровенной ложью Комиссии Уоррена,[96] решила произвести собственное частное расследование, первым заголовком доклада, в котором приводились выводы, на французском языке звучал как "L'Am?rique br?le" ("Америка горит"). Он был опубликован в Лихтенштейне издательством Frontiers Publishing как работа некоего Джеймса Хепберна (псевдоним, призванный изобразить больше рук и голосов, занятых редактированием документа), и воспоминание о заговоре явно появилось там в смысле, эквивалентном пониманию скрытого проекта, а не какой-то наивной заговорщической паранойи.[97]

Риск смешения зерна и плевел в определённых конспирологических реконструкциях, которые не руководствуются более чем надежным критическим, историко-филологическим и герменевтическим методом (который обязательно сочетается с непосредственным знанием определённых вопросов, поднимаемых неявным или явным образом) всегда существует.

К примеру, в этом смысле, возьмём очень недавнее исследование на немецком языке, в котором также интуитивно угадываются некоторые важные моменты по всему вопросу, но присутствуют явные преувеличения во многих посредственно воображаемых реконструкциях, относящихся в значительной части к конспирологической литературе по делу Кеннеди.

В августе 2013 года блестящий немецкий журналист-расследователь Матиас Брекерс опубликовал во Франкфуртском издательстве Westend Verlag книгу "JFK. Государственынй переворот в Америке". Мы рекомендуем внимательно прочитать эту книгу полностью, а здесь приводим отрывки, которые охватывают различные центральные аспекты события.

Государственный переворот в Америке

Между Кеннеди и Хрущёвым была секретная договорённость: положить конец холодной войне, разоружить ядерные ракеты и даже сотрудничать в космических полётах. Убийство Джона Кеннеди нокаутировало также и советского лидера. С тех пор десятилетиями и в Москве, и в Вашингтоне командовали хищники. Кто они были в США? Политики, но на самом деле эмиссары финансовой элиты, Уолл-Стрит. Вместе с тёмными личностями, уже имевшими дела с нацистской Германией, они после войны завербовали в свои спецслужбы сливки гитлеровского разведывательного аппарата. Это утверждает немецкий журналист-расследователь Матиас Брекерс, автор новой разрушительной книги-расследования гибели Джона Фицджеральда Кеннеди: в 1963 году, говорит Брекерс, американская демократия как будто закончилась, замороженная переворотом. "В Америке реальная демократия вернётся только тогда, когда будет полностью "очищена" правда об убийстве в Далласе" – преступление, в котором тогдашняя правая рука Никсона Роджер Стоун сегодня обвиняет самого бывшего президента Джорджа Буша, человека с Уолл-Стрит и ставленника техасских нефтяников. Его сын, Джордж Уокер, будет управлять другим крупным "непрозрачным землетрясением", которое должно перевернуть весь мир – 11 сентября.

ЦРУ, заявляет Брекерс в длинном интервью, предоставленном Ларсу Шаллу [немецкому финансовому журналисту] [...], было с самого начала орудием финансовых кругов. Его разведывательное назначение – тайные операции, о которых информировать ( не всегда, и не полностью) президента. "Поскольку "отец" ЦРУ Аллен Даллес был адвокатом с Уолл-Стрит, а его брат Джон Фостер возглавлял внешнюю политику, тайные операции были семейным делом, которым управляли братья Даллес и их клиенты с Уолл-Стрит. Это то, чему Джон Кеннеди пытался положить конец, и те, кто приговорил его к смертной казни". Клиентами Даллеса, добавляет Брекерс, были банкиры и крупные корпорации, которые состояли в очень хороших деловых отношениях с нацистской Германией в 30-х годах даже во время войны. "Некоторые из них, такие как Прескотт Буш, дед Джорджа У., обвинялись в "сотрудничестве с врагом". И Аллен Даллес, глава Управления стратегических служб в Швейцарии во время войны, организовал множество таких контактов", включая "тайную интеграцию шефа нацистских шпионов Рейнхарда Гелена и нескольких сотен его офицеров СС в армию США" для создания аппарата ЦРУ. Всё это Даллес делал "в частном порядке, без какой-либо официальной поддержки" в период с 1945 по 1947 год "из своего офиса в Совете по международным отношениям". Таким образом, это "весьма иронично, или, скорее, весьма цинично", что именно марионетка техасских нефтяников Линдон Джонсон поручил Аллену Даллесу, врагу Кеннеди, управлять Комиссией Уоррена, которая притворялась, что расследует убийство. "Поскольку всё сработало успешно, они попробовали снова, на этот раз безуспешно", когда попытались поставить "кровавого Генри" Киссинджера во главе комиссии по расследованию событий 11 сентября.

Затмение демократии

Затмение демократии в Америке началось 22 ноября 1963 года. По словам Брекерса, по весьма конкретной причине: после прекращения ядерных испытаний Джон Кеннеди объявил своим доверенным лицам, что после переизбрания он отправится в Москву обсуждать мирный договор. На публике он уже объявил, что хочет остановить гонку вооружений и положить конец холодной войне. В меморандуме национальной безопасности говорилось о сотрудничестве с русскими в космосе. После обмена секретными письмами с Хрущёвым, положившего конец ракетному кризису, он находился в хороших отношениях с советским лидером, который в Кремле так же призывал к разоружению. Смерть Джона Кеннеди побудила советских экстремистов избавиться и от Хрущёва. "Если бы Кеннеди был жив, Хрущёв остался бы у власти, и холодная война могла закончиться в 60-е годы. Вот почему смерть Джона Кеннеди по-прежнему имеет значение: это самое важное преступление второй половины ХХ века, оно продолжает оставаться нераскрытым и определённым образом ознаменовало конец американской республики. С тех пор управление перешло в руки финансово-военно-промышленного комплекса, и ни один президент после Джона Кеннеди не имел шансов бросить ему вызов".

Немецкий журналист, имеющий за спиной десятки эссе и в настоящее время работающий в газете "Taz" и веб–журнале "Телеполис", настаивает на капитальной, полностью геополитической причине убийства Кеннеди: "Джон Кеннеди предпринял определённые шаги, чтобы положить конец холодной войне. Он отрицал участие армии в высадке в Заливе Свиней, унаследованное от своего предшественника; он разрешил ракетный кризис на Кубе путём прямого и тайного контакта с Хрущёвым; он обеспечил остановку американских и советских ядерных испытаний и приказал вывести войска из Вьетнама. Всё это вопреки воле военных, ЦРУ, а также многих членов администрации". Он был человеком с множеством врагов: "закоренелых коммунистов" в СССР, Китае и на Кубе, а также израильтян, которых Джон Кеннеди лишил ядерного оружия. На него точила зуб Федеральная резервная система за его предложения о новом "правительственном" долларе с серебряным покрытием, отнятом из-под контроля банкиров, а ещё мафия из-за его отказа вторгнуться на Кубу: "семьи" надеялись "вернуть свои казино и бордели". Другие враги, расисты– южане, не простили Кеннеди приверженность гражданским правам. "Но ни у кого из них, – предупреждает Брекерс, – не было средств и возможностей для убийства и, прежде всего, средств, чтобы покрывать всё это на протяжении многих лет". У кого были такие средства? "Только у ЦРУ и армии – для реализации, и ФБР и администрации Джонсона – для прикрытия".

К настоящему времени истина выходит на поверхность после десятилетий замалчиваний и обманов.

Роль ФБР и разведки

Первые трещины появились в 80-е годы, когда было обнаружено, что полицейским, выставленным на Дили Плаза в Далласе, предъявили поддельные удостоверения ФБР. Эти документы напечатало "техническое подразделение" ЦРУ под председательством Сидни Готлиба, известного проектом "МК Ультра" – деятельностью по манипулированию разумом с помощью гипноза, сывороток истины, ЛСД и подсознательных сообщений. Поддельные удостоверения никогда не расследовались ни ФБР, ни Комиссией Уоррена. "Один только этот факт исключает, что мафия, русские, кубинцы, китайцы или другие убийцы сделали это самостоятельно: и даже если бы они смогли получить подлинные удостоверения секретной службы, тот факт, что эта подделка не была расследована, немедленно приводит ФБР Гувера в высшие эшелоны подозреваемых". Сегодня техническая команда ARRB (Комиссия по рассмотрению записей об убийствах) вне всякого сомнения установила, что вскрытие и рентгенограммы Кеннеди, хранящиеся в Национальном архиве, были подделаны: "Ни один мафиози, банкир или кубинец не смогли бы этого сделать".

Эти громкие подделки, продолжает Брекерс, были изготовлены в военном госпитале Бетесды, где вскрытие Джона Кеннеди контролировал Кертис Лемей, начальник штаба армии США, который был "одним из самых ярых врагов Джона Кеннеди". Лемей был в отпуске на рыбалке, и когда услышал о стрельбе в Далласе, он "немедленно вернулся в Вашингтон – не из-за чрезвычайной военной ситуации, а чтобы посидеть в комнате для вскрытия и покурить сигару" перед трупом врага. Тем не менее, "поддельные фотографии и рентгенограммы, представляемые с тех пор каждому исследователю, являются одной из основных причин, по которой "теория волшебной пули" могла продержаться так долго: только военные, которые сделали эти фотографии и рентгенограммы, смогли сфабриковать эти подделки и поместить их в архив". Также благодаря Arrb теперь есть несколько доказательств того, что на следующий день после убийства были подделаны даже знаменитые кадры, сделанные в тот день в Далласе свидетелем, портным Абрахамом Запрудером, который снимал всё на камеру. "Тем не менее, даже на нынешнем "оригинале", кажется, ясно виден выстрел спереди, с травянистого холма, поскольку подделка была сделана не идеально". И тот факт, что Комиссии Уоррена был показан только чёрно-белый черновик, "указывает на то, что авторы знали об этом". Ещё одно доказательство сокрытия фактов: в течение многих лет никто не знал, что фильм Запрудера был затем куплен группой Time/Life, точно так же, как фильм другого оператора-любителя, Орвилла Никса, был приобретён United Press и исчез.

Выводы Комиссии Уоррена были предсказуемы с самого начала, потому что комиссия не проводила прямого расследования и полностью зависела от данных, предоставленных ФБР. "Гувер знал о многочисленных следах, оставленных ЦРУ; он знал, что они предоставили поддельные доказательства поездок Освальда в Мексику, чтобы обвинить его в том, что он коммунист; и он всего через два дня после стрельбы пришёл к выводу, что в Далласе действовал только стрелок-одиночка Ли Харви Освальд". Гувер ненавидел семью Кеннеди, особенно своего босса Роберта Кеннеди, и был главным ответственным за продуманную операцию по компрометации Освальда и подделке результатов следствия. ЦРУ, добавляет Брекерс, сфабриковало доказательства того, что Питер Дейл Скотт ("Тайная политика и смерть Джона Кеннеди") называет "первым этапом прикрытия", т. е. "коммунистическим" следом, что позволило Линдону Джонсону, крича об опасности ядерной войны, оказывать давление на членов комиссии, чтобы они приняли эту версию и, таким образом, обеспечили успех "второго этапа", то есть выводы их псевдо-расследования: "невменяемый" Освальд, одинокий безумец.

"Из всех преступлений, – отмечает Брекерс, – суды разрешают большую часть дел именно по убийствам: не было бы необходимости во всех прикрытиях за последние 50 лет, если бы Ли Харви Освальд на самом деле был одиноким безумцем". Почему Джек Руби убил его? "Они хорошо знали друг друга. И поскольку Освальд был активом ФБР и ЦРУ, его нужно было заставить замолчать, прежде чем он сможет говорить. Но имейте в виду: Кеннеди собирались убить не только в Далласе. Был, по крайней мере, ещё один план, приуроченный к визиту Кеннеди в Чикаго. "Это был заговор, очевидно похожий на заговор в Далласе: бывший морской пехотинец, подготовленный как козёл отпущения, который получил работу в высоком здании на маршруте, по которому кортеж должен был пройти несколько недель назад, и который тренировался с кубинскими изгнанниками, такими как Освальд". План провалился. "Случайно снайперов заметил владелец отеля, и визит в Чикаго был отменён". Почему Джон Кеннеди умер 22 ноября 1963 года? Немецкий журналист не сомневается: "Он, как президент, совершил радикальный переход к политике примирения и мира. Он разозлил врагов, как в армии, так и в ЦРУ. И когда он объявил об окончании холодной войны в своей речи 10 июня 1963 года, то приговорил себя к смертной казни".

Для журналиста эта причина определённо сильнее любой другой, в том числе и той, более важной, касающейся систематического участия мафии в нескольких операциях ЦРУ. "После проекта Лучано в 1943 году (помощи заключённого в тюрьму мафиози Лаки Лучано по организации вторжения на Сицилию) мафия стала излюбленным орудием ЦРУ для тайных операций и получения чёрных средств от наркобизнеса: куда бы ни прибывали американские военные или ЦРУ, там происходили "смены режима", – заявляет Брекерс. – Деньги на наркотики были необходимы для финансирования операций, начиная с Юго-Восточной Азии в 60-е годы и до сегодняшнего дня в Афганистане. И поскольку правительственное агентство Лэнгли "не может продавать "товар" напрямую, ему нужны мафиози, чтобы сделать это и получить свою долю для финансирования полевых командиров", называемых в зависимости от обстоятельств "борцами за свободу" или "террористами". Показательны случаи таких компаний, как Permindex, которая была "прикрытием для ЦРУ, МИ-6 и Моссада", очень полезная в качестве "линии по отмыванию денег и торговле оружием". Брекерс продолжает: "Они работали с банком Meyer Lansky в Швейцарии, которым управлял Тибор Розенбаум и через который шла большая часть торговли оружием Моссада". Джим Гаррисон, прокурор Нового Орлеана, которому поручено расследовать убийство Кеннеди, шёл в правильном направлении? "Конечно, потому что Клей Шоу, владелец New Orleans International Trade Mart и один из директоров Permindex, явно работал на ЦРУ. Вот почему Вашингтон саботировал расследование Гаррисона с самого начала".

Давление, искажения, манипуляции

Особо важна в этом убийстве роль "обманутой" разведки, которая легко объяснима: "Работники секретной службы были в основном южанами, которые глубоко отвергали политику Джона Кеннеди в области гражданских прав. Они весьма спустя рукава обеспечивали безопасность в Далласе". Абрахам Болден, первый афроамериканец, которого Кеннеди привел в Секретную службу в 1961 году, говорит, что когда он попытался связаться с Комиссией Уоррена, чтобы поговорить о расистском отношении своих коллег, коррумпированные лжесвидетели предъявили ему обвинения, после чего его заключили в тюрьму. Помимо фальсификации результатов вскрытия и рентгеновских снимков в больнице Бетесды, военные также сыграли решающую роль в изменении показаний врачей. Давление, искажения, манипуляции. "Первые допросы Марины Освальд производились не полицией Далласа, а офицерами военной разведки, которая предоставила для её допроса переводчика сомнительной квалификации и помогла в первую очередь подставить Освальда".

Откуда взялись средства на государственный переворот? Матиас Брекерс называет имена двух миллиардеров, техасских нефтяников Харольдсона Ханта и Клинта Мерчисона: "Они являются наиболее вероятными спонсорами, хотя доказательств нет". Известно, что за день до визита они заплатили из своего кармана за объявление в газете Далласа, в котором Кеннеди назывался коммунистом и предателем. "Они глубоко ненавидели Джона Кеннеди, а Линдон Джонсон был у них в качестве гарантии того, что всё будет прикрыто должным образом". В новой, хорошо документированной книге Ричарда Белзера ("Убойный список") перечислено 1400 человек, связанных с убийством, и в первые три года после убийства 33 из них умерли неестественной смертью. "Вероятность того, что это произошло случайно, составляет 1 на 137 миллиардов". Следовательно, единственное разумное объяснение – это государственный переворот, о чём заявил сам Гором Видал, когда говорил, что в США теперь он командует "однопартийной системой с двумя правыми", поддерживаемой крупными СМИ, которые "промывают мозги населению двадцать четыре часа в сутки и способствуют войнам за глобальное имперское господство", включая "тайные операции по всему миру за обеспечение этого господства". И это, заключает Брекерс, будет продолжаться "до тех пор, пока правда о секретной операции, государственном перевороте против президентства Джона Кеннеди будет скрыта".[98]

Джон Кеннеди: человек со множеством врагов

Матиас Брекерс, хотя и не совсем инсайдер закулисы власти, а просто блестящий аутсайдер, приходит к некоторым близким к истине выводам, которые читатель мог бы принять, просто сравнивая его замечания, которые мы только что привели, с тем, что мы показали на предыдущих страницах, но у него также много неточностей.

Высокие финансы Уолл-Стрит – это не монолитный мир, гранитная и единая элита, которая сговаривается или интригует, как один человек, против того или иного, в пользу той или иной ситуации. В её рамках, скорее, гнездятся разные интересы, яростно противостоящие друг другу.

Аналогичный разнобой характерен и для ЦРУ, его руководителей и руководителей среднего звена. Короче говоря, никогда агентство Лэнгли не действовало бы единым конспирологическим фронтом против Кеннеди, как воображает Брекерс, в том числе из-за внутренних антител и усовершенствованной системы сдержек, противовесов и перекрёстных проверок, которые немедленно препятствовали бы и/или выявили заговор такого масштаба.

Что касается масона Аллена Уэлша Даллеса, следует помнить, что, помимо многих сомнительных вещей, которые он, возможно, совершил (и, безусловно, совершил) в качестве директора ЦРУ с 1953 по 1961 год, в 30–х годах, вопреки мнению своего брата Джона Фостера, он предпринял шаги, чтобы пресечь некоторые деловые отношения американских предприятий с нацистской Германией и был одним из самых ярых сторонников вступления в войну с ней, особенно когда это касалось еврейского вопроса.

Не так много можно сказать о многих других бизнесменах того времени, включая отца Джона Кеннеди, Джозефа Патрика Кеннеди (1888-1969), который до последнего оставался сторонником Гитлера, противника вступления США в войну против Германии.

У Джона Фицджеральда Кеннеди никогда не было намерений объявлять войну Уолл-Стрит как таковой в условиях, описанных Брекерсом. Во всяком случае, покойный президент мог стремиться к большей де-факто независимости политической власти и государственных институтов от финансов, но ничего настолько вопиющего, чтобы оправдать безапелляционное утверждение немецкого журналиста о том, что противодействие Белого дома Кеннеди определённым интересам высоких финансов обрекло его на смерть.

Тогда несколько неправильно и, безусловно, эмоционально и обманчиво намекать, как это делает Брекерс, на тёмное криптонацистское происхождение значительной части тех, кто работал над преобразованием УСС в ЦРУ.

Одно дело обнаружить сомнительное участие бывших нацистских секретных агентов в шпионаже и контрразведке США или НАТО (в антисоветском ключе), другое дело путать существование очень влиятельных профашистских и антидемократических элит на территории США (с 20-х годов ХХ века и далее) с невозможным превосходством этих же кругов в рамках различных звёздно-полосатых разведывательных служб.

ЦРУ (как и многие другие американские спецслужбы) также могло быть использовано на протяжении всей его сложной и четко сформулированной истории, если не считать некоторых исключительных случаев, на потребу частных интересов финансовых и промышленных групп, но его восприятие как послушного средства на службе семьи Даллес а также или других семей, связанных с миром Уолл-Стрит, оказывается несостоятельным.

Кроме того, если кажется странным решение Линдона Джонсона поручить Аллену Даллесу важную роль в Комиссии Уоррена, которая должна была пролить свет на убийство Джона Кеннеди (поскольку именно Кеннеди заменил Даллеса в руководстве ЦРУ в ноябре 1961 года масоном Джоном Александром Маккоуном), то будет столь же странно называть сменившего его президента "марионеткой техасских нефтяников".

Точно так же Брекерс поверхностно обобщает, когда заявляет, что, помимо ЦРУ, армия, ФБР и администрация Джонсона также планировали сначала осуществить убийство в Далласе, а затем пустить расследование по ложному следу.

Другой вопрос в том, чтобы вместо этого констатировать, что некоторые члены и бывшие члены ЦРУ, армии и ФБР действовали очень непрозрачно как до, так и после смерти Кеннеди, что, однако, не позволяет огульно обвинять эти учреждения.

Что касается администрации Джонсона, то новоиспечённый президент-техасец не был соучастником убийства Кеннеди и даже не имел личного намерения замять последующее расследование, но у него не было ни смелости, ни призвания противостоять смертельному давлению, которое определённым образом повлияло как на деятельность Комиссии Уоррена, так и на определённые решения политики США в целом в те трагические месяцы и годы.

Помимо всего этого, немецкий журналист обладает большим герменевтическим пониманием, когда утверждает, что убитый президент Кеннеди

был человеком с множеством врагов: "закоренелых коммунистов" в СССР, Китае и на Кубе, а также израильтян, которых Джон Кеннеди лишил ядерного оружия. На него точила зуб Федеральная резервная система за его предложения о новом "правительственном" долларе с серебряным покрытием, отнятом из-под контроля банкиров. А ещё мафия из-за его отказа вторгнуться на Кубу: "семьи" надеялись "вернуть свои казино и бордели". Другие враги, расисты-южане, не простили Кеннеди приверженность гражданским правам. "Но ни у кого из них, – предупреждает Брекерс, – не было средств и возможностей для убийства и, прежде всего, средств, чтобы покрывать всё это на протяжении многих лет".

Однако Брекерс ошибается, когда предполагает, что такие средства и возможности для совершения убийства, а затем его прикрытия имелись у ЦРУ, армии, ФБР и администрации Джонсона.

Такое предположение настолько грубое, поверхностное и мало осведомлённое о функционировании упомянутых институциональных субъектов: можно согласиться с тем, что внутри них были обманутые и обманывающие субъекты/агенты, но не настолько, чтобы подобные институты как таковые мирно сотрудничали в реализации общего и тщательно подготовленного заговора.

Военно-промышленный комплекс и суперложи

Проницательный тевтонский журналист-эссеист, напротив, точно догадался о другом аспекте дела:

Затмение демократии в Америке началось 22 ноября 1963 года. По словам Брекерса, по весьма конкретной причине: после прекращения ядерных испытаний Джон Кеннеди объявил своим доверенным лицам, что после переизбрания он отправится в Москву обсуждать мирный договор. На публике он уже объявил, что хочет остановить гонку вооружений, чтобы положить конец холодной войне. В меморандуме национальной безопасности говорилось о сотрудничестве с русскими в космосе. После обмена секретными письмами с Хрущёвым, положившими конец ракетному кризису, он находился в хороших отношениях с советским лидером, который в Кремле так же призывал к разоружению. Смерть Джона Кеннеди побудила советских экстремистов избавиться от Хрущёва. "Если бы Кеннеди был жив, Хрущёв остался бы у власти, и холодная война могла закончиться в 60-е годы. Вот почему смерть Джона Кеннеди по-прежнему имеет значение: это самое важное преступление второй половины ХХ века, оно продолжает оставаться нераскрытым и определённым образом ознаменовало конец американской республики. С тех пор управление перешло в руки финансово-военно-промышленного комплекса, и ни один президент после Джона Кеннеди не имел шансов бросить ему вызов".

И тут Брекерс почти попадает в яблочко.[99]

Не только это: упомянутый военно-промышленно-финансовый комплекс беспокоил сон даже бывшего генералиссимуса Эйзенхауэра, предшественника Кеннеди в Белом доме с 1953 по 1961 год.

Парамасон Дуайт Дэвид, известный как "Айк", Эйзенхауэр с тревогой упомянул этот военно–промышленный комплекс в неявных выражениях в своей речи под названием "Шанс на мир" от 16 апреля 1953 года (всего через несколько недель после своего вступления в должность президента) и уже в явных и ещё более тревожных выражениях в своём прощальном обращении к нации от 17 января 1961 года.

Мы читаем отрывки из соответствующих речей в итальянском переводе под нашей редакцией:

Каждое изготовленное оружие, каждый спущенный на воду военный корабль, каждая запущенная ракета влечёт за собой, при ближайшем рассмотрении, своего рода кражу у тех, кто голоден и не питается, у тех, кому холодно и кто не одет. Мир не просто тратит деньги на оружие. Он тратит пот рабочих, интеллект учёных, надежды молодых людей. [...] Это отнюдь не законный и разумный образ жизни. Под облаками войны человечество висит на железном кресте.

(Шанс на мир, 16 апреля 1953)

В различных институциональных и правительственных учреждениях мы должны следить за приобретением необоснованного влияния, необходимого или предполагаемого, военно-промышленным комплексом. Действительно, существует и будет продолжать сохраняться риск чрезмерного подъёма такой власти, которая может иметь катастрофические последствия. Мы никогда не должны допускать, чтобы бремя этих интересов ставило под угрозу наши свободы или демократические процессы. Мы не должны принимать что-либо как должное. Только бдительные и знающие люди могут заставить гигантскую промышленную и военную машину обороны правильно относиться к нашим миротворческим методам и целям, чтобы безопасность и свобода могли процветать вместе.

(Прощальное обращение к нации, 17 января 1961)

В самом деле, как прекрасно знали как парамасон Эйзенхауэр, так и не масон (поддержанный прогрессивными вольными каменщиками) Джон Кеннеди, этот финансово-военно-промышленного комплекс (и не только в США, но и во всём мире, включая страны Варшавского договора) имел весьма солидную и мощную поддержку в неоаристократических Ур-ложах "Гебура", "Жозеф де Местр", "Эдмунд Берк" и в столь же консервативной "Роза Ветров".

Братья этих суперлож, со своими заказчиками в конкретных и влиятельных парамасонских обществах, конечно, не могли напрямую и исчерпывающе контролировать ЦРУ, ФБР, армию США или всю администрацию Джонсона, но у них было достаточно власти, чтобы во многом обусловить определённые решения этих структур с помощью давних внедрённых или недавно принятых агентов, и через страшные или двусмысленные и не менее зловещие уговоры.

Именно руководители этих Ур-лож запустили проект, который привел к убийству Джона Фицджеральда Кеннеди.

Масон Линдон Бейнс Джонсон не был соучастником этих людей, но он был поставлен в такое положение, что не мог/не захотел идти наперекор их воле и выполнял некоторые их пожелания, тем не менее, защищая свою программу "Великого Общества" и новых гражданских, социальных и экономических прав, которым жестоко противостояли те консервативные и реакционные круги, которые в последующие годы приговорили к смерти также масона Мартина Лютера Кинга и брата Джона Кеннеди, ещё не масона Роберта Кеннеди.[100]

В итоге реакционные масоны, руководящие большей частью финансово-военно-промышленного комплекса,[101] с кончиной Иоанна XXIII и Джона Фицджеральда Кеннеди сначала получили зелёный свет Джонсона на действия, которые привели к инциденту в Тонкинском заливе 4 августа 1964 года, а затем к Резолюции по Тонкинскому заливу от 7 августа следующего года, когда Конгресс предоставил президенту США полномочия по увеличению военного присутствия во Вьетнаме.

Линдон Джонсон, ставший президентом 22 ноября 1963 года из-за внезапной смерти Кеннеди, не собирался, в свою очередь, рисковать головой, чтобы предотвратить подобную эскалацию событий и противостоять сторонникам долгой и прибыльной вьетнамской военной кампании (прибыльной в политическом и экономическом плане даже для некоторых групп китайского и советского истеблишмента в деловых отношениях с западными представителями военно-промышленного комплекса и членами консервативных/реакционных УР-лож, о которых мы упоминали ранее).

Конечно, некоторые лидеры финансово-военно-промышленного комплекса на президентских выборах 1964 года предпочли бы победу масона, республиканца и крайнего консерватора Барри Голдуотера (1909-1998, который стал либералом и либертарианцем в последние годы депутатской карьеры),[102] политика, не расиста и противника сегрегации, который, однако, яростно возражал против утверждения джонсоновского "Закона о гражданских правах" 1964 года и долго сопротивлялся правам профсоюзов, идее государства всеобщего благосостояния и любой государственной политике в духе Рузвельта/Кейнса.

Прежде всего, масон Голдуотер был яростным и откровенным антисоветчиком, антикоммунистом и разжигателем войны, программно заинтересованным в активизации военных действий во Вьетнаме.

Тем не менее, самые радикальные и умеренные воротилы того же финансово-военно-промышленного комплекса прекрасно понимали, что консервативный и милитаристский радикализм Голдуотера не только имел мало шансов добраться до Белого дома, но и стал бы причиной ожесточённой политической, дипломатической и социальной напряжённости в США и за рубежом, если следующие этапы вьетнамского конфликта будут связаны с таким неудобным и возмутительным президентом. Таким образом, они решили вместе с ненавистными либеральными собратьями поддержать избрание Джонсона, уверенные, что он поможет им лучше, чем Голдуотер, в вопросе экономических и военных обязательств во Вьетнаме, и поэтому готовы были временно терпеть побочное действие неорузвельтского и неокеннедианского проекта "Великого Общества", оставив мысленную отметку начать борьбу с его последствиями позже.

Двусмысленные послания Кеннеди

Как известно, масон-демократ Линдон Бейнс Джонсон в значительной степени победил на выборах 3 ноября 1964 года и в январе 1965 года вступил в свой первый полностью выборный срок после того, как стал президентом еще в 1963 году, после убийства Кеннеди.

И длинная полоса демократии и гражданских прав на уровне Белого дома продолжалась, даже несмотря на трагические события 1963 года.

Но прежде чем кратко проиллюстрировать, как эта длинная полоса образом продолжилась в последующие годы, прямо на кратком отрезке мечты о современной гармонии между религиозным экзотеризмом и масонским эзотеризмом в условиях обновления равенства, братства и свободы, воплощенного двойными выборами в 1958-1960 годах Иоанна XXIII и Джона Кеннеди на свои соответствующие посты, мы можем, наконец, расшифровать, в интересах читателя, смысл знаменитой речи в отеле "Уолдорф-Астория" в Нью-Йорке от 27 апреля 1961 года, упомянутой в начале этой главы.

Эта речь, произнесенная Джоном Фицджеральдом Кеннеди, недавно вступившим в должность в Белом доме, очень часто вырывалась из контекста, приводилась фрагментарно и односторонне или интерпретировалась в вводящих в заблуждение и анахроничных выражениях.. Всё это под авторством тех же простодушных конспирологов и нагнетателей паники, которые получили новые силы и энтузиазм после выпуска знаменитого веб-фильма Питера Джозефа (родился в 1978 году) под названием "Дух времени" (2007), за которым последовали "Дух времени: Приложение" (2008) и "Дух времени: Следующий шаг". И даже в случае с фильмами можно отметить, что хорошие и общие идеи были неверно смешаны с не очень точными данными на историческом и социоантропологическом уровне.

Согласно текущим интерпретациям в литературе и конспирологической вебграфии, особенно интегральной католической направленности (но не только), в этой речи от 27 апреля 1961 года Джон Кеннеди вступил в схватку, упомянув о "тайных обществах", с масонством и со всеми этими странными обществами, которые конспирологи обычно связывают с так называемыми "иллюминатами".

Жаль, но Кеннеди совершенно не мог иметь в виду традиционное свободное мировое масонство, а тем более американское по той простой причине, что его ложи – вовсе не "тайные общества", а официальные и скорее открытые ячейки обществ посвящённых, особенно в США, где это заметно во всей культурной, благотворительной, гражданско-политической и государственной организации страны.

Кроме того, в своей странной, многоцелевой и двусмысленной речи Кеннеди недвусмысленно упоминает холодную войну и, следовательно, коммунистический блок как часть "монолитного заговора" и множество "тайных обществ, тайных клятв, тайных процедур", существование которых осуждает.

Но, в самом деле, почему бы не осудить секретность, заговоры, шпионаж/прикрытия, тайные средства, если Советы и Китай используют их в известном политико-идеологическом и пропагандистском противостоянии (и в историческом контексте, уже далёком от эпохи маккартизма), и, более того, связать их с работой тех, кто, очевидно, в США хочет использовать такое состояние бдительности и опасности, чтобы непомерно расширить нормы безопасности, вплоть до посягательства на цензуру СМИ и государственное сокрытие?

Обратите внимание на слова Кеннеди.

Он говорит, среди прочего:

Давным-давно мы решили, что опасности, связанные с излишествами секретности и сокрытием фактов, намного перевешивают риски того, что мы готовы оправдать. Нет причин противостоять опасности закрытого общества, имитируя те же ограничения.. [...] Мы сталкиваемся с очень серьёзной опасностью, которая формируется настойчивыми требованиями увеличить безопасность и передать её в руки тем, кто хочет расширить её до уровня официальной цензуры и сокрытия. [...] Во всём мире нам противостоит монолитный и безжалостный заговор, который в основном использует оккультные средства для расширения сферы своего влияния посредством проникновения, а не вторжения, подрывной деятельности, а не выборов, запугивания, а не свободного выбора, ночной партизанской войны, а не регулярных армий. Это система, которая вложила много человеческих ресурсов и средств в создание очень эффективной и прекрасно смазанной машины, которая сочетает в себе военные, дипломатические, разведывательные, экономические, научные и политические операции. Её приготовления не обнародуются, а скрываются. Её ошибкам не посвящены вступительные титры, но они скрыты. Диссидентов не хвалят, а заставляют замолчать. Никакие расходы не обсуждаются, а равно ни вскрывшаяся неосмотрительность, ни раскрытие секретов. Проще говоря, холодная война ведётся с военной дисциплиной, с которой ни одна демократия никогда не пожелает или не захочет сравниться.

Что ж, казалось бы, эти странные и загадочные рассуждения Кеннеди, наконец, понятны в адекватных терминах только в связи с тем, что мы изложили на предыдущих страницах этой главы.

Джон Кеннеди не только осознаёт существование того военно-промышленного комплекса, который беспокоил сон его предшественника Эйзенхауэра, но, благодаря просвещению, предоставленному ему в этом отношении прогрессивными Ур-ложами, которые выставили его кандидатуру и обеспечили победу на президентских выборах, прекрасно осведомлён о существовании международных суперлож консервативной и олигархической направленности, тайно пересекающихся, безграничных и стоящих выше железного занавеса между демократическим Западом и коммунистическим Востоком.

Таким образом, он имеет в виду эти необычные масонские организации (фактически секретные в своих процедурах, клятвах и принадлежности), когда представляет политическую, экономическую, дипломатическую, военную, научную, разведывательную конспиративную деятельность, поддерживаемую тайными операциями и засланными агентами, которые одновременно способны подпитывать экспансию тоталитарного и агрессивного коммунизма на Востоке и авторитарное, нелиберальное и цензурное давление на Западе, используя под этим предлогом собственную большевистскую опасность.

Кеннеди, короче говоря, посылает серию завуалированных посланий в настоящее и будущее, общий смысл которых восходит к его ясному пониманию того, что на американской и международной шахматной доске холодная война – грязная, скрытная, безжалостная и заговорщическая игра, где интересы советских и американских хищников в защитной и мощной тени определённых неоаристократических Ур-лож могут найти прибыльный и безграничный источник обмена и сотрудничества в недемократических и даже воинственных целях.

Точно так же, однако (и это было видно с положительным разрешением кубинского ракетного кризиса 1962 года), Кеннеди осознавал, что в конечном итоге может рассчитывать на ещё целую и влиятельную сеть (больше, чем это было бы в 70-х годах) других прогрессивных суперлож (тех самых, которые помогли ему завоевать Белый дом), также способных мобилизовать своих членов и сочувствующих из обеих частей земного шара, несмотря на кажущуюся воинственность тех и других под противоположными флагами. Что, конечно, сделало нового президента особенно подверженным негативной реакции вековой диалектики между демократическими масонами и олигархическими братьями: отсюда его попытка повысить осведомлённость общественности и средств массовой информации с апреля 1961 года о мутном характере динамики власти в эпоху холодной войны.

"Новые рубежи" и "Великое общество", несмотря ни на что

Несмотря на убийство Дж. Ф. Кеннеди, прогрессивный накал продолжал нарастать как в Соединённых Штатах, так и на остальной части демократического Запада, в то время как на территориях Варшавского договора действовала так называемая "доктрина Брежнева", которая постулировала ограниченный суверенитет всех стран-членов и их подчинение советской сверхдержаве, как в случае с Чехословакией в 1968 году.

В 1964-1965 учебном году в Университете Беркли, штат Калифорния, началось движение "За свободу слова" (Free Speech Movement) – студенческие волнения, не имеющие аналогов. Движение требовало признания за студентами полной свободы слова, критики и выражения мнений, а также устранения запрета на политические акции в университетском городке.

Волнения в Беркли стали прямыми предшественниками тех, которые вспыхнули в последующие годы по всему Западу и многим другим регионам планеты, получив в знаменитом 1968 году символически значимую кульминацию.

2 июля 1964 года Линдон Джонсон принял знаменитый закон "О гражданских правах" (позже дополненный законом "О гражданских правах Индии" от 11 апреля 1968 года), который стал продолжением прогрессивной программы Кеннеди "Новые рубежи", и объявил незаконной любую форму расовой сегрегации в рамках школьной системы, транспорта, общественных объектов, жилья, труда и т. д. Теперь речь шла о защите и содействии конкретному применению законодательной меры, столь важной для Кеннеди, особенно на юге. Десегрегация стала федеральным законом государства, от которого зависят законодательства отдельных штатов. И президент-техасец также был первым жильцом Белого дома, назначившим судью-негра в Верховный суда: это произошло в 1967 году, а назначенным был масон Тургуд Маршалл (1908-1993).

Кроме того, начиная с 1965 года, Джонсон и его администрация, также пользуясь решающим большинством либералов в Конгрессе, реализовали ряд законодательных инициатив, известных как программа "Великого Общества", реализующих идею широкого и инклюзивного общества, способного бороться с бедностью и расовой сегрегацией, увеличение государственных инвестиций в сферу социального обеспечения и в конкретные сферы образования, медицинского обслуживания, транспорта, городской инфраструктуры, содействие увеличению занятости. Всё это сопровождалось решительным снижением налоговых ставок. Это было смешением лучших идей "Новых рубежей" Кеннеди и принципов "Нового курса" Рузвельта.

Аналогичные прокейнсианские программы были характерны в течение 60-х годов для многих стран Запада, вдохновлённых идеологией прогрессивных лож: "Томас Пейн", "Христофор Колумб", "Иоанн", "Монтескье", "Даат", "Симон Боливар", "Гедулла", "Зелёное Братство", "Хайрем Роудс Ревелс", "Ньютон-Кейнс", "Бенджамин Франклин", "Кэрролл из Кэрроллтона"[103] и других.

Появляется суперложа "Три Глаза"

Это был очень амбициозный проект гармонии и социальной интеграции, за который яростно боролись консервативные олигархии США, Европы и международных государств, представленные на высшем уровне суперэлитарными масонскими объединениями, о которых мы неоднократно упоминали. Среди них, помимо Ур-лож "Розы Ветров", "Гебура", "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр" и "Пан-Европа", нужно, несомненно, упомянуть "Левиафан" (основана в 1910 году и преобразована в 1918 году с преимущественно англо-американским составом, с правыми и левыми либералами, видный инициатор создания в 1920 КИМО, Королевского института международный отношения, а в 1921 году СМО, Совета по международным отношениям, в 1965 году пережила решительный консервативный и неоаристократический поворот) и "Три Архитектора" или "Три Глаза" (уже работает неофициально с начала 1967 года и официально основана в начале 1968 года, чтобы противостоять быстрому окончанию войны во Вьетнаме; чтобы определить избрание нового президента США, чтобы справиться, проникнуть, отвлечь и загрязнять накал демократического и анти-авторитарного культурного движения 60-х, которая была активна с осени 1967 года, после предыдущих волнений 60-х годов; чтобы установить новый олигархический и технократический курс в управлении Западом, а также укрепить и контролировать эволюцию определённых внезападных режимов, уже управляемых элитарным и авторитарным способом).

Среди жертв этой новой волны антидемократической реакции масонской олигархической направленности были, к сожалению, два персонажа, которые, если бы они пережили преступные покушения на себя, несомненно, могли бы более глубоко повлиять на эпоху и последующие десятилетия.

Мы имеем в виду афроамериканского масона Мартина Лютера Кинга (1929-1968), посвящённого в Ур-лодже "Хайрем Роудс Ревелс" в феврале 1957 года,[104] и (ещё) не масона Роберта Френсиса Кеннеди, убитого в роковом 1968 году.[105]

Глава 5. "Вся власть воображению", масон на Луне и "Кризис демократии" (1968-1975)

В которой рассказывается о битвах за гражданские права, убийствах М. Л. Кинга и Р. Ф. Кеннеди, президентских выборах в США 1968 года, суперложе "Три Глаза" и продолжающейся борьбе между консервативными и прогрессивными Ур-ложами

Тьма не может прогнать тьму, это может сделать только свет. Ненависть не может прогнать ненависть, это может сделать только любовь. Ненависть умножает ненависть, насилие умножает насилие, твёрдость умножает твёрдость – и так далее по спирали разрушения. [...] Нашим самым ярым противникам мы говорим: мы справимся с вашей способностью причинять страдания нашей способностью переносить страдания; мы встретим вашу физическую силу нашей силой духа. Делайте с нами всё, что хотите, и мы будем продолжать любить вас. Мы не можем с чистой совестью подчиняться вашим несправедливым законам, потому что отказ от сотрудничества со злом является не меньшим моральным обязательством, чем сотрудничество со злом. Посадите нас в тюрьму, и мы по-прежнему будем любить вас. Бросайте бомбы в наши дома и угрожайте нашим детям, и мы всё равно будем любить вас. Отправляйте ваших головорезов в наши дома ночью, избивайте нас до полусмерти, а мы всё равно будем любить вас. Но будьте уверены, что мы победим вас своей способностью страдать. Когда-нибудь мы обретём свободу, но не только для себя: мы обратимся к вашему сердцу и совести, и в конечном итоге победим вас. Наша победа будет двойной. Любовь — самая непреходящая сила в мире.

Мартин Лютер Кинг, Сила любви

У меня есть мечта: однажды эта нация восстанет и полностью воплотит истинный смысл своего вероучения: "мы считаем эту истину очевидной саму по себе, что все люди созданы равными".

Я мечтаю, что однажды на красных холмах Джорджии дети тех, кто когда-то был рабами, и дети тех, кто когда-то владел рабами, смогут сидеть вместе за столом братства.

У меня есть мечта, что однажды даже штат Миссисипи, наполненный высокомерием несправедливости и угнетения, превратится в оазис свободы и справедливости.

У меня есть мечта, что мои четверо маленьких детей однажды будут жить в стране, где их будут судить не по цвету кожи, а по качествам характера. Сегодня я об этом только мечтаю!

У меня есть мечта, что однажды в Алабаме, с его злыми расистами и губернатором, от которого слышишь только "вето" и "отменяю", прямо здесь, в Алабаме, маленькие чёрные дети смогут объединиться с белыми детьми, как братья и сёстры. Сегодня я об этом только мечтаю! [...]

И когда мы позволяем свободе звучать в каждой деревне, штате и городе, то быстрее придёт тот день, когда все дети Божьи: чёрные и белые, евреи и язычники, католики и протестанты –возьмутся за руки и споют слова старого спиричуэла: "Мы наконец свободны, мы наконец свободны; слава Богу всемогущему, мы наконец свободны".

Мартин Лютер Кинг, речь в Мемориале Линкольна 28 августа 1963 г.

Мир для Израиля означает безопасность, и мы должны всеми средствами защищать его право на существование. Израиль является одним из важнейших форпостов демократии в мире, это прекрасный пример того, как бесплодную землю можно превратить в оазис братства и демократии. Мир для Израиля означает безопасность, и безопасность должна быть реальной. [...]

Если ты считаешь, что еврейский народ заслуживает независимого государства, то ты сионист. Всё очень просто. Сионизм — это не ругательство. Это кредо, которое укрепляет законное право еврейского народа на самоопределение. Тебе не нужно быть евреем, чтобы быть сионистом, точно так же как не нужно быть женщиной, чтобы быть феминисткой, или цветным человеком, чтобы верить в равные права чернокожих. [...]

Что такое антисионизм? Это лишение еврейского народа того фундаментального права, которое мы справедливо признаём сегодня за народами Африки и которое готовы предоставить всем другим народам мира. Это, друзья мои, дискриминация евреев из-за их еврейства. Это антисемитизм. Антисемит пользуется любой возможностью, чтобы показать свою предвзятость. Однако в наши дни на Западе провозглашение ненависти к евреям стало очень непопулярным. В результате антисемит должен постоянно придумывать новые формы и места для излития своего яда. Он должен маскироваться. И тогда он уже не говорит, что ненавидит евреев, а называет себя "антисионистом".

Мартин Лютер Кинг, Письмо другу-антисионисту

Меня можно распять, я могу умереть, но я хочу, чтобы мои братья сказали: "Он умер, чтобы я был свободен".

Мартин Лютер Кинг, по версии Терезио Боско, книга "Такие, как мы", опубликованная в 1968 году

Некоторые видят вещи такими, какие они есть, и спрашивают: "Почему?" Я думаю о том, как такое возможно, и спрашиваю себя: "Почему бы и нет?"

Роберт Кеннеди, цитата из "Назад к Мафусаилу" Джорджа Бернарда Шоу, 1920

Изменения со всеми рисками, которые они несут, являются законом существования. [...] Во все времена и в каждой стране есть люди, которые пытаются остановить историю.

Роберт Кеннеди, фразы, приведённые Энцо Бьяджи книге "Свидетель времени", 1971 года

Всякий раз, когда человек борется за идеал [...], он излучает крошечную волну надежды, и эти волны, наскакивая на миллион различных центров энергии и отваги, производят ток, способный уничтожить самые сильные стены угнетения и сопротивления.

Роберт Кеннеди, выступление в Кейптаунском Университете 6 июня 1966 г.

Мне слишком сильно и давно кажется, что мы отказались от личного совершенства и общих ценностей в пользу простого накопления земных благ. Наш ВВП превысил 800 миллиардов долларов в год, но в этом ВВП, если судить США по нему, учтены загрязнение воздуха и реклама сигарет, а также машины скорой помощи, чтобы очищать шоссе после кровопролитий. В нём учтены специальные замки для наших дверей и тюрьмы для тех, кто пытается их взломать. В нём учтены уничтожение секвой и исчезновение нашей природной красоты в неконтролируемом расширении градостроительства. В нём учтены напалм и ядерные боеголовки, а также полицейские броневики для борьбы с городскими беспорядками. В нём учтены винтовка Уитмена и нож Спека[106], а также телешоу, в которых превозносится насилие, чтобы продавать игрушки нашим детям. И всё же в ВВП не учитывается здоровье наших детей, качество их образования и радость их игр. В нём не учтены ни красоты наших стихов, ни прочность браков, не проницательность политических дебатов, ни честность государственных служащих. Он не учитывает ни нашу изобретательность, ни мужество, ни мудрость, ни знания, ни сострадание, ни преданности нашей нации. Короче, он учитывает всё, кроме того, что делает жизнь достойной. Он расскажет об Америке всё, за исключением того, почему мы гордимся тем, что мы американцы.

Роберт Кеннеди, выступление в Канзасском университете 18 марта 1968 года

Можно ли когда-нибудь провести реальное разделение между средствами массовой информации, как средствами информирования и развлечения и как средствами манипуляций и идеологической обработки?

Герберт Маркузе, Одномерный человек

Вся власть воображению.

Лозунг мая 1968 года в Париже, вдохновлённый мыслью Герберта Маркузе

Всего лишь маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества.

Нил Армстронг, слова, произнесённые 21 июля 1969 г. после высадки на Луну

История успеха демократии [...] заключается в ассимиляции большого числа населения в рамках ценностей, установок и моделей потребления среднего класса. [...] Эффективное функционирование демократической системы требует апатии со стороны отдельных лиц и групп. В прошлом в каждом демократическом обществе имелось некоторое количество членов, которые стояли на обочине и не участвовали в политике. Это по своей сути недемократично, но также стало одним из факторов, которые позволили демократии нормально работать. [...] Демократическая идея о том, что правительство должно отвечать перед гражданами, создаёт у них ожидания удовлетворения потребностей и устранения зол, которые преследуют определённые группы в обществе. [...] Импульс демократии состоит в том, чтобы уменьшить власть правительства, увеличить его функции и уменьшить власть. [...] Демократия является лишь одним из источников власти и не всегда применима. В различных случаях те, кто более опытен, иерархически старше или лучше, должны иметь возможность отложить демократическую легитимацию, чтобы вернуть себе власть. [...] Лечить демократию ещё более высоким уровнем демократии — всё равно, что тушить огонь бензином.

Мишель Крозье, Сэмюэл П. Хантингтон, Дзёдзи Ватануки, Кризис демократии. Доклад об управляемости демократий

Американские выборы 1968 года

Президентские выборы в США в 1968 году были одними из самых сложных, беспокойных и решающих в современной истории. Ставки были высоки. От итогов зависела не только судьба американской власти, но и всей планеты. Проблема (для консервативных, реакционных и неоаристократических масонских кругов, о которых мы неоднократно упоминали) заключалась не столько в том, кто должен победить, сколько в том, кто ни при каких обстоятельствах не должен переступать порог Белого дома. Проблема заключалась также в том, чтобы определить тех, кто не должен пережить этот год, фундаментальный для макрополитического баланса будущего времени.[107]

Год перемежается опасными и решающими месяцами, которые способны направить в ту или иную идеологическую сторону протестную энергию, вызванную движениями 1968 года и предшествующих лет. Эти движения в том году и в предыдущем 1967 уже привели к обострению протестов и борьбы за социальные и гражданские права в целом.

Создание новой и очень мощной олигархической Ур-ложи "Три Архитектора" или "Три Глаза" (неофициально основанной в 1967 году и официально/ритуально в 1968 году) стало эффективным стратегическим, тактическим и оперативным ответом на вышеупомянутые проблемы.

На "Три Глаза", совершенно новое масонское образование, была возложена тяжёлая задача координации действий других ранее существовавших неоаристократических УР-лож.[108]

Измученный президент США Линдон Джонсон, заканчивая свой срок с сильнейшим комплексом вины за расследование убийства Джона Кеннеди, испытывающий на себе чудовищное давление собратьев из военно-промышленного комплекса, которые заставляли его безмерно расширить в 1964-1968 годах военное и экономическое присутствие во Вьетнаме, стремясь положить конец вьетнамскому военному конфликту, чтобы выделить больше ресурсов под свою программу "Великого общества", решил вновь выставить свою кандидатуру на выборах в Белый дом именно для того, чтобы отыграться за некоторые ошибки и неопределённости прошлого и оставить о себе лучшую историческую память.

Он выставил свою кандидатуру на праймериз, в которых никакая шишка из Демократической партии, кроме аутсайдера-пацифиста Юджина Маккарти, сенатора от Миннесоты, не захотела бросать ему вызов, поскольку, если не считать определённого народного недовольства войной во Вьетнаме и ростом расовой напряжённости, действующий президент пользовался широкой поддержкой, связанной с принятием закона "О гражданских правах" и многих других законодательных мер в пользу социального обеспечения и малоимущих слоёв населения.

Однако когда Джонсон сообщил братьям, связанным с печально известным финансово-военно-промышленным комплексом, что твёрдо намерен как можно скорее положить конец войне во Вьетнаме, они не только без лишних слов дали ему понять, что такое решение приведёт его к тому же концу, что и Джона Кеннеди, а чтобы яснее показать ему свою огромную мощь как в западном, так и восточно-коммунистическом блоке,[109] немедленно устроили знаменитое Тетское наступление во Вьетнаме, которое началось 30-31 января 1968 года и продолжалось в течение следующих нескольких недель. Это неожиданное и мощное контрнаступление Северного Вьетнама, начатое по прямой инициативе тех масонов-олигархов, которые возглавляли картель международных Ур-лож, выступающих против сворачивания конфликта в Азии и способных перемещать пешки как в советской, так в китайской номенклатуре, оказало разрушительное психологическое воздействие на общественное мнение США, должным образом усиленное американскими СМИ.

По данным опросов, поддержка Джонсона и его администрации после этих событий также заметно снизилась, хотя их и так корректировали в меньшую сторону. Несмотря на это, действующий президент по-прежнему был полон решимости участвовать в предвыборной кампании от демократов для избрания на второй срок.

На праймериз, состоявшихся в Нью-Гэмпшире 12 марта 1968 года, Джонсон выиграл у Ю. Маккарти семь процентных пунктов (49% и 42%), несмотря на катастрофическое положение, особенно в СМИ, в которое его поставил вьетнамский вопрос после того, как в течение нескольких месяцев его администрация говорила об абсолютном военном превосходстве США и предстоящем мирном урегулировании конфликта.

Президент в тисках УР-лож

Тем временем, однако, американский президент всё больше осознавал, что несколько представителей и/или сообщников этого олигархического масонского круга, который в последнее время стал относиться к нему крайне враждебно (прежде всего, масон Генри Киссинджер, один из основателей Ур-ложи "Три Глаза", и парамасон Ричард Никсон, один из лидеров в республиканских праймериз 1968 года), также будут саботировать любые мирные переговоры с участием двух вьетнамских государств и США.

Джонсон в тот момент искал утешения и поддержки не только в Ур-ложе "Янус",[110] ему пришлось обратиться и к братьям ведущих международных прогрессивных Ур-лож. Однако масоны, руководившие в то время ложами "Томас Пейн", "Христофор Колумб", "Иоанн", "Монтескье", "Зелёное Братство", "Хайрем Роудс Ревелс", "Ньютон-Кейнс", "Бенджамин Франклин" и " Кэрролл из Кэрроллтона", жёстко отклонили просьбы действующего президента о помощи.

Они упрекнули своего техасского брата в том, что он с того трагического двухлетнего периода 1963-1964 годов не действовал, как настоящий демократический вольный каменщик. Они обвиняли его в том, что он скрывал факты об убийстве Кеннеди (хотя и не был его соучастником), в том, что одобрил результаты позорной работу Комиссии Уоррена, в том, что из страха и удобства не сопротивлялся давлению масонских военных и олигархических кругов по части вьетнамского конфликта.

В заключение они сообщили брату-президенту, что не намерены поддерживать его предвыборную кампанию, а тем более предоставлять требуемую защиту от возможных взрывов, которые могут совершить те же, кто убил Джона Кеннеди.

Евроатлантическое прогрессивное масонство заявило о намерении поддержать избрание немасона Роберта Кеннеди в праймериз Демократической партии, а затем, в настоящих президентских выборах, выбрать между ним и масоном Мартином Лютером Кингом (членом Ур-ложи "Хайрем Роудс Ревелс"), который, как предполагалось, возьмёт на себя задачу продвижения гражданских прав в Америке и во всем мире, чтобы дать старт новому, западному и мировому медийно-символическому курсу.

В этот момент Джонсон, и так удручённый положением, в котором находился, страдающий всем сердцем и страшащийся явных угроз, которые получил от заправил военно-промышленного комплекса (но, тем не менее, твёрдо решивший не баллотироваться на второй срок, всё ещё пользуясь компромиссом с ним), решил и сообщил неофициально о своём уходе с праймериз демократов, тем самым отказавшись от своей кандидатуры в президенты. Таким образом, после праймериз в Нью-Гэмпшире 12 марта 1968 года, 16 марта на сцену официально вышел Роберт Кеннеди.

31 марта Джонсон официально оформил выход на пенсию, и именно тогда выступил его вице-президент, сторонник политики Джонсона, а также масон Хьюберт Гораций Хамфри-младший (1911-1978).

В республиканском лагере олигархические масоны, которые опасались ухода действующего президента, с самого начала делали ставку на парамасона Ричарда Никсона в первую очередь и масона Нельсона Рокфеллера во вторую.[111] Никсон в итоге победил.

Между тем, прогрессивные масоны упомянутых УР-лож и прилегающих к ним обычных кругов, полагая, что надо предотвратить любое возможное покушение на жизнь М. Л. Кинга и Роберта Кеннеди, решили задействовать особую "гарантию", которая иногда используется в отношениях между братствами вольных каменщиков, даже когда они яростно противостоят друг другу.

Масонский щит для Мартина Лютера Кинга?

Эта гарантия называется щит посвящённого, он активируется в соответствии с неким формально заключённым между масонами договором и гарантирует, что ни один брат из подписавшихся не будет действовать прямо или косвенно, чтобы нанести вред безопасности того субъекта, который пользуется такой защитой. Более того, каждый из участвующих вольных каменщиков, даже подозреваемый во враждебности лицу, которому требуется защита, с момента заключения соглашения должен, в свою очередь, активно защищать этого человека.

Это было задумано, особенно в среде УР-лож, как средство предотвращения братоубийственной кровавой борьбы между противоположными группировками масонской власти и создания атмосферы принудительного взаимного уважения, даже при наличии противоположных интересов и конкуренции друг с другом.

Эффективность договора заключается в том, что если кто-то (предполагаемые враги лица, подлежащего защите) отказывается подписывать его, это равносильно своего рода автоматическому принятию на себя вины за то, что может произойти с субъектом, для которого была запрошена защита, и, следовательно, объявлению войны с потенциально разрушительными результатами для всех участников.

Поэтому, на памяти масонов, никто никогда не отказывался ратифицировать такой межбратский договор, когда ему предлагали.

Для активации этого договора требуется подписка в стиле аффидевита (клятвенного удостоверения), подписанная как минимум девятнадцатью братьями в степени досточтимого мастера Ур-ложи или одной из важных и престижных обычных лож.

Такая защита была предложена собратьями масону Мартину Лютеру Кингу, который согласился. На самом деле ложа "Хайрем Роудс Ревелс" и многие другие прогрессивные мастерские рассматривали Кинга, как мощное "воплощённое" средство пропаганды и распространения борьбы за гражданские права, ненасилие и мирное сосуществование между этническими группами и различными религиями, экономическую и политическую эмансипацию всех людей, угнетённых несправедливыми условиями существования.

Договор был подписан в середине марта 1968 года и должен был быть ратифицирован соответствующими лицами (рядом потенциальных врагов Кинга, которые, в основном, принадлежали к консервативному округу УР-лож, о которых мы неоднократно упоминали) примерно в середине апреля.

В этих случаях с момента уведомления непосредственных заинтересованных сторон о предложении щита посвящённого до даты, когда оно должно быть окончательно ратифицировано, наступает период братского джентльменского соглашения, в течение которого масон, подлежащий защите, становится де-факто неприкасаемым, даже если это не так по праву.

И всё же прогрессивному масону Мартину Лютеру Кингу это не помогло.

Всё произошло вечером 3 апреля 1968 года в Мемфисе, когда он вышел на балкон мотеля, где проживал, и был застрелен выстрелом в голову, в результате которого умер несколько часов спустя, 4 апреля.

Масоны олигархического международного круга с лидерами недавно созданной УР-ложи "Три Глаза" поспешили откреститься от всякой ответственности за случившееся, провозгласив свою абсолютную невиновность и свалив вину на какой-то непонятный заговор расистов.

Несмотря на выдвинутые кем-то подозрения, прогрессивные собратья им в целом поверили. С другой стороны, когда официально договор о чрезвычайной масонской защите не ратифицирован, это не позволяет, не нарушая устоявшейся традиции, совершать акты возмездия.

В этот момент, однако, вопрос безопасности Роберта Френсиса Кеннеди стал действительно тревожным и неотложным, учитывая также, что во время праймериз, а затем, в случае победы на съезде Демократической партии в конце лета, во время реальных президентских выборов против республиканского претендента, он был у всех на виду.

Масонские устремления Роберта Кеннеди

Проблема заключалась в том, что для того, чтобы иметь право на щит посвящённого, Боб Кеннеди сначала должен был стать вольным каменщиком. Сенатору-демократу было предложено быстрое посвящение "остриём шпаги",[112] чтобы выиграть время, но бывший генеральный прокурор США после многочисленных размышлений между колоннами Яхин и Боаз пожелал, чтобы всё было сделано как можно более торжественно и гладко, даже если потребуется несколько дней на духовную подготовку вместе с некоторыми собратьями из Ур-ложи "Кэрролл из Кэрроллтона", исповедующими глубокую католическую веру. Он не хотел становиться масоном чисто из соображений удобства и личной защиты, а только потому, что на протяжении многих лет чувствовал себя очарованным и увлечённым философскими и духовными причинами, которые в свое время привели к двойному избранию его брата Джона Кеннеди и Анджело Ронкалли во главе прогрессивного движения на Западе. Поэтому он потребовал полноценного обряда посвящения, который должен был состояться 21 ноября 1968 года после президентских выборов (5 ноября) и в день, который стоял между датой его рождения (20 ноября) и смертью брата Джона (22 ноября).

Свидетели говорят, что никак не получалось убедить Роберта Кеннеди в чрезвычайности ситуации и необходимости срочно действовать как в плане "щита посвящённого", который должен быть немедленно активирован, так и в плане исключительных мер безопасности, которые он должен был принять. Помимо обычной охраны и рутинных мер, Боб Кеннеди систематически отклонял все предложения о чрезвычайной защите, которые, в частности, предлагали ему члены Ур-ложи "Томас Пейн" (с прочными связями в самых прогрессивных секторах ЦРУ, ФБР и различных евроатлантических государственных и частных спецслужб).

Он хотел быть смелым кандидатом с открытым лицом, который не боится пожать руки и стоять среди своих избирателей, — так он ответил тем, кто советовал ему усилить охрану и осторожность в период предвыборной кампании.

В ночь с 4 на 5 июня 1968 года Роберт Кеннеди, лишённый какого-либо щита посвящённого, был ранен выстрелом во время празднования победы на выборах в Калифорнии в отеле "Амбассадор" в Лос-Анджелесе. А 6 июня он умер в возрасте сорока двух лет, ещё моложе, чем его брат, убитый в возрасте сорока шести.

Но и в этом случае, масоны, тяготеющие к Ур-ложам "Гебура", "Роза Ветров", "Эдмунд Берк", "Левиафан", "Жозеф де Местр", "Кольцо", "Пан-Европа", "Три Глаза" и другие из консервативных и неоаристократических кругов, каким-то образом связанные с печально известным финансово-военно-промышленным комплексом, громко заявили о своей абсолютной непричастности, переложив всю вину на заговорщиков низкого/среднего уровня.

Кто-то из прогрессивных братств поверил, кто-то нет, но в любом случае не существовало даже официального (хотя и ещё не ратифицированного) предложения щита посвящённого, которое, по крайней мере, могло бы поддержать обвинение реакционных братьев в нарушении устоявшегося братского джентльменского соглашения.

Реакция масонства на убийства Кинга и Кеннеди

Одни вольные каменщики, особенно раздражённые и разгневанные, помышляли о кровавой и громкой мести, даже после частных расследований, которые якобы изобличали известных собратьев, противников Кеннеди.

Другие, более отстранённые, холодные и расчётливые, призывали всех к спокойствию и соблюдению формальных правил, которые не допускали возмездия при отсутствии убедительных и неопровержимых доказательств.

Некоторые масоны, более беззаботные и прагматичные, чем другие, заметили, что кто бы ни был виновником убийств Мартина Лютера Кинга и Роберта Френсиса Кеннеди, неоаристократическим масонам открылась впереди дорога на президентских выборах в США. Несмотря на неоднозначные заявления о мирных намерениях во Вьетнаме оставшегося кандидата от Демократической партии Хьюберта Хамфри, было очевидно, что этот человек (в отличие от Джонсона, который ушёл в отставку ещё и потому, потому что больше не хотел новых компромиссов с военно-промышленным комплексом) поспешит поцеловать руки и кольца нескольких олигархических братств, чтобы сохранить в целости и сохранности как достигнутое президентство, так и свою безопасность. Что касается республиканского лагеря, то любой избранный на августовском съезде в конечном итоге продлил бы американское военное присутствие во Вьетнаме, насколько это было возможно, и всё же должен был учитывать, что рано или поздно этот конфликт пришлось бы прекращать (общественное мнение США и мира было слишком накалено). Но, с другой стороны, каждый дополнительный месяц или год войны означал огромные прибыли для обычных известных людей пресловутого комплекса, осуждённого в свое время даже полуконсервативным парамасоном Дуайтом Эйзенхауэром.

Затем были те, кто с полной уверенностью пророчествовал де-факто (без учета вопроса о причастности к убийствам Р. Кеннеди и М. Л. Кинга), что цель создания между 1967 и началом 1968 Ур-ложи "Три Архитектора" или "Три Глаза" (что означает разгром прогрессивного масонского фронта и его проекта использовать Боба Кеннеди, как президента США, и Мартина Лютера Кинга во всех уголках планеты, чтобы запечатлеть определённый радикально демократический, либертарианский и реформаторский поворот в западном и мировом обществе под знаком Всеобщей декларации прав человека 1948 г.) — подготовить в ближайшие десятилетия эпохальный поворот в пользу олигархических и антидемократических масонских кругов, которые могли бы утвердиться во всем мире, заставив масонов противоположного лагеря перейти на оборонительные, маргинальные и подчинённые роли.

В свете этого пророчества предлагалось немедленно и радикально отреагировать, чтобы предотвратить возможность, которая уже проявлялась на протяжении истории в 20-х, 30-х и 40-х годах.

Sed nemo propheta in patria[113], и прогнозы пессимистов считались чрезмерно катастрофическими и паникёрскими.

В рамках прогрессивных кругов вольных каменщиков в тот конкретный 1968 год было решено большинством голосов, что бесполезно продолжать расследование, касающееся лиц, совершивших убийства Роберта Кеннеди и М. Л. Кинга, или разжигать кровавые намерения мести по принципу "око за око и зуб за зуб".

Более того, все сослались на большой моральный урок покойного брата Кинга о бесценной и педагогической ценности ненасильственной борьбы, отмечая, что, однако, рано или поздно выдастся возможность взять реванш у собратьев, которые готовились к победе на президентских выборах в ноябре.

Взять реванш в мирном и цивилизованном столкновении интересов в рамках правил, продиктованных верховенством закона и существенной демократией — все эти условия ещё выполнялись в американском и западном обществе 1968 года, несмотря на некоторые вопиющие и недавние отклонения.[114]

Масонский смысл речей М. Л. Кинга

В цитатах Кинга, приведённых в начале главы, ясно видно одно из самых ясных и увлекательных выражений прогрессивного масонского мировоззрения, которое было изложено во Всеобщей Декларации прав человека от 10 декабря 1948 года под руководством вольной каменщицы Анны Элеоноры Рузвельт.

В цитируемом отрывке "Сила любви" (1963), наряду с классическими образами света и тьмы масонского происхождения, ясно чувствуется идеологическое влияние ненасилия Ганди, замешанное на своеобразной масонской интерпретации христианской любви, обращённой, с точки зрения Ганди, а затем и Кинга, всем людям всех духовных и религиозных широт.

Афроамериканский брат из Атланты настолько чтил память масона Мохандаса Карамчанда Ганди, что совершил поездку в Индию (1959 год, через два года после посвящения в Ур-ложе "Хайрем Роудс Ревелс"), чтобы познакомиться с ближайшими родственниками и друзьями Махатмы.

Достаточно парадигматична в масонском смысле также его знаменитая речь у Мемориала Линкольна от 28 августа 1963 года после знаменитого Марша на Вашингтон, проведённого другим легендарным борцом за гражданские права меньшинств (кстати, он одним из первых занялся защитой прав гомосексуалистов, подвергавшихся правовой дискриминации и уголовному преследованию тогда и ещё много лет в ряде штатов) афроамериканцем Баярдом Растином (1912-1987), тоже вольным каменщиком из Ур-ложи "Хайрем Роус Ревелс".[115]

В той речи в конце августа Кинг делал явные отсылки к своему радикально-демократическому и масонскому происхождение, неявно намекая на два откровенно и явно масонских текста: Декларацию независимости Соединенных Штатов Америки 1776 года и американскую Конституцию 1787-1789 годов. Кроме того он добавил к речи ряд межрелигиозных, толерантных, экуменических и либертарианских прозрений, в которых читатель без труда разглядит лучшие прогрессивные традиции мирового масонства.

В августе 1967 года, через несколько недель после Шестидневной войны (5-10 июня того же года), масон Кинг пишет свое знаменитое "Письмо другу-антисионисту", в котором осуждает антисемитизм во всех его проявлениях, в том числе отрицание право Израиля на существование, как государства в Палестине.

Мы также хотели бы процитировать отрывок из этого необычного и проницательного текста. Фактически, это смелая и нонконформистская позиция, особенно если учитывать социальный контекст афроамериканских общин, в которых господствовал ислам, окрашенный агрессивными антиеврейскими оттенками.

В ретроспективе кто-то в кругу прогрессивных масонов Кинга (вероятно, к этому же кругу мог бы потом присоединиться и Боб Кеннеди) заметил ужасное совпадение (весьма символическое), что главный обвиняемый в убийстве Роберта Кеннеди, было иорданец и антисемит, уроженец Палестины, Серхан Бишара Серхан (родился в 1944 году), который обвинял сенатора от Нью-Йорка в связях с Израилем, в чём другие пеняли Мартину Лютеру Кингу ещё год назад, когда тот опубликовал своё знаменитое просионистское письмо.

И кто-то задался вопросом: это было громкая и намеренная акция, подстроенная специально, учитывая причудливый и не заслуживающий доверия тон дневников Сирхана, предусмотрительно обнаруженных следователями, и учитывая, что неувязки, возникшие в ходе расследования и судебного разбирательства (например, оказалось невозможным, чтобы стрелял только этот молодой араб), были настолько вопиющими?

Неужели кто-то устроил невероятную постановку, чтобы всех убедить, но не слишком, поскольку в случае с Кингом официальным и очевидным убийцей был вроде как расист и сторонник сегрегации, что за обоими убийствами стоит антиизраильский террористический след?

Или это удобный способ спрятать нечто большее, совершенно другое?

Это всё вопросы, на которые до сих пор никто не дал адекватного официального ответа.

После цитат Мартина Лютера Кинга мы добавили некоторые от Роберта Кеннеди, которые очень хорошо освещают яростно прогрессивный и антиконсервативный настрой кандидата от Демократической партии, который мог бы победить, как это уже сделал его брат Джон Кеннеди в 1960 году, противника-республиканца Ричарда Никсона.

Победа Никсона

С последующим избранием Никсона кандидатом на президентские выборы (5 ноября 1968 г.) и его вступлением в должность в Белом доме 20 января 1969 г. был закрыт первый круг, открытый основанием Ур-ложи "Три Глаза" в 1967-1968 годах.

Эта суперложа и её международные неоаристократические сестринские Ур-ложи не только теперь контролировали действующую администрацию США (парамасон Никсон был обязан им в полной мере победой и боялся их власти, как мало кого другого в мире), но и имели возможность управлять/манипулировать мировыми протестными движениями 1968 года и позже, направляя их в сторону экстремистской радикализации, более контролируемой, простой и безвредной, чем борьба за гражданский, социальный, экономический прогресс под руководством таких деятелей, как Боб Кеннеди и Мартин Лютер Кинг с союзниками и соратниками.

Проще говоря: если бы Роберт Кеннеди приземлился в Белом доме в 1969 году и смог возглавить, при содействии Мартина Лютера Кинга в качестве свидетеля по всей планете, до 1977 года (время двух сроков) эволюцию движений после 1968 года по всему Западу и даже за его пределами, были бы созданы все условия для иной эволюции обществ по обе стороны железного занавеса, включая Китай.

Фактически вместо того, чтобы впадать в антисистемный экстремизм, в палингенетический и тотальный спор, в антикапиталистический терроризм, карстовая река 1968 года могла бы вылиться в подлинно и радикально демократическую реформу системы изнутри, принимая и мирно усиливая свободно-рыночную экономику, не путая её с безжалостным и хищническим капитализмом, но это привело бы к самым обширным последствиям того процесса социальной справедливости и гражданской/политической интеграции, который частично запустили проекты "Новых рубежей" и "Великого общества".

Более того: пребывание Кеннеди в течение двух сроков (1969-1977) на высшем государственном посту США (опять же при духовной и культурной поддержке масонско-либертарианской и ненасильственной идеологии Кинга) и, следовательно, явно прогрессивный поворот Демократической партии США, могло бы создать условия для иной эволюции евроатлантической политической системы в целом, и такие персонажи, как Маргарет Тэтчер и Рональд Рейган, не появлялись бы на сцене.

Фактически, это были актёры-носители длившейся более десяти лет (1979-1990) уникальной политико-экономической мысли (неолиберальной), способной постоянно и повсеместно убеждать западное коллективное мышление в неизбежности глобализации.

Но не будем забегать вперёд, и возвратимся именно к повествованию о том, что произошло на самом деле, а не о том, что могло случиться, но не произошло, если бы Роберт Кеннеди и М. Л. Кинг не были убиты.

Все люди "Трёх глаз" от Рокфеллера до Аньелли

В 1967-1975 годах в Ур-ложе "Три глаза" состояли (некоторые из них были создателями/основателями с самого первого дня, другие – приняты позже) такие как:

Дэвид Рокфеллер (1915-2017, американский банкир, один из основателей Бильдербергского клуба и Трёхсторонней Комиссии), Нельсон Рокфеллер (1908-1979, вице-президент США, 1974-1976), Поль Демаре-старший (1927-2013, богатый канадский бизнесмен), Джордж Прэтт Шульц (1920-2021, экономист, политик и бизнесмен), Стивен Д. Бектел-младший (1925-2021, богатый американский предприниматель, в течение долгого времени занимавший также важные государственные должности, связанные с проблемами промышленности), Джеральд Форд (1913-2006, американский политик), Генри Киссинджер (родился в 1923 году, политик, политолог и бизнесмен), Збигнев Бжезинский (1928-2017, политик и политолог, основатель в том же 1967 году Ур-ложи "Свет Востоку"), Джованни Аньелли (1921-2003, итальянский промышленник, властелин Fiat-а в течение долгих лет после того, как руль компании передал ему масон Витторио Валлетта, 1883-1967, в 1966 году, после очень долгого пребывания на посту генерального директора и президента. Вольный каменщик Аньелли также был членом нескольких парамасонских обществ) и Андре Мейер (1898-1979, очень влиятельный французский банкир).

Там были также такие деятели как Мишель Крозье (1922-2013, французский социолог, выдающийся академик), Дзёдзи Ватануки (1931-2015, японский социолог), Роберт Нисбет (1913-1996, американский философ и социолог, также ведущий член Ур-ложи "Эдмунд Берк") и Роберт Нозик (1938-2002, американский философ, также в "Эдмунде Берке").

Также там состояли Карл Бруннер (1916-1989, швейцарский экономист), Энрико Кучча (1907-2000, итальянский банкир), Антуан Бернхейм (1924-2012, французский банкир и топ-менеджер, активно работавший в Италии), Мишель Давид-Вей (1932-2022, французский банкир), Раймонд Барр (1924-2007, французский политик и экономист), Филипп Гуарино (1907-1993, католический священник, итало-американец, затем ушедший в мир, бизнесмен, политик, очень влиятельный член Республиканской партии), Эдгардо Соньо (1915-2000, политик и дипломат), Энрико Брадджотти (1923-2019, итальянский банкир, родившийся в Турции и впоследствии натурализованный в Монако), Эдмон Адольф де Ротшильд (1926-1997, банкир-космополит, родившийся во Франции), Жорж Бертуэн (родился в 1925 году, французский высокопоставленный чиновник и дипломат, в своё время близкий соратник брата Жана Монне), Самюэл П. Хантингтон (1927-2008, американский политолог), Эдвин Фелнер (родился в 1941 году, политолог, знаменитый председатель консервативного мозгового центра Heritage Foundation с 1977 по 2013 год), Роберто Меммо (родился в 1920 году, итальянский предприниматель космополитического призвания)[116], Джон Коннели (1917-1993, американский политик и бизнесмен, сначала состоял в Демократической Партии, был ранен, пока сидел рядом с Кеннеди в Далласе 22 ноября 1963 года, с 1963 по 1969 губернатор Техаса, с 1973 года перешёл в Республиканскую партию), Сэмюэл Каммингс (1927-1998, легендарный международный предприниматель в сфере производства и торговли оружием, связанный также с ложами "Гебура" и "Левиафан"), Льюис Франклин Пауэлл-младший (1907-1998, судья Верховного суда США), Генри Форд II (1917-1987, американский промышленник, сын Эдсела Форда; его дед был основателем Ford Motor Company, Генри Форд), Фридрих фон Хайек (1899-1992, философ и экономист, связанный также с ложей "Эдмунд Берк", а с 1978 года — с ложей "Белый Орёл"), Фрэнк Джильотти (1896-1975, протестантский пастор, агент разведывательной службы, бизнесмен, один из главных героев возрождения масонства в Италии в период Второй мировой войны; физически ввёл Личо Джелли в "Великий Восток Италии", устроив первый этап его стремительного взлёта, как масона), Ли Куан Ю (1923-2015, сингапурский политик, премьер-министр с 1959 по 1990, занимал другие государственные должности в предыдущие и последующие годы), Милтон Фридман (1912-2006, американский экономист, также связан с ложей "Эдмунд Берк", а с 1978 года — также с ложей "Белый Орёл"), Тадаси Ямамото (1936-2012, японский бизнесмен и международный деятель, помогал установить промышленные, торговые, дипломатические и политические отношения между Японией и США) и Джон Джей Макклой (1895-1989, очень активный адвокат с Уолл-Стрит, банкир, бизнесмен, серый, но влиятельный кардинал частных и государственных учреждений США, во время своей долгой карьеры был президентом Всемирного Банка, председателем парамасонского Совета по международным отношениям, председателем Chase Manhattan Bank, и т. д.).

В ложе "Три Глаза", кроме того, состояли: Генри Люс III (1925-2005, богатый и влиятельный издатель, сын масона-консерватора Генри Робинсона Люса, 1898-1967, издателя-новатора и легендарного основателя и владельца журнала "Тайм"), Роберт Ричардсон Боуи (1909-2013, юрист, бизнесмен, политолог, основатель в 1958 году вместе с братом Киссинджером гарвардского Центра международных отношений, занимал важные государственные должности, высокопоставленный чиновник ЦРУ, член различных парамасонских обществ), Мелвин Лэйрд (1922-2016, американский политик и политолог, министр обороны США с 1969 по 1973), Эдвард Хит (1916-2005, британский политик, лидер тори с 1965 по 1975 и премьер-министр с 1970 по 1974 год), Генри Дэвид Оуэн (1920-2011, влиятельный дипломат и политолог, серый кардинал государственных учреждений США, друг и наставник брата Збигнева Бжезинского), Арманд Хаммер (1898-1990, американский предприниматель, человек с обширными международными связями, неоднозначный посредник между масонами западных и коммунистических стран, был связан также с ложами "Жозеф де Местр", "Золотая "Евразия" и "Свет Востоку"), Макс Конштамм (1914-2010, голландский дипломат и историк), Жорж Помпиду (1911-1974, французский политический деятель, президент Республики с 1969 по 1974 год), Валери Жискар д'Эстен (1926-2020, президент Франции с 1974 по 1981), Джерард Коуд Смит (1914-1994, юрист, политолог, занимал важные должности в самых важных государственных учреждениях США, эксперт по ядерной энергии, высокопоставленный агент разведки США), Эдвин О. Райшауэр (1910-1990, профессор Гарварда, эксперт по истории и культуре Японии и Дальнего Востока, посол в Японии с 1961 по 1966, основал в 1973 году гарвардский Институт исследований Японии) и Питер Дж. Бреннан (1918-1996, американский политик, министр труда с 1973 по 1975).

Также там состояли Джеймс Родни Шлезингер (1929-2014, американский политик, председатель американской Комиссии по атомной энергии, с 1971 по 1973, директор ЦРУ с февраля по июль 1973 года, министр обороны с 1973 по 1975, министр энергетики с 1977 по 1979), Ричард Хелмс (1913-2002, директор ЦРУ с 1966 по 1973, посол в Иране с 1973 по 1977), Федерико Умберто д'Амато (1919-1996, с юных лет работал в итальянских и евроатлантических спецслужбах, руководитель особого отдела МВД, стал главой шестой секции в 1964 году, заместитель директора в 1969 году, директор с 1971 по 1974 год. Участвуя в "белом перевороте" брата Эдгардо Соньо в 1974 году, о котором мы расскажем позже, после трагедии на площади Лоджии в Брешии в конце мая 1974 года освобождён от должности, но остался тайным властителем отдела, которым руководил ещё много лет. Состоял также в ложе "Роза Ветров"), Джеймс Джисас Энглтон (1917-1987, всю жизнь проработал в секретных службах, сначала в Управлении стратегических служб, а затем в ЦРУ, где оставался главой контрразведки с 1954 по 1975 год. Масон Энглтон имел фашистские пристрастия, кстати, особенно любил поэзию Эзры Паунда, взял под свою защиту Юнио Валерио Боргезе и поддержал его попытки переворота 1969-1970 годов, о которых вы прочтёте далее. Однако в начале 70-х этот давний член УР-лож "Гебура" и "Роза Ветров" выступил против собрата Киссинджера, который был одним из лидеров в ложе "Три Глаз". После этой стычки в 1975 году Энглтона отправили на пенсию), Уолтер Мондейл (1928-2021, вице-президент при Дж. Картере с 1977 по 1981 год, лидер Демократической партии при Рональде Рейгане в 1984 году, посол США в Японии по назначению собрата-президента Клинтона с 1993 по 1997 год), Джон Ренни (1914-1981, директор секретной разведывательной службы Ми-6 с 1968 по 1973 год), Морис Олдфилд (1915-1981, директор СИС или Ми-6 в 1973-1978), Дэвид Мэтью Кеннеди (1905-1996, политический и дипломатический советник, секретарь Совета безопасности с 1969 по 1971, посол США в НАТО с 1972 по 1973), Пол Казимир Марцинкус (1922-2006, католический архиепископ, президент Института религиозных дел, банка Ватикана, с 1971 по 1989, с 1981 по 1990 год — президент Папской комиссии по делам государства Ватикана), Пол Волкер (1927-2019, президент Федерального резервного банка Нью-Йорка с 1975 по 1979 год, президент Федеральной резервной системы с 1979 по 1987 год, экономический суперконсультант Барака Обамы с 2009 по 2011 год) и Алан Гринспен (родился в 1926 году, председатель Совета экономических советников президента США Джеральда Форда с 1974 по 1977 год, президент Федеральной резервной системы с 1987 по 2006 год).

И ещё Чжоу Эньлай (1898-1976, один из высших руководителей Коммунистической партии Китая и государственный деятель Китайской Народной Республики), Дэн Сяопин (1904-1997, один из высших руководителей Коммунистической Партии Китая и государственный деятель Китайской Народной Республики, которого Чжоу Эньлай защищал в самые опасные моменты), Акио Морита (1921-1999, японский промышленник, основатель, вместе с братом, М. Ибука корпорации Sony), Масару Ибука (1908-1997, японский промышленник, ещё один основатель вместе с братом А. Морита корпорации Sony), Киити Миядзава (1919-2007, японский политик, в 1951 году член японской делегации на знаменитой Конференции в Сан-Франциско, полностью восстановил дипломатические отношения и торговлю между США и Японией, министр внешней торговли и промышленности в 1970-1971, иностранных дел с 1974 по 1976, финансов в 1987-1988 гг, и в период 1999-2002, премьер-министр с 1991 по 1993) и Ясухиро Накасонэ (1918-2019, японский политик, неоднократный министр с различными поручениями с 1959 года, премьер-министр с 1982 по 1987).

Не будем забывать и о таких, как Отто Граф Ламбсдорф (1926-2009, немецкий политик, министр финансов Федеративной Республики Германии с 1977 по 1984 год, известный тем, что устроил гиперлиберистский и антикейнезийский поворот в своей группировке, Либерально-демократической партии, которая ранее сотрудничала с социал-демократами именно на кейнсианской платформе), Джордж Герберт Уокер Буш (1924-2018, политик и бизнесмен, член Палаты представителей США с 1967 по 1971 г., посол в ООН с 1971 по 1973, председатель Республиканского Национального Комитета в 1973 и 1974, глава дипломатического ведомства США в Китае с 1974 по 1975, директор ЦРУ с 1976 по 1977, вице-президент США с 1981 по 1989, президент США с 1989 по 1993), Александр Мейгс Хейг (1924-2010, заместитель советника по национальной безопасности с 1970 по 1973, глава кабинета министров в Белом доме с 1973 по 1974, Верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе с 1974 по 1979, государственный секретарь с 1981 по 1982), Стенсфилд M. Тёрнер (1923-2018, адмирал, директор ЦРУ с 1977 по 1981), Ричард Брюс "Дик" Чейни (родился в 1941 году, глава кабинета министров в Белом доме с 1975 по 1977, член Палаты представителей с 1979 по 1989, министр обороны с 1989 по 1993, вице-президент США с 2001 по 2009, один из основателей Ур-ложи "Хатхор Пентальфа" в 2000 году), Уильям Иган Колби (1920-1996, кадровый секретный агент, с 1973 по 1976 директор ЦРУ), Ричард Дж. Бреннеке (1941-2015, бизнесмен и агент секретной службы), Уинстон Лорд (родился в 1937 году, дипломат, помощник Киссинджера, ключевой организатор политико-дипломатическо-масонских путешествий в Китай от "Трёх Глаз" в начале 70-х годов, председатель парамасонского Совета по международным отношениям с 1977 по 1985, посол в Китае с 1985 по 1989, член также лож "Роза Ветров" и "Пан-Европа", за счёт этих Ур-лож и "Три Глаза" был также назначен в Управляющий комитет Бильдербергского клуба), Генри Стерджис Морган (1900-1982, банкир, сын и наследник Дж. П. Моргана-младшего, был соучредителем в 1935 году, вместе с братом-масоном Гарольдом Стэнли, 1885-1963, банка Morgan Stanely), Уильям Хеджкок Уэбстер (родился в 1924 году, судья, директор ФБР, с 1978 по 1987, директор ЦРУ с 1987 по 1991, с 2002 года по сегодняшний день председатель Консультативного совета по внутренней безопасности США), и других, не меньшего авторитета и калибра, которых мы будем упоминать в дальнейшем. Кстати, следует отметить, что несколько посвященных их "Трёх Глаз" уже были связаны, или будут, с другими УР-ложами неоаристократического толка.[117]

Триумф "Трёх Глаз"

Не все масоны (среди тех, кого мы упоминали до сих пор, и среди тех, кого мы ещё не упомянули, которые были посвящены в этой суперложе до 1975 года или даже позже, до наших дней) согласились с некоторыми эпохальными и резкими решениями макрополитического и макроэкономического характера, обсуждёнными, а затем принятыми большинством членов "Трёх Глаз" и членов связанных УР-лож консервативно-олигархического направления, в том числе "Роза Ветров", "Гебура", "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Левиафан", "Пан-Европа", "Кольцо", "Валгалла", "Парсифаль", а затем "Белый Орёл" (с 1978) и "Хатхор Пентальфа" (с 2000). Тем не менее каждый из них участвовал в масонско-идеологической девальвации прогрессивной демократии как таковой и требовал надёжно передать власть в руки просвещённых и знающих олигархов.

Действительно, именно этот круг олигархических Ур-лож способствовал на Западе[118] постепенной культурной девальвации роли государства, по сравнению с частным бизнесом, а также истощению/отступлению существенного суверенитета народа в пользу эффективной власти, сконцентрированной в руках государственных, полу-публичных и частных институтов, всё менее и менее выборных и/или контролируемых непосредственно электоратом.

Не все члены этих Ур-лож одобрили определённые подрывные, террористические стратегии, чтобы на протяжении десятилетий достичь желаемого результата и остановить длинную полосу демократии, но подавляющее большинство из них в той или иной степени сотрудничали в создании атмосферы эрозии внутри демократических институтов, как таковых.[119]

Цепь олигархических Ур-лож (в которых находились самые видные члены пресловутого финансово-военно-промышленного комплекса, о котором мы неоднократно упоминали) во главе с ложей "Три Глаза", во-первых, с приходом в Белый дом Ричарда Никсона смогла справиться с неизбежной проблемой окончания войны во Вьетнаме (всё более непопулярной в Соединённых Штатах и остальной части планеты) не спеша и в полном комфорте, позволив многим членам ещё долгие годы извлекать огромную прибыль от военных и гражданских поставок, вызванных войной.

В 1973 году (январь-март) состоялось подписание Парижских мирных соглашений, которые положили конец интервенции США на вьетнамском фронте и привели к постепенному выводу звёздно-полосатых войск.

Тем не менее только в июле 1975 года Конгресс США принял решение о полном сокращении военно-экономической помощи, которая, хоть и в ограниченной форме, продолжала поступать в дискредитированные и коррумпированные правительственные структуры Южного Вьетнама.

С другой стороны, войска не менее коррумпированного (и, безусловно, более идеологически тоталитарного) правительства Северного Вьетнама захватили столицу Южного Вьетнама Сайгон ещё в апреле 1975 года. А 2 июля 1976 года весь Южный Вьетнам был присоединён к государству, управляемому коммунистическим диктатором Тон Дык Тхангом (1888-1980, занимал высший пост Демократической Республики Вьетнам после смерти Хо Ши Мина в 1969 году), которое с этого времени будет называться Социалистической Республикой Вьетнам.

СССР и Китай, которые приложили огромные усилия, оказывая военную и экономическую помощь северным вьетнамцам и Вьетконгу (помощь постепенно увеличивалась по мере того, как американская помощь южным вьетнамцам уменьшалась, но международные военные корпорации и различные другие связанные с ними отрасли продолжали получать важные обороты до последнего, несмотря на растущий раскол в администрации США), одержали важную победу по содержанию и имиджу, в то время как Соединённые Штаты Америки вышли с подмоченной международной репутацией и коллективным моральным духом, подорванным вьетнамским конфликтом.

Конечно, всё пошло бы совсем по-другому, если бы в 1969 году в Белый дом пришёл Роберт Кеннеди со своими великими избирателями в фартуках.

На самом деле, масонский прогрессивный круг (про-кеннедиевский) во главе с Ур-ложами "Томас Пейн", "Христофор Колумб", "Иоанн", "Монтескье", "Даат", "Симон Боливар", "Гедулла", "Зелёное Братство", "Хайрем Роудс Ревелс", "Ньютон-Кейнс", "Бенджамин Франклин", "Кэррол из Кэрролтона", планировал закончить вьетнамскую войну немедленно, в 1969-1970 гг, и стабилизировать ситуацию во Вьетнаме на тех же условиях, что и в Корее (с 1953 года), с окончательным разделением региона на Северный Вьетнам и Южный Вьетнам. Это, тем не менее, увеличило бы демократическую трансформацию так называемой Республики Вьетнам со столицей в Сайгоне и очистило её от всех коррумпированных и плохих методов управления, из-за которых власть была неподотчётна многочисленным жителям страны. Такой мир (по своей природе совершенно противоположный тому, который был заключен Киссинджером и компания в январе 1973 года в Париже, который предусматривал позорное отступление Америки после бесчисленных жертв молодых жизней как американских, так и вьетнамских, и который был предвестником последовавшей военной катастрофы, связанной с полной победой Северного Вьетнама) был бы заключён непосредственно с Китаем и СССР, как с самыми разумными и наиболее миролюбивыми державами, и предусматривал бы решительную защиту южновьетнамской республики, не расколотой недовольством местного населения.

Короче говоря, великие масонско-либеральные избиратели Роберта Кеннеди планировали установить мир во Вьетнаме с 1969 по 1970 год, не пасуя перед Северным Вьетнамом, СССР и Китаем, экономя много жизней и государственных денег для обеих сторон, продвигая перед мировым общественным мнением подлинно либертарианское и демократическое возрождение Южного Вьетнама (совершенно противоположное тому, что делали сайгонские власти с 1955 года, с их авторитарно-фашистским антикоммунизмом), что должно было стать в их намерениях флагманом нового гуманистического и прогрессивного курса США.

Вместо этого мирные соглашения, подписанные в Париже масоном из "Трёх Глаз" Генри Киссинджером (де-факто полномочным представителем никсоновской внешней политики в качестве советника по национальной безопасности, с ещё большими полномочиями, чем даже у госсекретаря Уильяма Роджерса), были продиктованы хитрым, циничным и совсем не гуманитарным изменением стратегии верхушки картеля Ур-лож, которые контролировали администрацию США в то время.

Но давайте вернёмся немного назад.

Как мы уже отмечали ранее, суперложа "Три Глаза" возникла между 1967 и 1968 годами с задачами: предотвратить развитие движения 1968 года в США и по всему миру; остановить/противодействовать политическому, культурному и медийному росту таких личностей, как Роберт Кеннеди и Мартин Лютер Кинг; реализовать условия для олигархической инволюции западной и мировой власти.

Преследуя эти цели, "Три Глаза" также взяла на себя ответственность за защиту интересов того финансово-военного комплекса, который не хотел слишком быстрого завершения вьетнамского конфликта с 1969 года.

С другой стороны, начиная с 1971 года (по собственной инициативе "Трёх Глаз" и, в частности, ряда масонов, собравшихся под руководством Дэвида Рокфеллера, стремящегося, как никогда, проникнуть финансово и экономически вместе со своими братскими партнёрами на огромную территорию Китая), Никсон и Киссинджер усердно работали над тем, чтобы улучшить дипломатические отношения между США и Китаем.

Масонское проникновение в Китай

Именно во время своих путешествий в июле и октябре 1971 года масон Киссинджер примет в ложу "Три Глаза" высших представителей китайской номенклатуры — Чжоу Эньлая (главу правительства) и некоторых его соратников, в то время как масонское посвящение Дэна Сяопина произойдёт только в 1973 году.

Приём других деятелей китайского истеблишмента в могущественную Ур-ложу, смотрящую на Восток, происходил как во время поездки Ричарда Никсона в феврале 1972 года (с участием молодого, но авторитетного брата-соратника Киссинджера, Уинстона Лорда), так и в последующие годы, когда Киссинджер, Лорд и новый президент Джеральд Форд (который уже был в Китае в 1972 году в качестве лидера республиканцев в Палате представителей) вернулся в страну Дракона.[120]

Неотъемлемой частью политико-дипломатических и экономико-финансовых соглашений, оговоренных под сенью циркуля и угольника между эмиссарами "Трёх Глаз" и членами китайской номенклатуры, было вступление Китайской Народной Республики в ООН (ноябрь 1971 г.) вместо Китайской Республики (Тайвань) и заключение договоров в январе 1973 г. (в Париже), которые фактически передали Вьетнам коммунистической гегемонии, хотя в последующие годы между Китаем и Социалистической Республикой Вьетнам будут постоянные военно-политические трения.

Всё это входило в планы, созревшие в неоаристократическом масонском кругу, в котором "трёхглазая суперложа" была условным идеологическим и оперативным авангардом. Однако эти планы были несколько нежелательны для некоторых Ур-лож той же самой сети: "Гебура" и "Левиафан" — особенно заинтересованных в продлении ещё на несколько лет военно-экономического присутствия американской администрации во Вьетнаме.

В общем, "Три Глаза" и большинство других международных олигархических мастерских, которые мы уже упоминали ("Роза Ветров", "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Пан-Европа", "Кольцо", "Валгалла", "Парсифаль"), единодушно ожидали и других барышей, политических и экономических, после постепенного мирного проникновения их интересов в Китай и на Дальний Восток (в рамках постепенного открытия границ гигантского Китая западному миру). Однако "Гебура" и "Левиафан" меньше интересовались такой перспективой и стремились к продолжению войны во Вьетнаме, чтобы сохранить свои стратосферные выгоды, связанные с экстраординарным военным производством и другим экономическим обменом с сайгонским режимом.

В этом конфликте между консервативными суперложами, естественно, участвовал парамасон Ричард Никсон, президент США, у которого каждый из претендентов пытался добиться господства своей точки зрения.

В итоге выиграли пацифисты, но послушание Никсона по отношению к ним спровоцирует беспощадную месть Ур-лож "Гебура" и "Левиафан", которые станут главными кукловодами, стоящими за Уотергейтским скандалом (1972-1974), который в конечном итоге приведёт к отставке президента-республиканца 9 августа 1974 года.[121]

Появляется Трёхсторонняя комиссия

После успехов на китайской земле масоны "Трёх Глаз" решили создать новое парамасонское общество — Трёхстороннюю комиссию, основанную 23 июня 1973 года. Дата была выбрана не случайно, среди прочего, чтобы отметить связь со следующим 24 июня — днём, когда отмечается святой Иоанн Креститель и в котором в 1717 году была основана Великая Ложа Лондона и Вестминстера — учреждение, из которого формально ведёт начало своего рода современное масонское возрождение на платформе прошлого из эпох античности, Средневековья, Ренессанса и XVII века.

Даже с символическим выбором дня основания масоны "Трёх Глаз/Трёх Архитекторов", которые создали Трёхстороннюю комиссию, хотели намекнуть "тем, у кого были глаза, чтобы видеть, и интеллект, чтобы понимать", что их полумирское (и тем не менее всё равно полумасонсое) общество собирало под свои знамёна (за день до этого) всю масонскую современность и современный мир.

И хотя эта самая современность отстаивала светскую и секуляризующую победу теократического и клерикального "Старого порядка", тем не менее, она должна была смягчить её чрезмерно демократический и народный масштаб.

Короче говоря, даже играя на символике дат, мастера-каменщики-основатели Трёхсторонней парамасонской комиссии хотели занять свое место на рубеже прошлого и настоящего: достаточное современное, чтобы отвергнуть древний общественный порядок, в котором масонство ещё не было гегемоном, достаточно постмодернистское в определении постдемократической и неолигархической власти на Западе и во всём мире – в общем, этакий футуристический стиль правления, при котором проявился бы в других реалиях древний и средневековый аристократический обычай требовать для себя суверенитета и власти на иерархической основе.

ТК (Трёхсторонняя комиссия), по задумке масонов TГ ("Три Глаза"), должна была стать удобным средством для работы в мирской среде без каких-либо опасений строго масонского характера; видимым и официальным органом (не таким секретным и намного более открытым и экстравертным, чем другие парамасонские общества, как Богемский клуб или Бильдербергская группа и т. д.), чтобы скрыть себя как секретную суперложу (согласно эзотерической максиме, что нет лучшего способа скрыть что-либо, кроме как выделить значительную, но не исчерпывающую часть этого);[122] место, где можно принимать в свои ряды немасонов международной тусовки, некоторых — в условном порядке и для условных целей (субъекты, предназначенные для того, чтобы оставаться полностью непосвящёнными и маргинальными в процессах принятия решений, управляемых и приводимых в действие из первых рук), других — для более длительной и непрерывной работы (ценные парамасоны во всех отношениях, даже если они никогда не допускались до самых далёких комнат управления), третьих, наконец, подвергали оценке в течение ряда лет, прежде чем допустить во внутренний круг ТК, а затем также к его sancta sanctorum[123], или собственно в Ур-ложу "Три Глаза".

Как читатель может сам понять, сравнивая наши частичные откровения о некоторых членах суперложи ТГ с более или менее известными именами официальных членов парамассонского общества ТК, только некоторые из первого списка также фигурируют во втором.

Действительно, несколько масонов "Трёх Глаз" не были и вовсе не заинтересованы в том, чтобы выйти даже частично из поля абсолютной тени, которую может гарантировать членство в УР-ложе.

Другие, однако, всегда считали, что могут лучше защитить секретность своей масонской фигуры в строгом смысле, выставляя напоказ свою принадлежность к масонским кругам мира в широком смысле, а именно к неоднократно упоминаемым парамасонскими обществам.

Трёхсторонняя комиссия после того, как её основатели из "Трёх Глаз" установили конфиденциально многообещающие и плодотворные отношения с коммунистическим Китаем, официально представилась организацией, способной связать Северную Америку и Европу с Японией (позже с Азиатско-Тихоокеанским районом в целом), то есть сетью, способной соединять между собой самые продвинутые индустриальные районы земного шара, территории, управляемые так называемой рыночной экономикой и парламентско-демократическими институтами.

На самом деле, как можно было бы наглядно понять в 1975 году сначала с редакцией и неофициальным обсуждением проекта документа, затем с представлением официального отчёта перед тем же собранием ТК 30-31 мая 1975 года в Киото, Япония, наконец, с редакционной публикацией этого исследования в New York University Press, намерения трёхсторонников (под руководством внутреннего круга масонов "Три Глаза") были, прежде всего, направлены на реструктуризацию/деструктуризацию западных демократий в элитарном, олигархическом, иерархический и антинародном ключе, тем не менее, выставляя этот проект как своего рода защиту демократических систем в состоянии кризиса из-за множества врагов как внутренних, так и внешних, крайне правых и крайне левых.

Исследование 1975 года, о котором мы говорим, называлось "Кризис демократии. Доклад об управляемости демократий".[124] Мы привели отрывок в эпиграфе этой главы. Отрывок, который заканчивается тревожным заявлением о том, что "лечить демократию ещё более высоким уровнем демократии — всё равно, что тушить огонь бензином ".

Антидемократический манифест

Инсайдеры не могли не заметить олигархического посыла такого исследования-манифеста[125]. И это, несмотря на двусмысленную и формальную озабоченность о защите демократии от её собственных скрытых противоречий, с которыми его представили и защищали от многих полученных критических замечаний.

Критика, конечно, в основном шла со стороны прогрессивных и/или умеренных масонских кругов, в любом случае искренне либерально-демократических.

В этом месте, однако, важно отметить, что документ, официально представленный на весенней ассамблее Трёхсторонней комиссии, состоявшейся в Киото 30-31 мая 1975 года под видом обычного собрания учёных, заботящихся и размышляющих о продолжающемся демократическом кризисе на Западе, был фактически предопределён уже несколькими годами ранее на самых конфиденциальных заседаниях Ур-ложи "Три Глаза".

И предопределён (как свидетельствуют архивы этой суперложи, которые её раскаявшиеся и самокритичные члены позволили нам углублённо изучить) в выражениях даже гораздо более грубых, циничных и пренебрежительных, чем это появляется на чётких и недвусмысленных страницах трёхстороннего доклада.

Фактически в ложе "Три Глаза" состояли не только три основных автора доклада об управляемости демократий: масоны Мишель Крозье, Сэмюэл П. Хантингтон, Дзёдзи Ватануки, – но и другие деятели, которые работали над ним коллегиально не только с 1974 года (как он было официально обнародован), но ещё с 1967-1970 годов, в тайных комнатах "трехглазой ложи". Мы имеем в виду масонов: Збигнев Бжезинский (в 1975 директор Трёхсторонней комиссии), Роберт Р. Боуи (Гарвардский университет), Джеймс Корнфорд (Эдинбургкский университет), Джордж С. Франклин (секретарь Трёхсторонней комиссии по Северной Америке), Джерард К. Смит (председатель Трёхсторонней комиссии по Северной Америке), Тадаси Ямамото (секретарь Трёхсторонней комиссии по Японии), Ясумаса Танака (токийский университет Гакусюин), Эрвин Шойх (Кёльнский университет), Карл Кайзер (директор исследовательского института немецкой секции Совета по международным отношениям), Сеймур Мартин Липсет (Гарвардский университет), Джон Майзел (канадский университет Куинс).

На первых страницах доклада, который затем стал книгой, наряду с этими привычными персонажами международной олигархической масонской сети, упоминались как видные деятели того времени для демонстрации гипотетических плюралистических дебатов о кризисе демократии, также две иконы прогрессивного масонства США: Артур Мейер Шлезингер и Дональд Маккей Фрейзер.

На самом деле, последние двое участвовали в межмасонских дебатах на эту тему (их пригласили масонские собратьями из "Трёх Глаз"), но они совершенно не соглашались с элитарными и криптоаристократическими выводами, которые прописали и предложили с разными нюансами Крозье, Хантингтон, Ватануки, Бжезинский и другие.

Однако с 1968 по 1975 год жребий уже был брошен на уровне самых влиятельных планетарных масонских элит олигархико-консервативной ориентации. И мы говорим, кроме того, об элитах, состоящих из персонажей, номинально близких к непосвящённым политическим позициям как правых, так и центральных или левых, как мы уже подчёркивали, в доказательство того, что обычные категории сохранения/прогресса правых/левых не всегда совпадают с их аналогичными масонскими категориями, гораздо более глубокими и существенными в адресации поведения отдельных лиц и групп.

Нил Армстронг: масон на Луне

За исключением этих проектов олигархической инволюции западного общества, длинная прогрессивная полоса, созревшая в 60-е годы, тем не менее, привела бы в начале 70-х к целому ряду новых социокультурных явлений и невиданных экономических, профсоюзных, гражданских и политических прав для множества людей, которые были лишены этого в прошлом, и для граждан в целом (именно это и беспокоило неоаристократических масонов "Трёх Глаз" и прилегающих масонских кругов).

С точки зрения научно-технического прогресса, в США космические исследования были обильно профинансированы при администрации Джонсона (1963-1969), которая возобновила амбициозные программы, уже запущенные покойным Джоном Фицджеральдом Кеннеди.

Результатом этих усилий была оглушительная высадкой первого человека на Луну 21 июля 1969 года. Хотя радикальные конспирологи утверждают, что это была медийно-голливудская постановка, а умеренные признавали прибытие людей на лунный спутник, но откладывали его во времени или полагали, что кадры, которые транслировались по всему миру в июле 1969 года, были обычной любительской постановкой: то есть высадка действительно состоялась, но кадры якобы постановочные, потому что официальная съёмка недостаточно презентабельна и эффектна в эстетическом плане.[126]

Главным героем этой первой официальной высадки на Луне летом 1969 года был масон Нил Армстронг (1930-2012), экуменический член как "Трёх Глаз" (с 1968 году), так и ранее той же международной мастерской, в которой состоял президент Джонсон, "Янус".

Действительно, весь масонский мир охватили большой энтузиазм и гордость за то, что благодаря работе Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (Nasa) удалось воплотить в жизнь мысль Джордано Бруно.[127] Мало того, что теперь на доктринальном уровне была установлена однородность пространства и его физических законов между планетами, но наконец человек поднялся на ту первую ступень, которая привела бы его к возможности непосредственно исследовать бесконечные миры в бесконечных пространствах, как это сделал Ноланец.[128]

Жаль, что в более земном плане лозунг, вдохновлённый анархоидным масоном Гербертом Маркузе (марксистским социалистом, критикующим империалистический капитализм, но также антисоветчиком, противником авторитаризма и репрессий), а именно "Вся власть воображению", которым в 1968 году радостно размахивали, как оружием революции, после убийств Мартина Лютера Кинга и Роберта Френсиса Кеннеди был не более чем бархатной утопией. И особенно после коварных идеологических манипуляций и подмен, которые превратили эпигонов этих пацифистских и ненасильственных протестных движений в индивидуальные и коллективные вместилища насильственных, антидемократических и террористических побуждений.

К власти после 1968 года, как горько заметили бы все те, кто хотел вылечить демократию более высоким уровнем демократии, пришло не воображение, а циничный, холодный и неоаристократический реализм Генри Киссинджера, Дэвида Рокфеллера, Збигнева Бжезинского и братьев-соратников более консервативных и реакционных Ур-лож.

Глава 6. Chaos ab Ordine et Ordo ab Chao[129] (1967-1981)

В которой рассказывается о том, как реакционные и консервативные Ур-ложи разработали и реализовали проект трансформации демократии, различные планы дестабилизации, реализованные как в Европе, так и в Южной Америке, и рассказывается об Италии, полигоне борьбы и экспериментов нового неоаристократического политического порядка.

"Их всех арестовали, это диктатура", – с тревогой сказал водитель такси, который на рассвете мчал нас из аэропорта в Афины. Военные посадили в тюрьму правых и левоцентристов, а также крайне левых, политиков и интеллектуалов. [...] Когда утром в 5.30 по местному времени зафрахтованный нами самолёт прибыл в коррумпированное небо Афин, аэропорт был вновь открыт для международного сообщения всего несколько мгновений назад. Наш крошечный, танцующий "Lear jet" был первым самолётом, приземлившимся после путча. [...] Транзитный зал представлял собой бивуак пассажиров, спавших на диванах и даже на полу. Подъехав к Афинам, мы увидели, что город оживился, но люди напрасно штурмовали киоски газетчиков: публикация всех газет была приостановлена до установления нового порядка. Редакции левых газет закрыты, даже их вывески сняты. [...] Кажется, что каждый стремился показать равнодушие, но вокруг витал странный, мучительный воздух. [...] Военные крепко держат ситуацию в руках. Переворот свершился в соответствии с проверенными ближневосточными образцами. Потребовалось всего несколько часов, чтобы убрать символы и представителей демократической системы. [...] Со вчерашнего дня в Греции снова применяются пытки и смертная казнь за политические преступления.

Игорь Ман, статья в "Ла Стампа" от 22 апреля 1967 г.

Сегодня полковники Джорджо Пападопулос и Никола Макарезос начали выполнять свою программу действий. И они предприняли, мягко говоря, особые меры, которые не находят отклика ни в одной другой стране мира: по согласованию с министром образования, министр внутренних дел предписал студентам усердно посещать пасхальные религиозные церемонии. Это ещё не всё: в школах запрещены длинные причёски, мальчики обязаны стричь волосы, а девочкам запрещается надевать мини-юбки, все ученики по воскресеньям обязаны посещать мессу. Инспекторы и директора будут нести ответственность за соблюдение этих правил, которыми студентам также запрещается играть в бильярд. Родина, церковь, семья. Другие меры требуют, чтобы все главы семей в течение 48 часов сообщали о лицах, которые были их гостями. Не все "диверсанты" арестованы, многие прятались у друзей, сумев избежать ареста, поскольку полиция, по-видимому, предоставила военным только часть списков, находящихся в её распоряжении. До сих пор аресты производились по старым спискам, относящимся к эпохе гражданской войны и не полностью обновлённым армейской информационной службой.

Игорь Ман, статья в "Ла Стампа" от 25 апреля 1967 г.

Из всех глав правительств Латинской Америки мы считали Альенде самым пагубным для интересов нашей страны. Он был явным сторонником Кастро и выступал против Соединённых Штатов. Его внутренняя политика представляла угрозу для чилийской демократии и прав человека.

Генри Киссинджер, Годы обновления

Один из самых последних и драматичных эпизодов переплетения политической и эзотерической культуры – Аргентина 70-х годов. Между последним правлением Перона и появлением военной диктатуры, ведущей к desaparecidos,[130] удручённая поражением с Англией в 1982 году, выделяется фигура колдуна Хосе Лопеса Реги, наиболее слушаемого советника генерала и его жены Изабелиты (которая сменила его). Он заканчивает свою карьеру в качестве министра социального обеспечения. [...] Хосе Лопес Рега – колдун, эзотерик и астролог. [...] Таким образом, один из самых драматических процессов восстановления политической власти в современной истории сильно отдаёт двусмысленностью, которая лучше всего характеризует Лопеса Регу. Он основывает (в 1974) ААА (Антикоммунистический Альянс Аргентины) и одновременно готовит теракты против левых лидеров и боевиков ещё эпохи Перона. [...] На самом деле Лопес Рега, безусловно, более сложный персонаж. После смерти Перона Изабелита заступила на пост президента, а Рега стал министром социального обеспечения, вторым человеком после Перон: "Как и предыдущие правительства, он будет пользоваться теми же методами для решения всё более серьёзной проблемы безмерного роста городских пригородов: полицейские наряды, принудительных выселения, пытки, убийства". [...] Важнейшее доказательство связи между оккультизмом и политикой в Латинской Америке, однако, связано с одной из самых мрачных страниц современной истории этого континента, на которой движение, которое породило надежды и мобилизовало энергию, истощается и приводит к диктатуре, когда систематическое использование пыток не имело прецедентов, в то время как феномен "пропавших без вести" породил явление, которое и поныне остаётся в истории политики. [...] Уже упомянутое недавнее исследование обогащается опытом Камбарери в Бразилии, где "Великое мировое белое братство Архангела Михаила" основывает "святой город" у Сан-Роке, подпитываемый огромными доходами самого Камбарери, ставшего астрологом и фактотумом коррумпированного губернатора Сан-Паулу Адемара де Барроса, который даже хотел стать президентом Бразилии. [...]Корвизьери заканчивает: "Камбарери, несомненно, имел в прошлом прекрасные отношения с Пероном. Также необходимо прояснить вопрос о том, проявились ли симпатии Перона к определённым персонажам "чёрного" эзотеризма уже во время встречи с Камбарери или созрели позже, когда появился Хосе Лопес Рега. После отстранения Перона Лопес Рега стал часто ездить в Бразилию. Так говорит Джанкарло Элиа Валери, человек, который позже познакомит его с Личо Джелли. Весьма вероятно, что колдун был приверженцем создания перонистского ополчения в Бразилии. Как Камбарери и Крумм-Хеллер, он увлекался так называемой "наукой о запахах". Присутствие Личо Джелли в Сан-Паулу датируется 1950 годом. В течение двух десятилетий Камбарери, Лопес Рега и Личо Джелли часто работали в одной и той же сфере, в одних и тех же местах, очень похожими способами и с общими целями. Камбарери не дожил до триумфального возвращения к власти своего друга Хуана Перона. Он умер от сердечного приступа в октябре 1972 года. Месяц спустя, 17 ноября, специальный самолет Alitalia доставил в Аргентину лидера, его жену Изабелиту, Лопеса Регу, Личо Джелли и 150 других друзей. Если бы его не сразил сердечный приступ, Камбарери, безусловно, тоже бы находился в той "тёплой компании". Уже было видно, что будет дальше.

Джорджо Галли, Магия и власть

Сначала мы уничтожим бунтарей, затем их соратников, затем сочувствующих, затем равнодушных и, наконец, нерешительных.

Фраза, произнесённая в 1977 году Иберико Сен-Жаном и также приписываемая Хорхе Рафаэлю Виделе

Видела был первым из четырёх диктаторов, которые по очереди входили в военную хунту, правившую Аргентиной с 1976 по 1983 год. Но помимо того, что он дольше держался за власть, он был автором всей трагедии: безграничной войны с противниками, террора между знакомыми и простыми соседями "врагов", техники убийств без оставления следов, таких как так называемые полёты смерти, когда тела убитых сбрасывались с самолётов в Рио-де-ла-Плата; именно ему принадлежит безумная идея отнимать младенцев у девушек, приговорённых к смерти, и отдавать их на усыновление семьям, дружественным режиму. [...] При упоминании Хорхе Видела вспоминается также лукавство, с которым в первые годы правления ему удалось выставлять военную Аргентину "терпимой", по сравнению с другими диктатурами. Двусмысленное поведение итальянских правительств того времени является одним из примеров: мы были бескомпромиссны с чилийскими путчистами (и открыты для принятия беглецов), но снисходительны к Виделе и его соратникам, вплоть до отказа от принятия беженцев в наших дипломатических штабах. Италия исторически имеет прочную связь с Аргентиной, но у этого обстоятельства есть особая деталь – принадлежность Виделы и других аргентинских генералов к ложе "П2" Личо Джелли и влияние последнего на нашу дипломатию и средства массовой информации.

Рокко Котронео, статья в "Коррьере делла сера" от 18 мая 2013 г.

Прилагательное "демократический" означает, что из настоящего плана исключены любое стремление или даже тайное намерение свержения системы. С другой стороны, планируется оживить систему путем привлечения всех институтов в соответствие с Конституцией: от государственных органов до политических партий, прессы, профсоюзов и граждан-избирателей. План состоит из краткого указания целей, разработки альтернативных процедур реализации и, наконец, перечисления краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных программ. Следует также отметить для ясности, что среднесрочные и долгосрочные программы предусматривают некоторые изменения в Конституции после восстановления основных институтов.

Политические партии, пресса и профсоюзы являются объектом возможного напряжения в плане финансово-экономического маневра. Наличие цифр, не превышающих 30 или 40 миллиардов, кажется достаточным для того, чтобы добросовестные и хорошо отобранные люди могли занять ключевые позиции, необходимые для их контроля. Правительство, судебная власть и парламент представляют собой следующие цели, доступ к которым можно получить только после успешного результата первой операции, даже если эти два этапа обязательно будут пересекаться и взаимно смешиваться, как будет видно при обработке действий. Основной целью и необходимым условием операции является создание клуба (типа "Ротари" из-за неоднородности компонентов), в котором на высших уровнях стоят деятели, предприниматели и финансовые работники, представители либеральных профессий, государственные администраторы и судьи, а также очень немногие и избранные политические деятели, которые не превышают количество 30 или 40 человек. Люди, которые являются его частью, должны быть однородными по своему настрою, бескорыстности, честности и моральной строгости, таким образом, чтобы составить настоящий комитет гарантов по отношению к политикам, которые возьмут на себя бремя реализации плана, и по отношению к дружественным национальным и иностранным силам, которые захотят его поддержать. Важно сразу же установить связь с международным масонством.

Ложа "П2", План демократического возрождения

Политическая ситуация в Италии характеризуется высоким уровнем нестабильности из-за одновременного воздействия трёх причин: а) очень серьёзный экономический кризис из-за повышенных требований к заработной плате, плохой работы на местах, низкого соотношения нынешнего населения и рабочей силы (36,5%), увеличение затрат на источники энергии, бегства капиталов за рубеж в страхе перед будущим; б) кризис морали из-за ошибки, совершённой, прежде всего, радикальными и светскими элементами гражданского общества, считающими, что страна с историей, подобно итальянской, созрела для того, чтобы внезапно подняться на уровень Северной Европы благодаря неуклюжим действиям средств массовой информации; в) политический кризис внутри самих партий из-за трудности адаптации к изменениям, произошедшим в социальной сфере, которая имеет тенденцию проявляться в большом среднем классе, за исключением небольшой верхней прослойки получателей больших доходов и весьма многочисленной нижней прослойки южных субпролетариев. Очевидным следствием нестабильности является сильная тенденция каждого отдельного гражданина к более активному участию в общественной жизни не для того, чтобы брать на себя часть ответственности, а чтобы лишить нужных людей власти.

Ложа "П2", Меморандум о политической ситуации в Италии

У нас с "П2" вся Италия была в руках. У нас были армия, финансовая гвардия, полиция: ими командовали из масонской ложи "П2". [...] Мы не собирались нападать, и мы не могли нападать, но мы сохраняли бдительность, чтобы не возникла Коммунистическая партия.

Личо Джелли, интервью Клаусу Дави 2008 года

Я фашист и умру фашистом.

Личо Джелли, заявление от 31 октября 2008 г.

Почти ровно сорок лет назад президент Ричард Никсон оказал мне честь отправить в Пекин, чтобы восстановить отношения со страной, имеющей первостепенное значение в истории Азии, с которой Америка не имела контактов на высоком уровне более двадцати лет. Для Америки причина этой открытости заключалась в необходимости предложить нашему народу видение мира, способное преодолеть трагедию Вьетнама и мрачные перспективы холодной войны. Китай, хоть и был союзником Советского Союза, находился под угрозой агрессии со стороны Москвы и стремился обеспечить пространство для манёвра, которое позволило бы ему противостоять ей. С тех пор я возвращался в Китай более пятидесяти раз...

Генри Киссинджер, О Китае

ВОММП – это план мирового масонского правительства. Второй сезон перонизма вскоре покрылся морщинами. Задолго до того, как они превратились в язвы, Джелли придумал ВОММП, Всемирную организацию масонской мысли и помощи (Рим, 1 января 1975 г.), (по-английски "Womta"). Её создание и внезапные сумерки совпали с периодом, когда Джелли из организационного секретаря стал досточтимым мастером ложи "П2". Однако "Великий Восток Италии" не играл прямой роли в развитии ВОММП. На основании имеющейся документации можно сказать, что это инициатива Джелли, который положил опыт реставрации Перона во главе Аргентины: создание культа личности и воли. Даже идея, запуск и внезапный закат ВОММП ставит вопросы, которые всегда задаются тем, кто путешествует по упомянутым здесь событиям: был ли Джелли одиночкой или он действовал вместе (если не по наказу) других? А кого? Переход от "Масонской пропаганды" к ВОММП сначала кажется даже более продолжительным, чем переход Рим – Буэнос-Айрес – Мадрид, чтобы вернуть Перона на пост президента Аргентины. Промоутер заявил, что ВОММП намеревался "помочь и поднять моральные, духовные и материальные условия человека и человеческой семьи, действуя в соответствии с этическими принципами, присущими масонскому учению". "Возникновение и распространение противоречий и споров, как национальных, так и международных, порождённых расхождениями, часто бесполезными и несущественными, приводящими к пароксизмальной напряжённости, которая теснит всё человечество, угнетённое многолетними вооружёнными конфликтами и кровавыми распрями, атрофирует моральные и социальные ценности, расстраивает совесть и ум современной молодёжи, обостряет и без того острое безразличие к той части человечества, которая и так прозябает в самых тяжёлых условиях жизни". В течение некоторого времени, утверждал Джелли, "великая масонская семья" ощущала "непреодолимую необходимость создать организм мирового дыхания, способный взять на себя деликатную и обременительную задачу поддержки распространения масонской мысли [и] внести свой вклад в международную помощь, направленную на предотвращение вредных и необратимых последствий нынешнего разрушения высших человеческих ценностей". [...] Было символично, что инициатива исходила из Италии, земли с мировым значением, хотя с военной и политической точки зрения она была периферией Запада. Таким образом, ВОММП была задумана как многовековая рука вольных каменщиков. Статья 1 его Конституции действительно гласит, что она руководствуется "философскими принципами мирового масонства"; в статье 2 "она продвигает демократический принцип в политическом и социальном устройстве, руководствуется триединством Свобода-Равенство-Братство, содействует раскрытию знания о масонской мысли и учении среди непосвящённых. [...] Однако, в отличие от собственно масонских организаций, ВОММП предусматривала не посвящения, а экономические, социальные, культурные мероприятия и встречи экспертов, съезды, но без каких-либо ритуалов. [...] ВОММП, например, предлагала "помощь в решении проблем международного масштаба путём координации всех масонских сил соответствующих стран, чтобы способствовать и, возможно, достичь справедливого состава претензий, разногласий и трений, вызванных причинами политического, экономического, социального и религиозного характера". [...] Джелли считал, что мобилизация масонства на борьбу с тяжелейшей внутренней и международной напряжённостью [...] может постоянно применяться соответствующим органом, признанным как масонскими "силами", так и международными организациями, основанными на масонских принципах, начиная с ООН и её "агентств": ФАО, Мот, ЮНЕСКО, ВОЗ, Всемирная торговая организация... Созданная по инициативе итальянца ВОММП стала оригинальной креатурой в общей истории масонства. Принципы, разделяемые внутри храмов, превращались в программу действий во внешнем мире, почву для проверки их эффективности. Мало было доказать свою "правоту" в ложах. Надо было показать на фактах, что краеугольные камни традиции: свобода, терпимость, диалог, взаимное сотрудничество, дипломатическое урегулирование межгосударственных конфликтов – не красивые слова для элитарных кругов, а настоящие ценности, разделяемые толпами и работающие в повседневной реальности. [...] ВОММП разделяла вызов, брошенный глобализацией всем школам мысли, философии, религии, церквям и "гражданской власти", то есть правительствам и международными организациям, в которых они признавались (или так заявлялось). [...] На рисунке Джелли, эмблема ВОММП состояла из земного шара, пересечённого двумя скрещенными руками (известным масонским знаком) и наконечниками копий, символизирующими четыре стороны света, в которые организация намеревалась перенести свои действия. Под планетой располагались угольник и компас – символы "точности, правды и верности". Цели ВОММП перекликались с преамбулой Устава Организации Объединенных Наций: содействие межгосударственному и международному сотрудничеству путём преодоления расовых, кастовых и религиозных предрассудков. [...] Преамбула Устава ООН – это чистая мысль, возникшая и развивавшаяся с момента зарождения современного масонства. Со временем она была положена в основу многочисленных организаций за всеобщий и вечный мир или, по крайней мере, за сдерживание и мирное урегулирование конфликтов. Таким образом, с созданием ВОММП Джелли шёл в русле устоявшейся традиции сопряжения идеальности и оперативности, утопии и реализации, но в то же время ускорил модернизацию и адаптацию средств к цели.

Альдо А. Мола, Джелли и "П2". Между хроникой и историей

Лишённая внимания широкой общественности в эпоху холодной войны, геополитика сегодня всё чаще выходит на первый план как средство понимания отношений, равновесия и новых ориентаций на международной шахматной доске. Важно определить те повседневные решения, которые всегда были основой современной политики. И тем более сегодня, в мире, где "скорость реализации сценариев" характерна для нашей эпохи, и вся местная политика в своё время является одновременно и отражением, и инструментом новой глобальной стратегии. Геополитика на самом деле – не просто картографическое представление отношений между основными державами. И она не исчерпывается простым анализом международных отношений. Скорее, как писал генерал Карло Жан, "геополитика – это особый анализ политики (особенно внешней политики национальных государств, но не только), проводимый в отношении условий, применяемых к ней географическими факторами, означающими не только и не столько собственно физические, как морфология пространства или климата, а больше совокупность взаимозависимых отношений, существующих между территориально отдельными политическими образованиями и их компонентами". Короче говоря, геополитика – это совокупность отношений, которые существуют между проведением политики власти, разработанной на международном уровне, и географической и геополитической картиной, в которой она осуществляется.

Джанкарло Элия, Нефть. Новая геополитика власти

23 июля 1976 года Кароль Войтыла отправился во вторую поездку в Северную Америку. В круговороте встреч и демонстраций его интерес всегда был сосредоточен на американских поляках. Среди них он также познакомился с одним из самых важных деятелей атлантических иностранных дел, польским профессором Збигневом Бжезинским. Одна из самых загадочных глав в жизни Войтылы – это тайная ось, которая связала его с Бжезинским, одним из самых влиятельных поляков в мире, советником по национальной безопасности президента Картера, основателем Трёхсторонней комиссии и по сей день (а также профессором американской внешней политики в Школе перспективных международных исследований Джона Хопкинса в Вашингтоне) очень авторитетного государственного деятеля до такой степени, что Барак Обама, его ученик в Колумбийском университете, считается его "креатурой". [...] Путешествие в Америку способствует усилению власти Войтылы в Ватикане, усиливая давление на Павла VI, чтобы польский кардинал стал центральной фигурой борьбы с коммунизмом. Монтини, безусловно, чувствительный к давлению американской дипломатии Картера и Бжезинского, имел отношения с американской разведкой с тех пор, как был государственным секретарем, и работал бок о бок с кардиналом Нью-Йорка Френсисом Спеллманом, рыцарем мальтийского ордена. [...] Американская администрация поддерживает Войтылу в качестве возможного кандидата на престол Монтини: первый шанс появляется в 78 году со смертью (29 сентября) Павла VI. [...] Когда Иоанн Павел I, всего через тридцать три дня понтификата, умирает, Бжезинский и окружение президента немедленно мобилизуют американскую епископальную конференцию и кардиналов США в пользу кандидатуры Войтылы. [...] Избрание Войтылы было невероятным успехом для Бжезинского, который смог задействовать религию в уничтожении советского блока. Теперь у него был козырь: папа-поляк, его личный друг.

Джакомо Галеацци, Ферруччо Пинотти, Неизвестный Войтыла. Первое расследование об Иоанне Павле II

Тот же девиз КОАА (Королевского общества по азиатским отношениям), Ordo ab Chao,[131] обозначает создание упорядоченной структуры из первоначальной хаотической ситуации. Если использовать каббалистическую терминологию, то речь идет о проблеме Йецира.

Паоло Лукарелли, Размышления об учении древнего и принятого шотландского обряда

В 33-й степени есть девизы: "Ordo ab Chao" и "Deus Meumque Jus"[132], которые указывают на то, что порядок возникает из первобытного хаоса, гармонично составляя себя в природе, Вселенной и человеке, и что Бог может быть замечен и проявлен в нём, и что масон может представлять его как своё право.

Эудженио Бонвичини, Степени масонства древнего и принятого шотландского обряда

1. Демонтаж демократии

Греция: переворот по заказу

Большая часть масонов, членов Ур-лож "Роза Ветров", "Гебура", "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Левиафан", "Пан-Европа", "Кольцо", "Валгалла", "Парсифаль" и обычных мастерских, которые в 1967-1968 решили создать ложу "Три Глаза", обычно прямо или косвенно принадлежали к шотландско-масонскому символизму.

Они хорошо знали два основных девиза древнего и принятого шотландского обряда: "Ordo ab Chao" и "Deus Meumque Jus". Прежде всего, они выбрали первый, "порядок из хаоса", чтобы сообщить с его помощью о действиях, направленных на глубокое преобразование западных обществ и всей планеты накануне третьего тысячелетия.

Но, будучи посвящёнными определённого свойства, они предполагали, что для создания нового порядка необходимо сначала погрузить прежний мир в "хаос". Другими словами, если вы хотите стабилизировать новую структуру, сначала необходимо дестабилизировать существующую.[133] Всё это с адекватной мудростью, предполагая прекрасное знание логики противоположностей и явлений, управляющих миром теней, объединённых и разъединённых форм: царства Майи[134] и временных и иллюзорных творений. Таким образом, они приступили к работе, полагая, что прекрасно знают, что происходит в глубине, а что на поверхности, какие, казалось бы, диверсионные акции на самом деле стабилизируют, а какие другие предполагаемые гаранты общественных интересов, напротив, способствуют неопровержимым частным заговорам.

Они начали с Греции, как и их эпигоны XXI века несколько десятилетий спустя. В Европе конца 60-х годов, помимо коммунистических авторитарных режимов, существовавших на востоке (Варшавский договор), наблюдалось две страны с недемократическими и нелиберальными правительствами фашистоидного происхождения: Испанию Франсиско Франко (1892-1975) и Португалию Антониу де Оливейра Салазар (1889-1970). В Испании диктатура просуществовала с 1939 по 1975 год с восстановлением только в 1978 году демократической Конституции, в то время как в Португалии так называемая "Революция гвоздик" 25 апреля 1974 года (возглавляемая прогрессивными военными масонами) положила конец режиму, установленному с 1932-1933 годов. С 1949 по 21 апреля 1967 года Греция была конституционной монархией с демократической парламентской системой, хотя и незаконченной, несовершенной и несколько взволнованной различными потрясениями.

После 21 апреля 1967 года греческий полуостров фактически управлялся военной хунтой (хотя в течение нескольких месяцев, до 13 декабря 1967 года, к нему присоединилась ненадёжная и прежде всего формальная власть нерешительного короля Константина II и его премьер-министра Константиноса Коллиаса), печально известной как "диктатура полковников".

Хунта приняла так называемый "учредительный акт" – формальный документ, который фактически отменил действующую конституцию, отложила sine die[135] разработку нового статута, приостановила выборную и парламентскую деятельность, дала правительству право управлять исполнением указов и открыла практику арестов и/или безнаказанных пыток реальных диссидентов или предполагаемых политических противников нового режима.

Эта ситуация была хорошо изображена в статьях Игоря Мана в "Ла Стампа", которые мы процитировали среди эпиграфов к этой главе. Как удалось осуществить такой переворот в демократической стране, входящей в НАТО с 1952 года? Между прочим потому, что НАТО, благодаря хорошим консервативным кабинетам некоторых членов Ур-ложи "Роза Ветров", которые на своих высоких постах имели определённое влияние, приняла в свои ряды Португалию диктатора Салазара даже среди членов-основателей 1949 года. Поэтому, несмотря на то, что эта авторитарная антиконституционная деятельность не была одобрена ни президентом США Линдоном Джонсоном, ни послом США в Греции, прогрессивным масоном Филлипсом Талботом (1915-2010, в Афинах с 1965 по 1969), она была спланирована эмиссарами олигархических масонских кругов, тайными членами будущей ложи "Три Глаза". Среди этих эмиссаров был также брат Джон М. Мори (1912-1983), начальник отдела ЦРУ в Афинах в 1967 году.

Для них было нетрудно посвятить острием меча от имени "Розы Ветров" ("Три Глаза" ещё формально не была сформирована как суперложа) тех, кто был выбран в качестве главных героев решительного и ценного авторитарного эксперимента в самом сердце Запада.

Так, до переворота и в процессе подготовке к нему были более или менее официально посвящены в масоны (из проверенных реакционеров и авторитаристов): Георгиос Пападопулос (1919-1999), Николаос Макарезос (1919-2009), Стилианос Паттакос (1912-2016), Димитриос Иоаннидис (1923-2010), Иоаннис Ладас (1920-2010), Георгиос Зоитакис (1910-1996), Одиссеас Ангелис (1912-1987) и другие основные действующие лица, исполнители и руководители так называемой греческой "диктатуры полковников".

Целью военного переворота 21 апреля 1967 года, а затем строительства ультраправой диктатуры, в намерениях её руководителей, было провести, насколько это возможно, серию экспериментов в сфере авторитарной политико-социальной инженерии в собственных странах и/или пограничных с демократическим западным блоком.

Реакционные фартуки против '68

Масонские олигархические круги, заказавшие греческий переворот, с большим удовлетворением отметили, что помимо невнятных протестов той или иной евроатлантической организации прогрессивной или даже центристской направленности (не говоря уже о том, что подняли щиты коммунисты и крайне левые, идеологически связанные с СССР и Китаем, не в последнюю очередь потому, что одна из официальных причин, названных греческими полковниками в средствах массовой информации в оправдание собственных деяний, была именно предполагаемая необходимость искоренить ещё более предполагаемое коммунистическое проникновение во все жизненно важные сферы греческого общества), ни у кого не нашлось сил и решимости, необходимых для свержения установленной диктатуры и восстановления демократии.

Дело в том, что, как следует из архивов наиболее важных прогрессивных Ур-лож, они между весной 1967 и началом 1968 года вместо того, чтобы оказывать давление на вечно нерешительного и слишком осторожного Линдона Джонсона, чтобы тот вмешался в Греции против фашистоидного режима (как воевал во Вьетнаме против коммунистов), движимые презрением и недоверием к действующему президенту, ждали избрания Роберта Кеннеди, чтобы принять решительные меры по этому вопросу.

Но Роберта Кеннеди убили. А в Европе никто не был готов приступить к решительному военному вмешательству, хотя дипломатическое, медийное и экономическое давление на режим полковников было организовано умело и, в конечном итоге, стало решающим фактором возвращения к демократии.

Тем временем, однако, неоаристократические масоны провели важный тест на скорость реакции своих антагонистов в целом и выявили нерешительность демократического сознания Запада в отношении возможных толчков в олигархическом и авторитарном направлении.

В 1968-1969 годах братья-неоаристократы одержали победу в США: Мартин Лютер Кинг и Боб Кеннеди навсегда выбыли из игры, в то время как масоны и парамасоны, преданные ложе "Три Глаза" (но также и другим олигархическим Ур-ложам), вступили в Белый дом.

Теперь речь шла о том (с точки зрения тех, кто позже воплотит в тексте "Кризис демократии" свои убеждения, созревшие ещё несколькими годами ранее), чтобы заглушить, обратить вспять, лишить влияния, нейтрализовать и пустить под откос длинную демократическую и прогрессивную волну, которая нашла горячее воплощение у народов и молодёжи в движениях 1968 года.

Проблема существовала как на западном, так и на восточном фронтах. Братья-реакционеры знали, что им приходится сталкиваться с протестной волной против всех консервативных и авторитарных ценностей (в поисках новых форм свободы и демократии), которая возникла из бит-поколения (50-е годы) и культуры хиппи (60-е годы), прежде чем вылиться в смелые движения 1968-го.

Они затаили злобу за майские события 1968 в Париже, но также и перед лицом аналогичных восстаний, которые объединяли пролетарские/рабочие слои, нонконформистов всех социальных слоёв, передовых политико-гражданских активистов, студентов, интеллектуалов, поэтов и художников во Франции, Германии, Италии, Латинской Америке, Японии и т. д. Также как они ненавидели радикальные последствия движений, борющихся за новые гражданские, социально-экономические и политические права в Америке и во всём мире.

Неизвестность неприсоединившихся стран

Проблема также касалась стран по другую сторону железного занавеса, стран Варшавского договора и его окрестностей, подвергшихся с 1964 года удушающей и свободоубийственной доктрине Брежнева, названной в честь масона Леонида Ильича Брежнева, лидера СССР и вместе с другими сотрудниками высших эшелонов КПСС, значительно связанных через УР-ложу "Жозеф де Местр" ленинской памяти с кругом олигархических масонов и международных консерваторов. Все они были заинтересованы, по обе стороны планеты, поддержать идеологическую, пропагандистскую и военную напряжённость между двумя сверхдержавами (США и СССР) и их спутниками.

В странах коммунистической зоны только в Югославии действующая власть терпела народно-студенческие восстания. Мало того, неоднозначный масон Иосип Броз по прозвищу "Тито" (1892-1980, член Ур-ложи "Золотая Евразия"), абсолютный правитель Социалистической Федеративной Республикой Югославия с 1945 года до смерти (как председатель Совета – с 1945 по 1963, как президент Республики – с 1953 по 1980 годы), публично выказал великодушие, понимание и готовность к диалогу с протестующими.

Дело в том, что Югославия Тито сначала разорвала отношения с Советским Союзом Сталина в 1948 году, затем возобновила дружеские дипломатические отношения с СССР в 1955 году – благодаря дружеским отношениям, а также масонским связям между Тито и Хрущёвым (оба были членами "Золотой Евразии"), но никогда не вступала в Варшавский договор, и в то же время была в первом ряду движения неприсоединившихся стран, которое начало принимать очертания после знаменитой конференции в Бандунге, Индонезия, 18-24 апреля 1955 года.

Фактически, официальная концепция "неприсоединившихся" стран, нейтральных в холодной войне между США и СССР и их соответствующими союзниками, была формализована на Белградской конференции 1-6 декабря 1961 года. Однако уже после саммита в апреле 1955 года (где главными действующими лицами были премьер-министр Индии Пандит Джавахарлал Неру, глава китайского правительства Чжоу Эньлай, президент Индонезии Сукарно, президент Египта Насер и как раз югославский лидер Тито) возникла идея Третьего мира как организованного вместилища всех наций, объединённых бедностью, отсталостью, необходимостью развития и, однако, желанием не присоединяться ни к первому миру (западно-американскому и НАТО), ни ко второму (советскому и Варшавского договора, учреждённого уже в мае 1955 г.).

Китай, который впоследствии отделился от третьего мира, всё чаще принимая на себя роль потенциальной самостоятельной сверхдержавы, в течение нескольких лет играл важную роль в распространении (также технически, как фактор сдерживания СССР, вечного друга-врага на том же коммунистическом фронте) в различных африканских, азиатских и латиноамериканских странах перспективы нейтралитета по отношению к двум великим противостоящим империалистическим блокам,[136] защиты мира и освобождения всех и каждого от старых и новых форм колониализма.

Бандунгская конференция 1955 года завершилась принятием документа, в котором в десяти пунктах говорилось, что они хотят продвигать и добиваться мира во всём мире и экономико-дипломатического сотрудничества вне идеологических заборов и занавесов.

Белградская конференция (именно на родине Тито, в Югославии) 1961 года имела более структурированные организационные последствия (с участием двадцати пяти стран африканского, азиатского, латиноамериканского региона), что дало официальную жизнь движению неприсоединившихся стран, которое обязалось единым фронтом бороться против всех форм империализма и неоколониализма.

Не будем тут рассказать о многочисленных противоречиях внутри этого блока неприсоединившихся стран. Противоречия и разногласия были вызваны тем, что некоторые страны этого движения были фактически нейтральными, в то время как у других была идеологическая и/или фактическая близость к первому или второму миру. Не говоря уже о том, что вскоре Китай взял на себя более самостоятельную, неоднозначную и доминирующую роль, и что со временем между некоторыми из этих формально союзных стран также вспыхнули кровавые военные конфликты.

Однако определённая длинная полоса неприсоединившихся стран продолжила свой путь настолько, что в 1973 году в Алжире был запущен проект нового международного экономического порядка. Как раз между 70-ми и 80-ми некоторые государственные образования движения неприсоединившихся стран использовались мощными международными масонскими группами для глобальных стратегических целей, которые полностью шли вразрез с декларируемым нейтралитетом от первого и второго мира, который неприсоединившиеся для себя задали.

На конференции в Джакарте (Индонезия) 1-6 сентября 1992 г., когда иранцы, ливийцы и кубинцы предлагали создать более стабильную и организованную организацию, некоторые исламские страны требовали изгнания из движения Югославии (из-за недавних зверств, совершённых над боснийскими мусульманами), а Египет и другие страны Персидского залива предлагали коллективное слияние в так называемую "Группу семидесяти семи" или развивающихся стран.

На самом деле, хотя формально дожив до сегодняшнего дня, после того как закончился путь обоих блоков, к которым отказывались присоединяться (СССР прекратил свое существование в декабре 1991 года), движение неприсоединившихся стран как таковое утратило всякую согласованность, однородность и политико-целеустремлённое влияние в мировом масштабе (доказательство: последние три генеральных секретаря движения были, по порядку, свергнутый президент Египта Мухаммад Мурси и два президента Ирана, которые недавно сблизились: Махмуд Ахмадинежад и Хасан Рухани – последние лидеры фундаменталистской олигархически-авторитарной и иерократически-клерикальной нации, сильно радикализированной на международном уровне и имеющей множество врагов как в арабском, так и в западном мире).[137]

Факт остаётся фактом: история движения неприсоединившихся стран была неразрывно переплетена с масонской борьбой за власть на высшем уровне между 50-ми и 90-ми годами.[138]

Масон Брежнев против суперложи "Золотая Евразия"

Возвращаясь к движению 1968 в странах реального социализма Варшавского договора, коммунистический, олигархический и ультраконсервативный масон Брежнев со своей кликой товарищей-технократов из Советского Политбюро повсюду навязывал самые безжалостные репрессии студенческих и народных волнений, в которых требовали большей свободы, реформ и плюрализма принятия решений.

Выделяются, в частности, случаи в Польше и Чехословакии.

В Польше восстание 8 марта 1968 года было жестоко подавлено арестами и закрытием университетов. Не будем забывать об антисемитской пропагандистской кампании, хитро реализованной, чтобы отвлечь внимание населения от полицейских репрессий, и призванной продемонстрировать, среди прочего, предполагаемое еврейско-капиталистическо-западное происхождение антитоталитарных восстаний. События трагически завершились вынужденной эмиграцией тысяч людей семитского происхождения.

В Чехословакии состоялась знаменитая Пражская весна, открытая с приходом к власти масона Александра Дубчека (1921-1992), бывшего с 1963 года секретарём Коммунистической партии Словакии, который именно в космополитических кругах Ур-ложи "Золотая Евразия" (в которую его посвятили в 1962 году) задумал проект социализма с человеческим лицом. Вольный каменщик Дубчек, избранный 5 января 1968 года первым секретарём Коммунистической партии Чехословакии (которая объединяла коммунистов Словакии, Богемии и Моравии), вдохновлённый идеями антибюрократических реформ экономиста Оты Шика (1919-2004, тоже масона, посвящённого в "Золотой Евразии", политического активиста на стороне Дубчека), при поддержке политиков типа Людвика Свободы (1895-1979), Олдржиха Черника (1921-1994), Йозефа Смрковского (1911-1974), Иржи Гаека (1913-1993) и других, а также интеллектуалов типа Милана Кундеры (родился в 1929), Павла Когоута (родился в 1928), Яна Паточки (1907-1977), Вацлава Гавела (1936-2011), все из которых были связаны с той же Ур-ложей, что Дубчек и Шик, положили начало новому курсу, направленному на политическое, экономическое, социальное и культурное преобразование Чехословакии в демократическую и либертарианскую страну.

Эти реформаторы, связанные через "Золотую Евразию" (нейтральное и экуменическое вместилище масонов различной идеологической направленности), но также через прогрессивные Ур-ложи, особенно работающие на территории Восточной Европы, такие как "Томас Пейн", "Монтескье" и "Гедулла", пользовались восторженной поддержкой большей части богемского, моравского и словацкого населения.

Чего нельзя сказать о пятой колонне консервативной и олигархической Ур-ложи "Жозеф де Местр" в чехословацкой коммунистической партии: таких людей, как Алоис Индра, Драхомир Колдер, Василь Билак и другие. Вместе с ними советские собратья, координируемые Брежневым, положили manu militari[139] конец бурному, но эфемерному реформаторскому сезону Пражской весны.

20-21 августа 1968 года сотни тысяч советских солдат вторглись в Чехословакию, чтобы насильственно остановить реформаторскую волну политико-интеллектуальных (масонско-прогрессивных) кругов во главе с Дубчеком.

Последствиями такого вторжения на протяжении многих лет была принудительная или добровольная эмиграция более 300 000 богемских, моравских и словацких диссидентов, которые сделали ставку на Пражскую весну.

Чтобы возглавить новую репрессивную и присмирённую Чехословакию в её вынужденном возвращении к самой удушающей марксистско-ленинской ортодоксии, был выбран коммунист-политик, который неоднозначно колебался между реформистами и консерваторами – Густав Гусак (1913-1991).

Его постепенно наделяли почти абсолютными полномочиями, со временем объединив должности генерального секретаря Коммунистической партии Чехословакии и Президента Республики.

Конечно, будучи несведущим до 1968 года масонских вопросов, в апреле 1969 года Гусак стал членом Ур-ложи "Жозеф де Местр", тем самым укрепив свою связь с различными консервативными советскими собратьями: Сусловым, Шелепиным, Андроповым, Черненко.

Именно Юрий Владимирович Андропов, как генеральный секретарь КПСС, в 1983 году (через год после ухода Брежнева), удостоил коммуниста и реакционного чехословацкого масона Густава Гусака почётной награды "Герой Советского Союза".

Мао, великий мастер...

Ситуация в Китае была сложнее и неоднозначнее.

Здесь Мао Цзэдуном (1893-1976) и его последователями, слетевшими с катушек иконоборцами, ещё в 1966 году была начата так называемая великая Культурная революция с тайной целью противостояния либертарианским движениям, которые одновременно взорвались в других местах на протяжении 60-х годов.

Необъявленная цель Мао и его последователей последнего времени (разнородных групп, составлявших так называемых "красных охранников" или хунвэйбинов) на самом деле заключалась в завоевании политического центра после того, как их оттеснили старые товарищи и соратники Великого рулевого – Дэна Сяопина и Лю Шаоцзы (1898-1969), которые начали политико-культурные и экономические реформы после неудачных многолетних программ Мао, в частности "Большой скачок" и так далее в 1958-1960.

Таким образом, великая Культурная революция (официально продолжавшаяся до смерти Мао, но фактически только до 1969 года), что бы там ни думали некоторые западные маоисты, ни в коем случае не была прогрессивным, антирепрессивным, антиавторитарным и освобождающим народное сознание движением. Это было довольно кровавое, разрушительное и коварное властное мероприятие внутри равновесной Коммунистической партии Китая, которое должно было служить (и эффективно служило) для восстановления прямого политического влияния Мао и которое, однако, имело серьёзные человеческие, социально-экономические и культурные издержки.

Счёт шёл на сотни тысяч смертей (если не миллионы), проводилось систематическое преследование интеллектуалов, художников, преподавателей университетов и учителей, которые каким-то образом оказались вовлечёнными в сохранение и передачу тысячелетней китайской культуры или которые считались адептами слишком буржуазных ценностей; был введён систематический запрет на исповедание религиозных культов – с тюремным заключением, пытками, изгнанием и убийствами тех, кто пытался этот запрет нарушить; произошло разрушение и уничтожение бесчисленных художественных произведений, а также бесценных исторических и архитектурных памятников.

Мао Цзэдун с невыразимым цинизмом сначала продвигал Культурную революцию 1966 года на том основании, что необходимо бороться с мещанским ревизионизмом внутри КПК и в самом китайском обществе, а также вернуться к марксистско-ленинской ортодоксии в её маоистской версии. Затем, после развязывания своего рода насильственного беспорядка и постоянной гражданской войны, он выставил себя великим миротворцем, способным навести порядок и установить социальный мир, восстановить политический центр и контекстуально оттеснить слишком неудобных и ревизионистов Дэн Сяопина и Лю Шаоцзы.

Таким образом, когда неоаристократический масон Киссинджер приехал в Китай в 1971 году (за ним последовали другие его собратья из американского истеблишмента), с одной стороны, ему нужно было принять в безудержную Ур-ложу "Три Глаза" вечнозелёного Чжоу Эньлая (прагматично поддерживаемого на вершине власти в качестве главы правительства Китайской Народной Республики как до, так во время и после Великой культурной революции, друга всех и никого, но особенно самого себя), с другой стороны, он не мог не признать в немасоне Мао Цзэдуна великого непосвящённого мастера тонкого искусства, способного умело перейти от порядка к хаосу и от хаоса к новому порядку.

Это тонкое искусство евроатлантические масоны олигархических кругов должны были применять с большой мудростью и предвидением на западной сцене. Сцене, на которой, однако, не везде можно было вмешаться, как в Греции в 1967 году, и где становилось всё труднее сохранять авторитарную власть, как во франкистской Испании и салазарской Португалии.

К антидемократической демократии

Конечно, откровенная и даже формально олигархическая инволюция институтов была немыслимы, не рекомендовалась и даже считалась потенциально контрпродуктивной для стран с устоявшимися парламентскими традициями, таких как Швеция, Норвегия, Дания, Нидерланды, Бельгия, Федеративная Республика Германия, Франция, Великобритания, Канада и Соединенные Штаты Америки – страны, где даже обычное и традиционное масонство, организованное в национальные сообщества и преимущественно либерально-демократической ориентации, сохранило свое метаполитическое и социальное влияние. Страны, где сеть прогрессивных Ур-лож хоть сотрясается и дестабилизируется неожиданными и трагическими событиями 4 апреля и 6 июня 1968 года в Мемфисе и Лос-Анджелесе, но сохраняет всю свою власть в целости и сохранности и намерена защищать народный суверенитет и свободные институты.

В этих странах, во всяком случае, демократия должна была медленно опустошаться изнутри, лишаться сущности, но не видимой формы. Между тем для этих неоаристократических масонских кругов казалось всё невыносимее терпеть повторяющиеся и насущные требования увеличения гражданских, социальных и профсоюзных прав, расширения участия в экономическом благополучии и, следовательно, в процессах принятия политических решений.

Отдельные лица и группы, находящиеся на грани нищеты, существенно маргинализированные и лишённые реальной возможности социальной мобильности в больших масштабах (за исключением некоторых случаев, когда исключения способны лишь подтвердить правило), не имеют ни времени, ни желания активно и прозорливо заниматься "общественной деятельностью". Те, кто изо всех сил пытается получить хоть какую-то работу (возможно, даже временную и плохо оплачиваемую), те, кто не может позволить себе высшее и специальное образование, те, кто не может планировать приемлемое будущее для себя и своих близких, те, кто вынужден жить за счёт простых благотворительных пособий, – обычно такие даже ходят, потупив взор. Иногда в поисках милостыни или отходов для переработки, иногда из-за отсутствия мужества и избытка стыда, глядя другим в глаза.

Людьми такого рода, если ими к тому же умело манипулируют средства массовой информации и если они намерены смиренно принять своё жалкое состояние, легче управлять, чем достойными и независимыми гражданами, стремящимися с гордостью отстаивать и использовать свою долю суверенитета.

Конечно, тот, кто живет в жалких и нестабильных условиях, прежде всего на материальном уровне, не имеет ни времени, ни желания обратить взор на политику, культуру и правильное образование/информацию, не говоря уже о возможной взрослой духовной/религиозной жизни, активной, любопытной и сознательной, а не рудиментарной, пассивной и тупой.

Фактически, помимо миллиардов оборванцев и неграмотных в странах, которые в то время (60-е годы) расплывчато именовались Третьим миром и которые в 90-е годы стали настоящим Третьим миром или развивающимися странами, с одной стороны, и Четвёртого мира беднейших и депрессивных стран без каких-либо серьёзных непосредственных перспектив, с другой стороны, в тех же Первом и Втором мире (евроатлантический Запад и советско-коммунистический блок) возросла масса обездоленных, нищих и маргиналов.

Более того, согласно анализу идеологов Ур-ложи "Три Глаза" (и масонской олигархии), проведённому в частном порядке уже в период 1967-1970, а затем оформленном научно и публично в пресловутом отчёте 1975 года под названием "Кризис демократии", до последних лет было безусловно полезно для защиты демократии, чтобы значительная часть населения оставалась на обочине политической жизни и проявляла достаточную степень апатии и отсутствие интереса к общественной деятельности.

Но действительно ли демократическая демократия обозначалась, как защищённая от маргинализации и апатии к политике и процессам принятия решений для большого количества людей и групп? Или не было никакого сожаления об этапе незрелого демократического общества (где, таким образом, власть элит была более устойчивой и менее осаждаемой радикальными требованиями гражданских, экономических, социальных и политических прав, менее формального и более существенного суверенитета и народного благосостояния), резко поставленному на обсуждение ради интересов самих олигархических элит после прогрессивной волны 60-х?

2. Восстание элит

Хозяева мира

В намерении продолжать с адекватным критическим духом следовать нити нашего повествования, что фактически недемократические и элитарные конструкции, публично вылившиеся в "Кризис демократии" 1975 года, ведут корни от идеологической разработки, восходящей уже в его основных чертах к периоду 1967-1970, мы процитируем два отрывка, которые помогают ещё лучше разобраться в этом вопросе.

Первый отрывок взят из недавнего эссе (ноябрь 2013 г.) неоднозначной внутренней ценности, в котором нет недостатка в некоторых неточностях, где на обложке нарисован классический масонский треугольник со встроенным глазом, но в ходе повествования масонство никогда даже не упоминается. Действительно, большая часть страниц этого исследования посвящена непропорциональному и анахроничному подчеркиванию роли парамасонских обществ Бильдербергского клуба и Трёхсторонней комиссии.

Тем не менее, на первых пятидесяти страницах книги содержится ценный (хотя и абстрактный, изуродованный и историографически неполный из-за удаления исторического предмета "масонство") социологический анализ элит в эпоху глобализации. В своих интерпретациях и повествовании автор с радостью вспоминает именно печально известный манифест о кризисе демократий, подписанный в 1975 году неоаристократическими масонами Крозье, Хантингтоном и Ватануки.

Итак, мы приводим отрывок из работы Доменико Моро "Бильдербергский клуб. Люди, которые командуют миром" (книга с несколько эмоциональным названием, в котором без тени сомнения парамасонам из Бильдербергского клуба, живущим только отражённым масонским светом, более того, как и многим другим аналогичным парамасонским обществам, ошибочно приписывается сила, которая никогда не им принадлежала, но воображаемая многими непосвящёнными):

Сэмюэл Хантингтон начинает свой доклад о кризисе демократии в США, подчеркивая, как между 60-ми и началом 70-х годов была достигнута противоречивая ситуация: максимум политического участия и минимум участия в голосовании. [...] Увеличение участия было реакцией на концентрацию власти в руках исполнительной власти, особенно федерального правительства, в пользу восстановления власти парламента и привело к возобновлению стремления к идеалу равенства и появлению движений за права меньшинств и женщин. Другое противоречие заключалось в так называемом "демократическом дисбалансе", то есть в том, что правительство одновременно расширяло свою деятельность, но уменьшало свою власть. Два фактора, по мнению социолога США, привели к росту активности правительства: гонка за военными расходами и, прежде всего, " вспомогательный поворот", который представляет собой ответ на коллективные вопросы, возникшие на волне демократического толчка 60-х годов. Рост государственной активности, в свою очередь, приводит к увеличению дефицита и государственного долга, инфляции, увеличению налогового бремени и финансовому кризису. По сути, для Хантингтона "жизнеспособность демократии в 60-х подняла вопросы об управляемости демократии в 70-х. [...] Импульс демократии состоит в том, чтобы сделать правительство менее мощным и более активным, повысить его функции и уменьшить его власть". В этом отношении участие привело к большей идеологизации и, прежде всего, к потере доверия не только к государственным институтам, но и к негосударственным, таким как крупные корпорации, которые теряют больше поддержки, чем все другие институты. Действительно, в отличие от других исторических эпох, именно самые активные и участвующие питают большее недоверие к правительству. [...] Поэтому в связи с этой ситуацией для Хантингтона вопрос, который нужно задать себе, больше не "кто правит?", а " правит ли кто-нибудь?". На практике центральным вопросом является вопрос управляемости, который Хантингтон определяет как зависящий "от отношений между авторитетом правительственных институтов и силой оппозиционных институтов". Снижение управляемости происходит из-за потери легитимности и авторитета институтов. [...] Хантингтон возлагает часть ответственности на средства массовой информации и особенно на укрепление власти парламента. Следовательно, он считает, что власть исполнительной власти должна быть усилена: "Если необходимо восстановить баланс между правительством и оппозицией, необходимо обратить вспять тенденцию к упадку президентской власти, а также повысить способность правительства управлять".

Избыток демократии

Какое решение предлагает Хантингтон? Всё очень просто: освободиться от избытка демократии. Эл Смит однажды утверждал, что "проблемы демократии решаются большей демократией". Наш анализ показывает, что применение этого лекарства в настоящее время только добавит масла в огонь. Напротив, некоторые из проблем правительства США сегодня проистекают из избытка демократии – "избытка демократии" в том же смысле, что Дэвид Дональд приписал понятию, относящемуся к последствиям джексоновской демократии, которая привела к гражданской войне. И наоборот, демократия требует "большей умеренности". Отметим, что президент Джексон в середине 1830-х – начале 1850-х годов ввёл в США почти всеобщее избирательное право для мужчин и положил конец джефферсоновской демократии, основанной на элитах, и что Хантингтон связывает, несколько тревожным образом, расширение демократии с гражданской войной. [...] Самая конкретная концепция трёхсторонней демократии ещё лучше уточняется, когда Хантингтон говорит нам, в чём заключается "большая степень умеренности" демократии. Во-первых, "демократия – это лишь один из способов установления власти, и это не обязательно универсально применимый метод. [...] Сферы, в которых демократический процесс идёт хорошо, ограничены". Это странное утверждение, которое не сочетается с концепцией "демократии как универсальной ценности", используемой в качестве идеологического оружия США и в целом западными демократиями против СССР и коммунизма. Это использование продолжалось впоследствии против "государств-изгоев", "диктаторов", "исламской угрозы", которых время от времени брали на прицел вплоть до оправдания войны именно с целью "экспорта демократии" в западных формах, в страны, разнообразные по культуре и истории. Забавно, что новую демократическую войну также поддержал Хантингтон в новейшем облике теоретика "столкновения цивилизаций". Таким образом, концепция демократии становится формулируемой произвольно в зависимости от обстоятельств. Но главный парадокс достигается, когда Хантингтон устанавливает, что "эффективное функционирование демократической политической системы обычно требует определённой апатии и отстранённости со стороны некоторых людей и групп". Таким образом, можно предположить, что не участие, а именно апатия является необходимым компонентом демократии.

Похвала апатии

Мысль не новая, поскольку в 1954 году политолог У. Х. Моррис написал статью под названием "Похвала апатии", целью которой было "показать, что многие идеи о долге голосования принадлежат к области тоталитаризма и неуместны в словаре либеральной демократии". Очевидно, что отстранённость, о которой идёт речь, относится не к элитам, которые доказывают, что они далеко не апатичны и уделяют большое внимание общим проблемам, о чём свидетельствуют списки транснациональных корпораций, банков и мультимиллиардеров, присутствующих на заседаниях Бильдербергского клуба и Трёхсторонней комиссии. Желаемая апатия – это апатия "маргинальных социальных групп", то есть самых бедных слоёв и наёмных работников в целом, которые, полностью войдя в политическую систему, перегружают её своими требованиями. [...]. Наиболее функциональное (более не демократическое) государство – это государство, которое увязывает в своей конституции различные принципы правления: демократию, монархию и олигархию. Фактически, "демократия представляет угрозу сама по себе больше в Соединённых Штатах, чем в Европе и Японии, где ещё существует наследие традиционных и аристократических ценностей". На самом деле, утверждает Хантингтон, угрозы для США заключаются не столько в преходящих факторах, таких как противодействие войне во Вьетнаме или в социальных тенденциях, таких как всеобщее обучение, сколько в "широкой поддержке демократических, либеральных и эгалитарных ценностей", которая характеризует американское общество. Лучшей политической системой, вытекающей из перечисленных принципов, будет "олигархическая демократия", то есть формально демократическая система, но в основном контролируемая олигархией. [...] Следовательно, с некоторой прозрачностью и изрядной долей цинизма утверждается, что "в демократии цель не может быть навязана указом. [...] Она должна быть продуктом общего для всех групп общества восприятия серьёзной угрозы их процветанию и понимания того, что такая угроза давит на всех без разбора. Фактически, в периоды войны и экономической катастрофы общие цели легко определяются". Это поучительные слова перед лицом недавней истории, учитывая, как часто страх перед угрозой, часто воображаемой или преувеличенной, использовался в качестве средства построения поддержки западных правительств, что показывают недавние примеры: в США – "война с терроризмом", а в Европе – "спред" и угроза банкротства из-за долгов и конца евро. Особое внимание заслуживает, наконец, позиция Трёхсторонней комиссии в экономике и, в частности, в области труда. [...] Именно в этот момент Трёхсторонняя комиссия, связывая её со своим анализом кризиса демократии, определяет точную экономическую политику, которая сочетает атаку на косвенную заработную плату (благосостояние) с атакой на прямую заработную плату. Эта политика представляет собой стратегическую линию транснациональных элит, которая действительна и по сегодняшний день. Избыток демократии, с одной стороны, привёл бы к расширению претензий, а это, в свою очередь, расширило бы функции правительства, увеличив государственные расходы. С другой стороны, это раздражало бы (с экспансионистской политикой, направленной на контроль безработицы) требованиями о заработной плате, инфляцией: "Инфляция усугубляется демократической политикой. Для борьбы с безработицей необходимо эффективно бороться с инфляцией. Столкнувшись с требованиями, [...] правительствам становится трудно сокращать расходы, повышать налоги и контролировать цены и заработную плату. В этом смысле инфляция – это экономическое зло демократий". Трёхсторонняя комиссия возникает в определённый исторический период, когда завершается, достигнув высшей точки, целый исторический цикл. Это длительный цикл борьбы, который, начавшийся сразу после Второй мировой войны, привёл не только к значительному продвижению демократии и общего состояния рабочих и других слоёв общества (женщин, молодёжи, меньшинств), но и к обсуждению капиталистической системы как таковой. Начиная с начала 70-х годов транснациональные элиты готовили реакцию против того, что было кризисом не демократии (на самом деле она была как никогда здорова), а поддержки и власти самих элит. Если Трёхсторонняя комиссия является одним из основных организационных средств этой стратегии, то "Кризис демократии" представляет собой программный манифест. Впечатляюще наблюдать, как руководящие принципы этой программы быстро вошли в повестку дня западных правительств с конца 70-х годов (с избранием Тэтчер и Рейгана) и как за последние 30 лет они нашли почти полное воплощение, настолько, что сегодня мы вынуждены бороться с разрушительными последствиями их применения. "Избыток демократии" был исправлен утверждением управляемости как абсолютного принципа правления, усилением исполнительной власти над парламентами, сведёнными к роли простой ратификации, и введением избирательных законов, которые оттесняют политические силы за пределы "умеренной" области политического развертывания. В то же время борьба с инфляцией стала центральной в экономической программе правительств и деятельности государственных центральных банков и ЕЦБ сегодня, что побудило отказаться от экспансионистской политики и принять ограничения и политику жёсткой экономии – термин, который не случайно был введён в 1973-1974 годах. Борьба с инфляцией всегда оправдывала другие цели доклада 1975 года: снижение заработной платы, сокращение долга и государственного дефицита и, следовательно, сокращение социальных расходов. В Европе и Италии всё это происходило в контексте ослабления центрального государства в процессе объединения Европы. Как и предполагал Крозье, европейское единство стало средством устранения старых способов правления, которые способствовали избытку демократии и социальным требованиям, столь раздражающим транснациональные элиты. Тем не менее, тема европейского объединения, по-видимому, также присутствовала на встречах Бильдербергского клуба, основатель которого Юзеф Ретингер также был вдохновителем европейского движения, организации, которая привела к основанию Европейского Союза.[140]

3. Антидемократические мыслители

Второй отрывок, который мы намерены предложить вниманию читателя, чтобы лучше проникнуться ощущением, что несколько десятилетий назад произошло что-то эпохальное и фундаментальное, принадлежит журналисту и эссеисту Паоло Барнарду. Отрывок был опубликован в 2009 году.

Первый акт. "Меморандум" Льюиса Пауэлла

Суд начался 23 августа 1971 года в зале Торговой палаты Соединённых Штатов Америки, а приговор был вынесен 31 мая 1975 года на пленарном заседании Трёхсторонней комиссии в Киото. За четыре года дебатов хозяева нашей жизни решили, что обвиняемый должен умереть. Ответчиком было левое движение, то есть права, представительная демократия простых граждан, мир, терпимость, общие интересы, свободная любовь и свободомыслие, лучший мир для каждого мужчины или женщины на этой планете – мир, который мы хотели бы иметь и которого у нас сегодня нет. В 70-е годы этот мир, казалось, был на грани воплощения в жизнь, вдохновлённый необычайным ветром прогресса, охватившим западный мир в предыдущее десятилетие. Приговором постановлялось, что обвиняемый виновен и приговаривается к смертной казни. Сегодня то, что кажется вам властью – от транснациональных корпораций до экономических войн, ложи "П2", мафии, коммерческого медиа–монстра, политической касты и других каст, лоббирующих нападение на Конституции, империи потребления – это не она. Эти аберрантные проявления являются лишь результатом приговора. Власть – это верхушка её придержащих тогда и сегодня, это источник всего.

Те из вас, кто очень молод, с трудом поверят этим словам, но на самом деле до того времени, когда я говорил о суде, существовала вещь под названием "надежда". Она была дочерью двух столетий эпохальной борьбы простых мужчин и женщин, эпосом о безмерных жертвоприношениях в защиту поразительных идей, проводимых с конца XVIII до конца ХХ века людьми, способными изменить историю. А изменить историю означало только одно: вырвать власть у немногих и отдать её многим – ради всех, чтобы всем было лучше. Немногие, наследники гигантской силы, переданной с незапамятных времён, на протяжении более двух столетий претерпевали эти изменения способами, которые сегодня невообразимы, до того дня, когда они решили, что пришло время остановить историю. Идею справедливости о том, что многие имеют право решать в ущерб интересам немногих, то есть из левого движения, нужно остановить и загасить. Так начался суд однажды утром в августе 1971 года.

Следующие строки, по сути, говорят вам одно: борьба с властью означает понимание того, кто она на самом деле, поскольку борьба с её марионетками и щупальцами бесполезна. Необходимо, чтобы кто-то помог вам сначала понять, где родился "враг", какие средства он использовал, с какими целями, то есть понять путь, который привёл нас, обычных людей к сегодняшней стене, чтобы, возможно, завтра другие мужчины и женщины вернулись, чтобы бороться с правильной целью и соответствующими средствами. Сегодняшние крупные "противники" не заботятся об этом, и они в основном всё делают неправильно. Помните, что каждая цитата, которую вы прочитаете ниже, изменила и меняет всю нашу жизнь во всём мире, потому что это слова силы, истинной силы. И вот факты.

Адвокат "дьявола"

Итак, остановить левое движение навсегда. Первыми, кто поставил эту цель, не случайно были американские бизнесмены эпохи Никсона, выглядывающие из 70-х, под командованием Юджина Сиднора-младшего из Торгово-промышленной палаты США. "Но как это сделать?"– спросили они. Ответ был ясен: силой идей, огромной силой идей. Разве не так Просвещение выиграло войну против трёх тысяч лет пуленепробиваемого абсолютизма? Идея разбивает, расстраивает, побеждает. Достаточно позвонить нужному человеку, адвокату. Льюис Пауэлл занимал должность юриста в советах директоров различных компаний, был человеком большой культуры и остроумия, ему было поручено начать судебный процесс, который остановит историю.

Пауэлл написал языком первоклассников скупой "Меморандум" на одиннадцати страницах, и, таким образом, выковал первое историческое оружие для победной контратаки новых международных правых: простоту. Простые понятия, грубые до невозможности, прямые и понятные кому угодно: от президента крупной промышленности до таксиста. Правые всегда именно так и общаются, поэтому их всегда понимают. Если тебя понимают, то ты победил. Левые же никогда не владели азбукой общения и сегодня не хотят учиться.

Правила войны

Первая идея Льюиса Пауэлла: на заре 70-х пришло время изменить все ценности детей двух столетий левых революций, не меньше.

Диагноз: "(Мы, экономические правые) не сталкиваемся с беспорядочными атаками. Скорее, атака на систему корпораций является систематической и общей". Идёт "идеологическая война против корпоративной системы и ценностей западного общества". "Ясно, как божий день, что сами основы нашей свободы находятся под массовым огнём", потому что "угроза бизнес-системе – это не только вопрос экономики, но и затрагивает свободу личности". И это не обсуждается, поскольку "единственной альтернативой (нашей) системе являются диктатуры социалистической или фашистской бюрократии".

Призыв к оружию: " Американскому бизнесу пришло время выступить против тех, кто хочет его уничтожить".

Какие вирусы нужно подавить? "Конечно, крайних левых, которые гораздо более многочисленны, лучше финансируются и принимаются лучше, чем когда-либо прежде в истории. Но самые тревожные голоса исходят из вполне респектабельных элементов, таких как университеты, средства массовой информации, интеллектуалы, художники, и даже политики". Главной заботой власти должна быть "враждебность левых и социальных реформаторов". Затем идут студенты, на самом деле "почти половина студентов выступает за социализацию основных американских отраслей". Левые проводят "обширную атаку на саму систему, которая подрывает доверие общественности и сбивает её с толку".

Вчитайтесь в эти слова [...]. Они уже рассказывают нам обо всём, что произошло в последующие 38 лет на всём Западе в социальной, экономической, идеологической, политической, образовательной, медийной, профсоюзной областях. То есть это вся ваша жизнь. Но мы продолжаем.

Льюис Пауэлл диктовал правила войны, и первыми, кто должен был собраться с мыслями, были именно "владельцы заводов, газет, пароходов", которые после десятилетия успехов государства всеобщего благосостояния в Европе и даже в США, то есть после самого левого десятилетия, которое когда-либо знал мир, воспринимали себя поставленными в состояние неуместности. "Меморандум" фактически провозглашает, что "немногие элементы современного американского общества имеют так мало влияния на правительство, как бизнес, корпорации и акционеры. [...] Не будет преувеличением сказать, что [...] мы забыты". Чтобы ниспровергнуть целую эпоху, которая сейчас считается триумфальной, эпоху социальных государств, правые должны найти силы "организовываться, планировать в долгосрочной перспективе, дисциплинироваться в течение неограниченного периода, финансироваться едиными усилиями". То есть превратиться в армию активистов смертельной эффективности. Последствия этих простых понятий будут огромны: так родился мир современных лобби экономической власти – тех, которые сегодня избирают американских президентов, которые заправляют войнами на Ближнем Востоке, которые определяют европейскую политику для всех нас, которые решают, кто может торговать и чем во всём мире, и которые на самом деле вывели "бизнес, корпорации и акционеров" из "забытых" в сегодняшнюю власть. Пауэлл делает здесь шокирующую предпосылку, если её читать в наше время: "Бизнес должен извлечь уроки, применяемые на практике рабочим миром, а именно, что политическая власть необходима, что её нужно усердно развивать и агрессивно использовать, если необходимо, и без смущения". Другими словами, этот отрывок показывает нам, что правые верно продумали ответный ход, точно имитируя то, что было силой левых той эпохи. Они её приобрели, мы её потеряли. И затем: "Тот, кто представляет нас, должен стать гораздо более агрессивным, [...] он должен оказать сильное давление на всю политику, чтобы поддержать нас, и нам не придётся стесняться, наказывая тех, кто против нас". Лоббисты должны будут особенно посвятить себя судебной власти, "используя его, как это делали профсоюзы и группы гражданских прав [...], которые имели успехи часто за наш счёт".

Близнецы-победители: обучающее телевидение

Льюис Пауэлл чувствовал, что в результате этой атаки на левых будущее принятие решений современными обществами сместится с типичной послевоенной народной активности на "белых воротничков", которых всё больше и больше выпускают западные университеты. Но учебные заведения того времени рассматривались автором "Меморандума" как очень опасные ширмы для диверсионных идей: "Там сотнями появлялись левые и экстремистские ораторы, [...] но не было равного присутствия сторонников американской системы управления и бизнеса". Таким образом, силам правых лобби надо нанести удар по университетам. Политология была первым бункером, и экономические правые должны были создать армию "преподавателей, которые твёрдо верят в систему бизнеса". Как только цель будет достигнута, "наши преподаватели должны будут переписать учебники, особенно по экономике, политологии и социологии". Но центральная работа правых академических лобби, очевидно, должна быть направлена на преподавание экономики, где "мы должны установить особые отношения с факультетами". Здесь с кристально ясной ясностью объясняется, откуда возникает фундаментализм свободного рынка, также называемый неолиберализмом, который в течение двадцати лет доминирует в каждом учении университетской экономики после искоренения даже самого микроскопического сопротивления этой догме. И пусть менее прирученные читатели знают, что именно из неолиберальных университетских кузниц происходит политика постоянного сокращения наших социальных гарантий, права на труд, права на здоровье, права на жилье, пенсионной системы, всеобщего блага и т. д. То есть решения о том, как мы живём и умираем. Наши правительства – это просто исполнители, у которых нет выбора, и поэтому мы не должны смотреть ни на Берлускони, ни на Проди, ни на Тремонти,[141] чтобы понять, почему мы живём в такое (жалкое) время, и мы не должны бороться против них.

К 1971 году, во времена Льюиса Пауэлла, средства массовой информации уже играли центральную роль в играх власти, но не так, как хотелось бы самой власти. Однако юрист и тут не растерялся: "Телевизоры нужно постоянно контролировать так же, как и университетские учебники. Это относится к телевизионным передачам, которые часто содержат самую коварную критику системы бизнеса". Упоминаются пресса и радио: "Нужно использовать все возможные средства, [...] продвигать нашу точку зрения через эти средства массовой информации"; популярные журналы, где "должен быть постоянный приток наших статей"; газетные киоски, где "есть возможность просвещать общественность и где, однако, сегодня нет привлекательных публикаций, сделанных нами". Пауэлл прописал здесь бум, который, по сути, уже произошёл, популярных публикаций, переполненных позитивными представлениями о потребительстве, то есть о коммерческом существовании. Но его слова также предвосхитили появление подсознательных сообщений, которые современные СМИ подают нам во всех формах и соусах, чтобы укрепить систему, и он писал: "Мы тратим сотни миллионов долларов на рекламу, [...] но только часть её рекламирует систему".

Только лучшее

"Меморандум", ознаменовавший первый шаг к смертному приговору надежды, завершается абсолютными директивами, переданными Пауэллом будущей армии повелителей мира. Во-первых, всегда иметь мощную финансовую поддержку, и здесь, пишет адвокат, "нам нужна намного большая финансовая поддержка со стороны корпораций, чем когда-либо раньше". Пауэлл знал, что основную работу по установлению поддержки нельзя возлагать на "добродушных" интеллектуалов или часто неподготовленных добровольцев (как это всегда было и есть у левых), и фактически санкционировал, что тем, кто работает над проектом остановить историю, нужно "платить столько же, сколько и самым известным бизнесменам и профессорам университетов", а их навыки "должны быть исключительно высокими в ключевых областях, таких как реклама и средства массовой информации, интеллектуальный мир, адвокатура". Проект "остановить историю" должен постоянно контролироваться в том, что касается качества и верности, и "наше присутствие в средствах массовой информации, на конференциях, в издательском деле, в рекламе, в залах судов и в законодательных комиссиях должно быть исключительно прочным и исключительным".

Одиннадцать страниц, написанных таким образом одним человеком, были взяты за образец экономическими правыми всего западного мира, и, как любой из нас может проверить, стали выполняться практически буквально. И результат виден у миллиона богатых людей, загипнотизированных "ценностями системы"; у миллиона студентов, обученных только в одном направлении; в неумолимой коррозии основных прав, таких как работа, жильё и здоровье, вызванной победой "корпоративной системы"; в огромной сети СМИ, которые одержимо продвигают эту систему; в чрезмерной силе её лобби; и в смертельной компактности, компетентности, способностях и эффективности неумолимой машины коммерческого существования. Эти одиннадцать страниц концепций, продиктованных в крайне сжатом виде, были программным обеспечением, которое в течение 38 лет направляло работу экономических правых круглосуточно, семь дней в неделю, объединённое, дисциплинированным, сдержанным, без инакомыслия и с квалифицированным общением, как ничто другое в мире. То есть они стали той властью, посвятившей душу и тело в войне с надеждой, которая до 1971 года называлась левым движением и которая, как было объявлено, была окончательно обезглавлена через четыре года после первых усилий Льюиса Пауэлла. Фактически, для завершения судебного процесса потребовалась работа трёх других деятелей и ещё несколько страниц слов, написанных с большой простотой.

Второй акт. Манифест Хантингтона, Крозье и Ватануки

Демократию нужно спасать, так давайте же убьём её!

Неприятно слушать в эти дни разглагольствования некоторых демагогов, осуждающих нападение на демократию и рассказывающих некоторым властным марионеткам об их подлых проделках. Как будто кто-то кричит нам о появлении потребительства, потому что за его домом открылся гипермаркет. Нападение на демократию было спланировано 34 года назад и с такой эффективностью, что не оставляло надежды. Как уже говорилось ранее, это был заключительный акт смертного приговора левым.

Трёхсторонняя комиссия возникла в 1973 году как свободная ассоциация американских, европейских и японских граждан с целью "поощрения тесного сотрудничества между этими тремя регионами по общим проблемам и улучшению общественного понимания этих проблем". Конечно, это заявление – вздор. Это эксклюзивный клуб могущественных персонажей, стремящихся защитить свои интересы, но которые, вопреки распространённому мнению, вовсе не являются кучкой мафиозных самодержцев и заговорщиков. С другой стороны, Трёхсторонняя комиссия является более чем публичным лицом современных экономических правых, то есть полными сторонниками демократии, но понимаемой как средство, свободно предоставленное немногим многими, чтобы затем многие могли исполнять интересы немногих. Фактически, одним из фундаментальных прозрений современных правых было то, что диктатуры больше не являются лучшим средством для выжимания сливок из обычных граждан; диктатуры – это грязные, неуправляемые образования, которые всегда заканчиваются неприятной негативной реакцией в СМИ. Лучше демократия. С дистанционным управлением, ясное дело. И вот, если до вчерашнего дня западные правые экспортировали перевороты (Иран, Чили, Греция и т. д.), то сегодня они экспортируют демократию (Ирак, Афганистан, Пакистан и т. д.). Но у демократии есть один порок: она имеет тенденцию выводит интересы многих на передний план в ущерб интересам немногих. То есть имеет тенденцию быть инстинктивно левой. И тогда нужно вмешиваться. Трёхсторонняя комиссия сделала это за последние 34 года с любезным участием известных и менее известных людей, таких как Збигнев Бжезинский, Джимми Картер, Дэвид Рокфеллер, Джованни Аньелли, Пьеро Бассетти, Франческо Форте, Арриго Леви, Карло Секки, Эдмон де Ротшильд, Джордж Буш отец, Дик Чейни, Билл Клинтон, Алан Гринспен, Генри Киссинджер и многие другие.

Объясняю лучше: свободно выраженная демократия действует в интересах граждан, поскольку именно граждане управляют ею, и это всегда идеально соответствовало идеалу левых. Это, как говорили, было правдой как никогда в конце 60-х годов, когда история насчитывала два столетия и более. Власть никому не нравилась, но также было сказано, что власть понимала ценность демократии как высшего выражения её интересов, и в этом было сильное противоречие. "Владельцы заводов, газет, пароходов" во время судебного процесса, начатого Льюисом Пауэллом, говорили по существу: демократия освящает левых, поэтому надо её убить; но демократия нам нужна, поэтому мы должны её спасти. Выход? Снова несколько телефонных звонков, на этот раз – трём мыслителям: Сэмюэлу П. Хантингтону, Мишелю Дж. Крозье и Дзёдзи Ватануки. Три интеллектуала, преподаватели университетов и советники правительств, соответственно американец первый, француз второй и японец третий. Они снова составили рецепты в очень простых выражениях на 227 страницах своего "Кризиса демократии", переданного Трёхсторонней комиссии в 1975 году. Снова они огласили смертный приговор левым, но с поразительным "но". Он содержался в ответе на вышеупомянутое противоречие, рецепт, который может показаться сумасшедшим: если вы хотите спасти демократию и одновременно убить её, то нужно спасти демократию, убив её. Читайте дальше, и всё будет ясно.

Объяснение только что написанной абсурдной парадигмы можно найти в словах на странице 157 "Кризиса демократии", где говорится, что "история успеха демократии [...]заключается в приобщении большого числа людей к ценностям, установкам и моделям потребления среднего класса". Что это значит? Это означает, что если кто-то хочет убить демократию с участием граждан (которая по определению защищает интересы многих за счёт немногих привилегированных), сохраняя при этом оболочку демократии (которая заставляет нас голосовать за немногих привилегированных, которые затем выжимают нас, как лимоны), то надо сделать всех нас потребителями, зрителями, мелкими инвесторами. Именно это они с нами и сделали. Таким образом, нас обманули, уничтожили, как главных героев демократии. Это была их высшая идея, высшая гениальность. Масса граждан, которые после двух столетий борьбы снизу только что научились демократическим процессам, была сведена к инертным зрителям, потребителям, мелким инвесторам. Оболочка демократии была спасена, её содержание было уничтожено. Три автора написали инструкции в очень ясных выражениях, и они применялись на Западе более 30 лет: "Эффективное функционирование демократической системы требует некоторой апатии со стороны отдельных лиц и групп. В прошлом (до 1960-х годов) имелось некоторое количество членов, которые стояли на обочине и не участвовали в политике. Это по своей сути недемократично, но также стало одним из факторов, которые позволили демократии нормально работать". Фактически, в тексте говорится, что угроза американской демократии исходила "из самой динамики демократии в высокообразованном, мобилизованном и представительном обществе", где процветали "молодежные, этнические группы, и где эти группы приобретали новое понимание". Их отключили, сделали апатичными, неподвижными, и это произошло повсюду, с гедонистическим бумом 80-х и с появлением коммерческого телевидения.

Я прошу вас остановиться на приведённых выше строках, потому что, если вы поймёте их, вы поймёте, кто тут власть, как она работает и с кем мы действительно должны бороться. То есть не с Берлускони, а с системой, которая использует Берлускони в качестве одного из своих многочисленных средств достижения конечных целей. На самом деле сегодняшним противникам моды в Италии совершенно бесполезно разглагольствовать против Летиции Каста, потому что не Каста отключила демократию, и, прежде всего, не разглагольствование против Касты активизирует граждан, отключённых в течение более 30 лет стратегиями кризиса демократии.

"Лечить демократию ещё большей демократией – всё равно, что тушить огонь бензином".

Однако в своей работе Сэмюэл П. Хантингтон, Мишель Дж. Крозье и Дзёдзи Ватануки зашли намного дальше и затронули все важные аспекты представительной демократии. Достаточно прочитать на стр. 161 список того, что, по мнению авторов, мешает демократии: "1) Поиск равенства и ценности личности [...]; 2) расширение участия в политике [...]; 3) политическая конкуренция, существенная для демократии [...]; 4) внимание, которое правительство уделяет электорату и давлению со стороны общества". Теперь, если вспомнить, в какое мы живём время, то окажется: 1) уничтожены равенство и ценность личности через культуру видимости (точнее через культуру "знаковых личностей", как в системе, так и в анти-системе); на самом деле сегодня, хотя мы живём в современную эпоху, те, кто "не на виду" во власти, средствах массовой информации, шоу-бизнесе или спорте – это абсолютный "ноль без палочки" по сравнению с теми, кто "на виду"; 2) апатия участия в политике находится на самом высоком уровне, как на заводах или в культуре; 3) удаления небольших политических партий в пользу больших заткнуло рот различным политическим силам, а других вовсе вывело из игры; 4) ощущение на уровне гражданства заключается в том, что правительство всегда и хронически игнорирует запросы от активных граждан и групп, которые не являются лоббистами силы. Следовательно, инструкции Хантингтона, Крозье и Ватануки совпадают во всём с настоящим.

Они сказали власти, что "демократическая идея о том, что правительство должно отвечать перед гражданами, создаёт у них ожидания удовлетворения потребностей и устранения зол, которые преследуют определённые группы в обществе", и что "лечить демократию ещё большей демократией – всё равно, что тушить огонь бензином". Невероятные слова, но они, тем не менее, фактически лежат в основе нашей жизни по сей день. Конечно, любая идея государства всеобщего благосостояния, которое "дало бы работникам гарантии и уменьшило бы безработицу", считалась "катастрофическим дрейфом [...], поскольку породила бы период социального хаоса". В тексте они предупреждают власть предержащих, что "импульс демократии состоит в том, чтобы уменьшить власть правительства и увеличить его функции", что и должно было произойти, если бы наши демократии оставались здоровыми.

"Кризис демократии" провозглашает, что ответом на это демократическое "зло" должно быть только одно: возврат к правлению элит. Хантингтон, Крозье и Ватануки начинают с того, что вспоминают поучительный пример американского президента Трумэна, который "смог управлять страной благодаря помощи небольшого числа юристов и банкиров с Уолл-Стрит". Фактически, "демократия является лишь одним из источников власти и не всегда применима. В различных случаях те, кто более опытен, иерархически старше или лучше, должны иметь возможность отложить демократическую легитимацию, чтобы вернуть себе власть". Отмечаю, что эти скандальные слова на самом деле были идеологической основой того, что произойдёт с созданием новой Европы, санкционированной Лиссабонским трактатом, который фактически постановляет, что мы, европейцы, все будем управляться в будущем элитой суперспециализированных бюрократов, которых никто из нас не сможет избрать, отложив как раз любую демократическую легитимацию. Теперь понимаете, откуда взялись сегодняшние нападки на демократию?

Ловушка

Профсоюзы и любая другая форма объединения активных граждан, очевидно, были проблемой, которую следовало решить. Здесь авторы превзошли сами себя, с одной из самых коварных находок современной политики: кооптацией. Они понимали, что в развитых демократиях контрпродуктивно идти в лобовую атаку на профсоюзы или другие подобные организации. По собственным словам, они положили начало одной из самых печально известных эпох отношений между властью и миром рабочих/граждан, которая в течение нескольких десятилетий приведёт профсоюзы от их исторической традиции борьбы за права к жалкому сегодняшнему состоянию, где они теперь могут только торговаться о "степени отмены прав". Хантингтон, Крозье и Ватануки писали: "Растущие требования и давление на правительства требуют большего сотрудничества. Мы могли бы разработать средства для обеспечения поддержки и ресурсов [...] профсоюзами и гражданскими объединениями". Обратите внимание: эти слова написаны на заре 70-х, когда сама идея профсоюзов, которые бы "обеспечивали поддержку и ресурсы" правительству, вызвала бы насмешки, если не обвинения в государственной измене и насильственные беспорядки на заводах по всей Италии. Но это случилось, нас заставили, и нет необходимости приводить здесь позорные исторические даты в том смысле, что Cgil, Cisl и Uil[142] всё время таскают каштаны из огня для правительства и предприятий или даже финансируют партии, которые затем войдут в состав правительств, которые они должны, по идее, контролировать. То же самое произошло с так называемыми организациями с активной гражданской позицией, НКО и другими, которые сегодня всё чаще участвуют (кооптированы) в разделении пирогов с государственными службами, забывая, что их функция заключалась в том, чтобы следить и бороться с властями, а не пировать вместе с ними. Но возвращаясь к профсоюзам, "Кризис демократии" приготовил ещё одну торпеду. Авторы понимали, что сила профсоюзов заключается в радикальной идеологии, и если "она теряет силу, то способность профсоюзов добиваться результатов уменьшается". И что может быть противоядием от идеологии, им сразу стало ясно: соглашательство, трёхсторонние соглашения между профсоюзами, правительством и крупными корпорациями об уровне заработных плат и условиях труда. Они так и писали: "(Оно) вызывает недовольство рабочих, которые не признают этот бюрократический процесс и склонны дистанцироваться от него, а это означает, что чем больше профсоюзы склонны участвовать в трёхсторонних соглашениях, тем слабее они становятся и менее способны мобилизовать рабочих и оказывать давление на правительства". Таким образом, практика трёхсторонних соглашений была призвана вывести из строя профсоюзы. Эти рассуждения помещены в более широкий контекст, но поразительно, как молния, тот факт, что эти микробы будущего распада профсоюзов были настолько ясны тем, кто 34 года назад планировал смертную казнь левых по всему Западу. И нужно было не только кооптировать профсоюзы и заманить их в ловушку соглашательства; нужно было также приласкать самых крупных и авторитарных в руководстве, поскольку "в современном государстве влиятельные лидеры профсоюзов, [...] способные командовать своими членами, представляют угрозу авторитету политических лидеров и даже в чём-то помогают им". Причина была ясна: "Если профсоюзы дезорганизованы, если их члены мятежны, если крайние требования и дикие забастовки часты, применение национальной политики заработной платы становится невозможным, [...] способствуя ослаблению правительства (а не рабочих!)", поэтому пусть возникнут "отраслевые" профсоюзы, которые легче приручить.

Эти концепции рассказывают всё, что произошло тогда, на заранее заданном пути вплоть до жалкого сегодняшнего состояния, когда профсоюзы, "могущественные и способные командовать своими членами", разбазарили право человека на труд и полностью отказались от радикализма, необходимого для предотвращения такого несчастного поворота событий. Опять же, это показывает, что если мы хотим бороться даже с этим триумфом власти над сегодняшним рабочим миром, бесполезно бороться с тем или иным итальянским правительством, тем или иным профсоюзным лидером. Они просто невольные исполнители, не более того. Есть много примеров, с какой настойчивостью каждый наш руководитель в течение последних десяти лет пытается повысить пенсионный возраст, а государственные счетоводы продолжают говорить, что счета в пенсионных фондах, напротив, очень здоровы. К чему тогда эта настойчивость? Да к тому, что они просто выполняют приказы, спущенные сверху более тридцати лет назад в других местах мира. И тогда нужно воевать с теми, кто их спустил [...].

Социальный контроль

Как ясно, власть уже тогда обладала кристально ясным представлением о серьёзных проблемах, с которыми приходится сталкиваться, и о несущественных, несмотря на внешность. Среди последних было массовое коммунистическое присутствие в европейских государствах, таких как Италия, которое было ликвидировано еще в 1975 году такими словами: "Коммунистические партии потеряли позиции почти во всей Западной Европе. Их идеология исчезла и стала похожей на Церковь, чья харизма частично поистрепалась. Почему партии, столь подавленные и умеренные, должны представлять угрозу демократии именно тогда, когда они уважают её основы?" Свободные от опасности эффективного сопротивления со стороны "красных" (за 14 лет до распада Берлинской стены), "владельцы заводов, газет, пароходов" должны были сосредоточиться на гораздо более современных элементах, таких как средства массовой информации. Телевидение среди всех нужно контролировать, поскольку "есть веские доказательства того, что развитие тележурналистики способствовало ослаблению авторитета правительств", и что пресса также "играла всё более решающую роль в судьбе правителей и их чиновников". Появление средств массовой информации, готовых бросить вызов авторитету, было для авторов угрозой самому функционированию исполнительных органов, поскольку "это сделало практически невозможным поддержание отстранённости от управления". Также они пишут, что "демократическая этика не позволяет затруднить (средствам массовой информации) доступ к информации или её удаление". В частности, они жалуются на "растущую власть журналистов в ущерб власти редакторов или хозяев", и всё это утверждается без тени стыда, открытым текстом. В общем, что-то нужно было сделать, срочно, и "Кризис демократии" постановляет: "Необходимы важные меры для восстановления правильного баланса между прессой, правительством и другими институтами", – концепция, которая звучит как богохульство для всех, кому ясно, что навязывание такого баланса означает передать власти полномочия контроля над информацией. Излишне сейчас перечислять, как эти заповеди снова превратились в реальность, и что исполнители, такие как Мердок или Берлускони, по-прежнему работают над выполнением этих приказов.

Тем не менее, работа, о которой мы говорим, ориентирована на граждан той эпохи, которые вышли из бурных и революционных 60-х с активной политической позицией, людей, которые "требуют (от правительств) больших мер для решения своих проблем и ещё большего социального контроля". Активность тех времён была представительной демократией, и это была надежда, или левое движение, которое нужно было обезглавить. В Декалоге ответа власти за авторством Хантингтона, Крозье и Ватануки социальный контроль является одной из гильотин. Более того, тут говорится о косвенном социальном контроле над человеком, который, как мы знаем, является самым коварным и наименее очевидным для программирования, наиболее трудным для противодействия. Средство, уже частично опробованное в США, но не совсем знакомое в Европе, "где социальная дисциплина не ценится так, как в Японии, и где косвенные формы социального контроля, разработанные в Америке, отсутствуют", особенно в Италии. Опасность такого отсутствия социального контроля заключается в том, что "рабочий класс не полностью ассимилируется в "социальную игру", особенно в странах Латинской Америки". Другими словами: если вы не включите их в большую массу потребителей, у вас не получится их контролировать, а они будут продолжать участвовать в политической жизни. А в новых потребительских демократиях, по мнению Хантингтона, Крозье и Ватануки, необходимо будет "экспериментировать с более гибкими методами, обеспечивающими больший социальный контроль с меньшим принуждением". Двенадцать слов, двенадцать строковых слов, которые предписывают власти один из самых разрушительных процессов социальной инженерии в истории, направленный на контроль над всеми нами: коммерческое существование и культура видимости, то есть массы граждан, сведённые к полностью безучастным потребителям/зрителям, и этот процесс пойдёт с огромной силой, начиная со следующего десятилетия, и до сегодняшнего дня.

"Кризис демократии" обсуждался на пленарном заседании Трёхсторонней комиссии 31 мая 1975 года. В самой комиссии были и несогласные с этим судебным процессом над представительной демократией, но по факту три автора вскоре станут членами администрации Джимми Картера, а их идеи взлетят и приземлятся сегодня на подоконниках наших домов вместе с идеями адвоката Льюиса Пауэлла. Вот, как умерло левое движение. Вот, кто действительно решает, как люди должны жить. Список мировых воротил, конечно, не останавливается на упомянутых, есть и другие (ВТО, МВФ, международные инвесторы, крупные бизнес-банки, такие как Goldman Sachs, Европейская комиссия, Бильдербергский клуб, экономические аналитические центры и т. д.), но они всегда являются членами одного и того же клуб, узким кругом элиты, которая после двух столетий поражений вернулась на трон. Вот кто есть власть, кто управляет всем, что делают наши политики и администраторы.[143]

4. Суперложи и мировое правительство

Первый акт. Комментарий к книге Доменико Моро: коммунизм, капитализм, буржуазия и масонский межклассизм в генезисе современности

Что касается размышлений Доменико Моро о Трёхсторонней комиссии и "Кризисе демократии", за вычетом недостатков и упущения исторического субъекта "масонства", и, несмотря на переоценку так называемых парамасонских обществ как таковых, его анализ достаточно трезв и точен. Конечно, в книге " Бильдербергский клуб. Люди, которые командуют миром" он затем приходит к выводам некритически марксистского колорита, когда приписывает руководство различными глобальными и локальными ассоциативными формами элит не совсем чётко сформулированному "семейному и международному капитализму". В действительности капитализм как таковой рискует стать исторической абстракцией, наравне с коммунизмом, если не будет связан с конкретными людьми и группами, которые формировали или формируют его программные линии, а не что-то иное.

Капитализм и коммунизм, в плане исторического, социологического и антропологического анализа, ориентированного в научном смысле, являются априорными или апостериорными теоретическими конструкциями, используемыми людьми из плоти и крови для создания определённой системы производства, управления товарами и услугами и/или какого-то величественного проекта для нынешнего и будущего общества.

Но когда мы переходим от политических манифестов и вдумчивых исследований абстрактных экономических систем, направленных на то, чтобы превозносить или очернять государственную и/или частную собственность на средства производства и обмена, и начинаем внимательнее наблюдать за тем, кто были и кто такие люди и группы, которые дали плоть, кровь и ноги для прихода этих абстрактных идей, рождённых в какой-то идеологической кузнице, то обнаружим, что не существовало и не существует капиталистов и коммунистов для себя и в себе, а есть только живые люди, которые, кроме как теоретические неживые инструменты капитала или не менее теоретические безличные средства установления реального социализма, имеют и имели разные черты характера, национальности, менталитеты, социальную и культурную принадлежность, жизненные потребности, философские вкусы, мечты, устремления, побуждения и желания и даже разные тенденций для вольного или невольного использования политико-идеологического наследия ради каких-то идеальных целей или чисто личной власти, если не обоих.

Так, например, мы можем заметить, что существовал не только русский коммунизм, отличный от китайского, который сам отличался от корейского, вьетнамского и т. д., но что даже советский коммунистический лидер Сталин отличался от Троцкого, а оба они – от Ленина, который имел мало общего с Хрущёвым, а он – с Брежневым, а они оба – с Горбачёвым, и так далее. Точно так же с Коммунистической партией Китая мы можем увидеть, как политические взгляды Мао Цзэдуна заметно расходились в разные годы с точкой зрения Дэна Сяопина, Чжоу Эньлая или Лю Шаоцзы.

Также можно проанализировать, насколько modus vivendi, cogitandi et operandi[144] коммунистических правящих классов, различных номенклатур, находящихся у власти во имя Маркса и Ленина, а не Бога (уже отличающиеся друг от друга в разных странах и территориях, но всё же схожие в том, что пользуются роскошью и кастовыми привилегиями, исключаемыми для остальной части населения), расходились со средними партийными кадрами или с толпой безымянных, которой надлежало исключительно подчиняться и дружно рукоплескать, довольствуясь в духовном или материальном плане немногим, если вообще ничем. Мы, безусловно, обнаружили бы впечатляющее разнообразие способов усвоения, восприятия и переживания коммунистической реальности.

Если обратиться к капитализму, то как сопоставить теоретические взгляды Джона Мейнарда Кейнса или Джона Кеннета Гэлбрейта (1908-2006) с взглядами Фридриха фон Хайека или Милтона Фридмана (все они, в свою очередь, отличаются друг от друга)? Как же тогда согласовать любую интерпретацию свободной рыночной экономики, где финансы находятся в равновесных отношениях и взаимной интеграции с промышленным производством товаров и услуг, с мировоззрением или фактической практикой, которая унижает реальную экономику в пользу неуправляемой финансовой алхимии? Как увязать слепую веру в фундаментализм рынка и его предполагаемую "невидимую руку", которая всегда и в любом случае вела бы людей к великолепной и прогрессивной судьбе со столь же либеральной концепцией экономических обменов, где, однако, вместе с частным рынком, имеют право действовать (для корректирующих и интегративных целей, в общих интересах) всё те же демократически узаконенные государственные полномочия?

А в плане отдельных капиталистов-предпринимателей, как увязать фигуру профашиста и гиперлиберистского консерватора Джона Пирпонта Моргана-младшего (1867-1943) и пронацистского Генри Форда (1863-1947), которые критиковали рузвельтский "Новый курс" справа, радикально оспаривая не только предоставление профсоюзных прав рабочим, но и саму идею о том, что государство вкладывает государственные деньги в инфраструктуру и целевые программы, направленные на борьбу с безработицей, с прогрессивным магнатом (хоть и противоречивым) Уильямом Рэндольфом Херстом (1863-1951), который спорил со своим бывшим другом Рузвельтом (хотя содействовал его избранию в 1932 году) слева, за ограничение государственных расходов, направленных на выплату кредиторам государства (например, ветеранам Первой мировой войны) во время неопределённости и путаницы в Белом доме по поводу фактического размера федерального бюджета?

Да и вообще что общего у Дж. П. Моргана-младшего или Х. Форда с таким великим гиперпрогрессистским менеджером и предпринимателем (сторонником Рузвельта первого и второго сроков, не таким спорным, лунным и театрально-нарциссическим, как У. Р. Херст), как Джерард Своп (1872-1957)?

Конечно, для обобщающего описательного удобства учёные человеческих обществ или медиа-органов могут объединять самых разных людей и группы людей друг с другом, неизменно называя их, среди других абстрактных таксономических возможностей, коммунистами или капиталистами. Но эти ярлыки ничего не говорят нам о реальных действиях этих конкретных персонажей, имеющих политическое, социальное, экономическое и культурное значение.

Точно так же в историографическом, социологическом и антропологическом плане непоследовательно продолжать абстрактно рассматривать капитализм или буржуазию как фактические исторические объекты, возможно, приписывая им столь же абстрактное право собственности на революционные действия, которые привели к современному миру.

Капитализм или буржуазия, на самом деле, вне блестящих и оригинальных марксистских обобщений, никогда не имели этой важной функции как таковой из-за того простого факта, что это абстрактные концепции, относящиеся к очень разным экзистенциальным группам и отдельным лицам, часто резко контрастирующим друг с другом.

Более, о буржуа и капиталистах как таковых, понимаемых в марксистском смысле, можно сказать, что они являются абстракциями в ещё большем смысле, чем коммунисты. Фактически, говоря о последних, хотя у них очень разные способы действий и намерения в различных ситуациях и странах, можно, по крайней мере, признать, что мужчины и женщины во плоти и крови в идеале называли себя и воспринимали себя как таковые только в определённых контекстах политической общности.

Вместо этого, хотя нет документальных следов людей, которые на заре современности собрались вместе (с реформистскими и/или революционными целями) и дали клятвы взаимопомощи, сотрудничества и солидарности в точных и определённых ассоциативных контекстах, называя друг друга " брат-буржуа" или "брат-капиталист", реальная история (а не вымышленная история марксистских диалектических абстракций) рассказывает нам об исторических субъектах, конкретно и реально действующих, которые привыкли называть друг друга "братья-масоны".

Таким образом, если мы уклонимся от дальнейших рисков описательно-таксономических обобщений, воображая существование некоего "масонства самого по себе", которое не зависит от конкретных жизней и работ отдельных масонов, мы, безусловно, можем сказать, что масоны являлись и являются как таковые, а не как что-то само по себе, как в случае буржуа и капиталистов в их разнообразном идеологическом вдохновении, настоящим коллективным историческим субъектом, главным героем и гегемоном современного общества – настоящее общество с неограниченной ответственностью, хотя и пережившее яростную борьбу после того как всем хором разрушило так называемый "Старый порядок".

Второй акт. Комментарий к тексту Паоло Барнарда

Вернёмся к другому отрывку, который мы процитировали чуть более подробно, чтобы углубить анализ этого важного идеологического манифеста, которым был (и остаётся) пасквиль "Кризис демократии". Он даёт нам возможность раз и навсегда указать на ряд вопросов, которые слишком поверхностно рассматриваются культурно неподготовленными или невнимательными учёными, а также грубыми политиканами и технически неадекватными или недобросовестными СМИ. Стиль Барнарда волнующий, экспрессивный и чрезмерно апокалиптический, но, за исключением нескольких упущений и неточностей, он сохраняет соответствие жизни и показывает высших руководителей необычного исторического отрывка между 60-ми и 70-ми.

Прежде всего Барнард, как и все, кто, как непосвящённые, попробовал проанализировать тактику закулисы и суть власти, ошибается в периодизации. Судебный процесс, который, по его мнению, начался в августе 1971 года, а затем был продолжен в конце мая 1975 года, на самом деле начинается в 1967-1968 годах, когда основные Ур-ложи международной неоаристократической сети производят на свет новую и безудержную суперложу "Три Глаза" или "Три Архитектора".

31 мая 1975 года на пленарном заседании Трёхсторонней комиссии в Киото, Япония, ничего по сути не произошло. Фактически, с одной стороны, как мы увидим, международные агенты консервативного масонского конгломерата действовали уже с 1967 года, чтобы стабилизировать или дестабилизировать ситуацию (в зависимости от возможностей) в соответствии с их проектом олигархической инволюции Запада и продолжения элитарного управления другими территориями. С другой стороны, официальное обсуждение, а затем публикация на нескольких языках документа "Кризис демократии" имело более чем пропагандистскую цель, направленную на то, чтобы заручиться согласием модераторов международного масонского истеблишмента в попытке изолировать его прогрессивных и наиболее яростных демократических деятелей.

Когда позже Барнард пишет, что "ответчиком было левое движение", и уравнивает эту политическую позицию (излагаемую в таких общих терминах) с такими понятиями, как "права, представительная демократия простых граждан, мир, терпимость, общие интересы, свободная любовь и свободомыслие, лучший мир для каждого мужчины или женщины на этой планете – мир, который мы хотели бы иметь и которого у нас сегодня нет", он демонстрирует определённую герменевтико-политологическую ошибку.

Действительно, в конце 60-х – начале 70-х годов в евроатлантическом районе существовало несколько видов левых. Некоторые из них, спонтанно или даже позже, благодаря проникновению различных двойных агентов, которые раздули огонь идеологической радикализации и вооружённой борьбы, черпали вдохновение в великой Культурной революции Мао, мифах партизанского коммунизма "а-ля Че Гевара", стремлении возродить марксистско-ленинскую традицию: короче говоря, из целого ряда не только антикапиталистических, но и антидемократических и явно нелиберальных течений.

Течений, которые, при ближайшем рассмотрении, привели бы Запад (если бы их когда-либо вырастили и приняли большинством народа, вместо того, чтобы стать только выражением некоторых меньшинств, а скорее предметом манипуляций и подлогов, как ни парадоксально, именно со стороны агентов масонских олигархических кругов) к инволюции в элитарном смысле (как это случилось с большевистской элитой во главе с элитарным масоном Лениным, которые без единого выстрела заменили царскую аристократию) даже хуже, чем та, которая была более благоразумно разработана вольными каменщиками "Трёх Глаз" вместе с собратьями других реакционных суперлож.

В то время существовало гораздо более распространенное прогрессивное народное чувство, демократическое и менее экстремистское, которое не принадлежало какой-то определённой политической партии и скорее напоминало идеологию "Новых рубежей" Джона Фицджеральда Кеннеди и "Великого общества" Линдона Джонсона. К сожалению, второй и гораздо более многообещающий прогрессизм либертарианского, демократического и социалистического характера остался сиротой после смерти Мартина Лютера Кинга и Роберта Френсиса Кеннеди. Его воплощали два великих персонажа, которые могли бы стать его глашатаями в мире таких новых левых, ни антисистемных, ни антикапиталистических, а скорее ориентированных на полное и радикальное снижение принципа народного суверенитета, социальной справедливости, этического и культурного плюрализма, секуляризма государства, свободы от нужды по образцу Рузвельта, универсализма прав человека для всех и для каждого.

Несмотря на это, несмотря на свои ошибки и нерешительность, несмотря на неспособность эффективно защитить жизнь носителей идей (сначала Джона Кеннеди, затем Мартина Лютера. Кинга и Роберта Кеннеди), избранных, чтобы продолжить длинный полёт демократии, сеть прогрессивных международных Ур-лож ("Томас Пейн", "Христофор Колумб", "Иоанн", "Монтескье", "Даат", "Симон Боливар", "Гедулла", "Ибн Араби", "Зелёное Братство ", "Хайрем Роудс Ревелс", "Ньютон-Кейнс", "Бенджамин Франклин", "Кэррол из Кэрролтона") продолжала подпитывать, как неисчерпаемая подземная река, народные стремления к ценностям, которые Паоло Барнард генетически приписывает без всяких уточнений "левым": "мир, терпимость, общие интересы, свободная любовь и свободная мысль".

Затем Барнард приписывает авторство прогрессивной эпопеи XVIII-XX веков "обычным мужчинам и женщинам, которые могли бы изменить историю". В действительности, коллективный исторический субъект, который разрушил "Старый порядок" (сначала реформировал культуру, общество и духовность, затем буквально изобрёл концепцию гражданства, межклассизма, гражданского общества и общественного мнения, наконец, навязал принцип народного суверенитета и всеобщих прав человека и гражданина) и познакомил человечество с современным миром и его открытыми, светскими и демократическими обществами, основанными на парламентских институтах и верховенстве закона, были масоны, поэтому мы и называем их обществом с неограниченной ответственностью.

И эти масоны были не совсем обычными мужчинами и женщинами, в смысле обычных, как их социальный класс, которому они принадлежали (стёртый и преображённый опытом масонской смерти и воскресения, после которых они становились равноправно свободными, равными братьями с князьями крови, крупными и средними буржуа, принадлежащими к народным слоям). Они были, напротив, исключительными мужчинами и женщинами, смелым и просвещённым авангардом, который изо всех сил боролся за то, чтобы дать гражданское достоинство подданным, которые часто даже не понимали необычайных достижений, которых вольные каменщики и каменщицы (последние более многочисленны и проницательны, чем считается, несмотря на посмертный мужской крен большинства официальных масонских кругов, но не Ур-лож, как прогрессивных, так и консервативных) добились ради них.

Конечно, краеугольным камнем масонских революций и сражений XVII, XVIII и XIX веков был союз этих авангардов с самой живой частью народных слоёв общества (и, следовательно, с обычными мужчинами и женщинами, но только в смысле сословной скромности, а не политико-гражданского энтузиазма), но без идеологического вдохновения и супермистического мужества (перед возможным заключением, пытками и пролитием собственной крови) этих аристократов духа, поклонников настоящей демократии, планета до сих пор бы управлялась на Западе и Востоке абсолютистскими монархиями и теократиями/иерократиями интегралистского и свободоубийственного толка.

Именно прогрессивные масоны (в основном большинство во все эпохи, по крайней мере, до первых десятилетий ХХ века), конкретные, не какие-то абстрактные исторические субъекты, такие как "буржуазия", "капитал", "простые женщины и мужчины", вырвали власть у немногих, чтобы передать её многим. Естественно, допустив ошибки и неточности в определении главных героев эпопеи либерально-демократической борьбы последних веков, Барнард затем совершенно прав, отмечая, что наступил исторический момент, в котором некоторые (т. е. масоны-олигархи, самопровозглашённая новая аристократия денег на замену духовной и родовой аристократии предшествующей эпохи) решили повернуть этот процесс вспять, затормозить приход к власти многих (демоса, простого народа), остановить историю этой оригинальной эпопеи равенства, которая прервала тысячелетнюю олигархическую гегемонию.

В этом отношении, о чем свидетельствуют слова Роберта Кеннеди ("Изменение со всеми рисками, которые оно несет, является законом существования. [...] Во все времена и в каждой стране есть люди, которые пытаются остановить историю"), консервативный и реакционный логос во все времена подкрепляет себя презумпцией того, что может руководить мыслями, желаниями, энергией и устремлениями людей, приковывая их к заданному духовному и материальному опыту, выдаваемому за абсолютный и яростно защищаемый от любых возможных реформ/преобразований/переделок.

На протяжении тысячелетий республики и империи появлялись и исчезали, старые и новые религии боролись за человеческую преданность, но никому не удавалось вырвать власть у немногих, чтобы отдать её многим. Затем, наконец, благодаря такому историческому явлению, как масонские ложи XVII и XVIII веков, которые распространились после 1717 года как доброкачественная опухоль по всем территориям старого европейского континента и нового американского континента, что-то резко изменилось.

Родился новый исторический субъект, который навсегда революционизировал земной шар.

5. Триумф элит

Глагол "Трёх Глаз"

Позже, но в 1967-1968 годах, а не в 1971-1975 годах, как ошибочно предполагает Барнард, путая причины со следствиями,[145] уже другие масоны, вдохновлённые противоположными идеями, нежели распространители всеобщих деклараций прав человека и граждан, разработали проект эпохального и на этот раз недемократического характера.

Болонский журналист-политолог-экономист приписывает в этом непомерную роль Юджину Сиднору-младшему (Торговая палата США) и адвокату Льюису Франклину Пауэллу-младшему. То, что они сделали, и то, что они не скрывали этого, объясняется коллективной волей большинства Ур-ложи "Три Глаза" (вместе с другими суперложами), которая включала гораздо больше обаятельных и харизматичных личностей, помимо влиятельных масонов Сиднора-младшего и Пауэлла-младшего.

С другой стороны, в контексте несколько хромой и пыльной историко-социологической переоценки неосознанных и сверхчеловеческих факторов (заимствованных из исторических материализмов, светских и конфессиональных провиденциализмов, детерминизмов, функционализмов и различных структурализмов, очень важных и наводящих на размышления, ради всего святого, но несколько завышенных) в объяснении становления человечества, внимание Барнарда уделялось "силе идей, которые обращают вспять, разрушают, побеждают".

Настолько, что если бы идеи не были важны, как те, которые были переданы прозрачно и ясно, так и те, которые распространялись подсознательно, то было бы непонятно, почему эксперты по связям с общественностью и статистическим данным, представители прессы, рекламы, члены аналитических центров, различные учёные, начиная с основных лекций масонов Вальтера Липпмана, Эдварда Бернейса, Айви Ли и Джорджа Гэллапа, стали главными и наиболее авторитетными сотрудниками крупных частных корпораций, крупных политических партий, крупных бизнес-лобби, одних и тех же государственных, частных или смешанных международных институтов.

Конечно, о "Меморандуме" Пауэлла-младшего 1971 года можно сказать всё то же, что мы сказали о "Кризисе демократии" 1975 года: всё уже было решено в конце 60-х в архитектурных таблицах Ур-ложи "Три Глаза", при содействии братьев из лож "Роза Ветров", "Гебура", "Эдмунд Берк", "Жозеф де Местр", "Левиафан", "Пан-Европа", "Кольцо", "Валгалла" и "Парсифаль".

Какой прогресс?

У Барнарда, родившегося в1958 году, хотя он начал изучать неокейнсианские экономические теории, такие как современная теория денег – теории, которые основаны на свободной рыночной экономике, неотделимой от законности владения и инвестирования частного капитала и, следовательно, от капитализма, а также важной роли, возложенной на государство, как на валютного регулятора и активного игрока по отношению к рынку и его несоответствиям, – заметны очевидные бессознательные всплески антикапиталистических и антипотребительских левых после 1968 года, которые никогда не понимали тесной связи между гражданской и политической современностью и экономической свободой частных лиц, между промышленным/коммерческим прогрессом и расширением народного суверенитета, между увеличением потребления и плюрализмом, а также медиа-телевидением и критическим/информационным потенциалом гражданина-потребителя, между распространением потребления и уменьшением бедности в контексте значительного сокращения патриархальных, мужских и традиционалистских ценностей крестьянской культуры, слишком часто оказывающейся верной союзницей всех олигархий у власти.

Тем не менее, блестящий Паоло Барнард живёт со своим противоречием – апорией, возможно, уже преодолённой со времён той статьи 2009 года, которую мы комментируем.

На самом деле, мы, кажется, слышали, что в последнее время он пересмотрел в более современных терминах беспорядочные и мало продуманные стрелы, которые он пускал в коммерческое существование, корпоративную систему, потребительство, мелких инвесторов и, наконец, в механизмы частного телевидения.

Если бы это было не так, было бы трудно примирить его роль пророка,/апостола (даже немного сектанта и догматика) современной теории денег и денежно-экономической теории Мослера, экономического мировоззрения, которое, повторяем, может работать только в режиме свободной капиталистической экономики, с законностью извлечения частной прибыли и, следовательно, потребностью в расширении торговли и потребления, с одной из ведущих современных антикапиталистических всплесков, полностью чуждых древней кейнсианской традиции и новым традициям, умеренным или радикальным.

На полях соображений Барнарда 2009 года, во всяком случае, мы можем признать, что если большой потенциал материального развития, предлагаемый свободной рыночной экономикой, и большой информационный потенциал, вытекающий из телевидения или интернета, не используются для формирования адекватного критического сознания, то, конечно, потребительство или эфир также могут стать инструментом манипуляции сознанием.

Но разве в докапиталистических или антикапиталистических (коммунистических) докапиталистических или современных обществах не существовало массовых манипуляций со стороны элит, возможно, посредством традиционных религиозных культов или секуляризованных религий?

Историческая истина, которой трудно что-то противопоставить, заключается в том, что материальный и духовный прогресс западных народов (лишенный удушающего контроля над светской властью церквей и не менее авторитарного контроля гражданских властей, конфессионально ориентированных или сплочённых вокруг монархических дворов) сопровождался уменьшением свободы в любой области, даже в экономике и торговле.

В наши дни, в наших открытых и плюралистических обществах, те, кто хочет смотреть телевизор, смотрят его (выбирая каналы, которые им больше всего нравятся), а те, кто не хочет, не смотрят его; те, кто хочет подключиться к интернету, подключаются, а те, кто не хочет, этого не делают; те, у кого есть деньги, чтобы потреблять, потребляют мало или много в зависимости от своих вкусов (и если он сторонник антироста, то, возможно, собрав всю свою дизайнерскую одежду, он переселяется в деревню, отвергая многочисленные соблазны мегаполисов).

Проблема, во всяком случае, возникает, когда вы не потребляете и не живете коммерческим существованием не из-за своего личного антикапиталистического и антипотребительского идеологического выбора, а только потому, что у вас нет достойной и достаточно оплачиваемой работы, то есть у вас недостаточно капитала для покупки товаров и услуг.

Что ж, любая кейнсианская или рузвельтская доктрина, оригинальная или переработанная (и на эту полку можно также поставить современную денежную теорию), всегда стремилась обойти эту проблему, решая проблему безработицы, чтобы включить каждого гражданина в цивилизацию потребления и свободной торговли: то есть в цивилизацию материального процветания и свободы от нужды, подготовки к любому другому прогрессу социального, политического, культурного, интеллектуального и/или духовного характера.

Но тогда, с этой точки зрения, самому Барнарду должно показаться неправильным полагать, что происходящее на заре XXI века, с безработицей, скачущей в каждой западной стране, с разорением среднего класса и порабощением пролетариата, с ростом неравенства в евроатлантическом и мировом масштабе, так хорошо проанализированное учёными, такими как Джозеф Стиглиц и Пол Кругман, оба прогрессивные масоны (и подтверждено каждым институтом статистики и социальных исследований), как-то связано с предполагаемым планом Трёхсторонней комиссии "превратить всех нас в потребителей, зрителей, мелких инвесторов".

"Может быть, так оно и было", – хотелось бы сказать, думая обо всех тех миллионах людей, которые с повторяющимися экономическими кризисами последних лет потеряли все шансы потреблять, инвестировать и даже платить за подключение к интернету и подписку на общественное или частное телевидение.

Во всяком случае, расширение потребления и коммерчески богатое существование для широких слоёв населения мира может стать целью нового прогрессизма третьего тысячелетия в преемственности с "Новыми рубежами" Кеннеди и "Великим обществом" Джонсона.

Вместо этого кажется очевидным, почему проект "Трёх Глаз" (со всем олигархическим масонским кругом), опубликованный намного позже и не случайно парамасонской Трёхсторонней комиссией, пошёл в направлении небольшого общества привилегированных элитариев (с различными градациями, как в оруэлловском ангсоце), которое безнаказанно доминирует и унижает массу глобализированного неопролетариата, неважно Первого, Второго и Третьего мира (для Четвёртого проблема не в массовой пролетаризации, а в условиях современного рабства для счастливчиков, которым, по крайней мере, хозяева предоставляют немного еды и жилья, а также систематическое истребление в результате гражданских войн, терроризма, голода, болезней, недостаточной медицинской помощи, общей нехватки сырья и продовольствия – для остального населения).

Парамасонская ширма

Наконец, следует отметить важное продолжение замечаний Паоло Барнарда относительно официальной оценки, которую реакционные масоны Крозье, Хантингтон и Ватануки хотели выразить от имени Трёхсторонней комиссии парамасонов (для инсайдеров международной власти от имени и по поручению "Трёх Глаз" и других консервативных суперлож) насчёт западных коммунистических партий и желаемого приручения средств массовой информации, слишком свободно мыслящих и критикующих созданную власть:

"Коммунистические партии потеряли позиции почти во всей Западной Европе. Их идеология исчезла и стала похожей на Церковь, чья харизма частично поистрепалась. Почему партии, столь подавленные и умеренные, должны представлять угрозу демократии именно тогда, когда они уважают её основы?" Свободные от опасности эффективного сопротивления со стороны "красных" (за 14 лет до распада Берлинской стены), "владельцы заводов, газет, пароходов" должны были сосредоточиться на гораздо более современных элементах, таких как средства массовой информации. Телевидение среди всех нужно контролировать, поскольку "есть веские доказательства того, что развитие тележурналистики способствовало ослаблению авторитета правительств", и что пресса также "играла всё более решающую роль в судьбе правителей и их чиновников". Появление средств массовой информации, готовых бросить вызов авторитету, было для авторов угрозой самому функционированию исполнительных органов, поскольку "это сделало практически невозможным поддержание отстранённости от управления". Также они пишут, что "демократическая этика не позволяет затруднить (средствам массовой информации) доступ к информации или её удаление". В частности, они жалуются на "растущую власть журналистов в ущерб власти редакторов или хозяев", и всё это утверждается без тени стыда, открытым текстом. В общем, что-то нужно было сделать, срочно, и "Кризис демократии" постановляет: "Необходимы важные меры для восстановления правильного баланса между прессой, правительством и другими институтами", – концепция, которая звучит как богохульство для всех, кому ясно, что навязывание такого баланса означает передать власти полномочия контроля над информацией. Излишне сейчас перечислять, как эти заповеди снова превратились в реальность, и что исполнители, такие как Мердок или Берлускони, по-прежнему работают над выполнением этих приказов.[146]

Нужно будет вкратце напомнить о важности того факта, что ещё весной 1975 года некоторые международные масонские цепи выше по течению от парамасонской Трёхсторонней комиссии вообще не воспринимали коммунистическую опасность для Запада всерьёз и заботились о том, чтобы об этом знали вокруг, по крайней мере, к вниманию тех, у кого были глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, и интеллект для понимания.

Паоло Барнард, однако, заканчивает свою статью-речь, показывая некоторое понимание того, как на самом деле работают парамасонские общества, где древняя масонская привычка к свободному критическому противостоянию не исчезает (и где приглашаются, участвуют и кооптируются даже несогласные с верхушкой персонажи), хоть и в присутствии возможной гегемонии консервативных и реакционных тенденций:

"Кризис демократии" обсуждался пленарным собранием Трёхсторонней комиссии 31 мая 1975 года. В самой комиссии были и несогласные с этим судебным процессом над представительной демократией, но по факту три автора вскоре станут членами администрации Джимми Картера, а их идеи взлетят и приземлятся сегодня на подоконниках наших домов вместе с идеями адвоката Льюиса Пауэлла.[147]

Действительно, о критическом противостоянии и инакомыслии не только в парамасонстве, но и в частности в обычном масонстве нам придётся поговорить позже в связи с тревожным случаем знаменитого американского шоумена (режиссера, сценариста, продюсера), масона Стэнли Кубрика (1928-1999). Первоначально он был посвящён в УР-ложе "Три Глаза", но затем, после нескольких разногласий с руководством, вышел из неё, вопреки методам управления и хищным целям мастерской, касающихся непосвящённых.

6. Италия: поле битвы между УР-ложами

После этого скачка вперёд во времени (до 1975 года, даты публикации "Кризиса демократии"), однако, мы возвращаемся к концу 60-х – началу 70-х, когда неоаристократические УР-ложи должны были решить, как действовать, чтобы наилучшим образом реализовать на Западе свой проект олигархической инволюции и остановить демократическо-прогрессивную длинную полосу.

Итак, давайте восстановим хронику нашего повествования.

После урегулирования вопросов в Греции (21 апреля 1967: диктатура полковников), чтобы бросить провокационное предупреждение другим европейским странам (и демократическому масонскому фронту) и изучить их реакцию, после проведения торжественного и эпохального избиения прогрессивных течений на фундаментальной земле США (4 апреля-6 июня 1968: убийства М. Л. Кинга и Р. Ф. Кеннеди), нельзя было продолжать вести себя столь же агрессивно и бессовестно, как мы уже отмечали, в таких странах, как Швеция, Норвегия, Дания, Нидерланды, Бельгия, Федеративная Республика Германия, Франция, Великобритания и Канада.

Однако всё равно необходимо было остановить радикально демократические и социалистические толчки в странах на периферии Запада (Латинская Америка), возможно, используя кого-то в качестве социально-экономического образца для последующего экспорта в глобальном масштабе.

Кроме того, можно было организовать большой переворот (действуя с большой осторожностью) и выяснить, каковы инволюционные возможности для маневра (в олигархическом смысле) в том, что теперь стало великой индустриальной страной и средиземноморской державой, но не имело такого же статуса и родословной, как другие устоявшиеся западные демократии.

Италия была идеальной подопытной для учеников-колдунов неоаристократических УР-лож: гораздо более продвинутая, чем Греция, Португалия и Испания (в конце 60-х все три управлялись авторитарными и элитарными режимами), традиционно это была территория завоеваний и экспериментов для иностранных властителей, как государственных, так и частных, как своих, так и международных. Италия – страна, потерпевшая разрушительное поражение во Второй мировой войне и всё же способная значительно подняться в течение чуть более двадцати лет демократической жизни, хотя и испорченная присутствием крупнейшей коммунистической партии Запада, ИКП.

Английский переворот?

Давайте посмотрим, как можно было обозначить ситуацию в Италии в 1969 году, с помощью блестящих синтетических оценок Марио Хосе Серегино и Джованни Фазанеллы, указанных в ценном эссе 2011 года "Английский переворот" об отношениях между фашизмом и британским масонством:

Как это ни парадоксально, неопределённость внутриполитической ситуации не влияет ни на активность Eni, ни на внешнюю политику Италии. Наоборот, именно в 1969 году стратегический проект Маттеи и христианских демократов Моро и Фанфани был реализован с благословения коммунистической оппозиции. Англия утратила почти всё своё влияние на Ближнем Востоке. Она потеряла большую часть своих колониальных владений в Африке, где многие англоязычные страны обрели независимость. И её также собирались изгнать со Средиземного моря, где теперь без Египта Насера и потерянных островов Кипра и Мальты она контролирует только Ливию. И именно здесь, в нефтяной стране, которая вскоре окажется самой богатой на североафриканском фланге, состоится финальный матч между Италией и Великобританией. В ночь с 31 августа на 1 сентября 1969 года в результате переворота был свергнут пробританский король Идрис, а в Триполи к власти пришёл молодой полковник Муаммар Каддафи, сторонник Насера, прошедший обучение в европейских военных академиях. Этот переворот был запланирован несколькими месяцами ранее в гостинице в Абано-Терме области Падуя. И его влияние на баланс в Средиземноморье ощущается уже достаточно быстро. Новое революционное правительство объявляет нефтяным компаниям, что хочет повысить цены на нефть. Затем оно изгоняет американские и английские военные базы с территории Ливии, в то время как торговые и военные отношения с Италией только развиваются. Пока у нашей страны сильные позиции на всём Ближнем Востоке и в Средиземноморье. Её влияние и престиж таковы, что Соединённые Штаты вынуждены делать "хорошую мину при плохой игре". Они замалчивают последствия переворота в Триполи, убеждённые, что могут справиться с ущербом, нейтрализовав итальянское присутствие. Президент-республиканец Ричард Никсон, как и демократ Кеннеди несколькими годами ранее, признаёт роль силы НАТО в посредничестве при урегулировании конфликтов между арабскими странами и Западом. И в то же время – для сдерживания реваншистских проектов Великобритании. Но Лондон, очевидно, другого мнения. И можно понять его разочарование, поскольку 1969 год знаменует собой окончательный переворот исхода Второй мировой войны, спустя всего четверть века после её завершения: Соединенное Королевство среди держав-победителей теперь является важным островом в Северной Европе, которому в Средиземном море принадлежит только Гибралтар; напротив, Италия, побеждённая нация, стала преобладающей державой в этом регионе, а также оказывает растущее влияние на Ближнем Востоке и в чёрной Африке. Не случайно, что именно в этот период на сцене появляются два героя, два старых друга английских служб, Юнио Валерио Боргезе и Эдгардо Соньо, вместе с третьим персонажем, который даже без прямых связей с британской разведкой определённо состоит в связи с пограничными англофильскими кругами: крайним левым издателем Джанджакомо Фельтринелли. Вокруг их фигур в конце 60-х – начале 70-х будут переплетаться почти все нити чёрного, белого и красного саботажа.[148]

Интерпретирующую картину десятилетий итальянской истории (с 1924 по 1978 год, с отсылками даже на период Рисорджименто), предложенную в книге Серегино и Фазанеллы, можно обобщить в следующем отрывке:

Разрушительная война, которая никогда не прекращалась. Эта книга открывает важный разрыв в истории нашей страны и отвечает на неразборчивые вопросы, которые даже судебные расследования не смогли полностью прояснить. Начиная с убийства Маттеотти (1924), и заканчивая смертью Маттеи (1962) и Моро (1978). Всякий раз, когда итальянцы пытались решить свою судьбу, вмешивались англичане. Теперь рассекреченные документы, с которыми два автора ознакомились в лондонских архивах Кью-Гарденс, подтверждают это. Из этих документов ясно видно, что не Вашингтон разрабатывает разрушительные планы насчёт Италии, как всегда считалось, а прежде всего Лондон, который не хочет терять контроль над нефтяными маршрутами и противодействует проарабской политике Маттеи, Грончи, Моро и Фанфани в пользу развивающихся стран. Однако нефть – не единственная проблема. Для англичан коммунисты – тоже навязчивая идея. Достаточная, чтобы решить её любым способом. Даже заручиться поддержкой журналистов, интеллектуалов и политиков для руководства общественным мнением и голосованием итальянцев. Специальный отдел Министерства иностранных дел работает над этой целью. К отделу присоединяются старые друзья британских служб, такие как бывший партизан-монархист Эдгардо Соньо и бывший республиканец, командующий 10-ой флотилией МАС Юнио Валерио Боргезе. Потом наступает 1976 год, когда для ИКП открываются двери правительства. В Лондоне планируют переворот. Но план в конечном итоге отбрасывается в пользу другой "диверсии". Таким образом, начинается террористическая волна, кульминацией которой является убийство Альдо Моро.[149]

Такой герменевтический вывод

почти полностью основан на документах, с которыми ознакомились в британском государственном архиве в Кью-Гарденс недалеко от Лондона в ходе многолетних исследований. Сотни писем, телеграмм, информационных и аналитических сводок разведки, дипломатии, министерств и канцелярии премьера. Секретные и совершенно секретные отчёты. Теперь они доступны учёным. Но никто никогда не удосужился найти их и изучить полностью, методично. Только газета "Ла Репубблика" после 2007 года начала публиковать некоторые важные отрывки. Тем не менее, это огромный, очень богатый материал. Для исследователя это настоящая золотая жила, которая позволяет впервые восстановить то, что можно назвать самым длинным переворотом в истории, потому что он длился более полувека: "английский переворот", осуществленный в Италии с 1924 года (год похищения и убийства депутата-социалиста Джакомо Маттеотти) по 1978 год (год захвата и убийства президента христианской демократии Альдо Моро). Это было не резкое и насильственное свержение правительства другим органом того же государства, согласно классическим южноамериканским военным образцам, а сложная и многогранная попытка на протяжении всей жизни и применяемой тактики, осуществляемая иностранным государством, Великобританией, обусловить внутреннюю и внешнюю политику другой страны. С целью превратить её в своего рода протекторат, базу, с которой можно развивать и защищать свои торговые пути, начиная с самого стратегического: нефтяного. Британцы приглядывались к Италии, можно сказать, с момента появления самой Италии. Действительно, Италия и её политико-территориальное единство в некотором роде являются результатом английских амбиций. Накануне масштабного строительства французами Суэцкого канала Лондон осознаёт потенциал этой полоски воды, которая позволит в короткие сроки достичь своих владений на Востоке, не делая крюк через мыс Доброй Надежды. Канал открылся в 1869 году, а год спустя, в 1870 году, королева Виктория присоединила к Британской империи Индию, Пакистан, Бирму и Бенгалию. Великобритания с самого начала понимает геополитическое значение нашего полуострова: расположенный в середине Средиземного моря, на линии связи Север-Юг и Восток-Запад, если их разумно контролировать, он в недалеком будущем позволит доминировать в одном из самых стратегических районов мира. И это происходит. На этом новом горизонте идея итальянского единства, реализуемая в основном в трёхлетний период 1859-1861 годов, набирает обороты прежде всего в британских политико-дипломатических, военных и финансовых кругах. Британцы уже имеют собственное экономическое присутствие на Сицилии с сильными интересами в серной промышленности и производстве вина. Однако теперь они вынашивают гораздо более амбициозные проекты и не только безоговорочно поддерживают проекты Джузеппе Мадзини и Камилло Бенсо ди Кавур, но даже создают условия для высадки "Тысяч" в Марсале во главе с масоном Джузеппе Гарибальди, который часто ездит в Англию.[150]

Кто командует в Италии?

У двух авторов есть серьёзные причины описывать итальянскую ситуацию 1969 года в выражениях, изложенных выше: речь идёт о национальном сообществе, процветающем как экономически, так и политически, с растущим потенциалом для роста своего влияния в Средиземноморье, даже в ущерб английскому.

Точно так же Серегино и Фазанелла имеют несомненную историографическую заслугу в том, что развенчали миф о всепроникающих и подрывных щупальцах Вашингтона в Италии, доказав одновременно, что существует целая британская цепочка древних хищных интересов на судьбу полуострова.

Эти благожелательные исторические, социологические и политологические откровения не обсуждаются. С другой стороны, реконструкция процесса объединения Италии, предложенная двумя блестящими эссеистами, гораздо более сомнительна.[151] Масон Кавур усилил военно-политический потенциал королевства Сардиния, сначала заключив стратегический союз с французскими масонскими кругами (и это будет межгосударственный союз с Францией, который победит австрийцев на севере Италии, но, конечно, не с Соединённым Королевством) и только позже умело балансируя между английскими братьями и французскими.

Самих Мадзини и Гарибальди любили, ценили и поддерживали в некоторых британских масонских кругах, но в других – нет, о чём свидетельствует также те двери, которые открывались для них в Лондоне, и те, которые навсегда оставались закрытыми. И это данные, которые ни один серьезный биограф генуэзца или ниссара[152] не может позволить себе игнорировать.

В более общем плане кажется парадоксальным, чем именно в такой книге, как "Английский переворот", в которой, со ссылкой на случай Италии, возникает непоследовательность мысли (хоть и широко распространённая на уровне здравого смысла), что система-страна является однородной сущностью, последовательно управляемой унитарным правящим классом в его выборе и его изъявлениях (потому что вместо этого возникают международные и другие обобщения групп и отдельных лиц, которые, ещё до итальянцев, чувствуют себя частью других цепочек идентичности, возможно, космополитических, во имя которых очень часто усиленно борются со своими соотечественниками, обладающими иной идеологической принадлежностью и иными интересами, подлежащими защите), а потом авторы опускаются до неприличия обобщённых абстрактных исторических субъектов типа "англичане", "американцы" или "французы".

Действительно "итальянцы", описанные в книге Серегино и Фазанеллы, не могут использоваться как единый исторический субъект.

Например, итальянцы-коммунисты преследовали иные интересы, нежели итальянцы, приверженцы других правительственных и оппозиционных партий; итальянцы-социалисты преследовали иные цели, нежели коммунисты, христианские демократы и другие союзники по конституционной коалиции; в той же христианской демократии существовали люди, несогласные друг с другом (громкое столкновение между агентами британских интересов и принадлежащими к группировке Маттеи-Фанфани-Моро, не говоря уже о других промежуточных течениях); у некоторых промышленников были иные идеи развития, нежели у профсоюзов и других предпринимателей; в мире средств массовой информации, правоохранительных органов, органов безопасности и дипломатии происходили внутренние расколы и яростные распри между настоящими группировками и так далее.

И даже если мы рассмотрим действия различных правительств и различных видов большинства, которые их поддерживали, мы не можем говорить о единой политике одного правительства как такового или одного правительства по сравнению с другим. И потому, что эти правительства были местом представительства интересов, которые иногда также сильно расходились между собой, и потому, что государственная политика продвинутого индустриального государства зависит не только от желаний официально действующих исполнительных органов, но и от множества факторов, не связанных с властью министерств в строгом смысле.

В этом отношении сами авторы "Английского переворота" подчёркивают, что смерть Моро привела к значительному изменению внутренней и внешней политики Италии, демонстрируя, что на национальном уровне не существует предрешённой преемственности даже в том, что обычно считается стратегическими и долгосрочными интересами страны, не говоря уже о силовых группах и политическом большинстве, которые при необходимости управляют ими.

На самом деле, что является стратегическим или нет, что является приоритетным или второстепенным, каковы общие интересы нации, не решается априори на каком-то седьмом небе, а это именно результат политического решения, которое, в свою очередь, может быть обусловлено решениями местных, иностранных или международных властителей.

Если, например, политического или промышленного лидера убивают как просоветски настроенного или сторонника развивающихся стран, и/или потому что тот защищает интересы, противоречащие интересам тех, кто решает его убить, если заговор удастся до конца, следует ожидать, что тот, кто займёт место убитого, будет проводить, по крайней мере, изначально, политический и/или промышленный курс, отличный от того, кто ему предшествовал.

Короче говоря, во всех упомянутых случаях мы не можем говорить об "Италии", как об историческом субъекте в конкретном и унитарном смысле, но необходимо учитывать ряд местных и иностранных интересов, национальных и международных, которые в любой конкретный момент времени, возможно, нашли временную поддержку в парламентах с переменным большинством, способных формировать уже не "итальянское правительство", а правительство, состоящее из премьер-министра и глав ведомств, время от времени представляющих интересы (государственные, иностранные или международные), которые могут не совпадать, а то и вообще быть прямо противоположными.

Короче говоря, как также подчеркнули Серегино и Фазанелла, круг Маттеи-Фанфани-Моро не включал в себя Андреотти, а тот, в свою очередь, не принадлежал кругу Доната-Каттины, а христианско-демократические правительства из трёх, четырёх или пяти партий после 1978 года не имели тех же свойств, что и предыдущие.[153]

Логика власти

Если этот дискурс о диверсификации и крайней плюралистической артикуляции антагонистических интересов и цепочек власти внутри одного национального сообщества относится к самой молодой и наименее могущественной из великих западных демократий, Италии, тем более он должен относиться к государствам более старой и устоявшейся родословной на этапе современности: Франция, Соединённое Королевство и США.

Можно ли говорить о Франции как об историческом субъекте в унитарном смысле, когда вся её история, начиная с Французской революции и далее, рассказывает нам о полной противоположности – с беспорядками, реставрациями, другими революциями, гражданскими войнами, резнёй между соотечественниками, до кульминации братоубийственного столкновения между про-фашистской Республикой Виши и Сопротивлением де Голля, которого поддерживали Англия, США и французские левые повстанцы?

Можно ли говорить о Соединённых Штатах Америки как об историческом субъекте в унитарном смысле, если они расходятся даже в идеологической матрице своего основания;[154] если даже в конце XVIII века были американские поселенцы, вставшие на сторону английской родины и против своих соседей; если им пришлось пройти кровавую войну отделения, идеальные и конкретные раны которой так и не зажили до недавнего времени; если среди противников Рузвельта были великие магнаты, почитающие Муссолини и Гитлера; если убийства братьев Кеннеди и Мартина Лютера Кинга громко кричат нам, что не существует единой "Америки", а есть множество её возможных интерпретаций, как на социальном, так и на государственном уровне из тех, кто условно контролирует Конгресс и/или Белый дом, или оба вместе?

Точно так же о якобы унитарном историческом субъекте, который обозначен в названии книги "Английский переворот", т. е. Соединённое Королевство. Серегино и Фазанелла знают, что начиная с первой кромвельской революции середины XVII века, а затем после революции 1689 года (когда одна правящая династия была заменена другой, с последствиями, которые будут длиться в долгую гражданскую войну между ностальгическими сторонниками Стюартов и новыми сторонниками сначала Оранских, а затем Ганноверов) с переходом к масонской борьбе между "древними и новыми", начатой в 1717 и закончившейся только в 1813, глядя на другие бесконечные расколы в английской политике и обществе в течение XIX и XX веков, что совершенно абсурдно постулировать существование Британии как однородной и последовательной сущности в достижении той или иной цели внутри неё, как и снаружи?

Во всяком случае – и речь идет об англичанах, как и об американцах, французах, итальянцах, немцах и т. д – существуют правительства, временно действующие при поддержке столь же условного и временного большинства, которые могут стать относительно наиболее просвещённым и эффективным выражением общих интересов народа или инструментами более или менее признанных частных интересов местных, иностранных или космополитических олигархических силовых групп (в данном случае несколько местных и немного иностранных граждан мира, которым ни одна нация не чужда, но которые имеют родину везде, где реализуются их желания, будь то благородные или неблагородные).

Конечно, если исторические условия приводят к тому, что определённые группы интересов и, особенно дальновидные власти оказываются во главе рядом с исполнительными органами, узаконенными представлять одну нацию над другой, очевидно, что они попытаются сделать прежде всего такое национальное правительство представительным органом своих международных интересов: отсюда и генезис британского империализма XIX века (плод требований британских масонов, укоренившихся на английской и шотландской земле, но космополитичных и не знающих государственной принадлежности по своей природе), отсюда и необычайное развитие американского империализма, поскольку отцы-основатели воспринимали себя как пропагандистов универсальных ценностей масонства, понимаемых то в прогрессивном и демократическом смысле, то в элитарном и неоаристократическом.

То, что Серегино и Фазанелла хотели/должны были приписать намерениям правительства его британского Величества вневременным и внеисторическим образом (имея возможность по существу свериться с рассекреченными документами разведки, дипломатии, министерств и канцелярии премьер-министра, а также с другими государственными документами, с которых никогда не разрешат снять гриф секретности, даже вопреки действующим законам, и которые будут уничтожены/потеряны/удалены раньше или иным образом сохранены в недоступных для непосвящённого взгляда современников и потомков месте) на самом деле следует отнести к персонажам, которые, наравне со своими итальянскими заказчиками, строили планы и действовали в соответствие с логикой, отличной от столь же абстрактных международных интересов Англии.[155]

Нападение на Олимп

Переворот sui generis[156] в ущерб Италии, описанный в "Английском перевороте", как и другие нетипичные или однотипные диверсионные операции, созревшие в других местах в течение ХХ века, несомненно, служит английскому правительству, дипломатии и разведке (и другим секретным службам, действующим на территории Италии), но его планировщиками и руководителями являются не правительство, дипломатия и английская разведка, а подставные люди, "маски" (первоначальное значение латинского слова persona – "маска") конститутивно международных и космополитических силовых групп.

Группы, которые, как метко написал Франко Кардини в своем интересном эссе 2003 года, кажутся недвусмысленно способными превратить правительства суверенных стран (даже самых важных на планете) в "деловые комитеты", преследующие собственные цели, как политические, так и экономические (эти две вещи никогда не идут врозь).

Кстати, полезно привести некоторые отрывки из повествования Кардини:

То, что на самом деле исчезает, разрушается "изнутри", это принцип публичности и управляемости политики: следовательно, совместного использования, хотя и распределённого, власти принятия решений, которая больше не находится в руках не народов и наций, но и не правительств. [...] Олимп рушится: старые боги (государственные и надгосударственные державы) больше не способны доминировать в мире. Но сам американский Зевс на самом деле является пленником титанов, которые напали на Олимп, великих и могущественных тайных сил транснациональных корпораций, которые разделили землю и пожирают её. Теперь они должны противостоять только одной государственной власти, американской, которая, по сути, находится на пути к тому, чтобы стать их "деловым комитетом". [...] Тот, кто управляет или пытается управлять американской властью и всеми силами в мире, на самом деле является рукой титанов, которые уже не принимают никаких форм контроля и прозрачности. Их победа будет совпадать (совпадает?) с существенным разрушением не только демократического мифа, но и международного правового порядка. Его восстановление стало бы (будет?) возвращением Астреи, богини справедливости, столь дорогой Френсису Йейтсу. Сильное воскрешение ООН или создание новых инструментов и органов, возможно, сегодня невообразимых, в любом случае, гарантирующих права народов и наций, против "предательства политиков", которые согласились стать "деловым комитетом" транснациональных корпораций; и против пешек тех транснациональных корпораций, которые, замаскированные под политиков или создателей общественного мнения, развили саму демократию, чтобы лишить её смысла и механизмов отбора, на которых она основана. [...] Можно ли назвать Соединённые Штаты Америки "империей"? [...] Или США тоже, скорее, сами являются страной, которой правят элиты все меньше и меньше выражающие (не только на содержательном уровне, но и формальном, с учётом большей частоты процессов принятия решений, лишённых любой формы избирательного контроля и проверки) волю "коллектива" или "всех", и всё больше и больше связанной с другими подобными элитами, разбросанными по всему миру, но сосредоточенными в США, Канаде, Европе, Японии и Австралии, построенные в совокупности или в большинстве, из генеральных директоров (Chief Executive Officers), некоторые из которых вводятся в учреждениях различных государств через механизмы демократических выборов (в сегодняшнем смысле этого слова), и, может быть, формально правильные, вот только потом оказывается, что они (не всегда сознательно) выполняют роль "деловых комитетов", в то время как другие работают непосредственно на международных предприятиях, интересы которых, заметьте, далеки от того, чтобы быть последовательно и постоянно согласованными между собой? Короче говоря, не стоит отказываться от гипотез всемирного заговора или конспирологических фантазий, прикрытых под видом какой-то гениальной подозрительной парадигмы. Всемирного заговора, можно быть (почти) уверенным, не существует; нет доски (ни круглой, ни другой геометрической формы), вокруг которой сидят неизвестные игроки. Но заговоров, спланированных персонажами и группами, которые имеют значение, это да, их довольно много: и у нас нет, конечно, амбиций составить полный список. А офисы корпораций, клубов, банков, предприятий, пулов, в которых они варятся, оборудованы кнопочными комнатами, столами, креслами и компьютерами. [...] Реальный и фундаментальный вопрос, который, возможно, привёл бы к разочарованию, звучит по-другому: каковы реальные силы, которые составляют и поддерживают правительство Соединённых Штатов Америки? Какую суверенную власть оно представляет, чью суверенную волю исполняет, помимо юридических форм, обязанных его узаконить? Это оно держит в руках имперскую власть; или за ним и другими силами, в настоящее время "присутствующими" в мире, скрывается "невидимая империя", которая на самом деле безответственна (в этимологическом смысле этого слова, то есть не несёт ответственности, не должна отвечать за свои действия) перед своими подданными, которые даже не знают (или, по крайней мере, не совсем понимают) что они таковые? [...] Давайте разберёмся. Транснациональные корпорации – это не дьявол. Они являются основной осью феномена глобализации с финансовой и экономической точки зрения: они управляют производством, торговлей, распределением богатств, технологическими исследованиями. Они не обязаны иметь общее представление о ситуации на планете и, конечно, не несут ответственности перед кем-либо, не участвующим в круговороте их управления капиталом и интересами, а тем более перед будущими поколениями: это, как уже говорилось, обязано делать государство. Но если и в той степени, в которой государства управляются правительствами, которые могут принять роль "деловых комитетов", проблема уже заключается даже не в первенстве экономики над другими аспектами связанной государственной и международной жизни, а в первенстве прибыли некоторых закрытых элит, которые монополизируют решения и выгоды. По прошествии времени, когда, так или иначе, ещё можно было поверить (а также надеяться или бояться), что пролетарии всех стран объединятся, из-за горизонта пришло время, в котором, кажется, объединились владельцы и менеджеры мировых ресурсов, а их поддерживает безжалостный механизм, в силу которого богатство всё больше концентрируется во всё меньшем количестве рук, средний класс везде редеет, зато значительно растёт численность пролетариата и люмпенов, которые заполняют южные земли мира, но также (через иммиграцию, с одной стороны, обнищание слоёв подчинённых местных, с другой) захватывают также и "привилегированный" и "богатый" Север.[157]

Теперь, если вам понятно, что наиболее видные представители этих интересов транснациональных компаний, приведённых Кардини, являются частыми гостями мировых парамасонских обществ, которые мы уже много раз упоминали (Богемский клуб, Общество Пилигримов, Кимо/Чатэм-хаус, СМО, Бильдербергский клуб, Фонд Дитчли, Трёхсторонняя комиссия, Группа Тридцати, Брейгель и т. д.), и что во главе каждой из этих обществ стоят конкретные масонские Ур-ложи, тогда меняется и перспектива читать книгу, подобную "Английскому перевороту".

Исторический субъект, на который возложена ответственность за некоторые более или менее пограничные и диверсионные события, описанные в прекрасном эссе Серегино и Фазанеллы за ширмой британских или других институтов, это не общий или абстрактный "английский интерес", "советский" или "американский", но интерес конкретно тех, кто имел право управлять и руководить этими институтами по своему усмотрению, возможно, в соперничестве с другими международными воротилами с такими же и/или противоположными интересами.

Итак, вернёмся к основной нити нашего повествования.

Вернёмся, то есть, к рассказу о конкретном историческом событии, которое сеть Ур-лож, возглавляемая в то время ложей "Три Глаза", приготовила для Италии.

В последние годы всё чаще говорят, что конечная цель некоторых подрывных и террористических действий крайне правых и крайне левых, конечно, государственный терроризм и, конечно, государственные перевороты (которые никогда не достигали конечной цели), была частью дьявольской стратегии напряжённости, направленной на дестабилизацию (с помощью бомб, взрывов, похищений, убийств, стрельбы, различных террористических акций) итальянского гражданского и политического общества с тайной мыслью стабилизировать его в строго антикоммунистическом духе, чуждом перспективе любого исторического компромисса правительства между христианскими демократами Моро и коммунистами Берлингуэра.

С этой точки зрения считалось, что убийство Моро также представляет собой крайнее и насильственное решение для устранения, с одной стороны, самого авторитетного гаранта этого союза христианской демократии и ИКП (который мог привести к назначениям деятелей коммунистической партии в правительство и поставить под угрозу военные секреты НАТО, едва к ним получат доступ демократизированные персонажи, подозреваемые в шпионаже на Советы и коммунистические партии стран Варшавского договора), с другой стороны, чтобы сдать в архив приевшийся опыт Красных бригад, которые действительно после 1978 года быстро отошли в тень.

Дела шли не совсем так, хотя в ретроспективе были получены объективные результаты (в результате ряда действий и реакций, проводимых внеитальскими и международными субъектами) по части сдачи в архив как исторического компромисса ХД-ИКП, так и опыта Красных бригад.

В любом случае исследовательская и интерпретационная работа, проведённая Серегино и Фазанеллой в "Английском перевороте", представляет интерес и богата правдивыми предположениями как раз в том, как произошла особая конвергенция враждебности по отношению к ИКП Берлингуэра со стороны некоторых британских и советских кругов. Враждебность, которой не ощущалось, с другой стороны, у официальных дипломатических кругов США, но, безусловно, имелась у масона Генри Киссинджера, видного представителя Ур-ложи "Три Глаза", и у парамасонских Бильдербергского клуба и Трёхсторонней комиссии.

Но мы сказали, что нет смысла говорить об американцах, британцах и Советах абстрактно. Если бы уважаемые авторы "Английского переворота" могли получить доступ и к архивам крупных международных УР-лож, а не только к британским государственным архивам, хранящимся в Кью-Гарденс, общий вектор их работы заметно бы изменился.

В ожидании начала публикации некоторых документальных материалов этих суперлож, никогда не рассекреченных и, конечно, недоступных никому, мы пытаемся кратко завершить повествование о том, что на самом деле произошло в Италии и других деликатных частях света в период, о котором идёт речь в настоящей главе (1967-1981).

Сделаем очень быстрый экскурс, предвестник исчерпывающих идей, которые по этим вопросам будут сделаны в другом месте в ходе нашего последовательного повествования.

Истинная история Личо Джелли

В начале 60-х годов Личо Джелли (1919-2015) прошёл масонское посвящение в "Великом востоке Италии" в палаццо Джустиниани – наиболее важном, широко распространённом и древнем итальянском масонском сообществе на национальной и обычной основе.

Он просит членства в престижной ложе "Джан Доменико Романьози" на Востоке Рима (та же мастерская, членом которой в 1905 году стал Джованни Амендола и в которой в том же году, когда был принят будущий досточтимый из Ареццо, был посвящён Джанкарло Элиа Валли).

Прошение о посвящении Джелли, подписанное тремя масонами высокого уровня (два высокопоставленных итальянских министерских чиновника и старший офицер финансовой гвардии[158]), сначала встречает некоторое сопротивление. Кто-то, в "Романьози" возражает против откровенно фашистского и республиканского[159] прошлого претендента Джелли.

Пришлось непосредственно вмешаться брату "тяжёлой весовой категории", т.е. Фрэнку Джильотти (1896-1975), человеку разных стран и светских и религиозных интересов (вхожему в разведку, высшие государственные органы США и в ряд протестантских церквей), члену авторитетной ложи "Гарибальди" в Нью-Йорке, с конца 50-х члену международных Ур-лож "Гебура" и "Роза Ветров", а начиная с 1967-1968 также одному из основателей ложи "Три Глаза".

Масон и преподобный евангелист Джильотти также был координатором с одной стороны Атлантики на другую операции, которую он вёл по восстановлению обычной итальянской масонской сети после окончания Второй мировой войны и на протяжении 50-х годов. А в 1960 году он был назначен почетным великим мастером ВВИ за высокие заслуги в палаццо Джустиниани.[160]

Именно благодаря его вмешательству, наконец, осенью 1964 года просьба о членстве Джелли была удовлетворена, и 6 января 1965 года он был посвящён в качестве подмастерья в ложе "Джан Доменико Романьози" в Риме.

Также после прямого вмешательства Джильотти и другого воротилы международного масонского истеблишмента, масона Ричарда Хелмса (1913-2002, с 1966 по 1973 директора ЦРУ, а с 1968 года члена ложи "Три Глаза"), в 1966 году великий мастер ВВИ Джордано Гамберини (1915-2003) и великий мастер Роберто Аскарелли (1904-1970) после обмана произвели Джелли в степень мастера и определили его в самую элитарную мастерскую палаццо Джустиниани, ложу "П2", которая возникла непосредственно из знаменитой ложи "Масонская Пропаганда", основанной в 1877 году тогдашним великим мастером Джузеппе Маццони, а затем значительно усиленной его преемниками Джузеппе Петрони и Адриано Лемми.

Следует отметить, что Джильотти, Хелмс, Аскарелли и Гамберини, помимо принадлежности к различным ложам, могли похвастаться общим членством в Ур-ложе "Роза Ветров" и именно тогда некоторые братья решили устроить для неофита Личо Джелли, прагматичного и непредвзятого человека, обладающего доказанными организаторскими качествами и несомненными коммуникативными навыками, особую масонскую карьеру.

Действительно, в 1969 году, на этот раз по просьбе различных братьев "Трёх Глаз" и "Розы Ветров" было решено, что Личо Джелли должен взять на себя в ложе "П2" роль связного и посредника в проекте поглощения "Великим Востоком Италии" других итальянских масонских общин или групп, приняв на себя задачу, которая, помимо много другого, стояла перед масоном Фрэнком Джильотти в течение более чем двадцати лет, по крайней мере, начиная с 1945-1946.

Став великим мастером ВВИ Лино Сальвини, уже будучи председателем коллегии досточтимых мастеров Тосканы, в июне 1970 года в статусе нового главы палаццо Джустиниани делегировал мастеру из Ареццо ряд новых полномочий в рамках "П2".

В период с 1970 по 1971 год Джелли стал первым надзирателем ложи "Пропаганда". Однако уже в июле 1971 года собрание ВВИ и сам великий мастер оказались несколько обеспокоенными чрезмерной властью, которую взял на себя Джелли, и решили урезать её, что видно из нескольких документов, опубликованных в парламентском комитете по расследованию "П2".

В этот момент – факт, неизвестный большинству, настолько, что разворот курса Сальвини всегда казался необычным и таинственным – происходит масонское вмешательство самого высокого уровня.

В соответствии со стилем "Трёх Глаз/Трёх Архитекторов", одержимых тройной и треугольной символикой, тройка выдающихся вольных каменщиков просит великого мастера ВВИ не только отложить проект по смещению Джелли, но даже повысить его до совершенно необычного статуса организационного секретаря "П2".

Тройка состояла из Генри Киссинджера (в то время советник по национальной безопасности США), Ричарда Хелмса (директор ЦРУ) и, наконец, Джона Эдгара Гувера (1895-1972, с 1935 года бессменный директор ФБР, посвящён в вольные каменщики в ноябре 1920-х годов в "Федеральной Ложе" № 1 Вашингтона, округ Колумбия, повышен в 50– годы до 33-й степени почётного шотландского древнего и принятого обряда, награждён именно Сальвини в марте 1970 года высшей наградой Джустиниани – орденом Джордано Бруно).

Столкнувшись с аналогичным вмешательством, Сальвини вынужден пойти на попятную, сделать хорошую мину при плохой игре и, наконец, 24 сентября 1971 года назначить Джелли на новую должность организационного секретаря.

В обмен, "Великий Восток Италии" из палаццо Джустиниани (рождённый исторически, как ответвление французского масонства шотландского обряда), получает по заступничеству других видных масонов Ур-ложи "Три глаза", таких как Джон Ренни (1914-1981, в 1968-1973 директор британской МИ-6) и Эдвард Хит (1916-2005, лидер тори с 1965 по 1975 год и премьер с 1970 по 1974 год), и признание со стороны Объединённой Великой ложи Англии (ОВЛА), руководимой с 1968 года великим мастером принцем Эдуардом, герцогом Кентским и Стратхерн (родился в 1935).

Это признание будет предоставлено 13 сентября 1972 года, после более чем столетия с даты подачи запроса несмотря на то, что дипломатическо-масонские отношения между ВВИ и ОВЛА неофициально существовали всегда.

Да здравствует брат Личо!

Уже в циркуляре от 18 января 1972 года, после усиления позиций Джелли в "П2" осенью 1971 года, информационное агентство "ПО – Политический обозреватель", возглавляемое членом "П2" Мино Пекорелли, откровенно намекает на большое влияние, которое ложа приобрела на территории Италии, приняв в свои члены высших представителей правящего класса полуострова.

22 марта 1973 года была опубликована знаменитая статья-запрос Роберто Фабиани для еженедельника "Панорама" под названием "Буря в ложе", в которой повторно упоминается, что членами "П2" состоит множество политиков, судей, высших военных и представителей правоохранительных органов, промышленников, высокопоставленных чиновников.

В течение 1974 года великий мастер Лино Сальвини и несколько других крупных и малых деятелей ВВИ решили раз и навсегда покончить с чрезмерным влиянием Джелли, и во время Великой Ложи, состоявшейся в Неаполе в середине декабря, по предложению великого мастера было принято решение распустить ложу "Пропаганда" и отозвать все мандаты Джелли.

На этот раз Джелли начинает работать сразу на обоих фронтах: внутри ВВИ, особенно через союзника Джордано Гамберини и через серию предупреждений, опубликованных Мино Пекорелли в его "ПО"; и снаружи, снова и снова призывая к вмешательству тяжеловесов из "Трёх Глаз".

На внутреннем уровне он фактически ставит на колени великого мастера Лино Сальвини, которого можно шантажировать из-за непрозрачного управления масонскими деньгами, что официально осуждается на Великой Ложе 22 марта 1975 года в Риме.

Сальвини попадает впросак, но некоторые члены ложи и несколько других видных масонов ВВИ решительно хотят восстановить контроль над "П2", удалив Джелли на переферию: ситуация пришла к патовой.

И именно в этот момент снова вмешивается Генри Киссинджер (государственный секретарь США с 1973 года) и неоднозначный масон Валери Жискар д'Эстен (в некоторых отношениях либеральный прогрессист, в других решительно элитарист и неоаристократ), который уже 27 мая вступает в должность нового президента Французской Республики.

Совместное вмешательство Киссинджера и Жискара д'Эстена (оба видные основатели "Трёх Глаз") активизирует серию инфрамасонских знакомств, которые, с одной стороны, убеждают Сальвини в том, что все "братские" жалобы насчёт него будут спущены на тормозах, с другой стороны, им удается успокоить недовольство некоторых видных представителей палаццо Джустиниани.

Как уже было в 1971 году, вместо того, чтобы уйти, Джелли только усилил своё влияние: в мае 1975 года, незадолго до того, как его брат Жискар д'Эстен стал президентом, масон из Ареццо назначается великим мастером ВВИ, досточтимым мастером ложи "П2" (процедура, не предусмотренная конституциями и масонскими обычаями, которые всегда предусматривают избрание, а не назначение досточтимого мастера мастерской), официально восстановленной после роспуска предыдущей в декабре 1974 года.

Государственный переворот в Италии

Давайте теперь сделаем шаг назад. Ранее мы говорили, что историческая реконструкция, согласно которой ни у кого не было реального намерения совершить переворот в Италии (но было желание имитировать/угрожать переворотами и вызывать резню и терроризм, чтобы напугать и стабилизировать общество путём дестабилизации), по существу неверна.

Однако в 1969-1970, а затем и в 1974 годах неоаристократические масоны под командованием "Трёх Глаз" действительно стремились совершить государственный переворот в Италии, и если этого не произошло, то только потому, что на этот раз масоны прогрессивного круга во главе с Ур-Ложей "Томас Пейн" вмешались решительно и быстро, чего не происходило в Штатах во время убийств Мартина Лютера Кинга и Роберта Кеннеди.

Конечно, мы ещё раз повторяем, что не все члены "треугольной" УР-ложи участвовали в определённых подрывных акциях или одобрили их исполнение, но большинство из них, как видно после ознакомления с протоколами этой супермастерской, а также после изучения документов других, связанных с ней, международной неоаристократической сети.

В течение первых месяцев 1969 года под наблюдением трёх особенно влиятельных масонов из "Трёх Глаз" (членов также ложи "Роза Ветров"), а именно британца Алека Дугласа-Хьюма (1903-1995, уже премьера тори в Великобритании в 1963-1964 годах, а в будущем государственного секретаря по иностранным делам Содружества с 1970 по 1974 год), Джона Ренни (директора Ми-6, известной также под названием СИС, британское агентство по шпионажу за границей), и Мартина Фернивала Джонса (1912-1997, директора с 1965 по 1972 МИ5, пятого отдела военной разведки, называемой также "СС", секретная служба), сеть агентов-нелегалов, работающих в Великобритании, Франции[161] и Италии, планирует проект, в котором должны участвовать Мариано Румор (1915-1990, действующий председатель совета министров, занимавший различные другие должности в период 1968-1970), Франко Рестиво (1911-1976, министр внутренних дел с июня 1968 года по февраль 1972 года), Адольфо Сарти (1928-1992, заместитель министра внутренних дел у Рестиво с 1969) в качестве государственной поддержки и Юнио Валерио Боргезе (1906-1974) в качестве координатора целого ряда подпольных военизированных и гражданских групп, включая правоохранительные органы и вооружённые силы.

Это прелюдия к тому, что позже станет "переворотом Боргезе" 7-8 декабря 1970 года.

Первый переворот должен был произойти в середине декабря 1969 года и основываться на внутренней игре террористов, подпольных и подрывных сил под командованием Боргезе, в то время как государственными органами должны были искусно руководить Румор, Рестиво, Сарти и другие персонажи, задействованные в процессе работы.

Марио Хосе Серегино и Джованни Фазанелла вовремя вспоминают и указывают на этот факт, хорошо известный инсайдерам, но замалчиваемый в большей части исторических и хроникёрских реконструкций того периода.

Вот мы читаем в их "Английском перевороте":

Когда эмиссары Боргезе встречаются с агентами ЦРУ в Риме весной 1969 года, переворот уже идёт полным ходом. Дата переворота была назначена на 13-14 декабря. Сразу после теракта в "Банка делль'Агрикольтура" на площади Фонтана (17 убитых и почти 100 раненых) в Милане. После этого взрыва планировалось призвать к наведению порядка, на что действующий премьер, христианский демократ Мариано Румор, должен будет провозгласить чрезвычайное положение. Сигнал, которого Боргезе ждёт, чтобы вступить в игру. Но в последний момент, по непонятным причинам, Румор включает заднюю.[162]

Причины можем раскрыть мы. Мариано Румор никогда не был посвящённым масоном, но, как и его двоюродный брат Джакомо Румор, состоял в интенсивных отношениях с Ур-ложей "Пан-Европа" (которая активно, как мы видели, строила европейское объединение, особенно экономического и технократического толка), в которой вместо состояли Франко Рестиво и Адольфо Сарти (позже кооптированные в ложу "П2").

Через "Пан-Европу" христианский демократ Мариано Румор общается с другими персонажами масонского неоаристократического круга. На него оказывают давление как британские масоны Дуглас-Хьюм, Ренни и Ферниваль Джонс, так и француз Жюйе.[163]

Но решающим является вмешательство другого именитого вольного каменщика (демократа, как Румор), связанного как с "Три Глаза", так и с "Пан-Европа" и "Роза Ветров", масона Гастона Франсуа Мари Эйскенса (1905-1988, неоднократный премьер-министр Бельгии, действующий премьер с 1968 по 1973, который в течение своей политической жизни занимал престижные международные должности: вице-президент экономического и социального Совета ООН, управляющий Всемирного Банка, управляющий Европейского Инвестиционного Банка).

Всё готово к перевороту в греческом стиле (который произошел всего двумя годами ранее), адаптированному к итальянским реалиям.

12 декабря 1969 года дан зелёный свет взрыву на площади Фонтана в Милане. Но кто-то вмешивается и останавливает правительственных заговорщиков во главе с Мариано Румором, к вящему неудовольствию Джунио Валерио Боргезе, которому британские контакты в целом скажут, что лучше подождать ещё одного, более благоприятного случая, потому что наблюдались некоторые определённые осложнения на международном уровне.

Что же произошло на самом деле?

Некоторые агенты ЦРУ, работающие в Италии и Европе, расходясь с приказами командования, которое нашло в лице консервативного масона («Три Глаза») Ричарда Хелмса (действующего директора Управления) сторонника потенциальных участников переворота, при поддержке оперативников Digse ("Direction g?n?rale de la s?curit? ext?rieure", французская внешняя разведка) немедленно предупреждают о подготовке государственного переворота некоторых видных масонов евроатлантического прогрессивного/демократического круга: масонов США Уильяма Аверелла Гарримана и Артура Шлезингера-младшего (членов "Томас Пейн" и "Бенджамин Франклин"), масона-француза Жака Шабан-Дельмаса (1915-2000, член Ур-ложи «Монтескье», премьер-министр Франции с июня 1969 года, противник брата-консерватора Жюйе в кругу президента Помпиду), и масона-британца Гарольда Вильсона (1916-1995, связан с "Ньютон-Кейнс" и действующий премьер, коим будет до июня 1970 года).

И от имени прогрессивной масонской сети братья Х. Уилсон и Ж. Шабан-Дельмас дают "отбой" всей готовящейся операции.

Таким образом, Юнио Валерио Боргезе,

бывший глава 10-ой флотилии МАС вынужден отложить свои проекты. Он попробует ещё раз год спустя, в ночь с 7 на 8 декабря 1970 года. [...] Люди князя войдут в штаб-квартиру министерства внутренних дел, едва не захватят Квиринальский дворец[164] и не арестуют президента Республики Джузеппе Сарагата. Они также будут держать в своих руках штаб-квартиру Rai, из микрофонов которой лидер повстанцев должен будет зачитать обращение к нации и список новых министров. Но приказ, поступивший сверху в последнюю минуту, вероятно, из американского посольства, всё остановит.[165]

Как получилось, что всего через год участники переворота снова почувствовали достаточно сил и поддержки, чтобы чуть не повторить государственный переворот?

Дело в том, что с лета 1970 года прогрессивный масон Гарольд Уилсон был заменён во главе британского правительства одним из самых выдающихся братьев "Трёх Глаз", масоном-тори Эдвардом Хитом, у которого кроме того был сообщником государственный секретарь по иностранным делам и Содружества – тот самый брат Алек Дуглас-Хьюм, один из лидеров заговора годом ранее.

Поэтому на британском фронте на этот раз не будет никаких встречных приказов.

И на этом французском никто вмешиваться не будет, потому что Жюйе нашел способ (в другом месте мы увидим как) нейтрализовать по этому вопросу премьер-министра Шабана-Дельмаса и других, в то время как президент Помпиду предпочитает ничего не знать и не вмешиваться, пока всё (возможно) не закончится.

Неравнодушным агентам ЦРУ и американского посольства в Риме прогрессивной/демократической направленности (в тесном контакте с коллегами из других направлений, которым они не могут доверять) остаётся только обратиться к У. Авереллу Гарриману и Шлезингеру-младшему.

Те оперативно активируются и находят умеренного масона (в хороших отношениях как с прогрессивными, так и с консервативными масонскими кругами) в нужном месте в нужное время – человека, который должен вмешаться напрямую, чтобы остановить итальянский переворот в декабре 1970 года. Речь идет о вольном каменщике Эндрю Джексоне Гудпастере (1915-2005), который в то время находится в военном руководстве НАТО (в качестве Saceur, Верховного командующего объединённой военной группировки союзников в Европе).

В буквальном смысле с плохой миной умеренный масон, но, честно говоря, либеральный и демократический Гудпастер (Ур-ложи "Янус" и "Левиафан", и в этой последней мастерской с консервативно-реакционным большинством с 1965 года его выступление жёстко раскритиковали) сообщил другому военачальнику НАТО (председателю военного комитета), британскому адмиралу и брату Найджелу Стюарту Хендерсону (1909-1993), и генеральному секретарю НАТО, итальянцу Манлио Брозио (оба, как Хендерсон и Брозио, члены "Эдмунд Берк" и поддерживали государственный переворот, который должен был осуществиться в Италии), что не потерпит недемократической подрывной деятельности в Итальянской Республике, призывая их передать это другим заговорщикам.

Даже Киссинджер, который дистанционно благословлял операцию, контролируемую, прежде всего, британскими, французскими и итальянскими братьями, должен был сделать хорошую мину при плохой игрой и одобрить отмену "операции Боргезе".

Удар и желание реванша за эти два последовательных провала организованных переворотов побудили масонов международного олигархического контура заморозить на данный момент прямые действия на итальянской территории и сосредоточиться на так называемой "Операции Кондор" – массивной, диверсионной, отвратительной и преступной волне переворотов, подрывной деятельности и терроризма с бесчисленными захватами и политическими убийствами, которые породили известное и печально известное явление desaparecidos[166] в большей части Латинской Америки.[167]

Операция «Кондор»

"Пропавшие без вести" – это термин, который относится к истинным или предполагаемым диссидентам и противникам (а иногда и членам их семей, которые их искали) фашистоидных и авторитарных диктатур, установленных в Южной Америке между 70-ми и 80-ми годами, с некоторыми прецедентами в 50-х и 60-х годах. Речь шла о похищении, помещении в концлагеря, пытках, зверствах и убийстве десятков тысяч людей: политиков, дипломатов, гражданских активистов, интеллектуалов, студентов, профсоюзных деятелей, рабочих, а иногда и их родителей и родственников.

"Операция Кондор" распространялась в разное время и в разных видах, помимо Чили и Аргентины, на такие страны, как Бразилия, Боливия, Уругвай, Парагвай, Перу, в первую очередь, в дополнение к чилийскому и аргентинскому населению, наиболее сильно пострадавшему от репрессивных и кровавых последствий военных переворотов, которые были осуществлены в те годы.

"Операция Кондор" стала возможной благодаря попустительству местных консервативных масонских кругов (чилийских, аргентинских, бразильских, боливийских, уругвайских, парагвайских, перуанских) действиям неоаристократических международных УР-лож, в частности, "Три Глаза", "Эдмунд Берк", "Левиафан" и "Гебура".

Большая и авторитетная прогрессивная Ур-ложа "Симон Боливар" (как правило, поддерживается в Латинской Америке ложей "Христофор Колумб") – вместилище в материковой части Центральной и Южной Америке и в мире лучшей энергии и латиноамериканских прогрессивных, демократических и либерально-социалистических деятелей-масонов – оказалась разгромлена в 70-х и в начале 80-х годов, с одной стороны, массовыми акциями и деятелями братьев-реакционеров в поддержку своих проектов переворота, а с другой стороны, также тем алиби, которое репрессивным и авторитарным действиям последних предлагалось со стороны формирующихся нелиберальных и недемократических марксистско-ленинских ультралевых партизанских движений, которые в те годы были собраны в так называемую ХРК (Хунту революционной координации), международную структуру, связанную с крупными коммунистическими центрами того времени.

Излишне отмечать, что даже в ХРК (и в отдельных партизанских/революционных движениях, которые его составляли, таких как Национально-освободительная армия Боливии, "Тупамаров" из Уругвая, Чилийское революционное левое движение "МИР", Революционная Армия аргентинского народа, перуанское "Сендеро люминозо", никарагуанский Сандинистский фронт национального освобождения) в определённый момент начинает работать революционно-демократическое меньшинство, склонное в определённых пределах сотрудничать с крайне левыми, лишь бы только покончить с ненавистными и кровавыми фашистскими режимами у власти. Но особенно много было случаев проникновения тех же масонско-реакционных сил, которые и организовали бесчеловечную "Операцию Кондор" и у которых была необходимость идеологической радикализации этих антагонистов в плане марксизма-ленинизма или маоизма, чтобы продолжать оправдывать свои репрессивные и авторитарные действия.

В какой-то степени можно сказать, что политико-институциональный, культурный и социально-экономический сценарий, реализованный в Латинской Америке между 70-ми и 80-ми явными и тайными силами "Операции Кондор", был тем самым, что международным олигархическим масонским кругам, возглавляемым "Тремя Глазами", хотелось бы распространить на Северную Америку и Европу, если бы это было возможно.

В таком случае они могли бы прекрасно защищать некоторые многонациональные экономические интересы (которые сами контролировали), не обращая внимания на потребности большинства местного населения. То есть, используя в своих интересах производство и торговлю сырьём и вторичными товарами в обстановке, когда профсоюзы отменены или преобразованы в корпоративные организации, соглашательские с правящей властью, при отсутствии социальных гарантий и условиях труда пролетарских слоёв, переведённых на военное положение и превращённых в несчастных полу-рабов из-за общего снижения уровня оплаты труда в сочетании с увеличением темпов работы.

Фашистоидные диктатуры Латинской Америки были золотой эпохой реакционных и неоаристократических масонов по всей планете: мечта, почти полностью реализованная в Центральной и Южной Америке, но всё ещё запрещённая в более устойчивых западных демократиях; мечта (или кошмар, в зависимости от точек зрения), что они смогут распространиться, возможно, в более мягких формах, также на большинство евроатлантических стран. И именно с этой точки зрения они считали капитуляцию Италии важной и стратегической целью, как и установление в Италии диктатуры в греческом или латиноамериканском стиле.

Не все члены олигархических Ур-лож одобрили этот кровавый и экстремистский путь к консервативной и неоаристократической революции, которой, тем не менее, почти все желали, но большинство из них разделяли или терпели её, не реагируя на неё в значимых выражениях (за некоторыми похвальными исключениями), как широко сообщается в нескольких частных масонских архивах.

Особым полигоном, в котором обобщили и конденсировали опыт проведения аналогичных мероприятий соседних авторитарных режимов, был полигон чилийской диктатуры. Чего не удалось в Италии в декабре 1969 года и в декабре 1970 года, и чего удалось избежать в той же южноамериканской стране 29 июня 1973 года с быстрой реакцией на так называемый "Эль Танкетазо" (танковый переворот) благополучно свершилось 11 сентября 1973 года в Чили.[168]

События в Чили

Президентом страны, избранным в начале сентября 1970 года и введённым в должность в ноябре того же года, был масон Сальвадор Альенде (1908-1973 гг.), активный член ложи "Братский Союз" Востока Валь-Параисо (важный портовый город в Тихом океане и столица региона Вальпараисо), сын масона Сальвадора Альенде Кастро (1871-1932) и внук Рамона Альенде Падина Уэльво (1845-1884), который был великим мастером Великой Ложи Чили.

Альенде, более того, был связан с Ур-ложей "Симон Боливар", активно набирающей во всем мире самых выдающихся прогрессивных личностей латиноамериканского происхождения.

Если не считать нескольких споров с либертарианскими собратьями ложи "Симона Боливара" относительно некоторых несколько сомнительных законопроектов о евгенике и психиатрическом лечении предполагаемых сексуальных отклонений, его высоко ценили, в том числе как министра здравоохранения и социальной политики в начале 40-х годов, за принятие законов о защите труда и о безопасности условий труда на заводах и шахтах. Кроме того, он также увеличил пенсии ряду социально слабых субъектов и содействовал бесплатному распределению продовольствия и всесторонней помощью детям из менее обеспеченных семей.

После профессиональной карьеры врача и политического пути в качестве депутата, министра, сенатора и председателя Сената, когда Альенде пришел к власти в качестве президента, он начал продвигать противоречивый чилийский социализм, официально настаивая на том, что хочет утвердиться в демократической перспективе, но при некоторых обстоятельствах нарушая ту же конституционную законность (и разделение властей), на котором обязательно должна была основываться социалистическая политика в демократических, либеральных и плюралистических институциональных рамках.

Конечно, демократически-прогрессивные братья внутри обычного и национального круга Великой Ложи Чили и международного круга Ур-ложи "Симон Боливар" признавали за ним (начиная с 1970-1971 годов и вплоть до его президентства) целый ряд похвальных мер в государственной политике. В гражданском и социально-экономическом плане произошло: общее повышение заработной платы, пособий, пенсий, раздача бесплатного молока и пищи в целом детям, малоимущим, установка максимальных цен на хлеб, строительство жилья, большой план государственных инвестиций в разную инфраструктуру, улучшение государственного образования и обеспечение доступа к высшему образованию и университетам для широких слоёв населения, до того от них отрезанных (благодаря институту субсидий и грантов для наиболее нуждающихся), различные операции в пользу рабочих и мелких землевладельцев, увеличение отпуска по беременности и родам, увеличение использования различных технологий на службе общества, увеличение прав профсоюзов и полномочий представителей работников в тех же организациях, и так далее. А затем разрешение разводов и создание Женского Секретариата – учреждения, направленного на расширение прав и возможностей женщин как в гигиеническом, так и в культурном и гражданском плане.

Однако помимо этих хорошо известных правительственных и законодательных мер, направленных на перераспределение благосостояния и повышение социальной справедливости, одобренных различными демократическими и прогрессивными братьями, был проведен целый ряд мер нелиберального и полу-авторитарного характера сомнительной легитимности. Фактически президент Альенде распорядился приостановить выплаты внешнего долга, увеличить налоги (иногда огульно), принудительно экспроприировать многие земельные владения, национализировать наиболее важные частные отрасли и большую часть банков и страхования. Он не всегда соблюдал независимость судебной системы (во всеобщем оживлении, из самых благородных социалистических и филантропических намерений сторонники президента неоднократно нарушали законность, заявляя, что это не их вина. И даже по этой причине в течение рокового 1973 года Верховный суд Чили осудил противозаконный характер многих мер правительства Альенде, в то время как чилийский Конгресс проголосовал за недоверие к действиям президента, чтобы добиться его отставки, но в одной из двух палат, Сенате, не было получено необходимого большинства в две трети), отказался принять некоторые поправки к конституции, уже должным образом принятые в парламенте, которые запрещали/ограничивали выполнение уже существующих масштабных планов огосударствления.

На самом деле, несмотря на самые добрые намерения, даже его сторонникам-демократам казалось, что брат Альенде несколько перегнул палку. Это правда, что мощные антиальендистские силы развязали экономическое эмбарго США, мошенническую поддержку разрушительных забастовок (печально известная забастовка профсоюза дальнобойщиков 1972 года), сокрытие различных потребительских товаров и общую пропагандистскую кампанию в СМИ, обвиняющую действующего президента в несуществующих намерениях устроить путч и коррупционной практике (ложные обвинения, поскольку само падение брата из Вальпараисо произошло из-за того, что он не хотел на время установить военное положение и/или опираться на крайне левые партизанские силы, которые бы охотно совершили марксистско-ленинский переворот; но Альенде был человеком редкой честности и самоотречения), но столь же сильно озадачивало, что в 1973 году чилийское государство владело примерно 90% банков и шахт, примерно 80% крупных отраслей в целом, 85% строительных компаний в частности, 50% даже малых и средних предприятий и примерно 75% ферм.

Если это был не реальный социализм и марксистская общественная собственность на средства производства, то уже близко. К этому добавилась скачущая стратосферная инфляция, которая свела на нет большую часть реформ в пользу повышения заработной платы и пенсий.

Альендистская экономическая политика, подавляющая свободную инициативу и предпринимательские права частных лиц, не сработала, если не считать одиозных и настойчивых планов финансово-экономического бойкота, реализованных на чилийской территории (как до, так и после избрания Альенде на пост президента) консервативными и реакционными масонскими кругами, которые также управляли в Чили множеством секретных агентов, проникших на разные уровни в различные государственные и социальные учреждения.

В самой "Народное единство", левоцентристской коалиции, которая поддерживала нового президента на выборах 1970 года, не было недостатка в критике и недоверии к нелиберальной и во многих отношениях неэффективной политике жильца "Ла Монеды".[169]

После убийства в конце октября 1970 года масона Рене Шнайдера Шеро (1913-1970, главнокомандующего вооруженными силами Чили и разработчика учения, которое предусматривало подчинение военной власти конституционной законности и демократии), ложа "Симон Боливар" одобрила назначение на высшие военные должности в Чили другого брата с ярко выраженной верностью государству: масона Карлоса Пратса Гонсалеса (1915-1974), который с ноября 1972 года по лето 1973 года также будет назначен министром обороны и вице-президентом.

Одна из серьёзных исторических ошибок Ур-лож "Симон Боливар" и "Кристофор Колумб" (которые ошибочно полагали, что зорко следят за демократией в Чили) заключалась в том, что они не смогли убедить Альенде как можно скорее изменить свою государственную политику, направив её на большую интеграцию и взаимодополняемость между государственным и частным секторами, вместо того, чтобы упорствовать в позиции растущей государственной полу-монополии на средства производства и умерщвление свободы частной собственности.

Еще одна безумная ошибка, заключалась в том, чтобы по предложению самого Карлоса Пратса принять в члены (как в "Боливаре", так и в "Колумбе") начальника штаба чилийских вооруженных сил, того самого Августо Пиночета, которого сам Альенде, считая его верным братом и генералом, верным демократической конституции, назначит в августе 1973 года новым главнокомандующим чилийскими войсками вместо того же Пратса.

Затем произошла третья и самая катастрофическая ошибка прогрессивных суперлож "Боливар" и "Колумб": они должны были помешать Пратсу и его важным друзьям и соратникам, таким как Марио Сепульведа и Гильермо Пикеринг (генералы, конституционалисты и демократы, также связанные с двумя рассматриваемыми мастерскими), безвозвратно уйти в отставку в том решающем августе 1973 г.

Но Пратс, Сепульведа и Пикеринг находились под давлением в одних и тех же военных кругах и в общественном мнении (Пратс оказался замешанным 27 июня 1973 года в провокационном инциденте, устроенным вероятным агентом на службе врагов Альенде, аристократкой Алехандриной Кокс. Он плохо отреагировал на провокацию, и это публично дискредитировало его в глазах населения. К этому добавился эпизод с жёнами старших офицеров, которые пошли разглагольствовать и протестовать под его домом именно в те августовские дни, столь деликатных чилийских учреждений).

Таким образом в конце августа Конгресс Чили опять официально осудил нарушение некоторых своих прерогатив президентской властью и призвал к вмешательству военных для восстановления конституционной законности. В этом хаотическом маразме участвовали некоторые агенты Ур-лож "Три Глаза" и "Гебура" (у которых в членах филиалов были наиболее важные консервативные и реакционные представители как вооружённых сил, так и гражданского и политического общества Чили), которые убедили сначала неуверенного Пиночета в том, стоит ли ему стать главным героем заговора против Альенде, тем самым предавая доверие как президента, так и Пратса, а потом передали его неоаристократическому масонскому фронту, который предлагал гораздо больше, чем пост военачальника в демократической нации, а точнее роль лидера авторитарной диктатуры.

Дело в том, что, начиная с победоносного исхода переворота 11 сентября 1973 года, в Чили была восстановлена не конституционная и демократическая законность (как того официально требовал парламент в антиальендистском ключе), а скорее деспотический, свободоубийственный и жестокий режим на политико-гражданском уровне, гиперлиберальный в экономическом плане. Это был идеальный коктейль, который собратья "Трёх Глаз" и присоединённые к ней олигархические круги хотели бы экспортировать куда угодно, если бы могли.

О режиме Пиночета, который продлится до 1988-1990 годов, иногда утверждалось, что он хоть серьёзно и преступно нарушил самые основные права человека, всё же обеспечил приличное экономическое развитие чилийской нации, поставленной до этого на колени неудачной политикой Альенде и союзников.

Теперь, помимо того факта, что политика Альенде впоследствии могла быть скорректирована в более либерально-социалистическое и менее государственническое направление (это было то, над чем работали, хотя и с некоторой медлительностью, братья "Симон Боливар" и "Христофор Колумб"), следует также признать, что альендистам сразу же помешали и саботировали целым рядом акций, направленных на то, чтобы поставить чилийскую экономику на колени подлыми и коварными средствами. Поэтому, не умаляя ошибок президента-социалиста, следует также признать, что он с самого начала не был поставлен в состояние спокойной работы и что ему действительно жёстко мешал ряд интересов, которые были вовсе не в пользу свободной рыночной экономики (как утверждала некоторая пропаганда того времени), но скорее направленные на восстановление многонациональных олигополий, столь же отвратительных (по крайней мере, как и удушающий этатизм) правилам либеральной демократии.

С другой стороны, экономические рецепты "чикагских мальчиков" – экономистов, обученных масонами Арнольдом Харбергером и Милтоном Фридманом в Чикагском университете, о которых нам лучше поговорить в другом месте – дали в Чили противоречивые и нестабильные результаты. Наиболее стратегические отрасли промышленности были приватизированы и проданы международным иностранным олигополиям и монополистам; бесчисленные малые и средние предприятия, процветающие при Альенде, обанкротились в течение нескольких лет; инфляция (которая была очень высокой в ещё 1976 году) упала только из-за очень серьёзных сокращений социального обеспечения и государственных расходов (которые в прошлом играли роль движителя и социальной справедливости); некоторые средние и высшие классы смогли выиграть от некоторого развития предпринимательства, вызванного либерализацией, но строгая антипрофсоюзная политика значительно ухудшила условия рабочего класса. Безработица всегда оставалась довольно высокой, и, как в последнее время не преминули заметить видные экономисты, которые ставили под сомнение параметр валового внутреннего продукта для измерения социального благосостояния экономической системы,[170] увеличение общего ВВП и распределение низкооплачиваемых и мало защищённых рабочих мест не были синонимом баланса в распределении богатства. Наоборот, социальное неравенство усилилось, и в период с 1982 по 1986 год в Чили произошла очень серьёзная рецессия.

Как бы то ни было, страну Чили после работы "чикагских мальчиков" искусственно рекламировали на протяжении 80-х, а также позже, как лучшее доказательство того, что приватизация, сокращение государственных расходов, нейтрализация профсоюзов и дикая либерализация иногда в ущерб здравому смыслу были такими же нематериальными догмами, как своего рода неолиберальное богословие, хорошее для всех целей и под любым небом, как демократическим, так и авторитарным.

После такого неоправданного восторга, расточаемого, в частности, масоном Милтоном Фридманом, который также был видным члено Ур-ложи "Три Глаза", затем появились и возражения у прогрессивного масонства в лице брата Амартья Сен, лауреата Нобелевской премии по экономике в 1998 году. Масон Сен доказал, приводя железобетонные факты и надёжные данные научного характера, что именно в годы фридманско-монетаристского экономического и социального опыта (с 1975 по 1983 год) экономический рост в Чили был скудным и что он начался только позже, в результате совсем иных экономических реформ.

Но в то время (осень 1973 г.) чилийский переворот служил, прежде всего, для вдохновения и стимулирования международных олигархических масонских кругов, которые вернулись к гипотезе аналогичного переворота в Италии.

Кстати, в любом случае, прежде чем осветить очередную попытку переворота в Италии 1974 года, что, учитывая его ответственность как за переворот Пиночета в Чили, так и за всю "Операцию Кондор", оказывается парадоксальным, что именно в 1973 году элитарный масон Генри Киссинджер получил Нобелевскую премию мира (хоть он её не забрал из-за превратностей судьбы, якобы в силу заслуг в переговорах для разрешения вьетнамского конфликта, который на самом деле завершился совсем не в том году и уж совсем не благодаря заслугам "мистера K", который наоборот, согласно некоторым источникам, саботировал предыдущие мирные переговоры Линдона Джонсона и его соратников).

Ещё более парадоксальным и гиперболическим является тот факт, что, как свидетельствует цитата, которую мы включили в число эпиграфов этой главы, в своих мемуарах 1999 года "Годы обновления" Киссинджер имел наглость приписать Альенде "нарушение прав человека" и угрозу чилийской демократии. И это совершенно не учитывая всех зверств, совершенных теми фашистоидными и антидемократическими диктатурами, которые он, один из неоаристократических братьев-основателей "Трёх Глаз", помог осуществить на всей территории Латинской Америки.

"Белый переворот" Эдгардо Соньо

Возвращаясь в Италию в 1974 году,

действительно, между весной и летом этого года готовится заговор. О нём становится известно итальянскому правительству, которое через министра обороны Андреотти и внутренних дел Тавиани передаёт молодому судье из Турина объемное досьё на Эдгардо Соньо. Этот судья – Лучано Виоланте, будущий видный депутат-коммунист и председатель Палаты депутатов. Вместе с прокурором Винченцо Покеттино Виоланте расследует круг пьемонтских друзей князя Боргезе. А в бумагах, полученных из Рима, есть всё необходимое для выдачи ордера на арест бывшего посла.[171] Молодой судья обвиняет Соньо в организации "белого переворота", который должен был начаться в конце августа 1974 года, чтобы создать президентскую республику голлистского типа. Вместе с бывшим агентом Управления специальных операций под следствие попадают бывший министр обороны, республиканец Рэндольфо Паччарди, некоторые люди военной компании "Франки" (среди них бывший республиканец Пьемонта, прошедший сеть Управления специальных операций во время Сопротивления, командир Энрико Мартини "Маури") и "клиент" Департамента информационных исследований (ДИИ) Луиджи Кавалло. В организации переворота есть ещё один тревожный персонаж, бывший белый партизан[172] Вальтеллины Карло Фумагалли, во время войны член группы английских агентов "Филины", а теперь возглавляющий неофашистскую военизированную организацию, "Боевые дружины Муссолини", возникшие сразу после войны. БДМ также отметятся в ужасном теракте, совершённом 28 мая того же года в Брешии, на площади Лоджии.

Вокруг Соньо немедленно возникает защитная сетка, чтобы заблокировать расследование Виоланте и Покеттино. Если бы судьи пошли до конца, они обнаружили бы истину, о которой в условиях господствующей холодной войны между блоками общественное мнение не должно было узнать ни под каким видом. Начиная с роли англичан в Италии и наличия у них пятых тайных колонн в политике, экономике, профсоюзах, СМИ, культуре, аппарате государства, дипломатии и даже высоких иерархиях Церкви.

Расследование переносится в Рим и заканчивается оправданием обвиняемых. Покеттино окажется в забвении, Виоланте, с другой стороны, будет в течение многих лет объектом печально известных кампаний, организованных тем же самым Соньо и его друзьями. Его будут выставлять сталинским инквизитором, движимым исключительно политическим интересом. Но у него будет матч-реванш через одиннадцать лет после падения Берлинской стены, когда издательство Мондадори опубликует признание Соньо. Мало того, что обвиняемый, привлечённый к ответственности, признает, что организовал переворот, чтобы помешать коммунистам прийти в правительство. Но он также предоставит все подробности плана. [...] Августовский переворот 1974 года должен был пройти именно так, как адвокат Крисафулли рассказал Питеру Николсу несколькими месяцами ранее, в феврале. Соньо и его друзья, рассчитывая на готовность главы государства (или принуждая его, без особых церемоний), добьются от президента Республики Джованни Леоне роспуска палат и формирования временного правительства под председательством Паччарди из военных и гражданских лиц, которое потребовало бы президентской реформы Конституции. Список министров тоже был готов. Почти все англофилы. Упомянем несколько имён, в дополнение к тому же Соньо: его друзья Манлио Брозио, бывший генеральный секретарь НАТО, и Эудженио Реале, бывший коммунист и близкий друг Ренато Миэли; двое докладчиков на конференции в отеле "Parco dei Principi": бывший республиканец Джано Аккаме и контакт ДИИ Иван Маттео Ломбардо; старый знакомый УСС, Альберто Ли Гобби, в то время уже генерал карабинеров; бывший военнослужащий 10-ой флотилии МАС, затем избранный в парламент в рядах ИЛП, Луиджи Дуранд делла Пенне. Какие подразделения и люди готовы были действовать? "[Со слов Соньо] Южный военный округ, командир; Центральный военный округ, заместитель командующего и начальник штаба; карабинеры, заместитель командующего; дивизия карабинеров Пастренго, командир; бригада парашютистов в Ливорно, командир; дивизия Фольгоре, командир; дивизия Военно-морской флот, начальник штаба; Военно-Воздушные Силы, начальник штаба; финансовая гвардия, командующий генерал; военная школа, командующий генерал". Не считая офицеров низшего ранга. В значительной степени люди, которые служили фашистскому режиму в течение 20-летнего периода, а затем и Итальянской Социальной Республике (Республике Сало). Все они в конечном итоге перешли в итальянские и британские органы. Это было одним из последствий мирного договора, навязанного побеждённой Италии державами-союзницами Второго мировой войны.[173]

Каковы были имена тех высокопоставленных офицеров, нанятых масоном Эдгардо Соньо, связанным как с "П2", так и с ложей "Три Глаза", которые вместе с рядом политиков-христианских демократов, либералов и других партий готовились к перевороту в чилийском стиле, хоть лишённом его кровавых аспектов (но только если бы не было такого же сопротивления на высшем государственном уровне, которое планировалось поставить под контроль)?

Альдо Каццулло вспоминает в своей статье/интервью 2010 года:

И затем имена: генералы Лиуцци, Риччи, Пиккиотти, Палумбо, Сантовито, Барбазетти, Джулио Чезаре Грациани, Борси, адмиралы Розелли Лоренцини и Пигини, генеральный прокурор кассационного суда Колли. [...] Это был белый переворот Эдгардо Соньо. Он рассказал всё сам. Когда до меня дошли машинописные ответы на мои вопросы, с его поправками от руки, я понял, что у меня в руках важный и на этот раз окончательный документ. "Наконец-то итальянская тайна развенчана," – напишет Микеле Серра в "Ла Репубблика". Однако многие не смирились с простейшей истиной, которая вышла из-под пера главного героя, когда он покинул сцену. Конечно, когда десять лет назад появились книги, реакция на первых страницах газет была единодушной. Франческо Коссига извинился перед Виоланте (который в качестве судьи арестовал Соньо) за то, что назвал его "маленьким Вышинским". Эрнесто Галли делла Лоджа написал в "Коррьере", что "Соньо вложил в свои планы самого себя, свою обширную сеть дружеских отношений, все ресурсы своего уникального темперамента". Эудженио Скальфари на страницах "Ла Репубблика" оценил, что "это, конечно, не опереточный переворот, поскольку группа заговорщиков включает в себя большую часть военного аппарата, использует активное или ожидаемое согласие важных политических и экономических секторов, получил зелёный свет работающих в Италии американских служб", и указал на Джулио Андреотти, летом 1974 года министр обороны, как на человека, который провалил проекты заговорщиков, переведя на другие места или сместив всех генералов, назначенных Соньо. Некоторые выжившие генералы подтвердили реконструкцию. Паоло Эмилио Тавиани, который по телефону со мной всё отрицал, подтвердил в интервью Джованни Марии Беллу, что именно он навёл прокуратуру Турина на след Соньо.[174]

А кто позволил Андреотти и Тавиани остановить переворот, который даже получил зелёный свет американской разведки и пользовался такой внушительной местной поддержкой со стороны высшего руководства итальянских вооруженных сил, не считая нескольких политиков и представителей правящего класса?

Фактически, с первых месяцев 1974 год был годом очень жёсткого столкновения между секторами международного олигархического масонства (заряженного успехом чилийского переворота и многообещающим началом всей "Операции Кондор" в Латинской Америке) и прогрессивными масонскими кругами, разъярёнными трагической смертью брата Сальвадора Альенде.

Великолепная четвёрка и освобождение Греции и Португалии

В то время как уже в конце 1973 и начале 1974 проект переворота Соньо и других в Италии был подготовлен и напрямую согласован с государственным секретарём США Генри Киссинджером (тяжеловесом "Трёх Глаз", суперложи, которая именно в тот роковой 1973 учредила свою самую верную парамасонскую организацию, Трёхстороннюю Комиссию), директором ЦРУ Уильямом Е. Колби (он тоже связан с ложами "Три Глаза", "Гебура" и "Роза Ветров"), английским премьером Эдвардом Хитом (занимал этот пост в Великобритании до февраля-марта 1974 года, связан с ложами "Три Глаза" и "Эдмунд Берк"), государственным секретарём по иностранным делам и Содружества Алеком Дугласом-Хьюмом (помощник Хита, связан с ложами "Три Глаза" и "Роза Ветров"), с новым директором Ми-6, масоном Морисом Олдфилдом (1915-1981, директор СИС или Ми-6 с 1973 по 1978, членом лож "Три Глаза" и "Эдмунд Берк"), новым директором Ми-5, масоном Майклом Хэнли (1918-2001, директор Ми-5 с 1972 по 1978), бывшим премьер-министром Бельгии Гастоном Франсуа Мари Эйскенсом (членом лож "Три Глаза", "Пан-Европа" и "Роза Ветров") и даже, хотя в этом нет полной уверенности, с премьер-министром Франции Пьером Мессмером (1916-2007, связан с ложами "Жозеф де Местр" и "Левиафан"), обычные круги ЦРУ и его окрестностей, работающие в Италии и несогласные с официальной позицией, которая приводит их напрямую к поддерживающему заговорщиков директору Колби, ставят в известность Артура Шлезингера-младшего.

Вероятно, итальянцам, любящим демократические институты, рано или поздно придётся поставить памятник этому неутомимому интеллектуалу и идеологу прогрессивного масонства (неоднократный досточтимый мастер УР-лож "Томас Пейн" и "Бенджамин Франклин"), который трижды (1969, 1970 и 1974) спас их от потенциальных государственных переворотов. Шлезингер-младший при поддержке всех самых влиятельных членов международных демократических масонских кругов приводит в действие широкомасштабную стратегию. Поддерживаемый братьями Гарольдом Уилсоном (Ур-ложа "Ньютон-Кейнс", премьер-министр Великобритании с 4 марта 1974 года), Гельмутом Шмидтом (1918-2015, немецкий социал-демократ, член ложи "Фердинанд Лассаль", отделившейся от "Томас Пейн", и работавшей в основном во Франции, Германии и сопредельных странах, вступил в должность канцлера Германии 6 мая 1974), Эндрю Джексона Гудпастера (Главнокомандующего объединённой группировкой войск НАТО в Европе до декабря 1974) и других шишек международного прогрессивного и/или умеренного масонства, Шлезингер-младший, во-первых, приводит к осуществлению в Португалии того, что вошло в историю как Революция гвоздик, которая вернула лузитанской нации[175] демократическую траекторию, положив конец авторитарно-фашистоидному режиму, основанному в свое время Антонио Салазаром с 1932 года (после псевдодиктаторского периода, начатого ещё в 1926 году генералом Антониу Оскаром де Фрагозо Кармона).

И Шлезингер-младший, интеллектуал-масон, особенно любящий символизм, действует таким образом, что португальская демократическая революция фактически происходит в знаменательную дату, чтобы предупредить заговорщиков итальянского переворота: 25 апреля 1974 года. Недвусмысленное послание Шлезингера-младшего и союзников реакционным собратьям: "Мы освобождаем Португалию спустя десятилетия от диктатуры ваших друзей – той самой, которую вы уже установили в Греции, Чили и т. д., и которую вы хотели бы сейчас насадить в Италии. Остерегайтесь, однако, потому что, поскольку Италия была окончательно освобождена от нацифашизма 25 апреля 1945 года, так называемый День освобождения, свергнув псевдофашистский салазарский режим в тот же день, мы не дадим вам отнять в Италии с трудом завоёванную 29 лет назад свободу".

В те же месяцы 1974 года демократический масонский интернационал активно действовал, чтобы привести к светскому, антиконсервативному и антиклерикальному исходу референдум об отмене разводов в Италии, проведенный 12-13 мая 1974 года и завершившийся победой "нет" (59,3% "против", 40,7% "за") против отмены закона о разводе от 1 декабря 1970 г. Этот закон, по сути вместе со статутом рабочих, обнародованным 20 мая того же года, представлял собой знаменательную победу прогрессивного евроатлантического фронта, а не только Италии, и сильно разозлил те масонско-олигархические круги, которые (хотя и ориентированные в светском смысле) считали необходимым для удержания консервативных политических блоков правых идеологическую пропаганду в традиционалистском смысле, приветствуемую наиболее реакционными и клерикальными секторами как гражданского общества, так и христианских церквей во главе с католической церковью.

Кроме того, Шлезингер, Вильсон, Шмидт, Гудпастер и братья напали на ещё один бастион консервативной реакции на Западе, а именно на Грецию чёрных полковников. Они поддерживали и финансировали внутреннюю оппозицию режиму, возникшую в 1967 году, и настолько раскачали ситуацию в Греции, что в конечном итоге привело к падению военной диктатуры.

Более того "великолепная четвёрка", упомянутая выше, лично связалась со своим братом Валери Жискаром д'Эстеном (видным членом "Трёх Глаз", который, однако, не разделял их явно диверсионные, антилиберальные и антидемократические заговоры в европейском регионе, хотя и внёс немалый вклад в "Операцию Кондор" в Латинской Америке) и убедила его присоединиться к ним, чтобы восстановить демократию в Греции и препятствовать итальянскому перевороту, запланированному на август 1974 года.

Таким образом после серии судорожных событий было решено поручить умеренному консервативному масону, но либеральному и демократическому, Константиносу Караманлису (1907-1998, члену ложи "Атлантис-Алетейя", той самой международной Ур-ложи, где в своё время был посвящён Макс Вебер, основатель после возвращения на родину партии "Новая демократия"), особому протеже нового французского президента, возглавить новое гражданское правительство, которое могло бы привести Грецию в новый век.

24 июля 1974 года, по завершении периода интенсивных переговоров, умеренный вольный каменщик Караманлис вернулся на родину из своего парижского изгнания на борту французского президентского самолета, предоставленного непосредственно братом Жискаром д'Эстеном, который вошёл на Елисейские поля 27 мая того же года.

"Остановите переворот". Аньелли предупреждает Андреотти и Тавиани

С "падением" Португалии и Греции (оторванными от реакционного фронта и возвращёнными в лоно демократии) и решительной мобилизацией прогрессивного масонского интернационала перспективы итальянских путчистов с каждым днём становились всё более призрачными, несмотря на развертывание важных деятелей и структур для поддержки операции, запланированной на август 1974 года.

Операция, у которой, тем временем, прошла террористическая подготовка в виде взрыва на площади Лоджии в Брешии 28 мая 1974 года, в то время как взрыв в поезде "Italicus" 4 августа 1974 года (в своё время запланированный как вторая подготовительная акция для предстоящего переворота несколько дней спустя, но теперь бесполезный, учитывая срыв всего плана) вызвал только гневную реакцию, сбивчивую и невнятную, вызванную осознанием того, что государственный переворот в августе уже не состоится.

Во всяком случае, удар по подрывным намерениям заговорщиков был нанесен ещё раз лично вышеперечисленной "великолепной четвёркой". Премьер-министр Великобритании, брат Гарольд Уилсон, внезапно призвал директоров МИ6 и МИ5 к порядку (настолько, что год спустя, в 1975 году, директор Службы безопасности или МИ5 Майкл Хэнли отомстил, организовав против него клеветническую кампанию) и ещё более решительно угрожал Хиту и Дугласу-Хьюму обличить их подрывную деятельность в ущерб союзной стране (Италии) в парламенте и перед мировым общественным мнением.

Пьер Мессмер (который тем временем больше не занимал пост премьер-министра Франции, его сменил 27 мая 1974 года брат-масон Жак Ширак) никогда не был слишком убеждён в заговоре с переворотом и аналогичных реакционных методах (в мае 1968 года на посту министра обороны он отказался использовать армию против протестующих, как требовал президент Шарль де Голль), поэтому сам отказался от заговора, в чём его поддержал также старый товарищ, бывший голлист Жискар д'Эстен.

У Гельмута Шмидта не было особых проблем с нейтрализацией заговорщических желаний Гастона Эйскенса и компании.

Остались самые стойкие клиенты: режиссёр "Операции Кондор" Генри Киссинджер и антипрогрессистский хищник Уильям Иган Колби, действующий директор ЦРУ, которые просто не хотели отказываться от белого переворота, подготовленного братом Эдгардо Соньо.

Чтобы решить этот вопрос по существу, Шлезингер-младший, Гудпастер, Уилсон и Шмидт поговорили напрямую с Дэвидом Рокфеллером, "великим кукловодом" "Трёх Глаз" и без тени сомнения, начиная с конца 60-х/начала 70-х и вплоть до недавних лет, самым влиятельным масоном мирового неоаристократического круга.

"Великолепная четвёрка" предрекла самому загадочному и харизматичному наследнику династии Рокфеллеров грандиозное "развенчание" всех американских и международных операций, в которых участвовала его "Три Глаза". Рокфеллер прекрасно понял намёк и приказал Киссинджеру, Колби и другим сторонникам переворота всё отменить. Более того, магнат попросил своего собрата-масона Джованни Аньелли (который состоял вместе с Д. Рокфеллером как в Ур-ложе "Три Глаза", так и в парамасонской Трёхсторонней комиссии) лично сообщить Джулио Андреотти (в то время министру обороны) и Паоло Эмилио Тавиани (в то время министру внутренних дел) о том, что за некоторыми генералами, адмиралами и чиновниками нужно "внимательно следить". Лучше предупредить Андреотти и Тавиани, чем действующего премьера, того самого Мариано Румора, который уже участвовал в попытке переворота в декабре 1969 года и который даже в те месяцы 1974 года, по мнению некоторых наблюдателей, имел непрозрачные отношения с заговорщиками.

Дэвид Рокфеллер и Джованни Аньелли, тем не менее, не выдали своего собрата по ложе "Три Глаза" Эдгардо Соньо, избегая прямого упоминания его имени в отчёте о продолжающейся деятельности переворота и ограничиваясь рекомендациями по удалению или переводу на другие должности подозреваемых старших офицеров.

Об этом прямо позаботился Артур Шлезингер-младший. Он предупредил Андреотти и Тавиани, что необходимо дать хороший урок послу Соньо, и они задействовали туринский суд в лице Лучано Виоланте и Винченцо Покеттино.

Как отметил Эудженио Скальфари, и это указано в ранее упомянутой статье Альдо Каццулло, Андреотти сжёг пути отступления возможному перевороту, а пьемонтский князь теперь окончательно смирился с невозможностью идти дальше.

Однако 27 августа 1974 года у главного путчиста, члена "Трёх Глаз" и "П2", Эдгардо Соньо провели в доме обыск. Предъявив обвинение, 5 мая 1976 года его арестовали и поместили в римскую тюрьму "Царица небесная".

Затем вмешалась тяжёлая артиллерия в лице Рокфеллера, Киссинджера, Бжезинского, Аньелли, и начинающий диверсант был не только освобождён из тюрьмы, но и оправдан по всем обвинениям.

"План демократического возрождения" и "Меморандум"

На этом этапе мы можем ответить на вопрос, который, безусловно, задаст себе читатель.

Почему выдающиеся представители Ур-ложи "Три Глаза" и других суперлож международного неоаристократического круга, как мы видели ранее, были так заинтересованы в продвижении (со второй половины 60-х) и защите масонской карьеры Личо Джелли, а также непосредственно и активно вмешивались в дела великого мастера Лино Сальвини и других известных деятелей ВВИ, чтобы сохранить контроль Джелли над ложей "Пропаганда"?

Ответ, в свете повествования, которое мы здесь привели, теперь достаточно прост для понимания.

Всё потому, что Джелли, который с научной точки зрения никогда не допускался даже в материнскую ложу "Три Глаза" именно для того, чтобы сделать её отдельным органом, служащим интересам этой мастерской, но, возможно, расходуемым и недостаточно близким к ней, чтобы можно было предсказать и/или обусловить pro quota[176] решения, был выращен масоном in vitro,[177] чтобы превратить ложу "П2" во вспомогательную структуру ложи "Три Глаза" в Италии.

Более того, ложа "П2" с её отделениями на высших уровнях политики и государственной власти, армии, разведки, общественной безопасности, экономики и финансов, СМИ и т.д. должна была стать, в намерениях досточтимых мастеров "Трёх Глаз" (и олигархических суперлож), надёжным запасным аэродромом и наиболее динамичной опорой этого авторитарно-элитарного режима, который мог быть реализован в годы 1969, 1970 и 1974, если бы попытки переворота не были нейтрализованы прогрессивным масонским интернационалом.

Это прямое происхождение ложи "П2" Джелли от ещё более скрытых международных масонских кругов и в тени секретнейшей и пограничной ложи "Пропаганда", которая также породила экстравертную и открытую парамасонскую организацию, называемую Трёхсторонней комиссией, даже становится явным и очевидным, если мы сравним пресловутые "План демократического возрождения" и "Меморандум о политической ситуации в Италии" от той же "П2" с манифестом трёхсторонников "Кризис демократии".[178]

Не случайно речь идёт об этапе, на котором международные олигархические масоны "Трёх Глаз" и зависимые и подотчётные не менее транснациональные парамасоны Трёхсторонней комиссии после жёстких ударов от прогрессивных международных вольных каменщиков в Португалии, Греции и Италии (и в преддверии крах деспотического режима испанца Франсиско Франко, давно больного болезнью Паркинсона и близкого к смерти, что и произошло 20 ноября 1975), решают радикально сменить стратегию. Они решают, что могут продолжать допускать насильственные подрывы демократических институтов и установление фашистоидных диктатур гражданского и/или военного характера только в странах Третьего мира или, в частности, в Латинской Америке (где проводится "Операция Кондор", которая продлится ещё несколько лет), но заявляют себе и перед инсайдерами мира власти, что больше не намерены устраивать перевороты в западных странах Первого мира. Возрождение или предполагаемое демократическое возрождение в олигархическом и технократическом смысле, которое они предлагают, будет программно исключать отныне (весна 1975 г.) "любое стремление или даже тайное намерение свержения системы", как будет сказано, с таким же коммуникативным намерением, именно в "Плане демократического возрождения" от "П2", который повторяет брошюру Трёхсторонней комиссии, будучи составленным в конце 1975-начале 1976 гг. с последующими исправлениями.

Действительно, очень важно также знать, когда, как и почему "План возрождения" и "Меморандум" были найдены у Личо Джелли правоохранительными органами и, следовательно, предоставлены общественному мнению.

Это произошло в очень насыщенную символикой и значением дату для многих американских масонов "Трёх Глаз".

Документы были обнаружены 4 июля 1981 года в чемодане с двойным дном Марии Грации Джелли (1956-1988) во время таможенного обыска в аэропорту Фьюмичино в Риме.

Было очевидно, что багаж дочери Джелли будет проверен таможенниками, и так же очевидно, что отец хотел, чтобы новости об обнаружении этих документов дошли до средств массовой информации, а через них – до получателей его угрожающей и полной смутных намёков просьбы о помощи.

Каково было послание Джелли, почему он отправил его через свою дочь именно 4 июля 1981 года?[179]

Между тем, настоящий он или нет, в чемодане Марии Грации Джелли вместе с "Планом" и "Меморандумом" был также найден другой документ (под названием "Полевой справочник"). Этот документ был датирован 18 марта 1970 года и подписан ни кем иным, как Уильямом Уэстморлендом, бывшим верховным главнокомандующим США во Вьетнаме до 1968 года, затем с 1968 по 1972 год начальником штаба армии США (членом как ложи "Три Глаза", так и лож "Левиафан" и "Гебура").

На документе стоял гриф "совершенно секретно". Он был озаглавлен "Операции по обеспечению стабильности и спецслужб – особые разделы". В нём содержалась директива "дестабилизировать в целях стабилизации" и указание на то, как прибегать к "специальным операциям" для предотвращения доступа коммунистической партии в правительство, используя "насильственные или ненасильственные действия, в зависимости от случая". Распространение "совершенно секретного" документа было "строго ограничено адресатами, перечисленными в соответствующем списке", заинтересованными в применении стратегии нетрадиционной и психологической войны".[180]

(Неполный) список Джелли

Дело в том, что в течение нескольких месяцев, начиная с обысков в Ареццо и Кастильон-Фибокки 17 марта 1981 года, и со всеми последующими громкими событиями Джелли сталкивается с серьёзными проблемами и даже официально подаётся в бега. Среди этих самых проблем есть также ордер на арест, выданный 22 мая 1981 года. В самом деле,

список 962 имён и множество горячих документов, найденных в Кастильон-Фибокки, более чем достаточно, чтобы миланские судьи поняли, что наткнулись на мощную тайное масонское сообщество, как таковое запрещённое Конституцией. Таким образом, 25 марта 1981 года миланская судебная система передала премьеру Арнальдо Форлани список 962 имён членов тайной ложи. По словам сына досточтимого, Личо Джелли телеграммой призывает главу правительства не публиковать список: "Форлани дал понять отцу через посредника, что он не решил [что делать], что он хочет оценить..."– возможно, посредником, которого упоминает сын досточтимого, является глава кабинета Форлани, префект Марио Семприни, значащийся в списках членов "П2". Премьер-министр "оценивает" происходящее в течение почти двух месяцев, а 20 мая, наконец, преодолев свою авторитетную "нерешительность", обнародует список 962 членов "P2". Но двух месяцев было более чем достаточно для досточтимого, чтобы передать за границу часть своего архива, ускользнувшего от финансовой гвардии, включая списки отделений, хранящиеся на вилле Ванда документы из секретной службы и многочисленные файлы бывшего SIFAR[181]. Среди изъятых материалов, по сути, есть ещё один документ – список из 429 папок, которые не были обнаружены во время обысков. [...] После обыска в Кастильон-Фибокки среди членов "П2", связанных с тайной ложей, проходит сигнал тревоги. [...] Эта тревога оправдана. Несмотря на то, что у досточтимого Джелли изъяли лишь часть документов, этого вполне достаточно, чтобы обогатить уже ведущиеся судебные расследования, (например, расследование махинаций банка "Banco ambrosiano"), и начать новые. [...] Пока в печати появляются первые слухи о таинственной масонской ложе, случайно обнаруженной мировыми судьями в Милане, Личо Джелли из своего убежища за рубежом даёт интервью репортёру, члену "П2", Франко Саломоне. На вопрос, есть ли в списке 962 имён, изъятом в Кастильон-Фибокки, имена министров Адольфо Сарти (юстиции), Энрико Манка (внешней торговли), Франко Фоски (труда), и руководителей спецслужб Джузеппе Сантовито, Джузеппе Грассини и Вальтера Пелози, досточтимый отвечает: "Заверяю, что нет". Ложь Джелли (три министра и три главы спецслужб, напротив, присутствуют в списке 962 членов "П2") – это сообщение, с которым досточтимый обращается к "засветившимся" членам ложи: всё отрицать, тем более что премьер ещё не решил обнародовать список. Кроме того среди бумаг, изъятых судьями в Кастильон-Фибокки, был "Синтез норм", которые члены ложи обязаны соблюдать, и прежде всего "древняя максима" "молчание – золото" – норма, которая приобретает особую ценность, если применить её к организации, которая (при соблюдении чётко определённых правил, дающих свободный доступ) характеризуется абсолютной секретностью. 18 мая из своего зарубежного убежища Джелли отправляет премьер-министру Форлани новое сообщение, телекс, в котором содержится предостережение: список 962 имён не должен быть обнародован, чтобы не ущемлять конституционные права гражданина и избежать "последствий также на международном уровне". [...] 19 мая досточтимый вновь обращается к растерянным членам ложи при помощи нового "интервью", которое даёт брату из "П2" Франко Саломоне. На вопрос: "Как бы вы ответили на вопрос судьи о возможном членстве в "П2", если бы всплыло ваше имя?", Джелли отвечает: "Прежде всего я бы всё отрицал. Затем я бы потребовал, чтобы мне показали документы, подтверждающие моё членство в ложе. Наконец, я без тени сомнения засудил бы газету за возможную публикацию ложной информации, а также всех тех, кто несёт ответственность за разглашение тайны следствия". День 20 мая 1981 года имеет решающее значение и начинается с ареста члена ложи Роберто Кальви, президента банка "Banco ambrosiano", обвиняемого в серьёзных валютных преступлениях. Между тем парламентский комитет по делу Синдоны[182] под председательством Франческо Де Мартино, который запросил и получил от миланской прокуратуры копию документов, изъятых в Кастильон-Фибокки, после напряжённого заседания решает обнародовать на следующий день список из 962 имён. Премьер больше не может "тянуть резину" и пересылает списки парламенту и прессе. На следующий день, 21 мая, председатели палат сообщают об этом официально. 22 мая судебная власть издаёт два ордера на арест Личо Джелли за политический шпионаж и разглашение данных, касающихся государственной безопасности. По тем же обвинениям арестован полковник Антонио Виеццер, бывший начальник секретариата отдела D Службы информационной безопасности[183], тоже член ложи Джелли. 23 мая министр юстиции Адольфо Сарти подал в отставку. 26 мая всё правительство Форлани вынуждено уйти в отставку. Помимо министра Сарти и префекта Марио Семприни (глава кабинета премьера Форлани), в списках Джелли также фигурируют министр внешней торговли Энрико Манка и министр труда Франко Фоски. После публикации списка участников "П2" разражается самый серьёзный скандал в истории Республики. В списках тайной масонской ложи есть бывшие министры, такие как христианские демократы Гаэтано Стаммати и Марио Педини, а также некоторые заместители секретарей; 44 депутата (19 от христианских демократов, 9 от Итальянской социалистической партии, 6 от Итальянской демократической социалистической партии, 3 от Итальянской республиканской партии, 4 от Итальянского социального движения, 3 от Итальянской либеральной партии), среди которых секретарь ИДСП Пьетро Лонго и заместитель секретаря Ренато Массари; высокопоставленные чиновники министерств и несколько секретарей видных политиков. В списках присутствуют высшие руководители секретных служб в полном составе, верховные судьи и высшие офицеры вооруженных сил (12 генералов карабинеров, 5 от финансовой гвардии, 22 из армии, 4 из ВВС, 8 адмиралов). Там значатся банкиры крупных государственных и частных кредитных организаций: 39 членов ложи работают в стратегических отделах национальной кредитной системы. Там значатся промышленники и предприниматели, редакторы и журналисты, а также руководители Rai-Tv. А также там находят многих главных героев стратегии напряжённости, участников судебных расследований, связанные с "планом Соло"[184], терактом на площади Фонтана, переворотом Боргезе, "Розой Ветров", параллельной Службой информационной безопасности, планом путчиста Эдгардо Соньо, взрывом в поезде "Италикус", на вокзале Болоньи и другими политическими преступлениями. Из списков "П2" сразу стало видно, что тайная масонская ложа Джелли построена и сформирована путём скрытого проникновения во все жизненно важные органы государства: политические партии, высшее государственное чиновничество, службы безопасности, вооруженные силы, суды, финансы, предпринимательство, средства массовой информации – государство в государстве, характеризующееся секретностью, в нарушение ст. 18 Конституции, прямо запрещающей тайные объединения. 13 июня 1981 г. специальный административный комитет по расследованию, сформированный видными конституционалистами, представляет новому правительству Спадолини отчёт. Вывод ясен: "Высшее руководство так называемой "П2" жило и намеревалось действовать в Италии, как в месте влияния и тайной власти, проникая в органы государственной власти и гражданской жизни... Настоящий комитет [...] считает, что он имеет все основания утверждать, что в соответствии со статьей 18 Конституции, полностью действующей нормой, так называемая ложа "П2" должна считаться тайным обществом".[185]

Обнародовав именно 4 июля (1981 года), в день публикации американской Декларации независимости съездом в Филадельфии в 1776 году, "Полевое руководство" за подписью Уэстморленда вместе с "Планом демократического возрождения" и "Меморандумом об политической ситуации в Италии", Джелли явно обращался к досточтимым мастерам (в частности, к некоторым американским мастерам, которые осуществляли контроль за подобными обществами) как ложи "Три Глаза", так и парамасонской Трёхсторонней комиссии, подчинённой первой. И он говорит им (обращаясь, однако, также к более широкой аудитории внимательных наблюдателей в Италии и во всём мире): "Любой серьёзный инсайдер международной масонской власти знает, что я и мои итальянские товарищи из ложи "П2", которые сейчас попали в беду, всегда верой и правдой служили масонским кругам, управляемым американцами. И даже если мы действовали жестоко и с применением насилия, а особенно в неолигархической, хоть и законной и формально (хотя и не совсем) уважительной к демократии перспективе, как это предписано трёхсторонним манифестом 1975 года, мы скрупулёзно следовали инструкциям, полученным от тех, кто поручил нам нашу миссию в Италии. В доказательство всего этого я прилагаю "Полевое руководство" брата Уэстморленда (которое демонстрирует, откуда пришли инструкции по дестабилизации, в том числе насильственным и террористическим способом), так и "Меморандум" и "План возрождения", где, напротив, чётко сказано: "Прилагательное "демократический" означает, что из настоящего плана исключены любое стремление или даже тайное намерение свержения системы". Теперь, однако, дорогие американские братья-масоны (а также британцы, французы, бельгийцы и т. д.), помогите мне и другим верным каменщикам из "П2" выбраться из беды, в которую кто-то нас посадил, иначе я назову вас более прямым, громким и косвенным образом. В самом деле, брат Уэстморленд, подписавший "Полевое руководство", был и во всех отношениях остаётся активным членом суперлож "Три Глаза", "Левиафан" и "Гебура", в то время как каждый может видеть, что "Меморандум" и "План возрождения" являются лишь итальянской адаптацией рецептов "Кризиса демократии", идейно-программного манифеста, разработанного в масонской лаборатории "Три Глаза" и раскрытой миру благодаря пропаганде парамасонской Трёхсторонней комиссии, которая, как все мы хорошо знаем, и пальцем не шевельнёт без приказа "Трёх Глаз"... Подписано: ваш любимый брат Личо Джелли".

Но Джелли блефовал.

Как ему авторитетно объяснили после этой его неуклюжей и опасной полу-устрашающей и полу-шантажистской операции с просьбой о помощи, он мог надеяться на то, что останется живым и здоровым, чтобы зализать раны, справиться с различными судебными расследованиями, которые продолжаются, и насладиться той частью своего (немаленького) состояния, которое не было конфисковано или арестовано.

Действительно, ему было ясно сказано, что безопасность его и близких зависела от явного компромисса: "Мы больше не интересуемся тобой ни в добре (нас это больше не волнует, это опасно, неловко и бесполезно, итальянские и международные сценарии изменились, и больше нет необходимости в "П2", которая стала источником потенциальных проблем "нового курса"), ни во зле (с тобой не случится того, что со многими другими, которых физически устранили в эти годы терактов, взрывов и кровавых акций), но ты никогда больше не упоминай о нас, как в случае с документами, доверенными твоей дочери Марии Грации. Пусть их больше не обнаруживают таможенники и не обнародуют. Подписано: твои теперь уже бывшие братья".

Слишком большая игра

Брату Джелли пришлось сделать хорошую мину при плохой игре, но всё же выбрать выживание, а не как в знаменитой поговорке: "Умри, Самсон, со всеми филистимлянами", вдохновлённой ветхозаветной историей Самсона, рассказанной в библейской "Книге Судей", главы с 13 по 16. Проблема заключалась в том, что досточтимый житель Ареццо, опьянённый успехами и дерзостью, не осознавал, насколько изменился мир (с его динамикой власти на самом высоком уровне) после 1975 года и особенно в трёхлетний период 1979-1981 годов.

В начале этой главы, среди эпиграфов, мы вставили цитаты, которые показывают непомерные амбиции Джелли сделать из "П2" и ВОММП (Всемирная организация масонской мысли и помощи, основанная в Риме 1 января 1975 года) транснациональные общества, правящие миром на равных с сетью международных УР-лож, возникших с конца XIX века.

С определённой точки зрения, такие амбиции стали фатальными и оказали разрушительное воздействие на судьбу бывшего республиканца и фашистского двурушника, взошедшего на вершину ВВИ, но неспособного осознать свои пределы и остановиться, вместо того, чтобы играть в игру не по рангу.

Много лет спустя, как мы увидим, аналогичные автаркические и не совсем ясные масонские амбиции определят частичное разорение и начало существенного упадка уже у выдающегося ученика школы Джелли. Мы имеем в виду, конечно, масона Сильвио Берлускони, который был близко к членам "П2" с ранних 70-х, а затем и посвящён в «П2» в 1978 году (где станет мастером), а затем перейдёт под крыло нового великого мастера ВВИ Армандо Корона (великий мастер с 1982 по 1990 год), и наконец оснует своего рода "домашнюю" Ур-ложу ("Ложа Дракона", учреждена с 1992-1993).

В годы после попыток переворота в Италии (для Запада, не для Латинской Америки, где по-прежнему в течение многих лет проходит "Операции Кондор"), официально начавшихся с большого пленарного заседания Трёхсторонней комиссии 30-31 мая 1975 года в Киото (но неофициально начатого в связи с неудавшимся итальянским переворотом августа 1974 года, как мы видели), Джелли и его ложа "П2" процветают, растут и также имеют тенденцию несколько расширяться за пределы Италии, которые установлены для них старшими братьями из "Трёх Глаз" и международными масонскими кругами.

Между тем, однако, происходят события в Италии, Европе и во всём мире, имеющие большое значение, в которых, очевидно, играют фундаментальную и основополагающую роль главные герои планетарных масонских аристократий.

Эти события связаны с крупными геополитическими и энергетическими кризисами 1973, 1979 и 1980 годов (начало войны между Ираком и Ираном, которая продлится до 1988 года) и переплетаются с зарождающимися проектами политико-экономической глобализации Земли, разработанными с 1975 года и реализованными на первом этапе в 1979-1991 гг.[186]

В начале этой главы под названием "Chaos ab Ordo et Ordo ab Chao" мы хотели вспомнить, вместе с цитатами из книги мудрого исследователя масонов Альдо А. Мола (хоть он и сам состоит в масонском братстве), одного проницательного и влиятельного масона Джанкарло Элиа Валори (в свое время члена "П2", хоть и исключённого до несчастий 1981 года), одну уже упомянутую работу вечно язвительного Джорджо Галли, ещё одно мудрое эссе блестящих и новаторских Ферруччо Пинотти и Джакомо Галеацци,[187] некоторые темы: вопросы энергетики, нефти и геополитики; расширение ложи "П2" и ВОММП за пределы Италии, то есть в Латинскую Америку, Африку и другие страны, входящие в ООН; чрезвычайный случай с папой, формально не связанным с масонством, Каролем Йозефом Войтылой (1920-2005, понтифик с 1978 по 2005 год), но завербованным Ур-ложей "Три Глаза" (с родственными суперложами) для выполнения некоторых исторических процессов, необходимых для глобализации – которые в равной степени относятся как к настоящей, так и к следующей главе.[188]

Глава 7. Объединённые масоны за глобализацию, часть первая (1974-1975-1979-1991)

В которой рассказывается о Личо Джелли и его связях с суперложами, о рождении новых ультрареациональных Ур-лож, нарушающих устоявшийся баланс, о двух правящих масонах в Америке и Великобритании (Маргарет Тэтчер и Рональде Рейгане) и о новом масонском мире, определяемом секретным пактом "Объединённые масоны за глобализацию"

Теперь я временно сформулирую два принципа справедливости, которые, как мне кажется, будут выбраны в качестве исходной позиции. [...] Во-первых: каждый человек имеет равное право на более широкую фундаментальную свободу, совместимую с равной свободой для других. Во-вторых: социальное и экономическое неравенство нужно объединить так, чтобы (а) оно разумно прогнозировалось в интересах каждого; (б) было связано с должностями и позициями, открытыми для всех. [...] Экономическое и социальное неравенство должно быть: (а) к наибольшей выгоде наименее обеспеченных [...] и (б) связано с должностями и позициями, открытыми для всех в условиях равенства возможностей. [...] Принципы проводят различие между теми аспектами социальной системы, которые определяют и гарантируют равные гражданские свободы, и теми, которые определяют и устанавливают экономическое и социальное неравенство. Основными свободами граждан являются, грубо говоря, политическая свобода (право голосовать и выставлять свою кандидатуру на государственные должности), а также свобода слова и собраний; свобода совести и мысли; свобода личности, наряду с правом владеть собственностью (личной); свобода от произвольного ареста и задержания, как это определено в концепции верховенства закона. Эти свободы должны быть равны в соответствие с первым принципом, поскольку граждане справедливого общества должны иметь одинаковые основные права. В первом приближении второй принцип применяется к распределению доходов и богатства, а также к структуре организаций, характеризующихся различиями в полномочиях, ответственности или иерархии. Хотя распределение богатства и доходов не обязательно должно быть равным, оно должно быть выгодным для каждого, и в то же время руководящие должности и государственные должности должны быть открыты для всех. Второй принцип применяется, сохраняя открытые позиции, и, следовательно, при условии этого ограничения, социальное и экономическое неравенство сглаживаются так, чтобы они приносили пользу каждому. Эти принципы должны быть расположены последовательно, чтобы первый принцип предшествовал второму. Этот порядок означает, что отклонение от институтов равной свободы, требуемых первым принципом, не может быть ни оправдано, ни компенсировано большими социальными и экономическими выгодами. Распределение доходов и богатства и иерархии власти должны быть совместимы как с равными гражданскими правами, так и с равенством возможностей. Понятно, что эти принципы имеют довольно конкретное содержание и что их принятие основано на определённых предположениях, которые я теперь должен попытаться объяснить и оправдать. Теория справедливости зависит от теории общества, и они начнут проясняться по мере нашего продвижения. На данный момент мы должны заметить, что два принципа (и это относится ко всем их формулировкам) являются частным случаем более общей концепции справедливости, которая может быть выражена следующим образом. Все социальные ценности: свобода и возможности, богатство и доход, а также основы самоуважения – должны распределяться одинаково, если неравное распределение одной из всех этих ценностей не принесёт пользу каждой из них. Таким образом, несправедливость просто совпадает с неравенством, которое не приносит пользы всем.

Джон Ролз, Теория справедливости

Наши основные выводы о государстве заключаются в том, что минимальное государство, строго ограниченное функциями защиты от насилия, воровства и мошенничества, защиты контрактов и т. д., оправдано; что любое более обширное государство в конечном итоге нарушает права людей на то, чтобы их не заставляли делать определённые вещи; и это неоправданно; и что минимальное государство желательно, а также справедливо. Два важных вывода заключаются в том, что государство не может использовать свой принудительный аппарат, чтобы побудить одних граждан помогать другим или запретить людям определённые действия с целью их собственного блага или защиты. [...] В первой части оправдывается минимальное государство, во второй говорится, что не может быть оправдано какое-либо более обширное государство. Я продолжаю утверждать, что множество причин, оправдывающие более обширное государство, на самом деле терпят неудачу. Против тезиса о том, что такое государство оправдано для достижения или производства распределительной справедливости среди своих граждан, я разрабатываю теорию справедливости (теорию действительного титула), которая не требует более обширного состояния, и я использую аппарат этой теории для анализа и критики других теорий распределительной справедливости, которые не требуют более обширного государства, особенно недавнюю и мощную теорию Джона Ролза. Затем критикуются и другие причины, которые, по мнению некоторых, оправдывают более обширное государство, включая равенство.

Роберт Нозик, Анархия, государство и утопия

Наша партия – партия равенства и возможностей.

Маргарет Тэтчер, речь 1975 года

Следующий отчёт не является пессимистическим документом. Его авторы считают, что по сути демократические системы жизненно важны. Они также считают, что демократии могут функционировать, если их "общественное мнение" способно по-настоящему понять природу демократической системы. И особенно, если оно будет осторожно с тонкими взаимосвязями между свободой и ответственностью. Обсуждение "Кризиса демократии" призвано сделать демократию сильнее по мере роста и ещё более "демократичной". Выводы наших докладчиков (несомненно, в некоторых отношениях провокационные) были задуманы для достижения определённой главной цели. Трёхсторонняя комиссия решила заняться этим проектом, потому что она, на мой взгляд, справедливо осознала, что жизнеспособность наших политических систем является важной предпосылкой для установления стабильного международного порядка и формирования многочисленных отношений сотрудничества между нашими регионами. Несмотря на то, что мы уже давно занимаемся вопросами, связанными с внешней политикой, как трёхсторонними, так и касающимися осей Восток-Запад и Север-Юг, Трёхсторонняя комиссия проводила следующее исследование, полагая, что на данный момент для граждан наших демократий важно пересмотреть основные предпосылки и функционирование наших систем.

Збигнев Бжезинский, Вводная статья к "Кризису демократии"

Истинная цель Трёхсторонней комиссии – оказать согласованное политическое давление на правительства промышленно развитых стран, чтобы заставить их подчиниться своей глобальной стратегии.

Жак Бордио, "Pr?sent" от 28-29 января 1985 г.[189]

10 июня 1978 года открывается чемпионат мира: на стадионе "Монументаль" на глазах у всего мира проходят военные парады. В последующие дни Аргентина выигрывает первые два матча. Согласие хунты получено. Хосе Мария Муньос, официальный спортивный комментатор национальной сборной, одержимо отмечает, что аргентинцы искренни и рады, а в это время многих молодых оппозиционеров забирают из домов и отправляют в Школу механиков ВМС (ESMA), откуда они больше никогда не выйдут. Тем не менее, итальянские газеты рассказывают о современной и эффективной нации и игнорируют матерей тех "пропавших без вести", которые ходят по городу в поисках поддержки. [...] Двумя годами ранее, в 1976 году, команда Аргентины по теннису выиграла Кубок Дэвиса в такой стране, как Чили, которую поставил на колени другой военный, Аугусто Пиночет. В случае с аргентинским чемпионатом мира кто-то сомневался: бойкотировать ли турнир в пику военной хунте? Затем решили отказаться от бойкота, в основном, несмотря на Пиночета – в Чили все же тогда приехали. Хорхе Видела пришел к власти двумя годами ранее и постановил, что, учитывая страсть народа к футболу, нужно провести чемпионат мира в Аргентине. Виделе, Массере, Агости и Астису удалось убедить ФИФА провести чемпионат мира, который был назначен до того, как они захватили власть. Как раз во время чемпионата мира число "пропавших без вести" среди оппозиционеров достигает высшей отметки. В среднем 200 арестов в день, чтобы не болтали лишнего иностранным журналистам. Видела нанял американскую пиар-компания "Burson & Marsteller", чтобы создать положительный имидж Аргентине на время турнира. Власть тратит 800 миллионов долларов на Кубок. Но футбол не только отвлекает. Он даёт правительству возможность избавиться от храбрых матерей, которые собираются у Каса Росада[190] в знак протеста. Военные идут в самые неблагополучные кварталы и нанимают самых отмороженных болельщиков, чтобы держать матерей в страхе. Это те же самые кварталы, которые были частично снесены во время "операции Барридо", чтобы убрать их с глаз иностранных посетителей во время чемпионата. Аргентина выходит в полуфинал. Её ждёт Перу и перуанский мармелад. Хосе Веласкес, перуанский полузащитник, расскажет о том, как перед игрой состоялся странный визит генерала Хорхе Виделы в сопровождении госсекретаря США Генри Киссинджера в раздевалку бело-красных. И о том, как после этого визита капитан Маркос Кальдерон решил вернуть в строй вратаря Рамона Кирога Аранчибиа (аргентинца из Росарио, но натурализованного перуанца), который несколько матчей прохлаждался на скамейке запасных. Окончательный счёт был 6:0 в пользу Аргентины. [...] 25 июня все останавливается: предстоит финал с Голландией. На трибуне в "Монументале", сидят Видела, адмирал Эмилио Эдуардо Массера (глава Esma) и досточтимый мастер Личо Джелли.

Алессандро Олива, Видела, генерал, который захотел выиграть чемпионат мира, "Linkiesta", 18 мая 2013 г.

Любая женщина, которая умеет управляться домом, сможет понять и проблемы управления страной.

Маргарет Тэтчер, речь 1979 года

Андреотти признаёт, что познакомился с Джелли в 60-х годах, когда будущий досточтимый мастер "П2" руководил компанией Permaflex; затем он рассказывает об их встрече в Аргентине в 1973 году по случаю церемонии вступления Перона в должность Президента Республики: "Генерал Перон пригласил нас домой, и среди очень немногих, которые там были, присутствовал и Джелли, к которому, как я видел, Перон почти всегда обращался с большой, я бы сказал, преданностью, а не только с уважением. [...] Позже [я видел Джелли] несколько раз, потому что он работал в аргентинском посольстве здесь, в Риме, в котором у него также было, я думаю, официальное назначение. Однако всё время, когда намечались визиты аргентинцев определённого уровня, посольство всегда поручало Джелли установить контакт и подготовить эти визиты, и не только тогда, когда приходили люди, наделённые правительственными должностями (я говорю о президенте Виделе, адмирале Массере, когда он был председателем хунты), но также и члены парламента: вице-президент Сената, вице-президент Палаты, например".

Серджо Фламиньи, Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2"

1980. 10 июля король Умберто II жалует Джелли титул графа, передаваемый только по мужской линии. [...] Теракты в Устике (27 июня) и Болонье (2 августа). 18 сентября в отеле "Эксельсиор" (Рим) Анджело Риццоли, Бруно Тассан Дин и Роберто Кальви подписывают пакт о реорганизации "Коррьере делла сера" с участием Умберто Ортолани и Личо Джелли. 5 октября "Коррьере делла сера" публикует интервью Маурицио Костанцо с Джелли. 1981. Уже присутствовав 20 января 1977 года на вступлении в должность демократа Джимми Картера, 25 января Джелли присутствует на вступлении в должность республиканца Рональда Рейгана на пост президента США и получает свидетельство о заслугах перед Республиканской партией за участие в его избрании. [...] 10 декабря парламент принимает решение о роспуске "П2" как "тайного общества". 1982. 25 января принимается закон № 17, запрещающий тайные общества. 18 июня Роберто Кальви находят повешенным под мостом Блэкфрайерз в Лондоне. 28 июля председателю Института религиозных дел Полу Марцинкусу направляется обвинение в мошенничестве при отягчающих обстоятельствах; Святой Престол отклоняет его из-за формальных нарушений. 13 сентября Джелли арестовывают в Женеве. Великим мастером Великого Востока Италии избирается Армандо Корона, который покидает Республиканскую партию, членом которой является. [...] 1983. 9 сентября Джелли сбегает из тюрьмы Шамп-Доллон. Он прячется в Монте-Карло. 1986. 19 марта Микеле Синдона приговаривается к пожизненному заключению как инициатор убийства Джорджо Амброзоли. Через три дня после заключения в тюрьму Вогера он умирает от отравления. 1987. Джелли сдаётся властям Женевы. 1988. 17 февраля Джелли экстрадирован в Италию. 11 апреля 1989 года он помещается под домашний арест на вилле Ванда. [...] 1990. [...] По окончании великого мастерства короны великим мастером избирается Джулиано Бернардо. [...] 16 апреля Джелли приговаривается к 18 годам и 6 месяцам тюремного заключения за участие в фиктивном банкротстве банка "Banco ambrosiano". Ортолани, проживающий за границей, приговаривается к 19 годам.

Альдо А. Мола, Джелли и "П2". Между хроникой и историей

Экономика – это средство, цель же состоит в том, чтобы изменить сердце и душу.

Маргарет Тэтчер, интервью "The Sunday Times", 1 мая 1981

Моя политика основана не на экономической теории, а на вещах, с которыми выросли миллионы таких, как я: честный рабочий день ради честного дня оплаты; жить по средствам, чтобы откладывать на чёрный день; оплачивать счета вовремя, чтобы поддерживать полицию.

Маргарет Тэтчер, интервью "News of the World", 20 сентября 1981

От Франции до Филиппин, от Ямайки до Японии, от Малайзии до Мексики, от Шри-Ланки до Сингапура, приватизация идёт полным ходом.

Маргарет Тэтчер, речь 1986 года

В нынешнем кризисе правительство не является решением нашей проблемы; правительство и есть проблема.

Рональд Рейган, инаугурационная речь в Белом доме, 20 января 1981 г.

Генеральный секретарь Горбачёв, если вы стремитесь к миру, если вы стремитесь к процветанию, если вы стремитесь к освобождению Советского Союза и Восточной Европы: подойдите к этой двери. Господин Горбачёв, откройте эту дверь. Господин Горбачёв, снесите эту стену!

Рональд Рейган, выступление 1987 года в Берлине

Демократический дух Ленина и его постоянный контакт с людьми, требовательность Ленина к себе и другим, его нетерпимость к бюрократизму – непревзойдённый пример. Отклонения от этого стиля всегда превращались в политические и моральные издержки, тормозили развитие.

Михаил Сергеевич Горбачёв, Общий европейский дом

С начала 1989 года до весны 1993 года Ельцин проявил неоспоримый политический талант: способность одержать верх над менее линейными и, казалось бы, менее последовательными противниками, чем он (например, над Горбачёвым), и направить стремления решительной массы россиян к окончательному разрыву с прошлым. Но как только с Горбачёвым, КПСС и СССР было покончено, Ельцин начал строить в значительной степени неожиданную и неутешительную экономическую систему для своих избирателей. Приватизация экономики была неподготовленной и разрушительной операцией, которая привела к массовому обнищанию, социальному неравенству и подлинной деиндустриализации страны. Это был процесс, реализованный благодаря ярко выраженному злоупотреблению президентской властью, чреватому авторитарным проектом, который после кровавых столкновений в октябре 1993 года выразился в новом тексте Конституции два месяца спустя. Первая из двух чеченских войн (1994-1996) стала ещё одним примером безответственности и безжалостности, с которыми новая российская демократическая власть принимала свои первые, роковые решения.

Антонио Рубби, Россия Ельцина

Немецкое единство – это не обратная сторона европейского единства, а его противоположность. Воссоединение Германии является не только одной из коренных причин европейского кризиса, но и причиной нашей неспособности выйти из него.

Вольфганг Мюнхау, статья в "Der Spiegel" от 3 октября 2012

1. "Вина" брата Личо

Тайные дневники Тины Ансельми

Мы возобновляем нить повествования именно там, где его остановили, в попытке лучше отразить суть злоключений Джелли.[191] Злоключения на стыке противоречий во всём мире и в Италии, на стыке задач, фактически возложенных на него руководителями Ур-ложи "Три Глаза" (и других международных олигархических суперлож), и самостоятельных действий, которые не могли не раздражать высокое начальство по обе стороны Атлантики.

Чтобы лучше расшифровать историческое значение "П2", с правильным пониманием, мы почти в полном объёме приводим интригующий и увлекательный диалог, главными героями которого летом 2011 года стали редакция официального сайта "Великий Демократический Восток" (известное масонское движение, родившееся в Италии в 2009-2010 годах, а затем ставшее основным игроком в идеологическом и оперативном возрождении международной и прогрессивной масонской сети) и авторитетный исследователь масонства Альдо Алессандро Мола.

Пишут братья из редакции "Великого Демократического Востока":

В 2008 году вышло первое издание книги Альдо Мола "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", повторное и обновлённое издание 2009 года.[192]

Альдо Мола – подлинный, неподдельный интеллектуал, способный счастливо сочетать новаторский эрудированный подход с обширные гражданские и культурные интересы.

Он родился в 1943 году в Пьемонте. Преподаватель Миланского университета и Свободного университета Брюсселя, сотрудник итальянского Института философских исследований Неаполя, с 1986 года директор Центра истории масонства, директор Европейского центра "Джованни Джолитти" по изучению государства, президент исследовательского Центра "Марио Паннунцио" в Александрии, соредактор издания "Итальянский парламент: 1861-1992" (Милан, издательство Nuova Cei, том 24), занимал ответственные должности в ряде других культурных и научных мероприятиях. Автор очень ценных эссе о Гарибальди, Савойской династии, монархии в Италии, Сильвио Пеллико, Джованни Джолитти, Джозуэ Кардуччи и различных явлений итальянской и европейской истории между XIX и XX веками (с ценными исследованиями событий и деятелей XVIII века), он является одним из самых важных историков итальянского масонства и, конечно, единственным, кто знал, как иметь дело с постоянной филологической и герменевтической акрибией всех различных этапов и превратностей: нет общего синтеза, который может сравниться с его историей итальянского масонства (от истоков до наших дней), отредактированной Бомпиани в первом издании в 1976 году (второе издание в 1977 году, с последующими обновлениями в 1992, 1994 и 2001 годах), в общей сложности 1088 страниц.

В июле 2011 года вышло румынское издание книги Мола,[193] с новым предисловием автора, и редакторы Великого Демократического Востока написали об этом:

Можем сказать о книге "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", что мы не разделяем принципиально апологетический тезис о Личо Джелли и ложе "П2" как таковой. В тексте презентации румынского издания [...] говорится, что она публикуется "спустя тридцать лет после политико-медийного нападения на "П2" и свободу объединения, проведенного в марте-июне 1981 года партийными силами при участии некоторых судов...". В предисловии к этому румынскому изданию 2011 года Мола также отмечает: "Что осталось после этой бури? Было бы неправильно говорить, что всё закончилось ничем. Столько жизней и столько честных карьер пресеклись. Масонство закончилось и осталось в уязвимом положении. Свобода объединения оказалась под угрозой. Но прежде всего, все партии: от умеренных правых до социалистической – вверглись в необратимый кризис, коснувшись социал-демократов, республиканцев, либералов и христианских демократов: этот "великий центр", который десять лет спустя был окончательно ликвидирован операцией "Чистые руки"[194], под давлением которой левые христианские демократы сдали позиции бывшей Коммунистической партии, которая завершила проект, начатый в марте 1981 года, и стала победительницей этого матча (сегодня призом является Национальный совет под председательством Рози Бинди). Было бы неправильно говорить, что ничего не произошло. В действительности "дело П2" было политическим манёвром, задуманном "на коленке": после анонимного доноса (!) на Личо Челли (sic!) от 1975 года и до запроса разъяснений по поводу "П2" и масонства со стороны лидера ИКП в Палате Алессандро Натта в 1978 году. Всё продолжилось обвинением в покушении на Конституцию президента Республики Франческо Коссига, выдвинутое парламентариями от ИКП. Настоящая же стратегия, настоящий переворот, начатый в те годы и реализованный с методическим упорством, теперь предстаёт нам из публикации заметок Тины Ансельми между 30 октября 1981 года и 17 мая 1984 года. По-видимому, они не добавляют ничего важного к тому, что было известно о работе парламентского комитета по расследованию ложи "Масонская Пропаганда № 2" и её председателя. Однако эти "секретные дневники" и "листки" Ансельми, как их решительно называют, интересны тем, что определённо обнажают менталитет и образ действий главных героев "дела". Тина Ансельми повествует, что, когда пришло приглашение от Нильды Йотти, депутата от Итальянской коммунистической партии и председательницы Палаты, взять на себя председательство в парламентском комитете по расследованию "П2", ей понадобилось всего пятнадцать минут, чтобы принять это приглашение – четверть часа, за которые она позвонила христианскому демократу Леопольдо Элиа, председателю Конституционного суда, который призвал её принять эту должность, предложенную ей Йотти потому, что обе были партизанами, но также из страха, что председатель Сената, Аминторе Фанфани, предложит собственного кандидата, что было естественно, так как приоритет кандидатуры Палаты выше, чем у кандидата от депутатов. Ансельми добавляет, что через два месяца после вступления в должность, 5 декабря 1981 года, сам Элия говорил ей, какой линии придерживаться, к каким "экспертам" обращаться. Карло Моро, Фульвио Мастропаоло, Пьерпаоло Казадей Монти, Эудженио Сельваджи, Томмазо Морлино – ни один из них (в прошлом и будущем) не опубликовал ни строчки по масонству. Но у комиссии были не культурные или историографические цели, а политические – уничтожение рациональных и "западных" элементов в политическом центре в интересах католиков-коммунистов. Леопольдо Элиа пошёл ещё дальше. Он подсказал Ансельми "дорожную карту": покопаться в президентстве Сарагата, проверить возможное влияние масонства на кандидатуру Альдо Моро на пост Президента Республики после президентства Сарагата и последний визит лидера христианских демократов в Соединённые Штаты Америки; и, наконец, он донёс до неё "историческую задачу: с помощью правосудия обусловить изменения части правящего класса страны, включая христианскую демократию" (стр. 18). Именно это произошло и продолжается до сих пор: попытка свергнуть правящий класс "с помощью правосудия", то есть с помощью судебных расследований и процессов, а не только в средствах массовой информации. Комитет по "П2" предвидел то, что затем было совершено в ходе операции "Чистые руки": обнуление ИСП, Христианско-демократической партии, ИДСП, ИЛП и ИРП, их ведущих представителей оттеснили на обочину, а некоторые их члены вошли в бывшую Итальянскую коммунистическую партию, верхушка которой осталась целой и невредимой".[195]

В рецензии на официальном сайте "Великой Ложи Италии" на площади Джезу – Палаццо Вителлески, [...] Мола говорит:

С 1981 года ничто не осталось, каким было раньше. От христианского демократа Арнальдо Форлани правительство перешло в руки Джованни Спадолини, врожденного противника масонства. Периодические издания, радио и телевидение положили начало продолжающейся эпохе "утечек", защищаемых тайной следствия, безнаказанно смешивая общественное и частное. 120 томов документации парламентского комитета по расследованию составляют в этом отношении шедевр вероломства. Однако, хотя они считали, что заклеймили масонство во всех его формах, Тина Ансельми обнажила убожество Италии, частью которой были не только партии, позже замешанные в операции "Чистые руки", но и та, которая больше всех выиграла от их распада – Итальянская коммунистическая партия, которая в более поздних версиях поглотила оставшихся представителей христианской демократии и второстепенных партий, не порождая современной силы, по-настоящему западной и либеральной. Книга пронизана глубокой горечью, но также безапелляционной просьбой, подразумеваемой в посвящении второму изданию ("Всем братьям, разбросанным по миру, как в процветании, так и в позоре. Обращаемся к Великому Архитектору Вселенной, чтобы он помог несчастным и привёл путников в хороший порт"): будет ли принят закон о собраниях, освобождающий масонов от опасности судебных преследований? И сохранят ли новые партии запрет на членство своих членов в ложах или отменят?

Джелли – спаситель отечества?

На задней обложке издания книги Мола 2009 года написано:

1977. Коммунистическая партия принимает решение о наступлении на масонство в Италии. 1981. Объявление Личо Джелли и ложи "П2" преступниками, крах левоцентристского правительства под председательством Форлани. Это ускоряет агонию христианской демократии. 1991. 5 декабря Демократическая партия левых сил (ДПЛС – ранее ИКП) подаёт в парламент жалобу на Президента Республики Франческо Коссигу за покушение на Конституцию. 1993-1994. Исчезают партии, основавшие Республику. 1994-1996. "П2" оправдана по обвинению в политическом заговоре. [...] 2008. Уже оправданный в десятках судебных процессов Джелли оправдан и по обвинению в причастности к смерти Роберто Кальви, но... В период с 1981 по 2008 год государственный долг подскочил с 57% до 107% ВВП. Граждане встревожены неопределённостью активов и сбережений, ухудшением общественного порядка, неэффективностью транспорта, здравоохранения, образования, отправления правосудия... Во всём этом виноват Джелли? Или "П2"? Масоны? Правительство под председательством Сильвио Берлускони, выбранное подавляющим большинством в парламенте, пытается что-то исправить, но его обвиняют, что оно "только заседает". Кто хочет настоящих демократических реформ? Кто хочет хаоса? По чьему "приказу"?

Так продолжается анализ, опубликованный на официальном сайте "Великого Демократического Востока":

Рассмотрим критически яростный анализ, предложенный Альдо Мола, либералом, который не скрывает своих правоцентристских симпатий.

Повествование Мола о молодом Джелли, поэте и писателе, отважном бойце в рядах франкистов в Испании, а затем и фашистов в Италии, безусловно, отличается точностью, объективностью и трезвостью, за исключением конца войны и сотрудничества с коммунистическими партизанами, что спасет ему жизнь и привлечёт подозрение в тайном сотрудничестве с секретными службами Варшавского Договора во время холодной войны. Мола, который не является и никогда не был фашистом, тем не менее, проявляет в отношении молодого фашиста Джелли ту же снисходительность, которую многие так называемые или самопровозглашенные либералы, старые и молодые, спустя десятилетия проявляют в отношении режимов (свободоубийственных и кровожадных) Аугусто Пиночета в Чили (1973-1990) и Хорхе Рафаэля Виделы и его дружков (Виола, Галтьери, Массера, Агости и т. д.) в Аргентине (1976-1981) – тех самых режимов и персонажей, с которыми Джелли уже в зрелом возрасте будут связывать глубокие отношения, дружба, сотрудничество и взаимоуважение. На самом деле Альдо Мола старается нарисовать портрет Личо Джелли, который по прошествии увлечения фашизмом в ранней молодости, обзавёлся масонскими связями с такими подчёркнутыми демократами, как брат Роберто Аскарелли (1904-1970, еврей, антифашист, радикал, социал-демократ) и брат Джордано Гамберини (1915-2003, социал-демократ), и стал за много лет со своей ложей "П2" (флагман ВВИ по уровню отделений) своего рода гарантом либерал-демократического курса итальянского государства, опытным стратегом, способным поддерживать и укреплять этот "большой центр" (от ИСП до ИЛП, включая также ИДСП, ИРП и ХД), который только и мог привести шаткий итальянский корабль в гавань, удерживая его подальше от крайне коммунистических и неофашистских течений.

С этой точки зрения Мола интерпретирует знаменитый (или печально известный) "План демократического возрождения" (первый проект от 1975 года) как щедрый и дальновидный проект политического возрождения нации, охваченной подрывной деятельностью левых коммунистов и "неудачными" претензиями прогрессистов после 1968 года. Все они рисковали привести страну к упадку на фоне многолюдных собраний, борьбы за права трудящихся, требований о всеобщем благосостоянии, боевой силы и сплочённости профсоюзов (пренебрежительно называемых "Тримурти"[196] в "Плане"), оспаривания принципа власти и традиций, феминизма, либерализации нравов, чрезмерной свободы выражения мнений и печати и т. д.

Тем не менее коммунистическое вероломство и заговоры судей в красных рубашках сначала нанесли серьёзный удар по "Великим надзирателям" из "П2", добропорядочным бдительным и доблестным молодым людям (среди них безудержный Сильвио Берлускони, готовый воплотить "План возрождения" в пункте 2, d, который гласит: "Распустить Rai Tv во имя свободы антенны в соответствие со ст. 21 Конституции) с повсеместной рекламой достойной и альтруистической работы (благодаря которой, между делами, взятками и различными комиссиями, Джелли и некоторые другие из ложи заработали немало миллиардов) ложи "П2" с 1981 года; затем они сговорились против лучших представителей Первой Республики, уничтожив их с помощью операции "Чистые руки"; в конечном итоге они попытались устранить человека Провидения, спасителя отечества Берлускони, вместо того, чтобы позволить ему работать...

На наш взгляд, на самом деле всё не совсем так.

Мола небезосновательно осуждает показной и предвзятый антимасонизм определённой части (не всей) итальянских коммунистов и католиков второй половины ХХ века.

И реконструирует с замечательным мастерством [...] целый ряд обстановок и лицемерий итальянской власти: посредственной, ленивой, подлой и коварной.

Однако всё не совсем так, как бы ему хотелось рассказать.

Мы не придаём слишком большого значения определённым обвинительным и оправдательным приговорам: иногда человека осуждают ошибочно, хотя он и невиновен, или оправдываются за недостаточностью улик или из-за того, что кто-то оказал чрезмерное давление (коррупционное или политическое) на суд, хотя подсудимый и виновен.

И это относится к Италии, как и к любому другому государству, к этой эпохе, как и к прошлым векам.

Но если Мола подчёркивает оправдательные приговоры, которыми воспользовался Личо Джелли, мы также помним, что ему вынесли и несколько обвинительных:

– за клевету, усугубляемую целью терроризма и запутыванием расследования теракта в Болонье 2 августа 1980 года;

– за разглашение сведений, составляющих государственную тайну;

– за клевету на судей Туроне, Виола и Коломбо;

– за причастность к фиктивному банкротству банка "Banco ambrosiano".

Ссылаясь на "бурю", обрушившуюся на ложу "П2", Мола говорит, что "столько жизней и честных карьер загублено".

Однако! Может быть, было бы справедливее сказать: кому-то с более или менее честной карьерой, (возможно) стало немного неудобно.

Это не касается члена ложи Сильвио Берлускони, который в 80-е годы станет полумонопольным олигархом частного телевидения, в 90-е годы погасит свои долги благодаря расположению банкиров и политическому успеху, которые принесут ему сильное парламентское влияние почти на 20 лет и несколько раз пост главы правительства страны.

Это не касается члена ложи Фабрицио Чиккитто, который вместе с Берлускони поднялся по многим ступеням власти, пока не стал лидером партии "Народ свободы" в Палате депутатов, партии правительственного большинства.

Это не касается члена ложи Маурицио Костанцо, крупного представителя телевидения и пиара, который в 80-х и 90-х годах, сначала в ИСП, затем в ДПЛС и "Левой демократии" (ЛД), не испытывая проблем с преемственностью, будет авторитетным "церемониймейстером" компании Fininvest-Mediaset.

Это не касается члена ложи Луиджи Бизиньяни, недавно попавшего в судебные хроники Италии, но уже более тридцати лет летящего на гребне волны, в закулисе власти, на стыке влиятельных ватиканских, масонских и итальянских и зарубежных промышленных кругов.

Это не касается члена ложи Массимо Донелли, также сделавшего блестящую карьеру при дворе брата Аркоре, до сих пор занимающего должность директора "Канала 5", а с 2010 года также новых цифровых каналов "La 5" и "Mediaset Extra".

Это не касается члена ложи (недавно выяснилось, что его нет в списках) Энрико Манка, который после "скандала с П2" пережил прекрасный этап своей политико-государственной карьеры, занимая пост президента Rai с 1986 по 1992 год.

Это не касается члена ложи Фабрицио Трифоне Трекка, врача, который несколько лет вёл (и до сих пор ведёт) собственные телевизионные программы в сетях "Fininvest-Mediaset".

Это не касается члена ложи Роберто Джервазо, чья карьера писателя и журналиста телевидения и печатных СМИ спокойно продолжилась и после того, как разразился скандал.

И так можно продолжать и дальше, перечисляя известных и не особо членов "П2", их детей, внуков, друзей и партнёров, которые в течение этих тридцати лет совсем не испытывали никаких неудобств в карьере, связях и преспокойно извлекли из этого выгоду, иногда даже пользуясь ореолом благоговения, которое принадлежность к ложе Джелли всегда внушала в общественном мнении.

Если кто-то и поплатился, то это объяснялось не членством в масонской мастерской, а совершением в качестве отдельного юридического лица, возможно, связанного с другими членами ложи или нет, определённых преступлений.

Это правда, что в 1991/1992-1994 исчезают партии "большого центра" (ХД, ИСП, ИДСП, ИРП, ИЛП), но, прежде чем возложить вину на "судей-коммунистов" и секретариат бедного Акилле Оккетто,[197] который также проиграл выборы в 1994 (и потерял смысл жизни), необходимо посмотреть на некоторые евроатлантические круги, гораздо более влиятельные и резкие, чем красные кооперативы и судьи-марксисты... Для этих кругов в те годы было не столь важно, кто находится в правительстве Италии, при условии, что будет проводиться определённая политика (приватизация, сокращение благосостояния, сдерживание заработной платы, риторика и практика борьбы с государственными расходами).

И не стоит забывать, что пока друзья брата из Аркоре[198] (христианские демократы и социалисты) были не у дел, телевизионные каналы Берлускони, при умелом руководстве, сделали из них "котлеты", приветствуя операцию "Чистые руки" в союзе с Лигой "реакционеров"[199], той самой лигой, с которой партии-компании Великого Султана из Брианцы[200] в течение многих лет травили нам байки об "эффективном правительстве" (наказании).

Также "План демократического возрождения" (первый проект 1975-1976 годов) далёк от того, чтобы быть оригинальным и альтруистическим проектом свободных мыслителей, заботящихся о демократическом оздоровлении итальянской нации. Это была лишь местечковая стратегия масонских правых и американских международных парамасонов: тех же масонских и парамасонских правых, которые произвели на свет известную книгу "Кризис демократии" – доклад, представленный Трёхсторонней комиссии (создана в 1973 году, внутренне тяготеющая к "правым", судя по тексту, и на дух не переносящая "левых"), Сэмьюэла Хантингтона, Мишеля Крозье и Дзёдзи Ватануки, в котором они обвиняют слишком большую свободу и "демократичность" современных демократий, заявляют о необходимости ограничить или смягчить личные свободы в пользу "управляемости" и общественного порядка, значительно укрепить полномочия исполнительных органов по сравнению с законодательными собраниями (в ущерб священным принципам подлинно либеральных демократий, основанных на принципах разделения властей, провозглашённым в XVIII веке братом Монтескье), выступают за восстановление сильной иерархичной власти, за появление яростно либеральной экономической политики.

Именно такой политический и экономический "поворот" осуществляли Пиночет и "чикагские мальчики" Милтона Фридмана в Чили с 1973-1974 годов. Такие эксперименты производили повсюду в Южной Америке и других местах, с той же смесью политического деспотизма и дикого неолиберализма.

Однако экспортировать перевороты и диктаторскую версию этого проекта в Европу, даже в слабую Италию, оказалось сложнее.

Конечно, Джелли со-товарищи, простите, братья[201] с огромным удовольствием при поддержке неофашистских или фашистских военных структур и военизированных формирований установили бы режим в стиле Перона, Пиночета или Виделы-Массеры, но, к их несчастью, против этого выступили остаточные силы определённых масонских и парамасонских кругов, подлинные либералы и демократы по обе стороны Атлантики.

[...]

От Коссиги до Короны, новые масонские пышности после Джелли

Однако мы хотим добавить ещё несколько толкований к этой интересной книге брата Мола.

Мы согласны с тем, что ни Тина Ансельми, ни все мудрецы и советники, которых сначала опрашивало или планировало опросить правительство, а затем парламентский комитет по расследованию, не были "в теме": и это говорит о несомненной поверхностности и виновной небрежности со стороны институтов, предвестниках непонимания, которое до сих пор сохраняется в доморощенном общественном мнении как о ложе "П2", так и о масонстве в целом.

Мы также согласны со "врождённым антимасонством" (как его называет Мола) Джованни Спадолини (1925-1994), который в феврале 1944 года имел наглость, писав для журнала "Италия и цивилизация" Барна Оккини, а в прошлом симпатизируя "Защите расы" Телесио Интерланди, жаловаться, что фашизм в последнее время "потерял свою гибкость и революционный динамизм, в то время как на поверхность всё больше выплывают остатки масонства, обломки либерализма, мусор иудаизма...". История Спадолини – это история многих выдающихся итальянцев Первой республики, которые легко перешли от фашизма к коммунизму или другим идеологическим течениям, от антисемитского расизма к более удобным теориям о человеческом сосуществовании в демократических, либеральных и плюралистических обществах.

И если такой "переход" был возможен, даже необходим, то следует сказать вслух, что именно благодаря упорству борьбы различных англо-американских масонов (брат Франклин Делано Рузвельт и сотрудники его госдепартамента), которые, в отличие от масонов-италиотов типа Альчесте Де Амбрис, Итало Бальбо, Чезаре Де Векки, Эмилио Де Боно, Микеле Бьянки, Джузеппе Боттаи, Роберто Фариначчи, Рауль Палерми и многих других (все были весёлыми фашистами с первых часов), никогда не забывали о разнице между масонами и фашистами, между свободой и правом сильного, между всеобщим равенством и элитарной солидарностью олигархов, между демократией и популистской демагогией.

Конечно, мы не видим особых аналогий между масонским мировоззрением Личо Джелли и Монтескье, Вольтера, Вашингтона, Ла Файета, Бриссо, Гарибальди, раннего Кардуччи, Джованни Амендола, Меуччо Руини, зато много аналогий с антилиберальными и антидемократическими каменщиками Роберто Фариначчи или Раулем Палерми...

Однако, возвращаясь к Джованни Спадолини, понятны его юношеское антимасонство, нелиберальный и даже антиеврейский настрой начала 40-х годов, однако следует помнить, что это был тот же Спадолини, который в 1981 году (когда стал премьером) был очень дружен с товарищем по партии (республиканцем) Армандо Корона.

И Армандо Корона, как известно, сначала в качестве председателя Центрального суда ВВИ в 1981 году, затем в качестве великого мастера палаццо Джустиниани с 1982 по 1990 год, станет архитектором общего процесса псевдовосстановления после "П2" в этом палаццо, который до этого всегда был подобен флюгеру.

Подводя итог, между 1982 и 1990 годами правления Короны помимо жертвоприношения Личо Джелли, Умберто Ортолани и некоторых других, кроме показного битья "П2", это была счастливая эпоха для всего итальянского масонства, а также для братьев из той же "П2", почти все из которых неплохо устроились при действующей власти. Не считая избрания в 1985 году на пост Президента Республики и пребывания в должности до 1992 года про-масона Франческо Коссига, очень хорошего друга Армандо Короны, при дворе которого, после ученичества у Личо Джелли, работал его брат Сильвио Берлускони вместе с приспешниками Флавио Карбони и Джузеппе Пизану.

Поэтому, когда Альдо Мола утверждает, что после того 1981 года "ничего больше не было, как раньше", он выражается неточно.

Мало того, что у бывших членов "П2" на протяжении 80-х была своеобразная золотая эпоха в политике и бизнесе, но с начала 90-х с помощью своего более успешного брата Сильвио Берлускони они также сумели сделать из "Плана демократического возрождения" прообраз программы движения "Вперёд, Италия".

Что касается коррупционного скандала (1992-1994), излишне даже упоминать, что аномалия заключается не столько в общей картине коррупции (которая сегодня, в 2011, оказывается в неизмененном виде) в партиях и корпорациях, но и в том, что после десятилетий сокрытия со стороны прокуратуры и, соответственно, общей безнаказанности, международная обстановка (падение Берлинской Стены в 1989 году, конец холодной войны в 1991 году, Маастрихтский договор в 1992 году и т. д.), ослабляя традиционные партии власти, давала судам больше свободы действий при выполнении своих обычных обязанностей, которые заключаются в "преследовании преступлений даже власть предержащих" (неважно, в Европе, США и других странах "с интересом следили" за происходящим в Италии).

Предпосылкой операции "Чистые руки" было "слишком много грязных рук", а не коварный большевистский заговор вне времени (СССР больше не было, спасибо Великому Архитектору...).

Кроме того, сразу же, как мы уже говорили выше, после падения пятипартийного "большого центра" пришли движение "Вперёд, Италия", "Лига Севера" и "Национальный альянс".

А левые?

Честно говоря, как в 1993 году, так и в 1996-2001 или в 2006-2008 годах, нам не кажется, что различные правительства левоцентристской ориентации пошли по пути Рузвельта или Кейнса, или даже развитого социализма: отчасти из-за исторических обстоятельств (вступление в еврозону), отчасти по макрополитическим и макроэкономическим причинам (на которых стоит задержаться в будущем) была реализована политика приватизации и сокращения государственного участия в экономике, сокращение политики развития и поддержки, общего благосостояния и помощи наиболее неблагополучным семьям и классам.

Эта политика была как раз "правоцентристской", что полностью подтверждается (в отличие от риторических и популистских заявлений о социальной справедливости и великолепных и прогрессивных реформах) различными правительствами Берлускони, которые сменялись с течением времени (1994-1995, 2001-2005, 2005-2006, 2008 по настоящее время).

Предательство левых

Мола говорит, что "в период с 1981 по 2008 год государственный долг подскочил с 57% до 107% ВВП". Верно. Но тем временем наибольший рост дефицита и государственного долга за эти 13 лет был зафиксирован при правительствах "большого центра" с 1981 по 1992 год (и не говорится, что это плохо, если не считать очень серьёзной коррупции и непомерных расходов, поскольку это была золотая эпоха итальянской экономики) и переиздании "большого центра" в правительствах члена "П2"Берлускони в течение ещё 10-11 лет (однако это уже были не самые "счастливые " годы для итальянской экономики и общества).

Кроме того (но здесь речь будет длинной, и поэтому мы откладываем её) проблема государственного долга и дефицита итальянского бюджета стала действительно драматичной только с 1999-2002 годов, когда перешли в расчётах на евро.

И это не столько в силу печально известного пакта стабильности и роста (Psc), заключенного с Маастрихтским договором (1992) и Лиссабонским договором (2007), сколько в связи с тем, что ни Италия, ни другие страны Европейского Союза больше не имеют суверенной валюты.

У них её больше нет ни индивидуально (лира, франк, песета, драхма, марка и т. д.), ни коллективно как ЕС.

Валюта евро не имеет суверенитета, не принадлежит ни к какой государственной реалии.

Таким образом, долги в евро отдельных стран ЕС становятся тревожной проблемой, лёгкой жертвой спекуляций с ценными бумагами, чего не могло бы произойти, если бы были выпущены еврооблигации, и если бы политически усиленный Европейский Союз осознал свой прямой суверенитет над валютой, выпущенной различными центральными банками по договору/разрешению ЕЦБ.

И наоборот, с единой суверенной валютой и европейскими казначейскими облигациями (еврооблигациями) не только устранятся нынешние дикие спекуляции в ущерб отдельным странам Союза, но и увеличение государственного долга и дефицита (для целей развития и возрождения экономики) будут очень относительными проблемами и устранимыми дополнительной фискальной политикой по причинам, которые знает любой эксперт по экономике, даже если многим частным банкирам и макроспекулянтам (а также их клиентам, правым и левым политикам) удобно поддерживать статус-кво.

Вернёмся к книге Альдо Мола "Джелли и "П2". Между хроникой и историей". Мы уверены, что автор на сегодняшний день, по крайней мере, был бы готов пересмотреть утверждения, содержащиеся на задней обложке издания 2009 года: "Получив большинство голосов, правительство Сильвио Берлускони пытается исправить..." То есть оно пытается исправить "неясную судьбу активов и сбережений, снижение общественного порядка, неэффективность транспорта, здравоохранения, образования, отправления правосудия..."?

После середины 2011, дорогой брат Мола, ты всё же соглашаешься, что бюджет мер защиты (не) предлагаемых правительством под председательством Сильвио Берлускони, более чем провален. Как, впрочем, было неутешительным и всё длительное правительство 2001-2006 годов, негативная память о котором вскоре была омрачена ещё более неубедительным [...] левоцентристским правительством 2006-2008 гг.

Фактически, в одном Альдо Мола полностью прав, а именно что "Итальянская коммунистическая партия в более поздних версиях поглотила оставшихся представителей христианской демократии и небольших партий, не породив современной, действительно западной и либеральной силы...".

В Италии всегда отсутствовала политическая сила – левоцентристская подлинно либерал-социалистическая или социалистическо-либеральная, искренне демократическая и светская, способная реализовать рузвельтский "Новый курс", способная сочетать свободную рыночную экономику и мудрое, твёрдое, целенаправленное и не расточительное государственное вмешательство.

Свободную рыночную экономику – не итальянскую приватизацию в пользу друзей, которым продают общественное достояние, не олигополистские картели, готовые национализировать убытки и приватизировать прибыли, не полумонопольные олигархии в области телекоммуникаций и основных отраслей промышленности, не мир профессий, организованных по-прежнему в соответствии с корпоративными принципами.

Государственное вмешательство – это возрождение развития, не "золотые" консультации для бесконечных клиентов, не дожди денег для грабителей субсидий, которые во имя экономии на услугах, предоставляемых государством, предоставляют услуги, которые в конечном итоге стоят налогоплательщикам вдвое или втрое дороже.

Государственное вмешательство – это возрождение занятости, доходов, потребления, торговли и промышленности, что приводит к повышению налоговой базы и налоговых поступлений в государственную казну (не в ущерб обычным гражданам), а не для того, чтобы откармливать различные мафии без воротничков и мафии белых воротничков, которые для реализации инфраструктуры и различных работ завышают издержки и кладут в карманы неимоверные взятки, которые оплачивает остальное общество.

Чтобы внести свой вклад в создание такого левоцентристского, либерал-социалистического и рузвельтского движения, некоторые братья ВВИ вместе с другими гражданами из "непосвящённых" породили движение, которое в течение нескольких месяцев громко заявляет о себе (и получает признание, от двери до двери, от человека к человеку, внутри и вне партий): "Народная радикальная демократия".

[...] Поэтому мы согласны с братом Мола в абсолютной ненадёжности нынешнего левоцентристского движения – раздробленного, разорванного и потрёпанного, переполненного посткоммунистической, постдемократической и якобинской псевдокультурой.

С чем, мы уверены, согласится даже Альдо Мола, серьёзный учёный и остроумный интеллектуал, что причина отсутствия в Италии правоцентристов и левоцентристов, достойных своего имени, также заключается в отсутствии авторитетного масонства – ясного и просвещённого, способного лояльно и прозрачно вести себя в обществе, политике и религии с твёрдой и гордой точкой зрения, обязательно мета-политической и мета-религиозной, но не в отрыве от основных вопросов политики, которые стоят сегодня в гражданском, этическом, культурном и духовном плане перед обществом.

""П2" не принадлежала Великому Востоку Италии, как Красные бригады – Коммунистической партии", – как любит повторять этот остряк Адвокат Примавера (в миру Густаво Раффи).

"П2" была неотъемлемой частью ВВИ (в этом был прав Личо Джелли) и полностью разделяла мировоззрение и образ действий итальянского масонства, которое, начиная со Второй мировой войны и до сегодняшнего дня, прежде всего занималось управлением властью и делами за кулисами, а не выходило с поднятым забралом на политико-культурные дебаты в стране, то есть помогало определять в открытых, ясных и явных выражениях интеллектуальные, этические и духовные принципы правящего класса и коллективного воображения.

Таким образом, адекватным ответом на политические, социальные и культурные недостатки послевоенной Италии не могла быть ложа "П2" с её досточтимым мастером Личо Джелли, настолько отсталым и слепым консерватором (какое там "демократическое возрождение"), что он даже был противником возможности развода в гражданском законодательстве (закон 1970 года, попытка референдума отменить его в 1974 году), узнав о чём его многочисленные либеральные братья ВВИ XIX века (которые тщетно боролись за принятие таких законов) перевернулись бы в гробу...

Брат Сильвио Берлускони тоже не мог быть ответом на проблемы XXI века в Италии, который столь активно преследовал собственные тайные эзотерические масонские интересы сначала с приближением к "П2" в 1974 году, а затем с посвящением в 1978 году и строительством собственного мавзолея и Виллы Чертоза на Сардинии (где господствуют масонские герметическо-астрологические символы), так как он хитро и лживо преуменьшал любое происхождение от масонов и предоставлял поддержку, чисто техническую, по законодательному закреплению роли церкви в последние годы, непосредственно вдохновлённый более консервативными кругами Ватикана (закон об оплодотворении и вспомогательном деторождении, о биологическом завещании, препятствиях борьбы с гомофобией), а также поддержку пограничной католички Анжелы Пелличчиари, чью книжонку об объединении Италии (не случайно также спонсировалась "Лигой Севера") под названием "Рисорджименто. История, которую необходимо переписать. Либералы и масоны против Церкви", президент Национального совета, который готовился отпраздновать 150-летие объединения, в 2009 году публично похвалил перед молодежью "Народа свободы" и недоумённой Джорджией Мелони[202].

Прямое свидетельство Джелли

Наконец, возвращаясь к интригующей книге Альдо Мола "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", над которой мы размышляем, имеется выдающееся свидетельство, обнародованное 4 июня 2011, которое, к сожалению, опровергает и разносит в клочья умелую историографическую попытку Мола представить Личо Джелли как бывшего фашиста, обратившегося к западным ценностям либеральной демократии, возможно, именно благодаря соприкосновению с масонской средой.

Кто свидетель?

Сам Личо Джелли.

Давая интервью в рамках специальной трансляции по "Sky Tg24" 4 июня 2011 года в 15.30, неотразимый бывший досточтимый мастер "П2", призванный высказаться по поводу текущей ситуации в Италии, без колебаний заявляет, что единственным реальным решением "привести вещи в порядок" было бы установить диктатуру по нацистскому или сталинскому образцу (sic!), даже не фашистскую на розовой воде...

Вот так-то.

Вот что ответил на обнадеживающую герменевтику Молы, столь вульгарно разрушенную одним махом, неблагодарный (по отношению к благожелательным выводам Молы) бывший кукловод в чёрной рубашке с циркулем.

Правда в том, что брат Альдо Мола – настоящий интеллектуал и джентельмен, который со своей книгой "Джелли и "П2". Между хроникой и историей" предпринял попытку прежде всего гордого и нонконформистского протеста против определённой предвзятой демонизации масонства как такового (и мы его допускаем и приветствуем, а также признаём, что этот протест, безусловно, хорошо обоснован на страницах книги).

Вместо этого попытки реабилитировать Джелли и его руководство ложей "П2" (что мы считаем одним из побочных явлений упадка масонской Италии в послевоенный период) сталкиваются с нескрываемым фактом: Личо Джелли, как и многие другие иерархи фашистов и нацистов, эмигрировавшие в Южную Америку и в Испанию (или даже оставшиеся в Германии), навсегда остался антидемократом и антилибералом, вынужденным работать в условиях демократии (тихо ненавидимой) и тешиться мыслями о перевороте (который нет возможности реализовать, в то время как другие в Латинской Америке результаты были отличные).

Личо Джелли, как бы ни жалел об этом либерал Альдо Мола, даже в 2011 году остался тем бойцом из Испании, нацифашистом из Италии между СС и Республикой Сало, сохранившим симпатии к тоталитаризму Сталина, которые позволяли ему без особых проблем общаться с партизанами-коммунистами в 1944 году, и которые в последние годы обеспечили ему славу двурушника, работавшего как на западные спецслужбы, так и на советские или из Восточной Европы из сугубо личных интересов.

Также по этой причине полезно прочитать книгу Альдо Мола, чтобы признать, насколько тонка граница между истиной и правдоподобием, между риторической саморепрезентацией ("План демократического возрождения" и ВОММП, основанная Джелли в 1975 году) и скрытыми целями того, кто каким-то образом, по крайней мере, до 4 июня 2011 года (интервью "Sky Tg24" и призыв к нацистской или сталинской диктатуре), обманывал и вводил в заблуждение даже такого авторитетного биографа.[203]

Ответ Альдо Мола

В последующей редакционной статье от 29 августа 2011 года были приведены как соображения Альдо Мола в отношении цитируемой статьи-обзора, так и новые размышления некоторых братьев Великого Демократического Востока:

Я прочитал и переосмыслил презентацию и комментарий к итальянскому и румынскому изданию (2011) моей книги "Джелли и "П2". Между хроникой и историей". Я благодарен редакции Великого Демократического Востока за обсуждение, которое он открыл и ведёт в течение многих лет о генезисе, идентичности и перспективах масонства, и что он нашёл уместным упомянуть при этом и мои работы, включая и вышеозначенную книгу.

С братской и конструктивной душой, которыми редакция щедро наделяет меня (и я благодарен ей за это в сегодняшнюю эпоху и в нашем мире: с большим количеством войн, бушующих на другом берегу Средиземного моря и оставшихся без внимания легендарных отечественных пацифистов, уже состоящих на постоянной службе), я заранее привожу здесь некоторые соображения.

Прежде всего, два "личных факта".

Первое издание моей "Истории масонства" (в издательстве Bompiani) относится не к 1992 году, а к ноябрю 1976 года (2-е изд. июль 1977). Ему предшествовали мои очерки о партии "Действие" и "Справедливость и свобода" (1967-1969), опубликованные с предисловием Ферруччо Парри (которого, как мне кажется, редакция Великого Демократического Востока весьма уважает), о Мадзини и других темах объединения Италии, из которых родились следующие, включая исследования масонства.

[...]

Перехожу к сути важных вопросов, предложенных Великим Демократическим Востоком.

Дела Великого Востока Италии от воссоздания (1943) до его желанного признания "Объединённой Великой Ложей Англии" (1972) и потери признания (1994) после до сих пор неясного "дела Бернардо" следует обрамлять именно в этот контекст, богатый светом и тенями. То же самое следует сказать о "Великой Ложе Италии" Аламов, полностью задокументированной Луиджи Прунети в "Анналах Великой Ложи Италии", 1908-2010 гг. (изд. Джузеппе Латерца, 2010), включая "генеалогическое древо" его различных разветвлений, которое стоило автору много терпения.

В этом контексте следует рассматривать ложу "Масонская Пропаганда № 2" (которая, как очень уместно вспоминает Великий Демократический Восток, состояла в подчинении у ВВИ) и Личо Джелли, которого великий мастер Лино Сальвини назначил сначала организационным секретарём, а затем досточтимым мастером. Джелли не действовал по собственной прихоти или без ведома великих мастеров, которые постепенно потворствовали его действиям (Гамберини, Сальвини, Баттелли) и которые смягчили последствия искусственного "скандала", начавшегося в марте 1981 года (Корона, которому мы обязаны утверждением, что некоторые связанные с "П2" не были... её членами: это как раз случай Энрико Манка).

По существу обширного комментария редакции Великого Демократического Востока к работе и презентации редакции на румынском языке моего "Джелли и "П2"" хотел бы сделать некоторые замечания.

Во-первых, моё эссе вовсе не апологетическое, а объективное (или таким я его задумывал). Историк не только не судит, но и не "оправдывает": на мой взгляд, историография не только не казнит (как уже утверждал Бенедетто Кроче), но (в отличие от того, что Кроче считал и практиковал) и не оправдывает, то есть не делает вывода, что произошедшие факты не могли не произойти. Она документирует и пытается объяснить, как из многих возможностей только одна, наконец, воплотилась в жизнь. Дело "П2" – это особый случай: чемодан с бумагами, те судьи, которые это использовали, нагнетание в средствах массовой информации, мобилизация перевозбуждённого общественного мнения, решения парламента, который масонства не знал и не понимал, партийно-парламентская охота за козлом отпущения, чтобы отвлечь внимание граждан...

В своей работе я чётко заявляю о множественности и противоречивости утверждений Личо Джелли об основных аспектах, начиная с полноты "списка", обнаруженного в Кастильон-Фибокки 17 марта 1981 года. В связи с этим я обнаружил странность, которая здесь привлекает внимание редакции Великого Демократического Востока: журналист утверждал, что узнал от Джулиано Ди Бернардо, что заместители прокуроров Республики из Милано, Герардо Коломбо и Джулиано Туроне, прочли "полный" список членов, а затем "признал, что из списка членов "П2" была удалена страница, содержащая имя генерала Карло Альберто Далла Кьеза и его брата (Ромуло)". Если такие заявления соответствуют действительности, вся работа комиссии трех мудрецов (?!?) и парламентского комитета по расследованию "П2" будет стоить даже меньше, чем то немногое, чего они ещё стоят. Мало того. Также будет поставлена под сомнение надёжность судей, которые осуществили или разрешили подмену списка членов "П2". Не помню, чтобы это заявление было опровергнуто в соответствующих местах. В свете столь прискорбного факта я отмечаю то, о чём напоминает редакция Великого Демократического Востока: Джелли был осуждён за клевету, он якобы пытался "запутать" расследование взрыва 2 августа 1980 года на вокзале Болоньи и банкротства банка "Banco ambrosiano": масоны тут не виноваты; ничто не подтверждает, что он то чудовище, которым был и которым до сих пор считается теми, кто пытается игнорировать, что "П2" была оправдана в суде присяжных и в апелляционном суде по обвинению в заговоре против государственной безопасности. Это единственный политически значимый результат, на котором стоит остановиться для надежной реконструкции истории Италии (и не только).

Два последних соображения.

Во-первых, судебные процессы против так называемых "грязных рук" затронули лишь несколько второстепенных фигур государства-правительства-партий-власти, банков и промышленности и нанесли удар по партийному руководству, оставив других невредимыми. Однако эти события, конечно, не были работой масонских организаций, которые тут не главные герои, нежели предполагалось и повторяется некоторыми демократами, о которых хотелось бы узнать мысли в редакции Великого Демократического Востока (это случай масонофобки, председательницы Демократической партии, Рози Бинди).

Наконец, чтобы подвергнуть сомнению обоснованность моей книги (неоднозначной, как и любой результат исследования, которое является научным именно потому, что оно может быть опровергнуто), я возражаю против того, что досточтимый Личо Джелли заявил в недавнем интервью. Чтобы понять это, необходимо принять во внимание тосканское остроумие досточтимого, которому иногда нравится повторять то, что ему приписывают.

Так делал и Эдгардо Соньо в беседах с Альдо Каззулло, который сделал вывод, что на самом деле посол совершил переворот: это скорее не фантазия, а больше сожаление по поводу простой... мечты, которая осталась нереализованной.[204]

С высоты своего мирового опыта Джелли вполне может радовать интервьюеров, выступая за нацистскую и сталинистскую диктатуру. Но это всего лишь игра. Он знает и предполагает, что интервьюер и читатель заметят и улыбнутся, как это, несомненно, заметила и редакция Великого Демократического Востока, одну фразу которого в качестве предварительного заключения я использую не для того, чтобы уклониться от сравнения, а для дальнейшего использования: "речь будет длинной, и поэтому мы откладываем её".

Кажется, мы все понимаем: между собой мы говорим об истории и институтах, оставляя другим возиться с призраками сравнения ложи "П2" и Красных бригад. Нам интересно понять, что не имеет значения ни болтовня, ни древний крик "волк, волк!" ("П2", "П3", "П4"...), который больше никого не пугает, когда рушится сама Итальянская Республика...

Ответ Великого Демократического Востока

Дорогой брат Альдо, [...]

Когда мы называли "апологетикой" твою книгу "Джелли и "П2"" (определение, которое мы здесь решительно подтверждаем), мы, тем не менее, не намеревались умалять ценность общей исторической реконструкции.

Но, по сути, нам показалось и кажется, что твоя книга, которая сочетает абсолютную филологическую и герменевтическую строгость изложения ситуации и документов, ясное представление в пользу масонской и "гражданской" реабилитации досточтимого мастера "П2", так как и "большого центра" (ХД-ИСП-ДПЛС-ИРП-ИЛП) в области политики, который нам кажется предпочтительнее альтернативы максимализма справа и слева, всё равно не лишена серьёзных недостатков в плане предвидения реформы и гражданского характера.

Можно сказать, что " было лучше, когда было хуже" (т. е. лучше была Первая, нежели Вторая республика), но, по правде говоря, мы предпочли бы какую-нибудь третью...

И, тем не менее, мы оспариваем предполагаемую единосущность (ты утверждаешь не без навыков аргументации) бывшего фашиста Джелли в перспективах консолидации итальянской демократии, считая его скорее презренным оппортунистом в перемещении пешек справа налево, проходя через центр, с единственной целью использовать институциональную лабильность Италии в свою пользу, в пользу друзей и их друзей.

Кроме того, мы никоим образом не можем считать реакционные и соглашательские идеи (на уровне гражданских и социальных прав, освобождения обычаев, сохранения верховенства закона и роли профсоюзов и средств массовой информации) демократическими и либеральными, что неоднократно делал главный герой твоей прекрасной книги.

По поводу исчезновения Карло Альберто и Ромоло Далла Кьеза из списков "П2" дело не ново, потому что Франческо Коссига говорил об этом , а позже полемизировал с "отрицателем" – сыном генерала, Нандо Далла Кьеза.

В любом случае, если "просвещённый" Бернардо и его журналистский гений заявили о вещах, не опровергнутых непосредственными заинтересованными сторонами (в данном случае, судьями Туроне и Коломбо), то ты совершенно прав: это серьёзный и тревожный факт.

Что касается осуждения за клевету, за банкротство банка "Banco ambrosiano" и за предвзятость в деле, столь же ненавистном, болезненном и трагическом (взрыв на болонском вокзале в 1980 году), мы не согласны с тем, что это не "масонские проступки": вольный каменщик, который совершает такие серьёзные преступления, трижды преступает свои клятвы. Во-первых, он предаёт свой долг образцового гражданина, который должен иметь более "этическое" выражение, чем у непосвящённых. Во-вторых, он предаёт торжественные обязательства, взятые перед масонским сообществом, которые обязывают его не бросаться грязью в общество, а, наоборот, иллюстрировать его образ достойными примерами в гражданской жизни. В-третьих, он предаёт клятву совершенствовать свой статус и стать, будучи свободным человеком добрых нравов, мастером жизни и "виртуальным" посвящённым, настоящим духовным путешественником, который выше человеческих страданий.

Что касается предполагаемого "заговора против государственной безопасности", обвинения, по которому Джелли был оправдан в судебном порядке, это не умаляет возможности обсуждать негативные "ошибки" и "ответственность" в историко-политическом плане.

Это относится как к бывшему досточтимому мастеру "П2", так и к другим представителям власти, оправданным на уровне преступлений, санкционированных судебной властью (иногда за то, что произошло предписание, недостаточность или сокрытие улик или исчезновение свидетелей), но вряд ли оправдано судом историков sui generis[205].

Ты простишь нам твёрдость и немного жёсткий суд над братом Личо, но нам не только не нравились чёрные рубашки и те, кто не раскаялся, что их носил, но ещё меньше нам нравится думать, что этот господин поддерживал интенсивную дружбу с "Колдуном", в миру Хосе Лопесом Регой, аргентинским ультраправым братом-масоном, который со своим террористическим Антикоммунистическим Альянсом Аргентины стал вдохновителем сначала резни левых перонистов, а затем и других лиц, подготовил диверсионную обстановку, которая привела к диктатуре Виделы, Массеры, Виолы и компании (которые всегда числились лучшими друзьям владельца виллы Ванды). Не говоря уже о дружбе с окружением другого образчика демократии и свободы – Аугусто Пиночета и других близких ему персонажей из Уругвая...

О взятках, о "чистых и грязных руках", о любых коррумпированных и/или правонарушителях, злонамеренно помилованных судьями. Если у кого-то есть сообщения о преступлениях, за которые никого не привлекли к ответственности, действуйте в формальном и судебном порядке.

Что касается исторического суждения, очевидно, что коррупция больше касалась правящих партий, чем оппозиционных, но не из-за (никогда не существовавшего) морального превосходства последних, а из-за банальной причины, по которой руководство национальными исполнительными органами и государственными и полугосударственными органами всегда было уязвимо для взяточничества.

Что касается Рози Бинди, мы не рассматриваем её как политика, способную представлять на высшем уровне лучшие примеры реформаторов и либерал-социалистов, в которых нуждается Италия, Демократическая партия и левоцентристский блок.

Но если в этой ветхой Италии и в беспорядке брат из Аркоре вывел на политическую сцену таких посредственностей, как министр Джельмини, министр Брамбилла [...] (и т. д., их слишком много, как в парламенте, так и в региональных и муниципальных советах) и откровенных, оппортунистических и невежественных авангардистов, [...] тогда почему бы не предоставить место и бедной Бинди, не так ли?

Что касается умелой защиты откровенных признаний Личо Джелли и Эдгардо Соньо, сводившихся к клоунаде (Джелли) или велеречивой торжественности (Соньо, который кстати тоже член "П2"), то тут они, безусловно, достойны Горгия или Протагора (действительно, великих персонажей)..., поэтому мы воздаём должное твоему диалектическому остроумию, брат Альдо.

Однако с сократовским смирением мы напоминаем тебе, что Джелли в последние годы, покинув все псевдодемократические болота, всегда подтверждал, что оставался внутренне фашистом, и постоянно отстаивал свою склонность к авторитарному стилю управления государством в эту эпоху предполагаемого упадка... (прекрасная эпоха его юности, когда бушевала фашистская головорезка!).

Ничего случайного!

Что касается Эдгардо Соньо, реальность или бархатное намерение, проекты переворота самопровозглашенного либерала, который сражался (как Джелли) вместе с фашистскими фалангистами и преследователем масонов Франсиско Франко, могут только беспокоить и отвращать нас, даже спустя много лет.

Одно верно, особенно для тех, кто читает наши братские и иногда несогласные между собой соображения: мы, Демократический Великий Восток, считаем тебя, брат Альдо Мола, учёным очень высокого уровня, подлинным либералом (в отличие от Джелли и Соньо), ценным вольным каменщиком и храбрым, щедрым и доблестным человеком, нонконформистом.[206]

И хотя у нас нет сочувствия к старцу из Ареццо и мы не разделяем некоторые твои выводы, мы признаем у тебя большую душу, чувство братской солидарности и мужество при попытке ответа.

Сегодня Джелли – "неудачник" и "изгой", хотя его самый талантливый ученик сидит в палаццо Киджи. Ты пытаешься оправдать или иным образом историзировать его, чтобы развенчать клише, предрассудки и демонизацию человека, который заплатил (по крайней мере частично) по счёту за своё сомнительное поведение, в то время как "другие" более или менее остаются безнаказанными.

В конце концов (в этом мы с тобой совершенно согласны) есть персонажи, которые, хотя и совершили действия, столь же, если не более достойные осуждения, чем действия досточтимого мастера "П2", справа и слева, никогда не платили по счетам.

Честь тебе, потому что редко можно найти апологетов и защитников "проигравших" и "изгоев", по крайней мере, в отличие от придворных и прихлебателей "победителей" и библии бычьего и ослиного здравого смысла.

Честь тебе, брат Альдо Мола, даже если мы продолжаем осуждать Личо Джелли, "П2" вчерашнего и сегодняшнего дня, а также всевозможные "П3" и "П4", которые являются их прямыми последствиями.[207]

2. Конец эпохи

Война Судного дня

Возвращаясь к основополагающему вопросу о том, почему и как было остановлено устойчивое восхождение Джелли и "П2", за которыми последовало громкое падение с марта 1981 года (которому не помешали двусмысленные угрозы и косвенные предупреждения о возможном призыву к ответу, официально переданные досточтимым жителем Ареццо через дочь Марию Грацию 4 июля), мы имеем в виду следующее.

С 6 по 24 октября 1973 года между Израилем, Египтом и Сирией велась так называемая война Судного дня, причём последние (агрессоры) поддерживались рядом других арабских стран.

Это был очень странный военный конфликт, который в последующие годы положил начало, с одной стороны, тяжёлому мировому энергетическому и экономическому кризису, с другой стороны, также прогрессивному и значительному признанию дипломатических отношений между израильтянами и египтянами, которые найдут официальное подтверждение в Кэмп-Дэвидских соглашениях (в Мэриленде, США) от 17 сентября 1978 года и израильско-египетском мирном договоре от 26 марта 1979 года, подписанном в Вашингтоне.

Один из главных представителей ложи "Три Глаза", масон Генри Киссинджер, который с 22 сентября 1973 года также был официально государственным секретарём США, после того, как фактически занимал эту должность уже с 1969 года (в качестве советника по национальной безопасности и в ущерб совершенно маргинальной роли официального государственного секретаря, масона Уильям Роджерс, с которого Никсон снял всякую важную роль во внешней политике, доверив её любимому подопечному могущественного и досточтимого Дэвида Рокфеллера), сыграл решающую и неоднозначную роль в военной кампании, из-за которой Ближний Восток сотрясало почти двадцать дней.

Неоаристократический масон Киссинджер во время скоротечной войны лично побудил израильтян использовать со всей смертоносной эффективностью свою военную машину, тем самым заставив их заявить о себе перед миром, как о великой военной державе, быстро разгромить сирийские и египетские силы и даже иметь возможность осуществить полное уничтожение Третьей армии по приказу Каира, застрявшей в пустыне без провизии. Это была бы триумфальная победа Израиля и чудовищный разгром Египта. Но госсекретарь США и первый надзиратель Ур-ложи "Три Глаза" (при досточтимом Дэвиде Рокфеллере) вынудил израильтян отступить и стал личным кредитором[208] (от имени своих братских друзей) режима Мухаммада Анвара аль-Садата (1918-1981, президент Египта с 1970 по 1981 год), который потом смог вернуть себе часть Синайской территории, утраченную ранее, и, таким образом, отомстить за поражение примерно шестью годами ранее (Шестидневная война 5-10 июня 1967 г.), пришедшееся на эпоху Нассера.

Энергетический кризис

Энергетический кризис, который последовал за войной Судного

дня, был обусловлен прежде всего решением арабских стран, участвующих с 1960-х годов в Опек (Организации стран-экспортеров нефти, в свою очередь, совмещена с 1968 года в подгруппе с именем ОАПЕК, Организация арабских стран-экспортеров нефти), полностью блокировать экспорт нефти в США и Нидерланды (формально до января 1975), чтобы наказать все другие западные страны значительным сокращением объёмов поставок "чёрного золота" и искусственным и волюнтаристским стратосферным ростом его цены.

В свою очередь, падение арабского экспорта в целом также привело к увеличению цен на нефть, добываемую в неарабских странах, вызвав по крайней мере на два года страшный экономический кризис, длинная волна которого для некоторых западных и других стран длилась чередующимися фазами на протяжении 70-х годов.

Более того: иранская революция 1979 года и начало ирано-иранского конфликта в 1980 году привели к новой энергетической и нефтяной войне с новыми инфляционными и рецессивными последствиями на международной арене, которые особенно затронули наиболее промышленно развитые страны.

Конечно, этому экономическому кризису, вызванному насильственным образом в 1973 году, и периоду 1979-1982 годов, также способствовали другие факторы, как мы можем констатировать из следующего краткого резюме исторических событий:

Европа, которая вместе с Японией полностью зависела от импорта из арабских стран и, в частности, стран Персидского залива, должна была осознать ненадёжность своего положения во время Шестидневной войны 1967 года, когда Египет в отместку тем, кто поддерживал Израиль, перекрыл Суэцкий канал. [...] Поскольку доллар находился в свободном плавании и был подвержен быстро растущему уровню инфляции (более 6% в середине 1973 года), ОПЕК готовилась к пересмотру цен с крупными компаниями. 6 октября 1973 года, накануне переговоров в Вене (штаб-квартире организации), разразилась четвёртая арабо-израильская война. В этот момент произошло совпадение двух разных событий. В то время как ОПЕК требовала существенного пересмотра цен, арабские страны также намеревались использовать нефтяное оружие против Израиля и его союзников. После срыва Венской встречи арабские члены ОПЕК вернулись в Кувейт, одновременно объявив о 70%-ном повышении цен на сырую нефть и постепенном сокращении добычи, пока Израиль не покинет оккупированные территории в 1967 году. Саудовская Аравия пошла ещё дальше и, отложив в сторону свои основные союзнические отношения, наложила полное эмбарго на США и Голландию. Два месяца спустя страны Персидского залива снова встретились в Тегеране и [...] установили двойные цены, к которым приспособились все страны-производители. Эмбарго в отношении США длилось всего шесть месяцев, поскольку на нефть арабских стран приходилось 6-7% их потребления, и её можно было заменить увеличением импорта из Венесуэлы. Однако вместе с ростом цен на сырую нефть эмбарго оказалось достаточно для появления нехватки бензина, но гораздо более серьёзными были последствия лишь частичной блокады Европы и Японии. Учитывая стратегическую роль нефти, все цены пошли вверх из-за роста её цены, что особенно ударило по автомобильной промышленности, которая много лет пользовалась дешёвым бензином. В более общем плане решения ОПЕК имели эффект передачи огромной покупательной способности из развитых стран в страны-экспортеры нефти. В первые месяцы 1974 года, а тем более в 1975 году, сокращение реальных доходов и, следовательно, ресурсов, доступных для спроса, привело к значительному сокращению промышленного производства, в то время как увеличение затрат повлияло на отрасли за счёт сокращения прибыли. [...] Нефтедоллары, которыми стали распоряжаться страны-экспортеры нефти, не создавали дополнительного спроса на товары, способного компенсировать падение спроса развитых стран; они скорее создавали значительные финансовые потоки из нефтяных стран в промышленные, с инвестициями в самые разные сектора производства и услуг.

ОПЕК душит Запад?

Зимой 1973-1974 годов повсюду создалось впечатление конца эпохи и надвигающейся катастрофы. Властям приходилось думать о сокращении потребления энергии, ограничивая движение транспортных средств и вводя надбавки на бензин, окончательная цена которого в 1974 году выросла больше, чем на любой другой товар. На мгновение победа ОПЕК, казалось, показала, что процветание богатых стран зависит от эксплуатации ресурсов третьего мира и является прелюдией к аналогичному восстанию стран-производителей первичных товаров и, в частности, минерального сырья. Но всё пошло не так, потому что возможность формирования картеля, подобного картелю ОПЕК, существовала только для поставщиков нефти. Реальные цены на полезные ископаемые, которые уже с конца 1960-х годов имели тенденцию к росту, фактически достигли новых предельных значений в 1974 году; но со следующего года сырьевые товары также были вовлечены в кризис промышленных стран, и, столкнувшись с падением международного спроса, их цены вступили в фазу снижения, и больше тенденция не менялась. С другой стороны, все страны Третьего мира, которые не владели нефтью и даже стратегическим сырьём (для которых было принято обозначение "Четвёртый мир"), тоже пострадали от дороговизны нефти и разочаровались в усилиях по развитию, предпринятых в предыдущее десятилетие. После роста 1973 года страны ОПЕК в течение пяти лет просто корректировали цены на нефть в соответствии с покупательной способностью доллара, а к концу 1978 года реальные цены действительно упали примерно на 11%. Но иранская революция, начавшаяся в сентябре того же года, привела к остановке одного из самых важных потоков экспорта и сокращению международных поставок, что дало странам-производителям возможность для новых повышений, которые к концу 1980 года привели к тому, что нефть достигла номинальной цены, близкой к 40 долларам (но дефляция также была в шесть раз выше, чем летом 1973 года), что вызвало новый экономический кризис 1980-1982 годов, как и в 1974-1975 годах. [...] В целом по странам ОЭСР в период 1950-1973 гг. реальный среднегодовой рост валового внутреннего продукта составил 4,9%. В последующий период 1974-1982 гг. средний рост сократился до 2,2%, и было три из девяти лет серьёзной рецессии и ещё два кризиса, так что в целом можно говорить о длительной стагнации. Но, в отличие от того, что происходило в прошлом на других этапах слабого роста или снижения, сокращение производства, инвестиций и рабочих мест не привело к падению цен и дефляции. Напротив, в эти годы рост потребительских цен в странах ОЭСР составлял в среднем более 10% и превышал 13% в 1974 и 1980 годах. Если после первоначального потрясения Германия и с меньшим успехом Япония пошли на всё, чтобы сдержать инфляцию, в других европейских странах (Великобритания и Италия) она превысила все 19%, а то и 20%. Ещё сильнее был рост наиболее чувствительных оптовых цен, которые сразу же отреагировали на удорожание нефти, что привело к увеличению инфляции более чем втрое за последние три месяца 1973 года (со средних по ОЭСР 4% до 14-15%), а позже на 30% или 40% в 1974 году. Таким образом стагнация и инфляция вместо того, чтобы оказаться несовместимыми, шли рука об руку, создавая положение дел, которое экономическая теория ранее не рассматривала и которое пришлось назвать новым термином "стагфляция". Среди экономистов существовало полное согласие, что неконтролируемая инфляция – это в любом случае плохо, потому что она усиливает социальные конфликты (побуждая профсоюзы требовать корректировки заработной платы), обесценивает сбережения и препятствует инвестициям, способствуя спекуляциям в ущерб реальному росту. Однако преобладающая доктрина, основанная на престиже Кейнса и ставшая частью здравого смысла, предполагала, что умеренное повышение цен на 1% или 2% в год или даже немного больше предотвращает сохранение неиспользованных ресурсов и способствует инвестициям и, следовательно, расширению. В 50-х и 60-х годах все развитые страны (включая Германию, которая больше всего заботилась о стабильности своей валюты) прибегали к экономической политике, основанной на дефиците государственных расходов; это означало, что темпы роста продукции были постоянно выше, чем темпы инфляции. В основе стагфляции, безусловно, был рост цен на нефть. Однако следует отметить, что увеличение, установленное ОПЕК в 1971-1973 годах, произошло после того, как уже наступила тенденция к инфляции, которая постепенно стала более интенсивной в период с 1967 по 1973 год. [...] Десятилетие стагфляции привело к эрозии всех фиксированных доходов инфляцией и привело к резкому росту безработицы, которая достигла максимума в начале 1980-х годов (13%в Англии и 10,6% в США в 1983 году). С ней исчезли ещё два основных элемента предыдущего двадцатилетнего развития: полная занятость и социальный мир. Если увеличение количества забастовок мало повлияло на основные фонды занятости, сила профсоюзов смогла существенно сохранить заработную плату и воспользоваться защитными системами, установленными в годы государства всеобщего благосостояния, индексацией заработной платы и пособиями по безработице. [...] Монетарные власти (центральные банки), в свою очередь, взяли на себя обязательство обуздать инфляцию, повысив официальную ставку дисконтирования, которая достигла первого пика в 1975 году, [...] второго в 1980 году [...] и в 1981 году, [...] затрудняя преодоление кризиса. [...] Администрация, возглавляемая Джеральдом Фордом, не захотела облегчить платёжный баланс, а установила высокие налоги на потребление бензина и сократила импорта нефти. [...] В результате после серьёзного кризиса 1974-1975 годов автомобильный сектор быстро восстановился и в 1977 году стал рекордным за всё время: было выпущено 11 миллионов легковых автомобилей и более 4 миллионов промышленных и коммерческих; затем вырос импорт нефти, и торговый баланс в 1976 году вновь закрылся с дебетовым сальдо. Новый президент Картер решил справиться с энергетическим кризисом, подняв цены на бензин и ударив по прибылям нефтяных компаний. Производство автомобилей снова упало, что совпало с наступлением нового кризиса 1980 года. В то же время действия Картера создали атмосферу пессимизма и даже паники в стране, привыкшей не считать потребление энергоносителей проблемой; очереди на бензоколонках, которые часто возникали в 1980 году, в конечном итоге были списаны на экономическую политику президента, а не на состояние энергетического рынка.[209]

"Амон" и "Белый Орёл" - две новые суперложи

На самом деле существует чёткая и никогда ранее не афишировавшаяся красная нить, которая связывает целый ряд военно-экономических и политических событий с 1973 по 1980 год.[210]

Были искусные и утончённые "руки в белых перчатках" (покоящиеся на коленях хорошо вышитых фартуков), которые определили серию международных событий с хирургической временной точностью.

И в этом сложном переплетении дьявольских и запутанных международных стратегий в конце десятилетия 1970-1980 к классическому столкновению между прогрессивными масонскими кругами с консервативно-реакционными (и отдельными или группами умеренного толка, иногда – союзниками друг друга, иногда – других) на короткий, но значительный период также прибавилась своего рода гражданская война, совершенно внутренний для неоаристократических масонов, которых в течение нескольких лет возглавляла суперложа "Три Глаза".

Эта Ур-ложа, по крайней мере на какое-то время, несколько сократила свое внутреннее планетарное лидерство в этих кругах, которое плавно осуществлялось с 1967-1968 годов.

Лучше сказать: "Три Глаза", несомненно, дождалась бы триумфа своих политико-экономических программ для Запада, начертанных ещё в начале 70-х годов на секретных собраниях, к вящему удовлетворению олигархических братьев из других международных мастерских, а затем официально и пропагандистски изложенных с помощью парамасонской Трёхсторонней комиссии в манифесте, известном как "Кризис демократии", который появился на пленарном заседании этой комиссии 30-31 мая 1975 в Киото.

Но даннго триумфа, начиная с 1979-1981 годов, она энергично добилась вместе с новой международной УР-ложей, которая именно в эти годы вместе с ложами "Эдмунд Берк", "Гебура" и "Амон" (появилась в 1972 году на Ближнем Востоке, стала совместным творением лож "Три Глаза" и "Жозеф де Местр", но через шесть лет присоединилась к "мягкой фронде" против "трёхглазых братьев") начала претендовать на роль нового гегемона в масонских кругах олигархической ориентации.

Ур-ложа, о которой идёт речь, была основана в 1978 году и получила название "Белый Орёл". Осенью 1972 года масонские эмиссары лож "Три Глаза" (координируемые тем же Киссинджером) и "Жозеф де Местр" (с благословения из Москвы от своего члена Леонида Ильича Брежнева и надзора на месте другого выдающегося члена, директора КГБ Юрия Андропова) заложили основы Ур-ложи "Амон" в Иордании.

Эта суперложа, в которую было кооптировано несколько персонажей североафриканской и ближневосточной тусовки, в том числе: масон Хафез аль-Асад (1930-2000, с 1971 года по 2000 год – президент Сирии), масон Хусейн ибн Талал (1935-1999, король Иордании с 1952 по 1999 год), масон Сулейман Кабалан Беик Франжье (1910-1992, президент Ливана с 1970 по 1976), масон Хасан II (1929-1999, король Марокко с 1961 по 1999 год), масон Мохамед Бен Брахим Бухаруба, более известный как Хуари Бумедьен (1932-1978, президент Алжира с 1965 по 1978), масон Мухаммад Анвар аль-Садат (1918-1981, президент Египта с 1970 по 1981) и несколько членов руководящих классов (политики, военные, предприниматели, дипломаты, руководители разведки и т. д.) Сирии, Иордании, Ливана, Марокко, Алжира и Египта – дебютировала на международном уровне, организовав подготовку, а затем реализацию неоднозначной и непонятной войны Судного дня.

Парадокс парадоксов, в Ур-ложе "Амон" помимо Киссинджера и Андропова, которые были среди мастеров-масонов, поднимающих его колонны, также состояли масон Моше Даян (1915-1981, с 1967 по 1974 год министр обороны Израиля) и масон Исраэль Тал (1924-2010, генерал-заместитель начальника Генерального штаба во время октябрьского конфликта 1973 года) вместе с масонами Мухаммадом Абд аль-Гани аль-Гамасси (1921-2003) и Мустафой Тласом (1932-2017), главой вооруженных сил Египта и министром обороны Сирии соответственно.

Премьер Израиля, вольная каменщица Голда Меир (1898-1978, премьер-министр с 1969 по 1974 год), связанная с прогрессивными Ур-ложами "Гедулла" и "Даат", отказалась получить статус почётного члена недавно сформированной ложи "Амон", но присутствовала на её инаугурации, сопровождая туда брата Моше Даяна, который был её регулярным членом.

Арабо-израильский конфликт осени 1973 года был очень странным и неоднозначным, в нём не было реальных проигравших (кроме убитых бедных военных и гражданских лиц), но, прежде всего, у него было два победителя: Израиль и Египет (хотя Меир и Даян были вынуждены уйти в отставку в июне 1974 года из-за разногласий, возникших вокруг странного военного управления годом ранее). С другой стороны, некоторые из высших государственных и военных лидеров этих двух стран не случайно нашли парадоксальный и неофициальный выпускной клапан, по сравнению с официальными конфликтами между своими народами, в ещё одном и удивительном масонском творении, которой было плевать на официальную политику, этническую и религиозную идентичность – суперложе "Амон".

Эта ложа "Амон", умело направляемая ложами "Три Глаза", "Жозеф де Местр" и т. д., также сыграла решающую роль в последующих решениях ОПЕК и ОАПЕК, которые привели к смертельному энергетическому, а затем и экономическому кризису всей планеты.

Аналогичную влиятельную и тайную роль (но только не для вчерашних и сегодняшних инсайдеров) сыграла суперложа "Амон" (всегда поддерживаемая своими старшими сёстрами неоаристократического круга) в иранской революции 1979 года, а затем в кулуарах Ирано-Иракской войны 1980-1988 годов.[211]

Масон Джон Ролз и его враги

Чтобы лучше понять, как эти ближневосточные события (с энергетическими и экономическими последствиями для всей планеты, однако) переплетаются с нитью нашего основного повествования, давайте вернёмся к 1968 году.

В том году, в качестве прежде всего духовного и идеологического ответа на создание ложи "Три Глаза" и авторитарный переворот в Греции (1967), а также на убийства Мартина Лютера Кинга и Роберта Фрэнсиса Кеннеди (1968), а также на безудержный поток маоистов и паракоммунистов различного толка, цепь прогрессивных Ур–лож заказала масону Джону Бордли Ролзу (1921-2002, выдающийся политический философ, в то время преподававший в Гарварде после Массачусетского Технологического института, вольный каменщик, связанный как с ложей "Томас Пейн", так и с "Ньютон-Кейнс") составление политологического документа, который мог бы представлять собой своего рода масонский манифест либертарианской, либеральной и социально справедливой демократии.

Это, очевидно, противоречит как элитарной и недемократической марксистско-ленинской мысли, так и консервативно-реакционной, вдохновлённой неоаристократией. Обе эти мысли, как мы видели здесь, фактически приводили к одним и тем же олигархико-технократическим результатам и взращивали в своей закулисе единую и гиперболическую транснациональную и даже метаидеологическую конвергенцию в тени секретных и нераскрываемых масонских сетей.

Результатом этого задания станет написание и публикация три года спустя (в 1971 году) знаменитого эссе "Теория справедливости".[212]

Отрывки из этой знаменательной книги, которые мы цитировали среди эпиграфов этой главы, прекрасно иллюстрируют её необычайно современный и оригинальный масштаб, в идеальной идеологической преемственности с той прогрессивной и радикально-демократической масонской мыслью, которая вдохновила в 1948 году на разработку Всеобщей Декларации прав человека, а до этого – мировоззрение вольных каменщиков Джона Мейнарда Кейнса и Франклина Делано Рузвельта.[213]

Теоретико-программное контрнаступление неоаристократических Ур-лож не заставило себя ждать и нашло полную конкретизацию в грозной, объединённой серии значимых действий.

В 1974 году два выдающихся масона, связанные как с ложей "Три Глаза", так и с "Эдмунд Берк", получили международный резонанс, равный тому, который был завоёван товарищем из лагеря противника Джоном Ролзом в 1971 году.

Масон Фридрих фон Хайек получил Нобелевскую премию в экономике.

Масон Роберт Нозик (1938-2002, также политический философ и преподаватель Гарварда, как и Ролз) опубликовал работу "Анархия, государство и утопия",[214] из которой мы также процитировали несколько образцовых отрывков в начале главы.

В 1975 году опубликовали несколько раз процитированный "Кризис демократии: об управляемости демократий" за авторством Мишеля Крозье, Сэмьюэла Хантингтона, Дзёдзи Ватануки (все три масоны, члены лож "Эдмунд Берк" и "Три глаза").

В том же году свободной каменщице Маргарет Тэтчер (1925-2013), яркой последовательнице Хайека (член Ур-ложи "Эдмунд Берк"), помогают стать лидером британской Консервативной партии, заменив уже сдувшегося Эдварда Хита (члена ложи "Три Глаза", как уже упоминалось).

В 1976 году Нобелевская премия по экономике досталась Милтону Фридману, другому вольному каменщику неоаристократической ложи "Три Глаза".

Между 1973, 1976 и 1979 публикуются три тома "Право, законодательство и свобода",[215] другая капитальная работа Хайека.

С различными, но сходящимися нюансами, путём умелого манипулирования самой концепцией либерализма (в понимании ложи "Эдмунд Берк" и консервативном смысле),[216] текст Нозика, манифест Трёхсторонней комиссии и многие публикации фон Хайека и Фридмана обозначили абсолютную апологию минимального государства, девальвацию и даже демонизацию государственной власти в целом и её возможной роли регулятора или экономического субъекта в частности, догматическое обожествление самодостаточности рынка, возвышение частных и индивидуалистических ценностей как таковых и без соотнесения со сбалансированной оценкой общих интересов и прав человека по минимальным стандартам достоинства и материального благополучия, предполагаемый снос того направления либеральной политико-экономической мысли, которое нашло у Кейнса, супругов Рузвельт и Ролза мастерское выражение в ХХ веке.

Однако олигархические братья из ныне известных вышеперечисленных международных кругов не удовлетворились только сильным опровержением идеологии прогрессивных собратьев.

Тем более учитывая, что такое опровержение на самом деле ничего не опровергнет, а лишь продемонстрирует явные паралогизмы разума и тавтологические софизмы в поддержку своих тезисов.

Требовались эпохальные и травмирующие действия, такие как создание международного сценария, при котором идеи Кейнса, Рузвельта и Ролза могли казаться неадекватными, устаревшими или трудновыполнимыми (и утопическими).

Энергетические, а затем экономические кризисы 1973-1975 годов (с последствиями и продолжением до конца 70-х во многих странах) и 1979-1980 годов были именно тем, что было необходимо.

Они позволили "послам мира " (академикам, журналистам, консультантам, аналитикам, сотрудникам учреждений и т. д.) хайекского и фридманского неолиберализма указать пальцем на кейнсианство, политику дефицита расходов и государство всеобщего благосостояния и обвинить их (огульно) в том, что они несут ответственность за такие кризисы.

3. Сестра с Даунинг-стрит и сводный брат из Белого дома

Тэтчеризм и "рейганомика"

Выборы Маргарет Тэтчер в правительство Великобритании в 1979 году и Рональда Рейгана на выборах в США 4 ноября 1980 года завершили картину почти идеально.

Дело в том, что английская "железная леди", которая любила выражаться иногда нарочито грубыми и простыми словами, с помощью которых предлагала своего рода "дешёвую мудрость от хорошей домохозяйки/матери семейства", которая обращается к простому и мальчишескому электорату (см. цитаты, приведённые в начале глава), в других контекстах не скрывала, что вдохновляется именно "философско-идеологическими" уроками брата Фридриха фон Хайека.

Действительно, вольная каменщица и тори Маргарет Тэтчер (член той же Ур-ложи "Эдмунд Берк", которая долгое время имела в австрийском интеллектуале одного из своих самых уважаемых представителей), в 1984 году обеспечила награждение фон Хайека "за экономические заслуги" престижной британской наградой, членством в Ордене компаньонов чести, очень эксклюзивном парамасонском рыцарском ордене под председательством правителя Соединённого Королевства и с весьма ограниченным числом (65) выдающихся членов из политики, религии, промышленности, искусства, литературы и науки, выбранных в рамках Королевства или, в исключительных случаях, даже вне его.

С другой стороны, исполнительные органы Тэтчер с 1979 по 1990 год характеризовались массовым присутствием министров, вдохновленных мыслями Хайека и Фридмана (разработки, дифференцированные друг от друга случайным образом, но сходящиеся по существу политико-экономического курса, который должен быть реализован), в том числе по предложению Центра политических исследований, британского парамасонского аналитического центра, основателями которого были (как раз в роковом 1974 году) сама вольная каменщица Маргарет Тэтчер и масоны Альфред Шерман (1919-2006) и Кит Джозеф (1918-1994).

Что касается Рональда Рейгана (1911-2004), то хорошо известно, что в течение двух его президентских сроков (1981-1985 и 1985-1989), внутри и вне администрации было сильно присутствие экономических консультантов из парамасонского общества "Мон Пелерин", крупнейшими опекунами которого считались масоны фон Хайек и Фридман.

Давайте резюмируем, хоть и в свойственных непосвящённым выражениях:

Неудачи во внешней политике (рост мощи Советов, потеря влияния в Иране, кризис с заложниками в Тегеране) и тем более экономический кризис привели к резкому поражению Картера и Демократической партии на выборах в ноябре 1980 года. Разочарование и дезориентация привели к росту отстранённости на выборах, доведя его до 46 процентов. Республиканец Рональд Рейган победил уходящего президента 51,7% голосов против 41,6%. [...] Новая администрация произвела в экономической политике не менее резкий поворот, чем во внешней. Экономисты, которые, как Фридрих Хайек и Милтон Фридман (удостоенные Нобелевской премии в 1974 и 1976 годах), продолжали выступать против доктрин Кейнса и Бевериджа на протяжении всех лет триумфа дефицита расходов и государства всеобщего благосостояния, наконец нашли президента, готового следовать за ними. Негативные последствия инфляции решительно осуждались, и против неё выступила монетаристская терапия, заключающаяся в том, чтобы сделать деньги более дорогими за счёт повышения процентных ставок. Основные причины инфляции, помимо роста нефтяных цен, виделись в высокой заработной плате, чрезмерной силе профсоюзов и непомерных государственных расходов. Первые две причины были устранены путём переноса производства с высокой плотностью труда на юг Соединённых Штатов, где затраты на рабочую силу были ниже, или даже (усугубляя внутреннюю безработицу) в какую-то страну Третьего мира, где не существовало профсоюзных организаций. Помимо снижения инфляции средние классы, проголосовавшие за республиканцев, требовали прежде всего снижения и налогов, "меньше государства и больше рынка", согласно хорошо укоренившемуся и хорошо выраженному убеждению одного из пассажиров дилижанса "Красных теней" (фильм Джона Форда 1939 года), банкир: "Мы платим налоги правительству, а что получаем взамен? [...] Вместо того чтобы защищать бизнесменов, оно суёт нос в их дела. [...] Правительство должно не вмешиваться в бизнес, а снижать налоги. Государственный долг уже достиг своего пика". Основной тезис экономической политики Рейгана, для которой было придумано обозначение "рейганомика", заключался в том, что для разрешения экономического кризиса нужно начать с устранения дефицита федерального бюджета. В первое время снижение налогов на высокие и средние доходы, по правде говоря, действовало в обратном направлении, усугубляя дефицит, но также позволяло умножать сбережения и инвестиции, расширять производственную базу и увеличивать ВВП. Поэтому следовало ожидать, что объём государственных доходов будет иметь тенденцию к росту, несмотря на снижение налоговых ставок. Это должно было соответствовать, с символической значимостью, не менее значимой, нежели финансовая, сокращению федеральных расходов на государство всеобщего благосостояния, которое в Соединённых Штатах даже после реформ в 60-е годы лишь частично охватило сектор здравоохранения и пенсионного обеспечения. Расходы на защиту слабых социальных групп (пособие по безработице и помощь бедным семьям) были сокращены как по идеологическим, так и по экономическим соображениям: государство всеобщего благосостояния привыкло к зависимости от государства и противоречило американским индивидуалистическим традициям типа "помоги себе сам". Другим аспектом "рейганомики" было дерегулирование – устранение слишком большого количества правил, которые мешали свободным инициативам предпринимателей и финансистов. Авиакомпаниям было разрешено свободно устанавливать цены на билеты; компания, которая владела (контролируемой государством) монополией на телефонные линии, была расформирована, и то же самое произошло с теми, кому был доверен электроэнергетический сектор; банки добились значительного сокращения государственного контроля над своей деятельностью. [...] С назначением Пола Волкера руководителем Федеральной резервной системы (центрального банка США) в августе 1979 года стала преобладать ориентация [...], которая усилилось в первые годы президентства Рейгана. Ставка рефинансирования выросла с 5% в 1977-1978 годах до 19% в 1981 году, и инфляция была фактически сбита, [...] хотя этот процесс спровоцировал или иным образом усугубил кризис, поразивший страну в 1982 году, когда безработица выросла до 10,6% в конце года. Ставку Федеральной резервной системы потом стали снижать до минимума 6% в 1987 году. По мере того как инфляция падала, в эти годы реальные ставки всё ещё оставались довольно высокими, более чем на 5-6% выше, что, безусловно, выше, чем в других промышленно развитых странах. После кризиса 1982 года, в четырёхлетний период 1983-1986 годов, период значительного восстановления всех отраслевых экономик, темпы роста внутреннего продукта в США были действительно самыми высокими среди стран ОЭСР (4% годовых по сравнению со средним показателем 3,3% по ОЭСР). Как и ожидалось, Рейган был переизбран президентом в 1984 году, получив ещё больше голосов, чем в 1980 году. Была ли рейганомика успешной? Это впечатление в значительной степени должно быть исправлено, если принять во внимание создание обширной полосы бедности и обострение различий между высшими, средними и нижними группами доходов, а также при более внимательном рассмотрении счетов экономики США. Вопреки ожиданиям, возросшая покупательная способность высших и средних слоёв населения, освобождённая от налоговой политики, привела не к увеличению сбережений и инвестиций, а к поддержке спроса и потребительской гонке имущих. С политикой высоких ставок и сильного доллара иностранные валюты стали дешевле, а импорт стал более доступным; в феврале 1985 года курс доллара составлял 3,3 или даже 3,4 марки. Таким образом, спрос со стороны высших и средних слоёв населения в значительной степени ориентировался на импортные товары, что привело к тревожному росту дефицита торгового баланса. Таким образом рейганомика также действовала как "локомотив" для иностранных экономик и породила не только в Соединённых Штатах десятилетие нового и претенциозного потребительства среднего и высокого классов, которое, в отличие от "демократического" потребительства 50-х и 60-х годов, сопровождалось умножением бедности. Рейганомика также потерпела неудачу в достижении безубыточности федерального бюджета, всё более и более уходящего в минус (дефицит увеличился с 43 до 176 миллиардов долларов в 1981-1984 годах и в последующие годы превышал 100 миллиардов) из-за роста военных расходов. Ракетная гонка и фантастические проекты космических войн обусловили технологические исследования и их применение в гражданской промышленности, а также значительный отъём ресурсов у остальной экономической системы. Как в потребительской, так и в международной политике США жили "не по средствам". В соответствии с тенденцией, которая позже стала хронической, одновременно росли долги корпораций и домохозяйств, внешний долг США и федеральный государственный долг. [...] Экономическая политика, начатая в 1981 году Рональдом Рейганом, имела прецедент в политике, проводимой в Великобритании Консервативной партией, которая выиграла на выборах 1979 года. Правительство Маргарет Тэтчер столкнулось с серьёзным кризисом 1980 года, но программа консервативного лидера уже много лет основывалась на убеждении, что стагнация, происходящая в Англии с 1960-х годов с темпами роста намного ниже, чем в более промышленно развитых странах, объяснялась чрезмерным присутствием государства в экономике. В 1983 году (когда лейбористы были сильно ослаблены расколом умеренных социал-демократов) и снова, но менее триумфально, в 1987 году Тэтчер поставила те же неолиберальные и монетаристские цели, что и её коллега из-за рубежа: борьба с инфляцией, освобождение экономической энергии за счёт сокращения государственных расходов и дерегулирования, налоговая политика, характеризующаяся снижением налогов на прибыль и увеличением налогов на потребление. Основные различия между этими двумя стратегиями заключались в том, что в Великобритании профсоюзы держались гораздо более воинственно, чем в Соединённых Штатах, а государство всеобщего благосостояния и участие государства в экономике были гораздо более распространены, составляя в течение тридцати пяти лет систему социальных и моральных ценностей, которые никогда не ставились под сомнение. Однако, по словам Тэтчер, пришло время свергнуть власть "злого мира ультралевых профсоюзов", в то время как о государстве всеобщего благосостояния она говорила, что оно "унижает чувство гордости и личной ответственности, которые государство с лёгкостью отнимет, но почти никогда не вернёт". Таким образом, тэтчеризм отличался резкостью, которой не обнаруживалось в оптимистических напоминаниях Рейгана об американской традиции индивидуальной инициативы; выступая против всякой помощи "не заслужившим этого беднякам", Тэтчер говорила на языке раннего британского капитализма. Как и в Соединённых Штатах, борьба с инфляцией вызвала серьёзный экономический кризис (в 1980 и 1981 годах) и рост безработицы, которая с более чем 13% достигла своего апогея в начале 1983 года (непопулярность правительства тогда была компенсирована успехом Фолклендской войны). Напряжённость, вызванная экономическими решениями Тэтчер, также сохранялась на высоком уровне в 1984 году, когда проявлялись признаки восстановления. Это объяснялось решением правительства отказаться от национализированного и уже давно убыточного угольного сектора. Угольный профсоюз добился повышения заработной платы в 1972 году благодаря серии забастовок, настолько бескомпромиссных, что они поставили электростанции в затруднительное положение. Другие забастовки прошли в конце 1973 года, когда нефтяной кризис придал углю новое значение. Десять лет спустя, после открытия нефтяных скважин в Северном море, Англия приобрела большую энергетическую автономию, и сокращение занятости на угольных шахтах стало необратимым. Новая забастовка горняков, начавшаяся в апреле 1984 года, продолжалась до января-февраля 1985 года и закончилась резким поражением и серьёзной реструктуризацией отрасли: две трети шахт были закрыты, а добыча угля пошла на неудержимый спад. Поражение профсоюза горняков в конечном итоге оказало серьёзное влияние на всё профсоюзное движение, обвиняемое в том, что оно тормозит экономику и является основной причиной инфляции. Если в сфере здравоохранения у Тэтчер не хватило смелости принять решительные меры, и она просто ограничивалась урезанием расходов (частичная приватизация службы здравоохранения была начата только после 1990 года), многие другие социальные расходы (пенсии, пособия по безработице, семейные пособия, пособия по бедности) серьёзно сократились. В случае с государственными предприятиями всё происходило беспрепятственно: производство резко сократилось, а две трети работников были уволены. Позже сталелитейный бизнес был приватизирован вместе с нефтяными компаниями и несколькими коммунальными предприятиями, включая телефонную связь, газ, авиалинии и, в 1993 году, железные дороги.[217]

Фронда антипосвящённых

После избрания вольной каменщицы Маргарет Тэтчер на пост премьер-министра Великобритании (3-4 мая 1979 г.) и парамасона и масона ad honorem[218] Рональда Рейгана на пост президента США (выборы, выигранные 4 ноября 1980 г., вступление в должность в Белом доме 20 января 1981 г.), состоялась эпохальная фронда за гегемонию в неоаристократических международных масонских кругах.

По правде говоря, первый удар фронды по господству ложи "Три Глаза" (осуществляемый без антагонистов с 1967-1968 до тех пор) состоялся ещё во время первичных выборов в Консервативной партии Великобритании 4-11 февраля 1975 года.

Лидер тори Эдвард Хит, как мы видели несколько раз ранее, был одним из самых первых членов "трёхглазой ложи".

Он созвал первичные выборы в партии, чтобы выиграть их, хотя и после (незначительного) поражения на выборах от прогрессивного брата лейбористов Гарольда Вильсона, а также из-за неприятной истории с итальянским белым переворотом, который в последний момент отменился.

Но могущественная Ур-ложа "Эдмунд Берк" вместо поддержки кандидата от дочерней ложи (и лидера консервативной масонской сети) "Три Глаза" решила сделать ставку на своего члена Маргарет Тэтчер. В первом туре голосования Тэтчер лидировала с 49,1% голосов против 44,9% голосов Хита.

Хит, видя такой результат, снял свою кандидатуру, отдав свои голоса заместителю председателя партии Уильяму Уайтлоу (1918-1999 годах, тоже член ложи "Три Глаза").

Но во втором туре Тэтчер набрала 53,3% голосов против ничтожных 28,9 процента Уайтлоу.

Ложа "Три Глаза" и её кандидаты потерпели сокрушительное поражение, однако она подчинилась без особых протестов, тем не менее обеспечив своему брату Уайтлоу пост заместителя лидера, а затем заместителя премьер-министра и министра внутренних дел на первом сроке Тэтчер, вступившей в должность четыре года спустя.

Выборы в США в 1980 году были одними из самых масштабных в истории.

И самыми сложными и запутанными на различных масонских фронтах.

Во время предыдущего избирательного раунда (1976) в США разыгрывалось своего рода дерби, так или иначе связанное с ложей "Три Глаза". Фактически, ни другие неоаристократические Ур-ложи, ни тем более прогрессивные масоны не смогли одержать победу на праймериз демократов и республиканцев.

Более того, в рамках Демократической партии прогрессивные масоны были настолько дезорганизованы и нерешительны (после того, как их избранник Тед Кеннеди, 1932-2009, как и четыре года назад, отказался баллотироваться, опасаясь за свою жизнь и не чувствуя себя готовым баллотироваться в Белый дом, как по государственным, так и по личным причинам) что не смогли противостоять дворецкому "Трёх Глаз", который участвовал в выборах и выиграл их – парамасону Джимми Картер (Джеймс Эрл Картер-младший, год рождения 1924, бывший губернатор Джорджии), никогда напрямую не связанному с "трёхглазой ложей" (по причинам, которые мы объясним в другом месте), но с самого начала члену парамасонской Трёхсторонней комиссии, который всегда был абсолютно послушен желаниям своих начальников в фартуках. Как и другой знаменитый парамасон, которого не пускали за порог масонских храмов: Ричард Никсон.

У республиканцев на первичных выборах масону Джеральду Форду, уходящему президенту с 1974 года (он занял пост вице-президента при Никсоне, ушёл в отставку после Уотергейтского скандала 9 августа того же года), пришлось столкнуться с парамасоном Рональдом Рейганом, бывшим губернатором Калифорнии, которого уже тогда поддерживала консервативная Ур-ложа "Гебура".

В конце концов, за президентство боролись Форд и Картер: кто бы ни победил, ложа "Три Глаза" уже победила, поставив в забег двух лошадей из своей конюшню.

И с 1977 по 1981 год в формально правившей администрации демократов ставшую важной роль советника по национальной безопасности, которую с 1969 по 1975 год занимал масон Генри Киссинджер (с 1973 по 1977 год также государственный секретарь де–юре, однако де-факто он занимал эту должность с 1969 года, в то время настоящий госсекретарь Уильям Роджерс фактически был пустым местом), получил масон Збигнев Бжезинский, брат-близнец и альтер эго Киссинджера как в ложе "Три Глаза", так и в Трёхсторонней комиссии.

Фактически, в 1977 году официальным государственным секретарём администрации Картера был назначен масон Сайрус Вэнс (1917-2002, член Ур-ложи "Янус", как и Линдон Джонсон, умеренно прогрессивный брат), который, однако, вскоре вступил в конфликт с Бжезинским по различным вопросам внешней политики.

Конечно, победу одержал Бжезинский, который на протяжении всего четырехлетнего правления Картера был настоящим теневым президентом от имени собратьев из "Трёх Глаз".

А Вэнс, тем не менее внёсший вклад в Кэмп-Дэвидские соглашения между Израилем и Египтом в сентябре 1978 года, оставался в той же маргинальной и подчинённой роли, которую выполнял Роджерс с 1969 по 1973 год. С той разницей, что Сайрус Вэнс, более гордый, чем его предшественник-республиканец, преждевременно ушёл в отставку в апреле 1980 года, после того как в сотый раз дезавуировал свою стратегически-дипломатическую линию в отношении операции "Орлиный коготь".

Но на эту операцию под названием "Орлиный коготь" была возложена задача гениальной масонской махинации международного масштаба.

Фактически осенью 1978 года власть "Трёх Глаз", казалось, действительно достигла своего апогея, поскольку в Белом доме в качестве официального президента сидел её верный слуга из Трёхсторонней комиссии Джимми Картер, а в качестве неофициального и теневого президента – её выдающийся член Збигнев Бжезинский, который, кроме того, нанёс ещё один мастерский удар между 16 и 22 октября с избранием и вступлением в должность на папский престол своего близкого друга и союзника Кароля Юзефа Войтылы.[219]

С этого момента и со следующего года (1979) этот могущественный теневой президент Соединённых Штатов польского происхождения (в этом отношении именно он предложил и выдвинул официальную кандидатуру Картера на пост президента, полуизвестного губернатора Джорджии, кооптировав его в Трёхстороннюю комиссию; также он много лет спустя устроил молниеносную политическую карьеру масона Барака Обамы) будет использовать как католичество, так и мусульманство (его фундаменталистскую версию), чтобы предопределить распад СССР как в Афганистане, так и в Восточной Европе, с прямыми последствиями даже для современной России.[220]

Однако в конце 1978 г. власть "Трёх Глаз" (непрерывно установленная в Белом доме после избрания Никсона в 1969 г., с неизбывным влиянием Киссинджера и других; проникла в Китай через знаменитые дипломатико-масонские путешествия 1971-1972; установленная в Латинской Америке через операцию "Кондор"; завоевавшая весь мир также официально путём создания парамасонской Трёхсторонней комиссии, способной даже облегчить китайско-японские отношения с помощью своих тайных членов; обладающая огромным влиянием на Ближнем Востоке после операций, осуществлённых на полях войны Судного дня 1973 года и т.д.) была настолько сильна, что стала раздражать даже те олигархические масонские круги, которые наделили её определенным лидерством prima inter pares.[221]

Проблема заключалась в том, что "трёхглазая суперложа" становилась всё более первой и доминирующей и всё менее склонной к общим и равным стратегиям, и всё это в ущерб амбициям других Ур-лож.

Ложа "Белый Орёл"

Таким образом, в декабре 1978 года некоторые авторитетные члены суперлож "Эдмунд Берк" и "Гебура" решили создать новый масонский контейнер-лабораторию – Ур-ложу "Белый Орёл", объединив в неё братьев разного происхождения.

Согласно разработанной дьявольской и секретной стратегии (довольно часто неизвестной даже другим Ур-ложам, как консервативным, так и прогрессивным), эта новая суперложа должна была создать местные и международные условия для выборов в Великобритании и США на высших постах для двух конкретных людей, до которых не дотягивались щупальца "Трёх глаз".

Этими двумя были Маргарет Тэтчер и Рональд Рейган.

Среди многих персонажей, включенных в ложу "Белый Орёл", мы можем, прежде всего, перечислить следующих членов "Трёх Глаз", стремящихся оторваться от руководства материнской ложи: Джордж П. Шульц (который будет государственным секретарём Рейгана с 1982 по 1989 год), Филип Гуарино (великий серый кардинал и сборщик голосов Республиканской партии), Милтон Фридман, Фридрих фон Хайек, Пол Волкер (назначен председателем Федеральной Резервной Системы Картером в 1979 году, Рейган подтвердил назначение в 1983 году и сохранил его в должности до 1987 года), Алан Гринспен (назначен Рейганом вместо Волкера в 1987 году, будет утверждён несколькими президентами и останется до 2006), Уильям Хеджкок Вебстер (сначала судья с престижными должностями по назначению Никсона, будет назначен Картером в 1978 году директором ФБР, оставаясь на этом посту при Рейгане до 1987 года, когда президент назначил его директором ЦРУ, где он оставался на посту до 1991 года; с 2002 по настоящее время занимает пост президента Консультативного Совета национальной безопасности) и Александр Хейг (будет госсекретарём Рейгана с 1981 по 1982 год).[222] Они сохраняли полную секретность в отношении нового членства до 1981 года.

Вместе с ними в члены этой новой ложи были выбраны: масон Уильям Джозеф Кейси (1913-1987, основатель в 1978 вместе с британским коллегой Энтони Фишером Манхэттенского Института политических исследований, влиятельный исследовательский центр, в 1981 году переименованный в Центр исследований экономической политики, который внёс большой вклад и идеологическо-лоббистскую поддержку избрания Рональда Рейгана; с 1981 года до смерти в 1987 Кейси работал на посту директора ЦРУ); вольный каменщик Энтони Фишер (1915-1988, богатый предприниматель, оценщик, ученик и друг масона Фридриха фон Хайека, который ввёл его в Ур-ложу "Эдмунд Берк", основал напрямую и участвовал в спонсировании важных исследовательских центров гиперлиберального толка в фарватере идей Хайека: Институт экономических отношений, Лондон, 1955, и фонд экономических исследований "Атлас", основанный в 1981 в США); масон Джеффри Хау (1926-2015, занимал многие важные министерские посты в правительствах Тэтчер и, как мы увидим, в качестве члена Ур-ложи "Пан-Европа", а также "Эдмунд Берк", "Роза Ветров" и "Белый Орёл" будет среди основных "могильщиков" той же "железной леди" осенью 1990, именно по причинам, связанным с процессом европейской интеграции); масон Дэвид Оуэн (1938 г.р., из лейбористов, он был одним из знаменитой "Банды четырёх" лейбористских лидеров, которые 26 марта 1981 учредили Социал-демократическую партию, сыгравшую ключевую роль в том, что на выборах 1983 и 1987 годов победила Тэтчер, а лейбористы проиграли; также член ложи "Эдмунд Берк"); вольная каменщица Ширли Уильямс (1930-2021, с Оуэном в "Банде четырёх", также из ложи "Эдмунд Берк"); масон Уильям Роджерс (1928 г.р., с Д. Оуэном и Ш. Уильямс состоял в "Банде четырёх"; также из ложи "Эдмунд Берк"); масон Рой Дженкинс (1920-2003, вместе с Д. Оуэном, Ш. Уильямс и У. Роджерсом состоял в "Банде четырёх", также член ложи "Эдмунд Берк"); масон Квентин Макгарел Хогг, виконт Хейлшем (1907-2001, выдающийся политик тори, лорд-канцлер с 1979 по 1987 годы при Тэтчер); масон Найджел Лоусон (1932 г.р., финансовый секретарь казначейства с 1979 по 1981, министр энергетики с 1981 по 1983, канцлер с 1983 по 1989 год при правительстве Тэтчер, был одним из главных героев и режиссёров политики приватизации и дерегулирования этих ведомств, в соответствие с учениями Хайека и Фридмана); масон Роберт Ли-Пембертон, барон Кингсдаун (1927-2013, управляющий Банком Англии с 1983 по 1993); масон Каспар Уайнбергер (1917-2006, бизнесмен и высокопоставленный управленец, министр обороны при Рейгане с 1981 по 1987, разделял и поддерживал в полном объёме массированное увеличение инвестиций в военную сферу); масон Фрэнк Карлуччи (1930-2018, уже заместитель министра обороны США и советник по национальной безопасности при Рейгане, с 1987 по 1989 год перешёл на работу к Уайнбергеру, как начальник важного отдела); вольная каменщица Леонора Кон Анненберг (1918-2009, богатая женщина из высшего общества Америки, жена Уолтера Анненберга, в 1981 году назначена Рейганом начальницей протокольного управления США); масон Уолтер Анненберг (1908-2002, преуспевающий бизнесмен в области средств массовой информации, уже член Ур-ложи "Гебура", посол США в Великобритании с 1969 по 1974 год, вместе с женой Леонорой щедро финансировал и поддерживал избирательную кампанию Рейгана в 1980 году); масон Лью Вассерман (1913-2002, влиятельный бизнесмен из Голливуда, хотя официально работал в Демократической партии, один из важнейших сторонников и спонсоров политического восхождения своего друга Рейгана в Белый дом); масон Франческо Коссига (1928-2010, уже связан с ложей "Три Глаза" через британских членов этой Ур-ложи, в мае 1978 посчитал их морально и материально ответственными за убийства Моро и перешёл в "Белый Орёл" из мести, но это уже совсем другая история); масон Армандо Корона (1921-2009, великий мастер ВВИ с 1982 по 1990 год, основной могильщик официального масонского плана Джелли и "П2", итальянский член ложи "Три Глаза"); масон Джованни Спадолини (1925-1994, фашист и масонофоб в юности, затем сблизился с атлантическими кругами и обратился к масонским идеалам; член как полупрогрессистской Ур-ложи "Янус", так и неоаристократической "Белый Орёл"); масон Карло Адзельо Чампи (1920-2016, член прогрессивной ложи "Монтескье", умеренной "Атлантис-Алетейя", но преимущественно, хоть и не исключительно, олигархической "Пан-Европа"); масон Бениамино Андреатта (1928-2007, вместе с Коссигой, вследствие сильной антипатии к ложе "Три Глаза" из-за убийства Моро, хоть и не считал "П2" ответственной за смерть своего друга, до боли ненавидя членов "П2", которых считал не более чем придатком неуправляемых "трёхглазых братьев", Андреатта также будет состоять в ложе "Пан-Европа"); масон Жак Ширак (1932-2019, умеренно-либеральный член ложи "Атлантис-Алетейя"); масон Вильфрид Мартенс (1936-2013, премьер-министр Бельгии с 1979 по 1981 год и с 1981 по 1992 год, президент Европейской народной партии с 1990 по 2013 год, затем также председатель Ур-ложи "Пан-Европа"); Уолтер Ристон (1919-2005, генеральный директор Citibank/Citicorp с конца 1960-х по 1984 год, один из самых влиятельных банкиров своего времени, а с 1982 по 1989 год назначен председателем Консультативного совета по экономической политике Рейгана) – и многие другие вольные каменщики и каменщицы разных национальностей и не меньшей значимости.

В начале мая 1979 года ложа "Белый Орёл "сыграла важную роль в обеспечении победы Маргарет Тэтчер на выборах (её поддержали своими голосами всех остальные консервативные Ур-ложи, включая "Три Глаза").

Нападение на ложу "Три Глаза"

Проблема заключалась в выборах в США в следующем году, по сравнению с которыми братья из "трёхглазой ложи" абсолютно не представляли, какой сюрприз они получат от заговорщиков лож "Эдмунд Берк", "Гебура" и "Белый Орёл", собравшихся вместе.

Теперь речь шла о предотвращении переизбрания демо-аристократа и "трехстороннего" президента Картера в Белый дом.

С другой стороны, Ур-ложи "Эдмунд Берк" и "Гебура" уже до официального основания ложи "Белый Орёл" (декабрь 1978 г.) и успеха в Великобритании (выборы сестры Тэтчер в мае 1979 г.) активизировали деятельность, называть которую недобросовестной будет являться преуменьшением, в том числе с участием дочерней суперложи "Амон", которая хотела избавиться от слишком навязчивой опеки "трёхглазых братьев".

Видным ближневосточным членом "Трёх глаз" был Мохаммед Реза Пехлеви, император или шах Персии (1919-1980). В прошлом он был посвящён в ложи "Левиафан" и "Ибн Араби". Однако последняя придерживалась прогрессивных взглядов и отстранила его от работы, когда брат Мохаммад Моссадек (1882-1967) был приговорён к принудительному заключению после переворота в августе 1953 года, в результате которого объединились шах, иранские вооруженные силы, наиболее реакционные слои шиитского духовенства и англо-американские разведывательные службы.

При очень умелой скрытой и откровенной пропаганде как в Иране, так и на Западе и в других странах, ложи "Эдмунд Берк", "Гебура" и "Амон", к которым в процессе работы также присоединились по прямому указанию советского руководства некоторые агенты ложи "Жозеф де Местр", определили условия так называемой иранской революции начала 1979 года.

Это они виновны в знаменитом пожаре в кинотеатре "Рекс" в иранском городе Абадан (19 августа 1978 г.), где погибло более 400 человек, однако вина была возложена на печально известную (конечно, преступную и безжалостную, но невиновную в этом преступлении) персидскую тайную полицию под названием САВАК "Национальная Организация безопасности и информации", которая наводила подозрение на самого шаха.

Именно они наметили, разработали и, наконец, реализовали идею (которая позже оказалась трагически ошибочной), что Рухолла Мустафа Мосави Хомейни (1902-1989), более известный как аятолла Хомейни, мог стать харизматическим представителем демократического обновления Ирана, в котором объединились бы как ультралевые атеистические силы, так и умеренные левые либертарианцы и миряне, а также правоцентристские либерал-националисты и религиозные силы более или менее интегралистской направленности.

Также они поддерживали и укрепляли альянс (в том числе за счет значительного финансирования) в условиях народных восстаний и партизанской войны между марксистскими группами и исламскими моджахедами. И именно они, наконец, направили ход событий к созданию Исламской Республики с государственной структурой, как гражданской, так и религиозной, но в любом случае с преобладанием клерикального и олигархического Совета Старейшин.

После бегства шаха в январе 1979 года и триумфального возвращения Хомейни в Иран 1 февраля следующего года либеральное и светское правительство под председательством масона Шапура Бахтияра (1914-1991, член ложи "Ибн Араби", которая тщетно пыталась направить революционный путь к созданию плюралистической демократии в западном стиле) оттеснили на обочину власти, и 30 марта 1979 года на референдуме было санкционировано рождение того теократического режима, вдохновлённого шариатом, к которому призывали традиционалист, фундаменталист, нелиберальный и авторитарный Хомейни и его тайные сторонники в фартуке.

Действительно, олигархические масоны из "Белого Орла" и его окрестностей убили двух зайцев одним выстрелом: они добились свержения правителя (Реза Пелхеви), близкого к ложе "Три Глаза" и создали идеальный политико-социальный контекст для событий с участием посольства США в Тегеране 4 ноября 1979 года.

После переезда шаха в Соединённые Штаты (официально для лечения опухоли, но также и для лучшего согласования со своими "трёхглазыми братьями" возможных контрмер против исламской революции аятоллы), где его поместили под защиту ближайших братских друзей в фартуке (Дэвид Рокфеллер, Джон Дж. Макклой, Генри Киссинджер, Збигнев Бжезинский и т.д., которые были смущены и встревожены событиями в Иране), режим Хомейни, искусно вдохновленный масонами "Белого Орла", организовал серию антиамериканских демонстраций протеста как в Иране, так и за рубежом, которые в конечном итоге завершились вторжением "пасдаранов" (хранителей исламской революции) в посольство США в Тегеране, в результате чего было захвачено более 50 заложников из числа служащих и чиновников.

Чтобы вернуть их, новое иранское правительство потребовало от США сдачи шаха. Белый дом, конечно же, отказался. Но дьявольский проект Ур-ложей, возглавляемых "Белым Орлом", смог найти мудрых агентов и проникнуть даже в администрацию Картера, запутав и обнулив критическое мышление проницательного Бжезинского, советника по национальной безопасности в то время.

Дело в том, что неспособность освободить заложников нанесла серьёзный ущерб имиджу Картера, участвовавшего в президентском переизбрании, поэтому, под давлением общественности и по советам некоторых злонамеренных собратьев, Картер и Бжезинский санкционировали в конце апреля 1980 года секретную операцию под названием "Орлиный коготь" (название с символическим дьявольским умыслом предложили военным кругам некоторые агенты "Белого Орла", как бы ставя свою метку на всё мероприятие).

Предчувствуя масонскую ловушку и очень вероятный провал операции (которую он небезосновательно считал диверсией и/или иным образом неэффективной), как мы уже упоминали ранее, уже оттеснённый на обочину госсекретарь Сайрус Вэнс (брат из ложи "Янус") объявил о своей отставке ещё до того, как операция действительно потерпела неудачу.

И этот провал, как умело предсказывали мефистофельские масоны "Белого Орла" и других участвующих УР-лож, негативно отразился на избирательной кампании Джимми Картера и способствовал победе Рональда Рейгана (наравне с так называемым "Биллигейтом", в котором участвовал брат Джимми Билли Картер – ещё один скандал, организованный "Белым Орлом" и его окружением, о котором мы поговорим позже).

После этого парамасону Картеру всё же удалось одержать победу во время праймериз Демократической партии, благодаря огромным усилиям его защитников из ложи "Три Глаза", которым чудесным образом удалось сломить (различными способами, хорошими и плохими) первоначальное преимущество Теда Кеннеди (на этот раз он был готов баллотироваться в президенты, поскольку первоначальные опросы дали ему явное преимущество, а позиция Картера чрезвычайно ослабла также в силу иранского кризиса), но на республиканском фронте масон "Трёх Глаз" Джордж Герберт Уокер Буш потерпел поражение от меткого Рональда Рейгана (несмотря на то, что борьба была жёсткой до последнего).

Затем, как и следовало ожидать, 4 ноября 1980 года Рейган победил Картера с большим преимуществом (50,7% против 41%).

На данный момент, однако, самые мудрые и дальновидные руководители Ур-лож, вовлечённых в фронду, добившись сокращения власти "Трёх Глаз" (отошедшая на второй план с 1975 года в Великобритании после исключения своего члена Эдварда Хита из руководства Консервативной партии и с окончательным посвящением Маргарет Тэтчер в мае 1979 года; униженная изгнанием из Ирана доверенного Мохаммеда Резы Пехлеви; потерпевшая поражение на президентских выборах в США) решили, что пришло время разобраться и примириться, поскольку речь шла не об идеологических и проектных различиях, а лишь о переопределении ролей на высшем уровне.

Предложение заключалось в том, чтобы округ неоаристократических Ур-лож управлялся триархией, состоящей соответственно из лож "Эдмунд Берк", "Три Глаза" и "Белый Орёл", не пренебрегая интересами всех других суперлож той же области, с представителями которых следует консультироваться по каждому вопросу, имеющему особое значение.

Затем, однако, по поводу имён, которые будут включены в ключевые посты новой администрации Рейгана, начались дискуссии. Новый президент предложил пост вице-президента самому безобидному и менее громоздкому из персонажей "Трёх Глаз", масону, который был президентом с 1974 по 1977 год Джеральду Форду. Дэвид Рокфеллер заставил Форда отказаться и выступил со встречным предложением ввести в администрацию опять в качестве государственного секретаря или министра обороны одного из самых авторитетных "трёхглазых братьев" Генри Киссинджера.

В конце концов, соглашение было достигнуто на имени Джорджа Буша-старшего, масона, который в прошлом также был членом лож "Эдмунд Берк" и "Левиафан" (однако расстался с ними не совсем хорошо) и который в течение многих лет вращался исключительно в кругу ложи "Три Глаза" и Трёхсторонней комиссии, от имени которой внимательно следил за китайскими масонами в 1974-1975 годах (в качестве главы дипломатического офиса в Китае), а затем руководил ЦРУ в 1976-1977 годах.

Выбор Джорджа Буша-старшего в качестве вице-президента США (и то же самое касалось бы любого другого масона "Трёх Глаз" или парамасона Трёхсторонней комиссии) немало шокировал нескольких поверхностных и непосвящённых масонско-политических наблюдателей, которые обвинили Рейгана и его ближайших сторонников в непоследовательности: во время избирательной кампании бывший губернатор Калифорнии (с 1967 по 1975 год) и его сторонники фактически били прямой наводкой по "трёхсторонним" как таковым, а теперь взяли его выдающего члена формальным вторым номером в Белый дом и возможным преемником в случае смерти или других возможных событий?

Эти реакции, конечно же, были встречены хитрыми улыбками и ухмылками как со стороны "Трёх Глаз", так и со стороны "Белого Орла" и других Ур-лож, участвующих в переговорах о разделе кресел. Однако возникла напряжённость и разногласия по поводу того, что Бушу-старшему не разрешили вступить в ложу "Белый Орёл". Напряжённость вылилась в яростную ссору, начиная с 20 января 1981 года, когда всего через несколько минут после вступления Рейгана в должность в Белом доме немедленно было официально оформлено разрешение иранского кризиса с заложниками (который так и не был разрешён, пока Картер оставался президентом), а братья "Трёх Глаз" тайно прошли посвящение (не говоря ни слова с руководителями своей материнской ложи) в ложе "Белый Орёл" (напомним, что это были: Дж. П. Шульц, П. Гуарино, М. Фридман, Ф. фон Хайек, П. Волкер, А. Гринспен, В. Э. Вебстер, А. Хейг) и официально объявили о своём двойном членстве.

Таким деятелям, как Рокфеллер, Киссинджер, Маклой, Бжезинский, де Ротшильд, Хантингтон, Каммингс, Пауэлл-младший, Г Форд II, Дж. Форд, Г. Люс III, Хит, Жискар д'Эстен, Конштамм, Мондейл, Марцинкус, Десмаре-старший, Бехтель-младший, Ямамото, Ли Куан Ю, Боуи, Лэрд, Оуэн, Киичи Миядзава, Ясухиро Накасоне,Ламбсдорф, Тернер, Колби и т. д. – не нужно было других намёков, чтобы понять хитрый заговор, который произошёл между праймериз тори в Соединенном Королевстве и британскими выборами в 1975 и 1979 годах соответственно, иранской революцией 1979 года, выборами в США 1980 года.

Джордж Х. В. Буш, новоиспечённый вице-президент, попытался (даже слишком настойчиво и несколько подозрительно, по мнению некоторых, и совершенно искренне, по мнению других) посредничать и умиротворять самых агрессивных и обиженных членов "Трёх Глаз", но не смог.

4. Война и мир

Покушение на президента

Архивы различных Ур-лож, с которыми мы могли ознакомиться, и некоторые прямые свидетельства тех, кто ещё жив (очень высокого полёта и международного уровня), которые были главными героями тех событий на заре 80-х (показания под присягой и личности должным образом зарегистрированы и хранятся в юридических и нотариальных конторах Парижа, Лондона и Нью-Йорк, как уже говорилось ранее), описывают действительно тревожный и разрушительный сценарий для общественного мнения.

Общественное мнение, которое до сих пор никогда не могло получить доступ к подобной пояснительной информации о цепочке событий 1981 года.

События, которые, по сути, не были связаны между собой судебными и медийными расследованиями того времени (и как они могли без надлежащих герменевтических средств и в рамках умело организованных и причудливых ложных следов?) и в значительной степени оставались непонятными и загадочными для общего сознания.

Дело в том, что, согласно нашим источникам, гнев некоторых (не всех и даже не большинства, по правде говоря) масонов "Трёх Глаз" материализовался, когда кто-то вложил оружие в руку Джона Уорнока Хинкли-младшего (родился в 1955 году), который 30 марта 1981 года выстрелил в Рональда Рейгана и других людей, которые находились рядом с ним перед отелем "Вашингтон Хилтон".

Рейган был тяжело ранен, но в конце концов выжил, как и другие пострадавшие от пуль.

Хинкли, молодого человека, не совсем в своём уме и одержимого страстью к актрисе Джоди Фостер (он сказал, что покушение было "выражением любви" к ней), объявили недееспособным, а поэтому упрятали в тюрьму-психушку.

Мало кто придал значение факту (хотя это отмечалось различными СМИ в первые дни после покушения, а позже повторялось некоторыми заядлыми конспирологами, у которых однако не хватало адекватных знаний обо всём, что произошло между членами Ур-ложи "Три Глаза" и братьями "Белого Орла"), что невменяемый Джон Хинкли-младший был сыном Джона Уорнока Хинкли-старшего, давнего председателя и главного исполнительного директора энергетической корпорации "Вандербильт", который активно работал в нефтяном секторе. Он родился в Оклахоме, а затем переехал в Техас, был другом семьи Бушей и фактически финансировал Джорджа Буша-старшего во время республиканских праймериз 1980 года. Более того: сына Джона Уорнока Хинкли-старшего и старшего брата Джона Хинкли-младшего, Скотта Хинкли (близкий соратник отца в нефтяной энергетике), связывала тесная дружба с четвёртым сыном Джорджа Буша и Барбары Пирс, Нилом Бушем.

Кстати, Джон Уорнок Хинкли-старший (1925-2008) также был членом ложи "Три Глаза". Однако в связи с этим очередным политическим убийством (на этот раз неудачным), согласно некоторым источникам, ни семью Буша, ни Хинкли не обвинили в том, что они предоставили оружие объективно неуравновешенному Джону Хинкли-младшему. Но тот, кто из братьев "Трёх Глаз" на самом деле толкал террориста, хорошо знал, что, в случае убийства президента Рейгана, первым жильцом Белого дома станет его заместитель, то есть тот самый Джордж Г. У. Буш-старший, который был одним из самых верных и преданных членов "трёхглазой ложи".

По мнению некоторых, выбор в качестве террориста именно не совсем умственно здорового молодого человека, напрямую связанного с семьёй Буша, было способом напрямую вернуть человеку из "Трёх Глаз" и Трёхсторонней комиссии президентскую власть в США, но также дьявольской уловкой, чтобы держать под строгим шантажом и контролем Джорджа Герберта Уокера Буша, который после избрания вице-президентом, казалось (но кто-то обязательно напомнил бы, что кажется – не значит есть на самом деле), нашёл общий язык с Рейганом и другими членами администрации президента.

Как бы то ни было, в ложах "Белый Орёл", "Эдмунд Берк" и "Гебура" не было никаких сомнений в том, что у покушения был определённый масонский след, приводивший именно к некоторым братьям из "Трёх Глаз".

Опять же, большинство масонов этих Ур-лож, поддерживавших Рейгана, не намеревалось придавать широкую огласку покушению, которое немногие спланировали и не совсем успешно реализовали при поддержке советских и восточногерманских спецслужб, к которым обращались советские лидеры, авторитетно присутствовавшие в Ур-ложе "Жозеф де Местр" (среди них-масоны Леонид Ильич Брежнев, Юрий Владимирович Андропов и Константин Устинович Черненко, которые уже предали своих братьев из "Трёх Глаз" в 1978-1979 гг., поддержав иранскую революционную фронду, продвигаемую Ур-ложей "Амон").

Таким образом, пойдя по совершенно иному пути, нежели более мягкий, смиренный и послушный путь прогрессивных масонских кругов, которые в 1963 и 1968 годах (покушения на Джона Кеннеди, Мартина Лютера Кинга и Роберта Кеннеди все были успешными) не ответили по принципу "око за око и зуб за зуб" своим собратьям из "Трёх Глаз" и его окружению, подозреваемым в этих убийствах, решительное и агрессивное меньшинство членов ложи "Белый Орёл", "Эдмунда Берка" и "Гебура" решили отомстить за (неудавшееся) покушение на своего протеже Рональда Рейгана.

Покушение на папу

Так оно и было, хотя это покушение также не совсем удалось, так как жертва in extremis[223] спаслась.

Точнее 13 мая 1981 года в 17:17 на площади Святого Петра Мехмет Али Агджа выстрелил в папу Иоанна Павла II – тяжело ранил его, но не убил.

Али Агджа (1958 г. р.) был профессиональным террористом, персонажем, хорошо известным спецслужбам и полициям разных стран. И всё же ему удалось преодолеть все защитные барьеры и кордоны, приблизиться к папе и застрелить его.

Почему Кароль Войтыла, он же папа Иоанн Павел II, стал ритуальной жертвой, чтобы отомстить за покушение на Рейгана сорок пять дней назад?

По разным причинам.[224] Стреляя в Войтылу, он стрелял в сердце его близкого друга и союзника Збигнева Бжезинского (вспомним роль ещё одного вольного каменщика "трёхглазой ложи", а именно архиепископа Пауля Марцинкуса, президента Института религиозных дел, очень связанного с судьбой польского папы), видного руководителя как Ур-ложи "Три Глаза", так и парамасонского общества Трёхсторонняя комиссия – две организации (фактически одна явно подчинялась другой), которые считались ответственными (хотя и не при соучастии всех его членов) за покушение на президента США 30 марта 1981 года.

Всё это происходило с удивительной, громкой и утонченной одержимостью числовыми символами, типичной для масонских кругов.

Неслучайно покушение на Рейгана произошло 30 марта 1981 года: оно состоялось ровно через 13 дней после обыска в Кастильон-Фибокки (17 марта 1981 года). Символика этого дня, с другой стороны, намекает на число "17" как таковое – аркан 17 Таро, "Звезда", обозначает обновление – также аркан 20, "Суд", приведенный суммой даты дня, 17, с датой месяца марта, 3, который, как уже понятно, мог бы привести к гибели ложи "П2" (выставленной на поругание судебной системой и общественного мнения), своеобразного итальянского отделения "Трёх Глаз".17 марта, кроме того, в намерениях тех, кто положил начало концу масонской карьеры Личо Джелли и самого существования ложи "Пропаганда", зловеще намекало на предыдущий день, 16 марта, третью годовщину похищения Альдо Моро, которое кто-то хотел напрямую связать с расследованием ложи "П2".

Число 13, начиная с памяти о Тайной Вечере Иисуса Христа (где за столом сидело тринадцать человек), как в традиции старших арканов, включенных в Книгу Таро (текст считается священным и вместилищем тонкой и древней мудрости для посвящённых масонов с более высокой эзотерической чувствительностью, которые используют его для гадательных или медитативных практик высокого уровня; с другой стороны, книга используется различными колдунами и шарлатанами для совершенно мирских и прозаических целей), также со ссылкой на букву нун еврейского алфавита (четырнадцатая, а также аркан 13 – это четырнадцатая карта Таро, так как аркану 1, "Маг", предшествует аркан 0, "Умалишённый"), относится к смерти, понимаемой потенциально как (положительная или отрицательная, в зависимости от обстоятельств) духовная, анимическая и экзистенциальная трансмутация, либо как физическая смерть в строгом смысле.

С другой стороны, самые неистовые братья из лож "Белый Орёл", "Эдмунд Берк" и "Гебура" не только отвечали предзнаменованием смерти на другое предзнаменование смерти (если собратья-противники поняли неявную ссылку на 13: 17 марта + 13 дней = 30 марта, они ответили явной ссылкой на эту архетипическую нумерологию, назначив покушение на папу на 13 мая, тем более что в этот день случилось откровение Фатимы 13 мая 1917), но они делали это с ещё более точной и пугающей символической осторожностью, которая была скрыта от непосвящённых.

Фактически, благодаря этому тонкому вкусу к завуалированным историческим реконструкциям (с двойной целью: раскрыть для посвящённых и покрыть маскирующей вуалью для взглядов непосвящённых) участники покушения на Войтылу точно рассчитали момент, когда ничего не подозревающий пешка Мехмет Али Агджа должен был застрелить понтифика: в 17:17 часов, то есть 1717 – формальный год основания Великой Ложи Лондона и Вестминстера и, следовательно, современного масонства.

Другими словами, общий смысл событий можно было интерпретировать так: "Это убийство отсылает к гегемонии, осуществляемой в современном мире вольным масонством начала XVIII века, а наши конкретные Ур-ложи являются и должны считаться их наиболее подлинными и законными наследниками, также подчинённые тем масонским силам, которые посадили этого папу на престол – "Три Глаза" – с намерением использовать его в своих целях".

Среди многих человеческих планов случай, божественное провидение в экзотерическом или эзотерическом смысле Великого Архитектора захотели, чтобы ни Рональд Рейган, ни Кароль Войтыла не погибли в результате покушений (однако, некоторые из наших документальных источников предполагают сомнение в том, что в одном и в другом случае, преследуемое намерение было не убить, а только серьезно ранить и предупредить urbi et orbi,[225] создав много шума).

Выживание обеих жертв стрельбы к тому времени способствовало повторному объединению всех диссидентов, подготовленному и выполненному благодаря эффективной дипломатической работе некоторых сестёр и братьев Ур-ложи "Левиафан", которые с самого начала (хотя и были связаны с сестринской суперложей "Гебура") оставались в стороне как от фронды против "Трёх глаз" 1978-1980 годов, так и ото всех других последующих стычек.

Масоны объединились ради глобализации

Фактически, первый и решающий импульс ко всеобщему умиротворению был дан парой британских масонов Маргарет Тэтчер и Уильямом Уайтлоу. Сестре Тэтчер для целей неолиберальной экономической глобализации, которую она и её окружение начали проектировать далеко за пределами Соединённого Королевства, нужен был всеобщий мир, по крайней мере, в пределах консервативного и неоаристократического масонства.

Что касается брата Уайтлоу, уже вице-премьера Тэтчер с 1979 года (он останется в этой должности до инсульта и отставки в 1988 года) и министра внутренних дел (останется в должности до 1983, после займёт влиятельные посты лорда-председателя совета и лидера Палаты лордов, которые будет занимать до 1988 года, после того, как он унаследует дворянский титул виконта), он, как член ложи "Три Глаза" с момента её основания в 1967-1968 годах, однако, недавно (1976) вступивший в ложу "Эдмунд Берк", к которой принадлежала "железная леди", действительно был подходящим человеком, чтобы служить послом мира между двумя консервативными/олигархическими фракциями.

Таким образом, под руководством Тэтчер и Уайтлоу, некоторые молодые (но уже твёрдые и перспективные) вольные каменщики/каменщицы "Левиафана" в сопровождении других более зрелых и влиятельных, позаботились о том, чтобы залечить серьёзные межмасонские разрывы неоаристократического лагеря, созревшие в период 1978-1981 и завершившиеся покушением на президента США Рейгана 30 марта 1981 года и на папу Иоанна Павла II 13 мая 1981 года.

Как лучше всего будет проиллюстрировано в другом месте, Ур-ложа "Левиафан" была основана в 1910 году и содержала в себе масонов всех направлений: консервативных, умеренных и прогрессивных. Только с 1965 года установилось (и сохранилось в последующие десятилетия) большинство явно олигархического толка, воплощённое в мастерской как в персонажах официально правоцентристских светских политических кругов, так и других, номинально приписываемым левоцентристам.

Но откуда взялась ложа "Левиафан"? Кому пришла в голову идея поднять её колонны?

Мы поговорим об этом лучше в других частях нашей книги. Между тем, однако, предварительно заметим, что это было результатом экуменической попытки смешения между неоаристократическими и демократическими масонами, которые появились со временем (недавний и вопиющий пример будет в этом отношении в 2004 году – создание Ур-ложи "Маат" под влиянием масонов Збигнева Бжезинского и Теда Кеннеди).

Эта попытка, связанная с "Левиафаном", имела прецедент с созданием парамасонского "Общества пилигримов", британское отделение которого было основано 24 июля 1902 года, а американское – 13 января 1903 года.

Поэтому, как в случае создания англо-американских "Обществ пилигримов", так и в ложе, названной в честь библейского монстра, которого в своё время вспомнил Томас Гоббс, два могущественных масонских образования, которые активизировались в связи с этими объединительными и экуменическими усилиями, были демократическо-прогрессивная Ур-ложа "Томас Пейн" (основанная в 1849-1952 годах, а затем расширенная и восстановленная в период 1864-1968 годов) и олигархически-консервативная Ур-ложа "Эдмунд Берк" (основанная в 1888).

Только в качестве примера, призывая читателей самим произвести пунктуальное иллюстративное исследование этих двух важных международных суперлож от их истоков до наших дней, мы напоминаем, что первыми создателями и строителями международной ложи "Томас Пейн" между 1849 и 1868 годами были несколько персонажей в фартуках, собравшиеся вокруг следующих масонов: Джон Стюарт Милль (1806-1873), Харриет Тейлор Милль (1807-1858), Джузеппе Мадзини (1805-1872), Александр Иванович Герцен (1812-1870), Фердинанд Лассаль (1825-1864), Жюль Мишле (1798-1874), Александр Ледру-Роллен (1807-1874), Этьен Араго (1802-1892), Виктор Шельхер (1804-1893), Луи Блан (1811-1882), Джузеппе Гарибальди (1807-1882), Паоло Бови Кампеджи (1814-1874), Элеутерио Феличе Форести (1789-1858), Джеймс Рузвельт (1828-1900), Лайош Кошут (1802-1894), Александр Мартин (1815-1895), Кристина Тривульцио ди Бельджойозо (1808-1871), Аурелио Саффи (1819-1890), Агостини Бертани (1812-1886), Джон Брайт (1811-1889), Ричард Кобден (1804-1865), Уильям Юарт Гладстон (1809-1898), Сэмюэл Гридли Хоу (1801-1876), Джулия Уорд Хоу (1819-1910), Альберто Марио (1825-1883), Джесси Уайт Марио (1832-1906), Уильям Ллойд Гаррисон (1815-1879), Леон Гамбетта (1838-1882), Чарльз Самнер (1811-1874), Бенджамин Франклин Уэйд (1800-1878), Уильям Каллен Брайант (1794-1878), Карл Кристиан Шурц (1829-1906), Мальвида фон Мейзенбуг (1816-1903), Карл Питер Хайнцен (1809-1880), Карл Шаппер (1812-1870), Август Виллих (1810-1878), Джордж Джулиан Харни (1817-1897), Матильда Франциска Аннеке (1817-1884).

В данном случае это были самые громкие имена либеральных прогрессистов, демократов-либертарианцев, демократов-республиканцев, демократов-радикалов, радикалов-социалистов и социал-демократов второй половины XIX века. Даже некоторые социалисты марксистской тенденции, присоединившиеся к этой Ур-ложе, перевоспитались и изменили свои взгляды под влиянием атмосферы плотного плюралистического и толерантного критического противостояния, которое в ней чувствовалось (в том числе путем жёстких многосторонних эпистолярных сравнений), вскоре перейдя к более умеренным и демократическим социалистическим взглядам и, таким образом, отказавшись от своих первоначальных максималистских и коммунистических влечений.

На протяжении многих лет некоторые члены более радикального левого крыла ложи "Томас Пейн" также породили парамасонское Фабианское общество, основанное в Лондоне 4 января 1884 года.

Среди самых выдающихся вольных каменщиков (и членов ложи "Томас Пейн"), которые разработали и основали парамасонские общества или которые присоединились к ней с ранних стадий, взяв на себя полный контроль над ней, среди прочего, можно назвать масонов: Эдвард Карпентер (1844-1929), Фрэнк Подмор (1856-1910), Эдвард Рейнольд Пиз (1857-1955), Генри Хэвлок Эллис (1859-1939), Марта Беатрис Уэбб (1858-1943), Сидни Джеймс Уэбб (1859-1947), Грэм Уоллас (1858-1932), Хьюберт Бланд (1855-1914), Сидней Холдейн Оливье (1859-1943), Герберт Джордж Уэллс (1866-1946), Джордж Бернард Шоу (1856-1950), Энни Безант (1847-1933, которая также будет очень важным представителем смешанного масонского ордена Прав Человека и парамассонского Теософского общества), Вирджиния Вульф (1882-1941), Леонард Вульф (1880-1969), Эммелин Панкхерст (1858-1928).

Также по инициативе некоторых масонов из ложи "Томас Пейн", участвовавших в парамасонском Фабианском обществе, в 1895 году была основана Лондонская школа экономики и политических наук.

Следующее поколение вольных каменщиков вместе с фабианцами включало таких деятелей, как: Джеймс Рамзи Макдональд (1866-1937, первый британский премьер, принадлежащий Лейбористской партии, в 1924 году), Гарольд Джозеф Ласки (1893-1950), Джавахарлал Неру (1889-1964, соратник и ученик брата Ганди, также член Ур-ложи "Арджуна-Феникс", первый, кто занял пост премьер-министра независимой Индии, в 1947), Джордж Дуглас Ховард Коул (1889-1959), Ричард Генри Тоуни (1880-1962) и т.п.

Что касается ложи "Эдмунд Берк", она возникла позже ложи "Томас Пейн" и является её программным антагонистом. Иначе не могло быть, так как два одноименных масона соответствующих мастерских в своё время, как мы увидим в другом месте, передали им свой дух на политико-идеологическом и пропагандистском уровнях.

Суперложа, посвящённая контрреволюционному и антидемократическому масону Берку, была основана в 1888 году главным образом по проекту неоаристократического масона сэра Сесила Родса (1853-1902). И с 1888 по 1909 год, когда, помимо масонского "Эдмунда Берка", по инициативе Родса и его эпигонов (после того, как он умер 26 марта 1902 года) были основаны также парамасонские "Общества избранных" (1889-1891, тайного характера, как и Ур-ложа, которая его породила) и "Движение круглого стола" (1909, явного и официального характера, хотя и конфиденциального), среди основных членов этой олигархической суперложи числились такие выдающиеся персонажи, как: Натан Майер Ротшильд (1840-1915), Чарльз Радд (1844-1916), Альфред Бейт (1853-1906), Альфред Милнер (1854-1925), Реджинальд Балиол Бретт (1852-1930), Генри Гамильтон Джонстон (1858-1927), Артур Джеймсбалфур (1848-1930), Генри Эдвард Мэннинг (1808-1892), Герберт Альфред Воган (1832-1903), Фрэнсис Альфонсус Борн (1861-1935), Альфред Шарп (1853-1935), Альберт Генри Джордж Грей (1851-1917), Джозеф Чемберлен (1836-1914), Роберт Артур Талбот Гаскойн-Сесил, более известный как маркиз Солсбери (1830-1903), Уильям Томас Стед (1849-1912), Уильям Уолдорф Астор (1848-1919), Лайонел Джордж Кертис (1872-1955), Джордж Джеффри Доусон (1874-1944), Ричард Фетам (1874-1965), Леопольд Чарльз Морис Стеннетт Амери (1873-1955), Джон Джейкоб Астор IV (1864-1912), Уильям Ховард Тафт (1857-1930), Уоррен Гамалиэль Хардинг (1865-1923), Томас Уильям Ламонт-младший. (1870-1948), Даниэль Кросби Грин (1843-1913), Джером Дэвис Грин (1874-1959), Джордж Луи Бир (1872-1920), Жан Поль Пьер Казимир-Перье (1847-1907), Жорж Эрнест Жан-Мари Буланже (1837-1891), Эмиль Лубе (1838-1929), Луи Рено (1877-1944), Арман Пежо (1849-1915), Сидни Соннино (1847-1922), Луиджи Джероламо Пеллу (1839-1924), Лео фон Каприви (1831-1899).

Таким образом, Ур-ложа "Левиафан", дочь в 1910 году примирительного и экуменического масонского эксперимента между антагонистическими суперложами на идеологическом уровне, в свою очередь, при содействии других транснациональных мастерских, в 1918-1920 годах (официально в июле 1920 года) основала парамассонский Британский Институт международных отношений, который в 1926 году стал Королевским институтом международных отношений (КИМО), также называемым "Чатэм-Хаусом", от лондонского дворца XVIII века, в котором в свое время находилась резиденция графов Чатэмов (Питтов). А 29 июля 1921 года (также подготовленный с 1918 года) был сформирован американский коллега КИМО, парамасонский Совет по международным отношениям. С тех пор ложа "Левиафан" всегда имела привилегию выбора, адреса, контроля и управления ресурсами КИМО и СМО.

Много лет спустя та же УР-ложа "Левиафан", на этот раз ограниченная отношениями между олигархическими мастерскими "Три Глаза", с одной стороны, "Эдмунд Берк", "Гебура", "Белый Орёл" и "Амон", с другой, сыграла миротворческую роль.

Умело вдохновлённые сестрой Тэтчер и братом Уайтлоу, масоны Питер Джордж Петерсон (1926-2018), Мадлен Олбрайт (1937-2022, родилась в Чехословакии как Мари Яна Корбель, ученица и протеже Бжезинского, но сначала была связана с ложей "Левиафан" и только после фактов, которые мы также расскажем, также с ложей "Три Глаза"), Колин Пауэлл (1937-2021), Эллен Джонсон Серлиф (1938 г. р.), Мухаммад Юнус (1940 г.р.), Роберт Рубин (1938 г. р.), Ахмет Кенан Эврен (1917-2015), Халил Тургут Озал (1927-1993), Адольфо Суарес Гонсалес (1932-2014), Хосе Мария Альфредо Аснар (1953 г.р.), Андерс Расмуссен (1953 г.р.), Карла Андерсон Хиллз (1934 г.р.), Джон Мейджор (1943 г.р.), Дэвид Марк Рубенштейн (1949 г.р.), Джон Алан Редвуд (1951 г.р.), Норман Ламонт (1942 г.р.) и другие сформировали своего рода международную фокус-группу, которой было поручено убедить две более неохотные масонские фракции обменяться оливковыми ветвями.

Операция успешно завершилась в июне 1981 года.

Также разрешили принять брата Джорджа Буша-старшего (верного члена ложи "Три Глаза" и вице-президента США, подозреваемого в непосредственном участии в покушении на Рейгана) в недавно сформированную Ур-ложу "Белый Орёл", чего уже безуспешно просили в период с декабря 1980 по январь 1981 года.

В этот момент всё казалось почти готово начать новый эпохальный проект для современной истории планеты. Проект, определяемый дословно, как следует из документов, которые мы могли изучить, "Объединённые масоны за глобализацию".

Действительно, если кто-то хотел конкретно реализовать такой амбициозный план, необходимо было также вовлечь в него прогрессивные масонские круги, временно помятые и дезориентированные, но всё же мощные и способные к неожиданным реакциям, таким как неоднократные неудачи переворотов в Италии 1969-1970 и 1974 годов.

Кстати, Италия… Прежде чем закончить главу кратким описанием событий, которые характеризовали странный и неестественный союз между неоаристократическими и демократически-прогрессивными масонами в период с начала восьмидесятых по 1991 год и с 1992 года до рассвета XXI века, давайте вернёмся к более тщательному изучению как ситуации в Италии, так случаю Личо Джелли и его ложи "П2".

5. Братья Италии

Устойчивое восхождение Джелли

Начиная с осени 1974 года, а затем в 1975, 1976 и последующие годы до 1981 года, не имея возможности реализовать дальнейшие проекты переворота, как мы видели, Джелли идёт по другому пути.

Он укрепил свое положение в качестве главы ложи "Пропаганда", став досточтимым мастером и выиграв схватку с великим мастером ВВИ Лино Сальвини, в том числе благодаря энергичному вмешательству покровителей из ложи "Три Глаз".

Вслед за парамасонской пропагандой Трёхсторонней комиссии он становится откровенным пропагандистом таких текстов, как "План демократического возрождения" и "Меморандум о политической ситуации в Италии" (позже переработанный для распространения в средствах массовой информации несколько лет спустя) – документы, циркулирующие в различных кругах элиты Италии. Джелли резко расширяет круг своего бизнеса и влияния, становясь богатым человеком и раздавая богатства, дары и благодеяния каждому из своих адептов и союзников.

Он пытается прыгнуть выше головы, сначала разрабатывая (в 1975), а затем созывая 5 мая 1976 года учредительный конгресс в Рио-де-Жанейро для своей (и своих ближайших соратников) ВОММП (Всемирная организация масонской мысли и помощи), для которой также официально запрашивает аккредитацию в ООН как НПО, неправительственной организации.

С самого начала и ещё сильнее потом, во второй половине 70-х годов, он принимает в ложу "П2" и, в перспективе, в ВОММП различных видных деятелей стран Восточной Европы (в первую очередь из Румынии), Княжества Монако и Латинской Америки (Венесуэла, Уругвай, Бразилия, Аргентина и т.д.).

В Аргентине, как мы видели из обширных цитат, приведённых в начале предыдущей главы, а также настоящей, начиная с "операции Джанольо" в феврале-июне 1973 года, в результате которой к власти опять должен был прийти Хуан Доминго Перон (1895-1974) и которая завершилась победой на выборах перониста Эктора Хосе Кампора (1909-1980) в марте, а затем самого Перона в октябре 1973 года, пройдя через формальное президентство его вдовы с 1 июля 1974 года по 24 марта 1976 года (Изабель Мартинес де Перон, родилась в 1931 г, теневым президентом при ней был масон Хосе Лопес Рега, связанный с "П2" и её досточтимым мастером) и, наконец при военной диктатуре Хорхе Рафаэля Виделы (1925-2013) с конца марта 1976 года до конца марта 1981 года влияние Личио Джелли и его соратников было существенным, прочным основательным.

При ближайшем рассмотрении международного влияния его ложи, формально подчиняющейся ВВИ, и транснациональных проектов ВОММП, становится очевидным, что досточтимый житель Ареццо попытался превратить свою масонскую горницу в настоящую международную Ур-ложу.

Вероятно, фашисту, ставшему масоном, не давал покоя тот факт, что его никогда официально не допускали в суперложу покровителей, "Три Глаза" – привилегия, которая была предоставлена другим итальянским персонажам, и Джелли считал, что он ничуть не хуже их – или другие аналогичные Ур-ложи международного масштаба.

В неоаристократических масонских кругах, которые считали "П2" не более чем послушной и подчинённой служанкой на службе у других масонских аристократий, чрезмерные амбиции и неумеренная активность Джелли начали вызывать раздражение и беспокойство.

Даже в рядах членов той же ложи "Три Глаза" наметился раскол между абсолютными защитниками полезной "П2"и сторонниками предложения о закрытии такой ложи, ставшей слишком громоздкой, видимой, болтливой (начали появляться первые журналистские расследования и первые сообщения в судебную систему, подпитываемые демократическими масонами ВВИ, должным образом образованными и вдохновлёнными сетью прогрессивных Ур-лож), что предвещало потенциальные проблемы для её международных данников.

Среди всех этих превратностей наступил роковой 1978 год.

Роковой год

На большой международной арене 1978 год – год инкубации (первые месяцы), а затем выхода на свет (в декабре) Ур-ложи "Белый Орёл" по инициативе лож "Эдмунд Берк", "Гебура" и "Амон". Год начался с фронды против ложи "Три Глаза", которая затем завершилась между 1979 и 1980 годами. 16 марта был похищен председатель христианско-демократической партии Альдо Моро, безжизненное тело которого было найдено 9 мая.

Каково было, спросит читатель (в течение многих лет это привыкли считать само собой разумеющимся и, более того, несколько упрощённо), возможное участие Личо Джелли и "П2" в захвате и убийстве лидера христианских демократов?

По сути, были пролиты реки слов и догадок, некоторые с целями пустить по ложному следу и запутать, другие умные, но обязательно неполные, в значительной степени вводящие в заблуждение и в целом лишённые адекватных мнений и умной контекстуализации фактического транснационального сценария, в котором произошло то, что произошло: эти мнения и контекстуализация конститутивно недоступны тем, кто никогда не имел статуса инсайдера закулисы власти.

Недавно, после многих лет общих обвинений в адрес неясной (или, в лучшем случае, плохо обозначенной) евроатлантической цепочки "П2"-ЦРУ-НАТО с конечной остановкой в Вашингтоне, предполагаемой столице любой гнусности для доморощенных антиамериканцев априори, вышла другая интерпретирующая книга, очень яркая и принадлежащая перу вышеупомянутых Марио Хосе Серегино и Джованни Фазанелла, авторов "Английского переворота". Очень яркая, но в значительной степени попавшая мимо цели. Мимо цели не столько в том, что не осудила загадочность и необоснованность многих теорий заговоров, расцветших пышным цветом вокруг случая Моро, и не вынесла на свет некоторые объективные заговоры, произошедшие в политико-экономической системе Италии в целом, а больше в том, что опять разговор вёлся с прицелом на британских и/или американских и/или советских заговорщиков, хотя мы показывали на бесчисленных примерах, что большая политика планетарного масштаба, особенно в течение ХХ века, была, скорее, диалектикой между коллективными историческими субъектами международного состава – историческими субъектами, более того, весьма разноплановыми, трансцендентными и чрезмерно упорядоченными по сравнению с часто и очевидно ложным разделением непосвящённых на политических правых, центр и левых.

Вот что пишут Серегино и Фазанелла:

Невозможность оценить международный и геополитический масштаб дела Моро привела к извращённым, если не патологическим последствиям на протяжении десятилетий. С одной стороны, дело рассматривалось как большой эпизод криминальной хроники, как продукт полностью внутренней ситуации в Италии. С другой стороны, почти в противовес, расплодилось огромное количество литературы про так называемый "заговор" или "закулису", стремящейся объяснить всё это в свете чистых догадок, в центре которых всегда находилась демоническая картинка столицы зла, Вашингтона. Две стороны одной медали, потому что обе мешали общественному мнению что-либо понять. Отсутствие правильной картины, которая объясняла бы дело, привела к тому, что оно рассматривалось исключительно в судебном ключе, то есть всегда вращалась вокруг одних и тех же неразрешимых тайн пятидесяти пяти дней. Никогда, однако, дело не рассматривалось в его истинной сущности.[226]

И тут мы можем полностью согласиться с двумя авторами "Английского переворота". Частично, но только частично, мы можем согласиться с ними и по некоторым соображениям, высказанным относительно того, кем был Моро для итальянской политико-экономической системы:

Кем был Моро, что он представлял в политической истории Италии? И самое главное, какие последствия его смерть имела для страны? На первый вопрос сегодня гораздо легче ответить в свете огромного количества британских документов, которые позволяют нам смотреть на него даже через призму его "врагов". Моро был ярким выразителем "национальной" части христианско–демократического политического класса и связанного с ним государственного предпринимательства. То есть, он держал в голове проект модернизации страны и её политико-экономической системы, основанный на преодолении двух итальянских "аномалий" после Второй мировой войны: подчинённого состояния по сравнению с другими народами Запада и наличия сильнейшей коммунистической партии демократического мира. Средиземноморская стратегия и поддержка стран Третьего мира, с одной стороны, и постепенный сдвиг оси итальянской внутренней политики влево, с другой стороны, были результатом этой потребности в модернизации. И в то же время, как мы видели, они стали причиной конфликтов, в которых Италия сталкивалась даже с "дружественными" странами. Вот почему Моро, как и Маттеи, оказался в центре этих конфликтов. И, как и Маттеи, когда эти линии напряжения неизбежно пересеклись между собой, это стоило ему жизни.[227]

Дело Моро

Серегино и Фазанелла могли, конечно, признать, что Моро был выражением итальянского правящего класса (не только христианских демократов, но и других политических областей: см., например, принципиально кейнсианские позиции Уго Ла Мальфы (1903-1979)), который не только боролся за умелую интеграцию государственного участия и частной инициативы в экономико-промышленной жизни страны, но и поддерживал самого Моро в попытке содействовать, сопровождать и способствовать социал-демократической эволюции руководящих групп ИКП; правящего класса, стремящегося модернизировать "систему Италии" и придать ей самостоятельности и влияния среди великих западных демократий, без какого-либо подчинения.

Но также верно и то, что с "присутствием самой сильной коммунистической партии в демократическом мире", конечно, нельзя было справиться с помощью двусмысленных уловок еврокоммунизма Берлингуэра, обречённых потерпеть неудачу из-за их неубедительности и двусмысленности, а также из-за подтверждённых непрозрачных отношений широких слоёв ИКП (а также французских и испанских коммунистов) как с коммунистической партией Советского Союза (КПСС), так и с военно-политическими силами Варшавского договора, явного противника НАТО.

Помимо всякого возможного использования аномальной ситуации в Италии в хищных и преступных целях (на чём справедливо и неоднократно останавливаются авторы "Английского переворота"), ни британцы, ни американцы, ни немцы и французы, конечно же, не ошибались, опасаясь, в случае прямого доступа к правительству ещё не "Демократической партии левых" (которой ИКП станет только в 1991 году), а "Итальянской коммунистической партии ", что кто-то из руководства ИКП, тесно связанный с советскими, чехословацкими, польскими или восточногерманскими коммунистами, сможет спокойно раскрыть дипломатические и военные секреты, поставив под угрозу весь Атлантический Альянс.

Фактически, две аномалии, состоящие из "состояния подчинения по сравнению с другими народами Запада и присутствия самой сильной коммунистической партии демократического мира", сохранялись. И тут виноваты не английские или другие путчисты (которые цинично использовали ситуацию в своих реакционных целях), а политическая незрелость самой значительной части итальянских левых (ИКП), десятилетиями откалиброванной на неплодотворную и приторную официальную идеологию (потом практика, естественно, изменилась в лучшую сторону, но это часто было стратегией многих коммунистических или фашистских партий, прежде чем они захватывали власть) критики и борьбы со свободной рыночной экономикой, так называемой буржуазной системой и самой концепцией либеральной демократии во имя приближения не слишком чётко обозначаемого постдемократического социалистического общества.

Если бы ИКП превратилась в ДПЛС ещё во второй половине 70-х годов, решительно усекая все отношения идеологической, реляционной и оперативной общности с коммунистическими режимами Варшавского Договора (во главе с СССР), вместо того, чтобы баловаться неоднозначными апориями еврокоммунизма, то, конечно, того подчинения, на которое жаловалось несколько сторон, было бы ipso facto[228] меньше.

И её было бы меньше как потому, что ни один иностранный или международный властитель не мог бы в угоду себе использовать реальность и риторику необходимой антикоммунистической борьбы, а также потому, что без разного рода византинизмов Моро (знаменитых "параллельных конвергенций") или Берлингуэра ("мы коммунисты и, следовательно, конституционные антидемократы и антилибералы, но политически и морально лучшие среди европейцев"), гражданская, экономическая и социальная жизнь страны возродилась бы, расширив поле жизнеспособных политических вариантов и обеспечив левоцентристской позиции больше прочности и однородности.

Затем мы переходим к тому, что, по словам Серегино и Фазанеллы, было последствиями смерти Моро:

Что касается последствий его смерти, нельзя сказать, что она изменила ход итальянской истории, вызвав волновые эффекты в течение следующих десятилетий. После убийства Моро Красные Бригады продолжали настигать его сторонников: один за другим погибали или запугивались многие из самых важных периферийных руководителей, вдохновлявшихся курсом убитого лидера. Каждый взрыв сопровождался бурной кампанией в прессе против политико-государственных лидеров партии. Президент Республики Джованни Леоне был вынужден уйти в отставку. Потеряв Квиринальский дворец[229], христианские демократы также потеряли контроль над постом премьера и его центральную роль в итальянской политической системе в пользу более проанглийских компонентов светско-социалистического круга. Случилось именно то, что Моро предсказал в письмах, написанных из "народной тюрьмы" за те пятьдесят пять дней, пока его держали в заложниках: когда Фанфани выбыл из игры по анкетным причинам, руководство партии перешло к Андреотти, который, однако, не смог установить с Энрико Берлингуэром те политико-интеллектуальные отношения, которые возникли в последние годы исторического компромисса. И вот, осиротев без своего собеседника, находясь в свою очередь под огнём политиков и интеллигенции, испытывающих аллергию к "католическому коммунизму", ИКП погряз в собственном болоте, всё больше теряя ясность анализа и способность к политической инициативе. "Национальная солидарность" закончилась через год после убийства председателя христианских демократов. В его партии опять приобрели влияние противники Моро. И среди них сыграли решающую роль два старых "клиента" Департамента информационных исследований:[230] Карло Донат-Каттин и Фламинио Пикколи. На съезде 1980 года, вошедшем в историю как "съезд преамбулы", Донат-Каттин был инициатором документа из нескольких, но тяжёлых строк, в котором значилось основное условие создания нового альянса внутри партии: закрытие любого диалога с ИКП. Вокруг этих нескольких строк было сформировано антикоммунистическое большинство, и Пикколи был избран секретарем вместо сторонника Моро Бениньо Закканьини.[231]

Последствия убийства

Теперь, если не считать того факта, что срок пребывания Джованни Леоне в Квиринале истёк в декабре 1978 года, и он ушел в отставку в середине июня того же года, при всем уважении к знатному христианскому демократу (1908-2001), к которому на самом деле (плохо) относились преувеличенно несправедливо и предвзято, мы не считаем, что его преемник, бывший партизан-социалист Сандро Пертини (1896-1990, президент с 1978 по 1985), незаслуженно заслужил за последующие 7 лет славу проводника предполагаемых антитальянских интересов. И если люди из христианских демократов чередовались на посту премьера с другими правящими светскими социалистическими союзниками, это могло принести пользу только политическому плюрализму страны в целом.

Или Серегино и Фазанелла считают, что христианская демократия должна иметь монополию на высшие государственные должности?

Тем более что в "светско-социалистических рядах" в 1980-1992 годах важные правительственные и государственные роли играли не только "самые проанглийские компоненты", но и проамериканские, профранцузские или про-какие-то ещё. Не говоря уже о том, как мы объясняли в большей части этой книги, что как в Великобритании, так и в США, во Франции или где-либо ещё существуют цепочки власти с разными идеологическими точками зрения и интересами, если не противоречащими друг другу (прогрессисты против консерваторов; демократы против неоаристократов; умеренные против крайних; кейнсианцы против неолибералистов и т. д.), и поэтому неправильно рассуждать с точки зрения англофилии, американофилии, франкофилии, германофилии и т.д.

Также говорится, что "ИКП погряз в собственном болоте, всё больше теряя ясность анализа и способность к политической инициативе". Кажется, действительно, очень снисходительное суждение по отношению к основной партии левых (не демократической, а коммунистической) Италии тех лет.

Были ли симптомы "ясности анализа и способности к политической инициативе" у тех, кто руководил секретариатом Берлингуэра в 1975-1976 годах на двусмысленных, непродуктивных и неубедительных позициях еврокоммунизма? И были ли признаки большого стратегического и политико-экономического предвидения у тех, которые побудил самого Энрико Берлингуэра (1922-1984) в январе 1977 года продвигать запутанные программные перспективы жёсткой экономии[232] и обычной коммунистической догмы против предполагаемых пороков гедонистического общества потребления?

Судя по реакции (негативной и презрительной) того самого рабочего класса, которого ИКП вроде как представлял – класс, который на самом деле стремился увеличить свои доходы, расходы и потребительские способности, чтобы иметь возможность, по крайней мере, частично приобщиться к тому гедонизму и той менее жертвенной и строгой жизни, которая столь нравилась другим слоям общества, вместо того, чтобы слышать проповеди о достоинствах жизни францисканских монахов, трезвой, строгой и жертвенной, образе жизни, к сожалению, привычному рабочим, и, следовательно, представлявшем собой не экзистенциальный выбор, а суровую необходимость – жёсткие предложения секретаря ИКП не только не вызвали большого энтузиазма, но и никоим образом не могли стать привлекательной и убедительной политической платформой для социально-экономического развития Италии.

И последнее: конечно, не Донат-Каттины и Пикколи на протяжении 80-х годов препятствовали превращению ИКП в "Демократическую партию левых сил", что вытеснило бы и отняло предвзятые аргументы у всех проанглийских (или про-каких-нибудь ещё) профессионалов, недобросовестных и своекорыстных, антикоммунизма.

Такая неспособность реформироваться объяснялась идеологической путаницей и стратегической и политико-программной незрелостью тех высших эшелонов ИКП, которые работали в секретариатах Берлингуэра (с 1972 по 1984 год) и Алессандро Натта (с 1984 по 1988 год).

Таким образом, Серегино и Фазанелла заключают свои соображения об Италии после смерти Моро в следующих словах:

После Моро ничего не осталось, как раньше. Система, основанная на крупных массовых партиях, начала трескаться. Страна ушла в штопор, погружаясь во всё более глубокий кризис. Политический тупик постепенно охватил и государственную, и моральную сферы, коснувшись даже системы основных правил функционирования общественной жизни. Теперь, не имея лидеров, способных реализовывать дальновидные стратегии, Италия упустила возможность воспользоваться падением Берлинской стены. Старый режим не пережил конец холодной войны. И после него никто не смог построить новый. В пустоте оказались олигархические державы, финансовые лобби и деловые комитеты, которые заняли пространство политики и вторглись в пространство экономики. Всё развалилось. Начиная с крупной государственной промышленности, расчленённой и проданной англосаксонским бизнес-банкам. Эта промышленность, которая была следствием экономического компромисса, заключённого вскоре после войны между социальным католицизмом Джузеппе Доссетти и Джорджо Ла Пира и ИКП Тольятти: первые отказались от либерализма, вторые – от коллективизма; и оба указали в "Предпринимательском государстве" третий путь для нашей страны. Также лишённая государственного промышленного аппарата, достигшего вершин передового опыта и способствовавшего в предыдущие десятилетия превращению нации, побеждённой в войне, в пятую экономическую державу мира, Италия понемногу потеряла все позиции влияния, которые, начиная с Маттеи, завоевала в Средиземноморье и развивающихся странах, особенно в Магрибе и на Ближнем Востоке. Короче говоря, с точки зрения последствий смерть Моро имела тот же эффект, что и переворот. Даже больше: она нанесла такой же ущерб, как и разрушительная война. Но это была бы другая книга. Её ещё предстоит написать. И рано или поздно её напишут.[233]

Мы можем миролюбиво согласиться с авторами "Английского переворота" о картине прогрессивного и мрачного политического, социального, гражданского и экономического упадка Италии после окончания холодной войны и по сей день.

Но Серегино и Фазанелла ошибаются во внутренней периодизации и причинно-следственных связях этого последнего 25-летия итальянской истории. Верно, что после Моро политические предложения (к тому же запутанные и неоднозначные) Берлингуэра больше не находили поддержки у христианских демократов, но также верно и то, что высшие эшелоны пяти партий (ХД-ИЛП-ИРП-ИДСП-ИСП), которые в основном управляли страной с 1978 по 1992 год, не распродали, не расчленили и не привели в упадок крупную государственную промышленность.

Не различные Андреотти, Коссига, Форлани, Спадолини, Фанфани, Кракси, Гория и Де Мита (премьеры в те 14 лет) совершили позорную утилизацию этого важного государственного промышленного аппарата.

Италия на продажу

Печально известные и скандальные продажи и приватизации в итальянском стиле под непосредственным руководством неоаристократического масона Марио Драги (1947 г.р., член Ур-лож "Пан-Европа", "Эдмунд Берк", а позже "Три Глаза", "Роза Ветров" и "Белый Орёл") в качестве генерального директора казначейства с 12 апреля 1991 года по 23 ноября 2001 года и от имени третьих лиц, были реализованы при правительствах Джулиано Амато (28 июня 1992 г. – 28 апреля 1993 г.), Карло Азельо Чампи (28 апреля 1993 г. – 10 мая 1994 г.), Сильвио Берлускони (10 мая 1994 г. – 17 января 1995 г.), Ламберто Дини (17 января 1995 г. – 17 мая 1996 г.), Романо Проди (17 мая 1996 г. – 21 октября 1998 г.), Массимо Д'Алема (21 октября 1998 – 25 апреля 2000), Джулиано Амато (25 апреля 2000 – 11 июня 2001).

Неизменный и непробиваемый брат Драги руководил операциями непрерывно в течение десятилетия, в то время как в палаццо Киджи работали министры и премьер-министры, полностью поддерживающие (справа, в центре и слева) план злонамеренного расчленения и немотивированной (с точки зрения общественных интересов) распродажи частным лицам собственности и компаний, принадлежащих народу.

Фактически с 1992 по 2001 год, за исключением 1994-1995 годов при премьере Берлускони, который затем на короткое время был сторонником правительства Дини, политическая ответственность за то, что произошло (с точки зрения банкротства и приватизации), полностью лежала на новом левоцентристском правительстве после операции "Чистые руки", прямых наследниках именно того запутанного исторического компромисса, о котором авторы "Английского переворота" вспоминают с такой меланхолией и ностальгией, безусловно, достойных лучшего повода.

Но также не следует забывать, что как в правительстве страны (1994-1995), так и в качестве большой оппозиционной парламентской коалиции правоцентристский блок во главе с масоном Сильвио Берлускони был также соучастником (идеологическим и рабочим) многолетней работы по приватизации и выведению из эксплуатации, координируемой Марио Драги, и выполненной множеством сообщников на высоком, среднем и нижнем уровне.

Дело в том, что когда (через полтора года после падения Берлинской стены 9 ноября 1989 г., а не раньше) 3 февраля 1991 г. родилась Демократическая партия левых сил, и, таким образом, начался потенциальный сезон динамизма и эпохального раскрытия и обновления итальянской политической системы, могущественные международные рук при помощи операции "Чистые руки" провели систематическое истребление партий Первой Республики, способствуя их сближению с рядом политиков (правых, центральных и левых: третьих и четвертых эшелонов более несуществующей пятипартийной системы, безудержных предпринимателей и лозунгов, прежде всего, собственного круга, неофашистов и неокоммунистов, популистов в зелёных рубашках), совершенно не готовых противостоять новым международным сценариям (вступление в еврозону, глобализация и т. д.), или безнадёжных соучастников и исполнителей тех самых рук в белых перчатках, лежащих на фартуках различной формы и цвета, которые готовили для Италии новые формы подчинения и ограничения самостоятельности, гораздо хуже, чем в 60-е – 80-е годы на экономико-социальном уровне.

Операция "Чистые руки", безусловно, произошла на фоне повсеместной коррупции и взяточничества всех слоёв руководства полуострова, но такое положение дел не было чем-то новым в 1992 году и даже после Моро (1978-1992), а структурным состоянием республиканской Италии с 1945-1948 годов.

Структурное состояние, в рамках которого также действовали те, кого Серегино и Фазанелла по праву называют самыми дальновидными и способными политиками и государственными предпринимателями: Энрико Маттеи (великий и опытный взяточник как на национальном, так и на международном уровне) и Альдо Моро (тоже участвовал руками и ногами во взяточничестве, хотя и больше в политических, а не личных целях).

Только в годы до падения Берлинской стены расследованиям итальянской судебной системы ни в малейшей степени не разрешалось так глубоко копаться в коррупционных и незаконных экономических практиках, а также расследовать систему незаконного финансирования правящих партий или систему столь же незаконного финансирования коммунистической оппозиции Советами.

И даже если какое-то несколько громкое судебное расследование вдруг заходит слишком далеко, рано или поздно те же самые руки, которые спустя годы спонсировали и усиливали операцию "Чистые руки", заботились о том, чтобы всё замять и/или пожертвовать лишь несколькими отдельными козлами отпущения, чтобы спасти систему в целом (см. например, громкие дела Микеле Синдоны и Роберто Кальви).

Всё это делалось ради высших государственных интересов, как это было в моде в то время, в тайных комнатах международной власти и её национальных отделениях.

Но тогда все заключительные выводы прекрасной книги "Английский переворот" (хорошо известной скорее в связи с новаторским раскрытием неопубликованных документальных материалов и в силу некоторых удачных геополитических идей по ходу повествовательно-пояснительной структуры) необходимо исправить. Олигархические державы, финансовые лобби и деловые комитеты, названные Серегино и Фазанеллой, всегда действовали в Италии в современную эпоху, не переставая с XVIII века до наших дней. Действительно, они действуют повсюду в мире, где уже несколько веков наблюдаются явления интернационализации промышленности, торговли и финансов.

Однако в этом конкретном временном отрезке, на который пришлось гражданское, социальное и экономическое возрождение полуострова с 50-х по 80-е годы (с необычайным промышленным и коммерческим ростом, характеризующимся расширением внутреннего потребления и исключительным экспортным потенциалом бренда "made in Italy" по всей планете), несмотря на непредвиденные кризисы местного или международного характера, итальянская система умела держать под контролем (в том числе благодаря помощи международному масонству демократически-прогрессивного круга) хищнические наклонности этих "олигархических держав, финансовых лобби и деловых комитетов".

Однако с 90-х годов этот контроль, очевидно, больше не осуществлялся. Действительно, тех, кого нужно было контролировать и сдерживать, как итальянских агентов международных олигархических масонов, чьи интересы противоречат интересам итальянского народа (таких как Марио Драги, Джулиано Амато, Карло Азельо Чампи, Ламберто Дини, Романо Проди и т. д., конечно, с различными нюансами и степенями ответственности между ними), усадили на высшие политические и государственные должности, наравне с более домашними, провинциальными и средиземноморскими масонами, такими как Массимо Д'Алема и Сильвио Берлускони, хотя они всегда были полезны для ускорения политико-экономического упадка Италии, но никогда не допускались в святилище наднациональной масонской аристократии.

Таким образом, если это допустимо, как делают авторы "Английского переворота", ссылаясь на систему-Италию, сожалеть о "всех позициях влияния, которые, начиная с Маттеи, она завоевала в Средиземноморье и развивающихся странах, особенно в Магрибе и на Ближнем Востоке", вину за утерю этого влияния и продолжающуюся государственную и частную деиндустриализацию страны не стоит возлагать на правящий класс, который управлял Италией в годы сразу после убийства Моро (1978-1992), а на тот, который работал уже в 1992-2001 гг.

Третий путь

Нужно поставить в вину главной политической силе итальянских левых, что они раньше не обратились к демократическому и либертарианскому социализму в годы холодной войны – возможность, утраченная по случаю слияния со сторонниками Моро среди христианских демократов, пока Берлингуэр и компания продолжала свою трескотню о неясных антикапиталистических, антипотребительских и еврокоммунистических перспективах, противоречащих либеральной демократии, конечно, в теории, если не на практике, – а позже поспешно и без оглядки обратились, в своих переходах от ИКП к ИДСП, "Левым демократам" (ЛД) и "Демократической партии" (ДП), к взгляду на принципиально неолиберальный капитализм, как в жёсткой версии Хайека–Фридмана (в частности, у некоторых её представителей), так в мягкой форме, выдвинутому на идеологическом уровне Энтони Гидденсом и его последователями и реализованный на практике, с различными нюансами (и не забывая о некоторых положительных и условных отступлениях от этого мировоззрения), самозваными прогрессивными лидерами, такими как масоны Тони Блэр, Билл Клинтон и Герхард Шредер.

Таким образом, был парадоксальный случай начального политического движения (от ИКП до Демократической партии), которое сначала оспаривало подлинно прогрессивную и либерально-социалистическую перспективу традиции Рузвельта-Кейнса-Ролза слева, противопоставляя ей непоследовательный коммунистический путь к экономическому процветанию, но в конечном итоге выступило против неё и не признало справа, во имя атеистического догматического богословия, называемого неолиберализмом, с опорой на религиозно-экономические заповеди, которые поддерживались верой, а не научным обоснованием: спасительные убеждения в безубыточности бюджета государственных образований, приравнении государственного бюджета к бюджету частной семьи, в первенстве частного над государственным, в самодостаточности рынка, в необходимости максимального дерегулирования финансовой и банковской деятельности, в желательной независимости центральных банков от демократически избранной и легитимной политической власти, в желательном первенстве экономики над политикой и технократии над представителями народа, в негативности любого государственного вмешательства в промышленную сферу и т.д.

Конечно, в мягкой версии эта уникальная мысль, которая была передана urbi et orbi[234] с середины 70-х годов и на протяжении 80-х и 90-х годов, дошла до наших дней (передача в значительной степени благоприятствовала великому международному масонскому пакту июня 1981 года между Ур-ложей "Три Глаза" и её олигархическими сёстрами "Эдмунд Берк", "Гебура", "Левиафан", "Белый Орел" и т. д.), самозваной левоцентристской версии, созданной ИДСП-ЛД-ДП в Италии и других странах лейбористами, социал-демократами, социалистами или самозваными прогрессистами различного происхождения, безжалостный и палеокапиталистический характер этой доктрины сдерживался пустыми и приторными призывами к солидарности и социальной необходимости (не совсем объяснённой) поддерживать последних, наименее обеспеченных, тех, кто не может этого сделать, потому что они отрезаны от политико-экономической системы.

Политико-экономической системы, которая только в последнее время (2012-2014 гг.) начала показывать своё истинное лицо: мировая фабрика, способная производить всё большее неравенство в распределении богатства и доступе к достойной жизни, а также бесчисленное множество безработных или недостаточно занятых на грани выживания.

Переворот с длинным шлейфом последствий

В свете этих соображений становится очевидным, что не смерть Моро сама по себе имела эффект переворота или нанесла такой же ущерб, будто разрушительная война, как пишут авторы "Английского переворота".

Если это и был переворот, он проявился в шлейфе до 1992-1994 годов других убийств (серьёзных, таких как убийство бедного Альдо Моро), террористических актов и политических решений, которые ознаменовали переход от в целом достойной, хоть и коррумпированной, Первой республики (которая со всеми своими огнями и тенями вывела Италию на уровень великих промышленных держав мира) к ветхой и отсталой Второй республике, столь же коррумпированной и страдающей от взяток, краж и неоправданных расходов, но бесконечно менее внимательной к потребностям и стратегическим интересам итальянского народа.

Точно так же странно читать о "британском следе" как таковом (с лёгкой руки Серегино и Фазанеллы), чтобы объяснить, кто был инициаторами и исполнителями убийства Моро.

Скорее, чтобы направить нас на правильный герменевтический курс в этом отношении, давайте сделаем небольшое отступление. И тут нам помогут некоторые соображения Серджо Фламиньи[235], у которого замечательные и блестящие идеи идут вперемешку с грубыми и описательно-объяснительными ошибками, когда он пытается говорить о масонстве, особенно о его американских и/или международных сферах.

Фламиньи пишет:

Среди условий, продиктованных Фрэнком Джильотти итальянскому масонству, чтобы получить признание масонства США и, таким образом, иметь американскую поддержку повторному завоеванию палаццо Джустиниани, было разрешение на создание в Италии экстерриториальных американских лож – требование, открыто противоречащее масонским нормам, которые предусматривают, что в соответствии с нормами на территории каждой нации масонская юрисдикция принадлежит исключительно местным и национальным органам. Джильотти действовал в двойном качестве агента ЦРУ и представителя американского масонства, эмиссара Лютера Смита, суверенного великого коменданта южной юрисдикции США. 7 июля 1960 года министр финансов Джузеппе Трабукки и великий мастер Публио Кортини подписали договор об урегулировании вопроса о возвращении в собственность масонства палаццо Джустиниани; на церемонии присутствовали Фрэнк Джильотти с супругой, посол США в Италии Джеймс Зеллербах и судья, предполагаемый масон Уго Ниутта. В течение 1961 года, в то время как Джордано Гамберини был избран великим мастером, стали появляться масонские ложи из гражданского персонала и американских военных не только внутри посольства США в Риме (ложа "Колизей"), но и на различных базах НАТО: "Ложа Американская Верона" (при Ftase, оперативном командовании объединённых вооружённых сил НАТО в южной Европе), ложа "Джордж Вашингтон" в городе Виченца (в штаб-квартире объединённых тактических ВВС НАТО, оперативный орган Ftase), ложа "Авиано" во Фриули, ложа "Бенджамин Франклин" в Ливорно, ложа "Г. С. Труман" при командовании в Баньоли (Неаполь), ложа "Дж. Л. Макклеллан" в Сан-Вито-деи-Норманни (Бриндизи). При поддержке великого мастера Гамберини американское масонство "колонизировало" итальянское: хотя масонские нормы предусматривали, что "братья" за рубежом должны подчиняться местным общинам, американские масоны требовали унифицировать итальянские масонские общины по своему образу и подобию. Таким образом, поскольку политика антикоммуниста и антисоциалиста Джильотти и американских спецслужб требовала примирить ориентацию масонства в Италии с необходимостью соглашения с Церковью и христианской демократией, великий мастер Гамберини стремился запретить антиклерикализм в рядах масонов и стал встречаться с отцом Розарио Эспозито (историк масонства) и иезуитом Джованни Каприле; за этим последовала кампания по примирению католической веры и масонства – кампания, в которой принимает активное участие также Эльвио Шубба (доверенный человек американских масонов и спецслужб).[236]

В своей реконструкции Фламиньи, как и большинство непосвящённых, игнорирует прежде всего один фундаментальный момент. И это существование со второй половины XIX века так называемых международных Ур-лож (старейшая, "Томас Пейн", как мы видели, даже датируется в своём первом составе трёхлетним периодом 1849-1852 годов, между Римской республикой и английскими собраниями, координированными в тот период, особенно масонами: Джузеппе Мадзини, Аурелио Саффи, Джон Стюарт Милль, Гарриет Тейлор Милль и Александр Иванович Герцен).

Затем Фламиньи игнорирует или делает вид, что игнорирует, что с момента создания современного масонства в 1717 году правила и ландмарки регулярно игнорировались самыми живыми и динамичными братьями, прежде всего те ландмарки, которые, в узком смысле, не позволяли бы масонам заниматься как таковыми вопросами политики и религии.

Великие политические революции XVIII и XIX веков и эпохальное (а также здоровое, со светской и либеральной точки зрения) разрушение светской власти католической церкви и любых других аналогичных теократических/иерократических претензий, среди многих других подобных инициатив на протяжении всей современной истории, доказывают, как мало соблюдались эти ландмарки Конституций Андерсона XVIII века, хотя бы в самом буквальном и ограничительном смысле.

Таким образом, создание американских лож (в целом безобидных) традиционного типа на итальянской территории было совершенно незначительным и маргинальным явлением по сравнению с гораздо более влиятельной и инвазивной ролью международных УР-лож как в Италии, так и в Европе и на других континентах, которые со второй половины XIX века подавляли в протомондиалистских и протоглобализующих смыслах всякие притязания национальных общин на исключительную масонскую юрисдикцию.

Наконец, Фламиньи неправильно понимает дух полуофициального сближения между католической церковью и масонством, главными героями которого были Джордано Гамберини, Розарио Эспозито, Джованни Каприле и многие другие священники и прелаты разных национальностей (в исторический момент его пребывания в степени великого мастера, который по большей части предшествует более позднему участию в событиях, связанных с ложей "П2". Участие продолжалось на протяжении 70-х и даже стало более интенсивным и значительным после получения высшего молоточка ВВИ).

Главный вклад в этот короткий, но увлекательный период внёс непосредственно масон Анджело Ронкалли, папа Иоанна XXIII с 1958 по 1963 год, и тут был вклад, прежде всего, научно-эзотерического характера, больший, чем соглашения между христианской демократией и итальянскими и внеитальянскими масонскими кругами. Соглашения, которые, как хорошо помнит читатель, были приняты уже ранее, начиная с 1944-1946 годов, без необходимости какого-либо высокого и благородного духовного смешения, как это было предпринято в начале 60-х годов, а также позже, после смерти папы Ронкалли и восхождении на престол Джованни Баттиста Монтини под именем Павла VI.

Фламиньи также путает законный антиклерикализм, присутствующий не только у масонов, но и в каждом последовательном и сознательном светском сознании (клерикализм означает взгляд на гражданское и политическое общество, воплощённый в заветах церковного характера, в рамках теократической и иерократической мысли), с другими формами яростного и откровенного отвращения к религиозной и церковной сфере, типичным больше для коммунистических режимов, отмеченных очевидным или реальным атеизмом воинствующего и агрессивного государства, а не масонским мировоззрением как таковым.

Фламиньи пишет:

Когда Личо Джелли в 1970 году был делегирован в управление "закрытыми братьями" ложи "П2", он мог плавно перемещаться между треугольным союзом итальянско-американского масонства, атлантических секретных служб и христианской демократии, чтобы строить и подпитывать свою тайную ложу. По мнению парламентского комитета, Джелли и ложа "П2" являются средством "вмешательства ради операций по контролю и кондиционированию. Когда кто-то хочет прибегнуть к метафоре для представления этой ситуации, можно представить себе пирамиду, на вершине которой стоит Личо Джелли; однако, когда вы хотите, чтобы эта метафора передавала смысл, придётся, чтобы не нарушать её, представить себе ещё одну пирамиду, висящую над первой, которая в перевёрнутом виде касается своей нижней вершиной фигуры Личо Джелли. Это настоящая точка соединения"[237]. Парламентский комитет смог исследовать нижнюю пирамиду, а верхняя пирамида осталась неисследованной. В ней, на основании собранных документальных данных, безусловно присутствуют американские и атлантические секретные службы, которым соответствует в нижней пирамиде массовое присутствие всех высших эшелонов итальянских спецслужб.[238]

Вот именно. Парламентскому комитету под председательством Тины Ансельми и Серджо Фламиньи вместе со многими другими исследователями после этого пришлось остановиться, перефразируя Данте Алигьери, там, куда докуда их довёл интеллект непосвящённых.[239]

Тем не менее, факт остается фактом: и цитируемый парламентский комитет, и Фламиньи с радостью догадались о существовании этой "верхней пирамиды", внутренние пространства которой находятся под прожектором нашего пояснительного повествования.

И как далеко зашёл Серджо Фламиньи с его блестящим и проницательным для непосвящённого интеллектом в интерпретации событий трёхлетнего периода 1978-1981 годов?

По словам члена "П2" Лекса Маттео и масона Федерико Федеричи (из "Суперложи Монтекарло" и друга Майкла Ледина), в 1979 году группа масонов-противников почтенного из "П2" собралась в Монтекатини. В течение некоторого времени действия Джелли вызывают недоумение и споры в итальянских масонских кругах, и эхо недовольства раздаётся в Соединённых Штатах. В дополнение к масонству южного округа (Великая Ложа "Мать Мира" реакционной ориентации, на которую ссылается досточтимый из "П2"), важная часть американского масонства признается в Великой Ложе северного округа (более демократической ориентации и традиционно связанной с Государственным департаментом); последняя принимала активное участие в свержении великого мастера Сальвини, который считался слишком подчинённым главе "П2".[240]

Здесь Фламиньи допускает ряд грубых ошибок, далеких от описательной проницательности и серьёзности, проявленных на других страницах.

Виновники смерти Моро

Как известно любому учёному, даже любителю масонских явлений, не существует Великой Ложи "Мать Мира", несмотря на то, что иногда невежественные и безвкусные деятели СМИ так называют ОВЛА (Объединённую Великую Ложу Англии, образована в 1813 году, после объединения так называемых "древних" и "современников", которые, по крайней мере, ведут историю с 1717 года непосредственно от Великой Ложи Лондона и Вестминстера. Но в 1717 году масонство, конечно, не было основано, поскольку оно существовало уже на протяжении веков, а скорее восстановлено, в понятиях, которые нам придётся адекватно объяснить в другом месте) или какую-либо другую масонскую организацию, созданную в США.

Более того, не существует Великой Ложи южного округа и Великой Ложи северного округа. В Соединённых Штатах Америки традиционное масонство (за исключением международных УР-лож, которые, как таковые, даже если в некоторых случаях состоят из многих масонов американского происхождения и проживания, никогда не ограничиваются той или иной территорией, даже если могут со временем сохранить особую территориальную принадлежность) разделено на несколько великих лож, по одной для каждого из штатов: Великая Ложа Флориды, Великая Ложа Калифорнии, Великая Ложа Вольных и Принятых Масонов штата Нью-Йорк, Великая Ложа Пенсильвании и так далее.

Во всяком случае существует в рамках древнего и общепринятого шотландского обряда США (один из масонских обрядов совершенствования, доступ к которому имеют только масоны, уже ставшие мастерами (3-я степень) так называемого голубого масонства первых трёх степеней, под которыми подразумеваются упомянутые Великие Ложи) так называемый Верховный совет южной юрисдикции (южный округ), который считается Высшим Материнским Советом Мира, поскольку он был первым масонским объединением в форме шотландского древнего и принятого обряда (хотя масонская ритуальность Шотландии предшествует и восходит к XVIII веку), основанный в Чарльстоне, Южная Каролина, в 1801 году.

И существует Верховный Совет древнего и принятого шотландского обряда, северный округ США.

Но демократические и/или реакционные влияния поровну распределены между двумя округами, которые объединяют в шотландском обряде масонов различных Великих Лож отдельных штатов (в отличие от того, что утверждает Фламиньи). И, конечно же, влияние той или иной группы (внутри округов) на Государственный департамент варьируется в зависимости от обстоятельств и меняется с течением времени.

Вместо этого мы оставляем за собой право вскоре оценить вопрос о "масонах-противниках досточтимого из "П2"" и возможном "недовольстве США". Между тем читаем, как продолжает повествование бывший член парламентского комитета по "П2":

Между концом 1978 и началом 1979 года, одновременно с первыми нападками на досточтимого, в Италию возвращается Франческо Пациэнца. По его словам, администрация США назначила его заменить Джелли в руководстве тайной ложи. В связи со свидетельством в рамках процесса по теракту в Болонье члена "П2" Франко Ферракути (консультант Службы информации и демократической безопасности (СИДБ)[241], близкий соратник генерала Грассини, и работник службы найма гражданских лиц в СИДБ), судья Либеро Манкузо напишет: "В соответствии с указанным свидетельством, Пациэнца был выбран Майклом Ледином от имени Центра стратегических и международных исследований (который он возглавлял в Джорджтаунском университете, в нём числились Генри Киссинджер, Александр Хейг, Ледин, Клэр Стерлинг, и бывший заместитель директора ЦРУ Рэй Клайн), как эксперт по терроризму, который может сотрудничать с СИДБ. [...] Однако вместо СИДБ Пациэнца стал работать по "особыми " назначениями со Службой информации и военной безопасности (СИВБ),[242] возглавляемой членом "П2" Сантовито. [...] Пациэнца является международным финансовым консультантом, получившим образование за рубежом, работая на крупные компании и бизнесменов; его услугами пользуются также итальянские компании, такие как "Condotte d'Acqua" (под председательством члена "П2" Лориса Корби), группы члена "П2" Дженгини "Italstat", и "кроме того, он был советником "Servizio Italia Spa" банка Bnl", то есть доверенной компании ложи "П2". В Соединённых Штатах Пациэнца связан с итало-американскими околомафиозными кругами и кругами Республиканской партии: он сам будет отчитываться перед парламентским комитетом о своих отношениях с ЦСМИ, в рамках которого он познакомился с Генри Киссинджером, и с компанией "United Technologies", где он познакомился с генералом Александром Хейгом. В информационной записке, составленной генералом и членом "П2" Джузеппе Сантовито, Пациэнцу называют "влиятельным и опытным финансистом". Говоря о Пациэнце перед парламентским комитетом, член "П2" Федерико Д'Амато скажет, что он был "впечатлён исключительным набором знаний, которые тот показал в области информационных услуг и финансов", его важными знакомствами в Соединённых Штатах политического и информационного характера, его "отношениями с Sdece, французской секретной службой", со службами Саудовской Аравии, его "влиятельными знакомствами в Ватикане". [...] С прибытием Пациэнцы в Италию "в рамках СИВБ формируется организованная группа", державшаяся "в секрете в самой службе", в рамках которой "Пациэнца выполнял роль связника между указанной группой и сетью внешних агентов", параллельная структура, [которая] должна была выполнять и выполняла "особые", "чрезвычайно деликатные" поручения, "лишённые даже всякой внутренней проверки в СИВБ" из-за её деликатных целей. Группа состоит из четырёх масонов, членов "П2": Сантовито и Мусумечи, а также двух "неразлучных братьев" Пациэнца и Бельмонте: руководит этой "СуперСИВБ" формально Сантовито, но неформально – Пациэнца. Новый, секретный орган власти, пользующийся сильной и международной поддержкой, появился в рамках структуры военной секретной службы, где до этого времени доминировал Личо Джелли. Тот же Пациэнца скажет, что внутри СИВБ "ходила шутка, что все руководители спецслужб – члены "П2"". А журналист Ландо делл'Амико (директор "Агентства Республики", и друг Пациэнцы) назовет СуперСИВБ "новой П2". [...] После теракта в Болонье 2 августа 1980 года "П2 " и СуперСИВБ активируются, чтобы запутать следствие. [...] Но СуперСИВБ также активируется, чтобы запутать расследование взрыва на улице Фани и убийства Моро. И это в то время, когда парламентский комитет по расследованию работает в полную силу, а члены семьи Альдо Моро сообщают об угрозах, полученных родственником во время последней поездки в Соединённые Штаты, а также о присутствии американца Майкла Ледина (человека Киссинджера, и друга Кракси и Коссиги) в платежной ведомости СИВБ. [...] Но самое важное уточнение Пациэнца делает касаемо Майкла Ледина: "Я знаю, что он был введён в СИВБ окружением Коссиги, в то время министра внутренних дел. Это сам Ледин рассказал мне и представил Коссигу. Я так понял, что он также дружит с Кракси, с которым познакомил меня на улице дель Корсо и с которым общался на "ты"". Это подтверждает, что американец Ледин во время похищения Моро уже работал в СИВБ, возглавляемой членом "П2" Сантовито.[243]

Прежде чем расшифровать, в интересах читателя, описание Серджо Фламиньи из только что процитированных отрывков, мы дополняем его повествование некоторыми ссылками, относящимися к тревоге Джелли, что его пытаются дискредитировать и свергнуть с тёплого местечка в закулисе итальянской власти:

В рамках СИВБ руками [полковника Федериго Маннуччи] Бенинкаса и майора Умберто Нобили было составлена новая анонимка против досточтимого Джелли, что якобы он инициатор теракта в Болонье. Сообщение, лишённое какой-либо доказательной последовательности, содержит информацию, связанную с деятельностью Джелли во время войны, подробности которой известны только спецслужбам. Это новое "предупреждение", адресованное досточтимому: на самом деле манёвр связан с планом, как говорит Пациэнца, "безболезненно" скальпировать Джелли. Досточтимый, осознавая трудный момент и препятствия, чинимые его власти секретной службой, реагирует и контратакует, давая длинное "официальное" интервью, опубликованное в "Corriere della Sera" в октябре 1980 года, в котором он превозносит силу "П2" и скрывает некоторые черты своего политического проекта. Джелли определённо играет в открытую; хотя факт нарушения секретности, основа его власти, является фактором слабости и явным признаком трудностей, досточтимый открыто говорит о "П2" уже потому, что предпринял шаги по переводу за границу, в "Ложу Монте-Карло" самого секретного компонента. О тяжёлом положении Джелли, кажется, прекрасно осведомлён депутат Андреотти, который обменивается с досточтимым рождественскими пожеланиями в 1980 году, отправляя ему поэтическую поздравительную открытку с афоризмом Виктора Гюго: "Будьте как птица, севшая на тонкую веточку, которая слышит, как ветвь изгибается, но продолжает петь, зная, что у неё есть крылья" – намёк на метафору, достойную Пекорелли... Между тем предприимчивый Пациэнца, используя деньги и оборудование СИВБ и сотрудничество сицилийского агента "Z" (адвокат Мишель Папа, друг Мусумечи из "П2" и досточтимый Гримаудо), оказывает важную услугу Республиканской партии США – благодаря операции "Биллигейт", на выборах республиканец Рейган побеждает демократа Картера. На инаугурационном банкете Рейгана в Белом доме в списке приглашённых числятся как Пациэнца, так и Джелли; но Пациэнца, похоже, пользуется особым вниманием и даже фотографируется вместе с новым президентом США. 7 февраля 1981 года Джелли пишет Филиппу Гуарино (у которого есть офис в Белом доме) с просьбой предоставить ему список документов, необходимых для получения вида на жительство в США. Но его планы срываются арестом сицилийско-американского масона Джозефа Мичели Крими миланским судом, расследующим инсценированное похищение Синдоны: признание Мичели Крими приводит к обыскам в Кастильон-Фибокки и Ареццо 17 марта 1981 года.[244]

Что произошло с Джелли и "П2" с 1978 по начало 1981 года?

Дополним и уточним повествовательную картину, характерную для непосвящённого, но всё равно проницательную, предложенную Фламиньи, который, тем не менее, ошибся с оценкой некоторых важных деталей.

Неужели Ур-ложа "Три Глаза" и, по её поручению, верная служанка ложа "П2" были заинтересованы и вынуждены сначала похитить, а затем убить Альдо Моро?

На самом деле, как мы видели ранее, рассматривая программный манифест Трёхсторонней комиссии (другой организации, руководимой ложей "Три Глаза"), а именно "Кризис демократии", ещё в 1975 году коммунистический призрак ИКП не внушал никакого реального страха в этих кругах.

В лучшем случае коммунисты Берлингуэра вместе христианскими демократами Моро вошли бы в правительство, а возможных министров в "красной рубашке" отлучили бы от знания самых деликатных секретов НАТО: это был план, который также официально рассматривался в евроатлантическом масонском истеблишменте того времени.

Было бы неудобно, конечно, держать Италию в Атлантическом союзе с ограничениями для некоторых членов её правительства, но это была практика, которой уже придерживались в отношении других личностей (которые считались подозрительными или ненадёжными) послевоенных полуостровных правительств и, однако, ничего настолько страшного, чтобы вызвать настолько дестабилизирующее и ужасное событие, как похищение, а затем убийство Моро.

На самом деле, те, кто захватил, а затем убил руководителя христианской демократии, намеревались добиться других результатов, помимо отлучения ИКП от правительства и/или устранения возможности того, что Альдо Моро станет следующим президентом Республики (такие результаты, однако, тоже просчитывались в связи с операцией). Фактически, было бы достаточно, чтобы сразу после фактов 1978 года ИКП превратилась в некое подобие "Демократической партии левых сил", чтобы полностью свести на нет последствия этого политического убийства (если бы главным мотивом было не допускать коммунистов в палаццо Киджи). Не говоря уже о том, что при президентстве Пертини альянс ИСП-ИДСП-ИРП-"Радиальная партия" с этим гипотетическим ДПЛС ante litteram[245] было бы ещё проще осуществить, даже если пришлось бы исключить из альянса самих христианских демократов.

Если это не было реализовано, и пусть тогда ностальгические души успокоятся независимо (без веских причин) от исторического компромисса конца 70-х, то вину следует возложить прежде всего на отсутствие демократического развития ИКП, нацеленной на еврокоммунизм вместо того, чтобы быстро сосредоточиться на ясной социал-демократической перспективе.

Тем не менее, начиная с 1978 года, а затем в последующие годы распространилось мнение, указывающее на Личо Джелли и ложу "П2", как виновников трагедии Моро, из-за предполагаемых или реальных случаев запутывания следствия, приписываемых верным соратникам досточтимого жителя Ареццо, и гипотетическим поздним выполнением угроз Киссенджера, датируемых ещё сентябрем 1974 года (Моро побывал в США в качестве министра иностранных дел с 25 по 29 сентября 1974 года, и именно тогда произошла знаменитая вспышка гнева государственного секретаря США: другой мир, с точки зрения угла зрения масона Киссинджера, по сравнению с международной ситуацией 1978 года).

Кроме того, как мы видели ранее, некоторые друзья и персонажи, тесно связанные с убитым лидером христианских демократов, присоединились к недавно созданной Ур-ложе "Белый Орёл" с поспешным намерением отомстить (с помощью этой суперложи и её мероприятий) за убийственный заговор, который в настоящее время приписывается лицам, которые от "П2" ведут к ложе "Три Глаза". Речь идёт о Бениамино Андреатта и Франческо Коссига, как мы видели.

Первый, однако, возложил ответственность за смерть Моро конкретно на "П2", в то время как второй был убеждён, что заказчиков следует искать среди британских представителей ложи "Три Глаза" и что Джелли и члены "П2" не виноваты в произошедшем.

Но если, как мы пытались объяснить ранее, они (и многие другие с ними с 1978 года по настоящее время) ошибались в своих обвинениях, кому ещё может быть выгодна весь этот театр с похищением, а затем убийством Моро?

Начнём с ошибочных выводов Серджо Фламиньи в связи с так называемой СуперСИВБ или новой "П2", в которых важную роль играли масоны Майкл Ледин и Франческо Пациэнца.

Фламиньи убежден, что Ледин был человеком Киссинджера, и относит того же Пациэнцу, представленного и поддерживаемого Ледином в рамках итальянской секретной службы, к предполагаемому кругу влияния Киссинджера внутри Республиканской партии США.

Фактически и Ледин, и Пациэнца были вовлечены главными героями операции под названием "Биллигейт", от которой пострадал Уильям Альтон Картер (1937-1988), известный как "Билли", брат действующего президента США Джимми Картера.

Как пишет Фламиньи:

Пациэнца [...] оказывает большую услугу Республиканской партии США – благодаря операции "Биллигейт" республиканец Рейгана одержал победу на выборах над демократом Картером. [...] В ходе операции были собраны фотографии и записи, связанные с поездкой Билли Картера (брата президента США) в Ливию, и с такими материалами Джимми Картера обвинили в связях с ливийским диктатором Каддафи; надуманный "скандал" будет стоить Картеру согласия еврейского электората штата Нью-Йорк и приведёт к избранию Рональда Рейгана в Белый дом.[246]

И если Пациэнца ведал оперативным управлением скандала "Биллигейт", Майкл Ледин в колонках журнала "New Republic" осенью 1980 года проводил яростную журналистскую кампанию, осуждающую предполагаемые связи между семьёй Картеров и Ливией Каддафи, нанося добивающих удар по планам действующего президента США переизбраться на новый срок.

Но если Джимми Картер является верным человеком Трёхсторонней комиссии, тесно связанным с ложей "Три Глаза", и если в этой суперложе и в её парамасонском отделении под названием Трёхсторонняя комиссия одним из главных персонажей является республиканец Генри Киссинджер, который действует в согласии с демократом Збигневом Бжезинским, то как как это возможно, что, потопив Джимми Картера на выборах в США и пытаясь устранить Личо Джелли из Италии (оба поддерживаются и защищаются "трёхглазой супермастерской" и её "трёхсторонним" придатком), Ледин и Пациэнца работают от имени Киссинджера и соратников?

На самом деле это невозможно, а тем более не логично и неверно, хотя странная пара заговорщиков, сторонников Рейгана, проявляла почтение и уважение к бывшему госсекретарю США.

Очень близко к ним, во всяком случае, есть ещё один непослушный реакционный масон Александр Хейг, которого мы уже видели среди братьев "Трёх Глаз", тайно связанных (с 1978 по 1981 год) с недавно созданной ложей "Белый Орёл". Он участвовал в победе над всеми "трёхглазыми" и "трёхсторонними" противниками Рональда Рейгана в гонке за Белый дом, как среди демократов (Дж. Картер), так и республиканцев (Джордж Буш-старший).

Серждо Фламиньи и вместе с ним целый ряд наблюдателей, учёных и непосвящённых комментаторов самых сложных явлений власти совершает ошибку, рассуждая в упрощённых понятиях партийного членства или предполагаемых национальных интересов, противопоставленных другим столь же предполагаемым национальным интересам, в то время как дело Моро, и всё, что мы рассказывали до сих пор о мире парамасонских обществ и международных масонских Ур-лож, отсылает нас к полностью транс– и межнациональному характеру определённых политических, экономических, военных, дипломатических, разведывательных операций, не говоря уже об их отвлечённости от кажущегося противопоставления номинально разных и конкурирующих партий или кругов.

Более того, мы часто видели, как внутри одной партии (в Италии, в США, во Франции, в Великобритании и везде в мире) присутствуют даже большие антагонизмы, чем те, которые могут быть обнаружены между формально противоположными избирательными объединениями.

Разделяй и властвуй

Логика международной масонской власти, особенно в её неоаристократическом варианте, рассуждает с точки зрения принципов "разделяй и властвуй" и coincidentia oppositorum,[247] конечно, не в соответствии с направлениями той линейной и простой мысли (правоцентристы против левоцентристов, официальное правительство против официальной оппозиции), с которой часто манипулируют общественным мнением, ослабляя его критическое мышление.

Но тогда кто мог быть заинтересован в том, чтобы подбить нескольких зайцев одним выстрелом?

Кто был заинтересован в 1978 году и исполнил свой замысел в том, чтобы устранить слишком неудобного политика, независимого и ревностного хранителя определённых стратегических отраслей Италии (как государственных, так и частных), а также наследника геополитических и энергетических амбиций Энрико Маттеи? А потом распустить слухи, что за убийством Моро стоит цепочка "Три Глаза" – Трёхсторонняя комиссия – Генри Киссинджер – Личо Джелли и т. д., и тем самым ослабить и "трёхглазую суперложу", и её служанку "П2"? И тем самым, в то же время, начать новый политико-масонский сценарий в Италии, особенно благоприятный для некоторых эпохальных событий политико-экономического характера, которые будут реализованы только с 1981 года, с важными последствиями (в дополнение к почти не замеченному созданию еврозоны, согласованной уже в 90-е годы), которые до сих пор испытывает на себе итальянский народ?

Мы привели читателя почти на порог наконец-то правдивого ответа, который, тем не менее, несколько сложнее и запутаннее, чем он мог подумать. Во всяком случае, для окончательного объяснения этой и других неразгаданных тайн, в некотором смысле связанных между собой, от убийства Маттеи (1962) до убийства Пазолини (1975), вплоть до смерти Моро (1978), до смерти Мино Пекорелли (1979) и теракта в Устике 27 июня 1980 года, к которому добавился странный взрыв на болонском вокзале 2 августа 1980 года, вокруг которых смешались члены "П2" и агенты, служащих так называемому СуперСИВБ или новой "П2", мы отсылаем заинтересованных к страницам последующих томов трилогии "Масоны" и страницам "Мировой власти и её досточтимых мастеров", где все эти важные вопросы будут рассмотрены и объяснены окончательно.

Но возвращаясь к Личо Джелли, в период 1978-1981 гг. он оказывается вовлечённым, как коза среди трепетных ланей, в титаническую фронду, начатую Ур-ложами "Эдмунд Берк", "Гебура", "Амон" и "Белый Орёл" против международной власти ложи "Три Глаза", которой он много лет служил и подчинялся в качестве проконсула Италии (не без желания расширить зону влияния и добиться самостоятельности – см. ВОММП и огромное количество иностранных членов "П2", особенно в Латинской Америке, что вызовет к нему некоторую неприязнь даже у некоторым персонажей "трёхглазой суперложи").

Итог для него оказывается плачевен, даже хуже, чем он себе представлял.

Джелли хорошо знал, что пришло время укреплять и восстанавливать свою масонскую позицию в Италии и других странах, обратившись ко двору нового президента США Рональда Рейгана. Он знает, что на высших международных масонских уровнях происходят эпохальные перевороты и распри с непредсказуемыми исходами. Тем не менее он рассчитывает, что личная дружба с Филипом Гуарино, братом из ложи "Три Глаза", также недавно связанным с "Белым Орлом" и близким другом Рейгана, поможет ему поселиться в окрестностях Вашингтона и более внимательно изучить новые балансы сил, которые образуются вокруг Белого дома.

Он думает, что различные Ледины, Пациэнца, люди из разных СуперСИВБ, в лучшем случае сфабрикуют другие фальшивые досье, чтобы выставить его в плохом свете и свергнуть с центральной роли в итальянских политико-масонских кругах, но даже отдалённо не предполагает, что кто-то выдаст ордер на обыск его домов и офисов в Тоскане или что кто-то безнаказанно откроет миру всю систему "П2" в целом.

Он недооценил иконоборческую решимость итальянских и неитальянских хищников "Белого Орла", по сравнению с которыми ничто не сможет поделать даже его друг Филипп Гуарино, а также гнев бывших братьев из "П2", как Джанкарло Элиа Валли, который не простил ему изгнание из ложи "Пропаганда" и предполагаемую ответственность за смерть брата Мино Пекорелли.

Если бы он не совершил таких ошибок в недооценке надвигающейся опасности, Джелли во время предпринял бы шаги, чтобы перенести в другое место сенсационные документы, которые хранил в Кастильон-Фибокки и Ареццо, а также те, которые были фактически изъяты у него (они тоже произвели сенсацию), так и ещё более деликатные и важные, которые, по счастливой или не особо случайности, не были обнаружены во время обыска 17 марта 1981 года (но в тот день они находились на вилле Ванда в шаге от невнимательного взгляда майора финансовой гвардии Джорджио Ченсиони, как напомнил и Серджо Фламиньи в своей блестящей книге, которую мы неоднократно цитировали),[248] и что у него было полно времени в последующие дни скрыть все свои внешние связи.

В любом случае, 17 марта 1981 года, точный день, в который исполняется три года с момента похищения Моро (с последующим истреблением его окружения) 16 марта 1978 года, если кто-то хочет доказательно подтвердить якобы причастность "П2" и Джелли к этому похищению, миланский суд по наводке нескольких птичек в фартуках, агентов в Италии международных Ур-лож фрондистов по отношению к ложе "Три Глаза", нанёс сильный удар, положив начало серии злоключений, которые начались с этого момента для всей галактики "П2" как таковой и её досточтимого в частности.

Как мы видели, реакция некоторых масонов из ложи "Три Глаза", самых лихих и не собирающихся ждать, пока их враги-друзья из того же олигархического масонского круга поджарят их на медленном огне, не заставила себя ждать. Ровно через тринадцать дней после разрушительного обыска у их человека Личо Джелли некоторые "трёхглазые братья" организовали покушение на Рональда Рейгана 30 марта 1981 года. Как мы уже объяснили ранее, речь шла не только о том, чтобы отомстить за действия против ложи "П2" за несколько дней до этого, но и о том, чтобы отреагировать на то, что теперь казалось повторением заговора, на протяжении всего периода 1978 – начала 1981.

Ответ самых громких и беспощадных в ложах "Эдмунд Берк", "Гебура", "Амона", "Белый Орёл" (при поддержке советских масонов ложи "Жозеф де Местр") ещё больше повысил ставки с покушением на убийство (13 мая 1981 года, 17.17) папы Иоанна Павла II, твёрдого союзника Збигнева Бжезинского из "трёхглазых" и "трёхсторонних".

В июне 1981 года по инициативе и под руководством масонов Маргарет Тэтчер и Уильяма Уайтлоу некоторые братья и сестры Ур-ложи "Левиафан" заключили соглашение о масонском мире между всеми претендентами, санкционировав вступление верного сторонника ложи "Три Глаза" и Трёхсторонней комиссии Джорджа Герберта Уокера Буша также в ложу "Белый Орёл".

Между тем 20, 21, 22 и 26 мая положение Джелли и членов "П2" резко ухудшается. 21 мая 1981 года парламентский комитет по делу Синдоны вместе с председателями Палаты представителей и Сената обнародовал список из 962 членов "П2", найденный в офисах Джелли. Накануне, 20 мая, был арестован масон и член "П2" Роберто Кальви. 22 мая 1981 года, до того, как повторно вмешались масонские олигархические круги, суд, изучив различные документы, изъятые в Кастильон-Фибокки, выдал два ордера на арест в отношении Джелли за преступления политического шпионажа и незаконное приобретение и получение документов, касающихся государственной безопасности. 26 мая после скандала, связанного с публикацией списков членов "П2" (в которых значатся министры и сам глава кабинета премьер-министра), правительство Форлани уходит в отставку.

Но уже в июне, находясь в бегах за границей, Джелли узнает об установленном масонском мире среди неоаристократов и поэтому пытается задействовать свои связи, прежде всего того самого Филиппа Гуарино, но не только его, чтобы иметь возможность извлечь выгоду из этой обновлённой атмосферы гармонии и сотрудничества. И всё же, к его вящему удивлению, никто не посылает досточтимому из Ареццо обнадёживающих сигналов, даже устно.

Тогда 4 июля 1981 года он устраивает постановку с обнаружением "Плана демократического возрождения" и "Меморандума о политической ситуации в Италии", вовлекая свою дочь Марию Грацию.

6. "Объединённые масоны"

На пути к Новому Мировому Порядку

Однако никто не объяснил Джелли-отцу, который не сразу понял, что очутился в изоляции, что именно в конце июня и в первые дни июля 1981 года был создан дипломатический комитет, состоящий из масонов: Збигнев Бжезинский (Демократическая партия США, хотя он и неоаристократический масон из ложи "Три Глаза"), Лью Вассерман (Демократическая партия США, хотя он и неоаристократический масон из ложи "Белый Орёл" и личный друг Рональда Рейгана), Мадлен Олбрайт (Демократическая партия США, хотя она и вольная неоаристократическая каменщица ложи "Левиафан", а затем "Три Глаза"), Роберт Рубин (Демократическая партия США, хотя он и неоаристократический масон из ложи "Левиафан"), Жак Ширак (умеренно-либеральный член ложи "Атлантис-Алетейя") и несколько других – представили проект под названием "Объединённые масоны за глобализацию" вниманию некоторых из крупнейших лидеров и идеологов международного прогрессивного масонского круга того времени. Среди них были: Артур Шлезингер-младший (несколько раз досточтимый мастер ложи "Томас Пейн"), Джон Кеннет Гэлбрейт (1908-2006, член как ложи "Томас Пейн", так и "Фердинанд Лассаль" и "Арджуна Феникс"), Франсуа Миттеран (1916-1996, член ложи "Монтескье", "Зелёное Братство" и "Фердинанд Лассаль"), Гельмут Шмидт ("Фердинанд Лассаль"), Жак Делор (1925 г.р., член "Монтескье" и "Иоанн", а также активный деятель эзотерических кругов розенкрейцеров, в которых вращался масон Анджело Ронкалли, будучи папским нунцием в Париже), Джон Ролз ("Томас Пейн" и "Ньютон-Кейнс"), Улоф Пальме (1927-1986, член "Томас Пейн" и "Фердинанд Лассаль"), Ицхак Рабин (1922-1995, член "Даат" и "Гедулла"), Рауль Рикардо Альфонсин (1927-2009, член "Симон Боливар" и "Христофор Колумб"), Танкредо де Франс (1927-2009, член "Симон Боливар" и "Христофор Колумб"), Алмейда Невес (1910-1985, член "Симон Боливар" и "Христофор Колумб"), Хосе Сарней (1930 г. р., член "Симон Боливар" и "Христофор Колумб") Тед Кеннеди ("Томас Пейн", "Кэрролл из Кэрроллтона", "Бенджамин Франклин") и другие, о которых мы будем упоминать в других местах.

Фактически, уже начиная с конфиденциальных масонских работ, подготовительных к тому, что должно было стать манифестом Трёхсторонней комиссии "Кризис демократии", а затем также во время официальных сессий в Трёхсторонней комиссии в кулуарах написания этого доклада (рабочие сессии, о которых открыто пишет Бжезинский во вступительной записке к тексту, позже опубликованному издательством "New York University Press" в том же 1975 году), масоны "Трёх Глаз" хотели включить в диалектическое противостояние (антагонистическое, но тихое) великого игрока прогрессивного масонства, Артура Шлезингера-младшего, который, естественно, выразил своё гордое несогласие с анализами и выводами разных Хантингтона, Крозье, Ватануки и т.д.

И уже начиная с этого трёхстороннего манифеста 1975 года, как говориться во "Вступительной записке" за подписью Бжезинского (которую мы не случайно привели в эпиграфах этой главы), были проведены программные линии крупного проекта глобализации экономических и дипломатических отношений.

Но проект "Объединённые масоны за глобализацию", созданный в конце июня – начале июля 1981 года, представлял собой ошеломляющий качественный скачок для тех амбиций, предпосылок и компромиссных соглашений самого высокого уровня.

Оставляя за собой возможность вернуться в другом месте с подробным анализом переговоров, столкновений, расколов и посредничества, которые он повлёк за собой во время его окончательного написания (что, конечно, изменило промежуточное предложение, представленное в начале многосторонних встреч неоаристократическими масонами), в этом месте мы ограничимся лишь общими выводами.

Тем не менее при ретроспективном рассмотрении просчётов и некоторой наивности и уступчивости различных Шлезингера, Гэлбрейта, Миттерана, Пальме и т. д. необходимо учитывать, что это был беспрецедентный период в истории современности.

Исторический момент, когда олигархические масоны контролировали правительственные круги Великобритании и США через вольную каменщицу Маргарет Тэтчер и парамасона Рональда Рейгана; Всемирнsq банк благодаря назначению в 1981 году президентом неоаристократического масона Олдена В. Клаузена (1923-2013, член ложи "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл") вместо умеренного прогрессивного масона Роберта Макнамара (1916-2009, члена лож "Янус" и "Кэррол из Кэрролтона"); Международный валютный фонд с помощью Жака де Ларозьера (1929 г.р., работал там с 1978 по 1987 год, член ложи "Три Глаза"); японские институты и их экономическую систему, благодаря железному контролю, который ложа "Три Глаза" осуществляла над наиболее влиятельными представителями политических сил Японии, так называемой "Jimint" или ЛДП, Либерально-демократическая партия, и благодаря членству ведущих промышленников страны; политико-экономическую эволюцию Китайской Народной Республики, где член ложи "Три Глаза" Дэн Сяопин стал именно в 1981 году (в качестве председателя Центральной военной комиссии Коммунистической партии, а с 1983 года также главой государства) де-факто главой государства после целого ряда других посвящений в тайное масонское ядро на вершине китайских государственных органов. Ядро, которое в 1981 году уже включало зрелых личностей, таких как Си Чжунсюнь (1913-2002, отец Си Цзиньпина, 1953 г.р., нынешний генеральный секретарь Коммунистической партии Китая и президент Китайской Народной Республики), Ли Сяньняня (1909-1992), Цзян Цзэминь (1926 г.р.) и перспективных молодых людей, как Ху Цзиньтао (1942 г.р.). С другой стороны тайные члены прогрессивной масонской цепи насчитывали персонажей, столь же важных, но менее влиятельных, чем собратья, собравшиеся вокруг Дэн Сяопина. Двое из них: Чжао Цзыян (1919-2005) и Вэнь Цзябао (1942 г.р.) – международно связаны с Ур-ложей "Томас Пейн". Масонское ядро членов ложи "Три Глаза", сохраняя тесные связи с этой материнской ложей по сей день, начиная с 1989 года (после событий на площади Тяньаньмэнь в апреле-июне) создали самостоятельную мастерскую под названием "Ложа Дао", расширяя радиус своих масонских отношений с транснациональной олигархической сетью.

Таким образом, это был особый период времени, в который неоаристократические суперложи впервые в истории заняли гегемонизирующую позицию на планетарном уровне, поставив сеть демократическо–прогрессивных собратьев в меньшинство и арьергардное положение.

В таком контексте лидерам левых (в посвящённом, а не бытовом смысле) масонов казалось, что проект компромиссного унитарного союза (хоть и несбалансированного в пользу олигархических собратьев), направленный на достижение эпохального сезона политико-экономической глобализации планеты, содержал много позитивных и заметных элементов, наряду с немалыми тенями и непрозрачностью.

Таким образом, веря в лучшие времена, чтобы подтвердить свою гегемонию и, тем не менее, считая вызов глобализации (и создания нового мирового порядка, характеризующегося свободной рыночной экономикой во всех широтах) важным первым шагом к реализации, контекстуальной и/или последующей, парламентских и плюралистических институтов, всеобщих политических, гражданских, профсоюзных, рабочих прав и т. д. на благо всех и каждого, демократические прогрессивные масоны согласились с неоаристократическими собратьями на этих условиях, составив двадцатилетний план общих обязательств и унитарного союза с приостановкой любых конфликтов на основных направлениях.

Соглашение из двенадцати пунктов

1. Обязательство поддержать реформаторские действия Дэна Сяопина и его ближайших союзников и соратников в Китае в перспективе постепенной, но безвозвратной открытости для свободной рыночной экономики и укрепления торговых и дипломатических отношений с Западом, способствуя более тесному сотрудничеству между Китайской Народной Республикой и Японией.

2. Обязательство максимально ускорить распад и ликвидацию СССР как такового. Цель должна быть достигнута с помощью внешней войны в Афганистане (начавшейся в 1979 году) и нового польского папы Кароля Войтылы в качестве пропаганды и конкретной антисоветской деятельности. В этом смысле в афганском конфликте необходимо было поддерживать партизан (моджахедов) и террористов, которые способствовали насильственной исламизации страны и тем самым разжигали идею священной войны против предполагаемого коммунистического атеизма советских империалистов и захватчиков. Одновременно в Восточной Европе Польша и недавно основанный союз "Солидарность" (сентябрь 1980 г.) должны были стать троянским конём эпохального развала Варшавского договора и его свободоубийственных и недемократических издержек – в том числе путём призыва к религиозной (католической) свободе, как необходимому составляющему религиозной свободы от советско-коммунистического гнёта. Внутри советской империи необходимо было как можно скорее облегчить уход со сцены старых "мамонтов" Ур-ложи "Жозеф де Местр" (суперложа, основанная в своё время в Швейцарии самим Лениным), проникнутых желанием сохранить нынешнюю политико-экономическую структуру СССР и его тоталитарное и удушающее влияние в Восточной Европе. Этими "мамонтами" были: Леонид Ильич Брежнев, Михаил Суслов, Юрий Андропов, Константин Черненко и т. д. Их нужно было ликвидировать одного за другим, уступив место восходящей звезде Михаилу Сергеевичу Горбачёву (1931-2022), члену ложи "Золотая Евразия" и очень амбициозному персонажу, стремящемуся к широким контактам с западными братьями, желающими помочь ему.

3. Ускорить процесс экономической и даже политической интеграции Европы, сохраняя при этом метод основания новых институтов сообщества, опирающийся на превосходство экономико-финансовых структур над политическими, технократических над выборными и с составом, определяемым отдельными национальными правительствами по сравнению с другими, возможно, международного уровня и легитимацией со стороны всего континентального народа, откладывая любые серьёзные предложения о федеральном строительстве на будущее и неопределенные сроки. По сути, это была схема европейского объединения, придуманная неоаристократическими масонами Ричардом Куденхове-Калерги и Жаном Монне в послевоенный период, и, конечно же, не проект Соединённых Штатов Европы, задуманный масоном Альтьеро Спинелли и другими прогрессивными братьями, начиная с распространения знаменитого, но неуслышанного "Манифеста Вентотене".

4. Одновременно с развалом и ликвидацией как СССР, так и Варшавского договора добиться воссоединения Германии в единое государственное объединение Федеративной Республики Германии и Германской Демократической Республики, как того требуют международные Ур-ложи «Пан-Европа» (с преобладанием неоаристократии, но также с умеренными и прогрессивными меньшинствами), «Атлантис-Алетейя» (умеренная, с присутствием также неоаристократов и демократических прогрессистов), «Парсифаль» (олигархическая), «Валгалла» (олигархическая), «Кольцо» (олигархическая).

5. Устроить с помощью хирургического вмешательства, систематического и решительного (с методами дискредитации по отношению к кандидатам-антагонистам и неприсоединившихся к масонским пактам) внутри как Республиканской, так и Демократической партий США, реализацию, до 2001 года, схему наследования президентской власти: (A) В 1984 году переизбрание Рональда Рейгана (под защитой ложи "Белый Орёл" и, в настоящее время, также всех других олигархических Ур-лож) в президенты, обезвредив на старте любого противника из республиканцев и ослабив/обезвредив любых альтернативных кандидатов от демократов. (B) В 1988 году избрание на пост президента Джорджа Герберта Уокера Буша-старшего (приверженца "Трёх Глаз" и парамасонской Трёхсторонней комиссии, теперь также члена ложи "Белый Орёл"). (C) В 1992 году коллегиальная оценка комитетом из 14 масонов (7 прогрессистов и 7 консерваторов) того, следует ли переизбрать Дж. Г. У. Буша-старшего или назначить кандидата от Демократической партии голосами как минимум 10 из вышеупомянутых масонов такого комитета. Если бы было выбрано переизбрание Буша-старшего, через 8 лет избрали бы кандидата от демократов, по взаимной договорённости прогрессивных и олигархических масонов, которые вместе поддержали бы его на два президентских срока в Белом доме (таким образом, до следующих выборов 2004 года, свободных от межмасонских пактов). Если бы в 1992 году был выбран кандидат от Демократической партии вместо Дж. Г. У. Буша, рассматриваемое масонское соглашение прекратило бы действие, начиная с праймериз и до выборов 2000 года.

6. Устроить в Великобритании, а также с помощью различных диверсий, уже реализованных (раскол Социал-Демократической партии 26 марта 1981) и будущих внутри Лейбористской партии (с сохранением у лидерства персонажей малопривлекательных с точки зрения выборов и харизмы – Майкл Фут до 1983 года и Нейл Киннок с 1983 года по 1992 год; последнего искусственно и незаметно удерживали в седле, несмотря на три поражения на выборах подряд, к которым можно прибавить поражение в 1992 году от Джона Мейджора, зная точно, что уже ослабили смертельно эту партию так называемым расколом, проведённым группой лейбористов во главе с масонами Роем Дженкинсом, Ширли Уильямс, Дэвидом Оуэном и Уильямом Роджерсом – все члены лож "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл"), продолжение власти Маргарет Тэтчер и группы других доверенных консерваторов и либертарианцев, сторонников Хайека и Фридмана в переднике, до 1992 года, когда карты будут перетасованы и в США. В 1992 году предполагалось решить (по той же системе, что и комитет 14 прогрессивных и консервативных масонов, принятый для США), какого нового кандидата в премьер-министры (предпочтительно от Лейбористской партии, из-за очевидной проблемы чередования, которой можно успокоить светское общественное мнение) усадить на Даунинг-стрит.

7. Во Франции с 10 мая 1981 года был избран президентом прогрессивный масон Франсуа Миттеран благодаря безрассудной поддержке ложи "Три Глаза", которая до покушения на Войтылу 13 мая следующего года и до последующего применения с другими олигархическими Ур-ложами ("Белый Орёл" in primis[249]) в июне маневрирует в широком международном диапазоне для того, что вскоре будет оформлено как проект "Объединённые масоны за глобализацию".

"Подарок" французского президента прогрессивным братьям с одновременной жертвой личных амбиций "трёхглазого" брата Валери Жискара д'Эстена, уходящего жильца Елисейского дворца и формально претендующего на переизбрание (но с секретной задачей проиграть Миттерану), служит именно для заключения соглашений с лидерами таких кругов, которые дальновидные и непредвзятые руководители "Трёх Глаз" готовы заключить.

В июле 1981 года соглашения, подписанные в отношении Франции, заключаются в следующем: официальное президентство Миттерана до 1988 года (дата истечения срока полномочий), но с конфиденциальным и существенным теневым сотрудничеством масонского брата Жискара д'Эстена в принятии наиболее важных структурных решений; социалистическая политика на словах в первые годы власти, но более-менее либеральная на деле до выборов 1986 года, на которых было установлено, что коалиция, возглавляемая социалистами, проиграет, а установится вместе с президентством Миттерана, правительство под председательством брата Жака Ширака и при поддержке республиканцев и французских демократов; контекстуальное включение умеренного прогрессивного масона Жака Делора в качестве президента Европейской комиссии в конце (или раньше) естественного истечения срока полномочий масона-либерал-демократа Гастона Торна, тесно связанного с Жискаром д'Эстеном и с ложами "Три Глаза", "Эдмунд Берк" и "Пан-Европа"; по истечении президентского срока Миттерана в 1988 году создать обычную комиссию из 14 масонов, чтобы определить, кого поддержать на ближайшие 7 лет: Миттерана, Ширака или Жискара Д'Эстена.

8. Постепенно положить конец в течение 80-х годов Операции Кондор в Латинской Америке, способствуя постепенному возвращению различных вовлечённых стран к демократическим и либеральным режимам. В частности, поддержать братьев Танкредо Невеса и Хосе Сарнея в возобновлении демократического и плюралистического курса в Бразилии после многих лет нелиберальных режимов, начатых военным переворотом 1964 года. Одновременно создать внутренние и внешние условия для избавления от военной диктатуры в Аргентине, поставив на пост президента обновлённой демократической республики масона Рауля Рикардо Альфонсина. Как только Аргентина и Бразилия вернутся к государственной норме, они возглавят аналогичные процессы в других латиноамериканских странах, ещё управляемых авторитарными режимами.

9. Постепенно отменить режим апартеида в Южноафриканской Республике, узаконить Африканский Национальный Конгресс, выпустить из тюрьмы его лидера Нельсона Манделу (1918-2013, масон, член Ур-ложи "Арджуна-Феникс", основанной Ганди в 1904, а также лож "Хайрем Роудс Ревелс" и "Томас Пейн"), даже если это будет происходить медленно и с трудностями, из-за сопротивления и двусмысленного поведения масона-консерватора Маргарет Тэтчер.

10. Решение палестино-израильского конфликта путём постепенного участия умеренных представителей Аль-Фатх (палестинское политическое и военизированное образование, также обычно называемое Аль-Фатах) и ООП, Организации освобождения Палестины, в международных масонских кругах. Эти цели также были очень медленными для достижения и реализации из-за различных факторов, о которых мы быстро расскажем позже и подробнее проанализируем в других местах.

11. Различные компромиссные обязательства политического, экономического, финансового, дипломатического, военного характера и т.д. для 90-х годов (в дополнение и в соответствии с только что перечисленными) в отношении различных континентальных, национальных и региональных районов планеты, на которых мы сможем остановиться в другом месте. Кроме того, роспуск нескольких крайне правых и крайне левых террористических организаций, в которые с различными целями проникли реакционные масонские круги.

12. Для Италии: полный роспуск так называемых Красных Бригад и других мелких террористических организаций. Социальное и идеологическое умиротворение в парламентской и внепарламентской политической конфронтации. Распустить также ложу "П2", подчинённого приложения "Три Глаза", соответственно предоставить собственной судьбе Личо Джелли и других масонов из "П2", вовлечённых в скандал. Принять новый масонский курс, поручить его проводить братьям: Армандо Корона, Джованни Спадолини, Франческо Коссига, Бениамино Андреатта, Карло Азельо Чампи, Джорджо Наполитано и другим. В то же время принять в одну или несколько Ур-лож Беттино Кракси и сделать его в течение 80-х первым председателем социалистического совета в Италии. Это, чтобы после выборов Сандро Пертини в Квиринал 9 июля 1978 г. восстановить стабильность и солидность пятипартийной системы, которая шла от либералов и правоцентристских христианских демократов к христианским демократам и левым либералам, от республиканцев и социал-демократов к социалистам нового курса ИСП, выражаемых именно в фигуре Кракси в последнее время. В частности, именно прогрессивный лидер масонов, подобный Артуру Шлезингеру-младшему (противник "П2" со времён различных попыток государственного переворота 1969, 1970 и 1974 годов) утверждал, что никакой помощи Джелли и его членам не должно быть оказано ни одной Ур-ложей.

Новый масонский мир, который подразумевается очень амбициозным проектом "Объединённые масоны за глобализацию", для верховных глав, поименованных в перечисленных двенадцати пунктах, вместо того, чтобы способствовать спасению Джелли и "П2" in extremis,[250] постановляет окончательный De profundis.[251]

Досточтимый из Ареццо поймёт в течение летнего периода и в начале осени 1981 года, что он больше не может рассчитывать на защиту самого высокого масонского (международного) уровня, которая сопровождала его грозное восхождение на итальянскую сцену, мало и плохо вынося, однако, амбиции бывшего чернорубашечника.

10 декабря 1981 года итальянский парламент постановил принудительно роспустить ложу "П2" с повиновением Великому Востоку Италии палаццо Джустиниани, как тайного общества, а полтора месяца спустя, в соответствие со ст. 18 Конституции Италии о запрете тайных обществ, был принят закон № 17 от 25 января 1982 г.[252]

Глава 8. Объединённые масоны за глобализацию, часть вторая (1992-2001)

В которой рассказывается о выполнении пакта "Объединённые масоны за глобализацию" и называются имена (и членства в соответствующих ложах) тех, кто отвечает за политический и экономический кризис Старого континента

Настоящим договором высокие договаривающиеся стороны создают между собой Европейский Союз, далее именуемый "Союз".

Настоящий договор знаменует собой новый этап в процессе создания более тесного союза между народами Европы, в котором решения принимаются как можно ближе к гражданам.

Союз основан на Европейских сообществах, дополненных политикой и формами сотрудничества, установленными настоящим договором. Он отвечает за последовательную и солидарную организацию отношений между государствами-членами и их народами.

Маастрихтский договор, раздел I – Общие положения-Статья а

"Россия? Страна на пороге краха". Недвусмысленное мнение Путина о России, полученной в наследство от Бориса Ельцина. Страна лишена основных ресурсов, в долгах по горло, с низким международным авторитетом и слабой внутренней властью, кишит преступниками и коррупционерами, управлялась в течение десяти лет президентом-монархом и кругом людей, алчущих власти. Антонио Рубби реконструирует путь России в ельцинское десятилетие, используя накопленный опыт, непосредственное знакомство с событиями и большей часть упомянутых персонажей, тексты и документы, обнаруженные только недавно.

Антонио Рубби, Россия Ельцина

Международный валютный фонд (МВФ), который в настоящее время является неотъемлемой частью "тройки" международной финансовой власти, был создан в 1945 году. С 1946 года он находится на службе у ООН как институт, специализирующийся на международной денежно-кредитной политике и финансовой помощи. [...] МВФ с момента своего основания находился под сильным влиянием центральных банков, и истинную причину его создания объясняет авторитетный американский историк из Джорджтаунского университета Кэрролл Куигли: "Силы финансового капитализма решили создать систему мирового масштаба, способную подмять под себя политические системы каждой страны и всю экономику земного шара. Система будет феодально управляться центральными банками по всему миру, действуя посредством секретных соглашений, заключаемых на частых встречах и конференциях. На вершине системы находится Базельский Банк международных расчетов (Швейцария) – частный банк, принадлежащий центральным банкам и ими контролируемый, при этом центральные банки сами являются частными акционерными компаниями. Каждый центральный банк будет стремиться управлять правительством своей страны посредством контроля над кредитами казначейства, манипулирования иностранной торговлей, влияния на экономику и политиков, желающих сотрудничать в обмен на вознаграждение". В подтверждение откровений Куигли о целях, преследуемых международными финансовыми институтами, частью которых является МВФ, мы также находим показания таких выдающихся экономистов, как Джозеф Стиглиц, храбрый Нобелевский лауреат, который через два года после ухода из Всемирного банка (2000 г.) опубликовал документально подтверждённую книгу, проливающую свет на ситуацию. Стиглиц обвинил МВФ в том, что тот навязал всем странам неправильный экономический "рецепт", который буквально разрушал их производственные мощности. Его утверждения подкрепляются такими неопровержимыми фактами, как, например, способ управления переходом от советской плановой экономики к капитализму в бывших коммунистических государствах. Стиглиц объяснил, что кредиты МВФ в Восточной Европе вместо того, чтобы идти на поддержку развития местной экономики, служили только для компенсации инвестиций, сделанных западными банкирами и крупными корпорациями. Кроме того МВФ потребовал от правительств ускоренной приватизации, которая в отсутствие необходимых надзорных учреждений в конечном итоге обогатила исключительно банкиров, политиков и недобросовестных бизнесменов. Стиглиц уточнил, что [...] государства Азии, которые вместо того, чтобы следовать модели дикой приватизации (распродажи всех общественных благ международным корпорациям) и открытия таможенных границ, чего требовал МВФ, выбрали противоположные варианты государственного вмешательства и добились значительного роста экономики. Затем Стиглиц подтвердил тесные связи, существующие между руководителями МВФ и крупными международными финансовыми группами. Ярким примером финансовой и экономической "помощи", предоставляемой МВФ, является Аргентина: страна, которую руководители МВФ назвали "образцовым" учеником, в 2001 году столкнулась с худшим экономическим кризисом в истории именно из-за них. В начале 90-х годов с падением Советского Союза Россия оказалась в клещах МВФ и Всемирного банка. Примерно в то же время Лоуренс Саммерс, тогдашний глава Всемирного банка, высокомерно заявил: "Законы экономики – это как законы техники, они действуют повсюду". Государственный департамент США финансировал группу экономистов и законодателей Гарвардского университета для управления экономической трансформацией России в сотрудничестве с МВФ и Всемирным банком. Преобразование российской экономической и производственной системы заключалось в крупнейшей принудительной приватизации, когда-либо совершённой в истории, и результат был катастрофическим. Как заявил профессор экономики Московского университета Александр Бузгалин, за один-два миллиона долларов международные спекулянты могли купить огромные заводы на Урале и в Центральной России, у которых только металлические конструкции стоили сотни миллионов долларов. Красноречивым примером того, как происходила приватизация, является престижный отель "Центральный", расположенный в центре Москвы (роскошное здание XIX века[253]) и выставленный на продажу всего за тысячу долларов! Пока проходила распродажа страны Западу и российской олигархии, десятки миллионов людей погрузились в абсолютную нищету, проституция стала средством выживания. Если мы вернёмся ещё раньше во времени, то обнаружим, что в 80-х годах Международный валютный фонд и клика Всемирного банка вынудили многие бедные страны, такие как Сенегал, принять неолиберальную политику, что привело к банкротству целых отраслей промышленности, которые раньше приносили прибыль.

Марко Пиццути, Несанкционированная революция

"Свободная торговля означает занятость, это принесет больше рабочих мест американцам, и их труд будет лучше оплачиваться". Так сказал Билл Клинтон. Это было в начале 1994 года. Президент Соединённых Штатов подписал 20 лет назад договор, который стал актом зарождения глобализации. Это стало началом "революционного" процесса, который установил новые правила мировой экономики, обозначил судьбы целых народов, перетряхнул многовековые иерархии. В 1994 году Клинтон подписал Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА), тогда он с уверенностью и гордостью объявлял о наступлении эры процветания для американцев.

Сегодня итоги глобализации, по крайней мере, в западных странах старой индустриализации вызывают больше споров и расцениваются как амбивалентные, а то и катастрофические. Из-за влияния глобализации на занятость, трудовой доход, социальную справедливость, окружающую среду её чаще считают бедствием, чем благом. По достижении возраста 20 лет, "эта " глобализация оказывается сиротой: торжества не устраиваются, никто не претендует на её отцовство. И если Биллу Клинтону небезразличны шансы своей жены Хиллари вселиться в Белый дом в 2016 году, то пусть посоветует ей встать на сторону широкого фронта сил (с профсоюзами во главе), которые требуют ограничений и защиты "от" глобализации.

Нафта – это ещё не всё, хоть и большая часть всей истории. Этот договор, подписанный убеждённым и восторженным Клинтоном (после того, как его заключила ещё республиканская администрация Джорджа Буша-старшего), разрушил большую часть торговых барьеров по всей Северной Америке. Канада, США и Мексика стали единым рынком, на котором свободно циркулируют товары и капитал (чего не сказать о людях: миграционные потоки из Мексики в США продолжали страдать от ограничений). Параллельно в те же годы в Европе происходил аналогичный эксперимент по свободной торговле: построение единого европейского рынка, вдохновлённое той же философией и таким же оптимизмом в отношении преимуществ открытия границ. И всё же Нафта считается ещё более важным по нескольким причинам. Прежде всего, поражает масштаб эксперимента. Вместе взятые, США, Канада и Мексика представляют собой самый богатый рынок на планете. Сегодня их совокупное население приближается к полумиллиарду, общий ВВП достигает 20 000 миллиардов долларов, доход на душу населения достигает 40 000 долларов в год.

Кроме того, единый европейский рынок, хоть он и был задуман ранее (1992), пошёл на идеологическом буксире у Америки: от Нобелевского лауреата по экономике Милтона Фридмана до президента-республиканца Рональда Рейгана, Соединённые Штаты были основой неолиберального курса, который должен объять весь мир. Америка пошла дальше всех остальных, приватизировав всё до крайности, отодвинув государство на задворки, сократив социальные пособия (даже при Клинтоне). Наконец, с НАФТА США провели генеральную репетицию следующего, ещё более масштабного эксперимента: создания Всемирной торговой организации (ВТО) с включением Китая в новую архитектуру мировой торговли. В первой главе этой истории вместо Китая была Мексика. В меньшем, но всё же значительном масштабе именно в Мексику стали переводить промышленность. Многие предприятия, не только американские, но и японские или южнокорейские, которые производили для рынка США, стали строить новые заводы прямо у мексиканской границы. Они назывались "макиладорас" и были зародышем того, что произойдет с Китаем и другими развивающимися странами. В Мексике американские и японские транснациональные корпорации привлекала дешёвая рабочая сила, слабые профсоюзы, непроработанные правила защиты окружающей среды, облегчённое налоговое бремя. Даже сегодня американские наблюдатели не могут прийти к общему мнению об итогах этой операции. С одной стороны, торговая палата США (своего рода Конфиндустрия[254]) превозносит преимущества Нафта, отмечая, что "товарообмен между США и Мексикой подскочил с 337 миллиардов до почти 1500 миллиардов долларов". На противоположном фронте конфедерация профсоюзов Afl-Cio заявляет, что "700 тысяч американских рабочих мест были переведены в Мексику". Другие противоречия касаются воздействия на окружающую среду: с самого начала калифорнийская экологическая организация Sierra Club осудила вторжение мексиканских грузовиков на шоссе к северу от Сан-Диего, что привело к повышению уровня загрязнения. Сегодня, как это ни парадоксально, угроза исходит с севера, Канада со своим нефтепроводом "Кистоун" хочет затопить Соединённые Штаты углеводородами.

С самого начала самая серьёзная опасность заключалась в положении рабочих. Через 5 лет после заключения Нафта профсоюзы, объединившиеся в Afl-Cio, присоединились к зелёным, лидерам Третьих стран, анархистам и "чёрным блокам" в "битве за Сиэтл" 30 ноября 1999 года, когда сорок тысяч демонстрантов осадили саммит ВТО. Но общая неолиберальная мысль по-прежнему преобладала в истеблишменте и правительствах, даже у левых. В доказательство ожиданий от глобализации в конце прошлого тысячелетия в верхушке Коммунистической партии Китая вспыхнули удивительные дебаты: левое крыло было убеждено, что присоединяться к ВТО было ошибкой, и опасалось колонизации Китая западным капитализмом.

Начало переосмысления на высшем уровне произошло с кризисом 2009 года. В том же году Барак Обама, только что вступивший в должность в Белом доме, принял для обуздания рецессии план (с бюджетом государственных расходов, равный 800 миллиардам долларов) под названием "Закон о восстановлении и реинвестировании в Америке" с подзаконным актом "Покупай американское". Это протекционистская оговорка "покупай американское" означает, что каждый доллар этой суммы должен использоваться для закупок товаров под маркой "сделано в США" у американских предприятий. Неудивительно, что канадское правительство сразу же обратилось к партнёрам с жалобами на нарушение Нафта. Но это сигнал, что направление ветра поменялось.

20 лет спустя глобализация подвергается критике даже в "храмах", которые возносили ей молитвы. Просто откройте веб-сайт ВТО, и вы найдёте там длинное и серьёзное исследование под названием "Переселение и занятость: как сделать глобализацию социально устойчивой?" Международный валютный фонд, давно отождествляемый с либеральной ортодоксальностью "Вашингтонского консенсуса", на своём сайте приводит длинные исследования по вопросу: "Приводит ли глобализация к снижению заработной платы и переводу рабочих мест за границу?" Что-то меняется и в реальных тенденциях экономики. На недавнем съезде датской транснациональной компании Maersk, крупнейшей в мире морской компании и лидера в области контейнерных перевозок, был проведён анализ, показывающий, как международные грузовые перевозки "замедляются" по сравнению с мировым ростом.

Нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц призывает Обаму не торопиться со сроками заключения новых договоров о свободной торговле. Таких сейчас в разработке два: один между США и тихоокеанскими экономиками, другой между США и Европейским Союзом, который будет обсуждаться на встречах Обамы в Гааге (G7), в Брюсселе (ЕС и НАТО), в Риме. Другой нобелевский лауреат, Пол Кругман, был одним из первых теоретиков глобализации, но сегодня он не колеблясь заявляет, что "её проводят из рук вон плохо". Тезис, который показывает прямую связь между стагнацией трудовых доходов и конкуренцией со стороны стран без профсоюзов, таких как Китай. [...]

Однако этого недостаточно, чтобы объяснить расширение неравенства. Зарплаты руководителей должны подвергаться такому же снижению: сегодня калифорнийская Силиконовая долина изобилует молодыми менеджерами из Индии. Зарплаты топ-менеджеров выросли, а зарплаты среднего класса снизились повсюду. Глобализация, в самых изысканных анализах Дарона Аджемоглу, Джеймса Робинсона и Кристии Фриланд, использовалась элитами для создания "добывающего общества": с блокированной социальной мобильностью, политической властью под влиянием лобби, налоговыми правилами, которые подчеркивают неравенство, гарантируя уклонение от финансовой ренты. Выводы Стиглица подтверждается федеральным Бюро переписи населения: "Взрослый рабочий-мужчина в Америке сегодня зарабатывает меньше, чем 40 лет назад".

Федерико Рампини, статья в "Ла Репубблика" от 24 марта 2014 г.

"G8-гейт" – это окончательное расследование "Большой восьмёрки" в Генуе, средство получения ответа на вопрос, который в те дни в столице Лигурии не давал покоя тысячам людей в течение многих лет: почему?

Картина, которая выходит на свет, пугает. Из многих движений на местах выделяются "чёрные блоки", среди которых есть скрытые провокаторы. Нанеся удар, они убегают, а правоохранительные органы обрушиваются на присутствующих: мирные демонстранты не подозревают, что являются статистами в написанном сценарии.

Таким образом в Генуе 2001 года снова появляется старый и уродливый порок западных демократий: во что бы то ни стало устранить последнее препятствие на пути к победе правителей мировой экономики.

Тогда никто не заметил, что над головами тех, кто вышел на улицы ради протеста, и тех, кто стоял там, чтобы эти протесты подавлять, присутствовал кто-то ещё – тот, кто планировал и предсказывал каждый ход, как в шахматной игре.

Встреча в Генуе стала поворотным моментом, осознанием того, что вы играете в смертельную игру – не между протестующими и правоохранительными органами, а между двумя разными взглядами на развитие мира. Игра, в которой по одну сторону доски стоят спецслужбы и охранные отделения на зарплате у транснациональных корпораций, а с другой – целая галактика движений и ассоциаций.

К этому стремится "G8-гейт". К этому должны стремиться все главные герои июля в Генуе, как те, кто их принял, так и те, кто их дал, и те, кто был просто свидетелем. Все лишь несознательные актёры в спектакле, написанном кем-то другим. [...]

Я говорю о тех, кто владеет политической властью. Но я также подразумеваю компании, которые находятся в Силиконовой долине и котируются на Уолл-Стрит, энергетические корпорации, базирующиеся в Хьюстоне, или тех, кто владеет экономической властью. Они действуют через агентов-провокаторов. Они провоцируют несчастные случаи, чтобы нанести ущерб людям, движениям, институтам, идеям. Так было всегда, так было и в Генуе.

Франко Фракасси, G8-гейт, 10 лет расследования: тайны "Большой восьмёрки" в Генуе

По общему мнению, после 11 сентября 2001 года ничто не будет таким, как раньше: катастрофа в Нью-Йорке и унижение Вашингтона изменили ход истории. Но только история может сказать, что на самом деле произошло в тот день: сегодня реконструкция событий, поразивших американскую империю, невозможна, поскольку два главных героя: некая сеть "исламского терроризма" и службы безопасности США, НАТО и Израиля - фактически невидимы, если не считать материальных структур, будь то штаб-квартира ЦРУ в Лэнгли или пресловутая афганская пещера бин Ладена.

Следует исходить из рационального довода: невозможно, чтобы службы безопасности США (ЦРУ, ФБР, АНБ) и Израиля (Моссад) ничего не знали о подготовке терактов 11 сентября. Совершенно неправдоподобно, что в то время и в том контексте, от палестинской Интифады до Дурбанской конференции, мощные аппараты американской и израильской разведки были совершенно не осведомлены о подготовке акции такого масштаба, предположительно спланированной именно на территории США. Более того, такая акция потребовала бы, как было сказано, многолетней подготовки, а в её подготовке и поддержке должны были участвовать тысячи людей. Тем труднее поверить, что якобы всё происходило в обстановке непроницаемой секретности. Конечно, я исключаю, что службы могли точно знать о событии, подобном тому, которое произошло 11 сентября. Скорее, разведка США и Моссад, возможно, узнали, например, о планах угона самолёта над территорией Соединённых Штатов, но им не приходило в голову, что этот угон был частью гораздо более масштабного и катастрофического плана, такого как тот, который на самом деле был реализован.

По сути, я считаю, что упомянутые спецслужбы летом 2001 года кое-что знали о неизбежности теракта, однако, не предотвратили его (бывший президент Клинтон позже говорил о целых 16 терактах, сорванных при его власти). Почему? Вероятно, потому, что один серьёзный, но ограниченный эпизод дестабилизации позволил бы достичь одной или нескольких важных политических целей.

Джорджио Галли, Американская империя и кризис демократии

"Патриотический акт" 2001 года представляет собой веху антитеррористических законов после 11 сентября. Он является необходимым ключом к правильному пониманию следующего закона 2005 года, который, изменяя, расширяя и углубляя некоторые аспекты предыдущего, полностью соответствует его нормативной структуре. [...]

Американский "Патриотический акт" 2001 года (полное название "О сплочении и укреплении Америки путём обеспечения надлежащими средствами, требуемыми для пресечения и воспрепятствования терроризму") – это федеральный закон США, принятый Конгрессом 26 октября 2001 года с целью противодействия терроризму посредством усиления средств расследования и контроля и усиления мер безопасности. Легко представить, как этот закон ограничивает личную свободу и глубоко вмешивается в повседневную жизнь американцев: усиленный надзор за телефонной и онлайн связью, использование передовых технологий для идентификации и хранения информации (от медицинских записей до банковских данных), снятие отпечатков пальцев в библиотеках, вплоть до возможности проведения повторных обысков в доме без ордера. Всё это связано с приоритетом национальной безопасности и при значительно уменьшенных полномочиях судебной власти. Жизнь иностранцев стала намного сложнее: "Патриотический акт" даёт генеральному прокурору право задержать иностранца, подозреваемого в терроризме. Теперь его можно задержать на основании только подозрений в причастности к деятельности, угрожающей национальной безопасности Соединённых Штатов, или выслать или депортировать, как подозреваемого в терроризме, шпионаже, саботаже или подстрекательстве к мятежу. В результате все лица, идентифицированные как "возможные террористы", потенциально подлежат бессрочному задержанию. "Патриотический акт" предусматривал, что некоторые чрезвычайные меры, доступные полиции и разведке, могут быть использованы только до 31 декабря 2005 года, после чего вступит в силу пересмотр соответствующих положений закона. Недавно дошло до "нормализации чрезвычайной ситуации": спорная мера, подписанная президентом Бушем 9 марта 2006 года, смягчила некоторые ограничения и продлила действие 14 из 16 истекающих положений. Хотя это правда, что 11 сентября оказало негативное влияние на демократический порядок и самосознание американцев, следует задаться вопросом, может ли жертва, навязанная "Патриотическим актом" ценностям и принципам, которые сделали Америку символом свободы, вернуть американцам спокойствие, необходимое для счастья, торжественно провозглашённого в Конституции 1776 г.

Приложение, "Gnosis", итальянский журнал разведки, n. 3, 2006

Религия рынка

23 марта 1992 года умер неоаристократический масон Фридрих фон Хайек (1899-1992), на членстве которого в многочисленных масонских ложах самого высокого уровня (Ур-ложи "Эдмунд Берк", "Три Глаза" и "Белый Орёл") мы уже останавливались.[255]

Он умер в физическом и индивидуальном плане, но смерть приблизила его к своего рода обожествляющему масонскому апофеозу, подобному описанному вольным каменщиком Дэном Брауном в романе "Утраченный символ" о брате Джордже Вашингтоне (1732-1799).[256]

Его дух оторвался от материальных останков и приземлился туда, где, по мнению масонов, находится Вечный Восток, в то время как его идеологическое вдохновение и плоды его политико-экономической философии, которую технически поддерживают даже его могущественные олигархические собратья в сочетании с аналогичной политикой брата Милтона Фридмана (1912-2006), который признал идеологически-интеллектуальное величие фон Хайека и, тем не менее, самовлюбленно приписывал себе первенство в плане экономического анализа stricto sensu[257] – они не только оказались триумфальными, обусловив управление в большей части евроатлантического региона (и нескольких государств не на Западе) с 1979-1981 по 1992 год (тот роковой год, был утверждён Маастрихтский договор), но теперь также готовились стать господствующими среди правителей территорий бывшего Советского Союза (в первую очередь, России) и, в целом, в высших национальных и международных учреждениях, включённых в продолжающийся процесс глобализации.

Мы более подробно рассмотрим эту либеральную доктрину, которую уже упоминали в этой книге, - доктрину, которая на самом деле несколько консервативна, реакционна, безусловно неолиберальна и способна красиво поддержать олигархический и недемократический проект масонских неоаристократических кругов.

Давайте рассмотрим её в тесном противостоянии с теми течениями либерально-социалистической и радикально демократической (политико-экономической) мысли, которая была и остаётся, хоть и с разными нюансами, наиболее зрелым плодом прогрессивной масонской деятельности: от Томаса Пейна (1737-1809) до Джона Стюарта Милля (1806-1873), Александра Герцена (1812-1870), Джузеппе Мадзини (1805-1872) и Леонарда Хобхауса (1864-1929); от самых либеральных идеологов парамасонского Фабианского общества (левого крыла Ур-ложи "Томас Пейн"): Эдвард Бернштейн (1850-1932), Карло Росселли (1899-1937), Джон Мейнард Кейнс (1883-1946), Франклин Делано, Элеонора Рузвельт (1882-1945, 1884-1962), Уильям Беверидж (1879-1963), – до Альтьеро Спинелли (1907-1986), Джона Ролза (1921-2002), Артура Шлезингера-младшего (1917-2007), Джона Кеннета Гэлбрейта (1908-2006), Амартьи Сен (1933 г.р.) и других.

Мы делаем это при поддержке блестящих соображений Лучано Пелликани, социолога, одного из самых авторитетных и интересных современности.

Демократический и либеральный социализм

Колыбелью социал-демократического компромисса между государством и рынком, рождённого плодотворным сотрудничеством между либеральной и социалистической культурами, была Великобритания. Здесь ведущие теоретики либерализма: Милль, Хилл Грин, Хобхаус, Кейнс – отличались чувствительностью к "социальному вопросу" до такой степени, что сторонники невмешательства обвиняли их в криптосоциализме. Со своей стороны социализм, так как было теоретизировано интеллектуалами Фабианского общества: Уэббом, Шоу, Уэллсом, Уоллесом, Коулом, и т. д. – конечной целью ставил "освобождение земли и промышленного капитала от частной собственности или класса, и передачи их обществу в общих интересах", но без классовой борьбы, теории катастрофического коллапса капитализма, насильственной революции и переходной диктатуры; кроме того, Фабианское общество считало, что трансформация классовой структуры капиталистического общества должно произойти в рамках нормативной базы конституционного государства, которое оно считало необходимым завоеванием цивилизации. Короче говоря, это был социализм, диаметрально противоположный социализму Маркса, поскольку основан на "вере в то, что в обществе нет непримиримых разногласий, что политика – это не гражданская война, которую ведут другими способами, и, наконец, что противникам, которые необязательно враги между собой, открыты широкие возможности для компромисса". Таким образом, реформистская стратегия была сформулирована так: "Важные органические изменения могут быть только (1) демократическими, и поэтому они принимаются большинством и продвигаются, готовя к ним общественное мнение; (2) постепенными и, следовательно, такими, чтобы не вызывать потрясений, какими бы быстрыми ни были темпы прогресса; (3) массы народа не должны считать их аморальными и, следовательно, субъективно деморализующими; (4) по крайней мере, в нашей стране – конституционными и мирными".

Таким образом, социализм был не антитезой либерализма, а его органическим развитием; это было общественное движение, целью которого было долгосрочная универсализация либеральных свобод (изначально классовых и, по сути, используемых только экономической и интеллектуальной буржуазией) путём преодоления либеральной социальной модели. Поэтому, когда в 1936 году Кейнс опубликовал "Общую теорию занятости, процента и денег", вполне естественно, что лейбористские интеллектуалы увидели в ней значительное и авторитетное подтверждение своей критики капитализма в стиле невмешательства. В своей книге великий экономист не ограничивался осуждением "произвольного и несправедливого распределения богатства и доходов", которое характеризовало капитализм своего времени; он также выступал за частичную социализацию инвестиций. Кроме того вся его теория подтверждала и узаконивала требование перехода от государства типа "ночной сторож" частной собственности к государству интервенционистов. Таким образом, экономисты Лейбористской партии легко вычленили из общей теории идею национального программирования, чтобы остановить "катастрофическую и растущую тенденцию к нестабильности и контролировать фундаментальные явления, такие как распределение доходов между общественными классами и отдельными гражданами, вместо того, чтобы оставлять это на откуп рынку".

Но в основном именно ученик Кейнса Уильям Беверидж сформулировал основные принципы государства всеобщего благосостояния в докладе, опубликованном в 1942 году под названием "Социальное страхование и другие виды социального обслуживания". Поэтому, когда в 1945 году Лейбористская партия победила на выборах, неудивительно, что министр Арнольд Гринвуд обратился к Бевериджу и поручил ему разработать план социальных реформ в духе критериев, сформулированных самим Бевериджем. Затем последовало принятие ряда правительственных мер, среди которых наиболее важной был закон "О национальном страховании", в соответствии с которым была создана система социального обеспечения, имеющая четыре существенные характеристики: 1) это была обобщённая система, которая касалась всего населения; 2) это была единая система, поскольку один вклад прокрывал несколько рисков; 3) это была единая система, поскольку она гарантировала одинаковый результат заинтересованным сторонам; 4) это была централизованная система, основанная на создании единой государственной службы. Одновременно с созданием Национальной Службы Здравоохранения, которая всем гражданам обеспечивала бесплатную медицинскую помощь, лейбористское правительство под председательством Клемента Эттли поставило цель достижения полной занятости, запустив обширную программу общественных работ, и приняло ряд мер, направленных на реорганизацию британской экономики. Шахты, основные источники энергии и сталелитейная промышленность были национализированы, как и Банк Англии. Так случилось, что в течение нескольких лет британская экономика приняла черты смешанной системы, "двойного производства и двойного потребления, то есть экономики, в которой решения, касающиеся как производства, так и потребления, делились между государственным и частным сектором". И она также приняла черты частично плановой системы, не уничтожая, однако, рынка и самостоятельности гражданского общества в рамках государства.

Институционализация государства всеобщего благосостояния стала важным достижением в истории европейского рабочего движения. Эксперимент лейбористов с его замечательными и продолжительными результатами показал, что можно проводить политику социализации средств производства и перераспределения богатства без существенных переломов для демократической жизни, и что "конституционный путь", за который выступают теоретики Фабианского общества, был не бессильной утопией, а методом, который позволял эффективно продвигаться к тому существенному равенству, которое составляло центральную и основную ценность социалистической традиции. Государство перестало быть беспристрастным зрителем каталлактической игры[258] на рынке и взяло на себя задачу защиты своих граждан (особенно тех, у кого практически не было рыночных возможностей) от безработицы, болезней, страданий и невежества. Такая амбициозная программа социальной защиты предполагала, конечно, постоянное повышение национального благосостояния. И действительно, в годы сразу после окончания Второй мировой войны британская экономика показала, благодаря плану Маршалла, который сыграл решающую роль во впечатляющем восстановлении европейской экономики, динамизм, намного превосходящий динамизм 30-х годов. Это дало лейбористскому правительству шанс найти, используя налоговое плечо, ресурсы, необходимые для покрытия значительных расходов государства всеобщего благосостояния.

Примерно по тому же сценарию развивались события в Швеции, где социал-демократы после непрерывной череды успехов на выборах смогли совершить" революцию всеобщего благосостояния", строго уважающую правила либеральной демократии, аналогичную той, что была реализована лейбористами в Великобритании. Под авторитетным руководством Таге Эрландера, который стал главой правительства в 1946 году, они приняли ряд законодательных мер, благодаря которым была создана надёжная сеть социальной защиты, от которой в основном выигрывали рабочие классы. Шведская "революция всеобщего благосостояния" стала образцовой моделью реформистского социализма, хотя, в отличие от стратегии, принятой Клементом Эттли в Великобритании, Таге Эрландер не проводил политику национализации: он просто ввёл сильно прогрессивный налог для обеспечения финансового покрытия социальных услуг, предоставляемых государством (образование, медицинское обслуживание, пособие по безработице и т.д.). Шведские социал-демократы дорожили различием, впервые сформулированным Миллом, между производством богатства и его распределением: они оставили первую функцию рынку и частной инициативе и взяли на себя ответственность за изменение второго через социальное законодательство, которое вскоре стало предметом подражания почти во всех страны Западной Европы. У них был классический пример перераспределительного социализма, анимационный принцип которого был точно сформулирован Улофом Пальме: "Капитализм – это овца, которую нужно стричь".

Начиная с экспериментов по социальной инженерии шведских лейбористов и социал-демократов, "революция всеобщего благосостояния" стала главным вдохновляющим источником программ и действий партийного руководства Социалистического Интернационала. Она также стала предметом тщательного анализа и горячих споров. Коммунисты видели в ней не что иное, как хитрую уступку плутократической буржуазии, направленную на закрепление господства над капиталом. Капитализм посредством предоставления социальных услуг расширял свою консенсусную базу и таким образом откладывал свой конец, хоть и неизбежный. Поэтому социал-демократию нужно было рассматривать как последнее средство, которое буржуазия могла использовать, чтобы каким-то образом нейтрализовать революционное призвание пролетариата. Таким образом борьба всеми средствами и всеми способами против социал-демократии была первым и неизбежным политическим долгом тех, кто отождествлял себя с делом освобождения рабочих от ига капитала. В связи с обвинением в предательстве социализма, которое коммунисты выдвинули против СДПГ, когда на конгрессе в Бад-Годесберге (1959) она заявила, что её целью больше не является всеобщее огосударствление средств производства, а "создание внутри системы сети социальных гарантий от угроз существованию личности", сочетая "принцип успеха с принципом солидарности".

Конечно, противоположным признаком были интерпретации исторического значения государства всеобщего благосостояния, выдвинутые учёными некоммунистических левых. Среди них наиболее информативным и влиятельным был социолог Томас Маршалл. Маршалл исходил из идеи, что историю западной цивилизации можно и нужно читать в свете концепции гражданства, задуманной как трёхмерная реальность. Гражданское измерение состояло из прав, необходимых для индивидуальной свободы: личной свободы, свободы слова, мысли и веры; права на получение справедливости; права владеть вещами в собственности и заключать действующие контракты erga omnes[259]. Политическое измерение состояло из права граждан активно участвовать в принятии решений, как непосредственно и в качестве членов полномочных органов, так и в качестве избирателей, призванных выбирать своих представителей в парламент. Третье измерение гражданства, социальное, состояло из минимума благосостояния и материальной защиты, без которой свободы оставались бы чисто формальными. Таким образом гражданство оказалось в состоянии войны с социальным классом, то есть с экономическим неравенством, порождённым капиталистическим рынком. Отсюда и вся эта борьба, политика и профсоюзы, которые, начиная с Французской революции, заполнили историю европейских народов – борьба, целью которой было постепенное расширение гражданства за счёт включения всё более широких социальных слоёв в общественную жизнь.

Полные права гражданства (гражданское, политическое и социальное), когда-то исключительное наследие привилегированных меньшинств, шаг за шагом распространились на весь демос. Это произошло с того момента, когда после завоевания всеобщего избирательного права и права на забастовку было создано государство всеобщего благосостояния, благодаря которому игра спонтанных сил рынка была изменена по трём направлениям: прожиточный минимум, безопасность и определённый спектр социальных услуг, в первую очередь бесплатное образование. Таким образом, капитализм (к такому выводу пришёл Маршалл) становился "цивилизованным", и "фундаментальное человеческое равенство принадлежности обогащалось новым содержанием и наделялось грозным аппаратом прав". В результате социал-демократия, в той степени, в которой ей удалось расширить буржуазный периметр конституционного государства путем универсализации либеральных свобод, завершила процесс демократизации, начатый с Декларации прав человека и гражданина. И она сделала это именно потому, что реформировала капитализм в свете "принципа солидарности", совершенно чуждого либеральной традиции.

Фундаментализм рынка

Совсем иная была американская социальная модель, рождённая "революцией минимального государства" в версии неолибералов: Мизеса, Хайека, Фридмана, Нозика и т. д. – и реализованная с момента вступления Рональда Рейгана в Белый дом. Имеются две основные идеи, которые вдохновили и продолжают вдохновлять тех, кого Джордж Сорос назвал "рыночными фундаменталистами". Первая, отрицательного характера: безапелляционное и необоснованное утверждение, что "социальное государство, которое берёт на себя ответственность за людей "от колыбели до гроба" [...] не сильно отличается от "большого брата" Джорджа Оруэлла. Вторая, положительного характера: если предприниматели будут платить меньше налогов, экономический рост будет гораздо энергичнее, а богатство, как капля, скатится с вершины экономической иерархии до самых нижних слоев населения. Таким образом, минимальное государство для теоретиков–неолибералистов означает отказ от политики социального обеспечения, основанной на принципе, согласно которому "только отдельные люди имеют право решать, помогать ли другим и когда", и резкое снижение налогового бремени с целью обеспечения максимальной экономической эффективности. [...]

Последствия неолиберального наступления наиболее очевидным образом подтверждали то, что почти столетие назад подчеркнул Макс Вебер: "Когда рынок предоставлен самому себе, он знает только стоимость вещи, а не человека, не долга братства и благочестия, не человеческих отношений, носителями которых являются происходящие из них частные сообщества. Они составляют только препятствия для свободного развития обнажённого рыночного сообщества; и конкретные интересы этого сообщества, в свою очередь, составляют конкретный испытательный стенд для всех этих отношений". И, действительно, неолиберальная идеология, где всё сосредоточено на триаде, состоящей из дерегуляции, либерализации и приватизации, узаконила престижем науки склонность руководителей бизнеса "относиться к рабочей силе как к одноразовому товару". Более того, как это было логично, турбокапитализм породил "впечатляющее перераспределение богатства, которое привело к неравенству на гораздо более высоких уровнях, чем любая другая нация в прогрессирующем мире". Он также породил новый класс: "работающие бедные", которые своим широким распространением опровергли основную теорему неолиберализма, согласно которой "лучшая гарантия от всех эксплуатаций – это рынок"; и они также полностью дискредитировали удобную "теорию капли", выставленную рыночными фундаменталистами в поддержку осуждения политики социального обеспечения. Неолиберальная парадигма также взрастила "многочисленный субпролетариат [...], для которого характерны насильственные преступления, употребление наркотиков, безработица, неграмотность и распад семьи". В результате в период с 1980 по 2005 год количество заключённых в американских тюрьмах увеличилось с 500 000 человек до двух миллионов! Чудовищная цифра, которая сама по себе достаточна, чтобы подчеркнуть не только беззаконие либеральной модели, но и присущую ей иррациональность. Фактически в социальном ландшафте, созданном турбокапитализмом – ландшафте, характеризующемся заметным увеличением "той массы субпролетариата, в которой производственная система не нуждается", – даже преступность оказывается функциональным фактом: не своего рода отклонением, а рациональным выбором со стороны субпролетариата, которого система лишает всех возможностей, за исключением возможности стать профессиональным преступником. Неизбежное последствие: ресурсы, которые государство должно было использовать для уменьшения социальной деградации, вместо этого перекачиваются для управления этой тюремной вселенной немыслимых размеров. И это не всё. Иногда мы слышим "удивление, что голод существует в такой богатой стране, как Соединённые Штаты, где даже самые бедные группы, как правило, имеют гораздо больший доход, чем средний класс в бедных странах, которые не могут особенно страдать от голода". На самом деле нет ничего удивительного в том, что в саморегулируемой рыночной экономике более или менее широкие социальные группы страдают от продовольственной депривации. Технологическое развитие, очень позитивное в долгосрочной перспективе, влечёт за собой, в краткосрочной перспективе, немалые человеческие издержки, которые сваливаются на тех, кто не вписался в производственный процесс.

Периодические потрясения структуры работающего населения неизбежно сопровождаются увольнениями, деклассированием и потерей корней – теми явлениями, которые не могут не вызвать возмущения и протеста против аморальной логики саморегулируемого рынка. [...] "Жертвы" прогресса, то есть все те, кого новые технологии делают "лишними", оставлены на произвол судьбы. И это в разгар величайшего богатства, когда-либо зарегистрированного в истории человечества. Но самое иррациональное и несправедливое в американском обществе, в духе принципа, согласно которому "попытки правительств вмешиваться в деятельность рынков снижают качество жизни и свободу", – это, безусловно, система здравоохранения, основанная на упорном отказе от социал-демократического государства всеобщего благосостояния. Её несправедливость подтверждается убедительным доказательством: до 45 миллионов граждан лишены медицинской помощи, не имея денег для оформления страхового полиса. Также очевидна её иррациональность. Это было подтверждено сравнительным исследованием американской и канадской систем здравоохранения, в результате которого выяснилось, что "в Соединённых Штатах общие административные расходы, включая как административные расходы страховых компаний, так и административные расходы поставщиков медицинских услуг, составляют 31% расходов на здравоохранение, против 17% в Канаде. В денежном выражении эта разница составляет 300 миллиардов долларов, то есть треть разницы в расходах на здравоохранение между США и Канадой".

Это заставляет прийти к выводу, что реальность решительно опровергает основную идею неолиберальной идеологии, а именно, что саморегулируемый рынок гарантирует рациональное использование ограниченных ресурсов. И это также заставляет признать, что у Лестера Туроу были веские причины, когда он напоминал неолибералам, что "капитализм[260] недальновиден и не способен заниматься долгосрочными социальными инвестициями в образование, инфраструктуру, исследования и разработки, которые ему понадобятся для собственного выживания". Для таких инвестиций ему нужна помощь правительства, но идеология не позволяет как признать эту необходимость, так и попросить такой помощи". Не менее негативными являются моральные последствия неолиберальной парадигмы, особенно подчёркнутые Джорджем Соросом. Доминирующая ценность в американском обществе, где преобладают рыночные фундаменталисты, "это охота за деньгами". "Стремление к эгоизму возведено в универсальный принцип, пронизывающий все аспекты существования: не только индивидуальный выбор, выраженный в рынке, но и социальный выбор, выраженный в политике" – логическое следствие того факта, что идеология невмешательства приняла "в качестве руководящего принципа частный интерес, забывая, что общий интерес не находит выражения в поведении рынка и что, если нет механизма перераспределения, несправедливость может стать невыносимой".

Ничем не отличается, по сути, вывод Джереми Рифкина: "Американская мечта слишком сосредоточена на частном материальном прогрессе и слишком мало заботится об общем благополучии человечества, чтобы не терять своего очарования и важности в мире, характеризующемся риском, разнообразием и взаимозависимостью. Это превратилось в старую мечту, пронизанную ментальностью, привязанной к границе, закрытой уже давно, в то время как европейцам удалось создать самую человечную форму капитализма, известную до сих пор". И им это удалось, поскольку они твёрдо придерживались идеи о том, что общество – это не только место, где происходит игра в товарообмен; это также (действительно, прежде всего) "моральное сообщество", основанное на "преобразовании, посредством разделения труда, потребностей в правах и прав на помощь". Структурные различия между европейским и американским капитализмом во многом связаны с тем фактом, что, хотя первый был, хоть и в определённых пределах, демократизирован в свете ценностей либерально-социалистической культуры, второй, напротив, развивался в рамках институциональных рамок, теоретизированных неолиберализмом, самую совершенную и влиятельную версию которого представил Хайек.

Таксис и Космос

Согласно Хайеку, свободная цивилизация – это цивилизация, в которой отношения между Таксисом (социальным порядком, построенным в соответствии с планом) и Космосом (спонтанным порядком, наиболее ярким примером которого является каталлактический порядок) таковы, что первый не душит второго, а, наоборот, расставляет вещи таким образом, чтобы обеспечить полную автономию гражданского общества и его развитие. Таким образом получается цивилизация, в которой государство хоть и выполняет многочисленные и важные функции: защиту общества от внешних врагов, поддержание порядка посредством законного применения принуждения, защиту прав собственности и свободы договора, отправление правосудия и т. д. – имеет строго ограниченные властные юрисдикции и ограничивает своё вмешательство только самыми существенными вопросами, чтобы не мешать игре на биржах – игре, происходящей на рынке и благодаря рынку. Среди функций, которые выполняет каталлактический порядок, две, по словам Хайека, имеют первостепенное значение. Первая – обеспечить под защитой закона самую широкую свободу для индивидов, чтобы они могли самостоятельно составлять план жизни и осуществлять его; вторая – прямое следствие первой, это рост материальных благ; выраженное языком теории игры, это означает, что каталлактический порядок – это игра "с положительной суммой", благодаря которой мы все получаем преимущества. Действительно, характерной особенностью рынка является то, что благодаря ему "каждый, получая материальную выгоду, обслуживает неизвестные ему потребности и для этого использует неизвестные ему обстоятельства, которые позволяют удовлетворять эти потребности с наименьшими возможными затратами с точки зрения других товаров, которые можно производить в качестве альтернативы".

Таким образом, при разговоре о рынке можно говорить о господстве "невидимой руки", которая спонтанно приводит к тому, что мотивация к прибыли, а не альтруизм, является гарантией того, что товары и услуги производятся в постоянно растущих количествах. Конечно, там, где неоспоримо доминирует каталлактическая логика, экономическое неравенство многочисленно и особенно заметно; но это, по мнению Хайека, ни в коем случае не является действительным возражением, поскольку общества, регулируемые конструктивистской логикой централизованного планирования, также характеризуются сильным экономическим неравенством. Единственное существенное отличие состоит в том, что неравенство там, где доминирует Таксис, вместо того, чтобы быть результатом безличного закона спроса и предложения, является продуктом произвольных решений политической власти, лицемерно замаскированных этическими принципами. Таким образом, проблема распределения товаров включает только два решения: либо товары распределяются "невидимой рукой" рынка, либо "видимой рукой" государства.

Аргументированная логика Хайека типична для рыночных фундаменталистов, и все они основаны на суждениях типа "либо – либо". И, по сути, он оспаривает идею, на основе которой социал-демократические партии разработали свои реформаторские стратегии: исправление распределения жизненных шансов путём институционализации государства всеобщего благосостояния, чтобы граждане, обладающие ограниченными рыночными возможностями, коих подавляюще большинство, могли реально воспользоваться основными правами. В этом отношении проза Хайека имеет однозначную ясность: реализация социальных прав требует, чтобы "рынок, как Космос, был заменен Таксисом, в котором члены должны делать то, что им приказано. Они не могут использовать знания в своих целях, но должны следовать планам, разработанным их правителями, для удовлетворения установленных потребностей. Отсюда следует, что старые гражданские права и новые социальные и экономические права не могут быть достигнуты одновременно. На самом деле они несовместимы: новые права не могут быть навязаны законом, не разрушая одновременно либерального порядка, к которому стремятся старые гражданские права". Из этого следует вывод: социал-демократическое государство, движимое его конструктивистской и интервенционистской логикой, не может не привести к коммунистическому государству и коллективистской экономике, в результате чего Таксис полностью уничтожит Космос, а вместе с ним и все свободы, кропотливо завоёванные и институционализированные западной цивилизацией, а также тот незаменимый множитель ресурсов, который зовётся рынком. Как видно, Хайек выступает не только как анти-Ленин, но и как анти-Кейнс. Он решительно заявляет, что, если государство берёт на себя задачу исправления логики рынка, то мгновенно начинается процесс, который не может не привести к разрушению институциональных основ свободного общества. И в соответствии с его теорией, в которой свобода равнозначна каталлактическому порядку, он не просто оспаривает советскую плановую экономику, а также "правительство, которое стремится к социальной справедливости и, по сути, становится перераспределителем доходов, что по необходимости приводит к социализму и его принудительным и по существу произвольным методам".

Мы сталкиваемся с самой энергичной защитой капитализма в стиле невмешательства, которая когда-либо была предпринята: защита, основанная не на праздновании буржуазных добродетелей, а на демонстрации того, что наиболее эффективной стратегией для повышения благосостояния общества является обеспечение самой широкой экономической свободы с тем, чтобы отдельные лица, движимые исключительно своей прибылью, могли максимально использовать незаменимый инструмент исследования и открытия, которым является рынок. [...] Свободное общество – это "номократия", "связанная только средствами, а не целями", так что, будучи объединённое исключительно свободными каталлактическими отношениями, оно "непримиримо с солидарностью, понимаемой как единство в достижении известных общих целей". Более того, в ней нет места социальной справедливости. Социальная справедливость, говорит Хайек с предельной откровенностью, это мираж, "безумный огонь, который заставил людей отказаться от ценностей, которые в прошлом позволяли развивать цивилизацию, попытка удовлетворить желание, унаследованное от традиций небольшой группы, теряющее смысл в большом обществе свободных людей". Поэтому необходимо раз и навсегда избавиться от такого миража и без ностальгии и моральных оговорок принять идею о том, что свободное общество и социальная справедливость являются взаимоисключающими понятиями: если есть первое, то не может быть второго.

Последовательность Хайека, несомненно, примечательна. Начав с идеи, что источником всех полезных изменений является спонтанность, и обнаружив, что наиболее рациональным и творческим спонтанным порядком является то, что порождается полным развёртыванием каталлактической логики, он отождествил "хорошее общество" с капитализмом. Это капитализм в чистом виде, без посторонних дополнений; капитализм, выражаясь гегелевским лексиконом, согласно его концепции, где всё регулируется безличным законом спроса и предложения, в рамках системы абстрактных норм, которые следует рассматривать как "конечные ценности, потому что они служат определённым и неизвестным целям". Такая концепция "хорошего общества" совершенно несовместима с тем, что люди всегда считали важными элементами своего "единения": солидарностью и социальной справедливостью. И не может быть иначе: каталлактический порядок – это не моральный порядок, если не аморальный; это порядок, который регулируется объективным и безличным распределителем шансов на жизнь, подобным силе природы, то есть рынку. И на рынке нет и не может существовать вещей, которые не рассматриваются как товары. Сам человек, как рабочий, есть не что иное – там, где неоспоримо господствует каталлактическая логика, – как товар среди товаров.

Но тут стоит задаться вопросом: может ли множество людей "собраться вместе" исключительно на основе расчёта затрат и доходов? Разве само понятие общества отделимо от понятия солидарности? И не является ли солидарность чем–то, что выходит за рамки экономического плана, являясь частью как общей культурной традиции (религиозных убеждений, ценности, идеалов и т. д.) так и некоторых общих целей? Это всегда подчеркивалось всей социологической традицией от Конта до Парсонса с переходом к Марксу и Дюркгейму. Хайек избавляется от такой традиции с лёгкостью, которая не может не огорчать. Окинув её поспешным и невнимательным взглядом, он считает её простым средством выживанием того племенного общества, который он никогда не устает осуждать, забывая, кроме того, что такие общества сформировались спонтанно и что в них не существует того демиургического центра, который формирует, согласно унитарному замыслу, институты, и навязывает, благодаря монополии на принуждение, свои цели. Племенные общества также не являются единственными, которые опровергают апологетический взгляд на каталлактический порядок, лежащий в основе социологии Хайека. Кастовое общество, например, показывает с солнечной ясностью, что спонтанный порядок может быть настолько тираническим, насколько вы можете себе представить.

Несомненно, Хайеку следует признать заслугу в том, что он обратил наше внимание на катастрофические последствия абсолютистских эпистемологий[261] и конструктивистских программ и показал нам веские и многочисленные причины, которые выступают за Космос. [...] Хайек также видел, что именно пространством гарантируется спонтанность, которая зависит от творчества во всех областях, начиная с научной и заканчивая экономической. Хотя, пытаясь по пунктам опровергнуть марксистско-ленинскую программу – программу, одержимо горящую желанием уничтожить спонтанность и заменить её тоталитарной диктатурой единого мышления – он преодолел отметку и погрузился в "безумную" попытку доказать, что свободное общество и рыночный порядок совпадают. То, что свободное общество невозможно представить без рыночной экономики, – это то, что сегодня, после планетарного банкротства плановой экономики, никто не может серьёзно оспаривать. Но что свободное общество, чтобы остаться верным своим базовым ценностям, должно вычеркнуть из своей системы координат социальную справедливость, является тезисом настолько ужасным, что тот же Хайек его опровергает, когда признаёт, что "не существует причин, по которой в свободном обществе государство не стоит обеспечить всем защиту против серьёзных лишений в виде минимального дохода или уровня, ниже которого никто не должен опускаться", и что правительство обязано проводить положительные меры в пользу тех, "кто по разным причинам не может заработать себе на жизнь в рыночной экономике: больных, старых, физических и умственных инвалидов, вдов и сирот". Столкнувшись с этими словами, возникает спонтанный вопрос: что может оправдать призыв правительства к исправительному вмешательству в спонтанное распределение рыночных шансов на жизнь, если не какой-то принцип социальной справедливости?

Несоответствия Хайека

Тогда какой смысл определять великое общество как общество, объединённое только соблюдением законов, обеспечивающих частную собственность и свободу договора, и отвергать идею социальной справедливости как пережиток племенного менталитета? Непоследовательность Хайека в этом вопросе столь же очевидна, сколь и значительна. Вся его аргументационная машина направлена на то, чтобы доказать, что необходимо сделать сухой выбор: "либо рынок (и свобода), либо социальная справедливость; либо социальная справедливость, либо рынок (и свобода): tertium non datur[262]". Но затем, почти напуганный своим радикализмом, он говорит, что выступает за защиту тех, кто по объективным причинам не имеет рыночных возможностей. И кто же должен обеспечивать такую защиту, если не государство? Которое, очевидно, не может ограничиваться установлением правил игры, происходящей на рынке, и их соблюдением. Оно должен нести ответственность за функцию, по существу, этического характера: именно защиты позитивными мерами слабых и беспомощных. Это показывает, что недопустимо отождествлять гражданское общество с рынком.

Делать так не только означает путать часть с целым; это также означает иметь очень скудную концепцию основного принципа – "верховенство закона как институциональной гарантии свободы и прав граждан," – который лежит в основе западной цивилизации. Принцип, который выходит за рамки экономической сферы, поскольку провозглашает, что все люди независимо от пола, религии, расы, партийной принадлежности и т. д. должны рассматриваться как цели, а не как простые средства, и что, следовательно, они не могут быть предметом купли-продажи. "Теперь если человек как личность не может быть превращён в товар или объект подарка, это потому, что Конституция, т.е. устанавливающее право, не принадлежит к торговым отношениям. Конституция не является собственностью какого-либо человека как такового, она является общей, неотъемлемой собственностью всех, кто подчиняется ей, поскольку они выбрали её и захотели её. "Короче говоря, Конституция – это основополагающий документ, вдохновлённый принципом социальной справедливости, который содержит торжественное обещание: гарантировать каждому фактическое использование определённого пакета прав. Что, следовательно, означает, что Дюркгейм был прав, когда в прямой полемике со Спенсером указал на невозможность дать адекватное объяснение общественного порядка, исходя из экономического контракта. Фактически свободные переговоры между членами общества "возможны только в силу регулирования договора социального характера". И это потому, что общество не может "ни при каких обстоятельствах сводиться к пассивному исполнению договоров; оно должно определить, на каких условиях они исполняются, и, возможно, привести их в их нормальную форму. Соглашение между сторонами не может сделать справедливым положение, которое само по себе не является справедливым, и существуют правила справедливости, в которых социальная справедливость должна предотвращать нарушение, даже если такое было разрешено заинтересованными сторонами".

Вкратце: в рыночной экономике субъекты могут заключать договоры купли-продажи, но всегда в рамках неэкономических норм, по существу этических по своей природе, которые создают непроходимые ограничения для контрагентов. Из этого видно, что выражение "рыночное общество" – оксюморон, противоречие в терминах, немыслимое понятие. Рыночная экономика может существовать и существует, но не рыночное общество. Общество, которое является содружеством, а не сборищем, "отказывается превращаться в гигантский торговый автомат, который в обмен на точное количество монет поставляет что-либо любого рода". И оно делает это потому, что понимает империализм оценки рынка, если, с одной стороны, он гарантирует рациональное использование скудных ресурсов, регулируемых принципом эффективности (Парето)[263], а с другой стороны, угрожает уничтожить нетоварные ценности, которые в форме прав, являются его ценностями, на которых основана западная цивилизация. И права – это не товары, которые можно подчинить каталлактической логике. Настолько, что либерально-демократическое государство насильственно запрещает гражданам покупать и продавать права.

Ко всему этому следует добавить, что "быть вместе" всегда предполагает некоторые общие цели. Говоря об этом словами автора, дорогого самому Хайеку, "люди не живут вместе без причины и наугад; эта априорная сплочённость существует только в семье. Группы, составляющие государство, живут вместе ради чего-то: это сообщество целеустремлённых, страстных, больших интересов. Они сосуществуют не для того, чтобы быть вместе, а для того, чтобы что-то сделать вместе. [...] Нации формируются и живут, поскольку у них есть планы на завтра". И планы таковы и могут выполнять свою объединяющую функцию только когда общие цели, которые они указывают, являются общими и воспринимаются как императивы. В противном случае общество распадается и становится ареной, на которой развязываются партикуляризмы. Тогда общество, переставая быть "сообществом судьбы", опасно приближается к модели Хайека: множество действующих лиц, движимых исключительно своими возможными прибылями и готовых избавиться от всех уз солидарности, как только сосуществование предложит им это сделать. По этой причине Джон Ролз утверждал, что правильно говорить об обществе можно только в том случае, если "члены сообщества имеют общее чувство справедливости и связаны узами гражданского братства", а также напомнил, что "важно, чтобы существовала общая конечная цель и принятые способы её достижения". Всё то, о чём говорит Ролз, как раз присутствует в либерально-социалистической традиции и отсутствует в философии Хайека, которой вдохновлялись рыночные фундаменталисты, чьё политическое господство породило нынешний гигантский кризис американской экономики, который Сорос с 1998 года чётко предсказал этими пророческими и неслыханными словами: "Глобальный капитализм падёт жертвой собственных недостатков; и если не в этот раз, то в следующий". Как неслыханно звучали слова, которыми Ролз призвал сограждан принять к сведению, что для уменьшения разрыва между "демократическим правосудием" и американской реальностью необходимо как минимум пять реформ: "реформа финансирования избирательных кампаний с целью преодоления нынешней системы, в которой деньги покупают доступ к власти; равенство возможностей доступа к образованию; некоторая форма бесплатного медицинского обслуживания для всех; некоторые формы гарантированного и социально полезного труда; равная справедливость и равенство для женщин".[264]

Достопочтенный Марио Драги

Глава книги Лучано Пелликани, из которой мы только что процитировали эти очень интересные отрывки, является последней и, что важно, озаглавлена "Социал-демократический компромисс и неолиберальная реакция". Написав её ранее 2010 года, Пелликани не знал, что, начиная с 2011 года и до наших дней, та форма неолиберального капитализма, которая привела к "гигантскому американскому кризису" 2007-2009 годов, принесёт ещё большие жертвы по другую сторону Атлантики.

Пеликани ещё не представлял, как и не предполагал Джереми Рифкин, который в 2004 году опубликовал книгу "Европейская мечта: как европейское видение будущего тихо затмевает американскую мечту"[265], с которой современные эпигоны и собратья неоаристократического и неолиберального масона Фридриха фон Хайека, организованные вокруг олигархических Ур-лож "Пан-Европа", "Вавилонская Башня", "Роза Ветров", "Парсифаль", "Валгалла", "Кольцо", "Эдмунд Берк", "Три Глаза" и т. д., начиная с лета 2011 года и в последующие годы, с картезианской преднамеренностью и яростной решимостью трагически довели бы до завершения и плодоношения семена, брошенные ещё в 1992 году Маастрихтским договором, ускорив жестокий и окончательный демонтаж этой "самой человечной формы" европейского капитализма, демократизированного в свете ценностей либерально-социалистической культуры, которую они (Пелликани и Рифкин) так высоко ценят.

Среди многих корифеев и исполнителей такого демонтажа, конечно, выдающийся неоаристократический масон, который уже был среди главных героев неудачных и неолиберально-хайекских "приватизаций в итальянском стиле", разработанных и реализованных между 1991 и 2001: Марио Драги, который не случайно связан как с ложей "Три Глаза", так и с ложами "Роза Ветров", "Эдмунд Берк", "Кольцо" и "Пан-Европа".

Этот Марио Драги именно ради деструктуризации европейского государства всеобщего благосостояния (и на самом деле всей экономической и социальной структуры Старого континента) в начале 2012 предложил следующее:

Европа сползает к рецессии, и Марио Драги рад: благо он видит в этом "хорошие сигналы". Он сошёл с ума? Как раз наоборот: он просто констатирует, что неслыханный план захвата национального суверенитета европейских стран в пользу мощного финансового лобби Брюсселя протекает принудительно. Первый шаг: дать кислороду банкам, но не компаниям, чтобы ослабить Южную Европу. Второе: запретить государствам посредством "Договора о финансовой стабильности" тратить деньги на собственных граждан, возрождая занятость. Конечная цель, дословно: "структурные реформы ради либерализации сектора товаров и услуг и повышения гибкости рынка труда". Таким образом, единственным решением будет приватизация общего имущества: того, которое итальянцы пытались защитить на референдуме в июне прошлого года.

Понижение роли государства, по словам человека, которого Германия хотела видеть во главе ЕЦБ, дало бы системе больше "справедливости", открыв новые перспективы для молодежи, в настоящее время лишённой гарантий: для Драги причиной безработицы является не мировой кризис роста, а избыток спокойствия тех, у кого есть рабочее место (и кто за него крепко держится). Всё нужно переделать: "Европейская социальная модель сегодня устарела", – говорит франкфуртский супербанкир. В интервью "Wall Street Journal" бывший стратегический руководитель Goldman Sachs втаптывает в грязь более полувека европейского мира, выросшего в условиях лучшей в мире системы социального обеспечения. "Мир закончился", – как бы объявляет Драги. Отныне каждому придётся изо всех сил бороться, чтобы выжить, потому что государства (демонтируемые, нейтрализованные принятием единой валюты, которая будет получаться в виде дорогих займов из ЕЦБ) больше не смогут гарантировать социальную защиту. Посредством "Договора о финансовой стабильности" бюджеты будут сначала утверждаться в Брюсселе, а с 2013 года ни одно государство больше не сможет выделить ни евро своим гражданам, которые с трудом платят налоги. [...]

Богатство, произведённое в еврозоне, сократится на 0,3% по сравнению с прошлым годом, в то время как ЕС в целом столкнётся с полной стагнацией, составив идеальные 0,0%. Таким образом 9 стран будут испытывать отрицательный рост, Чешская Республика будет в стагнации, а 17 государств-членов будут расти, включая Польшу и небольшие страны Балтии, такие как Литва и Латвия. Инфляция упадёт, и в Греции рецессивный эффект будет настолько сильным, что приведёт к падению цен. [...]

Хотя Комиссия этого не говорит, объясняет Маттео Каваллито в "Фатто Квотидьяно", чтобы уменьшить напряжённость на рынках, выражающуюся в усугублении различий доходности между суверенными ценными бумагами самых солидных стран (Германия) и наиболее подверженных риску (включая Италию и Испанию), ЕЦБ разблокировал свои ликвидные активы, предложив кредиторам около половины триллиона евро в виде 1%-ных кредитов. "Цель, конечно же, заключалась в том, чтобы побудить банки инвестировать в государственные облигации крупных экономик в условиях кризиса, используя их среднюю доходность в размере 5-6%. Очень удобная сделка, которая действительно состоялась". За исключением того, что на фоне такой возможности "предоставление кредитов частным лицам и, следовательно, реальной экономике ещё больше сократилось, потому что было сочтено менее доступным и, в конечном счете, более рискованным". Таким образом, вот побочный эффект: "Нагрузка на государственные финансы уменьшается, зато усиливается рецессия".

Эта схема, добавляет Каваллито, работает не только в сфере кредитования: "Чтобы сдержать свой долг странам периферии пришлось увеличить налоговое бремя, но тем самым они уменьшили располагаемый доход граждан, а вместе с ним и их потребительские возможности". Явление, заметное не только в Италии: в Греции ВВП 2011 сократился на 6,8% против -1,5% в Португалии. Это спираль строгости, проповедуемая Марио Монти и осуждаемая Нобелевским лауреатом Полом Кругманом: это будет гарантированное самоубийство, "лекарство", которое будет иметь единственный эффект убийства больного. Интервью Марио Драги не оставляет надежды: как считает председатель ЕЦБ государствам придётся консолидировать свои финансы, "ориентируясь на сокращение государственных расходов", как если бы государственные администрации были частными компаниями, справедливо обеспокоенные бюджетными пассивами, а не незаменимыми поставщиками основных услуг, ориентированными "компанией" не на прибыль, а на благополучие.

Драги, кажется, говорит, что эпоха закончилась навсегда: мы можем с таким же успехом подготовиться к худшему, о чём свидетельствует афинская драма, от которой даже интервью в "Wall Street Journal" становится сюрреалистичным: "Я был удивлен, что не было эйфории после утверждения плана спасения Греция, – заявил бывший управляющий Банка Италии. – Это, вероятно, означает, что рынки хотят принятия мер". Об эйфории: эйфорию греческого народа оценил непосредственно ОМОН в Афинах. Греки разъярены, и Драги беспокоится, конечно, по-своему: "Риск – это невыполнение обязательств, взятых правительством Афин", хотя остаётся "уверенность" в том, что "программы будут приняты как Грецией, так и другими странами риска", такие как Португалия и Ирландия. Тогда, подразумевается, это может коснуться и нас.[266]

Список сильных

Вот список выдающихся масонов (некоторые известны, другие менее известны), которые по-разному участвовали в политическом и экономическом кризисе Старого континента. Кризис не только продолжается, но и усугубляется.

Италия

Марио Драги (1947 г.р.), Джорджо Наполитано (1925 г.р., президент Итальянской Республики, член ложи "Три Глаза"), Марио Монти (1943 г.р., экономист, пожизненный сенатор и премьер-министр Италии с 2011 по 2013 год, более или менее тайный член Объединённой Великой Ложи Англии и Ур-ложи "Вавилонская Башня"), Фабрицио Саккоманни (1942-2019, банкир, экономист, генеральный директор Банка Италии с 2006 по 2013, с 2013 по 2014 год министр экономики в правительстве Летта, член лож "Роза Ветров" и "Эдмунд Берк"), Пьер Карло Падоан (1950 г.р., экономист, с 24 февраля 2014 года-министр экономики в правительстве Ренци, член, как и Массимо Д'Алема, лож "Пан-Европа" и "Роза Ветров"), Джанфеличе Рокка (1948 г.р., один из самых влиятельных итальянских предпринимателей, председатель Techint и Assolombarda, член ложи "Три Глаза"), Доменико Синискалько (1954 г.р., экономист, банкир, бывший министр экономики с 2004 года по 2005 год, член ложи "Эдмунд Берк"), Джузеппе Рекки (1964 г.р., топ-менеджер, член ложи "Три Глаза"), Марта Дассу (1955 г.р., эссеист, бывший статс-секретарь и заместитель министра иностранных дел, в настоящее время заседает в совете директоров Finmeccanica, член ложи "Три Глаза"), Коррадо Пассера (1954 г.р., банкир, менеджер, политик, министр экономического Развития от 2011 до 2013 года в правительстве Монти, член ложи "Атлантис-Алетейя"), Игнацио Виско (1949 г.р., экономист, управляющий Банка Италии с 2011 года, член ложи "Эдмунд Берк"), Энрико Томмазо Куккьяини (1950 г.р., банкир и топ-менеджер, член ложи "Три Глаза"), Альфредо Амброзетти (1931 г.р., экономист, основатель и почётный председатель "Европейский дом – Амброзетти", член ложи "Пан-Европа"), Карло Секки (1944 г.р., экономист и политик, член лож "Три Глаза", "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня"), Эмма Марчегалья (1965 г.р., бизнес-леди и топ-менеджер, член ложи "Пан-Европа"), Маттео Арпе (1964 г.р., банкир и топ-менеджер, член ложи "Эдмунд Берк"), Витторио Грилли (1957 г.р., экономист, генеральный директор министерства финансов с 2005 по 2011 год и министр экономики в правительстве Монти, член ложи "Роза Ветров"), Джампаоло Ди Паола (1944 г.р., адмирал, министр обороны с 2011 по 2013 год в правительстве Монти, член ложи "Роза Ветров"), Федерика Гуиди (1969 г.р., предприниматель, министр экономического развития с февраля 2014 года, член ложи "Три Глаза").

ИСПАНИЯ И ПОРТУГАЛИЯ

Франсишку Пинту Балсемау (1937 г. р., журналист, политик и предприниматель в области средств массовой информации, член ложи "Атлантис-Алетейя" и "Роза Ветров"), Хосе Мануэл Баррозу (1956 г. р., университетский преподаватель, политик, президент Европейской комиссии с 2004 по 2014 год, член лож "Пан-Европа" и "Парсифаль"), Педру Пасуш Коэлью (1964 г. р., премьер-министр Португалии с 2011 г., член лож "Три Глаза", "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл"), Джейми Каруана (1952 г. р., топ-менеджер и банкир, член лож "Левиафан" и "Белый Орёл"), Эмилио Ботин (1934-2014, предприниматель и банкир, близкий к Opus Dei, член ложи "Пан-Европа"), Ана Патрисия Ботин (1960 г. р., предпринимательница и банкир, член лож "Пан-Европа" и "Эдмунд Берк"), Мариано Рахой (1955 г. р., премьер-министр Испании с 2011 г., член лож "Пан-Европа", "Валгалла" и "Парсифаль"), Хуан Луис Себриан (1944 г. р., журналист, писатель, менеджер, член лож "Роза Ветров" и "Левиафан"), Хавьер Солана (1942 г. р., политик, член ложи "Роза Ветров"), Гильермо де ла Дехеса (1941 г. р., экономист, юрист, политик, менеджер, бизнесмен, член лож "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл").

ФРАНЦИЯ

Жан-Клод Трише (1942 г.р., экономист, банкир, президент Ецб с 2003 по 2011 год, член лож "Пан-Европа", "Вавилонская Башня" и "Кольцо"), Кристин Лагард (1956 г.р., юрист, политический деятель, директор-распорядитель МВФ с 2011 года, член ложи "Три Глаза" и "Пан-Европа"), Бернар Арно (1949 г.р., богатый бизнесмен, президент группы компаний "Louis Vuitton Mo?t Hennessy", член лож "Три Глаза" и "Эдмунд Берк"), Тьерри де Монбриаль (1943 г.р., экономист, эксперт в области международных отношений, основатель и президент Ifri, Французский институт международных отношений, член ложи "Пан-Европа"), Николя Саркози (1955, политик, президент Франции с 2007 по 2012 год, член лож "Эдмунд Берк", "Гебура", "Атлантис-Алетейя", "Пан-Европа" и "Хатхор Пентальфа"), Николя Бавере (1961 г.р., адвокат, публицист и интеллектуал, член ложи "Роза Ветров"), Эдмон Альфандери (1943 г.р., политик, член лож "Три Глаза" и "Пан-Европа"), Жан Пизани-Ферри (1951 г.р., экономист, член лож "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня"), Николя Верон (1971 г.р., экономист, член ложи "Вавилонская Башня"), Франсуа Олланд (1954 г.р., президент Французской Республики с 2012 по 2017 год, член лож "Фердинанд Лассаль" и "Зелёное Братство"), Анри Проглио (1949 г.р., топ-менеджер, член лож "Три Глаза" и "Пан-Европа"), Мануэль Вальс (1962 г.р., премьер-министр Франции, посвящён в свое время в Великий Восток Франции, а затем член лож "Эдмунд Берк", " Роза Ветров" и "Кольцо"), Бодуэн Прот (1951 г.р., Генеральный инспектор финансов и банкир, член лож "Пан-Европа" и "Жозеф де Местр"), Анри де Кастри (1954 г.р., предприниматель и топ-менеджер, член лож "Пан-Европа" и "Роза Ветров"), Кристиан Нуайе (1950 г.р., банкир, управляющий Банка Франции, член лож "Пан-Европа" и "Эдмунд Берк"), Жак де Ларозьер (1929 г.р., Генеральный инспектор финансов, банкир, член лож "Три Глаза", "Белый Орёл" и "Пан-Европа"), Паскаль Лами (1947 г.р., экономист, политик и бизнесмен, с 2005 по 2013 год генеральный директор ВТО, член ложи "Атлантис-Алетейя").

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Мервин Аллистер Кинг (1948 г.р., банкир, член ложи "Эдмунд Берк"), Майкл Добсон (1952 г.р., бизнесмен и топ-менеджер, член лож "Кольцо" и "Эдмунд Берк"), Леон Бриттан, барон Бриттен Спеннитхорнский (1939-2015, политик, член лож "Эдмунд Берк" и "Пан-Европа"), Джон Олав Керр, барон Керр Кинлохардский (1942 г.р., дипломат, политик и менеджер, член лож "Три Глаза" и "Роза Ветров"), Дуглас Флинт (1955 г.р., банкир и менеджер, член ложи "Роза Ветров"), Ян Рид (1953 г.р., бизнесмен и топ-менеджер, член ложи "Гебура"), Тони Блэр (1953 г.р., премьер-министр Великобритании с 1997 по 2007, член лож "Эдмунд Берк", а затем "Хатхор Пентальфа"), Марк Карни (1965 г.р., банкир и топ-менеджер, член лож "Эдмунд Берк" и "Роза Ветров"), Джордж Осборн (1971 г.р., политик, член лож "Эдмунд Берк", "Роза Ветров" и "Вавилонская Башня"), Дэвид Кэмерон (1966 г.р., премьер-министр Великобритании с 2010 года, член лож "Эдмунд Берк" и "Гебура"), Робин Ниблетт (1961 г.р., эксперт по международным отношениям, член лож "Левиафан" и "Пан-Европа"), Натаниэль Чарльз Джейкоб Ротшильд (1936 г.р., финансист, член лож "Три Глаза" и "Эдмунд Берк"), Натаниэль Филип Ротшильд (1971 г.р., финансист, член лож "Три Глаза", "Эдмунд Берк", "Кольцо", "Жозеф де Местр"), Ги Эллиотт (1955 г.р., менеджер, член ложи "Эдмунд Берк"), Давид Алан Уокер (1939, банкир, член ложи "Три Глаза"), Мартин Вулф (1946 г.р., журналист, член ложи "Роза Ветров"), Ричард Л. Олвер (1947 г.р., топ-менеджер, член лож "Гебура", "Три Глаза" и "Хатхор Пентальфа"), Руперт Пеннант-Ри (1948 г.р., журналист, бизнесмен и банкир, член лож "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл"), Джон Миклетвэйт (1962 г.р., журналист, член ложи "Эдмунд Берк"), Энтони Питер Дженкинс (1961, топ-менеджер, банкир, член ложи "Эдмунд Берк" и "Три Глаза"), Филип Хэмптон (1953 г.р., бизнесмен, банкир, член лож "Эдмунд Берк", "Белый Орёл", "Левиафан" и "Гебура"), Рэйчел Ломакс (1945 г.р., экономист, чиновник, член ложи "Роза Ветров").

ИРЛАНДИЯ

Питер Деннис Сазерленд (1946 г. р., юрист, политик, менеджер, бизнесмен, член лож "Эдмунд Берк", "Роза Ветров", "Пан-Европа", "Три Глаза" и "Ложа Дао"), Ричард Берроуз (1946 г. р., бизнесмен, топ-менеджер, член ложи "Эдмунд Берк").

БЕЛЬГИЯ

Райнгильд Вогелерс (1963 г.р., университетский преподаватель, член ложи "Вавилонская Башня"), Бруно ван Поттельсберг (1968 г.р., экономист, университетский преподаватель, член лож "Эдмунд Берк" и "Вавилонская Башня"), Люк Коэн (1947 г. р., экономист, банкир, член лож "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня"), Этьен Давиньон (1932 г. р., дипломат, политик, топ-менеджер, бизнесмен, член лож "Роза Ветров", "Пан-Европа", "Три Глаза", "Эдмунд Берк", "Вавилонская Башня", "Валгалла", "Кольцо", "Парсифаль"), Гай Кваден (1945 г. р., экономист и банкир, член ложи "Эдмунд Берк"), Герман ван Ромпей (1947 г. р., политик, член лож "Вавилонская Башня" и "Пан-Европа").

НИДЕРЛАНДЫ

Марк Рютте (1967 г. р., премьер-министр Нидерландов с 2010 г., член лож "Три Глаза" и "Пан-Европа"), Бен ван Берден (1958 г. р., топ-менеджер, генеральный директор Royal Dutch Shell, член лож "Гебура" и "Кольцо"), Клаас Нот (1967 г. р., экономист, высокопоставленный чиновник, банкир, член ложи "Пан-Европой"), Йерун Дейссельблоем (1966 г.р., политик, член лож "Роза Ветров" и "Три Глаза"), Хенк Камп (1952 г.р., политик, член лож "Пан-Европа" и "Парсифаль").

ГЕРМАНИЯ

Ангела Меркель (1954 г.р., политик, канцлер Германии с 2005 года, член лож "Золотая Евразия", "Валгалла" и "Парсифаль"), Пол Ахляйтнер (1956 г.р., менеджер, член ложи "Жозеф де Местр"), Олаф Шольц (1958 г.р., политик, член лож "Парсифаль" и "Атлантис-Алетейя"), Юрген Фитчен (1948 г.р., банкир, член ложи "Валгалла"), Вольфганг Шойбле (1942 г.р., политик, действующий досточтимый мастер ложи "Кольцо", также член ложи "Жозеф де Местр"), Манфред Бишофф (1942 г.р., топ-менеджер, член ложи "Валгалла"), Томас Эндерс (1958 г.р., топ-менеджер, член ложи "Кольцо"), Герхард Шредер (1944 г.р., политик, член лож "Парсифаль", "Фердинанд Лассаль", "Хатхор Пентальфа" и "Золотая Евразия"), Юрген Хробог (1940 г.р., дипломат и юрист, член ложи "Атлантис-Алетейя"), Аксель Альфред Вебер (1957 г.р., экономист и банкир, член лож "Парсифаль", "Пан-Европа" и "Эдмунд Берк"), Мартин Винтеркорн (1947 г.р., топ-менеджер, член лож "Три Глаза" и "Валгалла"), Клаус Кляйнфельд (1957 г.р., топ-менеджер, член лож "Кольцо" и "Хатхор Пентальфа"), Михаэль Дикманн (1954 г.р., топ-менеджер, член ложи "Кольцо"), Джо Кэзер (1957 г.р., топ-менеджер, член лож "Роза Ветров", "Гебура", "Левиафан", "Хатхор Пентальфа" и "Кольцо"), Петер Харц (1941 г.р., менеджер, предприниматель, член лож "Парсифаль" и "Золотая Евразия"), Николаус вон Бомхард (1956 г.р., топ-менеджер, член лож "Кольцо" и "Пан-Европа"), Майкл Фухс (1949 г.р., политик, член ложи "Валгалла"), Йенс Вайдман (1968 г.р., банкир, член ложи "Кольцо"), Дитер Цетше (1953 г.р., топ-менеджер и бизнесмен, член ложи "Кольцо"), Андреас Домбрет (1960 г.р., банкир, член лож "Роза Ветров", "Три Глаза" и "Кольцо"), Карл Отто Пёль (1929-2014, экономист, банкир, член лож "Пан-Европа", "Три Глаза" и "Роза Ветров"), Филипп Рёслер (1973 г.р., политик, член лож "Три Глаза" и "Парсифаль"), Рене Р. Оберман (1963 г.р., топ-менеджер, член ложи "Кольцо"), Хайнрих Хизингер (1960 г.р., топ-менеджер, член лож "Левиафан", "Гебура" и "Валгалла").

ШВЕЙЦАРИЯ

Томас Дж. Джордан (1963 г. р., экономист и банкир, член ложи "Жозеф де Местр"), Питер Восер (1958 г. р., топ-менеджер и генеральный директор Royal Dutch Shell, член ложи "Пан-Европа"), Серджо Эрмотти (1960 г. р., топ-менеджер и банкир, член ложи "Роза Ветров"), Филипп Хильдебранд (1963 г. р., банкир, член лож "Жозеф де Местр" и "Хатхор Пентальфа"), Йозеф Аккерманн (1948 г. р., банкир, член лож "Три Глаза", "Белым Орёл", "Пан-Европа" и "Кольцо"), Даниэль Васелла (1953 г. р., врач, менеджер, член лож "Роза Ветров" и "Пан-Европа").

АВСТРИЯ

Гертруда Тумпель-Гугерель (1952 г. р., экономист, банкир, член ложи "Пан-Европа").

ДАНИЯ

Андерс Фог Расмуссен (1953 г. р., политик, член ложи "Левиафан").

ШВЕЦИЯ

Якоб Валленберг (1956 г. р., промышленник и банкир, член ложи "Роза Ветров").

ФИНЛЯНДИЯ

Йорма Оллила (1950 г. р., топ-менеджер, член лож "Три Глаза" и "Роза Ветров"), Эско Ахо (1954 г. р., политик, член ложи "Пан-Европа"), Олли Рен (1962 г.р., политик, член лож "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня").

ПОЛЬША

Лешек Бальцерович (1947 г. р., политик, банкир, член лож "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня"), Яцек Ростовский (1951 г. р., экономист и политик, член лож "Пан-Европа", "Три Глаза" и "Эдмунд Берк").

ЧЕХИЯ

Владимир Длухи (1953 г. р., экономист и политик, член лож "Три Глаза" и "Роза Ветров").

ВЕНГРИЯ

Александр Ламфалюсси (1929 г. р., экономист, банкир, член лож "Роза Ветров", "Пан-Европа", "Три Глаза" и "Кольцо").

ГРЕЦИЯ

Лукас Пападемос (1947 г. р., экономист, банкир, политик, член лож "Три Глаза", "Пан-Европа" и "Вавилонская Башня"), Антонис Самарас (1951 г. р., политик, член лож "Три Глаза"), Евангелос Венизелос (1957 г. р., политик, член лож "Три Глаза" и "Атлантис-Алетейя").

РОССИЯ

Алексей Мордашов (1965 г.р., предприниматель и топ-менеджер, член лож "Роза Ветров" и "Жозеф де Местр"), Анатолий Чубайс (1955 г.р., политик и бизнесмен, член лож "Три Глаза", "Роза Ветров" и "Левиафан"), Игорь Иванов (1945 г.р., политик, член ложи "Золотая Евразия").

США

Марк Вайнбергер (1961 г. р., топ-менеджер и бизнесмен, член ложи "Эдмунд Берк"), Ллойд Бланкфейн (1954 г. р., банкир, член лож "Три Глаза", "Эдмунд Берк" и "Кольцо"), Джон Тейн (1955 г. р., топ-менеджер, бизнесмен, член лож "Три Глаза" и "Белый Орёл"), Роберт Зеллик (1953 г. р., политик, член лож "Кольцо" и "Хатхор Пентальфа"), Дональд Э. Грэм (1945 г. р., бизнесмен и топ-менеджер, член ложи "Роза Ветров"), Карла Андерсон Хиллз (1934 г. р., политик, член ложи "Левиафан"), Джеффри Р. Иммельт (1956 г. р., топ-менеджер, член лож "Янус", "Гебура" и "Маат"), Жозетт Ширан (1954 г. р., политик, чиновник и менеджер, член лож "Янус", "Эдмунд Берк" и "Маат"), Ричард Норман Перл (1941 г. р., политик, политолог, чиновник, лоббист, менеджер, член лож "Роза Ветров", "Гебура", "Белый Орёл" и "Хатор Пентальфа"), Ирен Розенфельд (1953 г.р., топ-менеджер, член лож "Роза Ветров" и "Кольцо"), Майкл Корбат (1960 г.р., банкир, член ложи "Три Глаза"), Майкл Ледин (1941 г. р., журналист, интеллектуал и политолог, член лож "Белый Орёл" и "Хатор Пенталфа"), Генри Р. Крейвис (1944 г. р., предприниматель, член лож "Левиафан" и "Роза Ветров"), Мари-Хосе Друин Крейвис (1949 г. р., экономист и бизнес-леди, член лож "Левиафан" и "Роза Ветров"), Уоррен Баффет (1930 г. р., предприниматель, член лож "Эдмунд Берк", "Атлантис-Алетея", "Три Глаза" и "Маат"), Кеннет Дуберстайн (1944 г. р., политик и лоббист, член лож "Белый Орёл" и "Маат"), Кеннет Рогофф (1953 г. р., экономист, член лож "Три Глаза" и "Левиафан"), Кеннет М. Джейкобс (1959 г. р., топ-менеджер, член лож "Роза Ветров", "Три Глаза" и "Эдмунд Берк"), Артур С. Брукс (1964 г. р., социолог и политолог, член лож "Эдмунд Берк" и "Хатор Пенталфа"), Билл Гейтс (1955 г. р., предприниматель, член ложи "Роза Ветров"), Мадлен Олбрайт (1937-2022, политик, член лож "Левиафан" и "Три Глаза"), Кит Брайан Александр (1951 г. р., военный и руководитель спецслужб, член лож "Гебура" и "Хатор Пентальфа"), Тимоти Гейтнер (1961 г. р., экономист, банкир, чиновник, политик, член лож "Левиафан" и "Три Глаза"), Питер Орзаг (1968 г. р., экономист, менеджер, чиновник, член лож "Левиафан" и "Маат") Лоуренс Дж. Эллисон (1944 г.р., предприниматель, топ-менеджер, член лож "Левиафан", "Гебура" и "Эдмунд Берк"), Дэвид М. Рубенштейн (1949 г. р., предприниматель, финансист и топ-менеджер, член лож "Гебура" и "Три Глаза"), Кондолиза Райс (1954 г. р., политик, член лож "Три Глаза" и "Хатор Пенталфа"), Роберт Рубин (1938 г. р., политик, член ложи "Левиафан"), Джессика Мэтьюз (1946 г. р., журналист и чиновник, член лож "Левиафан" и "Роза Ветров"), Джозеф Сэмьюэл Най (1937 г. р., политолог, член лож "Три Глазами", "Янус", "Маат"), Пегги Нунан (1950 г. р., журналист и интеллектуал, член лож "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл"), Эдвард Джеральд Корриган (1941 г. р., банкир и менеджер, член лож "Левиафан" и "Белым Орёл"), Лоуренс Д. Финк (1952 г.р., член лож "Роза Ветров", "Три Глаза", "Пан-Европа", "Кольцо", "Амон" и "Хатхор Пентальфа"), Доминик Бартон (1962 г.р., менеджер и бизнес-консультант самого высокого уровня, член лож "Три Глаза" и "Ложа Дао"), Питер Мандельсон (1953 г.р., политик, член лож "Эдмунд Берк", "Кольцо" и "Хатхор Пентальфа"), Линн Форестер де Ротшильд (1954 г. р., топ-менеджер, член лож "Левиафан" и "Янус"), Аллан Готлиб (1928-2020, юрист, чиновник, политик и интеллектуал, член лож "Три Глаза" и "Белый Орёл"), Джейкоб А. Френкель (1943 г. р., экономист, банкир, член лож "Гебура", "Три Глаза", "Роза Ветров" и "Амон"), Эндрю Ливерис (1954 г. р., топ-менеджер, член ложи "Левиафан").

МЕКСИКА

Джейми Серра Пуче (1951 г.р., экономит, менеджер, член ложи "Три Глаза"), Хосе Анхель Гурриа (1950 г.р., дипломат, политик, член лож "Три Глаза" и "Гебура").

ВЕНЕСУЭЛА

Моисес Наим (1952 г. р., журналист, политик, чиновник, член лож "Три Глаза", "Янус" и "Атлантис-Алетейя").

БРАЗИЛИЯ

Карлос Гон (1954 г.р., предприниматель и топ-менеджер, член ложи "Три Глаза").

ЕГИПЕТ

Мохамед А. Эль-Эриан (1958 г.р., топ-менеджер, член лож "Амон", "Три Глаза" и "Маат").

КИТАЙ

Хуань Ренвэй (1954 г. р., преподаватель университета и эксперт по международным отношениям, член лож "Три Глаза" и "Ложа Дао"), Ли Чэн (1962 г., политолог и эксперт по международным отношениям, член лож "Три Глаза" и "Ложа Дао"), Чэнь Дунсяо (1969 г. р., политолог и эксперт по международным отношениям, член лож "Три Глаза" и "Ложа Дао"), Вань Цзиси (1948 г.р., академик, эксперт по международным исследованиям, член "Ложи Дао" и "Жозеф де Местр"), Ипинь Хуань (1960 г.р., экономист, менеджер, член ложи "Эдмунд Берк"), Янь Цземянь (1951 г. р., эксперт по международным исследованиям, член лож "Три Глаза" и "Гебура"), Вэй Цзяньго (1947 г. р., политик, член "Ложи Дао"), Цзэн Пэйянь (1938 г. р., политик, член "Ложи Дао"), Фу Инь (1953 г. р., дипломат и политик, член лож "Ложа Дао" и "Эдмунд Берк"), Чжань Юньлинь (1945 г.р., академик, эксперт по общественным наукам, член ложи "Три Глаза"), Ву Цзяньминь (1939 г.р., дипломат, член ложи "Жозеф де Местр").

ЯПОНИЯ

Ётаро Кобаяши (1933 г.р., менеджер, член ложи "Три Глаза"), Фудзио Чо (1937 г.р., топ-менеджер, член лож "Три Глаза" и "Ложи Дао").

ЮЖНАЯ КОРЕЯ

Хон Сок Хен (1949 г. р., топ-менеджер и предприниматель в сфере СМИ, член ложи "Три Глаза"), Ли Гон Хи (1942-2020, бизнесмен и топ-менеджер, член ложи "Три Глаза").

ИНДОНЕЗИЯ

Юсуф Вананди (1937 г.р., политик, член лож "Ложа Дао", "Жозеф де Местр" и "Амон"), Софьян Вананди (1941 г.р., член лож "Амон" и "Эдмунд Берк").

"Объединённые масоны": реализация

Прежде чем рассказать биографию этих персонажей, мы должны возобновить нить повествования данной главы, кратко изучив, что произошло в связи с проектом "Объединённые масоны за глобализацию" с 1981 по 2001: необычное двадцатилетие, фундаментальное и аномальное, в котором в первый раз в истории после бурных революционных событий XVIII века (с которыми читатель может ознакомиться в следующих томах данной работы) работали вместе демократическо-прогрессивные масоны и их неоаристократические и консервативно-реакционные братья. Что касается п. 1 проекта, объединённые масоны позволили правителю Китайской Народной Республики (он был таковым с самого начала 80-х, как мы видели выше) Дэну Сяопину (1904-1997, член ложи "Три Глаза") подписать в декабре 1984 года знаменательную китайско-британскую совместную декларацию – соглашение, согласно которому Гонконг (регион под контролем Великобритании) с 1997 года стал особой административной зоной Китая, хоть и сохранил определённую политико-экономическую самостоятельность и обязался не подвергать сомнению, по крайней мере, в течение 50 лет, традиционную капиталистическую структуру этого района.

Кроме того, были значительно облегчены дипломатические и промышленные отношения между Китаем и Японией.

Вместе с братом Дэном масоны, объединившиеся для глобализации, согласились на важное политическое изобретение: "социалистическую рыночную экономику".

Речь идёт о системе, которая в намерениях неоаристократических собратьев (во главе с триархией "Белый Орёл", "Три Глаза", "Эдмунд Берк") эпохального пакта о масонском синдикате, задуманного в 1981 году, должна была способствовать постепенному внедрению капиталистических форм производства и коммерциализации, но без учёта контекстуальной демократизации китайских политических и социальных институтов.

Масоны на вершине КНР, с другой стороны, связанные через ложу "Томас Пейн" с кругом прогрессивных Ур-лож, мечтали, хотя и осторожно, о структурной трансформации (в демократическом, плюралистическом и либертарианском смысле) Китая и отношений между его народом и его правящим классом.

Неисчерпаемая разница между двумя масонскими установками китайской номенклатуры проявилась по случаю знаменитого периода народных и студенческих протестов, которые имели эпицентром площадь Тяньаньмэнь с 15 апреля по начало июня 1989 года.

Уже двумя годами ранее, в 1987 году, либертарианская, толерантная и демократизирующая линия Ху (способствующая, например, достижению большего политико-партийного плюрализма, предоставлению большей свободы слова, выражения мнений, критики и ассоциации, а также конкретному участию в предоставлении больших пространств автономии Тибету) из официального руководства КПК побудила истинного главу партии и гражданских и военных институтов Дэна освободить его и заменить на Чжао.

Именно смерть от сердечного приступа свергнутого Ху Яобана 15 апреля 1989 года положила начало так называемому "протесту на площади Тяньаньмэнь".[267]

Ниже приведен итальянский перевод знаменитого заявления студентов от 13-16 мая 1989 года:

В этот жаркий май, мы начинаем голодовку. В лучшие дни молодости мы должны оставить позади всё хорошее, и одному Богу известно, с какой неохотой мы это делаем. Но наша страна дошла до решающего момента: над всем господствует политическая власть, бюрократы коррумпированы, многие хорошие люди с великими идеалами вынуждены покинуть страну. Это время жизни и смерти для нации. Все вы, соотечественники, у кого есть совесть, слушайте наши крики. Эта страна – наша страна. Эти люди – наши люди. Это правительство – наше правительство. Если мы чего-то не сделаем, то кто сделает это за нас? Хотя наши плечи ещё молоды и стройны, и хотя смерть – слишком тяжелое бремя для нас, мы идём. Мы должны идти. Потому что история просит нас об этом. Наш патриотический энтузиазм, наш совершенно невинный дух называют "элементами, создающими суматоху". Говорят, что у нас есть скрытые мотивы или что нас использует группа людей. Мы хотели бы обратиться ко всем честным гражданам, каждому рабочему, крестьянину, солдату, простолюдину, интеллектуалу, правительственному чиновнику, полицейскому и всем, кто обвиняет нас в совершении преступлений. Положи руку на сердце, послушай свою совесть. Какое преступление мы совершаем? Мы вызываем суматоху? Мы просто ищем правды, а нас избивает полиция. Представители студентов встали на колени, чтобы умолять о "демократии". Но их полностью проигнорировали. Ответы на призывы к равному диалогу были отложены снова и снова. Что ещё нам делать? Демократия – это идеал человеческой жизни, такой как свобода и право. Теперь, чтобы получить их, мы должны пожертвовать своей молодой жизнью. Этим гордится китайская нация? Голодовка – это выбор тех, у кого нет выбора. Мы боремся за жизнь с мужеством умереть. Но мы ещё молоды. Родина-мать, пожалуйста, посмотри на своих сыновей и дочерей. Когда голодовка полностью разрушает их молодость, когда к ним приближается смерть... можете ли вы остаться равнодушными?[268]

Действительно, среди протестующих были также ностальгические маоисты и замшелые коммунисты, которые критиковали со стороны "крайне левых" псевдолиберальный и псевдокапиталистический поворот, устроенный Дэном Сяопином и его союзниками, соратниками и последователями эволюции китайского общества.

Но их было меньшинство.

Большинство протестующих требовали, чтобы к "четырём модернизациям" (в области производства и торговли, связанных с сельским хозяйством; в военной сфере; в промышленной сфере; на уровне научных исследований и технологических приложений) присоединилась пятая: модернизация, которая бы положила конец коррупции и вопиющему кумовству высоких шишек гражданской и военной иерархии, связанной с коммунистической партией Китая; нормальное функционирование демократических институтов внутри страны, способствующее внедрению многопартийности; прозрачность и свобода в средствах массовой информации и ассоциативных сферах, положившая конец любой форме цензуры и манипуляции; повышенное внимание к социально-экономическим потребностям китайского народа в целом, вместо того, чтобы способствовать ужасному разрыву между теми немногими, кто может воспользоваться капиталистической экономической модернизацией, и очень многими, кто низведён до краев нового произведенного богатства.

В связи с этим можно понять студентов и обычных граждан Китая, присоединившиеся к акции протеста, которые воздвигли на площади Тяньаньмэнь десятиметровую статую под названием "Богиня демократии". Таким образом мы понимаем, почему многие протестанты постоянного обращались к фигуре Сунь Ятсена (1866-1925), прогрессивного масона и, возможно, главного идеолога и революционера, который способствовал падению китайского императорского режима маньчжурской династии Цинь между 1911 и 1912 годами, который мечтал, чтобы в Китае прошла эгалитарная, демократическая, народная и либертарианская эволюция, а не коммунистическая диктатура.

Однако с конца апреля 1989 года Дэн Сяопин начал серию публичных выступлений, в которых обвинил студентов на площади Тяньаньмэнь и их сторонников в Пекине и других городах и территориях Китая (где происходили другие подобные демонстрации протеста) в заговоре против интересов и национальной безопасности, и что они это делают от имени неясных интересов иностранных держав и "западных империалистических инстанций".

Ни к чему не привели попытки посредничества Чжао Цзыяня на внутреннем уровне и Михаила Горбачёва на международном уровне.

Первый выступал за мирное урегулирование кризиса, конструктивный диалог со студентами и проведение ряда переговоров, чтобы точно настроить желательные реформы существующей социально-политической структуры.

Второй даже совершил поездку в Китай в разгар народных и студенческих волнений с 16 по 17 мая.

Оба были частью проекта "Объединённые масоны за глобализацию" на прогрессивной стороне: Горбачёв действительно был связан с ложей "Золотая Евразия", Чжао Цзыянь – с ложей "Томам Пейн", двумя особенно близкими Ур-ложами на этой определённой исторической развилке.

Но преобладала не диалогическая линия умеренности и реформистского критического противостояния.

Вдохновлённый в этом смысле неоаристократической западной масонской директорией (которая в общих целях придерживалась сохранения и дальнейшего совершенствования первоначального олигархико-технократического управления в Китае, основанного на власти КПК и далёкого от какого-либо подлинно демократического резонанса), Дэн Сяопин выбрал военное и насильственное подавление протестов и мирной мобилизации, которая распространилась из центра Пекина даже в самые отдалённые провинции.

И чтобы быть уверенным, что его позиция преобладает над диалоговой и возможной позицией Чжао Цзыяна вместе с товарищами по "Три Глаза" Си Чжунсюнем (1913-2002), Цзян Цзэминем (1926 г.р.), Ли Пэном (1928-2019), Ху Цзиньтао (1942 г.р.), совместно с другим уже "трёхглазым" членом группы "восьми старейшин/восьми бессмертных", а именно Ли Сяньняня (1909-1992), начал с раскрывать другим членам этого совета тайны масонской принадлежности его и других руководителей государства и партии, мельком упомянув многие прагматические и личностные преимущества, которые могло бы принести членство в такой сети.

Дэн раскрыл всё это и одновременно предложил другим шести "бессмертным" или видным деятелям Коммунистической партии Китая (все они были престарелыми революционерами-коммунистами первого часа без формальных должностей на высшем официальном государственном уровне, но членами Центральной консультативной комиссии и с чрезмерным авторитетом и властью; именуемые "бессмертными" в связи как с их долголетием, так и с мистико-инициативными фигурами даосской традиции,[269] в которой выдающиеся мудрецы и алхимики почтенного возраста занимали центральное место мифопоэтической сцены) стать масонами в рамках китайского ядра ложи "Три Глаза", в которой он был национальным надзирателем.[270]

Предложение было немедленно принято различными деятелями, такими как: Чэнь Юнь (1905-1995), Сун Жэньцюн (1909-2005), Бо Ибо (1908-2007), Пэн Чжэнь (1902-1997), Ян Шанкунь (1907-1998), Ван Чжэнь (1908-1993), – которые в свою очередь также пожелали принять в ложу своих друзей, протеже и родственников.

Другие "семь старейшин", однако, уже в 1990 году потребовали и получили от "восьмого" и главного среди них, то есть Дэна, превратить теперь многочисленное китайское ядро ложи "Три Глаза" в автономную и суверенную Ур-ложу, привилегированно связанную с трёхглазой "материнской ложей", но независимую от неё.

Новая масонская мастерская получила название "Ложа Дао".

После этого между 3 и 5 июня 1989 года началась полоса репрессий, о которой все знают, с одновременным смещением прогрессивного масона Чжао (вместе с некоторыми высокопоставленными офицерами вооруженных сил и государственными или партийными руководителями, которые, как и он, сочувствовали "народному протесту") и его помещением под домашний арест пожизненно.

Затем, сначала под бдительным контролем Дэна Сяопина (который в 1992 году руководил вместе со своим последователем и собратом Цзяном Цзэминем, который в 1989 году стал генеральным секретарем КПК и занимал эту должность до 2002 года), а потом и самого Цзяна, начали проводить некий китайский социалистический путь к капитализму, не помещённому в демократический и либертарианский контекст.

Это был своеобразный путь, на интересных особенностях которого нам придётся остановиться в другом месте, и который был значительно изменён, когда на высшем государственном уровне Китая появились Ху Цзиньтао (с 2002 по 2012 год генеральный секретарь Коммунистической партии Китая; с 2003 по 2013 год президент Китайской Народной Республики; с 2004-2005 по 2012-2013 гг. председатель Центральной военной комиссии партии и государства, со временем более внимательно относившийся к вопросам равенства и социальной справедливости) и Вэнь Цзябао (с 2003 по 2013 год председатель Государственного совета Китайской Народной Республики).

Пункт 2 проекта "Объединённые масоны за глобализацию" был реализован в соответствии с фактическим согласием между различными международными масонами на подготовительных этапах. Его результаты не понравились прогрессивным братьям и, тем не менее, скрытно и умело проводились неоаристократами.

Война в Афганистане (1979-1989) была подло использована, чтобы ослабить Советский Союз на нескольких фронтах.

Именно в этом контексте некоторые афганские лидеры моджахедов и видные джихадисты разного происхождения были связаны с некоторыми Ур-ложами.[271]

Кстати следует отметить, что именно по этому случаю молодой Осама бен Ладен (1957-?)[272] получил масонское посвящение в ложе "Три Глаза" от руки и "острия шпаги" брата Збигнева Бжезинского. На этой интригующей и тревожной истории нам придётся остановиться в других главах нашего повествования.

Тем временем в СССР высших руководителей КПСС, традиционно связанных с ложей "Жозеф де Местр", умело вывели из игры по естественным причинам: Брежнев, Суслов, Андропов и Черненко умерли в 1982-1985 годах, Андрей Андреевич Громыко (1909-1989, с 1985 года председатель Президиума Верховного суда СССР) был отправлен на пенсию в 1988 году.

Между тем поддерживалось восхождение Михаила Горбачёва (поддерживаемого могущественным братом Юрием Андроповым и, в частности, масоном Арманом Хаммером, членом многочисленных Ур-лож, действующими на Востоке на Западе) и других либеральных и прогрессивных реформистов "Золотой Евразии", такими как свободный каменщик Эдуард Шеварднадзе (1928-2014).

Однако внезапно Горбачёв был вынужден совершить ряд вопиющих политических ошибок, которые обозначили тактическое несоответствие, несовместимое с мудрой стратегией, с которой он продвигал перестройку («политическую, гражданскую и экономическую реконструкцию») и гласность («прозрачность государства для СМИ»), которые положили начало смелому и амбициозному процессу перехода от коммунистического общества к демократическому режиму свободного рынка в контексте народной защиты и социальной справедливости. В отличие от этого, казалось бы, необъяснимые горбачёвские ошибки 1990-1991 годов проложили путь к сезону дикого и разрушительного неолиберализма, безудержной коррупции, хищений государственных промышленных и коммерческих активов так называемым "российским олигархам" в союзе с иностранными предпринимателями и спекулянтами.

На самом деле, Горбачёв был объектом мудрых и недобросовестных манипуляций со стороны агентов Ур-лож "Пан-Европа" и "Свет Востоку", которые знали, как направить действия правительства к политическому самоубийству. В результате этот первоначально дальновидный реформатор, который с 1985 года был назначен генеральным секретарём Коммунистической партии Советского Союза, а с 15 марта 1990 года был избран президентом Союза Советских Социалистических Республик с (масонско-прогрессивной) программой установления в СССР социализма с человеческим лицом, либерального, плюралистического и открытого для рыночной экономики, не отказываясь от теории и практики социальной справедливости, был вынужден уступить место тому, кто окажется циничным и хищным ультра-либералистом: Борис Ельцин (1931-2007), верный исполнитель директив ложи "Свет Востоку", основанной в 1967 году Бжезинским, которому было дано поручение распространить диктат так называемого "Вашингтонского консенсуса" на постсоветскую Россию.

"Что это за "Вашингтонский консенсус"?" – спросит кто-нибудь из читателей.

Термин "Вашингтонский консенсус" был придуман в конце 1980-х годов английским экономистом Джоном Уильямсоном (1937-2021, экономический советник правительства Великобритании с 1968 по 1970 год, советник Международного валютного фонда с 1972 по 1974 год, главный экономист по Южной Азии во Всемирном банке с 1996 по 1999 год, директор проекта ООН по финансированию развития в 2001 году и преподаватель в различных престижных университетах, включая Принстон, Йорк, Уорик и Массачусетский Технологический институт) с крайне критическими коннотациями. По словам Уильямсона, прогрессивного масона, посвящённого в ложе "Ньютон-Кейнс", Вашингтонский консенсус становится господствующей доктриной международных органов, базирующихся в Вашингтоне, таких как Всемирный банк и Международный валютный фонд, что совпадает с правительствами Маргарет Тэтчер в Соединенном Королевстве (1979-1990) и Рональда Рейгана в США (1981-1989).

И какова будет эта доктрина, которая, как считается, сохранила своё всепроникающее влияние до мирового финансового кризиса 2008-2009 годов и до сих пор, в 2014 году? Уильямсон резюмирует её, утверждая, что любая страна с начала 1980-х годов, которая хотела бы получить финансирование от Всемирного банка и Международного валютного фонда, должна была энергично сократить дефицит бюджета и государственный долг, дерегулировать внешнюю и внутреннюю торговлю, провести массовую приватизацию государственных предприятий и т.д.

2 января 1992 года президент России Борис Ельцин предложил своей стране либерализацию внутренних цен, внешней торговли и валюты.

Потом масон ложи "Свет Востоку" Ельцин (на ранних этапах его консультировал брат Джеффри Дэвид Сакс, 1954 г. р., неолиберальный экономист из Гарварда, связанный с ложами "Белый Орёл" и "Три Глаза") доверил масону Егору Тимуровичу Гайдару (1956-2009 гг., также посвящённый в той же Ур-ложе, что и его брат-президент, ультра-либеральный экономист, премьер-министр России в 1992 году и вице-премьер в 1993 году) задачу реализации так называемой "шоковой терапии" на социально-экономической структуре основной из бывших советских республик. Гайдар (затем его различные эпигоны), не теряя времени, приступил к работе, буквально применив рецепты неолиберального "Вашингтонского консенсуса": быстрая либерализация, приватизация и дефляционная стабилизация, что в России означало невиданное повышение процентных ставок на стоимость денег, постоянное введение новых налогов и повышение процентных ставок у старых, сокращение государственных субсидий в промышленность и инфраструктуру и очень серьёзные сокращения социальных пособий.

Прогрессивная масонская критика шоковой терапии, осуществляемой Ельциным по указке Сакса (и Государственного департамента США, контролируемого неоаристократическими масонами Джеймсом А. Бейкером, 1930 г.р., и Лоуренсом Иглбергером, 1930-2011) основывались на выводе о том, что в годы, последовавшие за такими принудительными и ускоренными приватизациями/либерализациями (характеризующимися явлениями попустительства коррупции между так называемыми российскими олигархами и западными спекулянтами при разделе общественных благ) промышленное производство резко сократилось, средние индивидуальные доходы и ВВП (валовой внутренний продукт) сократились на 50%, а безработица достигла катастрофического уровня с серьёзными социальными последствиями: алкоголизм, разгул преступности.

Элементы тяжелейшего распада и социального неравенства, эндемической коррупции, более или менее организованной микро– и макро-преступности, снижения среднего уровня жизни продолжались в России на протяжении 90-х годов (и до сих пор сохранились), часто с резкими различиями в развитии между различными регионами этой обширной нации.

Однако после 2004 года (второй президентский срок масона Владимира Путина, члена "Золотой Евразии") Россия пережила общее экономическое развитие и восстановление своей роли великой державы. Это объясняется, прежде всего, жёсткой решимостью, с которой администрация Путина одного за другим устраняла олигополистических магнатов, близких к Ельцину (часто посредством судебных расследований, которые выявили коррупционные действия, приводящие к осуждению, тюремному заключению и конфискации активов), возвращаясь к национализации крупных газовых и нефтяных компаний, несмотря на рудиментарную и безжалостную рыночную экономику, в которой не уделялось внимания справедливому распределению богатства и возможностей.

Таким образом, начиная с 1992 года, сначала ультралиберальный, а затем несколько полугосударственный капитализм (переход от одной крайности к другой), лишённый адекватно либерально-демократических институциональных противовесов, распространился на все огромные территории бывшего Советского Союза.

И подобные незрелые и несбалансированные рыночные разработки произошли в странах Восточной Европы, когда-то подпадавших под действие Варшавского договора.

Пункт 3: после Штутгартской декларации 1983 года, Шенгенских соглашений 1985 года, единого Европейского акта 1986 года, 7 февраля 1992 года в Маастрихте подписан договор, который затем вступит в силу 1 ноября 1993 года.

Маастрихтский договор или договор о Европейском Союзе инициировал ряд институциональных процедур, которые в течение нескольких лет (на данный момент последним основополагающим актом является принятие Лиссабонского договора 2007 года, ратифицированного всеми странами-членами ЕС в период с 2007 по 2009 год) должны были привести к значительной политической, правовой и экономической интеграции нескольких европейских стран.

В период с 1999-2002 по 2014 год 18 из 28 европейских стран, присоединившихся к ЕС, отказавшись от своих предыдущих суверенных валют, приняли общую валюту – евро, контролируемую Европейским Центральным банком, не будучи суверенной валютой европейского государства или супер-государства, закреплённого за демократическими институтами и не имеющего контекстуального отношения к общим европейским облигациям (еврооблигациям).

Процесс псевдоинтеграции Старого континента происходил в соответствии с экономическими, олигархическими и технократическими директивами, близкими к неоаристократическим масонам Ур-лож "Пан-Европа", "Вавилонская Башня", "Роза Ветров", "Три Глаза", "Эдмунд Берк", и, конечно же, не в соответствии с федералистской демократической перспективой, представленной прогрессивным масоном Альтьеро Спинелли.

Пункты 4 и 5 были достигнуты без особых отклонений.

Пункт 6 был реализован с некоторыми изменениями по сравнению с первоначальной программой. В 1990 году (а не в 1992 году, как планировалось) была отставлена свободная каменщица Маргарет Тэтчер из-за её несогласия с вступлением в ЕВС, Европейскую валютную систему, действующую с 1979 года. Именно британские масоны-тори Джеффри Хоу (1926-2015) и Найджел Лоусон (1932 г.р.), оба члены нескольких Ур-лож, включая "Пан-Европа", с их европеистическим поведением и критикой тэтчеровского евроскептицизма, предопределили её опалу (громкая отставка Хоу с поста вице-премьера 1 ноября 1990 года, по случаю которого он жёстко и прямо напал на "железную леди"). Ввиду эффекта неожиданности, пост премьер-министра Великобритании останется с 1990 по 1997 у неоаристократического масона Джона Мейджора (1943 г.р.), а потом, с фиктивной сменой караула, когда после почти двадцати лет правительство вновь перешло к Лейбористской партии, начиная с 1997 года и вплоть до 2007 года, в дом 10 на Даунинг-Стрит въехал политик, официально принадлежащий лейбористам и прогрессист, но на самом деле услужливый проконсул цепи неоаристократических Ур-лож. Мы имеем в виду масона Тони Блэра (1953 г. р.), члена Ур-ложи "Эдмунд Берк", а с 2000 года также "Хатор Пентальфа". Так называемый третий путь Блэра, которого поддерживал президент США Билл Клинтон (1946 г.р., высший руководитель США с 1993 по 2001 год) и несколько самопровозглашённых социал-демократических лидеров евроатлантического региона в конце 90-х-начале XXI века, политико-экономическая идеология, сформулированная по существу социополитологом-масоном Энтони Гидденсом (1938 г.р.), была лишь номинально левым вариантом неолиберального предрассудка, распространяющегося по всем углам земного шара в результате олигархической реставрации, продвигаемой реакционными УР-ложами с 70-х и 80-х годов.

Пункты 7, 8 и 9 были выполнены довольно плавно.

Пункт 10 не был реализован, а попытка его реализации привела к убийству прогрессивного масона Ицхака Рабина (1922-1995, члена Ур-ложи «Даат»), премьер-министра Израиля сначала с 1974 по 1977 год, а затем с 1992 по 1995 год, который считал, что должен искренне добиться прочного и существенного мира с палестинским народом и его высшими представителями, подписав соглашения в Осло 13 сентября 1993 вместе с масоном-братом (членом Ур-ложи «Амон») Ясиром Арафатом (1929-2004). По-видимому, убийство Рабина усилило близость между израильскими демократами и лейбористами и более умеренными и готовыми к диалогу палестинскими лидерами. На самом деле, убрав с дороги единственного политика, который мог бы серьёзно, авторитетно и искренне реализовать мирный процесс между двумя ближневосточными народами, те, кто был заинтересован в постоянном конфликте в этом бурном регионе планеты, хорошо знали, что они сделали правильный шаг. Кто и почему убил Рабина, возложив вину на какого-то вооружённого фанатика-экстремиста? Мы должны будем поговорить об этом подробнее в другом месте, показывая контекстуально, как в рамках официального пакта о сотрудничестве под названием "Объединённые масоны за глобализацию" существовали коварные, корыстные и хищные намерения тех, кто хотел победить любой ценой в реализации определённой модели нового планетарного порядка, на Ближнем Востоке, как и на других территориях, особенно стратегических по разным причинам.

К пункту 11 нам придётся вернуться в другом месте.

Что касается пункта 12, то он был полностью завершён во всех подробностях.

В частности, Беттино Кракси был принят в Ур-ложи "Амон" и "Зелёное Братство", в то время как Карло Азельо Чампи и Бениамино Андреатта (чью принадлежность мы упоминали ранее) были определены как основные итальянские собеседники в рамках наднационального комитета, который должен был контролировать всемирную реализацию пакта "Объединённые масоны за глобализацию".

Далее летом 1981 года именно этим двум лидерам нового итальянского масонского правящего класса после истории с ложей "П2" было поручено установить веху на траектории, которая приведёт и на полуострове к определённому европейскому сообществу. Речь шла о том, чтобы освободить финансово-экономическую власть от какого-либо контроля со стороны политических институтов, демократически узаконенных как таковыми. Проект, который, если он будет реализован, с возможностью ограничения чрезмерных социальных расходов предполагаемыми политиками-демагогами и плутами, поставит финансам более высокую роль по сравнению с политикой и народным суверенитетом, подрывая сам смысл демократических институтов. Опять же прогрессивные масоны позволили себя обмануть и не возражали, полагая, что смогут позже восстановить влияние и способность к вмешательству, убеждённые в бесполезности оспаривать отдельные инициативы, важные и серьёзные последствия которых они не понимали.

Но вот как непосвящённый свидетель того времени описывает смысл операции, выполненной масонами Чампи и Андреатта:

Первый исторический удар по Италии наносит Карло Азельо Чампи, будущий Президент Республики, под давлением тогдашнего министра Бениамино Андреатта, учителя Энрико Летта и "дедушки" великой приватизации, которая разрушила итальянскую государственную промышленность, которой так боялись Германия и Франция. Это 1981 год: Андреатта предлагает вывести Банк Италии из подчинения казначейству, а Чампи выполняет. Цель: помешать центральному банку продолжать финансировать государство, как это делают другие суверенные центральные банки мира, начиная с английского. Второй удар, нокаутирующий, наносят 8 лет спустя, когда рушится Берлинская стена. Германия празднует воссоединение за счёт выживания Италии как промышленной державы: под действием шантажа французов, чтобы отвоевать восток, немцы соглашаются отказаться от марки и присоединиться к евро до тех пор, пока новая европейская обстановка устраняет со сцены их самого опасного конкурента – нас. В Риме нет недостатка в сообщниках: чтобы вырвать суверенную власть из рук коррумпированной "касты" Первой республики, есть те, кто готов принести Италию в жертву "немецкой" Европе, конечно, без ведома итальянцев.

Это та драматическая реконструкция, которую Нино Галлони, бывший преподаватель университета, чиновник и высокопоставленный государственный руководитель, сообщает Клаудио Мессоре для блога "Byoblu". В то время, в роковом 1989 году, Галлони был советником правительства по приглашению вечного Джулио Андреотти, первого европейского государственного деятеля, который был готов заявить, что опасается воссоединения Германии. Это был не "исторический провинциализм": Андреотти знал о плане против Италии и пытался противостоять ему, насколько мог. Затем в Рим поступил телефонный звонок от канцлера Гельмута Коля, который пожаловался министру Гуидо Карли: кто-то "ставит палки в колёса" франко-немецкому плану. Галлони только что столкнулся с Марио Монти в Боккони, и на его группу оказали давление Банк Италии, Фонд Аньелли и Конфиндустрия. Телефонный звонок Коля был решающим, чтобы правительство вывело его из игры. "Я узнал у министра правду", – рассказывает бывший консультант, которому пришлось общаться при помощи листов бумаги, потому что министр "боялся, что там будут микрофоны". На "клочке" он написал главный вопрос: "Было ли давление со стороны Германии на министра Карли, чтобы я прекратил делать то, что мы делаем?". "В ответ был утвердительный кивок головой".

Это, резюмирует Галлони, является источником "необъяснимой" национальной трагедии, в которую мы погружаемся. Господствующие сверхдержавы, сначала атлантические, а затем европейские, всегда боялись Италии. Об этом свидетельствуют два ключевых эпизода. Во-первых, это убийство Энрико Маттеи, стратега итальянского промышленного бума благодаря энергетическому рычагу, обеспеченному его проарабской политикой, конкурирующей с "семью сёстрами"[273]. И во-вторых, устранение Альдо Моро, человека исторического компромисса с ИКП Берлингуэра, убитого "вторыми Красными бригадами": не той подпольной организацией, основанной Ренато Курчо, а "Красными бригадами" Марио Моретти, "тесно связанными со спецслужбами, с обманом спецслужб, с американскими и израильскими спецслужбами". Лидер христианских демократов находился под прицелом гораздо более могущественных убийц, чем члены "Красных бригад": "Киссинджер поклялся, он угрожал Моро смертью незадолго до этого". Трагическая преамбула, странное убийство Пьера Паоло Пазолини, который в книге "Нефть" осудил заказчиков убийства Маттеи, что долгое время выставляли, как авиакатастрофу. Недавние расследования связывают смерть основателя Eni со смертью сицилийского журналиста Мауро Де Мауро. Вероятно, де Мауро обнаружил "французский" след: агенты бывшей Организации Американских Государств (ОАГ), внедрённые ЦРУ в рамках террористической операции "Stay behind" (в Италии, операция "Меч"), сломали самолёт Маттеи с помощью работников, связанных с мафией. Затем, во всём, чтобы заморозить итальянскую демократию, обеспечили стратегию напряжённости и терактов на площадях.

В конце 80-х настоящая игра за кулисами – это окончательная ликвидация Италии как стратегического конкурента: Чампи, Андреатта и Де Мита, по словам Галлони, работают над тем, чтобы уступить национальный суверенитет, лишь бы отнять власть у самого коррумпированного политического класса Европы. После развода между Банком Италии и Казначейством в первый раз страна оказывается в условиях финансового кризиса: до этого Банк Италии был "кредитором последней инстанции", покупая государственные облигации и, по сути, выпуская деньги, предназначенные для государственных инвестиций. После присоединения к евро ситуация резко ухудшается: с ростом процентов (которые будут выплачены в этот момент новым частным "инвесторам") государственный долг резко повысится, пока не превысит ВВП. Это не "проблема", а именно желанная цель: поставить государство в кризисную ситуацию, отключив его стратегическую функцию государственных выплат, бесплатных для граждан, в пользу промышленности и занятости. Это касается и государственных инвестиций, "наиболее важным компонентом, безусловно, было то, что касается государственных холдингов, энергетики и транспорта, где Италия лидировала во всём мире".

В этом плане против Италии также играет крупная частная промышленность, начиная с Fiat, которая внезапно перестаёт инвестировать в производство и предпочитает покупать государственные облигации. Поскольку Банк Италии больше не покупает их, ставки выросли, а государственные финансы превратились в очень доходный частный бизнес. Промышленность отодвигается на второй план, и с этого момента ей придется стоить как можно меньше. "В те годы Конфиндустрия была поглощена идеей введения всё более сильных форм гибкости, которые затем привели бы к прекаризации"[274]. Увеличение прибыли: "Поверхностный взгляд на то, что такое промышленное развитие". Результат: "Потеря стоимости предприятий, потому что фирмы что-то покупают, если только есть перспективы получения прибыли". Данные, которые говорят сами за себя. И они объясняют: "В 80-е годы, – рассказывает Галлони, – я провёл исследование, которое показало, что 50 самых важных государственных компаний и 50 самых важных частных компаний проводили ту же политику, то есть инвестировали половину своей прибыли не в производственную деятельность, а в покупку государственных облигаций по той простой причине, что итальянские государственные облигации были настолько доходными, что можно было зарабатывать больше, занимаясь финансовыми инвестициями, а не вкладывать деньги в производство. Это было началом нашей деиндустриализации".

При падении Берлинской стены итальянский потенциал был уже сильно скомпрометирован саботажем государственных финансов, но ещё не всё потеряно: наша страна, "продвигаемая" в клубе G7, всё ещё находилась в господствующем положении на международном производственном ландшафте. Мы всё ещё были "чем-то большим с точки зрения промышленности и производства", вспоминает Галлони: "Было достаточно некоторых вмешательств, нужно было возобновить государственные инвестиции". А вместо этого все побежали в противоположном направлении: после крупных стратегических приватизаций в 90-е годы "почти исчезает наша государственная промышленность", "двигатель" развития, которого так боялись немцы и французы. Деиндустриализация: "Это означает, что больше не проводится промышленная политика". Галлони цитирует Пьера Луиджи Берсани: когда тот был министром промышленности, он "предположил, что промышленные стратегии больше не нужны". Приближался конец ИРИ[275], которым управлял Проди в сотрудничестве с теми же Андреатта и Джулиано Амато. Расчленение мирового гиганта: Finsider-Ilva, Finmeccanica, Fincantieri, Italstat, Stet и Telecom, Alfa Romeo, Alitalia, Sme (занималась продуктами питания), а также банк "Банка Коммерчале Итальяна", Банк Рима, "Кредито Итальяно".

Банки, ещё один решающий шаг: после окончания действия закона Гласса-Стиголла[276] рождается "универсальный банк", то есть банкам теперь дозволено меньше заботиться о кредите для реальной экономики и можно сосредоточиться на спекулятивной финансовой деятельности. Деньги, сделанные из денег, со сделками на грани больших убытков. Это прелюдия к сегодняшней планетарной катастрофе. Для сравнения, по словам Галлони, государственные долги зашкаливают: в случае убытков банков речь идёт о трёх-четырёх тысячах триллионов. Триллион – это тысяча миллиардов: "стратосферные величины", равные шестикратному мировому ВВП. "Это страшно". Оползень начался в 2001 году с краха новой цифровой экономики и бегства финансов, которые поддержали её в надежде на бум электронной коммерции. Чтобы поддержать инвесторов, банки затем надувают мыльный пузырь с деривативами: собирают деньги для обеспечения доходности, но без покрытия рисков последних андеррайтеров финансовой пирамиды, которые держатся только за сказки о предстоящем "восстановлении", которое вот-вот случится, каждые три месяца, по мнению "учебных центров, экономистов, наблюдателей, учёных и исследователей, которым сами же и платят".

Таким образом, добавляет Галлони, мы годами занимались операциями с деривативами и выпуском других токсичных ценных бумаг. Пока в 2007 года не было обнаружено, что банковская система отбилась от рук: ни один банк не ссужал ликвидные активы другому, зная, что другой делает то же самое, то есть спекулировал себе в убыток. Впервые, объясняет Галлони, масса ценных бумаг, потерянных банками на финансовых рынках, превысила сумму, которую реальная экономика: семьи и бизнес, плюс сама мафия – сумели ввести в банковскую систему. "Отсюда и кризис ликвидности, который вытекает из этого: потери перевешивали депозиты и текущие счета". Как мы знаем, дыра была своевременно закрыта ФРС, которая с 2008 по 2011 год перечислила банкам, американским и европейским, что-то вроде 17 триллионов долларов, то есть "больше, чем американский ВВП и больше, чем весь американский государственный долг".

В том же направлении (ликвидность только для банков, а не для государств) идёт политика количественного смягчения ЕЦБ во главе с Драги, которая, очевидно, не решает экономического кризиса, потому что "те, кто находится на вершине банков, как мы видели примере банка "Монте деи Паски", зарабатывают на убытках". Прибыль исходит не от экономических показателей, как было бы логично, а от количества спекулятивных финансовых операций: "Эти люди забирают домой 50, 60 миллионов долларов и евро, исчезают в налоговых убежищах, а затем банки благополучно разоряются". Они не терпят неудачу только потому, что тогда центральные банки, контролируемые теми же банками-мошенниками, пополняют их новыми ликвидными активами. Дальше страдает вся "система-Италия", с тех пор как в 1981 году государственные финансы были "отключены" разводом между казначейством и Банком Италии. Самоубийственный путь, катастрофически завершённый последней трагедией вступления в еврозону, которая отнимает у государства валюту, а также суверенную власть государственных расходов с помощью таких мер, как "Договор о финансовой стабильности" и баланс бюджета.

Для Европы "слёзы и кровь", санация государственных счётов предшествует развитию. "Вам известно, что такой путь невозможен, потому что нельзя сделать бюджет безубыточным или преследовать ещё более амбициозные цели, если нет восстановления". И в условиях полной рецессии сокращение государственных расходов означает только достижение необратимой депрессии. Выходы? Немедленно дать отставку творцам катастрофы: от Ангелы Меркель до Марио Монти, – которые перевернули европейскую политику. Нужно вернуться к денежному суверенитету, говорит Галлони, и перестать считать государственный долг проблемой. Достаточно сделать ставку на национальное богатство, которое в десять раз превышает ВВП. Это неправда, что мы не сможем погасить этот долг. Проблема в том, что долг просто не должен погашаться: "Важно снизить процентные ставки", которые должны быть "ниже темпов роста". В этот момент долг больше не является проблемой: "Это здоровый способ решения проблемы государственного долга". Если, конечно, это не будет продолжаться, как в Греции, где "ради 300 жалких миллиардов евро" на европейских биржах потеряли 3000 миллиардов, бросив греческий народ на произвол судьбы.

Вопрос: "Понимают ли эти люди, что действуют не только против Греции, но и против других европейских народов и стран? Кто на самом деле командует этой Европой, осознаёт это?" Или, заключает Галлони, они действительно хотят "достичь своего рода порабощения народов, дальнейшей потери суверенитета государств" для неафишируемых целей, как это произошло в Италии: приватизация по выгодным ценам, грабёж национального наследия, получение заработка без работы. Преступный план: великий заговор мировой элиты. "Бильдербергский клуб, Британия, Группа тридцати, десяти, иллюминаты Баварии – всё это правда, – признаётся бывший советник Андреотти. – Люди, которые собираются вместе, как некие масонские клубы, и вершат судьбами". Но реальная проблема в том, что они "не находят сопротивления со стороны государств". Цель всегда одна и та же: "убрать национальные государства с пути, чтобы иметь возможность увеличить власть всего наднационального, многонационального и международного". Государства были ослаблены, а затем наводнены "своими людьми", с проникновением в правительства суперлоббистов, от Бильдербергского клуба до иллюминатов. "В США существовало братство "Череп и кости", в котором состояли отец и сын Буши, ставшие президентами Соединённых Штатов".

У нас нет друзей. Америка безуспешно искала бы в Италии сильный берег после падения стены, прежде чем дать зелёный свет (при Клинтоне) сверхвласти Уолл-Стрит. После убийства Кеннеди, по словам Галлони, США "всё больше становятся жертвами британцев", которые заинтересованы "в усилении конфликтов, беспорядков", в то время как "экологический" компонент, близкий к короне, ведёт курс на "на резкое сокращение населения планеты" и, таким образом, препятствует развитию, главным героем которого была Италия. Ненавистная Германия? Она никогда не станет лидером, добавляет Галлони, если не согласится импортировать больше, чем экспортирует. Единственное возможное будущее: Китай, теперь, когда Пекин перевернул горизонт, предпочитая внутренний рынок экспорту. Италия может уступить китайцам целые сектора своей промышленности, стремясь утвердить превосходство бренда "made in Italy" на этом рынке, который в шестьдесят раз больше. Потенциальное стратегическое оружие: сектор зелёной экономики и переработка отходов, благодаря мировым патентам, таким как те, которые принадлежат компаниям Ansaldo и Italgas.

Но сначала, однако, нужно отправить наёмных убийц Италии домой: от Монти до Меркель – и революционизировать Европу, возвращаясь к необходимому денежному суверенитету. Не забывая о том, что от самоубийственных неолиберальных контрреформ, которые разрушили страну, также тихо пострадали и профсоюзные организации. Чем меньше денег в обороте и ниже заработная плата, тем лучше для сдерживания инфляции? Ложь: США только что создали триллионы долларов из ничего, не ощущая инфляционных толчков. Тем не менее, профсоюзы также были привлечены "к согласию за те неправильные реформы, которые были проведены с 1981 года". Ключевой шаг, который должен быть реализован немедленно: реформа финансов, государственных и частных, которая вернётся к поддержке экономики. Остановите антидемократическое господство Брюсселя, функциональное только для глобализированных транснациональных корпораций. Внимание: решение Китая сосредоточиться на внутреннем рынке может стать началом конца глобализации, то есть "система, которая вознаграждает худшего производителя, того, кто меньше других платит за работу, того, кто заставляет работать детей, того, кто не уважает окружающую среду или здоровье". И, конечно же, прежде всего необходимо немедленное возвращение на поле жертвы номер один: суверенного демократического государства. Категорический императив: финансовый суверенитет для поддержки государственных расходов, без которых страна умирает. "Меня волнует, что есть дефицит расходов, – настаивает Галлони, – потому что в условиях кризиса и безработицы, стремление к безубыточности бюджета является преступлением".[277]

Конечно, читатель, который внимательно следил за нами, сразу же сможет отделить пшеницу от плевел в приведённых рассуждениях, сравнивая их с самыми строгими и пунктуальными реконструкциями, которые мы предоставили по определённым темам.

Во всяком случае, если не считать упоминаний Нино Галлони об "иллюминатах, братстве "Череп и кости", Бильдербергском клубе и т. д.", или когда он с заговорщической поверхностностью решает проблему убийств Маттеи, Пазолини, Моро и другие смежные вопросы, то когда разговор заходит о разрушительных последствиях так называемого развода между Банком Италии и Казначейством, в результате которого произошла так называемая "товарищеская ссора" между масонским министром Бениамино Андреатта и немасонским министром Рино Формика, есть много соответствующих замечаний.

К ним, конечно, не относится странная идея о том, что масон Карло Азельо Чампи выполнил что-то под давлением Андреатта.

Скорее они действовали согласованно, при идеальном согласии и общности интересов, в рамках наднациональных масонских пактов ("Объединённые масоны за глобализацию"), и оба стали максимальными гарантами для Италии, вместе с братьями, такими как Джорджо Наполитано, Франческо Коссига, Джованни Спадолини, Армандо Корона, Джулиано Амато и другими.[278]

Глава 9. Большой огненный глаз без век, вписанный в треугольник. Саурон в фартуке и глобализация без демократии, свободы и глобальных прав. Часть первая (2001 -?)

Беседа с четырьмя авторитетными представителями мировой масонской элиты

Саруман: Ты знаешь, о чём я, Гэндальф. Большой глаз, без век, окутанный пламенем.

Гэндальф: Да... это Саурон.

Саруман: В своей крепости лорд Мордора видит всё. Он помнит всё зло. Вскоре он создаст армию, достаточно внушительную, чтобы начать атаку на Средиземье.

"Властелин Колец - Братство Кольца", из фильма Питера Джексона

Но в хорошей и здоровой аристократии существенно то, что она чувствует себя не функцией (всё равно, королевской власти или общества), а смыслом и высшим оправданием существующего строя. Поэтому она со спокойной совестью принимает жертвы огромного количества людей, которые должны быть подавлены и унижены ради неё до степени неполноценных, рабов и орудий. Её вера должна заключаться в том, что общество имеет право на существование не ради самого общества, а лишь как фундамент и помост, подножие для некоего вида избранных существ ради выполнения их высшей задачи и вообще для высшего бытия. Её можно сравнить с теми стремящимися к солнцу вьющимися растениями на Яве, - их называют энтандрофрагма полезная, которые охватывают своими ветвями ствол дуба до тех пор, пока не вознесутся высоко над ним, и тогда, опираясь на него, вволю распускают свою крону и выставляют напоказ своё счастье.

Взаимно воздерживаться от оскорблений, от насилия и эксплуатации, соразмерять свою волю с волею другого - это можно считать в известном грубом смысле добронравием среди индивидуумов, если даны нужные для этого условия (именно, их фактическое сходство по силам и достоинствам и принадлежность к одной корпорации). Но как только мы попробуем взять этот принцип в более широком смысле и по возможности даже сделать его основным принципом общества, то он тотчас же окажется тем, что он и есть, - волей к отрицанию жизни, принципом распада и гибели. Тут нужно основательно вдуматься в самую суть дела и воздержаться от всякой сентиментальной слабости: сама жизнь по существу своему есть присвоение, нанесение вреда, преодоление чуждого и более слабого, угнетение, суровость, насильственное навязывание собственных форм, аннексия и, по меньшей мере, по мягкой мере, эксплуатация, - но зачем же постоянно употреблять именно такие слова, на которые клевета наложила издревле свою печать? И та корпорация, отдельные члены которой, как сказано ранее, считают себя равными - а это имеет место во всякой здоровой аристократии, - должна сама, если только она представляет собою живой, а не умирающий организм, делать по отношению к другим корпорациям всё то, от чего воздерживаются её члены по отношению друг к другу: она должна быть воплощённой волей к власти, она будет стремиться расти, усиливаться, присваивать, будет стараться достигнуть преобладания, - и всё это не в силу каких-нибудь нравственных или безнравственных принципов, а в силу того, что она живёт и что жизнь и есть воля к власти. Но именно в этом труднее всего сломить общие убеждения европейцев; теперь всюду мечтают, и даже под прикрытием науки, о будущем состоянии общества, лишённом "характера эксплуатации", - у меня создаётся впечатление, будто мне обещают изобрести жизнь, которая воздерживалась бы от всяких органических функций. "Эксплуатация" не является признаком испорченного или несовершенного и примитивного общества: она находится в связи с сущностью всего живого, как основная органическая функция, она есть следствие действительной воли к власти, которая именно и есть воля жизни. Положим, что как теория это новость, - как реальность это изначальный факт всяческой истории; будем же настолько честны по отношению к себе!

Фридрих Ницше, По ту сторону добра и зла

Это была бы аристократическая, строго отобранная общность, обладающая абсолютным знанием, которое через искупление трудящихся масс привела бы к спасению всего человечества. Мы находимся при явном цепном мистическом замещении, мало чем отличающемся от того, что некоторые религии или гностические секты (манихеи, катары, богомилы) практиковали в отношении потусторонней сущности Бога. В марксистско-ленинской сотериологической[279] вселенной Бог сменяется массами. Его неземная сущность сменилась их революционной сущностью.

Энцо Беттиза, Тайна Ленина. Для антропологии homo bolscevicus

Мы видели, как Ленин задумал и построил Бунд из профессиональных революционеров - секту обученных интеллектуалов, встроенных в жёстко дисциплинированную организационную структуру и подчинённых узам безусловного послушания и православия. Это объединённое меньшинство гностических активистов не уничтожало царский режим ни напрямую, ни, строго говоря, косвенно. Его работа была почти исключительно конструктивной. Он воспользовался двоевластием, создавшимся после краха государства, и при помощи гениального переворота, осуществлённого благодаря спонтанному народному движению, захватил бразды правления. В этот момент начинается удивительное и драматическое приключение: элита интеллектуалов, вооружённых спасительной доктриной, берёт в свои руки судьбы огромного народа и превращается в правящую элиту.

Лучано Пелликани, Профессиональные революционеры

Все животные равны, но некоторые более равны, чем другие. После этого не показалось странным, что на следующий день у свиней, охранявших рабочие места, выросли кнуты между лапами.

Джордж Оруэлл, Скотный двор

«ЭММАНУЭЛЬ ГОЛДСТЕЙН

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ОЛИГАРХИЧЕСКОГО КОЛЛЕКТИВИЗМА»

Уинстон начал читать:

Глава 1. Незнание — сила

На протяжении всей зафиксированной истории и, по-видимому, с конца неолита, в мире были люди трёх сортов: высшие, средние и низшие. Группы подразделялись самыми разными способами, носили всевозможные наименования, их численные пропорции, а также взаимные отношения от века к веку менялись; но неизменной оставалась фундаментальная структура общества. Даже после колоссальных потрясений и необратимых, казалось бы, перемен структура эта восстанавливалась, подобно тому, как восстанавливает свое положение гироскоп, куда бы его ни толкнули. [...]

Из сказанного выше нетрудно вывести — если бы кто не знал её — общую структуру государства Океания. Вершина пирамиды — Старший Брат. Старший Брат непогрешим и всемогущ. Каждое достижение, каждый успех, каждая победа, каждое научное открытие, все познания, вся мудрость, всё счастье, вся доблесть — непосредственно проистекают из его руководства и им вдохновлены. Старшего Брата никто не видел. Его лицо — на плакатах, его голос — в телеэкране. Мы имеем все основания полагать, что он никогда не умрёт, и уже сейчас существует значительная неопределённость касательно даты его рождения. Старший Брат — это образ, в котором партия желает предстать перед миром. Назначение его — служить фокусом для любви, страха и почитания, чувств, которые легче обратить на отдельное лицо, чем на организацию. Под Старшим Братом — внутренняя партия; численность её ограничена шестью миллионами — это чуть меньше 2% населения Океании. Под внутренней партией — внешняя партия; если внутреннюю уподобить мозгу государства, то внешнюю можно назвать руками. Ниже — бессловесная масса, которую мы привычно именуем «пролами»; они составляют, по-видимому, 85% населения. По нашей прежней классификация пролы — низшие, ибо рабское население экваториальных областей, переходящее от одного завоевателя к другому, нельзя считать постоянной и необходимой частью общества.

В принципе принадлежность к одной из этих трёх групп не является наследственной. Ребёнок членов внутренней партии не принадлежит к ней по праву рождения. И в ту, и в другую часть партии принимают после экзамена в возрасте 16 лет. В партии нет предпочтений ни по расовому, ни по географическому признаку. В самых верхних эшелонах можно встретить и еврея, и негра, и латиноамериканца, и чистокровного индейца; администраторов каждой области набирают из этой же области. [...]

В Океании жизнь никак не централизована. Правители соединены не кровными узами, а приверженностью к доктрине. Конечно, общество расслоено, причём весьма чётко, и на первый взгляд расслоение имеет наследственный характер. [...]

Между двумя частями партии определённый обмен происходит — но лишь в той мере, в какой необходимо избавиться от слабых во внутренней партии и обезопасить честолюбивых членов внешней, дав им возможность повышения. Пролетариям дорога в партию практически закрыта. Самых способных — тех, кто мог бы стать катализатором недовольства, — полиция мыслей просто берёт на заметку и устраняет. [...]

Партия — не класс в старом смысле слова. Она не стремится завещать власть своим детям как таковым; и если бы не было другого способа собрать наверху самых способных, она не колеблясь набрала бы целое новое поколение руководителей в среде пролетариата. То, что партия не наследственный корпус, в критические годы очень помогло нейтрализовать оппозицию. Социализм старого толка, приученный бороться с чем-то, называвшимся «классовыми привилегиями», полагал, что ненаследственное не может быть постоянным. Он не понимал, что преемственность олигархии необязательно должна быть биологической, и не задумывался над тем, что наследственные аристократии всегда были недолговечны, тогда как организации, основанные на наборе, — католическая церковь, например, — держались сотни, а то и тысячи лет. Суть олигархического правления не в наследной передаче от отца к сыну, а в стойкости определённого мировоззрения и образа жизни, диктуемых мёртвыми живым. Правящая группа — до тех пор правящая группа, пока она в состоянии назначать наследников. Партия озабочена не тем, чтобы увековечить свою кровь, а тем, чтобы увековечить себя. Кто облечён властью — не важно, лишь бы иерархический строй сохранялся неизменным..

Все верования, обычаи, вкусы, чувства, взгляды, свойственные нашему времени, на самом деле служат тому, чтобы поддержать таинственный ореол вокруг партии и скрыть подлинную природу нынешнего общества.

Джордж Оруэлл, 1984

Когда-то "восстание масс" угрожало общественному порядку и цивилизационным традициям западной культуры. Однако в наше время главная угроза, похоже, исходит от тех, кто находится на вершине социальной иерархии, а не от масс. Этот удивительный поворот событий сбивает с толку наши ожидания относительно хода истории и ставит под сомнение давно установленные предположения. Когда Хосе Ортега-и-Гассет в 1930 году опубликовал "Восстание масс", он не мог предсказать время, когда было бы более уместно говорить о "восстании элит". Работая над своей книгой во времена большевистской революции и подъёма фашизма, после апокалиптического конфликта, раздирающего и разрушающего Европу, Ортега приписывал кризис западной культуры "политическому господству масс". Но сегодня именно элиты - группы, контролирующие международный поток денег и информации, руководящие благотворительными фондами и высшими учебными заведениями, контролирующие средства культурного производства и, таким образом, определяющие условия публичных дебатов, - потеряли веру в ценности Запада, или как остаётся.

Кристофер Лаш, Восстание элит. Предательство демократии

Существует один исторически доказуемый факт: в конце Второй мировой войны и в конце 70-х - начале 80-х, рабочий класс, и в более широком смысле, класс работников, начиная с тех, кто работает на заводе, получил, частично с борьбой, частично по причинам геополитическим, важные улучшения социального положения. Даже не называя их по-французски "славными тридцатью годами", это было время, когда десятки миллионов людей впервые получили стабильную и относительно хорошо оплачиваемую работу. [...]

Реальная заработная плата увеличилась; были введены или расширены во многих странах, включая Италию, государственные системы социальной защиты, от пенсий, основанных на методе распределения (при котором рабочий в бизнесе помогает выплачивать пенсию тем, кто ушёл на отдых, метод, который уберегает его от перепадов биржевых курсов и инфляции) до национальной системы здравоохранения; сократилось рабочее время примерно на 2-300 часов в год (то есть почти на два месяца работы); оплачиваемый отпуск увеличился на недели. Наконец распространились на несколько стран, начиная с нашей, права рабочих на то, чтобы к ним относились как к людям, а не как к товарам, которые используются при обслуживании или в противном случае выбрасываются. Эти достижения, начиная с общественных систем социальной защиты, были результатом законодательных реформ - здесь, возвращаясь к нашему статуту рабочих 1970 года, по желанию министра труда, социалиста Джакомо Бродолини, и составленного в основном молодым специалистом по трудовому законодательству, тоже социалистом, Джино Джунни – не меньше, чем масштабной трудовой борьбы. Не забываем о студенческом движении, которое в Италии, как и во Франции и Германии, способствовало в конце 60-х включению в политическую повестку дня требование более активной демократии.

Следует отметить, что завоевания словом также были результатом геополитической картины, которая затем быстро изменилась после конца 80-х. На Востоке действительно была великая тень СССР - гигант, чьих движений боялись, которого можно было считать каким-то образом представленным на Западе весомыми политическими партиями, такими как коммунистические партии во Франции и Италии. Таким образом, правящие классы были вынуждены уступить часть своих привилегий, в целом ограниченную часть. В любом случае это означало сокращение власти, которой они пользовались, отчасти из-за борьбы рабочих, отчасти из-за убеждения, что лучше идти в этом направлении, чтобы тень на Востоке не оказывала слишком большого влияния на западный политический контекст.

Примерно в 1980 году во многих странах: США, Великобритании, Франции, Италии, Германии – началось то, что некоторые позже назвали контрреволюцией, а другие, ссылаясь на работу французского ученого Сержа Халими 2004 года, большим скачком назад. Правящие классы мобилизовались и начали вести классовую борьбу сверху, чтобы вернуть утраченные позиции. Подобное восстановление было реализовано в нескольких конкретных и конвергентных инициативах. Прежде всего взяли курс на сдерживание реальной заработной платы, то есть доходов от наёмного труда; вновь ввели более жёсткие условия труда на фабриках и в офисах; снова увеличили долю прибыли в ВВП, которая была подорвана повышением заработной платы, инвестициями, налогами периода между концом Второй мировой войны и 80-ми годами.

По сути дела, классовая борьба никуда не пропала. Во всяком случае, борьба, которая велась снизу, чтобы улучшить свою судьбу, уступила место борьбе, проводимой сверху, чтобы вернуть привилегии, прибыль и, прежде всего, власть, которые были в некоторой степени уступлены за предыдущие 30 лет.

Характерной чертой классовой борьбы в наше время является следующее: класс тех, кто с разных точек зрения считается победителями - термин, который высоко ценится теми, кто считает, что человечество неизбежно должно разделиться на победителей и проигравших, – ведёт упорную классовую борьбу против класса проигравших. Это то, что я имею в виду под классовой борьбой после классовой борьбы.

Лучано Галлино, Классовая борьба после классовой борьбы

Ничто не может так навредить демократии и способствовать её истощению, как представить её в виде риторического дискурса, не смотреть на суть её формы, радоваться тому, что никогда, как сейчас, в мире существует так много государств, которые называют себя демократическими, но в которых слишком много первостепенных сил для жизни граждан были отобраны у дочерних учреждений всенародного голосования, слишком много полномочий, формально приписываемых таким учреждениям, существенно лишены власти и до предела аннулированы другими полномочиями. Итак, если режимы, которые мы по-прежнему называем демократическими, на самом деле не таковы, какое определение лучше всего подходит для них? Разговор о постдемократии, безусловно, служит для того, чтобы подчеркнуть разницу и понять, что мы находимся в зоне "после". Однако необходимо также постараться понять, "в чём мы находимся". Это проблема остаётся открытой.

Массимо Л. Сальвадори, Демократии без демократии

Таким образом, ещё один способ взглянуть на быстрый рост Китая в контексте планетарной экономики - это рассматривать его как реакцию на насильственное изгнание значительной части китайского населения из коммерческого сектора, осуществляемое коммунистами. И, что также парадоксально, в свете долгосрочного развития страны коммунистические кампании коллективизации в городах и сельских районах создали послушную и покорную рабочую силу, насчитывающую сотни миллионов человек. [...]

Дуара подчёркивает существование глубокого парадокса в том, как с 1978 года капитализм утвердился в Китае. Для китайцев, которые потели и избивали друг друга, обсуждая марксистские и маоистские теории, пока не усвоили их до костей, парадокс - это гораздо больше, чем просто исторический поворот. Это то, что полностью перевернуло им умы с ног на голову. Согласно марксистской теории, капитализм формируется, когда ранние капиталисты угнетают крестьян, в основном заставляя их голодать настолько, чтобы богатство, производимое Землёй, могло быть направлено на коммерческие предприятия с интенсивным использованием капитала. Но в Китае именно крестьяне оказали давление на коммунистическое государство, чтобы оно могло начать свой собственный бизнес, и именно реформы Мао заложили основу для утверждения капитализма. "Марксист мог видеть в Китае Мао предпосылки для капитализма", - говорит Дуара. Социальные институты, созданные коммунистами, вызвали кровотечение государственных ресурсов, и к 1978 году правительство практически обанкротилось. Но, заботясь об основных потребностях народа, коммунисты в конечном итоге избавили капиталистов, которые сделали первые шаги, от затрат, связанных с развитием современной рабочей силы. Теперь, конечно, эта рабочая сила представляет непреодолимую привлекательность для промышленников планеты. В то время как американские и европейские компании ищут места для перемещения своих заводов или делегирования производства третьим лицам, Китай считается местом, где эксплуатационные и трудовые затраты могут быть сведены к минимуму. Следующим историческим парадоксом может быть тот факт, что именно эти американские и европейские компании учат китайские компании, как использовать ту же послушную и покорную рабочую силу, чтобы получить конкурентное преимущество перед ними в ландшафте планетарного рынка.

Тед С. Фишман, ООО "Китай". Сверхдержава, которая бросает вызов миру

Экономические убийцы – это высокооплачиваемые професионалы, которые обжуливают страны по всему земному шару на триллионы долларов. Они перенаправляют деньги от Всемирного банка, Американского Агентства по международному развитию (USAID) и других международных гуманитарных организаций на счета огромных корпораций и в карманы нескольких богатых семейств, которые контролируют природные ресурсы планеты. Их инструментарий включает мошенническую финансовую информацию, манипуляцию выборами, взятки, вымогательство, секс и убийства. Они играют в игру столь же старую, как и империя, но принявшую новые и ужасающие размеры во времена глобализации. Мне ли этого не знать… ведь я был экономическим убийцей... [...]

Сегодня мы наблюдаем безумие, как результат работы этой системы. Топ-менеджеры наших самых уважаемых компаний нанимают за почти рабскую заработную плату людей для работы в тяжёлых условиях на азиатских предприятиях с потогонной системой. Нефтяные компании тоннами качают отраву в реки дождевых лесов, сознательно убивая людей, животных и растения, совершая геноцид древних культур. Фармацевтическая промышленность отказывает в спасительных лекарствах миллионам заражённых СПИДом африканцев. Двенадцать миллионов семей в наших собственных Соединённых Штатах озабочены тем, что они будут есть в следующий раз.

Энергетическая индустрия породила «Enron». Бухгалтерская индустрия породила «Andersen». Отношение дохода одной пятой населения мира, проживающего в наиболее развитых странах, к доходу одной пятой населения мира, проживающей в беднейших странах, увеличилось с 30:1 в 1960 до 74:1 в 1995. Соединённые Штаты потратили более 87 миллиардов долларов на войну в Ираке, в то время как, по оценкам ООН, половины этой суммы хватило бы на обеспечение чистой воды, адекватным питанием, санитарными услугами и начальным образованием каждого человека на планете... [...]

Некоторые возложили бы ответственность за наши текущие проблемы на организованный заговор. Мне жаль, что тут не всё так просто. [...]Корпоратократия — это не заговор, но её члены действительно имеют общие ценности и цели... [...]

Эта книга — исповедь человека, который ранее был экономическим убийцей и состоял в относительно небольшой группе людей. Сейчас таких намного больше.

Для их именования прибегают к эвфемизмам, они ходят по коридорам «Monsanto», «General Electric», «Nike», «General Motors», «Wal-Mart» и почти любой крупной корпорации мира. В самом реальном смысле, «Исповедь экономического убийцы» — их история, так же, как и моя.

Это и ваша история, история вашего мира и моего, первой по-настоящему глобальной империи. История учит нас, что если мы не изменим положение вещей, это гарантированно закончится трагически. Империи не существуют долго. Все они очень плохо заканчивали. Они разрушили множество культур на пути к глобальному доминированию, а затем рушились сами. Ни одна страна или группа стран не могут процветать слишком долго за счёт эксплуатации других стран.

Эта книга написана для того, чтобы мы могли переосмыслить и перестроить нашу жизнь. Я уверен, что когда достаточно много людей узнает, как нас эксплуатирует экономический двигатель, который порождает жадный аппетит к глобальным ресурсам и превращается в систему, способствующую рабству, мы перестанем его терпеть. Мы переоценим нашу роль в мире, где лишь немногие купаются в богатстве, а большинство тонет в бедности, грязи и насилии. Мы согласно выберем курс на сострадание, демократию и социальную справедливость для всех. Признание проблемы — первый шаг к её решению. Признание греха — первый шаг к его искуплению. Пусть эта книга станет началом нашего спасения. Пусть она вдохновит нас на новый уровень служения и приведет нас к пониманию того, как правильно воплотить нашу мечту о гармоничных и достойных обществах.

Джон Перкинс, Исповедь экономического убийцы

Свой рассказ я начинаю именно с того момента, которым завершается моя первая книга, «Исповедь экономического убийцы». Тогда, в 2004 году, дописывая последние строки, я не имел ни малейшего представления о том, заинтересует ли кого-нибудь история жизни экономического убийцы. Мною двигало желание выговориться, во всеуслышание рассказать правду о событиях, к которым я приложил руку. [...]

Конечно, в одиночку, без помощи тех, кто тоже варился в этом котле, подобную вещь писать было трудно, но только это могло обеспечить мне хоть какую-то безопасность. Но вот моя книга увидела свет, и для многих из тех, кто приводил в движение тайные пружины событий, о которых я рассказывал, это послужило толчком, чтобы выйти из тени. Экономические убийцы, «шакалы», журналисты, волонтёры Корпуса мира, руководители крупных корпораций, Всемирного банка, Международного валютного фонда (МВФ), государственные чиновники — все потянулись ко мне со своими признаниями. Их истории, рассказанные на этих страницах, раскрывают тайную подоплёку событий, формирующих облик того мира, который мы оставляем в наследство нашим детям, и подводят к неизбежному выводу: мы обязаны действовать, мы обязаны измениться. [...]

В ходе дальнейших обсуждений «Исповеди» в студенческих аудиториях выявился и ещё один, седьмой, признак империи: ею управляет император или правитель, который осуществляет контроль над государственными структурами и средствами массовой информации, не избирается народом и не подчиняется его воле; власть такого правителя не ограничена законом.

На первый взгляд это в корне отличает США от других империй. Но только на первый. Если вдуматься, то это лишь иллюзия отличия. Империей Соединённых Штатов управляет группа лиц, коллективно действующих почти так же, как единоличный правитель. Эти люди стоят во главе крупнейших корпораций, что дает им возможность контролировать наше правительство. Они сами, их воля и их идеи свободно циркулируют через «вращающиеся двери» между бизнесом и правительством. Посредством финансирования политических кампаний и СМИ они обеспечивают себе рычаги давления на избираемых нами представителей власти и контролируют информацию, которую мы получаем. Эта группа лиц (мужчин и женщин, входящих в корпоратократию) всегда остаётся у власти, независимо от того, представители какой партии — Республиканской или Демократической — доминируют в данный момент в Белом доме или конгрессе. Они неподвластны воле народа и не ограничены в своих действиях законами.

Эта современная империя строилась скрытно, исподволь. Большинство её граждан до сих пор не подозревает о том, что она существует; однако это хорошо прочувствовали на себе те, кого она, эта империя, эксплуатирует и кто продолжает влачить нищенское существование. Каждый день от голода и болезней, вызванных систематическим недоеданием, умирает примерно 24 тысячи человек. Более половины населения планеты продолжает жить меньше чем на два доллара в день — зачастую этого недостаточно для удовлетворения самых насущных потребностей человека. [...]И хотя мы теперь так озабочены ущербом, который наносит окружающей среде наш безудержный меркантилизм, многие не отдают себе отчёта или просто не желают знать, какими людскими страданиями он оплачен. [...]

Складывая по кирпичику эту империю, мы, с гордостью носящие звание граждан США, умудрились растерять те фундаментальные духовные ценности, которые в прошлом составляли самую сердцевину понятия «американец». Своими руками мы лишили основных гражданских прав, столь пафосно провозглашённых Декларацией независимости, и себя, и тех, кто попал в орбиту наших колониальных притязаний. Мы больше не можем претендовать на звание нации, соблюдающей универсальные принципы равенства, справедливости и всеобщего благополучия.

Джон Перкинс, Тайная история американской империи

Мир, возникший после распада Советского блока, - это мир свободного рынка, перешедший границы старых национальных государств. Суверенитет перешёл к новой сущности - империи, которая не принимает границ, не имеет центра или периферии, хочет контролировать все аспекты тела и разума, преодолевать историю и позиционировать себя как источник мира, легитимности, справедливости. Империя, как и римское государство, согласно Полибию, представляет собой синтез трёх основных форм правления: монархия олицетворяется сначала монополией Соединённых Штатов на военную силу, а затем политической властью стран "Большой восьмёрки", военными блоками, такими как НАТО, органами по контролю финансовых потоков, такими как Всемирный банк или Международный валютный фонд; аристократия - это деньги: крупные транснациональные корпорации, которые организуют производство и распределение товаров и в целом держат в руках экономическую власть; демократия состоит из органов, защищающих народные интересы: неправительственные, некоммерческие, правозащитные организации – современные "плебейские трибуны".

И множеству - постмодернистскому воплощению "народа", то есть людям, живущим на мировом рынке, терпящим неравенство, лишённым работы, даже жизни – открываются пространства для революции мирового порядка. [...]

Империя материализуется прямо на наших глазах. За последние несколько десятилетий, с окончанием колониальных режимов и, ещё быстрее, после распада Советского Союза и выставленных им препятствий на капиталистическом мировом рынке, мы стали свидетелями непреодолимой и необратимой глобализации экономических и культурных обменов. Вместе с мировым рынком и глобальными цепями производства возник новый глобальный порядок, новая логика и новая структура власти: короче говоря, новая форма суверенитета. Фактически, империя - это новый политический субъект, который регулирует мировые обмены, суверенная власть, которая управляет миром.

Многие утверждают, что глобализация капиталистического производства и торговли влечёт за собой большую автономию экономических отношений, чем политический контроль, и, следовательно, что политический суверенитет находится в упадке. Некоторые приветствуют эту новую эру как освобождение капиталистической экономики от ограничений, налагаемых политическими силами; другие, с другой стороны, сожалеют о ней, поскольку она закрывает институциональные каналы, через которые рабочие и граждане могли влиять или оспаривать холодную логику капиталистической прибыли. Несомненно, что по мере развития глобализации суверенитет национальных государств, хотя и всё ещё действующий, претерпел постепенный упадок. Основные факторы производства и обмена: деньги, технологии, труд и товары – всё легче пересекают государственные границы; то есть национальное государство имеет всё меньше полномочий регулировать эти потоки и навязывать свою власть экономике. Даже самые могущественные из национальных государств больше не могут считаться верховными суверенными властями не только снаружи, но и внутри своих границ. Однако снижение суверенитета национального государства не означает, что суверенитет как таковой находится в упадке. В ходе этих преобразований политический контроль, государственные функции и механизмы регулирования продолжали управлять сферами экономического и социального производства и обмена. Основной тезис, который мы утверждаем в этой книге, заключается в том, что суверенитет принял новую форму, состоящую из ряда национальных и международных органов, объединённых единой логикой власти. Эта новая форма глобального суверенитета – как раз то, что мы называем империей.

Снижение суверенитета национального государства и его растущая неспособность регулировать экономический и культурный обмен действительно являются одним из первых симптомов, сигнализирующих о приходе империи. Суверенитет национального государства был краеугольным камнем, на котором на протяжении современной эпохи европейские державы строили свои империализмы. Однако то, что мы подразумеваем под "империей", не имеет ничего общего с "империализмом". Границы, определённые современной системой национальных государств, были основополагающими для европейского колониализма и его экономической экспансии: территориальные границы нации разграничивали центр каждой отдельной державы, из которого власть осуществлялась над внешними территориями через систему каналов и барьеров, которые, попеременно, облегчали потоки товаров и услуг. Империализм представлял собой реальную проекцию суверенитета европейских национальных государств за пределами их границ. В конце концов, почти все территории земного шара были разделены, а карта мира была раскрашена в европейские цвета: красный - для британских территорий, синий - для французских; зелёный - для португальских и т.д. Где бы ни укоренился современный суверенитет, строился Левиафан, который господствовал в обществе и навязывал иерархические территориальные границы, чтобы защитить чистоту своей идентичности от всего чуждого.

Империя возникает в сумерках европейского суверенитета. В отличие от империализма, империя не устанавливает никаких центров власти и не опирается на жёсткие границы и барьеры. Это децентрализованный и сдерживающий аппарат власти, который постепенно включает всё мировое пространство в свои открытые и постоянно расширяющиеся границы. Империя управляет гибридными идентичностями, гибкими иерархиями и множественными обменами, модулируя командные сети. Отдельные национальные цвета империалистической карты мира смешались в глобальную и имперскую радугу.

Трансформация современной империалистической географии мира и утверждение мирового рынка сигнализируют о переходе внутри капиталистической системы производства. Но, прежде всего, пространственные разделения между тремя "мирами" (Первый, Второй и Третий) запутались так, что мы постоянно находим Первый мир в Третьем, Третий в Первом, а Второй - почти нигде. Капитал, кажется, сталкивается со сглаженным миром, или, скорее, с миром, определяемым новыми и сложными режимами дифференциации и гомегенеизации, детерриториализации и ретерриториализации. Построение маршрутов и границ этих новых глобальных потоков сопровождалось трансформацией самих производственных процессов, то есть уменьшением роли фабричного промышленного труда и увеличением приоритета, придаваемого работе, основанного на общении, сотрудничестве и аффективности. В постмодернизации мировой экономики создание богатства всё более решительно стремится к тому, что мы называем биополитическим производством – производством самой общественной жизни, в которой экономический, политический и культурный элементы систематически пересекаются и дополняют друг в друга.

Многие считают Соединённые Штаты высшей властью, которая заправляет глобализацией и Новым Мировым Порядком. Сторонники превозносят их, как мирового лидера и единственную сверхдержаву; противники осуждают их, как империалистического угнетателя. Обе эти противоположные оценки основаны на убеждении, что Соединённые Штаты взяли на себя ту роль глобальной державы, от которой отказались европейские страны. Если XIX век был британским веком, то XX - американским; другими словами, если эпоха модерна была европейской, то постмодерн - эпоха американская. Самым серьёзным обвинением противников США является то, что последние повторяют те же методы, что и старые европейские империалисты; однако их сторонники видят в США гораздо более эффективного и великодушного лидера, способного преуспеть там, где европейцы потерпели неудачу. Наша основная гипотеза о том, что возникла новая форма имперского суверенитета, противоречит обеим этим концепциям. Ни Соединённые Штаты, ни какое-либо национальное государство в настоящее время не являются центром империалистического проекта. Империализм закончился. Ни одна нация не будет таким же мировым лидером, как современные европейские страны.

Соединённые Штаты занимают, несомненно, привилегированное положение в Империи, но эта привилегия проистекает не из сходства, а из различий по сравнению со старыми европейскими империалистическими державами. Эти различия могут быть чётко определены, если сосредоточить внимание на собственно имперских (неимпериалистических) основах американской конституции, где под "конституцией" мы подразумеваем формальную Конституцию – письменный документ с его различными поправками и правовыми актами – и материальную конституцию, то есть непрерывное формирование и переопределение состава социальных сил. Томас Джефферсон, авторы журнала "Федералист" и другие отцы-основатели Соединённых Штатов черпали вдохновение в имперской модели древности: они считали, что создали новую империю на другом берегу Атлантики, новую империю с открытыми и постоянно расширяющимися границами, в которой власть будет фактически распределена по сетям. Эта имперская идея сохранилась на протяжении всей истории американской конституции и возродилась сегодня в глобальном масштабе в полностью реализованной форме.

Следует подчеркнуть, что мы не используем термин "империя" как метафору, подразумевающую определение сходства между нынешним мировым порядком и империями Рима, Китая, доколумбовых и т. д., а скорее как понятие, требующее по существу теоретического подхода. Понятие империи характеризуется, прежде всего, отсутствием границ: власть империи не имеет границ. Во-первых, тогда понятие империи обозначает режим, который фактически распространяется на всю планету или управляет всем "цивилизованным" миром. Никакая территориальная граница не ограничивает его правление. Во-вторых, концепция империи относится не к исторически определённому режиму, который берёт свое начало от завоевания, а скорее к порядку, который, приостанавливая историю, кристаллизует текущий порядок вещей на вечность. С точки зрения Империи всё будет идти вечно, как оно всегда было задумано. Другими словами, Империя представляет свою власть не как исторически преходящий момент, а как режим, который не имеет временных границ и в этом смысле находится вне истории или в её конце. В-третьих, власть империи действует на всех уровнях общественного порядка, проникая в его глубины. Империя не только управляет территорией и населением, но и хочет создать реальный мир, в котором она живёт. Она не просто регулирует человеческие взаимодействия, а пытается напрямую доминировать над человеческой природой. Объектом её власти является совокупность общественной жизни; таким образом, Империя составляет парадигматическую форму биоэнергии. Наконец, хотя действие Империи постоянно погружено в кровь, её концепция посвящена миру - вечному и универсальному миру вне истории.

Майкл Хардт, Антонио Негри, Империя. Новый порядок глобализации

На этом рубеже тысячелетий над вселенной правят трансконтинентальные капиталистические олигархии. Их повседневные действия и аргументы, которыми они узаконивают себя, радикально противоречат интересам подавляющего большинства жителей Земли.

Глобализация осуществляет постепенное и принудительное слияние национальных экономик в мировой капиталистический рынок и единое киберпространство. Этот процесс вызывает исключительный рост производительных сил. В каждый момент создаются огромные богатства. Капиталистический способ производства и накопления создаёт предпосылки для творчества, жизненной силы, которые абсолютно удивительны и, несомненно, достойны восхищения.

Менее чем за десять лет валовой мировой продукт удвоился, а объём мировой торговли утроился, в то время как потребление энергии удваивается в среднем каждые четыре года.

Впервые в своей истории человечество пользуется большим изобилием товаров, и планета сокрушена тяжестью своего благосостояния. Доступные товары во много тысяч раз превышают неудержимые потребности людей.

Но также множатся массовые убийства.

Четыре всадника Апокалипсиса недоразвития: голод, жажда, эпидемии и войны - ежегодно уничтожают больше мужчин, женщин и детей, чем за шесть лет Второй мировой войны. Для народов Третьего мира "Третья мировая война" уже идёт полным ходом. [...]

Более двух миллиардов человек живут в том, что программа развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) называет "абсолютной нищетой", без фиксированного дохода, без постоянной работы, без адекватного жилья, без доступа к медицинской помощи, достаточному питанию, питьевой воде, образованию.

Владельцы глобализованного капитала практикуют на этих миллиардах людей право на жизнь и смерть. Своими инвестиционными стратегиями, денежными спекуляциями, политическими союзами они изо дня в день решают, кто имеет право жить на этой планете, а кто обречён на смерть.

Аппарат мирового господства и эксплуатации, созданный олигархиями с 90-х годов, характеризуется крайним прагматизмом, сильно сегментирован и имеет плохую структурную согласованность; кроме того, ему свойственны необычайная сложность и многочисленные внутренние противоречия. В его лоне противоборствующие фракции сражаются друг с другом. Во всей системе господствует ожесточённая конкуренция, господа предаются гомерическим сражениям между собой.

Их оружием являются принудительные слияния, враждебные предложения о поглощении, создание олигополии, уничтожение противника путём демпинга или кампаний по клевете ad hominem.[280] Убийство встречается реже, но господа не стесняются прибегать и к нему при необходимости.

Но как только система в целом или в одном из её основных сегментов оказывается под угрозой или просто оспаривается, как, например, во время саммита "Большой восьмёрки" в Генуе в июле 2001 года или Всемирного социального форума в феврале 2002 года в Порту-Алегри, олигархи и все их наёмники выступают единым фронтом. Движимые волей к власти, алчностью и безграничным опьянением власти, они ногтями и зубами защищают приватизацию мира, которая даёт им непомерные привилегии, бесчисленные прибыли и астрономические личные состояния.

К разрушениям и страданиям, причинённым народам олигархиями глобализированного капитала, его военной империей и его наёмными торговыми и финансовыми организациями, следует добавить те, которые вызваны крупномасштабной коррупцией и унижением, которые являются валютой во многих правительствах, особенно в странах Третьего мира. Фактически, мировой порядок финансового капитала не может функционировать без активного соучастия и коррупции действующих правительств.

Жан Циглер, Приватизация мира. Мародёры, хищники и наёмники мирового рынка

Социальные мегамашины - так были названы крупные иерархические организации, которые используют массы людей в качестве компонентов или рабочих единиц. Мощные и эффективные мегамашины такого рода существуют уже тысячи лет. Пирамиды Древнего Египта были построены одной из них, способной заставить десятки тысяч людей работать вместе, точно как части машины, на протяжении нескольких поколений подряд. Была и мегамашина военно-административного аппарата Римской империи. Грозными мега-машинами были в ХХ веке немецкая армия и политико-экономическая бюрократия СССР.

Финанс-капитализм - это мегамашина, которая была разработана в течение последних нескольких десятилетий с целью максимизации и накопления в виде капитала и набора сил ценностей, извлекаемых как из как можно большего числа людей, так и из экосистем. Извлечение ценностей имеет тенденцию охватывать каждый момент и аспект существования друг друга, от рождения до смерти или исчезновения. Как социальная машина, финанс-капитализм превзошёл все предыдущие, включая промышленный капитализм, благодаря своей планетарной протяжённости и широкому проникновению во все социальные подсистемы, а также во все слои общества, природы и личности.

Лучано Галлино, Финанскапитализм. Цивилизация денег в кризисе

I amar prestar aen. Мир изменился. Han mathon ne nen. Я чувствую это в воде. Han mathon ne chae. Я чувствую это в земле. A han noston ned ‘wilith. Я чувствую это в воздухе. Многое было потеряно, потому что сейчас не живёт никого, кто это помнит.

Всё началось с ковки больших колец. Три были даны эльфам, самым мудрым и верным бессмертным существам из всех. Семь - королям гномов, великим шахтёрам и строителям городов в горах. И девять, девять были даны расе людей, которые больше всего жаждут власти. Потому что в этих кольцах была запечатана сила и воля управлять всеми расами. Но все они были обмануты, потому что было создано ещё одно кольцо.

В земле Мордора, в пламени Роковой горы, Саурон, Тёмный Лорд, тайно выковал верховное кольцо, чтобы контролировать все остальные, и в это кольцо он вложил всю жестокость, зло и готовность править во всех формах жизни: кольцо, чтобы управлять ими всеми.

Один за другим свободные страны Средиземья попали под власть кольца...

"Властелин Колец - Братство Кольца", из фильма Питера Джексона

Предварительные замечания

Во второй части этой главы, повествование которой будет продолжено во втором томе трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", нам придётся контекстуализировать, дополнить и углубить в традиционном повествовании необычное содержание следующих страниц.

То, что мы предлагаем здесь - это монтаж (контролируемый и одобренный главными действующими лицами) серии бесед между Джоэле Магальди (имя посвящённого в Ур-ложе "Томас Пейн" и в более общем плане в сети международных суперлож: "Брат Яхоэль") и четырьмя очень заметными главными героями нынешней всемирной масонской элиты, настоящими "титанами" планетарного политико-финансово-экономического истеблишмента.

Беседы, также вызванные вопросами некоторых редакторов настоящей книги, проводились в разное время в период с 2011 по начало октября 2014 года как лично, так и посредством онлайновых письменных обменов и/или других технических средств.

Мы переработали их, дав последовательное и отточенное представление, подписанное участниками этого масонского симпозиума на самом высоком уровне, которые в нашем синтезе полностью восстановили дух и смысл своих рассуждений, выраженных в течение последних трёх лет.

Помимо великого мастера Великого Демократического Востока, известного в кругах УР-лож как "Брат Яхоэль", на этом съезде присутствовал брат-масон с космополитическим призванием, но с американо-британскими корнями, который предварительно выбрал для себя псевдоним "Брат Кронос"; один масон с космополитическим призванием, но с франко-немецкими корнями, который выбрал для себя псевдоним "Брат Розенкрейцер"; один масон с космополитическим призванием, но обсновавшийся в арабо-исламском и ближневосточном мире, который выбрал для себя псевдоним "Брат Амон"; и последний с космополитическим призванием, но обосновавшийся на Дальнем Востоке, который выбрал для себя псевдоним "Брат Дао".

В этих беседах основное внимание уделяется событиям и обстоятельствам, относящимся к периоду 2001-2014 гг., с соответствующими аналитическими ссылками на предшествующие временные периоды и прогнозами на ближайшее будущее.

При последующем редактировании этого оригинальной масонской беседы "Брат Яхоэль" было сокращено до "БЯ", "Брат Кронос" - до "БК", "Брат Розенкрейцер" - до "БР", "Брат Амон" - до "БА" и "Брат Дао" - до "БД", в то время как реплики кураторов будут подписаны "БКИ", что означает "Братья кураторы/интервьюеры".

Диалогические части этой главы, однако, будут перемежаться обычными повествовательными вставками: цитатами, высказываниями и рассуждениями, полезными для обрамления общего содержания того, что мы хотели представить вниманию читателя.

Представление Больших Братьев, участников беседы

БКИ: Кто хочет представиться первым?

Брат Розенкрейцер: Начну я. И хочу сказать, что обозначить себя будет не так просто, хотя и не невозможно... Это будет нелегко, потому что я представляю коллективную точку зрения нескольких других братьев, которые, как и я, чувствуют необходимость хотя бы частично отмежеваться от того, что происходит в Европе.

БКИ: Можешь указать, к какой Ур-ложе ты принадлежишь?

БР: Я член Ур-лож "Кольцо", "Валгалла" и "Парсифаль", а также французских ячеек лож "Жозеф де Местр" и "Эдмунд Берк". Но моё первоначальное посвящение, позже закрытое, произошло на Большом Востоке Франции. Я родился прогрессивным масоном, затем стал неоаристократом и консерватором, теперь чувствую прежде всего необходимость понять, что происходит в Европе и мире и какова моя масонская идентичность. И, возможно, я возвращаюсь к своим социалистическим идеалам прошлого...

БКИ: Ты родился во Франции или Германии?

БР: Я родился в средиземноморской стране у родителей-французов.

БКИ: Сколько тебе лет?

БР: Не надо задавать по одному вопросу за раз. Если позволишь, я закончу свою синтетическую самопрезентацию. Как видишь, мне за семьдесят. Я был политическим и экономическим "советником", банкиром, великим кукловодом многих международных событий.

БКИ: Например?

БР: Я занимался рождением Европейского Союза как такового в 1992 году и очень внимательно следил за переходом бывшего Советского Союза и стран Восточной Европы к свободной рыночной экономике.

БЯ: Хочешь сказать, к самому отмороженному и жестокому неолиберализму...

БР: Мы ещё представляемся или сразу вступаем в полемику?

БА: Успокойтесь, братья, давайте говорить по очереди.

БЯ: Извините. Некоторые проблемы сидят в кишках.

БКИ: Чем ты сейчас занимаешься, БР?

БР: Размышляю, пишу, занимаюсь благотворительностью, покровительствую культурным и художественным мероприятиям.

БЯ: И продолжаешь заколачивать немалые деньги, заниматься благотворительной деятельностью и другой...

БР: Мне казалось, ты не против извлечения прибыли.

БЯ: Дело в другом, и тебе это известно. Ты стал видным частным финансовым консультантом, воспользовавшись связями во власти, которыми пользовался на государственном и полугосударственном уровне. Обычная система раздвижных или вращающихся дверей, при которой политик или представитель государственных органов с лёгкостью переходит от постов, официально выполняемых в общественных интересах, к консультациям миллионеров в частных секторах, которые, возможно, должен были бы "контролировать и регулировать" при работе на государство... Не говоря уже о том, что часто (и это как раз твой случай) вы переходите между государственными должностями якобы на службе общества к оказанию услуг ради своих счетов в офшорах.

БК: Но он не ограничился тем, что стал консультантом третьей стороны. БР - видный человек: он создал агентство по финансовому стратегическому консалтингу, которое заслуживает уважения. Особенно потому, что он предлагает своим клиентам политико-реляционное и чисто экономическое кураторство.

БР: На самом деле я также занимаюсь благотворительным и некоммерческим микрофинансированием.

БА: Пусть так. Заканчивай, чтобы мы поняли, кто ты.

БР: Или, может быть, я обманываю тех, кто приходит к слишком поспешным и упрощённым выводам. Повторяю: я говорю не только от своего имени, но и от имени других олигархических братьев, как сказал бы БЯ, которые частично "сожалеют" о механизме, который они запустили с 80-х годов.

БЯ: Только "частично"?

БР: Хочешь поссориться со мной? За то, что я здесь, и за то, что я, то есть мы помогли написать трилогию "Масоны", если бы у нас не было искреннего переосмысления того, чего мы достигли за последние десятилетия?

БКИ: Успокойтесь, братья, давайте продолжим представляться. БР, пока нам достаточно. Ты хочешь представиться, Брат Кронос?

"Брат Кронос": Среди вас я самый старший. И, если позволите, я сильнее других пережил историю ХХ века.

БКИ: Где ты родился?

БК: В Европе.

БКИ: В Западной или Восточной?

БК: Если позволишь, я не отвечу на этот вопрос. Не сейчас, по крайней мере.

БКИ: Где ты живёшь?

БК: Мне нравятся места, где говорят по-английски...

БКИ: Ты перешёл в британское гражданство?

БК: Я всегда предпочитал США, хотя многие не обращают внимания, сколько у них всегда было связей с Великобританией.

БКИ: Какова твоя профессия?

БК: Послушай, вместо этого потока вопросов, дай мне представиться вкратце.

БР: Обычный авторитарист...

БК: Нет, просто прагматик.

БКИ: Хорошо. Если хочешь, опиши себя вкратце. Может быть, начнём с того, к какой Ур-ложе ты принадлежишь.

БК: Ах, ах, ах! Я участвовал в создании нескольких суперлож, вам это хорошо известно.

БА: Да, но эта беседа и содержащаяся в ней информация – только ради читателей книги, которую пишет Брат Яхоэль. Отвечай так, будто мы (вместе с теми, кто купит книгу) ничего о тебе не знаем.

БК: Ты что, мне приказываешь?

БА: Я бы никогда не позволил себе. Ты знаешь, как я уважаю тебя и обязан тебе, даже на масонском уровне.

БР: Ух! Послушайте: пусть Брат Кронос расскажет, как считает нужным. В своей жизни он всегда так поступал. Его присутствие здесь тоже что-то совершенно неожиданное и непредсказуемое. Трансгрессивное, я бы сказал...

БК: Золотые слова.

БЯ: Извините, если я вмешиваюсь. Брат Кронос, представляйся, как хочешь, но давай я подскажу. Начни с того, что ты неоаристократический масон... Ты до сих пор убеждён и доволен, что таковым являешься?

БК: Позвольте мне договорить. Единственный, кто меня не перебивал, - это Брат Дао. Видимо, он занимается эзотерическими практиками серьёзнее, чем вы, и умеет брать верх, потому что знает, когда нужно говорить, а когда лучше молчать и слушать...

БД: Даже слишком, мастер Кронос.

БКИ: Мы все уши, Брат К. Когда хочешь, начинай.

БК: Мне больше восьмидесяти и меньше девяноста. Я не брат Киссинджер, хотя и выбрал масонский псевдоним с буквой "К", и у меня нет еврейского происхождения, хотя иногда мне его приписывают. Моя экзотерическая религия - католицизм, но более пятидесяти лет я регулярно занимаюсь масонскими дисциплинами и изучаю пути мудрости. Я занимал важные государственные посты.

БКИ: В государственном или частном секторе?

БК: Я говорю о государственных учреждениях.

БКИ: Какого государства?

БК: Это не имеет значения. Допустим, я был на вершине мировой власти, как официально, так и неофициально.

БР: И мне кажется, ты продолжаете влиять на них, на эти вершины?

БК: А ты нет?

БР: Не как ты, дорогой Брат Кронос.

БК: Не прибедняйся. На европейском континенте мало кто может сравниться с силой и глубиной твоих связей.

БКИ: Вернёмся к тебе, Брат К.

БК: Я интеллектуал, но и человек действия. Человек силы, но и неизлечимо любопытный, жаждущий знаний. Я считаю религии грозными орудиями политической и культурной борьбы, но уважаю их духовные основы, если они практикуются sub specie esoterica[281].

БКИ: Что ты думаешь о проекте "Объединенные масоны за глобализацию"?

БК: Что я думаю? Я был среди его создателей и промоутеров....

БА: Да, но читателям книги "Масоны" что об этом известно?

FK: Закончу свою самопрезентацию тем, что я убежденный сторонник того, что Брат Яхоэль определяет как неоаристократическое, олигархическое и технократическое направление масонства.

БКИ: Итак, почему ты участвуешь в написании книги, которая, среди прочего, разоблачает десятилетия конфиденциальных и недемократических международных проектов таких реакционных и олигархических братьев, как ты?

БК: Не надо громких выражений. Я не реакционер и даже не консерватор. Действительно на светском политическом уровне меня даже считают демократом, и у меня есть довольно либеральные идеи по целому ряду вопросов, присущих гражданскому сосуществованию.

БД: При всем уважении, мастер Кронос, интерпретация непосвящёнными мира власти оставляет желать лучшего...

БК: Смотрю, ты тоже стал говорить больше, чем нужно.

БКИ: А как бы ты тогда себя описал?

БК: Я верю в право-обязанность тех, кто является настоящими, а не просто виртуальными посвящёнными в масонство, встраиваться в правящую элиту ради самого так называемого "народа". Но я также считаю, что всё это в современном мире должно происходить путём защиты внешних форм демократии и народного суверенитета. Вы можете назвать меня неоаристократом, как это делает брат Яхоэль, или демо-аристократом, как я предпочитаю сам. Очевидно, что олигархии всегда доминировали над остальным населением. Однако хорошо, что эти олигархии состоят не из неумелых, невежественных, фанатичных и праздных дворян, а из посвящённых в оккультную философию, из сверхлюдей, глубоко закалённых духовно, из мудрецов, которые умеют возвышаться, по словам Ницше, над добром и злом, исцеляя и питая то, о чём нужно заботиться на теле общества, и без колебаний вырезая то, что нужно вырезать.

Большинство из слишком многих миллиардов людей, населяющих планету, даже на Западе, живут зверским, анонимным и бессмысленным существованием. Важно, чтобы эти полуживотные существа направлялись твёрдым умом и энергичными руками, хотя они часто должны оставаться невидимыми, оставляя витрину политикам роль пугал и громоотводов. Всё это должно происходить по очень точным правилам. Так можно прогнать хаос и разрушительную анархию ради тех, кто действительно заслуживает звания женщин и мужчин, у которых есть душа и дух, которые не сводят своё существование только к материальному аспекту. Справедливо считать меня аристократом, но именно с приставкой "нео-". В том смысле, что, помимо моего семейного наследия, я считаю положительным уничтожение "Старого порядка" вольными каменщиками XVIII-XIX веков. И я считаю заметным и необходимым также уничтожение прямой светской власти церквей, в первую очередь католической. Было бы абсурдно в мире, столь продвинутом в научно-техническом плане, как в западном, увековечить инвазивный теократический контроль над обществом и гражданским сосуществованием. Ошибка, во всяком случае, заключалась в утверждении о создании слишком демократических, анархичных и массивных обществ, с чрезмерной ориентацией на права, зато совершенно игнорирующих обязанности человека и гражданина. Было бы справедливее заменить родовную аристократию демо-аристократией духа, отобранной по степени посвящения потенциальных правителей. Самая серьёзная историческая ошибка прогрессивных масонов заключалась в том, что они считали справедливым и целесообразным распространять свободу, братство и равенство на всех людей, даже на недостойных в моральном, интеллектуальном и духовном плане. И...

БКИ: Извини, но я повторю предыдущий вопрос. Почему ты с таким яростным элитарным и олигархическим мировоззрением, противным нашему и брата Яхоэля, захотел участвовать и участвуешь в нашей издательской и педагогически-историографической операции?

БК: Потому что поражён личностью молодого Брата Яхоэля. И по другой, не менее важной причине.

БКИ: Объясни.

БК: Брат Яхоэль очень напоминает мне прогрессивного брата, с которым я боролся всю жизнь: Артура Шлезингера-младшего. Та же интеллектуальная тонкость, та же неукротимая гордость, скрываемая за кажущимися милыми и сострадательными манерами учёного, та же бравадная гордость. Но также большая человеческая открытость диалогу, критическому противостоянию с теми, кто, как и я, стоит на противоположной стороне международной масонской семьи. Открытость, которую я ценю не саму по себе, ведь есть "звери в человеческом облике", с которыми бессмысленно вести диалог и которых нужно только бить и заставлять слушаться, но как свидетельство высокого духа молодого человека, который был бы, если бы захотел, выдающимся членом олигархического масонского истеблишмента этого века.

БКИ: А другая причина?

БК: В моём возрасте, плюс/минус год, при очень напряжённой и требовательной жизни, которую я до сих пор веду, я чувствую близкий переход на Вечный Восток. Я хотел бы оставить письменный, явный и неизгладимый след о том, что сделали мы, так называемые неоаристократические братья. О победах, которые мы одержали над демо-прогрессивной масонской средой, которая всего несколько десятилетий назад всё ещё была господствующей и неприкрытой. Они считали, что могут донести до всех уголков планеты антипосвящённые и эгалитарные принципы Всеобщей Декларации прав человека. Это приторная и помпезная Декларация родилась в гнусной голове Элеоноры Рузвельт и других идиотов в фартуках, как и она, убеждённых в том, что можно одинаково распространить всеобщие права на существ, которые разнообразны в онтологическом и метафизическом плане.

БЯ: Благодарю за личное уважение, но когда в моем присутствии упоминаешь сестру Элеонору Рузвельт, сначала почисти зубы...

БК: Да, я знаю, что у нас совершенно противоположные взгляды на неё. В любом случае, я хотел бы закончить свои объяснения. С помощью вашей книги, в написании которой я участвовал, предоставив вам, наряду с другими, доступ к самым конфиденциальным архивам неоаристократических Ур-лож, я хотел бы представить на рассмотрение потомков нашу самую амбициозную и до сих пор наиболее успешную работу. Я имею в виду создание нового глобального порядка, в котором господствуют олигархические и технократические механизмы. Что-то, о чём спорно и резко судят Брат Яхоэль и другие кураторы тех работ, которые вы опубликуете, но что я/мы считаем самым полезным вкладом для человечества. Работа, аналогичная той, которую совершил брат Наполеон Бонапарт, заменив дворянство старой династической формы военной и гражданской масонской аристократией, основанной на заслугах совершённых подвигов и достигнутого уровня посвящения.

БКИ: А если однажды всплывёт твоё имя, связанное с написанием этой книги, и ты станешь соучастником? Тебе не кажется, что твои собратья по олигархическим схемам придут в ярость? Не думаешь, что твоя репутация "публичного человека" будет подорвана? Не столько за заслуженный вклад в то, чтобы мы раскрыли всё сделанное вами и другими за многие десятилетия планетарной истории, сколько за то, что ты/вы были закулисными кукловодами на политико-государственном уровне?

БК: Вряд ли такое выйдет на поверхность. И, тем не менее, я бы уже с другим чувством прожил последний отрезок своего удивительного существования «над строками». Вместо того чтобы продолжать скрывать гордость и удовлетворение за остановку и изменение того, что вы называете "длинной полосой демократии", которую продвигают прогрессивные масоны, я бы потребовал создания нового мирового порядка, в котором только "самые благородные и богатые духом", а также экономические и финансовые, медийные и государственные средства, фактически имеют kr?tos, то есть ту власть, которая также является силой жизни и смерти над человеческими животными, над бедными духом, над теми существами, которые живут, загипнотизированные только материальным измерением человеческого существования, даже если считают себя верными той или иной религии.

БКИ: Ещё один вопрос: расскажи нам, правда ли, что за политико-дипломатическим-военным и медийным беспорядком на Украине стоит ваша Ур-ложа?

БК: Какая из Ур-лож "моя"? Как вы все знаете и как я уже говорил, я участвовал в создании нескольких суперлож...

БКИ: Перефразирую вопрос. Неоаристократическая сеть УР-лож, в которой ты ещё очень активен и пользуешься влиянием, - имеет ли она какое-либо отношение к кризису на Украине?

БК: Кажется, сейчас мы представляли себя, как участников масонской беседы. О других вопросах, может быть, поговорим позже?

БКИ: Хорошо. Кто ещё хочет представиться?

"Брат Амон": Я.

БКИ: Давай.

БА: Я член Ур-ложи "Амон", а также состою в одной влиятельной ближневосточной династии. Недавно мне также предложили посвящение в ложе "Ибн Араби".

БКИ: Сколько тебе лет?

БА: Следующий вопрос?

БКИ: Ты исповедуешь мусульманство?

БА: Формально да. Но я прежде всего масон, адепт суфизма, которое, на мой взгляд, является высшим выражением планетарного эзотеризма.

БКИ: Ты говорил, что принадлежишь к династии? Ты имеешь в виду королевскую династию, которая правит в какой-то ближневосточной стране?

БА: Давайте перейдём к другому вопросу.

БКИ: Так не пойдёт. Ты не отвечаешь ни на один вопрос.

БА: Я могу сказать, что занимаюсь как созданием большой инфраструктуры, так и энергетической и медиа-деятельностью.

БКИ: К какой группе ты принадлежишь? Ты прогрессивный или консервативный брат? Реакционер или новатор? Демократ или неоаристократ/олигарх?

БА: Скорее я умеренный либерал. Умеренный, который хотел бы помочь модернизировать свою страну и арабский мир в целом, начиная с Ближнего Востока.

БКИ: Когда ты говорил о медиа-деятельности, в которой участвуешь, ты имеешь в виду какой-либо арабский телеканал? И если да, то ты подразумевал "Аль-Джазиру" или "Аль-Арабию"?

БА: Давай я отвечу позже.

БКИ: Хорошо. А ты, Брат Дао, что расскажешь о себе?

"Брат Дао": Я родился в Китае чуть более семидесяти лет назад. Я уважаю себя за то, что в своё время был членом Ур-ложи "Томас Пейн", я всегда был прогрессивным и служил своему народу, как мог, с достоинством и приличием занимая некоторые государственные должности.

БР: То есть высшие государственные посты?

БД: Недостаточно высокие, чтобы закрепить тот демократический и либертарианский тренд, к которому, как мы надеемся, рано или поздно моя страна сможет благополучно перейти.

БР: Послушай, БД, ты занимал высшие посты в государственной и партийной организации. Тогда, может быть, расскажешь, что был и кто-то немного выше тебя, и что до сих пор в коммунистической партии Китая существует множество свободоубийственных консерваторов, которые...

БД: Давайте закончим этот спор и сосредоточимся на настоящем.

БКИ: Хорошо. Чем ты занимаешься в настоящее время?

БД: Я сейчас свободен, чтобы заниматься демократической, либертарианской, плюралистической и социально справедливой трансформацией китайской политики и общества. Я свободен, потому что на меня не нацелены лучи прожекторов, что, возможно, незаслуженно. Я также пользуюсь большой ответственностью и властью со стороны моих прогрессивных собратьев, которые назначили меня стражем ложи "Томас Пейн" в Китае. Даже в контексте КПК я увеличил своё влияние, хотя больше не вхожу в постоянный комитет Политбюро. Однако, как хорошо знает брат Кронос, филиалы "Ложи Дао", бывшего китайского отделения ложи "Три Глаза", также сохраняют и даже увеличивают свою власть. Сам нынешний генеральный секретарь КПК и президент Китайской Народной Республики брат Си Цзиньпин, сын досточтимого брата Си Чжунсюня, является членом мастерской, которая в своё время принимала восьмерых "бессмертных" из партии.

БКИ: Почему ты выбрал псевдоним "Брат Дао", если являешься членом китайского ядра ложи "Томас Пейн", которая противостоит "Ложе Дао", ранее "Три Глаза"?

БД: Потому что считаю, что мудрый путь Дао (я предпочитаю говорить "Дао", но для вас, западных людей, я пользуясь более привычной формулировкой) не должен являться прерогативой тех, кто, на мой взгляд, при всём уважении к присутствующему здесь мастеру Кроносу, отказался от пути светлого посвящения в пользу тьмы антипосвящения.

БК: Принято, Брат Дао. Во всяком случае, я думаю то же самое и о вас, так называемых прогрессистах. Для меня масонство - это прежде всего традиция, иерархия, власть, дарованная самым достойным, избирательность в соответствии с принципами онтологической дифференциации людей. Я говорю о традиции, а не о традиционализме. Наша традиция - это не почитание общественного порядка, созданного раз и навсегда, что дорого клерикальным апологетам "Старого порядка", но не обосновано на метафизическом уровне. Наша традиция охватывала века, от сообществ строителей далёкого древнего мира до мастеров-строителей раннего Средневековья, от гильдий каменщиков, которые возвели великолепные соборы, до архитекторов современности. Только мы, неоаристократические масоны, утверждаем, по моему мнению, обоснованно, что современность управляется элитой духа и финансов, поскольку нематериальные деньги являются наиболее духовными и непосвящёнными из мирских благ, результатом малых и больших алхимических работ на рынках по всему миру.

БКИ: Мы тебя прекрасно поняли, брат Кронос. Теперь давайте позволим Брату Дао закончить свою самопрезентацию. Брат Дао, я задам тебе последний вопрос, по предложению Брата К: правда ли, что ты очень богат?

БД: Моя семья эффективно использовала свои таланты и социалистическую рыночную экономику, которую мы создали в Китае.

БР: Хватит, БКИ, это больная тема. Тебе известно, что Брата Дао обвинили в использовании высокого положения "на службе китайского сообщества" для целей кумовства, семьи и личного обогащения...

БК: Уж кто бы говорил...

БД: Я не отвечаю на провокации.

БР: Но я никогда не скрывал, что получил большую прибыль благодаря тому, что брат Яхоэль назвал системой вращающихся дверей между постами в государственных и частных учреждениях. Я бы хотел, чтобы Брат Дао тоже признал это для себя, вместо того, чтобы строить из себя великого посвящённого, бескорыстного и заботящегося исключительно о народном благе.

БД: Даже мое состояние, законное и почётное, послужило финансированию благотворительных работ, которые улучшили качество жизни многих китайцев. Я имею в виду своих соотечественников, которые до сих пор исключены из текущих процессов экономической модернизации. Я говорю о бедных людях из сельской местности и пограничных территорий. О людях, которым государственная политика и частные инициативы нижеподписавшегося помогли войти с большим материальным и моральным достоинством в XXI век.

БКИ: Хорошо, давайте закончим полемику о богатстве и личном обогащении.

БК: Теперь остаёшься только ты, дорогой Брат Яхоэль. Представься нам и читателям, которые ничего не знают о тебе.

БКИ: Спасибо, что перехватили у меня роль интервьюера, Брат К. В любом случае, я согласен. И тебе, Брат Я, предлагаю использовать для вашей самопрезентации некоторые вопросы и ответы из интервью, которое, возможно, в том виде, в котором оно было изначально задумано, никогда не будет опубликовано теми, кто сделал это для тебя. Жаль, потому что, прочитав его, я обнаружил там несколько замечательных идей.

"Брат Яхоэль": Спрашивай, и я с радостью отвечу.

БКИ: Чем ты занимаешься в обычной жизни?

БЯ: Я свободный мыслитель.

БКИ: И больше ничего?

БЯ: Я был предпринимателем и менеджером в начале 2000-х. Но тот опыт, потенциально очень интересный, был поглощён и разрушен жестокой войной, развязанной против меня бывшими друзьями на вершине ВВИ и их подхалимами.

БКИ: Как ты попал в масонство?

БЯ: Я пришёл к масонству после того, как в молодости уже прошёл очень хорошо структурированный эзотерико-учёный путь. Я сделал свой первый опыт такого рода в очень древнем посвящённом обществе, не специфически масонском, но которое много лет спустя я обнаружил смежным с миром Ур-лож. Я имею в виду "A. У. Р. София" - организацию, специально ориентированную на доктрины и практики гностико-сексуальной магии, действующую в Риме, Венеции, Париже, Лондоне, Амстердаме, Берлине, Нью-Йорке, Вашингтоне, Филадельфии, Каире, Иерусалиме, Стамбуле, Санкт-Петербурге, Калькутте, Токио, Рио-де-Жанейро и т.д. Затем я хотел встать на духовный путь масонского эзотеризма, считая масонство наиболее сбалансированным, благожелательным и полезным (для человеческого сосуществования) среди существующих посвящённых обществ. Действительно, отнюдь не нарциссически и преимущественно сосредоточив внимание только на индивидуальном и коллективном философском совершенствовании своих адептов, в отличие от других немасонских посвящений, масонство в своей самой яркой и наиболее распространённой версии на протяжении веков всегда заботилось о "благе и прогрессе человечества", особенно на светском.

БКИ: Что ты чувствуешь по отношению к своим врагам с Великого Востока Италии?

БЯ: Я не считаю, что у меня есть враги в ВВИ. Меня по-прежнему многие там ценят, и их число даже растет. Более того, уже в Великом Демократическом Востоке мы решили прекратить всякую враждебность по отношению к высшим эшелонам палаццо Джустиниани. Особенно после смерти Микеле Раффи, сына моего бывшего друга Густаво, и после смерти Пино Абрамо, которого когда–то, прежде чем он стал моим заклятым врагом, я считал отцом. Я решил отказаться от любых враждебных намерений в отношении ВВИ. Я был опечален трагической потерей, которую понёс Густаво и члены его семьи. Я также расстроился внезапной смертью Пино, так как у нас не осталось возможности примириться в этой жизни.

БКИ: Но ходят слухи, что твой некролог брату Абрамо был прекрасен. И что даже некоторые из твоих прошлых недоброжелателей оценили это.

БЯ: Не знаю, соответствовал ли мой некролог тому, что я хотел выразить. И мне совершенно неважно, что об этом думают друзья и семья Пино. Я могу только сказать, что чувствую себя полностью примирённым с ним. Мы примирились в тонких, внутренних планах, которые нелегко объяснить.

БКИ: Именно поэтому ты посвящаешь эту работу Джузеппе Абрамо?

БЯ: Да, конечно. Но я прошу оставить сейчас этот вопрос, так как это очень деликатные и интимные вещи.

БКИ: Хорошо. Соответственно, что ты думаешь о Густаво Раффи, великом мастере ВВИ с 1999 по 2014 год?

БЯ: Густаво обманул некоторые надежды, возродившиеся во время его восхождения и первого утверждения. Например, начало отчуждения между нами произошло из-за того, что он нарушил обещание, которое я считал важным и основополагающим. Густаво обязался продвигать идею приёма женщин на общих основаниях, а не в качестве подчинённых, в масонские храмы ВВИ, вовлекая в этот вопрос другие послушания традиционной масонской сети. Было бы достаточно начать с организации международных конгрессов, на которых можно было бы обсудить это с основными мировыми сообществами без односторонних травматических разрывов. И вместо этого, из простых оппортунистических расчетов, чтобы сохранить хорошие отношения с консерваторами и традиционалистами, которые тем временем начали его поддерживать, отдавая дань принципу власти ради власти и забывая, что власть всегда должна служить другому, делать полезные и правильные вещи, а не сохранять себя и удовлетворять корыстолюбие того, кто её держит, из всего этого уже ничего не делалось. Но он, конечно, был великим мастером не хуже многих других предшествовавших. Наоборот, если ограничиться определёнными вопросами и не учитывать определённого авторитарного, нелиберального и инквизиторского дрейфа последних лет великого мастерства, возможно, Раффи был даже одним из лучших великих мастеров со Второй мировой войны до сегодняшнего дня. Во всяком случае, по крайней мере, на уровне пропагандистской риторики он запустил в обращение некоторые интересные идеи по вопросам секуляризма, гражданских свобод, демократии и социальной справедливости, заявляя об исторической и заслуженной роли масонской традиции в целом и ВВИ в частности, в том, что касается Италии.[282] Этого слишком мало, конечно, по сравнению с тем, что должен был сделать великий мастер палаццо Джустиниани в такое время, как сейчас. Но традиционное итальянское масонство в целом нуждается в существенном процессе самореформации и регенерации, помимо личных недостатков того или иного главы отдельного сообщества.

БКИ: А как насчет преемника Раффи, нового великого мастера Стефано Бизи?

БЯ: Он вызывает у меня некоторую симпатию. Он определённо пытается вести себя сдержанно и упрощать/скрывать историю, перспективы и цели масонства в целом и ВВИ в частности. Но я думаю, что он делает это с пользой, хотя стиль его общения сильно отличается от моего. И, безусловно, это происходит в итальянском социокультурном и медийном контексте, где именно благодаря коварным действиям агентов некоторых неоаристократических Ур-лож обычное масонство часто подвергается нападкам.

БКИ: Короче говоря, мне кажется, что ты смотришь на брата Бизи с некоторой доброжелательностью?

БЯ: Согласен. После этого давайте посмотрим, каким образом он сможет управлять кораблём под названием "ВВИ". Это времена, требующие мужества и большой реформаторской решимости. Думать о спокойной жизни в такой исторической ситуации - самоубийство. Традиционное масонство находится в упадке по всему миру, так как отреклось от своей исторической роли гражданского, культурного, идеологического и метаполитического авангарда. Сегодня в ней заправляют международные Ур-ложи и их вспомогательные парамасонские общества. Если различные Великие Ложи и различные Великие Востоки хотят избежать медленной и печальной смерти от такого сожительства, они должны возобновить резко прогрессивную и инновационную траекторию в области глобализации. В противном случае упадок, о котором я говорю, никогда не сможет быть остановлен увеличением числа или снижением среднего возраста членов. Увеличением - ради чего? Омоложение – ради каких ярких идей? Какие гражданские и метаполитические страсти могут оказать конкретное влияние на совесть, дух, души и тела сограждан? Как вы намерены действовать в интересах res publica[283], помимо обычных риторических, но неубедительных заявлений, мастером которых был Раффи?

БКИ: Я понял. Боишься, что брат Стефано Бизи будет доволен добродушным и сдержанным управленцем, без позорных и похвальных событий?

БЯ: Именно. Но пока рано судить об этом.

БКИ: Хорошо, пойдём дальше. Разве ты не боишься физического устранения из-за книги, которую пишешь, привлекая стольких врагов, если доведёшь дело до конца?

БЯ: Ну, я верю в защиту от самых грозных соратников Брата Кроноса, который в этих кругах является одним из бесспорных лидеров...

БК: Ах, ах, ах! Не слишком на это рассчитывай! Я уважаю тебя, но война - это война, даже между джентльменами и братьями... И потом, даже если предположить, что я смогу и захочу тратить своё влияние на твою защиту от подлых покушений на безопасность, как сам думаешь, сколько мне ещё осталось жить? Когда я перейду на Вечный Восток, у тебя будет ещё много лет впереди. Вряд ли с такой перспективой смирятся те, кто считает, что тебя становится слишком много.

БЯ: Признаюсь, дорогой Брат К, что это была шутливая, братская провокация. Как и другие прогрессивные масоны, неудобоваримые для тебя и твоих достойных друзей, я рассчитываю прожить долго и встретить прекрасную старость. Не всегда легко и удобно пытаться вывести из игры преступными уловками такого противника, как я. Также потому что, как мы все знаем, я не безоружный пророк. И я могу рассчитывать на глаза, уши, крепкие руки и ноги авторитетных и жёстких братьев, которые следят за моей головой и моими близкими. Люди, способные потребовать око за око и зуб за зуб у кого угодно. Прежде всего, они в состоянии своевременно предотвратить покушения на мою безопасность и безопасность тех, кто мне дорог. Однако если даже всего этого будет недостаточно, чтобы защитить меня, я вспоминаю прекрасную песню Франко Баттиато 1988 года, "Физиогномика", в которой сицилийский певец и автор песен говорит: "Жить на двадцать или сорок лет больше – одно и то же, трудно понять, что правильно и что у Господа не было начала...".

Переводя вопрос в более простые выражения: я не боюсь умереть преждевременно, насильственной смертью. И это потому, что я посвящённый и считаю жизнь и смерть тела преходящим опытом, в бесконечном и вечном космическом контексте, полном чрезвычайных и удивительных циклов и превратностей. И если со мной случится что–то неприятное, мне будет приятно знать наверняка, что любые враждебные действия по отношению ко мне, которые могут дойти до логического финала, а могут и не дойти, окажут грозный эффект бумеранга на исполнителей и их подчинённых со всех точек зрения. Я добавлю, что любое травмирующее событие такого рода также будет иметь парадоксальные последствия для поддержки и максимального распространения и знания о том, что я/мы делаю/-ем в интересах общественного мнения и коллективных интересов.

Аристократия, которой суждено править миром?

БКИ: Хорошо, давайте сменим тему. Как ты оцениваешь рассуждения Брата Кроноса о предполагаемом праве-долге некоторых масонов считать себя современной духовной аристократией, которой суждено править миром? Как ты оцениваешь это повествование о "пневматической" элите, стоящей иерархически и антидемократически выше других людей, с отягчающим утверждением, что такая олигархия будет действовать в интересах тех же бесчисленных рядов новых подвластных?

БК: Мне кажется, ты не совсем честно подытоживаешь мои мысли...

БКИ: Об этом будут судить читатели.

БК: Да, но тебя никто не просил делать выводов. Что я думаю или не думаю, я скажу сам.

БЯ: Успокойтесь, братья. Неважно, насколько точно БКИ резюмировал ваше мировоззрение, дорогой К. Поскольку я ожидал такого вопроса, то мне даже не нужно предлагать вам импровизированный ответ. Вместо этого я зачитаю интересный документ. Это отчёт о диалогической встрече между мной и молодыми итальянскими учёными, активистами современной теории денег, обобщённой с их точки зрения. Вот текст:

В фильме "Матрица" (1999) братья Вачовски изображают антиутопический мир, в котором люди заключены в систему искажённой реальности, искусственно созданной, чтобы поработить их.

Самая сенсационная сцена фильма - это, безусловно, наставление главного героя Нео на трудный путь, который приведёт его к раскрытию реальности, скрытой этим вымышленным миром. Его наставник Морфеус вручает ему две таблетки, синюю и красную: первую, чтобы забыть обо всём и спокойно вернуться к прежней жизни, вторую, чтобы душой и телом открыть секреты матрицы, и "узнать, глубока ли кроличья нора".

Что ж, этот кризис даёт возможность выбрать красную таблетку, и в этом случае давайте задумаемся над вопросом: почему возникают такие экономические кризисы, которые структурно направлены на поражение низших и средних слоёв населения? И опять же, существуют ли какие-либо причины (кроме краткосрочной прибыли), которые подтолкнули мощные группы власти к этому?

Мир интернета предлагает "правду" и краеугольные камни, готовые к использованию для объяснения тысячелетий истории, но они слишком часто исходят от тех, кто сам использует события в своих монолитных и искажённых схемах; следовательно, неопытный, но желающий знать человек, такой как нижеподписавшийся, остаётся сбитым с толку и недовольным упрощёнными объяснениями.

Итак, некоторое время назад я решил связаться и встретиться с Джоэле Магальди, лидером масонского движения "Великий Демократический Восток", потому что мне кажется впечатляющим качество и количество информации, сообщаемой сайтом самого движения (www.grandeoriente-democratico.com), а также совершенно интригующей та фоновая обстановка, которая поддерживает его тезисы. Я следил за интересными выступлениями на сайте в течение нескольких месяцев, но убеждён, что личная встреча может дать ещё больше уверенности в понимании динамики, проанализированной Великим Демократическим Востоком.

[...]

Наша дискуссия началась с анализа двух интригующих книг (которые также были сочтены самим Магальди полезными и наводящими на размышления, однако он считает их ограниченными и недостаточными в некоторых историко-критических смыслах), таких как "Величайшее преступление" Паоло Барнарда и "Роман о кризисе" некоего, кто подписывается как "американский агент": в них изложена анти-история политической и финансовой власти прошлого века, и, в частности, как некоторые международные группы власти, обычно консерваторы и гипер-либералы, разработали несколько десятилетий назад план, чтобы ввергнуть экономику западных демократий в рецессию и поставить под сомнение национальный и народный суверенитет. В то время как Барнард преимущественно обращается к истории Европейского Союза и евро, как средству угнетения, "американский агент" сосредотачивается на американской реальности, но оба определяют конкретных виновников: неолиберальные, неоклассические, неоторговые элиты, чья власть выражается и распространяется с помощью международных клубов, таких как Трёхсторонняя комиссия, Бильдербергский клуб, Совет по международным отношениям и многие другие.

Эта реконструкция, только частично разделяемая Магальди, фактически расширена, интегрирована и исправлена им путём включения ключевого элемента для объяснения этого нездорового тоталитарного господства гипер-рыночных финансов: это масонство во всей сложности его истории, не только "политическое", но и "философско-духовное".

Вопреки представлениям коллективного воображения, масонство на самом деле является двуликим институтом. Магальди объясняет, что после революционной фазы XVIII века, в которой масонство составляло движущий и творческий центр разрушения "Старого порядка" под знаменем фундаментального триединства "свобода-равенство-братство" (которое будет принято в качестве цели всех европейско-западных революций), масонство распадается примерно на две части, с широкими серыми зонами между ними.

Если в XVIII веке общим врагом был принцип, согласно которому власть аристократии была узаконена предполагаемым правом крови, всё меняется после разрушения этого древнего общественного порядка, задуманного и сделанного возможным, прежде всего, благодаря масонству. В то время как большая часть масонов выступает за то, чтобы продолжать путь расширения гражданских, политических, человеческих прав, в постоянном стремлении к добру и либеральному и демократическому прогрессу человечества, другие значительные масонские группы дистанцируются от этой установки. Масоны, такие как Эдмунд Берк (но это лишь одно имя из многих), например, колеблются между консервативной защитой английской аристократически-парламентской модели и обновлением прежнего принципа власти, но со значительными изменениями: по сути, это больше не господство аристократии крови, как таковое, заархивированное историей, а скорее "аристократия духа", которая передаёт "высшим" людям (иногда даже благородного происхождения, но часто нет) бремя и честь управлять массой "низших".

Чтобы уточнить этот аспект, Магальди объясняет, как эта вера уходит корнями в олигархическую интерпретацию валентинианской гностической мысли, в частности идеи о том, что люди делятся на три "онтологических" класса:

- илические люди (от греческого "hyle", материя), связанные исключительно с влечениями и эмоциями и неспособные управлять собой;

- психические люди (от "psiche", душа), связанные преимущественно с рациональностью и интеллектом, но с небольшим знанием духовной реальности;

- пневматические люди (от "pneuma", дух), то есть те, кто реализует в себе идеальное сочетание тела, души и духа.

Эта категория элитарных масонов, обширная и разнородная, разделяет цель сделать себя пневматическими лидерами человечества, рассматриваемого не как сообщество, которое должно постепенно совершенствоваться в целом с соблюдением демократических и плюралистических правил (как это объективно для прогрессивных масонов), а как бесформенная масса, неспособная формироваться, кроме как с помощью какой-либо группы элитарных просвещённых мастеров.

По словам Магальди, из этой масонской диалектики рождаются великие идеологические противостояния, которые отличают современность. Они начинаются с эпохи политико-социальной борьбы XIX века и различных национальных восстаний против реставрации до Первой и Второй мировых войн, до финансовой войны, которую мы переживаем на собственной коже в XXI веке. Они уходят своими корнями в неолиберальный реванш, который, начиная с 70-х, начинает топить и очернять любую кейнсианскую социально-экономическую модель. Более того, фашизм и нацизм тоже возникли в элитарных и реакционных масонских кругах (несмотря на очевидные антимасонские заявления, фактически научно направленные против прогрессивных и демократических компонентов масонства); из этого огромного противостояния прогрессивное масонство выходит победителем (см. работу тех братьев, которые работали вместе с масоном Франклином Делано Рузвельтом и «раскаявшимся» реакционным масоном Уинстоном Черчиллем) и по-прежнему имеет широкие возможности для манёвра в послевоенный период. Но для Магальди 70—е годы знаменуют рост старых-новых олигархических и реакционных масонских компонентов.

Умело скрытые за маской космополитической универсальности и принадлежности всему миру, эти компоненты, прочно укоренившиеся даже в большой промышленности и высоких финансах, являются носителями империалистической и тиранической аберрации глобализации, предвестника дисбаланса и ещё более глубоких расколов между Севером и Югом мира. После полной трансформации производственных отношений, создания очагов низкооплачиваемого и рабского труда в развивающихся странах, эти масонские течения также начинают стремиться к постепенной деструктуризации того, что было кровью относительно справедливой и гармоничной экономической политики демократических западных государств ХХ века: государственные финансы, направленные на обеспечение широкой занятости и социальной справедливости.

Даже подвергая остракизму память прогрессивных масонов Кейнса и Рузвельта, препятствуя любому неокейнсианскому развитию с точки зрения общественного вмешательства в экономику, эти неолигархические масоны распространяют и делают повсюду (академии, аналитические центры, международные финансово-экономические институты, высшее чиновничество отдельных государств, правые и левые политические лидеры) господствующим гиперлиберальный и гипер-рыночный взгляд, в котором, говоря словами Рейгана, «государство становится проблемой, а не решением» - с сокращением государственных расходов, чудовищным дерегулированием, постепенной отменой принципов общественного вмешательства в экономическую политику. Поэтому 90-е и 2000-е становятся золотой эпохой спекулятивных финансов, но они превращаются в кошмар 99% населения, переживающего структурный кризис, которому уже 30 лет.

Европа в этом смысле является идеальным полигоном для такого эксперимента в области социальной инженерии. Собравшись в тех же советах вместе с другими масонами, выступающими за идею экуменического прогресса всего континента, они разрабатывают шаги, необходимые для построения Соединённых Штатов Европы. "Олигархи" предпринимают шаги, чтобы устранить все остатки суверенитета, сначала денежного, затем и политического отдельных государств, но заботясь о том, что уже никогда не вернут их европейским гражданам, возможно, в форме функционирующих общественных органов, контролируемых народом и подчинённых либеральным и демократическим правилам.

Результаты налицо: денежная система (евро), которая вводит абсурдные финансовые ограничения для государств, вынуждая их искать ресурсы на рынках капитала, Европейская комиссия, никем не избранная, которая, однако, имеет прерогативу устанавливать законы, Европейский Центральный банк, который отвечает за единственную и богословскую цель поддержания ценовой стабильности, но, более того, навязывает отдельным государствам конкретные рецепты политико-экономического характера.

В общем и целом: нулевой денежный суверенитет, нулевое влияние государственного сектора на экономику, неустойчивый дисбаланс между "сильными" и "слабыми" странами ЕС.

Всё это завершается осенью 2011 года, когда Греция и Италия, пострадавшие от "кризиса спредов", передаются под управление иностранцев Лукаса Пападемоса и Марио Монти (формально уважая Конституции двух стран, но навязывая определённую экономическую политику с неразрешимыми диктатами и постоянной угрозой распространения кризиса на казначейские векселя). По совпадению, речь идёт о двух неолиберальных знаменосцах, которые являются изначальными сторонниками политики жёсткой экономии, полностью рецессивной и депрессивной, которая ещё больше душит внутреннюю экономику. Всё под коварным председательством ЕЦБ Марио Драги, который глубоко погружается в цель перенаправления огромных объемов европейских средств в банки и международные финансовые учреждения: однако, ни один евро не перепадёт предприятиям в условиях кредитного кризиса или правительствам государств, которые, очевидно, не "настолько велики, чтобы потерпеть неудачу"[284], как банки.

С точки зрения Магальди, эта серия операций имеет своей конечной целью создание нового общественного порядка, в котором группа неизбранных технократов ищет и получает безоговорочное лидерство на Западе, но остаётся в тени мнимых демократических институтов. Короче говоря, новая матрица, в которой власть конденсируется во дворцах, недоступных большинству, и больше не узаконена снизу, а насаждается сверху.

Однако он постоянно повторяет, что этот проект, столь искусно продуманный, не является курсом, осуществляемым всем мировым правящим классом (предполагаемая истинная монолитная и единая элитарная сила, представленная различными конспирологами, фактически не существует в таком виде); так же, как этот проект не рождается в мировых клубах, о которых говорили ранее, которые в лучшем случае являются ареной встречи и столкновения между различными компонентами и фракциями (особенно переоценены Институт Аспена и Бильдербергский клуб, место встречи и обсуждения между макрополитическими персонажами, отличающимися друг от друга). Если о разумном и сознательном плане или проекте нужно говорить, этим занимаются некоторые элитарные и неоаристократические/олигархические масонские и парамасонские фракций. При всём этом Магальди добавляет, что хотя в настоящее время "олигархическая партия" находится в явном преимуществе, противники, частью которых он является, готовятся к борьбе и сопротивлению эпохальной антидемократической и нелиберальной инволюции и стабилизации глобализированной ойкумены, включая Запад.

Конечно, я прошу прощения у Магальди, если я попытался упростить для вводных целей некоторые темы его рассказа (конечно, гораздо более сложные, чётко сформулированные и богатые объяснительным анализом природы и генезиса власти в современном обществе, чем это описано в моём изложении), но я счёл полезным начать знакомство современного общественного мнения с герменевтикой, столь утонченной и ценной для понимания мира, в котором мы живём, и его более глубокими историческими и идеологическими корнями. Всё это раскрывается, пусть это будет ясно, за пределами всех однонаправленных теорий заговора (которые служат для отвлечения внимания от реальных и сложных сюжетов господства, преследуемых влиятельными международными группами, находящимися в конфликте и конкуренции друг с другом); и вместо этого, как сказал бы Магальди, пытаясь постепенно высветить то, что на самом деле происходит в закулисе власти, обычно недоступное взглядам обычного человека, обычного политика и даже мейнстрима СМИ. Последние, с другой стороны, часто оказываются плохо подготовленными в культурном отношении к пониманию того, что "движется" в тени государственно-дипломатической официальности, или слишком порабощёнными, посредственными и запуганными, чтобы исследовать и объяснять без цензурной или самоцензурной поверхностности более сложные события текущих событий.[285]

БКИ: Ты разбираешься в гностических вопросах разделения на пневматиков, физиков и иликов, Брат Кронос?

БК: Конечно.

БКИ: Ну, тогда пойдём дальше. Брат Яхоэль, чтобы завершить твою краткую самопрезентацию, расскажи нам, как ты и братья из Великого Демократического Востока вместе с другими членами международной прогрессивной масонской сети намереваетесь предотвратить олигархическую инволюцию, о которой говорилось в процитированном тексте?

БЯ: Акций будут много, открытых и тайных. О тайных я не буду говорить перед Братом К.

БК: И правильно сделаешь...

БЯ: Что касается открытых, то никто не избежит того, что с помощью этой книги и других книг трилогии "Масоны" и двухтомника "Мировая власть и её досточтимые мастера" мы порвём завесу Майи, которая окутывает самую мрачную и неловкую динамику власти.

БКИ: Ты считаешь, что Брат Кронос недооценил ущерб, который книга нанесёт его "фракции", с той помощью, которую он дал тебе/вам?

БЯ: Считаю, что по достижении своего возраста он хочет рискнуть и поднять ставку, чтобы увидеть, как празднуют то, что считает победами своей стороны.

БК: А ты умён, молодой человек.

БЯ: Спасибо. Но ты сам всё объяснил нам раньше в ходе этой беседы. И я также считаю, что ты готов раскрыть своё и их недемократическое устройство мира ради провокации против нас...

БКИ: То есть?

БЯ: Это был бы его главный триумф ante mortem.[286] Видеть, как прогрессивные масоны трагически осознают своё поражение в управлении судьбами глобализации и, тем не менее, бессильны противостоять происходящему.

БК: Тепло...

БЯ: Короче говоря, какая польза от победы, если нельзя ударить ей по лицу своих противников и жертв из непосвящённых уже открыто и без стеснений? Более того с его парадоксальной и неожиданной помощью в раскрытии многих подвигов, совершённых в знак разрушения западной демократии, Брат K занимает абсолютно оригинальную позицию.

БКИ: Какую-такую позицию?

БЯ: Она выходит за рамки добра и зла. С одной стороны, он считает себя одним из созидателей нового курса истории. С другой стороны, он даёт нам возможность увидеть самые тёмные сюжеты этого нового курса, противоположного курсу Рузвельта. Это очевидное супермистическое стремление. Он хочет почувствовать себя Богом в создании чего–то трагически эпохального, а также бросить вызов виртуальной силе – равной и противоположной - уничтожить его, рискуя поставить под угрозу положение выгоды, полученное его соратниками и союзниками.

БК: Горячо! Хотя позже я объясню ещё одну причину своего поведения...

БКИ: Кстати, как твои соратники и союзники к такому отнесутся? Как они отреагируют на твои агрессивные и коварные откровения при написании этой книги? Поймут ли они, кто такие Брат Кронос и Брат Розенкрейцерер?

БЯ: Ясно, что им это не понравится. Но столь же очевидно, что немногие посмеют оспаривать что-то из заявлений Брата К в отсутствие публичного "признания вины" с его стороны. Что касается Брата Р, я, кажется, понял, что он собирается перейти в прогрессивный масонский фронт. Правильно?

БР: Ты говоришь верно. Скоро я буду посвящён в ложу "Монтескье".

БКИ: Давайте закончим разговор об антиолигархических акциях Великого Демократического Востока и его соратников.

БЯ: Может быть, мы поговорим об этом после. Сейчас лишь скажу, как было объявлено и в другом месте, что по строго масонскому плану мы намерены поднять колонны первой Ур-ложи совершенно открыто и при свете дня. Одновременно мы напишем и распространим новые масонские Конституции XXI века, в результате чего также будет создана беспрецедентная форма ритуала - УЕО, универсальный европейский обряд.

БКИ: Какая будет польза от этой новой Ур-ложи и распространения УЕО?

БЯ: Мы объясним, когда придёт время.

БКИ: Это будут акции среди непосвящённых?

БЯ: Мы помогаем создать ассоциацию имени Элеоноры Рузвельт за либеральный социализм - организацию, которая не должна иметь масонских или парамасонских элитарных характеристик, а скорее консолидироваться как самый передовой инструмент дополитической борьбы, доступный простым гражданам.

БКИ: Дополитическая борьба? Что это значит?

БЯ: Ассоциация будет приветствовать в своих рядах активистов, руководителей, сторонников и избирателей любого политико-партийного спектра, при условии, что они имеют откровенно демократическую, либертарианскую и прогрессивную ориентацию. И она будет осуществлять акции по координации гражданского общества и прозрачному и откровенному давлению на политические институты Италии, Европы и мира, не принимая какой-либо предопределённой и вызывающей разногласия коннотации. Но о ней мы лучше поговорим в ближайшие месяцы.

БР: Насчёт этой ассоциации имени Элеоноры Рузвельт за либеральный социализм, не лучше ли назвать это "движением", а не "ассоциацией"? И не стоит ли подчеркнуть, что её дополитические и метаполитические предложения проистекают из не строго экономического анализа глобализации и политико-экономического кризиса, происходящего в еврозоне?

БЯ: Почему "движение" лучше, чем "ассоциация"?

БР: Потому что так мы можем подчеркнуть его динамичный и прогрессивный характер, направленный на глубокое преобразование нынешнего олигархического характера европейского, западного и глобального управления.

БКИ: Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что дополитические и метаполитические предложения ассоциации "проистекают из не строго экономического анализа глобализации и политико-экономического кризиса, происходящего в еврозоне"?

БР: Я имею в виду те же понятия, о которых говорилось в этом отрывке два года назад, о котором ранее упоминал Брат Яхоэль. Действительно, если вы позволите мне цитату, я хотел бы прочитать вам более свежую статью, в которой превосходство духовной и идеологической парадигмы "псевдогностического" толка для объяснения того, что происходит в Европе и в других местах, синтезируется в ещё более безапелляционных и явных выражениях на фоне двухлетнего периода 2012-2014, в который её существование ещё больше подтвердилось даже для самых отъявленных скептиков... по крайней мере, самых честных...

БКИ: Чья это статья?

БР: Я хочу поделиться этим с вами в этом отрывке нашей беседы, потому что автор - молодой журналист, юрист и интеллектуал, который в последние месяцы посвятил много времени созданию ассоциации имени Элеоноры Рузвельт... Размышление над его точкой зрения помогает нам понять, как "семя" братьев Великого Демократического Востока из оригинальных культурных идей и средств интерпретации нашего времени принесло прекрасные и неожиданные плоды даже в сознании непосвящённых...

БКИ: Хорошо. Тогда читай.

БР: Итак, Франческо Мария Тоскано пишет в своей статье от октября 2014 года:

После Джорджо Наполитано, даже не менее досточтимый Марио Драги выразил удовлетворение инициативами в области работы, проведённой флорентийской марионеткой Маттео Ренци. Начинают проступать следы чёткого курса, проложенного некими эзотерическими архитекторами, чтобы ухудшить жизнь большинства граждан, живущих на Старом континенте. Существует очевидная причинно-следственная связь между политикой жёсткой экономии и окончательным сворачиванием прав униженных, низведённых до положения рабов и подчиненных классов. Как немногие могут увидеть, конечная цель аристократических и неонацистских масонов, которые предстают перед нами в мерах, предпринятых таким публичным человеком, как очень могущественный антипосвящённый Марио Драги, - просто вернуть общество к феодализму. Новое чёрное дворянство, наконец, будет господствовать над массой бедняков, согнутых и измученных страхом и нуждой. Сохранение некоторых гарантий по защите слабых предотвращает кристаллизацию новых социальных отношений, основанных на древней дихотомии хозяев и рабов. Даже перед лицом страха и угроз человек, охваченный системой защиты, способной охранять его право на жизнь, никогда добровольно не впадёт в состояние абсолютного и безоговорочного подчинения себе подобному. Но человек, отдавшийся на милость работодателя и помещённый в государство, которое лишает власти и отменяет социальное обеспечение и социальные амортизаторы, это больше не человек: он превращается в простой предмет, который можно выбросить на помойку, как только он станет старым и утратит возможность приносить прибыль. Когда я часто пытаюсь не без труда объяснить своим читателям, почему основа неонацистской реставрации на самом деле именно "духовная", я имею в виду именно этот аспект. Для таких, как Драги и связанные с ним реакционные братья, только узкая категория посвящённых и просвещённых ("пневматический" класс) имеет право чувствовать себя полноценной частью человечества, достойного признания в качестве такового. [...] Другие, то есть непосвящённые, постоянно страдающие от проблем элементарного выживания (еда, сон, размножение), вместо этого пополняют ряды "илического" класса - группы, состоящей из людей-зверей, которым суждено бороться за жизнь ради удовлетворения тех самых потребностей, которые отличают жизнь животного мира (еда, сон и размножение). Таким образом, рабочий, а также безработный, студент или наёмный работник не страдают и не нищают, чтобы позволить меньшинству жадных накапливать богатство и капитал в разном размере, как ошибочно объясняло марксистское учение, ныне частично перекрашенное работой, опубликованной блестящим французским экономистом Томасом Пикетти ("Капитал в XXI века", издательство Бомпиани). Не знаю, заметили ли вы, как "пневматический" класс, способный увековечить железный контроль над глобальными финансовыми структурами, которые господствуют и заправляют в современном мире, не обязан никому отдавать ни цента, чтобы превратить что-то в золото. Когда ЕЦБ это нужно, он наводняет банки ликвидными активами, которые сам и создаёт в соответствии с правилами и критериями, столь же современными, будто они взяты из очень древних алхимических трактатов. Говоря ещё проще, хорошо, что вы знаете, что Драги не нужно воровать ваше "золото", поскольку президент ЕЦБ знает формулу, позволяющую постоянно создавать его столько, сколько ему нужно, совершенно самостоятельно. Это рассуждение полезно для того, чтобы вы поняли, как ваши материальные страдания не отвечают ни потребности конъюнктурного типа ("кризис привёл к объективной нехватке товаров, предназначенных для потребления"), ни для того, чтобы потворствовать более или менее замаскированным жаждам касты ненасытных богачей, которые пируют на коже бедных и голодных ("объяснение марксистского толка"). Досточтимый Драги со своими братьями, во-первых, раскручивает спираль беспокойства, жертвоприношений и лишений, чтобы достичь в фактической реальности баланса между различными человеческими категориями, что приводит к максимально верному гнозису, который он сам устанавливает и поддерживает. Учение, которое, повторяю, низводит большинство людей до роли полузверей ("илический" класс). И тот факт, что многие, несмотря на доказательства и своевременные и публичные отчёты по существу, продолжают игнорировать подобные проекты, заканчивается укреплением убеждений тех, кто, как Драги, думает, что они могут безнаказанно пасти "человеческий скот". P. S. Эта статья черпает вдохновение из моего личного переосмысления некоторых драгоценных предложений Джоэле Магальди.[287]

БКИ: Хорошо. Я бы закончил этим наводящим на размышления отрывком из статьи Франческо Тоскано, вдохновлённой общением с Братом Яхоэлем, вводную часть нашей беседы.

11 сентября 2001 года. Основополагающее событие XXI века. Реальность под маской мифом и масонский логос превыше всего

БКИ: Если позволите, я зачитаю вам несколько отрывков из интересной книги.

БР: Оставь книги в покое, и давайте перейдём к делу.

БКИ: Но это полезно для представления темы, о которой мы будем говорить.

БД: Предлагаю сейчас поменьше заниматься цитатами и ссылками на книги, которые, возможно, окажутся полезными в ходе традиционного и не разговорного повествования.

БКИ: Я настаиваю. В другом месте мы, как обычно, приведём массу цитат и сравнений с непосвящёнными толкователями определенных событий. Здесь же я довольствуюсь несколькими краткими зарисовками, которые придадут контекст нашей беседе.

БА: Пусть он зачитает эти отрывки...

БЯ: Да. Пусть зачитает, и мы больше не будем об этом говорить.

БКИ: Читаю.

БК: Простите, а какова тема нашей беседы?

БКИ: 11 сентября 2001 г. Нападение на башни-близнецы в Нью-Йорке...

БК: Читай...

БКИ:

"Научно-технические объяснения, содержащиеся в отчёте Комиссии 9/11 об обрушении двух башен после попадания самолётов, [...] состоящих из железобетонных конструкций, неожиданно обрушившихся вопреки любому прошлому практическому опыту и даже законам физики (падающее тело должно следовать линии наименьшего сопротивления), искажены, неполны, надуманы и абсурдны. Ни одно железобетонное здание никогда не разрушалось ни в результате повреждений извне, ни в результате пожара, даже когда возгорание было гораздо более обширным, разрушительным и продолжительным, чем у башен. В отчёте комиссии также не упоминается, что все предыдущие обрушения были вызваны тщательно установленными зарядами взрывчатого вещества, используемого для так называемого "контролируемого сноса". Даже второй "дымящийся пистолет" - это скорее "целый арсенал концептуального огнестрельного оружия. Все они связаны со знаменитым зданием 7, Всемирным торговым центром WTC-7. Это третья башня, которая рухнула в 17.20 11 сентября, не будучи сбитой ни одним самолётом. Здание высотой почти 200 метров, 47 этажей из железобетона, как и башни-близнецы, внезапно рухнуло вертикально со скоростью свободного падения и превратилось в облако пыли. Это третий мировой рекорд в истории архитектуры: ни одно стальное здание никогда не разрушалось таким образом. Три мировых рекорда за одно утро – все в одном месте".

Следует также помнить, что несущие конструкции башен-близнецов, как публично заявил их дизайнер Лесли Робертсон, которого на самом деле никто никогда не разыскивал, были задуманы и построены именно с расчётом, чтобы противостоять воздушному удару такого рода. Не говоря уже о случае, подобном зданию 7 Всемирного торгового центра, которое пострадало от пожара на двенадцатом этаже, но это не повлияло на стальную конструкцию небоскреба.

Таким образом, подобное обрушение просто невозможно в мире гражданского строительства. [...] В конце концов, даже желая сойти за тупых и, таким образом, принять исследования, сопровождающие "официальную версию", которые пытаются объяснить, как на самом деле было возможно такое "проседание структуры", с приведением многочисленных таблиц, чтобы продемонстрировать, когда и при каких значениях железобетон может не выдержать и, таким образом, вызвать другие проседания в конструкции башен, даже доверяя реконструкциям, было бы достаточно один раз посмотреть на такое явление, никогда не наблюдавшееся в истории инженерной мысли, чтобы утверждать, что такая трактовка - настоящее оскорбление интеллекта.

Однако каждое из обрушений было полным, и огромные здания превратились в груду щебня высотой в несколько метров. Как могло произойти такое обрушение, остаётся необъяснимой загадкой, поскольку ядро каждой башни состояло из 47 прочных железобетонных опор. Также недостаточно объяснены некоторые явления, например, как бетон превратился в лаву, лужи расплавленной стали при температуре 1100° и другие раскалённые вещества, которые продолжали гореть в подвалах башен-близнецов до 19 декабря 2001 года, то есть ещё три месяца после взрыва. Затем ещё предстоит понять, как несколько железобетонных опорных колонн могли извиваться, как тесто, и, прежде всего, куда пропало более половины тел жертв, находившихся в зданиях. [...] Объяснимо ли, как простая сила тяжести могла разрушить тела жертв до такой степени, что образовались фрагменты костей "размером с ноготь мизинца", в то время как более 1100 жертв даже не было идентифицировано?

Очевидно, что всё это требует гораздо более убедительного и реального научно-технического расследования, чем то, что было дано в "Отчёте комиссии 9/11", более известном как "Окончательный отчёт государственной комиссии по террористическим атакам в Соединённых Штатах". И затем, чтобы перейти к другим аспектам, как были возможны телефонные звонки, подобные тем, которые были сделаны с мобильного телефона Марка Бингема, летевшего на самолёте UA93, упавшем недалеко от Шанксвилля, штат Пенсильвания, если ранее никто в США и других странах никогда не мог технически с кем-то связаться на такой высоте? Конечно, мы говорим о самолёте, который, как было показано в фильме под названием "Потерянный рейс", рухнул на Землю благодаря жертвенным действиям пассажиров, которые при крике "Поехали" не позволили угонщикам поразить другую гипотетическую цель [...], однако фотографии места сразу после падения показывают странную дыру в несколько метров, в которой не видно останков самолета – некоторые из которых даже находили на расстоянии 12 километров (несмотря на то, что самолёт упал в этом месте целым), а другие, как говорят, позже будут выкопаны и немедленно реквизированы ФБР, и никто никогда их не увидит.

Как утверждали свидетели, прибывшие на место происшествия через несколько минут после крушения, среди которых Эрни Штуль, мэр Шанксвилля, "нет никаких признаков, что здесь упал 100-тонный самолёт". Однако на месте был немедленно обнаружен обгоревший паспорт, от которого осталась только небольшая фотография с лицом террориста Зияда Джарры с его именем, хорошо видимым под фотографией, но остальная часть документа оказалась совершенно непригодной для использования. Также были найдены завещание, фотографии, квитанции, совершенно не обгоревшие и принадлежащие другим угонщикам. Самолёт, однако, так и не нашли. Эти находки были весьма подозрительны, но в этом деле невероятные вещи стали правилом. [...]

Что касается самолёта, который вроде как врезался в Пентагон, через несколько лет после взрыва показали лишь несколько коротких кадров, ещё и подправленных "фотошопом", которые не позволяют точно определить силуэт самолёта, что для такого тщательно охраняемого места, как Пентагон (возможно, самое охраняемое место на планете - категория "Браво"), вызывает немало недоумений. Почему из 85 видеозаписей, находящихся в распоряжении ФБР, которые потенциально могут быть полезны для проверки того, что на самом деле произошло в зоне падения рейса 77, общественности была представлена только одна?

Что вызывает ещё большее недоумение, так это то, как было возможно, что самолёт распался внутри здания, включая его два огромных и почти неразрушимых двигателя из стали и титана, проходя через дыру небольшого размера, которую можно увидеть на фотографиях, сделанных за несколько секунд до того, как он обрушился на фасад (чудесным образом оставшийся с неповреждёнными окнами), а затем продолжил свой разрушительный путь, пробив пять колец самого здания. Во избежание недоразумений напомним, что это самолёт с размахом крыльев около 40 метров, причём крылья якобы не оставили никаких следов удара о стены и, по официальной версии, полностью "распались" при ударе. Тайны, которые прибавляются к другим тайнам.

Затем ещё предстоит выяснить, как можно было восстановить ДНК всех пассажиров самолёта, который, как нам говорят, буквально испарился, превратившись в огненный шар, но из которого затем волшебным образом вылетело идеально сохранившееся удостоверение личности арабского "угонщика" Маджида Мокеда. Возможно ли, что человеческие тела из плоти и костей, не говоря уже о бумаге, из которой сделан документ, могли выдержать лучше, чем материалы, из которых построен Boeing 757? Когда также обнаруживается, что так называемые арабские террористы, ответственные за теракт, которых инструктора называли "совершенно неспособными" пилотами, перемещались по Штатам уже несколько лет, в течение которых за ними внимательно следили, но не беспокоили различные американские спецслужбы; когда их предполагаемые роли в терактах вместе с фотографиями позже попадают во все международные СМИ, возникает подозрение в "козле отпущения", выбранном специально. Странно то, что такие "исламские фундаменталисты", как эти, часто ходили к проституткам, на стриптиз и были постоянными посетителями баров во Флориде, где употребляли алкоголь и тяжёлые наркотики.

В дополнение ко всему этому остаётся необъяснимым, как экземпляры Корана, руководства по пилотированию, бредовые завещания и паспорта чудесным образом нашлись среди обломков тех чудовищных катастроф. Другой открытый вопрос заключается в том, что несколько свидетелей сообщили, как видели многих предполагаемых угонщиков, которые по-прежнему живы после 11 сентября, до такой степени, что из девятнадцати "предполагаемых" угонщиков профессор Дэвид Рэй Гриффин видел шестерых, которые до сих пор живы после трагического события: Валид аль-Шехри, Ахмед аль-Нами, Саид аль-Гамди, Моханд аль-Шехри, Салим аль-Хазми и Абдулазиз аль-Оман.

Независимо от того, соответствуют ли эти обстоятельства реальности или нет, комиссия всё равно должна была их расследовать. Но она даже не приняла их во внимание. Она даже зашла так далеко, что заявила, что именно Валид аль-Шехри, который после 11 сентября по-прежнему работал пилотом в Марокко, зарезал стюардессу незадолго до того, как рейс врезался в Северную башню. [...] Как ещё возможно, что целых четыре угнанных самолёта могли беспрепятственно летать в течение непомерного времени по странным и запутанным маршрутам в небе Соединённых Штатов, прежде чем попасть в цели, и ни один истребитель не поднялся в воздух, чтобы перехватить их? Это была стандартная процедура, задействованная в нескольких других случаях, гораздо менее серьёзных. [...]

Невероятно, что не только ЦРУ и ФБР не смогли обнаружить заговор, но и все остальные 16 спецслужб, включая Агентство национальной безопасности (АНБ), которое может выследить кого угодно на планете, и Агентство военной разведки, израильский Моссад и спецслужбы разведка союзников Вашингтона в НАТО. Просто слишком много наблюдателей и слишком много агентов в террористических группировках, чтобы признать, что атака такой сложности могла быть осуществлена без обнаружения и предотвращения. [...]

В заключение этой главы, конечно, нельзя замалчивать вопрос, касающийся отсутствия утечки из какой-либо "глубокой глотки", как, например, жаловался хитрый Умберто Эко в "Картонках Минервы", опубликованных в "L'Espresso". Повторяющееся возражение действительно указывает на то, что перед лицом чудовищных несоответствий, которые мы перечислили, слишком много людей должны были быть проинформированы о плане такого теракта, и поэтому это не мог оставаться тайной после фактов. Первый ответ, который можно сделать, заключается в том, что большинство участников этих операций из-за одержимости военных парцелляцией информации не имели представления о более широкой структуре, частью которой были. Для нескольких сотен людей, которые должны были вместо этого знать более широкую структуру или, по крайней мере, значительную её часть, вездесущая угроза убийства себя и своих семей является грозным сдерживающим фактором. Или, во всяком случае, поскольку это были военные, есть ещё военный трибунал.

Кто выиграл от терактов 11 сентября? Почему официальные расследования были похожи на обнадеживающую детскую сказку, как признали ex post[288] даже два главных руководителя Комиссии по расследованию 11/9, сенаторы Томас Х. Кин и Ли Х. Гамильтон? Кто извлёк выгоду из стратосферных сумм и новых геополитических событий на Ближнем и Среднем Востоке, последовавших за этими трагическими событиями? Cui bono?"[289][290]

БК: Вообще-то можно было и не читать...

БР: Я говорил это с самого начала.

БД: Я тоже.

БА: Изначально не надо было мешать ему читать... Но, конечно, оглядываясь назад...

БКИ: Объясните лучше.

БЯ: Я знаю, чем они будут парировать. В любом случае, хорошо, что ты прочитал остроумные соображения Сенсини. Они прекрасно формулируют темы, которые мы собираемся обсудить.

БК: Эта книга, которую ты упомянул, ставит правильные вопросы для, так сказать, совести непосвящённых. Однако, как всё произошло 11 сентября 2001 года, мы могли бы сказать вам с предельной ясностью: я и Брат Розенкрейцер, с западного края.

БД: Да, но мы тоже всё знаем. Я до сих пор помню доклад Гоанбу[291] на своём столе ещё в июле 2001 года. Доклад, в котором предсказывалось, что произойдет через несколько недель в Нью-Йорке.

БА: Должен сказать, что даже в моих краях благополучно предсказывали, что должно было произойти.

БК: Да, вы знали, вы себе представляли, но я, если позволите, пережил эту ужасную историю на собственной шкуре.

БКИ: Хочешь сказать, ты причастен к этим событиям?

БК: Абсолютно нет. Я изо всех сил возражал против катастрофических событий, совершенно не соответствующих поставленным целям...

БР: Подтверждаю. Мы даже вместе говорили об этом в свое время. Мне высказывали подозрения в искренности Брата Кроноса от братьев-друзей из Dpsd и Dgse.[292]

БКИ: Тогда кто же организовал эту грандиозную постановку 11 сентября 2001 года?

БЯ: Если ты так выразился, это становится похоже на какой-то заговор...

БР: Давайте рассмотрим всё постепенно, хотя бы в интересах тех, кто будет читать нашу беседу. Я полагаю, это будет аудитория, состоящая в какой-то степени из доморощенных конспирологов, но по большей части из обычных граждан. Люди с восприимчивым сознанием, но не предвзято ориентированные на какую-то упакованную истину официального или, наоборот, конспирологического характера.

БК: Может быть, закончим с разговорами?

БЯ: Брату К не терпится облегчить душу!

БА: Видимо, его терзают грустные воспоминания.

БД: Давайте оставаться объективными и непредвзятыми, братья. Что было, то было.

БК: Когда успокоитесь, я начну рассказ.

БКИ: Давай.

БК: Сначала я постараюсь представить точный контекст, в котором произошло то, что произошло. Потом, кто захочет понять, тот поймёт... Хотя я оставляю за собой право в любое время – сейчас или в беседах, которые вы разместите в следующих томах этой работы, – говорить ещё откровеннее и напрямую...

БЯ: Мы все уши, а читатель, безусловно, сидит, как на иголках...

БК: Вы знакомы с братом Диком Чейни?

БР: Тот, по сравнению с которым ты просто ультра-прогрессист?

БК: Эх, да, ты правильно сказал!

БЯ: Ребята, давайте не будем перебивать. Читатели затаили дыхание, и тема заслуживает того, чтобы развенчать несколько тайн без особых разговоров.

БД: Согласен.

БА: Я тоже.

БР: Хорошо, придержу свой непомерный язык pied-noir...[293]

БК: Вам также знаком брат Уильям Джефферсон Клинтон, известный как "Билл"?

БЯ, БР, БД, БА: Конечно!

БК: Отлично. Чтобы понять, что произошло 11 сентября 2001 года, нужно начать с выборов в США 1992 года. Комитет 14 масонов[294], предусмотренный пактом "Объединённые масоны за глобализацию", выбрал в 1993 году на пост президента относительно молодого парамасона-демократа, который прошёл ДеМолэ и другие организации, связанные с нашими кругами:[295] я говорю о Билле. И мы решили, что для поддержки Билла на выборах, Джордж не должен выставлять свою кандидатуру, тем самым ослабляя республиканский фронт.

БР: Вместо этого Буш-старший вновь выставил свою кандидатуру...

БК: Да, и с этого начались проблемы. Конечно, мы договорились, что Клинтон победит, но Джордж очень обиделся и озлобился. И всякие Чейни, Рамсфелд и компания были ещё более разъярены, чем он. И они лили масло в огонь. Однако если в 1992 году Билл получил ритуальное посвящение в "Розе Ветров", будучи умеренно-прогрессивным членом, в 1996 году, помимо Ур-ложи "Янус", ему было предложено вступить в ложу "Три Глаза".

БЯ.: И этому способствовал ты, если не ошибаюсь?

БК: Конечно. Почему я должен был оставлять действующего президента под исключительным влиянием прогрессивных братьев или того сборища противоречивых тенденций, которым рисковала стать ложа "Роза Ветров"?

БЯ: Рисковала стать, но так и не стала...

БР: Хорошо, хорошо, пусть он продолжит повествование и не теряет нить.

БK: Джорджу Бушу тот факт, что в ложе "Три Глаза" оказался тот, кого избрали на его место для пребывания в Белом доме на 1993-1997 года, не особо пришёлся по душе... А Дик, Дон и Сэм не давали ему успокоиться. Я имею в виду брата Сэмюэла Хантингтона. Ещё в 1993 году Дик и Дон поручили Сэму написать "Столкновение цивилизаций". Затем именно в 1996 году его краткое эссе стало более толстой книгой, изданной с большой помпой издательством "Simon & Schuster", переведённой на многие языки и переизданной на мировом издательском, культурном и медиа-рынке. 1996 год - год, когда Билл Клинтон был принят в ложу "Три Глаза", а Джордж потерял самообладание, рассердившись ещё больше, чем в 1992-1993 годах, потому что посчитал такое членство ставит окончательный крест на его амбициях вернуться на праймериз Республиканской партии в том же году, перед президентскими выборами осенью. И это также было крестом на планах, безрассудных, но не невозможных на бумаге, чтобы его сын Джордж-младший, который с января 1995 года был губернатором Техаса, стал кандидатом на его место. Таким образом, "Столкновение цивилизаций и преобразование мирового порядка"[296] представляло собой первый идеологический манифест футуристического и смертоносного масонского проекта для XXI века. Манифест, вокруг которого, по настоянию Джорджа Буша-старшего, Джеба Буша, Сэмюэля Хантингтона, Дональда Кагана, Роберта Кагана, Дугласа Фейта, Дика Чейни, Дональда Рамсфелда, Ирвинга Кристола, Уильяма Кристола, Дэна Куэйла, Пола Вулфовица, Ричарда Перла, Карла Роува, Майкла Ледина, Билла Беннета и при сотрудничестве других американских, европейских и ближневосточных братьев собралось первое неформальное ядро Ур-ложи "Хатхор Пентальфа". Вторым шагом стало создание парамасонского аналитического центра Проект "За новый американский век" (ПНАВ) в конце весны 1997 года.

БКИ: Если позволишь, брат Кронос, в интересах читателей я процитирую в итальянском переводе текст Устав[297] ПНАВ, обнародованный в первых числах июня 1997 года. Я предполагал, что мы будем говорить на определённые темы, и подготовил к упоминанию изрядное количество текстов, чтобы придать надлежащий контекст нашей беседе. Вот что писали почти двадцать лет назад будущие отцы-основатели Ур-ложи "Хатхор Пентальфа", собравшиеся вокруг парамасонских инициатив Проекта "За новый американский век":

Американская внешняя и оборонная политика находится в беспорядке. Консерваторы критиковали непоследовательную политику администрации Клинтона. Они также сопротивлялись изоляционистским импульсам, исходящим из собственных рядов. Но консерваторы не смогли уверенно предложить стратегическое видение роли Америки в мире. Они не сформулировали руководящих принципов американской внешней политики. Они позволили за разногласиями, в ущерб тактике, которая должна быть реализована, не заметить потенциальных соглашений о стратегических целях. И они не боролись за бюджет, который будет выделен на оборону, чтобы обеспечить безопасность Америки и продвигать интересы государства в Новом веке.

Наша цель - изменить всё это. У нас есть амбиции сделать это и собрать адекватную поддержку американского мирового господства.

В ХХ веке, который подходит к концу, Соединённые Штаты являются главной державой в мире. Приведя Запад к триумфу в холодной войне, Америка сталкивается с возможностью и вызовом: есть ли у США конструктивное видение, также основанное на успехах прошлых десятилетий? И намерены ли они сформировать новый век, который поддерживает американские принципы и интересы?

Мы рискуем упустить эту возможность и потерпеть неудачу. Мы сокращаем фонды – как на военные инвестиции, так и на внешнюю политику в целом, – созданные прошлой администрацией. Сокращение расходов на иностранные дела и оборону, невнимание к средствам политического искусства и непостоянное лидерство делают сохранение американского влияния в мире невероятно трудной задачей. И ожидание краткосрочных торговых выгод грозит перевесить стратегические соображения. Из-за всего этого мы ставим под угрозу способность страны справляться с текущими угрозами и подходить к решению потенциально более сложных проблем.

Похоже, мы забыли основы успеха администрации Рейгана: вооружённые силы, которые сильны и всегда готовы противостоять любым вызовам, как настоящим, так и будущим; внешняя политика, которая твёрдо и без опасений продвигает американские принципы.

Конечно, Соединённые Штаты должны быть мудрыми и дальновидными в осуществлении своей власти. Но мы не можем избежать обязанностей мировой власти и затрат, которые влечёт за собой такое обязательство. Америка играет важную роль в поддержании мира и безопасности в Европе, Азии и на Ближнем Востоке. Если бы мы бежали от своих обязанностей, то подвергли бы сомнению собственные интересы. История ХХ века должна была научить нас уметь предвидеть определённые события до начала реальных кризисов; и она должна была заставить нас справиться с угрозами до того, как они выродятся. История этого столетия должна была заставить нас понять разумную необходимость американского руководства.

Наша цель - напомнить американцам об этих уроках и сделать некоторые выводы, полезные для настоящего времени. Вот некоторые из них:

- мы должны расширить оборонный аппарат, тратя адекватные суммы, если хотим выполнить сегодняшние глобальные обязанности и модернизировать вооружённые силы с прицелом на будущее;

- мы должны укрепить связи с демократическими союзниками и бросить вызов режимам, враждебным нашим интересам и ценностям;

- мы должны продвигать дело политической и экономической свободы за рубежом;

– мы должны принять ответственность Америки, уникальной и незаменимой по своей роли, за сохранение и расширение международного порядка, благоприятного для нашей безопасности, нашего процветания и наших принципов.

Такая рейганская политика военной силы и моральной ясности может показаться не такой привлекательной в наши дни. Но если Соединённые Штаты хотят воспользоваться успехами прошлого века, необходимо продвижение нашей безопасности и нашего величия в ближайшем будущем.[298]

БК: Спасибо за контекст. Конечно, в этом Уставе говорилось о роли Соединённых Штатов и международной демократической миссии. Но цели были полностью другими, имеющими мало или совсем не имеющими ничего общего с интересами американского народа как такового, а ещё меньше с защитой и распространением демократии в остальном мире.

БЯ: Впечатлён твоими словами. Ты случайно не обратились в прогрессивные масоны?

БК: Ни капельки. Но я пытаюсь объективно проанализировать, что произошло. В 1996 и 1997 годах, к сожалению, мы занимались другими делами.

БР: Объясни читателям, что ты имеешь в виду под "мы".

БK: Я имею в виду как командную триаду неоаристократических Ур-лож,[299] так и руководящий комитет-гарант эпохального пакта "Объединённые масоны за глобализацию". Как вы знаете, я входил в обе высшие структуры.

БР: Я тоже.

БК: Конечно. В 1996 году мы все недооценили идеологически-медийную операцию по "столкновению цивилизаций". И мы не осознавали, насколько тесно это было связано с гневом и желанием соперничества братьев, собравшихся вокруг Джорджа Буша-старшего в 1997-1998 годах. Вместо этого, я прекрасно помню, как мы, ты и я, Брат Розенкрейцер, вместе с братом Камдессю[300] и другими, разрешали так называемый азиатский кризис. Мы создали этот кризис и разрешили по-своему... Мы чувствовали себя полноправными хозяевами планеты. Может быть, именно поэтому мы и отвлеклись. Мы организовали ряд финансовых операций, которые поставили этих узкоглазых наглецов на колени... Прости меня, Брат Дао, я шучу, это просто так говорится. Кстати, вы, китайцы, из другой теста. Мы хотели наказать их, возможно, просто инстинктивно. Мы ненавидели их наглость, потому что она напоминала нашу. Нас опьяняло чувство всемогущества. Опьянения и высокомерия, но, по крайней мере, отчасти обоснованное. С другой стороны, они привыкли считать себя "тиграми", "азиатскими тиграми". Бумажные тигры, можно было добавить потом, Брат Р. Мишель смеялся над ними, называя "растрёпанными котятами". И они были растрёепаны в конце всего действа... Помнишь, как разозлился брат Стиглиц?[301] И за его мягкую критику мы заставили его заплатить. Об этом позаботился Ларри[302] с большой изысканностью. Для нас речь шла о том, чтобы преподать урок национальным правителям, настолько зазнавшимся, что думали, будто могут управлять своими странами, которые мы поливали долларами в предыдущие годы, возвращая к нормальному пути после кейнсианской и рузвельтской политики... Им следовало дать по носу. И мы так и поступили, как ни крути. Эти операции позволили нам ударить некоторым по рукам и обучить гораздо больше, даже на Западе...

БР: А также мы заработали кучу денег...

БК: Верно. Жаль, что пока мы купались в иллюзии абсолютного господства, кто-то другой готовил сценарии, которые показались чрезмерно циничными и жестокими даже для нас. И учтите, что справедливую долю цинизма и свирепости я считаю необходимой для управления властью. Но всему есть предел.

БКИ: Послушайте, я бы отложил подробный анализ азиатского кризиса, который начался в 1997 году, до следующего тома трилогии. Если мы упоминаем об этом только отрывочно и неполно сейчас, мы рискуем, что читатель ничего не поймёт.

БК: Хорошо, возобновляю нить основных рассуждений. После великолепной азиатской операции в 1999 году мы совершили своего рода маленькое чудо. В Сенате и Палате представителей заседало республиканское большинство, а в Белом доме - председатель Демократической партии. Что ж, я, Ларри Саммерс и другие позаботились о том, чтобы в любви и согласии с братом Клинтоном был принят закон Грэмма-Лича-Блайли. Это была отмена закона Гласса-Стиголла 1933 года, столь желанного для того надутого индюка, Франклина Делано Рузвельта. Наконец-то полностью либерализовалась банковская деятельность и неограниченно увеличился алхимический потенциал высоких финансов.[303] Но пока мы играли с властью волатильных денег, между 1997 и 1999 годами в Таиланде, Индонезии, Южной Корее, Малайзии, Филиппинах, Гонконге, Сингапуре и Японии, а затем прямо в Вашингтоне кто-то ещё готовился бросить вызов мировому господству. Задача, сделанная без нашего ведома, чтобы оттеснить нас на обочину. Вызов, брошенный нам, которые своими руками создали глобализированный мир, начиная с 70-х и 80-х годов. Вызов был также поставлен на уровне экономики - прибыль, связанная с сырьевыми товарами и военными поставками, ставилась на центральное место после первого опьянения спекулятивными финансами, на которых сосредоточились мы, "старые" олигархические масоны. Проект, основанный на геополитических, военных, инфраструктурных и энергетических интересах, которые могли бы генерировать огромные материальные ресурсы, которые, в свою очередь, можно было использовать на финансовых рынках, в настоящее время находится в процессе необузданного расширения и увеличения метаполитического и международного влияния. Когда мы наконец поняли, что должно было произойти, было уже слишком поздно, чтобы жать на тормоз.

БР: Помню ваши страдания в 2000 году, которые тогда были и нашими, на другой стороне Атлантики...

БК: Да, а вы, прогрессивные масоны, дорогие Братья Яхоэль и Дао, спали и ничего не понимали...

БЯ: Действительно, в 2000 году я был ещё свежим мастером: в то время я не имел большого влияния, и об этих делах знал ещё меньше.

БК: Не прибедняйся, иначе мне придётся рассказать о некоторых предысториях ваших отношений с Лэнгли...

БЯ: Это всё городские легенды... И сейчас не время делать отступление на эту тему.

БД: В Пекине у нас были связаны руки. Наверное это всё ваша рука, из ложи "Три Глаза" и её соратников. Это ваши люди, а не наши действовали на территории Соединённых Штатов.

БК: Между тем весной 1997 года, незадолго до официального открытия проекта "За новый американский век", брата Тони Блэра, бывшего члена ложи "Эдмунд Берк", сделали британским премьером. И контекстуально приняли в неформальное ядро формируемой ложи "Хатхор Пентальфа". Совершенно новая Ур-ложа, которая была официально создана после четырёх лет совершенно секретной жизни летом 2000 года. Были избраны досточтимый мастер Дик Чейни, первый страж Дон Рамсфелд, второй страж Билл Кристол, оратор Сэмюэл Хантингтон, казначей Пол Вулфовиц, секретарь Льюис Либби, церемониймейстер Роб Каган, страшный эксперт Ричард Перл, первый страж Тони Блэр, дополнительный оратор Карл Роув, не считая различных руководителей европейских и ближневосточных ячеек, верно, Братья Розенкрейцер и Амон? Атипичная суперложа "Хатхор Пентальфа" со слишком большим количеством американцев на высшем уровне...

БР: Но уже в 2001-2002 годах произошла перестановка рядов с принятием нескольких европейцев на самых высоких скамьях ложи.

БА: А в 2003-2004 годах досточтимым мастером стал араб...

БКИ: Хорошо, братья. Возможно, мы углубимся в эти аспекты позже. Я прошу вас сосредоточиться на теме 11 сентября 2001 года.

БК: Первый действительно угрожающий и тревожный акт "Хатхор Пентальфа", который заставил нас однозначно осознать опасность, была публикация в сентябре 2000 года под редакцией парамасонского ПНАВ так называемого доклада "Восстановление обороны Америки: стратегии, силы и ресурсы для нового века".[304]

БКИ: Я и тут заранее подготовил текст, который помогает придать контекст этому вопросу. Послушайте, что писал через год после событий сентября 2001 года шотландский журналист Нил Маккей:

Секретный проект глобального господства США показывает, что президент Буш и его правительство планировали преднамеренное нападение на Ирак, чтобы навязать "смену режима" ещё до его вступления в должность президента в январе 2001 года.

Проект, обнаруженный "Сандей Херальд", по созданию "глобального Pax americana" был разработан для Дика Чейни (в настоящее время вице-президента), Дональда Рамсфельда (министра обороны), Пола Вулфовица (заместителя Рамсфельда), младшего брата Джорджа Буша, Джеба, и Льюиса Либби (начальника штаба Чейни). Документ под названием "Восстановление обороны Америки: стратегии, силы и ресурсы для нового века" был подготовлен в сентябре 2000 года правым аналитическим центром Проект "За новый американский век".

План показывает, что правительство Буша намеревалось взять на себя военный контроль над Персидским заливом независимо от того, останется ли у власти Саддам Хусейн. В тексте говорится, что "Соединённые Штаты десятилетиями пытались играть более постоянную роль в региональной безопасности Персидского залива. Хотя неразрешённый конфликт с Ираком даёт немедленное оправдание, необходимость значительного присутствия американских войск в Персидском заливе выходит за рамки вопроса о режиме Саддама Хусейна".

В документе ПНАВ представлен "проект по сохранению глобального превосходства Соединённых Штатов, предотвращению возникновения любой крупной конкурирующей державы и формированию порядка международной безопасности таким образом, чтобы он соответствовал американским принципам и интересам".

Эта "великая американская стратегия" должна быть направлена "как можно дальше в будущее", говорится в докладе. Затем в нём призывают Соединённые Штаты "решительно сражаться и побеждать на многочисленных и современных театрах военных действий" в качестве "решающей миссии".

В докладе вооружённые силы США за рубежом описываются как "кавалерия вдоль новой американской границы". Проект ПНАВ заявляет о своей поддержке документа, написанного ранее Вулфовицем и Либби, в котором говорилось, что Соединённые Штаты должны "убедить передовые промышленные страны не оспаривать нашу гегемонию (лидерство) или даже стремление играть большую региональную или глобальную роль".

В докладе ПНАВ также:

- описываются ключевые союзники, включая Великобританию, как "наиболее эффективное средство осуществления американской глобальной гегемонии";

- заявляется, что военные миссии по обеспечению мира "требуют политической гегемонии США, а не ООН";

- показываются опасения в американской администрации относительно того, что Европа может стать конкурентом США;

- говорится, что "даже если Саддам выйдет из игры", базы в Саудовской Аравии и Кувейте должны будут оставаться на постоянной основе - несмотря на местную оппозицию в режимах стран Персидского залива присутствию американских солдат, - потому что "Иран может оказаться такой же угрозой для интересов США, как и Ирак";

- Китай ставится в центр внимания для "смены режима", говоря, что "настало время увеличить присутствие американских вооружённых сил в Юго-Восточной Азии". Это может привести к ситуации, когда "американские и союзные силы обеспечат толчок процессу демократизации в Китае";

- предлагается создать "космические силы США", чтобы доминировать в космосе, и взять на себя полный контроль над киберпространством, чтобы "враги" не использовали Интернет против Соединённых Штатов;

– даже если США угрожают войной Ираку за разработку оружия массового поражения, США могут в ближайшие десятилетия рассмотреть вопрос о разработке биологического оружия, которое также запрещено. В тексте говорится: "новые методы атаки: электронные, "нелетальные", биологические - станут всё более возможными. [...] Бой будет происходить в новых измерениях, в космосе, в киберпространстве, возможно, в мире микробов, [...] продвинутые формы биологической войны, способные нацеливаться на конкретные генотипы, могут превратить биологическую войну из мира терроризма в политически полезное оружие";

- текст нацелен на Северную Корею, Ливию, Сирию и Иран как на опасные режимы, и утверждается, что их существование оправдывает создание "мировой системы командования и контроля".

Тэм Далиелл, депутат от Лейбористской партии [в лондонском парламенте] и ведущий голос против войны в Ираке, сказал: "Это мусор из правых аналитических центров, заполненных ястребами-кроликами, людьми, которые никогда не видели ужасов войны, но влюблены в саму её идею. Такие, как Чейни, которым удалось избежать военной службы во время войны во Вьетнаме.

Это проект мирового господства США, нового мирового порядка, созданного ими. Это мыслительные процессы фантазёров-американцев, которые хотят контролировать весь мир. Я расстроен тем, что премьер-министр лейбористов Англии якшается с настолько морально опустившимися людьми".[305]

БА: Эта статья мне кажется полезной для обобщения ситуации 2000-2002 годов. Но в ней допускается ошибка, что американская империалистическая риторика ПНАВ воспринимается буквально. За Проектом "За новый американский век" стоят не "ястребы-кролики" из США, а руководство некоторых космополитических масонов, поселившееся на территории США, но также на территории Европы и Ближнего Востока, стремящиеся захватить правительственные и военные структуры США для частных и тайных целей. Они жаждут этого столь же, сколь далеки им интересы американского народа. Повторяю: Брат Кронос подтвердит вам, что это были неконтролируемые американские братья даже по сравнению с традиционными олигархическими кругами, недобросовестные союзники других неоаристократических масонов, столь же ненадёжных, укоренившихся во всём мире, особенно на Ближнем Востоке и в некоторых конкретных арабских странах.

БК: Конечно. На самом деле, я хочу повторить, что ложа "Хатхор Пентальфа" возникла как "безумная заноза" в рамках олигархической масонской среды. Мы не соглашались с её конституцией, которая ставила под сомнение триархию "Эдмунд Берк" - "Три Глаза" - "Белый Орёл", и меньше, чем когда-либо, с её злодейскими проектами, которые за ширмой высокомерного парамасонского аналитического центра, такого как ПНАВ, имитировали защиту и продвижение интересов США, хотя истинные цели были совсем другими.

БР: Вы допустили ошибку, недооценив гнев и желание соперничества масонского клана Бушей, безграничные амбиции масонских интеллектуалов, таких как Кейганы и Сэмюэл Хантингтон, и способность к действию таких ядовитых змей в фартуках, как Ирвинг и Уильям Кристол, Дик Чейни, Дональд Рамсфелд, Пол Вулфовиц и другие... Все это люди, которые с приходом к власти Билла Клинтона почувствовали себя отрезанными от рычагов управления. Люди, которые, как я хорошо помню, обвиняли вас и других в упомянутой тобой триархии, в том, что вы неблагодарны и высокомерны, что вы заменили их каким-то Клинтоном после многих лет плодотворного сотрудничества...

БК: Их обвинения были чушью! Предательской и необоснованной. В дальнейшем, может быть, я объясню почему. Но это правда, что мы недооценили их, жертв той же дерзости, которая в 1978 году заставила членов ложи "Три Глаза" поверить в то, что они более просвещены и могущественны, чем другие, более аристократы и предназначены для господства, чем любая другая олигархическая Ур-ложа.

БКИ: Есть ещё один интересный текст, который я хотел бы представить общему вниманию. Читаю:

Фактически, уже в письме, адресованном 26 января 1998 года президенту Клинтону, члены ПНАВ, в том числе Рамсфелд и Вулфовиц, говорили о необходимости взять под свой контроль Ирак и ликвидировать Саддама Хусейна даже без согласия ООН. [...] Но то, что является истинным и неоконсервативным "программным манифестом", "Восстановление защиты Америки" от сентября 2000 года, указывает, как США должны были действовать, чтобы уверенно утверждать своё господство над остальным миром, и буквально указывает, что процесс достижения этого будет очень долгим, "если не произойдёт катастрофического и катализирующего события, как новый Пёрл-Харбор" [...]. Перечитанные через год после их публикации, то есть сразу после 11 сентября 2001 года, эти слова пугают.[306]

БК: Точно... Сейчас, однако, давайте остановимся на вопросе о том, кто и как столь искусно упаковал события 11 сентября 2001 года. Этот вопрос заслуживает тщательного изучения, которое, я думаю, мы предложим общественному мнению в последующих томах этой книги. Однако я могу предупредить читателей, что Усама Бен Ладен изначально был масоном, членом ложи "Три Глаза"...

БКИ: "Был"? Хочешь сказать, Бен Ладен действительно мёртв?

БК: Об этом мы поговорим потом. Официально он был объявлен мёртвым. На данный момент давайте придерживаться этой версии.

БА: Смехотворная версия... и ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. И есть те, кто говорит, что ты с ним по-прежнему на связи...

БК: Это всё городские легенды, как ранее заявлял Брат Яхоэль о своих предполагаемых отношениях с более прогрессивными кругами ЦРУ...

БР: Да, хорошо...

БД: Братья, давайте не отклоняться от темы. И не будем отвлекаться, пожалуйста.

БК: Спасибо, Брат Дао. Таким образом, Усама не только был членом ложи "Три Глаза", но и сама "Аль-Каида" была структурой с законспирированными внедрёнными агентами, управляемая извне...

БКИ: Американскими спецслужбами?

БК: Какими американскими спецслужбами! Нами, нашими людьми, завербованными непосредственно в исламском мире, людьми, верными триархии "Эдмунд Берк" - "Три Глаза" - "Белый Орёл". Агенты, также внедрённые государственными спецслужбами, но строго проголосовавшие за послушание, прежде всего, своим масонским начальникам, как и должно быть.

БЯ: Подожди, подожди...

БК: Не притворяйся, Брат Я, тебе прекрасно известно, как это работает...

БЯ: Но не менее интересно слышать это от тебя.

БК: Хорошо. Короче говоря, в сентябре 2000 года мы уже беспокоились за то, что "Хатхор Пентальфа" могла бы создать много страшного и непредсказуемого, если бы ей удалось поставить своего недавнего кандидата на пост президента США.

БКИ: Намекаешь на Джорджа У. Буша?

БК: А на кого ещё? Его спешно посвятили в формально основанной Ур-ложе в том же году. Мстительная и кровожадная суперложа, неофициально основанная уже четыре года ранее друзьями его отца...

БЯ: Что ты думаешь о двух Бушах, старшем и младшем, на личном уровне?

БК: Отец был подлинным масоном и отличным братом. Утончённый, умный и верный человек, пока не слетел с катушек в 1992 году. В течение многих лет мы удивительным образом сотрудничали на бесконечных фронтах. Затем он позволил себе расстроиться от обиды и эгоцентризма. Хотя в последние годы мы помирились. Сын, Джордж-младший - я не хочу сказать, что он придурок, но он, конечно, никогда не был орлом высокого полёта. Он был посредственным человеком в нужное время и в нужном месте, чтобы выполнять интересы таких, как Дик и Линн Чейни, Джон Богл, Дон Рамсфелд, Райли П. Бехтель, Дейвида Дж. Лезара, Кристол отец и сын, Джон Болтон и некоторых международных юридических фирм, явной или тайно с ним связанных, Джеймс Вулси, Кеннет Д. Дир, Дейвид Дж. O'Рейли, Джордж П. Шульц и многих другие американских, европейских и арабских братьев ложи "Хатхор", жизнь, смерть и чудесные деяния которых я буду счастлив описать... в своё время. Джордж Буш-младший был лучшим человеком, способным выступить в качестве прикрытия и выразителя жестоких и непокорных амбиций ложи " Хатхор Пентальфа". Семья Бушей также заработала кучу денег с 2003 года, и для Джорджа-старшего, наряду с гордостью видеть своего сына в кресле целых два президентских срока, всё это составило обильную компенсацию за его разочарованные амбиции 1992 года, когда мы предпочли ему Клинтона. Настолько удовлетворительная компенсация, что в конце концов он позволил себе даже роскошь наладить дружеские отношения с Биллом после 2000-х годов.

БКИ: Братья, вернёмся к основной нити и подведём итоги нашей беседы.

БК: Хорошо. Выражусь просто и кратко. На президентских выборах 2000 года мы поддержали брата Эла Гора. Но всё пошло, как вы знаете, с Джебом Бушем, который, будучи губернатором Флориды, сумел решительно помочь подсчету голосов в пользу своего брата Джорджа-младшего. Таким образом, с Бушем-младшим в Белом доме начался новый американский и мировой век под знаком еретической Ур-ложи, неконтролируемой даже для нас, старой масонской неоаристократической гвардии. И после 11 сентября 2001 года "Хатор Пентальфа" провела то самое грандиозное основополагающее мероприятие, похожее на Пёрл-Харбор... это позволило ей начать несколько лет агрессивного и жёсткого господства.

2001-2006: Империя ложи "Хатор Пентальфа". Бен Ладен также нанят

БК: Мы, из бывшей триархии "Эдмунд Берк" - "Три Глаза" - "Белый Орёл", теперь были выбиты из седла и унижены. В новом веке мы хотели навязать беспрецедентную форму демо-аристократии на Западе и на остальной планете посредством глобализации капитала и товаров. Мирным путем. Мы тщательно избегали подвергать наше самое эффективное instrumentum regni[307] - Белый дом, который мы держали под контролем с 1969 года, безрассудными военными приключениями на Ближнем Востоке или в других местах. Мы считали такие операции лучшим способом оттолкнуть симпатии к США во всём мире. Как это уже было во времена Вьетнама.

БКИ: Кстати, прости, если прерву, но ты не рассказал нам о событиях G8 в Генуе в июле 2001 года. Кто отвечал за это, в высших эшелонах власти?

БЯ: Извините, если вмешиваюсь. Но это только для того, чтобы сказать, что мы рассмотрим вопрос, который тесно связан с подготовкой следующего 11 сентября, в следующих томах трилогии "Масоны".

БКИ: Хорошо. Но правда ли, что созданию ложи "Хатхор Пентальфа" в подавляющем большинстве способствовали шишки военно-промышленного комплекса, собравшиеся в конце 90-х в УР-ложах "Гебура" и "Роза Ветров"?

БР: Вообще-то некоторые представители военной промышленности или военные лидеры были и находятся и в списке членов ложи "Жозеф де Местр", несмотря на распад советского ядра... И они также посещают ложи "Левиафан" и "Амон".

БА: То, что они посещают "Амон", я подтверждаю без всяких сомнений.

БЯ: Правда, как это уже было в прошлом с созданием ложи "Белый Орёл" в ответ на чрезмерную силу ложи "Три Глаза", заключается в том, что конфигурация ложи "Хатхор Пентальфа" была плодом недовольства и амбиций всех тех, кто в соответствующих Ур-ложах чувствовал себя разочарованным, озлобленным, недостаточно ценным и удовлетворённым в период междуцарствия триархии "Эдмунд Берк" – "Три Глаза" – "Белый Орёл" и в ходе двадцатилетнего проекта "Объединённых масонов за глобализацию". Однако верно и то, что в целом "Гебура" в годы с 2001 по 2006 год была лучшим партнёром кровавого господства братьев из "Хатхор Пентальфа".

БКИ: Расскажите нам немного о других именах братьев этих двух господствующих супермастерских в начале XXI века?

БЯ: Я бы предложил составить более исчерпывающий список в следующем томе трилогии или в другом месте. Сейчас мы подытожим ещё несколько важных аспектов событий с 2001 по 2014 год, а затем предварительно завершим повествование, а потом остановимся на этих темах более подробно. Однако в командном положении рядом с "Хатор Пентальфа" и "Гебура" также работали некоторые братья из ложи "Кольцо".

БА: Пользуюсь возможностью, чтобы подтвердить один аспект соображений Брата Кроноса. Правда, "Хатор Пентальфа" использовала ПНАВ как кривое зеркало. И в равной степени верно и то, что руководство этой Ур-ложи было не более американским, чем ближневосточным и европейским. Если вы позволите, назову нескольких весомых членов, в соответствии с рассуждениями брата К и других. Членами ложи "Хатор Пентальфа" в 2000 году стали султан Омана Кабус бин Саид Аль Саид с несколькими знатными оманцами, эмир Бахрейна Хамаду бин Иса Аль Халифа[308] и некоторые его близкие родственники и/или соратники, саудовские принцы правящей династии в Аравии Абдалла ибн Абд аль-Азиз Аль Саид,[309] Салман бин Абд аль-Азиз Аль Саид, Мукрин бин Абд аль-Азиз Аль Сауд, Халид аль Файсал, Навваф бин Абд аль-Азиз Аль Сауд, Мутаиб бин Абдул-Азиз Аль Сауд, Мухаммад бин Найеф бин Абдулазиз Аль Сауд, иранцы Али Акбар Хашеми Рафсанджани, Мохаммад Момен, Голям Хоссейн Мохсени-Эджеи, Гейдар Мослехи, Махмуд Алави, Валиолла Сеиф, эмир Катара Хамад бин Халифа Аль Тани,[310] израильтяне Ариэль Шарон, Дэвид Кляйн, Стэнли Фишер, Моше Яалон и другие, которых для краткости я сейчас не называю.

БР: да, братья, которые, возможно, противостояли друг другу публично, между собой и, если они мусульмане, с персонажами евроатлантического и израильского истеблишмента, но затем соглашались в частном порядке, под сенью угольника и циркуля и далеко за пределами более или менее очевидных конфликтов между крестом, менорой и полумесяцем...

БД: Это отличный аспект масонства: выход за рамки религиозных различий и недоразумений. Проблема в том, что в частном порядке вы ладите, но на публике возникают религиозные, политические и военные конфликты, технически направленные на сохранение и увеличение сектантской власти... Или на манипулирование массами, чтобы отвлечь их от энергичной борьбы за свои права.

БА: Всё верно и правильно. Но, братья, позвольте мне закончить моё отступление.

БР: Пожалуйста.

БА: К списку ближневосточных приверженцев "Хатор" добавим несколько европейских имён. Тони Блэр уже упоминался. Но также следует помнить о принадлежности, среди прочего, Яна Петера Балкененде, Хосе Марии Аснара, Александра Квасьневского, Николя Саркози, Марчелло Пера, Антонио Мартино, Реджепа Тайипа Эрдогана из Турции, которого мы можем считать связующим звеном между Ближним Востоком и Старым континентом. Кстати, аномальный масон Эрдоган захотел быть посвящённым в "дети вдовы" "Хатор" именно для того, чтобы иметь больше перспективных карт на внутреннем уровне, чем его военно-политические противники, традиционно связанные с ложами "Эдмунд Берк", "Левиафан" и обычными англо-американские масонскими кругами. Затем я отмечаю, что в 2003 году брат Джордж Буш-младший, занимающий пост президента США и на пике своего влияния, хотел, чтобы его друг Сильвио Берлускони также был связан с ложей "Хатор Пентальфа", а его брат Владимир Путин содействовал, чтобы того приняли в ложу "Золотая Евразия" более или менее тот же период, а также в последующие времена. Из-за противодействия и голосования против некоторых видных членов двух Ур-лож Берлускони так и не был принят, но всегда считался масоном, пользующимся привилегированными внешними отношениями с некоторыми собратьями этих двух суперлож.

БК: В общем, это был сезон больших экономических и политических барышей для узкого круга масонов и парамасонов, тяготеющих к ложам "Хатор Пентальфа", "Гебура", "Амон", "Кольцо" и другим. Они организовали вторжения в Афганистане и Ираке, со всеми вытекающими последствиями в последующие годы – прямо-таки открыли золотоносные шахты для себя и своих клиентов.

БКИ: Ты имеешь в виду огромный прямой и косвенный энергетический бизнес, торговлю наркотиками в Афганистане, огромные сделки по восстановлению инфраструктуры, особенно в Ираке...?

БК: Конечно.

БЯ: Ты не учитываешь совершенно другие прибыли тех, кто, как члены и фланкеры лож "Хатор" и "Гебура", тем не менее, перешёл в Новый век в олигархическом и антидемократическом масонском кругу. Я говорю о подражателях/конкурентах/антагонистах, даже более жестоких и подлых, чем братья из лож "Три Глаза" и "Белый Орёл", но, как и они, заинтересованных в ограничении суверенитета и народной свободы.

БКИ: О каких прибылях ты говоришь?

БЯ: Тех, чтобы приучить западные народы, в первую очередь американские, а потом и европейские к ограничению свободы и личных конституционных прав во имя предполагаемой национальной/коллективной безопасности, которой угрожает столь же предполагаемый и воображаемый исламский терроризм.

БК: Брат Яхоэль ссылается на закон о патриотизме, принятый в октябре 2001 года, продлённый в июле 2005 года и снова в мае 2011 года, с пересмотром в 2015 году.

БР: И я думаю, ты также имеешь в виду аналогичные ограничения, введённые в других местах по образцу этого свободоубийственного федерального закона США.

БЯ: Очевидно. Не говоря уже о нечистой практике пыток, введённой во имя предполагаемой борьбы с терроризмом за пределами Запада военными и разведывательными структурами западных стран во главе с США, которые в своих демократических, либеральных и либертарианских конституциях уже несколько веков сохраняли гуманитарные принципы, изложенные братом Чезаре Беккариа в своем шедевре "О преступлениях и наказаниях". Брат Томас Джефферсон, один из отцов-основателей первой в мире демократической и масонской республики, Соединённых Штатов Америки, который очень восхищался братом Беккариа и даже прочитал по-итальянски тот текст, в котором он обвинял варварство пыток и призывал к уважению к обвиняемым и осуждённым, перевернулся бы в могиле, если бы узнал, что проделывали в Гуантанамо или Абу-Грейбе. То же самое касается всех отцов-основателей США, которые на уровне уголовного правосудия построили свою систему именно на руководящих принципах Беккариа.

БК: Действительно, я не возражаю против некоторых аспектов закона о патриоте, потому что они дают больше власти правящей элите и лишают простых граждан наглости и дерзких желаний...

БЯ: Ух...! Наконец-то снова появилась твоя яростная неоаристократическая сторона! Я уж думал, что ты перевоспитался, слушая твою критику олигархических собратьев из "Хатхор Пентальфа"!

БК: Я критикую то, что меня не убеждает и что в конечном счете кажется контрпродуктивным для тех же неоаристократов. Или, если хотите, для демократических аристократов, но я умею признавать хорошие и полезные инициативы, кто бы их не выдвигал.

БЯ: Нормы закона о патриотизме покажутся хорошими и полезными для антидемократическому и мнимому либеральному реакционеру, как вы. Для меня они оскорбление всего прогрессивного масонского духа, которой пропитана Конституция США с 1787 года.

БК: Послушай, парень...

БД: Тихо, братья. Мы здесь не для того, чтобы спорить на темы, которые вызывают между нами разногласия. Мы здесь, чтобы рассказать и объяснить. Пожалуйста, давайте продолжим основную тему нашего повествования. Без особых отступлений, по крайней мере, сейчас.

БКИ: Мне было интересно узнать от брата Кроноса немного больше о непрозрачном использовании легендарной фигуры брата Усамы Бен Ладена и самой Аль-Каиды.

БК: Тут надо вспомнить последний сценарий, предложенный объединённым кругам в отношении так называемого ИГИЛ, Исламском государстве Ирака и Сирии, ежедневно находящегося на первых строках мировых СМИ в этом сюрреалистическом 2014 году. Но мы поговорим об этом чуть позже. В двух словах могу сказать, что Бен Ладен, как на этапе с 1979 по 1988 год, так и с 1988 года до начала 90-х, когда вместе с нами была основана и реализована структура под названием "Аль-Каида", был полезен для стратегий сначала ложи "Три Глаза" до триархии с ложами "Эдмунд Берк" и "Белый Орёл". То есть раньше он участвовал в военной борьбе в Афганистане, в антисоветской деятельности. Затем он стал главным героем искусно созданного символического изображения, где его фундаментальный исламский терроризм играл в международном масштабе ту же роль дестабилизации/стабилизации, какую в 70-х и 80-х годах играли красные и чёрные террористы национального масштаба. Начиная с 1996 года, а затем всё более явно с 2000-2001 годов, Усама Бен Ладен и Аль-Каида выходят из-под нашего контроля и переходят к новым господствующим Ур-ложами, "Хатхор Пентальфа" и "Гебура", чтобы сыграть главную роль в новом сценарии. Сценарий, в котором нужна овеянная мифами и неуловимая фигура общественного врага номер один и его практически повсеместный террористический потенциал, чтобы реализовать новый мировой порядок, в котором внутренняя коллективная безопасность ставится превыше традиционных гражданских свобод и обычного демократического контроля... И до сих пор, снимая шляпу, могу даже сказать, что я не против, хоть Брат Яхоэль будет злиться... Но это был мифопоэтический рассказ, подкрепленный бесстыдной ложью, навязанной общественному мнению с грубыми выдумками, которые было легко обнаружить, что в первую очередь нанесло серьёзный ущерб имиджу правительств США и Великобритании. Ложь, подобная той, что касается оружия массового уничтожения, имеющегося в распоряжении Саддама Хусейна: полезная выдумка для военно-экономических предприятий в краткосрочной перспективе и интересов немногих, но в долгосрочной перспективе повредившая им самим, что привело к резкому падению мировой поддержки в отношении Америки и западного мира. Войны и миллиардные реконструкции, совершенные хищным образом в Ираке и Афганистане, где сейчас царит хаос, подорвали консенсус и престиж, которые США завоевали в мире после распада СССР. Вспомните, что сам брат Сэмюэл Хантингтон, с которым я сотрудничал всю жизнь, в 2005-2006 годах полностью осознал, что его большая инструментальная картина "столкновении цивилизаций" нанесла больше вреда, чем пользы общему проекту олигархической глобализации планеты, породив слишком много антагонистических, неоднозначных и неконтролируемых сил. С одной стороны, неудачи в послевоенном управлении Ираком и Афганистаном, с другой стороны, поражение республиканцев на промежуточных выборах 2006 года определяют начало конца этого первого имперского сезона, воплощенного ложами "Хатор Пентальфа", "Гебура" и "Амон".

2007-2014: новый глобальный порядок без демократии, свобод и универсальных прав

БКИ: Конечно, можно много чего рассказать о периоде 2001-2014 годов, предмет повествования, к которому мы обращаемся с помощью нашего своего рода масонского симпозиума с шестью участниками. Не говоря уже обо всём, что нужно было бы рассказать о предыдущих десятилетиях и веках. В этой первой книге с подзаголовком "Открытие Ур-лож" мы ограничились рассмотрением, конечно, не исчерпывающе, но, тем не менее, удовлетворительно для первого введения в существенную динамику власти за последние 70 лет или около того, лишь скромной части вопросов, которые заслуживают раскрытия общественному мнению. И именно поэтому мы разделили нашу работу на пять томов: три тома "Масонов" и два тома "Мировой власти и её досточтимых мастеров". В следующих томах мы будем двигаться вперёд и назад во времени, чтобы адекватно углубить всё то, что было только набросано ранее.

Теперь, возвращаясь к нашим масонским беседам, в майевтических[311] и педагогических целях, за что вы, братья, простите меня, я задам вам вопрос, ответ на который мы все уже знаем, но который, прежде всего, полезен для того, чтобы ввести в тему ничего не подозревающих читателей. То есть: в то время как общий ход современной истории был в основном гегемонизирован реакционными, консервативными и неоаристократическими УР-ложами, начиная с 70-х/80-х и вплоть до начала 2000-х, что делали прогрессивные масоны: спали, лежали без движения, предавались отчаянию от невозможности дать отпор и предложить альтернативное решение тех же глобализирующих процессов?

БД: Братья, на этот вопрос отвечу я, если позволите. На самом деле прогрессивные масоны, как мы все знаем, ещё в 70-е годы подавляли самые неумеренные амбиции олигархических собратьев. И им удалось это сделать, особенно в самом сердце Запада, в Европе, на главном итальянском фронте. Там не прошёл желанный проект деспотической и фашистоидной инволюции политического и гражданского общества по образцу того, что происходило одновременно в Латинской Америке с операцией "Кондор". Затем демократически-прогрессивные Ур-ложи согласились на период с 1981 по 2000 год установить что-то вроде вооруженного, но совместного нейтралитета, которое было торжественно подписано под названием "Объединённые масоны за глобализацию".

БР: Но это был пакт в пользу олигархических Ур-лож.

БД: И, тем не менее, из этого вышли конкретные результаты даже для прогрессивных масонов, как это прекрасно видно из истории тех лет.

БА: Да, факт остается фактом: глобализация и путь европейской интеграции, важнейшие процессы, которые были запущены в те годы, проходили по идеологическим направлениям неоаристократических суперлож.

БД: Это правда.

БК: Прогрессивные масоны, однако, я хочу признать, что я был с Братом Розенкрейцером на другой стороне...

БР: Но сейчас я возвращаюсь к своим демократическим истокам.

БК: Хорошо, хорошо, я говорю о недавнем прошлом.

БР: Нет, извини, я хотел подчеркнуть это и повторить, что в ближайшее время я буду принят в ложу "Монтескье".

БК: Мы поняли. Можно мне продолжить рассказ?

БР: Да, продолжай.

БК: Прогрессивные масоны, как я говорил, в момент необычайной слабости и меньшинства, первый, что произошло после столетий непрерывных побед, обладали очень сильной интуицией. И они сделали единственное, что могли.

БКИ: То есть?

БК: Начали критиковать, провоцировать и обвинять наше неоаристократическое планетарное господство. Это были грозные предсказания для коллективного сознания о настоящем и будущем...

БКИ: Объясни лучше.

БК: Они выпустили и широко распространили серию фильмов и книг с большим успехом и по всей планете, в которых рассказывалось как о том, что уже произошло, так и о том, что могло произойти, если бы не было энергичной демократически-прогрессивной масонской реакции...

БКИ: О каких фильмах и книгах ты говоришь?

БК: Главные фильмы: "Шоу Трумэна" 1998 года, "С широко закрытыми глазами", трилогия "Матрица" с 1999 по 2003 год, трилогия "Властелин колец" с 2001 по 2003 год, семь фильмов о Гарри Поттере с 2001 по 2011 год, "Код да Винчи" 2006 года, "Золотой компас" 2007 года, "Ангелы и демоны" 2009 года, "Облачный атлас" 2012 года, трилогия "Хоббит" 2012-2014 годов. Среди книг можно упомянуть важнейшие опубликованные романы Дэна Брауна, начиная с "Кода да Винчи" 2003 года, и заканчивая "Утерянный символ" 2009 и "Инферно" 2013 года, "Ангелы и демоны", "Крипто" и "Ледяная правда" между 1998 и 2001 годами, которые в последующие годы пользовались успехом у издателей; сага из семи романов о Гарри Поттере, написанная Дж. К. Роулинг, опубликованная в период с 1997 по 2007 год; трилогия "Тёмные начала" Филипа Пуллмана, вышедшая в период с 1995 по 2000 год; "Облачный атлас" Дэвида Митчелла, 2004.

БР: А, конечно.

БЯ: Да, но я бы сказал, что этой теме, очень важной и интригующей, по точной трактовке подобных книг и фильмов, которые сформировали коллективное воображение детей, подростков и взрослых в последние годы в мировом масштабе, мы уделим должное место в следующих томах работы. Также чтобы достоверно показать, какие прогрессивные масонские среды способствовали этим издательским и кинематографическим инициативам, которые я бы назвал титаническими... Это была скорее форма коллективной компенсации, медиа-культурный суррогат перед лицом неспособности действовать на более прямом и политическом уровне.

Вместо этого, Брат Кронос, я бы попросил вас рассказать об основании Ур-ложи "Маат" и твоих отношениях с братом Бараком Обамой в прошлом и настоящем...

БК: В разгар свинцовой гегемонии, осуществляемой теми неудачниками из "Хатхор Пентальфа", к которым присоединились относительно более умеренные из "Розы Ветров" и ещё более экстремистские разжигатели войны из "Гебуры", то есть в 2004 году, с другими братьями, как прогрессивными, так и демократическими аристократами, мы решили воплотить в жизнь новую Ур-ложу компромисса: "Маат". И мы решили терпеливо и с её помощью продвинуть в Белый дом персонажа, который мог бы воплотить этот микропакт нового масонского единства в знак умеренности до совершенства. Наш выбор пал на Барака Обаму, который прошёл посвящение в ложе "Маат" в 2005 году.

БКИ: Сейчас я не буду спрашивать имена других членов "Маат". Лучше мы поговорим об этом потом. Можешь хотя бы рассказать нам, кто был лидером группы прогрессивных масонов, которые вошли в ложу?

БК: Покойный брат Тед Кеннеди. И я добавлю, что в конце июня 2008 года, после победы Обамы на праймериз демократов, в ложу был принят и Билл Клинтон.

БКИ: А об экономическом кризисе, начавшемся в 2007-2008 годах, что можете рассказать нам, Братья Кронос и Розенкрейцер?

БК: Ответь ты, брат Р, а то всё время я говорю.

БР: Но тебя всегда приятно слушать... В любом случае, я считаю, что кризис, начавшийся в 2007-2008 годах, сначала с лопнувшим пузырем на рынке жилья в США и проблемой субстандартного ипотечного кредитования, затем с распространением по всей евроатлантической зоне очень серьёзных частных банковско-финансовых проблем, наконец, с расширением кризиса до реальной экономики и суверенных долгов государств, особенно в еврозоне, придётся подробно и тщательно остановиться в следующих книгах этого сложного издательского проекта.

БКИ: Тем временем давайте предложим читателям компас, чтобы сориентироваться в этом кризисе, который начался семь лет назад и, кажется, всё больше усугубляется. Был ли это случайный кризис из-за непреднамеренных ошибок и последующей неспособности исправить их, или тут есть какой-то умысел?

БР: Считаю, что отличный ответ уже дали, начиная с 2011 года, прогрессивные масоны, курирующие сайт Великого Демократического Востока. С незапамятных времён, когда такие персонажи, как Марио Монти и Энрико Летта, были признаны потенциальными спасителями Италии и Европы, братья Великого Демократического Востока поставили безупречный диагноз и сделали почти пророческий прогноз о том, что могло бы стать последствиями неправильных и корыстных рецептов для не-разрешения текущего экономическо-финансового кризиса...

БКИ: То есть ты утверждаешь, что в кризис объясняется умыслом, а не просто является следствием уникальной, трагически ошибки заклятых и упёртых хранителей неолиберального евангелия? Ты считаешь, что был умысел со стороны правительства Германии и других казначейств еврозоны? Со стороны Международного валютного фонда и ЕЦБ и ЕС, которые вместе составляют пресловутую "тройку", свирепых, разрушительных и грязных рецептов которой все так боятся?

БР: Я не придерживаюсь такого мнения. Я был участником этого европейского строительства со времён брата Франсуа Миттерана. Я участвовал в евроинтеграции на экономической, технократической и олигархической основе. Я работал над систематическим разграблением многих общественных благ в бывшем Советском Союзе, во время президентства брата Ельцина и продолжал сидеть у рычагов управления в то время, когда были даны первые, научно ошибочные ответы на так называемый суверенный долговой кризис еврозоны. Я имею в виду кризис спредов, называя его народными и упрощёнными выражениями.

Поэтому я говорю, что всё, что мы читали ранее в отчёте некоего Джакомо Браччи, очень перспективного начинающего экономиста/политолога, о диалогической встрече с Джоэле Магальди весной 2012 года,[312] соответствует кристально чистой правде, слово в слово. Финансово-банковский кризис в США и Евроатлантике 2007-2008 годов был спланирован и реализован до мельчайших деталей. А также его расширение на уровне реальной экономики в течение следующих двух лет и искусственный кризис в еврозоне, который оказался в центре мирового внимания, начиная с 2010-2011, когда на лабораторный стол попали сначала морских свинки в виде несчастной греческой нацию, а затем остальные так называемые Piigs.[313] Тут всё просто. Дело не в том, что когда случился случайный, неожиданный и непреднамеренный кризис, мы не пытались как-то его исправить, но ошиблись в "терапевтическом" подходе из-за собственной тупости и некомпетентности. Напротив, после запуска всех механизмов, которые обязательно приведут к этому кризису, мы предприняли усилия, чтобы ещё больше усугубить его последствия, в ущерб различным европейским народам, но принося огромную спекулятивную прибыль на протяжении всего процесса. Не так ли, Брат Кронос?

БК: Конечно, это так. Я скажу больше: это тайные, замаскированные и бескровные "войны", которые мы любим начинать и побеждать, а не кровавые и звериные, которые несут эти несогласные баламуты из лож "Хатхор Пентальфа" и "Гебура", которые начали движуху в Афганистане и Ираке, а потом не смогли достойно и безопасно справиться с последствиями конфликта...

БЯ: Назвать бескровным искусственно вызванный финансово-экономический кризис, который привёл к самоубийствам, банкротствам, отчаянию и очень серьёзным экзистенциальным проблемам, с систематическим разрушением жизненных проектов многих новых поколений европейцев и гибелью в душах более зрелых поколений, мне действительно кажется парадоксальным, жестоким, свирепым и провокационным.

Я считаю эту работу по обнищанию и обезображиванию европейских народов столь же осуждаемой и бесчеловечной, как и военные подвиги различных Бушей, Блэров, Чейни, Рамсфелдов, Вулфовицев, Кристолов, Перлов и других... Возможно, относительно не такой серьёзной, но всё же достойной осуждения и неблагородной. Из-за этих предприятий, однако, и благодаря последующему бизнесу по восстановлению и управлению нефтью и энергией иракских запасов в сочетании с торговлей афганским опиумом эти господа из ложи "Хатхор Пентальфа" и его окрестностей вернулись домой, оставив некоторые страны Ближнего Востока в хаосе и подорванной англо-американская репутацией, но их возвращение, тем не менее, было омрачено оскорбительным получением кучи денег за счёт многих граждан Запада и Ближнего Востока.

БК: С твоей точки зрения демократически-прогрессивного масона возражение уместно. С моей - нет. Европейские события сильно отличаются от трагических иракских и ближневосточных войн.

БР: Я согласен с тобой, Брат Яхоэль, но я просто объективно рисовал, что произошло и происходит в Европе с 2010-2011 годов по настоящее время. Мне это совсем не нравится, и именно поэтому я намерен вернуться в прогрессивную Ур-ложу через предстоящее посвящение в ложе "Монтескье".

БК: Да, да, хорошо, хорошо. Однако я хотел бы завершить некоторые рассуждения. Как подтвердит Брат Розенкрейцер, и как это, вероятно, будет объяснено или ещё лучше проиллюстрировано обычным повествованием от третьего лица во множественном числе этой работы, европейское строительство, начиная с 50-х годов, следовало определённому курсу. Путь строительства подтверждён в последующие десятилетия, вплоть до Маастрихтского договора 1992 года и Лиссабонского договора 2007 года. Курс, из которого конститутивно следовало две фундаментальные вещи. Во-первых: технократическое, постдемократическое и, следовательно, существенно олигархическое управление европейской res publica. Во-вторых: математическая уверенность в том, что в случае финансового кризиса различных государств еврозоны ЕЦБ имел власть жизни и смерти над экономическими системами различных стран, не отвечая за свои действия какой-либо демократической политической власти Европы.

Таким образом, было столь же предсказуемо и кристально ясно, что, если брат Марио Драги не предпримет в начале так называемого спред-кризиса покупку казначейских векселей проблемных стран, то у них процентные ставки будут расти до непомерно высокого уровня. И добрый Марио в 2011 году тщательно избегал выполнять или даже просто заикаться о банальной роли кредитора последней инстанции, типичной для любого центрального банка. Он вмешался только после того, как различные страны, подлежащие деструктуризации, теперь находились во власти прямых или косвенных комиссий со стороны так называемой "тройки". То есть со стороны тех, кто десятилетиями работал у нас, как исполнительные и послушные придворные. Маленький шедевр. Брат Драги вмешался, когда джинна уже выпустили из бутылки... и когда всем пришла в голову мысль, что для преодоления кризиса необходимо начать так называемые структурные реформы. Это всегда означает одно и то же: суицидальная строгость в государственных счетах за счёт навязывания борьбы с мифическим общественным дебетом и дефицитом, повышение налогов и пенсионного возраста, снижение затрат на рабочую силу и ее прекаризация, приватизации/передача в частные руки в нашу пользу, сокращение социальных выплат и государственных услуг, реализация так называемого "минимального государства".

Но чтобы заставить граждан принять такие идиотские и антипопулярные реформы, нужно напугать его, как детей. Потому что тут речь больше о детях. В противном случае итальянцы, если бы они не были малолетними кретинами, не приветствовали бы фанфарами трёх замаскированных "комиссаров", которых мы послали им подряд: брата Марио Монти, парамасона Энрико Летта, будущего брата Маттео Ренци. Кому-то, определённо Брату Яхоэлю, мой способ рассуждений покажется циничным и позорным... вот, судя по тому, как он смотрит, кажется, что из его глаз вот-вот в меня вылетят молнии. Но он знает, что я прав, говоря о низком интеллекте масс. Только он и другие прогрессивные масоны считают, что суверенитет в любом случае принадлежит народу, всем и каждому из его компонентов как таковым, не полагаясь на интеллект и душевно-духовные качества. Я же убежден, что даже если мы не сможем отменить демократию формально (по крайней мере, не сейчас... возможно, ещё нет), мы должны, однако, претендовать на власть и существенный суверенитет для тех, кто находится в высшей степени духовного и интеллектуального совершенствования... и для тех, кто готов служить им, не споря, даже если они не блистают умом и утончённостью души. С этой точки зрения я сторонник Ницше и Эволы: kr?tos[314] даётся ?ristoi[315] духа, которые умеют ловко обращаться с материей, особенно с нематериальной материей, т.е. деньгами, добавляю я, потому что Ницше и Эвола этого не понимали.

Подводя итог: учитывая его структурную хрупкость и уязвимость, учитывая, что он был сознательно построен как дом без демократических политических опекунов, еврозона могла бы пострадать в любое время, если бы международные условия создали благоприятный момент. Теперь, учитывая, что господство ложи "Хатхор Пентальфа" с грубо военным характером закончилось в 2006 году, и поскольку прогрессивные масоны довольствовались игрой в обороне уже 30 лет, мы снова пошли в атаку, в обязательном порядке. И под нами я имею в виду новую группу доминирующих неоаристократических Ур-лож, образованную из "Три Глаза", "Пан-Европа", "Роза Ветров" (последняя всегда готова играть на всех столах с большим прагматизмом), "Эдмунд Берк", "Вавилонская Башня", "Кольцо" и "Ложа Дао".

Мы построим свой Проект "За новый европейский век", ПНЕВ, где Европа может быть преобразована в прототип нового постмодернистского феодализма, которым управляет масонское дворянство, лишённое кровного происхождения, но богатое посвящённо-духовным гербом и алхимически-финансовым талантом. Прототип, который мы можем легко экспортировать в любое место, с Запада на Восток, с Юга на Север, как сказал бы Брат Яхоэль, который особенно любит эти технические выражения масонской традиции, и мы бы экспортировали этот прототип, пользуясь также аналогичной китайской олигархической моделью, где масонское проникновение элитарного и недемократического толка в Коммунистическую партию, прочно находящуюся у власти, - теперь приобретенный и устоявшийся факт.

БКИ: И за всем этим стоит Ур-ложа "Маат"? А как же брат Обама?

БК: В ложе "Маате" не было самой решительной личности. Брат, который после десятилетий благоразумия и страхов, наконец, решил продолжить попытку прогрессивного возвращения. 25 августа 2009 года Тед Кеннеди перешёл на Вечный Восток. И на протяжении всего первого президентского срока, с 2009 года до конца 2012 года, Обама позволял себе анестезию под знаком самой сонной умеренности. Идеальное условие, с учетом перспектив проведения в порту осуществленной феодализации и китаизации Старого континента. В этом отношении в 2009 году мы поставили ему брата Ларри Саммерса в качестве директора Национального экономического совета и Тимоти Гейтнера в Министерстве финансов. В то время как верный брат Бернанке председательствовал в Федеральной Резервной Системе. Это было идеальное окружение для предотвращения любого кейнсианского дрейфа Белого дома. Гейтнер, я говорю это в интересах читателей, был неоаристократическим членом лож "Левиафан" и "Три Глаза". Ларри Саммерс тоже был одним из наших, а Бернанке всегда посещал трёхглазую суперложу. Конечно, в 2010 году мы потеряли Ларри, которому по разным причинам пришлось вернуться в частный сектор, но все и так шло гладко, как по маслу.

Я лично подготовил первую поездку итальянского премьера Марио Монти в США в феврале 2012 года. Барак приветствовал его с теплотой и энтузиазмом, не понимая, что тот, кому он пожимал руку, обмениваясь масонскими знаками с братским дружелюбием, был "могильщиком" Италии. Задача Монти, бывшего члена ОВЛА[316], позже принятого в "Вавилонскую Башню", заключалась в экономической и социальной дестабилизации итальянского полуострова путем принятия научно рецессивных и депрессивных политико-экономических мер, вместо этого выдавая их за спасение. Затем кто-то открыл глаза Бараку, и музыка изменилась. Тогда я откровенно поговорил с президентом, рассказав ему о наших намерениях и позволив ему решить, на чьей стороне быть, независимо от нашей личной дружбы.

БКИ: Зачем вся эта либеральность? Разве когда-то ты не был, вы не были безапелляционными и властными в требовании послушания от друзей и врагов, даже ценой физических угроз и даже взрывов и убийств?

БК: По крайней мере, для меня это время прошло. Я на полпути между 80-летием и 90-летием. И теперь мне нравится играть честно, хладнокровно, стильно. Как настоящий посвящённый. Разве вы не видите, что я помог и вам, даже брату Яхоэлю, который немного ценит и немного ненавидит меня, провести эту операцию – рассказал правду о масонской закулисе последних полувека и даже дальше? Я хочу реализации нового постмодернистского мирового порядка с феодальным и олигархическим правлением, конечно. Но я хочу, чтобы всё произошло без кровопролития, без войн, терактов, политических убийств, кровавых событий и многочисленных жертв. Ещё и потому, что я убежден, что новые иерархические и демо-аристократические формы глобального правления будут полезны даже для человеческих зверей, для "илических" существ. При таком сценарии они потеряют немного суверенных прерогатив и материального благополучия, по крайней мере, на Западе, потому что в других местах они не потеряют того, чего у них никогда не было, но смогут приобрести более мирное и гармоничное принятие скромного, трезвого и без излишеств существования, более адекватного их онтологическому статусу.

БЯ: Какой же молодец наш сострадательный и хладнокровный Брат К, ностальгирующий по Священной Римской империи и крепостному праву...

БК: Во всяком случае, стремясь создать священную всемирную масонскую империю без демократических и эгалитарных физиономий, это да. Во всяком случае, давайте не будем спорить и приступим к выводам этого тома. Как читатели прекрасно поняли, мы смотрим на всё с диаметрально противоположных позиций, ты и я...

БР: Что не должно мешать нам вести диалог и сотрудничать, когда есть условия и общая цель.

БКИ: Что в конечном итоге расстроило и поставило под сомнение запущенный проект олигархической инволюции Европы?

БК: На этот вопрос Брат Яхоэль может ответить тебе лучше меня...

БЯ: Скажем так, несмотря на смерть Теда Кеннеди и присутствие стольких неолиберальных и антикейнесианских реакционеров рядом с Обамой, в какой-то момент произошло возрождение славной Ур-ложи "Томас Пейн". С потоком свежих, молодых и боевых сил...

БК: В том числе присутствующий здесь Брат Яхоэль и несколько элементов, итальянских и других, тяготеющих к области Великого Демократического Востока...

БЯ: Ну, прогрессивная масонская сеть снова "размочила игру", как можно было бы сказать на футбольном жаргоне. Мы заставили торпедировать Тимоти Гейтнера из второй правительственной команды Обамы, способствуя его замене гораздо более демократичным братом Джеком Лью. В конце лета 2013 года мы вдохновили на бойкот кандидатуры Ларри Саммерса на посту председателя Федеральной Резервной Системы США, энергично и победно поддержав кандидатуру прогрессивной и кейнсианской сестры Джанет Йеллен. Мы позаботились, чтобы в конце октября 2013 года Министерство финансов США во главе с братом Лью громко и в лобовую атаковало правительство Меркель и её парадигмы жёсткой экономии за счёт других... И самое главное, мы заставили Обаму открыть глаза на необходимость принятия, хоть и с опозданием, откровенно рузвельтского мировоззрения. Принятие, которое произошло официально недавно, 24 сентября 2014 года, во время выступления брата-президента в ООН. Однако...

БКИ: Однако?

БЯ: Здесь с его разрешения следует раскрыть последнюю и основополагающую причину, по которой Брат Кронос, убежденный олигарх, сотрудничал с нами, прогрессивными братьями, в издании этой амбициозной работы, состоящей из трилогии "Масоны" и двухтомника "Мировая власть и её досточтимые мастера". Можно сказать, Брат Кронос?

БК: Говори, парень.

БЯ: Мы обнаружили на горизонте, спустя годы после их рассеяния, опасное новое наступление некоторых реакционных масонов из Ур-лож "Хатхор Пентальфа", "Гебура", "Кольцо", "Амон", "Левиафан", "Роза Ветров" и французского отделения "Жозеф де Местр". И Брат К. убежден, что они гораздо опаснее для человечества, чем любое возможное укрепление, предлагаемое нам, прогрессивным масонам, благодаря его помощи...

БК: Конечно. И вы, насколько я понимаю, пришли к такому же выводу. Лучше запачкать руки в литературном, редакционном или ином сотрудничестве со старомодным неоаристократическим джентльменом, таким как нижеподписавшийся, чем рискнуть оказаться брошенным в ещё более трагический мировой сценарий, чем искусственно построенный с 11 сентября 2001 года по 2006 год, если не попытаться создать общий фронт против "новых варваров" самого жестокого, жестокого и кровожадного масонства.

БЯ: Да, всё примерно так.

БКИ: Объясните нам лучше, о чём говорите. Вы делаете тревожные заявления...

БЯ: Мы с радостью сделаем это, но в конце нашей беседы. Сначала я хотел бы, чтобы Брат Розенкрейцер, завершив только отрывочную картину современного сценария, объяснил читателям масонские предыстории нынешней ситуации во Франции, где преобладают фигуры братьев Франсуа Олланда и Мануэля Вальса. И я был бы признателен, что ещё раньше Брат Дао подтвердил нам, правда ли, что за недавними студенческими демонстрациями в Гонконге стоит его лапа и лапа братьев китайского ядра "Томас Пейн". Наконец, также с помощью Брата Амона мы поговорим о неудачном возвращении на международную арену ложи "Хатхор Пентальфа" и семьи Бушей в связи со странным появлением так называемого ИГИЛ, Исламского государства Ирак и Сирия.

БД: А я хотел бы услышать от Брата Кроноса, правда ли, что и он, по крайней мере частично, приложил руку к странному российско-украинскому кризису последних дней...

О парамасоне Энрико Летта

БКИ: Прежде всего я хотел бы контекстуализировать в интересах читателя недавние слова Брата К., когда он перечислил последовательно "брат Марио Монти, парамасон Энрико Летта, будущий брат Маттео Ренци". Всё ясно, когда речь идет о Марио Монти, полноправном члене добрых масонских салонов. В ходе этой книги, с другой стороны, мы неоднократно говорили о парамасонских ассоциациях и специфических качествах парамасона. Очень пунктуальная ссылка на этот вопрос находится в статье, опубликованной на сайте Великого Демократического Востока, уже упомянутой в конце второй главы и к которой мы возвращаемся, в качестве предпосылки, чтобы ещё лучше сформулировать следующие пояснительные обозначения о конкретной фигуре парамасона Энрико Летта, итальянского премьера с 28 апреля 2013 года 22 февраля 2014 года:

Мы официально и публично заявляем и признаем, что Энрико Летта - почти идеальный парамасон. Он сильно отличается от своего дяди Джанни Летта, который никогда не был напрямую принят в международные парамасонские общества (консультирование Goldman Sachs - это другое дело, в отличие от того, что думают блогеры и конспирологи, которые ставят на одну доску частный банк с высокой ставкой акционеров и менеджеров из масонов, Goldman Sachs, с парамасонскими и масонскими обществами, которые объединяют в себе не только интересы, связанные с финансами, но и представителей, связанных с промышленностью, миром СМИ, дипломатическими отношениями и великими геополитическими играми), но который, тем не менее, получил в своё время своеобразное посвящение в масонство, отличное место для посредничества между консервативными масонскими интересами и многими экземплярами реакционной матрицы церковного происхождения (т. е. из среды Opus Dei).

Сейчас, однако, мы не намерены говорить о старшем Летта. В случае молодого Энрико, Летта-младшего, тяготеющем к парамасонскому Бильдербергскому клубу (основан в 1954 в основном по инициативе масонов Бернард ван Липпе-Бистерфельд [1911-2004], Йозеф Иероним Ретингер[1888-1960], Дэвид Рокфеллер [1915-2017], которые сразу же привлекли с первой конференции 1954 года многих братьев и высокоранговых немасонов, некоторые из которых вскоре получили неофициальный статус парамасонов) и Трёхсторонней Комиссии (основана1973 по рекомендации масона Дэвида Рокфеллера с энергичной поддержкой масонов Генри Киссинджера [1923 г.р.] и Збигнева Бжезинского [ 1928-2017], в первую очередь, а также масонов Макджорджа Банди [1919-1996, США], Генри Оуэна [1920-2011, США], Фреда Бергстена [1941 г.р., США], Окита Сабуро[1914-1993, Япония], Киити Миядзава [1919-2007, Япония], Тадаши Ямамото [1936-2012, Япония], Рене Фоша [?-2008, Франция], Карла Карстенса [1914-1992, Германия], Луи-Франсуа Дюшене[1927-2005, Великобритания], Гвидо Колонна Палиано[1908-1982, Италия], Макса Констамма [1914-2010, Голландия]), следовательно, мы имеем дело с человеком, который, просто в силу своей интеллектуальной посредственности, отсутствию идей, которые не были бы банальными, конформистскими и заезженными в политическом и экономическом мейнстриме (к которому он принадлежит: убеждения Энрико Летта могут развиваться в гармонии с духом времени...), своего дипломатического, подобострастного и оппортунистического характера (по сравнению с любой сильной и состоятельной властью), много лет назад был избран одним из самых перспективных парамасонских учеников в Италии теми, кто "крутит колесо" в Европе, на Западе и во всём мире уже в течение нескольких десятилетий.

Эти настоящие "вращатели колёс" ("чакравартин" на санскрите), после примерно двух с половиной веков непрерывного господства прогрессивного масонства (создателя современных открытых обществ, основанных на верховенстве закона, представительных парламентах, секуляризме институтов, триединства "свобода-братство-равенство", права на труд и личное достоинство для каждого гражданина и т. д.), являются обширными и влиятельными группами антипосвящённых, реакционных и консервативных масонов, стремящихся к постепенной, но неумолимой нелиберальной, недемократической инволюции, технократической и неолигархической, в управлении западной res publica (за пределами западной политической системы до сих пор не существовало ни демократии, ни светского, свободного и плюралистического открытого общества).

Эти нынешние "вращатели колёс" ("чакравартин") осуществляют уже не заговор или оккультный заговор, а проект, который потенциально находится на глазах у всех, за исключением тех, кто отказывается смотреть (которых много, особенно среди операторов СМИ), таких как архетипический философ-астроном Чезаре Кремонини (1550-1631), который не захотел наблюдать за небом с помощью подзорной трубы, предложенной ему Галилеем, чтобы не подвергать сомнению свою собственную ошибочную аристотелевско-птолемеевскую парадигму и не принимать новую коперникано-галилейскую космологию.

В этом отношении, как учит старый девиз посвящённых, чтобы получше скрыть истину, надо выставить её на всеобщее обозрение в обстановке, когда потенциальные наблюдатели отвлекаются на различные фейерверки, умело затеянные теми, кто знает, как ежедневно отвлекать внимание.

Европа является открытой лабораторией этого проекта технократической, нелиберальной, антидемократической и неолигархической инволюции в управлении западной res publica.

Греция (а вместе с ней и Испания, Португалия, Ирландия и Италия, каждая по-своему) - это лаборатория в лаборатории, в которой экспериментальным путём устанавливается, далеко может завести нас навязывание посредством манипуляций в СМИ, повторенной и повсеместной, неумолимая и абсолютная социальная мясорубка. Что-то, что может постепенно превратить европейских граждан, гордых и осознающих свои права, в подавленных, разочарованных и смирившихся со своей судьбой подчинённых новой аристократии духа (а не родовой, как это было ещё в XVIII веке), которая также является олигархией, контролирующей финансы и средства массовой информации, евротехнолократию, касту мелких безвкусных и мерзких придворных, составляющих нынешние политические слои (правые, центральные и самозваные левые) всего Старого континента.

Лаборатория под названием "Европа", лаборатория под названием "Греция" (и "Испания", "Португалия", "Ирландия", так далее) и лаборатория "Италия" - лаборатории по систематической деиндустриализации этих стран, по банкротству компаний и увольнению рабочих, по снижения потребления и, следовательно, снижению спроса на товары и услуги, и с этим крахом, как в дьявольском порочном круге, по банкротству дополнительных компаний, которые больше не знают, кому продавать свою продукцию на внутреннем рынке. Кризис компаний и работников, но также кризис фрилансеров, которые работают всё меньше и меньше и чьи клиенты тают на глазах или не имеют больше денег для оплаты запрошенных услуг. И дьявольский и порочный круг продолжается, потому что даже фрилансеры, как бывшие предприниматели или бывшие работники (теперь безработные), вынуждены потреблять меньше. Пенсионеры и граждане, как правило, ставятся на колени даже из-за увеличения налогов, в первую очередь налог на владение недвижимостью.

Кому всё это выгодно?

Все это приносит пользу тем, кто спекулировал в течение нескольких месяцев и месяца на различия между доходностью различных гособлигаций европейских государств (было бы просто создать еврооблигации, т. е. ценные бумаги объединённых европейских государств, чтобы прекратить мгновенно любые спекуляции пресловутым спредом); это выгодно тем, кто не имеет средств, чтобы приобрести компании в различных странах в кризис по цене распродажи; полезна для тех, кто собирается приобрести по выгодным и супернизким ценам государственное имущество и компании, выставленные на продажу за бесценок, чтобы поощрять друзей и друзей друзей государственных чиновников, коррумпированных и ленивых; полезна тем, кто собирается спекулировать на приватизации общественных услуг, необходимых для повседневной жизни (приватизация, запущенная теми же псевдодраконами[317], которые хотели бы распродать государственную и полугосударственную недвижимость и бизнес: надо собрать денег, чтобы уменьшить государственный долг, а потом государство должен быть "минимальным", в дань принципам неолиберальной догматической теологии); это выгодно для тех, кто желает иметь в самом сердце Европы и Запада огромную массу безработных, отчаявшихся, растерянных, которые станут дешёвой рабочей силы для новых международных хозяев местных средств производства, приобретённых по бросовой цене именно благодаря кризису; выгодно тем, кто устроил социальную и политическую деконструкция европейских земель, превратив граждан в подданных, смотрящих в пол и озабоченных, в основном, собственным выживанием, таким образом, что суверенитет народа де-факто захвачен (сохранив внешние формы демократии, но утратив смысл и содержание) новыми ?ristoi, элитарными хозяевами и надсмотрщиками нового круга власти, в которой представительная политика партий-движения подчиняется другим средам, которые стоят несоизмеримо выше неё.

Обо всём этом мы, как на Великом Демократическом Востоке, так и друзья и подруги Радикальной Народной Демократии,[318] говорили широко в последние месяцы. [...]

Что ж, теперь, с "разводом" суверенного итальянского народа после введения с осени 2011 до 2013 года мрачного и разрушительного правительства антипосвящённого масона Марио Монти, поддерживаемого Демократической партией (ДП), партией "Народ свободы" (НС), Союзом демократических христиан и центра (СДХ), партией "Будущее и свобода Италии" (БСИ), просвещённый и выдающийся президент Республики Джорджо Наполитано предлагает/навязывает своему же народу (вопреки воле последнего отвергнуть это правительство и последствия его неудачных действий для ситуации в Италии) чиновника, поддерживаемого теми же клоунами из ДП, НС + СДХ и БСИ, которые алхимически превратились в "Гражданский выбор Монти", который будет столь же мрачным и разрушительным (за то, что он будет делать, и особенно за то, чего он не будет делать в условиях реального и чрезвычайного политико-экономического кризиса в Италии и в Европе) - парамассона Энрико Летта, человека, полностью подчинённого друзьям предшественника, брата Монти.

Посредственный, оппортунистический и услужливый человек, который не преминет преклонить колени не только перед священными тапочками ватиканской курии в связи с железным блоком любой светской и либеральной эволюции итальянского правового строя с точки зрения новых гражданских прав для тех, кто лишен этого, или пересмотра канцелярских ограничений по сравнению с finis vitae[319] и свободой научных исследований и экспериментов, но прежде всего он будет кланяться желаниям Брюсселя, Франкфурта и Берлина лучше, чем масон Марио Монти, который, по крайней мере, относился к некоторым масонским признаниям как равный, как фактический член, в то время как Энрико Летта -всего лишь парамассон, прилежный «мальчик из мастерской», который подчиняется, не споря.[...]

И не стоит очаровываться недавней и фальшивой диалектической "треугольной" полемикой между тем же парамасоном Энрико Леттой, консервативным масоном Олли Реном (бывший финский футболист, катапультировавшийся в политику и получивший звание комиссара Европы по экономическим и денежным вопросам и вице-президентом Европейской комиссии) и реакционным масоном Вольфгангом Шойбле (влиятельный министр финансов правительства Меркель).

Это обычная игра сторон в стиле "хороший полицейский - плохой полицейский" [...], только на этот раз Летта-младший выступает в качестве «хорошего полицейского», который хотел бы пересмотреть условия европейской политики жёсткой экономии, Шойбле - в качестве "плохого полицейского", который решительно выступает против такого и даже ругает Летта (притворно), в то время как невыразимый Олли Рен (до позавчера один из "ястребов евротехнологической строгости") проявляет сочувствие и посредничает между сторонами, открывая смутные и неубедительные пути к будущему и общему смягчению жёсткой экономии, в тот самый момент, когда, однако, подтверждает слепую веру в фиктивную парадигму, которая породила такую строгость: обманчивую веру в необходимость всегда и в любом случае демонизировать государственный долг и их потенциальные высокие расходы для возрождения экономической системы.

Звонкий розыгрыш.

Ложный толчок к ослаблению жёсткой экономии (но речь идёт не об ослаблении чего-либо, а о том, чтобы полностью подвергнуть сомнению научно необоснованную антикейнсианскую парадигму, катастрофическую и неудачную для доказательства фактов) от Летта, который, получив равный и противоположный толчок в смысле сохранения и как раз реакции на любое изменение политико-экономической стратегии, фатально обнуляется, оставляя всё как есть, кроме обычных "рекомендаций бабушки" (Олли Рен) сочетать строгость и рост - формулировки, которые ничего не значат и наоборот опираются на очевидный паралогизм разума.

С другой стороны, Летта-младший был и остаётся самым "ярым последователем Монти" в рядах Демократической партии, который больше других требовал полного подчинения парламентариев из ДП гнусным претензиям правительства Монти, таким как утверждение баланса бюджета (который ещё летом 2011, эта "мёртвая душа" Пьерлуиджи Берсани изображал как тупое препятствие для государственной экономической политики в рамках "системы-Италия") и утверждение печально известного "Договора финансовой стабильности".

С каким бронзовым лицом парамасон Энрико Летта делает вид, что хочет подвергнуть сомнению то, что было одобрено, и, прежде всего, благодаря его добрым услугам, оказано реакционным братьям и антипосвящённым, которые в настоящее время сидят в МВФ, ЕЦБ и ЕС?

Уважаемые итальянские граждане и уважаемые операторы полуостровных СМИ, которые отличаются закостенелым мышлением и медленными мозговыми рефлексами (когда речь идет не о недобросовестности), имейте в виду, что между прошлым правительством Монти и будущим правительством Летта нет никакой преемственности.

Действительно, в то время как неудача пары Наполитано-Монти в разрешении кризиса стала очевидной (которая, очевидно, обострилась, как мы и предполагали, что это произойдет, когда все праздновали юбилей университета Боккони и его покровителя в Квиринале в первые месяцы 2012 года), теперь пройдёт ещё несколько месяцев, прежде чем произойдёт ещё более разрушительная неудача (в решении итало-европейских проблем) пары Наполитано-Летта.

И, тем не менее, [...] после этой ещё одной демонстрации неадекватности диагноза и лечения, подготовленных в связи с итальянским и европейским кризисом (что становится всё очевиднее изо дня в день, из недели в неделю), наконец, такие персонажи, как Джорджио Наполитано, Марио Монти, Энрико Летта и друзья – со всеми, кто пошёл к нему и ещё пойдёт за ним с рвотным и некритическим безголовым раболепием – окажутся голыми и без оправданий перед общественным мнением суверенного народа.

Заметьте, народа, у которого не будет недостатка в поддержке национального прогрессивного и космополитического масонского авангарда, как это уже происходило на Западе в 1776, 1789, 1820-1821, 1830-1831, 1848, 1870 и последующие десятилетия, до разгрома нацифашизма (magnum opus[320] реакционных масонских кругов, у которых в Большом Совете фашизма и в нацистском финансовом и промышленном истеблишменте при Ялмаре Шахте имелись свои привилегированные референты в Европе) в 1945 году и основополагающего утверждения Всеобщей Декларации прав человека от 10 декабря 1948 года.

С тех пор и после несбывшейся мечты "Новых рубежей" Кеннеди братья-прогрессисты виновато остановились на достигнутых победах, не замечая, что круги масонских реакционеров и консерваторов (на протяжении веков бывшие в меньшинстве и всегда на обочине), убеждённые, что имеют право и обязанность править народом вола и осла при помощи обновлённого и элитарного железного кулака, а также возможность везде превратить демократию в "олигархическую демократуру", значительно повысили свою силу и свое влияние в по всему миру, особенно через контроль большинства в тех парамасонских обществах, в которых "дворецкие-придворные", как Энрико Летта и другие европейские политиканствующие, были приняты, как законные и послушные дети. Но идеологические и политико-культурные завоевания масонов-прогрессистов (каждый в своё время): Монтескье, Дидро, Гольбах, Вольтер, Кондорсе, Лафайет, Вашингтон, Франклин, Джефферсон, Пейн, М. Уолстонкрафт, О. де Гуж, Гарибальди, Мадзини, А. Герцен, Дж. С. Милль, Ф. де Миранда, Сан-Мартин, Боливар, Марти, Т. Рузвельт, Вильсон, Ф. Делано Рузвельт, Дж. Маршал, Дж. M. Кейнс, У. Беверидж, Элеонора Рузвельт, А. Шлезингер, Джон Роулз, Амартия Сен - и многие другие не менее значимые, как бы напоминают нам, что демократическое и свободолюбивое масонство сопровождало превращение западных народов из скопления подданных в женщин и мужчин, гордых своим статусом граждан и носителей определённых и всеобщих права на свободу, на достоинство, равенство работу и справедливую оплату труда.

Те, кто сегодня насилуют право на настоящее и достойное будущее целых поколений греков, испанцев, португальцев, ирландцев, итальянцев, французов и т. д.; те, кто в Греции создал социальную бойню под открытым небом; кто в Испании демонтирует самые обычные достижения социального обеспечения одно за другим; кто во Франции остановил внутриевропейский реформаторский потенциал президентства Олланда сочетанием развращающих уговоров и даже личных угроз; кто в Италии после неудачного правительства Монти предлагает формирование правительства его последователя, парамассона Энрико Летта, пусть постерегутся.

Им действительно стоит поостеречься.

Аристократии "Старого порядка" также легкомысленно и небрежно танцевали на краю пропасти; не обращая внимания на ненавистные привилегии и оскорбления в ущерб миллионам потенциальных граждан, с которыми обращались, как с подданными, лишёнными всякого политического веса, суверенитета и личного достоинства.

Затем, однако, знамёна прогрессивных масонских лож вынесли из мастерских, триада "свобода-братство-равенство" вырвалась из храмов вольных каменщиков и воплотилась в требованиях грозных женщин и мужчин, песня "Марсельеза" потрясла до самого основания весь Старый континент.

Берегитесь.

Подписано: братья Великого Демократического Востока.[321]

Ренци и Де Бортоли

БКИ: Опираясь на знаменитую редакционную статью 24 сентября 2014 года за подписью директора "Коррьере делла Сера" Ферруччо де Бортоли,[322] мы пользуемся возможностью объяснить, что имел в виду брат Кронос под выражением "начинающий масон" в отношении нынешнего итальянского премьер-министра Маттео Ренци. И мы делаем это с помощью следующего текста - интервью, предоставленного Великим Магистром ВВИ, Джоэле Магальди, также известным как "Брат Яхоэль", журналисту веб-газеты "Linkiesta" Алессандро да Ролд:

1) "Несвежий запах масонства", дорогой Магальди, но вы когда-нибудь читали в "Коррьере делла Сера" редакционную статью Ферруччо де Бортоли от среды, 24 сентября? Речь идёт о "Коррере", где в 70-е годы правил Бруно Тассан Дин...

- Редакция де Бортоли была чем-то действительно новым и необычным. Однако никто не заметил совпадения между его публикацией и одновременным присутствием Маттео Ренци в нью-йоркской штаб-квартире Совета по международным отношениям, очень солидного парамасонского общества, созданного в 1921 году, в то время как в 1920 году был основан его британский коллега, Королевский институт международных отношений или Чатэм-Хаус. Оба эти парамасонских общества были созданы по инициативе Ур-ложи (термин, обозначающий международную суперложу) "Левиафан". И оба, как СМО, так и КИМО, продолжают контролироваться и управляться масонами, с вспомогательным и подчинённым присутствием услужливых парамасонов, то есть "непосвящённых" членов политической, экономической и финансовой, медийной, дипломатической, военной и международной культурной тусовки, которые ещё не получили масонского посвящения в элитарный и желанный круг Ур-лож, но стремятся получить его.

2) Почему эта жёсткая статья де Бортоли появляется именно сейчас, когда премьер находится в Соединённых Штатах? Алессандро Саллусти, редактор "Il Giornale", пишет: "Из какой ложи идет проповедь"…

– Именно так. Саллусти, хотя и со всеми ограничениями "не инсайдера" закулисы или высшего круга власти (власти в современном мире, которая на самом высшем уровне структурно масонская) хоть и оппортунистически мотивирован необходимостью оспорить с де Бортоли нападение на Ренци в защиту "Пакта Назарено[323]" между премьером и Берлускони, именно он подошёл ближе всего к правильной интерпретации выступления де Бортоли.

3) Но что вы думаете об этой редакционной статье?

– Несмотря на то, что трудно адекватно говорить что-то серьёзное в данном контексте, я упомянул правильные интерпретирующие ключи редакционной статьи де Бортоли в интервью, сделанном в передаче "Комар" на "Радио 24" 25 сентября прошлого года. Моё выступление, не лишённое новостей для общественного мнения, можно услышать полностью и без рекламы на YouTube [...].[324] Сейчас я могу сказать вам следующее. В течение многих лет и месяцев Маттео Ренци ведёт себя как подражатель, как начинающий масон. Но посвящение, к которому он стремится, не на Великом Востоке Италии или в какой-либо другой обычной масонской общине, итальянской или иностранной. Нет, итальянский премьер стремится намного выше. Он хотел бы пройти посвящение в Ур-ложе "Три Глаза", той самой суперложе, в которой с 1978 года состоит Джорджо Наполитано. В этой же ложе состоит Марио Драги, который также член других международных суперлож, в том числе "Пан-Европа", "Эдмунд Берк", "Роза Ветров" и "Кольцо". И вот Маттео Ренци хотел бы, чтобы его приняли в одно из этих суперэлитарных обществ. И имейте в виду, что это Ур-ложи неоаристократического и консервативного направления, а не прогрессивные, как "Томас Пейн", "Монтескье", "Фердинанд Лассаль", "Иоанн" и т. д.

Нынешний итальянский премьер, как и другие выдающиеся самозваные прогрессисты на официальном и непосвящённом уровне на самом деле хотел бы присоединиться как равный член к тем уютным салонам реакционной масонской аристократии, которая в настоящее время перерисовывает в олигархическом направлении европейскую политику и общество. Проблема в том, что его заявка на членство ещё не удовлетворена. Различные Марио Драги, Джорджио Наполитано, Ангела Меркель, Йенс Вайдманн, Вольфганг Шаубле, Жан-Клод Трише, Марк Рютте, Питер Сазерленд, Андерс Фог Расмуссен, Майкл Фукс, Олли Рен, Йенс Столтенберг, Ллойд Бланкфейн, Кристиан Нойер, Генри Кравис, Кристина Лагард, Франс Тиммерманс, Питер Мандельсон, Джонатан Хилл, Юрген Фитчен, Эвальд Новотны, Юрки Катайнен, Хосе Анхель Гуррия и т.д. не доверяют Ренци, как будущему масону, как никогда не доверяли масону Сильвио Берлускони. Эти и другие представители самых элитарных и избирательных масонских кругов всегда питали недоверие и нетерпение к Берлускони, считая его выскочкой из мира власти: слишком непохожим, громоздким, неловким и самодеятельным. И подобное чувство недоумения они питают в отношении Ренци, которого считают нарциссистом, непослушным и недисциплинированным. Не говоря уже о том, как мало ценится в этих кругах ось Берлускони-Ренци, закреплённая "Пактом Назарено". Следовательно, отношение масонского неоаристократического (евроатлантического) истеблишмента к нынешнему премьер-министру и секретарю Демократической партии неоднозначно. С одной стороны, они ценят политику, в основном склонную к парадигме жёсткой экономии (несмотря на прокламации и бесплодную болтовню, общую и обманчивую в пользу другой Европы), с другой стороны, они боятся недисциплинированности и потенциального "переобувания", считая его чрезмерно амбициозным и способным даже, если ему будет удобно, перейти в прогрессивный масонский круг. Мораль басни: начинающему элитарному масону Ренци ещё не предоставлен доступ ни в одну из вышеперечисленных международных суперлож. Поэтому Ренци специально едет в Соединённые Штаты для достижения личных целей. На публичной пресс-конференции в Совете по международным отношениям он повторяет обычные сентиментальные банальности, но в частном порядке просит и получает аудиенцию у видного масона Ричарда Натана Хаасса, председателя СМО. Эта частная встреча направлена на то, чтобы Ренци приняли в другую Ур-ложу, до которой не доходят руки у разных Наполитано, Драги и т.д. Я имею в виду ложу "Левиафан". Новости об этих манёврах Ренци в США, конечно, были известны ещё до начала путешествия.

Вот тогда парамасон де Бортоли по поручению Драги пишет редакционную статью одновременно с визитом Ренци в Нью-Йорке в СМО. Большинство неправильно понимает сообщение, так как не читало моих объяснений, но это ясно и просто. Де Бортоли пишет: "Уважаемый Ренци, присоединяйся к досточтимому мастеру Марио Драги, иначе я начну выводить тебя на чистую воду в плане "масонства", как в связи с твоими замутами с Берлускони, так и, если понадобится, выше". И добрый Алессандро Саллусти, не знает подробностей и точных предысторий дела, чувствует что-то истинное и пишет.

4) В эти месяцы было много споров о принадлежности премьер-министра Маттео Ренци к масонству. Говорили об отце и его отношениях с Денисом Вердини. Но Личо Джелли, ныне бывший досточтимый мастер масонской ложи "П2", всё опроверг. Вы знаете больше?

- Тициан Ренци, отец Маттео, не является членом ни одной ложи. У него дружеские отношения и близость с некоторыми тосканскими масонами, но не более того. И в любом случае это небольшие пограничные среды, те же самые, к которым имеет доступ масон Денис Вердини, лилипут в фартуке по сравнению с большой евроатлантической масонской аристократией, о которой я упоминал выше.

5) Рино Формика, бывший министр ИСП, друг Президента Республики Джорджо Наполитано, неоднократно повторял, что правительство Ренци - это "План национального возрождения" Личо Джелли, который может привести нынешнего президента ЕЦБ Марио Драги в Квиринал... Вы согласны?

- Программа, на которую вы намекаете, называлась "Планом демократического возрождения". Но мало кто знает, что это было не что иное, как переделка для Италии международных проектов, выраженных в манифесте-эссе "Кризис демократии" - тексте, обнародованном urbi et orbi[325] Трёхсторонней парамасонской комиссией в 1975 году по заказу Ур-ложи "Три Глаза", которая собирала в свои ряды олигархов, технократов и антидемократов с конца 60-х. Марио Драги, если не принужден событиями и высшими потребностями лично финансировать Италию больше, чем она уже финансируется, не думает о том, чтобы покинуть кресло президента ЕЦБ (гораздо более важное, чем президентство Итальянской Республики) до естественного истечения срока его полномочий в 2019.

6) Некоторые считают, что за статьёй де Бортоли стоит сам Драги, возможно, чтобы перетасовать карты в преддверии всё более близких выборов нового президента Республики.

- Я подтверждаю, что за статьёй де Бортоли стоит рука Драги, но по причинам, которые я объяснил вам выше, а не из-за необоснованного желания лично сесть в Квиринале, когда кресло в Евробашне[326] гораздо более престижно и влиятельно. Во всяком случае, олигархический масон Драги обеспокоен тем, чтобы если Наполитано покинет Квиринал до конца второго семилетнего срока, на его место пришёл человек, который ему нравится и верен. И не кого-то, кого назначит "странная парочка" Ренци-Берлускони...

7) О президентах Итальянской Республики всегда ходили настойчивые слухи об их принадлежности к масонским ложам? Это правда? Есть ли у вас какие-нибудь примеры?

– Среди президентов Итальянской Республики были масоны Луиджи Эйнауди, Джузеппе Сарагат, Франческо Коссига, Карло Азельо Чампи. И, конечно же, Джорджо Наполитано - масон. Но даже Джованни Леоне и Сандро Пертини, формально не посвящённые, были избраны благодаря поддержке определенных итальянских (Леоне) и зарубежных масонских кругов (Пертини).

8) Что вы думаете о "Пакте Назарено"? Действительно ли это похоже на масонский договор с Сильвио Берлускони?

- "Пакт Назарено" - это банальный договор на 90% между двумя похожими друг на друга политическими лидерами. Подобные в международных амбициях, не всегда соразмерных имеющимся средствам, и схожие в индивидуализме, самодержавии, склонности окружать себя соратниками из "дворецких или салаг", совершенно аморальных, паяцев и пустозвонов, которые, однако, совершенно не склонны к реформаторской деятельности. Конечно, Берлускони был и остаётся масоном, в то время как Ренци стремится стать им, пытаясь добраться до тех высоких салонов глобальной масонской аристократии, которые всегда оставались недоступными для первого.

9) Как долго продлится правительство Ренци?

- Задайте мне этот вопрос в следующем интервью.

10) Является ли Италия страной кукловодов? Ложи ещё командуют, или сильные стали слишком слабыми?

- Ошибочна общая точка зрения, с которой обычно обращаются к этой теме. Сильные (с XVIII века до наших дней преимущественно масоны) всегда были таковыми и всегда будут. Но, честно говоря, вызывает сострадание и жалость то невежество, с которым итальянские журналисты (и не только итальянские) ищут следы этих полномочий в национальных масонских сообществах, уже угасающих на протяжении нескольких десятилетий, и не умеют (по неразумнению, но добросовестно, потому что другим их коллегам платят специально, чтобы они не говорили на определённые темы или, чтобы всё было совершенно безвредно, на уровне мистификаций, дешёвых скандалов, слухов и сплетен, только вводящих в заблуждение) поднять глаза на небо масонских международных кругов, которые неизменно двигают свои политико-государственные, финансово-экономические, дипломатические, военные и медийные шашки с Запада на Восток, с Севера на Юг. Однако чтобы заполнить эту ужасную информационную пустоту о том, кто был и кто сейчас самые влиятельные вольные каменщики на планете, с этой осени 2014 по октябрь 2015 издательство Chiarelettere опубликует пять томов по этим вопросам. Я говорю о томах с моей подписью и кураторством, написанных в сотрудничестве с другими собратьями международного прогрессивного масонского истеблишмента. Сначала будут опубликованы три тома "Масоны", затем два тома "Мировая власть и её досточтимые мастера". [...] Также вы найдете на сайте Великого Демократического Востока и РНД[327] интересные доклады о создаваемой ассоциации имени Элеоноры Рузвельт за либеральный социализм [...].

Вы, журналисты, а также итальянские и европейские граждане, как правило, обнаружите, что не случайно брат Барак Обама в своём недавнем выступлении в ООН снова и снова цитировал Элеонору Рузвельт и Всеобщую Декларацию прав человека - высшее идеологическое выражение масонства XIX века. Те, кто будет вести битвы создаваемой ассоциации имени Элеоноры Рузвельт, сделают это именно ради противодействия олигархической и технократической инволюции европейского управления. Управления, за которое неоаристократические масоны Марио Драги и Джорджо Наполитано несут наибольшую ответственность вместе с несколькими их реакционными сообщниками в фартуке.

11) Стефано Бизи, новый великий мастер Великого Востока Италии, возразил редакционной статье де Бортоли, объяснив, что масонство "является свежей силой, древней, но в то же время молодой".

- Формально и в идеале брат Бизи прав. И я также смог оценить его открытое ответное письмо к редакционной статье де Бортоли (опубликованной на сайте ВВИ),[328] особенно когда он оспаривает использование термина "несвежий" со ссылкой на масонский мир. "Из какой ложи приходит проповедь", - повторяет он, цитируя Саллюсти. Учитывая это, я надеюсь, что новые институциональные саммиты Великого Востока Италии во главе со Стефано Бизи смогут развернуть палаццо Джустиниани четко и ясно в область прогрессивного масонства. То есть на сторону тех, кто борется за существенную демократичность, а не только формальную, итальянского и европейского общества. Существенная демократичность, которая была завоевана братьями-масонами "свежей, древней и в то же время молодой силы" между XVIII и XX веками.[329]

Франция, Италия, Германия и Китай

БКИ: Теперь слово тебе, Брат Розенкрейцер. Объясни нам, что происходит во Франции с Олландом, Вальсом, гражданским обществом, правительством республики, управлении экономическим кризисом и так далее.

БР: Во Франции, хотя люди этого не замечали, с 2012 года и по настоящее время существует огромный вакуум власти. Пока президентом был брат Франсуа Миттеран, мы были в загоне, это я признаю. Оба прогрессивные масоны: я из Великого Демократического Востока Франции (ВДВФ), он член лож "Зелёное Братство" и "Фердинанд Лассаль", - мы оба приняли решающую поддержку ложи "Три Глаза", чтобы выиграть президентские выборы в мае 1981 года. Даже трёхглазая ложа принесла в жертву такого весомого человека, как Валери Жискар д'Эстен, чтобы позволить нам одержать победу. И мы все трое стали друзьями под знаком братства, выходящего за рамки формальных заборов между предполагаемыми либералами-консерваторами и столь же предполагаемыми прогрессивными социалистами. Франсуа был президентом, я - его особым и официальным советником, Валери - очень конфиденциальным и тайным советником. Мы были в команде. И когда был подписан пакт "Объединённые масоны за глобализацию", мы с лёгким сердцем и без всякого сожаления согласились на социалистический уход первых лет, а затем на неолиберальный поворот следующего периода. Но у нас был проект. Его можно было назвать беспечным и хамелеонским, но это был наш проект власти, согласованный наравне с другими собеседниками, которые нас уважали.

БКИ: А теперь как дела?

БР: Брат Олланд был избран в мае 2012 года благодаря вкладу тех масонов Великого Востока Франции, которые стремились к резко прогрессивному повороту в отношении управления ЕС и еврозоны, вдохновлённого деструктивной и недобросовестной жёсткой экономией. Не менее важной, чем поддержка ВДВФ, была поддержка Ур-лож "Зелёное Братство", "Фердинанд Лассаль" и "Монтескье". Также бесценным было вмешательство ложи "Томас Пейн" совместно с братьями из Великого Демократического Востока.[330]

БКИ: Да, я хорошо помню. И действительно, самопровозглашённый прогрессивный масон Олланд в двух выборных раундах одержал победу над олигархическим братом Николя Саркози, одним из первых членов реакционной Ур-ложи "Хатхор Пентальфа".

БР: Да, но уже за несколько часов до и после завоевания Елисейского дворца распространились слухи о том, что эмиссары самой влиятельной супермасонской триады в Германии пытались связаться с Франсуа...

БКИ: Давайте рассказывать по порядку, иначе читатели рискуют не понять. С какими масонскими организациями в то время был связан Олланд?

БР: С теми же, в которых был посвящён в своё время ещё Франсуа Миттеран, человек несколько другой закалки... хоть и великий сын замечательной женщины...

БКИ: То есть?

БР: В ложе "Фердинанд Лассаль", действующая в основном во франко-немецком, бельгийском, голландском, скандинавском и среднеевропейском районах, и ложе "Зелёное Братство", влиятельной во Франции, Магрибе и некоторых азиатских регионах прошлого французского колониального господства.

БКИ: Разве не в Великом Востоке Франции? Или в какой-нибудь традиционной французской общине, на национальной основе? Насколько я помню, при Великой Ложе Франции или Великой Национальной Французской Ложе... или, кажется, в лоне ложи "Права Человека", которая, однако, уже принадлежит международной сети?

БР: Олланд имел и имеет общие масонские отношения со всеми этими реалиями – с некоторыми больше, а с другими меньше. Например, дело не в том, что он когда–либо так сильно любил обе Великие Ложи, но, хотя он никогда не был официально посвящён в ВДВФ, с несколькими братьями этого послушания у него интенсивные отношения, поскольку они также являются членами, в свою очередь, Ур-лож "Фердинанд Лассаль", или "Зелёное Братство", или обоих. Кроме того, осенью 2011 года в преддверии президентских выборов следующей весной не только Франсуа Олланд, но и все остальные: от Жана-Люка Меланшона до Николя Дюпон-Эньяна, от Евы Жоли до Эрве Морена и Франсуа Байру - чувствовали себя обязанными пойти и официально согласовать с Великим Востоком Франции свои программы по возможному курсу Елисейского дворца.[331]

БКИ: Их пригласили, или они явились сами?

БР: Отчасти и то, и другое. Во Франции это естественно, помимо всего, что остается конфиденциальным или секретным о динамике власти, наиболее деликатной и важной, структурно масонской, как и в любом другом уголке мира, что существует очень много официальных случаев, когда государственные учреждения и масонские учреждения ведут диалог при свете дня перед средствами массовой информации и общественным мнением.

БКИ: Почему такая большая разница по сравнению с Италией?

БР: Италия является аномалией по сравнению с остальным западным миром...

БКИ: Объясни лучше.

БР: В великих евроатлантических демократиях никто из государственных институтов не игнорирует или не делает вид, что игнорирует то, что именно масоны создали эти самые институты в их современной форме. Как можно отрекаться от матери и отца?

БКИ: Уверен, что средний читатель всё ещё не понимает.

БР: Именно поэтому мы и осмелились написать эти книги, не так ли? Трилогия "Масоны" и два тома "Мировой власти и её досточтимых мастеров". Я правильно понял?

БЯ: Ты прекрасно понял.

БКИ: Продолжай.

БР: Никто во Франции, Великобритании, Бельгии, Голландии, Соединённых Штатах Америки, Канаде и даже в Латинской Америке на уровне политического класса, гражданского общества или медиа- и культурных работников, никогда не мечтал бы разделить то причудливое, неискреннее или невежественное отношение к масонству, которое существует только в Италии. Я имею в виду, что в странах устоявшейся либеральной демократии и/или отличающихся меньшим коммуникативным лицемерием все знают, даже на поверхностном уровне, что создание современного политико-социального мира было большой работой вольных каменщиков. Все или почти все признают, что принцип парламентского представительства, превращение подданных в граждан, передача суверенитета от абсолютных монархов и церковной или родословной аристократии народу, разделение властей, построение общественного мнения и гражданского общества, как либертарианские и плюралистические антитела к деспотическим дрейфам государства, свобода религии, совести, мысли, выражения и печати – всё это сокровища, завоёванные на благо человечества масонскими авангардами последних трёх веков.

БЯ: Я бы уточнил: "прогрессивными" масонскими авангардами.

БР: Уточнения приняты, Брат Яхоэль. Но ты лучше меня знаешь, что, по крайней мере, до начала ХХ века в масонстве резко преобладали прогрессисты. Они также одержали победу над учениками-колдунами в фартуках, которые создали грозную фашистскую чуму in vitro[332]... Не говоря уже о тех других элитарных диссидентах, которые поставили коммунистические общества на ноги, во имя зловещего союза серпа, молота и циркуля... Таким образом, до конца ХХ века говорить о прогрессивном масонстве и просто масонстве -это примерно одно и то же. Только с конца 60-х годов реакционные и неоаристократические масоны начинают прочно захватывать власть. Мы все это прекрасно знаем, не так ли?

БЯ: И всё то, что они недавно завоевали, они всё растеряли в течение всего нескольких лет...

БК: Ах, ах, ах, смотрю, ты очень оптимистичен...

БЯ: Посмотрим, оптимист я или просто реалист. Брат Р, продолжай свой рассказ.

БР: В Италии отдельные члены правящих классов, которые также принадлежат к местным и международным масонским или парамасонским образованиям, из принципа и в силу условного рефлекса всегда отрицают свою принадлежность к масонству. И они делают это бесстыдно, лицемерно и гротескно. Даже когда в этом нет необходимости. Они отрицают это, потому что они обусловлены давней культурной традицией, которая уходит корнями в фашистское двадцатилетие, а затем в годы послевоенной реконструкции. В годы Муссолини высшие руководители правящего фашистского государства и партии были персонажами, обращёнными к оккультным и антидемократическим кругам масонства. Субъекты, которые регулярно посвящались в различные послушания, но которые под воздействием риторики фашиоклерикального режима заняли официальную антимасонскую позицию. Тем более что фашизм в целом, с созданием собственного Великого Совета, стремился создать своего рода Великую Государственную ложу sui generis[333]. И в послевоенный период, как мы все знаем, те же самые англо-американские масоны, которые помогли восстановить официальные масонские структуры в Италии, требовали, что в полубезграмотной стране, балансирующей между коммунистическим и клерикальным влиянием на широкие массы, полуостровные масоны жили тайно и не афишировали свою принадлежностью.

Нужно было создать общий фронт против большевиков. Для этого борьбу с коммунизмом лучше было оставить народной культуре церковных приходов, доверив итальянским масонам роль официальной власти/закулисы в политической, экономической, финансовой, бюрократической, военной, дипломатической и разведывательной сферах. Тот, кто был масоном, тем более на высоком уровне, должен был скрывать это, чтобы не расстраивать народное сознание, которое считалось слишком незрелым и примитивным. Элементарному народному сознанию простолюдинов, слишком пронизанному католицизмом, был недоступен смысл масонского посвящения. Простолюдины неспособны были принять тот факт, что даже великие иерархи Церкви с удовольствием завязывают фартук и посвящать себя эзотерическим исследованиям и практикам. С другой стороны, итальянские коммунисты соперничали друг с другом, чтобы избавиться от своих масонских истоков из Лиги праведников, Лиги коммунистов, Шаппера, Вейтлинга, Бауэра, Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, Троцкого - всё это были отцы-основатели коммунизма откровенно масонского происхождения. Это всё были масоны элитарного и не менее антидемократического и нелиберального курса в теории и практике, чем реакционные и неоаристократические, культивируемые так называемыми крайне правыми братствами. Добавьте к этому страшное невежество и поверхностность большинства итальянских журналистов. Люди, которые никогда серьёзно не изучали историю и которые бесстыдно игнорируют политические, идеологические, социальные и экономические процессы, в которых с XVIII века и до наших дней масонство было неоспоримым главным героем современности, к лучшему или к худшему.

БЯ: В действительности даже книги по истории ещё несколько лет назад были ущербными и умалчивали роль масонства. В лучшем случае там упоминалось о сектах карбонариев, участвующими в процессах объединения Италии, не объясняя ничего более. И затем, как ясно видно, это удаление даже из школьных и университетских учебников темы масонства -удаление, которое только недавно начинает преодолеваться, - было задумано теми же братьями, которые предпочитают скрывать себя, а не представать перед лицом высокого общественного мнения... Не так ли, брат Кронос?

БК: Конечно. И я поддерживаю это умолчание, которое вам кажется неприличным. Именно поэтому Ур-ложи появились в странах, где масонстсво не стесняется выйти на солнечный свет. Французские, британские и американские масонства становились слишком открытыми и контролируемыми общественным мнением и любопытными взглядами посторонних. Вместо этого, на мой взгляд, масонство должно оставаться в секрете, а её члены должны иметь возможность действовать скрытно и непредсказуемо в обществе непосвящённых...

БЯ: Ты никогда не упускаешь возможности напомнить мне, насколько непримиримы наши позиции...

БР: но я полагаю, что в начале первого тома или в других вы дадите кропотливое и исчерпывающее разъяснение этих вопросов. Сейчас я лишь подыдтожу, что вина этой коллективной демонизации в Италии масонства может быть объясняется двумя весьма конкретными причинами.

БКИ: То есть?

БР: Склонность итальянских масонов прятаться. Поверхностность, невежество и предубеждения по этим темам у значительной части журналистики, издательского дела и мира светской культуры. Эти две причины идут рука об руку. Потому что для масонов и парамасонов, которые любят скрытность и которые одновременно являются редакторами газет, журналистами, обозревателями, политиками, промышленниками, военными, диполоматами, агентами разведки и т. д., поверхностность и невежество немасонских коллег становится очень удобной... Можно демонизировать тех, кто провозглашает себя свободными каменщиками с открытым лицом или вынужден показывать себя в качестве должностных лиц в официальных сообществах. Также можно получше замаскироваться, возможно, лицемерно и бесстыдно участвуя в этой антимасонской демонизации...

БЯ: Примерно то же самое происходило в XIX веке с анти-масонской партией США, партией, рождённой на антимасонских уставных основах, у которой в составе, однако, оказалось несколько масонов...

БА: Да, я тоже читал об этом гротескном и громком обстоятельстве...

БЯ: Ну, мы подробно расскажем об этом в третьем томе "Масонов".

БКИ: Хорошо вышло, ничего не сказать. Теперь, однако, вернёмся к основной теме. Что происходит во Франции? Ах, и я хотел спросить: была ли в 2012 году приглашена и Марин Ле Пен?

БР: Ни в коем разе. ВДВФ пригласил в Елисейский дворец кандидатов, правых и левых, которых считал совместимыми с общими принципами свободы, демократии и плюралистического и космополитического взгляда на бытие. Бытие и социальные отношения. Такое движение, как Национальный фронт Ле Пен, не подпадает под эти параметры. По крайней мере, для ВДВФ.

БКИ: Понятно. Продолжай.

БР: Как я уже говорил ранее, 6 мая 2012 года и сразу после этого пошли слухи, что агенты Ур-лож "Кольцо", "Валгалла" и "Парсифаль" хотели встретиться с тем, кто несколькими часами ранее казался наиболее вероятным победителем... а через несколько часов стал новоизбранным президентом Французской Республики. И первыми, кто об этом заявил, хотя и изящно и неявно, были некоторые братья Великого Демократического Востока.[334]

БКИ: Ранее ты называл эти три Ур-ложи "самой влиятельной масонской триадой в Германии".

БР: Это всегда международные суперложи. Но, в отличие от других, чьи колонны были подняты сначала во Франции, США или Великобритании, Голландии, Бельгии, России, Швейцарии или где-либо ещё, они возникли на немецкой земле. Из Германии, конечно, пошли отделения и в других частях света. А в Германии наряду с "Золотой Евразией" они, пожалуй, самые могущественные масонские образования.

БКИ: Назови нам имя какого-нибудь замечательного брата или сестры, которые работают в этих мастерских?

БР: Их много, неизвестных широкой публике, но чрезвычайно влиятельных в промышленности, финансах и институциональных сферах. Среди тех, кто более известен, я могу упомянуть Вольфганга Шаубле, в настоящее время досточтимого мастера ложи "Кольцо", суперложа, в которой также состоит Марио Драги и оратором которой является брат Йенс Вайдманн. Досточтимый мастер ложи "Парсифаль" - Дитер Шварц, а во главе ложи "Валгалла" стоит досточтимая мастерица, сестра Мария-Элизабет Шеффлер, с первым стражем Стефаном Квандтом. Историческим и очень влиятельным членом ложи "Кольцо", хотя сейчас он не слишком здоров, является Карл Альбрехт-младший.

БКИ: А сестра Меркель?

БР: Сестра Меркель впервые прошла посвящение в ложе "Золотая Евразия" в 80-е годы. Недавно она также была принята в ложи "Валгалла" и "Парсифаль", в то время как по причинам, которые было бы сейчас слишком долго объяснять, её так и не приняли в ложу "Кольцо".

БЯ: Хорошо, но давайте возобновим нить повествования, касающуюся французских событий.

БР: Сначала я хотел бы добавить кое-что о недопонимании, которое происходит вокруг предполагаемой немецкой гегемонии над Европой. Триада Ур-лож, о которых я только что упомянул, была главным героем создания, а затем консолидации нацистской чумы в Германии, начиная с 20-х годов. Но она не смогла бы этого сделать без решающей поддержки других очень сильных реакционных и консервативных сверхдержав из франко-голландской и англо-американской областей. Короче говоря, самый острый масонский горизонт власти всегда международный, даже если у вас есть особые национальные, региональные или даже более местные корни. Вот почему наивно и ошибочно говорить о Европе под руководством Германии, о "Евро-Германии", о новом тевтонском империализме и так далее.

БКИ: Ты абсолютно прав. И эту же точку зрения неоднократно высказывали на протяжении многих лет более опытные братья по немецким и среднеевропейским вопросам, тяготеющие к орбите Великого Демократического Востока. Посмотрите, что было написано об этом в конце мая 2012 года, через несколько недель после того, как его брат Олланд занял Елисейский дворец:

Европейская история запутана и полна тёмных зон. [...] Перед лицом справедливых соображений о (циничных) преимуществах, достигнутых "системой-Германия" благодаря нынешней самоубийственной политике ЕС, тем не менее, следует избегать любой демонизации немецкого народа. Это народ дал великих философов, художников, видных интеллектуалов, но и отродье, которым довольно легко манипулировать. Это не их вина, и это не расово-биологическая проблема, а скорее социокультурная.

По тем же причинам, по которым клерикально-фашистская, а затем коммунистическая и христианско-демократическая культура сделала широкие массы итальянцев лицемерными, коррумпированными, двуличными и мерзкими (забыв о великом уроке патриотов Рисорджименто), немцы абсолютным образом влюбляются в фидеистические догмы, под воздействием которых ведут себя отвратительно, по крайней мере пока какой-то травматический шок не вернёт их к разуму и критическому духу. Примерно с 1933 по 1937-1938 годы (затем все усложнилось, и чтобы объяснить, как и почему это произошло, потребуется отдельное повествование) экономический и военный рост гитлеровской Германии также финансировался за счёт большого капитала из определённых масонских финансовых кругов Англии и США (консервативной и реакционной матрицы). Кругов, сочувствующих немецкому национал-социалистическому и итальянскому фашистскому эксперименту.

Как раз одновременно с неприкрытой манипулятивной мистификацией для обычных масс простофиль, фашисты и нацисты поносили демо-плуто-иудео-масонские общества.

Прогрессивные масоны преследовались повсюду в Европе под нацистским господством.

Масонство как официальное учреждение было объявлено вне закона.

Однако, [...] экономическое руководство Италией было поручено Муссолини масону (и бывшему социалисту) Альберто Бенедуче (в то же время Великий Совет фашизма почти полностью состоял из бывших реакционных масонов), а нацистской Германией - масону Яльмару Шахту.

Поэтому нет сомнений в том, что немецкий народ, раздражённый несносной досадной политикой, проводимой англичанами и французами после окончания Первой мировой войны, и тем более выводом американских капиталов после великого кризиса 1929 года, был умело принят на попечение национал-социализма. НСДАП (Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei) первоначально финансировалась наиболее влиятельной, космополитической и масонской (реакционной направленности) немецкой промышленностью и высокими финансами, значительно связанной с братскими кругами лондонского Сити и Уолл-Стрит, которые, в свою очередь, вернули капитал в Германию после прихода Гитлера к власти. Мораль басни: немецкий эксперимент, если бы он не был заблокирован провиденческим вмешательством (и, в крайнем случае) евроатлантических прогрессивных масонов (начиная с Ф. Д. Рузвельта и с привлечением консервативных масонов, собравшихся вокруг Уинстона Черчилля, "излечившихся" от симпатией к фашизму, хотя и с участием определённой британской масонской аристократии, связанной двойной нитью с нацистским режимом), привёл бы к инволюции в Европе. Без вмешательства США в 1941 году Европа стала бы континентом, где господствует международная олигархия, которая имела в гитлеровской Германии свой грозный и частично замаскированный плацдарм.[335]

Спустя много десятилетий и в столь же сложном сценарии сокрытия и мистификации в СМИ и политике, с тех пор, как Ангела Меркель начала свой правительственный опыт руководства воссоединёнными немцами в 2005 году (опыт, усиленный в 2009 году), яд манипулирования тевтонским народом сыпался в полными горстями. Так же как объективные условия враждебности остальных европейцев (после Первой мировой войны) и экономический кризис 1929 года заставили жителей Германии отдаться на волю Гитлера и его более или менее оккультных руководителей-сторонников, аналогичным образом сформировалось коллективное сознание Германии (хотя и со значительным сопротивлением) в последние годы, чтобы установиться на гегемонистском неонационалистическом проекте, который также является по существу антиевропейским. Действительно, одно дело реализовать Германию как благородное и харизматичное сердце Старого континента, способное сделать своё благополучие гармоничным и дополняющим благосостояние других государств ЕС (и это был проект старых мудрецов, таких как Гельмут Коль и Гельмут Шмидт), другое дело - нагло следовать курсу деструктуризации наиболее хрупких европейских стран, чтобы реализовать ненавистную форму циничной и хищной гегемонии.

Тем более, что, как это уже произошло в 30-х годах, эта тевтонская гегемония управляется нитями, ведущими к международным, глобальным и космополитическим кукловодам, безразличным к судьбам европейских народов в той же степени, как и к рабочим из Китая, Азии, Африки или Южной Америки.

Таким образом, бесполезно представлять это антинемецкой проблемой.

Фактически население Германии сегодня захвачено и обмануто миражом необычайной континентальной гегемонии, как это было вчера, в годы гитлеровского режима. Политика жёсткой экономии, строгости, самоубийства и упадка остальной Европы является основой, на которой правительство Меркель строит дьявольское и циничное благополучие для широких (хотя и не всех) слоев своей нации. А между тем "другие субъекты" добились и получают колоссальную прибыль, спекулируя на финансовых спредах с участием облигаций всех европейских стран, кроме Германии. Заглядывая в будущее, Германия сможет завоевать ту расистскую и националистическую гегемонию (обновлённую во времени и, следовательно, более тонкой формы), которая не была достигнута гитлеровским режимом, в то время как настоящие кукловоды всей продолжающейся антиевропейской операции получат экономические дивиденды (с приобретением/заменой по выгодным ценам частных отраслей стран, охваченных кризисом, а также путем колоссального бизнеса приватизации местных услуг и изъятия государственных товаров и отраслей) и политические дивиденды технократической и олигархической инволюции Старого континента.

Если только не появится новая группа бойцов, подобных той, которая позволила брату Франклину Делано Рузвельту (а затем братьям Трумэну и Маршаллу) восстановить свободу, демократию и благополучие Европы и Запада. И над этим мы работаем.[336]

БР: В этой статье братьев Великого Демократического Востока отражено именно то, что я имел в виду.

БКИ: И именно поэтому я процитировал её и представил вниманию читателей.

БР: Возвращаясь к Франции, следует сказать, что, к сожалению, после промежуточного президентского старта Олланд полностью позволил себе запутаться в уговорах и угрозах, которые были адресованы ему различными агентами ранее упомянутых Ур-лож.

БКИ: Агентами только лож "Кольцо", "Валгалла" и "Парсифаль" или также других олигархических суперлож?

БР: Очевидно, что ложи "Роза Ветров" и "Эдмунд Берк" также наложили на него лапу.

БКИ: А ложа "Три Глаза" нет?

БР: В этом не было необходимости. Огневой мощи как "кнута", так и желанного "пряника" было более чем достаточно...

БК: Подтверждаю. Но добавлю, что не все в этих Ур-ложах знали об этом безрассудстве со стороны некоторых его членов.

БКИ: О каких угрозах и уговорах ты говоришь?

БР: Явные угрозы смерти и столь же прямые обещания денег, много денег, "с периодическими переводами за границу", как сказал бы брат Яхоэль...

БКИ: Даже так?

БР: Конечно. Дело в том, что Олланд выиграл французские выборы, представившись перед своим народом возможным деятелем демократического, либертарианского и франко-европейского социалистического курса против политики жёсткой экономии, навязанной тройкой: Еврокомиссией, ЕЦБ, и МВФ - и немецкой канцелярией под руководством Меркель. Если бы глава такого важного государства, как Франция, в абсолютной преемственности с президентством Саркози, действительно вступил в битву, чтобы противостоять жёсткой экономии и внедрить нормальную антициклическую политику, весь проект олигархической инволюции, о котором нам говорили брат Кронос и брат Яхоэль, полетел бы ко всем чертям...

БЯ: Это правда, что парадигма жёсткой экономии полезна для проектов строительства нового европейского феодализма, но также верно и то, что самой большой проблемой являются действующие договоры и институты как ЕС, так и еврозоны. Даже если бы политика жёсткой экономии была условно отложена, все равно продолжилось бы недемократическое управление континентальными институтами. Если действительно нужна демократия и прозрачность европейского управления, то необходимо приостановить действие всех договоров об учреждении этого ЕС, начиная с Маастрихтского и далее. Нужно было бы начать с манифеста Вентотене брата Альтьеро Спинелли и дать эффективный суверенитет народу Старого континента. Как? Дать Европейскому парламенту, единственному законному представителю этого суверенитета, право доверять или не доверять любому континентальному управленцу, избранному напрямую. Подтвердить превосходство демократически узаконенной политики над финансово-экономической бюрократией, которую никто не избирал и которая имеет гигантские конфликты интересов по сравнению с частными субъектами делового мира. Дать континентальному народу возможность вмешиваться в формирование законов путем целенаправленных референдумов и отказаться от догматического неолиберального повествования об экономических принципах, которыми следует руководствоваться во внутренней жизни Союза. Более того: мы переходим к формированию Соединённых Штатов Европы со последовательной и однородной внутренней и внешней политикой, решаемой прозрачно и демократично. Надо отказаться от этого монстра ЕС, который является всего лишь сборищем стран, сражающихся более или менее замаскированно друг с другом, под управлением частных международных властей, которым нет дела ни до европейцев как таковых, ни до собственных политических кругов, купленных ни за грош для принятия законов и деструктивных мер общего интереса.

БКИ: Я понимаю твой гражданский пыл, брат Яхоэль. Тем не менее, я бы рекомендовал рассматривать некоторые темы с большей непредвзятостью в следующих томах этой серийной работы. Возможно, на страницах мы проиллюстрируем, как строились действующие европейские договоры, и кем и с какими скрытыми целями по сравнению с заявленными и явными. Таким образом давайте возобновим историко-критическую дискурс на тему, открытую в третьей главе этого тома, где мы ограничились разговорами о 50-х. И теперь, с разрешения всех, я передам слово Брату Розенкрейцеру, чтобы он закончил свой обзор Франции под руководством Олланда.

БР: Ну, действительно, даже о Франции Олланда и фальшивой восходящей звезде, брате Мануэле Вальсе я ограничусь ещё несколькими очерками. Положение во Франции, безусловно, заслуживает лучшего понимания в следующих томах, которые вы опубликуете. С гораздо большими подробностями и аналитикой в отношении того, насколько мутными являются франко-немецкие промышленные и банковские отношения. И имея смелость вынести на свет множество вопиющих и замалчиваемых вопросов, касающихся Социалистической партии, Союза за народное движение, "Национального объединения" и соответствующих кругов действующего президента и премьер-министра.

БКИ: К какой масонской ложе принадлежит Мануэль Вальс?

БР: Брат Вальс был посвящён много лет назад на Великом Востоке Франции. Недавно он был принят в Ур-ложи "Кольцо", "Эдмунд Берк" и "Роза Ветров".

БК: Я всё равно не доверяю Вальсу. Он нечестен и неверен...

БР: Кроме этого, я считаю действительно тошнотворными (и я больше, чем когда–либо, сожалею о том, что тоже так всю жизнь действовал, водя за нос общественное мнение) недавние заявления брата Мишеля Сапена, министра финансов, о предполагаемом отказе от жёсткой экономии...

БКИ: Объясни лучше.

БР: В первом правительстве Вальса, которое длилось с конца марта до конца августа 2014 года, были и почти подлинно прогрессивные масоны. Я говорю "почти", потому что даже их работа была довольно неоднозначной и потому, что я нашёл неуместным намек на итальянского премьера Ренци как пример для подражания в плане отказа от жёсткой экономии... Если только эта аналогия не была насмешкой в стиле Макиавелли. В любом случае, я имею в виду сестёр Кристиан Тобира и Орели Филиппетти, брата Бенуа Амона и, конечно же, очень амбициозного масона Арно Монтебурга, который стремится баллотироваться в Елисейский дворец в 2017 году. Как известно, Монтебург, министр экономики на первом сроке Вальса, спровоцировал правительственный кризис в августе прошлого года, и Тобира, Филппетти и Амон его прогнали. Кризис возник из-за того, что Монтебур оспорил политику жертв, сокращений и жёсткой экономии для Франции, заявив, что правительство, членом которого он был, проводит ошибочную парадигму, вдохновлённую Германией и другими. Громы небесные! Вальс уходит в отставку, Олланд солидарен с ним и поручает ему сформировать новое правительство, без группы во главе с Монтебургом, но с сохранением Тобира. Вскоре Вальс и Олланд заявляют, что хотят объединиться с Ренци "ради другой Европы": та же идея, сформулированная ранее Монтебургом в его "выпаде" против тевтонской жёсткой экономии, которого из-за неё подвергли изоляции и остракизму. Но верх двуличия и манипулятивного лицемерия достигает Мишель Сапен 1 октября 2014 года, представив финансовый закон на 2015 год. И СМИ ведутся на его позорный обман.

БКИ: В чём он состоит?

БР: Сапен утверждает, что намерен продолжить оздоровление государственных расходов, но одновременно говорит, что больше не хочет принимать парадигму жёсткой экономии. Причина в том, что в следующем году дефицит по отношению к ВВП составит четыре с чем-то процента, что только в 2017 году он упадет ниже печально известного порога в 3% и что баланс бюджета будет достигнут не раньше 2019 года. Между прочим почти вполголоса он добавляет, что в следующем двухлетнем периоде запланировано сокращение государственных расходов примерно на пятьдесят миллиардов евро. Но если это не саморазрушительная политика жёсткой экономии - сократить государственные расходы во время рецессии на пятьдесят миллиардов, тогда что это?

Вводящая в заблуждение коммуникативная игра понятна всем нам, инсайдерам: чтобы скрыть реальную жёсткую экономию слез и крови, изобретается и подчёркивается фиктивная борьба с дефицитом бюджета. И всё это при соучастии сестры Меркель. Которая высоко оценила объявленные миллиардные сокращения французского государственного бюджета и, чтобы поддержать собратьев Сапена, Вальса и Олланда в их театральной пантомиме, притворилась раздражённой помпезными и столь же непоследовательными разглагольствованиями против жёсткой экономии, речёнными перед журналистами. Которые, кто добросовестно, кто из глупости, кто намеренно и корыстно, предложили мировому общественному мнению обманчивую картинку несуществующего столкновения между предполагаемыми французскими противниками жёсткой экономии и предполагаемыми немецкими хранителями ортодоксии.

Всё ложь! Как и театральные представления Марио Драги, президента ЕЦБ, и Йенса Вайдмана, президента Бундесбанка, которые днём притворяются, что спорят о предполагаемой "экспансивной и оздоровительной" финансовой деятельности Драги, а ночью встречаются в прекрасной франкоязычной штаб-квартире Ур-ложи "Кольцо", полностью соглашаясь с общими обманными операциями в ущерб средствам массовой информации, общественному мнению и коллективным интересам европейских народов. Кстати говоря, снижение стоимости денег до минимальных, осуществляемых Драги и ЕЦБ, благоприятствовало и может благоприятствовать только банкам и крупным финансовым организациям, которые без малейших усилий получают большие массы ликвидных активов, которые либо инвестируют в покупку стратегических активов стран, в которых трудности из-за кризиса в реальной экономике, или вкладываются в казначейские векселя стран, всё больше загоняемых в тупик. Другими словами, и это вам говорит банкир и финансовый оператор уровня нижеподписавшегося, без ложной скромности, которой у меня нет, достаточно изменить образ действий ЕЦБ и позволить ему напрямую финансировать промышленную и торговую деятельность в условиях кризиса, а также государства еврозоны, чтобы быстро разрешить кризис.

БКИ: Ну, что касается франко-германского ландшафта, давайте пока остановимся ради продолжения разговора позже. Теперь мы хотели бы узнать от Брата Дао, правда ли, что за недавними протестами в Гонконге стоит его рука и китайское отделение ложи "Томас Пейн". Всё так, как уже в течение нескольких недель вопят адепты закулисы власти?

БД: Дорогие братья, могу признаться вам, что это не только правда, но мы готовим много других аналогичных сюрпризов по продвижению демократии как в Гонконге, так и на нашей китайской Родине. Власть "Ложи Дао" и олигархический курс нашего правящего класса рано или поздно должны закончиться. Лучше раньше, чем позже... Вот почему мы будем неустанно работать над защитой существующих пространств свободы и демократии, как в случае с особым административным районом Гонконга. И мы будем работать над расширением суверенитета народа, где он всё ещё подавлен неоаристократическими коммунистами в фартуках, друзьями нашего дорогого Брата Кроноса...

БК: Но ты ведь тоже коммунист...

БД: Мы все в Китае коммунисты на самом высшем уровне власти и институтов... И если мы все коммунисты, то никто не коммунист. Поэтому требуется мужество, чтобы назвать даже разгневанных неолибералов Шанхая коммунистами...

БК: Ах, ах, ах...! Говоря о Шанхайской группе, ты действительно прав...

БКИ: А ты, Брат Кронос, подтверждаешь нам, что вы вместе с ложами "Три Глаза", "Свет Востоку" и "Золотая Евразия" участвуешь в том другом театре тысячи обманов, который в последние месяцы работает на Украине?

БК: Я считаю целесообразным поговорить об этом более спокойно, подробно и обстоятельно в следующих томах серии. Но в любом случае могу ответить, что да, украинская ситуация является частью сложной стратегии, которую мы курируем, направленной на предотвращение ближневосточных, западных и планетарных катастроф, которые подразумеваются в связи с ИГИЛ...

ИГИЛ и арабская весна

БКИ: Тогда ты и Брат Амон, расскажите нам что-нибудь об ИГИЛ, ближневосточном хаосе и возрождении ложи " Хатхор Пентальфа".

БК: Кое-что можно сказать прямо сейчас, а потом подробно и адекватно рассмотреть позже.

БКИ: Мы с нетерпением ждём...

БК: На этот раз нас опять застали врасплох.

БКИ: То есть?

БК: Мы не готовили так называемую арабскую весну 2010-2011 годов, и до 2012 года мы не понимали, что там на самом деле происходит.

БЯ: Давай, не ходи вкруг да около...

БК: И вы, Демократический Великий Восток, ложи "Томас Пейн", "Ибн Араби" и "Гедулла" вместе с прогрессивными масонскими кругами тоже сначала считали, что можете сыграть положительную роль на Ближнем Востоке и в Северной Африке... Вы думали, что там идёт народное движение снизу в союзе с самыми просвещёнными и современными арабскими кругами, с демократическими и либеральными требованиями...

БЯ: Оно действительно было там, но, к сожалению, их обратили вспять на первом этапе, а потом переориентировали настоящие архитекторы всей этой операции...

БК: Уточни вопрос. Сначала мы отвлеклись, не обращая внимания на происходящее. Это было похоже на обычную ситуацию контролируемого хаоса с противоречивыми актерами среднего калибра, которая закончилась бы сменой власти, множеством смертей, большим количеством риторики и ничем принципиально новым. С другой стороны, вы довольно часто вкладывали ресурсы и надежды, полагая, что настало время для имплантации светских демократий в арабский мир. Идеалистические иллюзии, как обычно...

БЯ: Большое спасибо за добрые слова!

БК: Нет, меня до сих пор коробит от того, насколько безвкусно вы поступили, обманув даже наше, обычно более непредвзятое восприятие. Видя, что вы так усердно работаете, мы тоже сломались. Мы сочли, что так называемая арабская весна во многом была делом ваших рук... И поэтому мы не очень-то встревожились, уверенные в том, что можем в любой момент направить её к более желанным для нас результатам.

БКИ: Объясните лучше.

БК: Администрация Обамы и двухпартийная масонская директория УР-ложи "Маат", включая и нижеподписавшегося, так и не поняли до конца, что на самом деле произошло. Будучи сыновьями компромисса между крупнейшими консервативными и прогрессивными масонскими фракциями, и видя, что феномен арабской весны не был частью официальной программы этого компромиссного перемирия, мы не знали, с какой стороны к ней подойти... Мы подумали, что это какая-то более или менее спонтанная ситуация, в которой ретроспективно сыграли неоколониалистские цели некоторых внутренних интересов Франции и Великобритании, затем дестабилизирующие акции израильских кругов ради стабилизации, наконец, утопические намерения прогрессивных масонов.

БЯ: И тут вы очень жестоко ошиблись, к сожалению.

БКИ: Чёрт возьми... И что же это было на самом деле?

БК: Мы начали что-то понимать в 2012 году, а уже полное осознание пришло весной 2013 года, когда то, что раньше называлось Аки, "Аль-Каида в Ираке", со времен аль-Заркави, а также Абу Омара аль-Багдади, под руководством Абу Бакра аль-Багдади стало по-разному называться на арабском языке и с преобладающим названием на английском языке, навязчиво повторяемым западными СМИ и всему миру: ИГИЛ, очевидная аббревиатура "Исламское государство Ирака и Сирии" и "Исламское государство Ирака и Аш-Шама".

БКИ: И как вы поняли, как обстоят дела на самом деле?

БК: Очень просто. Копнув немного, мы обнаружили, что самопровозглашённый халиф этого нового имперского и всемирного Исламского государства, предложенного мировому восприятию под названием ИГИЛ, "Исламское государство Ирака и Леванта", в 2009 году был тайно посвящён в ложу "Хатхор Пентальфа", а затем чудесным образом и внезапно освобождён из иракского контртеррористического лагеря Букка, где содержался с 2004 года.

БКИ: Боже мой!

БК: В то же время, также начиная с 2013 года, мы узнали, что некоторые братья из лож "Хатхор Пентальфа", "Гебура", "Кольцо" и "Амон" пришли за "покупками" к известным неоаристократическим масонам, которые были заняты со мной и другими Ур-ложами в мирном и бескровном проекте олигархической деструктуризации Европы...

БЯ: Всегда есть кто-то хуже вас, когда вы идёте по пути, проложенному учениками-колдунами...

БК: Наш проект китаизации и феодализации евроатлантического региона и остального мира - это не злое колдовство, а продуманная и трезвая инициатива, даже если вы её не разделяете.

БЯ: Разве разумно и трезво копать ещё большую борозду политического, социального и экономического неравенства на планете, где один процент населения контролирует около девяноста процентов богатства и власти? И где ещё более узкая группа просвещённых самозваных масонов, таких как ты, управляет железным кулаком даже большей частью этого узкого круга плутократов?

БК: Во всяком случае у нас с 80-х была бархатная перчатка, а не железный кулаком...

БКИ: Братья, пожалуйста, давайте не уходить от темы. Давайте перейдем к теме ИГИЛа.

БК: Если Брат Яхоэль позволит мне продолжать без демагогических перерывов...

БЯ: Возможно, "демократических" перерывов. В любом случае, продолжай.

БК: Ко всему тому, что я рассказал, в какой-то момент добавился один ещё более тревожный факт.

БКИ: Какой?

БК: С впечатляющим символическим и временным совпадением, в том же апреле 2013 года, когда "Аль-Каида Ирак" сменил своё название на ИГИЛ, исторический знаменосец и главное политическое чучело ложи "Хатхор Пентальфа", то есть двукратный президент США брат Джордж Буш-младший начал гонку в Белом доме на 2016 год кровного брата и по ложе Джеба. Брат из "Хатхор Пентальфа" Джеб Буш на вершине американской администрации, чтобы, наконец, возглавить правдоподобное "столкновение цивилизаций" против ИГИЛа, которое воплощает гораздо лучше, чем Аль-Каида и другие террористические акронимы, созданные масонами in vitro, опасность радикального и ужасного фундаментализма, смертельно враждебного ценностям западной цивилизации.

БА: Действительно, во всей этой истории с новым халифатом или "Исламским государством Ирака и Леванта" слишком много эзотерико-масонских символизмов.

БЯ: Это мания антипосвящённых братьев и сестёр. Даже когда они совершают самые подлые и позорные подвиги для обычной совести, они высокомерно и сверхмистично оставят тонкую, еле неуловимую и символическую подпись, понятную только очень утончённому интеллекту...

БА: Но в этом случае нет нужды в большой начальной изысканности, чтобы интерпретировать символы, столь нагло и нарочито разбросанные повсюду...

БКИ: Объясните нам лучше.

БА: Как ранее говорил брат Кронос, одновременно с неофициальным объявлением о появлении своего брата из "Хатхор Пентальфа" Джеба Буша, "Аль-Каида Ирак" принимает два английских названия, соответствующие аббревиатуры которых означают одно и то же на разных языках. ИГИЛ, сокращение "Исламское государство Ирака и Сирии" или "Исламское государство Ирака и Леванта" на греческом, латинском и английском языке пишется так же, как имя богини Луны Исиды. А кто такая Исида? Она покровительница магии и духовной и материальной силы, космический женский аналог бога Осириса, вдовой которого она является, и мать Гора, первого царя египетского божественного пантеона. Но сама фигура Исиды в мифах и обрядах часто совпадает с богиней Хатхор...

БКИ: Чёрт возьми!

БА: Отсюда громкая и бесстыдная связь с Ур-ложей "Хатхор Пентальфа". Но обилие впечатляющих и ясных символов на этом не заканчивается. Исида также является тем женским божеством "вдовы", по отношению к которому масоны называют себя "сыновьями вдовы", с множеством человеческих и божественных вдов даже из Библейских преданий, о которых говорится в масонских легендах. Однако все эти фигуры в конечном итоге восходят к основополагающему архетипу Исиды. А теперь держитесь крепче, потому что мы входим в символический лабиринт Джона Рональда Роуэла Толкина, немасона, друга многих католических и протестантских братьев, который, помимо того, что был великим писателем и интеллектуалом, также был творческим глоттологом. Как вы все знаете, Толкин изобрел искусственный язык, называемый квенья, на котором говорят в фантастическом Средиземье, воображаемом месте, где разворачиваются события толкиенских романов.

Что ж, на языке квенья "Isil", ещё одна аббревиатура кровавого исламского халифата, возглавляемого оккультным масоном из ложи "Хатхор Пентальфа" Абу Бакр аль-Багдади, снова означает "Луна", главный эзотерико-астрологический символ, которым обозначаются как богиня Исида, так и богиня Хатхор - одно и то же божество с двумя разными именами. И здесь круг замыкается, тем более что мы хорошо знаем, как толкиенская символика использовалась в последние годы, особенно прогрессивными братьями, в антиреакционных целях именно против масонов из лож "Хатхор Пентальфа", "Гебура" и "Кольцо". Теперь последние отплачивают им той же монетой, устраивая наглые операции с ополченцами ИГИЛ и отдавая насмешливую и провокационную дань уважения прогрессивным поклонникам Толкина...

БК: Точно. И, если позволите, я сам поясню то, что очень хорошо проиллюстрировал брат Амон. Добавим, что, по совпадению, после того, как прогрессивным масонам удалось поставить одну из них, то есть сестру Джанет Йеллен, на пост президента ФРС... не без того, чтобы сначала торпедировать нашего кандидата Ларри Саммерса... Я говорил, что после назначения сторонницы Кейнса и Рузвельта в центральный банке США на должность заместителя председателя Федеральной Резервной Системы был назначен масон из ложи "Хатхор Пентальфа" Стэнли Фишер, редкий фанатичный неолиберал... Обама, как я потом узнал, чуть ли не заставили одобрить это назначение, противоречащее назначению Йеллен, под грозным давлением личного характера и шантажом, о котором мы, возможно, поговорим позже... И, наконец, ещё один факт отнюдь не последней важности. Это неоднозначная и циничная роль, которую по сравнению с продвижением войск ИГИЛ на территории так называемого иракского Курдистана на границах Сирии и Турции играет ещё один видный масон из "Хатхор Пентальфа" - Реджеп Тайип Эрдоган.

Резюмирую. В 2009 году, когда контроль воинственной "Хатхор Пентальфа" над Белым домом закончился, они, как ни странно, принимают в свою Ур-ложу тёмного религиозного лидера, член Аль-Каиды Ирак, заключенного в тюрьму как опасного террориста с 2004 года. Как только он надевает на себя фартук, а его касаются остриём шпаги, его с помпой освобождают из тюрьмы, вызывая немалое недоумение среди военных, ответственных за тюремное заключение.

Далее, в 2010-2011 годах внезапно вспыхивает арабская весна, которая становится сюрпризом для администрации Обамы, Ур-ложи "Маат", её тайной масонской директории, всей сети прогрессивных международных масонов, включая Великий Демократический Восток, и даже тех старых коней, которые, как и я, действовали в тени традиционных неоаристократических масонских сетей. Прогрессивные братья, считая это спонтанным подъёмом современного характера, стремлением к демократии, свободе и секуляризму, оказали некоторую поддержку ранним революционным этапам. Однако вскоре мы все поняли, что наряду с подлинными народными и молодёжными движениями к модернизации ислама и внедрению более или менее демократических режимов вместо старых склеротизированных светских диктатур скрывался другой замысел.

Макиавеллианский, циничный и воинственный замысел. В котором на поверхности проглядывал яростный лик исламского фундаментализма "Аль-Каиды" и других террористических сокращений, в то время как внутри, в обычной закулисе, инсайдеры настоящей власти в ужасе увидели истинный лик Ур-ложи "Хатхор Пентальфа" и этого печально известного военно-промышленного комплекса, который в ней и в суперложах "Гебура", "Роза Ветров", "Амон" и "Кольцо" нашёл своих главных покровителей в XXI веке. Большая шахматная доска проявилась во всей полноте, сложности и изощрённости. Если после первых лет манипулятивного повествования, последовавшего за шоком 11 сентября 2001 года, хантингтонское повествование о "столкновении цивилизаций" применительно к войне с исламским терроризмом в 2001-2005 годах появилось во всей своей непоследовательности и ошибочности, то теперь нужен был менее неуловимый и призрачный враг, нежели Усамы Бен Ладен и его соратники. Абстрактные террористы, которые могли нанести одиночный удар, а затем годами дремать, больше никого не пугали. Теперь нужен был более упорядоченный, безжалостный и ужасный враг, который бы казался неудержимым в своих анти-западных действиях на Ближнем Востоке и в других местах. Тот, кто возобновил угрозы повсеместного терроризма, который может ударить в любом месте и в любое время: как в Риме, так и в Мадриде, Брюсселе, Амстердаме, Лондоне, Нью-Йорке и т.д. Но также и такой, кто ежедневно и с голливудским опытом внушал бы телезрителям по всему миру ужас своих победоносных военных кампаний, обезглавливаний и фундаменталистских заявлений против западной цивилизации и даже против цивилизации вообще во имя ислама, соответствующего карикатурному образу, который из него сделали самые отмороженные писательские эпигоны уже впавшего в старческий маразм брата Сэмюэля Хантингтона...

В этом контексте громко прозвучало в апреле 2013 года совпадение между объявлением о преобразовании "Аль-Каиды Ирак" в ИГИЛ и неофициальным запуском кандидатуры брата "Хатхор Пентальфа" Джеба Буша в Белый дом на президентские выборы 2016 года. Можно сказать, что с 2013 по 2016 год, благодаря продвижению ИГИЛ, с которым без особого вдохновения билась администрация Обамы, застигнутая врасплох, проводилась масштабная предвыборная кампания Буша в Вашингтоне по всему миру... Американские граждане-избиратели, охваченные новым страхом за национальную безопасность и глубоким ужасом за кровавые набеги новых джихадистов, торжествующих на Ближнем Востоке, захотели вернуть к рычагам управления кого-то, кто вновь поднимет знамя всемирной войны с уродливым и злым терроризмом... Жаль, что военные и политические лидеры этих джихадистов достаточно открыто для тех, у кого есть глаза, чтобы видеть, и интеллект, чтобы понимать, держат под длинными бородами окровавленные фартуки, подаренные им некоторыми членами Ур-лож "Хатхор Пентальфа", "Гебура", "Кольцо", "Амон", "Роза Ветров". Итак, дорогой Брат Яхоэль, если предложенная нами, аристократами из ложи "Три Глаза" и окрестностей, антидемократическая глобализация тебе не нравится, я думаю, что столь же олигархическая, но гораздо более кровавая и жуткая перспектива, продвигаемая ложей "Хатхор Пентальфа", понравится тебе ещё меньше...

БЯ: По крайней мере, в этом мы согласны.

БК: Также потому, что они не просто беспокоятся о разжигании новых бесконечных войн на Ближнем Востоке и хотят вернуться к управлению, напрямую контролируя Пентагон и Белый дом. Нет! Они также поместили брата Стэнли Фишера в ФРС, готового сменить Джанет Йеллен... И недавно я обнаружил ещё одну пугающую вещь.

БКИ: Что?

БК: Что брат Ларри Финк, номер один из международной инвестиционной компании "BlackRock", мнимый демократ, как и нижеподписавшийся, который всегда заставлял меня верить, что он верный союзник нашего мирного пути глобализации Европы и мира в неоаристократической перспективе, на самом деле поддерживает очень тесные отношения с новыми высшими эшелонами ложи "Хатхор Пентальфа"... со всем, что может быть последовать с точки зрения финансовой и спекулятивной поддержки предстоящих предприятий. Потому что "BlackRock" означает не только участие масонов Ларри Финка, Чарли Халлака и Роба Капито в потенциальной экономической поддержке нового подъема ложи "Хатхор Пентальфа", но и что все их очень мощные международные заказчики также могут быть замешаны в происходящем...

БКИ: От такого действительно можно вздрогнуть!

БЯ: Я всё же сообщаю всем, что если бы брат Обама обладал ясностью, силой, смелостью и решимостью действовать своевременно, мгновенно войск ИГИЛ бы не стало...

БК: Мы постараемся убедить его. Мы уже давно пытаемся. Мы надеемся, что возможная публикация этой книги также на английском языке и на территории США может помочь создать политико-медийную тревогу по этому вопросу. Но есть мощное оружие шантажа, используемое некоторыми братьями из ложи "Хатхор Пентальфа", которое обусловливает выбор братского президента...

БЯ: Да, потому что очевидно, что если бы существование ИГИЛ пресекли в зародыше, избирательная кампания Джеба Буша получила очень тяжёлый удар, и шансы Хиллари Клинтон и/или других кандидатов от двух фронтов, республиканцев и демократов, не были бы испорчены членами ложи "Хатхор Пентальфа"...

БК: Повторяю: мы пытаемся и будем пытаться вытащить Обаму из уродливого тупика, в который он попал, но это будет непросто...

БА: Позвольте мне добавить, что образ действий самых бешеных членов из лож "Хатхор Пентальфа", "Гебура", "Амон" и "Кольцо" отмечен точной символикой даже больше, чем в конце 70-х - начале 80-х годов, во время яростной диалектики между ложами "Белый Орёл" и "три глаза". Начать военные проекты после событий 11 сентября 2001 года означало, конечно, продолжить чилийский переворот 11 сентября 1973 года, которого в основном хотели трёхглазые братья, но лунная подпись "Хатор" видна невооружённым взглядом. Особенно преданные богине Хатхор/Исиде и воинственной и мрачной Луне,[337] воплощающей её темные прерогативы, члены "Пентальфы" ударили ровно через 28 лет после событий, в ходе которых свергли масона-социалиста Сальвадора Альенде и положили начало собственно Операции "Кондор". 28 - число лунного цикла... А как насчет официального провозглашения халифата ИГИЛ 29 июня 2014 года? Этот событие научно связано с номером 29, как бы говоря, что оно возобновляется после символического короткого замыкания, связанного с 28 и датируемого 2001 годом.

Но добавилось и другое. Оно предвещал смерть как акт возрождения власти ложи "Хатхор Пентальфа". Смерть, обозначающаяся числом 13, которое повсеместно вызывает её, точное число лет, прошедших с 29 июня 2001 года, когда некоторые братья ложи "Хатхор Пентальфа" совершили особый обряд, со ссылкой на жуткое событие, которое состоится 11 сентября. И на смерть намекает то же число 29, которое примерно соответствует годам цикла полного обращения планеты Сатурн, также связанной в иконографии, которая изображает его с серпом, циркулем и черепом, с темой материального или духовного ухода. Смерть, демонстрациями которой видеохроники ИГИЛ периодически омрачают мировое общественное мнение, подобно священникам, приносящим жертвы... Затем, для лучших толкователей эзотерико-астрологической среды, я отмечу, что в день официального урегулирования самопровозглашенного халифата антипосвящённого масона Абу Бакра аль-Багдади, 29 июня 2014 года, Луна проходила в особом положении между Раком и Львом, значительно соединяясь с Юпитером в конце Рака. И, наконец, как не заметить, при выборе первого публичного выступления 5 июля следующего года аль-Багдади, дань уважения главному символу, который так же находится как в планетарных храмах "Хатхор Пентальфа", так и в храмах лож "Гебура" и "Кольцо": большой глаз без век, окутанный пламенем, окружённый уроборосом и помещённый в центр пентаграммы, последнего консолидированного архетипа числа пять. Всё это вписано в треугольник, который также является в виде змеи. Номер пять, заключительная анагогия самозваных исламских фундаменталистов, фактически принадлежащих к самому опасному, кровожадному и антипосвящённому масонству. Лицемерные и коварные негодяи, которые вербуют по всему миру бедных глупцов, привлечённых антимодернистскими и анти-западными масками определённой культуры традиционалистской, женоненавистнической, мужественной, псевдоисламской и псевдорелигиозной...

БКИ: Однако! Вот почему Брат Яхоэль приводил столько толкиенских метафор на протяжении всего повествования и посоветовал назвать эту последнюю главу "Большой огненный глазом без век, вписанным в треугольник. Саурон в фартуке и Глобализация без демократии, свободы и глобальных прав".

БЯ: Возможно, в следующих томах серии мы ещё лучше объясним, что Толкиен и толкиенские символы имеют отношение ко всем этим актуальным темам.

БКИ: Да, а сейчас мы предлагаем тем, кто следил за нами до сих пор, прочесть второй том трилогии "Масоны", подзаголовком которого будет "Глобализация и масонство". Там будут рассмотрены некоторые вопросы, на которые мы могли намекнуть лишь мимоходом. И вы поймете, sub specie massonica,[338] что тем временем произошло в этой современной "Земле Мордора": политико-экономический кризис еврозоны и Запада, военно-политический кризис на Украине, тотальный кризис на Ближнем Востоке, подлые претензии на Белый дом...

БЯ: Не только это. Нам предстоит также объяснить, почему даже больше, чем на Ближнем Востоке и в Соединённых Штатах, именно в Италии и во Франции решается судьба мировой демократии…

Источники свидетельских показаний

Как уже было заявлено ранее, настоящая работа (как этот первый, так и последующие тома) является в своей первоначальной пояснительной трактовке современной действительности результатом мудрого и нового сочетания самых современных и изысканных филологических, историографических, социологических, антропологических и политологических средств, обычно используемых научным сообществом, и непосредственного знания из первых рук содержания некоторых важных частных архивов, до сих пор недоступных для "непосвящённых" научных исследований.

Эти архивы, вместилище взрывных свидетельств скрытой и замаскированной подоплёки (но всё равно недостаточной для "тех, у кого есть глаза, чтобы видеть и разум, чтобы понять") самых важных событий последних ста лет, в настоящее время ревностно охраняются в частных канцеляриях Ур-лож, в секретариатах некоторых престижных обычных лож и в сундуках, шкафах и личных сейфах некоторых отдельных видных представителей мировой масонской аристократии.

Как было показано на предыдущих страницах, мы не исключаем в будущем громкую и обоснованную публикацию этих документов, содержание которых читатель мог узнать через наше повествование, по которому мы ведём его от первого до третьего тома этой уникальной в своём роде работы.

Наш рассказ, уже на последних страницах этого тома, украшают прямые свидетельства -опосредованные беседы между ними и Джоэле Магальди в нашем переводе, "разобранные и собранные" в интересах читателей - четырёх живых героев мировой масонской элиты, которые также являются титанами политического, экономического и финансового истеблишмента (иначе и не могло быть, как подробно объясняется на страницах этой книги).

Это четыре источника особого значения, особенно если рано или поздно их личность будет раскрыта в средствах массовой информации.

Пока что мы можем предупредить, что это: 1) брат-масон с космополитическим призванием, но с американо-британскими корнями, который предварительно выбрал для себя псевдоним "Брат Кронос"; 2) брат-масон с космополитическим призванием, но с франко-немецкими корнями, который выбрал для себя псевдоним "Брат Розенкрейцер"; 3) брат-масон с космополитическим призванием, но обосновавшийся в арабо-исламском и ближневосточном мире, который выбрал для себя псевдоним "брат Амон"; 4) брат-масон космополитического призвания, но с корнями на Дальнем Востоке, который выбрал для себя псевдоним "Брат Дао".

Братский пакт, джентльменское и братское соглашение с этими четырьмя участниками и со всеми, кто помогал нам просматривать и копировать деликатные документы, принадлежащие к суперсекретным частным архивам[339] (которые не подлежат "внезапному рассекречиванию в будущем", как это происходит с совершенно секретными государственными материалами, которые через несколько лет становятся доступными для общественности), был согласован на следующих условиях:

1) мы могли использовать содержимое этих архивов для украшения и подкрепления нашего повествования;

2) если это не является строго необходимым, мы пока не публикуем копии этих свидетельских документов и не раскрываем личность четырёх самых авторитетных респондентов;

3) однако не исключено, что в ближайшее время не может быть обеспечена публикация критической и аргументированной антологии этих выдающихся масонских документов из частных архивов и, следовательно, их обнародование для широкой общественности;

4) Если однако в результате большого шума и болей в животе, которые обязательно вызовет содержание этой книги, кто-то заявит в суд (при тех или иных исторических или хроникёрских обстоятельствах), в этом случае мы будем рады созвать специальную пресс-конференцию или мероприятие для всех мировых СМИ, и в этом случае наши источники будут уполномочены не только раскрыть их личности, но и обнародовать документы, способные опровергнуть любого нашего оппонента.

Важность устной традиции в масонстве и в посвящённых обществах в целом

С другой стороны, мы напоминаем, что, в отличие от непосвящённого мира, в эзотерической сфере в целом и масонской в частности всегда существовал наряду с письменной записью событий, ритуальных диалогов, неформальных переговоров и официальных актов, также обычай устной передачи[340] событий и обстоятельств строго определённым адептам, только узкому кругу посвящённых, а не обычным людям.

Эта традиция, однако, в конкретном случае трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и двухтомника "Мировая власть и её досточтимые мастера" играла исключительно роль в подтверждении и обогащении данных и письменных источников, и так исчерпывающих в отношении наших расследований и их повествовательной части.

Частичная библиография

Очевидно, что первичная литература, созданная в масонской сфере (конституции, катехизисы, руководства, ритуалы, сборники документов, дипломы, протоколы и т. д.), и вторичная литература (относящаяся к обширным исследованиям и специализированным монографиям по теме масонства и окрестностей) составляют в целом необъятный список, который невозможно записать и собрать в исчерпывающем виде.

Поэтому мы просто предлагаем на следующих страницах частичную и краткую библиографию, полезную для читателя, чтобы начать придавать контекст многим темам, затронутым в этом томе.

Мы предварительно представляем серию работ общего или конкретного характера по различным аспектам символики, эзотерики, ритуала, мифологии и истории масонства, как в отношении её внутренней динамики, так и в отношении её могучего и титанического внешнего поиска в светском обществе.

Далее мы выделяем некоторые библиографические ссылки, относящиеся к повествовательной последовательности этого тома.

Для краткости мы, как правило, отдаём предпочтение последним изданиям и/или переводам на итальянский язык произведений, о которых намерены сообщить читателю. Однако в тех случаях, когда мы сочтём целесообразным и полезным подчеркнуть первоначальную публикацию данной книги в месте и/или дате, отличных от рекомендованного издания, мы поместим эти указания в квадратные скобки.

Мы сочли полезным упомянуть, наряду с гораздо большей частью строгих критических исследований, также некоторые книги конспирологической направленности. Это сделано для того, чтобы читатель мог сравнить основательность первых и посредственность (которая часто больше путает и вводит в заблуждение) вторых.

Наконец, мы поместили даже редкие, но значительные образцы псевдоапологетических работ в отношении того или иного главного героя нашего повествования и/или масонства и масонов как таковых. Таким образом, читатель сможет заметить разницу между этим типом работ и нашей научно-ориентированной работой, чуждой любой конспирологической и демонизирующей трактовке "по верхам", но также и приторно тривиальным и некритическим намерениям.

Общие и вводные монографические работы по различным аспектам масонства

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, La Franc-Ma?onnerie en M?diterran?e (XVIIIe-XXe si?cle), Centre de la M?diterran?e Moderne et Contemporaine, Universit? de Nice-Sophia Antipolis, Nizza 2006.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Le message universel du Rite ?cossais Ancien Accept?, "La Ch?ined'Union", n. 30, edizione speciale del bicentenario, autunno 2004.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Мой брат Гарибальди, труды масонских торжеств к двухсотлетию со дня рождения Джузеппе Гарибальди, Великой Ложи Италии, Мачерата 2007.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Государство, церковь и общество в Италии, Франции, Бельгии и Испании в XIX-XXвеках, Бастоги, Фоджа, 1993.

Abafi, Lajos, Geschichte der Freimaurerei in ?sterreich-Ungarn, voll. I-V, переиздание Akad?miai Kiad?, Budapest 1993 [Budapest 1890-93 e 1899].

Allyn, Avery, A Ritual of Freemasonry: Illustrated by Numerous Engravings. To Which Is Added a Key to the Phi Beta Kappa, the Orange, and Odd Fellows Societies, John Clarke, Philadelphia 1831.

Ambelain, Robert, Dans l'ombre des cath?drales. ?tude sur l'?soth?risme architectural et d?coratif de Notre-Dame de Париж dans ses rapports avec le symbolisme herm?tique, les doctrines secr?tes, l'astrologie, la magie et l'alchimie, ?ditions Adyar, Париж 1939.

Ambelain, Robert, La Franc-ma?onnerie occultiste et mystique (1643-1943). Le Martinisme, histoire et doctrine, ?ditions Niclaus, Париж 1946.

Ambelain, Robert, L'Alchimie spirituelle, la voie int?rieure, la Diffusion scientifique, Париж 1961.

Ambelain, Robert, Les arcanes noires de l'Hitl?risme (1848/1945), ?ditions Robert Laffont, Париж 1984.

Ambelain, Robert, La franc-ma?onnerie oubli?e. 1352-1688-1720, ?ditions Robert Laffont, Париж 1985.

Амбелен, Роберт, Древний и первоначальный обряд Мисраима-Мемфиса. Уставы и постановления, Арктос, Карманьола, 1988 [Париж, 1967].

Ambelain, Robert, Le Secret de Bonaparte, ?ditions Robert Laffont, Париж 1989.

Ambelain, Robert, Adam dieu rouge. L'?soth?risme jud?o-chr?tien, la gnose et les ophites lucif?riens et Rose-Croix, ?ditions Signatura, Saint-Martin-de-Castillon 2013 [Париж 1941].

Андерсон, Джеймс, Конституции вольных каменщиков, Бастоги, Фоджа 1998 [Лондон 1723 и 1730].

Арриго, Дино, Новые братья. История и секреты масонства от операции "Чистые руки" до расследований P3 и P4, Castelvecchi Editore, Рим, 2013.

Autexier, Philippe A., La Colonne d'harmonie. Histoire, th?orie et pratique, Editions Detrad, Париж 1995.

Azzurri, M. P. [Maruzzi, Pericle], начало и развитие Moderna Libera muratoria в Европе, "Lumen Vitae", IV, 1958.

Bachelard, Paul, Franc-ma?onnerie et Europe. Трахисон?, Вега, Париж, 2006.

Бассо, Альберто, Изобретение радости. Музыка и масонство в эпоху Просвещения, Гарзанти, Милан, 1994.

Bastard, Laurent, Compagnons et francs-ma?ons aux XVIIIe et XIXe si?cles: un singulier compagnonnage, "Renaissance Traditionnelle", n. 118-119, Clichy 1999.

Baylot, Jean, Le Voie substitu?e. Recherche sur la d?viation de la Franc-ma?onnerie en France et en Europe, Dervy-Livres, Париж 1985 [1968].

Beaurepaire, Pierre-Yves, L'Europe des francs-ma?ons (XVIIIe-XXIe si?cles), Belin, Париж 2002.

Беккария, Антонелла, Секреты масонства в Италии, Newton Compton Editori, Рим, 2013.

Begemann, Wilhelm, Vorgeschichte und Anf?nge der Freimaurerei in England, 2 voll., Миттлер И Сон, Берлин 1909-1910.

Begemann, Wilhelm, Vorgeschichte und Anf?nge der Freimaurerei in Irland, Mittler & Sohn, Berlino 1911.

Begemann, Wilhelm, Der Alte und Angenommene Schottische Ritus und Friedrich der Gro?e, Mittler & Sohn, Berlino 1913.

Begemann, Wilhelm, Vorgeschichte und Anf?nge der Freimaurerei in Schottland, Mittler & Sohn, Berlino 1914.

Belissa, Marc, Fraternit? Universelle et Int?r?t National (1713-1795). Les cosmopolitiques du droit des gens, Kim?, Париж 1998.

Bernard, David, Light on Masonry: a Collection of All the Most Important Documents on the Subject of Speculative Free Masonry, W. Williams, Utica 1829.

Bernheim, Alain, Une certaine id?e de la franc-ma?onnerie, ?ditions Dervy, Париж 2008.

Берти, Джампьетро, Делла Перута, Франко (ред.), Рождение нации. Карбонарии: венецианские, национальные, международные переплетения, Minelliana, Ровиго 2004.

Binder, Dieter A., Die Freimaurer. Ursprung, Rituale und Ziele einer diskreten Gesellschaft, Herder, Friburgo-Basilea-Vienna 2000.

Буше, Жюль, Масонская символика, издательство Atan?r, Рим, 1975 [Париж, 1948].

Brodsky, Michel E., English Freemasonry in Europe. 1717-1919, in The Collected Prestonian Lectures 1988-96, QCC, Лондон 1997, pp. 90-140.

Брунелли, Франческо, Мартинизм и Орден Мартинистов. Документы о традиционном посвящении на Западе: история, теории, ритуальные практики, Volumnia, Перуджа, 1980.

Брунелли, Франческо, Великие Конституции и общие положения восточного масонского ордена древнего и раннего обряда Мемфиса и Мисраима, Бастоги, Фоджа, 1982.

Кайе, Морис, Я был масоном. Из тьмы ложи в свет Христа, Effedieffe Editions, Proceno (Витербо) 2013.

Caillet, Serge, La franc-ma?onnerie ?gyptienne de Memphis-Misra?m, ?ditions Dervy, Париж 2003.

Carlile, Richard, Manual of Freemasonry. Part I. A Manual of the First Degrees, with an Introductory Key-Stone to the Royal Arch, Alfred Carlile, Лондон 1836.

Carlile, Richard, Manual of Freemasonry. Part II. Manual of Masonry containing the Royal Arch and Knight Templar Degrees, Alfred Carlile, Лондон 1836.

Carlile, Richard, Manual of Freemasonry. Part III. Manual of Masonry containing the Degrees of Mark Man, Mark Master, Architect, Grand Architect, Scotch Master, or Superintendent, Secret Master, Perfect Master, Intimate Secretary, Intendant of the Buildings, Past Master, Excellent Masons. Super Excellent Masons, Nine Elected Knights, Elect of Nine, Priestly Order of Israel, Provost and Judge, Prussian Knights, Red Cross Sword of Babylon, Knights of the Sword, Red Cross of Rome and Constantine, Knights of the White Eagle, Knights of the Eagle, Rosicrucian or NE Plus Ultra with an Explanatory Introduction to the Science and a Free Translation of Some of the Sacred Scripture Names, Alfred Carlile, Лондон 1837.

Кастроново, Валерио, Галассо, Джузеппе, Зангери, Ренато, История кооперативного движения в Италии. Национальная Лига кооперативов и взаимопомощи. 1886-1986, Эйнауди, Турин, 1987.

Cauchie, Marc-Antoine, R?unir ce qui est ?pars, Presses de Valmy, Charenton-le-Pont 2006.

Caywood, Desmond, Freemasonry and the Knights of Malta, "Ars Quatuor Coronatorum", LXXXIII, 1970, pp. 71-95.

Cazzaniga, Gian Mario (ред.), Symboles, signes, langages sacr?s: pour une s?miologie de la franc-ma?onnerie, Edizioni Ets, Pisa 1995.

Каццанига, Джан Марио (ред.), История Италии. Анналы 21: Масонство, Эйнауди, Турин 2006.

Каццанига, Джан Марио, Токкини Джерардо, Турки Роберто.Муза в ложе. Масонство и литература в XVIII веке, Unicopli, Милан 2002.

Chevallier, Pierre, Histoire de la franc-ma?onnerie fran?aise, 3 voll., Fayard, Париж 1993 [1974].

Чиссотти, Риккардо, современный масонский словарь. Символизм, эзотерика, обряды и мифы, Бастоги, Фоджа 2001.

Claudy, Carl H. (ред.), Little Masonic Library, 4 voll., репринт Southern Publishers, Kingsport (TN) 1946 [Washington-Лондон 1924].

Клавель, Ф. Т., Клавель, Б., История масонства и тайных обществ, репринт Форни, Болонья 1978 [Париж 1844, Неаполь 1873].

Coil, Henry Wilson, Freemasonry Through Six Centuries, 2 voll., Missouri Lodge of Research, Missouri 1968-69.

Coil, Henry Wilson, Coil's Masonic Encyclopedia, переработанное издание под редакцией Аллена Э. Робертса, Macoy Publishing & Masonic Supply Co., Richmond (VA) 1996.

Комба, Аугусто, Вальдези и масонство: сравнение двух меньшинств, Claudiana, Турин 2000.

Комб, Андре, Масонство во Франции от истоков до наших дней, под редакцией Альдо Мола, Бастоги, Фоджа, 1986.

Комб, Андре, Протестантизм и масонство в Италии в XX веке, труды Международной конференции исследований (Турин, 15 февраля 1997 г.), Эдимай, Рим, 1997.

Combes, Andr?, Histoire de la franc-ma?onnerie au XIXe si?cle, 2 voll., ?ditions du Rocher, Париж-Monaco 1998-99.

Combes, Andr?, Les trois si?cles de la franc-ma?onnerie fran?aise, ?ditions Dervy, Париж 2007.

Corbin, Henry, Sympathie et th?ophanie chez les "Fid?les d'Amour" en Islam, "Eranos-Jahrbuch", n. 24, 1955, pp. 199 sgg.

Corbin, Henry, En Islam Iranienne: Aspects spirituels et philosophiques, 4 voll., Галлимар, Париж 1971-73.

Corbin, Henry, Philosophie iranienne et philosophie compar?e, Buchet/Chastel, Париж 1979.

Корбин, Генри, Образ храма, Боллати Борингьери, Турин, 1983 [1981].

Корбин, Генри, Духовное тело и небесная Земля. Из Ирана маздео в шиитский Иран, Адельфи, Милан, 1986 [1977].

Корбин, Генри, Человек света в иранском суфизме, Edizioni Mediterranee, Рим, 1988 [1971].

Корбин, Генри, История исламской философии. От истоков до наших дней, Адельфи, Милан, 1991 [1964].

Корбин, Генри, Алхимия как иератическое искусство, Арагно, Турин 2001.

Корбин, Генри, Творческое воображение. Корни суфизма, Латерца, Рим-Бари 2005 [1969].

Корбин, Генри, Парадокс монотеизма, Mimesis, Milano 2011 [1981].

Кордова, Фердинанд, Масонство и политика в Италии. 1892-1908, Латерца, Рим-Бари 1985.

Cotte, Roger, La musique ma?onnique et ses musiciens, ?ditions du Borrego, Le Mans-Париж 1991.

Крести, Карло (ред.), Масонство и архитектура. Флорентийская конференция, 1988, Бастоги, Фоджа, 1989.

Cugnet, Michel, Histoire de la Franc-ma?onnerie en Suisse, "La Cha?ne d'Union", Париж 2003.

Curl, James Stevens, The Art and the Architecture of Freemasonry: an Introductory Study, Batsford, Лондон 1991.

Curl, James Stevens, The Landscape Garden and Freemasonry, "Ars Quatuor Coronatorum", n. CXVI, 2003, pp. 83-126.

Д'Аяла, Мариано, Масоны Неаполя в XVIII веке, новое издание под редакцией Джузеппе Джарриццо, Societ? napoletana di Storia Patria, Неаполь, 1998 [1897-1898].

Dachez, Roger, Les francs-ma?ons de la l?gende ? l'histoire, ?ditions Tallandier, Париж 2003.

Данесин, Луиджи (ред.), Масонство и просвещение в Венеции. Карло Гольдони и любопытные женщины, издательство Atan?r, Рим, 2008.

Де Кастро, Джованни, Тайный мир, 9 томов, G. Daelli & C. Editori, Милан, 1864.

Из Кампы, Массимо, Человечество. Сто лет солидарности (1893-1993), Чарта, Милан, 1993.

Делла Кампа, Массимо, Галли, Джорджо, Итальянское масонство. Великий Восток, больше света: сравнение двух мнений, Франко Анджели, Милан, 1998.

Deschamps, Nicolas, Les soci?t?s secr?tes et la soci?t?: ou philosophie de l'histoire contemporaine, 2 voll., Oudin, Авиньон-Париж 1882-1983.

Кастильоне, Руджеро, Масонство в Королевстве Обеих Сицилий и южные "братья" XVIII века, том 6 Gangemi, Рим 2006-2014.

Dierkens, Alain (ред.), Le courants antima?onniques hier et aujourd'hui, Editions de l'Universit? de Bruxelles, Bruxelles 1993.

Дито, Оресте, Масонство, Карбонерия и другие тайные общества в истории итальянского Рисорджименто, Национальное издательство Roux e Viarengo, Турин-Рим, 1905/переиздание Forni, Болонья, 1966.

Дольчетта, Марко, Прунети, Луиджи, Масонство без тайн. История, легенды и секреты, Мондадори, Милан 2013.

Dor?, Andr?, Essai d'une bibliographie des loges militaires fran?aises au XVIIIe et XIXe si?cles, "Revue d'?tudes Ma?onnique", Париж 1976.

Dor?, Andr?, V?rit?s et l?gendes de l'histoire ma?onnique, Edimaf, Париж 1991.

Dyer, Colin, Symbolism in Craft Freemasonry, Lewis Masonic, Лондон 1986.

Эспозито, Росарио, Концепция Бога в истории масонства, "масонский журнал", LXI, январь 1970 г., стр. 1-17.

Эспозито, Росарио, Масонство и Италия в наши дни, Edizioni Paoline, Рим, 1979.

Эспозито, Росарио, Церковь и масонство, общая ДНК, Нардини, Фьезоле (Флоренция) 1999.

?tienne, Bruno, Une voie pour l'Occident. La Franc-Ma?onnerie ? venir; Dervy, Париж 2000.

?tienne, Bruno, Solis, Jean, Le 15 sujets qui f?chent les franc-ma?ons, La Hutte, Cadix (France) 2008.

Фаджоло, Марчелло, Архитектура и масонство. Эзотерика строительства, Gangemi Editore, Рим, 2006.

Фарина, Сальваторе, Книга ритуалов древнего и принятого шотландского обряда, Мелита, специя, 1988 [Рим, 1946].

F?y, Bernard (ред.), Les Documents Ma?onniques, переиздание anastatica La Librairie Francaise, Париж, 1986 [1941-44].

Feddersen, Klaus C.F., Die Arbeitstafel in der Freimaurerei, vol. 1, Entstehung, Entwicklung und Ph?nomenologie der Arbeitstafeln und Arbeitsteppiche in England und auf dem Festlande, Quatuor Coronati, Bayreuth (Deutschland) 1982.

Feddersen, Klaus C.F., Die Arbeitstafel in der Freimaurerei, vol. 2, Die Symbolik der Arbeitstafel, Quatuor Coronati, Bayreuth (Deutschland) 1986.

Феделе, Санти, Итальянское масонство в изгнании и подполье. 1927-1939, Франко Анджели, Милан 2005.

Феделе, Санти, Алессандро Тедески. Великий мастер в изгнании, Il Mulino, Болонья, 2008.

Феделе, Санти, Итальянское масонство между XIX и XX веками, Бастоги, Фоджа 2011.

Ferrer Benimeli, Jos? Antonio, Masoneria, Iglesia y Ilustraci?n, 4 voll., Fundaci?n Universitaria Espa?ola, Madrid 1977 e 1983.

Ferrer Benimeli, Jos? Antonio, Les archives secr?tes du Vatican et de la Franc-ma?onnerie: histoire d'une condamnation pontificale, Dervy, Париж 1989.

Ферроне, Винченцо, Пророки просвещения. Метаморфозы разума в Италии конца XVIII века, Латерца, Рим-Бари, 1989.

Ферроне, Винченцо, Новый республиканизм прав человека в итальянских ложах в конце XVIII века, "Итальянский исторический журнал", CXIII, 2001, стр. 843-858.

Ферроне, Винченцо, Уроки Просвещения, Латерца, Рим-Бари 2010.

Findel, Joseph Gabriel, Geschichte der Freimaurerei von der Zeit ihres Entstehens bis auf die Gegenwart, 2 voll., Duncker & Humblot, Lipsia 1900.

Франкович, Карло, История масонства в Италии. От истоков до Французской революции, Новая Италия, Флоренция, 1974.

Frere, A.S. (ред.), Grand Lodge 1717-1967, United Grand Lodge of England, Oxford University Press, Oxford 1967.

Галассо, Джузеппе (ред.), От Мадзини до Сальвемини. Демократическая мысль в современной Италии, Ле Монье, Флоренция Moderna 1975.

Галассо, Джузеппе, Партия действий от истоков до начала вооруженного сопротивления, материалы Болонской конференции, 23-25 марта 1984 г., Archivo Quarterestale, Roma 1985.

Галассо, Джузеппе, Демократия от Каттанео до Росселли, Ле Монье, Флоренция, 1986.

Галассо, Джузеппе, Демократическая Италия. От якобинцев до Партии действий, Ле Монье, Флоренция, 1986.

Галассо, Джузеппе, "Философия в помощь правительствам. Неаполитанская культура XVIII века, Гуида, Неаполь, 1989.

Галассо, Джузеппе, История Европы, 3 тома., Латерца, Рим-Бари, 1996.

Галассо, Джузеппе, От "свободы Италии" до иностранных перевесов, научная редакция, Неаполь, 1997.

Галассо, Иосиф, В Европе золотых веков. Аспекты, моменты и проблемы от "войн Италии" до "Великой войны", Гуида, Неаполь 2012.

Галеацци, Джакомо, Пинотти, Ферруччо, Неизвестный Войтыла. Первое расследование об Иоанне Павле II, Chiarelettere, Милан, 2011.

Галеацци, Джакомо, Пинотти, Ферруччо, Ватикан Масон, Пьемме, Милан, 2013.

Галли, Джорджио, Досточтимый заговор. История Личо Джелли и ложи "П2", Линдау, Турин, 2007.

Galtier, G?rard, Ma?onnerie Egyptienne, Rose-Croix et N?o-Chevalerie. Les fils de Cagliostro, ?ditions du Rocher, Париж 1989.

Gilbert, R.A., Hamill, John, World Freemasonry. An Illustrated History, Harper Collins, Лондон 1992.

Гоблет Д'Альвиелла, Эудженио, Масонство в армии и на флоте, Tipografia Ciardelli, Флоренция, 1913.

Горель Порчиатти, Умберто, Масонская символика. Синее масонство, издательство Atan?r, Рим, 1947 [1946].

Горель Порчиатти, Умберто, Масонская символика. Шотландские степени, издательство Atan?r, Рим, 1948.

Gould, Robert Freke, Military Lodges 1732-1899. The Apron and the Sword, or Freemasonry Under Arms. Being an Account of Lodges in Regiments and Ships of War and of Famous Soldiers and Sailors (of All Countries) Who Have Belonged to the Society, Gale & Polden, Лондон 1899.

Gould, Robert Freke, Hughan, William James, A library of Freemasonry: Derived from Official Sources Throughout the World, Comprising Its History, Antiquities, Symbols, Constitutions, Customs, and Concordant Orders: Royal Arch, Knights Templar, A.A.S. Rite, Mystic Shrine With Other Important Information from the Earliest Period to the Present Time, 4 voll., John C. Yorston Publishing Co., Лондон-Montr?al 1911.

Граттон, Джулио, Тайны Триеста, новое пересмотренное издание под редакцией Лодовико Томасео, Edizioni Italo Svevo, Триест, 1987 [1948].

Генон, Рене, Исследования масонства и товарищества, 2 тома., АРКТОС-Оггеро, Карманьола, 1991.

Hamilton, John D., Material Culture of the American Freemasons, Museum of Our National Heritage, Lexington (MA) 1994.

Hammond, William, Masonic Emblems and Jewels: Treasures at Freemasons' Hall, George Philip & Son, Лондон 1917.

Hanjoul, Pierre, L'apport de l'Islam ? la franc-ma?onnerie, "Acta Orientalia Belgica", n. VII, 1992, pp. 93-104.

Hannah, Walton, Darkness Visible: A Revelation and Interpretation of Freemasonry, Augustine Press, Лондон 1952.

Hazard, Paul, La crise de la conscience europ?enne, 1680-1715, Gallimard, Париж 1961.

Henderson, Kent, Pope, Tony, Freemasonry Universal, a New Guide to the Masonic World, vol. 1, The Americas, Global Masonic Publications, Williamstown (Australia) 1998.

Henderson, Kent, Pope, Tony, Freemasonry Universal, a New Guide to the Masonic World, vol. 2, Africa, Europe, Asia & Oceania, Global Masonic Publications, Williamstown (Australia) 1998.

Hivert-Messeca, Gis?le, Hivert-Messeca, Yves, Comment la franc-ma?onnerie vint aux femmes. Deux si?cles de franc-ma?onnerie d'adoption, f?minine et mixte en France.1740-1940, Дерви, Париж, 1997.

Hoffmann, Stefan-Ludwig, Brothers or Strangers? Jews and Freemasons in Nineteenth-Century Germany, "German History", XVIII, 2000, n. 2, pp. 143-161.

Horne, Alex, King Solomon's Temple in the Masonic Tradition, Aquarian Press, Wellingborough (UK) 1972.

Hughan, William James, The Jacobite Lodge at Rome. 1735-37, Torquay Directory Co. per la Lodge of Research n. 2429, Leicester 1910.

Интровинье, Массимо (ред.), Масонство и религии, Elle Di Ci, Leumann, (Турин) 1994.

Интровинье, Максим, Исследование сатанизма. Сатанисты и анти-сатанисты с XVII века до наших дней, Мондадори, Милан, 1994.

Jacob, Margaret C., Радикальный иллюминизм. Пантеисты, масоны и республиканцы, Il Mulino, Болонья, 1983.

Jacob, Margaret C. (ред.), Freemasonry: Early Sources on Microfiche, 1717-1870, Grand Lodge Library (The Hague), IDC Publishers, Leiden-Riverdale (NY) 1985.

Джейкоб, Маргарет С., Просветлённое масонство, Эйнауди, Турин, 1995.

Jones, Bernard Edward, Freemasons' Guide and Compendium, Harrap, Лондон 1973.

Джонс, Бернард Эдвард, Книга вольных масонов священной королевской арки, под редакцией Антонио Франческо де Стефано, издательство Atan?r, Рим, 1988.

Джонс, Бернард Эдвард, Путеводитель и сборник для вольных каменщиков, издательство Atan?r, Рим, 2001 [Лондон, 1982].

Kalbach, Robert, L'ordre ma?onnique. Essence, apparence, r?alit?, S?guier, Париж 2006.

Katz, Joseph, Jews and Freemasons in Europe. 1723-1939, Harvard University Press, Cambridge (MA) 1970.

Keghel, Alain de, La franc-ma?onnerie en Am?rique du Nord, Edimaf, Париж 2001.

Keghel, Alain de (ред.), Deux si?cles de Rite ?cossais Ancien Accept? en France, 1804-2004, ?ditions Dervy, Париж 2004.

Keghel, Alain de (ред.), Bicentenaire du Rite ?cossais Ancien Accept? – Actes de colloques, AMHG, Париж 2007.

Кегель, Ален де (ред.), La Fayette franc-ma?on, AMHG, Париж, 2007.

Keghel, Alain de, La franc-ma?onnerie am?ricaine: un acteur m?connu des enjeux de pouvoir g?opolitiques, "G?opolitique" (Revue de l'Institut International de G?opolitique, PUF), n. 97, febbraio-aprile 2007.

Keghel, Alain de, Les francs-ma?ons, les loges et le monde, "G?opolitique" (Revue de l'Institut International de G?opolitique, PUF), n. 97, febbraio-aprile 2007.

Кегель, Ален де, Масонство в Европе. Геополитический анализ, Editrice Atan?r, Рим 2010 [Париж 2009].

Kervella, Andr?, R?seaux ma?onnique et mondains au si?cle des Lumi?res, V?ga, Париж 2008.

Knight, G. Norman, Pick, Fred L., The Pocket History of Freemasonry, Muller, Лондон 1991 [1953].

Пер, Овидий, Москва, Иван (ред.), Тетради масонской символики, Firenze Libri, Реджелло (Флоренция) 2005.

Lantoine, Albert, Les francs-ma?ons au th??tre, avec un essai de bibliographie du th??tre ma?onnique, Barbe, Париж 1919.

Латтанци, Агостино, Библиография итальянского масонства и Калиостро, Edizioni Olschki, Флоренция, 1974.

Le Forestier, Ren?, Ma?onnerie f?minine et Loges acad?miques, Arch?, Milano 1979.

Ле Форестье, Рене, l'occultisme et la franc-ma?onnerie ?cossaise переиздание anastatica Arch?, Милан, 1987 [Париж, 1928].

Ле Форестье, Рене, Тамплиерское и оккультистское масонство, 3 тома., Издательство Атанор, Рим 1991-2002 [Париж 1987].

L?zaro, Pedro ?lvarez, La masoner?a, escuela de formaci?n del ciudadano: la educaci?n interna de los masones espa?oles en el ?ltimo tercio de siglo XIX, Universidad Pontificia Comillas, Madrid 1996.

Леннофф, Юджин, Вольный каменщик, Типография Джунтина, Флоренция 1967 [Вена 1928-1932].

Leighton, Lauren G., The Esoteric Tradition in Russian Romantic Literature: Decembrism and Freemasonry, Pennsylvania State University Press, University Park (PA) 1994.

Lemaire, Jacques, Les origines fran?aises de l'antima?onnisme (1744-1797), ?tudes sur le XVIII si?cle, ?ditions de l'Universit? de Bruxelles, Bruxelles 1985.

Lemaire, Jacques, La franc-ma?onnerie et l'Europe, ?ditions de l'Universit? de Bruxelles, Bruxelles 1992.

Lemaire, Jacques, (ред.), Franc-ma?onnerie et politique, ?ditions de l'Universit? de Bruxelles, Bruxelles 1999.

Lhomme, Jean, Maisondieu, Edouard, Tomaso, Jacob, Dictionnaire th?matique illustr? de la franc-ma?onnerie, ?ditions du Rocher, Париж 1993.

Ligou, Daniel (ред.), Dictionnaire de la franc-ma?onnerie, Quadrige/Presses Universitaires de France, Париж 2006.

Lindner, Erich J., Die K?nigliche Kunst im Bild. Beitr?ge zur Ikonographie der Freimaurerei, Akademische Druck-u. Verlagsanstalt, Graz (Austria) 1976.

Mackenzie, Kenneth H.R., The Royal Masonic Cyclopaedia of History, Rites, Symbolism, and Biography, переиздание Aquarian Press, Welling-borough (UK) 1987 [Лондон 1875-77].

Mackey, Albert G., An Encyclopedia of Freemasonry and Its Kindred Science, edizione ред. William J. Hughan e Edward L. Hawkins, 2 voll., The Masonic History Company, New York-Лондон 1912-13, переиздание Kessinger, Kila (MA) 1991 [Philadelphia 1879].

Macoy, Robert, General History, Cyclopedia and Dictionary of Freemasonry, переиздание Kessinger, Kila (MA) 1994 [New York 1873].

Mainguy, Ir?ne, Символика степеней масонства. Старый и принятый шотландский обряд и французскийобряд, средиземноморские издания, Рим 2007 [Париж 2005].

Mainguy, Ir?ne, Символика степеней совершенства и порядков мудрости, Editions Mediterranee, Рим 2007 [Париж 2003].

Mainguy, Ir?ne, Символика посуды и прославление ремесла, Edizioni Mediterranee, Рим 2009 [Париж 2007].

Mainguy, Ir?ne, Масонство, объяснённое его посвящённым, vol. 1, Подмастерье, Edizioni Mediterranee, Рим 2012 [Париж 2011].

Mainguy, Ir?ne, Масонство, объяснённое его посвящённым, vol. 2, Компаньон, Edizioni Mediterranee, Рим 2013 [Париж 2012].

Mainguy, Ir?ne, Масонство, объяснённое его посвящённым, vol. 3, Мастер, Edizioni Mediterranee, Рим 2014 [Париж 2013].

Marques, Ant?nio Henrique Rodrigo de Oliveira, La franc-ma?onnerie portugaise de 1820 ? la p?riode contemporaine, Edimaf, Париж 2001.

Marqu?s-Rivi?re, Jean, Les rituels secrets de la franc-ma?onnerie d'apr?s les archives du Grand Orient et de la Grande Loge de France, Plon, Париж 1941.

Martin, Gaston, La franc-ma?onnerie et la pr?paration de la R?volution, PUF, Париж 1926.

Martin, Luis P. (ред.), Les francs-ma?ons dans la cit?. Les cultures politiques de la franc-ma?onnerie XIXe-XXe si?cle, Presses Universitaires de Rennes, Rennes 2000.

Массиньон, Луи, Речёное слово, Адельфи, Милан, 1995 [1962].

McLeod, Wallace, Morris, S. Brent, Weisberger, Richard William (ред.), Freemasonry on Both Sides of the Atlantic: Essays Concerning the Craft in the British Isles, Europe, the United States and Mexico, East European Monographs, Boulder (CO) 2002.

Мишле, Виктор-Эмиль, Товарищи иерофании. Культурные и метафизические движения в мартинистском Париже между XIX и XX веками, с добавлением редких исторических текстов по истории мартинизма, под редакцией Овидио Ла пера, Libreria Chiari, Флоренция 2004 [Париж 1937].

Мола, Альдо А., Живой Гарибальди. Критическая антология сочинений с неопубликованными документами, Маццотта, Кастельветрано, 1982.

Мола, Альдо А.(ред.), Масонство и литература через итальянских поэтов и писателей, Бастоги, Фоджа, 1983.

Мола, Альдо А., Умберто II Савойский, Giunti Editore, Флоренция, 1996; Постоянство либерала: Антонио Саландра от председательства правительства до смерти, Лакайта, Мандурия, 1996.

Мола, Альдо А., Антонио Джерокадес в культуре XVIII века, Фальцеа, Реджо-ди-Калабрия, 1998.

Мола, Альдо А., Corda fratres. История международной студенческой ассоциации в эпоху великих конфликтов (1898-1948), КЛЕБ, Болонья, 1999.

Мола, Альдо А., География и история идеи свободы 1799-1999, Falzea, Реджо-ди-Калабрия 2000.

Мола, Альдо А., Прорыв Джолитти: от реакции конца XIX века до пика либеральной эпохи, Бастоги, Фоджа 2000.

Мола, Альдо А., История монархии в Италии, Бомпиани, Милан, 2002.

Мола, Альдо А., Джолитти. Государственный деятель новой Италии, Мондадори, Милан, 2003.

Мола, Альдо А., Сильвио Пеллико. Карбонарий, христианин и пророк новой Европы, Бомпиани, Милан, 2005.

Мола, Альдо А., Джозуэ Кардуччи. Писатель, политик, масон, Бомпиани, Милан, 2006.

Мола, Альдо А., Возвращение Гарибальди, Бомпиани, Милан, 2007.

Мола, Альдо А., История итальянского масонства от истоков до наших дней, Бомпиани, Милан 2008 [1992].

Мола, Альдо А., Джелли и "П2". Между хроникой и историей, Бастоги, Фоджа 2008.

Мола, Альдо А., Италия особая страна. История Рисорджименто и единства, 4 тома., Издания Козерога, Турин 2011.

Мола, Альдо А., Масонство, Giunti Editore, Флоренция 2012.

Мола, Альдо А., Прунети, Луиджи (ред.), Рисорджименто и масонство, издательство Атанора, Рим, 2013.

Mollier, Pierre, La Chevalerie ma?onnique, Dervy, Париж 2005.

Монделло-Нестлер, Андреа К., Масонство, Типографское Издательство Романа, Рим, 1887.

Монти Ди Марко, Кармело, История от истоков до наших дней, в Масонство, F. Giliberti, Палермо 1869.

Морамарко, Микеле (ред.), 250 лет масонства в Италии (1732-1983), Бастоги, Фоджа, 1992.

Морамарко, Микеле, Новая масонская энциклопедия, 3 тома., Бастоги, Фоджа, 1997.

Morata, Rapha?l (ред.), Les objets de la franc-ma?onnerie, Ch. Massin ?diteur, Париж s. d. (но восьмидесятые годы двадцатого века).

Морелли Тимпанаро, Мария Августа, Томмазо Крудели. Поппи, 1702-1745. Вклад в исследование инквизиции во Флоренции в первой половине 18 века, 2 тома, Ольшки, Флоренция, 2003.

Naudon, Paul, Histoire, rituels et tuileur des Hauts Grades ma?onniques. Le Rite ?cossais ancien et accept?, Dervy-Livres, Париж 1984 [1966].

Naudon, Paul, La franc-ma?onnerie ("Que sais-je"), PUF, Париж 2002 [1963].

Nefontaine, Luc, ?glise et franc-ma?onnerie, ?ditions du Ch?let, Париж 1990.

Olausson, Magnus, Freemasonry, Occultism and the Picturesque Garden towards the End of the Eighteenth Century, "Art History", n. 8, 1985, pp. 413-433.

Орланди, Джузеппе, История масонства в герцогстве Модена от истоков до 1755 года, Aedes Muratoriana, Модена, 1981.

Патрукко, Карло, Документы о Гарибальди и масонстве в последний период итальянского Рисорджименто, Libreria Scientifica Анджело Боффи, Алессандрия 1914 (переиздание anastatica Forni, Болонья 1986).

Перуккьетти, Энрика, загами, Лео Лион, Невидимые мастера нового мирового порядка. Оккультные кукловоды власти, затонувшие Земли, Рим, 2013.

Pike, Albert, Morals and Dogma of the Ancient and Accepted Scottish Rite of Freemasonry, Masonic Publishing Company, Charleston 1871 (edizione italiana in tre volumi ред. E. Sciubba, P. Sciubba, F. Ruffo di Bagnara, S. Christian, Morals and Dogma, Bastogi, Foggia 1983).

Пинотти, Ферруччо, Форти Форти, бур, Милан, 2005.

Пинотти, Ферруччо (в сотрудничестве с Эмануэлой Провера и Аминой Маццали), Opus Dei segreta, BUR, Милан 2006.

Пинотти, Ферруччо, Братья Италии, Бур, Милан, 2007.

Пинотти, Ферруччо, Лобби Бога. Вера, бизнес и политика, Chiarelettere, Милан, 2010.

Пинотти, Ферруччо, Сантачьяра, Стефано, Грязное бельё левых. Секреты Наполитано и Демократической партии, Chiarelettere, Милан 2013.

Поло Фриз, Луиджи, Итальянское масонство в пост-унитарное десятилетие: Лодовико Фраполли, Франко Анджели, Милан, 1998.

Porset, Charles, R?vauger, C?cile, Franc-ma?onnerie et religions dans l'Europe des Lumi?res, Honor? Champion, Париж 1998.

Prichard, Samuel, Masonry Dissected, T. Nichols, Лондон 1730.

Прунети, Луиджи, Масонская традиция, ней-ЭДИМАЙ, Рим, 1994.

Прунети, Луиджи, Синагога Сатаны. История антимасонства. 1725-2002, Джузеппе Латерца Edizioni, Бари 2002.

Прунети, Луиджи, Тайный путь. Произведения посвящённой символики и эзотерики, Джузеппе Латерца Edizioni, Бари 2005.

Прунети, Луиджи, Масонские сочинения, Джузеппе Латерца Edizioni, Бари 2007.

Прунети, Луиджи, Орлы и короны. Италия, Черногория и масонство от свадьбы Виктора-Эмануила III и Елены до правительства Муссолини, Le Lettere, Флоренция 2012.

Прунети, Луиджи, Анналы Великой Ложи Италии A. L. A. M. 1908-2012. Хронология истории итальянского и международного масонства, под редакцией Альдо А. Мола, издательство Atan?r, Roma 2013.

Прунети, Луиджи, Тайна короля мира и миф о Агарте, La Gaia Scienza, Бари, 2014.

Quoy-Bodin, Jean-Luc, L'arm?e et la franc-ma?onnerie: au d?clin de la Monarchie sous la R?volution et l'Empire, Economica, Париж 1987.

Раффи, Густаво, Во имя человека. От Рисорджименто до современности, роль Великого Востока в объединённой Италии, под редакцией Херардо Пикардо, предисловие Паоло Пелуффо, послесловие Санти Феделе, Мурсия, Милан, 2011.

Ренье, Гуальберто (ред.), Ритуал подражания, обновленное издание, Эразмо, Рим 2004 [1976].

Rees, Julian, Actes du colloque international du bicentenaire du REAA, AMHG, Париж 2007.

Rees, Julian, Franc-ma?onnerie: vous avez dit universelle?, "Perspective ?cossaise", n. 148, AMHG, Париж 2009.

R?vauger, C?cile, Franc-ma?onnerie et politique au si?cle des Lumi?res, pubblicato sotto l'egidia di CIBEL (Centre Interuniversitaire Bordelais d'?tudes des Lumi?res), CELFF (Centre d'?tude de la Langue et de la Literature Fran?aise des XVIIe et XVIIIe si?cles, CNRS Париж) e il Centre for Research into Freemasonry (University of Sheffield), Universit? Michel de Montaigne, Bordeaux 2006.

Richard, Roger, Dictionnaire ma?onnique. Le sens cach? des rituels et de la symbolique ma?onnique, Dervy, Париж 1999.

Riquet, Michel, Augustin de Barruel, un j?suite face aux jacobins francs-ma?ons, Beauchesne, Париж 1989.

Roberts, John M., The Mythology of the Secret Societies, Secker & Warburg, Лондон 1972.

Roberts, Marie, British Poets and Secret Societies. Freemasons and Clandestine Brotherhoods, Barnes & Noble Books, Totowa (NJ) 1986.

Robbins Landon, Howard Chandler, Моцарт. Золотые годы, 1781-1791, Гарзанти, Милан, 1989 [Лондон, 1989].

Roche, Daniel, Les R?publicains des lettres. Gens de culture et Lumi?res au XVIIIe si?cle, Fayard, Париж 1988.

Rogalla von Bieberstein, Johannes, Die These von der Verschw?rung 1776-1945. Philosophen, Freimaurer, Juden, Liberale und Sozialisten als Verschw?rer gegen die Sozialordnung, H. Lang, Berna-Francoforte 1976.

Rosen, Samuel Paul, Cours de ma?onnerie pratique, enseignement sup?rieur de la franc-Maconnerie, 2 voll., Летузи, Париж, 1886.

Rousse-Lacordaire, J?r?me, Rome et les francs-ma?ons: histoire d'un conflit, Berg International, Париж 1996.

Rousseau, Paul, Die Freimaurerei in Luxemburg nach dem II. Weltkrieg, TAU II/2008 Quatuor Coronati n.808, Bayreuth (Deutschland) 2008.

Runkel, Ferdinand, Geschichte der Freimaurerei in Deutschland, Hobbing, Berlino 1932.

Сэдлер, Генри, Faits et Fables ma?onniques, французское издание под редакцией Джоанниса Корнелупа, Витиано, Париж, 1978.

Сантини, Анналиса, Гвиди, Серена (ред.), Inimica vis. Антимассонический синдром в трёх веках писаний и свидетельств, Джузеппе Латерца, Бари 2010.

Saunier, ?ric (ред.), Encyclop?die de la franc-ma?onnerie, Hachette, Париж 1999.

Sbigoli, Ferdinando, Томмазо Крудели и первые масоны во Флоренции, Battezzati, Милан 1884.

Schneider, Heinrich, Quest for Mysteries. The Masonic Background for Literature in Eighteenth-Century Germany, Cornell University Press, Ithaca (NY) 1947.

Schuchard, Marsha Keith, Freemasons, Secret Societies and the Continuity of the Occult Tradition in English Literature, University of Texas, Austin 1975.

Serbanesco, G?rard, Histoire de la franc-ma?onnerie universelle. Son rituel, son symbolisme, 4 voll., Dardogne ?dition Intercontinentale, Dordogne 1963-1969.

Симони, Энрико, Библиография масонства в Италии, 3 тома., Бастоги, Фоджа 1992-2006 Гг.

Shaftesley, John, Jews in English Freemasonry in the 18th and 19th Centuries, "Ars Quatuor Coronatorum", XCII, 1979, pp. 25-63.

Столпер, Эдвард Юджин, Масонство XVIII века в Неаполитанском королевстве, "масонский журнал", LXV-LXVI-LXVII и LXIX, декабрь 1974 г.-март 1978 г.

Столпер, Эдвард Юджин, Французский философский обряд и его ответвления в Италии, "масонский журнал", LXVIII, январь 1977 г., № 1, стр. 19-27.

Столпер, Эдвард Юджин, Вклад в изучение итальянского масонства в эпоху Наполеона, "масонский журнал", LXVIII и LXX, март 1977 г.-июнь 1979 г.

Stolper, Edward Eugene, Freemasonry in Naples in the Eighteenth Century, "Ars Quatuor Coronatorum", XCIII, 1980, pp. 77-97.

Сухецкий, Збигнев, Масонство в положениях "Codex iuris Canonici" 1917 и 1983годов, Libreria Editrice Vaticana, Roma 1997.

Таргетта, Рената, Венецианское масонство от истоков до закрытия лож (1729-1785), Дель Бьянко, Удине, 1988.

Thual, Fran?ois, G?opolitique de la franc-ma?onnerie, Dunod, Париж 1994.

Туккини, Херардо, Братья Орфея. Глюк и масонский музыкальный театр между Веной и Парижем, Ольшки, Флоренция, 1998.

Троиси, Луиджи, Масонский словарь: эзотеризм, герметизм, религии, мифы, символы, Бастоги, Фоджа, 1987.

Вальми, Марсель, Масоны. Работа "грубого камня" с молотом, команда, компас, Кантини, Флоренция 1991 [Монако 1988].

Вентура, Гастоне, Масонские обряды Мисраима и Мемфиса, издательство Atan?r, Рим, 1975.

Вентура, Гастоне, Все деятели мартинизма, Editrice Atan?r, Рим, 1978.

Venzi, Fabio, The Influence of Neoplatonic Thought on Freemasonry, Book Guild Publishing, Brighton 2007.

Венци, Фабио, Масонство и фашизм. От дружественного понимания к разрушению лож: как рождается "война религии", Кастельвекки, Рим, 2008.

Венци, Фабио, Юлиус Эвола и La Libera Muratoria. Неудобная правда, Седьмая печать, Рим 2010.

Вензи, Фабио, Введение в масонство, Афанор, Рим, 2012.

Веруччи, Гвидо, Светская Италия до и после единства, Латерца, Рим-Бари, 1981.

Viatte, Auguste, Les sources occultes du romantisme. Illuminisme, Th?osophie. 1770-1820, Чемпион, Париж, 1928.

Vidler, Anthony, The Writing of the Walls. Architectural Theory in the Late Enlightenment, Princeton Architectural Press, Princeton 1987.

Виллани, Антонио (ред.), Гаэтано Филанджери и l'Illuminismo europeo, Guide, Неаполь, 1991.

Waite, Arthur Edward, The Secret Tradition in Freemasonry, 2 voll., Ребман, Лондон-Нью-Йорк, 1911; новое издание Э. П. Даттона, Нью-Йорк, 1937.

Занелло, Фабио, Италия. Масонство у власти, Кастельвекки, Рим 2011.

Zarcone, Thierry, Mystiques, philosophes et franc-ma?ons en Islam, Maisonneuve, Париж 1993.

Zarcone, Thierry, Secret et soci?t?s secr?tes en Islam. Turquie, Iran et Asie centrale XIX-XX si?cles. Franc-ma?onnerie, Carboneria et Confr?ries soufies, Arch?, Milano 2002.

Zeldis Mandel, Le?n, Las Canteras Mas?nicas. Estudios de Historia y Simbolismo Mas?nicos, Komp?s, Madrid 1997.

Zieger, Antonio, I franchi muratori del Trentino, Edizioni Pro Cultura, Cassa Rurale di Villazzano, Тренто 1981 [1925].

N. B.: Иногда цитаты, которые появляются в эпиграфах различных глав, приведены в итальянской версии, даже если оригиналы на другом языке, как видно из библиографических ссылок.

Некоторые тексты, относящиеся к предисловию

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Джордж Оруэлл. Антисталинизм и критика тоталитаризма. Отрицательная утопия. Материалы конференции (Турин, 24-25 февраля 2005 г.), под редакцией Мануэлы Черетта, Ольшки, Флоренция, 2007.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Оруэлл, свиньи и свобода, под редакцией Уго Ронфани, Бевивино, Милан, 2004.

Arciero, Angelo, Джордж Оруэлл. Против тоталитаризма и за демократический социализм, Франко Анджели, Милан, 2005.

Baruch, Bernard Mannes, My Own Story, Holt, Rinehart and Winston, New York 1957.

Батталья, Беатрис, Оруэлл сегодня Оруэлл, Лигуори, Неаполь 2013.

Coit, Margaret, Mr. Baruch, BeardBooks, Washington D.C. 2000.

Colls, Robert, George Orwell. English Rebel, Oxford University Press, New York 2014.

Крик, Бернард, Джордж Оруэлл, Il Mulino, Болонья, 1991.

Десси, Джон, Вальтер Липпманн. Информация / Консенсус / Демократия, Edizioni Studium, Рим 2004.

Ferrell, Keith, George Orwell. The Political Pen, M. Evans and Company, Lanham (MD) 2014.

Ферри, Маския, Как формируется общественное мнение. Социологический вклад Вальтера Липпмана, Франко Анджели, Милан, 2006.

Field, Carter, Bernard Baruch, Park Bench Statesman, McGraw-Hill Book Company, New York 1944.

Gjylbegaj, Viola, Тень власти. Джордж Оруэлл и Исмаил Кадар, Aracne, Roma 2013.

Grant, James L., Bernard M. Baruch: The Adventures of a Wall Street Legend, Wiley, New York 1997.

Хитченс, Кристофер, Победа Оруэлла, Libri Scheiwiller, Милан, 2008.

Яннакконе, Марио Артуро, Тайная история. Адам Вейшаупт и иллюминаты, SugarCo, Милан, 2005.

Интровинье, Массимо, Иллюминаты и монастырь Сиона, Пьемме, Казале Монферрато (Алессандрия) 2005.

Kadmon, Adam, Иллюминаты. Путешествие в черное сердце всемирного заговора, Пьемме, Милан 2013.

Le Forestier, Ren?, Les illumin?s de Bavi?re et la Franc-ma?onnerie allemande, Arch?, Milano 2001 [1915].

Lozito, Virginia, Уолтер Липпман. Общественное мнение, внешняя политика и демократия, Арахне, Рим, 2008.

Марин, Диего, Секрет иллюминатов. От истоков до наших дней: история Ока, которое всё видит, Мондадори, Милан 2013.

Regalzi, Francesco, Уолтер Липпман. Интеллектуальная биография, Nino Aragno Editore, Турин 2010.

Schwarz, Jordan A., The Speculator: Bernard M. Baruch in Washington, 1917-1965, University of North Carolina Press, Chapel Hill (NC) 1981.

Толкин, Джон Рональд Руэль, Властелин колец. Трилогия, перевод Вики Аллиата Ди Виллафранка, итальянское издание под редакцией Квирино Принсипи, введение Элемира Золла, Бомпиани, Милан 2000 [Лондон 1954-55 и Милан 1970].

White, William Lindsay, Bernard Baruch: Portrait of a Citizen, Greenwood Press, Westport (CT) 1971.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 1

Brinkley, Douglas, Facey-Crowter, David R., The Atlantic Charter, Palgrave MacMillan, Basingstoke (UK) 1994.

Галли, Джордж (ред.), "Майн Кампф" Адольфа Гитлера. Корни нацистского варварства, Kaos, Милан, 2002.

Глендон, Мэри Энн, К новому миру. Элеонора Рузвельт и Всеобщая Декларация Прав Человека, Liberilibri, Мачерата 2008 [2001].

Хильберг, Рауль, Уничтожение евреев Европы, 2 тома, Einaudi, Турин 1999.

Розман, Марк, Ванзейский протокол и "окончательное решение", Корбаччо, Милан, 2002.

Sharma, Arvind, Gandhi. A Spiritual Biography, Yale University Press, New Haven (CN) 2013.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 1

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Franklin Delano Roosevelt & Eleanor Roosevelt, Addison Wesley Publishing Company, Boston 2006.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Fundamental Freedoms: Eleanor Roosevelt and the Universal Declaration of Human Rights, Facing History and Ourselves, Brookline (MA) 2010.

Addison, Paul, Winston Churchill. Неожиданный герой, Utet, Турин 2005.

Akinyemi, Rowena, Gandhi, Oxford University Press, Oxford 2010.

Attali, Jacques, Ганди. Пробуждение униженных, Fazi, Рим 2011.

Beasley, Maurine H., Eleanor Roosevelt. Transformative First Lady, University Press of Kansas, Lawrence (KS) 2010.

Bennett Peterson, Barbara, Franklin Delano Roosevelt. Preserver of Spirit and Hope, Nova Science Publishers, New York 2009.

Brinkley, Alan, Franklin Delano Roosevelt, Oxford University Press, New York 2009.

Баллок, Алан, Гитлер, исследование тирании, Мондадори, Милан, 1955.

Баллок, Алан, Гитлер и Сталин. Параллельные жизни, Гарцанти, Милан, 2004.

Catherwood, Christopher, Winston Churchill. The Flawed Genius of World War II, Berkley Publishing Group, New York 2010.

Коллотти, Энцо, Нацистская Европа: проект нового европейского порядка (1939-1945), Джунти, Флоренция 2002.

Коллотти, Энцо, Окончательное решение: истребление евреев, Ньютон Комптон, Рим, 2005.

Croix, Arnaud de la, Hitler et la franc-ma?onnerie, Racine, Bruxelles 2013.

Энгель, Давид, Холокост, Il Mulino, Болонья 2005.

Fest, Joachim, Гитлер. Биография, Гарцанти, Милан, 2005.

Фройнд, Рене, Магия и свастика. Оккультизм, Новый век и национал-социализм, Линдау, Турин, 2006.

Галли, Джорджио, Гитлер и магический нацизм, обновленное издание BUR, Милан 2005 [1989].

Gilbert, Martin, Winston Churchill, voll. 3-8, Hillsdale College Press, Hillsdale (MI) 2008-2013 [1971-1988].

Gilbert, Martin, Winston Churchill. The Wilderness Years: Speaking out Against Hitler in the Prelude to War, I.B. Tauris, Лондон-New York 2013.

Gilbert, Martin, Черчилль. Политическая и частная жизнь, Оскар Мондадори, Милан 2014.

Джоветти, Паола, Елена Петровна Блаватская и Теософское общество, Edizioni Mediterranee, Рим, 2010.

Гудрик-Кларк, Николас, Оккультные корни нацизма, SugarCo, Милан, 1993.

Herman, Arthur, Gandhi & Churchill, Random House, New York 2009.

Jenkins, Roy, Neustadt, Richard E., Franklin Delano Roosevelt, Times Books, New York 2003.

Kearns Goodwin, Doris, No Ordinary Time. Franklin & Eleanor Roosevelt: The Home Front in World War II, Simon & Schuster, New York 2013.

Kershaw, Ian, Hitler 1889-1936, vol. 1, Бомпиани, Милан, 1999.

Kershaw, Ian, Hitler 1936-1945, vol. 2, Бомпиани, Милан, 2001.

Kershaw, Ian, Hitler, the Germans, and the final solution, Yale University Press, New Haven (CO) 2009.

Laqueur, Walter, The Terrible Secret: Suppression of the Truth about Hitler's "Final Solution", Transaction Publishers, Piscataway (NJ) 2012.

Manchester, William, Черчилль. Последний Лев, 4 тома, Фрассинелли, Милан 1985-1991.

Manchester, William, Reid, Paul, The Last Lion. Winston Spencer Churchill. Defender of the Realm 1940-1965, Bantam, New York 2013.

Mazower, Mark, Империя Гитлера. Как нацисты правили оккупированной Европой, Мондадори, Милан, 2010.

Моммзен, Ганс, Окончательное решение. Как дошло до истребления евреев, Il Mulino, Болонья, 2003.

Mosse, George L., Культурные истоки Третьего Рейха. il Saggiatore Net, Милан 2003 [1964].

Мусини, Пьерерколь, Ганди. Семя ненасилия, издательство La Scuola, Брешия, 1984.

Norman, Andrew, Winston Churchill. Portrait of a Unquiet Mind, Pen & Sword, Barnsley (UK) 2012.

Прингл, Хизер, Оккультный план. Тайная секта СС и поиски арийской расы, Линдау, Турин, 2007.

Reynolds, David, From World War to Cold War: Churchill, Roosevelt and the International History of the 1940s, Oxford University Press, New York 2006.

R?he, Peter, Gandhi, Phaidon, Лондон-NewYork 2001.

Ryback, Timothy W., La biblioteca di Hitler. Что читал фюрер, Мондадори, Милан, 2008.

Sainsbury, Keith, Churchill and Roosevelt at War: The War They Fought and the Peace They Hoped to Make, New York University Press, New York 1994.

Саладино, Луиджи, Права человека: от Атлантической хартии до конференции в Найроби, Калабрия Литературная, Лангобарди (Козенца) 1989.

Сантуччи, Джеймс, Теософское Общество, Elledici, Leumann (Турин) 1999 [1985].

Ширер, Уильям Л., История Третьего Рейха, Эйнауди, Турин, 1990 [1962].

Smith, Jean Edward, FDR, Random House, New York 2007.

Соммелла, Валентина, Непростой союз. Черчилль, де Голль и Рузвельт в годы войны, Аракне, Рим, 2005.

Srodes, James, On Dupont Circle: Franklin and Eleanor Roosevelt and the Progressives Who Shaped Our World, Counterpoint LLC, Berkeley (CA) 2012.

Томбетти, Пьерлуиджи, Оккультная загадка Гитлера. Третий Рейх и новый мировой порядок, Аркадия, Кальяри, 2013.

Виджиланте, Антонио, Бог Ганди. Религия, этика и политика, Леванте, Бари 2009.

Витали, Джорджио, Франклин Делано Рузвельт. От Нового курса к Ялте, Мурсия, Милан, 1991.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 2

Бонвичини, Эухенио, Древнее масонство. От Болонской Хартии 1248 года до "Древних обязанностей" 1723 года, Atan?r, Roma 1992.

Палаццоло, Ланфранко (ред.), Товарищ Наполитано. Идеи и идеалы Джорджо Наполитано, руководителя Итальянской коммунистической партии, Kaos, Милан, 2011.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 2

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Parapsychology Revolution: A Concise Anthology of Paranormal and Psychical Research, Tarcher/Penguin, New York 2008.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Мост через Атлантику. Западный альянс 1949-1999, под редакцией Лучано Този и Агостино Джованьоли, Герини и Associati, Милан, 2003.

Беверидж, Уильям, У истоков государства всеобщего благосостояния. Доклад о социальном страховании и социальных услугах, Франко Анджели, Милан, 2010.

Бонольди, Андреа, Леонарди, Андреа, Экономическое возрождение Европы. План Маршалла и альпийский район, Франко Анджели, Милан, 2006.

Броннер, Жеральд, Чаис, Массимо, Пизаррозо Кинтеро, Алехандро, Пропаганда, дезинформация и манипулирование информацией, Аракне, Рим, 2009.

Byrne, Malcolm, Mastny, Vojtech, A Cardboard Castle? An Inside History of the Warsaw Pact, 1955-1991, Central European University Press, Budapest 2005.

Кавацца, Николетта, Убеждение, Il Mulino, Болонья 2006.

Кавацца, Николетта, Общение и убеждение, Il Mulino, Болонья 2009.

Кавацца, Николетта, Пальмонари, Аугусто, Рубини, Моника, Социальная психология, Il Mulino, Болонья 2012.

Чесса, Паскуале, Последний коммунист. Захват власти Джорджо Наполитано, Кьярелетте, Милан 2013.

Клементи, Марко, НАТО, Il Mulino, Болонья 2002.

Coleman, John, The Tavistock Institute of Human Relations: Shaping the Moral, Spiritual, Cultural, Political and Economic Decline of The United States of America, Omni Publications, Palgrave (CA) 1999.

Де Леонардис, Массимо, Холодная война и национальные интересы. Италия в международной политике после Второй мировой войны, Rubbettino, Soveria Mannelli 2014.

Edwards, Bob, Edward R. Murrow and the Birth of Broadcast Journalism, Tantor Media, Old Saybrook (CT) 2004.

Епифаний, Масонство и тайные секты. Оккультное лицо истории, Controcorrente Edizioni, Неаполь, 2008.

Эстулин, Даниэль, Бильдербергский Клуб. Тайная история мастеров мира. Второе обновленное издание, Arianna Editrice, Болонья 2011.

Эстулин, Даниил, Тавистокский Институт. Оккультный организм, который управляет нашими умами, Macro Editions, Diegaro di Cesena (Forl?-Cesena) 2014.

Фаури, Франческа, План Маршалла и Италия, Il Mulino, Болонья 2010.

Феррандо, Пьеро, По ту сторону тишины. Тёмная история Италии после Второй мировой войны до конца тысячелетия, Эрга, Генуя 2012.

Finkelstein, Norman, With Heroic Truth. The Life of Edward R. Murrow, Backinprint.com, New York 2005.

Франки, Паоло, Джорджо Наполитано. Переход от тёмных лавок в Квиринал, Риццоли, Милан, 2013.

Фраттини, Эрик, Морони, Валерия, Италия, специальная охрана. Американская разведка и Италия (1943-2013): трудные отношения, рассказанные в ста пятидесяти неопубликованных документах, Понте алле Грацие, Милан, 2013.

Fried, Richard M., Nightmare in Red: The McCarthy Era in Perspective, Oxford University Press, New York 1990.

Гэддис, Джон Л., Холодная война. Пятьдесят лет страхов и надежд, Мондадори, Милан, 2008.

Гастальди, Шильтиан, Штурм информации. Маккартизм и американская пресса, Эффепи, Монте Порций Катон (Рим) 2006.

Гастальди, Шильтиан, Красные из Голливуда. Маккартизм и американское кино, Линдау, Рим, 2013.

Джованьоли, Агостино, Този, Лучано, Мост через Атлантику. Западный альянс1949-1999, Герини и партнеры, Милан 2004.

Gonzalez, Servando, I Dare Call It Treason: The Council on Foreign Relations and the Betrayal of America, Spooks Books, Madison (WI) 2013.

Гоццано, Франческо, Европа и Америка: гегемония или партнерство? 1946-1999: пятьдесят лет сложных трансатлантических отношений, Франко Анджели, Милан, 1999.

Harris, Jos?, William Beveridge: A Biography, Oxford University Press, Oxford-New York 1997.

Hogan, Micheal J., The Marshall Plan: America, Britain, and the Reconstruction of Western Europe 1947-1952, Cambridge University Press, Cambridge (UK) 2005.

Hong Xiong, Jesse, The Outline of Parapsychology, University Press of America, Lanham (MD) 2009.

Джадт, Тони, После войны. Как изменилась Европа с 1945 года по настоящее время, Mondadori, Milano 2007.

Kendrick, Alexander, Prime Time. The Life of Edward R. Murrow, J.M. Dent & Sons, Лондон 1969.

Ле Бретон, Жан-Мари, Зловещая история. Центральная и Восточная Европа с 1917 по 1990 год, Il Mulino, Болонья, 1997.

Ли, Стивен Хью, Корейская война, Мулино, Болонья 2003.

Lewis, William Julian, The Warsaw Pact. Arms, Doctrine and Strategy, Institute for Foreign Policy Analysis, Cambridge (MA) 1982.

Lichello, Robert, Edward R. Murrow: Broadcaster of Courage, SamHar Press, Charlotteville (NY) 1971.

Лот, Вильфрид, Пасынки Сталина. Москва, Берлин и формирование ГДР, Quattroventi, Урбино, 1994.

Mammarella, Giuseppe, Америка от Рузвельта до Рейгана, Laterza, Рим-Бари1984

Markwell, Donald, John Maynard Keynes and International Relations: Economic Paths to War and Peace, Oxford University Press, New York 2006.

Minter, William, Shoup, Laurence H., Imperial Brain Trust: The Council on Foreign Relations and United States Foreign Policy, Authors Choice Press, Lincoln (NE) 2004.

Муссио, Джулиана, Чёрный список Голливуда. Охота на ведьм в 1950-х годах, Фельтринелли, Милан, 1979.

Майерс, Дэвид Дж., Социальная психология, итальянское издание под редакцией Марты, Елены и Маргариты Ланц, Макгроу-Хилл, Милан, 2013.

Oshinsky, David M., A Conspiracy So Immense: The World of Joe McCarthy, Oxford University Press, New York 2005.

Пачини, Джакомо, Другая операция "Меч". Тайная антикоммунистическая борьба в Италии. 1943-1991, Эйнауди, Турин 2014.

Палмонари, Аугусто, Символические процессы и социальная динамика, Il Mulino, Болонья, 1995.

Parmar, Inderjeet, Think Tanks and Power in Foreign Policy: A Comparative Study of the Role and Influence of the Council on Foreign Relations and the Royal Institute of International Affairs, 1939-45, Palgrave MacMillan, Basingstoke (UK) 2004.

Пинотти, Ферруччо, Сантачьяра, Стефано, Грязное бельё левых. Секреты Наполитано и Демократической партии, Chiarelettere, Милан 2013.

Ромеро, Федерико, История холодной войны. Последний конфликт Европы, Einaudi, Турин 2009.

Skidelsky, Robert, John Maynard Keynes (1883-1946): Economist, Philosopher, Statesman, Penguin, New York 2005.

Stanislaw, Joseph, Yergin, Daniel, The Commanding Heights: The Battle for the World Economy, Simon & Schuster, New York 1998.

Stokes, Douglas M.,The Nature of Mind: Parapsychology and the Role of Consciousness in the Physical World, McFarland and Company, Jefferson (NC) 2014.

Травальо, Марко, Да здравствует король! Джорджо Наполитано, президент, который из республики сделал монархию, Chiarelettere, Милан 2013.

Уопшотт, Николас, Кейнс и Хайек. Столкновение, определившее современную экономику, Feltrinelli, Милан 2012.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 3

Fimister, Alan Paul, Robert Schuman: Neo-Scholastic Humanism and the Reunification of Europe, Peter Lang, Berna-Oxford 2008.

Моне, Жан, Гражданин Европы, Гуида, Неаполь 2007.

Румор, Паоло (в сотрудничестве с Джорджо Галли и Лорисом Баньяра), Другая Европа. Мифы, заговоры и загадки в тени европейского объединения, Hobby & Work Publishing, Брессо (Милан) 2010.

Росси, Эрнесто, Спинелли, Альтьеро, Манифест Вентотене, Мондадори, Милан, 2006.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 3

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Альтьеро Спинелли, европейский федерализм и сопротивление, под редакцией Чинции Роньоли Верчелли, Паоло Дж. Фонтана и Даниэлы Прева, Il Mulino, Болонья 2012.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Евросоюз: от Жана Моне к евро, Ohio University Press, Афины (OH) 2000.

Бертелла Фарнетти, Паоло, Соединённые Штаты и европейское единство 1940-1950. Пути идеи, Франко Анджели, Милан 2005.

Брага, Антонелла, Якобинский федералист. Эрнесто Росси, первооткрыватель Соединённых Штатов Европы, Il Mulino, Болонья 2007.

Brown Wells, Sherill, Jean Monnet: Unconventional Statesman, Lynne Rienner Publishers, Boulder (CO) 2011.

Кастронуово, Валерио, Приключение европейского единства: вызов истории и будущего, Эйнауди, Турин, 2004.

Куденхове-Калерги, Ричард, Пан-Европа. Большой проект для объединённой Европы, Cerchio, Римини 2006.

Де Бортоли, Маурицио, Свобода для Европы. Роберт Шуман, Арес, Милан, 2007.

Эйхенгрин, Барри, Рождение европейской экономики. От прорыва 1945 года до инновационной задачи, Il Saggiatore, Милан 2009.

Фаури, Франческа, Европейская экономическая интеграция 1947-2006, Il Mulino, Болонья 2006.

Гантеле, Жиль, Гентон, Дени, Массули, Франсуа, Строительство Европы, Джунти, Флоренция, 1997.

Гаравини, Джулиано, После империй. Европейская интеграция в противостоянии Север-Юг, Мондадори, Милан, 2009.

Гилберт, Марк, Политическая история европейской интеграции, Латерца, Рим-Бари 2003.

Граалья, Пьеро С., Альтьеро Спинелли, Il Mulino, Болонья 2008.

Яно, Маттео, Рождение пан-европейского движения, Falzea, Болонья 2005; Пан-европейское предложение. Куденхове-Калерги и Евросоюз, Ларуффа, Реджо-ди-Калабрия, 2008.

Спинелли, Альтьеро, Стратегия для Соединённых Штатов Европы, под редакцией Серджо Пистоне, Il Mulino, Болонья, 1989.

Венеция, Антонио, Европа возможна. Мысль и действие Альтьеро Спинелли, Кароччи, Рим 2010.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 4

Библия Иерусалима, EDB, Болонья, 1998.

Hellmann, John, The Kennedy Obsession. The American Myth of JFK, Columbia University Press, New York 1997.

Кинг, Мартин Лютер, У меня есть мечта. Автобиография пророка равенства, под редакцией Клейборна Карсона, Мондадори, Милан, 2001.

Некоторые подробные тексты, относящиеся к главе 4

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Barry Goldwater and the Remaking of the American Political Landscape, University of Arizona Press, Tucson (AZ) 2013.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Beyond the Cold War: Lyndon Johnson and the New Global Challenges of the 1960s, Oxford University Press, Oxford-New York 2014.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Lyndon Johnson Confronts the World: American Foreign Policy 1963-1968, Cambridge University Press, New York 2010.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Soviet State and Society Under Nikita Khrushchev, Routledge, Лондон 2011.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Free Speech Movement: Reflections on Berkeley in the 1960s, University of California Press, Berkeley-Los Angeles-Лондон 2002.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Military-Industrial Complex and American Society, ABC-CLIO, Santa Barbara (CA) 2010.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Military-Industrial Complex at 50, ред. David Swanson, Davis Swanson 2011.

Альбериго, Джузеппе, От лагуны до Тибра. Анджело Джузеппе Ронкалли из Сан-Марко в Сан-Пьетро, Il Mulino, Болонья 2000.

Aldrich, Richard J., The Hidden Hand: Britain, America and Cold War Secret Intelligence, John Murray, Лондон 2001.

Allison, Graham, Zelikow, Philip, Essence of Decision: Explaining the Cuban Missile Crisis, Longman, New York 1999.

Аморосо, Бруно, Перроне, Нико, Хищный капитализм. Как США остановили проекты Маттеи и Оливетти и нормализовали Италию, Кастельвекки, Рим 2014.

Bacon, Edwin, Sandle, Mark, Brezhnev Reconsidered, Palgrave MacMillan, Basingstoke (UK) 2002.

Барталини, Эцио, Монсеньор и социалист. Анджело Ронкалли в Стамбуле, Киоск, Пьомбино 2010.

Brugioni, Dino A., Eyeball to Eyeball: The Inside Story of the Cuban Missile Crisis, Random House, New York 1991.

Кастельвекки, Альберто (ред.), Американская разведка, Кастельвекки, Рим, 2002.

Каттабиани, А.( ред.), Петербургские вечера или переговоры о временном правительстве Провидения, Араньо, Турин, 2014.

Каваллари, Альберто, Россия против Хрущева, Валлекки, Флоренция, 1964.

Crump, Thomas, Brezhnev and the Decline of the Soviet Union, Routledge, Лондон 2013.

Dallek, Robert, Lyndon B. Johnson. Portrait of a President, Oxford University Press, New York 2004.

Depoe, Stephen P., Arthur M. Schlesinger Jr. and the Ideological History of American Liberalism, University Alabama Press, Tooscalosa (AL) 1994.

Diggins, John Patrick, Lind, Michael, The Liberal Persuasion: Arthur Schlesinger Jr., and the Challenge of American Past, Princeton University Press, Princeton 1997.

Donno, Antonio, Барри Голдуотер. Американские ценности и борьба с коммунизмом, Le Letterie, Флоренция 2008.

Дагард, Мартин, O'Рейли, Билл, Убийство Кеннеди. Вашингтон-Даллас: конец американской мечте, Кастельвекки, Рим, 2013.

Duncan, Jason, John F. Kennedy: The Spirit of Cold War Liberalism, Routledge, Лондон 2013.

Ellis, Sylvia, Freedom's Pragmatist: Lyndon Johnson and Civil Rights, University Press of Florida, Gainessville (FL) 2013.

Физикелла, Доменико, Жозеф де Местр, европейский мыслитель, Латерца, Рим-Бари 2005.

Фурсенко, Александр, Нафтали, Тимоти, Дьявольская игра. Хрущёв, Кастро и Кеннеди 1958-1964, W.W. Norton, Нью-Йорк 1998.

Джентри, Керт, Дж. Эдгар Гувер. Жизнь и секреты первого главы ФБР, Мондадори, Милан, 2012.

Goldwater, Barry M., The Conscience of a Conservative, Princeton University Press, Принстон 2007.

Грациози, Андреа, СССР Ленина и Сталина. История Советского Союза, 1914-1945, Il Mulino, Болонья 2010.

Хебблтуэйт, Питер, Иоанн XXIII. Папа собора, Кастельвекки, Рим, 2013.

Хепберн, Джеймс, Заговор. Тайный запрос семьи Кеннеди об убийстве Джона Кеннеди, под редакцией Стефании Лимите, Nutrimenti, Roma 2012.

Инграо, Игнацио, Тайный совет, Пьемме, Милан, 2013.

Johnson, Loch K., America's Secret Power: The CIA in a Democratic Society, Oxford University Press, New York 1991.

Jones, Frank Leith, Blowtorch: Robert Komer, Vietnam, and American Cold War Strategy, Naval Institute Press, Annapolis (MD) 2013.

Кеннеди, Джон Фицджеральд, Новые рубежи. Сочинения и речи (1958-1963), Donzelli, Roma 2009.

Kessler, Ronald, The FBI: Inside the World's Most Powerful Law Enforcement Agency, Pocket Books, New York 1993.

Kessler, Ronald, Inside the CIA, Pocket Books, New York 1994.

Kessler, Ronald, The FBI, Gallery Books, New York 2013.

Ledbetter, James, Unwarranted Influence: Dwight D. Eisenhower and the Military-Industrial Complex, Yale University Press, New Haven (CT) 2011.

Ли Вини, Бенито, Энрико Маттеи. Человек будущего, который изобрёл итальянское Возрождение, Editori Reunitati, Рим, 2014.

Мученик, Карло Мария, Маттеи. История итальянца, который бросил вызов лордам нефти, Мондадори, Милан, 2006.

Маркетти, Виктор, ЦРУ: культ и мистика секретной службы, Гарзанти, Милан, 1976.

Марино, Альберто, Энрико Маттеи должен умереть! Мечта без пробуждения свободной страны, Кастельвекки, Рим 2014.

Медведев, A. Рой, Никита Хрущёв. Взлет и падение. От Сталинграда до XX съезда. От вторжения в Венгрию до свержения, Editors Reunited, Рим, 2006.

Моффа, Клаудио, Энрико Маттеи, против ареста нефти и метана. Жизнь за независимость и развитие Италии, Ближнего Востока и Африки, Арахне, Рим, 2006.

Молтон, Стивен, Руссо, Гас, Братья на войне. Кеннеди, Кастро и политическое убийство, Каир, Милан, 2010.

Мерфи, Поль Дж., Брежнев: советский политик, Mc Farland and Company, Джефферсон (Северная Каролина) 1980.

Nolan, Patrick, CIA Rogues and the Killing of the Kennedys: How and Why US Agents Conspired to Assassinate JFK and RFK, Skyhorse Publishing, New York 2013.

Нути, Л. (ред.), Ракеты октября. Американская историография и кубинский кризис октября 1962 года, LED Edizioni Universitari, Милан, 1994.

Олимпо, Паола, Великое общество. Линдон Б. Джонсон и вызов социальных реформ в 60-х, M&B Publishing, Милан, 2006.

Ouimet, Matthew J., The Rise and Fall of Brezhnev Doctrine in Soviet Foreign Policy, UNC Press, Chapel Hill (NC) 2003.

Пелликани, Лучано, Ленин и Гитлер. Два лица тоталитаризма, Руббеттино, Соверия Маннелли 2009.

Перроне, Нико, Энрико Маттеи, Il Mulino, Болонья 2012.

Риккарди, Андреа, Человек встречи. Анджело Ронкалли и международная политика, Сан-Паулу Edizioni, Чинизелло Бальзамо (Милан) 2014.

Ронкалли, Марко, Иоанн XXIII. Анджело Джузеппе Ронкалли, жизнь в истории, Линдау, Турин, 2012.

Санджулиан, Дженнаро, Шах царю. 1908-1910: Ленин на Капри, Генезис революции, Мондадори, Милан, 2012.

Schandler, Herbert Y., Lyndon Johnson and Vietnam: The Unmaking of a President, Princeton University Press, Princeton 2014.

Schlesinger, Arthur Meier Jr., Тысяча дней Джона Ф. Кеннеди в Белом доме, Риццоли, Милан, 1966.

Schlesinger, Arthur Meier Jr., A Life in the Twentieth Century, Houghton Mifflin, Boston 2000.

Schlesinger, Arthur Meier Jr., The Politics of Hope and the Bitter Heritage: American Liberalism in the 1960s, Princeton University Press, Princeton 2007.

Шенон, Филипп, Анатомия убийства. Секретная история убийства Кеннеди, Мондадори, Милан, 2013.

Snead, David L., John F. Kennedy: The New Frontier President, Nova Science Publishers, New York 2010.

Страда, Витторио, Ленин, Сталин, Путин. Исследования коммунизма и посткоммунизма, Rubbettino, Soveria Mannelli 2011.

Taubman, William, Khrushchev: The Man and His Era, W.W. Norton, New York 2003.

Tobin, Greg, The Good Pope: The Making of a Saint and the Remaking of the Church. The Story of John XXIII and Vatican II, HarperLuxe, New York 2012.

Tompson, William J., Khrushchev: A Political Life, St. Martin's Press, New York 1995.

Tompson, William J., The Soviet Union Under Brezhnev, Taylor & Francis Ltd, Oxford 2003.

Vulliaud, Paul, Joseph de Maistre franc-ma?on. Suivi de pi?ces in?dites, Arch?, Milano 1990.

Weiner, Tim, CIA. Взлет и падение самых мощных секретных служб в мире, бур, Милан, 2010.

Wesson, Robert G., Lenin's Legacy: The Story of the CPSU, Hoover Press, Stanford (CA) 1978.

Замбон, Мариаграция, Епископ и пастор. Анджело Джузеппе Ронкалли, апостольский легат в Турции, Сан-Паулу Edizioni, Чинизелло Бальзамо (Милан) 2013.

Зубок, Владислав Мартинович, Неудавшаяся империя: Советский Союз в холодной войне от Сталина до Горбачёва, UNC Press, Чапел-Хилл (Северная Каролина) 2007.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 5

Баттиста, Пьерлуиджи, Письмо другу-антисионисту, Риццоли, Милан, 2011.

Бьяджи, Энцо, Свидетель своего времени, SEI, Турин 1971.

Боско, Терезио, такие люди, как мы, SEI, Турин 1968.

Чайкин, Эндрю, Человек на луне, Penguin Books, Лондон 1995.

Чиаппано, Алессандра, Минацци, Фабио, объявление 1968. Воображение, которое хотело власти, Манни, Сан-Чезарио-Ди-Лечче, 2004.

Крозье, Мишель Ж., Хантингтон, Сэмюэл П., Ватануки, Джёдзи, Кризис демократии. Отчёт о управляемости демократий Трёхсторонней комиссии, Франко Анджели, Милан, 1977.

Hansen, James R., First Man: The Life of Neil A. Armstrong, Simon & Schuster, New York 2005.

Кеннеди, Роберт Фицджеральд, Я мечтаю о том, чего никогда не было, Эйнауди, Турин 2012.

Кинг, Мартин Лютер, У меня есть мечта. Автобиография пророка равенства, под редакцией Клейборна Карсона, Мондадори, Милан, 2001.

Кинг, Мартин Лютер, Сила любви, SEI, Турин 2002.

King, Martin Luther, A Testament of Hope. The Essential Writings and Speeches of Martin Luther King, ред. James Melvin Washington, Harper One, New York 2003.

Lipset, Seymour Martin, The Socialism of Fools: The Left, The Jews and Israel, Anti-Defamation League, New York 1969.

Маркузе, Герберт, Одномерный человек, Эйнауди, Турин, 1999.

Нери, Дебора, Возвращаюсь к битникам. Критическое и обратное воображение в эстетике существования от Маркузе до поколения битов, Tracce, Пескара 2013.

Straw, Leigh S.L., Wisdom in Words: Robert's Kennedy Search for Meaning 1963-1968, Humming Hearth, Glasgow 2012.

Sundquist, Eric, Strangers in the Land: Blacks, Jews, post-Holocaust America, Harvard University Press, Cambridge (MA) 2005.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 5

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Zbig: The Strategy and Statecraft of Zbigniew Brzezinski, Johns Hopkins University Press, Baltimore (MD) 2013.

Anderson, David L., Ernst, John, The War That Never Ends: New Perspectives on the Vietnam War, The University Press of Kentucky, Lexington (KY) 2007.

Andrianopoulos, Gerry Argyris, Kissinger and Brzezinski: The Nsc and the Struggle for Control of U.S. National Security Policy, Palgrave Macmillan, Basingstoke (UK) 1991.

Anhimaki, Jussi M., The Flawed Architect: Henry Kissinger and American Foreign Policy, Oxford University Press, New York 2004.

Ayton, Mel, The Forgotten Terrorist: Sirhan Sirhan and the Assassination of Robert F. Kennedy, Potomac Books, Dulles (VA) 2007.

Бенедетти, Амедео, Уроки политики Генри Киссинджера. Язык, мысль и афоризмы самого искусного политика конца ХХ века, Эрга, Генуя, 2005.

Brzezinski, Zbigniew, The Permanent Purge, Harvard University Press, Cambridge (MA) 1956.

Brzezinski, Zbigniew, The Soviet Bloc: Unity and Conflict: Revised and Enlarged Edition, Harvard University Press, Cambridge (MA) 1967.

Brzezinski, Zbigniew, Between Two Ages: America's Role in the Technetronic Era, Viking Press, New York 1970.

Brzezinski, Zbigniew, Ideology and Power in Soviet Politics, Greenwood, Santa Barbara (CA) 1976.

Brzezinski, Zbigniew, The Grand Chessboard. American Primacy and Its Geostrategic Imperatives, Basic Books, New York 1998.

Brzezinski, Zbigniew, The Choice. Global Domination or Global Leadership, Basic Books, New York 2005.

Brzezinski, Zbigniew, L'ultima chance. Кризис американской сверхдержавы, Salerno Editrice, Рим, 2008.

Brzezinski, Zbigniew, Strategic Vision: America and the Crisis of Global Power, Basic Books, New York 2012.

Brzezinski, Zbigniew, Scowcroft, Brent, America and the World: Conversations on the Future of American Foreign Policy, Basic Books, New York 2009.

Кларк, Терстон, Последняя кампания. Роберт Ф. Кеннеди и 82 дня, которые вдохновили Америку, Il Saggiatore, Милан, 2009.

Колье, Питер, Горовиц, Дэйвид, Рокфеллер. Американская династия, Одоя, Болонья 2013.

Де Бернарди, Альберто, Флорес, Марчелло, Шестьдесят восьмой, Il Mulino, Болонья, 1998.

Дель перо, Марио, Генри Киссинджер и восстание неоконсерваторов. У истоков американской внешней политики, Латерца, Рим-Бари, 2006.

Фрей, Марк, История войны во Вьетнаме. Трагедия в Азии и конец американской мечты, Эйнауди, Турин, 2008.

Gill, Stephen, American Hegemony and the Trilateral Commission, Cambridge University Press, New York 1991.

Gould, Lewis L., 1968: The Election That Changed America, Ivan R. Dee Publisher, Lanham (MD) 1993.

Холл, Митчелл к., Война во Вьетнаме, Мельница, Болонья 2011.

Harr Ensor, John, Johnson, Peter J., The Rockefeller Century: Three Generations of America's Greatest Family, Charles Scribner's Sons, New York 1988.

Harr Ensor, John, Johnson, Peter J., The Rockefeller Conscience: An American Family in Public and in Private, Charles Scribner's Sons, New York 1992.

Hitchens, Christopher, The Trial of Henry Kissinger, Atlantic Books, Лондон 2012.

Hodgson, Godfrey, Martin Luther King, University of Michigan Press, Ann Arbor (MI) 2010.

Kaiser Blair, Robert, R. F. K. Must Die! Chasing the Mystery of the Robert Kennedy Assassination, Overlook Press, New York 2008.

Карнов, Стэнли, История войны во Вьетнаме, Риццоли, Милан, 2000.

Kissinger, Henry, Years of Renewal, Simon & Schuster, New York 1999.

Kissinger, Henry, Years of Upheaval, Simon & Schuster, New York 2011.

Kissinger, Henry, White House Years, Simon & Schuster, New York 2011.

Kissinger, Henry, World Order, Penguin Press, New York 2014.

LaFeber, Walter, The Deadly Bet: LBJ, Vietnam, and the 1968 Election, Rowman & Littlefield, Lanham (MD) 2005.

Лавина, Габриэлла, Змея и голубь. Религиозные исследования Мартина Лютера Кинга, Город Солнца, Реджо-ди-Калабрия, 1994.

Lubowski, Andrzej, Zbig: The Man Who Cracked the Kremlin, Open Road, New York 2013.

Мальдвин, Джонс А., История Соединённых Штатов Америки. От первых английских колоний до наших дней, Bompiani, Milano 2005.

Nelson, Michael, Resilient America: Electing Nixon in 1968, Channeling Dissent, and Dividing Government, University Press of Kansas, Lawrence (KS) 2014.

Parenti, Gabriele, La Challenge, la vita, Il pensione, Il мужество Роберта Кеннеди, Pagnini, Флоренция, 1999.

Paupp, Terrence Edward, Robert F. Kennedy in the Stream of History, Transaction Publishers, Piscataway (NJ) 2014.

Rockefeller, David, Memoirs, Random House, New York 2002.

Sklar, Holly, Trilateralism: The Trilateral Commission and Elite Planning for World Management, South End Press, Boston 2011.

Starr, Harvey, Henry Kissinger: Perceptions of International Politics, University Press of Kentucky, Lexington (KY) 2014.

Suri, Jeremi, Henry Kissinger and the American Century, Belknap Press, Cambridge (MA) 2009.

Thomas, Evan, Robert Kennedy: His Life, Simon & Schuster, New York 2002.

Vischer, Robert K., Martin Luther King Jr. and the Morality of Legal Practice: Lessons in Love and Justice, Cambridge University Press, New York 2014.

Weisberg, Harold, Frame-Up: The Assassination of Martin Luther King, Skyhorse, New York 2013.

Зителманн, Арнульф, Вам меня не согнуть. Жизнь Мартина Лютера Кинга, Фельтринелли, Милан, 2014.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 6

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Досье "П2", с предисловием Серджо Фламиньи, Kaos, Милан, 2008.

Бонвичини, Эудженио, Степени масонства древнего и принятого шотландского обряда, Бастоги, Фоджа, 1996.

Finchelstein, Federico, The Ideological Origins of the Dirty War: Fascism, Populism, and Dictatorship in Twentieth Century Argentina, Oxford University Press, New York 2014.

Галеацци, Джакомо, Пинотти, Ферруччо, Неизвестный Войтыла, Кьярелетте, Милан, 2011.

Галли, Джорджо, Магия и сила. Эзотеризм в западной культуре, Линдау, Турин 2004.

Kissinger, Henry, Years of Renewal, Simon & Schuster, New York 1999.

Киссинджер, Генри, Китай, Мондадори, Милан, 2011.

Лукарелли, Паоло, Алхимические и масонские сочинения великого алхимика нашего времени, под редакцией Gratianus, Mimesis, Milano 2012.

Мола, Альдо А., Джелли и "П2". Между хроникой и историей, Бастоги, Фоджа 2008.

Ценности, Джанкарло Элия, Нефть. Новая геополитика власти, Excelsior 1881, Милан 2011.

Wright, Thomas C., State Terrorism in Latin America: Chile, Argentina and International Human Rights, Rowman & Littlefield, Lahnam (MD) 2007.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 6

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Прощай, Третий мир. Бандунгская Афро-Азиатская конференция в исторической перспективе, под редакцией Джан Паоло Кальчи Новати и Лии Куартапелле, Кароччи, Рим, 2007.

Аркури, Камилло, Переворот. Правдивая история расследования, подвергнутого цензуре. История переворота Боргезе, дела Маттеи и смерти де Мауро, Риццоли, Милан, 2004.

Arcuri, Camillo, Sraziono di Stato, Риццоли, Милан, 2006.

Аттичциати, Лучано, История Третьего мира. Лидеры и политические движения в развивающихся странах, Marcovalerio Edizioni, Турин 2002.

Барбачетто, Джанни, Великий старик, Риццоли, Милан, 2009.

Барбарани, Эмилио, Кто убил Люми видела? Переворот Пиночета, итальянская дипломатия и предыстория преступления, Мурсия, Милан, 2012.

Барнард, Пол, Величайшее преступление. Что на самом деле произошло с демократией, Андромеда, Рим 2012.

Benton, Gregor, Mao Zedong and the Chinese Revolution, 4 voll., Routledge, Лондон 2007.

Берман, Пол, Шестьдесят восьмой. Поколение двух утопий, Einaudi, Турин 2006.

Бонтемпелли, Массимо, 68-ой. Год ещё предстоит открыть, CUEC Editrice, Кальяри 2008.

Каллони, Стелла, Операция Кондор. Преступный пакт, Замбон, Франкфурт, 2010.

Канци, Елена Роза, Экономика Китайской Народной Республики, от Мао Цзэ-Дуна до Дэн Сяо-Пина (1949-1992), Arduino sacco Editore, Рим, 2014.

Каззулло, Альдо, сон, Эдгардо, Завещание антикоммуниста. От Сопротивления к белому перевороту: история итальянца, Сперлинг и Купфер, Милан, 2010.

Серегино, Марио Хосе, Фазанелла, Джованни, Английский переворот. От Маттеотти до Моро: доказательства тайной войны за контроль над нефтью и Италией, Chiarelettere, Милан 2011.

Clark, Figueroa Victor, Salvador Allende: Revolutionary Democrat, Pluto Press, Лондон 2013.

Клементи, Марко, Сумашедшее дело Альдо Моро, Rizzoli, Milano 2008.

Коминелли, Лукреция, Италия под опекой. США, Европа и итальянский кризис 70-х, Мондадори, Милан 2014.

Curt Kraus, Richard, The Cultural Revolution: A Very Short Introduction, Oxford University Press, New York 2012.

Де Лютиис, Джузеппе, Переворот на Виа Фани. Оккультная защита и международное попустительство за преступлением Моро, Сперлинг и Купфер, Милан, 2007.

Фариас, Виктор, Сальвадор Альенде. Конец мифа. Социализм между тоталитарной одержимостью и коррупцией. Новые откровения, Медуза, Милан 2007.

Фламиньи, Серджо, Параллельные конвергенции, Каос, Милан, 1998.

Фламиньи, Серджо, Паутина. Убийство Моро, Kaos, Милан, 2003.

Фламиньи, Серджо, Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2", Kaos, Милан, 2005.

Фламиньи, Серджо, Мартовские иды, Kaos, Милан, 2006.

Фламиньи, Серджо (ред.), Досье убийства Моро, Kaos, Milano 2007.

Фламини, Джанни, Преторианцы мира и свободы. Истории холодной войны в Италии, Editori Reunitati, Рим, 2001.

Галли, Джорджо, Почтенный заговор. История Личо Джелли и "П2", Линдау, Турин, 2007.

Джентилони Сильвери, Умберто, Италия приостановлена. Кризис 70-х с точки зрения Вашингтона, Эйнауди, Турин, 2009.

Гуарино, Марио, Годы бесчестия. С 1965 года оккультная власть Личо Джелли и ложи "П2" между делами, скандалами и терактами, Дедало, Бари, 2006.

Ипостимато, Фердинандо, Проввизионато, Сандро, Должен был умереть. Кто убил Альдо Моро. Рассказ судьи, Chiarelettere, Милан 2009.

Kornbluh, Peter, The Pinochet File: A Declassified Dossier on Atrocity and Accountability, The New Press, New York 2013.

Лакер, Вальтер, Эпоха терроризма, Риццоли, Милан, 1987.

Ломеллини, Валентин, Варсори, Андреа, С 1968 до обрушения стены. Протестные движения в Европе пересекают два блока, Франко Анджели, Милан, 2014.

MacFarquhar, Roderick, Schoenhals, Michael, Mao's Last Revolution, Harvard University Press, Cambridge (MA) 2006.

MacMillan, Margaret, Nixon and Mao: The Week that Changed the World, Random House, New York 2007.

Маммарелла, Джузеппе, Европа - США, сложный альянс: 1945-1985, Латерца, Рим-Бари 1996.

Марино, Джузеппе К., Биография шестьдесят восьмого. Утопии, завоевания, заносы, Bompiani, Милан 2004.

Мартинес, Хесус Мануэль, Сальвадор Альенде. Человек. Политик, Кастельвекки, Рим 2013.

Майорга, Патриция, Чёрный Кондор. Фашистский интернационал и тайные отношения с Чили Пиночета, Sperling & Kupfer, Милан 2003.

McSherry, Patrice J., Predatory States: Operation Condor and Covert War in Latin America, Rowman & Littlefield, Lanham (MD) 2005.

Мола, Альдо А., Джелли и "П2". Между хроникой и историей, Бастоги, Фоджа 2008.

Монти, Адриано, "Переворот Боргезе". Виртуальный итальянский переворот, Скарабей, Милан 2006.

Моро, Доменико, Бильдербергский клуб. Люди, которые командуют миром, Алиберти, Реджо-Эмилия 2013.

Nafpliotis, Alexandros, Britain and the Greek Colonels: Accommodating the Junta in the Cold War, I.B. Tauris, Лондон 2012.

Панвини, Гвидо, Чёрный орден, красный террор. Политическое насилие в Италии 60-х и 70-х годов (1966-1975), Эйнауди, Турин 2009.

Рампини, Федерико, Тень Мао. По следам Великого кормчего, чтобы понять настоящее Китая, Тибета, Северной Кореи и будущее мира, Мондадори, Милан, 2006.

Руки, Ален, Латинская Америка. Введение на крайний Запад, Бруно Мондадори, Милан 2000.

Small, Melvin, The Presidency of Richard Nixon, University Press of Kansas, Lawrence (KS) 1999.

Толомелли, Марика, 68-й. Краткая история, Кароччи, Рим 2008.

Valdes, Juan Gabriel, Pinochet's Economists: The Chicago School of Economics in Chile, Cambridge University Press, New York 2008.

Verdugo, Patricia, Salvador Allende. Анатомия заговора, организованного ЦРУ, Далай, Милан, 2004.

Вердуго, Патрисия, Когти пумы, Сперлинг и Купфер, Милан, 2006.

Woodhouse, Montague Christopher, The Rise and Fall of the Greek Colonels, Granada Publishing, Лондон 1985.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 7

Крозье, Мишель Ж., Хантингтон, Сэмюэл П., Ватануки, Дзёдзи, Крисис демократии. Отчёт об управляемости демократий Трёхсторонней комиссии, Франко Анджели, Милан, 1977.

Фламиньи, Серджо, Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2", Kaos, Милан, 1996.

Горбачёв, Михаил Сергеевич, Общеевропейский дом, Мондадори, Милан, 1989.

Мола, Альдо А., Джелли и "П2". Между хроникой и историей, Бастоги, Фоджа 2008.

Нозик, Роберт, Анархия, государство и утопия, мудрец, Милан, 2008.

Ролз, Джон, Теория справедливости, под редакцией Себастьяно Маффеттоне, Фельтринелли, Милан, 2008.

Рубби, Антонио, Россия Ельцина, воссоединенные издатели, Рим, 2002.

Бубен, Стефания, Экономика - это средство изменения души. Маргарет Тэтчер и Рональд Рейган своими словами, Риццоли, Милан 2013.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 7

Aitken, Jonathan, Margaret Thatcher. Power and Personality, Bloomsbury Publishing, New York 2013.

Antonian, Armen, Toward a Theory of Eurocommunism: The Relationship of Eurocommunism to Eurosocialism, Praeger, Santa Barbara (CA) 1987.

Ashton, Nigel, Gibson, Bryan, The Iran-Iraq War. New International Perspectives, Routledge, Лондон 2012.

Бельтраме, Стефано, Моссад. Иран, нефть, США и корни исламской революции, Руббеттино, Соверия Маннелли, 2009.

Biven, W. Carl, Jimmy Carter's Economy. Policy in an Age of Limits, UNC Press, Chapel Hill (NC) 2014.

Bolger, Daniel P., Americans at War, 1975-1986. An Era of Violent Peace, Presidio Press, Novato (CA) 1988.

Bregman, Ahron, Israel's Wars. A History Since 1947, Routledge, Лондон 2002.

Broussard, James H., Ronald Reagan. Champion of Conservative America, Routledge,Лондон 2014.

Busch, Andrew E., Reagan's Victory: The Presidential Election of 1980 and the Rise of the Right, University Press of Kansas, Lawrence (KS) 2005.

Кастелли, Эмануэле, Революция Ислама. Смена режима в Иране между демократией и теократией, Rubbettino, Soveria Mannelli 2008.

Звоню, Франческо, Кандидат Рейган. Рассвет американской эпохи, Aragno, Турин 2013.

Корм, Жорж, Нефть и революция. Ближний Восток в золотые годы, Jaca Book, Милан, 2005.

Del Quentin, Wilber, Rawhide Down: The Near Assassination of Ronald Reagan, Henry Holt & Company, New York 2011.

Emery, Christian, US Foreign Policy and the Iranian Revolution. The Cold War Dynamics of Engagement and Strategic Alliance, Palgrave Macmillan, Basingstoke (UK) 2013.

Эмилиани, Марселла, Рануцци де Бьянки, Марко, Ацори, Эрика, Во имя Омара. Революция, духовенство и власть в Иране, Одоя, Болонья 2008.

Гуоло, Ренцо, Путь имама. Иран от Хомейни до Ахмадинеджада, Laterza, Roma-Bari 2007.

Howison, Jeffrey D., The 1980 Presidential Election: Ronald Reagan and the Shaping of the American Conservative Movement, Routledge, Лондон 2013.

Импозимато, Фендинандо, Проввизионато, Сандро, Покушение на папу, Chiarelettere, Milano 2011.

Ли Вини, Бенито, Великая нефтяная игра. Бизнес, политика, войны, Мурсия, Милан 2013.

Ллонто, Пабло, Чемпионат мира по позору. Чемпионат Аргентины 1978 и диктатура, Edizioni Alegre, Рим 2010.

Мафай, Мириам, Забыть о Берлингуэре. Итальянские левые и коммунистическая традиция, Донцелли, Рим, 1996.

Маффеттоне, Себастьяно, Введение в Ролза, Латерца, Рим-Бари 2010.

Магаццино, Козимо, Экономическая политика Маргарет Тэтчер, Франко Анджели, Милан, 2010.

Манчина, Клаудия, Берлингуэр, Латерца, Рома-Бари 2014.

Маркон, Юлий (ред.), Берлингуэр. Праведная строгость, Jaca Book, Милан 2014.

Martin, Jean-Marie, Economie et politique de l'?nergie, Armand Colin, Париж 1992.

Мартино, Антонио, Милтон Фридман. Интеллектуальная биография, Rubbettino, Соверия Маннелли 2005.

Маугери, Леонардо, Эпоха нефти, Фельтринелли, Милан, 2006.

Moore, Charles, Margaret Thatcher. The Authorized Biography, Penguin, New York 2013.

Мори, Даниэль, Внешняя политика Джимми Картера, Ган, Рим, 2010.

Новаро, Маркос, Аргентинская диктатура (1976-1983), Кароччи, Рим, 2005.

Оттонелли, Валерия (ред.), Читать Ролза, Il Mulino, Болонья 2010.

Page, Joseph, Per?n: A Biography, Random House, New York 1983.

Панелла, Карло, Аятолла. Всё, что я не понял об иранской революции 1978-1979, Мурсия, Милан 2010.

Понс, Сильвио, Берлингуэр и конец коммунизма, Einaudi, Турин 2006.

Приор, Росарио, Покушение на папу, Каос, Милан, 2002.

Rabinovich, Abraham, The Yom Kippur War. The Epic Encounter That Transformed the Middle East, Schocken Books, New York 2004.

Sakal, Emanuel, Soldier in the Sinai. A General's Account of the Yom Kippur War, University Press of Kentucky, Lexington (KY) 2014.

Шавит, Ари, Моя земля обетованная. Израиль: история и противоречия страны, воюющей за выживание, Сперлинг и Купфер, Милан, 2014.

Shlaim, Avi, The Iron Wall: Israel and the Arab World, W.W. Norton & Company, New York 2001.

Sick, Gary, All Fall Down. America's Tragic Encounter with Iran, Random House, New York 1985.

Валентини, Кьяра, Энрико Берлингуер, Фельтринелли, Милан, 2014.

Vanetik, Boaz, Shalom, Zakai, The Nixon Administration and the Middle East Peace Process, 1969-1973: From the Rogers Plan to the Outbreak of the Yom Kippur War, Sussex Academic Press, Eastburne (UK) 2013.

Вербицкий, Гораций, Двойная игра. Католическая и военная Аргентина, Фанданго, Рим, 2011.

Wapshott, Nicholas, Кейнс или Хайек. Столкновение, определившее современную экономику, Feltrinelli, Милан 2012.

Wilentz, Sean, The Age of Reagan. A History, 1974-2008, Harper Collins, New York 2008.

Дзанатта, Лорис, Перонизм, Carocci, Рим 2008.

Zelizer, Julian E., Jimmy Carter, Times Books, New York 2010.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 8

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Maastricht Treaty: Second Thoughts After 20 Years, Routledge, Лондон 2013.

Фракасси, Франко, G8-гейт. 10 лет расследования: секреты "Большой восьмёрки" в Генуе, Alpine Studio, Лекко 2011.

Галли, Джорджо, Американская империя и кризис демократии, Каос, Милан, 2002.

Пиццути, Марко, Несанкционированная революция. Как изменится мир, Место встречи, Виченца 2012.

Рубби, Антонио, Россия Ельцина, Editori Riuniti, Рим, 2002.

Саулле, Мария Рита, Маастрихтский договор, ESI, Неаполь, 1995.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 8

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, 80-е как история, Rubbettino, Soveria Mannelli 2004.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, Государство, демократия и легитимность. Политические переходы в Африке, Латинской Америке, Балканах, на Ближнем Востоке, Кароччи, Рим, 2005.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Presidency of Bill Clinton: The Legacy of a New Domestic and Foreign Policy, I.B. Tauris, New York 2012.

РАЗЛИЧНЫЕ АВТОРЫ, The Washington Consensus Reconsidered. Toward a New Global Governance, Oxford University Press, New York 2008.

Аморозо, Бруно, Евро на чаше весов. Призрак банкротства и обмана глобальных финансов, Кастельвекки, Рим, 2011.

Аморозо, Бруно, Сыновья "тройки". Архитекторы экономического кризиса, Кастельвекки, Рим 2013.

Аморозо, Бруно, Джесперсен, Джеспер, Европа за пределами евро. Причины экономической катастрофы и реконструкции проекта сообщества, Кастельвекки, Рим, 2013.

Attali, Jacques, C'?tait Fran?ois Mitterrand, Fayard, Париж 2005.

Бадьяле, Марино, Трингали, Фабрицио, Ловушка евро. Кризис, причины, последствия, выход, Asterios, Триест 2012.

Багнаи, Альберто, Закат евро. Как и почему конец единой валюты спасёт демократию и благополучие в Европе, Imprimatur, Реджо-Эмилия 2012.

Barilleaux, Ryan J., Stuckey, Mary E., Leadership and the Bush Presidency: Prudence or Drift in an Era of Change, Praeger, New York 1992.

Beckett, Francis, Hencke, David, The Blairs and Their Court, Aurum Press, Лондон 2004.

Bennett, David Harry, Bill Clinton: Building a Bridge to the New Millennium, Routledge, Лондон 2013.

Буковский, Владимир, Строилов, Павел, ЕСССР. Европейский Союз Советских Социалистических Республик, Спирали, Милан, 2007.

Канчиани, Серджио, Путин и неоцаризм. От распада СССР до завоевания Крыма, Кастельвекки, Рим, 2014.

Канци, Елена Роза, Экономика Китайской Народной Республики, от Мао Цзэ-Дуна до Дэн Сяо-Пина (1949-1992), Arduino sacco Editore, Рим, 2014.

Казелли, Джан Паоло, Новая Россия. Экономика и история от Горбачёва до Путина, Mimesis, Милан, 2013.

Кодовини, Джованни, История палестинского израильского арабского конфликта. Между диалогами мира и монологами войны, Бруно Мондадори, Милан 2007.

Коларици, Симона, Джервасони, Марко, Игольное ушко. Кракси, социалистическая партия и кризис Республики, Латерца, Рим-Бари, 2006.

Коларици, Симона, Джервасони, Марко, Холст Пенелопы. История Второй Республики, Латерца, Рим-Бари 2012.

Коллотти, Энцо, От двух Германий до объединённой Германии, Эйнауди, Турин, 1992.

Cunningham, Philip J., Tiananmen Moon: Inside the Chinese Student Uprising of 1989, Rowman & Littlefield, Lanham (MD) 2014.

Дамилан, Марк, Эвтаназия власти. Политическая история Италии от операции "Чистые руки" до Второй Республики, Латерца, Рим-Бари 2012.

Ebenstein, Alan, Friedrich von Hayek. Биография, Rubbettino, Соверия Маннелли 2009.

Фрейзер, Томас г., Арабо-израильский конфликт, Il Mulino, Болонья 2009.

Гельвин, Джеймс Л., Израильско-палестинский конфликт. Сто лет войны, Эйнауди, Турин, 2007.

Джервазони, Марко, Франсуа Миттеран. Политическая и интеллектуальная биография, Einaudi, Турин 2007.

Джервазони, Марко, История Италии 80-х. Когда мы были современны, Марсилио, Венеция 2010.

Гессен, Маша, Путин. Человек без лица, Bompiani, Милан 2012.

Джакке, Владимиро, Титаник Европа. Кризис, о котором нам не рассказали, Алиберти, Реджо-Эмилия 2012.

Джакке, Владимир, Аншлюс. Аннексия. Объединение Германии и будущее Европы, Imprimatur, Реджо-Эмилия, 2013.

Грачёв, Андрей С., Игра Горбачёва: советская внешняя политика и конец холодной войны, Polity Press, Cambridge (UK) 2008.

Грасси, Дэвид, Демократия в Латинской Америке. Проблемы и перспективы демократической консолидации, Франко Анджели, Милан, 1999.

Гуарино, Джузеппе, Спасение Европы, спасение евро, Пассигли, Флоренция 2013.

Гудков, Лев, Заславский, Виктор, Россия от Горбачёва до Путина, Мельница, Болонья 2010.

Kelley, Kitty, The Family: The True Story of the Bush Dynasty, Doubleday, Лондон 2004.

Ланна, Ноэми, Япония и новый порядок в Восточной Азии. Другая сторона подъёма Китая, Vita e Pensiero, Милан 2010.

Le Bris, Raymond-Fran?ois, Une modernisation interrompue. Regard sur le septennat de Val?ry Giscard d'Estaing, France-Empire, Париж 2013.

Madelin, Philippe, Jacques Chirac: une biographie, Flammarion, Париж 2002.

Медведев, Рой, Постсоветская Россия: путешествие в эпоху Ельцина, Эйнауди, Турин, 2002.

Оливи, Бино, Сантаниелло, Роберто, История европейской интеграции, Il Mulino, Болонья 2010.

P?an, Pierre, L'inconnu de l'?lys?e, Fayard, Париж 2007.

Пекора, Гаэтано, Аномальный либерализм Фридриха Августа фон Хайека, Rubbettino, Soveria Mannelli 2002.

Пеликани, Лучано, Анатомия антикапитализма, Руббеттино, Соверия Маннелли 2010.

Пиньятаро, Лучано, Современный Китай, От Мао Цзэдуна до Дэн Сяопина (1949-1980), Лигуори, Неаполь, 1986.

Помпехано, Даниэле, Современная Латинская Америка. Между демократией и рынком, Кароччи, Рим, 2006.

Помпехано, Даниэле, История Латинской Америки, Бруно Мондадори, Милан, 2012.

Reitan, Earl A., The Thatcher Revolution: Margaret Thatcher, John Major, Tony Blair and the Transformation of Modern Britain, Rowman & Littlefield, Lanham (MD) 2002.

Richards, Paul (ред.), Tony Blair in His Own Words, Politico's, Лондон 2004.

Riddell, Peter, The Unfulfilled Prime Minister. Tony Blair's Quest for a Legacy, Politico's, Лондон 2006.

Романо, Андрэа, Мальчик. Тони Блэр и судьбы левых, Мондадори, Милан, 2005.

Сабаттини, Марио, Сантанджело, Паоло, История Китая, Латерца, Рим-Бари 2010.

Short, Clare, An Honourable Deception? New Labour, Iraq, and the Misuse of Power, Free Press, Лондон 2004.

Short, Philip, Mitterrand. A Study in Ambiguity, Bodley Head, Лондон 2014.

Стенгель, Ричард, Хозяева судьбы. Страсть, мужество, свобода. Лекция Нельсона Манделы, Риццоли, Милан, 2013.

Терновец, Ульрике (ред.), Фридрих А. фон Хайек и австрийская школа экономики, Руббеттино, Соверия Маннелли 2003.

Трейсман, Дэниэл, Возвращение: Путешествие России от Горбачёва до Медведева, Free Press, Нью-Йорк 2012.

Valance, Georges, VGE: une vie, Flammarion, Париж 2011.

Верчелли, Клаудио, История израильско-палестинского конфликта, Латерца, Рим-Бари 2010.

Walker, Ignacio, Democracy in Latin America: Between Hope and Despair, University of Notre Dame Press, Notre Dame (IN) 2013.

Wood, John, Friedrich A. von Hayek: Critical Assessments of Contemporary Economists, 2nd Series, Routledge, Лондон 2004.

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 9

Беттиза, Энцо, Тайна Ленина. Для антропологии homo bolscevicus, Риццоли, Милан, 1982.

Фишман, Тед С., ООО "Китай". Сверхдержава, которая бросает вызов миру, Nuovi Mondi Media, Болонья 2005.

Галлино, Лучано (интервью редакции), Классовая борьба после классовой борьбы, Латерца, Рома-Бари 2012.

Галлино, Лучано, Финанскапитализм. Цивилизация денег в кризисе, Einaudi, Турин 2013.

Хардт, Майкл, Негри, Антонио, Империя. Новый порядок глобализации, Риццоли, Милан, 2003.

Лаш, Кристофер, Восстание элит. Предательство демократии, Фельтринелли, Милан, 2001.

Ницше, Фридрих, За пределами добра и зла, Адельфи, Милан, 1977.

Оруэлл, Джордж, Скотный двор, Мондадори, Милан, 2001.

Оруэлл, Джордж, 1984, Мондадори, Милан, 2002.

Пелликани, Лучано, Профессиональные революционеры, Франко Анджели, Милан, 2008.

Перкинс, Джон, Тайная история американской империи. Коррупционеры, шакалы и наёмные убийцы экономики, minimum fax, Рим, 2007.

Перкинс, Джон, Признания экономического убийцы. Строительство американской империи в рассказе инсайдера, BEAT, Милан, 2012.

Сальвадори, Массимо Л., Демократии без демократии, Латерца, Рим-Бари 2009.

Циглер, Жан, Приватизация мира, Il Saggiatore, Милан, 2010.

Некоторые тексты, относящиеся к главе 9

См. библиографию во втором томе "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Глобализация и масонство". Там будут приведены тексты, относящиеся как главе 9 первого тома, так и главе 5 второго тома, которая станет её естественным продолжением и дополнением.

Частичный минимальный глоссарий

Подмастерье, товарищ и мастер: Соответственно, первые и основные три синие или символические степени масонского пути.

Сон: Также называется "актом засыпания". Поскольку масонское посвящение как таковое неизгладимо, как и рукоположение в священники, никогда нельзя выйти из духовного статуса "адепта масонства". Кто по какой-либо причине больше не желает участвовать в ритуальной и неформальной деятельности определённого масонского общества, тот не теряет своего ранга: он считается временно "заснувшим", а потом "проснувшимся" от непосвящённого сна в свете эзотерического пути, хотя это новое экзистенциальное состояние будет скорее полу-бодрствованием, поскольку невозможно вернуться в бессознательную тьму непосвящённой жизни. Более того, нередко бывает так, что люди, "уснувшие" в отношении определённого масонского института, вступают в другие масонские сообщества, часто и охотно сохраняя ранее достигнутые степени.

Колонны: Имеются в виду как колонны храма Соломона, в подражание которым также возводятся масонские храмы с их символическими колоннами, так и, в частности, колонны "Яхин" и "Боаз". Последние располагались в вестибюле храма Соломона, а в масонских - у входа, выполняя фундаментальную функцию символического, ритуального и пространственно-позиционного ориентира для подмастерий и товарищей. Выражение "не прошли мимо колонн Яхина и Боаза" или "колонн масонского храма" равнозначно утверждению, что они не были посвящены в вольные каменщики.

Причастие: Может быть синонимом "послушания", "Великой ложи" или "Великого Востока", подчеркивая, однако, аспекты идеального, идеологического и оперативного сообщества масонской группировки на национальной основе.

Антипосвящённый: Тот или та, кто, хоть и получил ритуальное масонское посвящение и осознал масонскую мистерософию, извращает её принципы и идеалы к вводящей в заблуждение, дегенеративной, злонамеренной и мрачной перспективе вместо яркого и/или умелого баланса между кажущимся светом и кажущейся тьмой. Чаще всего масоны обвиняют друг друга в антипосвящении, в зависимости от собственной специфики. Таким образом, может случиться так, что свободные прогрессивные масоны называют "антипосвящёнными" реакционных/консервативных братьев и наоборот.

Эзотерический и экзотерический: Мы имеем в виду то, что является внутренним, интимным, тайным, существенным (esoterik?s на древнегреческом языке), и то, что является внешним, открытым, явным, феноменальным и условным (exoterik?s) соответственно. В этом смысле "эзотерический" может использоваться как синоним "посвящённый", поскольку посвящённые утверждают, что имеют доступ к подлинному и глубокому пониманию как материальной, так и духовной реальности, что невозможно для непосвящённых. Таким образом, самозваные посвящённые считают религиозный подход к божеству (даже если они сами являются его участниками, как служители той или иной религиозной практики) чем-то "экзотерическим", то есть элементарным, поверхностным и рудиментарным, хотя и полезным для слабых духом, в то время как мистерософский и мудрый подход к божественному миру проник бы в его самые значимые и истинные основы, и поэтому было бы уместно назвать его "эзотерическим".

Ужасный эксперт: Также известен как "великий и ужасный эксперт", это офицер масонской ложи, который руководит работой двух других офицеров, первого и второго эксперта. Он играет очень важную роль в процессе посвящения и, в более общем плане, поддерживает и консультирует досточтимого мастера, церемониймейстера и всех других сановников и офицеров мастерской по поводу правильного проведения ритуала и различных практик посвящения.

Семья: Может быть синонимом "причастия", "послушания", "Великой ложи" или "Великого Востока", но особенно подчёркивает эмоциональный обмен и братскую солидарность между приверженцами данной масонской группы.

Дети вдовы: Синоним слова "масоны". См. также статью "Вдова".

Братство: Часть фундаментальной "триномии" (см. соответствующую запись), которая украшает кафедру досточтимого мастера в большинстве масонских храмов наряду со "свободой" и "равенством".

Брат и сестра: Обозначения, используемые вольными каменщиками для обозначения себя (и) и для того, чтобы считать себя близкими духовными родственниками одной и той же масонской "семьи".

ВАВ: Сокращение от "Великий Архитектор Вселенной": "первооснова", "космический закон", который регулирует, согласно точным трансцендентным и имманентным связям причины и следствия, общность духовных и материальных явлений. Не путать с какой-либо формой личного божества. Скорее это безличный, хотя и "умный и понятный" универсальный закон.

Великая ложа: Федерация лож, которые, как правило, работают в соответствии с одним и тем же ритуалом и управляются центральной и национальной хунтой, имеющей исключительную власть над каждой из них. Иногда это выражение также используется как эквивалент "собрание Великой Ложи" (периодическая встреча представителей различных мастерских определённого сообщества/послушания в присутствии различных великих сановников ордена и различных обрядов совершенствования, а также делегаций иностранных масонов).

Великий мастер: Харизматичный, посвящённый и организационный лидер федерации лож, обычно избираемый временно другими братьями/сёстрами с правом голоса.

Великий Восток: Федерация лож, которые, как правило, работают с различными ритуалами и управляются центральной и национальной хунтой, имеющей исключительную власть над каждой из них.

Фартук: Типичная масонская одежда, которую носят на высоте таза и половых органов, чтобы закрыть нижние "центры жизни" или "чакры", символическое значение которых меняется в зависимости от степени посвящения и/или занимаемой латомистической должности.

Посвящённый: Полная противоположность "непосвящённому". Это относится к тому, кто получил ритуальное посвящение и имел доступ к тайнам масонства.

Посвящение кончиком шпаги и/или ухом: Особенно в прошлом, но и в настоящем, хотя и более скрытно, существует обычай посвящять определённых персонажей (по самым разным причинам) не через обычные, чётко сформулированные и наводящие на размышления ритуалы, используемые в обычных ложах данного послушания, а через чрезвычайную литургическую санкцию великого мастера и/или великого и суверенного коменданта, великого иерофанта, досточтимого мастера УР-ложи или великого сановника, ими делегированного. Таким образом, человек оказывается "перешедшим" в масонство непосредственно через ритуальные прикосновения шпаги высшего масонского руководителя или его выбранного сотрудника, и его посвящение не обязательно записывается в анналы и списки определённого послушания или суперложи и обряда, но он остается "в памяти" единственного посвящающего и тех немногих, кто с помощью передачи "из уст в уши" узнаёт об этом. См. также определение "посвящение кончиком шпаги" в примечании в главе 5 настоящего тома о случае Роберта Фрэнсиса Кеннеди.

Иллюминаты: Термин, который, по мнению авторов настоящего тома, следует рассматривать как прилагательное самоназвания, относящегося к некоторым членам реакционных и неоаристократических масонских кругов. Поэтому пусть никого не вводит в заблуждение любое повествование о заговоре, основанное на непоследовательном предположении прямого или косвенного происхождения современных масонов, предположительно "просвещённых", из Ордена так называемых "Баварских иллюминатов" (фактически действующих только с середины 70-х до конца 80- годов XVIII века, хотя некоторые их предложения будут возрождены и переработаны в рамках специальных масонских кругов последующих десятилетий и столетий), основанный в 1776 году Иоганном Адамом Вейсхауптом (1748-1830).

Свобода: Часть фундаментальной "триномии" (см. соответствующую запись), которая украшает кафедру досточтимого мастера в большинстве масонских храмов, наряду с "братством" и "равенством".

Ложа: Основная ячейка каждой масонской группировки, которая собирается в храме и/или даже за его пределами в соответствии с точными ритуальными правилами, пространственно-временными критериями, вдохновляющими теоретическими и практическими принципами. Глубоко неправильно говорить, как это делают некоторые деятели СМИ, о "великом мастере ложи X/Y/Z" или "ложе дворца X/Y/Z", имея в виду, имея в виду под "ложей" всё масонское послушание. В этом случае лучше говорить о "Великой ложе" или "Великом Востоке", в зависимости от вида масонского сообщества.

Досточтимый мастер: Харизматичный, посвящённый и организационный глава конкретной ложи, временно избранный другими братьями/сёстрами с правом голоса.

Послушание: Может быть синонимом "Великой ложи" или "Великого Востока", тем не менее подчёркивая характер подчинения отдельного вольного каменщика или отдельной мастерской/ложи по сравнению с федеральными властями, представленными хунтой, коллективным собранием досточтимых мастеров и/или другими органами национального или международного уровня.

Мастерская: Может использоваться, как синоним "ложи", но также конкретно относится к набору ритуальных/посвящённых средств и символов, которые используются в масонском храме и/или в связи с ним.

Орден: Относится к послушанию, которое объединяет так называемые "синие степени": первые три степени подмастерья, товарища и мастера вольного каменщика. Но выражение "вступить в орден" означает принять телесное положение (с определенными видимыми признаками) и духовное расположение, настроенное на одну из различных масонских степеней, даже относящихся к так называемым обрядам совершенствования, выше третьей степени простого мастерства.

Восток: Символическое место, откуда исходит духовный и посвящённый свет, освещающий путь вольных каменщиков. Также физическое место, где в масонских храмах находится кафедра досточтимого мастера (наряду с кафедрой других сановников ложи и конкретных символов рядом), а в орденах высших посвящённых или обрядах совершенствования сидят братья высших чинов.

Парамасон: Это человек (мужчина или женщина), принятый и/или иным образом участвующий в парамасонских обществах, то есть в таких организациях, как Социальный кружок, Карбонарии, Бней-Брит, Богемский клуб, Фабианское общество, Общество пилигримов, Королевский институт международных отношений, Совет по международным отношениям, Фонд Дичли, Бильдербергский клуб, Трёхсторонняя комиссия, Группа тридцати, Проект "За новый американский век", Брейгель, Группа Спинелли и многие другие, давно или недавно основанные. Парамассоны всегда выполняют подчинённую и вспомогательную функцию по сравнению с теми вольными каменщиками, которые являются источником основания таких сущностей и которые со временем продолжают контролировать и направлять их.

Первый и второй стражи: Соответственно, "номер два" и "номер три" конкретной ложи, с функцией содействия директивам досточтимого мастера и присмотра за обучением подмастерий и товарищей. Вместе с досточтимым мастером они составляют так называемый "Совет огней".

Непосвящённый: Буквально, "тот, кто стоит перед храмом" (от латинского pro, что означает "перед, перед, перед", и fanum, существительное, обозначающее "священное место, здание поклонения, храм"). Таким образом, непосвящённые - это те, кто никогда не переступал порог масонских храмов, чтобы получить масонский свет и посвящение.

Обряд совершенствования: Выражение, относящееся к одному из многих ритуальных действий, которые должны составлять виды высших посвящённых орденов (например, древний и принятый шотландский обряд, йоркский обряд, символический обряд, обряд Мемфиса и Мицраима, и т. д.), подчинённые символическому или синему масонству первых трёх степеней, немного похоже на аспирантуру и академические исследования в младших и старших начальных и средних школах.

Розенкрейцер: Прилагательное, относящееся к традиции розенкрейцеров, которая, как утверждает легенда, восходит к Средневековью, если не раньше, в то время как более строгие научные исследования помещают её на заре XVII века, особенно культивируемой в посвящённых средах масонского или парамасонского характера. В розенкрейцерских доктринах герметизм эпохи Возрождения и магические, алхимические и теургические дисциплины сливаются с еврейской каббалой и эзотерической интерпретацией всего христианского наследия и самого дела Иисуса таким образом, что даже герметико-каббалистические теории и практики смешиваются с христианоцентрическими предложениями и, наоборот, христианство приобретает универсализирующую и метарелигиозную валентность. Кроме того, в первом розенкрейцере, а затем в масонстве и посвящённых орденах конца XVII и XVIII веков, которые поглотят его, появляется тесная связь между приверженностью индивидуальному и коллективному духовному возрождению узких групп адептов, полномасштабными благотворительными программами, призванием к радикальной политической и религиозной реформе общества. Однако на розенкрейцерской традиции мы остановимся более широко на страницах последующих томов трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью".

Масонский щит: Об этом особом масонском институте, созданном для защиты безопасности определённого "брата" и/или "сестры", мы широко говорили в главе 5 этого тома, к которой обращаем читателя. Тем не менее это договор, регламентированный точными правилами, который должен уберечь бенефициара от любых вредных действий со стороны третьих лиц, независимо от того, являются ли они масонами или нет.

Циркуль и угольник: Типичные и основные инструменты масонской символики. Их сочетание, расположенное по-разному на священной книге, обращённой к востоку, на алтаре ниже кафедры досточтимого мастера, также указывает на тип ритуалов, которые действуют в данный момент времени в масонском храме. Их символическая валентность настолько широка и значительна, что они стали повсеместно обозначать масонство вообще. По-существу можно сказать, что "угольник" треугольной формы обозначает правильный путь рациональной духовности в двоичном и четвертичном материальном мире (на самом деле с его тремя сторонами и возможностью отслеживать только перпендикулярные, пересекающиеся или параллельные линии, угольник обозначает имманентную и рациональную духовность измерений), в то время как "циркуль", с помощью которого можно нарисовать круги разного размера, обозначает полную трансцендентность духа, способного к отрыву от материи. Умелое переплетение этих символических инструментов в посвящённо-анагогическом плане должно сделать вольных каменщиков (подмастерий и товарищей, конститутивно, ещё не умеющих полностью и адекватно владеть двумя инструментами с эзотерической точки зрения) способными хорошо интерпретировать на любой плоскости материи и духа (будь то имманентной или трансцендентной) принципы и цель масонства.

Суперложа: Масонская ложа, которая, в силу своих особых прерогатив и привилегированного диапазона действий, считается более упорядоченной и важной, чем обычная мастерская. Это может быть синонимом "Ур-ложи", но обратное неверно, потому что последняя всегда полностью автокефальна, автономна, суверенна и международна, в то время как "суперложа" может быть относительно более могущественной и важной, чем другие сестринские мастерские определённого сообщества, но всё же оставаться подчиненной от своих национальных представителей хунты.

Архитектурные таблицы: Более или менее длинные сочинения, написанные вольными каменщиками на различные темы и обычно читаемые и/или прилагаемые к протоколу во время ритуальных работ конкретной ложи, а также во время неформальных встреч между братьями и сёстрами.

Триномия, состоящая из "Свободы", "Равенства" и "Братства": триптих имён, украшающий кафедру досточтимого мастера в большинстве масонских храмов. В прогрессивной масонской традиции (большинство до 60-х/70-х годов ХХ века) такая триномия подчёркивает направление к метаполитическим, идеологическим и гражданским ценностям, которые побудили масонов между XVIII и XX веками сначала свергнуть "Старого порядок", а затем превратить подданных в свободных граждан и, наконец, всё больше распространять равные политические и гражданские права для каждого и братское сострадание ко всем людям, что было конкретным условием обобщённой социальной справедливости. Таким образом, для прогрессивных масонов такие принципы свободы, равенства и братства должны распространяться на каждого мужчину или женщину, независимо от того, посвящены они или нет. Вместо этого для так называемых неоаристократических и реакционных братьев, действительно "свободными, равными и братьями друг с другом" являются лишь "пневматики" - те, кто "избран по природе" из мира зверолюдей и получил доступ к определённым эзотерическим доктринам и практикам, правильно усвоенным и прожитым.

Равенство: Часть фундаментальной "триномии" (см. соответствующую запись), украшающей кафедру досточтимого мастера в большинстве масонских храмов, наряду с "братством" и "свободой".

Ур-ложа: Это особая разновидность "суперложи", которая всегда имеет целостную суверенную, автокефальную, автономную, наднациональную и космополитическую идентичность и призвание, в основном склонная к установлению взаимосвязанных и союзных отношений с другими "Ур-ложами" аналогичной ориентации, преобладающими на метаполитическом (неоаристократическом, реакционном, консервативном, умеренном, демократически-прогрессивном и так далее) уровне. Она вербует адептов из самых выдающихся масонов (мужчин и женщин) международных кругов и среди ведущих личностей международной и глобальной тусовки. Она стремится автономно или совместно с другими суперложами создавать и управлять множеством парамасонских обществ континентального или мирового масштаба, в рамках которых кооптировать (в подчинённой и вспомогательной функции по отношению к вольным каменщикам) "непосвящённых" персонажей политико-государственного, финансового, медиа-журналистского, промышленного, военного, дипломатического, интеллектуального и т. д. истеблишмента.

Вдова: Главная "вдова", упомянутая в масонских образах, - это египетская богиня Исида, невеста Осириса (бога, который умирает, возрождается и рождает наследника и преемника на вершине космоса, благодаря магическим искусствам супруги), мать Гора и покровительница всех посвящённых дисциплин. Затем есть некоторые ветхозаветные библейские фигуры, также обозначенные как "вдовы", которые находятся в прямой или косвенной связи с другой архетипической фигурой масонства, Хирамом, основным помощником царя Соломона в строительстве одноимённого и знаменитого храма. Другая "вдова" sui generis[341] (поскольку она родила без вмешательства мужа благодаря помощи сверхъестественных божественных сил, с "отцом" её сына, который, следовательно, отсутствует в обычном и естественном плане) и которая также в иконографии впечатляюще напоминает Исиду, держащую на руках сына Гора, царя богов, это Мария или Мириам из Назарета, мать Иисуса, человека-Бога и царя вселенной в христианской традиции.

План работ

В начале этого первого тома трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" с подзаголовком "Открытие Ур-лож", мы разместили его краткое изложение.

Ниже мы представляем оглавления двух последующих томов трилогии:

Второй том трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", подзаголовок "Глобализация и масонство"

Посвящения Общие эпиграфы Власть в фартуке. Часть II, Лаура Мараньяни Здесь, с Земли Мордор, в преддверии 2015 года

Глава 1. "Объединённые масоны за глобализацию". Краткое содержание и дополнения (1974-2001)

Глава 2. Глобализация и динамика власти на закате ХХ и на заре XXI векаМасон Фрэнсис Фукуяма и предпоследний человек Диалектика между собратьями. Сэмюэл Хантингтон и Фрэнсис Фукуяма Холодный душ Роберта Кагана Очень свободный, социалистический и анархо-либертарианский масон: Ноам Хомский и демистификация власти Умеренно-либеральный масон и про-капиталист, но с резко прогрессивными идеями: Пол Кругман Суть вопроса: глобализация да или нет? Раскаявшийся из Всемирного Банка: прогрессивный масон Джозеф Э. Стиглиц Нарушитель системы изнутри: радикально-социалистический масон Жан Циглер Дьявол больше не носит Prada: Наоми Кляйн в натиске брендинга Призрак бродит по миру: после Манифеста 1848 года, вот манифест 2005 года Старомодный империализм мёртв. Да здравствует Империя Захватывающий роман о кризисе Пояснительные дополнения Реальность часто превосходит фантазию, но тем не менее она намного сложнее, чем теории заговора Непокорный масон Пьер Бурдье, Le Monde Diplomatique и глобализация, как манипулятивная идеология и самореализующееся пророчество

С другими великими интеллектуалами-масонами тоже что-то не так: размышления вольных каменщиков Амартьи Сен, Зигмунта Баумана, Энтони Гидденса, Ульриха Бека Ален де Бенуа, Гийом Фай, "Новые правые"и "Группа по исследованию и изучению европейской цивилизации" Умберто Эко - порицатель регресса и заговора. Запутанные объединители, Дэвид Айк, принц наивных конспирологов, и некоторые интересные апокалиптики: Марчелло Памио, Ида Магли, Пьеро Бевилаква, Альдо Джаннули, Паоло Барнард Р. Р. Толкин, через Джорджа Оруэлла, Андреа Марцеллетти и Лоретту Наполеони

Глава 3. Истоки и первое восхождение масонстваМасоны между историей, мифами, обрядами, эзотерикой, идеологией, религией и политикой во время "Старого порядка" История, вкратце Масонские мифы и обряды Эзотерика и идеология Религия и политика

Глава 4. Великие испытания нового мира (1600-1615-1626-1649-1689-1717-1723-1772)Джордано Бруно – правозвестник и протомученик современного масонства Просвещение Розенкрейцеров Иллюминаты Просвещение - это масонство

Глава 5. Большой огненный глаз без век, вписанный в треугольник. Саурон в фартуке и глобализация без демократии, свободы и глобальных прав (2001 -?). Часть II

Глава 6. Хранители кольца, на Востоке США, Европы и Китая и в Universi Terrarum Orbis Summi Architecti Gloriam[342] (2009-?)

Источники свидетельских показаний Частичная библиография Частичный минимальный глоссарий Список имён План работ Благодарности

Третий том трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", подзаголовок "Глубокие корни и неопровержимые причины политико-экономического кризиса XXI века"

Посвящения Общие эпиграфы Власть в фартуке. Часть III, Лаура Мараньяни Здесь, из земли Мордора, 2015

Глава 1. Новый Мир (1776-1870)Томас Пейн, герой трёх миров Масонская революция в США Масонская революция во Франции Масонская гражданская война. Наполеоновская масонская империя против британской масонской империи Традиционалистские и прогрессивные братья между Реставрацией, романтизмом, реформами и революцией XIX века Вольные каменщики в Латинской Америке Масонство, карбонарии и другие революционные парамасонские общества в XIX веке Масонство и революции 1848 г. Кавур, Гарибальди и Мадзини: масоны за Рисорджименто и объединение Италии О Джузеппе Мадзини и Альберте Пайке: опровержение конспирологического мифа об иллюминатах. Дальнейшие разъяснения многовековой диалектики между реакционными и прогрессивными масонами Проунитарный, антибурбонский и прогрессивный патриотизм: примерный пример Лукании и семьи Магальди, карбонариев и масонов 1860-1870: очень масонское десятилетие

Глава 2. Масонство изобретает "Открытое общество" (и Лигу наций): демократия и свобода для всех (1870-1919)?

Глава 3. Масоны и русские революции. Международный магический коммунизм (1905-1917 -?)

Глава 4. Создание фашизма и его экспорт: первое путешествие в ад и обратно (1919-1945)

Глава 5. Красная нить, связывающая свободоубийственных и антидемократических олигархических масонов 20-х, 30-х и 40-х годов ХХ века с теми, кто придумал неоаристократическую, неофеодальную, приватизационную, неолиберальную и технократическую глобализацию с 70-х годов до первых пятнадцати лет XXI века

Источники свидетельских показаний Общая библиография Общий минимальный глоссарий Список имён План работ Благодарности

N.B. Трилогия "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" затем будет дополнена двухтомником "Мировая власть и её досточтимые мастера": "Ученики колдунов антидемократической глобализации" и "От открытых обществ к новому мировому феодализму".

Благодарности

Благодарим всех тех, кто из важных государственных и частных учреждений, в силу своей важной и стратегической роли в так называемом непосвящённом обществе, а также в кругах международных вольных каменщиков участвовали в создании этой книги, на различных этапах повествования.

Мы благодарим Микеле Сабатино и Розу Пиледжи за поддержку Джоэле Магальди даже во времена наибольших жизненных трудностей, необычайные заботу, внимание, доверие и любовь.

Мы благодарим Серджо Магальди за то, что приучил своего сына Джоэле с самого раннего возраста тянуться к знаниям и искать истину любой ценой.

Мы также благодарим его за то, что он не раз доказывал, что значит уметь не поверхностно заниматься ремеслом отца, без навязчивости и авторитаризма, но всегда с эффективным духом заботы, помощи и защиты, как тонкой, так и материальной.

Мы также благодарим его за то, что он сопротивлялся стольким маленьким и великим препонам и ловушкам других людей, никогда не отрекаясь от своего высшего достоинства как человека и посвященного, никогда не отвечая взаимностью неправому.

Мы благодарим Элизу Марию Лаудицину за то, что она всегда побуждала своего сына Джоэле Магальди спрашивать с себя, за тысячу проявлений ласковой заботы и за то, что она помогла ему не отступать перед бесчисленными трудностями, которые влечёт за собой определённый жизненный выбор.

Затем мы благодарим Ванду Томарелли (1908-1982) за то, что она научила Джоэле Магальди получать удовольствие от семейной/личной/братской жизни, и идею о том, что можно противостоять и с достоинством и стойкостью справляться даже с самыми ужасными невзгодами.

Мы благодарим Изабеллу Наджар, Миреллу Магальди, Кристину Пратолонго, Марчелло Помпили, Валерио Помпили и множество других родственников, друзей за то, что они предложили Джоэле Магальди тот минимум родственной/дружеской поддержки, без которой невозможно было бы противостоять в трудные и сложные годы тысяче давлений и страданий внутренних и внешних.

Мы благодарим Паоло Лаудицина (1905-1997) за то, что научил Джоэле Магальди, что моральная целостность и материальная честность человека стоят больше, чем любой соблазн властью и деньгами.

Мы благодарим всех тех друзей-братьев, в первую очередь Пьерлуиджи Винклера, которые щедро и смело поддерживали Джоэле Магальди в тёмные годы, когда он подвергался нападкам многих врагов и бывших друзей.

Мы благодарим литературного агента Луиджи Бернабо за подготовку и реализацию такой сложной и деликатной редакционной операции, как написание этой книги.

Примечания

1

Определение термину «Ур-ложа» дано в главе 2 и в глоссарии в конце книги (прим. перев.)

2

Здесь и далее – запрещённая в России террористическая организация (прим. перев.)

3

Внутреннее масонское выражение. В «Древних обязанностях», включённых в «Конституцию вольных каменщиков», Джеймс Андерсон в 1723 говорит, что люди, допущенные к принятию в масоны, должны быть «свободными и с хорошей репутацией», в то время как, в более поздней редакции этого правила, неоднократно упоминается, в различных смыслах, о людях «свободных и добрых нравов».

4

Слои, которые железной рукой контролируют различные мировые парамасонские общества самых различных идеологических широт: Богемский клуб, Фабианское общество, Общество Пилигримов, Круглый Стол, Общество «Мон Пелерин», Королевский институт международных отношений, Совет по международным отношениям, Бильдербергский клуб, Тавистокский институт человеческих отношений, Трёхсторонняя Комиссия, Группа тридцати, Брейгель, Группа Спинелли.

5

Во всех этих событиях участвовали выдающиеся масоны: Франсиско Миранда, Хосе де Сан-Мартин, Симон Боливар, Хосе Марти, Рафаэль Риего-и-Нуньес, Жак Лаффит, Карл Шурц, Август Виллих, Луи Блан, Кристина Тривульцио Бельджойозо, Джесси Вайт Марио, Александр Герцен, Самуэл Хауи, Лукреция Коффин Мотт, Ральф Уолдо Эмерсон, Сьюзен Браунелл Энтони, Уильям Ллойд Гаррисон, Тадеуш Стивенс, Элизабет Кэди Стэнтон, Чарльз Самнер, Уильям Каллен Брайант, Жюль Мишле, Джузеппе Гарибальди, Камилло Бенсо Кавур, Джузеппе Мадзини, Лайош Кошут.

6

«Программа восстановления Европы», которую проводил прогрессивный масон Джордж Маршалл, начальник штаба армии США Ф. Д. Рузвельта и во время Второй мировой войны, а также государственный секретарь в годы правления собрата-масона, президента Гарри Трумэна.

7

Как более ясно сказано в другом месте, этот термин следует рассматривать как прилагательное, являющееся результатом самоназвания, для обозначения некоторых членов реакционных и неоаристократических масонских кругов. Мы не будем углубляться в теорию заговоров, основанную на безосновательной идее прямого или косвенного происхождения этих современных масонов, предположительно «посвящённых» Орденом так называемых «Иллюминатов Баварии» (которые существовали, как таковые, только с 1776 года до конца 80-х годов XVIII века, хотя некоторые их предложения будут повторяться и перерабатываться в истинно масонских кружках в течение будущих десятилетий и столетий) или от ещё более призрачных «Иллюминатов Мориа», вызванных воображением персонажа (за которым скрываются другие люди), который под каббалистическим псевдонимом «Адам Кадмон» был одним из героев передачи на телеканале «Italia 1», Тайна, и является владельцем сайта www.adamkadmon.it и блога 777babylon777.blogspot.и, и автор книги «Иллюминаты. Путешествие в чёрное сердце всемирного заговора», издательство Пьемме, Милан 2013. Среди публикаций, касающихся иллюминатов, фантасмагорических и столь же непоследовательных в историческом, антропологическом и филологическом плане, можно также отметить: Марин Диего, «Секрет иллюминатов. От истоков до наших дней: история всевидящего ока», издательство Мондадори, Милан 2013.

8

Дворец на Виа делла Догана Веккья и Пьяцца делла Ротонда, в Сант-Эстаччо, Рим. Во дворце находится официальная резиденция председателя Сената Республики, Сала Цуккари, офисы пожизненных сенаторов и бывших президентов Италии, а также некоторые административные помещения. Дворец Джустиниани знаменит тем, что в начале XX в. в нём размещалась резиденция масонской ложи "Великий Восток". Пришедший к власти Муссолини запретил масонские организации в Италии, реквизировал дворец и разместил в нём государственные учреждения.

9

В прессе активно обвиняли Сильвио в организации оргий на "вечеринках бунга-бунга", которые он устраивал в своих резиденциях (прим. перев.).

10

Резиденция итальянского премьер-министра в Риме (прим. перев.).

11

Заметьте, что о роли СССР в разгроме фашизма тактично умалчивается (прим. перев.).

12

Автор не совсем точен. Тогда она называлась Российской коммунистической партией большевиков. (примеч. перев.).

13

Имеется в виду папа Франциск – в миру Хорхе Марио Бергольо (прим. перев.).

14

Выражение «военно-промышленный и политический комплекс» впервые было использовано президентом США Дуайтом Д. Эйзенхауэром в прощальном обращении к нации 17 января 1961 года. Он говорит об опасности, заключённой в секретных соглашениях между военной промышленностью, политическим миром и военным аппаратом.

15

Если учесть, что Россия объявила о своей независимости только в 1991 году, правильнее было бы написать «советскими». Поскольку такие ошибки будут повторяться и дальше, в переводе будут уже правильные данные без корректирующих сносок (прим. перев.).

16

Антисоветской (прим. перев.).

17

По-итальянски «ИГИЛ» и «Исида» пишутся одинаково – «Isis» (прим. перев.)

18

В XX веке "Властелин колец" – вторая самая продаваемая и читаемая книга после Библии.

19

О Джордже Оруэлле, псевдоним Эрика Артура Блэра (1903-1950), см. далее страницы, посвящённые ему.

20

На исключительной важности масона Бернарда Баруха (1870-1965, одного из самых выдающихся деятелей Уолл-Стрит в начале ХХ века и влиятельнейшего политико-экономического консультанта братьев Томаса Вудро Вильсона и Франклина Делано Рузвельта) и масона Уолтера Липпмана (1889-1974, журналиста и легендарного интеллектуала американского и западного общества XX века) мы остановимся в другом месте этой многотомной книги. Об Оруэлле, Барухе и Липпмане см. также библиографию в конце книги.

21

Данная тема будет рассматриваться и углубляться в последующих томах.

22

См. среди прочего, «Приложение I. Масонство и религия. Масонские послушания и обряды", у Массимо Интровинье, Пьерлуиджи Зоккарелли (под руководством), Религии в Италии, на www.cesnur.org; речь сэра Арчибальда Дональда Орр-Юинга, великого мастера Великой Ложи Шотландии, на собрании европейских великих мастеров 5 и 6 ноября 2007 г., на www.fuocosacro.com; Джоэле Магальди, открытое письмо № 5 (февраль 2009 г.) О выборах 2009 г. Великого Востока Италии, на www.grandeoriente-democratico.com

23

В пробирке, искусственно (лат.).

24

Более адекватным и конгруэнтным, чем прилагательное "религиозные", если учесть то, что сам Томбетти выражает в этом и других отрывках своей книги, нам кажется прилагательное "духовные", которое можно отнести как к субъектам, действительно мотивированным конкретно религиозным вдохновением, так и к отдельным лицам и группам, которые основывают свои действия на философско-мудром и гностико-инициатическом Weltanschauung (мировоззрении), более чем религиозном в строгом смысле.

25

Мировоззрение (нем.).

26

Другое имя, под которым был известен Карл Мария Вилигут (1866-1946).

27

DAP, то есть Deutsche Arbeiter Partei (Немецкая рабочая партия), которую Гитлер преобразовал в Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei, Национал-социалистическая рабочая партия, сокращённо NSDAP.

28

О некоторых аспектах отношений между нацистами и масонами см. Arnaud de la Croix, Hitler et la franc-ma?onnerie, Racine, Bruxelles 2013 (полезная справочная книга по различным аспектам вопроса, совершенно не подходящая для других). Столь же двусмысленно и лицемерно, как в отношениях с масонством, Третий Рейх вёл себя с некоторыми эзотерическими доктринами и практиками (например, астрологией), объявив вне закона для других (т.е. обычных масс) то, что вместо этого было хлебом насущным эзотерическо-научной культуры нацистской элиты.

29

Для первого введения в дела Теософского общества, см. среди прочего, Джеймс Сантуччи, "Теософское общество", издательство Elledici, Турин 1999, и Паола Джоветти, "Елена Петровна Блаватская и Теософское общество", издательство Edizioni Mediterranee, Рим 2010.

30

В конце XIX и начале XX веков по всему миру появилось несколько национальных штаб-квартир Теософского общества, а также примитивные англо-американские, немецкие и индийские поселения. Часто такое распространение происходило на полях более узкой и избирательной деятельности масонских лож. Теософские принципы общения, как и у традиционных парамасонских организаций, заточенных на преследование политико-экономических целей (Богемский клуб, Фабианское общество, Общество пилигримов, Круглый стол, Королевский институт международных отношений/Чатем-Хаус, Совет по международным отношениям, Люцис Траст, основанных между 1872 и 1922), допускают участие не масонов в кругах, жёстко контролируемых масонами.

31

Помимо Блаватской, несколько масонов, которые были её спутниками на социокультурном пути Теософского общества, для построения полной и эффективной научной основы, рассматривали необходимость изучения основных восточных и западных эзотерических традиций.

32

Пьерлуиджи Томбетти, «Оккультная загадка Гитлера. Третий Рейх и новый мировой порядок», Аркадия, Кальяри 2013, стр. 40-44.

33

Эта тема будет углублена в другом месте, в последующих томах «Масонов» и в "Мировой власти и её досточтимых мастерах".

34

Посвящена в октябре 1928 года в Ур-ложе «Томас Пейн».

35

Об этом важном временном интервале примерно с 1950 по 1956 год, нам придётся говорить более аналитически и широко в других местах на страницах последующих томов "Масонов. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров". Сейчас мы ограничимся лишь несколькими намёками на то, что будет лучше объяснить позже.

36

О раннем масонском посвящении Сталина и Ленина (от которого позже оба отреклись, как и современные фашисты и нацисты масонского происхождения, которые хотели, чтобы у новой элиты всё было не как у традиционно демократической масонской) можно прочесть на страницах других томов "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

37

О том, как Западная Германия (с её ложами американского, британского и французского происхождения, первоначально состоящие из военных, которые конкурировали/сотрудничали друг с другом в восстановлении обычного либерального и демократического немецкого масонства) и Восточная Германия осуществляли (в первом случае – не скрываясь, во втором - скрытно и тайно) значительные масонские преобразования на немецких территориях, мы подробно остановимся в других томах "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

38

К этому мы вернёмся позже.

39

О таких парамасонских обществах и о самых влиятельных деятелях, которые руководили их судьбами, мы поговорим позже в этой книге и, с ещё большей тщательностью подробного анализа, в других томах "Масонов" и "Мировой власти и её почтенных мастеров".

40

В последующих главах этого тома, так и в других томах "Масонов" и в "Мировой власти и её досточтимых мастеров" мы пунктуально расскажем об этой длинной полосе и многочисленные препятствиях, которые она сокрушила.

41

О неразрывной связи между спецслужбами (как военными, так и гражданскими) и масонским миром не только на Западе, но особенно на протяжении XX и начала XXI веков, мы будем подробно и широко останавливаться в следующих томах "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

42

См. Ферруччо Пинотти, Стефано Сантакьяра, "Грязное бельё левых", издательство Chiarelettere, Милан, 2013, а особенно главу "Секреты Наполитано", стр. 7-59.

43

Мы вернёмся позже и в другом месте к масонской принадлежности некоторых членов ИКП, таких как Джорджо Амендола и Джорджо Наполитано, а также Серджо Сегре, Джузеппе Боффа и других.

44

На данный момент мы не касаемся дипломатико-масонской деятельности на международном уровне, в которой Джорджо Наполитано будет участвовать с 1978 года.

45

Об этом мы поговорим позже в этой книге и особенно в последующих томах.

46

В связи с общей важностью, в других местах придётся остановиться на строго масонском составе даже тех, кто до сих пор является частью и руководит ОМП, при участии немасонских членов, принадлежащих к глобальной элите, но совершенно не имеющих значения (поскольку они не связаны с масонскими кругами) в связи с этим и другими аналогичными парамасонскими обществами.

47

"Технократический масон Марио Монти принимает мяч от парамасонского Совета по международным отношениям (консолидированный орган элитарных фартуков) и на корню душит последние попытки итальянского народа к демократическому суверенитету" - редакционная статья опубликована в www.grandeoriente-democratico.com, 28 сентября-2 октября 2012 г.

48

"Энрико Летта, прилежный, посредственный подчиненный и услужливый парамасон на службе у самых реакционных и недемократических международных масонов", редакционная статья, опубликованная на www.grandeoriente-democratico.com, 24-27 апреля 2013 года.

49

Там же.

50

Ценную, но более интуитивную и, конечно, не исчерпывающую историческую контекстуализацию "группы Ур" см. Ренато дель Понте, "Эвола и волшебная группа Ур", SeaR Edizioni, Борцано 1994.

51

Смотрите прежде всего: Даниэль Эстулин, "Бильдербергский клуб. Тайная история хозяев мира", второе обновленное издание, Arianna Editrice, Болонья 2011

52

Даниэль Эстулин, "Тавистокский Институт. Оккультный организм, который контролирует наши умы," Macro Editions, Чезена 2014, задняя обложка.

53

Вопиющие неточности, анахронизмы и чудовищные ляпы были замечены в различных изданиях "Бильдербергского клуба" с 2005 по 2011 год.

54

Примечание в цитируемом тексте: В 1940 году Рис определил цели психиатрии следующими словами: "Мы должны стремиться проникнуть в образовательную деятельность национальной жизни. [...] Мы начали очень выгодное наступление на большое количество сфер жизни. Два самых простых - это, естественно, образование и церковь; два самых сложных – правопорядок и медицина", Джон Роулингс Рис, "Стратегический план психического здоровья", "Психическое здоровье", том 1, № 4, октябрь 1940, стр. 103-104.

55

СМО – Совет по Международным Отношениям, парамасонская организация, основанная в 1921 г.

56

КИМО, парамасонский Королевский Институт Международных Отношений, или Чатэм-Хаус, основанный в 1920.

57

Примечание в цитируемом тексте: О неправительственных организациях и "Бней-Брит" Жак Аттали в своём "Словаре XXI века", издательство Armando, Рим 1999, стр. 196, пишет, что после распада государств, партий, профсоюзов, они станут "зародышами будущих международных организаций".

58

45 Епифаний, "Масонство и тайные секты. Оккультное лицо истории", издательство Controcorrente Edizioni, Неаполь 2008, стр. 886-890.

59

Термин "парапсихология" был впервые принят (в 1889 году) масоном Максом Дессуаром (1867-1947), немецким философом и учёным-психологом, который также был соавтором масона Зигмунда Фрейда (1856-1939), изобретателя психоанализа. Парапсихология со временем стала дисциплиной, которая обещала изучать паранормальные явления, такие как телепатия, ясновидение, предвидение, психокинез, предсмертные переживания и т. д., а также состояния изменённого сознания, такие как гипноз и галлюцинации и, в целом, любые экстраординарные способности, связанные с человеческой психикой.

60

Епифаний, "Масонство и тайные секты", цит., с. 889.

61

Там же, стр. 890.

62

Человек общественный (лат.).

63

Если в других томах работы мы опишем большинство мыслителей Просвещения, освещая масонскую философскую и идеологическую матрицу, то не будем причислять Иммануила Канта к тем, кто однозначно прошёл посвящение в масонских храмах. Тем не менее, есть много признаков, которые позволяют поставить великого немецкого философа среди вольных каменщиков конца XVIII века, в первую очередь, на основание его встреч и круга друзей, а также на основание самой природы его мысли. Несомненно, масонами были некоторые его ученики и почитатели. Явным вольным каменщиком был Иоганн Готлиб Фихте (1762-1814), великий почитатель кантовской философии и по-своему оригинальный интерпретатор и прокурор (хотя, конечно, фихтеанский идеализм уступает кантовскому критическому горизонту, достигая более метафизических перспектив). Масонами были и редактор произведений Канта Иоганн Якоб Кантер (1738-1786), и его официальный душеприказчик Эреготт Андреас Кристоф Васянски (1755-1831). Некоторые размышления Фихте о масонстве собраны в эссе "Philosophie der Maurerei" (Философия масонства) 1802-1803 годов, с которым можно ознакомиться в итальянском переводе, например, в издании "Иоганн Готлиб Фихте. Философия масонства. Фундаментальный текст о масонской мысли", издательство Бастоги, Фоджа 2001.

64

Джузеппе Гарибальди, Меморандум диктатора Гарибальди державам Европы, опубликованный 20 октября 1860 года в газете «Libera Parola».

65

Мы рассмотрим в главах, касающихся итальянского Рисорджименто и его окружения, анализ масонской идеологической фигуры Каттанео, несмотря на некоторые неуклюжие попытки скрыть и опустить довольно твёрдые и убедительные доказательства.

66

В начале 1920-х годов Калерги стал вольным каменщиком в ложе "Человечество" на востоке Вены, а позже (1947) вместе с другими создал влиятельную Ур-ложу "Пан-Европа", до сих пор очень активную и мощную в политико-экономической европейской закулисе, дав ей то же имя, что и его знаменитая книга.

67

Ричард Куденхове-Калерги, история Пан-Европы, издательство Милан Нуова, Милан 1964, стр. 56-57 и 68.

68

Обо всех этих замечательных вольных каменщиках, блестящих героях своей эпохи, мы пока рекомендуем читателям почитать дополнительные материалы самостоятельно, оставляя за собой возможность лучше проиллюстрировать их жизнь и работы в другом месте.

69

Отсюда возникает технократический и экономический крен, из-за которого возник нынешний кризис в еврозоне.

70

См. Поль Барнард, "Величайшее преступление. Вот что на самом деле произошло с демократией и общим богатством. И ради кого. Экономическая и политическая история, которая привела к утверждению неолиберализма и Еврозоны", первоначально опубликовано в электронной версии (2010), обновлено в 2011 году, затем опубликовано издательством Editions Andromeda, Рим 2012. См. также критико-пояснительную трактовку, которая будет сделана в следующих томах трилогии "Масоны".

71

Конкретная оценка экономических идей Перру на данный момент выходит за рамки нашего повествования: пока достаточно сказать, что он был антикейнсианцем, но сложная форма его экономической мысли, столь далёкая как от либерализма, так и от этатизма, не позволяет считать его эпигоном неоклассической или неолиберальной традиции.

72

Вольный прогрессивный каменщик открыто полемизировал с европеистами и глобалистами типа Калерги, Монне, Отто фон Габсбурга, Бернхарда ван Липпе-Бестерфельда (1911-2004), Юзефа Иеронима Ретингера (1888-1960) и другими консервативными и неоаристократическими масонами.

73

Ведущая изоляционистская группа давления Соединенных Штатов против вступления Америки во Вторую мировую войну.

74

По этим вопросам мы возвращаемся к некоторым исследованиям, присутствующим в следующих главах этого тома, в то время как более исчерпывающее обсуждение тем, рассмотренных на этих последних страницах, будет проведено в последующих частях "Масонов" и двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

75

Этой темы он заинтересовался с блестящей и новаторской приверженностью, но недостаточной и иногда вводящей в заблуждение, в эссе, написанном в четыре руки Джорджо Галли и Паоло Румором при участии Лориса Баньяры. Мы процитировали небольшой отрывок из этой книги среди эпиграфов данной главы. Но только в последующих частях "Масонов" и в двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров" мы возобновим и углубим тезисы очерка Галли и Румаора, в свете неопубликованной информации и свидетельств.

76

Исторический период, описанный в этой главе, в силу его необычайности и важности можно рассматривать более адекватно и исчерпывающе только в сравнении с повествовательными дополнениями, которые читатель найдёт в последующих частях трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и в двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров". Здесь, однако, мы ограничимся некоторыми предварительными и всё же громкими и очень полезными пояснительными размышлениями.

77

Суперложа попала на первые полосы уничижительных и вводящих в заблуждение хроник после двусмысленных и неточных заявлений, сделанных масоном из "П2" Кармине (известный как "Мино") Пекорелли (1928-1979) в своём еженедельном журнале "OP-политический наблюдатель".

78

Зарезервировано исключительно для масонов и/или соответствующих лиц еврейского происхождения так же, как в "Церкви" состоят в основном прелаты, священники и миряне, близкие к церковным иерархам.

79

В другом месте в последующих томах трилогии "Масоны" и в "Мировой власти и её досточтимых мастеров" мы также проанализируем все неточности, раскрытые в отношении масонской фигуры Иоанна XXIII.

80

Эти письма следует рассматривать cum grano salis, поскольку Ронкалли почти всегда обращается к тем (как из своей семьи, так и просто знакомым), кому хочет рассказать лишь часть (иногда и явно отвлекающую, в соответствии с заведомо обманной техникой) своего человеческого и духовного пути. Он понимал, что его письма могут быть каким-то образом раскрыты и обнародованы, и что некоторые собеседники (в первую очередь сестра будущего понтифика) могут не понять и не оценить некоторые слишком интимные и/или духовно трансгрессивные соображения. В остальном, уже в юные годы, во время посещения семинарии Аполлинария в Риме, Ронкалли имел возможность посвящения у будущего модернистского священника и масона Эрнесто Буонайути (1881-1946) вместе с другими семинаристами несколько неортодоксальных идей, по сравнению с действующим официальным магистериумом.

81

См. об этом библиографию конце тома и основные аналитические пояснения, содержащиеся в последующих частях трилогии "Масоны" и двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров": Величайшие течения еврейской мистики, издательство Einaudi, Турин 1965; Истоки каббалы, издательство Dehoniane, Болонья 1990; Каббала и её символизм, издательство Einaudi, Турин 1980; Каббала, издательство Edizioni Mediterranee, Рим 1982; Моше Идель, Исследования экстатической каббалы, издательство Suny Press, Олбани (Нью-Йорк) 1988; Мистический опыт Авраама Абулафии, издательство Jaca Book, Милан 1992; Кабала и эротика: метафоры и сексуальные практики кабалы, издательство Mimesis, Милан 1993; Эрос и каббала, издательство Adelphi, Милан 2007; Каббала в Италии (1280-1510), издательство Giuntina, Флоренция 2007; Каббала. Новые перспективы, издательство Adelphi, Милан 2010; Джулио Бузи, Каббала, издательство Laterza, Рим-Бари 1998; Видимая каббала, издательство Einaudi, Турин 2005; (под редакцией), Зохар, издательство Einaudi, Турин 2008. Про первые контакты между герметичной культурой Возрождения и традицией каббалы см.: Франсуа Секрет, Христианские каббалисты Возрождения, издательство Arkeios, Рим 2001; Джулио Бузи, Еврейская загадка Возрождения, издательство Aragno, Турин 2007; Истинный рассказ о жизни и деяниях Джованни Пико делла Мирандола, издательство Aragno, Турин 2010.

82

Об исихазме, мистической доктрине и практике, распространённой с IV века н.э., особенно в некоторых монашеских общинах христианского Востока (но позже вошедшей в другие масонские синкретические традиции), для первого знакомства рекомендуем почитать следующие книги: Ренато Д'Антига, Григорий Палама и исихазм, издательство Edizioni Paoline, Чинизелло-Бальзамо 1991; Введение в духовность восточных славян, издательство San Paolo, Чинизелло-Бальзамо 1996; Энрико Монтанари, Усталость сердца. Очерки восхождения исихазма, издательство Jaca Book, Милан 2003; Роберта Симини, Альберто Де Лука, В начале был Бог. Единство и сложность концепции Бога в христианском исихазме, еврейской каббале и мусульманском суфизме, издательство Джузеппе Латерца, Бари 2004; Антонио Риго (ред.), Византийские мистики, издательство Эйнауди, Турин 2008; Оливье Клеман, Новая Филокалия. Духовные тексты Востока и Запада, издательство Qiqajon Editions, Бозе (Маньяно/Биэлла) 2010. На розенкрейцерской традиции мы лучше остановимся в последующих частях "Масонов" и двух томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров". Чтоыб ознакомиться с традициями розенкрейцеров, см.: Френсис Йейтс, Просвещение розенкрейцеров, издательство Mimesis, Милан 2011 [1972]; Поль Арнольд, История розенкрейцеров, издательство Bompiani, Милан 2000 [1955]; Жан-Пьер Баяр, Розенкрейцеры, издательство Edizioni Mediterranee, Рим 1990; Альберто Амбези, Загадка Розенкрейцеров, издательство Edizioni Mediterranee, Рим 1990; Эудженио Бонвичини, История мысли, издательство Бастоги, Фоджа 1995; Маурицио Маджони, Тайна Розенкрейцеров. Путешествие между розенкрейцерами и христианскими эзотериками с XVI по XIX век, Асс. Культурный Лист, Пьомбино 2011.

83

Мы имеем в виду, в частности, некоторые случаи XVI-XVIII веков.

84

Это копии документов и клятвенных свидетельств выдающихся современных деятелей, чьи "авторитетные и громкие голоса" (по крайней мере, четырёх из них) читатель также сможет прочитать и оценить в последней главе настоящей книги.

85

Масонский технический термин, обозначающий сложные сочинения братьев, представленные вниманию других масонов.

86

1953-1958: знаменитая отправка официального послания социалистическому Конгрессу, состоявшемуся в городе на воде в феврале 1957 года.

87

Гедулла, в каббалистической традиции, является одним из двух главных имен четвертой Сефиры, также называемой Хеседом, Божественной эманацией, выражающей доброжелательность, любовь, снисходительность, благодать и милость Всевышнего.

88

Фундаментальный текст герменевтико-алхимической эзотерической традиции, появившийся в XII веке в латинском переводе с арабского, в работе Liber de secretis natur?, но на самом деле датируемый несколькими веками ранее. Чтобы ознакомиться с анализом и контекстом этого текста, см.: Юлиус Руска, Изумрудная скрижаль. Вклад в историю герметической литературы, издательство Winter, Гейдельберг 1926; Мартин Плесснер, Новые материалы по истории Изумрудной скрижали, издательство "Der Islam", n. 16, 1927; Роберт Стил, Доротея Уэйли Зингер, Изумрудная скрижаль, "Заседание Королевского медицинского общества", n. 21, 1928; Дидье Кан (под редакцией), Гермес Трисмегист. Изумрудная скрижаль и алхимическая традиция, издательство Les Belles Lettres, Париж, 1994; Кьяра Кришиани, Микела Перейра, Искусство солнца и Луны. Алхимия и философия в Средние века, издательство Cisam, Сполето 1996; Микела Перейра, Аркана Сапиенца. Алхимия от истоков до Юнга, издательство Кароччи, Рим 2001; Джоэле Магальди, Алхимия. Историографическая и герменевтическая проблема, издательство Mimesis, Милан, 2010.

89

Избавим читателя, по крайней мере, в этом месте, от толкования тонкой и эзотерической герменевтики этой речи со множеством скрытых посланий, которые в ней содержатся помимо общего и искреннего призыва к ответственности за власть и долгу перед миром.

90

Куба всегда была единственной коммунистической страной, в которой обычное и традиционное масонство не было объявлено вне закона, хотя тогда, как было показано, Ур-ложи могли продолжать работать более или менее спокойно по ту сторону железного занавеса, даже когда другим мастерским, Великим ложами или "Великим Востокам" это было запрещено.

91

Чтобы начать ориентироваться в суфизме, эзотерическом течении ислама, который всегда доминировал в духовной идеологии обычных и необычных масонских лож мусульманского мира, читатель может сначала ознакомиться с хорошими общими исследованиями на эту тему, такими как: Генри Корбин, Духовное тело и небесная земля. Из маздейского Ирана в шиитский Иран, издательство Адельфи, Милан, 1986; Человек света в иранском суфизме, издательство Edizioni Mediterranee, Рим, 1988; Творческое воображение. Корни суфизма, издательство Латерца, Рим-Бари 2005; (под редакцией Роберто Ревелло), Циклическое время и исмаилитский гнозис, издательство Mimesis, Милан 2013; Мишель Вальсан, Суфизм и исихазм. Исламский эзотеризм и христианский эзотеризм, издательство Edizioni Mediterranee, Рим 2000; Габриэле Мандель, Путь к суфизму. В духовности и практике, издательство Bompiani, Милан 2004; Джанлука Маджи, Палец и Луна. Учение мистиков Ислама, издательство Место встречи, Виченца 2007; Анджело Скарабель, Суфизм., издательство Carocci, Roma 2007; Тошихико Изутсу (под редакцией Альберто Де Лука), Суфизм и даосизм, издательство Mimesis, Милан 2010; Уильям К. Читтик, Суфизм, издательство Einaudi, Турин 2009; Надзарено Вентури (под редакцией), Фридрих II, Софизм и масонство. С большим сборником эссе Габриэле Манделя, издательство Тиферет, Рим-Ачиреале 2013; Тамара Манчини, Суфизм и ислам. Важность женщины в мистике, издательство La Caravella Editrice, Витербо 2013; Андреа Менегатти, Ислам в Западной Африке. Суфизм и фундаментализм в молодых африканских демократиях, издательство Ананке, Турин, 2014.

92

Его титаническая фигура заслуживает обширных и адекватных пояснений на других страницах. Это столь же справедливо в отношении масона Роберта Уильяма Комера (1922-2000), ключевого персонажа в американском одобрении левоцентристского поворота, произведённого Альдо Моро в Италии с допуском ИСП к власти.

93

Обо всём этом переплетении своеобразных масонских связей и отношений, эндогенных для высших эшелонов КПСС и советского государства, мы поговорим более широко в других местах.

94

О Джоне Кеннеди, его жизни и смерти, о тех же переплетениях, которые связывают различные моменты его политического восхождения и разрушительной катастрофы, с которой он столкнулся вместе со своим братом Бобом, об эпохальном столкновении между прогрессивными и консервативными масонскими схемами мы должны будем говорить более подробно и адекватно в следующих томах "Масонов" и в томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

95

Зачем называть словом "заговор" рациональное и циничное действие силы, направленной на устранение, а иногда и физическое истребление своих противников? Если так думать, сколько человеческих жертв за власть в условиях двойной и тройной игры, тайн и обманов от античности до наших дней, следует назвать "заговорами"? Можно считать такой образ действий отвратительным, но он попадает в обычную категорию человеческих проектов для использования теми, кто является частью национальных или международных элит, а не в тот необычный и пограничный заговор, которым бредят и грезят большая часть конспирологов.

96

Что касается результатов Комиссии Уоррена, следует также указать, что сам президент Линдон Джонсон, который её учредил, и некоторые из её членов выразили серьёзные сомнения и критику в отношении реконструкции собранных фактов, что было неофициально, но незаметно скрыто в средствах массовой информации. Однако коллективная воля, подчинённая той же власти, что и президент-масон Джонсон, и более честные члены комиссии, не позволила серьёзно подвергнуть сомнению выбранную упрощённую версию в качестве официальной реконструкции фактов. Более тщательный и строгий анализ покушения (это было широко распространённое мнение в коридорах власти половины мира) мог иметь разрушительные и дестабилизирующие результаты как для американского истеблишмента, так и для самого американского и мирового общественного мнения.

97

В первом издании 1968 года (переведённом и на итальянский язык малым тиражом благодаря конфиденциальному, но энергичному вмешательству масона Джованни Аньелли с хорошо известными, но неоднозначными по существу целями) в центре внимания не было упомянута концепция заговора, которая затем прочно утвердилась в последующие десятилетия в заговорщической литературе. В таком виде он появился весьма спонтанно, чтобы показать основу сюжета, безусловно, тщательно скрытого от большой аудиторией и официальных лиц (там, где ложь и дипломатично-манипулятивные тирады являются обычным явлением), но вместо этого хорошо понятного критическому сознание инсайдеров в политическом, экономическом , финансовом, военном истеблишменте, в СМИ, и в разведке. Позже эта книга была опубликована под названием "Прощай, Америка. Заговор убийства Джона Кеннеди", и она была недавно переиздана (в 2002) в издательстве Penmarin Books (Розвилль, Калифорния), в то время как в Италии эта книга под редакцией Стефании Лимите в издательстве Nutrimenti, Рим, был переиздан в 2012 году под названием "Заговор. Тайное расследование семьи Кеннеди об убийстве Джона Кеннеди".

98

"Переворот на Уолл-Стрит: убийцы Кеннеди ещё у власти", статья опубликована в блоге "Libre" (www.libreidee.org), 13 сентября 2013 г.

99

Мы должны, в силу вещей, добавить "почти" об анализах Брекерса, даже самых правдоподобных, потому что, тем не менее, этот блестящий журналист склонен к тотальным преувеличениям. Нет исторических оснований, например, говорить, что "убийство Джона Кеннеди ознаменовало конец американской республики", поскольку многие хорошие вещи были сделаны американской политикой, обществом и культурой, американскими политиками, идеологами и интеллектуалами и после 1963 года. И поскольку США, тем не менее, являются одной из стран с самым высоким уровнем относительной демократичности, с эффективной и хорошо функционирующей системы государственных "сдержек и противовесов". В то время как, с другой стороны, несомненно, верно, что убийство 35-ого президента (а также Мартина Лютера Кинга и Роберта Кеннеди) и постыдный хвост упущений, манипуляций и лжи в ходе расследования в этом отношении, по-прежнему представляют собой открытую рану, гноящуюся и очень тяжёлую для жизни и гражданского сознания такой большой страны, как Соединённые Штаты Америки.

100

Боб Кеннеди должен был стать вольным каменщиком осенью 1968 года.

101

Не следует полагать, что высокие финансы как таковые или крупная военная промышленность были или находятся исключительно в руках реакционных, недемократических и воинственных масонских кругов. Существовали и существуют процветающие финансисты и/или магнаты военной промышленности, связанные друг с другом даже в масонстве, которые скорее понимают свою предпринимательскую миссию на службе безопасности, справедливости и мира, полагая, что создание оружия для различных армий может стать действительным сдерживающим фактором для фактического противостояния между теми, кто им соответственно наделён, или, в конкретных и целенаправленных случаях, что вооружённое вмешательство желательно по гуманитарным причинам или может положить конец различным диктаторским режимам. Это, очевидно, совершенно противоположная перспектива по сравнению с нынешним большинством финансово-военно-промышленного комплекса, занимающимся развязыванием разрушительных военных конфликтов как для того, чтобы подпитывать военную промышленность в строгом смысле слова, так и для получения большой прибыли с помощью бизнеса по восстановлению территорий, опустошённых вторжениями или военными столкновениями.

102

В 80-х годах сенатор Голдуотер, который в 1960 году был автором идеологической книги-манифеста "Совесть консерватора", заново открыл некоторые светские и либертарианские идеи своего масонского наследия, полемизируя против правых религиозных интегралистов, которые начали приобретать слишком большое влияние в Республиканской партии, и боролся за право на аборты, права геев и легализацию лёгких наркотиков.

103

Основанная в 1964 году, вдохновленная именем известной католико-масонской семьи, которая была главным героем американской революции конца XVIII века, она была основана, напоминая о героях Кэрроллов, на которых мы остановимся в другом месте, в честь немасонского католика Джона Кеннеди и ставила перед собой цель максимальную экономическую свободу в сочетании, однако, с величайшей социальной справедливостью.

104

Мы процитировали в начале главы знаменитую фразу Кинга ясной прогрессивно-масонской направленности о ценности равенства: эта фраза была сказана в исторической речи, произнесённой в августе 1963 года в Мемориале Линкольна в Вашингтоне.

105

О них и решающих президентских выборах в США в том же году нам придётся остановиться в начале следующей главы, а более подробно - на страницах последующих томов трилогии "Масоны", а также на страницах "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

106

Ричард Франклин Спек (6 декабря 1941 — 5 декабря 1991) — американский массовый убийца, убивший восьмерых медсестёр в Чикагском общежитии и приговорённый за это к смертной казни, заменённой на пожизненное лишение свободы. Умер в тюрьме после 25 лет заключения (прим. перев.).

107

Эти темы мы рассмотрим здесь лишь вкратце (хотя и достаточно, чтобы вдохновить читателя на новое и неизвестное доселе понимание реальной динамики власти с конца 60-х до наших дней), но нарисуем более выразительную, кропотливую и исчерпывающую картину в следующих двух томах трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировая власть и её досточтимые мастера".

108

К ней, её деятельности и её самым выдающимся членам первой, второй и третьей очереди мы вернёмся как в ближайшее время, так и в последующих главах этой книги и на некоторых страницах последующих томов "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

109

В котором числилось несколько важных членов, как мы уже видели в случае с Брежневым, Сусловым, Шелепиным, Андроповым и другими.

110

Экуменическая Ур-ложа среднего звена в то историческое время, которая позже стала более значимой. Джонсон состоял в ней с декабря 1952 года, после очередного посвящения в октябре 1937 года в ложе "Джонсон" № 561 на востоке Джонсон-Сити, штат Техас.

111

Также в гонке участвовали: губернатор Мичигана, мормон Джордж Уилкен Ромни, 1907-1995, отец будущего противника Обамы на выборах 2012, Митт Ромни, и губернатор Калифорнии, парамасон Рональд Рейган.

112

Быстрое и без особых ритуальных излишеств посвящение, которое может быть даровано в особых ситуациях высшими масонскими руководителями и сановниками (великими мастерами, великими суверенными комендантами, великими иерофантами, досточтимыми мастерами УР-лож и т. д.) просто через определённое прикосновение шпаги к плечам, голове и другим значительным частям физического и эфирного тела посвящаемого неофита. Эфирное тело — это своего рода второе тело, более тонкое, чем материальное (но более плотное, чем так называемое астральное, ментальное и духовное тело), которое лежит в основе приёма энергий, которые из материи поступают в душу и дух, по крайней мере, согласно эзотерико-масонской психологии и пневматологии.

113

Но нет пророка в своём отечестве (лат.).

114

Оставляя за собой возможность более подробно проследить в последующих томах "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров" биографию масона Мартина Лютера Кинга и почти вольного каменщика Роберта Френсиса Кеннеди (посвящение которого должно было состояться 21 ноября 1968 года), мы хотим объяснить читателю смысл цитат из их речей и фраз, которые разместили в начале главы.

115

О важном и трансгрессивном масоне Растине мы подробно расскажем на страницах, где повествование настоящей книги будет продолжено и углублено.

116

Ни информации о самом Роберто Меммо, банкире, ни даты его смерти в открытых источниках найти не удалось (прим. перев.).

117

Рекомендуем читателям самим тщательно изучить биографии отдельных масонов, связанных с ложей "Три Глаза", которых мы упомянули (и чей жизненный путь вкратце обозначили в скобках). Таким образом они смогут сами убедиться, что уже только в первые годы создания этой мастерской (1967-1975), и помимо многих других имён, относящихся к тому периоду, которых мы для краткости не привели на этих страницах, речь идёт о самых видных личностях международной и мировой тусовки. Это деятели экономико-финансовой, промышленной, политической-институциональной, военной/разведывательной, СМИ-редакционной, интеллектуальной и т. д. элиты, номинально приписываемые почти всем сторонам светского политического и идеологического спектра, но тайно и по-масонски сходящиеся (хотя и с некоторыми нюансами) в перспективе технократической и неоаристократической инволюции мирового управления.

118

Не везде в одних и тех же условиях и, конечно, не в Китае, где "Три Глаза" приняли в свои члены двух шишек Коммунистической партии Китая: Чжоу Эньлая и Дэна Сяопина, — используя их и других для продвижения на месте местной правящей касты на стыке технократии/государственной бюрократии и негосударственной капиталистической прибыли.

119

В этом месте мы ограничимся лишь некоторыми, но значительными намёками. О сложном и эпохальном антидемократическом эпосе, фактически открывшемся в 1967-1968 годах (с такой же трагической прелюдией в 1963 году: см. убийство Джона Кеннеди), конечно, нам придётся говорить более адекватно и кропотливо на страницах более поздних томов трилогии "Масоны" и на страницах "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

120

Об интригующей истории масонских посвящений в коммунистическом Китае мы поговорим в другом месте гораздо более исчерпывающе.

121

Об этом интересном деле мы должны будем точнее рассказать в правдивых выражениях в другом месте (после того как многочисленные поверхностные, недифференцированные и не совсем точные интерпретации были приведены в знаменитом расследовании Карла Бернштейна и Боба Вудворда из "Вашингтон Пост"), на страницах следующих томов трилогии "Масоны" и на страницах "Мировой власти и её досточтимых мастеров". В следующей главе мы увидим, как обычные и необычные масонские схемы, вращающиеся вокруг "Трёх Глаз", также получают полное господство в администрациях президентов США Джеральда Форда (1974-1977) и Джимми Картера (1977-1981), укрепляя свое влияние с Запада на Восток, с Севера на Юг.

122

Принцип, который будет эффективно синтезирован в названии знаменитой работы Элемира Золлы "Тайные истины, изложенные в доказательствах. Синкретизм и фантазия. Созерцание и эзотеричность", издательство Марсилио, Венеция, 1990.

123

Святая святых (лат.).

124

См. Мишель Крозье, Самуэль П. Хантингтон, Дзёдзи Ватануки, "Кризис демократии"., издательство New York University Press, Нью-Йорк 1975, в итальянском переводе Франко Анджели, Милан, 1977, с предисловием масона Джанни Аньелли (члена "Трёх Глаз" и других Ур-лож), признавшего, среди прочих, свою принадлежность к Трёхсторонней комиссии, а также Бильдербергскому клубу и Совету по международным отношениям.

125

Уже в следующей главе мы вернёмся к точному смыслу неоаристократического и антидемократического идеологического манифеста, который должен был содержаться в пасквиле "Кризис демократии" и содержался на протяжении последующих лет и десятилетий.

126

На этом вопросе мы ещё остановимся в другом месте.

127

"Масон-провозвестник и протомученник современного масонства", как гласит абзац более позднего тома "Масонов".

128

Прозвище Джордано Бруно по месту рождения (прим. перев.).

129

Хаос из порядка и порядок из хаоса (лат.).

130

Исчезнувшие, пропавшие без вести (исп.).

131

Порядок из хаоса (лат.).

132

Бог и моё право (лат).

133

Темы этой главы будут рассмотрены сейчас вкратце (хотя и достаточно, чтобы вдохновить читателя на новое и неопубликованное понимание реальной динамики власти с конца 60-х до наших дней). Более подробная, кропотливая и исчерпывающая картина будет дана в последующих томах трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировой власти и её досточтимых мастерах".

134

Санскритский термин, который в индуистской культуре относится к значению материального создания непостоянных и, следовательно, иллюзорных форм. Иногда Майя изображается как женское олицетворение божественной силы (например, Майя-Шакти), то есть динамического аспекта и, следовательно, создателя и имманента божественной плеромы, которая в других отношениях описывается как трансцендентная и неподвижная, нематериальная, удалённая от трансцендентных и становящихся форм. В буддийской традиции мать принца Сиддхарты, позже Будды Шкьямуни (предположительно: 566 г. до н. э. -486 г. до н. э.), также называется Майя. На Западе она находит своё отражение в родительнице бога Гермеса, Майе, которая зачала покровителя магических наук вместе с Зевсом, отцом богов и высшим мужским архетипом строго упорядоченного божественного пантеона. Рядом с персонифицированным греческим божеством Майей также находится греческая концепция dimagheia (итальянский: "магия"), относящаяся к эзотерическим теориям и практикам (магическим, на самом деле) персидских жрецов, вдохновлённых "пророком" Заратустрой (X-VI вв. до н. э.?). Скорее всего, масон Артур Шопенгауэр (1788-1860) в своей работе "Мир как воля и представление" (первое издание 1819 г., второе-1844 г., третье-1859 г.) привносит в западную культуру понятие "вуаль Майи" (выведенное его из индуистской литературы Вед, из Упанишад и т.д.), что означает сказочно-иллюзорный и тем не менее конкретно действующий сюжет для человеческого сознания - феноменальной реальности, созданной природы.

135

На неопределённый срок (лат.).

136

Не совсем точное выражение применительно к социалистическим странам (прим. перев.).

137

Нонконформистские, пацифистские действия и в поддержку развивающих стран, хаотично и иногда формально проводимые движением неприсоединившихся стран, в эпоху растущей глобализации были перенесены и переработаны движениями антиглобалистов, о которых нам придётся говорить более широко во втором томе "Масонов".

138

Об этой истории нам придётся говорить более широко и адекватно в следующих томах "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

139

Букв. "вооружённой рукой", т.е. насильственно (лат.).

140

Доменико Моро, "Бильдербергский клуб. Люди, которые командуют миром", издательство Алиберти, Реджо-Эмилия 2013, стр. 121-128.

141

Премьер-министры Италии (прим. перев.).

142

Cgil, Cisl и Uil – итальянские профсоюзы (прим. перев.).

143

Паоло Барнард "Сила 5: Вот как мы умерли", статья от 20 октября 2009 г., опубликованная на www.paolobarnard.info.

144

Образ жизни, мыслей и действий (лат.).

145

Не забываем, что уже в 20-х и 30-х годах XX века, как мы уже упоминали и проанализируем лучше в другом месте, состоялся первый, драматический, реакционный масонский эксперимент, предвестник рождения фашистских и нацистских режимов.

146

П. Барнард, "Сила 5: Вот как мы умерли", цит.

147

Там же.

148

Марио Хосе Серегино, Джованни Фазанелла, Английский переворот, издательство Chiarelettere, Милан 2011, стр. 236-238.

149

Там же, вторая обложка.

150

Ivi, стр. 3-5.

151

Объединение Италии было результатом совместных усилий нескольких исторических субъектов, объединения нескольких факторов. Об этом мы поговорим на других страницах трилогии.

152

Мадзини родился в Генуе, Гарибальди – в Ницце (прим. перев.).

153

В Италии после 1978 года правительства образовывались на основании коалиций из нескольких политических партий (прим. перев.).

154

См. важные страницы, которые мы посвятим этой проблеме в других томах "Масонов".

155

То, что мы хотели предложить и ещё предложим на следующих страницах этой книги и в последующих томах "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров", - это полный парадигматический переворот, своего рода коперниковская революция в историографии.

156

Единственный в своём роде (лат.).

157

Франко Кардини, Астрея и Титаны. Американские лоббисты завоевывают мир, издательство Латерца, Рим-Бари 2005 [2003], стр. XI-XII, 137-139, 157-158.

158

Финансовая гвардия - итальянское правоохранительное ведомство, подчиняющееся министру экономики и финансов. Это военизированная полиция, входящая в состав Министерства экономики и финансов, а не Министерства обороны. Финансовая гвардия в основном отвечает за борьбу с финансовыми преступлениями и контрабандой; она также превратилась в главное итальянское ведомство по пресечению незаконной торговли наркотиков (прим. перев.).

159

Здесь и далее, применительно к Джелли и в связи с заговором Эдгардо Соньо, имеется в виду сторонник Итальянской Социальной Республики или Республики Сало, марионеточного государства Бенито Муссолини на позднем этапе Второй мировой войны, в течение которой Италия формально оставалась королевством (прим. перев.).

160

О Джильотти нам придётся говорить подробнее в другом месте.

161

Где участником плана также является Пьер Жюйе (1921-1999), один из самых близких и авторитетных политических советников действующего президента Франции Жоржа Помпиду; Жюйе связан с Ур-ложей "Жозеф де Местр".

162

М. Х. Серегино, Дж. Фазанелла, "Английский переворот", стр. 241-242.

163

См. Примечание 19.

164

Резиденция президента Италии (прим. перев.).

165

М. Х. Серегино, Дж. Фазанелла, "Английский переворот", стр. 242.

166

Исчезнувшие, пропавшие без вести (исп.).

167

На этих фактах мы должны подробно остановиться в последующих томах "Масонов" и в томах "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

168

На страницах последующих томов "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров", где мы остановимся на "Операции Кондор" и самом чилийском перевороте, мы более подробно расскажем о сложной ситуации, которая сложилось в Чили с 1970 по 1973 год.

169

Название президентского дворца в Сантьяго (прим. перев.).

170

См., среди прочего, Джозеф Э. Стиглиц, Амартья Сен, Жан-Поль Фитусси, "Неправильная мера нашей жизни. Почему ВВП больше не хватает для оценки благосостояния и социального прогресса", издательство Риццоли, Милан 2010.

171

С 1938 по 1970 год Эдгардо Соньо работал дипломатом (прим. перев.).

172

Партизанское движение в Италии во время Второй мировой войны было неоднородным. В частности, "белые" партизаны сражались при поддержке Великобритании и США. Итальянское выражение "белый переворот" оттуда же (прим. перев.).

173

М. Х. Серегино, Дж. Фазанелла, "Английский переворот", стр. 271-273.

174

Альдо Каццулло, "Соньо, правда о "белом перевороте", "Коррьере делла сера", 4 апреля 2010 г.

175

Лузитания - древнеримская провинция Римской Испании, располагалась на большей части территории современных Португалии и Испании (прим. перев.).

176

Соразмерные (лат.).

177

Букв. "в пробирке", т.е. искусственно (лат.).

178

Мы процитировали среди эпиграфов этой главы некоторые отрывки из "Плана возрождения" и "Меморандума", чтобы показать глубокую программную гармонию с Трёхсторонним манифестом, опубликованным ещё в конце мая 1975 года (на Киотской ассамблее Трёхсторонней комиссии), а затем переведённым вскоре на другие языки.

179

Такое же значение имела бы находка, согласно масонскому стилю, если бы послание нашли 3 или 5 июля - дни, напоминающие о важной американской годовщине 4-го числа того месяца.

180

Серджио Фламиньи, "Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2", издательство Kaos, Милан, 1996, стр. 36.

181

Военная разведка Италии в 1949-1965 (прим. перев.).

182

Микеле Синдона – итальянский банкир, обвинявшийся в махинациях и подкупе должностных лиц. Для расследования его деятельности была создана специальная парламентская комиссия под председательством депутата Франческо Де Мартино (прим. перев.).

183

Данная служба существовала в Италии с 1966 по 1977 года, была преобразована в две: гражданскую и военную (прим. перев.).

184

Несостоявшийся в 1964 заговор с целью государственного переворота (прим. перев.).

185

Серджио Фламиньи, "Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2", издательство Kaos, Милан, 1996,. 17-22.

186

Об этих событиях, также связанных с Джелли и "П2", мы поговорим в следующей главе.

187

Книги, о которых идет речь, следующие: Альдо А. Мола, "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", издательство Бастоги, Фоджа 2008; Джанкарло Элия Валли, "Нефть. Новая геополитика власти", издательство Excelsior 1881, Милан 2011; Джорджо Галли, "Магия и власть", издательство Линдау, Турин 2004; Джакомо Галеацци, Ферруччо Пинотти, "Неизвестный Войтыла. Первое расследование об Иоанне Павле II", издательство Chiarelettere, Милан, 2011.

188

В разделе книги, озаглавленном "Объединённые масоны за глобализацию, часть первая (1974-1975 ~ 1979-1991)", мы продолжим наше повествование, возобновив нить некоторых вопросов, которые на мгновение остались неосвещёнными.

189

Жак Бордио умер 3 апреля 1983 года (прим. перев.).

190

Резиденция президента Аргентины (прим. перев.).

191

Темы этой главы будут рассмотрены здесь лишь вкратце (хотя и достаточно, чтобы вдохновить читателя на новое и взрывное понимание реальной динамики власти с середины 70-х до наших дней), а более подробная, кропотливая и исчерпывающая иллюстрация будет приведена в последующих томах трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и "Мировая власть и её досточтимые мастера".

192

Альдо А. Мола, "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", издательство Бастоги, Фоджа 2008. А что мы в ВВИ думаем об этом последнем труде брата Мола? Тем временем мы рекомендуем его прочесть, несмотря ни на что. Правильное познание или даже просто возможность составить своё мнение о вещах, сказанных и повторённых только понаслышке, может быть только к лучшему. И чтобы обрести самостоятельную и разумную точку зрения, необходимо внимательно слушать и изучать прежде всего идеи тех, кто неправильно или правильно думает иначе, чем мы. Узнавая мнения других, мы также лучше узнаём свое собственное и, возможно, сможем преодолеть/усовершенствовать то и другое, всегда сомневаясь в том, что сможем прийти к окончательным истинам, никогда не переставая идти по их следу, часто еле заметному, как сказал бы великий Джордано Бруно. Это прежде всего принцип Сократа ("Познай самого себя" прописано на порталах масонских храмов. Он обозначает, помимо всего прочего, что если мы не осознаём свои познавательные и экзистенциальные пределы, тщетны будут любые попытки переделать/улучшить нас), а потом уже Вольтера: именно брат Вольтер установил основной принцип критики и терпимости в следующих выражениях: "Я презираю всё, что ты говоришь, но буду сражаться насмерть, чтобы ты продолжал говорить".

Вот почему мы без соблазна осуждаем цензуру и сокрытие фактов теми, кто в Италии пытался предотвратить публикацию этой книги Альдо Мола о Джелли и ложе "П2". Что касается нас, мы не ненавидим это эссе, но не разделяем его содержание, хотя и можем отметить его несомненную полезность для целей более спокойной и точной реконструкции важного периода итальянской истории конца ХХ века.

193

Перевод Александру Кальчу, послесловие Бартоломеу Константина Савойю. Текст представлен в Бухаресте в присутствии, среди прочего, руководителей румынской национальной Великой Ложи - масонской общины, недавно созданной по воле некоторых братьев, вышедших из "Объединенной национальной Великой Ложи Румынии" (образованной в 1880 году) и "Национальной Великой Ложи Румынии" (образованной в 1993 году), с обычным "хвостом" споров и отлучений между предыдущими Великими Ложами и новым послушанием [...].

194

Беспрецедентный комплекс полицейских мероприятий и судебных процессов в Италии 1992—1993 годов, направленный против влияния организованной преступности (мафии) в правоохранительных органах и политике, в частности незаконного финансирования предвыборных кампаний и подкупа политиков (прим. перев.).

195

www.grandeorientedemocratico.com/ALDO_MOLA_GELLI_E_LA_P2_EDIZIONE_ROMENA_PREFAZIONE.pdf

196

Триму?рти — триада, объединяющая трёх главных божеств индуистского пантеона (Брахму-Создателя, Вишну-Хранителя и Шиву-Разрушителя) в единое целое, представляющее собой духовное начало — Брахмана (прим. перев.).

197

Итальянский политик, последний лидер Итальянской коммунистической партии, первый национальный секретарь ДПЛС (прим. перев.).

198

В итальянском городке Аркоре (близ Милана) находится вилла Сильвио Берлускони (прим. перев.).

199

Имеется в виду Лига Севера, которая в своё время требовала отделения промышленно развитого Севера от остальной Италии под предлогом нежелания "кормить" экономически более отсталые южные регионы (прим. перев.).

200

Вероятно, прозвище Сильвио Берлускони (прим. перев.).

201

Среди итальянских фашистов тоже было принято обращение, которое в русском языке примерно соответствует слову "товарищ" (прим. перев.).

202

Ныне премьер-министр Италии (прим. перев.).

203

Презентация и комментарий к итальянскому и румынскому изданию (2011): Альдо Мола, "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", издательство Бастоги, Фоджа 2009 (1-ое издание 2008 года), редакционная статья от 5 августа 2011 г., опубликованная в www.grandeoriente-democratico.com.

204

Отчасти игра слов. Фамилия "Соньо" пишется так же, как и слово "мечта" (прим. перев.).

205

Единственным в своём роде (лат.).

206

Факт написания вдумчивой книги с попыткой тщательно исследовать историю и личную жизнь такого непопулярного и сошедшего со сцены персонажа, как Джелли, в рамках эффективной реконструкции обстановки в Италии во второй половине ХХ века, свободной от предрассудков и комплексов неполноценности по отношению к тем, кто демонизирует масонские общества, делает тебе честь.

207

Ответ Альдо Мола и новые аннотации Великого Демократического Востока в полях к презентации и комментарию к итальянскому и румынскому изданию "Джелли и "П2". Между хроникой и историей", редакционная статья от 29 августа 2011 г., опубликованная на сайте www.grandeoriente-democratico.com.

208

О циничной и подлой игре Киссинджера в ходе войны Судного дня, см. среди прочего Авраам Рабинович, "Война Судного дня: эпическая встреча, которая изменила Ближний Восток", издательство Schocken Books, Нью-Йорк, 2004.

209

Щипионе Гуаррачино, "История последних семидесяти лет. С ХХ по XXI век", издательство Бруно Мондадори, Милан 2010, стр. 244-250.

210

Сейчас мы можем только намекнуть на неё, а подробнее расскажем на страницах последующих томов трилогии "Масоны" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров".

211

К этим аспектам мы вернёмся позже и в другом месте.

212

Джон Ролз, "Теория справедливости", издательство Фельтринелли, Милан, 1982 (опубликовано в третьем издании в 2010 году).

213

В другом месте мы более аналитически остановимся на этом капитальном и основополагающем тексте современной политической мысли, которая хотела установиться на принципах равенства, свободы, братства между людьми, на принципах неискоренимой социальной справедливости.

214

Роберт Нозик, "Анархия, государство и утопия", издательство Il Saggiatore, Милан, 2000.

215

Фридрих А. фон Хайек (под редакцией А. Петрони и С. Монти Брагадина), "Право, законодательство и свобода", издательство Il Saggiatore, Милан, 2010.

216

В приложении к "Конституции свободы" 1960 года (см. итальянский перевод: Фридрих фон Хайек "Свободное общество", издательство Rubbettino, Совериа-Маннелли 2007) появилось приложение в виде эссе под названием "Почему я не консерватор", в котором фон Хайек изо всех сил пытался отрицать консервативный характер своей мысли (по совпадению, оценённый консервативными политиками по обе стороны Атлантики). Действительно, он критикует тех, кого называет европейскими консерваторами, которых он обвиняет в том, что они считают экономическую свободу рынка негативным фактором социальной стабильности и сохранения традиционных ценностей. На самом деле, те, кого венский аристократ называет консерваторами в данном случае, скорее будут называться антимодернистскими традиционалистами. И то же самоопределение, которое фон Хайек позже даст о себе как о классическом либерале, "старом парике" или "парике Берка", прекрасно вписывает его в то направление консервативной и реакционной мысли (даже если оно забито неоднозначными апологиями свободы в абстрактном и фактически антидемократическом смысле), которое ведёт начало именно от масона Эдмунда Берка (как мы увидим в следующих томах трилогии "Масоны").

217

С. Гуаррачино, "История последних семидесяти лет", стр. 250-255.

218

Почётный (лат.).

219

Как мы уже упоминали ранее, на страницах последующих томов "Масонов" и "Мировой власти и её досточтимых мастеров" мы точнее и подробнее расскажем, как аристократический масон по происхождению и неоаристократ по призванию (хотя он состоял в Демократической партии США и в прошлом работал при дворе как Джона Кеннеди, так и Джонсона) Бжезински вместе с другими братьями обеспечил избрание папой своего друга, кардинала Войтылу, который с октября 1978 известен под именем Иоанн Павел II.

220

О загадочной, двусмысленной, интригующей и харизматичной фигуре польско-американского масона Збигнева Бжезинского нужно бы написать отдельную монографию, настолько утончённой, многогранной и неуловимой (по крайней мере, для непосвящённых) была его политическая траектория в миру (усеянная общим демократическим прогрессизмом с фасада), построенная как умелая вуаль Майя, полезная для сокрытия первобытно неоаристократического и элитарного мировоззрения. Тем не менее, мы приглашаем читателей (прежде чем читать разоблачающие страницы об этом персонаже, которые мы должны будем опубликовать в другом месте) встать на первый путь ознакомления с его фигурой (в тесной связи с Каролем Войтылой - Иоанном Павлом II) и прочитать книгу Джакомо Галеацци и Ферруччо Пинотти, "Неизвестный Войтыла. Первое расследование об Иоанне Павле II".

221

Первой среди равных (лат.).

222

Речь идёт, как и в случае с другими аналогичными списками, о выдающихся и известных деятелях политического, экономического, военного, дипломатического, разведывательного истеблишмента и т. д., чьи богатые биографии, для краткости изложения, читатель пусть изучит самостоятельно.

223

Едва (лат.).

224

Об этом двойном покушении и обо всех связанных с этим вопросах мы будем говорить гораздо более широко и аналитически на страницах последующих томов трилогии "Масоны", а также на страницах "Мировой власти и её досточтимые мастера".

225

Всех и каждого (лат.).

226

Марио Хосе Серегино, Джованни Фазанелла, "Английский переворот", издательство Кьярелетте, Милан, 2011, стр. 338.

227

Там же, стр. 338-339.

228

По факту (лат.).

229

Резиденция президента Итальянской Республики (прим. перев.).

230

Департамент информационных исследований, созданный в 1948 году масоном Кристофером Пэджетом Мэйхью (1915-1997, членом Ур-лож "Пан-Аравия", "Атлантис-Алетейя", "Левиафан" и "Томас Пейн", из которых он, однако, был исключен в 1974 году), был основан в основном для противодействия просоветской пропаганде. Этот отдел, входящий в британское Министерство иностранных дел, в 50-х годах какое-то время возглавлялся масоном Джоном Ренни, которого мы видели одним из членов ложи "Три Глаза" первого часа (ранее также член лож "Эдмунд Берк" и "Левиафан"). Отдел был закрыт в 1977 году масоном Дэвидом Оуэном (1938 г.р., самопровозглашённый прогрессист Ур-ложи "Роза Ветров"), в то время (с 1977 по 1979 год) государственным секретарём по делам иностранных дел и Содружества.

231

M. Х. Серегино, Дж. Фазанелла, "Английский переворот", стр. 339-340

232

Энрико Берлингуэр произнес две знаменитые апологетические программные речи по жёсткой экономии, представленные как дальновидный ответ на энергетический и экономический кризис тех лет, в русле обычной коммунистической полемики против пороков буржуазного общества потребления и удовольствий. Первая речь датируется 15 января 1977 года и была произнесена в Елисейском театре в Риме по случаю "съезда интеллектуалов", ведущих диалог с ИКП. Вторая же относится к 30 января 1977 года, она была произнесена перед "Ассамблеей ломбардских коммунистических рабочих", собравшейся в Оперном театре Милана. Эти две речи были недавно опубликованы с предисловием Сальваторе Маннуццу в книге Энрико Берлингуэра "Путь жёсткой экономии. К новой модели развития", издательство Edizioni dell'Asino, Рим 2010.

233

M. Х. Серегино, Дж. Фазанелла, "Английский переворот", стр. 340-341.

234

Всем и каждому (лат.).

235

Родился в 1925 году, итальянский интеллектуал и политик, депутат ИКП с 1968 по 1987 год, был авторитетным членом парламентских комитетов по расследованию "П2" и убийства Моро.

236

Серджо Фламиньи, "Атлантические заговоры. История тайной масонской ложи "П2"", издательство Kaos, Милан, 1996, стр. 382-383.

237

Фламиньи точно ссылается на материалы парламентский комитет по "П2" под председательством Тины Ансельми: см. заключительный отчёт парламентского комитета по "П2", стр. 154.

238

С. Фламиньи, "Атлантические заговоры", стр. 383-384.

239

Эта работа с её неопубликованным упрощённым исследованием конфиденциального и недоступного (для непосвящённых масонских инсайдеров) мира международных Ур-лож была задумана как раз для того, чтобы начать формировать и правильно понимать историю, структуру и функционирование этих грозных кругов власти.

240

Ivi, стр. 391

241

Итальянская спецслужба (прим. перев.).

242

Тоже итальянская спецслужба (прим. перев.).

243

Ivi, стр. 393-395 и 397-399.

244

Ivi, стр. 399-400.

245

Раньше официального утверждения (лат.).

246

Ivi, стр. 400, и примечание 100 к стр. 400.

247

Единство противоположностей (лат.).

248

См. С. Фламиньи, "Атлантические заговоры", стр. 14.

249

В первую очередь (лат.).

250

В крайнем случае (лат.).

251

"Из глубины" (лат.). Этими словами начинается на латыни псалом 129, который используется в качестве отходной молитвы (прим. перев.).

252

В следующей главе, рассказывающей очень кратко о втором этапе проекта "Объединённые масоны за глобализацию" (с 1992 по 2001 год), мы также кратко расскажем, ссылаясь на предыдущие 11 лет (1981-1992), в какой степени соглашения, подписанные различными представителями международной масонской элиты, были фактически соблюдены и/или, в некоторых случаях, проигнорированы, обойдены или переосмыслены.

Таким образом, читатель найдёт правильное историческое и семантическое обрамление некоторым цитатам, вставленным в начале этой главы, смысл которых мы прокомментируем в следующей.

253

К сожалению, мне так и не удалось установить, на какую гостиницу намекает автор (прим. перев.).

254

Конфиндустрия - Всеобщая конфедерация итальянской промышленности. Основная организация, защищающая интересы предпринимателей в сферах промышленности и услуг, которая объединяет на добровольной основе около 150 000 компаний, в числе которых представлены банки, а с 1993 года - также акционерные общества, с общим числом занятых более 5 млн человек. В качестве относительного аналога в России можно привести Российский союз промышленников и предпринимателей (прим. перев.).

255

Темы этой главы будут рассмотрены здесь очень кратко (хотя и достаточно, чтобы вдохновить читателя на новое и неизвестное ранее понимание реальной динамики власти с 90-х до наших дней), а более подробную и исчерпывающую иллюстрацию мы приведём в более поздних томах трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью" и в "Мировой власти и её досточтимых мастерах". Действительно, в этой главе повествование будет ещё более напряжённым, тем не менее, перед читателем предстанет ценная карта, с помощью которой можно ориентироваться в будущем.

256

См. в итальянском переводе, Дэн Браун, "Утраченный символ", издательство Mondadori, Милан 2009, стр. 591 и далее.

257

В строгом смысле (лат.).

258

Т.е. игры спроса и предложения с установлением цены рыночного равновесия (прим. перев.).

259

Относительно всех, со всеми (лат.).

260

На самом деле правильнее было бы сказать "капитализм в его неолиберальной версии", поскольку вместо этого в кейнсианской традиции спокойно сосуществуют как капиталистическая динамика частного поиска прибыли, так и общественные вмешательства для регулирования рынка, борьбы с безработицей, решения проблем социальной справедливости и экономического перераспределения.

261

Философско-методологическая дисциплина, исследующая знание как таковое, его строение, структуру, функционирование и развитие. Нередко слово выступает как синоним гносеологии. Гносеология - философская дисциплина, занимающаяся исследованиями, критикой и теориями познания (прим. перев.).

262

Третьего не дано (лат.).

263

"20% усилий дают 80% результата, а остальные 80% усилий - лишь 20% результата" (прим. перев.).

264

Лучано Пелликани, Анатомия антикапитализма, издательство Rubbettino, Совериа-Маннелли 2010, стр. 287-313.

265

См., в итальянском переводе, Джереми Рифкин, "Европейская мечта. Как Европа создала новое видение будущего, которое медленно затмевает американскую мечту", издательство Mondadori, Милан 2004.

266

"У нас рецессия. Драги: забудьте о мире благосостояния", редакционная статья опубликована в блоге "Libre" (www.libreidee.org), 24 февраля 2012 г.

267

Нам придётся остановиться на всех интригующих межмасонских предысториях, которые произошли как в Китае, так и на Западе и в СССР, в течение драматических недель, которые могли революционизировать политико-гражданскую и культурную траекторию Китайской Народной Республики, превратив её в нечто похожее на демократическое и либеральное государство.

268

Перевод взят из передачи Rai 3, также можно увидеть на YouTube (видео опубликовано 17 декабря 2009 года под названием "Тяньаньмэнь, манифест студентов").

269

Даосизм - эзотерическая и философская традиция, широко распространённая в Китае, относится к совокупности мистико-инициатических доктрин и практик, вдохновлённых основополагающими учениями и оригинальными работами Чжуаньцзы/Чжуан Чжоу (369-286 до н. э.).

270

В системе наднациональных УР-лож существуют традиционные должности с так называемыми "тремя огнями", которые находятся на вершине внутренней временной иерархии: досточтимый мастер, первый надзиратель, второй надзиратель, - к которым добавляются другие фигуры сановников и офицеров, такие как оратор, казначей, секретарь, церемониймейстер, страшный эксперт и т. д. Но есть также ядра, принадлежащие к определённой Ур-ложе – континентальные, национальные, региональные, провинциальные и муниципальные надзиратели, которым поручено руководить и координировать различные действия братств, укоренившихся на соответствующих территориях.

271

О них мы поговорим лучше в другом месте, в том числе в связи с тем, что произошло в Северной Африке и на Ближнем Востоке, начиная с так называемой "арабской весны", открывшейся в 2010-2011 годах.

272

Как мы проиллюстрируем позже, несколько сомнительно, чтобы этот человек действительно умер и, более того, в официальную дату 2 мая 2011 года после предполагаемого рейда спецназа США.

273

Имеются в виду семь ведущих нефтяных компаний того времени: Standard Oil of New Jersey (США, ныне Exxon-Mobil), Royal Dutch Shell (англо-голландская, ныне просто "Shell"), Anglo Persian Oil (британская, ныне BP), Standard Oil of New York (США, ныне Chevron-Texaco), Socony (США, ныне Chevron-Texaco), Standard Oil of California (США, ныне Chevron-Texaco), Gulf Oil (США, ныне Chevron-Texaco) (прим. перев.)

274

Прекаризация (от англ. precarious и лат. precarium — сомнительный, опасный, рискованный, негарантированный, нестабильный, стоящий на песке), прекаризация труда — переход от постоянных гарантированных трудовых отношений к неустойчивым формам занятости, ведущий к практически полной потере работником социально-трудовых прав, в том числе занижение заработной платы, отсутствие оплачиваемого отпуска, больничного листа и других социальных завоеваний. Понятие прекаризация описывает процесс перехода к ненадёжным трудовым отношениям, при которых работающий не может обеспечить себе прожиточный минимум. Прекаритет (нем. Prekaritaet) – неполноценная, ущемлённая гарантия трудовых отношений, которые могут быть расторгнуты работодателем в любое время (прим. перев.).

275

"Институт промышленной реконструкции" – общественная организация, существовавшая в Италии с 1933 по 2002. Основанный в 1933 году, во время фашизма, в послевоенный период постепенно расширил сферу своего влияния и стал центром государственного вмешательства в итальянскую экономику. В 1980 году IRI представлял собой группу из примерно 1000 компаний с более чем 500 000 сотрудников. В то время это была одна из крупнейших не-нефтяных компаний за пределами Соединенных Штатов Америки; ещё в 1993 году IRI был седьмым по величине концерном в мире с объёмом продаж около 67 миллиардов долларов (прим. перев.).

276

Банковский закон 1933 года (англ. Banking Act of 1933), называемый также по фамилиям его инициаторов законом Гласса — Стиголла (англ. Glass—Steagall Act), — федеральный законодательный акт, подписанный Президентом США 16 июня 1933 года и вплоть до конца XX века определивший облик американской банковской системы, запретив коммерческим банкам заниматься инвестиционной деятельностью, существенно ограничив право банков на операции с ценными бумагами и введя обязательное страхование банковских вкладов (прим. перев.).

277

"Италия, неудобная сила: мы должны были умереть и вот как", статья-интервью Клаудио Мессора у Нино Галлони, опубликованная 2 мая 2013 в блоге "Libre" (www.libreidee.org ).

278

В другом месте, наряду с подробным углублением тем, только предварительно упомянутых в этой главе, нам также придётся поговорить о гигантской и всесторонней масонской подготовке так называемого азиатского финансового кризиса 1997 года.

279

Сотериоло?гия — богословское учение о спасении человека. Сотериология посвящена решению двух основных вопросов: конечная цель, достижение которой и будет спасением; способы её достижения (прим. перев.).

280

С переходом на личности (лат.).

281

Под видом эзотерики (лат.).

282

См. об этом книгу Густаво Раффи "Во имя человека. От объединения Италии до современности, роль Великого Востока в объединённой Италии", под редакцией Герардо Пикардо, с предисловием Паоло Пелуффо и послесловием Санти Феделе, издательство Mursia, Милан 2011.

283

Тут явная двусмысленность. Буквальный перевод с латыни - "общее дело", но также это латинское выражение стало термином "республика" (прим. перев.).

284

Намёк на английский термин "too big to fail", что обычно переводится как "системообразующее предприятие", то есть такое предприятие, которое считается слишком устойчивым и непотопляемым в случае кризиса. Ошибочность таких оценок в отношении некоторых финансовых институтов показал как раз кризис 2008-2011 годов. Об этом снят одноимённый фильм – "Слишком крут для неудачи" или "Крах неприемлем: спасая Уолл-стрит" (прим. перев.).

285

Джакомо Браччи, "Экономический кризис и закулиса власти: встреча с Джоэле Магальди", статья от 6 мая 2012 года, опубликованная на сайте Airesis (airesis.wordpress.com).

286

Перед смертью (лат.).

287

Франческо Мария Тоскано, "Гнозис, который двигает рукой досточтимого мастера Марио Драги", "Моралист" (www.ilmoralista.it), 10 октября 2014 г.

288

После этого (лат.).

289

Кому это выгодно? (лат.)

290

Паоло Сенсини, "Разделяй и властвуй. Стратегии хаоса для XXI века на Ближнем и Среднем Востоке", издательство Mimesis, Милан 2013, стр. 171-179, 181, 184, 186.

291

Guojia Anquan Bu – обычно переводится как Министерство государственной безопасности КНР. Это правительственный орган, который занимается национальной безопасностью, внешней разведкой и контрразведкой.

292

Dpsd (Direction de la protection et de la s?curit? de la d?fense - Управление по защите и безопасности обороны ) и Dgse (Direction g?n?rale de la s?curit? ext?rieure - Главное управление внешней безопасности) французские спецслужбы.

293

Этот термин, буквально означающий "чёрная нога", применяется к гражданам французского гражданства, которые родились и/или выросли и/или постоянно жили в странах Магриба (Северо-Запад африканского континента), а затем репатриировались в столичную Францию после окончания колониальных режимов.

294

См. последние страницы Главы 7.

295

"Брат Кронос" имеет в виду масонский молодёжный орден ДеМолэ, в молодёжном отделении которого в Хот-Спрингс, штат Арканзас, Билл Клинтон был посвящён в 1961 году, и его последующий опыту кооптации в Совет по международным отношениям, Трёхстороннюю комиссию и Бильдербергский клуб.

296

См. итальянский перевод: Сэмюэл П. Хантингтон, "Столкновение цивилизаций и новый мировой порядок", издательство Гарцанти, Милан, 1997.

297

Переводится как "изложение принципа" или "изложение основополагающих принципов".

298

Устав аналитического центра Проект "За новый американский век", опубликованный 3 июня 1997 и размещённый на официальном сайте ПНАВ, www.newamericancentury.org, закрытом с 2006. Однако оригинальный английский текст и переводы на различные языки ещё можно найти в сети и за её пределами. Представленный перевод на итальянский язык наш.

299

Напоминаем читателю, что после событий бурного 1981 года: покушения на папу Иоанна Павла II и Рональда Рейгана, о которых мы уже говорили, - между олигархическими суперложами было заключено перемирие, которое привело к формированию триархии Ур-лож, ведущих этот круг: "Эдмунд Берк", "Три Глаза" и "Белый Орёл".

300

Брат Кронос имеет в виду масона Мишеля Камдессю (1933 г. р.), с 1987 по 2000 гг. директор Международного валютного фонда, который играл очень заметную роль в управлении (по мнению некоторых, неудачном и подозрительном) так называемым азиатским финансово-экономическим кризисом 1997-1998 гг.

301

Речь идёт о прогрессивном и масоне-кейнсианце Джозефе Стиглице (1943 г. р.), старшем вице-президенте и главном экономисте Всемирного банка с 1997 по 2000 год, который во время азиатского кризиса 1997-1998 гг. не преминул критиковать управление кризисом и со стороны Международного валютного фонда. Эта критика вызвала вмешательство тогдашнего министра финансов США, олигархического масона Лоуренса "Ларри" Саммерса (1954 г. р.), который лоббировал отстранение брата Стиглица с поста во Всемирном банке. Об этих событиях и соответствующих фигурах Саммерса и Стиглица (Нобелевская премия по экономике в 2001 году) мы поговорим более подробно во втором томе трилогии "Масоны".

302

Имеется в виду масон Ларри Саммерс, упомянутый в предыдущем примечании.

303

Фактически, с принятием 12 ноября 1999 года закона Грэмма-Лича-Блайли, разрешающего слияние или объединение деятельности по сбору кредитов, спекулятивных инвестиций в финансовые продукты со сверхвысоким риском, страховой деятельности и других видов деятельности, связанных с ценными бумагами (всё это было запрещено законом Гласса-Стиголла 1933 года, который запрещал обычным коммерческим банкам заниматься спекулятивной и страховой деятельностью, и наоборот, как мудрый ответ на проблемы, которые уже возникли во время экономического кризиса, начавшегося в 1929), появилась возможность формирования слишком крупных и опасных банковских организаций, неустойчивых перед системными кризисами, так и риск, проявившийся в ходе кризиса 2007-2008 годов, что серьёзная несостоятельность на спекулятивных рынках может иметь разрушительные последствия даже для обычной банковской деятельности.

304

Этот доклад, переведённый на итальянский язык как "Восстановление обороны Америки. Стратегии, силы и ресурсы для нового века", был подписан несколькими масонами, работающими за ширмой аналитического центра ПНАВ. В конце доклада в качестве координаторов и соавторов проекта значатся подписи масонов: Томас Доннелли, Гари Шмитт, Дональд Кейган, Фред Кейган, Роберт Кейган, Роберт Барнетт, Льюис Либби, Элиот Коэн, Уильям Кристол, Пол Вулфовиц, Абрам Шульски и др..

305

Нил Маккей, "Буш планировал "смену режима" в Ираке ещё до того, как стал президентом", статья от 15 сентября 2002 года, опубликованная в шотландском еженедельнике "Sunday Herald" и доступная в итальянском переводе (тот, который мы привели выше) на веб-сайте www.kelebekler.com/occ/pnac.htm.

306

Франко Кардини, "Астрея и Титаны. Американские лоббисты завоевывают мир", издательство Латерца, Рим-Бари 2005, стр. 170-171.

307

Орудие власти (лат.).

308

Эмир с 1999 года, но с 2002 года стал королём.

309

1924-2015, в 2005 году стал королём Саудовской Аравии.

310

1952 г.р., он был эмиром с 1995 по 2013 год, когда его сын Тамим бин Хамад Аль-Тани (класс 1980), также связанный с Ur-Lodge "Hathor Pentalpha", но также с "Compass Star-Rose" и "Amun".

311

Майевтика — термин диалога Платона «Теэтет», означающий метод философствования, созданный Сократом, заключающийся в раскрытии истины путём последовательных вопросов, через «испытание» (прим. перев.).

312

См. Джакомо Браччи, "Экономический кризис и закулиса власти: встреча с Джоэле Магальди", статья от 6 мая 2012 года, опубликованная на веб-сайте Airesis (airesis.wordpress.com), текст которого цитировался на предыдущих страницах этой главы.

313

Акроним для уничижительного и раздражающего обозначения Португалии, Ирландии, Италии, Греции и Испании, похожий на английское "свиньи" (pigs), из-за якобы неоптимальных условий их государственных финансов и их общих экономических систем.

314

Власть (греч.).

315

Лучшим – аристократам (греч.).

316

Объединённая Великая Ложа Англии.

317

Видимо, опять имеется в виду Марио Драги, чья фамилия можете переводиться как "драконы" (прим. перев.).

318

Официальный сайт: www.democraziaradicalpopolare.it.

319

Конец жизни (лат.).

320

Самая значимая работа (лат.).

321

"Энрико Летта, прилежный, посредственный и услужливый парамасон, подчиняющийся реакционным и антидемократическим международным масонским кругам", редакционная статья, опубликованная на сайте www.grandeoriente-democratico.com 24-27 апреля 2013 года.

322

См. редакционную статью Ферруччо де Бортоли, "Враг в зеркале", "Corriere della Sera", 24 сентября 2014 года.

323

Имеется в виду закон "Положение о выборах Палаты депутатов", который в первоначальном варианте назывался "Пакт Назарено" по названию площади в Риме, где проходили переговоры между Маттео Ренци и Сильвио Берлускони (прим. перев.).

324

См. Ферруччо де Бортоли, "Масонство, Маттео Ренци и Джоэле Магальди" в La Mosquito от 25/09/2014 на YouTube.

325

Всему миру (лат.).

326

Штаб-квартира ЕЦБ во Франкфурте-на-Майне (прим. перев.).

327

Соответственно www.grandeoriente-democratico.com и www.democraziaradicalpopolare.it.

328

См. www.grandeoriente.it.

329

230 Алессандро да Ролд (и под редакцией ВВИ), "Интервью для Linkiesta с Джоэле Магальди. Полная и оригинальная версия, с некоторыми дополнительными комментариями", опубликованными на сайте www.grandeoriente-democratico.com 29 сентября-1 октября 2014 года.

330

См. в этом отношении следующие материалы, появившиеся на официальном сайте Великого Демократического Востока перед президентскими выборами во Франции в мае 2012 года и одновременно переведённые на французский язык и циркулирующие во французских масонских и парамассонских кругах: "Призыв Великого Демократического Востока к французским масонам (всех послушаний) на предстоящих президентских выборах голосовать против реакционного и консервативного Николя Саркози и в пользу Франсуа Олланда", редакционная статья от 1-2 мая 2012; "Великий Демократический Восток за Франсуа Олланда против Николя Саркози", статья от 3 мая 2012 г.; "Великий Демократический Восток и французские выборы в тени масонства: да здравствует Олланд!", статья от 4-5 мая 2012 г.

331

Все эти встречи официального характера были даже опубликованы на YouTube, где они до сих пор доступны для просмотра, введя в поиск имя любого из упомянутых кандидатов в президенты и добавив: "Chez les francs-ma?ons au Grand Orient de France".

332

В пробирке, искусственно (лат.).

333

Единственную в своём роде (лат.).

334

См. "Послание Великого Демократического Востока подлинным французским и европейским либералам и демократам (масонам и другим) после французских выборов 6 мая 2012 г.", редакционная статья, опубликованная на сайте www.grandeoriente-democratico.com 6 мая 2012 года.

335

Заметьте, о роли СССР в разгроме гитлеровской Германии опять ни слова (прим. перев.).

336

"Германия 1933-1938 и 2005-2012. От Гитлера до Меркель. Когда немцы становятся плацдармами олигархических и гегемонистских экспериментов в ущерб европейским народам", редакционная статья, опубликованная на сайте www.grandeoriente-democratico.com 26 мая 2012.

337

Знак, полностью противоположный "Луне", как видимому и конкретному символу каббалистической Шхины, изображающей доброжелательное присутствие и женскую и сострадательную сторону Бога. Шхина в своё время упоминается в знаменитой "Речи при луне", произнесённой прогрессивным масоном Иоанном XXIII 11 октября 1962 года на площади Святого Петра в Риме, как мы рассказывали на страницах четвёртой главы этого тома.

338

С масонской точки зрения (лат.).

339

Копии таких документов и протоколов многих Ур-лож и/или особо важных обычных лож и/или владений видных отдельных деятелей планетарной масонской аристократии были поданы нами в некоторые юридические и нотариальные конторы Парижа, Лондона и Нью-Йорка, которые также хранят записи интервью - обновлённые и повторённые за последние несколько лет - с четырьмя авторитетными братьями-масонами из международной тусовки, о которых мы только что упомянули.

340

Устная традиция, однако, всегда выполняла важную функцию "исторической памяти" не только в эзотерико-посвящённых контекстах, но и в древних и/или так называемых "примитивных" цивилизациях, представляющих этнологический интерес, ещё не дошедших до использования письма. Те же легенды и мифы, которые возникли в ту или иную эпоху в священных или светских писаниях, ранее передавались в устной форме, часто в ограниченных кругах певцов, поэтов, священников или посвящённых в таинственные школы. Для введения в историко-культурную ценность устной традиции см. среди прочего: Дж. Вансина, Устная традиция как история, издательство Университета Висконсина, Мэдисон 1985; Брюс Четвин, Пути песен, издательство Adelphi, Милан 1988; Патрисия Ливи, Устная история, издательство Оксфордского университета, Нью-Йорк 2011.

341

Единственная в своём роде (лат.).

342

Слава Высшему Архитектору земной Вселенной (лат).

Content

Масоны. Общество с неограниченной ответственностью. Открытие Ур-лож.

Предисловие

Посвящения

Ур-ложи, настоящие герои истории

Невидимая война между прогрессивными и консервативными масонами

Трилогия о власти

Масонство и парамасонство

Структура и цели работы

Власть в фартуке

Кто такой брат (еретик) Джоэле Магальди

Брат Сильвио

В мировой закулисе масонства

Тайны Ур-лож

Власть с угольником и циркулем

Между папой Иоанном XXIII и Джоном Кеннеди

Новая Ур-ложа для борьбы с прогрессивным уклоном

От Трёхсторонней комиссии до Бильдербергского клуба. Дьявольские парамасоны?

Неоаристократы на войне. От покушения на Рейгана до раскрытия ложи "П2"

Новый мировой порядок: двадцать лет масонского мира и глобализации для всех

К войнам нового тысячелетия

Слово мастерам

Имперские амбиции сумасшедшей Ур-ложи

Компромиссный брат – Обама

Империя наносит ответный удар?

Отсюда, из земли Мордора, октябрь 2014 г.

Глава 1. Окончательное решение (1941-1942-1948)

Масонская поддержка нацифашизма

Черчилль и Рузвельт против нацистского Франкенштейна

Месть плуто-иудо-масонским предателям

Эзотерическая сторона окончательного решения

Интересное эзотерическое прочтение

Визионерская вселенная Гиммлера

Святилище нацизма

Орден воинов-монахов

Эзотерическая страсть людей Гитлера

Окончательный ответ на вопрос: откуда возник Холокост?

Ариософия и теософия

Прогрессивные масоны против нацистской идеологии

Масон Мохандас Ганди

Глава 2. Консерватизм с Востока на Запад (1950-1956)

Реакционное и консервативное возрождение

Масоны Ангела Меркель и Владимир Путин

Бильдербергский клуб и Фонд Дитчли

Длинная полоса прогрессивного масонства

Корейская война и маккартизм

Сенатор Маккарти и масонский истеблишмент

Европа в руках масонства

Закулиса власти

Масон Джорджо Наполитано

Сила суперлож

Парамасонские общества и реакционный крен

Что такое парамасонство

Истинная история Тавистокского института

Рождение центра передового опыта

Почему родился Тависток

Что такое Тавистокский институт сегодня

Тависток и масонство

Мир, полный разнообразия и внутренних границ

Война между фракциями

Глава 3. Масоны и Ватикан за Европейский Союз (1950-1957)

Братья работают над созданием Соединённых Штатов Европы

Пан-Европа: проект Калерги

Антидемократический крен европейского проекта

Власть технократам

Джордж Оруэлл и протоколы Ур-ложи "Томас Пейн"

Нападки на Рузвельта

Уинстон Смит – кто настоящий главный герой романа "1984"?

Манифест Вентотене

Глава 4. Масон и розенкрейцер Анджело Ронкалли, он же папа Иоанн XXIII, Второй Ватиканский собор и мечта о современной гармонии между религиозным экзотеризмом и масонским эзотеризмом в условиях обновления равенства, братства и свободы (1958-1968)

Первый папа-масон

Секретные архивы УР-ложи "Гедулла"

Второе посвящение папы Ронкалли

Второй Ватиканский собор и кубинский кризис

Речь при Луне: новая интерпретация

Решающий дипломатический потенциал Ватикана

Масон Энрико Маттеи

Против "Новых рубежей"

Суперложа Ленина

Убийство Кеннеди

Государственный переворот в Америке

Затмение демократии

Роль ФБР и разведки

Давление, искажения, манипуляции

Джон Кеннеди: человек со множеством врагов

Военно-промышленный комплекс и суперложи

Двусмысленные послания Кеннеди

"Новые рубежи" и "Великое общество", несмотря ни на что

Появляется суперложа "Три Глаза"

Глава 5. "Вся власть воображению", масон на Луне и "Кризис демократии" (1968-1975)

Американские выборы 1968 года

Президент в тисках УР-лож

Масонский щит для Мартина Лютера Кинга?

Масонские устремления Роберта Кеннеди

Реакция масонства на убийства Кинга и Кеннеди

Масонский смысл речей М. Л. Кинга

Победа Никсона

Все люди "Трёх глаз" от Рокфеллера до Аньелли

Триумф "Трёх Глаз"

Масонское проникновение в Китай

Появляется Трёхсторонняя комиссия

Антидемократический манифест

Нил Армстронг: масон на Луне

Глава 6. Chaos ab Ordine et Ordo ab Chao (1967-1981)

1. Демонтаж демократии

Греция: переворот по заказу

Реакционные фартуки против '68

Неизвестность неприсоединившихся стран

Масон Брежнев против суперложи "Золотая Евразия"

Мао, великий мастер...

К антидемократической демократии

2. Восстание элит

Хозяева мира

Избыток демократии

Похвала апатии

3. Антидемократические мыслители

Первый акт. "Меморандум" Льюиса Пауэлла

Адвокат "дьявола"

Правила войны

Близнецы-победители: обучающее телевидение

Только лучшее

Второй акт. Манифест Хантингтона, Крозье и Ватануки

Демократию нужно спасать, так давайте же убьём её!

"Лечить демократию ещё большей демократией – всё равно, что тушить огонь бензином".

Ловушка

Социальный контроль

4. Суперложи и мировое правительство

Первый акт. Комментарий к книге Доменико Моро: коммунизм, капитализм, буржуазия и масонский межклассизм в генезисе современности

Второй акт. Комментарий к тексту Паоло Барнарда

5. Триумф элит

Глагол "Трёх Глаз"

Какой прогресс?

Парамасонская ширма

6. Италия: поле битвы между УР-ложами

Английский переворот?

Кто командует в Италии?

Логика власти

Нападение на Олимп

Истинная история Личо Джелли

Да здравствует брат Личо!

Государственный переворот в Италии

Операция «Кондор»

События в Чили

"Белый переворот" Эдгардо Соньо

Великолепная четвёрка и освобождение Греции и Португалии

"Остановите переворот". Аньелли предупреждает Андреотти и Тавиани

"План демократического возрождения" и "Меморандум"

(Неполный) список Джелли

Слишком большая игра

Глава 7. Объединённые масоны за глобализацию, часть первая (1974-1975-1979-1991)

1. "Вина" брата Личо

Тайные дневники Тины Ансельми

Джелли – спаситель отечества?

От Коссиги до Короны, новые масонские пышности после Джелли

Предательство левых

Прямое свидетельство Джелли

Ответ Альдо Мола

Ответ Великого Демократического Востока

2. Конец эпохи

Война Судного дня

Энергетический кризис

ОПЕК душит Запад?

"Амон" и "Белый Орёл" - две новые суперложи

Масон Джон Ролз и его враги

3. Сестра с Даунинг-стрит и сводный брат из Белого дома

Тэтчеризм и "рейганомика"

Фронда антипосвящённых

Ложа "Белый Орёл"

Нападение на ложу "Три Глаза"

4. Война и мир

Покушение на президента

Покушение на папу

Масоны объединились ради глобализации

5. Братья Италии

Устойчивое восхождение Джелли

Роковой год

Дело Моро

Последствия убийства

Италия на продажу

Третий путь

Переворот с длинным шлейфом последствий

Виновники смерти Моро

Разделяй и властвуй

6. "Объединённые масоны"

На пути к Новому Мировому Порядку

Соглашение из двенадцати пунктов

Глава 8. Объединённые масоны за глобализацию, часть вторая (1992-2001)

Религия рынка

Демократический и либеральный социализм

Фундаментализм рынка

Таксис и Космос

Несоответствия Хайека

Достопочтенный Марио Драги

Список сильных

"Объединённые масоны": реализация

Глава 9. Большой огненный глаз без век, вписанный в треугольник. Саурон в фартуке и глобализация без демократии, свободы и глобальных прав. Часть первая (2001 -?)

Предварительные замечания

Представление Больших Братьев, участников беседы

Аристократия, которой суждено править миром?

11 сентября 2001 года. Основополагающее событие XXI века. Реальность под маской мифом и масонский логос превыше всего

2001-2006: Империя ложи "Хатор Пентальфа". Бен Ладен также нанят

2007-2014: новый глобальный порядок без демократии, свобод и универсальных прав

О парамасоне Энрико Летта

Ренци и Де Бортоли

Франция, Италия, Германия и Китай

ИГИЛ и арабская весна

Источники свидетельских показаний

Важность устной традиции в масонстве и в посвящённых обществах в целом

Частичная библиография

Общие и вводные монографические работы по различным аспектам масонства

Некоторые тексты, относящиеся к предисловию

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 1

Некоторые тексты, относящиеся к главе 1

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 2

Некоторые тексты, относящиеся к главе 2

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 3

Некоторые тексты, относящиеся к главе 3

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 4

Некоторые подробные тексты, относящиеся к главе 4

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 5

Некоторые тексты, относящиеся к главе 5

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 6

Некоторые тексты, относящиеся к главе 6

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 7

Некоторые тексты, относящиеся к главе 7

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 8

Некоторые тексты, относящиеся к главе 8

Тексты, относящиеся к эпиграфам главы 9

Некоторые тексты, относящиеся к главе 9

Частичный минимальный глоссарий

План работ

Второй том трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", подзаголовок "Глобализация и масонство"

Третий том трилогии "Масоны. Общество с неограниченной ответственностью", подзаголовок "Глубокие корни и неопровержимые причины политико-экономического кризиса XXI века"

Благодарности

Примечания