Дмитрий Гриц

Адвокат бизнеса: 20 юридических консультаций понятным языком

Редакторы М. Ильяхов, А. Сергеева

Главный редактор издательства С. Турко

Руководитель проекта А. Деркач

Корректоры М. Смирнова, Е. Аксёнова

Компьютерная верстка М. Ильяхов, К. Свищёв

Фото автора на обложке К. Козулицина

© Дмитрий Гриц, 2019

© ООО «Альпина Паблишер», 2019

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Для кого и о чем книга

Перед вами книга с советами адвоката для предпринимателей и управленцев бизнеса.

Обычно люди думают, что адвокат – это тот, кто сидит рядом во время допроса и говорит: «Мой клиент не будет это комментировать». Или это тот, кто в суде красиво защищает человека перед присяжными. Такое бывает, но это лишь частности. Адвокат – это тот, кто ответственно и квалифицированно помогает решить правовые вопросы: от договора до допроса в полиции.

Юридической помощью я занимаюсь последние двенадцать лет. Среди моих доверителей много предпринимателей – они чаще всех решают правовые вопросы, и именно у них цена ошибки выше всего. Плюс в нашей стране закон бывает не на их стороне, например в спорах с проверяющими органами.

За время практики я собрал частые вопросы от предпринимателей. Некоторые из них:

● где в договоре подрядчика могут быть ловушки; зачем составлять свой договор с клиентом, если можно взять его вариант;

● как уволить сотрудника, чтобы он не смог восстановиться после увольнения; какие правовые риски при каждом варианте увольнения;

● можно ли не допустить прихода в офис полиции и налоговиков; что делать, если они пришли;

● что делать, если твой логотип или продукт украли или скопировали; когда нужно регистрировать право на товарный знак, а когда это пустая трата денег.

В книге я даю ответы на те вопросы, которые предприниматели задают мне чаще всего. Вместе с тем я не хочу делать предпринимателей юристами. Я понимаю, что у владельцев бизнеса свои задачи и быть экспертом в правовых делах им необязательно. Поэтому книга не сделает вас квалифицированным юристом. Зато она покажет логику юридических инструментов, чтобы вы понимали, откуда может прийти беда.

Полагаю, вас не очень волнуют юридические инструменты в отрыве от жизни. Поэтому я не буду комментировать Гражданский кодекс и перечислять в столбик, что предпринимателям можно и нельзя. Я считаю, что юристы должны решать проблемы, а не создавать новые. В книге я покажу работу юриста с разных сторон, чтобы вы смогли отличить одно от другого.

Приведу пример. Если на юристе зависло согласование важного контракта – это не решение проблемы, а ее создание, мне такое не нравится. А если юрист составил грамотный трудовой договор, по которому сотрудник не сможет безнаказанно забрать при увольнении клиентскую базу, – это решение проблемы. Я больше за второе, чем за первое.

Многие юристы со мной здесь не согласятся. Но книга не для профессионалов права, а для тех, кто делает в России бизнес. Вы – мои герои, и я хочу вам помочь.

Как устроена книга. Здесь есть практика и немного матчасти для ее более глубокого понимания. В практике – то, что пригодится в работе: список вопросов к партнерам по бизнесу, чек-лист при проведении проверки в офисе, формулировки для договоров.

Для книги взял интервью у 43 предпринимателей, руководителей и деятелей, которые сталкивались с юридическими проблемами. Среди них кинорежиссер, собственники кафе и магазинов, люди из цифровой отрасли и офлайнового бизнеса. Их подставляли с договорами, отжимали бизнес, давили проверками, у них воровали, увольнялись, подавали на них в суд. Я постараюсь разобрать самые болезненные ситуации и показать, как их не допустить, а если они случились – как выплыть.

Важный момент: в книге я максимально убрал ссылки на статьи и законы и не цитирую их. Это не случайно. Дело в том, что обычно книги юристов наполовину состоят из статей из российских кодексов – а там сложный для восприятия текст. Я же взял конкретные статьи, выделил оттуда основной смысл и написал понятным языком. Такая подача может не учитывать каких-то исключений в очень редких моментах, но мне было важно, чтобы предприниматели поняли суть явления. Эта книга не самоучитель по праву, она создана для базового понимания юридических тонкостей бизнеса.

К тому же закон – штука переменчивая. Сегодня правила одни, через год уже другие. И у человека, который знает закон в какой-то старой редакции, может быть ложное ощущение собственной правоты. Это опасное чувство. Актуальность используемых законов нужно перепроверять.

В книге я не использую заумные термины, только инструменты и слова из области бизнеса. Я убежден, что право должно помогать бизнесу, а не усложнять его работу. Там, где всё же допускаю юридические термины, я это делаю для того, чтобы вы могли предметно общаться со своими юристами при постановке задач.

Как читать. Книга – сборник ответов на вопросы, они делятся по главам. Это самые актуальные темы, которые возникают у бизнеса. Поэтому читать можно подряд или выбирать в оглавлении вопрос, который волнует прямо сейчас.

Большинство книг с юридическими советами строятся по содержанию законов и кодексов, но в этой книге последовательно рассмотрены разные этапы становления бизнеса: от создания компании с партнером и найма первой команды до развития франшизы и мотивации топ-менеджмента опционами. На всех этих этапах есть свои юридические действия, которые обязательно сделать бизнесу, чтобы защититься. Об этом и говорим.

Полезные для вас юридические советы выделены цветом. Их в книге 170.

Адвокатская тайна. Возможно, кто-то ждет в книге изумительные истории клиентов адвоката, но их не будет. Вместо них – интервью с предпринимателями, которые я взял специально для книги. Они делятся опытом, советами и отношением к юридическим ситуациям.

Да и у меня нет клиентов. Всех людей, компании и даже государства, которые ко мне обращались, я называю доверителями. Это помогает не забывать, что мне доверяют тайны и я должен их беречь. У меня накопилось много интересных историй, но я не рассказываю их, потому что они охраняются адвокатской тайной. А адвокатская тайна для меня – это святое.

Как бы странно это ни выглядело иногда, Россия всё-таки правовое государство. Это может быть не так очевидно, если листать ленту соцсетей и читать о каком-нибудь беспределе. И тем не менее с помощью правовых инструментов у нас можно сделать очень многое, в том числе и хорошо себя обезопасить. Как адвокат я испытываю это на себе каждый день.

Автор. Меня зовут Дмитрий Гриц, я практикующий адвокат и владелец юридической фирмы: мы с командой помогали компаниям из разных сфер. Все советы в книге основаны на моем опыте. Вот несколько моих доверителей. Некоторые из этих компаний любезно согласились поделиться своим опытом на страницах этой книги.

Рестораны: сеть семейных кафе «АндерСон», «Додо Пицца», TORRO GRILL & WINE BAR, LavkaLavka, Food Band.

Развлечения: горнолыжный комплекс «КАНТ», «Мир Квестов», event-агентство «Мандариновая лиса», Team Systems.

Маркетинг и контент: рекламное агентство «Топ Траффик», сценарное объединение «Сентябрь», креативное агентство и продакшн «Zebra Hero», студия подкастов «Либо/Либо».

Образование: SkyEng, фестиваль наук WOW! HOW? University of Business Agility, LUDI, Anglomania, «Юниум».

Розничная торговля, мода: «Универмаг Цветной», бренды NORSOYAN, KARINA KARAYANI, FashionLand, Little Drama by N&C.

Финансы: «Финолог», ICO-проект BananaCoin, P2P-платформа «Карма».

Другие сферы: интернет-сервис «Kidsout», сеть медицинских клиник «MEDOK», поставки электрооборудования «Азбука электричества», ядерные и медицинские технологии «Роник», системы грязезащиты «СитиТоп», нефтесервисная группа компаний «IDS Group».

Книга называется «Адвокат бизнеса». Бизнесом я называю всех, кто создает новое для общества: и промышленника, и продавца, и ресторатора, и режиссера, и дизайнера. Эта книга для вас.

Если вы владелец бизнеса, то раздайте по экземпляру этой книги своим управляющим и распорядителям бюджетов, они сэкономят вам много денег теперь.

Я хочу, чтобы эта книга стала вашим адвокатом – тем, кто защитит вас и ваш бизнес.

Добро пожаловать!

Бизнес с партнером: какой документ подписать

Допустим, один человек хочет запустить совместное дело с другим: знакомым, другом или членом семьи. Звучат слова «доля», «партнерство», «совместный бизнес». Как всё устроить безопасно с точки зрения права и здравого смысла?

Скажу сразу: партнерство – самый сложный и в перспективе болезненный способ привлечь человека в свое дело. Если можно не брать человека в совладельцы, а нанять его, лучше так и сделать. Нанять можно на зарплату, замотивировать человека премией, предложить бартер – что угодно. Но создать с человеком трудовые отношения во всех смыслах безопаснее, чем сделать его партнером.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

Важно осознанно подходить к партнерству: взвешивать, для чего ты вступаешь в него. Это может быть про деньги, опору и поддержку, экспертизу, связи, опыт.

Нужно понять, что именно нужно. Я поняла для себя, что никакого партнерства из-за денег. Мне проще занять, найти кредит, но не отправляться в совместный путь из-за денег.

Зачем что-то обсуждать

Допустим, вы решили, что все-таки открываете совместный бизнес, например с товарищем или родственником. Вроде всё обговорили, друг другу доверяете и вот-вот вложите деньги и время. И тут хорошо бы остановиться. Вот что может пойти не так:

● в компании пик сезона или подготовка к тендеру, а партнер внезапно уходит в отпуск, потому что «он собственник»;

● вам приходится брать на себя новые задачи в бизнесе, ваша нагрузка растет, а партнер не готов помогать в новых делах;

● партнер взял на высокую должность любимого племянника, хотя у того нет опыта;

● партнер начал требовать бóльшую долю прибыли, потому что, по его мнению, его вклад в бизнес вырос;

● или наоборот – партнер постепенно отходит от работы в проекте, думая, что уже всё сделано и бизнес должен работать сам, при этом на доход претендует как и прежде;

● вы хотите вложить прибыль в новое направление, а партнер настаивает на распределении прибыли как дивидендов или хочет вложить в другое направление;

● партнер перестал быть на связи, потому что уехал зимовать в Азию – а что? Свободный человек! Не для этого же он уходил из офиса, чтобы теперь горбатиться…

В этих ситуациях нет ничего необычного: просто у всех разные представления о норме. Фразы «Я партнер» или «Я собственник компании» для каждого значат свое.

К тому же обстоятельства меняются и вместе с ними представление о том, что сейчас важно. Сначала оба партнера работали по двенадцать часов, потом один решил, что не за этим ушел из найма, и стал работать по три часа в день. Такое бывает.

Проблема большинства конфликтов и раздела бизнеса – во внезапности и обманутых ожиданиях.

Игорь и Николай открывают пекарню. Они договорились, что Николай отвечает за ремонт перед запуском. Но ремонт затянулся, и Николай объявляет Игорю, что обещал жене поехать в отпуск – вылет через три дня.

С точки зрения Николая, который отвечал за ремонт, ситуация такая: он потратил на ремонт больше времени, чем планировал, но не бросил задачу. Вместо себя он оставляет прораба, он проинструктирован, всё в порядке. Еще и сам Николай будет на связи во время отпуска. А вот отказать жене в отпуске он уже не может, и так семья трещит по швам.

С точки зрения партнера Игоря: «Пекарня вот-вот откроется, помещение в руинах, и прораб без личного контроля не закончит ремонт вовремя. Удаленка – отстой. Николай бросил на меня свои обязанности, при этом деньги от бизнеса получим поровну. Несправедливость!»

Чтобы действия партнера не стали неожиданностью, советую готовить партнерское соглашение. Этот документ закрепляет ожидания партнеров друг от друга и рассказывает, кто и что делает, когда, зачем и с какими ресурсами, как партнеры будут договариваться, если что-то пойдет не по плану. Представьте, что это ваша памятка по технике безопасности.

Партнерское соглашение помогает убедиться, что партнеры одинаково понимают свои права и обязанности, а также ценности и задачи их общего бизнеса.

Например, есть три партнера. Один считает, что дивиденды нужно распределять хотя бы раз в полгода, другой – что для роста всю прибыль ближайшие пять лет надо вкладывать в бизнес. А третий вообще через три года собирался продать бизнес. Эти разногласия могут оказаться принципиальными, и тогда нет смысла делать бизнес вместе. Но лучше уж об этом узнать на старте, а не когда вложили деньги и бессонные ночи.

При конфликтах хорошее партнерское соглашение работает как памятка. В нее можно посмотреть и вспомнить, о чем изначально договаривались. Вот об этом пример:

Один партнер решил привлечь инвестора в обмен на долю в компании. Второй партнер был резко против привлечения кого-то в соучредители.

Смотрим, что в соглашении. А там пункт: «Решение о привлечении венчурного инвестирования (продаже доли третьему лицу) принимается только единогласным решением партнеров». Несогласный партнер напоминает об условии и предлагает повременить с привлечением инвестиций.

Даже если партнеры начинают конфликтовать друг с другом, соглашение помогает прийти в норму. Видишь, что сам подписался под условием «не брать родственников на работу», и успокаиваешься. Получается, не тебя заставляют что-то сделать, а ты сам так решил. А любимому племяннику можно сказать, что ты связан условиями партнерского соглашения и это не дядя злой, а бизнес такой.

Как составить партнерское соглашение

Партнерское соглашение – это документ, но оно не заменяет устав компании, корпоративный или трудовой договор. Соглашение – это скорее об отношениях, целях и ожиданиях друг от друга, чем о судебной защите.

У соглашения нет жесткой формы. Вы можете обсудить с партнером всё важное и записать итоги в свободной форме. Для составления подходят ворд-документы или гугл-документы, но потом соглашение надо будет распечатать и подписать.

Требований к тексту соглашения тоже нет. Можно писать простыми словами, как говорите в жизни. Главное, чтобы договоренности были конкретными.

Чисто технически составить соглашение можно и на сложном юридическом языке. Правда, пользы от такого языка не будет: гораздо важнее, чтобы сами партнеры отчетливо понимали каждый пункт. И хотя соглашение во многих случаях можно использовать для судебных разбирательств, мой опыт показывает: когда оно составлено без юризмов, до суда не доходит.

У соглашения два принципиальных этапа: сначала обсуждаем совместную работу, потом фиксируем договоренности. Для себя я выделяю четыре шага на пути к устойчивому партнерскому соглашению:

1. Выделить время и место для обсуждения.

2. Детально обсудить все вопросы и проработатьконфликтные ситуации.

3. Задать неудобные вопросы.

4. Зафиксировать договоренности конкретно, без общих фраз.

Примеры фраз из соглашения

«Нельзя нанимать родственников, друзей и знакомых на позиции с зарплатой выше 80 000 рублей без согласия обоих партнеров».

«Зарплата каждого партнера определяется как среднее арифметическое зарплаты специалистов похожего функционала». Допустим, партнер отвечает за маркетинг. Чтобы определить его зарплату, смотрим резюме руководителей маркетинга в этом регионе и выбираем такие, у кого схожий опыт по годам и квалификации. «Среднее арифметическое считаем по зарплатам из пяти первых подходящих резюме».

«Каждый партнер имеет право на пятьдесят календарных дней оплачиваемого отпуска ежегодно. При этом, если один из партнеров в отпуске, второй не вправе уйти в отпуск в этот период. В четный год первым определяет отпуск партнер такой-то, в нечетный – первым партнер сякой-то».

«До достижения компанией оборота столько-то миллионов рублей в год вся прибыль отправляется на рост и развитие компании. После достижения этого оборота партнеры распределяют не менее стольких-то процентов прибыли на дивиденды».

«Если любой партнер отказывается от своей трудовой деятельности в проекте, он самостоятельно находит себе на замену специалиста с зарплатой не более той, которую партнер получал в этой роли. При этом данный партнер перестает получать доход в виде зарплаты, но участвует в распределении дивидендов на прежних условиях».

Время и место. Договоренность на далекое будущее – это «важно, но не срочно», как говорят специалисты по тайм-менеджменту. Поэтому обсуждение будет откладываться: «Это отличная идея, но давай сначала первого клиента приведем». Потом: «Это круто, но сейчас кассовый разрыв, давай займемся продажами». И так до первого серьезного конфликта. А там уже вряд ли удастся договориться с холодной головой.

Поэтому я советую выделить время на обсуждение, пока конфликта нет. Выбирайте место обсуждения подальше от офиса, потому что вас постоянно будут «на минуточку отвлекать». А вам нужно сфокусироваться.

Детальное обсуждение. Суть соглашения не столько в том, чтобы составить некий документ. Суть в том, чтобы партнеры осознанно и внимательно обсудили все детали своей работы, в том числе возможные конфликты. Делать это лучше, пока все в миролюбивом настроении. Так больше шансов, что партнеры будут слушать друг друга, а не бороться только за свои интересы.

Сравните:

● Конфликта еще нет. Сидят два партнера, общей компании еще нет, делить нечего. И вот они хотят понять, за кем последнее слово. Один фантазирует: «Представь, что мы нашли помещение для аренды. Мне нравятся условия, тебе нет. За кем решение?» Пока это абстрактная ситуация, есть силы обсудить ее со всех сторон. Может, всегда по любым вопросам последнее слово за первым партнером или только в вопросах аренды. А если речь о маркетинге, то решает второй.

● Конфликт возник. И тот же разговор, но в разгаре работы. На столе договор аренды, одному партнеру условия нравятся, другому – категорически нет. Но, если сегодня не подписать договор, помещение уходит к другим арендаторам, а ведь на поиск этого помещения ушло столько месяцев! Время поджимает, но никто не хочет уступать. Насколько сложнее будет договориться в такой ситуации…

Есть такое мнение: «Пока нечего делить, не надо и подписывать». А на самом деле всё наоборот: пока нечего делить – это лучшее время, чтобы детально обсуждать и договариваться. А когда уже вложено время и деньги, то даже спор из-за мелочи может превратиться в войну.

Дмитрий Кибкало,

основатель «Мосигры»

Я убежден, что партнерские договоренности должны быть с ограниченным сроком действия. Почему это важно: во-первых, люди меняются. Через три, пять, десять лет ваше понимание о том, что вы хотите от бизнеса, может измениться. У вашего партнера тоже. А еще – вы всё время в тонусе, потому что понимаете дистанцию, на которую бежите.

Если сроки партнерства оговорены, прописано, кто что делает, и есть четкое понимание о перспективах – что и когда получите от бизнеса, то нет надобности тратить время и силы на споры.

Вот представьте: партнеры начинают совместный бизнес и с самого начала договариваются, что через три года расходятся. При этом заранее знают, что будет после. Допустим, первый партнер получает деньги, и стоимость его доли считается вот таким образом. А второй получает этот бизнес.

При желании партнерство можно продлить. Вот срок закончился, но оба партнера видят плюсы от совместной работы. Отлично, они определяют еще один срок и продолжают работать. Но вот что важно: они вместе делают бизнес не потому, что не знают, как из него выйти, а потому, что осознанно приняли решение. Если кого-то не устраивает, например, количество времени, которое он тратит на бизнес, условия можно пересмотреть. И заключить новый договор на новый срок.

Неудобные вопросы. Обсуждать надо всё самое неудобное, болезненное и деликатное, потому что конфликты случаются именно из-за такого. Обычно это вопросы власти, денег, полномочий, семьи, несчастных случаев, ответственности за ошибки. Например: «Кому достанется доля в бизнесе, если один из партнеров умрет?» Или самый сложный вопрос: «Кто главный в компании?»

Есть способ облегчить жизнь. Для обсуждения неудобных вопросов приглашайте посредника: это может быть юрист, переговорщик или любой незаинтересованный человек. Главное условие – оба партнера доверяют его беспристрастности.

Посредник работает так: у него есть список вопросов, он их по очереди задает партнерам, следит за обсуждением и помогает отвечать конкретно, а не отделываться общими словами.

Посредник не дает поссориться. Одно дело – партнер спрашивает: «Кому достанется твоя доля, если ты разведешься?» Или: «Что будет, если ты вложишь деньги в продукт, а мы не получим прибыль?» Такие вопросы от друга или родственника могут звучать обидно, а если их задает посторонний человек, то что с него взять? Партнеры как бы занимают одну сторону напротив посредника, а не оказываются в состоянии спора.

Еще один сложный вопрос: как будут распределяться доли? И самое главное: почему такое распределение? Важно, чтобы все осознанно подошли к ответу. Часто предприниматели подходят к этому вопросу формально: поровну – 50 на 50 или всем по 25 %, если их четверо. Такая схема выглядит справедливой, но в реальности это ловушка.

Дело в том, что равное распределение долей будет справедливым только тогда, когда все партнеры вкладывают в бизнес равное количество сил, времени и денег. Причем не просто фактически вкладывают, а сами убеждены, что они вкладывают столько же, сколько и остальные. Как только у одного из партнеров появится чувство, что он вложил больше остальных, появится недовольство, которое может перерасти в конфликт.

Дмитрий Кибкало,

основатель «Мосигры»

К сожалению, когда мы только начинали делать бизнес, я не знал, как правильно. Мы с партнером поделили бизнес 50 % на 50 %. Сейчас я знаю, что так делать нельзя.

Кто-то должен определять повестку. Мы договорились на словах, что я главный, но это нужно выражать в чем-то вещественном, например распределением долей.

Распределение долей должно быть осознанным: по главенству, по вкладу каждого, а 50 на 50 – это на самом деле отложенный в будущее конфликт.

Мне очень повезло с партнером. Во многом благодаря его терпению мы и не разбежались.

Привлекая партнера, нужно понимать, ради чего ты это делаешь. И чем готов за это заплатить. Заплатить долей – это самый простой способ в моменте, но самый сложный в долгосрочной перспективе.

Работающий способ облегчить обсуждение – заранее передать партнеру вопросы, например за неделю. Хорошо, если партнер поживет с этими вопросами, привыкнет к идее обсуждения. Вероятно, он придумает собственные вопросы. Это лучше, чем внезапно спрашивать: «Как быть, если ты ошибся на миллион рублей?»

Фиксация договоренностей без общих фраз. Вот партнеры обсудили, до чего-то договорились, и теперь время записывать договоренности. Фиксация на бумаге помогает перепроверить себя: «Точно ли я такое обещаю? Я именно это имел в виду, когда обещал?»

Партнер говорит: «У меня полный фокус на этом проекте». Как это проверить

Письменные договоренности защищают от общих фраз. В разговоре слышишь: «Я отвечаю за рекламу». Вроде картинка в голове нарисовалась, ты согласен и обсуждаешь следующий вопрос. На самом деле это пустая фраза, за ней ничего нет. Сравните:

«Артем отвечает за рекламу»

Договоренность должна быть записана. Дело в том, что люди имеют свойство забывать, о чем они говорили, или по-своему интерпретировать слова. Со временем память начинает подстраиваться под сложившуюся в компании практику. Или старые договоренности начинают пониматься как-то по-новому. Всё это может происходить даже без злого умысла. А вот когда всё записано, всегда легко вернуться к тексту и руководствоваться именно им.

Николя Шавро,

владелец Ascott Deco Rus

В договоренности с партнером есть два правила: она должна быть письменной, но написанной не юристами.

Письменная – потому что никто потом не скажет «А я говорил по-другому», «Мы это не обсуждали», потому что договоренности имеют свойство забываться.

Договоренности не пишутся юристами: мы фиксируем не для того, чтобы судиться, а чтобы наша договоренность нас потом сама рассудила. Поэтому это максимум пара листов А4, понятным языком, человеческими фразами и без юридических конструкций.

Во время обсуждения старайтесь избегать фраз вроде «Мы обсудим это потом» или «Мы пропишем это в приложении». Если что-то не записано сейчас – считайте, что это не запишется никогда. А потом именно по этому вопросу и возникнет конфликт. Поэтому никаких отсылок к несуществующим дополнительным документам. Обсуждаем максимально конкретно здесь и сейчас.

Если вопрос объемный и ваша партнерская сессия состоит из нескольких дней, можно взять домашнюю работу и подготовить предложения. Но на момент подписания договора все условия должны быть записаны.

Михаил Воронин,

основатель Atlanty Group

Когда мы просуществовали с партнерами полгода, решили пойти к специалисту, который поможет нам договориться о правилах игры. Всё началось с вопроса «Кто главный?». Полтора часа кидания стульями, и мы больше узнали друг о друге, чем за предыдущие полгода.

Дальше мы создали 14 вопросов и полтора года договаривались. Назвали это «договор чести». Суть была даже не в договоре, а в самом процессе обсуждения.

Потом договор чести не раз выручал бизнес. Например, мне нравится придумывать, запускать, я предприниматель. Одна из моих зон ответственности была продажи. Мы прокачали продажи, и я пытался их подскинуть, потому что надоело. Пришел к партнерам, а они мне напомнили о договоренности. В конечном итоге это конструктивное благо, нужно просто передохнуть.

Я убежден, что, если входишь в партнерство, ты точно потратишь время на защиту бизнеса: либо до конфликта – на деликатные беседы, либо в конфликте – на суды и юристов. Поэтому лучше договориться до конфликта.

Мы почти у цели: вопросы обсудили, договоренности закрепили на бумаге, вроде всё. Последний шаг – распечатать копии и каждому расписаться.

Подпись дисциплинирует. Ставить подпись абы куда не хочется, поэтому вычитываешь каждое слово в документе. Если есть вопросы, уточняешь и просишь что-то поправить. А подпись – только когда согласен со всем на сто процентов.

Ценность соглашения – скорее в процессе обсуждения, чем в конкретном подписанном документе. Поэтому задавайте как можно больше вопросов, особенно неудобных и которые как бы неловко спрашивать. Но подписать документ в конце тоже важно.

Георгий Соловьев,

совладелец и CEO SkyEng

Если меня кто-нибудь спросит, насколько разумно в обычной жизни брать деньги у инвесторов, строить бизнес с партнерами и никак не оформлять отношения, я, ну конечно же, скажу: так делать нельзя, неразумно, опасно.

Но… четыре года мы жили на джентльменском соглашении, заключенном в юрисдикции страны Слово Пацана.

Это показывает уровень доверия внутри компании, но, к сожалению, не все люди его заслуживают.

Что спрашивать во время обсуждения

Нет универсального списка вопросов, который подходит каждой компании. Одни партнеры дружат семьями десять лет, поэтому им важно, что будет, если кто-то решит нанять родственника в компанию. Другим это не важно, потому что особо нет родственников.

Для удобства я сделал шпаргалку: основные темы и примеры вопросов. Это вопросы о ценностях компании, ролях партнеров, их совместном вкладе (в том числе вкладе рабочего времени), ответственности, зарплате и даже правилах и порядке выхода каждого из партнеров из бизнеса. Для удобства я привел эти вопросы на следующей странице.

Помните, что это лишь ориентир, и для вашего бизнеса могут понадобиться другие вопросы. Например, в творческом бизнесе может подняться вопрос, кому принадлежит результат совместного интеллектуального труда. А если партнеры уверены в успехе общего бренда – кому и как он достанется в случае расставания?

Что обсудить с партнером. Ценности и стратегия

– В чем миссия и видение компании? Что точно не является миссией? Можно на примере похожих компаний: «Вот они такие, а мы такими быть не хотим».

– Чего партнеры хотят добиться через год? Через пять?

– Это бизнес на продажу или для себя?

Роли в компании

– За какую часть бизнеса отвечает каждый партнер? Какие конкретно действия совершает каждый из партнеров?

– Кто главный в компании и в чем это проявляется? В каких областях его главенство не имеет силы и другие партнеры могут иметь приоритет?

– Можно ли нанимать в компанию родственников и друзей? На какие позиции, с какой зарплатой? Кто может принять решение об их увольнении?

Вклад в компанию

– Какие ресурсы вкладывает каждый из партнеров? Сколько денег? Какие компетенции, связи, какой опыт?

– Что из того, что у партнеров сейчас есть, они точно не должны вкладывать? Например, один из партнеров не вкладывает личные деньги, даже на случай кассового разрыва; а другой не содействует привлечению клиентов с помощью административного ресурса.

Ответственность

– За что партнеры несут ответственность? В чем она выражается?

– Что будет, если партнер пообещал что-то и не делает?

– Что будет, если это будет повторяться несколько раз? Сколько?

Рабочее время и зарплата

– По какому графику будем работать?

– Как определяются отпуска? Семейные обстоятельства? Какие ограничения могут быть на отсутствие в проекте по семейным обстоятельствам? Что делаем, если эти ограничения нарушены? Например, находим специалиста на замену.

– Как может меняться график и почему?

– Как и когда он не может меняться?

– Какая зарплата у каждого из партнеров? Как она может меняться и от чего зависит изменение? Кто принимает по ней решение?

Выход

– Если партнер хочет выйти из бизнеса, как он это делает? За сколько времени предупреждает, как?

– Партнер уходит из компании и начинает конкурировать, например, уводит сотрудников, клиентов. Что происходит в таком случае?

– Как распределяется доля, если партнер разводится с супругой или супругом? Есть ли обязательство у партнеров относительно общей компании заключить брачный договор со своими супругами?

– Что происходит, если партнер умер, признан безвестно отсутствующим или недееспособным? Как второй партнер позаботится о его семье?

Евгения Щербакова,

руководитель подразделения брендинга и маркетинговых коммуникаций METRO Cash & Carry

Принято считать, что в бизнесе, как и в семейных отношениях, партнеры должны друг друга дополнять и создавать баланс. Но, на мой взгляд, правильно наоборот: нужно найти похожего на тебя партнера.

Сначала вы два-три года строите бизнес на энтузиазме. А потом возникают разногласия из-за отсутствия взаимопонимания. Эту проблему можно было бы увидеть раньше, но мы жили с ощущением, что так и должно быть: мол, пусть разные партнеры друг друга дополняют. Но нет.

Что у партнеров должно быть схожее:

● ценности и жизненные принципы;

● социальный статус и образ жизни;

● жизненные цели.

Вот вам пример.

Обоим партнерам по 34. У одного семья, он главный кормилец, зарабатывает деньги и строит дом. Второй – живет один, инвестирует в себя и ставит грандиозные цели по захвату мира. Они по-разному будут смотреть на ключевые вопросы бизнеса. Например, в вопросах развития и темпа один будет осторожен, стараться инвестировать в ламинарное развитие компании, улучшать процессы. Второй же будет искать самые неординарные решения – ему нечего терять, он за темп, скорость и риск. Или вопросы прибыли. Один использует появившиеся деньги для своих нужд, а второй будет желать инвестировать в быстрое развитие компании. Или вопросы управления персоналом и построения культуры в компании. Один будет настаивать на контроле, внутренних регламентах и правилах, второй же – смотреть на это намного проще (потому что сам так живет) и считать это формальностями. Эти двое будут нервировать друг друга. Мой совет – обязательно задавать друг другу как можно больше неудобных вопросов на начальном этапе. Это поможет правильно сформировать ожидания партнеров от бизнеса и найти то самое взаимопонимание.

Подведем итог. Что делать, чтобы у вас получилось здравое партнерство:

– В идеале лучше, чтобы не было партнера, а бизнесом владели только вы. Партнерство – самый сложный способ привлечь человека в бизнес.

– Если привлекаете – проводите партнерскую сессию и подписывайте партнерское соглашение.

– Составлять соглашение нужно заранее, пока в бизнесе еще не появился предмет дележки.

– Соглашение должно быть написано простым языком.

– Обсуждайте самые неудобные вопросы: ответственность, расставание, смерть, развод с супругом.

– Сверьтесь по чек-листу на предыдущем развороте, чтобы посмотреть, какие ключевые области у вас не охвачены.

Выход из бизнеса

Теперь разберем ситуацию: один из партнеров хочет выйти из бизнеса, то есть продать свою долю, получить деньги, но при этом лишиться своих прав в компании. Предположим, что в нашей ситуации его долю должны выкупить остальные партнеры. Стоимость доли слишком большая, чтобы взять из личных денег, – счет идет на десятки миллионов рублей. И вот вопрос: что лучше сделать?

Рассрочка. Первый вариант – договориться о рассрочке выплаты доли: например, стоимость разбивается на десять лет равными частями. Если партнер не согласен, вторым витком предложения может быть получение дивидендов с прибыли в течение десяти лет или пока не выплатится его доля. Или, например, чтобы рассрочка не была бесплатной, на невыплаченную часть доли начисляем процент в размере ключевой ставки Центробанка.

Страхование. Страховые консультанты говорят, что проблему выкупа можно решить с помощью инвестиционного и накопительного страхования. Лучше уточнить схему у них, но обращайте внимание вот на что: с какого момента вы можете погасить стоимость доли уходящего партнера и есть ли ограничения.

Для такого инструмента используются международные страховые компании. Гипотетически ситуация выглядит так: компания копит какие-то деньги, а когда кто-то из партнеров выходит из бизнеса, остающийся партнер вправе снять эти деньги и расплатиться ими за долю выходящего.

Другой вариант – если партнер умер. Тогда вступают в игру его наследники. Если оставшийся партнер согласен, им достается доля умершего. Но тогда они тоже вправе управлять компанией, что может не входить в планы оставшегося партнера. В этом случае долю нужно выкупить у наследников.

Допустим, наследники готовы продать долю, но хотят получить деньги прямо сейчас, а не через десять лет. Тут тоже помогает страхование: пока всё хорошо, компания покупает полис страхования жизни своих совладельцев и вносит какую-то сумму. Страхование – отдельная тема, но для простоты представим, что мы откладываем деньги в кубышку на черный день. И если что-то случается, как раз наступает страховой случай, можно эти деньги забрать. Если партнер умер, совладельцы получают деньги, чтобы заплатить наследникам за их долю.

В страховании много тонкостей, поэтому разузнайте всё хорошенько у страховщиков.

Илья Пантелеймонов,

независимый финансовый консультант, президент Logic Planning Group Russia

В российских страховых компаниях может возникать много вопросов при страховых случаях. Модель иностранных страховщиков, особенно в США и Великобритании, устроена иначе: там принято работать над своей репутацией, существовать долго, защищать клиента и платить по страховым случаям, редко кто оспаривает страховой случай. Поэтому иностранные страховые компании точно платят.

В иностранных страховых компаниях для российских граждан страховыми продуктами закрывается почти всё: выкуп доли совладельцами, мотивация директоров, пенсионные программы, залог накоплений по страховому плану под кредитование – в общем, что только не придумают.

У нас был такой кейс: у российского бизнесмена недвижимость в Лондоне, а у них наследство облагается большим налогом для наследников. Так он застраховал свою жизнь на сумму этого налога. Когда его не станет, страховая за наследников оплатит налоговой тот самый налог на наследство, а наследники получат недвижимость.

Партнерское соглашение не закрывает всех проблем совладения компанией. Если у вас скорее деловые отношения, лучше разработать корпоративный договор. Он как раз о продаже долей, привлечении инвесторов, изменениях в уставе и всем таком. Партнерское соглашение – скорее о диалоге, обсуждении, доверии и добросовестности.

Максим Журило,

владелец I Love Supersport

Мы начинали бизнес втроем, и у нас не было ни корпоративного договора, ни партнерского соглашения. «Мы все друзья, всё будет отлично».

Все трое были вовлечены в операционную деятельность. В какой-то момент двое из троих хотели дальше развивать бизнес и строить бо́льшую компанию, а третий решил, что ему достаточно и лучше отдохнуть. В определенный момент он отошел от дел и фактически сказал: «Я работать больше не буду, но на треть прибыли претендую, развивайте компанию». Мы посчитали это несправедливым, так как до этого момента не платили зарплату, а лишь распределяли прибыль, если она была.

Проблема в том, что у нас не были прописаны условия выхода из бизнеса, поэтому расставание оказалось достаточно болезненным. Мы почти девять месяцев договаривались о его выходе. Он заломил просто невероятную оценку и в какой-то момент начал шантажировать, что продаст долю на сторону, присылал официальные уведомления через нотариуса. Достаточно неприятная получилась история.

У нас в этот момент еще шли переговоры с потенциальным инвестором, и был риск его потерять. Благо он опытный и мудрый инвестор оказался и нам подсказал, как поступить. Пока отношения хорошие, нужно договариваться о том, что мы будем делать, когда отношения испортятся и дороги начнут расходиться.

Но вообще можно обсуждать деликатные вопросы и партнерское соглашение, даже когда бизнес уже стартовал. Договориться о вариантах развития событий никогда не поздно.

Бонус

Читатель, который пришлет пять оригинальных деликатных вопросов партнеру по компании, получает в ответ мой список базовых вопросов для партнерского соглашения.

Почта для вопросов: book@lawfirm.moscow

Процедуру обсуждения вы можете посмотреть на сайте: partnership.expert

Как законно оформить сотрудника с учетом задач бизнеса

Сегодня у компании может быть собственный колл-центр с классными операторами в штате. А завтра какой-нибудь регулятор запретит колл-центры; или появится алгоритм искусственного интеллекта, который закрывает половину задач операторов, и их придется уволить; или надвигается сезон, и на сезон нужно удвоить число операторов – а потом уволить. И хочется, чтобы всё это было легко, безболезненно и законно.

Сейчас в России так легко трудоустраивать и увольнять людей нельзя. Всё дело в Трудовом кодексе: он прочно защищает сотрудников. При малейшем конфликте сотрудник может пойти в суд, и тот, скорее всего, поддержит работника, а не работодателя.

Юристы часто называют это правовым популизмом – когда суды принимают позицию в духе «злые капиталисты мучают бедного маленького человека». В последнее время в мегаполисах ситуация немного меняется в пользу работодателя, тем не менее, если допустить ошибку в процедуре увольнения, суд скорее встанет на сторону работника.

Более того: уволить сотрудника можно только по тем причинам, которые указаны в Трудовом кодексе. Нельзя прописать в трудовом договоре какие-то дополнительные основания и причины, чтобы уволить человека (в общем случае). Нельзя прописать в договоре критерии эффективности или бизнес-ориентированный подход – соответственно, закон не дает нам простого способа уволить неэффективного сотрудника. Увы. Но кое-что сделать все-таки можно.

Дмитрий Кибкало,

основатель «Мосигры»

Из-за того, что нет разумной и управляемой возможности увольнять, работодатель порой становится немного чекистом, потому что вынужден на каждого собирать папку: опоздал на пять минут – зафиксировать, пришел позже с обеда – зафиксировать. Мы так не делаем и не хотели бы – это же тупиковый путь, но другой возможности, по сути, нет.

А вот пример юридической беспомощности предпринимателя в борьбе с неэффективностью работника.

Сергей Степанищев,

операционный директор сети ресторанов TORRO GRILL & WINE BAR

Дежурный техник, сотрудник, который отвечает за мелкий ремонт в ресторане, не выполнял задачи. Сначала мы поговорили, потом ставили задачи письменно, чтобы подвести к увольнению.

Он спокойно подписывал лист задач, но на следующий день результата не было – ноль выполненных задач. Вместо работы – объяснительная на два листа, что руководитель не предоставил ему инструменты для выполнения задач. Стали передавать инструменты по акту приема-передачи. Всё равно задачи не выполнял. И опять объяснительные: руководитель придирается, пытается уволить, предоставляет сломанные инструменты, создаются невыносимые условия для работы, а компанию он обожает.

Стали передавать инструменты по акту приема-передачи, в которых уточняли, что инструменты исправны. Всё то же.

Так продолжалось четыре месяца. На разговоры и акты сотрудник не реагировал, но писал километровые объяснительные, жалобы в трудовую инспекцию и Администрацию Президента России.

В конечном итоге его уволили, но на это ушло много денег и времени.

Гузель Санжапова,

основатель проекта Cocсo Bello

В деревне Малый Турыш Свердловской области, как и в любой другой деревне России, противоположная проблема: нанимаешь людей, хочешь, чтобы всё было оформлено правильно и спокойно при проверке, а люди шарахаются от любого официального оформления, потому что не хотят отдавать налоги.

«Я не хочу ничего отдавать кому-то, я ничего никому не должен, я не верю в бумаги, платите всё мне» – самая частая отговорка деревенского жителя. Но мы потихоньку всех оформили, просвещали, потому что с прозрачностью бизнеса открываются возможности, которых нет при нелегальной работе.

Сомнительные схемы увольнения

Если продавец вовремя приходит на работу, соблюдает график обедов и другие формальные условия, при этом продает только низкомаржинальные продукты, а не те, что стоят в плане, уволить его очень трудно. Увольнять можно за нарушение трудового договора, а «невыполнение договоренности, достигнутой на совещании» не считается нарушением.

Есть компании, которые издеваются над сотрудником, чтобы тот сам ушел. Как-то я помогал одному специалисту разрешить конфликт с работодателем. Его руководители то и дело отключали доступ к нужным программам и документам, но он как-то справлялся с работой. Чтобы уж добить его, выставили рабочий стол в холл, он там сидел один. Формально холл был частью опенспейса, поэтому как бы сотрудник работает в опенспейсе, а на деле – сидит как прокаженный.

Доводить сотрудника эмоционально, чтобы он уволился, – это отвратительно, я против такого.

Прием: «оклад + премия»

Есть более гуманные способы оформлять отношения, которые создают меньше проблем при расставании. Например, формировать вознаграждение из двух частей: оклада и премии. Если сотрудник неэффективен, премия не начисляется, и тогда он сам решает, продолжать работать на одном окладе или найти другое место.

Схема «маленький оклад и большая премия» распространенная и вполне приемлемая, если ее обсудили с кандидатом с самого начала. Еще она должна быть зафиксирована в договоре и положении о премировании. Но и здесь могут быть перекосы: например, сотрудник откровенно токсичен и ему достаточно оклада, поэтому он остается и отравляет жизнь всем вокруг. Тогда этот метод не подойдет.

Бывает еще такое: работодатель на собеседовании обещает, что разделение на оклад и премию – формальность и сотрудник якобы всё равно будет получать полную сумму каждый месяц. Потом с сотрудником возникает недопонимание, работодатель не платит премию, сотрудник возмущен: «Как так? У нас были другие договоренности!» И вот сотрудник и работодатель в конфликте. Здесь я считаю недобросовестным в первую очередь поведение работодателя, потому что договоренности о реальном измерении эффективности и премировании работника с самого начала не было.

Если вводите модель «ставка + премия», не забудьте ее прописать в документах, они называются локальными нормативными актами. Здорово создать не формальное, а реальное положение о премировании и конкретизировать политику начисления премий, процессы, которые связаны с подсчетом результатов труда и эффективности работника, хранением результатов сотрудников.

Вот пример, когда есть риск с порядком премирования. Компания платила сотруднику одинаковую сумму каждый месяц – 100 %. Потом он стал плохо работать, и компания решила убрать его премию, чтобы он ушел сам. Сотрудник не согласился и пошел в суд, чтобы оспорить факт отсутствия премии.

Отсутствие реального подведения итогов и одинаковые максимальные суммы зарплаты могут подтолкнуть суд к выводу, что разделение на премию и оклад – формальность. Мол, компания так уходит от налогов и взносов или давит на сотрудников, если надо уволить. Поэтому решение суда может быть таким: в компании на самом деле платили большой оклад и его придется платить сотруднику полностью. Деление на оклад и премию – формальность.

Борис Кац,

директор по развитию сети хобби-гипермаркетов «Леонардо»

У нас всё открыто обсуждается с сотрудниками с самого начала.

Если человек работает плохо, тем не менее работает, мы не можем его уволить по законодательству. Поэтому мы просто не платим премию.

У нас сотрудники получают 50 % – оклад, 50 % – премия. Премии формализованы и выплачиваются за добросовестное выполнение обязанностей: например, не опаздывает. Еще есть конкретные KPI, положение о премировании – всё открыто и объективно.

В случае с трудовым договором есть еще пара решений: дистанционные сотрудники и срочный трудовой договор. Вдруг вам будет актуально.

Трудовой договорс дистанционным сотрудником

Если вам подходят сотрудники, которые работают вне офиса – дома или в любом другом месте, где есть интернет, то можно оформить сотрудника на дистанционную работу.

Важное замечание: если работа овеществленная (например, сотрудник собирает шариковые ручки на дому), то это не дистанционная работа, а надомная. Там более строгие требования к охране труда. Здесь мы говорим только о той работе, результаты которой можно передавать через интернет.

У дистанционной работы такие плюсы:

● есть послабления по оформлению сотрудника и меньше бумажной работы – почти все документы пересылаются по электронной почте;

● можно договориться, что вы не ведете трудовую книжку (ну наконец-то, хоть где-то!);

● можно предусмотреть конкретный перечень инструментов и программ, которые должен использовать сотрудник;

● очень многое не делается из почти бестолкового списка по охране труда;

● есть возможность прописать в трудовом договоре дополнительные основания для расторжения. Например, если количество ошибок превышает такой-то предел или отчет больше двух раз присылается по неправильной форме.

Правда, такой момент: советую прописать режим рабочего времени и времени отдыха дистанционного работника, иначе у него будет право самому решать, когда отдыхать.

У дистанционного способа оформления работника есть и минусы для работодателя:

● в случае трудового спора дело может быть рассмотрено в суде по месту регистрации сотрудника, поэтому придется полетать, если берете людей из регионов;

● очень трудно уволить дистанционного сотрудника за прогул, потому что фактически компания не может его полноценно контролировать, поэтому дистанционная работа актуальна для самоорганизованных людей;

● сотрудник почти нигде не ставит «живую подпись», всё удаленно. Нужно с особенным вниманием отнестись к переписке и учету договоров и документов для ознакомления.

Виталий Александров,

совладелец и директор Out of Cloud

С 2019 года работодатели обязаны провести специальную оценку условий труда на рабочих местах. Это формальная ерунда, но, если ее нет, штраф в первый раз будет до 80 000, а во второй – до 200 000 рублей. Сама оценка тоже платная.

Мы работаем вбелую, поэтому оформляли всех сотрудников, и даже тех, кто находится на удаленке. Но, как только мы узнали, что на удаленных сотрудников оценка не проводится, тут же актуализировали список удаленщиков и подписали с ними договор на удаленную работу. В итоге благодаря удаленным сотрудникам удалось сэкономить: оказывается, раз у них нет рабочего места, то и оценку труда не надо делать.

В договоры с дистанционными сотрудниками включайте дополнительные основания по критериям эффективности, по которым вы вправе эти договоры расторгнуть. И главное, чтобы они были максимально четкие, чтобы на случай суда не было разночтений.

Срочный трудовой договор

Если речь об обычном сотруднике, по умолчанию его трудовой договор бессрочный. Это значит, что сотрудник может уйти от вас, когда пожелает, а вот вы его уволить – с большим-большим трудом.

Обычно срочный трудовой договор рассматривался как возможный вариант только для сезонных работников. Но не все из нас организуют анимацию на пляже в Геленджике, поэтому «сезонные» работники нам не очень подходят. Но всё не так плохо. Оказывается, срочные трудовые договоры можно заключать и в других случаях.

Например, трудоустраивать работников по срочному договору может владелец малого бизнеса, если у него в штате не больше 35 сотрудников, а если у него магазин или компания по бытовому обслуживанию, например ремонт обуви, – то до 20 человек.

Получается, если у вас маленькое предприятие, можно спокойно делать срочные договоры. Это полностью законно – правда, только если вы не принуждаете людей эти договоры подписывать. Принуждать – это из серии «запирать двери и отбирать паспорта».

Для бизнеса размером побольше: посмотрите статью 59 Трудового кодекса, там есть решения для вас – проектная работа, нестандартная работа для компании, временные сотрудники на горячий сезон.

Для чего нам нужен срочный трудовой договор? Срочный трудовой договор держит в тонусе работника и не дает ему расслабиться, если он хочет остаться на этом месте работы. Это ваша возможность законно и без финансовых потерь расстаться с работником, если он вам не подходит. Но не забудьте письменно предупредить работника о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия не менее чем за три дня до увольнения. Иначе договор станет бессрочным.

Трудовой договор с руководителем

Чаще всего руководитель компании называется генеральным директором. Его можно уволить по любой причине, которая предусмотрена трудовым договором. Это значит, что вы как собственник задаете критерии хорошей работы и, если директор их не достигает, увольняете. Критерием может быть план продаж, прибыль на таком-то уровне, объем дебиторской задолженности, в общем – что угодно измеримое. Если в договоре нет четких критериев, уволить можно только на тех основаниях, которые прописаны в Трудовом кодексе, а это сложно.

Руководителя также можно уволить решением собственника. При этом доказанная вина или недовольство не нужны. Нужно будет заплатить компенсацию увольняемому руководителю в размере не меньше его среднего трехмесячного заработка.

В увольнении руководителей есть свои особенности. Руководители – люди более осознанные, опытные и часто обладают предпринимательским мышлением. Результат их работы – комплексный продукт, а значит, здорово бы дать им больше времени.

Илья Кретов,

директор «eBay Россия, Израиль и Восточная Европа»

Мы не увольняем одним днем. Если сотрудник перестал быть эффективным, разбираемся в причине. Для этого руководитель назначает встречу, часто один на один, и спрашивает мнение сотрудника: почему не получается справиться с работой.

По итогам встречи они вырабатывают план с целями и показателями, которых нужно достичь в ближайшее время, и фиксируют план в почте. HR-менеджера – в копию.

Дальше каждые одну-две недели: встречи для контроля прогресса и оперативной помощи. Либо с руководителем, либо с ментором.

Примерно через три месяца – повторная встреча, но уже вместе с HR– и кросс-руководителями.

Если сотрудник всё же не справился, расстаемся. Чаще всего увольнение оформляется по соглашению сторон и проходит спокойно, потому что сотрудник чувствует себя услышанным и без чувства несправедливости. Ведь в обсуждении итогов работы участвовала целая комиссия, а не только его руководитель, который может быть предвзятым.

Чем отличается договор с наемным исполнителем от трудового

В течение двух лет у меня было особое ремесло. Меня нанимали для того, чтобы спокойно увольнять сотрудников, как в фильме «Мне бы в небо». И вот мой вывод: многих конфликтов можно избежать, если использовать гражданско-правовой договор вместо трудового. По такому договору сотрудник может делать всё то же самое, как если бы был в штате, только юридически он не подчиненный, а наемный исполнитель. Расстаться с ним проще.

Есть три распространенных варианта гражданско-правового договора, которые можно подписать с исполнителем: договор подряда, договор возмездного оказания услуг и договор авторского заказа. Они отличаются юридическими тонкостями, например:

● договор подряда – когда подрядчик делает что-то материальное, например строит дом или шьет одежду;

● договор возмездного оказания услуг – когда исполнитель по заданию заказчика оказывает услуги, например маркетинговые, информационные, консультационные, услуги по обучению;

● договор авторского заказа – всё, что связано с созданием интеллектуального результата: концепцией, придумыванием, творчеством. По такому договору могут работать дизайнеры, сценаристы, копирайтеры.

Не погружаясь в тонкости, и договор подряда, и договор авторского заказа, и договор возмездного оказания услуг я буду называть гражданско-правовыми или сокращенно ГПД. И если в двух словах, то ГПД – чаще всего это про результат труда, а обычный трудовой договор – это про процесс труда.

Есть стереотип, что оформление по трудовому договору – это официально, а по ГПД – нет. Это ошибка: оба варианта официальны. Если что-то пойдет не так, с такими договорами можно пойти в суд: взыскать деньги или заставить кого-то что-то делать.

Еще один стереотип: по ГПД работают, чтобы сэкономить на налогах и сборах. Это только отчасти так. Если исполнитель – физлицо, то компания платит за него почти столько же, сколько за сотрудника по трудовому договору. Есть понижающие коэффициенты и льготы для разных видов деятельности, но в общем случае картина с налогами и взносами такая: при выдаче человеку на руки зарплаты 10 000 рублей по трудовому договору работодатель всего заплатит 14 965 рублей, а по ГПД – 14 609.

Принципиальное для нашей темы отличие ГПД от трудового договора – в схеме расторжения. Если решили расстаться с исполнителем, не надо собирать аттестационную комиссию и доказывать, что его квалификация ниже других по таким-то критериям. Требуется одно – уведомить о расторжении.

В гражданско-правовом договоре пишем условие вроде такого:

«Каждая сторона вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке, уведомив об этом другую сторону за семь дней до момента расторжения».

Работает так: компания заключает с Иваном ГПД и предусматривает в нем расторжение по уведомлению. Приходит пора расстаться. Пишут: «Иван, расторгаем с тобой договор такого-то числа». Через 7 дней договор считается расторгнутым. Больше ничего делать не нужно. Если бы договор был не гражданско-правовым, а трудовым, условие про расторжение в нем было бы невозможным, а для расставания потребовалась бы совсем другая процедура.

Один из доводов в пользу ГПД, чтобы уговорить сотрудников, – свобода. По сути гражданско-правового договора компания требует только результат и не вправе навязывать место и график работы, а также дресс-код. Такая работа привлекает молодых.

Некоторые используют ГПД для экономии и чтобы лишать сотрудников отпускных, больничных и декретных. Я против такого. Сотрудники делают общее дело и вправе на отдых и лечение.

При оформлении сотрудника по трудовому договору значимым отличием от ГПД является наличие целой стопки локальных нормативных актов, с которыми обязательно знакомить нового сотрудника. На это может уходить большое количество времени.

Евгения Ткаченко,

HR-директор «Универмаг Цветной»

Нам важно, чтобы все новые сотрудники четко понимали бизнес-процессы компании, свои задачи и зоны ответственности. Именно поэтому мы сопровождаем сотрудников в период адаптации и уделяем этому много времени.

В первый день сотрудник знакомится с локальными нормативными актами, это порядка 20 документов, что занимает примерно час-полтора.

Далее менеджер по обучению проводит welcome-тренинг, знакомит с наставником и помогает получить доступ к внутреннему интранету, где содержится вся необходимая информация для вхождения в должность. Результаты сдачи теста являются критерием оценки наставника и влияют на его систему мотивации.

Кроме адаптационного теста, все сотрудники проходят ежегодно оценку перед открытием каждого сезона. Оценка включает профессиональное тестирование и модели кейсовых ситуаций.

Когда подходят исполнители вместо сотрудников

Компания вправе подписывать сколько угодно гражданско-правовых договоров и с кем хочет, в законе ограничений нет. Но есть ограничение в сущности отношений: если гражданско-правовой договор предполагает процесс, его могут признать трудовым со всеми вытекающими.

Гражданско-правовой договор подходит, если в работе сотрудника важен не процесс и путь достижения результата, а итог работы. Трудовой договор заключают, когда фокус на процессе выполнения какой-то функции.

Пример: важны процесс и формат работы. Мы открыли шоурум с женской одеждой. По торговому залу ходит сотрудник, он выполняет функции продавца-консультанта и кассира. Нам важно, чтобы этот человек находился в зале шоурума и реагировал на запросы гостей, поэтому здесь акцент именно на процессе выполнения.

Пример: важен результат. У нас есть задача: разработать логотип и корпоративный стиль. Мы нанимаем внешнего дизайнера, который предлагает варианты. Где-то посередине утвержденного плана работ встречаемся и обсуждаем идеи, по утвержденным идеям он прорабатывает результат.

Карина Караяни,

владелец бренда KARINA KARAYANI

На старте создания бренда мне посчастливилось встретить талантливого дизайнера. Я очень хотела, чтобы он работал только на меня и ни на кого другого. И считала, что трудовой договор – это то, что мне поможет. При этом запрос к дизайнеру был только на создание сезонных коллекций, по сути четыре проекта в год.

Друг сказал, что не надо брать в штат, потому что тогда оплата будет раз в месяц, а не за результат в конце проекта, от такого мотивация падает. Я согласилась.

Первый проект сделали по гражданско-правовому договору: я платила за результат. А потом поняла, что мне нравится всё, что делает дизайнер, и стала привлекать его в каждодневную работу бренда. В таком случае можно было говорить и о трудовом договоре.

Я к тому, что любой вариант может подойти, это зависит от задач в моменте.

Правила для договора с исполнителем

Есть компании, которые используют такую схему: увольняют сотрудников; требуют, чтобы они открыли ИП; и подписывают ГПД уже с ИП. Условия работы не меняются: как сидел бухгалтер в офисе, так и сидит. Меняется лишь правовой статус: был сотрудником, стал исполнителем. Так компании экономят, потому что за ИП не нужно платить большие налоги и взносы.

Эта схема старая и уже давно небезопасная. Если госорганы заподозрят, что компания уходит от налогов, могут начаться проверки, а за ними – доначисления и привлечение к ответственности. «Переходами в предприниматели» могут интересоваться налоговая, прокуратура, Государственная инспекция труда и Управление по экономической безопасности и противодействию коррупции, бывший ОБЭП.

Если вы страсть как хотите перевести своего работника на гражданско-правовой договор, то хотя бы не переводите его на ИП, а заключайте договор с физическим лицом. Вы не сэкономите на налогах, но зато у вас появится возможность управлять увольнениями. Тогда государство ничего не теряет, а значит, и претензий к вам не предъявит. И перед переводом с трудового договора обязательно сущностно изменить требования и запрос к должности, то есть уйти от процесса и перейти к результату.

Если по сути или форме договор будет не гражданско-правовым, а трудовым, могут быть проблемы. Сотрудник формально согласится на переход на ГПД, а потом подаст в суд. Там запросто признают договор трудовым, после чего компания будет обязана выплатить зарплату и все причитающиеся платежи – как если бы сотрудник был в штате. А еще оплата простоя сотрудника, пока он судился с вами и не работал. В общем, это много денег.

Правила составления договора с исполнителем – большая тема, в книге рассказываю о нескольких моментах.

Не использовать термины и обороты из трудового договора и документов для сотрудников. Для этого смотрим, что написано в трудовом договоре, должностной инструкции и приказах, выделяем частые обороты и следим, чтобы они не встречались в договоре с исполнителем. Пример таких слов:

● отпуск;

● должностные обязанности;

● график работы;

● режим труда;

● распорядок дня;

● командировка;

● обеспечить условия труда;

● ежедневно, кроме выходных и нерабочих праздничных дней;

● выполняет функцию (бухгалтера, уборщицы);

● подчиняется руководителю.

Все эти слова указывают на трудовые, а не гражданско-правовые отношения. Если человек «подчиняется», работает «по режиму» и ему нужно «обеспечить условия труда», то он не похож на самостоятельного исполнителя. И напротив: если бы он работал самостоятельно, сам определял время для выполнения работы и делал всё на собственном оборудовании, то это скорее ГПД, чем трудовой договор.

Без требований, которые напоминают требования к сотрудникам. Например, приходить в офис к девяти утра и каждый день, предупредить о прекращении работы за 14 дней, следовать дресс-коду. Прописывайте период уведомления о расторжении договора в виде любого срока, кроме 14 дней. На всякий случай должно быть непохоже.

Есть оговорка. Если требование о процессе выполнения связано с особенностями конкретной услуги и разумным запросом, оставляйте такое требование в ГПД.

Допустим, компания нанимает ведущих для корпоративов и ведущие должны быть в смокингах.

Или приходит команда айтишников, которая настраивает новую CRM-систему и обучает сотрудников. Поэтому айтишники приходят в офис (или в другое оговоренное место) каждый день и к определенному времени, но только пока идет проект и только для конкретной цели – обучения сотрудников, а не просто «находятся на рабочем месте».

Убедиться, что у исполнителя (обычно ИП) есть другие клиенты или он пытается их найти. Минимальное решение – сайт с рассказом об услугах и отзывах клиентов. Сайт можно собрать в любом конструкте, это бесплатно.

Подготовить документы, которые доказывают, что компания искала исполнителя. Это могут быть документы с тендера, тестовое задание разным исполнителям, подборка портфолио. А вот вакансии на постоянную работу скорее навредят – условный Иван распечатает такую вакансию и предъявит суду как доказательство, что он устраивался к вам на работу, а не на разовый контракт.

Лучше по договору подряда брать сотрудников, которые не работали до этого у вас в штате. Допустим, устраивается на работу Иван, он подходит по квалификации, и вы готовы взять его на работу. В этот момент вы не предлагаете трудовой договор, а сначала рассказываете о другой возможности – гражданско-правовом договоре и обсуждаете, какой вариант ему больше подходит.

И еще одно правило – о коммуникациях. Чтобы избавиться от недовольства сотрудника, лучше честно рассказать о плюсах и минусах гражданско-правового договора. Возможно, кому-то понравится отчитываться только за результат и не ходить в офис в костюме, а кому-то важны декретные или больничные. По моему опыту, гораздо лучше, когда сотрудник делает осознанный выбор.

Главное, что нужно здесь запомнить: если гражданско-правовой договор напоминает трудовой, его могут признать таковым и доначислить отпускные за весь период, а компанию ждут проверки инспекции труда и, возможно, штрафы. Чтобы договоры различались, убедитесь, что в договоре с исполнителем нет терминов и требований из трудового договора.

Самозанятые

С 2019 года появился новый статус – самозанятый. На момент написания книги им можно пользоваться в четырех регионах: Москва, Московская и Калужская области, Республика Татарстан. Если быть юридически точным, такой человек называется «плательщик налога на профессиональный доход».

Наиболее предприимчивые работодатели решили перевести сотрудников в статус самозанятого. Задумка такая: налог меньше или такой же, как у ИП, процесс оформления проще, а взносов компания не платит совсем. Но задумка не сработает. Тут есть проблема: со всех доходов от бывших и действующих работодателей самозанятые будут платить полноценный НДФЛ, а работодатели – взносы. Экономии никакой не будет. Платить ставку 4–6 % самозанятым можно только с доходов от новых клиентов.

Но есть другая возможность: если у вас подходящая модель бизнеса и вы много и постоянно нанимаете новых людей, это вполне могут быть самозанятые. На следующем развороте – пара примеров привлечения самозанятых от предпринимателей, которые уже пользуются их услугами.

Примеры привлечения самозанятых

Артем Халимоненко,

совладелец доставки пиццы и суши FoodBand

У нас много внештатных курьеров. Вообще курьеры – теперь отдельный бизнес, есть компании, которые продают только курьерскую доставку.

Сами курьеры тоже смекнули, что они могут работать не на кого-то, а на себя и предлагать услуги сразу нескольким игрокам: и производству еды, например рестораны, пекарни, кафе, и службам доставки, и любым частным заказчикам.

Я вижу, что много курьеров стали самозанятыми. Это здорово оптимизирует расходы на услуги доставки.

Георгий Соловьев,

совладелец и CEO SkyEng

Мы – платформа по удобному изучению английского языка. Теперь уже не только английского языка, но еще и, например, математики. Но принципиальная роль компании – мы удобная платформа. Поэтому наши учителя – это не сотрудники, а скорее наши партнеры.

Преподаватели оказывают услугу с использованием возможностей нашей платформы. И сейчас у них есть прекрасная возможность: и работать по-честному, и платить совсем немного. Эта возможность – стать самозанятым.

Несколько советов для работы с самозанятыми

Выясните, является ли человек официально самозанятым. Cтатус проверяется на сайте налоговой: npd.nalog.ru/check-status. Можно попросить принести справку о регистрации в качестве самозанятого, она оформляется в приложении «Мой налог».

Налоговый режим самозанятого можно использовать, если этот самозанятый не работал в компании как сотрудник последние два года. Если сотрудник уволился год назад, а сейчас он самозанятый и предлагает вам свои услуги, вы не сэкономите на налогах и взносах: они будут такими же, как у обычного оформления, – около 40 %.

Если для налогообложения важно учитывать расходы, обратите внимание, что без чека это не получится. Поэтому просите у самозанятых чеки по расходам, их можно сформировать в приложении «Мой налог» и отправить вам.

Как безопасно увольнять

Если не углубляться в юридические дебри, у предпринимателя есть три формата увольнения своего работника, работающего по трудовому договору:

● по инициативе работодателя (также это называют «по статье»);

● по инициативе работника;

● по соглашению сторон.

Увольнение «по статье» часто используют, когда сотрудник не хочет нормально работать, но и не хочет уволиться сам. Увольнять «по статье» сложно, потому что есть целая процедура увольнения и ее надо соблюдать.

Расскажу алгоритм на примере увольнения, когда сотрудник не обладает нужной квалификацией, это называется «увольнение ввиду несоответствия занимаемой должности вследствие недостаточной квалификации работника».

Недостаточную квалификацию можно выявить только после процедуры аттестации, причем не только того самого сотрудника, но и всех его коллег – чтобы сравнить.

Чтобы вы получили некоторое представление о сложностях аттестации и увольнения по статье, вот вам общий план действий:

1. Разработать положение об аттестации – указать порядок организации, проведения и подведения итогов, периодичность, цели аттестации и категории работников, которые ей не подлежат; разработать формы характеристики и аттестационного листа работника; утвердить положение об аттестации приказом директора.

2. Выпустить приказ директора о проведении аттестации с указанием структурного подразделения, где она будет проводиться. Выяснить, все ли сотрудники подразделения подлежат аттестации. Например, в положении может быть условие: если сотрудник работает меньше полугода, он не проходит аттестацию. За несколько дней до аттестации уведомить сотрудников.

3. Подготовить вопросы, исходя из должностных обязанностей и трудовых функций структурного подразделения и каждого работника в частности. Поэтому лучше проводить аттестацию по группам выполняемых функций. Например, всех менеджеров по продажам вне зависимости от того, работают они в разных отделах или в одном.

4. Составить протокол заседания аттестационной комиссии, в нем – решения о каждом конкретном работнике. Комиссия формирует характеристику и аттестационный лист работника. Она оценивает квалификацию работника, дает рекомендации, но не принимает кадровых решений. Поэтому в решении комиссии может быть «не соответствует занимаемой должности вследствие недостаточной квалификации», но не может быть «подлежит увольнению».

5. Выдать выписку из протокола или копию аттестационного листа, если работник попросит. Весь протокол заседания аттестационная комиссия выдавать не должна, потому что в нем сведения о других работниках.

6. Зафиксировать информацию из протокола в личных карточках сотрудников, это делает кадровик. Оригинал аттестационного листа должен храниться в личном деле.

7. Если компания решила уволить сотрудника, сначала она должна предложить все вакантные должности. Увольнять можно, если у вас нет вакантных должностей, соответствующих квалификации сотрудника, или сотрудник отказался от всех предложенных ему вакансий.

8. Закрепить результаты аттестации приказом директора, в котором можно не указывать результаты всех, а выделить три группы: на повышение, на обучение, на увольнение.

Скорее всего, для всего этого процесса понадобится специалист. И такой способ увольнения вряд ли подойдет, если нужно уволить конкретного сотрудника и в кратчайшие сроки – для этого надо заранее выстроить правильную аттестационную систему и периодически проводить аттестации. Этим мало кто захочет заниматься.

Плюс сотрудник может и пройти аттестацию, понимая, чем дело пахнет. Может быть, он на самом деле хорошо знает свою область, просто не хочет выполнять обязанности как положено.

И еще пара замечаний об увольнении через аттестацию:

● Нельзя уволить некоторых сотрудников, если они не прошли аттестацию. Например, беременных женщин, женщин с детьми в возрасте до трех лет, одиноких матерей и отцов с детьми до 14 лет. Еще нельзя уволить человека, если он в отпуске или на больничном.

● Если хотите проводить внеплановые аттестации после обучения, это нужно закрепить в положении об аттестации.

Увольнение по инициативе сотрудника и соглашению сторон

Сотрудник может уволиться по собственной инициативе, написав заявление об этом за 14 дней до своего ухода. Он может и не отрабатывать оставшиеся дни, если договорится об этом с работодателем. Это, пожалуй, самое часто встречающееся основание для увольнения.

Но бывает, что сотрудник не хочет писать никакое заявление о собственном уходе. И увольняться он не собирается либо просит большую компенсацию. Но ведь есть риск, что вы заплатите ему компенсацию, а он все равно не уволится.

Работник и работодатель могут расторгнуть трудовой договор, если составят об этом соглашение. В нем можно предусмотреть много всего полезного. Сравним эти два формата увольнения.

Сначала таблица с главными отличиями:

Теперь подробнее. Принципиальное отличие увольнения по инициативе сотрудника в том, что сотрудник вправе передумать.

Вот Иван говорит: «Мне всё надоело, увольняюсь!» – и подает заявление о своем увольнении. Директор потирает руки: «Ну слава богу, не надо упрашивать, сам уволился» – и подписывает заявление.

Проходит десять дней, за это время директор нашел нового сотрудника, и тот уже сидит в приемной, чтобы подписать документы на работу. И тут заходит Иван: «Слушайте, я передумал. Забираю заявление обратно».

Иван из нашего примера поступает по закону: сам пожелал уволиться, сам передумал. Трудовой кодекс такое разрешает. Если сотрудник передумал увольняться и директор еще не пригласил письменно нового работника, передумавшего сотрудника обязаны оставить в той же должности и на тех же условиях, что были раньше. Никаких изменений.

Задачи сотрудника перед увольнением. Есть еще одно отличие: при увольнении по инициативе работника нельзя прописать конкретный набор действий, который сотрудник должен сделать перед увольнением. Например, передать пароли от социальных сетей или доделать какую-то работу. Можно, конечно, об этом попросить, дать обходной лист и пригрозить не отдать трудовую – но нет гарантий, что сотрудник выполнит просьбу. Мол, всё равно увольняюсь, чего суетиться.

Другое дело, если сотрудник увольняется по соглашению сторон. В этом случае передумать нельзя. Сказал, что уволится пятого числа, – значит, его последний день пятого числа. Кроме того, можно прописать перечень действий перед уходом, а если он их не выполнит – компания не выплачивает часть компенсации. Это такой цивилизованный механизм сдержек и противовесов.

Срок увольнения. При увольнении по собственному желанию сотрудник предупреждает за две недели: этот срок он обязан отработать, а работодатель заплатить за него. Конечно, работник и работодатель могут договориться на пораньше, но непонятно, зачем это работнику: он же потеряет зарплату за полмесяца.

Если же увольнение по соглашению сторон, можно уволиться в тот же день, как поговорили об этом. А можно разойтись, наоборот, через месяц или два, когда закончится проект или что-то будет выполнено.

Вернемся к Ивану. Вот он приходит к директору и говорит: «Хочу уволиться, мне всё надоело». Директор почти поет от радости и, чтобы побыстрее расстаться с Иваном, предлагает подписать соглашение о расторжении трудового договора. Тогда Иван может уволиться уже сегодня и завтра не выходить на работу. Раз всё надоело, так сказать…

Чтобы не было конфликтов, советую предупреждать о сроке увольнения. Вдруг Иван планирует отработать еще две недели, потому что так выходит зарплата за полный месяц, а директор подписывает соглашение сегодняшним днем.

Андрей Стыскин,

генеральный директор «Яндекс. Технологии» и руководитель сервиса «Яндекс. Поиск»

В компании «Яндекс» предусмотрена внутренняя ротация сотрудников, если по каким-то причинам человек не соответствует занимаемой позиции, но у него есть потенциал и способности в другой области. В большинстве компаний его бы просто уволили или он ушел сам, но у нас в компании у сотрудника есть возможность попробовать себя в другой должности в текущем или новом направлении, в новой команде.

Мы видим много плюсов в ротации – это помогает удерживать сотрудников, укрепляет горизонтальные связи, способствует обмену опытом внутри компании. Для того чтобы решить сложности, которые возникают во время ротации, такие как поиск сотрудника на замену в прежнем подразделении, потеря экспертизы, изменение проектных сроков и др., у нас есть организованный процесс. В течение оговоренного времени сотрудник может найти себе любое место, где хочет попробовать свои силы. Затем мы знакомим его с нужными руководителями, помогаем ему организовать собеседование, коммуникацию, и он себя пробует. Дальше всё зависит уже от сотрудника.

Для того чтобы переходы были осмысленными и не ослабляли команду, мы разрешаем ротацию через год после начала работы в должности. Работая в команде, сотрудник может инициировать ротацию конфиденциально, чтобы иметь возможность продолжить работать, если что-то пойдет не так в процессе коммуникации в новой команде.

В случае, если руководитель принял решение расстаться с сотрудником, но при этом готов рекомендовать его другим командам, для ротации назначается дедлайн: с сотрудником подписывается соглашение о расторжении трудового договора, которое аннулируется в случае, если он найдет работу в компании. Сотрудник знает срок соглашения и мотивирован в этот срок завершить процесс.

Обратите внимание на порядок действий в примере с «Яндексом», он важен: раньше увольняемому сотруднику давали срок на ротацию, и это вечно затягивалось. Ведь переход на другую позицию и достижение договоренностей про будущее – это всё сложная история.

Если у сотрудника не получалось ничего найти, сотрудник и работодатель возвращались в исходную точку. И всё начиналось с начала. Поэтому они организовали процесс с понятным дедлайном: сначала подписывается соглашение о расторжении, а потом работник уже ищет другое место в компании. Сотрудник знает срок соглашения и мотивирован в этот срок обо всем договориться. И это, по-моему, правильный порядок вещей.

Увольнение по соглашению сторон редко оспаривается в суде: раз сотрудник и работодатель договорились – значит, всё порядке. На всякий случай в заявлении осторожные юристы дописывают:

«Стороны не имеют никаких задолженностей друг перед другом и никаких претензий по взысканию денег, кроме сумм, указанных в настоящем соглашении. Документ подписывается по самостоятельному волеизъявлению обеих сторон, какое-либо понуждение отсутствует».

Расторжение договора с беременной. Есть еще тонкость, которая может стоить больших денег. Если вы с девушкой-работником подписали соглашение о расторжении трудового договора, а она оказалась беременна, такое увольнение суд может отменить. Для этого сотруднице нужно доказать, что она не знала о беременности на момент подписания.

Поэтому при подписании соглашения о расторжении трудового договора попросить принести справку из любой клиники об отсутствии беременности и написать об этом в самом соглашении. Осмотр можно оплатить, но не клинике, а девушке. Чтобы потом в суде не сказали, что вы заплатили, поэтому клиника заинтересована в таком заключении.

Итого: если вы увольняете сотрудника, то советую подписывать соглашение о расторжении трудового договора по обоюдному согласию сторон. Из всех вариантов сейчас это самый безопасный и удобный.

Интеллектуальная собственность

Представьте: ваш сотрудник разработал приложение. Вы за это заплатили и получили результат. Вроде всё отлично: задача сделана, и ура, можно использовать. Но есть подвох.

Если компания неправильно оформила документы, сотрудник вправе запретить использовать свои наработки или потребовать дополнительные деньги за использование. Любую сумму – хоть десять миллионов рублей.

Это касается не только программиста: преподаватель в учебном центре мог разработать методическое пособие к урокам; фотограф мог по вашему заказу сделать фото вашей же коллекции одежды; дизайнер сделал сайт по вашему ТЗ – что угодно, что требовало творческой работы.

Или другая ситуация. Вы владелец пекарни. Вы придумали и прописали рецепт плюшек, а ваш повар уволился и теперь выпекает плюшки по вашему рецепту в другой пекарне. Как тут быть? Давайте разбираться.

Если вы зарабатываете на интеллектуальной собственности – компьютерной программе, курсах, контенте для сайта, – хорошо бы знать, кому принадлежат права на это благо. И не денется ли никуда это благо завтра.

Сначала немного терминов. Шпаргалка – на странице справа.

Автор – любой человек, который что-то создал своим трудом. Например, программный код, сценарий видеоролика, текст на сайт, макет буклета, хоть частушку. В момент создания произведения в объективной форме у него автоматически появляются авторские права. Объективная форма – это в тексте, на аудио или видео, в виде электронного файла, в любой другой материальной форме.

Авторские права делятся на две части: личные неимущественные и имущественные. Первые – это неотчуждаемые права считаться автором и опубликовать работу под своим именем. В практическом смысле нас интересуют имущественные права.

Имущественные права – права на использование работы автора. На юридическом языке результат такой работы называется «результат интеллектуальной деятельности». Предлагаю такой результат сокращенно называть РИД, это может быть программа для компьютера, макет, сценарий.

Исключительное право – имущественные права на интеллектуальную собственность, или, другими словами, права на использование интеллектуальной собственности. Если автор разрешает другим использовать произведение, он передает на него исключительное право.

Исключительное право можно передать полностью или с ограничениями. Например, музыкант – автор музыки и текста – разрешает использовать песню в рекламном ролике, но запрещает в фильме. Или можно использовать везде, но нельзя менять в песне хоть слово. Или автор музыки и текста полностью продает все права на эти произведения, и новый правообладатель может делать с ними всё, что захочет.

Вот главное правило: чаще всего по умолчанию права на РИД принадлежат тому, кто его создал. Если программист сделал калькулятор ипотеки на сайт, то у него автоматически есть права на этот калькулятор. Даже если программист работает в штате, он всё равно обладает правом на этот калькулятор – при условии, что работодатель ничего по интеллектуальной собственности не оформлял. Право принадлежит автору изначально, а потом его можно кому-то передать, продать или дать на время. Тот, у кого есть право, называется правообладателем.

Чтобы компания получила права на использование калькулятора из нашего примера, она должна подписать с автором документ, где он говорит: «Хорошо, пользуйтесь». Если использовать калькулятор без разрешения автора, это нарушение авторских прав и может быть наказание – при условии, что автор захочет с этим разбираться. Вот что грозит:

Компенсация от десяти тысяч до пяти миллионов рублей. В законе нет фиксированной суммы, но есть вот такая вилка. Сколько получит автор, решает суд.

Возвращаемся к примеру с калькулятором: программист требует у заказчика миллион рублей за использование того, что он сделал на работе. Мол, он только передал сам код по заказу, а права на использование не передавал. Выходит, компания использует чужую работу просто так, его права нарушены, и с компании – миллион рублей компенсации.

Компания не хочет убирать калькулятор с сайта, но считает, что миллион – это слишком много. Тогда все идут в суд. И уже суд решает, сколько платить в качестве компенсации и как дальше использовать калькулятор. Хуже того: если суд обязал заплатить компенсацию, это еще не означает, что заказчику переходят права. Помимо этой компенсации нужно будет еще как-то договариваться о передаче прав.

В России редко можно встретить выплаты в пять миллионов рублей, но никто от такого не застрахован. Кроме того, разбирательства в суде тоже стоят денег, не говоря уже о скандале вокруг «фрилансера, которого обидели капиталисты».

Потеря продукта. Давайте опять о программистах, пусть они сделали приложение для трекера привычек. Этот трекер компания продает в магазине приложений. В сущности, компания и есть это приложение. Нет приложения – нет бизнеса.

Программисты увольняются и говорят, что забирают код трекера с собой. Формально они правы: если работодатель не получил у них права на использования трекера и не сможет доказать, что создание этого трекера было прямой служебной обязанностью программистов, то юридически трекер принадлежит программистам и они могут делать с ним всё, что захотят.

То же самое с любым другим продуктом. К примеру, агентство готовит рекламный ролик для международного бренда. И если оно не получило права на видео у видеооператора, контракт с брендом может быть под угрозой. Крупные компании требуют подтверждение, что права на музыку, слова и видео в ролике принадлежат агентству, а не кому-то еще.

Мой совет: всегда-всегда оформляйте документы на получение исключительного права в полном объеме на результаты интеллектуальной деятельности. Не важно, о ком речь: штатном сотруднике или внешнем подрядчике.

Максим Журило,

основатель компании I love supersport

У нас был тренер, который участвовал в сессиях по разработке тренировочных методик. Не могу сказать, что он создал больше, чем любой другой из группы, но, когда мы с ним расставались, он решил заявить, что является автором всех методик школы, и либо мы платим ему вознаграждение, либо он начинает всем рассказывать, что на самом деле это всё его разработки и его заслуги, а мы плохие и всё украли.

Пришлось договариваться. Уверен, что, если бы мы с самого начала грамотно оформили интеллектуальные права на компанию, нам бы это стоило в несколько раз дешевле.

Как получить исключительное право

Мы договорились, что существует автор, а у него – авторские права. Чтобы заказчик мог использовать то, что этот автор создал, надо получить исключительное право на это произведение – программу, макет, текст, аранжировку и т. д. Тогда заказчик станет обладателем этого права, то есть правообладателем.

Заказчик может получить исключительное право в полном объеме или какие-то отдельные составляющие исключительного права. Если в полном объеме – вы можете использовать РИД всеми возможными законными способами. Если речь об отдельных составляющих (например, на публикацию, переработку и перевод), то вы сможете распоряжаться РИД только в рамках этих прав.

Исключительное право в большинстве случаев автоматически не передается, для этого нужно подписать документы. Какой документ подписывать, зависит от автора и заказчика, а также от объема передаваемых прав.

Права у штатного сотрудника. Первый шаг – заявить документально, что сотрудник на работе занимается интеллектуальной деятельностью и передает права работодателю. Для этого берем трудовой договор и должностную инструкцию. В них фиксируем:

● работник создает результаты интеллектуальнойдеятельности;

● всё, что делает работник, является служебнымпроизведением;

● сотрудник передает исключительные права на служебные произведения работодателю;

● работодатель выплачивает сотруднику вознаграждение (отдельное!) за передачу прав и предусматривает конкретный объем этого вознаграждения.

Второй шаг – доказательства, что работодатель просил создавать то или иное произведение. Вдруг сотрудник, сидя на рабочем месте, начертил в своем личном блокноте гениальное произведение, а работодатель подсмотрел и украл? Чтобы не было повадно, описываем, как сотруднику выдаются служебные задания и как собираются выполненные результаты.

Пример. В компании работает дизайнер, и у него есть должностная инструкция. Инструкция фиксирует, как дизайнер получает задачи, например карточки в Trello. Там же написано, куда и как дизайнер передает промежуточные и готовые версии макетов и отчеты о сделанном.

Может быть фраза с таким смыслом: дизайнер получает служебные задания по корпоративной электронной почте, а все версии выполненных макетов складывает в папку, которая хранится на сетевом диске работодателя. Макет – выполненное служебное задание. Отчет отправляется работником в ответном электронном письме с ссылкой на макет.

Всё: формальности описали, теперь главное – хранить и письма с заданиями и отчетами, и макеты в папке. Так как вам нужно будет соблюдать всё, что придумали юристы, то и придумывайте сразу это удобным и рабочим бизнес-процессом.

Идеально, если работодатель готовит на каждую задачу служебное задание. Прямо документ, который так и называется: служебное задание. В нем: что сделать, когда, зачем. А потом сотрудник должен отчитаться по заданиям, которые выполнил. Это, кстати, должно позитивно повлиять на творческих сотрудников: они будут видеть свой прогресс и степень продуктивности.

Менее идеальный вариант (но тоже рабочий) – когда служебное задание и отчет формируются на группу задач.

Задания и отчеты могут быть в электронном виде: письмо по корпоративной почте, презентация или документ в «Ворде».

Не нужно впадать в крайности и подписывать всё на бумаге – тогда придется выделить под эту бюрократию отдельный ангар.

Еще есть вознаграждение за передачу прав. Порядок оплаты описывается в документах, они называются «локальные нормативные акты» либо трудовой договор, и это могут сделать юрист с кадровиком. Вот основные принципы.

Сумма может быть символической, хоть тысяча рублей за каждое служебное задание. Дизайнер сделал десять макетов, работодатель выплачивает десять тысяч рублей. Эта сумма необязательно должна быть «сверх» зарплаты дизайнера. Например, зарплата у дизайнера – сто тысяч рублей, теперь вы платите зарплату – девяносто тысяч рублей и компенсацию за передачу исключительных прав – десять тысяч рублей. Главное – формально выделить этот платеж, а не «склеивать» его с зарплатой.

В документах на перевод пишем, что это не просто зарплата или премия, а «вознаграждение за передачу исключительных прав в полном объеме». Иначе, если дело дойдет до суда, будет сложно доказать факт оплаты.

Вознаграждение за права можно переводить раз в месяц за выполненную работу или по итогам проекта.

Права у подрядчика. Если работу выполняет не штатный сотрудник, а внешний подрядчик по договору оказания услуг – тем более оформляем передачу прав. Пригодятся три типа договора: лицензионный договор, договор отчуждения права и договор авторского заказа. Тип договора зависит от того, что делает автор.

Лицензионный договор – когда подрядчик создал свой РИД еще до вашего заказа и не хочет отдавать права навсегда и целиком. Право дается на время – это называется лицензией. Например, если вы хотите использовать чужую уже написанную песню в своей рекламе, которая будет крутиться в интернете год, то вам нужна лицензия минимум на год. При этом такая лицензия может быть исключительной, тогда никто другой не может ее использовать, например, в рекламе. А через год, когда лицензия закончится, эта же песня может появиться в чужой рекламе.

Договор об отчуждении исключительного права – когда вы хотите целиком и навсегда забрать у правообладателя исключительное право на РИД и использовать его сами. Это когда песня для вашего рекламного ролика уже написана, вы хотите ее купить, при этом чтобы никакая другая компания не смогла бы ее больше использовать. Если только вы ей это не разрешите в будущем.

Договор авторского заказа – РИД еще не создан и будет создаваться для вас по вашему заказу. В этом договоре советую отдельно прописать, передается ли исключительное право целиком или вы получаете лицензию. Такой договор может заключаться только с авторами – физическими лицами, но не с компаниями. Это значит, что вы можете заказать у музыканта песню, он напишет ее специально под вашу рекламу и передаст права: навсегда или на время.

А вот для случая, когда что-то разрабатывает компания, а не отдельный человек, есть еще универсальный вариант: договор возмездного оказания услуг (выполнения работ). В него можно включить и отчуждение исключительного права уже созданного РИД и предусмотреть создание нового РИД с будущим отчуждением исключительного права.

Как защититься от кражи бизнес-секретов

Это немного не про интеллектуальные права, но об интеллектуальной собственности – нематериальной составляющей бизнеса, которая ценна и которую можно украсть.

Есть термины «коммерческая тайна» и «ноу-хау». Это немного разные вещи, но для бизнеса суть одна: секрет компании, который нельзя разглашать.

Ноу-хау (секретами производства) может стать не всё что угодно, у таких секретов есть критерии:

● Секрет касается бизнеса, а не личной жизни владельца. Например, рецепт плюшек или структура построения бизнес-модели.

● Имеет коммерческую ценность, ее можно монетизировать. Взять рецепт плюшек. Если его использует другая булочная, она начнет продавать плюшки по этому рецепту и заработает.

● Секрет не знают посторонние. Если булочная сама опубликовала рецепт в соцсетях, он больше не считается секретом.

● Нет свободного доступа к секрету. Рецепт не валяется на барной стойке, мимо которого проходят все, кому не лень.

● Компания его защищает. В булочной есть регламент, кто и как пользуется рецептом и как его хранит, сам рецепт спрятан в сейфе. А еще есть режим коммерческой тайны, и рецепт считается такой тайной.

Для защиты секретов используется два документа: положение о коммерческой тайне и соглашение о неразглашении или NDA. Положение обычно используется для штатных сотрудников, NDA – для клиентов и подрядчиков. Хотя NDA с сотрудниками тоже часто подписывают, это помогает для защиты сведений и психологического закрепления.

В российской практике эти документы работают нестабильно. Закон работает так, что, если передавать сведения или документы не по регламенту, юридически режим коммерческой тайны не соблюден, а значит, и нарушения нет.

Чтобы закон защищал компанию, надо сначала ввести режим коммерческой тайны, а потом его поддерживать. Это стопка документов: например, приказ о введении режима коммерческой тайны и локальный нормативный акт – положение о коммерческой тайне.

Еще нужно собирать подписи сотрудников об ознакомлении с положением, проставлять гриф «Коммерческая тайна» на документы, которые считаются секретными, ограничивать доступ к файлам – целый процесс. Если что-то из этого не доделать, считай, режима коммерческой тайны нет, рассказывай что хочешь и кому хочешь.

Для справки: базы данных потенциальных или действующих клиентов также могут защищаться: и интеллектуальными правами, и режимом коммерческой тайны. Сведения в базах данных защищаются авторским и смежным правами.

Еще одна причина слабой эффективности коммерческой тайны – факт кражи сложно доказать, поэтому большинство юристов скептически относятся к защите секретов. Но я вот что вам скажу. Есть пункты, которые срабатывают психологическим стоп-фактором. Вот подписываете соглашение с сотрудником, а там штраф в полмиллиона рублей за каждый факт разглашения секрета и еще много-много абзацев, как компания будет расследовать кражу. И вот этот сотрудник увольняется. Он дважды подумает, прежде чем забирать базу клиентов. И, скорее всего, не станет рисковать, даже если новый работодатель начнет намекать, мол, давай сюда своих клиентов.

С другой стороны, большой штраф на работника в документах может стать предметом претензий трудовой инспекции к работодателю. Тут выход один – в каждой ситуации решать по обстоятельствам.

Если эту главу прочитал какой-нибудь недобросовестный сотрудник и думает, что он теперь безнаказанно сможет всё украсть, знайте, что с момента написания этой книги судебная практика в России могла поменяться и в тот момент, когда сотрудник украдет коммерческую тайну, он может оказаться в не самом выгодном положении.

Поэтому мой совет такой: вводить режим коммерческой тайны с подписанием всех документов и проведением всех необходимых процедур в организации. Включать мотивирующий штраф, чтобы ни у кого не возникало желания увести с собой базу клиентов. Это нудно и хлопотно, но стоит того.

Если продаете права

Ваша компания может зарабатывать на продаже исключительных прав. Например, вы занимаетесь производством видеороликов. Или вы IT-компания, которая продает лицензии на программное обеспечение. В этих бизнес-моделях компания зарабатывает на интеллектуальной собственности, поэтому таким предпринимателям нужно понимать, какие у них права на то благо, которое они продают.

Полезно разобраться в ценообразовании и менять цену в зависимости от того, насколько широкие права вы продаете. Например, я знаю фотографа, которая продает права на фотографии для интернета по одной цене, а для журналов или наружной рекламы – в несколько раз дороже. При этом в обоих случаях она не отдает исключительные права навсегда, а дает их как бы в аренду – продает лицензию. Я знаю предпринимателей, которые с такой политикой не согласны, но по закону фотограф права. По-юридически это называется «лицензионные договоры на право использования».

Кристина Чайковская,

владелец бренда женской одежды Little Drama by N&C

После того как мы сделали фотосессию новой коллекции, несмотря на то, что вроде бы ключевые моменты обсудили еще на старте, начали возникать щекотливые вопросы с фотографом по использованию отснятого материала. Договор с фотографом не подписали, потому что, как обычно, торопились не пропустить сезон, а подписание и согласование заняли бы вечность. Но мы чуть было об этом не пожалели, поскольку вроде бы понятные обсужденные в WhatsApp условия «До» – «После» начали обретать дополнительные смыслы.

1. Оказалось, что мы не имеем право публиковать полученные фотографии в журналах. Вернее, так: если журнал сам взял и бесплатно опубликовал эти фотографии из лукбука – это не считается рекламой и мы ничего не платим фотографу дополнительно. Если же вдруг мы размещаем платную статью о бренде и даем журналу несколько фотографий на выбор, то за фотографии в платной публикации мы обязаны фотографу отчислить как минимум еще 30 000 рублей за каждую фотографию.

2. Кроме того, фотографии из лукбука мы печатаем как открытки, на оборотной стороне которых написаны контакты бренда и адрес шоурума, и раздаем эти открытки нашим клиентам при визите в шоурум и как визитные карточки на различных мероприятиях. Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы доказать фотографу, что это не рекламная печатная продукция, которая будет лежать, например, в ресторанах или раздаваться в метро, и не платная реклама в журнале, за которую, как описано выше, она хотела получить дополнительную оплату, а повседневная потребность нашего бренда, собственно для чего этот лукбук мы и снимали и оплачивали недешевую работу фотографа.

Кстати, забавная особенность: у некоторых модельных агентств появилась новая практика – брать деньги не только за съемку модели в лукбуке (одна цена, скажем, 30 000 рублей за съемочный день), но и брать дополнительно порядка 25–27 % за то, что фотография с этой моделью будет использоваться в рекламе через «Фейсбук» или «Инстаграм». Стоит обращать на это внимание при подписании договора.

По поводу портфолио. Если вы обладаете исключительным правом на РИД и продаете его, то в договор стоит включить право использовать свою же работу в портфолио (если это вам нужно). Например, отдаете полностью исключительное право на свои фотографии, но хотели бы их использовать у себя на сайте. По умолчанию вы не вправе так делать, если отдали исключительное право. Для этого нужно оформить встречный лицензионный договор, в котором новый правообладатель (ваш покупатель) дает вам право использовать фотографии у вас на сайте.

Екатерина Лисейчева,

основатель event-агентства «Мандариновая лиса»

Мы организуем много свадеб. На встрече с парой я обсуждаю, сможем ли мы как агентство и фотографы как создатели контента выкладывать фотографии свадьбы в открытых источниках. Будущие молодожены обычно не против. Но бывают исключения – пары, которые после свадьбы решают, что хотят оставить снимки только себе. Нам приходится их удалять, но тут возникает другая история: возмущаются фотографы, они хотят пополнять свое портфолио! В нашей отрасли есть правило, что если снимки запрещены к публикации, то работа будет стоить дороже. С недавних пор мы стали добавлять пункт о разрешенном использовании фотографий в договор.

Творческие люди редко отстаивают свои права. Может быть, их натуре это несвойственно? Может быть, по душе другие способы выражения несогласия? Но если всё же собраться с силами и сделать всё правильно, выходит положительный результат. Прочитайте об этом историю Алексея на странице справа.

Алексей Нужный,

режиссер «Громкая связь», «Я худею», сериалов «Ольга», «Толя-робот»

Мы с товарищем писали сценарий для одного человека. Написали эпизодный план. Человек денег заплатил в два раза меньше. Мы ему: «Мы же договаривались», а он нам: «Что-то я подумал, что слишком много вам пообещал».

Мы сообщили, что тогда не готовы дописывать сценарий и пусть всё останется как есть. Он ответил, что найдет нас и проломит головы битой.

Мы с коллегой прикинули, представили в наших творческих головах процесс реализации обещаний заказчика и от страха решили сделать экспресс-написание сценария. За две недели сесть и, не отвлекаясь, всё написать.

Я отнес сценарий в Российское авторское общество, запечатал и отправил себе почтой. По классике.

С тем бейсболистом мы никакие договоры не подписывали, конечно, но сценарий отдали. Через год вижу билборды в городе, как один крупный американский дистрибьютор выпускает фильм с тем самым сценарием.

Мы решили пойти в суд. Наняли юриста, подготовили претензию и иск в суд, направили в головной офис американского дистрибьютора.

Нам позвонил адвокат, представляющий интересы этой компании, и сказал, что мы срываем релиз картины. Мы предложили встретиться, а уже позже получили все деньги, которые заслужили. Но релиз им сорвали.

Как составить договор

Обычно договоры составляют юристы, и это правильно. Юристу виднее, как сформулировать условие, чтобы оно выстояло в суде. Но здесь есть подвох. Часто юрист исходит из такой позиции:

1. Я сделал договор юридически защищенным.

2. …

3. Договор попадает в суд, там мои формулировки выстояли. Я красавчик.

То, что происходит во втором пункте, юриста волнует далеко не всегда. Обычно его голова не занята вопросами, сколько будет происходить согласование; подпишут ли они такой договор; сколько по такому договору придет денег. Его дело – сделать так, чтобы из п. 1 логично следовал п. 3. Но ведь, если подумать, третий пункт с судебным разбирательством – это очень неудобная для бизнеса ситуация.

А еще ведь может оказаться так, что из-за принципиальности юриста или слишком сложного согласования сделка вообще не состоится. Или из-за сложных условий компании придется уступить в цене, пожертвовав прибылью. Если юрист специально об этом не думает, его картина мира может навредить бизнесу.

Ваш юрист по умолчанию не понимает, из чего состоит ваша услуга и какие у нее этапы. Давать скидку 5 % или 10 %, биться за рассрочку или пусть остается стопроцентная предоплата – только предприниматель знает, что лучше из условий.

Бывает так: юрист составил проект договора и просит директора поправить как надо. Директор садится и вычитывает договор. Это занимает время и наводит тоску.

Рассказываю, как составить договор, который отражает суть сделки. Он поможет сохранить время, деньги и совершенно точно – нервы.

Я встречал у людей представление, что договор – это сакральный текст, который наделяет сделку юридической силой, как заклинание. И чтобы юридическая сила появилась, договор должен быть составлен на высоком Валирийском юридическом языке, который необязательно понимать простым смертным.

Конечно, всё наоборот.

Договор – это документ, который детально фиксирует права, обязанности и последовательность действий с обеих сторон. Сила хорошего договора не в юридических формулировках и не в объеме, а в том, чтобы в процессе его составления стороны договорились обо всех существенных параметрах сделки. Причем не только об идеальном сценарии, когда всё идет гладко, но и о случаях, когда всё пойдет не по плану.

Помимо силы договоренности нам нужно учитывать и основную функцию договора: разрешать конфликты. Если всё будет прекрасно и все будут добросовестны, вы даже никогда и не взглянете на договор, а вот если что-то пойдет не так – это ваша основная надежда.

Договор очень похож на запасной парашют. Основной парашют – это честность и добросовестность контрагента, и он чаще всего спокойно раскрывается: все выполняют обещанное. Но если основной парашют не раскрылся, то нужно, чтобы раскрылся запасной – письменный договор. Поэтому, складывая запасной парашют, нужно исходить из того, что основной не открылся.

Обсуждая договор, нужно ставить под сомнение выполнение его положений вами или вашим контрагентом. И в этом нет ничего обижающего, в этом суть и цель договора.

Вот главные вопросы, которые нужно обсудить при составлении приличного договора:

● Кто с кем договаривается и на каком основании они могут это делать? Для этого приводят реквизиты сторон и классическое «действующий на основании устава». Это важно, чтобы не оказалось, что человек, который с вами договаривается, на самом деле не имеет в этой компании нужных полномочий. Либо он должен действовать по доверенности.

● В чем предмет договора? Кто что делает, в какой срок, что взамен делает другая сторона? Например, один человек пишет программу и передает ее и права на ее использование, а другой человек платит такую-то сумму в такой-то срок. Программа передается таким-то образом и в такой-то срок.

● Что обещает каждая из сторон? Какого качества будут услуги или работы, как это проверить, какие материалы для этого предоставляют, какие есть гарантии качества? Например, если это программа, то на каких компьютерах она должна запускаться?

● Что, если что-то идет не так? Например, если одна сторона не оплачивает? Что, если другая сторона срывает сроки? Что, если участники сделки пропали? Что, если работа сделана, а другая сторона ее не принимает? Какие предусмотрены компенсации, штрафы и как они платятся?

● Что еще существенно конкретно для этой сделки? Например, могут ли стороны что-то разглашать? Может ли одна сторона делать что-то подобное для других клиентов, в частности конкурентов?

Это отправная точка, но далеко не всё. Дальше в книге я покажу еще несколько схем, по которым можно проверить ключевые положения договора.

Когда стороны всё это обсуждают, у них в голове появляется четкая картина будущей сделки. Они подходят к ней гораздо более осознанно, а исполняют свои обязательства четче. И если всё действительно так, то до суда, скорее всего, уже не дойдет.

А вот антипример: стороны используют типовой рамочный договор, который сами плохо понимают и который не учитывает конкретику их сделки. Обе стороны подписывают договор как формальность, а потом в проекте что-то идет не так. Они глядь в договор – а он не предусматривает этой ситуации. Нужно либо решать вопрос переговорами, либо идти в суд. И так как проект уже идет и кто-то кого-то подвел, договориться им сложнее, чем если бы они обговорили всё «на берегу».

Договор должен быть точным в терминах. Он должен фиксировать существенные условия (для каждого типа договора они свои). Договор должен быть конкретным и под задачу, а не типовым и на все случаи жизни. Но он не обязан быть написан формальным юридическим языком.

Безусловно, в российской правовой практике есть и устоявшиеся формы договора. С ними удобно работать только трем категориям людей – внутренним юристам, адвокатам и судьям. Но хороший договор – это тот, после которого стороны вообще не дойдут до суда.

Максим Ильяхов,

сервис «Главред»

Я иногда веду тренинги за деньги, для них у меня составлен договор-райдер. Там указано всё существенное: какой тренинг, где, когда, порядок оплаты, что должно быть на площадке. Я специально сверстал этот договор так, чтобы он умещался на одной странице, потому что это красиво. В большинстве случаев его подписывают без проблем.

Но был один клиент, от которого я получил такую фразу: «Юристы отказываются подписывать этот договор, пришлите полную версию». Я понял так: «У нас не принято подписывать договор на одном листе, распишите нам всё подробно». Делать это было некогда, желания тоже не было.

Отвечаю специально с издевкой: «К сожалению, данная форма договора была согласована специалистами юридического департамента нашей компании, поэтому другой версии в настоящий момент не предусмотрено. Убедительная просьба сообщить, какие конкретно положения требуют корректировки, на ваш взгляд, и мои сотрудники свяжутся с вашими сотрудниками с целью согласования в установленном порядке…»

Дня через три ответ: «Пожалуйста, измените подсудность с Арбитражного суда города Москвы на Арбитражный суд по месту нахождения истца». То есть прицепились к какой-то абсолютной ерунде, потому что по сути сказать было нечего. Договор может быть на одной странице.

Не берите шаблоны из интернета. Кажется, что самый простой способ сделать свой договор – найти шаблон в интернете. Нужен договор поставки, набираем это в «Яндексе», находим ссылку, скачиваем и вписываем свои реквизиты. Это вредный путь.

Договор из интернета не учитывает особенности конкретной сделки. Но при этом он создает иллюзию, что в сделке всё правильно и не надо вычитывать досконально. Человеку, который скачал типовой договор, кажется, что дело за малым: нужно просто заменить реквизиты, стоимость, сроки. Форма типового договора может создавать ощущение, будто об остальных юридических тонкостях кто-то уже подумал: будто все условия внутри справедливые и защищают именно ваши права.

Но на самом деле в договоре может не быть какого-то важного пункта. Или там может быть пункт, который один человек поймет по-своему, а суд интерпретирует иначе. Там могут быть формулировки, которые кажутся юридически сложными, и потому читать их как будто необязательно. Но эти формулировки будут описывать невыгодные условия сделки или вообще противоречить закону. Вы же не знаете, кто этот договор составлял и чьи интересы имел в виду.

Представим, что вы продаете женскую одежду через чужие шоурумы. У вас договор комиссии, по которому вы (комитент) даете на реализацию комиссионеру некоторый товар. После продажи комиссионер забирает свою долю, а вам перечисляет вашу.

Что может происходить по такому договору: магазин продает ваши вещи понемногу, но в отчет о продажах их не вписывает. Зачем выплачивать вам сразу все деньги от проданных вещей, если можно немного подержать эти деньги у себя на счетах, прокрутить, получить проценты? По факту ваша вещь продана, а в отчетах о продажах ее еще нет. Но это только начало, следите за руками.

Подходит конец сезона, и шоурум говорит, что на весь ассортимент объявляет большие финальные скидки. Вы соглашаетесь. Шоурум показывает предыдущие продажи этим месяцем со скидкой, при этом забирает разницу от стоимости проданных ранее без скидок товаров себе. Всё сходится: товаров на складе нет, а на скидку вы согласились сами.

Чтобы этого избежать, у комитента (того, кто дает товар на продажу) должна остаться возможность контролировать остатки. Для этого подробно прописываете в договоре процесс контроля и посещения шоурума комиссионера. В стандартном договоре такого пункта может не оказаться, а это потенциальные убытки.

Еще компании спрашивают договор у знакомых или в отраслевых группах, сообществах и чатах. Вот появляется молодой бренд, и владелец пишет в телеграм-чате @HackingFashion:

«Ребята, поделитесь договором комиссии. Вдруг у кого-то проработанный есть».

Ему присылают договор с фразой «Вот хороший договор, пять лет работаем, с юристами делали». В чем проблема: бренд не сказал, кем выступает по договору комиссии. Хороший договор для комиссионера – того, кто продает чужие вещи, – будет очень плохим для комитента – того, кто отдает вещи на реализацию, и наоборот.

Например, в хорошем договоре для комиссионера не будет пункта о возможности комитента прийти в точку реализации и проверить остатки, а в договоре для комитента он нужен. Хотя о таком пункте можно даже не узнать, если вы комитент, а вам прислали договор комиссионера. Поэтому нужно индивидуально прорабатывать договор под свою роль в этой сделке и под свою бизнес-модель. Только тогда договор даст выгоду.

Не скачивайте шаблоны договоров из интернета. В качестве отправной точки можно брать шаблоны договоров таких же участников рынка, как вы. Если у вас магазин, берите шаблон договора от магазина, а не от поставщика.

Описать бизнес-процессы в договоре

Чтобы сэкономить время на договоре, предлагаю поделить работу на два этапа: сначала бизнес-процессы, потом текст договора.

Первым делом описываете процесс: кто и что должен сделать, за какое время и на каких условиях. Прямо по этапам, как они идут в реальной жизни:

1. Заказчик прислал эскиз сайта.

2. Исполнитель за 10 дней изготовил стартовую страницу.

3. Заказчик в течение 5 дней утверждает и оплачивает 30 %.

Эти этапы можно представить в два таймлайна с временными отсечками. Такая визуализация помогает увидеть всю картинку целиком и выявить, какие сроки не устраивают или какой этап пропущен. Я называю этот инструмент «Механика договора».

Как только составите подобную схему, отдаете юристу: он отшлифует фразы так, чтобы, если дело дойдет до суда, суд оказался на вашей стороне. Это не значит, что он накрутит там сложных конструкций, – его задача убедиться, чтобы ваши термины не расходились с общепринятыми терминами и не противоречили закону, а еще чтобы ваши условия не признали недействительными.

На выходе: вы расписали бизнес-условия, расставили в нужном порядке всё, как считаете правильным, прописали положения по ответственности и срокам. А юрист добавляет четкости к формулировкам. При этом все условия работают на вас, а юрист не дергает с вопросами о сроках оплаты и рассрочке.

«Механику» можно использовать в двух направлениях. Первое – когда вы придумываете новый продукт или услугу и описываете связанные с этим процессы: что когда создается, кто что делает, кто когда платит. Так рождается ваш договор, по которому вы оказываете что-то, а вам за это платят деньги. Потом вы отдаете эту схему юристам, и они создают по ней ваш договор.

Второе направление – когда вы получаете запутанный толстый договор от исполнителя или заказчика. Предположим, что по какой-то причине вы должны работать именно по этому запутанному договору. Тогда отдаете его своему юристу и просите собрать из него понятную механику договора, визуализацию. А потом уже сами анализируете эту схему: насколько вас устраивает последовательность, сроки, условия и деньги.

На следующем развороте я показываю пример: в левом столбце – этапы, которые напишет заказчик сайта, в правом – текст юриста. В реальности договор сложнее, поэтому смотрите на сам подход, а не на формулировки.

Устные обещания – в письменные

Может быть такой разговор при обсуждении договора:

– В договоре слишком большой штраф за задержку поставки, даже на день.

– Не берите в голову! Это юристы перестраховываются, мы никогда штрафы не берем. Только если задержка больше месяца.

Держите правило: любые устные обещания фиксировать в письменном договоре. Магазин обещает не брать штраф за задержку на день, а он есть в договоре. Хорошо, пусть тогда магазин скорректирует фразу в договоре и большой штраф начисляется с 31-го дня задержки поставки. Тогда диалог будем таким:

– В договоре слишком большой штраф за задержку поставки, даже на день.

– Не берите в голову! Это юристы перестраховываются, мы никогда штрафы не берем, только если задержка больше месяца.

– Тогда давайте пропишем, что штраф берется от месяца просрочки.

– Не могу поправить этот договор, он у нас стандартный, и файл защищен от правок.

– Не вопрос. Тогда давай сделаем допсоглашение: стороны пришли к соглашению, что такой-то пункт излагается в следующей редакции. И вписываем новую договоренность. В допнике только этот пункт, и если дополнительные соглашения у вас требуют утверждения, то вам будет легко его согласовать.

Барно Турсунова,

совладелец сети умных автосервисов «Вилгуд»

Бывает так, что мастера в разговоре по телефону с клиентом обсуждают какую-то работу и подтверждают ее. А потом клиенты забирают машину и говорят, что не подтверждали ничего по телефону. Таких мало, но всё равно некоторые получают бесплатный ремонт из-за этих дополнительных работ. Правда, они последний раз в наших центрах вообще какой-то ремонт получают.

После таких клиентов у нас теперь всё четко и по технологии:

● дополнительные работы утверждаем только почтой или сообщением по тем контактам, которые оставил клиент;

● при принятии машины описываем досконально состояние машины, чтобы не появлялось никаких вмятин, «которых до вас не было»;

● приемку машины снимает видеокамера: и звук, и картинку;

● документы для подписания на печать выходят сразу всем пакетом, чтобы никто из мастеров ничего не забыл.

Все сказанные обещания фиксировать в договоре. Чтобы не переделывать договор, можно подписать дополнительное соглашение, которое отменяет или изменяет конкретные пункты договора. Слова мало что стоят при конфликте или срыве договора.

Бывает так: двое обсуждают договор, в нем общие фразы. Каждый понимает эти фразы по-своему. При этом один уверен, что понимает их правильно, а второй стесняется уточнить, потому что боится показаться неопытным. Мол, если я буду строить из себя крутого парня, ко мне будут относиться как к крутому. А если я начну обо всем спрашивать, то все поймут, что я неопытный, и обязательно обдурят. Прекраснейшее вредное рассуждение.

Вот пример излишней стеснительности (или самоуверенности?). В договоре коммерческой концессии ничего не написано о том, кто оплачивает поездку франчайзи на обучение к франчайзеру. Франчайзи решил лишний раз это не обсуждать, чтобы показать себя тактичным партнером. А потом дошло дело до сбора на обучение на Мальдивах. Лететь туда дорого.

Франчайзи ссылается на пункт, где написано, что обучение организует франчайзер. А франчайзер не собирается платить еще и за перелет, потому что уже оплачивает конференц-зал и фуршет. В итоге конфликтная ситуация и обманутые ожидания. Но, знай франчайзер, что такая ситуация может возникнуть, он бы собрал обучение в Анапе, и все бы дружненько прилетели.

Поэтому помните, что любая договоренность состоит из трех частей: устной, письменной и неозвученной. Неозвученные вопросы и подробности сначала переводить в устные – значит, задаем вопросы, обсуждаем и проговариваем варианты. А потом то, о чем договорились, фиксируем в договоре – письменно.

Если нет акта

Если оказываете услугу, знайте, что ваш договор заканчивается подписанием акта. Сам по себе договор – лишь намерение сторон в будущем что-то сделать и получить за это деньги. А вот подтверждение того, что вы что-то сделали, – акт выполненных работ или акт об оказании услуг.

Если акт не подписан, считайте, что компания работу не сделала, а значит, в ближайшие три года могут прийти и забрать через суд оплаченные деньги. А всё потому, что было некогда или все дружили. Потом руководство у заказчика сменилось, и они решили вернуть деньги. Тогда собирайте доказательства того, что вы действительно оказали услуги, сделали это качественно и в полном объеме.

А бывает, что акт заказчику отправили, а он по каким-то причинам не подписывает. Может быть, ему этот акт не особо нужен. Может быть, он не собирается платить. Тогда в договор лучше вставить формулировку:

«Заказчик в срок не позднее 5 (пяти) рабочих дней с момента получения от Исполнителя Акта об оказании услуг обязан рассмотреть и подписать Акт об оказании услуг и направить один подписанный экземпляр Исполнителю или направить мотивированный письменный отказ.

В случае неподписания Заказчиком Акта об оказании услуг и отсутствии претензий по услугам в указанный срок услуги считаются оказанными Исполнителем надлежащим образом и принятыми Заказчиком без претензий и замечаний, а Акт об оказании услуг считается подписанным, и услуги подлежат оплате на основании такого Акта об оказании услуг».

Из этого текста следует, что, если клиент молчит в ответ на направленный акт, он с ним соглашается. Это упрощает документооборот.

Кирилл Краснов,

сооснователь бизнес-клуба R2

У нас участники платят за участие в клубе, оно подразумевает проведение нескольких закрытых встреч. К нам обратилась одна участница с требованием вернуть часть денег, и пояснила она свою позицию тем, что не была ни на одной из встреч.

Мы ей говорим: «Вот ты на фотографиях на этом мероприятии».

А она нам: «Я только фотографировалась, но реально на встрече не была».

Думаем, как доказать. Слава богу, мы с недавнего времени подписываем акты. Подняли акты: она была на всех мероприятиях и поставила свою подпись.

Если вы посредник

Если работаете посредником, процесс такой: приходит заказчик с запросом, вы привлекаете исполнителей, они делают нужную работу, а вы сдаете результат заказчику. В этой ситуации у вас два договора: с исполнителем и с заказчиком.

Екатерина Лисейчева,

основатель event-агентства «Мандариновая лиса»

Молодожены заказывают через нас услуги фотографа. И чтобы делать всё под ключ и в рамках одного окна, мы не посылаем пару заключать договор с фотографом, а вставляем услугу в наш комплексный договор.

Чтобы подстраховать себя, фотографы стали добавлять в договор пункт о том, что «заказчик видел портфолио на таком-то сайте и согласен с таким стилем обработки фотографий». Поэтому, если вдруг возникает спор молодоженов и фотографа о качестве обработки, например не та цветокоррекция (слишком теплые снимки или слишком глянцевые и т. д.), фотограф указывает на этот пункт. А пара начинает грустить, мягко скажем. И я постоянно нахожусь между двух огней: одни предупредили, вторые после свадьбы решили, что теперь хотят другой тон. Приходится смягчать коммуникацию свадебных сторон и искать компромисс.

Но всё же есть не очень адекватные фотографы или пары. А у нас в договоре с клиентами нет пункта, где клиенты знакомятся с портфолио и стилем обработки, поэтому претензии прилетают к нам и оседают у нас.

Для безопасности вы должны продублировать все требования всех сторон в обоих договорах – по-простому отзеркалить их. Например, если ваш клиент хочет приемку работы на блюдечке с голубой каемочкой, то блюдечко и цвет каемочки должны появиться в двух договорах: с клиентом и с исполнителем. В идеале – с идентичными формулировками.

Узаконить переписку по электронной почте

Если для заключения договора с клиентом вы не встречаетесь, а обмениваетесь сканами договоров по электронной почте, для вас приятная новость: так можно. Надо сказать, что и до этого суды к такому нормально относились, но теперь в законодательство пришли изменения, которые прямо это разрешают.

Важный момент: лучше не просто отправлять сканы по почте, а узаконить такой способ заключения договора. Для этого в договоре пишем:

«Стороны считают договор заключенным в простой письменной форме, если каждая из сторон прислала с адреса электронной почты, указанного в реквизитах стороны, скан-копию подписанного с данной стороны договора либо иным образом выразила свое мнение относительно заключения договора».

Хотя бухгалтерия наверняка у вас всё же попросит оригиналы договоров. Такие уж эти ребята, бухгалтеры.

Право отказать в услуге

В каждом бизнесе встречаются клиенты, которые требуют больше времени, чем вы можете себе позволить. Из-за этого страдает всё: атмосфера в команде, качество услуги и в конце концов другие клиенты. Поэтому нужно иметь возможность отказать клиентам в услуге. Об этом нужно написать в вашем договоре. Может быть, вернуть при этом деньги, но всё равно отказаться от своего же договора.

Михаил Смолянов,

сооснователь компаний «Мегаплан», «Финолог»

У нас были разные тарифы для пользователей в «Мегаплане». На бесплатном тарифе техническая поддержка не оказывается.

В итоге один парень разбил свой бизнес на много бесплатных аккаунтов, купил один платный аккаунт и выносил голову технической поддержке по вопросам со всех своих аккаунтов: и платных, и бесплатных.

Мы поняли, что этот клиент забирает слишком много ресурсов, и в интересах всех пользователей мы отказались от него. В нашем пользовательском соглашении была размытая формулировка оснований расторжения договора в виде «и в иных случаях на усмотрение Компании». Чем мы и воспользовались.

Что написать в договоре для роста продаж

«Согласование договора тормозит продажи» – так говорят многие продавцы. Они правы, но бывают и другие договоры, и другие юристы. Я уверен, что договор может помогать с продажами. Он не заменяет рекламу или умение договариваться. И, если продукт некачественный, договор сам по себе ситуацию не исправит. Но грамотно составленный договор облегчает путь к сделке.

Но сначала история. Доверитель продавал кассы для торговых сетей. Маркетинговый подход был такой: он дает бесплатный месяц пользования этими кассами, и, если магазину всё нравится, тот покупает оборудование, лицензии и услуги сопровождения. Схема выглядела рабочей, но с первой попытки не зашла.

Доверитель был уверен в оборудовании, магазинам оно тоже нравилось, но после бесплатного периода покупали 4 % клиентов. Тогда доверитель изменил подход к договору и несколько фраз в договоре. Результат – 82 % покупателей.

Он ничего не менял в качестве, процессе, дополнительных услугах – только момент заключения договора и фразы в договоре. И это сработало. Как? Расскажу в конце главы.

Теперь о том, как попробовать сделать так же. Способы не универсальные: одной компании подходят все, другой – два или три.

Главный способ

Для всех сделок, по которым вы хотите получить деньги, должен быть подписан договор. Если сделка идет без договора, можно считать, что кто-то не выполнит свои обязательства. Говорят так: «Не подписал договор – считай, подарил».

Максим Ильяхов,

автор книги «Пиши, сокращай», главный редактор «Тинькофф-журнала»

У меня две истории про договоры.

Первая. Однажды с ФГУПом начал делать сайт без договора. Подумал, что раз ФГУП, то ничего с ними не станет. Пока делал им сайт, не стало команды ФГУПа и проекта сайта. Мне просто сказали: «Сорри, мы все уходим, сайт уже никому не нужен. Ну мы оставили всё новой команде, вдруг…» – и я больше не бодался. Работу свою я сделал, а денег, понятно, уже не получил. На месте сайта до сих пор висит заглушка.

Вторая история состоит из двух актов. Акт первый. Одна компания попросила сделать книгу для продвижения своих услуг среди клиентов. Составил договор, взял предоплату, поставил дедлайны и штрафы. Дедлайн был какой-то прямо жесткий. Понимая его важность, я всех прожал и заставил всё сделать вовремя, хотя команда клиента начала затягивать и такая «Не-е-ет… Давайте уже после Нового года…». Но я дожал, книга вышла, все счастливы, уже третье переиздание.

Акт второй. Та же компания. Решила сделать переработанную версию книги для другого рынка. Договор не сделал, предоплату не брал – свои люди. Вот уже скоро шесть месяцев как жду комментариев по первой части рукописи. Общее время проекта уже превысило полное время проекта первой книги, хотя сделано в шесть раз меньше. И я думаю, что там уже всё глухо. Им уже несрочно. А несрочно – значит никогда.

Бывает, что появляется трепет перед большими заказчиками. Есть страх, что, если не согласиться делать работу без договора, они откажутся и не будут работать. Может ли это опасение быть истиной? Может. А может быть ситуация, что компания поработает, а денег не получит и клиент во второй раз тоже не придет.

Если компания работает без договора, лучше исходить из самого плохого: клиент не заплатит. «Мы давно друг друга знаем, мы друзья» – не аргумент.

Евгений Козунов,

совладелец федеральной сети образовательных центров Юниум (Unium), фестиваля наук WOW! HOW?

Делали для большого международного игрока научно-развлекательное мероприятие. Договор сразу не заключили. Предприятием руководили люди, близкие по духу и ценностям, поэтому опасений не было.

Мероприятие вышло очень затратным: мы потратили несколько миллионов своих денег и ждали оплаты от заказчика. А оплаты всё не было. Через некоторое время близкие люди ушли из руководства, и оплата встала под вопрос, хотя отклик от мероприятия был положительный – его посетила тысяча человек, осталось много фотографий и видео. И никто в России не мог провести такое мероприятие, кроме нас.

В итоге много нервов, но договор мы подписали только через три месяца после мероприятия, а деньги получили через полгода.

По опыту, в начале пути, особенно работая с большими компаниями, предприниматель отказывается «лезть в юридические документы» или защищать права. Как «большая» компания скажет, так и сделаем. Мы же «славные ребята», к чему этот формализм? Это похоже на то, что творится на рынке творческих деятелей: сценаристов, монтажеров, видеооператоров и даже режиссеров.

Алексей Нужный,

режиссер «Громкая связь», «Я худею», сериалов «Ольга», «Толя-робот»

Творческие люди боятся за репутацию. Вдруг, если ты пытаешься спрашивать о своих правах, пойдет молва о том, что ты тяжелый пассажир.

А не надо бояться лоббировать и отстаивать договор. Мне кажется, это от неуверенности в себе, от страха. В начале карьеры есть синдром «хорошего мальчика»: сделаю всё без особых вопросов, меня похвалят, а потом наверняка и заплатят. Цель начинающего творца – признание и уважение. И многие молодые творцы пытаются заполучить это при помощи своего внутреннего хорошего мальчика, удобного, молчаливого, приятного.

Но уважать же будут не из-за того, что ты хороший, а из-за того, что ты сделал классный результат. Синдром «хорошего мальчика» исчезает, когда человек достигает своей цели – видит первые успехи и получает уважение. И человек сразу становится немного неудобным тем, что он защищает свои права.

По моему опыту, самые лучшие продюсеры и работодатели ждут людей, которые будут сражаться. Если творческие люди отстаивают свои права, то они будут отстаивать и свою работу, проект. Умный работодатель найдет язык с таким воином. Воины ориентированы на высокий результат. И умный работодатель тоже. Они не готовы на посредственность: на посредственный договор, посредственное оформление. Им нужен результат высокого уровня на всех стадиях.

Если продюсер или режиссер нацелен на сверхрезультат, ему нужны сверхлюди, которые, скорее всего, будут немного неудобными вот этой своей въедливостью и уверенностью в себе.

С работой без договора есть и обратная сторона. Одно дело – вы исполнитель, взялись работать без договора, всё сделали хорошо и вам теперь не платят. Тут очевидно, что устные договоренности не выполняет клиент. Можно погрустить об этом в «Фейсбуке».

А вот сложнее. Исполнитель и клиент договорились на словах, что проект оплачивается поэтапно. Приходит первый этап, часть работы сделана, оплаты нет. Клиент говорит: «Вы продолжайте, мы оплатим вместе со следующим этапом». Исполнитель отказывается: «Оплачивай, тогда продолжим». Получается конфликт:

● Исполнитель считает, что клиент его подводит, поэтому он имеет право не продолжать работу. Обещали оплатить, не платят – виноваты.

● Клиент убежден, что это исполнитель его подводит, ведь он не продолжает работу. В себе-то клиент не сомневается – он про себя знает, что оплатит всё, просто немного позже. А раз исполнитель теперь не продолжает, то это не мы его кидаем, а он нас. А платить тому, кто нас кидает, тем более нет смысла.

И тут уже исполнитель не только не получает денег, но и бьет по своей репутации: получает негативный отзыв в социальных сетях. А если это был крупный клиент, то это намного хуже, чем остаться без денег. А в реальности неправы оба, потому что не договорились на бумаге.

Рамочный договор и разбиение услуг

Если продаете разные услуги, для работы может подойти рамочный договор. Его суть: стороны договариваются об основных моментах взаимодействия – ответственности, способах коммуникации. А дальше каждый конкретный заказ оформляется отдельной заявкой: в ней будут объем, сроки, стоимость.

В чем плюс схемы: если компания периодически оказывает разные услуги одной компании, пришлось бы на каждую подписывать договор, а потом пускать на согласование. И чем больше компания-заказчик, тем больше было бы кругов согласования, тем медленнее стартовали бы проекты. Рано или поздно решили бы не ждать согласования, а начать без договора, и что-то обязательно пойдет не так, а договора нет… В общем, вы представляете.

При рамочном договоре этого всего не нужно: договор уже прошел по всем инстанциям. Заявки на конкретные услуги согласовывает кто-то один, без излишней бюрократии. С рамочным договором процесс заказа новой услуги упрощается, а это значит, что заказов будет больше.

Схема с рамочным договором подходит, если компания оказывает услуги, например: рекламные, консалтинговые, медицинские, бухгалтерские. А еще для поставки товаров, строительных и ремонтных работ, создания сайтов или фирменного стиля.

Еще есть модель бизнеса, когда компания оказывает долгие и дорогие услуги – например, построение отделов продаж или автоматизация. Услуги хорошие, полезные, но недешевые и требующие внимания от клиента. Из-за этого покупают их редко. Добавьте к этому неочевидную для клиента пользу от услуги, и можно сказать, что продаж почти нет.

В этой ситуации кто-то бы начал лучше рекламироваться, проводить более эффектные презентации, заниматься контент-маркетингом и показывать более впечатляющие кейсы. Но компания сделала так: она разбила свою большую услугу на четыре коротких и сравнительно недорогих этапа. И разрешила покупать их последовательно, а не все разом.

Клиенты пробуют первую часть услуги и видят результат: например, повысилась прибыль. Теперь клиенты убеждены, что стоит продолжить работу, и они готовы купить вторую часть, третью, четвертую. А если появятся новые – то и их тоже.

Понятно, что это не революция в мире маркетинга. Но я решил напомнить об этой модели, потому что она работает. И оформляется юридически совсем по-другому.

Марина Симонова,

основатель University of Business Agility

Раньше у нас был договор на Agile-трансформацию. Он предполагал, что Agile-коучи работают в компании с командой десять дней. Как быстро израсходуются десять дней, мы не знаем, потому что команды разные.

Когда заканчивался объем времени, приходилось заново заключать договор на следующие десять дней, который снова утверждали несколько человек в компании. Сумма договора была на несколько миллионов рублей, и каждый раз приходилось проводить переговоры заново, это отнимало много времени у обеих сторон.

Нам повезло, мы попали к юристам с бизнесовым мышлением, что, к сожалению, редкость в наши дни, они подсказали переделать договор на помесячную работу с лимитом в часах за месяц. И тогда компания не так сильно напрягалась в начале договора: им не нужно было платить за весь объем сразу, они платили только за месяц.

В итоге мы сделали программу с абонентским обслуживанием, увеличив общий чек. При этом компания ежемесячно платила небольшие суммы, видя по часам, куда конкретно инвестируются деньги. Это давало прозрачность лицам, принимающим решение, и сказалось на принятии решения о долгосрочном обслуживании.

В среднем чек взаимодействия с каждой компанией вырос на 30 %.

Автоматическая пролонгация

Если у вас длящаяся услуга или периодическая поставка, можно использовать автоматическую пролонгацию. Это актуально при поставках воды, обслуживании техники в офисах, поддержке сайта, сдаче недвижимости в аренду.

Допустим, договор действует год. Год закончился, надо согласовать новый. Во время согласования начинается торговля. А рынок, конечно же, просел. А даже если не просел, всё равно задержка с согласованием может быть опасной: не будет предоплаты, может сбиться график поставки.

Один из способов этого избежать – автопролонгация, то есть возможность не пересогласовывать договор. Принцип такой: «По умолчанию договор перезаключается, а вот если не хотите продолжать отношения по договору, надо что-то для этого сделать». Держите заклинание для автопролонгации:

«Договор действует до 31.12.2019 и автоматически продлевается на такой же период и на тех же условиях, если ни одна из сторон за десять рабочих дней до предполагаемой даты его расторжения не заявит о намерении его расторгнуть или изменить».

Клиент может не заметить в договоре автоматическую пролонгацию и сильно удивиться из-за внезапного продления договора. Чтобы не испортить отношения, советую обсудить пролонгацию на переговорах при заключении сделки.

Виталий Александров,

совладелец и директор Out of Cloud

Среди клиентов есть международные компании. Заключение договора с международной компанией затратно и трудоемко, потому что нужно собрать в среднем пять – десять подписей на проекте договора. С автопролонгацией мы экономим около 40 часов работы команды.

Скидки и акции в договоре

Кажется, что договор – документ только для описания сделки: один покупает, другой продает. Но ведь договор будут читать разные отделы, в том числе финдиректор и тот, кто распоряжается бюджетом. Здорово использовать эту возможность.

Мое предложение – рассказывать в договоре о скидках, акциях и возможных дополнительных услугах. Например: вы заказываете вот такое, а мы можем еще вот это и это. То же самое со скидкой: покупаете больше, с нас – скидка. Так договор становится дополнительной рекламной площадкой – как буклет, только его прочитают внимательнее.

В законе нет ограничений, поэтому в договоре можно описывать любые акции и скидки. Главное, чтобы описание не стояло в разделе с вашими обязанностями, иначе клиент потребует скидки, не выполняя того, за что вы эти скидки даете. Пусть в договоре будет раздел, который так и называется: «Дополнительные предложения».

Понятный текст договора

Есть стереотип, что в договорах должны быть зубодробительные фразы и цитаты из Гражданского кодекса. Например, как-то так:

«Условия платежа по банковской гарантии: платеж по банковской гарантии должен быть произведен гарантом не позднее 5 (пяти) рабочих дней с даты получения письменного требования бенефициара, дополненного копией платежного поручения, подтверждающего перечисление бенефициаром аванса принципалу, с отметкой банка бенефициара, а также документом, подтверждающим полномочия лица, подписавшего требование по гарантии, без каких-либо возражений со стороны гаранта».

Писать сложно – привычка юристов, а не требование закона. У меня был случай: составил договор и передаю юристу второй стороны, а он мне – «Это несерьезный договор, он на двух страницах, просим предоставить нормальный». Хотя я включил нужные пункты, только, например, раздел о конфиденциальности сделал не на семь листов, а на один пункт. И раздел о форс-мажорах я очень сильно сократил, потому что кажется, что сель и оползень для диджитал-маркетинга – не самый жизненно необходимый пункт. Ну и без «непонятных тошнотворных юридических пунктов, сопровождающихся затяжными причастными и/или деепричастными оборотами в том числе, но не исключительно, обособленными запятыми с двух сторон, если того требует ситуация, а договором и/или законодательством Российской Федерации не предусмотрено иное…».

Мой совет – составлять понятные договоры, для которых не нужен переводчик. Если в договоре вместо «путем перевода денежных средств» написано «перевод денег», суть не меняется. Клиент по-прежнему должен деньги. Это понимаете вы, клиент и, самое главное, судья. Сложные обороты не делают договор сильнее.

И почитайте книгу Максима Ильяхова и Людмилы Сарычевой «Пиши, сокращай», применяйте идеи этой книги в договорах. И своим юристам подарите эту книгу.

Вот три причины, почему понятный договор лучше:

● Договор быстрее согласовывается. Если договор запутанный, клиент отложит его, чтобы заняться чем-то более интересным. Все мы люди.

● Помогает избегать обманутых ожиданий. Не все клиенты читают условия сделки, потому что некогда или слишком сложно. Из-за этого они пропускают важные условия, а потом выясняется, что техподдержка работает только в будни, доставка за семь дней вместо пяти, а скидка только после восьми вечера. Тут начинаются недовольства и разбирательства, и повторных покупок можно не ждать – даже если по договору вы правы. LTV и NPS никто не отменял, а юристы тоже должны работать на увеличение этих бизнес-показателей.

● Суд толкует договор предсказуемо. Если договор замудренный, судья может в нем не разобраться и решит, что клиент тоже не смог разобраться. Возможный итог – судья признает, что сделку следует отменить, клиент подписался «под влиянием существенного заблуждения». Либо суд просто не будет особо разбираться и признает правоту клиента.

На следующем развороте показываю примеры упрощенных фраз. Сравните: всё то же самое по смыслу, юридически верно, но проще понять.

Есть термины, которые нельзя упрощать. Например, может показаться, что «односторонний внесудебный отказ от договора» – синоним «расторжение договора». Но это не так. Это два термина с разными значениями и последствиями. Чтобы понять, что упрощать, лучше посоветоваться с юристом.

Если что-то уже написано в законе и не предполагается, что положение может изменить договор, не надо вписывать это в договор и утяжелять его без надобности. Также не надо переписывать статьи из закона.

Конечно, в жизни может быть задача – сделать договор таким, чтобы в нем никто никогда не разобрался. Но таких ситуаций всё меньше. Да и это совсем другая история: договор не ради реальной сделки, а ради какой-то другой цели.

Действие договора – до начала бесплатного периода

Рассказываю способ для тех, кто предлагает бесплатный пробный период. Возвращаемся к истории, с которой начинал главу:

Доверитель продавал кассовое оборудование для торговых сетей. В комплекте к оборудованию шли программы и обслуживание. Магазины месяц использовали оборудование бесплатно – это был тестовый период. За пять дней до конца теста приходил продавец и предлагал полноценный договор на оборудование, ПО и обслуживание. Хотя у клиента было время убедиться в ценности оборудования, эта схема работала реже, чем хотелось бы.

Сначала пробный период шел без договора, на честном слове. Но однажды доверителю не вернули один комплект оборудования, а второй сломали, и после этого он стал подписывать договор аренды за рубль на тестовый период.

Магазины не читали договор, потому что терять нечего – всё равно бесплатно. Через месяц продавец приходил с новым договором, уже с оплатой. Этот договор включал положения о поставке, лицензии программного обеспечения и обслуживания оборудования.

Некоторые магазины откладывали согласование этого договора. Из-за этого оборудование лишнюю неделю стояло бесплатно, хотя договор еще не подписан. Чтобы сократить издержки, продавец забирал оборудование. Другие магазины решали разобраться с условиями, начинали торговаться, в итоге договор часто оставался без подписи.

Чтобы улучшить ситуацию, мы поменяли момент заключения договора и некоторые его пункты. При этом по сути предложение нашего продавца не поменялось. Условия по смыслу такие:

Магазин получает оборудование на тестовый период после подписания основного договора. В первые тридцать дней он ничего не платит и вправе отказаться от договора в любой момент без штрафа, зато на 31-й день ему приходит счет на оплату следующего периода.

В новом договоре сохранялся пробный период, но бизнес-процесс был устроен иначе. Теперь магазины подписывали единый договор на пробный и платный период, продавец согласовывал его один раз, еще до поставки оборудования. А в этот момент магазины были заметно сговорчивее.

Что проверять в чужом договоре

В главе о переговорах мы обсудим, почему выгоднее предлагать свой проект договора, а не обсуждать чужой. Но бывает, что со своим договором никак не подойти, и тут два пути: читать и мучиться или подписать не читая.

Так же, как при переходе дороги нужно смотреть налево и направо; так же, как при замене розетки нужно отключить рубильник и проверить напряжение тестером, – вот точно так же нужно изучать договор, который подписываешь. Это техника безопасности.

Представьте, что договор – это правила игры, в которую вы собираетесь играть. Вряд ли можно выиграть, если не знаешь правил. Вот мы садимся с вами за стол, я предлагаю вам сыграть в игру «Поставка», цена игры 100 000 рублей. Кто выиграет, тот и заберет деньги.

Вы размышляете: «Ну знакомое слово, вроде честный человек, поиграю». Мы начинаем почему-то играть в шахматы, вы успокаиваетесь, потому что этот процесс вам известен. Но в определенный момент я берусь правой рукой за свою левую руку и говорю, что я победил и забираю выигрыш. Вы удивляетесь, но я вам показываю правила игры и там, в п. 52.3, написано, что, если сделать такую манипуляцию, ты сразу выиграл.

Именно поэтому нужно внимательно изучать договор – правила игры, в которую вы вступаете.

Изучать договор нужно, чтобы отловить невыгодные пункты. Например:

● от вас требуют больше, чем договаривались;

● сроки не те, качество не то, и вообще вам не делают того, что обещали;

● у вас огромные штрафы, а у другой компании – почти никаких;

● вы получаете не то, на что рассчитывали.

Большое заблуждение – думать, что любой договор по умолчанию справедлив, если составлен на бумаге, и что, если в договоре есть какие-то несправедливые формулировки, вас защитит суд. Это не так.

Суд – это далеко не всегда про справедливость. Если в договоре есть какие-то грабительские штрафы и вы на них подписались, суд вполне может признать их законными. Есть ситуации, когда суд встанет на вашу сторону, но я бы на них не рассчитывал. Поэтому договоры нужно изучать. Всегда. Обязательно. А неизученные договоры подписывать нельзя. Никогда. Ни под каким предлогом.

Благо большинство договоров можно легко изучить, даже если это со стороны кажется невыносимо сложным. Я расскажу, из каких блоков состоит договор: они на самом деле логически связаны и всё сильно проще, чем кажется поначалу. Это только запутанное пугает. Давайте распутывать.

Права и обязанности. В договоре есть большой раздел, где описываются права и обязанности сторон (может быть, это будут отдельные разделы). На мой взгляд, права и обязанности – самое важное, что есть в договоре. Разберемся с ними.

Право – возможность что-то сделать: хотите – делайте.

Обязанность – то, от чего нельзя отказаться просто так. Если не выполняешь обязанность, тебя ждет ответственность – наказание за невыполнение.

Вот простая аналогия. Представьте, пришли в ресторан, заказали блюда и оплатили счет. Блюда стоят на столе. Теперь вы можете одно съесть, а другие оставить – это ваше право. Никто не может заставить вас съесть всё, что принес официант.

А теперь вам восемь лет, вы у бабушки. На столе несколько блюд, и пока всё не съешь – не выйдешь из-за стола. В данной ситуации это ваша обязанность.

У меня было так: пока не поешь, нельзя с пацанами играть в футбол. Это ответственность: то, что происходит или не происходит, если человек не выполнил обязанность.

В договоре раздел может выглядеть так:

Бывает так. В разделе с правами много всего хорошего: право на скидку, экспресс-доставку, бесплатную упаковку. Но если обещания только в разделе с правами – считайте, обещаний нет. Обещания становятся обещаниями, если они указаны в обязанностях. Право одной стороны всегда должно перетекать в обязанность другой стороны.

Есть договор между магазином и поставщиком воды. В разделе с правами магазина есть пункт: «Магазин вправе безвозмездно получить подставку под бутылку и помпу, если закажет десять бутылей». В разделе с обязанностью поставщика об этом ничего нет. Магазин заказывает десять бутылей, подставки и помпы нет. «А у меня этого в обязанностях нет!» – говорит поставщик. Суд будет долго разбираться, кто окажется правым, и это вполне может быть поставщик.

Еще примеры. Показываю фразы из раздела с правами заказчика и обязанностями второй стороны по договору.

Право → обязанность → ответственность

Главный вывод предыдущей части – из права одной стороны должна вытекать обязанность другой стороны. Исключений нет: если один вправе получить что-то, другой должен быть обязан это дать или позволить сделать.

Второе правило: для любой обязанности в договоре должна быть предусмотрена ответственность. Она наступает, если обязанность будет не выполнена или выполнена не должным образом, например не в срок. Мы получили цепочку: право первой стороны → обязанность второй стороны → ответственность второй стороны. Так мы подобрались к первой технике чтения договора: читать спринтами.

Обычно при чтении договора бывает такая проблема: сначала читаешь все права одной стороны, потом права другой, затем обязанности сторон. Текст логически не связан, а читатель дезориентирован. Всё приходится держать в голове, а если отвлекли – начинать с начала.

Мой совет – читать спринтами. Представим, что договор заключают заказчик и исполнитель. Читаем первое право заказчика. Дальше не смотрим права заказчика, а сразу идем в раздел обязанностей исполнителя. Находим такую же обязанность исполнителя. Если с обязанностью всё нормально – написано ровно то, что в правах, и вас это устраивает, – идем искать ответственность исполнителя, если он не выполнит эту обязанность. Находим ответственность: если размер штрафа устраивает, спринт окончен. Можно сделать паузу.

Дальше берем следующее право заказчика и повторяем процедуру: право заказчика, обязанность исполнителя, ответственность исполнителя. Наконец смотрим на права исполнителя и на вытекающие обязанности и ответственность заказчика.

Если в ходе спринтов вы не видите нужной обязанности или плохо прописана ответственность, отмечаете пункты или переносите в протокол разногласий. Вот и весь анализ.

Третье правило: обязанность может существовать сама по себе, а не вытекать из права другой стороны. Представим, в договоре написано: «По окончании курса лектор обязан предоставить свои контактные данные слушателям курса». Этой обязанности реально достаточно, чтобы договор исполнялся.

Поэтому если права одной стороны закончились, а обязанности другой стороны еще нет, то допроходим спринтами цепочки: обязанность → ответственность.

Читатель может возразить: «Но зачем вообще права, если обязанность может существовать сама по себе, а право всегда должно перейти в обязанность?» И я разделяю это недоумение: считаю, что почти всегда это излишняя трата времени и бумаги. Права читать стоит тогда, когда есть время и желание.

Лично я читаю цепочку «обязанность → ответственность». Но не говорите об этом юристам, они могут воспринять это как революцию в нашем консервативном юридическом мире.

Если времени совсем нет и по каким-то причинам мне нужно подписать договор здесь и сейчас (выполнено профессионалами, не повторяйте это дома), у меня лайфхак такой:

1. Я смотрю самую принципиальную и желаемую для меня обязанность другой стороны: что я хочу получить от этого договора.

2. Далее смотрю ответственность той стороны: что произойдет, если я не получу то, на что рассчитываю.

3. Затем я смотрю одну свою обязанность, в которой сомневаюсь больше всего. По ней смотрю свою ответственность.

Я считаю это своим собственным MVP – минимально работоспособным продуктом. Дальше можно итерациями просматривать все остальные цепочки, если появилось время. Такой вот юридический lean-метод чтения договоров.

Бывает, что ваша обязанность скрыта каким-то пунктом приложения. Он может звучать так:

«Кроме указанных обязанностей Заказчик обязан выполнить обязанности, предусмотренные разделом 7 настоящего Договора (и Приложением 4 к Договору)».

Если встретили такую фразу, не удовлетворяемся ею и ныряем в условный раздел 7 или Приложение 4, потому что там – вся суть того, что требуют от вас. Оттуда возвращаемся к ответственности к каждой обязанности. В спринте двигаемся до самой сути.

Людмила Норсоян,

владелец бренда инновационного трикотажа Norsoyan, основатель Fashion Factory School

Я была на выставке SPINEXPO в Шанхае. После выставки получила кучу разных предложений, в том числе публиковаться в одном издании. Мне так хорошо о нем рассказали, что я подписала документы и уехала.

Уже в России получаю уведомление: я должна заплатить $2000. Я проигнорировала запрос, потому что не помнила, что покупала на такую сумму.

Через некоторое время позвонила юридическая контора из Швейцарии и пригрозила судом, если не заплачу. Притом что интервью у меня должны были взять где-то в будущем. Я сказала, что ничего подобного не покупала, а они объяснили, что я дала согласие на применение каких-то там правил, размещенных где-то, в которых написано, что я должна заплатить такую сумму. Я оплатила. Я не рассчитывала на такую сумму, но всё же обо мне появилась серия публикаций в китайских и итальянских изданиях.

Кстати, если смириться с мыслью, что нам не нужно прописывать права, а нужны только обязанности и ответственность, можно пойти дальше: не разбивать обязанности по двум сторонам (заказчика и исполнителя). Можно вообще отказаться от идеи, что в договоре должны быть отдельные блоки для заказчика и исполнителя. Расположите все обязанности вместе в порядке их появления по мере исполнения договора. Сначала одна сторона должна сделать одно в такой-то срок. Потом другая сторона должна сделать другое в другой срок. И далее, и далее.

Получится очень приятно читаемый раздел, который можно назвать «Порядок исполнения договора». И это очень четко коррелирует с «Механикой договора» и его визуализацией, о которой я говорил ранее.

Формулировка обязанностей

Суть договора в том, что кто-то берет на себя обязанность что-то сделать. Поэтому чем точнее прописаны обязанности в договоре, тем скорее получите то, что планировали.

Разобраться с обязанностями помогает модель SMART. Ее придумали для целеполагания, но для обязанностей тоже подходит. Расшифровка модели:

● Specific – конкретная.

● Measurable – измеримая.

● Achievable – достижимая.

● Relevant – актуальная.

● Time-bound – ограниченная во времени.

Чтобы договор работал, каждая обязанность должна отвечать критериям SMART. Для этого к обязанности задаем вопросы:

● Кто и что именно делает? – конкретная.

● В чем можно измерить обязанность? Грубо говоря, сколько ее? – измеримая.

● Когда и по какому признаку мы поймем, что эта обязанность выполнена? Как она выполняется? – достижимая.

● Не противоречит ли эта обязанность другим обязанностям в договоре? – актуальная.

● Когда будет выполнена? – ограниченная по времени.

Разбираю несколько примеров.

Бывает, что обязанности ставятся под условие: «Сторона делает так-то после того, как…» Тут важно проверить, чтобы обязанность одной стороны не зависела от действий этой же стороны: человека или компании. Безопаснее, когда обязанность наступает сама либо зависит от действий противоположной стороны по договору.

Пример опасного условия: «При расторжении договора Арендодатель возвращает Арендатору Обеспечительный платеж не позднее пяти дней с момента, когда Арендодатель найдет нового Арендатора». Здесь владелец помещения может не найти нового арендатора или вовсе не искать, и тогда обеспечительный платеж не вернется.

Советую завязывать обязанность на факт, который не зависит от желания или порядочности этой стороны по договору.

Михаил Смолянов,

сооснователь компаний «Мегаплан», «Финолог»

Мы заказывали у компании, которая занимается CPA-маркетингом – сбором заинтересованной аудитории, контакты тех, кто был бы заинтересован в нашем продукте. В интернет-маркетинге это называется «лиды».

Мы хорошо разбирались в теме, поэтому сделали четкое техническое задание: собрать не только данные человека, но и компании, ведь нам нужны предприниматели. И еще указали в договоре, как определяется валидность лида – качество контакта. Правда, не было сроков проверки, например, можно проверять месяц, и оплата только после проверки.

Обязанность компании – «прислать нам Х валидных контактов», и вроде бы всё как надо. Они прислали контакты, мы акты подписали. Заплатили полтора миллиона рублей.

Начали звонить по базе контактов, а оказалось, что в базе липовые данные: исполнители давали школьникам по 150 рублей за регистрацию, а для правдоподобности школьники брали данные любой компании из открытого реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ).

Если вы новичок в сфере, в которой подписываете договор, лучше привлечь предпринимателя или юриста с опытом в этой самой сфере. Потому что за понятными (вроде бы) формулировками могут скрываться нюансы, о которых вы не знали.

Гузель Санжапова,

основатель проекта Cocco Bello

Наша продукция – мед, варенье, ягодные ложки – продавалась в одной известной сети супермаркетов. Но была проблема: они не показывали статистику продаж, кажется, даже сами не вели. Ты сидишь у себя на производстве и не знаешь, когда следующая поставка и какого размера. Гадаешь, нужно ставить в производство продукцию или пока рано.

Хранение складских запасов – дорого, а нужно уложиться в срок поставки по договору. Мы раз произвели под эту сеть много ягодных ложек, а они засахарились из-за жары, пока хранились и ждали заявки. Больше мы с этой сетью не работаем.

Вот пример из фэшн-индустрии. Представим, что вы производите женскую одежду под своим брендом. У вас нет своего производства, вы отшиваете коллекции на чужой фабрике по договору подряда. Если вы при этом еще и предоставляете материал, из которого нужно сшить одежду, то такой договор будет называться «Договор подряда на давальческом сырье» (лучше уж я вам расскажу, что это не страшное название, чем вы потом сами испугаетесь).

Так вот. По договору вы даете эскизы, лекала и сырье, а вам шьют готовую продукцию. И в этом договоре важно прописать процедуру раскроя ткани, чтобы не потратить лишнее сырье. Для этого прописываете, что с вами как с заказчиком должны утвердить схему раскроя. Такого пункта в шаблонных договорах точно не будет, а он сэкономит сотни тысяч на большом объеме.

Ответственность по законодательству России

В договорах встречаются фразы вроде этой:

«За неисполнение условий настоящего договора стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации».

Если сделка заключена в России между российскими компаниями, эта фраза ничего нового не дает. Компании и так несут ответственность по российским законам. Вообще все российские законы автоматически применяются ко всем участникам договора вне зависимости от того, прописали они эту ответственность или нет. Ссылаться на законодательство и тем более дублировать куски законов в договоре – бессмысленно.

Фраза о «законодательстве Российской Федерации» либо абсолютно бесполезная, либо появляется, когда кто-то хочет прикрыть невыгодные условия.

Например, у нас договор аренды. Арендодатель написал много разных штрафов для арендатора, а для себя нет. Поэтому разделы с ответственностью выглядят неравномерно: у арендодателя – маленький, у арендатора большой.

Чтобы визуально уравнять разделы, дописывается длинная фраза о законодательстве России. Ее можно увеличить еще раза в три, но смысла всё равно не появится.

Эту фразу можете дополнить еще юридической мутью и мишурой. Смотрите, магия:

«В случае возникновения неисполнения или ненадлежащего исполнения условий настоящего Договора в рамках выполнения обязательств Арендодателя согласно соответствующим положениям договора и его неотъемлемых частей, в том числе, но не исключительно: приложений, Арендодатель несет ответственность в рамках законодательства Российской Федерации».

Полужирным – единственная осмысленная часть фразы, но и она бестолковая. Если встречаете длинные абзацы и с «законодательством Российской Федерации», советую присмотреться к разделу: нет ли неподалеку невыгодных для вас условий.

Проверочные вопросы для договора

Есть еще одна техника чтения договора – 7W. Это семь вопросов, каждый начинается с W. Техника помогает пройтись по договору и проверить ключевые моменты. Работает так: открываем договор, а рядом – вопросы. Задаем вопрос, ищем в договоре ответ и анализируем, есть ли ответ и устраивает ли смысл.

Главное – не читать договор от начала до конца, а идти по вопросам. Так меньше устанете и больше поймете, кто что делает и зачем.

1. WHO. Кто другая сторона по договора?

Компания, с которой вы были на переговорах, та же самая, что подписывает договор? Она действующая? Не банкротится? Есть ли иски?

У человека, который подписывает договор, есть такие полномочия?

Есть ли у компании необходимые лицензии, разрешения и ресурсы для работы по этому договору?

2. WHAT. Что вы получаете по договору?

Как выглядит результат? Какие у него параметры: вес, размер, количество, форма?

Если это услуга, то в чем выражается конечный результат? Консультация закончится разговором или письменной экспертной справкой?

3. WHEN. В какие сроки?

В какой срок будет результат по договору?

Что влияет на срок?

Какие этапы есть у сделки и в какие сроки проходят?

4. WHERE. Где или в какой форме вы получите результат договора и в каком формате?

Например, ссылка на облако с фотографиями, поставка в подсобку магазина.

5. WHY. Почему действует другая сторона договора?

Что я делаю взамен того, что получаю во втором пункте? Сколько плачу, когда и при каких обстоятельствах?

6. WITH WHAT. Что еще нужно сделать, чтобы получить результат, кто это будет делать и за чей счет?

Например, арендовать студию для фотосессии, закупить материалы для черновой отделки.

7. WHAT IF. Что если что-то пойдет не так?

Кто-то задерживает оплату, поставку и срывает любые другие обязательства по договору. Какая будет мера ответственности?

По поводу «Кто» есть две истории – обе о человеке, который подписывает договор.

Елизавета Хлынина,

директор программы «Практикум Московской школы управления “Сколково”»

Для того чтобы учиться на программе «Практикум», нужно пройти адмиссию. Это беседа, по итогам которой определяется, будет ли полезна программа слушателю, исходя из его целей, задач и проблем, которые стоят перед ним.

К нам пытался попасть молодой человек. С ним побеседовал сначала один сотрудник и отправил его подумать над бизнесом и задачами. Потом он пообщался со мной.

Мы ему отказали в приеме, потому что он не подходил ни по целям, ни по ценностям, ни по запросу. Он начал пугать судами и проверками, но у нас существует Академическая политика – документ, часть оферты, в котором указан порядок отбора слушателей программы. Поэтому мы официально ответили письменно, сославшись на документ. Больше вопросов не было.

Если отсеиваете потенциальных клиентов, пропишите правила такого отсева. Это спасает от претензий. А вот если вы предлагаете людям всякие странности и надеетесь, что они не согласятся, нужно придумывать схему. Об этом – вторая история.

Иван Шестов,

директор коммерческой деятельности и маркетинга «Бургер Кинг Россия»

Ограничения в полномочиях можно использовать в маркетинговых целях. Например, «Бургер Кинг» предложил Ксении Собчак и ее супругу назвать ребенка Кинго. Взамен наша компания должна была платить родителям сто миллионов рублей в год до наступления совершеннолетия ребенка.

Но мы же в своем уме, этой шуткой мы не хотим испортить жизнь ребенку. Поэтому такое предложение было не всерьез. Но родители ребенка теоретически могли согласиться на рекламное сотрудничество. А если бы они согласились, наш офер был бы акцептован и мы не могли бы не заключить такую сделку. И ребенка реально назвали бы Кинго.

Чтобы подстраховаться, предложение о рекламном сотрудничестве подписывал сотрудник, у которого в доверенности прописан лимит сделок: он вправе подписывать сделку до миллиона рублей. Поэтому, даже если бы родители подписали соглашение, оно не было бы реализовано.

Посмотрим на What – то, что вы получаете по договору. Результат может быть не только в виде работ, услуг или товара, но еще в виде денег. Вы по договору что-то делаете, а вам за это платят. И вот эти деньги будут вашим What, поэтому здорово максимально конкретизировать процесс получения денег.

Максим Батырев,

основатель Batyrev Consulting Group, автор бестселлеров «45 татуировок…»

В контракте с организатором моих мероприятий не было указано, как я получаю деньги: одним платежом или частями. Вместо этого просто срок – не позднее Х дней с определенного момента.

Я и представить не мог, что в этом может быть проблема, но в итоге организатор платил траншами после каждого дня покупки билетов на мероприятие. И я получил несколько десятков платежей по 3000–5000, и еще каждый раз за вычетом его комиссии. Мы потратили много времени на арифметику этих платежей.

С тех пор у меня в договоре указано не только в какие сроки, но и в каком порядке перечисляется оплата.

По примеру Стивена Кови у моего метода тоже появился 8W.

8. WTF. В каких обстоятельствах другая сторона может изменить что-то в договоре в одностороннем порядке? (WTF, собственно.) В каких пределах может быть изменение? На основании чего может быть изменение?

Например, арендодатель в одностороннем порядке может изменить сумму аренды, а ремонтная бригада – стоимость работ.

Дмитрий Сосунов,

финансовый директор «Л’Этуаль»

Необходимо обращать внимание на пункты в кредитном договоре о праве банка повышать процентную ставку. Банк обязательно прописывает этот пункт как безусловное одностороннее право. Но можно договориться о разумном компромиссе, например ограничивая повышение пропорционально росту ключевой ставки или индекса потребительских цен. Если макроэкономика ухудшается, банки начинают резко повышать ставки по выданным кредитам в одностороннем порядке или требуют досрочного возврата денег от своих заемщиков, чтобы рассчитаться по своим долгам. Российский заемщик попадает в затруднительное положение – рынок падает, клиентов становится меньше, проценты по кредитам больше, начинаются проблемы с невыплатой процентов, и это может привести к быстрому банкротству.

Поэтому читаем кредитный договор с банком, понимая принципы поведения в кризис и оценивая, какие пункты договора могут позволить банку потребовать деньги ранее срока и как можно пункт перефразировать, дабы этого не допустить.

Да, если вы маленький, вы не можете повлиять на условия договора с банком, но вы можете отказаться или держать в голове условия досрочного возврата и не допустить ситуации, позволяющей банку потребовать возврат всей суммы раньше срока.

Главный совет – читайте договор. Разбирайтесь, анализируйте, спрашивайте совета юристов, главное – не игнорируйте.

Всегда есть соблазн закрыть глаза и нырнуть в омут с головой, мол, будь что будет. Я, как юрист, советую нырять только в предварительно обследованные омуты в сопровождении профессионалов.

Арендатору: что проверить в договоре аренды

Знакомый предприниматель снимал помещение под офис. Снимал какое-то время, всё было в порядке. А потом пришел Департамент городского имущества Москвы и выгнал из помещения. Деньги за оплаченную аренду не вернули.

Чтобы подобных историй с вами не случалось, в этой главе поговорим о договорах аренды. И для начала сразу небольшое рассуждение.

В этой главе будет много предложений и советов, что должно быть в вашем договоре аренды. Читая этот текст, вы подумаете: «О нет, это слишком сложно, мне в жизни всё это не разрешат, и вообще проще согласиться на стандартные условия, чем бороться за свои права». Я понимаю вас и вот что могу по этому поводу сказать.

По моему опыту, помещений для аренды больше, чем арендаторов. Особенно когда мы говорим об офисе или месте под производство: вы, арендаторы с деньгами, нужны арендодателям больше, чем они нужны вам. Да, у них есть имущество, которого у вас нет. Но сейчас оно стоит пустым, они платят за его обслуживание, и, пока вы его не сняли, оно генерирует для них убытки. Они нуждаются в вас, а не наоборот.

Второй момент – что легче. С одной стороны, договариваться о нужных вам условиях тяжело. Арендодатели могут быть неприятными, резкими людьми, и хочется скорее от них отделаться. Но представьте, каково потом будет, например, постоянно платить за навязанные вам услуги. Или ютиться в помещении, где вам не дают нужную мощность в розетке; или не иметь возможность повесить свою вывеску. Взвесьте, насколько сложнее будет справляться с последствиями невыгодной для вас аренды.

И снова: не это помещение – так другое. Вы найдете помещение с нормальным арендодателем. Лучше лишний месяц искать помещение с нормальным договором, чем за неделю въехать на невыгодных для вас условиях.

Кому принадлежит помещение. Арендатор может снимать помещение напрямую у собственника, а может – у другого арендатора. Последний случай называется субарендой. Но в обоих случаях мы должны проверить, есть ли у арендодателя право на сдачу помещения. Его запросто может не быть.

Если аренда от собственника, задача – проверить, точно ли это собственник. Для этого запрашиваем выписку из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН): в ней указывается, кто владеет помещением. Если в выписке есть имя человека, который представляется собственником, или наименование компании-собственника, то всё в порядке.

В выписке из ЕГРН также указываются обременения – это некоторые ограничения, которые могут быть наложены на помещение, о них поговорим чуть ниже.

Субаренда. Теперь рассмотрим случай с субарендой. Это когда вам сдает помещение человек или компания, которые сами арендуют это же помещение у собственника. Такое бывает, когда, допустим, компания сняла помещение с большой площадью и сдает его по частям, чтобы заработать.

Если снимаете в субаренду, вам нужно будет проверять два договора: ваш договор с субарендодателем – всё, что написано в этой главе. А еще проверяйте тот договор, по которому помещение снимает ваш субарендодатель. Тот может всячески противиться и не давать посмотреть этот договор, но сдаваться нельзя. От проверки этого договора зависит, с какой вероятностью вас могут выгнать из помещения собственники.

Тут действует такой принцип: если у вашего субарендодателя нет договора на аренду помещения, то не важно, что написано в вашем с ним договоре. Договор никак вас не защищает, потому что он считается незаключенным. А если договор аренды есть, то нужно выяснить объем полномочий субарендодателя по нему.

Поэтому критически важная задача – убедиться, что по своему договору субарендодатель вправе пересдавать это помещение в субаренду. Важен срок договора аренды, потому что срок вашей субаренды не может быть больше срока первоначальной аренды.

Противиться дать договор могут из-за раскрытия внутренней кухни: вы увидите первоначальную цену аренды, а этого субарендодателю не хотелось бы. Поэтому подскажите ему замазать цену в скан-копии договора и отправить его вам.

Еще совет. Чтобы не было споров из серии «Вы платили не арендодателю, а кому-то непонятному», переводите деньги за аренду так:

● только с того счета, с которого вы официально ведете бизнес;

● только на тот счет, который указан в договоре;

● в основании платежа всегда указывайте номер договора, адрес помещения и период.

Если по договору помещение сдает ООО «Светелка» – значит, переводим «Светелке», а не другой компании и тем более – не какому-то человеку на его личную карту по номеру телефона. О наличке вообще молчу: потом ничего не докажете и еще останетесь должны.

Бывает, что недобросовестные арендодатели просят перевести арендную плату «аффилированному юридическому лицу из нашей группы компаний». Вот так лучше не делать, это рискованно: потом не докажете, что платили по своему договору и именно арендодателю. А у того, в свою очередь, появляются формальные основания вас выгнать из помещения.

Если нужно платить аффилированному юрлицу – хорошо, пусть он будет в вашем договоре как получатель платежа.

Обременения. У помещения могут быть ограничения по использованию, например, оно арестовано из-за долгов собственника. Помещение может быть под ипотекой, а собственник – в процессе погашения кредита. Такие ограничения называются обременением.

Допустим, ресторан подписал договор аренды на срок больше года, а потом выяснил, что на помещении арест. Из-за ареста он не сможет зарегистрировать договор, при этом без регистрации договора аренды нельзя получить алкогольную лицензию. Всё упирается в обременение.

Арест – повод поставить под сомнение необходимость аренды этого помещения. Если арест наложен из-за судебного спора за это помещение и в этом споре выиграет не ваш действующий арендодатель, придется забирать деньги у одного арендодателя и договариваться с новым. Угадайте, с какой охотой старый арендодатель вернет вам деньги.

Есть обременения, которые необязательно мешают работе. Например, ипотека. При ипотеке можно регистрировать договор, но, возможно, нельзя будет сделать и узаконить перепланировку. Это зависит от договора с банком.

Чтобы обременение не помешало работе, советую узнать о нем до подписания договора. Закажите выписку из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) по этому помещению, там указываются обременения.

Метраж. Вам уже знакома эта история: компания арендовала мансарду на 200 квадратных метров. Сделали ремонт, работали, и всё было в порядке. А потом внезапно пришел Департамент городского имущества Москвы, выгнал компанию-арендатора, опечатал помещение и повесил замок. Оказалось, что по договору компания снимала помещение на другом этаже, да еще и не 200 квадратных метров, а 20.

Это еще не всё: у арендодателя, который сдавал мансарду, не было на нее прав, она принадлежала городу. Поэтому департамент заблокировал доступ в помещение.

Советую проверять, что написано в договоре о метраже и местонахождении помещения на поэтажном плане, и сравнивать с тем, что вы в реальности снимаете. Не забывайте прикладывать к договору аренды поэтажный план с выделенным арендуемым помещением.

Бывает такое, что фактическая площадь аренды устанавливается после ремонта. Если так, прописывайте в договоре порядок определения площади. Например, входит ли в аренду площадь колонн, внешних стен, помещений общего пользования.

Цель использования. В договоре аренды может быть указано, под какие цели сдается это помещение. Сопоставьте это со своими видами услуг или производства. Укажите несколько возможных целей использования. А если у вас есть определенные требования к помещению, то их обязательно следует указывать в договоре.

Допустим, ресторану нужно определенное напряжение в сети и определенная вытяжка, а их в этом здании нет и сделать нельзя. Если арендодатель утверждает, что с мощностями всё в порядке, фиксируйте обязанность арендодателя в договоре. Это спасает от недоразумений: «Я такого не обещал» и «Я неправильно вас понял, думал – просто розетка и вытяжка в окно». Если требование есть в договоре, то это будут расходы арендодателя, а если нет – то ваши.

Режим использования. Если используете помещение круглосуточно или по выходным и арендодатель на это соглашается на переговорах, пусть в договоре будет такое условие. При этом советую указать, что арендатор не несет дополнительные расходы на охрану, администрацию здания и какие-то другие фантазии арендодателя.

Ввод в эксплуатацию. Обратите внимание на статус здания. Может быть так: компания заплатила за аренду, а въехать не может. Оказывается, здание новое и внешне с ним всё в порядке, а по документам оно еще не введено в эксплуатацию. Юридически этого здания не существует, как и помещения, за которое вы заплатили. Получается, деньги потрачены, а переезжать, делать ремонт и эксплуатировать нельзя. Обязательно запрашивайте копию разрешения на ввод в эксплуатацию, если здание построено недавно.

Проходимость и якорные арендаторы в торговом центре. Вот компания думает, стоит ли арендовать помещение в торговом центре. Арендодатель рассказывает о невиданной проходимости, о соседях – якорных арендаторах, которые поднимают посещаемость магазина на небывалую высоту. Это отличные новости, но их лучше записать в договоре. Буквально всё: арендодатель обещает «Ашан» на вашем этаже и в вашем крыле – отлично, пусть обещание останется в договоре. За нарушение обещаний есть ответственность, например снижение арендной ставки или право за неделю и без санкций расторгнуть договор и съехать.

Возможно, вы думаете: «Да мне никто не даст менять договор, он же стандартный для всех». Может, и так, а может, и получится. Гарантия бывает, только если не попробовать – тогда точно не получится. А если попробовать, то есть вероятность, что ваши условия попадут в договор. Тут помогают переговоры.

Есть полезный принцип: кому больше надо, тот и идет на уступки. Если вы умеете заинтересовать арендодателя и при этом не выдать свой интерес, то какие-то части договора точно получится изменить. Скоро об этом еще поговорим.

Условия приема и передачи помещения. Допустим, ваша компания готова въехать в помещение. Первый шаг – зафиксировать его состояние: есть ли отверстия в стенах, в каком состоянии ламинат, есть ли ржавчина на трубах – любые повреждения. Это понадобится, чтобы избежать доплат за ремонт, когда будете возвращать помещение.

Состояние помещения записывается в акт приема-передачи. Это документ, в котором фиксируется, какое помещение передается, кто осматривает, каково текущее состояние помещения. Обязательно – дата осмотра. Готовый акт подписывается в нескольких экземплярах и хранится у каждой стороны вместе с договором аренды.

Советую на осмотр брать фотоаппарат: фотографии станут доказательствами при споре, из-за кого появились отверстия от крепежей в стенах. Если используете фотоаппарат, напишите об этом в акте: марку и модель фотоаппарата, количество фотографий и названия – обычно это файлы под порядковыми номерами. То же самое, если снимаете на телефон.

Если фотоаппарата нет, описываем словами: там-то и там-то отсутствует напольное покрытие, площадь ориентировочно такая. Отверстия такие-то, в таком-то количестве, предположительно от таких-то вещей (мебель, оборудование). Вот тут пятно, вот там неисправная розетка и т. д.

Чем подробнее опишете всё, что сломано и испорчено в помещении при въезде, тем меньше будет споров при выезде из помещения. Если поломка была до вас, платить не вам.

Вот общая фраза, которая вас не защитит: «Комната А требует косметического ремонта».

А вот более конкретная фраза, которая защищает:

«В комнате А:

● установлен, но не работает кондиционер; отсутствует пульт;

● имеются следы и отверстия на всех стенах от ранее установленного, а затем демонтированного оборудования;

● пятно на потолке, диаметр примерно метр, правый дальний угол от входа;

● имеются отверстия в ламинате от демонтированных временных стен-перегородок;

● повреждено стекло во внутренней раме (второе слева в нижнем ярусе);

● не работает розетка справа от входа, на розетке присутствуют следы гари;

● вздулся ламинат в левом ближнем углу ко входу».

Помещение должны осматривать минимум два человека – со стороны арендодателя и арендатора. Арендодатель не может в одиночку осмотреть помещение, написать в акте, что всё в порядке, а потом требовать деньги за ремонт стен. Но и арендатору не стоит осматривать помещение единолично: вам нужна подпись арендодателя, чтобы подтвердить описанное.

Обычно в договоре есть фраза о том, в каком состоянии надо вернуть помещение. Что-то вроде: «Привести помещение в первоначальное состояние». Если планируете ремонт, можно предусмотреть, что эти изменения станут «неотделимыми улучшениями». Это значит, что можно не возвращать всё как было и ничего за это не платить.

Реклама и навигация в торговом или бизнес-центре. Обычно на фасаде и внутри здания есть вывески, информационные доски и баннеры с названиями компаний. Если планируете их размещать и арендодатель не против, советую это «не против» прописать в договоре.

Чаще всего в договорах есть фразы типа: «Арендодатель предоставляет возможность размещения». Так можно, но арендодатель может потом сказать: «Возможность я предоставлю, но размещение нужно дополнительно оплатить». Чтобы не нести эти расходы, лучше прописать конкретно: «Арендатор в счет арендной платы размещает вывеску такого-то размера там-то со своим логотипом на такой-то срок». Это на случай, если арендодатель передумает или появится конкурент, кто заплатит за размещение своей вывески. Расположение вывески и информационных досок здорово отметить на плане здания и приложить к договору аренды.

Система пожаротушения. В помещении должна быть система пожаротушения, и это следует требовать от арендодателя. У системы есть видимая часть – небольшой белый цилиндр на потолке. Советую прописать в договоре аренды, что за ее установку, обслуживание и соответствие требованиям законов отвечает арендодатель. Если начнется пожар и она не сработает, платить будет арендодатель. Или если придет проверка МЧС и выяснится, что система неисправна или размещена неверно, – это не должно быть вашей проблемой.

Важно понимать, что система пожаротушения в торговых и бизнес-центрах обычно единая для всего здания, поэтому арендатор физически не может сделать ее сам. По крайней мере это можно использовать как довод на переговорах. Ваше желание, чтобы за систему отвечал арендодатель, логично, правильно и законно.

Срок аренды. Договор аренды бывает долгосрочным и краткосрочным. Краткосрочный заключается на срок до года, долгосрочный – на год и дольше. К ним разные формальные требования, и они открывают разные возможности – например, долгосрочный обязательно регистрируется.

Среди арендаторов ходит слух, что «все на рынке» заключают договоры на 11 месяцев, а потом договоры пролонгируют. А на долгосрочные никто из арендодателей не соглашается. Это не так. Многие успешные предприниматели из ритейла и ресторанного бизнеса принципиально не подписывают краткосрочных договоров аренды. Среди них: «Мосигра», «АндерСон», «Додо Пицца», «Леонардо».

Я спрашивал крупные компании, что они делали в начале, когда не были еще такими большими и известными. Они отвечали то же самое: занимали принципиальную позицию и подписывали только долгосрочные договоры. Когда узнавали, что помещение сдается только 11 месяцев, отказывались и искали дальше. Так сложнее найти помещение и сложнее договориться с арендодателем, но это реально.

У долгосрочного договора аренды три плюса: стабильная цена, непрерывность и возможность получить лицензию.

Стабильная цена. Допустим, ресторан снимает помещение уже пять лет, но раз в год подписывает договор на 11 месяцев. И каждый год арендодатель поднимает цену. Все аргументы в его пользу: ресторану это помещение нужнее (налажен поток клиентов), если не продлить договор – они будут обязаны съехать, поэтому скорее согласятся на повышение цены.

Увеличение цены арендодателем в 11-месячном договоре абсолютно не ограничено. На шестой год он может поставить цену в три раза выше, чем в предыдущий период, и ничего при этом не нарушит. Не нравится – выезжайте. А в долгосрочном договоре лучше прописать, что арендодатель может увеличить цену только один раз в год и не более чем на столько-то процентов.

Непрерывный договор. Если договор на пять лет и арендатор не нарушает условия договора, арендодатель не сможет просто так расторгнуть договор – об этом можно отдельно написать.

А вот при краткосрочных договорах бывает так. Представьте, что вы кафе, у вас договор на 11 месяцев. Дела идут хорошо, и владелец помещения видит, что поток клиентов есть, а бизнес процветает. Зачем зарабатывать только на аренде, когда можно заработать еще и на ресторанном бизнесе? Когда договор подходит к концу, арендодатель прощается с вами. А на ваше место встает сам или сдает другому кафе, которое готово платить больше. Поток клиентов есть, место известное – арендодатель в выигрыше, а вам начинать всё с начала.

Возможность получить лицензию, например, на алкоголь. Долгосрочные договоры аренды регистрируются в Росреестре, а регистрация – обязательное условие для лицензии. Нет зарегистрированного договора – нет лицензии.

Еще совет. Пропишите в договоре такое: если по каким-то причинам, которые не зависят от арендатора, договор аренды нельзя зарегистрировать в Росреестре, арендная ставка на период без регистрации снижается. Вы ведь недополучаете доход. Можно зафиксировать в договоре коэффициент для снижения.

На преимущества краткосрочного и долгосрочного договоров аренды есть и другая точка зрения. Если по каким-то причинам ваша модель бизнеса такова, что вам нужны помещения, которые другим не нужны, то у вас как арендатора сильная позиция и вы можете ее использовать в краткосрочной аренде.

Например, вы готовы занимать помещения в подвалах и на чердаках, в глубинах промзон, где не ступает нога человека. Обычно эти помещения простаивают. Тогда при краткосрочном договоре вы можете каждый раз продавливать всё более выгодные для себя условия: говорите, что вам здесь невыгодно и вы готовы съехать. Выбирая между пустым помещением и помещением на немного менее выгодных для себя условиях, арендодатель, скорее всего, выберет второе. Это редкое исключение на рынке аренды, но такое тоже бывает.

Барно Турсунова,

совладелец сети умных автосервисов «Вилгуд»

Мой опыт – краткосрочные договоры аренды были эффективнее. Во-первых, в долгосрочных договорах сразу планируется и часто реализуется повышение цены на 5–7 % каждый год, а в краткосрочных такого нет. Во-вторых, перезаключение договора держит в тонусе и меня, и арендодателя.

Может, мне везет на помещения, но я каждый раз при продлениях еще что-то дополучаю новое, например еще немного площади за те же деньги, либо снижаю арендную ставку. Но тут важно снять иллюзии: арендатора лучше, чем «Вилгуд», они не найдут. Мы располагаемся на второй линии, где классические автосервисы не выживают, потому что к нам с улицы спонтанно не приезжают, всё по записи через сайт, поэтому локация нам некритична.

Всё же мой совет – подписывать долгосрочный договор аренды, на пять-семь лет. При этом без права арендодателя расторгнуть досрочно договор, если арендатор ничего не нарушил. А у вас право досрочного расторжения должно быть.

Регистрация договора. Если договор действует больше года, его надо зарегистрировать в Росреестре. Для своей экономии перекладывайте расходы на регистрацию на арендодателя. Или хотя бы делите расходы пополам. Это тоже нужно прописывать в договоре аренды. Еще может понадобиться вызов специалистов БТИ, подготовка кадастрового паспорта и других документов. Об этих расходах тоже нужно договориться с арендодателем.

Автопролонгация. Если у вас краткосрочный договор, предлагаю облегчить себе жизнь. Для этого выбираем упрощенный процесс пролонгации – автопролонгацию. Схема работает так: заканчивается срок договора, но вы не тратите время на встречу, согласование и подписи нового договора. Вместо этого оплачиваете следующий месяц аренды, и договор продлевается на следующий срок. Чтобы автопролонгация сработала, прописываете такое условие: «Если ни одна из сторон за 15 дней до окончания договора не сообщила о своем отказе от продолжения арендных правоотношений, договор пролонгируется на тех же условиях и на тот же срок».

При этом свое право внесудебного отказа от договора обязательно зафиксируйте в договоре. Еще советую записать нужную дату в календарь, чтобы не потеряться в делах и освободить помещение с минимальными издержками.

Состав арендной платы. Кажется, что арендная плата – цена за квадратный метр. Но это может быть далеко не всё. В арендную плату могут входить постоянные и переменные платежи. Постоянные – это как раз цена за квадратный метр. Среди переменных расходов может быть что угодно:

● коммунальные платежи;

● эксплуатационные платежи, например за охрану, сигнализацию, уборку;

● маркетинговые взносы;

● процент с прибыли или даже с оборота – обычно в торговых центрах;

● полис страхования гражданской ответственности и имущества.

Чтобы заложить в расходы актуальную стоимость аренды, перед подписанием договора уточните, какие переменные платежи придется платить и сколько это в рублях. Часто о них забывают, а потом сюрприз. Вам арендодатель может говорить, что «это всё индивидуально и будет зависеть от того, сколько вы нажгете электричества». Не покупайтесь на этот довод и предложите посчитать по средним показателям потребления. Или просите установить индивидуальные приборы учета в помещении. Как итог, при заключении договора аренды вы должны примерно понимать сумму постоянных и переменных составляющих арендной платы.

Если в счет аренды вы платите комиссию с оборота, есть совет. Во-первых, задумайтесь, а так ли вам нужно это помещение. Процент с вашего оборота как форма платежа арендатора меня всегда удивлял своей кабальностью. А во-вторых, если вы все-таки решились, то пропишите в договоре, что вы исключаете из дохода:

● стоимость товаров, которые возвращают покупатели;

● доход с продаж подарочных карт;

● доходы с продаж на других локациях, например с интернет-магазина или другой точки вашей сети.

Так компания снизит размер арендной платы и избежит лишних споров, потому что условие будет в договоре.

Переменные платежи зависят только от контролируемых вами показателей. Никаких средних по этажу, подъезду и району. Настаивайте на том, чтобы в формулы расчета входили только те показатели, которые напрямую вытекают из ваших действий.

Валюта. Если снимаете помещение в аренду в России, а платите в иностранной валюте, задавайте коридор курса обмена валюты на рубли. Это поможет стабилизировать финансовое планирование в случае, если валюта подскочит.

Пример формулировки для договора:

«Условные единицы – условная финансовая величина, равная рублевому (РФ) эквиваленту 1 (одного) доллара США по курсу ЦБ РФ на день соответствующего платежа, но не более 65 (шестидесяти пяти) рублей РФ за одну условную единицу».

Дата оплаты. Обычно арендные платежи вносятся в предыдущем месяце за следующий: оплату за март перечисляем в конце февраля. Если у вас такой формат оплаты, это можно использовать для переговоров. И вот почему.

Арендодатели берут обеспечительный платеж или депозит за последний месяц аренды. Исходя из объяснений арендодателя, эти деньги он заберет себе, если арендатор сбежит без оплаты. Но оплата за следующий месяц не позволяет вам просидеть месяц в помещении и сбежать без оплаты – ведь вы платите за месяц вперед, у арендодателя нет риска. Это рабочий довод, чтобы сократить или вообще убрать обеспечительный платеж.

С НДС или без НДС. Если вы плательщик НДС, вам выгоднее работать с теми, кто тоже платит НДС. Поэтому можно уточнить, какая система налогообложения у собственника помещения. Вдруг у вас несколько хороших вариантов, а разница только в НДС. Тогда можно сэкономить.

Для НДС важно прописать в договоре условие о снижении арендной ставки в случае, если собственник перестал быть плательщиком НДС либо если произошла смена собственника, а он работает без НДС. В этом случае арендная ставка уменьшается на процент, схожий с НДС. Это тоже способ сэкономить.

Величина повышения. Обычно величину повышения арендной ставки ставят в зависимость от инфляции. Вопрос, как ее посчитать. Советую для расчета величины повышения отталкиваться от индекса потребительских цен, который публикует Центробанк.

Еще такой вариант – указать верхнюю планку изменения цены. Пример формулировки:

«Арендодатель может изменить размер арендной платы не чаще одного раза в год (с даты начала действия договора и далее ежегодно) на индекс потребительских цен, но не более чем на 4 (четыре) % (процента) от прежнего размера арендной платы».

Время повышения цены. Повышение ставки часто привязывается к подписанию договора или началу года. Например, каждое 1 января ставка повышается на 10 %. Но так делать необязательно.

Лучше привязывать повышение ставки к особенностям бизнеса, например пику сезона, когда больше свободных денег. Или к окончанию ремонта, когда компания начинает работать.

Как вариант: исключить из оплаченного периода время вынужденного простоя. Допустим, в районе карантин и закрылись школы, а ваш бизнес – дополнительное образование для школьников; или у вас кафе, а администрация города снова перекладывает плитку, и перед входом в ваше заведение улица перекопана и стоят строительные леса. Так арендатор сможет выиграть несколько дней, недель или даже месяцев.

Есть подвох с договором на 11 месяцев. В таком договоре есть фраза типа: «Повышение один раз в год». Если такая фраза есть, арендодатель вправе поднять цену два раза: за период действия договора и после того, как закончится предыдущий договор, в момент заключения нового договора.

Допустим, текущий договор заканчивается в ноябре. Арендодатель может повысить цену до ноября один раз. А потом в декабре между вами же возникает формально новый договор, а значит, цена в новом договоре может быть совершенно любая, какую захочет арендодатель.

Илья Криворот,

генеральный директор компании «Республика»

Об ошибке в 5 млн рублей. Мне удалось договориться с торговым центром о снижении аренды: я сказал, либо мы уходим, либо арендодатель снижает ставку. Это подействовало, и ставку снизили.

Дальше передали договоренность юристу, и он составил документ, где прописывалась новая ставка. Сотрудники сказали, что в документе ничего нового, только мои договоренности с арендодателем, и я решил не читать.

Оказывается, пункт об уменьшении аренды привязали к заключению нового договора и на невыгодных для нас условиях. А выяснилось это, когда надо было перезаключать договор. Нам пришлось съехать.

Обычно дата повышения аренды – это начало года или первые дни переподписания договора. Можно поступить иначе и договориться так: аренда если и повышается, то один раз в год: в месяц, на который приходится пик продаж, когда больше свободных денег.

Возможность выбора поставщиков услуг. В каждом помещении есть поставщики услуг – клининг, интернет-провайдер, охрана. Редко кто из арендодателей прописывает поставщиков в договоре, мол, мыть офис будут только «Чистые полы», потому что они моют весь офис, а компания принадлежит племяннику собственника помещения. Зато такое часто проговаривается на встрече: кто-то намекает, а кто-то прямо говорит о том, что в этом здании конкретные поставщики услуг и договор нужно заключить только с ними.

Так вот: если в договоре аренды нет требований выбирать конкретных поставщиков и у вас есть более выгодные сторонние поставщики, отлично – выбирайте их. У вас нет обязательств выполнять устные требования. Это кажется мелочью, но, если вы собираетесь находиться в помещении долго, свои поставщики помогут сэкономить.

Депозит или банковская гарантия. Все привыкли, что арендодатель просит обеспечительный платеж или депозит. Обычно это арендная плата за один-два месяца. А бывает и три, и четыре, и шесть. Это, конечно, не имеет ничего общего с логикой и здравым смыслом. Если снимаете помещение на пять лет, все эти пять лет арендодатель держит у себя ваши деньги. Получается, вы кредитуете арендодателя за свой счет, ничего не получая взамен.

Еще эти деньги чертовски сложно вернуть. Маловероятно, что арендодатель получил ваш депозит и отложил его в сейф. Скорее всего, он этот ваш депозит давно потратил, поэтому возвращать его будет из своих денег, а это всегда болезненно. Проще найти какой-нибудь «ущерб, причиненный арендатором помещению» или выставить штраф за «нарушение договора аренды и/или правил пользования помещением» и на этом основании удержать весь депозит.

Мой совет – вести переговоры, а не соглашаться на установленный размер обеспечения сразу. Сначала узнаем, какие риски закрывает арендодатель: зачем ему обеспечительный платеж, в каких случаях и в каком порядке он собирается из него удерживать деньги.

Если имеется в виду, что это страховка от порчи имущества, впору проверить, что же там за имущество такое золотое. Бывает, арендатор заходит в помещение на состоянии «бетонная коробка», а с него берут трехмесячный депозит за «сохранность помещения в исходном виде». В случае бетонной стяжки ничего испортить на сумму трех арендных платежей нельзя. Поэтому это нужно обсуждать и размер обеспечения снижать.

Депозит может гарантировать оплату аренды, но тут тоже есть варианты. Если платите вперед, арендодатель и так защищен. Если компания не внесет оплату за следующий месяц, арендодатель закрывает доступ в помещение – и готово.

Нет никаких «установленных на рынке» размеров депозитов. И уже тем более депозиты в «среднем не равны двух– или трехмесячным» арендным платам. Своим доверителям советую всегда задавать вопрос, что именно гарантирует депозит, и искать способы гарантировать то же самое, но дешевле.

Кроме беспощадного депозита существует такой более гуманный инструмент, как банковская гарантия, – это когда банк поручается за вас: если арендодатель не сможет погасить арендную плату, это сделает банк.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

Мы скептически относимся к депозиту: о двух– или трехмесячном депозите в принципе не может быть и речи; одномесячный размер арендной платы иногда оставляем.

В большинстве случаев мы делаем банковскую гарантию, она дешевле, чем деньги, отданные на десять лет арендодателю.

Ключевое здесь – не соглашаться на депозит просто так. С одной стороны, вы понимаете опасения арендодателя и хотите пойти ему навстречу. С другой – вы не хотите отгружать самосвал денег просто потому, что так сложилось на этом рынке. «Защитить интересы арендодателя в части сохранности помещения» – не вопрос. «Просто дать ему много денег, которые он сразу потратит» – скорее нет.

Возможность зачесть депозит за последние месяцы. Если придется оставлять депозит, предусмотрите в договоре, что он зачитывается за последний месяц аренды. Кажется, что это само собой разумеющееся, но чаще всего в договорах нет этого пункта, а само по себе это не считается.

Срок возврата депозита арендодателю. Какая-то неадекватная, но частая норма – возврат в течение 30 дней. Что получается: вот компания выехала из помещения, подписала акт приема-передачи, и должен пройти месяц, прежде чем она получит свой депозит.

При этом о переезде компания предупредила за два-три месяца до самого переезда. Это не спонтанное событие. У арендодателя было время собрать деньги и вернуть депозит. Поэтому нет логики в том, чтобы делать срок возврата сколько-нибудь значительным: три – пять рабочих дней вполне сгодится. Торгуйтесь. Например: «Если вы хотите возвращать деньги месяц, то мы должны предупредить об отъезде не за три месяца, а за два».

Удержание. В большинстве договоров аренды арендодатель вправе в одностороннем порядке удерживать штрафы из депозита, причем без разбирательств. Может казаться, что это такая деловая традиция и ее надо уважать, но на самом деле это очень плохо.

Вот арендодатель решил, что арендатор сделал что-то не то. Он официально забирает деньги себе, а арендатору пишет уведомление в духе: «Пополнить депозит, потому что он ушел на погашение штрафа». Какого штрафа? За что? А где доказательства? Арендодатель имеет право не отчитываться по этим вопросам, а просто списать деньги.

Если такое встретили в договоре, настаивайте на разбирательствах – это называется претензионный порядок. Вы как бы не против того, чтобы интересы арендодателя были защищены, но это не должно быть одностороннее списание. В договоре может быть такая фраза:

«Арендодатель вправе удерживать штрафы и пени по Договору из обеспечительного депозита Арендатора в порядке, предусмотренном настоящим пунктом. Арендодатель обязуется уведомить письменной претензией о выявленном нарушении Договора Арендатором.

Арендатор вправе в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента получения претензии направить Арендодателю аргументированный ответ на претензию. По истечении 1 (одного) рабочего дня с момента получения ответа на претензию либо с момента окончания срока на предоставление такого ответа Арендодатель вправе в одностороннем порядке удержать штрафы и пени за счет обеспечительного депозита, если считает доводы Арендатора несостоятельными. Принятое Арендодателем решение Арендатор имеет право обжаловать в суде».

Такой пункт поможет избежать неаргументированного списания денег или обжаловать списания в суде.

Вынужденный простой во время ремонта. Если арендуете помещение в строящемся здании, совет для вас.

Вот ситуация. Магазин арендует помещение в торговом центре, который еще строится: коробка стоит, но повсюду ремонт. Магазин договаривается об арендных каникулах, чтобы сделать свой ремонт. Арендные каникулы – это период, когда компания не платит аренду и делает в это время ремонт своего помещения.

Есть проблема: из-за общего ремонта коммуникации нестабильны. То второй этаж обесточен, то силовой кабель перерубили при ремонте фасада – в общем, свой ремонт делать толком не получается.

Чтобы не терять арендные каникулы, предлагаю исключить из арендных каникул дни, когда ремонт в помещении нельзя было делать из-за общего ремонта. Торговый центр мешает делать ремонт три дня? Окей, эти дни добавляются к каникулам.

Для договора подходит фраза с таким смыслом:

«В случае отсутствия возможности делать ремонт в помещении по независящим от арендатора причинам он имеет право на продление арендных каникул на то же количество дней…»

Условия об отделке помещения. С краткосрочными договорами бывает так: компания сделала дорогостоящий ремонт, а через 11 месяцев арендодатель говорит: «Не буду перезаключать договор, помещение вам больше не сдается».

Такой случай может быть и с долгосрочной арендой, но если в договоре есть право арендодателя взять и расторгнуть его (уведомив, например, за три месяца). Обращайте внимание на эти пункты и старайтесь их исключать.

На такие случаи есть выход: пропишите в договоре, что арендодатель обязан возместить 70–90 % стоимости ремонта, если договор будет расторгнут в течение первого года. Когда заключите краткосрочный договор на второй год, ставьте 50–70 %, на третий 30–50 %. Правда, арендодатель, скорее всего, потребует согласовать с ним ремонтные сметы. На это можно согласиться. А то вдруг ремонт на сто миллионов рублей.

Письменное согласование ремонта. Компания заезжает в помещение и проводит осмотр: тут дыра, тут пятно. Арендодатель говорит, что ничего страшного, сделайте ремонт, а я возмещу. Вроде арендодатель сам разрешил ремонт, но всё равно идете за письменным согласованием.

Чтобы получить возмещение за ремонт, наверняка придется согласовать с арендодателем смету этого ремонта. Иначе он скажет: «Ничего не знаю, это слишком дорого, мои ребята сделают в пять раз дешевле, и вообще можно было без ремонта, подумаешь, дырка, она же не сквозная…» Письменно заранее согласовывайте с арендодателем сметы и любой ремонт, если вы договорились возмещать расходы за счет снижения арендной платы.

Ответственность арендодателя. Обычно шаблон договора аренды дает арендодатель: мол, впишите данные своей компании и подписывайте. Проблема такого договора в том, что в нем мало ответственности арендодателя (проще сказать, что ее там нет вообще, но пусть останется лучик надежды).

Например, на улице возле здания ремонт и из-за ремонта перегорожен доступ в магазин арендатора. Или из-за происшествия в торговом центре эскалаторы отключены на три дня, поэтому поток покупателей до третьего этажа не доходит. В обычном договоре ничего нет на этот случай.

Чтобы договор как-то защищал арендатора, в договор нужно будет самостоятельно добавить пункты об ответственности арендодателя. Например, если идет ремонт, то арендная плата снижается на столько-то.

Тут важно понимать, что это не арендодатель оказывает вам великую милость, сдавая свое помещение. Вы тоже делаете ему хорошо: его пустое помещение становится полным и приносящим доход. Он заинтересован в вас не меньше, чем вы в нем. И напоминайте ему: пустующее помещение – самое дорогостоящее для арендодателя.

Аренда должна быть сделкой равных.

Штрафы и другая ответственность арендатора. Будьте готовы к тому, что по договору арендатор несет ответственность за всё. Например, часто у арендодателя есть почти в любой ситуации право досрочно расторгнуть договор и оставить себе обеспечительный депозит.

Формальная причина расторжения – нарушение договора аренды, а таким нарушением может стать «курение в неположенном месте сотрудника или посетителя арендатора». Это цитата из реального договора. С точки зрения бизнеса это не причина, чтобы выпроводить арендатора из помещения. Но, если такое условие есть в договоре, это законно. Договаривайтесь об изменении договора.

Мой совет – дифференцировать ответственность за разного масштаба нарушения. Если нарушение маленькое или оно произошло не по вине арендатора, за него не штрафовать. Если значительное, будет денежный штраф. А вот расторжение договора – только при больших нарушениях и в крайнем случае. Все варианты обоснованной ответственности арендатора должны быть подробно описаны в договоре.

Расторжение со стороны арендодателя. У арендодателей есть привычка: писать в договоре, что они вправе расторгнуть договор аренды по любому поводу. Это нелогично. Арендодатель, что бы ни случилось, всё равно останется со своим помещением, а вот арендатор при расторжении потеряет деньги, вложенные в ремонт, мебель, оборудование, клиентов, которые привыкли приходить по конкретному адресу.

Руководство к действию: добиться, чтобы у арендодателя было право на расторжение договора в одностороннем порядке только в крайних случаях: например, арендатор задерживает оплату на три месяца или разводит костры в офисе. Больше ничего.

Серьезно, я не вижу оснований лишать арендатора денег и помещения только потому, что он не так согласовал ремонт или сотрудники курили в неположенном месте. Арендодатель – не царь, чтобы вы ходили по струнке и боялись совершить лишнее действие. Понятно, что если государство оштрафует собственника за ваш ремонт или курение, то вы должны возместить эти убытки. Спорьте о возможности оставаться в помещении. При этом проявляйте эмпатию (хотя бы внешне): «Да, конечно, мы понимаем, что есть критически важные нарушения, их мы уважаем».

Андрей Петелин,

CEO «Додо Пицца Евразия»

Мое мнение – расторжение договора аренды в одностороннем порядке со стороны арендодателя при условии, что арендатор добросовестно выполняет свои обязательства, недопустимо.

Если арендодатель настаивает на расторжении договора, он должен компенсировать стоимость неотделимых улучшений, которые мы, как арендатор, в помещении сделали. Которые теперь уже не забрать. Помимо этого мы инвестировали в маркетинг, чтобы клиент приходил именно в эту локацию. Здесь также может быть предусмотрена неустойка в случае досрочного расторжения со стороны арендодателя.

Еще у нас вот такой опыт. Индексация арендной стоимости: не более чем на 5 %, но если инфляция сильно подскочит, то рост на показатель «инфляция минус 5 %». Это связано с тем, что обычно арендные ставки не растут также быстро, как идут инфляционные процессы, следовательно, привязываться только к инфляции не совсем рыночно.

Депозитный платеж – платим, но договариваемся на двух-трехмесячные каникулы по оплате аренды, то есть не платим ее. До открытия дверей у нас, как правило, проходит три месяца. В этот период мы не зарабатываем, но вкладываемся в ремонт помещения. Часто арендодатели это понимают и принимают. Мы хороший арендатор, от нас не появляются тараканы, но появляется поток людей.

Расторжение со стороны арендатора. Мне часто попадаются договоры, в которых вообще ничего не сказано о праве арендатора досрочно съехать. Такое право должно быть. Конечно, можно попытаться расторгнуть договор на основаниях, которые прописаны в законе, но для этого придется идти в суд и там доказывать свое право. При этом во время суда – это шесть – восемь месяцев – всё равно может начисляться арендная плата.

Обычная причина для спора – за сколько предупреждать о переезде. Логика арендодателя такая: «Я хочу узнать как можно раньше, чтобы найти другого арендатора». Поэтому в договорах появляются длинные сроки, например, арендатор должен предупредить за полгода о переезде, что в реальной жизни не всегда выходит. Получается, арендодатель берет арендатора в заложники.

Борис Дьяконов,

основатель и директор банка для предпринимателей «Точка»

Самая «любимая» моя история о договорах – это аренда. На начальном этапе мы снимали большое помещение в бизнес-центре. Решили переехать в другое место, сообщили арендодателю, а он нам говорит: «Трансферное окно закрылось».

Оказалось, что в договоре прописано: можно отказаться от помещения в течение определенных двух недель, а если этот период прошел, то следующие 11 месяцев ты не можешь расторгнуть договор или сделать с нерыночным штрафом. Ну либо в суд, а это долго и потому дорого. Да и юристы сказали, что тут не выиграть.

Прописывайте для себя условие с таким смыслом: арендатор вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке, без объяснения причин, если предупредит о расторжении за один – три месяца. Как договоритесь.

За какие убытки платить при переезде. При досрочном расторжении договора арендодатель пытается взыскать с арендатора некие убытки. Запрашиваемый размер убытков может быть сопоставим со стоимостью ремонта, а это миллионы.

На случай суда в договоре должен быть прописан исчерпывающий перечень возможных убытков. Например:

● расходы на приведение помещения в исходное состояние;

● время простоя помещения на время восстановления после вашего пребывания – например, 15 дней;

● расходы на демонтаж оборудования, установленного арендатором на фасаде, но не демонтированного при выезде.

Тут два подвоха. Во-первых, я советую тщательно проверить, что там за убытки и готовы ли вы за них платить.

Обратите внимание на конструкции «и тому подобное», «и так далее», «в том числе, но не ограничиваясь». Это всё пример открытого списка: это значит, что арендодатель сам решит, что считается убытком.

Главное здесь: если в договоре есть виды убытков, список должен быть закрытым. Арендатор платит ровно за то, что прописано в договоре. И никаких фантазий арендодателя.

Если в разговоре с арендодателем прозвучит фраза «Ну мало ли что вы там натворите», постарайтесь пофантазировать вместе с арендодателем и описать, что же это такое реалистично может быть. А в случае чего говорите, что ваши юристы никогда не разрешат вам подписывать договор с открытым списком, поэтому список надо обязательно сделать закрытым. Вы же не против того, чтобы возместить расходы, – вы просто хотите внести ясность в то, какие это могут быть расходы.

Отстоять условия в договоре

Как-то меня уволили во время переговоров. Мой доверитель нашел помещение для аренды: большое, дорогое, но ему очень нравилось. Не нравились только условия договора: они были жесткими для арендатора. Мы решили провести переговоры с арендодателем – бизнес-центром.

День переговоров. В комнате сижу я, доверитель-арендатор, управляющий бизнес-центром, его юрист и риелторы. Встреча идет четвертый час.

Управляющий кричит:

– Да из-за таких юристов вы прогорите! Переговоры окончены, это уже слишком. Мы никому этих условий не давали и вам не дадим!

Управляющий встает из-за стола. Доверитель обращается ко мне с гневом в глазах:

– Дмитрий, ну я вам говорил, что вы перегибаете палку? Мне это надоело, вы уволены!

(К управляющему бизнес-центром.)

– Давайте уберем обсуждение этого пункта, мы согласны на вашу версию. По всем остальным моментам вроде всё?

Так меня уволили прилюдно.

Мое увольнение – продуманный ход, который помог добиться многого во время переговоров. Мы с самого начала играли с доверителем в хорошего и плохого полицейского. Моя задача – продавить арендодателя на максимально выгодные для доверителя условия аренды, но при этом не сорвать сделку и въехать в это помещение.

Увольнение запланировали заранее: если торговый центр вот-вот откажется от сделки, доверитель возвращается на предыдущее условие и меня увольняет. Это такая проверка: до какой степени можно прожимать арендодателя. Тогда мы сэкономили переговорами около восьми миллионов на весь срок действия договора аренды.

О переговорах можно написать много томов. Для предпринимательской юридической книги я выбрал несколько приемов.

Оценка своей позиции

Представьте: на столе договор. В договоре всё более-менее приемлемо, но есть невыгодные условия, и хорошо бы их убрать или заменить другими.

В большинстве случаев о новых условиях компании договариваются на встрече. Если у вас наметилась такая встреча, не спешите ее проводить. 80 % победы – хорошо проработанная заранее позиция. До самих переговоров сначала построим наши доводы и оценим потенциальные доводы и позицию оппонентов.

Первый шаг – распределяем условия договора на три группы:

● обязательные условия, без которых сделка для нас не состоится, она нам просто не нужна, я их называю must have;

● желательные – без которых сделка нам не очень выгодна, для меня они nice to have;

● для торга – для нас необязательные, но обязательные для второй стороны по договору, я называю их to trade.

Когда условия разложены по группам, мы понимаем, за что будем бороться на переговорах, а за что – нет, но будем это обменивать. Допустим, нас как арендатора устраивает цена, но мы не готовы платить обеспечительный платеж за два месяца. Или готовы, но в обмен на скидку на машино-места. Вроде это и так понятно, но в пылу встречи что-то забывается.

Мой совет – разобрать условия структурно. Если речь об аренде, вот что может получиться. Условия выбираем для арендатора.

● Обязательно: стоимость метра не выше 2000 рублей в год.

● Желательно: стоимость метра не выше 1600 рублей в год.

● Нужно арендодателю: ему выгодно сдавать машино-места. Они ему достались почти бесплатно, поэтому маржинальность бешеная. Он готов почти в ноль сдавать в аренду офис, потому что на местах зарабатывает как раз лично представитель арендодателя.

● Обязательно: обеспечительный депозит размером не больше стоимости одного месяца аренды.

● Желательно: без депозита.

● Нужно арендодателю: по нашей информации, арендодателю сейчас нужно много денег. Мы проверяли, это для нас не опасно, и он не собирается скрыться. Предложим заплатить арендную плату сразу за шесть месяцев вперед, начнем переговоры с предложения заплатить арендную плату за три-четыре месяца вперед, но в обмен – отсутствие депозита.

● Обязательно: доступ в дневное время в выходные.

● Желательно: круглосуточный доступ, в том числе в выходные и праздники.

● Нужно арендодателю: мы знаем, что ремонтная бригада близка лицу, принимающему решение, – то ли родственники, то ли знакомые, которых он пристроил. Сейчас им не хватает денег и загрузки. Мы готовы взять его ремонтную бригаду в обмен на пункт о круглосуточном входе.

Теперь выясняем, насколько у нас сильная позиция в переговорах. Для этого задаю вопросы о сделке, обычно отвечают доверитель и его команда.

Вопросы о сделке

– Есть ли у нашей компании эксклюзивные ресурсы для другой стороны по договору и что это за ресурсы? Они могут не быть связаны с конкретной сделкой, но закрывают проблему другой стороны. Допустим, у подрядчика вот-вот кассовый разрыв и он ищет клиента, который даст аванс в ближайшие три дня. У кого есть возможность заплатить большой аванс, у того эксклюзивные ресурсы, а значит, и лучшие условия.

– Насколько нам нужна эта сделка? Что произойдет, если ее не получить?

– Знает ли вторая сторона по договору, насколько нам нужна сделка? Если знает, скорее всего, будет продавливать по условиям и настаивать на своих, потому что понимает, что мы никуда не денемся.

– Насколько второй стороне договора нужна сделка и почему? Ответ на этот вопрос – возможность «перетянуть одеяло» в переговорах на себя. Если поставщику нужен определенный объем заказа и только вы готовы его взять – сила на вашей стороне.

– Есть ли конкуренты у нашей компании по этой сделке и чем они могут взять?

– Будет ли цена договора расти или падать? Почему?

По итогам вопросов здорово получить выдержку: кому больше нужна сделка и почему, кто будет управлять сделкой. Так определится слабая и сильная стороны. Это пригодится для понимания расклада сил при обсуждении договора на встрече.

Еще до встречи хорошо бы придумать, как стать сильной стороной. Может, это будет не по-настоящему, но для вас настоящее – это то, что в голове у лиц, принимающих решения. Поэтому убедить в силе позиции нужно одного человека – сидящего напротив.

Кирилл Кононенко,

предприниматель, директор по рекламе компании «Юниум»

Когда вам говорят на переговорах, что условия договора изменению не подлежат, это правда только отчасти. Они подлежат изменению, просто не с вами. Кто-то другой на вашем месте точно может их изменить. Дело в том, что здесь и сейчас конкретно с вами, а вернее, с той позицией, которую вы представили своему партнеру по переговорам, и с тем, что у него сформировалось в голове по поводу вас, он не готов вести обсуждение этих условий договора.

Вопрос всегда в силе позиции: измените ее в голове партнера, изменится и его отношение к изменяемости пунктов договора.

Прием «Обмен условий»

Часто до переговоров мне говорят: «Дмитрий, давай дадим магазину рассрочку и сделаем доброе дело. Он это запомнит и нам потом уступит». Мой ответ: «Никаких добрых дел до встречи». И вот почему: мы не знаем, чего хочет вторая сторона и что для нее доброе дело.

Пример. Год назад у магазина был большой склад, теперь маленький, и он не может закупать сразу большой объем. Если предложить скидку или рассрочку за большой объем, магазин не обрадуется.

Зато обрадуется, если сказать: «О’кей, вы заказывайте большой объем, но мы будем хранить большую часть у себя на складе и доставлять вам за наш счет партиями».

Пока мы не обсудили условия со второй стороной, непонятно, что лучше предложить, чтобы уж действительно пойти навстречу. Поэтому никаких добрых дел заранее, потому что другая сторона может их не оценить.

И еще одно правило: никакие условия договора, запрашиваемые второй стороной, мы не дарим. Только меняем. Вот вам один диалог, уже во время переговоров:

– В договоре оплата в ваш адрес разбивается на две части, но мы хотим – на шесть частей с рассрочкой по последней части на десять дней. Так можно?

– Да, о’кей, без проблем.

Проходит минут сорок переговоров по разным вопросам, доходим до условия принципиального для нас и говорим:

– Мы сделаем поставку на десять дней позже, хорошо?

– Нет, нам это не подходит. Только в те даты, которые тут написаны, и ни в какие другие.

И тут в наших головах: «Ну как так? Мы же пошли им навстречу с рассрочкой и они нам кармически должны!»

Никто никому кармически не должен. Во время переговоров нет добрых дел, есть только выгода. Если одна компания просто так отдала условие, это ее дело. У нее спросили: «Можно я заберу вашу пешку?» – она ответила согласием. Думала, что дальше ей тоже когда-нибудь отдадут фигуру. Не отдадут.

Чтобы отстоять максимум, ничего из условий договора не отдаем просто так. Только обмениваем. Для этого вспоминаем, как делили условия на группы: обязательные, желательные и «для торга». Вот последние и обмениваем.

Допустим, мы магазин, закупаем что-то у производителя. Нас устраивает предоплата в 25 %, но было бы хорошо снизить ее до 20 %. Зато производителю получить бы деньги не за десять дней до поставки, а как можно раньше – на этой неделе. Ему это выгодно. Тогда мы можем обменять размер предоплаты на срок оплаты.

– Мы готовы внести предоплату по нашему договору не за десять дней до поставки, а на этой неделе, но немного снизим ее размер – до 20 %, как вам?

– Согласны.

Может быть так: у нас просят уступку по условиям, а мы пока не знаем, что нам нужно взамен. Тогда «паркуем» этот пункт на полях в ожидании нужного пункта, который по весу равноценен запрашиваемому, но уже выгоден нам.

– В договоре оплата разбивается на две части, но мы хотим – на шесть. Так можно?

– Теоретически можно, но надо подумать и кое-что еще обсудить внутри. Давайте обсудим еще другие условия, а позже вернемся к оплате.

Выше схема диалогов, а не набор конкретных слов. В реальных переговорах значение имеют паузы, взгляд, жесты и даже что лежит на столе.

Однако схема всегда одна: ничего не отдаем просто так, а меняем на выгодное для себя. А чтобы в этом не путаться, нужно записывать всё в собственный блокнот, причем как свои пожелания и важные условия, так и то, за что торгуется другой человек. Держать множество условий в голове часто не могут даже опытные юристы. Записывайте!

Прием «Юрист-питбуль»

Я против подлога и обмана на переговорах. Если не можем поставить товар за месяц – не обещаем. Репутация важнее. Но зато я не против шоу и представления на переговорах!

Есть прием «Юрист-питбуль». Он помогает понять слабые точки второй стороны, отстоять максимум условий и сохранить отношения.

Суть такая: не всегда на старте у компании есть свой юрист. Но зато с помощью неограниченного количества электронных ящиков компания может себе его создать бесплатно. Если же у вас уже есть настоящий юрист, объясните ему смысл следующего представления.

Юрист становится питбулем – он любой ценой требует выгодные условия для своей компании, часто невыгодные для другой стороны. А основной переговорщик – владелец компании – остается своим парнем, с хорошими отношениями с контрагентом.

Главное в приеме – отыграть роли злого юриста и понимающего предпринимателя. Это можно сделать с помощью электронной почты.

Ситуация. На выставке встретились магазин игрушек и производитель игрушек. Магазину понравилось качество товаров, и они там же с производителем договорились о тестовом заказе: сроки, цена и объем. Разошлись на том, что производитель присылает договор.

Магазин получает договор по электронной почте. Договор предусматривает всё, о чем на выставке договорились, но по другим пунктам закручены гайки в пользу производителя.

Первая реакция магазина: «Да какого черта! Что за условия?!» С одной стороны, условия, о которых договорились на выставке, сохранились: те же сроки, цена и объем. А вот дополнительные условия вроде ответственности и сроков оплаты – слишком жесткие для магазина. Магазин сообщает об этом производителю.

Производитель в ответ пеняет на юриста: мол, составляет договор, пытается предусмотреть все возможные риски, чтобы у нас никогда не было проблем, и иногда перегибает палку. Юристы-с, что с них взять? И в конце: «Какие условия вы хотели бы изменить?» Главное здесь – в вопросе «Какие условия хотели бы изменить?». Он показывает, что вы, в отличие от юриста, настроены по-доброму и готовы договариваться. Такая позиция расслабляет компанию-контрагента, и с ней становится проще договориться.

Вопрос об условиях, которые хотят изменить, помогает выяснить, что важно для второй стороны. Если магазин хочет разбить оплату на части и для вас это реально – у вас появляется козырь. Им можно поторговаться и обменять на выгодные вам условия.

Если в штате нет юриста или нет времени с ним договариваться: создавайте липовый адрес, например lawyer@vashakompaniya.ru, и пишите сами себе. Это имитация переписки с юристом, но суть такая же. Так делал мой доверитель, пока у него не было меня, и это сработало.

Не покупать срочно

Самый верный способ поставить себя… скажем так… в неудобное положение – это готовить сделку срочно, потому что товар нужен как можно скорее. Зная, что вы никуда не денетесь, другая сторона может выкручивать вам руки, включать в договор только выгодные им условия, игнорировать ваши комментарии.

Например, вы готовитесь арендовать офис. Другая сторона знает, что из старого офиса вас выселят в пятницу. Оборудование вам хранить негде. Соответственно, если у вас не будет договора аренды хотя бы с пятницы, вашим сотрудникам негде будет работать в понедельник, а всё оборудование будет стоять у вас дома. На поиск другого офиса у вас нет времени, то есть вот этот договор – ваша последняя возможность.

Зная всё это, арендодатель может начать ломать комедию:

«Ох, ну вообще мне комфортнее сдать офис только со следующего месяца. Но если вам надо на этой неделе, то нам придется за срочное оформление взять дополнительные… Также у нас годовой контракт с уборкой, вам придется на него тоже подписаться… И депозит, вы же понимаете… Да, за три месяца депозит, пойду вам навстречу».

Часто в жизни можно наблюдать, как кажется, очень невыгодные сделки. Смотришь со стороны и думаешь: «Как вы на такое согласились? Это же грабеж!» А потом выясняешь обстоятельства и понимаешь, что людям просто нужно было заключить сделку сразу, как можно скорее, прямо сейчас, и они были готовы пойти на любые условия, лишь бы скорее-скорее. Более того, эти люди еще уверены, что сделка прошла на выгодных условиях. Не окажитесь в этой ситуации.

Лучше всего заключать сделки, когда у вас есть время в запасе. А если его нет – не допускайте, чтобы другая сторона об этом знала. Иногда лучше сделать вид, что вам несрочно, и наблюдать за тем, как уже другая сторона начинает торопиться.

Дмитрий Сосунов,

финансовый директор «Л’Этуаль»

Компании часто берут кредиты. Мой совет – обращаться за деньгами для развития, а не выживания.

Банки перед выдачей кредита сначала оценивают риски и определяют кредитоспособность заемщика. Если ваша компания на подъеме: стабильный денежный поток, нет кассовых разрывов – банк это видит по предоставленным для анализа кредитоспособности документам и справкам об оборотах.

Тогда лимит на кредиты или ставки выгоднее, чем если бы компания завтра покупала офис и деньги нужны были бы вот-вот под уже заключенную сделку. Моя рекомендация – если вы хотите развивать свой бизнес, то говорите с банком о деньгах, когда деньги не нужны. Придерживайтесь правила – если дела идут хорошо (хорошая отчетность за период), оформляйте кредитный лимит с правом выборки в течение года, даже если вам сейчас деньги не требуются. Потом будет дороже.

Без торжества

Вот что я понял за годы переговоров: даже если я выиграл и у моего доверителя остались лучшие в мире условия по сделке, нельзя торжествовать. Торжество хорошо смотрится в сериалах, а на практике только вредит.

Пусть мы победили в этой конкретной сделке. Но жизнь не заканчивается: у нас будут и другие сделки, и другие встречи с этими же людьми. Как дальше сложится наша жизнь, если наши контрагенты будут на нас в обиде? Смогут ли они в дальнейшем повлиять на наш успех, если будут заранее настроены против нас?

Поэтому – никакого торжества. Я специально показываю второй стороне, как мне и доверителю было трудно на переговорах, а всё потому, что на другой стороне играли профессионалы. Сравните: с какой компанией и с каким человеком вам захочется еще раз увидеться и провести сделку:

Пусть вторая сторона почувствует себя победителем. Для этого не надо обманывать. Можно вспомнить пункты, которые вы отдали из вашей группы to trade, и отметить их. Тогда с вами с большой охотой будут работать дальше.

Если вы очень маленький игрок

Допустим, у вас маленький магазин, а вы ведете переговоры об аренде с федеральной ультрагипербольшой сетью торговых центров с бешеной проходимостью. У них миллиард квадратных метров в собственности, тысяча обученных юристов и специальный оруженосец, который подносит перьевые ручки для подписания договоров. И они, конечно, не хотят специально для вас менять условия договора.

Хорошая новость: суды понимают, что есть явно сильные и слабые стороны сделки и что сильные влияют на текст договора больше. И если установлено, что компанию поставили в положение, в котором трудно согласовать корректировки, а условия оказались явно обременительными, такой договор может быть изменен или расторгнут по решению суда.

Чтобы суд мог признать, что вы не могли фактически изменить условие, нужно собрать доказательства того, что мы пытались изменить пункт и не были с ним согласны с самого начала. Для этого понадобится протокол разногласий, вот как он может выглядеть:

Если протокола разногласий нет, нужно хотя бы зафиксировать в переписке по электронной почте, что вы не согласны с этим пунктом перед подписанием договора. Нужны какие угодно подтверждения. Не факт, что вы сможете использовать их в суде, но я придерживаюсь мысли, что какие-либо доказательства всегда лучше, чем никаких.

Выражение несогласия сыграет на руку в будущем. Дело в том, что законодательством предусмотрены так называемые сделки присоединения. Суть в том, что одна из сторон не могла в должной мере повлиять на содержание договора или конкретного пункта, поэтому вынуждена была присоединиться к сделке без учета ее воли. Это плохо.

Если вас признают присоединившейся стороной (а сделку, соответственно, сделкой присоединения), то суд может признать недействительным какой-то пункт – а то и весь договор. И тогда можно будет оспорить какие-то действия арендодателя, получить компенсацию, вернуть часть денег или отбиться от какого-то штрафа.

Тут важно понимать, что подобные вопросы решаются через суд: то есть это уже фаза конфликта, когда с обеих сторон работают юристы и ставки высоки. Но перспективы у такого дела, скорее всего, будут, и довольно часто это работает.

Главное – сопротивляться. Не будьте безвольным арендатором, который принимает все условия, лишь бы барин разрешил въехать в помещение; или безвольным производителем, который прогнется как угодно, лишь бы попасть на полку. Вы создаёте ценность, у вас есть что-то нужное для других людей. Уважайте это и не давайте более опытным ребятам ущемлять свои права.

Как добиться выполнения договора

Даже самые лучшие поставщики, подрядчики и исполнители подводят. Сегодня обещают, что всё сделают к сроку, а через месяц оказывается, что ничего не готово и не будет готово еще месяц.

Я не знаю единственного способа защититься от срывов: на кого-то достаточно покричать в трубку, а кто-то не боится даже судебного иска. Но вот вам некоторые способы, которые стоит попробовать.

Базовый способ добиться выполнения договора, как и получения денег, – подписать договор. Я не устану об этом повторять. Это может показаться вам очевидным, но вы просто не представляете, сколько предпринимателей не подписывают договоров. А потом не получают деньги.

Бывает, что договор заключается на безвозмездной основе – по нему нет движения денег. При этом он всё равно важный, и подписание договора дисциплинирует участников сделки.

Елизавета Хлынина,

директор программы «Практикум Московской школы управления “Сколково”»

К нашим слушателям приходят разные гости. В основном это состоявшиеся предприниматели, которые готовы поделиться своими историями и опытом. Но у них разная степень ответственности.

Один раз к нам пришел гость – владелец сети фирменных магазинов, он явно выпил, и от него пахло алкоголем. Поговорил минут двадцать, рассказал о себе, а потом встал и вышел. Мне кажется, он не понял, что для нас эта встреча важна. Мне казалось, что если мы не платим деньги, то и договор заключать не можем. Оказалось, что договор создает значимость события и повышает качество выступления гостя.

Хорошо, если стороны почитали договор, обсудили условия, поспорили. Часто ведь так: прислали, не читали, подписали, а потом смотрят удивленно, что в договоре такие грабительские условия. Обсуждение помогает ощутить значимость сделки. Стороны понимают: то, о чем они сейчас говорят, придется выполнить. Они думают, что именно может пойти не так, что сторона сможет исполнить, а что невыполнимо.

Я уже писал и напишу снова: договор нужен не столько для того, чтобы спорить в суде, сколько для того, чтобы до суда вообще не дошло. Человек, который пропустил через себя все условия договора и внутренне согласился с ними, гораздо лучше их выполняет.

Бывает сложный и тяжелый договор, но если важно его исполнение, то надо обсудить хотя бы ключевые моменты.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

Если франчайзи получил договор коммерческой концессии и отвечает «Да, без вопросов, подписываем» – значит, он его не читал. А у нас очень жесткий договор коммерческой концессии.

Если потенциальный франчайзи быстро согласился, я понимаю, что человек живет скорее по своим понятиям, бумаги не играют большой роли и он не собирается их исполнять. И по большому счету ни о чем со мной не договаривается, он договаривается о чем-то своем.

Такой подход не помогает долгим и успешным отношениям, поэтому нужно, чтобы франчайзи осознал и принял условия сотрудничества. Для этого делаю выжимку из договора на одну-две страницы, с ключевыми моментами: за что штрафуем, что ни в коем случае нельзя делать, а что нужно делать обязательно.

Есть ситуации, когда на людей действует перспектива расторжения вами договора, – например, если им дороги ваши деньги или не хочется лишаться вашего проекта. Тогда предусмотрите это в договоре – возможность припугнуть его расторжением. Важно, чтобы реальное расторжение не ставило ваш бизнес в критическое положение.

Макс Крайнов,

генеральный директор Aviasales

Мы оказываем услугу по метапоиску авиабилетов среди авиакомпаний и агентств. Для агентств у нас есть Правила поведения агентств.

Если агентства начинают вести себя нечестно, например, вводить в заблуждение пассажиров, давать цену в рублях, а потом снимать деньги в долларах с комиссией, заманивать дешевым тарифом, а пока оформляешь – его уже вдруг не стало, выделять разным цветом кнопки «да» и «нет», чтобы больше покупали, – мы это отслеживаем и сначала предупреждаем, а потом отключаем от нашей системы до устранения нарушений.

Все правила игры прописаны в договоре с агентствами. Их не так много, но, поскольку большой объем продаж многих агентств зависит от нашего трафика, это мотивирует наших партнеров не нарушать правила и права пассажиров.

Опасность расторжения. Если для вас выполнение некоторых положений договора критично, то обязательно фиксируйте в договоре, что в случае их невыполнения вы вправе приостановить договор или его расторгнуть. Иначе есть риск оказаться заложником ситуации, когда договор не исполняют, а выйти из него быстро или без финансовых потерь вы не можете.

Евгений Щепин,

управляющий по коммуникациям компании «ВкусВилл»

Мы открыты к своему покупателю и требуем того же от поставщиков. У нас в продаже полезные продукты, без примесей, которые снижают стоимость, но негативно сказываются на здоровье.

Один поставщик как-то отправил нам фуру творожной запеканки, приготовленной из низкосортного и дешевого творога. В нем в принципе не было молочных жиров – только растительные. Это фальсификат, и он думал, что мы этого не заметим. Однако мы регулярно сдаем продукты в независимые лаборатории, в которых проверяем состав продуктов, поэтому выявили обман и расторгли контракт с поставщиком. Следующие фуры этого поставщика мы развернули прямо в пути.

В договоре есть пункт, благодаря которому мы вправе его расторгнуть в один момент, если поставщик обманет нас с составом продукта или продукт получит низкую оценку от покупателей. Мы им пользуемся.

Штрафы. Еще один способ защититься от неисполнения договора – большой штраф. Но сначала немного теории.

В договоре часто встречаются пункты об ответственности. Там расписано, что будет, если одна из сторон нарушит условия договора. За это может быть плата: штрафы, пени или неустойка. Для простоты всё буду называть привычным термином – штрафами. Они могут быть в виде:

● абсолютной величины, например 10 000 рублей за каждый день просрочки;

● относительной величины или процентов. Допустим, 0,3 % от суммы договора за каждый день просрочки оплаты.

С теорией всё, теперь к делу.

Бывает, что ответственность в договоре есть, но она настолько незначительная, что дешевле не исполнять договор и выплатить штрафы, чем сделать всё по договору. Например, 0,01 % от суммы договора за несвоевременное исполнение – это для исполнителя копейки, и тот спокойно срывает сроки. А заказчик несет убытки во много раз больше.

Чтобы условия об ответственности мотивировали выполнять договор, обращайте внимание на штрафы за неисполнение обязанностей вашим контрагентом.

Штраф как мотивация выполнить договор. Мое мнение: чем больше штраф, тем больше шансов, что вторая сторона по договору сделает всё как надо.

Был такой случай. Торговый центр готовил Новый год для покупателей и для праздника заказал костюмы Деда Мороза. Последний срок поставки костюмов – 26 декабря. Один из поставщиков уверял, что он абсолютно точно привезет костюмы к 26-му числу.

Но до заключения договора все готовы обещать что угодно, а потом под предлогом «У нас горячая пора, Новый год, представляете, все с ума сходят» не выполняют обещания. Для гарантии торговый центр включает в договор штраф за просрочку поставки – три миллиона рублей, при этом сумма заказа – миллион рублей.

Сначала поставщик отказывался подписывать договор: большой штраф и вроде как риск большой. На что торговый центр возразил: если поставщик уверен, что выполнит всё в срок, штраф не должен пугать. Его же не надо платить, когда всё в порядке.

Они торговались и сошлись на штрафе полтора миллиона рублей. В день заключения договора торговый центр был пятым в очереди на костюмы. Угадайте, каким он стал сразу после подписания договора.

Штраф был приличный, поэтому поставщик перестраховался и сделал заказ торгового центра в первую очередь. Так штраф замотивировал поставщика выполнить обещание.

Юристы могут возразить: есть же 333-я статья Гражданского кодекса, и она разрешает суду снижать размер неустойки (штрафа). Так получается, если суд решает, что штраф слишком большой или необоснованный, а пострадавшая сторона по договору пытается нажиться. Поэтому вроде как нельзя писать большой штраф.

Суды и правда снижают штрафы. Допустим, поставщик не привез вовремя яблоки и по договору обязан выплатить миллион. Суд может сказать: миллион – это много, пусть платит десять тысяч.

Но следите за руками: указание большого штрафа не делает договор незаконным. Вы можете поставить в договор любой штраф, а суд уже пусть сам решает, снижать его или нет. Не надо решать за суд. Снизит неустойку так снизит. Задача на этапе переговоров по договору – не нажиться на штрафах, а показать другой стороне сделки, что для вас это обязательство принципиальное.

Советую не замалчивать размер штрафа, а прямо заявлять цифры на переговорах второй стороне сделки. Штраф мотивирует, только когда компания, которую вы наняли, о нем знает.

Когда штраф пытаются вписать вам. Бывает, что большой штраф пытаются вписать вам, а вы, например, не уверены, что можете исполнить всё в срок или в запрашиваемом объеме. Тогда, во-первых, считайте для себя максимальную сумму ответственности по договору – на случай, если всё пойдет не так, как надо. И размышляйте: готовы ли вы идти в эту сделку с таким потенциальным убытком. Во-вторых, ведите переговоры об ограничении вашей ответственности по договору. Это юридический термин, он значит вот что: компании вправе ограничить сумму, которую будут платить за неисполнение договора.

Вот пример. Магазин и поставщик подписывают договор. При задержке оплаты у магазина штраф – 0,3 % от суммы договора за каждый день просрочки.

При этом в договоре есть уточнение: «Штраф – 0,3 % от суммы договора за каждый день просрочки оплаты, но не больше 3 % от суммы договора». Это и есть ограничение ответственности.

Ограничение ответственности в договоре – максимальная сумма, которую заплатит нарушитель договора. При этом не важно, сколько накопилось штрафа к этому времени. Если поставщик затянул со сроками на миллион рублей, а ограничение ответственности – сто тысяч, магазин получит не более ста тысяч.

Ограничение ответственности не особо мотивирует выполнять обещания. Если в результате неисполнения договора достигнута максимальная сумма штрафа, то нарушителю нет смысла торопиться. Опаздывает с поставкой на месяц, ну и ладно, будет везти еще месяц – всё равно штраф не увеличится. Поэтому старайтесь, чтобы в договоре у вас было ограничение ответственности, а у вашего контрагента – нет.

Николя Шавро,

владелец Ascott Deco Rus

В определенных ситуациях вставляю в договор пункт, явно не защищаемый законом. Но он явно не защищаем только для юристов, а не для поставщиков или исполнителей.

Я вставляю такие пункты для мотивации моих партнеров. Я не собираюсь использовать эти пункты и не собираюсь идти с ними в суд, а лишь хочу, чтобы то, о чем мы договорились, было выполнено.

И когда мне мои юристы говорят «Это неустойчивый пункт, мы его не сможем защитить в суде», я им отвечаю: «Есть высокая вероятность, что благодаря этому пункту мы не дойдем до суда и всё будет исполнено».

Проверка компаний. Если компания с деньгами, у нее нет споров из-за имущества или других сделок – это косвенный показатель, что она исполнит и ваш договор. Поэтому советую делать хотя бы минимальную проверку компаний, с которыми собираетесь подписать договор. Это пригодится вам и для налоговой, но это совсем другой разговор, там анализ более детальный.

На что советую обратить внимание при проверке:

● Компания – насколько часто меняется руководитель, компания работает по массовому адресу регистрации или нормальному; менялся ли регион регистрации. Если компанию лихорадит – вероятно, она вся в судах и на грани банкротства.

● Суды – судится ли компания с кем-то и если да, то почему, есть ли среди споров дела по договорам, аналогичным вашему; есть ли непогашенные долги у приставов.

● Директор – много ли у него лично судов и долгов. Еще можно посмотреть, сколькими компаниями он руководит. Если десятками, это повод для вопросов. Вдруг это всё однодневки?

● Учредители – тут помогает выписка из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ). Может вызывать вопросы компания, которая вновь заработала, а до этого существовала десять лет, но не функционировала, при этом у нее кипрские учредители. Мое опасение, что был период отмыва денег, они залегли на дно, а сейчас появились и разыгрывают финальную часть своей партии. Повод присмотреться.

● Продукт – чем торгует компания, кроме того, что предлагает вам. Нет ли у нее в ассортименте чего-то, что может приблизить банкротство, вызвать суды или стать поводом для скандала.

● Общество – что о компании пишут в СМИ, клиенты, сотрудники, за что ругают и за что хвалят.

Мой знакомый предприниматель смотрит, на какой машине приехал директор. У него прием такой: он сопоставляет ценник продукта в масштабах бизнеса и ценник машины. Если услуга стоит недорого, а машина дорогая – значит, эта компания не основной источник дохода для директора, а это повод задуматься. Это его метод, он субъективен, но вдруг вам пригодится.

Отчеты со сведениями о компаниях готовят некоторые банки, налоговая, МВД и сервисы, например «Спарк» или «Контур-фокус». Еще здорово посмотреть соцсети: живая ли компания, какие у нее отзывы, отвечает ли людям.

Евгений Козунов,

совладелец федеральной сети образовательных центров Юниум (Unium), фестиваля наук WOW! HOW?

Мы искали площадку для организации образовательного лагеря в Краснодарском крае. Обычно ты выкупаешь места у детского лагеря и везешь туда команду, детей, программу и преподавателей.

Расходы на аренду площадки – половина всех расходов. Поэтому мы внимательно подходили к выбору лагеря. Во время переговоров очень понравилась площадка, но смущало, что в прошлом году они не работали сезон. Мы даже подписали договор и должны были внести аванс в два миллиона рублей. Но для подстраховки написали, что можем его расторгнуть без объяснения причин в течение пяти дней.

Директор, с которым вели переговоры, называл в разговоре разных людей, мы сидели, запоминали их и решили позвонить и узнать ситуацию. Оказалось, что этот директор много кому должен, лагерь у него не открывается третий год, он ходит по судам и бегает от кредиторов.

Это тяжелое решение, потому что поиск нужно было начинать заново, но мы отказались от этого лагеря и поехали в другой. На всякий случай проследили за его историей тем летом. Оказалось, что и в тот сезон лагерь не открылся.

Как заставить исполнять договор

Существуют способы обеспечения – это меры, которые повышают вероятность, что другая сторона выполнит свою часть сделки. Некоторые из них:

Неустойка. Неустойка – деньги, которые компания платит за нарушение условий договора. Условия могут быть любыми, например какое-то количество брака в поставке, просрочка оплаты или даже если исполнитель слишком долго отвечает на вопросы во время проекта.

Устанавливаете неустойку для компании, записываете в договоре и обращаете внимание контрагента на этот пункт.

Залог. Допустим, вы работаете с исполнителем и внесли предоплату 100 %. Внезапно выясняется, что денег у него нет, зарплаты платить нечем, фирма закрывается и банкротится. В этой ситуации важно быть первым в очереди кредиторов, которому достанутся остатки имущества должника. Тут помогает залог.

Залог – это право сказать вне очереди: «Ребята, это мое». Показываю на примере ипотеки. Иван берет кредит на квартиру, и банк просит залог – эту же квартиру. Если Иван не выплатит ипотеку, банк заберет квартиру себе.

У компании есть право попросить залог в счет обеспечения исполнения договора, как банк. Залогом может быть недвижимость, автомобиль, даже товарный знак.

Арендодатель сдает помещение под ресторан, оплата высокая, и он сомневается, что ресторан вовремя заплатит и заплатит вообще. Но ресторан принципиально не хочет вносить обеспечительный платеж.

Тогда он просит залог – оборудование ресторана. Если ресторан не выплатит аренду, владелец помещения заберет себе кухню и всё остальное. Если ему это, конечно, надо.

Поручительство или независимая гарантия. Это обязательство третьей стороны, фирмы или человека – заплатить, если компания нарушит договор.

Вот пример поручительства. Аудиторская компания выполняет финансовый аудит магазину. Магазин не хочет вносить предоплату, а аудитор хочет получить гарантию оплаты. Тогда поручителем может быть собственник магазина. Если магазин «сбежит» без оплаты, за него заплатит собственник как физлицо.

Независимую гарантию может дать любая компания. Если это банк, это называется банковской гарантией. Работает точно так же: вот компания сняла большое помещение под фитнес-клуб, договорились, что депозит не вносит, а предоставляет банковскую гарантию. Если вдруг компания откажется платить, за нее заплатит банк.

Задаток. С задатком всё как обычно: можно взять 50 % или 100 % от суммы, которые контрагент должен будет вам по договору, – тогда вы точно останетесь с деньгами. Даже если ваш контрагент откажется от сделки, задаток останется у вас.

Но обратите внимание: если от сделки откажется не другая сторона, а вы, то вам придется выплатить двойную сумму задатка.

Чтобы всё сработало, обязательно письменно зафиксируйте, что переданные деньги – задаток. В случае с авансом таких правил по умолчанию нет. Аванс чаще всего можно вернуть, если сделка не состоялась по чьей-либо вине.

Здесь у многих проскальзывает мысль: «Лучше работать с людьми, с которыми не нужны задатки и неустойки. Это какие-то ненадежные люди, а надежным это не нужно». Но реальность в моем понимании такова: человек может сегодня быть предельно надежным, но вдруг происходит что-то внешнее, и у человека начинаются проблемы. И он начинает искать, какие обязательства можно сейчас не исполнять, чтобы эти проблемы смягчить. Все эти меры предосторожности – как раз для таких случаев.

Как высказывать недовольство по договору

Представьте ситуацию: магазин оплатил поставку фруктов, поставщик деньги взял, а фрукты не привез. Или фрукты привез, но не всю партию. Или привез всё, но половина испортилась. Вопрос: как магазину получить свое?

В хорошем варианте удается договориться: магазин звонит поставщику, объясняет ситуацию, а тот: «Извини, виноват, с утра у тебя будет машина с товаром».

Если с первого звонка не удается договориться, советую использовать претензию. Это документ, который нужен при конфликте, когда кто-то что-то не сделал. Она решает две задачи: показать, что компания не простит срыв договора, и подготовить спор к суду.

Чтобы эффективно выражать свое недовольство по договору, есть правило «трех П»: Письменная и Полученная Претензия. Теперь подробнее.

Не соглашаться на устные обещания. Бывает так: разработчик задерживает сдачу сайта, заказчик звонит и ругается, и в ответ – обещания прислать завтра. День обещает, два, неделю, и так бесконечно. А вроде отношения с разработчиком хорошие, он никогда не подводил и обещает так искренне, выразительно!

Мой подход – верить словам, но просить документ в ответ. Обещает сдать завтра? Отлично, пусть напишет письмо, где говорит о задержке и обещает новый срок. В духе: «По договору № 1 сдача сайта должна быть 1 декабря, но мы не успели. Срок прошу сдвинуть на 2 декабря, обещаю успеть».

Письмо с обещанием дисциплинирует: одно дело по телефону наобещать, другое – подписаться. Еще такое письмо поможет в суде, если дело дойдет до него. Чем больше доказательств срыва договора контрагентом, тем легче вам будет в суде.

Ваша претензия и письмо с обещанием могут быть электронными. Главное – соблюсти два правила:

● чтобы в договоре упоминалось, что вы и контрагент можете обмениваться сообщениями по электронной почте и такая переписка имеет юридическую силу;

● письмо ушло с официального адреса вашей компании на официальный адрес контрагента. Официальный адрес – это тот, что в договоре.

Отправлять претензию как можно быстрее. Советую не затягивать с претензией: разработчик должен сдать сайт в понедельник и не сдает, во вторник отправляем претензию.

Претензия – официальный документ, она держит в тонусе. Раз есть письмо, компания не шутит, поэтому задобрить словами не получится – надо извиняться делами.

Виталий Александров,

совладелец и директор Out of Cloud

Мы подготовили клиентам контент-план, они его приняли. Потом разработали рассылку и отправили ее по подписчикам. Официального подтверждения того, что рассылка удовлетворяет всем ожиданиям, не было, клиент всё согласовал устно. Сроки поджимали, и мы начали работать дальше по плану без юридического фиксирования.

И вот просим оплатить работу, а клиент – нет, мы не согласовали рассылку. При этом в договоре написано: направленный документ автоматически принимается в работу, если не последовали возражения в течение десяти дней. Раз возражений нет, работа согласована и ждет оплаты.

Устно клиент никак не соглашался платить, мы отправили претензию. И на следующий день звонок от их финансового директора, в духе: «Извините, вот оплата».

Во многих случаях без направления претензии нельзя защитить свои интересы в суде. Допустим, поставщик не привозит фрукты и предоплату не возвращает, а вы хотите вернуть деньги. Самое время подавать в суд. Здесь подвох: магазин обязан сначала попробовать договориться, если это указано в договоре или законе.

Договориться – это как раз отправить претензию. Если пострадавшая сторона сразу подает в суд, ее проблема не дойдет до рассмотрения. Суд потребует разобраться через претензию, а потом воевать.

У претензии есть срок рассмотрения – это время, которое дается нарушителю, чтобы он решил, как быть дальше. Может, поставщик испугается суда и довезет заказ. У нарушителя 30 дней, если другой срок не указан в договоре.

О сроке претензии мы еще поговорим, но вот что важно: чем позднее пострадавшая сторона отправит претензию, тем позднее сможет подать в суд. Поэтому мой совет: не затягивать отправку претензии, даже если вы в суд не собираетесь сейчас или вообще.

Получить с нарушителя подтверждение, что он получил претензию. Претензия должна быть именно полученной, а не только отправленной. Поэтому отправляем так, чтобы остались доказательства: нарушитель ее получил.

Если договор разрешает электронный документооборот, отправлять можно электронной почтой. В договоре об этом ищите фразу со смыслом:

«Стороны допускают обмен документами по электронной почте. Переписка по электронной почте имеет силу простой письменной формы и равнозначна бумажным документам с личными подписями сторон».

Претензию отправляете с того адреса и на тот адрес, которые указаны в договоре. Допустим, в договоре адрес sotrudnik@fira.ru – значит, отправляете претензию на этот адрес, даже если с поставщиком переписываетесь в «Ватсапе» или он пишет с другого адреса. Для верности я бы отправил претензию на оба адреса.

Претензию можно отправить Почтой России или курьером. При отправке курьером готовите два экземпляра претензии: одну передаете нарушителю, вторую оставляете себе. На вашем экземпляре должна остаться отметка о вручении контрагенту первого экземпляра. Это понадобится для суда. Отметка звучит в идеале так: «Получено», должность, ФИО, подпись, дата, время.

Если отправляете Почтой России, отправляйте ценным письмом с уведомлением о вручении и с описанием состава письма, так у вас будет подтверждение от почты: вы отправили претензию, а не пустой конверт.

Прописывать быструю реакцию в договоре. Если ваш договор с компанией или ИП, сокращайте срок реагирования на претензию. Стандартный срок – 30 дней, он прописан в законе. При этом закон разрешает менять этот срок. Главное, чтобы обе стороны были согласны и прописали срок в договоре.

Советую оставлять на претензию дня четыре. За это время нарушитель успеет разобраться с проблемой, а вам не придется долго ждать для обращения в суд. В понедельник направили претензию, в следующий понедельник уже можно идти в суд.

Как составить досудебную претензию. Нет требований, которые говорят: вот такое должно быть в претензии, иначе это не претензия вовсе. То есть в теории претензия может быть любой. Но это с формальной точки зрения. На практике есть рекомендации, которые делают претензию работающей.

Чтобы документ сразу приобрел устрашающий вид, называем его «Досудебная претензия». Как бы намекая на стадию, где мы сейчас находимся, и на наш настрой: дальше – суд. Это мотивирует.

У претензии шесть блоков, они помогают раскрыть конфликт и ясно представить вашу позицию. Вот они:

1. От кого претензия и к кому. Даем названия компаний и уполномоченных лиц.

2. Описание ситуации и в чем суть претензии. С чего всё начиналось, что сделал или не сделал нарушитель, в чем причина претензии. Например, был заключен договор, но не оплатил поставку, не привез товар, не сделал сайт и не отдает аванс.

3. Нормативное подкрепление. Если вам известны какие-то конкретные законы, то здесь хорошо добавить ссылки. Этот блок придает тяжеловесности документу и передает серьезный настрой. Например: «Согласно ст. 463 ГК РФ, если продавец отказывается передать покупателю товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи».

4. Требование: что и когда сделать. Часто этот пункт забывают, просто рассказывают на три листа А4, как всё плохо, а в конце так и не добавляют, что нужно-то. Без нормативного подкрепления претензия еще может существовать, а вот без требования – совсем нет.

5. Мотивирующая часть. Это необязательный блок, но в нем мы откровенно запугиваем адресата правовыми и финансовыми последствиями – суды, уголовное преследование, штрафы, дополнительные расходы.

6. Документы для обоснования претензии. Это совершенно не обязательно, потому что закон обязывает направлять только те документы, которых нет у нарушителя. Но к иску всё равно их готовить, поэтому здорово направить и с претензией. Например, копии: договора, акта приема-передачи товара, гарантийного письма с обещанием выполнить поставку в другой день.

Без эмоциональных обвинений. Если хотите показать, что компания часто нарушает условия договора, пусть такое говорят факты. И в суде факты больше пригодятся, чем словесные обвинения. И наоборот: чем более эмоционально написана претензия, тем меньший эффект она производит на получателя.

Без лишних слов. Вернемся к примеру с фруктами. Есть магазин, и он ждет поставку, а ее нет, и когда будет – непонятно. Магазин подает претензию, надеется на исправление нарушителя, но всё равно готовится к суду. Если законные угрозы не сработают, то в этот момент еще непонятно, какие аргументы будут у поставщика для своей защиты в суде. Поэтому задача – не дать дополнительных аргументов оппоненту в суде из-за лишних слов в претензии.

Общий принцип такой: не признаем лишних фактов, пишем о конкретном нарушении договора. То есть не нужно описывать всю ситуацию – только ту ее часть, к которой у вас претензии. В претензии не старайтесь показаться справедливым и взвешенным.

Требование к нарушителю. Цель претензии – убедить нарушителя выполнить договор: вернуть деньги, привезти товар, передать фотографии. Поэтому в претензию включайте требование – что именно вы ждете. Это требование формулируем так, чтобы его же написать в иске: если ждем оплату, то оплату, если возврат денег, то возврат.

Требование должно быть конкретным и привязанным ко времени, иначе нарушителю и суду сложно понять, в чем суть:

Нет: требую восстановить справедливость.

Нет: требую оплатить счет.

Да: требую оплатить оставшуюся часть по договору № 10 от 20.11.2019 в размере 100 000 (ста тысяч) рублей в срок до 20.12.2019.

Не думайте, что ваши требования очевидны из описания ситуации. Они должны быть ясно произнесены. Если вы придете в суд с такими требованиями, работа суда будет лишь в том, чтобы удовлетворить их или отказать вам. Никаких новых требований ни суд, ни другая сторона, за вас придумывать не должны.

Если претензия не помогает, надо идти в суд. Бывает, что самого факта подачи в суд уже достаточно: понимая, что дела плохи и риск проиграть в суде высок, исполнитель соберется и выполнит все обязательства.

Андрей Ковбасюк,

владелец и директор Team Systems

Мы организовали корпоративное мероприятие для большой иностранной нефтяной компании. Работали по постоплате. А потом эту компанию купила другая нефтяная компания, уже российская. И тогда поменялась установка по контрактам первой на «никому не платить».

Мы направили претензию, подготовили иск и подали его в суд. Иск выиграли, и компания по нему заплатила вместе с расходами на подготовку иска. Оказалось, новый собственник так боролся с «серыми сделками» директоров прежней компании. Мол, если подадут в суд с аргументированной позицией – значит, сделка точно была и это не вывод денег, поэтому по таким сделкам – платить.

Обязательно ли идти в суд с юристом или предприниматель может защитить себя сам? Я считаю, что суд – место работы профессионалов, поэтому идти туда без юридической поддержки опрометчиво. Это не значит, что для суда нужен самый дорогой и известный юрист. Но специальные знания о судебном процессе точно нужны.

В суде есть много специфических правил и процедур, которые не очевидны, не объясняются интуитивно и не имеют ничего общего со здравым смыслом. Например, можно не успеть заявить доказательство в суде первой инстанции, и суд вынесет решение без него. Если захотите обжаловать это решение в апелляционной инстанции (это суд уровнем выше), там уже не примут новые доказательства, потому что они не были заявлены в суде первой инстанции. И вроде правда на стороне компании, а доказать правоту в суде не получится.

Бывает, что подача в суд – скорее пиар-ход, чем реальное желание судиться. Знайте, что в гражданский суд можно обращаться и для этих целей: подали иск, потом отозвали – и всё без последствия для себя и нарушителя.

Иван Шестов,

директор коммерческой деятельности и маркетинга «Бургер Кинг Россия»

Сергей Шнуров написал стихотворение о «Бургер Кинге», что наша еда вызывает икоту. Мы подготовили исковое заявление и даже по-настоящему подали его в суд.

Иск был о защите деловой репутации и взыскании убытков. Сергей Шнуров давно в этом бизнесе и понимает пиар очень неплохо: он написал второй стих, где сильно смягчил позицию о компании. Мы решили, что конфликт исчерпан, и отозвали иск.

Хотели ли мы судиться? Конечно, не хотели. Это лишь повод для СМИ, а Сергей, не сговариваясь с нами заранее, поддержал игру и сделал всё очень профессионально.

Далее я приведу пример досудебной претензии. Советую пользоваться не столько самим текстом претензии, сколько структурой слева. Помните, что именно фиксация факта невыполнения контрагентом своих обязательств и структурные элементы делают претензию действительной, а не конкретные формулировки и стиль.

Хотя, безусловно, воинственный дух и ссылки на законы могут произвести впечатление на некоторых контрагентов и заставить их шевелиться.

Медиация: если нужен результат, а не посудиться

В России не очень эффективно судиться. Суд – это долго, дорого и без гарантий результата. И даже если выиграл суд, не факт, что получишь деньги. Подрядчик или клиент к тому моменту может обанкротиться, и тогда образуется очередь из таких же кредиторов, как и вы. У всех есть требования к этому разорившемуся контрагенту, но денег на всех не хватит. Если вероятность договориться до суда выше нуля, то переговоры будут точно результативнее.

Когда стороны решают конфликт в суде, варианты решения сужаются до рамок исковых требований. Соответственно, результат сводится к вердикту суда: удовлетворить требования или отказать. В суде никто не придумывает альтернативных способов решения проблемы. И наоборот: если вести переговоры, можно придумать неожиданное творческое решение проблемы.

Наконец, победитель по решению суда всё равно может остаться в проигрыше: получить причитающееся по решению суда трудно. Это только кажется, что раз выиграл – вторая сторона сразу пойдет выполнять решение суда. На практике это не так. Исполнение решения суда можно затягивать и затягивать.

Поэтому в случае конфликта лучше договориться с оппонентом без суда. Такие переговоры называются внесудебным урегулированием спора. Один из способов договориться – медиация, то есть провести переговоры с участием посредника.

Медиатор – не парень с улицы и не лучший друг, а профессиональный посредник. Он делает всё, чтобы стороны пришли к решению, которое всех устроит. Также он должен быть независимым – чтобы обе стороны понимали, что этот человек не играет за какую-то одну сторону. Но важно, что медиатор не выносит никакого решения, он лишь обеспечивает процедуру переговоров, чтобы они были результативными.

Медиатор помогает сторонам отойти от формулировки иска и посмотреть на ситуацию шире: найти второй, третий, четвертый варианты разрешения конфликта. Ведь по факту нужен не выигранный иск, а деньги, доля, конкретный бизнес или что-то еще.

Медиация подходит для споров, где есть человек, с которым можно договориться, и этот человек принимает финальное решение. Это могут быть споры с сотрудниками, соучредителями, подрядчиками и клиентами. Спор может быть о чем угодно: восстановление на работе, выплата доли или раздел бизнеса. Медиация идеально подходит по семейным спорам, особенно если они касаются общих детей супругов, но об этом нужна другая книга.

А вот, например, с ФНС медиации не получится. Если налоговая заблокировала счет, там не с кем договариваться, потому что нет единственного человека, который отвечает за блокировку. Вернее, он, может быть, и есть, только ответственность на себя в таких структурах никто не возьмет.

Я оказываю услугу медиации и каждый месяц провожу несколько таких переговоров. Участники разные: от совладельцев компаний, которые поссорились и хотят разойтись, и увольняющихся сотрудников до супругов, которые разводятся и решают, с кем останется ребенок.

Как бы вы ни относились к оппоненту по конфликту, скорее всего, ваши пути в будущем еще пересекутся, поэтому лучше разойтись миром, пусть и худым.

Пожелания спорящих сторон в бизнес-спорах хорошо приводить к единой системе измерения, обычно это деньги. Вроде все спорят о своем, но, как только приняли, в чем измерять договоренности, сразу легче договариваться. Потому что тогда желания друг друга можно сравнивать, обменивать, складывать и вычитать.

Невысказанная претензия – нерешенная претензия. Никто другой не может догадаться за вас, что вам что-то нужно. Поэтому всё надо озвучивать, даже если это неприятно или одолевает смущение. Озвучить претензию напрямую бывает страшно по разным причинам: страшно раскрыть позицию, быть непонятым или показать слабость. Поэтому в ходе медиации спорящие стороны говорят о своих потребностях не друг другу, а независимому медиатору лично, в отсутствие другой стороны. Благодаря этому спор решается быстрее и конструктивнее.

Мотивация. Я знаю, что обычно два человека в ситуации конфликта не хотят ничего обсуждать и даже разговаривать друг с другом. Типа: «С ним не о чем говорить», «Невозможно договориться», «Он ничего не понимает», «У нас особый случай, тут медиация не поможет».

Чтобы медиация состоялась, нужно создавать условия. Есть классное понятие – BATNA, от английского: Best Alternative to a Negotiated Agreement, или «наилучшая альтернатива переговорному решению». Термин ввели специалисты Гарвардской школы переговоров Фишер и Юри в 1981 году в своей книге Getting to YES: Negotiating Agreement Without Giving In. Это некоторый «План Б», к которому стороны прибегнут, если не договорятся. Для конструктивных переговоров лучше, чтобы иллюзии сторон по поводу их «Планов Б» были реалистичными или этих планов вовсе не было.

А есть еще понятие WATNA – Worst Alternative to a Negotiated Agreement, или «наихудшая альтернатива переговорному решению». Это ответ на вопрос: «Что самое худшее может произойти, если вы не договоритесь?». Разумные ответы на такой вопрос очень часто сподвигают стороны договариваться. Задавайте его себе и оппонентам.

Если у сторон нет иного пути добиться своего, кроме как через переговоры, эти переговоры состоятся.

Может быть такое: один хочет договориться миром, другой отказывается или тянет время. Скорее всего, у него есть другой способ добиться результата, о котором мы не знаем (его BATNA). Тогда медиация не состоится, ведь для выработки совместного решения нужно, чтобы все сели за стол переговоров по своей воле.

Нужно создать условия, при которых у сторон не остается других вариантов.

Например, есть ресторан, который арендует помещение. Сейчас договор краткосрочный, на 11 месяцев. Договор подходит к концу. Арендодатель обещал еще 11 месяцев назад зарегистрировать договор, чтобы ресторан мог получить лицензию на алкоголь. Но очевидно, что арендодатель никуда не спешит. «Сейчас работают и ничего, поработают еще».

В этой ситуации арендодатель может не регистрировать договор аренды еще долго, потому что он ничем не рискует и ему всё равно заплатят за каждый следующий месяц. «Куда они денутся?»

Так вот: чтобы арендодатель начал спешить, можно объявить, что ресторан съезжает: мол, нужна лицензия, а раз вы не шевелитесь – ну, мы пошли. Арендодатель поймет, что вот-вот начнет терять деньги, и что-то предпримет.

Медиация помогает в самых разных конфликтах, потому что это инструмент общения, а не специфическая техника разборок. Дальше посмотрим на разные механизмы конфликтов: корпоративного, трудового и финансового. Во всех этих случаях медиация может помочь не довести до крайностей.

Конфликт партнеров по бизнесу

Есть понятие корпоративного конфликта – это когда спорят партнеры по бизнесу: совладельцы или соучредители. По моему опыту партнеры конфликтуют чаще всего по таким причинам:

● Не так работают. У партнеров не совпали представления о том, как каждый из них должен работать, что делать, за что отвечать, по каким вопросам его мнение решающее. Один считает, что другой должен держать руку на пульсе круглосуточно, а не уезжать в отпуск на месяц; другой считает, что он «не зря ушел из найма и стал совладельцем бизнеса, поэтому может и отпуск себе позволить».

● Не туда ведет бизнес. Партнеры по-разному видят будущее компании: один хочет развивать, другой – делить прибыль. Один хочет запускать новые продукты, другой – накопить подушку безопасности.

● Внезапные проблемы, которые до этого не обсуждались. Например, бывшая жена партнера внезапно оказалась среди владельцев. У нее доля небольшая, но осадочек остался…

● Злой умысел: воровство, откаты, торговля секретами, любое злонамеренное поведение.

● Обида. Почти всегда корнем проблемы называют деньги: например, кто-то кому-то больше должен или зря потратил бюджет. Но в ходе переговоров выясняется, что дело не в деньгах, а в обиде. Один совладелец сказал о другом что-то не слишком приятное при сотрудниках, и теперь по офису ходят шуточки. Ну он и обиделся. А там подтянулись проблемы: не та стратегия, не тот продукт и вообще мы по-разному смотрим на бизнес. При этом началось всё с обиды, которая не касалась деловых вопросов.

Для медиации во время корпоративного конфликта советую арендовать зал в тихом ресторане или гостинице. На худой конец – другой офис или конференц-зал на несколько часов. Иначе поговорить не удастся: пока начальство сидит в переговорной, их будут постоянно дергать «срочно подписать документ».

Как-то я вел переговоры прямо в офисе компании, участвовали четыре человека – владельцы этой компании. Так вот: пока одна пара обсуждала условия, вторая пара ушла, мол, на секунду, проверим кое-что. И так пропали на двадцать минут. Когда они вернулись, было видно, что они думают о чем-то своем и им уже не так важны переговоры.

Чтобы вопросы решались, нужен фокус на проблеме, решении и на процессе переговоров. Поэтому лучше найти нейтральное пространство. Как и с партнерской сессией, когда обсуждаются деликатные вопросы.

Обманутые ожидания. На медиации часто разбирают ожидания, которые не совпали. Медиатор должен собрать «боли» и ожидания со всех сторон и помочь найти способы их решить.

● Ожидание: «Мы говорили, что оба работаем полный день, а он решил зимовать в Таиланде, с чего вдруг нам теперь нужно делить прибыль пополам, когда он четыре месяца отсутствовал?

● Боль: партнер получает больше, хотя меньше работал. Это несправедливо.

● Как решить: второй партнер может получить больше прибыли – пропорционально отпуску первого – или получить такой же длинный отпуск.

Оценка независимого эксперта. Ситуация: один из партнеров выходит из бизнеса и требует «адекватную выплату в счет его доли», иначе он уведет клиентскую базу (к слову о дружбе, вечной верности, лояльности и хороших семейных отношениях). Другие партнеры не хотят столько платить.

Хороший вариант – попросить помощи у независимого оценщика. Он назовет стоимость, партнеры ее обсудят и договорятся о взаимоприемлемом решении. Сила схемы заключается в том, что это не партнер продавил свое мнение, а нашли независимое лицо. Тут есть эксперт, ему доверяют, он говорит свое слово, ничье эго не задето.

Однажды на переговорах независимого оценщика искали так. Один партнер называет число от 3 до 20, он выбрал – 5. Второй определяет поисковую систему, остановился на «Яндексе».

Потом они забили в «Яндекс» «оценка бизнеса», увидели список компаний и выбрали пятую компанию. К ней обратились за оценкой.

Еще пример о независимом оценщике. Идут переговоры о сотруднике. Один из партнеров нанял родственника на топовую позицию, а двое других считали, что родственник не справляется и его надо бы уволить.

Мы нашли компанию, которая проводит кадровый аудит. Она провела тесты и замеры компетенций, выдвинула заключение. Сотрудник и правда оказался слабым. Партнер-родственник согласился с объективной оценкой и уволил сотрудника.

Независимая оценка может стать хорошим охлаждающим фактором в очень серьезных спорах, особенно когда дело касается семьи, отношений или оценки чьей-то деятельности. Я представляю, как в приватном разговоре партнер произносит такие слова: «Нет, ну если бы Леша действительно хорошо работал, я бы еще за него поборолся. Но ведь он подвел нашу семью! Да ему за такое…» – независимая оценка помогла партнеру выйти из конфликта, не потеряв лицо и не испортив отношения с семьей.

Медиация помогает сконструировать новое решение. Четыре партнера разругались и хотят разделить бизнес. У компании четыре направления. Кажется, что так и можно поделить компанию – по направлению на партнера. До медиации они абсолютно точно решили делить бизнес и уже даже придумали, как назвать свои новые направления, чтобы всем было точно понятно, что теперь это разные компании.

Мы начали обсуждение конфликта. И через несколько часов переговоров стало понятно, что, если разделить бизнес, он просто умрет. Поодиночке направлениям не выжить, потому что поставщики уберут скидки за объем, появятся кассовые разрывы из-за сезонности каждого отдельного направления, могут появиться проблемы с кредитованием. Плюс могут быть проблемы с привлечением новых партнеров, которые пробьют новые компании по базам данных юрлиц.

В итоге партнеры решили уладить разногласия и продолжить делать бизнес вместе. А если не выйдет, то один из них оставляет компанию себе и выкупает долю остальных. И это решение было взвешенным и продуманным, никто не остался в обиде. Даже наоборот: кажется, что, пока партнеры искали решение, они на короткое время были в одной команде.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

Медиация – большое благо для бизнеса. Если бы я узнала об этом инструменте раньше, избежала бы долгого и бестолкового корпоративного конфликта, в котором сожгли много нервов, времени и денег.

В конце переговоров всё равно приходим к какой-то договоренности и сумме денег, но это уже от усталости. А я думаю, что надо найти в себе силы сразу садиться за стол переговоров.

Трудовой конфликт

Трудовой конфликт – спор между работодателем и сотрудником. И обычно они выглядят так, будто есть агрессор и жертва, все эти «это несправедливо», «меня уволили», «меня заставили». Из-за этого некоторым работодателям кажется, что у них много сил и они правы. Это не так.

Если дело дойдет до суда, скорее всего, сотрудник выиграет. Это старая и распространенная практика российских судов – становиться на сторону «слабого сотрудника» против «сильного узурпатора и капиталиста». К сожалению, это может приводить к злоупотреблениям сотрудниками, но практика такова.

Старайтесь все конфликты с сотрудником уладить вне суда с помощью медиации. Даже если вы уверены, что правда на вашей стороне, – всё равно избегайте суда. Потому что вы просто можете не полностью соблюсти процедуру.

На переговорах не всегда те, из-за кого произошел конфликт. Допустим, конфликт возник между уволенным сотрудником и непосредственным руководителем (который его и уволил). Но на медиации должны быть люди, которые готовы принять решение и подписаться под ним. Чаще всего от лица работодателя – это гендиректор или его заместитель, но не тот самый руководитель, из-за которого сыр-бор.

Это и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что сотруднику проще отвлечься от обиды и настроиться на спокойный лад. Плохо, потому что гендиректор не знает подробностей дела и сотрудник может что-то приукрасить, пусть даже без злого умысла.

Поэтому опытный медиатор будет задавать много вопросов, прояснять все обстоятельства и сопоставлять показания. Но не чтобы вывести кого-то на чистую воду, а просто потому, что иначе он не сможет синхронизировать две стороны. Это связано и со следующей проблемой.

Искажение или отсутствие информации. Это кажется глупым, но конфликт может появиться потому, что кто-то чего-то не знал или недопонял. Казалось бы: задай вопрос и узнай, как обстоит дело. Но нет. Вот случай из практики, когда сведения не успели передать и это привело к конфликту.

Сотрудник со скандалом увольняется и грозит опубликовать переписку с руководителем в соцсети. Садимся обсуждать, как и что. Оказывается, он несколько лет ждал повышения, потому что ему клятвенно обещали. И вот он психанул.

Но повышение было запланировано, причем с переездом в другой город – всё как он хотел. Просто на оформление уходило много времени, и руководитель решил пока не уведомлять его. В итоге сотрудник узнал о повышении только на медиации. История не вымышленная.

И еще один случай, теперь об искажении. В переговорной собрались члены правления, обсуждают стратегию развития. На собрании не хватает одного партнера. Отсутствующий партнер знал, что будет правление, и предупредил о своем отсутствии.

На этом собрании какой-то руководитель что-то сказал об отсутствующем партнере, а ему передали это и в ином контексте. Отсутствовавший партнер решает, что это атака на него, его хотят вывести из бизнеса и вообще всё пропало. В отместку он увольняет руководителя, который якобы говорит о нем плохо, и начинает уводить клиентов из компании.

Конфликт разросся, боссы собрались на медиацию. На каждом правлении есть секретарь, который ведет протокол: кто и что сказал. Еще может вестись аудиозапись.

Так вот: на медиации партнеры показали протокол и включили аудиозаписи. Оказывается, никто ничего плохого не говорил, сплетня появилась из воздуха. В общем, все партнеры остались в компании, а уволенного руководителя восстановили на работе и принесли извинения.

Хозяйственный конфликт

Хозяйственный конфликт – это, например, спор между заказчиком и подрядчиком; или между покупателем и поставщиком, обычно из-за дебиторской задолженности. В таких конфликтах мало эмоций, зато есть факты: оплатили – не поставили или поставили – но с браком, верните деньги. Казалось бы: факты есть, документы есть, фотографии недостатков есть – иди в суд, и дело в шляпе. Дополнительную уверенность придает то, что другая сторона признает свою неправоту. Мол, «если даже они согласны, что они виноваты, то суд-то точно встанет на нашу сторону!».

Но, к сожалению, не все компании осознают, как работает суд. Им может казаться, что всё просто: отправили адвоката, он принес решение суда, и готово. Но так бывает крайне редко. Куда чаще суд растягивается на месяцы, кварталы, даже на год: суд первой, апелляционной и кассационной инстанций, а к ним экспертизы, заверение документов, поездки и бесконечные расходы. И всё это без гарантий победы, ведь судят люди, а людям свойственно ошибаться.

Я был свидетелем того, как после года судебных тяжб компании садились за переговоры – было очевидно, что суды могут продлиться еще год, и всё это время обе стороны будут платить. Деньги заговорили, и стало очевидно, что договориться выгоднее. Мой совет: не тратить этот год, а сразу идти на медиацию.

Почти все конфликты упираются в деньги, но спор можно решить и без них. Может быть, получится взять дополнительный товар. Или вы ищете помещение для аренды, а у должника такое есть, и он готов вам сдать его с большой скидкой. Может быть, вы договоритесь на схему оплаты, когда что-то переходит вам в залог, а потом деньги постепенно выплачиваются. Варианты есть, и на медиации их получится найти.

Тут может возникнуть резонный вопрос: получается, в суды вообще ходить не надо?

В суд ходить надо. Есть ситуации, когда без него не получить деньги. Поэтому, когда меня спрашивают, нужно ли идти в суд, отвечаю так: «Никому не известно, какая вероятность получения денег, если пойти сейчас в суд. Но есть стопроцентная вероятность их не получить, если ничего не делать».

До суда главное – сначала попробовать договориться. Сделали всё, что могли, не вышло – вот тогда и в суд.

Михаил Воронин,

владелец Atlanty Group

Я верю в медиацию и в то, что большинство конфликтов можно решить за столом переговоров, а не в судах.

Я для себя открыл еще одно применение сторонних модераторов – стратегические сессии. Дело в том, что, когда ты давно работаешь в команде, каждый человек воспринимает тебя, а ты – его через определенный фильтр, поэтому при обсуждении всегда что-то теряется. Поэтому независимый координатор помогает беспристрастно обсуждать и замечать свежие идеи.

Если потребитель возвращает покупку или отказывается от услуги

Эта глава будет актуальной для так называемой b2c-модели. Это когда вы продаете людям, а не компаниям. В конце будет немного о возвратах и отказах от компаний, но там всё довольно прозрачно. А вот в b2c всё сложно, поэтому за дело.

Главный закон, который задает правила игры в этой сфере, – Закон о защите прав потребителей. Потребитель – это не просто слово, а юридический термин. Он обозначает того, кто собирается купить, покупает или пользуется чем-то для семейных, домашних и других целей, кроме предпринимательских. Другими словами, он покупает что-то для личного использования, а не для перепродажи.

Потребителем может быть только физическое лицо, но не компания и даже не индивидуальный предприниматель, покупающий для своего бизнеса.

Я поделюсь алгоритмом при возврате: что должен сказать и сделать продавец, какие документы заполнить и зачем. Цель – сделать так, чтобы компания меньше потеряла, а потребитель ушел довольным – или по крайней мере не пытался поднять магазин на вилы.

Какие покупки вы обязаны принять

При возврате нужно понять, какой у нас случай: возвращают качественный товар или бракованный.

Если покупка качественная, то ее можно вернуть, если она не подошла по одному из критериев. Критерии такие:

В нынешнем виде закон дает потребителям возможность злоупотреблять своим правом. Например, девушка покупает дорогое вечернее платье. Она надевает его один раз на вечеринку, стараясь не испачкать. После вечеринки она вешает на платье бирку и возвращает в магазин, мол, не подошло. Расчет на то, что магазин обязан вернуть деньги. Девушка получает платье на вечеринку бесплатно. А магазин – дополнительные расходы.

Потребитель, который намеренно так делает, уже заранее готов с вами конфликтовать и «качать права». Поэтому с ним важно действовать не только в рамках закона, но и предельно деликатно.

Вот вам пример из жизни хорошего предпринимателя. Рассказываю с ее разрешения. Жил-был большой мультибрендовый шоурум. В него зачастил стилист, который проводил групповое обучение. Он учил людей подбирать правильные сочетания одежды.

Этот стилист приводил в шоурум людей, они раскладывали одежду на полу, подбирали «луки», были шумными, наглыми и в итоге мешали другим покупателям. Потом стилист оплачивал всё со своей карты, группа уходила. Через пять-шесть дней стилист приходил снова, приносил всю охапку купленной ранее одежды и возвращал ее. По его словам, вся эта одежда не подошла. Предпринимателю это надоело.

Мы с предпринимателем нашли в соцсетях группу этого стилиста и фотографии с фотосессий его группы. Все они были в одежде из шоурума предпринимателя. Это было подтверждением того, что одежда была в употреблении и приобреталась не для личных целей, а для целей, связанных с предпринимательской деятельностью.

Через время тот самый стилист снова пришел воспользоваться бесплатным гардеробом, а потом вновь принес на возврат. Ему отказали. Он написал претензию. Мы согласились встретиться с его юристами для переговоров.

О фотографиях с фотостудии мы рассказали не сразу. Первым нашим аргументом было то, что его покупка связана с предпринимательской целью, а не с личной или домашней. Ведь если он покупает одежду для проведения курсов стилистов, он уже не потребитель. Стилист говорит: «Я всей своей семье покупал одежду, а она не подошла, поэтому решил вернуть».

Хорошо. Достаем фотографии с фотосессии, где ученики этого стилиста позируют в этой одежде. Юристы шепчутся в сторонке и аккуратно так проскальзывают в дверной проем. Больше мы их не видели.

Нужно ли сотрудничать со стилистами? Решать только вам. И если вы согласны, то это отлично – оформляйте договор (например, на случай порчи). Но если вас используют, то нужно уметь защищаться.

Всё, что сказано выше, касается товара, к которому нет претензий по качеству. Разберем другую ситуацию: когда потребитель утверждает, что товар бракованный.

Потребитель может вернуть некачественный товар, а вы обязаны его принять и вернуть деньги. Некачественный – это такой товар, который не соответствует договору, например образцу на витрине, или описанию на сайте, или целям использования.

Представим, что к вам принесли пиджак, который у вас купили неделю назад, и у пиджака отсутствует рукав. А на рейле у вас висят пиджаки с двумя рукавами, то есть это некачественный товар. Как разбираться, ваша ли это вина или человек сам оторвал рукав в каком-то угаре – поговорим позже, это нам к экспертам нужно обращаться.

В случае покупки некачественного товара потребитель может выбрать одно из пяти разных требований к продавцу:

● Обменять на такой же товар.

● Обменять на такой же товар, но другой марки.

● Снизить цену.

● Бесплатно починить либо возместить стоимость починки.

● Вернуть вам товар, а вы вернете ему деньги.

Если вы хотите увидеть точные формулировки, посмотрите статью 18 Закона о защите прав потребителей.

О том, что вариантов целых пять, знают очень мало покупателей, поэтому это ваш шанс управлять ситуацией. Я понимаю, что все магазины существуют в разных условиях и для каждого может быть оптимален свой вариант компенсации. Но очевидно, что самый невыгодный для предпринимателя вариант – вернуть деньги целиком из пункта 5. Поэтому нужно научить своих продавцов рассказывать о возврате денег в последнюю очередь.

Об оптимальном для вас порядке требований покупателя мы поговорим чуть ниже.

Если некачественным оказался технически сложный товар, то потребитель может потребовать сокращенный перечень действий: обменять либо на такой же, либо на другую марку или потребовать деньги назад. Но может он это сделать в течение только 15 дней с момента покупки, а если этот срок прошел, то выявленный недостаток должен быть неустранимым или вновь возникающим, тогда можно снова выбирать из трех вариантов.

Вообще технически сложный товар перечислен в Постановлении Правительства № 924, но я определяю его для себя как любой товар, в котором есть «механизм» – микросхема или двигатель. Например, наручные часы будут технически сложным товаром, если в них есть две и более функции, то есть в чистом виде часы – это еще нет, но если есть секундомер, таймер или пульсометр, то уже технически сложный.

Перечень технически сложных товаров то и дело меняется: до этого в их перечень не входил робот-пылесос, а в 2019 году его туда включили. Мой совет: изучите список со специалистом, чтобы четко понимать, что из вашего ассортимента возвратное, а что – нет.

Какие покупки нельзя вернуть

Если покупка качественная, для ее возврата есть законные ограничения. Их описывает Постановление Правительства РФ № 55 – в нем список товаров, которые нельзя возвращать. Среди них:

● косметика, лекарства;

● ткань, кабель – всё, что продается метрами на отрез;

● зубные щетки, заколки;

● белье, чулки;

● драгоценности: серьги, браслеты;

● технически сложные товары (отдельный закрытый перечень).

У покупок через интернет есть особенности, мы о них поговорим в отдельной главе дальше. Но если коротко, то почти всё, что люди покупают через интернет, можно вернуть – даже электрическую зубную щетку.

Вообще правила о возвратности и невозвратности товаров периодически обновляются, поэтому не верьте мне на слово и посмотрите актуальную нормативную базу со специалистом. Для этого я и отошел от своего правила в главе про потребителей и указываю названия и номера законов и подзаконных актов. Может быть, к моменту, когда выйдет эта книга, что-то изменится в порядке возврата для интернет-покупок.

Это еще не всё: магазин не обязан принимать возврат, если товар качественный, но при этом потребитель использовал покупку. Например, мужчина купил рубашку и носил ее – такую рубашку магазин не обязан принимать к возврату.

Не обязан – это по закону. На практике можно рассмотреть возможность принимать хотя бы какую-то часть возвратов. Если вы так делаете, вы не нарушаете закон: делать для клиента больше, чем вы обязаны, – это не нарушение. Для вас же более мягкая политика возврата может сработать как маркетинговый ход.

Евгений Щепин,

управляющий по коммуникациям компании «ВкусВилл»

Мы настолько уверены в качестве своих продуктов, что везде пишем: если не понравилось качество продуктов – готовы принять обратно. При этом не требуется чека, а от продукта может остаться, например, одна долька шоколадки или хвостик колбаски. Но если вы скажете, что не понравился вкус, мы вернем полную стоимость за продукт.

Дмитрий Кибкало,

основатель «Мосигры»

По закону мы не обязаны принимать игру, если в нее уже поиграли. Упаковка открыта, игра использовалась по назначению, в ней нет брака – для нас это не имеет никакого значения. Мы принимаем игру обратно и возвращаем деньги, если нас об этом просит наш покупатель. Это называется клиентоориентированный подход.

Я не думаю, что нужно всем повально брать пример с компаний Дмитрия и Евгения, но здорово знать и о таком подходе.

Еще один момент, который касается некачественных товаров. Покупатель не может вернуть тот товар, который покупался им изначально по сниженной цене ввиду этой некачественности. На этот брак просто нельзя ссылаться при возврате. Например, вы устроили распродажу остатков, там разные потертости и недостатки, но вы и цену снизили на 60–70 %. И открыто говорите о том, что у товара есть конкретные недостатки. Так вот: к вам не могут прийти потребители и вернуть товар из-за того, что они «обнаружили недостатки». Но тут важно, что это именно те недостатки, которые вы перечисляли. Где перечисляли? В официальном описании на сайте или на ценнике.

Один музыкальный магазин в Москве имеет комиссионный отдел. Если зайти в шоурум, там будет закуток пыльной уцененки. Если что-то приглянулось, продавцы предлагают подписать специальный документ. В нем сказано, что покупатель знает о таких-то недостатках товара, принимает на себя все риски и осознает, что покупает этот товар именно в таком виде. Для удобства в шаблоне документа прописаны все возможные варианты: от потертостей до полной неработоспособности устройства. Надо только вычеркнуть ненужные.

Сроки возвратаи алгоритм противодействия

Если покупка качественная и она из обычного магазина, у потребителя 14 дней на возврат. Срок начинается на следующий день после покупки. Отсчет дней работает в пользу покупателя: в него входят и рабочие, и нерабочие дни. Но если четырнадцатый день попадает на новогодние праздники и магазин в этот день не работает, то последний день возврата будет перенесен на первый рабочий день магазина после праздников. Если покупка из интернет-магазина – поговорим об этом отдельно, там всё несколько сложнее.

Если покупка с браком, потребитель может вернуть купленный товар в течение всего срока службы или срока годности товара. Эти сроки устанавливает производитель товара и указывает их на упаковке. Если сроки не указаны, то потребитель может вернуть некачественный товар в течение двух лет со дня передачи товара потребителю. Но потребителю нужно будет доказать, что недостаток «уже был»: на юридическом это «возник до передачи товара потребителю либо по причинам, которые возникли до такой передачи». Если брак возник из-за неправильной эксплуатации, возврата не будет.

А теперь разберем алгоритм возврата. Допустим, покупатель купил у вас в офлайн-магазине, а потом вернулся и говорит: «Возвращаю покупку, хочу деньги». Вне зависимости от причины: не подошла покупка или с недостатком. Вот ваш алгоритм действий:

1. Взять паузу.

2. Составить акт осмотра.

3. Провести экспертизу.

4. Предложить альтернативу.

5. Только после всего этого – деньги.

1. Пауза. По закону магазин не обязан что-то делать сразу, как пришел потребитель. Если покупка качественная и клиент требует денег, у магазина есть три дня на решение. Если покупка с браком – десять.

Пауза нужна, если появились сомнения: точно ли с покупкой всё в порядке или кажется, что ее использовали. Допустим, мужчина покупает костюм за сорок тысяч рублей и возвращает через день, мол, сидит не так. Магазин как бы обязан такой костюм принять, но, если продавец замечает следы носки, есть право отказать.

Отказ в возврате на месте – всегда конфликт. Но раньше потребитель после такого конфликта уходил в свою квартиру и грустил. А теперь он может обрушиться на вас всей мощью потребительского права: посты в соцсетях, злобные комментарии, бойкот и другие ужасы фейсбучного гнева.

Чтобы не раздувать конфликт сразу, берем паузу. Можно сказать что-то вроде:

«У нас есть процедура приема одежды. Я передаю костюм в службу по работе с клиентами, служба занимается вопросом три дня. Это срок, который прописан в законе. В четверг мы вам позвоним и всё расскажем».

Если покупатель решил злоупотребить своим правом на возврат, эта фраза охладит его пыл. Такие потребители знают законы и понимают границы своих прав: если экспертиза покажет, что костюм ношеный, потребителю не видать никаких возвратов.

2. Акт осмотра. Допустим, клиент не злоупотребляет и согласен на стандартную процедуру проверки. Теперь задача – описать возвращаемую покупку, буквально всё: пятна, царапинки, потертости – записываем всё, что есть. Придумывать ничего не надо, фиксируем реальное положение дел. Если есть возможность, делаем фотографии на телефон.

Акт – способ смягчить процесс, а не разозлить клиента, поэтому описывать вещь в акте нужно вместе с клиентом. Это как бы не продавец спорит с клиентом, а такой стандарт компании: «Да-да, сейчас мы вам поможем всё вернуть, вот по правилам нужно акт составить, понимаете, юристы, бухгалтерия, они же все страшные бюрократы… Давайте сейчас вместе составим акт…»

На акте должна быть подпись клиента. Она показывает, что клиент всё видел и со всем согласен. Можно сделать копию акта и отдать клиенту – это подчеркивает, что вы на стороне покупателя.

3. Экспертиза. Допустим, на рубашке разошлась строчка. Если магазин сомневается, почему это случилось – то ли заводской брак, то ли потребитель не по размеру взял и она разошлась на нем, – рубашку отдаем на экспертизу.

Допустим, нам приносят новый товар, который якобы не подошел по цвету, размеру или комплектации. Пусть это будет детская коляска. Мы видим следы эксплуатации на колесах – вероятно, коляской пользовались. Тогда тоже отдаем на экспертизу.

Экспертиза – это помощник в двух случаях: когда нужно отличить производственный брак от эксплуатационного и когда нам нужно понять, был ли товар в употреблении.

Экспертную компанию лучше найти проверенную и надолго. Эксперт должен подходить к вопросу объективно и говорить как есть – вам эту экспертизу, возможно, придется отстаивать в суде. Если эксперт за деньги говорит вам то, что вы хотите слышать, это так себе экспертиза.

А теперь бизнес-трюк. Каждый раз на полноценную экспертизу денег не напасешься. А вам всякий раз нужна информация от эксперта. Ключевое слово – информация. Полноценное заключение на тридцати листах пока что не нужно: оно понадобится, если дело дойдет до суда или до официальной экспертизы по просьбе потребителя.

Поэтому, когда вы нашли хорошего и честного эксперта, вы ему скажите так: «Давайте мы вам будем приносить товары массово, а вы не будете заниматься бумажной работой и составлять на каждый товар заключение? Просто посмотрите товар и скажите свое экспертное мнение. Устно».

За устное заключение предложите заплатить как за консультацию, а не экспертизу. И это стоит 500–1000 рублей, а не 5000 рублей за каждый товар. Потому что это сильно быстрее и меньше мороки для эксперта.

Итак, вы отнесли возвращаемую вам вещь к эксперту, выяснили его мнение. Например, это не ваш брак или товар был в употреблении. Тогда мы сообщаем покупателю, что товар, к сожалению, вернуть не получится. Если хотите, можно что-то предложить потребителю на ваше усмотрение, чтобы смягчить отказ.

Если же потребитель настроен агрессивно и не готов отступать, то он имеет право потребовать проведения экспертизы за ваш счет, а вы обязаны ее провести. Мы уже все понимаем, где вы будете ее проводить. Вы обращаетесь снова к тому эксперту, и он составляет уже полноценное заключение.

Кстати, если выяснится, что магазин не виноват в недостатке товара, то по закону потребитель оплачивает работу эксперта, если потребитель настаивал на проведении экспертизы. Об этом нужно проинформировать клиента. Если сказать это прямо, то может быть воспринято как угроза, обычно на это плохо реагирует покупатель. Тогда вот вам метод.

Мы одному своему доверителю решили проблему потребительского терроризма следующим образом. У него было много возвратов платьев, особенно в конце мая и июня, когда проходят выпускные балы и последние звонки.

Потребитель настаивает на экспертизе за наш счет. Даем ему заявление. В нем он выражает это свое желание. И вот мы в этом заявление сделали рамку и впечатали следующий текст:

«Я уведомлен (а), что в случае, если экспертиза подтвердит, что товар был использован по назначению или недостатки товара возникли не по вине продавца, я обязуюсь возместить продавцу стоимость проведенной экспертизы».

И место для дополнительной подписи потребителя. Когда он идет по заявлению и заполняет его, встречается с этой рамкой, то периодически сам передумывает продолжать. Человек понимает, что экспертиза закончится не лучшим для него образом, и вряд ли захочет ее еще и оплачивать.

Потом мы такое заявление внедрили в большом ритейле: из 100 заявлений на возврат денег, которые начинали заполнять покупатели, только 62 в итоге подавались кассиру. Неплохое повышение эффективности без единого слова продавца.

4. Альтернатива. Если покупка качественная, а потребитель ее возвращает, обычно он сразу просит деньги назад. Жена купила мужу куртку за шестьдесят тысяч рублей, приносит обратно, и вроде бы магазин должен вернуть шестьдесят тысяч.

Вот тут есть зацепка: по закону магазин сначала должен предложить обмен покупки, и, если потребитель не согласен на такой обмен, только тогда возвращаются деньги. Если ваши потребители будут удивляться, покажите им ст. 25 Закона о защите прав потребителей. Об обмене хорошо помнить, если для бизнеса выгоднее обменять покупку, чем лишаться денег. А это выгоднее почти всегда.

Поэтому внедряйте в скрипт разговора ваших консультантов вежливое предложение об обмене товара и уверенные движения в сторону полок и рейлов, где висят другие размеры или цвета. Вы же «не продаете одежду, вы же продаете впечатления» (взято из Музея стратегических сессий и оригинальных миссий ритейла). Так и создайте впечатление. Подберите нужный цвет, размер или фасон.

Если же ваш клиент пришел к вам с некачественным товаром, то здесь коммуникация еще более интересная. Как вы помните, у него есть право выбрать аж из пяти опций. Поэтому мое предложение: определить конкретно для вашего магазина, что самое выгодное из вариантов при некачественном товаре, а что и вовсе нереализуемо у вас, а затем вести диалог и предлагать именно в этом порядке.

Приведу пример. Возьмем монобрендовый шоурум. Рядом с ним находится ателье, с которым они в партнерских отношениях. Когда в такой шоурум приходит покупатель с товаром на возврат из-за брака, предлагаем ему такие варианты и в таком порядке:

1. Поменять на такой же товар, но без брака – у магазина наверняка они есть.

2. Безвозмездно исправить недостатки товара – мы отдадим товар партнерам, и они сделают быстро и недорого.

3. Скидка на бракованный товар.

4. Возврат полной стоимости за товар.

Обмен на такой же товар другой марки или модели нам не подходит, потому что в нашем примере мы монобрендовый магазин, у нас нет других марок.

Если потребитель отказывается от услуг

Если потребитель отказывается от услуг в любой момент, по закону компания обязана вернуть все деньги за вычетом фактически понесенных расходов.

Если бизнес-модель предполагает, что вы удерживаете с отказников часть оплаты, а остальное возвращаете, об этом нужно сказать в договоре или публичной оферте на сайте. А еще нужно в действительности понести эти расходы.

Известная международная образовательная компания оказывает услуги в России. Услуга: абонемент по изучению иностранного языка на два года. В абонемент входит условно 40 индивидуальных и 200 групповых занятий.

В договоре есть таблица: сколько денег и при каких условиях компания возвращает ученикам. Сумма зависит от того, когда ученик отказывается от занятий. Например, если не посетил ни одного занятия, но с момента заключения договора прошло 400 дней из 730, не вернут ничего. Это условие незаконно: если клиенты подадут в суд, их претензию, скорее всего, удовлетворят.

А вот другой пример, тоже с образовательной компанией, которая делает умнее. Потребитель заключает договор на онлайн-обучение. Он получает доступ в личный кабинет. Но образовательная компания устроена хитро: учебный сайт компании не принадлежит, и она в момент, когда клиент купил обучение, покупает на него лицензию для входа на сайт, а еще лицензию на методические материалы.

В такой конфигурации, даже если клиент откажется от обучения в середине месяца, клиенту вернут деньги за вычетом половины месяца прошедшего обучения и стоимости лицензий. А так как лицензии образовательная компания закупает у дружественных, скажем так, компаний, она может влиять на цену этих лицензий. Дружественная компания может доказать транзакции, которые подтверждают понесенные расходы, а это дает учебному центру основания для возврата лишь части стоимости оплаченных услуг.

Отказы в b2b

Отказы от товаров и услуг в b2b (то есть когда одна компания что-то делает для другой) не регулируются Законом о защите прав потребителей. Это значит, что всё, о чем я писал выше, по умолчанию не применяется.

К b2b применяются правила, которые компании или ИП установят в договоре друг с другом. В договоре есть порядок и сроки проверки по качеству и количеству товаров при поставке или правила отказа – вот они и действуют.

Закон предусматривает возможность прописать в договоре компенсацию, если заказчик немотивированно и в одностороннем порядке откажется от выполнения договора. Сбежал – заплати. Но, как и всегда в договорах, выплата в этом случае происходит не автоматически. Сначала должна быть претензия, переговоры, а если не удалось, то суд, решение суда, взыскание, и если взыскание удастся – вы получите деньги. Сама по себе формулировка в договоре защищает, но это не волшебная таблетка.

Кирилл Краснов,

сооснователь бизнес-клуба R2

История о трех миллионах рублей.

У нас было мероприятие для большой табачной компании. Предоплата – 4,5 млн рублей. Они за два дня написали нам электронное письмо: уведомляем вас, что мероприятие отменяется. А в договоре написано: «В случае отмены мероприятия предоплата должна быть возвращена» – и срок отмены не указан. Пришлось вернуть все деньги, а мы уже потратили на организацию три миллиона рублей.

С тех пор в договоре есть отсечки по времени, после которых часть предоплаты не возвращается.

Подведем итог нашего разговора о возвратах. Главные мысли:

● Закон о защите прав потребителей действует только на те покупки, которые совершались для личного использования. Если физлицо купило продукт для перепродажи или для бизнеса – он не потребитель.

● Закон капитально защищает права потребителя, что часто приводит к злоупотреблениям и потребительскому терроризму. Будьте готовы защищать свои права.

● В зависимости от типа товара и ситуации есть разные сроки возврата и требования к магазину. Изучите свои со специалистом. Учтите, что законы постоянно меняются.

● Необязательно сразу бросаться в покупателя деньгами. Закон дает вам право взять паузу, предложить альтернативы и многое другое.

● Экспертиза и составление актов осмотра помогут охладить пыл тех покупателей, которые хотят нажиться на вас.

● Устное заключение эксперта в практическом смысле ничем не хуже, чем многостраничный документ.

● При отказе от услуг компания должна возвращать все деньги за вычетом фактически понесенных расходов. Это кажется несправедливым, но можно структурировать бизнес так, чтобы это вам не помешало.

● В интернет-торговле права потребителя защищаются еще жестче, чем в офлайновых магазинах, поэтому держитесь там!

Если ваша услуга навредила клиенту

Допустим, клиент полез в ваш веревочный парк, упал и сломал руку. Теперь он может потребовать от компании деньги: компенсацию за расходы на лечение и моральный вред. Это может быть десять тысяч, а может полмиллиона, и это реально.

Деньги – это еще не всё. Сейчас почти все конфликты бурлят в соцсетях, и очень редко они разворачиваются в пользу бизнеса. И хотя пиарщики говорят, что плохого пиара не бывает, я желаю вам не попадать в центр потребительского скандала в соцсетях.

Разбираемся, что делать с юридической точки зрения, если что-то пошло не так.

Начнем с разбора того, что нужно сделать до инцидента. И первое важное замечание: проблема случится в той области, которой вы не придали значения; где у вас не было регламента или процесса; куда вы не смотрели. Это природа любой проблемы: она не случается там, где вы всё предусмотрели, а только там, где процессы были оставлены без присмотра.

Поэтому чем шире кругозор, тем меньше вероятность инцидента. Я советую максимально тщательно изучать практику коллег, чтобы знать все возможные подводные камни.

Дальше – несколько чисто юридических соображений на этот счет. Пусть они вам никогда не понадобятся.

Прописать должностные инструкции сотрудников, от которых зависит качество услуги и безопасность клиентов. Это могут быть технологи, которые разрабатывают рецепт, упаковщики, вожатые, инструкторы.

Инструкция – не бюрократическая причуда, а рабочий инструмент. Если такой инструкции нет, за всё отвечает генеральный директор.

Пример из жизни. Инструктор на скалодроме не пристегнул клиента к страховочной веревке, клиент упал и повредил ногу. Если у инструктора нет должностной инструкции или там не написано черным по белому, что именно он следит за страховочной веревкой, вина лежит не на инструкторе, а на гендиректоре. Компенсацию можно взыскать с компании, оказывающей услуги, а вот если вред здоровью серьезный, директора могут привлечь к уголовной ответственности.

Почему? Потому что инструктор отвечает только за то, что написано в его должностной инструкции. В жизни так и произошло: инструктор отошел в сторону, мол, он тут ни при чем.

Снять ответственность с себя, написав должностную инструкцию сотрудника, недостаточно. Нужно проработать с сотрудником эту инструкцию: убедиться, что он прочел, потом вместе обсудить. Вообще, передача ответственности – очень важный этап. Ваша задача: чтобы инструктор ответственно относился к своему делу, поэтому нужно серьезно проработать его порядок действий и выработать его профессиональные привычки.

Здорово, если вы сможете перестроить процессы так, что правила будет удобнее выполнить, чем проигнорировать.

Как сделали на практике: инструктор должен был пристегнуть к гостю страховочный трос. Перед встречей гостя этот трос на инструкторе, и ему с ним неудобно. Поэтому он всегда помнит, что трос надо перестегнуть на гостя.

Составить правила. Если клиенты могут получить травмы, пока пользуются услугой, в компании должны быть правила поведения для клиентов.

Правила нужны, если у вас:

● спортивный объект, например горнолыжный курорт, батутный комплекс, веревочный парк, скалодром, скейт-парк;

● комнаты квестов и иммерсивные шоу;

● рестораны и кафе, где подают горячие блюда и напитки, блюда, содержащие аллергены;

● темно или, наоборот, слишком ярко;

● может быть резкий звук;

● любые активности с несовершеннолетними, например детские лагеря, научные шоу или детские зоны в кафе.

В правилах поведения вы фиксируете возможные риски и правила поведения, по пунктам. Это способ переложить ответственность на клиента. Подход такой: если клиент соблюдает правила, травмы нет. Если травма есть – клиент не соблюдал правила.

Представьте квест-комнату. Это эскейп-квест, то есть у людей задача выбраться из комнаты. Везде ведется видеозапись. Есть правило: если что-то легко не поддается движению – не надо это двигать. Ребята, которые проходят квест, хватаются за алебарду на стене и пытаются ее оторвать. Им оператор говорит через колонки: «Алебарда не участвует, не отрывайте ее». Они продолжают ее дергать. В итоге она падает со стены и ранит ногу одного из участников. Он обращается в суд, но проигрывает, так как своим поведением нарушал правила и это удалось доказать.

Правила должны быть везде, куда дотянется клиент: в оферте, уголке потребителя, рассылке. Все эти бумажки – не просто так: они нужны, чтобы защитить бизнес в возможном судебном разбирательстве.

Повесить предупреждающие таблички. В ходе судебного разбирательства вам попробуют доказать, что одних правил недостаточно. Вас станут спрашивать: «А сделали ли вы всё, что зависит от вас, чтобы проинформировать гостей об этих правилах?», «А проводился ли инструктаж?». Ответы на вопросы должны быть положительными.

Еще одно подтверждение, что компания всё сделала, – таблички, которые большими буквами подсказывают, чего нельзя делать.

Евгений Щепин,

управляющий по коммуникациям компании «ВкусВилл»

Мы изо всех сил и везде как можем предупреждаем об опасностях. Например, пишем на упаковке с варениками: «Будьте аккуратны: в варениках настоящая ягода, в ней могут попадаться косточки».

Выработать процедуру. Если что-то может пойти не так, оно точно пойдет не так. Поэтому здорово заранее придумать, кто и что будет делать, какие сведения передаются, как, кому и зачем.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

У нас прописаны правила поведения, висят всевозможные таблички с предупреждением, но мы всё равно стараемся сами не допустить неприятных случаев. Например, у нас никогда не выносится кипяток в чайнике, там подходящая температура, чтобы напиток заварился, но так, чтобы если облиться – не до ожога. Мы просим всех детей сажать за стол с одного края, а горячие напитки ставим целенаправленно с противоположного края, чтобы родители могли контролировать ситуацию, а дети случайно не дотянулись.

Обучать сотрудников. На предыдущем шаге вы выработали сценарии поведения, чтобы минимизировать травматизм. Теперь задача – обучить сотрудников на уровне навыков. Вот ребенок упал – что делает инструктор? Он должен уметь правильно действовать, четко, быстро, на автомате.

Чтобы знания закрепились и стали навыками, инструктажей мало – нужно тренироваться. Со временем нужно разбирать новые ситуации, сверяться с действительностью и снова тренироваться. Иначе самый лучший алгоритм превращается в пустую бюрократию.

Я не эксперт по бизнес-процессам и не буду вас учить работать с сотрудниками. Но я знаю вот что: когда сотрудники плохо натренированы, в экстренной ситуации они неправильно действуют; это оказывается в соцсетях; это оказывается в суде; и от этого никак не отбиться.

Работать с камерами. Если в заведении включены камеры или можно их поставить, это отлично. Видео помогает разобраться, что случилось и кто виноват.

С камерами есть подвох. Обычно запись стирается через несколько дней: сколько-то дней записывает, а потом начинает писать поверх записанного. Хорошо устроить так, чтобы за съемку был ответственный и он следил, не случилось ли чего за день и точно ли не нужна конкретная запись. Если что-то случилось, то сразу копируем нужную запись на отдельный диск.

Снимать клиентов просто так нельзя, потому что видео попадает под защиту персональных данных и еще некоторые ограничения. Поэтому для съемки делаем две вещи: пишем объявления у камеры, что идет съемка, вроде такого: «Для вашей безопасности мы всё фиксируем на видео». А еще – дописываем в оферту пункт, мол, мы снимаем и вы даете разрешение на использование своего изображения как биометрических персональных данных, так и в соответствии со ст. 152.1 ГК РФ.

Страховать ответственность. Есть полисы страхования гражданской ответственности. Это как раз об ответственности перед клиентами, если с ними что-то случится. В этом случае компенсацию выплачивает не компания, а страховщик.

Если покупаете такой полис, проверьте правила, чтобы узнать, какие случаи считаются страховыми, а в каком случае не стоит рассчитывать на компенсацию от страховой.

Андрей Петелин,

CEO «Додо Пицца Евразия»

Мы уверены в качестве своей продукции. Если у потребителей возникают вопросы, тут же зовем посетить все помещения пиццерии и увидеть своими глазами чистоту и порядок.

Обычно мы верим клиентам, но бывают разные ситуации. Например, звонят и говорят: «Здравствуйте, я отравился у вас в пиццерии, всё плохо, буду подавать в суд». Мы спокойно отвечаем, что всё непременно возместим, только мы работаем со страховой компанией. Наша гражданская ответственность застрахована, поэтому вот вам контакт компании, там подскажут, какие документы предоставить для выплаты. Чаще всего это «шутники», и они пропадают после разговора.

Олег Понфиленок,

основатель и директор Copter Express

Мы производим дроны. Периодически для портфолио оказываем услуги с помощью коптеров. Один раз дрон упал на парковку автодилера. А у нас страховка гражданской ответственности, и страховая вместо нас заплатила автодилеру.

После инцидента

Итак, что-то пошло не так и вы об этом узнали. Вот несколько правил.

Не обвинять клиента, не кричать и вообще вести себя дружелюбно. Пока непонятно, кто виноват и что вообще случилось, предлагаю не спорить с клиентом, а встать на его сторону. Не стоит говорить, что у нас никто никогда не падал и все инструкторы очень опытные. Этими фразами вы вряд ли поможете: человеку уже плохо, а тут еще его называют дурачком. Вместо этого лучше принести извинения за ситуацию и пообещать разобраться.

Быть на стороне клиента – самое важное в таких ситуациях. Чем больше поддержки клиент видит от компании, тем охотнее он идет на переговоры. Даже если вы уверены, что клиент сам виноват, в момент конфликта доказывать ему это бессмысленно.

Взять видео с камер, если есть камеры. Лучше это сделать сразу, пока запись куда-то не делась.

Собрать объяснения от пострадавшего, сотрудников и свидетелей. Теперь самое нужное: опрашиваем участников и фиксируем письменные объяснения. Чем больше объяснений от разных людей, тем больше шансов понять, что же все-таки произошло.

Понимание нужно для оценки рисков: может, выгоднее предложить какую-то компенсацию, если понимаем, что, скорее всего, компания виновата. Или сослаться на официальное разбирательство и отказать пока в деньгах, если уверены в своей правоте.

Можно ли брать объяснения от своих сотрудников, они же заинтересованные лица? Не только можно, но и нужно, причем объяснения должны быть письменными. Такие документы пригодятся в суде и на переговорах – а еще у сотрудников не будет возможности передумать.

Как бывает: клиент упал и готов сказать, что да, выпил немного, вот и шатает. А через день поговорит с другом, тот его накрутит и начнется: «Это мне официант подножку поставил!» Поэтому письменные объяснения с получившего травму, если это возможно, нужно получить в день произошедшего.

Случай из практики. Детский лагерь, ребенок где-то поранился и теперь хромает. Директор и вожатые разбираются, что случилось. Рану подростка промыли, наложили повязку и спрашивают, что случилось.

Тот рассказывает: захотели с ребятами покурить, сигареты кончились. И он на спор перелез через забор, чтобы купить сигареты в ближайшем ларьке. Пока перелезал, упал и поранил ногу о забор, сигареты не покупал.

Вожатый записал рассказ со слов мальчика и попросил расписаться: «С моих слов записано верно, мною прочитано». Можно было и самого его попросить написать, тогда обошлись бы и без этой фразы в конце.

Вечером приехали родители, поговорили с сыном. И тот поменял историю: он сам не курит и за сигаретами заставили лезть старшие ребята. Родители к директору: «У вас небезопасно и всякая шпана нашего сыночку толкает на безрассудные поступки!»

Хорошо, что у директора остались объяснения подростка. К тому же в лагере нельзя ни курить, ни выходить за территорию без вожатых – так написано в правилах.

Для объяснений можно не готовить шаблоны, но, если общаетесь сами, есть список вопросов, на которые хорошо бы получить ответ и зафиксировать его письменно.

Беседовать лучше оперативно – так сказать, по горячим следам. Скорее всего, рассказ о произошедшем «на месте» будет правдивее, чем после советов юриста или «умного соседа».

Вот ориентировочные вопросы, которые помогут вам разобраться в ситуации и составить полезное объяснение.

Составить протокол служебного расследования. Протокол – сводный документ, который фиксирует всё, что есть по событию: первичные данные, имена свидетелей, потерпевших и сотрудников. Как только в чьих-то объяснениях появляется новая фамилия, она тут же вносится в протокол расследования. Потом у этого человека тоже берутся объяснения. Протокол помогает сориентироваться в ситуации, даже если человек не был на месте, но принимает решение по данной ситуации.

По общему правилу чем масштабнее происшествие, тем больше действий нужно предпринять для фиксации произошедшего.

Юлия Ариевич,

совладелец Горнолыжного комплекса и сети спортивных магазинов «КАНТ»

Горные лыжи – травмоопасный вид спорта. Говорим ли мы про Австрийские Альпы или про склоны на Нагорной в Москве – инциденты происходят часто и там и там.

У нас разработан четкий регламент реагирования на любое значительное происшествие. Вот что мы делаем: лыжный патруль осматривает пострадавшего, успокаивает, оказывает первую доврачебную помощь, в случае необходимости вызывает снегоход для эвакуации со склона, по возможности опрашивает потерпевшего и свидетелей.

После того как для человека сделали всё возможное, разбираемся внутри – поднимаем видеозапись, протоколируем все действия, сохраняем показания всех участников и свидетелей. По итогам принимаем решение, что можно улучшить, изменить.

Обязательно после инцидента поддерживаем связь с пострадавшим, понимаем, есть ли последствия или всё кончилось хорошо.

Быть с клиентом на связи. Хорошо, если кто-то от компании общается с клиентом, пока ситуация не решится. Общение помогает оценить, какие затраты придется возмещать и в каком настроении клиент. Одно дело – он ворчит и уже переключился на другие дела, другое – истерит, идет в самую дорогую стоматологию, к психологу и массажисту сразу. Или хуже – грозится обратиться во всевозможные контролирующие органы, что для вас чревато проверками. О таком лучше знать заранее.

Чтобы поддерживать связь, советую связываться тому, кто общался с клиентом до инцидента. Может быть, продавец так здорово продал поездку, что клиент от него в восторге. С таким человеком приятнее общаться, чем с каким-то незнакомцем из службы поддержки.

Тут принцип такой: клиенту всё равно нужна поддержка. И если он не получит ее от компании, то пойдет за ней к юристам, друзьям или в соцсети. А там его точно кто-то накрутит и даст добрый совет – «судиться с этими козлами, так им и надо, страну разворовали».

Анализ убытков. Можно попробовать снизить сумму, если компания все-таки платит. Главное, за что платит компания, – возмещение расходов на лечение и восстановление здоровья. И здесь нюанс: клиент может пойти в поликлинику по ОМС, а может в платный частный медицинский центр.

Чтобы снизить суммы выплаты, узнаем у клиента, к каким врачам он обращался, а потом анализируем:

● Нужно ли это было делать. В этом помогает направление врача. Допустим, клиент обратился к терапевту. Если тот направил к массажисту, за массаж придется платить. Если нет, а клиент пошел просто так – есть шансы оспорить стоимость массажа и не платить.

● Можно ли услугу получить бесплатно и по ОМС. Есть редкие врачи, которых нет в программе медицинского обслуживания, или такие, куда очередь на месяц. Если из-за этого клиент пошел в частные клиники, компания платит. Если просто не любит госполиклиники, то тоже есть шанс обойтись без выплаты.

● Насколько цена отличается от среднерыночной. Компания обязана возместить расходы, но не обязана оплачивать безумные счета. Есть стоматолог, который кариес лечит за три тысячи, а есть за тридцать тысяч. Если у клиента какой-то подозрительно большой счет, следует убедиться, что такие цены есть на рынке, а это не какой-то элитный врач. Завышенные цены снижаются в суде, это реально.

Собрать документы. Есть два типа документов – о ситуации, это как раз письменные объяснения. И есть те, что помогают выиграть суд, если дело до него дойдет. Что тут может быть: должностные инструкции, результаты проверки, отзывы других клиентов – в общем, что угодно, что говорит в пользу компании и высоких стандартов безопасности.

На случай выплаты. Может быть такое, что компания готова заплатить клиенту. Компания не чувствует себя виноватой, но разделяет ситуацию и решает материально помочь пострадавшему гостю. Вот тут остановимся. Мой совет – не передавать деньги просто так, а вместе с этим подписать с клиентом заявление. В заявлении важны три пункта:

● Компания не признает вину. Поэтому выплата не в качестве возмещения за травму, а добровольная материальная помощь.

● Расторгает договор. Для этого компания возвращает деньги за оплаченную услугу, если это применимо. Если услуга оказана и травма получена после, ничего не возвращаем.

● Берет с клиента заверение, что у него нет претензий.

Текст заявления может быть таким:

«Компания» выплачивает потребителю сумму в размере 300 000 (триста тысяч) рублей. Выплата состоит из возврата денег за услугу, которую потребитель оплатил 01.01.2019, и добровольной материальной поддержки.

Потребитель подтверждает, что деньги получил и что у него нет материальных и моральных претензий относительно случившегося и оказанной услуги в целом.

«Детский лагерь» и потребитель расторгают договор № 1 от 01.01.2019.

Дата, банковские реквизиты потребителя (если передавались не наличными), подписи обеих сторон.

Такое заявление поможет, если потребитель не успокоится и дело дойдет до суда. Обратите внимание на нюанс: если компания не расторгает договор с пострадавшим клиентом, у того может быть право вернуть деньги за услугу. Если суд признает вину, то у потребителя есть шанс отсудить больше денег, чем компания уже выплатила. Поэтому важно быть осторожным с формулировками. Еще раз: вину не признали, вот вам материальная помощь, возвращаем уплаченные деньги, расторгаем договор, претензий нет.

О моральном вреде. Моральный вред – очень размытое понятие в России. Его чаще всего не выплачивают в запрашиваемом размере. Просят полмиллиона рублей, а суд назначает пять тысяч.

Требование о возмещении морального вреда можно встретить, например, по искам о защите прав потребителей и по искам работников по трудовым спорам. Человек, который предъявляет требования по компенсации морального вреда, не обязан их доказывать. Он просто пишет «испытывал нравственные страдания и переживания», а суд принимает решение, сколько выплатить в счет компенсации морального вреда.

Илья Криворот,

генеральный директор компании «Республика»

В магазине «Республика» в торговом центре Vegas подали претензию. Дама написала жалобу: она почувствовала себя оскорбленной, потому что «выбирая книгу в подарок, заметила неподалеку выкладку носков». Она испытала нравственные страдания и считала, что 50 000 рублей позволили бы ей не так страдать.

В качестве ответа подарили книгу Алексея Зайцева «Боязнь носков» и поблагодарили за отзыв, который помогает нам стать лучше.

Что из этого вынести:

● На предприятии может произойти ЧП – клиент упадет, поранится, обварится и т. д. ЧП произойдет именно там, куда вы не смотрите и где нет налаженных процессов. Чем шире ваш кругозор, тем меньше вероятности ЧП.

● Сотрудник отвечает за последствия, только в том случае, если это прописано в его должностной инструкции. Нет в должностной инструкции – отвечает директор.

● Не просто прописывайте ответственность в должностной инструкции, а прямо обучайте сотрудников, как вести себя в случае ЧП. Наша задача – не скинуть ответственность, а предотвратить беду.

● Камеры. Используйте камеры в зале и подсобных помещениях, чтобы фиксировать все действия сотрудников. Это защитит их и вас в случае ЧП.

● Если ЧП произошло, становитесь на сторону клиента. Обучите сотрудников сразу проявлять эмпатию, оказывать помощь и ни в коем случае не спихивать ответственность на клиента.

● Со всех – письменные объяснения, что произошло и в каком порядке. Внутри проводим расследование.

● Постоянно держим связь с клиентом, чтобы ему не было повадно идти разбираться в соцсети.

● Если решили платить компенсацию – тщательно прописываем в заявлении, что вину не признали, деньги – добровольная помощь, претензий у клиента нет, договор расторгаем.

Если пришла проверка

Проверки-проверочки. Люди в погонах появляются на пороге офиса, чтобы что-нибудь у вас проверить. Они могут быть и без погон. Они могут быть настоящими блюстителями пожарной безопасности, которые радеют за то, чтобы в случае пожара все успели спастись. А могут быть и голодными сотрудниками не скажу какого ведомства, у которых горит негласный квартальный план по взяткам. Как себя вести?

Есть предприниматели, которые к такому не готовы. Они с бледными лицами тянутся в сейф, нащупывая там то ли бутылку коньяка, то ли конверт с деньгами, то ли средство самообороны.

Есть те, кто выходит «быковать» и качать права.

И есть вы. Давайте разберемся, как быть компаниям, руководители которых прочитали эту книгу.

Если к вам пришли люди в погонах, советую вести себя неагрессивно. На то несколько причин.

Человеческая. Помните, что проверяющие – обычные люди, такие же, как мы с вами. У них дети, кредиты, походы в магазин по вечерам, ссоры в семье. Они выполняют свою работу, и, скорее всего, не они инициировали проверку. У них есть поручение, они его выполняют, и если они его не выполнят – им прилетит.

На мой взгляд, выливать негодование на проверяющих как-то несправедливо. От вашего гнева они не остановятся, но вот если их разозлить, они могут начать выполнять свою работу с особой тщательностью.

Правовая. Допустим, директор компании все-таки сорвался и вытолкнул кого-то из проверяющих. Или борется, встал в дверях и не пускает, пусть и ссылаясь на законные основания – например, нет сопровождающего документа.

Пока директор не прикоснулся к кому-то из проверяющих, в действиях компании были только гипотетические правонарушения. Проверка как раз и для того была нужна, чтобы эти нарушения выявить. Но в тот момент, когда директор физически остановил проверяющих или оскорбил, – тут-то правонарушение и состоялось.

Если проверяющие пришли выполнять план, то факт оскорбления или физического контакта вполне сойдет за причину, чтобы довести дело до конца – привлечь директора или сотрудника к ответственности. Не только к административной, но и к уголовной.

Другой вопрос, если заклинило входную дверь. Такое бывает: может, магнитный замок замкнуло или еще что. На моей практике это случалось. По закону сотрудники обязаны впустить проверяющих, и, если они войти не могут, это уже нарушение. Но вот дверь не срабатывает, и тут компания не виновата. И нарушения нет. Единственное, если это обыск или выемка, то дверь могут и вскрыть.

Мой совет: не прикасаться к проверяющим, быть вежливыми, физически не препятствовать войти в помещение. Эти действия считаются нарушениями, и их хватит, чтобы привлечь директора или любого другого сотрудника к ответственности. Если из всей этой главы вы усвоите одну мысль – пусть будет именно эта: не трогай, не мешай, не груби. И еще прочитайте то, что будет написано на следующей странице, – там второй лайфхак для работы с проверяющими. Выучите его сами и расскажите всем сотрудникам.

Фиксировать нарушения проверяющих

Сейчас внимание. Возьму самый большой шрифт.

Когда у вас в офисе работают проверяющие, ваша задача – не остановить их, не помешать, не запугать, не задобрить.

Ваша задача, а также задача всех ваших сотрудников, – собрать доказательства, которые дискредитируют действия проверяющих.

Если вы сможете доказать, что сведения были получены незаконным путем, их можно будет признать недопустимыми доказательствами. Это главная задача.

Вы не можете помешать проверяющим. Но можете сделать так, чтобы их работа оказалась напрасной.

Например, если постановление об обыске или выемке выписано одним лицом, а сам обыск или выемка проводится другим, обязательно должно быть отдельное поручение или постановление о создании следственной группы. Если постановления нет, обыск проводится неуполномоченным лицом, и это обязательно нужно указать в протоколе. Вот и всё, зря приезжали.

Чем больше будет зафиксировано замечаний на действия сотрудников, тем сложнее им будет доказать, что они действовали по закону. А значит, тем больше у предпринимателя шансов исключить нужный документ из доказательств вины.

В общем, действия сотрудников нужно тщательно фиксировать и искать в них нарушения.

Учет проверяющих. Есть такая штука – журнал учета проверок. В чем суть: компания может фиксировать каждую проверку: например, кто пришел, зачем, на каком основании.

Журнал нужен для контроля. Бывает, что проверяющие приходят без законного основания, чтобы свести счеты или подзаработать. И вот такие журналы их останавливают: видно, что компания настроена серьезно, знает о своих правах и вот-вот на место примчит адвокат.

В моей практике был случай: директор попросил проверяющего заполнить журнал, тот сказал, что ему надо взять документы из машины, вышел и не вернулся.

В другом случае проверяющие потоптались у журнала, что-то начали вписывать, потом огляделись в помещении, констатировали «Вроде всё тут нормально» и ушли, будто провели проверку.

Есть типовая форма журнала, разработанная Минэкономразвития, но вообще журнал можно оформить как угодно. Это может быть тетрадь с надписью «Журнал учета проверок» или специальный журнал, такие продаются в магазинах канцтоваров.

Просите самих проверяющих заполнить журнал. Проверьте, чтобы стояли их подписи.

По секрету бизнесу (сотрудникам полиции читать настоящий абзац запрещается): в журнал обязаны вписываться не все проверяющие органы. Например, все ведомственные проверки, допустим МЧС, Роспотребнадзор, – обязаны. А полицейские и следственные мероприятия: выемки и обыски – нет.

Но не все проверяющие об этом знают. Поэтому, если уверенно предлагаете вписать данные о себе проверяющим в журнал, некоторые это делают, а некоторых это останавливает, и они уходят без проверки. Кроме шуток! Разворачиваются и уходят искать нарушения на других предприятиях только потому, что им пришлось отметиться в журнале!

Разделы для журнала учета проверок

Дата начала и завершения проверки (официально – контролирующего мероприятия).

Название контролирующего органа, который проводит проверку.

Тип мероприятия. Например, проверка или обследование.

Основание для проверки, например приказ, жалоба или еще что-то. Номер и дата документа о проведении проверки. Это может быть приказ, постановление, распоряжение.

Цель проверки.

Плановая или внеплановая проверка.

ФИО инспекторов, кому поручено проведение мероприятия.

Подпись инспекторов.

А что за проверка? Существует много разных проверок, об этом можно написать отдельную книгу. Более того, разные мероприятия типа обыска, обследования или выемки юридически проверками и не являются, но для нас это не имеет значения. Вести себя нужно грамотно в любом случае.

Все эти мероприятия будем для простоты называть проверками: и ведомственные проверки, и посещения сотрудниками в погонах. В зависимости от типа мероприятия у проверяющих будут разные права. В одних случаях проверяющий вправе без спроса открыть все шкафчики и сейф, а в других – только с разрешения директора и сотрудников. Хорошо эти права знать, чтобы не разрешать проверяющим лишнего.

Есть два больших типа проверок: ведомственные и «полицейские». Начнем с ведомственных, потом пройдем по «полицейским», а в конце будет большая сводная таблица как шпаргалка.

Ведомственные проверки – это гости из Роспотребнадзора, МЧС, Росалкогольрегулирования и других подобных органов. Они проверяют, чтобы вы соблюдали законы, за исполнение которых эти ведомства отвечают: например, МЧС проверяет, чтобы в вашем офисе соблюдалась противопожарная безопасность.

Ведомственные проверки бывают плановыми и внеплановыми. График плановых проверок публикуется на сайте прокуратуры вашего региона, а внеплановые происходят по жалобам граждан или распоряжению прокуратуры.

Основание проверки – приказ или распоряжение. Если проверка внеплановая, на нее нужно согласие прокурора (оформленное документально). Если проверка внеплановая и у проверяющих на руках нет согласия прокурора – спокойно фиксируем это в протоколе проверок. Права не качаем. Двери не блокируем. Проверить, плановая проверка или нет, можно на сайте прокуратуры или ведомства, из которого к вам пришли в гости.

Ведомственные проверяющие не имеют права вскрывать помещения. Если кабинет заперт, они не могут взламывать двери. Нельзя досматривать сотрудников, копаться в их личных вещах, тумбочке, карманах, сумке. Сами сотрудники могут смело уйти из офиса и с проверяющими не общаться – остаться должен только директор или тот, кто представляет интересы компании во время проверки (например, адвокат).

По итогам ведомственной проверки всегда составляется акт или протокол. Вообще такие документы, как акты и протоколы, нужны для того, чтобы юридически фиксировать всё, что происходит фактически. То есть нам не очень важно, что происходит по факту, – куда важнее, чтобы в итоговых документах всё было написано так, как нам выгодно. В акт (или в отдельном протоколе) нужно вписывать все нарушения проверяющих. Подписывают акт или протокол проверяющий и тот, кто представлял компанию во время проверки.

Это были ведомственные проверки: как видите, если пришел условный Роспотребнадзор, его представители не могут досматривать личные вещи ваших сотрудников, обыскивать их, вскрывать сейфы и т. д. Если они что-то такое делают – фиксируйте на видео, смело записывайте в протокол и акт: проверяющие сами обесценили свою деятельность.

Теперь о «полицейских» проверках. Они полицейские только условно, поэтому в кавычках. Их могут проводить как органы МВД, следственные органы, так и ФСБ, например. Это может быть обследование или обыск. Первое мягче, второе более жесткое, но и там, и там свои ограничения.

Обследование проводится на основании распоряжения. В заголовке так и должно быть: «Распоряжение о производстве (тут какой-то текст) обследования».

Проверяющие сотрудники могут попросить директора (или представителя) открыть закрытое помещение. Ваше согласие официально, конечно, не будут просить. Просто невзначай скажут: «Откройте сейф и тумбочки». И если вы открыли, то считается, что согласились.

Вот вам реальный случай.

Оперативники пришли в офис с обследованием. Собрали все документы, которые лежали открыто на столах. Заходят в кабинет к директору. Говорят, открывайте сейф. Он говорит: «Потерял ключ». Они по рации: «Несите болгарку, будем вскрывать». Директор: «Не надо вскрывать, вы не имеете права». Опера: «Ну, сейчас и посмотрим, имеем ли мы право». Директор открыл сейф. На суде, конечно, никто не подтвердил этого диалога, оперативники при их допросе сказали, что директор добровольно открыл сейф и предоставил все документы. А была ли болгарка?

Обыскивать сотрудников при обследовании можно только с их согласия. Если сотрудник не согласен, а его обыскали силой, то в протоколе или акте это можно и нужно отмечать. То же с обследованием тумбочки, личных вещей, сумок.

С мобильными телефонами подобная ситуация. Только на деле происходит так. Проверяющие говорят вашим сотрудникам: «Положите все свои телефоны на вот этот стол». Все кладут. Их читают, что-то из них выписывают. Потом приезжает адвокат и видит, что телефоны в куче лежат. Адвокат возмущается, что это незаконно. А проверяющие говорят: «Так они сами, добровольно принесли телефоны, разве их кто-то заставлял?»

Проверяющие ведь тоже не лыком шиты. Они прекрасно знают свои права и обязанности, и, даже если нарушают правила, они будут стараться делать это безопасно для себя. Ключевое слово – стараться.

Как и в случае с ведомственной проверкой, из офиса могут уйти все, кроме директора или полномочного представителя.

Если после обследования забирают какие-то вещи – обязательно составить протокол изъятия, который должен быть подписан с обеих сторон. Это может быть не отдельный протокол, а перечень изъятых вещей в рамках общего протокола обследования. В любом случае проконтролируйте, чтобы все документы были в этом списке. Иначе они имеют свойство пропадать или появляться там, где их не было.

Выемка или обыск – самый жесткий вариант «полицейской» проверки. Следователи могут вскрывать что угодно без спроса, но обязательно должны быть понятые или видеосъемка. Могут залезть в тумбочки и личные вещи, обыскать кого угодно и т. д. Всё это – только с понятыми, причем обыскивать человека может только сотрудник того же пола. Если женщину обыскивает мужчина – занесите в протокол.

Во время выемки и обыска следователь сам определяет, кто может остаться, а кому можно уйти (обычно все остаются). Следователь может запретить сотрудникам пользоваться мобильными телефонами и даже разговаривать друг с другом. Всё это законно.

Как и при обследовании, при выемке и обыске составляется протокол. Еще может быть отдельный перечень изъятых предметов и документов. Все нарушения нужно прописывать в ваших замечаниях в протоколе.

Точно ли по тому адресу? Проверки проходят не абы где, а по конкретному адресу и в конкретной компании. Если в документе на проверку один адрес, а проверяющие пришли по другому, это аргумент в пользу незаконности проверки.

Допустим, в документе адрес: Вишневая улица, 1 – это юридический адрес компании. А точка продаж находится по адресу Строительная улица, 17. Фактически проверяющие пришли по адресу, но по документам – нет. Есть шанс оспорить.

Разные адреса – это повод указать на ошибку в проверке, когда будем ее оспаривать. Поэтому попросите проверяющих на входе показать документы и сверьте адреса. Если они отличается, укажите об этом проверяющим устно и впишите свои замечания в протоколе проверки.

Обратите внимание: если после сверки адреса собственник или директор все-таки разрешил обследовать не тот адрес и при этом не внес своих замечаний в протокол, обследование, обыск и выемка, скорее всего, будут признаны законными.

Если адреса отличаются незначительно: где-то корпус 1, а где-то – строение 1, то суд вряд ли признает это нарушением – «техническая ошибка», видите ли.

А вы кто? В документе на проверку есть список проверяющих – это те люди, которые уполномочены проводить проверку в компании. Обязательно нужны имена и должности. Имена в документе должны совпадать с теми, кто пришел, поэтому просим представиться, показать удостоверение или паспорт и сверяемся: кто уполномочен на проверку и кто пришел.

Есть шанс, что имена не совпадут. Например, заявлен Иванов, а пришел Сидоров. Это тоже не повод выгонять Сидорова, но явная ошибка помогает оспорить результаты проверки.

На что смотреть в документе на проверку

● Тип мероприятия: проверка, обследование, обыск или выемка.

● Полное название компании с правовой формой и данные ОГРН/ИНН.

● Юридический или фактический адрес нахождения организации.

● Кого уполномочивает документ – постановление об обыске или об обследовании, и кем непосредственно проводится мероприятие – кто пришел.

Сейчас нет уполномоченного лица. Допустим, проверяющие вошли, записали сведения о проверке в журнал, секретарь сопоставил адрес проверки и имена проверяющих. Теперь очередь за уполномоченным лицом компании.

Уполномоченное лицо – юридический термин. В нашем случае это человек, у которого есть права представлять компанию при проверке. Такие права дает доверенность или должность генерального директора, потому что он может представлять интересы компании согласно уставу.

Подход такой: сначала берем у проверяющих документ, переписываем сведения из него, а потом говорим проверяющим, что уполномоченного лица нет на месте, надо подождать. Если это так, конечно. И смотрим за реакцией. Есть проверки, которые нельзя проводить без уполномоченного лица от компании, поэтому, возможно, проверяющие развернутся и уйдут. В моей практике такое было. Если проверяющие готовы ждать, тоже неплохо, потому что теперь есть время сориентироваться.

Вот вам немного удивительного из опыта проверок. Пришел Роспотребнадзор с внеплановой проверкой. Вернее, проверять они ничего не собирались, у них с собой уже были заполненные акты. Проверяющие были намерены закрыть заведение. Тогда управляющая сказала, что она не уполномочена подписывать ничего (так и было), давайте ждать.

А ей говорят – на полном серьезе, происходит всё средь бела дня недалеко от метро «Шаболовская», Москва – «Вот вам на флешке текст доверенности, вбейте туда свои данные и подпишите за себя и директора».

Управляющая вписала всё, распечатала и подписала. Позже на наш вопрос, зачем она так сделала, управляющая ответить не смогла. Мы пошли в суд обжаловать эту проверку, указывая на отсутствие уполномоченного лица. Провели экспертизу подписи директора – подтвердилось, что подпись чужая. А Роспотребнадзор говорит: «А нам откуда знать, что это за доверенность? Нам ее дали, мы ее приложили к делу». Суд согласился. Я же говорю: Человек Проверяющий (Homo Checkus) знает свое дело.

Вывод: проинструктируйте сотрудников не брать ни от кого из проверяющих доверенности и ничего не подписывать. Проверяющие тоже не вчера родились и понимают, как давить на сотрудников, поэтому своих людей надо готовить, в том числе и к такому.

Вызовите уполномоченное лицо

Уполномоченное лицо – любой специалист, который знает, как помочь, и вооруженный доверенностью от компании. Это может быть безопасник, адвокат или один из директоров компании. Тут главное – крепкая психика, стойкость и знание своих прав и всяких тонкостей проверок.

Перед звонком такому помощнику советую собрать сведения о проверке, чтобы он был в курсе еще до приезда.

Что сообщить о проверке

● Кто приехал – какое ведомство, должности, имена.

● С какой проверкой, например обыск или обследование.

● Какие ошибки уже допустили проверяющие.

● Что успели рассказать сотрудники.

● Статус проверки: ждут уполномоченное лицо, начали мероприятие, неформально осматривают помещение.

Отпустите сотрудников домой

Самое слабое звено во всех проверках – люди: действующие и бывшие сотрудники компании, охрана, уборщицы. Можно сделать идеальные документы, проводить выверенные сделки, но кто-нибудь обязательно что-нибудь ляпнет.

Чтобы ляпнуть, особенно ничего не надо. Представьте: проверяющий с очень суровым лицом просит какого-нибудь завхоза или кладовщика зайти в кабинет. Предлагает ему присесть. Задумчиво листает папку с документами и молчит.

Кладовщик начинает нервничать. Что происходит? Чего ждет этот проверяющий? У кладовщика наверняка есть какие-то скелеты: невыплаченные алименты, долг по кредиту, какая-нибудь еще ерунда. Он начинает нервничать, что сейчас его выведут на чистую воду. Кладовщик в страшном стрессе. Он начинает говорить.

Просто вообразите, что этот человек наговорит. А может, даже и не наговорит, а просто будет написано в протоколе допроса всё, что надо. А человек просто подпишет. При этом проверяющий, вероятно, не сказал ни слова.

Моя команда проводит обучение на случай проведения проверок, и уже на занятиях видно, кто не справится. И тут дело не в знаниях или навыке, а в психологической устойчивости. Даже если вы обучили сотрудников, всё равно есть те, кто настолько нервничает, что наговорит глупостей.

Наконец, не все сотрудники считают своим долгом отстаивать интересы фирмы. Поэтому совет: если есть возможность, выводите людей из-под удара во время проверки. Отпустите их домой.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

К нам незаконно пришла проверка: делали проверочную закупку алкоголя, который в кафе даже не продавался.

Проверяющие провоцировали официанта на покупку без чека и допустили множество нарушений, на которые мы пожаловались в Прокуратуру Москвы и еще попросили возбудить уголовное дело.

Прокуратура спустила обращение на участкового, а тот вызвал официанта, и всё. Объяснения официанта оказались противоположными тому, что было на самом деле.

Всё потому, что официант растерялся: ему дали лист, он подписал, даже не читая. А там: «Полицейские вели себя согласно их полномочиям, сразу представились» и в таком духе, что было совсем не так.

После объяснений официанта-очевидца нас за жалобы могли привлечь по заведомо ложному доносу.

Узнайте реальную причину проверки

У каждой проверки есть причина, из-за которой всё началось, и эту причину хорошо бы узнать. В идеале – еще и что-то с ней сделать. Возможно, соседка пожаловалась на шум или появилась задача – каждый день проверять все заведения на такой-то улице из-за чемпионата мира по футболу.

Причину можно узнать, если общаться дружелюбно, задавать вопросы и прислушиваться к ответам проверяющих. Например, можно спросить: «Что-то вы зачастили в наш дом, соседний магазин говорил, что у него тоже проверки. Это вы приходили?» И слушаем ответ, там всё будет.

Случай из практики. Мы сопровождаем рестораны и кафе в Москве, и во время чемпионата мира по футболу в 2018 году в одно кафе проверяющие приходили каждый день. Проверяли всю улицу, не только это кафе.

Мы спросили, почему так. Оказалось, «нам просто нужно проводить проверку»: не выявлять правонарушения, а проводить проверку. Это разные мотивы. Тогда мы подготовили акты проверки на месяц вперед с разными датами. В актах мы написали, что у нас всё в порядке. И каждый день просто выносили новый акт с актуальной датой. Нас даже поблагодарили, потому что теперь проверка занимала пять минут: они заходили, мы ставили подписи, и готово. При этом сотрудники заведения тоже не отвлекались.

Есть тяжелые случаи, когда проверяющие хотят взятку. Знаю, что в ресторанах и гостиницах часто открыто просят скидочные карты, бесплатный номер или конференц-зал. Тут каждый сам решает, что делать. Но нужно как минимум понимать реальную причину, чтобы не было иллюзий. Свое отношение к коррупции я выскажу в конце этой главы, чтобы не сбивать порядок процедуры проверки.

Закройте доступ к документам

Есть только один вид проверки, когда проверяющие вправе вскрывать любые двери, шкафы, тумбочки и сейфы, – обыск и выемка. Если в компании проходит другой тип проверки и ничего не лежит в открытом доступе, проверяющие могут получить документы только открыто лежащие, например на ресепшене, либо с разрешения директора.

В открытом доступе – это, например, на столе или полках. Поэтому советую все важные документы убирать под ключ, ключ в замке не хранить, замок не открывать. А лучше вообще не хранить важные документы в офисе компании.

На просьбу открыть вы должны открывать, но это если ключ не утерян. А теряются они очень часто.

Инкогнито,

владелец федеральной сети, годовой оборот 10+ млрд рублей

ОБЭП пришли к нам в офис. Мы ничего не боялись, потому что и ваш тренинг проходили, и ничего сверхнезаконного по сравнению с рынком не делали.

Сотрудники полиции зашли ко мне в кабинет с бумагой на обследование и спрашивают: «Сейф вскрывать будем?» А я что-то замялся и говорю: «Вы же не имеете права вскрывать при обследовании». И они мне: «Тогда открывайте сами, если не хотите, чтобы мы разрезали тут его». Я и открыл.

Только потом понял, что нужно было ключ потерять, потому что меня-то не подводили документы из сейфа, а вот стратегических партнеров сильно подкосило. Там чужие схемы налоговых оптимизаций, за них проверяющие и зацепились.

Контролируйте проверяющих

При проверках хорошо бы следить за проверяющими: если они ошибутся, ошибку можно зафиксировать и использовать в суде. Следить должны и понятые. Но понятых привлекают сами проверяющие, и часто они совсем не заинтересованы во внимательном слежении. Напоминайте им об их роли.

Понятые могут называться «представителями общественности», например при проверочной закупке. Но суть одинаковая: фиксировать процедуру проверки. И данные их также должны быть в протоколе. Потом, в суде, у них можно спрашивать, как именно проходила проверка, кто, что и где делал.

Советую быть постоянно рядом с проверяющими. Представьте, что вы водите экскурсию по своей компании и проверяющие всей экскурсионной группой ходят за вами и просят открыть какие-то двери. Некоторые из них открываются, а от некоторых ключи безвозвратно утеряны.

У проверяющих своя стратегия. Например, они разбегаются по разным углам помещения и начинают параллельно всё обследовать. В этом случае ни понятые, ни сотрудники не смогут уследить за действиями, а значит, не получится исключить провокации или злоупотребления. Тогда советую главному лицу произнести:

«Граждане проверяющие! Недопустимо параллельное обследование всего помещения, так как могут пропасть ценные вещи, а также возможны другие недоразумения. Убедительная просьба собраться в центре помещения для дальнейшего обследования».

Из практики. При обыске пресекли параллельные поиски тем, что указали, что на рабочих местах находятся личные вещи сотрудников, которые представляют значительную материальную ценность. Адвокат сразу сел писать заявления о хищении материальных ценностей. Это дисциплинировало проверяющих.

Видеозапись

В проверках много тонкостей, и собственник бизнеса, скорее всего, их все не знает. Да и просто слова директора против слов проверяющего немного в суде весят, а вот видеозапись – веское доказательство. Чтобы не пропустить важное в проверке, советую снимать ее на камеру. Для этого подходят камеры в офисе, а еще можно ходить за проверяющими и снимать на телефон. Вот прямо по пятам, не стесняясь.

Потом видео компания передает адвокату, а тот смотрит, где проверяющие превысили полномочия и за что бы зацепиться.

Возможно, проверяющие скажут, что не давали согласия на съемку. Если это открытый конфликт и есть полицейские, тут каждый сам решает, стоит ли рисковать. Но, по опыту, проверяющие пару раз что-то скажут о съемке, а потом не обращают внимания.

Перед тем как снимать, необходимо обратиться к должностному лицу и сообщить, что будет производиться видеозапись. Он обязан сделать отметку в протоколе по этому поводу.

Иногда камеры на мобильных телефонах могут включаться и у ваших сотрудников. И если не делать это нарочито и нагло, то можно собрать много материала и не уведомляя никого официально.

Если у вас обыск, то все мобильные и любые другие технические средства, скорее всего, будут изъяты. Но ведь есть стационарные видеокамеры общего наблюдения, а если они пишут не на внутренний сервер, а в «облако» – вообще идеально.

Что я отвечаю на возражения проверяющих

Мы находимся в данном помещении на законных основаниях. Я снимаю на видео именно помещение, которое мы арендуем. Попадание проверяющих в кадр – случайность, и это можно исправить, если вы покинете наше помещение.

Проверьте протокол

По итогам проверки проверяющие готовят документ – акт или протокол. Этот документ – фундамент, на котором потом будет строиться весь дальнейший процесс. Повторюсь: по большому счету не важно, что было на самом деле во время проверки. Важно, что осталось в протоколе.

Допустим, в компании четыре огнетушителя, но они не на своих местах. Проверяющие записали в протокол фразу со смыслом: «Огнетушителей нет».

Если директор подпишет протокол, ничего от себя не добавив, компанию оштрафуют, будто огнетушителей нет совсем, а не потому, что они стояли не там, где надо.

Вот самый главный совет о протоколе: если в протоколе что-то не так или просто смущает, четко, отчетливо, крупно и не стесняясь написать, что с протоколом не согласен и с чем именно. И только после того, как это всё четко отмечено, – только тогда подписывать. Если нужно что-то исправить, отлично: просите изменить предложение или даже целый абзац. И так проходите весь протокол.

Протокол – документ для суда. Поэтому в нем должны быть реальные факты, никаких намеков на нарушения со стороны компании и двусмысленных фраз. Проверяющий мог прийти в ваш офис голым в маске Дарта Вейдера и материться на ваших работников, но если это не отражено в протоколе – этого не было.

Замечания можно вносить самим. Написано «Огнетушителей нет», и вы пишете «Данная фраза не соответствует действительности, так как огнетушители находятся в двух метрах от своего места. Прошу осуществить фотофиксацию. Дополнительно фотографирование осуществлено на сотовый телефон “Самсунг А7”».

Протокол изъятия документов и дача объяснений

Если проверяющие забирают с собой документы, то просто так не отдаем. Сначала готовим список, что именно у вас забирают. Никаких фраз вроде «зеленая папка, 240 листов», а описываем каждый значимый документ. Двести сорок документов – значит двести сорок строк. Никуда не торопимся, наливаем кофе и спокойно, без истерик, вносим каждую бумажечку в протокол изъятия. Если часть из этих документов – учредительные, то их можно не идентифицировать отдельными документами, но всё остальное важно прописывать.

Если передать документы без такого списка, есть риск, что проверяющие добавят нужные для них документы или, наоборот, что-то вытащат. Такое бывало.

Перечень документов называется протоколом изъятия. Его обычно готовит компания, а затем подписывает директор или уполномоченное лицо от компании и обязательно все проверяющие, которые проводят проверку и забирают документы.

Проверяющие могут поговорить с сотрудником и задать ему любые вопросы. Это называется «дача объяснений». В этом нет ничего противозаконного, и специальные разрешения для этого не нужны.

Скорее всего, при даче объяснений что-то пойдет не так, потому что проверяющие умеют получать от сотрудников нужную им «прямую речь». А вот сотрудники далеко не всегда умеют противостоять их манипуляциям.

Самый важный момент, который нужно знать про объяснения, – это 51-я статья Конституции. Она о том, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников. Чтобы не наговорить глупостей, лучше молчать, сославшись на эту статью.

Евгений Козунов,

совладелец федеральной сети образовательных центров Юниум (Unium), фестиваля наук WOW! HOW?

К нам пришла проверка во главе с прокуратурой, начали опрашивать сотрудников. Судя по протоколу, администратор центра наплел страшной ерунды. Например, что у нас нет лицензии на образовательную деятельность, а на самом деле есть.

Когда я спросил у администратора, почему он так ответил, он сказал, что его вообще не спрашивали о лицензии. И добавил: «Мне всё твердили: “Давай быстро подпишем, и мы тебя отпустим домой”, а я очень хотел домой, поэтому подписал не читая».

Сейчас понимаю, что компании нужен четкий алгоритм поведения сотрудников во время проверки. Ты, как руководитель, не можешь сидеть в офисе сутками и быть рядом со всеми сотрудниками, охраняя от проверяющих.

Допустим, вы все-таки решились давать объяснения, будучи уверены в своей правоте. Ваши слова сами по себе ничего не значат – они должны быть в протоколе. Проверяющий будет записывать прямо за вами или уже после вашего рассказа, и у вас может сложиться впечатление, что в его записях всё так, как вы говорили. Это совсем необязательно так.

Проверяющий мог неправильно вас понять, упустить что-то существенное или намеренно исказить то, что вы говорили. Поэтому нужно внимательно прочесть протокол и исправить всё, что записано неверно. Прямо просите переписать или пишите сами в замечаниях, что такое-то предложение указано неверно, а звучало оно так-то.

Если не хватает места на трех отведенных строках для замечаний, пишем «Далее замечания приложены на отдельном листе». Пишете на чистом листе А4 и прикладываете к протоколу.

После проверки

Если дело идет к вынесению постановления, самое время записаться на прием к руководителю учреждения, которое вас проверяло.

Давайте на пальцах: протокол составляют, чтобы зафиксировать какой-то факт на бумаге. Потом на основании протокола выносят постановление о привлечении к административной ответственности. Мол, люди, которым мы доверяем, увидели вот такое. У нас нет основания им не доверять, поэтому мы, власть, считаем, что вы допустили нарушение. Ответственность – это штрафы или приостановка работы компании. А может быть, и постановление о возбуждении уголовного дела. Всего этого лучше не допускать – для этого нужно говорить с тем, кто принимает решение.

Между протоколом и постановлением есть немного времени. Советую в это время сходить к тому, кто принимает решение по проверке компании. Это не инспектор или даже сотрудник полиции, который к вам приходил, а его руководитель.

Для беседы с руководителем есть две задачи: узнать, в чем причина проверки и какие нарушения нашли, и попробовать убедить не принимать жесткие меры. Для этого очень вежливо задаем вопросы и молча слушаем: без споров, обвинений и давления.

Убедить – я употребляю в прямом смысле этого слова. Я не имею в виду коррупцию или какие-то неправовые методы. Я имею в виду убеждение здравым смыслом и доводами.

Вы можете возразить, что руководитель ничего не расскажет. Возможно, и так, но я всегда за переговоры и попытку решить вопрос миром. Поэтому сначала слушаем, что скажет руководитель, и только потом приводим аргументы в пользу компании.

Если прошла проверка и вы уверены, что в компании всё хорошо, а проверка незаконная, можно привлекать к ней внимание СМИ и интернет-сообщества. Тут каждый сам решает: можно опубликовать заметку в соцсети или написать статью в интернет-журнале с нормальным охватом. Обычно поста на странице предпринимателя хватает, чтобы появились репосты и публикации в СМИ.

Анастасия Татулова,

владелец сети семейных кафе «АндерСон»

У нас было несколько громких случаев с проверками, мы не платим взяток, не «договариваемся на месте», моя стратегия: грамотный адвокат и максимальная огласка.

С привлечением интернета и СМИ, с жалобами в прокуратуру.

На нашем примере могу сказать, что это работает: у нас был период, когда в «АндерСон» начались внеплановые проверки, одновременно в нескольких кафе, проходили они с многочисленными нарушениями со стороны проверяющих, с давлением на сотрудников, с хамством и угрозами.

Мой пост в соцсети по поиску опытного адвоката, чтобы защититься, сработал не только как поисковик, но и был замечен различными органами власти, которые мониторят ситуацию с реформой контрольно-надзорной деятельности в стране.

Это помогло нам вынести ситуацию на уровень проверки прокуратурой, после чего необоснованные претензии к нам закончились.

Огласка не является гарантией полной вашей безопасности, но является гарантией, что проверяющие будут действовать гораздо внимательнее и соблюдать закон, понимая, что они находятся «под лупой».

Обжалование в суде

Если директора или компанию все-таки привлекают к административной ответственности, нужно оценить перспективы и если оно того стоит, то бороться до конца.

Проверяющие допускают в своей работе много нарушений. Наша задача – всё это фиксировать: на видео, указывать на это свидетелям, отмечать в протоколе. Помогает не только формальное нарушение процедуры проверки, но и нарушения, которые связаны с доказательствами. Например, если доказательства собраны с нарушениями, проверяющие не вправе их использовать. А если нет достаточных доказательств, то есть шанс отбиться в суде.

Еще есть процедурные ошибки проверяющих. Бейтесь за них и, если не получилось в первой инстанции суда, обжалуйте во второй.

Пример такой ошибки.

Роспотребнадзор применил к компании статью Х, а не Y. Хотя в ситуации были несовершеннолетние и нужна была статья Y.

На мой вопрос в суде «Почему вы привлекаете нас по неправильной статье?» Роспотребнадзор ответил: «По статье Y нет приостановки деятельности в качестве наказания, а мы хотим вас приостановить, поэтому по Х».

На мое возмущение, что, если бы они моим доверителям пожизненное хотели дать, они бы поменяли «нарушение СанПиН» на «терроризм с угоном воздушного судна», суд первой инстанции улыбнулся, но назначил нам приостановление деятельности, применил все-таки Х.

Мы обжаловали постановление в апелляции и выиграли, отменив постановление первого суда и прекратив дело в отношении моего доверителя.

Есть процессуальные инструменты, которые смягчают негативные последствия. Например, если малый или средний бизнес привлекается впервые или если не было вреда жизни и здоровью людей, то можно отделаться предупреждением. Это срабатывает, даже если такой меры наказания в конкретной статье нет, а там только штраф или приостановка деятельности – ссылайтесь на статью 4.1.1 КоАП РФ. Смягчить последствия можно не во всех случаях, но такое возможно.

Привлечение к административной ответственности не должно пугать само по себе. Важно, чтобы возможные штрафы укладывались в экономику бизнеса.

Олег Понфиленок,

основатель и генеральный директор Copter Express

В июне 2014 года мы с «Додо Пицца» сделали доставку пиццы с помощью коптеров в городе Сыктывкаре. Развезли сто пицц. Нас снимало местное телевидение несколько раз, иностранные журналисты приезжали брать интервью. Это была первая коммерческая доставка пиццы с помощью коптера.

Государство не заставило себя ждать. В отношении нас начали проверку сразу несколько ведомств: Ространснадзор, Транспортная прокуратура и Росавиация. Возбудили несколько административных статей, пытались привлечь за нарушение воздушного пространства – штраф 5000 рублей и за грузоперевозки без лицензии – штраф 50 000 рублей.

Привлечение за грузоперевозки без лицензии отбили в суде, и нас не привлекли, а за нарушение воздушного пространства заплатил штраф. Это был осознанный шаг. Вообще по этой статье штраф для компании – 300 000–500 000 рублей, а на физическое лицо от 3000 до 5000 рублей, поэтому договор заключал с «Додо» я от себя как физического лица.

Взаимодействие с государством не заканчивается тем, что бизнес привлекается к ответственности и штрафуется. Есть примеры послаблений и дотаций.

Виталий Александров,

совладелец и директор Out of Cloud

До 2019 года у нас был льготный тариф по страховым взносам – около 20 % вместо 30 %. Так получилось из-за того, что мы были на упрощенке и на определенных кодах ОКВЭД. Но с 2019 года их отменили.

В декабре мы хорошенько покопались в законах и выяснилось, что подходим под критерии льгот от Минкомсвязи, и теперь мы платим взносы 14 % вместо 20 %, которые отменили. Это здорово экономит бюджет, когда делаешь бизнес вбелую, как мы.

Официальные обращения в государственные органы и учреждения могут создать PR-поводы для публикаций в СМИ.

Иван Шестов,

директор коммерческой деятельности и маркетинга «Бургер Кинг Россия»

Мы предложили Новосибирскому театру оперы и балета как главному символу города вместо Оперного театра стать «Вопперным театром» и разместить на куполе театра фото нашего бургера. Для этого направили официальное письмо. Администрация театра отказалась, хотя мы предлагали за размещение баннера оказать спонсорскую помощь в 5 млн рублей.

О взятках. «Мы пытались договориться через людей, но ничего не получилось, поэтому пришлось нанимать юристов» – с такой фразы начался диалог с владельцем кафе.

«У нас и правда дешевле договориться с инспектором на месте, чем нанимать юриста», – возражают мне слушатели правовых мастер-классов, говоря об особенностях своих регионов. И я знаю эти особенности, потому что моя команда ведет дела от Камчатки до Санкт-Петербурга. И всё равно я убежден, что надо защищаться только правовыми инструментами, а не коррупцией.

Мое мнение: взятки давать нельзя. Просто нельзя. И это не оттого, что я хороший парень, и не потому, что взятки разлагают страну и общество. Взятки давать просто невыгодно.

Место чиновника и инспектора становится всё ценнее, им повышают зарплату, о них заботится работодатель – государство. Чтобы сохранить это место, нужно сидеть молча и не брать ответственность. Однако зарабатывать-то они хотят. Поэтому некоторые лично, а чаще через посредников, предлагают «решить вопрос».

Чиновник не берет на себя ответственность, поэтому в реальности проблемой компании не занимается. За взятку никто ничего не делает. Все сидят, смотрят и ждут. Если проблема уладится сама собой, взяточник приедет к вам, напустит драмы, как долго он уговаривал начальника, и какой он молодец, и «обращайтесь еще».

А если в итоге исход негативный, взяточник скажет что-то вроде такого: «Федералы взяли под контроль, ничего нельзя сделать». И в лучшем случае отдаст деньги, а в худшем – «деньги у генерала, идите сами заберите».

Если компания решилась на взятку, получается глупая ситуация. Возможно, состава правонарушения и не было, а после взятки он появился. Тем более взятка – уголовное дело, это намного жирнее для статистики, чем, например, муха на кухне какого-нибудь кафе. Поэтому проверяющий может привлечь к ответственности, только уже по более крупному делу. И получит за это более крупную звезду на погоны.

Поэтому мой совет – думать о себе, не подставляться и обходиться без взяток.

Чек-лист: что делать до, во время и после проверки

До проверки

● Провести тренинг с сотрудниками и составить регламент, чтобы все знали, что делать, кому и как.

● Завести журнал учета проверок.

● Определить уполномоченное лицо – спасателя, который поможет пройти проверку, и дать его номер своим сотрудникам.

● Закрыть свободный доступ к документам, поставить хотя бы канцелярские, но замки на шкафы. Не хранить документы на столах.

Во время проверки

● Не препятствовать проверке, не оскорблять и не ругаться с проверяющими.

● Понять, какой тип проверки перед вами и с каким документом пришли проверяющие.

● Вписать проверку в журнал учета проверок.

● Сообщить об отсутствии уполномоченных лиц и попросить подождать.

● Вызывать уполномоченное лицо – помощника, который сопровождает вас при проверках.

● Узнать реальную причину проверки.

● Отпустить нестабильных и необученных сотрудников домой, если можно. Лучше отпустить всех.

● Следить за проверяющими.

● Снимать работу проверяющих на видео.

● Проверять протокол и только потом подписывать. Если нужно, вносить изменения, писать «не согласен».

● Составить протокол изъятия документов, перепроверить по документам, взять копию себе. Если не дадут, переписывать копию от руки. Только потом подписать.

● Проконтролировать дачу объяснений сотрудниками компании, назначить им адвоката, если дело серьезное.

После проверки

● Встретиться с руководителем подразделения, который проверял компанию, попытаться его убедить.

● Привлечь внимание СМИ и общественности.

● Обжаловать итоги проверки в суде.

Интернет-проекты

Интернет-проекты много всего почерпнут из других глав: об интеллектуальной собственности, товарных знаках, партнерствах и договорах. Но отдельно стоит остановиться на нескольких пунктах об интернет-продажах и сопутствующих им процедурах сбора персональных данных, а также о контенте и серых зонах для законодательства. Я расскажу о том, что чаще всего нужно на практике.

Обработка персональных данных

Есть закон, который рассказывает, как компаниям хранить и обрабатывать персональные данные клиентов – те сведения, по которым можно определить конкретного человека. Например:

● электронная почта;

● телефон;

● имя и фамилия, только одно имя или отчество – не считается;

● дата рождения;

● адрес.

Ксения Стернина,

директор департамента исследований Mail.ru Group

Мы проводим исследования с пользователями. Собирать согласия на всё что угодно – теперь моя вторая профессия. Согласие на обработку персональных данных, согласие на видеосъемку, согласие от родителей, если несовершеннолетние исследуются, согласие на исследования с физиологией и еще несколько разных согласий и соглашений.

Потом наступает момент, когда мне нужно проанализировать свою базу пользователей, с которой мы вроде берем все необходимые согласия. При этом всё равно собирается консилиум юристов и предлагает противоположные вещи, а мне непонятно, к чему я могу прислушаться.

Репутационные риски очень велики, поэтому для меня выход: наем специализированного агентства, которое делает всё от своего имени и за нас, несет риски на себе, а мне предоставляет данные. В таком случае нам удается быть гибкими.

Если собираете сведения о покупателях, вы – оператор персональных данных и к вам есть требования. Их много, но вот суть. Вы говорите покупателю:

● что собираете сведения о нем;

● храните их у себя, при этом если это граждане РФ, то обязательно в России;

● можете передать третьим лицам для выполнения услуги, например, курьерской службе, которую наняли для доставок заказов.

И просите покупателя на это всё дать согласие.

Обычно для согласия ставится пара галочек: «Я согласен на обработку персональных данных» и «Я согласен с Политикой обработки персональных данных». Покупатель это должен сделать, когда вводит свои данные: оформляет покупку или подписывается на рассылку. Просто наличие ссылок на эти документы – не годится, обязательно нужна галочка. Более того: проставленная заранее галочка тоже не годится, пользователь должен поставить ее сам.

Кроме галочек для согласия на сайте должны быть отдельные ссылки на политику конфиденциальности и политику обработки персональных данных. Это документы, в которых компания рассказывает, что делает с персональными данными и как о них заботится. Можно их объединить в один документ.

Это еще не всё. Как оператор персональных данных, компания обязана подать уведомление в Роскомнадзор, который контролирует выполнение закона о персональных данных. В уведомлении компания говорит: она стала оператором, закон знает, будет его соблюдать.

За нарушения есть штрафы. Если они изменятся, ищите их в 13.11 КоАП РФ, а пока:

● до 30 000 рублей – за неопубликование ссылки на политику обработки персональных данных;

● до 75 000 рублей – за обработку данных без согласия.

Думаю, дальше контроль за соблюдением закона будет еще жестче. Уже сейчас работают программы, которые анализируют сайты и проверяют соблюдение требований законодательства автоматически, без участия людей. Осталось только, чтобы штрафы приходили автоматически – как с камер, которые фиксируют превышение скорости на дорогах.

Помимо российского закона о персональных данных есть еще и европейский, так называемый GDPR. Если вы продаете что-то в Европу через интернет, рекомендую привлечь специалиста по GDPR, потому что дел много.

Макс Крайнов,

генеральный директор Aviasales

Весь 2018 год мы посвятили ФЗ-152 и GDPR. Проактивно пытаемся быть комплаент (соблюдающими правила). Делаем так, потому что и сами верим в проактивный комплаенс, и конкуренты серьезно относятся к этой теме.

По GDPR нанимали российских юристов, у которых были успешные кейсы для европейцев. Российских нанимали, потому что с ними понятнее работать и можно более четко объяснить задачу.

Стоил GDPR десятки тысяч долларов и четыре месяца работы. Так долго и дорого из-за перевода всех политик – они должны быть на основных европейских языках, это пять – восемь языков. ФЗ-152 в два с половиной раза дешевле, чем GDPR, но всё равно недешев.

Отнимает безумное количество времени, но верим, что всё не зря.

Возврат покупок

Мы уже говорили о законе, который защищает права потребителей, – он рассказывает, какие покупки клиент может вернуть, когда и по какой причине (а то и без причины). Если сравнивать с обычными офлайновыми магазинами, интернет-магазины находятся в невыгодном положении.

Клиент вправе отказаться от онлайн-покупки в любой момент до ее получения или в течение семи дней после получения. Отказ может быть по любой причине и вообще без объяснений. Допустим, клиент заказал много разных товаров, сотрудники склада потратили время на сбор заказа, магазин заплатил за выезд курьера. Но пока курьер ехал, покупатель передумал и отказался от покупки. В России он имеет на это право. И хотя магазин потерял деньги, ничего сделать нельзя.

Если товар надлежащего качества (без брака), то в обычных офлайн-магазинах его можно обменять или вернуть деньги в течение 14 дней. Плюс актуален список товаров, которые нельзя возвращать, даже если покупатель передумал или что-то не подходит по размеру. В него входят купальники, мобильные телефоны, косметика и еще много чего.

Для интернет-магазина невозвратный список не действует: клиент купил электрическую зубную щетку и может ее вернуть, даже если она без брака.

Три месяца вместо семи дней. У покупателя есть семь дней, чтобы передумать и вернуть онлайн-покупку. Подвох в том, что семь дней могут превратиться в три месяца.

Правило такое: онлайн-магазин обязательно должен направить клиенту документ с информацией о порядке возврата товара:

● адрес и режим работы пункта приема возвратов;

● срок, в течение которого можно отказаться (от семи дней);

● предупреждение о необходимости сохранения товарного вида, потребительских свойств товара, а также документов, подтверждающих оплату.

Всё это покупатель должен получить одновременно с покупкой. Получить – значит, что курьер передает клиенту лист, где всё это описано, а покупатель расписывается, что ему передали информацию о порядке возврата в письменном виде. Некоторые компании печатают на упаковке адрес сайта с описанием возврата: мол, вся информация по обмену-возврату – там. Так вот, ссылки недостаточно, описание должно быть на бумаге.

Мало передать лист с описанием. Наша задача – получить от клиента документальное подтверждение, что он получил информацию по обмену и возврату. Иначе клиент скажет, что магазин всё придумал и никакой информации о возврате не передавалось.

В законе нет требований не использовать покупку. Интернет-магазины не защищены даже от банального потребительского произвола.

Допустим, парень покупает рубашку за десять тысяч рублей, надевает на вечеринку, а потом приносит в магазин: мол, не подошла, возвращайте мои деньги. Если это офлайн-магазин, у них есть шанс законно отказать в возврате. Один из способов – доказать, что парень носил рубашку. Раз есть следы носки, то никакого возврата.

Но если это онлайн-магазин, отказать из-за следов носки не выйдет. В законе о защите прав потребителей нет условия для интернет-магазинов, что, если использовал покупку, возвращать нельзя. Главное – должен быть сохранен товарный вид. Это Закон «О защите прав потребителей», ст. 26.1, четвертый пункт. Даже если парень носил рубашку и видны следы носки, магазину придется принять ее и вернуть деньги. По крайней мере это если буквально читать и применять закон. Надеюсь, суды все-таки встанут на сторону онлайн-бизнеса.

Отказ в возврате индивидуально созданной покупки. Есть хорошая новость: в интернет-магазин нельзя вернуть покупку, если ее сделали специально для клиента.

Вот магазин, который продает кружки с фотографиями. Клиент заказал кружку со своим фото (не спрашивайте). Курьер привез кружку. Если на ней нет сколов, она не протекает, то есть она качественная, от такой кружки отказаться нельзя.

Можно забрать себе деньги за доставку. Допустим, клиент возвращает покупку, семь дней не прошли, и магазин обязан принять возврат. Есть небольшое утешение: магазин вправе потребовать, чтобы клиент оплатил доставку покупки назад в магазин.

Парень возвращает рубашку. Магазин высылает за рубашкой курьера, доставка стоит триста рублей, парень ее оплачивает.

Бонус

Готов прислать пример письменной информации о порядке возврата, который надо передать клиенту.

Если вам такое интересно, пишите: book@lawfirm.moscow.

Теперь поговорим не только об интернет-продажах, но и просто об интернет-сфере. Онлайн-бизнес часто связан с неопределенным регулированием, так как законы просто не поспевают за скоростью развития интернета и происходящим в нем. Создаются новые формы присутствия, например виртуальная реальность. Появляются даже новые субъекты – нейронные сети, которые пишут стихи и песни.

Права на контент и данные пользователей

Если у вас платформа (например, форум или образовательный маркетплейс), было бы неплохо разграничить ответственность за контент, который у вас публикуется. Для этого прописываем в пользовательском соглашении режим UGC – user-generated content. Тут тоже нужен специалист, тонкостей много, но защититься реально.

Если кто-то нарушает права на чужой контент, у правообладателей должна быть возможность достучаться до руководства платформы с требованием удалить контент. Поэтому нужны внутренние регламенты реагирования на такие требования.

Ну и, конечно, нужно в разумные сроки реагировать на такие заявления, чтобы не быть заблокированным по решению суда.

Георгий Соловьев,

совладелец и CEO SkyEng

За последний год мы в SkyEng дважды вляпались в неприятные истории.

В первый раз, когда наш дизайнер втихаря слизал один в один чужой лендинг, выдал за свой. Владелец исходной страницы возмутился, написал нам справедливое гневное письмо. Лендинг убрали, извинения принесли, дизайнера уволили.

Но процесс, как такого избежать, наладить не смогли.

И следующая ситуация вышла еще хуже. Взяли в SkyEng.Magazine контент одного популярного блогера, да еще и без ссылки. Плюс его адаптировали под себя и разбавили своим контентом. Вышло глупо, блогер обиделась, написала кучу гневных постов, конфликт получился публичным.

Опять же, удалили, извинились, но, что называется, толку-то. Уже накосячили, уже разозлили, уже своровали.

Тогда стало понятно, что профилактические меры надо принимать, вводить культуру про уважительное отношение к чужому труду и собственности.

Периодически в России появляются законы про интернет, но даже они не всегда четко объясняют, как следует действовать. Не бойтесь защищать права и формировать судебную практику по непонятным «серым» зонам. Например, таким законом был Закон о забвении, который, как предполагалось, позволит любому запретить выдавать поисковым системам данные о нем. Но там были способы злоупотреблений. Юристам «Яндекса» удалось сформировать судебную практику, которая говорит, что гражданин, обращаясь к поисковой системе с требованием об удалении ссылок (по Закону о забвении), обязан доказать: информация, размещенная по ссылкам, недостоверна, незаконна или неактуальна.

Как различаться на рынке и защитить свой бренд

Компаниям нужно как-то отличаться друг от друга, по-юридически такое отличие называется «средства индивидуализации». В России таких средств четыре:

● фирменное наименование;

● товарный знак или знак обслуживания – для услуг;

● коммерческое обозначение;

● наименование мест происхождения товаров.

В этой главе – как защитить свое имя и бренд, а также как не дать недобросовестным конкурентам всё это отнять или скопировать.

Фирменное наименование. Как только компания регистрируется в налоговой, у нее появляется фирменное наименование. У меня это ООО «Юридическая фирма Гриц и партнеры». При этом могут работать две компании с одинаковым фирменным наименованием: попробуйте поискать ООО «Альянс» – их тысячи.

Есть ограничения на то, что вы можете написать после ООО или ПАО. Например, нельзя использовать слова, противоречащие общественным интересам, принципам гуманности и морали. Нельзя использовать оскорбительные выражения, жаргонизмы и ненормативную лексику. Хотя в 2019 году в качестве коммерческого обозначения было допустимо назваться «ЁбиДоёби». Там ребята отстаивали свое право на название в судах. Еще нельзя использовать слова «Российская Федерация», производные аббревиатуры или названия госорганов.

Налоговая не проверяет оригинальность фирменного наименования: в понедельник зарегистрировано одно ООО «Альянс», а во вторник еще одно, ну и ладно. При этом «Альянс», который зарегистрировался в понедельник, может потребовать от второго «Альянса» сменить название и прекратить работать под таким названием. Условие действует, если оба «Альянса» занимаются одним и тем же, а клиенты могут их спутать.

Лиза Маслова,

сооснователь сети женских консультаций MEDOK

Кроме нас существовала еще одна компания, которая не занималась лечением, а выдавала справки. Называлась ООО «МЕДОК», а у нас было ООО «МЕД-ОК». И наши компании начали путать, например, думали, что негативный отзыв о другом «Медке», это о нас.

Наше терпение кончилось, когда клиенты стали путаться и записываться не в ту компанию, приезжали туда, узнавали, что нет нужных услуг, и уходили расстроенными. Тогда мы пошли в суд и выиграли: обязали тот «Медок» прекратить использовать наше название, снять все вывески, поменять бланки и учредительные документы.

Заставить сменить название или фирменное наименование – это еще не всё. Можно было еще потребовать возмещения убытков за незаконное использование. И вполне реально это возмещение получить.

Товарный знак

Если фирменное наименование – это о компании в целом, то товарный знак или знак обслуживания – средство индивидуализации товаров, работ или услуг. Везде, где описываю товарный знак, я говорю еще и о знаке обслуживания, у них правила одинаковые.

Кристина Чайковская,

владелец бренда женской одежды Little Drama by N&C

Почему я решила зарегистрировать товарный знак:

● Во-первых, чтобы чувствовать себя защищенной, ведь я строю системный долгосрочный бизнес, и я должна быть хотя бы минимально защищена от возможных недобросовестных действий конкурентов или мошенников. Кроме того, это в любом случае понадобится при масштабировании бизнеса и привлечении дополнительных инвестиций.

● Во-вторых, тактической мотивацией заняться этим вопросом как можно быстрее стало требование арендодателя подтвердить владение товарным знаком при согласовании вывески для шоурума.

● В-третьих, как производитель одежды, который хотел бы реализовывать свои товары через партнерские сети онлайн-ритейлеров, например WB, DressOne, Lamoda и др., я столкнулась с четким требованием наличия подтверждающей документации о регистрации товарного знака, или справки, о том, что подобная заявка на регистрацию подана.

Для чего нужен товарный знак. Компании регистрируют товарный знак, чтобы отличаться от конкурентов: названием, каким-то символом или логотипом. Если одна компания заняла товарный знак, другая не может его использовать в той же сфере деятельности.

Товарный знак регистрируется не вообще, а для определенной группы товаров и услуг, они называются классами МКТУ. Так компании закрывают отрасли для конкурентов.

Если захотите открыть телекоммуникационную компанию, в вашем логотипе не должно быть красного цвета, как у МТС. Особый фирменный красный цвет МТС зарегистрирован как товарный знак.

Но если у вас ателье по пошиву обуви и МТС не зарегистрировала товарный знак для этого класса – пожалуйста, называйте так ателье и выбирайте такой же красный цвет. Это законно.

Есть еще проблема с товарами, которые импортируются из-за границы. Всё дело в подозрении на контрафакт. Чтобы товар не считался контрафактным, у того, кто ввозит товар, должно быть право собственности на этот товар и права на товарный знак. А то вдруг правообладатель не в курсе, что компания ввозит его товар. Или давал разрешение на поставку только эксклюзивному импортеру, а не всем подряд.

Илья Криворот,

генеральный директор компании «Республика»

У нас в магазинах продается печенье Oreo. Однажды Oreo прошелся рейдом по всем, кто продавал это печенье в Москве: мол, незаконно торгуете.

Мы закупали у большого централизованного поставщика, но он был не правообладателем, а дистрибьютором. И к нам прилетела претензия от правообладателя на 5 млн рублей. К претензии было условие: «Если будете покупать печенье у нас напрямую, претензию снимем». Теперь закупаемся у правообладателя.

Еще можно зарабатывать на товарном знаке. Для этого его можно давать кому-то в использование, например в рамках продажи франшизы или просто по лицензионному соглашению.

Марина Егорова,

основатель Smart & Talented

C партнерами организовывали конференцию для персональных и бизнес-ассистентов. Это была имиджевая история, я на ней не зарабатывала.

Подбор персональных ассистентов – это прямо мой бизнес, поэтому контент был на мне. Я собрала спикеров, мои дизайнеры нарисовали баннеры, наполнили контентом конференцию, всё распланировали, я вела эту конференцию, пригласила всех деловых знакомых.

Как только прошла конференция, мне говорят партнеры: «Вообще-то это не твоя конференция, а наша (то есть их)». Я им говорю: «А ничего, что я даже название этой конференции придумала? Она и моя тоже». С тех пор партнеры стали делать конференцию сами, используя мои контакты людей, мое название и всё, что я вложила.

Но я-то тоже провожу подобные конференции, поэтому зарегистрировала товарный знак для класса 41 МКТУ – организация мероприятий, с тем самым названием, которое я же и придумала. Вот теперь думаю, что же делать с нерадивыми партнерами, которые нарушают права на товарный знак.

Мой совет: до начала любого проекта проговаривайте подробно, кто что от него получает, а если вас обманули – не опускайте руки.

Что может быть товарным знаком. Товарным знаком может быть текст, картинка или текст плюс картинка, это называется комбинированным товарным знаком. Бывает еще много разных обозначений: форма (объемный), мелодия (звуковые), запах (обонятельные), цвет (цветовые), позиционные, анимационные, по которым можно узнать товар или услугу.

Вот примеры нестандартных товарных знаков:

● цветовой товарный знак – красный цвет подошвы женской обуви марки Christian Louboutin, то есть лабутены;

● звуковой – заставка «Радио Шансон» или кинокомпании Twentieth Century Fox;

● позиционные – три параллельные полосы на верхней части обуви Adidas;

● анимационные – вращающаяся скульптура «Рабочий и колхозница» киноконцерна «Мосфильм».

Что не может быть товарным знаком. У товарного знака есть ограничения. Например, нельзя в качестве знака зарегистрировать общеупотребимые слова, юридическим языком – «не обладающие различительной способностью в данной категории товаров или услуг». Допустим, слово «канат» нельзя сделать товарным знаком для магазина веревок, тросов и канатов, а вот ювелирных украшений – пожалуйста. Изысканно.

Еще есть ограничения на регистрацию товарных знаков, которые содержат официальные символы: например, знак плюса или минуса. Еще одно ограничение – указание на вид, качество, количество, способ или место производства товара. Такие элементы могут быть в эмблеме, но они считаются неохраняемыми. Пример: «Коровье молоко “Буренка”» – «коровье молоко» – неохраняемая часть, а «Буренка» – охраняемая.

Ограничений на регистрацию много, поэтому общайтесь с патентным поверенным. Это такие специалисты по регистрации прав на интеллектуальную собственность.

Если ваш товарный знак используют другие. Может быть такое, что конкурент использует товарный знак, но не один в один, а с небольшими отличиями. Это тоже нарушение, и можно подавать в суд за незаконное использование. Похожие знаки на юридическом называются «схожие до степени смешения». Определять, похож или не похож, будет суд.

Максим Ильяхов,

автор книги «Пиши, сокращай», главный редактор «Тинькофф-журнала»

Я был по обе стороны баррикад: и защищающим товарный знак, и нарушителем, правда случайным.

Какой-то копирайтер в рекламе своих курсов использовал книгу, вернее ее название: «Пиши, сокращай». Я к тому времени уже подал заявку на регистрацию товарного знака, поэтому направил приветственное письмо коллеге. Упоминание о книге убрали.

В одной статье мы ради забавы использовали иллюстрацию скульптуры Родины-матери в Волгограде. На нас наехали правообладатели товарного знака – оказалось, этот памятник охраняемый. Мы не стали спорить, отбились, закрыв ее плашкой.

Если кто-то использует ваш товарный знак, вы праве потребовать компенсацию от десяти тысяч до пяти миллионов рублей. Размер зависит от обстоятельств. Рассмотрим три ситуации:

● Конкурент использует товарный знак, компания отправила претензию, те не образумились и продолжают работать под ним.

● Кто-то зарегистрировал домен сайта, а потом оказалось, что этот домен точно повторяет зарегистрированный товарный знак. При этом считаем, что продали они товаров столько же, сколько в ситуации 1.

● Или сначала появился домен, а знак зарегистрировали позже.

Теперь представим, что во всех ситуациях правообладатель пошел в суд и требует компенсацию за незаконное использование его товарного знака.

В первой ситуации компенсация будет больше, во второй – меньше, потому что владелец домена мог и не догадываться, что кто-то зарегистрировал такой же товарный знак. А в третьей ситуации, скорее всего, выиграет владелец домена и не будет выплачивать компенсацию. Хотя и использовать этот домен ему могут в конечном итоге запретить.

Если ущерб от использования товарного знака превысил 250 000 рублей, нарушителя можно привлечь и к уголовной ответственности, а это уже возможная судимость.

Георгий Соловьев,

совладелец и CEO SkyEng

Когда мы спохватились, что у нас нет регистрации товарного знака, оказалось, что бывший сотрудник в Украине зарегистрировал его на себя. И стал писать во все социальные сети – «Ютуб», «Фейсбук», «Инстаграм», – чтобы они заблокировали наш контент. Якобы права у него, а мы незаконно используем товарный знак и зарабатываем на этом.

Мы потеряли много времени и денег, пока доказывали, что это нам принадлежат права на SkyEng, и разблокировали контент. Из этой истории я понял, что регистрировать товарный знак нужно чуть раньше, чем попадешь в список «Форбс».

Сроки. Регистрация товарного знака – явление не моментальное. От подачи заявки до выдачи свидетельства о праве на знак может пройти от семи месяцев до полутора лет, и это если всё успешно. Но приоритет на конкретный товарный знак появляется в момент подачи заявки.

Ваши права на зарегистрированный товарный знак действуют десять лет с момента подачи заявки. Если хотите сохранить за собой товарный знак, в последний год этого срока продлеваете его действие. И так сколько угодно раз.

Если в течение трех лет вы не использовали товарный знак и не сможете доказать обратное, конкурент может через суд прекратить охрану товарного знака. Компания использует знак, если, например, маркирует им товары, использует на сайте и в социальных сетях.

Стоимость регистрации. Услуга по регистрации товарного знака платная, и чем больше классов вы закрываете, тем выше стоимость. Ориентировочно за регистрацию товарного знака в одном классе государственной пошлины в 2019 году придется заплатить около 23 000 рублей.

Товарный знак в других странах. Права на товарный знак распространяются на территории конкретного государства. Поэтому, если у вас международный бизнес, придется регистрировать товарный знак во всех странах, где работаете или собираетесь.

Для международной регистрации есть два пути: идти в каждую национальную систему с отдельными заявками или регистрировать через Мадридскую систему регистрации товарных знаков. Во втором случае принцип такой: подаешь заявку, выбираешь государства из списка участников и, если никто из выбранных государств не заявил, что у них зарегистрированы права на такой товарный знак, регистрируешь его за собой. При этом регистрация проходит сразу в нескольких странах, и не надо возиться с каждой в отдельности.

Людмила Норсоян,

владелец бренда инновационного трикотажа Norsoyan, основатель Fashion Factory School

Я зарегистрировала марку Norsoyan, как только поняла масштабы задумки. Если кажется, что побежим далеко и надолго, надо сразу регистрировать. Причем я не только в России зарегистрировала свои права, но и в Китае, как основном поставщике контрафакта.

Я считаю, что для моей стилистики Китай – отличный рынок сбыта. Здорово не забывать, что нужно грамотно подойти к классам товаров, где регистрируется знак. Я выбрала максимум подходящих, делала почти всё сама и уже давно, потратила на регистрацию около 150 000 рублей, в основном на государственные пошлины.

Доменное имя и товарный знак. Еще есть доменное имя. Сайт tvit.ru – доменное имя здесь tvit. Так вот: доменное имя не охраняется. Любая компания может выбрать в качестве домена tvit, если он свободен. Более того, любой человек может зарегистрировать товарный знак tvit и попытаться забрать домен.

Есть сайт с большой посещаемостью, и в посещаемость вложены сотни тысяч рублей. И тут злодей открывает компанию с таким же названием, как домен, и делает это раньше, чем открылась компания владельца домена. Или покупает действующую компанию с таким же названием, как домен, которая работала до регистрации домена. А второй злодей регистрирует товарный знак со словом, совпадающим с доменом.

Теперь оба злодея могут запретить владельцу сайта использовать доменное имя, потому что это нарушает права на фирменное наименование и товарный знак. Кто выиграет – практика неоднозначная, но если кто-то из злодеев, то с доменом уйдет и часть трафика.

Чтобы такого не случилось, советую регистрировать товарный знак или как минимум компанию с названием как ваш домен. В этом случае домен станет частью товарного знака или фирменного наименования, и конкурент не сможет его использовать просто так.

Процесс регистрации. Товарный знак регистрирует Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент). Там работают люди, которые принимают решение: регистрировать определенный знак или нет. Решение принимается в несколько этапов, между ними может быть переписка, заявку могут несколько раз отклонять или отправлять на доработку.

Всем этим лучше пусть занимается патентный поверенный – он знает, как готовить ответы экспертам Роспатента, берет на себя переписку и подачу заявлений, от вас требуется только оплатить госпошлины. Но если вы не спешите по срокам и нет опасности, что ваш товарный знак заберет конкурент, можно и самим попробовать, это не запрещено.

Коммерческое обозначение Если фирменное наименование – это о компании, товарный знак – о товаре, то коммерческое обозначение – средство индивидуализации предприятия как имущественного комплекса. Речь не о том, что написано после ООО, а, например, название, которое вы используете на вывеске своего магазина.

Защита коммерческого обозначения слабая, но она есть. Для обозначения своего права предприниматель вешает вывеску, использует POS-материалы: буклеты, листовки, печатает бланки со своим названием. И с этого момента за компанией признается право на коммерческое обозначение – никакой регистрации.

Коммерческое обозначение может быть у завода, фабрики, книжного магазина, салона красоты – у всего, где есть помещение в собственности или аренде.

Коммерческое обозначение используется, если по какой-то причине нельзя зарегистрировать товарный знак.

Что нужно, чтобы коммерческое обозначение защищалось:

● обозначение должно обладать различительной способностью, например, у магазина не может быть коммерческого обозначения «Магазин» или «Продукты», но может быть «Run Вася Run»;

● обозначение должно иметь словесную форму или комбинированную со знаками;

● обозначение должно иметь известность на определенной территории (город, улица, район) и быть обращено к потребителям, а не лежать в тумбочке.

Вы сможете защитить право на коммерческое обозначение, если начали использовать его первым среди конкурентов. При этом нельзя взыскивать компенсацию с нарушителей, работает только запрет. Возможно, удастся получить возмещение убытков – это законно, но трудновыполнимо. В России их размер доказывается крайне сложно.

Наименование мест происхождения товаров

Допустим, в какой-то местности, деревне или городе производится товар с особыми свойствами. Эти свойства связаны только с этим местом – например, тульский пряник, нарзан, башкирский мед, старооскольская глиняная игрушка, белевская пастила, коломенская пастила, краснодарский чай. В этом случае название места можно зарегистрировать за собой. На юридическом это называется наименованием мест происхождения товара, сокращенно – НМПТ.

Нельзя забронировать НМПТ только за собой, оно может быть сразу у нескольких компаний, которые производят товар в этой местности. Регистрируется право на название на десять лет, и его можно продлевать неограниченное число раз.

Для регистрации этого средства индивидуализации нужно учесть не только формальности, а еще возможности производителя. Ему придется доказать, что у него есть возможность и технология для производства особенного продукта. Описание продукта он подает в Роспатент.

Продавать право на НМПТ или давать кому-то им пользоваться нельзя. Фактически его можно передать, только продав производство или разместив новое производство на том же месте с теми же технологиями.

Если кто-то незаконно использует НМПТ, с нарушителя можно потребовать компенсацию: от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, возмещение причиненных убытков и изъятие товаров с таким названием. Например, продают тульские пряники, а они сделаны вовсе не в Туле, поэтому настоящий «Тульский пряник» вправе забрать все пряники с собой. И съесть.

Как юридически защитить франшизу

Никак. Строго юридически защитить франшизу нельзя. Нет исключительно юридического способа защитить права франчайзера, но может сработать комплекс мер – юридических и бизнесовых.

Эта глава адресована прежде всего тем предпринимателям, которые собираются развивать собственную франшизу. Я по умолчанию считаю, что даю советы и обращаюсь к держателю франшизы – франчайзеру. А те, кто покупает франшизы, – это франчайзи.

Меры для защиты

Ценность совместного бизнеса с вами. Золотое правило франшизы: франчайзи с вами должно быть выгоднее, чем без вас. Франшиза должна создавать ценность, которую сам франчайзи не может взять на рынке или создать сам за вменяемое время.

Всем создателям франшиз я задаю один и тот же вопрос: почему от вас завтра не уйдет франчайзи? Некоторые отвечали так: «Это выбор каждого» и «Кто-то может и уходить», но при этом тут же рассказали о сильных сторонах своих франшиз. Моя главная мысль – создавать и продавать ценность для франчайзи; чтобы с вами им было сытнее, комфортнее, приятнее, выгоднее и т. д.

Андрей Петелин,

CEO «Додо Пицца Евразия»

В рамках франшизы у нас грамотно составленный договор коммерческой концессии. Но наша главная защита от потери партнера – выгодность франшизы. Помимо этого важными элементами являются собственная информационная система и сила бренда.

«Додо» вообще не зарабатывает на продуктах, в отличие от наших конкурентов – «быстрых» пиццерий. «Додо» зарабатывает на роялти, и нет никаких скрытых расходов франчайзи. Поэтому самый важный момент, который должна давать головная организация своим франчайзи, – честность и прозрачность.

У нас сильные IT. Весь поток входящих заказов проходит через одну систему. Процесс производства пиццы формализован, но при этом он удобный благодаря IT. Также информационная система защищает в случае недобросовестных действий партнера. Если мы отключим систему, то партнер не сможет продолжить работу. Он сразу потеряет все заказы на доставку. Подобная мера защиты есть у «Макдоналдс». Они всегда владеют землей под помещением своего франчайзи. Если они не готовы продолжать сотрудничество с франчайзи, то расторгают договор аренды на землю.

И третье – это бренд. Сила бренда – то, что отличает обычную пиццерию от международной компании.

Барно Турсунова,

совладелец сети умных автосервисов «Вилгуд»

Мы всё детально юридически проработали, но в юридическую силу я не очень верю.

Франчайзи-автосервисы находятся со мной, потому что я помогаю делать их бизнес эффективнее.

Программное обеспечение сильно снижает расход на оплату труда управляющих.

Дополнительные сервисы по адекватным ценам, которые они сами бы не потянули одни: колл-центр, подбор кадров, маркетинг, работа с корпоративными клиентами.

Цена на автозапчасти ниже из-за общего объема. Цена привлечения клиента ниже.

Станислава Нажмитдинова,

основатель Агентства по развитию проектов в индустрии моды «Штаб»

Есть два пути, которые могут снизить вероятность ухода франчайзи через год:

А. Работающий. Создание среды, при которой франчайзи становится невыгодно отсоединяться от головной компании. Это может быть IT, гарантированный трафик, отработанная система маркетинга. Чем меньше франчайзи думает и изобретает в партнерстве, тем лучше и безопаснее союз.

Б. Условно работающий:

● штрафы и последствия расторжения договора;

● запрет на использование не только лого, но и шрифтов и прочего дизайна;

● соглашение о неконкуренции;

● заставляют компенсировать обучение.

Оформлять на себя клиентскую базу, бренд, помещение и другие составляющие франшизы в целом. Звучит агрессивно, но большинство крепких франшиз держится на языке силы.

Юридическая сила выглядит так. Предприниматель открыл по франшизе массажный салон, накопил клиентов за год и решил перезапуститься: на этот раз без франшизы и бренда. По договору он теперь обязан выехать из помещения, снять вывеску за свой счет, а еще он лишился доступа к базе с именами клиентов и заказами (CRM-системе). Предприниматель может выйти из франшизы, но тогда ему придется всё делать с нуля и в новом месте. Остается следить за тем, чтобы скопировать эту базу клиентов было максимально сложно.

Зарегистрировать товарный знак и передачу прав на ноу-хау. Допустим, у вас зарегистрирован товарный знак и формализованы все процедуры и рецепты. Формализованы – то есть записаны и являются частью бизнеса. Тогда вы имеете право передавать бренд и технологии, а если франчайзи захотят выйти – забрать у них всё это и запретить пользоваться самостоятельно.

Единственный полноценный договор для франшизы – договор коммерческой концессии. Если подписать такой договор, а товарного знака нет, франчайзи вправе потребовать вернуть часть платежей за франшизу. Судебная практика по этому поводу сейчас неоднозначная, но я бы не рисковал. Если развиваете франшизу, регистрируйте товарный знак.

Иван покупает франшизу пекарни у Артема, платит миллион рублей. Через год Иван решает выйти из франшизы и требует миллион обратно.

У Артема нет товарного знака, поэтому подписывать договор франшизы было нельзя и брать по нему деньги тоже. Если Иван пойдет в суд, скорее всего, Артема обяжут вернуть часть денег.

Это еще не все беды. Иван из нашего примера может сам зарегистрировать товарный знак, которым пользуется Артем, и заставить Артема искать себе новое название. А может и в суд подать: мол, Артем зарабатывает деньги на чужом товарном знаке – и взыскать большую компенсацию.

Прописать возможные проблемы. Головная компания работает в отрасли явно дольше, чем ее франчайзи, поэтому знает гораздо больше подводных камней: что делать, если клиент расшибся, отравился, отказался платить, повадился возвращать покупки, пришла проверка и т. д. Такая информация тоже ценна франчайзи, они готовы ее покупать.

Проблемы могут касаться не только работы с клиентом, но и отношений с франчайзи. Все потенциально спорные ситуации я советую обсудить с франчайзи лично. Что, если у франчайзи низкая выручка и инвестиции не отбиваются? Что, если франчайзи предложат открыть параллельный бизнес на той же площадке? Даже если вы напишете суперподробные правила, это всё равно не заменит разговор. Важно, чтобы франчайзи не только подписался под договором и правилами, а еще понял и принял их.

Максим Журило,

основатель компании I Love Supersport

Мы с юристами глубоко прорабатывали нашу франшизу с юридической стороны. И даже не столько про защиту от франчайзи, сколько для франчайзи.

Важно прописать все серые зоны и мелочи. Головная компания продает в том числе и свой опыт, поэтому важно весь свой опыт упаковывать и делиться им с франчайзи.

Поэтому у международных устойчивых франшиз серьезный пакет документов, который они передают своим франчайзи, и те пользуются всем готовым и полностью защищены.

Выжимка из договора с важнейшими условиями. Будем реалистами: не все готовы внимательно читать договор. Пробежались по диагонали, что-то выцепили, «ага-ага» и давай подписывать – «в случае чего договоримся». А потом выясняется, что франчайзи не собирался платить процент, решил уводить выручку в другую компанию или придумал схему налоговой оптимизации, которая вредит всей сети.

Я советую исходить из того, что франчайзи читают договор невнимательно и ключевые позиции с ними надо прорабатывать индивидуально. Для этого нужна выжимка из договора.

Выжимку пишем простыми словами, без зубодробительных терминов. Ее задача – помочь франчайзи понять условия работы. В конце памятки советую написать фразу:

«Данный документ носит информационный характер. Все юридически значимые положения закреплены исключительно в договоре коммерческой концессии, настоящая памятка не является его частью».

Эта фраза нужна, чтобы франчайзи потом не пошел в суд с памяткой наперевес.

Контролировать франчайзи. В договоре коммерческой концессии предусмотрите инструменты, с помощью которых вы будете контролировать своих франчайзи. Ежемесячные отчеты, контрольные закупки, учет в IT-системе, посещение места оказания услуги – конкретно прописываем, в каком порядке это происходит. Если не контролируете франчайзи, скорее всего, они скоро станут самостоятельными.

Михаил Смолянов,

сооснователь компаний «Мегаплан», «Финолог»

«Финолог» – сервис управленческого учета. Франшиза в «Финологе» классно работает на масс-маркет, потому что у нас хорошее IT-решение, которое помогало малому бизнесу решать свои задачи, поэтому франчайзи, продававшие это решение, были в восторге. Но как только компания – пользователь сервисом «Финолог» из масс-маркета переходила к франчайзи на персональный дорогой финансовый консалтинг, это переставало работать для франчайзера, для нас. Такие факты обращений частенько скрывались от нас. А отследить это было почти нереально.

Зарегистрировать договор коммерческой концессии. Договор коммерческой концессии регистрируется в Роспатенте. Цепочка такая: договор концессии не работает без товарного знака, право на товарный знак нужно регистрировать в Роспатенте, поэтому и весь договор тоже нужно регистрировать там же.

Если его не зарегистрировать, считайте, что предоставление права использовать комплекс исключительных прав не состоялось. Франчайзи вправе требовать предоставления такого права. При этом он уже пользовался вашими наработками определенный срок и заплатил вам за это какие-то деньги.

Судебная практика сейчас по этому вопросу очень неоднозначная, поэтому мой совет – регистрировать договор. Лучше потратить время и деньги на формальность, чем потом вернуть франчайзи все его деньги.

Возможность расторгнуть договор в одностороннем порядке. Возможно, франчайзи не будет таким добросовестным, как это казалось на переговорах, и начнет портить вам репутацию и приносить убытки. Или его финансовые показатели из-за неправильной работы далеки от идеала, а у него эксклюзив еще на какое-то время на конкретный город.

На этот случай хорошо бы предусмотреть возможность расторгнуть договор. Например, если он не выполняет KPI по освоению вверенной территории или неоднократно грубо нарушает договор коммерческой концессии.

Итого: регистрируйте товарный знак, оформляйте должным образом секреты производства, регистрируйте договоры коммерческой концессии, но при этом имейте реальную возможность контролировать и влиять на работу ваших франчайзи.

Формы продажи франшизы. Для франшизы есть свой специальный договор – это договор коммерческой концессии. По этому договору компания-франчайзер передает франчайзи право на использование товарного знака и, например, ноу-хау.

Для договора коммерческой концессии нужен зарегистрированный товарный знак, наличие исключительных прав на секреты производства (ноу-хау) и регистрация самого договора. Не у всех компаний, которые строят франшизу, есть это всё, поэтому они используют другие договоры. Например:

● Договор оказания услуг. Обычно по такому договору компания обещает консультацию. Допустим, владелец пекарни продает франшизу. По договору услуг он научит другого предпринимателя, как ее строить: какое оборудование подходит и на чем сэкономить, подсказки для ремонта, советы по найму.

● Договор поставки. Франшизу продает всё тот же пекарь, но теперь по договору поставки. По такому договору он продает оборудование для пекарни и полуфабрикаты из теста. Часто договор поставки объединяют с договором услуг, поэтому от пекаря будет и консультация, и оборудование для выпечки.

● Лицензионный договор. Его используют, если компания передает программу, например собственную CRM для заказа. Или если передаются права на эксклюзивные материалы по бизнес-процессам (ноу-хау). Допустим, пекарь развивает интернет-магазин замороженных полуфабрикатов. Своим франчайзи он предлагает использовать его же CRM для заказов и его секрет производства, прописанный в документах.

Все же я советую продавать франшизу по договору коммерческой концессии. При этом развивайте IT-инфраструктуру, управление и продажи, чтобы быть ценным для франчайзи. На это ставят большинство успешных франшиз, и при этом их модель устойчивая.

Опционы: мотивация управленцев

К вам пришел руководитель высшего или среднего звена и говорит: «Хочу долю в компании. Зарплата не мотивирует что-то». Так бывает. Посмотрим, что с этим делать с правовой и бизнесовой точки зрения.

Для начала нужно выяснить, почему человеку хочется именно долю. Может быть, дело не в самой доле, а в чем-то еще. Может быть, человек хочет зарабатывать вместе с ростом бизнеса – тогда можно предложить премию от общей прибыли. Или человек хочет иметь право влиять на стратегию компании – тогда берем его в совет директоров. Может быть, человек хочет получать пассивный доход, который не был бы завязан на его ежедневной работе, – а что он тогда планирует делать с ежедневной работой?

Допустим, вы поговорили и выделение доли кажется вам целесообразным. Но не надо ее просто брать и выделять. Есть специальные конструкции, которые помогают это сделать безопаснее и с большей выгодой. Например, есть конструкция в виде передачи доли в будущем под каким-то условием. Это опцион.

Опционы – целая вселенная, поэтому в этой главе – самое важное.

Какими бывают опционы

Опцион – это право купить или продать актив на каких-то условиях и при каких-то условиях в будущем. Активом могут быть акции или доля в компании, облигации и другие инструменты. Проще говоря, опцион – это «если ты заработаешь нам миллиард, мы дадим тебе право купить 10 % нашей компании за миллион рублей». Мы поговорим о доле во владении компании, но доля и акция по сути одно и то же, только «доля» – часть компании в форме ООО, «акция» – в акционерных обществах.

Периодически опционы используют, чтобы ключевые сотрудники достигали больших результатов. Для этого используют «опцион на долю» – право в будущем купить или получить бесплатно долю в компании.

Бывает два вида опционов: колл-опцион (call option) – право купить и пут-опцион (put option) – право продать. Опцион на покупку доли – это колл-опцион.

Вот упрощенно схема. Допустим, я работаю управляющим в компании. Меня вызывает собственник и говорит: «Дима, если компания увеличит свой оборот в два раза при твоей помощи при том же уровне рентабельности, ты получаешь право купить долю в компании. Цена покупки доли – из расчета сегодняшней прибыли».

Что происходит. Я выигрываю в деньгах: сейчас доля компании стоит 100 условных единиц, а если я удвою оборот компании при той же рентабельности, то цена доли тоже увеличится в два раза, а мне ее предложат купить по сегодняшней. Выгодно.

Компания тоже выиграла. Теперь у меня есть ориентир, куда прикладывать силы, и меня волнуют не локальные показатели, а конкретный и глобальный – стоимость компании.

У опционов есть срок реализации, он может быть любым: хоть год, хоть десять лет. Например, как только цена компании вырастет, у управляющего два года на покупку доли.

Опционы используют быстрорастущие компании или стартапы, когда компания только начинает работать. Частая схема такая: стартап хочет переманить к себе сильных специалистов, но они сейчас работают в известных компаниях и получают золотую зарплату.

Стартап не может конкурировать ценой и тогда вместо зарплаты предлагает долю в компании: мол, у тебя будет такая-то доля, и ты сможешь ее продать, когда мы окажемся на пике. Сотрудник всё равно получит деньги, только не сразу.

Опцион дают не только за результат, а еще за время работы в компании. Например, компания разрабатывает новый продукт, за разработку отвечает технолог. Чтобы он не ушел раньше времени, работодатель предлагает опцион: если отработает пять лет, получит долю в компании.

Андрей Стыскин,

генеральный директор «Яндекс. Технологии» и руководитель сервиса «Яндекс. Поиск»

В «Яндексе» опционная программа является частью стандартной системы компенсации сотрудников. Каждые полгода проходит оценка сотрудников. И начиная с определенного грейда (уровня позиции) по результатам ревью при положительной оценке сотруднику полагается увеличение зарплаты и/или премия, а также опционы на акции «Яндекса» по нулевой стоимости.

Опционы становятся доступны для реализации (продажи с целью получить деньги по рыночной цене или непосредственно акции) не сразу, а по расписанию вестинга: четверть становится доступна через год, а потом следующие три года равными долями каждый квартал. Акции свободно торгуются на бирже NASDAQ, а также на Московской бирже.

Такой механизм с выдачей опционов добавляет нацеленность сотрудников на стратегические цели и успех всей компании в целом.

На что обратить внимание при опционах

Влияние на компанию. Если сотрудник получает опцион, а значит, и долю в компании, он становится собственником. И из-за этого может снизиться управляемость всей компании.

Оформление. Для оформления опциона на долю для сотрудника нужно опционное соглашение. В нем указывается условие, при выполнении которого сотрудник получает право приобрести долю в компании. Опционное соглашение заверяем у нотариуса в виде опцион-оферты.

Когда сотрудник станет совладельцем компании, важно установить правила распоряжения своей долей, поведения при голосовании и принятии решений. Это всё устанавливается в корпоративном договоре. Лучше составить этот документ до предоставления опциона, чтобы вы заранее договорились о правилах работы и выхода из компании. Потому что сейчас этот человек – пока сотрудник и у него одно отношение к жизни и работе. А потом он может стать совладельцем, и договариваться с ним в этом состоянии будет сложнее.

Вот пример из жизни. Был классный разработчик, ему наскучила работа, и он стал подумывать об уходе из проекта. Тогда владельцы предложили ему опцион: если он проработает еще год и закончит определенный продукт, то он получит бесплатно 10 % компании. Так и договорились. Через год ему действительно предоставили всё, что обещали. Но не прописывали ничего, считали, что он продолжит развивать проект. А разработчик, став совладельцем, стал просто неуправляемым: перестал ходить на работу и что-либо делать. И ни к чему хорошему такой непродуманный опцион не привел.

Опционное соглашение может быть и частью корпоративного договора. Но опционное соглашение заверяется у нотариуса, а договор – не обязательно, поэтому их разделяют в отдельные документы: так проще и дешевле.

Запрет на передачу опциона кому-то еще. Вот есть управляющий, у него опцион на покупку доли. Но он не хочет сам его реализовать, вместо этого продает опцион своему другу. Теперь у друга есть доля в компании, а значит, возможно, право голосовать за какие-то решения компании и вообще участвовать в ее жизни. При этом собственник не знает этого друга и не хочет, чтобы долей владели посторонние.

Если в опционном соглашении нет прямого запрета на передачу права требования по опциону, считается, что передавать можно. Чтобы запрет сработал, в договоре должна быть фраза с таким смыслом:

«Cтороны договорились, что право требования на приобретение доли в обществе нельзя продавать, уступать, дарить, менять или иным образом отчуждать третьим лицам без согласия мажоритарного собственника».

Продажа доли посторонним. После того как сотрудник реализовал опцион (то есть купил или бесплатно получил долю в компании), он может этой долей распоряжаться – например, продать другим людям. Мое мнение: важно сделать так, чтобы этот сотрудник самостоятельно не смог продать долю никому, кроме вас или компании.

В целом в ООО, например, у участников имеется преимущественное право покупки доли перед внешними людьми, поэтому как будто бы и не страшно: сотрудник никому внешнему и не продаст свою долю. Но на самом деле он может продать ее внутри компании и перераспределить силы таким образом, что компания тоже станет неуправляемой.

Поэтому мой совет – наложить запрет на продажу доли третьим лицам или требовать согласия всех или прямо определенных соучредителей при продаже доли третьим лицам. Я рекомендую использовать второй механизм: он более гибкий. Если вы захотите продать свою долю как мажоритарий, скорее всего, новый совладелец захочет присоединиться к вашей сделке.

Супруги. Если сотрудник в браке и он покупает долю, эта доля становится по умолчанию совместно нажитым с супругом имуществом, поэтому с него надо получить один документ: брачный договор.

В брачном договоре фиксируем, что все доли принадлежат единолично тому супругу, на имя которого они приобретались.

Это нужно, чтобы в случае развода не поставить под удар компанию. Например, сотрудник приобрел в браке 30 % и при разводе второму супругу будет принадлежать 15 % доли. Этот супруг может перенести свой конфликт с сотрудником на дела компании: начнет ходить на общие собрания учредителей, запрашивать финансовые и бухгалтерские документы – чтобы побольше получить при разводе. Вы можете быть уверены в сотруднике на работе, но вы не можете отвечать за его отношения в семье.

Наследники. Если сотрудник реализовал опцион, он приобретает долю, и теперь эта доля передается по наследству. Если основной собственник не хочет, чтобы среди владельцев долей компании оказались неизвестные родственники, он может прописать в корпоративном договоре условие: наследники получают не долю, а денежную компенсацию стоимости доли.

Важно помнить, что для выплаты любой компенсации потребуются деньги на счете, поэтому продумайте заранее, как вы будете их изыскивать – ведь суммы могут быть большими. Есть случаи, когда такие выплаты (пусть и мажоритариям) могли обескровить компанию.

Управление. Следите, чтобы раздача опционов не привела к тому, что у основного собственника осталась доля без полного контроля над компанией, например 60 %, – а при этом в уставе указано, что все вопросы решаются долей 75 %. Лучше раздавать доли так, чтобы контроль остался у вас.

Вовлеченность. Человек, владеющий долей в компании, начинает мыслить не так, как обычный сотрудник, – это может быть как хорошо, так и плохо. Если хотите, чтобы сотрудник оставался совладельцем только на время работы в компании, а не оставался таковым при переходе в другую, это условие можно прописать в опционном соглашении или корпоративном договоре.

Если сотрудник увольняется или вы видите, что вовлеченность в дела компании упала, условие может быть таким: обязан продать долю по фиксированной цене обратно первоначальному собственнику – вам. Опцион – это право, а не обязанность, поэтому в данном случае у мажоритарного собственника (вас) есть call-опцион на выкуп доли обратно по какой-то цене.

Итого, схема такая: пока работает хорошо, он получает дивиденды с компании, начал работать плохо – перестает быть владельцем.

В противном случае окажется, что человек получил долю с помощью опциона и решил, что теперь он обеспечен и работать дальше особо не надо – компания вытащит его за счет дивидендов. Хотите ли вы иметь дела с таким партнером?

Присоединение при продаже. Представим, что вы решили продать компанию и она стоит миллион рублей. У вас 60 %, остальное – у руководителей. Так вот: на рынке мало кто купит 60 %, потому что компания целиком намного лучше, иначе в придачу получаешь непонятных тебе соучредителей.

Из ситуации есть выход, механизм называется drag-along right – это обязанность миноритариев (ваших новых совладельцев) присоединиться к вашей сделке продажи компании. Получается: раз вы продаете свою долю, то и они должны. На тех же условиях в расчет на 1 % доли.

Всю власть – рабочим и крестьянам

В иностранных юрисдикциях, особенно в США, есть инструмент ESOP: Employee Stock Ownership Plan. Он предполагает план наделения акциями или долями работников.

ESOP отличается от опционов тем, что он массовый, а не индивидуальный, как опционы, поэтому работает не только на руководителей, но еще на линейных сотрудников. Пока в России он сложно или почти никак не реализуется. Но всё равно посмотрим на тренды, пусть пока и за границей.

В США у большинства сотрудников нет свободных денег, чтобы купить по рыночной цене долю компании. При этом отдавать ее бесплатно или за символический доллар грустно и, видимо, не принято. Ну и отдать очень маленькую долю, чтобы не жалко, не получится, потому что людей много и тогда никакого эффекта.

Поэтому появился инструмент – ESOP. Он работает так: в банке берется кредит, на эти деньги выкупается доля у действующего собственника в пользу сотрудников. Доля находится в залоге у банка и гарантирует банку, что долг будет возвращен. Сотрудники становятся совладельцами компании и получают дивиденды. Из этих дивидендов выплачивается кредит, на который изначально была выкуплена доля. И когда кредит будет полностью погашен, сотрудники останутся собственниками, обременение на долю будет снято.

В США такое массовое владение долей реализуется через траст, а в России пока ничего такого работающего нет.

Идеи отдать владение компанией самой компании – сотрудникам звучат среди последователей социократии 3.0, холакратии, бирюзовых организаций и сторонников самоуправления в организациях. С точки зрения российского права пока больше вопросов, чем ответов, хотя затея кажется интересной.

Юридическая модель бизнеса: вопросы и примеры

Когда создается новый проект, обычно предприниматели продумывают бизнес-модель: кто будет клиентом, в чем монетизация, что для этого сделать, с кем заключить контракты и другие подобные вопросы.

С юридической составляющей то же самое: есть новый проект, и здорово проработать элементы его юридической защиты. Но часто предприниматели думают, что это не очень срочно и можно подумать об этом потом. А мне кажется, что это важно сделать на этапе запуска. Например, хочу открыть магазин, и думаю, на что обратить внимание с юридической точки зрения.

Юридическая модель бизнеса состоит из шести элементов. Алгоритм работы с моделью такой: анализируете бизнес по каждому из элементов модели и принимаете для себя решение: защищен этот аспект бизнеса или нет. Если нет, придумываете, как защититься.

Модель – подсказка, перечень вопросов, о которых нужно подумать. Я сам ее использую, если ко мне поступает запрос на юридический аудит бизнеса: проверить, что всё в порядке.

Доходы

Первый элемент модели – доходы: анализируем, откуда получаем деньги в бизнесе. Скорее всего, это какие-то сделки, а значит, по ним должны быть договоры. Я называю такие договоры доходными – когда получаете деньги и что-то даете взамен: товары, работы или услуги. Например, это оферта для пользователей, если продаете доступ к онлайн-сервису, или договор с родителем, если делаете лагерь для школьников.

Бизнес стремится к тому, чтобы доход был стабильным: оплата не задерживалась и не отменялась по желанию клиентов. А это возможно, если есть жесткое основание платежей, например договор и акт.

Вопросы для доходных договоров

За что юридически мне платят деньги? Имею ли я право делать это? Из-за чего именно это формальное право может у меня пропасть? Как этого не допустить?

Почему плательщик может отказаться платить и что вписать в договор, чтобы этого не случилось? Как мотивировать платить: штрафы, неустойки, пени? В какой ситуации клиент сам захочет заплатить и у него не будет соблазна стать должником?

Почему могут отказаться доплачивать, если я беру деньги по частям? Как сделать, чтобы клиенту было выгоднее доплатить за услуги и товары, чем не доплатить?

Почему могут предъявить требование вернуть уже оплаченные деньги? Как их не возвращать, доказав, что работа выполнена в полном объеме? Чем доказывается выполнение?

Если не платят, скорее всего…

● Нет договора.

● Перед сделкой не проверены контрагенты – клиенты, поставщики. А они оказались банкротами или однодневками.

● В договоре не прописана ответственность, которая по-настоящему мотивирует платить.

● Нет обеспечения в счет выполнения договора, например поручительства, залога, задатка, независимой гарантии.

Если недоплачивают, скорее всего…

● Результат сделки в договоре сформулирован расплывчато.

● Нечеткий процесс взаимодействия по договору: кто что делает для достижения результата.

● В договоре не прописана ответственность, которая по-настоящему мотивирует вовремя платить.

● По договору компания передает самое главное для клиента, например дизайн квартиры, в самом начале, а получает только аванс. Потом доработки, например перечень магазинов для покупки мебели к дизайну, не так ценны. Поэтому недобросовестные клиенты отказываются от договоров.

Если требуют возврата, скорее всего…

● Не подписан акт, который подтверждает выполнение работы. Это может быть акт приема-передачи или акт приемки оказанных услуг.

● Пункт с вашей ответственностью сформулирован так, что можно потребовать деньги обратно, например в виде штрафов.

Главное здесь: договоры, по которым вы получаете деньги, особенно постоплатой, должны как минимум существовать. Не надо верить на слово – всегда подписывайте бумаги. Еще в доходные договоры советую включить бодрящий штраф за просрочку оплаты или ее отсутствие.

Расходы

Второй элемент модели – расходы. Для этого анализируем договоры, по которым платим значительные суммы разово или периодически: исполнителям, подрядчикам, авторам, агентам. По расходным договорам у вас одна задача – убедиться в качестве результата, за который платите деньги.

Вопросы для расходных договоров

Что произойдет, если вам не предоставят то, за что вы заплатили? Или предоставят, но не в полном объеме? Или предоставят, но с нарушением срока? Штрафы должны быть прописаны в договоре.

Как вам должны передать результат? В какой форме? Вас она устраивает? Не создает ли эта форма для вас дополнительных расходов?

Как проверять результат на качество? Кто и как это делает с вашей стороны? Как исполнитель отвечает за качество?

Есть ли процесс исправления результата, если, например, подрядчик разработал макет, который не отвечает техзаданию? Если да, каковы порядок и сроки?

Что будет, если вы заплатите не вовремя или не в полном объеме? И не должны ли вы заплатить налоги или взносы за этого контрагента? Например, если исполнитель – физическое лицо по договору оказания услуг.

По расходным договорам прописывайте конкретный результат, который получите по итогам договора, порядок передачи результата и сроки исполнения. В идеале добиваться постоплаты – после того, как получили результат и проверили его.

Команда

Третий элемент – всё, что внутри компании: постоянные сотрудники и соучредители. У каждого своя специфика, работать с каждой группой нужно отдельно и по-разному.

Совладение бизнесом. Если в компании несколько учредителей, смотрим, как оформлено совместное владение. Например, есть партнерское соглашение, корпоративный договор или всё сразу. Если заключали корпоративный договор – вносили ли изменения в устав? В общем, надо проверить документы на действительность и устойчивость договоренностей с партнерами. Об этом читайте в главе про партнерство.

Сотрудники. Есть два варианта официального оформления: трудовой договор и гражданско-правовой. О них я подробно рассказываю в главе о сотрудниках. А здесь обратите внимание вот на что: в оформлении сотрудников здорово оценить слабые и сильные места для проверок и возможность оптимизации, чтобы меньше тратить.

Есть такой инструмент – матрица эффективного найма. Она представлена на следующей странице. План действий: садитесь со специалистом по трудовому праву и анализируете, какие должности и кого лично вы можете перенести в разные группы: от первого до шестого. И чем больше у вас людей ближе к шестому пункту, тем эффективнее: экономичнее или управляемее.

Понятно, что у каждого варианта есть слабые стороны, но важно их осознать и определить приоритеты для бизнеса. Например, если участвуете в тендере или у вас лицензия на медицинскую деятельность, вам нужно держать в штате определенное число сотрудников. Поэтому, даже если выгоднее перевести человек двадцать на гражданско-правовые отношения, так может не получиться из-за требований к численности.

Вот ячейки матрицы, в которые надо вписать должности конкретных людей:

Матрица на примере небольшого рекламного агентства. Пример не универсальный, потому что многое зависит от конкретных людей, которые занимают определенные должности.

Вопросы для оформления и работы с сотрудниками

Знают ли сотрудники, в чем их функция, роль и задача? Если знают, то закреплено ли это в документах для масштабирования? И вообще, нужно ли что-то закреплять в локальных актах или этого лучше не делать? Сотрудник может отказаться выполнять часть трудовых функций, если какой-то функции, например, нет в трудовом договоре или должностной инструкции.

Распределена ли ответственность между руководителем компании и сотрудниками или директор отвечает за всё? Например, в кафе работает кальянщик, который носит раскаленные угли возле гостей. Если техника безопасности зафиксирована и он ее нарушил – это его ответственность, а если такого документа нет, то виноват директор.

Как устроен рекрутинг сотрудников? Составляется ли диагностический лист, чтобы аргументировать, почему кого-то не приняли на работу? За безосновательный отказ в приеме на работу определенных групп людей есть уголовная ответственность: например, при отказе людям предпенсионного возраста, беременным женщинам или женщинам с детьми до трех лет. В случае проверки трудовой инспекции можно показать диагностический лист – скорее всего, проблем не будет.

Есть такая конкурентная игра: отправить к конкуренту лицо предпенсионного возраста. Ему отказывают, потому что он не подходит по компетенциям, но ничего при этом не оформляют. А потом соискатель идет писать заявление в полицию.

Рынок

Рынок – это всё, что вне компании, например конкуренты.

Эксклюзивность. Советую проанализировать защиту эксклюзивности бизнеса: что можно зарегистрировать, как это применить для защиты. Например, зарегистрирован ли товарный знак, фирменное наименование, есть коммерческое обозначение или нет.

Реклама. Изучите, какие ограничения, лицензии и другие документы нужны в вопросах рекламы и продвижения. Например, если компания продает услуги детям, нельзя использовать посыл в духе «Пойди к родителям и уговори их купить». Еще здорово проанализировать, не будет ли у ФАС повода оштрафовать компанию.

Промышленный шпионаж. Здесь речь о защите бизнес-секретов, с этим помогает режим коммерческой тайны и формирования ноу-хау. Об этом читайте в разделе об интеллектуальной собственности.

Государство

Для анализа юридической модели бизнеса мы рассматриваем государство как контролера и карателя. А в определенных ситуациях – даже как помощника.

Разбираемся, есть ли требования к вашей бизнес-модели: должны ли мы войти в саморегулируемую организацию или получить лицензию и сертификаты соответствия. И если что-то из этого нужно, то сколько стоит сделать это по правилам? А какие будут штрафы, если проигнорировать?

Еще хороший вопрос – связан ли бизнес с повышенным вниманием государства, например из-за международных переводов, госконтрактов, таможни? Как мы в этом случае защищены? Если компания ориентируется на зарубежный рынок и планирует заключать много контрактов с Европой и США, есть ли процедуры для прохождения валютного контроля?

Государство может и помочь. Например, могут быть льготы на аренду государственного имущества; могут быть налоговые льготы или даже спецрежимы для каких-то отраслей бизнеса. Чтобы всё это изучить, нужен квалифицированный главбух, юрист или финансовый директор.

Ядро

Последний элемент модели – ядро. Это то, что приносит бизнесу больше всего денег, и это же мы защищаем изо всех сил. Это могут быть секретные формулы, патенты и изобретения, бренд с эксклюзивными контрактами, права на фабрику и земельный участок, исключительное право на выпускаемые произведения.

Еще пример ядра. Представьте бренд женской одежды, которая продается через соцсети. У них известный, уже раскрученный бренд. Ядро в этом случае – права на товарный знак и пароль от профилей в соцсетях.

Ядро лучше выносить из операционной деятельности, чтобы защитить его от правовых рисков. Например, важно сохранить право на товарный знак. Тогда лучше, если оно будет у стороннего ИП или ООО и уже это третье лицо по лицензии передаст право основной компании. Третья сторона не должна участвовать в ежедневной работе, например, не заказывать рекламу у подрядчиков. Это нужно, чтобы не было повода подать иск и поставить под угрозу владение товарным знаком.

Поэтому анализировать правовую модель бизнеса нужно еще до старта: так вы будете знать, что товарный знак нужно регистрировать отдельно.

Я не питаю иллюзий: очевидно, что, зная все элементы модели, предприниматели не бросятся переделывать весь бизнес в соответствии с ней сразу и по всем фронтам. Пусть так. Поэтому советую для начала взять какую-то одну сферу, которая кажется наиболее важной в вашем случае, и поработать с ней. Укрепление даже одной части модели уже заметно обезопасит бизнес.

Как выбрать юриста

Нет волшебного секрета в том, как найти нормального юриста. Всем нашедшим повезло по-разному. При выборе юриста обычно появляются такие вопросы:

● Брать юриста в штат или аутсорс (то есть обращаться в юридическую фирму)?

● Проверять его знания самому или нанимать кого-то для проверки?

● Как понять, решит ли он мою проблему или только создаст видимость работы?

● Юристы работают по KPI, нормативам, по часам или как вообще?

● Какие вопросы ему задавать? На что смотреть в портфолио? А если он ничего не показывает? А смотреть ли на его костюм?

Издательство попросило написать такую главу. Без проблем. Вот что я думаю об этом.

Роль юриста – помогать. К сожалению, далеко не все юристы правильно понимают свою роль – хоть штатники, хоть на аутсорсе. Как по мне, роль юриста – не морализаторствовать, не говорить «что хорошо, а что плохо» и «что можно, а что нельзя».

Если предприниматель пришел к юристу, он уже догадывается, что его ближайшие действия, скорее всего, попадают в категорию «нельзя». Вопрос теперь «как можно», и если уж совсем-совсем нельзя, то «что за это будет и с какой вероятностью?». Может быть, это «нельзя» будет стоить 1500 ₽ в виде штрафа. А может быть, это «нельзя» грозит тюремным сроком. Юрист должен помогать разобраться в этих «нельзя».

Задача юриста – придумать, как сделать то, что просит предприниматель, но с минимальными рисками. Причем не только от государства, но и от недобросовестных партнеров, конкурентов, сотрудников и подрядчиков.

Часто предприниматели думают так: «Ну приду я к юристам. Они мне скажут, что у меня кое-что не по закону. Я это и так знаю, большое спасибо. Не пойду к юристам». Я предлагаю посмотреть на этот вопрос так: «Приду к юристам, чтобы мне рассказали, какие у меня сейчас риски и как их снизить».

Хороший юрист – это прежде всего не о понятиях законно-незаконно, а понятиях безопасно – рискованно. И объектом юридической услуги должен стать сам предприниматель и интересы бизнеса, а не закон. Так же как врач должен лечить человека, а не инфекции, юрист должен решать проблемы бизнеса, а не измерять его линейкой закона.

Приведу пример. Юрист сопровождает сделку: одна компания покупает что-то у другой. Дошли до договора, отправляют его юристу на согласование. Типичный юрист ведет себя так: «Я видел письмо, на анализ нужно три дня». А сегодня четверг, то есть сделка сдвигается на следующую неделю.

Менеджер по продажам хватается за сердце: сделку нужно закрывать скорее, а тут юрист берет, считай, неделю на подумать. Хочется его поторопить, но ведь он должен проверить всё внимательно – нельзя спешить в таких вопросах! На следующей неделе приходит договор, а там миллион замечаний – это еще на неделю согласования. А план горит. А денег от сделки нет. Всё уперлось в договор.

Есть юристы, которые думают, что их задача – привести договор в соответствие с законодательством. И если договоры не похожи на железобетонную стену, юрист пишет в протоколе разногласий: «Мы не готовы пойти на этот пункт». При этом юриста не волнует, что этот договор – часть сделки, которая должна принести компании прибыль.

Это похоже на очень дотошного охранника на проходной офисного центра. Вы позвали клиента на встречу, тот приехал без паспорта, и теперь охранник ни под каким предлогом не пропускает его через проходную. «Не положено», – говорит. Вы отправляете кого-то из сотрудников встретить – «Не положено». «Оформляйте заявку у начальника охраны». Клиент вежливо предлагает перенести встречу и больше не возвращается.

Юристу необязательно быть как тот охранник. Если он смел, подвижен и разбирается в рисках, он сможет наладить в компании такую систему, чтобы договоры подписывались и согласовывались быстро.

При выборе юриста обращайте внимание на компетентность и добросовестность.

Компетентность – знания права, опыт решения задач, подобных вашей, и общий профессиональный опыт. Здорово обратиться к тому, кто знает конкретно ваш вопрос. Это сложно понять по сайту, поэтому нужно задавать вопросы при встрече.

Представление о компетенции можно создать по тому, насколько уверенно ведет разговор юрист, на что ссылается и ссылается ли вообще. Например, ответ «Я уверен, что суды именно так разрешат этот вопрос» вызывает сомнения, потому что судебная практика переменчива. А еще довольно смело утверждать, что заранее знаешь ход мысли судьи.

Не забывайте об эффекте Даннинга – Крюгера – это когда человек может быть уверен в своих знаниях, если у него нет достаточного опыта. Зеленый юрист мог один раз побывать в суде и быть уверенным, что теперь он понимает все тонкости судебной работы – он же видел всё своими глазами. По неопытности он даже не понимает, насколько он мало знает.

По моему опыту, хороший юрист никогда не ведет себя на встрече вызывающе уверенно. Он может быть оптимистом, но никогда не дает гарантий исхода дела и уж точно не заявляет, что гарантирует определенный исход суда.

Чтобы проверить опыт юриста, спрашивайте о конкретных делах, их исходе, какую стратегию выбрали. Почти все дела публикуются на сайтах судов, поэтому можно попросить ссылку или найти самим. Следите, чтобы логика рассуждения юриста была понятной. Если юрист не может объяснить алгоритм, значит, в прошлый раз ему повезло или всё обстоит не так, как он говорит.

Если опыта недостаточно или задача принципиально новая, следует посмотреть на профессиональный опыт в других областях. Это может быть актуально, например, в юридическом сопровождении блокчейн-платформ: судебная практика еще не сложилась, судьи смотрят на слово «блокчейн» красиво округленными глазами. Тогда задавайте вопросы о специализации юриста, спрашивайте о делах, о которых он может рассказать. Слушайте, как специалист размышляет: в юриспруденции нет тайных знаний, почти всё подчиняется логике и здравому смыслу.

Как проверить. Вот несколько типовых вопросов, которые могут вам помочь в разговоре с юристом.

Что нам нужно сделать, чтобы гарантированно выиграть в этом суде?

Нельзя гарантировать победу, потому что решение принимает конкретный человек – судья, и гарантировать, к какому выводу он придет, наивно.

Можно только рассуждать, что именно нужно сделать для увеличения шансов на победу и почему. При этом каждое действие должно логично вписываться в ряды вашей позиции. А гарантировать можно только в одном случае – если ничего не делать, точно проиграешь.

Вы не могли бы подкрепить свои советы и идеи статьями закона. На чем вы основываетесь?

Если юрист отвечает, что номера статей скажет только на платной консультации, а сейчас идет бесплатная (это реальная история), он, скорее всего, шарлатан. Такой аргумент дискредитирует нашу профессию: либо подтверждай свой ответ, либо, если без денег не можешь консультировать, не отвечай вовсе. С другой стороны, юрист не обязан знать все статьи всех законов наизусть. Дайте ему время.

Объясните мне, как ребенку, весь процесс защиты в суде (вариант: сопровождения сделки, действий при проверке на предприятии, как вести себя на допросе).

Если юрист не может толком объяснить действия, скорее всего, он не до конца понимает суть или плохо знаком с процедурой. Это, наверное, не хорошо и не плохо, но просто знайте, что ваш юрист не до конца в курсе всего.

Расскажите как можно подробнее о прежних подобных кейсах в вашем опыте.

Всё, что говорят адвокату, – адвокатская тайна, и даже о самом факте обращения можно рассказывать только при согласии доверителя. На юристов формально не распространяется требование к адвокатам, но я считаю этичным и юристам не рассказывать подробности своих дел. Именно поэтому юрист или адвокат может рассказать свой опыт и известные уловки, ходы и фишки при осуществлении защиты в подобном споре, но не может называть никакой конкретики: имен, адресов, фактов из жизни доверителя или цифр. Каждый сам прикидывает для себя: хотел бы он, чтобы его адвокат рассказал о нем кому-то еще? Поэтому без личных данных.

Добросовестность. Это о репутации и последовательности: юрист выполняет то, что говорит.

Репутация – это всё, что окружает юриста: высказывания, социальные сети, выступления, мнения других специалистов и доверителей о работе и даже реакция юриста на такие мнения. Мой совет – спрашивать рекомендации о юристе. Тут залог успеха в чужом пережитом опыте, который вы можете перенять на свою ситуацию.

Фразы юриста, которые вызывают у меня подозрения. Специалисты так не говорят

«Вы же слышали, что есть два типа адвокатов: которые знают закон и которые знают судью. Так вот я из вторых».

«Я бывший сотрудник полиции, суда и прокуратуры, поэтому у меня связи».

«Все решается за деньги, не переживайте».

«Дело будет рассматриваться в суде, я гарантирую вам выигрыш».

Решальщики в России, конечно, есть, но их эффективность научно не доказана. Вы могли слышать о случаях, когда решальщики результативно давали взятки, но гораздо чаще такие люди оказываются мошенниками. Как и везде, коррупция в России есть, но гарантии, что ваш юрист окажется коррупционером, а не мошенником, никто никогда не даст.

Штатный юрист или на аутсорсе

Теперь обсудим, кого брать: штатного юриста или внешний аутсорсинг. Единственного правильного ответа нет. Выбор зависит от особенностей компании и типа задач. Я буду рассматривать примеры для микро-, малого и среднего бизнеса, потому что именно для вас я и пишу эту книгу.

Штатный юрист. Если много текучей юридической работы, но она простая, лучше взять юриста в штат. Например, если вы арендодатель бизнес-центра с одинаковыми договорами аренды, вам лучше нанять штатника: пусть проверяет все договоры и налаживает конвейер согласования.

Главный минус штатного юриста в том, что он знает закон лучше, чем вы, а поэтому его просто так не уволишь, если он этого сам не захочет. А значит, возникает какая-то неуправляемая ситуация.

Аутсорсинг. Если задачи разные, то и знания юриста нужны разные: сегодня аренда, завтра товарный знак, потом интеллектуальные права и трудовые вопросы, судебное взыскание задолженности. Редкий юрист сочетает все эти знания и опыт. А тот, кто сочетает, – стоит дорого.

Поэтому для таких задач лучше обращаться в юридические компании: у них работают узкие специалисты, каждый в своей теме, и универсальные менеджеры, которые направляют ваши запросы нужным людям.

Мой выбор – внешнее обслуживание. Тут несколько плюсов: широкая экспертиза команды юристов, при этом не надо держать юриста с редкой специализацией ради одного вопроса в год. Внешние юристы не болеют и не уходят в отпуск, потому что работает команда и они друг друга подменяют.

Еще от внешних консультантов легко избавиться и заменить другими, но тут главное, чтобы такая возможность была в договоре. Вот что стоит проговорить с внешним юристом, а потом прописать в договоре:

● возможность вашего отказа от обслуживания и договора в кратчайшие сроки;

● конкретные каналы коммуникации, например мессенджеры, почта, скайп – нормальные юристы всё это умеют, а ненормальные будут принимать у вас запросы строго почтой России или факсом;

● контактное лицо, кто всегда на связи, и что будет, если этот человек в отпуске или заболел; хороший вариант – он сам себе ищет замену, знакомит с вами и делами;

● скорость реакции и выполнения задач;

● конфиденциальность всей команды юристов, до кого доходят ваши документы.

Хороший аутсорсинг постоянно у вас в «Телеграме», «Ватсапе» и электронной почте, а сейчас это намного ближе, чем соседний кабинет. Поэтому, если вы хотите, чтобы юрист всегда был «при вас», аутсорсинг подходит.

Есть еще аргумент в пользу штатного юриста, мол, он будет «больше погружен в сам бизнес». Это так себе довод, потому что погружение стоит времени и, если его потратить на внешнего юриста, он тоже будет многое знать о бизнесе.

Есть разница в расходах на оплату штатного юриста и внешнего. Допустим, по трудовому договору зарплата штатного юриста 100 000 рублей, при этом компания дополнительно тратит примерно 40 000 рублей – добавляются налоги и взносы. А внешний юрист, как ИП или ООО, не влечет дополнительных расходов, кроме самой оплаты услуг.

Оплата штатного юриста

Если над юристом есть кто-то, кто разбирается в предметной области, можно создать систему объективных показателей. Например:

● размер дебиторской задолженности по договорам юриста – оценивается, насколько договоры юриста мотивируют платить по ним;

● срок выплаты кредиторской задолженности – насколько юрист умеет договариваться или долго судится.

Если нет специалистов, которые могли бы контролировать юриста в своей области, можно завязываться на уровень удовлетворенности коллег от работы. Проводим оценку по методу «360»: все, кто с юристом взаимодействует или должен взаимодействовать, дают обратную связь, насколько он помогает в работе.

Можно применять оба подхода и завязывать на эти показатели премию.

Хуже всего: никак не измерять эффективность юриста и платить ему фикс каждый месяц – это приводит к нулевой мотивации и «Я посмотрю ваш договор через неделю».

Оплата внешнего юриста

Есть три модели для оплаты: проектная оплата, почасовая и абонентское обслуживание.

Проектная оплата – это когда вы и юрист понимаете хотя бы примерный объем работы и временные рамки. Я в таком случае прикидываю сложность или времязатратность проекта. Далее оцениваю вероятность, что мы достигнем результата не в формате «выиграть суд», а в формате «доверитель получит то, что хочет» – деньги, товар и т. д. И тогда называю гонорар.

Проектная оплата подходит:

● для судебных разбирательств, до вынесения решения суда;

● предварительных следствий, до обвинительного заключения;

● разработки договора или системы договоров;

● сопровождения сделки.

Почасовая оплата – когда вы и юрист делите всю задачу по часам, а не этапами.

Модель подходит, если вы пока не знаете, в какой момент захотите остановить сотрудничество, поэтому контролируете затраты. Например, идут переговоры с сотрудником о его увольнении и вы не знаете, всё закончится через час беседы или затянется надолго.

Цена часа может варьироваться от тысячи до пятидесяти тысяч рублей – самая маленькая и большая цена, которую я встречал у юристов в России. Не могу поручиться, что качество последних в пятьдесят раз выше, чем первых.

Опасность почасовой работы в том, что у юриста может быть внутренняя мотивация затягивать процесс и не доводить его до результата. Сколько времени юрист тратит на договор – никто не знает, это почти невозможно проверить, да и договоры слишком разные: и по объему, и по сложности, и по специфике. Поэтому здесь выход один – доверять юристу, другого способа ужиться нет.

Простите. Я бы хотел вам дать волшебную таблетку для определения реальных трудозатрат юристов, но этих таблеток нет.

Абонентское обслуживание напоминает работу штатного юриста. Общий принцип такой: за какой-то фикс в месяц вы выкупаете часы специалиста, только в этом случае не одного, а сразу всей компании.

Вот схема: за вашей компанией закрепляется сотрудник, который принимает запросы. Дальше он распределяет их по сотрудникам юридической фирмы, каждому – по специфике экспертизы. Они создают решение, и сотрудник отправляет его доверителю. Абонентское обслуживание предполагает бронь определенного времени, поэтому юрист не скажет: «Простите, у нас все заняты, не возьмем задачу в ближайшие три недели». Для вас время забронировано.

Бронь времени может быть выгоднее, чем штатный юрист. Мои доверители бронируют от десяти до семидесяти часов в месяц. У нас это чистое юридическое время, в него не входят обеды, перекусы и болтовня. Поэтому за десять часов мы можем успеть больше, чем штатный юрист за месяц. Но на всякий случай уточните у ваших внешних юристов, что учитывается в часах.

Бывает, что делают небольшие тарифы, но они тоже ежемесячные. Например, у нас для самых маленьких есть два помесячных тарифа: «Тут такое дело» – 10 000 рублей за одну консультацию и «Одним глазком» – 15 000 рублей за проработку одного договора в месяц.

Особенность абонентских соглашений: неиспользованное время не переходит в следующий месяц, а сгорает в текущем.

В итоге абонентское обслуживание подходит, если есть равномерная нагрузка, но она разная по специфике вопросов, и невыгодно держать юристов в штате на все эти задачи.

Чем адвокат отличается от юриста

Юристом называют любого человека, который окончил вуз и получил соответствующий диплом. Нетрудно догадаться, что юридическая корочка ничего не говорит о знаниях и опыте человека. Как и любая другая корочка, надо сказать.

Адвокат – юрист со специальным статусом. Чтобы получить этот статус, нужно иметь образование, определенный объем опыта и сдать экзамен.

На полях отмечу: чтобы представлять компанию в суде, необязательно быть ни адвокатом, ни юристом (кроме некоторой категории дел). Любой Степан с улицы имеет право представлять ваши интересы, если у него есть доверенность. Но я всё же рекомендую пользоваться услугами юриста или адвоката.

На адвоката легко пожаловаться, потому что есть адвокатские палаты – такой орган в каждом регионе, который следит за качеством их работы. Адвокаты заинтересованы в том, чтобы на них не жаловались, иначе они лишатся своего статуса.

На юриста пожаловаться некуда, разве что в суд. Если человек назвал себя юристом, но в процессе при назначении экспертизы перепутал Гражданский и Уголовный кодекс, нет никакой высшей юридической силы, которая его накажет.

У адвоката есть суперспособность: адвокатская тайна. Если люди из Следственного комитета, полиции или ФНС придут в простую юридическую компанию, они смогут допросить любого юриста и даже изъять их документы – даже те, которые вы им передавали по договору с грифом «Секретно». А вот адвоката защищает адвокатская тайна, никакие допросы на него не распространяются, и изъять у него документы доверителей нельзя.

Минус адвоката в том, что его нельзя взять в штат вашей компании, потому что адвокат не может работать по трудовому договору в рамках юридической функции. Но адвоката можно нанять по специальному соглашению.

Ваше заключительное слово, товарищ адвокат

После всех этих глав вам, вероятно, кажется, что юридический мир слишком сложный, в нем всего слишком много и это нереально учесть в работе. Для вас есть хорошие новости.

Во-первых, сразу и всё учитывать не надо. Если и ставить какую-то цель, то я бы поставил цель начать внедрять изменения понемногу, от самого важного к второстепенному.

Проведите небольшой аудит своего бизнеса по всем описанным в книге аспектам, начиная с тех, которые представлены в главе о юридической модели бизнеса. Просто посмотрите на основные правовые аспекты своего бизнеса и решите для себя, какой из них принесет наибольшие проблемы, если что-то юридически пойдет не так. Потом определите, где юридическая грамотность принесет вам наибольший прирост эффективности и прибыли. Вот вы и определили два главных направления.

Во-вторых, я настоятельно рекомендую в важных правовых вопросах консультироваться с адвокатом или юристом. Дело в том, что законы и судебная практика в России постоянно меняются и даже через полгода после издания этой книги что-то могло измениться. Это не значит, что нужно каждый шаг согласовывать с юристом – для начала достаточно говорить с ним о самых важных вещах.

Я рассказал вам о самых распространенных вопросах малого бизнеса. Надеюсь, что-то из этого было полезным. Если вы и не полюбили право, как я, то хотя бы надеюсь, что оно вас перестало отпугивать. А кого-то, может, и заинтересовало.

И пусть вам никогда не понадобится адвокат:-)

Благодарности

Жене Даше Гриц за поддержку, терпение, идеи и свежий взгляд.

Тоне Сергеевой за организацию процесса, мотивацию писать и помощь в редактировании.

Максиму Ильяхову за тотальную редактуру энергичным слогом и крутую верстку.

Ире Вакаловой за помощь с дизайном обложки и верстки. Это был большой труд.

Классным юристам, которые помогли мне вычитывать книгу на предмет юридических нестыковок: Ольге Трохачевой, Анне Зубовой, Петру Ковалеву, Оксане Волковой, Алексею Анисимову, Павлу Мищенко, Роману Янковскому, медиатору Евгению Киселеву, специалисту аутсорсинга бухгалтерии «Яшин и партнеры» Надежде Сафроновой.

Всем предпринимателям и деятелям, которые осмелились рассказать свои юридические казусы и поделиться своим опытом в интервью для книги.

Анастасии Татуловой, Дмитрию Кибкало и Евгению Щепину – без ваших интересных рассказов, поддержки, чтения рукописи я бы не закончил эту книгу никогда.

Моему ассистенту Маше Пекпаевой за транскрибацию интервью и всяческую помощь по всем фронтам.

Всем занудным юристам, что вы такие, какие есть. Без противопоставления с вами книга была бы не такой бодрой.

И, наконец, спасибо предпринимателям за ваш труд. Вы создаете в нашей стране добавленную ценность. Вы увлечены своим делом, поэтому периодически считаете юридические вопросы второстепенными. Надеюсь, с этой книгой вам стала понятнее эта область и вы будете использовать юристов для увеличения прибыли вашего бизнеса.

Content

Дмитрий Гриц
Адвокат бизнеса: 20 юридических консультаций понятным языком

Для кого и о чем книга

Бизнес с партнером: какой документ подписать

Зачем что-то обсуждать

Как составить партнерское соглашение

Что спрашивать во время обсуждения

Выход из бизнеса

Как законно оформить сотрудника с учетом задач бизнеса

Сомнительные схемы увольнения

Прием: «оклад + премия»

Трудовой договорс дистанционным сотрудником

Срочный трудовой договор

Трудовой договор с руководителем

Чем отличается договор с наемным исполнителем от трудового

Когда подходят исполнители вместо сотрудников

Правила для договора с исполнителем

Самозанятые

Примеры привлечения самозанятых

Несколько советов для работы с самозанятыми

Как безопасно увольнять

Увольнение по инициативе сотрудника и соглашению сторон

Интеллектуальная собственность

Как получить исключительное право

Как защититься от кражи бизнес-секретов

Если продаете права

Как составить договор

Описать бизнес-процессы в договоре

Устные обещания – в письменные

Если нет акта

Если вы посредник

Узаконить переписку по электронной почте

Право отказать в услуге

Что написать в договоре для роста продаж

Главный способ

Рамочный договор и разбиение услуг

Автоматическая пролонгация

Скидки и акции в договоре

Понятный текст договора

Действие договора – до начала бесплатного периода

Что проверять в чужом договоре

Право → обязанность → ответственность

Формулировка обязанностей

Ответственность по законодательству России

Проверочные вопросы для договора

Арендатору: что проверить в договоре аренды

Отстоять условия в договоре

Оценка своей позиции

Прием «Обмен условий»

Прием «Юрист-питбуль»

Не покупать срочно

Без торжества

Если вы очень маленький игрок

Как добиться выполнения договора

Как заставить исполнять договор

Как высказывать недовольство по договору

Медиация: если нужен результат, а не посудиться

Конфликт партнеров по бизнесу

Трудовой конфликт

Хозяйственный конфликт

Если потребитель возвращает покупку или отказывается от услуги

Какие покупки вы обязаны принять

Какие покупки нельзя вернуть

Сроки возвратаи алгоритм противодействия

Если потребитель отказывается от услуг

Отказы в b2b

Если ваша услуга навредила клиенту

После инцидента

Если пришла проверка

Фиксировать нарушения проверяющих

Вызовите уполномоченное лицо

Отпустите сотрудников домой

Узнайте реальную причину проверки

Закройте доступ к документам

Контролируйте проверяющих

Видеозапись

Проверьте протокол

Протокол изъятия документов и дача объяснений

После проверки

Обжалование в суде

Чек-лист: что делать до, во время и после проверки

Интернет-проекты

Обработка персональных данных

Возврат покупок

Права на контент и данные пользователей

Как различаться на рынке и защитить свой бренд

Товарный знак

Наименование мест происхождения товаров

Как юридически защитить франшизу

Меры для защиты

Опционы: мотивация управленцев

Какими бывают опционы

На что обратить внимание при опционах

Всю власть – рабочим и крестьянам

Юридическая модель бизнеса: вопросы и примеры

Доходы

Расходы

Команда

Рынок

Государство

Ядро

Как выбрать юриста

Штатный юрист или на аутсорсе

Оплата штатного юриста

Оплата внешнего юриста

Чем адвокат отличается от юриста

Ваше заключительное слово, товарищ адвокат

Благодарности