Кора Рейли

Не суждено быть сломленной

Глава 1

Эмбер

Сожаление давило мне на грудь, невидимая тяжесть угрожала раздавить меня.

Это было новое начало.

Я не могла позволить своему страху управлять всей моей жизнью.

Я рискнула взглянуть на папу. Его руки вцепились в руль, будто это единственное, что удерживало его на месте, его якорь против отчаяния. Мое счастье было не единственной вещью, стоящей на кону, если я потерплю неудачу.

Он даже не взглянул в мою сторону. Он почти никогда этого не делал. Его карие глаза были устремлены куда-то вдаль, в прошлое. Потерянный в тех временах, когда все было проще, когда я была еще самой собой, когда знала, как быть счастливой.

Эти мгновения незапятнанного блаженства были вне моей досягаемости. Темнота затмила воспоминания, увлекая меня вниз, в бездну, из которой я изо всех сил пыталась вырваться.

Я снова повернулась к окну, машины и дома были размытой полосой цвета, когда мы проезжали мимо. Морская болезнь смешалась с нервами в моем животе.

Почему я вообще решила, что это хорошая идея?

После трех лет затворничества в доме стены начали смыкаться надо мной; большую часть времени я даже не могла вынести вида своей комнаты. И все же это было безопасное место для меня, возможно, единственное, которое у меня еще оставалось. Место, где меня никто никогда не беспокоил. Я могла побыть одна, не считая нескольких часов, проведенных с папой после его возвращения с работы.

Но я не могла продолжать в том же духе, иначе никогда больше не научусь жить снова.

Учиться жить заново.

Папа хотел, чтобы я попробовала. Он слишком много беспокоился обо мне последние три года: и по совершенно иным причинам, чем большинство родителей беспокоятся о своих детях-подростках. У меня никогда по-настоящему не было шанса стать подростком. Инцидент помешал этому. К девятнадцати годам, тяжесть, навалившаяся на мою душу, заставляла меня чувствовать, что я уже слишком долго живу.

Я чувствовала себя старой, измученной, опустошённой.

Счастливая молодая девушка из прошлого исчезла, сменившись тенью моей прежней «я».

Иногда, я даже не узнавала себя. Могла только догадываться, насколько хуже было для папы и моего брата видеть, как я изменилась. Как я медленно превращалась в труп, совершая каждодневные движения, потому что должна была, а не потому, что хотела.

Папа прочистил горло.

— Это хорошо, понимаешь? Тебе нужно немного пожить, социализироваться.

Заставив себя улыбнуться, я кивнула, но папа этого не заметил. Его взгляд по-прежнему был устремлен прямо перед собой.

Социализироваться.

Как бы мне хотелось, чтобы все было так просто, как кажется.

Папа направил машину с шоссе, в сторону заправки.

— Мне нужно заправить машину, Эмбер, — он припарковал машину у бензоколонки и наконец повернулся ко мне. Но не смотрел мне в глаза. — Тебе что-нибудь нужно? Перекусить?

— Мне нужно сходить в туалет.

Я терпела все это время, но сомневалась, что смогу продержаться ещё дольше.

Папа оглядывался по сторонам, пока его взгляд не остановился на двери, ведущей в туалет.

— Все в порядке?

В его голосе все еще звучала неуверенность, напоминая мне о неоспоримой истине, что даже это будет нелегко.

Даже, когда мое горло сжалось, я распахнула дверь. Тяжело сглотнув, я крепко сжала сумочку.

Папа завис справа от меня.

— Хочешь, чтобы я сходил с тобой?

Покраснев, я покачала головой.

— Все в порядке. Заправь машину. Я буду прямо там.

Если я хотела жить одна, то должна была ходить в туалет без присмотра. Я поспешила в сторону туалета. Дамская комната находилась слева, и, к счастью, ни мужья, ни парни не ждали своих вторых половинок. Я открыла дверь и заглянула внутрь, обнаружив, что она пуста. Только когда я заперлась в кабинке, я снова осмелилась дышать.

Я спустила воду в туалете, затем услышала, как открылась дверь и заговорили два женских голоса. Мое сердце бешено заколотилось, а дверная ручка стала скользкой в моей потной руке.

Никакой опасности.

Мой мозг знал это, но тело проигнорировало разум и перешло в режим полета. Затаив дыхание, я выскользнула из кабинки и чуть не отпрянула назад, увидев, как близко стояла одна из женщин, в ожидании.

Другая женщина стояла у раковины и поправляла макияж.

Я выскочила из туалета, не вымыв руки, зная, что это ужасно негигиенично. На лицах женщин ясно читалось отвращение. В их глазах я, должно быть, ненормальная. Нащупывая в сумочке дезинфицирующие салфетки, я чуть не налетела на кого-то.

Высокий мужчина сделал движение, будто хотел поддержать меня, а я отскочила назад, со сдавленным рыданием.

Паника охватила мое тело. Я бросилась бежать, изо всех сил сжимая сумочку, и села на пассажирское сиденье. По спине у меня текли струйки пота, а дыхание было прерывистым.

Папа уставился на меня широко раскрытыми глазами и потянулся ко мне. Я вздрогнула.

Он опустил руку.

— Эмбер, что случилось?

— Ничего, — отрезала я. — Я в полном порядке, папа.

Я не была в порядке. Мы оба это знали.

— Все хорошо. Дыши глубоко. Психотерапевт сказал, что такое может произойти… — он замолчал.

Я месяцами отказывалась посещать психотерапевта, но папа все равно ходил к нему. Он не говорил со мной об этом, но я слышала, как он обсуждал свои приёмы с Брайаном.

Социализироваться.

Любая форма близости была для меня сущей пыткой. Как я могла социализироваться, если две безобидные женщины в туалете заставили меня сойти с ума? Если мужчина по пути в туалет вызвал у меня приступ паники?

Я терпеть не могла, когда люди смотрели на меня, как на ненормальную из-за того, как я себя вела. Я старалась быть похожей на них, старалась вести себя нормально. Однако нормальное поведение требовало близости с людьми, но эта близость напомнила мне о произошедшем. И это единственное, чего я боялась даже больше, чем самой близости. Воспоминания о случившимся и о том, что я потеряла, были слишком тяжелы для меня. Они напоминали мне о том, чего никогда не будет.

Я была сломана.

Сломана, без единого шанса когда-либо быть исправленной.

Сломана.

Я никогда не буду такой, как раньше.

Легче было смириться с тем, что я буду сломанной до конца своей жизни. Некоторые вещи не должны были быть сломанными, и поэтому их нельзя было починить. Никогда. Я была одной из таких вещей. Что бы ни было разбито много лет назад, я была почти уверена, что это была я сама, все мое существо, которое никогда больше не станет целым.

Это совсем не то, что разбить вазу и просто собрать ее обратно, с помощью клея. Не было такого понятия, как клей для разбитой души, разбитого человека, как я.

Я осознала это спустя несколько месяцев, после того случая, и каким-то образом это сделало мою жизнь намного сложнее, но в то же время легче. Это было труднее, потому что я знала, что надежды нет, но легче, потому что, в конце концов, я признала, что надежды нет. Иметь надежду и видеть, как твои надежды разрушаются снова и снова, было намного хуже, чем не иметь никакой надежды вообще. Даже совершенно незнакомые люди видели, что я ненормальная. Вот почему я почти не выходила из дома последние три года, несмотря на все усилия отца вернуть меня к жизни. В конце концов, он сдался и даже нанял учителя на пенсии, чтобы тот обучал меня на дому, в течение последних двух лет средней школы. До этого случая у меня было много друзей, но затем мысль о том, что я когда-нибудь снова столкнусь с кем-то из них, была слишком ужасающей.

Питерборо был маленьким городком. Слухи об этом инциденте распространились как лесной пожар, и все новости были полны предположений.

Единственными людьми, которые имели скудные знания об этом инциденте, это папа, мой брат Брайан и персонал больницы, который лечил меня в последующие недели, но даже они не знали всего. И если бы у меня было хоть какое-то право голоса в этом вопросе, он оставалось бы закрытым до самой моей смерти. Я бы унесла правду с собой в могилу.

Я бы уже добилась успеха, если бы папа не спас меня дважды. После моей второй попытки самоубийства он начал рыдать. Я не могла припомнить, чтобы когда-нибудь видела своего отца плачущим всерьез. Он сказал мне, что не выживет, если потеряет и меня, особенно после того, как мама умерла от рака, когда мне было всего двенадцать.

Даже у Брайана, моего непобедимого брата, стояли слезы в глазах, когда он навещал меня в больнице после моей второй попытки. После этого я решила, что постараюсь вынести свою жизнь ради них. Я не причиню им вреда еще больше. Папа и так уже достаточно настрадался, вынужденный ежедневно наблюдать за мной, когда Брайан, незадолго до инцидента, уехал в колледж. Он был избавлен от большей части драмы.

Когда я сказала папе, что хочу начать новую жизнь, у меня не было ни малейшего понятия, как именно это сделать. Единственное, что было ясно с самого начала ‒ это то, что я должна покинуть свой родной город. Папа придумал решение, звучавшее хорошо в теории: я перееду к своему брату Брайану и его лучшему другу. Теперь это казалось вполне определенным способом сделать их жизнь невыносимой.

Мы были уже почти на месте, и до моего нового дома оставалось всего несколько минут. Чувство тошноты распространилось в моем животе. Борясь с этим, я на мгновение закрыла глаза, прогоняя его прочь.

— Ты в порядке, Эмбер?

Папин взволнованный тон заставил меня открыть глаза, но я отвела взгляд. Я не могла вынести выражение беспокойства и отчаяния на его лице.

— Я в порядке, папа, — заверила я его, избегая смотреть ему в глаза и оглядываясь через плечо на переноску для животных, где спал мой кот Тыковка, свернувшись калачиком.

Просунув палец сквозь решетку, я погладила мягкий мех на спине Тыковки, пытаясь успокоиться. Как обычно, мой кот наградил меня тихим мурлыканьем и поднял головку, чтобы я могла почесать его за ушком. Я заметила, что папа задумчиво смотрит на кота, и это чуть не разбило мне сердце. У папы не должно быть причин для ревности к коту.

Одна его рука лежала между нами, будто он надеялся, что я возьму ее. Боже, как же я хотела, но результат ранит его больше, чем мои не попытки.

Наша машина въехала на улицу, где жил Брайан. Вот он, мой шанс начать новую жизнь. Папа припарковал машину и выключил двигатель. Я не пошевелилась, и папа тоже, но я глядела в окно. Мое сердце подскочило к горлу.

Там, перед четырехэтажным многоквартирным домом из бурого камня, стоял мой брат, неуверенно глядя на машину. С руками, засунутыми в карманы брюк, и глубоким хмурым взглядом, не было никаких сомнений, что он предпочел бы быть где-то еще.

Наши взгляды встретились, и тревога в его глазах была подобна пощечине. Постоянное переживание.

Папа толкнул дверь и вышел из машины, прежде чем направиться к Брайану. Они крепко обнялись. Не было ни колебаний, ни неловкости.

Я с трудом сдерживала слезы, грозившие вот-вот пролиться. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вышла из машины. Быстро подняла переноску с заднего сиденья, нуждаясь в успокаивающем мурлыканье, ради успокоения нервов. Не в силах больше откладывать встречу с братом, я направилась к Брайану и папе. Они разговаривали с другим парнем. Он был даже выше Брайана и еще более мускулистым. Его темные волосы были очень коротко подстрижены, и был одет он в толстовку BU[1]. Должно быть, это Закари, лучший друг Брайана.

Новая волна паники захлестнула меня, но я заставила себя нацепить нейтральную маску. Они смотрели на меня так, словно ожидали, что я вот-вот впаду в истерику. По крайней мере, так говорили мне выражения лиц отца и Брайана.

Я бы не стала доказывать их правоту. Буду сильной ради них, и, возможно, мне даже удастся притвориться счастливой. Это не могло быть так уж трудно.

Я видела, как другие люди были счастливы. Могла бы их скопировать. Папа постоянно твердил мне, что я должна снова стать счастливой, иначе они победят. В глубине души я знала, что они уже одержали победу. Они хотели сломать меня, и сломали. Они победили, и эта мысль делала жизнь еще более невыносимой. Они победили, и я ничего не могла с этим поделать.

Они победили.

Тихо вздохнув про себя, я сделала последние несколько шагов к папе, Брайану и Закари.

Глава 2

Закари

Мы с Брайаном ждали на тротуаре уже более тридцати минут. Брайан хотел быть там, когда приедут его отец и сестра. Я не понимал, почему мы должны были дожидаться снаружи; мы бы увидели, как они подъехали, из нашего кухонного окна.

Брайан потер ладонями бедра, не отрывая взгляда от улицы. Неудивительно, что он так замерз в этой нелепой клетчатой рубашке на пуговицах. Моя толстовка лучше справлялась с тем, чтобы не дать холоду проникнуть внутрь. Со своими тщательно причесанными волосами он выглядел так, словно стремился к восторженному взгляду свекрови.

Брайан прочистил горло.

— Помни, не прикасаться к ней, и не подходить слишком близко, и…

— И никогда не оставаться наедине с ней в комнате… я знаю, Брайан. Эти слова практически выжжены у меня в ушах, — спокойно сказал я. — Буду вести себя наилучшим образом, — я похлопал его по плечу, чувствуя, как он на самом деле напряжен.

По выражению его лица было ясно, что моего лучшего поведения может оказаться недостаточно. Никогда раньше не видел его таким напряженным и встревоженным. Он определенно был более встревожен, чем я, особенно с тех пор, как мы начали учиться на юридическом факультете несколько недель назад, но это было слишком. Мы были друзьями с первого курса колледжа четыре года назад, и провели чертовски много времени вместе. Он был почти единственной причиной, по которой я не бросил наш первый год в колледже — просто назло моему отцу — или почему я действительно начал учиться на юридическом факультете. Он всегда был беспокойным и, конечно, волновался больше меня, но я никогда не видел его таким.

Брайан не так уж много рассказывал мне о своей сестре; он вообще почти никогда не говорил о ней. Прошло больше года, прежде чем он наконец сказал мне, что в шестнадцать лет она пережила настоящий ад. Брайан не любил говорить о произошедшем, и ни разу не упомянул слово «изнасилование».

После постоянных предупреждений Брайана, я немного забеспокоился о наших новых условиях жизни, но не так сильно, как Брайан. Конечно, мы должны были бы прекратить устраивать вечеринки в нашей квартире, по крайней мере, с девушками и выпивкой. Они все еще могут быть. Вместо этого нам придется устраивать все у Кевина и Билла.

Звук въезжающей на улицу машины привлек мое внимание. Примерно в девяти метрах от нас остановился черный джип, и из него вышел мужчина лет сорока пяти. Он подошел к Брайану и обнял его, но не это привлекло мое внимание.

Сестра Брайана распахнула дверцу и вылезла из машины, прижимая к груди сумочку. Услышав, как Брайан говорит о ней, я ожидал, что она будет оболочкой, тенью, кем-то, кого ты не замечаешь. Я никогда не представлял себе ее такой красивой. У нее были длинные, волнистые, карамельно-каштановые волосы и бледная кожа, и она была примерно на голову ниже меня. Ее тело скрывалось под огромной толстовкой с капюшоном, а на ногах были мешковатые джинсы буткат. Самыми поразительными в ней были ее глаза. Огромные, карие глаза. Она была похожа на оленя, испуганного, пугливого, готового бежать при малейшем признаке опасности.

Я не мог точно объяснить это, но тогда я почувствовал необходимость защитить. Я хотел уберечь ее. Она не искала наших взглядов. Вместо этого она взяла с заднего сиденья переноску и наконец направилась к нам.

Эмбер

Я остановилась в нескольких метрах от папы, Брайана и Закари, не зная, что сказать или сделать, чтобы это было менее неловким. Папа нервно переступил с ноги на ногу, провел рукой по лысине и перевел взгляд с Брайана на меня. Я встретилась взглядом с Брайаном и заставила себя улыбнуться. Возможно, эта улыбка была бы настоящей, если бы они с папой не следили за мной и не ждали, что я вот-вот рухну к их ногам.

После нескольких ударов сердца Брайан, наконец, слегка улыбнулся мне, но не попытался придвинуться ближе или даже обнять меня. И его улыбка не была той улыбкой, которую я помнила, когда была маленькой или даже четыре года назад. Теперь, когда он был рядом со мной, выражение его лица было почти хмурым.

Прошло уже два месяца с тех пор, как я видела его в последний раз. Он резко сократил свой летний визит и вместо этого провел три недели в Мексике с парой друзей. Одним из них был его друг Закари, и я рискнула бросить на него быстрый взгляд. Он стоял позади моего отца и Брайана, но смотрел на меня поверх их голов. Осторожность и беспокойство, которые я обычно видела на лицах окружающих меня людей, отсутствовали в его глазах. Он улыбнулся в ответ на мой пристальный взгляд, и я быстро отвернулась. Смущение поползло у меня под кожей от невозможности сделать что-то настолько простое, как встретиться с ним взглядом. Неловкость усилилась, и я крепче ухватилась за ручку кошачьей переноски.

— Рада снова увидеть тебя, Брайан, — сказала я, наконец, но тут же съежилась от того, как официально это прозвучало, будто мы были дальними знакомыми, а не братом с сестрой.

Выражение его лица почти заставило меня прослезиться. Он выглядел обиженным и разочарованным. Может, он надеялся, что я изменилась за последние пару месяцев, что мы наконец-то снова будем близки.

— Да, я тоже рад тебя видеть, Эм, — пробормотал он, глядя куда угодно, только не на мое лицо.

Больно было видеть его, его разочарование. Было гораздо болезненнее, чем я думала. Возможно, приезд сюда был ошибкой. Было еще не поздно. Я могла развернуться, сесть обратно в машину и попросить папу отвезти меня домой. Могла бы продолжать прятаться, продолжать ненавидеть каждый свой вздох. Могла бы прожить свою крошечную, одинокую оболочку жизни, пока она не раздавит меня.

Чувство страха поселилось в моей груди, угрожая задушить. Все глаза были устремлены на меня, наблюдая, ожидая, беспокоясь. Я не могу сейчас уйти. Не могла так поступить с Брайаном и папой.

— Итак, — прервал папа мои мысли и неловкое молчание, нервно почесывая затылок.

Несколько недель назад он наконец признал, что его лысина достигла размеров блюдца, и побрил голову. Очевидно, он еще не привык к этому.

— Возможно, нам стоит зайти внутрь?

— Да, конечно. Хорошая идея, — охотно согласился Брайан.

Я не могла винить его за то, что он хотел избежать этой ситуации. Я снова перевела взгляд на Закари. Что он, должно быть, думает о нас? Обо мне? Он еще ничего не сказал, но его голубые глаза были внимательны, впитывая все это. Вблизи он был выше меня, больше чем на голову. Он не избегал моего взгляда, как это делали мой отец и брат, и я чувствовала себя неловко под его пристальным взглядом. Но в этом не было ничего необычного. Я всегда чувствовала себя так, когда люди смотрели на меня. Чувствовала, что они осуждают меня, но в глазах Закари было любопытство, а не жалость.

Брайан нервно откашлялся, переводя взгляд с меня на своего лучшего друга.

— Это Закари, — медленно произнес он, а затем бросил на Закари плохо замаскированный предупреждающий взгляд. — Закари, это моя сестра Эмбер.

— Привет, Эмбер, — сказал Закари с улыбкой, которая осветила все его лицо.

У него был сильный выступающий подбородок, а лицо угловатым и резким, но глаза и ухмылка убрали часть жесткости.

— Можешь звать меня Зак.

— Зак, — подтвердила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо, но он прозвучал приглушенно.

Он даже не попытался пожать мне руку или подойти ближе. Если я не ошибаюсь, он даже не дернулся с тех пор, как я подошла к ним. Брайан выполнил свою работу. Вероятно, он предупредил всех своих друзей и всю округу о моем скором прибытии.

Я оглядела окружающие дома, даже окна, но никто не рискнул взглянуть на это уродливое шоу, которым была я. Я не была уверена, что чувствовала, когда Зак и, возможно, другие люди знали, что со мной было не так. Это должно было стать новым началом, но как такое вообще возможно, если все знают, что я сломана? Короткая вспышка гнева, направленная на Брайана, поразила меня. А потом все исчезло. Зак наверняка заметил, что тут я не совсем права.

— Занесу твои вещи, — сказал папа и заколебался. — Хорошо?

Тепло разлилось по моим щекам. Если он беспокоился о том, чтобы оставить меня наедине с Брайаном и Заком на пару минут, то как я должна была выжить в одной квартире с ними?

— Все в порядке, папа.

Он практически бросился к джипу. Зак последовал за ним гораздо медленнее, оставив меня наедине с Брайаном. Я нерешительно посмотрела на брата, поймав его задумчивый взгляд. Заставила себя сложить уголки губ в улыбку, которая стерла бы это выражение с его лица.

Его глаза загорелись.

— Я рад, что ты здесь, — тихо сказал он.

Я хотела верить ему, и знала, что он не будет намеренно лгать мне, но он не мог хотеть, чтобы я присутствовала в его жизни. Только не так. Я собиралась все испортить для него и для Зака, который оказался на линии огня не по своей вине.

— Я тоже, — солгала я.

По тому, как Брайан смотрел на меня, было ясно, что он знает, что я говорю неправду. Возможно, я не так хорошо вру, как думала, а может, просто делала это слишком часто. Я отвернулась, не выдержав пристального взгляда Брайана, и повернулась к Заку и папе, которые направлялись к нам, с двумя моими чемоданами. Если я не выдержала даже десяти минут близости Брайана, то, возможно, была слишком оптимистична, взяв с собой столько багажа. Я не продержусь и дня.

Глаза отца нашли меня, когда они с Заком проходили мимо. В кои-то веки они не проявляли беспокойства, которое я привыкла видеть каждый день. Они вдвоем говорили о футболе в колледже. Брайан охотно присоединился к их разговору. Но я не возражала. Я была счастлива видеть его и папу такими оживленными и расслабленными. Это не то, что я часто видела, когда они были рядом со мной.

Я последовала за ними, на безопасном расстоянии, поглаживая мягкую шёрстку Тыковки через отверстие, в верхней части переноски. Это всегда меня успокаивало. Я проскользнула мимо папы, который придержал для меня дверь, стараясь не касаться его. Коридор здания был узким и темным, но, по крайней мере, он выглядел чистым. Пол из темно-коричневого дерева был весь в царапинах, а кирпичные стены выкрашены в стерильный белый цвет.

— Наша квартира на четвертом этаже, так что мы должны воспользоваться лифтом, — сказал Брайан, направляясь к металлическим дверям, в конце коридора.

Гудящий звук известил о прибытии лифта, и мгновение спустя двери открылись, демонстрируя небольшое пространство, в котором едва хватало места для шести человек или четырех человек с двумя чемоданами. Зак, Брайан и папа без колебаний вошли в лифт.

Они делали это так просто: ставили одну ногу перед другой. Но у меня перехватило горло, при виде этого тесного пространства. Я не пользовалась лифтом с тех пор, как три года назад попала в больницу. Было почти невозможно не прикоснуться к кому-нибудь. Мои пальцы начали дрожать, пока я взвешивала свои варианты. Тыковка издал протестующий звук.

Мои ноги были приклеены к полу. Двигайся, Эмбер. Двигайся. Я попыталась заставить свое тело двигаться вперед, войти в лифт, но мышцы отказывались выпячиваться. Еще пару секунд назад Брайан, папа и Зак были слишком поглощены своим разговором, чтобы заметить мои колебания, но теперь их внимание переключилось на меня. Каждая пара глаз встретились с моими, пытаясь понять, что было не так.

Счастье на папином лице испарилось, и его место заняло выражение печали. Мускул на щеке Брайана дернулся, его губы сжались, прежде чем он уставился в пол. Куда угодно, только не на его сестру, не на шоу уродов.

Зак наблюдал за мной, с глубоким, хмурым выражением лица. Теперь он, вероятно, сожалел, что дал согласие, чтобы я жила в их квартире. Почему он должен был быть согласен с этим? Я была в полном беспорядке. Я не могла поверить, что на самом деле надеялась, что это начало новой жизни. На глаза навернулись слезы, но я заставила себя сдержаться. Чувство вины, словно тисками, сжало мое сердце.

Я была ужасным человеком, потому что причиняла такую боль своему отцу и брату, но не могла войти в этот лифт.

Я ненавидела себя за свои следующие слова.

— Вы можете поехать без меня. Здесь не хватит места для всех нас. Я поеду на следующем лифте.

Я уставилась в одну точку на стене, представляя себе страдальческое выражение папиного лица и отчаяние Брайана.

Папа потянулся к кнопке, посылая лифт наверх. Пару лет назад, он мог бы запротестовать, попытаться утешить меня и подождать, пока я не приду в себя. Теперь он знал лучше. Входная дверь распахнулась, и несколько молодых людей вошли в холл, и направились в мою сторону.

Я быстро вошла в лифт, стараясь не задеть папу, Брайана или Зака, которые стояли сразу справа от меня. Зак подвинулся на несколько сантиметров, давая мне больше места, но между моим плечом и его рукой оставалось всего два сантиметра. Папа нажал на кнопку с большей силой, чем это было необходимо. Двери плавно закрылись за мной, и я прижалась к ним спиной. Меня захлестнуло ощущение, что я в ловушке. Я изо всех сил сосредоточилась на розовом чемодане, стоявшем передо мной, но боковым зрением видела коричневые, кожаные оксфорды Брайана. Куда бы я ни посмотрела, везде была обувь, ноги или руки. Тела. Жара. Дыхание.

Слишком много.

Я на мгновение закрыла глаза и подняла кошачью переноску, уловив успокаивающий запах Тыковки. Лифт начал двигаться слишком медленно.

Слишком медленно.

Слишком медленно.

Слишком медленно.

Мое горло сжалось, сердце бешено колотилось в ушах. Тишина давила на меня все сильнее. Сколько еще ждать? Я не могла этого вынести. Не могла. Не могла.

Я вздрогнула от нарастающего приступа паники, когда Зак прочистил горло. Мои глаза открылись, и я посмотрела на него, прежде чем снова успокоиться на более безопасном виде моих вещей.

— Из твоей комнаты открывается прекрасный вид на небольшой парк, позади дома. Тебе понравится. Если повезет, ты даже сможешь смотреть, как белки из-за еды бегают за бегунами, — сказал он, и легкая улыбка осветила его лицо.

Ямочки около его рта придавали ему мальчишеский вид и заставили меня на мгновение забыть о его пугающей фигуре.

— Держу пари, твой кот будет в восторге от белок.

Тыковка навострил уши, будто понял, что Зак говорит о нем. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, когда заметила, что папа и Брайан наблюдают за мной, словно они ожидали, что я разрыдаюсь, потому что Зак заговорил со мной. Мои губы резко сжались. Вместо того чтобы озвучить свой ответ, я кивнула и одарила Зака, как я надеялась, благодарным взглядом. Лифт остановился. Прежде чем дверь полностью открылась, я протиснулась и, спотыкаясь, вышла в коридор, глубоко вздохнув, ощущая облегчение от того, что свободна.

На этаже стояли четыре деревянные двери, по две с каждой стороны от лифта. Брайан прошел мимо меня, заставив вздрогнуть. Мне удалось подавить вздох, поднимающийся к горлу и угрожающий сорваться с губ. Я держалась ближе к правой стороне, давая Заку и папе возможность пройти мимо меня, слева. Плечи Зака задели стену напротив меня, когда он проходил мимо, неся один из моих чемоданов, будто он ничего не весил. Он направился к Брайану, который остановился перед последней дверью. Зак явно пытался предоставить мне как можно больше пространства. Брайан определенно хорошо его обучил. Жар поднялся к моей голове.

Как много он ему рассказал?

Брайан отпер дверь, и они вошли в квартиру. Папа повернул голову ко мне, ожидая в дверях, и ободряюще взглянул на меня, прежде чем исчезнуть внутри. Я нерешительно вошла в свой новый дом. Я очутилась в просторной гостиной с двумя узкими, но высокими окнами. К одной из стен был прикреплён огромный телевизор с плоским экраном, окруженный сотнями DVD-дисков и игр для Playstation. Колонки Bang & Olufsen были просверлены к каждому углу комнаты. Так же стояли два круглых бежевых двухместных кресла и длинный, черный диван напротив телевизора. Перед диваном расположился изящный стеклянный столик. Даже имелся винный шкаф с большим количеством бутылок виски, скотча, текилы и всех других видов алкоголя. Больше бутылок, чем я когда-либо видела.

Дорогая мебель и новый деревянный пол были совсем не такими, как я ожидала. Как Брайан мог позволить себе такой роскошный дом? Стены были кирпичными, но выкрашенными в тот же теплый бежевый цвет, что и кресла.

Через открытую дверь, слева от меня, виднелась кухня; коридор отходил от гостиной и вел в другие комнаты.

— Тебе нравится? — спросил Зак, ставя мой чемодан рядом с диваном.

Тыковка извивался в переноске. Наконец я закрыла дверь квартиры, прежде чем положить переноску с котом на пол и открыть дверцу. Тыковка стал расхаживать по комнате так, словно был здесь хозяином, потирая подбородок о край каждого предмета мебели, до которого мог дотянуться.

Я посмотрела на Зака и Брайана извиняющимся взглядом, но они казались скорее удивленными, чем сердитыми из-за того, что Тыковка покрыл мехом весь их диван.

— Здесь очень мило, — сказала я.

Зак ухмыльнулся и одарил Брайана «я же говорил» взглядом.

— Хочешь посмотреть свою комнату? — спросил мой брат, с надеждой улыбаясь.

— Было бы здорово.

Я последовала за ним в длинный коридор. В конце него было окно, которое наполняло помещение дневным светом. Вдоль стен тянулись пять дверей.

— Эта дверь ведет в мою комнату, а это комната Зака. Между ними — наша общая ванная, — объяснил Брайан, указывая на три двери слева от меня.

Нам придётся делить ванную комнату? Я даже не думала о необходимости делать это.

Не беспокойся об этом.

— Это твоя комната.

Брайан указал на дверь напротив своей комнаты.

Брайан толкнул дверь и сделал несколько шагов назад, давая мне достаточно места, чтобы войти в комнату, не касаясь его. Улыбка расплылась по моему лицу, когда я вошла в свой новый дом. Огромное окно заливало все вокруг светом, а у стены, под ним, стояла огромная кровать. Большую часть левой стены занимал массивный шкаф. Рядом с кроватью стоял письменный стол, а у оставшейся стены — диван. Стены были бежевыми, а постельное белье — фиолетовым. Должно быть, Брайан купил его для меня. Он пытался помочь мне почувствовать себя как дома. Я подошла к окну и случайно взглянула на парк внизу.

— Это прекрасно, — сказала я, благодарно улыбаясь Брайану.

Это было самое малое, что я могла сделать за все его действия.

Он неловко пошевелился, все еще не сдвигаясь со своего места, в дверном проеме, мои чемоданы стояли рядом с его ногами. Может, он боялся напугать меня, если войдет в комнату?

— Ты не мог бы положить чемоданы на мою кровать?

Брайан помедлил, прежде чем протянуть руку и подтащить мои чемоданы к кровати. Он поднял их и отступил назад. Мы стояли так близко друг к другу, что он мог бы дотронуться до меня, если бы вытянул руку во всю длину. Я встретилась с его глазами: глазами, полными беспокойства — и сделала дрожащий вдох, осторожно коснувшись его плеча всего на секунду.

— Спасибо, — сказала я, прежде чем отдернуть руку.

Краем глаза я заметила, что Зак отошел от двери и скрылся из виду, давая нам уединение.

Глаза Брайана расширились от удивления, а лицо озарилось радостью, большей радостью, чем могло бы пробудить в ком-либо такое простое прикосновение. Я уставилась в окно, ощущая на своих плечах знакомую тяжесть вины.

— Эмбер, Брайан? Мне нужно возвращаться в Питерборо, — крикнул папа.

Я последовала за Брайаном обратно в гостиную, где нас ждал папа. Зак исчез. Он, наверное, думал, что нам необходим семейный момент. Если бы он только знал, что у нас уже три года не было настоящих семейных моментов. Теперь все было сложно и неловко. Это моя вина, насмехался надо мной тихий голосок в голове.

Папа сделал шаг в мою сторону, его руки поднялись, будто он собирался обнять меня, а потом упали обратно, по бокам.

— Хорошенько заботься о ней, Брайан, — грубо сказал он.

Я судорожно сглотнула.

— Не переживай, папа, — Брайан крепко обнял его.

Я подошла к ним поближе и проводила папу до входной двери.

— Дам вам время попрощаться, — сказал Брайан.

Затем он направился в сторону кухни. Тыковка примостился на спинке кресла, его острый глаз наблюдал за мной.

— Со мной все будет в порядке, папа, — сказала я ему и, как и несколько минут назад, с Брайаном, дотронулась до его руки.

Снова улыбка и столько радости.

Меня убивало осознание того, что я могу доставить им столько радости таким простым жестом.

Папа застыл в дверях, не в силах оторваться. Я хотела, чтобы это сработало для него больше, чем для меня. Он отрывисто кивнул.

— С тобой все будет в порядке. И если тебе что-нибудь понадобится, позвони мне. В любой момент.

— Я так и сделаю, — сказала я.

Папа сделал несколько шагов по коридору, но его нерешительность была очевидна.

Я начала закрывать дверь, но остановилась и улыбнулась.

— Тебе тоже нужно социализироваться, — напомнила я ему.

Он громко рассмеялся, и, в конце концов, нерешительность сменилась слабой надеждой. Бросив на меня последний взгляд, папа исчез в лифте, в конце коридора. Я закрыла дверь, повернулась и, на мгновение, погрузилась в свою новую реальность. Я действительно делаю это: начинаю новую жизнь, живу в квартире с Брайаном и его другом. Из кухни до меня донеслись голоса.

На мгновение я подумала, не присоединиться ли к ним, но это было бы слишком рано. Я взяла Тыковку, вернулась в свою комнату и закрыла за собой дверь, заперев ее на замок.

Я представила себе реакцию Брайана на мои опасения и поморщилась, но так мне было спокойнее. Я плюхнулась на кровать, наблюдая, как Тыковка осматривает свое окружение. Это была моя новая жизнь.

Глава 3

Закари

Попрощавшись с отцом Брайана, я скрылся на кухне, не желая вторгаться в их личное прощание. Я достал из холодильника кока-колу и опустился на стул, у стола.

Поднеся бутылку к губам, сделал большой глоток. Мои мысли вернулись к последним получасам, страху и беспокойству на лице Эмбер, когда она стояла с нами в лифте. Она выглядела как загнанное в ловушку животное. Я пытался успокоить ее разговором. Не смог вынести этого неловкого молчания. Это то, чему мне приходилось быть свидетелем, после огромного количества вечеров с моими родителями. Я мог бы поклясться, что это сработало. Эмбер начала расслабляться.

Брайан не шутил, когда описывал ее состояние. Может, немного нормальной жизни пойдет ей на пользу. Брайан и его отец, вероятно, не обращались с ней как с нормальным человеком, после того случая. Возможно, это поможет ей почувствовать себя девушкой, а не беспомощной хрупкой фарфоровой куклой.

Дверь скрипнула, и я поднял глаза, чтобы увидеть Брайана, сидящего на стуле напротив меня, с напряженным выражением лица. Он опустил голову и потер виски, его рот сжался в тонкую линию. Я ткнул его в лоб холодной бутылкой и ободряюще улыбнулся. Напряжение начало ощущаться, как ноющая головная боль в затылке. Это должно было исчезнуть.

Он нахмурился, глядя на меня.

— Не надо так волноваться, Брайан. Пока все идёт хорошо.

Брайан отрицательно покачал головой.

— Ты видел, что произошло в лифте? Она не хотела заходить внутрь из-за нас.

Я поставил бутылку и вздохнул.

— Она привыкнет к этому, Брайан. Все это для нее в новинку.

Брайан вздохнул.

— Надеюсь, ты прав, Зак.

Я легонько стукнул его по плечу, ухмыляясь.

— Я всегда прав, чувак.

Брайан фыркнул, и его лицо просветлело.

— Мечтай.

Улыбнувшись про себя, я поднес бутылку к губам, делая еще один глоток. И искренне надеялся, что был прав. Ради Брайана и Эмбер. Мне потребовалось достаточно много времени, чтобы заставить Брайана немного расслабиться, с нашей первой встречи. Он воспринимал все слишком серьезно. В последнее время он перестал быть таким чертовски напряженным.

— Просто дай ей время. Не пытайся навязаться силой. Знаю, ты предпочитаешь все контролировать, но некоторые вещи просто выходят из-под твоего чертового контроля.

Брайан встал и закатил глаза, прежде чем подойти к нашему холодильнику.

— Поверь мне, я знаю, что ничего не могу контролировать в жизни Эмбер. Ее прошлое делает это.

Что я должен был на это ответить? Брайан говорил так, будто был готов распустить нюни, и хотя я понимал, почему он так себя ощущает, это не заставило бы его или Эмбер почувствовать себя лучше.

— Ерунда. Просто прошлое. Оно не может контролировать настоящее, если ты ему не позволишь.

— Верно. Вот почему ты все еще пытаешься злить своего отца за то дерьмо, которое он провернул в прошлом? — Брайан сверкнул глазами.

Я откинулся назад, с поднятыми руками, хотя мой собственный гнев хотел вырваться наружу.

— Эй, расслабься. Я просто хотел помочь. И если я разозлю своего отца, то буду чувствовать себя лучше, а не хуже.

— Прости, — он снова опустился на стул напротив меня. — Я знаю, что ты прав, но ничего не могу поделать. Эмбер застряла в прошлом. Не имеет значения, что я или папа говорим или делаем. Просто так оно и есть.

— Но это не обязательно должно оставаться таким.

Эмбер

Смех.

Их смех разносится по переулку. Эхо отражается от стен. Наполняет меня до краев.

И рыдания. Мои рыдания.

И стоны. Их стоны. И мычания. Их мычания. Они звенят у меня в голове.

И запахи.

Пот. Зловоние от их пота. Отвратительно.

И кровь. Так много крови. Кислота, сладкая в носу и липкая на коже. Тошнотворно. Несвежий сигаретный дым и пиво. Их одежда воняет этим запахом. И их тела тоже.

Отвратительно.

А потом еще один запах. Везде. Что-то такое, чего я никогда раньше не нюхала. Неописуемое. Отвратительное. Мерзкое. Выжженное в моем сознании. Этот запах. Как он прилипает к моей коже, как кровь, но гораздо хуже.

И их лица. Насмехающиеся.

Ухмыляющиеся. Вожделеющие.

Пугающие. Угрожающие. Безжалостные.

Последние лица, которые я когда-либо увижу. Смерть. Я умру. Они мне так сказали.

И я хочу этого. Даже умоляю их. Умоляю их убить меня. Чтобы покончить с этим.

Лучше смерть. Освобождающая.

Так много боли. Невыносимо.

Агония. Горячая, обжигающая, рвущая, разрывающая. Чистая агония.

И ощущение их присутствия. На моей коже. Их руки. Грубые и жестокие.

Их тела. Прямо на мне. Сокрушительные. Безжалостные.

И боль. Так много боли. Слишком.

Крик, вырывающийся из глубины моего тела, и я не в состоянии его остановить.

Я кричу и кричу. Но все, что я слышу, это их смех, насмешки, мычание…

Ослепительный свет проник сквозь мои веки и вырвал меня из оков моего кошмара. Это был не просто ночной кошмар, не простая выдумка моего разума. Нет, это были мои воспоминания. Иссушающие мой разум.

Навсегда.

Прекратится ли это когда-нибудь? Оставят ли они когда-нибудь меня в покое? Перестанет ли этот день когда-нибудь меня преследовать в моих снах? Будет ли когда-нибудь ночь без кошмаров? Ночь, которая не заставит меня вновь переживать ужасы того дня?

Я открыла глаза и несколько раз моргнула, проясняя зрение, пока не обнаружила причину конца моего кошмара. Брайан стоял в дверном проеме, держа руку на выключателе, глядя на меня полными ужаса глазами. Зак возвышался позади него, его ужас был таким же, как у моего брата. Должно быть, я разбудила их своим криком.

Мое горло болело, а тело было скользким от пота. Не их пот, напомнила я себе и вздрогнула, когда в нос ударила заученная вонь. Тыковка свернулся калачиком, на краю моей кровати. Он уже привык к моим кошмарам и больше не прятался под кроватью.

— Эмбер? — прошептал Брайан и нерешительно шагнул ко мне.

Он хотел утешить меня, возможно, даже обнять. Это было написано у него на лице.

Я уставилась на покрывавшее меня одеяло. Стыд пронзил меня насквозь.

— Простите, что разбудила вас.

— Не переживай, — быстро сказал Зак.

— Ты разговаривала во сне, а потом начала кричать, — очень тихо сказал Брайан.

Я разговаривала во сне?

Мой желудок скрутило судорогой. Господи, что я такого наговорила? Мысль о том, что я могла рассказать больше о произошедшем, вызвала у меня тошноту. Я подняла на него глаза.

— Я… я разговаривала?

Брайан поморщился, прежде чем выражение его лица стало извиняющимся.

— Немного.

Немного? Я едва могла дышать. Ненавидела терять контроль над собой, и именно это происходило всякий раз, когда я засыпала. Я проглотила комок в горле.

— Что… что я говорила? — я умоляюще посмотрела на Брайана.

Он заколебался и случайно взглянул на Закари, который все еще стоял позади него.

— Ты… ты почти ничего не говорила.

Брайан повернулся ко мне спиной. Это было уже слишком для него. Он не привык иметь с этим дело. Со мной.

— Пожалуйста, мне нужно знать, — прошептала я.

Плечи Брайана начали трястись. Он плачет? Я вцепилась в одеяло, нуждаясь в чем-то, за что можно было бы ухватиться. Зак смотрел на моего брата несколько мгновений, прежде чем его глаза встретились с моими. В них была печаль, но не жалость, и я была благодарна за это.

— Ты что-то бормотала, так что я не мог разобрать всего. Но ты говорила: «Остановитесь, пожалуйста, остановитесь. Пожалуйста, не надо…».

Он замолчал и глубоко вдохнул через нос, раздувая ноздри. Он выглядел так, словно ему стоило всей силы воли, чтобы произнести следующие слова.

— «Пожалуйста, мне больно».

Я кивнула.

— Спасибо, Закари, — выдавила я из себя.

Чувствовала я себя ужасно. Это будет всего лишь вопрос нескольких минут, прежде чем меня вырвет.

— Спокойной ночи, Эмбер, — напряженно прошептал Брайан.

Он закрыл мою дверь, и я осталась одна.

Я сидела на кровати до тех пор, пока не убедилась, что Зак и Брайан вернулись в свои комнаты, и что я не встречусь с ними в коридоре. Мои ноги дрожали, когда я встала, и мне потребовались все силы, чтобы схватить халат и выйти из своей комнаты. В коридоре было темно, но из-под дверей двух других спален лился свет.

Темнота грозилась поглотить меня. Я на цыпочках прошла в ванную и сразу же закрыла за собой дверь. Включив свет, я наткнулась на унитаз, и меня вырвало. Я крепко вцепилась в сиденье, когда головокружение затопило мой разум. Опустившись на колени, я прислонилась головой к краю ванны. Мои глаза сами собой закрылись, пока я делала быстрые неглубокие вдохи через нос. Я чувствовала себя такой опустошённой, слабой, старой и безжизненной.

Глава 4

Закари

Передо мной на столе стояла нетронутая тарелка с хлопьями. Я не был голоден. Наверное, впервые в жизни, от одного вида еды меня затошнило.

Прошлая ночь. Эти крики и выражение глаз Эмбер. Я отодвинул тарелку, не обращая внимания на молоко, которое пролилось на стол.

Блядь. Я не мог забыть эти испуганные глаза.

После этого я спал не больше двух часов. И мой сон был далеко не безмятежным. Кошмары, наполненные ее криками, преследовали меня. Не то, чтобы мои сны были даже близки к тому ужасу, который испытала она.

Было уже почти десять. Брайан еще даже не выходил из своей комнаты, хотя вставал очень рано. Я слышал какое-то движение в его комнате, но он не выходил. Возможно, он прятался. Может, он боялся встретиться с сестрой после вчерашней ночи. Если это так, я бы надрал ему задницу.

Я провел рукой по волосам. Должно быть, это был первый раз, когда Брайан пропустил день в юридической школе. Мой послужной список был куда менее безупречен.

Звук мягких шагов в коридоре привлек мое внимание; они не принадлежали Брайану. Я не двинулся с места на своем стуле. В любом случае было уже слишком поздно уходить. Я не смогу выскользнуть из кухни, не встретившись с Эмбер.

Не оставаться наедине с ней, в комнате.

Слова Брайана промелькнули у меня в голове. Дверь скрипнула, и я постарался вести себя как можно непринужденнее. Ей не нужно было заходить на кухню, если она чувствовала себя некомфортно. Я поднял голову и поймал ее пристальный взгляд. Она прикусила губу и задумчиво наморщила лоб. На ней был такой же наряд, как и вчера. Джинсы и толстовка с капюшоном. Разве эта одежда не заставляла ее потеть? В квартире было чертовски тепло.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она пробормотала:

— Доброе утро, Зак.

Румянец распространился по ее бледным щечкам. Я видел, насколько она была смущена. Ее тело, казалось, застыло на месте в дверном проеме.

Я улыбнулся, надеясь успокоить ее.

— Доброе Утро, Эмбер.

Неловкое молчание повисло между нами, и я уже подумывал проскочить мимо нее из кухни, но тут в комнате раздалось тихое мурлыканье. Эмбер посмотрела вниз, на свои ноги, и я тоже. Ее черный кот потерся своим маленьким телом о ее икры, прежде чем вальсировать в кухню, будто он был хозяином этого места.

Я не был кошатником. Когда я был моложе, мне всегда хотелось завести собаку, но у моей матери произошёл бы сердечный приступ, если бы она обнаружила хоть одну собачью шерсть на своих персидских коврах.

Кот без колебаний вскочил на стол и принялся слизывать пролитое молоко, не сводя с меня глаза. Его единственный янтарный глаз был прикован ко мне, а тело плотно сжалось, будто он был готов бежать, если я попытаюсь поймать его. Я видел достаточно видеороликов с кошками на Ютубе, чтобы знать, что кошки могут быть злобными маленькими существами, поэтому у меня не было абсолютно никакого намерения прикасаться к ним.

— Тыковка! Слезь!

Возмущенное восклицание Эмбер не произвело на кота никакого впечатления. Он просто на мгновение поднял голову, прежде чем продолжить лакать молоко. Это был не очень красивый кот с отсутствующим глазом и кривым хвостом, но у него был характер.

Эмбер нерешительно шагнула вперед, но тут же замерла, подозрительно глядя на меня, словно ожидая, что я в любую секунду наброшусь на нее. Мой рост и мускулы придавали мне устрашающий вид. Мое телосложение было тем, над чем я усердно работал, но я не был жестоким. Никогда даже не думал о том, чтобы ударить женщину, не говоря уже о том, чтобы сделать то, чего Эмбер, вероятно, боялась больше всего.

Затем что-то изменилось в ее лице. Решимость взяла верх. Она сделала еще один шаг. Когда я не двинулся с места, она подошла к столу и схватила своего кота. Она поставила его на пол и ласково погладила по голове.

— Извини, — сказала она, покраснев еще сильнее.

Стол стоял между нами, и по ее лицу было ясно, что она этому рада.

— Не волнуйся, — заверил я ее с улыбкой. — Но пусть Брайан этого не видит. Он очень помешан на чистоте. Без него квартира стала бы центром загрязнённости.

— Я знаю. Его комната всегда была намного чище моей, когда он еще жил дома.

Ее губы изогнулись в очаровательной улыбке. По какой-то причине мне сразу стало легче.

— Ты голодна? — спросил я.

Еда была способом расслабить людей. По крайней мере, это всегда чудесно влияло на мое настроение.

Она пожала плечами, но ее взгляд переместился на вазу с фруктами, которая стояла позади меня, на стойке. Я откинулся на спинку стула и потянулся к вазе. Затем поставил ее на стол между нами и подмигнул ей. Она снова покраснела и отвела глаза, пробормотав:

— Спасибо.

Она схватила яблоко и впилась в него зубами. Мне действительно хотелось, чтобы она села.

— Ты уже решила, как будешь проводить свои дни?

Моя попытка завязать разговор слегка испугала ее, и она поднесла яблоко на сантиметр к губам.

— Не уверена. Поскольку уже слишком поздно начинать учебу в колледже, да и вообще это будет не очень хорошей идеей для людей, которые там учатся, — сказала она извиняющимся тоном. — Думаю, что просто постараюсь привыкнуть ко всему, а потом, возможно, подам заявление на весенний семестр.

— Я понял. Ты должна взять столько времени, сколько тебе необходимо. На самом деле нет никаких причин торопиться. Черт возьми, иногда я жалею, что сразу после окончания школы поступил в колледж, а не попутешествовал по миру год или два, вместо этого.

— Ты ведь учишься в юридической школе, как и Брайан, верно?

— Да, было либо это, либо бизнес-школа.

Эмбер наморщила лоб.

— Ты говоришь так, словно у тебя не было выбора.

Свобода воли и выбор собственной карьеры не входили в список приоритетов моей семьи. Старые деньги требовали конкретного набора навыков, по словам моего отца и деда.

— Мой отец хочет, чтобы я занялся семейным бизнесом через несколько лет, поэтому он решил, что диплом юриста или бизнесмена будет лучшей подготовкой к моим будущим задачам.

Черт, я вел себя, как слабак, раз мой отец говорил мне, что делать. Но все равно это была правда, и неважно, какой неприятный привкус она оставила у меня во рту.

Эмбер откусила еще кусочек яблока, обдумывая мои слова.

— Но ты этого не хочешь?

Я пожал плечами.

— Мне пригодится диплом юриста. И возможно, если повезет и я не стану таким же трудоголиком, как мой отец, у меня даже будет время заниматься любимым делом, раз или два в месяц.

Вау, звучишь, как идиот, Зак. Мне нравилось иметь в своем распоряжении деньги, и это была гребаная правда. Если я не хотел, чтобы мой старик заблокировал мой денежный запас, мне нужно было выполнять его приказы.

— Прости. Не хочу утомлять тебя своими «папиными» проблемами.

Ее брови взлетели вверх.

— Тебе не нужно извиняться, — она прикусила губу. — Дважды в неделю проходят тренинги, в группе поддержки, для девушек… для таких девушек, как я. Думаю, что попробую.

Она произнесла это так, словно никогда раньше не ходила к психотерапевту. Это едва ли было возможно, учитывая степень ее беспокойства.

— Ты никогда раньше не посещала группу поддержки?

— Нет. В моем родном городе такого не было. И я действительно не…

Мой сотовый завибрировал, в заднем кармане джинсов, и я встал из-за стола, чтобы достать его. Мне не следовало двигаться так быстро.

Глаза Эмбер расширились, и она отшатнулась назад, ударившись спиной о стойку. Я замер, моя рука была на полпути к карману, а глаза остановились на девушке передо мной. Блядь. Выражение ужаса на ее лице подсказало мне, что она думает, что я собираюсь напасть на нее.

— Мой телефон, — сказал я, и мой голос действительно надломился.

Я откашлялся, медленно вытащил свой мобильник и выключил его. У меня не было настроения разговаривать с тем, кто звонил.

— Не хотел тебя пугать.

Глубокий румянец разлился по щекам Эмбер. С ее такой бледной кожей это было еще более очевидно. Ее взгляд упал на пол и устремился на упавшее туда яблоко. Сделав глубокий вдох, она наклонилась и подняла его, прежде чем выбросить в мусорную корзину.

— Мне так жаль, — прошептала она.

В ее огромных карих глазах застыло смущение и чувство вины, когда именно я напугал ее до смерти.

— Тут не о чем сожалеть.

Она кивнула. И снова именно Тыковка спас ситуацию. Он громко замурлыкал и покатился по кафельному полу, перед обутыми в носки ногами Эмбер.

— Где ты его нашла? — спросил я, радуясь возможности избавиться от неловкости.

Тыковка совсем не походил на кота, которого продают в зоомагазине. Удивление, за которым последовала серьезность, отразилось на ее лице.

— Через год после… — она замолчала, и на секунду я испугался, что она снова запаникует.

К счастью, выражение ее лица смягчилось, для этого потребовались годы тренировок. Должно быть, Эмбер научилась скрывать свои истинные эмоции.

— Мы с папой отправились в приют для домашних животных, потому что он решил, что мне нужна компания. Там были десятки кошек, и все они пытались привлечь мое внимание, мурлыкая и прижимаясь к моим ногам. Все, кроме одного. Тыковка сидел в дальнем углу комнаты, наблюдая за мной своим единственным глазом и не двигаясь с места. Он даже не пытался привлечь к себе внимание. Тогда я поняла, что он так себя вел потому, что он знал, что никто не захочет видеть его таким, какой он есть, с отсутствующим глазом и кривым хвостом. Он уже сдался. Никто не захочет взять такого сломанного существа, как он… — она заколебалась, выражение ее лица было печальным и безнадежным. — Вот почему я решила подарить ему дом, показать, что есть кто-то, кто готов взять сломанное существо. Что есть кто-то, кто будет любить его.

Эмбер все еще имела в виду Тыковку или говорила о себе? Мысль о том, что она считает себя сломанной, вызвал у меня приступ ярости. Я был в бешенстве от тех мужчин, причинивших ей боль. Хотел бы я, чтобы эти люди стояли прямо передо мной, чтобы я мог ранить их так же, как они ранили Эмбер.

На этот раз я действительно хотел использовать свои навыки боевых искусств. Но почему-то был почти уверен, что независимо от того, что я сделаю с этими ублюдками, это будет не так ужасно, как то, что они сделали с Эмбер.

— Что с ним произошло? — спросил я.

На самом деле мне очень хотелось спросить: «Что произошло с тобой?» но сомневаюсь, что она ответила бы. Если бы я поинтересовался, то наверняка Брайан погладил бы мои чертовы яйца своим дорогим утюгом.

Эмбер даже не взглянула на меня, когда ответила:

— Люди, в приюте для домашних животных, не знают наверняка, но предполагают, что его пытали какие-то мальчики, потому он очень сильно боится мужчин.

Еще одна вещь, которая, казалось, была общая у них с питомцем. Блядь, я хотел убить этих больных ублюдков, которые напали на нее.

В конце концов, она отвела взгляд от Тыковки, который все еще лежал на полу, будто делал ставку на эту комнату. Эмбер на секунду встретилась со мной взглядом, прежде чем ее взгляд остановился на моем носу. Где-то в квартире зазвонил телефон, и она вздрогнула.

— Это мой.

Она поспешно вышла из кухни. У меня было такое чувство, что она была рада возможности покинуть комнату. Я не мог винить ее за это. Все было очень неловко.

Кот наблюдал за мной одним глазом, словно пытался понять, что я делаю. Эмбер сказала, что Тыковка боится мужчин, но кот пока никуда не убежал. Я воспринял это как хороший знак. Медленно, стараясь не спугнуть кота, я опустился на колени, чтобы стать еще меньше. Я протянул руку.

— Не царапай меня, чувак.

Тыковка понюхал мою руку, а потом начал тереться головой о мою ладонь. Он, вероятно, отмечал свою территорию, но, честно говоря, это было не так уж плохо.

— Хороший мальчик, — сказал я.

Ноги Эмбер появились в моем поле зрения, когда она вошла в кухню. Она остановилась как вкопанная. Ее пристальный взгляд остановился на моей ладони, пока я продолжал гладить Тыковку по голове. Она подошла немного ближе, но оставалась вне моей досягаемости.

Излишне было напоминать, что я мог бы схватить ее одним простым выпадом.

— Он никогда никому не позволял прикасаться к себе, кроме меня.

Я пожал плечами, чувствуя себя немного самодовольным. Моя первая встреча с котом прошла лучше, чем я ожидал.

— Возможно, я и не такой, как все. Не все мужчины одинаковы.

Она на мгновение задумалась, потом кивнула, соглашаясь с моими словами. Она опустилась на один из стульев, наблюдая за мной. Я знал, что это не так уж много, но это было только начало.

Может, мы с Эмбер сумеем найти способ жить вместе без новых неловких встреч.

Эмбер

Я сидела на диване, в своей комнате, пытаясь читать книгу, но мысли постоянно возвращались к событиям этого утра. Тыковка позволил Заку прикоснуться к себе. Почему он вдруг начал доверять мужчинам, особенно таким крупным, как Зак? Он был сложен как полузащитник. Папа гордился бы мной за это сравнение. Спорт на самом деле не был моим коньком, так что эта ссылка произвела бы на него впечатление, поскольку он был футбольным фанатом.

Тыковке потребовалось несколько месяцев, чтобы позволить отцу прикоснуться к себе. Может, мой кот недоверчиво относился к моему отцу, потому что папа не знал, как вести себя с ним. Как не имел понятия, как себя вести рядом со мной.

Звук колокольчика испугал меня, и я вскочила. Тыковка зашипел, спрыгнул с дивана и спрятался под моей кроватью. Я на цыпочках подошла к своей двери и застыла, услышав несколько мужских голосов в квартире. Трясущимися руками я заперла дверь и прислонилась к ней, подслушивая разговор.

Там было три мужских голоса, которые я никогда раньше не слышала, и тогда я смогла разобрать слова Зака и Брайана. Неловкость закружилась у меня в животе. Я старалась не дышать, даже когда слушала их разговор.

— Там новый клуб, — сказал парень с низким голосом. — Ты в деле?

— Конечно, Билл, — последовал немедленный ответ Зака.

— Ну же, Брайан, — настаивал другой мужской голос.

Я услышала шарканье ног, приближающихся к моей комнате, и снова проверила замок.

— Я не в настроении, — сказал Брайан напряженным голосом.

Держу пари, он беспокоился, что оставит меня одну.

— Говоришь как старая домохозяйка, — сказал парень.

— Прекрати, Джейсон, — прорычал Зак, и я съежилась.

Он никогда не звучал так… угрожающе, особенно когда я находилась рядом. На мгновение воцарилась тишина. Потом они снова заговорили, но слишком тихо, чтобы я могла их расслышать. Я догадалась, что они обсуждают меня.

Это то, к чему я привыкла за этот год. Но это не изменило острого смущения, которое я каждый раз испытывала.

Я прислонилась лбом к двери, прислушиваясь к тому, как затихают мужские голоса, когда они покидают квартиру. Тыковка прижался к моей ноге, громко мурлыча. Он подмигнул мне своим янтарным глазом и мяукнул.

— Все хорошо.

До меня донеслась гитарная музыка. Это была самая грустная мелодия, которую я когда-либо слышала. Грустная, но красивая. Брайан играл на гитаре. Я уже много лет не слышала, как он играет. Я отперла дверь и бесшумно открыла ее, не желая привлекать к себе внимания.

Тыковка пронёсся мимо моей ноги и выскочил за дверь, направляясь прямо в гостиную. Я последовала за ним, на цыпочках, и заглянула за угол. Тыковка подошёл к дивану, на котором сидел Брайан и играл на гитаре. Я зажала рот рукой, когда мой кот прыгнул на диван, в нескольких сантиметрах от Брайана. Он испуганно ахнул и отпрянул назад, едва не выронив гитару. Легкая улыбка тронула уголки моего рта. Через мгновение он выпрямился и продолжил свою игру, не сводя глаз с Тыковки. Брайан не был кошатником. Иногда я задавалась вопросом, чувствовал ли он себя рядом со мной или с моим котом более неловко.

Я на мгновение закрыла глаза, прислушиваясь к печальной мелодии. Одна песня закончилась, и началась другая, еще более запоминающаяся, чем предыдущая. Открыв глаза, я подкралась поближе к дивану, опасаясь, что помешаю брату. Брайан повернул голову, и на его лице промелькнуло опасение. Его пальцы замерли на струнах, и музыка стихла в тихом вздохе.

— Пожалуйста, не останавливайся, — прошептала я, придвигаясь чуть ближе и плюхаясь на диванчик, справа от Брайана. — Я скучала по твоей игре.

Почему мне было так трудно общаться с Брайаном? Я все еще помнила те дни, когда мы болтали дни напролёт и подшучивали друг над другом, как подобает братьям и сестрам.

В его глазах промелькнуло удивление, а затем улыбка осветила его лицо. Он склонился над гитарой и заиграл веселую мелодию. Я закрыла глаза и откинула голову на спинку дивана. Когда я была маленькой, Брайан часто играл для меня, и это всегда успокаивало меня, когда я была расстроена. Но после этого случая ничто не могло успокоить меня, и с тех пор Брайан не играл передо мной. А я думала, что он совсем от этого отказался. Теперь я была рада узнать, что он этого не сделал.

Я уже достаточно отняла у него и папы.

Глава 5

Закари

Музыка гремела на полную громкость, когда мы вошли в переполненный клуб, бас был живым дыханием в моем теле. Джейсон и Билл немедленно отправились на охоту за бессмысленной интрижкой, с одной из девушек, покачивая бедрами в так хип-хоп песни. Джейсон и Билл были одеты в одну и ту же цветастую рубашку; это была какая-то внутренняя шутка, которая должна была произвести впечатление на цыпочек. Я сомневался, что вид пляжных мальчиков вызывал у девушек желание сбросить трусики.

Я подошёл к бару, и заказал водку с мартини, мой любимый напиток, Кевин следовал за мной по пятам. Кевин взял свое обычное безалкогольное пиво и одарил меня страдальческой улыбкой, когда пьяная девушка прислонилась к стойке, рядом с ним, хлопая ресницами.

Кевин был притягательным магнитом для цыпочек — это никогда не изменится. Счастливый ублюдок. Но у меня не было причин жаловаться. Как всегда, джентльмен, у него не хватило духу отослать ее прочь. Вместо этого, он просто игнорировал ее подкат, что с каждой минутой становилось все труднее и труднее. Она провела рукой по его длинным светлым волосам. Год назад, он с готовностью принял бы ее очевидное предложение, но с тех пор, как он встретил Рейган, все изменилось. Мы с парнями часто дразнили его за подкаблучность, но должен признать, что его отношения с Рейган были чем-то восхитительным. Иногда эти двое напоминали мне влюбленных щенков.

Натянутая улыбка Кевина сменилась хмурым взглядом, когда девушка начала лапать его, проводя рукой вверх и вниз, по груди. Я тяжело вздохнул и взял на себя смелость спасти ему жизнь. Я наклонился к девушке, и ее глаза встретились с моими, все еще продолжая нервно хлопать ресницами. У меня закружилась голова наблюдая за стремительными движениями.

Я одарил ее своей самой холодной улыбкой.

— Проваливай, малышка, нам это неинтересно.

Она выглядела оскорбленной и открыла рот, для ответа. Я избавил ее от лишних усилий и прорычал:

— Исчезни.

Она с раздражением ушла, бросив на меня последний смертельный взгляд.

— Это было не очень мило, Зак, — сказал Кевин, пытаясь спрятать ухмылку за бутылкой О'Доулз, которую держал в руке.

Я пожал плечами и прислонился спиной к стойке бара.

— Ты должен быть мне благодарен. Я спас тебя. Уверен, Рейган не понравится, если эта девушка будет лапать тебя своими руками.

— Рейган доверяет мне, — сказал он с жаром, и его глаза загорелись при одном упоминании имени его девушки.

Я закатил глаза. Иногда от их любовно-голубиных проявлений меня тошнило. Мой взгляд упал на длинные светлые волосы и тело, которое я слишком хорошо знал. Просто мне нужно было отвлечься.

Кевин толкнул меня локтем в бок.

— Бриттани приближается к тебе. Я уже ушел. Может, найду Джейсона или Билла, где-нибудь на танцполе.

С этими словами он исчез в толпе, будто за ним гнался Дьявол. А для него Бриттани была воплощением Дьявола. Эти двое страстно ненавидели друг друга. Кевин находил ее высокомерной, эгоистичной, самовлюбленной, тщеславной и грубой. Бриттани была всем этим, но также она была чертовски горячей и хороша в постели.

Я посмотрел в ее сторону, и она ухмыльнулась мне. Я подавил стон и постарался сохранить равнодушное выражение лица. Девушка была достаточно уверена в себе. Мне не нужно было ничего добавлять к этому, признавая ее бесспорно неотразимое тело.

Она неторопливо подошла ко мне, знойная улыбка играла на ее накрашенных красным губах. Парни часто считали Бриттани глупой; она была кем угодно, но только не глупой, и это делало ее еще более опасной. Она училась в бизнес-школе и была дочерью одного из лучших клиентов и друзей моего отца.

Ее глаза блуждали по моему телу, когда я прислонился к бару, с водкой-мартини в руке. Я был не в настроении для любезностей и даже не улыбнулся ей. Мы с Бриттани дружили уже почти год, и хотя в последнее время она, казалось, хотела большего, я не мог себе представить, что хочу от нее чего-то большего, чем горячий секс. Так же, как и у меня, я знал, что у нее были другие партнеры и любовники на одну ночь. Я хотел, чтобы наши отношения оставались такими, без обязательств.

— Привет, Зак, — сказала она хриплым голосом, усаживаясь на барный стул, рядом со мной, и скрещивая свои длинные ноги. — Нравится мое новое платье?

Конечно, Бриттани была такой же несносной и эгоистичной, как всегда. Я позволил своим глазам блуждать по ее платью, если его вообще можно так назвать. Я бы классифицировал его как нижнее белье.

Оно почти ничего не оставляло воображению. Не то чтобы я еще чего-то не видел. Тонкая красная ткань заканчивалась высоко на бедрах, едва прикрывая ягодицы, а глубокий вырез заставил бы покраснеть даже проститутку. Бриттани любила открыто демонстрировать свои лучшие качества, по крайней мере, в свободное время. Когда вы увидите ее в кампусе, в скромных юбках и кашемировых свитерах, вы не узнаете в ней ту самую личность. Она всегда знала, какую сторону своей натуры следует представлять.

Если бы не ее горячее тело, я бы так долго с ней не мирился.

— Очень милое платье, — сухо заметил я, прежде чем поднести стакан к губам и сделать еще один глоток.

Лицо Бриттани потемнело.

— Милое?

Она как раз собиралась закатить одну из своих истерик.

Я тихо вздохнул.

— Чертовски сексуальное, чертовски горячее…

Она удовлетворенно улыбнулась и, схватив меня за руку, просунула свою ногу, на высоком каблуке, между моих ног и потерла ее о внутреннюю сторону бедра.

— Что насчет танца?

Она спрыгнула с барного стула и потянула меня к танцполу.

Я сопротивлялся ее тяге, и она надулась.

— Ты не пожалеешь об этом.

Затем она облизнула губы так, что я чуть не застонал. Я знал, что это была игра для нее. У нее были актерские навыки, достойные Оскара. Вы никогда не поверите, что это была та самая девушка, которая посещала обеды в компании моего отца, в сшитых на заказ деловых костюмах.

Зная, что это только сделает ее более настойчивой, я больше не сопротивлялся. Я двигал свое тело в ритме играющей песни и пробежал руками по бедрам Бриттани, в то время как она прижималась ко мне всем телом, ее ягодицы вызывали восхитительное трение о мой пах.

Она знала, что делает, а я никогда не был достаточно силен сопротивляться. Несмотря на мое прежнее раздражение, я напрягся и издал низкое рычание. Бриттани потянулась назад и обхватила мой член через джинсы, слегка сжимая, пока мы продолжали раскачиваться в такт музыке. Ее прикосновение было обещанием того, что должно было произойти. Я уткнулся лицом в ее шею и втянул ее кожу в свой рот. Она издала низкий стон и еще настойчивее прижалась ко мне.

— Блядь, — прорычал я ей на ухо.

— Именно об этом я и думала.

Она злобно ухмыльнулась мне и повела через танцпол к задней двери клуба. На этот раз дождь не шёл, хотя мне было бы все равно. Маленький глухой переулок был совершенно пуст. Как раз то, что нам было нужно.

Она сильно толкнула меня к стене, и я прислонился к ней, радуясь, что она удерживает меня на месте. Вся моя кровь собралась в определенной части тела, так что мне нужно было на что-то опереться для поддержки. Она соблазнительно улыбнулась и опустилась передо мной на колени. Я должен был дать это ей. Она не боялась испачкаться. Бриттани снова облизнула губы и потянулась к моим джинсам. Я уставился в ночное небо.

Непрошеные мысли об Эмбер проникли в мой разум. Откуда, черт возьми, они взялись? Сейчас было не время думать о ней. Ее красивая, застенчивая улыбка заставляла сексуальную улыбку Бриттани казаться такой ужасно дешевой. Я чувствовал себя почти виноватым за желание трахнуть Бриттани.

Черт. Но мне очень, очень хотелось трахнуть Бритт.

Бриттани потянула мою молнию вниз и выпустила мой член из тюрьмы. Я хотел было возразить, но тут горячий рот Бриттани сомкнулся на кончике моего члена, и все здравые мысли вылетели у меня из головы. Я застонал и прислонился головой к твердой кирпичной стене. Схватив Бриттани за затылок, я удержал ее на месте, засунув свой член ей в рот. Она не возражала и, казалось, чувствовала себя вполне комфортно. Черт, эта девушка знает, что делает! Ее язык обвился вокруг моего кончика. Затем она втянула меня в свой рот так глубоко, как только могла.

Я снова начал толкаться, и она замурлыкала на моем члене, вибрация посылала толчки удовольствия через меня. Она схватила меня за задницу, когда я трахал ее рот. Звуки, которые она издавала, когда сосала, сводили меня с ума от возбуждения. Черт, она была хороша. Со стоном я кончил ей в рот.

— Блядь, — я выдохнул.

Она поднялась на ноги и вытерла рот тыльной стороной ладони, прежде чем торжествующе улыбнуться мне.

— Я же говорила, что ты не пожалеешь об этом. Я сдерживаю обещания.

Она наклонилась ко мне и крепко поцеловала. Я почувствовал свой вкус на ее губах. Зарычав ей в рот, я схватил ее за задницу и сильно сжал. Положив руки ей на попу, я приподнял ее над землей, и она обвила ногами мою талию, прижимаясь к моему паху. Я развернул нас и прижал ее к стене, вдавливаясь к ней бедрами. Близость с Бриттани заставило меня забыть о своих проблемах. С ней все было просто и незамысловато. Это был просто горячий, грубый секс и ничего больше.

Никаких обещаний, никаких сожалений.

Просто бессмысленная интрижка.

* * *

Я поставил ее на землю и избавился от презерватива, прежде чем натянуть джинсы. Бриттани прислонилась к стене, выглядя чертовски довольной собой.

Она поцеловала меня в щеку.

— Давай продолжим у тебя дома.

Я нахмурился. Я уже несколько раз водил ее к себе домой, но Брайан тоже не мог выносить ее вида, так что ночевки были редкими, очень редкими. А теперь, когда Эмбер стала нашей новой соседкой по комнате, об этом не могло быть и речи.

— Не в этот раз, — сказал я.

Ее голубые глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию. Я знал, что это значит: вспыльчивый характер.

— Почему? — потребовала она ответа.

Я выпрямился во весь рост и сунул руки в карманы.

— Потому что сестра Брайана переехала к нам.

— И что? Неужели она такая ханжа, что не может слушать, как мы немного развлекаемся?

Мне не понравилось, как она говорила об Эмбер.

— Прекрати, — жестко сказал я, но моя реакция только ухудшила ситуацию.

— Что это? Ты тоже с ней трахаешься? Она хорошо трахается? Лучше, чем я?

Я сделал шаг к ней, нахмурившись. Ее глаза расширились от шока.

— Не смей так о ней говорить.

— Да пошёл ты! — она сплюнула. — Ты можешь найти кого-нибудь другого, кто будет сосать твой член!

Она направилась к двери и исчезла в здании.

Я провел рукой по волосам и закрыл глаза. Каким бы приятным ни был секс с Бриттани, я не был уверен, что этого достаточно, чтобы смириться с ее личностью. Дверь снова открылась, и я ожидал, что вернётся Бриттани, но это был всего лишь Кевин.

Он усмехнулся мне.

— Бриттани только что прошла мимо меня. Она выглядела по-королевски взбешенной.

Этот факт, очевидно, доставил ему большое удовольствие.

Когда я ничего не сказал, он продолжил:

— Что случилось? Разве ты не оправдал ее ожиданий?

Я закатил на него глаза.

— Мое выступление, как всегда, было выдающимся.

Кевин фыркнул.

— Похоже, ты уже собрался уходить.

— Я готов уехать отсюда.

— Так что тогда заставило ее трусики скрутиться? — спросил он, когда мы возвращались в клуб.

— Она хотела поехать ко мне и не была счастлива, когда я отказал ей.

Учитывая, что Эмбер осталась в квартире, привезти Бриттани домой было бы не очень хорошей идеей. Эмбер только расстроится, если ей придется нас слушать.

Кевин внимательно посмотрел мне в лицо, когда мы вышли из клуба и направились к машине. Меня нервировало, что он вот так смотрит на меня.

— Что? — огрызнулся я.

— Она тебе нравится, — заметил Кевин.

— Кто?

— Сестра Брайана, конечно, — сказал он, прежде чем плюхнуться на водительское сиденье.

Я не знал, как он мог выносить вкус безалкогольного пива, но пока это позволяло ему быть моим шофером, он мог пить эту мочу, когда хотел.

— Даже не думай об этом, — предупредил я его.

Выражение его лица стало серьезным.

— Почему нет? — Эта девушка прошла через ад. Она совершенно точно не готова к отношениям, — сказал я немного резче, чем намеревался.

И я тоже, мысленно добавил я.

— Хочешь сказать, что она не готова к сексу? Только не говори мне, что ты настолько мудак, что не можешь представить себя с ней, потому что тебе придется какое-то время жить без секса.

Я сердито посмотрел на него.

— Заткнись, Кев, — язвительно бросил я ему имя, которым назвала его Рейган. — Ты ничего об этом не знаешь.

Кевин многозначительно посмотрел на меня.

— Я был точно таким же, как ты, Зак. Всегда искал очередную интрижку и не мог представить себя долго без секса. Но потом встретил Рейган.

Язвительный комментарий вертелся у меня на кончике языка, но он продолжал говорить.

— Когда мы встретились, Рейган уже оправлялась от тяжелого разрыва, и ясно дала понять, что не готова сразу же прыгнуть ко мне в постель. Но я был готов ждать, потому что заботился о ней.

— И как долго ты ждал? — выпалил я.

Он выглядел смущенным, говоря на эту тему. До встречи с Рейганом он всегда хвастался своими сексуальными похождениями.

— Пару месяцев.

— Пару месяцев!

Как он мог так долго обходиться без секса? Я знал, что через несколько недель после того, как они начали встречаться, Рейган проводила свои ночи в квартире Кевина. Как ему удавалось держать свои руки подальше от нее, когда она лежала рядом с ним в постели?

Должно быть, на моем лице отразилось недоверие, потому что Кевин покачал головой.

— Ты просто идиот, Зак.

Он завел мотор.

— Разве мы не будем ждать Джейсона и Билла? — спросил я.

— Они нашли несколько девушек, с которыми проведут ночь.

Выражение лица Кевина стало хмурым.

Я усмехнулся.

— Уверен, им будет весело.

— Знаешь, с тех пор как я встретил Рейган, я понял, что моя жизнь до нее была пустой. Когда-нибудь ты поймешь, что состоять в отношениях гораздо приятнее, чем валять дурака.

— Да ну тебя к черту! Прекрати это святотатственное отношение. Говоришь как святой. Поверь мне, мой образ жизни очень приятен, — сказал я с усмешкой.

— Ты мудак, Зак, — пробормотал Кевин, крепче сжимая руль.

И почему его это вообще волнует?

Я пожал плечами.

— Так мне уже говорили, — небрежно ответил я. — Почему ты никогда не берёшься за Билла или Джейсона со своей новообретенной моралью?

— Потому что они безнадежные.

— А я нет? — я громко расхохотался.

Кевин ничего не ответил.

Остальная часть поездки прошла в молчании, и я был чертовски благодарен за это. Я бы больше не выдержал его лекций. Секс — это все, что мне было нужно.

Глава 6

Эмбер

В квартире было тихо. Я была одна, и впервые за много дней защитная стена, которая всегда окружала меня, когда Зак и Брайан находились рядом, рухнула, и я почувствовала себя почти расслабленной. Я вышла из своей комнаты и направилась в ванную. Заперла дверь, хотя и знала, что Брайана и Зака еще некоторое время не будет дома. Юридическая школа занимала их почти каждое утро, но крошечная часть меня чувствовала себя в большей безопасности, когда замок был на месте.

Я, как обычно, поспешила принять душ. Ливень вызвал слишком много ужасных воспоминаний: воспоминаний, которые я хотела бы забыть. Первые несколько недель после того, как я очнулась в больнице, я каждый день часами принимала душ. Терла кожу обжигающе горячей водой, пока она не начинала кровоточить. Пыталась смыть их запах, но он врезался мне в память, и даже после стольких лет я все еще чувствовала их запах на своей коже. Независимо от того, сколько ванильного геля для душа я использовала, их зловоние оставалось.

Психиатры говорили мне, что все это в моей голове. Они не знали, каково это — чувствовать на себе запах этих ублюдков. Видеть их злобные лица, всякий раз, когда я закрываю глаза. Слышать их мерзкие слова, преследующие меня во сне. Чувствовать их руки на себе. Возможно, это только мое воображение, потому что это прошлое, но для меня это было частью моей реальности.

Я была поймана в ловушку воспоминаний о том дне на всю оставшуюся жизнь. Я выключила воду и вышла из душа, пока меня не одолели еще более ужасные мысли. Обернув одно полотенце вокруг своего тела, я скрутила другое в тюрбан, на голове, чтобы сохранить волосы на месте, прежде чем открыть дверь.

Тыковка громко мяукал. Я последовала за шумом в гостиную и обнаружила его сидящим на диванчике, с напряженным видом. Я сделала несколько шагов к нему, когда краем глаза заметила какое-то движение.

— Милое полотенце, — сказал мужской голос.

Я резко обернулась, крепко прижимая к себе крошечное полотенце. Мои мускулы сжались от страха. На диване сидели двое парней, оба высокие и внушительные. Ужасающие. Один из них был темнокожим, и выглядел невероятно сильным. Второй был более худощавым, но не менее пугающим.

Мое дыхание застряло в горле, а зрение сузилось, став черным в уголках.

Это снова произойдёт.

Снова произойдёт.

Снова произойдёт.

Снова произойдёт.

Я не могла дышать, не могла бежать, ничего не могла.

Невысокий парень, со светлыми волосами, встал и подошел ко мне, с хитрой ухмылкой на лице. Это так сильно напомнило мне усмешки той ночи.

Их ухмылки. Насмешки и озабоченные взгляды.

Я попятилась от него, отчаянно тряся головой. Блондин сделал еще один шаг ко мне, и темнокожий парень встал, выглядя сердитым и опасным.

«Нет!» я хотела закричать, но изо рта ничего не вылетело.

— Эй, мы не собираемся причинять тебе вреда, — сказал блондин.

Я уже слышала эти слова раньше, и вскоре после того, как они были произнесены, моя жизнь была разрушена. Мы не причиним тебе вреда. Тебе это понравится. Ты же любишь грубость, сука, не так ли? Кричи для нас.

— Билл, ты ее пугаешь, идиот! — крикнул другой парень.

Моя голая спина ударилась о стену. Я оказалась в ловушке.

Захваченная.

Захваченная.

Эти слова звенели у меня в ушах, смешиваясь с моими криками, из далекого прошлого, в голове. Я опустилась на пол и прижала ноги к груди, раскачиваясь взад-вперед. Всхлипы соскользнули с моих губ, и вкус слез задержался на моем языке.

— Блядь! Это все твоя чертова вина, Билл, долбанный идиот!

— Заткнись, Джейсон! Что нам теперь делать?

— У нее такой вид, будто у неё шок.

— Нам нужно позвонить Брайану.

— Ты что, совсем спятил, Джейсон? Брайан убьет нас. Позвони Заку. Он знает, что делать.

Они кричали, и стояли так близко. Слишком близко. Слишком близко.

Страх парализовал меня. Воспоминания, преследующие и пугающие, продолжали мелькать в моей голове. Я ещё сильнее начала покачиваться.

Пусть они уйдут, пожалуйста. Господи, пожалуйста, не дай им снова причинить мне боль.

— Постарайся вывести ее из этого состояния, Джейсон. Может, тебе удастся достучаться до нее.

Теплая рука на моей руке. Трогающая. Хватающая. Из моего горла вырвался крик, грубый и отчаянный. Я крепче прижала колени к себе, защищаясь от того, что должно было произойти, хотя и знала, что это бесполезно. Это не остановило их от причинения мне боли в прошлый раз, и не остановило бы этих людей на этот раз. Я ушла в себя, ища убежища в темноте своего сознания, где была в безопасности.

Закари

Эта лекция была самой скучной вещью, которую мне когда-либо приходилось терпеть. Слияния и поглощения, или как я это называю: как сделать богатых ублюдков вроде моего отца еще богаче. Я уткнулся лбом в руку, стараясь заглушить монотонный голос профессора и стараясь заснуть, чего мне так и не удалось сделать прошлой ночью.

Мой телефон завибрировал в кармане, заставив вздрогнуть, и я удивленно вскинул голову. Должно быть, я задремал. Я незаметно для профессора вытащил телефон и проверил номер звонившего: Джейсон.

Какого хрена он хотел именно сейчас? Этот тупица знал, что я занят. Я проигнорировал его и снова посмотрел на профессора, в клетчатом пиджаке и вельветовых брюках. Вибрация прекратилась, и я уже собирался положить телефон обратно в карман, когда он пискнул один раз, сообщая о прибытии сообщения. Я застонал, и человек рядом со мной бросил на меня испепеляющий взгляд, на который я ответил с тем же пылом.

Чертов идиот.

Я посмотрел на свой мобильник и прочитал сообщение, которое прислал Джейсон.

Джейсон: «Нам с Биллом нужна твоя помощь. Чрезвычайная ситуация!! Проблема с сестрой Брайана».

Мои глаза расширились. Что эти придурки натворили на этот раз? Я схватил свои вещи и поспешно вышел из класса, не обращая внимания на неодобрительный взгляд профессора.

Выйдя на улицу, я сразу же позвонил Джейсону.

— Что, черт возьми, случилось?

— Зак, слава богу. Сестра Брайана, у нее что-то в виде панической атаки.

— Где она сейчас?

— В твоей квартире…

В его голосе звучало сожаление. И, дерьмо, он пожалеет, когда Брайан узнает об этом.

— Какого черта вы там делаете? — спросил я, уже садясь в свой Хаммер.

— Ну…

— Мне, блядь, все равно. Буду через несколько минут.

Нам с Брайаном не следовало давать этим двум идиотам запасной ключ. Я повесил трубку и позвонил Брайану. Он придет в ярость, как только узнает о произошедшем. Я знал, что Билл и Джейсон никогда ничего не сделают с Эмбер, но после того, что она пережила, присутствие двух незнакомых парней в квартире, вероятно, было чертовски шокирующим.

— Зак? — прошептал Брайан, вероятно, стараясь не мешать своей лекции.

— Я еду домой. Джейсон звонил. У твоей сестры, в квартире, приступ паники, — поспешно сказал я.

На секунду воцарилось молчание, а потом Брайан взорвался:

— Что они сделали? Клянусь Богом, я убью их, если они что-нибудь сделают с Эмбер!

— Билл и Джейсон ничего бы не сделали.

Я пытался успокоить его, но он находился за пределами здравого смысла.

— Я убью их!

Линия оборвалась.

Я помчался домой в рекордно короткие сроки. Машины Брайана еще не было. Я не стал терять времени и побежал вверх, по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Дверь в квартиру была приоткрыта, и я толкнул ее. Я застыл на месте преступления.

Джейсон и Билл сидели на диване, и оба выглядели очень расстроенными. Ни хрена удивительного. Эмбер съежилась на полу, прислонившись спиной к стене, и раскачивалась взад-вперед. Она уткнулась лицом в свои голые ноги. Ее мокрые темные волосы выбились из полотенца, обернутого вокруг головы. На ней не было ничего, кроме банного полотенца. Я бросился к двум идиотам на диване и, схватив Билла за воротник рубашки, рывком поднял его на ноги.

— Какого хуя здесь произошло?

— Мы не знали, что она начнет паниковать! — пробормотал он.

Мне хотелось переломать ему все кости.

— Что. Вы. Блядь. Сделали?! — я выплевывал каждое слово, едва сдерживая гнев.

Билл всегда был склонен все портить.

— Билл заинтересовался сестрой Брайана, потому что Брайан чертовски скрытен, когда дело касается ее, поэтому мы решили нанести ей визит. Мы просто хотели поговорить, а потом она вышла из ванной, в своем полотенце и, увидев нас, испугалась, — поспешно объяснил Джейсон.

Я выпустил Билла из своих объятий и повернулся к Эмбер, сделав нерешительный шаг, ближе к ней. Я не знал, что мне делать. В коридоре послышались шаги, и через мгновение дверь распахнулась, и в комнату ворвался Брайан, с дикими и разъяренными глазами. В застегнутой на все пуговицы рубашке и оксфордах выражение его лица выглядело неуместным. Он взглянул на свою съежившуюся сестру, а затем протопал мимо меня, к Биллу. Он сильно ударил его кулаком в лицо. Джейсон тут же попятился, подняв руки в знак капитуляции.

— Какого хуя?

Билл кипел, зажимая нос, из которого довольно сильно текла кровь. Кровь стекала по его губам и подбородку, на уродливую рубашку.

Брайан сердито посмотрел на него.

— Я же говорил вам держаться от нее подальше! Почему бы вам хоть раз не послушать меня?

Билл пожал плечами, все еще держась за нос.

— Думал, ты преувеличиваешь, когда говорил, что она боится мужчин. Я не знал, что это так… — он случайно взглянул на Эмбер, очевидно пытаясь подобрать слово, чтобы описать ситуацию. —…. Серьезно, — запинаясь, закончил он. — Мне очень жаль, Брайан. Если бы я знал… — Джейсон замолчал, пожимая плечами.

Брайан проигнорировал его и подошел к Эмбер, затем опустился на колени в нескольких метрах от нее.

— Эмбер? — тихо сказал он. — Эмбер, это я, Брайан.

Она никак не отреагировала. Я осторожно приблизился к ним, и Брайан бросил на меня отчаянный взгляд, но я не знал, как ему помочь. Он подполз еще ближе к сестре и глубоко нахмурился.

— Джейсон, дай мне покрывало, — приказал он.

Я проследил за его взглядом. Полотенце слегка соскользнуло из-за того, как Эмбер прижимала ноги к своему телу. Ее бедра были полностью обнажены. Я мог бы увидеть больше, если бы поднял свой взгляд еще выше. Я отвел глаза, не желая таким образом насиловать ее.

Она даже не заметила, что была наполовину обнажена. Я присел на корточки, рядом с Брайаном, когда он попытался укрыть ее покрывалом. Она отпрянула назад, издав душераздирающий стон. Брайан на мгновение закрыл глаза, борясь со слезами. Я сжал его плечо, и он с благодарностью посмотрел на меня. Он придвинулся ближе к Эмбер и накрыл ее ноги покрывалом. Она стала неподвижной, как статуя.

— Эмбер, — снова прошептал он.

Ее плечи начали трястись. Брайан судорожно втянул воздух, казалось, он вот-вот сломается.

— Эмбер, — я попытался привлечь ее внимание, но ничего не добился.

Стук в дверь заставил всех вздрогнуть, и мы повернулись к открытой двери. Кевин стоял там, широко раскрыв глаза и глядя на Эмбер.

— Я вернулся домой несколько минут назад и услышал крик, — наконец сказал он.

Он делил квартиру, дальше по коридору, с Джейсоном и Биллом. Если он и услышал этот крик, то его услышал и весь этаж. Брайан ущипнул себя за переносицу.

— Эмбер… я не знаю, что делать. Наверное, будет лучше, если мы вызовем врача.

Кевин перевел взгляд с Эмбер на Брайана.

— Рейган вернулась домой вместе со мной. Возможно, она сможет помочь.

Может, девушка не стала бы так сильно пугать Эмбер.

Брайан на мгновение задумался над его предложением, прежде чем кивнуть.

— Да, можешь привести ее?

— Вернусь через секунду.

Бросив последний взгляд в сторону Эмбер, Кевин исчез из поля нашего зрения.

Я встал и начал расхаживать по комнате. Напряжение в моем теле заставляло меня чувствовать, что я вот-вот лопну. За кошмаром Эмбер, с прошлой ночи, был ужасно наблюдать, но это… блядь, это было на ином уровне.

Кевин вернулся, вместе с Рейган. Ее рыжие волосы были собраны в высокий хвост, а шорты и спортивная футболка промокли от пота. Должно быть, она была на пробежке.

Брайан практически вскочил на ноги и схватил Рейган за руки.

— Рейган, слава Богу, что ты здесь. Может, ты сможешь достучаться до нее.

Шок омыл лицо Рейган, когда она заметила Эмбер. Она напряглась, и на какое-то мгновение мне показалось, что она вот-вот скажет, что не может этого сделать, не может справиться с Эмбер.

Затем Рейган резко вышла из оцепенения и расправила плечи. Кевин однажды упомянул, что у нее есть лошадь, и то, как Рейган сейчас подошла к Эмбер, напомнило мне о ком-то, кто пытается не спугнуть дикую лошадь.

Рейган медленно подошла к Эмбер и опустилась на пол, на приличном расстоянии от нее, остановившись на мгновение, прежде чем подползти поближе.

Эмбер не переставала раскачиваться. Возможно, она даже еще не заметила девушку. Рейган протянула руку и коснулась плеча Эмбер. Эмбер дернулась назад, но Рейган не отпустила ее.

— Ш-ш-ш. Все в порядке. Все хорошо, — проворковала она.

Эмбер заметно расслабилась.

Со своими веснушками и длинными руками Рейган выглядела не слишком устрашающе.

— Уходите, — прошептала она одними губами, умоляюще глядя на нас.

Брайан колебался, но я схватил его за руку.

— Давай, Брайан. Пойдем на кухню. Рейган нужно какое-то время побыть наедине с Эмбер.

— Пожалуй, ты прав.

Кевин, Билл и Джейсон двинулись было за нами, но я обернулся к двум идиотам, которые устроили беспорядок.

— Вы… — я указал на них, — Убирайтесь. Вы уже достаточно натворили за один день.

Джейсон выглядел несчастным, но Билл только пожал плечами и вышел из квартиры. Мудак. Я покачал головой, в ответ на его поведение, и направился на кухню. Брайан, Кевин и я сели за стол и некоторое время, молча, смотрели друг на друга.

Кевин продолжал бросать взгляды в мою сторону. Возможно, он наконец понял, что Эмбер не готова ни к каким отношениям. Особенно со мной. Я не был подходящим парнем для такой девушки, как она. Он пытался свести меня с несколькими подругами Рейган, но даже его одержимость сватовством имела свои пределы.

— Рейган ей поможет, — сказал он наконец.

Я не был уверен, что это должно было утешить меня или Брайана. Брайан даже не поднял головы с того места, где она лежала, на столе. Из гостиной не доносилось никаких звуков. Жаль, что я не знаю, что происходит. Что, если Рейган не сможет вывести Эмбер из приступа паники? Видеть ее такой разбитой и испуганной — самое худшее, что я когда-либо видел. Я ненавидел чувствовать себя таким чертовски беспомощным.

Эмбер

Кто-то тронул меня за плечо. Я старалась отодвинутся подальше от этого человека, подальше от боли, которая должна была последовать.

— Ш-ш-ш. Все в порядке. Все хорошо, — сказала девушка.

Ее голос звучал мягко, совсем не угрожающе. Я расслабилась, но не осмелилась поднять голову. Не хотела видеть, что происходит вокруг меня. Кто-то сел рядом со мной, и наши плечи слегка соприкоснулись. Я вздрогнула, но не отстранилась. Что-то в этом человеке заставило меня успокоиться.

— Эмбер? — тихо спросила девушка.

Я повернула голову в сторону и подняла ее с колен. Добрые карие глаза ответили мне тем же взглядом. Рядом со мной сидела девушка, примерно моего возраста, с длинными ногами, скрещенными в лодыжках, и рыжими волосами, собранными в конский хвост. Должно быть, она тренировалась, когда нашла меня. На ней были бирюзовые кроссовки Найк и такие же шорты.

Она улыбнулась.

— Я Рейган. Подруга твоего брата.

Боже, я надеялась, что Брайан не позвал ее из спортзала, чтобы разобраться со мной.

Я вытерла мокрые щеки и села немного прямее. Не была уверена, сколько времени прошло с тех пор, как я потеряла контроль над собой. Я вспомнила, что слышала голоса Брайана и Зака, когда тонула в своей панике.

— Я девушка Кевина. Он живет в квартире, в конце коридора. Он дружит с Заком и Брайаном. Не думаю, что ты с ним знакома, — пробормотала она легким тоном, полностью игнорируя тот факт, что мы сидели на полу, потому что у меня случился нервный срыв.

Боже, я все еще была одета только в полотенце и покрывало, которое лежало на моих ногах. Какое жалкое зрелище! Однако она ничего не сказала о моем состоянии, и я была бесконечно благодарна ей за это.

— Я Эмбер, сестра Брайана, — запинаясь, сказала я, хотя она, вероятно, уже знала это.

Она улыбнулась и поднялась на ноги, протягивая мне руку, чтобы я взяла ее.

— Пойдем в твою комнату. Мы можем пойти туда и поговорить еще немного.

Я взяла ее за руку и встала на дрожащие ноги. Она была на несколько сантиметров выше меня и сложена как бегунья, с длинными ногами и руками, и худым телом. Она быстро отпустила меня и поморщилась.

— Прости. Я потная. Мне действительно нужно принять душ. От меня очень сильно воняет?

— Не так плохо, — сказала я.

Она рассмеялась.

— Ну вот и облегчение!

Крошечная улыбка тронула мои губы.

Я повела ее в свою комнату, где Тыковка расхаживал перед дверью. Когда я вошла, он тронул меня в икру. Затем пристально посмотрел на Рейган, прежде чем шагнуть к дивану и свернуться на нем калачиком. Рейган наблюдала за ним с явным беспокойством. Наверное, все чего-то боятся, даже безобидного кота. Я достала из ящика комода кое-какую одежду.

— Почему бы тебе не принять душ в нашей ванной, пока я одеваюсь? — я подняла свои джинсы и футболку. — Ванная комната находится по соседству.

— Спасибо, но я могу принять душ у Кевина, там я все равно оставила сумку с чистой одеждой.

— Ох, хорошо, — я сделала паузу.

Она прислонилась к моей двери, обводя взглядом голые стены и пустой письменный стол.

— Как давно ты здесь живёшь?

— Несколько дней, — ответила я.

Мне очень хотелось вылезти из полотенца и переодеться в удобную одежду, но я не могла раздеться с Рейган, в комнате.

— У меня еще не было возможности развесить картины.

— Какие именно картины? Я люблю Миро и современное искусство в целом.

Я покраснела.

— Понятие не имею. Мне придется купить несколько картин и рамок.

Глаза Рейган метнулись к одежде, которую я все еще держала в руке.

— Я могу отвернуться… или тебе нужно, чтобы я вышла наружу?

Я быстро покачала головой.

— Нет, отвернуться будет нормально.

Я не была уверена, что это нормально, но постараюсь. Она повернулась ко мне спиной и потянулась за своим конским хвостом, вытаскивая резинку из волос.

Не сводя с нее глаз, я бросила полотенце и оделась в рекордно короткие сроки.

— Готово.

Рейган повернулась ко мне лицом.

— Как насчет того, чтобы вместе отправиться на поиски картин? Я знаю удивительный художественный магазин, где продаются красивые дешевые картины.

Я не дала своим тревогам времени взять верх.

— Конечно. Звучит неплохо.

— Отлично! — она подошла к моему столу и схватила телефон. — Запишу свой номер в твои контакты, — ее пальцы печатали с молниеносной скоростью, ‒ и раздался звуковой сигнал. Она вытащила телефон из держателя, висевшего у нее на плече. — Теперь у меня есть твой номер. Пришли мне сообщение, когда почувствуешь, что в состоянии пройтись по магазинам.

Я кивнула.

— Если не позвоню, ты мне еще раз напомнишь?

Иногда мне требовался небольшой толчок. Вся эта светская жизнь… вся эта жизнь была для меня чем-то новым.

— Не сомневайся, я дам знать! Не могу дождаться, — она взглянула на часы, на запястье. — Дерьмо. Мне нужно торопиться. У меня пара по русской литературе через девяносто минут. Не могу пойти на неё в таком виде, выглядя, как крушение поезда, — она внимательно посмотрела мне в лицо. — С тобой все будет в порядке? У меня отличный послужной список посещаемости. Не будет проблемой, если я пропущу один раз. Я могла бы остаться с тобой, и мы могли бы перекусить.

— Нет, я в порядке. Правда.

Я не хотела, чтобы Рейган пропустила занятия из-за меня. Достаточно того, что я заставила ее и всех остальных так сильно волноваться из-за моего нервного срыва.

— Русская литература? Значит, ты учишься в колледже.

Положив руку на дверную ручку, она сказала:

— Да, специализируюсь на русском и французском языках.

— Вау. Может, ты расскажешь мне об этом подробнее, когда мы отправимся за покупками?

— Договорились. Но я должна тебя предупредить. Как только я начну об этом говорить, я, вероятно, не остановлюсь.

Она помахала мне рукой, выскользнула из комнаты и закрыла за собой дверь. Каким-то образом, день, который мог бы стать самым большим кошмаром за последние месяцы, оказался нормальным, благодаря Рейган. Она казалась расслабленной и полностью контролировала свою жизнь. Возможно, мы могли бы стать друзьями.

Закари

Рейган появилась на кухне и подошла к Кевину. Она обвила руками его шею и, улыбаясь, поцеловала в макушку.

— Мне нужно принять душ. Не хочу опоздать на занятия.

Голова Брайана взметнулась вверх от его руки.

— Как Эмбер?

Я никогда не видел его таким. Он всегда был задумчивым парнем, но сейчас находился на грани депрессии. Не то чтобы я мог винить его за это. Для меня было сущим адом наблюдать за Эмбер в таком состоянии, так насколько же хуже было для Брайана?

Рейган ободряюще улыбнулась Брайану и выпрямилась.

— С ней все в порядке, — сказала она. — Она согласилась пройтись со мной по магазинам, — она повернулась лицом к Кевину. — Помнишь тот художественный магазин, о котором я говорила?

Кевин улыбнулся.

— Конечно. Ты показывала мне их сайт. Уверен, Эмбер понравится.

— Я знаю. Мы купим несколько картин для ее комнаты.

Брови Брайана поползли вверх, по лбу.

— Она сказала «да»?

Рейган кивнула.

— Мне действительно пора идти.

— Я присоединюсь к тебе, — быстро сказал Кевин, практически спрыгнув со стула.

Судя по тому, как он раздевал Рейган своими глазами, сомневаюсь, что он имел в виду только душ. Они вышли из кухни, держась за руки.

Брайан проследил за ними, его плечи напряглись. Я легонько ударил его по руке.

— Рейган сказала, что с Эмбер все в порядке. Перестань волноваться.

— Как я могу перестать волноваться, Зак? Ты же видел ее.

Я откинулся на спинку стула, пока он не уперся в стойку и передние ножки не оказались в воздухе. Он был прав, но волноваться из-за этого, как это делал Брайан, никому не поможет, и меньше всего Эмбер.

— У тебя есть пары во второй половине дня?

— Да, но я никуда не пойду. Не хочу оставлять Эмбер одну, после того, что случилось сегодня. И не смогу сосредоточиться на таких вещах прямо сейчас.

— Я тоже.

Не то чтобы мне обычно требовалась причина, чтобы пропустить занятия.

— Хочешь заказать пиццу? Умираю с голоду.

— Уверен, что не хочешь пойти на пары? В последнее время ты часто пропускаешь занятия.

— Ты не сможешь так легко от меня избавиться. Так как насчет той пиццы?

Мы питались пиццой или другим фастфудом почти каждый день, с тех пор, как стали вместе жить, и это, конечно, было не хорошо для нашего здоровья, но ни один из нас не умел готовить.

— Значит, снова пицца, — неохотно согласился Брайан и потянулся к телефону, чтобы позвонить в нашу любимую пиццерию.

— Я могу приготовить что-нибудь для нас.

Тихие слова поразили нас с Брайаном. Я чуть не опрокинулся на спинку стула, и пришлось ухватиться за стойку, чтобы удержать равновесие. Эмбер задержалась в дверях, чувствуя себя неловко и смущенно, покусывала нижнюю губу.

— Звучит, как отличная идея, — сказал я с улыбкой.

Некоторое напряжение покинуло ее тело. Я не мог поверить, что это та же самая девушка, которая сидела, съёжившись на полу, меньше тридцати минут назад.

— Ну… если только твои кулинарные способности не похожи на навыки Брайана, а то я не в настроении для пищевого отравления.

Брайан не засмеялся и никак не отреагировал на мой выпад. Я пнул его ногой под столом, чтобы вывести из ступора. Она издала тихий хриплый смешок.

— Думаю, мои кулинарные навыки в полном порядке. Папа никогда не жаловался.

Улыбка исчезла с ее лица, и она случайно взглянула на Брайана.

— Эмбер потрясающе готовит, — сказал он наконец. — Тебя ждет настоящая вкуснятина.

Он даже не мог посмотреть ей в глаза. Вместо этого он уставился на стол. Может ли он действовать еще более очевидно?

— Тебе не нужно готовить. Может, тебе стоит отдохнуть? Ты, наверное, очень устала.

Ее губы сжались.

— Вовсе нет. Я бы очень хотела что-нибудь приготовить, но если ты не хочешь, то ничего страшного.

Брайан поспешно покачал головой.

— Нет, мне нравится твоя стряпня. Просто подумал, что тебе нужно отдохнуть после… неважно.

Эмбер покраснела и отвела взгляд. Ох, черт возьми! Наблюдать за их взаимодействием было почти больно. Брайан был самым большим идиотом на свете.

— Проверю холодильник и шкафчики, чтобы увидеть, с чем мне придется работать, — наконец сказала она и вошла в комнату.

Брайан неподвижно сидел на своем стуле, вероятно, боясь напугать ее, если двинется не в ту сторону, и я тоже не осмеливался пошевелиться. Но мне становилось некомфортно, когда мой стул стоял на двух ножках, поэтому я позволил ему упасть на передние ножки, с глухим стуком. Эмбер слегка подпрыгнула, и Брайан бросил на меня свирепый взгляд.

Эмбер почти не обращала на нас внимания и даже прошла мимо нас, к холодильнику, но Брайан продолжал наблюдать за ней, будто ожидал, что у нее произойдёт еще один приступ паники. Я разрывался между желанием, нарушить молчание и держать рот на замке. Эмбер повернулась к нам после нескольких минут поиска и указала на несколько предметов на кухонном столе.

— Думаю, что смогу приготовить из этого Пенне Аррабиату. Это нормально? Нам действительно нужно сходить за продуктами, если я буду готовить чаще.

— Ни в чем себе не отказывай, — сказал я. — Я всегда предпочитаю макароны.

— Звучит неплохо, — сказал Брайан.

Она начала готовить, а я поднялся со стула, чтобы взять спортивный журнал, который лежал на стойке позади Брайана. Его рука метнулась вперед.

— Что ты делаешь?

Его взгляд метнулся к Эмбер, которая, как обычно, все заметила.

Ее лицо наполнилось смущением.

— Вы не должны сидеть, как статуи, понимаете? Вы можете двигаться. Я не против.

Брайан посмотрел на меня так, словно это была моя вина, и протянул мне журнал. Ему нужно было перестать быть таким чертовски осторожным. Я начал читать, время от времени, краем глаза, поглядывая на Эмбер. Она казалась довольной и счастливой, пока готовила, ее лицо было более расслабленным, чем когда-либо прежде.

* * *

— Готово, — сказала она, и запах макарон заполнил мои чувства. Пахло просто восхитительно. Она поднесла сковороду к столу и поставила ее на стол. — Вы не накроете на стол?

Брайан и я одновременно поднялись и замерли, когда поняли, что стоим над ней. Она выглядела хрупкой и нежной, и желание защитить ее вспыхнуло во мне. Она даже не вздрогнула. Она проигнорировала нас и села на стул. Мы с Брайаном восприняли это как сигнал к тому, чтобы взять тарелки и поставить их на стол. Как только мы уселись, то сразу же принялись за дело.

— Так вкусно, — похвалил я, между кусочками макарон.

Она что-то промычала в ответ, засасывая в рот кусочек макарон. Томатный соус покрыл ее губы, и я почувствовал нелепое желание наклониться и поцеловать ее.

— Я скучал по твоей стряпне, — сказал Брайан.

— Я хочу извиниться за… — она с трудом сглотнула и на мгновение перевела взгляд на гостиную —… За то, что побеспокоила.

Я проглотил макароны. Брайан потянулся к ней, но передумал и снова прижал руку к боку, одарив ее вымученной улыбкой.

— Ты совсем не побеспокоила, Эмбер.

— Хорошо, когда в квартире живет девушка, которая может готовить для нас, стирать и убирать все подряд, — пошутил я, подмигивая ей.

Она издала смешок, похожий на звон колокольчиков. Это было очень красиво.

— Я не собираюсь заниматься вашим грязным бельем.

Она знала, насколько красива? Мне захотелось дать себе пощечину. Я не должен был думать о ней в таком ключе. В конце концов, она была сестрой Брайана, и это была лишь верхушка айсберга того, что стояло между нами.

— Сегодня пройдёт собрание группы поддержки. Думаю, что хочу сходить, — сказала она, случайно взглянув на Брайана.

Он тут же положил вилку и сделал движение, чтобы встать.

— Я могу отвезти тебя.

— Было бы замечательно. Собрание состоится в семь, так что у тебя есть достаточно времени, чтобы доесть свою порцию макарон.

Она откинулась на спинку стула и закатила глаза, когда Брайан отвернулся.

Я подавил смешок. Черт, эта девушка пробиралась в мое сердце, и я не имел ни малейшего понятия, как это остановить.

Глава 7

Эмбер

Нервы трепетали у меня в животе. Почему я упомянула о группе поддержки? Теперь мне придётся ехать, иначе Брайан будет волноваться. Придётся ли говорить о произошедшем со мной? Я хотела забыть, а не поднимать все обратно на поверхность. Но папа и Брайан возлагали надежды на группу поддержки. Я схватила свою сумочку и перекинула ее через плечо. Я бы сделала это ради них.

Когда я вошла в гостиную, Брайан уже ждал меня. Я одарила его улыбкой, которая, вероятно, выглядела очень вымученной, но это лучшее, что я могла сделать. Он придержал для меня дверь, и я прошла мимо него в коридор, стараясь держаться на расстоянии. Выпрямив спину и глубоко вздохнув, я направилась к лифту. Брайан присоединился ко мне через мгновение, осторожный и обеспокоенный, как всегда. Он стоял как можно дальше от меня и нажал на кнопку. Лифт начал двигаться, и неловкое молчание между нами угрожало задушить меня. Я хотела, чтобы мои отношения с Брайаном вернулись в нормальное русло, как это было до того дня, который все разрушил. Но как все вернется на круги своя, если я даже не могу обнять его или взять за руку? Лифт остановился, и мы направились к машине Брайана. Я пристегнула себя ремнём безопасности. Брайан не отрывал взгляда от лобового стекла и не двигался, пока мы отъезжали.

— Группа поддержки поможет тебе, — сказал он в наступившей тишине.

Я решила подыграть ему.

— Уверена, что так оно и будет.

Я крепче сжала сумочку, скрывая дрожь в руках.

* * *

Мы припарковались перед зданием Массачусетской больницы общего профиля, где проходило собрание группы поддержки.

— Хочешь, чтобы я проводил тебя до двери? — спросил Брайан, когда я расстегнула ремень.

— Нет.

Я не была маленьким ребенком. Мне нужно было сделать это самой, даже если я чувствовала себя в большей безопасности с кем-то, кого я знала.

Брайан замер, положив руку на пряжку ремня безопасности.

— Ты уверена? — увидев выражение моего лица, он кивнул. — Хорошо. Если хочешь, я могу подождать до конца собрания.

Я подняла голову и посмотрела на него.

— Нет, Брайан, все в порядке. Не знаю, сколько времени это займет, и уверена, что у тебя есть дела поважнее, чем сидеть в машине. Я позвоню тебе, как только закончу.

Он выглядел неуверенным, но через мгновение сказал:

— Хорошо, но жди меня внутри. Я позвоню тебе, когда подъеду.

Я вышла из машины и захлопнула дверцу. Бросив последний обеспокоенный взгляд, Брайан уехал. У меня перехватило дыхание, когда я направилась к стеклянному входу и вошла в ярко освещенный вестибюль. Этот амбулаторный центр был частью психиатрического отделения MGH, но мое беспокойство, что все будут смотреть на меня как на странную, было совершенно необоснованным. Помимо пожилой женщины за стойкой регистрации, в вестибюле стояла только высокая девушка с темно-каштановыми волосами. Я должна была зарегистрироваться, но мысль о том, чтобы сидеть в кругу людей, которые прошли через то же самое, что и я, внезапно показалась мне невозможной. От одной этой мысли у меня внутри все перевернулось.

Успокойся.

Высокая девушка смотрела на доску объявлений на стене. Я медленно подошла к ней, еще не готовая зарегистрироваться у администратора, и девушка повернулась ко мне, когда я остановилась рядом с ней. Она была старше, чем мне показалось вначале, может, лет двадцати, но такая худая, что издали казалась моложе.

На ее худом лице появилась улыбка, и она отступила в сторону, чтобы я тоже могла взглянуть на доску объявлений.

— Привет, я Оливия, — сказала она.

Она не пыталась пожать мне руку или сделать какую-либо попытку физического контакта, и мне это понравилось.

— Я Эмбер, — сказала я ей.

— Ты здесь из-за группы поддержки расстройств пищевого поведения? — спросила она с надеждой на лице.

Я замешкалась. Я знала, что последние три года пренебрегала своим телом и не была на солнце столько же времени, но разве я выглядела так, будто пытаюсь уморить себя голодом? Издалека Оливия не выглядела такой уж худой, но теперь, когда я стояла рядом с ней, то увидела, что она была одета в толстое зимнее пальто, чтобы скрыть свое тело.

Из него выглядывали ее тощие руки, похожие на руки скелета, а пальцы на тонкие веточки. Ее скулы впали, и я могла видеть ее синие вены через кожу на шее и руках. Синяки под ее глазами были еще хуже, чем у меня.

— На самом деле, я здесь для… — я заколебалась, не в силах произнести это вслух.

Я ткнула указательным пальцем в название группы.

Глаза Оливии проследили за моим пальцем, а затем слегка расширились. Ее плечи поникли.

— Ох, — пробормотала она. — Я надеялась, что ты в моей группе поддержки. Ты кажешься милой, и я действительно не хочу туда идти. Наверное, мне следует прекратить болтать без умолку, — она смущенно рассмеялась.

Я одарила ее улыбкой.

— Я тоже не очень хочу идти в ту группу, но… — я замолчала.

В моей голове мелькнула мысль, и хотя я знала, что это несправедливо по отношению к Брайану или отцу, я не могла избавиться от нее.

— Почему бы нам просто не посидеть где-нибудь и не поговорить, только вдвоем?

— Звучит прекрасно. Наша личная группа поддержки, — прошептала она. — Мне бы очень этого хотелось. За углом есть парк, но скоро стемнеет.

Женщина за стойкой наблюдала за нами. Наверное, она удивилась, почему мы до сих пор не зарегистрировались.

— Здесь поблизости есть кофейня?

— Да, «Старбакс» находится в пяти минутах ходьбы. Могу показать дорогу.

Мы шли молча и наконец устроились на двух стульях в углу кафе. Это было самое уединенное место, которое мы смогли найти. Я то и дело поглядывала на других посетителей, опасаясь, что кто-нибудь может подойти к нам. До сих пор мне удавалось ни с кем не столкнуться. В «Старбаксе» было гораздо больше народу, чем я привыкла, но я старалась не обращать внимания на свое беспокойство. Я заказала тыквенный латте, но Оливия захотела только мятный чай.

— Так кто заставил тебя пойти в группу поддержки? — спросила я.

Она отпила глоток чая.

— Моя мать. Она беспокоится обо мне. Мне пришлось вернуться к ней после того, как я провела несколько недель в больнице. Я пропустила очень много занятий, — она говорила о своих проблемах без всякого смущения. Жаль, что я не могу этого сделать. — Что насчёт тебя?

— На самом деле меня никто не заставлял ехать, но мой отец и брат очень хотят, чтобы я восстановилась.

— Восстановилась в плане?

Я набрала полную ложку пены, позволяя ей растаять на языке и наслаждаясь взрывом тыквенных специй во рту.

— Я плохо разбираюсь в людях.

— Тебе не о чем переживать со мной, — сказала Оливия, подтягивая под себя ноги и делая себя еще меньше. Она все еще была в пальто. — Я не заметила в тебе ничего странного.

Я тоже об этом подумала. И она была права. Я последовала за ней в кофейню, не испытав ни малейшего волнения. Ну, я проверила, сколько мужчин сидело в кафе, но это было скорее мимолетное явление. Находиться рядом с Оливией было легко.

— Иногда я впадаю в панику, — сказала я.

Я надеялась, что она не станет настаивать. Мне действительно не хотелось вдаваться в подробности.

Она кивнула, будто все поняла, а затем сказала:

— Возможно, нам следует установить основные правила. Темы, которые находятся под запретом.

Она вертела в руках пакетик с чаем, но не отводила от меня взгляда. Она ни разу не отвела от меня взгляда. Может, мне удастся кое-чему у нее научиться. Несмотря на ее очевидное безразличие — по крайней мере, большую часть времени я могла скрывать свою подавленность — она не пыталась это скрыть.

— Я начну. Запреты: диета, еда, колледж, вес, парни, здоровый образ жизни, мой отец, — ее брови сошлись на переносице. — Точно уверена, что кое-что забыла.

Я покачала свою чашку.

— Ненавижу вопрос: «Что случилось?». Не люблю говорить о прошлом.

— И это все?

— Да, — так что теперь? — Я переехала в Бостон меньше недели назад.

— Слишком поздно для учебы в колледже, — сказала она и закатила глаза. — Хорошо. Так что, учеба в колледже запрещена только в том случае, если речь идет обо мне.

Я улыбнулась.

— Я приехала сюда не для того, чтобы учиться в колледже. По крайней мере, не сразу. Я переехала к своему брату и его лучшему другу.

— Для этого необходимо мужество. Мы с братьями и сестрами постоянно ссоримся. Я действительно скучаю по своей соседке по комнате, хотя она и была стервой.

— Сколько у тебя братьев и сестер?

— Одна сестра, которая на два года младше, и младший брат, которому тринадцать.

Следующий час Оливия провела, рассказывая о своей жизни с семьей. Мне нравилось слушать ее, и она, очевидно, не возражала болтать. Через несколько минут после окончания запланированного собрания группы поддержки мы вернулись в центр. Легкий намек на чувство вины наполнил меня при мысли о том, что я бросила группу поддержки. Я не могла рассказать об этом Брайану. Он все равно ничего не поймет. Я проверила свой мобильный телефон, нет ли от него сообщения. Я написала ему десять минут назад, но он еще не ответил.

Закари

Я попытался отгородиться от разговора, но это было невозможно. Я плюхнулся на диван и стал смотреть, как Брайан расхаживает по комнате, прижимая к уху сотовый телефон. Этот разговор длился целую вечность. Как Брайан до сих пор не свихнулся? Если бы Бриттани так меня беспокоила, я бы повесил трубку еще десять минут назад.

— Лорен, у меня сейчас нет времени, — в сотый раз повторил Брайан, и в его голосе прозвучали резкие нотки.

Я ухмыльнулся. Я не мог расслышать, ее ответ, но по тому, как повысился ее голос, я понял, что она была зла, как обычно.

— Лорен…

Брайан, как всегда джентльмен, попытался успокоить ее. Разумеется, напрасно. На другом конце провода послышались еще какие-то крики.

— Мне нужно забрать свою сестру.

Я покачал головой и закатил глаза.

— Не думаю, что это хорошая идея, если Зак заберет ее, — сказал Брайан, хотя его голос звучал так, будто он собирался сдаться.

— Я могу забрать ее, если хочешь.

Лорен все время доставала его до тех пор, пока он не приезжал к ней. Девушка была настойчивой и назойливой, но Брайан, казалось, любил ее по какой-то непонятной, извращенной причине. В любом случае я не имел права судить его. У меня все еще была своя извращенная договоренность с Бриттани, королевой всех сук.

— Я заберу ее. Пошли ей сообщение.

Я ухмыльнулся ему и схватил ключи от машины, прежде чем выйти из квартиры.

* * *

Я не задумался о реакции Эмбер, когда согласился забрать ее. Когда я подъехал к стоянке, на ее лице отразился шок. Она разговаривала с девушкой, которая выглядела так, словно пыталась уморить себя голодом. Я вышел из машины и направился к ним, но остановился в нескольких метрах от них.

Ее темные брови сошлись на переносице.

— Привет, Зак, что ты здесь делаешь?

— Я здесь, чтобы забрать тебя. Брайану нужно было с чем-то разобраться.

«С его стервозной девушкой, которая то появляется, то исчезает», — мысленно добавил я. Я даже не был уверен, знает ли Эмбер о Лорен. Почему-то я сомневался, что Брайан рассказал ей об этом.

Она попыталась выдавить из себя улыбку.

— Ох, хорошо. Очень мило с твоей стороны.

Напряжение просочилось из ее голоса. Она боится оказаться в машине наедине со мной?

— Это Оливия, — сказала она, кивнув в сторону худой девушки.

Оливия улыбнулась, но даже не попыталась пожать мне руку. Должно быть, Эмбер встретила ее в группе поддержки. Она посмотрела на красный Лексус, припаркованный рядом с моей машиной.

— Это моя мать, — сказала она с гримасой. — Мне нужно идти. Скоро увидимся, Эмбер?

— В том же месте и в то же время на следующей неделе?

Между ними промелькнул взгляд, который я не смог расшифровать. Затем Оливия села в машину матери, и они уехали. Теперь остались только Эмбер и я. Последовало неловкое молчание.

— Готова отправиться домой? — спросил я, одарив ее своей самой ободряющей улыбкой, чтобы успокоить.

Похоже, это сработало, потому что она последовала за мной к моему Хаммеру. Ее глаза расширились, когда она увидела его, и я не смог сдержать улыбку.

— Какой огромный, — удивленно сказала она.

Да. Мой отец подарил мне его в качестве подарка за то, что я поступил в юридическую школу, взятки — и это была единственная форма любви, которую он знал. Но я не мог сказать об этом Эмбер.

— Я не пытаюсь ничего компенсировать! — сказал я, подмигнув, и тут же захотел, чтобы кто-нибудь выдернул мой чертов длинный язык.

Эмбер отвела взгляд.

— Мне очень жаль. Я не это имел в виду. Я… — я заткнулся, прежде чем успел облажаться еще больше.

— Все в порядке, — сказала она, пожав плечами. — Пожалуйста, не извиняйся.

Она с трудом забралась на пассажирское сиденье, а я обошел машину и сел за руль. Она возилась с пряжкой ремня безопасности. Я замешкался. Должен ли я попытаться помочь ей? Мне пришлось бы дотронуться до нее, и это заставило бы ее по меньшей мере почувствовать себя очень неловко.

— Хочешь, чтобы я тебе помог? — спросил в конце концов.

Эмбер замерла и подняла голову, в ее глазах отразилась неуверенность. Я уже жалел, что спросил ее об этом, но не мог забрать свои слова обратно. Ее глаза встретились с моими, а руки соскользнули с ремня безопасности.

— Да, спасибо.

Я попытался скрыть свое удивление, когда потянулся к поясу, стараясь не касаться ее тела. Она напряглась, но ничего не сказала. Я пристегнул ремень безопасности как можно быстрее и отодвинулся от нее, давая пространство.

— Сделано, — сказал я ей, стараясь вести себя как можно небрежнее.

Я завел мотор и выехал со стоянки. Она расслабилась.

Я включил радио.

— Какую музыку ты любишь слушать?

— Тэйлор Свифт.

— Серьезно?

Она рассмеялась, увидев выражение моего лица.

— Вообще-то я просто пыталась увидеть твою реакцию. Ты не похож на парня, который слушает Тейлор Свифт.

— Посмотрим, что я смогу найти для тебя.

Я начал искать по радио что-нибудь, что могло бы ей понравиться, и в конце концов остановился на станции, которая играла Адель.

— Ну как?

Она покачала головой.

— Лучше, чем хорошо. Я люблю Адель, — она откинулась назад и посмотрела в боковое окно. — Знаешь, ты единственный мужчина, кроме Брайана и папы, с которым я осталась наедине в течение многих лет, не испытывая желания сбежать.

Я рискнул бросить быстрый взгляд в ее сторону. Ее взгляд был мягким и меланхоличным.

— Не люблю ездить в машинах. Обычно чувствую себя в ловушке, но сейчас все в порядке.

Она начала напевать вместе с «Rolling in the Deep».

Я не знал, что сказать, а она, похоже, не ожидала никакой реакции. Я начал стучать по рулю в такт песне, и она наградила меня своей улыбкой. Я хотел снова увидеть это выражение на ее лице. Я бы все ради этого сделал.

Глава 8

Эмбер

Я чувствовала себя ужасно из-за того, что вчера отказалась от терапии. Брайан был разочарован, когда я наконец набралась смелости рассказать ему об этом. Он не мог понять, что разговор с Оливией на самом деле помог и приблизил меня на крошечный шаг к нормальной жизни. Я не отрывала глаз от своей тарелки и откусила еще кусочек от тушеного мяса, которое приготовила для нас.

Прозвенел звонок, заставив меня вздрогнуть. Зак поднялся со стула и вышел из кухни, чтобы открыть дверь. Я даже больше не вздрагивала, когда он или Брайан двигались около меня. Пребывание в их компании двадцать четыре на семь явно помогало каким-то странным образом. Из гостиной донесся голос Рейган, затем послышались шаги, и они с Заком появились на кухне. Кевин застыл в дверном проеме, его взгляд метнулся ко мне, а затем снова к Рейган. Я опустила голову, чувствуя, как мои щеки горят от смущения.

— Привет, Эмбер. Привет, Брайан, — сказала она, плюхнувшись на свободный стул рядом со мной.

Ее рыжие волосы волнами спадали на спину.

— У тебя великолепные волосы, — сказала я, не подумав.

Она усмехнулась.

— Кевин мне также все время говорит, но я ненавижу этот цвет, — она подняла диск с фильмом Дьявол носит Прада. — Я подумала, что мы могли бы устроить вечер кино. Слишком много времени прошло с последнего раза, — ее глаза сияли от возбуждения. — Что скажете?

Брайан с неуверенным выражением лица опустил вилку. И я знала почему. Он избегал моего взгляда, когда сказал:

— Не знаю.

— Звучит здорово, — ответила я, прежде чем Брайан успел сказать что-нибудь еще.

Рейган сверкнула мне улыбкой и захлопала в ладоши.

— Тогда приступим!

— Мы не будем смотреть девчачьи фильмы, — сказал Зак с ухмылкой, указывая вилкой на DVD диск, который Рейган все еще держала в руках.

Рейган закатила глаза, и мне пришлось подавить смешок.

— Неважно, — пробормотала она, хотя ей было трудно сохранять серьезное выражение лица. — И что предлагаешь? Рэмбо, полное издание?

— Нет, он зарезервирован на День Святого Валентина.

Я поперхнулась водой, отчего улыбка Зака стала еще шире.

— Уверена, мы можем пойти на компромисс в чем-то, — сказала Рейган.

— Мы все еще едим, — напомнил ей Брайан, указывая вилкой на свою тарелку.

Рейган надула губы.

— Ну, тогда ешьте быстрее!

Я с улыбкой покачала головой. Я уже закончила есть и поставила свою тарелку в раковину. Кевин и Рейган вошли в гостиную, и я последовала за ними, за несколько метров. Они сели на одно из двухместных кресел, а я выбрала тот, что стоял напротив них, подтянув ноги и положив подбородок на колени. Брайан и Зак вошли в комнату, и я могла сказать, что мой брат снова забеспокоился. Мне хотелось, чтобы он перестал смотреть на меня, как на фарфоровую куклу, которая в любой момент может разбиться вдребезги. Я знала, что мое психическое состояние было очень сомнительным, но его беспокойство постоянно напоминало мне об этом, и делало нормальное поведение еще более трудным. Он плюхнулся на диван и случайно еще раз взглянул на меня, пока Зак просматривал их DVD-шкаф.

Он выпрямился.

— «Адреналин»!

Он поднял DVD-диск, где на обложке изображён мужчина в деловом костюме и пистолетом в руке. Я никогда не слышала об этом фильме. Но Рейган, похоже, знала об этой картине, и ей не очень-то нравилась экранизация. Я все равно кивнула в знак согласия. Это лучше, чем смотреть любовную историю. Я расслабилась в своем любимом кресле и перевела взгляд на телевизор, когда начали появляться первые титры.

Где-то в середине фильма мой взгляд остановился на Рейган и Кевине. Они сидели, прижавшись друг к другу на кресле, и выглядели как два влюбленных человека. Кевин продолжал водить руками вверх и вниз по спине Рейган, время от времени целуя ее в висок, шею или щеку, пока она не повернула голову и не захватила его губы своим ртом.

Обычно проявления привязанности вызывали воспоминания, но то, что я видела между Рейган и Кевином, было гораздо больше, чем физическая близость. Это было проявление любви, доверия, нежности.

Мое сердце сжалось. Это то, чего у меня никогда не будет. Мои глаза наполнились слезами, и стало трудно дышать. Я сглотнула и загнала всю тоску, отчаяние, грусть туда, где им и полагалось находиться: похороненными в глубине моего сознания вместе с угасающими угольками надежды. «Тебе лучше привыкнуть к аду, которым является твоя жизнь, Эмбер, и перестать тосковать по тому, чего у тебя никогда не будет», — произнёс жестокий голос в моей голове. По какой-то причине этот голос был очень похож на голос одного из тех людей, разрушивших мою жизнь.

Мое горло болезненно сжалось, и подступила желчь, но я боролась с ней. Еще один нервный срыв испугает Брайана. Я не хотела, чтобы он волновался еще больше.

— Принесу попкорн, — объявила я и с облегчением услышала, что мой голос не дрожит.

Я почувствовала на себе взгляды всех присутствующих, когда поднялась с кресла и вышла из комнаты. Я закрыла за собой кухонную дверь и глубоко вздохнула, закрыв глаза. После того, как я успокоилась, я обыскала шкафчики в поисках попкорна. Дрожащими руками я положила его в микроволновку и прислонилась к стойке.

Рейган вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Я напряглась. Она выглядела смущенной и нерешительной, пока парила рядом со мной. Я не привыкла видеть такое выражение на ее лице.

— Эмбер, мне очень жаль. Я даже не подумала об этом. Это было совершенно невнимательно с моей стороны, — сказала она.

Я отвернулась от микроволновки, чтобы посмотреть на нее.

— Что ты имеешь в виду?

— Кевин и я, мы не должны были… не перед тобой, — прошептала она, прижимая руку ко лбу и прикрывая свои рыжие брови.

Пожалуйста, не извиняйся за это. Это все, чего я когда-либо хотела. Я в ужасе покачала головой.

— Нет, Рейган. Нет. Пожалуйста, не веди себя по-другому рядом со мной.

— Но это побеспокоило тебя, — сказала Рейган, сдвинув брови. — Не хочу вызывать у тебя никаких плохих воспоминаний.

Я сглотнула, не обращая внимания на слезы, щипавшие мне глаза. Упоминание о моем прошлом вызвало в памяти образы, которые я не хотела видеть. И никогда больше. Я крепко вцепилась в стойку, пытаясь удержать ее в руках. Будь сильной, Эмбер.

— Эмбер? — голос Рейган был мягким и полным беспокойства.

Я глубоко вздохнула, прежде чем посмотреть ей в лицо с новой решимостью.

— Когда я увидела тебя и Кевина, это не вызвало никаких воспоминаний, потому что я никогда не испытывала ничего даже близкого к этому. Никогда не была влюблена. Никогда не была так близка с кем-то. Никогда никого не обнимала и не думала, что это мой дом. Никогда не смотрела в чьи-то глаза и не чувствовала бабочек в животе. Никогда ни с кем не занималась любовью и никогда не буду. Чувствую, что я зашла в тупик, будто мое будущее — это тупиковая аллея. Я никогда не узнаю, каково это, лежать в чьих-то объятиях, быть влюблённой, целовать кого-то. Никогда.

Мой голос сорвался и пришлось повернуться спиной к Рейган, иначе она увидела бы слезы, текущие по моим щекам. Я чувствовала себя жалкой и виноватой за то, что обременяю Рейган своими проблемами. Я так долго скрывала свои страхи, тревоги и желания. Но с моей новой жизнью они снова всплыли на поверхность, и я не могла их оттолкнуть.

Я хотела жить нормальной жизнью. Хотела испытать любовь и доверие. Хотела счастья. Я так отчаянно желала всего этого, осознание того, что я никогда не смогу получить ничего из этого, убило меня.

Рейган коснулась моего плеча, поворачивая меня к себе.

— Эмбер, что бы ни случилось, это не значит, что ты навсегда останешься такой. Ты контролируешь свою жизнь, и можешь быть счастливой и влюблённой, если только дашь жизни шанс.

Без всякого предупреждения она обвила меня руками.

Сначала я замерла, но потом растворилась в ее прикосновениях. Я обняла ее в ответ и уткнулась лицом в изгиб ее шеи, а затем не смогла сдержать рыданий. Рейган крепче обняла меня, и впервые за много лет я почувствовала себя уютно в чьих-то прикосновениях. Это было настолько ошеломляюще, что все мои стены, казалось, рухнули, и я заплакала так, как никогда не плакала перед кем-то.

— Я хочу дать жизни шанс, но я сломана, — через мгновение я отстранилась, чувствуя себя смущенной и виноватой. — Мне очень жаль, Рейган.

Она покачала головой, выражение ее лица было решительным.

— Нет. Не извиняйся за свои слезы, — сказала она. — И ты ошибаешься, Эмбер. — я была поражена ее словами. — Ты вовсе не сломана. Ты испытаешь любовь. Я знаю, что испытаешь. Ты была достаточно сильна, чтобы переехать к Брайану и Заку, и ты будешь достаточно сильна, чтобы найти свое счастье.

Микроволновка запищала, и я была рада, что отвлеклась. Я открыла дверцу, достала попкорн и повернулась, чтобы вернуться в гостиную.

— Подожди, — сказал Рейган.

Она поднесла салфетку к моему лицу и вытерла остатки моих слез. Я сделала то же самое для нее, и после того, как мы посмотрелись в отражение окна, вернулись в гостиную. После нашего разговора я действительно почувствовала себя лучше. Рейган встретилась со мной взглядом через всю комнату, прежде чем сесть Кевину на колени. Я поставила попкорн в тарелке на столик и села на кресло, подтянув ноги к груди. Положила подбородок на колени и сосредоточилась на телевизоре. Я почувствовала на себе чей-то взгляд и, склонив голову набок, обнаружила, что Зак пристально смотрит на меня. Он улыбнулся, и я не смогла сдержать ответной улыбки.

Закари

Я уткнулся лицом в подушку. Я чувствовал себя дерьмово, будто мое тело неоднократно переезжал грузовик. На этот раз это не было следствием ночи, проведенной на вечеринке с парнями. Мой желудок сжался. С хриплым стоном я перевернулся на спину и уставился в белый потолок. Это движение послало новую волну тошноты по моему телу.

— Блядь.

Содержимое моего желудка хотело увидеть дневной свет, и будь я проклят, если позволю этому случиться в моей комнате. Я свесил ноги с кровати, и моя рука метнулась к голове, когда началось головокружение.

— Черт, — простонал я, поднимаясь на ноги и выходя из своей комнаты.

Мое зрение на мгновение затуманилось, но удалось найти ванную комнату. Оказавшись там, я опорожнил свой желудок в унитаз. В последний раз такое со мной произошло на первом курсе колледжа после того, как я два раза подряд сделал стойку на бочке. Похмелье, с которым я мог бы справиться, особенно если это повлечет за собой чертовски классную ночь веселья. Но это дерьмо? Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз болел гриппом.

Я потащил свою жалкую задницу обратно в комнату и плюхнулся на кровать, даже не потрудившись прикрыться одеялом. Я был весь в поту. Мои боксеры и футболка прилипли к коже, но я даже не мог заставить себя переодеться прямо сейчас. Стук в дверь заставил меня приподнять голову на несколько сантиметров, но я почти сразу же опустил ее на подушку, потому что это потребовало слишком больших усилий.

— Зак?

Я ответил с неразборчивым ворчанием. Дверь открылась, и вошел Брайан, одетый и холеный, ни один волосок не выбился из прически, как обычно. Он позволил своему взгляду блуждать по моему распростертому телу.

— Выглядишь дерьмово.

Я поморщился.

— Я и не заметил.

— Так понимаю, ты сегодня не пойдешь на пары? — сказал он с ухмылкой.

Я показал ему средний палец, потом схватил с пола книгу и швырнул в него.

— Повеселись, — крикнул он и выскочил из комнаты, захлопнув дверь прежде, чем книга успела ударить его по голове.

Вместо этого она врезалась в дверь и упала на пол. Я закрыл глаза и попытался не обращать внимания на то, как скручивается мой желудок.

Некоторое время спустя еще один стук нарушил мое молчаливое страдание, но он был мягче, чем предыдущий.

Эмбер? Я слегка приподнялся и поправил одежду.

— Войдите.

Дверь открылась, и в комнату просунулась Эмбер, с еще влажными вьющимися волосами. Я улыбнулся ей, и она вошла в комнату, задев ногой книгу, которую я швырнул в Брайана. Эмбер посмотрела на неё, слегка нахмурившись.

— Это должно лежать здесь?

Я покачал головой.

— Нет, я целился в Брайана, но он был слишком быстр.

Один уголок ее рта приподнялся почти в улыбке, когда она подняла книгу и положила на комод. Я не хотел спрашивать, боясь ее расстроить, но уже начал задаваться вопросом, что она делает в моей комнате. Ее глаза блуждали по комнате, рассматривая мои награды и плакаты с изображением Патагонии на стенах, но в конце концов ее взгляд вернулся к моему лицу.

— Я приготовила тебе куриный суп и подумала, не хочешь ли ты съесть его прямо сейчас.

Я полностью сел.

— Ты готовила для меня?

Эмбер кивнула, закусив губу, и ее щеки слегка порозовели. Черт возьми, она была чертовски красива.

— Брайан сказал мне, что ты плохо себя чувствуешь и остаешься дома. Так же он сказал, что я должна заказать пиццу, но с расстройством желудка это было бы глупо, поэтому я приготовила суп. Это успокоит твой желудок.

Единственным человеком, который когда-либо готовил суп для меня, была Тереза, няня, которую мои родители наняли, чтобы мой отец мог летать по всему миру и работать, пока моя мать топила свое одиночество в алкоголе. Не понимая моего молчания и хмурого выражения лица, она покраснела еще сильнее.

— Я имею в виду… тебе вовсе не обязательно есть мой суп. Если ты предпочитаешь пиццу, я могу заказать…

— Нет! — я чуть не вскрикнул. Она даже подпрыгнула. — Прости, — я сделал паузу. — Я хочу твой суп. Не думаю, что мой желудок мог бы справиться с пиццей прямо сейчас.

Ее глаза загорелись.

— Сейчас принесу.

Она поспешно вышла из комнаты и вернулась с подносом.

— Где ты нашла поднос? — спросил я, когда она поставила его на мою тумбочку.

Я мысленно поблагодарил высшие силы за то, что пакетики с презервативами хранились у меня в верхнем ящике стола, а не на виду.

— Он лежал в глубине кухонного шкафа.

— Я даже не знал, что у нас есть такое. Должно быть, осталось от предыдущего владельца.

— В этом есть своя польза, — сказала Эмбер, прислонившись к моему столу.

Я случайно взглянул на поднос. Посередине стояла тарелка с дымящимся куриным супом. Но это было еще не все. Ещё была кружка с бледной жидкостью. Я сделал глубокий вдох. Ромашковый чай. Я сморщил нос.

— Это поможет твоему желудку, — строго сказала Эмбер, заметив выражение моего лица.

— Ненавижу этот вкус.

Она слегка улыбнулась.

— Ты привыкнешь.

Я схватил поднос и поставил его себе на колени, стараясь ничего не пролить. Эмбер повернулась и направилась к двери.

— Не составишь мне компанию? — выпалил я.

Она медленно обернулась, и на ее лице промелькнуло удивление.

— Тебе не обязательно это делать. Уверен, что у тебя есть дела поважнее, чем составить компанию умирающему человеку, — я издал мелодраматический вздох.

Она рассмеялась, ее лицо и тело заметно расслабились.

— Вообще-то, сейчас мне нечем заняться, но ты не выглядишь так, будто умираешь.

В ее карих глазах появился веселый огонек, которого я никогда раньше не видел. На этот раз затравленный взгляд покинул ее прекрасное лицо.

Она села на мое офисное кресло. Я был удивлен, что она решила сесть так близко ко мне. Слабый и больных гриппом, я, вероятно, выглядел довольно жалко, совсем не опасно и не угрожающе. Но я никогда еще не был так счастлив от того, что выглядел жалким. По крайней мере, Эмбер чувствовала себя комфортно в моем обществе.

Когда я закончил есть суп, чай уже остыл. Может, Эмбер проявит милосердие и не заставит меня пить его, но мне не повезло.

— Тебе действительно следует выпить его. Разве ты не хочешь поправиться?

Я проглотил отвратительную жидкость и скорчил гримасу. Эмбер улыбнулась, и я решил, что этот ужасный вкус стоит того, чтобы увидеть ее улыбку. Ее глаза вернулись к наградам, которые я выиграл в Карате и Боевых Искусствах.

— Они твои?

Я кивнул, не уверенный, что это может ее напугать.

— Папа всегда хотел, чтобы я брала уроки самообороны.

— Я мог бы научить тебя когда-нибудь, — предложил я, хотя и не был уверен, как это сделать, так как это, вероятно, потребует физического контакта.

К моему удивлению, Эмбер, казалось, обдумала мое предложение, и я мог бы глупо улыбнуться, потому что был так счастлив.

Она нашла рамку с фотографией моих родителей и меня на выпускном вечере, на моем столе, за грудой забытых книг.

— Твои родители?

Я откинулся на спинку кровати и кивнул.

— Да.

— Они выглядят очень мило, но твоя мама выглядит так молодо, — сказала она.

— Да, они выглядят очень мило. Моей матери было двадцать два, когда она родила меня. Мой отец на пятнадцать лет старше ее. Когда они познакомились, она была стажером в его компании.

Она внимательно посмотрела мне в лицо.

— Вы не ладите друг с другом?

— Мы почти не видимся. Они слишком заняты.

Ну, мой отец. Моя мать проводила большую часть времени со своим психотерапевтом или в нашем загородном клубе, по крайней мере, когда не находилась в реабилитационном центре.

— А когда ты был младше?

— Тогда они тоже были заняты.

— Ох, — сказала она. Она подтянула ноги к груди и обхватила носками край кресла. — Что насчёт этих плакатов про Патагонию? Ты был там?

— Нет, — ответил я, глядя на свой любимый плакат с изображением национального парка Лос-Гласиарес. — Но когда-нибудь я там окажусь. Хочу исследовать всю Южную Америку сверху донизу.

— Это займет некоторое время.

— От шести месяцев до года, если сделать все правильно, — рассеянно сказал я. — Думаю, мне придется подождать, пока я не выйду на пенсию, чтобы это произошло.

— Или ты можешь взять годичный отпуск, прежде чем начнешь работать и последовать своей мечте. — Эмбер покачала головой. — Это прозвучало довольно глупо.

— Нет, — тихо ответил я. — Я должен бы, но не могу… Некоторые вещи просто не предназначены для этого.

— Я знаю, — сказала она, сверля меня своими карими глазами.

* * *

Следующие три дня, пока я был прикован к постели, Эмбер, несмотря на мои мольбы и протесты, приносила мне еду и ромашковый чай — составляла мне компанию. Никогда еще мне не было так приятно болеть.

Я не был уверен, что ее вновь обретенный комфорт вокруг меня сохранится после того, как я выздоровею, но я надеялся, что она поймет, что может чувствовать себя в безопасности со мной. Брайан не знал о времени, которое Эмбер проводила в моей комнате, и почему-то я понимал, что так будет лучше. Он становился странным, когда дело касалось Эмбер. Неужели он не видит, что она жаждет нормальной жизни?

Глава 9

Эмбер

Я вышла из своей комнаты с Тыковкой, идущим за мной по пятам. Он был голоден и не переставал громко жаловаться. Я поспешила через гостиную на кухню и остановилась как вкопанная, увидев сидящего за столом Зака. Он выглядел гораздо лучше, чем в предыдущие дни. Я все еще была потрясена своей смелостью провести с ним так много времени за последние несколько дней, но он выглядел таким беспомощным, и я просто не могла ему не помочь. Мне нравилось заботиться о людях, тем более что большую часть времени в последние несколько лет все было наоборот. До того случая я подумывала работать врачом, но теперь у меня было слишком много плохих воспоминаний о больницах. Люди всегда старались заботиться обо мне, и, помогая Заку, я чувствовала себя полезной. Мне нравилось проводить с ним время.

— Доброе утро, Эмбер.

Слова Зака вырвали меня из моих мыслей.

Я одарила его улыбкой. Он ухмыльнулся в ответ, его ложка с хлопьями зависла в нескольких сантиметрах от его лица. На мгновение я поразилась тому, какие у него голубые глаза.

— Чувствуешь себя лучше? — спросила я, проходя на кухню и доставая из шкафчика кошачий корм.

— Да, все благодаря твоим кулинарным навыкам. Если бы я последовал совету Брайана и съел пиццу, то уже лежал бы в больнице, — он издал низкий смешок.

Это был скорее грохот из глубины его груди. Мне понравился этот звук.

Я рассмеялась и покачала головой.

— Может, таково было намерение Брайана.

Гулкий смех Зака заполнил кухню, и улыбка тронула мои губы. Было приятно рассмешить его. Это почти заставило меня почувствовать себя счастливой. Он выглядел еще более красивым, когда смеялся, чем когда был просто самим собой.

Я почувствовала, как мои щеки запылали от смущения, и я поспешно наклонилась над миской Тыковки, чтобы скрыть свое красное лицо от Зака. Я только что посчитала его красивым? Обычно для меня существовали только две категории мужчин: очень пугающие и чуть менее пугающие.

Очевидно, к этому добавилась еще и третья категория. Красивый. Я находила Зака красивым. Это осознание настолько потрясло меня, что я, должно быть, еще пару минут простояла, склонившись над миской Тыковки, не давая ему никакой еды. Он громко мяукнул, бросив на меня укоризненный взгляд своих янтарных глаз. Возможно, Закари что-нибудь заметил? Мои щеки запылали еще сильнее, и я поспешно наполнила миску, выпрямившись во весь рост, прежде чем повернуться к Заку. К счастью, он был погружен в спортивный журнал и не заметил моего странного поведения.

— Ты останешься сегодня дома? — спросила я, прежде чем смогла остановиться.

Зак поднял голову и улыбнулся.

— Да, чувствую себя недостаточно хорошо для занятий, — он подмигнул мне, и я снова почувствовала, что краснею.

Я занялась поеданием яблока, чтобы не опозориться еще больше. Прислонилась к стойке. Зак поднялся со стула. Я ждала обычного напряжения мышц, но ничего не произошло. Возможно, последние пару дней с Заком что-то изменили. Я почувствовала почти восторг, обдумывая эту возможность.

Зак опустился на колени рядом с Тыковкой и начал гладить его по шее, отчего мой кот одобрительно замурлыкал. Я мягко улыбнулась. Он поднял голову.

— Ты не против поиграть в видеоигры? Возможно, я даже позволю тебе победить.

— Может, я хороша, и тебе не нужно позволять мне выиграть, — возразила я, подняв брови.

— Ты хорошо играешь?

Я вздохнула и покачала головой.

— Нет, наверное, нет.

— Фантастически!

Зак выпрямился и направился в гостиную. Я последовала за ним и опустилась на кресло, лицом к экрану телевизора. Зак плюхнулся на диван и протянул мне один из джойстиков. Видеоигра оказалась гонкой на автомобилях, и у меня ничего не получалось. Большую часть времени я была занята тем, чтобы не врезаться в стены или другие машины. Зак старался не смеяться надо мной, но я видела, что он с трудом скрывает улыбку.

— Веселишься? — саркастически спросила я.

Зак бросил на меня извиняющийся взгляд, хотя его ухмылка испортила весь эффект.

— Прости. Я заглажу свою вину. Сегодня я приготовлю что-нибудь для нас.

Наверное, я не выглядела слишком воодушевленной его идеей, потому что Зак скорчил насмешливое обиженное лицо. Оказалось, что мои опасения не были беспочвенны. Макароны с сыром, которые приготовил для нас Зак, были едва ли съедобны. Я все равно съела их, не желая ранить его чувства.

— Скажи мне, что это не самая отвратительная вещь, которую ты когда-либо ела, — сказал Зак, втыкая вилку обратно в свою кучу макарон.

— Все не так уж плохо.

Он поднял одну темную бровь, не веря мне ни на секунду. Что-то затрепетало у меня в животе.

— Хорошо, это довольно ужасно. Но это не самое худшее, что я когда-либо ела. Просто пообещай мне, что больше никогда не будешь готовить.

Прядь волос выбилась из моего конского хвоста, и я накрутила ее на палец. Зак проследил за этим движением глазами.

— У тебя красивые волосы, — сказал он.

Моя рука замерла, когда жар медленно пополз вверх по моей шее.

— Спасибо.

Я опустила руку, внезапно смутившись. Я не отвела взгляда, поймав его напряженный взгляд. Между нами повисло молчание. На мгновение я задумалась, каково это перегнуться через стол и прикоснуться губами к его губам.

Закари

От взгляда Эмбер у меня по спине побежали мурашки. Мне хотелось притянуть ее к себе и поцеловать в розовые губы. Брайан прошествовал в комнату. Пробуждение, в котором я так нуждался. Черт, о чем я только думал? Я не мог поцеловать Эмбер. Она бы этого не захотела. Это бы ее напугало. Брайан выглядел раздраженным и усталым. Не очень хороший знак. Я знал, что он провел весь день с Лорен, и они, вероятно, снова поссорились.

Его взгляд метался между мной и Эмбер, и в его глазах вспыхнул гнев. Я чуть не застонал. Он был в одном из своих настроений. Я надеялся, что он справится с этим прежде, чем выпалит какую-нибудь глупость.

— Что вы делаете?

Он на секунду сосредоточился на мне, а потом перевел взгляд на Эмбер. Она поднялась со стула и пожала плечами.

— Мы поужинали, а потом решили поиграть немного в Playstation.

— Поиграть немного на Playstation, — с сомнением сказал Брайан. — Почему ты не против времяпрепровождения наедине с Заком? Ты его почти не знаешь.

Какого черта он делал?

— Брайан… — начал я предостерегающим тоном.

— Не вмешивайся в это. Это касается только меня и моей сестры, — прервал он ее, подходя к ней.

Когда он почти дошёл до нее, она напряглась и сделала шаг назад, вероятно испугавшись исходящего от него гнева. Очевидно, ее реакция на него была последней каплей для Брайана.

— Боже, Эмбер, я же твой брат! Неужели ты думаешь, что я причиню тебе боль? — потребовал он, и на его лице отразилась боль.

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами.

— Нет, — быстро ответила она.

Брайан снова двинулся к ней, все ближе и ближе, пока она не сделала шаг назад. Почему он так на нее давит?

Его лицо исказилось от боли и отчаяния, и смотреть на это было почти невыносимо.

— Зачем ты тогда переехала? Я никогда не сделаю тебе больно, — сказал Брайан прерывающимся голосом.

Эмбер выглядела совершенно потрясенной.

— Мне очень жаль! Я… не хотела… — ее голос затих, и она, спотыкаясь, направилась к входной двери, распахнула ее и исчезла.

— Черт побери, Брайан, для чего это нужно было? — яростно спросил я.

Его глаза расширились, и он медленно покачал головой.

— Меня просто занесло. Лорен и я, мы поссорились, а потом, когда я увидел Эмбер с тобой, она улыбалась. Я сорвался.

Я фыркнул, натягивая куртку.

— Что ты делаешь?

Я сердито посмотрел на него, хватая ключи от квартиры.

— Твоя сестра только что выбежала из квартиры, а на улице темно и идет дождь.

На его лице промелькнуло чувство вины.

— Если что-то произойдёт с ней…

— Ничего не произойдёт. Уверен, она где-то поблизости, — сказал я ему и выбежал из квартиры вниз по лестнице.

У меня не хватило терпения дождаться прибытия лифта. Я не был уверен, что Брайан идет за мной, но мне не хотелось оглядываться через плечо. Я вышел из здания, и тут же дождь хлестнул меня по лицу. Было очень холодно.

Вздох облегчения сорвался с моих губ, когда я увидел Эмбер. Она стояла на тротуаре, ее волосы и одежда промокли и прилипли к телу, заставляя увидеть все, что она обычно скрывала. Она не двигалась, но когда я подошел ближе, то заметил, что ее плечи дрожат. Она напряглась, услышав мои шаги.

— Эмбер? — осторожно спросил я, остановившись в нескольких метрах от нее. — Брайан вовсе не имел в виду то, что сказал.

— И все же он прав. Я не должна так вести себя с Брайаном и папой.

Она повернулась ко мне, ее лицо было полно ненависти к самой себе. Мне было невыносимо видеть ее такой.

— Это не твоя вина.

— Тогда чья? — резко спросила она, ее глаза были пусты и полны отчаяния.

Я смотрел на нее, а дождь лил на нас, как из ведра.

— Этих людей, — спокойно ответил я.

Она побледнела и опустила взгляд в землю, крепко обхватив себя руками.

— Иногда мне кажется, что я заслужила то, что произошло, что это случилось по какой-то причине, что это была моя вина.

Я был так потрясен ее словами, что сначала не знал, что делать.

— Нет. Это полная чушь. Чертова чушь, и ты это прекрасно знаешь, — твердо сказал я. — Не вини себя за произошедшее. С таким же успехом ты можешь винить во всем меня, Брайана или своего отца.

— Но ведь это не твоя вина! — возразила она, и ее широко раскрытые глаза наполнились слезами.

— Ты тоже ни в чем не виновата, — сказал я ей, и мы на мгновение посмотрели друг на друга, и только стук дождя был единственным звуком вокруг нас.

Она закрыла глаза, и слезы потекли по ее бледным щекам, смешиваясь с каплями дождя на коже. Я рискнул и подошел к ней так близко, что мог бы дотронуться до нее, если бы попытался. Как в замедленной съемке, ее веки открылись, и она уставилась на меня. Однако она отреагировала совсем не испуганно, как я ожидал. Она просто смотрела на меня с непостижимой грустью в карих глазах.

Прежде чем я успел обдумать свои действия, я поднял руку и поднес ближе к ее лицу. Ее глаза следили за этим движением, но она не вздрогнула и не сделала ни малейшей попытки остановить меня. Возможно, я совершал большую ошибку, о которой потом пожалею, но не мог остановиться. Я почувствовал потребность прикоснуться к ней. Мои пальцы коснулись ее холодной щеки, и это прикосновение было похоже на электрический разряд. Ее глаза выражали мягкость и любознательность, она не отвела взгляда. Медленно, очень осторожно я вытер слезы с ее щек. Это было бесполезно, так как слезы почти мгновенно сменились дождевыми каплями, но это не имело значения. Все, что имело значение в этот момент — то, что Эмбер позволила мне прикоснуться к ней.

Она подняла дрожащую руку, ее глаза были неуверенными и решительными одновременно, и Эмбер накрыла мою руку своей. Она выглядела такой маленькой и хрупкой по сравнению с моей. С мягким нажимом она прижала мою ладонь к своей щеке, и наклонила голову, льня к моему прикосновению. Ощущение ее щеки, обхватившей мою ладонь, ее глаза, сияющие доверием, я почувствовал то, чего никогда не чувствовал раньше. Это немного пугало меня, но в то же время мне хотелось обнять ее и наслаждаться.

Краем глаза я заметил какое-то движение и слегка повернул голову в ту сторону. Брайан остановился перед зданием и смотрел на нас со смесью ревности и недоверия.

Эмбер отпустила мою руку, будто обожглась, и я очень медленно убрал ладонь с ее щеки.

— Спасибо, Зак, — прошептала она, переводя взгляд на Брайана.

Я смотрел, как она идет к нему, и после минутного колебания последовал за ней. Эмбер остановилась прямо перед ним и подняла голову, чтобы посмотреть на него.

— Брайан… — начала она тихим голосом, но Брайан покачал головой, не давая ей продолжить.

Эмбер закрыла рот, ее лицо наполнилось тревогой.

— Я пришел извиниться, — нерешительностей сказал он, все еще переводя взгляд с Эмбер на меня.

— Это моя вина, — прошептала Эмбер, но Брайан снова решительно покачал головой. — Нет, Эмбер. Я знаю, что тебе трудно позволить себе близость, — на какое-то мгновение он посмотрел прямо на меня. — И мне не следует вымещать свой гнев на тебе.

Эмбер прикусила губу, и Брайан напрягся, когда она потянулась к нему. Она обвила пальцами его руку и несколько мгновений держала ее в своей.

— Я постараюсь восстановиться, Брайан. Я хочу этого больше всего на свете, — сказала она ему, прежде чем отпустить его.

Брайан заметно сглотнул и слегка улыбнулся ей.

— Я знаю, что ты восстановишься, — сказал он, но затем его взгляд метнулся ко мне, и выражение его лица стало жестче. — Почему бы тебе не вернуться в дом? Ты простудишься.

Эмбер в нерешительности переводила взгляд с Брайана на меня и обратно.

— Иди. Брайан прав, — я улыбнулся ей и кивнул головой в сторону входной двери.

Она медленно повернулась и исчезла внутри здания. Как только она скрылась из виду, Брайан двинулся на меня, его глаза горели яростью.

— Какого черта ты делаешь с моей сестрой?

Мы стояли нос к носу. Мои мышцы напряглись в предвкушении.

— Брайан, я ничего не делаю с твоей сестрой. Эмбер мне нравится.

— Нравится? Она тебе нравится! — закричал он, и лицо его превратилось в маску гнева.

Он прижал ладони к моей груди. Я отступил на шаг назад, борясь с желанием защититься. Брайан был моим другом.

— Эмбер не Бриттани и не одна из тех шлюх, с которыми ты обычно тусуешься, — продолжал он.

— Брайан…

Я попытался успокоить его и положил руку ему на плечо, но он стряхнул ее, выглядя в этот момент совсем не похожим на себя. Он сильно сжал руки в кулаки. Я очень надеялся, что он не собирается врезать мне.

— Нет! Ты послушаешь то, что я тебе скажу. Я не позволю тебе играть в твои больные игры с Эмбер. Она сломана и ранена, и не позволю воспользоваться ею, — прорычал он.

Мой собственный гнев резко усилился.

— Не смей обвинять меня в таких вещах! Я не играю ни в какие игры. Она мне нравится, и я просто пытаюсь ей помочь. В чем, черт возьми, твоя проблема?

Брайан мрачно усмехнулся.

— Она тебе нравится, и ты хочешь ей помочь? Ты даже не знаешь ее!

Я открыл рот, чтобы возразить, но он оборвал меня.

— Так ты думаешь, что знаешь ее, знаешь, через что она прошла? Ты ничего не знаешь. Ты хоть понимаешь, как она сломлена?

Я медленно покачал головой и проглотил большой комок в горле. Брайан даже не заметил моей реакции.

— Трое парней изнасиловали ее. Групповое изнасилование. Они избили ее и надругались, а потом бросили умирать в кустах. Когда бегун нашел Эмбер, она была скорее мертва, чем жива, и когда мы с папой впервые увидели ее, она находилась в коме. А когда наконец пришла в себя, то уже не была моей сестрой. Она была кем-то другим, кем-то сломленным, отчаявшимся и испуганным. Ты ничего не знаешь, Зак. Ты не видел ее в больнице три года назад. Тебе не нужно было видеть, как она пыталась уморить себя голодом, как принимала все эти таблетки, чтобы покончить с собой, как перерезала себе вены. Ты ни черта не знаешь! — крикнул Брайан срывающимся голосом.

Я был так потрясен его словами, что едва мог стоять на ногах. Брайан уставился в небо.

— Возможно, Эмбер и не очень счастлива, но, по крайней мере, она не находится на грани очередной попытки самоубийства. Оставь ее в покое.

Я не знал, что сказать. Брайан опустил голову и посмотрел на меня почти умоляюще.

— Послушай, Зак. Я знаю, что ты хороший парень, но ты не годишься для Эмбер. Твои девушки, после того, как ты с ними закончишь будут двигаться дальше, но Эмбер развалится на части. Я этого не допущу.

— Я никогда не причиню ей вреда, Брайан, — без колебаний пообещал я.

— Ты ничего не сможешь с этим поделать. У тебя никогда не было серьезных отношений. Просто оставь Эмбер в покое. Я видел, как она смотрела на тебя. Должен был догадаться. Девушки тянутся к тебе, как магниты.

Как Эмбер смотрела на меня?

Он глубоко вздохнул, и его плечи опустились, будто вся его сила ушла.

— Не заставляй ее надеяться на то, чего никогда не будет..

Его лицо снова стало свирепым, и он пристально посмотрел на меня своими прищуренными глазами.

— Потому что если ты причинишь ей боль, клянусь, я стану твоим худшим кошмаром, и ты пожалеешь, что вообще родился на свет. Держись подальше от Эмбер.

Брайан повернулся и пошел обратно в дом. Я знал, что это не пустая угроза. Брайан выглядел совершенно серьезным.

Но также я знал, что не могу оставаться вдали от Эмбер. Я заставлял Эмбер улыбаться. Она позволила мне прикоснуться к себе. Я был хорошим другом. Проблема заключалась в том, что я был совершенно уверен, что хочу быть с ней не только другом. И Брайан был прав. Я не подходящий парень.

Глава 10

Эмбер

На следующее утро я все еще не могла поверить, что позволила Заку прикоснуться к моей щеке. Что я действительно хотела, так чтобы он прикоснулся ко мне. Я не испугалась. Его взгляд был таким нежным, что я просто знала, что он не причинит мне вреда. Зак всегда заставлял меня чувствовать себя нормальной девушкой. Он заставил меня поверить, что у меня есть шанс на нормальную жизнь. И когда я посмотрела на него, я просто… я даже не знала, что это было, что чувствовала. Это было нечто такое, чего я никогда раньше не ощущала, и это смущало и пугало. Я провела так много лет, чувствуя оцепенение. Мне казалось, что я опустошена и потеряна, но теперь я уже не была так уверена.

Мне нужно было поговорить с кем-нибудь о своих чувствах. Я медленно поднялась с кровати и вышла из своей комнаты.

Тыковка последовал за мной и прыгнул на диван в гостиной, свернувшись в клубочек и наблюдая за мной своим янтарным глазом. Я была одна в квартире. У Зака и Брайана были занятия, и они не вернутся домой еще несколько часов.

Я взяла мобильник и отправила Рейган сообщение.

Я: «Нужно поговорить. Мы можем встретиться за чашечкой кофе?»

Ее ответ был почти мгновенным.

Рейган: «Конечно! Я у Кевина».

Она проводила у него больше времени, чем в своей собственной квартире. Джейсон и Билл, казалось, не возражали, что меня не удивило; я не могла себе представить, чтобы кому-то не нравилось общество Рейган.

* * *

Я нерешительно подняла руку и постучала в дверь их квартиры. Я нервничала, думая, что Джейсон или Билл могут открыть дверь, но они избегали меня с момента моего нервного срыва, за что я была более чем благодарна.

Рейган открыла дверь.

— Входи.

Она повела меня на кухню. Случайные предметы мебели составляли кухонный гарнитур. Не каждый мог позволить себе такую дизайнерскую кухню, как у Зака.

— Извини, что побеспокоила тебя. Кевин и ты, вероятно, хотели бы провести некоторое время вместе.

— Ерунда. У меня всегда найдётся время для девичьих разговоров, — сказала она с улыбкой.

Мы сели за кухонный стол, и Рейган внимательно посмотрела мне в лицо.

— Так в чем дело?

Я тревожно прикусила губу, думая, как объяснить то, что меня беспокоило.

— Я хотела поговорить о Заке.

Я сделала глубокий вдох и рассказала ей, как позволила Заку дотронуться до моей щеки днем раньше, что звучало почти смешно, произнося все вслух, но это был огромный шаг для меня. Остановившись, я попыталась найти слова для нахлынувших на меня чувств.

Рейган с трудом сдерживала свое любопытство, но продолжала молчать, ожидая продолжения.

— Рядом с ним я чувствую себя нормально. Это странно, потому что я знаю его совсем недолго. Но просто чувствую себя комфортно, когда он рядом.

Рейган выглядела так, словно вот-вот лопнет от волнения.

— Но с Брайаном… — я тихо вздохнула. — С Брайаном все так напряженно и неловко. Я всегда стараюсь вести себя с ним осторожно, потому что знаю, что он следит за мной. Я хочу, чтобы наши отношения вернулись к тому, что было до этого инцидента.

Рейган понимающе улыбнулась мне. Она взяла меня за руку и крепко сжала. Физическая близость с ней казалась такой случайной, такой нормальной.

— Уверена, что между тобой и Брайаном все наладится.

Я покачала головой.

— Я его почти не вижу, хотя мы и живем вместе в одной квартире. Он всегда где-то пропадает. Я даже не знаю, что он делает, когда уходит на всю ночь, и иногда мне кажется, что он избегает меня. Может, ему невыносимо находиться со мной в одной квартире по ночам из-за моих ночных кошмаров. Иногда я разговариваю или кричу, когда сплю, — я замолчала, чувствуя, как комок подступает к горлу.

Рейган еще крепче сжала мою руку, когда заговорила.

— Нет, Эмбер. Брайан просто идиот, что не говорит тебе. Вся эта секретность ни к чему не приведёт.

Я нахмурилась, не совсем понимая, о чем она говорит.

Она тяжело вздохнула.

— Брайан так часто уезжает, потому что проводит время со своей девушкой.

Мои глаза расширились.

— У Брайана есть девушка?

Рейган кивнула.

— Да, Лорен. Они постоянно сходились и расходились в течение нескольких месяцев, и она немного туговата. Она хочет контролировать каждый аспект его жизни. Все время звонит ему и хочет проводить с ним каждую секунду.

Я была потрясена и обижена.

— Почему он мне ничего не сказал?

— Очевидно, он думает, что это будет беспокоить тебя, — пожала плечами Рейган.

— Он должен был сказать мне, — пробормотала я.

Почему он не может вести себя нормально рядом со мной? Почему заставляет меня чувствовать себя уродом?

Я уставилась в большое окно.

— Иногда мне кажется, что я совсем его не знаю. Будто мы стали чужими друг другу.

— Тебе не кажется, что это хороший знак, что ты позволила Заку прикоснуться к себе? Это только вопрос времени, когда ты сможешь обнять своего брата. Не будь слишком строга к себе. Перемены требуют времени.

— Наверное, ты права.

— Так тебе нравится Зак?

Я действительно не знала ответа на ее вопрос. Конечно, мне нравился Зак. Но как сильно? Причина по которой я хотела поговорить с ней, заключалась в том, что я хотела узнать ее мнение.

— Я действительно не знаю, Рейган. Когда я с ним, мне кажется, что я нормальная девушка, что мое место здесь. Иногда, когда я рядом с ним, мне кажется, что я могу быть счастлива. Все кажется таким простым. Иногда мне удается все забыть. Он заставляет меня забыть.

Рейган сжала мою руку.

— Ты сказала ему об этом?

Мои глаза расширились, и я поспешно покачала головой.

— Нет, конечно, нет. Как я могла ему сказать? Имею в виду. Я действительно не знаю, что я чувствую к нему, и он, вероятно, не ответит на мои чувства взаимностью, какими бы они ни были.

Рейган нахмурилась и открыла рот, чтобы возразить, но я продолжила:

— Зак может заполучить любую девушку, какую захочет. Зачем ему понадобилось брать кого-то вроде меня, кого-то сломанную?

Рейган тут же перебила меня:

— Ты не сломанная, Эмбер.

— Но я чувствую себя такой, Рейган. Чувствую, словно эти люди запачкали меня, словно их грязные руки запятнали меня каким-то непоправимым образом. Чувствую себя грязной и испорченной, и как Зак может хотеть чего-то подобного? Как он вообще может хотеть кого-то вроде меня? — я жестом указала на себя.

Рейган сидела совершенно неподвижно, только ее голова медленно покачивалась взад-вперед.

— Ты вовсе не грязная, Эмбер.

Рыдание, которое я сдерживала, вырвалось наружу.

— Но я чувствую себя такой грязной, Рейган, такой грязной, и это просто не проходит, что бы я ни делала, — я закрыла лицо ладонями.

Я услышала, как Рейган пошевелилась, а потом обхватила меня руками и притянула к себе.

— Ох, Эмбер, не смей… не смей так думать о себе! Ты не грязная, не сломанная, не испорченная и не одна из тех мерзких слов. Ты добрая, заботливая и красивая. Ты просто должна позволить себе увидеть, насколько ты прекрасна.

Я позволила ее близости и словам успокоить меня, хотя и не могла поверить в то, что она говорила. Хотелось верить ей, но это казалось невозможным. Ощущение грязи стало частью моей жизни.

— Мне очень жаль, что я снова плачу рядом с тобой, — извинилась я, отстраняясь и вытирая слезы с лица.

Рейган яростно замотала головой.

— Всем необходимо время от времени хорошенько поплакать, — она сделала паузу, и в ее глазах появилась решимость. — А теперь нам нужно найти решение для тебя и Зака.

— Рейган… — начала я.

Она склонила голову набок.

— Ты сказала, что хочешь быть рядом с кем-то, что ты хочешь чего-то такого, что есть у нас с Кевином. Возможно, Зак сможет дать тебе это. Возможно, так и должно быть. У меня хорошее предчувствие насчет вас двоих.

Я прикусила губу, с тревогой глядя на нее.

— Рейган, как я смогу позволить себе находиться так близко к кому-то? Я даже не позволяю людям обнимать меня или прикасаться ко мне. Парни хотят иметь возможность прикасаться к своим девушкам.

Мне казалось нереальным даже говорить о возможности того, что я когда-нибудь стану девушкой Зака, или вообще чьей-то девушкой. Любовь и влюбленность всегда казались мне недоступными, но во время разговора с Рейган я поняла, что именно это и происходит со мной. Я была на быстром пути к тому, чтобы влюбиться в Зака.

— Эмбер, во-первых, это не совсем правда, — я нахмурилась. — Ты обнимаешь людей. Меня, например.

— Рейган, ты не мужчина.

— Не такая уж большая разница.

— Но не для меня, — прошептал я.

— Если ты можешь обнимать меня, то сможешь обнять и других, — твердо сказала она.

Я не возражала, потому что ее слова почему-то казались логичными, и вселяли в меня надежду.

— И, — продолжила она с легкой понимающей улыбкой, — Ты позволяешь мужчинам прикасаться к себе. Заку, например. Или забыла, как он вчера дотронулся до твоей щеки?

Как я могла забыть? Это воспоминание было выжжено у меня в голове. Выражение моего лица, должно быть, очень понравилось Рейган, потому что она широко улыбнулась.

— Но я не могу ожидать, что Зак будет удовлетворен прикосновением к моей щеке целую вечность. Он будет хотеть большего, и не знаю, смогу ли я дать ему это.

Улыбка сползла с моего лица, осознав суровую правду своих слов.

Рейган отрицательно покачала головой.

— Прежде чем оказаться здесь, ты думала, что никогда не позволишь кому-то обнять тебя или прикоснуться к тебе, и посмотри, чего ты уже достигла за такое короткое время! Это займет некоторое время, Эмбер, но ты сможешь позволить себе больше близости. Тебе просто нужно делать один маленький шаг за другим.

Возможно, она была права. Может, я смогу это сделать.

— Я даже не знаю, нравлюсь ли Заку. Он мог просто быть милым со мной, потому что Брайан его лучший друг.

— Ты ему нравишься, Эмбер. Я уверена в этом, и Кевин согласен с этим, — сказала Рейган.

— Ты говорила с Кевином обо мне и Заке? — спросила я, немного смутившись.

— Нет, Кевин упомянул, что заметил, как Зак смотрел на тебя и как говорил о тебе. Совершенно очевидно, что ты ему очень нравишься.

— Но почему Зак ничего мне не сказал?

Рейган издала тихий смешок.

— Он, вероятно, беспокоится о твоей реакции и о том, что ты не чувствуешь того же самого.

Я прикусила нижнюю губу, погрузившись в свои мысли. Ситуация, вероятно, была такой же сложной для Зака, как и для меня. Если у него были чувства ко мне, а это было большое «если» в моем сознании, он должно быть переживал, что я сойду с ума, если он расскажет мне. И конечно, я не стану рассказывать ему о своих чувствах, пока не буду уверена, что он действительно отвечает мне взаимностью.

Рейган хлопнула ладонью по столу.

— У меня есть замечательная идея. Давайте сходим куда-нибудь вместе. Ты, Зак, Кевин и я.

— Ты не думаешь, что Зак подумает, что это двойное свидание?

— Ну и что? Разве ты не хочешь узнать, интересуется ли он тобой?

Я ничего не сказала. Что, если ответ будет отрицательным и он не заинтересован во мне?

Рейган, должно быть, угадала мои мысли.

— Ты ему действительно нравишься, Эмбер. Доверься мне.

Закари

Мы с Брайаном направились к стоянке учебного заведения.

— Кто-то ждет тебя, — ехидно заметил Брайан.

Я проследил за его взглядом и застонал. Бриттани стояла, прислонившись к своему красному Мерседесу, и ждала меня с соблазнительной улыбкой на лице. Мы не разговаривали с тех пор, как встретились в клубе. Я предполагал, что она все еще сердится на меня, потому что я не отвёз ее к себе домой после нашего секса, но, очевидно, она простила меня.

— Ты не мог бы подождать меня? — спросил я Брайана, когда он повернулся, направляясь к своей машине.

Он удивленно поднял брови.

— Ты уверен? Бриттани, кажется, собирается тебя куда-то отвезти.

— Уверен, Брайан.

Он снова кивнул. Я пошел поговорить с Бриттани. Она выпрямилась во весь рост и ухмыльнулась. Узкие джинсы, обтягивающий топ и кожаная куртка не шли ни в какое сравнение с тем, что она носила на вечеринках, но, как обычно, она привлекала к себе довольно много внимания. Все парни, задержавшиеся на стоянке, выглядели так, словно у них был стояк от одного только взгляда на ее тело. Я остановился прямо перед ней. Она обвила руками мою шею, прежде чем запечатлеть поцелуй на моих губах. Я схватил ее за руки и оторвал их, сделав шаг назад. Она прищурилась, глядя на меня.

— Что ты делаешь? — спросила она, и ее накрашенные красным губы сжались в тонкую линию.

— Что бы ни было между нами, Бриттани, все кончено, — сказал я ей.

Пока я не был уверен в своих чувствах к Эмбер, я не мог продолжать встречаться с Бриттани. Мне нужно было разобраться в том беспорядке, который был вызван моими эмоциями. Я практически видел, как отец закатывает глаза, глядя на меня. Он не одобрял эмоций.

— Что это должно означать?

— Это значит, что больше мы не будем видеться, — спокойно ответил я.

Бриттани выглядела так, словно ей ничего так не хотелось, как влепить мне пощечину. Возможно, я и заслужил это, но мы никогда не собирались становится парой. Это не было похоже на разрыв отношений.

Она вздернула подбородок и сердито посмотрела на меня.

— Это мы еще посмотрим, Зак, — ледяным тоном сказала она.

Она села в свою машину и уехала. Вероятно, она собиралась сообщить об этом своему отцу, который потом позвонит моему, а тот позвонит мне.

— Она выглядела сердитой, — прокомментировал Брайан, когда я подошел к нему.

— Сообщил ей, что между нами все кончено. Она не очень хорошо это восприняла, — решительно сказал я.

— Рад, что ты от нее избавился. Она сука.

Я усмехнулся.

— Говорит мужчина, который в отношениях с Лорен.

— Лорен совсем не похожа на Бриттани, — возразил он.

Я закатил глаза. Лорен была настоящей сукой. Все это знали. Моя окончательная точка зрения была повторно доказана, когда Брайан высадил меня перед нашим многоквартирным домом и быстро умчался, потому что Лорен нужно было увидеть его. Они должны были позаниматься вместе. Эта девушка была помешана на контроле.

* * *

Войдя в квартиру, я с удивлением обнаружил, что Рейган и Эмбер сидят на диване.

— Привет, девочки, — поздоровался я и прошёл мимо них в свою комнату, чтобы бросить сумку, прежде чем вернуться в гостиную.

Я мог сказать, что они обсуждали меня, но не был уверен, было ли это из-за того, что я каким-то образом облажался, или это был обычный женский разговор.

— Итак, Зак, у тебя есть какие-нибудь планы на вторую половину дня? — спросила Рейган с широкой улыбкой.

Я поднял брови и случайно взглянул на Эмбер, но она избегала моего взгляда. Я нахмурился, глядя на Рейган.

— Нет, а что?

— Отлично. Мы хотим покататься на коньках. Кевин, Эмбер и я… мы подумали, что ты мог бы присоединиться к нам?

Это было сформулировано как вопрос, но Рейган выглядела так, словно нанесет мне телесные повреждения, если я откажусь. Конечно я хотел проводить больше времени с Эмбер, но не был уверен, что ей нравится идея кататься на коньках на ледовом катке, заполненном людьми. И более того: это прозвучало подозрительно похоже на уловку Рейгана. Она играет в сваху? Я очень надеялся, что она не уговорила Эмбер на это.

Рейган встала.

— Ну что скажешь?

— Я согласен, — сказал я.

Краем глаза я заметил, что Эмбер слегка улыбнулась и обменялась взглядом с Рейган. Что, черт возьми, происходит?

* * *

Через полчаса мы подъехали к катку, и, к счастью, там не так людно, как я ожидал, но и не совсем пустынно. Было определенно больше людей, чем я думал, что Эмбер сможет справиться. Мы взяли на прокат коньки и сели на скамейку рядом с ним. Пока Эмбер надевала коньки, ее глаза то и дело устремлялись на лед и людей на нем. Я сел рядом, между нами было несколько сантиметров. Она, казалось, комфортна моя близость, и я не мог перестать думать о том, как она позволила мне прикоснуться к ее щеке прошлой ночью. Она повернула голову и поймала мой пристальный взгляд. Она покраснела.

— Ты когда-нибудь каталась на коньках? — спросил я, отвлекая ее от очевидного смущения.

— Да, но мне было двенадцать лет. Не уверена, насколько хороша в этом сейчас, — призналась она.

Я улыбнулся ей.

— Не переживай. Уверен, ты справишься.

Я поднялся на ноги и вдруг понял, что Рейган и Кевин уже вышли на лед, оставив нас с Эмбер одних. Эмбер надела перчатки и встала, слегка покачиваясь на коньках. Я бы поддержал ее, но не был уверен, что она оценит мое прикосновение. Вместо этого я пошел вперед и стал ждать ее на льду. Она крепко ухватилась за доски, ступая на лед. Мог сказать, что ей потребуется время, чтобы привыкнуть к ощущению того, что она катается на коньках. Я играл в хоккей в течение нескольких лет, будучи ребенком и чувствовал себя уверенно на льду, но не был уверен, как помочь Эмбер.

Она повернулась ко мне, виновато улыбаясь.

— Ты можешь ехать. Не нужно меня ждать.

Я ухмыльнулся ей.

— Ты единственная причина, по которой я здесь.

Слова слетели с моих губ прежде, чем я успел их остановить, и с трепетом стал ждать реакции Эмбер. Я не был уверен, чего ожидал, но уж точно не того, что сделала Эмбер. Она улыбнулась мне, и ее щеки слегка порозовели. Я улыбнулся ей в ответ, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо прежде.

Эмбер прикусила губу и отпустила доски. Медленно, подняла руку в перчатке и протянула ее мне.

— Может, ты поможешь мне?

Я был ошеломлен и надеялся, что этого не видно. Я сжал пальцами ее руку, стараясь, чтобы моя хватка оставалась легкой.

— Все хорошо? — спросил я.

Она просто кивнула. Я осторожно повёз ее по льду, придерживая за руку, чтобы она не упала. Ее хватка на мне несколько раз усилилась, когда она покачнулась. Она не отпускала меня. Я не сводил глаз с нашего окружения, стараясь не приближаться слишком близко к другим людям.

Между моим телом и телом Эмбер было расстояние вытянутой руки, и очень хотелось подойти к ней еще ближе, но я не хотел испытывать судьбу. Внезапно ее левый конек скользнул в сторону, и она потеряла равновесие. Это было мгновенное решение: либо позволить ей упасть на лёд и, возможно, она поранится, либо я поддержу ее другой рукой.

Это был скорее инстинкт, чем что-либо еще, когда я обнял ее за талию, удерживая в вертикальном положении. Ее тело напряглось под моим прикосновением, и я отпустил ее талию, как только она восстановила равновесие. К моему удивлению, она продолжала держать меня за левую руку, ничем не показывая, что моя рука на ее талии побеспокоила ее.

— Спасибо, — сказала она.

Она старалась быть сильной, и я восхищался ею за это. Я заметил, что Рейган и Кевин наблюдают за нами с улыбками на лицах, но постарался не обращать на них внимания. Я хотел разозлиться на них за то, что они вмешались в мою жизнь, но когда я почувствовал руку Эмбер в своей, когда мы скользили по льду, я почти ощутил необходимость поблагодарить их.

Эмбер

Я так долго, очень долго хотела этого, вкуса нормальной жизни. Быть частью нормальной жизни. Это чувство было опьяняющим. Было ли это счастье? Что-то очень близкое. Самое близкое ощущение счастья за все эти годы. Улыбка не сходила с моего лица, и на этот раз она не была вымученной. Было так легко улыбаться рядом с Заком.

Ты единственная причина, по которой я здесь. Слова Зака постоянно звучали в моей голове, и наполняли меня странным теплом. Я ему нравилась. Возможно, Рейган была права, и он не просто видел сестру своего лучшего друга, смотря на меня. Это вселило в меня надежду. Хотя я понимала, что позволять себе надеяться опасно, но ничего не могла с собой поделать.

Я случайно взглянула на лицо Зака. На его сильную челюсть, голубые глаза, высокие скулы. На секунду его взгляд метнулся ко мне. Он нежно сжал мою руку, и мы продолжили скользить по льду. Может, это было из-за перчаток между нами, но я совсем не возражала против его прикосновений.

Вместо того чтобы пугать меня, это давало мне странное ощущение безопасности. Как такое вообще возможно? Зак был огромным и сильным. Всем, чего я боялась последние три года, и все же его я не боялась.

— Эй! — голос Рейган донесся до нас, и я увидела, что она стоит с Кевином у выхода из катка и машет нам рукой. — Давайте поужинаем!

Мы с Заком обменялись разочарованными взглядами и поехали туда, где они стояли. Я могла бы часами кататься на коньках рядом с Заком, с его рукой, обнимающей мою, с телом так близко к моему, что я чувствовала его тепло. Рейган сверкнула мне улыбкой, когда Зак не смотрел, и мне пришлось подавить смех. Мы с Заком сошли со льда, все еще держась за руки.

Я в изумлении уставилась на наши руки в перчатках. Было так приятно. Зак проследил за моим взглядом, а затем встретился со мной глазами. Жаль, что я понятия не имею, что творится у него в голове. Он не отпускал мою руку, пока мы не сели на скамейку, для того, чтобы снять коньки с наших ног. Его тепло задержалось на моей коже, и я задумалась, каково было бы прикоснуться к нему без перчаток. Я скучала по прикосновениям Зака. Его рука в моей давала мне чувство, которое я хотела испытывать снова и снова.

Рейган быстро подошла ко мне.

— Похоже, у вас с Заком все отлично складывается. Вы такие сладкие вместе. Вы были бы такой милой парой.

Я бросила быстрый взгляд на Зака, чтобы убедиться, что он не слышал, что сказала Рейган, но он болтал с Кевином об одном из своих профессоров.

Мы поужинали на катке, жареной картошкой и гамбургерами, но я почти не пробовала то, что ела, потому что была слишком отвлечена тем, как Зак продолжал смотреть на меня.

* * *

Мы вернулись домой и вместе вошли в лифт. Я прижалась спиной к стене. Пространство было слишком маленьким для меня, чтобы ощущать себя комфортно, это определенно не изменилось. Рейган взяла меня за руку, и я сжала ее пальцы, молча поблагодарив за поддержку. Я не осмеливалась взглянуть на Кевина или Зака, чтобы узнать, заметили ли они что-нибудь. Все было не так плохо, как в прошлый раз, но как только двери открылись, я вышла и сделала глубокий вдох. Кевин и Рейган помахали нам и направились в свою квартиру. Внезапно я почувствовала, что нервничаю из-за того, что осталась наедине с Заком. Казалось, что-то изменилось между нами, но я не была уверена, что Зак почувствовал то же самое.

Мы молча дошли до нашей квартиры, и как только вошли, Брайан двинулся на нас.

— Где ты пропадала? — прорычал он. — Я просто с ума сошёл от беспокойства!

Я отпрянула назад. Это было не добровольно, но мое тело действовало само по себе. Он остановился, и на его лице отразилось отчаяние. Его плечи медленно опустились, и он сделал шаг назад, боль в глазах была почти невыносимой.

— Расслабься, Брайан. Мы просто катались на коньках с Рейган и Кевином, — попытался объяснить Зак, но Брайан его не слушал.

Он сердито посмотрел на Зака.

— Разве ты не помнишь, что я тебе говорил?

Зак напрягся.

— Разве ты не слышал, что я только что сказал? Мы были с Кевином и Рейган.

Брайан отрицательно покачал головой. Затем исчез в своей комнате, не сказав больше ни слова.

— Что он тебе сказал? — спросила я.

Зак выглядел смущенным.

— Ничего.

Его лицо ничего не выражало, но я знала, что между ним и Брайаном что-то произошло, и это что-то было связано со мной.

— Брайан скоро успокоится, — сказал Зак.

Я слабо улыбнулась ему и покачала головой.

— Мне нужно с ним поговорить.

— Ты уверена? — спросил Зак. Мы стояли так близко, ближе, чем я могла себе представить до сегодняшнего дня. — Я могу попытаться поговорить с ним.

— Я его сестра. Я причина, почему он так себя ведет. Мне нужно это сделать.

Зак замешкался, будто хотел сказать что-то еще, но потом кивнул и направился на кухню.

Я прошла вперед и постучала в дверь Брайана.

— Проваливай, Зак, — крикнул Брайан. — Не хочу видеть тебя сейчас.

— Это я, Брайан.

В комнате стало тихо, и я боялась, что он тоже не захочет меня видеть. Почему он был таким тяжелым?

— Входи, — сказал Брайан так тихо, что я почти не расслышала его слов.

Я осторожно открыла дверь и вошла в комнату. Брайан сидел на кровати, упершись локтями в колени. Он поднял голову. Наши глаза встретились, и я могла сказать, что он находился на грани слез. Борьба явно читалась на его лице.

Я колебалась, не зная, что делать. Я отбросила свою тревогу и закрыла за собой дверь. Его глаза следили за мной, пока я шла к его кровати, и постепенно его лицо наполнилось замешательством. Я опустилась на матрас на расстоянии вытянутой руки от него. Брайан выпрямился. Он молчал, ожидая, когда я сделаю первый шаг. Я глубоко вздохнула и потянулась к его руке, лежащей на ногах. Осторожно накрыла ее своей ладонью.

Брайан замер и уставился на наши руки так, словно никогда раньше их не видел.

— Брайан? — тихо спросила я, и он поднял глаза, чтобы посмотреть на меня.

Он даже не попытался схватить меня за руку или пошевелиться.

— Эмбер? — его голос дрожал от переполнявших меня эмоций, и слабый проблеск надежды в его глазах подбодрил меня еще больше.

Я могу это сделать. Я могла бы быть хорошей сестрой для Брайана. Полностью контролировать свои страхи. Победить их.

— Прости, если я тебя расстроила, — сказала я ему.

Он медленно покачал головой.

— Я так волновался, когда вернулся домой, а тебя тут не оказалось. Я послал тебе несколько сообщений, но ты так и не ответила.

— Мой сотовый лежал в сумке. Я не проверяла его, пока мы находились на катке.

— Значит, ты провела весь день с Заком?

— Мы все вместе просто катались на коньках. Это была идея Рейган.

— Ты проводишь много времени с Заком.

— Ты ревнуешь?

— Возможно, — неохотно согласился он. — Но не поэтому я не хочу, чтобы ты общалась с Заком.

— Тогда почему?

— Он не хорош для тебя.

— Он не хорош для меня? Мне нравится проводить с ним время. Нравится, что он заставляет меня чувствовать. Как это может не быть хорошим?

Брайан побледнел.

— Только не говори мне, что влюбилась в него.

Я хотела все отрицать, но не могла снова солгать Брайану.

— Не знаю, — тихо ответила я.

— Черт, — пробормотал он и поспешно добавил: — Извини, — его глаза блуждали по моему лицу. — Я серьезно, Эмбер. Зак один из последних парней, в которого ты должна влюбиться. Он не подходит тебе.

Я встала, расстроенная и растерянная.

— Ты же его друг. Как можешь говорить такое? Почему ты вообще с ним дружишь, если так плохо о нем думаешь?

— Зак хороший друг. Он мой лучший друг. Вот почему я знаю о его историях с девушками. Он никогда не успокоится. Для него девушки хороши только в одном.

Он сделал паузу, посмотреть, поняла ли я. Я кивнула, понимая, что он имеет в виду. Я вовсе не была глупа.

— Но почему? Зак кажется хорошим парнем. Он не производит впечатления человека, который мог бы использовать девушек.

Брайан пожал плечами.

— Наверное, это из-за его родителей. Судя по тому, что он мне рассказывает, их брак это крушение поезда. Его отец изменяет с девушками, которые ровесницы Зака, а мать из-за этого пьет. Зак думает, что он похож на своего отца, — Брайан встал, чтобы пройтись по комнате, и я напряглась. Он указал на меня пальцем. — Вот почему он тебе не подходит.

Я покраснела.

— Я пытаюсь восстановиться, Брайан. Это все, что мне нужно. Я хочу быть счастливой. Хочу состоять в отношениях. Хочу любить кого-то, как мама любила папу.

Я судорожно сглотнула.

— Ты хочешь? — тихо спросил Брайан.

Почему это было для него таким сюрпризом? Я, молча, кивнула.

— Думал, ты переехала сюда только для того, чтобы отвязаться от папы, а не потому, что действительно хочешь поправиться.

— Все началось именно с этого, но я поняла, что на самом деле хочу этого. Я хочу жить своей жизнью.

Брайан выглядел так, словно я сделала ему огромный подарок.

— Это замечательно, Эмбер. Я рад, что ты хочешь жить. Какое-то время я действительно боялся, что ты снова попытаешься покончить со всем этим.

Я опустила лицо, смущенная тем, через что им пришлось пройти.

— Я больше не хочу убивать себя, — я посмотрела на него, и слезы навернулись мне на глаза. — Хочу двигаться дальше. Но ты должен мне это позволить.

— Я не мешаю тебе двигаться дальше. Но только не с Заком.

— Почему?

Брайан озабоченно посмотрел на меня.

— Просто не хочу, чтобы ты пострадала.

— Ты думаешь, Зак может причинить мне боль?

Брайан без колебаний покачал головой.

— Нет, не нарочно, и он знает, что я убью его, если он это сделает.

— Брайан, — упрекнула я его. — Не говори таких вещей.

Глаза Брайана были мягкими, когда он заговорил.

— Но это правда, Эмбер. Я не смогу с этим, если кто-то снова причинит тебе боль. Я до сих пор не могу простить себе, что меня не оказалось рядом, чтобы защитить тебя, когда это произошло.

Ненависть к самому себе вспыхнула в его глазах, и я была ошеломлена его словами. Я никогда не понимала, что Брайан винит себя в произошедшем. Если бы он просто сказал мне об этом раньше, то я могла бы убедить его, что это не его вина. Я никогда не винила ни его, ни отца. Если я и винила кого-то, то только себя.

— Брайан, ничего из того, что произошло твоя вина. Ты ничего не смог бы сделать, даже если бы был там. Их было трое.

Мой голос застрял в горле, когда образы того дня вспыхнули в моей голове, и я крепко зажмурилась, пытаясь прогнать их.

— Эмбер.

Его страдальческий голос донесся до моих ушей, и я открыла глаза и посмотрела на него со слабой улыбкой.

— Я в порядке, — сказала я.

— Когда ты с Заком, ты кажешься гораздо более расслабленной, чем со мной. Почему?

Я неуверенно прикусила губу.

— С тобой у меня такое чувство, что ты все время наблюдаешь за мной, ожидая, когда я сойду с ума или у меня случится нервный срыв, и это заставляет меня чувствовать себя под пристальным наблюдением.

— Я никогда не хотел давить на тебя, Эмбер. Просто я всегда беспокоюсь о тебе.

— Знаю, но, может, ты сможешь притвориться, что я нормальная девушка, а не сломанная фарфоровая кукла, — мягко сказала я, с надеждой улыбаясь.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал он.

— Это все, о чем я прошу.

— Насчет Зака….

Я подняла руку.

— Знаю, ты не хочешь, чтобы я проводила с ним время. Но я ничего не могу поделать с тем, что чувствую, — сказала я, глядя на его лицо. — Я даже не знаю, буду ли действовать в соответствии со своими чувствами. Не имею понятия, что именно они собой представляют. Не знаю, хочу ли вообще их понять. Я тоже не совсем подхожу для девушки.

— Не говори так.

— Мы оба знаем, что это правда, — сказала я. — Я знаю, что ты беспокоишься и хочешь защитить меня, но мне нужно найти свой собственный путь. Пожалуйста, не угрожай Заку. Это не его вина, что он мне нравится. Он, вероятно, даже не чувствует того же, так что тебе не о чем беспокоиться.

Брайан фыркнул.

— Хотел бы я, чтобы это было правдой, — он покачал головой. — Мне нужно выбраться отсюда на некоторое время. Вернусь через пару часов.

Я отступила назад, когда он проходил мимо, и через несколько мгновений входная дверь захлопнулась. Что он имел в виду? Зак что-то сказал Брайану? Я действительно хотела знать, нравлюсь я Заку или нет.

Я прошла на кухню. Зак стоял перед открытым холодильником и пил молоко из пакета. Увидев меня, он быстро опустил его и виновато улыбнулся. Он был похож на ребенка, которого поймали за руку в банке из-под печенья.

— Прости. Планировал допить его.

Я улыбнулась.

— Хорошо, мне не нужны твои глисты.

Он рассмеялся и допил остатки молока.

— Это довольно мерзко, понимаешь? — спросила я, все еще стоя в дверях.

Мои глаза прошлись по его телу с головы до ног. То, как напрягся его пресс под тонкой белой футболкой, как напряглись бицепсы, как расправились широкие плечи, как сквозь ткань проступили очертания татуировки на спине. Я не могла разобрать, что это было. И тут я поняла, что делаю. Неужели я действительно разглядываю Зака?

Его глаза встретились с моими.

— Знаю, поэтому делаю это только тогда, когда остаюсь один.

Он поймал мой пристальный взгляд? Жар залил мои щеки. Он бросил коробку в мусорное ведро и снова повернулся ко мне.

— Буду знать.

Рой бабочек запорхал у меня в животе. Я попыталась напомнить себе, что Брайан сказал о Заке, что он не был хорош для меня, что не был подходящим парнем, но мое сердце и тело не хотели слушать разум. Я никогда не чувствовала ничего подобного.

— Итак, ты поговорила с Брайаном? — спросил Зак, прислонившись спиной к стойке и скрестив руки на груди.

Я молча кивнула.

— Да, мы все уладили.

— Рад, что вы решили вопрос.

— Я тоже.

Мои щеки все еще горели, но я не могла отвести взгляд. Какая-то сумасшедшая, дерзкая, нормальная часть меня хотела преодолеть расстояние между нами, прикоснуться губами к его губам, прижать ладони к его сильной груди и прильнуть к нему, чувствовать себя в безопасности в его объятиях.

Смогу ли я вообще почувствовать себя в безопасности в чьих-то объятиях? Смогу ли почувствовать себя в безопасности в объятиях Зака?

Глава 11

Закари

Эмбер отвела взгляд. Будь это любая другая девушка, я бы сказал, что ее влечет ко мне, но с Эмбер я не был уверен. Она пристально смотрела на меня, но действительно ли она меня разглядывала? Я не был тщеславен, но знал, как мое тело действует на многих женщин. Вот почему мне никогда не было трудно найти кого-то, с кем можно было бы провести ночь, но Эмбер была не такой. Я не хотел неверно истолковать ее действия. Слишком многое было поставлено на карту. Она через многое прошла. Если я сделаю что-то не так, Брайан не только выследит меня и, возможно, кастрирует, но и возненавидит самого себя. Я знал, насколько токсичными могут быть люди друг для друга. Мой отец не мог быть верен моей матери дольше нескольких месяцев подряд. Это чертовски разбивало ей сердце. Он всегда говорил мне, что я такой же, как он, и я боялся, что он прав. Могу ли я рискнуть сблизиться с Эмбер?

Мы отлично провели время на катке, и я просто хотел снова взять ее за руку, но не был уверен, что она этого хочет. Черт, я хотел поцеловать ее, хотел провести руками по ее телу, хотел… и в этом была вся проблема.

Эмбер сделала несколько шагов на кухню и прислонилась к стойке на расстоянии вытянутой руки. Одна ее рука лежала на столе, а указательным пальцем она рисовала маленькие круги. Было бы так легко протянуть руку и дотронуться до нее. Я никогда не нервничал в присутствии девушек, но с Эмбер все было по-другому. Я превращался в чёртову киску. Находясь так близко к ней, я мог видеть мягкую россыпь веснушек на ее носу и то, что ее глаза были не совсем карими. Они были карими ближе к центру, но становились темно-зелеными в уголках ее радужки. Они были чертовски удивительны. Она наклонила голову в мою сторону, и ее длинные волосы упали на бок, открывая стройную шею. Я хотел провести по ней языком, хотел попробовать ее на вкус, хотя это было неправильно.

— Брайан велел мне держаться от тебя подальше, — сказала она.

С таким же успехом она могла бы выплеснуть мне в лицо ведро воды.

— Он такое сказал? — она кивнула. — Что еще он наговорил?

Она пожала плечами. Вероятно, он рассказал ей о Бриттани, других девушках и Бог знает о чем еще. Возможно, это и к лучшему.

— Я должен пойти в свою комнату, — пробормотал я.

Она положила свою руку на мою, останавливая. Я уставился на ее маленькую бледную руку, лежащую на моей загорелой коже. Я медленно поднял глаза.

— Ты не хочешь, чтобы я ушёл?

Она покачала головой.

Моя кожа покалывала, когда она прикасалась ко мне. Было бы так легко повернуть руку и сомкнуть ладонь вокруг ее руки, притянуть к себе и прижаться своими губами к ее губам.

— Но я думал, Брайан велел тебе держаться от меня подальше.

— Он велел. Но я в состоянии принимать свои собственные решения.

— И какое решение ты приняла?

Она улыбнулась.

— Мне нравится проводить с тобой время. Не хочу держаться от тебя подальше.

— Хорошо. Я не хочу, чтобы ты держалась от меня подальше.

Она отдернула руку. Меня захлестнуло разочарование. Что это значит? Что мы будем только друзьями? Мы были так близки, что могли бы поцеловаться.

— Как насчет полуночного перекуса?

— Конечно, — быстро ответил я, пытаясь отвлечься от мыслей о поцелуе с ней. — Я бы съел сэндвич с жареным сыром.

Она выпрямилась, не сводя глаз с моего лица. Когда она облизнула нижнюю губу, каждый мускул в моем теле напрягся в ожидании. Потом она повернулась, открыла холодильник, и момент был упущен.

* * *

В ту ночь мне приснилась Эмбер. Как ее кожа касалась моей, какими розовыми были ее губы, каково было бы провести рукой по ее телу. Я ненавидел себя за то, что всегда думал об этом, за то, что всегда представлял себе, каково это видеть ее обнаженной и прикасаться к ней. У меня действительно образовался чертов стояк.

— Блядь, — пробормотал я.

Брайан был прав. Я должен держаться подальше от Эмбер, черт возьми.

Я встал с кровати и вытянул руки над головой. Мне нужно было позаботиться о делах в душе.

В мою дверь постучали, и прежде чем я успел отреагировать, она распахнулась, и вошла Рейган. Я небрежно опустил руки, прикрывая стояк. Какого черта Рейган делает в моей комнате? Она закрыла дверь и повернулась ко мне. Я вопросительно поднял брови. На мне не было ничего, кроме трусов, но Рейган, похоже, это не беспокоило. На самом деле, она полностью игнорировала мое тело.

Рейган прошла мимо меня и села на мою кровать, похлопав по месту рядом с собой. Я нахмурился и не двинулся с места посреди комнаты. Она была одета в шорты для бега и майку, и, по крайней мере, не была потной.

Она сузила глаза.

— Сядь.

— Ты включила госпожу со мной? — спросил я, плюхаясь рядом с ней.

— Нет. Не то чтобы я не думаю, что тебе не нужна девушка, которая время от времени говорит тебе, что делать.

— Где Кевин?

— Он все еще спит. В конце концов, выходные.

— Ты же понимаешь, что сидеть на моей кровати может показаться странным? — я сказал.

Я не хотел даже представлять себе, как отреагирует Кевин, если обнаружит свою девушку в моей постели. Я сомневался, что он даст мне возможность объяснить ситуацию. Может, я и был парнем-шлюхой, но девушки моих друзей определенно под запретом.

Она закатила глаза.

— Не говори глупостей. Ты меня не привлекаешь. Никто и подумать не может, что у меня будет роман с тобой.

— Ты разбиваешь мне сердце, — сказал я притворно обиженным тоном.

Рейган скрестила ноги, и на ее лице появилось решительное выражение.

— У нас сейчас нет времени на эту ерунду. Я пришла поговорить с тобой до того, как Эмбер проснется. Не хочу, чтобы она знала, что я здесь.

Теперь она полностью завладела моим вниманием.

— Что-нибудь случилось?

Рейган покачала головой.

— Все в порядке, если не считать того, что ты не рассказал Эмбер о своих чувствах.

Я открыл рот, для возражений, но она оборвала меня.

— Не отрицай своих чувств. Это очевидно, — ее взгляд слегка смягчился. — Послушай, Зак, ты должен сделать первый шаг и признаться Эмбер. Она слишком боится, что ты можешь отвергнуть ее. Я вижу, как вы подходите друг другу. Тебе просто нужно признаться в своих чувствах к ней.

Брайан будет против этого.

— Ты уверена, что Эмбер испытывает ко мне какие-то чувства?

— Ты что, слепой?

— Не хочу подталкивать Эмбер на то, к чему она не готова, — осторожно сказал я.

И что еще хуже: даже я не был уверен, что готов к серьезным отношениям.

— Признание своих чувств и отношения друг с другом не означают, что вам необходима физическая близость. Эмбер не Бриттани.

Меня охватило раздражение. Почему все упоминают о Бриттани?

— Я знаю это, Рейган. Как ты думаешь, почему я так осторожен?

— Что на самом деле тебя сдерживает, Зак? Ты беспокоишься, что не сможешь какое-то время обходиться без секса?

— Я парень, — раздраженно сказал я. — Конечно, я думаю о сексе. У меня никогда не было серьезных отношений… если не считать нескольких девушек без всяких обязательств, которые у меня были все эти годы. Я даже не уверен, что смогу сохранить верность девушке, с которой я действительно могу трахаться, но с Эмбер я буду вынужден жить, как монах Бог знает сколько времени.

Рейган с отвращением поджала губы.

— Если ты так рассуждаешь, то ты просто свинья, — она резко встала. — Кевин сказал мне, что ты считаешь себя таким же, как твой отец: изменщиком, разрушителем домашнего очага, но наши родители не определяют, кто мы и кем становимся. Есть нечто, что называется выбором. Возможно, тебе стоит перестать идти по стопам своего отца, как безмозглый баран, и выяснить, чего ты на самом деле хочешь.

Мой телефон зазвонил на ночном столике, на экране вспыхнуло имя Бриттани.

— Если хочешь только трахаться, то тебе следует ответить на этот звонок. Но тогда тебе лучше держаться подальше от Эмбер. Не хочу смотреть, как ты разбиваешь ей сердце. Я ожидала от тебя большего.

Бросив на меня последний сердитый взгляд, она резко развернулась и вылетела из моей комнаты, громко хлопнув дверью.

— Сука, — пробормотал я.

Я ожидала от тебя большего? Серьезно? Мой отец всегда говорил мне это. Я никогда ничего не мог делать правильного в его глазах, и, очевидно, то же самое относилось к Рейган, Кевину и Брайану. Да пошли они все. Это была моя жизнь. Я поднял трубку телефона.

— Эй, Бритт, может хочешь приехать ко мне? Ты нужна мне.

* * *

Я в последний раз вонзился в Бриттани, и меня захлестнули спадающие волны оргазма. Бриттани оторвала голову от подушки, в которую уткнулась лицом, подавляя стоны. Она растянулась на кровати, приподняв попку. Она любила эту позу, и я не возражал смотреть на ее горячую задницу во время секса. Я вышел из нее и избавился от презерватива. Потом встал и уставился на ее скользкую от пота кожу. Она перевернулась на спину, подняв руки над головой, с довольной ухмылкой на лице. Чувство вины сдавило мне грудь. Пока я трахал Бритт, в моей голове постоянно возникали образы Эмбер. Она проникла в мой мозг, и теперь я не мог ее оттуда вытащить. Бритт провела пальцами ног по моим бедрам, пока не добралась до моих яиц. Она начала массировать их пальцами ног, и удар похоти заставил мой размягчающийся член снова проснуться. Что я делаю? Секс с Бритт был горячим, умопомрачительным, незамысловатым, и все же в глубине души я хотел большего. Я хотел Эмбер.

Я отстранился, и нога Бритт соскользнула с моих яиц. Она села и нахмурилась.

— Что? Только не говори, что не готов к еще одному раунд.

Я определенно был готов к еще одному раунду, и мой уже затвердевший член хотел этого, но я должен был остановить это безумие. Рейган была права. Я ожидал, что стану таким же, как мой отец. Даже не пытался стать лучше.

Я провел рукой по волосам. Я был полным придурком. Как я мог объяснить причину Бритт без крупного скандала? Мягкие шаги прошелестели мимо моей двери. Эмбер. Я съежился. Слышала ли она что-нибудь? Блядь. Я сказал Бритт, что нам нужно быть тихими из-за Брайана, и она лишь издала несколько тихих стонов.

Ее глаза сузились.

— Это она?

— Что?

— Кто-то только что прошел мимо твоей двери, и у тебя было странное выражение лица. Это ведь была сестра Брайана, верно?

Я заставил себя пожать плечами.

— И что?

— И что? — повторила Бритт, поднимаясь с кровати. — Ты хотел заставить ее ревновать?

Я рассмеялся.

— Нет, конечно, нет.

— Тогда зачем ты пригласил меня сюда, после сказанного в клубе?

Хороший вопрос. Возможно, я пытался оттолкнуть Эмбер, но я больше не хотел этого делать. Я хотел дать истории с Эмбер шанс.

— О Боже, ты просто влюблен в эту девушку, — она схватила одеяло, завернулась в него и направилась к моей двери. — Я помоюсь, а потом уйду.

Я был удивлен, что Бритт не пыталась сопротивляться. Хотелось бы, чтобы она не принимала здесь душ, но я едва мог сказать ей, чтобы она оделась, при этом пахнув сексом. Она вышла из моей комнаты, но не направилась в ванную. Она направлялась в гостиную. Ох блядь.

Глава 12

Эмбер

Я вытянула ноги рядом с собой на диване и взяла новую книгу Мерси Томпсон. Тыковка растянулся рядом со мной, его хвост время от времени подергивался во сне. В коридоре послышались шаги, и в гостиную торопливо вошла светловолосая девушка. Она была совершенно голой, если не считать одеяла, обернутого вокруг ее тела. Я опустила книгу, широко раскрыв глаза.

Ее пристальный взгляд остановился на мне.

— Так ты и есть Эмбер?

Она была девушкой Брайана, Лорен. Почему она стоит посреди квартиры полуголая?

— Э-э-э, да? — сказала я с неуверенностью в голосе. — Ты Лорен?

Девушка придвинулась ближе. Она была высокой, и ее кожа влажной от пота.

— Нет, я Бриттани.

Она оглядела меня с головы до ног, и я невольно почувствовала себя маленькой под ее пристальным взглядом. Чего она хотела?

— Бритт! — Зак ввалился в гостиную, возясь с молнией на джинсах, его верхняя часть тела была обнажена.

Он замер, увидев меня сидящей на диване. Мой желудок сжался. Книга выскользнула из моих пальцев и упала на диван. Тыковка с испуганным шипением отскочил в сторону и тут же умчался прочь. Никто ничего не говорил. Мои глаза были прикованы к лицу Зака. Его волосы были растрепаны и слегка мокрыми, как и верхняя часть тела. Я чувствовала, как глаза Бриттани впиваются в меня, словно ножи. Теперь я поняла, почему она без одежды. Они с Заком только что занимались сексом в его комнате. Боль нахлынула на меня изнутри. Я не могла не чувствовать себя преданной, что было нелепо, так как мы с Заком не были вместе, но после катка я думала, что что-то изменилось между нами. Мне не следовало верить Рейган. Конечно, Зак не испытывал ко мне никаких чувств. Как он мог что-то испытывать, когда у него была такая девушка, как Бриттани? Я никогда не смогу соперничать с ее телом, ее опытом, ее уверенностью.

Я схватила свою книгу и вскочила с дивана. Не глядя ни на Зака, ни на Бритт, я обошла диванчик и направилась в свою комнату.

— Прошу прощения, — я даже не знала, за что извиняюсь. Я имела полное право находиться в гостиной. — Я дам вам немного уединения.

Возможно, Бриттани хотела продолжить их приключения в гостиной? Я бы не осталась смотреть. Тошнота поднялась во мне подобно внезапному потоку. Я была самым глупым человеком на свете, если думала, что между мной и Заком что-то может быть.

Слова из далекого прошлого прокрались в мой разум, слова, которые мои нападавшие нашептывали мне на ухо, когда закончили со мной. «Теперь ты никому не будешь нужна, грязная маленькая шлюха. Ты должна радоваться, что мы убьем тебя». И в тот момент я действительно была рада их милосердию. Я больше не хотела умирать, но страх, что эти люди могли оказаться правы, заставил меня спрятаться в темный уголок и никогда оттуда не выходить. «Теперь никто тебя не захочет».

— Эмбер, подожди, — сказал Зак, протягивая мне руку, когда я проходила мимо него.

Я отпрянула назад и врезалась в стену. От удара мою руку пронзила острая боль.

— Да что с ней такое? — спросила Бриттани.

Жар залил мои щеки. Я не могла вынести мысли о том, что Зак прикоснется ко мне после секса с другой девушкой. В течение нескольких секунд ни я, ни Зак не двигались. Он опустил руку, сжав кулаки. Мои глаза проследили за его напрягшимися сухожилиями, поднимаясь к бицепсам, широким плечам, скульптурным грудным мышцам и прессу, вниз к тонкой дорожке темных волос, исчезающих под поясом джинсов. Бриттани касалась каждого сантиметра кожи, по которой скользили мои глаза. Эта мысль послала мне еще одну волну смущения, смешанного с болью.

— Ты не могла бы оставить нас на минутку? — спросил Зак.

Вздрогнув, я поняла, что он обращается не ко мне.

Бриттани фыркнула.

— Серьезно?

— Нет, — быстро ответила я. — Мне пора идти.

Я чуть не споткнулась, торопясь попасть в свою комнату. Зак поспешил за мной.

— Эмбер, пожалуйста, дай мне шанс все объяснить.

Что тут было объяснять? Это не мое дело, если у него есть девушка.

— Объяснить? Единственный человек, перед кем ты обязан объясниться это я! — прошипела Бриттани. Она тоже шла за нами. — Почему бы тебе не начать и не объясниться, почему ты занимаешься со мной сексом, когда явно втянут в какую-то дурацкую щенячью любовь с этой девчонкой? — она прищурилась, глядя на меня. — Или это какая-то больная извращенность между вами двумя? Тебе нравится слушать, как Зак трахает других девушек?

Я вытаращила глаза.

— Прошу прощения? — спросила я, повышая голос.

На мгновение я была поражена собственной храбростью. Она не имела права так со мной разговаривать. Я не сделала ничего плохого.

— Ох, не смотри на меня так невинно.

— Бриттани, заткнись, — прорычал Зак.

Дверь Брайана открылась, и он высунул свою взъерошенную голову наружу. Его глаза окинули сцену, лицо исказилось в гневной маске.

— Что, черт возьми, здесь блядь происходит?

Он вышел прямо в пижаме. По крайней мере, один человек не был полуголым.

— Понятия не имею, — ответила я. — Я как раз направлялась в свою комнату, — я указала на свою дверь.

Брайан даже не взглянул на меня. Он смотрел на Зака с такой яростью, что это даже встревожило меня.

Бриттани всплеснула руками:

— Знаете что? С меня хватит.

Она резко развернулась и исчезла в комнате Зака. И с грохотом захлопнула дверь.

— Нам нужно поговорить, — приказал Брайан, схватив Зака за руку, но тот стряхнул ее, как назойливую муху.

— Сначала мне нужно поговорить с Эмбер.

— Конечно, блядь! — Брайан ударил ладонями по груди Зака.

Очевидно, Зак не ожидал нападения и рухнул спиной на стену. В мгновение ока он оказался на Брайане и сильно толкнул его. Он швырнул Брайана на дверь с такой силой, что та сорвалась с петель и с грохотом упала на пол. Брайан ухватился за дверной косяк, чтобы не упасть. Он выглядел готовым снова наброситься на Зака. Я не могла этого допустить. Они были друзьями уже много лет. Каждый мускул в теле Зака был натренирован в ожидании боя. Если бы награды в его комнате были хоть каким-то признаком, он бы вытер пол вместе с моим братом.

Я встала между ними, когда они уже собирались начать драку, и они оба отшатнулись в удивлении. Мои руки были вытянуты между ними, ладони лежали на их груди. На мгновение я была так ошеломлена своей храбростью, что разинула рот и уставилась на свои руки. Я была зажата между двумя парнями, которые прибывали в ярости и возвышались надо мной в узком коридоре, и я действительно касалась их, не растворяясь в луже страдания. Адреналин пульсировал в моих венах. Я прочистила горло и медленно опустила руки. Кончики моих пальцев покалывало там, где я коснулась груди Зака.

— Прекратите, — твердо сказала я и добавила: — Пожалуйста.

Зак тяжело привалился к стене.

— Прости за дверь, — он кивнул в сторону пола.

Брайан повернулся и поднял ее с пола.

— Это наименьшая из моих забот.

— Брайан, — предостерегающе произнесла я.

Брайан попытался поставить дверь на место, но безуспешно.

— Позволь мне помочь, — сказал Зак, направляясь к моему брату.

— Мне не нужна твоя чертова помощь.

Зак проигнорировал его, и вместе им удалось поставить дверь, но она не двигалась должным образом.

— Она сломана, — разочарованно сказал Брайан, а затем переключил свое внимание на меня. Будто слово «сломано» напомнило ему, что я все еще здесь. — Ты в порядке?

Признаюсь, во всех этих драках, я на мгновение забыла, с чего все началось. Конечно, Бриттани выбрала именно этот момент, чтобы выйти из комнаты Зака, одетая в черные узкие джинсы и кожаную куртку. Она выглядела потрясающе. Я отвела взгляд, чувствуя себя опустошенной и усталой. Она ушла, не сказав больше ни слова, за что я была ей благодарна, но уже одно ее присутствие усилило напряженность между Заком и Брайаном на несколько пунктов.

— Я в полном порядке. Почему не должна? — я старалась говорить небрежно.

— Ты обещал не приводить сюда ни одну из своих шлюх.

— Брайан! — я ненавидела это слово. — Это квартира Зака в той же степени, что и твоя. Он может приводить кого захочет. И если девушка приходит домой с парнем, это еще не значит, что она шлюха.

— Девушки, которых обычно выбирает Зак, именно такие.

— Девушки виноваты не больше, чем Зак. С таким же успехом ты мог бы назвать его шлюхой.

— Он и есть шлюха мужского пола, — сказал Брайан. — Вот почему я хотел, чтобы ты держалась от него подальше.

Зак прислонился к стене, крепко сжав челюсти.

— Я здесь, вы в курсе? И я люблю секс, так что подай на меня в суд. И вообще, в чем твоя проблема? Только не говори, что навещаешь Лорен несколько раз в неделю, потому что тебе нравится ее болтовня. Ты ездишь туда ради секса.

— Моя проблема в том, что ты связался с моей сестрой. Мне все равно, если ты будешь валять дурака… Мне все равно, если не понимаешь, как это жалко. Но я забочусь об Эмбер. Так что перестань притворяться, что тебе на нее наплевать, хотя совершенно очевидно, что это не так.

Я здесь закончила. Не говоря больше ни слова, я вошла в свою комнату и закрыла дверь, затем прислонившись к ней, закрыла глаза. Предполагаю, что это хорошо, что я знаю, на каком уровне я с Заком сейчас, прежде чем я дала волю чувствам. Кого я обманываю? Я уже была беспомощно влюблена в него.

* * *

Я уже выходила из квартиры на воскресную утреннюю прогулку, чтобы проветрить голову, когда Зак побежал за мной, одетый в спортивные штаны и обтягивающую черную футболку. Он был босиком.

— Эмбер, пожалуйста, подожди.

Я избегала его с момента нашей неловкой вчерашней стычки. Но Брайан ушел из квартиры вчера поздно вечером и не вернулся. Скорее всего, он был с Лорен.

— Мне действительно нужно с тобой поговорить.

Я замешкалась.

— Зачем? Ты не обязан мне ничего объяснять.

— Но я хочу, — сказал он с мольбой в глазах.

— Хорошо, но я хотела прогуляться.

— Я только надену пару кроссовок. Вернусь через секунду.

* * *

Мы сели на скамейку в парке рядом с многоквартирным домом. Ни Зак, ни я ничего не сказали за те пять минут, что потребовались, чтобы добраться сюда. Возможно, Зак надеялся, что я начну разговор, но я не знала, что сказать. Я подняла колени и прижала их к груди. Поднялся холодный ветерок, взъерошив мои волосы и вызвав дрожь по спине.

Мои ноги замёрзли в Конверсах. Зак, казалось, не возражал против низких температур. Его толстовка, вероятно, была теплее, чем моя тонкая куртка.

— Итак, — начала я, желая преодолеть неловкое молчание.

Я положила подбородок на колени и наклонила голову, чтобы посмотреть на Зака. Мы сидели на противоположных концах скамьи, почти в метре друг от друга. Часть меня хотела подсесть ближе и прижаться к сильной груди Зака. Возможно, это и к лучшему, что я влюбилась в парня, с которым не могла быть. Таким образом, по крайней мере, я могла бы испытать влюбленность, не рискуя на самом деле отношениями.

— Прости меня за вчерашнее.

— Почему? — я нахмурилась. — Это не значит, что ты не можешь привести свою девушку в свою собственную квартиру.

— Бритт вовсе не моя девушка, — он вздохнул. — Неважно. Но дело не в этом.

— Тогда в чем?

— Мне не следовало приводить Бритт в эту квартиру. Мне вообще не следовало с ней встречаться.

— Почему? — прошептала я, пойманная его пристальным взглядом.

Он уставился на свои колени, сдвинув брови.

— Черт, — пробормотал он и поморщился. — У меня это плохо получается. Ты мне очень нравишься, Эмбер.

Надежда затопила мое тело, но я не могла сделать из мухи слона. Я слегка пожала плечами.

— Ты мне тоже нравишься, — сказала я. — Ты лучший друг моего брата.

Его глаза скользнули по моему лицу.

— Я не это имел в виду. Ты нравишься мне не как друг.

— Не как друг?

Я хотела протянуть руку и провести кончиками пальцев по темной щетине на его подбородке. Хотелось наклониться поближе и вдохнуть его аромат, который был смесью мяты и чего-то пряного.

Он повернулся так, что оказался лицом ко мне. Теперь между его коленом и моей ногой оставалось всего несколько сантиметров. И все же мне хотелось подсесть поближе. Я должна была ощущать себя неловко, возможно, даже испуганно. У Зака внушительная внешность с его высокой фигурой и мускулами, но когда я находилась рядом с ним, возможности казались бесконечными, будто счастье было действительно в моей досягаемости, словно я могла ухватиться за неё, если бы только протянула руку. Зак заставил меня надеяться на то, что я считала недоступным для себя, он заставил меня тосковать по тому, чего я так долго боялась.

— Эмбер, меня влечет к тебе. Я хочу быть с тобой.

У меня перехватило дыхание. Должно быть, он принял мою реакцию за страх, потому что отвернулся, опустив плечи.

— Знаю, ты, вероятно, не чувствуешь того же, и, возможно, мне вообще не стоило поднимать этот вопрос. Прости, если я тебя напугал.

Я рассмеялась, и Зак нахмурился, глядя на меня.

— Ты меня не напугал. По крайней мере, не так, как ты, вероятно, думаешь.

— Я смущен, — сказал он с очаровательным выражением лица.

На его левой щеке была ямочка, которую я хотела поцеловать. В своей голове я всегда хотела, хотела, хотела. Как бы мне хотелось на самом деле пройти через это.

— Я тебя не боюсь, — сказала я и поняла, что это правда.

Хоть я знала, что Зак намного сильнее меня и физически способен сделать то, что сделали эти люди, я понимала, что он этого не сделает.

— Мне страшно от того, что ты заставляешь меня чувствовать.

— Разве это не одно и то же?

— Нет. Я боюсь, потому что ты заставляешь меня надеяться на то, на что я думала, что не способна. Боюсь надежды.

Зак выглядел потерянным.

— Я не очень хорошо разбираюсь в тонкостях. Я знаю, что женщины всегда хотят, чтобы мужчины поняли, что они имеют в виду, не произнося это вслух, но мне действительно нужно, чтобы ты объяснила для меня. Не хочу все испортить.

Я улыбнулась.

— Я не хочу быть просто друзьями. Хочу большего.

— Большего?

— Мне кажется, я влюбляюсь в тебя.

Как только эти слова слетели с моих губ, беспокойство скрутило мой желудок. Почему я должна была говорить, что влюбляюсь в него? Возможно, для большинства парней это был огромный красный флаг, но из того, что я знала о Заке, это был бы смертный приговор для любых подающих надежды отношений. Но я уже устала быть осторожной. Последние несколько лет осторожность и страх стали моей тюрьмой. Мне хотелось вырваться из них. Было необходимо.

На лице Зака отразилось облегчение.

— Хорошо.

— Хорошо? — прошептала я.

— Да, потому что я думаю, что тоже влюбляюсь в тебя.

Мое сердце взорвалось от радости. Я прикусила губу, не зная, что теперь делать. Глаза Зака метнулись к моим губам, но он даже не пошевелился, чтобы поцеловать меня. Я опустила колени на скамейку и придвинулась ближе к Заку.

Он замер, не сводя глаз с моего лица. Мои колени уперлись в его бедро, его тепло проникало сквозь нашу одежду. Я положила руку ему на плечо, чувствуя, как напрягаются его мышцы от моего прикосновения. Медленно наклонилась и коснулась его губ легким, как перышко, поцелуем. Нервы трепетали у меня в животе. Я не могла поверить, что действительно делаю это. Я приготовилась к натиску плохих воспоминаний, но их не последовало. Была только мягкость губ Зака, его тепло, его запах.

Я прижала другую ладонь к его груди, чувствуя ровное биение его сердца. Его рука, лежавшая на спинке скамьи, очень легко коснулась моей талии. Я подпрыгнула, и Зак тут же отстранился.

— Слишком?

Я схватила его руку и положила ее обратно на то же самое место на талии.

— Нет, все в порядке. Просто удивилась.

Я уже не была уверена, что это слишком. Зак заставил меня поверить, что, возможно, я смогу разрушить каждую стену, которую построила вокруг себя после того инцидента. Стены, которые казались непроницаемыми, стены, доминировавшие в моей жизни в течение многих лет, изолировавшие меня до полного одиночества и отчаяния, и я вдруг почувствовала, что могу победить.

Я не пыталась углубить поцелуй, как и Зак, хотя он, вероятно, хотел этого. В конце концов я снова присела.

— Итак, — сказал он, и на его лице медленно появилась улыбка.

— Итак.

— Значит ли это, что мы… — он замолчал.

Я подумала о вчерашнем дне, о Бриттани в одном одеяле, о том, что они с Заком, должно быть, делали до того, как она вошла в гостиную.

— Нет.

Выражение его лица упало.

— Из-за вчерашнего.

— И это тоже, — призналась я. — Но это еще не окончательное «нет». Просто думаю, что нам необходимо обсудить несколько вещей, прежде чем мы двинемся дальше.

Жар прилил к моим щекам. Я не могла поверить, что смогла произнести эти слова. Возможно, впервые за три года я почувствовала, что контролирую свою судьбу.

Зак кивнул, расслабляясь под моим прикосновением, и я поняла, что мои руки все еще находились на его груди и плече. Я уронила их и сложила на коленях.

— Значит, ты даешь мне второй шанс?

— Для начала, у тебя никогда не было первого шанса, — поддразнила я его.

Неужели именно так чувствуют себя нормальные девушки моего возраста?

Он усмехнулся, и тепло наполнило мой желудок. Я снова хотела поцеловать его, но это противоречило бы тому, что я только что предложила.

— Как насчет того, чтобы сходить на свидание? — спросил он. — Сегодня вечером?

Я кивнула. Я не могла поверить, что свидание на самом деле стало частью моей реальности.

Закари

— Сегодня вечером, — согласилась она. На ее лице появилась легкая неуверенность. — Но все же я думаю, что нам нужно кое о чем поговорить, прежде чем мы отправимся.

— Хорошо, тогда давай сделаем это.

Еще один порыв ветра пронесся над нами, и Эмбер вздрогнула. В обычной ситуации я бы обнял ее, чтобы согреть, но не хотел давить на неё.

— Не хочешь зайти внутрь?

— Нет, — она покачала головой. — Брайан, возможно, уже дома, и все усложнит.

Я поморщился. Я совсем забыл о Брайане. Он по-королевски разозлился бы, если бы узнал, что я иду на свидание с Эмбер, и еще больше разозлился бы, когда узнал, что я хочу двигаться с ней дальше.

— Он попытается помешать нам выйти на улицу.

Эмбер вздохнула.

— Знаю. Но это моя жизнь. Я не могу вечно жить в коконе.

— Брайану это не понравится.

— Ох, ему это определенно не понравится, но он согласится, — Эмбер деликатно пожала плечами. — Давай поговорим.

Я как-то странно нервничал.

— Брайан, наверное, говорил тебе, что у меня не очень хороший послужной список в отношениях.

— Он рассказал. Так что насчет Бриттани? Что происходит между вами двумя?

— Ничего.

Эмбер посмотрела с сомнением.

— Мы встречаемся уже около года, но только физически. И это не было чем-то исключительным. Мы оба проводили время с другими.

Она уставилась на свои руки.

— Значит, речь шла о сексе?

— Да.

Я действительно был смущен. Когда Эмбер произнесла это таким тоном, я почувствовал себя полным придурком, каковым, вероятно, и был.

— Я не нашёл за это время никого, к кому хотел бы относиться серьезно.

— Ты же знаешь, что я не могу дать тебе того, что те девушки. Я хочу, чтобы у нас были отношения. Хочу чего-то осмысленного.

— Я хочу того же самого, — сказал я.

Рейган была права. Если я не хочу быть похожим на своего отца, мне придется выбрать другой путь. Не тот, на котором я сейчас. Я никогда не чувствовал к девушке того, что чувствовал к Эмбер. Но я не мог ей лгать.

— Не знаю, насколько хорош буду в этих отношениях. Это что-то новое для меня.

Эмбер улыбнулась.

— Я тоже ничего не могу обещать. Для меня это тоже в новинку. У меня никогда не было парня, — она судорожно сглотнула. — До того случая мне нравился один парень, но у меня никогда не было возможности быть с ним.

Гнев захлестнул меня, когда я подумал о произошедшем с ней, но отбросил это в сторону.

— Я действительно хочу попробовать.

— Я тоже. Это все, что мы можем сделать. Попробовать, — она внимательно посмотрела мне в лицо. — Ты же знаешь, что физическая близость тяжела для меня. Я не могу обещать, что когда-нибудь буду готова переспать с тобой, — она судорожно сглотнула. — Даже не знаю, буду ли когда-нибудь готова к чему-то большему, чем поцелуи.

Смущение исказило ее лицо.

Мне не нравилась мысль, что я никогда не смогу сделать больше, чем поцеловать Эмбер, но я не мог сказать ей этого.

— Я знаю. Мы просто должны делать шаг за шагом в отношениях.

— Звучит неплохо. Но ты уверен, что готов ждать, пока я не буду готова? Как насчет твоих… — я мог сказать, что она искала правильную формулировку. — … Потребностей или побуждений?

Я разразился смехом. Эмбер вспыхнула.

— Извини, но это звучит так, словно я какое-то животное, которое не может контролировать свои желания.

Что-то изменилось в лице Эмбер, и мое нутро сжалось от ужаса. Мужчины, изнасиловавшие Эмбер, были похожи на животных. Монстры.

— Эмбер. Я…

Она подняла руку, и я замолчал. Ее подбородок задрожал, будто она вот-вот сорвётся.

— Ты совершенно прав. Ты не животное. Но у тебя есть потребности.

— Не беспокойся о моих потребностях. Я могу о них позаботиться, — она нахмурилась. — Знаешь? Правая рука — лучший друг человека? — я подмигнул ей.

Эмбер подавилась смешком.

— Ох, хорошо. Верно. Об этом я как-то не подумала. Но будет ли этого достаточно?

Я осторожно накрыл ее руку своей.

— Не переживай. Я могу с этим справиться.

Я снова находился на грани смеха, но сдержался.

— Ты должна пообещать, что всегда будешь говорить мне, когда что-то будет слишком для тебя. Я не хочу давить на тебя.

Она кивнула.

— Обещаю. Так что мы будем делать на нашем первом свидании сегодня вечером?

— Как насчет того, чтобы посмотреть кино?

— Я уже много лет не была в кинотеатре.

С момента изнасилования… вот чего она не сказала.

— Мы можем заняться чем-то другим.

Она сжала мою руку.

— Нет, я бы с удовольствием посмотрела кино.

Я не мог поверить, что Эмбер согласилась пойти со мной после всего, что ей рассказал Брайан, после того, что она увидела вчера. Я хотел, чтобы это сработало. Я не хочу ничего испортить.

Глава 13

Эмбер

Я пялилась на вешалки с одеждой в моем гардеробе уже почти тридцать минут, и все еще не знала, что надеть на свидание. Я хотела хорошо выглядеть для Зака. К сожалению, большая часть одежды, которая у меня была, предназначалась, чтобы скрыть мое тело и делать меня, как можно более незаметной. В квартире хлопнула дверь, и кто-то протопал мимо моей комнаты. Брайан. Судя по звуку его шагов, время, проведенное с Лорен, прошло не слишком хорошо. Он до сих пор даже не рассказал мне о своей девушке. Я очень надеялась, что он не устроит скандал, когда узнает, что мы с Заком собираемся куда-то сегодня вечером.

Я все еще не могла поверить, что мы с Заком собираемся дать отношениям шанс. Зак не был идеален, но и я тоже. Возможно, это должно было закончиться ужасно, но я должна была попытаться. Нормальная жизнь. Нервы скрутили мой желудок. Я сосредоточилась на своей задаче и выбрала черные: не совсем узкие, но более облегающие, чем обычно — джинсы и фиолетовую майку, которую никогда раньше не носила. Я купила ее в интернете, потому что мне понравился этот цвет, но тогда я не чувствовала себя комфортно, потому что она облегала мое тело во всех местах, где я хотела спрятаться.

Я расчесала волосы, слегка подкрасилась и надела балетки. Затем посмотрела на свое отражение в длинном, до пола, зеркале, прикрепленном к двери. На самом деле, это был первый раз, когда я использовала его.

Сделав глубокий вдох, я вышла из своей комнаты и направилась в гостиную. Зак уже был там. Он был одет в темные джинсы и красивую белую рубашку. Он закатал рукава, обнажив сильные предплечья и загорелую кожу. Повернул голову и поймал мой пристальный взгляд. Его глаза блуждали по мне. Жаль, что я не знаю, о чем он думает.

— Прекрасно выглядишь, — сказал он.

Стараясь скрыть свою нервозность, я направилась к нему. Он протянул руку ладонью вверх. Не колеблясь, я вложила свою руку в его. Как такое простое дело, как держаться за руки, может казаться таким правильным? Я не была уверена, что именно в Заке сделало это возможным. Я была просто рада, что он дал мне возможность исследовать нормальную жизнь. Из комнаты Брайана доносилась музыка. По крайней мере, он не будет пытаться остановить нас.

* * *

Мы приехали на стоянку у кинотеатра. Мы держались за руки всю дорогу, и я скучала по его прикосновению, когда мы отпустили друг друга, чтобы выйти из машины. Парковка была переполнена людьми, в основном нашего возраста, насколько я могла видеть. Так много людей. Я замешкалась возле машины. Зак протянул мне руку, и я взяла ее, радуясь его присутствию. Сжала его руку, когда мы подошли к кинотеатру. Внутри все было ярко освещено, и народу было еще больше, чем на парковке. Когда мы вошли, на меня нахлынули звуки. Смех и разговоры. Я не могла вспомнить, когда в последний раз меня окружало так много людей.

— Хочешь попкорн или что-нибудь еще?

Мои глаза метнулись в сторону прилавка.

— Попкорн звучит здорово.

Мы присоединились к длинной очереди людей, ожидающих своей очереди. Группа старшеклассников встала в очередь позади нас, все были высокими и шумными. Один из них врезался в меня, и меня охватила паника. Я прижалась к Заку, ища его защиты.

Он оттолкнул парня назад.

— Осторожнее, — прорычал он.

Глаза парня расширились. Затем он обменялся взглядом со своими друзьями, который дал понять, что он думал, что Зак слишком остро реагирует, но они все отступили на несколько шагов, предоставляя мне больше места. Зак действительно производил впечатление.

Он посмотрел на меня сверху вниз и прошептал:

— Мы можем уйти, если хочешь.

— Нет, — ответила я. — Я в полном порядке.

Он обнял меня за плечи, как бы защищая.

— Слишком?

Я улыбнулась.

— Нет.

В объятиях Зака люди и шум не были и вполовину такими страшными. Его запах и тепло окутали меня коконом безопасности. Мы купили попкорн и направились к своим местам. Места рядом с нашими были заняты, и на обоих сидели парни. Проглотив подступающую панику, я опустилась на сидение и придвинулась как можно ближе к Заку. Он обнял меня одной рукой. Пока он изучал мое лицо, выражение его лица стало обеспокоенным.

Я выдавила из себя улыбку и опустила голову ему на плечо. Свет погас, и началась реклама. Зак положил попкорн себе на колени, и наши руки продолжали касаться друг друга. Каждый раз, когда это случалось, меня пробирала легкая дрожь. Несмотря на то, что я прижималась к нему, а его рука лежала на моем плече, эти случайные прикосновения казались интимными и волнующими. Они будоражили что-то в моем животе, заставляя гадать, каковы будут его прикосновения в других местах, но мне предстояло пройти долгий путь, прежде чем это станет возможным.

* * *

После фильма мы с Заком вернулись к нашей машине и поехали домой.

— Не думал, что в кинотеатре будет так людно, — сказал он через некоторое время. — Прости.

— Нет. Мне очень понравилось.

— Понравилось? — он бросил на меня недоверчивый взгляд.

— Было приятно находиться в твоих объятиях, — призналась я.

Зак усмехнулся:

— Хорошо, потому что мне нравится обнимать тебя.

Когда мы вышли из машины, позади нашего дома, на моем мобильнике вспыхнуло сообщение. Оно было от Брайана и говорило:

Брайан: «Где ты???»

— Брайан? — предположил Зак, когда мы подошли к парадной двери нашего дома.

— Интересуется, где я.

— Скоро он все узнает, — сказал Зак.

Мы вошли в лифт, и я улыбнулась, несмотря на охватившее меня беспокойство.

— Может, нам лучше притвориться, что мы встретились в коридоре?

Зак рассмеялся.

— Хочешь солгать Брайану о нас?

— Это всего лишь одно свидание.

Зак нахмурился.

— Не хочу, чтобы это было наше последнее свидание.

— Я тоже.

— Так что, если мы решим дать этому свиданию шанс, нам нужно будет сообщить твоему брату.

Я вздохнула и прислонилась к стене лифта.

— Ты прав. Так мы встречаемся?

Этот вопрос заставил меня странно занервничать.

Зак придвинулся ближе. Он собирается меня поцеловать? Я прикусила губу. Он возвышался надо мной на целую голову. Мы стояли в узком пространстве, и на этот раз я не контролировала ситуацию. Смогу ли я с этим справиться? Зак остановился и только взял меня за руку. Он заметил сомнение на моем лице?

— Мы встречаемся, — сказал он.

Внезапно с моей груди свалилась огромная тяжесть. Я встала на цыпочки, обвила рукой шею Зака и притянула его лицо к себе, касаясь губами его губ. От этого прикосновения по моему телу пробежала дрожь. Я задумалась, как бы было, если углубить поцелуй, но лифт был не самым подходящим местом для этого. Я уже удивилась, что вообще поцеловала его. Двери лифта открылись, и мы вышли из него. Когда мы вошли в квартиру, Брайан сидел на диване. Его глаза метнулись к нашим сцепленным рукам, затем к Заку, а потом ко мне. Он резко вскочил со своего места. Это плохо кончится.

Закари

Брайан выглядел так, словно хотел меня убить. Я сжал руку Эмбер.

— Может, тебе лучше пойти в свою комнату?

Брайан обошел диван и направился прямо ко мне. Я не спускал с него глаз. Я не сделал ничего плохого, независимо от того, как сильно он хотел, чтобы я чувствовал себя именно так.

— Брайан, — предостерегающе произнесла Эмбер. — Именно этого я и хочу. Не доставляй Заку хлопот.

— Ты даже не знаешь, что это такое. Даже не представляешь, во что ввязываешься, — пробормотал Брайан.

Он обращался с ней так, словно она была глупым ребенком. Эмбер прищурилась.

— Как ты можешь так говорить? Я хочу нормальной жизни. Я хочу парня. Хочу опыт, близость и любовь, — она резко закрыла рот, выглядя смущенной.

Любовь, хах? Я заставил свое лицо оставаться пассивным. Не мог позволить Эмбер увидеть, как простое упоминание о любви потрясло меня, но Брайан, должно быть, заметил что-то в моем выражении лица. Я знал, что она не имела в виду, что любит меня, но все равно я не мог не волноваться. Слово «любовь» относилось к некоему обязательству, о котором я даже не задумывался. Любовь погубила мою мать.

— Я только хочу поговорить с Заком, — сказал Брайан.

— Поговорить? — Эмбер посмотрела с сомнением. Наверное, и я тоже. Брайан хотел надрать мне чёртову задницу. — Не думаю, что это хорошая… — ее прервало телефонное уведомление. Она посмотрела на экран и ответила: — Это Рейган. Она сейчас у Кевина и хочет поговорить.

В этот момент раздался стук в нашу дверь.

Эмбер отпустила мою руку и открыла дверь.

— Где ты все это время ждала, у двери? Как добралась так быстро?

Рейган улыбнулась, но ее глаза метались между мной и Брайаном. Вероятно, было очевидно, что мы вот-вот начнем спорить. Она взяла Эмбер за руку и потащила прочь.

— Пусть парни сами разбираются со своим тестостероном.

Обе девушки исчезли на кухне.

Брайан ждал за дверью, чтобы закрыть ее, прежде чем заговорил:

— Что здесь происходит?

Я видел, сколько стоило ему сил говорить спокойно.

— Мы с Эмбер ходили на свидание.

— Свидание? — Брайан стиснул зубы.

— Мы хотим попробовать.

— Попробовать что?

— Отношения…

Брайан фыркнул.

— Ты, должно быть, шутишь, — он продолжил своим низким голосом. — Эмбер еще не готова к отношениям. Ты не можешь просто использовать ее в качестве подопытного кролика, чтобы проверить, способен ли ты не спать с кем попало.

— Она не подопытный кролик. Мы с твоей сестрой это уже обсуждали. Мы оба хотим дать отношениям шанс.

Брайан отрицательно покачал головой.

— Черт. Почему ты не послушал меня? — внезапно он перестал выглядеть сердитым.

Он опустился на подлокотник дивана. Я положил руку ему на плечо, но он стряхнул ее.

— Послушай, чувак, я никогда не сделаю ничего такого, что могло бы навредить твоей сестре. Я действительно забочусь о ней, — сказал я, пытаясь быть голосом разума.

— Возможно, и не нарочно, Зак, но ты бабник. Сомневаюсь, что ты сможешь держать свой член в штанах дольше, чем пару недель.

Я сжал кулаки.

— Мы с Эмбер сделаем так, чтобы это сработало. Поможешь ли ты мне не дать все испортить или будешь стоять в стороне и смотреть на меня так, словно я второе пришествие Сатаны?

Брайан встал. Он был на несколько сантиметров ниже меня, но каким-то образом ему удалось встать нос к носу.

— По какой-то причине Эмбер хочет дать тебе шанс. Я не видел ее такой счастливой с тех пор, как эти ублюдки изнасиловали ее. Я не буду пытаться вмешиваться, потому что Эмбер рассердится, если я это сделаю, но если ты все испортишь, если причинишь ей боль, если разобьешь ей сердце… нашей дружбе конец. Я съеду и никогда больше не буду с тобой общаться, так что тебе лучше не облажаться. Понятно?

Я почувствовал укол беспокойства. На кону стояло очень многое. Если я все испорчу, то потеряю не только Эмбер, но и Брайана. И до сих пор моя жизнь была сплошным хаосом.

— Понятно, — просто ответил я.

Эмбер

Мы с Рейган вошли в кухню. Она села за стол, а я осталась стоять у двери, прислушиваясь к разговору Брайана и Зака. Если они начнут кричать, мне придется встать между ними, чтобы разнять их.

— Значит, вы с Заком ходили на свидание?

Я уже отправила Рейган сообщение, сообщая ей об этом. Я, молча, кивнула.

— Расскажи мне обо всем, — она выдвинула стул рядом с собой. — И пожалуйста, сядь. Твой брат не собирается убивать Зака.

— Я в этом не уверена.

— Перед твоим братом около двадцати двух килограммов мышц Зака. Ни за что на свете Брайан не смог бы победить Зака в драке.

— И это должно меня успокоить?

Рейган похлопала по стулу, и я плюхнулась на него.

— Ну как все прошло?

— Было очень мило.

— Мило? Вы целовались?

— Да, но… — мои щеки вспыхнули, — Не совсем, понимаешь?

— Значит, без языка?

Хотелось бы мне быть такой же открытой в этих вопросах, как Рейган.

— Я хотела, но побоялась, что это будет слишком. Или что Зак захочет большего, если мы действительно поцелуемся.

— Зак знает о твоем прошлом. Он бы не подумал, что ты готова спуститься вниз и поделать грязные делишки, потому что ты поцеловала его по-французски, — сказала она. — И ты можешь сказать ему «нет», когда тебе что-то не по силам. У Зака есть свои недостатки, но он никогда не заставит тебя делать то, чего ты не хочешь.

В прошлом я уже говорила «нет». Кричала это до тех пор, пока у меня не пересохло горло. Умоляла, плакала, молила, хныкала, но это «нет» для них ничего не значило. Зак был совсем не таким. И я это знала. Рейган коснулась моей руки.

— Ты должна говорить, чего хочешь и чего не хочешь. Поверь мне, Зак не будет возражать, если ты будешь откровенна с ним о своих желаниях.

Звучало так легко, но даже слово «желание» заставило меня покраснеть от смущения.

— Я даже не знаю, чего хочу.

— Вы все узнаете вместе. Если и есть что-то хорошее в обширном опыте Зака, так это то, что он, вероятно, хорошо умеет ублажать девушек.

— Боже, — я закрыла лицо ладонями. — Даже не знаю, смогу ли почувствовать что-то подобное. Возможно, произошедшее, заставило меня онеметь.

Рейган внимательно посмотрела мне в лицо.

— Ты беспокоишься, что не сможешь почувствовать удовольствия.

Я слегка кивнула.

— Ты никогда не пыталась дотронуться до себя?

Моя кожа была такой горячей, что просто чудо, что я еще не сгорела.

— Нет.

— Почему?

Я бросила на нее быстрый взгляд.

— Потому что, после произошедшего, я не могла даже думать о чем-то подобном, не переживая все заново.

— А сейчас?

— Я чувствую влечение к Заку, — я сделала паузу. — Хочу поцеловать его.

Она усмехнулась.

— Значит, при виде мускулистого тела Зака, ты что-то чувствуешь?

Я определенно что-то ощущала при виде Зака.

— Да, наверное. Это очень сложно. Не знаю, что мне делать.

— Ты должна держать все под контролем, Эмбер. Будь той, кто сделает первый шаг. Возьми все под свой контроль. Покажи Заку, чего хочешь. Он, вероятно, так же неуверен и растерян, как и ты. Он нуждается в твоем руководстве.

— Верно. Ты сама говорила… что он опытный, а я нет.

— Это не имеет никакого отношения к делу. Он никогда не был с такой девушкой, как ты. Его обычные пассии сбрасывают свои трусики от одной его улыбки. Они определенно не девственницы.

У меня на глазах выступили слезы.

— Я не девственница, — резко прошептала я.

— Да, это так, — почти прорычала Рейган. — То, что эти три ублюдка сделали с тобой, было против твоей воли. Ты никогда не спала с парнем. Тебя изнасиловали. Это не считается.

Она быстро заморгала.

Я сделала глубокий вдох через нос, сдерживая слезы. Я не собиралась плакать. Пролила слишком много слез из-за случившегося.

— Мне так не кажется.

— Когда, если, ты когда-нибудь решишь переспать с Заком или с кем-то еще, ты поймешь, что я имею в виду.

— Не знаю, смогу ли я когда-нибудь переспать с Заком.

— Шаг за шагом. Просто не забудь взять все под свой контроль.

— Хорошо, — сказала я.

Взять все под свой контроль… смогу ли? Возможно, Рейган была права. Возможно, мне нужно было наконец вернуть все под свой контроль. И что может быть лучше, чем сделать это с Заком? Он не причинит мне вреда.

Дверь распахнулась, и вошел Зак. Его глаза метались между мной и Рейган, и знакомое тепло поселилось в моем животе.

— Все в порядке?

Я улыбнулась.

— Да, — я старалась смотреть мимо него. — Где Брайан?

— В своей комнате.

— Он в порядке насчёт нас?

— Настолько в порядке, насколько это вообще возможно.

Зак достал из холодильника бутылку апельсинового сока и сделал большой глоток.

— Свинья, — сказала Рейган. — Тебе бы не помешал стакан.

Зак подмигнул мне.

— Эмбер не возражает.

Рейган встала.

— Мне нужно вернуться к Кевину. Он, наверное, уже дуется.

Она многозначительно посмотрела на меня, проходя мимо нас, — и исчезла. Зак поставил апельсиновый сок обратно в холодильник. Было уже почти одиннадцать, но я не могла перестать думать о словах Рейган. Я хотела поцеловать, Зака. Взять все под свой контроль.

Я прикусила губу.

— У тебя какое-то странное выражение лица, — усмехнулся Зак. Затем его лицо стало серьезным. — С нами все в порядке? Рейган что-нибудь наговорила обо мне? Что-нибудь плохое?

Я рассмеялась.

— Нет, — я собралась с духом. — Я хочу поцеловать тебя.

Брови Зака взлетели вверх.

— Ты можешь целовать меня, когда захочешь. Ты поцеловала меня сегодня.

— Я хочу сказать, — прошептала я, — Что хочу настоящего поцелуя.

Может ли это стать еще более неловким? Зак удивленно выпрямился.

— Конечно.

— Ты не мог бы присесть? — слова вырвались у меня сами собой.

На его лице промелькнуло замешательство, но он безропотно опустился на стул, на котором сидела Рейган. Я встала и медленно подошла к нему. Когда он сидел, я была на пару сантиметров выше его. Он поднял голову, не совершая ни малейшего движения, чтобы дотронуться до меня. Его руки лежали на бедрах. Он старался выглядеть настолько безобидным, насколько это вообще возможно для человека его роста и комплекции. Неужели Рейган была права? Неужели он так же нервничал из-за этого, как и я? Кто знает, чем Брайан ему угрожал? Я встала между его ног и положила руки ему на плечи. Взять все под свой контроль.

Я уже целовалась с двумя парнями до того случая, но это что-то новенькое. Я больше не была той девушкой. Она была сломлена, раздавлена, уничтожена. Я долго оплакивала ее, оплакивала тот факт, что она потеряна для меня навсегда и вместе с ней исчезло мое счастье, моя жизнь, мое будущее. Может, то, что было сломано, уже нельзя было починить. Возможно, я никогда не смогу стать той девушкой из прошлого, но могу стать кем-то новым.

Глаза Зака изучали мое лицо. Я думала, что никогда больше не смогу доверять мужчине. Взять все под свой контроль, снова напомнила я себе. Это всего лишь поцелуй, о котором я мечтала уже несколько дней. Но что, если случится самое худшее и у меня начнется приступ паники? Не решит ли Зак, что я не стою таких хлопот?

— Скажи, о чем ты думаешь, — пробормотал Зак.

Что-то шевельнулось во мне от беспокойства в его тоне. Я хотела этого. Хотела почувствовать губы Зака на своих.

Я приблизила свое лицо к его, пока наше дыхание не смешалось. Голубые глаза Зака впились в меня, мягко и ободряюще. Возможно, мой брат был прав. Возможно, Зак и был ошибкой, но он был ошибкой, которую я хотела совершить. Это был мой выбор.

Я прижалась губами к его губам, мои глаза закрылись. Собравшись с духом, я прикоснулась языком к его губам, надеясь, что он воспримет это как разрешение и возьмет инициативу на себя. Зак поднял одну руку и нежно коснулся моей щеки. Затем открыл рот, и его язык скользнул сквозь моих губ. Он был горячим и таким приятным на вкус, и каждое прикосновение его языка к моему вызывало легкую дрожь удовольствия по всему телу. Я даже чувствовала это пальцами ног. Мой выбор.

Его язык стал более требовательным, и в моем животе разлилось тепло. Я даже не была уверена, что именно чувствую, но было так хорошо, так освобождающе. Я никогда не хотела, чтобы это прекратилось, это чувство контроля над моим телом, моими желаниями и потребностями. Другая рука Зака поднялась и коснулась моей спины. Мои ноги ослабли, когда наши губы скользнули по губам друг друга, и я запустила пальцы в волосы Зака. Я едва ли думала, что это возможно, но ощущения, проклинающие мое тело, стали еще более интенсивными.

Я отстранилась, чтобы перевести дыхание, мои глаза распахнулись и встретились с пристальным взглядом Зака. Уголки его губ приподнялись, и я не смогла сдержать ответной улыбки.

— Ты в порядке? — тихо спросил он, убирая руку с моей щеки.

— Лучше, чем в порядке.

Моя кожа все еще горела, но на этот раз не только от смущения. Мне хотелось целовать его снова и снова.

Закари

Кровь стучала в жилах. Губы Эмбер распухли и покраснели от нашего поцелуя, и мне снова захотелось прижаться губами к ее губам, хотелось целовать ее до тех пор, пока она не потеряет всякое чувство собственного достоинства. Но было уже поздно, и мой член уже начал твердеть в штанах. Я пошевелился, опустив руки на колени, скрывая выпуклость. Эмбер не нужно было этого видеть. Мы продвигались вперед, и я не хотел все испортить, потому что не мог контролировать свой член.

Я хотел отвести Эмбер в свою комнату, хотел опустить ее на кровать и узнать, все ли части ее тела на вкус так же хороши, как ее рот. Блядь, она будет моей погибелью. Я провел рукой по лицу.

— Я устал.

На лице Эмбер промелькнуло разочарование.

— Ох, верно. Уже поздно.

Она отступила назад от моих ног, внезапно смутившись.

— Не могу дождаться, чтобы целовать тебя снова и снова, — сказал я, и она просияла.

Она наклонилась вперед и быстро поцеловала меня в губы. Это была сладкая пытка.

— Спи спокойно, — прошептала она, прежде чем выскользнуть из кухни.

Я долго не мог уснуть. Убедившись, что Эмбер находится в своей комнате, я встал. Мои трусы были чертовски тесны для моего стояка.

В своей комнате я опустился на стул у письменного стола и вытащил свой член, уронив голову на спинку. Я схватил свой член и начал двигать по нему.

Образы Эмбер заполнили мою голову, когда я кончил на руку. Я привел себя в порядок, натянул трусы и со стоном откинулся на кровать. Дрочить в одиночестве в своей комнате было далеко не так приятно, как я надеялся, но я просто должен был привыкнуть к этому сейчас, пока Эмбер не будет готова к большему. Я действительно надеялся, что это произойдет в ближайшее время, но знал, что не могу давить на нее. Я бы не стал.

* * *

Крики прорвались сквозь мой сон. Я сел, моргая в темноте своей комнаты. Что происходит? Я попытался стряхнуть с себя остатки усталости. Раздался еще один крик. Я весь напрягся. Это была Эмбер. Я сбросил с себя одеяло и вскочил с кровати, а затем выскочил из своей комнаты и направился к ней. Брайан открыл свою дверь, его волосы были в беспорядке.

Я вошёл в комнату Эмбер, не заботясь о неодобрении Брайана. Она металась в своей постели, одеяло запуталось вокруг ее ног. На ней была только футболка, и ее голые ноги были скользкими от пота. Я с трудом оторвал от них взгляд и подошёл к кровати. Она плакала, и слезы текли по ее красным щекам. Я не знал, что делать дальше.

Мне нужно было освободить ее от ужасов ночного кошмара, но я не хотел пугать ее. Брайан наблюдал за мной с порога. Держу пари, он надеялся, что я повернусь и скажу ему, что не могу с этим справиться. Бьюсь об заклад, он был бы рад увидеть, как я потерплю неудачу, когда отношения между мной и Эмбер все еще были новыми и легко могли закончиться.

Эмбер заскулила, ее руки бились о невидимого противника. При мысли о том, что ей пришлось пережить, в моем горле поднялась желчь. Я хотел убить ублюдков причинившие ей боль, хотел разорвать их на мелкие кусочки.

Я присел на край кровати и потянулся к ее плечу. Как только моя ладонь коснулась ее обнаженной кожи, она резко проснулась, ее глаза широко раскрылись и были полны страха. Она с криком набросилась на меня, ударив рукой мое лицо. Моя губа горела, но я боролся с инстинктом не схватить ее за руку, чтобы защитить себя. Я бы не стал ее сдерживать. В боевых поединках меня били гораздо сильнее.

Ее глаза застыли, обнаружив мое лицо. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы узнать меня. Затем паника и борьба покинули ее. Она села, тяжело дыша. Внимательно посмотрела мне в лицо, и ее глаза расширились. Она прикоснулась кончиком пальца к моей нижней губе и посмотрела на нее. Там была кровь.

— Я это сделала? — в ужасе спросила она.

— Ничего страшного.

— Мне очень жаль, — она закрыла лицо ладонями.

— Все нормально. Все в порядке.

Я уже собирался встать, когда она опустила руки и умоляюще посмотрела на меня.

— Ты можешь остаться? Только на некоторое время.

Я был потрясен ее просьбой. Думал, что она не захочет, чтобы кто-то находился рядом с ней после кошмара.

— Конечно, — сказал я.

Брайан бросил на меня предостерегающий взгляд. Неужели он думает, что я действительно попытаюсь что-то предпринять после того, что я только что видел? Я не был таким уж мудаком. Он выскользнул из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь. Эмбер даже не заметила его присутствия. Она отодвинулась в сторону, чтобы мне было больше места на кровати. Я откинулся на спинку кровати, вытянув перед собой ноги. Эмбер снова положила голову на подушку. Потом взяла меня за руку и закрыла глаза.

— С тобой я чувствую себя в безопасности, — прошептала она.

— Так и есть. Я больше никому не позволю причинить тебе боль, — я погладил ее по голове. — Буду защищать тебя.

Постепенно ее дыхание выровнялось, а лицо расслабилось. Она все еще сжимала мою руку, и я боялся, что разбужу ее, если попытаюсь отпустить. Тыковка сердито посмотрел на меня со своего места на стуле у стола. Я пошевелился, пока наполовину не лег, погасил свет и закрыл глаза. Эмбер прижалась ближе, пока ее голова не оказалась на моей руке, а дыхание не затрепетало на моей обнаженной груди. Блядь. Мне следовало бы подумать, чтобы надеть футболку, прежде чем войти в комнату. По крайней мере, я лежал поверх одеяла. Я убрал руку, которую держала Эмбер, но она только крепче сжала ее. Было приятно, что она рядом, хотя я и ненавидел саму причину своего присутствия здесь.

Глава 14

Эмбер

Проснувшись на следующее утро, я обнаружила, что лежу в своей постели одна, если не считать Тыковки, который спал на своем обычном месте у моих ног. Я вспомнила, как Зак спас меня от кошмаров, как попросила его остаться со мной, и как хорошо было засыпать с моей рукой в его руке. Я чувствовала себя в безопасности. После этого я спала без кошмаров. Когда он ушёл? Я даже не слышала, как он пошевелился. Место рядом со мной было холодным, так что, должно быть, это произошло некоторое время назад. Почему он ушел? Возможно, оторванный от сна моими жалкими криками, он наконец понял, насколько я сломана. Какой парень захочет быть с девушкой, которую преследуют кошмары из ее прошлого?

* * *

Я вошла на кухню, одетая в пушистый халат поверх ночной футболки, чтобы покормить Тыковку и перекусить самой. Зак сидел за кухонным столом.

— Разве у тебя нет пар? — спросила я, остановившись возле двери.

Тыковка на цыпочках подошел к тому месту, где его всегда кормили.

Зак оторвал взгляд от своей тарелки с хлопьями и улыбнулся.

— Нет, чуть позже.

Его нижняя губа была слегка распухшей, и виднелся крошечный порез, который уже начал покрываться струпьями. Смущение нахлынуло на меня, поняв, что я сделала это с ним. Неудивительно, что он сбежал из моей комнаты, как только я заснула. Кто захочет находиться рядом с человеком, который ведет себя как сумасшедший?

— Эй, ты в порядке? — мягко спросил Зак, вставая со стула.

Я кивнула и посмотрела на Зака, когда он остановился передо мной, не касаясь моего тела. Было ли это потому, что он изменил свое мнение обо мне, о нас, или потому, что он все еще не был уверен, что это испугает меня? Все было еще ново и неуверенно.

— Проснувшись сегодня утром, тебя не оказалось рядом.

На лице Зака отразилось удивление. Он взял меня за руку и медленно притянул к себе.

— Ты хотела, чтобы я остался с тобой? Я не хотел пугать тебя, когда ты проснешься.

Он беспокоился обо мне.

— Я попросила тебя остаться. Ты же не пробрался в мою постель, пока я спала.

Он ухмыльнулся. Я встала на цыпочки, и он наклонился, касаясь губами моих губ. Он поморщился и отодвинулся на несколько сантиметров, облизывая нижнюю губу.

— Все еще болит?

Зак покачал головой.

— Ничего особенного, правда. Бывало гораздо хуже.

Я хотела спросить его, может ли он проводить каждую ночь в моей комнате. Прошлой ночью, когда он был рядом, я чувствовала себя в безопасности. Я знала, что он не мог защитить меня от моих кошмаров, никто не мог, но каким-то образом его близость, по крайней мере, удерживала ужасы моего прошлого на расстоянии. Но эти слова не выходили у меня изо рта. Я не могла просить его о чем-то подобном. Наверное, ему было неудобно лежать поверх одеяла. Готова ли я действительно разделить с кем-то постель? Я не была в этом уверена.

Взгляд Зака метнулся к настенным часам.

— Мне, наверное, стоит пошевелить задницей, а то я опять опоздаю.

Я сделала шаг назад.

— Опять?

Зак пожал плечами.

— Так ты собираешься снова встретиться с этой девушкой Оливией сегодня вечером?

— Да.

— Я отвезу тебя.

Он быстро поцеловал меня и поспешил в свою комнату, чтобы подготовиться к предстоящему дню.

Через десять минут я уже сидела в квартире в полном одиночестве. Тишина давила на меня все сильнее. Мне нужно было найти себе какое-нибудь занятие в течение дня. Если бы я хотела поступить в колледж следующей весной, мне пришлось бы подать заявление в ближайшие несколько недель. Я еще не была уверена, что готова к тому, что комната будет полна людей, но это не повредит. А пока мне нужно найти работу. Должно же быть что-то, что я могу делать. Я не могла вечно прятаться в этой квартире. Если я действительно хочу вырваться из прошлого и освободиться от его власти, то должна взять под контроль каждую часть своей жизни. Наличие парня лишь малая часть этого.

* * *

Оливия наблюдала за мной поверх своей чашки чая.

— Ты выглядишь счастливой.

Ее щеки выглядели еще более впалыми, чем на прошлой неделе, но согласно нашим правилам, мне не разрешалось говорить о весе или еде. Так что я не затрагивала эти темы.

— Я счастлива. Быть с Заком это то, что я никогда не считала возможным.

Она улыбнулась, но взгляд ее был отстраненным.

— Я очень рада за тебя.

— С тобой все в порядке?

Она поставила чашку с чаем на стол.

— Да, извини. Просто вспомнила, каково это быть влюбленной. Ну, по крайней мере, я была влюблена. А он, с другой стороны… — она замолчала.

Я знала, что ее бывший парень был еще одной запретной темой, но она вроде как упомянула об этом первой.

— Твой бывший парень. Что случилось?

— Он изменил мне, — медленно произнесла она. — Мы встречались чуть больше года, когда я узнала, что он спит со всеми подряд, — она беспомощно пожала плечами. — Возможно, это была моя вина. Возможно, ему надоели мои проблемы. Он так и не понял, почему мне было так трудно контролировать свое расстройство пищевого поведения. Наверное, он хотел нормальную девушку. А может, больше не мог смотреть на мое тело. Кто знает?

— Мне очень жаль, Оливия. Ты найдешь кого-нибудь получше.

Меня начала грызть тревога. Парень Оливии изменил ей из-за ее проблем. Что, если Зак сделает то же самое? Я быстро выбросила эту мысль из головы. Зак дал обещание. Мы оба хотели дать этим отношениям шанс. Он не сделает того, что сделал парень Оливии.

— Теперь я испортила тебе вечер, — нахмурившись, сказала Оливия. — Ты беспокоишься о Заке?

— Это так очевидно?

— Ну, ты упомянула, что он был со многими девушками до тебя, и моя история действительно не счастливая. Просто потому, что мой парень был мудаком, это не значит, что ты не должна доверять своему. Судя по тому, что ты мне рассказала, Зак, кажется, обожает тебя, так что другие девушки, вероятно, очень далеки от его ума.

— Возможно, но Зак даже не может по-настоящему прикоснуться ко мне.

— Большинство изменщиков изменяют, даже если их девушки спят с ними. Мужчины всегда любят обвинять в своей неверности своих фригидных девушек, но на самом деле они просто похотливые придурки. Изменщики изменяют независимо от того, что делает его девушка.

Я не могла удержаться от смеха.

— Это пессимистический взгляд на вещи.

— Да, я жёсткая. Ты не должна слушать меня. Давай сменим тему. Есть причина, по которой я запретила тему о своем бывшем. Ничто хорошее никогда не приходит от напоминания о нем.

Я кивнула.

— Итак, последний эпизод «Игры престолов». Не могу поверить… — меня прервал звонок телефона. — Извини, — сказала я, доставая мобильник из сумочки. Это был Брайан. Я подняла трубку. — Привет, Брайан, что такое?

— Собираюсь забрать тебя с терапии.

Оливия удивленно подняла брови.

— Это не терапия, — напомнила я ему. — Мой брат, — прошептала я Оливии. Она закатила глаза, и я усмехнулась. И тут до Брайана наконец-то дошли слова. — За мной должен заехать Зак.

— Да, я знаю. Он позвонил мне. Его отец в городе и хочет встретиться с ним, поэтому он попросил меня.

— Ох, конечно. Тогда увидимся.

— Буду через десять минут.

Брайан повесил трубку.

— Пойдём. Нам нужно попасть в здание до того, как приедет мой брат. Он взбесится, если я его не дождусь. Он постоянно беспокоится.

Мы собрали свои вещи и побрели обратно в здание больницы. Машина Брайана, старая Королла, остановилась через пару минут. Он вылез из машины и побежал к нам, переводя взгляд с Оливии на меня. Это был первый раз, когда он встретил ее. Последние два раза меня забирал Зак. Я представила их друг другу. Оливия убрала прядь волос за ухо и застенчиво улыбнулась моему брату. О нет. В следующий раз мне нужно будет сказать ей, что у Брайана есть девушка.

— Как прошла ваша беседа? — спросил Брайан, глядя на Оливию.

Я закатила глаза. Я знала, что он недоволен, что я не посещаю реальную группу поддержки, но сейчас ради моей цели было лучше притвориться нормальной.

— Это за мной, — сказала Оливия, кивнув в сторону машины матери. — Приятно было познакомиться.

Она снова улыбнулась Брайану, а затем многозначительно посмотрела на меня, прежде чем направиться к своей матери.

— Она кажется милой, — сказал Брайан, как только Оливия отошла подальше. — Ее мать знает, что она не ходит к психотерапевту и вместо этого пьет кофе с тобой?

— Я так не думаю. Это дело Оливии. Мы с ней уже достаточно взрослые, чтобы принимать самостоятельные решения, — сказала я. — Общение с ней помогает мне.

— Ничего не понимаю. Она даже не испытала того же, что и ты.

— Мало кому это удается, — пробормотала я.

Брайан поморщился.

— Я имею в виду, что она не жертва жестокого обращения. У нее расстройство пищевого поведения, а это совсем другое.

— Я знаю. Но я чувствую себя с ней комфортно, потому что она борется с другими демонами, — сказала я, садясь на пассажирское сиденье. — Надеюсь, отец Зака не доставит ему хлопот.

И я надеялась, что Брайан поймет намек и перестанет говорить о моих встречах с Оливией. Я присоединюсь к настоящей группе поддержки, когда почувствую, что готова к этому.

Брайан поморщился.

— Обычно так и бывает. Зак действительно ненавидит его. Вы уже говорили с ним о его родителях?

— Один раз, но он почти ничего не сказал.

— Он не любит говорить о них.

— Может, я попытаюсь поговорить с ним, когда он вернется после встречи с отцом.

— Сомневаюсь, что он будет достаточно трезв для этого.

— Что ты имеешь в виду?

— Обычно после разговора с отцом Зак уходит, напивается и подцепляет случайную девушку… — Брайан резко закрыл рот. — Мне не следовало этого говорить.

Я заломила руки, пытаясь сохранить нейтральное выражение лица.

— Все нормально. Я могу разобраться с прошлым Зака.

— Он, наверное, сегодня никуда не пойдет. В конце концов, теперь у него есть ты, так что не переживай.

В голосе Брайана звучало сомнение, но это не помогло. Может, он делал это специально, пытаясь вбить клин между мной и Заком?

Мы не разговаривали всю дорогу, а когда добрались до нашей квартиры, я исчезла в своей комнате. Зака еще не было дома.

Весь остаток вечера я то и дело поглядывала на часы, пытаясь найти в интернете работу, на которую могла бы претендовать. Брайан спросил, не хочу ли я заказать китайскую еду, но я уже съела кусочек морковного пирога и слишком беспокоилась о возвращении Зака домой, так что я не была голодна.

Ближе к полуночи, когда я уже была одета в ночную футболку, входная дверь захлопнулась, и я услышала проклятия Зака. Я надела халат и выглянула из своей комнаты. В гостиной послышались тяжелые шаги. Я затаила дыхание и прислушалась к звуку второй пары ботинок, но услышала только голос Зака. Я тут же обругала себя за то, что думала, будто Зак приведет кого-то домой. Бриттани была еще до того, как мы с Заком начали встречаться. Я не должна позволить комментарию Брайана добраться до меня.

Зак появился в коридоре: высокий силуэт в темноте. Его движения были нетвердыми, и он врезался в стену. Я щелкнула выключателем, и зажегся свет. Зак прикрыл глаза рукой.

— Блядь. Слишком ярко.

Его слова были слегка невнятны. Он пошатнулся в мою сторону, и легкий намек на беспокойство поселился у меня в животе. Один из тех, кто сломал меня, был пьян. Я все еще помнила запах алкоголя в его дыхании, исходящий из его пор.

Содрогнувшись, я выбросила воспоминание из головы. Зак остановился передо мной, все еще пряча от меня глаза рукой. Я подумала, не развернуться ли мне и не запереться ли в своей комнате, но я не боялась Зака, пьяного или трезвого.

— Ты пьян.

Зак опустил руку, и его взгляд сфокусировался на мне. Он сделал шаг вперед, и я напряглась, но не отступила. Его глаза расширились, и он встряхнулся.

— Черт. Прости, Эмбер. Ты не должна видеть меня таким… чертовски пьяным. Я, наверное, до смерти тебя пугаю.

Он попятился назад и чуть не потерял равновесие.

— Ты меня не пугаешь, — твердо сказала я.

У Брайана зажегся свет, и стал виден из-под закрытой двери. Если бы он обнаружил Зака в таком состоянии, то начал бы новую драку. Не то чтобы Зак этого не заслуживал, но я действительно не хотела еще раз обсуждать с братом мои отношения с Заком. Я взяла Зака за руку и быстро провела его в комнату, затем закрыла дверь.

— Эмбер? — крикнул Брайан.

— Я в полном порядке. Я с Заком. Возвращайся в постель.

— Зак дома?

Дверь Брайана скрипнула и издала звук. Он открыл ее шире. С тех пор, как Зак толкнул туда Брайана, дверь нельзя было открыть без единого звука.

— Он что, пьян?

— Нет, с ним все в порядке. Возвращайся в постель. Мне просто нужно поговорить с Заком.

В конце концов я услышала щелчок захлопнувшейся двери Брайана и обернулась. Зак отрубился. Он лежал, растянувшись на кровати, широко раскинув руки и ноги. Сегодня мы точно не поговорим.

Я подошла поближе. Он все еще был одет. Я склонилась над его ногами и сбросила носки, затем выпрямилась и обдумала свои варианты. Я могу оставить его так. Это послужило бы ему уроком. Я опустилась коленями на кровать, рядом с верхней частью тела Зака, и попыталась освободить его от куртки. Ему будет неудобно спать в ней, но он был слишком тяжел, чтобы двигаться. Когда мне наконец удалось вытащить одну руку из рукава куртки, Зак что-то пробормотал во сне.

Я наклонилась поближе, но не расслышала сказанное. Он внезапно передвинулся и обнял меня одной рукой за талию, притягивая ближе к себе, а затем положил голову мне на колени. Я судорожно сглотнула, мое тело застыло в шоке.

Сердце бешено колотилось в груди, когда паника попыталась овладеть мной. Это всего лишь Зак, и он ничего не делал, просто спал. Он даже не понимал, что делает. Никакой опасности не было.

Я медленно расслабилась. Зак крепко спал, его теплая голова лежала у меня на коленях. Что теперь? Я попыталась вырваться, но его хватка на моей талии удержала меня на месте. Я сделала глубокий вдох. Я контролирую ситуацию, напомнила я себе. Я могла бы разбудить Зака, и он немедленно отпустил бы меня и, вероятно, был бы смущен. Все было в порядке.

Я опустилась спиной на матрас. Зак сонно вздохнул. Я погладила его по голове и посмотрела на его расслабленное лицо. Очевидно, мои колени были очень удобными. Свет все еще горел, мое положение было неудобным, а от Зака пахло пепельницей, но я закрыла глаза и попыталась расслабиться. Завтра мне придется спросить Зака, что случилось. Он был в клубе или в баре, это точно. Но что еще он мог сделать?

Закари

У меня была самая сильная головная боль. Должно быть, именно так и было, когда Декстер[2] использовал дрель на голове своей жертвы. Я застонал, поерзал в постели и замер. Это была не подушка под моей головой. Моя рука лежала на бедре, а голова на животе. Нежная кожа прижалась к моей щеке.

Ужас пронзил меня сильнее, чем любая головная боль. Блядь. Я был с девушкой. Я состоял в отношениях с Эмбер сколько… два дня? И уже изменил ей. Брайан был прав. Я был полным придурком. Я почти ничего не помнил из вчерашнего вечера, кроме того, что после встречи с отцом я направился в бар с Джейсоном и Биллом и напился до беспамятства. В какой-то момент я, должно быть, встретил какую-то девушку и отвез ее домой. Эмбер была бы убита горем. Она возненавидит меня навсегда, как и должна была бы.

Возможно, это и к лучшему, что я так быстро все испортил. Таким образом, по крайней мере, у нас никогда не было шанса вложиться в эти отношения эмоционально. Блядь, будто я уже не был эмоционально вовлечен.

Но я должен признать свои ошибки и просто принять намек, который Вселенная посылала мне: я не был создан для отношений. Каждая девушка, с которой я встречался, заканчивала так же, как и моя мать: убитая горем, озлобленная и алкоголичка.

Мне нужно было уйти от той, с кем я трахался прошлой ночью. На самом деле не было никакого простого или вежливого способа сделать это. Все эти годы я оттачивал свое умение ускользать незамеченным, но никогда не просыпался, прижимаясь к кому-то. Блядски здорово.

Я глубоко вздохнул и открыл глаза, сразу же ошеломлённый тем, что нахожусь в своей собственной комнате. Я оторвал голову от мягкого живота и уставился на девушку, с которой провел ночь. Эмбер. Она лежала, растянувшись на моей кровати, закинув одну руку за голову, а другую прижав к телу, ее волосы веером рассыпались вокруг головы, как темный ореол. Она выглядела умиротворенной. Как она сюда попала?

Мои глаза прошлись по всей длине ее тела. Ее ночная футболка задралась почти до самой груди, обнажив длинные ноги, живот и тонкие белые хипстерские трусики. Я подавил стон. Сквозь ткань были видны очертания ее складок и завитки на холмике. Все, что я хотел сделать, это наклониться и поцеловать ее там. Хотелось прижать ладонь к ее сердцевине и почувствовать ее тепло. Хотелось зарыться в нее всем телом. Мой член уже был твердым, как камень и натягивал джинсы. Возьми себя в руки, придурок.

— Зак? — сонный голос Эмбер чуть не довел меня до сердечного приступа, и я оторвал свой взгляд от ее трусиков и обнаружил, что Эмбер наблюдает за мной с явным смущением, а ее щеки покраснели.

Черт, она поймала меня, когда я пялился на нее во сне. Я сел еще дальше, давая ей больше пространства, и сдвинул одну из своих ног, скрывая чертову выпуклость в джинсах. Она опустила руку и поморщилась. Наверное, она затекла. Она спала не в самой удобной позе. Вместо того, чтобы сесть, она лежала, изучая мое лицо. Жаль, что я не могу читать ее мысли.

— Что произошло? — вместо этого спросил я.

Она наконец села, потянув футболку вниз и пряча свои ноги. Она не могла встретиться со мной взглядом. Мне очень хотелось вспомнить, что я сделал прошлой ночью. Я надеялся, что не затащил ее в свою комнату. Поскольку она все еще в основном была одета и не плакала, я не мог заставить себя прикоснуться к ней… или что-то похуже.

— Я надеялась, что ты мне скажешь, — сказала она, глядя на меня сквозь ресницы.

Я провел рукой по волосам.

— Я почти ничего не помню, кроме того, как напился в стельку и взял такси. После этого все становится как в тумане.

— Ты был очень пьян, — тихо сказала она.

— Я что-то натворил? Я ведь не затащил тебя в свою комнату, правда?

Она снова улыбнулась.

— Нет. Я завела тебя внутрь, чтобы спрятать от Брайана. Не хотела, чтобы он увидел тебя таким пьяным. А потом ты потерял сознание и отрубился.

— Спасибо, что осталась со мной, — сказал я.

Между нами воцарилось молчание, и я понял, что Эмбер хочет меня о чем-то спросить.

— Держу пари, девушки в клубе носят сексуальное кружевное белье.

Я нахмурился.

— У меня ничего не было с другими девушками.

Она поиграла подолом своей ночной футболки.

— Я имею в виду девушек, с которыми ты раньше… встречался. Держу пари, что они не носили скучные белые трусики.

Она думала, что я пялился на ее трусики только потому, что они мне не нравятся? Она встретилась со мной взглядом, в ее глазах плыли вопросы.

— Почему ты вообще хочешь быть со мной? Из-за жалости?

Я фыркнул.

— Эмбер, я хочу быть с тобой, потому что мне нравится проводить с тобой время и потому что ты меня заводишь. Я смотрел на тебя, потому что ты сексуальна. Мне чертовски тяжело рядом с тобой. Не думаю, что у меня получалось сдерживаться бы, если бы ты носила кружева или вообще ничего.

Ее глаза расширились, а затем метнулись к моей промежности, ища доказательства того, что я не лгу.

Зак, ты чертов идиот, теперь она сбежит из комнаты. Она медленно подняла голову, прикусив нижнюю губу.

— Ох.

Я удивленно поднял брови.

— Ох?

Она пожала плечами и сделала неопределенное движение в сторону моей эрекции.

— Мне очень жаль. Это, должно быть, расстраивает тебя.

— Не переживай. Я приму душ и разберусь с этим.

Я усмехнулся при виде того, как ее румянец стал еще ярче. Я быстро поцеловал ее, затем спустил ноги с кровати и поспешно вышел из комнаты, прежде чем успел наброситься на Эмбер и облизать каждый сантиметр ее тела.

В ванной я вдруг осознал, как сильно моя одежда пахнет сигаретным дымом. Эмбер была святой, потому что терпела меня. Когда она поймет, что это мне повезло, а не ей? Я почти вздохнул с облегчением, когда снял одежду и встал под горячий душ. Мой член дернулся, когда я взял его, вызывая образ белых трусиков Эмбер, очертания ее складок, и начал дрочить.

После того, как кончил, я прислонился к душевой кабинке и резко выдохнул. Мне никогда не приходилось так долго обходиться без секса. Это была самая сладкая форма пытки, которую я только мог себе представить. Секс был не так давно, но, вероятно, это ощущалось так из-за ожидания. Мне было интересно, сколько времени потребуется, чтобы кожа моей ладони стала твердой и мозолистой от столь частого дрочения.

Я рассмеялся, но тут же встряхнулся. Возможно, я бы лучше контролировал свой член, если бы Эмбер не спала в моей постели полуголой.

Эмбер

Моя кожа вспыхнула, вспомнив выпуклость в джинсах Зака. Трудно было поверить, что мои простые белые трусики сделали это с ним. Возможно, мне и следовало испугаться, но это был лишь намек на нервозность, смешанную с возбуждением. Даже с пьяным Заком рядом я спала лучше, чем когда-либо одна. Я была переполнена энергией и не могла усидеть на месте, поэтому обрадовалась, когда Рейган пришла к нам после того, как Зак ушел на занятия. Она была одета в свою спортивную одежду.

— Почему бы тебе не присоединиться ко мне? — спросила она, входя в квартиру.

— На пробежку?

Я уже много лет не занималась спортом. Я не думала, что продержусь больше нескольких минут. Еще в средней школе я была в легкоатлетической команде. Мне это очень нравилось. Я никогда не чувствовала себя более свободной, чем когда взлетала над трассой, мой пульс стучал в венах, а звук кроссовок шлепал по асфальту в ушах.

— Брайан упомянул, что ты когда-то состояла в легкоатлетической команде.

Я уставилась в сторону окна.

— Да. В тот день, когда на меня напали, я бегала по лесной тропе. Обычно, моя лучшая подруга бегала со мной, но в то утро она плохо себя чувствовала, и вместо того, чтобы отменить свою пробежку, я побежала одна.

Лицо Рейган исказилось от сожаления.

— Мне очень жаль. Я не знала. Не хотела возвращать тебя в плохие воспоминания.

Моя любовь к бегу была еще одной вещью, которую эти люди отняли у меня. Во мне вспыхнула ненависть. Иногда я жалела, что не могу причинить им такую же боль, какую они причинили мне. Иногда задумывалась, каково это убить их. Каково было бы услышать, как они умоляют меня, только чтобы я рассмеялась им в лицо. Мне не нравилась эта злобная, ненавистная часть меня. До нападения я не была способна на убийство. Теперь уже не была так уверена.

— Дай мне переодеться.

Удивление промелькнуло на лице Рейган, когда она последовала за мной в мою комнату, где я надела спортивные штаны и футболку.

Я предпочитала бегать в шортах, подобных тем, что были на Рейгане, но у меня их не было, и я не была уверена, что мне было комфортно показывать так много кожи.

Когда мы вышли на свежий осенний воздух и начали потягиваться, я сказала:

— Полегче со мной. Мне нужно снова научиться бегать.

Точно так же, как мне нужно было научиться жить заново или позволить людям приближаться ко мне. Пока мы неторопливо бежали по тротуару, я ощущала знакомую эйфорию бега, проходящую через мое тело.

— Ну и как у тебя дела с Заком? — спросила Рейган, даже не вспотев, в то время как я уже задыхалась.

Я была так не в форме.

— Хорошо, я думаю? — сказала я между судорожными вдохами. — Прошлой ночью мы спали в одной постели.

Рейган потеряла равновесие и чуть не споткнулась, но потом снова пустилась рысью рядом со мной.

— Что?

— Вчера ночью он пришел домой пьяный и потерял сознание, так что я провела с ним ночь.

— И?

— Было мило. Мне нравится засыпать рядом с Заком, и еще больше я люблю просыпаться рядом с ним.

— Ты попала, — усмехнулся Рейган.

Отрицать это было бесполезно. Я ужасно быстро влюбилась в Зака. Я была лишена эмоций и физического контакта в течение трех лет, и теперь чувствовала, что должна это исправить.

— Обещай мне быть осторожной.

Я бросила на нее смущенный взгляд.

— Только не думай, что Зак единственный, кто может заставить тебя чувствовать себя так. Если между вами ничего не получится, то есть много других парней, которым повезло бы быть с тобой.

Она остановилась, и я была рада этому, потому что мое сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди. Мы снова начали потягиваться.

— Кевин — мой второй парень. Когда моя первая любовь расстался со мной, я думала, что умру. Думала, что никогда больше не смогу никого полюбить. Но потом я встретила Кевина, и стало намного лучше, чем с моим первым парнем.

Я кивнула, но мне не хотелось думать о том, что мы с Заком расстаемся. Я понимала, что в какой-то момент это могло произойти, но прямо сейчас мне нужно было верить, что чувства, которые он дарил мне, будут длиться вечно.

* * *

На следующее утро Брайан сказал мне, что приведет Лорен на ужин. Я была рада, что он наконец решил представить ее мне. Он, вероятно, понял, что меня не так уж сильно беспокоят отношения, если я могу встречаться с Заком.

Я решила приготовить что-нибудь особенное и купила все для моего любимого рыбного карри, а также манговый чатни, огуречную Райту и хлеб наан. Я резала и напевала, когда вошел Зак, держа в руках новый сезон Игры престолов, который вышел сегодня на DVD. Тыковка спрыгнул со стула, на котором он дремал, и начал тереться своим телом о ноги Зака. Зак наклонился и похлопал моего кота по спине.

— Пахнет восхитительно, — сказал он, принюхиваясь, когда подошел ко мне и нежно поцеловал в изгиб моей шеи. Я прислонилась к нему спиной и откинула голову назад, пока наши губы не встретились. — Я подумал, что мы могли бы устроить сегодня DVD-марафон, — он окунул палец в манговый чатни, и я отмахнулась от него.

— Прекрати. Лорен придет на ужин. Не думаю, что она обрадуется, если узнает, что ты совал свой палец в ее еду.

Зак поморщился.

— Эта девушка никогда не бывает счастлива, если только все вокруг нее не несчастны. Держу пари, что мой отец полюбил бы ее.

Решив, что это мой лучший шанс, я спросила:

— Что такого сказал вчера твой отец, что заставило тебя пойти и напиться?

— Он считает, что я недостаточно серьезно отношусь к юридической школе и жизни вообще. Хочет, чтобы я привел свою задницу в порядок, чтобы я мог наконец присоединиться к нему в семейном бизнесе. Но я ужу к этому привык, — он пожал плечами. — Что заставило меня пойти и напиться, так это то, что его чертов роман появилась в конце нашего ужина, чтобы он мог отвезти ее в отель и трахнуть.

Мои глаза расширились.

— Твой отец открыто изменяет твоей матери?

— Годами. Он даже не пытается это скрыть. Моя мать пытается делать вид, что этого не происходит, и топит свои печали в алкоголе.

— Так же, как и ты, — слово выскользнуло прежде, чем я успела его остановить. — Прости.

Он покачал головой.

— Нет, ты права. Всякий раз, когда я злюсь на своего отца, я заканчиваю тем, что нахожусь в клубе, в хлам, — он кивнул в сторону набора ингредиентов. — Я могу что-нибудь сделать?

— Ты знаешь, как разделывать рыбу?

— Да. Мой дедушка часто брал меня с собой на рыбалку перед смертью.

Он развернул рыбу и принялся за работу.

— Не могу представить тебя в рыболовных снастях, — сказала я.

— Я выгляжу чертовски сексуально, как всегда.

Я рассмеялась и продолжила резать красный перец.

* * *

Закончив помогать мне на кухне, Зак ушёл в свою комнату, заниматься. Это был первый раз, когда я действительно видела, как он это делает. Должно быть, разговор с отцом произвел на него какое-то впечатление. Я использовала это время, чтобы выбрать повседневное платье и уложить волосы в аккуратный хвостик. Я хотела произвести хорошее впечатление на девушку Брайана, даже если Зак не любил ее и говорил, что отношения между Лорен и моим братом долго не продлятся. Брайан, вероятно, думал то же самое о нас с Заком.

Когда я услышала звук открываемой входной двери, я уже вернулась на кухню и накрывала на стол. Я вытерла руки и прошла в гостиную, где стоял мой брат с высокой девушкой с прямыми светлыми волосами и очками в черной оправе. Она была одета безупречно: в черные брюки и белую блузку. Она выглядела так, словно училась в юридической школе. Брайан покусывал нижнюю губу, явно нервничая. Он положил руку ей на поясницу, но держался почти на расстоянии вытянутой руки между ними, будто боялся, что увидев их стоящими так близко, я расстроюсь.

— Это моя сестра Эмбер, — сказал он. — А это Лорен.

Я улыбнулась.

— Приятно наконец-то с тобой познакомиться.

Она подошла ко мне и протянула руку. Брайан хотел было возразить, но я быстро пожала ей руку, стараясь не показывать, что все еще не привыкла к физическому контакту с другими людьми.

— Брайан много рассказывал мне о тебе, — сказала она ровным голосом.

Она отпустила меня с вежливой улыбкой. Она казалась замкнутой особой. Судя по описанию Зака, я ожидала увидеть разъяренную сучку.

— Вижу, почетный гость прибыл, — сказал Зак от двери в коридор с ухмылкой на лице.

Я слышала, как Тыковка протестующе мяукает. Я заперла его в своей комнате, чтобы он не беспокоил Лорен; Брайан упомянул, что она была не любительницей животных.

— Закари, — презрительно сказала Лорен. — Разве ты не должен учиться на M&A? Ты же не хочешь потерпеть неудачу, правда?

Губы Зака скривились.

— Не переживай.

Он шагнул ко мне и обнял за талию. Лорен повернулась к Брайану и посмотрела на него взглядом, который я не совсем поняла.

— Я приготовила ужин, — сказала я, пытаясь снять напряжение. — Рыбное карри и индийские закуски.

— У меня не хватает времени для готовки, но это очень мило с твоей стороны.

Я не была уверена, было ли это оскорблением или она просто была бесчувственной. Рука Зака на моем бедре напряглась.

— Тогда давайте ужинать, — сказал Брайан.

Мы прошли на кухню и заняли свои места вокруг стола. Я все еще раздумывала, какую тему выбрать, когда Лорен заговорила о юридической школе. Она казалась действительно восторженной, но чем больше она говорила, тем больше лицо Зака темнело.

— Я каждый день вкалываю как проклятая. Не все из нас так удачливы, как Зак, чтобы иметь многомиллиардный бизнес, ожидающий нас, чтобы управлять им. Ему не обязательно получать хорошие оценки.

— Не у всех одинаковые амбиции, — дипломатично заметила я.

— У некоторых из нас их вообще нет.

Зак прищурился.

— Это лучше, чем иметь слишком много амбиций. Ты сделаешь все, чтобы вырваться вперед.

Два красных пятна появились высоко на щеках Лорен, и ее губы сжались. Она положила вилку на стол. Она почти не ела рыбного карри.

— Было очень вкусно, Эмбер. Спасибо, — она повернулась к Брайану. — Я очень устала. Пойдем в твою комнату.

Брайан взглянул на меня.

— Лорен собирается провести здесь всю ночь.

— Тебе не нужно спрашивать моего разрешения, — сказала я со смущенным смешком.

Лорен кивнула:

— Вот видишь, именно это я и говорю тебе уже несколько недель!

Брайан и Лорен встали и вышли из кухни. Я даже обрадовалась и облегченно вздохнула. Зак все еще сердито смотрел на ее стул.

— Что ты имел в виду, когда сказал, что она готова на все, лишь бы вырваться вперед? — тихо спросила я.

Зак поморщился.

— Тебе лучше этого не знать.

— Теперь я действительно хочу знать.

Зак опустил вилку и откинулся на спинку стула.

— Я знал ее еще до того, как Лорен и Брайан начали встречаться. У нас было несколько общих занятий, и она знала о моем отце и его бизнесе. Она начала очень сильно приставать ко мне. Я быстро понял, что это было для того, чтобы получить стажировку или, возможно, даже работу.

— Значит, ты ее отшил? Так вот почему она тебя так не любит?

Зак избегал моего взгляда.

— Ты спал с ней, — прошептала я.

Зак не стал этого отрицать.

— Это было очень давно, и я не очень горжусь этим.

— Брайан знает?

— Нет. И не хочу, чтобы он знал. Во всяком случае, это было до того, как они начали встречаться.

— Я ему ничего не скажу, — сказала я. — Но почему ты ему не расскажешь? Может, он порвет с ней. Это ведь то, чего ты хочешь, верно?

— Да, но это причинит боль Брайану. Ему нужно выяснить, насколько Лорен стерва, в одиночку.

— Со сколькими девушками ты встречался? — спросила я, начиная убирать со стола.

Зак встал, чтобы помочь мне.

— С огромным количеством.

— Больше, чем ты можешь сосчитать?

— Нет, но больше, чем я готов тебе признаться.

Я фыркнула.

— Это уже само по себе ответ, понимаешь?

— Да, — тихо сказал он, притягивая меня к себе.

Я все еще удивлялась, что не растворяюсь в луже паники всякий раз, когда он это делает. Я подняла голову и коснулась губами его губ.

— Прошлое остается в прошлом, — пробормотала я.

Никто не хотел этого больше, чем я.

Когда мы закончили мыть посуду, Зак и я направились в гостиную. Но тут я замешкалась. Зак обернулся.

— Что-то случилось?

— Я не знаю, хочешь ли ты этого, но мне бы очень хотелось сегодня спать в твоей постели, — в тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, я была ошеломлена. Зак замер. — Я имею в виду, — пробормотала я. — Я чувствую себя в безопасности, когда ты рядом. Но если ты не хочешь делить свою постель…

— Я хочу, чтобы ты была в моей постели.

Какое-то мгновение мы, молча, смотрели друг на друга.

— Просто спать, — сказала я.

Зак улыбнулся:

— Просто спать.

— Давай, я переоденусь, а потом присоединюсь к тебе.

Я покраснела, но Зак поцеловал меня в губы и направился в свою комнату.

Когда я стояла в своей спальне, я вдруг перестала быть настолько уверенной в том, что это была умная идея. Спать в одной постели с кем-то было очень важно, но это было не в первый раз. Мы с Заком уже провели две ночи вместе в одной постели, хотя и при разных обстоятельствах. Вместо ночной футболки я выбрала свою атласную пижаму. Я не хотела снова показывать Заку свои трусики, хотя он и не возражал.

По пути в комнату Зака, я прошла мимо двери Брайана и замерла, услышав за ней стон. Я быстро пошла дальше, не желая больше ничего слышать. Мне действительно не нужен был образ Брайана и Лорен в моей голове. Зак оставил свою комнату открытой, и я осторожно вошла. Он стоял на коленях перед телевизором с плоским экраном, прикрепленным к стене напротив кровати. Он оглянулся через плечо и улыбнулся.

— Подумал, что мы могли бы посмотреть один или два эпизода Игры престолов перед сном?

— Конечно.

Я закрыла дверь, чувствуя себя неловко. Неужели Зак услышал стон Лорен? Должно быть, он разочарован. Пока Брайан и Лорен занимались сексом друг с другом, Зак мог только мечтать о том, чтобы провести ночь рядом со мной. Он выпрямился, и я впервые заметила, что он был одет в футболку поверх боксерских трусов. За все время нашего знакомства он всегда спал с обнаженной грудью. Это было для меня. Он не хотел меня запугивать.

Прежде чем я успела потерять самообладание, я скользнула под одеяло, и Зак присоединился ко мне мгновением позже. Он включил телевизор, и я прислонилась к его груди, переплетая мои пальцы с его. Как такое простое дело может казаться таким правильным? Зак погасил свет, так что единственным источником света стало сияние экрана.

Пока мы смотрели первый эпизод, я чувствовала, что расслабляюсь все больше и больше. Тепло Зака и его запах окутали меня коконом безопасности. Но это было еще не все. Ощущение его мускулистой груди на моей щеке, ощущение его пресса на моей руке, заставляло меня хотеть прикоснуться к нему, просунуть руку под его футболку и узнать, насколько мягкой была его кожа.

Я даже не обращала внимания на вторую серию. Я высвободила свои пальцы из рук Зака и провела рукой по его груди, пока не остановилась на твердом животе. Он напрягся от моего прикосновения и затаил дыхание. Закусив губу, я медленно потянулась рукой к краю его футболки. Зак словно был высечен из камня, — и стал таким неподвижным. Я заколебалась, но потом собралась с духом. Возьми себя в руки, Эмбер.

Я просунула руку под футболку Зака и положила ладонь на его пресс. Он судорожно втянул в себя воздух. Его кожа была горячей, а мускулы дрожали под моей рукой. Я всмотрелась в его лицо. Его глаза были сосредоточены на мне, телевизор забыт.

— Все нормально? — прошептала я.

Зак хрипло рассмеялся.

— Да. Более чем нормально.

Он повторил слова, которые я произнесла после нашего первого настоящего поцелуя.

— Я даже не могу сказать тебе, как сильно хочу поцеловать тебя прямо сейчас.

— Тогда сделай это.

Он опустил лицо, и я приподнялась на его груди, когда наши губы встретились. Мы медленно поцеловались, и я почувствовала, как между моих ног нарастает сладкое давление. Я пошевелилась, наполовину смущенная, наполовину взволнованная, и полностью довольная тем, что Зак не знал, какой эффект произвел на меня простой поцелуй. В конце концов, я отстранилась. Зак поцеловал меня в лоб, его хватка вокруг меня на мгновение усилилась, прежде чем он сел.

— Мне просто нужно очень быстро сходить в туалет.

Я кивнула, внезапно почувствовав усталость. Кто знал, что поцелуи могут вызвать сонливость?

С полуулыбкой я наблюдала, как Зак выполз из комнаты, вероятно, беспокоясь о том, что побеспокоит Брайана. Я уронила голову на подушку и закрыла глаза. Я не была уверена, сколько времени прошло, прежде чем матрас просел под весом Зака, и он прижался ко мне сзади, обхватив одной рукой мою талию.

— Так нормально? — его голос был глубоким грохотом у моего уха.

— Хммм.

Это единственное, что я выдохнула в ответ, прежде чем сон овладел мной.

На следующее утро я проснулась с головой на груди Зака, его руки все еще обнимали мое тело. Я могла бы к этому привыкнуть.

Закари

За последние несколько недель мы с Эмбер нашли совместную рутину. Мы всегда немного смотрели телевизор, потом целовались, пока мне не приходилось притворяться, что я иду в ванную отлить, а на самом деле мне нужно было дрочить, потому что я был близок к разрыву, а потом, когда я кончал в свои чертовы руки, я возвращался к Эмбер и держал ее в своих объятиях, пока мы не засыпали. Мне нравилось слышать ее ритмичное дыхание рядом со мной и видеть, как ее лицо озаряется улыбкой каждое утро, когда она видит меня.

Но, черт, когда тело Эмбер прижималось к моему, это была настоящая пытка. Даже после дрочки, мои яйца не переставали ощущать, что находятся под постоянным давлением. Иногда я ловил себя на мысли, что было бы лучше для наших отношений, если бы я выбрал случайную девушку, чтобы трахнуть ее, чтобы немного снять напряжение. Эмбер никогда не узнает об этом, и я могу продолжать быть терпеливым ради нее. Но как только я думал об этом, то чувствовал себя самым большим мудаком в мире. Я не мог так поступить с Эмбер. В этом случае я был бы ничуть не лучше своего отца. Но с каждым утром мне становилось все труднее скрывать свой стояк от Эмбер. Однажды, я действительно кончил в свои чертовы штаны, а она лежала рядом со мной.

— У тебя такой вид, будто ты пробуешь что-то отвратительное, — сказал Кевин, усаживаясь на стул напротив меня. Иногда мы встречались за чашечкой кофе между парами. Я мог только догадываться, что он скажет на мои мысли об измене Эмбер. — Это все потому, что ты ничего не получаешь? — спросил он, усаживаясь со своим тыквенным латте со специями.

Я не был уверен, как он мог пить эту сладость. Я издал неопределенный звук.

— Перестань вести себя как слабак.

— Говорит парень, который пьет тощее молоко, как девушка с анорексией.

— Это не очень любезно с твоей стороны.

Я закатил глаза.

— Как только я присоединюсь к своему отцу в компании, политкорректность это все, что люди когда-либо получат от меня снаружи. С таким же успехом я мог бы наслаждаться своими бесчисленными днями сквернословия до тех пор, пока они не закончатся, и до того, как я стану подлым корпоративным адвокатом и менеджером.

— Тогда не вступай в компанию и делай, что хочешь.

— С моим отцом это было бы очень хорошо.

— И что?

— Мне нравится моя жизнь. Нравится не беспокоиться о деньгах. Если бы я стал адвокатом по правам человека, мой отец отрекся бы от меня.

— Зак, ты сам говорил мне, что вложил много денег, которые твой дед дал тебе, когда был жив, и что все идет хорошо. На эти деньги можно было бы легко прожить.

А я, наверное, мог бы. Но я всю жизнь жил по правилам своего отца. Деньги никогда не были проблемой из-за этого. И мой отец, вероятно, сделает мою мать еще более несчастной, просто чтобы наказать меня, хотя я не был уверен, что это вообще возможно. Может, он разведется с ней просто назло. Она действительно впадет в отчаяние, если этот придурок ее бросит. Любовь всегда означала неприятности.

— Не хочу об этом говорить.

— Тогда давай поговорим о тебе и Эмбер.

Я тоже не был уверен, что хочу говорить с ним об этом.

— Ты не пробовал поговорить с ней?

— Я едва ли могу сказать ей, что я мудак, который проводит каждую минуту бодрствования, мечтая о том, чтобы раздеть ее догола.

— Может, она тебя удивит.

А может, она с криком убежит. Я не мог так рисковать. Иногда мне казалось, что я вот-вот нарушу свое правило никогда не любить женщину.

* * *

Эмбер лежала на моей руке, ее крепкий зад прижимался к моей эрекции. Трения было почти достаточно, чтобы взорвать мой груз прямо здесь. Я попытался вытащить свою руку из-под ее головы, но это не сработало. Она издала тихий звук и пошевелила задницей. Я простонал. Мне ничего так не хотелось, как задрать ее ночную футболку, отодвинуть трусики и зарыться в нее всем телом. Она ощущалась такой горячей на моем члене. Я мог только представить, насколько горячее будет чувствоваться ее сердцевина, обернутая вокруг меня.

Я закрыл глаза и уткнулся носом в ее шею, делая глубокий успокаивающий вдох. Ее волосы пахли ванильным шампунем, которым она всегда пользовалась. Я начал расслабляться, когда Эмбер начала просыпаться. То, как я ласкал ее, никак не могло скрыть мою эрекцию, особенно если я не оттолкну ее от себя.

Эмбер

Солнечные лучи щекотали мне лицо. Я моргнула, прогоняя сонливость. Грудь Зака была прижата к моей спине, одна из его длинных ног находилась между моими. Я была заключена в его объятия. Когда я пошевелилась, то заметила настойчивое давление на свою задницу, и мои глаза широко раскрылись. Я ждала, что начнется паника, но она так и не пришла. Вместо этого было лишь любопытство и смущение.

Я попыталась вывернуться, чтобы избавить Зака от унижения, когда он проснется, но когда он застонал, я поняла, что было уже слишком поздно. Я ахнула не в состоянии с собой ничего поделать. Зак напрягся и быстро откатился в сторону, оставив меня замерзшей.

— Блядь, — пробормотал он. Матрас сдвинулся, когда он сел. — Прости, — его голос звучал сердито. — Не хотел, чтобы ты так просыпалась.

Он думал, что напугал меня? Я обернулась и схватила его за руку, чтобы он не встал с кровати. На его лице отразилась боль.

— Не уходи.

— Мне действительно нужно разобраться с этим, — сказал он, указывая на свою нижнюю часть тела.

Жар ударил мне в лицо. Как часто за последние несколько недель он сам обо всем заботился? Он спустил ноги с кровати и встал. Мой взгляд был прикован к выпуклости на его трусах. Меня охватила смесь тревоги и любопытства. Глупо было волноваться. У меня не было причин бояться Зака, тем более того, что было у него в трусах. Зак никогда не причинит мне вреда. Я контролировала свой страх, свои желания, свою жизнь. Это стало моей мантрой. Я должна была вернуть свою жизнь обратно.

— Я скоро вернусь, — пообещал Зак, прежде чем выйти из комнаты.

Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Мы с Заком встречались уже четыре недели. Все, что мы делали, это целовались. После моего короткого мгновения мужества, когда я коснулась живота Зака в ту первую ночь, когда мы смотрели телевизор в его постели, я даже не видела его живот с тех пор. В постели он всегда лежал в футболку. Иногда он гладил меня по щеке или клал руку на бедро, но больше ничего не предпринимал. Он ждал от меня какого-то знака. Хотела бы я знать, как далеко это было для меня в данный момент.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Зак. Я не могла не покраснеть при мысли о том, что он делал в ванной. Он присел на край кровати и протянул руку, убирая мои волосы со лба.

— Не хочешь встать?

Я покачала головой. Была суббота, так что мы могли остаться в постели. Зак снова нырнул под одеяло, но я тут же села. Зак в замешательстве сдвинул брови. Мой пульс бешено колотился в венах, когда я потянулась за своей пижамой с длинными рукавами и стянула ее через голову. Я все еще была одета в очень тонкий топ с бретельками, и знала, что Зак видел меня такой раньше, когда разбудил меня от моего кошмара несколько недель назад, но это было больше. Я легла на спину, чувствуя на себе пристальный взгляд Зака.

— Можешь снять футболку? — спросила я шепотом.

Зак сразу же сел и стянул футболку через голову. Я коснулась татуировки на его лопатке. Оно было больше моей ладони — замысловатый узор из переплетенных линий.

— Это племенная татуировка, — сказал Зак, прежде чем я успела спросить. — Это был какой-то спонтанный поступок. Мне очень понравился эскиз.

— Очень красиво, — я провела пальцем по краям. — Возможно, когда-нибудь я тоже набью татуировку.

Зак лег рядом со мной, и на его лице появилось странное выражение.

— Серьезно?

— Да. Однажды я увидела одну, которая мне очень понравилась. Это была цитата: «Иногда тебе необходимо упасть, прежде чем взлететь» — и птицы порхали прочь от этих слов.

Зак взял меня за щеку и поцеловал.

— Куда? — прошептал он мне в губы.

Собравшись с духом, я задрала топ до самой грудной клетки и жестом показала на свой бок.

— Птицы должны летать над моим шрамом.

Я не могла встретиться взглядом с Заком. Шрам под ребрами на верхней левой стороне живота был уродливым. Он был почти такой же длины, как моя рука. С годами он побледнел, но не заметить было невозможно. Я знала, что Зак смотрит на него. Да и как он не мог?

Он протянул руку и положил ее на мой шрам.

— Это нормально?

Я кивнула, не в силах говорить.

— Он уродливый. Я знаю.

— Нет, Эмбер, — яростно сказал Зак. — Никакая часть тебя не может быть уродливой.

Он очень медленно наклонился, глядя на меня, и поцеловал шрам. По всей моей коже побежали мурашки. Я вздрогнула от прикосновения его губ.

— Все еще болит?

— Нет. Он всегда будет напоминанием о том дне. Всякий раз, когда я вижу или чувствую это, я вынуждена вспоминать.

Мой голос сорвался. Глаза Зака вспыхнули от волнения. Я видела, что он хочет спросить, «что случилось».

— Они били и пинали меня, когда закончили со мной. А когда я потеряла сознание от боли, они попытались меня задушить. Они подумали, что я умерла, и бросили. У меня была разорвана селезенка и сломано несколько ребер, а также кости почти во всех частях тела. Пришлось удалить селезенку. Вот почему у меня такой шрам.

Было странно слышать эти слова от самой себя. Они звучали отстраненно, будто я говорила о чем-то, что случилось с кем-то другим. Челюсть Зака дернулась, и он на мгновение закрыл глаза, прежде чем снова их открыть. Он коснулся своим лбом моего.

— Жаль, что я не могу повернуть время вспять и убить этих людей прежде, чем они добрались бы до тебя. Я заставил бы их страдать. — Хотелось бы найти способ избавиться от этих воспоминаний.

Слезы наполнили мои глаза, когда я посмотрела на Зака.

— С каждым днем с тобой все становится лучше, Зак. Никогда не думала, что смогу получить то, что ты мне дал. Эти люди сказали, что после того, что они сделали, я никому не понадоблюсь, поэтому они проявили милосердие, убив меня. Долгое время я им верила.

Он с трудом сглотнул.

— Все, что они говорили, было ложью. Я хочу тебя, Эмбер, несмотря на шрамы и все остальное.

Он схватил меня за левую руку и перевернул ее, обнажив длинный шрам от моей второй попытки самоубийства. Он потер ее большим пальцем со странным выражением на лице.

— Я так рад, что твой отец нашел тебя вовремя.

— Он почти не нашёл, и я приложила много усилий для своей второй попытки. Когда я очнулась в больнице, я была так зла на своего отца, потому что он спас меня. Я ненавидела его, потому что он не мог отпустить меня, потому что он слишком сильно любил меня.

Я подавила смешок.

— Ты никогда не думала о том, чтобы попробовать еще раз с тех пор?

Зак все еще проводил пальцами по нежной коже моего предплечья. Я хотела было солгать, но его глаза заставили меня сказать правду.

— Почти каждый день.

Хватка Зака стала еще крепче. Для меня это больше похоже на свет в конце туннеля, когда темнота жизни становится слишком сильной. Зак прижался лицом к изгибу моей шеи.

— Боже, Эмбер. Обещай мне, что больше никогда не попробуешь этого сделать.

— Я больше не буду пытаться.

Я знала, что это то, что я не могу обещать. Может ли кто-нибудь когда-нибудь обещать что-то подобное? Я научилась жить с ужасами своего прошлого, но не могла сказать, что принесет мне будущее.

Я обвила пальцами шею Зака и приблизила его лицо к своему для поцелуя. Мой язык прошелся по его губам, и медленно наш поцелуй превратился во что-то, от чего по моему телу пробежали мурашки. Я прижала свои ладони к груди Зака, когда мы целовались, прежде чем взять одну из его рук и положить ее на мою грудную клетку. Я отстранилась, чтобы заговорить.

— Ничего страшного, если ты прикоснешься ко мне, — тихо сказала я.

— Ты хочешь, чтобы я дотронулся до тебя? Это действительно важно.

— Да, я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.

Мои щеки вспыхнули, но я ответила на горячий взгляд Зака.

— Где?

Я прикусила губу и опустила глаза.

— Везде, выше моего пояса.

Какое-то мгновение ничего не происходило, и я рискнула взглянуть на него. Зак внимательно посмотрел мне в лицо, словно пытаясь понять, серьезно ли я говорю.

— Скажи мне, если тебе не понравится то, что я делаю, ладно? А если тебя что-то напугает, ты немедленно меня остановишь. Не пытайся вынести что-то самостоятельно только ради меня. Хочу, чтобы тебе это понравилось. Обещай мне.

— Обещаю.

Зак снова поцеловал меня, его язык заставил каждый нерв в моем теле напрячься. Его рука на моей грудной клетке медленно поползла вверх, пока кончики пальцев не коснулись нижней части моей груди. Он провел пальцами по складке у меня на боку, потом до подмышки и до плеча. Его прикосновение было мягким, как перышко, и заставило мое тело загудеть от приятной боли. Было так хорошо, а он даже ничего особо не сделал.

Его глаза впились в меня, когда он погладил большим пальцем мою ключицу, а затем медленно двинулся ниже, к выпуклости моей груди. Хотя его палец был так близко, он не коснулся моего соска. Вместо этого он медленно обвел его кругами. Я задохнулась у его рта от ощущения, которое его дразнящее прикосновение послало через мое тело. Что-то теплое растеклось у меня между ног, и я вздрогнула от неожиданности.

Глаза Зака метнулись к моим бедрам, будто он точно знал, что его прикосновение делает со мной. Усмешка тронула его губы, снова посмотрев на меня. Мои соски были твердыми и напряженными на фоне мягкого материала моего топа. Я хотела, чтобы Зак наконец прикоснулся ко мне там. Я издала нетерпеливый звук.

— Чего ты хочешь? — прошептал Зак, касаясь кожи под моим ухом и нежно целуя это место.

— Большего, — только и смогла я выговорить.

Закари

— Большего.

Блядь, как мне хотелось дать ей большего. Хотелось погрузить пальцы во влажный жар между ее ног. По тому, как она поджала ноги, я понял, что она возбуждена. Но, увидев шрамы Эмбер, услышав немного больше о произошедшем, я понял, что должен отодвинуть свои желания на задний план.

Эмбер прошла через слишком многое, чтобы я мог быть эгоистичным придурком и заставить ее сделать то, к чему она не была готова. Я бы не стал портить отношения между нами.

Я медленно лизнул ее горло, чувствуя ее пульс на своем языке. Она застонала, и это был самый прекрасный звук в мире. Я даже не был уверен, что она поняла, что сделала это.

Я приподнялся и поднял руки вверх, обхватив ее грудь. Я осторожно массировал их, наблюдая за лицом Эмбер. Ее глаза были полузакрыты, губы приоткрыты. Я зажал ее соски между большим и указательным пальцами, вызвав у нее стон, а затем медленно потер их взад и вперед. Она слегка выгнула спину и еще крепче сжала ноги.

— Тебе это нравится?

Я определенно кайфовал. Мой член уже был тверд как камень в моих трусах.

Эмбер слегка кивнула, плотно сжав губы. Я нежно поцеловал ее, мои пальцы продолжали дразнить ее. Было так приятно целовать ее, доставлять ей удовольствие. Я прошелся поцелуями по ее подбородку и ключице. Когда мои губы коснулись выпуклости ее груди, я остановился. Тело Эмбер напряглось от нетерпения.

— Да, — прошептала она прежде, чем я успел спросить.

Я улыбнулся, уткнувшись носом в ее кожу и потянув край топа вниз. Затем лизнул кожу, которую обнажил. Эмбер пошевелила бедрами, и я нежно прижал ладонь к ее животу, потирая его большим пальцем. Как бы ни была возбуждена Эмбер, я знал, что она почувствует это всем своим существом. Я хотел дать ее телу то, что оно хотело. Блядь. Эмбер была такой чертовски отзывчивой. Я надавил на нее сверху вниз, пока один сосок не освободился. Красота.

Я обхватил его губами и начал осторожно сосать. Она была такой сладкой на вкус, и я закрыл глаза, наслаждаясь ощущением ее твердого маленького бугорка во рту. Эмбер ахнула, застонала и приподняла бедра с матраса маленькими, отчаянными толчками.

Отпустив сосок Эмбер, я поцеловал ее приоткрытые губы. Ее глаза были прикрыты от удовольствия, но я не мог дать ей то, чего она жаждала, если бы не прикоснулся к ее киске.

— Хочешь, чтобы я дотронулся к тебе между ног?

На лице Эмбер отразилось сомнение, и я покачал головой.

— Не я. Как насчет того, чтобы ты потрогала себя… — я поцеловал ее в мочку уха. — Пока я буду говорить тебе, что делать?

Глаза Эмбер расширились.

— Я знаю, ты жаждешь этого. Позволь мне помочь тебе.

Эмбер кивнула. Я обнял ее за плечи и притянул к себе, мои губы коснулись ее уха. Я просунул другую руку ей под футболку и начал нежно покручивать ее сосок.

— Засунь руку в пижаму, — сказал я хриплым голосом.

Я был так возбужден, что если бы не был осторожен, то кончил бы в трусы. Эмбер скользнула рукой за пояс, и мне пришлось сдержать стон. Блядь. Блядь. Блядь.

— Ты трогаешь себя?

Она слегка кивнула, крепко зажмурившись. Это было так чертовски сексуально, когда она была смущена своим собственным возбуждением.

— Ты промокла?

Еще один кивок, и ее щеки покраснели.

— Хорошо. Медленно проведи двумя пальцами вверх и вниз между складками.

Она издала тихий звук удовольствия, и я сильнее потянул ее сосок. Ее бедра подогнулись.

— Смажь свой клитор своей влажностью, а теперь потри его пальцами.

Она задрожала в моих объятиях, и я склонил голову над ее грудью и втянул ее сосок в рот, в то время как мои пальцы дразнили другой. Я продолжал наблюдать за ней. Видел, как двигается ее рука в пижаме, и представлял себе, что было бы, если бы там находились мои пальцы. Движения Эмбер становились все быстрее, ее сотрясала все более сильная дрожь, а бедра вздрагивали снова и снова. Я сильнее пососал ее сосок и задел ногтем другой. Эмбер дернулась и издала долгий стон, все ее тело сжалось.

Я взглянул ей в лицо. Она была такой чертовски красивой. Я хотел, чтобы она кончала каждый день. Хотел доставить ей столько удовольствия, чтобы в ее мыслях больше не было места для тьмы. Она вытащила руку из пижамы, и прежде чем я успел подумать об этом, я поднес их к своим губам. Я начисто облизал ее пальцы. Эмбер ахнула, широко раскрыв глаза и глядя на меня. Я обвел ее палец языком, пробуя на вкус. Мой член дернулся так сильно, что простого прикосновения было бы достаточно, чтобы заставить меня кончить.

— Не могу дождаться, чтобы по-настоящему попробовать тебя, — сказал я грубым голосом.

Я знал, что некоторые парни не любят спускаться между ног девушек, но мне это нравилось. Не было лучшего способа доставить девушке удовольствие. Эмбер уткнулась лицом мне в грудь.

— Не могу поверить в то, что только что произошло. Было так приятно.

Я поцеловал ее в макушку.

— Дальше будет только лучше.

Эмбер стала неподвижной.

— Это… — остальная часть моего вопроса была потеряна в стоне.

Рука Эмбер легонько легла на мой член. Между нами все еще находилась ткань моих боксеров, но, черт, я был так возбужден, что даже это не имело значения. Я положил свою руку поверх ее и несколько раз сильно сжал ее ладонь, а потом кончил в свои боксеры, как похотливый подросток. Я отдернул руку, отпуская руку Эмбер, чувствуя себя ужасно.

— Черт, извини. Не хотел заставлять тебя делать это.

Она покачала головой и поцеловала меня.

— Я прикоснулась к тебе. Хотела вернуть должок.

Я закрыл глаза.

— Пожалуйста, не думай, что я всегда кончаю так быстро. Обычно я более сдержан.

Она рассмеялась и положила голову мне на грудь. Мои боксеры прилипли к коже. Мне действительно нужно было привести себя в порядок, но пока я не мог заставить себя оставить Эмбер.

Эмбер

На следующее утро я проснулась с рукой Зака, обнимающей меня за талию, и снова почувствовала, как его эрекция впивается мне в поясницу. Я не могла поверить, что произошло вчера утром. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного.

— Собираюсь принять душ, — сказал Зак напряженным голосом, садясь.

Наверное, он больше не хотел приходить сюда в одних трусах. Я покраснела от этого воспоминания. Он быстро поцеловал меня в лоб, затем вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Прежде чем я успела передумать, я спрыгнула с кровати и последовала за ним. В коридоре я замешкалась. Дверь в ванную была закрыта, и работал душ.

Я сделала глубокий вдох и проскользнула внутрь, прежде чем тихо закрыть дверь. Зак стоял под струящейся водой, запрокинув голову и закрыв глаза. Я была рада, что он не смотрит на меня, потому что мое лицо приняло выражение шока, когда я увидела его полностью обнаженным. Образы давних времен грызли мой разум, но я отогнала их назад. Это совсем не похоже на прошлое.

Я подошла ближе, не сводя глаз с Зака. Он был великолепен. Ручейки воды бежали по его твердому телу, мускулистой груди, прессу, узким бедрам. Меня не удивляло, что он нравится девушкам. Он обхватил себя рукой и начал медленно поглаживать вверх-вниз. Он был большим, больше, чем… нет. Это было в прошлом.

Я сделала еще один нерешительный шаг ближе, и глаза Зака открылись, его взгляд встретился с моим.

— Блядь, Эмбер!

Он резко выпрямился, ударившись головой о душ, и выпустил свою эрекцию. Я снова перевела взгляд на его лицо. Шок был ясно написан на лице Зака. Он даже не пытался прикрыться.

— Что ты здесь делаешь?

Мои щеки вспыхнули, и я не сразу нашлась, что ответить.

— Мне было любопытно.

Зак слегка расслабился, и выражение его лица изменилось.

— Любопытно?

— Я хотела посмотреть на тебя.

Член Зака дернулся в ответ. Он застонал и покачал головой.

— Думаю, что слишком сильно ударился головой, потому что могу поклясться, что ты только что сказала, что хочешь посмотреть, как я дрочу.

Я подошла ближе, пока не оказалась прямо перед стеклянной стойкой. Нервы скрутили мой желудок так сильно, что я боялась, что меня вырвет. Успокойся, Эмбер. Это была твоя идея. А теперь пройди через это. Это было глупо, что совершенно голый Зак заставил меня волноваться. Зак внимательно наблюдал за мной.

— Эмбер? Мне нужно, чтобы ты четко поняла, чего хочешь, — в его голосе звучала хриплая мольба.

Чего я хотела? Мои глаза прошлись по всей длине его тела. Мне хотелось провести руками по его коже.

— Можно я посмотрю, как ты трогаешь себя?

Зак вытаращил глаза. Затем резко вышел из этого состояния. Он обернул ладонь вокруг своей длины.

— Ты имеешь в виду вот так?

Я кивнула и открыла дверь душевой кабины. Вода брызнула мне в лицо. Но мне было все равно. Я вошла внутрь, все еще одетая в пижамные штаны и топ. Мне нужен был этот барьер, хотя на самом деле он не был защитой ни от чего.

— Эмбер? — спросил Зак.

Он прислонился спиной к кафельной стене. Вода насквозь пропитала мою одежду, приклеив ткань к коже. Пижамные штаны и топ были белыми, так что, вероятно, они не оставляли много места для воображения. Я должна их снять. Это было бы так просто, но я не могла заставить себя сделать это. В кабинку хлынул холодный воздух, и я закрыла дверь. Зак стоял напротив меня, всего лишь на расстоянии вытянутой руки, его рука сжимала его член.

Он скользнул рукой вверх и вниз, потом остановился.

— Ты хочешь, чтобы я двигал рукой?

Я кивнула, закусив губу. Он снова принялся гладить себя, впиваясь в меня горящими от голода глазами, отчего у меня в животе поднялся жар. Я сжала ноги вместе и попыталась напрячь мышцы своего ядра, чтобы немного ослабить напряжение. Было почти болезненно. Я нуждалась в некотором облегчении, но не знала, что делать. Я не могла дотронуться до себя, только не так. Почему нет? В постели, когда Зак обнимал меня за плечи, я не чувствовала ничего странного. И он тоже прикасался к себе.

Зак тяжело дышал, его движения становились все быстрее, костяшки пальцев побелели от железной хватки на его теле. Я задумалась, что было бы, если бы именно я сделала это с ним. Я почувствовала, как у меня между ног становится мокро. Он издал долгий стон, обхватив рукой кончик своей длины, когда кончил. Я сделала глубокий вдох, ожидая вспышки страха, но ее не было. Только очарование и желание. Я хотела прикоснуться к Заку. Хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. Он заставит меня чувствовать себя хорошо. Я знала.

Зак уставился на меня, все еще сжимая себя руками, когда вода смыла следы его оргазма. Он выглядел так, словно ожидал, что я вот-вот сойду с ума. Это было почти комично. Я разразилась смехом. Мне казалось, что я снесла еще одну из своих стен, и это было невероятно.

Облегчение омыло лицо Зака, и он усмехнулся.

— Это было…

— Странно?

Он покачал головой.

— Горячо. По крайней мере, для меня.

Внезапно я почувствовала себя смелей. Возможно, это было потому, что член Зака становился мягким, и он не представлял непосредственной угрозы, что было глупо думать, но мой мозг был запутан, так что его логика была не совсем разумной.

— Я хочу снять с себя одежду, — прошептала я.

Зак перестал умываться.

— Хорошо?

Я не могла смотреть ему в глаза, когда сказала:

— Без прикосновений.

Господи, неужели я могу говорить еще более жалко? Почему Зак терпит меня?

— Без прикосновений, — тихо сказал Зак.

Он заложил руки за спину, зажав их между стеной и своим задом.

Я схватилась за подол своего топа и остановилась.

— Эмбер, ты не должна делать ничего, что тебе не нравится. Но клянусь, что никогда не прикоснусь к тебе, если ты не попросишь меня об этом.

— Я знаю, — сказала я. — Но что, если тебе не понравится увиденное?

— Твоя одежда почти ничего не скрывает, а вчера я видел почти всю тебя. И поверь мне, ты чертовски красива.

Мои пальцы на подоле напряглись, и я быстро стянула топ через голову, опустив руки по бокам. Верхняя часть упала мокрой кучей на пол и быстро присоединилась к моим пижамным штанам, когда я спустила их вниз по ногам. Затем я засунула пальцы под трусики и тоже потянула их вниз. Мне пришлось заставить себя стоять неподвижно и не прикрываться.

Глаза Зака блуждали по моему телу. Затем остановились на моем лице. Я старалась не замечать, что он снова стал твердым. Он был возбужден мной, моим телом. Это знание одновременно возбуждало и пугало меня. Теплая вода дождем полилась на нас, когда наши глаза встретились. Взять все под свой контроль, снова напомнила я себе. Я сделала шаг ближе к Заку, который все еще неподвижно стоял, прислонившись к стене. Его глаза следили за моими движениями, когда я протянула руку и положила ладони на его обнаженную грудь. Он снова был почти полностью тверд, и если бы я придвинулась ближе, его эрекция коснулась бы моего живота.

На мгновение я была ошеломлена этой ситуацией, осознанием того, что стою голая в душе с парнем. Ни с каким либо парнем… это был Зак. Я доверяла ему больше, чем когда-либо могла доверять мужскому полу. Я медленно опустила руки ниже, остановившись на нижней части его живота. Какое-то мгновение я раздумывала, не обернуть ли свою руку вокруг его длины, но потом потеряла мужество. Давление между моими ногами не уменьшилось, и я снова пошевелилась.

Понимание мелькнуло на лице Зака.

— Чего ты хочешь, милая?

Это был первый раз, когда он использовал этот термин, и он заставил меня ощутить тепло совершенно по-другому.

— Не знаю, — призналась я.

Я почти хотела, чтобы Зак взял на себя инициативу и прикоснулся ко мне.

— Тебя не завело смотреть, как я кончаю?

— Да.

Это слово было задыхающимся шепотом. Зак приблизил свое лицо, не двигая телом. Он нежно поцеловал меня в губы.

— Ты тоже хочешь кончить? — спросил он хриплым голосом, и мое лицо взорвалось от смущения.

Зак мог говорить об этом прямо, даже не краснея. Должно быть, это пришло с опытом. Я едва заметно кивнула.

Зак покачал головой:

— Этого недостаточно, — тихо сказал он. — Мне нужно, чтобы ты сказала мне, или я не сдвинусь с места.

Я посмотрела ему в глаза, но его взгляд был неумолим. Он не прикоснется ко мне без моего устного согласия.

— Да, я хочу кончить, — наконец выдавила я. — На этот раз я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.

Грудь Зака тяжело вздымалась.

— Давай вернемся в мою комнату, хорошо?

— Хорошо.

Зак выключил душ и вышел завернув мне полотенце, прежде чем взять одно для себя и начать вытираться. Мне пришлось сдержать улыбку, когда я увидела, как он растирает свою длину. Как он мог спрятать ее по дороге в свою комнату? Он обернул полотенце вокруг бедер, но это ничего не скрывало. Прикрывшись полотенцем, я последовала за Заком обратно в нашу комнату.

Я нервничала, но напряжение между моими ногами говорило громче, чем мое беспокойство. Полная неуверенности, я стояла в комнате и ждала.

Зак положил руку мне на плечо.

— Скажи мне, если передумаешь.

Я покачала головой. Я подошла к кровати и опустилась на нее, все еще завернутая в полотенце. Зак присел передо мной на корточки. Он обхватил мое лицо ладонями.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, — он наклонился вперед и прошептал мне в рот: — Дай мне тебя лизнуть. Я хочу поцеловать каждый сантиметр твоего тела.

Мои губы приоткрылись от удивления. Мысль о губах Зака между моих ног вызвала во мне трепет. Это было не то, что могло бы напомнить мне о произошедшем. Я любила, когда Зак целовал меня. Насколько лучше было бы чувствовать себя, если бы он поцеловал меня там, внизу?

— Хорошо, — сказала я.

— Поднимись, — прохрипел Зак.

Я так и сделала и смотрела на него широко раскрытыми глазами, когда он устроился на кровати рядом со мной. Он просунул один палец под мое полотенце и посмотрел на меня.

— Можно мне его снять?

Я кивнула, потом вспомнила правило Зака и сказала:

— Да.

Зак развернул мое полотенце, и я подняла свою задницу и спину с кровати, чтобы он мог вытащить ее из-под меня.

— Я сообщу тебе, прежде чем поцелую или прикоснусь к тебе где-нибудь, а ты скажешь «да». Если ты этого не сделаешь, я перестану, хорошо?

— Хорошо.

— Ладно, — Зак вздохнул, глаза были напряжены, пока бродили по моему обнаженному телу.

Закари

Мои глаза изучали каждый сантиметр прекрасного тела Эмбер. Я не мог поверить, что она смотрела, как я дрочу. Воспоминания о выражении ее лица, когда я гладил себя, было достаточно, чтобы снова возбудить меня.

Но мой стояк сейчас не имел значения. Когда Эмбер лежала передо мной, обнаженная, с доверием в глазах, все, что меня волновало, это показать ей, что такое удовольствие. Я хотел доказать ей, что то, что было вчера — ничто, по сравнению с тем, что она испытает сегодня. Я склонился над ее грудью, а потом заглянул ей в глаза. Она быстро закрыла их, ее щеки покраснели.

— Сейчас я поцелую и лизну твои груди, — пробормотал я, мои губы находились в сантиметре от ее соска.

Я сделал это вчера, но мог сказать, что Эмбер была более нервной сегодня, потому что была обнажена и уязвима. И с одним лишь полотенцем на бедрах я тоже был не совсем одет.

— Хорошо, — сказала она еле слышным шепотом, ее мышцы напряглись.

Я провел языком по ее соску, и ее тело дернулось. Я обхватил губами ее затвердевший бугорок, обвел его языком, сначала медленно, потом все быстрее. Ее губы приоткрылись, глаза крепко зажмурились, но она не издала ни звука. Я облизывал ее, целовал и сосал, пока она снова не застонала.

Мне нравился ее вкус, ощущение ее теплой кожи на моих губах, давление ее твердого соска на мой язык. Я отодвинулся на несколько сантиметров и подул на ее влажную кожу. Ее кожа покрылась мурашками, и я позволил себе несколько секунд полюбоваться ее грудью и розовыми сосками. Затем взял один сосок обратно в рот и пососал очень легко, а потом чуть сильнее.

Эмбер поежилась, плотно сжав губы. Мне хотелось сделать ее мокрой от возбуждения, прежде чем попробовать на вкус. Я бросил взгляд вниз, на ее киску. Она крепко сжимала свои бедра. Я знал, что найду ее уже мокрой, если просуну руку ей между ног. Мой член дернулся в ответ. Блядь.

Мне хотелось дотронуться до каждого ее сантиметра. Я позволил ее соску медленно выскользнуть из моего рта и провел языком по ее груди, затем пососал кожу над ребрами. Эмбер тихонько рассмеялась.

— Щекотно.

Я усмехнулся и дразняще провел кончиками пальцев по ее ребрам. Она согнулась, хихикая.

— Зак!

Я опустил свой рот на несколько сантиметров ниже и поцеловал ее талию, бедро, мягкую кожу живота. Она все еще была окружена моей заботой, и я рискнул взглянуть на нее. Она прикусила губу, смотря на меня. Затем отвела взгляд.

— Я хочу поцеловать тебя между ног.

«Я хочу съесть твою киску», наверное, это было бы слишком прямолинейно для Эмбер.

— Хорошо, — пробормотала она. — Но без пальцев, — добавила она с явным смущением.

Я прекратил целовать и лизать ее бедро и внимательно посмотрел ей в лицо.

— Ты имеешь в виду никаких прикосновений, или не хочешь, чтобы я входил в тебя пальцем?

Ее румянец уже разлился по груди, но мне было необходимо, чтобы она сказала то, что хотела. С другими девушками я всегда знал, что делать, и они в основном довольно громко говорили о своих потребностях, но с Эмбер я бы не рискнул выходить за пределы ее зоны комфорта.

Она закрыла лицо ладонями.

— Боже, это так неловко, — она сделала глубокий вдох. — Второе.

Мысль о том, почему она так боялась, что что-то войдёт в нее, перевернула мой желудок, и я почувствовал, как мой член смягчается.

— Я не буду входить в тебя пальцем, обещаю, но я действительно хочу прикоснуться к тебе, хорошо?

А еще мне очень хотелось погрузить в неё палец, чтобы показать, что это может быть очень приятно, но не стал этого делать, пока она сама не попросит.

Она опустила руки и на мгновение встретилась со мной взглядом, прежде чем снова откинуться на подушку.

— Хорошо.

Я поднес одну руку к ее бедру, а затем провел ею по животу вниз, к краю мягких каштановых волос. Она напряглась, и я замер, просто поглаживая пальцами ее холмик. Когда она расслабилась, я обхватил ее ладонью. Она была такой чертовски горячей и влажной. Мой средний палец лег на ее клитор, и слегка надавил. У Эмбер вырвался тихий звук.

Медленно я раздвинул ее ноги, открывая блестящие розовые складки. Я застонал и снова поцеловал ее в бедро. Господи, как мне хотелось лизнуть ее, но речь сейчас не обо мне. Я погладил пальцами ее наружные складки, затем скользнул одним пальцем вверх к клитору и начал вырисовывать вокруг него маленькие круги. Она была такой мокрой, что мой палец легко скользнул по ее маленькому бугорку. Она застонала, потом напряглась.

— Мне нравятся твои стоны. Не сдерживай их. Просто расслабься и позволь мне заставить тебя кончить.

Она так и сделала, и по мере того, как мой палец все быстрее обводил ее клитор, ее стоны и вздохи тоже становились все быстрее. Она была уже близко. Я быстро втянул один сосок в рот и щелкнул большим пальцем по ее клитору, и она выгнула спину, ее мышцы задрожали, когда она оказалась под моей рукой.

Я щедро осушил ее грудь, и мой палец на ее клиторе замедлил свои движения до мягкой ласки. Сейчас она была бы слишком чувствительна, поэтому мне пришлось начать лизать ее очень медленно, чтобы довести до второго оргазма.

— Сейчас я тебя оближу, — предупредил я ее.

Она смотрела на меня сквозь прикрытые веки, пока я устраивался между ее ног, раздвигая ее еще шире. Ее киска была мокрой, и я прижался поцелуем к ее складкам так же нежно, как и к ее розовому рту. Мягко и медленно мой язык скользнул по ее гладким складкам. Затем я зажал одну из них между губами, чтобы слегка пососать, и был вознагражден тихим стоном Эмбер.

Ничто не приносило мне большего удовлетворения, чем осознание того, что я доставляю Эмбер удовольствие своим ртом. Я не был самоуверенным, но знал, что был хорош в поедании киски. Это была единственная хорошая вещь в том, чтобы быть мужчиной-шлюхой. Я поцеловал ее складки, потом клитор. Она ахнула. Я приоткрыл рот и слегка подтолкнул ее кончиком языка.

— Зак.

У нее перехватило дыхание. Я наклонился, обхватил свой член под полотенцем и начал поглаживать себя, очень медленно обводя языком ее головку.

— М-м-м, — промычал я, и Эмбер стала еще влажнее.

Я взял ее клитор в рот и нежно пососал его, одновременно проводя языком по нему, а затем медленно вокруг. Она положила руку мне на голову и запустила пальцы в волосы. Я не думал, что она это понимает, и это было самое лучшее. Я не мог сдержать довольной улыбки, когда она снова подталкивала свой таз вверх, в ободряющем жесте. Она была такой мокрой. Я знал, что мой палец легко скользнул бы внутрь, а возможно, даже и член. Боже, как я хотел почувствовать ее соки вокруг своего члена прямо сейчас.

Вместо этого я обвел ее вход кончиком языка, прежде чем погрузить его внутрь. Эмбер ахнула, и я подождал, не почувствует ли она себя неловко, но ее ноги раздвинулись немного шире, давая мне лучший доступ. В моей груди росло удовлетворение.

Я медленно скользнул языком внутрь и наружу ее входа и погладил клитор большим пальцем, потирая себя в такт толчкам моего языка. Эмбер была уже близко. Она извивалась, задыхалась и всхлипывала. Я быстро обхватил губами ее складки и клитор и начал сосать. Она вскрикнула и затряслась подо мной.

Закрыв глаза, я наслаждался ощущением ее киски на моем лице. Я сильно сжал свой член, смыкая губы вместе, кончая на ногу. Я прижался щекой к внутренней стороне ее бедра еще на несколько мгновений, наслаждаясь ощущением ее разгоряченной кожи. В конце концов, я сел и вытерся полотенцем, прежде чем лечь рядом с Эмбер. Она прижалась ко мне еще теснее.

— Думаю, нам понадобится дополнительный душ, — поддразнил я.

Она рассмеялась. Ее смех, ее стоны, улыбки… было так много вещей, которыми я не мог насытиться.

Глава 15

Эмбер

Когда мы с Заком вошли в кухню, Брайан уже сидел за столом, держа перед собой ноутбук. Тыковка взгромоздился на подоконник, оказав мне холодный прием. Вероятно, он был раздражен тем, что ему всегда приходилось спать одному в моей комнате, потому что я проводила ночи с Заком.

— Я покормил Тыковку. Не был уверен, что ты когда-нибудь выйдешь из комнаты Зака.

Брайан внимательно посмотрел мне в лицо, и я не смогла встретиться с ним взглядом после того, что Зак сделал со мной сегодня утром. Мою кожу все еще покалывало. Неужели Брайан что-то слышал? Неужели он знал? Это было слишком неловко. Я спрятала лицо за дверью холодильника, но когда вышла с йогуртом, Брайан все еще переводил взгляд с меня на Зака.

— Ты собираешься домой на День Благодарения?

Так вот почему он так пристально смотрел? Я даже не думала о Дне благодарения, но до него оставалось всего две недели.

— Конечно, — сказала я.

Я не могла поверить, что так давно не видела папу. Взгляд Брайана метнулся к Заку, который был занят тем, что намазывал Нутеллу на кусок хлеба.

— Я позвоню папе.

Брайан кивнул.

— Мне нужно идти, иначе я опоздаю на обед с Лорен.

Зак скорчил гримасу за спиной Брайана. Мне удалось сохранить нейтральное выражение лица, но когда Брайан вышел из кухни, я ткнула пальцем в грудь Зака.

— Ты просто невозможен.

Зак откусил кусочек хлеба с нутеллой и пожал плечами. Я обняла его за талию, и он легонько погладил меня по спине.

— Ты отмечаешь День благодарения с родителями?

Он фыркнул.

— Они празднуют День благодарения в своем загородном клубе. Они не ждут, что я вернусь домой.

— Что ты обычно делаешь?

— Последние несколько лет я ходил на вечеринки с парнями.

— Ох, конечно, — сказала я. — Ты тоже хочешь пойти на вечеринку в этом году?

— Я бы предпочел провести весь день в постели с тобой.

Он поцеловал меня в шею, зажигая маленькие фейерверки вдоль моего позвоночника.

— Почему бы тебе не поехать домой со мной и Брайаном и не отпраздновать это вместе с моей семьей? Я бы хотела официально представить тебя моему отцу как своего парня.

Или это было слишком быстро для Зака? Когда люди обычно представляют своего парня родителям? Мне очень хотелось, чтобы мама тоже была здесь и познакомилась с Заком.

— Я уже встречался с твоим отцом, — пошутил Зак. Потом он отрезвел. Он действительно выглядел нерешительным. — Ты уверена?

— Да. Я очень хочу, чтобы ты поехал с нами.

— Хорошо, — медленно произнес он. — Но разве твой отец не будет возражать?

— Думаю, он будет рад за меня.

— Я бы не был так уверен в этом. Посмотри на Брайана. Я не вижу счастья, смотря на его лицо.

— Брайан счастлив за меня… за нас.

Зак с сомнением посмотрел, но все же кивнул.

— Значит, это семейный День Благодарения.

Я ухмыльнулась.

— Я позвоню отцу и все ему расскажу.

Я быстро поцеловала Зака в губы, прежде чем поспешила в свою комнату, чтобы взять телефон. Как всегда, звоня папе, он ответил после второго гудка.

— Эмбер?

И, как обычно, его голос был полон беспокойства. Я ненавидела то, что его первой реакцией на мой звонок было беспокойство, что со мной могло что-то случиться.

— Привет, папа, — сказала я.

— С тобой все в порядке?

— Да, я в полном порядке, — я услышала, как он тяжело вздохнул. — Хотела поговорить с тобой о Дне благодарения.

— Ты приедешь домой?

— Да, и я хочу взять с собой Зака.

На другом конце провода повисла пауза.

— Вы все еще встречаетесь?

— Только не говори мне, что Брайан не оповещает тебя ежедневными новостями.

Папа кашлянул.

— Ну, это иногда всплывает в нашем разговоре.

— Наверное, это единственное, о чем вы болтаете.

— Не только это, — сказал папа. — Просто мы оба беспокоимся о тебе. И, честно говоря, мне трудно себе это представить. Ты так сильно изменилась с тех пор, как я видел тебя в последний раз, что я уже могу сказать это, просто говоря с тобой по телефону.

— Зак мне помогает. Жизнь здесь помогает мне. Так ничего, если он приедет с нами?

— Конечно. Я все равно хочу с ним поговорить.

— О нет, папа. Брайан превратил жизнь Зака в ад из-за того, что он встречается со мной. Обещай, что не будешь делать то же самое.

— Этого я обещать не могу. Но сделаю все возможное, чтобы не смущать тебя.

Я слышала улыбку в его голосе. Боже, уже и не помню, когда в последний раз папа разговаривал так, как старый, прежний папа. Я была не единственной, кого изменил этот инцидент. Жизнь Брайана и отца тоже перевернулась с ног на голову.

— Тетя Линн и дядя Барри тоже приедут?

— Вообще-то мы отпразднуем у них дома, потому что ты не будешь здесь готовить. Линн собирается приготовить нам ужин в этом году.

— Ох, верно. Даже не подумала об этом.

Последние несколько лет я готовила нам еду на День благодарения. Приготовление пищи было почти единственной вещью, которая доставляла мне хоть какую-то радость, но, конечно, я не смогу сделать это в этом году, если не приеду на несколько дней раньше. Я не могла ожидать, что Зак останется с моим отцом так долго. Что, если они не поладят?

— Я скучаю по тебе, милая. И считаю дни до Дня благодарения.

— Я тоже по тебе скучаю, папа.

После того как мы повесили трубку, я улыбнулась. Я хотела, чтобы папа увидел, как далеко я продвинулась. Он всегда хотел для меня нормальной жизни, и с каждым днем я все больше приближалась к этой цели.

— Выглядишь счастливой, — сказал Зак, наклоняясь в дверях кухни.

— Я счастлива.

Он приблизился ко мне и наклонился ближе.

— Может, мы сможем запланировать повторное представление сегодняшнего утра?

Я покраснела, но мое тело ответило потоком покалывания между ног. Я взглянула на часы.

— Я встречаюсь с Рейганом на пробежке через тридцать минут.

Зак игриво надул губы. Я рассмеялась.

— Тогда возможно позже? — он сказал это таким тихим голосом, что у меня подкосились ноги.

— Позже, — пообещал я.

* * *

Я не могла перестать думать об этом утре, даже когда мы с Рейган бежали трусцой по окрестностям. Никогда бы не подумала, что что-то может чувствоваться так хорошо. Рот и язык Зака заставили меня забыть обо всем. Не было места для ужасных воспоминаний. Я даже не могла поверить, что способна на такое возбуждение. Раньше одно это слово казалось неправильным. Теперь я не могла дождаться, чтобы позволить Заку сделать это снова. Я знала, что это не значит, что прошлое не обрушится на меня снова. Так было и будет всегда. После того, что я пережила, не было другого пути, но это медленно отодвигалось за задворки моего сознания.

— Я не знаю, что происходит, но ты определенно сияешь, — сказала Рейган, когда мы остановились, чтобы перевести дыхание. — Наверное, это как-то связано с Заком.

Румянец подкрался к моим щекам.

— Да.

Я избегала ее взгляда. Мне хотелось поговорить с ней обо всем этом, но даже не знала, с чего начать. Разве люди вообще говорят об этом? Друзья, которые были у меня до этого инцидента, говорили со мной обо всем, но тогда все это означало только поцелуи и случайные объятия. Это что-то совсем другое.

— Ох, ох. Это выражение. Мне необходимы подробности. Что сделал влюбленный мальчик?

Я кивнула в сторону общего направления моей киски. Рейган ухмыльнулась:

— Он дотронулся до тебя там?

Я покачала головой, и Рейган усмехнулась.

— Ох, парень. Он был у тебя между ног, верно?

Я плотно сжала губы, чтобы не издать смешного смешка.

— Было хорошо, а? — прошептала она.

Моя кожа горела от смущения, когда я кивнула. Рейган прислонилась к дереву.

— Нет ничего лучше, чем парень, который знает, как сделать все правильно. И предполагаю, что Зак один из них.

— Да.

По крайней мере, я так думала. Не то чтобы мне было с кем сравнивать его мастерство. У меня между ног никто никогда не был. В моем сознании мелькнуло что-то из прошлого. Чья-то рука сорвавшая с меня трусики, безжалостно сжимая меня, но я заставила себя выбросить это воспоминание из головы и сосредоточилась на своих самых последних переживаниях. Зак. Его нежность.

— Не могу поверить, это было так хорошо.

Рейган лукаво прикусила губу.

— И ты ответила ему тем же?

У меня вытянулось лицо.

— Нет. Я еще даже не дотронулась до него по-настоящему.

— Ох, это нормально, — она задумчиво склонила голову набок. — Ты боишься?

Я думала об этом. Я действительно не боялась прикоснуться к эрекции Зака.

— Не думаю. Это просто пугает. Но мне кажется, что я хочу прикоснуться к нему.

— Ты видела его во всей красе?

— Да.

— И?

Я нахмурилась.

— Все в Заке великолепно.

Господи, неужели я только что это сказала? Рейган расхохоталась, но совсем не злобно.

— И наверняка большое, — она поморщилась. — Так вот о чем ты беспокоишься?

— Ты имеешь в виду, беспокоюсь ли я, что мне будет больно, когда мы с Заком будем спать вместе? — я покачала головой. — Я не беспокоюсь о боли. Уже нет.

Я не была девственницей, и ничто не могло причинить мне такой боли, как то, что сделали со мной эти люди. Я не боялась боли. Больше всего меня пугала мысль о том, что секс с Заком или даже просто прикосновение к его эрекции всегда будут вызывать воспоминания о том дне. Что, если всему, что я могу изменить, придет конец? Что, если, в конце концов, появится стена, которую я не смогу разрушить?

— Я хочу прикоснуться к Заку. Действительно хочу. Но, вероятно, разочарую его.

— Ерунда. Зак будет в восторге, поверь мне. И уверена, он может сказать тебе, что ему нравится. Не думаю, что он стесняется таких вещей.

— Нет, он определенно не стесняется, — я помолчала, затем собралась с духом. — Ты бываешь между ног у Кевина?

Рейган без колебаний кивнула.

— Да, я люблю делать ему минет.

— Серьезно? Тебе не кажется, что это унизительно?

— Почему? Я чувствую себя сильной, когда делаю это. Кевин полностью в моих руках, когда я это делаю. Думаю, что в тот момент я могла бы попросить его о чем угодно, — она хихикнула. — И он тоже бывает у меня между ног, так почему бы мне не сделать то же самое?

Я тоже об этом думала.

— А как насчет… ну, ты понимаешь?

— Ты имеешь в виду глотание?

Я отвела взгляд.

— Да.

— Некоторые девушки глотают, некоторые нет. Лично я это не делаю. Мне просто не нравится вкус. На этом все. Но Кевину все равно. Он слишком любит это.

Рейган улыбнулась.

Я хотела дать Заку то, что он дал мне. Как бы мне хотелось знать, что я готова к этому.

* * *

Я вздрогнула, когда последние волны удовольствия прокатились по моему телу. Зак поцеловал мой живот, кожу между грудями и, наконец, мои губы, прежде чем устроиться рядом со мной. Я чувствовала на нем свой вкус, и это было странно. Мой взгляд скользнул вниз, к выпуклости на его боксерах.

— Ты можешь их снять? — спросила я совершенно спокойным голосом.

Зак выглядел удивленным, но он стянул свои боксеры и бросил их на пол. Он лег на спину. Я приподнялась на локте и позволила себе взглянуть на его эрекцию. Мой взгляд снова метнулся к лицу Зака. Я видела, как сильно он хотел, чтобы я прикоснулась к нему, но не двигался. Любовь к нему захлестнула меня с новой силой. Опустив взгляд на его эрекцию еще раз, я протянула руку и провела пальцами по ее кончику. Зак глубоко вдохнул, и его эрекция дернулась, из нее выплеснулась капля жидкости. Я потерла его указательным пальцем, размазывая по его кончику.

Зак застонал.

— Ты не должна этого делать, — с трудом выдавил он, но я знала, как сильно он этого желает, и хотела доставить ему удовольствие.

Я даже поймала себя на том, что наслаждаюсь своей властью над ним. Я обхватила его пальцами и начала гладить. Я беспокоилась, что моя хватка была слишком крепкой, но Зак, казалось, наслаждался этим. Я задвигала рукой еще быстрее.

Глаза Зака были закрыты, а челюсть крепко сжата. Я двигалась, пока не наклонилась над его эрекцией. Я ждала мгновения беспокойства, но была только нужда и любопытство. Для меня это было нормально. Я прижалась губами к кончику Зака.

— Блядь!

Он так резко сел, что чуть не вырубил меня своей рукой. Его глаза были широко раскрыты от шока. Я покраснела. Какое-то мгновение мы, молча, смотрели друг на друга.

— Ты меня напугала, — сказал он, задыхаясь.

— Вижу, — сказала я с улыбкой.

Он выглядел так восхитительно потрясенным. Моя рука все еще сжимала основание его эрекции, но я уже не двигалась.

— Разве ты не хочешь, чтобы я сделала это?

— Что? Блядь, да, конечно, я хочу, чтобы ты это сделала, — он выглядел растерзанным, его грудь тяжело вздымалась. — Но не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Я… — он покачал головой. — Блядь. Я не очень хорошо умею быть благородным человеком. Черт. Я действительно хочу, чтобы ты, но…

— Ш-ш-ш, — сказала я. — Все нормально. Я знаю, что ты не хочешь давить на меня.

Он потер рукой голову.

— Ложись на спину, — твердо сказала я.

Зак опустил руку и медленно выполнил мою просьбу. Я снова склонила голову над его эрекцией и лизнула мягкую головку. Губы Зака приоткрылись, когда он посмотрел на меня. Я не была уверена, что от меня будет толк. Я делала то, что считала правильным и что хотела сделать, принимая стоны Зака как поощрение. Он напрягся у меня во рту. Прежде чем я успела отреагировать, он схватил меня за руку, дернул назад и сжал кончик своей эрекции, его голова откинулась назад, когда он кончил на руку и ногу.

— Прости, — тихо сказал он, медленно открывая глаза. — Я не хотел кончать тебе в рот.

Я нервно хихикнула, внезапно ошеломленная собственной смелостью. Зак притянул меня в свои объятия, пристально глядя мне в глаза.

— Ты в порядке? — беспокойство в его голосе заставило меня успокоиться, и я кивнула. Казалось, Зака это не убедило. — Скажи мне, не эгоистичный ли я ублюдок, позволивший тебе это сделать.

— Я сама хотела этого. Ты не принуждал меня.

— Но все же… возможно, мне следовало остановить тебя. Порядочный парень так бы поступил.

— Порядочный парень позволяет девушке решать, чего она хочет, а не принимать решения за нее, — сказала я.

— Ты слишком чертовски совершенна.

— Теперь я понимаю, почему люди говорят, что любовь делает тебя слепым.

Я съежилась, как только эти слова слетели с моих губ. Зак полностью проигнорировал мой комментарий и продолжал гладить меня по руке.

Определенно было слишком рано для слова на букву «Л». Вот только я была почти уверена, что уже влюблена в Зака. Но понимала, что он не хочет говорить о любви. У всех нас были вещи, которые пугали нас, и, возможно, озвучивание его эмоций было одним из тех, что были у Зака.

Глава 16

Эмбер

Когда Зак припарковал свой «хаммер» на подъездной дорожке моего старого дома, мой желудок скрутило от нервов. В последний раз, когда я была здесь, я была совершенно другим человеком. Так много изменилось за последние пару месяцев, и все же я боялась, что каким-то образом вернусь к себе прежней, как только ступлю в дом, где пряталась три года. Зак сжал мою руку. Брайан не стал нас дожидаться. Он выскользнул с заднего сиденья и открыл багажник, чтобы выгрузить наш багаж и переноску Тыковки.

— Выглядишь, будто нервничаешь, — сказал Зак. — Разве не я должен нервничать? В конце концов, твой отец собирается поджарить меня за то, что я встречаюсь с тобой.

— Он обещал быть с тобой помягче.

— Ну, это уже утешение, — Зак поцеловал меня в щеку. — Теперь пойдем. Мы не хотим заставлять твоего отца ждать. Он уже наблюдает за нами.

У меня голова пошла кругом. И действительно, папа стоял на крыльце, не сводя с нас глаз. Я открыла дверцу машины и вышла. Зак схватил нашу сумку, прежде чем подойти ко мне и взять меня за руку. Мы вместе подошли к папе, который смотрел на меня так, словно я была привидением.

Его глаза продолжали метаться к моей руке, которая переплелась с рукой Зака. Мы остановились перед ним, и Зак отпустил меня, чтобы пожать руку моему отцу, который ничего не сказал. Я не думала, что он делает это, чтобы запугать Зака; он выглядел слишком ошеломленным, чтобы говорить.

Когда Зак отступил назад, я подошла к папе и обняла его. Он замер, но потом легко обнял меня в ответ. Его руки едва касались моей спины, будто он боялся сломать меня. Я все еще не очень хорошо ощущала себя при физическом контакте большую часть времени, но это вызывало только хорошие воспоминания. Воспоминания о том времени, когда все было по-прежнему, как и должно было быть.

Через мгновение я отстранилась, и папины глаза наполнились слезами. Он по-прежнему ничего не говорил. Я видела, как сильно он борется за самообладание. Жара давила мне на глаза, но сегодня я не хотела плакать.

Папа зажал спинку носа, сделав глубокий вдох. Затем кивнул в сторону входной двери.

— Давайте войдем. Здесь слишком холодно, чтобы стоять весь день на крыльце.

Как только я вошла внутрь, мое горло сжалось. Я и сама не знала почему. Смешно было бояться какого-то места. Это даже не то место, где на меня напали. Но это место, где я дважды пыталась покончить с собой, где научилась ненавидеть жизнь и саму себя, где проводила часы, обижаясь на отца за то, что он спас меня, и на брата, что он оставил меня наедине со мной.

Три года темноты и отчаяния, страха и разочарования… вот что значил для меня этот дом. Воспоминания о тех трех годах скрывали все хорошие воспоминания, которые я сделала за шестнадцать лет до инцидента. Что, если темнота и отчаяние, таящиеся в этих стенах, были достаточно сильны, чтобы разрушить все хорошие воспоминания, которые я создала с тех пор, как переехала?

Я все еще помнила тот день, когда попыталась покончить с собой во второй раз. Я взяла один из бритвенных лезвий, которые папа прятал в ящике для носков, и села на пол в ванной, потому что не хотела испортить ковер в других комнатах. Потом провела лезвием по своей коже. Было чертовски больно, но с первой попытки у меня получился не глубокий порез, поэтому мне пришлось сделать снова с большим давлением. Мои ладони были скользкими от крови и пота, но я не плакала. Я была спокойна, руки не дрожали. Я долго смотрела, как кровь сочится из моей раны, пока в конце концов мне не пришлось лечь на спину и потерять сознание.

Сегодня я не могла себе представить, что снова сделаю что-то подобное, и не только потому, что не хотела причинять боль окружающим, но и потому, что хотела жить. И все же я могла вспомнить отчаяние того дня, будто я действительно проживала это прямо сейчас.

Папа что-то говорил, но я его не слышала. О Боже, только не приступ паники. Пожалуйста. Я не хотела потерять этого перед отцом, который на этот раз действительно выглядел счастливым, или Брайаном, который с нетерпением ждал Дня благодарения, или Заком, которого я почти убедила, что могу быть нормальной девушкой. Я хотела быть нормальной. Я хотела идти по жизни без страха, тревоги и панических атак.

Зак обхватил мои щеки ладонями, его лицо заполнило все мое поле зрения, глаза пристально смотрели на меня. Я сосредоточилась на их голубом цвете, пока не осталось места для чего-то другого. Я вдыхала и выдыхала, стараясь успокоить бешеный пульс, стараясь забыть прошлое. Зак ничего не говорил, но даже без слов он привязал меня к настоящему, построил невидимый барьер между мной и моим болезненным прошлым. Я сглотнула, а затем глубоко вздохнула.

— Все хорошо? — прошептал Зак.

Я, молча, кивнула. Он опустил руки. Брайан и папа наблюдали за нами, и мне было стыдно, что я так испугалась.

Закари

Эмбер исчезла в ванной, чтобы ополоснуть лицо водой. Как только за ней закрылась дверь, ее отец повернулся ко мне.

— Пойдем в гостиную и поговорим.

Брайан — предатель, не присоединился к нам. Он поднялся к себе в комнату. Я был удивлен, что он не захотел присутствовать, когда его отец будет поджаривать меня. Я опустился на коричневый диван, а отец Эмбер устроился в кресле напротив меня.

— Зови меня Джозеф, — сказал он. Затем пристально посмотрел на меня. — Ты уже некоторое время встречаешься с Эмбер.

— Шесть недель, — сказал я.

Я решил не упоминать о том, что у меня никогда раньше не было серьезных отношений. Отцы обычно не любили это слышать.

— Брайан много рассказывал мне о тебе.

Конечно, он говорил.

— Хорошо, — медленно произнес я.

— Меня это не волнует. Ну, волновало раньше, пока не увидел тебя с Эмбер вместе, но теперь… — он замолчал. — Сегодня я увидел проблески дочери, которую потерял много лет назад. Я думал, что она совсем исчезла.

Я видел, что он изо всех сил пытается сохранить самообладание. Он сжал руки в кулаки, и его взгляд метнулся к рамке на стене. Там висела фотография всей его семьи: Эмбер, Брайан, Джозеф и его жена. Это была первая фотография матери Эмбер, которую я увидел. У нее были нос и глаза Эмбер. У Эмбер в комнате не стояло семейных фотографий. У нее нигде не было ни одной фотографии самой себя или своей жизни до изнасилования.

— Но Эмбер прошла через многое. Сначала смерть ее матери. Они с Брайаном должны были видеть, как их мать медленно угасает… а потом нападение. Это оставляет шрамы. Не уверен, что произойдет, если все между тобой и ней закончится плохо. Чуть больше двух лет назад я рано вернулся с работы из-за мигрени, и Эмбер не ответила, когда я позвал ее по имени. Я побежал наверх и обнаружил ее на полу ванной в луже собственной крови, едва дышащей. Если бы я вернулся домой позже, она была бы уже мертва. Я больше никогда не хочу этого испытывать. Не разбивай ей сердце. Я потерял свою жену. Не хочу потерять и свою дочь.

Я не имел понятия, что на это ответить. Я кивнул, чувствуя себя так, словно на мою грудь свалился тяжелый груз.

Эмбер

Я в шоке застыла перед дверью гостиной. Я не могла поверить, что папа сказал так, будто Зак может быть ответственен за еще одну попытку самоубийства, если оставит меня. Было бы ужасно больно, если бы у нас с Заком ничего не получилось, но я бы зашла слишком далеко, чтобы убить себя из-за чего-то подобного. Я хотела жить, с Заком или без него.

Войдя в гостиную, я постаралась, чтобы они услышали мои шаги. Папа тут же встал, улыбаясь. Он все еще удивленно смотрел на меня.

— Мне нужно позвонить твоей тете.

Я подождала, пока он уйдет, и только потом села рядом с Заком.

— У тебя такой вид, будто ты увидел привидение.

Он улыбнулся, но улыбка была не такой яркой, как обычно.

— Твой отец пугающий мужчина, — пошутил он.

Я фыркнула. Зак больше ничего не сказал о нашем разговоре, и я не хотела поднимать эту тему. Я хотела насладиться Днем Благодарения.

Мои тетя и дядя были так же удивлены переменами во мне, как и мой отец. Было чудесно сидеть за столом вместе со всеми, когда никто не бросал в мою сторону тревожных взглядов. В последние несколько лет все ждали, что у меня случится нервный срыв, но сегодня Зак был в центре внимания. Все его любили, особенно мои маленькие кузины. Зак носил их на своих плечах и рассказывал им о своих боях, в то время, когда он брал уроки боевых искусств. Даже Брайан смеялся так, как не смеялся уже много лет. Жизнь была прекрасна.

Глава 17

Эмбер

До Рождества оставалась всего неделя. Я купила календарь с великолепными фотографиями Патагонии для Зака, но мне все еще нужно было что-то другое. Я была плоха в покупках подарков для других. Возможно, мне нужно было принять предложение Рейган помочь мне с рождественскими покупками в этом году. Один предрождественский подарок, который я запланировала на сегодняшний вечер, был не совсем подарком, хотя я чувствовала, что Зак будет более взволнован тем, что я запланировала, чем календарем.

Мы с Заком сидели на диване, прижавшись друг к другу, и он водил пальцами вверх и вниз по моей руке. Это меня отвлекало. На экране телевизора крутились титры, но я почти не обращала на них внимания. Рука Зака опустилась ниже и начала рисовать нежные круги на моем бедре. На протяжении всего фильма я думала о своем решении. Я хотела быть абсолютно уверенной, что готова, прежде чем скажу Заку. Не хотела отталкивать его от себя. Он был так терпелив со мной.

Зак откинулся на спинку дивана и потянулся, обнажив небольшой участок своего мускулистого живота. Мне нравилось водить по нему рукой, по всему телу Зака. Нравилось, каким бархатистым был его член в моей ладони, как я заставляла его дрожать от моих прикосновений. Я чувствовала себя сильной, когда мы были вместе в постели.

После того случая я всегда сравнивала секс с беспомощностью и потерей контроля, но с Заком я обнаружила, что это не обязательно должно быть так. Я хотела Зака. Действительно хотела быть с ним, хотела наконец избавиться от этого последнего барьера из прошлого. В моем животе роились бабочки. Тело жаждало прикосновения Зака, ощущения его кожи рядом с моей.

Зак заметил мой пристальный взгляд и приподнял одну бровь. Жаль, что я не умею так делать. Для меня это либо обе брови, либо ни одной.

— У меня есть что-то на лице?

Несколько мгновений я ничего не говорила. Потом отрицательно покачала головой. Я обернула свою руку вокруг руки Зака и встала, потянув его за руку. Без колебаний он поднялся на ноги, на его лице ясно читалось замешательство.

— Эмбер? В чем дело?

Я прикусила губу, стесняясь озвучить свою просьбу. Я обернула руки вокруг его шеи, потянула его вниз, ко мне, и поцеловала. Затем прошептала ему в губы:

— Я хочу переспать с тобой.

Зак отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Ты уверена?

Я кивнула и стала вести его к своей спальне. Он, молча, последовал за мной. Я закрыла за собой дверь. Брайан был у Лорен, но я не хотела рисковать тем, что он зайдет к нам. Ему все еще было достаточно трудно смотреть, как мы с Заком целуемся. Я обернулась. Зак стоял посреди комнаты. В брюках виднелась выпуклость. Я улыбнулась ему, подошла к кровати и села. Зак наблюдал за мной с такой интенсивностью, что это заставило меня трепетать.

— Не хочешь присоединиться ко мне? — весело спросила я.

Я подвинулась на матрасе и похлопала по месту рядом с собой. Зак стряхнул с себя оцепенение и подошел к кровати. Он лег рядом и склонился надо мной, пока наши лица не оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты можешь сказать «нет» в любое время. Ты ведь это знаешь, правда?

— Я знаю.

Я поймала его губы в еще одном поцелуе, мой язык метнулся навстречу его губам. Наш поцелуй стал более настойчивым, разжигая огонь желания в моем животе. Я просунула руки под футболку Зака, чувствуя его горячую кожу, твердые мускулы, тонкую прядь волос, исчезающую за поясом. Зак застонал, когда моя ладонь задела его выпуклость. Он сел, и я стянула футболку через его голову, открывая его идеальную грудь. Он прижался ко мне и скользнул рукой под мою футболку, проведя по краю лифчика, а затем коснулся пальцем моего соска через ткань.

Я вздрогнула от этого ощущения. Он обхватил мою грудь через лифчик, проводя большим пальцем назад и надавливая на мой твердый бугорок, посылая маленькие мурашки удовольствия вниз по моей спине. Я замурлыкала в знак согласия, когда он помог мне снять футболку и расстегнул лифчик, обнажив мою грудь.

Он склонился надо мной и нежно поцеловал в ложбинку на моем горле, а затем медленно двинулся к моей левой груди. Боже. Он лизнул нижнюю сторону, а затем начал кружить вокруг, пока его язык не достиг края моего соска. Я выгнула спину, желая, чтобы он лизнул ее, но он только очень нежно поцеловал ее. Я прикусила губу, когда он целовал мой бугорок снова и снова, прикосновение было мягким, как перышко. Между моих ног скопилась влага.

— Зак, — почти простонала я.

Он просто дурачился. И хотя я любила эту его сторону, прямо сейчас мне хотелось чего-то другого.

Он посмотрел на меня поверх моей груди и снова нежно поцеловал в сосок. Я сгорала от желания, и его поддразнивания сводили меня почти с ума.

— Хм? — сказал он, поднимая одну руку, обхватывая мою другую грудь.

Его большой палец слегка задел один сосок, когда он поцеловал другой.

— Мне нужно больше, — уговаривала я его.

— Больше? — Зак поднял брови, словно не понимая, что я имею в виду.

Я прижалась коленом к его промежности и обнаружила, что он тверд как камень. Он с рычанием отпрянул назад.

— Я хочу сделать это медленно, Эмбер.

— Это слишком медленно, — запротестовала я и мельком увидела его ухмылку, прежде чем он опустил голову и его горячие губы сомкнулись вокруг моего соска.

Он сосал его, сначала медленно, потом все быстрее, и большой палец на другом моем соске двигался туда-сюда в том же темпе. Я чувствовала каждый толчок удовольствия между ног. Зак наблюдал, дразня мои груди языком и губами.

Я закрыла глаза, все еще не в силах встретиться с ним взглядом, когда мы были близки. Он стал сильнее сосать мой сосок, и с моих губ сорвался стон. Я была такой мокрой. Как такое вообще возможно?

Рука Зака отодвинулась от моего соска, но его рот продолжал сосать. Он расстегнул мои джинсы и сел, чтобы снять их. Его глаза скользнули вверх по моим ногам, а руки прошлись по ним, затем по моим бедрам и животу, пока не обхватили мою грудь. Он нежно размял их, опустив свой рот и облизывая мой левый сосок. Его рука коснулась моего живота, один палец дразняще скользнул под край моих трусиков. Да. Я издала глубокий горловой звук и почувствовала, как Зак улыбается у меня на груди. Дразня. Он двинул руку вниз, пока его палец не скользнул между моих складок, мои мокрые трусики прилипли к моей сердцевине.

— Блядь, — выдавил он из себя. — Такая чертовски мокрая.

Он потер свой палец взад и вперед, заставляя еще больше влаги выплеснуться наружу. Я приподняла бедро, надеясь, что он поймет намек. Он усмехнулся, сел и раздвинул мои ноги. Затем встал между ними. Он посмотрел на меня и ухмыльнулся, как кот, съевший канарейку. Сделай это.

Он поцеловал мой вход через трусики, раздвигая меня еще шире. Его рот был так горяч в моем центре, припудривая мягкими поцелуями мои складки под одеждой. Покалывание распространилось от моего центра по всему телу. У меня подогнулись пальцы ног. Он отодвинул мои трусики в сторону и поцеловал кожу, делая глубокий вдох. Он сводил меня с ума.

Я сжала губы, почти не в силах вынести напряжение, нарастающее в моем теле. Он провел языком между моими бедрами и сердцевиной, туда-сюда, медленно, дразняще.

— Ты так хорошо пахнешь, — простонал он. — Но знаю, что сама ты еще вкуснее.

Он просунул пальцы мне под трусики и поднял глаза. Его глаза закрывались от желания. Когда-то подобный взгляд поверг бы меня в панику, но теперь мое тело отозвалось сладким покалыванием между ног. Я приподняла бедра, чтобы Зак мог легко сдвинуть мои трусики вниз. Он бросил их на пол, затем скользнул руками ниже моей задницы, сжимая ее.

Он обхватил меня за талию, толкнул еще выше по кровати и встал на колени передо мной на матрасе, прежде чем раздвинуть мои ноги и лечь между ними. Его дыхание овевало мои влажные складки, заставляя меня дрожать.

— Не могу дождаться, чтобы попробовать тебя на вкус, — прошептал он, целуя мой вход, затем мои складки и клитор.

Я дернулась и задохнулась от ощущения его губ на своих половых губах. Он был так хорош в этом. Его пальцы раздвинули мои складки, и его язык высунулся наружу, подталкивая мой клитор на краткий миг, прежде чем его рот сомкнулся на нем. Я откинула голову назад и закрыла глаза.

— О Боже, — простонала я.

Он нежно посасывал меня, медленно и неторопливо, посылая шипы удовольствия через меня с каждым движением его губ. Я извивалась от его нежности. Каждый раз, когда я была близка к тому, чтобы взорваться от наслаждения, Зак отпускал мой клитор и целовал внутреннюю часть бедра, доводя меня до такого безумия от желания, что я не была уверена, сколько еще смогу выдержать.

— Пожалуйста, — прошептала я.

Он провел еще одним поцелуем по моим складкам, затем по клитору, прежде чем сомкнуть на нем свои губы и продолжить сосать. Он медленно увеличил скорость движения своих губ, и я почувствовала, как мое удовольствие снова нарастает. На этот раз Зак не отстранился. Он сосал сильнее и быстрее, его руки двигались вверх по моему телу, разминая мои груди. Он зажал мои соски между двумя пальцами и скрутил их, одновременно сильно посасывая мой клитор.

Я крепко зажмурилась, мои ноги дрожали, когда мой оргазм обрушился на меня, прокатываясь через волну за волной удовольствия. Мои пальцы вцепились в простыни, задница приподнялась, когда я задыхалась и стонала. Я медленно опустилась вниз. Зак все еще находился между моих ног, целуя меня и время от времени проводя языком по моей сердцевине и клитору.

— Я люблю лизать тебя.

«А я люблю, когда ты меня облизываешь», — подумала я, но постеснялась произнести это вслух. Он просунул одну руку между моих ног и нежно провел пальцем между складками, затем по моему входу, но не вошел в меня. Зак взглянул на меня снизу вверх.

— Мы не должны этого делать, — тихо сказал он, и я поняла, что напряглась от легкого давления на мой вход.

— Я хочу, — сказала я, пытаясь расслабиться.

Зак не сводил с меня глаз, когда скользнул в меня кончиком пальца. Я была мокрой, и это было приятно, особенно когда Зак снова начал тереть мой клитор. Я расслабилась еще больше. Он погрузил палец в мою сердцевину, входя туда и обратно в неторопливом темпе.

Когда мое удовольствие снова начало нарастать, он вышел, а затем вошёл двумя пальцами. Поцеловав меня в бедро, он очень медленно скользнул пальцами внутрь. Мои мышцы напряглись, но я была настолько мокрой, что это не доставляло дискомфорт. Зак удовлетворено замурлыкал, когда начал двигать внутрь и наружу.

— Ты такая мокрая, милая. Мне нравится, что я сделал это с тобой. Я мог бы провести всю свою жизнь у тебя между ног.

Я была слишком возбуждена, чтобы смущаться из-за его слов.

— Зак, — сказала я. — Я хочу тебя прямо сейчас.

Зак вытащил пальцы и спустил штаны, его пенис стоял по стойке смирно. Я уже не раз дотрагивалась до его твердости, но теперь, когда он опустился на колени между моих ног, меня охватила легкая нервозность. Он надел презерватив на всю длину и опустился на предплечья, его эрекция прижалась к моему бедру. Он поцеловал меня в шею, затем в щеку и висок, прежде чем встретиться со мной взглядом.

— Ты можешь сказать «нет», Эмбер. В любой момент. Всегда.

Он поцеловал меня в губы. Я отрицательно покачала головой. Я хотела этого. Уже давно. Он захватил мой рот в еще одном поцелуе, и я встретила его язык своим, но Зак не сделал никакого движения, чтобы войти в меня. Он отодвинулся на пару сантиметров.

— Тогда скажи мне, что ты этого хочешь. Мне нужно услышать, как ты это скажешь.

Мое сердце наполнилось любовью к нему.

— Я хочу этого, — после поцелуя я добавила: — Я хочу тебя.

Зак переместился и просунул руку между нами, направляя свою эрекцию до тех пор, пока головка не оказалась прижатой к моему входу. Затем он снова поднял руку и обхватил мою щеку ладонью, не сводя с меня глаз. Я положила ладони ему на спину, чувствуя, как напрягаются его мышцы, при движении бедер и вхождении в меня с каждым сантиметром. Мои глаза затрепетали, закрываясь от ощущения его внутри меня.

— Это нормально? Я почти полностью вошел, — выдавил Зак напряженным шепотом. — Скажи мне, если я делаю тебе больно. Если тебе нужно, чтобы я остановился.

— Все в порядке.

Мне было совсем не больно. Оставалось только ощущение сытости. Я боялась, что секс с Заком вернет мне навязчивые воспоминания, но это не имело ничего общего с тем, что было сделано со мной много лет назад. Это была любовь, нежность и совершенство. Ощущение тела Зака на мне, ощущение его во мне, заставляло меня чувствовать себя защищенной и желанной. Слезы защипали мне глаза и выскользнули наружу. Зак напрягся и начал выходить, но я удержала его.

— Нет. Не надо.

— Ты плачешь, — тихо сказал он.

Я открыла глаза и улыбнулась, прежде чем поцеловать его.

— Я в полном порядке.

Зак явно почувствовал облегчение.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я остановился?

Я покачала головой.

— Я хочу, чтобы ты двигался.

Зак вышел почти до конца, а потом снова вошел, медленно набирая скорость. Каждый движение его эрекции посылал дрожь удовольствия по моему телу. Я застонала, прижавшись к губам Зака, и его собственные штаны задвигались быстрее.

Он просунул руку под меня и приподнял мой зад, меняя угол наклона. Я ахнула от этого ощущения, но не отвела взгляда от Зака. Я хотела быть с ним физически и морально. Наши глаза были прикованы друг к другу, и с каждым толчком я чувствовала, как крошечный кусочек моего прошлого отрывается от меня.

Они не победили. Они хотели сломать меня, хотели уничтожить меня и мое будущее, но когда я посмотрела в любящее лицо Зака, то поняла, что это только начало моей жизни. Прошлое больше не держало меня в удушливой хватке.

— Кончи для меня, Эмбер, — прошептал он.

С каждым толчком я подбиралась все ближе и ближе к своему пику, а потом кончила. Я вскрикнула, все мое тело напряглось, мои основные мышцы сжались. Зак стал двигаться еще быстрее, с его губ срывалось низкое рычание.

Его мышцы напряглись под моими пальцами, и, с дрожью, он испустил низкий стон, когда его собственное освобождение охватило его. Его движения замедлились, когда он осыпал поцелуями все мое лицо. Затем он остановился, его глаза изучали мои. Он вытер слезу с моего лица и поцеловал меня в кончик носа, прежде чем снять презерватив и выбросить его в мусорное ведро. Он лег рядом и обнял меня, прижимая мою голову к своей потной груди.

— Ты в порядке? — прошептал Зак, когда наше дыхание замедлилось.

Я кивнула и подняла голову, чтобы поцеловать его.

— Лучше, чем хорошо, — я снова прижалась щекой к его груди. — Я люблю тебя, Зак.

Его пальцы перестали гладить мои волосы. Затем он коснулся губами моей макушки. Он ничего не сказал, и, в конце концов, я слишком устала, чтобы ждать дольше, и задремала.

* * *

На следующее утро, нас разбудил звонок телефона Зака. Он потянулся за ним и ответил на звонок, а я все еще прижималась к его груди. Судя по тому, как напрягся его голос, я поняла, что он разговаривает с отцом.

— Завтра? — он сделал паузу. — Да, конечно. Я посмотрю, что можно сделать. Да. Я дам тебя знать как можно скорее.

Он повесил трубку и швырнул телефон обратно на тумбочку.

— Твой отец?

— Да, он и моя мать хотят познакомиться с тобой. Они пригласили нас завтра на обед.

— Ох, — сказала я, не в силах скрыть своего удивления. Зак никогда не упоминал, что говорил с родителями о нас, и я, наверное, никогда не спрашивала. — Твои родители знают обо мне?

Зак отстранился и странно посмотрел на меня.

— Конечно. Прошло уже больше двух месяцев. Я рассказал родителям о тебе.

— И что они думают?

Губы Зака сжались.

— Моя мать, наверное, счастлива. Отец не верит в отношения.

— Он женат.

— Да, и это прекрасно работает, — сказал он, его голос сочился сарказмом. — Иногда мне кажется, что брак был придуман для того, чтобы делать людей несчастными.

Я вытаращила глаза.

— Мои родители любили друг друга. Они были счастливы. Мой отец все еще не забыл мою маму. С тех пор как она умерла семь лет назад, он больше ни с кем не был.

— Должно быть одиноко.

— Полагаю, что так оно и есть.

— Ты не рассердишься, если он найдет кого-нибудь другого?

Я на минуту задумалась над этой мыслью.

— Нет, я хочу видеть его счастливым. Он столько всего пережил. Сначала я потеряла маму из-за рака, а потом то, что случилось со мной. Никто не заслуживает счастья больше, чем он.

После этого мы старались избегать таких тем, как брак и любовь, хотя я чувствовала, что это то, что мы должны были обсудить в какой-то момент. Не то чтобы я сейчас даже задумывалась о замужестве, но это то, чего я могла бы пожелать позже в своей жизни. Зак приподнялся и навис надо мной, его пальцы распутали мои волосы.

— Как ты себя чувствуешь?

Я улыбнулась.

— Хорошо.

— Не болит?

Я покачала головой. Зак поцеловал меня в шею.

— Как насчет повторного представления?

Его пальцы скользнули под одеяло и начали свою работу.

* * *

Позже, когда наша кожа покрылась потом, я снова оказалась в объятиях Зака.

— Так ты встретишься с моими родителями завтра?

— Конечно, — сказала я, пытаясь отдышаться.

— Ожидай худшего.

— Уверена, что все будет хорошо.

— Не будет. Мой отец любит сводить меня с ума. Он, вероятно, будет продолжать говорить о юридической школе и о том, почему я такой неудачник и все такое.

— Тогда почему бы тебе не заняться чем-нибудь другим, если ты так ненавидишь закон?

— Я не ненавижу закон вообще. Мне нравится закон о правах человека. Я хотел бы делать что-то, что помогает людям, а не многомиллиардным компаниям.

— Тогда делай это.

Зак покачал головой. Я не стала настаивать и прижалась щекой к его груди.

— Я устроилась на работу в кафе за углом.

— Почему ты не сказала мне раньше?

— Я вроде как забыла упомянуть об этом из-за моего плана соблазнить тебя.

Зак рассмеялся.

— Так когда ты должна начать?

— Послезавтра.

— Перед Рождеством? Это будет очень трудно.

— Я действительно очень взволнована. Я знаю, что в этом нет ничего особенного, но, по крайней мере, я буду что-то делать, пока не решу с колледжем.

— Вот и хорошо. Не торопись со своим решением.

Слова «я люблю тебя» снова вертелись у меня на языке, но на этот раз я их проглотила. Не хотела, чтобы Зак чувствовал себя вынужденным сказать это в ответ, если не был готов. Он был терпелив со мной, и я могла быть терпеливой с ним.

Глава 18

Эмбер

Дом родителей Зака находился недалеко от Нью-Йорка, но у его отца была квартира на Манхэттене, где он проводил большую часть времени, вдали от своей жены. Когда мы остановились перед виллой, потому что на самом деле ее нельзя было назвать домом, я была ошеломлена. Он имел смутное сходство с Белым Домом и располагался в закрытом жилом комплексе. Все, что касалось лужайки, цветов и самого дома, было безупречным. У родителей Зака, вероятно, были люди, которые заботились обо всем для них.

В тот момент, когда я встретила отца Зака, я знала, что не понравилась ему. Он был вежлив, даже очарователен, но в каждом изгибе его рта и взгляде, который он бросал на меня, чувствовалась нотка снисходительности. Он был почти таким же высоким, как Зак, но не таким широким, хотя было очевидно, что он заботится о своем теле и, вероятно, ходит в спортзал, когда позволяет время. Его волосы все еще были темно-каштановыми, за исключением нескольких седых прядей. Он был симпатичным мужчиной, и я не сомневалась, что его внешность и деньги позволяли ему легко находить женщин для своих дел.

Он крепко сжал мою руку, и мне потребовалось все силы, чтобы не вырваться. Кроме Зака, у меня все еще были проблемы с физической близостью, особенно с незнакомцами. Он не отпустил мою руку, когда сказал:

— Так ты и есть девушка Зака.

Это слово прозвучало как оскорбление, исходящее из его уст, но я сдержала вежливую улыбку, приклеенную к моему лицу.

— Можешь звать меня просто Роберт.

Зак прочистил горло, и его отец наконец отпустил меня. Я тихонько выдохнула, но напряжение все еще оставалось в моих мышцах.

— Где мама? — спросил Зак с ноткой беспокойства в голосе.

— Она готовится.

— Готовится?

— На обед в нашем загородном клубе. Разве я не упоминал об этом? Мы пообедаем там, чтобы ты мог встретиться с несколькими нашими деловыми партнерами, а они с тобой и твоей девушкой.

Я напряглась и посмотрела на Зака. На мне не было ничего достаточно модного для ланча в загородном клубе. Вероятно, у меня даже не было ничего, что было бы хоть отдаленно приемлемо для такого клуба. Осуждающее выражение лица Роберта, когда он рассматривал мою юбку и блузку, делало это более чем очевидным. Зак прищурился, глядя на отца.

— Мы не одеты для роскошного обеда.

— У нас наверху еще осталось несколько твоих деловых костюмов и рубашек. Они все равно должны подойти.

— Как насчет Эмбер?

— Она может одолжить что-нибудь у твоей матери.

Зак оттащил меня от своего отца и повел наверх.

— Мне очень жаль. Он делает это нарочно. Он любит ставить меня в неловкое положение, — он повернулся ко мне. — Мы можем все отменить. Нам не обязательно ехать на этот чертов обед.

Я улыбнулась. Я знала, что Зак должен был поехать туда. Как только он начнет работать в компании своего отца, ему придется постоянно иметь дело с этими людьми.

— Может, все будет не так уж плохо? Это ведь хорошая практика, верно?

Он поцеловал меня.

— Ты слишком хороша для этого мира, — затем покачал головой. — Моя мать немного выше тебя. Надеюсь, мы найдем что-то, что может подойти. Я ненавижу это, — мы остановились перед дверью и постучались. — Мама?

— Войдите, — послышался мягкий голос.

Зак толкнул дверь, открывая огромную светлую спальню. Его мать стояла перед длинным зеркалом с бокалом красного вина в руке.

На ней было обтягивающее голубое платье юбка-карандаш и туфли на высоких каблуках. Она выглядела утонченной, почти царственной, но в ней чувствовалась какая-то печаль. Она сделала еще один глоток вина и поставила бокал на туалетный столик рядом с полупустой бутылкой. Зак крепче сжал мою руку, а потом отпустил и неловко обнял свою мать.

Она похлопала его по спине, не сводя с меня глаз. Выражение ее лица не было ни враждебным, ни дружелюбным. Оно было, если уж на то пошло, безропотным и пустым.

Она отстранилась и шагнула ко мне.

— Приятно познакомиться.

Вблизи было видно, что она что-то сделала со своим лицом, возможно, ботокс, чтобы избавиться от морщин и скрыть свой возраст. Грудь тоже не выглядела естественной. Неужели она сделала это, потому что надеялась, что отец Зака перестанет ей изменять, если она изменится?

— Отец сказал, что ты дашь Эмбер что-нибудь надеть на ланч.

— Конечно, — ответила она, устремив взгляд на бокал с вином. — Иди готовься. У нас не так много времени. Я позабочусь о твоей девочке.

Зак посмотрел на меня, и я кивнула. Он закрыл за собой дверь. Я заломила руки, внезапно занервничав из-за того, что осталась наедине с матерью Зака. Она схватила свой бокал с вином и осушила его одним большим глотком. Затем задумчиво улыбнулась.

— Когда-то я была такой же наивной, полной надежд, счастливой и молодой, как ты сейчас.

Она снова наполнила свой бокал вином. Мне стало интересно, выпила ли она то, чего не хватало в бутылке, до того, как мы приехали, и намеревалась ли она допить ее. Я не смогла бы ходить на высоких каблуках после такого количества алкоголя. Возможно, я вообще не смогла бы ходить.

— Это было так давно.

Она посмотрела в свой бокал, будто надеялась найти там что-то потерянное. Я могла бы посочувствовать ей.

«Что произошло?» —  хотела я спросить, но не стала. Зажав в руке бокал с вином, она повела меня через дверь в гардеробную. Она была больше, чем моя комната в квартире.

Она повернулась ко мне, словно вспомнив что-то.

— Можешь звать меня, Эби.

Потом принялась рыться в своих платьях, пока не достала три вещи. Ни одна из них не была тем, что я обычно ношу. Я указала на черное платье с высоким воротником и бежевым цветком на талии.

— Примерь его. Я буду снаружи, — сказала Эби и ушла со своим бокалом вина.

Я быстро сняла свои толстые зимние колготки, юбку и блузку, затем надела платье через голову. Оно доходило мне до колен и было слишком широким в области груди. Это было не очень заметно, так как это не должно было подчеркивать эту область, но по талии определенно было широковато для меня.

Эби постучала, прежде чем войти, ее глаза осмотрели меня с головы до ног.

— Не идеально, но вполне сойдет.

Она достала из ящика стола нераспечатанную упаковку нейлоновых чулок и протянула мне, затем подошла к полке для обуви и взяла пару очень высоких бежевых туфель на высоких каблуках. Они соответствовали цвету цветочного пояса на платье.

— Ты сможешь в них ходить?

— Не знаю, — призналась я.

— Надень нейлоновые чулки. Тогда мы попробуем.

Я надела чулки и забрала у нее туфли. Когда я надела их, то на мгновение покачнулась. Я была очень высокой. Я сделала несколько неуверенных шагов. Но это не помогло, потому что туфли были на один размер больше, чем мне нужно.

Эби покачала головой:

— Нет. Это не подойдёт.

Она вернулась к своей обувной полке и долго искала, потом взяла черные заостренные туфли на каблуках. Я примерила их, и хотя они тоже были слишком большими, каблук был умеренным, и я действительно могла ходить в них, как нормальный человек. Я не хотела опозориться за ланчем, упав лицом вниз.

Эби кивнула.

— Хорошо. Пойдем. Роберт не любит опаздывать.

Я последовала за ней в коридор, где меня уже ждал Зак. Он был одет в светло-серый деловой костюм в тонкую полоску, светло-голубую рубашку и галстук темно-синего цвета.

Он выпрямился, когда мы вышли, его глаза блуждали по мне. Он никогда раньше не видел меня в элегантном платье.

— Оставлю вас на минутку, — сказала Эби с задумчивым выражением лица.

А потом исчезла. Я смущенно пожала плечами.

— Это не идеально.

Зак положил руки мне на талию и притянул к себе для поцелуя.

— Я все равно предпочитаю, чтобы ты была в своей одежде, но ты выглядишь великолепно.

— Зак? — нетерпеливо позвал Роберт.

Мы с Заком перестали целоваться и спустились вниз. Его отец оглядел меня с головы до ног, когда мы вошли в вестибюль. На него это не произвело особого впечатления, хотя он натянуто улыбнулся. Я надеялась, что другие гости этого обеда будут больше похожи на Зака, а не на его отца.

* * *

К сожалению, большинство гостей были именно такими… или даже хуже. Каждая улыбка казалась фальшивой, каждое слово было наполнено намеками, которых я не понимала. Я улыбалась и смеялась, но мне хотелось быть где угодно, только не там. Это был не столько настоящий обед, сколько повод выпить дорогое шампанское — оно даже не было таким вкусным — и перекусить маленькими закусками, которые никак не могли утолить мой голод.

Зак держал руку на моей талии, и я была благодарна ему за это. В основном, я наблюдала за людьми вокруг меня и иногда отвечала на вопросы, адресованные мне, но другие гости, в любом случае, были больше заинтересованы в светской беседе с Заком. Несмотря на большое количество выпитого матерью Зака вина, ее внешность была безупречна, когда она разговаривала с другими женщинами загородного клуба. Но время от времени ее взгляд искал своего мужа, который ни разу не ответил ей тем же, и по безупречной маске, которую она носила, как вторую кожу, пробегала рябь. Неужели именно так выглядели тоска и одиночество?

Я извинилась, чтобы сходить в туалет, и глубоко вздохнула, когда спряталась в туалетной кабинке. Это была не моя компания. Когда я вышла, то замерла. Бриттани стояла перед умывальником и снова наносила блеск на губы. Ее глаза встретились с моими в зеркале. Это была не случайная стычка.

— Ты здесь? — удивленно переспросила я.

Она выпрямилась с легкой улыбкой на лице.

— Конечно, мой отец и отец Зака лучшие друзья и всегда являлись членами клуба, — она покачала головой. — Ты выглядишь там как рыба, вытащенная из воды. Ты ненавидишь этих людей. Но это то, к чему тебе придется привыкнуть, если останешься с Заком. Эти люди станут твоими людьми, и их пути станут твоими путями, и, в конце концов, ты станешь безнадежным алкоголиком, как Эби.

Я нахмурилась.

— Если все так плохо, то почему у меня такое чувство, что ты не будешь возражать против того, чтобы быть рядом с Заком?

— Потому что, — сказала она, делая шаг ближе ко мне, — Это уже мои люди. Я одна из них. Всегда была одной из них. Их игры и предательство ‒ то, что я делаю лучше всего. И я слишком сильна, чтобы стать алкоголичкой. У меня не будет нервного срыва, потому что мой муж изменяет мне. Вот для чего нужны бильярдисты и массажисты. Я найду кого-нибудь, кто отвлечет меня, — она повернулась, чтобы уйти. — Не смотри так потрясенно. Вот как это работает. Вот в каком мире вырос Зак. Сейчас он может попытаться стать обычным студентом юридического факультета, но, в конце концов, он станет тем, кем должен был стать.

После ее ухода мне понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями, прежде чем я снова присоединилась к Заку, но не могла перестать думать о словах Бриттани.

* * *

Когда мы вернулись в дом, было уже далеко за полдень, и я чувствовала себя совершенно разбитой. Держать фронт было утомительно. Даже мать Зака, которая была очаровательна и почти буйна в загородном клубе, казалось, ушла в себя, как только мы оказались внутри.

— Можно мне поговорить с моим сыном? — спросил Роберт с чересчур вежливой улыбкой.

Зак прищурился, глядя на отца, но я отпустила его руку и последовала за матерью на кухню. Она открыла холодильник в поисках чего-нибудь. Я предположила, что это какой-то алкоголь. Когда она не нашла его, ее плечи опустились, и она повернулась ко мне.

— Зак старается быть хорошим мальчиком, — тихо сказала она. — Но он сын своего отца. Возможно, он не бросит тебя, потому что беспокоится за твои действия, если он расстанется с тобой, но он не будет любить тебя. Я знаю, потому что живу в этой реальности.

Мои губы приоткрылись от шока. Она снова улыбнулась.

— Ты мне действительно нравишься, Эмбер. Я хочу, чтобы вы с Заком были счастливы… пожалуйста, прошу простить меня. Я должна оставить тебя на минутку.

С этими словами она вышла из кухни, оставив меня одну. Через мгновение я тоже вышла из кухни и направилась в ванную для гостей, но замерла, услышав голос Роберта, доносившийся из гостиной.

— Ты привел ее сюда, потому что знал, как я отреагирую. Ты знал, что я скажу то, что ты думаешь, но ты слишком вежлив, чтобы произнести вслух, или слишком труслив, чтобы признаться самому себе. Эта девушка не для тебя.

— Почему? Потому что она делает меня счастливым, а ты предпочитаешь, чтобы я был несчастным?

— Не говори глупостей. Эта девушка не для тебя, потому что, как только ты присоединишься ко мне в компании, тебе понадобится кто-то рядом, кто сможет очаровать клиентов до смерти. Кто-то, у кого нет проблем лгать сквозь зубы. Кто-то, кто может быть во всех отношениях трофейной женой, которая необходима мужчинам в нашем положении. Кто-то вроде Бриттани.

Я подавила вздох. Я заглянула в щель в двери и увидела, что Зак и его отец стоят лицом друг к другу. Зак усмехнулся.

— Бриттани? Ты думаешь, что она хорошая кандидатура, потому что дочь одного из твоих лучших клиентов. Она — лучший бизнес.

— И что? Не то чтобы у нее жесткий взгляд. И она такая же, как ты.

— Как и я?

Его отец холодно улыбнулся.

— Вы оба не совсем верны друг другу.

Лицо Зака посуровело.

— Теперь у меня есть Эмбер.

— Эмбер застенчива, вежлива и едва способна выдержать мой взгляд. Она никого не впечатлит, поверь мне. Она твой вкус месяца, но это ненадолго. Независимо от того, признаешь ты это или нет, Зак, ты такой же, как и я. Ты не можешь быть моногамным. Ты всегда будешь искать следующий горячий кусок задницы, и что тогда будет с Эмбер? Эта девушка не переживет брака с тобой. Посмотри, что значило для твоей матери выйти за меня замуж, а она никогда не была такой слабой, как эта девочка. Ты действительно хочешь этого для Эмбер? Отпусти ее. Пусть она найдет какого-нибудь скучного бухгалтера, который сделает ее счастливой.

Слабая. Я не была слабой. Была ли я?

— Не могу, — сказал Зак.

Не могу? Что это был за ответ? Разве он не должен был сказать: «я не хочу»? Я не могу — прозвучало так, словно я его останавливала.

— Почему? Твоя мать рассказала мне кое-что об этой девушке. Ты боишься, что она покончит с собой, если ты ее бросишь? Поверь мне, я знаю, каково это, быть прикованным к женщине, потому что она угрожает тебе самоубийством. Они не пойдут на это, не переживай.

Зак ничего не сказал. Мне казалось, что я падаю. Неужели он остался со мной из-за того, что сказал мой отец? Неужели он боялся, что я покончу с собой, если он меня бросит?

Роберт положил руку Заку на плечо.

— Подумай о своем будущем, о будущем Эмбер, а потом поступи правильно и отпусти ее, пока это не серьезно. Если ты подождёшь еще немного, все будет только хуже, — отец Зака пожал плечами. — Если ты слишком эгоистичен, чтобы отпустить ее, то держи ее на стороне. Если она хороша в постели, то держи ее для этого сколько угодно, хотя я не вижу в этом ничего привлекательного, если только ты не любишь таких кротких и покорных.

Я попятилась назад, не в силах больше выносить этого момента. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я поспешила обратно на кухню. Я всегда считала, что Зак способен на большее, чем я. Очевидно, я была не единственной, кто так думал. Что насчет Зака? Он не совсем был согласен с отцом. Возможно, в глубине души он знал, что мы не справимся. Может, он понял, что меня недостаточно. Может, он устал от ванильного секса. Может, он хотел убежать, но не мог, потому что совесть не позволяла ему этого сделать.

Брайан и мой отец убедились, что он знает, насколько я хрупкая, и вид моих шрамов от самоубийства, вероятно, не помог делу. Я уже не знала, что и думать. Отец Зака был прав в одном: я не могла жить так, как жила его мать, зная, что мой муж изменяет мне, и топить печали в алкоголе. Я прошла через слишком многое, зашла слишком далеко, чтобы позволить этому случиться со мной.

У меня было прошлое, о котором я ненавидела вспоминать; я, по крайней мере, хотела, чтобы у меня было будущее, о котором можно было бы мечтать. И было еще кое-что, в чем я была абсолютно уверена: я никого не заставлю остаться со мной, угрожая ему самоубийством. Многие годы меня жалели все вокруг. Я не хотела, чтобы Зак был со мной из жалости или из чувства долга.

Закари

Я стиснул зубы, сдерживая все слова, которыми хотел назвать своего отца. Он был изменщиком, женоненавистником, жадным до денег мудаком, но все же был моим отцом. Когда я был уверен, что не проклинаю его, я сказал:

— Не говори так об Эмбер. Ты ничего не знаешь ни об Эмбер, ни о наших отношениях. Я не могу оставить Эмбер, потому что люблю ее.

Шок пронзил мое тело от осознания этого. Я действительно любил ее. Я должен был понять это раньше.

— Любишь, пожалуйста, не будь смешным, Зак.

Я сверкнул глазами.

— Если ты не способен любить никого, кроме самого себя, это еще не значит, что я такой же. Я совсем не такой, как ты.

— Ты такой. Скажи мне прямо сейчас, что никогда не задумывался об измене Эмбер, и тогда, возможно, я поверю, что ты меньше похож на меня, чем я думаю.

Я напрягся, и мой отец резко рассмеялся.

— Возможно, ты еще не готов принять это. Пока оставь свою Эмбер, тащи ее за собой, но помяни мое слово: эта девушка не будет рядом с тобой, когда ты возьмешь на себя мою компанию.

— Приехать сюда было ошибкой, — твердо сказал я. — Мы с Эмбер сейчас же уезжаем.

Я повернулся, чтобы забрать Эмбер из кухни.

— Да, беги отсюда. Но ты не сможешь убежать от правды о том, кто ты есть, Зак.

Я толкнул дверь и почти побежал на кухню. Эмбер сидела внутри и смотрела в окно. Одна.

— Где моя мать? — спросил я.

Эмбер оглянулась через плечо. Она выглядела потрясенной.

— Она сказала, что ей нужно подняться наверх.

Боже, неужели моя мать напивалась с Эмбер в доме?

— Мне нужно проверить ее, — сказал я и пошел наверх.

Мать находилась в спальне, склонившись над туалетным столиком. Я осторожно подошел к ней и положил руку на плечо.

— Мам?

Она подняла голову на несколько сантиметров. Остатки кокаина присыпали туалетный столик и ее подбородок.

— Думал, что ты уже завязала с этим дерьмом, — хрипло прошептал я.

Я помог ей подняться и подвел к кровати, где она легла с туманной улыбкой.

— Завязала. На какое-то время. Совсем недолго. Но мне нужно это, чтобы что-то чувствовать, чувствовать онемение и забывать.

Она понимала, что противоречит самой себе? Кокаин делал только одно. Разрушал твою жизнь.

— Отец знает?

Ответ был очевиден. Кокаин был дорогим товаром.

— Он говорит, чтобы я была осторожна.

Я на мгновение закрыл глаза, потом поцеловал маму в лоб и ушел.

Я не мог вспомнить, сколько мне было лет, когда я впервые нашел свою мать в таком состоянии. Я был маленькими, лет шести-семи, и отец совсем потерял голову. Я не думал, что он так уж сильно беспокоится сейчас. Когда я спустился вниз, отец уже надевал пальто.

— Куда ты собрался? Мама только что нюхала кокаин, ты не можешь оставить ее одну.

— Нина уже в пути.

— Ты позволяешь горничной заботиться о маме?

Он сверкнул глазами.

— Это срабатывало последние несколько лет. А сейчас уезжай и приведи свои дела в порядок. Я вернусь через пару часов. Не волнуйся, я проведу ночь с твоей матерью.

В тот момент мне так хотелось его ударить. Вместо этого я прошел на кухню и взял Эмбер за руку, прежде чем вывести ее наружу. Когда мы вышли на крыльцо, отец уже садился в свой Порше.

— С твоей мамой все в порядке?

Нина помахала мне рукой с другого конца улицы.

— Она… такая же, как всегда.

Это был единственный способ описать. Я не мог припомнить ни одного случая, когда бы моя мать не была чем-то увлечена. Таблетки, антидепрессанты, алкоголь, травка, кокаин. Ей все хуже удавалось это скрывать, и меня это действительно беспокоило.

Эмбер была ужасно молчалива, пока мы ехали обратно в Бостон. Вероятно, она была шокирована состоянием моей семьи. Некоторые люди приравнивают деньги к счастью, но это неправда. Не думаю, что моя мать была по-настоящему счастлива в течение многих лет.

— Ты в порядке? — я спросил, в конце концов.

Она выглядела почти удивленной тем, что я заговорил, будто забыла, что была не одна в машине.

— Да. Устала. Мероприятие в загородном клубе было изнурительным.

— Знаю. Станет лучше. Со временем твои лицевые мышцы научатся постоянно улыбаться, и правильные слова будут приходить сами собой.

Эмбер нахмурила брови, будто сомневалась в этом. И возможно, она была права. Некоторые люди просто не были предназначены для того, чтобы быть частью такого рода предательской, двуличной компании.

Когда мы вернулись в квартиру, Эмбер сразу же повела меня в мою комнату и начала почти отчаянно раздевать. Я был поражен ее инициативой. Она стянула мою рубашку через голову, ее горячие губы прижались к моей груди, когда она поцеловала меня. Ее пальцы нащупали мой пояс, потом пуговицы на брюках. Наконец она спустила их вниз. Я уже был тверд как камень.

Выражение ее лица было таким напряженным, таким сосредоточенным. Я опустился на кровать, и Эмбер сняла с меня последнюю одежду, освобождая мой член.

— Эмбер, ты в порядке?

Она ничего не ответила. Она опустилась на колени рядом со мной, на кровать, склонилась надо мной и сомкнула рот вокруг моего члена.

Я закрыл глаза и положил руку ей на голову, поглаживая волосы, пока она двигала своим ртом вверх и вниз, облизывая и посасывая. Это был всего лишь второй раз, когда она делала мне минет, и я пропустил его. Мне нравилось чувствовать ее теплый, влажный рот вокруг моего члена. Я пошевелил бедрами вверх-вниз.

— Да, так приятно, Эмбер. Да, милая.

Иногда ее зубы случайно задевали меня, но я был так возбужден смелостью Эмбер, что даже не возражал. Я чувствовал, что подхожу все ближе и ближе к пику, и когда Эмбер обхватила мои яйца и начала массировать их, я почти сразу кончил.

— Эмбер, я сейчас кончу, — предупредил я.

Я попытался отодвинуть ее, потому что не хотел кончать ей в рот, но она не сдвинулась с места. Вместо этого она начала сосать еще сильнее, и я больше не мог сдерживаться, я откинул голову назад и взорвался у нее во рту. Я застонал, когда мой член дернулся, а яйца напряглись. Эмбер продолжала сосать, и это было чертовски приятно.

Я открыл глаза и увидел, как она все медленнее и медленнее сосет мой размягчающийся член. Это было блядски фантастическое зрелище. Я нежно провел рукой по ее голове и не сводил с нее глаз, в то время как ее губы оставались на мне до тех пор, пока толчки моего оргазма не закончились.

Она снова присела на корточки и вытерла рот. Я сел и помог ей снять платье и лифчик, посасывая, облизывая и целуя ее грудь, пока снимал с нее трусики. Затем медленно двинулся вниз по ее телу и начал лизать ее. Она уже была влажной, но я не торопился покусывать и дразнить ее клитор. Я погрузил в нее один палец и начал медленно двигать им, пока мой рот работал над ее клитором. Я не был уверен, что именно заставило Эмбер так возбудиться, и мне было все равно. Видеть ее такой было чертовски горячо.

Эмбер

Это был последний раз. Эта мысль продолжала крутиться в моей голове, пока Зак лизал меня. Я нуждалась в нем. Еще один раз. Я откинула его голову назад. Зак выглядел удивленным. Я не могла ничего сказать. Вместо этого я усадила его спиной к спинке кровати и оседлала. Зак тихо вздохнул, когда я обвила его пальцами и медленно направила в себя. Он обнял меня за спину, наши груди прижались друг к другу, когда я начала двигаться.

Мы медленно и неторопливо целовались. Я хотела попробовать его еще раз, хотела почувствовать его еще раз. Зак сосал мое горло, направляя мои бедра в медленном ритме. Я чувствовала, как в моем сердце нарастает давление. Я ускорила темп и крепко обняла Зака за шею, зарывшись лицом в его волосы.

Слезы потекли по моим щекам, когда я наслаждалась ощущением нашей кожи, скользящей друг по другу. Я подавила рыдание. Зак просунул руку между нами и потер мой клитор, поднимая меня все выше и выше. Мой оргазм захватил меня, и я закричала, когда удовольствие пронзило мое тело.

Я двигала бедрами все быстрее и быстрее, пока рука Зака не схватила меня за бедра, и он застонал, когда его собственный оргазм захлестнул его. Я прижалась к нему, когда покалывание прошло и он смягчился во мне. Я не двигалась, не могла пошевелиться. Я вытерла слезы с лица, чтобы Зак не видел, и уставилась на деревянную спинку кровати. Вот оно и все.

Зак лег, увлекая меня за собой. Я прижалась щекой к его груди, вдыхая его запах, прислушиваясь к быстрому сердцебиению, проводя кончиками пальцев по его мускулистым рукам. Он гладил меня по спине, его прикосновение было мягким и нежным, как и всегда со мной.

Я хотела, чтобы этот момент длился вечно. Еще одна ночь, сказала я себе, и завтра я порву с ним, прежде чем он разобьет мне сердце… или еще хуже: останется со мной по неправильным причинам, пока не научится сожалеть об этом и, возможно, даже обижаться на меня. Я никогда не буду чувствовать себя комфортно в обществе светских женщин, которые улыбаются вам, ненавидя все, что связано с вами, и деловых людей, с их самоуверенными улыбками. Это был не мой мир. Но скоро станет Зака. И уже мир Бриттани, и мое сердце сжалось.

Рейган сказала мне взять все под свой контроль, всегда быть под контролем. Я никогда больше не потеряю контроль над собой. Контроль был тем, что помогло мне оставить мое прошлое позади. Я больше никому не позволю распоряжаться моей жизнью.

Я снова вдохнула его запах, позволив ему полностью поглотить меня, завернуть в кокон блаженной безопасности. Он был единственным, кто заставлял меня чувствовать себя так же. Только он один. Но что бы у нас ни было, это будет… это никогда не будет больше, чем интерлюдия. Зак не стал спорить с отцом, и это было самым большим подтверждением, какое только могло быть. Возможно, Зак действительно был слишком добр, чтобы признать это. Может, боялся, что потеряет Брайана, если уйдет от меня. Может, опасался, что я сломаюсь, если он будет тем, кто положит конец нашим отношениям, поэтому я должна была облегчить ему задачу.

Я любила Зака, любила его больше, чем считала возможным после того, что случилось, но он никогда бы не ответил мне тем же. Я думала, что это какие-то «мужские» дела, но теперь поняла, что это было делом Зака. Он не мог этого сказать, потому что не любил меня. Когда мы начали встречаться, он всегда говорил, что постарается быть хорошим парнем, но ничего не мог мне обещать. Попытки были недостаточны, теперь я это поняла.

Еще одна ночь. Я закрыла глаза и уткнулась лицом в грудь Зака. Вдруг я стала очень спокойной. Еще одна ночь.

Глава 19

Закари

Когда я проснулся, Эмбер уже не прижималась ко мне. Я сел и потер лицо. Она, вероятно, пошла в ванную, но когда я коснулся той стороны, где она обычно лежала, там было совершенно холодно, будто она ушла совсем давно. Я встал с кровати, надел боксерские трусы и отправился на ее поиски. Я постучал в ее дверь, но ответа не получил.

В конце концов, я нашел ее на кухне, она стояла, прислонившись к стойке, и пристально смотрела на чашку кофе, которую держала в руках. Она выглядела так, словно совсем не спала прошлой ночью. Я подошел к ней, чтобы поцеловать, но она покачала головой и отступила на несколько шагов. Сбитый с толку, я остановился.

— Нам нужно поговорить, — тихо сказала она.

Что-то было не так. Чертовски не так.

— Что происходит?

— Ничего из этого не выйдет. Я хочу расстаться с тобой.

Шок пронзил меня насквозь, когда я уставился на нее. Она прямо смотрела на меня, совершенно серьезно. Ее глаза были настороженными. Я никогда не видел такого выражения на ее лице.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что я сказала. Думаю, нам лучше расстаться. Когда мы начали встречаться, мы всегда знали, что это может не сработать, и я просто поняла, что это не сработает.

Она сказала это так, словно всю ночь репетировала эти слова. Когда она решила порвать со мной?

— Это все из-за вчерашнего, из-за моей матери, да?

Она покачала головой, но по выражению ее лица я понял, что задел ее за живое. Она думала, что кончит так же, как моя мать, если останется со мной. Она наконец поняла то, что мой отец знал все это время: что я был точно таким же, как мой старик, что я был разрушительной силой, которая должна была испортить ее жизнь. Мой отец сказал, что лучшее, что я могу сделать для Эмбер — это отпустить ее, чтобы она могла найти кого-то другого, кого-то более милого, кого-то лучше.

Я коротко кивнул.

— Хорошо. Если ты этого хочешь. Возможно, это и к лучшему.

На мгновение она даже удивилась. Потом поставила кофе и прошла мимо меня.

— Да, это так.

Она выскользнула из кухни, и через мгновение я услышал, как хлопнула входная дверь.

Что, черт возьми, только что произошло? Я опустился на стул и очень долго не двигался. Никогда еще я не чувствовал себя таким чертовски опустошенным. Я закрыл лицо ладонями. Почему мне было так плохо? Я поступил правильно. Эмбер нуждалась в ком-то, в достойном парне, который любил бы ее, так почему сама мысль о том, что она будет с другим мужчиной, вызывала у меня такое чувство, будто меня ударили ножом в сердце?

— Что с тобой? — спросил Брайан, входя на кухню.

— Мы с Эмбер расстались.

Стала тишина.

— Я знал. Я знал, черт возьми! Я предупреждал тебя, чтобы ты не связывался с ней. Знал, что разобьешь ей сердце. Ты ей изменил? Надоело быть только с одной девушкой? Что, черт возьми, с тобой не так, Зак?

Все, видимо. Я поднял голову.

— Она порвала со мной, и я ей не изменял.

— Тогда что ты натворил?

— Неужели это я должен что-то натворить?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— Она думает, что это не сработает. Наверное, она права.

Брайан нахмурился и покачал головой.

— Отлично, теперь мне придется собирать осколки. Где она?

— Не знаю. Она мне ничего не сказала. И она ушла.

— Ты просто мудак, Зак.

Брайан вышел из кухни.

— Разве я этого не знаю, — пробормотал я себе под нос.

Эмбер

Я не могла дышать. Я выскочила из здания и бросилась в ближайший парк, где рухнула на скамейку. Я прижалась грудью к ногам, глядя вниз на гравий, пытаясь успокоить дыхание, пытаясь остановить свое сердце от ощущения, что оно разбивается вдребезги. Слезы жгли мне глаза.

Я действительно порвала с Заком. Господи, почему? Почему? Теперь я поняла, что в глубине души хотела только получить от него что-то, какой-то знак того, что он любит меня или, по крайней мере, заботится обо мне так же сильно, как я забочусь о нем, но он отказался от нас без борьбы, даже не протестуя. Он отпустил меня, будто это ничего не значило.

Все, что говорил вчера его отец, было правдой. Вот почему Зак не стал с ним спорить. Зак, вероятно, не порвал бы со мной, потому что не хотел оставлять бедную разбитую Эмбер. Неужели именно жалость заставила его так долго оставаться со мной?

Но я переживала и худшее. Я и это переживу. Я буду двигаться дальше. Я больше не была той сломленной девочкой. Была сильнее ее. Дрожащими пальцами я достала из кармана джинсов мобильник и набрала номер Рейган. Она ответила после третьего гудка.

— Эй, Эмбер!

— Я порвала с Заком.

— Ого, ладно. Что?

— Я порвала с Заком.

— Как это вообще могло случиться? Хочешь, чтобы я приехала? Я могу приехать через тридцать минут.

— Да, было бы здорово. Думаю, что мне нужно плечо, чтобы поплакать, — я издала сдавленный смешок.

— Скоро буду.

Потом я вспомнила, что не могу вернуться в квартиру, пока еще нет. Если бы я встретила Зака сейчас, то сорвалась.

— Я не могу вернуться в квартиру. Что мне теперь делать?

— Давай встретимся в «Старбаксе» за углом.

— Хорошо.

Мы повесили трубку, и я долго смотрела вникуда. Затем я встала и медленно направилась к Старбаксу.

Рейган появилась через двадцать минут с мокрыми волосами и испуганным выражением лица. Увидев, что я сижу за столиком в углу, она бросилась ко мне и обняла.

— Эмбер, что, черт возьми, происходит? Расскажи мне все.

Я так и сделала, а когда закончила, Рейган нахмурилась.

— Может, Зак был просто ошеломлен и поэтому не боролся за ваши отношения. Возможно, это еще не конец.

— Конец. Он никогда не говорил мне, что любит меня. Никогда не говорил о будущем.

— Ты переспала с ним?

Я кивнула. Затем быстро заморгала, сдерживая слезы.

— И не жалею об этом. Я никогда не чувствовала себя такой любимой, — я шмыгнула. — Никогда не думала, что смогу чувствовать себя с кем-то в такой безопасности.

Рейган сжала мою руку.

— Я могу поговорить с Заком.

— Нет, — быстро ответила я.

Мой телефон завибрировал в десятый раз. Это был Брайан, и я наконец подняла трубку.

— Эмбер, где ты? Я поговорил с Заком. Я беспокоюсь за тебя. Ты в порядке?

Похоже, он был близок к своему собственному срыву.

— Я с Рейган и со мной все в порядке. Тебе не нужно беспокоиться. Я порвала с Заком, а не наоборот.

— Он сделал тебе больно? Если он причинил тебе вред, я убью его.

— Он не причинил мне вреда, — тихо сказала я. — Тут никто не виноват. Этого просто не должно было случиться. Мы можем поговорить позже?

— Хорошо, но не задерживайся. Я действительно волнуюсь.

— Я знаю. — я повесила трубку и вздохнула. — Это такая неразбериха. Думала, что если бы это я порвала с Заком до того, как он успел, мне было бы легче. То, что он будет контролировать ситуацию, сделает ее менее болезненной.

— Это не так, — прошептала Рейган.

— Нет, это не так, это очень больно.

Я закрыла глаза и закрыла лицо ладонями. Рейган обняла меня одной рукой.

— Тссс. Так будет лучше. И ты все еще можешь поговорить с Заком. Еще ничего не потеряно. Поговори с ним о своих чувствах и тревогах и о том, почему ты действительно рассталась с ним. Все будет хорошо.

Я и не думала, что будет хорошо. Если Зак не чувствовал необходимости сражаться за нас, то почему я должна была это делать? Но Рейган в конце концов сумела убедить меня, и мы вместе вернулись в квартиру. Брайан уже ждал меня в гостиной.

Прежде чем он успел задать мне еще один вопрос, я спросила:

— Где Зак?

— Ушел к Джейсону, проветриться. Он делает то, что у него хорошо получается.

Напиться до чертиков. Они хотят отправиться в клуб.

Рейган выругалась.

— Да что с ним такое?

Я сделала храброе лицо.

— Это к лучшему. Чистый срез.

Мне бы очень хотелось в это поверить.

* * *

Я почти всю ночь пролежала без сна в своей постели, но Зак так и не вернулся домой. Вероятно, он нашел себе кого-то другого, с кем мог бы провести ночь. После того, как он был прикован ко мне в течение нескольких месяцев, он, должно быть, отчаянно нуждался в сексе на одну ночь.

На следующее утро я едва могла держать глаза открытыми, но оделась и в трансе отправилась на работу. Мне удалось улыбнуться и принять заказ, не испортив его. Жизнь шла своим чередом, будто ничего не произошло. Это было слабое утешение. Через несколько лет я оглянусь на этот момент и увижу в нем еще один шаг к тому, чтобы стать той, кем я должна была стать. Боже, мой голос звучал как визитная карточка Холлмарка.

Когда моя смена закончилась, Рейган дождалась меня, и мы вместе направились в квартиру.

— Думаю, мне нужно найти новое место. Я не могу теперь продолжать жить в квартире Зака, когда мы расстались.

Это все еще казалось нереальным, будто в любой момент я могла проснуться от кошмара. Но ничего такого не произошло. Так было и в прошлый раз.

— Ты можешь переночевать у меня какое-то время. Мои соседи по комнате не будут возражать. Они практически все время со своими парнями, так что изменит еще один человек?

— Спасибо. Может, я приму это предложение.

— Ты снова видела Зака после разрыва?

— Он не приходил домой всю ночь, и сегодня утром я его не видела.

Рейган покачала головой.

— Не могу поверить, что он так себя ведет.

— Похоже, он хорошо справляется с разрывом, — сказала я с несчастным видом. — Лучше, чем я.

Закари

Я не мог вспомнить, когда в последний раз был так пьян. Я даже не мог вспомнить, сколько выпил. Кевин бросил на меня испепеляющий взгляд. Да какое мне до этого дело? Я опустошил свой стакан. Третий день, как Эмбер порвала со мной, но сколько бы я ни пил, даже думая о ее имени, я все равно чувствовал себя так, словно в моей груди разверзся каньон.

Нахуй. Нахуй все это. Нахуй моего отца, больше всего за то, что он сделал меня похожим на него.

— Не вини своего отца, — раздраженно сказал Кевин.

Я даже не заметил, что сказал что-то вслух. Я сверкнул глазами.

— Есть тихий голосок, который называется «выбор», Зак. Ты можешь попробовать это сделать. Постарайся вести себя как взрослый и не обделывайся. Иди к Эмбер и помирись. Скажи, что ты не можешь жить без нее. Скажи, что любишь ее, и перестань устраивать себе вечеринку жалости.

— Я, черт возьми, не способен никого любить. Как и говорил мой отец. Я все испортил.

— Тогда почему, если ты не любил Эмбер, ты так себя ведешь? Я никогда не видел тебя таким несчастным.

— Я вовсе не несчастен. Я чертовски хорошо провожу время.

— Это я и сам вижу.

— Привет, Зак, удивлена, что нашла тебя здесь, — сказала Бриттани, внезапно появившись рядом со мной. — Где твоя девушка?

— Нет ее. Мы расстались.

— Ох, какая жалость, — она наклонилась ближе ко мне. — Тебе нужна компания?

Кевин покачал головой и ушел. Хорошо. Он сводил нас с ума своими разговорами.

— Мы всегда хорошо проводим время, тебе не кажется? Мы созданы друг для друга.

Она разговаривала с моим отцом? Она провела рукой вверх и вниз по моей груди.

— Давай немного повеселимся. Ты, должно быть, проголодался после всего этого ванильного секса с Эмбер.

— Не говори о ней, — прорычал я.

— Ладно, ладно. Все еще щекотливая тема, — ее рука задела мой пах. — Мы можем поехать ко мне домой или сделать это в переулке, как в старые добрые времена. Что скажешь?

— В переулке, — просто сказал я, и она взяла меня за руку и повела через танцпол, через черный ход в переулок.

Было чертовски холодно. Но мне было все равно. Я не мог поверить, что Рождество наступит через два дня. Мой подарок Эмбер будет гнить в ящике стола целую вечность. Бриттани начала целовать меня в губы.

Я отстранился и схватил ее за плечи, толкая вниз. Она усмехнулась и расстегнула мою молнию. Я закрыл глаза, когда она обвила руками мой член. Все, о чем я мог думать это Эмбер, ее улыбка, ее мягкие губы, запах ее волос, ее смех, когда я щекотал ее бока. Какого хрена я тут делаю? Я оттолкнул руки Бриттани, сделал несколько шагов назад и застегнул молнию на брюках.

— Не могу, — я действительно чувствовал, что меня сейчас вырвет.

— Что ты имеешь в виду? — она встала. — Только не говори, что это из-за Эмбер.

Я закрыл глаза, но тут же снова открыл их, едва не потеряв равновесие. Чрезмерное употребление алкоголя. Я был похож на худшее из возможных сочетаний моих отца и матери. Пьяный изменщик.

— Ты сказал, что между тобой и ней все кончено, так в чем, черт возьми, проблема?

— Чертова проблема в том, что я все еще люблю ее.

Я замер. Любовь. Я все еще любил ее. Любил ее так сильно, что это было чертовски больно. Я должен был сказать ей об этом давным-давно. И для того, чтобы это понять, потребовался разрыв отношений и вот это. Как всегда, слишком поздно.

— Мне очень жаль. Но я не могу этого сделать.

Я поплелся обратно в клуб, наткнувшись на нескольких человек и несколько раз чуть не упав лицом вниз. Кевин встал у меня на пути и закинул одну из моих рук себе на плечи.

— Уже все?

Его голос был резким и сердитым. Он мог злиться на меня сколько угодно. Он не мог ненавидеть меня больше, чем я сам себя в этот момент. Я потерял первую женщину, которую любил, потому что был тупым мудаком.

— Не смог пройти через это, — пробормотал я. — Я все еще люблю Эмбер. Я чертовски люблю ее, так сильно, что это причиняет мне боль. И я все испортил. Я отпустил ее.

— Давай отвезем тебя домой, — сказал Кевин. — Может, когда ты больше не будешь напиваться, мы сможем найти способ вернуть тебе Эмбер.

Что я мог сделать или сказать, чтобы Эмбер дала нам еще один шанс?

Глава 20

Эмбер

Меня разбудил громкий стук в дверь. Я взглянула на будильник. Было уже далеко за полночь. Я выскользнула из постели и вышла из своей комнаты.

— Брайан? — я позвала его, но его не было дома.

Возможно, он был с Лорен. Я направилась к входной двери, но не открыла ее, даже когда стук стал более настойчивым. Я заглянула в глазок, но там было пусто.

— Кто там? — спросила я.

— Это я, Кевин, — его голос звучал напряженно. — Ты не могла бы меня впустить? Зак не может найти свои ключи.

После минутного колебания я отперла дверь и обнаружила Кевина, прижимающего Зака к стене в коридоре. Зак был совершенно пьян. Я вздохнула.

— Тебе нужно помочь нести его?

Кевин хмыкнул, когда Зак навалился на него.

— Да. Может, нам удастся уложить его на диван. Его комната определенно слишком далеко.

Мы с Кевином наполовину тащили, наполовину несли Зака к дивану, где он упал на спину и потерял сознание, вырубившись.

— Что случилось? — я покачала головой. — Возможно, я не хочу этого знать.

— Он никогда не был таким, как сейчас. Я имею в виду, он всегда топил свои печали в алкоголе после разговора с отцом, но он пьян каждый день с тех пор, как вы расстались. Он несчастен из-за тебя.

— Из-за меня?

— Он скучает по тебе, — тихо сказал Кевин. — Он любит тебя, Эмбер.

— Это он тебе сказал? Потому что он ни разу не говорил, что любит меня. И это уже не имеет значения. Мы бы никогда этого не сделали. Зак собирается управлять компанией, и я не тот человек, чтобы быть рядом с ним для этого.

— Последнее, чего хочет Зак, это присоединиться к компании своего отца.

— Но он все равно собирается это сделать. Какая разница, что он… чего хотим мы, если мы не будем действовать в соответствии с этим?

Это заставило меня задуматься. Я действовала вопреки тому, чего действительно хотела, когда порвала с Заком.

— Ты хочешь, чтобы я остался? Кто-то должен присматривать за ним на случай, если его стошнит.

— Нет, все в порядке. Я останусь с ним, — тихо сказала я.

Когда Кевин ушел, я уселась на подлокотник, над головой Зака. Я не могла устоять. Я протянула руку и провела пальцами по его волосам. Он пошевелился и повернул голову в сторону прикосновений. Я закрыла глаза от нахлынувших на меня эмоций. Мне ничего так не хотелось, как растянуться рядом с Заком, почувствовать его сердцебиение у себя на щеке, прижаться к нему и заснуть с его успокаивающим запахом в носу, даже если сейчас от него пахло дымом и пивом. Я откинула голову на спинку дивана и продолжала гладить волосы Зака, пока не заснула.

* * *

Мое тело одеревенело от неловкого положения на спинке дивана. Я открыла глаза и увидела, что Зак пристально смотрит на меня. Он растянулся на диване, и моя рука все еще находилась в его волосах. Я убрала ее и села.

— Ты все время присматривала за мной? — сказал он хриплым голосом.

Мне нравился его утренний голос.

Глядя на его лицо, я поняла, что все еще люблю его так же сильно, как и до того, как рассталась с ним. Возможно, потребуется больше времени, чтобы забыть того, кто помог тебе снова обрести себя.

— Кто-то же должен был это сделать. Ты был действительно пьян.

Я соскользнула с подлокотника, создавая некоторое расстояние между мной и Заком. Глаза Зака следили за мной. Я не могла прочесть эмоции на его лице, но больше не могла этого выносить.

— Мне нужно собрать вещи, — сказала я.

Зак встал.

— Ты уезжаешь?

— На Рождество. Я проведу несколько дней дома. Брайан тоже поедет, помнишь?

— Ох, конечно.

До нашего разрыва мы с Заком планировали отпраздновать это событие вместе с моей семьей, потому что его родители всегда проводили Рождество и Новый год на Багамах.

— Ты все еще можешь поехать со мной и Брайаном, знаешь?

Я не была уверена, что это хорошая идея, но не хотела, чтобы Зак проводил каникулы в одиночестве.

— Нет, — быстро ответил Зак. — Мне все еще нужно кое-что сделать для школы. И я мог бы присмотреть за Тыковкой вместо тебя. Тогда ему не придется снова проделывать долгий путь.

Стоило всего, что у меня было, чтобы не броситься к Заку и не поцеловать его.

— Ты уверен? Тебе вовсе не обязательно это делать.

— Я хочу. Тыковка не проблема.

— Хорошо, — медленно сказала я.

Затем быстро зашагала к своей комнате, пока не сорвалась.

* * *

Мы с Брайаном уже выходили из квартиры, когда Зак вышел из кухни с пакетом в руках.

— Эмбер, подожди.

Брайан перевел взгляд с Зака на меня.

— Буду ждать тебя в машине.

Он закрыл за собой дверь.

— Я хотел отдать тебе вот это, — сказал Зак.

Он остановился передо мной и протянул мне небольшой сверток, завернутый в оленью оберточную бумагу.

— Купил тебе на Рождество. Я все еще хочу, чтобы он был у тебя.

Сверху был прикреплен конверт. Я взяла сверток, мое горло сжалось.

— Спасибо.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но вместо этого ушла. Села в машину со слезами на глазах, Брайан ничего не сказал.

Закари

Я отошел от двери, когда Эмбер закрыла ее. Мои ноги ударились о спинку дивана, и я опустился на подлокотник. Я должен был сказать Эмбер, что люблю ее. Я хотел это сделать, но что-то в выражении ее лица ясно дало понять, что сейчас не самый подходящий момент для выражения моих эмоций. Возможно, подходящий момент больше никогда не наступит, но я все равно отдал ей свой подарок и письмо.

Тыковка прыгнул на подголовник рядом со мной и ударил меня головой по руке. Я начал гладить его и был вознагражден глубоким мурлыканьем. Я взял его на руки, прежде чем направиться в свою комнату, но замер перед дверью. На полу лежал подарок. Он был длиннее моей руки.

Я поставил Тыковку на пол, и он понюхал подарок, прежде чем я взял его в руки. В правом верхнем углу лежала маленькая карточка с надписью «Для Зака», написанной аккуратным почерком Эмбер.

Она, вероятно, хотела, чтобы я подождал до рождественского утра, но я вошел в свою комнату, где сразу же разорвал оберточную бумагу, открыв календарь с фотографиями природы из Патагонии. Еще одна записка упала к моим ногам.

«Надеюсь, однажды ты сможешь воплотить свои мечты в жизнь».

Я сглотнул и сел на кровать. Одна мечта покинула квартиру меньше пятнадцати минут назад.

Эмбер

Папа и Брайан крутились возле меня почти каждый день. Я знала, что они ожидали от меня нервного срыва после того, что случилось с Заком, но я не позволила им увидеть, как сильно я скучаю по нему. Брайан, наверное, мог бы догадаться, но никогда ни о чем не упоминал. Наверное, я не смогла бы сохранить самообладание перед братом и отцом, если бы открыла подарок Зака в гостиной вместе с ними. Вместо этого я спряталась в своей собственной комнате.

Внутри большого подарка я обнаружила три подарка поменьше, каждый из которых сопровождался запиской. Я открыла первый. Внутри лежала пара мягких черных кожаных перчаток. «Для нашего следующего визита на каток», говорилось в записке, и мое горло начало сжиматься. Дрожащими пальцами я открыла второй подарок. Это был подарочный сертификат в тату-салон. «Если ты когда-нибудь решишь сделать себе татуировку».

Открыв последний подарок, я опустилась на кровать. В маленькой коробочке лежало красивое золотое ожерелье с птичьими силуэтами. «Ты можешь летать», было написано на сопроводительной карточке.

Слезы защипали мне глаза. Зак мог бы достать для меня все, что угодно, и мне бы это понравилось, но это было намного лучше. Каждый подарок имел свое значение. Он действительно думал об этом, прислушивался к тому, что я говорила. Я достала ожерелье и надела его, затем положила на него руку, закрыв глаза. Разве он сделал бы мне такой заботливый подарок, если бы не заботился обо мне? Но заботиться о ком-то еще не значит любить. Я сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем осмелилась прочитать письмо, которое Зак приложил к моему подарку.

«Эмбер,

Я всегда был хорош, в том, чтобы всё испортить и, в конце концов, научился этого ожидать. Вот почему я не боролся за тебя, когда ты ушла от меня. Это одна из тех вещей, о которых я сожалею больше всего. Иногда приходится что-то потерять, чтобы понять, что ты не хочешь жить без этого. Мне следовало бы сказать это давным-давно: Я люблю тебя. В моей жизни сейчас много вопросов, но ты ‒ единственное, в чем я уверен.

Пожалуйста, дай мне еще один шанс.

Зак»

Я не видела сквозь слезы, но все же не могла отвести глаз от записки, которую держала в руке. Зак сказал, что любит меня. Он хотел получить еще один шанс. Первым моим побуждением было схватить телефон и позвонить ему, но я не могла торопиться. Я была слишком взволнована, чтобы принять такое решение.

Закари

Эмбер отсутствовала уже три дня. Должно быть, она уже открыла мой подарок, прочитала письмо, которое я ей написал, но так и не позвонила. В первую же ночь, когда я не получил от нее никаких известий, мне захотелось отправиться куда-нибудь с Джейсоном и напиться до чертиков. В конце концов, это было мое решение любой проблемы, но вместо этого я остался в квартире. Если я не хочу стать похожим на своих родителей, то должен действовать иначе.

Брайан и Эмбер должны были сегодня вернуться в Бостон, но я почти ожидал, что Эмбер останется с отцом. Может, она решила, что больше не может смотреть мне в глаза. Я должен был бы принять это, даже если не был уверен, что смогу отпустить ее так легко, теперь, когда понял, что люблю ее. Я никогда не верил в любовь и даже сейчас остерегался ее, но нельзя было отрицать, что я люблю Эмбер.

Я услышал, как в замке повернулся ключ, и дверь распахнулась, открыв Брайана с двумя сумками. Одна из них принадлежала Эмбер, и меня затопило облегчение. Она стояла на пару шагов позади него, но даже не взглянула на меня, когда вошла и закрыла дверь.

— Привет, Зак, — сказал Брайан и посмотрел на Эмбер. — Буду в своей комнате.

Бросив многозначительный взгляд в мою сторону, он направился в свою комнату, оставив меня наедине с Эмбер.

Она стояла у самой двери. Тыковка, который спал рядом со мной на диване, подошел к ней и прижался головой к ее голеням. Она с легкой улыбкой почесала его за ухом. Я больше не мог этого выносить. Я поднялся с дивана, привлекая ее взгляд к себе. Улыбка исчезла с ее лица. Вместо этого мы уставились друг на друга. На ней было ожерелье, которое я ей подарил, так что она, по крайней мере, открыла мои подарки.

— Ты… — начал я одновременно с тем, как она выпалила:

— Да.

Мы оба замолчали.

— Да? — спросил я.

Я не был уверен, предвидела ли она мой вопрос, и ее ответ означал «да, я прочла твоё письмо», или же это означало что-то совсем другое.

Она подошла ко мне вплотную.

— Я прочла твое письмо, — она сделала паузу. — И да, я хочу дать нам еще один шанс. — Я мог услышать молчаливое «но» в ее ответе. — Но я никогда не буду той трофейной женой, которая тебе нужна.

Я нахмурился, и тут меня осенило.

— Ты слышала, что сказал мой отец.

— Я не хотела подслушивать, но… — она замолчала.

Мой отец действительно трахал меня всеми возможными способами.

— Я не хочу, чтобы рядом со мной была Бриттани или кто-то еще. Если мой отец и его деловые партнеры не могут справиться с этим, то могут идти нахуй. И я даже не знаю, хочу ли работать в компании моего отца. Пока что Пэйн Энтерпрайз может обойтись и без меня. Мой отец все равно будет работать, пока не свалится замертво.

— Тогда чем ты хочешь заниматься?

— Я хочу стать адвокатом по правам человека. Но сначала я хочу побывать в Южной Америке.

— Ох, — сказала Эмбер. Затем улыбнулась: — Живешь своей мечтой.

Я преодолел оставшееся между нами расстояние и взял ее за руки.

— Хочу, чтобы ты поехала со мной. Давай вместе разберемся, чего мы хотим и кем на самом деле должны быть. Нет лучшего способа сделать это, чем путешествовать по миру, верно?

Глаза Эмбер расширились.

— Ты серьезно?

— Да. На самом деле я уже купил, — я достал два билета на рейс в один конец до Буэнос-Айреса. — Один для тебя и один для меня. Знаю, что это самонадеянно с моей стороны думать, что ты полетишь со мной, когда я даже не знаю, хочешь ли ты все еще быть со мной, но я не могу представить себе, что буду делать это без тебя. Не могу представить себе жизнь без тебя.

Эмбер уставилась на билеты. Затем медленно встретилась со мной взглядом.

— Ты действительно серьезно об этом говоришь.

— Никогда в жизни я не был так серьезен, как сейчас. Рейсы вылетают двадцать пятого января, меньше, чем через месяц. Так ты дашь мне еще один шанс?

Эмбер обняла меня за талию, и я крепко обнял ее, уткнувшись носом в ее волосы.

— Конечно. Первое «да», когда ты перебил меня, было уже «да» на вопрос в твоём письме. Я люблю тебя, Зак, и хочу быть с тобой. Даже если ты в какой-то момент решишь начать работать в компании своего отца, я буду рядом с тобой. Вместе мы сможем это сделать.

Я поднял ее голову и поцеловал. Черт. Я скучал по ощущению ее губ на своих губах. Ее вкусу, ее улыбке. По всему.

— Значит, ты полетишь со мной через всю Южную Америку?

Эмбер

Я все еще была ошеломлена. Не могла поверить, что Зак купил мне билет на самолет.

— Да, но… — его лицо вытянулось. — Я не могу позволить тебе оплатить все самому.

— Эмбер, у меня более чем достаточно денег, чтобы взять с собой в Южную Америку каждого жителя этого многоквартирного дома.

— Я знаю, — сказала я с улыбкой. — Но я буду чувствовать себя ужасно, если не внесу свой вклад в эту поездку. У меня есть немного денег на моем сберегательном счете, чтобы заплатить за еду и жилье на пару недель.

Зак выглядел так, будто готов был запротестовать, но потом поцеловал меня. — Вот за это я тебя и люблю. Бриттани и большинство других девушек, которых я встречал, позволили бы мне заплатить за все, не моргнув глазом. Ты даже не заботишься о моих деньгах.

— Я забочусь о тебе. Деньги — это хорошая подушка, на которую можно упасть, но они не могут купить счастья, любовь или что-то действительно важное.

Зак еще крепче сжал мою руку и прижался ко мне губами. Он почти сразу же углубил поцелуй, и я прижалась к нему, будто тонула, а он был моей спасательной шлюпкой.

— И как долго ты планируешь путешествовать? — спросила я, чувствуя себя все более и более возбужденной с каждой минутой.

И что было еще лучше: я снова находилась в объятиях Зака, и мы хотели попробовать еще раз.

— Не знаю. Столько, сколько потребуется, чтобы увидеть то, что мы хотим увидеть, или пока мы не почувствуем, что хотим домой. Сейчас в Аргентине и Чили лето, так что нам не стоит беспокоиться о погоде в Патагонии.

— Это может занять некоторое время, — поддразнила я его.

— Мне все равно. Я хочу заниматься с тобой любовью во всех странах Южной Америки и на всех континентах этого мира.

Я рассмеялась, переплетая наши пальцы.

— Как насчет того, чтобы заняться со мной любовью прямо сейчас?

Зак ничего не сказал, только повел меня в свою комнату. Мы упали на его кровать, целовались и трогали каждый сантиметр друг друга. Когда мы занимались любовью, это было медленно, сладко, нежно и любяще, почти благоговейно.

Позже, когда мы лежали в объятиях друг друга и слушали наше прерывистое дыхание, я поняла, что это начало чего-то нового, чего-то еще лучшего.

Я прошла долгий путь, разрушила стены, которые казались непроницаемыми, обнаружила, что иногда нужно отпустить то, что ты потерял, чтобы понять, что в каждом из нас есть нечто большее, чем мы считали возможным. Я стану кем-то новым; мое сломленное «я» все еще являлось частью меня, всегда будет частью меня, но я научилась жить с этим и научилась видеть дальше того, что не должно было произойти, чтобы найти новое счастье.

— Я люблю тебя, — прошептал Зак, уткнувшись мне в шею.

— И я люблю тебя.

КОНЕЦ

Всю информацию о книгах Коры Рейли, тизеры к будущим релизам автора и многое другое см. в группе «Кора Рейли»: https://vk.com/corareilly.

Примечания

1

Business University.

2

Герой сериала.

Content

Кора Рейли
Не суждено быть сломленной

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Примечания