Бетани Баптист - Базз Лайтер. Бесконечность не предел

Литературно-художественное издание

Для среднего школьного возраста

УОЛТ ДИСНЕЙ. НЕРАССКАЗАННЫЕ ИСТОРИИ

Бетани Баптист

БАЗЗ ЛАЙТЕР. БЕСКОНЕЧНОСТЬ НЕ ПРЕДЕЛ!

Руководитель направления Т. Суворова

Ответственный редактор С. Мазина

Младший редактор М. Дробот

Художественный редактор И. Лапин

Технический редактор О. Лёвкин

Компьютерная верстка Г. Сениной

Корректор Ю. Иванова

Lightyear. Izzy Hawthorne: Destiny Awaits

Copyright © 2022 Disney Enterprises, Inc.

All rights reserved

Пролог

Я раскрасила последнюю пуговицу на зелёном вороте своего скафандра космического рейнджера красным карандашом так густо, что он превратился в малипусечный огрызок. И теперь держала законченный воротник в вытянутых руках, с довольной улыбкой любуясь трудом своих рук и карандашей.

Когда я в прошлый раз попыталась смастерить из картона форму космического рейнджера, у меня никак не получалось натянуть воротник поверх своих пушистых хвостиков. На этот раз он выглядел идеально! Но чтобы убедиться в этом, нужно примерить. Я осторожно просунула в воротник голову, потянула его вниз по волосам и спустила на плечи.

Затем я натянула рукава из белого картона, зелёные с белым манжеты и надела самодельные зелёные боты прямо поверх кроссовок.

Я влетела в ванную и вскочила на свой табурет. Стоя перед зеркалом, я приняла позу космического рейнджера.

Упереть кулаки в бёдра.

Выпятить грудь.

Ноги широко расставить.

Как учила меня бабушка.

– Я Иззи Хоторн, и ничто не может меня испугать, потому что я космический рейнджер! – выкрикнула я своим самым отважным голосом.

Вот это бы точно порадовало бабушку!

Я промчалась по нашему жилому блоку, раскинув руки, прямо как игрушечный космический корабль XL-15, который папа напечатал на 3D-принтере на мой седьмой день рождения в этом году.

– Приготовиться к запуску!

– Иззи, не бегай по коридору! Помнишь, что случилось в прошлый раз, – окликнула меня мама, поливавшая цветы на подоконнике. На Т-Кани Один был очередной туманный день, но наше солнце, Альфа Т-Кани, виднелось вдали. Внизу офицеры разряд-патруля обходили периметр базы. Они следили, чтобы гигантские побеги и жуки не проникли внутрь и не схватили людей.

Я отдала маме салют: «Вас понял!»

Во время своей последней миссии я нечаянно врезалась в охранницу, и её сэндвич из ломтей мяса с хлебом сочно шмякнулся на пол. Она доложила об этом маме, моему непосредственному командиру.

Наша дверь с шипением открылась, и я налетела на папу, который разговаривал с чьей-то голограммой на своём наручном коммутаторе. Упс!

– Уф! Эй! – воскликнул папа, отшатываясь назад. Голографический собеседник пошёл рябью. – Иззи, пожалуйста, будь осторожнее. – Он помахал рукой, чтобы остановить помехи.

– Прости, пап, – извинилась я, на ходу обняв его. Я очень-очень быстро прошла по коридору, стараясь не бежать и больше ни с кем не столкнуться.

Последние несколько недель бабушка чувствовала себя не очень хорошо, и поэтому ей пришлось лечь в специальный больничный отсек, где было всё для её удобства. Моя миссия состояла в том, чтобы она чувствовала себя там счастливой.

Я гудела, как подруливающий реактивный двигатель, и наклоняла руки влево и вправо, чтобы избежать столкновения со встречными. Я ведь не ребёнок, бегающий по коридорам, я космический рейнджер, ведущий свой корабль сквозь опаснейший пояс астероидов.

Один из медбратьев, ухаживавших за бабушкой, остановил меня перед её дверью.

Он приложил палец к губам и тихонечко шикнул:

– Тсс.

Я нажала понарошковую кнопку на своём наручном коммутаторе и прошептала в него:

– Вас понял, звёздное командование.

У бабушки были хорошие дни, а бывали дни не очень.

В хорошие дни она была практически собой – после чашки утреннего кофе, конечно (со сливками, без сахара). Но в дни не очень она выглядела настолько уставшей, что чашкой кофе тут не обойдёшься. В такие дни папа говорил, что мне нужно быть потише и поосторожнее. А если верить бабушке, космический рейнджер может быть тихим и осторожным исключительно в скрытном невидимом режиме.

Нажав кнопку невидимого режима на вороте своего скафандра, я задержала дыхание. Дверь палаты скользнула в сторону, и я прокралась внутрь.

– Я всегда думала, мы снова сможем стать космическими рейнджерами. Мне не хватало наших приключений, –услышала я бабушкины слова. Она разговаривала с кем-то, но, кроме меня, тут никого не было. Может, этот кто-то тоже был в невидимом режиме?

– Привет, бабушка, – сказала я голосом, предназначенным для внутренних отсеков.

Когда бабушка улыбалась мне, морщинки вокруг её глаз тоже улыбались.

– Привет, солнышко, – проговорила она устало. – Иди сюда.

Я влезла к ней, и она указала на голографическую камеру в ногах кровати.

– Я записываю сообщение своему другу Баззу, – негромко сказала она.

Мои глаза стали круглее круглого, и я выдохнула:

– Космическому рейнджеру?

Давным-давно бабушка была храбрым космическим рейнджером, и Базз Лайтер был её соратником в миссиях звёздного командования. Они вместе летали на корабле, который они называли Репкой, сопровождая учёных-исследователей к суперклассным неизвестным планетам.

Но что-то пошло не так, и все застряли здесь, на Т-Кани Один, с этими зловредными ползучими побегами и ещё более зловредными громадными жуками.

Бабушка улыбнулась чуть-чуть веселее, как если бы день был наполовину хорошим, а наполовину так себе:

– Именно! Он сейчас в космосе.

Я посмотрела в потолок, притворившись, что обладаю мощным телескопическим зрением. Я вообразила, как Базз сидит в рубке и пилотирует свой корабль, проводя его вокруг радужных планет и ярких звёзд. Я слышала бруууум его двигателей, выплёвывающих ревущее пламя. На нём был скафандр космического рейнджера– такой же, какой стоял в бабушкином кабинете за стеклом.

– Это моя внучка, Иззи, – сказала бабушка голографической камере.

Я заулыбалась в камеру и выпятила грудь, демонстрируя свой самодельный скафандр.

– Я тоже буду космическим рейнджером!

Бабушка спросила:

– Совсем как он?

Я покачала головой и обхватила её руками, заключая в объятия:

– Совсем как ты.

И хотя бабушкины объятия ощущались совсем слабыми, в них мне было спокойнее, чем за лазерным щитом, который собирался построить командующий Бёрнсайд, чтобы защитить нас от противных ползучих жуков-гигантов.

Я прижалась к бабушке, а она снова обратилась к своему другу Баззу:

– Прощай, Базз. Я очень сожалею, что не смогу увидеть, как ты завершишь свою миссию, – устало сказала она, поднимая палец к камере. – Бесконечность...

Вот только Базз не мог ответить, и из-за этого она расплакалась.

– Всё хорошо, бабушка, – сказала я, смахивая её слёзы. – Он вернётся.

Когда я обняла её, она чмокнула меня в лоб.

– Разумеется, вернётся. Он всегда доводит миссии до конца, и эта миссия ничем не... – бабушка смолкла, и лицо её стало совсем печальным. – Ну, полагаю, эта миссия будет отличаться от всех остальных.

Я отстранилась от неё:

– Это как, бабушка?

Она дотронулась до моей щеки дрожащими пальцами.

– Потому что в первый раз меня не будет рядом с ним, Иззи. Но когда он вернётся, он получит моё сообщение и поймёт, что я, как и раньше, верю в него.

– А в меня ты тоже веришь, бабушка? – с надеждой спросила я.

Она кивнула, опять улыбаясь так, словно сегодня был хороший день.

– Миссия Базза состоит в том, чтобы в целости и сохранности доставить вас всех домой, но сам он не справится. Ему понадобится помощь кадета, такой вот умнички, как ты.

Бабушка легонько пощекотала мой живот, и я плюхнулась к ней на колени, хихикая.

– Бабушка, – пропищала я, извиваясь.

– У меня есть для тебя задание, – сказала она своим серьёзным голосом. Это был её командирский голос.

Долгое время бабушка была коммандером на Т-Кани Один и начальником над всеми, но после того, как она заболела, она прекратила давать задания. Поэтому эта миссия была особенной.

И я почувствовала себя особенной.

– Если ты действительно хочешь стать космическим рейнджером, есть три правила, которым ты должна следовать, – продолжала она. – Ты готова их услышать?

Я поспешно села и отдала ей честь:

– Я готова, коммандер.

– Правило номер один: никогда не переставай верить в себя, Иззи. Правило номер два: всегда верь в лучшее в людях, даже когда сами они не верят. Правило номер три: будь готова выдержать любое испытание. Тебе всё ясно, кадет?

– Так точно, коммандер бабушка! – кивнула я.

Слеза гордости скатилась по её щеке.

Я во что бы то ни стало стану космическим рейнджером, прямо как бабушка.

Глава 1

Спустя где-то двадцать два года...

– Время 07 часов 00 минут. Пора просыпаться, Иззи Хоторн, – объявил мой будильник.

Я оторвала голову от рабочего стола, стирая с лица потёкшую слюну. Бабушкины своды правил из Академии звёздного командования и лётные мануалы расползлись по всей столешнице, и вчера я уснула, используя один из томов в качестве подушки.

– Часы, установите таймер на тридцать минут, – зевнула я, садясь прямо и потягиваясь.

– Таймер на тридцать минут установлен, – объявили часы.

Я заметалась по своему жилому блоку, готовясь к выходу. Душ, волосы, зубы – в ванной. Комбинезон и боты в шкафу. Кофе и завтрак на кухне.

Я как раз подъедала треугольные кусочки питательного пайка со своего подноса, когда будильник опять подал голос.

– Начинается десятисекундный обратный отсчёт. Десять, девять, восемь, семь, шесть, – принялся считать он. Я выпучила глаза и запихала в рот остатки завтрака.

Ай, горячо, горячо!

– Пять, четыре, три, два, – продолжал он, пока я неслась к двери.

– Один, – закончил он, когда я прыжком остановилась в коридоре, громко скрипнув ботами. – Отсчёт завершён.

– Миссия выполнена, – сказала я, отсалютовав самой себе пятернёй. Проходя по коридору к лифтам, я пожелала всем доброго утра.

Мы толпой набились в лифт. Я оказалась зажата у дальней стены, но это не испортило моего хорошего настроения.

– Всем доброе утро! – пропыхтела я. Я умудрилась сказать это жизнерадостным и энергичным голосом, несмотря на то, что чей-то локоть вонзился мне в рёбра.

– Доброе утро, Иззи, – безрадостно отозвались все. О’кей, может, я была чуток слишком весёлая, но ведь сегодня большой день. Ежемесячный день учений кадетского патруля. Я обожала учебные дни.

Дело в том, что у нас тут, на Т-Кани Один, есть некоторые проблемы с живностью.

Откровенно говоря, у нас большие проблемы с живностью. Мы делим планету с мегабольшими жуками. После того как Репка разбилась при приземлении, бабушка и её команда застряли здесь, и ей пришлось решать непростую задачу нашей общей безопасности. Жуки не распробовали людей на вкус, но они защищали свою территорию и охотно пускали в ход жвала. Они могли сграбастать любого, кто им попадётся, а затем пролететь над лесом и сбросить его на деревья.

Поэтому, чтобы защитить нас, был организован разряд-патруль, и также был создан кадетский патруль, чтобы обучать кадетов (вроде меня), которые однажды присоединятся к разряд-патрулю.

Для меня, однако, кадетский патруль был хоть каким-то подобием обучения в Академии звёздного командования. Изучение бабушкиных учебников из академии тоже помогало. Я уже знала больше, чем все стажёры в кадетском патруле. Однако просто прочитать книги было недостаточно. Я знала, что мне нужно продолжать работать над собой, если я хочу быть достойной её памяти.

Выйдя из лифта, я остановилась перед вставленной в раму фотографией бабушки в её молодые годы, в серой форме коммандера. Когда я росла, все говорили, что я вылитая она. Но мне было недостаточно просто выглядеть, как она, я хотела быть космическим рейнджером, как она.

Я шла вдоль рядов жилых блоков и, уперев руки в бёдра, оглядывала планету, которую звала своим домом, вдыхая свежий воздух, пропахший грязью и металлом. Я жила не в мегаполисе, не в городе и даже не в посёлке, как в одной из книг про бабушкину родную планету, которые я читала. Я жила на базе звёздного командования, где был центр управления полётами, диспетчерские вышки, стартовые площадки, научные лаборатории и взлётная полоса для космолётов.

База была построена давным-давно, чтобы помочь всем вернуться домой. Она должна была стать временной, но миссия потребовала больше времени, чем ожидалось. Понимаете, чтобы вернуться на родную планету, Репке необходим был стабилизированный топливный кристалл гиперскорости. Только с ним Репка может лететь достаточно быстро, чтобы доставить нас всех обратно на Землю.

Бабушка осталась здесь, на базе звёздного командования, а её коллега, космический рейнджер Базз взмыл в космос, чтобы протестировать топливные кристаллы гиперскорости. Вот только ни один из них не сработал.

И что ещё хуже, всякий раз как он возвращался с неудачной миссии, для всех нас, живущих на Т-Кани Один, проходили годы, хотя по его ощущениям он отсутствовал всего четыре минуты.

Это связано с чем-то, что называют релятивистским расширением времени. Иначе говоря, бабушка всё старела и старела, ожидая, когда он, наконец, завершит свою миссию.

А под конец она заболела.

После того как она умерла, Бёрнсайд принял командование. Говорят, когда Базз вернулся со своего последнего задания, он получил от Бёрнсайда новый приказ, который ему не понравился. Так что он вырубил несколько охранников, украл корабль, вывел его в космос и пропал без вести.

Большинство полагает, что он и умер где-то там, но некоторые надеются, что он сбежал в другой квадрант и прожил остаток своих дней на другой планете.

Так или иначе, это уже не имеет значения. Базз Лайтер отправился в далёкий космос и никогда не вернётся.

Я содрогнулась при мысли о бесконечной пустоте космического пространства.

Когда я была маленькой, я смотрела на ночное небо. Его было так много. Слишком много. Глядя в него, я приходила в такой ужас, что забывала дышать, и тогда бабушка научила меня одному дыхательному упражнению, которое меня успокаивало. Родители отвели меня к психотерапевту, который сказал, что у меня астрофобия – это такое хитрое слово для обозначения страха перед звёздами.

Глупо звучит: «боязнь космоса». Но там достаточно допустить одну ошибку – и ты потерян навсегда.

– Уф, даже не думай об этом, Иззи. Давай обойдёмся без панических атак в твой любимый день месяца, – сказала я сама себе, шагая к припаркованному неподалёку внедорожнику.

И тут по глинистому грунту передо мной скользнула круглая тень. Громкое зудящее жужжание мигом привлекло моё внимание.

Этот звук я узнаю где угодно.

Жук проник в периметр!

Глава 2

– Всем прибегнуть к тактике уклонения, – прокричал кто-то вдали.

Все, кто находились в непосредственной близости, опрометью бросились прочь от летящего жука.

Я тоже побежала, чавкая грязью и расплёскивая ботами лужи. Подняв глаза и обернувшись через плечо, я поняла, что жук выбрал своей жертвой меня.

– Неудачно, ну до чего неудачно, – пропыхтела я, двигаясь зигзагами, чтобы сбить его с толку.

Я нутром чуяла, что, будь у меня бластер, я могла бы подбить его прямо в небе. У меня всегда были лучшие результаты в стрельбе по мишени. Неподвижной и движущейся.

Вне территории учебного форпоста кадетам запрещалось носить бластеры. Якобы это представляло угрозу безопасности. И хотя я была согласна, что безопасность – это супер-пупер как важно, но в такие вот дни мне жутко хотелось иметь свой собственный бластер.

Жжжжжжжжжжжж!

Жучье жужжание сделалось громче – это он спикировал вниз, готовясь подхватить меня. Я уже чувствовала ветер от его мощных крыльев, когда услышала знакомый звук стреляющего бластера. А потом жук упал на землю, дымясь.

Разряд-патрульная, что спасла меня, подошла ближе. Она была в полном обмундировании.

– Ты в порядке, Иззи? – спросила она.

Я кивнула, переводя дух:

– Ага. Большущее спасибо, Тоня.

– Это мой долг, – сказала Тоня. – Направляешься в форпост?

– Ты сама всё знаешь, – сказала я и помахала на прощание. – Увидимся там!

Подойдя к грузовику, я подождала остальных кадетов. Вскоре появилась коренастая седовласая дама со скучающим, прорезанным морщинами лицом.

– Доброе утро, Дарби. Готова вжарить сегодня на тренировке? – спросила я. Дарби всегда приходила вовремя, но исключительно потому, что так положено. После того, как её поймали при попытке угнать космический корабль, судья звёздного командования в качестве исправительных работ назначил ей вступить кадетом в патруль. Помогая решить проблему с жуками, она получала возможность срезать срок.

– Я готова исполнить свой долг патрульного, – не моргнув глазом, отозвалась она.

С подбадривающей улыбкой я сказала:

– Это неважно, что именно мотивирует тебя стать лучшей версией самой себя, Дарби.

– Спасибо за вдохновляющую речь, детка, – ответила она и поплелась мимо меня к внедорожнику.

– Сегодня мы тренируемся в стрельбе из бластера по мишеням, – произнесла я нараспев. Она слегка улыбнулась при этом известии и пролезла на одно из задних сидений.

На всей планете только две вещи могли вызвать у Дарби улыбку: стрелять из оружия, такого, чтобы всё взрывалось, и мастерить штуки, такие, чтобы всё взрывалось. И то и другое получалось у неё супер. Но по условиям условно-досрочного освобождения Дарби не разрешалось использовать никакое оружие без супервизии старшего офицера разряд-патруля или звёздного командования.

Последний член из нашей команды, Мо, как всегда, явился поздно, протирая заспанные глаза.

– Простите, я проспал. – Он зевнул и потянулся, высоко подняв руки.

– Всё в порядке, – сказала я, опять-таки с ободрительной улыбкой.

– И ничего не в порядке, – сказала Дарби с заднего сиденья внедорожника.

– Ты пришёл, и это главное, – продолжила я, не обратив на неё никакого внимания.

– Больше этого не повторится, – пообещал нам Мо, залезая внутрь.

Дарби закатила глаза:

– Непременно повторится.

Затем, как и всегда, эти двое начали препираться. Я вздохнула и, усевшись на водительское место, завела мотор. Их пререкания давно утратили всякую новизну. Я к ним давным-давно привыкла.

Чтобы покинуть базу, необходимо было проехать через громадные, строго охраняемые ворота. В давние времена бабушка приказала возвести стены вокруг базы, чтобы удерживать жуков, но когда Бёрнсайд стал командующим, он начал строительство лазерного щита. Когда щит будет готов и включён, ничто уже не прорвётся внутрь.

Да, все мы старались обустроить свою жизнь здесь, на Т-Кани Один. Для меня она всегда была домом.

Добраться через лес к форпосту разряд-патруля можно было двумя способами: пешком или на автомобиле. Но если только вы не хотите, чтобы вас сцапал ползучий-хватучий побег или утащил какой-нибудь жук, лучше ехать на машине.

Длинная грунтовая трасса к форпосту была ухабистая и грязная, так что голоса споривших всю дорогу Дарби и Мо то и дело срывались от тряски.

Когда мы приехали, я выключила мотор.

– Мы на месте, – объявила я, однако они продолжали спорить. – Алло-о-о, – пропела я, но перебранка не стихала. Я хлопнула в ладоши и проорала: – Эй! – Наконец-то они прекратили препираться и посмотрели на меня. – Мы прибыли на базу для тренировки, – напомнила я им, – а значит, мы должны работать вместе, как одна команда. А это значит...

– Никаких споров, – хором пробурчали Мо и Дарби.

Мы вылезли из внедорожника. Я приложила руку к сканеру на двери. Когда сканирование было завершено и дверь открылась, база оказалась пуста. Мы были там одни.

Нам не обязательно было приезжать так рано. Но несколько месяцев назад я убедила этих двоих, что проще явиться пораньше и получить наряд на работы до того, как приедут все остальные. Так у нас останется больше времени на интересные дела вроде стрельбы по мишени из бластера, или пейнтбола, или лётных тренировок на симуляторах (эти, впрочем, не для Дарби, но рассказывать об этом сейчас нет времени), или стрельбы гарпунными копьями.

Космические рейнджеры не сами собой становились героями. Вот почему в войсках назначались партнёры и команды. Работая вместе в команде, вы все достигали успеха.

Мо и Дарби были моей командой, и мы делали друг друга лучше. Раньше Дарби была суперзанудой, но теперь она была обычной занудой. Раньше Мо делал кучу ошибок. А теперь он делал лишь немногим больше среднего.

Что касается меня, раньше я только следовала приказам. А теперь я училась, как стать хорошим лидером.

Я схватила планшет с нарядами и начала зачитывать вслух то, что капитан разряд-патруля поручил каждому из нас. На половине списка меня прервал резкий звук сирены.

Мы переглянулись. Сигнал тревоги продолжал выть и выть. Этот сигнал мне доводилось слышать разве что во время запланированных проверок лазерного щита, но на сегодня никаких проверок запланировано не было.

Что-то случилось.

Мы все трое выбежали наружу и, запрокинув головы, смотрели, как нечто, нисколько не похожее на дождевое облако, наползло на Альфа Т-Кани, накрыв всё тёмной тенью. Не дождевое облако, а огромный фиолетовый космический корабль с тупорылым носом и кучей грозного вида пушек, нацеленных вниз. Он был громадный.

У меня от страха скрутило живот.

– О-хо, – сказала я, выпучив глаза.

– Похоже, к нам гости, – сказала Дарби, явно впечатлённая (вероятно, пушками). – И они недружелюбные.

Мо растерянно почесал висок:

– Значит, никаких нарядов на сегодня?

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Форпост разряд-патруля

Поездка во внедорожнике к форпосту разряд-патруля была ухабистой. Я подпрыгивала на своём сиденье, как на батуте. Бабушка сидела спереди в пассажирском кресле и всю дорогу улыбалась мне через плечо. Форпост располагался глубоко в лесу, потому что там-то в основном и жили жуки. Бабушка сказала, что решила взять меня туда, потому что хочет, чтобы я была готова, когда вырасту.

– Космический рейнджер должен обследовать то, что его окружает, – сказала она перед тем, как разряд-патруль отвёз нас к форпосту. Бабушка любила водить сама, но её доктора сказали, что ей не стоит этого делать, потому что она щурится, глядя вдаль, и не любит носить очки.

– Пойдём, Иззи, – сказала она мне. Я взяла её за руку и стала смотреть, как команда разряд-патрульных бежит через лес, чтобы надрать задницы жукам.

– Ого, – пораженно произнесла я.

Другие патрульные стояли на стенах форпоста, наблюдая в бинокли. Всё по регламенту.

Я никогда раньше не видела жуков вблизи, но много узнала о них в школе. Как-то раз мистер Клауд (наш учитель) показал нашему классу голограмму жука. Он пролетел над нашими головами, и некоторые из моих одноклассников так напугались, что залезли под парты. Но только не я, потому что я знала, что он ненастоящий. Но здесь, в лесу, жуки были настоящие, где бы они ни прятались, и работа разряд-патруля – защитить нас.

Так что мне, Иззи Хоторн, совершенно нечего бояться.

– Разряд-патруль отлично справляется со своей работой, – со смехом сказала бабушка, когда вела меня к форпосту.

Это точно! Похоже, быть разряд-патрульным– почти так же классно, как быть космическим рейнджером!

– Кто это, бабушка? – спросила я, указывая на людей, стрелявших из пейнтбольных ружей по круглым мишеням.

– Это кадетский патруль, солнышко, – сказала она. – Это кадеты, им предстоит тренироваться и учиться, прежде чем они станут разряд-патрульными. Неважно, какую работу ты выполняешь, все начинают кадетами.

– Ты тоже была кадетом, бабушка? – спросила я.

Она остановилась и улыбнулась мне:

– Разумеется.

– И тебе это нравилось? – спросила я.

– Очень нравилось, Иззи, – ответила она, – но мне очень нравятся и все мои теперешние работы.

Я растерянно посмотрела на неё:

– Бабушка, я думала твоя единственная работа– быть коммандером.

Она кивнула, а затем нагнулась, чтобы заглянуть мне в лицо:

– Быть коммандером – это одна из моих работ, но быть женой, матерью и бабушкой – это тоже важная для меня работа.

От этих её слов моё сердце переполнилось теплом, и я обхватила её руками, крепко обняв.

Она тоже обняла меня, а затем отстранилась.

– Итак, какова наша цель?

– Каждый космический рейнджер должен обследовать то, что его окружает, – сказала я, повторив то, что она говорила раньше.

Она снова улыбнулась мне:

– Очень хорошо.

Бабушка выпрямилась, но скривилась при этом, наверное, у неё ныли кости.

– Коммандер, вы в порядке? – спросил шофёр внедорожника.

– В порядке, в порядке, –- отмахнулась она.

Когда мы проходили мимо, все отрывались от своих занятий и отдавали бабушке честь. Когда мы оказались внутри форпоста, я даже рот раскрыла от удивления – всё кипело жизнью. В ряд стояли торговые автоматы с сэндвичами и столы для еды. Для сна были ряды коек. Там разговаривали, смеялись, а некоторые даже храпели.

За границей плаца высоко громоздились ящики, по стенам выстроились оружейные стойки, там даже был старый корабль. Несколько разряд-патрульных грузили в него ящики.

Я никогда не видела корабль так близко. Дома у меня были игрушечные модельки всевозможных кораблей. У папы были видеоигры, в которых можно было построить свой корабль и назвать его, как тебе вздумается. Когда я играла вчера вечером, я назвала свой корабль «Боевая звезда» и снарядила его сотней лазерных пушек.

– Бабушка, какой это класс корабля? – спросила я.

– Он называется «Броненосец», солнышко, – ответила она.

Я, прищурившись, рассматривала корабль. Я видела в школе картинки с броненосцами, но они выглядели совсем не так.

Бабушка заметила замешательство на моём лице и засмеялась, указывая на кабину пилота:

– Вот эта часть по форме напоминает голову броненосца.

– А-а-а, – сказала я.

Когда «Броненосец» был нагружен, мы отошли подальше, и двигатели корабля включились. Горячий воздух ударил нам в лицо, когда он оторвался от земли и пролетел над стеной базы.

– Куда он летит, бабушка? – пораженно спросила я.

– На склад, – сказала она. – Там хранятся дополнительные расходные материалы, оборудование и корабли до той поры, когда они нам понадобятся.

Я запрыгала на месте, канюча:

– Можно нам прокатиться на «Броненосце», пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Бабушка снова рассмеялась и потрепала меня по голове:

– Скоро, Иззи, скоро. Но сначала я хочу сводить тебя в одно очень особенное место.

Я вприпрыжку побежала впереди неё обратно к форпосту. Мы прошли по длинному коридору и очутились в помещении, где в открытых шкафчиках висели скафандры патрульных.

– Ой, бабушка, – ойкнула я, оглядываясь по сторонам, – тут так классно.

– Это «сбор-комната», Иззи, – сказала бабушка. – Здесь разряд-патрульные готовятся к своим миссиям.

Я подошла к одному из скафандров. Как и все остальные, он состоял из непарных фрагментов. Металлические руки и ноги были разных цветов, и некоторые части выглядели очень старыми. Как будто куски разных головоломок каким-то образом собрали вместе, чтобы получилось нечто совсем новое.

– Бабушка, а почему они так выглядят? – спросила я.

– То, что некоторые части старые, совсем не значит, что они бесполезны, Иззи, – сказала бабушка, подходя ко мне сзади. – У каждой детали своя важная функция. И так же у каждого человека здесь, кадета или нет, есть важная функция – и у тебя самой тоже есть важная функция, Иззи.

Я изумлённо повернулась к ней лицом:

– Правда?

– Ну разумеется, Иззи, – сказала она, положив руку мне на плечо.

– И какая же у меня функция, бабушка? – спросила я.

– Только ты сама сможешь это определить, если будешь слушать своё сердце, – сказала она, легонько ткнув меня пальцем в грудь.

Я крепко зажмурила глаза и попыталась расслышать своё сердце, но ничего не услышала.

Я нахмурилась:

– Сегодня моё сердце не слишком разговорчиво.

Бабушка запрокинула голову и расхохоталась. Затем она обхватила ладонью мою щёку и сказала:

– О, не тревожься, Иззи. Настанет день, и оно заговорит с тобой. Но это случится лишь тогда, когда будет по-настоящему тебе необходимо. Поверь мне.

Глава 3

Я нажала кнопку воспроизведения на своём наручном коммутаторе, чтобы мы могли в сотый раз посмотреть последнюю трансляцию командующего Бёрнсайда. Его голограмма кричала, веля всем как можно быстрее вернуться в здание базы. А вдали стреляли роботы.

Прошла неделя с тех пор, как над Т-Кани Один возник фиолетовый инопланетный корабль. Корабль отправил вниз армию одноглазых жёлтых роботов, которых Мо окрестил зиклопами (потому что «зиклопы» звучит лучше, чем «циклопы»),

И тогда Бёрнсайд активировал лазерный щит, чтобы защитить всех.

Ну, кроме нас.

Мы остались снаружи, однако форпост был отличным укрытием.

Хотя большинство зиклопов всё ещё палило по лазерному щиту Бёрнсайда, остальные топали по лесу на некотором отдалении от форпоста. Похоже, они что-то искали, только мы не знали, что именно. Нас никто пока не обнаружил, а в результате моих разведывательных миссий мне удалось выяснить две вещи:

1. Они контролировались с корабля-Зурга. Они спускались вместе и уходили вместе. А на земле они двигались группой, как муравьи, следуя указаниям сверху.

2. Они использовали штуковины в форме дисков у себя на груди, чтобы телепортироваться обратно на корабль.

– Итак, команда. Собирайтесь. Нам нужен план, как справиться с... этим, – сказала я, указывая на корабль-Зург.

Пока корабль-Зург со своими роботами не вторгся на Т-Кани Один, я просто была лидером на тренировках. Да, конечно, я руководила нашей маленькой командой из трёх человек, но это было исключительно в учебных целях. Теперь же, когда остальные разряд-патрульные застряли за щитом Бёрнсайда, мы были предоставлены сами себе.

Мо и Дарби ждали от меня распоряжений, и я не могла их подвести. Также я не могла подвести свою бабушку, которая научила меня всему, что требуется от лидера.

– Нам нужно решить, какие будут наши первые шаги, – сказала я.

– Перебить роботов, – предложила Дарби, ткнув в голограмму.

– Но чтобы убить роботов, нам нужно уничтожить корабль, – сказала я, указывая на голографическое изображение корабля-Зурга. – Если мы поднимемся туда и взорвём корабль, вот тогда – СЮРПРИЗ, РОБОТЫ!

– Типа как вечеринка-сюрприз? – спросил Мо.

Я улыбнулась:

– Ага, как вечеринка-сюрприз. Они и не поймут, что их жахнуло. Эй, точно, нам надо назвать нашу операцию «Вечеринка-сюрприз». Все, кто за, скажите да!

– Да, – сказала Дарби.

– А мне нравится название операции «Кукловод», – предложил Мо, как бы перерезая пальцами невидимые нити. – Потому что корабль-Зург управляет роботами, как куколками на верёвочках, вот мы их и перережем.

– Тебе следовало раньше предложить свою идею, – сказала Дарби, пожимая плечами.

Я упёрла руки в бёдра, гордясь нами. Мы придумали хороший план и вдобавок выбрали для нашей операции отличное название!

– Операция «Вечеринка-сюрприз» начинается! – воодушевлённо воскликнула я, поднимая в воздух кулак.

Затем Мо почесал в затылке и спросил:

– Эм, а как мы до него долетим?

– Нам придётся использовать «Броненосца», – сказала я, указывая на стоящий неподалёку высокий и грузный серый корабль с жёлтыми, как яичный желток, полосами. Вместо «морды» у него было лобовое стекло над кабиной пилота.

Но Дарби вскинула руки и покачала головой:

– Ну нет. Во-первых, мне запрещено пилотировать что бы то ни было с двигателем. И особенно корабль. Это противоречит условиям моего условно-досрочного освобождения. Во-вторых, я просто не знаю, как управлять кораблём. Будь у меня к этому способности, я бы не разбила тот корабль, не попалась бы с поличным и не попала под условно-досрочное.

До инопланетного вторжения я начала брать уроки пилотирования «Броненосца», но в основном я изучала Руководство пользователя, обсуждала технику безопасности и проходила бесконечные проверки на знание кнопок и рычагов на панели управления в кабине пилота. Собственно летать я не умела.

Но может, Мо втайне был асом пилотирования? Я с надеждой посмотрела на него.

– Пардон, я не хочу лишать тебя иллюзий,

но я понятия не имею, как летать на этой штуковине, – сказал Мо.

Моё воодушевление относительно операции «Вечеринка-сюрприз» сдулось с писком, как воздушный шарик с прошедшего дня рождения. Я постаралась не показать своего разочарования, потому что Хоторны не хнычут и не дуются. Хоторны высоко держат голову и проявляют уверенность и отвагу даже в самые непростые времена. Именно так держала себя моя бабушка.

– О’кей, значит, нам нужен пилот, – сказала я, глядя в небо, словно ожидала, что пилот свалится нам на головы. Ага, сейчас. Должен быть другой способ попасть на корабль-Зург.

Я завершила обсуждение в команде и отключила голограммный проектор.

– Куда ты идёшь? – спросила Дарби, когда я двинулась прочь.

– На разведывательную миссию, – ответила я.

«И подумать», – могла бы добавить, но не стала. Я не хотела показывать Мо и Дарби, что я уже через несколько минут после утверждения нашего плана не была в нём уверена.

Пускай вокруг бродят палящие из лазеров роботы, разведка всегда помогала мне думать. Выйдя из форпоста, я углубилась в лес. Исполинские деревья тянулись и тянулись в небо. Грязь чавкала под моими ботами. Воздух был горячий и липкий, всё как обычно. Я продралась сквозь влажный подлесок и обошла кругом огромные валуны. Роботов поблизости я не обнаружила, а значит, форпост разряд-патруля пока что остаётся в безопасности.

Вдруг ни с того ни с сего вокруг моей ноги обвился побег. Когда он дёрнул меня, я налетела на дерево и крепко обхватила его руками. Упорный побег тянул всё сильнее и сильнее. Я стиснула зубы и зарычала, когда он победил в этом перетягивании каната, и отцепилась от дерева. Моя задница заскользила по грязи, я схватила упавшую с дерева ветку и ударила по побегу.

– Оставь!

БАМ!

– Меня!

БАМ!

– В покое!

БАМ!

После последнего удара побег всё же выпустил меня и втянулся под землю. Отбросив ветку в сторону, я встала, тяжело дыша, и взобралась на валун, чтобы перевести дух. Запрокинув голову к небу, я, прищурившись, стала смотреть на корабль-Зург.

Бабушкино правило номер три требовало от меня быть готовой выдержать любое испытание, но я не могла придумать, как нам добраться до корабля без пилота. Вот бы то, в чём мы нуждаемся, могло просто упасть с неба.

Что-то прочертило в небе полосу. Я нахмурилась, пытаясь разглядеть, что это. Для кометы или астероида слишком маленькое.

– Это... корабль? – пробормотала я.

У меня буквально отвисла челюсть, когда космический джет спикировал из облаков. Я сразу поняла, что это не очередной «подарочек» от корабля-Зурга, потому что зиклопы всегда прибывали в капсулах. Нет, это было что-то иное. Это падал корабль, и быстро падал!

Я соскользнула с валуна и помчалась в том направлении, где он исчез.

Глинистая почва помогла мне плавно затормозить за массивным стволом дерева. Когда я выглянула из-за него, корабль как раз жёстко приземлился. У него был узкий заострённый нос, жёлтый стеклянный купол над кабиной пилота и покатые крылья. Он напомнил мне те большущие игрушки, которые папа печатал для меня на ЗD-принтере, когда я была маленькой.

Купол над кабиной пилота открылся, и пилот запустил сигнальную ракету.

– Нет, нет, нет! – зашептала я, тряся головой. Если роботы не заметили аварийной посадки, то они точно не пропустят вспышку пламени, выстрелившую в небе. Это как закричать: «ЭЙ, РОБОТЫ! Я ЗДЕСЬ, ПОДЖАРЬТЕ МЕНЯ СВОИМИ ЛАЗЕРАМИ!»

Пилот спустился на землю в сопровождении оранжевого кота-робота и извлёк контейнер из топливного отсека своего корабля. Внутри что- то ярко сверкнуло, какой-то мощный источник энергии.

Но, прежде чем я успела рассмотреть его получше, я услышала...

Робота.

Его шаги становились всё громче и громче.

Пилот оглядывал окрестности, не замечая приближающейся угрозы, и я поняла, что надо что-то делать.

Поэтому я побежала.

Глава 4

Мои боты забарабанили по глинистой почве, когда я бросилась к пилоту. Едва он обернулся, как я повалила его за громадный валун.

– Эй, эй! – завопил он, отбиваясь от меня.

В панике, чтобы поскорее заткнуть его, я пихнула его лицом в грязь.

– Тсс! Роботы! – предупредила я громким шёпотом, продолжая удерживать его рукой.

Он прорычал:

– Что?

Я прошипела сквозь стиснутые зубы:

– Роботы!

Его кот молча сидел рядом с нами, наблюдая, как мы шёпотом препираемся друг с другом.

Тяжёлое бум-бум-бум наполнило воздух, прервав спор. Мы наблюдали, как зиклоп вышел из леса и протопал к рухнувшему кораблю.

Зиклопы были в два человеческих роста и супермассивные. У каждого была голова в форме купола, сидевшая вовсе без шеи, единственный светящийся красный глаз, три когтистые руки и ладони с лазерными бластерами. Большая часть их тел была жёлтая, только сочленения мутно-серые. Их тяжёлые ноги сотрясали землю с каждым шагом.

Тело зиклопа было покрыто оружием от головы до ног.

Меньше всего мне хотелось привлечь внимание этого робота.

Но если пилот не будет хранить молчание, тот непременно обнаружит наше укрытие.

– Что? Эй, это мой корабль, – в недоумении пробормотал пилот.

Он явно не слушал, что ему говорят.

Я ещё чуток прижала его голову, чтобы заставить его затихнуть.

– Постой, что это он делает? – прошептал он в панике и растерянности, когда светящийся красный глаз робота просканировал корабль.

Я цыкнула на него, боясь, как бы эти разговоры не выдали наше укрытие. Раз уж мне выпало играть в прятки, я бы предпочла не делать это с высоченным монстром, сделанным из металла.

Сощурившись, я смотрела, как робот снимает со своей груди один из этих странных металлических дисков и лепит его на космический корабль. Робот щёлкнул по диску, и в тот же миг он сам и корабль исчезли.

– Эй! Нет! – закричал пилот, в панике вскакивая на ноги.

Я приземлилась на пятую точку и, строго зыркнув на него, зашипела:

– Тише!

Только его кот и умел следовать указаниям в вопросах жизни и смерти! Даже если зиклоп исчез, это не значит, что поблизости не поджидают другие, готовые сграбастать нас в свои трехкогтистые объятия.

Пилот обернулся ко мне:

– Куда он делся?

Пригнувшись за валуном, я указала на исполинский космический корабль, зловеще повисший над нами – ни дать ни взять хищник, изготовившийся проглотить всю планету.

– Вон туда, – сказала я.

Пилот с разинутым ртом уставился на корабль-Зург:

– Что это? Что здесь происходит?

– Пригнись! – яростно зашептала я, хватая его за руку. Я со всей силы дёрнула его обратно за ЗЭЛД, валун. Всё моё внимание немедленно обратилось к кораблю-Зургу, когда тот выплюнул угловатую транспортную капсулу для зиклопов. Живот у меня скрутило от страха.

– Вот чёрт. Пошли! – настойчиво сказала я, вставая, и крадучись двинулась прочь.

Пилот и его кот-робот последовали за мной по пятам, когда я осторожно зашагала вверх по склону к группе деревьев, отлично подходящих для укрытия. Пока мы крались, я вертела головой из стороны в сторону, обозревая окрестности. Я была начеку, вот-вот ожидая услышать бум-бум-бум шагающих зиклопов, однако я ничего не услышала – верный знак, что мы в безопасности.

Пока.

– Они, должно быть, видели, как приземлился твой корабль, – сказала я.

– Кто? – выпалил он.

И снова я многозначительно ткнула пальцем в корабль наверху:

– Роботы!

– Но почему здесь роботы? Откуда эти роботы взялись? – вопросил он, всплеснув руками. Я припомнила все вопросы, которые он успел задать с тех пор, как я повалила его... то есть с тех пор как я встретила этого человека и его тихого внимательного кота. Да уж, вопросов у него было много, а ведь это он свалился с неба.

Я оглядела его от изгвазданного шлема до серых ботов – примерно так, как зиклоп осматривал его корабль.

Скафандр разряд-патрульного на мне был кучей старых латаных-перелатанных частей, которые мне пришлось подгонять под себя. Но его лётный скафандр выглядел так, будто его изготовили для него, и только для него. Он был блестящим и новёхоньким, я таких и не видела. Хоть это и не был скафандр космического рейнджера, всё равно смотрелся эффектно. В руках он держал контейнер со сверкающим игольчатым кристаллом.

Он выглядел чужим на Т-Кани Один.

И, честно говоря, он выглядел так, будто и не желает находиться на Т-Кани Один.

– Ты откуда? – спросила я, разворачиваясь, чтобы идти дальше.

– Я отсюда! – сказал он, указывая вниз, на землю.

– Отсюда? – я растерянно заморгала.

Мои ноги перестали шагать, и я повернулась назад.

Стартовую площадку звёздного командования не использовали вот уже двадцать два года. С тех пор, как...

Он стёр грязь с лица, и я поняла, что это лицо мне очень и очень знакомо.

– Постой, – сказала я и протянула руку, чтобы стереть грязь с его именной таблички. Мои глаза стали совсем круглыми, когда я прочитала его фамилию, а затем перечитала ещё раз и ещё.

Я охнула:

– Базз?

Базз уставился на мою именную табличку с фамилией «ХОТОРН», я же сняла свой шлем, чтобы убедиться, что он не плод моего воображения. У меня в жилом блоке в рамке висела фотография. На ней была бабушка в молодости – в Академии – и он. Фотография, которую бабушка завещала мне беречь.

Базз, поражённый и, пожалуй, немного напуганный, вытаращился на меня так, словно привидение увидел:

– Алиша? Но... но как же?

Сердце моё, как лазерным лучом, полоснула боль, когда я поняла, за кого он меня принял. Я затосковала по бабушке даже сильнее, чем обычно. Как бы мне хотелось, чтобы она была здесь и могла увидеть, что её лучший друг целый и невредимый вернулся на Т-Кани Один.

Я покачала головой:

– Ох, нет. Это моя бабушка. Я Иззи.

– Иззи? – недоверчиво повторил он.

Я медленно кивнула.

– Но... но... ты была совсем крошкой... – он не договорил, но выставил руку, чтобы показать, какого роста была малышка Иззи. Я расплылась в улыбке, сообразив, что он, должно быть, видел бабушкино последнее сообщение – до того, как, нарушив приказ командующего Бёрнсайда, вломился в ангар Звёздного командования, вырубил охрану, выкрал космический корабль и отправился в космос.

Базз побледнел. После мгновения тишины он отвёл глаза, словно его поразила новая мысль.

Затем он адресовал вопрос своему роботу-коту:

– Сокс, как долго мы отсутствовали?

Мяу-мяу-мяу – потоком полилось от Сокса, а его мохнатые уши завертелись, когда он начал рассчитывать ответ. Затем, впервые подав голос, он объявил:

– Двадцать два года, девятнадцать недель и четыре дня.

Хм, а кот-робот разговаривает. День становился всё чуднее и чуднее – и это притом, что над нами висел корабль-Зург.

– Ого, – сказал Базз, пытаясь переварить это известие.

Наконец логика преодолела головокружительную растерянность, охватившую меня при виде бабушкиного старого друга. Я уже давно не малышка Иззи, но даже после двадцати двух лет, девятнадцати недель и четырёх дней Базз Лайтер ничуть не состарился.

Как такое возможно? Неужели релятивистское расширение времени настолько сильное?

Вдруг все мои чувства перешли в режим повышенной готовности, так как мне показалось, что я слышу приближающиеся к нам тяжёлые шаги зиклопов. Я махнула рукой, чтобы Базз и Сокс следовали за мной к небольшому провалу поблизости. Затем спрыгнула в яму, и они тихо спустились следом за мной. И когда мы трое были внизу, я осторожно поглядела по сторонам и тщательно прислушалась.

– Мне показалось, что я услышала одного, – пояснила я с облегчением.

– Робота? – спросил Базз.

– Ага, – сказала я, кивнув. Я отлично слышала роботов. Дарби утверждала, что это потому, что у меня молодые уши.

– Вау, – сказал впечатлённый Базз.

– Ну, – сказала я, указывая на свою именную табличку, – я же Хоторн.

Базз упёр руки в боки и изучающе оглядел зелень, окружавшую нас.

– А знаешь, мы с твоей бабушкой могли практически заканчивать фразы друг друга. И если ты хоть немного похожа на неё...

– Эти роботы у нас ещё поплачут, – перебила я, когда Базз уже говорил: «...из нас получится отличная команда». Упс. Похоже, мы ещё не вполне были готовы заканчивать фразы друг друга. Но я уверена, что к этому мы тоже придём.

– Из нас получится отличная команда, и эти роботы у нас ещё поплачут, – поправилась я с улыбкой.

Он осторожно кивнул и указал на зловещий корабль-Зург, маячивший над нами:

– Значит, так, быстренько введи меня в курс дела.

– Есть. Этот корабль-Зург объявился примерно с неделю тому назад.

– Что такое Зург?

– О, это единственное слово, которое говорят эти роботы, вот мы и назвали так большой корабль. Итак, объявился Зург, и роботы окружили базу, и тогда... эм... – Я замолчала, постукивая по своему наручному коммутатору, чтобы активировать голографическое сообщение командующего Бёрнсайда.

– Граждане Т-Кани Один, инопланетные роботы атакуют! – кричал он, пока у него за спиной роботы крушили наш дом. Сколько бы раз я это ни смотрела, я испытывала печаль и злость при виде того, как мои сограждане бегут в хаосе лазерных лучей и пожаров. Столько страха и разрушения, и я ничем не могла помочь. Пока не могла.

– Всем проследовать внутрь периметра! Будьте осторожны! – эмоционально командовал Бёрнсайд, направляя огонь собственного лазера на зиклопов. – Мы незамедлительно активируем лазерный щит!

Когда сообщение оборвалось, моя тревога никуда не делась.

Я сказала:

– Больше мы ничего от них не слышали.

Я передала свой бинокль Баззу и указала вдаль, за пещеру, за леса, на исполинский лазерный купол, накрывший базу. Пока он всматривался туда, я с лёгкостью вообразила, что он видит: зиклопы без остановки стреляют по непроницаемому щиту, как делали все последние семь дней.

– Все замурованы там. Никакой связи ни в одну, ни в другую сторону, – пояснила я.

Базз молчал, лицо его было задумчивым.

Затем он посмотрел вниз на своего компаньона робота-кота:

– Сокс?

Уши кота завертелись, закрутились, и он мяукнул.

– Она права, – подтвердил Сокс. – Никакой связи ни в одну, ни в другую сторону.

– Ты сейчас меня перепроверил с помощью своего кота? – спросила я, ошеломлённая тем, что Базз сразу мне не поверил.

– Этот кот не стандартного образца, – проинформировал меня Базз. – Кстати сказать, Сокс – это подарок от твоей бабушки.

Конечно, это в духе бабушки – подарить другу персонального компаньона, чтобы помочь ему адаптироваться после каждой миссии. Она всегда пеклась о том, как можно улучшить жизнь людей, которые её окружали. Там, наверху, в космосе, для Базза проходили считаные минуты. Но здесь, внизу, на Т-Кани Один, проходили годы, и друзья его старели.

В каком-то смысле Сокс был единственным, что у Базза осталось от бабушки.

Сокс посмотрел на меня своими дружелюбными зелёными глазами и сказал:

– Привет, Иззи.

– Привет, Сокс, – сказала я, нагибаясь, чтобы погладить его. Может, он и робот, но его синтетический оранжевый мех был супермягким!

Он замурлыкал, и вибрация щекоткой отдалась мне в ладонь.

Базз нахмурился, услышав этот звук:

– Эй, что это за шум? Не сломай моего кота.

– Он мурлычет. Ему нравится, – сказала я со сдавленным смешком.

– Сокс, тебе это нравится? – неуверенно спросил Базз.

– Нравится, – заверил его Сокс, продолжая мурлыкать.

– Хм, – сказал Базз, узнавший нечто новое о коте, который жил у него уже много лет.

– Ну, я надеюсь, ты готов действовать. Потому что всё, что нам нужно, это пилот, – сказала я, кивая ему.

– Для чего?

Я напустила на себя уверенный вид и выпятила подбородок:

– У меня есть план, и у меня есть команда.

Чем скорее я отведу его обратно к форпосту, чтобы встретиться с Мо и Дарби, тем скорее мы приступим к операции «Вечеринка-сюрприз».

Когда я упомянула о нашем плане, он наградил меня уважительной улыбкой.

Да, всё непременно сработает.

Глава 5

Наконец я, Базз и Сокс добрались до форпоста разряд-патруля. Я прокралась к двери и с помощью ручного сканера отперла её, и мы поспешно прошли внутрь.

– Итак, команда! Стройся! – крикнула я.

Мо и Дарби подбежали к нам в полном обмундировании и в шлемах.

– Гип-гип ура! – хором выкрикнули Дарби и Мо.

– Ого! – сказал Базз, впечатленный.

– Я нашла пилота! – провозгласила я. Затем я указала на «Броненосца», припаркованного на плацу перед форпостом. – Операция «Вечеринка-сюрприз» состоится!

Базз изучающе оглядел меня и команду:

– Мне это нравится. Элитное подразделение. Лучшие из лучших.

Он решил, будто мы – элитное подразделение? Я хотела поправить его, но у меня было предчувствие, что если я скажу ему, что на самом деле мы кадетский патруль, он отклонит приглашение на нашу «вечеринку».

Если с нами будет Базз, наш план непременно сработает, а значит, неважно, что мы кучка кадетов. Я вызубрила все бабушкины учебники космических рейнджеров. Ради этого я тренировалась всю мою жизнь. Я была абсолютно готова доказать, что внутри своего разнобойного скафандра разряд-патрульного я слеплена из того же теста, что космические рейнджеры.

Базз, сосредоточив своё внимание на Мо и Дарби, говорил:

– Её бабушка была величайшим космическим рейнджером в истории корпуса. Для меня будет честью работать с вами.

Когда он упомянул бабушку, моё сердце наполнилось тёплой патокой. Всё, что я делала, я делала ради того, чтобы доказать, что я достойна фамилии Хоторн.

– Ты космический рейнджер? – спросила Дарби.

В ответ на этот вопрос Базз выпрямился, высокий и горделивый:

– Так точно.

– Так! Подходите сюда, команда! – проинструктировала я, жестом указывая им следовать за собой.

Мы сгрудились вокруг голографического проектора, который показывал закрытую лазерным щитом базу, атакующих роботов и корабль-Зург, нависший над ними, словно грозная туча мрака и рока. Всё это выглядело более чем серьёзно. Я повернулась к своей команде, чтобы разъяснить нашу более чем серьёзную операцию «Вечеринка-сюрприз».

– Давайте вспомним наши цели, – сказала я.

– Перебить роботов, – опять, как и раньше, сказала Дарби.

– И не умереть, – прибавил Мо.

Я вздохнула. Это не входило в число целей, которые мы обговаривали.

Кислое лицо Дарби сделалось ещё более кислым:

– «Не умереть» – это то, к чему нужно стремиться каждый день.

Мо пожал плечами:

– И тем не менее, это цель.

– Ребята, ребята! – перебила я.

– Если позволите, – встрял Базз, – цель у нас одна.

Он поднял свой контейнер с игольчатым кристаллом, который засиял во влажном полумраке помещения.

Базз продолжил:

– Нам необходимо вставить этот кристалл в Репку и убраться отсюда. Это была моя задача с тех пор, как я... – Он осёкся и вместо того чтобы закончить, сказал: – В общем, ещё до того, как вы родились. – Он наставил палец на голографическое изображение Репки и прибавил: – А чтобы сделать это, нам необходимо попасть на базу.

– А чтобы сделать это, нам необходимо перебить роботов, – повторила Дарби, тыкая в голографических роботов.

– А чтобы сделать это, нам необходимо уничтожить инопланетный корабль, – сказала я, указывая на его голографическое изображение.

– А чтобы сделать хоть что-то из этого, нам нужно не умереть, – ввернул Мо.

Дарби бросила на него раздражённый взгляд. Я повернулась к Баззу, твёрдо решив вернуть обсуждение нашей миссии в правильное русло.

– Итак, операция «Вечеринка-сюрприз», – сказала я. – Это вариация операции «Грозовое копьё». Ты вроде получил за неё медаль?

– Вообще-то, две, – поправил он меня, а затем замолчал. – Погоди, откуда ты знаешь об операции «Грозовое копьё»?

Я раздулась от гордости. Я кое-что знала. Прямо скажем, я знала кучу всего об операциях космических рейнджеров.

– Я прочла бабушкины книги по космическим рейнджерам от корки до корки. Дважды, – объяснила я.

Базз кивнул, явно впечатлённый. Я тоже кивнула, указав на свою именную табличку, чтобы напомнить ему, чья я внучка, и повернулась обратно к голограмме.

– Мы вычислили, что именно инопланетный корабль приводит в действие роботов на земле, – объяснила я ему. На голограмме корабль-Зург посылал роботам вихляющиеся энергетические волны.

– Поэтому мы подлетим туда, взорвём корабль, и «сюрприз, роботы!».

При этих словах голографический корабль-Зург взорвался, и роботы позаваливались набок, как безжизненные игрушки.

– Вам крышка, – сказала я, смотря на голограмму. – А затем мы вставим твой кристалл в Репку...

– И завершим миссию, – одобрительно сказал Базз.

– Это хороший план, – сказали мы оба одновременно.

Затем он протянул в мою сторону палец:

– Бесконечность...

Жест показался мне знакомым, но я не могла вспомнить, где его видела. Разве что...

– Ты хочешь, чтобы я дёрнула тебя за палец? – спросила я, наморщив нос.

– Не поддавайся, – предупредил Мо.

– Нет, ничего такого. Это просто... штука, которую мы делали с твоей бабушкой, – смутился Базз.

Я бросила на Мо и Дарби ошарашенный взгляд.

– Я... мы никогда... Она не имела в виду... – он со смущённым видом попытался объяснить. Затем передумал и сказал: – Ладно, неважно. Проехали.

Он подошёл к пыльному, но верному «Броненосцу» и принялся разглядывать ближнюю к нему стойку с оружием, амуницией и оборудование.

– Давайте-ка погрузим боеприпасы в «Броненосца» и приготовимся к бою.

Сердце у меня заколотилось от возбуждения, и я победно вскинула кулак в воздух:

– Операция «Вечеринка-сюрприз» начинается!

Уши Сокса пошли выписывать круги.

– Базз, ты слышишь?

Мы все остановились и прислушались. Звук был тихий, но, вероятно, более различимый для ушей кота-робота.

– Я что-то слышу, – сказал Базз, отрывисто кивнув. – Вы думаете, это робот?

– Мы никогда не видели роботов так далеко от базы, – сказал Мо.

Всегда лучше перестраховаться, я слегка наклонила голову, внимательно прислушиваясь.

– Я ничего не слышу, – сказала я.

БАБАХ!

Дарби, Мо и я в шоке отскочили назад, когда рука робота проломила каменную стену форта и утащила Базза в проделанный зияющий разлом.

Глава 6

Всего несколько секунд назад я не слышала робота, но...

– Вот теперь слышу! – крикнула я Баззу, когда робот швырнул его через дыру, вынудив выронить бластер. А когда Базз потянулся за ним, робот снова схватил его.

Я, Сокс и Мо рванули к громадной дырище в стене и увидели, как Базз, вися вверх тормашками, пытается вывернуться из хватки робота. Второй рукой робот потянулся к телепортационному диску у себя на груди.

Но лягающиеся ноги Базза отбросили диск прочь.

Робот потопал за ним.

Если робот доберётся до телепортационного диска, он заберёт Базза на корабль-Зург, а этого допустить я никак не могу!

– Не волнуйся! Мы идём! – завопила я, хватая пушку. Сокс громко мяукнул, когда краска растеклась по голове монстра.

Робот развернулся и уставился на меня. Висящий Базз вскрикнул, когда его крутануло следом.

Я охнула:

– Что?

Я посмотрела на ящик. Вот ведь! Каким-то образом я не заметила надпись «УЧЕБНЫЕ БОЕПРИПАСЫ».

«Молодец, Иззи. Вот прям молодец».

– Уф, – простонала я.

Хотя моя ошибка заслуживала старого доброго «рука-лицо», времени на это не было. Я бросила взгляд на другой ящик, обнадёженная пропечатанными на нём словами «БОЕВЫЕ ПАТРОНЫ». Пальнув ещё одним шариком с краской в качестве отвлекающего манёвра, я отошла назад, чтобы добраться до боевых. Учебный снаряд, которым я выстрелила, с силой ударил в плечевую пластину робота и выбил её из паза, обнажив разъёмы и искрящие провода.

«Неплохо, Иззи Хоторн. Совсем неплохо».

– Ничего не бойся? – убедительно вскричала я. – Кадетский патруль поможет!

Базз перестал отбиваться и проорал:

– Что-что кадетский?

Робот вытянул руку и пальнул по мне недружелюбным лучом бластера.

Я едва успела уклониться и даже почувствовала жар от луча, скользнувшего мимо и вместо меня ударившего в «Броненосца». «Ох, нет!» Взрыв сотряс форпост, и наш билет на Зург загорелся синим пламенем.

– Нет! Корабль! – взревел Базз, силясь дотянуться до схватившего его робота. Робот опять попытался добраться до телепортационного диска, но Сокс вцепился ему в лицо с решительным мявом, царапая когтями его единственный ярко-красный глаз.

Мо выкарабкался через пролом в стене аванпоста. Он вскинул гарпун на плечо и выстрелил в робота как раз в тот момент, когда натиск Сокса вынудил его отшатнуться назад. Копьё пролетело в опасной близости от головы Базза и застряло в стволе дерева позади.

– Я попал в него? – крикнул Мо.

– Почти! – с гордостью ответила я, потому что практика – это лучший путь к совершенству.

Мо снял шлем и увидел, что промахнулся:

– Пардон! Я ещё не тренировался с этим оружием. Дай-ка перезаряжу.

– Не тренировался? В смысле, не тренировался?! – завопил Базз.

Робот смахнул Сокса со своего лица, но кот, цепляясь когтями, сполз по роботу вниз, нанося ещё больший ущерб его плечу. Искры полетели с обнажившихся проводов. Всё ещё удерживая в своей повисшей руке Базза, робот снова потопал к диску.

Я попыталась отвлечь его ещё одним выстрелом, но в моей пушке закончились учебные снаряды, а до ближайшего ящика с боевыми снарядами бежать было через полплаца. «Здорово, просто здорово».

– Эй, ты! Хватай его! Хватай! – отчаянно закричал Базз Дарби, указывая на лежащий у её ног лазер.

– Что хватать? – спросила Дерби, растерянно таращась на землю. Как и Мо, она с трудом могла что-то разглядеть в своём шлеме. Сняв его, она увидела бластер и беспомощно подняла обе руки.

– Ох. Нет. Мне запрещено прикасаться к оружию. Это нарушает условия моего условно-досрочного освобождения.

– Условно-досрочного? Освобождения? – вскричал Базз.

Поскольку Дарби и бластер были намного ближе, чем боевые снаряды, я взяла дело в свои руки, отбросив пушку.

Я подбежала к бластеру и схватила его.

– Базз!

– Давай, Иззи! – приказал он.

Я изо всей силы швырнула бластер, как раз когда Базз выставил руку... вот только не ту, в которую я прицелилась.

– Э? – завопил он, растерявшись, когда заметил, что бластер пролетел мимо него с другой стороны. – Нет!

– О’кей, новый план! – крикнула я, пытаясь придумать этот самый план.

– Новый план?! А старый-то какой был? – завопил в раздражении Базз. Он изо всех сил подтянулся правым боком и дёрнул за один из двух уцелевших крепёжных болтов на болтающейся руке робота. Она провисла ещё сильнее, снова кувыркнув Базза головой вниз.

Робот протянул вторую руку за телепортационным диском, но одно из гарпунных копий Мо его опередило.

В один миг и диск, и копьё, моргнув, исчезли.

Корабль-Зург определённо ждёт сюрприз, когда они прибудут на место!

– Я попал? – спросил Мо сверху.

– Чуть-чуть левее! – крикнула я в ответ.

Робот мстительно прицелился в Мо, но тот был слишком занят, перезаряжая свой гарпун, и даже не заметил, что ещё пара секунд, и он станет мишенью для зиклопа.

Я открыла было рот, чтобы крикнуть ему: «Двигай!», но тут Базз выдернул последний болт из плеча робота, сбивая ему прицел. Мо взвизгнул, когда луч лазера чуть не ударил по нему.

Базз упал на землю, и вместе с ним упала оторванная рука робота.

Рука засбоила, рассылая выстрелы невесть куда.

Один полетел в меня, и я поспешно пригнулась.

«Уф! Пронесло!»

С помощью оставшейся на месте руки робот схватил Базза за щиколотку. Базз подтянул к себе оторванную руку и попытался прицелиться в голову робота, но тут рука зашипела и отключилась.

Мо выстрелил ещё одним копьём, и оно попало в тлеющее плечо робота!

– Я попал в него? – крикнул Мо.

Я с гордостью улыбнулась и показала ему большой палец.

– Ты попал! – крикнула я в ответ.

Мо победно потряс в воздухе кулаком:

– Да!

Зиклоп рухнул, выронив Базза. Но Базз довольным не выглядел.

Честно говоря, он выглядел суперрассерженным.

Глава 7

Мы опять были на плацу форпоста. Встрёпанный Базз стоял перед нами, а уничтоженный «Броненосец» дымился неподалёку.

– Что именно... – ошарашенно начал Базз, указывая на обездвиженного робота за дырой в стене. – Как это... – Он требовательно повернулся к нам: – Кто вы на самом деле такие?

Что ж, таиться было поздно. Не было смысла скрывать, что мы только кадеты, а никакие не офицеры разряд-патруля.

Я поднялась со своего ящика и отдала ему честь:

– Мы кадетский патруль. В твоём распоряжении.

Дарби поморщилась и сплюнула.

Неожиданно из земли выстрелил побег и схватил меня за ногу. Я раздражённо шлёпнула по нему, и он убрался под землю. Я поспешно вернулась в стойку смирно.

Базз нахмурился:

– Отсюда поподробнее, пожалуйста.

– Мы – группа волонтёров, мотивированных кадетов, которые один выходной в месяц тренируются здесь, на территории форпоста. В прошлые выходные, когда появились роботы, мы с Мо и Дарби прибыли сюда первыми и остались тут одни. Поэтому... мы придумали операцию «Вечеринка-сюрприз», – объяснила я.

То, что мы проходим подготовку, не делает нас негодными к службе. Вместе, действуя как одна команда, мы завалили робота. Ну, не считая Дарби. Но она соблюдала условия своего условно-досрочного освобождения и, я уверена, болела за всех нас... в своём собственном ворчливом стиле. Плюс, по крайней мере, она старательно следовала правилам. Это весьма похвальное качество!

И даже Мо не оставил попыток справиться с чем-то новым для себя. Допустим, чтобы попасть в цель, у него было несколько попыток, зато только одна – чтобы окончательно прикончить робота.

– Мне больше нравится операция «Кукловод», – подал голос Мо, пожав плечами и повторив пантомиму, где одна рука была кораблём-Зургом, а вторая перерезала нити. – Мы перережем верёвочки этим роботам.

– О, это остроумно, – сказал впечатленный Сокс.

– Ребята! Операция «Вечеринка-сюрприз»! Мы уже проголосовали! – напомнила я им.

– Не идеально, – пробормотал Мо себе под нос.

Базз вздохнул и кивнул.

– Вас учили разбираться в боеприпасах? – спросил он.

– Частично, – призналась я.

– Тактические тренировки?

– Пока нет.

– Боевой опыт? – с надеждой спросил Базз.

Я вдохновенно указала на зиклопа:

– Да! Если считать эту катавасию с роботом, через которую мы только что прошли.

– О’кей, – сказал он тоном, говорившим, что этого довольно, и зашагал к ближайшему внедорожнику.

Когда он начал загружать в него оружие, я подошла и спросила:

– Что ты делаешь?

– Слушай, я всецело поддерживаю ваше учебное рвение. Вы производите впечатление очень милых людей. Но дальше я продолжу сам, – ответил он.

Его заявление слегка уязвило меня, но я не дрогнула.

По нашу душу явились эти механические злыдни, и операция «Вечеринка-сюрприз» решала все наши проблемы – в том числе и его.

– Мы только что спасли тебя от того робота, – напомнила я ему.

Базз прервал своё занятие и посмотрел на меня:

– Прости?

– Мо сделал тот суперметкий выстрел, – сказала я, указывая на Мо.

– Мо просто повезло, – ничуть не впечатленный, ответил Базз.

– Очень, – согласно кивнул Мо.

«Тебе не полагалось с ним соглашаться, Мо!»

После того как Базз погрузил последние ящики и закрыл дверь, он сказал нам:

– Так... Где я могу найти другой корабль?

Мо сказал:

– Ох, ну, есть какие-то старые корабли на заброшенном складе.

– Замечательно, и где это? – спросил Базз.

– Ты его ни за что не пропустишь. Он около центра обновления ресурсов, – ответила я.

Базз покачал головой:

– И где это?

– Ну знаешь... прямо там, где раньше был старый завод, – прибавила Дарби.

Когда он снова затряс головой, я сообразила, что последние двадцать два года они с Соксом провели в далёком космосе. Я вспомнила, что бабушка сказала мне перед тем, как привезла меня на экскурсию сюда, в форпост разряд-патруля.

Космический рейнджер должен обследовать то, что его окружает.

Пока они были в космосе, очень многое изменилось.

Базз больше не ориентировался на окружающей местности.

– А что ты знаешь? – полюбопытствовала я.

– Я знаю базу, – признал Базз.

План высветился у меня в голове ярче, чем тысяча прожекторов звёздного командования.

Вот оно! Вот наш шанс доказать Баззу Лайтеру, что мы, кадетский патруль, нужны ему не меньше, чем он нужен нам. Наш дом оставался для него чужой планетой, а чтобы победить в этой войне против корабля-Зурга и его роботов, ему нужно ориентироваться на игровом поле.

И мы, кадетский патруль, подскажем ему, как это сделать!

Я сдержала своё возбуждение и спокойно сказала:

– Нам проще показать тебе.

И мы все залезли во внедорожник.

Базз вёл машину к складу, следуя моим указаниям. Я ехала впереди вместе с ним, Сокс сидел у меня на коленях. Мо и Дарби устроились сзади среди ящиков, которые Базз погрузил, когда попытался бросить нас.

Когда он вёл, у него было серьёзное и решительное выражение лица. Затем он начал наговаривать в свой наручный коммутатор.

– Дополнительный журнал выполнения миссии Базза Лайтера: наконец достигнув гиперскорости, я столкнулся с новым препятствием. Чтобы покинуть эту планету, мне необходимо уничтожить громадный инопланетный корабль, – сказал он. – В одиночку, без какой-либо помощи.

Он планировал провернуть это без нас, то есть уже решил, что не даст нам шанса.

Это немного задело меня.

О’кей, сильнее, чем немного.

Но я не оставлю попыток доказать ему, как он не прав относительно нас.

– Знаешь, мы можем помочь тебе. Это наш план, – сказала я, гладя Сокса по голове.

Ничуть не убеждённый, Базз возразил:

– Я не могу этого допустить. Код звёздного командования 27–0–9.3 запрещает мне подвергать риску неквалифицированный персонал.

– О’кей. Но я Хоторн, – сказала я уверенно, указывая на свою именную табличку.

Базз ответил:

– Тут дело не в имени, Иззи. Ты должна точно знать...

Я встряла, пытаясь закончить его фразу:

– Что ты скажешь?

– Как реагировать в любой ситуации, – закончил он.

Упс, а я думала, стоит нам немного узнать друг друга, и я смогу заканчивать его фразы, как бабушка.

Я покачала головой:

– Я думала, это у меня есть.

Базз закатил глаза и посмотрел в зеркало заднего вида, переключив своё внимание на Дарби.

– Ты под каким-то дисциплинарным взысканием? – спросил он у неё.

– На программе условно-досрочного освобождения. Я прохожу её, и они скостят мне срок, – призналась Дарби, а затем искренне добавила: – Но я многому здесь научилась.

– Дарби может взять три предмета, соединить их, и они взорвутся, – похвасталась я, надеясь показать ему, какие мы изобретательные.

Дарби кивнула со знающим видом.

– А что ты? – спросил Базз, переходя к Мо.

Пожав плечами, Мо сказал:

– Мне трудновато доводить дело до конца, вот я и подумал, а не поставить ли себя в жёсткие рамки. Подписался на этот костюмчик и сразу пожалел об этом. Понимаешь, придумывать этот план было весело. Классно. Но я не думаю, что мы по-настоящему можем его осуществить.

Я, шокированная, вытаращила глаза:

– Постой, ты серьёзно?

Мо указал на корабль-Зург.

– Ну как мы можем попасть туда и взорвать целый гигантский космический корабль? Ты посмотри на нас! – Затем он посмотрел на Базза: – Но когда ты появился, я такой: «Хо-хо!» Ну, честно... я рад, то ты берёшь всё в свои руки.

Хотя я ценила честность Мо, я только головой покачала, услышав о его сомнениях относительно операции «Вечеринка-сюрприз» (или операции «Кукловод», это смотря у кого спросить) и меня как лидера кадетского патруля.

– Ой, тут направо, – сказала я Баззу, указывая на склад.

Он припарковал внедорожник, вышел и начал выгружать ящики в тележку.

– Эй, но вы продолжайте тренироваться. Это единственный способ сделаться лучше, – сказал он ободряюще.

– Мы можем тебе помочь, – сказала я через окно.

– И я ценю ваше предложение, – сказал Базз, поднимая кристалл, надёжно заключённый в контейнер.

Я загорелась счастьем, думая, что он принимает нашу помощь.

«Да, да! Мой план сработал...»

– Просто возвращайтесь на свою тренировочную базу. Будьте бдительны и оставайтесь в безопасности, – продолжил он, указывая на склад. Я сдулась, поняв, что он вовсе не приглашает нас присоединиться к нему. – Я намереваюсь реквизировать этот «Броненосец» Р-32 и взорвать корабль-Зург.

– Значит, всё, прости-прощай? – спросила я.

– Так точно, – ответил Базз.

Я в последний раз погладила меховую голову Сокса, прежде чем он выскочил в окно и грациозно приземлился на свои беленькие лапки.

Затем Базз закрыл у нас перед носом заднюю дверь внедорожника.

Я, Дарби и Мо смотрели, как он закатывает тележку в здание склада, а Сокс следует за ним хвостом. Он не остановился, не обернулся, не помахал нам на прощание.

После всего, что мы пережили вместе, он бросил нас.

Ему не нужны были ни наша помощь, ни мы сами.

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Бабушкин кабинет

Я по-настоящему любила школу, ведь там можно было узнавать новое и делать классные вещи. Я всегда сидела ровно за партой и супер-внимательно слушала, что говорит учитель. Но в тот день мне сложно было не отвлекаться, потому что бабушка пообещала в самый первый раз взять меня в свой кабинет коммандера!

Я всё время поглядывала на часы и постукивала своим стилосом по планшету.

«Осталось тридцать минут!»

– Итак, Иззи? – произнёс мой учитель, мистер Кауд, скрестив руки на груди.

Я посмотрела на него, затем по сторонам. Все глаза были обращены ко мне.

– Да, сэр? – спросила я, немного смущённая.

– Сколько планет в ближайшей к нам планетарной системе? – повторил он свой вопрос. О, об этом я прочла целую книгу, и папа даже помог мне сделать модели всех планет. И это было не для оценки, ничего такого. Мне просто нравилось мастерить всякое.

– Их восемь, сэр, – ответила я.

Он довольно кивнул:

– Спасибо...

– А ещё пять карликовых планет, –добавила я азартно и улыбнулась.

Я как раз собиралась поведать классу, как холодно бывает на самой далёкой планете, когда мистер Клауд сказал, перебивая меня:

– Спасибо тебе, Иззи. Это отлично подводит нас к следующей части сегодняшнего урока.

Я поникла на своём стуле. Мне было что рассказать, но я понимала, что мистер Клауд уже распланировал весь урок.

Мы смотрели голографическое видео о том, как работают планетарные системы. Там было показано, как планеты движутся по орбите вокруг своего солнца и как у некоторых планет есть свои собственные луны. Однажды ночью, когда мне полагалось уже спать, я подслушала, как мама с папой говорили о том, как сильно бабушка любила свою родную планету, которая находится в миллионах световых лет от Т-Кани Один. На следующий день я сделала ей сюрприз– смастерила крохотную планету. Иногда она смотрела в небо и говорила, что ей непривычно не видеть луну.

Я подумала, что неплохо бы сделать для неё ещё и мини-луну, чтобы её родной мини-планете не было одиноко.

После того как мистер Клауд разослал нам на планшеты задание на дом, я запихала свои вещи в рюкзак и выбежала в дверь. Бабушка, как и обещала, ждала меня в коридоре.

Крепко обняв её, я запрыгала на месте.

Она рассмеялась:

– Кто-то взволнован.

– Ведь сегодня мы идём в твой кабинет, бабушка! – воскликнула я.

Она взяла меня за руку, и мы медленно пошли по коридору, потому что она слегка прихрамывала, как если б ушибла палец на ноге.

– Ты в порядке, бабушка? – спросила я, поглядев на её ноги.

Она посмотрела на меня с улыбкой:

– Я просто старею, солнышко. Все эти миссии звёздного командования под конец вышли мне боком.

Давным-давно бабушка летала к разным планетарным системам по всему космосу и исследовала планеты, чтобы определить, насколько они безопасны и могут ли учёные-исследователи вроде Кико выйти из гиперсна на Репке и начать исследовать их поверхность. На некоторых планетах не было совсем никакой жизни, но иногда встречались инопланетные растения и животные, которые были далеко не дружелюбны.

Но теперь Репка торчала посреди базы звёздного командования, на которой мы жили. Иногда бабушка говорила, шутя, что она уже и корни пустила, так что не вытянешь.

Снаружи было облачно. Молния сверкнула у дальней горной гряды, зарокотал гром. Бабушка сказала, что нам надо спешить или мы вымокнем, так что мы сели в задний отсек моторного грузового карта, и приятная леди повезла нас в штаб.

Наши ноги свисали через борт, я дрыгала ими, хихикая в предвкушении. Добравшись на место, мы с бабушкой громко досчитали до трёх и спрыгнули.

– Отлично, Иззи, – сказала бабушка, указывая на входную дверь. – Нам нужно вести себя тихо, когда пойдём через здание, чтобы все могли сосредоточиться на своей работе. Ты знаешь, что это значит?

Я кивнула:

– Время перейти на невидимый режим.

– Именно, – с улыбкой подтвердила бабушка. Она нажала на невидимую кнопку у себя на груди, и я проделала то же самое. Затем она взяла меня за руку и провела внутрь. Все, кто там работал, выглядели ужасно серьёзными, занимаясь своими делами в своей синей форме и фуражках.

Две двери с шипением отворились, и вышла группа рабочих.

У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела комнату управления полётами. Там был громадный голубой экран от стены до стены и столы с кучей компьютерных мониторов и мигающими кнопками.

Затем двери закрылись.

– Ого, – прошептала я с благоговением. Бабушка, должно быть, услышала меня.

– Ты, наверное, хотела бы немного осмотреться, солнышко? – шепнула бабушка, и я энергично закивала. Она приложила ладонь к сканеру, и двери снова открылись.

Она провела меня в комнату управления полётами. На громадном голубом экране была развёрнута планетарная карта вроде той, которую я изучала в школе, но эта была другой. Я увидела Т-Кани Один, другие планеты и нашу звезду Альфа Т-Кани, но ещё на экране высвечивался символ космического корабля, оставлявший за собой цепочку из точек.

– Бабушка, что это? – спросила я шёпотом, указывая на него.

– Это мой друг Базз, солнышко, – прошептала в ответ бабушка. – У него миссия в космосе.

Символ космического корабля не двигался.

– Он застрял там? – зашептала я.

– Время для него течёт иначе, милая, – шепнула в ответ бабушка. – Там, наверху, оно течёт супербыстро, а здесь, внизу, время идёт медленно и размеренно.

Я непонимающе наморщила лоб.

– Если он бежит супербыстро, значит, он участвует в гонке? – прошептала я. В школе я постоянно играла в догонялки с друзьями, но на этом большом широком экране Базз, похоже, участвовал в гонке с самим собой. Это, наверное, было не очень весело.

Бабушка улыбнулась:

– Да, он участвует в гонке, и если он выиграет, все мы выиграем.

– А приз есть, бабушка?– прошептала я, когда она положила руки мне на плечи и повела меня прочь из комнаты.

– Да, солнышко. Приз – это возвращение на нашу родную планету, – ответила она, когда мы направились в её кабинет.

– Я сегодня в школе узнала про новую планету. Я знаю названия всех девяти континентов и семи океанов, – сказала я шёпотом. Затем я перечислила их. Бабушка меня не останавливала. Она выслушала меня и сказала, что я умничка. Когда мы дошли до дверей бабушкиного кабинета, к нам подошёл мужчина и отдал бабушке честь.

– Коммандер, – поприветствовал её он.

– Капитан Бёрнсайд, всегда рада вас видеть, – сказала бабушка и взглянула на меня. – Иззи, поздоровайся.

Я улыбнулась ему и помахала рукой:

– Здрасьте, капитан Бёрнсайд.

– Здравствуй, Иззи, – сказал он, с кивком, а затем спросил у бабушки: – Коммандер, вы подумали над моей идеей лазерного щита?

– Я её ещё рассматриваю, капитан. Лайтер пока на задании, и если его миссия будет успешна, щит нам не понадобится. Это отличный план «Б» на тот случай, если жуки станут слишком большой проблемой для разряд-патруля, – сказала бабушка.

– Правило номер три: будь готова выдержать любое испытание, – протараторила я.

Бабушка ласково погладила меня по голове и сказала:

– Очень хорошо, Иззи.

Она попрощалась с ним и провела меня в свой кабинет.

– Ух ты, – воскликнула я, оглядываясь по сторонам. Я подбежала к ковру с эмблемой звёздного командования. Затем к широкому окну, из которого было видно базу, глинозёмы и горы. Затем я подбежала к бабушкиному рабочему столу, чтобы рассмотреть пробковую доску с приколотыми к ней фотографиями и маркерную доску, заполненную записями и числами.

В углу, внутри стеклянной витрины, я заметила... настоящий скафандр космического рейнджера! Я такой видела только на старых бабушкиных фотографиях.

– Ой! – ахнула я, подбегая к нему.

На именной табличке стояло имя «ХОТОРН», и я вихрем развернулась к бабушке.

– Это твой, бабушка? – спросила я, указывая на него.

– Мой, – подтвердила она. – Я держу его здесь в память о старых добрых временах.

Я бухнулась на колени и заныла:

– Бабушка, можно мне его потрогать, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста?

– Да, можно, – согласилась она, подняв палец. – Но только осторожно.

Я кивнула, вставая с пола:

– Обещаю быть суперосторожной.

После того как бабушка открыла для меня стеклянную витрину, я дотронулась до ботов, штанин, пустой кобуры для бластера на бедре, толстых перчаток, наручного коммутатора, кнопок на груди.

– Бабушка, а это что? – спросила я, указывая на красный шнур.

– Это шнур капитуляции. Космический рейнджер может потянуть за него в том только случае, если решает отказаться от своей миссии, – сказала бабушка. – Но помни: космический рейнджер всегда доводит свою миссию до конца. Не оставляй попыток, даже если тебе страшно. В этом и есть секрет храбрости.

– Можно и бояться, и быть храбрым? – удивилась я.

– А ты знаешь, что, по моему мнению, означает буква «Б» в плане «Б»? – спросила бабушка.

Я покачала головой.

– Бесстрашие, потому что если план «А» не срабатывает, ты не сдаёшься. Ты пробуешь что- то другое, – пояснила бабушка, подмигнув мне. Она сняла шлем со своего скафандра и спросила: – Хочешь примерить его, солнышко?

Я радостно закивала:

– Да, пожалуйста!

Она надела его мне на голову, и я будто сунула голову в перевёрнутый аквариум. Я выглядела глупо, но чувствовала себя героем.

– Ты чувствуешь себя космическим рейнджером? – спросила она.

Я закивала, отчего шлем замотало вверх-вниз.

– Когда вырасту и стану космическим рейнджером, можно мне будет носить твой скафандр? – спросила я.

– Ну конечно, солнышко. Он твой, – ответила бабушка.

Глава 8

– Недурно прошло, – сказала Дарби, покачав головой.

– Правда? – Мо, нахмурившись, потёр свой колючий подбородок. – А мне показалось, что всё прошло на редкость плохо.

Дарби закатила глаза и пояснила:

– Это был сарказм.

– А у меня это был... – начал Мо.

– Приступ пессимизма? – перебила Дарби.

– Реализма, – сказал Мо.

Я хлопнула в ладоши, чтобы привлечь их внимание.

– Я думаю, у нас всех есть повод для оптимизма. После всех этих лет Базз Лайтер вернулся.

Если б только бабушка была здесь и могла увидеть это своими глазами.

Указав на заброшенный склад, я сказала:

– Для операции «Вечеринка-сюрприз» был необходим пилот, и вот он здесь.

Целых два десятилетия все считали, что он погиб в космосе, но даже до того, как он выкрал космический корабль и рванул прочь с Т-Кани Один, люди перестали верить в него.

Все, кроме бабушки.

Она взяла с него слово, что он завершит свою миссию.

Но и мне она дала задание, и я не могу её подвести. Я мысленно повторила те три правила, которым она меня научила.

Правило номер один: никогда не переставать верить в себя.

Правило номер два: всегда верить в лучшее в людях, даже когда сами они не верят.

Правило номер три: быть готовой выдержать любое испытание.

Я верила в себя. Всю свою жизнь я училась и тренировалась ради этого.

Пускай Дарби по условиям своего условно-досрочного освобождения не имела права держать в руках оружие, взламывать замки или взрывать что-либо, я верила в неё. И хотя прицел Мо оставлял желать лучшего и он пока только пытался разобраться, кем хочет быть, в него я тоже верила.

Единственным, кто не верил ни в одного из нас, был Базз. Мы продержались и без него до сих пор – и до роботов, и после роботов. Это должно что-то значить! Нам нужно доказать Баззу Лайтеру, что невозможное возможно, если мы станем действовать сообща, как одна

команда.

Если я перегоню внедорожник к другому концу склада и временно заблокирую Баззу проезд к взлётной полосе, мы можем, по крайней мере, заставить его выслушать нас... ещё раз.

Я забралась на водительское место и положила руки на руль, готовая привести свой план в действие. Но... я не могла никуда уехать без ключей.

– Мо, можешь дать мне ключи? – попросила я.

– Это не я приехал сюда, помнишь?

Мы все снова посмотрели на склад.

– Ключи у Базза, верно? – спросила Дарби.

Я медленно кивнула и вздохнула:

– Угу.

– И нам нужно забрать их, верно? – спросила Дарби.

– Угу, – снова сказала я.

Глава 9

Выбравшись из внедорожника, мы пошли к складу.

– Операция «Вечеринка-сюрприз» не отменяется, – напомнила я Мо и Дарби.

Мо сделал вид, что перерезает пальцами невидимые нити марионетки:

– Судя по всему, Базз хочет сам перерезать нити марионеток.

– Мы проголосовали за операцию «Вечеринка-сюрприз», помнишь? Никому, кроме тебя, не нравится название операции – «Кукловод», – проворчала Дарби, сердито зыркнув на него.

Вздёрнув нос, Мо с гордостью заявил:

– Ну а коту-роботу понравилось. Он сказал, что это остроумно.

Дарби не сдавалась:

– Он назвал остроумной операцию «Кукловод», а не те...

Мо и я отскочили назад, когда побег вырвался из глинистой почвы и обвился вокруг щиколотки Дарби, рванув её. Она упала и приземлилась на пятую точку, а затем принялась лягать побег, пока он не убрался обратно под землю.

Мо сложился пополам, смеясь над ней – пока побег не обхватил его за талию и не потянул вниз, протащив по грязи.

– Эй! Эй-эй! – кричал он, колотя руками и ногами и отбиваясь.

Теперь пришла очередь Дарби посмеяться.

Я подбежала к Мо и с рычанием содрала с него извивающийся побег. Тот сдался и уполз обратно в почву.

Уперев руки в боки, я разочарованно переводила взгляд с одного на другую.

– Ребята, хотя мы и голосовали за название, – заявила я, бросив короткий взгляд на Мо, – название не имеет значения – главное – это миссия. Обстоятельства, возможно, складываются... не идеально, но в такое время нам нужно следовать бабушкиному правилу номер три, а именно...

– Быть готовыми выдержать любое испытание, – без особого энтузиазма протянули Мо и Дарби, поднимаясь с земли.

– Вот именно! – сказала я, улыбаясь, как гордый своими учениками учитель. – Так давайте справимся с этим испытанием, команда.

Мы прошли в жутковатую темноту склада. К счастью, солнечный свет падал из световых люков над головой. Вилочные погрузчики были брошены в неположенных местах. Ящики, вооружение и расходные материалы также лежали где попало. Здание выглядело пустым, но пустым при этом не ощущалось. Было такое чувство, будто кто-то следит за нами. Я отмахнулась от неприятного ощущения. Нам нужно было найти Базза, чтобы забрать ключи и продолжить нашу миссию – с ним или без него.

Вдали я услышала голоса. Я взглянула на Мо и Дарби и протянула руку в направлении звука. Судя по всему, он исходил из отгороженной раздевалки.

«Думаю, они там».

Чем скорее мы найдём Базза, тем раньше мы сможем возобновить операцию «Вечеринка-сюрприз».

Когда мы вошли, он успел снарядиться в скафандр космического рейнджера и восхищённо разглядывал себя.

– Сидит как влитой, – сказал он, сам себе улыбаясь.

Он выглядел таким счастливым. Можно подумать, мы наблюдали за встречей двух старых друзей. Он принял геройскую позу, раскинув руки. Затем ещё одну, более сложную, и ещё, и ещё. Честно говоря, это выглядело довольно смешно, но я постаралась не рассмеяться. Я не хотела испортить для него эту минуту.

Наконец он повернулся, увидел нас и дёрнулся, явно удивлённый нашим появлением.

Я сконфуженно улыбнулась:

– Извини, что помешали. Кажется, ты наслаждаешься моментом.

– Что вы тут делаете? – требовательно спросил Базз.

– Э, ты забрал ключи от нашего грузовика, – сказал Мо.

Базз вздохнул:

– О’кей, приношу свои извинения.

Он подошёл к своему старому скафандру и выудил оттуда ключи.

Я открыла рот, готовясь сделать подробный устный доклад о сильных сторонах и лучших качествах нашей команды...

– Вот. А теперь ступайте, – сказал Базз, бросив ключи Мо.

Не стоило этого делать – бросать что-то Мо. Ключи отскочили от открытой ладони и ударились об пол. А пол ударил по кнопке тревожной сигнализации на брелоке, из-за чего врубились оглушительные сирены и так загудел клаксон грузовика, что слышно было внутри. Звук эхом раскатился вокруг нас.

Мо поспешно подобрал ключи и затеребил их в руках.

Базз громко прошептал:

– Тсс! Тсс! Тихо! Выруби это!

– Я пытаюсь, – пробурчал Мо, силясь нажать в перчатках крохотную кнопку выключения. – Ха!

Это «ха» Мо звучало не как «ха, ну и веселуха», а нервно, почти панически.

Догадка относительно «склад выглядит пустым, но не ощущается» осенила меня как раз в тот миг, когда я услышала над головой жужжание. Когда рабочие покинули склад, чтобы вернуться на базу, жуки, должно быть, решили, что это отличное место, чтобы спрятаться от палящих из лазеров роботов, топающих по окрестностям.

Мерзкие насекомые устроили на складе пижамную вечеринку с ночёвкой, а мы их разбудили.

И на эту вечеринку мы явились без приглашения!

Глава 10

Рой жуков понёсся к раздевалке.

– Кто-нибудь, две... – начал Базз, но я уже захлопнула дверь. Мы услышали звучные увесистые шлепки, когда жуки ударились в неё с другой стороны, пытаясь пролезть внутрь.

– Дверь, – закончила я за него, а затем рассмеялась. – Опередила тебя!

Мо наконец нажал нужную кнопку, и наш громогласный грузовик смолк. Я, впрочем, предпочитала воющие сирены и бибиканье тем звукам, что издавали очень недовольные жуки, ползавшие и летавшие снаружи раздевалки.

– Ну, скажу прямо, – начал Мо, опустив взгляд на ключи. – Я бы хотел, чтобы этого не было.

– Как и все мы! – завопила Дарби, упирая руки в боки.

– Всё в порядке. Мы сможем отсюда выбраться, – поспешила сказать я. Затем добавила самой себе: – Просто думай, как Хоторн.

Быть Хоторн значило быть изобретательной. Это значило думать, а что бы бабушка сделала в такой ситуации? Должно же здесь быть что- то, что поможет нам улизнуть от жуков. Я обвела раздевалку взглядом и заметила ещё три скафандра космических рейнджеров.

«То, что надо!»

Базз выхватил оружие из скрипучей тележки и велел и нам браться за пушки.

Дарби подняла руки и сказала:

– Парень, я бы рада, но условия моего...

– Как офицер звёздного командования я даю тебе временное разрешение, – сказал Базз серьёзно. – Нам нужно прорываться отсюда.

Дарби улыбнулась и схватила самую большую пушку:

– Вот это другое дело.

Тут подал голос Сокс:

– Базз, вероятность выжить в лобовой атаке составляет тридцать восемь и две десятых процента.

Мо нахмурился, глядя на дверь, которая не переставала сердито бух-бух-бухать.

– Не слишком много.

Эта менее чем радужная новость не помешала плану сформироваться у меня в голове.

Я указала на зелёный нагрудник Базза:

– Как насчёт режима невидимости?

Базз с удивлением посмотрел на меня:

– Откуда ты о нём знаешь?

– Мы с бабушкой частенько играли в режим невидимости. Почти как прятки, только по-рейнджеровски, – гордо сообщила я.

Базз кивнул:

– О’кей, да, это вообще-то хорошая идея. Я использую невидимый режим, чтобы отвлечь их.

Я указала на оставшиеся скафандры космических рейнджеров:

– Или мы могли бы все использовать невидимый режим и просто выйти отсюда.

Базз посмотрел на скафандры, потом снова на нас. Он нахмурился, когда Мо и Дарби начали рассматривать снаряжение.

– Ты хочешь сказать, вы наденете скафандры космических рейнджеров?

Я указала на именную табличку на одном из скафандров:

– На этом уже стоит моё имя.

На блестящей именной табличке значилась моя фамилия, Хоторн. Я знала, что это бабушкин скафандр. Когда её кабинет перешёл капитану Бёрнсайду, этот скафандр был сослан оттуда на хранение.

И он простоял здесь так долго, что собрал слой пыли.

Базз взвесил мой план, а затем тяжело вздохнул.

Через несколько минут мы все облачились в скафандры космических рейнджеров. Базз стоял перед нами, как генерал, готовящийся повести войска в бой. Мо проверил свой скафандр и ткнул в именную табличку на нём.

– Глядите-ка, я Фезерс... Фезеринс... Фезерингс... – сказал он, пытаясь прочитать имя вверх ногами. Правда, его и не вверх ногами было невозможно прочитать. Затем кое-что поинтереснее привлекло его внимание. Он вытащил небольшую ручку из нагрудника своего скафандра. – О, смотрите, ручка! Класс! – Мо в восторге оглянулся на нас: – А у вас есть ручка?

Базз затолкнул ручку обратно в скафандр Мо, проходя мимо нашей шеренги.

– О’кей, слушайте внимательно, – приказал Базз, заставив нас выпрямиться. – Режим невидимости – это достаточно просто. В нём есть две фазы. Вы нажимаете кнопку...

Мо перебил его, указывая на кнопку на нагруднике своего скафандра:

– Эту кнопку?

– Я скажу вам, какую кнопку, – пообещал Базз.

Мо указал на другую кнопку:

– А что это за кнопка?

– Извини. У нас нет времени разбирать все кнопки, – нахмурился Базз.

– О’кей, забудь о кнопках. А это что? Это скорее трос, – сказал Мо, протянув руку к красному тросу у себя на груди.

У меня в ужасе отвисла челюсть. Когда я была маленькой, бабушка говорила мне, что космические рейнджеры дёргают за шнур капитуляции, только если хотят сдаться.

А космические рейнджеры никогда не сдаются.

Базз выпучил глаза:

– Нет, нет, нет!

– Нет, нет, нет, не... – всполошилась я, затрясла головой.

Базз в последний момент перехватил руку Мо:

– Это шнур капитуляции. Никогда не дёргай его.

– Для космического рейнджера нет более постыдного манёвра, – прибавила я, вздохнув с облегчением. – Я что-то пропустила, так где кнопка скрытного режима?

Выведенный из себя, Базз указал на правильную кнопку:

– Вот эта кнопка.

Мо тут же потянулся нажать её, и Базз рявкнул:

– Рано!

Мо замер, как статуя, и Базз продолжил:

– Вы нажимаете эту кнопку. Затем выходите через главную дверь. Я забираю «Броненосца» и отправляюсь взрывать этот инопланетный корабль... и до встречи на Репке, когда мы все отправимся домой. Готовы?

Я кивнула:

– Готова.

Дарби тоже кивнула:

– Готова.

– Готов, – сказал Мо. Тут глаза у него стали круглые. – Подождите! – Он поспешил к своим отброшенным штанам, вырыл ключи от грузовика и помотал ими над головой. – Вот бы казус вышел.

– О’кей, – сказал Базз с громким вздохом. – И ещё раз до свидания.

Мы все нажали кнопки на своих скафандрах, активируя маскирующие капсулы.

Базз в режиме невидимости открыл дверь раздевалки и покатил тележку к «Броненосцу». Выглядело это так, будто и дверь, и тележку толкает привидение.

Когда он беззвучно вставил кристалл гиперскорости в топливную панель «Броненосца», мы медленно, на цыпочках прокрались мимо жуков.

Я задержала дыхание, опасаясь, что эти жадные насекомые услышат меня.

– Эй, – шепнул Мо. – А он вроде сказал, что у скрытного режима две фазы?

– Тсс! Заткнись! – ворчливо зашипела на него Дарби, но Мо не обратил на неё никакого внимания.

– Он сказал, что первая фаза – нажать кнопку... но он так ничего и не сказал про вторую. Так ведь? – тихо продолжал он. И хотя ему определённо не стоило разговаривать, он был абсолютно прав.

Какая же вторая фаза невидимого режима?

Тут Мо изумлённо ахнул, указывая на Дарби:

– Постой-ка. Я тебя вижу.

Дарби вытаращила глаза:

– Я тоже могу тебя видеть!

А если они могли видеть друг друга, это значит...

– Жуки могут нас видеть! – вскричала я, когда рой жуков ринулся к нам.

– Нет, нет, нет! – в панике затараторил Мо, дёргая шнур капитуляции: – Я сдаюсь!

Его скафандр раздулся, как спелая малинка. Яркие сигнальные маячки замигали в каждом надутом сегменте.

Нам с Дарби ничего не оставалось, как покатить его к ближайшей двери.

– Назад! Эй! Валите назад! – заорала Дарби на мерзких ползучих тварей, как будто была уверена, что они возьмут и послушаются её.

Я посмотрела на Базза (теперь не в скрытном режиме) и на «Броненосца» и завопила ему:

– Не работает!

– Идите вперёд! – крикнул он.

– Нам надо развернуться обратно! – прокричала я, и тут же мы с Дарби повернулись и покатили Мо к «Броненосцу».

Сокс что-то сказал Баззу, глядя на нас.

Тут Базз обратил на нас всё своё внимание и, протестуя, замахал руками:

– Нет, нет! Не подходите сюда!

Но никто – и даже Базз – не мог остановить нас в нашем бегстве к «Броненосцу», потому что на хвосте у нас был рой разозлённых жуков. Мы с Дарби вскочили в дверь корабля, но распухший Мо не пролезал. Базз потянул за что-то на скафандре Мо, отчего он сдулся как воздушный шарик, и Базз смог затащить его внутрь.

Базз захлопнул за собой дверь, и я плюхнулась в кресло. Мы прорвались! Мы успели в корабль.

Мы отправляемся на операцию «Вечеринка-сюрприз»!

Глава 11

– Уф. Отлично, отлично! Так держать, команда! – с гордостью сказала я.

Базз без особой радости наблюдал, как мы даём друг другу пять:

– Почему вы поздравляете друг друга? Это не входило в наш план!

– Потому что я схоторнила нас из той переделки, – сказала я, ткнув в именную табличку на бабушкином скафандре. И в эту минуту она ощущалась как моя собственная.

Базз принялся читать нотации:

– Но вы могли бы прорваться, если...

– Если бы ты не забыл рассказать нам про вторую фазу скрытного режима, – напомнил ему Мо.

– Хм, – только сказал Базз, больше не пытаясь спорить.

Мы все знали, что это правда, но теперь было не время это обсуждать. Жуки окружили «Броненосец», облепив лобовое стекло и ударяясь о корпус снаружи.

– О’кей, ладно. Пристёгивайтесь, – обречённо сказал Базз.

Когда мы заняли свои места и пристегнулись, он залез в капитанское кресло и включил моторы. «Броненосец» заревел и ожил, когда пилот защёлкал переключателями как прожжённый профессионал, заставив корабль оторваться от земли и начать парить.

Наши тела дёрнуло, вдавив в кресла, когда «Броненосец» рванул вперёд, пробив стеклянные окна склада. Но даже тогда жуки не отцепились от лобового стекла, и рассмотреть, что происходит снаружи, было почти невозможно.

– Держитесь! – проорал Базз, нажав на кнопку, в результате чего двигатели в хвостовой части выстрелили пламенем и подняли нас в небо. Мы воспарили ввысь и ещё выше, и моё сердце застучало в ушах барабанным гулом, когда я вдруг поняла...

– Мы отправляемся в космос? – встревоженно спросила я.

– Нет, я ссажу вас где-нибудь, – пообещал Базз, выводя «Броненосца» в бочку, чтобы стряхнуть жуков. Мой скрученный головокружением мозг тоже выписал бочку внутри головы.

– Э, вот это крутоворот. Кажется, меня сейчас стошнит, – простонал Мо, надувая щёки, будто и правда готовясь в любой момент попрощаться с завтраком.

– Нет, нет! Только не на борту! – приказал Базз.

Пока Базз препирался с Мо, я не могла отвести глаз от ближайшего окна, где небо становилось всё менее голубым и всё более космически-чёрным. Во мне запульсировал страх. Грудь спёрло, глаза расширились.

Я нацелила трясущийся палец в окно:

– Я вижу звёзды! Это космос!

И мы приближались к нему.

Слишком близко.

Это плохо.

Очень, очень плохо.

Базз встревоженно спросил:

– Что происходит?

– Эм, она боится космоса, – проинформировала его Дарби.

– Что? – переспросил шокированный Базз.

Я знаю, что в этом нет никакого смысла. Я говорила, что хочу стать космическим рейнджером, а космические рейнджеры обычно отправляются в космос. Но когда я смотрела наружу, я с ужасом понимала, что единственным, что отделяло меня от бесконечной, бесконечной, бесконечной черноты, было оконное стекло.

Чувствуя, что голова кружится даже сильнее, чем когда «Броненосец» ушёл в бочку, я отвернулась от этого зрелища, совсем забыв, как дышать.

– Иззи, вспомни свои упражнения, – напомнила Дарби.

Те, которым научила меня бабушка.

Глубокий вдох, выдох.

Глубокий вдох, выдох.

Глубокий вдох, выдох.

Тревога ударила по мне, как ракета. Мне полагается быть храброй, но космос – это исполинская громада, с которой я не могу сражаться. Как я буду выполнять эту миссию, если при мысли о космосе мне хочется дать Дёру?

Мо сипло простонал:

– Кажется, мне нужен пакет.

– Нет, нет, нет! Используй свой шлем! Он всё поймает, – приказал Базз.

Я выпучила глаза, указывая на лобовое стекло.

– Базз! – закричала я.

– Иззи! Тебе просто нужно... – начал Базз.

– Берегись! – завопила я, когда обтекаемый космический истребитель выстрелил по «Броненосцу». Базз дёрнул рычаг, чтобы уйти от огня, но вражеский корабль стал преследовать нас. Я никогда прежде не видела этого корабля. Неужели его послал Зург?

– Что это? – спросил ошеломлённый Базз, уводя «Броненосца» от очередного выстрела. Наши тела затрясло в креслах, когда что-то очень большое столкнулось с «Броненосцем», сбив нас с курса.

– Нас подбили! – объявил Сокс.

«Броненосец», набирая скорость, снижался. Точнее, он просто падал.

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Шахты

Во сне я парила в космосе вместе с бабушкой. На ней был её скафандр космического рейнджера, тот самый, из витрины в её кабинете звёздного командования, и на мне был скафандр, точь-в-точь похожий на него. Пламенеющие звёзды и разноцветные планеты витали вокруг нас. Репка тоже была там, ожидая нас, чтобы мы могли вернуться на нашу родную планету.

Но мы с бабушкой ждали, когда к нам присоединится её друг Базз Лайтер, чтобы отправиться всем вместе. Пока мы ждали, она держала меня за руку и учила всевозможным манёврам, например, делать сальто и ходить колесом. Воды в космосе нет, но она учила меня плавать, и мы дурачились, барахтаясь по-собачьи.

– А вот и он, – сказала бабушка, указывая на комковатый серый астероид, который нёсся к нам, оставляя хвост пламени и дыма. Базз Лайтер стоял на нём и махал нам рукой.

Неожиданно астероид ушёл в неконтролируемую спираль, и Базз покачнулся и упал.

Бабушка оттолкнула меня прочь с дороги, но при этом нас отбросило друг от друга.

– Иззи! – закричала бабушка из сна, пытаясь дотянуться до меня, пока меня сносило прочь.

– Бабушка! – завопила я в ответ, пытаясь схватить её за руку.

Но нас влекло всё дальше и дальше друг от друга. Я принялась лягать воздух ногами, пытаясь подобраться к ней, но из этого ничего не вышло. Что бы я ни делала, ничего не выходило. Вскоре бабушка и Репка превратились в крохотные и всё уменьшающиеся точки, а я уплывала далеко-далеко от них, от звёзд и от планет, пока вокруг меня не осталось ничего, кроме темноты.

– Иззи, – зашептала темнота маминым голосом и потрясла меня. – Иззи, проснись.

Я с воплем проснулась. Сердце моё отчаянно колотилось. Родители стояли возле моей кровати, и мамина рука трясла меня за плечо.

– Солнышко, это просто кошмар, – сказала мама, садясь на мою кровать. Она обняла меня и погладила по спине. От крика у меня саднило горло, так что папа пошёл на кухню принести мне воды. Я выпила залпом, и мама уложила меня обратно в постель.

Они оба поцеловали меня на ночь, и уже в дверях папа сказал:

– Хороших тебе снов, детка. Завтра у тебя большой день.

На следующий день мы с бабушкой собирались посетить шахты на тёмной стороне Т-Кани Один. Но никаких хороших снов мне не приснилось, потому что я побоялась заснуть. Я не хотела опять потерять бабушку.

За завтраком я уснула прямо за столом, уронив голову в еду.

– Иззи, – позвала мама и мягко потрясла меня, чтобы разбудить, – Иззи, проснись.

Я проснулась, громко зевнув, и сонно посмотрела на свой завтрак. Вся наша еда на базе звёздного командования была в прямоугольных коробках. По большей части она выглядела как треугольники разного цвета, у каждого цвета был свой вкус. Они были неплохие, но сочные сэндвичи были вкуснее всего.

– Может, нам следует отложить твою поездку, пока ты не отдохнёшь? – предложил папа, отлепляя зелёный треугольник еды от моей щеки.

– Нет! – запротестовала я, окончательно пробуждаясь. – Я проснулась, проснулась!

После того как я закидала в себя остаток завтрака, папа помог мне надеть пухлый снежный комбинезон и сапоги. Вдобавок мне пришлось надеть мохнатые наушники и варежки. На Тёмной стороне нет солнца, а значит, там особенно холодно и идёт снег. Папа намотал мне шарф в один, второй оборот, под конец закрыв и нос, и рот.

– Ты готова? – спросил он. Я попыталась сказать «да, сэр», но из-за шарфа во рту это прозвучало как «фа, шэв».

– Доброе утро, солнышко, – поприветствовала меня бабушка, также одетая в снежный комбинезон. У неё он был не такой пухлый, как у меня. Она стояла около корабля класса «Броненосец». В последний раз я видела такой, когда мы посещали форпост разряд-патруля. Я упрашивала её разрешить мне покататься на таком, и она мне пообещала.

Вот за что я любила бабушку. Она всегда, что бы там ни было, держала свои обещания.

– Боброе уто, бабука, – сказала я сквозь шарф.

Мы помахали на прощание папе и забрались на борт «Броненосца». Бабушка прошла в кабину и, похлопав по креслу второго пилота, сказала мне сесть туда. Я прошлёпала в кабину пилота и с волнением запрыгнула в кресло. Я попыталась пристегнуть ремень, но в перчатках ничего не выходило.

Бабушка засмеялась и помогла мне пристегнуться, а затем села в кресло пилота. Она надела очки и завела двигатели.

Удивившись, я стянула шарф, чтобы спросить:

– Бабушка, ты сама собираешься лететь туда?

Бабушка кивнула и подмигнула мне, и мы взлетели.

– Вау, – сказала я, посмотрев в окно на коричневые глинозёмы, окружавшие базу. Мы летели многие мили над зелёными кронами деревьев. Я даже разглядела форпост разряд-патруля и склад. Люди отсюда выглядели деятельными жучками.

Небо Становилось всё темнее и темнее, хотя день только занялся.

– Это тёмная сторона планеты, Иззи. Наше солнце, Альфа Т-Кани, не освещает эту сторону планеты, – сказала бабушка, ведя «Броненосца» в тускнеющий свет. Это напомнило мне мой кошмар, и на мгновение мне захотелось попросить её повернуть назад. Но я этого не сделала. Я не хотела, чтобы она знала, что мне страшно.

Я съёжилась в своём кресле, не желая больше смотреть в окно.

Затем бабушка радостно воскликнула:

– О, ты должна это увидеть, Иззи!

Всё ещё напуганная, я вытянула шею и бросила взгляд вниз, на озёра раскалённо-красной лавы, извергавшие пламя и дым, прямо как вулканы.

– Это огненные гейзеры! – ахнула я, когда они начали бить. Внизу полыхал огонь гейзеров, и больше не казалось настолько темно. Но когда «Броненосец» оставил их позади, я опять перестала смотреть в окно. Когда мы подлетели к шахтам, бабушка посадила «Броненосца» рядом со стеклянным зданием, сиявшим, как прожектор.

Бабушка помогла мне справиться с ремнём, и когда она открыла дверь, по нам ударила волна холодного воздуха. Я соскочила вниз, и мои боты хлопнули по промёрзшей земле. Дыхание напоминало облака, я задрожала и обхватила себя руками.

– Это центр управления, Иззи, – сказала бабушка, указывая на светящееся во мраке здание. Я не сводила глаз с чёрного неба, замерев в страхе. Хотя я не спала, мой кошмар вернулся ко мне. Сердце моё заколотилось, в груди заныло, я пошлёпала обратно к «Броненосцу» и поспешно влезла на его борт.

– Иззи, – окликнула меня бабушка. – Иззи!

Из-за своих ботов я споткнулась и упала, но даже не стала вставать. Я сжалась в клубок и закрыла глаза. Бабушка тоже вернулась на борт «Броненосца».

– Солнышко, что случилось? – спросила она, опустившись рядом со мной на колени.

– Я хочу вернуться домой, – заплакала я. – Мне страшно.

– Чего ты боишься? – спросила она.

Дверь оставалась открытой, и я ткнула пальцем в темноту снаружи.

– Я не хочу уплыть прочь, – сказала я. – Я не хочу затеряться навсегда.

– Ох, солнышко, мы все иногда боимся, всех иногда пробирает. Это нормально.

Она обняла меня, но я была так напугана, что продолжала дрожать.

– Вдох, – негромко скомандовала она, и я сделала вдох.

– А теперь выдох, – сказала она, и я снова послушалась.

– Вдох, – повторила она. – Выдох.

Я продолжала вдыхать и выдыхать, пока мои слёзы не высохли.

Но страх никуда не ушёл.

– Ты получше себя чувствуешь? – спросила бабушка.

– Немного, – отозвалась я.

– Когда на тебя накатит это чувство, дыши, как я тебе показала, – сказала она, поглаживая мне спину. – Хорошо, солнышко?

Я кивнула и приникла к ней.

Глава 12

– Тут ничего нет! Я ничего не вижу! – закричал Базз.

– Ох, нет, Тёмная сторона! – завопила я, вцепившись в подлокотники кресла.

Сокс завертел головой, оборот, другой, а затем остановился с круглыми глазами.

– Ага! Туда! На десять часов! – сказал он Баззу.

Базз сориентировался по ярким фонарям и отсветам в необъятном кратере горнодобывающего сектора и повёл нас в том направлении.

– Держитесь! Будет трясти! – воскликнул он, потянув за рычаг и направив «Броненосца» в крутое пике. Стиснув зубы, я напряглась всем телом, когда корабль с силой ударился о землю, подняв в воздух клубы серой пыли.

Мы все выдохнули.

– Все в порядке? – спросил Базз изумлённо, как будто не веря, что мы выжили в этой небесной гонке.

Да кого я обманываю? Я и сама не верила.

– Думаю, да, – пропыхтела я, вся трясясь. Когда пыль осела, Базз всмотрелся в чернильно-чёрные небеса, вероятно, пытаясь засечь вражеский корабль, сбивший нас с курса. Он быстро встал. Его боты застучали, и вот он дошёл до двери и вылез, Сокс следом.

– Сокс, донесение о повреждениях, – донеслись до меня его слова снаружи корабля.

– Сканирую. Одну минуту, пожалуйста, – сказал Сокс в ответ, а затем загудел, обрабатывая данные.

Я, Дарби и Мо отстегнули ремни безопасности и присоединились к нему снаружи. Я села на корточки, рада-радёшенька снова оказаться на земле, а не там, наверху.

– О’кей, так-то лучше, – вздохнула я с облегчением.

Базз нахмурился, глядя на меня сверху вниз:

– Это лучше?

– Нет. Очевидно в целом это хуже. Я просто имела в виду... – Я примолкла, указывая на чернильную черноту космоса над нами. – Понимаешь...

Я сглотнула, думая о том, как мы чуть не унеслись в неё. Но оказаться на Тёмной стороне Т-Кани Один было и правда ненамного лучше. Пустая темнота окружала нас на расстоянии миль, и миль, и миль. Я не могла сбежать отсюда при всём желании.

– Погоди, как ты можешь бояться космоса? – растерянно спросил Базз.

– О, очень легко. Ты знаешь, что если оттолкнуться там и ни за что не зацепиться, ты просто продолжишь двигаться в том же направлении вечно? Понимаешь? Вечно... – Я не договорила, обозначив руками парение далеко-далеко-далеко в космическое пространство.

Чем больше я думала об этом, тем сильнее это меня пугало.

– Тогда как же ты собиралась взорвать инопланетный корабль? – спросил Базз.

– Ох, я бы отвечала за службы наземного обеспечения, – ответила я немного смущённо. – Я знаю, что бабушка не боялась космоса.

– Нет. Потому что она была космическим рейнджером, – с упором сказал Базз. – Астрофобия является автоматической дисквалификацией.

Да, желание стать космическим рейнджером и панический страх перед космосом – это плохая комбинация, но должен же быть какой-то способ достичь моей мечты и продолжить дело Хоторнов.

Дарби поглядела в ночное небо:

– Что это было?

– Я не знаю, – признал Базз.

– А он вернётся? – спросил Мо.

– Я не знаю, – повторил Базз, на этот раз немного раздражённо.

– Но как он... – начала я, но капитан наградил меня суровым взглядом. – О’кей, поняла. Ты не знаешь.

Мы все обвели взглядом холодный бесплодный пейзаж Тёмной стороны, суровые скалы и глубокие кратеры. Чем больше я смотрела на них, тем больше отчаивалась. У нас был Базз, но что с того, если никто из нас не знал, что делать дальше.

Правило номер три: быть готовой выдержать любое испытание.

У бабушки всегда был план «А», «Б» и так далее в ответ на любое испытание.

Базз прошёл к «Броненосцу» и открыл топливную панель, а затем извлёк свой игольчатый сияющий кристалл в контейнере.

– Я закончил. Я наконец-то вычислил формулу кристалла. Всё это должно было на этом закончиться. Но кого я обманываю. Чтобы всё закончилось, мне нужна машина времени.

Я хотела сказать ему, что он не прав. Ему не нужна машина времени. Ему нужны мы. Если б только он доверился мне.

Глава 13

– Оценка завершена, – объявил Сокс, закончив свой обход вокруг «Броненосца».

– Насколько всё плохо? – спросил Базз, выгнув бровь.

Глаза Сокса спроецировали голографическую модель «Броненосца»:

– Взрыв был поглощён тепловым щитом и вызвал лишь незначительное короткое замыкание.

Это звучало не слишком плохо – что бы ни значило.

– О’кей... – Базз замолк.

– Поэтому для исправного полёта «Броненосцу» потребуется элемент специализированной электроёмкости, – проинформировал Базза Сокс. Тот хотел, чтобы кот продолжил объяснения, но Сокс лишь уставился на него, подразумевая, что донесение о повреждениях завершено.

Базз спросил:

– Ну и что это значит?

– Ну, знаешь, всякие электрические штуки, – сказал Мо.

Базз вздохнул:

– О’кей. Спасибо.

Когда он подошёл к «Броненосцу» и открыл панель, Мо сказал мне и Дарби:

– Мы это учили. Специализированная электроёмкость? Помните, в прошлом месяце мы собирали те полевые радиопередатчики?

Я улыбнулась этому воспоминанию:

– О да. Это было весело.

– Ага, Дарби запорола свой, – сказал Мо, ткнув большим пальцем в сторону Дарби.

Дарби сердито воззрилась на него:

– Я сейчас тебя запорю.

Базз с раздражением повернулся к нам:

– Потише, пожалуйста, я тут пытаюсь думать.

Мы встали кругом, перешёптываясь.

– Я напортачила с моим радио, но потом починила его! – сухо заявила Дарби.

– Ага, только сломала ту компьютерную консоль, – напомнила ей я.

– Мне нужна была там штуковина, катушка... Как её там? – вспоминала Дарби.

– Элемент специализированной электроёмкости, – закончил за неё Мо.

Базз снова обратился к нам с куда более рассерженным видом, чем в прошлый раз.

– Эй! Серьёзно, здесь полно места. Если вы хотите погрузиться в воспоминания, можете идти, – сказал он, указывая подальше от себя, – вон туда. Или, глядите! – Он указал в другом направлении – снова далеко-далеко от себя: – Вот там никто не пытается думать.

Я указала на сияющие огни шахты:

– Мы можем пойти туда.

– Отлично. Превосходно, – сказал Базз, снова поворачиваясь к «Броненосцу».

Проблеск идеи ударил мне в голову, как разряд молнии, и я кивнула, когда этот проблеск развернулся и разросся в...

– Да! – Я хлопнула в ладоши. – О’кей, новый план!

Базз нахмурился:

– Что?

– В здании шахты непременно будет консоль, верно? В этой консоли будет такая же штуковина-катушка, верно? А эта катушка будет обладать... – я сделала паузу и указала пальцем на Мо, чтобы он закончил за меня.

– Специализированной электроёмкостью, – не подвёл Мо.

– Необходимой, чтобы починить корабль, – продолжила я. – Верно?

Базз моргнул и повернулся к своему коту-роботу:

– Сокс?

– Она права, – ответил Сокс.

Базз кивнул, взвесив мой план. Я улыбнулась, потому что знала, что он знает, что мой план хорош. Даже бабушка одобрила бы этот план. Такой план бабушка как раз могла бы придумать.

– Ну и ну, только подумайте, – раздумчиво сказал Базз. – Хорошо... молодец. Хм. Давайте сходим за этой... штуковиной. А затем уберёмся отсюда.

Он посмотрел на тёмные небеса:

– Пока та штуковина не отыскала нас снова.

Мы включили шлемы, и подсветка вокруг наших лиц помогла нам видеть в темноте. Когда мы поплелись вверх по каменистому склону, выбеленному морозом, дорогу нам освещали столбы с яркими лампами. Падали снежинки, дул холодный ветер. В скафандрах космических рейнджеров была идеальная термоизоляция, а значит, они сохраняли нас в тепле, не позволяя превратиться в ледышки. И на этот раз мне не нужен был огромный шарф.

Мы взобрались на гребень каменистого холма и посмотрели вниз на разработки. Машины вырыли террасы карьеров, выглядевшие как многоуровневое нагромождение уступов. Брошенные без присмотра промышленные роботы сновали в туннели и из туннелей. Они занимались своим делом, вгрызаясь в грунт, как будто не случилось никакого инопланетного вторжения.

– Bay, – сказал Базз, на лице его разлилось почтительное изумление.

Если он был впечатлен сейчас, могу поспорить, увидев, как шахтёры и роботы работают бок о бок, он будет впечатлен ещё сильнее. Хотя я не была фанатом Тёмной стороны, всякий раз как я волонтёрила в шахтах, чувство общности и единства, расцветшее в этом темнейшем месте, наполняло меня радостью и гордостью.

Несмотря на то что мы застряли на планете со злобными хищными растениями, жуками-людоедами и прочими недружелюбными тварями, даже в безнадёжной ситуации мы сохраняли надежду. Эта шахта, форпост разряд-патруля и база – всё это было бабушкиным планом «Б». Раз она не могла вернуться домой, она обустроила для нас эту планету.

Мы шли вперёд и вперёд, пока не добрались до застеклённого центра управления, расположенного на самом краю скального кратера. Его поддерживали наклонные опоры, не позволявшие ему обрушиться вниз.

Базз прочистил горло и начал говорить в свой наручный коммутатор:

– Журнал учёта выполнения миссии Базза Лайтера: чтобы починить наш корабль, нам необходимо найти способ проникнуть в этот центр управления и...

И тут центр управления открылся. Пока Базз записывал свои мысли, Дарби перемкнула провода на планшете входа.

– Отличная работа, старина осуждённый, – сказал впечатленный Базз.

– Наверняка это нарушает условия моего условно-досрочного освобождения, – пробурчала Дарби.

Мы все вошли в центр управления. Наши боты бряцали по полу, пока мы шли по короткому коридору, ведущему в главное помещение центра управления. Сокс подошёл к большой контрольной панели с кучей кнопок, рычагов и экранов.

– Катушка должна быть здесь, – сказала я, указывая на консоль.

– Сокс? – вопросительно сказал Базз. Сокс заполз под оборудование.

– Ручка не нужна? – спросил у Сокса Мо.

– Нет, всё нормально.

Вскоре мы услышали жужжащий звук электрического шуруповёрта.

– И... готово! – заключил Сокс, выскочив из-под консоли с катушкой во рту. Базз присел на корточки и забрал её у него.

– О, хорошо. Это было просто, – сказал Базз.

– Ну ладно, в другой раз, – разочарованно сказал Мо. Он сунул ручку в карман, но при этом ударил локтем по большой красной кнопке на стене.

Загорелись сигнальные огни.

О-хо-хо. Это нехорошо.

Глава 14

– Что ты наделал? – рявкнула Дарби на Мо. И тут дверь захлопнулась, и вокруг каждого из нас возник красный лазерный конус.

– Активированы меры безопасности, – объявила система безопасности.

– Эй, чего это? – крикнула Дарби.

Базз толкнул свой конус, тот двинулся, но не выпустил его из своего нутра.

– Что это? – крикнул Базз. Мы все попробовали сойти с места, но конусы следовали за нами. Мы не могли выйти из них!

– Нет! Я не собираюсь снова за решётку! – воскликнула Дарби. Она подбежала к двери и попробовала нажать кнопку, открывающую её, но не смогла дотянуться из своего конуса. Она бросилась на кнопку всем телом, громко крича: – НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Она бросалась на стену снова и снова, и наконец конус Дарби стукнул по кнопке, и дверь открылась с громким би-бип.

– Фух, – с облегчением сказала Дарби. – Хорошо.

Я затаила дыхание, когда она попыталась пройти в дверь, но конус помешал ей. Напирая всем телом на конус, не позволявший ей выйти, она выглядела как марионетка.

Я сглотнула. Это будет проблемой. Нам нужен план, как выбраться из этих конусов. Прежде чем я успела хоть слово сказать, Мо попытался с разбегу выскочить в дверь, но его конус объединился с конусом Дарби, стоило им только соприкоснуться. Теперь они были пойманы в ловушку вместе!

– Что ты наделал? – вопросила Дарби.

Мо перешёл в оборону:

– Я просто пытался обойти тебя!

Дверь снова забибикала и закрылась.

– Ай, ну давай же! – закричала Дарби. Она попыталась снова открыть её, но не могла подобраться достаточно близко к кнопке. Мо, стоя на месте, удерживал конус. Она раздражённо уставилась на него: – Ты не хочешь мне помочь?

– Я? – переспросил он. – А, ну да, конечно.

И они оба навалились всем телом на кнопку и совместными усилиями умудрились нажать её и открыть дверь. Вот только инерция удара послала их назад.

– Нет, нет, нет, нет! – закричала я, когда они отлетели ко мне. В следующее мгновение я была стиснута в одном конусе с Мо, Дарби и Соксом. Сокс громко мяукнул, а дверь би-бикнула и снова закрылась.

Мы все посмотрели на дверь, а затем повернули головы к Баззу, по-прежнему стоявшему в своём собственном ограничительном конусе.

– Держитесь от меня подальше! – крикнул он.

– Как нам выбраться отсюда? – спросила я.

– Я не знаю, так что просто держитесь подальше! Я ничем никому не смогу помочь, если застряну тут с вами. – Базз посмотрел на катушку в своей руке и, тяжело вздохнув, сунул её в карман. – Так, дайте подумать.

Но я уже придумала новый план.

– Погоди, – сказала я. – Тут на полу какое-то мягкое место. Может, мы сможем...

– Это моя нога! – сказала Дарби.

– О, прости. – Упс. Кажется, это не поможет нам выбраться отсюда. Должно быть что- то ещё, что мы можем сделать.

– Эм, это не самая большая наша проблема, – сказал вдруг Мо, – но дело в том, что... Мне нужно в туалет.

– Что? Насколько сильно? – спросила Дарби.

– Достаточно сильно, чтобы сказать об этом, – пробормотал Мо.

Пока Мо и Дарби спорили, Базз, по-прежнему запертый в своём конусе, подошёл к двери.

– Итак, мы можем открыть дверь, – сказал он, нажимая на кнопку. Дверь с шипением открылась. – Но эти штуковины не позволят нам выйти.

Базз показал на красный ограничительный конус, окружавший его:

– Сокс, ты можешь их отключить?

Сокс ударил по конусу лапами, но добился не большего успеха, чем мы.

– Я не могу дотянуться до панели управления, – сказал он.

У нас быстро заканчивались идеи. Я внутренне застонала. Что бы бабушка сделала в такой ситуации? Я заметила, что Дарби внимательно разглядывает дверь.

– Если бы кто-то хотел вломиться в помещение с системой безопасности, теоретически... ему нужно было бы вырубить электричество, – пробормотала она, надавливая на стены конуса. – Если получится.

Я не вполне понимала, о чём она говорит, но тут Мо наклонился, чтобы посмотреть на большую серую коробку на стене.

– Может, и получится, – сказал он, указывая на коробку. – Это источник питания «Автоном 500». Читал о нём в учебнике кадетского патруля. Его ещё называют «Аквариум 500», потому что, если его хорошенько ударить, он взрывается.

Хм, вот теперь у нас была идея. Я подняла кулак и ударила по внутренней стороне конуса. Он был плотным – достаточно плотным, чтобы нанести ущерб источнику питания, но не моей руке.

– Мы можем ударить по нему этим, – объявила я.

– В смысле... нами? – не поняла Дарби.

– Ага. Раздел 1.45 настольной книги кадетского патруля гласит: «Солдат сам является лучшим оружием».

– Но он сказал, что он взорвётся! – сказала Дарби, ткнув в Мо.

– А тебе в голову приходит более подходящий раздел из настольной книги? – спросила я.

Никто не произнёс ни слова. Я была права: в настольной книге не было ничего более подходящего к данной ситуации. Похоже, все эти ночи, проведённые за учебниками, действительно прошли не зря.

– Так, ладно, ладно, – сказал Базз. – Я открою дверь, вы жахнете по источнику питания. – Затем он указал на конусы. – Эти штуки исчезнут, и мы выйдем наружу.

Я, Мо и Дарби согласились. План звучал чётко. Сокс единственный, кажется, был не уверен в том, что он сработает.

– Готовы? – спросил Базз. Мы кивнули, и он врезал по дверной кнопке. Я, Мо, Дарби и Сокс вместе бросились на серую коробку на стене. Ничего не произошло, но мы попробовали снова. И снова. И снова. Без толку. Нас четверых было недостаточно.

– Мы просто недостаточно тяжёлые, – сказала я. – Базз, ты нам нужен.

– Погоди, где, там? – переспросил он недоверчиво. – Но если это не сработает, я не смогу вас спасти.

И вот опять он за своё, заладил о том, как спасёт нас, вместо того чтобы работать вместе с нами. Почему он не видит, какой сильной командой мы могли бы быть?

– Тебе не нужно спасать нас, – сказала я. – Тебе нужно присоединиться к нам.

Базз на мгновение задумался над тем, что я сказала. Затем он ещё раз ударил по дверной кнопке и во весь опор побежал к нам. Когда он подлетел к нашему конусу, его инерция толкнула нас на панель питания, и та громко хрустнула.

Вот теперь у нас что-то получается! Мы отошли назад и врезали по коробке ещё и ещё раз, пока она не заискрила. Разбежавшись, мы все закричали: «Ещё!» – и наскочили на коробку ещё один, два, три раза.

Наконец, коробка взорвалась, и конусы исчезли. У нас получилось! Однако возможность отпраздновать успех нам не представилась.

Мы услышали громкий скрипучий стон. Неожиданно центр управления просел под углом. Он был построен на краю скалистого кратера, и, судя по всему, из-за взрыва опорные балки перестали его как следует держать.

Это нехорошо.

Совсем нехорошо.

– Идём! Идём! – закричал Базз, указывая на дверь.

Мы нескладно поднялись на ноги и побежали к выходу, но когда я обернулась, то увидела, что Базз не следует за нами. Он побежал к консоли. Катушка, должно быть, выпала у него из кармана и закатилась под неё.

Комната шаталась. Что-то упало с потолка, едва не придавив Мо. Я в панике закричала:

– Берегись!

Мо качнулся в сторону, а Базз схватил Сокса и перебросил его назад ко мне, а сам продолжил бежать к консоли.

– Базз! Нет! – закричала я. Это было слишком опасно, но Базз был полон решимости.

– Нам нужна катушка! – крикнул он в ответ.

Базз проскользнул под консоль и схватил катушку. Он повернулся и бросился обратно к двери, но тут пол раскололся пополам.

И плохая новость состояла в том, что именно та половина, на которой Базз стоял, падала вниз, в обрыв.

Он побежал, прыгнул и схватился за край нашей половины пола.

Я через силу сглотнула и рванула к нему, пока он ещё держался на весу. В последний миг, когда он уже начал падать, я схватила его руку, стиснув зубы. Дарби схватила мою другую руку, а Мо схватил за руку Дарби.

– Мы тебя держим, – сказала я, сжимая ладонь Базза.

Мы сомкнулись единой цепью и использовали свою силу, чтобы вытащить его из беды.

Когда Базз оказался в безопасности, он сел, свесив ноги через край того, что осталось от центра управления. Глядя на горящие обломки внизу, он триумфально поднял вверх катушку.

– Я хотел бы... если можно... минуточку... передохнуть, пожалуйста, – с трудом выдавил он.

И честно говоря, нам всем был нужен отдых.

Глава 15

За центром управления была комната отдыха для сотрудников. Я, Базз и Дарби сели за стол, а Мо принёс нам упаковки сэндвичей из торгового автомата. Я чувствовала, что все ошарашены тем, что Базз чуть не сорвался со

скалы и вся история чуть не пришла к трагическому финалу.

Я тоже была потрясена. Я была взболтана, как жестянка с газированной водой.

– Давай, съешь что-нибудь, – сказал Мо, протягивая мне сэндвич.

Базз вытащил свой сэндвич из упаковки и уставился на него с растерянной гримасой:

– Хм. Это... эм... Что, эм... что... с ним?

Откусив от своего, я спросила:

– Что-то не так с твоим сэндвичем?

– Почему... почему мясо снаружи? – Он нахмурился.

– Потому что это сэндвич, – сказал Мо, откусывая от своего.

– Нет, снаружи должен быть хлеб, – сказал Базз.

– Что, типа хлеб-мясо-хлеб? – переспросил сбитый с толку Мо.

– Ага, а это всё... такое мокрое, – сказал Базз, с отвращением глядя на мясной сок, капающий у него с пальцев.

Бабушка рассказывала мне кучу историй о жизни на её старой планете, но она никогда не говорила о сэндвичах из хлеба-мяса-хлеба. Тут я задумалась, а не благодаря ли ей сэндвичи стали такими, какими они были сейчас.

– Ага. Жирные пальцы. Это самое классное, – заверил его Мо.

Я склонила голову набок:

– Когда ты в последний раз ел сэндвич?

– Я не знаю, – сказал Базз, пожимая плечами. – Лет сто тому назад. Плюс-минус.

Мо затряс головой, хихикая себе под нос:

– Ну парень даёт... Хлеб-мясо-хлеб...

– Это же слишком много хлеба. Всё равно что губку в рот сунуть, – сказала Дарби. Они с Мо посмеялись над этим.

– Отлично, Дарби, – сказал Мо, похлопав её по спине.

Смех Дарби превратился в громкий кашель. Я подбежала, обхватила её руками и резко сжала, так что кусман размякшего сэндвича вылетел у неё изо рта и плюхнулся перед Соксом.

– Ты в порядке? – спросила я у Дарби.

– В порядке, – отозвалась она. – А вот наш мальчик выглядит не очень.

Мо обвёл всех нас смущённым взглядом. Его плечи поникли, он сказал:

– Я чуть не убил Дарби. Я чуть не убил нас всех. Я ничего не могу сделать правильно.

Я подошла к нему и сказала:

– Эй, послушай-ка меня. – Он посмотрел на меня грустными глазами. – Это была просто ошибка. Мы все можем время от времени допускать ошибки, – утешала его я, но Мо не выглядел убеждённым. Поэтому я обратилась к Баззу за поддержкой: – Верно, Базз?

Застигнутый врасплох Базз посмотрел на меня.

– Ох, эм... – он помедлил, а затем повернулся к Мо и ободряющим голосом сказал: – Просто в следующий раз постарайся стать лучше.

Мо кивнул, но не поднял опущенной головы. Ободрительные слова Базза были неплохи, но космические рейнджеры лучше всех должны уметь поднимать боевой дух, а эта попытка вышла не очень хорошей.

Базз не заметил моего взгляда, ясно говорившего «ты можешь лучше». Всё его внимание было приковано к вставленной в раму бабушкиной фотографии, висевшей на стене. На фото она с помощью гигантских ножниц перерезала ленточку на церемонии открытия шахты. Пока бабушка открывала инженерные проекты по всей Т-Кани Один, Базз проваливал миссию за миссией. И всякий раз, когда он возвращался, мир становился чуточку менее знакомым.

Ведь годы, проходившие здесь, на планете, были для него лишь минутами на его космическом корабле, движущемся со скоростью света. Стоило мне взглянуть на бабушкину фотографию, и я вспомнила, с каким терпением и пониманием она относилась к Баззу.

– Слушай, я просто, эм... я просто... – начал Базз заново. – Когда я только поступил в Академию, я был, понимаешь... не фонтан. Я давал маху. Каждый день. Путался в полосе препятствий. У меня так руки тряслись, что я не мог попасть в цель. Не в «яблочко» – вообще в мишень. Я собирался уйти после первой недели. Решил, что из таких, как я, не получаются космические рейнджеры.

Мо поднял голову и посмотрел на Базза. В лице его появилась надежда.

– Правда?

– Ага, – сказал Базз, кивнув, а затем указал на меня. – Но её бабушка что-то увидела во мне. Поэтому я тоже начал присматриваться и искать это.

Когда Мо улыбнулся, я тоже чуть-чуть улыбнулась. Сердце моё переполнилось любовью к бабушке, ведь история Базза напомнила мне её правило номер два: всегда верить в лучшее в людях, даже когда сами они не верят.

– Бабушка всегда говорила, что верит в тебя, – сказала я Баззу.

Базз скривился, как будто ему было больно:

– Ага. Она верила, что я смогу исправить ошибку, которую допустил. И эта вера отняла у неё всё.

Ошибку, которую он допустил? Бабушка никогда не говорила, что это из-за ошибки Базза они застряли на Т-Кани. Она часто рассказывала об аварийной посадке и о том, что они делали потом, но она никогда ни в чём не винила Базза. Так вот почему он так упорствовал в том, чтобы выполнить эту миссию самостоятельно?

Он был ужасно строг к себе. Он, очевидно, не знал, как бабушка любила жизнь на Т-Кани Один – как сильно она любила всех нас.

– Всё? – повторила я, ничуточки в это не веря. – Нет. У неё были Кико, мой папа, я, все её друзья. У неё была целая жизнь на этой планете. У всех нас... кроме тебя.

– Ага, но мы хотели снова стать космическими рейнджерами. Мы хотели заниматься важным делом, – сказал он.

Я посмотрела на него примерно как на дурацкий сэндвич из хлеба-мяса-хлеба.

– О, поверь мне, она занималась важным делом.

Базз затих и опять задумчиво посмотрел на фотографию бабушки, машинально откусывая от своего сэндвича. Он хмыкнул и придирчиво взглянул на сэндвич, слегка улыбнувшись.

– А так довольно вкусно, – признал он, жуя.

– Ага. Хлеб-мясо-хлеб, – фыркнула я. – Как долго ты ел их так?

Продолжая жевать, Базз подумал над этим, а затем сказал:

– Целую вечность.

Хм, возможно, он начинает понимать, что можно делать вещи и по-другому. Например, позволить нам помочь ему. Базз ещё раз взглянул на нас, прежде чем встать.

– Пошли. Давайте починим корабль. Затем, ребята, я подброшу вас и закончу эту миссию, – сказал Базз.

Ладно, проехали. Похоже, Базз по-прежнему полон решимости исправить свою ошибку самостоятельно, хотя мы, очевидно, были нужны ему. Мы можем остановить корабль-Зург с его роботами, но нам нужно действовать сообща, одной командой. Когда все махнули рукой на Базза, бабушка этого не сделала.

Вот и мы не станем.

Просто Базз пока этого не знает.

Глава 16

Базз открыл дверь комнаты для отдыха и высунул наружу голову, проверяя, что путь свободен. Затем он подал знак остальным, что всё в порядке и можно идти. Сокс повёл нас по туннелю наружу к холоду и темноте.

Мы вышли у самого дна громадного кратера шахты. Я чувствовала себя крошечным насекомым, а чёрное небо выглядело как крышка, опускающаяся, чтобы запереть меня здесь.

Я с усилием сглотнула, не отваживаясь поднять глаза.

– Корабль в той стороне, – сказал Сокс и повёл нас к нему вверх по склону.

– Так ты и впрямь собираешься всю миссию выполнить в одиночку? – спросила я рейнджера, уже зная, что он ответит.

– Я справлюсь, – уверенно ответил Базз.

– А прямо перед тобой Хоторн, готовая включиться в дело. Как моя бабушка, – убеждала я.

Базз на ходу покосился на меня.

– Иззи, я много лет провёл, делая именно это – пытаясь быть как твоя бабушка. И знаешь, что она сказала мне в конце концов? Она сказала: «Лайтер, однажды ты встретишься с чем-то, что покажется тебе невыполнимым. И с этого момента поймёшь, что ты это ты».

Затем он зашагал дальше.

– Видимо, быть просто мной... – я не договорила, оглянувшись на Мо и Дарби. Опасаясь, что они услышат меня, я прошептала: – ...недостаточно.

– Ты никогда этого не узнаешь, пока не проверишь на деле, – сказал Базз.

Громкий взрыв неожиданно сбил нас с ног. В стене шахты появилась огромная дыра.

Я слышала, как Мо кашляет, а остальные стонут.

Я через силу поднялась на ноги, кряхтя.

Каменистая почва сотрясалась под нами. В дыру тяжёлой поступью протопал робот. Но этот робот ничуть не походил на зиклопов. Он был фиолетовый и громадный, вдвое больше прочих. Робот высился над нами со своими горящими красными глазами и огромным жёлтым ртом.

У нас были большие неприятности.

Опять.

Базз ахнул, затем резко скомандовал:

– Бежим!

Мы все рванули прочь от зловещего монстра, но тут я краем глаза увидела, что Мо споткнулся о Сокса и налетел на Дарби, и в результате все трое кубарем покатились на землю.

Я резко остановилась и бросилась обратно к ним, убедиться, что они целы.

Я, раскрыв рот, смотрела, как свирепый робот топает к нам.

– Нет! – закричал Базз.

Я думала, этот великан раздавит нас своими ножищами, как жуков, но он просто... перешагнул через нас.

– Он гонится за мной! – проорал Базз. – Возвращайтесь к кораблю.

– Но... но, Базз! – крикнула я, когда робот погнался за ним.

– Идите! – велел Базз, затем, круто развернувшись, быстро разбежался и отважно спрыгнул в каньон. Я, сжав зубы, посмотрела в сторону «Броненосца». В мою голову закралась одна идея. Я решительно отвернулась от корабля.

Дарби выпуталась из клубка рук, ног и лап и вздохнула:

– Мы не идём к кораблю, верно?

– Не-а, – сказала я, – Раз пилота нет, нам отсюда не улететь!

– Отличный довод, Иззи, – согласился Сокс, отряхиваясь.

Мы подбежали к краю каньона и увидели, что гигантский робот преследовал Базза, а тот убегал от него по полосе препятствий в виде шлака и валунов. Наконец рейнджер опять забежал в шахту.

Я прищурилась и обратилась к группе:

– Думаю, я знаю, куда он направляется. Все за мной. Мы остановим этого гигантского фиолетового робота. Дарби, ты когда-нибудь управляла плазменным буром?

– Нет, но всегда хотела, – ответила Дарби с широкой улыбкой. Не дожидаясь дальнейших указаний, она припустила бегом и прыгнула с уступа. Все остальные последовали её примеру и, перескакивая по уровням карьерной выработки, побежали прямиком в ближайший туннель.

Наши боты громыхали по неровному каменистому полу, рассылая эхо.

– Быстрее, команда! – приказала я, очень надеясь, что мы доберёмся до места – полости разработок внутри горы – раньше Базза и робота. В конце туннеля мы обнаружили плазменный бур, замерший в ожидании оператора.

– Прекрасно, – выдохнула я, а затем повернулась к Дарби. – Дарби, я хочу, чтобы ты сделала то, что у тебя так хорошо получается.

Когда я указала на тяжёлую машину, она улыбнулась и вытащила свою космическую отмычку.

– Я уж думала, ты никогда не попросишь, – сказала она, хрустнув костяшками пальцев. В несколько секунд она расправилась с замком на дверце. Мы все четверо забрались внутрь, и Дарби заняла место оператора, потому что, конечно же, Дарби знала, как управлять плазменным буром. Она никогда не перестанет удивлять меня своими скрытыми талантами. Вот именно такие вещи, я знаю, Базз однажды научится ценить в нашей команде.

– Они идут, – прошептала я, услышав и почувствовав тяжёлые шаги робота. Мы увидели, как Базз протиснулся в узкий промежуток между двумя массивными грудами камней и выскочил из туннеля. Робот просто протаранил их. Баззу было некуда больше бежать, робот припёр его к стене рядом с нами.

– Дарби, – шепнула я встревоженно.

– Почти готово, – заверила она меня, щёлкая переключателями, дёргая рычаги и нажимая кнопки.

– Ты действительно знаешь, как управляться с этой штукой? – спросил Мо, скрестив руки на груди.

Дарби бросила на него неласковый взгляд:

– Это так же просто, как ездить на ховербайке.

– Я не умею ездить на ховербайке, – сказал Мо.

Дарби закатила глаза:

– Это меня ничуть не удивляет.

Пока они препирались, я увидела, как металлические когти робота тянутся к Баззу.

– Дарби, давай прямо сейчас. Сейчас, сейчас, сейчас, пожалуйста, – настойчиво заголосила я.

– Сейчас? Будет сделано, – сказала она, берясь за рычаг управления. Плазменный бур поднялся.

– Взорвать его? – спросила она, поставив палец на красную круглую кнопку и кивнув на робота.

– Взрывай, – скомандовала я. Она ударила по кнопке, и плазменный лазер зарядился и ударил в широкую грудь робота. Тот рухнул назад в нокауте.

Базз удивлённо повернулся и увидел нас сквозь лобовое стекло.

– Это определённо нарушает условия моего условно-досрочного, – со смешком сказала Дарби, с помощью рычага разворачивая бур к стене позади нас. Она снова нажала на кнопку и проделала новую дыру, через которую мы сможем удрать.

– Пошли! Убираемся отсюда! – крикнула я, выпрыгивая из кабины.

Все последовали за мной.

Мы ломанулись в дыру, не смея оглянуться назад. Выскочив из туннеля, мы оказались чуть выше «Броненосца» и съехали по каменистому склону к кораблю. Но на этом всё не закончилось. Неожиданно с неба посыпались металлические капсулы, бухая по мёрзлой земле.

Мы поспешно залезли в «Броненосец» и пристегнулись.

– Приготовиться к старту! – сказал Базз, оглянувшись на нас со своего места в кресле пилота. – Операция «Вечеринка-сюрприз» продолжается!

Я раскрыла рот. Неужели Базз хочет сказать то, что я думаю, он хочет сказать?

– С нами?

Базз кивнул:

– Я что, должен выполнить всю миссию в одиночку?

Глава 17

– Мы пока не можем осуществить запуск. Мне нужно пять минут для проведения ремонтных работ, – напомнил нам Сокс, когда зиклопы повыскакивали из своих металлических капсул.

– Мы не можем сидеть здесь пять минут! – закричала Дарби, вскидывая руки.

– Корабль в состоянии находиться в режиме парения, – проинформировал её Сокс.

Ну что ж, это явно лучше, чем ничего.

– Тогда давайте задействуем его, – сказал Базз, заводя «Броненосца». Он поднялся в воздух и завис над землёй. Базз поддал газу, и корабль сорвался с места. Из-за капсул, продолжавших падать с неба, ему приходилось вилять влево и вправо, уворачиваясь.

Не помогало делу и то, что зиклопы гнались за нами, используя для полёта мощные реактивные двигатели у себя в ногах.

Хвост Сокса, занимавшегося ремонтом, торчал из-под панели управления.

– Ремонт завершён на десять процентов, – объявил он, что значило, что нам нужно больше времени.

Идея вспыхнула у меня в голове.

– Мы можем оторваться от них в огненных гейзерах, – настойчиво предложила я.

– Показывай дорогу, – сказал мне Базз.

Сидя в кресле второго пилота, я кивнула, приготовившись давать указания.

Базз оглянулся назад на Мо и Дарби:

– Вы двое. А ну-ка поджарьте пару роботов у нас на хвосте.

Получив разрешение от Базза, Дарби алчно улыбнулась и без колебаний открыла ящик с оружием. Будучи в кадетском патруле, мы не проходили тренировки на стрельбищах, только на симуляторах. Но об этом, наверное, Баззу лучше не говорить.

– Что? Что ты собираешься делать? – встревоженно спросил Мо.

Дарби взяла базуку и прижала её к себе:

– Я собираюсь потанцевать с мистером Бабах.

Указывая Баззу направление, я бросила взгляд через плечо и увидела, что Дарби прошла к задней двери корабля. Она открыла её пинком ноги, и внутрь тотчас попытался пролезть робот, но она не растерялась и выстрелила. Робот взорвался.

– Приятное чувство, – протянула она.

Дарби откинула крышку базуки, вытолкнув раскалённую пустую гильзу.

– Ремонт завершён на двадцать процентов! – провозгласил Сокс из-под щитка управления у меня в ногах.

– Из ста? – в панике вопросил Мо.

Базз дёргал штурвал влево и вправо, ведя корабль через полосу препятствий в виде капсул и летящих роботов.

Всё больше роботов падало с тёмного неба, и зиклопы мчались к «Броненосцу».

– Они настигают нас! Где эти огненные гейзеры? – требовательно спросил Базз.

Я показала на огни на горизонте:

– Прямо по курсу! Не переживай. Я знаю тут всё как свои пять пальцев.

Затем я адресовала ему уверенный кивок головы, указывая на свою именную табличку.

Какой-то зиклоп смог подобраться совсем близко к «Броненосцу» и, стянув телепортационный диск со своей груди, приготовился шлёпнуть его на корпус. О, нет!

Вот две вещи, которые вам необходимо знать об огненных гейзерах:

1) Огненные гейзеры производят уйму пара, отчего очень сложно что-то разглядеть.

2) Уйма пара плюс отсутствие солнца – это очень плохая комбинация.

«Броненосец» во весь опор мчался сквозь густую завесу тумана, когда прямо по курсу возникло подозрительное тёмное пятно. Возможно, это...

Я выпучила глаза.

– Берегись! – крикнула я, указывая на гигантскую скалу.

Но было слишком поздно.

Я стиснула зубы и поморщилась, когда «Броненосец» подрезал скалу в тонком основании. Камень врезался в робота-зиклопа с его телепортационным диском, и наша угроза телепортировалась прочь в одно мгновение ока.

Поглядев через плечо, чтобы убедиться, что остальные члены нашей шайки в порядке, я увидела, что Дарби протягивает Мо гранату.

– Брось её, – проинструктировала его Дарби.

– Погоди. Давай просто... – нервно начал было Мо.

Дарби перебила его, выдернув чеку гранаты:

– Бросай!

В панике Мо швырнул её в двух роботов, снеся им ноги. Две половины роботов повалились друг на друга, их телепортационные диски ударились один об другой, и они исчезли.

Я снова повернулась вперёд. Базз повёл корабль к огненным гейзерам – участку земли с кратерами и пузырящимися озёрами расплавленной лавы.

– Огненные гейзеры прямо по курсу! – объявила я.

– Поехали! – крикнул Базз, в голосе его звучала решимость и готовность к действию.

Он искусно провёл «Броненосца» между гейзерами.

Из-под панели управления Сокс объявил:

– Ремонт завершён на пятьдесят процентов.

И тут гейзер выстрелил в воздух пламенем. Базз резко вильнул от него, но брюхо корабля проехало по неровной каменистой почве. Я скривилась от звука царапающего по камню металла. Коробка со снарядами опрокинулась, и они со стуком покатились по полу корабля.

– Эй, у нас тут взрывчатка! – ворчливо прикрикнула Дарби.

Заметив характерные признаки готовящегося взорваться гейзера, я крикнула:

– Налево!

Базз рванул штурвал влево, как раз когда гейзер выплюнул столб пламени. Все и всё внутри «Броненосца» накренилось. Точнее, все, кроме Сокса. Он, закрепившись на чём-то там под приборной панелью, продолжал усердно работать.

Я выглянула в окно и вытянула шею, глядя, как преследовавший нас робот влетел в пламя и сгорел. Времени исполнить победный танец у меня не было, поскольку я услышала тяжёлый удар по корпусу корабля, а это значило, что новью зиклопы со своими проклятущими дисками нагнали нас.

Базз, похоже, тоже услышал, потому что он увёл нас направо, прежде чем робот успел нажать кнопку телепортации. Затем он повернулся к открытой задней двери.

– Дай мне что-нибудь! – велел Базз, отведя руку назад. Дарби мигом надела на его руку белую перчатку с блестящей красной кнопкой.

– Вот! – сказала она.

Базз нацелил перчатку на робота и выстрелил. Робота отбросило на четырёх других роботов, и все пять телепортировались прочь, оставив одного только зиклопа, продолжавшего погоню за нами среди огненных гейзеров.

Я с благоговением вытаращила глаза, поражённая невероятностью увиденного. Неужели Базз сделал идеальный выстрел по движущейся мишени, пилотируя при этом «Броненосца» через огненные гейзеры? Да. Да, сделал!

Сокс, продолжавший вести ремонтные работы, объявил:

– Девяносто процентов!

– Иззи, ты знаешь, как переключать мощность на лету? – спросил меня Базз.

– Я читала об этом, – ответила я. Неделю назад я уснула за занятиями, используя учебники вместо подушки. Мне приснилось, что я веду корабль. А теперь мне представился шанс доказать, что я могу сделать это наяву.

Базз перещёлкнул несколько переключателей.

– А теперь попробуем в реальности.

Позади нас Дарби зарядила мистера Бабаха новым снарядом.

– Тебе нужна какая-то помощь? – спросил Мо.

– Нетушки, – сказала Дарби, снова радостно пристраивая мистера Бабаха на плечо.

– Девяносто пять процентов, – объявил Сокс.

– Приготовь подруливающие двигатели! – проинструктировал меня Базз.

Я нашла нужную кнопку и нажала её, выкрикнув:

– Сделано!

Дарби подошла к открытой задней двери «Броненосца» и направила базуку на робота, однако тот усердно вилял взад-вперёд, чтобы не превратиться в груду палёного мусора, подобно своим приятелям.

– Помнишь, как на тренировках... не надо дёргать спусковой курок. Надо давить на курок, – напомнил ей Мо.

Дарби раздражённо посмотрела на него:

– Это ты будешь говорить мне, как это делается?

– Девяносто девять процентов! – сказал Сокс, помахивая хвостом под щитком.

– Переход на... – начал Базз.

Мы одновременно выкрикнули:

– Осциллирующую мощность.

Я нашла другую кнопку и нажала её тоже.

– Сделано!

Сокс высунул голову из-под приборной панели:

– Сто процентов!

Базз посмотрел на светящуюся полосу на приборной панели, показывавшую степень готовности топливного кристалла.

– Приготовиться к запуску! Топливный кристалл... – начал Базз.

– Готов! Запуск! – закончила я за него.

– Ещё не готов... – закончил капитан сам в ту же минуту, но было слишком поздно. Я уже нажала на кнопку запуска, нечаянно выбросив топливный кристалл. Лишённый топлива «Броненосец» врезался в землю.

Удар сбил прицел Дарби, как раз выстрелившей ракетой по последнему роботу, и тот легко ушёл от атаки. Мы подпрыгнули на твёрдой поверхности и плюхнулись обратно. Спустя несколько секунд «Броненосец» окончательно затормозил, пропахав землю.

В ужасе от содеянного я посмотрела на Базза.

– Ой, нет, – охнула я. Моё сердце камнем ухнуло вниз – не только из-за моей ошибки, но также из-за того, что я подвела Базза.

Он выглянул в окно и увидел топливный кристалл на земле сразу за кораблём.

– Чёрт! – прорычал он и выбежал из «Броненосца» навстречу настигавшему нас роботу.

– Хватай кристалл! – приказал он мне и, пытаясь удержать робота на расстоянии, прицелился из наручного бластера и выстрелил. Заряд попал в робота, уничтожив его руку. Но это не помешало роботу броситься к контейнеру с кристаллом наперерез мне.

Я бежала со всех ног и сразу вытянула руку, как только была достаточно близко, но робот схватил кристалл первым и исчез с помощью телепортационного диска.

Я так и встала в шоке, не сводя глаз с места, откуда телепортировался робот.

Базз, ошеломлённый, упал на колени.

– Нет.

Ледяной ветер дул среди огненных гейзеров, а моё сердце раскалывалось от осознания того, что моя ошибка привела нас к этому мигу.

Мои глаза скользнули к потерявшим дар речи Дарби и Мо.

Они тоже считают меня неудачницей?

– Я... – слова застряли у меня в горле, когда я неуверенно подошла к Баззу и встала над ним. Видя его таким отчаявшимся, без капли надежды, зная, что это по моей вине, я чувствовала, как у меня щемит сердце.

Топливный кристалл пропал по моей вине.

– Базз? Мне так жаль. Всё происходило так быстро, и я... я просто... я думала, что я всё поняла, и... – начала я, с трудом подбирая слова. – Я допустила ошибку.

Базз посмотрел на меня, совершенно побеждённый.

– Ага, – печально сказал он. – Добро пожаловать в клуб неудачников.

Я повесила голову, утопая в чувстве вины.

– Твоя ошибка ничего не значила бы, не соверши я свою. Много лет тому назад, – сказал Базз.

– Но мы же не остановимся, правда? Мы ещё что-то можем сделать! – с надеждой сказала я.

– Иззи! Оглядись по сторонам, – сказал Базз, поднимаясь на ноги. Он обвёл рукой безжизненный ландшафт. – Ничего не сделаешь. Миссия... кончена.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, но в первый раз не нашла слов. Я не знала, чем тут можно помочь.

Базз пошёл прочь от меня – прочь от всех нас – в печальном разочаровании.

Я испуганно сделала шаг следом:

– Куда ты идёшь?

Базз не ответил мне. И не остановился. Расстояние между нами становилось всё больше и больше. Неожиданно меня охватило дурное предчувствие. Что-то было не так, но я не знала, что именно.

– Базз! – предупреждающе окликнула его я.

– Мне необходимо побыть... одному, – печально сказал Базз, отказываясь оглянуться на меня.

И тут Базза схватила когтистая рука робота. Базз ахнул, пытаясь вырваться.

Мы все бросились ему на помощь.

– Нет! – кричала я, мчась к нему, мои боты стучали по земле.

Большой фиолетовый робот появился из туманного марева и поднял Базза, изучая его своими сверкающими красными глазами. Это был тот самый робот, которого мы жахнули из плазменного бура!

Я припустила со всех ног, когда он, посмотрев на нас, протянул руку к телепортационному диску у себя на груди.

– Что? – тревожный возглас Базза оборвался, когда робот нажал на кнопку, и оба они исчезли.

– Базз! – завопила я во всю глотку.

Мой голос эхом покатился среди огненных гейзеров.

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Диспетчерская вышка

В школе мы делали модели космических джетов для научного эксперимента с целью изучения принципов полёта: гравитации, тяги и сопротивления. Мы проектировали их на своих школьных планшетах и воспроизводили на ЗD-принтере. Мистер Клауд говорил, что лучший способ закрепить знания – это применить их на практике, и поэтому он велел нам взять свои космические джеты и выстроил нас на улице.

Он прочертил в грязи линию на значительном расстоянии от нас, а мы встали в ряд.

– Отлично, давайте посмотрим, чья модель улетит дальше всего, – сказал мистер Клауд. Затем он начал обратный отсчёт, и когда выкрикнул «Один!», мы бросили свои космические джеты. Некоторые клюнули носом в грязь практически сразу, некоторые завертелись, сбивая другие, а некоторые полетели прямо.

Мой джет взмыл в воздух и скоро пронёсся над линией, прочерченной учителем.

– Очень хорошо, Иззи, – сказал мистер Клауд, подбирая его. – Как ты построила такую хорошую модель?

– По папиным игровым симуляторам полёта, – с гордостью ответила я. Игры, в которые я играла, позволяли проектировать всевозможные космические корабли с целью обойти корабли противника. Я знала названия всех частей корабля и почему каждая из них была суперважна. – А моя бабушка рассказывала мне всё о кораблях, на которых ей доводилось летать, когда она была космическим рейнджером. Она иногда берёт меня с собой., мы ездим по всей Т-Кани Один, чтобы посмотреть на корабли, базы и всё такое.

Он отдал мне мой космический джет, и мы ещё некоторое время тренировались запускать свои модели.

Когда класс был распущен, некоторые из одноклассников подошли к моей парте.

– Куда твоя бабушка возьмёт тебя в следующий раз? – спросила Серенити, глаза её так и сверкали от волнения.

Во время обеда ребята быстро-быстро слопали свою еду, чтоб успеть послушать мои рассказы обо всех местах, куда брала меня бабушка. Детям не разрешалось покидать базу, потому что на Т-Кани Один было много опасностей, да и на территории базы некоторые здания были небезопасны для детей. Но поскольку бабушка была командующим, я могла ходить туда, куда другим детям было нельзя.

– Сегодня мы едем к диспетчерской вышке, – взволнованно сообщила я, запихивая свои школьные вещи в рюкзак. Только космический джет я не стала убирать, потому что хотела показать его бабушке.

– Вот класс! – воскликнул Уатт, покачиваясь с пяток на мыски.

– Тебе так везёт! – восхитилась Эли, показав в широкой улыбке выпавший передний зуб.

– Вау, вот бы мне так, – протянула Стелла, надув губы. Они следом за мной вышли из класса и пошли рядом по коридору, упрашивая меня рассказать им обо всём завтра за обедом. Я пообещала и побежала к бабушке.

– Смотри, бабушка, смотри, – сказала я, показывая ей свою модель космического джета. – Мы проводили лётные испытания, и мой улетел дальше всех.

Она взяла мой космический джет и внимательно его рассмотрела, расплываясь в широкой улыбке.

– Очень даже впечатляет, солнышко. Такой и космическому рейнджеру не стыдно пилотировать.

Я восторженно ахнула, запрыгав на месте:

– Правда, бабушка? Ты действительно так думаешь?

– Я это знаю, Иззи. Я же была космическим рейнджером, – сказала бабушка, подмигивая мне.

Мы отправились на моторном грузовом карте к диспетчерской вышке. Она была практически на противоположном конце базы, возле взлётной полосы, далеко от школы и дома, чтобы во время запусков и посадок космических кораблей все были на безопасном расстоянии. По пути мы проехали мимо самых разных зданий и мест на нашей закрытой территории.

– Это стартовая шахта, – сказала я, указывая на здание в форме пирамиды. – Ох, и стартовая площадка, – громко ахнула я, хлопая в ладоши.

Шофёр моторного карта высадил нас перед высоким зданием со спутниковой тарелкой и большущей антенной на самом верху.

– Это диспетчерская вышка, Иззи. Тех, кто здесь работает, называют диспетчерами. Работа диспетчера состоит в том, чтобы удостовериться, что пилот безопасно проходит запуск и посадку и не сбивается с курса, – сказала бабушка, беря меня за руку. Мы вошли внутрь и поднялись на лифте на верхний этаж. Затем мы попали в пустую комнату со стеклянными окнами со всех сторон. Как и в центре управления полётами, здесь везде были компьютеры.

– Ва-а-ау, – протянула я, оглядываясь по сторонам.

– Я раньше работала здесь, – сказала бабушка, но голос её прозвучал печально. – Я любила смотреть, как космические корабли взмывают в космос и в целости и сохранности возвращаются домой.

Она подвела меня к окну и указала на взлётную полосу.

– Вот здесь Базз приземлится после того, как завершит свою миссию, – сказала она. Во всех предыдущих местах, куда брала меня бабушка, было много-много людей, занятых своей работой, но в диспетчерской вышке не было ни души.

– Бабушка, а где все? – спросила я. – У них обеденный перерыв?

Бабушка негромко рассмеялась, покачав головой.

– Нет, солнышко. Они не на обеде. Здесь никого нет, потому что уже долгое время здесь не взлетал и не садился ни один космический корабль.

– А разве они не должны ждать Базза? – спросила я, нахмурившись. Бабушкин друг был там, в космосе, пытаясь помочь нам.

– Вначале они и ждали, – сказала бабушка. – Просто некоторые устали ждать, милая.

– А ты устала ждать, бабушка? – спросила я.

– Нет, Иззи. Иногда я прихожу сюда, смотрю в небо и жду, – сказала бабушка, и лицо её делалось всё печальнее и печальнее. – Потому что кто-то же должен ждать его. Это то меньшее, что я могу сделать для него, ведь он стольким пожертвовал ради нас.

Я выпустила бабушкину руку и обняла её.

– Не грусти, бабушка. Я тоже буду ждать его, – сказала я.

Я услышала, как бабушка шмыгнула носом, и, подняв глаза, увидела, что в глазах её стоят слезы, хотя вниз и не падают.

– Это очень радует меня, Иззи, – сказала она с улыбкой, тоже обнимая меня. Затем она повернулась к компьютерам, чтобы показать мне, как они работают. Мне даже было разрешено надеть наушники диспетчера, но при этом сбились мои хвостики. Так что бабушка поправила мне причёску.

Когда пришло время уезжать, мы с бабушкой снова сели в моторный карт. Я опять схватила свой космический джет, воображая себя космическим рейнджером, управляющим им. В моих мечтах бабушка была в диспетчерской вышке и говорила со мной по радио в кабине пилота.

– Капитан Иззи, приготовиться к посадке, – говорила бабушка.

– Вас понял, – говорила я, щёлкая переключателями и нажимая на кнопки, как настоящий пилот. – Приготовиться к посадке!

Моё воображение улетело в космическую даль, но тут бабушка окликнула меня.

– Я знаю одно место, где ты можешь запустить свой космический джет, – сказала она, подмигнув мне. – Хочешь попробовать?

Я с энтузиазмом закивала, и бабушка попросила шофёра отвезти нас на взлётную полосу!

Когда мы приехали туда, я выскочила из машины и вприпрыжку побежала к прерывистой линии, которая шла посредине очень длинной взлётной полосы. Бабушка подошла ко мне сзади и положила руки мне на плечи.

– Итак, кадет. Покажи мне, насколько хорошо летает твой корабль, – подбодрила она меня.

– Есть, коммандер, – сказала я, прищурив один глаз, чтобы прицелиться. Затем я бросила свою модель космического джета. Она полетела прямо, как и в школе, но подул ветер и подхватил её, поднимая всё выше и выше.

Бабушка легонько сжала мои плечи.

– Я думаю, из тебя выйдет отличный пилот, – сказала она.

Глава 18

Под тёмными небесами мы четверо стояли неподвижно. Неподалёку выстрелил огненный гейзер, выплюнув высоко в воздух лаву и пар. Я сама чувствовала себя как готовый взорваться гейзер. Разочарование и вина кипели во мне, словно раскалённо-красная лава.

Из-за меня топливный кристалл оказался вне корабля.

Из-за меня «Броненосец» упал.

Из-за меня Дарби не смогла прицелиться и попасть в робота.

Из-за меня этот жуткий фиолетовый робот похитил Базза.

С самых малых лет я хотела только одного – стать космическим рейнджером, продолжить дело Хоторнов. Я усердно училась и ещё усерднее тренировалась. Я следовала трём бабушкиным правилам, как если бы они были частью кодекса звёздного командования.

Но теперь, одетая в скафандр космического рейнджера, я им себя не чувствовала. Что этот скафандр, что тот, сделанный из картона, – не было разницы. Всё это время я играла в игры. На именной табличке у меня на груди стояла моя фамилия, но я чувствовала себя так, будто всю жизнь только притворялась Хоторн. Бабушка была живой легендой, она преуспевала во всём, за что бы ни бралась. Как мне сравниться с ней, если у меня не получается даже быть самой собой?

Я не сводила глаз с той точки, откуда телепортировались робот и Базз.

– Я всё испортила! – прорычала я. Слёзы жгли мне глаза, но я изо всех сил сдерживала их.

– Это была просто ошибка, – ободряюще сказал Мо, подвигаясь ближе ко мне. – Все ошибаются, помнишь, что ты мне говорила?

Ага, я помнила, что сказала ему в комнате для отдыха: это была просто ошибка. Мы все можем время от времени допускать ошибки.

Я затрясла головой, сжав руки в кулаки:

– Это другое.

Дарби нахмурилась и спросила:

– Почему же?

Тогда я стиснула кулаки, гнев вскипел в моём голосе, словно лава в огненном гейзере:

– Потому что это я! Я должна быть не хуже своей бабушки. Я должна быть Хоторн.

Я сорвала именную табличку со своего скафандра и позволила ей выпасть из моей руки. Я была недостойна носить ни её, ни бабушкин скафандр космического рейнджера.

– Но я не могу, – печально сказала я.

Я покрылась гусиной кожей, увидев, как вражеский корабль-Зург проплыл по небу прямо в космос, унося с собой Базза. Я встревоженно прошептала его имя.

Сокс последовал за мной, когда я зашагала к другому борту «Броненосца», чтобы осмотреть пустой паз для топливного контейнера. Встретиться со своей ужасной ошибкой. Посмотреть в лицо своему полному провалу.

Если бы бабушка была здесь, как бы она отреагировала? Мне не хватало смелости вообразить, как она посмотрела бы на меня, что бы сказала. Бабушка провела не одно десятилетие на Т-Кани Один, дожидаясь, пока Базз вернётся невредимым со своей миссии, а теперь по моей вине, по вине её внучки, он в опасности.

Дарби поглядела на Сокса, указав на «Броненосца».

– Эй, котик, ты знаешь, как летать на этой штуке?

– Нет топлива, – напомнил ей Сокс.

– Видишь, вот поэтому не надо было браться за то, что нам не по зубам! – пожаловался Мо, воздев вверх руки.

– И что ты хотел делать? Сидеть в форпосте и ждать, пока роботы не найдут нас? – вопросила Дарби с явным раздражением в голосе, скрестив руки на груди.

– Это лучше, чем застрять здесь, где никто никогда нас не найдёт! – отозвался Мо.

– Уф. Ты последний человек, с которым я хотела бы оказаться в ситуации, где решается вопрос жизни и смерти, – простонала Дарби.

– Ну, тебе повезло. Потому что в этой ситуации стоит только вопрос смерти! – рявкнул Мо.

Наверняка что-то можно было сделать, но в мыслях у меня было пусто. Без топливного кристалла «Броненосец» даже не заведётся. Без пилота мы на нём не улетим. А без того и другого Базз уносился всё дальше от нас.

Пока я продолжала рассматривать топливную панель, Сокс закрутил ушами, как будто что-то услышал. Он всё же был кошачьим товарищем Базза. Он был нашей единственной ниточкой к Баззу. Я с надеждой посмотрела на него.

Но когда его уши печально опустились, сердце моё тоже упало.

– Я окончательно потерял Базза. Он слишком далеко, чтобы его можно было отследить, – проинформировал меня Сокс. Это известие наполнило меня злостью, разочарованием и... безнадёжностью.

Я опять повесила голову, бросив взгляд на именную табличку на земле.

Извини, бабушка.

Сокс потёрся об мои ноги, пытаясь подбодрить меня.

Но нам было необходимо взглянуть правде в лицо: у нас был совершенно исправный корабль, и мы даже не могли...

Мои мысли вдруг замерли, а глаза стали круглые, когда я заметила нечто на обшивке корабля.

Нет, не может быть. Неужели?

Ох, ох, ох! Да!

Новая идея влетела в мою голову. Это была идея, которую бабушка бы одобрила всецело.

– Все! Внутрь! – приказала я, обегая корабль. Сокс мчался следом на своих пушистых лапах.

Дарби растерянно уставилась на меня:

– Что?

– Залезайте в корабль! – повторила я, велев Мо и Дарби поторапливаться, и полезла обратно в «Броненосца».

Когда все вошли внутрь и дверь была закрыта, Мо пропыхтел:

– А теперь-то кто за нами гонится?

Дарби в панике окинула взглядом заднюю часть корабля:

– У нас больше нет оружия!

– Всё в порядке! У меня есть план, – сообщила я, плюхаясь в кресло пилота – кресло Базза. – Я позаимствую его совсем ненадолго, – шепнула я тихо Баззу, как если бы он был рядом со мной – с нами, – а не в плену на корабле-Зурге, набитом армией роботов.

Сокс запрыгнул в кресло второго пилота и спросил:

– Куда мы направляемся?

Я высунулась подальше из окна и отыскала телепортационный диск, прилепленный к борту «Броненосца». Тогда, когда зиклопы преследовали нас над огненными гейзерами, один из них пришлёпнул этот диск, но не успел на него нажать.

Я невольно сглотнула, глядя на диск, но давнишний разговор с бабушкой всплыл в моей памяти:

«Ты знаешь, что, по моему мнению, означает буква «Б» в плане «Б»? Бесстрашие, потому что если план «А» не срабатывает, ты не сдаёшься. Ты пробуешь что-то другое».

Я собралась с духом и рассказала своей команде этот план «Б».

– Мы отправляемся в космос.

Глава 19

Я крепко зажмурила глаза и проделала дыхательное упражнение, которому бабушка научила меня, когда я была маленькая.

«Я могу. Я справлюсь. Я справлюсь».

Я сжала руку в кулак и ударила по диску, телепортируя нас и «Броненосца» прочь с тёмной стороны Т-Кани Один. В мгновение ока мы оказались в телепортационном отсеке корабля-Зурга.

Сработало! Мы в космосе!

Ох, нет, мы в космосе?

Страхи закрадывались в мои мысли, как рой жуков, но я передавила их внутри себя. Чтобы спасти Базза и всех на Т-Кани Один, я не позволю своей фобии властвовать над собой.

Однако чуток психовать было вполне нормально, потому что Я БЫЛА В КОСМОСЕ!

– Операция «Вечеринка-сюрприз», вот и мы! – провозгласила я, бодрясь перед своей командой, когда мы выбрались из «Броненосца».

– Гип-гип ура! – хором воскликнули Дарби и Мо.

– Гип-гип ура! – подхватила я.

Когда я окинула взглядом просторный телепортационный отсек, другие бабушкины слова пришли мне на ум:

«Космический рейнджер должен исследовать то, что его окружает».

Мы с «Броненосцем» стояли на платформе. Вокруг не было ни жёлтых, ни фиолетовых роботов, но я боялась, что, если мы не поторопимся, они скоро составят нам компанию.

– Мы должны защитить корабль для эвакуации, – сказала я, указывая на «Броненосца». Затем я повернулась к длинному коридору, в который вела открытая сейчас дверь. – Если роботы решат нас остановить, они войдут через эту дверь, – сказала я.

Дарби указала на себя и Мо:

– Не волнуйся. Мы её перекроем.

– Иди и разыщи Базза, – сказал мне Мо.

– Я отслежу чип в его жетоне, – подал голос Сокс, уши его завертелись, ловя сигнал. Он нерешительно повернул голову сначала в одном направлении, затем в другом.

Я нахмурилась и шагнула поближе к нему.

– Что не так? – спросила я.

– Я получаю два сигнала, – сказал Сокс. – Я произведу триангуляцию. Это позволит нам подобраться довольно близко. Пошли!

Не ожидая ответа, он галопом понёсся через телепортационный отсек в противоположном от коридора направлении. Я рванула за ним, но сначала схватила магнитный телепортационный диск из диспенсера на стене и шлёпнула его себе за спину.

– Быстрый доступ в эту точку! – крикнула я Мо и Дарби, понадеявшись, что оба возьмут себе по диску. Если он будет у каждого из нас, нам всего-то нужно ударить по нему, и он перенесёт нас прямиком к «Броненосцу».

Когда мы с Соксом подбежали к пятиугольной двери в дальней стене, я обернулась и крикнула друзьям:

– Я верю в вас, ребята!

– Мы тоже верим в тебя! – крикнули Мо и Дарби мне в ответ.

– Мяу, мяу, мяу, мяу, мяу, – напевал Сокс, следуя за сигналом от Базза и ведя меня по лабиринту коридоров. Затем он возбуждённо произнёс: – О, сигнал стал направленный. Базз должен быть прямо по курсу!

Он вбежал в ближайшую дверь, я последовала за ним и тотчас пожалела об этом. В помещении, где мы оказались, было много окон. А за окнами был мой самый злейший враг из всех.

Космос.

Бесконечно бесконечный, темнее тёмного дальний космос.

Я немедленно опустила глаза к полу, моя фобия скрутила узлом мои внутренности.

– К-к-как тут много космоса, – заикаясь, выдавила я, а потом закрыла глаза, чтобы толкнуть самой себе мотивационную речь: – Держи себя в руках, держи себя в руках...

Вдруг корабль заполнил звук ревущих сирен, и я подскочила от неожиданности, мигом открыв глаза.

Пятиугольная дверь позади нас выдвинулась и закрылась.

– Несанкционированное проникновение. Все помещения запечатаны, – объявил голос по расположенному под потолком интеркому. Значит, с Дарби и Мо что-то случилось.

– Нет! – завопила я, бросаясь к двери.

Я изо всей силы заколотила в неё.

Сокс растерянно оглядел комнату.

– Я не понимаю. Сигнал сообщает, что Базз находится на расстоянии пятидесяти метров, – сказал он.

Услышав имя Базза, я вспомнила о нашей миссии – моей миссии.

Я посмотрела вокруг, а затем в окно.

Мамочки, какая уймища космоса.

Наконец я заметила, что в окне напротив виднеется мостик корабля-Зурга. Там был... Базз! Он пытался освободиться из крепкой хватки робота. У меня от удивления глаза полезли на лоб.

Указав на них, я выдохнула:

– Он там.

Робот отбросил Базза через весь мостик, и я сжалась, когда он влетел в панель управления. Однако не остался лежать, поднялся в воздух – как и робот. Искусственная гравитация в комнате, должно быть, отключилась.

Я решительно повернулась к Соксу:

– Как нам попасть туда?

Сокс смотрел на другую дверь сбоку от окна, которой я раньше не замечала.

– Через шлюз, – проинформировал он меня.

Я подошла к двери и прижалась лицом к небольшому окошку в ней, надеясь увидеть ещё один коридор, соединяющий эту комнату с мостиком корабля-Зурга.

Но я увидела только...

Охнув, я воскликнула:

– Туда? Но там нет ничего!

Ничего, кроме космоса и – о, да! – И ЕЩЁ БОЛЬШЕ КОСМОСА!

– Вот именно. Ничего не стоит у тебя на пути. Нужно просто оттолкнуться, и попадёшь отсюда туда, – сказал Сокс так запросто, как будто это было самое плёвое дело на белом свете. Все наши приключения на Т-Кани Один, должно быть, закоротили пару его проводков, если он считает, что я возьмусь приводить в действие его план.

Я недоверчиво воззрилась на него и завопила:

– Нет!

Снова поглядев в окно, я увидела, как парящий Базз пытается схватить так же парящий кристалл. Я скривилась, когда робот оттолкнул его прочь. Базз изловчился и выстрелил из своего бластера, попав в тянущуюся руку робота.

Отдача бластера отшвырнула Базза назад, он шмякнулся об окно.

Я заговорила в свой наручный коммутатор, надеясь, что он услышит меня:

– Базз? Базз?

Я видела, как он, ещё не придя толком в себя после удара, с растерянным видом поискал меня взглядом.

– Ты в порядке? – спросила я.

Затем он повернулся и увидел меня за океаном пустоты. Он проговорил в свой наручный коммутатор:

– Алиша... Нет, я... мне нужна помощь, – устало признал он.

Он что, не знает, кого просит о помощи? Это моя ошибка привела к краже топливного кристалла и его похищению. Он, должно быть, повредился умом, ударившись об это стекло.

У меня хорошо получалось только всё портить.

– Базз, я не моя бабушка, – вздохнула я, сгорбившись. Все эти годы я хотела только доказать, что я достойна фамилии Хоторн и бабушкиной памяти как одной из величайших космических рейнджеров в истории, но со всеми моими провальными неудачами и страхами – разве я могла?

Это из-за меня ему грозит опасность.

Он затряс головой, словно пытаясь избавиться от сумятицы в мыслях. Потом он снова посмотрел на меня, сообразив, что это я, Иззи Хоторн.

– Иззи, мне не нужна твоя бабушка. Мне нужна ты.

Я таращилась сквозь громадное пространство космоса, пока его слова укладывались у меня в мозгу. Баззу была нужна я, Иззи Хоторн. Космический рейнджер, которому не нужна ничья помощь, говорит, что ему нужна моя помощь. Не бабушкина, не кого-то ещё – моя.

Я сделала глубокий вдох и взглянула на шлюзовую дверь, и в голове моей забрезжила идея. Это была идея из тех, на которые возлагаются последние надежды. Если и было подходящее время для подобной идеи, то именно сейчас.

Одно нажатие кнопки, и дверь в шлюзовую камеру открылась. Сокс прошёл следом за мной в маленькую комнатку – отсек между двумя створками в шлюзе.

Когда дверь сзади меня закрылась, я поняла, что назад пути нет. Приступив к своим дыхательным упражнениям, я натянула капюшон на волосы и опустила поверх шлем. Лицо закрыл стеклянный пузырь. Я была готова. Сокс подскочил, и магниты в розовых подушечках на его лапках прилипли к моей спине, как приклеенные.

Я продолжала делать вдохи и выдохи.

«Ты можешь сделать это, Иззи Хоторн. Ты справишься, потому что иначе ты затеряешься в дальнем космосе на всю вечность... Постой. – Я крепко зажмурила глаза. – Не думай об этом. Думай о том, что, если ты справишься с этим, ты спасёшь Базза».

Так-то лучше, хоть надо ещё поучиться толкать мотивационные речи.

Глава 20

Я шагнула к последней двери шлюзовой камеры и нажала на кнопку, чтобы открыть её. Необъятная пустота космоса нахлынула на меня. Я дрожала от головы до пят, стоя на краю этой пустоты. Я забыла, как дышать, у меня кружилась голова. Но затем я вспомнила бабушкино дыхательное упражнение и занялась им, борясь с желанием дать дёру.

– Просто не смотри вниз, – посоветовал Сокс. Это казалось мне хорошим советом, пока я не отважилась посмотреть вверх. У меня сердце ушло в пятки, когда я увидела ещё больше космической черноты.

– Или вверх, – прибавил он. – Это всё космос. Он везде. Вокруг тебя.

Это меня ни капельки не утешило.

– Извини, я, наверное, не слишком помогаю, – продолжал он, как будто почувствовав мою панику. – Просто... просто двигайся вперёд. Нужно лишь посмотреть на цель и оттолкнуться, и именно в этом направлении ты и полетишь.

Я сглотнула, глядя на шлюзовую камеру корабельного мостика – точно такую же, как та, из которой я вышла. Она была совсем недалеко, но в то же время просто в другой галактике.

– Но что, если я промажу?

Глубокий вдох, глубокий выдох.

– Не промажешь, – сказал Сокс.

Глубокий вдох, глубокий выдох.

– Ну что ж, бабушка, – тихонько сказала я, а затем, сделав последний глубокий вдох, прыгнула в то, чего боялась больше всего. Когда мои боты оторвались от твёрдого пола шлюзовой камеры, я завопила в голос, плывя сквозь пустоту с вытянутыми вперёд руками.

Впереди, за окном мостика, продолжалась невесомая схватка между Баззом и роботом. Робот швырнул в Базза металлический обломок, чтобы не дать ему дотянуться до кристалла, но Базз ловко крутанулся и ушёл от снаряда.

Пролетев мимо, железяка ударила в панель управления, из-за чего весь корабль-Зург неожиданно сдвинулся.

– Что? – завопила я, замахав руками. – Ох, нет, нет, нет, нет, НЕТ!

Паника охватила меня, когда корабль отнесло в сторону от моего курса. Я потянулась, чтобы схватиться за что-нибудь – что угодно, – пока меня не унесло прочь. К моему колоссальному облегчению, мне удалось схватиться за металлический поручень, но тут моё тело подкинуло вверх, и меня с силой ударило о борт корабля.

Из меня почти вышибло дух. Я сопела, глотала воздух ртом и орала, силясь удержаться за поручень, и даже не заметила, что Сокса скинуло с моей спины.

– Эй! – закричал он.

– Сокс! – завопила я, видя, как его относит прочь.

– Эй, эй! – голосил он в ужасе, падая назад. Его круглые зелёные глаза стали ещё больше. Я протянула руку, насколько могла дотянуться, и схватила его за хвост. Я выдохнула, тело моё обмякло от облегчения.

Сокс развернул голову на 180 градусов, чтобы посмотреть на меня.

– Спасибо тебе, Иззи, – сказал он.

Несколько мгновений я не двигалась, одной рукой держась за корабль, другой сжимая хвост Сокса. Но я знала, что мы не можем оставаться тут вечно. Мы нужны Баззу. Медленно-медленно я стала карабкаться выше и выше, пока мы не добрались до шлюзовой камеры мостика. Она открылась перед нами, и я, тяжело дыша, заползла внутрь.

Когда дверь шлюза закрылась, врубилась искусственная гравитация. Больше не невесомые, мои боты стукнули по полу. Я дрожала всем телом внутри бабушкиного скафандра космического рейнджера, а сердце билось так часто, что удары громко отдавались у меня в ушах.

Всего несколько секунд тому назад я была в открытом космосе и едва не уплыла прочь в вечность. И Сокс чуть не уплыл, но я спасла его. Я. Иззи Хоторн – пожизненный астрофоб.

Я была рада-радёшенька стене между мной и космосом, однако крохотная часть меня пришла от пережитого в восторг. Когда эти чувства схлынули, я сообразила, что на двери, ведущей на мостик – к Баззу, – не было ни засова, ни панели управления.

– Внутрь не попасть! – застонала я.

– Может быть, у меня получится помочь, – сказал Сокс, открывая пасть. Он закашлял, и кашлял так громко, как если бы собирался отрыгнуть ком шерсти. Но тут из его рта вырвалось пламя, как из паяльной горелки. Я подняла его и вырезала в двери отверстие, подходящее мне по размеру.

Когда прорезь в обшивке шлюзовой камеры начала падать, я прижала к себе Сокса и ударила по кнопке, активируя вокруг нас зону невидимого режима. Кусок двери упал с громким лязгающим грохотом. Я замерла, как статуя, а Базз и робот резко повернулись в ту сторону, где я стояла.

Сердце моё заколотилось, когда я увидела, что большая часть мостика корабля была разгромлена, как поле длительного сражения. Капитанская панель управления была помята там, куда недавно был брошен Базз. Воздух застилал дым. Повсюду искрило испорченное оборудование, плавали его разломанные фрагменты, виднелись подпалины, оставленные бластерами.

На экране был остановленный обратный отсчёт – десять секунд.

Всё это произошло из-за моей ошибки, и теперь пришло время исправить то, что я натворила.

Базз попытался схватить свой наручный бластер, но робот стремительно развернулся назад и вытянул к нему руку, как тогда, среди огненных гейзеров. Когда время моего невидимого режима истекло, я запихала Сокса под мышку, подскочила к наручному бластеру Базза и подхватила его.

Базз, стиснутый выдвижной рукой робота, охнул.

Повернувшись к нему, я выкрикнула его имя.

– Давай! – скомандовал он, голос его звучал напряжённо из-за того, что он был зажат железными тисками. Бросив ему его бластер, я задержала дыхание, боясь повторения прошлого раза, когда я промахнулась.

Однако теперь этого не произошло.

Базз ловко схватил бластер и тут же выстрелил, перерезав длинный стальной канат выдвижной руки робота. Конечность рухнула на пол, пальцы её разжались. Меня окатило чувство облегчения, когда ноги Базза коснулись пола.

Но ничего не могло принести мне большего удовлетворения, чем вид робота, отпрянувшего назад с минус одной рукой и с громким воплем налетевшего на консоль.

Я, Сокс и Базз припустили бежать к другому коридору.

– Давайте уносить отсюда ноги! – крикнул Базз.

Вспомнив про остановившийся обратный отсчёт (очевидно, до самоликвидации корабля), я покачала головой и указала на консоль.

– Нам надо взорвать корабль! – сказала я Баззу.

Это был единственный способ завершить эту миссию раз и навсегда. Иначе робот и его армия зиклопов нанесут ответный удар по Т-Кани Один, удар двойной силы, и тогда разорение, которому они уже подвергли планету, покажется детской игрой.

Базз нахмурился:

– У нас не хватит времени! Нам ни за что не успеть!

Я вытащила из-за спины телепортационный диск и улыбнулась ему.

– Ничего, успеем! – пообещала я.

Робот возле консоли со стоном осел на пол. Базз вновь поднял бластер, прицелился в кнопку самоликвидации и выстрелил, уничтожив её полностью.

– Цикл самоликвидации будет завершён через десять... – объявила операционная система корабля.

Робот отчаянно пытался отключить обратный отсчёт. Но кнопки не было, а значит, пути назад – тоже. Базз крепко обхватил меня, Сокс прыгнул к нему на руки, и я нажала кнопку на телепортационном диске.

С этим покончено!

Глава 21

Мгновение ока – и мы исчезли на мостике и появились на платформе в телепортационном отсеке, прямо на «Броненосце». В смысле, сверху на нём. Я, Сокс и Базз съехали с нашего корабля, а Мо и Дарби забежали обратно в телепортационный отсек. Я так и лучилась счастьем, увидев, что эти двое в безопасности.

– ...Четыре... – продолжался обратный отсчёт.

– Поехали! – выдохнул Базз.

– ...Три...

– Все залезайте, пока весь этот корабль не взорвался! – скомандовал он.

– ...Два...

Мы поспешили внутрь «Броненосца», все, кроме Базза. Он активировал свой шлем и помчался к топливной панели. Как раз когда он протянул руку, чтобы вставить заключённый в своём контейнере кристалл, обратный отсчёт режима самоликвидации завершился.

О, нет.

Моё сердце перестало биться.

– ...Один...

Взрыв сотряс весь корабль-Зург, так что он накренился на бок.

Я, да и все остальные тоже, завопили, когда «Броненосец» съехал с телепортационной платформы и провалился вниз, в транспортный отсек, откуда прежде вылетали капсулы с роботами. И вообще всё покатилось и посыпалось в транспортный отсек: Базз, всё ещё бывший снаружи, деактивированные роботы и даже корабль Базза, XL-15, который тоже оказался здесь.

Мы закувыркались внутри «Броненосца», стукаясь руками, ногами, головами.

Затем корабль сотряс второй взрыв. Двери транспортного отсека открылись, и «Броненосец» вывалился в космос, отправляясь в неконтролируемый полёт к Т-Кани Один. Кресло Базза пустовало. У нас по-прежнему не было ни пилота, ни топлива.

Правда, и то и другое было совсем рядом. Снаружи «Броненосца».

Базз болтался в открытом космосе, всё ещё держа в руках кристалл гиперскорости.

Через окна «Броненосца» мы видели, как Базз падает сквозь пустоту бок о бок со своим XL-15. Он потянулся к нему, но промахнулся и завертелся бешеным колесом.

Когда все остальные закричали, я сжала подлокотники и напряжённо проговорила сквозь стиснутые зубы:

– Давай, Базз! Давай. Я верю в тебя!

Он опять потянулся к кораблю и на этот раз ухватился за крыло. Подтянув своё тело ближе к корпусу, он вставил кристалл гиперскорости и влез в кабину пилота. Ракетный огонь вырвался из сопел XL-15, когда Базз завёл его и развернул носом к «Броненосцу».

Тут ещё один ужасный взрыв разрушил весь корабль-Зург. Огненные обломки разлетелись во все стороны. От силы этого взрыва «Броненосец» заходил ходуном, a XL-15 дёрнулся в сторону.

Я ахнула, когда что-то вылетело из объятого взрывом корабля-Зурга, словно комета чистой мести. Это был фиолетовый робот!

– Нет, – закричала я во весь голос. Как он мог уцелеть?

Мне нужно было предупредить Базза, и я лихорадочно ударила по кнопке на своём наручном коммутаторе.

– Базз? Базз! Ты меня слышишь? – закричала я, но ответил мне только статический треск. Я встревоженно опустила взгляд на прибор, понимая, что, должно быть, его повредило, когда нас крутило в «Броненосце», как бельё в стиральной машине.

– Будь готова выдержать любое испытание, – напомнила я себе, и тут мне в голову пришла новая идея. – Сокс, ты можешь транслировать сигналы связи на интерком его корабля? – взволнованно спросила я.

«Броненосец» нёсся сквозь космос, и лапы Сокса скользили и разъезжались, но он пытался удержать равновесие, крутя ушами.

Он запел:

– Мяу, мяу, мяу, мяу, мяу.

Когда Базз приглушил свои двигатели, пытаясь выправить корабль, робот вцепился в XL-15, отрывая куски от корпуса, как если бы тот был сделан из бумаги.

Сокс печально опустил глаза:

– Я засёк сигнал, но потерял его.

Я гневно сжала зубы. Атака робота на XL-15, должно быть, заблокировала сигнал.

Робот подлез к топливному отсеку, оторвал верхнюю панель и извлёк заключённый в контейнер кристалл гиперскорости.

Меня как шоком ударило: я наконец поняла, что роботу был нужен исключительно кристалл Базза. Так вот почему робот и его армия зиклопов вторглась на Т-Кани Один? Потому что они ждали Базза?

Я выбросила эту мысль из головы, увидев, как Базз катапультировался из кабины пилота XL-15 с реактивным ранцем за спиной.

Крылья его старого скафандра космического рейнджера раскрылись, а реактивный ранец перешёл на форсированную тягу. Прицелившись из бластера, Базз выстрелил по кристаллу. Тот взорвался во вспышке радужного света, окутав взрывом робота.

Втянув воздух сквозь зубы, я пораженно вытаращила глаза. Базз столько десятилетий провёл, отправляясь на одну миссию за другой в космос, только чтобы стабилизировать этот топливный кристалл. Бабушка умерла, веря в него и в этот кристалл.

И вот его больше нет.

Базз пожертвовал им, чтобы спасти всех нас.

Базз, с трудом управляя ранцем, полетел к «Броненосцу».

Я немедленно втиснулась в кресло пилота и пристегнулась, а затем потянула за штурвал в попытке направить корабль.

– Мы вошли в зону притяжения планеты. Без двигателей нам не выбраться из неё, – проинформировал меня Сокс.

– Выходит, после всего, что произошло, мы просто разобьёмся? – воскликнул Мо.

– Боюсь, что да, – печально сказал Сокс.

Неожиданно Базз подлетел к кораблю спереди.

– Базз! – закричала я, когда он всем телом прижался к носу «Броненосца», пытаясь использовать силу своих реактивных двигателей, чтобы замедлить наше падение. Но ничего не вышло. Базз оглянулся: позади него Т-Кани Один разрасталась всё больше и больше. Он изо всех сил толкал корабль, включив реактивный ранец на полную мощность.

Металлический нос «Броненосца» застонал и смялся под давлением.

Базз остановился, глядя на нас через лобовое стекло.

Сердце моё тоже остановилось. И всё? Больше ничего нельзя сделать?

– Я... я не могу ничего сделать, – сказал Базз по радиосвязи.

Трясущийся «Броненосец» нёсся к нашей родной планете, и меня охватила глубокая грусть. Когда конец близко, перепуганный разум невольно возвращается к началу. Мои самые важные воспоминания малышки Иззи ворвались в мою голову. Бабушка была вторым пилотом в каждом из них.

Она всегда верила в меня, так же как верила в Базза.

И я верила в её три правила. И следовала им неукоснительно.

Правило номер один: никогда не переставать верить в себя.

Правило номер два: всегда верить в лучшее в людях, даже когда сами они не верят.

Правило номер три: быть готовой выдержать любое испытание.

Похоже, я только думала, что следую им. Оказывается, я лишь притворялась, будто следую правилу номер 1.

«Никогда не переставай верить в себя, Иззи».

Я изучила руководства по лётной эксплуатации от корки до корки и тренировалась на симуляторах полёта, но я не верила, что я достаточно хороший пилот, чтобы управлять «Броненосцем». Я сражалась с жуками и отбивалась от побегов, но я не верила, что мне хватит храбрости выйти в открытый космос.

Бабушкино правило только звучало просто, но на деле верить в себя оказалось одной из самых сложных вещей во Вселенной.

Мы все, наверное, нарушаем правило номер один, но теперь я знала, что если ты следуешь правилу номер два, то можешь научиться видеть лучшее и в себе самой. Ничего страшного, если порядок правил перепутается.

– Всё в порядке, – сказала я Баззу.

Базз кивнул моим словам, глядя прямо на меня.

– Мы можем сделать то, что нужно, – заверила я его.

На лице его появился проблеск надежды.

– Ты можешь удерживать корабль ровно? – спросила я.

Базз кивнул и скользнул под «Броненосца».

– Сокс, используй свой аварийный аккумулятор, чтобы запитать систему управления полётом, – скомандовала я.

Сокс подчинился и сунул хвост в приборную панель – на кончике хвоста открылся контакт. Тотчас панель управления загорелась яркими мигающими огоньками.

– Мне нужен второй пилот, – сказала я. Я сидела в кресле первого пилота, а Мо отважно пролез в кабину и занял место рядом.

Я посмотрела на него и твёрдо проинструктировала:

– Это как на симуляторе. Мы тянем штурвал... – Мо нервно дёрнул ручку, и у «Броненосца» оторвало закрылок. – Но потихоньку, аккуратно, – прибавила я спокойно.

«Броненосец» был настолько близок ко входу в атмосферу планеты, что не было времени ни паниковать, ни делать дыхательные упражнения. Пришло время доказать, что я достойна быть космическим рейнджером и носить фамилию Хоторн.

– Ага, пардон. Потихоньку и аккуратно, – пообещал Мо. «Броненосец» разогрелся и начал светиться, когда мы вошли в атмосферу.

– Поехали! – объявил Базз, когда корабль бешено тряхнуло и он вошёл в атмосферу планеты. Мы вынуждены были прикрыть глаза, когда солнечный свет ударил нам прямо в лицо.

– Мы летим слишком быстро! – крикнула я, оглядываясь по сторонам.

Заметив аэродинамический тормоз за панелью на полу, я отдала приказ:

– Дарби! Аэродинамический тормоз.

Дарби нагнулась и ударила по кнопке, чтобы открыть металлическую панель, но она лишь чуть-чуть приоткрылась.

– Застряла! – крикнула Дарби.

– Что? – переспросил Базз.

– Крышка! Застряла! Мне нужна отвёртка... или шпилька... или какая-нибудь маленькая железка, – сказала Дарби.

Мо сделал круглые глаза.

– Ручка! – воскликнул он. Мо выдернул её из своего скафандра и вскинул вверх, как будто это был ключ к решению очень важной проблемы. Наклонившись, он с помощью ручки отогнул крышку.

Дарби, крякнув, изо всей силы дёрнула тормоз.

Ветер заревел вокруг «Броненосца», отрывая новые куски обшивки, а мы продолжали стремительно падать. Я изо всех сил держала штурвал. Земля становилась всё ближе и ближе.

Базз отпустил «Броненосца» и вылетел из- под него за миг до того, как мы тяжело приземлились на глинозёмы возле базы. Подпрыгнув ещё раз, корабль резко остановился, увязнув в грязи.

Я поверить не могла.

Мы сделали это!

Глава 22

Я вся дрожала от волнения, сидя в кресле пилота и по-прежнему крепко сжимая штурвал. У меня от изумления открылся рот. Мы не в космосе, мы не горим. Весёлый солнечный свет Альфа Т-Кани пробивается сквозь лобовое стекло. Хотя мы отсутствовали совсем недолго, я никогда ещё не была так рада видеть изрытые лужами глинозёмы, густые зелёные леса и базу звёздного командования.

Мы вернулись живыми из дальнего космоса, избавившись от фиолетового робота и его армии зиклопов раз и навсегда. Ничего из этого не могло случиться без изобретательности, храбрости, доверия, настойчивости и дружбы.

Базз выписал в воздухе зрелищную петлю и ловко приземлился рядом с «Броненосцем». Мы с командой соскочили с мест. Мо открыл двери «Броненосца», и мы высыпали наружу, чавкая ботами по грязи. Мы окружили Базза, как рой возбуждённых жуков, и сжали его в групповом объятии.

– Базз! – счастливо вскричала я, крепко обхватывая его руками.

– Все целы? – озабоченно спросил он.

– Ага, – ответили Мо и Дарби.

– Думаю, да, – сказала я.

Теперь, когда корабль-Зург был уничтожен, обездвиженные роботы безжизненно полегли у стен базы. А это значит, операция «Вечеринка-сюрприз» (или операция «Кукловод», это смотря у кого спросить) прошла успешно!

Звук приближающихся сирен заставил Дарби вздрогнуть, и она выпала из группового объятия.

– Копы! Бежим! – завопила она, готовая сделать ноги. Базз махнул рукой, указывая на пожарные машины и грузовики службы спасения, выехавшие к нам с базы.

– Подожди... это команда спасения, – успокоил он её.

Дарби облегчённо выдохнула, и плечи её обмякли:

– А, хорошо.

– Ты производишь впечатление порядочного гражданина. За что тебя... заключили под стражу? – поинтересовался Базз.

– Я угнала корабль, – призналась Дарби, пожимая плечами

– О. Понятно, – Базз понимающе посмотрел на неё. – Ну, знаешь, кто из нас не угонял корабль в момент отчаяния?

Я подавилась смешком, услышав его признание.

У Базза с Дарби больше общего, чем он думал.

– А я находчивый! Моё оружие – мой острый ум! – с гордостью воскликнул Мо, воздев в воздух свою незаменимую ручку. – Я всё могу!

– Ты можешь, например, не орать мне в ухо? – ворчливо пожаловалась Дарби и, скривившись, зажала уши.

– О-о, ага. Пардон, – извинился Мо со смущённой улыбкой и опустил руки.

Я смотрела в голубое небо с пушистыми белыми облаками и удовлетворённо улыбалась. Мы уничтожили корабль-Зург и вырубили питание всех роботов. Все на базе в безопасности. Мы вернулись на Т-Кани Один живыми, но главное...

– Ты в порядке? – спросил Базз, подходя ко мне.

Я указала на небо.

– Я была в космосе, – сказала я. И хотя мне было страшно, я не сдалась. Мне вспомнились бабушкины слова: «Вот почему важно никогда не сдаваться, Иззи, пускай что-то кажется ужасно сложным или невозможным. Попытайся снова, даже если тебе страшно. В этом и состоит храбрость».

Я была в космосе, и я была храброй.

Базз улыбнулся и кивнул:

– Твоя бабушка могла бы гордиться тобой.

– Тобой она тоже гордилась бы, – сказала я. – Тобой она всегда гордилась.

Притворившись, что я не видела, какую жертву он принёс там, в космосе, я спросила:

– Постой-ка, а где твой кристалл?

– Его больше нет, – признался он, словно и не слишком опечаленный этим.

– Но твоя миссия... – я не договорила.

– Моя миссия была заменена... – он обернулся на остальных членов нашей команды, – на нечто лучшее.

Тут я улыбнулась.

Когда выехавший с базы транспорт прибыл, нас окружили разряд-патрульные.

– Стойте на месте! – приказали они, расходясь в стороны, чтобы пропустить коммандера Бёрнсайда. Со строгим выражением лица он подошёл прямо к Баззу.

Ой-ой. Похоже, кому-то влетит.

Глава 23

Базз отдал честь коммандеру Бёрнсайду, и лицо командующего стало ещё строже.

– Лайтер, – начал Бёрнсайд своим низким и властным голосом, – ты скрылся от правосудия, присвоив себе собственность звёздного командования, украл экспериментальное воздушное судно и не подчинился прямому приказу командующего. Мне следует отправить тебя на гауптвахту.

Базз пристыжённо повесил голову.

От волнения у меня скрутило внутренности.

Хоть Базз и совершил несколько серьёзных проступков, он сделал это потому, что не хотел нарушить обещание, данное моей бабушке. После того как Репка совершила аварийную посадку на Т-Кани Один, Базз уже потерял дом, время и друзей. Если командующий Бёрнсайд бросит его сейчас в тюрьму, он вдобавок потеряет свободу.

Но если это произойдёт, я и наша команда станем навещать его каждый день, потому что друзья не бросают друг друга в беде.

– Но, – вдруг прибавил Бёрнсайд, – у меня на тебя другие планы. – Он указал на армию павших роботов, окружавшую высоченные стены базы. – Эти роботы не справились с нашим лазерным щитом. Но в следующий раз нам может повезти меньше. И вот тут-то ты нам и пригодишься. Мы хотим, чтобы ты организовал и возглавил новую версию подразделения космических рейнджеров: дивизион защиты Вселенной. – Тут суровое лицо Бёрнсайда смягчилось, и он открыто и искренне посмотрел на Базза. – Ты снова станешь космическим рейнджером, Лайтер.

При этом известии лицо у Базза вытянулось от потрясения.

Бёрнсайд указал на окруживших нас солдат службы безопасности:

– Ты можешь сам отобрать себе команду из наших лучших разряд-патрульных и натренировать их по своему вкусу.

Разряд-патруль опустил оружие и отдал честь Баззу.

– Гип-гип ура! – прокричали они хором.

И даже кричали «гип-гип» они лучше нас.

Базз посмотрел на разряд-патруль и улыбнулся, но улыбка его быстро растаяла.

Он повернулся обратно к командующему Бёрнсайду:

– Вы очень добры, сэр. Но... боюсь, я вынужден отказаться.

От удивления у меня отвисла челюсть. Базз всегда хотел лишь одного – снова стать космическим рейнджером! Ему больше не придётся красть корабли или отправляться на задание в одиночку. У него будет крутой новый корабль и элитная команда. Почему же он говорит «нет»?

– У меня уже есть команда, – сказал Базз, оглянувшись на меня, Дарби, Мо и Сокса.

Я уставилась на него, не веря своим ушам, мозг мой безуспешно пытался обработать его слова. Базз Лайтер, последний космический рейнджер, выбрал разношёрстную команду кадетов-неудачников и которобота вместо ультраэлитного разряд-патруля?

Ну да, пусть мы только что вместе спасли Т-Кани Один, но...

Нет, постой. Никаких «пусть» или «но».

Мы спасли Т-Кани Один!

А если мы смогли сделать это, мы лучшие из лучших.

Я с улыбкой кивнула:

– Точно, есть.

Группа спасения отвезла нас всех обратно на базу. Перед зданием штаба звёздного командования собралась большая толпа желающих поприветствовать нас. Вау! Когда спасаешь целую планету от неминуемой гибели, новости разлетаются быстро. Мы махали, улыбались и давали пять, проходя сквозь толпу в здание. Группа охраны сопровождала нас, во главе шли коммандер Бёрнсайд и Базз.

В вестибюле штаба висел портрет бабушки в форме коммандера. Это была единственная её фотография на всей Т-Кани Один, где она не улыбалась, впрочем, лицо её светилось хоторновской гордостью.

Я остановилась перед портретом и задумалась о бабушкиных трёх правилах и о том, как они мне помогли.

Правило номер один: никогда не переставать верить в себя.

Да, я была Хоторн, но быть Иззи было так же важно.

Правило номер два: всегда верить в лучшее в людях, даже когда сами они не верят.

Вера друг в друга оказалась нашим самым сильным оружием. Именно она уничтожила робота и его корабль-Зург.

Правило номер три: быть готовой выдержать любое испытание.

Я отправилась в космос и победила свои страхи.

Я, Иззи Хоторн, была храброй.

– Надеюсь, ты можешь мной гордиться, бабушка, – прошептала я. В моём воображении портрет ожил. Я представила себе её тёплую улыбку, её добрые глаза, смотрящие на меня. Я представила, как она протягивает ко мне руку и ласково кладёт ладонь мне на щёку.

«Я всегда верила в тебя», – сказала она в моих мыслях.

Сотрудница службы охраны прочистила горло, и мои мечты развеялись. Бабушка снова стала фотографией, но на мне был её костюм космического рейнджера и со мной оставались мои воспоминания о ней. Они никогда не развеются.

– Сюда, пожалуйста, – сказала сотрудница. Мы нагнали остальную группу. Когда у Мо забурчало в животе, он смущённо улыбнулся.

Коммандер Бёрнсайд махнул в сторону комнаты отдыха с автоматами с едой:

– После такой миссии, как ваша, новому дивизиону защиты Вселенной следует использовать код звёздного командования 28–0–6.2, чтобы восполнить силы. Они вам понадобятся.

Совсем недавно мы были кадетами, которые отсиживались в форпосте, пока вокруг топали зиклопы. А теперь мы спасли наш дом и были повышены до космических рейнджеров. Я училась и тренировалась ради этого всю свою жизнь, но должна признать, было немного странно слышать, как коммандер Бёрнсайд называет нас не кадетами.

Мы все прошли внутрь, но командующий тут же вызвал Базза в свой кабинет.

– Лайтер, – сказал он, не сбавляя шагу. – Ты пойдёшь со мной.

– Да, сэр, – сказал Базз, кивнув, а затем оглянулся на нас. – Звёздное командование ждёт доклада о нашей миссии.

Я кивнула Баззу и проводила его взглядом. У меня было такое чувство, что нам всем необходим отдых и разбор полётов.

Глава 24

Мо сходил к торговому аппарату и взял нам сэндвичей. Он протянул один Дарби и попытался отдать мне другой, но я покачала головой и сказала:

– Нет, спасибо.

Убегая от роботов, крадясь на цыпочках мимо жуков, шагая сквозь космос, спасая Базза от робота и пилотируя «Броненосца», я определённо должна была нагулять нехилый аппетит, однако нет, есть мне не хотелось.

Мне хотелось новых приключений, а не еды!

Мо предложил мой сэндвич Соксу.

– Спасибо, но я робот, – напомнил Мо кот, прежде чем запрыгнуть ко мне на колени. – А вот погладить меня будет очень уместно.

– Ты, безусловно, заслужил это, Сокс, – улыбнулась я, наглаживая его пушистую рыжую голову. Он громко замурлыкал.

Мо рассмеялся:

– Мне больше достанется.

Он плюхнулся на диванчик, закинул на сиденье свои грязные боты и разорвал упаковку своего первого сэндвича, а затем, довольно загудев себе под нос, откусил здоровенный сочный кусок.

– Если ты не уберёшь свои грязные боты с этого дивана, Бёрнсайд тебе назначит условно-досрочное, – шутливо пригрозила ему Дарби.

Он перестал жевать и спустил ноги с диванчика. Он попытался локтем оттереть грязное пятно, но только ещё больше его размазал. Дарби откинулась назад и расхохоталась, но Мо не возражал, он и сам начал смеяться.

– Мы спасли целую планету. Думаю, мне простят небольшой бардак, – сказал Мо, победно потрясая сэндвичем в воздухе.

– Ты прав. И раз мы теперь дивизион защиты Вселенной, надеюсь, Бёрнсайд подчистит моё криминальное досье, – сказала Дарби, задумчиво жуя.

Мо, ухмыльнувшись, сказал:

– Наверняка. А знаешь, из нас вышла отличная команда.

Они стукнули в воздухе жирными кулаками.

Я улыбнулась друзьям, довольная тем, что они, наконец, поладили. Думаю, их сблизило то, что они чуть не погибли вместе. Бывает, что ценить кого-то начинаешь лишь после того, как едва его не потеряешь.

Я спросила их о том, что произошло на корабле-Зурге.

– О, подруга. С чего же начать? – сказала Дарби, продолжая жевать. – После того как вы с котом ушли, этот вот, – она ткнула влажным большим пальцем в сторону Мо, – схватил телепортационный диск и уронил кнопкой вниз, так что он начал раз за разом падать на телепортационную платформу.

Я прикрыла рот ладонью и засмеялась, представив себе всё это.

Сокс тоже захихикал:

– Вот это, наверное, было зрелище.

– Эй, это была случайность! – сказал в своё оправдание Мо.

– Потом нам надо было разобраться, как закрыть дверь в телепортационный отсек, – продолжала Дарби, – и я отыскала кнопку...

Мо перебил её:

– Но когда Дарби нажала на неё, двери закрылись и активировался сигнал тревоги.

Мы с Соксом в шоке переглянулись.

– Это объясняет, почему мы оказались заперты в той комнате с окнами.

Я мысленно перенеслась в то мгновение. Я вспомнила, как страшно мне было оказаться замурованной в комнате, где только стекло отделяло меня от чернильной черноты космоса. Но после того как я проплыла через космос в бабушкином скафандре космического рейнджера и пронеслась через него в «Броненосце», я поняла, что есть вещи намного хуже астрофобии.

Например, потерять друга.

– О’кей, может, я и активировала систему безопасности, из-за чего роботы явились по наши души, но у меня был план «Б», – безмятежно заявила Дарби, подняв палец.

Я подалась вперёд, мне не терпелось услышать, что было дальше:

– И что ты сделала?

– Я взяла телепортационный диск, фантик от конфеты и пожёванную жвачку, чтобы сделать бомбу, и взорвала этих роботов, – ответила Дарби с набитым сэндвичем ртом.

Я нахмурилась:

– Где ты взяла жёваную жвачку?

– У меня. Кстати, она была вкусненькая, малиновая, – довольно улыбнулся Мо.

– Чтобы активировать бомбу, робот должен был наступить на неё, но если бы он промазал, нам бы пришлось пустить в ход что-нибудь тяжёлое, – сказала Дарби.

Вместе они наперебой дорассказали свою историю, включавшую откручивание шурупов, бросание охлаждающего устройства на бомбу и использование шнура капитуляции Дарби, чтобы убраться подальше от взрыва.

– Вау, – сказала я, хлопая в ладоши. – Браво!

– Теперь твоя очередь, – попросил Мо.

Я посмотрела в потолок, представляя себе всю эту черноту и горящие звёзды.

– Мы были в космосе, – сказала я, улыбаясь. Я рассказала им о своём выходе в космос с Соксом и как я поначалу ужасно перепугалась.

– Я там чуть не уплыл прочь, но Иззи спасла меня, – сказал Сокс, уткнув голову в мою ладонь.

Я, улыбнувшись, погладила его, и он громко замурлыкал.

– Я бы и в другой раз поступила так же.

Желание помочь Баззу в его битве с роботом подтолкнуло меня сделать то, что я считала слишком страшным и невозможным.

– Ты недурно сработала, детка, – сказала мне Дарби. – Не так-то просто победить свои страхи. Мы все тобой гордимся. И твоя бабушка тоже гордилась бы тобой.

Я посмотрела на них обоих:

– Бабушка и вами, ребята, могла бы гордиться. Из нас всех получатся замечательные космические рейнджеры.

Только что мы были членами кадетского патруля. А теперь мы космические рейнджеры из дивизиона защиты Вселенной. Достичь своей мечты было прекрасным завершением такого кошмарного дня, как сегодняшний.

Мо опустил глаза на свой скафандр космического рейнджера, заляпанный мясным соком.

– Ага, быть рейнджером прикольно. Как ты думаешь, нам дадут скафандры и ручки покруче?

– Конечно! – заверила его я. – Новое подразделение, новые скафандры!

Мне нравилось носить бабушкин скафандр. Он сослужил мне хорошую службу во время этой миссии, но теперь пришло время убрать его на хранение и обзавестись своим собственным.

– Представьте только, сколько взрывов можно будет устроить с новым оружием, которое нам выдадут, – мечтательно вздохнула Дарби.

– Представьте только, сколько приключений нас ждёт, – сказала я.

Когда подошла очередь Сокса сказать что-нибудь, он промолчал. Поначалу я решила, что, может, коты-роботы ни в чём не нуждаются и ни о чём не мечтают, но потом я сообразила, что его что-то отвлекло.

– Что-то не так, Сокс?

– Я составляю внутренний отчёт по операции «Вечеринка-сюрприз/Кукловод», каталогизирую все произошедшие события для журнала учёта выполнения миссии Базза, – сказал Сокс. Когда он упомянул «Кукловода», Мо заулыбался от уха до уха. Я с трудом подавила желание закатить глаза.

– Однако в моей памяти сохранился тот двойной сигнал на вражеском корабле, который направил нас в неверном направлении. Я не могу подобрать этому логического объяснения, – продолжал Сокс, в голосе его звучало любопытство. Я вспомнила, как смущён был которобот таинственным двойным сигналом.

– Боюсь, теперь мы никогда этого не узнаем, – сказала я.

– Незнание как раз и тревожит, Иззи, – вздохнул Сокс.

Я потрепала его по голове, чтобы как-то поддержать. Может, у котов-роботов всё-таки были свои потребности, мечты, страхи и тревоги, совсем как у людей. Бабушка принимала участие в его проектировании, чтобы сделать его хорошим другом для Базза, и это вполне объясняло, почему он не был бесчувственной железкой вроде зиклопов.

Я открыла рот, чтобы заверить его, что всё будет хорошо, но тут дверь комнаты отдыха открылась, и в неё вошёл Базз. Его взгляд остановился на каждом из нас по очереди. Лицо его было совершенно непроницаемо. Тревога комом встала у меня в горле, мне сразу подумалось, что что-то случилось. Что, если после доклада Бёрнсайду он передумал и не хочет видеть нас в своей команде?

Приготовившись напомнить ему, почему мы заслужили своё место в дивизионе по защите Вселенной, я начала было:

– Базз...

– Готовы к следующей миссии, команда? – вдруг спросил он, и лицо его осветилось улыбкой.

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Бабушкины старые миссии

Иногда после школы мы с папой играли в какую-нибудь из его видеоигр. Однажды мы играли в ту, где наши персонажи должны были вернуть в храм волшебный драгоценный камень, который хотели заполучить злобные растения-монстры, живущие в джунглях. Мы сражались с ними с помощью лазерных мечей. Когда папа уходил с головой в свои видеоигры, лоб его морщился. Его пальцы стучали по разноцветным клавишам и двигали джойстики на игровом контроллере с молниеносной скоростью. Папа любил играть с тех пор, когда он был маленьким. А потом он научил меня.

Поначалу мы играли во все игры на простом уровне сложности, но теперь вышли на уровень эксперт, где победить было сложнее всего.

– Ха-ха, гр-гр, – сказал папин персонаж, отсекая конечности дерева. После того как мы победили в сражении, наши персонажи побежали в храм и вернули драгоценный камень на его законное место.

– Миссия завершена, – объявила игра.

Мы с папой ухмыльнулись и дали друг другу пять.

– Из нас получилась отличная команда, солнышко! – воскликнул папа.

– Ага, точно! – согласилась я и просительно сложила руки. – Пожалуйста, можно мы сыграем ещё разочек?

Папа взглянул на часы на руке и покачал головой:

– Тебе пора навестить бабушку. Её не помешает немного развеселить.

– Вас понял, – сказала я, вскакивая на ноги. Отсалютовав папе, я вышла из нашего жилого блока, чтобы навестить бабушку. Идти до здания госпиталя было недалеко. Когда я подошла к её палате, дверь открылась передо мной.

Бабушка сидела на кровати, с улыбкой глядя в свой планшет.

– Привет, бабушка! – поздоровалась я, забегая в комнату.

Она подняла глаза и улыбнулась мне.

– Привет, солнышко. Иди ко мне.

Я забралась на её больничную кровать и устроилась рядышком.

– Что ты делаешь, бабушка? – спросила я, наклоняясь, чтобы посмотреть, чему она улыбается в своём планшете.

– Просто просматриваю свой старый полевой дневник, – сказала она, показывая мне набросок похожего на осьминога оранжевого инопланетянина с тремя клювами и свой отчёт о встрече с ним.

– Это аборигенный вид на планете на расстоянии многих световых лет отсюда, – объяснила бабушка. – Они живут на деревьях и строят гнёзда, как птицы. Они очень дружелюбны. Баззу они не особо понравились.

– Почему они ему не понравились, бабушка?

– Потому что один случайно упал с дерева и приземлился прямо ему на голову, – сказала она, смеясь своему воспоминанию. – Повезло ещё, что на нём был шлем, а то щупальца у них склизкие, как сопли. Правда, шлем он потом ещё долго не мог оттереть.

Она передвинула пальцем следующую страницу своего полевого журнала, и там была фотография её друга Базза в покрытом слизью шлеме. Она засмеялась ещё сильнее, и я тоже захихикала. В тот день я узнала о чешуйчатых пещерных обитателях, десятиногих собакообразных монстрах и многих других существах. У неё были фотографии красных джунглей, подземных пещер с фиолетовыми реками, зелёных гор и других невообразимых видов со всех концов Вселенной, на которых она побывала.

У бабушки было множество историй о приключениях из тех времён, когда они с её другом Баззом Лайтером были космическими рейнджерами. Вместе они убегали от потоков лавы из извергающихся вулканов и летали верхом на громадных инопланетных птицах, прямо как космические ковбои.

После этих рассказов она отложила в сторону свой планшет и устало вздохнула.

– Это всё для меня уже в прошлом, – сказала она, погрузившись в воспоминания.

– Ты скучаешь по тем временам, бабушка? – спросила я.

– Разумеется, солнышко. Я скучаю по тому времени среди звёзд. Я скучаю по всем этим приключениям, но больше всего я скучаю по моему другу Баззу, – произнесла она.

Я прижалась к ней и сказала:

– Я тоже хочу отправиться в приключения, как ты и твой друг Базз Лайтер.

Она улыбнулась мне, оперев щёку на мою голову.

– И непременно отправишься, Иззи. У тебя будет много-много приключений, как у настоящего космического рейнджера. Может быть, даже вместе с Баззом.

– Как так, бабушка? Разве он не старый?

Она рассмеялась и затрясла головой:

– Нет, солнышко. Это я постарела. Это сейчас сложно объяснить, но я думаю, вы двое будете отличными партнёрами.

Когда я навещала её за день до этого, у неё на маленьком столике возле больничной койки стояла одна-единственная фотография со всеми нами. Она попросила папу принести ей это семейное фото. Но сегодня на столике появилась ещё одна фотография.

Она взяла её и показала мне.

Я знала, что это старая фотография, потому что бабушка была в своей серой форме коммандера и выглядела намного моложе. А рядом в тренировочном комбинезоне стоял Базз. Оба улыбались камере, но бабушкина улыбка была полна гордости.

– Когда он вернётся через год-другой, он мало чем будет отличаться от того, как он выглядит на этой фотографии, – сказала бабушка, указывая на друга. – И он заберёт вас всех домой на Репке.

Бабушка говорила так, будто сама она останется на Т-Кани Один.

– А как же ты, бабушка? – спросила я, нахмурившись.

Она печально улыбнулась:

– Не переживай обо мне, солнышко. Я всегда буду с тобой, что бы ты ни делала и где бы ни была. Потому что я буду здесь и здесь. – Она легонько ткнула меня в грудь и в лоб. Затем она легонько пощекотала меня, и я заёрзала и захихикала.

Когда она зевнула, я тоже зевнула.

У меня слипались глаза, я очень устала.

– У тебя впереди так много приключений, Иззи, – шепнула мне бабушка, когда я засыпала, лёжа рядом с ней.

Во сне в моих приключениях она была со мной.

Глава 25

Несколько месяцев спустя...

Сегодня был тот самый день. Мы пятеро шли по коридору в новеньких скафандрах космических рейнджеров, которые заказал для нас коммандер Бёрнсайд.

Когда Базз докладывал Бёрнсайду о завершённой миссии, он узнал, что звёздное командование отследило подозрительные сигналы, идущие из близлежащего квадранта. Баззу было поручено разобраться с этим при помощи его элитного отряда.

И этим элитным отрядом были мы. Мы стали космическими рейнджерами – вместе.

– Эти новые скафандры просто потрясающие. Наручный бластер, ракетные крылья, – возбуждённо тараторила я. – Парни, как мне бы пригодились ракетные крылья тогда в космосе.

Мо разочарованно изучил свой скафандр:

– Но ручка бы не помешала.

– Ручки для новичков. Вы не новички, – напомнил ему Базз.

Дарби с дерзкой ухмылкой подняла повыше свой ручной бластер.

– Поверить не могу, что мне разрешено носить такое. – Затем она поглядела на свою вторую руку: – Эх, было бы их два.

– У тебя чистое досье, и ты свободна и вооружена. Как ты можешь жаловаться? – спросил Мо, укоризненно качая головой.

– Я тут за хорошее поведение, – напомнила ему Дарби, пожав плечами, – а не за приятный характер.

Сокс, шагавший рядом с нами в своём полускафандре, тоже вставил свои пять копеек:

– Знаете, я никогда не носил штанов, но сейчас без них чувствую себя как-то странно. Я ведь чудно выгляжу без штанов?

– Не, ты выглядишь круто, – заверил его Мо, показав коту-роботу большой палец.

– Как же мне не терпится смотаться отсюда и заняться кодом звёздного командования 28–0–6.2, – сказала я с предвкушением, взволнованная нашей первой официальной миссией.

Базз повернулся ко мне, приподняв брови:

– Ты говоришь о перекусе?

Я растерянно заморгала:

– Что?

– Потому что ты сейчас назвала код для перекуса, – сказал Базз, усмехнувшись.

– Нет, ничего подобного, – настаивала я, качая головой.

– Э, кажется, я тут услышал код потребления питательных веществ? Нам отложить запуск? – спросил кто-то по интеркому у нас над головами. А ведь я уже решила, что после стольких лет изучения бабушкиных учебников ни за что не спутаю код звёздного командования 28–0–6.2 и код звёздного командования 28-0-6.3.

Я с улыбкой покачала головой:

– Нет, всё в порядке. Извините. Спасибо.

Хотя сэндвич мясо-хлеб-мясо – это звучит соблазнительно.

– Бывает, – сказал Базз, положив руку мне на плечо.

Мы прошли мимо статуи бабушки в её форме коммандера, и при виде её у меня стало тепло на душе. Она всегда знала, что однажды я стану космическим рейнджером, взмывающим в космос бок о бок с Баззом. Она видела лучшее во мне задолго до того, как я сама научилась его видеть.

И теперь в каком-то смысле она была со мной, придавая мне сил. Не просто как статуя, но в воспоминаниях.

«Из тебя выйдет отличный космический рейнджер».

И вышел, бабушка. Вышел.

Мы прошли в громадный пусковой комплекс. Наши боты простучали по большой эмблеме корпуса космических рейнджеров на цементном полу. Яркие лампы на потолке светили на нас так, что новые скафандры сверкали. А перед нами сверкал и наш новый корабль.

По традиции космических рейнджеров Базз провёл пальцами по сияющему корпусу корабля, и мы все последовали его примеру. Оказавшись внутри, он, как наш пилот, занял место капитана. Как второй пилот, я села рядом с ним. Я восторженно осмотрела необъятную консоль с экранами, кнопками, переключателями и рычагами. Я радовалась, что знаю название и функцию каждого.

Мо и Дарби сели позади нас. Терпеливый Сокс оставался на полу у наших ног, ожидая распоряжений от Базза.

Голос коммандера Бёрнсайда раздался по интеркому в кабине пилота:

– Приветствую, команда. В качестве элитного подразделения защиты. Вселенной корпуса космических рейнджеров звёздного командования вам предстоит защищать галактику от угрозы вторжения со стороны любого известного врага Галактического альянса.

Хотя роботы и корабль-Зург больше не представляли для нас угрозы, мы вовсе не были избавлены от опасности.

Как первый и второй пилоты, Базз и я провели предпусковую проверку, щёлкая переключателями, нажимая кнопки, дёргая рычаги. Наш корабль медленно выкатился в пусковую шахту, затем пристыковался к пусковой вышке и встал вертикально в стартовую позицию.

За мгновение до старта я сделала глубокий вдох и выдох, чтобы успокоить бурлящее возбуждение.

Базз взял прямоугольный картридж и вставил его в панель управления.

– Здравствуйте. Я ваш интерактивный вокально-активируемый навигатор, – поприветствовал нас дружелюбный голос ИВАНа.

– Рад снова слышать тебя, ИВАН, – сказал Базз с явным удовольствием.

– Капитан Лайтер, приготовиться к старту, – отчеканил диспетчер по интеркому.

Базз улыбнулся всем нам, затем посмотрел на небо в конце вертикальной пусковой шахты. Через несколько мгновений мы рванём вверх, сквозь слои атмосферы и дальше. Я посмотрела на него, и лицо у него сделалось пустое – он явно ушёл в свои мысли.

– Базз? – спросила я.

– А? – Он моргнул так, слово совсем забыл, где и с кем находится.

– Ты в порядке?

Мой вопрос вызвал у него улыбку, и он снова стал старым добрым Баззом.

– Теперь да, – успокоил он меня. Я улыбнулась ему в ответ, уверенная, что мы готовы встретить всё, что нам пошлёт судьба.

Сокс подпрыгнул с пола, на лету открыл кончик своего хвоста и вставил контакт в паз, чтобы подключиться к панели управления. Кабину пилота затрясло сильнее – корабль готовился к запуску.

– Итак, космические рейнджеры. Вперёд, – сказал Базз.

И тут меня вдруг как током ударило: после бесчисленных лет мечтаний и подготовки – вот оно. Я – космический рейнджер. И что самое важное, я сделала это сама. Я преодолела свой страх и сделала всё по-своему – именно так, как должна была.

Я протянула Баззу палец, и он прикоснулся к моему пальцу своим, а затем мы синхронно отдёрнули руки и изобразили звук взрыва.

– Бесконечность... – начала я.

– Не предел, – закончил Базз.

Будь готова, Вселенная. Космический рейнджер Иззи Хоторн уже в пути.

Content

Бетани Баптист - Базз Лайтер. Бесконечность не предел

Литературно-художественное издание

Пролог

Глава 1

Глава 2

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Привет из прошлого Иззи и бабушки

Глава 25