Алекс Каменев

Будущее 2

Глава 1

Российская Федерация. 2035 год

Тренировочная база «Сибирь-5».

Комната отдыха. 18:15.

— «… но позвольте, это не просто чьи-то голословные утверждения, а статистические данные, подтвержденные независимыми экспертами и наблюдательными советами различных агенств, отслеживающих экономические тенденции на всем мировом рынке», — сидевший в студии в крайнем правом ряду эмоционально взмахнул руками.

Его оппонент, неприятный тип с прилизанными волосами со слишком большим количеством геля, брезгливо поморщился. Он выпятил губу и презрительно бросил:

— «… вы не можете делать подобные заявления, факты…»

— «… факты вещь упрямая, — мягко ввязался третий участник передачи. — И боюсь в этом случае вы неправы. Слова Якова Львовича о прямой взаимосвязи между снижением уровня населения в странах западных режимов и улучшением экологической обстановки в некоторых районах планеты подтверждены на практике сотнями сторонних наблюдателей.»

— «… каждый западнец потребляет столько же ресурсов сколько хватит для нормального проживания тысячи жителей Африканского континента!» — экспрессивно воскликнул первый эксперт.

Ведущий, сидевший в центре студии, бросил короткий взгляд на лежащую перед ним пластинку планшета и кивнул, подтверждая данную в эфир информацию.

— «… вспомните хотя бы о продовольственной проблеме. В так называемых США каждый год выбрасывалось и продолжает выбрасываться гигантское количество еды и при этом в мире голодает огромное число людей. В то же время со стороны американского правительства звучат лицемерные заявления о сожалении, что столько человек каждый год погибает от голода, — эксперт сделал паузу и веско обронил: — Это лицемерие людоедов».

Смотрел он при этом на прилизанного, тем самым четко давая понять, кого из присутствующих относит к пособникам людоедских режимов.

На несколько секунд в студии наступила пауза. От прозвучавших слов повеяло холодком лишения гражданства и принудительной депортацией.

— «… кхм, — откашлялся ведущий, как и полагается, он пришел в себя первым. — И какой по вашему мнению есть выход из ситуации? И есть ли он вообще?»

— «Безусловное сокращение количества населения западных режимов до приемлемых значений! — решительно рубанул мужчина слева. — Данный шаг позволить перестать добывать ресурсы в таких огромных количествах. Саму территорию США необходимо расчленить на несколько зон, и разместить остатки населения в специально отведенных резервациях, с режимом выдачи всех необходимых для жизни вещей строго по разработанным нормативам!»

В пробежавшей внизу подписи указывалось, что это был председатель общественного движения «За справедливый мир».

Категоричное заявление не вызвало особого шока среди участников программы. Только прилизанный брезгливо поморщился, но тоже ничего не сказал.

— «И какое вы считаете приемлемое значение?»

— «Не больше двадцати миллионов. Этого более чем достаточно. Больше американцев не нужно. Они слишком много потребляют ресурсов. Из-за их безответственного отношения к природе, человечество и так имеет множество неразрешенных проблем. Тоже самое касается европейцев и всех остальных сателлитов западных режимов».

Степенный мужчина, сидевший справа и до этого не проронивший ни слова, глубоким баритоном произнес:

— «… и не стоит забывать, что подобный подход самым благоприятным образом скажется на экологической обстановке в мире».

Мелькнувшая внизу экрана строчка сообщила, что говорил представитель комитета Сената по защите окружающей среды.

— «… если довезти число жителей Европы и США до определенного уровня, то загрязнение автоматически снизятся и биологический баланс будет восстановлен. Чрезмерное потребление жителей западных режимов в прошлом не раз служило причиной ухудшения экологической обстановки в самых разных частях мира. Их действия походят на действия саранчи, они сжирают перед собой все, оставляя позади лишь выжженную пустыню».

— «Думаете просто так они использовали против России бактериологическое оружие, приведшее к гибели миллионов наших соотечественников? — влез первый эксперт. — Им были нужны наши ресурсы. Без них их система по пожиранию всего и вся начала давать сбои».

— «К счастью, мы вовремя успели нанести контрудар, и проблема недостатка в полезных ископаемых у западнецов отступила на второй план в следствии недостатка самого населения», — быстро вставил ведущий, тонко уловивший подходящий момент для такой ремарки.

Присутствующие рассмеялись. Даже прилизанный выдавил из себя ухмылку. Слишком много погибло людей в России от американских вирусов, любое упоминание об ответных мерах на территории западных стран среди российского населения встречалось с мрачным удовлетворением.

— «Но не значит ли то, что количество людей в западных режимах значительно сократилось, проблема чрезмерного потребления уже решена?» — как настоящий профессионал своего дела, ведущий мягко вернул дискуссию в русло основной темы, не дав участникам слишком отвлечься.

Важный представитель Сената покачал головой.

— «К сожалению нет. Мы, конечно, неплохо почистили эти „авгиевы конюшни“ … — он сделал паузу и подмигнул первому эксперту. — Если вы понимаете, о чем я…»

В студии снова раздался сдержанный смех.

— «… но к сожалению на данный момент этого явно недостаточно. Поэтому наш комитет предлагает…»

Что там предлагал сенатский комитет по защите окружающей среды Андрей не дослушал, вместо этого махнув рукой, выключая телевизор.

Кроме него в комнате отдыха находилось еще несколько ребят, но все в основном сидели на длинном диване, копаясь в собственных планшетах.

Андрей машинально бросил взгляд на комм. Широкий, но тонкий браслет на запястье в спящем режиме выводил на дисплей только время. Тусклые цифры (минимальный режим яркости для экономии аккумулятора — полезная привычка, привитая инструкторами-преподавателями) показывал половину седьмого вечера.

До конца «свободного времени» оставалось еще полчаса. Чем бы заняться? Может сходить в тир и опробовать прототипы новых винтовок, поступивших буквально на днях?

Или бассейн? Как огневик, он не очень любил находится в окружении противоположной своей сути среде, но плавать любил с детства и не смог отучить себя от этой привычки.

А может посмотреть новую полосу препятствий? Не пробежать, а просто глянуть, что там еще нового придумали умники из хозчасти обеспечения.

— Сидишь? — голос раздался над головой неожиданно.

Девушка подкралась незаметно, возникнув позади кресла, словно призрак и встала так, будто уже долго стояла, став едва ли не одним из предметов интерьера.

Андрей незаметно вздохнул. У него так никогда не получалось.

— Сижу, — согласно сказал он и повернул голову.

Так и знал, Катька, точнее курсант Екатерина Рокотова. Только у нее получилось двигаться будто у призрака. Хотя по направленности она была чистым целителем.

Ладная и стройная, она была мечтой всех мальчишек в лагере. С тугим хвостиком на затылке, высокая и подтянутая, развитая не по годам. Резвая и подвижная как ртуть, на площадке по занятиям рукапашке, пользуясь своей внешностью безобидной лани, она часто повергала противников жесткими стремительными ударами.

Андрей неосознанно почесал скулу, ему тоже пару раз приходилось ловится на этот прием. А как иначе, когда выходишь на посыпанный песком круг, и видишь, что напротив стоит не какой-нибудь хмурый громила, а улыбающаяся девчонка, красивая аж жуть, то поневоле теряешь бдительность.

Он сам не раз видел, как Катька улыбалась, пацаны «плыли» от этой улыбки и получали в лоб крепким кулачком, усиленным даром целителя. И все, спарринг закончен. Уносите готовенького.

Поглядев на девчонку, Андрей отметил, что она находилась в облегающем полевом комбезе. Значит только с тренировки.

Имелся у них еще парадный вариант формы одежды, сделанный специально под них: рубашка, брюки, френч-мундир, галстук, берет — все черных и серых цветов. На лацкане обязательно значок в виде темного треугольника одним концом вниз — непременный атрибут для всех «странных» для обозначения своего статуса.

Андрей как-то одевал парадный вариант для примерки. Выглядело и правда красиво. Представительно. Но, к сожалению, эту форму одежды они почти никогда не носили. Случаев не было. Да и куда? Все время курсанты проводили либо на тренировочных полигонах, либо в учебных классах, либо в медитативных залах.

Последнее обязательно. Внутренний самоконтроль, умение концентрироваться, и дисциплина разума считались одними из важнейших предметов. Только благодаря этим навыкам удавалось держать способности в узде, не становясь разрушительной силой для окружающих.

Бывали случай. Эмоциональные срывы и игры гормонов, заканчивались не банальной подростковой истерикой, а чем-то намного более страшным.

Например, пятый корпус сгорел именно из-за одного съехавшего с катушек огневика. О чем конкретно они там с приятелями сильно поспорили никто толком не знал, но в результате произошел неконтролируемый всплеск силы. Молодой пиромант просто не сумел удержать под контролем вырвавшуюся на волю стихию и сам сгорел, и сжег тех кто оказался поблизости.

Даже особые системы пожаротушения, специально разработанные под требования базы «Сибирь-5», не смогли потушить огонь, еще долго бушевавший в корпусе.

— Говорят опять готовится выход, — нейтральным тоном произнесла Катька.

— Да? — Андрей заинтересовано повернул голову.

В последний раз «на практику» как это здесь называли, ходили они вчетвером. Он, Катя Рокотова и еще два человека. Все из старшего поколения, тех, кто появился в лагере одними из первых, а значит имел лучшую подготовку.

Тогда они охотились на амерских диверсантов. Их появление засекли заранее, но вместо антидиверсионных групп начальство решило попробовать обкатать молодых бойцов из Черного легиона — специального боевого подразделения в структуре Пси-Корпуса, целиком состоящее из «странных».

Оказалось не так уж и сложно. Их навели, выбросили над точкой. Проконтролировали, чтобы никто не ушел.

Единственный прокол — один из членов группы получил ранение. Пермяк — Пермяков Сергей (несмотря на фамилию, был он с Урала) неосторожно бросился вперед и нарвался на пулю. Потерявший мать от «серой лихоманки», привезенной в город казахстанскими дальнобойщиками, у него имелся свой счет к амерам, вот и не выдержал.

К счастью броник, сделанный по спецзаказу, сдержал выстрел, хотя пули у пиндоских ублюдков оказались не из простых и легко пробивали стандартный армейский бронежилет.

Но в целом все закончилось хорошо. Амеров зачистили, вернувшись без потерь.

— Известно куда? И за кем? — Андрей уже встал и теперь упирался в один из подлокотников кресла коленом, скрестив руки на груди.

— Пока неизвестно, сам же знаешь, что такую информацию держат до последнего, — Катька томно потянулась, затянутая в ткань плотного комбеза грудь приподнялась, провокационно оказавшись почти на уровне глаз парня.

Андрей про себя от души выматерился, ругая дерзкую провокаторшу, но нашел в себе силы спокойно смотреть Катьке в глаза, а не куда-то еще.

Как ни странно, сдержанность огневика понравилась целительнице, она не стала смотреть насмешливо, как обязательно случилось бы, если бы парень уставился жадным взглядом на ее грудь.

— Кто пойдет? — все так же сохраняя спокойствие спросил Андрей.

Рокотова пожала плечами.

— Не знаю. Скорее всего опять две наши двойки.

Андрей медленно кивнул. Ясно, значит старая группа. Он, Катька, Пермяк, и Лиса. Последняя — Василиса Ткачева, как и он, относилась к огневикам. Они состояли в спарке и неплохо научились действовать вдвоем, усиливая воздействие друг друга.

Пермяк обладал не совсем обычной способностью. Он не был ни сенсом, ни целителем, не умел швырять молнии, ни что-то другое. Зато он обладал колоссальной физической силой и мог по желанию ее увеличивать. Говорили, это как-то связано с внутренним устройством организма.

Чудовищная сила приводила в ужас даже видавших многое инструкторов. Всякие мелочи вроде ломки подков голыми руками остались для него забавой еще года два назад. Сейчас Пермяк легко мог куда большее, например без труда сдвинуть автомобиль с места простым толчком, разломать на куски титановую пластину из броника или превратить в кровавое месиво амерского диверсанта, проломив тому грудь всего одним ударом.

— По непроверенным слухам из админки, для нас это будет своего рода выпускной экзамен. После этого нас направят в распоряжении оперативного подразделения Пси-Корпуса, — небрежно сказала Катя.

Админкой в лагере называли административный корпус. Рокотова часто использовала свою красоту и природный шарм, чтобы вскружить голову кому-то из клерков, занимающихся бумажной работой, чтобы узнать информацию, обычно недоступную для простых курсантов.

— То есть, нас выпустят в большой мир? — не поверил Андрей. Сердце на секунду предательски екнуло. Он ждал этого уже очень давно.

— Похоже на то, — Катя пожала плечами.

В это время у них одновременно подал сигнал комм, оповещая о срочном сборе в зале тактических совещаний. Не сговариваясь оба курсанта развернулись и легкой рысью побежали в сторону выхода. Их ждал полевой выход и долгожданная свобода от круглосуточной опеки строгих инструкторов.

Глава 2

Российская Федерация, 2035 год

Тренировочная база «Сибирь-5».

Аэродром. 21:15.

— Вот наша «повозка», — старший наставник кивком указал на выезжающий из ярко освещенного ангара самолет.

Транспортник имел обтекаемые формы и турбовинтовые двигатели, издававшие низкий гул. Сигнальные красные огни на крыльях и в покатом подбрюшье прерывисто мигали, обозначая присутствие в ночное время.

Вдоль широкой взлетной полосы из бетонных плит стояла пара десятков машин различного класса. Едва заметные в сгущающихся сумерках, их тип можно было определить лишь по неясному силуэту.

Андрей по привычке прищурился, пытаясь понять, что за аппараты там выстроились. Вроде есть ударные вертолеты поддержки, еще пара легких винтовых «фанерок» для отработки прыжков с парашютом, и несколько совершенно незнакомых машин, похожих на конвертопланы, однажды виденные им в журнале современной военной техники.

Неужели привезли новинки на «опробовать» на их базу? Эти аппараты специально создавались многофункциональными, как для действий в условиях городской черты (высадка десанта на крышу домов, огневая поддержка с воздуха), так и в качестве транспорта для переброски на средние расстояния.

Андрей жадно вытянул шею, пытаясь рассмотреть заинтересовавшие его летательные машины, но в этот момент их турбовинтовой самолет прогудел рядом, закрывая корпусом предмет интереса.

Отдельно стояли два широкофюзеляжных тяжелых военных транспортника. С этими мастодонтами все понятно, для переброски личного состава до батальона включительно. В случае необходимости они служили в качестве средства экстренной эвакуации сотрудников базы. Для таких монстров взять на борт всех учащихся и преподавательский состав не составит большого труда.

Их «повозка» тем временем окончательно выкатилась из ангара и стала медленно ехать по взлетному полю.

— Живей-живей! Все на борт! — вдруг резко закричал наставник.

Курсанты поняли, что никто не собирался останавливать транспортник ради них и придется заскакивать на ходу. И точно, спущенная не до конца рампа гостеприимно открыла путь внутрь грузового отсека.

Четверо подростков, затянутые в черные комбинезоны, с рейдовыми рюкзаками за спиной, бодрой рысью рванули по взлетке, догоняя самолет.

Первой внутрь ловко вскочила Рокотова, за ней тенью скользнула Лиса, Андрей был третьим, Пермяк четвертым, последним заскочил старший наставник-инструктор, проследивший чтобы никто не оступился и не промахнулся, оставшись на аэродроме.

С тихим звуком рампа поднялась, закрывая кормовой люк. Рифленые подошвы ботинок с высокой шнуровкой курсантов протопали по ребристой поверхности трюма.

Грузный Пермяк, стройная Кэт, собранный Андрей, смешливая Лиса — они молча прошли по пандусу и без слов устроились на жестких сиденьях, зафиксировав положение ремнями безопасности.

Через минуту грузовой отсек наклонился, навалилась тяжесть, и стало понятно, что транспортник пошел на взлет.

Первые полчаса ничего не происходило, наставник пропадал в кабине пилотов о чем-то переговариваясь с землей. Участникам рейда тоже говорить не хотелось и каждый занимался своими делами. Пермяк беззаботно дремал, Лиса играла в какую-то игру на комме, Катя внимательно изучала что-то на планшете, Андрей медитировал, пытаясь настроится на боевой транс и гадая, получится ли у него снова «войти в поток», как случилось в стычке с американскими диверсантами.

Тогда это здорово помогло, тело словно знало, что и когда делать, оттеснив беспокойный разум, охваченный волнением (как-никак первый настоящий бой), на второй план.

Огонь в тот момент для него словно стал живым, пламя подчинялось беспрекословно, будто на мгновение превратившись в часть самого Андрея. Это было невероятное ощущение.

А вот Лиса, поддерживающая его, ничего тогда такого за собой не заметила.

Андрей покосился на невысокую смешливую девчонку, выделявшуюся из рядов других курсантов прямо-такие «огненными» волосами. Рыжий цвет невероятно шел ей, особо подчеркивая направленность способности.

— Все нормально? — зачем-то спросил он.

Девчонка с бесенятами в озорных глазах лишь мельком обернулась, улыбнулась, кивнула и снова вернулась к игре.

Иногда он воспринимал ее младшей сестрой, иногда просто другом, но как о девушке почему-то никогда не думал.

Другое дело Рокотова, Андрей бросил быстрый взгляд на стройную девушку, сосредоточенно копавшуюся в планшете. При одном взгляде на нее вспыхивало желание. На такую хочешь не хочешь не сможешь смотреть как на друга, тем более воспринимать младшей сестрой.

— Итак, вводная информация о задании, — незаметно появившийся в салоне наставник начал без предисловий. — Направляетесь на Байконур, забираете там «посылку» и отходите к точке эвакуации. Это если вкратце.

Курсанты переглянулись. Байконур? Им не сказали заранее о месте выброски и особенности задания, пообещав проинструктировав на борту. Такая практика подачи информации тоже играла своего рода роль тренировки, быть всегда готовым к любым неожиданностям.

Узнав куда их отправляют Андрей удивленно хмыкнул. Байконур, бывший российский космодром на территории Казахстана — стране, разрешившей разместить на своей территории американские военные биолаборатории и виновная в появлении штаммов боевых вирусов в России, приведших к гибели миллионов людей. После этого столицу и еще несколько городов Казахстана стерли с лица земли ядерными бомбардировками в качестве ударов возмездия.

Теперь перевозки между Китаем и РФ проходили в запломбированных вагонах под жестким контролем роботизированных систем охраны. Если кто-то из местных пытался помешать или остановить грузовой поток, его сразу отстреливали.

Китай, кстати, тоже серьезно пострадал от выпущенной заразы. И даже пытался потом под себя подмять южные области Казахстана. Но там началась какая-то религиозная замутня то ли фундаменталистов-исламистов, поддержанных из Афганистана, то ли еще кого-то, и части НОАК стали нести потери.

Длилось веселье около двух лет и закончилось ничем, в результате китайцы отошли назад, оставив после себя выжженные земли.

Все это время Россия спокойно наблюдала за творившимся бардаком, никак не вмешиваясь в ситуацию. Остатки казахстанских властей пытались обратиться за помощью, но были проигнорированы. А когда пошла миграция с юга на север, подальше от взбешенных китайских солдат, российская армия подогнала реактивные системы залпового огня и начала обстрел, не давая приблизиться к своим границам и выжигая в пределах периферии все живое.

«Весело» тогда было. И длилось с двадцать пятого по двадцать седьмой год, пока окончательно не затихло. И вот теперь Казахстан снова всплыл на картах российских военных.

Все это молнией пронеслось в голове Андрей, вызвав из памяти выдержки из уже ставшей исторической хроники. Он не понимал, зачем туда лезть. Россия давно вышла из всяких СНГ и ОДКБ, никого оттуда к себе не пускала, банально стреляя на поражение в случае приближения к зоне контроля. Зачем их туда посылать?

— Гадаете зачем вас туда отправляют? — озадаченность курсантов не прошла мимо инструктора. Грубое, словно вырезанное из камня мужское лицо прорезала волчья ухмылка.

— Что нам надо забрать? — первой голос подала Катя, хотя по идее должен был это сделать Андрей, как лидер объединенной группы.

Вместо ответа наставник достал служебный планшет армейской модели, отличавшейся массивностью, но зато имевший встроенный полноценный голографический модуль.

— Вот, — несколько нажатий крупных пальцев с жесткими мозолями, которые появляются вследствие регулярных занятий рукопашным боем, вызвали трехмерную проекцию, застывшую в воздухе объемным изображением.

Картинка представляла собой металлическую коробку кубической формы, с какими-то древними разъемами ввода и вывода.

— Информационный блок тип «А-15» модель «КМК-22-15», — прокомментировал инструктор. — Первоочередная задача — вывезти блок в целости и сохранности. Если не получится — уничтожить на месте. Блок находится внутри спутника, так что придется постараться, чтобы его добыть.

— Спутника? — не поняла Лиса.

— Да, спутника, — спокойно подтвердил старший наставник. — Космическая игрушка, которую в свое время не запустили на орбиту и забыли в ходе эвакуации, посчитав уничтоженной. О нем стало известно только недавно и было принято решение забрать инфо-блок обратно, так как внутри находятся данные, до сих пор представляющие интерес для наших врагов.

— Да он там сгнил уже давно, — прогудел Пермяк равнодушно. — Сколько лет прошло? Десять?

Инструктор кивнул.

— Десять — с момента эвакуации всего персонала Байконура. Но это неважно, блок памяти там такой, что будет хранить информацию хоть двадцать, хоть тридцать лет. Аппарат военного назначения имеет повышенные сроки эксплуатации.

Андрей вспомнил, как Россия после вывоза сотрудников космодрома, уничтожила стартовые площадки для запуска ракет воздушными ударами, и задал логичный вопрос:

— Почему не использовать крылатые ракеты? И разве спутник уже не устарел?

— Спутник устарел, но для особо невнимательных повторяю — забрать надо не сам спутник, а только информационный блок, который до сих пор хранит секретные данные, — наставник замолчал, словно раздумывая говорить ли об истинных причинах операции. — Что касается ракетного удара… кхм… он, конечно, может быть нанесен и проблема с утечкой данных будет решена. Но есть причины, по которым в определенных кругах считают, что делать это преждевременно.

Еще раз помолчав, инструктор все же сообщил о непонятной ситуации. Если коротко, то узнав о блоке, вояки из разведки сначала хотели действительно отправить парочку тактических крылатых ракет воздушного или наземного базирования. Возможности позволяли. Но потом вышли на Пси-Корпус с предложением о проведении миссии.

Почему не отправили свой армейский спецназ? Тут начинались хитрости. Если задействовать боевые подразделения, то по официальным каналам пройдет вся информация. Но оказалось это операция не главка Минобороны, а южного стратегического командования, точнее одного из его подотделов, занимающихся чистой разведкой. У них просто нет силовиков для проведения такой операции. Они не захотели делиться славой (в таком случае генералы из штаба прикарманили бы все успехи себе) и обратились к смежникам (Пси-Корпусу), рассчитывая получить свои плюшки.

Короче, кое-кто хотел выслужиться и решил пойти нестандартным путем. Сидящие в высоких кабинетах Управления решили не отказывать и подыграть, обкатав своих подопечных и заодно заполучив должников из военной разведки.

Внутриведомственные подковерные интриги — Андрей понимающе кивнул. Об это им тоже преподавали на одном из курсов. Даже рассказывали, как использовать амбиции отдельных личностей в собственных интересах.

Так что ни Андрей, ни другие курсанты особо не удивились объяснению, приняв задание, как данность.

— Откуда они вообще узнали о спутнике? Прошло почти десять лет, — Пермяк как всегда метко подметил несоответствие.

— Один из старых сотрудников Байконура сообщил, — ответил инструктор. — Пенсии стало не хватать на жизнь, вот и вспомнил интересный факт из своей прошлой жизни. Попросил прибавку в ответ на «интересные сведения». Какими-то неведомыми бюрократическими путями информация дошло до разведки, там подсуетились и узнали о спутнике.

Курсанты переглянулись и пожали плечами. В принципе не так уж и важно, откуда вояки вызнали о забытом космическом барахле.

Наставник помедлил, обвел внимательным взглядом подопечных и четко произнес:

— Что касается вашего поощрения, то после выполнения задания, сможете рассчитывать на перевод в оперативный отдел тактических операций Пси-Корпуса.

— Нам позволят уехать из тренировочного лагеря? — с надеждой спросил Андрей.

И обломался. Старший инструктор покачал головой.

— Нет. На базе вы будете еще целый год, пока не стукнет шестнадцать. Такова программа обучения, утвержденная на самом верху, — он потыкал куда-то в потолок, где, разумеется, ничего кроме самолетного корпуса не было.

Андрей с Катей обменялись недовольным взглядами, они рассчитывали на большее.

— Однако, — как ни в чем не бывало продолжил инструктор, увидевший тень недовольства на лицах курсантов, но сделавший вид, что ничего не заметил. — В статусе действующих оперативников вам будут предоставлены определенные привилегии. В частности, сразу после зачисления в штат, на ваши имена будут открыты банковские счета, куда будет перечисляться денежное довольствие и бонусы за участие в каждой отдельной операции Корпуса.

Теперь переглянулись все четверо. Это уже выглядело более заманчивым. К тому же, если они будут работать полевыми агентами, то действовать скорее всего будут в том числе и на территории городов. Что намного лучше, чем лазить по лесам и степям.

— Что касается всего остального, то узнаете позже, — старший инструктор-наставник встал. — Могу лишь сказать, что сразу по возвращении, если все пройдет удачно, вас отправят в распоряжение действующего оперативного отдела. Что-то у них там случилось и требуется ваша помощь. Эту же вылазку можете считать своим выпускным экзаменом. Все ясно?

— Так точно, — дружно гаркнул курсанты, слегка наиграно изображая бравых вояк.

Кем-кем, а обычных спецназовцев-боевиков из них никогда не делали. Слишком дорогим бы получилось удовольствие тратить столь ценные ресурсы на подобные цели.

— Все. Изучайте тактическую обстановку и маршруты отхода в районе миссии, — наставник кивнул на планшет и вновь отправился в кабину к пилотам, оставляя курсантов одних.

Глава 3

Где-то в воздухе над территорией Казахстана

Борт 11–34 ВВС России.

Грузовой трюм. 01:20.

Сигнал выхода на точку сброса резким звуком пролетел по отсеку. Обычное освещение погасло, включились красные лампы световой маскировки. Рампа медленно поползла вниз, открывая путь в темноту.

Курсанты по очереди шагнули в ночное небо, успев снарядится ранцем парашютной системы. Инструктор-наставник, с закрепленным на поясе страховочным тросом, что-то прокричал и поднял вверх большой палец, показывая, что все готово для десантирования.

Андрей кивнул и пошел первым, переборов страх на секунду, сковавший сердце, от вида темной пустоты, казалось ведущей в саму бездну.

Они уже отрабатывали ночные прыжки с парашютом, но все равно для каждого это стало небольшим испытанием — перешагнуть себя, подавить страх и шагнуть в черную пропасть.

Курсанты подходили по одному к краю пандуса, ветер толкал их обратно внутрь грузового отсека, на мгновение замирали, а затем решительно ныряли в темноту.

Наставник одобрительно качнул головой, когда последний исчез в проеме открытого люка, ребят натаскали как надо, стоило надеяться, что и остальное у них пройдет так же плавно. Выпустивший птенцов на волю, старый солдат, вздохнул и щелкнул по гарнитуре, предупреждая пилотов что выброска завершена и что пора ложиться на обратный курс.

Андрей плотно прижал руки к телу и корректировал полет, точно так как учили его на тренировках. Первое время он не обращал внимание на расстилавшееся внизу черное полотно бескрайней степи, сосредоточив внимание на показаниях приборов и ориентируясь только по ним. И лишь когда высота достигла нужной отметки, он потянул за кольцо.

Рывок. Тело дернуло вверх, руки сами прыгнули к стропам, над головой раскрылось полотно антрацитово-черного парашюта в форме крыла. И только после этого Андрей позволил себе оглядеться.

Надетый на голову прибор ночного видения компактного размера давал возможность смотреть на мир в абсолютной темноте, но толку от этого было мало, внизу расстилалась безжизненная пустыням. Только громады построек мертвого космодрома чернели бесформенными обломками, напоминая о цели миссии.

Стоп. Какие-то источники света все же имелись. И что самое неприятное — поблизости от места их конечного назначения. У склада, где должен находится спутник кто-то был.

Он щелкнул кнопкой и перевел прибор в режим тепловизора. Степь ожила, стали видны различные точки и линии источников тепла. Место откуда шел свет расцвело различными формами.

Люди. И много. Не меньше двух или трех десятков, а то и полусотни. Странные пятна должно быть остывающие двигатели машин. А дергающиеся силуэты необычной формы похожи на костры. Вокруг них и рядом находились человеческие фигуры.

Проклятье.

Задание осложнялось, придется вносить корректировки в изначальный план. Интересно, командование знало, что у точки назначения есть посторонние? Скорее всего. Лагерь туземцев давно срисовали с орбиты, но курсантам не сообщили намеренно. Еще один урок действовать в изменяющихся условиях.

Им не раз говорили на занятиях, что план только до определенного времени остается изначальным, потом как правило обстоятельства начинают меняться и приходиться реагировать, подстраиваясь под новую обстановку.

Как любил приговаривать один из инструкторов по тактике: гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Вот и теперь, им ничего не сказали, чтобы привыкли действовать при недостатке оперативной информации и появлении отвлекающих факторов.

Когда земля приблизилась, Андрей хлопнул ладонью по кнопке фиксатора. Стропы отстегнулись, и черная тонкая ткань за спиной в мгновение ока унеслась в темноту, подхваченная степным ветром.

Парашютная система была одноразовой и складывать ничего было не нужно. Синтетический материал имел свойства к быстрому разложению и уже через пару дней от него останутся лишь лохмотья, в которых с трудом можно будет опознать средство для десантирования.

Рядом беззвучно возникла Рокотова, кивнула за спину, где уже появлялись такие же безмолвные фигуры в черных комбезах.

Андрей поднял на лоб прибор ночного видения и вопросительно посмотрел на напарников.

— Лагерь местных, три километра на юго-запад, недалеко от нашей цели, — тихо проговорил он.

Пермяк и Лиса кивнули, они тоже успели заметить нежданный гостей.

— Предложения?

Возникла пауза. Первым ответил Пермяк, равнодушно пожав плечами.

— Полная зачистка. Их там немного.

Пособникам биологической атаки на русские города он сочувствовал не больше, чем основным виновникам. Если представиться возможность обязательно постарается прикончить парочку другую казахстанцев или грузин.

С ним все понятно, другого ответа Андрей и не ожидал. Он перевел вопросительный взгляд на Лису. Рыжая чуть застенчиво улыбнулась.

— Нам приказали извлечь и доставить информационный блок. Можно обойти с другой стороны и приникнуть в склад с севера.

— Там много искореженного металла, будем ползать до самого утра, — рассеянным тоном буркнул Андрей, успевший в мельчайших подробностях рассмотреть какие-то разрушенные здания и постройки за ангарами. У него тогда еще мелькнула мысль, что хорошо, что на стартовые площадки не надо лезть, вот где сплошное месиво после ракетных ударов.

— Предлагаю для начала осмотреть лагерь, может удастся проскользнуть незаметно, — предложила Катя.

Андрей подумал и кивнул. Действительно, прежде чем принимать решение, не мешает понять на что вообще они наткнулись.

Ползком и пригибаясь они подобрались ближе, заняв наблюдательную позицию на склоне одного из песчаных барханов. На вершину лезть не стали, помня, что именно туда смотрят в первую очередь, когда оглядывают окрестности.

Андрей вытащил из рюкзак электронный бинокль военной модели, имеющий функцию ночного режим и приник к окулярам.

Открывшаяся картина его поразила, он несколько минут наблюдал за происходящим, не веря что видит перед собой. Он ожидал всякого, но не такого.

— Что они делают? — нетерпеливо спросила Рокотова.

Запнувшись, Новиков быстро сказал:

— Едят, спят, готовят еду, испражняются и совокупляются и все это в пределах полукруга, составленного из машин.

Собиравшаяся что-то сказать Катя поперхнулись, помедлила, переваривая услышанное и презрительно бросила:

— Дикари.

Андрей был с ней в общем-то согласен. Увиденное в стойбище (ничему другим лагерь язык не поворачивался назвать, особенного после того как разглядел самые что ни на есть настоящие юрты), не позволяло по другому воспринимать находящихся у склада людей.

Кстати, если посмотреть, то находились они не у того склада, который им нужен, а чуть в стороне, у второго здания, собранного из металлоконструкций.

А так да, дикари и есть дикари. Андрей четко видел, как одна парочка совокуплялась почти на виду у остальных, рядом испражнялся человек, едва зайдя за машину, что не явно не мешало остальным слышать издаваемые им звуки, а в центре всего этого готовили еду на костре.

Выглядела картина сюрреалистично. Как будто фильм смотришь про жизнь в пост-апокалипсисе. Хотя если подумать, для них апокалипсис и произошел, после бомбардировки ядерными фугасами.

— Возвращаются к своим природным истокам. Кочевники и есть кочевники, пусть вместо лошадей у них и раздолбанные китайские пикапы, — ровным тоном произнес он.

Впрочем, лошади тоже имелись, даже несколько штук, паслись в стороне от стойбища.

— Что они тут делают? Не просто так ведь сидят, — Лиса недоуменно нахмурилась.

Верно, причина должна быть. Если судить по расположению, лагерь находился далеко не в самом удобном месте. Пусть местные туземцы и скатились в кочевой образ жизни, соображать ведь они не могли разучится. Значит чем-то их это конкретное место привлекло.

Андрей повел биноклем справа-налево внимательно оглядывая окрестности. Через несколько секунд он понял причину, по которой степняки поставили стойбище именно здесь.

— Они собирают металл, — сказал он спустя минуту.

— Какой металл? — не поняла Лиса.

— Не знаю, — Новиков пожал плечами. — Цветной, наверное. Вот там справа, стоит парень и режет изогнутые балки болгаркой или каким-то другим похожим инструментом, а куски складывает в кузов пикапа.

— А остальные тогда почему отдыхают? — не поняла Рокотова.

— Понятия не имею, — честно ответил Андрей. — Может у них очередность какая. Днем собирали все вместе, а как приволокли в лагерь, пилить поставили очередь. Сначала один, потом другой. Конструкции слишком большие и неудобные для транспортировки.

Предположение было не хуже многих. Мародерство на остатках бывшего космодром выглядела логичнее, чем простое желание местных остановиться тут, просто потому что им так захотелось.

— Мародерят, ублюдки, — сплюнул Пермяк и явно хотел что-то еще добавить, скорее всего насчет того, что Россия строила, а всякие дикари теперь это растаскивают, как шакалы. И звучало бы это убедительно, не уничтожь российская армия сама Байконур крылатыми ракетами, пусть и по весьма объективным причинам.

— Интересно куда они потом его сдают? — недоуменно протянула Лиса.

Андрей тоже задавался этим вопросом и не находил ответов. Промышленность в нынешнем Казахстане как таковой нет. После эпидемий, ядерных ударов и последующего за этим пиз…ца совсем не удивительно что такая сложилась ситуация.

Хотя и до двадцать пятого года — начала отчета конца, местные не могли похвастать особым количеством фабрик и заводов. Это Россия после развала СССР продолжила строить самолеты и вертолеты, атомные ледоколы и подводные лодки, запускать людей и спутники в космос. Остальные бывшие советские республики в плане промышленного развития откатились обратно.

Все это быстро пронеслось у Андрея в голове, но ответила на вопрос Лисы Катя.

— В Китай, — она помедлила и добавила: — Или даже нашим. Несмотря на закрытую границу думаю какие-то каналы связи остаются. Скорее всего через сеть скупщиков и других дельцов подобного рода.

Интересная мысль. Андрей снова приник к биноклю на этот раз перейдя в обычный режим и максимально приблизив картинку.

— Так, оружие у них есть, но обычные автоматы старого образца — АК-43 и тому подобные железяки. Не исключено, что китайского производства. На некоторых вроде есть броники, тоже какие-то потертые и потасканные. Машины, не выглядят новыми, но, судя по всему, на ходу.

Остальные сразу поняли, о чем идет речь: возможно сопротивление, легкой мишенью степняки не станут, в случае провала, могут организовать погоню. А учитывая ровную местность, оторваться от преследования будет непросто, если вообще возможно. Как-никак туземцы знают местность, и ориентируются лучше них.

Задача с тремя неизвестными. Как забрать груз. Как вывезти его. И как нейтрализовать возможную угрозу при эвакуации.

— Зачистить всех, да и все, — мрачно предложил Пермяк.

Судя по всему, ему не терпелось влезть в драку.

— Нам нужен информационный блок, а не эти татаро-монголы или кто они там, — терпеливо объяснил Андрей. — Значит первоочередное — проникнуть внутрь склада, — Он вдруг остро взглянул на Пермяка. — И никакой самодеятельности. Если кто-то хочет убивать, то пусть занимается этим вне группы. Ясно?

Пермяк ответил угрюмым взглядом. Но этого было мало, и Андрей продолжил:

— Я предупреждаю один раз, Сергей, если из-за твои необдуманных действий план сорвется, то на точку эвакуации пойдешь один. А если из-за твоей выходки кто-то из группы пострадает, то я убью тебя лично.

Когда надо он умел быть очень убедительным. Несмотря на то, что голос лидера прозвучал спокойно, и даже безмятежно, Пермяка проняло.

— Ясно?

Здоровяк кивнул. На какое-то время наступила настороженная тишина. Первый голос подала Катя.

— Сзади не подобраться, там сплошные завалы. Справа здание, возле которого трутся дикари. Спереди нельзя, увидят сразу. Остается — левая сторона. Но там глухая стена и похоже нет окон, — она коротко и емко обрисовала диспозицию.

— Может отвлечение внимания? — предложила Лиса. — Пока одни устраивают шум в стороне, кто-нибудь быстро прокрадется внутрь и заберет груз.

Андрей уже в который раз приник к окулярам. Ворота склада-ангара, где хранился спутник оказались закрыты, чтобы взломать замок потребуется время, плюс сделать это бесшумно явно не получится.

И тут до него неожиданно дошло: ворота закрыты. Закрыты. Почему мародеры не влезли внутрь? Или может влезли, но несколько лет назад и внутри давно уже все подчистую вымели? Кто вообще сказал, что «посылка» до сих пор на месте? Десять лет прошло.

И почему он не подумал об этом раньше? На этот вопрос он знал ответ. Потому что у него банально не хватало опыта для подобного рода операций.

Но ведь не стали бы их посылать сюда просто так. Значит вояки из разведки как-то убедились, что блок на месте. Активировали какой-нибудь сигнальный маячок или получили визуальное подтверждение целостности склада.

Ворота, кстати, выглядели именно закрытыми, а не просто прикрытыми. Имелась вероятность, что местные сюда долго не совались, опасаясь радиации. После ударов по городам, они могли логично предположить, что космодром тоже раздолбали ядерными фугасами и обходили проклятое место стороной.

Могло такое быть? Вполне. Как и то, что в конечном итоге у самых безбашенных не выдержали нервы и они не сунулись в потенциально опасное место за ценной добычей.

И кстати, складских ангаров и технологических цехов, оставшихся целыми даже после воздушных ударов, с другой стороны космодрома еще больше. Разграбление могли начать оттуда, а сюда уже прийти после «основного пиршества».

Андрей скрипнул зубами, раздраженный что приходиться действовать в условиях недостатка информации и того, что вынужден строить предположения на непроверенных фактах.

Уже не вызывало сомнений, что это еще одна проверка. Их бросили в темные воды неопределенности и теперь смотрели, смогут ли курсанты выплыть и справиться с заданием.

— Ладно, все равно проверить этот проклятый склад придется, — Андрей мазнул рассеянным взглядом по наручному комму. — Карта указывает на него. Поэтому действуем следующим образом…

Напарники подобрались и стали внимательно слушать лидера.

Глава 4

Территория Казахстана

Окрестности Байконура.

Бывшая зона технического обслуживания. 02:01.

Как проникнуть в место, рядом с которым находится много лишних людей? На ум приходила стремительная атака и жесткое истребление всего живого в радиусе пары километров.

Теоретически, они, наверное, могли это сделать. Однако без гарантий. Поднимется шум, начнется стрельба и неизвестно, сколько еще подобных «кочевий» трется поблизости и не успеют ли вызвать помощь из первого стойбища. Тогда все мероприятие легко превратится в битву на Калке, где их благополучно и похоронят.

Способности способностями, но пули калибра семь шестьдесят два заставляли с собой считаться.

Но что, если не убивать, а просто убрать? Прогнать, сделать так, чтобы степняки сами уехали. Невозможно? Но почему же, если знать на какие точки давить, то идея выглядела не такой уж и невозможной.

— «12–15 мы на подходе, подлетное время 7 минут».

— «Принял. Направление 11, меняем курс, следуем за ведомым».

— «Подкрепление на подходе».

— «Наблюдаем вас, ждем прибытия. Объекты на точке, готовимся».

Такой или почти такой диалог состоялся в эфире, сымитированный Андреем и Пермяком. После «сеансы связи» повторились еще несколько раз.

Как убрать, кто так хорошо устроился? Только испугать хорошенько. Например, изобразив российских военных, действующих на потенциально вражеской территории и проводивших какую-то боевую операцию.

Мы намеренно выпустили это на обычной волне, дикари не дикари, а машины у них имелись, а значит и радио могло оказаться рабочим.

Российские вояки иногда проводили рейды в степях Казахстана, реагируя на подозрительную активность, и местные это знали. Так что дальнейшая реакция не удивила.

Люди в лагерь забегали, кто-то услышал необычные переговоры на русском, взревели моторы, началась суета и не успели мы толком насладится представлением, как основная часть стойбища сдернула с места.

Скорость бегства удивляла. Мы даже заподозрили ловушку и еще битых двадцать минут лежали за барханами, изучая обстановку. Но все было тихо.

Андрей озадаченно почесал затылок и пнул небольшой камешек. Он, конечно, рассчитывал на определенную реакцию, но такого не ожидал.

— Быстро они, — хмыкнул, оглядывая окрестности. — Не думал, что окажутся такими пугливыми.

— Армейская спецура их похоже не очень любит и вырезает при любой подвернувшейся возможности, — рассудительно заметила Рокотова.

Они поднялись и стояли на возвышенности, благодаря черным комбезам теряясь на фоне ночной бескрайней степи.

— Две машины остались, — указала Лиса.

Верно, два пикапа никуда не уехали, причем один имел на рамной балке пулемет, штука для здешних краев редкая и дорогая.

— Кто-то остался, — вынес вердикт Пермяк и хищно оскалился.

Вопрос зачем? Основная масса рванула сразу, едва услышав русскую речь с характерными военными интонациями. Кто тот герой, кто не убежал следом? Может понял, что якобы случайно перехваченный разговор всего лишь жалкая имитация? Тогда он умнее, чем остальные, а значит опаснее.

Андрей потянулся к кобуре проверить оружие. Им разрешили с собой взять только автоматические пистолеты на двадцать бронебойных патронов и по два запасных магазина на каждого.

Больше инструктора перед операцией ничего не выдали, потому что считали, что курсанты сами живое оружие. В чем-то они, разумеется, правы, хотя лично Андрей не отказался бы сейчас от штурмовой винтовки в полном обвесе.

— Пермяк, Лиса — обходите справа. Мы с Рокотовой слева. В освещенные места не суемся, к кострам не подходим, — коротко проинструктировал Новиков членов своего небольшого отряда, и они двинулись к лагерю, обходя его с флангов и захватывая в полукольцо.

Первые выстрелы раздались неожиданно, отработанным движением Андрей и Катя рухнули на пыльную землю, и лишь после этого позволили себя оглядеться.

Бой шел справа. Стрельба нарастала. Пара Пермяка-Лисы нарвалась на кого-то и увлеченно вела бой. Частые звуки китайского калаша перемежались резкими щелчками выстрелов пистолетов, похожих на удары кнута.

— Давай вперед, — Андрей мотнул головой, сам перекатился за холмик какого-то мусора.

Он привстал и сделал несколько выстрелов в направлении откуда шли автоматные очереди. Не для того, чтобы попасть, а чтобы отвлечь внимание от Лисы и Пермяка. Когда выглядывал, заметил, что рыжую прижали к земле, никаких укрытий поблизости нет и что еще немного и невидимый стрелок все-таки нащупает беззащитную девчонку. Этого нельзя допустить.

Его заметили и дали предупредительную очередь поверху, тоже не целясь, а ведя огонь на подавление. Через секунду к первому калашу подключился второй, а за ним и третий.

Проклятье. Их ждали? Или заметили? Наверняка проклятый Пермяк не вытерпел и вылез на освещенное место. Андрей скрипнул зубами. Помедлил, успокаивая дыхание, и снова чуть приподнялся, выбрасывая руку вперед.

Классический файербол пронесся в воздухе, оставляя за собой багровые отсветы, и врезался в крайний пикап. Вспышка взрыва озарила степь, вверх взметнулось яркое пламя.

Огненный снаряд был небольшого размера, но имел высокую плотность и плохо сбалансированные потоки, делавшие его похожим на бомбу. Машину буквально подбросило в воздух, превратив в пылающий шар.

Тут же в груди поселился холод и начал расползаться по телу. Андрей задержал дыхание и медленно выдохнул, мысленно представляя, как по организму катится волна тепла — так его учили на медиативных уроках психотехнике.

Сразу отпустило. Холод пропал, осталась лишь небольшая слабость. Привычным усилием воли отбросив негативные ощущение в сторону Новиков приподнялся, успев заметить, как Пермяк взревел словно раненный буйвол и бросился вперед.

Массивная фигура промелькнула в отсветах пламени и врезалась плечом со всей дури во второй пикап. Машину протащило по земле боком. Раздался вскрик, быстро переходящий в угасающий стон.

Похоже Пермяк, толкнув машину и кого-то прижал с другой стороны. А если точнее — раздавило всмятку.

Прозвучали несколько хлестких выстрелов. Катя зашла с тыла и хладнокровно расстреляла второго стрелка в спину.

Последнего прикончили общими усилиями. Лиса отвлекла всполохами огня, веером разлетевшегося на уровне головы взрослого человека, а остальные не дали ему поднять голову, пока уральский мститель не швырнул чем-то тяжелым, проломив неугомонному степняку голову.

— Все что ли? Какого черта они здесь вообще прятались? — Андрей раздраженно разглядывал труп с лопнувшим будто спелый орех черепом.

Орудие нейтрализации в лице тяжелого куска железа окровавленное валялось рядом. Хрена себе снайпер, Андрей с уважением покосился на подошедшего Пермякова. Это же надо так умудриться попасть из неудобного положения.

— Они были на складе, — Катя указала кивком на приоткрытые ворота второго ангара, стоящего справа от того, который был нужен им.

— И что они там делали? Мародерели?

— Вряд ли, — Рокотова покачала головой: — Вторым стрелком была девка. Судя по ее наспех наброшенной одежде — у них там был тройничок. Похоже она так хорошо ублажала сразу обоих, что они не услышали шума уезжавших машин.

Катя говорила спокойно, несмотря на то, что сама убила эту девку, хладнокровно всадив ей несколько пуль в спину.

— Хорошо потрахались, — хрюкнул Пермяк.

Лиса слабо улыбнулась, откат от применения «силы» давал о себе знать. Фейерверк, который она в последний раз устроила, потребовал выложиться на полную.

— Ладно, кажется больше здесь никого нет, пошли забирать груз, — Андрей качнул стволом пистолета, указывая на двери нужного склада.

Замок удалось выбить без труда. Помещение, заполненное едва ли наполовину какими-то приборами, утопало во мраке. Пришлось снова натягивать приборы ночного видения и осматривать довольно большой по размерам ангар.

Возились долго, искомое по закону подлости нашли в самом дальнем углу. Наверное, поэтому в свое время этот чертов спутник и не вывезли, банально не успев проверить все оборудование. Спешка тогда была знатная, сотрудники космодрома торопились убраться от обреченного места подальше.

Космический аппарат оказался затянуть в пленку упаковочного материла. Разорвав синтетическую ткань и отстегнув фиксаторы-зажимы их глазам, предстала угловатая конструкция с выпирающими частями непонятного назначения.

— Так, секунду, — Андрей остановился.

Перед сбросом их снабдили подробными инструкциями как извлечь информационный блок из недр спутника. В принципе ничего сложного, убрать пару болтов здесь, нажать на выемку там, набрать короткую команду на выскочившей панели с цифровым обозначением.

— Семь, один, тире, пять, девять, три семерки подряд. Ввод.

Что-то щелкнуло, но лоток, который должен был вытолкнуть блок, выехал только наполовину. Пермяк ругнулся и решительно дернул за железяку. Салазки выскочили, потянув за собой пучки проводов.

Информационный блок оказался точно таким, каким его показывали на картинке — металлический куб с портами ввода и вывода. Отстегнув шлейфы с разъемами, Андрей взял «посылку» и засунул ее в свой рюкзак. Груз у них, можно уходить.

— Может здесь еще что-нибудь полезное есть? — Катя обвела помещение рукой. В приборах ночного видения склад казался подернутой сероватой дымкой.

— Даже если есть, нас сюда не за этим отправляли, — отрезал Андрей. — Некогда возиться и осматривать все. Гаврики, которых мы шуганули могут вернутся.

— Вряд ли. Услышав стрельбу и взорвавшуюся машину, они наоборот решат, что русские военные накрыли их недавнее стойбище, а рванут еще быстрее, — не согласился Пермяк.

Но спорить Андрею не хотелось, поэтому он просто приказал:

— Уходим.

Напарники подчинились, Рокотова видно хоть и была против, но что такое дисциплина знала, поэтому проследовала к выходу без возражений.

Они выбрались наружу и только тут Андрей взглянул на комм, автоматически отметив время. Вся операция заняла не больше часа, включая время на десантирование.

Неплохо…

Тут он резко осекся, вызвав меню комма и открыв карту. Вместо пульсирующей точки для обозначение эвакуации он увидел лишь коричневый фон.

— Маяка нет, — как-то буднично сообщил он.

До них не сразу дошло, что он сказал.

— В смысле нет? — удивилась Лиса.

— В прямом. Отключен, — Андрей показал комм.

Все трое полезли в свои, проверяя общую сеть. И действительно, место подсветки для точки отхода просто исчезло.

— Ты запомнил координаты? — Рокотова посмотрела на Андрея.

— Запомнил, — коротко кивнул он. — Но это неважно. Раз маяка нет, значит транспорта не будет. Неужели непонятно?

Они сразу поняли на что он намекал. Еще одна чертова проверка. Смогут ли курсанты самостоятельно выбраться с вражеской территории, без поддержки со стороны.

— Уроды, — сплюнул Пермяк.

Лиса согласно кивнула. Лицо рыжей вдруг стало напоминать мордочку маленького, но чрезвычайно опасного хищного зверька. Окажись здесь сейчас старший инструктор, он имел бы все шансы быть поджаренным разгневанным пиромантом.

— Можно дезертировать в Китай, — как-то спокойно предложил Андрей. — Правда без гарантий, могут взять на службу, а могут отправить в лабораторию для изучения.

— Не хочу к косоглазым, — поморщился Пермяк.

— Есть еще Афганистан, Иран, Индия…

— Хватит, — его остановила Катя, она жестко посмотрела на Андрея. — Не провоцируй, Новиков.

Он пожал плечами.

— Я всего лишь предлагаю варианты. Сразу скажу — захотите уйти, держать не буду.

Все замолчали.

— Сколько до границы? — спросила Лиса.

Уже успевший посмотреть, Андрей ответил:

— По прямой около шестисот километров, по трассе семьсот-семьсот пятьдесят, в зависимости какую дорогу выберем.

В свое время Россия слегка передвинула границы, зацепив северные районы Казахстана для создания фильтрационных зон контроля.

— На трассе могут быть сюрпризы, — нейтрально заметила Катя. — Казахстанские власти хоть и плохо контролируют территорию, но главные артерии стараются держать под присмотром.

— Зато скорость будет выше. По степям бездорожья дольше, — возразила Лиса.

— Верно.

Снова все замолчали, обдумывая ситуацию.

— Даже если прорвемся сквозь посты местных туземцев, нас будет ждать граница, — тяжело вздохнула Катя.

— И там нас положат, — прогудел Пермяк.

Граница охранялась жестко. Управляемые минные поля и автономные роботизированные охотники в свободном поиске, делали приближение к границе РФ делом чрезвычайно опасным.

Видел Андрей как-то в каталоге средства защиты границы. Изобилие поражало. Особенно представляли опасность легкие колесные платформы с боевым модулем, рассекающие по степи, с одной единственной боевой программой — уничтожение всего живого на двух ногах.

Приземистые, выкрашенные в пустынный камуфляж, они могли действовать в составе «стаи» и при случае могли загнать дичь даже в виде небольшого броневика. Благо бортовые средства поражения позволяли.

Плюс эти машинки-убийцы находились в непрерывном контакте с дронами-наблюдателями, постоянно барражирующие в небе. Получалась опасная спайка — воздушные разведчики засекают цель — наземные охотники ликвидируют.

Но выбора у курсантов похоже не оставалось.

— Транспорт есть, — Андрей кивнул на пикап с рамным креплением и пулеметом, которым Пермяк придавил первого степняка. — Машинка китайская, но на ходу. Рокотова садится за руль. Пермяк за пулемет. Мы с Лисой прикрываем сзади. Возражения?

Андрей по очереди оглядел напарников. Никто ничего не сказал. Курсанты развернулись и молча направились к машине. Предстояло преодолеть несколько сотен километров по враждебно настроенной территории.

Глава 5

Российская Федерация. 2035 год

Граница технограда «Рязань».

Входной шлюз. 10:20.

— Не прокатит, — Шуша нервно заерзал на переднем сиденье.

— Заткнись! — зло буркнул я, и мазнул взглядом по окнам автомобиля.

— Не прокатит говорю, — громила попытался повернуться.

Моя ладонь остановила движение вовремя шлепнув по бритому затылку.

— Не дергайся, сволочь, — яростно прошипел я и снова выглянул в боковое окно.

Черные глазки автоматических турелей с двумя скорострельными пушками гипнотизировали своей близостью. Подвешенные под углом, они держали под контролем все окружающее пространство, простреливая насквозь подъездную площадку.

Кажется, такие штуки ставят на ударные вертолеты и бронетехнику. А еще чуть дальше натуральные авиационные спарки. Для этих корпус обычного гражданского автомобиля, что бумага против удара ножом.

Еще дальше и вовсе неведомые чудовища, как бы не корабельные зенитные установки. Направленные на пятачок перед входом эти монстры могли в мгновение ока все вокруг затопить ураганом свинца.

— Не прокатит, — теперь голос Шуши прозвучал глухо. Качок смирился с судьбой, вполголоса понося распоследними словами «придурков», согласившихся на идиотский план.

— Не дергайся, камеры везде.

Все оружие на автоматике, возникнет подозрение, компьютер сразу даст добро на открытие огня без участия оператора, даром что сюда приезжих пускали только по одиночке.

Любое неподчинение, любой неправильный жест — и не успеешь опомнится, как окажешься на небесах. Решение принимают не живые люди, а специально настроенные программы. И если в первом случае, их интересует документы, то во втором идет био-сканирование, и тут уж никакие бумаги не помогут.

Не дай бог датчики что-нибудь засекут, сразу начнется стрельба и даже живые операторы не смогут ее остановить. После пойдет вызов медицинской команды био-зачистки. И отправятся нарушители в качестве тушек в крематории подразделений Минздрава.

— Не прокатит, — уже обреченно прошептал Шуша и прикрыл глаза.

Я не выдержал, крутанув между пальцем Лепесток, и уперев нож в спинку впереди стоящего кресла.

— Еще одно слово и я пробою спинку сиденье ножом, перерублю тебе позвоночник и заставлю сидеть смирно, пока проходим контроль. Ты меня знаешь, я могу это сделать.

Шуша вздрогнул. Но через некоторое время снова заерзал, но уже без слов. Правда хватило его ненадолго, он явно собирался вновь открыть рот.

— Захлопни пасть урод, пока я тебя инвалидом не сделал, — уже не скрывая злобы прошипел я ему на ухо.

Сестра Лерки удивленно, и с явной опаской покосилась в нашу сторону. Она сидела за рулем и в отличие от громилы, демонстрировала поразительное спокойствие. Хотя не могла не знать, что в случае провала сделают с нарушителями пограничного контроля.

Похоже до конца не понимала, с кем ее сестра провела все это время, иначе не удивлялась бы. Или думала, что имеет дело с безобидными беспризорниками? Так спрятанное в лесном тайнике оружие должно было показать, что мы не мелкая уличная шпана.

Со стволами вынужденно пришлось расстаться. Въезжали не просто в окраины, а в сам техноград, а там насчет оружие строго. Это и являлось одной из причин нервного поведения Шуши. За последнее время он успел привыкнуть к помповому ружью, взятого с трупа Немого, и ни за что не хотел оставлять полюбившуюся игрушку.

Но пришлось. Как и мне с Леркой пришлось избавиться от компактных и таких удобных пистолет-пулеметов.

— Давайте я ему мозги поджарю, — с мстительной радостью предложила Лерка.

Шуша дернулась, но быстро застыл, помня о моей угрозе. Рассекать до конца жизни в инвалидной коляске с перерубленным позвоночником он не хотел.

Я повернулся к Лерке.

— Ты тоже заткнись. Забодали, честное слово.

Ее посадили назад вместе со мной. Шушу вперед. Если бы их оставили сзади, то эти двое обязательно бы передрались. Пришлось на заднее сиденье садится мне. Вперед Лерку не пустили, потому что бы получилось, что парни и девушки едут как бы отдельно, что выглядит подозрительно. А так, две парочки отправились в путешествие.

Но рассадка не мешала Лерке и Шуше периодически обмениваться ядовитыми замечаниями. Оба терпеть друг друга не могли и при каждом удобном случае цапались.

— Ты уверена, что пакеты документы пройдут проверку? — спросил я у девчонки за рулем, кажется уже второй раз.

Анастасия — сестра Леры-Валерии, только на первый взгляд выглядела копией сестры, на самом деле отличия имелись, и если приглядится немалые. Цвет волос, общая ухоженность, хорошо подобранный макияж, «взрослая» одежда — все это делало ее старше и отличало от сестрички, больше похожую на уличную пацанку.

Ну и конечно наличие денег. Она была несусветно богата. Настолько, что смогла себе позволить купить полное гражданство России за пять миллионов золотом.

Деньги дали возможность приобрести пакеты документы и для нас. Правда в отличие от оригинала, с такими не рекомендовалась рассекать по техноградам. Окраины, Территории — еще куда ни шло, причем можно устроится вполне легально. Но что касается городов — там ситуация совершенно иная. Установленные повсеместно сканеры рано или поздно выявят подделку и вызовут патруль полисов.

Не поможет и официальное внесение в базы данных, сделанное падким на деньги чиновником среднего уровня. Все цифровые банки памяти регулярно просвечивались вдоль и поперек в поисках несоответствий и нестыковок. Фальшивку находили, особенно если «интересант» часто попадал в поле зрения камер безопасности.

Проще говоря, если уж купил фальшивку, то в сам техноград не лезь, живи на окраинах и не высовывайся. А мы сейчас именно это сделать и собирались. По настоянию все той же Анастасии.

«Линия вероятности показывает, что в Рязани проскочим. А вот если бы направились в технограды Тула или Калуга, то шансы быть пойманными многократно увеличивался» — мысленно передразнил я сестру Лерки.

Провидец хренов…

Шуша вообще думал, что она нам лапшу на уши вешает и постоянно призывал «не доверять вредным бабам, положат нас за них, я тебе отвечаю».

Тоже мне, еще один пророк хренов. Мне тогда здорово захотелось врезать ему, чтобы не каркал. Но подумав, вынужденно признал, что основания для беспокойства имелись. Больно уж вовремя нарисовалась копия Лерки на горизонте. Прямо тютелька в тютельку, когда принималось решение, как поступать.

Кстати, обе девчонки оказались родом не из России. Родились в Малайзии, в чем им повезло. Выбери их родители для проживания находящийся рядом Сингапур и ни о каком гражданстве не могло идти речи.

Сингапур, как и западные режимы относились к зонам изгоев, все их жители считались отверженными с полным запретом на доступ в Сферу. Это автоматически закрывало путь к получению гражданства России и вообще возможности иметь какие-либо дела с русскими компаниями или государственными структурами.

Разумеется, я подозревал, что имелись какие-то исключения (для особо полезных людей вроде ученых или инженеров), но в целом запрет действовал в постоянном режиме. Вид на жительство (так называемое неполное гражданство без возможности участвовать в выборах и дающее лишь ограниченны права) — возможно, при определенных условиях. Полное гражданство для выходца с запада — категорически нет.

Но Анастасия и Лера родились в Малайзии, эта страна относилась к нейтральным, поэтому у девчонок была возможность купить полное гражданство. Правда непонятно, почему этого не сделала Лерка. Деньги у них вроде имелись.

Родители оставили им небольшое состояние, которое первая сестричка благополучно умножила в десятки раз за последние два года, с тех самых пор, как у нее начался прорезаться дар прорицания. Нетрудно играть на бирже, заранее зная куда пойдут котировки.

А вот что касается причин появления двух «странных» сестричек на территории России — это оставалось загадкой. Ни первая, ни вторая толком ничего не сказали на этот счет, лишь расплывчато упомянув о неких родственников, которых они якобы ищут.

Наверняка врут. Подобная отмазка звучала по-идиотски, учитывая, что Лерка находилась здесь без документов, зато ее сестра обладала повышенным статусом. Создавалось впечатление, словно пока одна шерстила технограды, получив внутрь доступ благодаря полному гражданству, вторая оттиралась на дне, играя роль уличной беспризорницы.

Хмм… а может и правда ищут родственников? Или кого-то еще? Или может все проще? Лерка самовольно удрала, использовав для проникновения «серые» тропы. В работе контрабандистов мы смогли убедиться лично, видимо девчонка не стала обманывать и заплатила за услуги нормальным золотом, а не пачками бесполезной резаной бумаги. Сестра об этом узнала и ринулась на помощь, для подстраховки купив так сказать «полный доступ».

Могло такое быть? Наверное да. Хотя и не уверен до конца. С этими близняшками слишком многое непонятного. По дороге, я всю голову сломал пытаясь понять, какого хрена им здесь надо, при таких-то деньгах. Нет в Россию сейчас многие стремились, технограды казались удобной тихой гаванью, чтобы переждать бушующую в большом мире неопределенность. Но слишком уж появление двух девчонок выглядело необычным. Так не переезжают.

— Что-то они долго, — тихо проронила Лерка.

Выходить из машины нельзя, линзы высокочувствительных камер находились с двух сторон и сверху, заглядывая прямо в салон и наверняка просвечивая автомобиль вместе с находящимися внутри лучами невидимых сенсоров.

— Идет, — в тон сестре ответила Анастасия, заранее приспуская кнопкой боковое окно со своей стороны.

К серому неприметному седану не из самых дорогих подходил солдат. Глухой шлем, высокий ворот, выступающие части экзоскелета, скрытые пластинами брони, делали его массивным по сравнению с обычной человеческой фигурой. Расцветка формы армейская — темная зелень с разводами, а не полисов — черное с синим. Шлем наглухо забран, через плечо переброшен АК-33. Судя по положению оружия, опасными он нас не считал. Хотя вряд ли бы к нам кто-нибудь вышел, если бы в чем-то заподозрили. Одна команда с пульта и от машины вместе с пассажирами внутри ничего не останется. А останки потом уберут мусорным совком…

Картинка возможного будущего пронеслась перед глазами так явно, что я поновело поежился.

Черт. А если сестра Лерки ошиблась и розыскной лист все же имел не локальный характер для одного Брянска с окрестностями, а федеральный — на все Территории и технограды? Тогда нас опознают несмотря ни на какие фальшивые документы.

Проклятье, я тоже начал нервничать, став похожим на Шушу. Ерзать не стал, но по спине пробежал холодок. Все-таки в слишком опасное дерьмо мы нырнули.

И все из-за каких-то «линий вероятностей». Девка-провидец была так убедительна, что сумела уговорить нас на такой рискованный шаг. Или мы сами позволили себя уговорить, понимая, что особого выхода в общем-то нет. Сейчас уже не поймешь.

Единственное что нас тогда волновало — это сидящие на хвосте ловцы из Распределителя и висящие в воздухе дроны полисов. И без подсказок было понятно, что рано или поздно рой беспилотников начнет расширять зону поиска, захватывая в орбиту другие районы. И тогда придется бежать. Без вариантов.

Я уже тогда чуть не согласился на авантюру Шуши с товарняком. Уйти по железной дороге выглядело меньшим из зол, когда перед нами появилась такая красивая сестра Лерки, с ходу предложившая решение проблемы.

Почему обычно не верящие никому уличные бродяги ей поверили? Все довольно просто. Она по очереди отозвала нас с Шушей пообщаться наедине и рассказала о нескольких фактах, которые кроме нас самих никто не мог знать.

Тут хочешь не хочешь, а станешь думать, что девка действительно видит будущее. И прошлое заодно. Точнее она видела наше будущее, которое сейчас уже прошлое, еще в то время пока оно не произошло.

Когда она нам это объяснила, у нас сначала вообще ум за разум заехал. Нельзя увидеть прошлое, но можно увидеть будущее, которое потом станет прошлым. Проще говоря, провидец сейчас мог что-то увидеть из будущего человека, подождать, когда это уже произойдет, и рассказать ему, тем самым как бы увидев его прошлое.

Страшная сила, к счастью имевшая свои ограничения. Например, нельзя «смотреть» незнакомого человека. Нас с Шушей, она увидела только тогда, когда мы познакомились с Леркой. Поэтому наше прошлое до этого для нее оставалось тайной. Что лично для меня стало облегчением, не хотелось бы чтобы под боком находился человек, знающий всю мою подноготную.

Поначалу я вообще ее заподозрил в телепатии и обеспокоился. Думал так — если умеет читать мысли, то возможно и влиять на них, воздействую на поведение. Становится послушной марионеткой не входило в мои планы, поэтому я серьезно стал раздумывать на предмет того, чтобы убрать опасную девку.

Это и стало доказательством того, что сестра Лерки не телепат. Если бы она знала, что ее всерьез собираются убить, то не смогла бы вести себя спокойно.

Выходит и правда провидец. Данный факт тоже не добавил спокойствия, но хотя бы не напрягал, как возможность стать чьей-то безвольной куклой…

Между тем солдат подошел к нашей машине, отдал документы и так и не сказав ни слова проследовал обратно. Шуша с облегчением шумно выдохнул. Ворота шлюза дрогнули и начала открываться. Нас пропускали в техноград «Рязань».

Глава 6

Российская Федерация. 2035 год

Техноград «Рязань».

Въезд. 10:30.

Массивные автоматические ворота, способные выдержать удар танка, медленно затворились, открывая дорогу на широкую автостраду.

Шуша мрачно засопел, но ничего не сказал. Ощущение захлопнувшейся ловушки неожиданно накрыло весь салон, заставив вздрогнуть своей осязаемостью.

Дерьмо! Я оглянулся через заднее стекло, взгляд уперся в толстые бронеплиты, поднявшиеся из земли вслед за воротами проходного шлюза. Предчувствие неприятностей буквально затопило сознание. Зря мы сюда все-таки сунулись.

В свое время Рязань здорово перестроили, превратив в техноград за короткий промежуток времени. Было это еще до появления биосканеров, строительство шло по принципу осажденной крепости. Отсюда и высокие стены вокруг города и входные шлюзы под жесткой охраной — все, чтобы не допустить заразу за границы периметра.

Многие районы практически возникли с нуля, возведенные в стиле «техногенного футуризма». А это всегда обилие бетона, и никакой эстетической красоты.

Поэтому вырастили громады в двадцать, тридцать и сорок этажей, созданные для единственной цели — разместить как можно больше людей и защитить их в случае опасности.

Монументальность. Тяжеловесность. Основательность. Массивные высотные блоки и развязки автострад в несколько ярусов. Разветвленная транспортная сеть общественного транспорта и спрятанные под землю коммуникации. И конечно повсеместно разбросанные пропускные пункты (к счастью, по большей частью сейчас уже пустующие) со всем необходимым для принудительной изоляции.

В теории каждый район и даже каждый отдельный блок мог войти в так называемый «автономный режим» и просуществовать на собственных ресурсах какое-то время. Системы фильтрации воздуха, жизнеобеспечения, станции обеззараживания, лаборатории и огромная разветвленная сеть складов с продовольственными и медицинскими припасами позволяли это сделать без особых проблем.

Строительством занимались военные. Расчет на один миллион населения. Потом расширили до двух. Экономно, функционально, никакой эстетической красоты. Это немного портило пейзаж. Однообразие безликих коробок навевало мысли об индустриальном ландшафте. Только несколько зданий, выделяющихся иной формой, вносили разнообразие, вызывая подобие оживления.

При слове «Рязань» раньше возникали ассоциации с древнерусским этносом, стариной и сказочными мотивами из времен Дмитрия Донского и Александра Невского. Но в тридцать пятом году двадцать первого столетия все это выглядело совсем по-другому.

Со словосочетанием «техноград Рязань» перед глазами всплывали образы огромных бетонных коробок высотой в несколько десятков этажей, многочисленные автострады, повисающие в воздухе на несколько уровней, и системы защиты, способные остановить целую армию.

Сейчас это совершенно другая Рязань, где во главе угла функциональность. И такое творилось почти по всей стране — ускоренный процесс урбанизации, искусственно разогнанный под влиянием вспыхнувших эпидемий.

Большая часть населения переселилась в технограды. Новые бастионы цивилизации с подземными и воздушными автострадами и высотными жилыми блоками на многие тысячи человек. Целые кварталы, объединенные в единую сеть с развитой инфраструктурой.

И контроль. Тотальные контроль за всем, особенно за перемещением людей.

Нас окружала холодная красота технологического механизма. Весь город — один сплошной механизм. С точками КПП и перегородками, выдвигающимися из-под земли. По аварийному протоколу любой техноград делился на отдельные зоны, изолированные друг от друга на случай распространения инфекций.

Хотя так было раньше, сейчас меры ослабили, поэтому проезжая мимо очередного пропускного пункта, мы видели лишь закрытые ставни и убранные в бок шлагбаумы.

— Смотрите, это что такое? — Лерка ткнула пальчиком вправо.

Я посмотрел в указанном направлении и увидел нависающую над дорогой бетонную эстакаду, где внизу проходила непонятная конструкция.

— Похоже на монтаж ветки монорельса, — ответила Анастасия, впрочем, не слишком уверенно.

Хрен его знает, на мой взгляд на монорельс это мало походило. Хотя какая в принципе разница?

— Там рабочие, — Лерка кивнула в сторону странной штуки.

Я зевнул. Фигурки в оранжевых робах и касках с бликующими надписями на спине «ЖилгорТехноснаб» меня взволновали мало. Работают люди и работают, чего отвлекать?

— А вон там сборочные цеха и фабричные корпуса производственного кластера, — указала Анастасия, сверившись с картой навигатора и прочитав поясняющую надпись: — Промышленная зона принадлежит сразу нескольким корпорациям и государственным компаниям.

— Ты че экскурсоводам заделалась? — мрачно буркнул Шуша.

Девчонка поджала губы. Я хмыкнул. Да какая к дьяволу разница где тут промка? В смысле знать может и стоило, но в отличие от Брянска здесь она была не заброшена и пахала дай боже, наполненная людьми под завязку. Там уж точно не спрятаться, к системам контроля полисов прибавлялись камеры и сенсоры наблюдения корпорантов, охранявших свои коммерческие секреты почище иных банковских хранилищ. Промышленный шпионаж еще никто не отменял.

Мимо проплыло здания с тяжелой даже на вид бронзовой вывеской «Рязанский институт робототехники». Вот уж точно куда лучше не заходить и даже не приближаться. Контора явно работала на оборонку и за каждым углом сидел безопасник, только и мечтающий поймать какого-нибудь шпиона ради награды.

— Стилет, зацени храм, — Лерка ткнула меня в бок локтем.

Я глянул, через стекло без особого интереса. Когда-то сверкающий собор порядком обвешал и представлял собой жалкое зрелище. Видавший виды забор из кованой решетки с облезлой краской и парочка нищих, сидевших на паперти с какими-то картонками в руках, дополняли образ сооружения.

В свое время с церковью сложилась своеобразная ситуация. Когда появились первые новости о неизвестных болезнях, старые власти пытались сдержать распространение информации, делая вбросы и выпуская в эфир ложные сообщения.

Все это, разумеется, не помогло, и тогда в дело вступила церковь, мощно начав пропагандировать послушание и смирение. Типа, молитесь лучше и вы спасетесь. И другой похожий бред.

Отвлечение внимание сначала испугавшихся, а потом впавших в бешенство людей, не остановило толпу, когда правда просочилась наружу и начались массовые погромы. Когда начали убивать западнецев, сжигая целыми посольствами, попы на свою беду вновь вылезли и вякнули что-то насчет прощения.

К этому моменту руководство страны уже поняло, что выпустило ситуацию из-под контроля, но все еще надеялось остановить глобальную бойню. Ведь тогда на полном серьезе в обществе раздавались призывы нанести ядерные удары по Европе и Штатам.

Раз уж все сдохнут, то чего жалеть выродков? Все одно конец света. И все в таком роде.

Но власти не хотели доводить до такого. Более того, они даже ситуацию с якобы утечкой из американских биолаборатории пытались спустить на тормозах. На мой взгляд, очень глупое поведение.

Более того, находились некоторые деятели, которые не ставили в вину Казахстану и Грузии, что последние разместили на своей территории такие объекты.

Короче ублюдков хватало и у вояк просто не выдержали нервы. Глядеть как умирают твои родственники и знать, что сидящие наверху сами хорошо укрылись от заразы, было выше их сил. Начался захват власти. А если бы точным — истребление всех, кто был против ответного удара биооружием по западным странам.

За свои выступления церковь тоже попала под раздачу, хотя вырезать всех попов, конечно, не стали, только верхушку поставили к стенке, за «прозападную пропаганду и намеренное разложение общественного уклада». Ну или как-то еще, как точно сформулировали приговор точно не помню, вояки никогда не отличались особой фантазией.

Потом, когда все более или менее успокоилось, и власть взяли уже новые люди, к религиозным организациям вновь возникли вопросы. Причем не только к РПЦ, но и к исламским и сионистским учреждениям.

Событие, слишком уж походившее на явление апокалипсиса, взбудоражило многие некрепкие умы, кое-кто из священников начал проповедовать в духе: покайтесь, пока не поздно, примите истинную веру и все в таком духе. И тем самым отрывали от работы массу людей. А ведь тогда было самое сложное время. На кону стояло выживание страны, как государства. Поэтому были вновь предприняты жесткие меры.

Все без исключения церкви скопом были отрезали от финансирования, их обложили налогами и запретили любую деятельность без согласования с государственными структурами. Всех, кто выступал против или пытался протестовать просто уничтожали, применяя особый протокол военного времени.

Так и получилось, что всего за несколько лет, религия в обществе отошла на второй план. Нет, никого не загоняли в атеизм, но если ты начинал орать о конце света, заблудших душах и другой похожий бред, распространяя панические настроения среди населения, то тебя автоматически ждала казнь или длительный срок.

Религиозные деятели потеряли авторитет и влияние, а главное — мощные финансовые потоки, подпитывающие их деятельность со стороны государства.

Когда появились «странные» они попытались реабилитироваться, назвав таких детей посланцами небес… И опять сели в лужу. Властям не нужны были люди, кому могли поклонятся, как новым богам.

В общем, их опять наказали, и снова по финансовой части. Все церковные сооружения (православные храмы, мусульманские мечети, еврейские синагоги — неважно, всех пустили под одну гребенку) перевели в разряд коммерческих зданий и стали драть налоги в три шкуры, заодно установив коммунальные тарифы на обслуживание по максимальному уровню.

Подобные действия, разумеется, не способствовали восстановлению утраченных позиций среди паствы.

И все это накладывалось на новые веяния по возрождению языческих верований, сначала распространившихся среди военной спецуры (всякие там подразделения специальных операций и тому подобные структуры), а затем и среди обычных силовиков.

Вера в Сварога, Хорса, Перуна и других древних богов стало модным веянием, и ответом на падение прежних порядков.

Как по мне, совершенная глупость. Просто поменяли шило на мыло. Отказались от старой системы верований и взяли еще более древнюю, стряхнув с нее вековую пыль.

На мой взгляд — у вояк было слишком много свободного времени, вот и баловались всякими глупостями. Лучше бы делом полезным занялись и прикончили еще парочку миллионов пиндосов…

— А вон и ваши «друзья», — Анастасия кивнула вправо.

Заметив куда она указывала, я автоматически крутанул Лепесток. Шуша нервно дернулся. И лишь Лерка сохранила подобие спокойствие, хотя и дрогнула отвернуть лицо.

Мы уже давно съехали с верхней эстакады, откуда с таким удобством рассматривался город, и двигались по обычной дороге, в данный момент проезжая мимо прямоугольного здания, выкрашенного в черный и синий цвет.

Полисы. И судя по размеру, как бы не центральный участок. Вон сколько патрульных перехватчиков на стоянке и даже целый гребанный броневик. В отличие от недавно виденной церкви, оплот правопорядка сверкал свежей краской и огромной голо-проекцией с эмблемой полиции технограда Рязань.

Я медленно отвернулся.

— Ты что специально такую дорогу выбрала? — спросил я с вполне оправданной злостью. Только этого нам сейчас не хватало — соседства полиции.

Шуша меня поддержал, невнятным ворчанием, мелькнуло что-то насчет «несносных баб, у которых совсем крышу снесло».

— Я еду по навигатору, — с холодным спокойствием объяснила Анастасия.

Мне жутко захотелось дать ей леща. А лучше хорошего подзатыльника, или сразу подсрачник. Высокомерная сука, совсем охренела, как будто не знает, насколько мы по уши в неприятностях.

Лерка беспокойно пошевелилась, почувствовав полыхнувшую от нас с Шушей злость в сторону своей несравненной сестрички.

А мне почему-то вспомнился однажды виденный репортаж о «ракушках». Гигантские тюремные комплексы возводились одновременно, их строили целый год, используя принцип, сходный с идеей техноградов — изолированное место под плотным контролем.

Кадры, показанные на экране, вызвали достаточно ужаса, чтобы никогда не хотеть попадать в эти бетонные казематы. Полная автоматизация, людей почти нет, за исключением заключенных естественно. Узкие пенальчики коридоров, перегородки и камеры, похожие на пчелиные соты, полностью управляемые машинерией.

В случае отключения внешних источников энергопитания, запускался режим капсуляции, переводя замки и двери на механический принцип блокирования. Сбежать невозможно, хотя пытались не раз. Включая с поддержкой извне в виде команды профессиональных наемников (в передаче говорилось, что хотели вытащить какого-то богатея, и что нанятая группа солдат удачи использовала два вертолета и тяжелое вооружение). И все равно никто не ушел, часть положили, часть осталась внутри заблокированной, попав в руки отрядов быстрого реагирования.

По спине пробежал холодок. Нет, в ракушку я точно не собираюсь, лучше сдохнуть, чем медленно гнить в бетонных мешках…

— Мы почти приехали, — сообщила Анастасия, пытаясь разрядить обстановку. — Как насчет ланча? Я угощаю.

И улыбнулась, зараза такая. Мы с Шушей помолчали, но все же кивнули. Как ни посмотри, а девчонка все же нам помогла.

Глава 7

Техноград «Рязань»

Северный район.

Кафе «Золотой рассвет». 11:10.

Оставив машину в подземной парковке (час — двадцатка, ну и цены), мы поднялись на лифте на третий этаж, где находилась кафешка. Ее выбрали по совету навигатора, ориентируясь на цену и рейтинг отзывов среди посетителей.

И закусочная, и парковка находились в одном из гигантских жилых блоков, первые этажи в таких местах всегда отдавали кафе, барам и ресторанам, а также магазинам, салонам красоты и другим заведениям, без которых жизнь современного человека казалась немыслимой.

Делалось это не просто так, а чтобы в случае изоляции блока, у людей сохранялось хоть какое-то подобие прежней жизни, и никто не чувствовал себя словно запертым в клетке. Разработчики концепции техноградов хорошо понимали психологию толпы и стремились снизить риски потенциальных бунтов.

— Вроде норм, — проворчал Шуша и кивнул на террасу. — Сядем там.

Открытый широкий балкон вмещал несколько столиков, в основном свободных. Основное помещение находилось внутри, там народу находилось побольше.

Ограда — уже знакомый бетон, он здесь буквально везде. Простой и суровой дизайн, даже не пытались задрапировать. Интерьер разбавляла пара кадок по углам террасы с пышными растениями похожими на папоротники. Вот, собственно, и все. Металлические столы и стулья, небольшой навес, и стеклянные двери из плотного пластика, в настоящий момент распахнутые настежь.

Проходя я автоматически скользнул взглядом по пазам в проеме, хорошо заметная полоса, скрывала втянутые металлические ставни. Уверен, при необходимости весь кафетерий превращался в нечто похожее на закрытую капсулу.

Заведение не из дорогих, но и не из дешевых. Судя по отзывам умеренной популярности — крепкий середнячок преимущественно с русской кухней.

Хотя цены показались завышенными. Да, это вам не рыгаловка на окраинах и не жральня фастфуда. Зато есть шанс нормальной поесть. От бургеров и жареной курятиной живот уже давно пух. Не знаю кому как, но мне такая еда порядком надоела.

Анастасия уверенно заняла крайний столик и стала искать кнопку вызова официанта, затем заметила табличку и полезла в комм. Обслуживание проводилось через Сферу.

Я подошел к ограде и заглянул вниз. Третий этаж, но дно уходило дальше, то ли проулок, то ли технологический колодец, находился значительно ниже уровня земли. Вывалишься и суммарно упадешь не меньше, чем с пятого этажа, костей не соберешь.

В сотне метрах возвышался еще один блок. Уродливая в своей функциональности громада походила на искусственную гору. Интересно сколько в такую коробку можно людей затолкать? Пять тысяч? Десять? Хреновина будь здоров.

— Кто что будет? — комм имелся только у сестры Лерки и сделать заказ могла только она.

— А что есть? — глухо спросил Шуша, все порываясь оглядеться.

К счастью, он только выглядел тупым громилой и понимал, что подобное поведение привлечет к себе внимание, поэтому сидел, ерзал, но башкой не вертел.

— Всякое, — Анастасия развернула голографический экран на комме, доставочной компактный, чтобы ознакомится с местным меню.

Все сделали заказ. Девчонки взяли себе классику для завтрака: жаренный бекон, яичницу, тосты, апельсиновый сок. Шуша пошел по проторенной дорожке на чем специализировалось кафе: гречка по-купечески с мясом и луком, ржаной хлеб с намазанным сливочным масло и кружка горячего молока. Можно сказать стандарт для русской кухни.

Я выбрал оладьи с малиновым вареньем, и блинчики с творогом. Честно говоря, особо есть не хотелось, но и не воспользоваться ситуацией нельзя. Сказывались привычки жизни на улице. Если есть возможность, то лучше поесть, кто знает, когда это удастся сделать в следующий раз.

Как ни удивительно, еду принесли довольно быстро. Видимо сыграло роль небольшое количество посетителей.

— Пища богов, — довольный прочавкал Шуша, с удовольствием откусывая ломоть черного хлеба с толстым слоем желтого, как солнце, масла.

Я с ним согласился. По крайней мере, кофе и правда хорош. Не та бурда, что продают в фудтраках.

Мы ели и смотрели на город, точнее на бетонные высотки, закрывающие весь вид.

Неожиданно ожил экран телевизора, подвешенный на стену чуть в стороне. Похоже персонал решил, что это куда лучше для клиентов, чем пялится на безобразный техно-пейзаж.

Показывали очередное скандальное ток-шоу. Что-то про бывших проституток, заведших семью и не рассказавших мужьям о своей прошлой жизни. Еще что-то про разводы, чужих детей и проверки ДНК на отцовство. И всякий похожий бред.

Но народу нравилось. Подобные передачи били все рейтинги. Кажется, иногда они использовали даже не подставных актеров, которых обычно крутят на подобных шоу, а находили реальные случаи из жизни.

Судя по кадрам, некоторых «счастливчиков» приглашали не в студию, а ловили прямо на улице, с ходу демонстрируя ролики и указывая, кто в главных ролях. Забавно выглядели мужики, когда им показывали, как их жены обслуживали сразу двоих, а то и троих мужчин.

Еще были другие, не бывшие профессионалки. Просто в молодости хорошо зажгли, и к несчастью для них веселье сняли на видео.

Какая-то мадам на вечеринке, оказалась сразу с тремя парнями. Все это записали на телефон. За такое платили особо. Женщину идентифицировали, нашли, затем внезапно нагрянули. И потом все это пустили в эфир. Шум. Драка. Скандал.

И просмотры били новые рекорды.

У меня вырвался зевок. Я подобного интереса никогда особо не понимал. Ну женат какой-то олень на бывшей шлюхе, ну завели они детей. Ну дала другая в молодости сразу троим на тусовке, ну одумалась и стала примерной женой. Кому это интересно? Бред какой-то. Лично я плевать хотел на таких персонажей. Однако народу нравилось и люди были готовы платить. А спрос как известно рождал предложение.

Да, показывали такие программы только на платных подписках. На обычном ТВ хрен такое увидишь. Правительство пыталось создать хотя бы видимость благопристойности и по бесплатным каналам подобные передачи запретило показывать. Что отнюдь не мешало им зарабатывать, продавая лицензии на трансляции в платных пакетах.

Интересно зачем сотрудники кафе нам это включили? И вообще, на кой черт они это врубают в общественном месте? Привлекают клиентов? За такое разве не могут оштрафовать?

Ага, экран мигнул и включился другой канал. Похоже из персонала кто-то все же заметил, что включено не совсем то. Видать, настройка осталась с вечера. Спорю на что угодно, врубают эту хрень где-то после десяти, когда детей среди посетителей уже нет. Вчера похоже забыли переключить, а сейчас опомнились.

Я ел оладьи и блинчики, запивал кофе со сливками и краем глаза смотрел на экран. Показывали новости.

— «… чемпионат подходит к концу и уже известны имена фаворитов…»

Киберспорт, какой-то чемпионат по какой-то стрелялке с элементами дополненной реальности. Индусы в лидерах, за ними русская команда, отстают на двадцать очков, потом арабы и мексиканцы. Китайцы, как ни странно, вообще на пятом месте. Что-то сдают косоглазые, обычно они в таких соревнованиях как минимум в тройке лидеров.

Западнецев среди участников, разумеется, нет. Ни америкосов, ни канадцев, ни итальянцев, ни германцев ни кого-то еще. Полный запрет на любое участие. Да и не смогут они поучаствовать даже если разрешат. Выходцы из «зоны изгоев», к которой относились все вражеские страны, в принципе не могли зайти в Сферу с правами обычного пользователя.

— «… прибытие эскадры в место постоянной дислокации совпало по времени…» — пошли кадры с военными кораблями.

Подпись внизу гласила, что дело происходит во Вьетнаме, где несколько лет назад Россия снова завела военно-морскую базу. Причем если даже во времена СССР это был только пункт материально-технического обеспечения, то сейчас это полноценный военный объект, полностью принадлежащий российским вооруженным силам.

Хрен знает сколько вьетнамцам за это заплатили, но думаю отвалили немало.

После сделки пиндосы попытались поднять крик, но без особого успеха. Более бурная реакция последовала, когда РФ основала военную базу в Венесуэле. Там уже чуть до вооруженного столкновения не дошло. Везущему оружие и оборудование океанскому конвою преградили путь. Ровно до того момента, как не пришло предупреждение со стороны русского военного командования о применении тактических ядерных боезарядов.

К этому моменту у наших вояк была репутация полностью отмороженных, способных и на атомную бомбардировку (привет Казахстану и Грузии), и на активное применение биологического оружия по территории вражеских стран.

Короче послушались и отвалили.

— Гляньте, Финляндию собрались воевать, — Шуша на секунда отвлекся от каши и кивнул на экран.

Крупным планом показывали колонну военной техники, пересекающей пограничный пункт, усиленный дзотами. Пробежавшая надпись внизу информировала, что дело происходит на финской границе.

Я со скукой возразил.

— Кого там воевать? Опять, наверное, радары свои поехали обслуживать.

Солдаты в ОЗК высшей защиты под лязг гусениц и шелест шин проезжали мимо пограничников. Девушка-корреспондент, одетая в стиле милитари, что-то возбужденно говорила в микрофон.

В свое время над Финляндией, да и вообще над всей Скандинавией с беспилотников распылили споры модифицированной сибирской язвы. После этого в живых там осталось немного. Поэтому страной Финляндию сегодня можно назвать разве что условно.

Где-то на территории Норвегии (тоже наверное уже условной) армия России разместила модульные радиолокационные станции раннего предупреждения. Вот туда вояки и перлись. Иногда снабжение проходило по воздуху, иногда по морю, иногда вот такими наземными конвоями.

Внимательно посмотрев репортаж и отметив лишь ленивую скуку с нашей стороны, Анастасия внезапно спросила:

— Вас это совершенно не волнует? — пялилась она почему-то на меня.

Шуша, поняв, что стрельбы и обстрелов не будет, тоже равнодушно отвернулся от экрана, сфокусировав усилия по поглощению гречневой каши.

— Что именно? — я отпил из чашки и уже в который раз порадовался за вкус отличного кофе. Какую же гадость все-таки продают в забегаловках быстрого питания. Не уверен даже, что это можно назвать кофе. Разве что какой-нибудь кофейный напиток с добавлением вкусовой химической дряни.

— Что ваша армия пересекла границы суверенного государства, — четко сказала Анастасия и посмотрела мне прямо в глаза.

По моему лицу пробежала усмешка.

— Если уж на то пошло, то теперь это и твоя армия тоже. Ты же вроде теперь гражданка РФ, — я насмешливо смотрел на девчонку, родившуюся и выросшую в совершенно другой стране.

Как ни странно, замечание ее смутило, хотя думал, что найдет что возразить. Но похоже получение паспорта бывшей родины родителей для нее значило многое.

— Но ведь это неправильно, — упрямо сказала она.

Я пожал плечами. Честно говоря, мне было на это просто наплевать. К тому же имелась веская причина для столь беспардонного поведения.

— Да это уже фактически пустыня. Там от страны, только одно название, — просветил я. — Знаешь сколько всякой заразы туда в свое время сбросили? Если кто и остался в живых, то давно забился в самую глубокую нору и давно уже не вылазит оттуда.

— Но ведь они не нападали на Россию, — возразила Анастасия.

— Они вступили в военный блок и согласились на размещение на своей территории военной инфраструктуры. Кто знает, что там могли поставить, начиная от ракетных установок и заканчивая такими же военными биолабораториями, как в Грузии и Казахстане, — парировал я, впрочем, без особой заинтересованности. Плевать я хотел, что творится в бывшей Скандинавии.

— Это неизвестно точно, — не сдавалась пришлая малайзийка.

— Так действуют нормальные военные структуры — уничтожают даже потенциальный источники опасности, — заметил я со скучающим выражением на лице.

На какую-то секунду Анастасия остановилась, вглядываясь в мое лицо.

— Тебя действительно это совершенно не волнует да? — она испытывающее уставилась на меня.

Странный вопрос, если честно.

— Мне на это плевать, — честно ответил я. — Если завтра все западнецы исчезнут, я лишь пожму плечами.

Шуша весело хрюкнул, но тут же поперхнулся и протянул:

— Кстати о западнецах, зацените кто идет, — он мотнул головой в сторону входа на террасу.

На широкий балкон зашли двое мужчин. На первый взгляд, ничего особенного, заурядные лица, обычная одежда, принятая среди горожан. Вот только одно сразу бросалось в глаза — шею каждого плотно обхватывал темный ремешок.

Твою мать. Ошейники. Я удивленно уставился на людей. Это были редкие выходцы из западных стран, кому разрешили находиться на территории России. В ремешках, обхватывающих шею, скрывались чипы слежения и контроля. Для таких «визитеров» существовал целый свод правил и ограничений, регулирующих порядок нахождения внутри границ.

Проще говоря: шаг влево, шаг вправо — расстрел, прыжок на месте — попытка к бегству.

Мы с любопытством наблюдали за парой пришлых, гадая, из какого западного режима эти двое приехали.

— Лягушатники.

— Да нет, на колбасников похожи.

— Может макаронники?

— Хрен его знает, по мне так они все на одну морду.

Шуша вдруг сдавленно ругнулся.

— Черт, а вот теперь и правда пора валить, — он кивнул в сторону входа в кафе, куда зашло еще несколько человек. Увидев, кто именно пожаловал, я мысленно согласился с громилой. День определенно переставал оставаться быть томным.

Глава 8

Техноград «Рязань»

Северный район.

Кафе «Золотой рассвет». 11:30.

В кафе зашли четверо. Характерные повязки на руках указывали на принадлежность крепко слаженных парней к дружинникам.

— За нами что ли? — слегка удивленно протянул Шуша.

Бред. Если силовые органы узнали о нашем местонахождении, то сюда давно бы нагнали спецназ. Стычку в переулке у автомастерской они еще долго не забудут.

И все равно плохо. Только этих удальцов сейчас не хватало. Особенно рядом с западнецкими чмырями. Обязательно поднимется шум, когда первые начнут дубасить вторых.

— Разве дружины не разогнали? — увидев повязки осведомилась Лерка.

Я медленно кивнул. Разогнали, и довольно давно. Но похоже некоторые до сих пор не захотели расставаться с прежним статусом.

В целом в народе к дружинникам отношение было больше положительным, чем отрицательным. В первые месяцы всплеска бандитской активности, когда криминогенная обстановка зашкаливала по всем городам и территориями, боевые дружины так называемых общественных сил правопорядка здорово помогли сбить все это дерьмо, забив обратно пудовыми кулаками плесень, что пыталась подняться с социального дна, став новыми столпами общества, устанавливая собственные порядки.

Хотя конечно основную роль все же сыграла армия, расстреливая бандитов направо и налево, согласно решениям военно-полевого суда.

Но и дружинникам нашлась работа. Особо много шума наделал история, когда пятеро парней и трое девчонок из сил общественного правопорядка отбивались от целой толпы то ли цыган, то ли мигрантов, то ли наркоманов, то ли еще кого, пытавшихся прорваться в областную больницу.

Новость показали по центральным каналам, и это имело большой резонанс, предоставив поддержку властей самовольно образованным организациям.

Потом их конечно всех распустили. Заменять функции полиции гражданским никто бы не позволил надолго. Нормальные сами ушли, самые непонятливые, не желающие расставаться с властью, были разогнаны. Но видимо не все смирились с потерей старого статуса.

— Сейчас эти завалят тех, набегут полисы и начнут проверять личности всех свидетелей, — мрачно напророчествовал Шуша.

— Хорош каркать, — откликнулся я и посмотрел на западнецев с ошейником. Все же любопытно кто они. Не часто в живую увидишь такие экземпляры.

— Тут везде камеры, на хрена полисам свидетели? — не согласились Лерка.

Громила угрюмо засопел, но ничего не сказал. Кажется хотел обругать наглую девку, лезущую куда ни надо, но не стал раздувать спор, переросший бы в обычную склоку.

Эти двое точно когда-нибудь поубивают друг друга.

— Если сбежим, недоев до конца, будем выглядеть подозрительно, — заметил я. — Сидим ровно, завтракаем, не дергаемся. Начнется шум, быстрым шагом выходим, как поступили бы обычные люди, не желающие ввязываться в неприятности.

Между тем телевизор никто и не думал отключать. Новости закончились, началась какая-то передача на околополитические темы, популярную тематику в преддверии скорых выборов.

— «… со времен Чудского озера, интервенции с запада шли непрерывным потоком. И все с единственной целью — истребить русское население и забрать себе наши земле. Наполеон, Гитлер и другие европейские лидеры открыто декларировали о своих намерениях уничтожить Россию…» — говорил старичок, похожий на профессора.

Дружинники заинтересовано прислушались. Я скривился, ну все, теперь придуркам с ошейниками точно конец. Надо же как не повезло нарватся именно на эту программу, да еще в присутствии парней из дружины.

— «… и не надо говорить, что этого хотели лишь отдельные нации. В армии Гитлера были подразделения румын, чехов, испанцев, французов и других европейских стран. Они убивали, пытали, насиловали мирных жителей, включая детей…»

— «… и побеждая, Россия всегда совершала одну и ту же ошибку — захватывая вражескую столицу — мы оставляли врага в живых, позволяя ему окрепнуть и через тридцать, пятьдесят, семьдесят лет повторить попытку снова…»

Дружинники одобрительно закивали. Некоторые посетители, зашедшие недавно тоже согласно закачали головами на слова выступающего.

В принципе ничего такого он не говорил. Если подумать, то действительно правда. Неудивительно, что зрители его поддерживали.

— «… но не это главное. Со времен Петра I в головы русских людей вбивалась мысль, что западнецы лучше нас, выше нас, что мы должны преклонятся перед ними. Потом эстафету подхватили Романовы, вообще имеющие германские корни. И даже во времена СССР несмотря на идеологическое разногласие, ставились установки, что жители запада во всем лучше русской нации…»

— «… верно-верно, я помню те времена, отношение к иностранным туристам было благоговейным, выбирая между своими гражданами и какой-нибудь французом любой метрдотель в любом ресторане обязательно выбирал чужака, бесцеремонно выставляя жителя собственной страны с порога…» — подхватил еще один мужичок преклонных лет.

Да, сейчас эту тенденцию сломали, я бы даже сказал переломили, как хворостинку. Я бросил мимолетный взгляд в конец террасы, где за самым дальним столиком, сидели западнецы. Это сюда их пустили, в любой нормальный ресторан таким хода нет в принципе.

По экрану пошли кадры документальных свидетельств многочисленных зверств на оккупированных территориях во время Великой отечественной войны. Массовые убийства гражданских, женщин, детей. Братские могилы, расстрелянные и сожженные заживо, заморенные голодом, изнасилованные и забитые насмерть. Все в подробностях, с четко подобранным визуальным рядом. И обязательно упоминание частей, не только германских, но и чешских, румынских, испанских и других евростран.

Никаких подтасовок, никаких фальшивок, все самое настоящее, вовремя вынутое из архивов Минобороны, переведенное в современный формат и показанное публично.

Показывали правду и от этого эффект становился еще сильнее.

После нацистов вспомнили Вьетнам и американцев, буквально вырезающих целые деревни. Использование напалма и сгоравшие заживо мирные жители. Подсказок не требовалось, проводилась прямая параллель между штатовцами и нацистами, действовавших схожими методами.

Дальше пошли исторические экскурсы в эпоху крестовых походов. Затем резко перескочили на Семибоярщину и Смутное время, когда шведы чувствовали себя в России хозяевами, и любой шведский солдат мог спокойно завалить русскую женщину и задрать ей подол, и ничего ему за это не было.

После упомянули Индию. Насильно вывезенное во вторую мировую войну зерно и миллионы погибших индусов. Это можно было бы назвать геноцидом, но в западных стран это почти не упоминалось. Умерли ведь какие-то дикари. Тут же вставили Ганди, которого финансировали британцы — философия непротивления, помогавшая оккупантам.

И Семибоярщина, и Ганди прямо намекали на возможных предателей среди своих, готовых продать страну за золото.

Закончился фильм современными кадрами из недавнего прошлого. Миллионы погибших на улицах российских городов от действий «серой лихоманки» и других искусственно созданных вирусов.

Надо отдать создателям должное, ничего не придумывая, они умудрились объединить западный мир начиная от раннего средневековья и до сегодняшнего дня, проследив развитие западной цивилизации, как путь лжи, подлости и обмана.

Именно после таких фильмов народная молва рождала поговорки: хороший американец — мертвый американец (германец, британец, испанец, итальянец — подставить нужное в зависимости от случая). Сколько раз американца увидел — столько раз убей. И другие подобные пословицы.

— Сейчас этих придурков будут убивать, — весело хмыкнул Шуша.

Я посмотрел на дальний столик, судя по реакции западнецы все же понимали русский, и увидели, что только что показывали по телевизору, потому что вдруг резко засобирались.

— Двадцатка что не дойдут до двери, — продолжил Шуша.

Я посмотрел на уходящих и вдруг заметил, что один брезгливо кривит рот с презрением глядя на окружающих, и только второй выглядит озабоченным.

— Зацените как тот пялится на людей, — сказал я.

Лерка и Анастасия дружно посмотрели в ту же сторону. Западнец кривил рот, поглядывая вокруг с видом нескрываемого превосходства. Второй вел себя умнее и быстро доставал бумажник из заднего кармана.

Первый буквально показывал, что считал все присутствующих дикарями и, что никого не боится. Надо сказать выглядел западнец довольно глупо для человека, чью шею обхватывал ошейник контроля.

Может он идиот? Или умственно отсталый? Или у него суицидальные наклонности? Уже не узнать, брезгливый взгляды заметили дружинники и ожидаемо подорвались.

Похожие мысли пришли не только мне в голову.

— Он что придурок? Возомнил себя бессмертным? — не поняла Лерка и тут же повернувшись к Шуше сказала: — Принимаю.

Качок возмущенно открыл рот.

— Я Стилету пари предлагал, а не тебе мокрощелка скользкая.

— Поздняк метаться, боров. Гони двадцатку, — грубо выдала Лерка, удивив сестру развязным поведением.

Я лишь хмыкнул. Слышала бы она, как эти двое лаялись в канализационном коллекторе. От хорошо воспитанной девочки, которую видимо знала Анастасия, давно уже ничего не осталось после прожитых месяцев на окраинах технограда.

— Короче надо потихоньку сваливать, сейчас этих придурков будут убивать, — сказал я и посмотрел на сестру Лерки. — Оплачивай счет.

Она все никак не могла понять высокомерного поведения западнеца и не обратила внимание на мои слова.

— Но почему он так себя ведет? Почему так на всех смотрит?

— Новенький, наверное, — буркнул я. — У них же там Сферы нет, только допотопный интернет, а там скорее всего продолжает действовать западная пропаганда, что в России все недоразвитые дикари, варвары и вообще недочеловеки. Вот и пялится на местных с превосходством, как на туземцев.

— Но он же видит все это, как это могли создать дикари? — Анастасия повела рукой, захватывая рукой вид на индустриальный пейзаж с обилием высотных жилблоков.

Тут бы я с ней поспорил, такие уродливые постройки могли возвести и дикари. Но видимо стиль техногенного футуризма произвел на бывшую малазийку сильное впечатление.

Ну, наверное, для кого это и выглядело величественным, напоминало кадры из фантастических фильмов антиутопии. Но как по мне полная хрень. Очень уж грубо, без эстетической красоты. Хотя чего еще ждать от военных строителей?

— Все, двинули отсюда, кончай базар, — велел я и как ни странно меня послушались.

Хотя Шуша и Лерка явно хотели понаблюдать что сделают с двумя западнецами.

Чего там гадать, руки-ноги переломают, да сбросят тела в технологический колодец за оградой. Приедут полисы, дружинники скажут (кстати, какого все-таки хрена, их же давно упразднили, с чего это они до сих пор носят повязки? В Брянске таких давно уже нет), что их спровоцировали и отделаются штрафом или общественными работами. Полисы даже разбираться толком не будут, узнав кем являются жертвы.

Хороший западнец — мертвый западнец. Данный принцип разделяли не только обычные жители, но и структуры правопорядка.

— Пошли, сейчас начнется, — мы двинулись к выходу, успев заметить, как первый дружинник подскочил к брезгливо кривящему губы иностранцу и без лишних слов дал ему по зубам.

Дальше началось избиение, которого мы уже не видели, зато хорошо слышали буцкающие звуки ударов и хриплые ругательства крепких парней с повязками на руках.

Мы спустились на парковку и уселись в машину. На этот раз я сел впереди, строго предупредив Шушу и Лерки, чтобы не устраивали драки, пригрозив первому сломать руку (и тогда можешь о своей сраной физкультуре забыть), а второй обрить ее налысо (будешь ходить в бейсболке, не снимая два месяца, пока волосы не отрастут).

— Их что и правда убьют? — Анастасия приложила большой палец к кнопке зажигания и откинулась назад.

— Кого? — не сразу понял я, уже успев выбросить происшествие в кафешке из головы. Меня сейчас больше волновало, где мы будем сегодня ночевать, а не судьба какого-то западнецкого биомусора.

— Ну тех, с ошейниками, — она повернулась ко мне.

— Скорее всего, — я равнодушно пожал плечами. Меня и правда мало волновала участь двух придурков, особенно того, кто смотрел на окружающих, как на быдло.

Сестра Лерки замолчала на несколько секунд, переваривая услышанное.

— Их накажут? Тех парней?

— Вряд ли, — рассеяно ответил я, наклоняясь над дисплеем навигатора в поисках подходящего отеля на ночь. Интерфейс оказался незнакомым, старая прошивка что ли? Машина выглядела под стать.

— Что ты ищешь? — наконец не выдержала Анастасия.

— Гостиницу для ночевки.

Она покачала головой.

— Не надо, я уже сняла апартаменты в комплексе «Черная жемчужина».

Апартаменты? Богатая девочка совсем с ума сошла? Там же будет опасно. Словно прочитав мои мысли девчонка заметила:

— В таком месте вас будут искать в самую последнюю очередь.

Хм, наверное так и есть, и идея не лишена логики. Таких беспризорников как мы стали бы искать в грязных подворотнях и дешевых ночлежках, но уж никак не в богатых съемных жилищах.

— Тогда поехали, чего ждем.

Машина двинулась на выезд. О двух западнецах больше никто не вспоминал.

Глава 9

Территория Казахстана

Автомобильная трасса Л-12.

12:13 по местному времени.

Китайский пикап шел ходко, несмотря на потрепанный вид. Двигатель урчал, дорога мелькала под шинами рельефных протекторов. Корпус слегка покачивался, но особо не доставлял неудобств. Горячо жарило высоко стоящее солнце, хотелось пить, но они не останавливались, желая как можно быстрее добраться до цели.

Первый пост проскочили незаметно, на всех парах. Выскочивший из дощатой будки человек что-то вслед проорал, потрясая кулаками. Голубая рубашка и фуражка с красным околышком выглядели непривычно, вызвав предположение, что это обычный абориген. Только потом сообразили, что встретили первого представителя туземных правоохранительных сил.

Дальше возникли проблемы. Видимо первый полицейский, несмотря на непрезентабельный вид места своей службы (пост походил на наспех сколоченный сарай) все же имел в своем распоряжении рацию, по которой и передал предупреждение о нарушителе.

Их ждали. Второй КПП выглядел уже по серьезному: укрепленный блокпост, мешки с песком, укрытия для личного состава и даже старенький БТР советских времен, загнанный в вырытую траншею, откуда торчала башенка с пушкой и пулеметом.

Выбежав на дорогу, полицейские с надетыми поверх формы бронежилетами и касками (все старого образца, времен царя гороха, а точнее советских генсеков), споро растянули на асфальте металлическую змею с острыми шипами.

Андрей с ходу признал средство для принудительной остановки и забарабанив по крыше кабины прокричал Катерине сейчас же сворачивать с дороги.

Что она и сделала, резко крутанув руль. Пикап качнуло, они съехали в кювет и поехали по песку, подпрыгивая по кочкам. Машину так трясло, что Лиса чуть не выпала за борт кузова. В последний момент Пермяк успел перехватить рыжую за плечо и швырнуть обратно.

Скорость пришлось слегка сбавить. Делая плавную дугу и выезжая к автостраде пикап сильно потряхивало. Если бы ехали на обычной машине, то трюк скорее всего бы не удался — застряли бы на бездорожье. К счастью детище китайского автопрома в основном и предназначалось для езды по таким буеракам.

Когда снова оказались на трассе, то первое время ехали спокойно, считая, что оторвались, но оказалось упорство местных в деле поимки наглых нарушителей еще не показало себя в полной мере.

— За нами хвост, — Пермяк оторвался от пулемета и махнул рукой назад.

Андрей развернулся и увидел два джипа, стремительно нагоняющие их грузовичок. Преследователи почему-то имели белую окраску, что показалось странным. Только потом дошло, что это снова туземные полисы.

Интересно почему белый? В России полиция предпочитала черный и синий. Подумал об этом Новиком мельком, больше сосредоточенный на решении возникшей проблемы.

— Твоя игрушка разворачивается назад? — прокричал он, Пермяку, стукнув по пулемету.

Ветер сносил слова. Сидящая за рулем Рокотова тоже увидела преследователей и прибавила газу.

— Нет, — здоровяк прокричал в ответ. — Сектор обстрела только на переднюю полусферу, там заглушка стоит.

Даже если бы крепление и позволяло развернуть пулемет назад, как из него стрелять? Будет жутко неудобно, разве что на кабину взобраться.

— Снимай с держателя, — велел Новиков. — Будешь с рук стрелять.

Пермяк кивнул и уверенно завозился с механическим замком, отстегивая оружие с рамной конструкции.

Андрей оглянулся, машинально отметив, что расстояние между ними и погоней сократилось. Из бокового окна несущегося белого джипа уже высунулся представитель туземной полиции и открыл огонь, держа в руках что-то скорострельное и компактное.

Какой-то выкидыш Узи, мельком подумал Новиков, увидев чудовищный разброс при стрельбе. С кучностью явные проблемы. Да и стрелок скорее всего не очень, плюс скорость, плюс небольшая, но тряска. Хотя надо признать покрытие на дороге относительно ровное, могло оказаться гораздо хуже.

Услышав треск выстрелов Лиса автоматически пригнулась, спрятавшись за борт кузова и только потом поняла, что пули проходили далеко мимо.

Это разозлило обычно смешливую девчонку, Василиса выпрямилась и поймала взглядом сидящего за рулем машины откуда стреляли. На секунду показалось, что между водителем и рыжей протянулась невидимая нить. Нить окрепла, налилась ярко красным и по ней побежал огонек.

Андрей потряс головой, избавляясь от наваждения. Но это не помогло. Водитель вдруг задрожал, вытягиваясь в струну, резко дернулся и вспыхнул как свечка, в мгновение ока превращаясь в кусок чистого пламени.

Новиков удивленно моргнул. Таких фокусов раньше Лиса не выкидывала. Видимо наложилась горячка боя, страх и вплеснувшийся в кровь адреналин, разгоняя обычную силу до небывалых величин.

Она буквально сожгла его взглядом! И на это потребовалось всего пару секунд!

Сгоревший заживо водитель не прибавил джипу маневренности. Машина дернулась, потеряла управление и пошла юзом, перевернулась и закувыркалась по дороге. Раздался взрыв. В небо взметнулся огненный шар с клубами черного дыма.

— Охренеть, — Пермяк тоже заметил как именно избавилась Лиса от одного из преследователей.

Девчонка устало улыбнулась и опустилась вниз, прислоняясь к борту кузова, на ее лице гуляла довольная улыбка.

— Теперь моя очередь, — Андрей отстранил Пермяка, уже готового открыть огонь со снятого пулемета. — Побереги патроны, пригодятся.

Повторить трюк с сжигающим взглядом он не решился, просто не понимая, как это работает. Вместо этого Андрей выпрямился. Пермяк вцепился ему сзади в пояс, удерживая на месте. Новиков скрестил руки перед собой, несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, разгоняя по венам кровь. Затем резко вскинулся и развел скрещенные руки.

Воздух прорезали две огненные полосы, мелькнули оранжевой тенью и врезались в капот идущей впереди машины, прорезав в металле две идеально выжженные линии, положенные крест-накрест.

Джип дернулся, и тоже закувыркался. Когда теряешь управление на такой скорости, другого исхода лучше не ждать. Машина перевернулась, но в отличие от первой не загорелась. Хотя сидящим внутри и этого оказалось более чем достаточно, авария превратила некогда блестящий автомобиль в кусок искореженного металла.

В груди возник холод от примененной способности. Уже привычным усилием заставив не думать о нем Андрей посмотрел на Лису и озорно подмигнул. Рыжая ответила слабой улыбкой. Откат от пущенных в ход сил давал о себе знать.

— Молодцы, — с чувством сказал Пермяк и тут же нахмурился. — У нас гости. На два часа. Три цели.

Наперерез резво уходящему пикапу по боковой дороге двигались еще три джипа, почти полные копии только что уничтоженных. Такой же белый окрас, такая же высокая скорость.

— Да сколько их здесь, — проворчал Пермяк и стал быстро крепить пулемет обратно на раму.

Справился так же быстро, как и снимал. Молча развернул ствол вправо и прищурился.

Гулкие выстрелы ударили по ушам. Удерживая крупнокалиберный пулемет двумя руками, здоровяк садил сначала короткими пристрелочными очередями, затем приноровился и поймав цель всадил длинную очередь прямо в кабину, буквально изрешетив дверь со стороны водителя. И все это на приличной скорости, как у пикапа, так и у джипа.

Андрей завистливо подумал, что он бы так не смог. Глядя как расстрелянная машина уходит юзом и скатываться с трассы, исчезая в клубах поднятой пыли, он поднял вверх большой палец, отдавая дань мастерству напарника.

Пермяк ухмыльнулся и стал стрелять по второй цели. К сожалению, на этот раз так складно не вышло. Их пикап пронесся мимо боковой дороги, оставляя преследователей позади. Теперь ствол пулемета снова смотрел только вперед, оставляя белые джипы за бортом, они только-только выехали на трассу, не потеряв желания продолжить погоню.

Буркнув насчет слишком шустрых целителей, уралец опять отсоединил пулемет и перебросив его в положение стрельбы от бедра, начал назад садить короткими очередями.

Еще один джип получив град пуль прямо в лобовое стекло слетел в кювет, где замер молчаливым памятником глупости преследования зубастой добычи. Пермяк хищно усмехнулся и навел пулемет на последнюю цель, нажал на спуск и… услышал глухой щелчок. Патроны кончились.

— Черт!

Плохо, что боеприпасов у них больше нет. Они остались один на один с последним преследователем.

Им еще пару-двойку минут, чтобы они с Лисой восстановились. Но этого времени не оставалось, белый джип стремительно нагонял. Боковые окна уже приспустились, оттуда выглянули стволы автоматов.

Сейчас их догонят и расстреляют как в тире, — мелькнула какая-то ленивая мысль у Новикова. Никак не отпускала разлившаяся по телу слабость. Откат от примененной способности в этот раз действовал по нарастающей, разгоняя по организму волны мороза.

Остались лишь пистолеты, но это только в дрянном кино герой из сраной пукалки ложит толпу боевиков, вооруженных тяжелыми штурмовыми винтовками. В реальности их просто нашпигуют свинцом, не подходя на близкую дистанцию. Впрочем, другого выбора у них все равно нет.

Об этом же похоже подумал и Пермяк. Глянув мельком на сидящих на дне кузова «огневиков» и убедившись, что как минимум в ближайшее время от них помощи можно не ждать, он вдруг разбежался и оттолкнувшись от бортика взмыл вверх в гигантском прыжке.

Проводив обалделым взглядом исчезнувшую из кузова фигуру, Андрей опомнился и заорал:

— Тормози!

Но Рокотова уже и сама увидела, что случилось, и резко ударила по тормозам, бросая пикап в крутой разворот.

Пермяк прыгнул прямо на капот джипа, каким-то чудом умудрившись преодолеть несколько десятков метров одним гигантским прыжком.

Треск металла, грохот, капот продавился как смятая алюминиевая банка. Ноги здоровяка с неумолимостью гидравлического пресса продавили передок белого внедорожника.

Машина пошла юзом и кувырнулось. Сила инерции отбросила Пермяка в сторону, спасая от перевернувшегося джипа. Пикап резко затормозил. Катя бросилась к уральцу первой и уже через секунду прокричала.

— Все в порядке! Пара переломом, сейчас займусь!

Руки девушки заскользили над тело здоровяка. Вскоре оттуда прилетел сдавленный стон.

Андрей покачал головой, все еще впечатленный увиденным прыжком. Сегодня товарищи по команде преподносили один сюрприз за другим. То одна сжигает взглядом врага, то второй демонстрирует вдруг откуда ни возьмись появившиеся способности кузнечика. Охренеть просто можно.

Пассажиров из последнего джипа разбросало по дороге, машина не взорвалась, хотя и осталась целой, особенно поражал смытая в гармошку передняя часть. Сила приземления Пермяка оказалась столь сильной, что даже достала до мотора, в один миг превратив движок в труху.

Один из туземных полисов еще двигался. Скрипя осколками разбитого стекла, Андрей подошел к нему.

Мужчина в голубой рубашке с погонами и галстуке сфокусировал на возникшей сверху фигуре острый взгляд.

— Ненавижу, — сипло прохрипел он.

Он понял кого увидел над собой: в черных плотных комбинезонах явно военной модели, это могли быть никто иной как бойцы одного из русских спецподразделений.

Глаза раненного горели ненавистью. Андрей знал истоки этой ненависти и мог бы возразить, рассказав о казахстанских руководителях, пожелавших лечь под американцев и разрешивших разместить в своей стране лаборатории, где разрабатывали биологическое оружие и откуда потом вырвалась смерть, пришедшая на территорию России, принеся гибель миллионам.

Он мог бы все это рассказать. Но зачем? Об этом и так все давно знали. Поэтому он не стал тратить лишних слов, бесполезно сотрясая воздух, а просто наступил на горло казахстанскому полису и молча начал давить.

Рифленая подошва тяжелый армейских ботинок легко смяла человеческую плоть. Абориген захрипел, его пальцы заскребли сначала по коже ботинок, потом бессильно попытались порвать плотную ткань черного комбеза, способную сдержать разлетающиеся осколки. Затем шея хрустнула и голова туземца безвольно упала назад. Все было кончено.

— Проверьте всех, чтобы ни один не выжил, — обернувшись велел Андрей.

Рокотова и Лиса молча достали пистолеты и обошли трех других полисов, делая контрольные выстрелы. Черепа взрывались, выплескивая на трассу выбитые мозги и кровь.

Деловито закончив работу, девушки вернулись к пикапу. Под их ботинками хрустели осколки стекла, рассыпанные по асфальту.

— Сколько еще осталось? — спросил Новиков подходя к водительскому сиденью. Успевшая вновь занять место за рулем Катя ответила:

— Триста километров.

Андрей задумчиво погладил подбородок. Триста километров. Половина пути пройдена. Будут туземцы вызвать подкрепление, поднимать в воздух вертолеты и вообще пытаться перехватить нарушителей, уже уничтоживших уже несколько патрульных экипажей?

Неизвестно. Зато точно известно, что следующий КПП будет во всеоружии и так просто проскочить или обойти его не получится. Нагонят народ из ближайших кишлаков, или где они тут живут, и устроят потеху. Сотня стволов, есть сотня стволов, какими способностями не обладай.

Значит надо сворачивать.

— Что по карте? Есть объезд?

Катя бросила взгляд на экран навигатора.

— Есть, но думаю проще пойти прямо по степи. Скорость снизиться, но сделав крюк, снова выедем на дорогу.

Андрей обдумал план. Доступа к спутникам у местных точно нет. Зато могут пустить беспилотники. Наверняка в загашнике у туземных беев остался десяток другой дронов для наблюдения, хотя бы той же версии легких китайских «Хувеев».

Но и выбора особого нет. Либо в объезд, либо вперед, рискуя расшибить лоб о следующую заставу.

— Поворачивай, — наконец решил он и вслед за прихрамывающим Пермяком и Лисой заскочил в кузов пикапа.

Машина тронулась и съехала с дороги, взяв курс прямо в степь.

Глава 10

Российская Федерация. 2035 год

Граница с Казахстаном. Южные рубежи.

Погранзастава «Н-51». 16:35.

— Припозднились сегодня, — лейтенант сверился с графиком на экране тактического планшета.

— Машины не могут опаздывать, — возразил командир заставы. — У них все по расписанию, по-другому они не умеют. Скорее всего отправку задержал на месте кто-то из людей.

Лейтенант ничего не ответил, вместо этого оглянулся на доты и фортификационные укрепления, накрытые маскировочными сетями цвета пустынного камуфляжа.

Точно такой же цвет был на их комплектах защиты — «Ратнике-М5» со встроенным экзоскелетом и интегрированными системами связи и навигации. Штурмовой обвес, навороченная модификация последнего поколения. На границу сейчас в первую очередь отправляли самое лучше.

Сплошной шлем, при необходимости закрывающий все лицо, в нижней части спрятан респиратор, выполняющий роль противогаза. На руках, ногах и шеи специальные затягивающиеся полоски, делающие боевой костюм полностью герметичным. На экране забрала цифровой интерфейс, подключенный к единой боевой сети.

Мечта, а не экипировка. И куда они тратят его ресурсы? На приемку всякой швали с дальнейшим прогоном ее до КПП и переброской на другую сторону рубежа.

Лейтенант взглянул на два тюремных транспорта, опоздавших ко времени прибытия. Командир прав, это не могла быть вина машин. Плоские колесные платформы управлялись не живыми водителями, а беспилотными модулями. Собственно, все транспорты представляли собой огромные модули. Нет кабин, только открытая платформа с шасси на восемь колес, по четыре на каждую сторону. Конструкция универсального класса.

Примерно такие же, только переделанный под перевозку грузов гоняют между техноградами обеспечивая доставку. Но здесь вместо грузового контейнера огромная клетка под напряжением, где внутри несколько десятков человек в оранжевой робе и обычной одежде. Кандидаты на лишение гражданства и процедуру принудительной депортации.

— Вы не имеете права! — стоило спрыгнуть с колесной платформы как один из задержанных заорал высоким фальцетом. Какой-то пижон в сиреневом костюме, выглядевший довольно экзотично на фоне военных построек и пустынного камуфляжа.

Крикун случайно дотронулся до решетки и получил удар током, свалился в пыль и тут же получил еще один удар, на этот раз от кончика стека робота-надзирателя на гусеничном ходу. Этих малышей специально конструировали шустрыми, способными реагировать на любые проявления запрещенного поведения.

Пижон завозился на земле, пытаясь подняться Примечательно, что никто из стоящих рядом ему не помог. Парочка в оранжевой робе и вовсе пнули под зад, убирая с дороги.

Каждого из привезенных подводили к металлическому треножнику. Далее следовала операция по снятию ошейников контроля. Выдвигался захват, фиксировал человека за шею, что-то щелкало и стальные обручи распадались надвое, сразу падая в специальный лоток для дальнейших эксплуатационных работ.

Тюремная система всегда славилась бережным отношениям к выделяемому оборудованию. Может быть потому, что там уже давно все решали машины и заложенные алгоритмы специальных программ.

Лейтенант вспомнил индекс Красова и порядок прохождения тестирования на социализацию после первого преступления. Если человек не проходил по нижней планке, то мог легко попасть в категорию отверженных и отправлялся либо осваивать пустынные земли, которых в России до сих пор дофига, либо вовсе лишался гражданства с последующей процедурой принудительной депортации.

Но это только для преступлений среднего уровня. И тяжкие, и особо тяжкие не входили в программу реабилитации, там либо сразу на утилизацию, либо еще помучиться в испытательных комплексах.

На ум пришел виденный недавно сюжет в криминальных хрониках. Маньяк похитил двух девушек и целый год держал в подвале заброшенной промки. Истязал, насиловал, в общем развлекался по полной, пока не поймали. Приговор: отправить в качестве биологического материала в распоряжение лаборатории экспериментальной медицины «БиоТеха».

Как он орал, когда понял куда его отправляют. Да, это тебе не мучить двух беззащитных девчонок. Оказаться в роли подопытного для вивисекторов из отдела разработок компании, давно считающейся флагманом в сфере биотехнологий, это не получить пулю в лоб или задохнуться в петле. Все будет намного хуже.

Этот маньяк, Осадчук, буквально выл, когда его вытаскивали из клетки. Конвоирам, двум дюжим парням, понадобилась помощь, чтобы зафиксировать психопата-насильника на каталке. Увозили ее люди в белых комбинезонах, чьи головы скрывали капюшоны, а лица медицинские респираторы.

Теперь маньяк послужит делу развития науки, подопытной свинкой, на которой будут проводить эксперименты и испытывать лекарства и новые методы лечения.

Говорят, именно разрешение от правительства на проведение подобных опытов и предоставление человеческого биоматериала позволило БиоТеху демонстрировать такие успехи.

Хотя лейтенант этого не знал точно, зато сам видел, как одного его боевого товарища, спецы БиоТеха вернули практически с того света, заделав раны, которые в обычном полевом госпитале не излечить.

Так что если умникам нужны больные ублюдки, любящие истязать девушек, для спасения жизни нормальных людей, то он им первым их пригонит на прозекторские столы…

— Это последний, — командир сверился с экраном планшета.

Людей с тюремных транспортов согнали в одну колонны, выстроили и погнали в сторону передовых КПП. Дальше шла полоса контроля.

Толпа шла молча, со страхом косясь на безликих солдат, выстроившихся по краю дороги. Замечая у кого-нибудь знак Перуна или символ Хорса и вовсе старались отвернуться, сделавшись ниже. Почему-то народная молва приписывала языческим поклонникам из военных особую беспощадность.

Сам лейтенант не поддался новым веяниям и до сих пор считал себя православным. Даже ходил иногда в небольшую церквушку, до сих пор держащуюся на плаву благодаря помощи небольшой, но крепкой общине. Заведовал там старенький батюшка, всегда готовый помочь любым людям. За это его уважали и тоже помогли обществом, когда наверху решили придавить слишком много возомнившую о себе церковь.

И так получилось, что когда-то пышные и богатые храмы стали приходить в упадок, зато небольшие церквушки, где служили отзывчивые священники, остались в порядке, а некоторые даже начали процветать.

— Сейчас с этими закончим и будем встречать новых гостей, — огорошил неожиданно командир.

Лейтенант вопросительно повернул голову.

— Еще транспорты?

— Нет. Борт из Пси-Корпуса. Приоритет: оказывать всемерное содействие. Только что пришло по командной сети.

— А этим-то что здесь надо? — Управление 9-13 не пользовалась особой любовью у армии. Не заслужили еще. И непонятно чего ожидать от столь мутной конторы. Палата номер шесть проходила среди военных по классу спецслужб, а этих армейцы никогда особо не жаловали.

— Понятия не имею. Может захотели пылевую бурю посмотреть, — буркнул капитан и отвернулся, проследить, как замыкающие из колонны депортированных проходят последние метры до КПП.

Были тут и бывшие чиновники, не совершивших телесных преступлений, но нанесших определенный финансовый ущерб (как правило небольшой, за большой могли и в петлю определить). Были и крикуны из сети, требовавшие вернуться в семью «просвещенных и цивилизованных стран», (хотя лейтенант убей не мог понять, с чего бы это западнецких ублюдков надо относить к «просвещенным и цивилизованным», зверье оно и есть зверье, с такими надо поступать только как с бешенными животными). Имелись и отсидевший свой срок заключенные, кому к обычному приговору впаяли лишение гражданства и депортацию.

— Проследи, чтобы все было в порядке, нам сейчас инциденты не нужны, а я пока свяжусь с центром, уточню на счет этих «психов», может наверху в курсе, что им тут надо и чего ждать, — капитан хлопнул заместителя по плечу и отправился на командный пункт заставы. Лейтенант кивнул ему уже в спину.

Появление посланцев Пси-Корпуса было необычно для этих мест. Насколько он знал, странных ловили в основном по городам и окрестностям, реже на Территориях. А здесь на границе они зачем? Неужели кто-то из депортированных имеет способности? Тогда может переправку через границу стоит задержать?

Сам лейтенант раньше не особо верил в «странных». Но однажды увидел собственными глазами, как хилый на вид сопляк всего одним прикосновением отшвырнул от себя бугая в полной полицейской броне высшей защиты. Потом врачи сказали, что через тело прошел разряд мощностью в несколько десятков миллионов вольт. Почти столько же выдает удар молнии. Собственно пацан и саданул молнией, сгенерировав ее внутри своего тела.

Как такое возможно, никто не знал, но сразу стало понятно насколько странные могут быть опасны.

Потом он еще видел запись, как хрупкая на вид девчонка тринадцати лет метнулась вперед и пробила грудину взрослого накаченного мужика весом в полтора центнера и тот отлетел как изломанная игрушка. После этого уже окончательно поверил, что среди обычных людей появились те, кто обладал поистине сверхчеловеческими способностями. Что конечно пугало.

— «Время прибытие борта — 5 минут», — высветилось на дисплее с внутренней стороны забрала.

Следом пришли отметки о полученных рапортах готовности зарядных и ремонтных мастерских наземных охотников. Похоже командир перестраховался и решил проверить вверенное ему хозяйство. Кто знает, может это такая замаскированная инспекция. Написали, что Пси-Корпус, а вместо них прилетят проверяющие из центра.

Но оказалось, что прибыли все-таки люди из Управления 9-13. Когда взметнув пыль на посадку начал заходить военно-транспортный вертолет хищных очертаний, лейтенант благодаря оптике, встроенной в шлем Ратника, успел хорошо рассмотреть символ на темно-сером корпусе воздушного аппарата — черный треугольник острием вниз. Эмблема Пси-Корпуса.

К нему и двум бойцам в полной выкладке подбежал широкоплечий мужчина в обычном комбезе военной модели без знаков различия. Только на груди скромно пристроился шеврон со все тем же черным треугольником.

Заместитель командира заставы представился по полной форме. А вот гость в ответ называться не стал, даже имени не сказал, лишь кивнул и пожал руку.

— В зону ответственности вашей погранзаставы ориентировочно в течении часа выдут курсанты, проходящие практику в полевых условиях, — без долгих вступлений проинформировал представитель Пси-Корпуса с ходу огорошив собеседника.

Какие еще курсанты? Какая еще практика в полевых условиях? Заметалось в голове у лейтенанта. Разгадка возникла внезапно, вспомнились неясные слухи, давно ходившие среди силовых структур о попытках привлечь «странных» к деятельности спецслужб.

Неужели правда? Решили подготовить спецназ со сверхчеловеческими способностями? Или точнее уже подготовили, а теперь обкатывают в реальных боевых условиях?

Натаскивают волчат на живых противниках, — понял лейтенант. — Среди спецуры такие подходы считались в порядке вещей.

Бросили в мутные воды полные банд и мародеров разоренного Казахстана, и смотрят, как выплывут.

— От вас необходимо обеспечить безопасность на прилегающей к границе дороге и окрестных районах, временно переведя охотников в режим пассивного сопровождения.

— Я не могу принимать такие решения, — покачал головой лейтенант, он снова поднял забрало и теперь смотрел на гостя невооруженной электронной оптикой глазами.

Посланца Пси-Корпуса возражения не удивили, он бросил мимолетный взгляд на тонкий планшет, что удерживал в руках, и кивнул.

— Хорошо, ведите к вашему начальству, будем решать.

Лейтенант повел рукой, показывая в сторону командного пункта, куда недавно ушел командир. Поворачиваясь, ему далось зацепить краешек дисплея портативного компа «психа».

Судя по изображению, работало какое-то приложение с картой, виднелось несколько отметок, одна вроде двигалась.

Картинка шла со спутника? Он бы не удивился. С ресурсами, которые власти выделили Пси-Корпусу отдельный спутник выглядел не роскошью, а всего лишь еще одним функциональным элементом сверхсекретного правительственного агентства с гигантским количеством полномочий.

Лейтенант не на секунду не сомневался, что разрешение на временное отключение роботизированных платформ-охотников будет получено, и что дорогу откроют для гостей извне, и что даже если командир вдруг попытается возражать, придет звонок с таких верхов, что спорить никому не захочется, включая на уровне Южного стратегического командования, отвечающего за южные рубежи.

Так и случилось. Командир поворчал, но все же отдал команду операторам перевести роботов-убийц в пассивный режим.

Вся застава застыла в ожидании. Давно уже прогнали через КПП всех депортированных, выдвинули вперед дозоры и усилили наблюдение за прилегающими территориями.

Черная точка, стремительно двигающаяся по трассе, появилась примерно через полтора часа. Когда она достаточно приблизилась, стало понятно, что едет пикап старой китайского модели.

Глава 11

Техноград «Рязань»

Центр города.

Жилой комплекс «Черная жемчужина». 13:05.

— Вот это хоромы, — потрясенно протянул Шуша не сдержавшись.

Можно его понять, я и сам обалдел, «квартирка» и впрямь поражала. Слово «апартаменты» подходили к ней лучше всего.

Огромная гостиная, несколько комнат, панорамные окна во всю стену (гермо-жалюзи опускались по желанию, при необходимости полностью изолируя от внешней среды и переходя на замкнутый цикл фильтрации воздуха), экран-стена, продвинутый модуль голокуба, стационарная станция выхода в Сферу, система умного дома под управлением нейронной сети, везде стиль и дизайн.

Три спальни, тренажерный зал, рабочий кабинет с еще одной голо-станцией, отдельная кухонная зона для готовки, столовая.

После заброшенных зданий с крысами по соседству, после дешевых капсульных ночлежек, где постоянно воняет дезинфекцией, после норы дохлого барыги и ночевок в автомобиле — контраст просто оглушающий. Как вход в другой мир.

Мы с Шушей стояли и хлопали глазами, как идиоты. Зато Лерка не растерялась, похоже для нее такая обстановка привычна, хотя слегка и подзабылась за последнее время. Анастасия и вовсе выглядела своей среди шикарного интерьера.

Я покосился на сестру Лерки. А девочка похожа привыкла жить в роскошных условиях и мало что знает о жизни на улице. Неудивительна ее некоторая инфантильность. Домашний котенок, а не злобная рысь, на которую так походила ее сестричка.

Жилье для какого-нибудь богатея из верхнего эшелона. А значит уровень достатка близняшек вовсе не «чуть выше среднего уровня», как я думал вначале, а значительно выше.

— Да-а, это вам не квартирка учителя младших классов, — насмешливо хмыкнул Шуша, пытаясь скрыть растерянность.

Анастасия не ответила на ремарку, молча пройдя по короткому коридору куда-то в другую комнату.

Насчет учителей Шуша прав, а вот врачи или инженеры вполне могли себе позволить хорошую квартиру, пусть и не такого высокого уровня. Получали технари и медики довольно прилично.

В правительстве сидели не дураки, понимали, кто сейчас критически важен. Времена, когда технические специалисты и доктора получали едва ли не наравне с курьерами давно прошли.

Сегодня совершенно другие приоритеты. Власти знали, что без материального стимулирования за просто так работать никто не будет. На энтузиастах можно сделать рывок (привет Сфере и ее молодому создателю, и разработчикам универсальной вакцины), но тянуть за собой воз каждый день можно только при помощи серьезных профессионалов, которые не станут пахать в ожидании пустых благодарностей.

Однако не стоило путать щедрость правительства с благотворительностью. Наверху засели циничные мерзавцы, понимающие, что такое трезвый и хладнокровный расчет.

Да нынешние руководители страны более патриотично настроены чем предыдущая власть, и больше ненавидят запад, но они отнюдь не благодушные мечтатели, желающие всех осчастливить. Наверное, в какой-то мере такие правители и нужны для столь огромной страны, как Россия. В меру подонки, в меру патриоты, в меру расчетливые дельцы.

Так что все это холодный и трезвый расчет. Необходимость содержать и обслуживать такие махины, как технограды, заставляла хорошо платить технарям. Та же история с медициной, отраслью стратегически важной во время войны с массовым применением биологического оружия.

Впрочем, спрашивали за высокие зарплаты тоже по полной. В технограде Хабаровск после утечки аммиака на очистительной станции, в результате которой погибло несколько десятков человек, после разбирательства казнили главного инженера.

Вздернули, прямо на фоне цистерн с химической дрянью. А рядом развесили всех членов комиссии, подписавших проверочные акты недавно проведенной инспекции.

Так что с этим все строго. Получаешь огромные бабки — будь добр отрабатывать их на твердую пять, иначе быстро закончишь в петле, если не хуже.

— Ты уверена, что здесь безопасно? — спросил я в глубь коридора, в котором исчезла Анастасия.

— Да, — донеслось из глубины квартиры, пауза и уточнение: — По крайней мере пока.

Обнадеживающий ответ. Знать бы еще насколько он верен. Все эти «линии вероятности» не внушали особого доверия, как и сама способность к предвиденью.

Провидица… чтоб ее. Черт знает, чего от всего этого ожидать. Но она же не дура, не будет сама себя подставлять. За помощь и укрытие беглецам положен серьезный срок. А «ракушка» это вам не курорт с хорошим обслуживанием, так влепят, мало никому не покажется…

Машину мы оставили на общественной парковке — каменной коробке в пять ярусов наверх и четыре под землю, через дорогу от комплекса. Плата меньше, чем в «Черной жемчужине», где имелась своя подземная стоянка для обитателей дома. Плюс сама машина будет привлекать внимание своей скромностью. Явный диссонанс — дорогие апартаменты и неприметный седан ниже средне ценовой категории.

— Я заказала вам коммы, скоро будет доставка, — сообщила вернувшаяся Анастасия.

Она протянула вперед собственный браслет-комм и показала мне картинку. Ничего особенного, не самая дорогая модель, зато с полным набором всего функционала. Увеличенная емкость аккумулятора, водозащита, антиударный корпус. Кажется какой-то туристический вариант или нечто похожее. Явная реплика с армейской модели.

Надо признать для нас выбор почти идеальный. Каждый пятый подросток из старших классов гоняет с такими. Не будем выделятся из толпы, заодно получив аппарат, хорошо подходящий для нашего образа жизни, когда не знаешь, где окажешься завтра.

— Еще вам нужно переодеться, — Анастасия нахмурила лоб, критически разглядывая мои пыльные кроссовки, слегка мешковатые джинсы и расхлябанную толстовку.

Я вдруг поймал себя на том, что все еще топчусь в миниатюрной прихожей, при том что Шуша отбросив стеснительность (явно рисуясь напоказ) по хозяйски прошелся по главной комнате, где в общем пространстве находились гостиная, кухня и столовая, и встал у панорамных окон, положив руки на пояс.

Лерка уже и вовсе возилась в кухонной зоне, явно нацелившись сделать себе второй завтрак. И лишь я, все еще болтался у входа, инстинктивно держась поближе к двери.

— А что не так со шмотками? — возразил я, оглядывая себя.

— От нее за километр разит автомат-магазином.

Все-таки присутствовала в Анастасии некая «взрослость». Настолько она это сказала убежденно, словно разговаривая с непослушным ребенком. Но и жизнь на улице заставляла быстро взрослеть, так что я особо перед ней не терялся. Хотя уверен, окажись на моем месте какой-нибудь обычный пацан, он бы давно уже умильно заглядывал ей в глаза, послушно выполняя что скажут. Я же оставался настороже, подозревая подвох в каждом жесте.

Зачем же она все-таки нам помогает? Не из-за природного же великодушия. Вот что не давало мне покоя все эти дни. Заявление: вы поможете мне, а я вам, — пусть оставит для малышей. Такая отмазка звучала глупо, особенно на фоне финансовых возможностей, открыто продемонстрированных с показной небрежностью.

— Ну-ну, — буркнул я, но ничего говорить не стал.

Хочет купить новые шмотки? Пожалуйста. Таким простым приемом она меня чувствовать себя обязанным не заставит. А ведь именно в этом, наверное, все дело — словно невзначай вызвать чувство благодарности, чтобы затем, когда прозвучит просьба с ее стороны, мы бы не смогли отказать.

Все будет выглядеть естественно, в парадигме поведения помощи человеку, который тебе оказал большую услугу.

Психологические игры, чтоб их…

Кирпичик за кирпичиком (комплект документов, помощь в дороге, покупка коммов и новой одежды, а главное спасение от полисов), у нас формировали ощущение, что мы ей обязаны и что потом будет просто неприлично не помочь ей в ответ.

Круто, если подумать. И ведь вполне могло сработать, окажись на нашем с Шушей месте обычные парни. Но мы с выросли на улице и плевать хотели на богатеньких сучек, игравших в какие-то свои странные игры. Становится марионетками никто из нас не желал.

Так что промахнулась они с этим и серьезно.

Анастасия вдруг прищурилась и посмотрела на меня долгим взглядом. У меня даже мелькнула суматошная мысль — неужели и правда мысли читает? Вот будет фокус.

Но нет, разгадка оказалась прозаичнее, несмотря на попытки сохранять бесстрастное выражение, что-то по моему лицу видимо все же проскользнуло и выдало.

— А я тебе сразу говорила, что ничего не выйдет. Это не наивные мальчики из коммерческого лицея, — к нам подошла Лера. В одной руке она держала бутерброд с белым хлебом, ветчиной и листьями салата, в другой порционную бутылочку с каким-то соком.

И бутерброд, и сок, как ни странно, она сунула мне в руки, затем взяла за рукав и потащила за собой к кухонной стойке, где как оказалось уже ждала целая горка, сделанных наспех закусок.

Кто-то явно посчитал, что ланч вышел несколько легким и следует еще подкрепится.

— Ваши родители были из «невозвращенцев»? — усаживаясь на высокий стул, спросил я, чтобы хоть как-нибудь нарушить неудобную паузу.

Лерка равнодушно кивнула. Ясно. Значит из числа тех, кому обратно доступ закрыт навсегда. Когда все началось миллионы проживающих за границей были лишены гражданства на основании закона о здоровье нации.

Туристов еще худо-бедно впускали обратно, загоняя в месячный карантин, а те кто жил в другой стране больше года, уже не могли вернуться. Тогда это считалось временным явлением, потом чрезвычайно положение продлили, а после и вовсе приняли указ о лишении гражданства, чтобы не возиться со ставшими чужими людьми.

— Касательно одежды, — Анастасия непринужденно присоединилась к нам, рассеяно взяв один из бутербродов и положив на стойку планшет. — Вам надо сменить образ, как можно дальше уйдя от роли уличных сорвиголов.

Несколько пасов и голографический модуль, встроенный в планшет, зажег в воздухе трехмерную проекцию молодого человека модельной внешности в костюме и модном пальто со стоячим воротничком.

— Так вас никто не примет за бывших… — она запнулась, не решаясь продолжить.

— Бандюганов, — хрипло выдохнул Шуша, незаметно появляясь за плечом. — Чего скрывать.

Мда, скрывать и впрямь особо нечего. Мы состояли в банде Ржавого и отнюдь не помогали переводить старушек через дорогу.

— Тогда туристические коммы будут выглядеть не к месту, — заметил я.

Анастасия свела брови домиком, задумчиво кивнула, соглашаясь с замечанием.

— Действительно, надо другие, — протянула она и полезла в онлайн доставку отменять прежний заказ.

Последовали еще какие-то манипуляции, сестра Лерки мотнула головой в сторону экран-стены, рядом с которым возвышалась станция голокуба.

— Подойдите, вас надо просканировать для подбора размеров.

Я в общем-то особо не возражал против новых шмоток, пусть они даже из нас сделают городских пижонов, если это поможет избавиться от пристального внимания полисов и охотников из Распределителя, но рисковать, загружая цифровую копию себя в систему доставки считал глупым риском.

— Ты уверена, что розыск идет только по Брянску? — уточнил я, прежде чем стать перед сенсором. — Сейчас эта штука нас оцифрует, а через пять минут сюда вломится полицейский спецназ.

— Не вломится, — уверила сестра Лерки. — Поиск ограничен локально. Вы не совершили преступлений особой тяжести, чтобы запускать федеральный уровень. Подключение баз данных всех техноградов одновременно с активацией системы распознавания лиц потребует слишком много вычислительных мощностей, что затормозит другие задачи. Думаешь сейчас ищут только вас? Другие силовые ведомства потребуют объяснений. А когда узнают, что ищут обычных малолетних преступников, пусть и «странных», но по сути не совершивших ничего серьезного, то поднимется шум. Руководство Пси-Корпуса прекрасно это понимает, поэтому не будет рисковать, перехватывая ресурсы у других структур.

Я медленно кивнул. Понятно, межведомственные разборки. Многим наверняка не нравится слишком резвое возвышение Управления 9-13. Одна ошибка и им многое смогут припомнить. Задавят со всех сторон.

Вот если бы мы в том переулке перебили всех спецназовцев наглухо, с выбитыми мозгами и расколотыми черепами, тогда другое дело. В этом случае претензий не было бы. Искали бы всем миром.

Так что возможно и правда определенный запас времени пока есть.

— Ладно, надеюсь, что ты права, — сказал я.

Голокуб мигнул и по мне прошлись невидимые лучи сканера. Процесс занял несколько секунда, потом на мое место встал Шуша.

Лерка, закончив есть, подошла ко мне и молча взяв за руку потащила за собой.

— Мы в душ, — на ходу крикнула она, совершенно не стесняясь ни сестры, ни Шуши.

Меня это удивило. Вроде недавно вела себя отстраненно, а сейчас снова намекает на близость. Хотя отказываться конечно не стал. Жизнь одна и надо брать от нее все что возможно. Особенно находясь в нашем положении.

И если красивая девчонка хочет заняться сексом, то только полный дурак будет отказываться и воротить нос, строя из себя оскорбленную невинность.

Глава 12

Техноград «Рязань»

Центральный район.

Жилой Комплекс «Черная жемчужина». 07:15.

Я открыл глаза и уставился в высокий потолок. Понимание, что не надо вскакивать и куда-то бежать, согрело приятной расслабленностью. Я скосил глаза вбок. Тонкое одеяло соскользнуло, обнажив девичью стройную ножку. Лерка что-то пробормотала во сне и беспокойно шевельнулась.

Она пришла ко мне ночью, молча проскользнула в комнату, скинула короткие шортики и футболку, в которые ложилась спать, и не говоря ни слова нырнула под одеяло, прижавшись обнаженным телом.

Что еще оставалось делать? Я обнял ее и поцеловал, Лерка жадно ответила. Дальше были дикие скачки с громкими стонами, как это обычно бывает. Она была так ненасытна, что успокоились мы глубоко за полночь. Не знаю, что там о нас подумали Шуша с Анастасией, но засыпали мы вполне довольные друг другом.

Я шевельнулся приподнимаясь, одеяло не удержалось и соскользнуло дальше, обнажив женскую грудь, небольшую, но упругую и вполне сформировавшуюся. Я не удержался и ущипнул за сосок. Лерка сладко причмокнула, что-то пробурчала и не открывая глаз властно взяла мою руку и прижала к своей груди.

Я на секунду задумался, что это приглашение продолжить или обычный рефлекс?

Оказалось ни то ни другое, девчонка перевернулась, утягивая меня за собой и предлагая обнять сзади, чтобы еще немного поспать.

Погладив нежную кожу на ее плече, я с сожалением пробежал глазами по полуобнаженному телу и начал осторожно освобождаться. Нет, поспать я не против, потом окончательно проснуться, подурачиться в кровати, пойти в душ и все это вместе. Однако инстинкт подсказывал слишком не расслабляться. Потому что обычно именно в такие моменты на человека и обрушиваются внезапно подкравшиеся неприятности.

Поэтому я окончательно освободился из объятий Леры, встал, стараясь делать как можно меньше шума, прихватил одежду и вышел в коридор.

Часы на стене показывали начало седьмого. В квартире тихо и слегка темновато. Хотя нет, реагируя на движение зажглась лампа с мягким солнечным освещением. Словно окно где-то приоткрылось.

Умный дом сработал, и не только включил свет, но сделал это ненавязчиво, сообразуясь со временем суток и подогнав интенсивность согласно раннему утру.

Мда, все-таки, наверное, здорово жить в таких хоромах каждый день. Даже странно, как Лерка при подобном детстве смогла так долго продержаться на улице. И не просто продержаться, а выжить и вполне неплохо устроится. Другая девчонка вполне могла закончить на панели, зарабатывая деньги собственным телом…

Хотя нет, есть ведь способности. Мозгокрутка помогла. Так что все не столь однозначно.

Я прошел в просторную гостиную и первым делом выпил стакан воды. Под ногами что-то звякнуло. Черный мешок для мусора, почему-то лежащий рядом с кухонной стойкой, отозвался на касание перезвоном пустых бутылок из-под пива.

Мля, наверняка, Шушина работа. Кого же еще. Гад, вчера нажрался, хотя обещал, что закончит парой бутылок. Столько и было, когда я уходил спать. Но потом видимо громила посчитал, что этого маловато и набрал еще, благо, что холодильник был забит всем необходимым под завязку.

Хорошо еще что водки не было, иначе этот начинающий алкаш и ее бы употребил. Спортсмен хренов. Ему не говорили, что физические нагрузки плохо сочетаются с приемом бухла?

Ну и самое главное — это гад оставался нашей последней линией предупреждения о нападении. И как он это сможет сделать, если будет валятся в отрубе?

Всех подставляет, засранец. Надо будет вправить ему мозги. Против бухла я ничего не имею, без него жизнь уличных бродяг совсем тусклая, но ведь надо знать меру. Или вся наша эпопея в какой-то момент закончится полным провалом. Возьмут тепленькими на очередной пьянке и повяжут, как мычащее стадо.

— Пинками его что ли разбудить? — подумалось вслух. — Или холодной водой облить?

После такого пробуждения Шуша точно заречется бухать, по крайней мере в ближайшее время. Особенно если пообещать, что теперь так будет каждый раз, как нажрется.

Еще несколько раз обкатав эту мысль, я в конечном итоге от нее отказался. Как-то жестковато так сразу. Шуша не поймет и будет в принципе прав. Сначала надо предупредить, а уж потом принимать крайние меры. Мы с ним и так далеко не друзья, и напрягать еще больше, значит вести к очередному конфликту. А оно мне надо? Особенно в данный момент.

Кстати, любопытно, когда вчера сидели в гостиной и смотрели какой-то фильм (отдохнуть тоже надо, всегда находится на взводе нельзя), и Лерка никого не стесняясь прижималась ко мне, Шуша не сделал ни одной попытки подкатить к Анастасии, хотя по идее это выглядело бы логично.

Но нет, здоровяк, который в обычное время, как и я, вполне не прочь оказаться с какой-нибудь девчонкой наедине, даже намека не сделал, что его интересует сестра Лерки.

Неужели настолько не доверял и опасался, или дело во «взрослости»? Выглядела Анастасия старше своих лет, строгой и неприступной. И почти всегда занятой своими мыслями.

Узнать бы еще о чем она там постоянно думает. Не строит ли планы в отношения нас? Вот бы где пригодилась телепатия. К сожалению мы с Шушей не обладали подобными талантами, только и умели, что чувствовать приближающуюся опасность и создавать кинетические щиты…

Так стоп. А не в этом ли дело? Если подумать, то мы с Шушей представляем собой спаянную боевую единицу, вполне пригодную для проведения силовых акций. Не в этом ли разгадка помощи со стороны новоявленного провидца? Хочет использовать нас в качестве «мускулов» в своих малопонятных комбинациях.

И Лерка снова потащила в постель не потому, что соскучилась, а потому что сестра попросила. Чтобы держать на коротком поводке для контроля…

Так, стоп. Хорош, с такой паранойей и не до такого можно додуматься.

Блин, башка болит. Из-за этих сестричек у меня уже ум за разум заходит. Кстати, они ведь близняшки. Если Шуша не хочет, может у меня что выгорит?

Воображение живо нарисовало соблазнительную картинку, как я сразу с двумя сестричками лежу на большой кровати, застеленной шелковыми простынями. И белье на обеих тоже из полупрозрачного шелка, нет, лучше кружевное, черное, и обе чтоб…

Блин, точно крыша едет. Я тряхнул головой, прогоняя соблазнительные видения. Мля, нашел время для эротических фантазий. И правда, совсем уже башка не варит, С ними быстрее рехнешься, чем затащишь обеих в постель.

Хотя…

— Дом, приготовь кофе. С сахаром и сливками, — сказал я в пустоту.

— Выполняю, — приятный женский контральто прилетел, как дуновение ветерка откуда-то сверху.

Умная техника начала готовить напиток. Прислушавшись к кофемашине и отметив, что агрегат запустился, я побрел по коридору в сторону рабочего кабинета.

По пути равнодушный взгляд мазнул по многочисленным пакетам и коробкам с названием известных брендов. Шмотки и коммы привезли вчера, доставили к дверям и свалили, даже не заходя внутрь, примерка заняла и то больше времени.

Не привычные к подобной одежде и стилю, («Бизнес-сити-стайл», так вроде выразилась Анастасия, использовав привычные для нее англицизмы), мы с Шушей долго возились, пока не приняли более или менее пристойный вид.

Городские пижоны — первое, что пришло на ум, стоило увидеть себя в отражении зеркала. Модный деловой костюм, тонкое весенне-осеннее пальто, классические ботинки. Ах да, еще чертов галстук, который мы завязывать не умели, пришлось этим заняться девчонкам.

В общем, полный ужас. Выглядеть мы стали лет на пять-семь взрослее, но одежда оказалась жутко неудобной и непривычной. Дурацкое пальто казалось жало в плечах, хотя Анастасия уверяла, что оно точно по размеру. Идиотский ремень на поясе из натуральной кожи ощущался слишком тяжелым. Про пиджак вообще молчу, он напоминал смирительную рубашку.

Но имелся и плюс, на первый взгляд перевешавший все неудобства — в этих шмотках мы совершенно перестали походить на себя. От слова совсем. Я бы, например себя не узнал, если бы встретил на улице.

К костюмам прилагались коммы последней модели, какая-то разрекламированная хрень в титановом корпусе. И самое главное — модные маски из матового черного пластика со встроенным биофильтром. Крутая штука, способная по уверениям производителя защитить даже от самых заразных болезней.

Пиз…ж конечно. Глаза и остальная часть головы оставалась открытой, существовали вирусы, которым достаточно попасть на кожу, чтобы проникнуть в организм.

Хотя, тоже неплохо. Лишний повод закрыть свою харю от назойливых камер, пусть сенсоры безопасности считывают сигнал с комма, привязанного к фальш-личности.

— Кофе готов, — мелодичный женский голос совпал с щелчком прекратившей работать кофемашины.

Я взял чашку с готовым напитком (все как заказывал, со сливками и сахаром и даже с небольшой пенкой) и уселся на диван.

— Включи телевизор. Звук приглушенный.

— Формат? — уточнила техника.

Глянув на стену-экран, я хмыкнул.

— Полный.

В ту же секунду вся стена превратилась в гигантский телевизор. Охренеть.

— Активировать трехмерное сопровождение?

Хрена себе и такая функция есть? Хотя чего удивляться, эта голо-станция, совмещенная со всей машинерией в доме, стоила как хороший автомобиль.

— Давай, — разрешил я, пригубив кофе.

Воздух замерцал, голографические проекторы сформировали объемную картинку, заполнив треть пустого пространства между диваном и голокубом.

Жесть. Плотность голо-изображения такая, что хоть протягивая руку, дотрагиваясь до интерактивной проекции. А если еще нацепить очки дополненной реальности или и всадить себе в висок вирт-имплант, то будет и вовсе режим полного погружения.

— «Криминальные хроники. Сеть контрабандистов поймана в технограде „Брянск“ при активном участии оперативных отрядов Пси-Корпуса…»

Фига себе, я смотрел на знакомые помещения подземного склада, куда нас затащили люди Силвера.

— «… уже точно известно, что в преступную группу входили члены муниципалитета города…» — перед камерами провели какого-то мужика в помятом костюме со скованными наручниками руками.

Так и знал, что ублюдков прикрывал кто-то сверху. Похоже дело раскрутили на всю катушку, замять не удалось. Попали чинуши по полной, за контрабанду людей без проверки на биосканерах, легко могут отправить на казнь. Особенно после того, как происшествие стало публичным. Чтоб другим урок был впрок.

— «… драку спровоцировали приезжие специалисты, начав оскорблять мирно обедающих посетителей кафе…» — еще одно знакомое помещение, кафешка где мы вчера завтракали. Рассказывали о стычке между дружинниками и западнецами.

Как и предсказывал, виновными признали чужаков-иностранцев.

— «… штраф в размере пяти тысяч будет выплачиваться на протяжении шести месяцев. Также четверо человек приговорены к двумстам часам общественных работ за ношение расформированных дружинных сил общественного правопорядка. Сами виновники драки после лечения будут отправлены на два года в исправительное учреждение пятого класса. После окончания срока их ждет депортация и полнейший запрет на дальнейшее посещение страны…» — крупным планом дали нарукавные повязки со знаками дружинников.

Ясно, значит действительно незаконно носили и за пошли под суд. Что примечательно, за избытых западнецов только штраф (и то только потому, что устроили стычку в публичном месте), а за повязки впаяли общественные работы. А самих запеднецев на два года с тюрьму, после выдворение из страны и запрет въезжать снова.

Мне вспомнилась физиономия европейца, брезгливо оглядывающая посетителей кафе. Теперь ублюдок долго не сможет так смотреть на людей.

Кстати, похоже убивать их все же не стали. Любопытно почему.

Я махнул рукой, переключая канал.

— «… институты, конструкторские бюро, вся страна работала на оборонку. И к чему это привело?» — мужик в очках вопросительно уставился на своего визави.

Беседа проходили в студии. Опять шли какие-то политические дебаты.

— «…к дефициту в магазинах. И не только в текстильной промышленности, но и в продуктах питания, — ответил другой, старичок лет семидесяти. — До сих пор помню, как при СССР было два сорта колбасы: по рупь пятьдесят и по рупь двадцать. И тех постоянно не хватало, приходилось искать и выстаивать огромные очереди. Особенно в дальних регионах. А в некоторых провинциальных магазинах колбаса и вовсе появлялась раз в месяц».

— «Поэтому и говорят, что разменяли страну на сто сортов колбасы и линялые джинсы, — подхватил другой участник дискуссии. — Людям осточертело жить, постоянно испытывая во всем недостаток. Ведь на развал страны согласились сами советские граждане, не прилетали инопланетяне, не вторгались натовцы, сгоняя всех под дулами автоматов, все произошло по молчаливому согласию большинства».

— «Капитализм — это не даже не про экономику, — невпопад, но нисколько не стесняясь влез еще какой-то очкарик. — Капитализм — это больше про психологию. Когда нескольким людям что-то нужно, и они готовы за это платить, всегда найдется тот, кто им это обеспечит. Купит, достанет, привезет, сам сделает — неважно, главное удовлетворит потребности, получив за это плату. И двигать им будет вовсе не желание помочь ближнему, а банальная жадность. Вот на чем в первую очередь держится рынок. На жадности и желании заработать. И не надо придумывать никаких сложных экономических теорий».

— «… но позвольте, сейчас частный сектор занимает в обороной сфере значительную долю. Вспомнить хотя бы „Кронштадт“, беспилотные летальные аппараты, которые выпускает данная компания…»

— «… а Био-Тех? Да у них тесные связи с правительственными кругами, но сама корпорация полностью частная…»

Мля, они там что даже не слушают друг друга, каждый на своей волне? Забодали. Я жестом погасил голокуб, следом выключился сам телевизор.

Допил одним махом остатки кофе, посидел еще немного и вспомнив, что так и не дошел до рабочего кабинета (вчера Анастасия там долго возилась, часть ее вещей привезли сюда еще до нашего прибытия) и отправился по коридору.

На вытянутом столе в кабинете лежали многочисленные распечатки, в основном на английском языке. Но несколько листков оказалось на русском. Пробежав беглым взглядом текст, я удивленно прицокнул. Потом стал читать дальше. И надолго залип, информация оказалась весьма любопытной.

Глава 13

Российская Федерация. Год 2035

Техноград «Рязань».

Жилой комплекс «Черная жемчужина». 07:30.

— Одно непонятно, какого хрена все это делает на бумаге? — задумавшись, сам не заметил, как произнес фразу вслух.

— Не люблю читать с экрана, — раздался спокойный голос позади.

Я дернулся и обернулся, в дверях стояла Анастасия.

— Хотя часто приходится. Но если подворачивается возможность обязательно стараюсь распечатать материалы в бумаге, — она прошла в кабинет и уселась в свободное кресло. — Дурацкая привычка, оставшаяся с детства, когда мама приучала читать только бумажные книги. Говорила, что так информация лучше усваивается.

В отличие от меня сестра Лерки выглядела ухоженной и проснувшейся. Свежая, умытая, с аккуратной прической и легким макияжем. В строгом брючном костюме, хоть сейчас на деловой ужин. Я же натянул на себя при выходе из спальни только футболку и джинсы. Волосы растрепаны, взгляд полусонный.

Мда, косяк, и кто из нас всегда готов к любому развитию ситуации? Если что, куда побегу, искать обувь?

— «Волновой эффект достигается путем перераспределения между основным операционным запасом и резервом в разрезе одномоментного высвобождения потоков накопленной энергии», — водя пальцем по бумаге, процитировал я вслух отрывок выделенный жирным шрифтом, приподняв один из листков. — Сноска: смотри положение о дыхательных техниках, параграф 3–4.

И поднял тяжелый взгляд на девчонку.

— Это что?

Она невозмутимо пожала плечами.

— Ты же сам прочитал: смотри положение о дыхательных техниках, параграф 3–4, — она меня передразнивала.

Очень смешно. А по факту от всей этой кипы распечаток несло нехорошим. Секретными сведениями от них несло. На некоторых листках на английском даже невзначай стояла красная печать в верхнем правом углу — «TOP SECRET».

— Откуда это? — дурацкий вопрос если честно, догадки уже мелькали в голове, и они совершенно не нравились.

— А ты еще не понял? — удивилась Анастасия. — Ты выглядишь более сообразительным, чем твой приятель. Вот только глаза, — она запнулась. — Слишком уж ледяные. Как в холодный омут заглядываешь. Видно, что не пожалеешь при случае, стоит кому-нибудь преградить дорогу, смахнешь не глядя и пойдешь не оглядываясь. Я это четко чувствую, — она взглянула с интересом. — Откуда в тебе подобная беспощадность?

— У меня было трудное детство, — сухо обронил я, не вдаваясь в подробности. Не рассказывать же о Красноярске.

Интересно, а она действительно не умеет заглядывать в прошлое или наврала?

— Ты знаешь, что такое индекс агрессивности? — вдруг спросила девушка.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить. Где-то вроде проскальзывало. Когда первый раз осознал себя «странным», я долго копался в Сфере, пытаясь найти что-нибудь полезное.

К сожалению, много накопать не удалось, власти оперативно подчищали все более или менее достоверные сведения, оставляя шлак из раздела неподтвержденных слухов, а то вовсе откровенных баек и побасенок. Обычные люди покупались, но имеющие способности сразу понимали, что все это пустой хлам, бесполезный для «странных».

— У кого-то это проявляется сильнее, у кого-то слабее, — продолжила Настя. — От тебя же этим просто «разит». Эманации угрозы и аура жестокости. Точнее готовности пустить ее в ход. Легко, без размышлений и долгих раздумий, лишь только возникнет необходимость.

Она, что считает меня отморозком? Ну это не новость.

— А у Шуши значит этого нет? — я не скрываясь излучал скептицизм. Если кто и мог проявить жесткость не задумываясь, то это он.

Девушка закинула ногу на ногу и покачала головой.

— Нет. Несмотря на свою внушительные физические данные и угрожающий внешний вид, от него это не исходит. Готовности убить любого, кто встанет на пути. Не задумываясь ни на секунду. А в тебе это есть.

— Хочешь сказать, что я какой-то псих-убийца?

Она удивленно приподняла брови.

— Разве я так сказала? Нет, это другое. Индекс агрессивности показывает возможность субъекта не колеблясь применить силу, если возникнет такая возможность, — молодая провидица наклонилась вперед. — Понимаешь, далеко не любой человек склонен к насилию, многие предпочитают сбежать, а то и вовсе молча снести побои в свой адрес, лишь бы побыстрее неприятная ситуация прекратилась. У нас же, подобная покорность почти не встречается. Мы либо сводим противостояние к нейтралитету, либо открыто вступаем в конфликт. Так вот, у тебя эта готовность вступить в конфликт проявляется четче всего. Если на тебя нападут, ты не станешь подставлять левую щеку, а достанешь нож и с большим удовольствием всадишь его в печень врага, да еще провернешь для надежности.

Я хмыкнул. Какое образное сравнение.

— А Шуша значит будет покорно стоять и смотреть как его избивают, — с недоверчивой усмешкой протянул я.

Знаю я этого амбала, он сам кому хочешь голову открутит и сделает это с не меньшим удовольствием, чем я кого-то пырну Лепестком.

Кстати, пока читал, сам не заметил как достал нож и стал рассеяно крутить его между пальцев. И теперь верный клинок, легко лежал в правой ладони, готовый к работе.

— Нет, просто у него эта готовность проявить агрессию несколько ниже, чем у тебя. Но она у него тоже присутствует, — Анастасия откинулась в кресле. — Как и у моей сестры, к сожалению.

Последнее она произнесла тихо, почти себе под нос, поэтому пришлось напрячься, чтобы расслышать.

Она явно ожидала, что продолжу расспросы в этом направлении, но я помнил, как ловко она ушла от вопроса о происхождении небрежно разбросанных по столу бумаг.

— Что такое «вхождение в поток»? — спросил я, ткнув пальцем в вызвавший особый интерес абзац. Слишком уж знакомые симптомы там описывались.

Ни один мускул не дрогнул на лице малазийки русского происхождения. Она никак не проявила себя, выдав что удивлена резкой сменой темы беседы, вместо этого спокойно начала говорить:

— Некоторые называют это состояние автопилотом. Иногда оно напрямую связано с индексом агрессивности. Хотя это и не подтверждено на практике. Данная суб-способность позволяет полностью объединится со своим главным талантом и стать значительно сильнее. Довольно полезный навык, особенно в бою. Конечно, если знать, как правильно его применять.

Перед моими глазами пронеслись картины из прошлого. Обшарпанные коридоры барака, окровавленные тела, и четкость движений с алой пеленой, уверенно ведущей за собой вглубь здания.

— Откуда вообще все это в нас? — глухо спросил я, неприятные воспоминания царапнули память. Не хотелось вновь вспоминать события в Красноярске.

— Истоки происхождения способностей? — уточнила Анастасия и медленно покачала головой. — Никто толком не знает.

— Даже правительство? — не поверил я и тряхнул стопкой листов. — Только не говори, что достала это в обычной сети публичного доступа.

Девушка в деловом брючном костюме сохраняла ледяное спокойствие.

— Насколько я могу судить — да. Власти и сами не знают, чем вызван феномен появления «странных».

— Тогда это результат естественной эволюции? — что-то похожее мне приходилось читать в Сфере на одном из форумов, посвященных необычным детям. — Резкий скачок, приведший к возникновению нового вида…

Я замолк, настолько скептически Анастасия поглядела на меня.

— Ты сам-то в это веришь?

Честно сказать не очень. На том форуме писали всякий бред, вплоть до вмешательства инопланетян в развитие человеческой расы.

Девчонка наклонила голову набок.

— Я считаю, что вмешательство было искусственным. И скорее всего это инициатива частных лиц. Слишком уж реакция правительств ведущих стран мира оказалась непродуманной. В первые дни новостей о странных власти выглядели растерянными, как и рядовые обыватели.

— Но кто это сделал? И как? — я нервно потер подбородок.

— На первый вопрос ответа у меня нет. Зато на второй кое-какие догадки имеются. Скорее всего процесс запустили под прикрытием эпидемий. Ряд вакцин имели элементы генной терапии, а некоторые и вовсе напрямую влияли на геном, вмешиваясь в архитектуру человеческого ДНК. Никто за этим особо не следил и для выявления подобного вмешательства были необходимы серьезные исследования, которые никто, естественно, не проводил. Причем началось все это за год-полтора до основных событий.

— С чего ты это взяла? — не понял я.

Она несколько удивленно на меня посмотрела.

— Судя по стонам и крикам из спальни прошлой ночью о процессе появления детей ты кое-что должен знать, — Настя скривилась, видимо вспомнив кто издавал эти стоны и крики. — У тебя с математикой как? Первые «странные» родились в две тысячи двадцатом году, мы, кстати, относимся именно к этому первому поколению. А массовые вакцинации начали делать только в две тысячи двадцать первом. А теперь подсчитай сам, мы не могли появится так рано, если бы вмешательство проводилось в то время. Понимаешь?

Черт, а ведь и правда, сроки беременности не обмануть. Кто-то сначала начал все втихую за год-полтора до первой пандемии, а затем уже, чтобы прикрыть все, устроил глобальную эпидемию.

— И что, этих «шутников» никто не ищет?

Анастасия нахмурилась.

— Кто сказал, что не ищет? И русские спецслужбы, и американские, и китайские и вообще любой другой более или менее значимой страны, носом роют землю, пытаясь найти основных фигурантов дела. Но если верить моим источникам — пока безуспешно.

Хмм… интересно. Но я вновь решил резко сменить тему.

— Насколько эти методички действенны? — я приподнял стопку распечаток.

Девушка неторопливо положила руки на подлокотник кресла и на секунду задумалась.

— Для начала, они не стандартизированы. Для кого-то подходит одна психотехника, для кого-то другая. Универсальны лишь упражнения для концентрации. Все остальное различается. Например, для сенса будут полезны одни тренировки, для метателя молнии или огневика совершенно другие. То, что подходит провидцу, будет совершенно бесполезно для физика.

— Физика? — приподнял бровь я.

— Так называют обладающих сверхъестественной физической силой, — пояснила Анастасия. — Это тоже своего рода способность, только направленная внутрь организма, а не вовне.

Хрена себе, не знал. Мне подобные пока не попадались. Надо будет запомнить.

— И в чем отличия между нами? В физиологии?

Она, кажется, удивилась услышав столь сложное слово от обычного уличного бродяги, но не подала вида.

Раньше я и правда любил много читать, да и сейчас не растерял данной привычки, при любом удобном случае, стараясь что-нибудь полистать. Вот и сегодня утром, увидев распечатки на столе, не удержался. Как видим не зря.

— Не только, — справившись с удивлением, ответила девчонка. — Там и биохимия, и внутренняя энергетика организма, и нервная система. Все в совокупности.

— Значит исток силы у странных разный? Или как? — продолжал расспросы я.

Анастасия как-то криво усмехнулась.

— А вот это загадка на несколько миллиардов. Никто не знает. Не скажу, что я смогла глубоко залезть в секреты американских спецслужб, все-таки основную информацию я получала через их частных подрядчиков.

Я неспешно кивнул. Промышленный шпионаж. Понятно. Хитро. И продуманно. Кадрового разведчика как правило легко не подкупишь (можно конечно, но это займет много времени и потребует особого подхода), а вот на обычным человеке можно сыграть.

Главное иметь достаточно наличных. На какой-то сумме обязательно сломается и продаст хоть саму душу.

Умно, если подумать, девчонка выбрала оптимальный вариант. И спорю на что угодно, со своими информаторами она никогда лично не встречалась, либо посылая вместо себя людей, либо действуя вообще без личных контактов. Сейчас глобальные сети позволяли обмениваться и деньгами, и информацией, сохраняя конфиденциальность для обеих сторон.

Значит все-таки не полностью инфантильная дурочка. Просто не хватает практического опыта. Зато с планированием явно все отлично. Так сказать — теория на твердую пять, а практика на слабую двоечку.

Я почему-то вспомнил школу. Как давно это было, когда ходил последний раз. Какой был класс? Пятый вроде. Должен был переходить в шестой. Когда погибли родителей. Потом сбежал, не выдержал. Постоянно снились кошмары, а детдом не то место, где можно их переждать. Поэтому и подался в бега, в первую очередь убегая от жутких воспоминаний.

— Ты хоть понимаешь, насколько изменится мир, когда подобных нам станет намного больше и наши способности начнут использовать власть предержащие? По-настоящему использовать, а не в виде точечных уколов, — Анастасия вдруг резко порывисто встала и зашагала по комнате.

Я, наоборот, почему-то успокоился, отложил листки в сторону.

— Представь толпу, заведенную сенсом, который внушил людям нужное настроение и перепрограммировал поведение под заданный стандарт. Или такой как ты вышел против сотни танков и превратил их в смятые консервные банки всего лишь одним усилием мысли.

Я не скрывая скепсиса скривил губы.

— Промывание мозгов? Так они это и без всякой магии это давно умеют. А насчет смятых танков, ты явно загнула. Я и обычную алюминиевую банку из-под шипучки вряд сомну.

Сразу вспомнились попытки управлять бумажными пакетами и пластиковыми стаканчиками. Правда потом последовал резкий всплеск, во время столкновения со спецназом. Должно быть сыграл роль бушующий в крови адреналин. Но потом снова наступила тишина, так сильно способности больше себя не проявляли.

— Это только пока. Например, твой приятель Шуша…

— Он мне не приятель, — перебил я.

Но девчонка небрежно отмахнулась.

— Неважно. В теории когда он полностью разовьет и раскроет свой дар, то сможет растягивать свою чувствительность на других, а если повезет даже заглядывать в будущее. Узнавать об угрозе не за пару секунд, а за минуту.

Звучало невероятно. Я попытался это представить. Шуша еще не зашел в здание, а уже знает, когда и откуда в него начнут стрелять. Как с таким справится?

— Хочешь сказать такие как вы можете стать неуязвимыми? — недоверчиво прищурился я.

Оказалось, что нет. Все это прорицание и предвиденье базировалось на постулатах, что события будут течь в строго определенном направлении, точкой отчета для которого будет момент, когда из него начнут «смотреть». И если постараться, можно заранее разрушить начавшийся складывать «рисунок», чтобы видящий не смог разглядеть картину целиком.

На первый взгляд — полный дурдом и вынос мозга. Но это только так выглядело сначала. Но на самом деле, базисом являлась давно известная связка — причина и следствие.

Скажем если мы перейдем дорогу не в одном месте, а в другом, то пойдем по совершенно другому пути, изменив свою будущее. А если отправимся ужинать в ресторан, а не останемся дома, куда потом нагрянут полисы, то изменения станут еще больше, изменив грядущее уже радикальным образом. И все в таком роде.

Провидцу или сенсу придется постоянно использовать способность, чтобы отслеживать линии будущего, что физически невозможно.

— Значит об этом знают и смогут противодействовать твоим способностям в наших поисках? — уточнил я.

— Не совсем, но это игра в обе стороны, — Анастасия остановилась посреди кабинета, в своем брючном костюме и аккуратной прической сейчас она походила на молодую учительницу. — Вероятности часто меняются, поэтому приходится все время поддерживать контакт с объектами наблюдения. Поэтому это и называется «линией вероятности». Будущего как такового еще нет, только вероятность. Она зависит от наших поступков здесь и сейчас. Понимаешь?

Она снова возбужденно прошлась по комнате.

— На самом деле это очень сложная теория возникновения разных слоев реальности в зависимости от нашего повседневного поведения, ведущего к потенциальному возникновению другого измерения в зависимости от совершенных поступков. Сколько развилок — столько вселенных. Это изучают в теоретической физике, — девчонка нервно взмахнула рукой. Было видно, что в свое время познакомившись с данными работами, они ее потрясли, особенно в свете появившихся умения предугадывать будущее.

Но лично меня теория волновала мало. Тем более подобный заумный научный бред.

— Все это лирика. Давай ближе к теме. Я понял, что эти методики нам помогут, — я снова взял со стола стопку листов. Следовало возвращать девчонку на грешную землю, где грязь, кровь и смерть. А не вот это вот все: исследования и теории, делающиеся в красивых и чистых кабинетах.

Нам тут возможно скоро башку оторвут, а она «теоретическая физика».

— За этим ты здесь? Хочешь покопаться в секретах Пси-Корпуса, как уже покопалась у амеров? — спросил я без обиняков.

Сам я влезать в разборки с одним из самых могущественных правительственных агентств русских спецслужб точно не собираюсь.

Анастасия как-то вдруг разом успокоилась, внимательно посмотрела на меня и сказала:

— Нет, я здесь…

Однако договорить ей не дали, из коридора послышался шум, Лерка и Шуша уже тоже проснулись и пошли искать нас.

Глава 14

Техноград «Рязань»

Центр города.

Жилой комплекс «Черная жемчужина». 12:00.

Следующие дни пролетели незаметно. Пользуясь методичками, мы усиленно тренировались, пытаясь применить полученные знания на практике. Честно сказать, выходило не очень. Слишком размытыми выглядели описания психотехник, перегруженные сложными терминами и туманными пояснениями, иногда понятными лишь узкому специалисту.

Но мы старались, честно пытаясь во всем разобраться. Не потому что тянулись к знаниям (Шуша и вовсе бурчал, что вместо того чтобы тратить время на эту херню, лучше бы оружия прикупили, и получили временное разрешение на ношение, бабки-то есть), нет, стимулом служило простое осознание, что если схалявничаем сегодня, то завтра из-за этого можем попасть под раздачу — будем лежать опутанными ловчими сетями, кляня себя что не воспользовались возможностью и не развили способности.

Стычка со спецназом в переулке хорошо показала, что церемонится с нами не будут. И шокером долбанут, и сетками обмотают, и пластиковыми пулями обстреляют. И это в лучшем случае. В худшем, если окажем ожесточенное сопротивление и начнем убивать, без раздумий и вовсе пристрелят.

Так что старались. Изучали собственные возможности, пытаясь найти новую грань, затем перешагнуть ее, и идти дальше, вперед к новым вершинам. Трудно, больно, но при всем при этом вполне интересно.

Сам я тренировался, используя принцип обучения через реальные действия. То есть теория — это конечно хорошо, и все красиво написано, но реальную практику ничего не заменит. Поэтому и проводил большую часть времени передвигая предметы, поднимая их в воздух и стараясь контролировать сразу несколько штук.

Поначалу было сложно, семь потов сойдет, пока шевельнешь обычную игральную кость. Зато потом плотину прорвало и началось получаться все лучше и лучше.

Причиной стало несколько упражнений по управлению внутренними потоками энергии. Какой-то умник написал довольно емкую, но дельную инструкцию, как разделить запас энергетических сил на две части: «дополнительный резерв» и «операционный ресурс».

Первый это вроде запаса, оттуда предстояло черпать энергию по мере использования способностей, второй — оперативная часть, которая предназначалась для непосредственного манипулирования.

Было сложно и не сразу все получилось. А когда-то все-таки вышло, то и произошел тот самый прорыв, позволивший управлять предметами значительно проще.

Не знаю как объяснить, появилось вроде ощущения еще одной пары рук… Нет, не пары рук, чего-то другого, невидимого силового поля, окружающего все вокруг, в чьих пределах, я мог свободно передвигать предметы.

А вот с Шушей все оказалось труднее. В отличие от моего, его дар не мог проявлять себя на физическом уровне. Из-за этого у громилы появились проблемы, когда выяснилось, что тренировки, предназначенные для сенса, в основном представляют собой различного вида медитации и ментальные практики.

Больше привыкший к физическим действиям, Шуша ругался, проклинал всех и вся, но… упорно продолжал штудировать выделенные для него распечатки, подолгу сидеть с поджатыми ногами (в позу лотоса он так и смог сесть, назвав тех, кто это придумал кретином с кривыми ногами), и медитировал.

Впрочем, с медитациями мучился не только он. Самоконтроль, дисциплина разума, умение концентрироваться, сосредотачиваясь на одной задаче, отбрасывая все прочее — оказалось важным и для всех остальных.

Так же выяснилось, что имелась прямо пропорциональная зависимость способностей к физическому состоянию «оператора». Старинная поговорка: в здоровом теле — здоровый дух, оказалась довольно верной.

Хочешь не хочешь, а форму поддерживаться придется. Хотя лично у меня с этим и до этого особых проблем не возникало. Когда все время на свежем воздухе и в движении, то поневоле нарастишь мышцы в нужных местах. Спортсменом, конечно, не станешь, но подвижным и ловким будешь, и без всяких усилий со своей стороны.

К счастью, в апартаментах был оборудован небольшой тренажерный зал. Богатые любят заниматься спортом, держа собственные тела красивыми и подтянутыми. И тот, кто проектировал квартиру, учел данный момент, выделив под это отдельную комнату.

Предусмотрительно, и полезно для нас. Теперь на беговой дорожке можно было легко увидеть кого-нибудь из девчонок, а Шуша так и вовсе надолго залипал на тренажерах для развития силовой.

Сам я занимался без особого фанатизма, отдавая в первую очередь предпочтение развитию способности телекинетика. Мышцы — это конечно хорошо, но ни один кулак не спасет от пули. А телекинетический щит сможет.

Вообще, выпускать силу оказалось нетрудно. Намного сложнее проходил сам процесс контроля, когда в воздухе висело сразу несколько вещей. Через какое-то время создавалось впечатление, что голова готова взорваться. И чем больше предметов поднималось вверх, тем труднее все становилось.

С весом и размерами предметов та же беда. Если скомканные шарики бумаги в количестве десяти штук порхали как бабочки, то одно чертово кресло едва шевельнулось, стоило попытаться всего лишь сдвинуть его с места.

Еще труднее приходилось с манипулированием энергии внутри тела. Иногда она ощущалась сферой, иногда искрой, иногда совершенно неожиданно превращалась в волну и начинала гулять по всему организму.

Очень необычное ощущение, быстро перерастающее в тошноту. Голова начинала кружится, создавалось дурацкое чувство невидимой качки. При этом я спокойно сидел на полу! А тело вело себя так словно находился на каком-нибудь корабле в море посреди шторма!

Однажды я чуть не сблевал, настолько меня замутило…

— Привет, — рядом на диван рухнула Лерка.

Я сидел, положив ноги на журнальный столик, передо мной в воздухе кружились в хороводе десяток игральных костей. Кубики с нанесенными точками, казалось, двигались в хаотичном порядке, но если присмотреться, то было видно, что они выстраивались друг за другом согласно номерному значению от одного до шести, каждый раз поворачиваясь нужной гранью с цифрой, пролетевшей предыдущей кости.

Забавное занятие, требующее невероятной концентрации. Вот и сейчас, стоило Лерке усесться рядом, как следующий кубик крутанулся не в ту сторону, показав вместо четверки пятерку.

Блин.

— Слушай, мы тут уже несколько дней никуда не выходили, может прогуляемся по городу? — Лера смешно наклонила голову и не удержалась, положила тонкую ладонь мне на грудь. Еще и погладила зараза такая. Сразу два кубика дернулись и сбились с курса.

— Выходить опасно. Незачем зря светиться перед камерами с системой распознавания лиц, — буркнул я, больше недовольный собой, чем тщательно разыгранной провокацией от хитрой девчонки.

Она видела, что я делаю, и специально отвлекла, нарушая концентрацию. В чем-то даже это могло сойти за помощь, как дополнительный фактор отвлечения для сохранения внимания, но зная Лерку, думаю она сделала это просто из вредности.

По коридору прошла Анастасия, в руках кружка горячего кофе. Кажется, идет в кабинет, по нам мазнула лишь рассеянным взглядом.

Вот интересно, одета и причесана, вроде даже долетел легкий аромат дорого парфюма. Прямо сейчас готова к выходу. А Лерка до сих пор в пижаме, несмотря на время обеда. Хотя пижама и симпатичная. Я покосился на подругу в синих штанишках и такой же курточке струящихся сырым шелком. Волосы растрепаны, лицо слегка помятое, косметики нет.

Все же разные сестры по характеру. Анастасия более собрана: жесткий распорядок дня, тренировки и беговая дорожка строго по расписанию, правильное питание, и время, выделенное на работу.

Кстати, удалось узнать, что ей принадлежит какая-то инвестиционная компания, и вроде даже не одна. Торгуют в основном на азиатских рынках. Масштабы деятельности непонятные, как и вообще есть ли офис и другие сотрудники. Но обороты, кажется, неплохие.

Нисколько не удивлюсь, что вся компании (или компании?) состоят исключительно из одной Насти. Ну может еще пары сотрудников для занятия бухгалтерией, отданной на аутсорс. Кто-то же должен заниматься налогами, подсчитывая, как меньше заплатить.

Лерка же по сравнению с сестрой полная противоположность. Взбалмошная, не особо дисциплинированная, не слишком следящая за собой (что отнюдь не мешало ей сохранять природную привлекательность), предпочитающая относится к жизни легко, хотя порой делающая это с каким-то ожесточением.

Короче, вода и огонь, день и ночь. И как только из таких получились близнецы…

— Что, думаешь о том, как бы трахнуть нас обеих? — вкрадчивым тоном внезапно спросила Лерка.

Я поперхнулся. С легким стуком кубики осыпались на пол и разлетелись в разные стороны. Хрена себе вопросы.

— Даже и не мечтай, — решительно продолжила Лера.

Полностью охреневший, я повернулся к ней.

— С чего ты это взяла?

Она кивнула в сторону коридора, куда ушла Анастасия, перед этим заметив мой взгляд, проводивший ее сестру.

— Да все вы начинаете об этом думать, стоит вам узнать, что мы с сестрой близнецы. Разве не так?

Я удивленно посмотрел на девушку.

— Откуда вообще такие мысли? И кто это — все?

— Мужики. Вы только и умеют думать, что этим местом, — узкая ладошка скользнула к ширинке на моих джинсах.

Пришлось перехватывать руку, мягко отводя обратно. А я вдруг понял, что это было. Эмоциональные качели. Надавить в одном, чтобы получить согласие в другом.

О чем она там говорила? Хочет прогуляться по городу? Вот для чего эти игры. Пытается заставить меня согласится.

Хитрая какая. Прямо как сестра. В этом они похожи.

А все же любопытно, зачем Анастасия нам помогала? Могла сунуть пару пачек наличных и помахав ручкой, укатить по одной из автострад. Встретились, познакомились, помогли друг другу, разбежались. Все в порядке вещей, а главное логично, учитывая обстоятельства.

Но нет, упорно тащила за собой, сделала документы и все это под угрозой наказания за помощь беглым преступникам.

Что ей движет? А если по-простому: какого хрена ей от нас надо? Неужели и правда нужны «мускулы» в каком-то деле? Тогда это надо обсуждать. И в первую очередь оплату за такие услуги.

Помощь помощью, но и мы ее сестру тащили с собой, хотя могли бросить, так что в какой-то мере квиты. Ну а если и должны, то не так, чтобы рисковать собственной головой.

Надо об этом поговорить. В тот раз не получилось, помешала Лерка и Шуша, а ведь Анастасия явно собиралась что-то сказать. С тех пор, как воды в рот набрала. Стоило попытаться разговорить, как в ответ следовало молчание…

В дверь позвонили, из прихожей донесся переливчатый звук видеодомофона, следом приятный женский голос сообщил:

— Курьер.

Ага, доставка, время обеда. Сами мы не готовили (потому что никто толком не умел, разве что яичницу пожарить или пельмени сварить), предпочитая заказывать еду с кафе и ресторанов. Благо что выбор сервиса экспресс-доставки позволял. И цены особо не кусались.

— Пойду открою, — Лерка поднялась и как была в пижаме отправилась в прихожую. Хорошо еще что синий шелк не просвечивал, а то пришлось бы идти мне.

Несколько пакетов с контейнерами Лерка сгрузила на кухонный стол. Лежащий на журнальном столике комм пискнул извещением, что доставка получена. Я взял браслет в руки, жестом активировав голографический интерфейс.

Так, что тут у нас, чек от Первого русского банка. Оплата прошла, желают приятного аппетита.

Счет завести нам пришлось вместе с активацией учетной записи в Сфере. Полную идентификацию мы проходить не рискнули, понимая, что скорее всего поддельные личности быстро вскроются и обмануть систему не выйдет. Но привязать банковский счет все же пришлось, для ограниченного функционала гостевого аккаунта.

Я выключил голо-экран. Да, Сферу не обманешь. Эти ухари быстро вычислят несоответствия в наших липах и отправят запрос в департамент полиции. Те начнут копать и рано или поздно выйдут на людей из Распределителя.

Одно хорошо — заводить подобные учетные профили законом не запрещалось. Полный доступ ты не получал, но возможность выходить в сеть появлялась. Пусть и с определенными рамками.

Черт, что же все-таки Анастасии от нас надо? Мысли вновь и вновь возвращались к этому вопросу. Может стоило сыграть по-другому? Вызвать на откровенный разговор? Или лучше спровоцировать, поставить перед дилеммой?

Я посмотрел на рассыпанные по полу игральные кости. Повинуясь взгляду, кубики плавно поднялись в воздух, застыли и начали медленно вращаться, формируя восьмерку.

Голова разболелась, в груди поселился небольшой холодок, но я упорно продолжал держать кубики в воздухе, выстраивая различные фигуры, заставляя их двигаться с разной скоростью.

Может просто тупо выставить ультиматум? Либо пусть колется и выкладывает, что и как, либо прощаемся и разбегаемся.

— Ну что решил? Пойдем гулять? — рядом плюхнулась Лерка. Закончив с пакетами, она не стала ничего разбирать, просто выложив все контейнеры на стол.

Я на секунду задумался.

— А знаешь что, — медленно проронил я. — А давай, пошли пообедаем в городе.

Лерка радостно взвизгнула, чмокнула меня в щеку и побежала одеваться. Интересно, угроза незапланированного выхода в город заставит ее сестрицу наконец открыть рот или придется прибегнуть к более радикальным идеям?

Глава 15

Российская Федерация

Техноград «Рязань».

Центральные улицы. 13:20.

Загруженная автострада плавно перетекала из яруса в ярус, то забираясь выше под небеса, то ныряя вниз на самое дно индустриального ландшафта. Автомобили неслись сплошным плотным потоком.

Мы неспешно шли по пешеходной дорожке, проходившей над эстакадами, справа и слева возвышались высотные здания, заслоняя собой горизонт.

— Красиво, — Лерка крепче прижалась ко мне, взяв под руку.

Провокация не удалась, хреновый из меня получился манипулятор. Мы все же выбрались на прогулку и судя по реакции Анастасия не имела ничего против.

Уровни, ярусы, автомобильные эстакады и пешеходные дорожки переплетались между собой подобно запутанной паутине. Навстречу шли люди, кто-то спешил по своим делам, кто-то, как они, степенно прогуливался.

Неон и голограммы заполоняли улицы ярким светом. Часто попадалась реклама, она висела в воздухе, приходила на комм в форме сообщений, зазывала трехмерными проекциями на вывесках заведений.

Людей было немного, все же разгар рабочего дня, они двигались неоднородной массой, напоминая прерывистую змею. Многие носили респираторы различного типа: кто-то продвинутые технологические устройства, закрывающие чуть ли не все лицо, кто-то обычные медицинские маски.

Небо чертили дроны, от миниатюрных наблюдателей до тяжелых грузовых доставщиков и полицейских «Шершней», гудящих на низких оборотах мощными двигателями.

Я заметил отсутствие наземных патрулей полисов. Для выходца из окраин это сразу бросалось в глаза. За безопасностью в пределах периметра отвечали автоматические системы.

Киберпанк. Вот что это напомнило. Индустриальный пейзаж города мрачного будущего.

Я запрокинул голову и взглянул на свинцовые тучи, низко висящие в небесах. Погода как никогда подходила к окружающей действительности. Наверное скоро пойдет дождь.

Взгляд мазнул по группе подростков чуть младше нашего возраста. Мальчишки и девчонки шли куда-то веселой гурьбой. Некоторые носили очки дополненной реальности.

Забавно, мы на их фоне в своих строгих полупальто и костюмах, выглядели значительно старше, не совсем взрослые, но студенты начальных курсов точно.

Проследив, как парнишка двенадцати лет в черных очках таращится в пустую бетонную стену, явно видя там что другое, я хмыкнул. Дополненная реальность, так и не получила подавляющего распространения, хотя и использовалась в повседневного жизни, в основном, как инструмент рекламы и продвижения новых типов товаров, ориентированных на подростковую аудиторию.

Однажды мне довелось нацепить похожий девайс на глаза и посмотреть на окружающий мир через вирт-пространство. Серые и неприветливые технограды расцвели буйством красок, и в отличие от реальности реклама обрушилась бесконечным потоком. Пустые поверхности превратились в дополнительные экраны, куда постоянно что-то транслировалось. Все расцвело спектром радуги, весело, празднично, и невероятно утомительно.

А еще подделка легко выдавала себя. Сняв очки, ты понимал, что недавняя феерия всего лишь обманка. И люди переставали уходить в вирт, предпочитая реальность.

Лично я относился к подобным устройствам прохладно по еще одной важной причине. Все эти устройства постоянно принимали сигнал с измененной картинкой, чья трансляция шла в непрерывном потоке из Сферы. По сути, напялив на себя такие очки, ты становился своего рода принимающим маяком, оповещая всех о своем местонахождении.

Конечно, имелись еще мнемо-импланты, тоже в свое время модные штучки, как и синтет-конечности, не получившие особого распространения. Слишком много особенностей применения, слишком много несчастных случаев со сгоревшими мозгами и побочных эффектов с нарушением психики.

Что нисколько неудивительно. Когда тебе в башку засовывают инородный предмет, да еще подключают его через нейронные связи напрямую к мозгу — трудно ожидать, что все пройдет без последствий. Я бы точно поостерегся пихать себе в голову непойми что, лишь бы посмотреть на окружающий мир через нарисованные кем-то картинки.

— Вон, кафешка, присядем? Я хочу пирожное, — спросила Лерка, вопреки всей логике, ведь мы собирались обедать.

Подумав, кивнул. Сам я есть особо не хотел, но от чашечки кофе не отказался бы.

Мы разместились на улице, несколько столов и стульев стояли прямо над эстакадой, внизу проносились автомобили, но шум от оживленной дороги был приглушенным и каким-то размазанный. Наверное, где-то стояли специальные щиты, разгоняющие звуки машин по общему фону.

Полноватая официантка средних лет молча забрала заказ и ушла, уточнив способ оплаты.

В ожидании мы смотрели на город, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Я не слишком уверенно чувствовал себя в образе хорошо одетого молодого человека с дорогим коммом на запястье, но старался вести себя естественно. Кажется получалось. Ни официантка, ни посетители за соседними столиками на обращали на нас внимание.

Пару раз мягко попытался выяснить у Лерки, что ей известно о намерениях сестры. Один раз, словно невзначай спросил, что она сама делала в Брянске.

Как ни странно, на последний вопрос девчонка ответила, рассказав о причинах нахождения в окрестностях промки, где мы первый раз встретились.

— Ты видел, как мы живем последние дни? — она кивнула куда-то назад, где предположительно осталась «Черная жемчужина».

— Шикарно живем, — нисколько не покривив душой ответил я. — По крайней мере куда лучше ночевки на улице, без крыши над головой.

Лерка как-то неопределенно хмыкнула.

— Это потому, что вы еще не привыкли. Но представь: день, два, неделя, месяц — всегда так. День за днем, месяц за месяцем. И никакой личной свободы.

Я мысленно хмыкнул. Какая банальность, богатенькой девочке стало скучно, и она решила сбежать, пожить на улице, при этом всегда имея путь к отступлению в богатые апартаменты, где ждет комфорт и сытая жизнь.

Ощущение последнего пункта выглядело столь явственно, что захотелось влепить избалованной девице пощечину, жестко напомнив, что не у всех есть богатенькая сестра и дом, куда можно в любой момент вернуться.

Словно почувствовав полыхнувшую вспышку злости, Лерка отодвинулась назад.

— Ты не думай, — затараторила она. — Поначалу я и правда приехала искать родственницу. Тетка жила когда-то неподалеку от Брянска, она единственная оставшаяся в живых из нашей ближней родни, — девчонка помедлила. — То есть была единственной.

С трудом уняв раздражение, я спокойно спросил:

— Умерла?

Последовал кивок и неуверенный взгляд исподлобья. Чертова ментатка, она сразу уловила негатив в свой адрес и легко поняла причину его появления.

— Да. Оказалось, еще несколько лет назад. От «серой лихоманки».

Я уже полностью успокоился и кивнул. Странно, не замечал раньше за собой резких эмоциональных реакций. Может это — «разбалансированный гормональный баланс, присущий для пубертатного периода» — так вроде в одной из распечаток описывались возможные последствия на физиологическом уровне от ускоренного развития внутренних энергетических матриц.

Стоило держать себя в руках, не хватало еще вспыхивать из-за всякой ерунды. Девчонка не виновата в какой семье родилась.

— Смотри, а это что? — Лерка явно пытаясь отвлечь меня, показала на здание на противоположной стороне огромного проспекта на один уровень ниже нас.

Кажется там как раз и начиналась наземная поверхность города. Мы сейчас сидели в кафе на высоте примерно пятиэтажного дома.

— «Промышленная выставка», — прочитал я голо-вывеску, то сворачивающуюся, то разворачивающуюся в разных абстрактных формах.

Красиво. Рядом стоял демонстрационный стенд с моделью прототипа какой-то техники. Хрен знает, что делал этот агрегат, но явно беспилотник, кабины нигде не видать.

На грузовик не похоже, на танк тем более, может какой-нибудь особо хитрый комбайн или трактор? Впрочем, с таким же успехом это могло оказаться снегоуборочная машина или бронированный транспорт пехоты для переброски солдат.

— Пошли посмотрим, — Лерка сделала глоток из принесенной чашки и принялась за пирожное.

Я вытаращился на нее.

— Шутишь? Пошли лучше в кино.

Приглашать девушку на выставку явно какой-то промышленной техники казалось мне несуразностью.

— Ну пошли, я хочу посмотреть, — не слушая возражений, Лерка утянула меня к пешеходному спуску, я едва успел оплатить счет.

Мы перешли через дорогу по подземному переходу, слегка поплутали и вышли ко входу выставки.

Когда заходили успел мельком глянуть на табличку рядом с выставленным на улицу прототипом. Оказалось и правда трактор, какая-то новая модель с улучшенными характеристиками гео-позиционирования и продвинутыми алгоритмами выполняемых команд.

Дальше началась прогулка по обширным выставочным залам и павильонам. Бродили долго, участников двухнедельной выставки собралось большое количество.

Мне понравился сельскохозяйственный сектор, хотя раньше никогда не замечал за собой особых порывов стать фермером, но уж слишком концепция будущего агрокомплекса привлекала.

Беспилотные трактора нового поколения, комбайны, уборочные машины и еще черт знает что. Тотальная автоматизация. Сеять, обрабатывать и убирать урожай вскоре предполагалось вообще без участия человека.

Потом урожай отправлялись на грузовых платформах на перерабатывающие фабрики, где на полностью автоматизированных конвейерах из него делали продукты питания. И дальше, вплоть до магазинов самостоятельного обслуживания, где давно нет кассиров.

Пока это все зарождалось в качестве отдельных элементов процесса, но нетрудно представить, как все в конечном итоге будет выглядеть. Тотальная автоматизация под контролем машин. Прогнозируемые урожаи, в потенциале — контроль погодных условий.

Меня презентация на стенде потрясла, я долго смотрел на ряды беспилотных комбайнов, двигающихся по пшеничному полю, как шеренги наступающих танков. Не знаю почему, но по спине пробежал холодок. Сейчас за всем этим железом следили операторы-люди, но уже понятно, что когда-нибудь от их услуг откажутся и механизмы войдут в полностью автономный режим.

— Восстание тракторов мля, — вполголоса ругнулся я и не удержавшись хмыкнул.

— Какой красивый, — Лерка потянула меня в другую сторону.

В соседнем павильоне голокуб демонстрировал трехмерную модель дирижабля, позиционируясь как среднемагистральный транспорт смешанного грузопассажирского типа.

— Надо будет обязательно на таком покататься, — решительно заявила Лерка.

— Угу, — пробурчал я.

Перспектива оказаться на борту какой-то тихоходной пузатой посудины с потенциальной опасностью потерпеть крушение где-то над тайгой, совершенно не вдохновляла.

Лучше уж на самолете, там хоть сразу сдохнешь, а не будешь медленно падать, гадая, выживешь — не выживешь, а если выживешь, сколько костей переломаешь и сколько после этого будешь умирать.

— А это что? Похоже на космический корабль, — совсем как любознательный ребенок Лерка метнулась к следующему стенду. Я с неохотной поплелся следом. Будь моя воля, я бы с большим удовольствием сейчас сидел в хорошем ресторане, а не бродил среди всяких технологических агрегатов.

— «Российская орбитальная служебная станция „Русская“», — прочитал я со скукой.

Макет представлял собой полный вариант станции, в скобках указывалось, что пока на орбиту выведено пять из девяти запланированных модулей. После предполагалось нарастить основную секцию до пятнадцати элементов.

Судя по описанию технических характеристик РКС представляла собой не столько станцию, сколько небольшой орбитальный завод для выращивания кристаллов, производства редких материалов и био-экспериментов в условиях невесомости и чистого вакуума.

— Тебе не интересно? — заметив скуку на моем лице осведомилась Лерка.

— Я в космос не собираюсь, — зевнул я.

Мы побродили еще. Выставка оказалась огромной. Я слышал, что такие мероприятия специально проводили в разных городах, как в свое время стали размещать штаб-квартиры корпораций не только в Москве.

Причин несколько. Первая — налоговая политика. Любая крупная компания формировала вокруг себя поток денег и чтобы денежный дождь не лился в одну столицу, такие источники разбросали по всей стране. Говорили, продвигал это какой-то губернатор из бывших, особо не запачкавшийся и не попавший под чистку две тысячи двадцать пятого года.

Ну а вторая и самая главная — конечно угроза войны. Даже если столицу сотрут с лица земли, страна продолжит существовать, сохранив технологический потенциал.

— Может пойдем? — я глянул в направлении выхода.

Лерка неожиданно вдруг как-то засуетилась и сделала движение в сторону павильона с иностранными надписями. Это еще что за абракадабра? Арабский что ли? Я удивленно рассматривал вывеску.

Оказалось хинди. Люди за стойкой носили чалмы. Какая-то компания из Индии. Примечательно — ни одного слова на английском, хотя у них он вроде до сих пор был в ходу.

Лерка подошла и начала что-то рассматривать. Я поневоле насторожился. Не за этим ли она меня сюда затащила?

Через несколько секунд к ней подошел молодой индус и они о чем-то быстро поговорили. Глянешь со стороны: молодая посетительница что-то спросила, а сотрудник компании ей вежливо ответил, улыбнулся и отвесил церемонный поклон. Но я видел, что все не так просто. Не секунду показалось, что индус что-то передал Лерке, хотя не уверен, слишком быстро все произошло.

Курьер? Не все сегодня можно доверить информационным сетям. Обычная передача физического носителя выглядела более безопасной. Впрочем, не всегда и не везде, в Сфере и в интернете имелись глубинные слои, куда не дотягивались даже длинные руки сурового правосудия.

Значит все подстроено. И выход в город (вот почему Анастасия особо не возражала, сама послала сестру), и остановка в кафе прямо напротив выставочных залов и заход на саму выставку. Здесь место встречи, точнее передачи. Интересно чего именно?

Так больше ничего не сказав, Лерка взяла меня под руку и молча направилась к выходу из павильона.

Глава 16

Техноград «Брянск»

Региональная штаб-квартира Пси-Корпуса.

Зал совещаний. 14:30.

— «… таким образом можно заключить, что воздействие носит спорадический характер и зависит исключительно от…» — дознаватель жестом остановил запись. Он сам не знал, зачем решил снова пересмотреть старый доклад научной части Управления о странных с пометкой «исключительно для служебного пользования».

Офицер задумчиво глянул на замерзшее лицо яйцеголового на экране. Судя по возрасту, это был какой-то академик в преклонных летах и, наверное, он знал о чем говорил. Доклад, который сначала предназначался только для высшего руководства и который в конце концов довели до среднего звена, проходил множество проверок и уточнений, прежде чем принять свой нынешний вид.

Отпив из стоящей на длинном столе кружки горячий как вулкан и темный как битум кофе, дознаватель рассеяно махнул рукой снимая запись с паузы.

— «… желания субъект осуществлять это самое воздействие. Объем и приложение сил также зависят от воли субъекта».

Кадр сменился, убеленный сединами ученый исчез, вместо него пошли нарезки с камер видеонаблюдения из различных мест с участием странных.

Тоненькая, как тростиночка девчонка не больше двенадцати лет, двигаясь как танцовщица, плавно подлетела к здоровяку в длиннополой куртке и буквально одним толчком отшвырнула его от себя. Массивный амбал, весящий никак не меньше полутора центнеров с ростом под два метра, бритый и с очень широкими плечами, отлетел на несколько метров со страшной силой врезавшись в кирпичную стену. Судя по разбежавшимся по стене трещинам удар был просто чудовищной силы.

Дознаватель покачал головой, впечатленный диким несоответствием: миниатюрная дюймовочка и огромный мордоворот.

Еще одна запись, на этот раз с нагрудной камеры патрульного полиса. Он что-то говорит маленькому мальчишке. Пацан едва дотягивал ему до плеча. Худенький и тщедушный, внешне не представлял опасности, кажется можно перешибить пальцем. Патрульный думал так же и вел себя соответствующее. Через пару секунд последовала расплата. Сопляку хватило всего одного касания, чтобы вырубить крепкого полиса, экипированного в снаряжение тяжелого класса.

Запись прервалась, появилась поясняющая запись, сообщающая, что был нанесен эклектический удар в несколько миллионов вольт. Патрульный с трудом выжил.

Еще несколько похожих роликов и на всех подростки, с легкостью расправляющиеся с более массивными и физически сильными противниками.

От хрупкой долговязой девчонки протянулось что-то непонятное, похожее на рябь воздуха, слилось с фигурой сразу двух человек, накрыло и смяло безжалостной рукой, превратив в кровавую кашу.

Сразу два подростка бежали по переулку, их путь преградил забор из металлопласта. Дружно выброшенные руки вперед и над выщербленным асфальтом пронеслась волна искажений с легкостью расшвыряв листы не такого уж и тонкого заграждения. Два столба, удерживающие забор оказались вырваны с корнем, оставив после уродливые ямы.

— Мда, — впечатленный дознаватель покачал головой. Ему и раньше приходилось видеть эти записи, но каждый раз это выглядело будто по-новому, вызывая глубоко внутри холодок страха.

Он включил следующий файл. На экране появился небольшой зал, заставленный стульями, большинство присутствующих в белых халаты, но хватало и людей в черных костюмах с серьезным выражением лиц и генералов в форме. Шло совместное совещание с участием сотрудников исследовательского отдела Управления Пси-Корпуса и представителей высшего военно-политического руководства страны.

— «… умение изменять свойства материи на электромагнитном уровне с полным разрушением связи.

— Что вы хотите этим сказать?

— Материал полностью теряет свои прежние свойства. По сути, он разрушается, превращаясь в пыль. Все атомарные связи оказываются разрушенными без возможности восстановления.

Следует долгая, очень долгая пауза. Слушатели впечатлены.

— Откуда они берут энергию? — подал голос кто-то из черных костюмов.

Ему ответил человек в белом халате.

— Мы пока точно не знаем, но уже сейчас понятно, что это каким-то образом происходит внутри тела. Они генерируют энергию внутри себя. На это указывает изменение нервны окончаний и общей структурной перестройки биохимии организма…

Его прерывают.

— Это можно определить путем взятия образцом?

Следует еще одна длинная пауза.

— Нет.»

Запись прекращается. Хлебнув кофе, офицер запустил следующую.

— «… Биоэнергетика, намного более развитая чем у обычного человека, позволяющая создавать импульсы огромной мощности и выплескивать их вовне».

Снова научное совещание, на этот раз уже в более позднее время, когда о странных узнали гораздо больше.

— «… генерировать, а затем оперировать энергией, проводя сложные манипуляции. В старину такое называли волшебством.

— Коллега, давайте без сказок, — кисло протянул какой-то худощавый хмырь.

— Хотите сказать, это маги? — шустро включился толстенький бодрячок с другого конца.

Зал зашумел. Главный докладчик пожал плечами.

— Неважно как это называть. Это есть и от этого никуда не деться. Вам известна статистика, количество странных растет. Каждый день фиксируется появление новых. И это только те, кого служба успела выявить».

Запись обрывается, дальше пошли долгие споры, не имеющие практического значения. Ученая братия обожала дискуссии, часто отклоняясь от изначальной темы беседы.

Дознаватель зевнул. Как-то ему пришлось присутствовать на одной такой сходке яйцеголовых, дело дошло до драки. Это только внешне у лабораторных умников все чинно-благородно, за закрытыми дверями диспуты часто превращалась в грязную склоку, нередко переходящую в прямое рукоприкладство. И тогда ни в чем не повинным охранникам приходилось растаскивать озверевшую научную элиту.

Вспомнив самые запоминающиеся моменты с того совещания, офицер хмыкнул. Тогда одного бедолагу все же поколотили. Ляпнул что-то столь кощунственное, что на него накинулись скопом. Еле удалось отбить.

Что же он там такого сказал? Дознаватель попытался вспомнить. Поняв, что не получается, мысленно махнул рукой, бог с ним.

Снова смена картинки, еще одно собрание научников.

— «… внутренняя энергетика организма странных имеет сложную структуру, завязанную на пересекающиеся линии измененной нервной системы. Чем сильнее субъект, тем более плотный рисунок имеет его энергетическая матрица. Основа одна, но типы генерируемой энергии разные. Молния, огонь, невидимые силовые поля, воздействия на человеческий разум — все зависит от личных свойств каждого субъекта. Мы пока не можем точно сказать, каким определяющим фактором служит направленность, но пока известно — индивидуальные предпочтения здесь не играют никакой роли, — благообразный старик с бейджиком на белом халате обвел внимательным взглядом слушателей.

— Можно ли одному субъекту научится генерировать другой тип энергии, не родной для него? — поднял руку кто-то из зала и уточнил: — Может ли ментат научится создавать молнии и наоборот: метатель молний воздействовать на разум?

Вопрос не стал неожиданностью, почти сразу докладчик начал отвечать.

— Теоретически да. Как я уже и говорил, структура энергетической матрицы у каждого странного имеет общую базу, фундамент, если хотите. Ей неважно, во что превращаться и в каком виде выплескиваться вовне. Генерация на начальном уровне имеет схожий характер для всех типов субъектов.

По залу пронеслась волна шепотков. Для некоторых информация оказалась новостью.

— А что по поводу происхождения? Вы узнали на этот счет что-нибудь? — вопрос задали вальяжным тоном с переднего ряда, где в основном сидели серьезные люди в деловых костюмах и представители высшего военного командования в форме.

Ученый на трибуне молча покачал головой.

— К сожалению нет, на данный момент мы не смогли понять источник появления данных изменений. Только то, что все субъекты обладают схожей внутренней энергетической матрицей, не характерной для вида homo sapiens.

— Хотите сказать, что это не люди? — голос вальяжного прозвучал скептически.

— Мы этого не знаем, — твердо ответил выступающий.

На какое-то время в зале возник шум. Прервал его другой человек в строгом костюме с переднего ряда.

— Что насчет генетических изменений? Кажется ваша лаборатория что-то нашла в этой области.

— Да, мы достигли в этом направлении определенных результатов. Влияние на архитектуру ДНК доказана. Мы полагаем, что это сделано специальным образом через влияние на геном отдельных мужчин и женщин. Непонятно точно, как происходил сам процесс, но в случае перекрестного скрещивания происходили дополнительные мутации, приводившие к появлению необычных детей. „Подправленная“ женщина, встречалась с „подправленным“ мужчиной и на свет появлялся странный ребенок. Вот почему их не так много, относительно общего количества населения. Шанс удачной комбинации зависел от случая, если два подходящих друг другу кандидата вступали в интимный контакт, — на этом месте ученый приподнял руку, привлекая внимания и успокоив вновь поднявшийся шум. — Но сразу хочу сказать, что имеет тенденция к увеличению процесса, с учетом роста числа людей, прошедших через процедуру изменения генетического кода.

В этот раз шепотки переросли в говор. На какое-то время зал превратился в бурлящий котел, все с жаром обсуждали последние слова академика. Шум снова прервали с передних рядов.

— Что насчет повышенной агрессивности? — вопрос задал военный.

— Насколько нам известно это также заложено в механизм изменения, — почти без паузы ответил ученый, что говорило о том, что он ожидал такого вопроса.

Генерал нахмурился.

— Зачем это делать?

Академик, казалось, удивился.

— Для выживания вида конечно же. Разве вы еще не поняли? Повышенная агрессивность необходима для противодействия внешним угрозам, — он обвел внимательным взором передний ряды и тихо обронил: — Это управляемая эволюция, господа.

Слова упали как тяжелые камни. В зале наступила оглушительная тишина. Кто-то поерзал.

— У вас есть доказательства?

Молчание.

— На данный момент я могу лишь с уверенностью сказать: кто-то пытается изменить человеческий род и пока ему это неплохо удается.

Сидящих в передних рядах не интересовал сам механизм процесса, зато их очень заботила личность заказчика данных воздействий.

— Кто-то из западных правительств решил поиграть в бога?

Ученый покачал головой.

— Мы запрашивали соответствующие сведения по линии разведки, — он бросил быстрый взгляд на одного из генералов. — Нам сказали, что правительства других стран так же находятся в замешательстве от появлениях странных и проводят свое расследование в данном направлении.

— Это могла быть частная инициатива. Вы допускаете такое? — снова подал голос один из костюмов.

— Такая возможность вполне возможна, — глава лаборатории кивнул. — Некоторые частные биотехнологические компании продвинулись очень далеко в изучении генетического кода человека.

— То есть мы имеем возможность выявить странных через ДНК-тест? — быстро спросил кто-то спереди.

Ученый снисходительно улыбнулся.

— Не совсем. Нужен не совсем обычное генетическое тестирование. Поймите, речь идет не о ДНК-тесте на установление отцовства или других родственных связей. Здесь все немного сложнее. Выявление контурных изменений в спирали хромосомных перестроений генома…

Кто-то из костюмов поднял руку.

— Давайте без научных подробностей. Не все из присутствующих обладают вашими знаниями, профессор.

Ученый кивнул.

— Ну если коротко, то проверка займет очень долгое время и потребует особых усилий для каждого проверяемого. Поставить процесс на поток не получится.

Передние ряды обменялись разочарованными взглядами. Выявление странных представляла собой определенных проблему для спецслужб.

— Что вы можете сказать о феномене „вхождения в поток“, так же известного как „автопилот“? — вопрос задал кто-то из белых халатов, успев опередить руководство с передних рядов.

Получив вопрос от коллеги, ученый улыбнулся.

— Да, некоторые наши подопечные показывали указанную способность. Что любопытно, оно свойственно не большинству, что может говорить об индивидуальных особенностях, влияющих на измененный организм по-разному.

— Что оно дает?

— Скорость, — не задумываясь прозвучало с трибуны. — В первую очередь скорость. Реакций, действий, мышления. Всего в совокупности. Субъекты не думают, они действуют. Сразу. Похожим образом ведут себя животные. У них на уровне инстинктов записаны определенный набор действий, как реакция на определенные ситуации. Тут схожий подход. Когда возникает угроза, субъекты включают нечто вроде аварийного режима, дающего возможность выжить там, где обычные люди погибли бы.

— Это сделано специально? — первый ряд все же очнулся и включился в обсуждение.

— Такое предположение имеет высокую вероятность. Как еще один инструмент для выживания вида…»

Дознаватель махнул рукой выключая телевизор. За секунду до этого дверь приоткрылась и в помещение зашел командир группы ловчих. Спецназовец улыбался.

— Нашли наши потеряшек, — довольно сказал он.

Офицер качнулся вперед.

— Как?

— Отдел-А постарался — перекрестный поиск и поведенческое моделирования на основе потенциального вмешательства странного класса «провидец». Пришлось постараться и затребовать особый протокол полномочий, но у них получилось. Включив в расклад субъекта, умеющего видеть линии вероятности, они вычислили, куда могли направится наши беглецы. Уже есть подтверждение.

Дознаватель поднялся, оставляя кружку с недопитым кофе.

— А что «Черный легион»?

— Они тоже направляются на место. Им проведен предварительный инструктаж и поставлена задача в помощи при поимке беглецов.

— Хорошо, — дознаватель кивнул.

Оба офицера вышли из комнаты. На крыше здания их ждал военно-транспортный вертолет, куда уже грузились бойцы спецназначения. Охотники снова встали на след.

Глава 17

Техноград «Рязань»

Центр города.

Жилой комплекс «Черная жемчужина». 14:35.

— Ну че? — Шуша уже ждал меня. Стоило зайти, как потащил в пустую комнату, поговорить наедине.

— Сестрички че-то мутят, — признал я.

Лицо громило расплылось в довольной ухмылке.

— А я говорил, что бабам доверять нельзя и что от них одни неприятности, — торжествующе заключил он и уставился на меня. — Чего делать будем? Валить?

Еще до обеда мы успели с ним обсудить причины столь необычной щедрости приютившей нас сестрички Леры. Анастасия скорее походила на расчетливого бизнесмена, чем на сестру милосердия и подобная благотворительность выглядела с ее стороны подозрительно.

— Че там случилось? — Шуша зыркнул на плотно прикрытую дверь и неосознанно понизил голос.

— Да хрен знает, я сам толком не понял. Были на выставке, там какой-то хрен передал Лерке небольшой сверток, — я коротко пересказал результаты прогулки, особенно сделав упор на кафе, так удачно подвернувшееся напротив выставочного комплекса и внезапном желании вдруг его посетить.

Здоровяк слушал и кивал, несколько раз перебив уже знакомыми фразам:

— А я говорил, что сукам нельзя верить, говорил.

Я в ответ тоже кивал, недоверчивость любителя тягать железки получила зримое подтверждение. Нельзя сказать, что я сам ничего не видел (или не желал видеть, учитывая близость с Леркой), но все же надеялся, что это лишь дурацкое совпадение.

Ни хрена не совпадение, а трезвый и хладнокровный расчет. Чертова провидица решила использовать нас в своих сраных непонятных раскладах, преследуя еще более непонятные цели.

— Так че, валим? — нетерпеливо спросил Шуша, едва дослушав до конца.

А вот тут я задумался. Казалось бы, надо уносить ноги и как можно скорее. Черт его знает, чего от веселых сестричек еще ждать, они ведь по любому работают на пару, несмотря на все желание Лерки возобновить наши ночные развлечения.

Так что — валить, валить и еще раз валить, и как можно дальше.

Однако против немедленного ухода имелись свои возражения. Первое и самое главное: ловчие из Распределителя. Нас все еще ищут. И раздосадованные сестрички, поняв, что птички упорхнули, вполне могли сдать властям инфу о наших фальшивых личностях.

Кажется, о том же подумал и Шуша. Испытывающе взглянув на меня, он сказал:

— А может… — и молча провел пальцем в районе шеи.

Мля, и меня еще называют отморозком.

— А че? — увидев промелькнувшую тень недовольства на моем лице, завелся громила. — Эти суки нас явно хотят подставить. Лучше уж мы их кончим, чем они нас.

Мда, любопытное решение возникшей проблемы. Но не слишком ли радикальное. За последние дни за нами и так числится приличное количество трупов. Как бы во вкус не войти, ища слишком легких путей из сложных ситуаций. Сами не заметим, как начнем валить всех подряд. И что в итоге получится?

Нет, крови я не боялся. Слегка напрягала легкость с какой мы в последнее время ее льем. Не хотелось превращаться в какого-нибудь сраного психопата.

— Короче, предлагаю вывести их на откровенный разговор, — мрачно подытожил я. — Грохнуть всегда успеем. А вообще, мне самому интересно, че там за история творится.

— Интересно ему, — пробухтел Шуша насторожено зыркая второй раз в сторону запертой двери. — Нам тут башку открутят, пока ты будешь свое сраное любопытство утолять. Или еще хуже: нагрянуть козлы из Распорядителя и повяжут, утащив в сетях в свои сраные казематы.

Мда-а, такие варианты тоже присутствовали.

— Может удастся денег срубить, — привел я последний аргумент, впрочем не слишком уверенно.

Шуша сразу это почувствовал.

— С кого? — не скрывая скепсиса проворчал он. — С этой надменной суки в брючном костюмчике?

— Может и с нее, — неопределенно хмыкнул я. — Поговорим, если ничего не выйдет, вырубим обеих и свяжем. Мочить не будем.

Громила угрюмо задышал.

— Не узнаю тебя, Стилет. Это потому, что ты пялишь ту… — наткнувшись на мой прищуренный взгляд, Шуша резко замолчал и закончил совсем не так, как хотел. — … едва знакомую деваху. — Он снова замолк и не отказал себе во вредности ядовито добавить: — Купился на пару стройных ножек и упругую задницу.

По моему лицу скользнула легкая улыбка.

— Мордашка у нее тоже ничего.

Шуша не повелся, лишь мрачно засопел, но продолжать не рискнул. Знал, чем может закончится. Девчонок может я и не хотел убивать, но если что, его завалю без проблем и прикопаю где-нибудь в тихом уголке.

— Нахрен нам влезать в чужие разборки, — забубнил он спустя несколько секунд.

Я с прищуром на него покосился, помедлил и неожиданно спросил:

— Слышь, а ты Ржавого помнишь? А Мурку? А Саву?

Внезапное упоминания членов нашей старой банды поставило здоровяка в тупик.

— Это ты к чему? — настороженно осведомился он.

Я пожал плечами.

— Ни к чему. Просто ты же вроде у Ржавого был верным бойцом. Но стоило его замести, как моментально о нем забыл. Так что не кипишуй, разбежаться всегда успеем, как и забыть друг о друге, как будто никогда такого знакомства и не было, — я с усмешкой на него посмотрел. — Смекаешь?

Намек оказался понят, и что немаловажно принят. Если вдруг что, каждый сам за себя, никаких обязательств. А в одиночку и скрыться, и прятаться проще.

— Пошли, перетрем с девчонками, если будут морозиться или дурить головы, свалим, — сказал я, открывая дверь.

И наткнулся на Анастасию, спокойно ждущую в коридоре.

— Ну что, наговорились мальчики? — спросила она, не скрывая насмешки.

Шуша что-то пробурчал себе под нос. Я даже особо не вслушивался, опять что-то насчет коварных сучек, которым нельзя доверять.

— Поговорим? — девушка вопросительно приподняла бровь.

Поколебавшись, я кивнул. Мы втроем прошли в гостиную, где уже ждала Лерка, забравшись ногами на диван. На журнальном столике стоял раскрытый ноутбук незнакомой модели. Анастасия прошла и развернула его экраном к нам. Судя по интерфейсу, устройство подключалось не к Сфере, а к интернету.

Любопытно.

Пошли слайды с картинками: какая-то эмблема и надпись на английском, фотография здания с растущими рядом пальмами, групповое фото мужчин и женщин, за ними крупным планом надпись, и опять на английском. Еще какие-то снимки, в основном с работающими в офисах людьми.

— Тихоокеанское представительство корпорации Тинатекс, — представила короткую презентацию старшая из сестер. — Является головной частью большого фармацевтического концерна, имеющего огромное влияние на западных рынках. Официальная регистрация — Берн, Швейцария. Но фактически все управление осуществляется из Азиатского региона, куда корпорация медленно и последовательно переводит свои активы уже несколько лет.

Я задумчиво потер подбородок. Странно еще, что так долго оставались. Европа давно в упадке. А если быть более точным — в глубокой экономической заднице. И вряд ли в ближайшие десятки лет оттуда сможет выбраться.

Последовала очередная смена слайдов.

— Остров Муа-Лен.

На экране показался настоящий тропический рай, с пальмами, белоснежными пляжами и голубыми волнами, лениво накатывающими на мягкий песок.

Шуша гулко сглотнул. Как и мое, его воображение живо нарисовало недостающую деталь пейзажа: шезлонг, себя любимого в нем и длинноногих полногрудых красоток в микроскопических бикини, подающих напитки, изящно нагибаясь со стороны.

Мне почему-то захотелось заржать, настолько явственно все это отпечаталось на физиономии Шуши. Лерка тоже это заметила и громко фыркнула. Громила моментально очнулся, приняв равнодушный вид, не забыв злобно зыркнуть исподлобья.

Единственный кто остался невозмутимой это Анастасия. Девушка спокойно ждала, когда ей дадут продолжить.

— И что на этом острове? И при чем тут корпорация Тинатекс?

Анастасия приподняла бровь, показывая, что удивлена, что я умудрился запомнить название корпорации, да еще его произнести без ошибок.

— Это биотехнологическая компания занимается исследованиями в области генетической инженерии. На острове находится одно из ее подразделений, где проводятся опыты, — провидица взяла небольшую паузу, а лишь после этого весомо закончила: — Мне нужна ваша помощь, чтобы проникнуть туда.

Я поперхнулся. Шуша вытаращился, словно не веря, что только что услышал. Что за хрень?!

— Разумеется, я не предлагаю вам туда ломиться с главного входа, — демонстративно не замечая нашего ошеломления продолжила Анастасия. — Собственно, мы зайдем туда через черный ход, пока основное внимание охраны будет отвлекать отряд бразильских наемников.

Тут уж наши глаза совсем округлились, став похожими на два блюдца. Все что мы услышали, напоминало сюжет какого-то боевика.

— Они выступят отвлекающим маневром. Не беспокойтесь, им щедро заплатят за работу. Это команда матерых солдат удачи знает на что идет, — Анастасия присела на журнальный столик, небрежно отодвинув ноутбук в сторону, экран продолжал гореть, показывая волшебные пейзажи тропического рая. — Когда они поднимут шум, мы проникнем в исследовательский комплекс через запасной вход. Я понимаю, что у меня в таких делах мало опыта и мне необходима силовая поддержка от тех, кому можно доверять.

Понадобилось несколько секунды, чтобы осмыслить услышанное, разложить по полочкам и недоверчиво хмыкнуть. Затем я поднял руку, прося слова. Анастасия кивнула.

— Два момента: у нас тоже нет опыта в деле проникновения на хорошо охраняемые территории, — здесь я немного слукавил, но говорить об этом не стал. — И второе: с чего ты решила, что нам можно доверять?

Анастасия небрежно кивнула, словно ожидала этих вопросов.

— Первое, — по пунктам начала она. — У вас есть опыт поведения в экстремальных ситуациях, в случае необходимости вы без колебаний примените силу. Этого более чем достаточно, все необходимы коды и ключи доступа у меня есть, останется только пройти по нужному маршруту, — девушка неосознанно провела рукой чуть ниже груди, как раз там, где у приталенного пиджака располагался внутренний карман.

Я внезапно понял, что именно передал курьер индус. Теперь уже не возникало сомнений, что это был именно курьер.

— Вам лишь останется провести меня в нужное помещение.

— Ну так и наняла бы кого-нибудь разбирающегося в этих делах, — подал голос Шуша, отошедший от шока.

По губам Анастасии скользнула тонкая улыбка.

— И здесь мы переходим ко второй части возражений: вам я могу доверять потому что вам предавать нет смысла, вы не знаете раскладов, а потерять можете многое.

Пока что все звучало как полная хрень. И она это прекрасно поняла по нашим недоверчивым физиономиям.

— Я заплачу каждому по миллиону, — веско произнесла девушка-провидец, бросая на нас внимательный взгляд.

В этот раз мы с Шушей поперхнулись одновременно. Миллион? Миллион?! Миллион???!!!

— Давай уточним, — прочистив горло сказал я. — Мы должны слетать с тобой на тропический остров, помочь проникнуть в лабораторию какой-то транснациональной биотехнологической корпорации и выкрасть оттуда некий предмет. В то время, как на эту самую лабораторию совершит налет группа бразильских наемников. И за это ты заплатишь нам по миллиону. Я ничего не упустил?

Кажется, в моем исполнении озвученный план прозвучал, как сущий бред. Чем, собственно, он и являлся на самом деле. Анастасия это поняла, легкий румянец окрасил ее щеки.

Я же в свою очередь сообразил, что может в биржевых делах она и являлась профессионалом (вероятнее всего исключительно за счет своей способности предугадывать ход котировок), но во всем остальном она была сущим профаном.

По сути, она предлагала нам некую упрощенную версию сценария тупой компьютерной игрушки-стрелялки, где бравые герой ломятся в ворота таинственной корпорации в поисках страшных секретов.

— Сама придумала? — я с облегчением откинулся назад, наконец-то понимая, что волновались мы с Шушей зря. Никакие они не хитрые интриганки, желающие подставить нас или вовлечь в некую игру. Всего лишь две пятнадцатилетние соплячки, возомнившие о себе невесть что. Да, имеющие бабло в избытке, но и только.

— А что не так? — Анастасия все еще пыталась храбриться.

— Да все не так, — я устало махнул рукой, мимолетно подумав, что мы и сами по сути недалеко от них ушли, такие же пятнадцатилетние сопляки, разве что жизненного опыта побольше.

— Если есть бабло, найми армию головорезов и сровняй эту сраную лабораторию с землей, потом возьми что хочешь и сваливай, — хмуро буркнул Шуша. — Зачем какой-то бред с проникновением через запасной вход?

— Вот-вот, — поддержал я. — Если есть коды и ключи доступа, не проще тихо проникнуть, взять что надо и свалить, не поднимая шума? Я так понимаю достать форму местного персонала не составит труда.

Анастасия упрямо вздернула подбородок.

— Могут заметить и заблокировать карты. Сотрудников в лаборатории не так много, и в основном все знают друг друга в лицо. Новеньких сразу заметят. Поднимется тревога и нас схватят. Нужно отвлечь чем-нибудь охрану и персонал.

— Ну так взорви что-нибудь, подожги, — раздраженно буркнул я. — На кой хрен устраивать войну с перестрелкой?

Обычно уверенная в себе сестра Лерки выглядела смущенной. Спорю на что угодно, план нападения она разрабатывала, опираясь на сюжеты каких-нибудь сраных фильмов и сериалов, или компьютерных игр, что, по сути, одно и тоже.

Анастасия открыла рот, собираясь что-то сказать, но резко замолкла. Отсутствующий взгляд уставился в пустоту. Девчонка словно внезапно увидела что-то недоступное для обычных человеческих глаз.

— Надо уходить, — вдруг резко заявила она, оживая и вскакивая с журнального столика. — Немедленно!

Глава 18

Техноград «Брянск»

Центр города.

Городская эстакада. 15:20.

— Здесь. Стой, — Анастасия сжала мое плечо.

Послушно нажав на тормоз, я остановил машину точно под сливным козырьком проходящей двумя ярусами выше автомобильной развязки. К счастью, сейчас дождь не шел, иначе нас бы мгновенно залило.

— Ждем.

За рулем сидел я, еще на парковке сестра Лерки без лишних слов толкнула меня на место водителя, сама уселась на пассажирское сиденье рядом. Шуша и Лерка сели позади, оба не возражали, понимая, что сейчас не время для склок.

Дальше началась дикая и несуразная поездка по городу, с резкими остановками, поворотами в узких переулках, переходами между разными уровнями эстакад, опутавшими сверху-вниз весь техноград.

Лица закрыли масками, чтобы многочисленные зрачки умных камер с программами распознавания лиц не смогли нас узнать. Только что купленные новенькие браслеты-коммы деактивировали и бросили в один из попавшихся на пути технологических колодцев, чтобы система слежения не засекла через сканеры, натыканные в зеленой зоне периметра на каждом шагу.

Затем последовала очень странная гонка. Хотя гонкой это назвать, по сути, нельзя. Повинуясь командам Анастасии, я вел машину в каком-то рваном ритме, то заезжая в глухие места, то наоборот выбираясь на открытые пространства.

— Поехали. Сейчас направо, будет съезд на линию 2-Л, потом повернешь налево и пойдешь по круговой, там будет еще один съезд на магистраль 11, прямо по ней пока не скажу, что делать дальше, — ровным безэмоциональным тоном велела Анастасия.

Покосившись на девушку, я ничего не сказал, молча надавил на педаль, вновь заставляя неприметный седан начать двигаться. Любые возражения испарялись, стоило увидеть закрытые глаза провидцы. Анастасия вглядывалась в будущие линии вероятности, отмечая для нас безопасный маршрут.

Это было настолько необычно, что даже нетерпеливый Шуша заткнулся, пялясь в окно и стараясь лишний раз о себе не напоминать.

Чертовы линии вероятности. Чертово будущее, что можно увидеть.

Пальцы сжали руль с силой, будто пытаясь сломать. Осознание что кто-то может видеть еще не произошедшее, вызывало жгучий протест и ощущение сильного дискомфорта, и еще немного беспомощности. Хотелось не глядя достать Лепесток и ткнуть сидящей рядом девушке лезвием в висок, лишь бы избавиться от букета неприятных эмоций.

Мимо проносились другие автомобили, мы шли ровно, не превышая дозволенной скорости, но не ползли, чтобы не выделяться из общего ряда. Нарушения правил нам сейчас не к чему.

— Здесь, съезд направо, — снова подала голос слепая провидица, не видящая дорогу физически, но глядящая на нее при помощи своих пугающих способностей.

Я повернул куда указывали, плавно уводя машину с оживленной эстакады на один ярус ниже.

— Ты уверена, что погоня есть? — все же уточнил я еще через пару километров.

— Есть, — ответила Анастасия не открывая глаз. — Я скрываю нас. Они не знают на какой мы машине, будут проверять всех подозрительных, в первую очередь, где водители в масках.

Я задумчиво провел пальцем по модной игрушке у себя на лице. Да, без коммов идентификация контроля будет затруднена. Сквозь пластик видеть сканеры не умеют. Точнее видеть то они может и видят, но не четкий рисунок, а некое размазанное пятно.

— Почему город до сих пор не перекрывают? И где полицейские дроны? В Брянске они все небо заполонили.

— В окрестностях Брянска, но не в самом технограде, — поправила Настя. — Над центром никто так просто масштабную облаву устраивать не разрешит, как и разворачивать экстренные блокпосты, — она повернулась ко мне, уставившись плотно закрытыми глазами мне прямо в лицо, выглядело жутковато. — Не забывай, мы пока не особо разыскиваемые преступники, кого надо взять во что бы то ни стало, а всего лишь беглые странные. Это влияет на уровень объявленной тревоги.

Мысль не лишена логики. Но может она просто нам дурит мозги, избегая неприятного разговора? Я бросил взгляд через плечо на Шушу, громила молча пялился в боковое окно, внимательно прислушиваясь к разговору.

— Но все равно надо торопится, поняв, что птички упорхнули из гнездышка, они могут пойти на отчаянный шаг и поднять все городские службы. Это серьезно затруднит дальнейшее продвижение, — сказала Анастасия, вновь уставившись перед собой в пустоту.

Шуша не дергался, значит по крайней мере прямо сейчас нам не грозила опасность. Не то чтобы это успокаивало, но толику уверенности добавляло, в случае чего будет небольшой запас времени, если провидица все же лажанет.

— Куда вообще едем? Может сразу рвануть к ближайшему выходному шлюзу, пока не врубили красный режим?

Девчонка не секунду замешкалась, во мне сразу вспыхнули подозрения, но все же призналась:

— В аэропорт.

Проклятье. Вот оказывается куда она везла нас такими окольными путями. В гребанный аэропорт. Спятила дура. Там же системы контроля еще строже чем в самом технограде.

— Нас будет ждать борт частного бизнес-джета, — добавила Анастасия.

— Мы до него тупо не доберемся, — глухо буркнул я, мысленно прикидывая, где ближайшая магистраль, ведущая самой короткой дорогой к шлюзу. Из города надо валить и как можно скорее, и не через аэропорт, а по грешной земле.

— Не вздумай, — словно догадавшись, о чем думаю, резко отрезала девчонка.

Дерьмо. Может она и правда мысли читает?

— Они не сразу поймут куда мы едем. Им неизвестно кто я такая и что у меня есть деньги нанять самолет. Сейчас они сосредоточили внимание на выездах из города. Именно туда, куда ты собрался ехать.

— В аэропорту нас тоже быстро возьмут, — я сделал очередной поворот, пока что придерживаясь старого курса с перестройкой на центральную магистраль.

— Сейчас там много самолетов. Иностранные гости из различных частей света прилетели на выставку, — объяснила Анастасия. — Аэропорт кишит чартерами.

Блин, а ведь точно. Сраная выставка, сраные индусы и другие сраные иностранные фирмы из Южной Америки, Азии и черт знает еще откуда.

— К тому же в воздушную зону аэропорта не пускают дроны и другие летальные аппараты, что даст нам неплохую фору во времени, — продолжала безжалостно забивать гвозди в гроб моей идеи прорваться через выходной шлюз провидица.

Звучало все конечно неплохо. Но имелся один аргумент, против которого не попрешь.

— Нас все равно собьют, — сказал я и тут же поправился. — В смысле принудят к посадке, стоит только взлететь.

— Нет, — уверенно заявил Анастасия, не слишком ли уверенно? — Власти не захотят портить отношения с нейтральными странами, слишком много сейчас здесь таких делегаций.

— При чем тут нейтралы? — не понял я.

— Бизнес-джет принадлежит арабской компании, — пояснила провидица. — Если его силой принудят сесть, угрожая сбитием, это вызовет скандал. Будь мы какими-нибудь террористам, маньяками или диверсантами западных спецслужб, ни у кого не возникло бы претензий. Даже отнеслись бы с пониманием, если бы самолет и вправду сбили. Поворчали бы, потребовали компенсации, но и только. Особо никто возмущаться не стал бы, помня какие люди сейчас у власти в России.

— Но мы не террористы и не диверсанты, — задумчиво протянул я, начиная понимать ход мыслей сидящей рядом девчонки. Про маньяков я тактично опустил, не с нашей репутацией слегка отмороженных прикидываться невинными агнцами.

— Даже если оперативники Пси-Корпуса узнают, что мы на борту поднявшегося в воздух самолета и потребуют его вернуть, отправив запрос командованию ПВО, их с высокой вероятностью пошлют, потребовав уточнений у высшего руководства. Что опять потребует времени и даст нам возможность уйти.

Анастасия замолчала, а я подумал, что логика в ее рассуждениях все же присутствовала. Может и правда прокатит?

— А если они узнают о тебе? — спросил я, озвучив внезапно возникшую мысль. — Провидцы штучный товар? Достаточно редкий, чтобы ради него рискнуть испортить отношения с нейтральными странами?

По лицу девушки скользнула усмешка.

— Тоже мимо. Такие как я может и редкие экземпляры, но не настолько. К тому же моя способность вовсе не абсолютна и об этом прекрасно известно. Квалифицированные аналитики, снабженные качественным компьютерным оборудованием и хорошими программами моделирования, ничуть не уступают, а часто и превосходят в создании прогнозов вероятного будущего. Так что нет, сбивать нас не станут, ни ради меня, ни ради какого-то другого «странного».

Больше мы не говорили, подчиняясь командам Анастасии я вел машину, перестраиваясь в полосах, ярусах и переходя на другие развязки, скрываясь под эстакадами и делая редкие остановки в укромных местах, пока наконец мы не выехали на трассу, прямым лучом уходящую в распложенный за пределами города аэропорт.

Подъезжая к небольшой будке со шлагбаумом, я все ожидал, что сверху раздаться голос, усиленный громкоговорителем, приказывающий остановить машину, положить руки на руль и не двигаться. Но этого так не произошло.

— Почему не на общую парковку? — спросил я, разглядывая через лобовое стекло сетчатый забор и ворота, отъезжающие вбок на роликах.

— Это въезд для ВИП-пассажиров, — рассеяно пояснила Анастасия.

Из будки так никто и не вышел. Кажется внутри вообще никого не было. Зато на крыше четко виднелся боевой модуль, со спаркой крупнокалиберных пулеметов. К счастью пока в неактивном состоянии пассивного наблюдения.

И здесь везде автоматика.

Подтверждая последнюю мысль, Анастасия опустила боковое окно и прижала руку к панели, специально расположенной на уровне сидящего в машине пассажира.

Дисплей высветил контур приложенной ладони. Маску девушка так и не сняла, предпочтя пройти идентификацию через отпечатки пальцев. Ну да, мордашки ведь у нее с Леркой сходные, а вот папиллярный рисунок на подушечках пальцев другой.

Стоит оптическим сенсорам распознать наши физиономии и сразу же врубиться тревога.

Система подала сигнал, экран зажегся зеленым, давая разрешение на проезд. Широкий шлагбаум в форме стальной балки (такая и грузовик легко остановит) плавно поднялся вверх, следом задребезжав начали отъезжать ворота. Путь был открыт.

— Поехали, — Настя вздохнула. Кажется, она тоже до последнего сомневалась что все пройдет гладко.

Мы тронулись, двигаясь вдоль взлетной полосы. У ангаров и пассажирских терминалов стояло много самолетов. В последние дни в аэропорту и впрямь многолюдно из-за проходящей в городе выставки, имеющей статус международного мероприятия.

— Направо, — скомандовала Настя.

Я повернул руль и почти сразу плавно нажал на тормоза. Наперерез нам двигался двухместный электромобиль, похожий на открытую колесную платформу. Внутри сидели полисы в униформе.

— У них портативный сканер, — указал я.

— Нас опознают, — пожалуй впервые за последнее время в голосе провидицы прозвучали панические нотки.

Интересно, почему она не увидела появление полисов?

— Где твой долбанный самолет? — девчонку как можно быстрее следовало привести в чувство.

Сам я, как ни странно, испытывал удивительное спокойствие, откуда-то четко зная что и как делать.

— Третий ангар слева. Перед выездом я послала сообщение, чтобы борт подготовили к вылету, — глаза Анастасии были расширены, она не понимала, как могла пропустить незапланированное появление патруля на взлетной полосе.

Я же в свою очередь уже догадывался что случилось. Нас все же раскрыли. И ситуация изменилась, вместе с картинкой окружающего мира, который никогда не оставался статичным.

— Шуша, — я бросил через плечо и открыл дверь. Громила полез из машины следом. Девчонки остались внутри, хотя Лерка и порывалась помочь. Нет, будет только мешать.

Натянув на лицо широкую улыбку, я сделал несколько шагов вперед, выходя навстречу электромобилю. Полисы плавно остановили свой смешной драндулет и ступили на бетонные плиты.

Полностью вылезти я им не позволил.

Взмах рукой и полисов словно невидимая плита прижала к земле, частью размазав по взлетке, частью прижав с чудовищной силы к борту их дурацкой машинки.

Из горла обоих вырвался хрип, из глаз и ушей потекли густые струйки крови. Они даже понять ничего не успели, как оказались лежать с вывернутыми в разные стороны конечностями.

Чуть надавить и можно раздавить, как лягушку. Но я не стал усиливать давление, ограничившись лишь тем, что оба потеряли сознание. Пара переломанных ребер, сильные ушибы, может сотрясение мозга. Ничего серьезного. Не стоило оставлять позади трупы, иначе чертов самолет и правда собьют.

— Забери у них стволы, — приказал я.

Шуша кивнул и бодрой рысью бросился шарить по бессознательным тушкам. Вся схватка заняла не больше секунды. Хотя это и схваткой толком назвать нельзя.

Я заскочил обратно в машину и дал по газам, Шуша заскакивал внутрь уже на ходу. Мы рванули в указанный ангар уже ни на что не обращая внимания.

И мы действительно успели. Даже чертов бизнес-джет смогли рассмотреть, вместе с опущенным трапом и стоящими рядом двумя стюардессами, готовыми принять багаж у вип-пассажиров.

Но как говорится — почти не считается. На небольшой пятачок рядом с ангаром стремительно заходил на посадку военно-транспортный вертолет, откуда уже сыпались такие знакомые фигуры в черной броне.

Дерьмо, нас все же достали.

Я повернулся назад и глазами указал на отобранное оружие полисов, лежащее на коленях у Шуши.

— Приставь ствол к башке пилотов и вели готовиться к взлету. Если будут ерепенится, грохни одного. Их там должно быть двое.

Громила молча кивнул и полез наружу. Я перевел взгляд на Лерку и Настю.

— Вы тоже в салон самолета, живо. И не высовываетесь.

— А как же они? — Анастасия указала на вертолет, откуда уже выскочили охотники.

— Я разберусь, — буркнул я и вышел из машины.

Глава 19

Российская Федерация

Техноград «Рязань».

Аэропорт. 15:55.

Шаг.

Внутри собирается привычное давление и выплескивается наружу в форме неправильной полусферы, дрожа краями на кончиках пальцев.

Шаг.

Знакомые фигуры в темной броне выпрыгивают из прилетевшего транспортника. Как и тогда в переулке они не предлагают сдаться, лечь и положить руки на голову, они начинают стрелять.

Шаг.

Созданный невидимый щит дрожит от ударов, передаваясь через кончики пальцев. Это напоминает дождь, дробным стуком секущий по крыше.

Шаг.

Но это не дождь, это свинцовый град, выпущенный с предельно короткой дистанции. С нами больше не будут играть, применяя травмоопасный, но безобидный для жизни пластик.

Шаг.

Это кажется странным, но разум уже отошел на второй план изменившегося сознания, штурвал управления вновь на себя взяли инстинкты.

Шаг.

Передо мной невидимая пленка силового щита, созданного моей волей, лишь он защищает меня от стрельбы. Пули вязнут как мухи в плотной патоке сжатого до предела пространства.

Шаг.

Врагов это не смущает, они стреляют не останавливаясь, делая это едва ли не в начале прыжка из идущего на посадку вертолета. Все в духе образцового захвата плацдарма с высадкой и дальнейшим огнем на подавление.

Шаг.

Мелкие молоточки усиливают напор, начиная бить по щиту ощутимо. В груди нарастает привычный холодок, подсказывая, что любые способности имеют тенденцию к истощению.

Шаг.

Надо действовать быстро. Простое и ясное понимание данного факта словно переключает что-то внутри. Нечто неосязаемое, но вместе с тем такое реальное для собственных ощущений. Это напоминает поток, перед которым вдруг неожиданно открыли закрытые шлюзы.

Шаг.

Я шевельнул рукой и кусок старой самолетной обшивки, давно забытый у стены ангара, взмывает в воздух. Его подхватывает невидимый ветер и швыряет в две фигуры напротив. Черные силуэты сметает как изломанные пушинки.

Шаг.

Меня переполняет эйфория, по венам словно струится жидкий огонь, наполняя энергетику мощью. Никогда ничего подобного я раньше не ощущал, но мне это нравилось. Я купался в состоянии силы, наслаждаясь каждой секундой.

Шаг.

Один из темных безумцев вырывается вперед. Не знаю на что он рассчитывает, но расплата следует молниеносно. Я выбрасываю руку вперед и захватываю шею боевика в невидимые тиски. Силовое поле вздергивает его, заставляя скользить кончиками ботинок по шершавому бетону.

Шаг.

Броневоротник армейского костюма сминается как жеванная бумага. Боец хрипит, пытаясь разжать невидимые пальцы, стальными когтями вцепившиеся в его шею. Винтовка давно уже отброшена в сторону, усиленные скрытыми сервоприводами руки свободны, но они не могут нащупать пущенные мною вперед токи силы.

Шаг.

Прием, названный мною удавкой Дарта Вейдера срабатывает. Слышится отчетливый хруст и человек в броне обмякает, повисая в воздухе изломанной куклой.

Шаг.

Смерть приводит в ярость его товарищей, они с удвоенной силой обрушивают на меня потоки свинца, но мне это кажется смешным. Бурлящий в крови океан чистой мощи воздействую на эмоции, и я не сдерживаясь смеюсь им прямо в лицо.

Шаг.

Один из солдат отшатывается. Это не похоже на испуг, скорее на нежелание становится на пути у безумца. Но его это не спасает. Поздняя рассудительность не приходит на помощь от воплощения смерти, которым я стал.

Шаг.

Воздух еще больше сгущается, стал плотным, хоть режь ножом. Рука прорывается сквозь него с ощутимым трудом, но все же послушно вздымается.

Шаг.

Я ударил. И мой удар оказался поистине страшен. Я и сам не ожидал от себя ничего подобного. Боевика в армейских доспехах буквально сминает, как консервную банку. Матовое тонированное стекло на забрале шлема брызгает осколками, спрятанное за ним лицо превращается в кровавую кашу. Человека будто ударили невидимым тараном попав точно в лицо.

Шаг.

Ужасная смерть товарища вызывает в рядах противника оцепенение. Никто не рассчитывал на такое. Черт, я и сам не думал, что способен провернуть нечто подобное.

Шаг.

Надо отдать боевикам должное, приходят они в себя быстро. Растерянность уступает место сосредоточенности. Через мгновение стрельба вспыхивает с новой силой. В меня опустошали магазин за магазином, по меркам боя почти что в упор.

Шаг.

Я поймал взглядом вертолет, мысленно представляя, как он опрокидывается. Видение вышло настолько явственным, что преобразовалось почти моментально. Летающая машина опрокинулась на бок, крутящиеся винты пропахали по бетону, изуродовав взлетную полосу.

Один кусок винта отлетел, в последний миг я легким импульсом подправил его в полете, нацелив на близко стоящего стрелка в черном. Защита брони не спасла от чудовищного удара, заточенный край железяки пробил грудину насквозь, выйдя из спины в районе лопаток. Боевик зашатался простоев еще целое мгновение, пока не рухнул на землю.

Я сделал еще один шаг и остановился. Это был последний из группы спецназа, отправленного по наши души.

Где-то в ангаре сейчас Шуша сует под нос арабским пилотам пистолет, требуя немедленно отправляться на взлет. Я знал, что у него все получится. Холодное дуло черного пистолета упрется в затылок одного из упрямцев. Второй дернется, но ничего не посмеет сделать. Голос не по годам крупного подростка прозвучит спокойно, а от того угрожающе. Ни у кого не возникнет сомнений, что в случае необходимости оружие заговорит, и кабина пилотов украсится вышибленными мозгами.

Простое понимание данного факта заставит бизнес-джет арабской авиакомпании пойти на взлет. Чертов самолет все же поднимется в воздух. В этом уже не возникало ни малейших сомнений.

Сомнения вызывал лишь дальнейший ход действий, оставшихся ни с чем охотников. Окажутся ли они до такой степени взбешены, что попытаются связаться с частями ПВО и будут ли они столь убедительны, что последние собьют гражданский борт в пределах воздушного пространства своей зоны ответственности. Или же предпочтут спустить дело на тормозах, перекладывая решение на другие плечи.

В пределах каждого технограда есть серьезная противовоздушная оборона, и сбить небольшой самолетик, будь он хоть сто раз реактивным для них не составит большого труда. И этот факт напрягал больше всего. Достаточно нажать кнопку и мы всей веселой компанией посыплемся на землю в виде горящих обломков.

— Стилет! — Шуша замахал рукой, высовываясь из медленно выкатывающегося из ангара небольшого белоснежного джета.

Я развернулся на крик и тут же дернулся в сторону, по земле проползала гигантская тень, в небе мелькнул силуэт еще одного вертолета. Он буквально нырнул к земле, зависая в резком маневре.

Двери открылись и вниз спрыгнули четверо. Этим тоже легко разрешили доступ в закрытую зону, значит обладали полномочиями не меньше, чем охотники Распределителя.

Я присмотрелся к новым гостям, моментально отметив, что они без брони, но в непонятных кобмезах. Черт его знает что за шмотки, но от них прямо буквально тянуло военщиной.

Их было четверо и первое на что обращало внимание — их возраст. Примерно наших лет подростки шли неспешно, словно не сомневаясь в победе. Двое парней и двое девчонок.

Самый крупный из парней начал первым атаку. Он вдруг ускорился и резко прыгнул вперед. Но еще до того, как он сделал движение, Шуша начал стрелять. Сенс заранее предвосхитил его действия.

Это было даже красиво. Накаченный детина рванулся вперед и тут же получил в грудь россыпь пуль.

Я засмеялся. Меня все сильнее начинало потряхивать. Наступал откат. Четко отлаженный механизм, знающий, что и как делать дал сбой, уже во второй раз позволив эмоциям вырваться наружу.

Черт, так и спятить недолго. Меня накрыло по полной…

Лепесток привычно скользнул в ладонь. Небольшое мысленное усилие и заботливо заточенное лезвие ножа обернулось силовой пленкой. Я швырнул низким хватом, чуть присев и вложив в бросок все силы.

Тройка оставшихся на ногах подростков шарахнулась в сторону. Гибель одного из друзей выбило из колеи, сейчас они напоминали заторможенных мух. Казалось бы самое время прикончить всех разом, но я успел заметить, как пилот второго проклятого вертолета, явно увидевший судьбу предшественника, собирается вновь поднять свою машину в воздух.

В принципе и черт с ним, пусть летит, если бы по бокам у него не виднелись направляющие пилоны. Понятия не имею что там, управляемые или не управляемые ракеты, умеющие работать только по земле, или относящиеся к классу «воздух-воздух», но в любом случае рисковать я не мог.

Неизвестно согласятся ли ПВО поработать на Распределитель, но бизнес-джет уже выруливал на взлетную полосу и у меня просто не оставалось выбора. Нельзя оставлять потенциальный источник гибели нашего самолета в состоянии готовности к бою.

Лепесток мелькнул и четко зашел в район двигателя. Уже оторвавшаяся от земли вертушка дернулась и начала заваливаться набок. Чтобы потерять управление пилоту не понадобилось много времени. Секунда и лопасти пропахали по бетонным плитам, высекая сноп искр. Еще через мгновение раздался противный визг, что-то хрустнуло и летательный аппарат закрутило юлой.

Зараза. Думал взорвется. Но в принципе и так неплохо, взлететь он больше точно не сможет. И Лепесток жалко, но последнюю службу он мне все же сослужил. Хотя хорошо бы чтобы все-таки аппарата взорвался…

Стоило об этом подумать, как на корпусе вертолета что-то вспыхнуло и тут же раздался грохот.

Меня швырнуло назад, тройку противников со всей дури шарахнуло в спину. Они оказались ближе к эпицентру взрыва и приложило их намного сильнее.

— Стилет! — Шуша вновь напомнил о себе, бешено крича и махая руками. Бизнес-джет уже полностью выкатился из ангара и выруливал на взлетную полосу.

Я тяжело поднялся на ноги, тело болело, словно в меня врезался грузовик. Рука потянулась к лицу, чтобы вытереть кровь, бегущую из разбитой губы. Здорово меня шандарахнуло.

Но гостям прилетело сильнее. Из троицы только одна осталась в сознании, стройная девушка с красивым лицом, она уже поднималась, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

Сильна. Черт, и лезет за пистолетом.

Я скользнул вперед, легко перехватил руку, вывернул, отбирая пистолет и ударил наотмашь внешней стороной ладони. Получив пощечину, девчонку швырнуло назад на бетонные плиты взлетки.

Забавно, судя по глазам она до последней секунды не верила, что я ее ударю. Дура, или прикидывается. Должна понимать, что если девушка влезает в мужские разборки, да еще при этом тянется за пистолетом, она автоматически прекращает быть девушкой и становится просто противником.

— Хорошая штука, — я взвесил на ладони отобранный пистолет, подумал, и всадил две пули в спину одного из парней, не того что подстрелил Шуша, а лежащего без сознания после взрыва.

Девчонка вскрикнула. А вот тот, в кого я стрелял, даже не дернулся, значит и правда в глубокой отключке.

Чуть подождав, я спокойно направил дуло на другую девицу, огненно-рыжую, и так же неспешно выпустил еще две пули, целясь в корпус. Понятия не имею убил или нет, и вообще, пробил ли явно бронированную ткань армейского комбинезона, но тело послушно шевельнулось от попаданий.

Я перевел взгляд на девчонку, она смотрела на меня с ужасом, явно ожидая выстрелов. И я не заставил ее ждать, спокойно всадив по пуле в ее длинные стройные ножки. Жаль конечно портить такую красоту, но придется.

Я снова взвесил пистолет в руке и задумчиво посмотрел на противницу. Она шипела от боли, но ни кричала. Странно, что получив раны, последовала лишь такая реакция, и учитывая, что она единственная после взрыва осталась в сознании, это говорило о многом.

Я уже понял, что судьба нас столкнула с другими «странными», взятыми на службу Распределителю, но это отнюдь не добавляло мне милосердия.

— Еще раз увижу — убью, — будничным тоном пообещал я, все же опуская пистолет.

Пожалуй, с них хватит. Хотя Шуша на моем месте скорее всего добавил бы по пуле в башку каждому, не исключая испуганную красотку. Просто так, на всякий случай. Но мне, честно говоря, на сегодня уже убивать надоело. Если выживут после попадания в корпус — их счастье, сдохнут — переживать особо не буду.

— Привет Распределителю, — я махнул рукой и легкой рысью бросился к катившемуся по полю бизнес-джету.

Шуша схватил меня за руку и буквально втащил по лесенке. Тут же сунулась стюардесса и в одно движение подняла трап. Здорово их тут натаскали, я бы, пожалуй, так не смог.

— Нам не дали воздушный коридор, диспетчер требует немедленно остановится, — сообщил Шуша, ведя меня в кабину пилотов.

Ясно, взлет не по графику, и вообще со стороны выглядит непонятно как.

— Плевать, пусть взлетают.

Один из смуглокожих пилотов что-то забормотал экспрессивно жестикулируя. Понадобилась секунда, чтобы сообразить, что он указывал наружу. Выглянув в боковое окно кабины я от души выругался.

Прямо нам наперерез катил огромный авиалайнер дурацкого зеленого цвета. Еще секунда и наша взлетная полоса будет перегорожена.

Какой дебил придумал так раскрашивать самолет? Подумал об этом мельком, уже мысленно потянувшись разумом вперед. Я знал, что если эту махину не остановить, то взлета не будет, нас просто вынесет на обочину поля.

Я напрягся, всей душой желая остановить стальную громаду, пальцы вцепились в спинки кресла пилотов, сжимая как гидравлический пресс. На лбу выступил пот. Казалось мне на плечи опустилась плита, придавливая к земле со страшной силой.

Секунды истекали за секундой, но ничего не происходило, пока наконец идиотский зеленый монстр вдруг не дернулся и не повернул. Совсем немного, но этого хватило, чтобы наши пути разошлись.

Последнее, что помню, как холод растекался в груди, а в голове скакала суматошная мысль: я сдвинул с места чертов самолет, я сдвинул его с места…

Дальше пришла темнота.

Глава 20

Техноград «Рязань»

Региональное управление Пси-Корпуса.

Зал совещаний. 18:30.

Когда пришел командир группы захвата офицер дознания его уже ждал.

— Скажи, твои подчиненные, они идиоты, или просто умственно отсталые?

Явно заранее подготовившись к сложному разговору оперативник спокойно уселся в кресло и лишь после этого невозмутимо ответил:

— Полагаю и те и другие понемногу.

На секунду в помещении возникла тишина.

— Где вы набираете своих дуболомов с одной извилиной в тупой башке? В доме для буйнопомешанных? — отступать просто так дознаватель не собирался.

— Полагаю речь идет о применении боевых боеприпасов в ходе выполнения последней миссии, — пробить маску невозмутимости сходу не удалось, спецназовец сохранял ледяное спокойствие.

Было видно, что бесстрастная выдержка собеседника бесила первого офицера, но он все же сдерживался.

— Вижу ты не понимаешь всей глубины возникшей проблемы, — дознаватель толкнул по столу планшет. Тонкое устройство скользнуло по стеклянной поверхности закончив путь перед командиром спецназа. На экране устройства светился открытый текстовый документ.

— Это доклад яйцеголовых по операции в аэропорту. Согласно их выводам, именно стрельба боевыми патронами спровоцировала всплеск силы у Кравцова, приведшего к бойне, — дознаватель откинулся на спинку кресла. — Твоим придуркам очень повезло, что они сдохли, иначе их бы четвертовали живьем прямо на улицах города, скорее всего где-нибудь в районе центральной площади, — он наклонился чуть вперед. — Скажи, вас там что, в вашем сраном спецназе совсем не учат думать головой, только нажимать на спусковой курок?

Оперативник мазнул рассеянным взглядом по электронному документу, но вчитываться не стал, знал, что ничего хорошего для себя там не увидит.

— Они расслабились. Так бывает, — он пожал плечами. — Привыкли иметь дело с легкими целями. Год назад было сложно, но как только выработали тактику, процесс захвата стал напоминать отработанную процедуру. Никто не знал, что схема даст сбой на этих бешенных отморозках.

Под конец его голос налился холодом, в нем явственно послышалось обещание найти и покарать виновных в гибели членов отряда.

Дознаватель удовлетворенно сложил перед собой руки домиком. Все-таки дуболом из силового крыла оказался не столь безнадежен, как он подозревал, солдафон понимает, в каком дерьме они все оказались из-за топорной работы его подчиненных. Значит есть шанс договориться.

— Наверху недовольны. Очень недовольны, — последнее слово офицер выделил особо. — И лишним шумом, и провалом всей операции. Кое-кто даже жаждет крови. Директору с трудом удалось отстоять нас. И не скажу, что ему это особо понравилось, — он откинулся назад. — Кстати, ты слышал, что ему недавно дали звание генерала? И уже спустя несколько дней такой провал. Понимаешь, как он, и как все мы выглядим теперь в глазах смежников из других ведомств?

Снова в комнате наступила тишина. Висящий на стене телевизор показывал новости, но звук был выключен. За мутными стеклянными дверями конференц-зала мелькали фигуры сотрудников, спешащих по своим делам.

— Ты и твои люди совершили ошибку, посчитав, что сможете взять субъекты малыми силами. И теперь мы за это расплачиваемся. Это была ошибка в оперативном планировании, которой не должно было быть.

Прозвучавшая два раза слово «ошибка» заставила командира с тоской подумать, что дознаватель уже заранее стелет себе соломки, придумывая, как отгородить собственную персону от случившегося провала. Наверняка уже и рапорт «правильный» накатал. В случае чего во всем обвинят оперативную часть, полевых агентов, не справившихся с заданием.

Что самое обидное, для подобного поведения имелись все предпосылки. Они и правда здорово облажались.

— К счастью, не только вы совершили тактические ошибки. Сопляки из так называемого Черного легиона тоже показали себя не с лучшей стороны. Это уравновесило ваш провал.

«Ваш провал», «ваши тактические ошибки» — незаметно офицер переложил всю вину на спецназ и явно не собирался от этого отступаться.

— Кстати, что там с этими малолетними придурками? Их неплохо нашпиговали свинцом, надеюсь кто-нибудь из них все же выжил.

Оперативник коротко кивнул.

— Ранения средней степени тяжести у всех четверых, — он и сам удивился, когда узнал, что по сути «странные» детишки, привлеченные к полевой работе, по сравнению с бойцами его группы по сути отделались лишь легким испугом.

— Значит жить будут? — медленно уточнил дознаватель.

Командир кивнул во второй раз, помедлил и все же сказал, хотя до этого хотел промолчать:

— Основной урон нанес взрыв, пулевые ранения получены уже после, в следствии потери боевой функциональности всех четверых. Им просто не повезло.

Офицер, не скрываясь поморщился.

— Не мне тебе рассказывать, что везение или невезение — это результат долгой подготовительной работы, а не касание мифической богини удачи. Эти мальчики и девочки в модных комбезах рассчитывали на легкую прогулку и хорошенько умылись кровью. Пусть поблагодарят богов, что Кравцов не стал никого из них добивать. Хотя возможности у него явно имелись.

— Он выпустил по две пули в каждого, — заметил спецназовец.

— Не прицельно, и не в голову. Я смотрел запись на медленном повторе, будь у него желание, он бы легко прикончил всех четверых. Думаю, мальчик пожалел их.

Командир группы захвата криво усмехнулся. Пожалел — прозвучало форменным издевательством. Его подчиненных бешенный телекинетик не пожалел, убил всех и явно сделал это с большим удовольствием.

Словно вторя его мыслям, офицер дознания добавил с усмешкой:

— Полагаю мальчик устал убивать, как никак на его счету уже было несколько трупов.

Намек на потери среди спецназа главный оперативник встретил скрипом зубов, но промолчал, понимая, что в этом вопросе у него зыбкие позиции.

— Ты видел уже запись?

Последовал хмурый кивок.

— Он опрокинул два вертолета весом в несколько тонн, убил твоих хваленных профессионалов, покалечил выкормышей из Сибири-7, а затем сдвинул с места авиалайнер.

Брови спецназовца скакнули вверх, последнее утверждение для него оказалось сюрпризом.

— Сдвинул, сдвинул, — кивнул дознаватель. — Специалисты тщательно изучили запись и сделали однозначный вывод. Немного, но лайнер поменял курс, подчиняясь силе нашего беспокойного малыша. Мальчик шагнул на следующую ступень развития.

Новость не обрадовала, «странный», способный передвигать огромные многотомные лайнеры, обещал стать серьезной проблемой для всего Управления.

Уже стал, — хмуро напомнил себе оперативник.

— Похоже смертельная опасность подстегнула способности, открыв внутренние резервы. Плотину прорвало и близость смерти стала своеобразным спусковым крючком, который вознес Кравцова на небывалый уровень, — дознаватель продолжал хладнокровно вколачивать гвозди в гроб карьеры командира группы захвата. Ведь это были его люди, кто начал стрелять и тем самым спровоцировал внезапный рост в силе юного неофита могущественного психокинеза.

— А вот это мне особо понравилось, — офицер махнул рукой жестом переключая канал. Картинка на телевизоре сменилась, вместо новостей появились кадры съемки с камер видеонаблюдения аэропорта.

Худощавый подросток стоит на взлетной полосе вытянув руку, перед ним держась за шею в воздухе висит боец оперативного подразделения в броне тяжелого класса. Продвинутый высокотехнологический доспех не защитил солдата от невидимой силы, что пустил в ход мальчишка.

Потом пошли кадры, как выкрашенный в ярко ядовито-зеленый здоровый самолет вдруг меняет направление движения. Совсем немного, но этого оказывается достаточно, чтобы небольшой реактивный бизнес-джет белого цвета успешно вырулил на взлетную полосу.

— Почему их не сбили? — командир ловчих хмуро наблюдал как исчезает в небесах их главная цель.

Дознаватель хмыкнул.

— Потому что никто не захотел прибирать за нами наше дерьмо. Командование противовоздушной обороны просто проигнорировало экстренный запрос по нашим каналам, спихнув все в генеральный штаб. А там потребовали объяснений, которые мы дать не смогли. Да и если бы и дали, нам бы объявили, что этого недостаточно, для сбития самолета из нейтральной страны. Вот если бы это был кто-то из западных режимов, то они всегда пожалуйста, но нейтралов без веских причин они трогать не согласились.

Командир мысленно кивнул. Все правильно, вояки прикрывают свои тылы. Уничтожение корабля или самолете западнецев и тоже самое из нейтральных стран — совершенно разные вещи. Первых можно убивать сколько угодно, никто и слова не скажет, а вот для вторых требуется разрешение. Нейтралы не участвовали в развязанной биологической войне, а значит обращаться с ними надо как с людьми, а не как с биомусором, к которым относится все население жителей западных стран.

— Что наверху? Сильно обеспокоены?

Офицер дознания деланно пожал плечами.

— Ругаются. Никто не ожидал такого. Раньше ничего подобного никто не демонстрировал. Исследовательский отдел носом землю роет, требуя предоставить субъекты для изучения. Материалы по делу переданы на самый верх.

— Нас отстраняют? — главный оперативник сам бы в этом не признался, но он был бы не против, если именно так бы и произошло. Этот Кравцов и его приятель Шукшин сидели у него уже в печенках. Он боялся, что при следующей встрече он не сдержится и просто прикончит обоих. Что точно не понравится руководству. А оказаться под служебным расследованием из-за двух сопляков он не желал. Хоть и до зубного скрежета хотел отомстить за своих бойцов.

Однако вместо ответа дознаватель вновь вернулся к вопросу о несанкционированной стрельбе, словно прочитав мысли о погибших подчиненных.

— Так что там с твоими орлами? Почему они начали стрельбу боевыми патронами, вместо пластиковых, как указывает инструкция?

Настала очередь спецназовца пожимать плечами.

— Официальная причина — технической сбой при экстренной подготовке к полевому выходу. Они слишком торопились, забыв поменять боеприпасы.

Объяснение шито белыми нитками и они оба это понимали, но для бумажной отмазки в рапорте сойдет.

— А неофициальная версия? — дознаватель взглянул с интересом.

Командир снова пожал плечами.

— Парни хотели преподать урок. Вначале они ведь стреляли по ногам, только потом уже начали работать всерьез.

— Работать всерьез, — офицер хмыкнул. — Что-то у них хреново получилось работать всерьез. Это был урок за переулок? За то что Кравцов отправил в реанимацию нескольких ваших коллег?

Последовал короткий кивок. Вышла серьезная накладка. Сам командир летел в другом вертолете с другой группой захвата и не успевал к месту события. Окажись он там первым, то все могло пойти по-другому. Начальству не нравилось, когда солдаты проявляли самодеятельность. Их функция выполнять приказ, а не забивать голову всякими глупостями вроде личной мести.

— Надеюсь ты понимаешь, что рано или поздно тебе начнут задавать неудобные вопросы по этому делу. То, что сейчас этого не происходит, еще ни о чем не говорит.

Он промолчал. И так понятно, что это все просто так не забудется. Отложат папку с делом в сторонку, чтобы в нужный момент достать.

— Теперь по этому доморощенному Черному легиону, — дознаватель скривился, словно лимон проглотил. — Придумали же название малолетним придуркам.

Оперативник хотел сказать, что это сейчас они малолетние неумехи, но вскоре могут вырасти во вполне серьезных бойцов, но не стал.

— Мне передали, что они все уже очнулись и рвутся в бой, пытаясь реабилитироваться. Уязвленное юношеское самолюбие, желание покрасоваться — в общем, не мне тебе объяснять.

— Врачи сказали, что у них серьезные внутренние повреждения и многочисленные переломы, — сказал командир спецназа.

Офицер кивнул.

— Верно, в ближайшее время от этих деток толку будет ноль. Но я не это тебе хотел сказать, — он снова несколько раз взмахнул рукой, перематывая запись на нужное место. — Смотри.

На экране Шукшин стрелял, стоя высунувшись из салона бизнес-джета в прыгнувшего вперед одного из странных Пси-Корпуса.

— Обрати внимание. Сенс предугадал его рывок, еще до того как тот начал двигаться. Мало того, всадил несколько пуль, умудрившись попасть в наиболее уязвимые сочленения боевого комбинезона. Отчеты баллистики говорят, что это физически невозможно. Это же подтверждают разработчики армейской экипировки, — дознаватель задумчиво постучал пальцем по лежащему перед ним планшету и неспешно заключил: — Но все их слова разбиваются о реальность случившегося. Шукшин каким-то образом использовал свою способность не только для того, чтобы увидеть, что будет делать противник, но и каким-то образом сумел сделать так, чтобы выстрелить в нужные места, точно рассчитав время и места попадания. Фактически стрелял не он — стреляла его способность. Понимаешь, что это значит?

Офицер дознания взглянул на командира спецназа.

— Что Шукшин тоже скакнул на следующую ступеньку, — не разочаровал его он.

Дознаватель хмыкнул.

— Скорее уже перескочил сразу несколько. Они с Кравцовым все больше вызывают интерес наверху. Приказано во что бы то ни стало найти обоих и привести сюда. И это приказ с самого верха.

Глава 21

Частный борт арабской авиакомпании

Где-то в воздушном пространстве.

20:15 по местному времени.

Пробуждение вышло резким, как включение света, щелк — и я осознал себя лежащим на спине, глядя в низкий потолок салона роскошного бизнес-джета.

Рядом обнаружилась стюардесса. Смуглокожая красотка, похожая на изящную куколку с большими глазами, испуганно вглядывалась в мое лицо. Она что-то прощебетала на английском с акцентом, не дождалась ответа и куда-то быстро ушла.

Несмотря на краткость общения мне удалось уловить общий уровень беспокойства, исходивший от сотрудницы авиакомпании, занимающейся частными перевозками.

Они не понимали, что происходит, но видели, как взрывались в аэропорту военные вертолеты, видели гибель людей в военной экипировке и боялись увиденного. Люди, схлестнувшиеся с правительственным спецназом, несли с собой ворох смертельно опасных проблем. И экипаж самолета не хотел быть каким-либо образом с этим связанным.

Отлично их понимаю. Окажись я на их месте то думал бы так же. Никому не нужны чужие проблемы, тем более не охота встревать в чужие разборки, от которых прямо смердит смертельной опасностью. И уже точно никому не охота оказаться между двух огней.

Нас явно приняли за непростых пассажиров. От стюардессы исходили эманации страха. Не каждый день увидишь, как убивают федеральных агентов, а потом спокойно уходят от возмездия. Так не могли поступать заурядные преступники, бегущие от полиции. И это пугало больше всего. И стюардесс, и обоих пилотов.

Они поняли, что увидели нечто такое, чего простым людям лучше не видеть, и теперь пытались понять, чем им все это грозит. Ведь если им не повезло встрять в разборки спецслужб, а на это больше всего это походило, потому что обычный криминал не убивал с такой легкостью правительственный спецназ, то их жизнь теперь тоже висела на волоске, потому что в таких делах как правило лишних свидетелей не оставляли.

— Проснулся? — голос раздался сзади и лишь после этого в поле зрения появилась Анастасия.

Выглядела сестра Лерки как всегда хорошо. В светло-бежевом брючном костюме от известного модельера, с уложенной прической и аккуратным макияжем, ухоженная и спокойная. Разве что в самой глубине глаз едва заметной тенью мелькала тревога.

— Долго я был без сознания?

— Прилично, — провидица уселась на диванчик напротив. Я понял, что лежал на похожем, только с другой стороны. — Как себя чувствуешь?

Я прислушался к себе. Тело болело, но какой-то глухой болью, без четкого источника в организме. Казалось, каждая клеточка вибрировала, вызывая ощущение непонятного дискомфорта. Мышцы ломило, но опять-таки не сильно, а глухим непонятным эхом. Нечто похожее испытываешь на следующий день после сильных нагрузок. Словно выгружал вагоны с железнодорожными рельсами, но делал это без надрыва, зато очень долго.

Неприятное состояние.

— Значит нас все же не сбили, — я обвел выразительным взглядом салон самолета.

Губы девушки дрогнули в слабой улыбке.

— Не сбили, — подтвердила она и добавила: — Хотя в эфире сильно ругались, угрожали наказанием за нарушение международных правил авинавигации. При взлете мы нарушили несколько положений свода о безопасности полетов, поставив под угрозу других участников воздушного движения. Об этом говорили сначала с диспетчерской башни аэропорта технограда Рязань, а затем с других частот, и требовали немедленно изменить курс и зайти на посадку, — она помолчала. — Я приказал не реагировать. — Еще одна порция молчания. — Пилотам это не понравилось.

Скорее всего категорически не понравилось, — мысленно поправил я. Уверен, не будь на борту Шуши с аргументом в виде готового к стрельбе пистолета, нас бы вообще послали на три известные буквы. А так будет оправдание о давлении в виде угрозы для жизни всего экипажа.

— Мне уже предъявили претензии от имени компании, пока лишь формальные, но уверена, будут и другие. Из-за наших действий обязательно возникнут последствия.

Я едва подавил зевок, но все же уточнил:

— Деньги решают?

На сегодняшний момент проблемы с руководством частного авиаперевозчика выглядели не самым важным моментом нашей авантюры с побегом. Претензии, скандал, обращение в надзорные органы правил воздушного движения — все это ерунда, не требующая особого внимания. Эти по крайней мере не грозят нас убить. А значит их важность стоит на втором месте. А то что нас намеревались именно убить у меня уже не возникало сомнений…

Я вдруг вздрогнул. Анастасия еще что-то говорила про страховой фонд, компенсации и денежные перечисления, а у меня перед глазами стоял гигантский авиалайнер ядовито-салатовой расцветки медленно поворачивающий в сторону.

Я. СДВИНУЛ. С МЕСТА. ЧЕРТОВ. САМОЛЕТ! ЛАЙНЕР, МАТЬ ЕГО! ОГРОМНЫЙ АВИАЛАЙНЕР! Я ЕГО ИЗМЕНИЛ ЕГО КУРС!

Как такое вообще на хрен возможно?!

По спине пробежал холодок. Это уже не игрушки. Хуже того, этот фокус видели ублюдки из Распределителя. Если не сами, то через камеры аэропорта, которые наверняка есть на взлетной полосе.

По-идиотски раскрашенный самолет сдвинулся немного, почти незаметно, но свой курс изменил, тем самым дав дорогу нашему бизнес-джету. И вот на это обязательно обратят внимание. Не могут не обратить, если они не полные идиоты. Что, к сожалению, явно не так.

Может не стоило демонстрировать столь явно возросшую силу? Хотя какой к черту демонстрировать, я даже не думал, что делаю. Просто в голове билась мысль, что если эту зеленую штуку не убрать с дороги, то наш маленький самолетик не взлетит и нас всех повяжут. Такая вот простая мысль, и понимание, что надо срочно что-нибудь изменить.

Потому что ты либо делаешь и взлетаешь, отрываясь от погони, либо нет и остаешься на земле, в руках охотников из Распределителя.

Во мне что перещелкнуло, словно открылись шлюзы, и энергия потекла полноводной рекой затопляя сознание. А потом лайнер сдвинулся. И для меня наступила темнота. Последнее, что помню, как грудь сдавило морозом, сердце стукнулось и, кажется на секунду остановилось. Следом наступила черная пустота.

Я посмотрел на Анастасию и вдруг осознал, что они ничего не поняли, ни она, ни Лерка, ни скорее всего Шуша. Лайнер вильнул в сторону немного, для постороннего взгляда почти незаметно. Тем более тогда все находились на взводе и не воспринимали происходящее трезво. Бурлил адреналин, внутри гулял страх, что нас скоро схватят. Небольшое отклонение курса, катящегося по взлетке зеленого монстра, остался незамеченным, списанный на счастливую случайность.

Не знаю почему, но мне стало легче. Хватило сброшенных на землю военно-транспортных вертолетов — тоже подвиг не из последних, показывавший мой значительно возросший уровень.

Перед глазами промелькнула картинка, как переднее шасси лайнера поворачивает в сторону, заставляя многотонную махину свернуть. Черт, интересно, а если бы еще поднажать, хватило бы у меня силы отправить эту тушу на обочину взлетного поля?

Вспомнив растекающийся в груди мертвый холод, я скривился. Нет, такие фокусы мне пока не по плечу, и так едва не надорвался. И тем не менее, какой-то барьер внутри сломан. Способности сделали качественный скачок, подарив новые возможности.

Я повел рукой и стоящий на узком столике бокал с шампанским проскользнул по стеклянной поверхности в мою ладонь. Продолжавшая говорить Анастасия резко замолкла.

Как естественно у меня это получилось, раньше требовалось приложить усилия, чтобы сдвинуть предмет, а сейчас хватило простого желания.

— Все нормально? — я невозмутимо посмотрел на девушку.

Провидица застыла, следя за бокалом в моей руке. Ее потрясло увиденное, хотя она старались этого не показывать. Раньше ей уже приходилось видеть мои фокусы с телекинезом, но это всегда требовало времени и подготовки. На этот раз все произошло мгновенно, и, кажется, она почувствовала, что мне это ничего не стоило.

Я про себя усмехнулся. Про трюки с летающими бумажными пакетами и стаканчиками можно забыть.

— У Шуши тоже это прорезалось, — внезапно охрипшим голосом проговорила Анастасия. Закашлялась, резко взяла второй бокал со стола и сделала быстрый глоток, одним махом опрокинув содержимое в рот.

— Что прорезалось? — нахмурился я.

Она кивнула на бокал в моей руке.

— Вот это. Легкость использования способности, — провидица взглянула мне прямо в глаза. — Помнишь, как он подстрелил того бугая в комбезе, рванувшего вперед?

У меня перед глазами мелькнул эпизод, как крепко сложенный парень прыгает и сразу нарывается на выпущенные Шушей пули.

— Он был в каком-то защитном комбезе, скорее всего военной модели, а твой приятель его подстрелил из штатного пистолета обычного охранника. Так не бывает.

Я нахмурился. О чем это она. Поняв, что я не догоняю, Анастасия терпеливо повторила:

— Комбинезон был не простой и непременно должен был защитить от выстрелов из обычного оружия. Вряд ли охранник таскал с собой спецбоеприпасы повышенной пробиваемости.

Н-да, не поспоришь. Сомнительно чтобы пули оказались бронебойными в табельном стволе заурядного сторожа из аэропорта.

— А теперь представь, из этой пукалки твой дружок умудрился не только пробить армейскую бронированную экипировку, но и серьезно ранить ее владельца, что учитывая, обстоятельства почти невозможно.

Я подумал и кивнул. Черт, а ведь верно. Как сам раньше не сообразил. Хотя когда бы успел, я только проснулся. А вот у Анастасии было время, чтобы все хорошенько обдумать и прийти к определенным выводам.

— Он еще предугадал его движение, — вспомнил я. — Тот здоровяк еще толком не начал двигаться, как получил пули в грудь. Шуша словно знал, что тот собирался сделать и сыграл на опережение.

Анастасия кивнула.

— И сделал это красиво. А главное без малейшей задержки.

Я промолчал. Значит Шуша тоже совершил скачок в способностях, только в своей сфере. Это требовало размышления.

— У вас с Лерой тоже проявились эти… — я поводил пальцами в воздухе пытаясь подобрать подходящее слово: — … изменения.

— Нет, — Анастасия покачала головой. — Мы ничего такого за собой не заметили. Должно быть это связано с тем, что непосредственно в бою участвовали только вы.

— В смысле? — я недоуменно приподнял бровь.

Она удивилась.

— А ты не знаешь? Способности проявляются в стрессовых ситуациях. Так их и вычисляют, специально помещая в подобные условия.

Камеры Распределителя — я едва сдержался, чтобы не выматериться. Выходит, эти ублюдки делали это не из-за простого садизма, а пытаясь определить кто из детей обладает необычными способностями.

Следовало догадаться. Государственная машина может и давала сбои, но никогда не делала ничего просто так. Даже чертовы тюрьмы-ракушки с их адскими порядками служили наглядным примером для потенциальных преступников, и напоминанием о суровости наказания.

— Нет, я этого не знал. Значит с нами это случилось, а с вами нет, потому что вы не принимали участие в перестрелке? — девчонки и правда почти сразу скрылись внутри бизнес-джета и не показывались до самого взлета.

— Видимо так, — девушка пожала плечами.

Закинув ногу на ногу, она о чем-то задумалась. А я вдруг вспомнил ощущение эйфории и всемогущества, когда первый вертолет оказался перевернут и пропахал лопастями землю. Это не походило на автопилот, испытываемый ранее, скорее на какой-то искусственно вызванный восторг. Боевой транс, где я упивался боем. Наслаждался им, до самой последней капли. Хотя до этого всегда старался держать эмоции под контролем.

Но тут произошло нечто другое. Я захлебывался от эйфории могущества, от океанов энергии, что перекатывались внутри меня, от живого пламени, словно струившегося по венам.

Это было потрясающе. Незабываемо. Удивительно. Не хватит слов, чтобы описать это состояние. Это было лучше секса и самых убойных наркотиков. Я словно воспарил в небеса, ощущая себя полубогом…

Я резко встряхнул головой, избавляясь от наваждения.

А потом пришел откат и тебе быстренько поплохело, — ядовито напомнила самая циничная часть рассудка. Черт, да я даже вырубился от истощения. А ведь все могло закончится гораздо хуже.

— О чем думаешь? — спросил я.

Анастасия как-то грустно улыбнулась.

— Думаю, что теперь от нас точно не отстанут, будут преследовать до последнего.

Я хмыкнул, сделал небольшой глоток из бокала с шампанским и продекларировал:

— Жизнь несправедлива, если она дает тебе пинка, пни ее в ответ.

Настя весело рассмеялась.

— Это твоя личная философия?

Я покачал головой в ответ.

— Это философия улиц. Никто ничего не дает просто так, все приходится брать самому. И можно рассчитывать лишь на себя. Тебя ударили — ударь в ответ. Поняв этот простой принцип, сразу поймешь, что делать дальше.

— Принцип, который делает жизнь проще и прозрачнее?

Я едва не поперхнулся, удивительно, как она с ходу уловила подтекст.

— Да, так жизнь становится проще, — я развел руками, словно говоря — вот на том и живем.

Анастасия отсалютовала мне бокалом, сделала маленький глоток и поднялась.

— Да будет так, — сказала она и направилась к двери, ведущей в переднюю часть салона.

Мой вопрос догнал ее уже у самой перегородки.

— Кстати, а куда мы летим?

Девушка обернулась.

— В Токио, — ответила, она отодвинула створку и вышла, оставив меня в размышлениях. В Токио? Какого черта мы забыли в Токио?

Глава 22

Частный борт арабской авиакомпании

Где-то в воздушном пространстве над Токио.

21:20 по местному времени.

— Так зачем нам сюда? — я скользнул рассеянным взглядом в открытый иллюминатор.

Внизу раскинулся огромный мегаполис. Некогда похожий на сверкающий океан огней, сейчас его как болезненные миазмы во многих местах испещряли пятна глухой темноты.

— Сбитие со следа. Дозаправка, — не задумываясь ответила Анастасия.

Прозвучало хорошо подготовленным ответом. Взвешенным и логичным. А оттого насквозь лживым.

— Не гони, на этой малышке можно пол планеты облететь, — я выразительно обвел глазами салон реактивного бизнес-джета.

Шуша при моих словах ощутимо напрягся, зыркнув подозрительным взглядом в сторону внешне безмятежной провидицы. Черный пистолет охранника сам возник в руке нашего крепыша. Он до сих пор не доверял чересчур скрытным сестрам.

Анастасия устало вдохнула, без особого энтузиазма взглянула на Шушу, но говорила при этом обращаясь ко мне.

— По моему приказу сразу после взлета на самолете отключили транспондер, это не даст нас вычислить по официальному следу. Но заправится нам все равно надо, потому что нельзя лететь сразу в конечную точку назначения.

— Почему именно Токио?

— Потому что здесь можно приземлится на частной взлетной полосе, не привлекая внимания. Здесь главенствуют кланы якудзы, которые оказывают подобные услуги всем путешественникам, желающим получить место для короткой остановки и сохранить при этом инкогнито. Этот бизнес они ведут уже очень давно и все кому надо об этом прекрасно знают.

От снисходительности в голосе девчонки я поморщился, как от зубной боли, но сдержался, понимая, что пространства для маневра нам особо не оставили. Сейчас мы являлись лишь пассажирами.

Можно, конечно, наплевать на все договоренности, взять у Шуши пистолет и пойти в кабину пилотов, приказав сменить курс. Но куда лететь? И что это даст, за исключением еще одной неопределенности?

— Ты уверена, что нас внизу не ждет какая-нибудь ловушка? Что на этот счет говорит твоя способность?

Молодая провидица пожала плечами.

— Вариативная реальность имеет множество точек бифуркации с узлами разделения на разнонаправленные линии будущего. Течение времени изменчиво и будущее в привычном смысле пока еще не определено. Его нет. Это не застывшая картина нарисованного холста, а скорее туманная масса, из которой может родится нечто определенное, в какой-то миг, став еще одним слоем реальности. Но она может и скомкаться на манер измятого сгустка, став бесформенной грудой случайных событий, — менторским тоном сообщила Анастасия.

Теперь уже поморщились мы двое, и Шуша и я. Даже Лерка от заумных объяснений сестры скривила мордашку.

— Короче, ни хрена ты не знаешь, — мрачно подытожил громила и отвернулся.

Я последовал его примеру, снова взглянув в иллюминатор. Еще каких-то пятнадцать лет назад утопавший в свете Токио сегодня выглядел удивительно темным. От былого величия остались лишь рваные лоскуты, в основном сосредоточенные в центре. Пригороды и часть районов окраины походили на черные пустоты с редкими вкраплениями светлых огней главных артерий японской столицы.

Недостаток электричества — бич современной Японии. Как и общая неустроенность. Экономический кризис во время периода эпидемий под дых ударил местную экономику, отправив ее в глубокий нокаут.

Япония превратилась в каменные джунгли, где правили преступные кланы. Правительство с трудом контролировало ситуацию в нескольких дистриктах. И сегодня государство на протяжении многих лет билось в агонии, никак не желая умирать.

Вспомнились репортажи старых времен, когда наши беспилотники атаковали военные базы США, расположенные на японских островах. Высотные машины резко снижались из стратосферы, сбрасывая кассетные блоки со спорами измененной черной оспы.

Тогда в интернете много выкладывали кадры с гниющими заживо американскими солдатами, покрытыми гниющими струпьями и черными язвами. Как они медленно умирали, пытаясь выбраться из ставшими ловушкой военных баз.

Репортажи CNN такое не показывали, предпочитая ограничиваться короткими сообщениями об последствиях.

Это было возмездие за атаку на Сахалин, за день до этого подвергнутый нападению США с применением биооружия.

Болезнь распространилась по всем островам Японии, начались масштабные эпидемии. Искусственно выведенная в военных лабораториях зараза, устойчивая к обычным антибиотикам, со скоростью лесного пожара распространилась по территории Японии.

Вскоре после налета дронов последовали кибер-атаки на городские инфраструктуры. Водопроводы, связь, но главное атомные электростанции, являющиеся основном источником энергии на островах, были выведены из строя компьютерными вирусами нового поколения, имеющие в своем ядре зачатки псевдоинтеллекта на базе нейронных сетей.

И все рухнуло. Небольшая страна буквально за день была уничтожена. Высокая плотность застройки и скученность населения сыграла с ними плохую шутку, став одними из первых кирпичиков дальнейшего падения.

Японцы заплатили высокую цену за свое служению западному блоку.

— Ты сказала якудза, — я вновь повернулся к Анастасии, — разве это не бандиты?

Девушка небрежно кивнула.

— Откуда уверенность, что они нас не выдадут? И только не надо насчет чести самураев и другого подобного бреда, потому что это только в кино преступники честные и благородные. В реальности все по-другому, — я широко ухмыльнулся. — По себе знаю.

Шуша хмыкнул и тоже заухмылялся в ответ.

В свое время кинематограф здорово романтизировал всякие якудза и коза ностры, сделав из них неких благородных бандитов со своим кодексом чести. Но на самом деле все это ерунда. Не бывает чести у тех, кто состоит в подобных преступных сообществах. Что наглядно проявилось в той же Италии, сразу после начала всеобщего конца света.

Итальянская мафия наладили бизнес по эвакуации из Европы в безопасное место за хорошую плату. Разумеется, все оказалось фальшивкой. Людей сажали на корабли и отправляли совершенно не туда, куда обещали. В итоге молодые привлекательные женщины заканчивали свои жизни в борделях, мужчины на плантациях в качестве рабов, а от стариков и немощных избавлялись еще в ходе плавания.

Идеальная бизнес-модель, приносящая бешенные прибыли и основанная на вере, что у мафии есть собственный кодекс поведения. Так что не стоит говорить о благородстве бандитов, особенно из числа крупных преступных сообществ. На первом месте для них всегда стоят деньги.

— Они нас не выдадут, — по слогам произнесла Анастасия, раздраженная нашей недоверчивостью. — Это налаженный бизнес. Приземление на частной взлетное полосе не регистрируется и не отслеживается. В Японии нет централизованного слежения за воздушным пространством, как в России или США. Все это осталось в прошлом. И якудза этим воспользовались, организовав островки спокойствия для коротких стоянок с дозаправкой и отдыхом.

Она помолчала и настойчиво повторила:

— Это бизнес. Для частных бортов, желающих сохранить в неизвестности свой истинный план полета. Понятно? Если якудза тронут хоть одного путешественника, то вся схема рухнет, и к ним больше никто не будет прилетать. Все немногочисленные диспетчерские башни находятся под их контролем, вся информация о приземляющихся самолетах ежедневно чистится. Боссы кланов внимательно следят за этим, понимая что на этом держится их репутация надежных воздушных гаваней.

Надежных гаваней для лиц с темными делишками, — мысленно закончил я и подумал, что в таком разрезе, ситуация может и не выглядела опасной. Действительно, кто пойдет к подпольному доктору, зная, что его пациентов там регулярно убивают? Подобные новости быстро разносятся в теневом мире, и врач останется без клиентов. Здесь использовался похожий принцип.

Якудза не станут нас трогать не из-за доброты душевной, а из-за циничного расчета, чтобы завтра или послезавтра прилетел следующий бизнес-джет, и его пассажиры чувствовали себя на японской земле в безопасности.

— Кстати, насчет других понятно, а если узнают, что мы из России, они не сделают для нас исключение? Вряд ли местные особенно любят русских, — проронил я неспешно, наблюдая, как горизонт в иллюминаторе заваливается, показывая, что самолет идет на посадку.

Забавно, разве об этом не должны объявлять? Или пилоты и стюардессы так напуганы, что не желают лишний раз общаться с опасными пассажирами? Прекрасно их понимаю.

— При чем здесь то, что мы летим из России? — удивилась Анастасия, но быстро догадалась на что я намекал. — Ты про атаку в двадцать пятом году?

— Тогда погибло много людей, — дипломатично заметил я. — А потом еще больше.

Девушка покачала головой.

— Здесь в этом больше винят американцев, чем русских. Ваши атаковали военные базы, это потом уже зараза вырвалась за пределы, в основном через тех же американских солдат, ставших переносчиками, — она помедлила. — Но даже если кто-то и считает Россию виновной, то точно не якудза. Благодаря войне они заняли свое нынешнее место, став могущественнее и влиятельнее, чем центральное правительство. Только благодаря всему случившемуся они получили столько власти.

Я про себя обкатал озвученную мысль, поворачивая ее и так и этак. Вроде логично. И снова скользнул рассеянным взглядом наружу. Горизонт за бортом все сильнее кренился, самолет заходил на посадку. Внизу появилась двойная линия огоньков — включилась подсветка взлетно-посадочной полосы.

— Держи ствол наготове, — предупредил я Шушу.

Громила кивнул и демонстративно передернул затвор, загоняя патрон в патронник. Анастасия поморщилась, но ничего не сказала. Наоборот о чем-то напряженно подумав, она вдруг выдала:

— На борту еще есть оружие, если вам так будет спокойнее.

Я поперхнулся. Шуша вытаращился на провидицу с изумлением.

— В смысле? Хочешь сказать где-то здесь еще есть стволы? — я кивком указал на небольшой шкаф с выдвижными ящиками.

Вместо ответа Анастасия протянула руку за подлокотник диванчика, на котором сидела, и что-то там сделала. Снизу выскочила выдвижная панель, закрытая прозрачной крышкой. Под ней виднелись несколько пистолетов и компактных автоматов, уложенных в специальные пазы.

Девушка быстро нажала несколько клавиш на стеклянной панели электронного замка, и крышка тихо отъехала в сторону, открывая доступ к миниатюрному арсеналу.

— Сука, — Шуша не сдержался и добавил еще несколько непечатных слов, затем быстро наклонился и стал заряжать все оружие подряд.

Я посмотрел на Анастасию с вопросом в глазах.

— Издеваешься? Раньше не могла об этом сказать, когда нас пытались пристрелить в аэропорту технограда?

Она развела руками.

— Я тогда совсем забыла об этом, — она вдруг обозлилась. — Это вы привычные к такой стрельбе, а я растерялась и ни о чем не могла думать, кроме как побыстрее сбежать. Ясно?

Она со злостью уставилась на меня и мне ничего не оставалось, как согласно кивнуть. Все верно, ей еще не приходилось попадать в подобные переделки, так что растерянность вполне вероятна.

— А это что такое? — Шуша показал на широкий браслет, лежащий в одном из дополнительных боковых отделениях тайника с оружием.

Предметом оказался комм. Не из самых дорогих, но и не из дешевых. Базовая модель, используемая повсеместно.

— Коммы для Сферы. Там и обычные мобильники есть для выхода в Интернет. Услуга от авиаперевозчика на случай чрезвычайных происшествий, если клиенты остались без связи, — объяснила Анастасия.

Ну да, а стволы значит, чтобы отстреливаться от диких животных, если самолет вдруг сядет в незнакомой местности, — про себя язвительно добавил я, но ничего говорить вслух не стал.

Одно то, что пилоты нисколько не удивились просьбе отключить транспондеры самолета с изменением курса и остановкой в нелегальном частном аэропорту говорили о том, что подобные рейсы для них не в диковинку, и что возят они по свету далеко не добропорядочных граждан.

Интересная должно быть эта арабская авиакомпания, оказывающая подобные услуги.

— Не активированный, — сообщил Шуша, проверив комм.

Над встроенным голо-модулем возникла трехмерная проекция — тревожно-красная рамка с пульсирующей надписью — «Зона изгоев». Ни иконок доступа к пунктам меню, ни пиктограмм с обозначением статуса, только сообщение красными буквами.

Первый раз вижу наяву полную блокировку. Это не ограничение функционала, это полный запрет доступа выхода в сеть, действующая на территории западных режимов и их союзников. Сфера здесь не работает. Вообще. Никак.

Отчужденная часть планеты, где нет выхода в информационное поле. Ни одно устройство, основанное на подключении к Сфере, не работало в этих районах.

— Забавно, — я с интересом разглядывал алую рамку.

В ту же секунду самолет дернулся, шасси коснулись бетонного покрытия и спружинили, покатившись по взлетной полосе, постепенно сбрасывая скорость. Торможение заняло несколько минут, закончившись неподалеку от приземистого ангара и каких-то непонятных построек.

— А это еще что, — я выглянул в иллюминатор и увидел, как к севшему бизнес-джету направляется два черных массивных внедорожника.

Я повернулся к Анастасии.

— Так всех гостей встречают или это только для нас такая честь?

Девушка вслед за мной выглянула наружу. Через секунду провидица покачала головой, выглядела она встревоженной.

— Нет. Технический персонал не использует такие машины. Это кто-другой.

На секунду в салоне наступила тишина.

— Косоглазые обезьяны, — мрачно буркнул Шуша и щелкнул переключателем, переводя компактный пистолет-пулемет в режим автоматической стрельбы.

Я хмыкнул, но тоже потянулся за оружием.

Глава 23

Япония 2035 год

Окрестности Токио.

Частная взлетная полоса. 21:35.

Первая мысль при взгляде на Анастасию: врет, или не врет? Вторая: а если врет, то насколько тогда теперь можно доверять ее способностям? Провидица не предсказала появление нежданных гостей, а значит ее дар никуда не годится, и полагаться на него в будущем очень опасно.

Вероятности… линии будущего… вся эта хрень хороша только при разговорах. С другой стороны, она об этом неоднократно предупреждала.

— А как же «бизнес»? — язвительно спросил Шуша, намекая на недавние заверения, что якудза не трогают путешественников, пользующихся ихними взлетными полосами.

Девушка зло сверкнула глазами в сторону остряка.

— Они не проявили еще агрессивность.

Я мрачно усмехнулся.

— Когда проявят будет уже поздно. Ты же не думаешь, что появление этих черных дурынд, — я кивнул на приближающиеся внедорожники, — всего лишь совпадение. И как раз тогда, когда приземлился наш самолет.

Она не ответила. Я тоже не стал развивать тему, вместо этого внимательно изучив попавший мне в руки автомат. Модель оказалась незнакомой, что в целом неудивительно, меня вряд ли можно назвать экспертом в области современных стрелковых вооружений.

Но образец вроде ничего. Хорошая компоновка, лазерный целеуказатель, эргономичная рукоять, складывающийся приклад, магазин на тридцать патронов, укороченный ствол, на планке коллиматорный прицел. Все выглядело добротно и дорого.

Именно дорого. Это оружие далеко не уличных банд. Наверняка стоит несколько тысяч. На такие деньги можно купить десяток старых калашей китайской сборки вместе с парой сотней патронов в довесок на каждого. Компания-авиаперевозчик определенно заботилась о безопасности своих пассажиров, предоставляя в распоряжение подобные средства защиты.

Машины подъехали, захлопали дверцы, наружу вышли молодые крепко сложенные мужчины в строгих темных костюмах. Белая рубашка, классический галстук, черные туфли, аккуратные прически. Прямо образец якудза из фильмов.

Из меня вырвался нервный смешок. Всего несколько минут назад рассуждал насколько далеко киношный образ находится от оригинала и на тебе, зримое опровержение в действии. По крайней мере, касательно внешнего вида.

Что-то меня дергает сильно. До сих пор не отойду от проклятого авиалайнера. После того как сдвинул с места зеленую тушу в груди поселился маленький холодок, готовый в любой миг полыхнуть бушующим пожаром ледяного мороза. И тогда не факт, что все закончится простой потерей сознания.

Или может дело в другом? И все так и должно быть при переходе на новую ступень силы? Проклятье, информации мало, приходиться буквально тыкаться наугад, изучая собственный организм. Что совершенно неправильно.

С другой стороны, по стараниями и награда. Тех клоунов в модных комбинизончиках от армейских кутюрье, я сделал практически не напрягаясь. Самодовольные рожи чистеньких мальчиков и девочек еще не успели толком расплыться в надменной улыбке мнимого превосходства, как все оказались лежать на голом бетоне, получив в тело по паре свинцовых подарков.

При воспоминании о молниеносной стычке со странными, продавшимися Распределителю и Пси-Корпусу, по моим губам скользнула презрительная улыбка. Крысы получили по заслугам. Помогая властям ловить себе подобных, пусть не удивляются, что за это придется заплатить свою цену.

Все это промелькнуло в голове и тут же было забыто. Гости из внедорожников вышли и застыли перед запертым трапом.

— Что мальчики, жим-жим? — Лерка как-то нервно рассмеялась, в сестру полетел злой взгляд. — Доигралась идиотка?

— Думаешь ловушка? — над моим плечом горячо задышал Шуша.

— Хрен его знает, — ответил я спокойно.

Возникла пауза.

— И че будем делать, если ловушка? — не отставал упрямый громила.

Я равнодушно дернул плечом.

— Убьем всех. Что же еще.

Услышав мой безэмоциональный ответ, Анастасия вздрогнула. Должно быть никто еще в ее присутствии не обсуждал убийство с таким безразличием. Слишком буднично прозвучали слова.

А мне и правда было плевать. Если азиаты приперлись по наши души — им же хуже. Перебьем всех к хренам, заправим самолет и свалим отсюда. Если придется, сожжем весь этот сраный полулегальный аэропорт, или как у них здесь называется эта дыра.

Открылась последняя дверь крайней машины и наружу вышла девушка под руку с представительным мужчиной. В отличие от охранников оба щеголяли в костюмах по мотивам национальных одежд, нечто среднее между кимоно и удлиненным пиджаком со стоячим воротничком.

Наверно жутко неудобная хрень. По крайней мере со стороны выглядело именно так.

— Красивая цыпа, — заметил Шуша.

— Красивая, — согласился я и заработал сердитый взгляд с прищуром со стороны Лерки.

Мда, правильно говорят, что иногда стоит прикусить язык и промолчать, чем потом разгребать последствия. Впрочем плевать, у нас и без этого непонятно какие отношения, в основном завязанные на сексе.

— Они синтеты, — Шуша кивнул на охранников.

— Откуда знаешь? — я поневоле заинтересовался.

Здоровяк как-то неопределенно мотнул головой.

— Просто знаю и все.

Хмм, я внимательно на него посмотрел, медленно кивнул. Вновь перевел взгляд на охранников. Только тут до меня дошло, что все трое в черных очках. Ночью. Значит линзы что-то скрывают, скорее всего глазные импланты. Видел в сети такое. Мерзость. Не линзы, а полноценные устройства, вживленные в глазницы через нервные окончания. Гадость еще та. Надо быть психом, чтобы позволить себя так уродовать.

Впрочем, все любители бионической дряни психи. Если уж так приперло, возьми кредит и обратись в БиоТех, там тебе вырастят любую конечность или орган. Дорого обойдется, зато своя, живая ткань, а не полимерная срань.

— Держите, — Анастасия протянула нам маленькие наушники.

— Что это? — я с подозрением покосился на устройство.

— Лингво-транлейтер. Потоковый переводчик. Слышит, анализирует и сразу переводит с других языков. Одновременно синтезирует интонационные модуляции индивидуальные оттенки голосов. Полезный девайс при частых путешествиях в разные страны.

Я повертел в руках маленькую игрушку, заметил:

— Оно не работает со Сферой.

— Не работает, это цифровое устройство, оно не может подключаться к информационному полю, только к обычной сети.

И значит, это продукт технологий другой стороны, западных режимов и их союзников. Следует ли ему доверять? В том плане, не заложены ли внутри какие-нибудь сюрпризы. Особенно в программном коде. Скажешь что-нибудь, и эта маленькая штучка специально переврет слова в оскорбление. Итог — начало перестрелки.

С другой стороны, а кому это надо? Производителям? Полная глупость, на подобной подставе они потеряют все деньги. Разве что спецслужбы, зная кто летает на самолетах авиакомпании и кому принадлежит бизнес-джет, заранее подложили испорченные устройства. Но это должна быть заранее спланированная акция.

Впрочем, плевать. Буду так рассуждать, сам не замечу, как разыграется паранойя. Хотя при нашем образе жизни, возможно это не так уж и плохо.

— Девчонка одна из нас, — совершенно неожиданно для всех вдруг заявил Шуша.

И Лерка, и ее сестра, и я от подобного заявления вздрогнули. Он так это сказал, будто речь шла о пустяке.

— Слышь, ходячий детектор, кончай гнать всякую хрень, — не сдержался я. — То про синтетов, теперь про это. Хочешь пошутить, выбирай другое время, сейчас не до этого.

— Я не шучу, — Шуша оставался спокойным. — Понятия не имею откуда я это знаю, но девка точно одна из нас. Странная.

Блин. Чтоб его. Я посмотрел на единственную девушку в компании прибывших гостей. Темные волосы, среднего роста, красивая. Хрен знает, как Шуша умудрился распознать в ней кого-то со способностями, лично я ничего такого не видел.

Хотя определенные ассоциации возникали. Строгость в одежде — строгость в мыслях. Понятия не имею откуда вдруг такое всплыло.

А вообще, проскальзывали слухи, что подобных нам пытались использовать криминальные группировки, вслед за властями решившие, что глупо упускать из вида столь полезный ресурс.

В умирающих странах вроде Германии или Испании, превращенных в гниющие могильники, некоторые криминальные образования пытались использовать необычных детей в своих целях.

В сохранивших четкую структуру власти, закон и порядок, типа России или США (ирония судьбы, в отличие от своих сателлитов главные участники развязанной бойни с применением биологического оружия и его противник пострадали меньше всего, наверное потому, что и первые и вторые к этому долго готовились) власти подобное не позволяли, не подпуская к необычным детям никого, кроме специальных правительственных агентств.

Что творилось в других регионах планеты даже лучше не думать.

— Ну что, пойдем что ли, поговорим. Люди стоят, ждут, не ломятся внутрь, — я взглянул на Анастасию. — А взлететь сейчас мы, как я понимаю, просто не сможем.

Девушка молча кивнула.

Когда трап опустился, первой вышла именно она, надо отдать сестре Лерки должное, здесь она себя пересилила, хотя по глазам было видно, что с куда большим удовольствием отдала бы приказ самолету выруливать на взлетную полосу.

Японцы и правда ждали, застыв молчаливыми истуканами, наблюдая, как мы по одному спускаемся по ступенькам.

Главный азиат с нескрываемым интересом смотрел на нас. Видно, что ему действительно любопытно. Русские перестали приезжать в Японию пятнадцать лет назад, сразу после начала войны и разрыва дипломатических отношений, которые вряд ли будут восстановлены в ближайшее время.

Японцы тоже не могли въезжать в Россию, как прислужники западных режимов. И хотя это положение осталось лишь на бумаге (правительства как такового почти не осталось, а якудза предпочитали налаживать связи с другими странами), все равно в этом плане ничего еще долго не изменится.

— От лица господина, приветствую дорогих гостей на нашей благословенной земле, — быстро проговорил один из охранников и согнулся в поклоне, плотно прижав руки к телу.

У каждого японца в ухе оказался похожий девайс-переводчик, как и у нас. Сложности с пониманием друг друга отпадали. Неплохо, проблемы с коммуникацией сейчас ни к чему. Перевод прозвучал синхронно, что делало общение почти что живым.

Мы с Шушей встали чуть позади, рассредоточившись и взяв автоматы на изготовку, в любой момент готовые начать стрельбу. Анастасия выступала вперед, Лерка держалась позади. Диспозиция так себе, но особо выбирать не приходилось.

Провидица ответила цветастым приветствием, что-то об известном гостеприимстве на землях белой хризантемы и сакуры. Я особо не вслушивался, уделяя основное внимание бойцам якудза. Как ни странно, последние по знаку хозяин подались назад, оставляя впереди представительного мужчину и девушку.

— Меня зовут Икимура Такаяши, — представился мужчина отвесив легкий поклон. — Этот аэропорт принадлежит мне.

— Очень приятно, — Анастасия тоже поклонилась.

— Вы, наверное, удивлены моим появлением, — без паузы продолжил мужчина, явно принадлежавший к верхушке одного из кланов якудзы, а то и бывший его главой. — Не стоит беспокоится, никаких претензий к вам нет, я всего лишь хотел с вами поговорить.

— О чем? — провидица сохраняла спокойствия.

— О ней, — мужчина повел рукой, показывая на девушку рядом. — Точнее о том, что она видела.

Последнее слово он выделил как-то особо, Анастасия неосознанно напряглась.

— Она умеет видеть картины пока еще не сбывшегося? — тщательно подбирая слова спросила она.

Я мысленно чертыхнулся. Еще одна провидица на наши головы, как будто одной мало.

Японец обрадовался, хотя выражалось это всего лишь в скупой улыбке, смотревшейся неестественно на слишком тонких губах.

— Верно, умеет. Она видящая, — пауза. — Как и вы.

Он впился в Анастасию глазами. Сестра Лерки осталась спокойной, сохраняя маску вежливой отстраненности.

— Как интересно, — медленно проронила она.

В этот момент, Шуша едва слышно прошептал:

— Сраные экстрасенсы.

Я скорее угадал, чем расслышал, о чем он сказал и насмешливо на него покоился. Сам-то кто? Умеющий влет определять человек стоит перед ним, синтет или странный. Ходячий рентген хренов…

— И что вам от нас нужно? — несмотря на неожиданное признание, Анастасия продолжала сохранять маску ледяной отстраненности.

С этой девчонкой в покер определенно лучше не садиться играть.

Мужчина снова улыбнулся, точнее попытался изобразить то, что, по его мнению, должно выглядеть как приветливая улыбка, хотя на мой взгляд больше походило на оскал холоднокровной рептилии.

Крутой мужик, наверняка кучу глоток в свое время перерезал. Таким поперек дороги лучше не вставать. А если вставать, то убивать сразу, не оставляя живым за спиной.

— Несмотря на молодость, вы умны, смелы, решительны, — при каждом слове мужчина кивком головы по очереди указывал на Анастасию, Шушу и Лерку. Со мной он сделал паузу и лишь после этого добавил: — Безжалостны.

Я сохранил спокойствие, но внутри вспыхнуло подозрение. Он слишком много знает о нас. Откуда? Неужели от «видящей» дочурки?

— Чего вы хотите? — Анастасия осталась бесстрастной, не отреагировав на лаконичные характеристики каждого из нас.

Якудзу это впечатлило, он уважительно отвесил еще один поклон уже исключительно ей.

— Всего лишь одно небольшое одолжение: я прошу, чтобы мой дочь Хейко полетела на остров Муа-Лен и вместе с вами посетила исследовательский комплекс корпорации Тинатекс.

Новость застала врасплох. Мы с Шушей быстро переглянулись, Лерка подалась назад, Анастасия нахмурилась, впервые при разговоре проявив эмоции.

— Зачем вам это? — первой опомнилась она.

Японец тонко улыбнулся в ответ:

— Потому что именно там будет решаться дальнейшая судьба этого мира.

Глава 24

Япония. 2035 год

Окрестности Токио.

Частная взлетная полоса. 21:51.

Он не успел договорить, хотя было видно, что собирался развить мысль, объясняя за каким чертом ему с дочуркой понадобилось ловить попутку пробираясь на остров таинственной корпорации. Но ему это не позволили. Ночной мрак рассек звук громкого выстрела.

За секунду до этого Шуша вскинулся и бешено заорал:

— Вниз!!!

Не рассуждая я бросился ничком, уходя перекатом через плечо. Пальцы шевельнулись, невидимая волна выпущенной силы скользнула вперед, сбивая с ног стоящую на острие атаки Анастасию.

— Нет!!! — сзади раздался громкий крик Лерки. Должно быть подумала, что сестру подстрелили.

Шуша что-то снова яростно заорал и девчонка заткнулась, скрывшись в салоне белоснежного бизнес-джета.

Выстрел.

Голова одного из боевиков якудза взорвалась как спелое яблоко. Он двигался с невероятной скоростью, пытаясь прикрыть хозяина, когда его настигла пуля не менее быстрого стрелка.

Вот это реакция. Чертовы синтеты.

— Назад! — заорал Икимура Такаяши, махая рукой. В отличие от подчиненных, и он и дочь двигались с нормальной человеческой скоростью, и потому совершенно не успевали толком среагировать на стремительно меняющуюся обстановку вокруг.

Выстрел.

Колесо одного из внедорожников гулко хлопнуло и осело. Кто-то не хотел, чтобы отсюда уехали и лишал нас средства передвижения.

Шуша вскинул автомат и выпустил длинную очередь куда-то во тьму. Совершенно бесполезное занятие на мой взгляд, только трата боеприпасов и обозначения себя как мишени.

Выстрел.

Грудь одного из охранников раскрылась на манер кровавого цветка. Самого боевика с бешенной силой швырнуло назад. Тело изломанной куклой прокатилось по бетону, остановившись недалеко от шасси самолета. Дыра от попадания была просто огромной, что говорило о патронах ужасающего калибра. По нам стреляли из дальнобойной винтовки.

— Черт! Что у него в груди?! — заорал вдруг Шуша, удивительно четкими движениями перезаражая автомат.

Я мазнул быстрым взглядом по упавшему телу и едва не подавился. К горлу подступила тошнота. В груди и некоторых частях тела боевика оказались имплантированы пластины брони, скрытые человеческой плотью. Изуродованное тело напоминало мешанину из металла, мяса и кожи.

Дерьмо! Гребанные уроды-синтеты…

Над взлетным полем пронеслась сирена, вспыхнули прожектора, внешний периметр охраны наконец-то очнулся. Пока их босса расстреливали как в тире с ультрадальней дистанции (на это прямо намекал калибр пущенной в ход снайперской винтовки), засони спали ничего не предпринимая.

— Сюда! — неожиданно закричала вдруг девчонка-японка и попыталась подскочить к лежащей Анастасии с явным намерением утянуть ее в свой внедорожник.

Ну да, разбежалась узкоглазая. Я перебрал пальцами, и ноги девки из якудзы запутались в невидимой сети. Она нелепо взмахнула руками и грохнулась на бетон.

Говорил же, одежда неудобная, упала как мешок, а должна была прокатиться упругим мячиком с перекатом и уходом под защиту ближайшего внедорожника.

Папаша что-то возопил, должно быть решив, что и дочурку подстрелили, бросился к ненаглядной, выходя из-за прикрытия распахнутых дверей джипа. Идиот.

Невидимый стрелок этим воспользовался, выпустив подряд несколько пуль.

Выстрел. Выстрел. Выстрел.

К счастью, подстрелить высокопоставленную тушку из японского преступного синдиката снайперу не удалось, зато получилось грохнуть еще одного охранника. Бок боевика взорвался от мощного попадания.

Не знаю какие пластины и листы стали им там в тело вшивали, но против крупного калибра они явно не помогали. По телу словно саданули кувалдой, потом засунули внутрь взрывчатку и подорвали. Жуткая рана.

— Уходим! — я кивнул Шуше на самолет.

В ту же секунду раздалась долгая очередь. Цилиндр, прикрепленный к фюзеляжу по правому борту, прочертила длинная полоса, разрывая металл как бумагу. Один из двигателей нашего чертова джета вскрыли как консервную банку, перемешав внутренности не хуже гигантского блендера.

— Дерьмо!

Теперь мы точно никуда не полетим.

Я медленно сжал пальцы в кулак, не отрывая взора от ближайшего внедорожника. Машина дернулась и проскрежетала по бетонным плитам.

Глаза дочурки якудза распахнулись от удивления. Стоящий рядом с ней охранник в идиотских черных очках ошарашенно двинулся следом, не понимая, как такое вообще возможно, ведь за рулем никого не было, плюс машина двигалась боком, скрежеща по серой поверхности черной резиной.

— Вытаскивай Лерку, — велел я. Шуша понятливо кивнул и бросился к трапу.

Подхватив Настю, я шагнул за притянутый внедорожник. Один азиат попытался возмутиться, кажется догадавшись, что мы собираемся реквизировать их транспортное средство, но я ему этого не позволил.

Небрежное движение кисти и напичканного электроникой и железом тело охранника с силой швырнуло назад. Другой попытался вскинуть оружие, но резко передумал, согнувшись пополам от удара невидимого кулака.

— Сраные синтеты, — пропыхтел Шуша с удовольствием всаживая длинную очередь в пытавшегося наставить на меня оружие боевика.

Шушин автомат мелко задергался выпуская ураган пуль. Дуло едва шевелилось, демонстрируя отличную кучность. Вся очередь ушла в круг не больше пяти сантиметров в диаметре, вскрывая вшитую пластину брони, как консерву.

Все-таки арабы молодцы, положили в тайник отличное оружие.

Мысль мелькнула и погасла, задвинутая более насущными проблемами. Бегущая за Шушей Лерка что-то выкрикнула и выстрелила куда-то в сторону границ взлетного поля. Как и мы, она тоже обзавелась компактным короткоствольным автоматом со сложенным прикладом.

Бой за пределами периметра нарастал. Слышались взрывы, в ход пошло тяжелое вооружение. Пулеметная точка, откуда был поврежден самолет выявили и почти сразу подавили. Оставляя инверсионный след в воздухе к нему понесся реактивный снаряд.

Невысокое здание, где прятались стрелки, сложилось как карточный домик не пережив попадания термобарического боеприпаса.

Из гранатометов они там что ли шмаляют?

Стоило об этом подумать, как темноту озарил еще один взрыв. Охранники аэропорта отбросили стеснения и пустили в ход все что у них имелось. Почти сразу без паузы в небо рванул третий огненный шар, нечто в отдалении превратилось в пылающую груду грязно-оранжевого пламени.

— Хрена себе, — Шуша присвистнул. — У них там походу настоящая война началась.

Стрельба за периметром стремительно нарастала, нападающие не отступили и ввязались в бой, и судя по взрывам, тоже начали использовать не только огнестрельное оружие, но и реактивные гранатометы, пулеметы и еще черт знает что, от чего в темноте то и дело вспыхивали зарницы.

— Пусть воюют, это не наша война, — буркнул я и взялся за дверцу автомобиля.

— Правильно, не будем мешать людям развлекаться, — поддержал Шуша и направился к другой двери.

В этот момент появился всеми забытый главный якудза, вместе с дочерью и последними двумя выжившими охранниками. Он подошел к нам, стараясь держать руки на виду. Его боевики что-то вякнули, но босс на них рявкнул на японском, заставляя заткнуться.

— Мне очень жаль, что так получилось, — сказал Икимура Такаяши, стараясь не смотреть в сторону охранников, убитых нами с Шушей в процессе наглой экспроприации черного внедорожника.

Я смерил мрачным взглядом японца. Будет возникать, грохнем сразу. Машина лишь малая компенсация за поврежденный самолет. За такие дела вообще надо убивать. Кто-то обещал безопасность на своей земле и не справился. В теневом мире за такое наказывали по полной.

— Мы уходим. Попытаетесь остановить — умрете, — коротко бросил я.

Охранники снова напряглись, Шуша широкого заухмылялся, он был уверен, что успеет выстрелить первым, и я в этом тоже не сомневался. Способности сенса давали неоспоримое преимущество, несмотря на скорость синтетов.

— Только один вопрос: куда вы уйдете? Все-таки это не ваша страна, здесь другие порядки, — мягко заметил главный якудза.

Я усмехнулся и мотнул головой в сторону стоящего на краю поля ангара. Интуиция подсказывала, что там должно находится хоть какое-нибудь летательное средство. Если ничего нет, поедем поищем еще где-нибудь. По словам Анастасии местные давно уже оказывали услуги давая пристанище частным бортам, где-нибудь обязательно должен найтись другой самолет.

— У меня есть предложение получше, — сказал мужчина.

Анастасия бросила на него подозрительный взгляд. Успевшая уже почти забраться во внедорожник Лерка притормозила, Шуша поудобнее перехватил автомат, метнув короткий оценивающий взгляд в сторону напрягшихся охранников, я же равнодушно ждал продолжения уже догадываясь, что последует дальше.

— У меня есть самолет. Свой собственный. Вы получите его вместе со свободным пропуском при одном условии, — якудза выжидательно замолчал, дожидаясь реакции с нашей стороны.

Напрасно, лично я стал прислушиваться к звукам боя за границами взлетной полосы. Судя по прилетавшему грохоту, он не утихал, а наоборот нарастал. Создавалось впечатление будто к нападающим подошло подкрепление и они усилили напор, оттесняя бойцов клана Такаяши ближе к периметру. Хорошо еще, что после уничтоженного снайпера, в нашу сторону пока никто не стрелял. Но это могло очень быстро кончится.

Уловив данный нюанс, Икимура не стал играть в загадочные беседы с долгими паузами и быстро произнес:

— Два миллиона, один вам, один вам, — он по очереди поглядел на нас с Шушей. — Если доставите мою дочь на остров Муа-Лен и проведете в исследовательский комплекс корпорации Тинатекс.

По моему лицу пробежала усмешка.

— А им? — я кивнул на сестер. Лера и Анастасия с одинаковым прищуром смотрели на нас с Шушей. Именно в этот момент они вдруг стали удивительно похожи друг на друга, напомнив, что все же являются близнецами. Забавно, об этом быстро забываешь, настолько по-разному они ведут себя и одеваются в повседневной жизни.

— Им деньги не нужны, — босс якудза наградил сестричек лишь мимолетным взглядом. Основное внимание он уделил почему-то именно нам.

— Миллион, — задумчиво проронил я и бросил оценивающий взгляд в сторону Анастасии. Помниться она предлагала нам столько же.

Провидица ничего не говорила, молча ждала решения, кажется интуитивно понимая, что если вмешается, то я из принципа соглашусь.

— Миллион хорошая цифра, — наконец изрек я. И Шуша тотчас решительно рубанул:

— Золотом!

Похоже дополнительное условие не стало особым сюрпризом. Японец коротко кивнул, соглашаясь с условиями сделки.

Как-то легко он все принял. Может стоило поторговаться и запросить больше? Или дело как раз в миллионе. Он ведь не зря назвал именно его. Наверное дочурка и это рассмотрела в потоках времени, как мы с Анастасией обсуждаем и сходимся на этой сумме, соглашаясь сопровождать их в этой безумной поездке.

А вообще, странно все это. Что сестрички-близняшки, что папаша-бандит легко могли организовать хорошо защищенное сопровождение для посещения небезызвестного острова.

Черт, да при наличии денег они могли туда направить целую армию и захватить островок в течении пары часов. Зачем нужны именно мы с Шушей? Ведь не зря этот косокоглазый гангстер дожидался именно нас.

Все это пахло здоровенной подставой.

— Кто нападает на аэропорт? — я кивнул в сторону ожесточенной перестрелки, переросшей в полноценный бой с применением тяжелого вооружения. Теперь взрывы следовали один за другим, изредка перемежаемые злым стрекотом пулеметов и штурмовых винтовок.

— Клан Инсазаки, наши конкуренты, — без паузы ответил якудза. Что с одной стороны могло говорить о правдивости, с другой о заранее подготовленной лжи. Физиономия у него — хрен разберешь. Еще один с кем лучше не садиться за стол играть в покер.

— Зачем они атакуют? Тоже знают о нас? — я продолжил расспросы, не спеша соглашаться на предложение. Хотя судя по виду, Шуша уже готов дать ответ, и весьма положительный.

Миллион хорошо, а два миллиона еще лучше, так и говорил его масляный взгляд. Спорю на что угодно, если деньги нам все же выплатят, он будет похож на довольного кота, обожравшегося сметаны. Надо будет не забыть, запечатлеть его в этот момент. Вот будет потеха.

— Нет. Они думают, что нашему клану привезли какой-то особо ценный груз. Должно быть у них есть осведомитель среди персонала, он и сообщил о повышенном внимании именно к этому рейсу.

— А внимание было повышенное именно из-за нас? Почему? Зачем вам именно мы? Вы и без нас могли добраться до острова, если у вас возникла такая потребность.

Икимура пожал плечами.

— Так сказала Хейко. Иначе ничего не получится. Или вы туда попадаете все вместе, или ничего не сработает, — последовала долгая пауза. — Я верю ей.

Потому что дочь? Или потому, что уже доказала силу своих способностей на практике? Я не спросил этого вслух, но подумал, что, наверное все же второй вариант. Мужик не выглядел дураком, способным делать ставку в серьезных делах руководствуясь исключительно родственными чувствами.

— Что вы надеетесь там найти? В исследовательском комплексе на острове? — я спрашивал, но не ожидал услышать ответ. По крайней мере правдивый. Так и случилось.

— Будущее.

Какой замечательный ответ. Расплывчатый и туманный. С другой стороны, трудно ожидать, что перед нами выложат все карты прямо сейчас. Если девчонка поедет с нами, ответы можно будет выбить по дороге. Как из нее, так и из сестричек-близняшек.

В конце концов, Шуша в чем-то прав: миллион есть миллион, а два миллиона — еще лучше.

Глава 25

Где-то в воздушном пространстве над Тихим океаном

Борт частного самолета клана Такаяши.

11:30 по местному времени.

— «… продолжается выгрузка кораблей, прибывших в Гамбург с гуманитарной миссией на прошлой неделе», — чернокожая ведущая со строгим лицом и совершенно не красивая с точки зрения женственной привлекательности, говорила строгим голосом и так же строго смотрела в зрачок направленной на ее лицо камеры.

Справа внизу экрана находился значок с буквами CNN, показывая какому американскому каналу принадлежит выпуск новостей. Во всем оформлении превалировали красные тревожные тона, поневоле заставляя прислушиваться, сохраняя серьезный настрой, словно от того, о чем вещали с экрана зависела судьба всего мира.

Умеют подобрать нужный фон, — машинально отметил я, заметив, что внимательно смотрю на кадры, как в германском порту с помощью кранов достают из недр парочки задрипанных океанских танкеров морские контейнеры с грузом для ФРГ от «верных друзей по атлантическому союзу».

Негритянка так и сказала — верных друзей. Только на этом словосочетании я очнулся от «серьезности момента» и позволил себе ехидную ухмылку. Верные друзья, которые помогают раз в полгода, а то и год, присылая всякий ненужный хлам и тонны просроченного продовольствия, медикаменты с истекшим сроком годности и другой подобный мусор. Все ради того, чтобы потом встать и гордо заявить: мы всегда вам помогали.

Какая ирония, амеры сами подставили фрицев в прошедшей войне, а теперь изображают из себя благодетелей. Но самое забавное, что обе стороны понимают, что прибывший груз ничего не изменит, все останется по старому и Германия, как и вся Европа, будет продолжать медленно умирать от многочисленной модифицированной заразы, сброшенной ей на голову, как основного союзника врага.

Пошли кадры с улиц города, санитарные кордоны, прохожие в каких-то темных обносках, злые полицейские в сильно потрепанной форме, но с обязательным противогазом полной защиты на морде, и редкие машины, похожие на призраков.

Все это выглядело столь удручающе, что рука сама потянулась переключить канал. Смотреть на такую безнадегу не хотелось. Видимо это поняли и на телеканале. Картинка мигнула и появился какой-то мужик с измученным видом и землистого цвета лицом. Надпись внизу поясняла, что это был мэр Гамбурга, благодаривший за груз друзей из далекой Америки.

Говорил он сквозь зубы, с недовольным выражением на лице, ясно показывая свое истинное отношение к качеству присланной помощи. Но и промолчать германец не мог, потому что в другой раз корабли могли и вовсе не появится. Пусть и почти с бесполезным мусором, но все же хоть с чем-то, что возможно может облегчить жизнь жителям города.

— За все приходится платить, в том числе и за уязвленную гордость, — с усмешкой вымолвил я, глядя как мучительно болезненного вида мужик пытается подобрать подходящие слова для американского репортера, тычущего ему в лицо микрофоном с серьезной миной интересуясь его планами на будущий год. На фоне умирающего города звучало истинным издевательством.

Репортер, кстати, выглядел намного лучше. Розовощекий, чистый, умытый, в хорошей одежде. На фоне болезненно выглядевших местных смотрелся дышащим здоровьем красавчиком.

Еще один элемент неприметной психологической обработки. Мол, глядите, все американцы такие, а значит и сама америка, великая и богатая страна. На туземцев оказывает незабываемый эффект. Особенно на молодых фройляйн, готовых встать на колени и сделать что угодно, лишь бы вырваться из кошмара заживо гниющего города.

Вечером репортеру будет из кого выбирать, приглашая себе девицу в номер отеля. А потом и глядишь, кого-нибудь действительно увезет с собой, сделав послушной женой.

Хотя последнее вряд ли, карантинные ограничения еще никто не отменял и сомнительно, что из Европы кого-нибудь в Штаты пустят. Разве что после долгого периода изоляций с последующей медобработкой. Что стоит серьезных денег, а значит вряд ли будет потрачено на обычную германскую мокрощелку, мечтающую убраться из собственной страны, ставшей заживо гниющим могильником.

— Хуба-буба, — буркнул я, сделав глоток из бокала и отсалютовал пиндоскому репортеру. — Правильно, так с ними и надо туземцами.

После интервью пошел обзор всей страны, в частности Германии, а после и всей Европы в целом. Карантинные ограничения, недостаток продовольствия, разрушенные системы коммуникаций, процесс деиндустриализации в полном разгаре, уничтоженная промышленность и дышащая на ладан экономика, продолжавшие бушевать эпидемии. Некогда процветающие страны всего за несколько лет скатились на дно пропасти, откуда просвета не было видно.

Упомянули Россию, куда же без этого. О том, что больше не поставляет ресурсы, не принимает валюту и вообще отгородилась линией безопасности, за которую ходу почти никому нет.

— «… это возмутительно, вы только посмотрите на эти кадры, это бесчеловечное отношение должно быть осуждено всеми цивилизованными странами», — разорялся какой-то удивительно бледный мужик с худым лошадиным лицом.

Показывали фильтрационный лагерь на западной границе, откуда пытались совершить побег беженцы, и о сработавших системах защиты с тотальным уничтожением всего живого при помощи роботизированных башен-платформ.

Помнится я видел уже эти новости пару-тройку недель назад, но только по русскому телевиденью. Забавно, насколько разная интерпретация одного и того же события. У нас заявляли о биологической угрозе и необходимости карантина, на случай занесения из враждебно настроенных стран какой-нибудь гадости в форме нового вируса. А штатовцы упирали на человеколюбие и гуманизм, требуя, чтобы всех людей пропускали через границу без проверки.

Ну да, сами они у себя очень придерживалась человеколюбия и гуманизма, отстреливая всех подряд и топя любой корабль, который посмел приблизится к берегу без разрешения.

Как там это называется, двойные стандарты? Все-таки более лживой и лицемерной нации чем американцы, наверное, в мире больше нет.

— Зачем ты смотришь эту муть? — Шуша приземлился на диванчик рядом, небрежно поправив лямку компактного автомата, с которым теперь не расставался ни на секунду.

Я пожал плечами и обвел взглядом салон бизнес-джета. Миловидная принцесса из гангстерского японского клана вместе с двумя сопровождающими в лице боевиков-синтетов заняла несколько кресел впереди. Анастасия и Лера уселись в средней части, что-то обсуждая на тонком планшете. Мы с Шушей оккупировали задний пролет, неподалеку от единственного на борту телевизора.

Телек кстати был настроен на пакет спутниковых каналов исключительно западных режимов. Всякие CNN, CNBC, BBC-News и ни одного знакомого русского. Что в целом неудивительно, в Сфере западных телекомпаний тоже нет.

— Никогда не помешает узнать другую точку зрения, — все же ответил я. Не признаваться же, что было просто скучно.

Чутье меня не подвело, запасной самолет все-таки нашелся в ангаре и принадлежал он все тому же клану Такаяши. А вот экипаж Икимура предложил подождать, что мы делать конечно не стали, пересадив свой из поврежденного арабского бизнес-джета. Благо модели самолетов оказались одной серии и у пилотов не возникло проблем с управлением.

Обошлась дополнительная услуга в кругленькую сумму. Анастасии даже пришлось звонить по спутниковому телефону и отдельно договариваться с руководством арабской авиакомпании, заодно решая вопрос о поврежденном самолете, оставшемся на земле.

Все расходы взял на себя клан Такаяши, уверив, что ремонт будет произведен квалифицированными специалистами, а сам борт будет перегнан в любой удобное для компании место.

Хорошо все-таки иметь много денег. Не надо беспокоится о проблемах, которые для большинства выглядели бы неподъемной плитой, весом в несколько тонн.

А тут раз-два, несколько фраз, пара транзакций и вуаля — «счастливого пути, дорогие клиенты, обращайтесь еще, будем рады вас видеть нашими пассажирами снова в любое удобное для вас время».

Красота.

— Ну что, когда начинаем? — Шуша прошептал так тихо, что я скорее угадал по движению губ, что он сказал, чем расслышал.

— Позже, — не оглядываясь и все так же демонстративно глядя в телевизор, словно меня интересовало исключительно происходящее на экране, так же тихо ответил я.

— Почему? Мы уже достаточно отлетели.

— Еще двадцать минут. Потом начинаем. А пока свали и не отсвечивай рядом со мной, слишком морда у тебя подозрительная. Япошки на тебя так и пялятся. И убери уже куда-нибудь свой дурацкий автомат, он слишком бросается в глаза.

— Куда убери? — возмутился Шуша. — А как же я буду…

— Под подушку, — едва шевеля губами процедил я. — Вон на диванчике их сколько валяется. Давай-давай. Не видишь, косоглазые от тебя взгляд не отводят с момента посадки. Заколебал ты их нервировать своей пушкой. Думаешь они забыли как ты прикончил одного из них, выпустив в упор всю обойму?

— Ты тоже одного завалил, — справедливо возразил здоровяк.

— Но я не свечу везде своим стволом, да еще столь демонстративно, — парировал я. — И вообще, кончай базар, убирай свою сраную пукалку и пересаживайся подальше.

Что-то пробубнив себе под нос, Шуша все же подчинился, с небрежным видом пересев на диванчик по левому борту и нарочито внимательно уставившись в иллюминатор.

Актер хренов. За такую игру надо на виселицу отправлять.

Я вновь вернулся к просмотру, там уже сменился сюжет, показывали жаркие пейзажи Латинской Америки. Шел репортаж из Бразилии.

— «… это совершенно недопустимо! Подобная выборность бросает тень позора на Департамент полиции, вынуждая сомневаться в адекватности его руководства. Непонятно, о чем думали высшие чины принимая подобная избирательное решение, но вынуждена согласится, что такое поведение не делает чести офицерам полиции», — полногрудая латиноамериканка с бронзовой кожей и пышными черными волосами потрясала кулаками, стоя перед группой разодетых людей, похожих на туристов.

Так оно и оказалось. Туристы. Американские. Брошенные в охваченном мятеже небольшом городке где-то на западе необъятной Бразилии, недалеко от какого-то знаменитого пляжа, длинной в пару сотен километров.

— «… они забрали русских туристов, но не взяли нас, сказали, что в автобусе нет места, и что за нами непременно пришлют. Но прошло уже два дня, и за нами так никто и не приехал», — жаловалась какая-то дебелая тетка просто необъятных размеров.

Хрена себе толстуха. Правду говорят, что все амеры жиртресы еще те. И какой нафиг туризм? В мире непойми что творится, а кто-то еще ездит в другие страны отдыхать?

С другой стороны, самолеты продолжают летать, корабли тоже никуда не делись. Наверное, богатеи даже в условиях конца света не отказывают себе в привычке съездить куда-нибудь в жаркие страны. Что у нас, что у пиндосов.

А история оказалась банальна. В одной из провинции в Бразилии вспыхнул бунт, быстро переросший в полноценный мятеж. Начались беспорядки и хаос. Русский посол подсуетился и дал на лапу одному из местных боссов полиции жирную взятку. Тот организовал спасательный рейд под прикрытием спецназа. Всех русских туристов вывезли. Полицейский начальник засветился на экранах, радостно лыбясь и говоря, что для них нет ничего важнее, чем обеспечение безопасности иностранных гостей.

Единственные кто остался недоволен, так это группа американских туристов и еще несколько человек из других стран, которых эвакуировать не стали. Правильно, ведь за них не платили. Что вызвало ожидаемое возмущение.

— Жадные ублюдки, — я взмахом руки переключил канал убирая с экрана трясущую тройным подбородком жирную американку. Она в этот момент как раз что-то вопила, что на спасение ее туши бразильское правительство обязано отправить эскадрилью вертолетов и десять тысяч десантников. Совсем с катушек съехала тетка.

По другому каналу шла аналитическая передача с обсуждением многоженства и введение института гаремов в США на фоне катастрофического падения численности населения. В качестве примеров приводили традиции мусульман и мормонов из штата Юта. Нечто подобное предлагали обустроить на всей территории страны.

Забавно. Было бы любопытно потом посмотреть, во что выльется эксперимент, если его все-таки примут.

— Пять жен на одного мужика, по одной на каждый день недели, а в выходные отдых, круто — я покачал головой и снова движением руки переключил канал.

Здесь обсуждали появление «странных» в США и формах контроля за их популяцией. Сыпались предложения начиная от чипизации и заканчивая постановкой клейма прямо на лоб, чтобы каждый видел с кем имеет дело.

— Совсем охренели, — буркнул я и наконец выключил телек.

Осмотрел салон, все занятые своим делом. Рука небрежно нырнула под ближайшую подушку и нащупала рукоять оружия. Потянул на себя. Черный автоматический пистолет оттянул ладонь приятной тяжестью.

Я медленно оттянул затвор, загоняя патрон в патронник. Разжал пальцы, отпуская. Затвор с щелчком встал обратно.

Глаза нашли часы, отметив время. Вроде нормально, самолет уже где-то далеко в нейтральном воздушном пространстве на высоте десяти тысяч метров.

Заметив мои телодвижения, Шуша кивнул, из-под бежевых подушек показался его автомат. Мы встали одновременно, я плавно поднимаясь на обе ноги, Шуша вскакивая резким прыжком.

Я повел рукой, дверь-створка, отделяющая переднюю часть салона от кабины пилотов, сама мягко поехала в бок, закрываясь. Щелкнула защелка, переходя в режим блокировки. Словно кто-то невидимый закрыл дверь.

Изумрудно-зеленый луч лазерного целеуказателя с автомата Шуши скользнул по салону привлекая к себе внимание. Все резко замолкли. Телохранители девчонки-якудза дернулись, но не стали вставать, заметив, что зеленый лучик четко указывает в их направлении.

Анастасия пришла в себя первой, нахмурилась. Наша поза с оружием наизготовку выглядела угрожающей.

— Может объясните, что происходит?

Я кивнул, растягивая губы в мертвой улыбке.

— Непременно. Но перед этим, вы наконец-то расскажете что за дерьмо здесь происходит. В противном случае, — я выразительно повел стволом пистолета. — Думаю не надо объяснять, на что мы готовы пойти чтобы услышать ответы.

Глава 26

Где-то в воздушном пространстве над Тихим океаном

Борт частного самолета клана Такаяши.

11:50 по местному времени.

— Не понимаю, о чем ты, — Анастасия удивленно распахнула глаза, изображая недоумение. Надо признать, играла просто отлично. На секунду даже поверил, что действительно не понимает, о чем идет речь.

— Рассказывайте, что здесь происходит. Не заставляйте идти на крайние меры, — предупредил я.

— Что и в меня будешь стрелять? — Лерка дерзко вскинула глаза.

Я мысленно поморщился.

— Поздно, дорогая, разыгрывать из себя оскорбленную невинность, — я немного повел стволом. — Я теперь даже не уверен, что наша встреча была случайностью.

Сестры быстро переглянулись. Так и знал. Я кивнул на Лерку.

— Она не просто так сидела несколько месяцев под Брянском, так? И поисками пропавшей тетушки не занималась. Это можно было выяснить за пару минут, имея на руках доступ к Сфере и достаточное количество денег. Но она все равно продолжала оставаться. Что выглядит подозрительно.

Лерка и Анастасия молчали. Пришлось продолжать.

— Она знала, что так произойдет. Что мы встретимся и что все случится именно в таком порядке. Ждала момента, чтобы запустить цепочку событий.

Бинго! Анастасия вздрогнула, с испугом уставилась на меня. Не ожидала, что так быстро раскрою их маленький неудобный секрет.

— У вас не было точной привязки по времени да? Поэтому пришлось ждать так долго.

Теперь провидица смотрела на меня округлившимся глазами. Какая-то она слишком впечатлительная для того, кто умеет предвидеть грядущее.

— Знаешь когда я начал об этом задумывать? Когда ты заявила, что умеешь видеть будущее. Тогда и понял, что все не так. Что ваше появление не случайность. Вы заранее знали, что произойдет. И думаю, дело именно в нас, — я по очереди указал на себя и на Шушу.

Громила приподнял автомат, лазерный прицел зеленого цвета вновь скользнул по салону, обегая присутствующих, тем самым заставляя вжиматься в кресла. Неуютно когда на тебя смотрит смерть.

— А япошки здесь при чем? — Шуша указал на сидящих в дальнем конце японцев.

Я пожал плечами.

— Тоже видели будущее и тоже видели в нем нас. Только непонятно, зачем такие сложности. За три миллиона золотом можно отправить группу захвата. И какими бы крутыми мы тогда не были, нас бы все равно приволокли куда надо.

Мы разговаривали так словно кроме нас больше рядом никого не было. И это показное равнодушие вызывало у слушателей нервозность. Будто мы обсуждали будущих мертвецов, не сомневаясь, что вскоре избавимся от неудобных свидетелей.

Анастасия не выдержала и нервно воскликнула:

— Вы не понимаете, все не так просто. Все должно было идти в строго определенном порядке, иначе итог мог оказаться другим.

Я понимающе кивнул.

— Причина и следствие. Помог старушке перейти дорогу — один результат. Ту же самую старушку толкнул под автобус — и все совершенно иначе. Сраная бабочка и сраные ураганы на другой стороне планеты.

Услышав сравнение со старушкой, Шуша хрюкнул и едва не заржал. Мне же все этого веселье не доставляло.

Знать, что все предопределено, и что рыпаться бесполежно вызывало внутренний протест. Кажется до здоровяка это тоже дошло, потому что он резко замолчал и нахмурился. Неприятно осознавать себя безвольной марионеткой. Еще хуже знать, что кто-то точно в курсе всех твоих действий и поступков, а следовательно знает о тебе больше тебя самого.

Неприятные ощущение от которых непонятно как избавиться. Разве что прикончить провидца и тем самым показать, что ничего не предрешено и что ты не собираешься послушно играть написанную для тебя роль.

Шуша шевельнулся, ноздри громилы хищно раздулись. Он тоже подумал о том же о чем и я.

Я четко поймал это ощущение. Шуша собирался прикончить Анастасию. Не потому что она представляла опасность, а чтобы доказать, что его судьба только в его руках и никакие провидцы не смеют ему указывать.

В последний момент я успел предостерегающе вскинуть руку.

— Спокойно! Не сейчас!

По лицу Анастасии разлилась мертвенная бледность. Она тоже обладала хорошей чувствительностью и уловила испускаемое громилой с автоматом жгучее желание прикончить ее.

Кажется, этого она в своих видениях не видела. А значит будущее все-таки подлежало корректировке.

— Почему не сделать все проще? Не предупредить заранее?

— Потому что тогда бы ничего бы не получилось, — Анастасии с трудом удалось справиться с нервозностью и взять себя в руки. Ощущение проскользнувшей рядом смерти ударило по психике не хуже кувалды.

— Тогда почему бы не найти кого-то еще? Думаю с этим не должно возникнуть проблем. Таких как мы много в мире.

— Странных много, таких как вы считанные единицы, — строго сказала Анастасия полностью овладев собой. Теперь она снова напоминала холодную бизнес-леди.

— Потому что мы сделали такой прорыв в способностях?

— Да.

Хм, интересно. Но все равно чувствуется недоговоренность.

— Но были и другие претенденты? Точнее могли бы быть.

Последовал неохотный кивок.

— Случайно не те мальчики и девочки в модных военных комбезах, так эффектно выпрыгнувшие из вертолета? — не знаю откуда я это взял, но интуиция говорила, что попал в точку.

Снова последовал кивок, на этот раз еще более неохотный. Выходит правда, запасной вариант был. И это были наши врага. Даже забавно.

— Они не справились, у них был шанс, недавно в Казахстане. Но они не смогли, не взошли на следующую ступень.

Просто отлично. Все это напоминало безумный забег, где кто доберется до финиша первым, тот и получит главный приз. Знать бы еще, что это за приз и нужен ли он вообще.

— Знаешь что я думаю? Что все это ерунда. Просто что-то пошло не по плану. Такое бывает. Как говорят: дерьмо случается, — я повернул голову в сторону Шуши. — Думаю они и сами точно не знают зачем это делают. Они идиоты, и вся их история базируется на видениях возможного будущего.

— А япошки? Их главный не походил на идиота, — справедливо заметил качок.

М-да, Икимура Такаяши не напоминал человека, который позволил бы себе пудрить мозги. Главный якудза выглядел серьезной персоной, такой не будет размениваться на мелочи и тем более отправлять в неизвестность свою дочь.

Хотя хрен еще знает, дочь ли она ему. И вообще, кто сказал, что нет способностей дающей возможность проецировать видения провидцам?

Мое заявление заставило Шушу наморщить лоб, с такой стороны на ситуацию он не смотрел.

От всего этого несло огромной подставой, где в роли главных жертвенных баранов выступали мы. Не зря же все хотели, чтобы именно мы оказались на этом проклятом острове. Даже деньги платили. По миллиону на брата.

Какой идиот выложит такие бабки двум в недавнем прошлом уличным беспризорникам? И плевать на всякие сверхъестественные силы. За эти деньги можно нанять целый отряд отборных головорезов.

Собственно, готовность платить и вызвали первое подозрение, что что-то не так. Не бывает такой щедрости. Улица хорошо этому научила. Не будут люди (богатые люди!) бескорыстно расставаться с такими деньгами. На то они и богачи, что умеют считать деньги и в любой сделке видят собственную выгоду.

Шуша тоже большую часть жизни провел на улице, поэтому не хуже меня разглядел этот тонкий нюанс. А вот наши визави похоже этого не поняли. Иначе придумали бы более правдоподобное объяснение авантюре с островом.

Ни сестры-близняшки, ни якудза, не учли момент, что мы с Шушей банально не доверяли людям. Любым людям. Черт, мы даже друг другу не доверяли, хотя вроде как уже прошли через целую кучу испытаний.

Окажись на нашем месте обычные подростки, они бы возгордились, распушили хвосты, чувствуя себя избранными. Плюс свою немаловажную роль сыграл бы фактор денег. Огромные суммы застилали глаза. Собственно, мы тоже едва на это не купились. Слишком уж фантастической звучала награда. К счастью, вовремя одумались.

Вспомнили, что на улицах огромные суммы от незнакомцем в первую очередь обозначают опасность. Потенциальную или реальную это уже как повезет. Но опасность. И от этого стоило играть в первую очередь, не обращая внимания на остальное.

Наши оппоненты этого не поняли. Не догнали фишку, как говорят. И строили свои планы полагаясь на нашу жадность. Никому из тех, кто сейчас находился в салоне бизнес-джета не приходилось выживать, скрываясь в каменных джунглях. Отсюда и просчет. Нас банально недооценили.

С другой стороны, Лерка не могла этого не знать, она сама прожила немало на лице… нет, стоп, прожила, да только не как мы. У нее уже были способности, плюс наверняка ее прикрывали. А это уже совсем другая история. По-настоящему опасность ей не грозила. Так что фактически это была игра в понарошку. Не по-настоящему. Значит и опыту ее грош цена.

Все это промелькнуло у меня в голове с быстротой молнии. Надо было решать, что делать дальше.

— Мы так и не пришли к главному. Зачем мы вам? И прежде, чем ты снова начнешь врать и изворачиваться, — я перевел взгляд на Анастасию. — Закрой глаза и загляни в свое будущее. Там ты увидишь меня, смотрящего в твое лицо, прежде чем спустить курок пистолета.

Анастасия вздрогнула и быстро отвела взгляд. По губам Шуши пробежала хищная усмешка.

— Правильно, — прошипел он. — Давай завалим всех, а самолет направим куда-нибудь в Латинскую Америку. Говорят, там неплохо.

— Ага, а разгерметизация тебе ничего не сделает? — насмешливо протянула провидица, снова показав неплохую выдержку. Курсы она что ли какие проходила. Как сохранять спокойствие в экстремальных ситуациях — Пули пробьют внешний корпус. А мы на высоте десяти тысяч метров.

— Ты про это, — я повертел в руках пистолет. — Это всего лишь декорация. Для наглядности.

Небольшое усилие, выброс силы и всех придавило. Прижало к креслам, как под бетонной плитой. С каждым днем мне все легче и легче удавалось контролировать свои способности.

Я ослабил давление, пока калечить никого не надо, хватит простой демонстрации.

— Поверь мне, я смогу убить вас и без оружия. Другой вопрос, пока не решил стоит ли это делать сейчас или еще немного подождать, все же добившись нужных ответов.

Шуша возмущенно вскинулся.

— Да ты че, Стилет, они же нас подставить хотели. Что эти две суки, что косоглазые. Все хотят нашей крови, ты еще этого не понял?

— Понял, — рассеяно буркнул я, соображая как поступить.

Делать что-то действительно надо. Может и правда, прикончить всех и дело с концом? Потом что? В Латинскую Америку, как предлагал Шуша? Или слетать на долбанный остров, и узнать что происходит. Может даже удастся найти главных виновников затеянной игры и вынуть из них душу.

Внутреннее чутье подсказывало, что нам это вполне по силам. Если ударим быстро и неожиданно, вполне реально добраться до основных упырей.

— Ладно, хотите знать правду, будет вам правда, — внезапно сдалась Анастасия. — На острове Муа-Лен действительно находится головная компания крупной фармацевтической корпорации Тинатекс и там действительно занимаются исследованиями в области генетической инженерии.

— Мы это уже слышали, — заметил я.

Девушка помедлила, веско произнесла:

— Дело в том, что именно оттуда произошли все странные. Можно сказать, это источник появления детей с необычными способностями.

В салоне стало очень тихо. Все переваривали услышанное.

— Чуть в отдалении от основных зданий стоит корпус под литерой Е-11, — продолжила Анастасия спустя небольшую паузу. — Он давно законсервирован и запечатан. По официальной версии, там устроено хранилище биологических отходов и доступ туда строго запрещен. Именно там проходили основные работы по данной тематике. Проект назывался — Вальгалла.

Хм, Вальгалла, рай скандинавских богов. Картина начала вырисовываться. Ученые умники хотели превратить людей в подобие божественных сущностей. Вот откуда все эти молнии, умения воздействовать на разум и двигать предметы силой мысли.

Ничего не скажешь, амбициозно.

И столь же глупо. Ведь судя по реакции официальных властей всех крупных держав, никто из них понятия не имел о причинах появления странных детей, выходит проектом занималась частная лавочка. Что довольно опасно для жизни.

— Почему корпус запечатан? — быстро спросил я.

Анастасия заколебалась, но все же ответила:

— Потому что все участники программы погибли. Но перед этим они активировали специальный протокол безопасности, в случае силовой попытки проникновения автоматически запустится система самоуничтожения.

Так и знал. Скорее всего умников выследили и отправили на тот свет. Или свое руководство зачистило, чтобы на них не вышли серьезные ребята в черных костюмах из правительственных агентств.

За шутки с геномом, вполне могли заочно приговорить к ликвидации всех причастных и тех кто об этом знал. В свете недавно прогремевшей войны с использованием биологического оружия подобные действия не выглядели чем-то особо серьезным.

— Чтобы пройти внутрь корпуса нужен допуск. Система безопасности так запрограммирована, что откроется только при считывании ДНК со специальным набором маркеров генетического материала, прошедшего через вторую фазу преобразования.

— Вторую фазу? — я вопросительно приподнял бровь.

Анастасия кивнула.

— Они называли это Восхождением.

— Кто, они? — начинало раздражать что приходилось вытаскивать из нее каждое слово чуть ли не раскаленными клещами.

— Ученые. Разработчики препарата, давшего всем нам необычные силы.

— Тех, кого по твоим словам убили? Откуда ты вообще это знаешь? И если уж на то пошло, не слишком ли много ты обо всем этом знаешь? Может ты сама там работала в свое время? Например, в качестве лаборантки.

Провидица покачала головой.

— Я бы не смогла там работать при всем желании, не подхожу по возрасту. Проект закрылся пятнадцать лет назад.

Как раз тогда, когда начали появляется первые странные дети, — мысленно заключил я. Нефиговое такое совпадение.

— Тогда откуда инфа?

Еще одна долгая пауза.

— Там работали наши родители. После них остались зашифрованные документы на компьютере. Я смогла взломать шифр и прочитать материалы по проекту.

Все чудесатее и чудесатее. Мы все глубже проваливались в чертову кроличью нору. Еще немного и Безумный шляпник пригласит нас на чаепитие.

Значит все-таки искусственная эволюция. Надо же. Выходит слухи не врали.

— Что они собирались сделать? Превратить людей в новую расу? — спросил я, вспомнив о ходивших по сети разговорах о генетических экспериментах и о самом феномене возникновения странных детей. — Мы продукт биолабораторий?

— В какой-то степени да, — девушка пожала плечами.

Неприятно себя осознавать подопытной свинкой.

— Зачем им все это? Хотели Дарвина переплюнуть? Облагодетельствовать все человечество?

Анастасия слабо улыбнулась.

— Вряд ли их бескорыстие простиралось так далеко.

Логично…

Один из японцев пошевелился. Шуша чуть переместил автомат и прищурился. Синтет-охранник послушно замер под оценивающим взглядом.

Боевики якудза, дочери ученых, генетические эксперименты — все это конечно весело, но совсем нас не касается. Плюнуть и забыть? Или рискнуть и взять главный приз.? Каким бы он не был.

— Что находится в комплексе, куда вы хотите попасть? — от ответа зависели наши дальнейшие действия, и Анастасия это поняла.

— Переход на третью фазу и ответы на вопросы.

Прозвучало спокойно, и от того весомо. Похоже не врала.

— Третья фаза, это очередной скачок?

Провидица неспешно кивнула. И я принял решение.

— Хорошо. Тогда летим дальше.

Шуша покосился на меня. Как и я, он был уверен в собственных силах. Даже если что-то пойдет не так, мы успеем уйти. Остальное неважно.

— Мне это не нравится, — угрюмо буркнул здоровяк.

Я пожал плечами.

— Тогда мы высадим тебя где-нибудь по дороге, — я повернулся к нему. — Но разве тебе не интересно?

Шуша подумал, прикинул варианты, выругался, но в конечном итоге мрачно кивнул. Ему тоже хотелось побывать, откуда началось превращение.

Глава 27

Техноград «Рязань»

Центральный район.

Ресторан «Тихая заводь». 11:15.

— Шикуешь, — поприветствовал командир спецназа подходя к столику. — Это дорогое местечко.

— Только не говори, что в оперативном отделе плохо платят, — отозвался офицер дознания, открывая меню. — На ваши бонусы за боевые выходы можно легко купить апартаменты в центре города в любом высотном комплексе престижного района.

— Кто бы еще эти бонусы вовремя выдавал, — проворчал спецназовец, усаживаясь на стул. — Что, хорошая кухня?

Он оглядел со вкусом оформленный интерьер ресторана, за которым чувствовалось рука модного дизайнера, живых официантов, тихую ненавязчивую музыку и широко расставленные столы, гарантирующие гостям свободу приватности.

— Неплохая. Советую рубленные кусочки мяса со специями и овощами, жаренные на листе железа на открытом огне. Очень вкусно.

Заглянув в меню и найдя указанное блюдо, оперативник буркнул:

— И стоит как небольшой самолет.

По лицу дознавателя скользнула улыбка. Закончившаяся оглушительным провалом операция в аэропорту похоже до сих пор не давала покоя командиру спецназа.

— Не только мы получили чувствительный щелчок по носу. Хваленый и разрекламированный Черный легион тоже сел в лужу и руководство это не пропустило мимо внимания.

— Программу сворачивают? — спецназовец удивленно поднял глаза.

Он знал сколько в свое время пришлось приложить усилий, чтобы все организовать, выбить средства, построить тренировочные базы в отдаленных сибирских районах, набрать преподавателей и конечно собрать материал, подходящий под критерий курсантов.

— Скажем так, пока что речь не идет о полном закрытии, скорее о приостановке. Хотят скорректировать программу подготовки и понять, куда двигаться дальше. Слишком уж неоднозначные результаты показали выпускники при встрече с себе подобными.

— Этого следовало ожидать, — оперативник флегматично пожал плечами. — До этого у них не было реального опыта столкновений с другими странными. Только учебные поединки. А это совсем не одно и то же.

Офицер приспустил меню, внимательно посмотрел на собеседника.

— Дело не только в этом. Беглецы показали больший прогресс в освоении способностей, чем выпускники хвалебного центра «Сибирь-7», это очень обеспокоило начальство. Если какие-то бездомные бродяжки развиваются быстрее, чем те, кого поддерживала вся государственная машина, — подобное прямой повод задуматься, правильные ли использовались методики для подготовки курсантов.

Вспомнив кадры с оперативной съемкой операции в аэропорту, командир мрачно кивнул. Кравцов и Шукшин и правда показали владение своими силами на недосягаемой высоте. Чего только стоит пробитые штурмовые комбезы. А взорванные вертолеты? А сдвинутый в сторону пассажирский авиалайнер?

Если подумать, против такого надо кидать не отдельную группу спецназа, проводя рейд на тактическом уровне, а полнокровную армейскую бригаду со средствами усиления в рамках проводимой общевойсковой операции.

Хотя, это наверное уже перебор, после такого от странных, даже самых сильных если что и останется, то горстка праха, который можно будет собрать небольшим совком. А они нужны живыми, и желательно относительно целыми.

— Про угнанный самолет ничего не слышно? — не слишком надеясь на положительный ответ, учитывая сколько времени прошло, спросил командир. Но к его удивлению дознаватель кивнул:

— Нашли. Эсминец тихоокеанцев, патрулирующий Японское море, засек наших резвых друзей.

— Как узнали что это именно они? Самолет же отключил транспондеры.

— При помощи параметров особенностей моделей, оставляющих радарный след и перекрестных данных с учетом времени взлета, общего направления и количества топлива. Я не вникал в технические детали, но специалисты говорят, что за семьдятесят процентов положительного сходства ручаются. Согласись, в нашем случае, это больше чем ничего.

Оперативник кивнул. Верно, в их обстоятельствах подобный прогноз считался успехом.

— И что будет дальше? Отправят группу?

Офицер дознания поморщился.

— Куда? На японские острова? Якудза превратили свои территорию в гигантскую авиапарковку для темных личностей со всего мира. Кое-какие наметки есть, но проверка потребует времени. Сначала делом займется разведка.

— Косоглазые обезьяны, — недовольно буркнул спецназовец.

Как верных слуг американцев, развязавших биологическую войну, японцев до сих пор недолюбливали, презирали и относились как к мусору, с кем лучше не иметь никаких дел.

Дознаватель усмехнулся и подал знак официантке. Они быстро продиктовали заказ. Но не успела девушка отойти как к ним подошел посетитель, только что заглянувший в зал ресторана.

— Господа, — поприветствовал он обоих.

Офицер первым поднял глаза, узнавая подошедшего человека.

— Это Павел, он возглавляет технический отдел, — он представил гостя командиру спецназа.

Оперативная часть редко контактировала с остальными отделами Пси-Корпуса, только если это непосредственно касалось предстоящих миссий, так что большинство бойцов не знало других сотрудников.

— Очень приятно. Позволите к вам присоединиться?

Со стороны дознавателя последовал неспешный кивок.

— Присаживайся. Какие новости в информационных дебрях нашего заблудшего мира?

Молодой человек со внешностью типичного технаря несмело хохотнул.

— Не знаю насчет заблудшего мира, но насчет заблудших душ могу рассказать.

— О чем речь? — офицер отпил из небольшой чашки крепкий кофе.

Проследив за его действиями, техник тоже сделал себе заказ, и продолжил:

— Какие-то ушлые ребятки из министерства финансов придумали продавать земельные участки на территории бывшей Скандинавии. И говорят от желающих отбоя нет.

За столом на секунду возникла пауза. Дознаватель и спецназовец обдумывали услышанное.

— Но ведь покупатели понимают, что сейчас Скандинавия по сути гигантское кладбище? — первым отмер офицер дознания. — И что никто не собирается осваивать эти районы еще очень много лет.

Специалист технического отдела хмыкнул.

— Кажется они надеются, что это все же случится. К тому же, большинство из них до сих мыслит старыми стереотипами, мол раз Скандинавия, то это уют и комфорт. Не понимают, что ситуация изменилась.

— Кроме удачного местоположения для радарной станции, там больше ничего нет, — с точки зрения военного аспекта справедливо заметил командир. — Регионов с похожим климатом у нас и самих полно. А полезных ископаемых там не так много, для нормального освоения.

Павел ухмыльнулся.

— Думаю все дело в инертности мышления, люди смогут с гордостью заявить, что у них есть собственный дом в Скандинавии, не понимая, что при каждом выезде с зараженных территорий их будут помешать в длительный карантин.

— Тщеславие и глупость — основные источники поступления казны, — задумчиво проронил офицер.

По лицу спецназовца скользнула скупая улыбка, зато техник рассмеялся от души.

— И не говори. У меня один знакомый, услышав об этом, подал заявку, а потом с жаром утверждал, что совсем скоро там сделают чуть ли не курортную зону, — парень пожал плечами. — Чудак, не понимает, что для курортов эти территории, мягко говоря, совсем не годятся из-за своего климата.

— Инертность мышления — опасная штука, — вставил свою ремарку сотрудник отдела дознания. — Скандинавии нет, ее сожрали штаммы боевых вирусов, выпущенных с барражирующих беспилотников. Еще много лет там будет зона заражения повышенного класса угрозы. Кроме вояк туда поедет только идиот.

— Идиотов у нас хватает, а министерству финансов надо делать план и наполнять бюджет, — пожал плечами технарь и отхлебнул принесенный официанткой кофе, восхитился: — А недурно черт возьми, умеют готовить.

— Здесь хорошая кухня, — заметил дознаватель.

Некоторое время за столом царила тишина, каждый прихлебывал кофе, наслаждаясь великолепно приготовленным напитком.

— Что еще интересного? — первым снова открыл рот офицер дознания. Профессия влияла на его поведение даже в повседневных делах, в попытках выяснить какую-нибудь информацию.

Павел пожал плечами.

— Да ничего особенного, помогли выявить очередной кружок любителей западнецев. Придурки пытались организовать сбор денег для организации «гуманитарной помощи пострадавшим от варварских атак с применением биологического оружия».

— Это они про русские южные регионы на границе с бывшими Казахстаном и Грузией? — с ухмылкой уточнил спецназовец.

Технарь улыбнулся.

— Если бы. Кретины собирали деньги для ублюдков с другой стороны. В основном для европейской швали.

— И как? Отработали идиотов? — спросил дознаватель имея ввиду, как сработали сетевые службы безопасности.

— Да, ничего сложного, — Павел снова пожал плечами. — Идентифицировали, определили местоположение, навели штурм-группы полиции. Все по накатанной схеме.

Процедура выявления подобных персонажей и правда была давно отработана, как правило никаких сложностей не возникало, в том числе при задержании.

— И ждет их дорога дальняя и совсем не приветливая, — трагическим шепотом произнес спецназовец.

Все трое рассмеялись. Для тех кто собирался помогать врагам был один приговор: лишение гражданства и депортация. Теперь всех любителей западного мира за попытку сбора денег в пользу Европы ждала та же самая Европа, которую они мечтали спасти. Только вот итог будет совсем не тот, на который они наверное рассчитывали.

Подобных депортированных с другой стороны ждала незавидная участь. Так как они уже не являлись гражданами России, то никакой защиты со стороны государства их не ждало. Зато с нетерпением ожидали европейцы, хорошо помнящие, кто скинул на их головы возбудители самых разнообразных болезней.

Получалась забавная картина: любители западнецев умирали от рук тех самых западнецев, которым так жаждали помочь. Это с большим удовольствием показывали по новостным выпускам, предостерегая других заниматься подобной глупостью. Но придурки обычно не переводились и все следовало по новой. Снова находился какой-нибудь активист, делающий сетевую рассылку, снова в дело включалась служба безопасности и снова проходил суд по ускоренной процедуре с лишением гражданства и депортацией.

Поистине, человеческая глупость неистребима.

На руке Павла задребезжал комм, мазнув рассеянным взглядом по дисплей, технарь поднялся.

— Извините, друзья, похоже меня снова вызывают на работу. Придется отложить обед.

— Скажи, чтобы упаковали с собой, — посоветовал офицер дознания.

Поблагодарив кивком, начальник технического отдела встал и быстрым шагом пересек зал ресторана. Дознаватель и спецназовец снова остались одни.

— Кстати, забыл сообщить, насчет Японии, отдел-А с высокой долей вероятности определил где возможно мог приземлиться самолет с беглецами, — сказал офицер.

— В смысле в аэропорт какого клана якудза? — уточнил командир спецназа.

— Угу-м, — дознаватель разжевал первый кусок хорошо прожаренного мяса со специями и овощами-гриль, принесенного официанткой. — Наконец удалось выяснить личности тех двух девчонок-близняшек.

— И кто они?

Офицер дознания прожевал, наслаждаясь вкусом хорошо приготовленного блюда, лишь после этого продолжил:

— Марина и Сергей Плотниковы. Эмигрировали в две тысячи девятом, сразу после кризиса. Она была по специальности генетиком, он биохимиком. Сначала осели во Вьетнаме, нашли работу в одной из местных медицинских компаний. Потом следы теряются. Всплывают чуть позже, в штате исследовательского подразделения корпорации «Тинатекс». Крупная биофармацевтическая контора с регистрацией в Берне, Швейцария. Разведка мало что могла выяснить, хотя несколько раз всплывало упоминание о неком проекте «Вальгалла».

— Что за проект? — спецназовец тоже отдал должное мясу, ловко орудия ножом и вилкой, не забывая параллельно внимательно отслеживать нить разговора.

Дознаватель развел руками.

— Точно неизвестно. Что-то с генетикой и архитектурой ДНК построения. Чей-то частный проект. Наши ребята пробовали пробить тему по другим каналам, думая, что в деле завязаны америкосы или еще кто-то, но оказалась лавочка полностью частная.

— И какая тут связь с Японией?

— Дзайбацу Такаяши имели тесные связи с корпорацией Тинатекс. Чем они конкретно занимались, никто точно не знает. Но это дало основание предположить, что беглые девчонки, чьи родители работали в той конторе, вполне могли использовать частную взлетную полосу клана Такаяши.

— Считаешь все они в одной связки? Якудза работают в интересах корпорации из Берна?

Офицер дознания с сомнением провел по щеке рукой.

— Насчет интересов я бы так не спешил. Это все-таки якудза, а не простые наемники. Знаешь, что такое дзайбацу? Это семейное предприятие. Чужаков там особо не жалуют.

— Япошки были слугами США почти девяносто лет, они вполне могли послужить другим западнецам, — напомнил командир спецназа. — Что им помешает стать верными холуями людей из Швейцарии?

Дознаватель покачал головой.

— Не путай государственные структуры и частные, — равнодушно бросил он. — Особенно принадлежащие кланам якудзы. Они практически свергли правительство у себя в стране. Только в Токио несколько центральных кварталов остается под контролем властей, остальные поделили между собой семьи якудза. Не говоря уже об остальной стране.

— У них там было уже вроде нечто подобное, — вспомнил оперативник. — Сегунат или как-то такое.

— Не совсем верно, но общий смысл есть, если какому-то клану удастся подмять под себя остальные семьи якудза. Сейчас ситуация напоминает феодальную раздробленность. Ирония судьбы, если подумать, только теперь вместо самурайских родов, бандитские кланы. Но по сути ничего не изменилось.

Какое-то время они ели молча.

— Ладно, хрен с ними с косоглазыми обезьянами, они были союзниками западнецких ублюдков и заслужили это, — рубанул спецназовец. — У нас своих проблем полно. На руках кризис, который требует срочного разрешения. Наверху ждут результатов, и нас не поймут если мы их не представим. Или я не прав?

Офицер кивнул.

— Прав, только руки у нас пока связаны. Наши подопечные находится вне зоны нашей ответственности. Не забывай, Пси-Корпус создавался для выявления и контроля странных только на территории России. Ты предлагаешь отправится за ними в Японию? Боюсь наверху это вряд ли одобрят.

Они снова помолчали.

— Может запросить разрешение на проведение операции за рубежом? — предложил командир группы захвата и тут же сам себе ответил: — Хотя вряд ли мы его получим. Пси-Корпус и правда действует только в России, — он ухмыльнулся. — Надо будет об этом не забыть рассказать казахстанцам. Слышал они недавно неплохо отхватили от боевого звена странных из Черного легиона на полевой практике.

Дознаватель поморщился.

— Мы говорим не про отдельные акции, а про общую ситуацию. К тому же вылазка о который ты упомянул была напрямую связанна с учебными рейдами. Это другой формат, вмешательство на более низком уровне, если понимаешь, о чем я.

Командир спецназа понимал.

— Может стоить расширить географию оперативного вмешательства? Одолжим у вояк пару транспортников, загрузим спецназ и…

— И снова утремся кровавыми соплями, напоровшись на этих мальцов, — вместо него закончил офицер службы дознания.

Снова посидели подумали, отдав должное мастерству местного шеф-повара. Когда блюда подошли к концу, а тарелки опустели, дознаватель Пси-Корпуса произнес:

— Знаешь, я пожалуй все же составлю рапорт о возможности рассмотрения варианта с отправкой наших людей на поиски. Все-таки беглецы сбежали не в европейскую зону, ставшую живым гнойником, откуда вряд ли кто-нибудь назад вернется, а в более цивилизованный азиатско-тихоокеанский регион. Может что и получится.

Командир спецназа подумал, кивнул и отсалютовал собеседнику чашкой кофе.

Глава 28

Азиатско-тихоокеанский регион

Остров Муа-Лен.

Научно-исследовательский комплекс корпорации «Тинатекс».

12:45 по местному времени.

Грохнуло. Брызнули во все стороны осколки бетона, сверху осыпался дождь из разбитого стекла, остро запахло гарью. Кузов стоящего рядом автомобиля покрылся мелкими вмятинами. Куски кирпичей разлетелись, как шрапнель, без жалости коверкая строго выверенный ландшафтный дизайн.

— Дурацкая была идея, — буркнул я, вжимаясь в землю за бортиком крупной скамейки, выполненной из металла.

— Твоя, — напомнил Шуша, шустро переползая в убежище понадежнее.

К счастью, оформитель прилегающей местности позаботился наполнить пространство массивными на вид предметами современного искусства, служащие неплохим укрытием от свистящих повсюду пуль.

— Давай направо, прикрываю — я махнул рукой, указывая направление, и тут же высунул пистолет-пулемет над краем спинки скамейки. Длинная очередь ушла в направлении главного здания.

Враги с радостью перенесли вектор стрельбы в мою сторону, буквально затопив пространство свинцом.

Справедливости ради, идея была не моя, как и сам план. Тот самый, что изначально показался таким идиотским, больше похожим на киношный сценарий плохого боевика. Но у него оказалось одно серьезное преимущество: и Анастасия, и Хейко, дружно заявили, что в конечном итоге он сработает и проведет к запечатанному корпусу Е-11.

Единственное что напрягало, на вопрос, что будет дальше, обе замолчали, и лишь под давлением признались, что дальше не видят, после бронированных дверей лишь пустота.

Это вызвало ряд серьезных вопросов, главный — не сдохнем ли мы там, открыв эту проклятую дверь. Потому что, это ведь логично, что провидцы не видят дальше собственной смерти. Заглядывать в загробный мир, вряд ли получится даже при помощи самых сильных способностей.

Данный момент заставил заколебаться, но в конечном итоге мы все же решили рискнуть.

План действительно был идиотским, и все сразу пошло наперекосяк. Незаметного проникновения не вышло, нас почти сразу вычислили и попытались задержать. Бразильцы опаздывали, и ситуация стремительно накалялась, пока все резко не закончилась мощной стрельбой. Шуша успел предупредить в последний момент, сняв первого охранника метким выстрелом.

Дальше все понеслось по нарастающей. Плотность стрельбы увеличивалась, в ход пошли гранаты и штурмовые винтовки. Началась самая что ни на есть настоящая война.

Аккуратные постриженные лужайки с насыщенно-зеленым газоном. Ажурная кованная решетка забора из бронестали, замаскированная под декоративный элемент. Пышные кусты искусственно выведенных папертников, делающих вид еще красивее. Роскошные пальмы. Белые здания научного комплекса, утопающие в зелени.

Идеальный тропический рай. Был. Пока сюда не пришли мы.

Теперь здесь все рвется и бабахает. Повсюду гремят взрывы, воздух наполняет треск частой стрельбы. Вверх рвутся языки пламени, в окружении клубов черного дыма.

Рай безжалостно растоптан и вмят ботинками захватчиков.

Рядом догорает белая фура с логотипом местной компании перевозчика. В грузовик неудачно попала граната, отброшенная мной телекинезом, когда пыталась залететь к нам в укрытие.

Слышались крики. Рядовые сотрудники разбегались, в ужасе от творящегося кошмара. Некогда белоснежные стены их дома почернели от копоти. На посыпанных песком дорожках валялись трупы охраны.

Где-то в десяти километрах отсюда должен быть пляж… Не так я представлял себе свою первую поездку на жаркие острова.

— Где эти сраные наемники? — яростно прорычал я.

Разумеется, имелся вариант, где я встаю и гордо шествую вперед, прикрывшись силовым щитом. Но боюсь надолго меня в этом случае не хватит. Слушком уж много оказалось охранников и у всех имелось автоматическое оружие. Меня буквально завалят свинцом, вынуждая расходовать энергию на защиту.

— Скоро будут, — прокричала Анастасия.

Японка что-то прокричала на своем языке, из-за шума переводчик засбоил, но потом все же выдал:

— Подлетное время — тридцать секунд.

Какое еще к дьяволу подлетное время? Я пригнулся, пропуская над собой очередной поток пуль, и лишь после этого вспомнил. Точно. Там же еще должно быть ракеты. Хотя в возможность реализовать этот фрагмент нападения вызывал большие сомнения.

Тридцать секунда, значит хреновины уже в воздухе, хорошо, подождем.

Я даже толком не успел обдумать эту мысль, как юго-западная часть территории комплекса утонула в оранжевых бутонах мощных взрывов. Грохотало так, что земля ходила ходуном, вызывая подозрение, что боеголовки прилетевших ракет имели термобарическую классификацию.

— БУ-УМ!!!

— БУ-УМ!!!

— БУ-УМ!!!

Черт, так и оглохнуть недолго. Пламя бушевало на частичке райского острова выжигая все до черного праха.

Шуша восхищенно поднял вверх большой палец.

— Здорово прилетело.

Я согласно кивнул и сжал зубы, с недовольством ощутив во рту горечь пыли. Дерьмо.

Налет организовали якудза. Не знаю во сколько это им обошлось, но устроили они все довольно быстро. И бабах вышел знатный, юго-западную территории комплекса часть разнесло в клочья.

По плану в том месте находились какие-то служебные постройки, склады или нечто подобное. Но судя по мощности взрывам, детонировало неслабо, хранилось там что-то еще. Должно быть среди прочего лежали какие-то опасные химические реактивы для опытов.

Надеюсь, ничего серьезного и образцы вирусов они здесь прячут в более надежных местах. У нас, конечно, вколота универсальная вакцина, но черт его знает, чем они здесь еще занимались. Береженого бог бережет. А термобарические боеприпасы, берегут еще лучше.

— Вторая волна, — вдруг неожиданно сообщила Хейко и предупредила. — Лучше отойти еще дальше.

Я сглотнул, похоже у японцев нет чувства меры, раз они собирались шарахнуть еще раз.

Ракеты стартовали с проходящего мимо танкера, на расстоянии тридцати морских миль, где-то в открытом океане и отменить новый запуск не представлялось возможным.

— Совсем косоглазые спятили, — проворчал Шуша, но скорее одобрительно. Что-нибудь повзрывать, пострелять — для него это было любимым времяпрепровождением, сразу на втором месте после качалки и пива.

— Экипаж танкера, наверное, охреневает, — откликнулся я, шустро перебираясь за более надежное укрытие.

Ракетные установки провозили тайно, прямо сейчас у грузового контейнера падали стенки, открывая ошарашенным морякам вторую партию заключенных в транспортно-пусковые пеналы узкие силуэты ракет класса море-поверхность. Запускались стартовые двигатели, и летающая смерть отправлялась в воздух, рывком уходя с палубы корабля.

Интересно, где можно прикупить такие игрушки. Не то чтобы надо, но в хозяйстве могло пригодится.

Атака с воздуха вызвала среди охраны растерянность, парни в сине-черной униформе с надетыми поверх бронежилетами, еще стреляли, но делали это уже машинально, то и дело оглядываясь назад. Ракетный удар спровоцировал смятение, никто не ожидал, что нападающих будет поддерживать авиация.

Скорее всего именно это они подумали, увидев масштаб разрушений, что прилетел штурмовик и отбомбился по территории. Сами ракеты вряд ли бы кто успел рассмотреть…

— Сейчас! — выкрик Хейко заставил вжаться в землю.

Снова гулко забахало.

— БУ-УМ!!!

— БУ-УМ!!!

— БУ-УМ!!!

Шары плотного пламени на этот раз взметнулись чуть правее от места первых попаданий, но земля затряслась как в первый раз.

Охренеть. Прямо как на войне.

— Тоже хочу такую вундервафлю, кнопку нажал и половину острова снесло нахрен, — просипел Шуша.

Мы прятались за причудливой инсталляцией, по внешнему виду похожей на образец современного уличного искусства. К счастью неведомый художник сделал свое творение из прочного металла и оно теперь служило неплохим укрытием от обстрела.

Кстати об этом, по нам кто-то со страшной силой садил с крыши. Судя по грохоту из чего-то совсем уж крупнокалиберного.

Станковый пулемет они что ли туда затащили?

— Мля, да убей ты этого упыря, — я поморщился, наблюдая как пули выбивают фонтанчики в плотной структуре бетонной поверхности еще одного непонятного арт-объекта справа от нас.

— Не могу, этот урод палит не замолкая, походу у него лента патронов на пятьсот, — прохрипел Шуша, выпуская короткую очередь куда-то вбок. Судя по невнятному вскрику, как всегда, попал. Снайпер хренов.

— Я прикрою. Только не телись, делай быстро, — предупредил я.

Шуша кивнул. Мы поднялись одновременно, я вскидывая руку, он поднимая винтовку.

Дальше все произошло мгновенно. В выставленный щит сразу ударил десяток крупнокалиберных пуль. Отзываясь на примененную силу, в груди колыхнул холодок. Шуша дал короткую очередь в сторону крыши. И почти сразу наступила тишина.

Пользуясь своей сверхъестественной способностью бить туда куда надо, мой накаченный приятель прикончил пулеметчика всего несколькими пулями, хотя при других обстоятельствах, скорее всего выковыривать бы его пришлось при помощи гранатометного выстрела.

— Сука, — с чувством выругался Шуша.

Издалека прилетел интенсивной стрельбы. Гулко затрещали ответные выстрелы. Почти без паузы раздалось несколько мощных взрывов, и какие-то невнятные крики.

Ну наконец-то. Кавалерия пожаловала. «Кавалерия» в лице отряда бразильских наемников начала штурмовать юго-восточную часть.

— Сейчас охрана туда оттянется и станет поспокойнее, — сказал я.

— А если они вызовут подкрепление? — Шуша вопросительно покосился в мою сторону, сидя привалившись к бетонному основанию инсталляции образца современного арт-искусства.

— Это остров, откуда здесь подкрепление? Все кто есть, уже здесь. А если у них где-то снаружи и есть еще в наличии люди, то пилить им сюда несколько часов как минимум. Помнишь, сколько мы сюда плыли на чертовой лодке?

Здоровяк мрачно кивнул. Пока добирались сюда, его хорошо укачало.

— Слева, — вдруг выкрикнул он.

Я перекатился по асфальту, сосредоточился, ловя взглядом боковой выход из левого корпуса главного административного здания.

Небольшое усилие и концентрация. Вперед выплеснулся поток силы. Тонкие щупальца сплелись в сеточку, развернулись, раскрывались на манер бутона экзотического цветка, и накрыли выбегающую группу охранников.

Я дернул за «нить». Послышались вопли ужаса. Человеческую плоть смяло незримыми лесками, тонкими и острыми, как тысяча лезвий. Со стороны выглядело будто людей покрошило на части что-то невидимое. Смотрелось все довольно паршиво, человеческие тела словно пропустили через блендер.

— Вот дерьмо! — Шуша сплюнул. — Стилет, ты в натуре настоящий мясник. Не мог прикончить их как-нибудь менее кроваво? Это же пиз…ц полный. Как на скотобойне.

Я и сам не понял, как все сделал. Сработала интуиция. Почему-то вспомнился Лепесток и силовой кокон, позволяющий ножу резать даже самый прочный металл. Все это наложилось друг на друга и откуда-то всплыла мысль, как именно можно разделись «кокон» превратив его в «сетку», режущую все подряд не хуже лазера.

— Еще, — предупредил Шуша.

Из подземного гаража вынырнул джип. Сенс выпустил короткую очередь от бедра. К сожалению, пулю бессильно завязли в лобовом стекле, оказавшейся бронированной машины.

Кто-то спешил сбежать с вечеринки и его не смущало, что на пути случайным образом оказались мы, ехать через главные ворота засранец явно не собирался.

Я мысленно очертил фрагмент пространства перед собой, уже почти привычно напитал его силой, не обращая внимания на обжигающий укол холода в середине груди.

Пространство пронзили тонкие линии, изогнулись как жгуты, переплетаясь в сложный узор и захлестнули дорогу перед мчавшейся машиной. Толчок и накачка энергии, холод внутри растекся волнами. Структура жгутов уплотнилась, наслаиваясь друг на друга.

В воздухе образовалась конструкция, видная только мне. Плотный куб чего-то эфемерного, завис на высоте метра от плавящего от жары асфальты.

— БДА-АНГ!!!

Джип врезался в невидимую преграду с такой силой, что встал на дыбы. Долгую секунду образец американской автомобильной промышленности простоял на капоте, прежде чем тяжело рухнуть на бок.

В момент удара холод в груди достиг предела, пришлось срочно отпускать контроль, сбрасывая потоки энергии в никуда. Незримый блок растворился в воздухе.

Медленно открылась дверь перевернутого автомобиля, наружу мешком вывалился окровавленный человек в форме службы безопасности корпорации. Мы спокойно подошли ближе. Он что-то пробормотал, потоковый переводчик послушно облек слова смыслом.

— Вызовите врача.

Шуша хохотнул. Действительно смешно. Я неспешно достал пистолет из-за пояса, поднял, нацелив в голову корпа, подождал пока он увидит черное дуло, и спокойно спустил курок.

Голова дернулась, на асфальт плеснулись выбитые мозги вперемешку с кровью.

Шуша хмыкнул и равнодушно отвернулся. Подошедшие Анастасия и Лерка выглядели подавленными, зато Хейко со своими японцами вполне нормально отнеслась к тому, что раненного хладнокровно добили. Хотя ее чертовы телохранители и так походили на железных истуканов с нечитаемыми лицами в дурацких солнечных очках.

Сраные синтеты, выдернуть бы из них пару проводов и устроить короткое замыкание, посмотрим, тогда как они среагируют…

Японка ткнула куда-то пальчиком.

— Кумулятивно-бронебойный боеприпас, — перевела гарнитура сказанные певучим голосом слова.

Я проследил за ее взглядом. Из джипа кроме истекающей кровью тушки корпа вывалился продолговатый контейнер зеленого цвета с незнакомой буквенно-числовой маркировкой.

— Откуда знаешь?

Миниатюрная азиатка кивнула на одного из своих спутников. Понятно, либо сам разбирается в армейских маркировках, либо считал информацию через импланты.

Шуша подошел ближе, пинком открыл контейнер. Внутри в специальных зажимах лежал тубус, выкрашенный в цвет хаки. Хрена себе. Противотанковой гранатомет в полном оснащении.

— Ну-ка, попробуем сыграть на этом саксофоне, — Шуша не колеблясь вскинул объемную трубу себе на плечо, нацелив на ближайшее здание. Несколько секунд он что-то увлеченно изучал на выскочившем блоке управления, потом хекнул, чуть присел и нажал на кнопку.

Раздался приглушенный хлопок. Оставляя за собой инверсионный след, снаряд влетел в окно и тут же сдетонировал.

— Бух! — взрыв получился не слишком впечатляющим, хотя дым из оконного проема все же повалил.

— Хрень какая-то, — Шуша бросил пустой тубус на асфальт. Он тоже оказался разочарован последствиями выстрела.

— Из этой штуки надо по танкам стрелять, — заметил я, подумал и уточнил: — Или по бронированной технике. Зато теперь мы точно знаем, что пришли не зря. Пустышку бы не охраняли так плотно. Здесь действительно что-то есть.

Я осмотрелся, в нашей стороне стрельба полностью стихла, зато в районе, где воевали бразильцы, она до сих пор шла по нарастающей. Похоже там началось настоящее сражение. Видимо силы обороны решили, что основной прорыв будет на том направлении и перебросили все силы туда.

Сорвав с тела мертвого охранника бейджик, служивший одновременно ключом пропуска, я сунул его Лерке.

— И карточки курьера-индуса не понадобились.

Она приняла картонку молча, ничего не сказав. В последнее время она вообще мало с кем разговаривала, легко предоставив общение сестре, и наши отношения стали еще больше непонятными. Впрочем, какие еще отношения? От них считай уже ничего не осталось.

— Пошли дальше.

Западный подъездной путь для служебного транспорта радовал безлюдностью. Пару раз из окон выстрелили, но далеко в сторону. Больше никаких поползновений не последовало. Частота стрельбы за зданиями нарастала. Бразильцы крепко отрабатывали свой гонорар.

Встретилась будка охранников. Стекла выбиты, дверь настежь. Рядом дорогу перегораживал черно-белый шлагбаум. Внутри никого. Только на полу лежит черная сумка.

— Что там?

Шуша сунулся первым. Когда молния разъехалась, открывая содержимое, лицо здоровяка удивленно вытянулось.

— На взрывчатку похоже, — сообщил он, показывая плоские бруски желто-серого цвета.

— Да ладно, — я недоверчиво взял в руки один. Сбоку были видны нарисованные цифры — С-4.

Хрена себе, а это им здесь еще на кой черт?

— А это должно быть детонаторы, — Шуша показал в ладони рассыпь металлических стержней с красной оголовкой на каждом.

— Походу подорвать что-то хотели, да не успели, — высказал мысль я.

— Я даже знаю что, — Анастасия подняла руку, указывая на белое здание дальше по дороге. — Вот, корпус Е-11.

Глава 29

Азиатско-тихоокеанский регион

Остров Муа-Лен.

Научно-исследовательский комплекс корпорации «Тинатекс».

13:30 по местному времени.

— И что дальше? — я оглянулся на Анастасию, как на основного инициатора всей экспедиции.

Ведь это она нашла записи о проводимых экспериментах в документах погибших родителей, это она выудила оттуда информацию о проекте «Вальгалла» и захотела узнать, что это означает. И наконец, это именно она нашла нас с Шушей, отправив на поиски собственную сестру, когда поняла, что допуск внутрь таинственного корпуса могут получить только взошедшие на вторую ступень.

Девушка пожала плечами.

— Полагаю надо приложить руку.

Первую преграду в виде металлической двери удалось преодолеть с помощью карточки охранника. За раздвижными створками обнаружился тамбур, где ничего кроме вырастающего из ребристого пола электронной панели не было.

На панели имелось углубление в форме растопыренной человеческой ладони. Никаких кнопок, никаких поясняющих надписей.

Я посмотрел на Шушу, здоровяк дернул плечом, с независимым видом отвернулся. Мол, сам заварил эту кашу, сам и расхлебывай, я предлагал сразу свалить.

— Ладно, хрен с вами, — помедлив, все-таки поместил правую ладонь в углубление. Зря что ли перлись в такую даль.

Секунду ничего не происходило, затем из железной поверхности выскочили иголки, вонзаясь острыми коготками в подушечки пальцев.

— Сука, — я выругался, отдергивая руку назад.

На руке остались капли крови, в скудном освещении тамбура казавшиеся почти черными.

— Взятие образцов ДНК-материала, — спокойно сказала Анастасия, кажется она ожидала нечто подобного.

— Предупреждать надо, — я огрызнулся. — А если мне заодно вкололи какой-нибудь токсин?

— А смысл? Убить нас есть и более быстрые способы, — девушка мотнула головой назад, обводя небольшую камеру, где мы стояли. — По сути это шлюз. Если система безопасности посчитает нас угрозой, то блокирует и закачает внутрь нервнопаралитический газ. И это в лучшем случае.

— А в худшем? — с интересом спросила Лерка.

— В худшем — это будут бьющие сверху тугие струи кислоты, разъедающую органику.

После этих слов, в тамбуре сразу стало очень неуютно, все принялись оглядываться, ища замаскированные разбрызгиватели или другую похожую гадость. Глупость, конечно, ничего не нашли.

— Не напрягай, — проворчал я, вновь возвращаясь к наблюдению за панелью. Может эта штука за столько лет сломалась? Почему так долго нет реакции?

Оказалось, не сломалась, просто соображала чересчур долго. Привыкли к более быстрой реакции операционных систем.

Бронированные створки дернулись и медленно поползли в стороны. За ними открылся черный провал. Стоило сделать шаг, как сработали датчики движения. Потолок вспыхнул сегментами ламп, начавших разлетаться волной света, как стая разбуженных бабочек.

— Хрена себе, — оглядев увиденное, Шуша присвистнул. — Это не лаборатория. Скорее похоже на серверную, — помедлил и уточнил. — Очень древнюю серверную на устаревшем оборудовании.

— Скорее на дата-центр для хранения массивов данных, — поправил я.

Мы стояли на площадке с большими панорамными окнами, перед нами расстилался огромный зал, заполненный шкафами с оборудованием. Мигали огоньки, тихо шелестели работающие воздуховоды.

Я подошел к окну и внимательно осмотрел увиденное. Шуша прав — херня какая-то. Куча старого компьютерного хлама, чудом продолжавшего функционировать.

— Приветствую в корпусе Е-11, — голос раздался неожиданно, исходил он из-под потолка, но при этом изображение говорившего спроецировалось на стеклянной поверхности правой стены.

Все инстинктивно дернулись. Оружие мгновенно оказалось нацелено на фигуру, выглядящую как молодая женщина средних лет в строгом деловом костюме консервативного фасона.

— Это еще что за срань? — Шуша предпочитал не скрывать эмоций.

— Я сопровождающая программа исследовательского комплекса корпорации «Тинатекс», — с небольшой задержкой изображение откликнулось.

— Музейный экспонат, — перевел я более доступную версию.

Скорее всего какая-то интерактивная матрица. Сборная солянка знаний, императивов поведения и общих реакций, оставшаяся со старых времен. Не совсем искин, но что-то похожее.

— Что это за место?

— Это одно из трех хранилищ данных, где содержатся наиболее полные результаты расшифрованного генетического кода вида homo sapiens, — ответ прозвучал быстро и заучено, словно его ожидали и заранее заложили в шаблон.

Хранилище данных, банк памяти, информационный накопитель, по сути, огромная флешка.

— Что такое проект «Вальгалла»? — вперед выступила Анастасия.

— Проект «Вальгалла» — это программа по искусственному изменению человеческого генома при помощи технологии генной инженерии для создания конкурентного преимущества в условиях стагнации развития человеческой расы, — голосом бездушной машины произнесла программа, помедлила и уже более мягко добавила: — Раса людей изжила себя. Они слишком глупы, слишком тщеславны, думают только о сегодняшнем дне. Было необходимо изменить это, и мы это сделали.

Было видно, что последнюю часть проговорила частица другого запрограммированного алгоритма, скорее всего одного из создателей интерактивной модели.

— Короче, люди слишком много косячили, и какие-то ученые умники захотели их убрать, заменив нами, — буркнул я, по очереди вопросительно глядя на Анастасию и Хейко. — Вы довольны? Узнали что хотели?

Сам я ожидал услышать нечто подобное. На это прямо намекало все, что удалось накопать про корпорацию «Тинатекс». Это была не какая-то шарашкина конторка в заброшенном гараже. Это был чертов крупный конгломерат, в который входило множество компаний, фармацевтических, медицинских, биотехнологических и многих других. На мелочи такие громады не разменивались.

— Биологическая война ваша работа? — спросил я, не слишком надеясь услышать правдивый ответ.

— Нет, но мы предсказывали ее приход и подготовились, используя в своих целях.

Теперь с нами точно говорила одна из заложенных в компьютер личностей непосредственного участника проекта.

— Зачем мы здесь? — снова вклинилась Анастасия.

Изображение молодой женщины на стеклянной панели изобразило пожатие плечами.

— Только вы знаете ответ на этот вопрос. Полагаю вы каким-то образом узнали об этом объекте из внешних источников.

Ну да, из документов родителей сестер-близняшек.

Я вдруг подумал, что эти файлы вполне могли подбросить специально. И не только их одних. Несколько закладок в разных местах, в разных формах, цель — спровоцировать появление странных, перешедших на вторую ступень. Что даст общий толчок. Для властей, для обычных людей, для самих подростков с необычными способностями.

Правительства разных стран поймут насколько опасны подобные нам субъекты и попытаются предпринять меры, еще более строгие чем сейчас. Все это спровоцирует виток борьбы, который как ни удивительно, поможет именно странным детям, ведь у нас в условиях смертельной опасности происходит качественный скачок способностей.

Выживут не все, но те кто останется, станет несравненно сильнее. Количество перейдет в качество. А потом появятся новые странные и все пройдется по новой. И кукловоды за сценой получат свое сраное «конкурентное преимущество».

Все это глобальный план. Уверен, ученых, участвовавших в разработке проекта перебили вовсе не страшные специальные агенты из секретных правительственных агентств, а свои же, чтобы замести следы, и чтобы никто не смог остановить заранее разработанный сценарий.

Мы присутствовали при историческом моменте, мы сидели в передних рядах на шоу, которое вскоре сотрясет всю планету.

— В борьбе рождается совершенство, — словно поняв, о чем я думаю, медленно произнесла цифровая личность. — Мы мечтали о светлом будущем, но его не оказалось. Только смерть, боль и разруха. Тогда мы придумали другой путь.

— Вы затеяли новую войну, — жестко возразил я. — Отсев, чтобы избавиться от всех неугодных.

— Величие — сильным, забвение — слабым, — парировала она.

Шуша шумно выдохнул, Анастасия и Лерка скривились, только Хейко со своими сопровождающими болванчиками осталась бесстрастной.

— Слышь, железяка, нас это не волнует. Плевать мы хотели на ваши замыслы, — слегка грубовато откликнулся Шуша.

Женщина на стеклянной стене кивнула.

— Знаю. Ведь именно такими мы вас создавали. Сильными, жесткими, умными. Идеальное сочетания для выживания.

— Не сказал бы что мы особо умные, — невесело пошутил я.

— Но это именно так. Интеллектуальные способности каждого из вас в данном возрасте превосходят сверстников из числа обычных людей, — заметила проекция.

— Видимо, как и в плане индекса агрессивности, — тихо промолвила Анастасия, покосившись в мою сторону.

Как будто я один тут такой агрессивный. Вон слева стоит с винтовкой наизготовку отморозок еще почище меня.

— Вы умнее, сильнее и безжалостнее обычных людей. Такими вас создали.

— Создали где? В лабораториях, в пробирках? Как клонов? — Шуша недовольно скривился.

Но вместо цифрового проводника первой успела ответить Лерка.

— Какие еще пробирки и клоны, дурак, — раздраженно буркнула она. — У тебя, что родителей не было?

Логично, рождали нас обычным способом. Так сказать, естественным образом, но с сверхъестественными способностями.

Но все это ерунда. Куда большее беспокойство вызывали первые слова цифровой матрицы насчет конкуренции с обычными людьми. Это прямо указывало на перспективу войны между такими как мы и простым человечеством. Что совершенно не радовало.

— И что дальше?

— Вы узнали правду, теперь вы сможете подготовиться.

— Да ни хрена мы не узнали, ты отделываешься общими фразами, — раздражение вырвалось наружу. — Если ты жестянка думаешь, что мы начнем воевать ради вас, то ты глупо ошибаешься.

— Вы будете воевать не ради нас, а ради себя. Ради своего выживания. Выживания своего вида. Вас пока мало, но ваши способности усилятся. И это будет происходить каждый раз, как только вы будете оказываться на краю гибели. Такова плата за очередную ступень развития, — она помолчала и в полной тишине произнесла. — Маховик раскручен, в мире уже несколько миллионов детей с измененным набором генома. Каждый носитель преобразованного генетического кода будет прогрессировать, становится сильнее. Медленно или быстро, неважно, процесс не остановить.

А значит конфликте неизбежен — мысленно закончил я. Потому что люди никогда не смирятся с тем, что рядом с ними будет находится кто-то, способный простой силой мысли творить настоящие чудеса.

— Нам пи…з, — мрачно подытожил я, мгновенно увидев ближайшее будущее.

Власти в любой стране будут действовать в алгоритме стандартного поведения. Сначала попытка взять под контроль, использовать в своих целях, потом последует понимание серьезности проблемы и попытка уничтожения источника. Это спровоцирует ответную реакцию со стороны странных детей. Чем все закончится гадать не нужно — нас тупо задавят числом.

Нас слишком мало для полноценной войны. Странных просто истребят, не оставив шанса.

О чем я и сказал вслух, однако чертова программа возразила:

— Каждый день появляются новые дети, вы всего лишь первое поколение. Способности не проявляются сразу, определить их невозможно при помощи физических способов. Мы хорошо замаскировали вмешательство в геном, — опять включилась часть какой-то личности.

Ощущение, словно разговариваешь сразу с несколькими людьми, использующих цифровую модель женщины в качестве рупора.

Набор заданных алгоритмов. Интересно, насколько она свободна в плане принятия независимых решений. Наверное, не слишком, иначе не отвечала бы так послушно на заданные вопросы.

— Думаю пора валить отсюда, — сказал я.

Анастасия ожидаемо возмутилась.

— Что? Но мы почти ничего не узнали!

Я возразил:

— Главное мы узнали, какие-то умники изобрели новый вид потому что посчитали, что homosapiens изжил себя и его пора заменить. Дебильная идея, как по мне, но похоже от нее уже никуда не деться.

— И что? Мы можем узнать больше. Надо лишь…

— Надо взорвать тут все к чертям и свалить, пока сюда не набежали всякие уроды из всяких сверхсекретных правительственных агентств, — резко бросил я. — Забыла аэропорт? Думаешь все это дерьмо долго останется тайной? — я выразительным жестом обвел мигающие огоньками ряды шкафов с информационными накопителями. — Рано или поздно до этого дата-центра доберутся. Кто может гарантировать, что в глубинах его информационного массива не скрывается сведения, как создать вирус, убивающий только странных или еще какое-нибудь другое похожее дерьмо?

Анастасия молчала. Лерка тоже. Шуша и вовсе с прищуром пялился на шеренги черных стеллажей, заполненных компьютерным оборудованием, словно прикидывая, как бы тут все сжечь.

И лишь Хейко с боевиками якудзы сохраняла ледяное спокойствие. За все время нахождения здесь она не произнесла ни слова. Это кстати, стало напрягать.

— А ты что думаешь? — я повернулся к японке.

Она помедлила, рассматривая изображение молодой женщины в деловом костюме на стеклянной панели, и не глядя на меня произнесла:

— Я согласна с тобой, здесь надо все уничтожить. Это несет смерть всем нам.

Шуша довольно крякнул, я удовлетворенно кивнул, Анастасия пыталась еще что-то сказать, но даже Лерка ее больше не слушала.

Мы не хотели воевать. Мы не хотели больше ничего знать. Реакция может и не самая умная, из разряда — спрятался под одеялом и тебя больше не видят, но влезать в это все еще глубже категорически не хотелось.

Наверное, мы просто пытались укрыться за незнанием, надеясь, что тогда пронесет. Наивные, программа сказала правду: процесс уже не остановить, маховик запущен и с каждым месяцем, каждой неделей, раскручивается лишь сильнее, просто это пока не слишком заметно.

— А как же будущее, которое хотел увидеть твой отец? — ядовито спросила Анастасия, обращаясь к японке. Было видно, что сестра Лерки бесится из-за того, что большинство так легко отказалось от идеи, исследовать здесь все. Она так долго готовилась, искала пути, нашла нас, давших доступ внутрь, и уже на финише остальные участники забега вдруг резко остановились и пошли шагом назад.

Так по крайней мере выглядело с ее стороны. С моей — мы просто уходили, инстинктивно не желая ввязываться во все это еще глубже.

Как я и сказал ранее: дурацкая была затея. Война за превосходство расы псионов (или как нас там потом обзовут), меня совершенно не интересовала. Как и мысли на этот счет какой-то кучки яйцеголовых умников, судя по всему, давно благополучно сдохших где-то в тихом уголке.

Хейко ничего не ответила Анастасии, молча развернулась и отступила к дверям. Я кивнул Шуше.

— Тащи С-4, там этого дерьма достаточно, чтобы разнести тут все в хлам.

Анастасия мучительно скривилась, открыла рот, собираясь что-то сказать, но ее опередила Лерка.

— Здесь есть система самоуничтожения, можно попытаться задействовать ее.

Предательский удар в спину от сестры провидица не выдержала, подавилась готовыми сорваться с уст словами, устало вздохнула и медленно кивнула.

— Бездна с вами. Взрывайте.

Я же подумал, что странно, что сотрудники службы безопасности корпорации снаружи хотели взорвать корпус Е-11. Если здесь система реагировала на несанкционированную попытку проникновения, то было достаточно сымитировать его, чтобы все тут взлетело на воздух. А может и никакой системы уничтожения нет? Или сумка предназначалась не для корпуса Е?

Не знаю. Я вдруг понял, что у меня разболелась голова. Все надоело, хотелось наконец свалить отсюда и никогда больше этого не видеть. Искусственная эволюция, безумные ученые, закрытые дата-центры, войны за господство над миром — плевать я хотел на все это дерьмо. Что бы там эта дурацкая программа не говорила, никаких позывов устраивать противостояние с обычными людьми (до тех пор пока они меня не трогали), на данный момент я не ощущал.

— Тащи взрывчатку, — повторил я Шуше и вместе с ним отправился наружу.

Глава 30

Азиатско-тихоокеанский регион

Остров Муа-Лен.

Научно-исследовательский комплекс корпорации «Тинатекс».

09:20 по местному времени.

Нос десантного катера плавно наехал на золотистый пляж, заскользив по песку грубой поверхностью бронированного металла. Одновременно распахнулись люки по левому и правому борту выпуская наружу бойцов в штурмовом снаряжении.

Блестя на солнце черной поверхностью глухих шлемов, солдаты рассредоточились по территории, беря под контроль сектора обстрела.

— Вперед, — скомандовал командир, едва шевельнув губами. Чувствительный микрофон и современная система связи мгновенно донесла слова до каждого подчиненного.

Сохраняя строгий порядок, как единый слаженный организм, отряд начал продвигаться по острову. На цифровой интерфейс забрала каждого шлема выводилась информация с тактической обстановкой и картой, позволяя держать в поле зрения цель — научно-исследовательский комплекс транснациональной корпорации.

Позади бойцов двигалась малочисленная и компактная группа. Во главе шел мужчина в классическом черном костюме в белой рубашке и галстуке. Черные солнечные очки делали его похожим на агента правительственных спецслужб. Кем он на самом деле являлся по сути. Даже находясь на далеком тропическом острове, офицер отдела дознания не оставил привычку одеваться по собственному желанию, невзирая на внешние обстоятельства.

Рядом с ним плотной группой шли курсанты сибирских тренировочных центров программ подготовки Черного легиона. Благодаря специалистам БиоТеха, пострадавших в последней операции молодых оперативников удалось быстро поставить на ноги, отправив на миссию в попытке реабилитироваться за провал в аэропорту.

В отличие от прошлого раза все четверо выпускников вели себя скромно, зорко посматривая по сторонам и стараясь не упустить проявление чужой силы. Головомойка, полученная от старшего наставника, в которой преобладали в основном ехидные замечания насчет умственных способностей подопечных, хорошо прочистили курсантам мозги, избавив от излишнего самомнения. Но главное — полученный на взлетной полосе в Твери урок от другого странного, заставил кардинально пересмотреть свои взгляды на предел собственной силы, признав, что в мире существует кто-то намного сильней.

Все четверо хорошо запомнили короткую стычку с беглецами, закончившуюся позором. Еще недавно такие уверенные в собственном превосходстве, они поняли, что вовсе не являются уникальными, и что другие подростки с необычными способностями нисколько не уступают им в силе, а часто даже и превосходят.

— Триста метров, на десять часов, — прозвучало в наушнике.

Дознаватель повернул голову в указанном направлении, пригляделся, и не удержался присвистнул.

— Ничего себе. Это что, последствия взрывов?

— Я бы даже сказал бомбежки. Такое ощущение, что здесь отработали штурмовики или был нанесен ракетный удар, — откликнулся командир.

Отряда продвигался, и чем дальше бойцы проникали на территорию комплекса, тем больше встречали следы разрушений. Выбитые стекла, следы от пуль, отметины гари на стенах. На месте одной постройки вообще обнаружились настоящие развалины.

И нигде ни одного трупа, что говорило о том, что прибраться после боя здесь все же успели. Весьма ожесточенного боя, надо отметить.

— Почему все ушли? — дознаватель стоял на крыльце главного здания, подмечая детали спешной эвакуации. — Даже если охрана корпорации проиграла, то потом им ничего не мешало вернуться обратно. Вряд ли бы победители задержались здесь дольше необходимого. Они ведь пришли не завоевывать территорию, как в древние времена.

— Скорее всего пришел приказ из штаб-квартиры. Комплекс не захотели восстанавливать. Поэтому после боя, остатки оборудования и документов вывезли с острова, — главный оперативник остановился рядом, пока его бойцы обшаривали окрестности в поисках чего-нибудь интересного.

— Похоже к основному веселью мы опоздали, — дознаватель обозрел изуродованные воронками лужайки и побитые арт-объекты уличного искусства. Последние выглядели особенно плохо, создавалось впечатление словно по ним очень долго стреляли из крупнокалиберного пулемета. — Все же интересно, что здесь произошло?

— Думаете местные хозяева не поделили что-то с Кравцовым и Шукшиным? — сестер-близняшек оперативник намеренно не упомянул, за время предыдущих инцидентов они не показывали особых боевых возможностей, хотя при этом несомненно тоже относились к странным.

— Почти уверен, — спецназовец кивнул на парадный вход одного из административных корпусов. — Там у двери очень много крови на асфальте, буквально затоплено ей. Но при этом область распространения весьма ограничена. Как если бы в толпу бросили гранату, но разлет получился какой-то сжатый. Такое ощущение, что на том месте нескольких человек порубили мачете. Но тогда бы остались следы борьбы. Но их нет. Впечатление, будто их либо раздавили чем-то тяжелым, превратив людей в кашу, либо нашинковали в мелкую стружку. Причем сделали это мгновенно. Они и среагировать толком не успели.

— Кравцов? Он бы смог раздавить, создав невидимый пресс.

Вместо ответа командир показал на ладони кусочек металла.

— Знаешь, что это такое? Передняя часть заряжающего механизма американской штурмовой винтовки M-22. Обрати внимание на грань металла. Очень тонкий срез. Впечатление, словно по нему прошлись лазером, — он швырнул обломок в траву газона и задумчиво заключил: — Тут не пресс работал, а какие-то невидимые лезвия. Похоже Кравцов осваивает новые фокусы и не стесняется их применять.

Вопрос чему еще успеет научится неуловимый психокинетик повис в воздухе. Оба понимали, что скорее всего если погоня настигнет беглецов им придется узнать это на собственной опыте.

— Еще какие-либо проявления способностей?

— Много убитых чрезвычайно меткими выстрелами. Одному охраннику на крыше загнали две пули под подбородок, когда он находился за бронезаслонкой. При других обстоятельствах я бы сказал — фантастически удачное попадание, если бы уже не видел нечто похожее раньше.

— Шукшин?

Командир спецназа кивнул.

— Думаю да. Так мог бы стрелять опытный снайпер, проведший на стрельбище пол жизни, а остальную половину на боевых операциях, но учитывая возраст Шукшина, думаю это маловероятно. Работала способность высокочувствительного сенса высокого уровня.

Один из стоящих поблизости курсантов с недовольством поморщился. Неприятное умение одного из беглецов пробивать из обычного оружия даже хорошо защищенные армейские комбезы, совсем недавно он ощутил на собственной шкуре.

— Что-то еще?

Рука спецназовца в черной перчатке махнула в сторону подъездной дорожки.

— Там лежит джип американский модели Шевроле, весит больше двух с половиной тонн. Впечатление, будто он на полной скорости врезался в стену и перевернулся. Проблема в том, что никакой стены поблизости нет.

— Кравцов?

Последовал энергичный кивок.

— Без всяких сомнений. У того, кто двигает авиалайнеры, обычная машина не вызовет больших затруднений. Думаю мальчишка создал перед набирающей скорость машиной нечто похожее на невидимый бетонный блок. Заграждение, щит-стена — не знаю как точно назвать. Но именно в него джип и въехал. Водитель даже понять ничего не успел, как перевернулся. Кстати, потом его хладнокровно добили выстрелом в голову.

— Что говорит о наших друзьях очень многое, — тихо добавил офицер.

Командир хмыкнул.

— Индекс агрессивности в две четверки у одного и наверное столько же у другого — уже о много говорит. Эти мальчики льют кровь даже не задумываясь. Что довольно тревожный показатель. Если они такие сейчас, то что будет дальше?

Агент Пси-Корпуса покачал головой.

— Полагаю только хуже. Специалисты отдела-А, в этом со мной согласны и рекомендуют быть предельно осторожными. Если в первые столкновения субъекты торопились, поставив основной целью побег, то в следующий раз они могут принципиально задержаться и устроить настоящую бойню, перебив всех преследователей. Психологическая модель поведения субъектов говорит об этом почти с восьмидесяти процентной вероятностью. При контакте рекомендовано соблюдать осторожность.

Оперативник кивнул, он тоже в полете читал выкладки аналитического отдела с рекомендациями по захвату главных объектов операции.

— Капитан, у нас кое-что есть, — голос в наушниках принадлежал одному из подчиненных.

— Что там?

— На развалинах одного корпуса найдено кое-что интересное. Судя по обломкам, в здании находилось какое-то компьютерное оборудование. Устаревшее правда, но его очень много. Похоже это был какой-то банк памяти или хранилище данных.

— Что-нибудь целое есть? — дознаватель заинтересованно приподнял бровь.

— Возможно. Надо смотреть. Там навалено много, — командир помедлил, прислушиваясь к докладам. — Один из бойцов, имеющий специальность подрывника, говорит, что взрывали здание изнутри.

— То есть оно было заранее заминировано?

— На это указывает характер разрушений, — подтвердил командир.

Дознаватель замолчал, что-то напряженно обдумывая.

— Хорошо, пусть твои люди соберут оборудование, что-нибудь должно уцелеть, упор делать на информационные носители данных. Потом отдадим технарям, может получится что-нибудь извлечь.

Командир кивнул.

— Сделаем.

Офицер помедлил и добавил:

— И пусть твои орлы поторопятся, фрегаты ждать не будут.

Высадка на остров проходила с проходящих мимо кораблей тихоокеанского флота ВМС России, останавливаться и вставать на рейде планом не предусматривалось, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Так что отряду придется нагонять эскадру на десантном катере.

— Хорошо, — командир спецназа снова качнул головой и отправился лично проследить как работают подчиненные. Окно времени и правда медленно закрывалось.

* * *

Спустя два дня.

Техноград Москва.

Главная штаб-квартира Пси-Корпуса.

Конференц-зал. 12:55.

— Скучаешь? — командир спецназа заглянул в дверь и не дожидаясь ответа зашел внутрь, пройдясь по зал хозяйским шагом.

— Видел уже? — дознаватель кивнул в сторону горящего телевизора, висевшего на стене.

— А то, — оперативник широко ухмыльнулся. — Кто бы знал, что такая заварится буча.

На экране шли новости, центральная — российское правительство послало американской стороне предложение о создании комиссии для возобновления контактов на дипломатическом уровне.

После биологической войны, все отношения между странами были разорваны. Простое нахождение американца на русское земле каралось смертной казнью без предупреждения. Большинство населения с одобрением относилась к такому порядку. Миллионы погибших в ходе вирусных атак требовали отмщения.

— Думаешь это серьезно? — спецназовец кивнул на экран.

Офицер дознания задумчиво дернул уголком рта. Его лицо выражало сильное сомнение.

— Вряд ли. Скорее похоже на использование ситуации в собственных целях. Заодно прощупывают, что американцам известно обо всем этом. Сам понимаешь, необходимо подтверждение, желательно из нескольких источников.

— А пока потихоньку сливают и следят за реакцией. Причем даже среди своих, — командир вольготно развалился в эргономичном офисном кресле. — Слышал двоих чинуш загребли, когда они очень уж эмоционально поддержали идею о восстановлении связей с пиндосами. Сейчас контрразведка обрабатывает придурков на предмет отношения к агентам влияния глубокого залегания.

— Думаешь и правда таких бы пропустили в ходе чистки двадцать пятого года? — удивился дознаватель.

Спецназовец ухмыльнулся.

— Конечно нет, скорее всего еще одни придурковатые любители западнецев, кому повезло пролезть чуть выше, чем положено. Отработают дебилов и отправят в утиль, как обычно.

Дознаватель согласно кивнул и снова посмотрел в сторону телевизора. Бегущая внизу строка сообщала, что предварительный ответ от американской стороны уже получен и он положителен, сейчас выбиралась место, где будет происходить будущая встреча.

Европа для таких дел уже не подходила. Превратившись в рассадник новых болезней и постепенно умирала, она давно стала синонимом словосочетание — гниющее кладбище.

А вот Латинская Америка, Таиланд или Индонезия вполне могли занять место нейтральных переговорных площадок. По крайней мере никаких особых возражений ни с одной из сторон не последовало.

Вспомнив какой переполох поднялся при их возвращении, дознаватель усмехнулся краешком губ. Компьютерщикам удалось извлечь достаточно данных, для восстановления части картины происходящего, этого с лихвой чтобы наверху зашевелились, их даже отозвали назад, прекратив операцию по поиску беглецов.

Прямая причастность корпорации «Тинатекс» к появлению странных детей с необычными способностями спровоцировало разговоры о начале новой операции, на этот раз по поиску участников проекта Вальгалла с глобальной охватом всей планеты. Настолько власти заинтересовала добытая информация.

Подробности о межвидовой войне между псионами и обычными людьми вызвал настолько сильную обеспокоенность, что было решено поделиться информацией с врагами, чтобы, во-первых, предупредить (американцы хоть и выродки, но все же относятся к виду homo sapiens, что стоило учитывать), а во-вторых, проследить реакцию на сообщение и выяснить, не является ли все это игрой самих американских спецслужб.

Сами сотрудники Пси-Корпуса не особо верили, что примирение возможно. И глава отдела дознания, и командир оперативной части, понимали, что миллионы погибших так просто не забудутся. А если даже такая попытка и будет сделана, то встретит в обществе непонимания и неприятия.

Но политика есть политика, и никто не может сказать, чем все в итоге закончится. Особенно в свете появления новых доказательств истинной причины появления странных.

— Разговаривал тут с одним чудиком из научной части, так он на полном серьезе утверждал, что план с войной между двумя видами людей вполне осуществим. Мол все произойдет само собой, из-за непрерывного появления новых странных детей. Каждый ребенок с необычными способностями будет играть роль катализатора для роста напряжения в обществе. Рано или поздно общество взбунтуется, произойдет социальный взрыв, следом начнутся беспорядки.

Офицер кивнул.

— Да, я тоже читал выкладки аналитиков, вероятность силового противостояния оценивается как очень высокая. Причем не факт, что мы будем выигрывать, и численный и технологический перевес здесь уже не будет играть роли. За примерами ходить далеко не надо, достаточно вспомнить аэропорт. Два безусых пятнадцатилетних сопляка успешно противостояли хорошо вооруженному взводу матерых бойцов с большим опытом за плечами. Если хотя бы каждый десятый из странных будет демонстрировать подобные боевые навыки, то баланс сил сместится не в нашу сторону, — он резко махнул рукой, выключая телевизор.

Сказанное удивило оперативника.

— Ты серьезно? Их же всего ничего. Если будет приказ мы задавим их в течении нескольких дней. Да, возможно будут потери, и даже допускаю вполне серьезные. Но итог один — мы уничтожим всех странных.

Дознаватель как-то печально усмехнулся.

— Ты прав, когда говоришь о тех псионах, о которых мы сейчас знаем. Но они будут появляться и дальше. Причем если верить данным, полученным из информационного хранилища с острова, процесс будет длиться если не вечно, то очень долго. Каждый родившийся ребенок будет потенциальным носителем необычных способностей. А толком определить до проявления способностей мы пока что не можем. Думаешь родители отдадут своих детей только на основании подозрений? — он внимательно посмотрел на спецназовца. Тот в ответ пожал плечами.

— Вряд ли.

Офицер кивнул.

— Верно. Вряд ли. И это неизбежно. Даже узнав, что их ребенок отличается от других, далеко не все родители сообщат об этом. А их будет становится все больше, — дознаватель задумчиво побарабанил пальцами по стеклянной столешнице и подвел итог: — Это войны будущего, и неизвестно кто в ней одержит победу, кто станет новым хозяином Земли — мы или искусственно выведенные псионические отродья, но в любом случае, противостояние будет длиться долгие годы.

Глава 31

Азиатско-тихоокеанский регион

Где-то на островах.

Курортная зона. 10:15.

Золотистый пляж, бар в тростниковой хижине, тропические коктейли в пузатых бокалах и с миниатюрными зонтиками, смуглые красотки в микроскопических бикини, белые удобные шезлонги, разноцветные легкомысленные рубашки и шорты — все это воплотилось в реальность спустя всего несколько дней после бойни в научно-исследовательском комплексе корпорации «Тинатекс».

Даже странно насколько пластично человеческое сознание. Произошедшее совсем недавно, быстро подернулось дымкой забвения, и теперь казалось чем-то на столь отдаленным, словно это происходило не с нами.

Хейко вместе со своими якудза-телохранителями укатила в неизвестность почти сразу, как выбрались с острова. Скупо попрощалась, развернулась и направилась к поджидавшему гидроплану. Синтеты по привычке пристроились у нее за спиной, напоминая своим поведением оживленные механизмы.

Резкий уход японки особо не удивил. Ей нужна была информация о проекте Вальгалла, она ее получила. Но думаю, все было немного сложнее. Как и Анастасия, молодая провидица из клана якудза боялась пугающей черноты, что скрывали видения перед входом в комплекс с информацией о проекте. И желая избавиться от этого ощущения, она отправилась в путь, убедив в этой поступке отца.

Прорвавшись сквозь завесу неизвестности, ее больше с нами ничего не держало.

Интересно все-таки, как создатели проекта смогли организовать пустоту в прорицаниях будущего. Выходит, у способностей есть уязвимые точки, на которые можно влиять. Что в целом логично, вряд ли создатели оставили бы совсем без контроля собственные создания.

Впрочем, бог с ними со всеми.

А миллион нам все-таки заплатили. Точнее по два на брата. И Хейко и Анастасия, как ни странно, выполнили условия договора, переведя нам с Шушей гонорар на недавно открытые банковские счета в нейтральных странах.

Меня это, честно говоря, удивило, думал начнут тянуть время, придумывая какие-то отговорки. Но нет, все заплатили быстро и сразу. Что оказалось неожиданно приятно — стать обладателем такой большой суммы сразу.

Хотя если задуматься, не уверен, что в условиях надвигающейся бури деньги особо чем-то помогут. Если лабораторные умники просчитали все верно, и конфликт неизбежен, то любая на планете валюта грозит превратиться в бесполезные фантики.

Разве что золото сохранит свою ценность. Но тоже без особых гарантий. В изменившемся мире, даже желтый металл, эталон всех мечтаний желающих сохранить капитал, не факт, что останется в роли надежного платежного средства.

Что совсем не помешало мне почти сразу после получения двух миллионов, перевести часть в настоящие слитки, раскидав по нескольким хранилищам банков в офшорах. Благо, что подобные услуги легко оказывались и через дистанционное подключение.

— Ты это уже видел? — на соседний шезлонг приземлился Шуша, небрежно сбросив на землю влажное полотенце.

В руках любитель штанг и пива держал тонкую картонку планшета. Судя по незнакомой эмблеме и оболочке операционной системы работал девайс через обычную сеть и не мог подключаться к Сфере.

Возможно в наших обстоятельствах не такая уж дурная идея — не пользоваться устройствами, через которые нас можно проследить даже невзирая на использование фальшивых аккаунтов.

Я лениво скосил взгляд на экран. Показывали новости, внизу крутилась значок CNN, чернокожая ведущая что-то тараторила на английском, позади нее шли кадры с людьми в черных деловых костюмах, похожих на политиков или дипломатов. Они пожимали друг другу руки, на лицах мелькали насквозь фальшивые улыбки, в глазах стыл лед и легкий налет брезгливости. Даже не очень внимательный наблюдатель заметил бы, что никакого удовольствия от встречи ни одна из сторон не испытывает.

— Видел, — кивнул я, уже знакомый с подоплекой вопроса.

Россия и Штаты организовали встречу, не на самом высшем уровне, но что-то близкое. Советники президентов и целый пул чинуш из министерства иностранных дел и госдепартамента.

— Понимаешь, что это значит? — продолжил совсем ненужные на мой взгляд расспросы Шуша.

Тут и тупой проведет параллели между случившимся на острове и суматохой в международных делах. Зашевелились гадюки.

— Похоже после нас на развалины научного комплекса наведались гости, которым повезло кое-что откопать, — со скукой ответил я.

Мое равнодушие Шушу весьма удивило.

— И ты так спокоен?

— А что делать? Бегать и паниковать? Это уже случилось, ничего не изменить, — я поправил солнечные очки. — К тому же, это было неизбежно. Уничтожение информации только отсрочило бы начало противостояния. Проявления детей с необычными способностей рано или поздно спровоцирует ответную реакцию властей. Этот момент, те ученые хмыри просчитали верно. Обычные люди рано или поздно взбунтуются и потребуют решить назревающую проблему.

Я покосился на Шушу, не понимая, почему он не видел очевидного. Все лежало на самой поверхности.

Сначала последует попытка контроля, точнее она уже есть — Пси-Корпус зримое его подтверждение, затем принудительное чипирование и плотный надзор, после создание каких-нибудь зон отдельного проживания, легко преобразующихся в подобие концентрационных лагерей. И в заключении — попытка тотального истребления.

И тогда последует ответная реакция в виде сопротивления. На ненависть ответят ненавистью, на желание убить — еще более яростной жаждой смерти.

Яйцеголовые хорошо это просчитали. Психология масс. Боязнь неизвестности станет ответом на пущенное в ход насилие. Что породит встречный выпад.

Сценарий написан, декорации расставлены, роли распределены, актеры ждут отмашки. Все произойдет именно так. На Земле нет места двум человеческим видам, кому-то придется уйти. Ужиться вряд ли получится.

Каюсь, почитал кое-что по вопросу, пытаясь найти приемлемый вариант для выхода из ситуации, пока Шуша вовсю ухлестывал за местными смуглокожими красотками. Не нашел. Нет такого. Вся человеческая история — это эпоха непрерывных войн. Причем в буквальном смысле этого слова. Не существовало ни дня, чтобы люди не воевали. В больших или меньших масштабах, глобально или локально, но воевали. Такой вот исторический факт. Человек всегда искал себе врага, по-другому он жить не может.

К чему все это я — к тому что война между псионами и обычными людьми неизбежна.

— Может в Латинскую Америку рвануть? — прикинул вслух Шуша.

Я поморщился.

— Далась тебе эта Латинская Америка, тебе там что медом намазано, каждый раз хочешь туда свалить?

Здоровяк выглядел смущенным.

— Всегда хотел там побывать, — признался он.

Я хмыкнул.

— Жаркие джунгли, гигантские анаконды, мерзкие насекомые, незнакомый язык — че ты там собрался делать?

Шуша с независимым видом пожал плечами.

— Что-нибудь, — неопределенно буркнул он.

Я промолчал, заметив, что по пляжу к нам приближаются Анастасия и Лерка.

Лерка… мда, все-таки мы с ней похоже окончательно расстались. Хотя если откровенно, вряд ли наши отношения и до этого можно было назвать близкими. Быстрый секс ночью и почти никакого общения днем. Подобное никак не тянет на отношения пары.

— Отдыхаете? — Анастасия с удовольствием растянулась на свободном шезлонге. Перед этим провидица сделала знак дежурившей неподалеку официантке. Отель мы выбрали дорогой, номер обходился каждый день в небольшое состояние и обслуживание велось на высшем уровне.

Заметив планшет в руках нашего крепыша, провидица хмыкнул.

— Уже знаете?

Я промычал нечто неопределенное, занятый своим коктейлем. Эти штуки очень привередливы, если не выпить их в течении пятнадцати-двадцати минут, потом они становились весьма мерзкими на вкус, а стоили при этом как билет на самолет.

— А я говорила, что надо остаться и внимательно изучить информацию. Возможно нашли бы что-нибудь интересное. Раз уж ваш план по уничтожению корпуса не сработал.

— Туда наведались военные. Ну или кто там потом копался в обломках, — напомнил я.

Да, похоронить полностью хранилище не вышло, здание сложилось как домик, но часть оборудования похоже осталась цела, вместе с жесткими дисками.

— И все равно, следовало задержаться.

— Уничтожение комплекса лишь отодвинуло бы начало кризиса, рано или поздно он все равно бы случился, — сказал я.

— Мы уходим, — вдруг без какого-либо перехода резко произнесла Анастасия.

Лерка промолчала, молча глядя на океан. Неспешные волны продолжали накатывать на песок под лучами жаркого солнца.

— Когда? — спрашивать куда я не стал, понимал, что все равно не скажут правду. Может так и надо в этих обстоятельствах.

— Прямо сейчас.

Ответ огорошил, думал это произойдет завтра или на днях.

— Мы уже выписались из отеля и заказали билет на самолет. Он прибудет через час.

Шуша что-то невнятно проворчал, кажется из разряда — скатертью дорога. Зато у меня возникло стойкое ощущение, что мы с сестрами виделись в последний раз. Интересно откуда, никогда не обладал подобной чувствительностью.

— Что же, было приятно познакомиться, — я пожал плечами, признавая за каждым свободу выбора распоряжаться собственной жизнью. Хотят уходить — пусть уходят. Это их право, их выбор. Мешать не будем. Как и уговаривать остаться и держаться вместе. Хотя последнее выглядело логично, вместе выживать проще.

— Спасибо, мне тоже было приятно. Но перед тем, как мы уйдем, я бы хотела тебе кое-что показать, — Анастасия наклонилась в мою сторону, протягивая руку.

Думая, что она таким образом хочет попрощаться я осторожно взял ее ладошку, тихонько сжав пальцы.

В тот же миг, мир исчез. Вместо солнечного пляжа меня окружила преобразившаяся реальность. Переход произошел в мгновение, как при щелчке переключателя.

«… я осознал себя стоящим на улицах разрушенного мегаполиса, с огромными небоскребами и современной архитектурой улиц. Некоторые здания лежали в руинах, из остальных вырывалось пламя и дым. Воздух чертили летающие транспортники незнакомых очертаний. Вдалеке раздавалась канонада взрывов, слышалась стрельба.

На мне был футуристичного вида военизированный комбез с плотно застегнутыми стоячим воротником. Руки скрывали перчатки, но голова оставалась открытой.

Рядом стоял Шуша, его глаза сверкали зелеными отблесками, выдавая вживленные био-импланты, позволяющие смотреть на мир через цифровой интерфейс боевого режима. В руках он держал винтовку незнакомого дизайна. Но самое главное Шуша выглядел лет на пять или семь старше себя прежнего. Ему было не меньше двадцати лет.

Я посмотрел на себя и понял, что для меня годы тоже пролетели незаметно. Я стал выше, шире в плечах, появились тугие мышцы, переполненные энергией. От худого подростка среднего роста почти ничего не осталось.

Будущее, она показывает видение будущего — мысль возникла и погасла со скоростью молнии.

— Пятый взвод взял третью точку, идет продвижение вниз, — голос в голове раздался неожиданно.

И вдруг возникло понимание, о чем идет речь, словно память будущего я, стала доступна на краткий момент версии меня прошлого.

Шел захват города, и только что мне сообщили, что ключевой узел обороны врага пал. Странное чувство, необычное. Я одновременно был и сторонним наблюдателем, и участником происходящих событий.

— Система входит в резонанс. Меган предлагает сформировать Круг, — снова раздался голос из пустоты. Непонятно какую систему связи здесь использовали, но никаких наушников она не требовала, все словно сразу возникало в моей голове.

— Стилет, ты нужен для общей фокусировки.

Откуда-то я знал о чем идет речь. Подземный бункер вражеского командования, хорошо укрепленный и защищенный. Мы не могли туда пробиться. Теперь предлагали другой путь. Я выступлю тараном. Я стал очень силен. Наверное, я теперь один из самых сильных на планете странных. Я мог стереть в мелкую пыль огромное здания всего лишь одной силой мысли. Но к сожалению люди научились мешать нашим способностями, ставить экраны. Так они это назвали. Требовались объеденные усилия сразу нескольких псионов чтобы проломить эти щиты.

— На подходе пятая кавалерийская дивизия С-Ком, — пронеслось в эфире, вызвав у операторов оживление.

С-Ком — настырные ублюдки, да еще синтеты. Теперь часть солдат людей оснащались боевыми имплантами. К счастью, на поголовное имплантирование им не хватало ресурсов. Мы неплохо прошлись по заводам и фабрикам, выпускающим нужные чипы. Так что синтетами становились только элитные подразделении.

Сраные синтеты — моя нелюбовь к ним никуда не делась. С каждым годом они становились все более совершенными. Изменения уходили все дальше и вглубь. Это уже были не люди, а настоящие киборги.

Впрочем, до нас они все равно не дотягивали.

Я повернулся, оглядываясь.

Разбитые высотные здания мрачно смотрели на улицу темными провалами выбитых окон. Везде грязь и обломки, разбитое стекло, на дороге много изуродованных остовов сгоревших автомобилей.

На разрушенном перекрестке мертвой грудой железа застыл танк тяжелого класса. В массивной башне виднеется оплавленная дыра. Кто-то из наших пробил броню мощным высокоэнергетическим разрядом.

Рядом лежали тела пехотинцев в шлемах средней броне, лиц не видно, закрыты глухими забралами, но на рукавах есть шевроны с белой римской цифрой пять в синем круге — знак пятой тихоокеанской объединенной бригады.

Рядом с каждым трупом большие винтовки. Я знаю, что крупные обоймы каждой несут особые боеприпасы, способные вызывать шок при попадании, как удар током по нервной системе. Как выяснилось, она у нас намного более развитая и чувствительная чем у обычных людей. Для перекачки внутренней энергетики нужны хорошо развитые каналы.

— Стилет, нужен круг, — снова раздался голос в сознании.

Я вдруг понимаю, где мы находимся — вокруг лежал разрушенный Сингапур. Многие здания снес я, когда давили сопротивления. Мои силы за прошедшие годы возросли многократно. Как и предсказывала электронный призрак в комплексе Е-11, мы познали свои способности, предельно расширив их применение.

Сейчас для меня сдвинуть с места авиалайнер все равно что щелчком сбить бумажный стаканчик. Я видел себя, разрушающим точки обороны в высотках. Как блокировал падающие сверху бомбы и дотягивался до пикирующих в небе штурмовиков.

— Стилет, — настойчиво вновь позвали меня. Голос говорившего получил терпкий окрас стойкого недовольства. Забавно, кажется, нашу связь обеспечивали ментаты.

Я повернулся к Шуше, он тоже слышал призыв, но оставлял решение за мной. За прошедшие годы мы так и не стали друзьями, зато научились доверять друг другу, прикрывая в бою.

— Ладно, пошли, выкурим ублюдков из норы.

Мы развернулись и неспешно пошли назад по разрушенному городу…»

Видение оборвалось так же резко, как началось. Я вновь осознал себя лежащем на шезлонге. Вокруг расстилался пляж, у бара из сушенного тростника сновали смуглокожие официантки в бикини, ожидая заказанные отдыхающими гостями коктейли.

— Теперь ты видел, и знаешь, что это случится, — Анастасия отняла у меня руку, поднялась и не оглядываясь направилась в сторону отеля. Сестра последовала за ней.

Шуша вопросительно уставился на меня, в ожидании пояснений. Я в свою очередь глядел на зеленоватые волны, накатывающие на золотистый песок, приходя в себя после видения. Предстояло решить, следует ли идти по выбранному пути приближая показанный вариант будущего, или сделать наоборот, попытавшись что-либо изменить.

— Пошли, есть разговор, — я махнул Шуше, вставая с шезлонга.

Мы медленно побрели в сторону зданий отеля, почти как в видений, только на этот раз мы были в не военизированных комбезах, а в цветастых шортах и рубашках, наши руки сжимали бокалы с коктейлем, вместо футуристичного оружия, и вокруг нас расстилался не разрушенный войной мегаполис, а мирный пляж на берегу океана.

Шанс небольшой, но он есть, будущее не статично, и пронизано линиями вероятности. И теперь каждому из нас предстояло сделать свой выбор, каким оно будет.

Content

Алекс Каменев
Будущее 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31