Аннет Мари

Две ведьмы и виски

Классификация магов:

Спириталы;

Псионики;

Аркана;

Демоники;

Элементалы.

Маг

Человек, наделенный магическими способностями

ОМП / МагиПол

(Отдел по борьбе с магическими преступлениями)

Организация, контролирующая магов и регулирующая их деятельность

Изгой

Маг, нарушающий законы ОМП

Глава 1

Дариус пользовался у магов несокрушимым и неоспоримым авторитетом. Глава «Ворона и Молота» являл собой образец непоколебимой честности и хладнокровия. Образец достоинства.

– Средства индивидуальной защиты, – объявил он. – Каждое ваше задание имеет свою специфику и требует использования соответствующих средств индивидуальной защиты. – С этими словами он продемонстрировал всем кожаный плащ с заклепками на манжетах.

Я перевела взгляд с готического плаща на красивое лицо Дариуса, его мрачные серые глаза, точеные черты, короткую седую – соль с перцем – бороду, и, прикусив щеку, постаралась не рассмеяться.

– В этом месяце произошло несколько инцидентов, которые можно было бы предотвратить, если бы способ защиты был выбран правильно. – Он расправил блестящий рукав плаща. – Ваши стиль и предпочтения отходят на второй план, когда речь идет о безопасности. Возможно, летом кожаная одежда не так удобна, однако она необходима.

На меня никто не смотрел, но на всякий случай я важно покивала. Остальные – полсотни собравшихся в пабе людей – смотрели на Дариуса с торжественной серьезностью. Их сосредоточенное внимание свидетельствовало о том, как все это важно.

– Киану Ривз звонил, – сказал кто-то громким шепотом. – Требует вернуть костюм из «Матрицы».

По залу пронесся смешок, я посмотрела на часы. Продержались шесть минут без единой шуточки. Новый рекорд. У Дариуса дернулся уголок рта, но он не засмеялся.

– Укус вампира – не повод для смеха, и ты, Кэмерон, можешь это подтвердить.

Кэмерон смущенно закашлялась, кое-кто снова захихикал, но мое веселье испарилось. Верно. Вампиры. Пожалуй, не так уж это все и смешно.

На табурет, спиной к стойке, взгромоздился один из магов и, упершись локтями в деревянную столешницу, повернул голову ко мне. Озорно сверкнули голубые глаза, цвет которых оттеняли и усиливали взъерошенные медно-рыжие кудри.

– Ну давай, – вполголоса пробормотал Аарон, пока Дариус продолжал лекцию о средствах индивидуальной защиты. – Задай свой вопрос.

Я огляделась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.

– Что произойдет, если укусит вампир?

– Сама превратишься в вампира, конечно.

От ужаса у меня округлились глаза.

Рыжий радостно заулыбался.

– Да шучу я. Укусы вампира – не смертельный приговор. Ничего такого. Тебя может покусать хоть целое вампирское гнездо, и все равно будешь в порядке. Ну, не считая того, что окажешься пожеванной. Укусы – это, конечно, отстой.

Почему меня не удивило, что этот неприлично могущественный пиромаг не видит причин для беспокойства? Ему ничего не стоит превратить нежить в горстку пепла.

Парень, развалившийся на табурете рядом с Аароном, тоже посмотрел в мою сторону.

– Аарон преуменьшает опасность. На самом деле укус вампира на сорок процентов повышает твои шансы на обращение.

В этом весь Кай. Ему-то тревожиться не о чем. Уж не знаю, способен ли он остановить гнилое вампирское сердце с помощью своей силы электромага, зато точно сможет сломать его пополам, с его-то навыками в боевых искусствах.

К нам повернулся третий человек, сидевший на табурете по другую сторону от Аарона. Это был Эзра.

– Не переживай, Тори. Если тебя когда-нибудь укусит вампир, наши целители отлично знают, как все исправить.

Его ровный, мягкий голос, как всегда, словно омыл меня прохладной волной, успокаивая. И в самом деле – Эзра смог бы убедить меня в том, что Земля плоская, поговори он об этом подольше.

Я оперлась рукой о стойку бара.

– Аарон, Кай, вам бы стоило записывать.

Маги уставились на меня.

– Что записывать?

– Как успокоить простого смертного, не владеющего магией.

Я улыбнулась Эзре.

– Если бы не ты, мне бы каждую ночь снились одни кошмары.

В его глазах (одна радужка коричневая, а другая почти белая – след от раны, оставившей на лице еще и шрам от виска к скуле) вспыхнули веселые искры.

– Кошмары, значит? – ухмылка Аарона стала ехидной. – Тори, ты слышала когда-нибудь об аллюцинаторах?

– Э-э… нет…

– Они управляют снами. И могут…

– Аарон Синклер, – оборвал наше перешептывание Дариус. – Спасибо, что добровольно вызвался помочь.

Насторожившийся Аарон развернулся к нему.

– Помочь?

Дариус указал на стоящую рядом с ним девушку.

– Зора нам продемонстрирует, как сломать челюсть вампиру, чтобы предотвратить укус. Вампиром будешь ты.

Глаза Аарона метнулись к миниатюрной волшебнице и открылись еще шире.

Но, прежде чем он успел возразить, Дариус щелкнул пальцами.

– Выйди, Аарон.

Тихо ворча, Аарон поднялся и поплелся вперед. Мы с Каем и Эзрой радостно переглянулись и уселись смотреть шоу. Оставшаяся часть собрания (в общей сложности оно длилось час) пролетела быстро. Аарон во время демонстрации не получил серьезных травм.

К восьми часам Дариус закончил, и тут у меня началась самая работа – бар заполнили полсотни оживленных и томимых жаждой людей.

В приподнятом настроении я сновала на кухню и обратно. Все было именно так, как я люблю: быстро и проворно, напитки льются рекой, я шучу с клиентами и мило улыбаюсь, банка для чаевых пополняется. Так было не всегда, но за три с половиной месяца, что я здесь работаю… Ну, скажем так, все изменилось.

«Ворон и Молот» – это не просто бар, а я в нем не просто бармен. На самом деле здесь штаб-квартира гильдии, и все посетители – маги, принадлежащие к одному из пяти магических классов. Точнее сказать, к четырем, поскольку членство в нашей гильдии не покрывает полностью весь спектр магических способностей, но лично меня отсутствие демоников более чем устраивает. Кому захочется иметь дело с самыми настоящими демонами?

Но самое необычное явление здесь я – я выделяюсь тем, насколько во мне нет ничего необычного. На целую гильдию талантливых магов я единственный человек. Вот именно, самая обыкновенная смертная без единой капли магической крови.

Примерно на час я потеряла из виду трех моих любимых магов, но позже, когда улеглась суета вокруг стойки, я заметила Аарона, Кая и Эзру в компании других магов. Они сдвинули несколько столов и уселись в круг, поставив в центре рюмки, стаканы и бутылки виски.

Я прищурилась. И когда только они успели притащить эти бутылки? Налицо явное неуважение закона о крепких спиртных напитках, но, учитывая, что девиз гильдии гласил: «Любое правило может быть нарушено» – и тот факт, что за столом вместе со всеми сидел главный командир гильдии, – мои вопли вряд ли имели бы смысл. Это еще не значило, что я на них не накричу. Просто выберу более подходящий момент.

– Тори! – Светловолосая девушка моего возраста бросила сумочку на стойку и забралась на свободный табурет. – Привет, как дела?

– Сабрина! – Я обняла ее одной рукой, перегнувшись через стойку. – Как съездила? Только что вернулась, да?

– Вчера. – Она вытащила телефон. – Сэр Кроль занял первое место!

Прежде чем я успела спросить, Сабрина с гордостью продемонстрировала фотографию ушастого кролика с голубой лентой на шее. Затем быстро пролистала еще дюжину снимков с выставки кроликов.

– Разве он не прелесть? – проворковала она.

– Просто чудо! – согласилась я, не совсем понимая, как сделать комплимент кролику.

– Я предсказывала, что выставка пройдет хорошо, – добавила волшебница. – А вот Роуз предупреждала, что и погода испортится, и судьи будут сомнительные, но она явно не понимала, о чем говорит.

Я только кивнула, решив держать нейтралитет. Соперничество между двумя прорицательницами гильдии было притчей во языцех, и я имела возможность лично убедиться в том, насколько их предсказания противоречат друг другу. Как ни странно, оба они сбылись – каждое по-своему.

– Ну, неважно, – вздохнула Сабрина. – Как у тебя прошла неделя? Я слышала, ты…

Она потянулась к сумочке, чтобы убрать телефон, но опрокинула ее. Колода черных и золотых карт Таро рассыпалась по стойке, и несколько карт слетело вниз.

– Я подниму, – наклонившись, я подняла карты с пола.

Протягивая их владелице, я мельком увидела верхнюю – и хорошее настроение мгновенно улетучилось, по спине побежали ледяные мурашки. Бросив карты на стойку, я посмотрела на изображение Мрачного Жнеца.

– Снова ты, – пробормотала я.

Сабрина взяла карту Смерти.

– Очень странно, что моя колода так себя ведет. Почему эта карта постоянно показывается тебе?

У собак могут быть проблемы с поведением. У кроликов могут быть проблемы с поведением. Думаю, даже у автомобилей могут быть проблемы с поведением. Но не у карт. Карты – это просто карты!

Сабрина потянулась за второй картой, лежавшей картинкой вниз, и перевернула ее. На ней молодой человек с мешком за плечами беспечно задрал голову к небу, не подозревая, что вот-вот упадет с обрыва. Под рисунком было написано: «Дурак».

Мне стало совсем не по себе.

– Твоя колода предвзято ко мне относится – не хочет говорить обо мне ничего хорошего.

– Дурак – это не оскорбление, – вступилась Сабрина и задумалась над картой. – Здесь все дело в возможностях и потенциале. Это начало нового пути. Карта означает, что тебе следует быть открытой ко всему новому и полностью отдаться своей страсти к приключениям.

Я недоверчиво поморщилась.

– Запоздалый совет. Я почти уверена, что уже и так по шею в приключениях и встала на этот самый «новый путь».

– Хм-м, вынуждена согласиться. Если только… – Сабрина склонила голову набок и медленно перевернула карту на сто восемьдесят градусов. – Как он лежал – правильно или вверх ногами? Перевернутый Дурак предупреждает, что путешествие обречено на провал.

Я напряглась.

– Провал?

– Угу. – Она аккуратно собрала колоду. – Либо застрянешь, потому что тебя что-то задержит. Либо откусишь больше, чем можешь проглотить, и тогда твое дело может рухнуть.

– Это же совсем разные вещи.

– Я могу сказать точнее, если позволишь мне сделать полный расклад. – Оживившись, Сабрина начала тасовать карты. – Ну что, согласна?

– М-м…

– Эй, Тори! – крикнул Аарон через весь паб, перекрывая голосом гул разговоров. – Можно нам еще бутылку виски?

Вот как, теперь он спрашивает моего разрешения? Поборов искушение сделать ему страшные глаза, я помахала: слышу! – а потом, повернувшись к предсказательнице, изобразила на лице разочарование. – Прости, Сабрина, мне нужно работать.

У бедняжки поникли плечи.

– Конечно. Ну, как-нибудь в другой раз.

Не дав разыграться чувству вины, я поспешила на кухню, кивнув по дороге проходившему мимо Рамси, нашему повару. Потом сбегала на холодный склад за бутылкой виски. Ну и ну, эти парни скоро прикончат мои припасы.

Когда я вернулась за стойку, Сабрина оживленно рассказывала подсевшим к ней Син и Райли о своей победе на выставке кроликов. Пока она доставала телефон, чтобы показать фотографии, Син бросила на меня страдальческий взгляд.

Посмеиваясь, я налила в стакан колы и сунула ей в руку, а сама вышла из-за стойки, держа бутылку виски, как ребенка, на сгибе локтя.

Откуда ни возьмись, по обе стороны от меня появились двое, мужчина и женщина.

Я остановилась, сдерживая стон.

– Привет, Чжи. Привет, Мин.

Чжи уставился на меня. Его взгляд был таким пристальным, что едва не расщеплял меня на атомы. Черные волосы коротко острижены, скулы такие острые, что можно резать стекло, сжатые, никогда не улыбающиеся губы… Да, этот парень не победил бы в конкурсе на самого приветливого. Его сестра, Мин, была очень на него похожа, но ее черты смягчали длинные черные волосы и большие ярко-красные наушники.

– Сейчас вернусь и вас обслужу, – поспешно сказала я. – Буквально минутку…

– Мы пришли не за выпивкой, – прервал Чжи обычным безжизненным голосом. Пронзительным и монотонным. Не спрашивайте, как такое возможно. – Мы здесь ради информации, которой ты отказываешься делиться.

– А… Ну, я ведь уже говорила, что не могу…

– Каждый день твоего молчания – шанс для Призрака похитить еще одну жертву.

Я попятилась, но Мин отрезала путь к отступлению.

– Мне нечего рассказать. Если вас это так волнует, поговорите об этом с Дариусом.

Неужели я прячусь за широкой спиной главы гильдии? Да, черт возьми, именно так. Не стоит простой девчонке выводить из себя колдуна, а особенно это юное дарование, вундеркинда, который завершил обучение на несколько лет раньше обычного.

– На чьей ты стороне, Тори? – холодно спросил Чжи. – Ты обсуждала это с Дариусом?

Проскользнув мимо него, я пошла прочь, не обращая внимания на то, как он прожигал мне спину взглядом. Пусть Чжи и его сестра носятся со своей обидой на Призрака… Даже если бы я и хотела поделиться, все равно не смогла бы рассказать детали, не умерев на месте. Призрак заставил меня поклясться, что я буду хранить его секреты и никому не проболтаюсь о клятве, а потом скрепил ее черной магией.

Во мне снова вспыхнуло раздражение. Каждые несколько дней я раздражалась настолько, что отправляла ему эсэмэски с оскорблениями, но он ни разу не ответил. Придурок.

За столом Аарона послышались крики – и радостные, и раздосадованные. Половина из сидевших там подняли стаканы и тут же поставили их обратно. Сам Аарон тоже шумно стукнул стаканом по столу.

– Это нечестно! – жалобно проревел он. – Линдон, твоя очередь!

Оглядев сидевших рядом с ним, я обнаружила наших лучших боевых магов – и стихийников, таких как Аарон, Кай и Летиция, и колдунов – Эндрю, Линдона, Гвен и Зору. К ним присоединился даже Жирар, главный командир. Что ж, там собралась элита гильдии – те, кто брался за самые трудные задания и сражался с самыми опасными противниками.

Эзра тоже был с ними, но отодвинул стул и стакан не взял. Он вообще никогда не пил много, останавливаясь задолго до того, как все остальные напивались.

С бутылкой виски в руке я подошла к его стулу.

– Что тут у вас происходит?

– Алкоигра, – усмехнулся Эзра. – Все по очереди рассказывают о том, что им довелось сделать или испытать на работе. А те, у кого такого опыта не было, выпивают.

– Раз уж Дариус сегодня посвятил этому столько времени, – заявил Линдон, – я хочу знать, кого из вас кусал вампир? Кого не кусали, пьют до дна!

Застонав, Аарон выпил свой только что заново наполненный стакан. Он что, не рад тому, что обошелся без вампирских укусов? Нет, просто выпил уже столько, что предпочел бы острые клыки новой порции спиртного. Летиция, Гвен, Эндрю и еще двое тоже выпили, а Кай пропустил.

Закатав рукав, Зора предъявила страшноватый полукруглый шрам на предплечье.

– Этот ублюдок тогда чуть не вырвал из меня кусок. Дело было еще в моей старой гильдии. Целитель у них так себе.

Под одобрительный свист магов Линдон оттянул воротник рубашки. Там, где шея переходит в плечо, у него был такой же шрам.

– Гадина высосала не меньше пинты, пока моя команда подоспела. Обычно я не получаю от убийств удовольствия, но не в тот раз.

Они пустили виски по кругу, наполняя опустевшие стопки.

Эндрю, искусный колдун-защитник, часто возглавлявший команду, откинулся на спинку стула.

– Я хочу посмотреть, кто из вас ни разу не споткнулся и не растянулся носом в грязь во время боя. А если кто-то выпьет, мы все поймем, что среди нас обманщик.

Пока все смеялись, Кай – единственный – поднял свою стопку и выпил. Со стуком поставив ее на стол, он вызывающе вздернул подбородок.

– Кто тут назвал меня лжецом?

Никто не произнес ни слова, и я довольно хмыкнула. Если когда-либо существовал маг, не знавший поражения в битве, так это суперниндзя Кай.

Жирар погладил бородку.

– Моя очередь, кажется?

Аарон и Кай обменялись отчаянными взглядами.

Ухмыльнувшись, Эзра вполголоса сказал мне:

– Ну, сейчас Жирар всех заставит пить.

Командир улыбнулся ему и поднял свой стакан, словно готовясь сказать тост.

– Не хочу быть слишком мрачным, но раз уж Линдон заговорил про убийства… Если вы не видели по крайней мере шесть трупов в одном месте, придется выпить.

– Что? – Гвен осуждающе ткнула в него пальцем. – Что там за кошмарное дерьмо в твоей сальной бороденке, Жирар? Кто еще может наткнуться сразу на шесть вонючих трупаков?

Ах, Гвен, грубиянка. Каждый раз, когда она давала волю своему грязному язычку, я боролась с собой, чтобы не расхохотаться. Светлые прилизанные волосы, убранные в хвост, дизайнерские деловые костюмчики – она производила впечатление топ-менеджера. Но это впечатление рушилось, стоило ей открыть рот.

Жирар погрозил пальцем.

– Пей, Гвен.

Хмурясь, она залпом опустошила стопку. Все остальные подняли свои – кроме Аарона и Кая. С их лиц исчезли улыбки, они помрачнели и оба смотрели на свои стопки так, словно как раз сейчас им тоже требовалось выпить.

За столом воцарилась неловкая тишина, и тогда Зора схватила меня за руку и подтащила к столу.

– Тори, давай теперь ты!

– Э-э, я?

Аарон – на его лицо вернулась широкая пьяная улыбка – забрал у меня новую бутылку виски и сунул мне в руку полную стопку.

– Давай, Тори, удиви-ка нас чем-нибудь этаким!

Я обвела взглядом стол с сидящими за ним лучшими воинами гильдии. Что могла им сказать маленькая смертная я? Что я сделала такого, чего не приходилось делать никому из них? Ну, несколько вариантов было. Летала с драконом? Заставила темного фейри верещать, как трусливую девчонку? Расквасила нос друиду-изгою? Проблема была в том, что ни о чем из перечисленного я не могла говорить вслух.

Мой взгляд упал на Аарона.

– Кому из вас довелось облить выпивкой трех магов разом?

За столом все дружно захохотали и застонали. Даже Жирару пришлось выпить.

– Погодите! – Летиция отставила свой виски. – Однажды я пролила кофе на Дариуса, Табиту и на себя. Это считается?

Начался спор, но потом все решили, что попытка засчитана. Зора дружелюбно хлопнула меня по бедру, отчего я отлетела и чуть не упала на Эзру, сидящего развалившись на своем стуле. Он поддержал меня, приобняв рукой за талию.

– Отличное начало! – воскликнула Зора. – У тебя почти получилось, а ведь еще никому не удалось заставить всех выпить.

– Тори могла бы, – вмешался Кай. – Сказала бы просто: «Целовалась с Аароном». Тогда мы все проиграли бы.

Парни покатились со смеху, а Аарон фыркнул.

Зора повернулась к Элистеру, пожилому мужчине, о котором я знала только, что это один из самых могущественных магов гильдии. Он редко сюда заглядывал, слишком был занят охотой на жутких злодеев, в городе или за его пределами.

– Последний раунд, Элистер, – сказала она. – Я больше не могу даже смотреть на виски, так что у тебя есть последний шанс стать окончательным победителем. Со щитом или на щите.

Элистер задумчиво подергал себя за белоснежную бороду. Дочерна загорелый и обветренный, с татуировками во всю длину на жилистых руках – настоящий сорвиголова.

Я подалась вперед, с нетерпением ожидая, какой же вызов он нам бросит.

– Хм. Ну что ж, хорошо: кто из вас сражался с непревзойденным соперником? – его темные глаза обвели стол. – Кто сражался с демоном-магом?

Никто не шелохнулся.

Среди магов беззвучной рябью прошло легкое движение – они оценивали реакцию своих товарищей. Холодный страх в повисшей жуткой тишине, кажется, можно было пощупать. Затем, почти идеально синхронным движением, все подняли свои стопки и выпили. Только Элистер не двигался.

Эндрю со стуком поставил стопку на стол.

– Не уверен, что эти результаты достоверны, Элистер. Потому что, если бы кто-нибудь из нас встретил демона-мага, мы бы не стали здесь об этом говорить.

Грозный маг поднял брови.

– Вы сами попросили, чтобы я постарался. Полагаю, справедливости ради, я мог бы поставить вопрос иначе: кто столкнулся с демоном и после этого должен был поменять штаны.

Напряжение спало – все дружно засмеялись и принялись наперебой рассказывать о самых пугающих своих встречах. Игра перешла в непринужденную болтовню, а я подошла поближе к Аарону.

– А что такое… – начала я.

Внезапно в дальнем конце паба все замолчали, эта тишина прокатилась по комнате, обрывая все разговоры. Головы дружно повернулись к входной двери.

Там, у самого входа стояли двое. И мужчина, и женщина были одеты в одинаковые темные деловые костюмы, у него волосы были коротко подстрижены, а у нее собраны в простой хвост. Под мышкой у мужчины была кожаная папка для документов. Я прищурилась, пытаясь определить, кто это такие. Уж точно не члены гильдии, опоздавшие на вечеринку.

Блин, а вдруг это инспекторы из комиссии по обороту спиртных напитков явились арестовать меня за то, что позволяю клиентам пить принесенный с собой алкоголь?

Мужчина сделал шажок вперед, сорвал с лацкана белое удостоверение личности и поднял его вверх. Он заговорил совсем тихо, но суровый голос разнесся по всему бару.

– Агент Харрис из ОМП. Где ваш глава гильдии?

Глава 2

Услышав «ОМП», многие рывком выпрямляли спины, а кое-кто вскочил со своих стульев. Я же замерла и только молча таращила глаза. Ох, уж лучше бы инспекторы по алкоголю явились по мою душу. Эти были хуже. Гораздо хуже.

ОМП. МагиПол. Всемогущая организация, управляющая магами и гильдиями. Я никогда не видела агента лично, и не случайно. Я обычный человек, а значит, мне запрещено работать в гильдии. Моя работа здесь возможна только при условии, что ОМП об этом не подозревает.

Пока человек сорок магов приходили в себя после появления агентов, мою талию обхватили чьи-то руки. Эзра дернул меня вниз, затолкал под стол и тут же нырнул следом за мной. Его палец был предостерегающе прижат к губам.

Беззвучно вздохнув, я забралась под столешницу. Спрятаться. Да. Это умно. Хорошо, что рефлексы у Эзры лучше моих. Я нахмурилась. А он-то сам почему прячется?

– Глава гильдии? – снова спросил агент Харрис.

– Добрый вечер, Бреннан, – спокойно сказал Жирар, перекрывая поднявшийся в пабе встревоженный ропот. – Дариус, возможно, наверху, хотя я подозреваю, что он уже ушел домой. Время позднее.

Шаги направились к Жирару – и к нам с Эзрой. Блестящие туфли агента Харриса появились в поле моего зрения и остановились всего в нескольких футах от меня.

– А вы?.. – негромко спросил агент Харрис.

– Жирар Канонах, главный командир гильдии, – как ни странно, в его голосе звучали резкость и недовольство. – Удивлен, что вы не помните меня, учитывая пространную переписку, которую мы вели все эти годы.

– Я имею дело со многими офицерами, – пренебрежительно ответил агент Харрис. – Если Дариус здесь, я должен немедленно с ним поговорить.

– Летиция, не в службу, а в дружбу, – не могла бы ты подняться наверх?

Летиция отодвинула стул и поспешила к лестнице. Остальные маги остались за столом, своими стульями и телами надежно загородив наше с Эзрой укрытие.

– Как дела, Бреннан? – все так же резко спросил Жирар. – Сегодня работаешь допоздна?

– У меня важное поручение.

– Тебе повезло. Обычно в десять вечера в субботу народу здесь куда меньше.

Я вопросительно посмотрела на Эзру, и тот слегка кивнул, подтверждая мою догадку. Агенты ОМП потому и заявились, что знали о сегодняшнем собрании.

В комнате слышались тихие нервные голоса, скрипели стулья – кое-кто начал вставать со своих мест.

– Жирар, – снова заговорил агент Харрис. – Скажи своим подчиненным, пусть не расходятся, пока мы не закончим.

– Вернитесь все на места, пожалуйста. Давайте узнаем, что нужно от нас уважаемым агентам ОМП. Спасибо.

Снова понизив голос, Жирар обратился к Харрису:

– Если вы намерены задержать нас здесь, я хотел бы знать, в чем причина.

Зашуршали бумаги.

– Мы здесь в связи с делом 18-3027, расследование касается Альберта и Марты Ривер и причастности «Ворона и Молота» к их задержанию.

У меня кровь застыла в жилах. Слишком хорошо были мне знакомы эти имена. Я сыграла немаловажную роль в поимке этой пары, но с тех пор прошло уже четыре недели, и я думала, что все позади. Неужели ОМП только сейчас до этого добрался?

– А также связанным с ним делом 03-1622 об исчезновении Надин Эмрис из Беллингемской гильдии магов в Англии, имевшем место пятнадцать лет назад. – Агент Харрис пошуршал бумагами. – Вы, Жирар, должны явиться на допрос по поводу задержания Риверов. У меня для вас повестка, сначала я должен предъявить ее вашему главе гильдии.

– Понятно, – невозмутимо отозвался Жирар. – Для кого-нибудь еще повестки есть?

– Также будут вызваны Аарон Синклер и Кай Ямада, в связи с их участием в допросе. – Он снова порылся в бумагах. – Эзра Роу также получит повестку, и не только как свидетель. В настоящее время мы также ожидаем рассмотрения обвинения в превышении им магической силы, примененной к людям.

Я в ужасе посмотрела на Эзру и зашевелила губами: Ожидают рассмотрения?

Он наклонился ближе и прижался ртом к моему уху.

– Обвинения не уголовные, – почти беззвучно выдохнул он. – На меня наложат штраф, если мы не сможем их убедить, что Риверов следует рассматривать как магов.

После этих слов меня немного отпустило, но сердце все равно колотилось. Ему бы утихомириться, а оно, наоборот, застучало еще быстрее. Будто не было у меня никаких забот – когда его губы коснулись моего уха, по шее и спине будто иголочки побежали.

– Почему эта женщина так долго не может найти Дариуса? – спросил агент Харрис.

– Летиция вот-вот вернется, я уверен, – холодно ответил Жирар. – Могу я еще чем-нибудь вам помочь?

Эзра резко повернулся, обшаривая взглядом пространство под столом.

Агент Харрис прочистил горло.

– Я расследую еще одно дело.

Эзра уставился на пустое место рядом со мной. Поймав мой взгляд, он снова приложил палец к губам. Ага, ясно. Я знаю, что нужно молчать. Мне не нужно напоминать, что…

Рядом со мной возник еще один человек.

Я шарахнулась так сильно, что завалилась и врезалась бы в ножку стола, но Эзра успел поймать меня за локоть. Не веря себе, я зажмурилась. Рядом с нами на корточках сидел Дариус, склонив голову набок и выразительно приподняв брови. Какого черта, что происходит, на самом деле? Чувак буквально материализовался из воздуха! Какие маги такое умеют?

– Мы получили сигнал, – продолжал агент Харрис, не замечая, что компания под столом увеличивается, – об использовании незаконного артефакта по отношению к человеку. Женщину зовут Патрисия Эриксон, хотя мы полагаем, что это псевдоним.

Ну и дерьмо! Он говорил обо мне.

– У вас есть члены гильдии с рыжими волосами? – спросил агент Харрис Жирара.

На миг все стихло.

– Я и не скрываюсь, – объявил Аарон. – Так вы уже вроде выписали на меня повестку.

– Женщина с рыжими волосами, – раздраженно поправился агент Харрис. – Мы подробно расспросим вас и Кая Ямаду о вашем партнере Патрисии Эриксон.

Черт, черт, черт.

Агент Харрис нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

– Мы также хотим знать все о связи этой женщины с мошенником, известным как Призрак. По словам Риверов, эта женщина дала понять, что работает на него.

Я прижала ладони к щекам. Зачем, ну зачем я распустила свой длинный язык? Допрашивая Риверов, я даже не предполагала, что они сольют ОМП каждое мое слово, доложат о каждом моем шаге.

Дариус коснулся плеча Эзры, затем указал на ноги Аарона. Эзра постучал Аарона по колену.

– Советую приберечь свои вопросы для официального допроса, – твердо вмешался Жирар. – Кажется, Дариус уже уехал домой. Почему бы вам не вернуться сюда в более подходящее время?

Пока Жирар говорил, Аарон вытащил из кармана ключи от машины и передал их Эзре. Крепко зажав их в кулаке, чтобы не звякнули, тот сунул их в карман.

– Перед уходом мы осмотрим помещение. Ордер у меня есть, – заявил агент Харрис.

Сидящий рядом с Аароном Кай опустил под стол руку и показал три пальца, а затем согнул один. Он что-то считает? Три, два, один…

Кай шумно отодвинул стул и встал.

– Что за чушь собачья, – заговорил он во весь голос, невнятно произнося слова. – Какого хрена ты врываешься сюда и портишь нам вечер?

Я ахнула. Кай не относился к типу «агрессивно-вспыльчивых» – и к тому же был не настолько пьян, чтобы еле ворочать языком.

– Успокойся… – начал Жирар.

Кай хлопнул ладонями по столу, так что стаканы зазвенели.

– Да офигеть, вообще! Кем этот придурок себя считает? Он даже не соблюдает протокол! Это запугивание, вот что я вам скажу…

– Заткнись! – проорал Аарон, вскакивая на ноги. Он пьяно шатался. – Ты только хуже сделаешь!

В этот момент Дариус взял меня за локоть, так что я отвлеклась и пропустила громогласный ответ Кая. Пока два мага кричали друг на друга, глава гильдии подтолкнул меня к проходу между стульями. Меня охватила паника, но сопротивляться я не стала. Уж наверное Дариус понимает, что перепалка с криками не помешала бы агентам ОМП нас заметить.

Я выскочила наружу, Дариус не мешкая последовал за мной. В двух шагах от него Кай и Аарон перебрасывались пьяными репликами, а Жирар безуспешно пытался их разнять. Харрис и женщина-агент, словно оцепенев, раздраженно смотрели на это безобразие. Ни один человек даже не взглянул в нашу сторону.

Эзра выскочил из укрытия последним. Положив руки мне на плечи, Дариус провел меня между столиками. Никто не замечал, что мы проходили мимо. Мы обошли бар, и Дариус жестом велел мне поднырнуть под барные двери, ведущие на кухню. Я проползла под ними и выскочила с другой стороны.

Следом за мной скользнул Дариус, за ним Эзра, и вместе мы поспешили через пустую кухню. Дариус толкнул заднюю дверь, и в помещение ворвался ароматный ночной воздух.

Эзра перевел дух.

– Что ж, это было весело.

Я переводила взгляд с него на Дариуса.

– Э-э… Как вышло, что нас никто не заметил?

Дариус подмигнул.

– Коммерческая тайна, дорогуша.

У меня отвисла челюсть. Дорогуша?

– Он люминомаг, – пояснил мне Эзра. – Умение прятать – одна из его сильных сторон.

Дариус досадливо поморщился, как будто Эзра испортил ему игру, затем взглянул на дверь.

– Пришло время мне предстать перед дорогим агентом Харрисом. А вы, ребята, не задерживайтесь, идите. – Он положил руку мне на плечо и легонько сжал его. – Тебе, Тори, нужно отдохнуть от работы. Возьми пока отпуск, а когда все уладится, мы дадим тебе знать.

– Но…

– Отвези ее домой, Эзра. И сам тоже заляг на дно.

– Хорошо, сэр.

Как только Дариус вернулся на кухню, Эзра взял меня за руку и потащил на маленькую стоянку к потрепанной красной спортивной машине Аарона.

Вынув ключи, он неуверенно взвесил их на ладони.

– Ты ведь водишь машину, да? Я стараюсь делать это только в самых экстренных случаях.

– А сейчас не экстренный? – Я нехотя взяла у него ключи. – Будем надеяться, что я не совсем разучилась.

Мы забрались в машину. Я поправила зеркала, почти уверенная, что агенты ОМП вот-вот выскочат из дома и бросятся к нам, но потом развернула машину, вывела ее с места и влилась в хаотический поток транспорта. Ощущения были странные. Я целый год не садилась за руль, а моя дрянная таратайка казалась дряхлой неповоротливой баржой по сравнению с этим хоть и старым, но бойким живчиком.

По крайней мере, я не думала, что из-за нас Аарон застрянет в пабе. Учитывая количество выпитого виски, он бы в любом случае отправился домой пешком.

Трехэтажное здание скрылось из зеркала заднего вида. Я пыталась сдержать дрожь от сидевшего внутри страха. Самое смешное, что руки у меня тряслись вовсе не из-за угрозы получить обвинение от ОМП.

– Всему конец, да? – спросила я шепотом.

Эзра повернулся в кресле, чтобы видеть меня своим единственным здоровым глазом.

– Ты это о чем?

– Обо всем. – Я с трудом сглотнула. – Теперь ОМП обо мне знает. Дариусу придется меня уволить, и меня никогда не пустят обратно…

Я с самого первого дня знала, что работаю в гильдии временно. ОМП запрещал простым смертным и гильдиям смешиваться, разве что в особых обстоятельствах, – но работа в «Вороне и Молоте» никак не соответствовала критериям исключительности. Мне можно было рассчитывать самое большее на несколько недель работы здесь, но каким-то образом все растянулось на месяцы, и я отлично научилась гнать от себя мысли о будущем.

– Нет, – резко сказал Эзра. – Дариус так просто не сдастся. Он еще поборется за тебя, Тори.

– Но что он может сделать? Нельзя же бесконечно нарушать правила.

– Не знаю, но Дариус что-нибудь придумает. Ты должна в него верить. – Он коснулся моего плеча. – А даже если потеряешь работу, нас ты точно не потеряешь.

Мои пальцы крепче сжали руль. Сердце так заныло, словно готово было разорваться. Как мне хотелось ему верить, но слишком много раз я уже проживала этот сценарий. Сколько раз, казалось, у меня с коллегами или клиентами складывались прекрасные, практически дружеские отношения – но стоило мне лишиться этой работы, как наша связь рвалась, а вся дружба сходила на нет буквально за несколько недель.

Эзра долго изучал мой профиль, потом откинулся на спинку сиденья.

– Все, что известно ОМП, это то, что рыжеволосая женщина по имени Патрисия Эриксон участвовала в одном-единственном допросе. Мы пустим их по ложному следу, пусть ищут Патриcию в другом месте.

– Как это?

– У Кая есть несколько идей. – Заметив мой удивленный взгляд, он добавил: – Мы этого ожидали. Вот почему я тоже скрылся. Дариусу не нравится, когда нас берут под стражу. Это усложняет переговоры.

Я подкатила к бордюру перед своим домом – и сообразила, что выбрала, видимо, не тот пункт назначения.

– Ой! Давай я сначала тебя завезу домой?

– Не надо, все в порядке. Здесь я могу вести машину – отсюда до нас все улицы тихие.

Оставив ключи в замке зажигания, я вылезла из машины.

– Не исключено, что нам придется удалить твои контакты, – предупредил Эзра, когда мы встретились перед капотом. – Умники в МагиПол известны своей манерой неожиданно проверять наши телефоны.

– Да, точно. Конечно.

– Мы дадим тебе знать, как только опасность минует. Надеюсь, это все ненадолго.

– Угу.

– Тори, – вздохнул он.

Подошел ближе и обнял меня. Я уткнулась лицом в его рубашку. Черт, пахло от этого парня божественно. Уж не знаю, каким мылом или одеколоном он пользовался, но средство явно стоило каждого потраченного пенни.

– Это ненадолго, обещаю, – прогудел его голос, словно проникнув из его груди напрямую в мою. И Эзра меня отпустил – по мне, так слишком рано. – Мне нужно идти. Ты не расклеишься?

– Вот еще, – бодренько ответила я.

Он внимательно вглядывался в мое лицо: сомневаюсь, что мой оптимистичный тон его обманул. На всякий случай я держала улыбку все время, пока он садился в машину. Заурчал двигатель, и, махнув рукой в окно, Эзра тронулся с места. Я смотрела, как за углом исчезают огни задних фар.

Что бы он ни говорил, как бы ни уверял, мое сердце не сомневалось, что это наши последние объятия.

Сегодня вечером я в последний раз поделилась с Каем безмолвной шуткой, лишь обменявшись с ним взглядом. Сегодня вечером Аарон в последний раз меня поцеловал, украдкой, через стойку бара, пока никто не видел.

Перед моим мысленным взором вспыхнула колода карт Сабрины. Дурак, слепо шагавший в пропасть со скалы. Предупреждение, такое ясное, но слишком запоздалое.

Стоя в одиночестве на тротуаре, я смотрела на то место, где недавно стояла машина, и отчаянно хотела, чтобы этот волшебный сон продлился дольше.

Глава 3

У входа в кофейню я сразу угодила в мощный поток воздуха из кондиционера. Стоя в очереди, я с интересом наблюдала, как работает бариста. Хм, бариста. Раньше мне не приходилось заниматься приготовлением кофе, но я же могу научиться. После трех дней полной тишины со стороны ребят и гильдии я серьезно задумалась о том, как мне быть. Съемная квартира сама себя не оплатит.

Взяв латте со льдом и клюквенный маффин, я выбрала место у окна. Рассеянно наблюдая за прохожими на тротуаре, я смаковала кексик и ждала.

Дверной колокольчик звякнул, и вошел человек, чья темно-синяя форма и пистолет на поясе привлекли внимание всех посетителей. Я помахала рукой, и он кивнул, после чего встал в очередь. Спустя минуту он опустился на сиденье рядом со мной и развернул толстый ломоть бананового хлеба.

Я пихнула его локтем.

– Хоть поздоровался бы сначала…

– Пвыффеф, – произнес он с набитым ртом и поспешно проглотил кусок. Это далось ему непросто. – Прошу прощения. Я еще не обедал.

– Как дела?

При виде его внезапно поникших плеч во мне вспыхнула тревога. Джастин – не просто полицейский. Он мой старший брат, и, когда я вижу, что с ним что-то не в порядке, тоже начинаю чувствовать себя несчастной.

– Так я и не получил повышения, – пробормотал он. – Назначили кого-то другого.

– Ублюдки! – прорычала я, залпом допив свой латте. – Как они могли так с тобой поступить? Ты закончил академию с лучшими оценками, работаешь как собака, берешься за любое дело, какое предложат, даже самое дерьмовое…

– Спасибо, Тори, – перебил он, слабо улыбнувшись. Он знал, что, если мое красноречие не остановить, меня далеко может занести. – Я должен стремиться к тому, чтобы в следующий раз получилось.

Я в досаде разорвала обертку от маффина.

– Почему они тебя не ценят, почему вечно задвигают? Ты не знаешь?

Брат скривил рот в гримасе, почти незаметной за короткой бородкой.

– Кажется, я задавал слишком много вопросов.

– Вопросов? О чем?

– Насчет… некоторых законов. О том, о чем я и не подозревал, пока не начал служить в полиции. – Вдруг он настороженно огляделся. – Вообще-то, я не могу говорить об этом. Подписал бумагу о неразглашении.

Меня обдало холодом. Некоторые законы. То, что нельзя обсуждать. Ой.

Посвященные делали все, чтобы скрыть сообщество магов от посторонних глаз, но для правоохранительных органов были серьезные исключения. ОМП сделал… специальные документы для магов. Их удостоверения личности были помечены особым номером (маг. ID), и полиции не разрешалось задерживать его обладателей. Вместо этого копы были обязаны передать информацию о маге в ОМП.

Меня очень интересовало, много ли обычному среднему копу известно о магах. Но по какой-то идиотской причине мне и в голову не пришло, что мой брат-полицейский тоже может знать секрет. И что же именно он знает?

Джастин выдавил улыбку.

– Что мы все обо мне да обо мне. Как у тебя на работе дела? Ты сегодня в вечернюю смену?

Мне хотелось вернуться к прежней теме и расспросить брата о том, каковы его познания в области магии, но это заставило бы его насторожиться. Еще не время…

Что ж, тогда поговорим о моей работе.

– Я в отпуске, – беспечно сказала я. – В баре небольшой ремонт, у меня мини-каникулы.

– Выходные? Здорово. Надеюсь, тебе их оплачивают.

– Ага, – виновато соврала я.

– А как… тот парень? – Джастин поморщился. – Аарон?

– А что с ним такое?

– Разве вы не встречаетесь?

Я застыла. И поспешно улыбнулась.

– Вроде. Типа того. Да так, без обязательств. Ничего серьезного.

Теперь морщина появилась у Джастина на лбу.

– В последнее время ты несколько раз говорила, что у вас свидания.

Я кивнула.

Брат немного подождал.

– Ну и? – спросил он, наконец.

– А что?

Фыркнув, он откинулся на спинку стула.

– Понимаю, я не девчонка, чтобы вести со мной задушевные разговоры. Но ты хоть разок могла бы восхититься тем, какой он классный и мужественный, ну, рассказать про последнее свидание или расписать, как представляешь себе будущую свадьбу, – ну, хоть что-то в этом роде.

– Ты правда думаешь, что девушки так об этом говорят?

– И моя догадка небеспочвенна. Тебе вообще нечего сказать об этом парне?

– Тебе нужна не болтовня «о своем, о девичьем». Тебе нужна какая-нибудь грязь, компромат, чтобы убедить меня его бросить. Ты же всегда так делаешь.

– Обычно я так делаю, потому что ты, как правило, встречаешься с придурками, которые заслуживают того, чтобы их бросили. Этот парень вроде бы кажется порядочным, но, – Джастин многозначительно приподнял брови, – если он морочит тебе голову, это нехорошо, и тебе следует подумать о том, чтобы…

Я подняла руку.

– Стоп, не продолжай. Аарон мне голову не морочит. Мы встречаемся без обязательств, потому что нас обоих это устраивает, вот и все. – Джастин открыл рот, но я, чтобы пресечь возражения, поспешно задала встречный вопрос: – А как Софи?

Открытый рот Джастина медленно закрылся. Брат уставился на свой кофе.

– Мы расстались.

Я чуть не выплеснула свой латте.

– Как?

– Она… – Джастин прочистил горло, – … переехала от меня две недели назад.

– Почему ты ничего не сказал?

Меня захлестнуло сочувствие. Совсем скоро они с Софи должны были отмечать первую годовщину свадьбы и, насколько я знала, были безумно счастливы.

– Что случилось?

– Она съехала вскоре после твоего отъезда. Сначала у нас все было классно, а потом… – Он сгорбил спину. – Даже не знаю. Ни с того ни с сего началось: что я ни сделаю, все не так. Ей хотелось, чтобы все было, как она хочет, и я поначалу старался уступать, но…

Я похлопала его по плечу, не показывая, что вся киплю. Ужиться с Джастином легко. Чтобы вывести его из себя, Софи должна была превратиться в гарпию, помешанную на полной власти. Эх, попадись она мне только, обязательно макну ее физиономией в ближайшую лужу погрязней.

Несколько минут я утешала брата, а потом перевела разговор на спорт, и он оживленно заговорил о лагере для юниоров и наборе новых игроков, пока мы не допили свой кофе, а у него не закончился перерыв. Вместе мы дошли до патрульной машины, обнялись на прощание, и я отправилась домой.

Даже во вторник днем на Робсон-стрит была кошмарная толпа, и я то и дело увертывалась от столкновений с пешеходами, пока не нырнула в переулок. Обогнув Чайнатаун, я оказалась в своем районе. Вдоль улиц здесь выстроились небольшие многоквартирные дома и несколько коттеджей, высокие деревья отбрасывали на тротуар приятную тень.

Дом, в котором я снимала квартиру, был окружен травой и выглядел уютным, хоть и видавшим виды. Пройдя через задний двор, я открыла входную дверь, а потом внутреннюю, ведущую в подвал. Стоило мне ее отворить, как по лестнице эхом прокатился оглушительный взрыв хриплого смеха.

Сколько раз я просила этого негодника не включать телик? Мои соседи сверху большую часть года были в отъезде, но я совсем не хотела, чтобы кто-то явился ко мне с вопросом, почему мой телевизор включен двадцать четыре часа в сутки.

Я сбежала вниз по лестнице, бросила сумку и решительно направилась в гостиную.

– Прутик! Сколько раз я тебе говорила – не на полную громкость!

Огромные зеленые глаза оторвались от экрана и повернулись ко мне. Небольшой, ростом в два фута, фейри капризно надул губы, но все же направил пульт на телевизор с плоским экраном. Покачивая большой зеленой головой с кривыми веточками вместо волос, он два – два! – раза нажал кнопку громкости. Естественно, уровень шума практически не изменился.

Мой скудный бюджет не потянул бы шикарный телик с плоским экраном – но однажды Аарон привез его на заднем сиденье. Если ему верить, телевизор был у него лишним и пылился в подвале, но поначалу я все равно упиралась и отказывалась от подарка, пока не сообразила, что привез он его скорее для себя, чем для меня. Просто человек хотел иметь возможность смотреть телик, когда здесь бывает. А бывал он здесь еженедельно – и не только он, но и Кай, и Эзра.

Иногда, под настроение, Кай готовил, но такое случалось нечасто. Кулинарные навыки Аарона ограничивались выполнением инструкций на упаковке, а Эзра вообще избегал кухонь любой ценой. Поэтому почти каждое воскресенье и понедельник – в мои выходные – парни появлялись у меня дома, чтобы пообедать.

Я безжалостно их дразнила, обзывая беспомощными холостяками, но, честно говоря, мне это нравилось. Во-первых, я обожаю стряпню и вечно готовлю слишком много еды, а во-вторых, какая женщина отказалась бы, чтобы в ее квартире почти постоянно паслись три крутых, веселых и довольно обаятельных мага? Если бы я не работала пять вечеров в неделю, то готовила бы для них еще чаще.

Мой взгляд переместился на потертый диван, стоящий перед телевизором спинкой к двери. Еще один подарок. Ребята, по их словам, давно планировали купить себе новый, вот и отдали старый диван мне, заменив его раскладным кожаным чудовищем.

В спальне я переоделась в просторный топ и шорты для йоги. Из телевизора донесся очередной приступ фальшивого смеха, но я только покачала головой. Непонятно было, нравятся ли Прутику ситкомы, – он никак не реагировал на шутки, просто смотрел, но так пристально, словно хотел запомнить каждую сцену наизусть. Я могла только догадываться, что при этом усваивает маленький монстр. Но уже запретила ужастики и романтические комедии. Последний жанр я считала безопасным, пока однажды, придя домой, не нашла сообщение. Выложенное на моей кровати. Лепестками роз.

Что оно гласило? БЕКОН.

Оправившись от потрясения, я сообщила Прутику, что, во-первых, лепестки цветов – ужасно кривая форма общения, а во-вторых, если он хочет попросить завтрак, лучше сказать мне об этом лично.

Должны ли лесные фейри есть бекон? Кто их знает. Не исключено, что и в этом я его развратила. Другие феечки теперь ни за что не примут его обратно, ведь он пристрастился к мясу.

Час спустя я сидела на табурете у барной стойки, без особого энтузиазма просматривая списки вакансий. Хотя я и не совсем перестала надеяться на то, что после расследования ОМП моя работа в «Вороне и Молоте» возобновится, отсутствие рабочих смен означало отсутствие оплаты. Пришло время вспомнить, что я взрослая тетенька, и начать искать работу.

Подперев подбородок ладонью, я пролистала три перечня вакансий для барменов. Упс. Не то, не то и еще раз не то. В высококлассном стейк-хаусе я бы и часа не продержалась. Обращение к клиентам типа «Эй ты, клоун!» в таких местах неприемлемо.

Отказавшись от дальнейших поисков работы, я уныло слонялась по квартире, пытаясь найти, чем бы заняться. Из-за тревоги во мне бурлила энергия, но руки ни к чему не лежали, да и сосредоточиться я ни на чем не могла. По мере того, как часы приближались к четырем, мое напряжение росло. Раза три я доставала телефон и проверяла, нет ли пропущенного звонка.

Остановившись посреди кухни, я вперилась глазами в микроволновку, как раз когда светящиеся зеленым часы перескочили с 3:59 на 4:00. Так и запишем: первая смена, которую я пропустила с тех пор, как начала работать в «Вороне и Молоте».

Ладно, не совсем так. Две недели работы я пропустила, пока один знаменитый преступник держал меня в плену, но это, по-моему, не в счет. Я не двигалась, следя за часами. 4:01. 4:02. Когда дошло до 4:05, я открыла шкаф и достала стопку. Вынув бутылку из шкафчика над холодильником, наполнила посудину, подержала в руке и выпила залпом. Виски прожег мне желудок насквозь.

Я налила вторую порцию, тоже выпила и со стуком поставила стопку на столешницу. Хватит хандрить. При таком уровне тревоги и жалости к себе возможен был лишь один выход.

Прутик оставил без внимания, что я прошла мимо него в свою спальню. Он проигнорировал меня и когда я снова выскочила в еще более потрепанных майке и шортах. Он не отреагировал на то, что я вытащила из шкафа ведро и тряпки, и даже ухом не повел, когда натягивала желтые резиновые перчатки.

Но стоило отвинтить крышку с бутылки чистящего средства, как его голова дернулась.

– Только не это, – сердито прошипел он. – Зачем ты все протираешь ядами?

– Это называется уборкой, и если не нравится, можешь уйти.

Он придвинулся ближе, сморщив маленький носик.

– Ты уже делала уборку на прошлой неделе. Пол вонял всю ночь.

– Я убираюсь каждую неделю.

– Люди глупы.

А когда я налила чистящую жидкость в ведро, он поспешно дал деру, шлепая по полу огромными ступнями.

– Глупый человек! Убери это!

– Я предупреждала, чтобы ты меня не оскорблял.

Рыча что-то на своем языке, Прут исчез.

Прищурившись, я присмотрелась к месту, где он только что стоял (иногда фейри просто притворялся, будто ушел), после чего вырубила его шоу по телику и включила свой любимый плейлист. Прибавив звук настолько, чтобы ритм эхом отдавался в костях, я принялась за работу.

Сперва отдраила все поверхности на кухне, дважды останавливаясь, чтобы глотнуть еще виски, а потом направилась в ванную. День превратился в вечер, а я смотрела на часы всего три раза в час.

Вылив грязную воду и снова наполнив ведро, я отнесла его в главную комнату, покачивая бедрами в такт музыке. После четырех порций виски я чувствовала себя довольно сносно. Или их было пять? Я могла сбиться со счета. Сделав музыку еще громче, я уселась на пол по-турецки и приступила к протирке плинтусов.

– На-на-на-на, – воодушевленно напевала я. Потянувшись к плинтусу за тумбой под телевизором, я остановилась, склонив голову набок, и прислушалась. – Прутик! – На мой призыв никто не ответил, и я пожала плечами. – На-на-на…

Но тут же снова перестала петь, напрягая слух и пытаясь услышать что-то сквозь музыку. Сняла хозяйственные перчатки, вытащила телефон – но пропущенных на нем не было. Я не могу держать себя в руках? Злясь на себя, я пошла на кухню. Бутылка виски терпеливо ждала, и я, бурча под нос мелодию, налила себе стопку. Подумаешь, одной больше.

Приветственно подняв стопку (даром что рядом никого), я громко пропела припев, поднесла виски к губам, запрокинула голову – и ясно услышала: стучат.

Я опустила стопку, не выпив. Громкий стук раздался снова. Сбитая с толку и полная надежды, я затрусила к выходу – даже не осознавая, что стопка все еще у меня в руке. Пока ее содержимое не выплеснулось мне на босые ноги. М-да. По крайней мере, я как раз занимаюсь уборкой.

Поднявшись по лестнице, я открыла дверь и выбралась из подвала в прихожую, но на ручке двери моя рука задержалась. В голове смутно забрезжила мысль – стоит ли торопиться? Но – это же, наверное, ребята. А не позвонили заранее потому, потому что, э-э… потому что их телефоны конфисковал ОМП! Ага, точно.

Улыбаясь во весь рот, я распахнула дверь.

На крылечке стояли двое, но не Аарон, Кай или Эзра. Эти двое даже не были мужчинами. Какое разочарование. Морща нос, я осмотрела их с головы до пят.

– Вы, – объявила я. – Я вас не знаю. Кто вы?

Женщины уставились на меня. Их красивые светлые волосы падали восхитительными волнами, обрамляя миловидные лица, и во мне вскипело раздражение. Блузки в цветочек и юбки до щиколотки так красивы и изящны – а на мне грязнущая майка и шорты для йоги с дыркой в шагу. Почему штаны всегда первым делом рвутся в шагу? Вот ведь глупость.

– Меня зовут Оливия, – представилась та, что повыше, протягивая мне руку. – А это моя сестра Одетта.

Я покосилась на ее руку – ногти отполированы и подпилены, форма идеальная.

– Это только имена, они не объясняют, кто вы.

– Приношу извинения, – сказала Оливия-или-Одетта. Я уже забыла, кто из них кто. – Мне следовало начать с этого. Мы от Ковена Стэнли и… ну, мы надеялись поговорить с вами, если это возможно.

– Ковен Стэнли, – медленно повторила я. – Ковен. Ах, так вы ведьмы.

Ну конечно. Ковены – это ведьмы. Вот так это устроено. Видите? Я разбираюсь во всей этой магической хрени.

Она нерешительно кивнула, все еще держа вытянутую руку перед собой и ожидая, когда я ее пожму. Я взглянула на стопку в руке, наполовину опустевшую после беготни по квартире. Пожав плечами, допила виски и величественно махнула рукой.

– Ну, заходите, дамочки, послушаем, что вы хотите мне сказать.

Глава 4

– Выпить хотите? – спросила я через плечо, поднимаясь впереди них по лестнице.

– Спасибо за предложение, но, боюсь, мы не пьем, – отозвалась О-первая.

– Это как-то скучно. Ну тогда, наверное, просто садитесь.

Я оставила свою пустую стопку в раковине, а они тем временем осторожно устроились на моем диване. Красивые блузки, длинные юбки, застенчивые манеры и отсутствие интереса к алкоголю. В моем мозгу забрезжило подозрение.

– Погодите. Разве вы пришли не для того, чтобы обратить меня в Викку[1], а?

О-вторая нахмурила нежный лоб.

– Мы не виккане. Как и большинство ведьм.

Опа.

– Я знаю. Просто пошутила.

– Конечно. – Она улыбнулась. – Очень остроумно!

Да, я была немного пьяна, но не настолько, чтобы поверить ей хоть на полсекунды. Оттащив табурет от барной стойки, я поставила его перед телевизором и села лицом к посетительницам. Вскочила, выключила музыку и снова села.

– Итак, – нетерпеливо спросила я, – что же привело в мой дом двух ведьм?

По спине пробежал неприятный холодок. Гм. Важный вопрос – и, если вдуматься, стоило бы задать его прежде, чем впускать их внутрь.

Сузив глаза, я оглядела ведьм с ног до головы. Ну, с этими я, пожалуй, справлюсь, если придется драться. Бывало и хуже.

О-первая сложила ладони.

– Мы с Одеттой пришли в надежде, что вы и ваша гильдия сможете нам помочь.

Ага, вторая, стало быть, Одетта. Запомним. Как же первую-то зовут?

– Я знаю, это не совсем обычно…

Офелия? Или чуть ли не Одесса?

– …и прошу простить нас за вторжение. Мы явились в ваш дом, не предупредив…

Опал? Или Окли?

– Но нам показалось, что выбора нет, после…

– Оливия! – торжествующе выкрикнула я.

Тонкая бровь вздернулась.

– Да?

Смущенно кашлянув, я постаралась взять себя в руки.

– Давайте-ка по порядку. Первый вопрос: Как вы меня нашли? Нет, ну серьезно?

Мало того, что я неизвестна МагиПолу, магическое сообщество за пределами «Ворона и Молота» вообще ничего обо мне не знало. Я не была зарегистрирована в базе ОМП, не числилась официальным сотрудником гильдии и, по сути, в мире магии не существовала.

Так какого черта здесь делают какие-то ведьмы?

Одетта улыбнулась.

– Как уже сказала Оливия, мы приносим извинения за вторжение. Мы расспросили местных фей, и кое-кто из числа маленьких фейри поведал нам о ведьме, у которой живет лесной дух. Через них мы и нашли ваш дом.

Прутик, вот ведь болтун и сплетник. Что он наплел обо мне своим дружкам-духам?

Ведьма подалась вперед.

– Мы рады встретить духовную сестру. Мы думали, что знаем всех…

– Я не ведьма, – вылетело из моего рта прежде, чем я успела остановиться.

– Вы… нет? Но вы делите кров с фейри, и… – она указала на мою руку, – у вас есть фейский знак долга.

Я тоже посмотрела на внутреннюю сторону своего запястья. Там, почти невидимая на моей коже, имелась маленькая элегантная руна.

– Э-э-э… особые обстоятельства. Но не ведьма, это точно.

– О! – Она помедлила, надеясь, вероятно, что я сообщу ей, какой магией владею. Но я отлично знала, что напрямую спрашивать мага об этом считалось верхом неприличия.

Хотела бы я рассказать им о своей магической специализации. Но, будь я магом, меня бы сейчас здесь не было. Я была бы в гильдии, с ребятами.

– Вы сказали, у вас какая-то просьба, – сказала я, пока еще не раскисла от жалости к себе.

– Мы, как бы это сказать… – Оливия поморщилась, – не очень комфортно чувствуем себя среди… верхнего эшелона магов. Нам непросто, даже трудно общаться с другими гильдиями.

Одетта совсем поникла.

– Наш опыт подобного общения сделал нас еще более неуверенными. Мы надеялись, что частная, менее официальная встреча пройдет легче.

Им, может, и легче, а вот мне нет. Они здесь по делам гильдии, но я-то не член гильдии, даже мечтать о таком не смею – а следовательно, лучше поскорее сворачивать эту «встречу», пока я не влезла в серьезные неприятности.

– Ну ладно, – заявила я, вскакивая на ноги. – Было приятно познакомиться, уважаемые дамы с именами на «О», но, боюсь, я не тот человек, который вам нужен. Со мной и говорить не о чем. Если вам требуется помощь, то лучше обратиться к…

– Пожалуйста, Тори, – прервала Одетта, и ее тихий голос каким-то образом заглушил мой. – Пожалуйста, выслушайте нас. Вам не нужно ничего делать. Только выслушайте и передайте нашу просьбу членам своей гильдии.

Я поколебалась. Выслушать их? Что в этом такого…

Но нет. Во-первых, в моем доме оказались странные магические существа, а это небезопасно. Во-вторых, я уже и так оказалась под следствием ОМП за вмешательство в дела гильдии. И в-третьих, не исключено, что я не вполне трезва. Ладно-ладно – напилась в стельку.

При мысли об изгнании меня снова пронзили печаль и одиночество. Неужели парни сидят сейчас в пабе, на своих обычных местах у моей барной стойки? Кай включил ноутбук, занят поисками следующего задания, а Аарон и Эзра перебрасываются остротами. И я должна была бы стоять за стойкой, подавать им напитки и подшучивать над ними.

Медленно я опустилась на табурет. Отрезана от их мира – и именно сейчас, когда так отчаянно хотела быть его частью. Но… сейчас крошечный кусочек этого мира присутствовал здесь, чопорно сидя на моем диване. И я не смогла заставить себя указать им на дверь.

– Ладно, – проворчала я. – Выкладывайте.

– Спасибо, – прошептала Оливия, заправляя за ухо волнистые волосы. Ее голубые глаза сияли благодарностью. – Вы не представляете, как много это для нас значит. Нам больше не к кому обратиться.

– Ага, конечно. – И я махнула ей, чтобы продолжала.

– Позвольте мне начать с самого начала. Территория нашего ковена, как вы наверняка знаете, охватывает весь Стэнли-парк, а также центр города, хотя там, конечно, мало фейри.

– Конечно, – кивнула я с важным видом, как будто и сама это знала.

– В начале этой весны в парке Стэнли несколько фейри пропали без вести. По сравнению с другими это очень большой парк. Но все же совсем небольшой уголок дикой природы, да еще с многочисленными ежедневными посетителями. Поэтому население лесного народа там ограничено и состоит из фейри, лесных эльфов и пикси. Мы искали пропавших фейри, но они исчезли бесследно.

– А вы уверены, что они не просто так взяли да и ушли? Прутик сплошь и рядом исчезает каждый раз, как ему захочется.

– Ах, – Одетта закашлялась, – вы, вероятно, этого не знали, но фейри, будучи существами полутелесными, могут перемещаться между нашей реальностью и их собственной. Те, кто не наделен даром спиритала, не способны обнаружить фейри, перебравшихся в Элизиум, но мы это можем.

– Ой. Извини, да, я не в курсе всех колдовских штучек.

– Многие маги не в курсе, – покривила она душой из деликатности. – Поверьте нам, когда мы говорим, что эти малые фейри исчезли, это действительно так и есть.

Оливия нервным движением поправила юбку.

– К сожалению, это было только начало. Фейри продолжают исчезать из парка. Всего за последние четыре месяца пропало восемнадцать малых фейри.

Тут уж во мне поднялась тревога, заставив мозги включиться.

– Это ужасно.

– Мы обращались в другие гильдии, но все до единой нас отвергли. – Одетта сверкнула глазами. – Маги, не относящиеся к спириталам, не имеют подходов к фейри – так они говорили нам, но на самом деле просто даже не удосужились вникнуть, чтобы помочь. Им нет дела до малых фейри.

– Вот что привело нас в «Ворона и Молот», – чуть слышно прошептала Оливия. – К вам.

– Мы опросили все остальные гильдии в городе, которые занимаются разными делами за вознаграждение. Мы даже, – Одетта сглотнула, – «Око Одина» просили взяться за эту работу. Они тоже отказались, но по другой причине: награда недостаточно высока, чтобы их заинтересовать.

– «Око Одина», – пробормотала я. Эту гильдию не раз упоминали в «Вороне и Молоте», но все отзывы были нелестными.

– Единственная гильдия, к которой мы не обратились, – это «Великий Гримуар», но я уверена, вы понимаете, почему это так.

Я кивнула, хотя не имела об этом ни малейшего понятия.

– «Ворон и Молот» – наша последняя, отчаянная надежда. – Глаза Одетты наполнились слезами. – Если вы нам не поможете, у нас не будет другого выбора, кроме как оставить на произвол судьбы пропавших фейри и распустить наш ковен, поскольку мы явно не годимся для…

– Эй, не будем спешить. – Я провела руками по лицу, пытаясь избавиться от алкогольного тумана. – У вас есть какие-то зацепки? Есть идеи, что происходит с фейри в парке?

Обрадовавшись этому намеку на сотрудничество, Оливия наклонилась вперед.

– У нас нет никаких основательных теорий, хотя есть догадки. Возможно, это черные ведьмы.

– Черные ведьмы…

Видно, какие-то злые колдуньи, предположила я.

– Просветите меня. Чем черная ведьма отличается от просто ведьмы?

– Это любая ведьма, которая имеет дело с темными фейри, – быстро ответила Одетта. – А еще ведьмы, которые обманывают или предают тех фейри, с которыми общаются.

– И ведьмы, которые совершают преступления по заказу фейри ради солидного вознаграждения, – добавила Оливия.

Я потянула себя за волосы, завязанные в хвост.

– Допустим… и на что черной ведьме сдались фейри из Стэнли-парка?

– В нормальном случае я бы сказала, что они ей не нужны, – медленно ответила Оливия. – Малые фейри слишком слабы и несущественны, чтобы заинтересовать черную ведьму. Однако мы нашли признаки охоты на фамильяра.

– Охоты на фамильярных? А почему они фамильярные?

– Охота на фамильяра, – пояснила она с отвращением, кривя губы. – Черные ведьмы часто считают выше своего достоинства равноценный обмен с фейри. Поэтому чаще они выслеживают магическое существо, которое считают могущественным и внушительным, и насильно привязывают к себе в качестве фамильяра.

– Но, как уже сказала Оливия, – подхватила Одетта, – маленькие фейри из парка слишком слабы, чтобы за ними стоило охотиться и привязывать к себе. Мы не совсем понимаем, что там происходит.

– Но что-то происходит. Что-то ужасное.

– Черных ведьм нужно остановить.

– Потерянные фейри должны быть найдены, даже если уже слишком поздно, чтобы их спасти.

– Мы нуждаемся в твоей… вашей… В помощи вашей гильдии.

– Нам больше не к кому…

– Прекратите! – Я прижала руку ко лбу, от их скороговорки на два голоса у меня взрывался мозг. – Просто помолчите. Мне надо подумать.

Сложив руки на груди, они ждали.

Я помассировала виски. Приподнятое настроение, которое появилось, пока я пела и убиралась, бесследно испарилось. Хотелось только одного – заползти в постель. Или нет – сначала пусть меня вырвет, а потом уж можно лечь спать.

– Не могу ничего обещать, – сказала я наконец. – Но я сообщу своей гильдии. А там уж они сами решат, что им делать и все такое.

Сияя, ведьмы окружили меня и стали пожимать мои обмякшие руки.

– Спасибо, Тори. Большое спасибо!

– Мы будем с нетерпением ожидать ответа вашей гильдии.

– Ковен будет в восторге от такой хорошей новости.

– Вы можете в любое время связаться с нами через ковен. Не стесняйтесь звонить по любым вопросам.

– Мы поможем, чем сможем. Только сразу дайте нам знать, когда ваша гильдия будет готова начать расследование!

У меня снова голова пошла кругом.

– Постойте. Я ничего не обещала и не говорила, что мы…

– Не будем злоупотреблять вашим гостеприимством, – перебила Одетта, все еще не выпуская мою руку из своих.

– Спасибо за вашу отзывчивость, Тори. Я так рада, что мы пришли поговорить с вами. Вы надежная, и в вас столько сострадания.

– Да нет же, я не… – заикалась я. – Я не…

Отпустив меня, обе ведьмы устремились к лестнице. Я сползла со своего табурета и бросилась за ними, но к тому времени, как добралась до ступенек, они уже вспорхнули наверх и только помахали рукой на прощание.

– Мы скоро снова встретимся и поговорим, Тори! Благодарим вас от всего сердца!

И с этими словами они скрылись за дверью. Хватаясь за перила, чтобы не упасть, я выбралась по лестнице на крыльцо, но во дворе было темно и пусто. Сестрички уже исчезли.

Да, дерьмово. Кривя физиономию, я перебрала в уме весь наш разговор, пытаясь понять, в какой момент пообещала, что «Ворон и Молот» возьмется за работу. Разве я не сказала ясно, что не могу ничего обещать? Уж это я точно говорила, верно?

Неужели я случайно, между делом, подписала свою гильдию на расследование случая с пропажей фейри, от которого отказались все прочие гильдии в городе?

Жуть. Кай теперь на меня накричит. Аарон, скорее, посмеется, а вот Кай… да, этот чувак точно будет кричать.

Глава 5

Я проснулась с чудовищной головной болью – это была всем болям боль, боль-праматерь. В висках пульсировали отдельные маленькие боли – ее дочки, и вся эта семейка долбилась в голове, грозя выдавить глаза и расколоть череп. Застонав, я вытащила свою жалкую задницу из постели и поморщилась от противного привкуса во рту. Виски – напиток самого дьявола.

Не забыть бы, подумала я, спросить у парней, пьют ли демоны виски. Я ничего не знала о демонике, этом классе магии, кроме, ну, демонов.

Жаль, ребята должны изо всех сил притворяться, что меня не существует в природе, пока не уйдет МагиПол. А за это время я останусь без работы, а то и без нашей дружбы. Это при условии, что они не отвернутся от меня из-за вчерашней провальной встречи с ведьмами.

Я провела было руками по волосам – пальцы застряли в каком-то спутанном крысином гнезде. О чем, черт возьми, я только думала? Нельзя было открывать дверь, вообще никому – не говоря уже о том, чтобы приглашать в гости пару ведьм, не говоря уже о том, чтобы позволить им вывалить на меня все свои проблемы. И как им только в голову пришла мысль, что я обещаю им помощь своей гильдии? Вот хоть убейте, я правда не помню, чтобы говорила такое.

По-хорошему надо бы позвонить ведьмам, объяснить, что это недоразумение, да и забыть об этом, как о мелкой неприятности. Идеальное решение – при условии, что у меня был бы доступ к магической базе данных гильдий и их контактной информации. Но его-то у меня не было.

Выудив из-под подушки свой мобильник, я задумалась, пялясь на монитор. Аарону позвонить ничего не стоит… но Эзра меня предупредил, что МагиПол любит копаться в их телефонах. А вдруг телефон Аарона вот прямо сейчас на столе у агента Харриса? Тогда этот звонок приведет ОМП прямо к моему порогу?

Нет, небезопасно.

Оставался только один вариант, если уж я хотела поговорить с парнями. На моем лице расцвела широкая улыбка, и я глянула на часы – без четверти одиннадцать.

Аарон, Кай и Эзра редко появлялись в гильдии раньше двух, обычно ближе к четырем. Ленивые бездельники вставали позже, чем я, но сегодня это играло мне на руку. Если повезет чуть-чуть, смогу застать их дома.

Я вприпрыжку направилась было к двери своей спальни, но тут же замерла, потому что от приступа пульсирующей боли голова чуть не разорвалась. Осторожно двинувшись дальше, уже не так порывисто, я распахнула дверь.

Прямо напротив моей комнаты стоял табурет из кухни. А на табурете стоял Прутик и таращил на меня свои большие зеленые глаза. Это что такое?

Пока я в замешательстве смотрела на него, он выпрямился.

– Спорим на оплеуху!

И вдруг он ударил меня по лицу.

Да так, что я врезалась в дверной косяк. Прижав руку к щеке, я завопила в голос.

– Что ты творишь, кусок зеленого дерьма!

– Спорим на оплеуху! – пронзительно повторил он, и его рот растянулся до ушей в радостной ухмылке. – Смешно, правда? Людям нравятся такие забавные вещи, как…

Я бросилась к нему. Он спрыгнул, а я налетела на табурет.

– Оплеуха! – вопил он, драпая через гостиную. – Это весело!

– Ничего веселого! – заорала я, бросаясь вдогонку. – Догоню – сверну твою тощую шею!

Рывком открыв дверь подвала, он нырнул в темноту. Я резко остановилась и пинком закрыла дверь.

– Вот и сиди там! – крикнула я. – И больше никаких ситкомов!

– Но они забавные! – донеслось из подвала.

– Ты бы не веселился, если бы это я вмазала по твоей противной роже! – злобно ворча и потирая щеку, я доползла до ванной и в сердцах захлопнула дверь. Будь проклята та Тори, которой я была в недавнем прошлом, за гениальную идею позволить фейри, неспособному понять самых элементарных нормальных правил человеческого общежития, смотреть ситкомы.

После душа – слишком короткого, чтобы хоть немного унять головную боль, я осмотрела свою щеку и решила, что Прутик не так уж сильно меня ударил. Должно быть, это из-за похмелья мне почудилось, будто он расквасил мне лицо. Дурацкий фейри.

Вибрируя от желания наорать на кого-нибудь, я схватила телефон. Пальцы так и порхали над цифровой клавиатурой – я разъяренно набирала сообщение.

Фейри тупицы, и ты тупица, а если бы ты был порядочным человеком, то подсказал бы мне, как избавиться от соседа-фейри.

Отправив письмо, я сосчитала в уме до десяти. Как обычно, он не ответил. Не скажу, что его за это винила, поскольку я всегда только тем и занималась, что всячески его обижала. Я ничего не могла с собой поделать. Это приносило мне облегчение, и – даже если он вроде бы ничем не заслуживал очередной порции оскорблений – с кармической точки зрения он все равно ее заслуживал. Он успел наворотить целую кучу всего, за что должен был ответить.

Десять минут и три стакана воды спустя (похмелье – отстой, тьфу) я направилась к выходу, поправляя последние детали своего камуфляжа. Ладно, на самом деле не было никакого камуфляжа, просто я не хотела сверкать рыжей шевелюрой перед кем-то, кто, возможно, следил за домом Аарона.

Я натянула легкий свитер с капюшоном, который подняла, а волосы убрала под бейсболку. Маскировку дополнила пара огромных солнцезащитных очков. Я даже не выглядела чокнутой, поскольку погода только-только поменялась, и на смену солнечной благодати пришли мрачные тучи. Я даже прихватила зонтик – так, на всякий случай.

Прогулка до дома Аарона заняла чуть более получаса – не потому, что это было далеко, а потому, что пришлось обогнуть с десяток кварталов, занятых железнодорожным вокзалом и деловым центром между нашими районами. Трясясь от нахлынувшей паранойи, я добралась до его улицы, вдоль которой с одной стороны стояли дома, а с другой тянулась полоса старых деревьев, скрывавшая от глаз вышеупомянутый деловой центр.

Проверив сначала, нет ли поблизости машин, в которых сидят шпики с вечной сигаретой в зубах, – и не обнаружив ничего подозрительного, – я прошагала далеко мимо голубого дома в деревенском стиле. Во двор я попала со стороны переулка и подергала дверную ручку. Заперто.

Тогда, присев на корточки, я приподняла шатающийся кирпич сбоку от крыльца и выудила запасной ключ. Открыв дверь, я положила ключ на место и впорхнула внутрь. Привычно, как частенько делала в последние три месяца, я скинула туфли, положила сумку и зонтик на столешницу, а сама прошла на кухню. Я бывала здесь много раз, но никогда не являлась так рано и без предупреждения.

К моему удивлению, в доме не было тихо. Гремела музыка, пол дрожал от басового ритма, и я недоверчиво уставилась на дверь в подвал. Они уже не спят? Да ладно! Еще и двенадцати нет.

Я сунула темные очки в сумку, затем приоткрыла дверь в подвал, позволив музыке – какой-то заурядный рок с быстрым битом – проникнуть на кухню. Свет внизу был включен, но я смогла рассмотреть только кусок недостроенной комнаты.

Вежливый, тактичный человек покричал бы, чтобы сообщить о своем неожиданном прибытии, но меня бы в жизни никто не назвал тактичной. Хихикая про себя, я спустилась по лестнице, внизу помедлила, а потом высунула голову из-за угла, приготовившись к тому, что буду шокирована или возмущена тем, что увижу.

Огромная комната протянулась во всю длину дома. Один угол был заполнен обычным подвальным набором: ящики, баки и полки для хранения барахла, но большая часть подвала представляла собой полноценный спортзал. Беговые дорожки, тренажер-лестница, вело- и силовые тренажеры, штанги и зеркальная стена. В другом углу к потолку была подвешена боксерская груша, а толстые маты для спарринга образовывали большой квадрат. Музыка лилась из стереосистемы в углу.

Аарон лежал на скамье силового тренажера, держа нагруженную штангу в нескольких дюймах над грудью. Эзра страховал его, придерживая руками гриф.

Оба обернулись и смотрели на меня.

И правда. Подкрасться к Эзре практически невозможно, даже несмотря на то, что он слеп на один глаз. Аэромаг, с помощью своей магии он чувствовал малейшие колебания воздуха, вызванные движением людей.

– Приветик! – Я спустилась с последней ступеньки. – Как дела?

– Тори, что ты здесь делаешь? – выпалил Эзра.

– Да я просто… понимаешь… мимо проходила.

Под конец связная речь перешла в растерянное бормотание, уж очень хороши были руки Аарона, одетого в майку без рукавов – под тяжестью штанги каждый мускул был напряжен и красиво обрисован.

– Мимо проходила? – с веселым изумлением повторил Эзра. – Куда это…

Со сдавленным стоном, отдаленно напоминавшим имя Эзры, Аарон приподнял штангу дюймов на шесть, но она опасно накренилась на одну сторону.

Эзра принял на себя ее вес и продолжил как ни в чем не бывало:

– …ты собралась, что наш дом оказался по пути?

Я растерянно смотрела на него.

– М-м…

Аарон сел, хрипя, его лицо покраснело от напряжения.

– Хочу внести ясность, Тори, – выдохнул он, когда Эзра водрузил штангу на стойку. – Когда ты вошла, я уже заканчивал тренировку. Обычно я не нуждаюсь в помощи.

– Ясное дело, – рассеянно поддакнула я и, хмурясь, прошла через комнату к скамье. Парни смотрели, как я осматриваю установку, затем встаю на место Эзры и берусь за гриф, нагруженный дополнительными утяжелителями.

– Гм, Тори… – начал Аарон.

Я потянула. Ощущение, будто дергаешь кусок стали, вмурованный в бетон. Стиснув зубы, я напрягла все силы, чтобы сдвинуть его. Штанга не поддалась.

– Что за хрень? – пробормотала я.

– Если бы было легко, это не было бы нормальной тренировкой, – заметил Аарон. – Я с радостью помогу тебе начать тренироваться с отягощениями, но не дергай за эту штуку, ты можешь себе навредить.

– Но… – Я перевела взгляд с гирь на Эзру. – Ты…

Он моргнул.

– Я?

Да, он. Он поднял этот несдвигаемый кусок металла, будто тот был из картона. Сжав губы, я изучала штангу. Возможно, для парней в такой физической форме, как у них, тягать ее не так уж сложно, а Аарон просто устал к концу тренировки.

Вырвав меня из транса, Аарон ткнул в мой свитер.

– А что это за наряд?

– Я маскируюсь. Кто знает, не следит ли МагиПол за вашим домом?

– Честно говоря, это возможно. Тебе здесь быть небезопасно.

Обида пронзила меня. Я сердито скрестила руки на груди.

– Что ж, я и не пришла бы, наверное, если бы вы удосужились позвонить мне хотя бы разок. Сижу там несколько дней одна, не зная, что происходит и увижусь ли я с вами когда-нибудь снова, а вы ведете себя так, как будто ничего не проис…

– Тори, – перебил Эзра неожиданно резко. – Я же говорил тебе, что это временно.

Его явное недовольство удивило меня. Обычно его невозможно было вывести из себя. Я открыла рот… и снова закрыла.

Аарон вскочил со скамьи и обнял меня за плечи.

– Ну, главное, ты здесь! Черт, я скучал по тебе.

Я сморщила нос.

– Ты потный.

– Так бывает на тренировках. Мы уже два часа занимаемся.

У меня отвисла челюсть.

– Два часа? С чего это вы затеяли такую серьезную тренировку – да еще так рано?

– Рано? Сегодня мы поздно начали, – он повел меня к лестнице. – Обычно работаем на час больше, но сегодня решили немного сократить. Все равно еще надо сделать расслабляющие упражнения.

Я проделала в уме нехитрые подсчеты.

– Трехчасовая тренировка? У вас особый фитнес-день или что-то в этом роде?

– Мы так тренируемся почти каждый день.

Вау. Да ладно! Откуда у них время на такие долгие занятия, когда…

– Подождите. Так вы поэтому всегда появляетесь ближе к вечеру?

– А ты думала, мы спим по двенадцать часов в сутки?

Может, и думала.

– А вы, значит, каждое утро часами тренируетесь?

– Ага, – сказал он и снял руку с моего плеча, когда мы вошли на кухню. Эзра пришел сразу за нами и бросил Аарону бутылку с водой. Пиромаг сделал из нее большой глоток, прежде чем продолжить. – Мы должны быть в отличной форме, чтобы противостоять истощению своей магии. Любой приличный маг тренируется как спортсмен.

Я слышала об этом и раньше, но как-то не задумывалась о том, сколько приходится тренироваться элементалам – особенно для того, чтобы быть лучшими в своем классе.

– Нам осталось сделать пару упражнений, а потом принять душ, – добавил Аарон. – Дай нам несколько минут.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, его губы коснулись моих, а потом он поспешил обратно вниз. Эзра за ним.

– Эзра! – его имя будто само собой сорвалось с моих губ.

Он оглянулся, наклонив голову так, чтобы видеть меня правым глазом.

Я прикусила губу. Может, показалось? Но нет, его молчание явно было напряженным. Я сказала что-то такое, что расстроило его.

– Извини, – выпалила я.

Он сдвинул брови.

– За что?

– Сама не знаю. – Я сжала ладони. – Но ты злишься на меня, и мне не по себе.

Взгляд его разных глаз смягчился.

– Я не сержусь, Тори. Просто я обещал тебе, что все это временные меры, а ты мне не поверила. Обидно было это слышать.

– Я… – Я сглотнула. – Я бы хотела тебе поверить. Просто знаю, чем всегда заканчиваются такие вещи.

– Чем они всегда заканчиваются?

Я опустила глаза.

– Я теряю работу, и все мои новые друзья забывают обо мне.

– Ты правда считаешь, что мы такие же, как те, другие?

Я взглянула на него – торжественная серьезность, с которой он задал свой вопрос, застала меня врасплох. Но спустя мгновение (я даже засомневалась, не почудился ли мне его торжественный тон) он быстро улыбнулся мне и сбежал вниз по лестнице.

Растерянно прижав ладони к щекам, я глядела на пустой дверной проем. Эзра в утреннем варианте был полон сюрпризов.

Он избегал разговоров о своем прошлом, так что я и не приставала с расспросами. Я знала про Эзру, что он обставит любого в видеоигры, любит горные пейзажи, читает триллеры и детективы, благоговейно смотрел «Игру Престолов», а Гарри Поттера по непонятной мне причине не любит. Он выбирает из своей тарелки весь сладкий перец, не может приготовить еду, не разбив тарелки, – слепой на один глаз, помните? – и засыпает на середине просмотра большинства фильмов.

На самом деле мне было известно гораздо больше – мелочи, повседневные дела, – но что касалось важных вещей, тут я оставалась в неведении. Ни один из парней меня в такие дела не посвящал. Даже Аарон, с которым мы вроде как встречались, ни разу не обмолвился о своем детстве, родне, будущем, амбициях или самых смелых мечтах.

Такие ли уж мы друзья, как мне казалось?

Погрузившись в свои мысли, я прошла в гостиную и села на диван. Через несколько минут мои тревожные раздумья прервал Аарон, одетый в джинсы и футболку и вытирающий полотенцем мокрые волосы. Я не слышала, чтобы в ванной на первом этаже шумел душ, так что он, должно быть, воспользовался ванной внизу – которой я никогда не видела.

– Ты появилась только потому, что соскучилась по нам? – шутливо спросил Аарон, как будто наш разговор и не прерывался. Он стянул с головы полотенце и лукаво улыбнулся. – Ты по мне скучала?

– Конечно, я скучала по тебе.

Он моргнул, пораженный моей серьезностью. Должно быть, ожидал, что я отшучусь.

– Расскажи мне новости, – потребовала я. – Что там с ОМП? Вы ходили туда по повестке? Как насчет обвинений против Эзры?

Бросив на журнальный столик полотенце, Аарон плюхнулся рядом со мной на диван.

– Следствие? Ну хорошо. Кай и я ходили в ОМП в понедельник. Немного изменили историю, чтобы казалось, что это Риверы вскрыли ситуацию Надин, а не ты. Это было несложно.

Я серьезно кивнула.

– Кстати о Кае, где он?

– Пригласил на ланч свою даму недели.

Приятно узнать, что весь хаос вокруг гильдии не мешает любовной жизни Кая. Я все забывала, что он настоящий ходок, который встречался с несколькими женщинами сразу, но с каждой – не дольше нескольких недель. Просто он не выглядел как бабник.

– Как же это он пропустил тренировку? – съязвила я.

– Не пропустил. Этот чудила встал в шесть.

– Ой. – Я даже вздрогнула. – Ужас какой.

– Согласен. – Аарон на мгновение задумался. – Вернемся к нашим делам. Дариус встретился с ОМП и убедил их снять с Эзры обвинения в «превышении пределов обороны», поскольку на карту была поставлена жизнь ребенка. Тебя они все еще ищут, но Кай и Дариус придумали отличную легенду для прикрытия, которая сбила полицию с твоего следа.

– Класс! И что же они придумали?

– Возможно, тебе лучше этого не знать – на случай, если тебя когда-нибудь будут допрашивать. – Он распрямил сгорбленную спину. – В общем, так. Расследование продолжается, но «Патрицию Эриксон» они не смогут найти, объявят награду и забудут об этом. Тогда мы вернемся к нормальной жизни.

Эзра сказал то же самое, но мои сомнения слишком глубоко засели в голове.

– Теперь твоя очередь.

Я вытаращила глаза.

– Моя очередь?

– Да. Что-то привело тебя сюда с утра пораньше. Колись.

Он прав. Надеясь, что это прозвучит шутливо, я патетически провозгласила:

– Вчера вечером в мой дом вторглись ведьмы.

Пока я говорила, хлопнула дверь в подвал.

– Ведьмы?

Я обернулась на голос Эзры и вдруг про все забыла. Абсолютно про все.

– Чувак, – донеслось до меня сквозь оцепенение. – Почему ты голый?

Он не был голым. Вокруг худых бедер было обернуто полотенце, но, не считая этого, Эзра был одет только в блестящие капли – вода покрывала каждый дюйм гладкой бронзовой кожи, под которой перекатывались мускулы.

– Я забыл захватить вниз чистую одежду, – объяснил Эзра. – Тори, что это значит, какие ведьмы вторглись в твой дом?

Помимо восхитительной мускулатуры на виду оказались его шрамы – три параллельные белые линии, которые тянулись вверх по одному бедру, пересекали живот и заканчивались на груди. Я уже видела их раньше, но рубцы оказались еще ужаснее, чем мне помнилось, – толще и с более рваными краями.

Я перевела ошеломленный взгляд с него на Аарона. Уставилась на второго. Да-да. Я ведь встречалась с Аароном и не хотела оказаться такой девушкой.

– Ведьмы! – заметив нотку паники в своем голосе, я усердно прочистила горло. – Они спросили у местных фейри, не проживает ли поблизости дружелюбно настроенная колдунья, и им указали на меня.

– Но ты-то не колдунья, – сухо заметил Аарон. Если он и заметил мое обалделое выражение лица, то виду не подал.

– А они так думали. – Я так и вперилась в прекрасные глаза Аарона. Эзре необходимо срочно одеться. Почему он продолжает стоять тут в своем полотенце? То, что он совершенно не подозревает о своей сногсшибательной красоте, явно было проблемой.

Отчаянно пытаясь сосредоточиться, я затараторила на максимальной скорости:

– Они сказали, что последние четыре месяца в парке Стэнли пропадают фейри, и они думают, что это дело рук черных ведьм, но никакая другая гильдия им не хочет помогать, и они как-то вышли на меня, но я им сказала, что не могу ни на что согласиться – не могу решать за гильдию, но они каким-то образом меня неправильно поняли и теперь думают, что «Ворон и Молот» займется расследованием, и… – я задохнулась и некоторое время молча хватала ртом воздух, – и все.

Аарон медленно моргнул.

– Ты сказала им, что мы проведем расследование?

– Нет. Точно нет. Я сказала, что расскажу вам об этом, но ничего не могу обещать. – Я наморщила лоб. – По крайней мере, я думаю, что сказала именно так.

– Думаешь?

– Я, кажется, немного напилась.

– Напилась? – удивленно повторил Эзра.

Я чуть было снова не посмотрела на него, но удержалась. Господи, да натяни же ты на себя хоть какую-то одежду!

– А почему ты напилась? – спросил Аарон.

– Сделала несколько глотков во время уборки. Нечем было заняться.

На его лице промелькнуло сочувствие.

– Мы должны были пробраться и навестить тебя.

Совершенно верно, еще как должны были – но я и так уже выставила себя в довольно жалком свете.

– Неважно. Все нормально.

Аарон потер подбородок.

– Итак, ковен ожидает, что мы будем расследовать исчезновения фейри?

Я сникла.

– Прошу прощения.

Он откинул голову назад и рассмеялся.

– Мы отправляем тебя домой в отпуск, а ты времени даром не теряешь и подписываешь нас на дельце. Отлично сработано.

Мои губы сами изогнулись в улыбке.

Я так и знала, что Аарон будет смеяться, а Кая здесь нет, так что накричать на меня некому.

Я украдкой покосилась в другой конец гостиной, но Эзра исчез – надеюсь, отправился наверх за одеждой. Давно пора. Я и раньше, случалось, видела его полуголым, но не таким мокрым, блестящим и…

Нет, не думать об этом!

– Ну, вот так, – сказала я беззаботно. – Я, как могла, попыталась это разрулить. А теперь это ваша проблема.

– Спасибо, Тори. Ценю твои усилия. – Его улыбка сменилась задумчивостью. – Все остальные отказались от них, говоришь? Это странно. Мы не единственная гильдия с ведьмами в составе.

– Сестрички-О утверждают, что они обращались даже в «Око Одина», но те отказались из-за денег.

– В этом как раз нет ничего удивительного. «Око Одина» – тамошние специалисты задешево не работают. Они пальцем не шевельнут меньше чем за пятизначную сумму.

Вниз по лестнице прошуршали тихие шаги, и появился Эзра в джинсах и тонкой футболке с треугольным вырезом. Он уселся в кресло, а Аарон потер руки.

– Хорошо, Тори. Давай сначала. Расскажи нам подробно все, что они тебе говорили.

Я пробежалась по всем деталям, потом замолчала, давая ребятам время все это переварить.

– Странно, – наконец сказал Эзра. – МагиПол вряд ли стал бы игнорировать такое количество пропавших фейри. Должна была пройти информация – так почему другие гильдии отказываются расследовать?

– Здесь определенно происходит что-то посерьезнее, – согласился Аарон. – И возникает вопрос, что за карты пытались разыграть эти ведьмы.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.

– Ведьмы, видимо, обратились к тебе в надежде, что, если смогут убедить одного члена гильдии, дружелюбную колдунью, согласиться на эту работу, это заставит всю гильдию последовать ее примеру.

– Но у нас есть пять колдуний. – Эзра провел пальцами по влажным завиткам. – Добраться до них было бы проще. Зачем обращаться к Тори?

– Я и сама об этом думала, – пробормотала я. Особенно когда протрезвела, но об этом упоминать необязательно.

– Возможно, им известно о Тори больше, чем хотят показать, – задумчиво продолжил Эзра. – Если они знают, что у нее нет опыта в наших делах, то могли решить, что ею будет легко манипулировать.

Я недобро прищурилась. «Манипулировать» – одно из самых нелюбимых слов в моем словаре, особенно если жертвой манипуляций могу оказаться я.

Аарон кивнул.

– Кажется маловероятным, что какой-нибудь фейри примет ее за колдунью. Они в этом разбираются лучше, чем кто угодно.

– Думаешь, ведьмы знают, что я человек, и явились ко мне, потому что меня легче обмануть? – Мои руки сжались в кулаки. – А я-то думала, что все ведьмы милые, любят природу и прочая фигня.

– Они люди, а все люди могут быть говнюками. Плюс не факт, что они действовали со злым умыслом. Я думаю, нам нужно выяснить, почему другие гильдии их отправили ни с чем.

Эзра что-то ответил ему шепотом, и они начали обсуждать разные теории, но я не слушала. Я была слишком занята – бурлила от негодования. Эти ведьмы здорово все разыграли, изобразили благородство, но уж очень спокойно они отнеслись к моему нетрезвому состоянию и уж очень охотно разобъясняли мне такие вещи, которые должны быть известны любому человеку с магическими способностями. Это все объясняло: они знали, что я не маг или, по крайней мере, неопытна, и использовали меня.

Вот и опять, как всегда, я оказалась простой смертной, бесполезной и никчемной. Ну почему я тоже не родилась магом? Сейчас, рядом с ребятами, я еще сильнее ощутила отчаянное желание быть по-настоящему включенной в эту жизнь.

Аарон сбегал наверх за ноутбуком, я потянула себя за прядь волос, выбившуюся из-под бейсболки.

– Эзра?

– Мм?

– Когда ты впервые узнал, что ты маг?

Он удивленно наклонил голову.

– Элементалы – наследственный класс, так что… не могу припомнить, чтобы когда-нибудь не знал. Юные маги осваивают магию в предподростковом возрасте, и я использовал простенькую магию воздуха годам к десяти. Аарон и Кай начали еще раньше.

– А если бы ты не знал, что родился магом? Как это проявляется?

– Магия естественна для большинства магов, – ответил он после секундного раздумья. – Дожить до подросткового возраста и не почувствовать своей магии – по-моему, это почти невозможно, даже если бы я не знал об этом.

По лестнице спустился Аарон, балансируя на ладони своим открытым ноутбуком, экран которого уже светился.

– О чем не знал?

– Что я аэромаг, – сказал Эзра прежде, чем я успела сменить тему. – Тори спросила, когда маги начинают использовать магию.

Я постаралась не морщиться, молясь про себя, чтобы ребята не догадались о мотивах моего необдуманного вопроса.

– О, да, – Аарон опустился рядом со мной. – Нам не нужно учиться, чтобы начать. Меня сызмальства тянуло к огню, и я еще до школы поджигал все, что горело.

Вау, Аарон и впрямь рано начал. Впрочем, этому наверняка могло поспособствовать наличие знаменитых родителей-магов.

Любопытный взгляд Эзры вернулся ко мне.

– Почему ты спрашиваешь, Тори?

– Просто интересно, – легко соврала я, поблагодарив свою счастливую звезду за то, что Кая не оказалось рядом. Он-то сразу догадался бы, почему я спрашиваю. – Аарон, ты нашел что-нибудь о пропавших фейри?

Его пальцы заскользили по сенсорной панели ноутбука.

– Минутку… да, вот. Есть заявка и стандартная награда, но нет никаких деталей, и ни у кого нет… подождите… – Он вгляделся в экран и выругался.

– Что? – хором воскликнули Эзра и я.

– «Ворон и Молот» указана как гильдия, ведущая расследование.

– Что? – снова идеальный унисон. Наши возмущенные голоса даже попали в одну тональность.

– Похоже, ковен принял решение за нас, – прорычал Аарон, вынимая из кармана мобильник.

– Что ты сейчас делаешь? – поинтересовалась я.

– Звоню Каю, чтобы возвращался домой. Я хочу добраться до сути этого дела до того, как ковен подпишет нас на что-нибудь еще.

– Ой.

Кай. Вот-вот вернется домой, чтобы услышать о проблемах, которые я создала. Честно говоря, это я предпочла бы пропустить. Я резво поднялась с дивана.

– Ну, тогда я пошла домой. Не хочу, чтобы ОМП меня здесь застукал.

Аарон схватил меня сзади за свитер и дернул вниз.

– Э, нет, ты никуда не пойдешь.

– Но меня не должно здесь быть, – запротестовала я.

Его палец летал по экрану, набирая номер Кая.

– Это все неважно. Сейчас ты должна остаться.

– Почему?

Поднеся телефон к уху, он одарил меня взглядом, говорящим, что я должна бы точно знать почему.

– Потому что, если Кай решит на кого-то накричать, пусть уж лучше это будешь ты, чем я.

Я плюхнулась на подушки. Проклятье.

Глава 6

Кай все-таки накричал на меня.

Ну, не то чтобы накричал. Он редко повышал голос, но тон у него был такой строгий, как у учителя, неодобрение сочилось из каждого звука, вот и казалось, будто на тебя кричат. Аарон тоже называл это криком, так что я была не одинока.

Его лекция охватывала все, начиная с того, что я впускаю в дом незнакомцев, и заканчивая моими легкомысленными обещаниями, сделанными от имени гильдии. Когда Кай выговорился, они с Аароном посовещались и решили получше изучить ковен, убедиться, что дело о пропавших в парке фейри законно, а уж тогда думать, что предпринять.

После чего меня отправили домой.

Снова под домашний арест, вот так-то. Уверения Эзры и Аарона, что все это временно, казались совсем уж неубедительными, и страх скопился у меня в груди, как комок холодной мерзкой слизи в легких.

Еще два дня я промыкалась, слоняясь по дому и без малейшего интереса просматривая объявления о вакансиях. Мне нужно было найти оплачиваемую работу, особенно теперь, когда лето подходило к концу. Была последняя пятница августа, а в следующий вторник начинался мой осенний семестр. Учеба в колледже и необходимость оплачивать счета не позволяли мне бездельничать и дальше.

Однако вот она я: растянулась на кровати в пижаме, а на моем ноутбуке идет диснеевский фильм. И это в девять часов пятничного вечера. Видали любительницу развлечений? Но как же иначе – жизнь продолжается.

Со стоном я пристроила подбородок на руку и вернулась к созерцанию проходящей под музыку тренировки Мулан. Я очень сочувствовала ей в роли неудачника, а превращение из слабака в воина повергло меня в депрессию. Мне до слез хотелось, чтобы и мне капитан с пучком на макушке спел развеселую песенку и чудесным образом превратил меня в крутую волшебницу.

Я попыталась представить поющего Дариуса. О, нет. Может, Жирар? Да, это было больше похоже на правду. Фильм продолжался, но я отвлеклась и не обращала на него особого внимания. Краткое объяснение Эзры насчет пробуждения магии подтвердило то, что я уже знала: нет никаких шансов на то, что я могу оказаться магом. Честно говоря, я и так не верила, что это возможно, но какая-то частичка меня продолжала на что-то надеяться.

Быть обыкновенной – как-то это паршиво.

Перевернувшись на спину, я уставилась в потолок.

Значит, я точно не скрытый элементал, но не могу ли я принадлежать к другому классу магов? Ведь почему-то же меня затянуло в этот магический мир… правда? Маленькая смертная я удивляла магов с самого первого дня. Вот бы узнать, что во мне особенного, уж тогда я бы намертво закрепила свое место в их мире.

Кто-то постучал в дверь моей спальни.

Я рывком села на кровати. Это не мог быть Прутик. Этот никогда не стучится – скорее, спрячется за дверью и устроит мне засаду. Кроме того, после истории с оплеухой он до сих пор прятался, опасаясь моего гнева.

Ручка повернулась, и дверь со скрипом приоткрылась. Я схватила подушку, готовая защищаться.

В щели показались взлохмаченные медные волосы.

– Сюрприз!

– Аарон! – ахнула я, прижав руку к груди. Мое сердце заколотилось о ребра. – Я думала, это убийца с топором.

– Убийцы с топорами обычно не стучатся. – Он распахнул дверь настежь. – Вот, решил слегка отомстить за твой неожиданный визит.

Захлопнув ноутбук с мордой дракона Мушу на экране, я свесила с кровати ноги.

– И какие новости тебя привели? Я могу вернуться к своей работе или ОМП собирается устроить облаву на мой дом?

– Ни то, ни другое. – Он, вальсируя, подлетел к моей кровати. – Я прокрался, чтобы повидать тебя. Или, точнее, вызволить тебя из темницы и вывести в город.

– О?

Он игриво подергал меня за небрежно завязанный хвостик.

– Красивая женщина не должна торчать дома в пятницу вечером.

Какая слащавая фразочка. Но все равно я невольно улыбнулась.

– Дурачок ты все-таки.

– Не хочу тебя разочаровывать – но, если следовать стереотипам, таких накачанных дурачков не бывает. – И он картинно напряг бицепсы. – Ты готова приятно провести вечер?

– А по мне незаметно?

– Ты выглядишь великолепно. – Аарон оценил мою мешковатую футболку и мятые шорты для йоги, после чего его взгляд остановился ниже моего лица. – Если хочешь, иди прямо так, у меня возражений нет.

Ахнув в притворном оскорблении, я прикрыла грудь. Усмехаясь, Аарон наклонился и прильнул к моему рту. От прикосновения его жарких губ меня будто обдало горячим паром. Не прерывая поцелуя, он запустил пальцы в мои волосы.

– А хочешь, можем остаться дома, – пробормотал он. – Досмотрим фильм вместе.

Прижав одну руку к его теплому боку (только мягкая рубашка из хлопка отделяла мою ладонь от его крепкого, мускулистого тела), я всерьез взвесила это предложение. Но… я понимала, моя способность сопротивляться его огненному очарованию почти равна нулю. Если он присоединится ко мне, чтобы смотреть кино в постели, одежда на нас недолго продержится.

Мы с Аароном встречались вот уже несколько недель, но до сих пор так и не добрались ни до его кровати, ни до моей. И не то чтобы я этого не хотела – да нет, черт возьми, как раз хотела, – да и не было у меня особых причин сдерживаться. Но пока все это нас ни к чему не обязывало, и мне это нравилось. Если переспим, это поднимет наши… отношения, или как ни назови… на новый уровень. А вот к этому я не была готова.

– Я всю неделю была в доме взаперти, – сказала я. – Пожалуйста, вытащи меня отсюда.

Невозмутимо, не показав, огорчен ли отказом, он выпрямился с улыбкой.

– Ужин или кино – или то и другое?

– То и другое! – вскочив, я распахнула дверцы шкафа. – Начинай обратный отсчет. Десять минут на сборы.

– Ни одна женщина не может собраться за десять минут. Ставлю на пятнадцать.

– Восемь, – возразила я. – И чур я выбираю фильм.

– По рукам. – Он вытащил свой телефон, чтобы установить таймер. – А если я выиграю, я выберу фильм и ужин для тебя.

– Как? Это нечестно! – Я вытащила из шкафа лиловый топ без рукавов и джинсы в обтяжку. – Это я закажу тебе еду, если выиграю.

– Отлично, – он ухмыльнулся. – Ты сегодня будешь есть стейк.

Я пренебрежительно сморщила нос.

– Не оригинально.

– Мой выбор.

Он смотрел, как я выбираю кружевной черный лифчик, и в его взгляде горел огонь. Направляясь со своей одеждой в ванную, я крикнула через плечо:

– А ты получишь салатик.

Аарон, хохотнув, потянулся за мной.

– И умру от голода еще до конца фильма.

– Тогда я закажу дополнительную порцию сухариков. И хватит с тебя.

Я захлопнула перед ним дверь, мигом скинула с себя домашнюю одежду, влезла в джинсы, надела лифчик и, натянув топ с глубоким вырезом, поправила облегающий черный чехол. Снова распахнув дверь, я вытащила из ящика туалетного столика горсть шпилек.

– Как продвигается расследование по ковену?

Аарон прислонился к дверям.

– Сестры-ведьмы действительно являются его членами. Оливия и Одетта О’Коннер. Они…

– Подожди. О'Коннер? Серьезно? У их родителей ужасное чувство юмора.

Он хмыкнул.

– В ковен они входят около двух лет. Кай подтвердил исчезновение фейри, но нам до сих пор неясно, почему другие гильдии пренебрегают наградой. Он также поговорил с их старшей, и та клянется, что наша гильдия согласилась взяться за эту работу.

Услышав это, я скрипнула зубами, но продолжила скреплять шпильками волосы, закрученные в небрежный пучок.

– И что теперь?

– Кай договорился о встрече с главой ковена на завтра. Поглядим, как она заговорит, когда мы все окажемся в одной комнате. Филип тоже идет. Он неофициальный лидер наших пяти ведьм.

Я замерла.

– Мужчины тоже могут быть ведьмами?

– Ну да, колдуны. Хотя некоторые ковены состоят только из женщин. Дискриминация, как по мне.

– Они что-то имеют против колдунов-мужчин?

– Нет, просто старая традиция. Магия спириталов очень уж завязана на ритуалы, из-за этого ведьмы более суеверны, чем большинство магических классов.

Я сунула руку в ящик за последней невидимкой.

– Проверишь вре… а?

Вместо заколки я выгребла из глубины ящика горсть маленьких сосновых шишек.

– Ох уж этот мне фейри!

Я выбросила шишки в мусор и нашла заколку.

– Проверишь время?

– Одна минута осталась, – торжествующе сообщил он. – А ты даже не начала краситься.

Самодовольно улыбаясь, я разок брызнула на свой небрежный пучок лаком для волос, затем схватила блеск для губ и нанесла его двумя молниеносными движениями. Бросив тюбик в ящик, я повернулась к нему лицом и подбоченилась.

– Готово.

– Да ладно! И даже без туши? И без румян, и без этой слизи телесного цвета… как ее… основы?!

– Фх. – Я выгнула бровь. – Хотя… если ты считаешь, что мне нужен макияж…

Его синие глаза скользнули по моему лицу, спустились к джинсам, проследив все изгибы ног от бедер до лодыжек. Аарон медленно расплылся в плотоядной улыбке.

– Нет, – пробормотал он. – Абсолютно не нужен.

Он двинулся ко мне в ванную, и у меня екнуло сердце. Я машинально облизала губы, попробовав на вкус свой вишневый блеск. Обеими руками он обхватил меня за бедра, притянул к себе и поцеловал.

Не прерывая поцелуя, я обвила руками его шею, запустила пальцы ему в волосы. Прижавшись к его твердокаменному торсу, я позволила себе чуть слышно застонать.

Ладони Аарона переместились на талию, и он прижал меня к стене. Поцелуй становился из лениво-ласкового все более страстным. Я шире приоткрыла губы, отвечая ему движениями языка. Меня бросило в жар, моя рука поползла по его шее к верхней пуговице его рубашки. Расстегнув ее, я просунула пальцы под воротник рубашки.

Кожа Аарона оказалась горячей. А его поцелуй еще жарче. Выгнувшись дугой, я на миг отвернулась, чтобы вдохнуть. Аарон скользнул губами по моей скуле к уху.

Кровь во мне так и бурлила, и я пыталась вспомнить, почему не хотела, чтобы мы разделись. Видно, не такие это были важные причины, раз я уже забыла. Прикусив нижнюю губу, когда он поцеловал меня в шею, я расстегнула следующую пуговицу на его рубашке.

Тишину взорвал резкий телефонный звонок.

Отпрянув, Аарон выругался.

– Хотел ведь я выключить его. Прости.

– Все в порядке, – отозвалась я, пытаясь отдышаться. – Давай, ответь.

С помрачневшим хмурым взглядом он вытащил свой телефон и поднес его к уху.

– Да! – рявкнул он. В трубке ответил приглушенный голос, и Аарон вытаращил глаза. – Невозможно. Прямо сейчас? Нет, ну что за дерьмо.

Меня окатило холодной волной разочарования. Помрачнев, я опустила глаза на свой нарядный топ и сексуальные джинсы.

– Ага, – буркнул Аарон. – Хорошо. Уже бегу.

Беззвучно вздохнув, я вытащила из пучка неудобную шпильку, и непослушная прядь кудрявых волос тут же выбилась наружу. Наплевать, видно, вечер я все равно проведу дома – без веселья и озорства. Нам с Мушу и Мулан придется обойтись без восхитительной компании рыжеволосого красавчика. Да и вообще без компании.

– Это был Кай, – сказал мне Аарон и, нахмурив брови, сунул телефон в карман. – Сестры О’Коннер только что звонили. В парке Стэнли что-то происходит, и они думают, что это черные ведьмы или кто-то еще, причастный к исчезновениям.

У меня вспыхнули глаза.

– Ты собираешься нагрянуть туда и проверить?

– Да. Кай только что отменил свое свидание. Он едет в парк, а мне нужно заехать за Эзрой. – Аарон вышел из ванной и зашагал через гостиную. – Потом заберем снаряжение и сообщим дежурному – кто сегодня дежурит? Табита, кажется? Сообщим ей, куда…

Он резко остановился и повернулся ко мне, взволнованно морща лоб.

– Тори…

Я заставила себя улыбнуться, подойдя к нему.

– Это круто. В конце концов, я сама виновата в том, что ты уходишь, верно? Иди, поймай этих злодеев.

Аарон еще сильнее нахмурился и вдруг улыбнулся.

– А поехали со мной.

– Чего?

– Поехали с нами! – Он схватил меня за талию и потянул за собой. – Уж очень эти сестрички О'Коннер изворотливые, нам не помешала бы лишняя пара глаз.

Я нерешительно прикусила губу.

– Дариус ясно выразился. Работа только для членов гильдии.

– Правило номер два. – Он подмигнул. – Кроме того, эти ведьмы первыми тебя вовлекли.

Я судорожно пыталась понять, вправду ли он хочет, чтобы я ехала с ним, или позвал только из жалости. Возможно и то, и другое, но какая мне, по большому счету, разница? Может, это мой последний шанс поработать с ребятами над магическим делом – а вдруг, оказавшись среди них еще раз, я пойму, наконец, окончательно, вписываюсь ли в их мир.

– Я готова. Буквально одну секунду.

Я бросилась в свою спальню и открыла ящик прикроватной тумбочки. В нем хранились три магических артефакта. Карта – пиковая дама – ее я стащила у колдуна-изгоя во время первой моей жестокой стычки с магией. Большой рубиново-красный кристалл на кожаном шнурке (тоже украденный) и очень незаконное заклинание в зеленом кристалле, на которое мне, вероятно, не следует рассчитывать.

Оценив возможные варианты, я сунула в карман карту и рубиновый кристалл, оставив дома запрещенное заклинание. Потом схватила свою черную кожаную куртку-бомбер и бегом вернулась к Аарону.

– Ну все, я готова.

Подхватив выбившуюся прядь моих волос, Аарон намотал ее на пучок и провел пальцами по моей щеке.

– Я по ней скучал.

– По кому ты скучал?

– По твоей улыбке. Настоящей, счастливой, а не той фальшивой, которую ты нацепила. – У меня в груди так и запрыгало сердце, но он уже азартно прищурился. – Ну, вперед – надерем кому-то его магическую задницу.

Глава 7

– Все готово, – объявил Эзра, завершив разговор по мобильному. – Табита одобрила и даже дала нам в поддержку спиритала Филиппа.

Мы втиснулись в старую спортивную машину Аарона: Аарон за рулем, я рядом на пассажирском сиденье, а Эзра, скрючившись в три погибели, на заднем. К тому времени, когда мы промчались мимо последних небоскребов Коул-Харбора, уже загорались уличные фонари. Мы миновали угол многоквартирного дома Джастина, и вот прямо перед нами парк Стэнли – обширный участок земли, на северо-западе выходящий к центру города, а с другой стороны окруженный океаном.

– Табита еще рассказала, что этим вечером к нам снова постучался МагиПол, – добавил Эзра. – Еще одно неожиданное расследование.

– Придурки, – прорычал Аарон. – Чувствуют, что что-то происходит, вот и вцепились прямо намертво.

– Да, – согласился Эзра. – Интересно, такая настойчивость как-то связана с их давней обидой на Дариуса?

– Что за обида? – Я навострила уши.

Эзра просунулся вперед между нашими сиденьями.

– Дариус всегда виртуозно вытаскивает гильдию из неприятностей. Он знает свод правил от корки до корки и всегда находит всевозможные лазейки.

– Как в прошлом году, – задумчиво добавил Аарон, – когда я спалил то здание, а Дариус меня отмазал на основании технических деталей.

Не впервые я слышала, как Аарон упоминает о зданиях, сожженных дотла. Опасная штучка этот пиромаг – ходячий страховой случай.

Свой следующий вопрос я не могла не задать:

– Каких технических деталей?

Аарон одарил меня усмешкой.

– Технически я уничтожал свидетельства активности оборотней.

– А о том, что технически пожар возник по несчастливой случайности, мы не упомянули, – добавил Эзра.

– Я разжег огонь, а ты разбросал горящие обломки по всему дому.

– Я дул на оборотней. Это было очень эффективно. Они ж ненавидят огонь.

– Я так Дариусу и сказал, но он все равно в наказание заставил нас пройти курс пожарной безопасности. – В глазах Аарона читалось страдание. – Там занимались, в основном, канцелярские крысы средних лет. Нам пришлось участвовать в тренировочных эвакуациях.

– Настоящую эвакуацию мы тоже устроили, – заметил Эзра. – После того, как ты заставил сработать детектор дыма.

Аарон пожал плечами.

– Мне хотелось посмотреть, как они будут реагировать.

Пытаясь скрыть смешок, я сильно закашлялась. Вытирая слезы с глаз, я спросила:

– Как ты думаешь, Дариус и меня сможет отмазать?

– Не сомневаюсь. Этот парень гений.

– И живая легенда, – с нескрываемым восхищением добавил Эзра. – Он, да еще Элистер.

– Дариус – люминомаг, верно? – Я вспомнила наш чудесный побег от агентов полиции. – А как работает его магия?

– Люминомаги могут управлять светом, – объяснил Аарон, косясь в зеркало заднего вида перед тем, как перестроиться в другой ряд. Машина промчалась по короткому мосту, и вокруг дороги сомкнулись высокие деревья – мы въехали в лесопарк. – Он может сделать так, что свет будет огибать объекты, и таким образом их скроет. Может погасить весь свет в комнате или направить свет так, чтобы он ударил кому-то в глаза, что поможет эффективно ослепить противника. Эту магию трудно освоить – свет требует куда больше ловкости и координации, чем другие стихии.

Я подавила желание обернуться и взглянуть на Эзру. Он тоже обладал жуткой способностью делать комнаты темными и холодными.

– Но это невероятно эффективная защита, – продолжал Аарон. – Когда они с Элистером работают вместе, их невозможно ничем остановить.

– А Элистер какой маг?

– Вулканомаг, – благоговейно произнес Аарон. – Огонь и земля. Это, пожалуй, самая разрушительная комбинация у элементалов.

– Представь себе лаву, – услужливо подсказал Эзра.

Я закатила глаза.

– Спасибо, Эзра. Я бы нипочем не догадалась об этом при слове «вулкан».

Темные деревья склонялись над дорогой. Было уже десять, и, пока мы ехали, последние лучи сумерек угасли. Этот лесной коридор тянулся бесконечно, но вот, наконец, Аарон свернул на однополосную дорогу. Кроме нас, с автомагистрали сюда не свернула ни одна машина, так что мы проехали еще один извилистый поворот в одиночестве. Лес расступился, и мы увидели стоянку – почти пустую, если не считать синего седана и стоящего в паре шагов от него черного мотоцикла. Аарон припарковался рядом с мотоциклом, и мы вышли из машины. Пока они с Эзрой доставали все необходимое из багажника, я натянула кожаную куртку и убедилась, что завязала кроссовки на двойной узел. Поскользнуться на собственном шнурке? Нет уж, спасибо.

Ко мне подошли ребята – Аарон со своим крутейшим мечом Шарпи, привязанным к его спине так, что рукоять торчала из-за плеча, и Эзра в перчатках выше локтя. Пальцы на перчатках были отрезаны, а на костяшках поблескивала сталь. Его грудь пересекал ремень, удерживающий висящее за спиной оружие – странную штуковину-трансформер, которую можно было использовать как дубинку, два коротких меча или посох с двумя лезвиями.

Маги, владеющие оружием, вначале стали для меня неожиданностью, но сейчас я уже знала, что успешнее всего они работают с особыми инструментами – так называемыми переключателями, – помогающими направлять магию. А у боевых магов переключатели всегда представляли собой именно оружие.

У Аарона под мышкой еще был черный сверток – снаряжение Кая, как я поняла. Первым двинулся Аарон, а мы с Эзрой пошли за ним. Асфальтовая дорожка вела от автостоянки к группе зданий – стейк-хаусу, маленькому кафе и сувенирному магазину, – окна в них были темными.

– Где мы? – спросила я шепотом.

– Проспект-Пойнт, – бросил Аарон через плечо. – Кай написал, что ждет с ведьмами на смотровой площадке.

Мне не пришлось задавать вопросов, чтобы понять, о какой площадке речь. Впереди деревья кончались, а тротуар расширялся в несколько раз и поднимался к краю скалы, откуда открывался потрясающий вид на окрестности.

Под нами раскинулась широкая бухта, по темной струящейся воде бежала дорожка лунного света. Вдоль побережья на дальней стороне сияли оранжевые огни города, а за ними на фоне ночного синего неба вырисовывались силуэты невысоких гор. Над водой перекинулся ярко освещенный висячий мост, каждый толстый трос которого был увенчан сверкающим, как звезда, фонарем.

На самом нижнем ярусе смотровой площадки ждали три затененные фигуры. В нескольких футах от двух знакомых мне блондинок, скрестив руки, стоял Кай. Оливия и Одетта застенчиво улыбнулись мне, но я ответила лишь холодным взглядом. Выражение лица Кая было до боли нейтральным – это означало, что он был зол. Но кто же его так рассердил?

Аарон передал электромагу снаряжение, а затем кивнул ведьмам не то дружелюбно, не то подозрительно.

– Вы, должно быть, сестры О’Коннер.

– Аарон Синклер, – с придыханием ответила Одетта. – Ваша слава бежит впереди вас.

Теперь его взгляд стал по-настоящему подозрительным. Он неопределенно взмахнул рукой.

– Это Эзра Роу, аэромаг «Ворона и Молота». – Сестры оценивающе оглядели Эзру, встревоженно скользнув глазами по шраму на его лице.

– До чего же приятно снова повидаться, Оливия и Одетта, – с ядовитой умильностью в голосе сказала я. – Надеюсь, мы не заставили вас долго ждать.

– С-совсем нет, – ответила Оливия. – Хотя нам действительно пора выдвигаться.

– Посмотрите на запад, – проинструктировал Кай, натягивая свою жилетку ниндзя: черную, укрепленную незаметной броней, с карманами для метательных ножей и стальных звезд. – Там на берегу кто-то устроил иллюминацию.

Щурясь, я пошарила глазами вдоль береговой линии. За скалистым выступом на воде мерцало рукотворное свечение.

– Там определенно есть люди, – согласился Аарон. – Пойдем посмотрим, кто такие и что замышляют.

Он направился по дорожке обратно, Кай рядом с ним. Эзра и я пошли следом, а ведьмам ничего не оставалось, как потрусить за нами. Поднявшись в горку по тротуару, мы устремились через парковку к мощеной тропинке, которая, извиваясь, вела в густой лес.

– Извините, – позвала Оливия тихим голосом. – Нам интересно… когда прибудет остальная часть вашей команды?

– Это вся команда.

Она споткнулась и чуть не упала.

– Ой. Понятно.

Все время, пока мы спускались по извилистой тропе к берегу, я не сводила с нее глаз. Плеск воды становился все громче, в воздухе ощущалась вонь гниющих водорослей, перебивающая приятные зеленые запахи леса. Сквозь деревья замерцал свет, и у меня внутри все сжалось. Мы приближались.

Аарон и Кай замедлили шаг, а потом сошли с тропы в гущу леса. Двигаясь осторожно, почти не шурша сухой листвой, они медленно приближались к огням. Мы с Эзрой остановились и наблюдали издали. Ни один из нас не смог бы подобраться так же скрытно.

– Впереди дамба и пешеходная тропа, – пробормотала Одетта. – Но отсюда до тропы крутой спуск.

Не дождавшись от нас с Эзрой ответа, сестры отошли в сторонку и начали шептаться. Ночь была такой тихой, что, казалось, можно разобрать, о чем говорят. Я вытянула шею, пытаясь уловить хоть слово.

Эзра взглянул на меня, на ведьм. Внезапно подул легкий ветерок, донося до нас их голоса.

– …всего три мага, – бормотала одна. – Я думала, они привезут настоящую команду! Эти не справятся.

– Могут, – прошептала в ответ другая. – Если прервут…

Зашелестела листва – это Аарон и Кай вернулись на тропу. Электромаг резко повернулся к ведьмам.

– Дамы, не могли бы вы объяснить, что там происходит?

Глаза Оливии расширились.

– А что-то происходит? Что вы ви…

– Ты сама знаешь, что мы видели, – прорычал Аарон. – В какую игру вы играете?

– Что ты видел? – вмешалась я.

– Ритуал черной магии на пляже. Огромный круг, дюжина магов, переносные светильники и ящики с припасами. Нехилая такая подготовка.

По моему телу разлился холод, пальцы покалывало от притока адреналина. Дюжина – слишком много, даже для таких «крепких орешков», как наша тройка боевых магов.

– Вы, оказывается, должны были привести с собой настоящую команду, – с мрачной иронией сообщила я им и ткнула большим пальцем в сторону сестер. – По крайней мере, так они говорят.

– У вас есть пять секунд на то, чтобы начать объяснения, – категорически сказал Кай. – Время пошло.

Оливия и Одетта обменялись паническими взглядами, а я с тоской вспомнила о своем незаконном заклинании допроса. Все же надо было прихватить его с собой.

Поскольку сестрицы упорно продолжали молчать, Кай коротко кивнул.

– Очень хорошо. Аарон, Эзра, Тори, пошли.

– Куда? – вскрикнула Оливия.

– Возвращаемся в свою гильдию.

Он прошел мимо ведьм, и Эзра последовал за ним. Проходя мимо, Аарон схватил меня за руку и потянул за собой.

– Мы уходим? – недоверчиво прошептала я.

Конечно. Мы можем быть безрассудными, но мы не сумасшедшие. Их там слишком много, а нам пришлось бы действовать вслепую. Может, там вообще засада на нас…

– Постойте! – Оливия бросилась за нами, ее сестра бежала за ней по пятам. – Вы не можете так уйти! Вы должны остановить их!

Кай не замедлил шаг.

– Нет.

Ох, не мне одной не по нраву, когда тебя пытаются обвести вокруг пальца. Я буквально ощутила прилив любви к Каю.

– Пожалуйста! – умоляла Одетта. – Не можете же вы допустить, чтобы это случилось.

Парни продолжали шагать, но я заколебалась. Что бы ни происходило на берегу, выглядело это как-то скверно. Мы должны хотя бы выяснить, что замышляют эти маги, разве не так? Тогда мы поступили бы ответственно.

Да. Ответственно. А мое жгучее любопытство здесь было совершенно ни при чем.

Я резко затормозила, заставив и Аарона остановиться, и, выгнув бровь, поглядела на сестер.

– Последний шанс. Объясните.

Оливия поколебалась, потом решилась.

– Эти негодяи пытаются подчинить верховного фейри.

Она произнесла это так, будто ждала, что я сейчас громко ахну, прижму ладонь ко лбу или вообще упаду в обморок.

Вместо этого я сморщила нос.

– Что?

– Верховный фейри! – повторила она почти гневно. – Один из высших и самых могущественных духов природы. У черных ведьм есть способы принуждать фейри становиться их фамильярами – но еще никто и никогда не осмеливался проделать такое с верховным фейри. Если это им удастся, черные ведьмы получат власть над силой, которая превосходит… превосходит все, что мы можем себе представить!

– Вы с самого начала это знали, – обвинила я. – Так все разговоры о пропавших малых фейри были ложью?

– Мы не обманывали! Маленькие фейри пропадали, бесследно – эти изгои убивали их.

– Если вы знали, что этих фейри убивают изгои, почему было сразу об этом не сказать? Зачем скрывать?

– Потому что… – Одетта шумно сглотнула. – Потому что изгои там, внизу, – члены «Красного Рома»[2].

Над нашей небольшой компанией повисла зловещая тишина, но я понятия не имела, в чем тут дело. Хреново, когда ты все время не в теме.

– «Красный Ром»?

– Самая отвратная гильдия изгоев, какую только видел свет, – сумрачно пояснил Аарон. – Эти ничем не гнушаются, от вымогательства до убийства. Представь себе «пахана из банды» и добавь все худшее из черной магии.

– Если они подчинят верховного фейри, то смогут использовать его силу, – схватила меня за локоть Оливия. – Теперь вы понимаете? «Красный Ром», получивший власть над морским владыкой? Это катастрофа.

Высвободив руку, я провела двумя пальцами по внутренней стороне запястья, где кожа была помечена почти невидимой руной. Мне уже прежде доводилось встречаться с духами природы, и мысль об Эхо под властью гильдии изгоев ужаснула меня.

Запястье тут же слегка нагрелось, и кожу покалывало.

– Подождите, – вмешался Аарон. – Морской владыка? Откуда вам известно, за каким именно типом фейри они гоняются?

Глаза Оливии забегали по сторонам, словно она искала путь к бегству.

– Сюда, в это место является только один по-настоящему заметный фейри… О нем сложены легенды – это морской дух, который обитал некогда под скалами Проспект-Пойнт.

– Больше ты ничем не забыла с нами поделиться? – недружелюбно спросила я.

У нее поникли плечи.

– В ближайший час, если ничто не помешает, ритуал совершится. Они должны завершить его до того, как начнется прилив. Нельзя допустить, чтобы у них получилось…

Я сердито ткнула в сестер пальцем.

– Подождите в сторонке. Нам нужно собраться в кучку и пошушукаться.

– В кучку? – пораженно повторил Аарон.

Взяв его и Эзру за руки, я отвела их на двадцать футов. Кай, картинно вздернув бровь, присоединился к нам. Схватив и его, я и правда стянула их в тесную кучку, обхватив руками широкие плечи Аарона и Кая. Эзра, оказавшийся напротив меня, весело ухмыльнулся.

– Какой у нас план? – шепотом спросила я.

– А собираться в кучку было обязательно? – угрюмо осведомился Кай.

– Абсолютно. Я всегда хотела быть частью группы супергероев, которые обсуждают план.

– А мы – нет, – фыркнул Аарон.

– Заткнись и дай мне насладиться моментом. – Я посмотрела на парней. – Не можем же мы позволить «Красному Рому» заполучить власть над крутым фейри, а?

– Это если допустить, что их ритуал сработает, в чем я сомневаюсь. – Кай оценивающе осмотрел нас, просчитывая возможности. – Мы можем остаться и понаблюдать, но не должны вмешиваться. «Красный Ром» – не та гильдия, с которой мы можем позволить себе связываться. Бьюсь об заклад, все остальные гильдии именно из-за них отказались от этой работы. Никто не хочет оказаться их мишенью.

– Но что нам делать, если у них все получится? – воскликнула я. – Поймите меня правильно. Я не хочу, чтобы вы, ребята, вообще выступали против изгоев из «Красного Рома», не говоря уже о том, что их там двенадцать, но…

Аарон кивнул, как будто я поделилась законченной мыслью, а не зависла в неловком молчании.

– А она дело говорит.

– Согласен. – Кай выбрался из нашего кружка и достал смартфон. – Я напишу Дариусу.

Пока он отправлял короткое сообщение, я помассировала запястье и, нахмурившись, посмотрела на берег. Среди деревьев загремели ритмичные звуки – мужские голоса что-то скандировали.

– Началось, – выдохнула Одетта. – Они призывают верховного фейри!

Аарон жестом велел нам следовать за ним и сошел с тропы. Я двинулась следом. Мы крались между деревьями, мужское пение заглушало шум наших шагов.

Добравшись почти до края обрыва, я, затаившись в кустах, раздвинула ветки и выглянула. Футов на двадцать пять ниже, вдоль береговой линии тянулась мощеная дорожка, за ней лежал каменистый пляж. Отступая, отлив оставил за собой грязь, покрытую блестящими лужицами.

На берегу стояла группа людей в темных одеждах. Большие софиты на подставках яркими лучами освещали круг никак не меньше пятидесяти футов в поперечнике, границы которого были глубоко прорезаны в земле. Внутри круга были вычерчены геометрические фигуры, а в определенных точках внутри и вокруг внешнего кольца размещены какие-то инструменты и материалы. Семь человек стояли поодаль, а четверо других разместились на окружности, воздев к ней руки, и пели. Двенадцатый человек стоял в центре, спиной к берегу, лицом к океану.

– Чародеи-призыватели, – прошипела Оливия. – Тот, что посередине, – колдун. Отвратительное сочетание магии аркана и спириталов.

Я закусила губу, слушая, как призыватели продолжают свое размеренное пение. Незнакомые слова даже с такого расстояния отдавались во мне такой вибрацией, что кожа зудела.

– От Дариуса пришло что-нибудь? – прошептал Аарон Каю.

– Пока нет. Я только что отправил сообщение и Табите.

Скорчившись в кустах в неудобных позах, мы наблюдали за ритуалом еще несколько долгих минут. Волшебники пели без пауз, ни разу не сбившись, и я, хоть и нехотя, отдавала должное их мастерству. Сколько, интересно, они это репетировали?

– Может быть, заклинание не сработает, – с надеждой зашептала Одетта, – наверняка верховный фейри будет сопротивляться…

Ее оборвало тихое жужжание. Кай поднял мобильник – на экране высветился входящий вызов. Торопливо проведя пальцем по экрану, он поднес трубку к уху.

– Дариус?

– Вы не должны вступать в бой с «Красным Ромом» ни при каких обстоятельствах, – суровый голос главы гильдии прозвучал достаточно громко, чтобы мы все услышали даже без переключения на громкую связь. – Уходите оттуда немедленно.

На лице Кая мелькнуло удивление, а затем оно будто окаменело.

– Так точно, сэр.

У меня на языке уже вертелись протестующие вопли, но я их проглотила. Не хватало только, чтобы Дариус услышал мой голос. Этим я выдала бы свое «тайное» участие в операции и подвела бы ребят.

– Мы отходим немедленно, – продолжал Кай. – Следует ли нам…

– Смотрите! – Оливия ахнула, указывая на океан.

Вода, нежно плескавшаяся о грязный берег, забурлила и вскипела бурунами. Изгои продолжали петь, а остальные рассредоточились, заняв оборонительные позиции. Волны с белыми барашками пены хлынули на сушу, почти достигнув ритуального круга. В воздухе что-то замерцало, и новая волна, еще больше, взметнулась вверх, как будто в нее врезалось что-то невидимое.

– О, благословенная Матерь-Земля, – задрожала Оливия. – Он у них.

Подернутая рябью, словно мираж, который никак не может принять определенную форму, перед нами возникла призрачная фигура. Она то принимала очертания, то снова исчезала – мерцание чешуи, сверкание плавников. Пение стало громче. Еще одна вспышка всколыхнула воду, после чего неведомое существо превратилось в спираль мерцающего света.

На илистой отмели извивался исполинский змей. Его тело блестело и переливалось множеством оттенков темно-синего цвета, бледное брюхо защищали пластины кожистой чешуи. По спине тянулся гребень из острых, как шипы, спинных плавников, большую голову окружало нечто вроде бахромы из плавников и рога, а широкий лоб резко сужался к заостренной морде.

Упираясь огромными передними плавниками оземь, змей запрокинул голову и издал ужасающий вопль, полный первобытной ярости.

– Левиафан? – Аарон недоверчиво вздохнул. – Будь я проклят, ну и громадина.

Я, оглушенная, помотала головой. О, да. Огромный и прекрасный, прямо как дракон. Уж я-то знаю, доводилось встречать.

– Кай! – из телефона прорвался голос Дариуса, услышав который трое парней вытянулись по стойке смирно. – Отходите.

Кай медлил, прижимая трубку к уху. Фейри яростно извивался, словно пытаясь отступить, но вместо этого медленно приближался – его непреодолимо затягивало в круг, хотя он изо всех сил пытался остановиться.

– Кай.

Кай резко втянул в себя воздух, медленно выдохнул. Перехватив взгляды Эзры и Аарона, он заговорил в трубку.

– Так точно, сэр. Мы уходим.

Отодвинувшись от ненадежного с виду обрыва, он поднялся на ноги. Аарон тоже попятился назад, а Эзра замер, неуклюже согнувшись, чтобы освободить мне путь. Стиснув зубы и сжав кулаки, я подалась назад.

– Трусы! – сцепив пальцы, подскочила Оливия. – Идите туда, остановите их!

– Мы не… – начал Кай.

И тут ведьма прыгнула вперед, вытянув руки перед собой. Она толкнула Эзру в грудь и спихнула его вниз с обрыва.

Глава 8

Эзра рухнул с крутого склона, увлекая за собой вал смятой листвы и комья глины. Он успел создать воздушную подушку, разбросавшую мусор в стороны и смягчившую падение, и все равно с силой врезался в защитную дамбу под нами. Я и сама чуть не свалилась с обрыва, безуспешно пытаясь нашарить рукой опору. Спасибо, Аарон схватил меня сзади за куртку и втянул назад, под прикрытие деревьев.

Внизу на илистой отмели корчился левиафан в попытках противостоять магии, безжалостно затягивающей его в круг. Но, как ни были сосредоточены маги-изгои, падение Эзры они все же заметили. Трое отделились от группы и направились к дамбе.

Даже магия ветра нипочем не помогла бы Эзре взлететь на отвесный обрыв. Дамба тянулась вдоль береговой линии, не оставляя ему места для побега или укрытия.

Не проронив ни слова, Аарон разбежался и спрыгнул с обрыва, мгновенно скрывшись с наших глаз. Увидев это, Кай яростно выругался. Он сунул свой мобильник мне в руку, развернулся и прыгнул следом за друзьями. Ветер усилился – это Эзра применил свою магию, чтобы замедлить падение Кая.

А я? Меня оставили наедине с двумя ведьмами.

– Ах, вы!.. – прорычала я, поворачиваясь к ним лицом. Меня охватила такая ярость, что мой кулак взлетел прежде, чем я сообразила, что делаю.

Костяшками пальцев я треснула Оливию по скуле, и девушка отлетела, ударившись о дерево. Боль пронзила мою руку, мне показалось, что я оторвала себе большой палец – потому что я все еще продолжала сжимать телефон Кая. Отдернув руку, я инстинктивно разжала пальцы, и мобильник выскользнул. Разок отскочил от земли и полетел вниз с обрыва. Через секунду треск снизу возвестил о его прибытии.

Я вздрогнула. Ой.

Одетта, что-то бессвязно бормоча, суетилась около сестры, бросавшей на меня огненные взгляды. Кое-как поднявшись на ноги, Оливия дохромала до края обрыва и, осторожно оттолкнувшись, съехала по нему, как с горки – но не ледяной, а грязевой. Уже в нескольких футах от низа она зацепилась каблуком за камень, потеряла равновесие и свалилась на бетонную дорожку.

Ох. Жутко больно, наверное. Но почему-то мне было не так уж жалко ведьму.

Оливия вскочила, расправила блузку и бросилась к трем магам. Эзра, Аарон и Кай отступали вдоль дамбы, но трое негодяев приближались слишком быстро, а еще двое были на подходе.

Внезапно левиафан издал утробный вопль. Он был уже в дюжине ярдов от ритуального круга, но упирался, извиваясь, как издыхающая змея, и буквально вгрызаясь в ил грудными плавниками.

Изгои догнали моих друзей, и вспышка оранжевого света подсказала мне, что Аарон начал атаку. Он бросился на преследователей, а Кай и Эзра прикрывали с флангов. Но как только Аарон раскатал первого противника, его тут же атаковал Эзра. Быстрые атаки – чтобы не дать чародеям времени на завершение заклинания. Кай вихрем пронесся мимо них. Когда Аарон, взмахнув мечом, выпустил полосу огня во второго изгоя, а Эзра выстрелил ураганом в лицо третьему, Кай развернулся и невообразимо быстро задвигал руками. Он завершил серию ударов, резко вскинув кулак.

Вылетевшая из кулака молния пронзила всех трех изгоев. Те попа́дали в конвульсиях, а когда потрескивающая энергия постепенно угасла, остались лежать не шевелясь.

– Удивительно, – прошептала Одетта.

Оливия подошла к парням, ее губы шевелились, а руки жестикулировали, указывая на левиафана. Кай помотал головой. Оливия еще помахала руками, потом спрыгнула с дамбы и бросилась к илистой отмели. Пока она шла, у ее ног возникла фигура – рыжая и полосатая домашняя кошка. Ее фейри-фамильяр?

Аарон, Кай и Эзра переглянулись, и я поняла, что они сейчас сделают. Слишком уж они смелые ребята, чтобы поступить как-то иначе. Они спрыгнули на каменистый пляж и помчались за Оливией, которая неслась прямо на приближающихся изгоев.

Никакой надежды, что все это окончится благополучно. Взревев, я схватила Одетту за волосы и потащил ее к обрыву.

– Перестань! – пронзительно взвыла она. – Что ты делаешь?

– Это и твоя битва тоже – так что спускайся туда и сражайся!

– Я не могу! – прорыдала Одетта, хватая меня за руку. – У меня же нет фамильяра!

– И что?

– У ведьм нет агрессивной магии! Без фамильяра в бою мы можем не больше, чем ты!

Бред! Я куда более боеспособна, чем эта курица.

– Проку от тебя никакого.

– Вот почему нам нужна была мощная гильдия, – хныкала она. – Вот почему мы добивались, чтобы «Ворон и Молот» прислал своих магов.

Мой взгляд метнулся к обрыву. Там, на полпути к кругу Аарон, Кай, а чуть подальше Эзра и Оливия сражались вовсю. Но уже не с парой изгоев. Нет, они сражались с двумя изгоями и двумя призрачными зверями – один был похож на быка на двух ногах, второй – что-то маленькое, порхавшее на расплывчатых черных крылышках.

– Что за чертовщина? – спросила я.

Одетта дернула головой, пытаясь освободить волосы, за которые я ее держала.

– Фамильяры, которых поработили чародеи «Красного Рома». Это темные фейри, и обычно они слишком сильны, чтобы… чтобы… чтобы…

Ее будто заклинило на этом слове, только голос звучал все слабее. Хрипло, словно горло пересохло, она снова и снова повторяла свое «чтобы», глядя вытаращенными глазами на деревья за моей спиной.

Отпустив ее волосы, я резко обернулась.

И сначала ничего не увидела. Но в следующий миг воздух замерцал, зарябил и будто начал плавиться. Из темноты материализовалась фигура.

– Просто потрясающий хаос, нахалка, – не ушами, а всеми своими чувствами уловила я потусторонний голос. Фигура уплотнилась. Перед нами был фейри.

Фейри, которого я узнала.

Струящиеся одежды из незнакомых тканей обтягивали его худощавое тело, но не это было самым странным. За его спиной вздымались черные крылья дракона, сзади по палой листве шуршал длинный хвост, тонкие пальцы оканчивались темными когтями.

– Эхо? – Огромным усилием воли я заставила себя подобрать отвалившуюся челюсть. С тех пор, как я в первый и единственный раз видела гуманоидную форму этого фейри-дракона, миновали долгие недели. – Как ты здесь оказался?

– Ответил на твой призыв, как и обещал.

Эхо скользнул ближе, абсолютно бесшумно. Остановившись рядом со мной, он посмотрел на океан и двойную битву – одну между моими магами и изгоями, а другую между левиафаном и ритуальным кругом призывателей.

– Вижу, вечер не из приятных.

Я не отрываясь смотрела на его безупречную кожу. Как же он близко. Хотелось прикоснуться к его изящно заостренным ушам, почувствовать шелковистость черных, с сияющими синими и лиловыми прядями волос, заплетенных в косу, переброшенную через плечо и свисавшую до пояса. Он казался нереальным, больше похожим на сон, чем на живое существо.

Новый яростный крик левиафана вывел меня из оцепенения.

– Я не звала тебя.

На меня обратился взгляд его больших темных глаз – хрустальных, без зрачков, с намеком на кружащиеся в глубине звезды.

– Ты коснулась моей метки на своей руке и назвала мое имя.

– Да нет, я этого не делала. Руки коснулась, да, но твое имя… я о нем подумала. Молча.

Его губы изогнулись в пугающей улыбке, и мне вспомнилось предупреждение одного друида: быть с этим фейри как можно осторожнее.

На берегу полыхало пурпурное сияние. Левиафан достиг окружности, и ее линии запульсировали светом. Изогнувшись своим толстым мощным телом, морской фейри взревел, но его все равно тащило к изгою в центре круга.

– О великий дух! – выдохнула Одетта, ее голос дрожал так сильно, что слова были почти неразборчивы. – О благородный владыка, умоляю. Вступись, не дай свершиться черному ритуалу, спаси – ведь он твоего рода!

Эхо не отреагировал на ее мольбу. Он внимательно изучал сопротивляющегося левиафана, а затем так же оценивающе посмотрел на меня.

– Ты звала, и я ответил. Какую помощь я могу тебе оказать?

Я ткнула вниз.

– Ты можешь остановить это?

– Уже нет. – Кожистые крылья широко раскрылись, задев близлежащие деревья, а потом сложились у него за спиной. – Ллирлетиад уже связан. Чародею остается лишь поработить его.

У меня упало сердце. Внизу Аарон, Кай и Эзра боролись за спасение фейри, не зная, что уже слишком поздно.

– Мы ничего не можем сделать?

Эхо наклонил голову.

– Неправильный вопрос, малявка.

Трясясь от волнения, я изо всех сил пыталась успокоиться и подумать. Чтобы понять, какого вопроса ждет от меня фейри.

– Что я могу сделать? – наконец выпалила я.

Он улыбнулся, сверкнув хищными клыками.

– Ты можешь избавить Ллирлетиада от рабства чародея. Я научу тебя как, и долг между нами будет выплачен.

– Классно, да! Я согласна, – добавила я официально.

Хвост Эхо мотнулся из стороны в сторону, шурша листьями.

– У мага есть реликвия с силой фейри, ибо никакая человеческая магия не смогла бы поработить такого, как Ллирлетиад. Вырви реликвию из рук чародея, и ты спасешь Ллирлетиада от его участи. Сделать это ты должна до того, как завершится ритуал.

– Сколько времени осталось до завершения?

Эхо взглянул в небо, где над океаном висела полная луна.

– Счет на минуты.

М-да, это прямо конкретно.

– Что-нибудь еще мне нужно знать?

– Сделать это можешь только ты. – Еще одна клыкастая улыбка. – Но я немного помогу.

– Что…

Изящные руки сомкнулись на моих плечах. Расправив крылья, он поплыл вверх и, взмахнув хвостом, стащил меня с обрыва.

Я подавилась криком, когда мы камнем полетели вниз. Взмах огромных крыльев, и мы взмыли вверх, а потом мои ноги легко коснулись земли. Меня отпустили, остался только шепот – мягкий, нечеловеческий, он прошелестел мне на ухо:

– Прощай, нахалка.

Я развернулась в прыжке, но он уже исчез. Ну что ж, ладно.

Оказавшись в двух шагах от поля боя, я подавила накатившую волну паники. Я одна, но я справлюсь. У меня все получится. Должно получиться.

Зажав в кулаках оба своих артефакта, я спрыгнула с дамбы и помчалась к отмели. Вспыхнуло красное пламя, следом белая молния, осветившая уродливых темных фамильяров – их было уже трое. К битве присоединились последние два изгоя, не задействованные в ритуале.

Аарон и Кай удерживали свой участок линии фронта, первый размахивал пылающим мечом, а второй метал в неприятелей ножи, сопровождая это разрядами молний. Сзади их прикрывал Эзра, его ветер дул противникам в лицо и ослеплял их. Даже Оливия помогала – вроде как. Она швыряла в изгоев камни, а ее проворный домашний кот меж тем отвлекал маленьких летающих темных фейри, не давая им ринуться в бой.

Мой план был прост: стороной обежать страшную битву между магами, фейри и изгоями и, добравшись до ритуального круга, попытаться понять, что делать с оставшимися четырьмя чародеями. Отличный, надежный план, разве что-то может пойти не так, а?

С каменистого берега я выбралась на участок липкой грязи. Под ботинками хлюпала жижа, но, по крайней мере, поверхность была горизонтальная. Не снижая скорости, я свернула, чтобы промчаться мимо дерущихся.

Но нет, не получилось. Один из изгоев вырвался из боя и метнулся, чтобы отрезать мне путь. Держа наготове пиковую даму, я изменила курс и побежала прямо на него. Изгой поднял руку, сжимающую какой-то маленький предмет. Артефакт. Он прокричал заклинание.

Но я вытащила свою карту одновременно с ним.

– Ori repercutio!

Вихрь золотого света вырвался из чародейского артефакта, ударил в мерцающее отражение моего заклинания – и отскочил. Изгой припал к земле, и золотое заклинание пролетело у него над головой, пронеслось над двадцатифутовым берегом и попало в спину еще одному изгою.

Тот рухнул в грязь лицом. В ту же секунду ближайший фейри – бык, пытавшийся размозжить Каю череп, – развернулся и обеими гигантскими руками подхватил потерявшего сознание колдуна. Не бережно, защищая, а со всей жестокостью порабощенного существа, хозяин которого только что потерял над ним власть. Другие изгои встревоженно закричали, а один принялся дико жестикулировать. Но маленькие крылатые темные фейри отказались нападать на фамильяра Оливии и кружили вокруг морды быка.

Мой противник-чародей вскочил на ноги и вытащил очередной артефакт. Пришлось мне отступать – «пиковой даме» требовалось пять минут для перезарядки, а другой защиты, кроме карты, у меня не было.

Внезапно порыв ветра ударил колдуна в спину, лишив его равновесия. Из сумятицы схватки вырвался Эзра, и изгой, устояв на ногах, кинулся ему навстречу. Колдун проревел какое-то заклинание, но Эзра успел щелкнуть пальцами. Спиральный вихрь подбросил руку изгоя вверх, и огненный луч из его артефакта устремился в небо.

Тут Аарон, тоже на миг отвлекшись от боя, рубанул по воздуху мечом. Лента пламени ударила колдуна в лицо, и тот с криком рухнул, схватившись за глаза.

– Тори! – крикнул Аарон. – Ты что делаешь?

– Мне нужно пробраться к кругу!

– Что? Почему ты…

Левиафан завыл, заглушив конец фразы, а я уже снова бежала вперед. Аарон бросился за мной, а Эзра вернулся к Каю и к трехсторонней битве между фейри, чародеями и магами.

– Тори… – крикнул Аарон, догоняя меня.

– У меня есть инструкция! – непонятно высказалась я. Мы уже почти достигли круга, линии которого переливались жутким фиолетовым светом. – Я могу спасти фейри!

Задыхаясь, он хмыкнул, а затем рванулся вперед, обгоняя меня. Выхватив охваченный огнем клинок, он обеими руками схватился за рукоять. Четверо колдунов из круга сошли со своих позиций и бросились наперехват.

По рукам и плечам Аарона поползло вверх оранжевое пламя.

– Направо, Тори!

Я отскочила вправо. Аарон резко остановился, широко расставил ноги и замахнулся мечом. Натужно крикнув, он описал клинком широкую дугу. Вырвавшийся из стали адский огонь устремился на приближающихся колдунов.

Размахивая руками, я на скорости пронеслась мимо огненного водоворота, полностью сосредоточившись на колдуне в черной мантии в центре круга. Перепрыгнула через внешнее кольцо, и обеими ногами приземлилась в грязь внутри круга. Ноги пронзил электрический разряд. Спотыкаясь, я бросилась к колдуну. Левиафан возвышался надо мной, тучное змеиное тело билось о грязь.

Колдун не двигался, пока я не приблизилась почти вплотную. В последнюю секунду он повернулся ко мне, его глаза округлились, а руки крепче сжали шар из сплетенных в сложные узоры тонких серебряных нитей.

Я вцепилась в шар.

Мы с колдуном повалились в грязь, и тут я прижала к его лицу свой красный кристалл, другой рукой потянувшись за шаром.

– Ori decidas! – выкрикнула я.

Вспышка – это активировалось обездвиживающее заклинание кристалла. В то же мгновение колдун обмяк, мои пальцы сомкнулись вокруг шара, и я вырвала его из руки изгоя.

Глава 9

Стоя на коленях в грязи, я торжествующе подняла шар.

– Ага!

А больше я ничего не успела сказать и сделать, потому что в мою руку врезалась обжигающая магия и устремилась вверх, к плечу. Боль была такая мучительная, что у меня вскипали нервы. Голова левиафана качнулась вниз, и его сверкающие глаза цвета слоновой кости остановились на мне.

Ой-ой-ой.

Я попыталась бросить шар на землю, но рука держала его вмертвую, пальцы отказывались разжиматься. Боль распространилась по всему телу, обжигая каждый нерв, я едва могла сдержать крик.

Левиафан открыл пасть, обнажив заостренные клыки и громадные изогнутые зубы. Чудовище яростно взревело. Океан вспенился, поднялась гигантская волна. Стена воды устремилась ко мне, ударилась о край круга и растеклась вокруг него. Океан отступил к берегу, и вокруг потемнело – вода смыла электрические светильники.

Я не успела даже забеспокоиться о друзьях, в футе от моего лица щелкнули массивные челюсти левиафана. Длиной его голова была почти с меня, гигантские глаза светили изнутри огнем.

– Я не подчинюсь.

Низкий рокочущий голос пробрал меня до костей, и я съежилась. От пронизавшей меня мучительной магической боли по лицу заструились слезы.

– Мне и не нужно, чтобы ты подчинялся! – крикнула я. – Я пытаюсь тебя спасти!

– Твой коварный язык не обманет меня, ведьма. – Клыки снова щелкнули, так близко, что его горячее дыхание обожгло мне кожу. Я понятия не имела, как он разговаривает – губами во время речи он не шевелил.

– Да не ведьма я, тупой ты слепой фейри! – Я скрючилась от очередного приступа страшной боли. Как я ни старалась, освободиться от шара по-прежнему не могла. – Возвращайся в свой океан и будь свободен, делай что хочешь. Иди, чего ждешь?

Голова левиафана опустилась на несколько дюймов и наклонилась, приблизив ко мне один огромный глаз.

– Ты человек.

– Я заметила, – выдохнула я. – И фамильяр мне не нужен, да и не хочу я его. Я остановила ритуал, так что давай, тащи свою чешуйчатую задницу обратно в море.

Зверь зарычал, но мне было наплевать, даже если я его и обидела. Все болело так, что я просто не могла думать. Полный злости рот был единственной частью моего тела, которая все еще на что-то годилась.

– Прекрати это, – простонала я, дрожа всем телом, но моя рука будто сплавилась с проклятой сферой.

Голова левиафана качнулась из стороны в сторону, затем его губы приподнялись, обнажая клыки.

– Да будет так, человек.

Жар прокатился по моему телу головокружительной волной. Серебряная сфера под моими пальцами рассыпалась в прах. Пурпурное сияние круга погасло – с ним исчезла и магическая сила, сдерживавшая океан.

На меня обрушилась стена ледяной воды. Не устояв на ногах, я тут же ушла под воду, умудрившись ухватить за кожаный шнур свой драгоценный кристалл, лежавший на теле поверженного колдуна. Загребая руками, я нащупала илистое дно и оттолкнулась от него обеими ногами.

Вынырнув на поверхность, я только успела глотнуть воздуха, как черная вода вновь обрушилась на меня и потащила назад. Я попыталась закрепиться пятками в иле. Но, поскользнувшись, опять ушла под воду.

Вокруг меня сомкнулись чьи-то руки, подняли, поставили в вертикальное положение.

– Тори! – Аарон поставил меня боком, чтобы уменьшить сопротивление течению. – Ты как?

– В порядке, – наполовину пробулькала, наполовину прокашляла я. Вода была ледяная. Почему мы живем так далеко на севере? Вот перееду на Гавайи, только меня и видели.

Аарон потащил меня к берегу. Приблизившись к дамбе, я заметила ожидающих нас Эзру и Кая. Схватив за руки, они дружно вытянули меня из воды. Аарон выбрался сам и, ссутулившись, сел на бетон.

Я убрала мокрые волосы с лица, проверила, функционируют ли мои конечности, а затем убедилась, что оба мои артефакта надежно спрятаны в кармане. В нескольких ярдах от нас сидела Оливия, отплевываясь и кашляя. Рядом с ней сидел рыжий полосатый кот, его прозрачные глаза светились слабым желтым светом. Из его спины росли два крошечных полупрозрачных стрекозиных крылышка. Заметив, что я его рассматриваю, кот оскалил свои маленькие клыки и исчез.

– Я вымотался, – прохрипел Аарон. – Тори, это ты освободила фейри?

– Ага, – выдохнула я, обхватив себя руками, чтобы унять дрожь, которая начала меня бить.

– А где чуваки из «Красного Рома»?

– Те, что выжили, сбежали, – ответил Кай. – Я думаю, они испугались, что ты натравишь на них левиафана.

Я кивнула, стуча зубами.

– Аарон, у тебя огоньку не найдется?

– Не прямо сейчас.

Рядом со мной присел Кай.

– Что это было, Тори? Почему ты туда побежала?

– Ну, видишь ли…

– Тори! – из темноты к нам выбежала Одетта. Должно быть, спуск вниз занял у нее немало времени. – Ты сделала это! Поразительно!

Пыхтя, она опустилась на колени и стала осматривать Оливию, чтобы убедиться, что сестра не пострадала. Та выглядела вполне нормально, если не считать багрового синяка на распухшей щеке. Ух ты. Гм. Кажется, с этим я немного перестаралась.

Аарон поднял меня и обнял за талию. Я тут же прижалась к нему. Пусть он только что вышел из воды, кожа у него всегда очень теплая.

– Давайте вернемся к машине, – сказал он. – Там все и обсудим.

Мы с ребятами устало, нога за ногу плелись по тропе. Наконец, непроходимой крутизны обрыв перешел в довольно крутой, но преодолимый склон, по которому мы взобрались наверх. Оказавшись на стоянке, я потащилась к машине Аарона, чувствуя себя так, как будто мне на плечи взвалили пятидесятифунтовую гирю.

Пока Аарон открывал свой багажник, ведьмы, пробормотав слова прощания, двинулись к своему синему седану. Но не успели они сделать и трех шагов, как перед ними вырос Кай, и его темные глаза показались мне холоднее океанских вод.

– Куда вы собрались? Сначала вам нужно многое объяснить.

– Что тут объяснять? – слабо возразила Оливия. – Морской властелин свободен. Вот что важно.

– Хорошая попытка, но… – маг указал на машину Аарона, – одна из вас едет с нами. Вторая может следовать за нами на своей машине.

Ведьмы испуганно переглянулись.

Аарон вытащил из багажника спортивную сумку и расстегнул молнию.

– Эзра?

Аэромаг протянул ему руку, обнажив следы когтей, идущие от запястья до локтя. Кожа была залита кровью. Аарон промокнул ее марлей из аптечки и наспех забинтовал порезы.

– До дома теперь продержишься.

Перебрав запасную одежду, Аарон выудил толстовку и протянул мне.

– Вот.

– Спасибо.

Я непослушными пальцами стала расстегивать куртку.

– Тори, – вспомнил Кай. – А что с моим телефоном?

Я замерла, забыв, что собиралась снять куртку.

– Э-э… Я его сломала. Извини.

– Сломала? Как?

– Я треснула им Оливию по морде.

Кай закатил глаза, но, клянусь, его губы изогнулись в улыбке.

– А мой промок, – сказал Аарон, стягивая мокрую рубашку. Я смотрела на его мускулы всего пару секунд – свидетельство того, что я устала до изнеможения. – И ты, Эзра, не думай, что твой телефон пережил…

Он вдруг замолчал. Бросив промокшую куртку в багажник, я с любопытством посмотрела на него. А он смотрел на меня. Так же, как и Кай. Как и Эзра. На их лицах была абсолютно идентичная смесь замешательства и ужаса.

Я опустила глаза, посмотрела на свой топ, насквозь пропитанный вонючей морской водой. Никаких сюрпризов. Но…

Не веря своим глазам, я вытянула правую руку. На моей ладони весело сияла яркая лазурная руна. Извивающиеся линии и остроконечные руны расползались от нее, поднимаясь по руке к плечу. Светящиеся знаки закручивались по спирали, скрываясь под рубашкой на правой стороне груди. В панике я задрала подол рубашки. Отметины бежали по всему боку и исчезали под штанами. Я на несколько дюймов приспустила джинсы. Руны обвивались вокруг моего бедра.

– Ты! – взвизгнула Оливия, указывая на меня дрожащей рукой. – Ты захватила для себя связь с фамильяром!

Я уставилась на нее.

– Как… ведь я же его освободила…

– Это руны фейри! Ты лжешь…

– Оливия! – схватив сестру за руку, Одетта заставила ее остановиться. – Думаю, это несчастная случайность.

– Черт, Тори, – прошептал Аарон. – Что ты учудила?

– Я… я не знаю. – Ничего не понимая, я переводила безумный взгляд с него на метки на своем теле и обратно. – Я думала, фейри… он сказал… я не хотела! Это получилось случай…но.

Но неожиданно паника сменилась подозрением, догадкой, и мои глаза сузились в щелки. Несчастный случай? А может, и нет.

Отойдя от машины, я закружила по кругу, вглядываясь, разыскивая.

– Эхо? Эхо!

– Она сошла с ума, – заметил Аарон не совсем своим обычным легкомысленным тоном.

– Тори, здесь нет эха, – осторожно сказал Кай.

Я откинула назад голову и заорала.

– Эхо! А ну покажись, ты, саламандра-переросток!

Не самое яркое из моих оскорблений, но остроумие сейчас было на нуле.

– Что за непочтительность, нахалка.

Воздух над машиной Аарона замерцал, и из пустоты материализовался фейри. Расправив крылья, он завис в нескольких дюймах над автомобилем.

Чертыхнувшись, Аарон отскочил назад, хватаясь за рукоять меча. Он ошеломленно втянул в себя воздух и застыл на месте. Кай не издал ни звука, хотя слегка попятился – таким потрясенным я его еще никогда не видела. Эзра не шелохнулся, устремив непарные глаза на фейри, и его лицо было пугающе спокойным.

Я обвиняюще ткнула в Эхо пальцем.

– Ты мне наврал! Сказал, что, если я отберу реликвию у колдуна, морской властелин будет свободен!

– Свободен от порабощения колдуном, все верно. – Эхо улыбнулся, показав клыки. – Поистине, ты избавила его от унизительной участи.

Я яростно указала на светящиеся отметины по всему телу.

– Тогда это что такое?

– Связь между твоей душой и душой Ллирлетиада.

– Значит, ты соврал про…

Эхо хлестнул хвостом. Зазубренный конец ударил о заднее стекло автомобиля и разбил его вдребезги. Аарон дернулся, словно от удара током, у него вырвался стон. Я перевела глаза с разбитого стекла на фейри, и только тогда здоровая доза страха охладила мой гнев.

– Я не лгал. – Темные глаза фейри оглядели меня оценивающе. – Не колдун, а ты заполучила гнусные узы. Ты – не имеющая власти повелевать Ллирлетиадом.

Я сжала кулаки.

– Ты обманул меня.

– Я не лгал, – повторил Эхо со своим мелодичным акцентом. – Ллирлетиад уже был связан заклинанием ловушки. Отменить это было невозможно. Кто-то должен был заявить права на магию.

И Эхо, стало быть, подставил меня, смертного человека, у которого «нет власти повелевать» морским владыкой.

Я ощерилась.

– Ты предатель…

Взметнулись широкие крылья. Эхо пронесся над машиной и остановился прямо передо мной, так, что наши носы почти соприкасались. Темно-синие глаза заполонили все передо мной.

– Ты не более чем младенец для таких, как я, – тихо промурлыкал он. – Из уважения к друиду я одарю тебя этим небольшим поучением. Не порочь мое имя и не клевещи на меня, иначе у меня не останется другого выхода – только вырезать это правило в твоей плоти.

С трудом сглотнув возникший в горле комок, слишком напуганная, чтобы вымолвить хоть слово, я кивнула.

Его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья, и кожу пронзило искрой покалывающего тепла.

– Мой долг уплачен. Больше я не отвечу на твой зов.

Я еще раз молча кивнула.

Снова вспыхнула, обнажив клыки, страшноватая улыбка, и он взмахнул крыльями. Пока фейри взмывал ввысь, воздух рябил и мерцал. Тело Эхо потемнело, растворяясь в этом мерцании. На мгновение на фоне звезд вырисовался силуэт огромного дракона с галактиками, кружащимися на его темных боках, после чего он скрылся из виду.

Я прижала руку ко лбу, чувствуя, что голова идет кругом.

– Не люблю я фейри, вот честно.

– Как ты могла так неуважительно с ним разговаривать? – спросила Одетта дрожащим шепотом. Обнявшись, они с сестрой стояли с такими лицами, будто только что на их глазах с небес сошел ангел. – Ты хоть представляешь, насколько силен этот фейри?

Не-а. Не представляю, мне было неинтересно.

– Вот дерьмо, – воскликнул Аарон. Он с отчаянием смотрел на разбитое окно своей машины. – Это тот самый фейри-дракон, на котором Призрак летает, да?

Я ничего не ответила. Проклятое заклинание клятвы.

– Тори!

– Не могу ничего объяснить, – пробормотала я.

Аарон снова выругался.

– Из огня да в полымя, – сухо пробормотал Кай. – Мы должны позвонить Дариусу.

– Мой телефон в сумке, – я устало поковыляла к машине. – Я ее оставила под сиденьем.

Аарон поймал меня за локоть, и только тогда я осознала, что накренилась набок и чуть не упала.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально.

– Ты белая как полотно.

– У меня все нормально. – Я выдернула руку и открыла дверцу машины. Это простое движение заставило меня пошатнуться. Отметины, светящиеся на моей руке, расплылись – потому что я не могла сфокусировать зрение.

– Тори… – Аарон снова потянулся ко мне, но я упрямо отступила, не обращая внимания на то, что земля качается и уходит из-под ног.

– Она вот-вот упадет в обморок, – сказал Кай.

– Не говори глупостей, – отрезала я, беря себя в руки. – Я никогда в жизни не падала в обморок.

Договорить я успела, но в глазах тут же потемнело, тротуар неожиданно качнулся вперед.

Глава 10

Если говорить о плюсах, я вернулась в «Ворон и Молот». Больше всего это напоминало возвращение домой после отпуска – а еще у меня возникло весьма странное желание протереть прилавок и начать наводить порядок.

Что касается минусов – было ужасно рано. Шесть утра? Или семь? В любом случае в такую жуткую рань мозги никак не хотели просыпаться. Кроме того, я вся была покрыта отметинами морского фейри. В довершение я оказалась полуголой перед людьми, в чьем присутствии мне этого совсем не хотелось.

Короче говоря, я стояла посреди комнаты, раскинув руки в стороны, и на мне не было ничего, кроме трусов и лифчика. А на меня смотрели семнадцать человек.

Справедливости ради, двое из них не обращали на полуголую меня никакого внимания. В углу этой большой комнаты на втором этаже, заставленной длинными столами, досками и компьютерами, на стуле сидел Эзра, а Санджана, ученица целителя гильдии, обрабатывала раны на его предплечье.

Зато остальные пятнадцать человек очень внимательно смотрели на меня. Точнее, на отметины, которые начинались на правой ладони, шли вверх по руке, покрывали большую часть груди, спускались по боку и бедру и исчезали у правого колена.

Аарон расхаживал из стороны в сторону, Кай привалился к столу, на котором лежал открытый ноутбук. Он наблюдал за мной и магами, которых сам же и призвал в столь безбожно ранний час, чтобы осмотреть меня.

Табита, шатенка с безупречной фарфоровой кожей и идеально уложенной стрижкой средней длины, взирала строго, точно королева, присматривающая за подданными. Здесь она оказалась лишь потому, что была на дежурстве, и уже удостоила нас ледяным выговором за то, что меня втянули в дела гильдии. Как ни странно, ее холодный гнев был переплетен с тревогой, это и раздражало, и беспокоило меня. Я с радостью отмахнулась бы от Табиты, но ее нежелание пускать меня в «Ворона и Молот» отчасти было продиктовано заботой о моей же безопасности – с этим не поспоришь.

Впрочем, на другой чаше весов было ее снобистское стремление не допускать простых смертных в гильдию, поэтому я решила, что вряд ли в ближайшее время изменю свое мнение о ней.

Тут был и Феликс, третий помощник главы гильдии. Кай позвонил ему, поскольку тот специализировался на обнаружении и нейтрализации магии. Среди прочих были Эндрю, опытный командир группы, и Линдон, специалист по противодействию магии.

Прибыл и Уэлдон, о котором я мало что знала, – главным образом потому, что меня он не интересовал. Старик в засаленной ковбойской шляпе и видавших виды сапогах сильно обидел меня во время моей первой смены, когда решил заказать выпивку для моих сисек. Стоять в нижнем белье перед ним мне было особенно неприятно, но, к моему удивлению, он, как и другие, явно сосредоточился на магических метках.

С последними двумя магами мне почти не доводилось общаться: пожилая пара, Лим и Цзя Чен, редко пили что-либо, кроме травяного чая. Крошечные и сгорбленные, с редкими седыми волосами, высохшими лицами и в очках с толстыми стеклами – казалось, их унесет даже слабый ветерок. Однако именно им Кай позвонил в первую очередь.

После звонка Дариусу – важное уточнение. Забавный это был разговор. Сейчас глава гильдии не присутствовал лишь потому, что ему пришлось разбираться с представителями «Красного Рома» и с реальной угрозой, что гильдия изгоев отомстит «Ворону и Молоту».

Завершали группу вуайеристов ведьмы и колдуны гильдии – все пять. Наконец, молчание нарушила Кавери, обеспокоенно кусающая губы.

– Я не могу определить фейри. А кто-то может?

Сидящий рядом с ней Кир, ее бойфренд, покачал головой. Воинственный, крепкого телосложения, с грубыми чертами лица и собранными в пучок длинными волосами, он напоминал мне супердзен-вариант Джейсона Момоа.

Филипп, немолодой предводитель наших ведьм, потер щетинистый подбородок.

– Фейри, должно быть, постарался убраться отсюда как можно дальше. Возможно, связывающая магия его обессилила.

– Это отвратительно. – Дельта перекинула через плечо свои косы, вплетенные в них декоративные бусины громко зазвенели. – Подчинить волю фейри – настоящее кощунство.

– Может, потом о морали порассуждаем? – вмешался Аарон, пристально глядя на ведьму. – Мы здесь, чтобы разорвать связь между Тори и этим фейри.

– Лим и Цзя, – тихо позвал Кай, – что вы думаете?

Цзя сняла и сложила очки, ее темные глаза почти терялись в морщинах.

– Очень сложное сочетание. Я подозреваю элементы Аркана, Спириталис и Демоники.

– Демоники? – нервно повторила я.

– Связующие элементы здесь сродни контрактам, подчиняющим демонов, – пояснила она. – Призывая демона, контрактор получает над ним почти полный контроль.

– Вам потребуется какой-то столь же мощный связующий элемент, чтобы управлять таким фейри, – сказал Линдон, барабаня пальцами по столешнице. – Держу пари, этот фейри даже сильнее демона.

Цзя вскочила со стула и подковыляла ко мне, изучая метки.

– Меня волнуют не Аркана и Демоника. При всей своей сложности они просты. Два плюс два всегда равняются четырем.

Она ткнула в большую руну, занимавшую бо́льшую часть моего правого бедра.

– Что меня беспокоит, так это элементы магии Спириталис. Их не так просто разгадать.

К древней волшебнице присоединился Филипп.

– Это не просто Спириталис. Серебряная сфера, реликвия, описанная Тори, была создана фейри. А магию фейри не постигают даже ведьмы. Законы, которым она подчиняется, нам понять не под силу.

Цзя постучала по другой руне на моем боку.

– Магия фейри в сочетании с темным ритуалом Аркана. Это выше моего понимания.

– Моего тоже, – скрипучим голосом подтвердил Лим.

Все маги закивали, соглашаясь, что им недостаточно знаний, чтобы разорвать связь. Меня охватил такой тошнотворный страх, что я ссутулилась, обняв себя за плечи.

Аарон – он вырос рядом со мной – вручил мне огромный свитер. Я с благодарностью натянула его, потом надела протянутые им спортивные штаны.

– Не волнуйся, – сказал он мне. – Это еще ничего не значит, мы так просто не сдадимся.

– Мы немедленно начнем исследования, – объявила Цзя. – Мы с Лимом навестим наших друзей, историков Аркана. Они очень хорошо осведомлены.

– Я прощупаю своих старых товарищей, – вставая со стула, предложил Линдон. – Они на своем веку изрядно пошалили на грани незаконной магии. Может, что-то им придет в голову.

– Только аккуратнее формулируй свои просьбы, – предупредил Кай. – Постарайся не раскрывать слишком много.

– Договорились. – Линдон направился к лестнице.

Эндрю потянулся, сдерживая зевоту.

– Знаю, вы надеялись, что я видел что-то подобное раньше, однако, к сожалению, это не так. Но я тоже поспрашиваю, может, сумею что-то разузнать.

Он ушел, а за ним Цзя и Лим.

Филипп нервно потер руки.

– Эти сестры О’Коннер внизу, верно? Я хочу с ними поговорить перед уходом. – Он подарил мне ободряющую улыбку. – Мы разберемся с этим, Тори.

Оставив при себе сомнения по поводу полезности сестричек-О, я кивнула, и он тоже отчалил, а следом и остальные наши ведьмы. Оливия и Одетта дожидались в подвале гильдии, видимо, слишком напуганные Каем, чтобы уйти без разрешения.

Со своего места поднялся Уэлдон – тот самый сальный тип.

– Пусть расспрашивают кого хотят, но эти чары – не фокусы ваших друзей-приятелей. Вам нужен мастер темной магии.

– Да, только у нас нет ни одного такого под рукой, – огрызнулся Аарон.

Уэлдон умиротворяюще поднял руки.

– Просто для сведения, парень. Без эксперта по магии фейри или темной магии далеко не уедешь.

– Но ты ведь знаешь кое-кого из практикующих темные искусства, так? – цепко взглянул на него Кай. – Потому-то я и позвал тебя.

– А сам ты разве не знаешь, а, Ямада? – усмехнулся Уэлдон. – Ни хрена мне не известно о фейри и всей этой лабуде. Но попытка неплохая.

Пожав на прощание плечами, он, сгорбившись, спустился по лестнице и скрылся из виду.

– Не могу припомнить ни одного случая, когда от Уэлдона был бы прок, – пробасил Аарон. – Я вообще не понимаю, почему он член гильдии.

– От него есть прок, я ручаюсь. – Феликс провел рукой по своим коротко стриженным светлым волосам. – Есть несколько методов нейтрализации, которые я мог бы испробовать на Тори. Но, признаться, не горю желанием начинать эксперименты немедленно, с места в карьер. Сейчас ей, по-моему, ничего особо не угрожает, так что давайте подождем. Поглядим, что скажут остальные. Кай, проследи, чтобы Тори не оставалась одна.

– Конечно.

Как только он ушел, Табита тоже направилась к лестнице.

На верхней ступеньке она остановилась и окинула нас холодным взглядом.

– Но не здесь. Мисс Доусон не может находиться в гильдии, пока продолжается расследование полиции.

– Я в курсе, – ответил Кай совсем уж ледяным тоном.

Табита скрылась. Я хмыкнула ей вслед, а потом спросила:

– Мне уйти прямо сейчас?

– Не торопись, – ответил Аарон. – Вот-вот должен подойти Рамси. Посмотрим, не знает ли он каких-нибудь артефактов, которые могут оказаться полезными. – Он подавил зевок. – Мне необходим кофеин. Пойду-ка сварю кофейку.

После его ухода в большой комнате остались только мы с Каем, да еще Эзра и Санджана в углу. Она рисовала на его раненой руке причудливые знаки и тихо напевала заклинание.

Я плюхнулась в кресло рядом с ноутбуком. Кай тоже присел, нажал клавишу, чтобы разбудить компьютер, и развернул экран ко мне.

– Ллир Лледиайт – имя фейри звучит как-то так?

Эхо несколько раз называл имя верховного фейри, но, учитывая всю эту неразбериху и нервы, сейчас мы никак не могли его вспомнить. Я уставилась на короткую статью из Википедии на экране ноутбука.

– Ллир там вроде было, но звучит не совсем так. – Я пробежала глазами статью, и от тревоги у меня скрутило живот. Валлийское морское божество из древних легенд, и имя было достаточно близким. Скорее всего, именно об этой сущности и идет речь. – Я сделала что-то ужасное, все испортила, да?

Кай поставил локоть на стол и подпер ладонью подбородок.

– На самом деле такой результат – это, пожалуй, лучшее, на что мы могли надеяться. Если фейри уже был пленен этими узами и оставалось только привязать его к кому-то, то уж лучше к тебе, чем к колдуну из «Красного Рома».

– Почему они так сильно хотят заполучить этого фейри?

– На этот счет у меня есть несколько предположений. МагиПолу так трудно бороться с «Красным Ромом», потому что эти изгои проводят свои операции из нейтральных вод. Высокопоставленные члены их гильдии живут на роскошных яхтах, да к тому же владеют настоящей флотилией небольших судов. Власть над морским богом позволила бы сделать их корабли несокрушимыми.

Просто супер. В веселенькое дельце я снова ввязалась. Я покосилась на свою ладонь со светящимися рунами.

– Здорово, конечно, что «Красный Ром» не заполучил фейри, но мне что-то не по себе оттого, что он достался мне.

– С этим мы разберемся. – Кай привлек меня к себе. – Нет ничего, с чем бы мы не справились сообща.

Я приткнулась головой к его плечу и устало закрыла глаза. Приобняв меня одной рукой, Кай защелкал второй по клавишам. Я слушала тихое пение Санджаны, пытаясь прогнать поселившийся в сердце щемящий страх.

Рука Кая согревала и успокаивала. Вообще, этот парень не отличался склонностью к телячьим нежностям, и поэтому сейчас я была ему особенно благодарна. Через несколько минут плечо под моей щекой шевельнулось.

– Похоже, Санджана почти закончила. Скоро отправимся. Почему бы тебе не найти Аарона и Рамси?

– Хорошо.

Я выбралась из своего кресла и поплелась вниз по лестнице в бар. Вид разбросанных стульев и груды грязных стаканов на стойке должен был бы вызвать мое раздражение, но меня охватила ностальгическая тоска.

Из кухни доносились мужские голоса, так что я, обогнув барную стойку, направилась к кухонной двери.

– …тревожно за Тори.

Услышав свое имя, я остановилась.

– Филиппа беспокоит то, что может сделать с ней привязка к фейри, – продолжал вполголоса Аарон. – Она ведь человек, а не спиритуал.

Сколько же можно об этом напоминать? Я молча нахмурилась.

– Как она? – второй голос принадлежал Рамси, нашему повару и штатному эксперту по артефактам.

– Бледная и измотанная, хотя я не знаю, от недосыпа это или от чего другого. – Он издал какой-то тихий горестный возглас. – Не надо было брать ее с собой. О чем я только думал?

– Не кори себя, Аарон. Она сама хотела пойти, разве нет?

– Ага, – пробормотал он. – Хотела.

– Чертовски жаль, что она не маг, – задумчиво протянул Рамси. – Из нее получилась бы отличная боевая ведьма.

Во мне снова всколыхнулись эмоции, но Аарон ответил прежде, чем я успела в них разобраться.

– Точно. Потому-то я постоянно и забываю, что это не так, – его голос вдруг разом сел, охрип. Такого Аарона я, пожалуй, никогда не слышала. – Этак я ее когда-нибудь убью.

Я застыла у дверей, не зная, как поступить. Войти? Убраться прочь?

– Что между вами, кстати? – спросил в этот момент Рамси. – Вы вместе или?..

– Будь я проклят, если сам это знаю. – Аарон вздохнул. – Она мне реально нравится. Умная, веселая, горячая, храбрая, что твоя львица. И вроде мы на одной волне, но…

Рамси помолчал – наверное, ждал, что Аарон продолжит.

– Но что?

– Но чего-то не хватает, – тихо ответил он. – Мне часто кажется, что она хочет, чтобы мы остались просто друзьями, но она никогда и не давала понять, что не хочет со мной никакой романтики. То ли она что-то скрывает, то ли… то ли не так уж в меня влюблена. Сам не пойму.

– Блин, – буркнул Рамси. – Это жестко.

– И не говори. Я понятия не имею, что делать, поэтому просто плыву по течению.

Рамси что-то сказал в ответ, но я уже отошла – сердце колотилось, болезненно стукаясь о ребра. Я отступила в самый дальний конец бара, прижимая к груди руку.

Подслушивать плохо, я ужасная. Эгоцентричная кретинка.

Довольна собой, от случая к случаю встречаюсь с Аароном «без обязательств», и дела мне нет до того, что он, возможно, хочет чего-то большего. Джастин волновался, не морочит ли мне Аарон голову, кормя какими-то неясными обещаниями. А оказывается, это я ему голову морочу. А он, добродушный и мягкий по натуре, терпит все это, ожидая, что рано или поздно я выражусь яснее.

Словом, я чувствовала себя настоящим куском дерьма.

С трудом сглотнув, я подала голос:

– Аарон?

Голоса тут же смолкли.

– Я на кухне, – ответил Аарон чуть погодя.

Я снова зашла за барную стойку и толкнула двери. Выдавив улыбку, помахала Рамси.

Высокий, худощавый гот – хотя сегодня в меньшей степени гот, чем обычно, без подводки для глаз и с волосами, убранными под бейсболку, – он скупо улыбнулся мне в ответ.

– Слыхал, ты обзавелась крутым верховным фейри в качестве нового фамильяра?

– Не думаю, что это работает именно так. – И я показала ему свою испещренную рунами ладонь, единственную часть замысловатого узора, видную теперь, когда я была одета. – А у тебя, часом, не припрятан где-нибудь артефакт против фейри?

– Не сказал бы.

Я вздохнула.

Мы продолжали болтать с Рамси, пока к нам не присоединились Кай, Эзра и Санджана. Целительница вытащила меня в зал, посадила на стул и произвела первичный осмотр. Заявив, что я нахожусь в состоянии крайнего утомления, но в остальном здорова, она вернула меня ребятам.

Через несколько минут я уже садилась в продуваемую сквозняком машину Аарона, а сам он запускал мотор. Эзра присоседился на мотоцикл к Каю (заднее сиденье машины было усеяно битым стеклом и не годилось для пассажиров), и байк раньше нас вылетел со стоянки.

Аарон выехал за ними следом. Через несколько кварталов Кай свернул с главной дороги, а мы продолжали ехать прямо – к моей квартире. Я уныло смотрела в окно на сумрак раннего утра и тряслась от гулявшего по машине ветра. Как мило со стороны Эха было разбить заднее стекло.

– Син уже в пути, – сказал мне Аарон. – Кавери тоже подъедет, если у тебя возникнут проблемы с фейри. Поскольку мы не знаем, чего ожидать от этого морского чуда, лучшее решение – чтобы рядом была ведьма. Она только заскочит к себе домой, чтобы сложить сумку.

Раз уж я нуждаюсь в магическом надзоре, предпочла бы остаться у Аарона, но из-за дурацкого расследования ОМП этот вариант не рассматривался.

Он зевнул, прикрыв рот рукой.

– Я совершенно разбит. Немного отосплюсь, потом первым делом куплю одноразовый мобильник – моему на смену – и отправлю тебе эсэмэску с номером, чтобы ты могла мне звонить, если понадоблюсь.

– Договорились. – Я погладила его по плечу. – Вам всем, ребята, не помешает отдохнуть. Привязка к фейри никуда не денется.

– Тебе тоже нужен отдых. Ты выглядишь даже усталее, чем я себя чувствую.

– Усталее? – весело повторила я.

– Не жди, что я буду правильно говорить с недосыпу. Тем более после такой драки. – Машина остановилась перед моим «дворцом», и Аарон заглушил мотор. – Идем. Я побуду с тобой, пока не приедет Син.

– Да все нормально. – Я отстегнула ремень безопасности. – Она уже едет. А за несколько минут ничего со мной не случится.

Он колебался, голубые глаза омрачились тревогой.

– Наверное, мне надо…

– Все со мной будет хорошо, – заверила я и, перегнувшись через центральную консоль, поцеловала его в нахмуренный лоб. – Ты без сил. Езжай домой и выспись как следует.

Вздохнув, он сдался.

– Ладно. Но заставь Син, пусть отпишется мне… подожди, не выйдет, у меня же телефон сгорел. Электронная почта. Пусть напишет мне по электронной почте, как только приедет.

– Заставлю. – Я поколебалась, но, решившись, снова наклонилась и прижалась губами к его рту.

Мой поцелуй был медленным и глубоким, полным эмоций, в которых я не успела разобраться. Я нащупала пальцами его небритую теплую щеку. В захлестнувшей меня волне необъяснимого отчаяния я еще сильнее прижалась к его губам.

Когда я отстранилась, во взгляде Аарона мелькнуло замешательство, растерянность, но он улыбнулся.

– Хорошо тебе выспаться. Я позвоню, как только встану.

– Буду ждать. – Я вышла из машины и закрыла дверцу. Заурчал двигатель, Аарон наклонился к окну, чтобы заглянуть мне в лицо. Потом машина тронулась с места, а я подождала на тротуаре, пока красный спортивный автомобиль не скроется из виду.

Резко развернувшись, я поспешила к дому. Нашим с Аароном бестолковым отношениям придется подождать. До приезда Син оставалось минут десять, и я не могла терять времени. Оказавшись на заднем дворе, я вытащила телефон и набрала номер. Гудки начались, когда я открыла дверь и вошла в прихожую.

Десять звонков. Двенадцать. Бессильно зарычав, я спустилась по лестнице. Сними трубку, сними, сними. Я не давала отбоя и слышала гудки. Четырнадцать. Пятнадцать.

В трубке щелкнуло, и в ухо мне зарокотал низкий хриплый голос:

– Ты никогда раньше не звонила. Лучше бы все так и оставалось.

– Привет, ми-и-илый, – театрально промурлыкала я. – Скажи лучше, как страстно ты жаждал снова услышать мой голос.

Долгая, тяжелая пауза, и связь оборвалась.

Чертыхаясь, я тут же перезвонила и, подбоченившись, позволила телефону прозвенеть еще миллион раз. Наконец, трубка снова щелкнула.

– У тебя напрочь отсутствует чувство юмора, – посетовала я, прежде чем он успел заговорить. – Я звоню по серьезной причине, ты же знаешь.

– И что это за причина?

Я скривила лицо, наморщила нос. Было очень трудно выговорить эти слова, но мне и правда не оставили выбора. Уэлдон сказал, что с моей проблемой сумеет справиться только эксперт по магии фейри или маг, практикующий темные искусства.

По удачному стечению обстоятельств один мой давний знакомый сочетал в себе и то, и другое – лишь бы только он снова не бросил трубку.

Я вздохнула.

– Зак, мне нужна твоя помощь.

Глава 11

– Повтори еще раз, – сказала я, морща лоб, пока Син перебирала миниатюрные флакончики с яркими лаками. – Зачем нам красить ногти?

– Затем, – ответила она таким тоном, как будто это было самой очевидной вещью в мире, – что так всегда делают, когда идут в гости к подружке с ночевкой. Со мной такого не было с двенадцати лет, вот я и выжимаю из этого все возможное.

Выбрав из своего ящика с лаками для ногтей пузырек пронзительно-розового цвета, она показала его мне.

– Как насчет этого?

Более отвратительного цвета я не могла представить.

– Конечно, почему бы и нет.

– Кавери, а ты какой цвет хочешь?

Темноволосая ведьма подняла голову. Посреди моей гостиной она создала небольшой круг из разных природных объектов – камушков, веток, листьев, – и сейчас перед этим кругом сидел Прутик с совершенно счастливым видом. Таким довольным я его никогда не видела.

Странная у нас была ночевка.

– В лаке для ногтей полно агрессивных химикатов. – Кавери невозмутимо добавила к своему кругу еще один листик. – Это экологически безответственно.

– Коммерческие лаки для ногтей – да. – Син откупорила ярко-розовую бутылочку и протянула мне. – А у меня все натуральные. Понюхай это.

Я осторожно принюхалась. Вместо резкого запаха я уловила только намек на лаванду.

– Ух ты, как мило. А насколько он стойкий?

– Без моего очищающего зелья будет держаться сколько угодно, если только не оторвешь себе ноготь.

Гм-м.

– А можно выбрать другой цвет?

Ведьма передала мне контейнер, и я изучила яркие оттенки. Выбрав красный, как пожарная машина, я вернула ей лаки.

– Ну, какие ты еще запланировала традиционные для ночевки развлечения?

– Смотреть романтические комедии, есть попкорн и драться подушками.

– Не иначе как ты насмотрелась девчачьего кино из девяностых – иначе откуда такие сведения?

– Все так и было. Почти, – нисколько не смутившись, подтвердила она, выбирая бирюзовый оттенок, подходящий к ее волнистым волосам.

Я прищурилась, глядя на Кавери.

– Что это ты делаешь?

– Это? – Она добавила к кругу очередной высушенный лист. – Это лесной ритуал равновесия. Человеческая деятельность и технологии нарушают природные силы. С помощью этого ритуала я могу привести ближайшие энергии в равновесие. Хватает ненадолго, но это восстанавливает силы фейри.

Прутик восторженно кивнул.

– Это так приятно. Светло и ясно.

– М-гм, – пробормотала я. – Аркана ведь тоже используют круги, так?

– Да, круги присутствуют в большинстве магических конструкций. Они определяют границы. Аркана и Спириталис имеют общие базовые концепции, но их исполнение сильно отличается. – Она оценивающе осмотрела свой круг, достала из сумки мешочек и высыпала землю в центр. – Все ведьмы чувствуют потоки силы в природе, мы замечаем, когда равновесие нарушается.

Я мрачно глядела на грязь, которой она засыпала мой пол.

– Ты это чувствуешь?

– О да. Стремление восстановить баланс у нас врожденное, и многие молодые ведьмы учатся основным обрядам сами, путем проб и ошибок. Это базовая помощь, которую мы предлагаем фейри, – уравновешивать энергии, от которых зависит их выживание.

Я подавила вздох. Если бы у меня оставались хоть малейшие сомнения, это стало бы последним гвоздем в крышку гроба – к магам-спириталам я не могла иметь никакого отношения. Исключено. Я даже обычные прогулки на свежем воздухе переносила с трудом, не говоря уж о том, чтобы собирать листочки и всякую грязь ради высоких эзотерических целей. К тому же мне не хватало той особой способности воспринимать фейри, которую с придыханием описывали сестры О. Я видела фейри только тогда, когда им самим хотелось, чтобы их заметили.

– В обрядах спириталов невозможно просто действовать по рецепту, – добавила Кавери, с самодовольной улыбкой косясь в сторону Син. – Каждый ритуал следует приспосабливать к состоянию мира природы, в котором мы работаем, а сделать это можно только с помощью наших уникальных чувств.

Син фыркнула.

– Да, но балансировка – это все, на что вы, ведьмы, способны, если фейри не поделятся своей магией. А маги-аркана укрощают энергию, закачивая ее в зелья и артефакты.

У меня звякнул телефон, и я отвлеклась от спора этих двух воображал, чтобы прочитать сообщение. По коже побежали мурашки. Я проспала почти целый день, а с тех пор как проснулась, старалась разработать план. Прошло несколько часов, плана у меня все еще не было, а теперь, оказывается, и времени не осталось.

Я вскочила на ноги и ринулась на кухню – проверить кладовку.

– У меня нет попкорна! И газировка закончилась.

– Ну и ну, – проворчала Син, снимая колпачок с бирюзового лака.

– Эй, Кавери, – весело сказала я, – сможешь сбегать в магазин? Он закроется только через сорок пять минут.

Поднявшись на ноги, ведьма отряхнула листья со своих легинсов, а я постаралась не раздражаться при виде беспорядка. Прутик что-то мычал и напевал, глядя на круг. Хотя бы он был счастлив.

Не успела я так подумать, как фейри оборвал свою мелодию. Настороженно склонил набок голову – и скрылся из виду. Странный мелкий тип.

– Я же должна быть рядом с тобой, – неуверенно возразила Кавери.

Я снова сосредоточилась на своей задаче.

– Да это же всего несколько минут, – беззаботно сказала я, от души надеясь, что не слишком пережимаю. – И ты же хотела, чтобы я попробовала чай масала, помнишь? Заодно можешь и его купить.

Лицо Кавери просветлело. Теперь, хочешь не хочешь, придется мне пить этот чай. На какие только жертвы не приходится идти…

– Ну, хорошо, – кивнула она. – Магазин тут рядом, да?

– Ты мигом обернешься!

Откуда бедной ведьмочке знать, что ближайший магазин уже закрыт и ей придется прокатиться в другой. Продолжая улыбаться, я прошла с ней вверх по лестнице и мягко выпроводила за дверь.

Когда я спустилась, Син развалилась на диване, прислонившись к спинке, и с подозрением посмотрела на меня.

– Ты странно себя ведешь, – сказала она.

Отрицать это не имело смысла.

– Все странно. – Я показала на светящиеся отметины, выглядывавшие из-под моих шортов и майки. – Син, я хотела тебя спросить…

Тут я замолчала, потому что за спиной у Син появился Прутик. Его вид насторожил меня – фейри явно что-то задумал. Этот взгляд был мне хорошо знаком.

Не успела я предостеречь Син, как Прутик прижал зеленый лист к ее голой руке. На лице девушки мелькнуло удивление, и она рухнула на подушки, обмякнув, словно труп.

– Син! – Я бросилась к дивану. – Прутик, ты что сделал?

Он невинно расширил глаза и помахал листом.

– Я сделал то, что он мне велел!

– Кто тебе… – Я заткнулась на полуслове, потому что взгляд Прутика устремился куда-то мимо меня. На личике фейри был написан благоговейный трепет.

Я оглянулась.

У подножия лестницы, прислонившись к дверному косяку, стоял мужчина. Его черный кожаный плащ доходил до колен, капюшон был надвинут и отбрасывал глубокую тень на лицо. Высокий, широкоплечий, источающий угрозу.

– Стучать не пробовал? – сердито поинтересовалась я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. – И что это Прутик сделал с Син?

Он откинул капюшон. Тень скользнула прочь, открыв неестественно яркие зеленые глаза на лице – одном из самых прекрасных лиц, какими мне доводилось любоваться.

Я мечтательно вздохнула.

– Листья лапшевницы.

Я снова вздохнула. Этот голос. Хриплый, рокочущий и греховно густой. Проклятье. Я и забыла, что этот мужчина – олицетворение сексуальной привлекательности. Какая несправедливость.

– Ты придурок, – заявила я, чтобы напомнить себе и об этом важном факте. – Что с ней случилось из-за этого листа?

В ответ на мое неожиданное оскорбление он молча поднял к небу выразительные глаза.

– От прикосновения к листу взрослый человек лишается сознания. Его действие длится около часа и, – опасная улыбка тронула его губы, – не оставляет следов.

Я недоверчиво покачала головой.

– Он ей не навредит?

– Нет, если только она не съест его.

Услышав это, Прутик тут же сунул лист в рот и принялся громко жевать, мурлыча и блаженно улыбаясь, словно ел сладчайшее пирожное.

Я махнула Заку.

– Помоги переложить ее на кровать.

Он подошел, на ходу стягивая плащ, под которым обнаружилась мягкая черная футболка и мускулистые руки с темными татуировками. Я напомнила себе, что не стоит пускать слюни. Швырнув плащ на диван, Зак поднял на руки Син. Понятно, моя помощь не требуется.

Положив мою бесчувственную подругу на кровать, он вернулся в главную комнату и осмотрел меня с ног до головы.

– Ух ты, вся сияешь, как рождественская витрина. Посмотрим, что у нас тут.

Неуверенно, то и дело останавливаясь, я засеменила к нему. Теряя терпение, Зак вытащил меня на открытое пространство, поднял мою руку в сторону и приступил к изучению меток фейри.

– Привет, Зак, – пробормотала я в наступившей тишине. – Давно не виделись, правда? Я поживаю хорошо, спасибо, что спросил. Вот только эта ерунда с фейри была довольно утомительной. Спасибо, что поинтересовался. Ты такой заботливый.

– Ты утомилась, потому что магия фейри бьется в твоем теле, словно невидимый прибой.

Когда он задрал мою рубашку, я вздрогнула, но не остановила его. Этот парень умел себя вести, к тому же в прошлом он повидал моей кожи больше, чем сейчас.

– Ты будешь уставать и слабеть все больше и больше, – продолжал он, – до тех пор, пока тебе не станет совсем трудно бодрствовать, но и сон перестанет помогать. Вряд ли тебя надолго хватит.

– Ого. – Меня пронзила острая тревога. – Звучит угрожающе.

– И не только звучит. – Встав на колени, чтобы рассмотреть мою ногу, он поднял край моих хлопчатобумажных шортов. – Колдуны из «Красного Рома» – идиоты. Даже я не сумел бы выдержать связь с этим фейри больше нескольких месяцев.

Глядя ему в макушку, я растерянно моргала.

– Ты сегодня разговорчивый.

Он посмотрел на меня без улыбки, скорее с раздражением.

Как я раздобыла номер телефона самого отъявленного изгоя в городе? Это долгая история. Призрак, как его прозвали, был загадкой почти для всех в магическом сообществе – пронырливый преступник, известный своими темными делами и… похищением подростков. Никто не знал ни его имени, ни лица, ни того, какой магией он владеет… никто, кроме меня. И этот хладнокровный ублюдок заставил меня дать скрепленную ритуалом черной магии клятву, которая не позволяет мне раскрыть никаких сведений о нем, даже случайно.

Вот почему я отослала Кавери, а он позаботился о том, чтобы Син ничего не видела и не слышала – это могло бы активировать заклинание клятвы, и я умерла бы на месте жуткой смертью.

Какая смерть ждала меня, я понятия не имела. Зак не сказал, а я слишком трусила, чтобы спросить.

Подойдя к лестнице, где на полу валялась черная спортивная сумка, он расстегнул молнию и достал блокнот с карандашом.

– Хочу срисовать твою маркировку. Убери одежду, мешает.

Я задрала рубашку, обнажая живот.

– А на телефон щелкнуть не проще?

Карандаш царапнул по странице.

– Магия плохо отображается на фото.

Долго позировать было скучно и неудобно.

– Расскажи мне побольше о том, почему магия фейри превращает меня в комок усталости. Разве у тебя с твоим фамильяром не такая же связь?

– Даже близко ничего общего нет. Ваша связь – это не истинные отношения с фамильяром. Это порабощение. – Он шагнул в сторону, чтобы срисовать руны у меня на спине. – У тебя настоящий талант ввязываться в неприятности.

– Ну, это, кажется, в последний раз. В МагиПоле заинтересовались моей гильдией, так что со дня на день я вернусь в обычный мир.

Его рука замерла, а у меня скривился рот. И голос, кажется, задрожал на последних словах. Но Зак продолжил свое рисование молча, без комментариев.

– Как Надин? – поинтересовалась я.

– Неплохо. Злится на меня.

– Злится? Почему?

– Не хочет уходить.

– Как уходить? – вскрикнула я, шагнув к нему. – Ты же обещал о ней заботиться!

Зак поджал губы в тонкую линию. Развернул меня и ткнул в спину карандашным ластиком.

– Не шевелись.

– Я и позабочусь о том, чтобы она была в безопасности, но со мной ей больше нельзя оставаться. Никому из них нельзя.

– Как? Почему?!

– Потому что я закрываю ферму.

Ахнув, я снова начала поворачиваться, но он поймал меня за плечо, удержав на месте. Его слова обожгли меня. За городом, где-то в близлежащих горах, Заку принадлежала целая долина. Там он давал убежище бездомным подросткам и ребятам чуть постарше – около дюжины одновременно, – которым нужно было безопасное место, чтобы прийти в себя и встать на ноги. При всей устрашающей репутации – а его мораль допускала безжалостное убийство – Зак был порядочным человеком.

– Почему ты решил ее закрыть? – недоумевала я.

– Там стало небезопасно. Меня нашла эта сучка-волшебница. Она слишком много знает и уже начала распространять информацию. Старших я уже отправил восвояси на прошлой неделе, а Терренс забрал всех своих учеников, кроме Надин. Ей нужна защита лучше, чем он может обеспечить.

Я сжала кулаки.

– Все это из-за меня?

– Ничуть. Я забрал Надин. Рано или поздно это само по себе позволило бы Варваре разыскать меня, а если бы не ты, я бы и не знал, что меня обнаружили, – или не знал бы кто.

Послышался звук рвущейся бумаги.

– Я закончил, – добавил он.

Подойдя, я взглянула на его работу – все руны, обвившие мое тело, были изображены в виде развертки, как будто с меня содрали кожу и разложили на плоскости, приготовившись дубить мою шкурку.

– Ну как? – нетерпеливо спросила я, пока он изучал рисунок.

– Не блестяще. – Он показал на несколько пробелов в рисунке. – Есть недостающие части – это те части ритуала, которые не были завершены должным образом. Возможно, некие действия, которые ты должна была бы предпринять, привязывая фейри.

– Да мне не так уж важно, правильно ли оно все работает, – призналась я. – Меня больше волнует, как от этого избавиться.

– Угу, – пробормотал он, хмуро глядя на листок. – С этим могут быть проблемы.

– Что ты имеешь в виду?

– Такие штуки обычно бывают пожизненными. Как контракт с демоном – он теряет силу только со смертью контрактора.

Я сглотнула. Как меня угораздило ввязаться в это дело?

Теплая рука легла мне на локоть.

– Тори? Не вздумай отключиться.

– Я никогда не отключаюсь, – за исключением того единственного раза, когда упала в обморок. Совсем недавно. Это не в счет.

Зак подвел меня к дивану, легонько подтолкнул, так что я упала на подушки, а сам сел рядом.

– Главная наша загвоздка в том артефакте фейри, о котором ты мне рассказала по телефону. Если бы там была только черная магия аркана, я бы ее взломал без труда, но артефакт создан магией фейри. Аркана просто придала ему форму и размер.

– Ты хочешь сказать, что его невозможно взломать?

– Я говорю, что это будет непросто. Но взломать его необходимо. – Его зеленые глаза без улыбки скользнули по мне. – С ним ты протянешь не больше пары недель.

Мое сердце оборвалось и рухнуло куда-то вниз. Я прижала руку к шедшей кругом голове.

– Дерьмово, Зак.

Его взгляд метнулся лестнице.

– Кто-то только что припарковался перед входом. Девушка.

– Откуда ты знаешь?

– Я оставил варга присматривать.

При воспоминании о варгах – его верных волках-фейри – я содрогнулась.

– Это Кавери. я ее отправила в магазин, – вдруг меня охватила паника. – Если она тебя увидит, я умру на месте?

На лице Зака мелькнуло замешательство, но, догадавшись, о чем я, он хмыкнул.

– Нет. Клятва так не работает. Я бы сам раскрыл себя, но не планирую этого делать. Тенерпатнинаркин?

На какую-то долю секунды я подумала, что с ним случился инсульт, а потом сообразила – он назвал настоящее имя Прутика. Вау, Зак его запомнил?

Прутик выглянул из-за дивана.

– Хрустальный друид, – пропищал он благоговейно.

– Ты можешь помешать женщине войти в дом?

– Да. Да, я могу!

– Не причинив ей вреда, – поспешила добавить я. – Просто отвлеки или что-то в этом роде.

Прутик закивал так быстро, что все его тело затряслось.

– Я могу это сделать!

– Тогда сделай это, – приказал Зак. – Тори даст тебе знать, когда ты сможешь вернуться.

Сияя, Прутик мгновенно исчез.

– Что теперь? – жалобно спросила я.

Зак поднялся на ноги.

– Пришло время поговорить с верховным фейри. Нам может потребоваться свободное место.

Присев на корточки, он взялся за мой диван, а я вскочила и ухватилась за другой конец. Мы отодвинули его к стене. К счастью, мебель не пострадала.

– Как зовут фейри? – деловито спросил Зак.

– Э… Ллир-что-то там.

Его взгляд расфокусировался.

– Ясно. Ллирлетиад, значит. Это будет интересно.

Он согнул руки, и темные татуировки в виде перьев, ниспадающих с его плеч, зашевелились. Черный узор расплылся, и вот уже над ним взмыли призрачные крылья. Из-за спины Зака появилась черная как смоль орлица, на перьях которой струились тени.

Подлетев к барной стойке, его фамильяр уселся на нее. Я все еще глазела на птицу – не то чтобы я не видела Лаллакай раньше, но уж очень величественно-красива она была, – а по обе стороны от друида уже материализовались два лохматых черных варга.

– Ох… – пробормотала я.

Зак повел плечами, будто разогреваясь перед боксерским поединком.

– Я никогда раньше не встречал Ллирлетиада. Он может попытаться меня убить.

Утешительного мало.

– А меня?

– Тебя он убить не может, иначе давно бы уже это сделал. Магия не позволяет ему причинить тебе вред.

Я вспомнила чудовищные челюсти левиафана, щелкавшие в нескольких дюймах от моего тела. Потом критически осмотрела свою квартиру.

– Зак, он не поместится.

– Поместится. – Его взгляд снова поплыл.

– Нет, правда, он слишком… Зак? – Я подошла ближе, встревоженная его бессмысленным взглядом. – Эй, Зак?

– Заткнись, Тори, – буркнул он. – Я пытаюсь вызвать фейри.

– Ой.

Его глаза снова стали пустыми, и я осознала, что он смотрит на что-то, чего не вижу я, или слушает что-то, чего я не слышу.

Отметины фейри на моей коже стало ощутимо покалывать.

– Он идет.

Мне и не нужно было предупреждение Зака – я и сама чувствовала приближение фейри, как мощный прилив внутри моего собственного тела. Чужая сила хлынула через мою плоть.

Воздух в квартире заволокло туманом из-за резко возросшей влажности. Откуда-то – а точнее, ниоткуда – появилась вода, и на нас обрушилась волна соленой жидкости.

Накрыв нас с головами, ледяная волна отхлынула и залила пол.

Вода кружила безостановочно, появлялись все новые могучие спиральные потоки, заполняя комнату. А в воде извивалось, со всего маху врезаясь в стены, тело змея.

Голова левиафана вырвалась из-под воды, и, разинув исполинскую пасть, фейри бросился на Зака.

Глава 12

Но Лаллакай среагировала моментально и, спикировав, прикрыла хозяина широко раскрытыми крыльями. По бокам, ощетинившись и оскалив зубы, выросли могучие волки – варги. Вокруг орлицы закружились тени, она хлестнула ими левиафана. Змей, заревев, отпрянул.

Зак прыгнул вперед сквозь темную магию орлицы и прижал руки к чешуйчатой морде левиафана. Фейри замер, его жемчужные глаза полыхали яростью. Сейчас змей был раза в три меньше, чем на берегу, но даже так все равно оставался смертоносным гигантом.

Съежившись в углу, я присела в холодной соленой воде (которой натекло на фут, не меньше), оберегая голову руками. Все тело странно пульсировало, как будто что-то внутри меня пыталось вырваться, разорвав меня в клочки. Я едва могла дышать, голова кружилась, перед глазами все плыло. Внешний мир словно перестал воздействовать на мои чувства, а разум захлестнули тысяча острых шипов чуждой силы, и каждую секунду эти шипы снова и снова пронзали мою кожу.

– Тори?..

Я даже не заметила, когда зажмурилась. Пришлось открыть глаза.

Передо мной сидел на корточках Зак, а толстые кольца левиафаньего тела уже не заполняли комнату. Змей уменьшился; теперь он был размером с анаконду. Когда он уперся грудными плавниками в пол, рогатая голова почти коснулась потолка. Длинное гибкое тело змеилось в воде, наполнившей мою квартиру, его плавники вытянулись вдоль спины.

Зак помог мне встать. Пошатываясь, я поднялась и кое-как выпрямилась. Чувство, что разум и тело разъединены, почти исчезло, но сила фейри все еще билась во мне, руки и ноги дрожали.

Сверкая глазами цвета слоновой кости, Ллирлетиад замер, нервируя своей неподвижностью. Теперь он напоминал охотящуюся змею. Лаллакай вернулась на кухонный стол, а два варга вскочили на диван, чтобы не мокнуть в воде.

– Ты как, Тори, все в порядке? – пробормотал Зак.

Я вытянула руку перед собой. Отметины фейри сияли ярко, как полная луна.

– Терпимо.

Он кивнул и развернул меня лицом к змею, который вполне мог бы откусить мне конечности. Я из всех сил сопротивлялась желанию бежать отсюда со всех ног. Или в ужасе свернуться калачиком и захныкать, как младенец. Тоже, кстати, неплохой вариант.

– Хорошо, – заговорил Зак деловым тоном. – Ллирлетиад, наши цели совпадают – мы хотим освободить тебя и Тори от этой связи.

– Убей ее, – приказал фейри. Его губы не шевелились, рот вообще был закрыт, но я ясно слышала рокочущий голос. – Я щедро вознагражу тебя.

– Не оскорбляй меня! – рявкнул Зак.

Змей плотоядно оскалился.

– Я уничтожу тебя, друид.

– Перестань угрожать. Или ты бы хотел, чтобы я потребовал уплату за свою помощь?

Змей зарычал. Я уставилась на Зака, вытаращив глаза.

– Давай внесем ясность, – продолжил он нетерпеливо. – Тори вмешалась в ритуал, чтобы спасти тебя от порабощения. Она не знала, что займет место колдуна. Ты и сам знаешь это, поскольку она не завершила ритуал.

Чешуйчатые губы Ллирлетиада пренебрежительно скривились.

– Тебе, возможно, неприятно оказаться привязанным к смертному, но этот смертный тоже хочет, чтобы ты обрел свободу. Такова наша цель, а с твоей помощью мы сможем достичь ее быстрее.

– Через несколько недель она умрет, – прорычал фейри. – Я могу подождать.

– Значит, ты лишен понятия о чести. Я обязательно сообщу об этом фейри Гардалл’кин.

Змей в ярости отпрянул, его голова взметнулась к потолку, мощное тело снова забилось в воде. Моя несчастная мебель закачалась, в телевизор ударила мощная волна. Телик покачнулся, упал с подставки и, плюхнувшись экраном в воду, скрылся из виду.

– К чему эти игры, Ллирлетиад? – холодно спросил Зак. – Мы оба знаем, что ты в большом долгу у Тори и поэтому не можешь позволить ей умереть. Если бы не она, ты бы сейчас выполнял повеления черного колдуна.

– Я не хочу повелевать, – пролепетала я. – Давайте не будем этого делать.

Зак встревоженно взглянул на меня и нахмурился. Я понимала почему. У меня все сильнее кружилась голова, от слабости я едва держалась на ногах.

– Можешь ли ты еще больше подавить свою магию? – спросил он фейри.

Холодный взгляд Ллирлетиада пробежал по мне.

– Не больше, чем уже сделано.

Зак обхватил меня рукой за талию, и я с благодарностью прислонилась к его крепкому и насквозь мокрому боку. Меня и саму можно было хоть выжимать.

– Что ты можешь рассказать об артефакте порабощения? – обратился Зак к фейри.

– Его создала тварь, которую я не хочу называть своим сородичем. Настроенный на мою силу, он притянул меня в их круг и связал. – Бледные глаза обратились к моему лицу. – Когда смертная воспользовалась заклинанием, она не навязывала мне никаких приказов, поэтому я принял связавшую нас магию, прежде чем снова был втянут в противостояние воль.

– Как разрушить заклятие?

– Этого я не знаю. Я никогда не был связан таким образом.

Я прочистила горло.

– А как же Эхо? Мне показалось, он понимает, что происходит.

Зак издал раздраженный звук.

– Я звал его перед тем, как прийти сюда. Он не ответил.

– Почему? Я думала, вы с ним приятели.

– Фейри ни с кем не бывают «приятелями». Они могут быть союзниками, но только до тех пор, пока не передумают. Эхо появляется, когда захочет, и это не всегда происходит тогда, когда он действительно нужен. – Продолжая прижимать меня к себе, чтобы я не упала, Зак потер подбородок. – Ллирлетиад, что ты можешь рассказать о фейри, создавшем артефакт?

– Гнусное существо, которое предпочитает поклонение людей любым почестям от себе подобных. Мы зовем его Крыса, но я не знаю, где его найти.

– Думаю, с него я и начну. Это самый вероятный источник магии, способной разорвать связь.

Змей склонил свою большую голову, кивнул.

– Если ты найдешь его, я сделаю так, что он будет сотрудничать.

– Сможешь сделать это, не причинив вреда Тори?

Фейри не ответил, но само его молчание прозвучало как недвусмысленный ответ.

Зак выпрямился.

– Ллирлетиад, я вынужден потребовать от тебя клятвы, что ты защитишь Тори.

Оглушительный рев.

– Я не… – Змей смолк и сердито зашипел на меня. Этот звук определенно исходил из его клыкастого рта.

– Пока мы связаны, я сделаю все, что в моих силах, чтобы сохранить твою жизнь. Этим обетом я оплачиваю свой долг.

Зак крепче обнял меня.

– Скажи, что согласна, Тори.

– Согласна, – пискнула я слабым голосом.

Видимо, это было воспринято как прощание, потому что змей начал таять в воздухе.

– Ллирлетиад! – крикнул Зак, указывая на затопленный пол. – Воду прибери.

Энергия, гудящая в моих костях, на миг вспыхнула, и мне показалось, что моя кожа полопалась. От воды, заливавшей пол, повалил пар, через несколько секунд она вся испарилась. И меня тут же отпустило – пропали неприятные ощущения, и я, вздохнув с облегчением, обмякла. Ллирлетиад исчез.

Зак подтащил меня к единственному барному табурету. Двадцать минут назад у меня было два таких, но второй развалился на куски. Бедный табурет. Ему бы еще жить да жить, но он безвременно погиб, уничтоженный разъяренным морским змеем.

Я виновато посмотрела на телевизор, лежащий экраном вниз на полу. Аарон не обрадуется. А для Прутика это вообще катастрофа.

Зак запрокинул мою голову и заглянул в зрачки, затем взял меня за руку и посчитал пульс. Лаллакай, сидя на стойке, смотрела на меня своими зелеными глазами-лазерами.

Взяв свою сумку, Зак поставил ее на стол рядом. Открыл ее и мрачно скривил губы.

– Все разрушено. Проклятый фейри.

– Он испортил мне телевизор.

– Да, а еще теперь в стене дыра.

Вытянув шею, я увидела, что он имел в виду: двери в подвал больше не было. На ее месте зияла дыра с двумя сломанными дверными петлями. Прощай, страховой залог.

Зак вытащил две пробирки и откупорил одну, наполненную серебристо-зеленой жидкостью.

– Выпей это.

Я осторожно принюхалась.

– А что это такое?

– Это временно укрепит тебя, даст сил противостоять заклинанию. Будешь чувствовать себя не такой усталой.

– Ты всегда таскаешь с собой такие штуки?

– Нет. – Он раздраженно закатил глаза. – Средство я приготовил заранее. Знал, что тебе понадобится.

Я моргнула, глядя на него, потом на пробирку, и пробормотала:

– Спасибо.

– Поблагодаришь, когда выпьешь.

Я послушно вылила жидкость в рот и проглотила. Это напоминало вкус сосновой смолы. Зак протянул мне вторую пробирку, наполненную фиолетовой жидкостью, и ее я тоже выпила. Сладко и очень вкусно.

– Что это было?

– Зелье жизненной силы. Оно поддержит тебя и поможет оправиться после воздействия магии фейри.

– Вот это да. Зак, ты потрясающий.

Он фыркнул.

– Мне больше нравилось, когда ты меня оскорбляла.

– Правда? – Возвращая пустую пробирку, я хитро улыбнулась. – Значит, все мои эсэмэски тебе нравились?

– Они были восхитительны.

Я хихикнула. Потом до меня дошло, что я хихикаю. Поперхнувшись, я быстро нацепила суровое выражение лица.

– Что теперь?

– Теперь ты останешься здесь и постараешься отдохнуть. Не призывай больше фейри и даже имени его не произноси, чтобы он не решил, что ты его зовешь. Не знаю, сколько времени будет действовать первое зелье, так что дай мне знать, когда снова почувствуешь усталость. Тебе нужно и дальше принимать его.

– А ты что будешь делать?

– Выслеживать фейри Крысу, – он внимательно посмотрел мне в глаза и неловко похлопал меня по плечу. – Просто продержись до этого момента.

Я улыбнулась его смущению.

– Спасибо, Зак. На самом деле никакой ты не злой ублюдок.

Он застегнул сумку.

– Не создавай себе ложного представления обо мне.

– Ладно, ты злой ублюдок. Но все-таки еще и хороший друг.

Он сморщился.

– Мы не друзья, Тори.

– Нет, друзья.

– Нет, не друзья.

Я скрестила руки на груди.

– Ну, мы точно не первые встречные. Даже выпивали вместе, помнишь?

– Это было отравление, а не опьянение.

– Я тебя голым видела.

– Я не был голым.

– Мы спали в одной постели.

Он открыл рот, затем закрыл, не в силах оспорить это утверждение.

– Друзья опасны, когда ты преступник в розыске. Видишь, чего мне стоила защита одной девушки. – Он перекинул сумку через плечо. – Не забывай свою клятву.

– Никогда, – пробормотала я, и с моего лица сползла улыбка, скорее при мысли о том, что Зак вот-вот потеряет свой дом, свою ферму, которую – в этом я была уверена – любит больше всего на свете, чем от напоминания о том, что моя жизнь подвешена на волшебной ниточке. – Дай мне знать, если надо будет помочь найти безопасное место для Надин.

Он кивнул, уже на ходу.

– Буду на связи.

Я поймала его за руку.

– Зак… спасибо. Это я серьезно.

Он молча посмотрел мне в глаза, затем отдернул руку. Когда, схватив плащ, он зашагал к лестнице, взлетела Лаллакай, чувствительно съездив меня по голове крылом.

Хмурясь, я смотрела ей вслед. Сделав круг по комнате, орлица растворилась в тени и слилась со спиной Зака. И за мгновение до того, как он надел плащ, на его руках снова появились татуировки.

Он натянул капюшон, и тени скрыли его лицо. Затем они закружились наружу, пока не заволокли тьмой всю лестницу. Зак исчез, и я даже не слышала, как открывалась и закрывалась дверь. Есть ли шансы, что Кавери заметит его на выходе? Ничтожные.

Поднявшись на ноги, я оглядела свою отвратительно сырую и захламленную квартиру, потом с тоской оглянулась на дверь спальни. Как я объясню это Син?

Глава 13

Вруны, вруны, на вас горят штаны.

Я снова и снова повторяла эти слова, как будто детская дразнилка каким-то образом могла смягчить мою вину. Я наврала Син, я обманула Кавери, а когда появились Аарон и Кай, солгала и им. Син позвонила им сразу, как только увидела, в каком состоянии моя квартира.

Кавери, Аарон и Кай ничего не узнали о моем посетителе-друиде. Я наплела им, что фейри появился сам по себе, устроил кавардак в квартире, а потом снова скрылся. А вот Син оказалась более подозрительной. Мое поведение показалось ей странным еще до того, как Прутик ее отключил, и теперь она в чем-то меня подозревала. Я уверяла ее, что это все проделки верховного фейри, но она на это не купилась.

Свернувшись калачиком на кровати и держа перед носом мобильник, я лениво пролистывала новостные статьи, веб-комиксы и дурацкие мемы. На часах было 6:03 утра, и никто еще не вставал. Кавери и Син спали в гостиной на надувных матрасах.

Я должна была бы спать как убитая, но, видно, из-за двух зелий, которыми меня попотчевал Зак, сна не было ни в одном глазу, а, наоборот, сплошная бодрость – хоть сейчас марафон беги.

Хотя нет, это вряд ли. Я никогда в жизни не бегала марафон.

Под мышкой у меня была зажата теплая сфера. Серебристо-голубой шарик с прожилками аквамарина и фуксии, покрытый выпуклостями и складками. Несколько недель назад мне дал его все тот же Зак. По его словам, это был дремлющий фейри, за которым сам он ухаживать не мог. Так он и стал моим.

Не представляя, как с ним обращаться, и не получив от бестолкового друида никаких инструкций, я завернула шарик в старый свитер и хранила в верхнем ящике тумбочки. В какой-то момент у меня вошло в привычку держать его в руках, когда я читала в постели, и время от времени делиться с ним случайными мыслями и впечатлениями о прожитом дне. Почему я так делала? Без понятия. Может, с ума сошла, а может, от одиночества. Или немного того и другого.

Я еще немного полистала всякую интернет-ерунду, мысли крутились вокруг тревожных расспросов Аарона и Кая о визите верховного фейри. Неужели это было всего каких-то шесть часов назад? Пальцы лениво постукивали по экрану, закрывая одно приложение и открывая другое. На небольшом экране появились фотографии.

При виде их мои губы тронула улыбка. Вот мы с Аароном на фермерском рынке, позируем, театрально показывая на прилавок с арбузами странной формы. А здесь мы с тремя парнями в гильдии, с рюмками, отмечаем задание, с которым они справились играючи. Дальше – мы с Син на прошлой неделе, корчим рожи в камеру на концерте под открытым небом. Я остановилась на фотографии, где мы с Аароном делаем селфи, размахивая большими пластиковыми пистолетами. Позади нас по стойке «смирно» вытянулись Кай и Эзра, с каменными лицами и пластмассовым огнестрельным оружием в руках.

Лазерный бой двое на двое. Мы с Аароном с начала до конца дурачились, но Кай и Эзра не на шутку вжились в роль – отпускали суровые отрывистые команды и подходящие к случаю реплики из фильмов, симулировали полученные ранения, словом – вели себя так, будто находились в зоне боевых действий.

Мы с Аароном могли бы выиграть матч, если бы не ослабели от смеха. Зато Кай и Эзра упорно вели свою игру в солдат, хотя под конец даже Кай уже не мог сохранять невозмутимость. Но Эзра не раскололся ни разу, только по блеску его непарных глаз можно было догадаться, что и он сдерживает смех. Он закончил матч сценой смерти, достойной «Оскара», а Кай торжественно поклялся отомстить за него. Я чуть не описалась от смеха.

Я пролистала еще несколько фотографий того дня и остановилась на последней. На ней я с недовольной гримасой стояла между Аароном и Эзрой, положив руки им на плечи. Аарон, запрокинув голову, умирал от смеха – он тогда подколол меня и от души веселился, – да и лицо Эзры освещала широкая ухмылка. Его вьющиеся волосы развевались на ветру. Кай же делал снимок на мой телефон, но его присутствие было таким же ощутимым, как и двух магов в кадре.

Неужели эти снимки – все, с чем я останусь, когда закончится эта история?

Чертовски жаль, что она не маг. Слова Рамси врезались мне в память. Мне и самой хотелось быть магом, одной из них. Я так сильно этого хотела, что ныло сердце. Я мечтала стать частью их мира, пустить в нем корни, такие крепкие, чтобы даже ОМП не смог меня изгнать.

– Тори?

Пронзительный шепот Прутика доносился из-под моей кровати. Я села и торопливо вытерла глаза.

Фейри не было видно, только блестели в темноте огромные зеленые глаза.

– Ведьма проснулась. Она делает горячую воду с листьями.

Наклонив голову, я прислушалась. Из кухни доносилось тихое звяканье и шум льющейся из крана воды.

Прутик медленно подошел и устроился в нескольких футах от моих ног.

– Она сердитая.

Еще бы ей не сердиться.

Пока Зак и я вели переговоры с Ллирлетиадом, Прутик украл у Кавери сумку и увлек ее в погоню с веселой беготней по улице. Учитывая все обстоятельства, попытки фейри отвлечь ее были до смешного безобидными. Но она не увидела в этом юмора.

– Ты отлично поработал, – сказала я Прутику. – Произвел впечатление на друида.

Прутик оживился.

– Хрустальный друид впечатлен?

– Еще как. Ты все сделал прекрасно. – Я подняла руку. Фейри уставился на меня в недоумении, и я добавила: – Дай пять!

Его взгляд не стал более осмысленным.

– Человеческий обычай, – сказала я ему, шевеля пальцами. – Ударь ладонью по моей ладони. Это означает «Молодец, хорошая работа».

Все его лицо просияло, и он восторженно хлопнул меня по ладони своими ветвистыми пальцами.

– Дай пять!

– Правильно! – Я поправила чудесную сферу, лежащую у меня на коленях. Мне показалось, что она нагрелась сильнее обычного.

– Скоро Кавери снова полюбит тебя.

Фейри скрестил тонкие руки и фыркнул.

– Меня не волнует, нравлюсь ли я ведьме.

– Конечно, – согласилась я, скрывая улыбку. – Ты как морской владыка. Тебе не нужны никакие люди.

Прутик весь сжался, искоса глядя на светящиеся отметины на моей руке.

– Морской властелин – могущественный дух.

– Ага, я уж заметила.

– Как и Лаллакай, госпожа теней. Варги Гардалл’кин тоже сильны. Тебе знакомы многие могущественные фейри.

Поправка: я была знакома с одним могущественным друидом, а к нему прилагалась куча могучих и жутких любимчиков-фейри.

– Ты самый лучший фейри, которого я знаю, – сказала я Прутику. – С тобой мы смотрим кино. Так что ты лучше любого из них.

Он медленно моргнул, и его лицо осветилось сияющей улыбкой.

– Другие малые фейри говорят, что люди глупы и эгоистичны, но ты хорошая.

– Спасибо, Прутик.

– Тори… – Он придвинулся ближе. – Мы… друзья?

Я улыбнулась отчаянной надежде, написанной на его мордочке.

– Да, Прутик, мы друзья. Только не бей меня больше.

Он с энтузиазмом закивал.

– Никаких оплеух. Только «дай пять».

И правда, Прутик, как оказалось, не такой уж противный. Он мог быть и милым, когда хотел, и полезным – когда его это устраивало. Отличный сосед, не требующий особого ухода, да еще и великолепный отпугиватель посетителей. В прошлый раз, когда мой домохозяин пытался осмотреть квартиру в мое отсутствие, Прутик впечатляюще изобразил чудище Франкенштейна. Фейри сам рассказал мне об этом.

Я прижала к груди волшебную сферу. До чего же жаль лишаться всего этого. Никогда я не смогу вернуться к обычной жизни в обычном, будничном мире. А значит, мне надо каким-то образом найти способ удержаться в этом мире.

Только сначала необходимо разрушить связь с верховным фейри и остаться живой. Приоритеты.

* * *

Двенадцать часов спустя мне грозила смерть от чего угодно, но только не от одиночества. Ситуация в моей квартире походила на начало плохого анекдота: встретились человек, фейри, ведьма и алхимик и спустились в подвал – хотя, если честно, больше было похоже на начало фильма ужасов.

Мне всегда была симпатична Кавери, а Син я просто обожала, но сейчас буквально лезла на стенку, проведя с ними сутки взаперти в квартире. К счастью, десять минут назад Кавери ушла, но ей на смену должна была явиться новая ведьма – Дельта, тридцатилетняя женщина с бусами в волосах и отвращением к бюстгальтерам. Я не пришла от этого в восторг.

– Мне необходимо проветриться. Нужно выбраться из этого дома, – заявила я Син, плюхаясь на диван и перекидывая ноги через подлокотник.

Рассеянно теребя прядь голубых волос, она оторвала взгляд от телефона.

– Я даже не знаю…

– Пойдем в тот суши-бар недалеко от Чайнатауна, – предложила я. – Отсюда до него двадцать пять минут. Мы вернемся как раз к тому времени, когда приедет Дельта.

Син опечалилась еще сильнее.

– Почему я должна сидеть под домашним арестом? – спросила я. – ОМП знать не знает, где я живу. Они за мной не следят, а морской змей мокнет где-то в стране Нетляндии.

Зак, правда, велел мне не напрягаться, но вряд ли пешую ходьбу можно считать нагрузкой. Вспомнив о друиде, я проверила свой мобильник в тщетной надежде найти от него сообщение. Около полудня позвонил Аарон, сообщил новости – «пока ничего нового» – и рассказал, что вокруг гильдии продолжает рыскать ОМП. Аарон, Кай и Эзра втроем исследовали артефакты фейри и черную магию, всячески избегая встреч с агентом Харрисом и его напарницей.

– А что, хорошая идея, – колебания на лице Син преобразились в улыбку. – Я тоже устала тут сидеть. И суши я люблю.

– Дай мне только минутку, чтобы переодеться.

Я забежала в свою спальню, надела джинсы, водолазку и куртку-бомбер, теперь уже сухую. Одежда надежно скрывала все мои метки, кроме руны на ладони, но руку можно и в карман засунуть. Помедлив у прикроватной тумбочки, я открыла ее, чтобы прихватить пиковую даму и кристалл с заклинанием падения. Гм. Гнездо из свитера, куда я клала волшебную сферу, опустело.

Ах да, я же сама оставила ее на кровати. Я откинула одеяло, поискала, но ее и там не было. Может, скатилась на пол? Но только я хотела заглянуть под кровать, как Син крикнула, чтобы я поторопилась. Решив, что разберусь позже, я сунула в карман колдовские артефакты и поспешила к Син.

– Будь начеку, Прутик! – велела я, хватая ярко-фиолетовый зонт – подарок Аарона взамен ярко-розового зонта, который он подарил мне до этого. Зонтики сменялись у меня с пугающей скоростью.

Прутик что-то утвердительно пискнул, и я заперла дверь.

Недавно прошел дождь, улицы блестели, и я вдыхала свежий влажный ветерок. Подумать только. Свежий воздух. Я шла вприпрыжку, чувствуя себя помолодевшей оттого, что выбралась за пределы своего жилища.

По дороге мы с Син болтали о пустяках. Несколько раз она заговаривала об Аароне и наших отношениях, но я успешно сбивала ее с толку, переводя разговор на другие темы. Помахивая зонтом, который несла в одной руке, и сумочкой, зажатой в другой, я улыбалась выстроившимся вдоль главной улицы кирпичным домам. Сам мой район ничем не примечателен, зато он граничит со старыми частями города, и это мне нравится.

Когда мы приблизились к тому месту, где скучные офисные здания сменялись красочными витринами, я резко оборвала свою болтовню о том, как мы с Каем и Эзрой покупали продукты для темпуры. У обочины стояли целых три полицейских патрульных машины. Света в них не было, полицейских тоже – как-то все это странно.

– Ну, одним словом, – скрывая беспокойство, продолжила я, как только мы миновали машины, – стоим мы в этой захудалой лавке, полной китайских трав и какой-то маринованной живности, Кай сотый раз повторяет название соуса, а старик за прилавком что-то бубнит в ответ по-китайски. Наконец, Эзра влез в мобильник и… – Я замолчала. – Что? Почему ты так смотришь?

Син вздрогнула, разгладила недоверчивые складки на лбу.

– Извини. Но это так необычно.

– Что необычно?

– Слушать твои рассказы про них. В смысле, про Аарона, Кая и Эзру. – Она покачала головой. – В гильдии у каждого найдется что о них рассказать, но те истории совсем другие.

Мы свернули на улицу с ресторанами. Я замедлила шаг, уголки рта сами собой поползли вниз.

– Что ты имеешь в виду?

– Даже не знаю, как это объяснить. – Син на мгновение задумалась. – Ну, для начала, я не слышала, чтобы они кого-то приглашали к себе домой, а тем более принимали постоянно, вот как тебя.

Да быть такого не может. Аарон, Кай и Эзра – из числа самых популярных ребят в гильдии – они всем нравятся. Но, оглядываясь назад, я поняла, что никогда не видела у Аарона других гостей.

– А Эзра – я вообще не могу припомнить, чтобы он когда-нибудь делал что-то без Аарона или Кая. Он всегда с ними. Не то чтобы это было плохо, – поспешно добавила она. – Просто… он слишком привязан к ним двоим. Ты замечала?

Я нахмурилась еще больше и даже остановилась, пытаясь вспомнить хоть один случай, который противоречил бы ее словам. В голову так ничего и не пришло.

Сбитая с толку, я рассеянно шагнула вперед. Прямо передо мной распахнулась дверь магазина, да так, что ее металлический край чуть не смазал меня по лицу.

– Смотри, что делаешь, придурок! – рявкнула я на мужчину, выходящего на тротуар. – Ослеп ты, что ли, не видишь… ой.

Сначала мой мозг зарегистрировал внешний вид мужчины: темно-синяя форма, значок на груди, эмблема на плече, кобура с пистолетом на поясе. Я только что обозвала копа придурком. Я перевела взгляд на изумленное лицо офицера и поняла, что он потрясен вовсе не моей грубостью.

– Тори?

– Джастин?

Он отошел в сторону, давая пройти второму полицейскому, постарше, с густой бородой. В его рации затрещал женский голос.

– Извини, что назвала тебя придурком, – быстро сказала я.

Махнув напарнику, Джастин быстро обнял меня.

– Привет, Тор. Что ты здесь делаешь?

– Мы идем есть суши, – сунув в карман меченую руку, другой я подтянула к себе Син. – Это Син. Знакомься, Син, это мой брат Джастин.

– Привет, – тихим голосом поздоровалась Син и слегка покраснела. Джастин протянул ей руку, и она осторожно пожала ее.

– Приятно познакомиться, Син. – Он приветливо улыбнулся. – Не будет ли невежливо с моей стороны сказать, что у вас очень необычное имя? Я никогда такого раньше не слышал.

– Это нормально, – пролепетала она, краснея еще больше. Казалось, она разучилась говорить.

Скрывая ухмылку, я устремилась ей на помощь.

– А у тебя что здесь, Джастин?

– Нас тут сегодня немало. – Брат огляделся и понизил голос. – Со вчерашнего дня поступают странные жалобы. То фигуры в черном прячутся в переулках, то какие-то «бандиты» обстряпывают свои делишки, то кто-то набрасывается на женщин на улицах.

– Ничего себе. Ты имеешь в виду здесь, в Чайнатауне?

– Чайнатаун, округ Страткона и Маунт-Плезант. – Джастин многозначительно посмотрел на меня (Маунт-Плезант был районом, где я жила). – Такого скорее ждешь где-нибудь в Истсайде, а не здесь.

– Да уж. – Капля воды шлепнулась мне на нос, и я подозрительно взглянула на небо.

– Не самое лучшее время разгуливать по улицам. Вы с подругой шли пешком?

– Да, – подтвердила я. – Но мы почти добрались до наших суши, а оттуда сразу отправимся домой.

– Я провожу вас до ресторана, а домой езжайте на автобусе. – Он нахмурился. – А лучше я вас сам отвезу обратно. На несколько минут меня отпустят.

– Не нужно, это совершенно не обязательно. – Я внимательно всмотрелась в его лицо, полное так хорошо знакомого мне упрямства. – Но спасибо.

Мы успели сделать еще три шага, и тут полил нешуточный дождь. Я раскрыла зонт, сунула его в руку Джастину и спряталась под пластмассовый купол. Син – она все еще заливалась румянцем – пристроилась с другой стороны. Джастин, старый сердцеед, тут же завел с ней светскую беседу, и она, хоть и запиналась, ответила.

Смущенная Син была просто прелесть! Я хихикнула про себя, но меня отвлекла какая-то бледная вспышка. Повернувшись на свет, я ничего особенного не увидела, кроме магазинов с мерцающими вывесками «ОТКРЫТО» и разноцветными навесами над дверями. На тротуаре на существенном расстоянии друг от друга какие-то люди разглядывали витрину.

Мы добрались до суши-кафе, и Джастин остался снаружи с зонтиком ждать, а мы с Син вошли внутрь. Как только за нами закрылась дверь, Син повернулась ко мне.

– Ты никогда не говорила мне, что твой брат такой красавчик! – осуждающе прошипела она.

– А чего ты ждала? – Я с притворным высокомерием тряхнула кудряшками. – У нас хорошие гены.

Прыснув, она оглянулась на силуэт Джастина за стеклянной дверью и понурилась.

– Я такая неудачница. Вот потому-то у меня и нет парня.

– Из-за того, что ты глотаешь язык в тот момент, когда симпатичный одинокий парень улыбается тебе? Да, это не слишком помогает.

Син оживилась.

– Он один?

– С недавних пор. Совсем недавних. И, вероятно, нуждается в поддержке.

Задумчиво покусывая нижнюю губу, она повернулась к стойке, чтобы сделать заказ. Нагруженные пакетами вкуснейших суши, мы вышли из магазина. Джастин поинтересовался, какое у Син любимое блюдо, но ответа я не слышала, так как мое внимание привлекла новая бледная искра. Я быстро окинула взглядом улицу, но увидела лишь ту же троицу, глазевшую на витрину. Они прошли мимо суши-кафе и сейчас были в дюжине ярдов от нас.

Укрываясь под моим зонтом, мы пошли обратно. Пока Син пыталась флиртовать с моим братом – довольно неуклюже, – я огляделась в поисках чего-то бледного и непонятного, что вроде бы видела. Может, я схожу с ума? Жуть.

Я просверлила глазами троицу, заглянула в ближайший темный проулок – потом еще раз. Те трое изменили направление и теперь снова шли за нами.

У меня появилось ощущение дежавю. Однажды было такое: за мной по пятам шли незнакомцы в черном, и тогда это плохо кончилось. Я взяла Джастина под руку и ускорила шаг, подгоняя его и Син. У меня паранойя? Или нас действительно преследуют?

Позади нас послышались шаги – троица тоже ускорила шаг. У меня по загривку побежали мурашки. Я оглянулась и заметила блик на стволе блестящего черного пистолета – его вытащил из кармана мужчина, шедший посередине.

Испуганно вскрикнув, я вырвала зонт из рук Джастина и дернула вниз пластиковый купол.

Хлопнул выстрел. На зонте расплылись желтые пятна – я готова была вздохнуть с облегчением, поняв, что оружие стреляло не пулями. Если бы не одна маленькая деталь. Желтые брызги, капающие с пластика, – я готова была поспорить на свою зарплату, что это не простая краска.

Это были не обычные хулиганы. В нас стреляли маги.

Джастин выхватил из кобуры свой настоящий пистолет и направил его на нападавших.

– Бросай оружие!

Одетые в черное маги обменялись растерянными взглядами, словно не ожидали этого. Нет, серьезно? Может, они решили, что Джастин – ряженый?

Я замерла неподвижно, выставив перед собой зонтик. На нас напали маги – это скверно. Защищает нас мой брат – самый обыкновенный человек, который, скорее всего, мало что знает о магах, – того хуже.

– Бросай оружие! – выкрикнул Джастин снова. – Иначе стрелять буду я.

Человек с пейнтбольным пистолетом оглянулся на своих приятелей и медленно опустил пистолет.

Стоявший слева головорез, извернувшись, извлек из рукава короткую толстую палку. А потом одновременно случились сразу три вещи:

Колдун воскликнул: «Ori impello plurimos!» – и на его палочке сверкнули руны.

Пейнтболист поднял пистолет.

А Джастин выстрелил.

Выстрел пистолета чуть не разорвал мои барабанные перепонки, а в грудь, как таран, ударила сила. Отлетев назад, я свалилась на тротуар, зонт выпал из моей руки. Джастин и Син, сбитые с ног заклинанием, рухнули рядом со мной.

Пейнтболист выругался, на его руке блестела кровь от выстрела Джастина. Оскалив зубы, изгой направил на меня свое оружие и нажал на курок.

Но сильный порыв ветра сбил с курса желтый шар с зельем. Он пролетел мимо, а я в первый момент решила, что здесь оказался Эзра и защитил меня своей магией ветра.

Бледная вспышка – и над тремя изгоями замерцала извилистая фигура. Слабо светясь оттенками голубовато-серебряного, аквамаринового и розового, непонятное существо спикировало и выбило из руки негодяя пистолет. Оружие кувыркнулось в воздухе и, лязгнув, упало посреди дороги. И существо снова скрылось из виду.

В наступившем затишье я успела подняться, секундой позже вскочили Син и Джастин, но колдун оказался быстрее.

– Ori amethystino mergere ponto!

Из его палочки вырвался луч фиолетового света. Яростно трепеща, заряд светящегося воздуха метнулся ко мне, расширяясь по мере приближения.

– Тори!

Син оттолкнула меня с дороги, и странный фиолетовый шар ударил в нее. Вжух! – он охватил все ее тело, и девушка беспомощно осела – подвешенная внутри магического пузыря.

Я стояла, открыв рот. Проклятье, что это сейчас было?

Не только я лишилась дара речи. Сжав в руках пистолет и будто забыв о нем, Джастин уставился на пульсирующий пузырь и на Син в нем, похожую на какой-то образец из научно-фантастической лаборатории, подвешенный в лиловой слизи.

Пейнтболист держался за простреленную руку, кровотечение из которой внушало тревогу, но неугомонный колдун снова нацелил на меня свою палочку. На этот раз он не застал меня врасплох.

Я была наготове, выхватила заветную карту и ткнула в колдуна.

– Ori…

– Ori percunctari!

Я привыкла к тому, что пиковая дама спасает мою задницу, и до сих пор мне удавалось выговорить заклинание достаточно быстро, чтобы отразить атаку. Но сейчас, когда заклинание колдуна ударило меня в лицо зеленой вспышкой, я подумала, что, судя по всему, раньше мне просто везло. Ну, или раньше я дралась с фиго́выми колдунами.

Холодные чары нахлынули на меня леденящей душу волной, и я резко отступила назад.

Точнее, я попыталась.

Мои ноги двигались так, словно увязли в какой-то густой жиже. Наконец, левая нога начала сгибаться со скоростью сверхзамедленной съемки. Мозг опережал конечности, он изо всех сил пытался дернуть тело вперед, поднять мои руки и закончить заклинание, но колдун снова взмахнул палочкой – уже другой.

Но нет, моя нога продолжала двигаться со скоростью около дюйма в минуту. Колдун направил свою новую палочку – потолще и богато украшенную рунами – на меня и открыл рот.

И я… уже во второй раз чуть не оглохла от звука выстрелов.

Это Джастин, сжимая пистолет и приняв хрестоматийную позу полицейского, пальнул в колдуна. Тот зашатался, ошеломленно озираясь, и грянулся оземь. Следом Пейнтболист – как будто споткнулся и тоже упал, побелев как стена.

Третья (оказывается, это была женщина) подняла руки в знак капитуляции – и воздух за ее спиной задрожал. Из темноты и дождя материализовалась призрачная фигура.

Теперь за спиной женщины-мага возвышалось звероподобное существо десяти футов ростом, покрытое густым черным мехом. На жутком черепообразном лице светились ярко-оранжевые глаза. Картину дополняли два закрученных бараньих рога.

Фейри. Нехороший фейри.

Черный йети издал ужасающий рев. Вот блииин. Даже сумей я сейчас использовать свою даму пик (а я, к тому же, и не могла этого сделать, так как увязла в какой-то магической замедленной съемке!), куда маленькой карте тягаться с этакой махиной.

При виде монстра Джастин окаменел, но не таков мой братишка, чтобы бежать, даже столкнувшись с гигантским мохнатым зверем с мордой-черепом и чудовищными желтыми клыками. Джастин направил на него пистолет и разрядил в грудь фейри всю обойму.

Существо этого даже не заметило. Рыча, оно двинулось вперед.

Внезапно мои движения вернулись к нормальной скорости, а тело попыталось выполнить команды, которые за это время ему послал мой мозг, причем все сразу. Я забилась в нелепых конвульсиях, как дурацкий надувной человечек, и упала навзничь, приземлившись на задницу, – но, по крайней мере, заклинание рассеялось.

Как раз вовремя, потому что йети бросился на нас.

– Ллирлетиад! – заорала я в отчаянии.

Последний выстрел Джастина заглушил мой вопль, и на секунду я испугалась, что морской владыка меня не услышит.

Чуждая энергия пронзила мое тело, и лениво моросящий дождик мгновенно перешел в тропический ливень. Мир вокруг превратился в серебристую массу падающей воды, из которой начинала возникать знакомая фигура.

Громадные кольца исполинского змеиного тела петляли, обвиваясь вокруг меня, Джастина и Син – все еще запертой в пурпурном пузыре. В пятнадцати футах над тротуаром блеснула рогатая голова левиафана – склонив ее, он посмотрел вниз на тщедушную ведьму и ее фамильяра-йети.

Я продолжала сидеть на пятой точке в стремительно углубляющейся луже. А какой смысл был двигаться? Во-первых, меня головокружительными волнами захлестывала сила Ллирлетиада, и мне казалось, что эта гудящая под кожей магическая сила того и гляди вытолкнет из тела мою собственную душу.

А во-вторых, я призвала гигантского морского бога на улицу в центре города, а это, похоже, было посерьезнее, чем когда верховный фейри втиснулся в мою квартиру, круша стены.

Дама-маг внимательно посмотрела на упомянутого морского бога, после чего сделала единственную разумную вещь, которую могла: поджала хвост и побежала с такой прытью, будто от этого зависела вся ее жизнь.

Ее фамильяр, однако, убегать не стал. Он оскалил на левиафана свои крошечные желтые зубки – да-да, недавно я назвала их огромными клыками, но это с какой стороны посмотреть.

Задумчиво оглядев своего противника, Ллирлетиад сделал выпад. Уж не знаю, на что рассчитывал йети, но у него не было ни единого шанса. Голова и плечи фамильяра скрылись во рту у змея, гигантские челюсти щелкнули, и морской бог поднял бьющегося зверя в воздух. Он немного пожевал его, так что захрустели кости, и выплюнул изуродованное тело на тротуар.

Меня замутило, и я зажала рот рукой, чтобы удержать на месте возмущенный желудок.

Пока змей грыз своего противника, Пейнтболист помог раненому напарнику подняться, и вместе они поковыляли в ближайший проулок. А у меня не было ни малейшего желания бросаться вдогонку.

Проливной дождь все хлестал, струи заливали улицу. Бледные глаза Ллирлетиада снова обратились к сраженному им противнику, и вокруг йети закружился водоворот. Вода все прибывала, и скоро тело йети скрылось в воронке.

С громким всплеском водоворот рассеялся, и вода отхлынула. Йети пропал, исчез без следа.

Преодолевая головокружение, я вскочила на ноги. Мои представления о могуществе Ллирлетиада изменились, я и раньше считала его супер-пупер-шишкой, но теперь… даже не знаю, как это назвать, но он был кошмарно, просто до ужаса страшным.

Сквозь шум проливного дождя до моих ушей донесся вой полицейских сирен. Только этого не хватало. Как, по-вашему, я должна объяснить кучке копов присутствие гигантского морского змея?

Словно услышав мои мысли, Ллирлетиад скользнул по мне своими глазищами цвета слоновой кости и перевел взгляд на Син в волшебном пузыре. Вновь меня захлестнула сила, нагревая руны фейри на моей коже. Странный пурпурный пузырь лопнул, Син приземлилась на ноги, покачнулась, а потом упала на колени.

На улице продолжался потоп, ливень стоял стеной – и вдруг превратился в ласковый дождик. А вместе с бушующей стихией исчез и змей.

У меня ослабели колени, но я упрямо сжала их, чтобы не дрожали. Я клевая. Я молодец.

Голова кружится, ноги подкашиваются, но молодец. Эта девушка в обморок не упадет – хватит уже.

Сирены быстро приближались. Джастин убрал пистолет в кобуру и протянул руку Син. С его помощью она поднялась на ноги, в лице ни кровинки. Джастин был еще бледнее, глаза запали.

– Вы обе в порядке? – спросил он дрогнувшим голосом. До чего же крутой у меня брат. Мой первый магический опыт был куда скромнее. Подумаешь, один маленький файербол. Мелочь по сравнению с магическим побоищем и морским богом.

Прежде чем он успел сказать что-то еще, из-за угла вылетели два джипа. Остановились рядом с нами, обдав мои ноги водой, и из них выскочили четверо копов.

– Что тут произошло? – рявкнул один из них. – Доусон, ты ранен?

– Я в порядке, – ответил Джастин.

Бросив на нас многозначительный взгляд, означавший, как я поняла: «Держите язык за зубами», он быстрым шагом подошел к полицейским и тихо заговорил. Двое копов выхватили оружие и направились к переулку, где скрылись раненые негодяи, третий включил рацию, чтобы вызвать подкрепление.

Я сглотнула, прогоняя тошнотворный отходняк после выброса адреналина.

– Ты в порядке, Син?

Она прерывисто вздохнула.

– Да. Очень неприятное заклинание… – Она издали виновато взглянула на Джастина. – Как мы ему все это объясним?

– Никак, – пробормотала я, наблюдая за братом. Благодаря своей работе в полиции Джейсон знал о магии. Но не знал, что я знаю. Лучше все так и оставить, безопаснее.

– Мы оказались не в том месте и не в то время. И вообще не поняли, что произошло.

Брови Син удивленно поднялись, и она понизила голос:

– Даже несмотря на то, что изгои явно преследовали тебя?

Я кивнула. Тем важнее не привлекать к этому внимание Джастина. Я уже с головой погрузилась в магические дела, но не хотела подвергать риску жизнь или работу брата.

Под вой новых сирен, сообщающих о приближении пополнения копов, Джастин вернулся к нам.

– Мне нужно взять у вас показания, а потом я отвезу вас домой.

Мои показания? Да без проблем. Я просто постараюсь не упомянуть, что призывала гигантского морского змея, что эти незнакомцы явно охотились на меня, что они были преступными магами-изгоями… и, как я подозревала, входили в пресловутую гильдию «Красный Ром».

В «Красном Роме» знали, что верховный фейри привязан ко мне – и прямо-таки мечтали его вернуть.

Глава 14

Звук хлопнувшей дверцы вывел меня из оцепенения. Я смутно поняла, что мы припарковались у обочины хорошо знакомой мне улицы. Дом Аарона. Ну правильно. Именно этот адрес я дала Джастину, когда он погрузил нас с Син на заднее сиденье своего патрульного джипа.

Обойдя машину, Джастин открыл мою дверцу. Я вытащила на улицу свои измученные конечности и с облегчением увидела светящиеся внутри дома огни. Пока я разминала затекшие ноги, Син поползла через сиденье к открытой двери.

– Джастин, ты отведешь Син домой? – спросила я, прежде чем она успела выйти.

– Я думал, она здесь живет.

– Нет, это дом Аарона. – Я развела руками. – И мне кажется, что Син предпочтет поехать домой, а не…

– А не тусоваться у твоего ухажера? – закончил он за меня, не обращая внимания, как я поморщилась при слове «ухажер». Он пригнулся и заглянул в машину.

– Вас подвезти, Син? Где вы живете?

Залившись краской от его улыбки, девушка что-то забормотала, слабо отнекиваясь. Я подтолкнула Джастина локтем и подмигнула. Сделав серьезное лицо, он захлопнул дверь перед носом у Син, заперев ее в джипе. Она беспомощно смотрела на меня сквозь стекло.

– Ты точно в порядке, Тори? – окликнул он, когда я направилась к дому.

Я молча пожала плечами. Честно говоря, это приключение – не самое страшное из того, с чем я столкнулась за последние месяцы.

Джейсон нахмурился, и я вовремя вспомнила, что официально ничего не знаю о существовании магии. Я не проболталась ни о нападении, ни о фантастических происшествиях, только неопределенно описала столкновение в своем заявлении – и поэтому не знала, что думает обо всем этом мой брат.

– Гхм, – пробормотала я, возвращаясь. – Я хотела сказать, что все это было… действительно ужасно. И еще: мне показалось, что я видела что-то… эээ… какую-то реально странную фигню.

Насупившись еще больше, Джастин прищурился, вглядываясь в мое лицо. Я попыталась изобразить растерянное беспокойство, но он на это не купился. Ну почему мне достался такой умный брат?

– Это мы можем обсудить как-нибудь при случае, позже, – буркнул он. – Сейчас мне нужно вернуться и закончить отчет. С тобой все будет в порядке? Может, хочешь остаться со мной?

– Здесь я буду в полной безопасности. Аарон и его соседи по квартире – очень сильные и крутые ребята.

Джастин скользнул глазами по дому.

– Позвони, если тебе что-нибудь понадобится.

– Ага. И спасибо, что подвезешь Син. – Я выгнула бровь. – Она, кстати, считает, что ты красавчик.

Брат аж задохнулся, щеки над аккуратно подстриженной бородкой слегка покраснели. Бормоча что-то себе под нос – я уловила только отдельные слова «неуместно» и «не вовремя», – он сел в свою машину. Запустил мотор и стал дожидаться, пока я войду в дом.

С сумкой на плече и зонтом в руке я поплелась к крыльцу. Дверь оказалась не заперта, так что я распахнула ее и вошла внутрь, махнув рукой Джастину. Машина укатила. По крайней мере, можно не беспокоиться о том, что Джастин сойдет с ума, узнав, что Син – маг. Когда копы заполняли протоколы, она предъявила самые обычные водительские права без магической отметки. Удобный трюк, что и говорить.

– Тори?

Я повернулась на голос.

В коридоре стоял Эзра, недоуменно устремив на меня не соответствующие друг другу глаза.

– Что случилось? С тобой все нормально?

Его теплый, плавный голос окутывал, обволакивал, словно после тяжелого дня я окунулась в горячую ванну. Как во сне, я сделала к нему три медленных шага, протягивая навстречу руки. Он заключил меня в объятия, и я прижалась щекой к его светло-голубой футболке. Это первое наше объятие в коридоре многоквартирного дома вышло до ужаса неловким, но каким-то непостижимым образом переросло в стойкое ощущение, что между нами что-то возникло.

– Я в норме, – сказала я ему в грудь. – Просто мы с Син пошли за суши, и на нас напали маги. По-моему, это были изгои из «Красного Рома».

– Что? Вот дерьмо. – Схватив за плечи, он отстранился от меня, чтобы внимательно осмотреть, нет ли травм. Ничего такого не увидев, он втащил меня в гостиную и усадил на диван. – Аарона и Кая не будет еще несколько часов. Они недавно сорвались и поехали в Викторию – там вроде бы есть гримуар, в котором могут содержаться сведения о ритуале привязывания фейри.

Обратив внимание на то, как непривычно тихо в доме, я оглядела захламленную комнату. Телевизор был выключен, в колонках не звучала музыка. Зато к дивану была прислонена акустическая гитара из спальни Эзры. Отряхнув сумку, я поставила ее и зонт на журнальный столик, попутно уронив на пол стопку журналов о старинных автомобилях.

Эзра присел на подушку рядом со мной.

– Так что у вас случилось?

Я описала встречу. Дойдя до середины, вспомнила о суши и выудила их из огромной сумки. Странного серебристого фейри я пропустила – хотела, чтобы о нем первым услышал Зак, – и поведала Эзре обо всем остальном, а попутно открыла контейнер и предложила угощаться. Он выбрал ролл «Калифорния» и засунул в рот.

– Думаешь, они следили за тобой? – спросил он, когда я закончила. – Твой брат упомянул о подозрительной активности в этом районе. Интересно, удалось ли «Красному Рому» засечь визит верховного фейри, который он тебе нанес прошлой ночью?

– По времени все складывается. Думаешь, они смогли выследить меня по магии фейри?

– В принципе такое возможно. Хотя я мало что знаю о магии Спириталис. – он похлопал по карманам своих свободных черных спортивных штанов, потом долго рылся на журнальном столике и, наконец, нашел свой телефон.

– Хочу рассказать Каю и Аарону, что произошло.

Уплетая суши, я смотрела, как Эзра подносит мобильник к уху. Его темные кудри были взлохмачены сильнее обычного, а сексуальная щетина на подбородке – гуще, чем нормально к пяти часам дня. Хлопковая футболка на нем была старая, изношенная и потому очень мягкая (я обожала спать в таких вместо пижамы), а еще он был босой. Эзра в праздном варианте. Я никогда раньше не видела его таким расслабленным.

Вспомнив, что говорила Син, я вдруг осознала, что, кажется, впервые оказалась с ним в доме наедине.

А он тем временем закончил разговор с парнями и наморщил лоб.

– Ребята вернутся, как только смогут, но поездка на пароме займет полтора часа.

– Ну и хорошо. – Я подавила зевок. – Никто за нами не увязался, а я сижу дома, так что… – Новый зевок не дал мне договорить.

Эзра подхватил пустой контейнер для суши, выпавший из моей безвольной руки.

– Прости, – пробормотала я. – Я так устала. Магия этого фейри меня просто вырубает.

– Могу себе представить. – Эзра с озабоченным видом собрал мусор и отнес его на кухню. Вернувшись, он вытащил одеяло, лежавшее между двумя подушками, и набросил на меня. – На тебе сухой нитки нет. Не хочешь переодеться?

– Я нормально. – Закутавшись в одеяло, я с тоской подумала о его кровати наверху. Когда я впервые ночевала в их доме, Эзра предложил мне занять его комнату – главным образом, чтобы предотвратить ссору между Аароном и Каем, – и с тех пор она стала моим традиционным местом в их доме.

Сообразив, что Эзра продолжает стоять, я дернула его за штанину.

– Садись. Не кружи вокруг меня, как встревоженная наседка.

Он покорно опустился на диван.

– Может, хочешь посмотреть кино?

– Нет, слишком устала. – Я вновь зевнула, распустила пучок и позволила волосам рассыпаться по плечам – пусть сохнут. – Я тебе помешала, наверное? Что ты делал, когда я вломилась?

Он покосился на гитару.

– Ничего.

– Ты играешь?

Пожал плечами.

Я плюхнулась на подушки.

– Здорово. Коллекционировать инструменты, на которых не играешь, а просто носишь их по дому, – это совершенно нормально.

Он без улыбки посмотрел на меня.

– Я как раз подумал, не начать ли коллекционировать рояли.

У меня задергались губы, но я сердито сдвинула брови, пытаясь не улыбнуться.

– Но мне показалось, что это слишком хлопотно, – мрачно добавил он. – Неудобно передвигать, даже те, что на колесиках.

– Тогда, может, губные гармошки? – предложила я, делая титаническое усилие, чтобы не засмеяться. – Они легкие.

– Но выглядят не так круто.

– Это правда.

– Может быть, мне стоит собирать тубы. Туба – это очень круто, как считаешь?

Представить себе Эзру, вальсирующего по дому с тубой, и остаться серьезной было выше моих сил. Я невольно прыснула, попыталась скрыть смех кашлем, но не выдержала и захихикала. Его невозмутимая физиономия тут же расплылась в широкой ухмылке, и я поклялась, что когда-нибудь все же добьюсь, что он засмеется первым.

А пока ограничилась тем, что пальцами ног потыкала его в лодыжку.

– Сыграй что-нибудь.

Поколебавшись, Эзра протянул руку за гитарой. Перебрав струны, он застенчиво опустил голову.

– Обычно я не играю для людей.

У меня в животе что-то затрепетало.

– А для меня сыграешь?

Он посмотрел на инструмент. Скрипнули лады под его левой рукой, пальцы правой забегали по струнам. Зазвучавшая было мелодия тут же смолкла. Начав сначала, он перебрал несколько мелодий – то одна популярная песня, то другая, потом отрывок из недавнего радиохита.

Неплохо, хотя присутствие публики вызывало у Эзры явный дискомфорт. Тогда я натянула одеяло до носа и закрыла глаза, чтобы он меньше чувствовал себя на виду.

Он перестал играть, и я почувствовала на себе его взгляд. Снова застонали струны. И наступила тишина.

А потом… водопадом полилась тихая, нежная мелодия. Все новые звуки присоединялись к размеренному ритму, и я широко открыла глаза, не в силах поверить, что Эзра может извлечь столько музыки из одного инструмента.

Одна рука скользила вверх и вниз по гитарному грифу, сильные пальцы гнулись, когда он нажимал на лады, от костяшек пальцев к запястью тянулись резко очерченные сухожилия. Правая рука зависла над деревянным корпусом, пальцы плясали по струнам. Гипнотическая мелодия все лилась, а Эзра еще и постукивал ритмично по корпусу гитары ладонью, добавляя к звону струн, одновременно резкому и тихому, глухой барабанный бой.

– Как красиво, – выдохнула я, совершенно завороженная.

Он смущенно опустил голову, и звуки смолкли.

– Когда ты начал играть?

– Давно, – бережно поправив инструмент на коленях, он сыграл стремительную гамму. – Мне это нравится. Успокаивает. Как медитация.

– Спасибо, что играл для меня, – прошептала я.

Он медленно кивнул головой. Теперь я поняла, почему его первая попытка была такой неудачной: он играл поп-музыку, нечто безличное. Я не знала, почему он решил поделиться со мной тем, что ему действительно нравилось, но была тронута тем, что он доверился мне.

– Эзра… – его имя прозвучало странно хрипло.

Он повернулся и посмотрел на меня.

– Что случилось?

Я кашлянула, сама не понимая, что хотела сказать, и вместо этого спросила о другом: – Ты правда думаешь, что все вернется на круги своя?

– Что ты имеешь в виду?

– Расследование ОМП… моя работа… – Я закусила губу. – Не представляю, как можно все это уладить.

– Даже если ты не сможешь работать в гильдии, для нас это ничего не изменит. Ты наш друг, Тори.

– Да. – Я слабо улыбнулась. – Конечно.

Он развернулся еще сильнее, чтобы заглянуть мне в лицо. На меня уставились его разные глаза – один теплый, карий, как растопленный шоколад, другой бледный как лед, с черным ободком.

– Ты не можешь в это поверить, да?

В ответ я только крепче стиснула руки, которыми держала одеяло.

Глядя на меня, Эзра взял несколько аккордов.

– Я тоже не поверил. Не сразу. Мне потребовалось много времени, чтобы поверить Аарону и Каю… поверить в то, что они от меня не откажутся.

Стараясь не показать заинтересованности, я навострила ушки. Эзра никогда не говорил о прошлом и был куда более скрытен, чем двое его напарников.

– Только через год после знакомства с ними я понял, что к чему, – его голос упал до шепота, – а до того был уверен, что наша дружба – на время, что рано или поздно они одумаются, спросят себя, что они во мне нашли, и все кончится.

У меня сжалось сердце. Именно эти чувства я испытывала сейчас.

– А потом… – Его рука сжала гриф гитары. – Я причинил Аарону боль.

Никогда я еще не слышала, чтобы его мягкий как масло голос так жутко хрипел.

– Потерял контроль… полностью его утратил… и сильно его ранил. – Он помолчал, но наступившая тишина ощутимо пульсировала болью и сожалением. – Понял, что все кончено, что мне давным-давно нужно было уйти самому. И, пока Кай возил Аарона к целителю, я собрал вещи.

Я слушала, широко открыв глаза. Когда он сказал «причинил боль», я решила, что он имеет в виду чувства Аарона, а не ранение. Что же такого натворил Эзра, что это потребовало экстренного магического исцеления?

В ушах эхом отдавались слова Кая, которые он, задыхаясь, произнес несколько недель назад. Остановите их, пока Эзра не убил Аарона.

Долго Эзра смотрел перед собой в никуда.

– Кай догнал меня на автобусной остановке. Притащил меня в дом целителя, усадил на стул и сам сел рядом со мной. И заявил, что будь он проклят, если позволит мне их бросить. Он сказал…

Не дождавшись продолжения, я осмелилась подать голос.

– Что он сказал? – пролепетала я.

– Он… – Эзра медленно вздохнул и покачал головой. – Мы просидели там всю ночь. После того, как целитель отпустил Аарона, он ни словом не обмолвился о том, что я сделал. И вообще никогда не упоминал об этом, ни разу.

Он перевел взгляд на меня – слишком быстро, чтобы я успела скрыть ужас и недоверие. Насколько сильно он ранил Аарона? Ребята предупреждали меня о вспыльчивости Эзры, но я не могла себе представить, что он может озвереть настолько, чтобы бросаться на друзей.

На его лице смешались усталость и уныние.

– Хуже этой ночи в моей жизни была только одна.

– У тебя была ночь еще хуже? – недоверчиво спросила я.

Молча кивнув, он коснулся пальцами шрама на лице.

– Ой. Да, точно.

– Ну, ты поняла, Тори? Расследование ОМП для них ничего не значит. Аарон и Кай останутся с тобой, и вместе вы пройдете все – даже самое плохое. Они никогда не подведут.

Я кивнула, его слова если и не до конца убедили, то хотя бы утешили. Верность Аарона и Кая Эзре не обязательно распространялась и на меня, а все же у смертной девушки появилась надежда.

Эзра смущенно отвел глаза.

– Только, Тори, никто не знает, что это я ранил тогда Аарона.

Я задохнулась. Потом беззвучно сглотнула, поняв, что он имеет в виду.

– И я никогда не расскажу ни одной живой душе.

Он снова начал перебирать струны, наигрывая мягкую, успокаивающую мелодию, почти колыбельную. Веки мои отяжелели.

Впервые Эзра приоткрыл мне одну из своих тайн – пугающую, но я подозревала, что все его секреты были не менее страшными. Я ужасно хотела узнать побольше о тех первых днях его дружбы с Аароном и Каем.

Но к этому времени бороться с утомлением и слабостью стало невозможно. Мир перед глазами поплыл, и моим разумом завладели мрачные сны, переплетенные с добрыми и приятными нотами.

Я не пошевелилась, пока не закончилась музыка. Вокруг что-то шуршало, шаги то удалялись, то возвращались. Вот между мной и диваном проскользнули осторожные руки, и Эзра поднял меня с дивана. Сонно сопя, я обхватила его за шею, уткнулась носом в теплое плечо.

Слегка покачиваясь, он прошел по комнате, направляясь к лестнице, но стук открывающейся задней двери заставил его остановиться. Приблизились еще чьи-то шаги, но я была на грани сна и слишком устала, чтобы открыть глаза.

– Как она? – прошептал Аарон.

– Устала. И уснула на диване.

– Гримуар у нас, – негромко проинформировал Кай. – Я почти уверен, что в нем тот ритуал. Теперь нам нужен кто-то, кто может составить обратное заклинание.

– Подошли на шаг ближе, – пробормотал Аарон. – Мы вытащим ее из этого.

Эзра перехватил меня поудобнее.

– Пойду уложу ее спать.

Когда он поднимался по лестнице, мне казалось, что мир кружится в вихре. Скрипнула дверь. Удерживая меня на одной руке (как будто какую-нибудь куклу), он наклонился над кроватью, пошуршал одеялом, а потом уложил меня.

Я опустилась на матрас, положив голову на подушку, и сквозь сон улыбнулась, вдохнув его восхитительный запах. Эзра натянул на меня одеяло до подбородка и подоткнул со всех сторон. В комнате воцарилась тишина, и я сонно подумала, что пропустила его уход.

Рядом с кроватью легко скрипнули половицы. Рука мягко коснулась моих волос, его палец провел по моей щеке. Затем быстрые, тихие шаги и щелчок дверного замка.

Я открыла глаза и уставилась на закрытую дверь. Там, где Эзра нежно касался моей щеки, кожу слегка покалывало.

Глава 15

Зарывшись лицом в подушку, я задавала себе вопрос – может ли человек считаться живым, если он настолько обессилел. Может быть, в какой-то момент я умерла и стала зомби?

Я проспала всю ночь и встала к завтраку, как нормальный человек, но сразу же после этого заснула на диване. А потом снова проснулась в постели Эзры и на этот раз понятия не имела, кто из парней отнес меня наверх. Сейчас было – я покосилась на будильник на тумбочке возле кровати – уже восемь вечера. Весь день я только и делала, что спала, а бодрости от этого не прибавилось. Стало ясно, что крутое зелье Зака уже выдохлось.

Меня охватила нешуточная тревога. Каждый раз, просыпаясь настолько, чтобы суметь взять в руки телефон, я писала Заку – но он не отвечал. Ну что за придурок. Я ведь так могу здесь совсем загнуться, а ему будто наплевать.

С нижнего уровня доносились голоса – разговаривали Аарон и Эзра, и Кай, как мне показалось, тоже был дома. Они с Аароном целый день бегали туда-сюда, показывали добытый накануне гримуар черной магии разным членам гильдии в надежде, что кто-нибудь сможет его расшифровать.

Устало вздохнув, я проверила, нет ли уведомлений на мобильнике. Никаких ответов от Зака, зато батарея на моем телефоне почти разрядилась – до двадцати шести процентов. Просто великолепно. Я подползла к краю кровати и, перегнувшись через него, осмотрела пол. Ага, моя сумка. Не вставая с кровати, дотянулась до сумки, втащила ее на кровать и начала копаться в ней в поисках зарядного устройства. Я не думала, что оно у меня с собой, но от моей безразмерной сумочки всегда можно ожидать сюрпризов.

Бумажник, темные очки, скомканные квитанции. Я выудила вязаную зимнюю шапку – ее-то я зачем таскаю с собой летом? – и замерла, заметив слабое, бледное свечение.

На дне сумки лежал серебристо-голубой шар. Но разве я не оставила дремлющего фейри дома? Не помню, чтобы я клала его в сумку. Я достала его, гладкий и теплый, и подержала в ладонях.

Гребни и выпуклости сильно нагрелись под моей кожей, а затем… все это задвигалось. Шар распрямился и расправился, появились очертания спины, над ней взметнулись остроконечные крылья, вытянулась извилистая шея, засияли розовые глаза. Мои протянутые опустевшие руки зависли в воздухе.

Передо мной парил фейри: то самое серебристое существо, которое спасло меня прошлой ночью.

Изящное змеевидное тело извивалось, как у китайских драконов, невесомое и неподвластное гравитации. Его лицо, напоминавшее мордочку рептилии, было скорее аквамариново-голубое, чем серебряное. Он был похож на геккона с гигантскими розовыми глазами и таким же кристаллом посередине широкого лба. У него было две маленькие руки, но задних ног не было, толстое змееподобное тело и хвост длиной не менее пяти футов. На спине – маленькие крылья, нечто среднее между крыльями летучей мыши и крылышками бабочки.

На голове торчали две пары длинных усиков, оканчивавшихся светящимися голубыми кристалликами. Когда существо приблизило свою мордочку к моему носу, усики подпрыгнули, а его огромные глаза выжидающе уставились на меня.

– Э-э-э… – Я закашлялась, потом отдышалась. – Привет?..

Хвост извивался в воздухе, заполняя половину комнаты. Раскрывая и закрывая крылья, как складной веер, существо отпрянуло назад. Оно открыло пасть, словно хотело зевнуть, обнажив острые, как иглы, зубы. Потом резко опустило голову и согнулось в три погибели. Длинный хвост свернулся в клубок, и фейри принялся сжиматься, пока мне на колени не скатилась знакомая голубовато-серебристая сфера.

Я таращила глаза, как дурочка. И недаром – что я за растяпа такая? Как можно было не узнать прошлой ночью цветовую гамму этого фейри, такую характерную? В замешательстве я потерла лицо и нерешительно погладила чудесную сферу. Шар на мои прикосновения не отреагировал.

– Я же думала, что ты в спячке, – пробормотала я.

Не то чтобы я была недовольна тем, что фейри проснулся и спас мою задницу, но теперь мне придется заниматься еще и им. Зачем Зак мне его дал? Он, кстати, по-прежнему не отвечал на мои сообщения, а мне очень хотелось с ним поговорить.

Отложив фейри в сторону, я подкралась к двери и чуть ее приоткрыла. Снизу доносились приглушенные голоса парней. Я подождала, а когда убедилась, что они там все втроем, опять закрыла дверь и набрала номер Зака.

И снова звонок длился полвека, но, наконец, он дружелюбно так ответил:

– Я занят.

– А я того гляди подохну, – рявкнула я. – Все время сплю, на ногах не держусь. Мне нужно твое зелье.

– Уже? – пробормотал он. В трубке явственно слышались голоса, много голосов, переговаривавшихся оживленно, хотя и тихо. – Что-то очень уж быстро.

– Вчера верховному фейри пришлось появиться у нас, чтобы уничтожить нескольких поганцев из «Красного Рома», так что, возможно, это ускорило процесс. Ты где? По звуку похоже на конференц-зал.

Или на чью-то свадьбу до того, как все напьются.

– В картинной галерее.

– Ты не отвечаешь на мои сообщения, потому что ты в картинной галерее?

– Сегодня вечером состоится мероприятие с несколькими участниками, у которых может найтись полезная информация по твоей проблеме с фейри.

Моя проблема с фейри. Какая милая формулировка.

– Не знала, что чернокнижники так ценят изобразительное искусство.

Тихий смешок.

– Собираясь в таком месте, они чувствуют себя элитой. А я отравляю им настроение тем, что явился без монокля и смокинга.

– Ладно, я пожелала бы тебе хорошо повеселиться, но мне очень нужно это твое зелье.

– Оно у меня есть, но придется тебе продержаться до утра.

– Но…

– Ты не умрешь, Тори. Просто наберись терпения.

Связь оборвалась.

Что за ужасная манера общения по телефону. И вообще ужасные манеры.

Глядя на волшебную сферу – упомянуть о которой он не дал мне возможности, – я прикидывала, на что мне рассчитывать. Просплю еще двенадцать часов и, надеюсь, не впаду в кому. Или… Я упрямо закусила губу. Или отправляюсь за своим зельем.

Ничего сложного. Зайду в картинную галерею и попрошу его выйти на минутку и отдать мне зелье. А потом пусть возвращается и болтает со своими дружками хоть всю ночь напролет.

Зевнув так, что чуть не сломала челюсть, я обратилась к себе с бодрящей речью на тему «просыпайся уже, демоны тебя забери». Картинная галерея? Это могло быть только одно место, и я забила на мобильнике его адрес. Тридцать пять минут ходьбы, почти через весь центр города, но на машине всего десять минут. Туда и обратно – как нечего делать. Я задумчиво побарабанила пальцем по нижней губе. Один из ребят вполне мог бы меня отвезти. А там – уговорю его подождать за углом или где-то в этом роде, а сама быстренько пересекусь с Заком.

Эзра не водит машину, так что он не подходит. Аарон умеет водить, но он в последнее время слегка нервничает. А мне нужен кто-то спокойный и хладнокровный. Кого не удивит и не расстроит моя странная просьба.

На лестнице заскрипели шаги, и по звуку я поняла, кто это. Нервно вздохнула, открыла дверь и высунула голову.

Кай замер, держа одну руку на дверной ручке моей спальни. Под мышкой второй руки у него был зажат ноутбук.

– Привет, Кай! – радостно поздоровалась я.

Он моментально подозрительно прищурился.

– Что? – спросила я, уязвленная этой его настороженностью.

На лице мага проступил слабый намек на улыбку.

– Тори, если не хочешь вызывать подозрений, не сюсюкай и не будь такой милой.

– Ой, да ладно. Я просто тебе рада – что тут подозрительного?

Прислонившись спиной к двери, он оглядел меня с ног до головы, как будто искал спрятанное оружие.

– Что ты задумала?

Я нерешительно улыбнулась.

– Ты не прокатишь меня на своем мотоцикле?

Его настороженность тут же вернулась.

– Куда это?

Что на это ни ответь, он все равно не поверил бы. Поэтому я невинно захлопала ресницами и прочирикала со всей доступной мне слащавостью, на которую была способна:

– Это сюрприз!

Он уставился на меня – а потом, запрокинув голову, расхохотался.

* * *

Через пятнадцать минут я неслась на мотоцикле по Дансмьюр-стрит, обхватив за талию одетого в кожаную куртку Кая. Мимо проносились желтые уличные фонари и огни автомобилей, в потоке которых мы лавировали. Протянув руку у Кая над плечом, я махнула в нужную сторону, и он свернул налево, проскочив в каком-нибудь дюйме перед ближайшей машиной.

Впереди перед нами выросли небоскребы. Между этими гигантами притаилось старинное здание с мраморными колоннами у входа и куполообразной крышей. Когда-то в этом доме – которому было не меньше ста лет – располагался суд. Я закрутила головой в поисках места для парковки, но десятки шикарных машин и внедорожников, в основном черных с редкими серебристыми или серыми вкраплениями, стояли плотно, бампер к бамперу. Кай сбросил скорость, и я беспомощно махнула в сторону галереи, мимо которой мы проехали.

– Сюда? – недоверчиво крикнул он, перекрывая дорожный шум.

– Ага.

Кай осмотрел улицу. Мотор снова взревел, байк развернулся и, выскочив на встречную, помчался обратно. Заставив шины взвизгнуть, Кай пересек мостовую и выехал на тротуар. Резко сбавив скорость, мы проехали мимо величественной лестницы, стекавшей, казалось, с террасы второго уровня. Вход в галерею был спрятан во внутреннем углу здания.

Остановив мотоцикл возле ряда деревьев в бетонных вазонах, Кай заглушил мотор. Я ослабила свою мертвую хватку и огляделась. Да, это не парковка, но кто будет придираться? Преступник-изгой, с которым я собиралась встретиться?

Сняв шлем, Кай осмотрел парадный вход с колоннадой и величественный фасад. Когда он снова опустил взгляд, в прищуренных темных глазах мелькнуло знакомое подозрение.

Сняв шлем, я виновато сгорбилась.

– Хмм…

– Мы здесь не для того, чтобы встретиться с Син и забрать у нее зелье, верно?

Мы пришли за зельем, но не от Син. Да, пришлось соврать, но я не видела другого выхода: скажи я правду, это могло бы активировать заклинание смертельной клятвы.

– Мне нужно кое-что здесь забрать, и я клянусь тебе, это очень важно, – сказала я ему, взглядом умоляя о прощении.

Прицепив шлем к седлу позади себя, я вытащила из кармана телефон. Зак не ответил на мое сообщение, в котором я предупреждала, что уже в пути. Я написала ему еще одно – о том, что жду у входа и что я не одна, а с другом. Если он хочет встретиться наедине, пусть даст знать, куда мне подойти.

Кай повел плечами, разминая.

– Художественная галерея, – пробормотал он. Судя по недоброму тону, он был очень недоволен, что я его провела. – И похоже, сегодня здесь какое-то торжество. Интересно, что это за событие?

Он пронзил меня взглядом, и я сжалась в комок.

– Честно, не знаю. Я здесь не поэтому.

Проворчав что-то (к счастью, я не смогла разобрать слов), Кай оглядел окрестности, словно разведчик, выискивающий вражеских солдат. Нетерпеливо покачивая мобильником, я прикрыла ладонью очередной зевок и с трудом поборола желание прилечь. Энергия на нуле. Кошмар какой-то.

– Ты в порядке, Тори? – негромко спросил Кай.

– Да. – Между нами повисла тишина. Сдавшись, я прислонилась к нему и прижалась щекой к холодной кожаной спине. – На самом деле, фигово.

– Филипп предупредил нас, что связь с фейри будет выкачивать из тебя силы, но я не ожидал, что все будет настолько жестко.

– Это просто усталость, я переживу. – Возможно. Я отправила еще три СМС подряд, надеясь привлечь внимание рассеянного друида. – Как дела с гримуаром?

– Если раньше мы были на девяносто пять процентов уверены в том, что в нем описан нужный ритуал, то теперь уверенность выросла до девяноста девяти процентов. Если это и не в точности тот ритуал, который использовали изгои, то очень близкий. Мы дали копии нескольким ведьмам и колдунам. Они работают над контрзаклинанием, которое может разорвать связь.

– И сколько времени это займет?

– Не представляю. Это не совсем привычная область знаний.

Я обдумала услышанное.

– У тебя есть еще копии?

– Не при себе, – осторожно ответил он.

– Ладно, это неважно.

– Тори… – Куртка под моей щекой задвигалась, когда Кай попытался взглянуть на меня. – Ты же знаешь, что нам можно доверить любые секреты?

– Знаю, – шепнула я.

И почувствовала, как он кивнул. Снова воцарилась тишина.

Через минуту Кай заговорил снова:

– Так почему ты меня, а не Аарона попросила тебя подвезти?

– Просто так, – поежившись, пробормотала я.

– Хм.

В моей голове одновременно роились сотни мыслей, включая воспоминание о подслушанном разговоре Аарона и Рамси. Но нет, это не имело никакого отношения к тому, кого я выбрала в шоферы. Просто Кай лучше подходил для выполнения секретного задания. Намного лучше. Определенно.

Ладно, ладно. На самом деле я избегала Аарона, и не очень-то искусно, раз это бросилось в глаза Каю. А значит, Аарон, вероятно, это тоже заметил.

– Я думаю, что мне не следует встречаться с Аароном, – решившись, выпалила я.

Кай дернулся так, будто я его толкнула.

– Как?

– Ну вот, – совсем приуныла я. – Если ты так удивился, как же будет реагировать Аарон?

– Твои слова меня не удивили, – сухо поправил Кай. – Я удивлен, что ты, наконец, это признала.

– А?

– В сущности, удивляться нечему. – Он поерзал, устраиваясь на мотоциклетном сиденье. – За все время ты не продемонстрировала ни одного из классических признаков «влюбленности».

– Как так? – Я снова прижалась лбом к его спине. – Аарон мне очень даже нравится. Мы прекрасно ладим. Нам всегда весело, и мы на одной волне. Прошло три месяца. Почему же это я «не влюблена» в него?

– Возможно, ты слишком стараешься.

– Это как? Что ты имеешь в виду?

– Да не знаю я. – Он фыркнул. – Почему ты меня-то об этом спрашиваешь?

Я потерла виски, как будто от этого массажа мозг мог заработать активнее.

– Я не понимаю, что со мной не так.

– Может быть, с тобой все в порядке. Возможно, он просто тебе не подходит. Пойми, если кто-то приглашает тебя на свидание, это еще не значит, что ему суждено стать твоей единственной настоящей любовью. – Я почувствовала, что Кай пожал плечами. – А уж две такие пылкие личности, как вы, в любом случае вряд ли подходят друг другу. Вы же вместе попросту никогда не можете расслабиться.

– Но… – Я выпрямилась в седле так, будто позвоночник превратился в крепкий ствол. – Как мне сказать Аарону?

– Просто скажи ему. Он уже давно догадывается, Тори. Он не возненавидит тебя за это.

– Но это так неловко.

– Он переживет. – Кай похлопал меня по коленке – единственной части меня, до которой мог дотянуться. – Поверь мне, Тори. Аарон… – Он помолчал, подбирая слова. – Умение адаптироваться – одна из самых сильных сторон его личности. Он не копит обиды и не зацикливается на прошлом. Аарон всегда движется вперед навстречу следующим приключениям.

Я медленно кивнула, признавая, что Кай дал Аарону совершенно правильную оценку. Тем не менее разорвать с ним будет нелегко. Отвлекшись от этой мысли, я проверила мобильник. Ответа не было.

Нетерпеливо замычав, я решила плюнуть на переписку и набрала номер дурацкого друида. Кай обернулся, чтобы увидеть, как я подношу телефон к уху. После двух гудков компьютеризированный женский голос сообщил мне, что номер, который я набрала, недоступен.

Этот придурок выключил телефон? Задушила бы его.

В ярости я слезла с мотоцикла.

– К черту это. Давай зайдем туда.

– Зайдем туда? – Кай тоже спрыгнул на землю и поставил мотоцикл на подножку. – Ты же сказала, что мероприятия в галерее тебя не интересует.

Из-за смертельно опасного заклинания-клятвы я толком ничего не могла ему объяснить. Просто, шипя себе под нос проклятия, направилась ко входу, и Кай пошел за мной следом. Сквозь стеклянные двери лился свет. Я распахнула их. Меня встретил просторный, но пустой вестибюль, касса была закрыта. Прямо перед собой я увидела вторые двери, за которыми в большом зале расхаживало множество нарядно одетых людей.

Я вошла и успела сделать пару шагов, но тут на моем пути встали двое здоровенных мужиков в черных костюмах.

– Извините, мэм. Могу ли я увидеть ваше приглашение?

– Мэм? – ощетинилась я. – По-вашему, я похожа на мэм?

Выражение лица охранника не изменилось.

– Ваше приглашение, пожалуйста.

Это плохо. Зак не упомянул, что сюда пускают только по приглашению.

– М-м-м… Мне просто нужно поговорить с одним человеком. Он сейчас здесь…

– Боюсь, это невозможно, если у вас нет…

Внезапно раздался восторженный женский крик. К нам бежала – если только можно бегать на пятидюймовых каблуках – молодая миниатюрная женщина.

– БожемойнеужелиэтоКайсуууукеееее? – визжала она так, что все слова сливались в одно.

Подскочив к нам, она крошечными руками обвила Кая за талию – на запястье подпрыгивала сумочка, украшенная бриллиантами.

– Боже мой, – повторила она, улыбаясь ему. – Кайсуке, я понятия не имела, что ты здесь будешь. Какая встреча, сколько лет прошло! Все будут так рады тебя видеть!

Прижимая его руку к своему сердцу, она потащила Кая за собой в зал.

Вышибала шагнул за ними.

– Приглаше…

– Проваливай, – властно рявкнула девушка. – Или ты не знаешь, кто это? Ему приглашение не требуется.

Охранник сдулся и, нахмурившись, вернулся на место. Кое-как подняв с полированного пола упавшую челюсть, я, отставая на два шага, потрусила за женщиной, тащившей через весь зал молчащего, бесстрастного Кая. Несколько хорошо одетых человек с любопытством смотрели на нас.

– О, Кайсуке! – воскликнула молодая женщина. – Я боялась, ты никогда не вернешься. Сколько прошло? Пять?

– Семь, – сухо поправил он.

– Так много! – проворковала она, искоса бросив на него взгляд. – О, какой ты накачанный. И такой высокий! Когда мы в последний раз виделись, тебе было… сколько? Семнадцать? – Она пощупала его бицепс через кожаную куртку. – М-м, мне нравится. Впрочем, ты мог бы и одеться как следует. Это все-таки официальный аукцион.

Пока она, подбоченившись, кокетливо упрекала Кая, я рассмотрела ее облегающее платье, черная ткань сверкала при каждом движении. Мужчины, расхаживавшие по залу или стоявшие у стойки бара с коктейлями, были в костюмах и галстуках, женщины – в темных открытых платьях.

Хорошо еще, что я уделила хоть чуть-чуть внимания своей внешности перед тем, как выйти из дома. На мне был тот же наряд, что и прошлой ночью, – обтягивающая водолазка, скрывающая метки фейри, серые джинсы в обтяжку и мой верный бомбер, – а свои кудряшки я заплела в косу. Тем не менее мы с Каем откровенно не вписывались в эту компанию. По крайней мере, мы оба друг друга стоили.

Женщина, наконец, заметила меня, ее пухлые розовые губы изогнулись.

– А это кто?

Кай притянул меня поближе – и крепко прижал к себе. Каждый мускул его тела окаменел от напряжения.

– Она со мной.

Женщина гневно сверкнула глазами, но тут же заулыбалась.

– Он забыл вас предупредить, что нужно надеть вечернее платье, не так ли?

– Нет, я это знала, – заявила я, не давая Каю взять на себя вину. – Просто мне все равно.

Она моргнула, растерянно улыбнулась и вопросительно посмотрела на Кая, пытаясь понять, не шучу ли я. А увидев его каменное лицо, смущенно кашлянула.

– Что ж, аукцион начнется через несколько минут. Все уже в галерее второго уровня. Присоединимся к ним?

Кай посмотрел на меня, молча спрашивая, что делать. В моей голове вихрем проносились безумные мысли, толкая меня то в одну сторону, то в другую. Непонятно, что тут происходит, в любом случае ни Кай, ни я к этому не готовились… Но главное – где-то рядом должен быть Зак. Если «все» на втором уровне, то и друид наверняка именно там.

– Пойдем наверх? – спросила я Кая, давая ему шанс отказаться.

У него дернулась щека, однако он кивнул.

– Прекрасно! – воскликнула женщина и протянула мне руку. – Я Хисая, Ямада Хисая. Рада знакомству.

Ямада? Вот блин.

– Так вы родственники, – слабым голосом сказала я, пожимая ее маленькую ручку и держа ладонь наклоненной вниз так, чтобы она не заметила светящуюся руну фейри.

– О, разумеется! – Она хихикнула. – Впрочем, далекие. Я замужем за его троюродным братом. Вам ведь известно, это очень большая семья.

– Да уж… – буркнула я, боясь взглянуть на Кая. Во что я его втянула?

Хисая положила пальцы Каю на сгиб локтя (можно подумать, он предлагал ей руку!) и уверенно потащила нас вглубь здания. Другой рукой Кай продолжал держать меня за талию.

– Это просто замечательно, что ты вернулся в лоно семьи, Кайсуке! И не волнуйся, никто и слова дурного тебе не скажет. Мы все просто счастливы!

Хисая болтала без умолку, перечисляя имена – кто сегодня здесь, кто не сумел приехать, кто будет особенно рад его видеть… Всех этих людей Кай должен знать, судя по небрежному тону, которым Хисая их называла.

– Но, Кайсуке, – сказала она, когда мы подошли к просторной ротонде с ведущей на второй этаж двойной лестницей, – что же ты молчишь? Ты не проронил ни слова! Как поживает прелестная Макико?

Кай ничего не ответил.

– О. – Хисая надула губы. – Но она конечно же простила тебя?

Тишина. Кай казался неприступной крепостью, не хуже Зака. Хисая резко остановилась, вынудив нас с Каем сделать то же, и укоризненно погрозила ему пальцем.

– Не нужно делать вид, будто Макико не существует. Она твоя невеста!

Если бы мы уже не остановились, я бы споткнулась и разбила нос. Кай довольно болезненно впился пальцами мне в бок. Хисая глядела на нас, недовольно хмуря брови.

– Мы с Макико много лет не разговариваем, – резко сказал Кай.

Хисаю это не смутило.

– Ну, ведь теперь ты вернулся, и вы можете помириться. Ах, жду не дождусь свадьбы. Это будет грандиозно!

– Как чудесно! – прощебетала я. – Хисая, милочка, не могла бы ты оставить нас на минутку? Мы сейчас поднимемся.

Она вздернула брови при слове «милочка» и вопросительно взглянула на Кая.

– Да, конечно. Аукцион скоро начнется, так что не задерживайтесь. А я пойду сообщу всем, что ты здесь.

Улыбнувшись, она поднялась по ступенькам. Я утащила Кая под изогнутую лестницу, подальше от последних гостей, направлявшихся наверх.

– Кай, – зашептала я, отрывая от себя его пальцы, пока он не наставил мне синяков. – Что это было?

– Это моя родня, – пророкотал он. – А вот ты объясни, что мы делаем на аукционе черной магии?

– Я понятия не имела, что тут какой-то аукцион, пока она не сказала. Откуда ты знаешь, что тут будет именно черная магия?

Меня удивило не то, что здесь происходит – иначе что здесь делать Заку? – а то, почему Кай сделал такой вывод.

– Потому что иначе здесь не присутствовала бы моя семья.

По моей спине пробежал холодок. Ой.

– Зачем мы здесь, Тори?

– Мне нужно кое-что кое у кого забрать.

– И этот кое-кто наверху на аукционе?

Я кивнула.

На челюсти Кая заходили желваки, но затем он снова обхватил меня рукой.

– Тогда пойдем и заберем это.

– Ты уверен? – прошептала я, пока мы шли к лестнице. – Мы можем подождать на улице или попробовать как-нибудь еще…

– Хисая уже побежала к остальным с новостью. Так что мне все равно поздно уходить.

На втором этаже мы следом за другими отставшими вошли в тускло освещенный зал галереи, в котором уже собралось не меньше сотни человек. Точнее, магов. И, скорее всего, изгоев. На белых стенах висели огромные абстрактные композиции. Мягкий свет прожекторов был направлен на полотна, подсвечивая яркие краски и густые мазки кисти художника.

В дальнем конце зала был установлен помост, и пожилой господин что-то вещал в микрофон с трибуны. Он показывал на толстый фолиант в кожаном переплете, выставленный на столе рядом с ним. Вокруг помоста толпились вышибалы и помощники.

Хисая стояла с группой японцев – мужчин и женщин. Она улыбалась, единственная из всех. Жестом она пригласила меня и Кая присоединиться к ним.

Кай резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы, но не колебался. Как только он подошел достаточно близко, Хисая быстро затараторила по-японски. Кай склонился в неглубоком поклоне старшему мужчине, а тот кивнул и что-то сказал. Кай ответил по-японски.

Почему меня удивило, что он говорит на этом языке? Еще несколько месяцев назад я поняла, что в нем есть японская кровь, – хотя по его внешности догадаться об этом было бы невозможно. Его поразительно яркое и красивое лицо было необычным, но не выдавало происхождения, а ростом он был на голову выше большинства своих напарников.

Меня семейство Ямада проигнорировало, так что я отплатила им той же монетой: отвернулась и стала рассматривать собравшихся магов, пытаясь найти Зака. Потом проверила телефон, вполуха следя за воссоединением семьи. Определить тон разговора мне было сложно, но радостным он не казался. Я бросила многозначительный взгляд на Хисаю, давая понять, что ей следует вмешаться. Она же затеяла все это дерьмо.

Ее губы растянулись в презрительной усмешке, выражавшей ее истинные чувства по поводу моего присутствия. Я выпрямилась, и, когда до девушки дошло, что я намерена вмешаться, неприязнь на ее лице сменилась тревогой.

– Ах, ах! – вскрикнула она, не давая мне вставить слово. – Кикуэ-сан, ты это слышала? Гримуар только что был продан за два миллиона.

У меня вытянулось лицо – я невольно перевела взгляд на выставленную книгу. К скороговорке аукциониста я не прислушивалась. Два миллиона? Ничего себе, неудивительно, что на фоне этой публики мы кажемся слишком скромно одетыми.

– Нас интересуют несколько лотов, – сообщила Хисая Каю, явно опасаясь, как бы я, неотесанная, не открыла рот и не осыпала оскорблениями присутствующих. – Ты что-нибудь присмотрел? Позже вечером здесь появится великолепный кадуцей.

Женщина по имени Кикуэ-сан что-то сказала по-японски.

– Ну что ж, – по-английски ответила Хисая, – мы можем только надеяться, что он не станет вмешиваться.

– Кто? – спросил Кай с явной неохотой.

– О. – Хисая перекинула волосы через плечо. – Ты о нем слышал. Призрак.

Кай напрягся.

– Тут половина зала боится перебивать его ставки, – продолжала Хисая, чопорно хмыкнув, – но нас этот ничтожный преступник, разумеется, не сможет запугать.

Она бросила презрительный взгляд в зал. Я проследила, куда она смотрит. Так вот же он, словно на ладони…

Я не сразу его заметила, потому что он стоял в стороне от толпы. Прислонился к стене, окутанный тенью, как облаком, одетый так же небрежно, как и я, в темных штанах и длинном плаще с поднятым капюшоном, как у кинозлодея.

В зале, полном изгоев, продавцов и покупателей черной магии, Призрак выглядел так зловеще, что никто не рисковал к нему приблизиться.

Я чуть не запрыгала от радости, что нашла его. Отвернувшись от клана Ямада, чтобы они этого не заметили, я неуверенно помахала рукой, надеясь поймать его взгляд.

– Триста тысяч от рыжеволосой барышни! – крикнул в микрофон аукционист.

Я так вздрогнула, что врезалась в Кая. Многие головы повернулись в нашу сторону: покупатели рассматривали конкурента. От страха кровь отлила от моей головы. Нет, нет, нет! Я не делала ставки! Я просто помахала ничего не замечающему друиду!

– Четыреста тысяч. Предложит ли кто-то четыреста… да, четыреста тысяч от джентльмена впереди.

Я облегченно выдохнула. Пронесло.

– Тори, – чуть слышно сердито окликнул меня Кай.

Подняв голову, я поняла, что моя случайная ставка достигла цели – привлекла внимание Зака.

Он оторвался от стены, капюшон повернулся в мою сторону.

Я помахала своим мобильником и потыкала в него пальцем. Рука друида метнулась к карману, он вытащил свой телефон, и экран засветился, когда он включил его.

– Тори! – Кай был зол, как бешеная собака.

Он наклонился, и яростно зашипел прямо мне в самое ухо:

– Это он? Так вот с кем ты здесь встречаешься? У тебя есть номер его телефона?

В моей руке завибрировал телефон, я поднесла его к глазам. Кай отодвинулся, чтобы прочитать сообщение у меня из-за плеча.

Сообщение Зака выглядело сердито: «КАКОГО ХРЕНА ты здесь делаешь???»

– Ты записала его в контакты как Придурка? – то ли фыркнул, то ли задохнулся Кай.

– Он такой и есть… – пробормотала я. Мои пальцы летали по клавиатуре.

«Посмотри сообщения, которые я тебе отправила, тупица!»

Чтобы подкрепить свои слова, я сверлила Зака взглядом, пока он, наконец, не обратил внимание на свой телефон. Его большой палец задвигался, прокручивая полмиллиона сообщений, отправленных мной за вечер. Сердито дернув головой, он резко развернулся и зашагал к выходу. Люди поспешно расступались перед ним, притворяясь, что им вовсе не страшно.

Когда он скрылся, я повернулась к Каю.

– Можешь подождать меня здесь, а?

Вместо ответа он отодвинул меня и пошел по невидимому следу Зака. Ну и дерьмо. Я помчалась за ним, чтобы успеть перехватить инициативу.

Зак ушел недалеко. Он дожидался в темном боковом зальчике – впрочем, темно становилось везде, куда бы он ни пришел, благодаря его фамильяру-орлице, «госпоже ночи». Скрестив руки, он обжег меня невидимым из-под капюшона взглядом.

Я бросилась ему навстречу, на ходу обдумывая варианты приветствия.

В конце концов выбрала самый простенький: сжала кулак и замахнулась, чтобы съездить ему по лицу.

Рукой в перчатке он перехватил мой кулак.

– Ты выключил телефон, придурок! Зачем ты это сделал?

– Чтобы ты не приставала ко мне каждые десять минут, – отрезал он. – Я сказал тебе дожидаться утра.

– Это слишком долго! А если я не дождусь? Ты же сам сказал… – Я оборвала себя на полуслове, нервно поглядывая на Кая. В условия страшной клятвы входило, что я не могу раскрывать никакой информации о Призраке, включая то, что он мне говорил.

Поправив капюшон, Зак тоже посмотрел на Кая и, видимо, узнал его – всего месяц назад мы все сражались с противной старой колдуньей. Лицо Кая снова окаменело, а по его стойке было ясно, что он готов ко всему.

– Я же сам тебе сказал, что узы фейри убьют тебя, – закончил за меня друид.

– Что? – встрепенулся Кай. – Откуда ты…

Но Зак продолжал говорить со мной:

– Ты еще не на пороге смерти. Вполне могла бы подождать до утра.

– Ну, раз уж я все равно здесь, давай сюда средство. – Я протянула руку.

– У меня его нет при себе, идиотка.

– Как это? – Я с трудом подавила желание задушить его голыми руками. – Но ты же сказал…

– Я сказал, что у меня оно есть. Но я же не таскаю его повсюду.

– Тогда сходи за ним!

Рука Зака исчезла в тени капюшона – он задумчиво потер лицо.

– Какая же ты надоеда, хуже любого мага.

У Кая вырвался резкий звук – то ли кашель, то ли сдавленный смех. Я бросила на него хмурый взгляд.

Зак опустил руку.

– Я пока не могу отсюда уйти. Есть еще один маг, которого я хочу расспросить о магии порабощения фейри, а встретиться с ним не получается – разве только здесь, на аукционе. К нему непросто подобраться, тут нужен умелый подход.

– Кто он? – спросил Кай.

Зак сделал паузу, словно прикидывая, может ли Кай быть полезен.

– Кармело Манчини. Он был сначала в «Красном Роме», а потом ушел и стал одиночкой. Колдун, но ходят слухи, что он балуется гибридной магией.

– Я слышал о нем. – Кай стиснул зубы. – Ты пытаешься получить эту информацию ради Тори?

– Очевидно.

– Почему ты ей помогаешь?

Зак фыркнул.

– Я не занимаюсь благотворительностью, маг. Я возвращаю долг.

Я захлопала глазами.

– Ты? Какой долг?

– Ты непробиваемая, как кирпичная стена, Тори.

Я пихнула его кулаком в плечо.

– А ты самый большой придурок на свете.

Не веря своим глазам, Кай переводил взгляд с Зака на меня и обратно. Слегка помотав головой, он снова обратился к Заку.

– У тебя есть выход на Манчини?

– Нет. Потому я и тяну время, думаю, с какой стороны к нему подобраться.

Кай посмотрел в сторону аукционного зала, где ждали его родственники.

По его лицу пробежала тень, но затем он расправил плечи.

– Я с ним знаком. Могу подойти к нему, но не знаю, что спросить.

Капюшон Зака дернулся, и я ясно представила, как он удивленно склоняет голову.

– Можешь убедить его выйти с тобой на улицу?

– Могу попытаться.

– Попытайся. А как только он выйдет наружу, я задам ему нужные вопросы – и позабочусь, чтобы мы получили ответы.

Глава 16

– Хватит дергаться.

Я засунула руки в карманы куртки и уставилась на скрытое тенью лицо Зака.

– Хватит командовать.

Мы поднялись по широким ступеням на террасу второго уровня, чтобы лучше видеть вход в галерею. Мотоцикл Кая был припаркован в дюжине ярдов. Здание было окружено широким мощеным тротуаром, а большую площадь в центре заполняли строения, которые я не могла разглядеть в темноте.

Город обезлюдел – для случайных прохожих в вечер понедельника было слишком поздно, а участники аукциона все еще толпились в галерее.

Согласовав наши коварные планы, мы с Каем вернулись к семейству Ямада, а Зак болтался по аукционному залу, пугая людей. Как только аукцион завершился, он вышел, а через несколько минут выскользнула и я, оставив Кая с его родственниками. Как он собирался выманить этого типа, Манчини, наружу? Это было выше моего понимания, но раз он так уверен, что сможет это сделать…

– Надеюсь, с ним там все в порядке, – пробормотала я.

Зак пренебрежительно фыркнул.

– Почему ты беспокоишься?

– Почему бы мне не беспокоиться?

– Он – Ямада. – Друид прислонился к стене. – А я-то считал себя единственным черным пятном на твоей репутации.

Я вздохнула.

– Зак, тебе придется мне все это объяснить. Откуда мне знать, кто такие эти Ямада.

Он откинул свой капюшон достаточно, чтобы я смогла увидеть мельком его ярко-зеленые глаза.

– Клан Ямада управляет крупнейшим международным преступным синдикатом в сообществе магов.

Я попыталась что-то сказать, но голос внезапно пропал.

– Они – законная гильдия и хорошо скрывают свою криминальную деятельность, но люди из ОМП так вьются вокруг них, как пчелы у улья. Но сильно нажимать боятся, так как есть риск, что они уйдут в глубокое подполье. – Зак скрестил на груди руки. – И у меня эти Ямада как кость в горле. Запугать невозможно, связи у них уж очень хорошие.

Семь лет, сказал Кай. Должно быть, он тогда разорвал все связи со своей семьей, прежде чем присоединиться к «Ворону и Молоту». По словам Аарона, Каю было все равно, в какую гильдию он вступит, – потому, возможно, что его главной целью было сбежать из семейного бизнеса. И вот теперь, благодаря мне, он снова в него вовлечен.

– Я ужасный друг, – простонала я.

– И не говори.

– Ты и сам тоже дерьмовый друг.

– В прошлый раз ты сказала, что я хороший друг.

– Это было до того, как ты целый день игнорировал меня, пока я умирала.

– Капризы, – сухо заметил он, снова низко надвигая капюшон.

Я устало покусывала ноготь. Мне бы полагалось сейчас вибрировать от напряжения, но за последние несколько часов я растратила всю свою энергию до капли. Вот и зеваю каждую минуту. Слишком измотанная, чтобы стоять на ногах, я опустилась на верхнюю ступеньку, хотя холод бетона проникал сквозь джинсы.

Через пару секунд Зак присел на корточки, чтобы не возвышаться надо мной.

– А что там у вас случилось с «Красным Ромом»? Ты сказала, что лорду фейри пришлось тебя защищать.

Еле шевеля языком, я кое-как объяснила ситуацию.

Он задумчиво помычал.

– Одаренные маги-спириталы способны чувствовать присутствие верховных фейри. Но в «Красном Роме» я таких не припомню. Была бы морока, если бы они тебя заметили.

– Угу, – утомленно согласилась я.

– Да и какой смысл им за тобой гоняться? Убив тебя, они, конечно, освободили бы верховного фейри, но не похоже, чтобы они применяли смертоносную силу.

– Я тоже не понимаю, – пробормотала я, сосредоточившись на том, чтобы не закрыть глаза.

Мы посидели тихо еще с минуту. Мои вялые мысли блуждали, переходя от семейной ситуации Кая к моему собственному неопределенному будущему.

– Эй, Зак, – невнятно заговорила я. – Что делает колдуна колдуном?

– А?

– Ну, артефактами же каждый может пользоваться, верно?

Он уперся руками в колени.

– Да, но создавать артефакты могут только маги-аркана.

– А почему?

– Почему владеющие магией аркана способны наполнять свои заклинания силой, а никто другой не может?

– Ну да.

Он посмотрел в темное небо.

– Мир полон силы – энергии земли, природы, звезд и космоса, солнца и луны, и кто знает, чего еще. Это электрический океан, который течет сквозь все, необъятный и, может быть, даже разумный. Каждая магическая раса и каждый класс магов используют эту силу по-своему.

– Но люди не могут ее использовать, – прошептала я.

– Люди не могут даже обнаружить ее. Колдуны могут и направляют эту силу в свои заклинания, когда создают их. Алхимики делают то же самое своими трансмутациями.

Несколько месяцев назад Рамси сказал мне, что мой артефакт – карта пиковая дама – испускает основные вибрации магии аркана – магии, которую я не могла ощутить, потому что у меня не было способностей аркана. Зачем я вообще спросила Зака об этом? Я ведь и так уже знаю, что я не волшебница.

Меня охватила тоска.

– А как же псионики? Они используют ту же самую магию?

– Все это происходит из одного и того же резервуара природной энергии, просто используют его по-разному – большинство даже не понимает, откуда берется их сила.

– Как псионик узнает, что он псионик?

– Способности обычно проявляются в период полового созревания.

Радости моего полового созревания давно миновали.

Я повесила голову – все равно она так потяжелела, что мне трудно было ее держать. Я же с самого начала знала, что у меня нет магических способностей, но в глубине души еще на что-то надеялась и задавала себе один и тот же вопрос: если я не маг, как случилось, что я по уши окунулась в их мир? Просто случайное везение? Или не покидавшее меня ощущение, что я все же наделена магическим даром?

Внимание Зака тяготило меня, я не хотела, чтобы он слишком вникал в мои вопросы и понял из них больше, чем нужно. Пора сменить тему.

– Что ты будешь делать без своей фермы?

– Пока не знаю.

Он замолчал, и я уж решила, что продолжения не будет. Но он снова заговорил, и меня удивил его сдавленный голос.

– Все, что я создал, всецело зависит от моей анонимности, а она быстро разваливается. Варвара распускает обо мне слухи. Враги крутятся вокруг и разнюхивают – такого прежде не было. Твоя гильдия обманом заставила меня привести тебя к себе домой, а я не могу рисковать, принимая кого-то еще.

От чувства вины я помертвела.

– Прости.

– Не бери в голову. Не подбери я тебя, попал бы в ловушку другой гильдии. – Он повернул голову, так что свет слабо поблескивал на одной щеке. – Я оказался не настолько умен, как мне нравилось думать, вот и расплачиваюсь за свою самонадеянность.

В мою голову закралось слабое подозрение насчет того, что имел в виду Зак, говоря о долге передо мной, но я была слишком вымотана, чтобы додумать мысль до конца.

– Но ты же выкрутишься, Зак? Все будет в порядке?

– Сам не знаю. Сейчас я немного запутался.

Проведя пальцами вниз по рукаву, я нащупала его руку в перчатке и пожала, утешая и поддерживая.

Капюшон шевельнулся, и Зак посмотрел на наши сплетенные руки.

– Зачем я тебе все это рассказываю?

– Потому что тебе больше некому рассказать, – прошептала я, задыхаясь от переполнявшего меня сочувствия.

Он замер, а потом вздохнул.

– Да, пожалуй.

Внезапно двери галереи распахнулись и вспыхнул свет. Вышел невысокий крепкий мужчина лет пятидесяти в расстегнутом пиджаке и с распущенным галстуком. Кай шел рядом с ним, что-то негромко рассказывая. Два мускулистых телохранителя последовали за ними через каменную площадь.

– Это он? – почти беззвучно спросила я.

Зак коротко кивнул.

Вспыхнул огонек – это Манчини закурил сигарету. Он протянул зажигалку, и Кай наклонился вперед, прикуривая сигарету, которую уже держал во рту. С легкостью заядлого курильщика он выпустил в прохладный воздух серое облако. Телохранители ждали в нескольких шагах.

– Должен сказать, Кайсуке, – сказал Манчини (полное имя Кая он произнес не так, как его родственники, – сделав ударение на средний слог, а не на последний). Хриплый голос мужчины, казавшийся громче на фоне полной тишины, эхом отразился от стен здания. – Я всегда считал потерей то, что ты ушел из семьи. У тебя был огромный потенциал, даже тогда, у подростка.

– Их не интересовал мой потенциал, – ровно ответил Кай, затягиваясь сигаретой. – Я всегда был изгоем в семье. Думаю, ты можешь понять это чувство, Кармело.

Довольное хмыканье.

– Что заставило тебя вернуться?

– Я не вернулся, не так, как ты думаешь. Я здесь, чтобы… исследовать свои возможности.

Манчини выпрямился.

– Как это?

– Я не заинтересован в воссоединении ни с семьей, ни с гильдией в качестве члена на вторых ролях. Я рассматриваю другое предприятие: независимое. Еще одна концепция, с которой ты знаком не понаслышке.

Манчини попыхивал сигаретой, отблески которой освещали его острую усмешку.

– Думаю, я понимаю, к чему ты клонишь, Кайсуке.

– Ты стал независимым и превратился в силу, с которой приходится считаться. Я знаю еще кое-кого, кто хорошо работает в одиночку, но я также знаю, что это положение уязвимо, если не иметь правильных связей.

– Можно быть независимым от гильдии и при этом иметь могущественных союзников, – с видом заговорщика согласился Манчини.

– Так что, очевидно, ты первый, о ком я подумал.

Грубое, хриплое покашливание.

– Лестно, очень лестно. Мне было бы интересно узнать, чем именно мы можем быть полезны друг другу.

Зак издал тихий звук, явно говоривший, что он впечатлен.

– Проклятие. Твой друг молодец.

– Рад это слышать, – легко ответил Кай. – Я работаю над одним делом, и мне кажется, что у тебя есть опыт в этой области – если, конечно, ты готов поделиться им.

– Все зависит от того, что именно ты хочешь узнать и что предлагаешь взамен.

– Тогда сначала сформулирую свое предложение. Я готов свести тебя с еще одним независимым магом, знакомством с которым могут похвастаться лишь немногие, не говоря уже о том, чтобы назвать его союзником.

Зак в мрачном восхищении чуть слышно рассмеялся.

– Наладить с ним отношения будет непросто, – добавил Кай, – но я вас представлю друг другу.

– Теперь мой выход, – прошептал Зак. – Подожди здесь, Тори.

Он поднялся во весь рост, за его спиной развернулись призрачные крылья Лаллакай и тут же обвились вокруг него, как бы обнимая, – так что все его тело скрылось из виду. Я зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Он исчез, как заправский фейри!

– Кто он? – резко спросил Манчини. – Кого ты представишь?

– Ты должен знать о нем по одной только его репутации, – сухо ответил Кай.

Манчини вытащил изо рта сигарету, на его лице читалось раздражение – и тут воздух рядом с Каем замерцал. Зак материализовался в водовороте исчезающих теней, его плащ развевался от движения, капюшон был низко надвинут на лицо. Излучая угрозу, он маячил рядом с Каем, выше на несколько дюймов.

Я закатила глаза. Любит он театральные эффекты.

Сигарета Манчини выпала из его безвольных пальцев. Он быстро махнул своим телохранителям, чтобы они отошли.

– Призрак! Я… я представить не мог…

– Кайсуке и я создаем совместное предприятие, – пророкотал Зак, идеально выговорив полное имя Кая. – По результатам наших переговоров и вашего вклада, если вы его сделаете, в будущем между нами возможно деловое партнерство.

Кай стряхнул пепел с сигареты, держась абсолютно непринужденно рядом с друидом.

Манчини посмотрел на одного, на второго.

– И что от меня требуется?

– Знания, если они у вас есть, – зловеще пропел Зак. – Я, однако, в этом не вполне уверен.

Темный маг весь подобрался.

– Спрашивай, Призрак.

– Привязка и порабощение фейри. Ты знаком с ритуалами?

– И очень неплохо.

– Интересует тот, которым можно привязать природного фейри высокого ранга.

– Знаю несколько. И для всех требуются редкие ресурсы.

– Например, артефакты фейри?

Резкий кивок.

– Похоже, ты уже хорошо информирован, Призрак.

Кай чуть шевельнул головой, делая почти незаметный знак. Зак наклонился к нему, и Кай что-то прошептал ему.

Зак выпрямился.

– Нам не нужна помощь, связанная с магией аркана. Я хочу знать об артефактах и о тех фейри, которые их предоставляют.

– Фейри… я не понимаю, о чем ты.

– Не морочь мне голову, Кармело. Как связаться с фейри, который изготавливает артефакты?

– Откуда ты знаешь… – Манчини замолчал на полуслове. – Это дорогая информация, Призрак.

– Я дорогой союзник.

– Зачем мне нужно, чтобы ты был моим союзником?

Вокруг ног Зака заклубились тени.

– Ты бы предпочел меня в качестве врага?

До ступеньки, на которой я сидела, съежившись, донесся то ли стон, то ли всхлип Манчини. Он пронзил Кая яростным взглядом, но тот в ответ лишь невозмутимо выпустил облачко дыма.

Одернув шикарный пиджак, Манчини выдавил из себя улыбку.

– Этот фейри откликается на имя Б’хардудлин. Используйте любое заклинание призыва крови.

– И?.. – Зак явно ожидал продолжения.

– Что еще?

– На каких условиях работает фейри?

Манчини хмыкнул.

– Все как обычно. Прихватите бросовый материал.

– Этого достаточно. – Пауза, во время которой я ясно представила себе недобрую усмешку Зака. – Было бы прискорбно, если бы эта информация не принесла результатов.

– А если результаты будут хорошими? – спросил Манчини.

– Мы будем на связи.

– Ну что ж… – Манчини неловко расправил плечи. – Было приятно повидаться, Кайсуке. Свяжись со мной, если захочешь вернуться к нашему предыдущему разговору.

– Непременно. Спокойной ночи, Кармело.

Дав знак своим людям следовать за ним, Манчини вернулся в художественную галерею. Как только двери за ним закрылись, Кай тут же бросил недокуренную сигарету на бетон и растоптал. Вновь обретя искру надежды, я резво сбежала вниз по лестнице.

– У вас получилось! – Я шагнула к Каю, обняла его, но отшатнулась. – Бррр. Ну и вонь.

– Он заядлый курильщик. Это был самый простой способ вытащить его наружу, – поморщился Кай, глядя на свой окурок.

– И он сработал отлично. Вы просто потрясающие. – Я посмотрела на него, потом на Зака. – И классно работаете в паре.

Взгляд Кая был мгновенным – и злым. Следом я почувствовала, как мое лицо обжег столь же неприязненный взгляд Зака.

Я взмахнула руками в примиряющем жесте.

– Все, все, простите. Вы получили необходимую информацию? Я думала, ты будешь задавать ему гораздо больше вопросов.

– Я так и планировал, – ответил Зак. – Но Ямада утверждает…

– Не называй меня так.

– Кай, – раздраженно поправился он, – утверждает, что уже добыл ритуал. Не хватает только артефакта фейри. Тори, пришли мне копию страниц гримуара с описанием ритуала, и я…

Хлоп-хлоп-хлоп!

Желтые шары с краской взорвались прямо за спиной у Зака и Кая. Кай прикрыл руками голову, а я пригнулась – тут прозвучал еще один залп, и половина выстрелов угодила в кожаный плащ Зака.

Даже несмотря на охватившую меня панику, у меня случился момент прозрения! Кожаная одежда устойчива к зельям, вспомнила я. Так вот почему Зак всегда одевается как суперзлодей.

Друид выпрямился, повернул скрытое капюшоном лицо в сторону улицы.

– Похоже, я был неправ, – пророкотал он. – Без «Красного Рома» здесь все-таки не обошлось.

Глава 17

«Красный Ром» вернулся – но на этот раз у меня были союзники другого калибра.

Из-за припаркованных на ближайшей улице машин раздался низкий звериный рык, а следом визг, в котором слышалось удивление – и боль. Похоже, Зак привел своих варгов с собой. Вспыхнули огни, это наши нападавшие развернули магическую оборону.

Зак согнул руки, и вокруг его запястий закрутились желтые спирали магии.

– Ну что, Кай? Ты меня прикроешь – или я тебя?

Мгновенно выхваченные из-под куртки, в руках Кая появились короткие метательные ножи.

– Я прикрою тебя.

Больше ничего не обсуждая, они устремились к припаркованным машинам, где прятались изгои – теперь зажатые между рычащими варгами и двумя крайне недовольными магами.

Я осталась на месте, тяжело дыша. Никчемная маленькая смертная. Вытащив из кармана карту, я взглянула на таинственную улыбку нарисованной на ней дамы и от всей души пожелала, чтобы Зак никого не убил. МагиПол не одобряет трупы на улицах.

Едва эта мысль пришла мне в голову, как раздался скрежет металла. Одна из припаркованных машин перевернулась на бок, а затем и на крышу, заставив Кая и Зака отскочить в сторону.

В образовавшемся просвете вырос, разминая огромные руки, человек гигантского роста – этакий викинг на стероидах. По обе стороны от него парило нечто вроде двух шаров для боулинга.

Нервно сглотнув, я поспешно отменила свое пожелание обойтись без трупов. Пусть Кай и Зак делают, что нужно, пусть только переживут атаку этого телекинетического Халка.

Сверкнул серебряный сполох – и перед моими глазами повисло чешуйчатое брюхо. В воздухе, помахивая крылышками и глядя на меня, парил тот самый фейри – бывший шар. Я вытаращила глаза. Откуда он тут взялся? Я оставила сферу в своей сумке, а сумку бросила в гостиной Аарона перед тем, как мы с Каем отправились решать наши дела.

Глаза фейри – они у него были цвета фуксии – уставились на что-то за моей спиной.

Я, как пружина, развернулась к ступеням, спускавшимся на площадь. В тени притаились двое, нацелив мне в грудь пистолеты.

Вдруг моих плеч коснулись маленькие лапки фейри, холодные и слегка вибрирующие, а потом его длинный хвост закрутился вокруг меня, точно кольца змеи. Он сжал кольца, и меня захлестнул поток магии. Картина перед глазами расплылась и пошла дикими волнами и рябью.

Хлоп-хлоп-хлоп!

Пистолеты палили, но я ощущала только, как во мне шипит и бурлит энергия фейри. Те двое высадили, кажется, все свои заряды, но меня даже не задело.

Хвост фейри немного ослабил хватку, и чудесное существо растворилось в воздухе. Мое зрение стабилизировалось.

Пряча пустые пистолеты в кобуры, злодеи поднимались по ступеням. Я быстро огляделась. Фейри исчез, Зак и Кай заняты борьбой с Телекинетическим Халком – плюс неизвестно сколько головорезов. Фигово. Я одна.

Снова развернувшись, я бросилась к входу в галерею и нырнула за широкую бетонную колонну. Сжала пиковую даму в руке и прислушалась. Шаги приблизились, по звуку я поняла, что два изгоя разделились, чтобы обойти меня с флангов. Затаив дыхание, я ждала.

Слева послышались шаги.

Я выскочила, выбросила вперед руку с картой.

– Ori…

Ухмыляющийся злодей пригнулся, в руках у него не было ни заклинаний, ни артефактов. Вот гадство, это не тот! Я крутанулась в другую сторону:

– Ori tacitus esto!

Меня ослепила белая вспышка, и я попятилась назад, яростно чертыхаясь… точнее, пытаясь. Мои губы шевельнулись, но изо рта не вырвалось ни звука. В панике я попыталась закричать – и даже не пикнула. Это заклинание заглушило мой голос!

А из-за колонны появился коренастый колдун с гроздьями пристегнутых к поясу артефактов. Я неуверенно отступила, сжимая свою бесполезную карту. Я даже на помощь не могла позвать. Ухмыляясь, двое злодеев двинулись ко мне.

– Сдавайся, больно не будет, – предложил один из них.

Ага, конечно. Поскольку ответить я не могла, то показала им средний палец.

– Ты сможешь удержать ее? – спросил колдун у напарника.

– Может, и смогу, но, похоже, она может укусить. Лучше просто брось в нее заклинанием.

И то верно, блин, я бы их точно покусала. А еще побила бы. Может, с этого и стоило начать.

Колдун сорвал с пояса узкий металлический талисман.

– Ori decidas in…

Умный человек бросился бы наутек. Или увернулся. Или хоть пригнулся.

А я… я кинулась на него и ухватила за запястье. От неожиданности он вытаращил глаза, но, начав заклинание, уже не мог остановиться. Я дернула его за руку, направив артефакт на второго бандита.

– …astris.

Воздух задрожал, незадачливый сообщник колдуна повалился навзничь, а его тело заблестело, как будто он окунулся в ванну с блестками. Ух ты. Миленько.

– Ты… – заорал колдун.

Я, недолго думая, дала ему по носу. Его голова откинулась назад, изо рта вырвался болезненный стон. Вот так-то, знай наших! А еще – ай! Бедные мои костяшки.

Оттолкнув меня, он выдернул из связки еще один артефакт.

– Impello!

Я отклонилась, но невидимое заклинание задело мое плечо, так что меня закрутило. Удар и громкий металлический скрежет – похоже, большая часть магической силы миновала мое хрупкое тело и врезалась во что-то еще. Не удержавшись на ногах, я приземлилась на задницу, лязгнув зубами и чуть не откусив себе язык.

– Ori… – снова завел колдун.

Откинувшись назад, я ногой заехала ему в пах. Взвыв, он отодвинулся, но не перестал совать в меня артефактом.

– Ori… – прохрипел он.

Рука в перчатке зажала ему рот.

Появившийся ниоткуда Зак подтянул колдуна к себе и с силой впечатал его в ближайшую колонну. Злодей рухнул на землю, по бетону загрохотал неиспользованный артефакт.

– Ты не ударилась? – спросил меня Зак.

Я хотела ответить, что нет, но не смогла издать ни звука, только беспомощно указала на свой рот.

– Заклинание-заглушка? – догадался он и махнул рукой. – Пройдет через пару минут.

Не мог он хотя бы сделать вид, что беспокоится? Я же осталась без голоса! Это ужасно!

Следы побоища на улице впечатляли: две перевернутые машины, несколько дымящихся воронок и три разбитых уличных фонаря. Злодеев нигде не было видно, и я предположила, что друид и электромаг успешно всех разогнали. Зак, как всегда, выглядел невредимым, если не считать больших желтых пятен на спине.

Вскоре к нам присоединился Кай, его перемазанная зельем куртка была перекинута через руку, а на землю капала желтая слизь.

– Ты в порядке, Тори?

Я кивнула. Безмолвно.

– Нам надо убраться отсюда до того, как… оу.

Увидев его остолбеневшее лицо, я проследила за его взглядом. Его пижонский черный мотоцикл валялся на боку. Ах да. Тот металлический скрежет. Бедный байк…

С болезненным, опустошенным взглядом, как у осиротевшего отца, Кай поднял то, что осталось от мотоцикла. Мы с Заком ждали на почтительном расстоянии. Под колесами блестела кровавая лужа, а в воздухе ощущался запах бензина. Наша первая потеря.

Кай горестно вздохнул.

– Бензобак пробит.

Это… означало, что мы не поедем на нем домой. Я осторожно прочистила горло – из горла вырвался настоящий звук. Я снова могу говорить!

Подавив желание издать радостный клич, я с траурным видом прошептала:

– Мне очень жаль, Кай. Ты же сможешь его починить, а?

Капюшон Зака обратился ко мне.

– Твой голос вернулся.

– Хоть бы не показывал, что так разочарован. – Я ткнула его в плечо. – Ты сюда приехал? Можешь нас подбросить?

Его вздох был таким же болезненным, как и у Кая.

– Хорошо.

– Спасибо. Ты лучше всех.

– А мне казалось, я дерьмовый друг? Ты уж определись. – Он посмотрел на улицу. – Тащи сюда мотоцикл. Ты же не хочешь бросить его здесь.

Друид, смертная, маг и мотоцикл, все грязные и помятые, вышли на тротуар, оставляя за собой ужасный след красной жидкости. Мы шли в странной тишине, минуя бесконечные ряды сверкающих БМВ и «мерседесов».

Через какой-то вонючий проулок Зак вывел нас к парковке на тихой улочке с односторонним движением. Сунув руку в карман плаща, он вытащил связку ключей. Запищал брелок, и в ответ вспыхнула пара задних фонарей.

Замерев на месте, я посмотрела на машину, на друида и снова на машину.

– Это твоя машина? Вот это?

Он продолжал шагать.

– Что тебе не нравится?

Я ткнула пальцем, как будто он сам не видел. Над всеми окрестными автомобилями возвышался пикап на огромных, как у вездехода, колесах. Протекторы с глубоко прорезанным рисунком, казалось, жаждали расплющить соседние, более слабые машинки. Темно-синяя краска вокруг колесных арок была заляпана грязью.

– Но это же грузовик. – Я бросилась догонять Зака, Кай плелся сзади со своим байком. – Я думала, ты водишь «Тойоту Приус» или что-то в этом роде. Ну, знаешь, такое чудище, не выделяющее выхлопных газов.

– У меня дизель, а не бензин. – Зак откинул задний борт кузова. – Тори, подумай, где я живу.

Я прикрыла глаза и представила себе долину в горах.

– Готово.

– А теперь представь, как проехать там на машине. Зимой.

Я еще сильнее зажмурилась, а потом открыла глаза, признавая поражение.

– Ну да. В грузовике есть смысл.

Зак забрался в кузов, и вместе с Каем они не без труда затащили туда мотоцикл. Зак положил байк на бок, открыл металлический ящик за кабиной и вытащил ремни, чтобы привязать его.

– Все это выглядит до странности нормальным, – сказала я, ни к кому не обращаясь, пока он возился, – и в то же время совершенно ненормальным.

Кай тряхнул головой и зашвырнул свою испачканную зельем куртку в кузов – она приземлилась рядом с байком.

Спрыгнув на землю, Зак поднял борт, потом протянул мне тряпку.

– Сотри, пожалуйста, эту дрянь у меня со спины.

Взяв тряпку, я встала позади него и принялась оттирать зелье, уже присохшее к черной коже.

– Может, просто снимешь плащ? – предложила я, зная, что он никогда этого не сделает. – Или под ним спрятаны все твои страшные зелья?

Второй рукой я провела по чистому участку плаща в надежде, что смогу прощупать под ним его пояс с пробирками.

– Я знаю, Тори, что тебе нравится моя задница, но не могла бы ты держать себя в руках?

Залившись краской, я задохнулась и некоторое время не решалась поднять глаза на Кая.

– Просто эта желтая дрянь размазывается, а я не хочу, чтобы она попала мне на руки.

– Отлично. Брось тряпку в кузов.

Перебросив тряпку через борт грузовика, я услышала звук расстегивающейся молнии и обернулась. Зак откинул капюшон и сбросил кожаный плащ. Я тихо ахнула. Свет уличного фонаря выгодно оттенял его картинное, непозволительно красивое лицо.

Неестественно яркие изумрудные глаза с вызовом уставились на стоявшего с отвисшей челюстью Кая, как бы провоцируя того на высказывание. Атмосфера была до того напряженной, что я едва дышала. Но Каю хватило благоразумия промолчать.

Зак небрежно уложил плащ в коробку, снял перчатки. Я с интересом рассмотрела одежду, до сих пор скрытую плащом. К моему удивлению, сегодня на нем был другой пояс. Широкий, кожаный, он плотно облегал бедра, а сзади, на пояснице имелись прорези для шести пробирок. Я поджала губы. Задница у него и впрямь что надо.

Четыре необработанных кристалла на шнурках свисали на обтянутую темной футболкой грудь. Мускулистые руки украшены татуировками в виде перьев, которые спускались с плеч, а на внутренней стороне предплечий нанесены круги, каждый из которых был заполнен красочной руной – дары силы от его знакомых фейри. Месяц назад один круг был пуст, а теперь…

Я ткнула пальцем.

– У тебя новая руна.

– Садись в грузовик, Тори. – Он обошел кабину, сел на водительское место и захлопнул дверцу.

Скорчив рожу, я взглянула на Кая, а когда увидела его застывшую физиономию, мне даже полегчало немного. Не я одна впадаю в ступор при виде лица Зака. Хотя, если честно, Кай, вероятно, переживал по другому поводу.

– Жуткие глаза у него, правда? – насмешливо прошептала я.

– Тори… – Феноменальное умение сосредоточиться помогло Каю преодолеть шок. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но явно передумал. – Поехали.

Он открыл пассажирскую дверь, и я с трудом вскарабкалась внутрь – у этого грузовика не оказалось подножки. Кабина была просторной, но заднего сиденья в ней не было, только одна длинная скамья. Я втиснулась в середину, а Кай сел рядом и закрыл дверь.

Зак вставил ключ в замок зажигания.

– Пристегнитесь.

Я закатила глаза.

– Боишься, что тебя оштрафуют за нарушение правил дорожного движения?

– Не хочу, чтобы твоя тупая голова пробила мне лобовое стекло. Куда ехать?

Назвав адрес Аарона, я нащупала свой ремень безопасности. Сиденье было бы удобным для двух крупных мужиков, но нам троим было тесно. Мотор заурчал, и я отодвинулась к Каю, чтобы быть как можно дальше от локтя Зака, пока тот выводил свой чудовищный грузовик на дорогу.

Снова неловкая пауза. Я кусала губу, борясь с желанием заговорить. Не стану спрашивать. Еще рано. Не здесь. Нужно подождать. Нужно… быть… терпеливой.

– Так у тебя есть невеста? – выпалила я.

– Тори, – предостерегающе прорычал Кай.

– Извини. Я просто не могла долго держать это в себе. – Я сцепила пальцы. – Пожалуйста, расскажи, а то я умру от любопытства.

– Смерть от неуемного любопытства, – пробормотал Зак, тормозя на красный свет.

– Не лезь, – огрызнулась я и снова повернулась к Каю. – Как ты можешь встречаться с таким количеством женщин, если помолвлен? И как ты можешь быть помолвлен, если не разговаривал с ней годами?

Скрестив руки на груди, Кай хранил молчание. Я застонала.

– Брак по сговору, – как ни в чем не бывало сказал Зак. – Обычная практика в этом семействе.

– Ты-то откуда знаешь?

Он ухмыльнулся.

– Несколько лет назад мне предложили руку некой Фуми Ямада, если я присоединюсь к их гильдии и перестану с ними конкурировать. Девица была прекрасна, но мне пришлось отказаться.

– Гм. – Я посмотрела на Кая. – У тебя было так же?

Целую минуту он просидел не шелохнувшись, а потом коротко кивнул.

– Нас сговорили при рождении. Я ушел из семьи семь лет назад, но помолвка до сих пор в силе.

– Но… на самом деле ты не собирался жениться?..

– Нет. Никогда. – На его скулах выступили желваки, и, клянусь, я слышала, как скрипнули его зубы. – Но пока она не выйдет замуж за кого-то другого, формально я помолвлен.

Помолвлен. Кай, который встречался с бесконечным множеством красоток, но так и не завел ни с одной глубоких отношений – просто считал себя не вправе этого делать. У меня в голове не укладывалось, как помолвка, устроенная семьей, из которой он ушел много лет назад, могла повлиять на его романтические решения в настоящем, но, по всей видимости, именно эта его невеста служила причиной того, что он никогда ни с кем серьезно не встречался.

Хотя – ведь тогда он мог бы просто ни с кем не встречаться, как Эзра? Эта мысль меня смутила. Что это было – попытки развлечься? Способ показать семье большой кукиш? Легкий секс? Кто его знает – но не могла же я начать выяснять это в присутствии Зака. Какое-то понятие о границах у меня все же было.

Я с глуповатым видом захлопала в ладоши.

– Это похоже на дорожное приключение! Давайте остановимся у кафе «на ходу».

– Ты с ума сошла? – осведомился Зак.

– Может, и так. Ты когда-нибудь уставал настолько, что в глазах темно?

Он сжал свой идеальный рот в ровную линию.

– Зелье у меня в сумке за сиденьем. Я вытащу его, как только остановимся.

– Что ты ей давал? – настороженно спросил Кай.

– Магическое буферное зелье, предназначенное для блокировки магии фейри, и зелье жизненной силы, измененное под человека. Возможно, мне нужно еще подрегулировать его мощность. Верховный фейри выжигает ее.

– Ты все же алхимик, – пробормотал Кай. – Мы не были уверены.

– Он лучший алхимик на Западном побережье.

У меня заплетается язык? Когда они оба посмотрели на меня, я подумала, что дело в этом. И ткнула Зака в руку.

– Смотри на дорогу.

– Буду откровенен, Кай, – сказал Зак, снова сосредоточившись на дороге. – Она не продержится долго. И никто не смог бы. Предполагаю, что не была проведена та часть ритуала, которая защищает носителя связи. В другом случае колдун из «Красного Рома» уже тоже был бы мертвецом.

Кай переварил это молча.

– Останови здесь.

Зак подъехал к дому Аарона и безукоризненно припарковался между двумя седанами. Не буду завидовать. Ни за что.

Кай перегнулся через меня и внимательно вгляделся в друида.

– Тори может прислать тебе копии ритуала, но я думаю, что для вас будет эффективнее изучить сам гримуар. – Долгая пауза. – Предлагаю зайти в дом.

– Ух ты, – выдохнула я. – Ты только что пригласил большого гадкого Призрака в свой дом.

– Чтобы твои друзья-маги атаковали меня из засады? – сказал Зак, не обращая внимания на мой лепет. Он оперся локтем на руль. – Я воздержусь.

– Подожди, я это улажу. – Мрачный взгляд Кая метнулся ко мне. – Нельзя терять время. Если я чему-то и научился у своей семьи, так это тому, что враги могут стать лучшими союзниками, когда совпадает цель.

– Но только до тех пор, пока цель не будет достигнута. – Зак поскреб затылок. – Увидеть оригинал гримуара было бы полезнее.

Кай кивнул. Я молча таращила глаза, не в силах поверить тому, что вижу.

– Но не впадай в ошибку, думая, что я не смогу защититься от магов, – предупредил Зак. – Вы не можете видеть моих фамильяров, но они отлично видят вас.

– Буду иметь это в виду. – Кай распахнул дверь и выскочил из кабины.

Зак хмуро посмотрел на меня, потом открыл дверь и тоже выпрыгнул.

Я долго сидела в грузовике одна, тупо моргая на светящиеся окна Аарона. Потом заставила себя зашевелиться и извлечь свою измученную задницу из грузовика.

Мои маги и самая страшная моя тайна вот-вот столкнутся – и я знала, что это может плохо кончиться.

Глава 18

Я сказала «плохо»? Лучше было бы сказать великолепно.

С одной стороны гостиной – Зак с его божественным лицом, сверхъестественными зелеными глазами и коротко стриженными черными волосами, контрастирующими со светлой кожей. Рядом с ним Кай, тоже поразительно красивый, с глазами черными, как ад, и в крутейших байкерских штанах.

Напротив них Аарон с взлохмаченной медно-рыжей шевелюрой, красноватой щетиной на подбородке и сверкающими ярко-голубыми глазами. Эзра бок о бок с ним, в боевой стойке, поношенные джинсы обтягивают сильные ноги, каштановые кудри падают на его разные глаза.

Ну а я прислонилась к стене на полпути между ними, часто дыша и стараясь, чтобы это не слишком бросалось в глаза.

Интересно, можно ли считать это нормальной реакцией на столь напряженную ситуацию, которая в любой момент грозила перерасти в драку? Вряд ли. Но не забывайте, я была не в себе от усталости, а такое количество клевых представителей мужского пола в одной комнате – это было для меня слишком. Мой бедный одуревший мозг отказывался фокусироваться на чем-то другом.

– Итак, – осторожно сказал Кай, только что кратко объяснивший друзьям, что Зак помогает мне, – мы договорились, что постараемся ладить до тех пор, пока Тори не будет в безопасности.

О да, да. Хочу, чтобы они поладили и были умниками. Муррр.

Осознав направление своих мыслей, я мысленно отвесила себе оплеуху и сосредоточилась на надвигающейся угрозе стычки. На шее у Зака засветился кристалл. Я не заметила, как он произносил заклинание, но, стало быть, решил не рисковать. Поблизости, вероятно, скрывались его варги, невидимые для всех нас, не одаренных магией Спириталис.

– Я не потерплю в своем доме темного дельца, этого поганого изгоя, – презрительно крикнул, как выплюнул, Аарон.

– Меня же ты терпишь, – возразил Кай.

– Ты отказался от этого много лет назад. Это абсолютно другое.

– Зак не такой уж ужасный, – мечтательно сказала я, разглядывая глаза Аарона – когда он злился, они вспыхивали горячим голубым пламенем. – Он убивает только плохих людей.

Все их взгляды устремились ко мне, причем Зак, похоже, был не на шутку разъярен, но я не понимала почему.

– Он лжец, Тори. Не верь ничему, что он тебе напоет, – скривил губы Аарон. – Я удивлен, что ты купился на его игры, Кай.

– У тебя был хоть один повод считать меня легковерным? – рявкнул Кай. – Включи свой мозг, Аарон. Здесь стоит эксперт по темным искусствам и магии фейри, который предлагает спасти Тори. Он может прочитать гримуар.

Аарон оскалил зубы.

– Он скорее украдет его, чем…

– Забудь ты о своем эго – дело в Тори. Посмотри на нее! У нее уже практически начинается бред. Связь с фейри убивает ее.

Все снова посмотрели на меня.

Я нерешительно улыбнулась.

– Приветик.

Аарон переместил свой вес с ноги на ногу.

– Нет. Это слишком рискованно. Мы нашли гримуар, найдем и того, кому доверим его прочитать.

– Ты идиот, – отрезал Зак.

– А ты пожалеешь, что когда-либо поднял руку на Тори, – проревел Аарон. – Теперь мы видели твое лицо и знаем твою магию, и нам известно твое имя, так что твоя встреча с ОМП не за горами.

Медленная, свирепая улыбка изогнула губы Зака.

– Думаю, ты сохранишь мои тайны, Синклер.

– На кой ляд мне это делать?

Это выражение в глазах Зака было мне знакомо. Тот же безжалостный арктический гнев наполнил его, когда я рассказала, что работаю в гильдии, – за секунды до того, как он ударил меня заклинаниями.

Сейчас его зловещий леденящий взгляд задержался на Эзре.

– Вы сохраните мои секреты… а я сохраню ваши.

Тишина… потом Кай отошел от Зака. Перестановка. Смена союзников. Только что было двое против двоих, и вот уже трое против одного.

– Что? – Зак чуть приподнял руки, расслабил их, готовясь к атаке. – Предпочитаете меня убить?

Кратковременное перемирие закончилось. Вот-вот начнется бой.

– Стойте! – завопила я, и все четверо подпрыгнули. Размахивая руками, я отклеилась от стены. – Не деритесь, не надо драться! Все хорошо! Мы просто… мы же можем все поклясться страшной супермагической клятвой, да? Тогда все тайны будут в безопасности.

– Поклясться чем? – спросил Кай.

– Магической клятвой, – растерянно лопотала я, все еще размахивая руками, словно слабый ветерок, производимый моими руками, мог разделить их и не допустить стычки. – Как та, которой он заставил меня поклясться, чтобы я ничего не рассказала о нем и его…

Я замолчала, забыв, что собиралась сказать. До моего затуманенного усталостью сознания дошло, что я только что уже сказала, – и меня охватила паника.

– Боже! – ахнула я и зажала рот ладонью. – Ой, нет-нет-нет, я не это имела в виду! Я этого не говорила!

Обезумев от страха, я повернулась к Заку, который глядел на меня с растущим ужасом.

– Зак, прости! Прости!

– Тори… – хрипло отозвался он.

Клятва запрещала мне даже упоминать о его существовании. А я только что выболтала все перед ребятами – и теперь должна умереть.

У меня подкосились ноги.

Я рухнула на пол, подвывая от ужаса.

– Зак, не дай мне умереть! Прости меня, прости!

Кай подскочил ко мне, обхватил обеими руками.

– Тори, да что случилось?

– Я умираю, – закричала я, паника была настолько сильной, что причиняла физическую боль, рвала мне сердце – или это действует не страх, а заклинание? Клятва меня уже убивает?

– Зак!

– Что ты с ней сделал? – взревел Аарон, в один прыжок оказавшись между мной и друидом.

– Я ничего не…

Я истерически рыдала, держась за ребра. Я не могла вздохнуть. Сердце выпрыгивало из груди.

– Я умираю, это все клятва, я нарушила ее, и она убивает меня, а я…

– Тори! – громовым голосом заревел Зак, перекрывая крики Аарона и мои вопли. – Клятва ненастоящая!

Мой пронзительный крик оборвался. Не дыша, я подняла на него заплаканные глаза. Он стоял в футе от Аарона, который преграждал ему путь.

– Клятва ненастоящая, – повторил он в наступившей тишине. – Я разыграл тебя, чтобы заставить держать рот на замке.

– Ты… разыграл?

– Да. – Он отступил от Аарона и скрестил на груди руки. – Такого заклинания не существует. Но ты поверила, что оно есть, и я подумал, что этого будет достаточно, чтобы заставить тебя молчать.

Я, как куль, осела на пол, рука Кая придержала меня за плечи.

– Разыграл?

Зак вздохнул.

– Вот почему я заставил тебя поклясться никому об этом не рассказывать. Любой маг сказал бы тебе, что это невозможно.

Я не могла пошевелиться. Голова шла кругом. Паническая атака прошла… но страх уступил место чему-то другому.

– Ну ты и ублюдок, – прошипел Аарон. – Запугивал ее фальшивым заклинанием?

– А какой у меня был выбор? – зарычал в ответ Зак. – Либо так, либо убить ее.

Аарон взвился.

– Ты чокнутый? Что за болезненная…

– Это была безобидная хитрость, которая позволила мне отпустить ее живой.

– Безобидная?

Я тупо смотрела в пространство. Хитрость. Он обманул меня.

Зак и Аарон рычали друг на друга, их голоса кружили вокруг меня. Недели страха и чувства вины, ночные кошмары, вечная боязнь сказать что-то не то и умереть – все это было хитростью?

Я отстранила Кая и, пошатываясь, встала на ноги. Зак и Аарон продолжали кричать, а когда я рванулась к ним, на руках Аарона вспыхнуло пламя. Руки Зака сжались, и магия фейри осветила руны на его запястьях.

Когда я, спотыкаясь, подбежала к ним, оба повернулись ко мне, но на этот раз я застала Зака врасплох.

На этот раз мой кулак врезался ему в челюсть.

Он пошатнулся, а я нанесла еще один удар. Зак отклонился в сторону, костяшки моих пальцев скользнули по его носу. Я упала вперед…

Аарон поймал меня и прижал мои руки к бокам. Зак, с широкими от удивления глазами, попятился, из разбитой губы сочилась кровь. Вырываясь из хватки Аарона, я выкрикивала оскорбления в адрес друида. Этого лживого, коварного, бессердечного сукина сына…

Мой визг был прерван грохотом раскалывающегося дерева.

Рядом со мной появился Кай и зажал мне рот.

– Тори, замолчи. Пожалуйста, молчи.

Но замолчать меня заставил настоящий страх в его голосе. Я обратила, наконец, внимание на другую часть комнаты.

У входа в столовую спиной к нам стоял Эзра. Он с силой ударил кулаком в дверной косяк – этот шум и прервал меня так внезапно. Рама раскололась и покоробилась, а кулак Эзры все еще торчал в древесине среди щепок.

Он не двигался, если не считать вздымающихся плеч и громкого тяжелого дыхания во внезапно наступившей тишине.

И тут я почувствовала, что в комнате жутко похолодало. Свет почти полностью померк. В ледяном воздухе белели облачка нашего дыхания.

Медленно и плавно Кай убрал руку от моего рта. Аарон вытащил меня из гостиной в прихожую. Осторожно повернув ручку, он бесшумно открыл дверь и вытолкнул меня наружу. Вечерний воздух казался по-летнему теплым в сравнении с гостиной.

Следом за мной вышли Аарон и Кай, а потом и Зак, бесшумно притворивший за собой дверь, будто точно знал, что нужно делать.

Тяжело опустившись на ступеньку, Аарон чуть слышно выругался.

– Что это с Эзрой? – прошептала я.

Кай прислонился к перилам крыльца и потер глаза.

– Громкие крики выводят его из себя.

– Вы двое играете с огнем, – заметил Зак, но в его словах не было ни силы, ни жара. Они прозвучали просто устало.

Кай опустил руку и внимательно взглянул на друида.

– И что ты теперь намерен делать?

– Ничего. Это не мое дело.

Аарон недоверчиво хмыкнул и помахал мне.

– Лучше сядь, Тори. У тебя такой вид, как будто сейчас упадешь.

Обернувшись на входную дверь, я села рядом с Аароном. Мне пришлось как следует собраться, прежде чем я смогла заговорить.

– Простите меня.

– Ты ни в чем не виновата. – Его выразительный взгляд остановился на некоем друиде, давая понять, кого он предпочитает винить.

Зак прислонился к стене рядом с дверью, по подбородку у него текла кровь из разбитой губы. Он даже не попытался притвориться виноватым.

– Если черная магическая клятва не настоящая, тогда что за ритуал ты провел? – спросила я. – И что ты заставил меня выпить?

Он дернул плечом.

– Зелье жизненной силы. Полезно для твоего здоровья.

Я уставилась на него. Так вот что напомнило мне зелье жизненной силы, которое он дал мне два дня назад. То зелье «черной магии» было точь-в-точь таким же сладким. Какая же я тупица. Положив голову на плечо Аарону, я закрыла глаза.

– Не желаю больше видеть твою дурацкую физиономию. Никогда.

– Тебе все же придется увидеть ее еще несколько раз, но я уйду навсегда – как только ты освободишься от фейри.

Это заставило меня снова открыть глаза.

– Что ты имеешь в виду?

Зак скрестил руки.

– Твои дружки-маги превратят мою жизнь в ад. Ты и впрямь думаешь, что теперь я смогу остаться здесь?

Справедливое замечание, но я больше не была связана воображаемой клятвой, а значит, уж как-то смогу повлиять на своих дружков-магов, чтобы они не превратили его жизнь в ад.

Я повернулась к Аарону.

– Я встречалась с его предполагаемыми жертвами. Зак не похищает подростков. Дети, которые хотят новой жизни, находят его сами, а он отвозит их в безопасное место, там обучает магии и отправляет в мир с новыми документами. Они все его обожают.

– Ты, должно быть, шутишь.

– Ничуть. Ну, то есть он, конечно, засранец, и да, он убил нескольких типов, но все они этого заслуживали. Мне кажется.

Зака передернуло.

– Вот почему, Тори, я заставил тебя дать эту клятву.

Я испепелила его взглядом и обратилась к Аарону:

– Ты можешь сохранить тайну Зака? Он защищает детей, попавших в беду. Он уничтожает большую часть артефактов черной магии, которые покупает. Да, он ужасный тип и аморальный изгой, но зато он наводит ужас на еще худших негодяев.

Аарон переводил взгляд с меня на Зака, потом опустил глаза.

– Не вопрос. Конечно.

– Тори, – мрачно сказал Зак. – Мне все равно, что он там наобещает. Я не могу рисковать. Помимо всего прочего, за мной охотятся прислужники Варвары, ты же знаешь. У меня нет другого выбора, кроме как скрыться.

– Если ты скроешься, – задумчиво заметил Кай, – они поймут, что ты уязвим. С такой репутацией, как у тебя, зачем так подставляться?

Выражение лица Зака стало совсем уж ледяным.

– Я забочусь о собственной шкуре.

Пожав плечами, Кай оттолкнулся от перил крыльца.

– Схожу проверю, как там Эзра.

Он скрылся в доме, а мы молча ждали.

Кай вернулся почти сразу.

– Он наверху. Можете возвращаться.

Следом за Аароном и Заком я вошла в дом и рухнула на диван. Волнами накатывала слабость, головокружительный всплеск энергии выдохся, сменившись вялостью и унынием.

Зак будет вынужден скрываться, и это, вероятно, моя вина. Эзра один наверху, непонятно в каком состоянии, и это, вероятно, тоже моя вина. Я, наверное, больше ни на что не способна, только все портить?

Прямо передо мной возникли обжигающе-зеленые глаза Зака. Он умылся, стер кровь с лица, а на рассеченной губе блестел бальзам. Сколько же я здесь провалялась, жалея себя?

– Пора пить микстуру, Тори.

Я взяла протянутую мне пробирку и выпила залпом, не глядя. В следующей врученной мне пробирке было пурпурное зелье жизненной силы. В рот хлынула приторная сладость – непостижимо, как можно было сразу не узнать этот вкус.

К нам присоединился Кай с тяжелым фолиантом под мышкой, и Зак последовал за ним в столовую. Сгорбившись, я сидела на диване, прислушиваясь к скрипу кожи, шелесту страниц и тихому звуку их голосов.

Подушки просели – это рядом со мной сел Аарон. Недолго думая, я подвинулась ближе и свернулась калачиком у его теплого бока, положив голову ему на грудь.

– Значит, ты меня не ненавидишь, – пробормотал он, гладя меня по волосам. – Я уже начал бояться, что раздражаю тебя.

Меня обожгло чувство вины.

– Нет, ничего подобного.

– Мгм. – Его рука переместилась на мое плечо, слегка массируя напряженные мышцы. – Есть кое-что, что мне действительно важно знать.

Встревоженная, я навострила уши.

– Что?

– Теперь, когда ты можешь говорить об этом, расскажи, как ты потеряла свою обувь?

У меня вырвался смешок, но я его быстро подавила. Так вот, оказывается, какая тайна столько времени не давала покоя Аарону: почему я оказалась в гильдии босой, расставшись со «злобным Призраком».

Я снова прижалась к нему.

– Развалилась из-за драконьей крови. Ты знал, что кровь у драконов едкая и ядовитая?

– Понятия не имел. Что это за история? Я умираю от желания узнать.

Я уже открыла рот, но, как следует поразмыслив, снова закрыла. Репутация Зака была важной частью его защиты. Аарон уже узнал, что Зак не похищает детей, и хватит. Не нужно посвящать его во все подробности, которые стали известны мне о скрытном друиде. Не то чтобы я не доверяла Аарону, просто… негоже раскрывать чужие тайны.

– Я прожила с другими подростками две недели, – просто сказала я. – Когда Варвара забрала Надин, я призналась, почему там оказалась. Зак заставил меня дать фальшивую клятву, а дракон отнес меня домой.

– Дракон?

– Эхо. Я знаю его под этим именем. – Я прикрыла глаза, наслаждаясь, пока его сильные пальцы медленно разминали напряженные мышцы моего плеча. – В субботу, после того как ты отвез меня домой, я позвонила Заку. Прости, что пришлось тебе соврать.

– У тебя не было выбора. – Его рука переместилась на мою шею и запуталась в моих волосах. – В последние несколько дней тебе много пришлось пережить, сплошной стресс.

Я подавила желание поднять голову, чтобы посмотреть на сломанную дверную раму. На данный момент мой собственный уровень стресса не так уж меня беспокоил.

– С Эзрой все обойдется? – шепотом спросила я.

– Ему просто нужно время, чтобы остыть. – Аарон сочувственно вздохнул. – Эта ситуация не очень хорошо на него повлияла. Я бы должен был отправить его на улицу, но я боялся, что он понадобится нам против Призрака.

– Зака.

– Ммм?

– Он терпеть не может, когда его называют Призраком. – заметив, что Аарон ухмыляется, я злобно сузила глаза. – Не называй его так, не надо вредничать. Не суди парня строго.

– Почему? Почему я должен давать ему поблажки?

– Потому что он бросил все и бросился мне на помощь, а сам, между прочим, по уши в проблемах.

Возмущение во взгляде Аарона исчезло, между бровями обозначилась задумчивая складка.

Из соседней комнаты вышли Кай и Зак, гримуар был под мышкой у друида. Он с хозяйским видом сел рядом со мной на диван и открыл книгу на странице, испещренной круговыми диаграммами, символами и мелким рукописным текстом.

– Вот ритуал, который они использовали, – сообщил он без предисловий, затем перелистнул несколько страниц. – А вот вариант передачи привязки фейри. Он объясняет, почему «Красный Ром» за тобой гоняется. Ритуал передачи привязки намного проще, чем порабощение фейри. Думаю, мне удастся его изменить так, чтобы разорвать вашу связь. Но для этого нам все равно потребуется артефакт, созданный фейри.

– Значит, – я выпрямилась, чтобы получше рассмотреть гримуар, – нам нужно призвать Крысу.

– Что-что? – не понял Аарон.

– Крыса. Он тот фейри, про которого Зак расспрашивал того типа, Манчини. Ллирле – как там его, ну, словом, верховный фейри – рассказал нам о нем. Сказал, что тот продает артефакты людям и что другие фейри его ненавидят. – Я скривилась и обратилась к Заку: – Ты сможешь купить у него штуковину, которая нам нужна?

– Уверен, что в моей коллекции кое-что найдется, что его заинтересует. Мне известны всевозможные варианты призыва крови, так что могу использовать один из них, чтобы призвать его на расстоянии. – Закрыв книгу, Зак посмотрел на Аарона и Кая. – Вызывать неизвестного темного фейри рискованно. У меня было бы преимущество на своей земле, там меня поддерживают местные фейри, но если я буду призывать Крысу в другом месте, мне потребуется ваша поддержка.

– Предположим, мы поможем, но где ты собираешься это сделать? – спросил Кай.

– Стэнли-парк. Это вотчина нашего верховного фейри. Получив от Крысы артефакт, мы сможем немедленно начать ритуал, чтобы снять привязку с Тори и освободить ее.

– Давайте так и сделаем, – решил Кай. – А призыватели для ритуала будут нужны? У «Красного Рома» их было четверо, да еще колдун.

– Я сам призыватель. Такая помощь мне не нужна.

– Ты алхимик и друид, – сердито сказала я. – А теперь еще и призыватель? Не многовато ли?

– Почему нет?

– Потому что ты тянешь одеяло на себя – присвоил все магические штучки. А посмотри на меня! У меня вот совсем нет магии.

Я надеялась, что это прозвучит как легкая шутка, но, судя по тому, как отвели взгляд Аарон и Кай, вышло завистливо и тоскливо.

Зак сердито издал какой-то горловой звук. Противный он типчик все-таки.

– У тебя есть пиковая дама, – сказал он. – И заклинания, которые ты у меня стащила.

– Я стащила? Да ты практически сам мне их отдал. – Я скрестила руки. – Кроме того, наличие пары артефактов не делает меня магом.

– Разве? Магия – это инструмент. А достался он тебе по наследству, куплен или украден – не все ли равно.

Я скривилась.

– У магов своя магия.

Он мотнул головой, как будто раздраженный моей непонятливостью, и встал с дивана.

– Мне нужно…

– Погоди. – Я дернула его, приглашая снова сесть. – Сначала я хочу кое-что тебе показать.

– Что?

– Э-э-э… – Оглядевшись, я обнаружила свою сумку на кофейном столике. Она валялась там с тех пор, как мы с Каем ушли в галерею. Подтянув ее к себе, я сунула руку внутрь. Пальцы сразу наткнулись на гладкую теплую сферу. Так и есть, вернулась.

Я вынула сферу-фейри и протянула Заку. Передав гримуар Каю, он взял шар обеими руками и нежно погладил его ребристую поверхность. Выражение его лица смягчилось, взгляд затуманился. Он поднес его к лицу, тихо что-то напевая. Таким открытым и добродушным я видела его, только когда он работал со своими лошадьми.

Шар дернулся и вдруг развернулся одним плавным движением. Внезапно в руках у Зака оказался фейри. Серебристо-голубое существо экстатически потерлось щекой о его лицо, покачивая ярко-розовыми усиками. Его непропорционально длинный хвост лежал у друида на коленях, а маленькие крылышки трепетали, то раскрываясь, то закрываясь.

Зак погладил его гладкую шею, затем посмотрел на меня влажными глазами.

– Она проснулась.

– Я заметила, – сухо отреагировала я, ошеломленно наблюдая за существом, которое извивалось всем телом, словно кошка в зарослях кошачьей мяты. Я уже слышала, что фейри тянутся к друидам – как стервятники к трупу, по поэтичному выражению Кавери, – но впервые видела это воочию.

– Она за мной следила.

– Хм. – Зак снова сосредоточился на существе. – Ее разбудила сила повелителя фейри, но твой запах и голос она запомнила еще раньше. Ты ей очень понравилась.

– Ты можешь с ней разговаривать?

– Конечно. – Он наклонил голову. – Правда, она не очень хорошо знает человеческий язык и не очень хорошо тебя понимает.

– Кто она? Как ее зовут?

– Она сильфа – дух воздуха. Ее имя… хм, это не выговорить. Оно означает звезды… звездную ночь… звездный свет? Что-то в этом роде. – Зак поднялся на ноги, и фейри скользнула ему на плечи. Он прислушался. – Она хочет остаться с тобой.

– Со мной?

– Ты ей полюбилась.

Развернув свои кольца, фейри плавно соскользнула с Зака и устроилась у меня на коленях. Ее огромные розовые глаза смотрели на меня.

– Ого, – я нерешительно коснулась ее гладкой шеи. – нянчиться со спящим шаром – без проблем, но я не очень представляю, как заботиться о сильфе.

– Тебе и не нужно о ней заботиться. Ей просто нужен друг. – Он потянулся, хрустнув шеей. – Ну что, я пошел? У меня много работы.

– Зак, почему ты отдал ее мне?

Он пожал плечами.

– Чувствовал, что ей нужно безопасное и тихое место на несколько месяцев, чтобы отдохнуть и восстановиться – где-нибудь подальше от меня. Ты вполне подошла.

– Подошла, – буркнула я. Свернувшись калачиком у меня на коленях, сильфа моргнула, глядя на меня.

– Что за тон? – Зак выгнул бровь. – Ты разочарована?

Я презрительно фыркнула.

Зак повернулся к Каю.

– Завтра вечером в Стэнли-парке, ровно в девять.

– Мы будем, – кивнув, Кай направился ко входу. – Я помогу вытащить мой байк из грузовика.

Они исчезли за дверью, и та с лязгом захлопнулась. Я смотрела на странное существо у себя на коленях, странную смесь геккона, насекомого и еще чего-то, совершенно неопределимого. Она с любопытством обнюхала мою рубашку и свернулась, спрятав голову под свои кольца. Все ее тело снова сжалось в тугой шарик.

Зак подсунул мне фейри ради своего удобства, не более того. А то, что сильфа проснулась, пока я ухаживала за ней, было случайностью, и только.

Вообще все было сплошной случайностью.

Я все время искала какие-то объяснения – причину того, почему я стала частью этого мира, а выходит, все это, с самого начала до конца, просто случай и слепая удача. Слепая удача, что я наткнулась на распечатку со списками вакансий гильдии. Слепая удача, что мне хватило упрямства преодолеть защиту на двери «Ворона и Молота». И просто случай, что они так сильно нуждались в бармене, что взяли на работу смертного человека.

Человек – вот кем я была всю свою жизнь. В моих жилах никогда не было ни капли волшебной крови. Никакого таинственного наследия, тайной судьбы, скрытой силы. Я была простой смертной, которая пробила себе дорогу в магический мир исключительно силой своего желания.

Я перевела взгляд с шарика-фейри на Аарона, который наблюдал в окно за Каем и Заком. Не имея собственной магии, я все же продвинулась достаточно далеко. Да, я не маг, но, возможно, мне и не нужно им быть. Все, что от меня требуется, это упрямо, изо всех сил цепляться за эту жизнь.

Глава 19

Самый раздражающий в мире звук: от клейкой ленты, которой заклеено разбитое окно машины. Когда упомянутая машина едет, лента хлопает, дребезжит, шелестит – и это просто бррр. Я зажала руками уши и стиснула зубы.

Так что, возможно, этим вечером я была немного раздражена. Самую малость.

Кай и Эзра на заднем сиденье машины Аарона молчали, наверное, потому, что не могли думать из-за проклятого шума. Что ж она так хлопает-то, эта лента? Наверное, Аарон плохо ее прилепил.

Аарон вырулил со Стэнли-Парк-Козуэй на узкую дорогу, ведущую к парковке. Выехав из-за деревьев, мы увидели, что участок выглядит не таким безлюдным и заброшенным, как в прошлый раз. Вокруг виднелись незнакомые машины, рядом с одной из них мужчина с женщиной в одежде для бега пили воду из пластиковых бутылок.

Аарон доехал до дальнего конца стоянки и остановился рядом с огромным синим грузовиком. Его водитель – он стоял, прислонившись к заднему борту, – сердито зыркнул на нас. Похоже, не одна я здесь была раздражительная.

Мы вылезли, и, пока Аарон что-то доставал из багажника, я направилась к грузовику.

– Вы опоздали! – рявкнул Зак.

– На пять минут. Хватит ныть. – Я подбоченилась. – У тебя… все готово?

– Конечно. А у вас?

– Ребята должны подготовиться.

На противоположной стороне стоянки мистер и миссис Спортивная Семья, напившись, сели в свою машину. Заурчал мотор, машина дала задний ход. Как только ее задние фонари исчезли за поворотом, Аарон вытащил из багажника свой меч и перевязь.

Они с Каем и Эзрой не просто принесли оружие, они пошли дальше. На них были кожаные штаны, похожие на мотоциклетную броню, и тяжелые ботинки. Безрукавка на Аароне была из блестящей огнестойкой ткани, а Кай надел черную рубашку с длинными рукавами, из тонкой кожи. Торс Эзры обтягивала футболка, но под ней угадывалось еще что-то – наверное, броня. Длинные перчатки без пальцев, доходившие ему до бицепсов, уж точно были бронированы, на костяшках пальцев и локтях блестели серебряные пластины.

Зак по этому случаю тоже принарядился во что-то похожее, а вот плащ с капюшоном где-то оставил. Наверно, решил, что он слишком громоздкий.

Что касается меня, то я был одета в плотные джинсы, походные ботинки и кожаную куртку-бомбер. Из всех моих вещей этот набор больше всего напоминал «боевой прикид крутого мага».

Все три мои магических артефакта были рассованы по карманам, а из прочих вещей с собой у меня был только мобильник.

Пока ребята навешивали на себя оружие, воздух замерцал, и появилась сильфа. Ткнулась носом в шею Зака, затем спланировала мне за спину и сцепила маленькие передние лапки вокруг воротника моей куртки. За утро я уже успела заметить, что ей нравится, чтобы ее таскали на себе, как маленького ребенка.

– Она говорит, что ты выбрала для нее имя, – заметил Зак, откидывая задний борт своего грузовика. Там обнаружилась спортивная сумка и его собственное снаряжение, сложенное стопкой.

– Да, мы назвали ее Хоши. В переводе с японского это означает «звезда». – Я погладила сильфу по носу. – Ей нравится?

– Да, она довольна. – Зак застегнул на талии ремень с алхимическими пробирками и занялся набором из трех длинных ножей. Привязывая их к бедру, он задумался. – Если она остается с тобой, у вас должна быть возможность общаться.

– Ты же сказал, что она не разговаривает.

– Так и есть. Она общается не словами, а с помощью образов и некоторых звуков. – Друид повернулся к кузову грузовика. – Снимай куртку.

Я уже собралась было сбросить куртку, когда вдруг с удивлением осознала, что восприняла категоричную команду Зака как должное. Блин, и куда только девалась моя чувствительность к его властному тону.

Свечение рун, покрывающих мое тело, отражалось от блестящего грузовика. Я повесила куртку на борт.

Пошарив в кармане своей спортивной сумки, Зак повернулся ко мне с тонкой черной ручкой. Постойте, это же не ручка.

– Это что – карандаш для глаз?!

– Это отличный водостойкий карандаш для глаз, и он не размазывается. – Чуть приподняв подол своей рубашки, Зак продемонстрировал мне нижнюю часть остроконечного, заполненного рунами треугольника, нарисованного на боку. – Лучший инструмент для рисования на коже.

– Буду иметь в виду.

Держа меня за левый локоть, он зубами снял с карандаша колпачок. Хоши парила рядом с ним, не сводя с нас любопытных пурпурных глаз.

– Может, он таким родился… – прошептала я, когда он потянулся к моей руке.

– Да, очень весело. Ха-ха.

Подошел Аарон, поправляя перевязь на груди. Обернутая кожей рукоять Шарпи, его самого большого меча, торчала над плечом.

– Что делаешь?

Зак быстро нарисовал на моем плече круг, заполнил центр извилистой и угловатой руной, добавил расходящиеся линии и еще руны. Когда он закрыл карандаш колпачком, Хоши вытянула свою миниатюрную мордочку и коснулась самого центрального символа.

По моей руке прокатилась теплая волна.

– Вау! Что это было?

– Теперь ты можешь общаться с ней. Хотя, думаю, сначала придется потренироваться. – Он засунул подводку обратно в сумку. – Мы или вы готовы?

Аарон уже захлопнул багажник, а остальные двое надели оружие. Кай носил на бедре два меча – длинную катану в черных ножнах и другой, покороче. Но обычно он полагался на маленькие метательные ножи. За последние несколько месяцев я ни разу не видела, чтобы он обнажал свои мечи.

Полюбовавшись своей разрисованной рукой, я снова натянула куртку.

– Парни, мы готовы?

– Нет, – отозвался Аарон. – Мы ждем сестер О’Коннер. Я позвонил им вчера, чтобы сообщить новости, и они настояли на том, чтобы присутствовать.

– Это проблема? – повернулась я к Заку.

Он пожал плечами.

– Если только никто не станет звать меня при них Призраком, они не узнают, кто я такой.

Томительно тянулись минуты, а мы все ждали. Наконец, в четверть девятого на стоянку въехал знакомый синий седан и остановился за несколько парковочных мест от нас. Из машины вылезла Оливия – волосы небрежно собраны в хвост, под глазами мешки, на щеке зеленоватый синяк – моя работа. Поправив брюки цвета хаки, она едва взглянула на Зака.

– Извините, что опоздала, – пробормотала она.

Я нахмурился.

– А где Одетта?

– Ей нездоровится. Она осталась дома.

– А ты нормально себя чувствуешь?

– Я, возможно, тоже заболеваю. – Она сжала виски, как будто показывая, что у нее болит голова. – Мы можем поторопиться?

Ну ничего себе! Если барышня не в духе, сидела бы лучше дома.

Зак забрался в грузовик и вытащил свою спортивную сумку, а следом извлек небольшую переноску для домашних животных – из нее раздались какие-то пронзительные звуки.

– Э… это что? – спросила я, насторожившись.

Он поднял задний борт.

– Курица.

– А курица-то зачем?

Не отвечая, он быстро зашагал через стоянку. Я кинулась догонять его, три мага шли следом, Оливия замыкала процессию. Хоши исчезла, но я решила, что она где-то рядом.

– Зак! Курица. Объясни.

– А ты что, уже забыла? Наш план требует призыва на крови.

Мы вышли на темную тропу, вьющуюся между деревьями.

– Кровь… – Меня буквально замутило. – Скажи, что ты не задумал того, о чем я подумала.

– Это черная магия, Тори. Обойтись без этого невозможно. Но…

– Но?

– Но из курицы получится вкусное жаркое.

Я сглотнула, пытаясь унять свой рвущийся наружу желудок. Все правильно. Зак живет на ферме, и он очень практичный. Так или иначе, эта курица все равно стала бы чьим-то ужином, а он решил совместить приятное с полезным.

По пологой дорожке мы спустились к берегу. Зак осмотрелся и выбрал место в лесу подальше от троп, но достаточно близко к океану, чтобы слышать шум прибоя. Под светом почти полной луны он немного расчистил поляну от палой листвы, после чего расстегнул молнию на своей спортивной сумке.

Держась на почтительном расстоянии, я смотрела, как он откупоривает большую винную бутылку и вставляет в горлышко мундштук. Он перевернул бутылку, и вместо вина из нее тонкой струйкой полилась вязкая серебристая жидкость. Этой жидкостью Зак нарисовал идеальный круг футов трех в диаметре, затем обозначил линии и руны. И никакой гримуар не понадобился.

– Кто этот маг? – шепотом спросила Оливия у Кая. – Он колдун или… о, госпожа моя земля!

– В чем дело? – спросила я.

– Он одержим своим фамильяром!

Зак обернулся на ведьму, его зеленые глаза сияли сверхъестественно ярко.

– И что?

– Это… это отвратительно! И опасно! Никто, кроме черных ведьм и друидов, не допускает, чтобы фейри так сильно влияли на…

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. – Зак снова склонился над кругом, стремительно и точно добавляя линии и руны. – Ведьмы знают о фейри даже меньше, чем вампиры.

Оливия снова возмущенно ахнула.

– Ты друид?

– Ну уж точно не ведьма.

– Одержимость фейри – табу, – с видом праведницы заявила она. – Торговать собой ради власти, открывая свое тело и разум для фейри, как проститутка для…

Татуировки с перьями на руках друида замерцали.

– Ты сердишь моего фамильяра. Не советую этого делать.

Оливия захлопнула рот. Бочком, бочком она засеменила ко мне, а подойдя, лихорадочно зашептала мне на ухо:

– Недаром основной фамильяр друида называется консортом – почти то же, что супруг. Это же до непристойности интимно – позволять фейри проникнуть в свое тело. При длительном воздействии…

– Если она не заткнется, – холодно заметил Зак, – я заставлю ее замолчать.

– Оливия, – прикрикнул Кай, – держите ваше мнение при себе.

Поджав губы, ведьма попыталась испепелить его возмущенным взглядом. Зак продолжал свои приготовления, добавляя к кругу какие-то сушеные растения, свежие листья, кусочки драгоценных металлов, мешочки с таинственными веществами в них и кристаллы. Наконец он достал широкую обгоревшую металлическую чашу, наполнил ее маслом и поджег. Над ней заклубился дым.

Зак повернулся к нам.

– Я готов начать призыв. Я буду стоять перед кругом. Кай, Аарон, Эзра, вы втроем выстраивайтесь в линию, в четырех шагах за моей спиной. Не подавайте голоса, что бы я ни говорил, – призыв требует некоторой дерзости и воинственности, но я руководствуюсь расчетом. Насколько силен темный фейри, я не узнаю, пока он не явится. А тогда сразу подам вам сигнал.

Он поднял указательный палец.

– Один палец означает, что ваша помощь мне не нужна. Фейри только на вид устрашающий. – Зак растопырил все пальцы на руке. – Пять – значит, что, если он решит нас прикончить, всем нам крышка. Тогда я пойду на все его условия, и, будем надеется, он нас оставит в живых.

– А со второго по четвертый? – спросил Кай.

Зак пожал плечами.

– Четыре – мы, вероятно, можем победить в бою, но любой ценой должны избегать прямого столкновения. Если фейри нападет, первым делом он атакует меня. Вы втроем тогда должны обойти его сзади. Я буду отвлекать его внимание, а вы ударите с флангов и тыла.

– Насколько вероятна драка? – нервно поинтересовалась я.

– Все зависит от его темперамента. Хотя я думаю, что это не слишком вероятно, но все же этот фейри регулярно имеет дело с людьми. Он захочет посмотреть, что можно от нас получить. – Зак ткнул в меня пальцем. – Ты и верховный фейри должны держаться от всего этого подальше. Если темный фейри окажется слишком силен и сами мы с ним не справимся, в сражение ввяжется Ллир и тем самым нанесет тебе серьезный урон. Вам с ведьмой лучше отойти подальше – наверх – и оставаться там.

Он многозначительно посмотрел на меня, и я понимающе кивнула. Схватив Оливию за руку, я потащила ее сквозь заросли, пока мы не оказались довольно далеко от поляны. Ведьма ныла и вырывалась, но я не обращала внимания. Зак явно намекнул, чтобы я помешала ей испортить все дело. Что ж, это я могла обеспечить.

Аарон и Эзра, стоявшие по обе стороны от Кая, отошли на несколько шагов и вытащили оружие. Аарон поставил меч перед собой острием в землю, а Эзра сложил свой трансформер в посох с парными лезвиями. Оставив в ножнах метательные ножи, Кай выхватил катану, сверкнувшую полированной сталью.

Над деревьями поплыл голос Зака, плавный, монотонный речитатив, почти пение. Я присела за куст и дернула Оливию за собой вниз.

– Вы связались с темным, – сердито прошипела ведьмочка. – Чем вы лучше «Красного Рома»?

– Что хуже? – зашипела я в ответ. – Иметь дело с этим темным или позволить мне подохнуть? Ваша ведьмовская этика – это, конечно, важно, но я бы предпочла еще пожить.

Зак присел, чтобы открыть переноску. Когда он вытащил курицу, я мельком увидела взъерошенные рыжеватые перья – и блеск ножа в его другой руке. Своим телом друид закрывал мне обзор, но что бы он ни делал, все произошло очень быстро. От огня в центре круга повалил черный дым, а ритуальные линии вспыхнули пурпурной энергией.

Зак возобновил свое распевное заклинание. Жутковатое свечение круга становилось все ярче, Оливия заерзала от нетерпения и дискомфорта. Пришлось ущипнуть ее за руку, чтобы затихла.

Заклинание смолкло, Зак стоял неподвижно. Аарон, Кай и Эзра тоже замерли, следуя примеру друида. Мы ждали, ночь постепенно сгущалась. Мои ноги затекли в неудобной позе, но я не двигалась.

У Оливии вырвался судорожный вздох.

Воздух над светящимся кругом замерцал. Сияние огня затмила какая-то тень, вскоре она вытянулась вверх и уплотнилась. У меня похолодело в животе.

Фейри по имени Крыса возвышался над Заком – он был вдвое выше него. Существо стояло сгорбившись, непропорционально длинные руки упирались в землю, выпирали мощно развитые, как у гиены, плечи. Голый крысиный хвост хлестал его по бокам, а в мерцающем свете костра тускло блестела его коричневато-серая кожа.

Большая голова смутно напоминала человеческую, с тяжелыми бровями и глубоко посаженными глазами, но из нижней челюсти торчали кривые клыки. На макушке росла спутанная черная грива.

– Бхардудлин, – заговорил Зак спокойно. Он заложил руку за спину и подал сигнал магам. Даже с расстояния пятидесяти футов я разглядела, что он предостерегающе широко расставил пальцы. Пять.

Голова темного фейри опустилась на несколько дюймов: он изучал Зака черными глазами.

– Друид, – глубокий, пронзительный звук его голоса прокатился по тишине ночи. – Хрустальный друид, не иначе. Я выражаю почтение прекрасной Ночной Орлице.

Зак чуть наклонил голову.

– Не хочешь поторговаться, Бхардудлин?

– Гхм. – Гигантская голова нырнула вниз гораздо быстрее, чем можно было ожидать от такого огромного существа. Он вскинул голову, разинул пасть и, поймав убитую курицу, проглотил одним глотком. – Надеюсь, я проделал такой дальний путь не ради этой жалкой птички.

На землю упали несколько растрепанных перышек.

– Поскольку мы не имели удовольствия познакомиться раньше, – продолжал Бхардудлин, выплевывая невнятные слова между кривых клыков, – расскажу тебе о своих предпочтениях. Я не в восторге от словесных игр, не люблю также мериться силой или хитростью, – на этих словах его черный взгляд пронзил трех магов. – Ты призвал меня с какой-то целью, так скажи, чего хочешь. Тогда мы сможем поторговаться.

– Мне нужен артефакт привязки и порабощения. У меня есть основания считать, что ты уже продавал такие людям.

– Такое было. Не ожидал, что ты пожелаешь этот инструмент, Хрустальный друид.

– Для чего он мне нужен, не имеет значения.

Смех, напоминающий трескучий кашель.

– Прямолинейное ты существо. Мне это нравится, – пророкотал фейри. – За артефакты я потребую самой высокой цены. Я приму этих трех воинов.

– Они не разменные монеты. Я не отдам тебе жизни.

– Что еще ты можешь предложить? Мне безделушки не нужны.

– У меня есть множество редких артефактов и реликвий. Скажи мне, что именно тебя интересует, и, быть может, я сумею предложить тебе кое-что ценное.

– Хм. – Крыса задумчиво покачал головой. – Я ищу только орудия власти, друид.

– Может, тебя заинтересует Панцирь Вальдурны?

В глазах фейри вспыхнул странный темный свет.

– У тебя его нет.

– Есть.

Приоткрыв губы, Бхардудлин провел толстым скользким языком по одному из клыков.

– Хорошее предложение для начала. Что еще дашь?

– Гримуар Хиндарфура.

– Что в нем?

Зак пожал плечами.

– Не знаю. Я не могу его прочитать.

– Значит, он может оказаться бесполезным.

– Или может оказаться бесценным.

Снова неприятный смех.

– Смело, друид, очень смело. Расскажи мне о других твоих сокровищах. Что ты украл у друида Волкобоя, когда убил его?

– Все, что у него было.

– Ха! Меньшего я и не ожидал.

Оливия схватила меня за руку, больно впившись в нее ногтями.

– Тори! – прошипела она. – Посмотри на деревья!

– А? – Я окинула взглядом поляну, слушая, как Зак на радость жадному Бхардудлину перечисляет свои сокровища. Все выглядело нормально…

Тогда Оливия показала рукой. Деревья, окружавшие поляну, было трудно разглядеть из-за темноты, но я уловила движение, какой-то легкий трепет. Падающие листья? Но ветра не было. Я прищурилась, вгляделась.

За той самой поляной, где стояли четверо магов и темный фейри, деревья… умирали. Их листья высыхали и опадали, самые тонкие ветки отваливались, как будто давно сгнили.

– Это работа темного фейри? – ахнула я.

– Он наращивает свою магию. – Оливия, побледневшая как привидение, крепче сжала мою руку. – Он готовит атаку – мощную атаку.

Зак предупредил, что такой сильный фейри может убить нас всех как нечего делать. Но они ведут переговоры, не так ли? Зачем же фейри готовить нападение?

Я сжала кулаки. Не позволю парням умереть из-за меня. Ни за что. Нипочем. У меня не было сил сражаться, зато была привязка к фейри, наделенному магией в достаточной мере, чтобы нас защитить, – даже если по ходу дела от меня ничего не останется.

Уж лучше я одна, чем все мы.

– Оставайся здесь, – велела я Оливии.

Таясь, я двинулась в рощу, но Оливия вместо того, чтобы подчиниться, отправилась следом за мной. Чертыхнувшись себе под нос, я продолжала двигаться.

Расползающаяся во все стороны волна смерти докатилась до нас: папоротники побурели, а их веерообразные листья засохли и скрутились; кусты съежились, листва на них пожухла; кора деревьев почернела; мне на голову мягко падали сухие листья. Тайком от Зака и магов Бхардудлин высасывал жизнь из окружающего леса, чтобы питать свою магию.

– Впечатляет, впечатляет, – пророкотал Бхардудлин. – Признаюсь, я разрываюсь, пытаясь выбрать, что больше всего хочу получить от тебя, друид.

– Я думаю, мы можем прийти к взаимовыгодному варианту.

– Возможно. – В меркнущем свете костра блеснули его клыки. – А может, нет.

Зак насторожился.

– В чем проблема, Бхардудлин?

– Только в том, что я желаю получить все, что ты предлагаешь, и даже больше. Я не согласен на горстку твоих безделок, Хрустальный друид. Мне нужен ты.

Жадно облизав губы тусклым розовым языком, Бхардудлин проворно схватил Зака своими громадными руками и поднял его в воздух, сомкнув толстые пальцы на груди друида.

Своим толстым языком фейри облизал Заку лицо.

– Собственную зверушку-друида.

За плечами Зака взметнулись черные крылья, и призрачные клинки, вырвавшись из них, хлестнули Бхардудлина по физиономии.

Темный фейри выронил Зака. Упав с шестифутовой высоты, тот, все еще с распростертыми фантомными крыльями, приземлился на колени. Он вскочил на ноги и быстро отступил, заставив трех магов тоже попятиться назад.

– Ты предаешь соглашение о торговом перемирии? – спросил Зак.

Бхардудлин издал гортанный смешок.

– Я не следую ни одному из правил моих жалких сородичей. Тебе следовало это понять, прежде чем вызывать меня. Ничто из того, что вы предлагаете, не настолько заманчиво, как заполучить тебя. – И он щелкнул клыками. – Выходи, поиграй со мной, прекрасная Лаллакай. Я буду сражаться с тобой за твоего любимого супруга.

Крылья вспыхнули и распахнулись еще шире, но орлица не появилась из тела Зака.

– Позор, позор. – Бхардудлин раскрыл свои огромные ладони, согнув их так, будто он держал невидимый пляжный мяч. – Тогда я заставлю тебя выйти – если только ты и твой друид не умрете раньше. Ну, а если он и подохнет, значит, он недостаточно силен, чтобы стать мне забавой и питомцем.

Между руками фейри мгновенно возник сгусток темной энергии. Потрескивая, эта невероятная вспышка черного света расширялась, становясь все больше и больше – чтобы подпитывать свою магию, эта тварь угробила акр леса, не меньше.

Я вскочила на ноги и бросилась к магам. Оливия не отставала.

Бхардудлин развел руки в стороны, и энергия хлынула, заполняя брешь. Испепеляюще-жаркий воздух стал тяжелым и ядовитым, земля дрожала. С восторженным ревом темный фейри бросился в атаку.

На друида обрушился настоящий водопад черной магии. Зак раскинул руки, и из его ладоней вырвались тени, образуя пульсирующий полупрозрачный купол. Атака Бхардудлина ударила в туманный барьер. На него обрушилась вся вздымающаяся, потрескивающая сила.

Зак предупреждал, что не надо вступать в бой с таким могущественным фейри. А еще он предостерегал, чтобы мы не попадали под его прямой удар. И вот теперь сам он делает и то и другое – потому что у него не было выбора.

Не могла же я допустить, чтобы он погиб.

Угольно-черная магия Бхардудлина разорвала заслон Зака, и черные молнии пронзили его края, проделав в земле трещины по обе стороны от друида.

Аарон, Кай и Эзра боролись с завывающим ветром, рождавшимся от столкновения энергий. С ближайшего дерева отломалась ветка и пролетела мимо моего лица, оцарапав мне щеку.

Оливия вскрикнула от боли и с глухим стуком упала на землю, но я не могла останавливаться. Согнувшись, я побежала против ветра к ребятам.

Магические тени Лаллакай зарябили. Поблекли. Начали сбоить.

Я открыла рот, чтобы выкрикнуть имя Ллирлетиада.

Мощный разряд энергии прорвал барьер и обрушился на Аарона и Кая. Врезавшись в поднятые мечи, он отбросил их назад – прямо на меня. Мы повалились друг на друга в кучу малу, от удара мне вышибло воздух из легких. Я не могла вздохнуть – тем более призвать верховного фейри.

Теневой барьер Лаллакай – он все еще как-то держался – содрогнулся. Края купола оторвались. Грохоча, в него снова ударила энергия Бхардудлина, толкая все сильнее, углубляя разрывы.

И тогда к Заку метнулся Эзра.

Он прижал ладони к заслону Лаллакай – и под его пальцами вспыхнул пунцовый свет. Алая энергия вырвалась из его ладоней и хлынула по рукам вверх, пронизывая светом всю его плоть и сияя сквозь одежду. Внутри полуразрушенного барьера Лаллакай зазмеилась энергия, ослепительно-красная, но черная в самой глубине.

Быстро стало холодать. Сумерки превратились в непроглядную чернильную темень.

Кроваво-красная энергия вспыхнула и в круге вокруг ног Эзры. Нарисованные в нем линии и руны вспыхивали сквозь опавшую листву. Наконец, под ним засветился полностью сформированный магический круг, из которого изливалась красная магическая энергия. Круг пульсировал.

Затем вспышка неистово завывающей багровой силы вырвалась из его рук и окончательно разорвала и барьер Лаллакай, и черную атаку Бхардудлина.

Глава 20

Я не могла дышать.

Меня придавил Аарон. Когда малиновая магия столкнулась с черной силой фейри и взорвалась, он перекатился и накрыл меня своим телом. Его тяжесть окончательно сдавила мне легкие, и я, задыхаясь, отчаянно замолотила его по плечу.

Он кое-как сполз с меня и встал на четвереньки.

Бхардудлин отчаянно взревел. Взрыв отшвырнул огромного темного фейри через всю поляну. Его красновато-серую плоть покрывали жуткие глубокие раны, на лесную подстилку капала темная кровь, а высвобожденная энергия проделала в земле дымящиеся трещины глубиной в фут.

Зак и Эзра, которые оказались в самом эпицентре взрыва, лежали на земле и не двигались.

Бхардудлин поднялся на ноги и вытянулся во весь свой двенадцатифутовый рост. Уставив черные глаза на поверженного друида, он жадно облизал клыки и, не обращая внимания на кровь, текущую из ран, неуклюже двинулся вперед.

Аарон выхватил свой меч из обгоревшей опавшей листвы.

– Тори, позаботься об Эзре и Заке.

Следом поднялся Кай с катаной на изготовку. Оба мага двинулись на раненого темного фейри.

Я кое-как поднялась и поспешила к друиду и аэромагу. Лицо Эзры было вялым, будто сонным, но на кончиках его пальцев светилась красная магия. Что это с ним?

Бросая фейри вызов, Аарон взревел, и тут же вспыхнул огненно-оранжевый свет. Бхардудлин зарычал.

Ухватив Эзру за плечи, я попыталась поднять, но какое там: эти шесть футов крепких мышц невозможно было оторвать от земли. Но я как следует уперлась ногами и упрямо продолжала тянуть его.

Вдруг сверкнул серебристый свет. Над Эзрой из ниоткуда возникла Хоши, ее длинное тело легко парило в воздухе. Малышка ухватилась лапками за ремешок его перевязи – и я почувствовала, что он стал вполовину легче. Я оторвала плечи Эзры от земли, его голова безвольно упала на грудь. С помощью Хоши я сумела подтащить его к деревьям и сразу побежала назад, за Заком. Оливия сжалась в комок за стволом дерева, достаточно далеко, чтобы быть в безопасности. Значит, о ней пока можно не волноваться.

Когда я схватила Зака за плечи, он сделал резкий вдох. Его глаза распахнулись, но их тут же заволокло болью. Хотя татуировки Лаллакай на нем по-прежнему были видны, но радужные оболочки глаз утратили свою невероятную яркость. Должно быть, орлица изрядно обессилела.

Его я не стала оттаскивать назад, а просто помогла сесть.

– Зак, давай я призову…

– Нет. Бхардудлин ранен. Мы можем сами его прикончить.

Пока Хоши беспокойно порхала вокруг нас, Зак, пошатываясь, поднялся на ноги и сдернул с пояса одну из пробирок. Вытащив из нее пробку, он одним глотком выпил оранжево-золотое содержимое. Еще три вдоха – и он задышал ровнее. Но смогло ли зелье исцелить его или оно только притупило боль?

Зак протянул руку, и на его предплечье вспыхнула красная руна. А в руке материализовалась алая сабля. По обеим сторонам от него заплясали тени, из которых показались четыре варга с оскаленными клыками и сверкающими рубиновыми глазами.

Оставив меня, беспомощную и до ужаса перепуганную, он бегом рванул к Бхардудлину. Варги мчались впереди него. Темный фейри, нависший над Аароном, развернулся, чтобы встретиться с друидом и его волками. Зак взмахнул саблей, но Бхардудлин поймал ее одной рукой прямо за лезвие. Не обращая внимания на брызнувшую с ладони кровь, он усмехнулся, обнажая клыки.

И тут Аарон занес меч и взмахнул им. Дуга обжигающего голубого огня ударила фейри в спину, так что у Бхардудлина вырвался яростный вой. Кай, сначала швырнув в плечо Бхардудлину целую горсть метательных ножей, направил на него катану. С клинка на ножи перепрыгнула молния.

Под обстрелом темный фейри упал на одно колено и выбросил вперед обе гигантские руки. Размашистые удары его кулаков промазали по Заку и Каю, но отправили в полет Аарона и двух варгов. Аарон упал и, проехав по траве, врезался в дерево.

Меня охватила паника, но Зак ясно выразился: призывать Ллирлетиада не надо. Он был уверен, что они справятся.

С Хоши, вцепившейся в мой воротник, я бросилась обратно к деревьям и опустилась на землю рядом с Эзрой. Внезапно он открыл глаза. Взгляд его был как в тумане, челюсти сжаты. Как и Зак, он явно страдал от боли, но все же попытался сесть.

Обняв за плечи, я помогла ему. Эзра тяжко вздохнул, затем поднял голову, привлеченный звуками битвы.

– Где мое оружие? – задыхаясь, спросил он.

Я помотала головой.

– Ты не можешь драться в таком состоянии.

– Могу. – он ухватился за ближайшее дерево и поднялся на ноги. – У меня только ушибы. Магия фейри бьет как танк.

Решив оставить при себе комментарий насчет того, что загадочная багровая магия Эзры бьет еще сильнее, я выглянула из-за дерева. Зак успел активировать еще одну руну на своей руке, и вокруг Бхардудлина вихрем закрутились зеленые полосы магии, сковывая его движения, – однако темный фейри не сдавался. Его раны почти не замедлили его движений. Казалось, он неудержим.

В нескольких ярдах от края поляны, в опавших листьях лежал посох Эзры с двумя лезвиями, в стали которых отражался свет от огненного оружия Аарона.

Тяжело дыша, Эзра прислонился к стволу. Что ни говори, а он в плохой форме. Ему нужно время, чтобы прийти в себя. Подавив страх, я встала и выпрямилась. Одна нога здесь, другая там. Я справлюсь.

– Подожди здесь, – сказала я ему.

И, не дожидаясь его возражений, бросилась прямо в битву.

Я бежала, а Хоши развевалась у меня за плечами, как голубое знамя. Варги вгрызались Бхардудлину в щиколотки, хотя, судя по всему, нанести ему реальный урон не получалось. Зак метался перед фейри взад-вперед, не давая ему возможности защититься от магов. Аарон и Кай обрушивали на спину противника огонь и молнии.

Изорванное тело Бхардудлина почернело. Его кровь залила все вокруг. Но он все еще держался на ногах, все еще сражался и казался скорее разъяренным, чем напуганным.

Подобравшись к нужному месту, я наклонилась, чтобы схватить лежащее в листве оружие Эзры.

В этот момент Бхардудлин с ревом широко раскинул свои огромные лапищи. Волна черной энергии вырвалась из его толстых пальцев, распространяясь во все стороны. Зак пригнулся. Аарон и Кай нырнули на землю.

Но у меня не было рефлексов тренированного боевого мага. Даже карты – моей верной пиковой дамы – при мне не оказалось.

Когда черная сила, потрескивая, вырвалась наружу, Хоши, прищелкнув длинным хвостом, обернула его вокруг меня и сжала. В потоке холодной магии все перед глазами у меня поплыло и превратилось в разноцветную рябь. Аарон и Кай мгновенно исчезли, но я могла разглядеть призрачные очертания остальных: Бхардудлина – огромного серого монстра, черных варгов, а еще Зака, тело которого прикрывали крылья Лаллакай.

Атака темного фейри прошила меня насквозь.

Я видела, как его темная энергия прошла сквозь мою мерцающую грудную клетку так, словно меня там и не было. Затем мое зрение, как по щелчку, вернулось в нормальное состояние, а Хоши исчезла из поля зрения. Шок приковал меня к месту, а в это время рука Бхардудлина с невероятной скоростью взлетела вверх. Он обхватил Зака поперек тела.

Сжимая оружие Эзры, я развернулась. Как только Эзра показался из-за деревьев, я подняла тяжелый посох и метнула ему, точно копье.

Посох полетел прямо и точно – но, не пролетев и полпути, упал и вонзился в землю, как покосившийся флагшток. Проклятье! Мне нужно больше заниматься спортом.

Увидев мои маневры, Эзра подбежал к посоху и, выдернув его из земли, бросился на Бхардудлина, державшего Зака в воздухе. Эзра подбежал к нему сзади. Аарон и Кай в это время наносили темному фейри удары в лицо, ослепляя его.

Вместе с порывом поднятого им ветра Эзра прыгнул на сгорбленную спину фейри, поднял свой посох и ударил лезвиями вниз. Воздух вокруг посоха пришел в движение и словно забурлил. Стальные ножи длиною в фут вонзились в буро-серую плоть, и тут же рана взорвалась настоящим фейрверком, наружу из нее вырвались искры и потоки воздуха.

Бхардудлин страшно вскричал и рухнул.

Вырвавшись из его хватки, Зак отскочил и, перекувыркнувшись в воздухе, приземлился на ноги. Взмахнув своей светящейся красной саблей, он вонзил острие Бхардудлину под подбородок. Эзра, стоя на спине фейри, снова воткнул свой посох в кровоточащую рану. Аарон и Кай воткнули в бока Бхардудлина свои мечи.

– Ну что ж, – выдохнул Зак, – не могли бы мы теперь продолжить наши переговоры?

Темный фейри тихо зарычал.

– Что ты хочешь от меня, друид?

– Артефакт порабощения в обмен на твою жизнь.

Бхардудлин зашипел.

– Да будет так.

Волоча одну руку по земле, он сжал свою огромную ладонь. На его пальцах заплясала черная рябь, а потом он разжал кулак. На ладони лежал маленький изящный шар, сплетенный из серебряных нитей.

– Тори, – сказал Зак. – Передай это мне.

Я бочком подошла ближе, поражаясь тому, как кошмарно огромен этот фейри, даже когда лежит на земле. Схватив сферу с окровавленной серой ладони, я протянула ее Заку.

Не отнимая меча от горла фейри, он осмотрел его.

– Это то, что нам нужно.

– Я выполнил свою часть сделки, – прорычал Бхардудлин, в его низком голосе явственно слышалось отчаяние.

Зак вернул шар мне.

– Да, ты все сделал.

Он отвел свой меч от шеи темного фейри и тут же снова нанес удар. Красный свет вспыхнул на лезвии, пронзившем плоть и кости. Бхардудлин корчился, из его рта вырывались стоны и хрипы, а потом он замер.

– Ни фига себе! – прошептала я.

Зак разжал ладонь, и алая сабля растворилась.

– Он знал, что я убью его, хоть и надеялся, что мне хватит глупости этого не сделать. – Зак оскалил белые зубы. – Решил, видите ли, сделать из друида домашнюю зверушку. Да не на того напал.

Эзра буквально съехал с тела фейри, проковылял несколько шагов и рухнул на землю. Я шагнула было к нему, но замерла на месте, так как следом за ним упали Аарон и Кай, тяжело приземлившись на задницы, как будто больше не могли стоять.

Вместо меня к Эзре подошел Зак, приподнял и потащил к дальнему концу поляны. Пока он устало брел назад за Каем, я успела взять себя в руки и поспешила к Аарону. Я помогла ему добраться до Эзры, а там он сразу же сел, тяжело дыша.

Оливия уже оправилась от неудачного столкновения с упавшей веткой дерева. Сидя на краю поляны и прижимая руку к голове, она не сводила глаз с приконченного темного фейри.

Оставив ее, я отыскала в опавшей листве мечи Аарона и Кая. Зак доставил Каю два других. Сам электромаг полулежал, привалившись к бревну, с закрытыми глазами и блестящим от пота лбом.

Прислонив их мечи к стволу дерева, я с тревогой оглядела парней – хриплое дыхание, пот на бледных лицах, глаза закрыты.

– Ребята? – дрожащим голоском проблеяла я.

– Дай им несколько минут, – сказал Зак, стирая что-то с волос.

Когда он отнял руку от головы, я увидела, что к его пальцам прилипли слизистые нити слюны Бхардудлина. Меня чуть не стошнило прямо на месте – еще секунда, и я бы не сдержалась, – но он спокойно вытер руку о штаны, а затем добавил:

– Они на нуле.

– На каком нуле?

В его взгляде мелькнуло нечто вроде уважения.

– Когда стихийный маг работает на пределе, цена высока. Элементалы знают, чего стоит работа со стихиями.

Повернувшись к ребятам, я увидела их изнеможение в новом свете. В считаные минуты они, полные сил богатыри, выдохлись и дрожали от усталости так, будто только что финишировали в двенадцатичасовом триатлоне на длинную дистанцию.

– Единственный класс, который предъявляет к магам более высокие требования, – это Демоника, – негромко продолжил Зак, – но там совсем другая цена.

– А ты? – спросила я, сжимая ажурный серебряный шар, который Заку еще предстояло забрать. – Кажется, ты в порядке.

В ответ он протянул ко мне свои татуированные руки. Красочные руны на предплечьях потемнели, а три совсем исчезли, оставив на его коже пустые круги.

– Цену этой магии оплатили создавшие ее фейри. Лаллакай очень слаба, истощена. Так же и варги. А чтобы защитить тебя, Хоши использовала ту немногую волшебную энергию, что у нее была.

Я прижала руку к груди.

– Она сделала что-то такое… Атака темного фейри прошла сквозь меня и не повредила.

– Она переместила тебя во владения фейри.

– Что? Как?

– Фейри имеют свой собственный мир… царство… реальность. Как ни назови. – Зак, пошатываясь, подошел к своей спортивной сумке и извлек оттуда большой, размером с пивную бутылку, флакон фиолетового зелья. – Некоторые фейри могут затащить туда к себе человека, и на это время он становится бестелесным в своем мире – и невидимым для всех магов, кроме спириталов.

Я вспомнила, как тогда, в художественной галерее, Лаллакай взмахнула крыльями вокруг него, и Зак исчез.

– Ага. – Я указала на бутылку. – Это зелье жизненной силы?

– Да. Оно поднимет магов на ноги. Нам нужно будет спуститься на берег, чтобы я мог установить…

И в этот момент по лесу раскатился оглушительный выстрел.

В первый миг – гораздо дольше, чем один миг, – я ничего не могла понять. Стрельба? Здесь? Сейчас? В парке?

Но раздались еще три выстрела, и Зак стал валиться вперед. Он упал на землю ничком, облако кровавых брызг зависло в воздухе над его спиной, бутылка с зельем выкатилась из безвольной руки. От ужаса я остолбенела, в ушах грохотало звенящее эхо.

Зак издал ужасный влажный хрип, изо всех сил пытаясь вздохнуть.

Маги опомнились раньше меня. Аарон и Кай подались вперед, пытаясь встать на ноги.

– Не двигаться, – прозвучала команда ледяным голосом.

Появившийся из темноты человек направлял на магов черный пистолет – настоящее оружие, не пейнтбольное. Следом за ним из-за деревьев вышли трое других. А потом еще и еще. У некоторых были ружья, а у других холодное оружие или колдовские артефакты.

Я замерла. Как и маги, которым даже не удалось подняться.

Первый, направив на Аарона ствол, подошел к Заку и потыкал в него сапогом. Друид не шевелился.

Тогда этот тип уже с силой толкнул ногой Зака. Он безвольно перекатился на спину, из уголка рта вытекла струйка крови.

– А он моложе, чем я предполагал, – заметил человек с пистолетом, рассматривая друида. – Интересно. Теперь, когда видно, что он совсем зеленый, сумма выкупа за его голову еще больше впечатляет. Даже жаль, что мертвым он стоит больше.

Потом он повернулся ко мне и протянул руку ладонью вверх.

– Артефакт, юная леди.

Я не двигалась. Эти люди могли быть только из «Красного Рома», но как они нас нашли? Как они узнали, что мы здесь? Они сумели подкрасться к нам незаметно, а их прибытие так точно совпало с поражением Бхардудлина – это не могло оказаться простым совпадением или их удачей. Слишком уж хорошо все было спланировано.

Мы окружены, Аарон, Кай и Эзра измотаны битвой с Бхардудлином. Зак без сознания, не в силах помочь.

Он без сознания. Не мертв. Я отказывалась верить, что он мертв. Он же Призрак, с репутацией самого страшного изгоя в городе. Он бы не умер от такой жалкой причины, как выстрел в спину.

– Артефакт, – повторил человек.

Трясущейся рукой я положила серебряную сферу на его подставленную ладонь.

– Превосходно. Теперь слушай внимательно. Если ты заговоришь, мы застрелим мага. Если попытаешься призвать морского повелителя на свою защиту, мы расстреляем всех трех магов. Если сделаешь что-то подозрительное, мы их убьем. Поняла?

Я слабо кивнула. Сердце билось так быстро, что я чувствовала его пульсацию в горле.

Оглушительный, полный страдания вопль заставил меня подпрыгнуть. Оливия вскочила на ноги, по ее лицу текли слезы.

– Я сделала все, что вы хотели! – воскликнула она, ковыляя к изгоям. – Скажите же мне, где Одетта!

Один из магов, подойдя, схватил ее за руку, не давая идти дальше.

Другой – похоже, главарь негодяев – махнул рукой, резко и раздраженно.

– Она нам больше не нужна. Уведи ее отсюда.

С упавшим сердцем я смотрела, как изгой тащит Оливию к деревьям. Когда она предала нас? Сегодня утром? Вчера? До того, как Аарон поделился с ней нашими планами?

Скрипнув зубами, я сосредоточилась на предводителе «Красного Рома». Коренастый, ростом ненамного выше меня, но крепкий и мускулистый. Он держал в руке пистолет, а с пояса гроздьями свисали колдовские артефакты. Я хотела было выкрикнуть ему в лицо что-нибудь оскорбительное, но… не решалась издать ни звука.

Аарон, Кай и Эзра сидели неподвижно под направленными на них ружьями и пистолетами. Что они могли сделать? Ничего. Ничего не осталось.

Даже Хоши истратила свою крошечную каплю магической энергии, так что сейчас уже не смогла бы помочь мне исчезнуть. У нас не было ни магии, ни союзников.

– Который из них? – спросил главарь «Красного Рома», указав на магов.

Изгой ткнул в Кая.

– Этот ее защищал вчера вечером.

– Тогда веди его сюда.

Главарь подбросил шар на ладони.

– Сейчас, юная леди, мы пойдем на берег. Пришло время передать нам управление верховным фейри.

Когда изгой подтащил к нам Кая и приставил к его голове пистолет, предводитель «Красного Рома» улыбнулся мне.

– А если ты хоть как-то попробуешь сопротивляться, этот маг умрет первым.

Глава 21

Не поднимая головы, я внимательно изучала грязь на своих башмаках.

Мне не хотелось видеть ни тщательно продуманный ритуальный круг, прочерченный в иле на берегу. Ни колдуна, стоящего рядом во внутреннем круге и ожидающего получения привязки к фейри. Ни Кая на коленях с приставленным к затылку пистолетом.

Не хотела видеть и огромную роскошную яхту, стоящую на якоре далеко в бухте, освещенную, как для праздника. Ее палуба была заполнена темными фигурами – это особо важные члены «Красного Рома» наблюдали за зрелищем и ждали встречи со своим новым морским лордом-хранителем.

От низкого монотонного пения четырех призывателей лопалась голова, а я не могла заткнуть уши. Линии ритуального круга засветились фиолетовым. Я ничего не могла сделать, чтобы остановить это.

Ничего. Ничего. Ничего.

Колдун, стоявший в шести футах от меня, тихо засмеялся, и я против собственной воли посмотрела на него. Довольно молодой, около тридцати, с каштановыми волосами, собранными в низкий хвост, и неряшливым намеком на бороду, из-за которой его подбородок казался очень худым. На носу у него сидели огромные очки в темной оправе.

Это был тот самый парень из первого пляжного ритуала, которого я тогда нокаутировала заклинанием – заклинаниями, которые «Красный Ром» конфисковал вместе с моей курткой и телефоном. Руки у меня были связаны за спиной, рот заклеен скотчем.

Колдун зло ухмыльнулся.

– Надеюсь, в последние несколько дней вы с моим будущим фамильяром от души повеселились. Первое, что я прикажу ему сделать, – проглотить тебя целиком. Интересный способ умереть, ты не находишь?

Я ничего не ответила – впрочем, с заклеенным ртом особо и не поговоришь. Так или иначе, я все равно не осмелилась бы проронить ни слова, потому что к голове Кая был приставлен пистолет. Рядом стояли еще двое боевиков, плюс два колдуна и трое запасных призывателей, включая главаря. Оставшиеся четверо негодяев вернулись на поляну, держа Аарона и Эзру в качестве дополнительных заложников.

– А после того, как он съест тебя, – продолжал колдун шепотом, так что я едва могла его расслышать из-за пения призывателей, – я велю ему выпотрошить этого япошку Ямада – потому что, ты же знаешь, именно так японские самураи совершают самоубийство, верно?

Вот это да. Не только без пяти минут убийца, но еще и расист.

– Я уже получил разрешение и остальных прикончить, но пока не решил как. Столько вариантов, глаза разбегаются.

Я снова обдумала, не воззвать ли мысленно к Ллирлетиаду, но… в тот момент, когда появится верховный фейри, изгои сразу убьют Кая.

Пение звучало все громче и смелее, и колдун всмотрелся в круг.

– Почти готово. Теперь начинается самое интересное.

Призыватели пели теперь в полный голос, вот прозвучало последнее слово, и они замолчали.

– О, владыка морей! – Колдун поднял руку, серебряная сфера лежала на его ладони. – Верховный фейри, известный как Ллирлетиад, я призываю тебя!

На сфере замерцал серебряный свет, и мое тело пронзила нестерпимая боль. Воздух вокруг нас задрожал, затем внутри круга появился гигантский левиафан, толстые кольца его тела обвивали меня и колдуна. Мучительная боль стала сильнее, она обожгла меня, и я задохнулась в крике.

Голова громадного змея качалась над нами, он скалил клыки на колдуна, но не пытался атаковать.

– Смертная девица.

Раскатистый бас врезался мне в мозг так неожиданно, что я вздрогнула всем телом, но колдун ничего не заметил. Призыватели возобновили пение – и никак не отреагировали на голос. Они его не слышали?

– Я говорю только с тобой.

– Ллирлетиад, – выдохнула я, тоже мысленно. – Ты можешь их остановить?

– Я не могу причинить вред владельцу этой реликвии.

От отчаяния у меня сжались легкие, так что я чуть не задохнулась. Ллирлетиад не поможет, а все, что бы я попыталась сделать, грозит смертью Каю, Аарону и Эзре.

– Остальные твои друзья в безопасности, – пророкотал в моей голове Ллирлетиад. – Друид освободил их. Он рядом.

Сердце пропустило удар. Даже несколько ударов. Зак жив?!

Я посмотрела в сторону берега. За кругом терпеливо ждали окончания ритуала восемь негодяев, не принимавших в нем участия. Кая по-прежнему держали под прицелом (в положении «если что, казним его первым»). Никаких следов Зака я не увидела, но решила, что это хороший знак. Как он ухитрялся спрятаться на ровном, открытом берегу? Это было выше моего понимания.

– Слушай, человек, – змеиные кольца Ллирлетиада беспокойно зашевелились. – Как только ритуал завершится, эта проклятая связь перейдет от тебя к колдуну. На это уйдет время, не меньше нескольких минут. Если ты убьешь колдуна до того, как передача будет завершена, связь разорвется. Я – и ты – будем свободны.

Я вытаращила глаза. После того, как закончится ритуал, но до того, как колдун получит полную власть над морским фейри, у меня будет несколько минут, чтобы спасти Ллирлетиада и себя? Может быть, этого будет достаточно, чтобы…

– Постой. Ты сказал, я должна убить колдуна?

– Нет другого способа разрушить связывающую магию, – ответил Ллирлетиад.

Мои глаза из широко открытых превратились в выпученные.

– Я не могу его убить!

– Я же объяснил тебе: я не могу причинить вред хранителю реликвии, – в его голосе прозвучала нотка горечи. – Это должна сделать ты.

Я? Убить колдуна? Мой взгляд метнулся к ухмыляющемуся магу, не ведающему о моих переговорах с верховным фейри. Не говоря уже о том, что речь шла об убийстве человека, как прикажете мне это сделать? Зак, может, и рядом, но он тяжело ранен – по крайней мере, я была почти уверена, что он тяжело ранен. Я не представляла, может ли он мне помочь, тем более что первым делом ему нужно спасать Кая.

Это означало, что мне придется сразиться с колдуном в одиночку, а в пределах досягаемости колдовства находились еще и четыре призывателя. Они же вмиг раздавят меня и мокрого места не оставят. Я ведь просто человек, без магии, без артефактов, без реликвий, без фамильяра…

На этом месте мои мысли забуксовали. Без фамильяра? Или…

– Ллирлетиад? – Мое сердце бешено забилось, выскакивая из груди. – Можешь одолжить мне свою силу?

В моей голове вспыхнул гнев морского змея:

– О чем ты просишь?

Песнопение призывателей снова зазвучало громче. У нас оставалось мало времени.

– Можешь дать мне свою магическую силу, как Лаллакай отдает свою Заку?

Ллирлетиад беззвучно зарычал.

– Можешь или не можешь? – рявкнула и я на него.

Пение нарастало, маги уже начали выкрикивать слова. Изгой-колдун, держа в руках артефакт, подозрительно вглядывался в меня поверх лежащих между нами змеиных колец. Свет, исходящий от артефакта, стал ярче.

Издав последний выкрик, призыватели остановились.

– Ллирлетиад! – воскликнул колдун. – Ты покорился этой магии, а теперь я принимаю эту власть над тобой. Твоя воля, твое тело и твоя сила принадлежат мне. Повинуйся мне, Владыка Морей!

Болезненно обжигая меня, отметины на моем теле вспыхнули. Сфера вспыхнула таким же ярким светом, а затем рассыпалась в пыль в руке колдуна, истратив свою магию.

Огромный левиафан поднялся в воздух. Яростно мерцая, его тело начало сжиматься, его длинный хвост хлестал по грязи. Жемчужные глаза обратились ко мне, сияя смертоносной силой.

Стремительно уменьшающийся морской змей бросился на меня.

Его голова ударила мне в грудь – но только столкновения не было. Змей влился в то же пространство, которое занимала я, вошел в мое тело, втиснулся в мою кожу. Вселился в меня.

В мгновение ока я из одного существа стала двумя – обычную себя и верховного фейри, делящего со мной мою шкурку. Я чувствовала, как он устраивается буквально в недрах моей души, и комментарии Оливии о том, что быть одержимым фейри – это слишком интимно и даже непристойно, теперь обрели смысл.

Но дело было не только в его присутствии внутри меня. С духом фейри пришла его сила. Вся без остатка.

Она устраивалась у меня под кожей, прожигая дыры во внутренностях, так что в глазах у меня мутилось и мир содрогался. Я трещала по швам, мощь змея давила на мою хрупкую плоть – потрескивающее электричество, проливной дождь, порывистый ветер и рев приливов – все это сейчас было заперто внутри моего жалкого смертного тела.

Не успел Ллирлетиад завладеть мной, как почти одновременно с этим вспыхнула молния – молния метнулась от Кая к направленным на него металлическим стволам. Изгои отшатнулись от удара – хоть разряд был и не такой силы, как обычно у электромага, но достаточно мощный, чтобы напугать их.

В дюжине ярдов за спинами разбойников из илистых отмелей выпрыгнула странная фигура – это был Зак, обнаженный и с ног до головы намазанный грязью для маскировки. Он швырнул пузырек с зельем в гущу изгоев, и из горлышка тут же повалили клубы густого дыма, заволакивая все вокруг.

Последнее, что я увидела, был Зак, вытаскивающий кинжал из ножен на бедре.

Потом я сосредоточилась, хотя соседство Ллирлетиада изрядно этому мешало. Я должна добраться до колдуна раньше, чем власть над фейри перейдет к нему. Недолго думая, я развела в стороны связанные руки – и веревка оборвалась. Нечеловеческая сила пульсировала в моих мышцах.

Сорвав клейкую ленту с лица, я повернулась к колдуну. Тот отступил, прикрывая поднятыми руками голову. Слабый отсвет от рун, покрывавших правую сторону моего тела, упал на его руку. Его широко распахнутые глаза в ужасе были устремлены на меня, а в линзах его очков сияло мое отражение. Мои глаза – сейчас, видимо, не карие – светились, как две лампы, излучая силу Ллирлетиада. Моя кожа мерцала, как чешуя, а длинный хвост Ллирлетиада с плавниками волочился за мной, полупрозрачный, но достаточно твердый, чтобы оставлять глубокие борозды в грязи, когда он начинал им хлестать.

Изгой отпрянул и попятился назад. Я должна была остановить его. Мой взгляд метнулся к мягко плещущим волнам прибоя. Я ощущала силу океана внутри себя и вокруг себя.

Я подняла руку (пальцы на которой оканчивались призрачными когтями), и по ней хлынула головокружительная магия.

Океан поднялся, как надвигающееся цунами. На нас с ревом устремились буруны, колдун обернулся, и на его лице отразился панический ужас.

– Impello! – раздался отчаянный крик позади, и какая-то сила ударила меня в спину.

Я упала на колени, вскочила – и тут на меня бросились четыре колдуна с полными руками артефактов.

– Не убивайте ее! – закричал колдун. – Нельзя ее убивать, пока привязка не станет моей!

Шквал магии снова швырнул меня в грязь. Я рухнула как подкошенная, но Ллирлетиад изнутри сурово подстегивал меня: надо вставать, сопротивляться, использовать силу, которую он мне давал.

Легко вскочив на ноги, я повелительно вскинула руки – и океан поднялся в ответ. Шестифутовая волна обрушилась на изгоев, сбивая их с ног и покрывая пенящейся водой.

Тошнотворное ощущение того, что мое тело растягивается изнутри, усилилось, и я почувствовала, что Ллирлетиад торопит. Я развернулась, глядя на бегущую воду, обдавшую мои бедра. Последняя волна сбила с ног и колдуна. Где он? Куда девался?

Тела барахтались в морской воде, темные и неразличимые. Я повернулась, отчаянно пытаясь разыскать его. Следы фейри на моей руке горели уже не так ярко, как минуту назад.

Вспышка синего. Там! Колдун, у которого отметины светились, как маяк, брел по мелководью океана к берегу. Я бросилась за ним, борясь с водой. Слишком медленно!

Я взмахнула рукой. Вода покорно расступилась передо мной.

С бешеным ревом наперерез мне бросился человек – глава «Красного Рома». Он сунул мне в лицо резной металлический диск и выкрикнул заклинание. Моя рука метнулась к заднему карману – но пиковую даму у меня забрали.

– Ori repercutio! – выкрикнул знакомый голос, и заклинание колдуна срикошетило. Предводитель изгоев с всплеском упал вниз, а я резко обернулась. Рядом со мной, держа мою карту, стоял Кай. Этот электромаг гений! Он увидел, что они отняли у меня карту, – и вернул ее.

Но у меня не было времени поблагодарить его, потому что Ллирлетиад гнал меня вперед. Приказав воде снова расступиться, я бросилась бежать. Сила фейри наполнила меня, и земля летела под ногами быстрее, чем когда-либо. Да, никогда в жизни я так не бегала.

А колдун был впереди и уже достиг дамбы. Взобравшись на нее, он что-то выкрикнул.

Из зарябившего воздуха появилась темная фигура. Серо-стальной, с ядовито-зелеными глазами конь с яростным ржанием поднялся на дыбы. Колдун вскочил ему на спину, и конь-фейри взлетел на отвесный обрыв, с которого пять ночей назад упал Эзра. Он преодолел это вертикальное препятствие, как если бы перед ним был пологий склон.

Я перепрыгнула через дамбу, приближаясь к обрыву и лихорадочно размышляя по пути. Как мне-то подняться на этот обрыв?

Ллирлетиад создал в моем сознании картинку – быстрые инструкции. Сглотнув, я подбежала к стене из каменистой глины и прыгнула. Прямо из влажного воздуха собралась вода. Подо мной вырос гейзер из ветра и воды, он-то и вытолкнул меня наверх. Я приземлился на мшистую землю на вершине.

Густая листва замедляла бег скакуна-фейри, так что они недалеко успели уйти, и я выбросила вперед руку. В рощу хлынула вода, с корнем вырывая молодые деревца, но конь выскочил из зарослей на тропу. И повернул налево. Они направлялись к смотровой площадке – ресторану и автостоянке. Колдун надеется сбежать на машине?

Я бросилась за ним. Следы фейри на моей руке поблекли еще сильнее.

Пока лошадь галопом неслась по тропе, Ллирлетиад влил в мои конечности еще больше головокружительной магии. Так что я помчалась еще быстрее и снова вскинула руку.

Пока лошадь неслась по тропе, Ллирлетиад влил в мои конечности новую порцию своей потрясающей магии. Я побежала еще быстрее и снова простерла руку.

В круп коню-фейри ударил тугой водяной жгут. Конь потерял опору и кубарем покатился по тропе. Вылетевший из седла колдун приземлился тяжело, но все же поднялся и довольно резво заковылял прочь на своих двоих.

Я пронеслась мимо упавшей лошади – но моя скорость заметно снизилась. Магия Ллирлетиад слабела, а руны на теле колдуна светились все ярче. Он нырнул в кусты, прежде чем я успела призвать еще воды.

Пробившись сквозь заросли вслед за ним, я оказалась на краю стоянки, освещенной веселыми разноцветными огоньками, – только сейчас мне было не до них. Колдун мчался мимо припаркованных машин и закрытых кафешек. Я пустилась в погоню. Мое отчаяние так тесно переплелось с отчаянием Ллирлетиада, что я не понимала, где чье.

Магия фейри угасала на глазах. Его головокружительная сила была на исходе.

Я бежала из последних сил, легкие горели, ноги не слушались. Колдун неосторожно свернул к смотровой площадке – в тупик. Дальше бежать ему было некуда. Я его догоню. Я остановлю его. Я протянула руки, призывая магию Ллирлетиада.

Но услышала только еле слышный шепот – ощущение присутствия морского змея пропало.

Последний намек на метки фейри окончательно исчез с моей вытянутой руки. Все пропало. Пропала связь между нами.

На краю смотровой площадки колдун резко остановился и развернулся ко мне, прижавшись спиной к ограждению и задыхаясь. Магические метки по его правому боку просвечивали сквозь одежду. Откинув голову назад, он зашелся в приступе восторженного хохота.

Но я все еще неслась вперед. Впереди был пологий склон, бежать стало легче.

– Ллирлетиад мой! – выкрикнул он срывающимся голосом. – Ллирлетиад, я повелеваю тебе…

Закончить колдун не успел. Не дожидаясь, пока он отдаст приказ и положит конец моей жизни, я врезалась на полном ходу в него.

Плечом я ударила его в грудь, так что он откинулся назад и, не удержавшись, перевалился через перила. Сама я едва успела схватиться за металлический барьер, чтобы не отправиться за ним следом.

Колдун же, чертыхнувшись, ударился о крутой каменистый уступ по ту сторону ограждения. Отчаянно цепляясь за тонкие травинки и тщетно пытаясь найти опору на осыпающейся круче, он покатился вниз.

Перегнувшись через ограждение, я смотрела, как он скользит все ниже, исчезает из виду.

Крик колдуна разорвал ночную тишину парка. Звук не смолкал – пока внезапно не оборвался, когда его тело встретилось с землей тремя сотнями футов ниже.

Немигающими глазами я уставилась на то место, где он исчез, в голове была полная пустота.

Океан замерцал. Волны бились о плавники и чешуйчатый бок всплывающего на поверхность морского змея. Левиафан поднял голову из воды и глазами цвета слоновой кости издалека взглянул на нас. Затем нырнул под воду и бесследно исчез.

Моя рука была протянута к краю утеса, а я даже не помнила, когда успела ее поднять. А пальцы тряслись так сильно, что я не могла их унять.

За моей спиной по тротуару шаркнул ботинок.

– Руки вверх!

Мой оцепеневший мозг отказывался понимать. Я ждала Зака. Может быть, Аарона или Эзру. Но не…

– Руки вверх! – снова взревел мужской голос.

Подняв дрожащие руки, я медленно повернулась.

На следующем ярусе смотровой площадки выстроились в шеренгу четверо полицейских, направив на меня стволы.

В окнах кафе отражались мигающие красные и синие огоньки с парковки, а на дорожке держались за руки двое испуганных любителей побегать трусцой.

Бегуны. Наверняка они что-то слышали – возможно, звуки битвы магов. Или выстрелы, когда изгои из «Красного Рома» палили в Зака. Как бы то ни было, они и вызвали полицию.

А эти четверо копов только что были свидетелями того, как я преследовала человека до смотровой площадки, потом столкнула его со скалы – и он разбился насмерть.

Глава 22

Люди, которые меня знают, – я имею в виду тех, кому знаком мой нрав и темперамент, – были бы удивлены, узнав, что меня до сих пор ни разу не задерживала полиция. Так вот, теперь о моем чистом досье можно забыть.

Сидя на заднем сиденье в полицейской машине, я смотрела в окно. Руки, ноги, все тело дрожало от усталости, но уснуть не позволял адреналин – адреналин и удушающий, сжимающий горло ужас.

На стоянке возле машины суетилось с дюжину полицейских и следователей. В сторонке стояла машина скорой помощи с мигающими фарами, но парамедики, которые отправились к подножию скалы забрать тело колдуна, еще не вернулись.

В дюжине ярдов от них в окружении группы копов стояли Аарон, Кай и Эзра, в наручниках, как и я. Кай что-то говорил, резкие движения головы и плеч выдавали его гнев. На обочине сидела Оливия, тоже в наручниках, и плакала навзрыд. Рядом с ней на колени опустился растерянный парамедик.

Двое копов запустили собаку-ищейку в кузов грузовика Зака. Мне даже стало интересно, что они там найдут. Друид слишком умен, чтобы оставлять в своей машине улики, да и номерной знак ничего не даст, скорее всего. Самого Зака видно не было – нет, он слишком хитер, чтобы дать себя повязать. Он скрылся, как и оставшиеся в живых изгои из «Красного Рома».

У машины Аарона все двери были нараспашку. Сразу несколько офицеров копались в содержимом бардачка. Один коп держал мою сумку, он уже обыскал ее. А как же мечи ребят и прочее оружие? Я не заметила никаких его признаков – видно, успели прикопать где-то в лесу.

Я прислонилась лбом к оконному стеклу. Голова была тяжелая и кружилась от массы огней, мигающих всюду, куда ни посмотри. У меня ныла грудь, и я сама не понимала – то ли это все еще дает себя знать боль от привязки Ллирлетиада, то ли давит груз совести.

Час назад я убила человека.

Он был скверным человеком, злым. Собирался прикончить меня, Кая, Аарона и Эзру. Еще секунда – и он приказал бы Ллирлетиаду убить меня. Толкнув его, я спасла себя, своих друзей и верховного фейри. Это был правильный поступок… но никакая логика не могла успокоить мое ноющее сердце.

Я оборвала жизнь, и это не изменить, не исправить. Каким бы злым ни был этот колдун, его смерть станет тяжким бременем, которое мне придется нести до конца дней.

У меня задрожала нижняя губа. Вот бы сейчас оказаться рядом с ребятами, обнять их. Услышать, как они меня утешают, заверяя, что я не могла поступить иначе и сделала то, что должна была, что я всех спасла, что это был единственный выход.

Но поговорить с ними я не могла. И просто прижалась лицом к стеклу.

Кай все еще сердито говорил. Аарон с довольно агрессивным видом шагнул к полицейскому, но тот оттолкнул его. Разногласия сторон достигли апогея, но затем коп вытащил из кармана что-то маленькое. Он обошел Аарона со спины, немного повозился и отступил назад, держа в руке пару наручников.

Аарон, крайне возмущенный, принялся растирать запястья. Полицейский снял наручники с Кая и Эзры, после чего сурово указал на маленькую красную спортивную машину Аарона и что-то скомандовал. Но вместо того чтобы повиноваться приказу, трое магов повернулись к той машине, где томилась я. Страдание на их лицах было не менее явным, чем полицейские мигалки.

Двое копов, отделившись от окружавшей магов группы, направились ко мне. Открыв передние двери полицейского джипа, они впустили в машину волну хаотического шума. Не торопясь, заняли свои места, и тот, что был за рулем, завел двигатель.

Машина медленно развернулась и направилась к выезду со стоянки. Прижимаясь носом к стеклу, я мысленно взывала к Аарону, Каю и Эзре, пока джип проносил меня мимо них.

Но они беспомощно стояли посреди парковки. Они же маги. А магов полиция не задерживает.

Зато может задержать человека, и с этим ребята ничего не могли поделать. В этой ситуации они оказались бессильны.

* * *

Единственный вопрос теперь заключался в том, будет ли мне предъявлено обвинение в предумышленном или непредумышленном убийстве. Сгорбившись в неудобном металлическом кресле, я тупо глядела на свое подавленное, измученное отражение в зеркальном окне напротив. Комната для допросов выглядела в точности как в кино, разве что стол был поменьше. Мои наручники даже прицепили к железной трубке на столе.

На второй стул сел Джастин, который одной рукой массировал мне плечо. Я чуть не расплакалась, когда он вошел. Ну да, под «почти» я имею в виду, что ревела, как маленькая, целых пять минут.

Комкая в руке бумажный носовой платок, я в последний раз шмыгнула носом, смахнула с ресниц остатки своего нервного срыва и судорожно вздохнула. Сжимая мое плечо, Джастин мрачно таращился на зеркальное окно. Потом наклонился к моему уху.

– Тори, – прошептал он. – Что за дела?

Я, звеня наручниками, промокнула платком заплаканные щеки.

– Это просто ужас какой-то.

Брат сурово сжал губы.

– Ты действительно столкнула человека? Нет, не отвечай. Дождись своего адвоката.

Разве у меня есть адвокат? Я никаким адвокатам не звонила. А как же мое право на телефонный звонок? Кажется, в жизни все же все не так, как в кино.

– Дело плохо, Тори, – продолжал Джастин. – Четверо офицеров полиции и двое гражданских клянутся, что видели, как ты догнала этого парня на смотровой площадке и толкнула его через перила. Много свидетелей, и у всех показания сходятся.

Я до боли сжала кулаки. И ничего не сказала.

Он потер лоб, а когда снова поднял взгляд, в его глазах читалось не только мучительное беспокойство.

– На месте происшествия были еще люди – трое мужчин, в том числе один, назвавшийся Аароном Синклером. Это твой парень, если я не ошибаюсь?

И опять я промолчала. Да ему и не нужно было мое подтверждение. Джастин наклонился еще ближе, понизив голос до едва заметного шепота.

– При нем было удостоверение личности мага.

Наши глаза встретились. Он вгляделся в мое лицо и недовольно скривил рот.

– Стало быть, ты знаешь. – Он надолго погрузился в свои мысли. – Как только я услышал, что твой бойфренд маг, сразу понял, что нападение в Чайнатауне не было случайным. И ты была в курсе, что это за типы.

Я кусала губы.

– Понимаешь, я не знала, что тебе сказать. Откуда мне было знать, сколько ты обо всем этом знаешь.

– Я знаю только то, чему меня учили. – Джастин сузил глаза. – А раз ты встречаешься с одним из них, полагаю, тебе известно побольше моего. О чем ты только думала, Тори? Связаться с этими?

Он так сказал «этими», будто речь шла про мафию. Я открыла было рот, чтобы возразить, но он продолжал, тихо и угрожающе:

– Я считал тебя умнее. Нашла во что ввязаться…

– Стоп, – прошипела я. – Просто прекрати, Джастин. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

Сердитый брат уставился на меня.

– Имел бы… если б ты хоть словечком обмолвилась об этом. Почему ты мне не сказала?

Гнев в его глазах сменился болью, и я совсем сникла. В последнее время я так много врала, что это начало казаться нормальным, но Джастин – его я не должна была обманывать. С ним-то я могла бы поделиться нереальными событиями, в которых недавно участвовала. Он ведь уже знает, что магия и маги существуют. У меня не было веских причин ему лгать.

– Я… я боялась, что ты не поймешь.

Он отвернулся, по скулам ходили желваки. Молчание затягивалось, и в повисшей паузе я успела подвергнуть сомнению каждый свой поступок, каждое решение за последние несколько недель.

– Надо было все мне рассказать, – еле слышно пробормотал мой брат. – Возможно, я мог бы предотвратить то, что случилось… но теперь слишком поздно.

Я опустила голову, слишком измученная и эмоционально истощенная, чтобы ответить. Джастин тоже больше ничего не сказал. Один час растянулся до двух, потом до трех. Мой брат ерзал на стуле, чувствуя себя так же неловко, как и я. Он мог бы уйти, но не ушел. Даже рассерженный, даже чувствуя себя преданным, он все же остался рядом со мной.

Преодолевая стыд, я взяла его за руку. В ответ он крепко сжал мои пальцы, и у меня на глазах выступили слезы благодарности. Я сморгнула их. Всю неделю я сходила с ума из-за расследования МагиПола, как будто изгнание из магического сообщества было худшим, что может со мной случиться. А теперь взяла и сама разрушила собственную жизнь. Каково это, сидеть в тюрьме? Веселого мало, это уж точно.

Спустя, как мне показалось, лет пятьдесят дверь, наконец, отворилась, и в допросную вошел немолодой уже полицейский.

– Офицер Доусон.

Джастин отпустил мои руки и подошел к пожилому копу. Они перешептывались, наклонив друг к другу головы.

– Что? – Джастин отшатнулся. – Но их юрисдикция не распространяется на…

Немолодой полицейский что-то прошипел и подхватил Джастина под локоть. Обернувшись, мой брат бросил на меня панический взгляд, а офицер потащил его из комнаты прочь. Дверь захлопнулась.

Я снова стала пялиться в зеркальное окно, слишком вымотанная, чтобы паниковать. Все-таки магия Ллирлетиада изрядно меня потрепала. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой усталой, выжатой как лимон. Голова отяжелела, я с трудом держала ее в вертикальном положении. Даже дыхание требовало сосредоточенности и усилий.

Я как раз собралась вздремнуть на столе, когда дверь снова открылась. Вошла женщина-полицейский со связкой ключей в руке, а другой, мужчина, задержался в дверях.

Женщина отстегнула от стола мои наручники.

– Пойдемте с нами, мисс Доусон.

Я вытащила себя из кресла, в теле дрожала каждая жилка.

– Куда мы идем?

– Сюда, пожалуйста.

Следом за парой я вышла в стерильно-пустой коридор. Идти пришлось недалеко – мимо нескольких дверей, и только-то. Женщина-коп махнула мне, показывая, чтобы я входила первой, так что я вошла.

Я оказалась в еще одной допросной комнате, поменьше и без одностороннего зеркала. И в отличие от предыдущей здесь, дожидаясь меня, уже сидели за столом двое, мужчина и женщина. Я подозрительно всмотрелась в смутно знакомого мне человека, пытаясь понять, где могла его видеть. Полицейские не вошли в комнату, а просто закрыли за мной дверь.

– Присаживайтесь, мисс Доусон, – заговорил тот человек.

Его голос показался даже более знакомым, чем лицо. Неуверенно пройдя вперед, я присела на один из двух стульев напротив парочки, неловко положив руки в наручниках на колени. Его каштановые волосы были коротко подстрижены, а у нее волосы собраны в скучный конский хвост. Оба они были в черных костюмах, как голливудские агенты ФБР.

Вытащив из кармана очки в темной оправе, мужчина уверенно надел их на нос. Затем открыл лежащую перед ним коричневую папку.

– Виктория Доусон, более известна под уменьшительным именем Тори. Двадцать один год. Пять футов семь дюймов, рыжие волосы, карие глаза. Родилась в Питерборо, провинция Онтарио, в семье Майкла и Кэрол Доусон. – Он перелистнул страницу. – Вы попали в дурную компанию, мисс Доусон.

– Кто вы? – севшим голосом спросила я.

Он провел пальцем вниз по странице.

– Ответьте, мисс Доусон. Когда вы впервые узнали о гильдии «Ворон и Молот»?

При слове «гильдия» мой усталый мозг, наконец, сработал. И мне будто дали под дых, так что в легких не осталось воздуха. Не агенты ФБР.

Агенты ОМП.

Это же те самые агенты, которые вломились на ежемесячное собрание гильдии, пытались арестовать Эзру, допрашивали половину гильдии, устроили обыск в помещении и слежку за ребятами, пытаясь узнать, кто месяц назад помог им задержать Риверов.

Поскольку я, ошеломленная, была не в силах вымолвить ни слова, мужчина – агент Харрис – поправил очки.

– В ваших же интересах заговорить, мисс Доусон.

– А молчание ничего вам не даст, – добавила женщина, примерно такая же эмоциональная, как факс.

Я спохватилась, что сижу с открытым ртом, и в тихом ужасе закрыла его.

– Мне нужен адвокат.

Агент Харрис тихо щелкнул языком.

– Кажется, у вас сложилось впечатление, что мы функционируем, как обычная человеческая система правосудия. Но это, безусловно, не так. Адвокаты не играют никакой роли в нашей системе, а ОМП несет функции и обвинителя, и судьи. Доказывать свою невиновность – ваше дело.

Он открыл в своей папке новую страницу, также заполненную печатным текстом.

– Позвольте мне облегчить вам задачу, мисс Доусон. Нам уже известно, что вы сотрудничаете с «Вороном и Молотом» не менее трех месяцев. Вы находились в помещении гильдии и ежедневно общались с многими ее членами. Вы принимали участие в магическом расследовании. Вы добыли незаконные артефакты и применяли их – не больше, не меньше, как против собственных собратьев.

– Мы также намерены доказать вашу связь с разыскиваемым мошенником, известным как Призрак, – спохватившись, запоздало добавила женщина.

– Сегодня вечером вы убили человека на глазах у четырех полицейских. Поверьте, тот факт, что он был магом-изгоем, ничего не будет значить для человеческого суда. – Агент Харрис откинулся на спинку кресла. – Однако, если вы согласитесь сотрудничать, мы обязательно замолвим за вас словечко. Возможно, даже удастся убедить их в том, что вы действовали в целях самообороны.

Он хочет, чтобы я стала предательницей и выдала «Ворона и Молот» ради мизерного шанса избежать обвинения в убийстве. Чтобы я выдала членов гильдии этим волкам из МагиПола.

Я ощерилась.

– Пошел ты…

Агент Харрис фыркнул.

– Вполне в духе магов из «Ворона и Молота», как я погляжу. В таком случае…

Щелкнула дверная ручка, и в спину мне подул ветер – а дверь распахнулась настежь. Я не оглянулась, слишком увлекшись игрой в гляделки с агентами, да и какая разница, кто из копов решил вмешаться в наш…

Стоявший рядом со мной стул отъехал от стола.

– Приношу свои извинения за опоздание.

Я знала этот голос. Не веря своим ушам, я рывком повернулась к человеку, садившемуся на стул рядом со мной.

Глава 23

Дариус, мастер гильдии «Ворона и Молота», подмигнул мне и бросил на стол толстую папку. Я глуповато хрюкнула. Несмотря на то что была глубокая ночь, его седые – соль с перцем – волосы были аккуратно причесаны, короткая бородка сохраняла идеальную форму, рубашка и брюки отглажены.

– Бреннан, как ваши дела? – Дариус любезно улыбался. – Непростая неделя у вас выдалась, не так ли? Надеюсь, у вас есть шанс получить сверхурочные.

Агент Харрис посмотрел сквозь очки.

– Вас не приглашали на эту встречу, Дариус. Мы вызовем вас на допрос в свое время.

– О нет, я имею полное право присутствовать, когда вы допрашиваете одного из членов моей гильдии.

– Она не состоит ни в вашей гильдии, ни в какой-либо другой, – отрезал агент Харрис.

– Кандидат в члены гильдии, – уточнил Дариус с легкой улыбкой. – А это значит, как вы знаете, что я как ее руководитель могу воспользоваться своими правами.

– Она – человек, – кисло выдавил агент Харрис. – И не может быть ни членом гильдии, ни кандидатом, ни кем-либо еще. Люди могут работать в гильдии – с одобрения ОМП, – но их нельзя принимать в члены организации.

– Очень верно, очень верно. Однако, – Дариус поставил локти на стол, сцепив пальцы, – Тори – маг.

У агента Харриса отвисла челюсть. У меня тоже.

Я быстро опомнилась и взяла себя в руки, притворившись, что это не было для меня разорвавшейся бомбой и что я не чувствую себя так, будто мне в задницу воткнули электрошокер.

Возмущенный донельзя, агент Харрис уставился в пространство между нами, потом раздраженно хлопнул рукой по раскрытой папке. Весь его профессиональный вид испарился.

– Я не потерплю этих глупостей, Дариус, с меня хватит. Это же чушь собачья. Мы знаем, что она человек. Мы уже проверили ее биографию, родословную и семейную историю. Она обычная смертная до мозга костей, это точно – точнее быть не может.

– Возможно, так все и выглядит, – невозмутимо ответил Дариус, – просто до недавнего времени она оставалась непроявленной. Так бывает редко, но…

– Непроявленная что? – перебил агент Харрис.

– Ведьма, разумеется.

Я покрепче сжала челюсти, чтобы держать рот закрытым. Ха-ха, вот смех-то, да? Я ждала, в чем прикол.

– Она ведьма, – повторил Дариус в наступившей тишине. – Учитывая, что наша одаренная всю жизнь прожила в городах, неудивительно, что до прихода в «Ворон и Молот» она ни разу не видела фейри. В самом деле, когда Тори наткнулась на мою гильдию, она верила, что является человеком. Но, – он лукаво постучал себя по носу, – у меня были подозрения. Я нанял ее барменом…

– Вы не подали на нее документы!

– Я признаю, что задержал оформление ее документов. Не хотелось беспокоить вашу и без того загруженную административную ветвь ненужными анкетами, ведь я ожидал, что в ближайшее время отправлю другие. – Он обезоруживающе улыбнулся. – И вот, Тори вскоре показала свои способности к магии Спириталис.

О, нет. У меня таких способностей точно не было.

Агент Харрис отрывисто рассмеялся.

– Не перегибайте палку, Дариус. Если вы собрались выдать девушку за мага, надо было выбрать другой класс магии, попроще. Псионику, например, гораздо легче подделать. Черт, да вы могли бы подписать для нее контракт с демоном, если уж так важно принять ее в гильдию.

Дариус открыл свою папку, вынул бланк и продолжал врать так складно, что я пришла в восторг от его мастерства.

– Это, как видите, кое-какие документы для ее регистрации в качестве мага. Подписаны четыре недели назад и датированы, хотя, боюсь, общее собрание моих чудовищно перегруженных акционеров не успело представить их на рассмотрение.

Я взглянула на бланк, который он передал агенту Харрису. Там, внизу, стояла моя подпись – кривые некрасивые каракули, так я всегда и подписывалась. Расцеловала бы того, кто так идеально ее подделал.

– А это, – Дариус протянул еще один толстый пакет, – документы на ее вступление в гильдию. Вы найдете мои рукописные заметки о нашем собеседовании, сделанные три недели назад, – дата имеется.

Подавив желание обнять Дариуса, я постаралась смотреть уверенно, как будто все это меня ничуть не удивило.

Агент Харрис пролистал бланки, затем отложил их в сторону.

– Впечатляющие подделки, Дариус. И вы в самом деле думаете, что я во все это поверю?

– Если у вас есть сомнения, мы можем обратиться к арбитражной комиссии в соответствии с правилами ОМП. Хотя, – добавил Дариус с улыбкой, теплой, как арктический шторм, – я не представляю, как вы или кто-либо еще смог бы доказать, что эти документы фальшивые.

Агент Харрис оскалил зубы.

– Документы не имеют значения. Важно то, что эта ваша подопечная не ведьма. Вы не сможете доказать, что она владеет магией Спириталис. А без этой мелочи – доказательства – дорога ей прямиком в тюремную камеру. Мы не позволим делать из нас дураков.

Дариус повернулся на стуле, чтобы оказаться ко мне лицом. Выражение его лица было торжественно-серьезным, но глаза сверкали яростно и задорно. Ему нравилось бесить ОМП.

– Тори, не могла бы ты вызвать для Бреннана своего фамильяра?

Моего фамильяра? Но у меня нет фамильяра!

Однако запаниковать я не успела, потому что угол комнаты вдруг потемнел. Из теней появился неповоротливый силуэт – короткая морда, распахнутая пасть полна острых зубов, красные глаза сверкают, как будто собираются стрелять лазерами.

Шестифутовый Годзилла взревел так, что дверь задребезжала.

Агент Харрис вскочил, опрокинув стул. Его напарница сидела, ошеломленно моргая.

Я уставилась на мини-Годзиллу.

– Прутик?

Фигура монстра расплылась и съежилась. Зеленая кожа и разветвленные конечности уплотнились, и ко мне на колени прыгнул маленький фейри. Его огромные глаза блестели, он сиял от гордости и был насторожен.

По моей левой руке пробежала вспышка тепла. Содрогаясь в воздухе, будто ниоткуда появилась длинная голубоватая змея. Хоши зависла над моей головой, хвост обвился вокруг моих плеч.

– Перед вами фамильяры Тори, – сухо объявил Дариус.

Агент Харрис перевел взгляд с фейри на сильфу, затем сердито подвинул стул и сел.

– Откуда мы знаем, что эти фейри ее?

– Тори – мой человек! – пропищал Твигги, гневно раздувая худенькую грудь. – Мы живем в нашем доме, и она показывает мне кино, а я прогоняю толстяка, когда он приходит разнюхивать и совать нос не в свои дела.

– Толстяк? – с любопытством пробормотал Дариус.

– Мой домовладелец, – шепнула я в ответ.

– А где твоя метка фамильяра? – самодовольно усмехнувшись, спросил агент Харрис.

– У вас что-то с очками, Бреннан? – Дариус постучал по моей руке. – Да вот же она, перед вами.

Я уставилась на свою левую руку. На бледной коже резко выделялся нарисованный Заком рунный круг.

– Это шариковая ручка! – рявкнул агент Харрис. – Сотрите его!

Дариус лизнул большой палец и энергично потер мою руку. Линия почти не размазалась. Я и сама знала, что карандаш водоупорный, но все равно страшно тряслась – вдруг кто-нибудь все же смоет его, и вся затея рухнет.

Женщина-агент молча подняла с пола свою сумочку, вытащила из нее пачку салфеток для снятия макияжа и протянула мне одну. Прищурившись, я всмотрелась в ее лицо. Зачем она таскает с собой салфетки? Я не заметила на ней ни капли косметики.

Твигги сморщил нос от резкого запаха и спрыгнул с моих колен. С нервным комом в горле я прижала влажную салфетку к рисунку – пришлось для этого неловко вывернуть скованные наручниками запястья. Сосчитала до десяти, затем стерла рисунок и отняла салфетку.

Черная краска смылась – а на ее месте появились аквамариновые линии, точно повторяющие причудливое заклинание, нарисованное Заком. Когда я подняла руку, чтобы рассмотреть его поближе, голубые отметины стали отливать розовыми тонами. Хоши нежно сжала меня своим хвостом, молчаливо утешая и поддерживая.

Когда я вытерла остатки подводки, Дариус просиял:

– Хитроумный способ замаскировать метку фамильяра, вам не кажется?

Агент Харрис буквально кипел, на виске у него пульсировали вены. Сдернув с носа очки, он сунул их в нагрудный карман.

– Мы проверим ее фамильярную связь, как только сможем добыть ведьму.

– Конечно.

– Не думайте, что с этим покончено, Дариус, – прорычал агент, запихивая все бланки в папку и захлопывая ее. – Вы наняли в свою гильдию человека без допуска, выявили мага, не зарегистрировав, и эту новоявленную одаренную вовлекли в сверхъестественную деятельность. Про дело Риверов мы тоже не забыли. И – сегодня вечером будет расследование событий в Стэнли-парке.

Дариус спокойно кивнул.

Агент Харрис встал.

– Ждите к понедельнику полный список обвинений и штрафов против вашей гильдии.

– Я буду ждать их с нетерпением, – ответил Дариус. – В свою очередь, я ожидаю, что вы с готовностью проинформируете все соответствующие стороны, что Виктория Доусон и смерть изгоя теперь находятся под юрисдикцией ОМП. Полиция должна прекратить расследование и уничтожить все документальные записи о ее задержании.

Агент Харрис только хмыкнул и направился к двери, женщина-агент следовала за ним по пятам.

– Ах да, и вот еще что, Бреннан! – Дариус закинул руку на спинку своего стула. – Полагаю, мы все заинтересованы в том, чтобы вы не затягивали процесс обработки документов по регистрации Тори и ее вступлению в гильдию. Заполненные бланки у вас уже есть.

Прорычав что-то неразборчивое, агент рывком открыл дверь и, выскочив в коридор, с грохотом захлопнул, чуть не прищемив напарницу. Пришлось ей снова открывать дверь, чтобы уйти. Но, в отличие от Харриса, она прикрыла ее за собой как зрелый, эмоционально стабильный взрослый человек.

В маленькой комнате повисла тишина. Обвив меня хвостом, Хоши безмятежно покачивалась в воздухе. Я уставилась на Дариуса, ошеломленная, лишившаяся дара речи.

– Как ты себя чувствуешь, Тори? – ласково спросил он.

– Я… я… я даже не знаю. Как будто гора с плеч? Так, наверное? – Я размяла руки, звякая металлическими наручниками. За моими движениями с тревогой наблюдал Прутик. – А еще я ничего не понимаю. Как вы… все это?..

Дариус устало потер бородку.

– Это были беспокойные несколько часов, признаюсь тебе. Как только мы поняли, что нет никакого способа снять с тебя обвинение в убийстве, единственным решением было перевести тебя из системы человеческого правосудия в нашу собственную юрисдикцию. С документами проблем не было, а вот зарегистрировать тебя как…

– Ведьму? – пробормотала я, помотав головой.

– Это был не первый вариант, пришедший мне в голову. – Его губы тронула странная улыбка. – Сначала мы обсуждали, достаточно ли ты поднаторела в Таро, чтобы заморочить голову агенту ОМП, но тут мне позвонили с неизвестного номера.

Звонивший – таинственный незнакомец – не назвал своего имени. И не вел со мной светскую беседу. Зато он прояснил несколько очень важных моментов.

Он напомнил, что человек, вступивший в контакт с демоном, считается магом, а значит, человек вроде тебя, имеющий привязку к фейри, также должен считаться магом. Я согласился, что это логично, а он сказал, что мне остается убедить в том же ОМП. После чего, не прощаясь, повесил трубку.

Весь его рассказ (а особенно про грубое окончание телефонного разговора) отчаянно напоминал мне о ком-то, кого я весьма хорошо знаю. Я посмотрела на свою руку, где на коже слабо светилась магическая метка Хоши. Знак фамильяра. Вот же хитрый друид.

– Признаюсь, я немного волновался, когда подошло время звать сюда твоего фамильяра, – задумчиво добавил Дариус. – Я не был уверен, что он у тебя есть.

Я повернулась к Прутику, который обычно старался не отходить далеко от дома.

– Как ты узнал, что надо прийти сюда?

– Нас призвал Хрустальный друид! – радостно зачирикал Прутик. – Он сказал нам найти тебя и дождаться подходящего момента. Это был подходящий момент?

– Это был определенно подходящий момент, – ответила я, осторожно наблюдая, как отреагирует Дариус на упоминание о «Хрустальном друиде».

Дариус еще раз подмигнул мне. Конечно. Он был слишком умен, чтобы не догадаться, кто был звонивший ему таинственный незнакомец – и кто помог нам вызвать темного фейри в Стэнли-парке (в том, что маги рассказали об этом своему главе, я ничуть не сомневалась).

При этой мысли меня снова охватила тревога.

– Дариус, а как насчет обвинений против гильдии? Что с…

– Не беспокойся об этом, дорогая Тори. Разборки с ОМП – моя работа. Это одна из многих приятных обязанностей, которые имеются у главы твоей гильдии.

Не сразу, но до меня дошел смысл его слов, и голова закружилась от наплыва эмоций.

– Главы моей гильдии…

Улыбка исчезла с его лица.

– Я должен извиниться, Тори. Я не имел возможности заранее спросить у тебя, согласна ли ты на это. Но это было единственным способом уберечь тебя от тюрьмы. Теперь ты зарегистрированный маг, и отныне твоя жизнь подчиняется нашим законам, как хорошим, так и плохим.

Законы, полная фигня. Меня это не заботило.

– Теперь я член «Ворона и Молота»?

– Да, именно так.

Моя физиономия расплылась в улыбке, такой широкой, что заболели щеки, и на глаза навернулись слезы. Забыв о приличиях, я перекинула скованные наручниками запястья через голову Дариуса и обняла его, изо всех сил стараясь не задушить в процессе.

– Спасибо, – выдохнула я.

В ответ он тоже крепко меня обнял.

– Я рад приветствовать тебя в гильдии. Теперь у нас есть собственный человек-маг.

– Человек-маг, – повторила я, откинувшись на спинку стула, разом удивленная и восхищенная. – А можем мы сделать это моим официальным статусом?

Посмеиваясь, Дариус взял свою папку.

– Ты считаешь? Кстати, мне кажется, у дорогого агента Харриса было достаточно времени, чтобы выписать бумагу о твоем освобождении.

Через десять минут, освободившись от наручников, я вышла из участка на упоительно свежий воздух. Утренняя заря окрасила горизонт оранжевым светом. Немного скучая по прикосновениям маленьких лапок Хоши, я расправила плечи. Еще раньше я отправила их с Прутиком домой, чтобы не шокировать всяких малосимпатичных копов.

У подножия лестницы, отбрасывая длинные тени на тротуар, ждали трое.

Как я ни устала, бурный всплеск энергии словно влил в меня новую жизнь. Перепрыгивая через две ступени, я с раскинутыми руками помчалась вниз. А в следующий миг меня обняли сразу с трех сторон, так что я не могла понять, где чьи руки.

– Ребята! – и я задохнулась. А потом разревелась. В очередной раз.

– Тори! – сочувственно хмыкнул Аарон.

Всхлипнув всего разок, я умудрилась прекратить истерику, а Кай достал носовой платок и вытер мне щеки. Я так крепко обхватила Аарона и Эзру за шеи, что, кажется, чуть не удушила обоих.

– Как дела? – этот вопрос Аарон задал кому-то позади меня, и только тогда, обернувшись, я заметила, что к нам присоединился Дариус.

Он улыбался, как гордый папаша.

– Я прибыл как раз в тот момент, когда Тори посылала уважаемого агента Харриса к демонам. Остальное прошло, как и планировали.

Аарон с такой силой прижал меня к груди, что выдавил из моих легких весь воздух.

– Значит, теперь ты маг.

– Дариус говорит, что я человек-маг. У меня свой собственный магический класс. Круто, да?

Он радостно рассмеялся.

– А что, мне нравится. Ты такая же нестандартная, как и все мы, маги «Ворона и Молота»…

– Тори!

Я поспешно освободилась из рук Аарона, потому что вниз по лестнице бежал Джастин, встревоженный, с растрепанными волосами и темными кругами вокруг глаз. Пока он настороженно оглядывал четверку магов, я подошла к нему.

– Джастин! Ты уже слышал? Я свободна, как птица…

– Тори. – Он не дал мне договорить, схватил за руку и потащил в сторону. – Мне сказали, что ты перешла под их юрисдикцию.

– Да, все точно.

В его карих глазах мелькнуло безумие.

– Но ты же не одна из этих.

– Это долгая история. – И я понятия не имела, с чего начать. И имею ли я право объяснять? Хотя… это как раз неважно, потому что своему брату я скажу правду, понравится это МагиПолу или нет.

– Я потом все тебе объясню, ладно? Мне нужно идти. Я еле на ногах держусь.

– Тори, – начал он снова. – Ты не… ты хоть представляешь, во что ты…

– Вообще-то да. – Я сделала глубокий вдох. – Джастин, мне жаль, что я хранила от тебя секреты, и я обещаю, что расскажу все тебе об этом. Но сейчас не время. Меня ждут.

Джастин помрачнел.

– При чем тут они? Я сам отвезу тебя домой.

Это сильно меня рассердило, но я изо всех сил старалась сохранять ровный тон.

– Я сама буду решать.

Челюсть Джастина окаменела.

– Ты убила человека, Тори. Прошу, не надо делать вид, что они здесь ни при чем. Пусть даже ты не попадешь в тюрьму, ты убила человека. Это та дорожка, по которой ты хочешь катиться дальше?

Внутри у меня что-то болезненно сжалось. Я вырвала пальцы из его руки.

– Я тебе вечером позвоню.

– Тори…

Каждый шаг причинял боль, но я пошла прочь. Сделать так, чтобы Джастин понял, будет нелегко, а сейчас у меня не было ни времени, ни сил говорить с ним об этом. Я улажу это потом.

Поравнявшись с парнями, я обняла двоих, которые оказались ко мне ближе, – Аарона и Кая, – и все вместе мы зашагали прочь от полицейского участка.

Глава 24

Тридцать из последних сорока восьми часов я проспала. После этого вы могли бы подумать, что отдохнула я неплохо.

Я подавила зевок, слушая, как преподаватель описывает программу занятий и основные задания. Пропустив первые три дня осеннего семестра, я решила не прогуливать еще и в пятницу. Но уже начинала жалеть о своем решении. Ничто не могло усыпить меня быстрее, чем бубнящий старик, чье бормотание удивительно напоминало отдаленный шум пылесоса.

Взглянув на часы – оставалось еще пятнадцать минут, – я вытянула ноги и, пряча телефон под длинным столом, скосила глаза на экран. Он мигнул новым сообщением. Я закатила глаза. Должно быть, Аарон, напоминает, что зайдет за мной и отвезет на работу. Они вместе с целительницей и двумя алхимиками наперебой пытались убедить меня не совмещать сегодня учебу с работой, а подождать до вторника. Но после того первого визита ОМП я уже прогуляла две недели работы и не собиралась пропустить больше ни дня. Банковский счет меня тревожил – я была на мели.

Открыв приложение, я прочитала короткую записку.

«Я в холле. Выходи скорей».

Только начав удивляться странно ворчливому тону пиромага, я проверила, кто отправитель. Сообщение было не от Аарона.

Не сдержавшись, я взвизгнула. Препод покосился в мою сторону, а я уже сунула ноутбук в сумку и выскочила из-за стола.

– Извините, – крикнула я в дверях. – Семейные обстоятельства. Должна идти!

Я летела по коридору. Холл, значит. Я бросилась к ближайшей лестнице, спустилась на второй этаж, пробежала по длинному коридору. Он выходил в двухэтажное пространство с огромными арочными окнами под самой крышей.

Перегнувшись через перила, я посмотрела вниз. По вестибюлю бродило с десяток студентов, входя и выходя из расположенной там же библиотеки. Еще несколько сидели на лавках вдоль стены и…

Вон там. К широкой колонне прислонился человек в сером свитере с надвинутым капюшоном.

Я помчалась вниз по лестнице, по кафельному полу. Мужчина оторвался от телефона, солнечный свет ударил в его красивое лицо.

– Зак! – резко остановившись, я оглядела его с головы до ног, а потом обхватила обеими руками.

– Осторожнее, задушишь, – ворчливо заметил он, когда я его сжала.

– Ты живой!

– Ненадолго, если ты не перестанешь меня душить.

Я отпустила его и отошла на шаг назад – а потом с силой стукнула его по плечу, так что самой стало больно.

– Ты почему не писал до сих пор? Я боялась, ты умер.

– Разумеется, я не умер. – Он возвел к небу свои невозможные зеленые глаза. – За кого ты меня принимаешь?

– Да я, понимаешь ли, вроде бы помню, что в тебя стреляли – много раз! – так что уж прости, что волновалась за твою жизнь.

Конечно, я знала, что друид выбрался живым из передряги в парке, ведь это он позвонил Дариусу в ночь моего ареста. Но с тех пор он упорно молчал в эфире, и меня изводили кошмарные сны о том, как он умирает от незалеченных ран.

– В меня не стреляли. – Он скривил губы. – Точнее, стреляли, но я обычно предвижу возможность нападения сзади. К пулям я не был полностью готов, но полученные царапины не были опасными для жизни.

До меня внезапно дошло. Тогда на стоянке, перед тем как призывать Бхардудлина, Зак задирал рубашку, и я видела заклинание, нарисованное на его боку. Защитные чары?

– А если ты не был серьезно ранен, – спросила я, – почему ты не выходил со мной на связь?

– Я был занят.

– Настолько занят, что не мог ответить хоть на одну эсэмэску? – Я подбоченилась. – Какой же ты гад.

– Это ты мне уже говорила. Но вот, я же пришел, разве нет?

И правда, пришел, и это было самым удивительным в нашей неожиданной встрече.

– А почему это ты пришел?

Зак вгляделся в мое лицо.

– Не понимаю, разве в гильдии тебе не давали зелья жизненной силы? Ты все еще бледная.

– Я всегда бледная. А зелья мне давали. – Я сморщила нос. – У них ужасно противный вкус по сравнению с твоим.

Уголки его губ дернулись, как будто я удивила его комплиментом.

– Я принес тебе несколько порций. – Он сбросил с плеча рюкзак – случайно или нет, но он был похож на студента больше, чем можно было ожидать, – и вытащил бумажный пакет, в котором звякали бутылки. – Вот.

Взяв пакет, я прыснула.

– Выглядит так, как будто ты доставляешь выпивку несовершеннолетней.

– Ты совершеннолетняя.

– Это к делу не относится. Как ты вообще меня нашел?

– В свое время у меня были причины узнать о тебе все. А кроме того, Прутик сообщил, что ты в «скучном месте». Нетрудно было догадаться, что это за место. – Он повесил сумку на плечо. – Ваш шеф разобрался с полицией?

Расплывшись в улыбке, я полезла в сумку. И, вытащив бело-голубое удостоверение личности, с гордостью показала ему.

– Вуаля!

Зак посмотрел на карточку, и медленная улыбка, чуть тронув губы, согрела его глаза.

– Ты получила магическое удостоверение. Хорошо.

– Отчасти благодаря тебе. – Я убрала карточку в сумку. – Не могу поверить, что ты сделал Хоши моим фамильяром, а мне ни словечка не сказал.

– Тебя зарегистрировали как ведьму?

Я кивнула.

– Хотелось бы мне быть настоящей ведьмой, но лучше подделка, чем ничего.

– Ты настоящая ведьма.

Мое хорошее настроение в момент испарилось.

– Не морочь мне голову, Зак.

Он нахмурился.

– Твои отношения с фейри не подделка, так с чего ты решила, что ты фальшивая ведьма? Ты что же, не слушала, когда я говорил, что можно быть человеком и магом?

– Когда это ты такое говорил?

Он раздраженно фыркнул.

– Магия – это инструмент, а не право по рождению. Если бы дело ограничивалось только тем, что мы наследуем, то у колдунов и друидов не было бы фамильяров – мы ведь не рождаемся с ними, не так ли? Не было бы такого понятия, как контракторы. Маги не могли бы использовать артефакты. Или использовали бы только те, которые сделали сами.

Пол под ногами слегка пошатнулся, когда до меня дошел смысл его слов.

– Маг – это любой, кто использует магию. Ты, – он стукнул костяшками пальцев по моему черепу, – такой же маг, как и я. Единственная разница в том, что ты начала с нуля.

Я тяжело сглотнула.

– Но в ОМП говорят…

Он наклонился и посмотрел мне в глаза.

– Ты сделала выбор, Тори. А выбор сильнее судьбы.

Я вытаращилась на него. А ведь он прав. Я решила заняться магией и научиться ее использовать. Неужели я так уж сильно отличаюсь от ведьмы или колдуна только потому, что не могу ощущать стихии или сама творить заклинания?

Зак выпрямился и расправил плечи.

– Мне нужно идти.

– Уже? – Я покачала бумажным пакетом с бутылками. – Ты проделал весь этот путь, чтобы дать мне несколько порций зелья?

– Я пришел еще и попрощаться.

Меня охватила тревога – я вспомнила, о чем Зак рассказывал тогда в доме Аарона.

– Ты решил удариться в бега?

Он кивнул.

– А как же Надин? Ты нашел для нее безопасное место?

– Я посадил ее в самолет час назад. В Англии у нее удивительно много родни, и все жаждут принять ее у себе. Там она будет в безопасности.

Вау, Англия. Там Надин не придется скучать. Но…

– А сам ты? Куда пойдешь?

– Лягу на дно – сначала в горы, а потом… – Он пожал плечами и поднял мобильник. – Кстати, этим и другими средствами связи в ближайшее время я пользоваться не буду.

У меня перехватило горло.

– И долго?

– Сколько потребуется, чтобы мои враги забыли обо мне. – Он отошел от колонны. – Я тебя предупредил, так что не жди, что я стану отвечать на твои еженедельные оскорбления.

– А ты и так ни разу не ответил, – севшим голосом сказала я. – Зак…

– Интересное было приключение, Тори. – Он шагнул к выходу. – Держись подальше от неприятностей, если сможешь.

– Зак…

От плеч друида отделились тени – крылья Лаллакай взметнулись, окутывая его фигуру.

– Зак!

Мой крик разнесся по холлу, но поздно. Он уже скрылся с глаз.

Не обращая внимания на недоуменные взгляды ближайших студентов – ни один из которых и не заметил, что человек только что растворился в воздухе, – я сжала руки. Как он мог просто так взять и уйти? Я упала на ближайшую скамью. По крайней мере, хоть зашел попрощаться перед тем, как отправиться в свой тайный друидский отпуск.

Легкая улыбка тронула мои губы. Он попрощался как настоящий друг – хотя никогда вроде бы не признавал, что мы с ним друзья.

Посидев еще с минуту, я посмотрела на часы на мобильнике.

– Блин!

Засунув в сумку пакет с зельями, я быстрым шагом направилась к главному входу и вышла на улицу. Облака разошлись, и выглянуло солнце, пролив на землю золотые лучи. На верхней ступеньке я остановилась.

Аарон стоял внизу, лениво поглядывая на проходящих мимо студентов. Его медно-рыжие волосы сверкали, квадратный подбородок был чисто выбрит, а синяя рубашка красиво облегала торс. Все женщины, проходившие мимо, бросали на него восхищенные взгляды; эти бицепсы сами по себе обладали магнетической силой.

Я вприпрыжку спустилась по ступенькам. Заметив меня, он заулыбался. Темные круги, похожие на синяки, которые залегли у него под глазами после битвы в Стэнли-парке, почти исчезли.

– Привет! – бодро сказала я и одной рукой приобняла его за плечи. – Извини, что опоздала.

Радостная улыбка превратилась в печальную.

– Я бы отвез тебя на работу, чтобы не плестись пешком, но моя ласточка все еще в мастерской.

Проблема старых автомобилей: у механиков не нашлось подходящего стекла на замену.

Пока мы шли по тротуару, Аарон поведал мне о том, какую истерику закатил агент Харрис, как Дариус выманил меня из неприятностей. По общему мнению, картина была зрелищная. Однако «Ворон и Молот» были не единственной гильдией в списке подозреваемых у ОМП. Ковену Стэнли также не поздоровилось из-за того, что они не сообщили о деятельности «Красного Рома» на своей территории.

Кстати о ковене, с того памятного вечера я не видела ни Оливию, ни Одетту, но на следующий день получила огромную подарочную корзину, доверху наполненную органическими лакомствами. В корзину была вложена записка, которую подписали обе сестры, а также дюжина других ведьм. К настоящему моменту примерно половину содержимого корзины подъел Прутик. Видимо, как только он отойдет от гастрономического шока, так доест остальное. Шоколадные кексы мне пришлось припрятать, а то и они бы мне не достались.

Аарон спросил о Джастине, но я поспешно сменила тему. После ареста я говорила с братом дважды, и оба разговора не задались. Он не желал слышать ничего хорошего о магах и требовал, чтобы я снова переехала к нему, под присмотр Старшего Брата.

Была одна тема, которой мы, болтая с Аароном, ни разу не коснулись. Не то чтобы я очень настаивала, но время от времени становилось очень любопытно, почему ни он, ни Кай упорно об этом не упоминают.

Я о том, что ни один из ребят не поминал внушающую ужас алую магию Эзры, которая уложила на лопатки чудовищного темного фейри. Что бы ни сделал Эзра – это было одной из его многочисленных тайн, касавшихся его силы, его темперамента, его шрамов. Я понимала, что не должна приставать с расспросами. Вообще не должна касаться этого. Так что я закопала свои вопросы поглубже, поклявшись себе, что не стану даже думать на эту тему. Забуду и не буду вспоминать, пока не наступит тот день, когда я узнаю правду.

Приближаясь к гильдии, я прибавила шагу, и Аарон усмехнулся.

– Тебя так тянет на работу?

– Да, блин. Я плохо переношу безделье.

– Безделье? Этим словом ты описываешь привязку к верховному фейри, битву с гильдией изгоев и причинение МагиПолу самой сильной мигрени за целый месяц?

– Не это. А всю эту тягомотину с постельным режимом и восстановлением. Да и вообще, до того, как случились все эти захватывающие вещи, я долго просидела без дела и скучала.

– Ну, теперь тебе не придется много сидеть и скучать. – Аарон заулыбался, останавливаясь на перекрестке в ожидании смены светофора. – Будешь учиться быть магом.

Вспомнив мудрые слова Зака, я почувствовала, как меня переполняет радость.

– Я только за.

– Начнем с обучения технике обороны, – рассуждал Аарон, переходя улицу. – А еще поговорю с Рамси об артефактах, которыми мы можем тебя обеспечить.

– Э-э-э. – На мгновение я застыла, потом побежала догонять Аарона. – Подожди, подожди. Техника обороны? Я думала, речь идет, например, об изучении законов, все такое.

– Это тоже, но тебе нужны тренировки. На то, что тебя защитят пара артефактов и Хоши, рассчитывать не приходится. Она не слишком сильный фейри. – Аарон постучал по подбородку. – И занятия боевыми искусствами также следует возобновить. Ты ведь раньше занималась таэквондо?

– Зачем мне защита? – вскрикнула я, хватая его за руку, чтобы шел чуть помедленнее (как будто это могло приостановить его мысли о моих «тренировках»).

– Обычно маги не обращают внимания на людей, но сейчас ты часть системы. Значит, перестала быть невидимкой.

– Что, на меня нападут другие маги?

– Нет, но ты должна уметь постоять за себя. – Он потер руки, предвкушая удовольствие. – Это значит, что мы наконец-то можем начать тебя тренировать!

Я подозрительно прищурилась.

– Наконец-то? В каком смысле наконец?

– Ну… Кай и я, вообще-то, уже обсуждали, с чего тебе стоило бы начать.

– Когда это было?

– Э-э… пару месяцев назад.

Можно было бы накинуться на него и начать распекать, но впереди на улице уже замаячил трехэтажный куб – здание гильдии. Мне страшно захотелось поскорее туда, я чувствовала радость, как мечтавшая о школе первоклашка в первый учебный день. Я попыталась перейти на бег, но Аарон потянул меня за руку.

– Тори, я хотел с тобой кое о чем поговорить.

Мой внутренний ребенок споткнулся и упал лицом вниз. Я попыталась изобразить любопытство и не показать, что запаниковала из-за его сдержанного тона.

– О чем?

Аарон остановился, и я нервно посмотрела на него. Он заглянул мне в лицо, в глаза.

– Мы с тобой как бы встречались последние пару месяцев и, ну…

У меня екнуло сердце. Нет, нет, нет! Он собирается попросить меня стать его девушкой. Или хочет перейти к серьезным отношениям. Или спросит сейчас, что со мной не так. Я не была готова ни к одному из этих поворотов темы.

– Я знаю, что ты чувствуешь, – он неопределенно поводил рукой в пространстве между нами, – насчет нас с тобой. Все в порядке, это нормально.

– Ты… ты знаешь?

– Это ни к чему не ведет, да? – Он изучал мое лицо. – И я подумал, что пора заканчивать. Как ты считаешь?

– Я? – Я изо всех сил пыталась собраться с мыслями. – Я… я имею в виду, я не… я не…

В его глазах заплясали веселые искры.

– Кошмар, у тебя ужасно получается.

Получалось действительно ужасно, и нужно было срочно исправлять положение. Он заслуживает надлежащего объяснения.

– Аарон, тебе не в чем себя винить. Ты просто потрясающий, но…

Он подошел ближе и теплой рукой обхватил мой подбородок. Приподняв мое лицо, он нежно поцеловал меня в губы.

– Не переживай так, Тори. Все хорошо. Взаимная симпатия еще не значит, что мы обязаны стать идеальной парой, а если дело не клеится, то, стало быть, не клеится. Только давай сохраним нашу дружбу, не будем ее разрушать, пытаясь вылепить что-то другое.

– Нашу дружбу, – тихо повторила я.

Его ярко-голубые глаза снова встретились с моими.

– У нас все хорошо, верно, Тори?

– Да. – Я улыбнулась с облегчением. – У нас все отлично.

Он сверкнул зубами, озорно улыбнувшись.

– Рад, что с этим покончено. Я волновался, что, если буду еще тянуть, ты бросишь меня первой. С этим я бы никогда не смог смириться.

– Я бы не… подожди. – Я возмущенно прищурилась. – Хочешь сказать, что это ты меня бросаешь?

– Гхм, кстати, Кай совершенно не оправдал твоего доверия и пересказал мне весь ваш разговор.

– Что? – зарычала я, понимая, что он нарочно меня отвлекает, но не в силах это проигнорировать. – Быть того не может! Он не мог так меня подставить! А зачем ты мне рассказываешь? Теперь ты предаешь его доверие.

– Так, к слову пришлось. – Аарон взял меня за руку. – Нам пора идти, а то опоздаешь.

– Я не опаздываю. Еще даже нет половины четвертого.

– На самом деле, – Аарон остановился перед дверью «Ворона и Молота» с изображением свирепого ворона, сидящего на боевом молоте, – ты опоздала. Я сказал им, что доставлю тебя сюда к двадцати минутам четвертого.

– Сказал кому? – спросила я безучастно.

Ухмыльнувшись, он взялся за дверную ручку.

– Добро пожаловать домой, Тори.

И он распахнул дверь.

– Сюрприз!

Этот крик вырвался из дверей, как океанская волна, и я даже отшатнулась. Но Аарон втолкнул меня внутрь.

Хорошо знакомое мне полутемное помещение – кругом темное дерево, потолочные балки и все такое – было заполнено магами. Здесь собралось больше половины гильдии – и все приветствовали мое появление. Со всех сторон ко мне тянулось множество рук. Меня втащили в самую гущу.

Передо мной мелькали лица, меня обнимали, поздравляли. Жирар – первый офицер, с густой бородой, почти скрывающей широкую улыбку; Зора и Феликс – такие непохожие, но супружеская пара; Рамси – повар и эксперт по артефактам; Кавери со своим бойфрендом-колдуном; Эндрю – командир группы; Линдон – колдун и специалист по противодействию магии; Сабрина и Роуз – две прорицательницы; Лиам – телекинетик, сдвинувший на кончик носа свои круглые солнцезащитные очки.

Лиц было так много, они сливались воедино, пока чьи-то руки не обхватили меня за талию и не вытащили из этой круговерти. Сильные руки – и божественный аромат! Я увидела радостную усмешку Эзры. Кай стоял рядом с ним и широко улыбался.

– Что… что… – бессвязно пробормотала я.

– Вечеринка по случаю приема нового члена, – сообщил мне Эзра. – Традиция такая.

– Правда?

– Нет, – поправил Кай. – Сколько помню, такого здесь не было.

Я нахмурилась.

– Тогда почему же сейчас?..

– Потому что это ты.

Господи. Здесь кто-то режет лук? Я часто-часто заморгала.

Сквозь шумную толпу пробился Аарон и прислонился к стойке бара.

– Уфф. Ну и шум сегодня подняли. Эй, Купер!

Из кухонной двери выглянул Купер, наш ленивый повар и по совместительству бармен.

– А? Чего?

– Ты бармен или что? Напитки подавать собираешься? Или зачем ты здесь?

– Конечно, я подаю напитки. – И он неопределенно махнул в сторону собравшихся магов. – Как, по-твоему, откуда у них у всех стаканы?

– Ну, так принеси и нам чего-нибудь…

– Купер! – крикнула Гвен с другого конца бара. – Сильвия угощает меня «Манхэттеном». Пошевелись и принеси его скорее, пока она не передумала!

Споткнувшись и чуть не упав, Купер бросился прочь. Аарон вздохнул.

Эзра подвинул ко мне высокий табурет, и я едва успела на него опуститься, как рядом пронесся вихрь голубых волос, возвещая о появлении Син. Она протиснулась между Тай и Дельтой, чтобы обнять меня.

– Ты вернулась! – Она чуть ребра мне не сломала! – Как себя чувствуешь? Зелья действуют?

Ее зелья работали, но при этом страдали мои вкусовые рецепторы. Слава богу, сейчас в моей сумке лежало надежно упрятанное сладкое снадобье Зака.

– Ага. Я почти вернулась к нормальному состоянию. – И я напрягла свои жалкие бицепсы. – Аарон уже разрабатывает для меня программу тренировок, чтобы со следующим верховным фейри было легче справиться.

Она хихикнула.

– У тебя и фамильяр есть, верно? А где он? И где ты его взяла? Кого ни спрашивала, никто толком не знает.

Трое магов в ответ на ее подозрительный взгляд напустили на себя невинный вид.

– Фамильяр у меня есть, но она пока стесняется, – быстро ответила я. – Познакомлю тебя с ней в другой раз.

– Тори!

Ко мне подбежала Клара, ее каштановые волосы выбились из пучка.

– Добро пожаловать в гильдию! Мы так по тебе соскучились!

– Спасибо, Клара, – сдавленно прохрипела я в ее объятиях.

Вот не знаю, сколько еще таких обнимашек я смогу выдержать. Тут кто-то окликнул Син, и та отошла от стойки.

Помощница главы гильдии сияла, как будто мы были на школьном выпускном вечере.

– Пока я не забыла, у меня есть кое-что для тебя. После того как ты, э-э, покинула парк во вторник вечером, наша команда выследила нескольких изгоев из «Красного Рома», которые не успели скрыться. За это все получили огромные награды, и я включила тебя в список.

– Но я не…

– Ты заслужила свою долю! – Она сунула мне в руку простой белый конверт. – Кроме того, Дариус распорядился считать твою отлучку оплачиваемым отпуском, так что жалованье за эти дни ты получишь полностью – ой, я, правда, вычла твой членский взнос в гильдию. Я подумала, что так тебе будет проще.

– Н-ну да.

Она рассеянно улыбнулась.

– Меня ждет Дариус наверху. Мы все еще разбираемся с документами… всякими. Увидимся позже. – Поднявшись на три ступеньки, она обернулась. – Да, Купер подменил тебя на сегодняшний вечер, так что наслаждайся вечеринкой!

Держа конверт, как неразорвавшуюся бомбу, я посмотрела на ребят.

– Гм, кстати о «Красном Роме», надо ли нам теперь бояться их мести?

– Не особо. – Аарон пожал плечами. – Им нужно время, чтобы прийти в себя.

– В смысле?

– А ты ей еще не сказал? – Кай злорадно усмехнулся. – После того, как ритуал был сорван, яхта «Красного Рома» отплыла в море, но той же ночью корабль перевернулся. Береговая охрана до сих пор ищет выживших.

Глаза у меня стали, как два блюдца.

– Гильдия у них большая, – добавил Аарон, – так что со временем ублюдки оправятся. Но мы надеемся, что в ближайшее время им придется больше беспокоиться из-за морского повелителя, которого они разозлили не по-детски, чем из-за наших скромных персон.

Ну и ну. Ай да Ллирлетиад! Надеюсь, он достаточно разгневался, чтобы топить каждое судно «Красного Рома», какое ему встретится в ближайшие десять лет.

Все еще переваривая услышанное, я открыла полученный от Клары конверт и уставилась на пачку хрустящих купюр. Ого. Ничего себе. Стодолларовые бумажки. Много-много.

– Ты сможешь отремонтировать свою квартиру, – сказал Аарон.

– Или сделать татуировку, – предложил Эзра, постукивая по метке фейри у меня на руке. – Как насчет того, чтобы покрыть всю руку? Череп бы смотрелся великолепно.

– Череп?

– С розой в зубах. И в терновом венце. – Эзра серьезно кивнул на свои слова. – Конечно, тебе нужно набить что-то свежее и оригинальное.

Я так сильно фыркнула от смеха, что закашлялась, и его физиономия осветилась улыбкой.

– Знаешь, Тори, – начал он.

Его заглушил взрыв аплодисментов и веселых выкриков.

– Ух ты! – Аарон указал на зал. – Что это Брайс вытворяет?

Телепат гильдии вливал себе в рот жидкость из какой-то бутылки, прямо из горлышка, а с полдюжины окруживших его магов скандировали его имя. Аарон сорвался с места и поспешил к ним, чуть позже за ним, усмехнувшись, последовал и Кай.

Я повернулась к Эзре.

– Что ты сказал?

Поскольку шум нарастал, он подошел ко мне ближе и заговорил прямо мне в самое ухо.

– Я обещал, что все вернется на круги своя. Так вот, я был неправ. Все не так. – Он чуть отодвинулся, чтобы встретить мой вопросительный взгляд, и прищурил свои разные глаза. – Но я думаю, что все теперь еще лучше.

Очередной радостный вопль веселящейся компании заглушил мою попытку ответить. Тогда я, смеясь, поймала руку Эзры, чтобы рукопожатием выразить свою благодарность.

Снова появились Аарон и Кай, качая головами.

– Он с огнем шутит, этот стервец, – пробурчал Аарон. – Мы вообще-то хотели поднять несколько тостов в честь твоего праздника, но, чувствую, Купера мы никогда не дождемся.

Я оглянулась на бар. Тот, о ком только что шла речь, метался, готовя сразу несколько коктейлей. Сильвия скрестила руки на груди, губы ее кривились в знакомой неодобрительной ухмылке – ведь он портил ее драгоценный «Манхэттен».

Выпрямив спину, я спрыгнула с табурета.

– Давай я сделаю!

– Ни за что, – запротестовал Аарон. – Ты…

– Это моя вечеринка. Значит, я могу делать все, что захочу. – Показав им язык, я уперлась руками в барную стойку и перемахнула через нее, как не раз проделывал у меня на глазах Аарон – но не учла того, что у меня не было ни его мускулатуры, ни такой координации движений. В результате я плюхнулась на деревянную столешницу животом, неуклюже проехала по ней и чуть не свалилась с другой стороны.

Поднявшись, я одернула рубашку и сделала вид, что именно это и собиралась проделать. Аарон яростно закашлялся, а я изо всех сил постаралась притвориться, будто не вижу, как он смеется.

– Хорошо, Тори. – Весело сверкая темными глазами, Кай осмотрел зал. – Тридцать стаканов – думаю, этого должно хватить.

Я аж подскочила.

– Как тридцать? Не… четыре?

Аарон сложил руки рупором у рта и закричал:

– Эй, хватит шуметь, ушлепки! Пора выпить!

Буйные разговоры стихли секунды на две, после чего все ринулись к бару. Купер схватил большую бутылку виски и подбежал ко мне. Ошарашенно тараща глаза, я достала стаканы, и вместе мы налили по одному каждому магу в баре.

Жирару, Феликсу и Табите, когда они протиснулись сквозь толпу, достались последние три порции. Народ замолчал в ожидании, все взгляды были устремлены на трех офицеров гильдии. Озорно ухмыляясь, Жирар подтолкнул Табиту локтем. Поджав губы с царственным видом, она повернулась к толпе и подняла свой стакан.

– Нечасто нам доводится приветствовать нового члена в наших рядах, – произнесла она в восторженной тишине. – Тори предстоит многому научиться, но она уже продемонстрировала наши самые ценные качества: отвагу, решимость и верность.

Табита повернулась ко мне с еле заметной, но искренней улыбкой на губах.

– За Викторию…

– Тори, – поправил Феликс громким шепотом.

– За Тори, нового члена «Ворона и Молота»!

– За Тори! – прогремели тридцать голосов.

Когда все дружно подняли свои стаканы, мое сердце чуть не разорвалось от счастья. Колдуны и алхимики. Маги и ведьмы. Экстрасенсы и целители. Маги, наделенные сверхспособностями, которых у меня отродясь не было, – я с ними не могла, да и не пыталась сравниться, но сейчас это не имело значения – ни для них, ни для меня.

Магия была инструментом, и я научусь ею владеть. Я маг по выбору, а не по праву рождения, и это моя гильдия. Это моя жизнь – та, которую я выбрала для себя.

Аарон, Кай и Эзра замерли, подняв стаканы и ожидая меня. Три моих лучших друга. Мои опекуны, товарищи, союзники, моя семья. У них было полно секретов, и их постоянно преследовали неприятности, но это же нормально. Против небольших неприятностей я не возражала. Или больших.

Все в моей жизни круто менялось, и пока я сама не осознавала насколько. Но, с другой стороны, я ведь ввязалась во все это еще несколько месяцев назад и прекрасно отдавала себе отчет в том, какими могут быть последствия. Так неужели отступать сейчас? Ни за что. Я – человек-маг-бармен «Ворона и Молота» – нашла свое место, и это место именно здесь.

Я подняла свой стакан, а ребята подняли свои. Вместе мы залпом опрокинули виски и торжествующе хлопнули стаканами о стойку бара. Затем я вскинула руки в воздух и зааплодировала, и мой счастливый голос присоединился к голосам остальных.

Благодарности

Особая благодарность Эриху Меркелю за то, что он поделился своим исключительным знанием латыни. Все ошибки – мои.

Примечания

1

Викка (англ. Wicca) – неоязыческая религия, основанная на почитании природы.

2

Любопытно, что английское название у этой гильдии говорящее: слова Red Rum справа налево читаются как MURDER – убийство. Прим. переводчика.

Content

Аннет Мари
Две ведьмы и виски

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Благодарности

Примечания