Мэри Маравилла

Скелеты общества

Испанские термины, которые пригодятся

Лос Муэртос: мертвые

Эль Диабло: дьявол

Диос мио: Боже мой

Диле хало аль Диабло пара ми: передай привет дьяволу от меня

Муньека: кукла

Бруджита: означает ведьма, но используется как ласковое слово

Кабеза: голова, как часть тела

Ми керидо: мой милый мальчик

Пендехо: мудак, тупица

Санта-Муэрте: Богоматерь Святой Смерти — культовый образ, женское божество. Она олицетворение смерти.

ПРОЛОГ

Райан

Я сидела в углу, свернувшись калачиком, пытаясь защититься от моросящего дождя. Холод, который пришел со сменой времен года, начал давать о себе знать. Мать-природа казалась настоящей стервой, когда у тебя нет настоящей кровати, в которой можно бы укрыться на ночь. Капюшон моей слишком большой толстовки был натянут на голову, скрывая лицо. Все, что я могла видеть — это заваленную мусором землю в переулке.

Это все, что мне нужно видеть.

И его ботинки — я бы их сразу узнала.

Эти ботинки были испачканы кровью и слезами его жертв. Они будут первыми вещами, которые я сожгу. Такая зараза не могла остаться в мире. Я освобожу души этих жертв.

Волосы на затылке встали дыбом, отвлекая меня от внутренних мыслей и возвращая к реальности. Очевидно, мне не нужно было видеть ботинки, чтобы почувствовать его рядом. Зло витало в воздухе, прилипая к нему, как мухи к трупу. Казалось, весь город погрузился в молчание, затаив дыхание в ожидании того, что должно произойти. Мои мышцы дернулись, подсознание умоляло тело двигаться.

— Ты наконец решила впустить меня в эту дерьмовую дыру, которую называешь своим лагерем?

Дерзкий тон его голоса заставил крепче сжать лезвие, которое я прятала в переднем кармане, сталь впилась в ладонь. Я вгляделась в него, сидя на корточках, оценивая, насколько близко я готова позволить ему подойти. Рычание сорвалось с моих губ, как будто я была диким животным.

Джимми поцокал языком, совершенно не смущенный моей демонстрацией агрессии.

— Посмотри на себя, ждешь снаружи, как хорошая девочка. Ты готова перестать бороться со мной? — в его глазах светилось предвкушение, а язык высунулся, проводя по потрескавшимся губам.

Я не осмеливалась прервать зрительный контакт, боясь увидеть выпуклость в штанах.

— Хотя мне нравится драться, — добавил он.

Он отвратителен.

Моя грудь вздымалась, и ненависть сочилась из моего тона, когда я выплюнула ответ.

— Пошел ты, Джимми.

Улыбка, появившаяся на его рябом лице, вызвала желание выблевать то немногое, что осталось в желудке. Вполне вероятно, что я буду только изрыгать желчь, так как последние несколько недель еды было в дефиците. Все деньги, которые я заработала попрошайничеством или прямым воровством, ушли на покупку ножа, который я сжимала в руке — лезвие врезалось мне в ладонь.

Джимми начал двигаться ко мне, грязные руки потянулись вниз, чтобы расстегнуть свой ремень. Он думал, что загнал меня в угол. Что недели преследования — охоты на меня — окупились. Разве это не ирония судьбы, что предполагаемый охотник не смог увидеть ловушку, в которую попал? Сегодня он станет добычей.

— Сука, я тебя тр…

Я не дала ему закончить фразу, вскочив с корточек, и вонзила шестидюймовое лезвие ему между ребер, туда, где находилось сердце.

Испуганный крик пронесся по переулку, звуча для моих ушей как музыка.

Поэтическое правосудие, ублюдок.

Как только нож вонзился, я отпрыгнула назад, как будто меня обожгло, слишком поздно осознав, что я безоружна. Но Джимми был в шоке, чтобы попытаться нанести ответный удар. Моя спина и ладони прижались к холодной кирпичной стене переулка, и я с восхищением наблюдала, как кровь начала собираться вокруг того места, где торчал нож.

Джимми рухнул на пол. Краска сошла с его лица, а руки потянулись к ране, словно пытаясь вернуть кровь обратно в тело. Издав невеселый смешок, он посмотрел на меня, жизнь уже начала вытекать из его глаз. Эль Диабло пришел.

Его голос прозвучал резко и хрипло, но слова были понятны.

— Улицы губят еще одну душу. Добро пожаловать в клуб убийц, малышка.

Физический холод от правды этих слов пробежал по моему телу — они прозвучали как проклятие, произнесенное во вселенную. Я побежала, пытаясь скрыться от реальности того, что он сказал. Но меня остановил звук хлопков, донесшийся из переулка.

— Неплохая работа. Небрежная… но, очень страстная. Но мне правда интересно, как ты планируешь скрыть свою добычу? Или ты никогда не заходила так далеко, Муньека?

Передо мной стоял мальчик, на вид моего возраста, около семнадцати. Максимум восемнадцать. Может, я видела его где-то поблизости, но он не был уличным мальчишкой. Его ботинки были чистыми и новыми, и вся одежда демонстрировала атлетическое телосложение и оттенки загорелой кожи. Его черные волосы были коротко подстрижены по бокам и длинные на макушке, идеально уложенные. По общему мнению, он был красив, но взгляд его карих глаз казался злобным. Тревожные звоночки звенели у меня в голове. Предупреждающие звоночки, к которым я должна была прислушаться.

Он, очевидно, не хотел от меня ответа, потому что продолжал говорить.

— Знаешь… я могу помочь. Твоя жизнь только улучшится. Посмотри на себя, — он показал руками вверх и вниз по моему телу. Выражение его лица сказало, что, по его мнению, многое оставляло желать лучшего. — Когда ты в последний раз ела горячую пищу? Или принимала душ? Я позабочусь о тебе, Муньека. Все, что тебе нужно сделать, — это пойти со мной.

Моя нерешительность, наверное, была очевидна в глазах, потому что он сбросил приторно-сладкий тон, сменив его на угрожающий.

— Будет обидно, если полиция получит сообщение о том, что девочка-подросток ударила мужчину ножом.

Я ощетинилась от его слов. Вот та жестокость, о которой шептались люди. Именно с такой жестокостью воспитывали молодого наследника картеля. Реальность ситуации дошла до меня. Все в захолустье Тусона знали Марио, сына Серхио Хименеса, главаря картеля Лос-Муэртос. И вот он стоял передо мной, говоря, что у меня нет иного выбора, кроме как обменять долг жизни на горячую еду, душ и его молчание.

Марио протянул мне руку, на его лице появилось выражение триумфа, когда я двинулась вперед. В тот момент, когда наши кончики пальцев соприкоснулись, я вспомнила о своем обещании.

— Подожди. Мне нужно забрать его ботинки и нож.

ГЛАВА 1

Райан

10 лет спустя

В мире не было достаточно холодного кофе, чтобы исправить мое поганое настроение этим утром. Если бы неблагодарные придурки делали свою работу правильно, вместо того, чтобы перекладывать ее на меня, может быть, настроение и поднялось.

— Диос мио, Энтони, сейчас три часа ночи. Я не хочу принимать душ так поздно из-за твоей крови, — я почесала переносицу, глядя через комнату туда, где он был привязан к стулу. Краска отхлынула от его лица, когда он осознал реальность своего провала.

— Райан, я… я не знал, что они появятся, — его панический голос действовал мне на нервы; мне хотелось пристрелить его только за то, что он меня раздражает.

Моя бровь изогнулась на его ответ, но я продолжала смотреть на него сверху вниз. Участники допросов ненавидели, когда их оправдания встречались молчанием. Это заставляло их извиваться и извергать еще больше дерьма. Иногда они давали мне полезную информацию. В других случаях, как с Энтони, они несли еще больше чуши.

К несчастью для него, мое терпение достигло предела.

За последние пятнадцать минут из его уродливой рожи не вышло ничего полезного. Очевидно, у него либо не было больше никакой информации, либо он не хотел ее выдавать. Деньги на первом месте. У таких людей, как Энтони, нет преданности. Вот почему он вообще взял паршивые пятьсот долларов и рассказал о нашем месте хранения оружия.

— Пожалуйста, Райан, — пищал он. — Я смогу раздобыть для тебя информацию. Я расскажу тебе о своих связях. Ты… ты сможешь выяснить, кто пытается подкупить людей, — он энергично закивал головой.

Раздраженный вздох сорвался с моих губ. Он слишком глуп, чтобы понять: я уже знаю правду.

Он думает, что появились какие-то уличные головорезы и забрали товар до того, как он добрался до намеченного места назначения — моего клуба. В защиту Энтони скажу, что именно так ему и сказали. Но человек должен сначала проверить источник. Потому что ответственны за это не головорезы, которые заплатили. Это я выгоняла крыс, пока они не занесли чуму предательства в мою часть операции.

Я оттолкнулась от кафельной стены, холодное безразличие окутало меня, как вторая кожа, ощутимо изменив мое поведение. В панике Энтони посмотрел на дверь, и на Серхио. Как будто Серхио мог ему помочь.

Неужели Энтони не понимает, кто здесь главный?

Очевидно, нет, иначе он не пытался бы обмануть меня, а затем продолжать тратить мое время на оправдания.

Я зашагала по окровавленному бетону, остановившись перед водостоком, над которым стоял его стул.

— Энтони, Энтони, Энтони… — покровительственный тон прозвучал холодно для моих же ушей.

Он отпрянул в тот момент, когда мы встретились взглядами, как будто я физически ударила его. Реакция вызвала жестокую улыбку на моих губах. Не раз говорили, что мой пристальный взгляд нервирует; наверное, они видели запятнанную душу через мои глаза кофейного цвета, и стали свидетелями проклятия, данного мне последними словами умирающего человека.

Глаза — это же окна в душу и все такое.

Джимми был моей первой жертвой, и не стал последним. А следующей станет этот тупой ублюдок.

— Слушай, Энтони, все знают, что я живу по принципу «выёбываешься — ответишь». Ты облажался, и теперь узнаешь последствия своих действий, — ухмылка расползлась по моему лицу при виде бешеной пульсации на его шее.

Его глаза расширились от моих слов, тело затряслось, а пот капал с лица. Когда я посмотрела вниз, с моих губ сорвался еще один вздох.

Они всегда обоссываются.

Слава Санта-Муэрте, я не занимаюсь уборкой. Для этого у меня есть люди.

— Райан, я могу помочь тебе найти товар. Клянусь, просто… просто отпусти меня, и я свяжусь со своим парнем, — крикнул он.

Крупные слезы катились по его грязному лицу. Отчаяние в его голосе могло сломить других, но меня это не заставит изменить свое мнение.

— А-а-а, — я погрозила пальцем. — У тебя был шанс принимать разумные решения, Энтони. Теперь моя очередь принимать решения.

Наши глаза встретились еще на секунду, прежде чем я посмотрела через плечо на Серхио, который слегка кивнул мне. На самом деле, мне не нужно его одобрение, но он был главной фигурой «Лос Муэртос», а старые привычки умирают с трудом. Я слишком уважала его, искала его одобрения, когда он был в комнате картеля. Даже если его появление сегодня вечером было неожиданным. Еще одна причина, по которой я была готов закончить с Энтони. Я хотела знать, какого черта Серхио появился здесь.

Энтони, должно быть, увидел решимость в моих глазах, когда я снова повернулась к нему лицом. Он начал бормотать еще какую-то чушь в последней попытке избежать своей участи.

— Дай одолжение, Райан. Я не сделал ничего плохого, — взмолился он. — Я правда могу раздобыть для вас кое-какую информацию. Там был какой-то парень, он задавал вопросы о Марио, — сказал он.

Я посмеялась над дерзостью этого человека продолжать обращаться со мной, как с идиоткой. Как будто я стала бы доверять заявлениям человека, отчаянно пытающегося остаться в живых после того, как его поймали, будто крысу. Я протянула руку, чтобы вытащить пистолет с пояса за спиной.

— Слишком мало, слишком поздно, Энтони. Ты знал мою репутацию и думал, что сможешь перехитрить Ведьму Лос-Муэртоса. Ты застелил свою постель. Теперь можешь умереть в ней. Передавай привет Диабло от меня, — сказала я.

Он открыл рот, но в комнате раздался выстрел. Голова Энтони откинулась назад от удара. Ему повезло, что у меня не было того пара, который я хотела выпустить, иначе его смерть была бы долгой. Теплое чувство заставило меня посмотреть вниз на свою некогда белую рубашку, теперь забрызганную красным.

— Единственный гребаный раз, когда я не надела черное, — раздраженно огрызнулась я.

Серхио фыркнул от смеха, открывая дверь, ведущую в коридор.

— Я не знаю, зачем ты надеваешь что-то, кроме темных цветов для работы. Может быть, тебе стоит начать носить комбинезон для рисования, Бруджита. Или, по крайней мере, отходить, когда разносишь чью-нибудь бошку.

Конечно, он сказал это все покровительственным отцовским тоном.

Я закатила глаза. Серхио всегда заставлял меня чувствовать себя девочкой-подростком, объясняющей, почему ей нужен другой оттенок розового блеска для губ.

— Послушай, Серхио, — я ткнула его в грудь, прежде чем пройти мимо него и направиться в офис. — Я женщина, которая выросла на улице, теперь я работаю на преступную организацию. Иногда хочется напомнить себе и другим, мне, конечно, нравятся члены, но у меня его нет. Как думаешь, почему у меня такие длинные и пышные темные волосы? — я остановилась, чтобы оглянуться через плечо на крупного мужчину, в глазах которого мелькнула искорка веселья.

Раздраженно фыркнув, я продолжила свою речь, которая казалась бессмысленной.

— И я не «сносила ему бошку», — мои пальцы имитировали кавычки. — Я выстрелила между глаз, — рассуждала я.

— С близкого расстояния, Бруджита.

Он слышал много версий моей речи «У меня нет члена, но мне просто нравится убивать» с тех пор, как его сын Марио привел меня к ним домой, как бездомного щенка, в семнадцать лет. Тогда Серхио стал моим псевдоотцом. А поскольку он был лидером крупнейшего картеля в Мексике, это — немного стремное повышение.

Я знала, сколько граммов входит в блок кокаина, сколько нужно заплатить мексиканскому политику, и мое любимое — как извлечь информацию из несговорчивого придурка. Не говоря уже о том, что я могла полностью разобрать и собрать любое огнестрельное оружие. Серхио не знал, что делать с девочкой-подростком, поэтому он обращался со мной так же, как с Марио. Я удивлялась, почему он просто не отослал меня подальше, но у нас с Серхио было молчаливое соглашение не обсуждать определенные темы. Поэтому я никогда не спрашивала.

Но я освоилась не так уж плохо — если отбросить убийства и сомнительные моральные принципы. Можно утверждать, что эти черты характера жили во мне задолго до того, как я приехала в Лос-Муэртос. Учитывая, что мое первое убийство произошло до того, как я присоединилась к картелю. От самосуда моя душа запела, а пребывание в Лос-Муэртос позволило мне выпустить монстра. Но я никогда не убивала никого, кто этого не заслуживал. Не то что бы это делало меня хорошим человеком, но только убийство виновных оставляло мою совесть чистой. К счастью, испорченные личности были в особом требовании в этом мире, так что Лос-Муэртос приняли меня с распростертыми объятиями.

— Что ж, хорошо, что мой счет за химчистку оплачивается деньгами Лос Муэртос, — съязвила я.

Позади меня раздалось удивленное фырканье, вызвавшее улыбку на моих губах, прежде чем мои мысли снова вернулись к прошлому. Если бы я когда-нибудь пошла к психотерапевту, уверена, они сказали бы мне, что у меня серьезные проблемы с мамой и папой, вызванные тем фактом, что их убили, когда я была ребенком. Они стали жертвами случайного уличного ограбления. Копы провели расследование, но там было не так много интересного, так что дело закрыли.

Мне удалось раздобыть материалы дела. Моего отца ударили ножом. Но мама… Этим уродам не хватило лишь удара ножа. Жажда справедливости горела в моих венах, как болезнь, пожирая изнутри. Я больше не могла этого выносить. Я сбежала из своей приемной семьи и переехала в трущобы Тусона[1].

Охотилась.

Ожидала момента, когда я смогу отомстить — свершить правосудие над человеком, который убил моего отца, изнасиловал маму и вонзил лезвие ей между ребер в сердце.

Джимми — мое первое убийство. Грех, на искупление которого я потратила бы всю свою жизнь.

Я толкнула дверь в кабинет, пытаясь сосредоточиться на настоящем. Вельвет коснулся моих рук, когда я плюхнулась в кресло лицом к столу, оставив свое обычное кресло для Серхио.

Серхио мгновение изучал мое лицо, прежде чем тихо заговорить.

— Бруджита, ты же знаешь, что со своей красотой и умом ты могла бы делать все, что захочешь. Ты ничего не должна ни Лос-Муэртосу, ни Марио. Ты будешь нашей семьей, даже если решишь делать что-то вне картеля.

Он уже говорил, что я могла бы уйти, но куда могла пойти такая испорченная душа, как моя? Что бы я сделала, если бы призыв к крови стал слишком громким? И я очень сомневаюсь, что Марио хорошо воспримет мой уход. Он едва терпел мое пребывание здесь, в Аризоне, когда ему приходилось ездить туда и обратно в Синалоагород в Мексике, известен картелем «Синалоа»[2].

Серхио, должно быть, не ожидал от меня ответа, а может быть, он уже знал ответ, потому что продолжал говорить.

— Я здесь, потому что есть один МК[3], который хочет переехать на эту территорию. И они хотят сотрудничать с нами, и разделить наше оружие, — он сделал паузу, чтобы оценить мою реакцию.

Я понимающе кивнула головой, пытаясь не отставать от смены темы, которой он только что поразил меня.

— Мы можем стать их поставщиком для сделок, получая долю. И, в обмен на эксклюзивную поставку, они будут изготавливать наш сорт. Тогда я сниму с тебя эту задачу, — закончил он.

До меня дошло, о каком МК он говорил.

Несколько месяцев назад «Скелеты общества» начали расширять свою территорию, переехав в Тусон. Картель не слишком беспокоился о других преступных организациях на наших территориях, до тех пор, пока те понимают, кто находится у власти. А когда они не уважали это, мы напоминали нарушителю о том, с кем они водятся.

В Тусоне этим человеком была я.

Но я приветствовала расширение Скелетов, потому что МК «Жнецы» были альтернативой. И я годами отбивалась от их попыток переехать в мой район.

Жнецы торговали людьми, и ничто так не вызывало у меня желания совершить убийство, когда мужчины думали, что могут продавать женщин ради своего извращенного удовольствия. Этот МК относился к женщинам, как к гребаному скоту, а не как к людям с сердцем и душой. Их души они разрывали в клочья. Я знаю. Я спасла этих женщин, наняла их на работу и поднимала с пола в ванной, когда у них случался передоз.

Я положила ноги в ботинках на стол, Серхио уставился на меня так, будто стол был не моим. Я постаралась, чтобы эмоции по поводу Жнецов не прозвучали в моем голосе.

— Серхио, именно я рассказала тебе о «Скелетах общества», желающих расшириться. А теперь ты говоришь, что они хотят сотрудничать с нами? Для того, чтобы входить и выходить из «Лотери́и»? Окей, но только пусть не смеют прикасаться к моим девочкам.

Серхио в замешательстве нахмурился, вероятно, ломая голову, чтобы понять, правда ли то, что я сказала.

Я не смогла сдержать ухмылку на своем лице, напомнив ему о том, откуда он узнал эту информацию. К чести Серхио, он руководил всем этим чертовым картелем. В такой большой организации нужно отслеживать много движущихся фрагментов информации. И в отличие от Семей[4] в Нью-Йорке, единственной кровью Серхио, помогавшей управлять Лос-Муэртос, был Марио. Именно поэтому я делала все возможное, чтобы моя операция здесь, в Аризоне, проходила гладко. Я не хотела создавать головную боль Серхио или заставлять Марио думать, что я не способна быть самостоятельной.

Я надрывала задницу, чтобы доказать свою ценность и то, насколько я бесценна здесь, управляя «Лотери́ей» для Лос-Муэртос. Как юридической стороной, так и не очень. Марио не может требовать, чтобы я поехала в Мексику, если Серхио дал мне работу здесь, в Тусоне. Может, он и наследник, но Серхио все еще главный. Иногда мне казалось, что Серхио пытается отдалить меня от Марио даже больше, чем я сама. Я всегда думала, что мне это мерещилось, или, может быть, он хотел кого-то получше для своего сына и не хотел рисковать тем, что мы станем слишком близки. Как бы то ни было, на данный момент это сработало в мою пользу.

Серхио, возможно, и неравнодушен ко мне, но, как отметил Марио, он заботился обо мне лишь потому что я — идеальный инструмент для Лос-Муэртос. Нельзя долго продержаться в ядовитом раю преступного мира, если ты не важна и тебя не легко убить. И я была тузом в рукаве у Хименесов. Никто не ожидал, что убийство совершает женщина. Во всяком случае, не в мексиканском картеле. Женоненавистничество здесь процветало.

— Что ж, тогда хорошо, Бруджита. Потому что я хочу, чтобы ты официально взяла на себя торговлю оружием. Ты будешь контактным лицом для нового альянса между Лос-Муэртос и Лос-Эскелетос.

Я закатила глаза, услышав решение Серхио дать «Скелетам общества» испанскую версию их названия. Я пыталась подавить свое волнение от того, что мне дали такую возможность. Мне нужно остаться здесь, в Аризоне, на новой должности. Мурашки пошли, когда я подумала о реакции Марио на эту новость. В последнее время он настаивал на том, чтобы перевезти меня в Мексику.

— Конечно. Ты же знаешь, Серхио, я рада это сделать. Все, что угодно, ради Лос-Муэртос, — несмотря на мои опасения по поводу Марио, я искренне улыбнулась Серхио.

Он улыбнулся моему ответу, проводя рукой по своей лысой голове. Забавно, насколько близко Серхио соответствовал голливудскому образу бандита. В комплекте с густыми черными усами, скрывающими верхнюю губу, хотя появились седые прядки. Серхио проложил себе путь наверх в картеле, начав с улиц Санта-Анны в Калифорнии. Я никогда не спрашивала подробностей о том, как он стал кингпином[5], но держу пари, что это связано с его трудовой этикой и лояльностью. Его приверженность к лояльности была причиной того, что мой вопрос вырвался прежде, чем я подумала о том, хочу ли услышать ответ.

— Почему Марио не выступает посредником в сделке? Он отвечает за торговлю оружием в Лос-Муэртосе. Он приедет сюда?

Я подавила желание теребить кольца на пальцах. Я очень хорошо разбиралась в рассказах людей. И теребить серебряные кольца на пальцах было одним из моих увлечений, но я не хотела показывать, что волнуюсь из-за приезда Марио.

Он получил должность торговца оружием в Лос-Муэртос, когда ему исполнилось двадцать. Конечно, я занималась всеми поставками, проходящими через Лотерию, от его имени. По одному его приказу Тусон стал моей ответственностью. Но я не знала, доложили ли Серхио, что Марио назначил меня главной?

Серхио выгнул свою густую бровь в ответ на мой вопрос, откинулся назад и сцепил пальцы.

— Райан, роль торговца оружием, возможно, и досталась моему сыну, но мы с тобой оба знаем, кто по-настоящему здесь всем заправляет. Думаешь, я не слышу сплетен о нашей репутации здесь?

Видимо, доложили.

— Ну, я пытаюсь вести дела, пока Марио в отъезде…

Серхио рассмеялся над моим тщательно сформулированным ответом. Мы оба знали, что Марио предпочитает выставлять напоказ свое богатство, а не помогать в управлении картеля. Это была одна из тем, которые Серхио не обсуждал.

— Может, я и вор в законе Лос-Муэртоса, но ты — Ведьма из Тусона.

Это замечание вызвало искреннюю улыбку на моем лице. Серхио не ошибся. В Тусоне ничего не происходило без моего ведома. Именно поэтому Энтони привязан к стулу и стал причиной успеха Лотерии. Я знала все. Охотилась на всех, кто думал, что может охотиться на меня.

В комнате раздался хлопок.

— Итак, решено. Мы с тобой встретимся с главарем Скелетов по оружию. Обсудим детали соглашения и двинемся вперед. Я скажу потом, когда состоится встреча. А теперь иди ложись спать. И прими гребаный душ. Выглядишь отвратительно.

ГЛАВА 2

Райан

— Сучка, я дома, — крикнула я.

Звон ключей, ударяющихся о тумбу, разнесся по всей квартире. Я скинула ботинки и направилась к холодильнику. Маргарита и душ нужны как можно скорее. Я начала доставать ингредиенты для своего любимого напитка, одновременно прислушиваясь, нет ли у Никки «гостя». Эта дама была безжалостна к мужчинам. Ее цель всегда — трахнуть и бросить. И она говорила им об этом прямо, так что для некоторых парней это стало фетишем. И некоторые думали, что именно он заставит ее передумать.

Дверь ее комнаты открылась, и оттуда вышел какой-то ботан, за которым шла Никки. Через его плечо я привлекла ее внимание и приподняла бровь. Она пожала плечами, прежде чем ответить на мой невысказанный вопрос.

— Ты же знаешь, я не делаю различий. Есть член? Буду сидеть на нем.

Я фыркнула от смеха. Не от ее слов, а от выражения лица парня, когда он услышал, что она сказала. Я не хотела быть частью их прощания, поэтому вернулась к своей задаче — приготовить маргариту со льдом, слушая начало речи Никки «дело не в тебе, дело во мне» позади.

— Послушай, Чед…

— Меня зовут Кайл.

— Да, конечно. Чед, ты немного ванильный в постели. Я, честно говоря, должна была догадаться, потому что на тебе темно-синий жилет «North Face»… короче, больше ничего не будет. Возвращайся домой целым и невредимым.

Никки, казалось, думала, что приторно-сладкий голос сделает ее словесную кастрацию более приятной. Она всегда говорила таким тоном, и обычно все заканчивалось так же, как я предсказывала на этот раз.

— Ты гребаная шлюха! — выплюнул он.

Да, он плохо это воспринял. А должен быть в лучшем настроении, ведь он только что кончил.

К несчастью для него, Энтони израсходовал все мое терпение, чтобы сражаться с еще одним мужиком. Прежде чем он успел обострить ситуацию, я решила вмешаться. Обернувшись, я направила свой пистолет на Чада/Кайла.

— Послушай, чувак, еще раз оскорбишь мою сестру, я всажу тебе пулю между глаз. И по иронии судьбы, ты не первая жертва на сегодня, — сказала я небрежно, а не как девушка, угрожавшая застрелить человека.

Вся краска отхлынула от его лица, когда он понял, что на него направлен настоящий пистолет. Брызги крови, все еще покрывающие мою одежду, подкрепили угрозу. Он выбежал из нашей квартиры, спустившись по лестнице.

Никки подскочила, чтобы закрыть дверь.

— Расставаться с парнями намного легче, когда ты дома, — прокомментировала она, полностью игнорируя мое закатывание глаз. — Они что, не знают, что Тиндер предназначен для перепихонов? Не понимаю, почему они так расстраиваются, когда я говорю им, что нам было весело, но повторения не будет.

Мне нужна текила для разговоров об отношениях. Никки никогда не хотела говорить о том, почему она в эмоциональном плане не подпускает мужчин к себе. И я точно не образец здоровых отношений. Если я с кем-то встречалась, то об этом ни за что нельзя знать Марио. Я на собственном горьком опыте убедилась, что Марио не нравилось, когда мужчины прикасались ко мне, хотя мы и не были парой.

У меня нет сил думать обо всем, что между нами, поэтому я решила сосредоточиться на Никки.

— Может быть, — сказала я, делая глоток своей «маргариты», — это потому, что ты задела гордость мужчины, сказав ему, что он скучный в постели. Но серьезно… чувак в мокасинах — он тебе понравился?

— Он помог мне инвестировать в акции, — ответила она. Я позволила ей схватить мой бокал и сделать глоток. После такого ухажера, видимо, она нуждалась в алкоголе больше, чем я.

Я покачала головой в ответ на ее рассуждения. Конечно, именно поэтому она выбрала его.

— Ну, хотя бы это вместо тридцати секунд миссионерской позы. Дай угадаю, он не смог найти твой клитор? — спросила я.

— Никакой мужчина не смог бы найти мой клитор, даже если бы я сунула его ему в лицо… что я и сделала, — Никки лукаво улыбнулась, показав одну из своих милых ямочек на щеках, прежде чем мы обе разразились приступом смеха.

Симпатичная — идеальное слово для описания Никки. Мы были полярными противоположностями. Ее васильковые глаза и светлые волосы дополняли молочную кожу, усыпанную веснушками. А у меня была загорелая кожа и длинные темные волосы, которые обычно мягкими волнами спадали на спину. Никки называла меня своей латиноамериканской красавицей-сестрой.

Там, где она была мягкой и милой, я вела себя нахально и, как правило, наносила удары, когда злилась. Единственное, что у нас было общего, — это наша любовь друг к другу и наши разбитые души, осколки которых все еще оставались внутри. Мы по-разному демонстрировали свою травму, но обе предпочли принять своих внутренних демонов.

Лучше знакомый дьявол, чем чужой ангел.

— Что ж, надеюсь, ты получила от него все, что хотела, на фронте акций, потому что этот Чад, скорее всего, никогда не вернется, чтобы помочь тебе, — я встала и направилась к двери в свою комнату. — И постарайся сегодня вечером не шуметь, когда будешь удовлетворять себя.

Я послала воздушный поцелуй через плечо, прежде чем отправиться в душ.

* * *

Энтони умудрился не только испортить мою рубашку, но и оставить кровь с мозгами в волосах. А я бы предпочла заниматься миллионом других вещей, чем мыть и сушить волосы.

На телефоне, стоявшем на зарядке, загорелся свет, и с моих губ сорвался стон. «Лотерия» может закрываться в час ночи, как и другие клубы, но я дежурила двадцать четыре на семь. Я взяла телефон, чтобы проверить, какое неотложное дело сейчас требовало моего внимания.

Волосы на шее встали дыбом, когда я увидела отправителя.

Марио: «Муньека. Почему отец говорит мне, что ты остаешься в Аризоне?»

Марио: «Ответь мне, Муньека. Надеюсь, у тебя веская причина не отвечать».

Марио был осложнением в моей жизни, на которое редко хватало энергии. Никки любила говорить, что я отказывалась признавать одержимость Марио мной, и чем дольше я откладывала разрыв с ним, тем больше у меня копилось проблем. Но как можно послать человека, который выступил в качестве моей защиты?

Между нами с Марио непонятные отношения. В семнадцать лет я была сама по себе, и впервые почувствовала себя защищенной и привязанной. Но привязанность Марио была связана с определенными обязательствами. Незнакомые струны, которые хотелось перерезать. А потом, когда я начала сближаться с Серхио, мысль о потере еще одного отца приводила меня в ужас, и Марио манипулировал этим. Я попыталась установить дистанцию между нами, надеясь, что его одержимость ослабнет. Но, несмотря на всех его подружек в постели, я оставалась объектом его внимания.

Вернувшись к телефону, я напечатала ответ. Медный привкус заполнил рот, я разорвала кожу, прикусив губу.

Я: «Извини. Я была в душе».

Я: «И Серхио сказал только сегодня вечером, что я должна заключить сделку с новым МК. Я ничего не знала об этом еще несколько часов назад».

Я: «Твой отец нанял меня. Ты же знаешь, я должна делать так, как он говорит».

Я надеялась, что последнее сообщение избавит меня от любой негативной реакции, нужно, чтобы Марио понял — я этого не планировала. Да, я работала над достижением этой цели последние несколько лет, но ему не нужно это знать. Может, я и убийца, и у меня куча моральных и психологических проблем, но Марио… Марио был совершенно другим монстром.

Три точки, указывающие на печатание текста, появились на экране, но затем исчезли, посылая нервную энергию по моему телу.

Марио: «Верно. Пока что да».

От этих слов у меня по спине пробежал холодок. Что, черт возьми, это значит, и почему это казалось очень плохо завуалированной угрозой?

Марио: «Спи спокойно, моя Муньека».

ГЛАВА 3

Ганнер

Нажимая на педаль газа, я гнал свой мотоцикл все быстрее и быстрее. Я нуждался в этом — нуждался в освобождении. Это единственные моменты, когда я мог вырваться из своей клетки и ощутить свободу. Несколько секунд радости, прежде чем снова оказаться запертым в нынешней реальности — в текущем состоянии моих дел.

Мчась по шоссе, я радовался ветру, бьющему в лицо, и слезящимся глазам.

Очищение разума.

Работа требовала от меня сосредоточенности и бдительности. Надо следить за переменами в подбрюшье Тусона и узнать, что происходит, и кто лучшие игроки. Справа от меня мелькнуло металлическое ограждение, в поле зрения появились стены моей клетки. Я въехал на территорию комплекса и припарковался на своем обычном месте рядом с мотоциклом Декса. Видимо, я пришел последним. Перекинув ногу через байк, я направился в здание клуба.

Снаружи смотреть было особо не на что. Это больше похоже на склад, чем на место, где могла бы жить кучка байкеров, но так и задумано. «Скелеты общества» — не отряд бойскаутов, поэтому было приложено много усилий, чтобы оградить клуб от посторонних глаз — как со стороны закона, так и со стороны других «добропорядочных граждан».

Потенциальный участник клуба, чье имя я не потрудился запомнить, подбежал и распахнул передо мной дверь. Я кивнул в знак благодарности, проявив к нему немного доброты. К этому люди здесь не привыкли.

Они здесь, чтобы доказать свою лояльность «Обществу» в надежде на то, что их примут к нам. Процесс инициации был чертовски безжалостным. И поскольку каждый участник прошел через это, жалобы оставались без внимания. На самом деле, если кто-то говорит чушь о том, что над ним издеваются, он больше никогда не возвращался на территорию клуба. Если потенциальные участники не задерживались дольше нескольких месяцев, я не запоминал их имен.

Внутри клуб выглядел совсем не так, как снаружи. Два этажа. Наверху располагались все комнаты для тех, кто хотел жить здесь. Члены клуба со своими девушками обычно жили где-то за пределами комплекса, но остальные останавливались здесь.

Основной уровень выглядел как холостяцкая юношеская фантазия MTV. Запах секса и травки пропитал пространство. Вдоль стен стояли телевизоры с большими экранами, а бар со всеми видами разливного пива, какие только можно себе представить, занимал всю правую часть здания клуба. И, конечно же, везде расставлены шесты для стриптиза. Не говоря уже о десятках диванах, стратегически расположенных для проведения внеклассных мероприятий, которые не доходили до кроватей наверху. Или для таких, как я, которые не хотели, чтобы у девушки возникли какие-либо мысли о том, что она получит что-то еще, кроме траха.

— Ганнер, тащи сюда свою гребаную задницу, — заорал Прес, высунув голову из двери, где мы собирались. Раздражение в его тоне вызвало дерзкую ухмылку на моем лице.

Да, он последний, кто ходил в церковь[6].

Моя ухмылка только усилилась, когда я вошел и увидел, что Декс застолбил мое место.

— Что, ублюдки, ждали меня? — крикнул я, получив средний палец от Преса и смешок от Декса.

Декс был настоящим гигантом; именно поэтому он получил работу. А еще из-за его способности заставить любого заговорить, когда это необходимо. Я никогда не встречал никого, кто был бы так искусен в ломании костей. С другой стороны, никто не смел ему указывать, как выполнять свою работу. Легче заставить кого-то говорить, когда можешь отрезать причендал, и когда над тобой нет никого, кто мог бы сделать выговор. Прес давал Дексу полную свободу действий до тех пор, пока его методы работали.

Из-за такого количества дерьма, что мы пережили за эти годы, наши моральные компасы не работали так же, как у других в Обществе. Иногда я задавался вопросом, провалюсь ли я дальше в кроличью нору.

Громкий голос Преса вернул меня в настоящее.

— Придурки. Теперь, когда прибыло его королевское высочество, пора переходить к делу, — крикнул он.

Прес начал называть меня так, когда я только приехал. Сказал, это потому, что я буду выполнять много работы.

Он не ошибся.

Слава богу, это не стало моей кликухой. Вместо этого в клубе появился Ганнер[7], когда все увидели, как я стреляю. Моя любовь к оружию сделала меня идеальным кандидатом на должность сержанта по вооружению.

Прес прочистил горло, чтобы привлечь наше внимание.

— Хорошо, итак, вы знаете, мы уже много лет пытаемся расширить бизнес в Тусоне. Но без партнерства с картелем и их прямого разрешения мы бы напросились на войну. Во-первых, мы бы проиграли Лос-Муэртос. А еще они хотят держать Жнецов подальше так же сильно, как и мы, поэтому Серхио согласился на пробное партнерство, где мы будем управлять их оружием.

Зал начал аплодировать, и глаза Преса нашли мои. Мы работали над этим партнерством в течение долгого времени. Два проклятых года, если быть точным. Есть чертовски много причин объединиться с крупнейшим из мексиканских картелей. Для клуба сотрудничество с «Лос-Муэртос» означало приобретение могущественного союзника. Кроме того, этот альянс, как мы надеемся, будет держать Жнецов в узде.

«Скелеты общества» не связывались с тяжелыми наркотиками или торговлей людьми. Мы не хотели быть настолько испорченными.

Торговля оружием была излюбленным ядом нашего клуба.

— Это будет хороший способ держать скользких ублюдков подальше от нашей территории, — заявил Прес, стукнув кулаком по столу. Вызвав еще один взрыв аплодисментов. — Деньги очень быстро превращают слабаков в монстров, — сказал он, глядя всем сидящим за столом в глаза. Его слова были предупреждением. Любой, кого поймают на связи со Жнецами, будет наказан.

Жнецы работали с ублюдками, готовыми покупать женщин. Тип людей, которые заставляли всех нервничать, — люди с глубокими карманами и большой защитой.

Вот почему Серхио не хотел, чтобы Жнецы были на его территории. Он не боялся клуба; он с подозрением относился к тому, с кем они сотрудничали. Кроме того, «Лос-Муэртос» зарабатывали кучу денег на торговле оружием и контрабанде наркотиков, и картель был на шаг впереди закона. Торговля людьми все бы испортила.

Я наклонился вперед, положив руки на стол, за которым мы все сидели. Это моя область компетенции в клубе, и я работал над этим партнерством с тех пор, как попал сюда.

— С кем мы будем работать? Серхио? Марио? — решил узнать я.

На улице ходили слухи, что Марио отвечал за все поставки оружия в «Лос-Муэртос». Я надеялся, что он будет нашим контактным лицом. Таким образом, я мог бы работать непосредственно с ним.

Это значительно облегчило бы мою работу.

Прес провел рукой по своей седоватой бородке.

— В последний разговор с Серхио так и было сказано. Вы с Дексом встретитесь в их стрип-клубе в Тусоне и обсудите нашу договоренность. Посмотрите, на что похожа их текущая работа. Предложите изменения, если посчитаете это необходимым. Получите любую информацию, которая вам нужна для выполнения работы, — президент замолчал.

Раздраженное ворчание сорвалось с моих губ, когда я откинулся на спинку стула, мой мозг лихорадочно перебирал все, что нужно подготовить для встречи.

— О, я уверен, что мне нужно будет внести изменения. Как можно успешно продавать оружие из гребаного стрип-клуба? — я закрыл глаза. Блять. Я знал, что это дерьмо будет не так просто, как надеялся. — Держу пари, они даже никогда не вывозили оружие из Тусона. Мы будем их чертовыми подопытными кроликами, — прорычал я.

Звук моего удара ладонью по столу эхом разнесся по комнате. Я был зол, что теперь в мою работу входит переделка их системы. Я отчаянно хотел встретиться с «Лос-Муэртос» и начать нормально работать.

Декс присоединился ко мне, звуча слишком жизнерадостно.

— Я слышал, что у них процветает бизнес. Чувак, похоже, знает, что делает. Все мои контакты говорят, что они довольны своими поставками, — отметил он.

Мои брови нахмурились.

— Ни хрена подобного. Какой идиот будет пиздеть о мексиканском картеле? Вот так головы родственников оказываются в коробках на порогах дверей, — проворчал я.

Декс пожал плечами, совершенно не заботясь о куче дерьма, сваленной у наших ног. Типично.

«Лос-Муэртос» занимал высокое положение в криминальном мире. Никто не осмеливался им перечить.

Даже Четыре семьи в Нью-Йорке заключили предварительное перемирие с картелем. Никто не знал, кто победит в этой кровавой бойне — если вообще кто-нибудь победит. В отличие от мелких уличных банд, которые дрались за территорию и неуважение, крупные игроки заботились только о том, чтобы получить прибыль и избежать тюремного заключения или депортации.

— Эй, пиздюки, — рявкнул Прес. — Давайте помнить, что мы будем партнерами, но не можем им доверять. И это временно — пока мы не проявим себя. Следите за нашими делами и используйте эту сделку любым возможным способом, — Прес снова посмотрел на меня, в его тоне слышались угрожающие нотки. — Будьте начеку, учитесь всему, что можете, и не выдавайте никаких клубных подробностей, — он выдерживал мой взгляд, пока я не смягчился и коротко не кивнул.

— Хорошо, церковь окончена. Ганнер, я сообщу тебе подробности встречи.

Мне нужно выпить стакан пива. Или три.

Все участники, возможно, и были моими братьями по клубу, но с Дексом мы были настоящими братьями. Не по крови, а по духу. К нему я всегда обращался. Плюс, он меня не бесил, как некоторые парни.

Мягкая кожа заскрипела, когда я плюхнулся в кресло рядом с ним. Через несколько секунд после того, как моя задница ударилась о сиденье, красные ногти вцепились в мою руку, обводя татуировки.

Гнусавый голос Лолли[8] звучал у меня в ухе, отчего мой глаз задергался от раздражения.

— Ганнер, милый. Я так скучала, — промурлыкала она, пытаясь звучать сексуально.

Однажды я спросил ее, почему она выбрала себе такое дурацкое имя. Она утверждала, это потому, что она может сосать член, как леденец. Для кого-то другого это могло бы стать аргументом в пользу. Я взглянул на руку, задержавшуюся на моем бицепсе, прежде чем рассмотреть ее полностью. Ее сиськи вываливались из майки, а обесцвеченные светлые волосы были собраны на макушке.

Женщина была неумолима. Она так сильно хотела стать моей леди[9], что пыталась вцепиться когтями в любого. Я ей отказывал, но она не понимала намеков. Думаю, она чувствовала, что в конце концов измотает меня.

Горлышко пивной бутылки коснулось моих губ, и я залпом выпил. Большинство называли алкоголь жидким мужеством. Мне не нужна смелость. Мне нужно терпение, чтобы я не разгневался.

Лолли продолжала гладить меня, как чертову собаку.

— Слышала, у тебя новый союз, милый. Настоящий стресс. Хочешь выпустить пар?

Мои брови приподнялись от ее заявления. Ей нельзя знать эту информацию. Она ошибочно приняла мою реакцию за интерес к ее предложению и скользнула руками вниз к молнии на моих джинсах. Я сжал ее руку, прежде чем они добрались до места назначения.

— Кто, черт возьми, сказал тебе это, Лолли? Ты не должна знать о клубных делах, так откуда, черт возьми, ты об этом знаешь? — я зарычал.

Терпение от пива недостаточно долго продержалось.

Ее лицо побледнело от моего заявления.

— Я… я просто услышала, — пробормотала она.

— Тебе лучше убежать, Лолли. У Ганнера такой бешеный взгляд, который появляется перед тем, как он начинает стрелять в людей, — сказал Декс, выглядя совершенно непринужденно, пока я заводился от злости. — Если только ты не хочешь получить еще одну дырку в своем теле, — добавил он.

Прежде чем я смог расспросить ее, она исчезла. Декс прочистил горло.

— Итак, мы идем в захудалый стрип-клуб, которым управляет картель. Как думаешь, они заставляют танцовщиц носить сомбреро? Или, может быть, маски лучадора… — он сделал паузу, чтобы сделать глоток пива. — А что, будет сексуально.

Я посмотрел на Декса, не понимая, почему он так серьезен. Не было никаких признаков того, что он шутит, и я больше не мог сдерживать свой вопрос.

— Ты хочешь приватный танец от цыпочки в маске мексиканского борца? — недоверчиво спросил я.

Лицо Декса сморщилось, когда он обдумал это.

— Еще бы, — его ответ заставил меня громко рассмеяться, некоторые братья обернулись и посмотрели на нас.

— Ты больной ублюдок, Декс.

Он ухмыльнулся моему комментарию.

— О, кто бы говорил, Ганнер. Я вижу, как женщины уходят от тебя. Сучки не могут дождаться еще одной возможности, чтобы их прижали к стене и трахнули. Может быть, мы сможем хорошенько потрахаться, пока будем на встрече. Мне нужно немного разнообразия от клубных дамочек.

Я кивнул в знак согласия, но у меня не было никаких планов отвлекаться на девок Лос-Муэртоса.

У меня много работы.

ГЛАВА 4

Райан

«Лотери́я» — мой дом вдали от дома.

Кончики моих пальцев коснулись гладких оштукатуренных стен снаружи клуба. Всего через несколько часов вокруг этого здания выстроится очередь, и все они будут с нетерпением ждать прохода внутрь.

В большинстве дней «Лотерия» казалась мне больше домом, чем наша с Никки квартира. Я заливала клуб кровью, потом и слезами — обычно пролитая кровь была не моей, но суть в том, что я надрывала задницу ради этого места. По иронии судьбы, клуб был подарком Марио. Серхио передал мне управление стрип-клубом по его просьбе. Я умоляла хоть о какой-нибудь должности в «Лос-Муэртос», но Марио не позволил мне танцевать стриптиз. Не то что бы я этого хотела, но раздражало, что он держал меня на полке, как куклу.

Мой взгляд упал на главную сцену, напомнив о том, какой дырой было это место раньше.

А потом моя счастливая задница появилась здесь много лет назад, и я поняла, почему Марио настоял именно на этом клубе. Он думал, что я ничего не смогу с этим сделать, и побегу обратно к нему. Когда я вступила во владение, здесь был полуразрушенный стрип-клуб в гетто Тусона. Девушки занимались не пойми чем и продавали наркотики. Никто из них не испытывал ни капли лояльности к «Лос-Муэртос». Наверное, они даже не знали, что клуб принадлежит картелю.

Так что я, как говориться, прибралась в доме. Любой, кто не хотел помогать, оказывался на обочине. Мои большие мечты об этом месте и необходимость быть замеченной поддерживали мотивацию.

Теперь мы были гребаной версией Бродвея в Тусоне, и я заработала кучу грязных денег для «Лос-Муэртос» благодаря популярности клуба.

Дверь кабинета вывела меня из ностальгического состояния. Я прошла через комнату и увидела, что Никки сидит на одном из стульев лицом к моему столу, а не работает внизу, как ей положено.

Мой голос прорезал тишину комнаты.

— Слушай, ты хоть когда-нибудь работаешь?

Она не потрудилась оторвать взгляд от экрана своего телефона.

Я закатила глаза. Мы обе знали, что я не выгоню ее.

— Я веду ночной образ жизни. Наверное, мне следует принимать какие-нибудь добавки с витамином D из-за недостатка солнца, — я не знала, слушает ли меня Никки.

Моя задница ударилась о стул, стон сорвался с губ. Я спала как убитая из-за сообщений Марио, прокручивавшихся в моем мозгу всю ночь.

— Это не единственный витамин D, который тебе нужен в жизни.

Ее хриплый тон заставил меня раздраженно приподнять бровь. Конечно, Никки не могла поддерживать беседу, не упоминая секс. Она начала смеяться над своей шуткой, и я попыталась скрыть свою улыбку, закатив глаза.

— Кроме того, я — единственное солнышко, которое тебе нужно в жизни, — сказала она.

Мои руки скрестились на груди, когда я перевела взгляд на Никки.

— Ох, Диос мио… Никки, только потому, что ты выбрала Саншайн[10] в качестве своего сценического псевдонима, не значит, что я буду называть тебя так. Еще хуже, если бы ты выбрала Куки[11] или, не дай бог… Кэнди[12], — я изобразила дрожь при упоминании последнего, зная, что она поймет.

Она ахнула от ужаса, прижав наманикюренную руку к сердцу, как делают южане. Я чертовски хорошо знала, что это не так. Не знаю, откуда она родом, но акцент, который она время от времени пыталась скрыть, не был южным. И ругательства, которые она произносила себе под нос, точно не испанские.

— Не оскорбляй меня её прозвищем.

Смех сорвался с моих губ от того, насколько оскорбленной притворялась Никки.

Кэнди — так звали вонючую сучку, которую я выгнала из «Лотерии» месяц назад. Никки раздраженно фыркнула, убирая с лица выбившуюся прядь волос.

— Прошмандовка, думала, если Марио нанял ее, она может делать все, что захочет, — кипела она.

Некоторые высоко поднимались и потом пиздели в гримерке. Все это может сработать в других клубах, но не в моем. Девочки знали, что от них требуется быть чистыми, или они могут собрать свои вещи и свалить.

— Кстати. Мы так и не поговорили о том, какого хрена ты заявилась домой прошлой ночью с кровавыми брызгами по всему телу…

Никки сначала была просто моей сотрудницей и со временем превратилась в мою сестру. Когда мы захотели жить вместе, я решила посвятить ее в свои внеклассные занятия. Она знала, что я управляла «Лотерией» для картеля, но не знала, что я выполняла неприятную работенку. Но было бы трудно спрятать небольшой арсенал, который я держала в своей комнате, поэтому я и об этом сказала Никки.

Моя голова ударилась о спинку кресла, и я с радостью почувствовала тяжесть своей руки на глазах.

Может быть, я смогу вечно прятаться в кабинете.

— Мне нужно было провести… собеседование. Но появился Серхио и все испортил, — я сделала паузу на секунду, поглядывая на Никки из-под руки. — В последнее время в Тусоне что-то не так. Чуваки, за которыми я слежу, чего-то ждут. Но я, черт возьми, не знаю, что именно.

Я прикусила нижнюю губу, думая обо всех возможных вариантах развития событий.

— Фу, — Никки ущипнула себя за переносицу, как будто это ей пришлось разбираться с дерьмом, попавшим в вентилятор. — Ты и твои чертовы предчувствия, Райан. Ты всегда права, когда дело доходит до такого.

Ее голубые глаза встретились с моими, я все еще едва выглядывала из-под предплечья. Обвиняющий палец указал в мою сторону.

— Ла Бруджита — очень подходит тебе. Ведьма… ты на самом деле ведьма.

Не теряя ни секунды, мы с Никки одновременно засмеялись.

— Скажи, что я неправа? — мы разразились хохотом, прежде чем, наконец, успокоились. Я потерла лицо руками. Усталость и стресс догоняли меня. А ночь только начиналась.

Никки права. Мои смутные предчувствия обычно сопровождались плохим дерьмом. Нуждаясь в смене темы, я заговорила о том, почему Серхио был в клубе.

— Серхио хотел встретиться, сказать, что я возглавляю новую сделку по продаже оружия, которую он заключил с МК «Скелеты общества». Он хочет, чтобы я руководила альянсом, поскольку я хорошо знаю внутреннюю работу трущоб Тусона, — объяснила я.

— Нет, — Никки вытянула одно слово. — Серхио хочет, чтобы ты руководила этим, потому что его самовлюбленный засранец сынок бегает по шлюхам, оставив тебя здесь разбираться со всем дерьмом, — презрительная усмешка слетела с губ Никки. — Но, хотя бы теперь ты можешь быть сучкой-боссом, и заставлять людей признавать это.

Я поиграла со шнурком на толстовке, хмурясь на слова Никки. Ей не понравятся сообщения, которые я получила прошлой ночью от Марио.

— Что, черт возьми, он сделал, Райан?

Черт, она хороша.

— Ничего, — пробормотала я.

Свет и движение привлекли мое внимание к стеклянной стене, откуда открывался вид на клуб внизу. Хотелось бы надеяться, что Никки будет труднее прочитать беспокойство на моем лице сбоку.

— Ты же знаешь, какой он. Он думал, что я откажусь от Лотерии и перееду с ним в Синалоа. Так что все новые отмазки ему не нравятся, — я не упомянула, что его сообщения казались странно угрожающими.

Я сама поверила этим угрозам.

Еще одна посредственная попытка убедить себя в том, что недостаток сна вызывал у меня подозрения. Я оглянулась, когда услышала вздох Никки. Она выглядела как кислый лимон. Мне не понравится то, что она сейчас скажет.

— Слушай, это последнее, что я скажу на эту тему, потому что мы обе знаем, я такая же идиотка, когда дело доходит до чувств и прочего дерьма, — она одарила меня улыбкой, прежде чем добавила. — Но легче обсуждать дерьмо других людей, чем подчищать свое собственное. Райан, ты крутая чувиха, которая, блять, выше всяких сосунков. Ты взяла дерьмовый стрип-клуб и превратила его в убежище для женщин, которые подверглись насилию, и которые не могут больше ничем заниматься, кроме стрипа. Ты даешь таким девушкам, как я, шанс выжить. Ты остаешься авторитетом для всех там, внизу. Им платят хорошие деньги, от которых ты никогда не забираешь ни гроша, и ты защищаешь их… — она оборвала свои слова, мой желудок сжался. — Но ты, похоже, не осознаешь, что попалась в ловушку.

Я ощетинилась от ее слов. Черт, Никки знала, как попасть прямо в яремную вену.

Все, что она сказала, было слишком близко к истине, но я боялась открывать эту пресловутую дверь, чтобы проанализировать, было ли то, что она сказала, правдой. В течение многих лет я запихивала эмоции и воспоминания, с которыми не хотела сталкиваться, в дальний угол своего сознания. В моменты честности я признавала, что отрицание не вредит, потому что думала: ненадолго останусь здесь.

Есть причина, по которой не так много женщин связывалось с преступными организациями. На самом деле, Скар была единственной, кого я знала. И у нее свои проблемы в Нью-Йорке.

Холодное безразличие, которое я обычно не проявляла к Никки, вдруг вылезло наружу. У меня полно работы, и я не хочу углубляться в эту тему с ней — вообще ни с кем.

— Я не в ловушке, Никки. У меня сложные отношения с Марио. Окей? — ледяной тон ясно давал понять, что здесь нет места для дискуссий.

Никки умела читать людей почти так же хорошо, как и я. Поэтому она сменила тему. Но я не упустила из виду, как слегка расширились ее глаза. Это первый раз, когда до нее дошло, насколько я опасна.

Вечера кино с китайской кухней и всеми возможными частями фильма «Добейся успеха» были способом скрыть от нее мою смертоносную сторону. Но этот момент позволил ей взглянуть на меня без розовых очков. Укол беспокойства, что она сочтет меня недостойной дружбы, пробежал по телу. Но ее жизнерадостный тон помог облегчить это чувство.

— Итак, ты познакомишься с кучей байкеров. Разница в возрасте может быть очень даже на пользу, знаешь ли. Найди мужчину постарше, который позаботится обо всех твоих потребностях, — Никки добавила преувеличенное подмигивание, как будто я уже не знала, — почти все, что она говорит: намек на секс.

— Я не буду встречаться ни с кем из Скелетов общества, Никки, — сухо сказала я, заработав закатывание глаз. — Я заключу с ними сделку, нужно, чтобы они относились ко мне серьезно.

На мгновение на лице Никки появилась надутая гримаса, прежде чем она вытащила свой телефон, печатая как сумасшедшая.

— В таком случае, тебе нужно надеть костюм плохой сучки, — она посмотрела на меня с ухмылкой, и вдруг показалось, что я стала добычей, а Никки — хищником.

ГЛАВА 5

Ганнер

— Черт. Это не то, что я ожидал увидеть, когда Прес сказал, что наша встреча состоится в стрип-клубе. Это гораздо более… изощренно, чем я себе представлял, — тон Декса сменился с благоговения на разочарование. — Это не похоже на то место, где я могу воплотить свою фантазию о маске лучадора.

Я оглянулся и приподнял бровь, услышав неподдельную печаль в его голосе.

— Чувак, тебя надо лечить, я уже беспокоюсь, — покачав головой, я снова сосредоточился на увиденном. Мой брат не ошибся. Перед нами стояло современное здание в испанском стиле с гладкими белыми оштукатуренными стенами, черепичной крышей и металлической вывеской. Название стрип-клуба было выделено красным.

«Лотерия».

Моя челюсть сжалась от такого поворота событий.

— Почему, черт возьми, мы не знали, как он выглядит? Я ненавижу дерьмовую информацию, — я сделал паузу на секунду, пытаясь обуздать свой гнев. — Пойдем. Нужно успеть на встречу, — натянуто сказал я, перекидывая ногу через байк и устремляясь к клубу. Я был взбешен тем, что встреча проходит ночью.

Первоначальная сделка заключалась в том, что мы будем работать с Марио. Но сегодня президенту позвонил Серхио и изменил контакты. А теперь, совершенно неожиданно, нас обвели вокруг пальца и подсунули незнакомца. Кроме того, предупредив так поздно, я не смог получить никакой информации до встречи.

Я крикнул через плечо Дексу.

— Держу пари, этот Райан даже не знает, как нормально контролировать сделку с оружием. Серхио играет с нами.

Декс услышал разочарование в моем голосе и мудро решил не комментировать. Мои брови взлетели вверх, когда мы приблизились ко входу в клуб. Я не ожидал, что картель будет владеть стрип-клубом с гигантской аркой, увитой лианами. Единственное, что казалось нормальным в этом месте, так это то, что у входа стоял громила.

Чем, блять, его родители кормили?

Мой взгляд переместился на очередь людей, окружившую здание, и я удивился, что тут были не только рогатые мужики. Я не видел никого, кто обычно ассоциировался бы с захудалым стрип-клубом. Что, черт возьми, происходит? Декс думал также, потому что он подозвал охрану.

— Эй, ты, сегодня вечером что-то будет? — спросил он с фальшивым испанским акцентом, из-за которого звучал как придурок.

Громила приподнял бровь.

Мой локоть врезался в ребра Декса, заставив его издать натужный стон.

— Серьезно, Декс? «Эй, ты»? Не зли великана, который может тебя съесть. И твой испанский дерьмовый, — прошипел я.

Декс махнул рукой и продолжил говорить. Слава богу, он избавился от акцента.

— Для стрип-клуба здесь слишком много цыпочек и нормальных парней, вместо извращенцев.

Охранник фыркнул от смеха, открывая бархатную веревку, чтобы впустить нас внутрь.

— Лучше бы Райан не слышать, как ты называешь это место стриптиз-клубом перед клиентами. Это латиноамериканский бурлеск, — он указал головой в сторону очереди. — Именно поэтому куча желающих. И иностранцев. Их киски такие вкусные, — заявил он.

Меня взбесило то, что я был впечатлен. Умный ход — не называть это стриптиз-клубом, чтобы привлечь больше людей. Юридически успешный бизнес, это когда глаза не видят нелегальную деятельность.

— Вы трахаетесь со стриптизершами? — тон Декса был полон удивления. — Это грязно для бизнеса, — конечно, он застрял на теме киски.

— Нет, каброн[13], женщины, которые приходят сюда, возбуждаются, наблюдая за шоу, а потом им нужен мужчина, чтобы трахнуться у стены. Понял?

Затем в голосе большого мужчины зазвучали почти испуганные нотки.

— Босс отрежет нам яйца, если мы приблизимся к танцорам, но к посетителям — можно. Кстати, удачи вам с Райан, — он хихикнул.

Интересно, что охранник был больше обеспокоен о Райане, а не о Марио, но прежде чем я успел придать слишком большое значение его комментарию, интерьер клуба отвлек меня.

— Срань господня, — прошептал Декс, когда мы прошли через внешнюю арку в сердце клуба.

Я моргнул, оглядываясь.

Черт. Думаю, деньги здесь не проблема.

Бар был полностью сделан из мрамора, со стеклянными полками, заполненными ликерами. Красный свет отражался от бутылок, усиливая чувственное ощущение пространства. Стены и потолок были выкрашены в угольно-серый цвет, а на стенах висели огромные фотографии в рамках, изображающие различные элементы карточной игры «Лотерия»[14].

Я недоверчиво покачал головой. Неудивительно, что мы не нашли никаких придурков снаружи.

Лестница вела к углублению, в котором располагалась главная сцена. Небольшие возвышения с шестами усеивали пространство между столами. Мой взгляд зацепился за парочку в чувственных объятиях, исполняющую какой-то латиноамериканский танец на главной платформе. Другие женщины в темно-красном нижнем белье и масках сахарных черепов танцевали на своих шестах.

Локоть Декса привлек мое внимание.

— Чувак, как думаешь, меня наймут? Мне нравится их униформа. Я мог бы танцевать без рубашки в обтягивающих штанах мариачи. Черт возьми, да.

— О чем ты говоришь, Декс? — спросил я, прежде чем заметить одного из официантов-мужчин.

— Мы бы наняли вас. Дамам нравится глазеть, — женщина с короткими светлыми волосами подошла ко мне и Дексу. — И на вас двоих был бы спрос. По четвергам вечером у нас на шестах танцуют мужчины. Это один из наших самых популярных вечеров, — на ее лице появилась ухмылка.

Прокашлявшись, я попытался вернуть разговор в нужное русло.

— Похоже, это место процветает… с точки зрения бизнеса.

Я мог признать, что был неправ, и казалось, этот Райан знает, как вести дела. Или, по крайней мере, как усовершенствовать стрип-клуб.

Девушка коротко кивнула, но промолчала на эту тему.

— Ганнер и Декс, я полагаю, — блондиночка практически трахала Декса глазами, но так же быстро, как начала, она остановилась. Развернувшись на каблуках, она направилась к частично скрытой лестнице у бара. Окликнув нас через плечо, она сказала: — Пожалуйста, следуйте за мной. Я покажу вам, где будет встреча.

Декс наблюдал за ее задницей всю дорогу вверх по лестнице. Этот мужчина был распутником, и каждая женщина для него добыча.

Я прошептал ему:

— Думаю, она надела бы маску лучадора для тебя.

Хитрая усмешка расползлась по его лицу, и он приподнял брови в ответ. Я подавил смех, пытаясь скрыть его кашлем.

— Джентльмены, — Блонди остановилась перед первой комнатой наверху лестницы, ожидая, пока мы догоним ее, прежде чем толкнуть дверь. Во второй раз за эту ночь интерьер заведения заставил мои брови подняться вверх. Вся левая стена была односторонним стеклом — с видом на клуб внизу. Прямо перед большим деревянным столом стояли два бархатных кресла. Настроение офиса соответствовало настроению клуба, но ничто не дало мне представления о владельце.

Голос Блонди прозвучал у меня за спиной.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Они скоро будут.

Я помахал рукой через плечо в знак признательности, слишком занятый, пытаясь оценить комнату.

— Мой засранец-друг имеет в виду: «спасибо, что показала нам офис», — кокетливый тон Декса заставил меня закатить глаза. Когда его задница ударилась о кресло, я услышал характерный щелчок закрывающейся двери.

Декс первым нарушил молчание, говоря тихо на случай, если кто-нибудь подслушивал.

— Думаю, этот Райан может быть полезен. Похоже, Серхио и Марио дают ему большую свободу действий. Возможно, мы нашли связь с Лос-Муэртос, — прошептал он.

— Было бы лучше работать с Марио напрямую, — прямо сказал я, разочарованно вздохнув. — Но ты прав, мы должны работать с тем, что есть, и Райан может стать нашим лучшим вариантом.

Прежде чем мы успели что-то сказать дальше, дверь открылась. Я моргнул, и в следующее мгновение мой «Глок» оказался в руке, направленный на мужчину в дверном проеме. Я немного расслабился, когда мой мозг осознал тот факт, что это вошел Серхио. Его густая черная бровь приподнялась в ответ на то, что два пистолета были направлены ему в грудь.

Ну, три. Дексу нравилось носить с собой оба. Сказал, что так он чувствует себя ковбоем. Но Серхио был удивительно спокоен.

— Буэнас ночес, джентльмены. Нервничаем, да? — в голосе вора послышался намек на веселье.

— Привык к тому, что на тебя наставляют пистолет? — я бросился на него в ответ.

Я лично не знал этого парня, но вспомнил о слухах, что Серхио был страшным ублюдком. Так что, хотя альянс означал, что мы должны быть в безопасности на этой встрече, я не настолько глуп, чтобы ослабить бдительность. Для этого потребовалось бы нечто большее, чем соглашение о рукопожатии между преступниками.

Тем более, ходили слухи — наследник «Лос-Муэртос» не обладал такой же лояльностью, какой был известен картель. Было бы глупо предполагать, что он не унаследовал эту черту характера от своего отца. Поэтому, пока не будет доказано обратное, я не доверял ни одному члену картеля.

— Нет, гринго, я привык к тому, что в меня стреляют. Ты хочешь стать следующим, кто это сделает? Потому что, если нет, уберите свои гребаные пистолеты, — сказал он.

Я натянул улыбку, прежде чем заговорить, сохраняя свой легкий тон.

— Нет, я просто хотел произвести на тебя впечатление своей быстрой реакцией, — существовала тонкая грань между самоутверждением и унижением человека, и мне нужно быть осторожным.

— В таком случае, — Серхио обошел стол и сел. Его взгляд блуждал по Дексу и мне: — Спасибо за демонстрацию, и добро пожаловать на территорию Лос-Муэртос.

Я заметил предупреждение в тоне Серхио, когда он упомянул, что мы на территории Лос-Муэртоса. Сообщение было ясным. Независимо от нашего союза, он не потерпит неуважения. Я восхищался этим, но Серхио тоже стоит знать: не следует проявлять неуважение к нам с братом.

— Мы слышали, что у вас есть новый протеже, который занимается торговлей оружием. Мы с ним тоже встретимся, верно? — я попытался скрыть свое раздражение из-за того, что этот чувак еще не пришел.

Кто опаздывает на первую встречу?

Серхио слегка нахмурился, но его быстро сменила улыбка — он был похож на кота, который съел гребаную канарейку. Это не должно было выглядеть угрожающе, но я понервничал.

— В последнюю минуту возникли кое-какие дела, так что Райан присоединится к нам после того, как все уладится. А пока, мальчики, могу я предложить вам что-нибудь выпить? Могу отправить Никки смс с нашим заказом, чтобы она принесла его из бара, — закончил он, вытаскивая свой телефон и выжидающе глядя на нас.

Декс и я проговорили, что хотим, и я откинулся на спинку стула, готовясь к светской беседе, пока не придет Никки. Но через несколько мгновений после отправки сообщения дверь распахнулась.

— Это было фас… — комментарий Декса прервался, и его рот открылся от того, что он увидел в двери позади нас.

Прежде чем я успел обернуться, уже краем глаза заметил женскую задницу и чуть не свернул себе шею, чтобы лучше рассмотреть. Ее черные волосы были собраны в гладкий конский хвост, который доходил до поясницы. Размах хвоста умолял меня обхватить его одной рукой, а другой держать ее за горло. У меня вырвался стон, когда я увидел, во что она была одета, — облегающий белый костюм, который выглядел так, словно её в него вшили.

Кофейного цвета глаза встретились с моими в тот момент, когда она обернулась. Тяжелый взгляд — уверенная в себе женщина. Я чуть не подавился своим языком, когда осмотрел ее тело. Пиджак был застегнут на несколько дюймов выше пупка, и никакой рубашки.

Я был удостоен зрелища ее загорелой кожи и декольте. Кровь мгновенно прилила к члену, и мозг затуманился от вожделения. Я понятия не имел, что костюм может быть таким сексуальным на женщине, она выглядела как гребаная экзотическая богиня. Все, чего я хотел, — это сорвать с нее костюм, наклонить над столом Серхио и вонзить свой пульсирующий член в ее теплую киску. Волна собственничества накатила на меня, когда я краем глаза заметил, как Декс поправляет штаны. Желание крикнуть Дексу, чтобы он закрыл глаза, или я вырву их, было почти невыносимым.

Но мои вены мгновенно превратились в лед, когда я заметил озорную улыбку, которой одарил ее Серхио. Мои губы скривились в отвращении от моей же реакции.

Очевидно, эта Никки должна отвлечь внимание. Женщин часто использовали подобным образом в преступном мире, и большинству из этих женщин удавалось спать с властными мужчинами, при этом вонзая ножи в спину на пути к вершине.

Я был уверен, что эта женщина ничем не отличается от других.

ГЛАВА 6

Райан

В какую фантазию о мотоклубе я попала? Серхио не упоминал, что Скелеты будут такими чертовски горячими. Тот, что сидел ближе всех к моей стеклянной стене, выглядел как в порно из семидесятых, из которых в буквальном смысле создавались мои мечты.

Я всегда говорила Никки, что мое сексуальное пробуждение произошло из-за Тома Селлека.

Мои глаза блуждали по его телу; он выглядел так, словно мог бросить меня на произвол судьбы. Я заметила это исключительно по тактическим соображениям… потому что я была профессионалом.

Его темные волосы выглядели непринужденно растрепанными, и он был покрыт татуировками от шеи до кончиков пальцев.

Боже, этот мужчина прекрасен.

Я провела языком по нижней губе, проверяя, не пустила ли слюни, тем более что он рассматривал каждую мою деталь. Он прищурился, его кулаки сжались. Я чуть не задохнулась, когда его оценивающие зеленые глаза встретились с моими. Не знаю, то ли этот горячий взгляд из-за ненависти, то ли из-за желания трахнуть.

С другой стороны, может быть и то, и другое.

Язык его тела выглядел непринужденно. Но от меня не укрылось: он стоял так, чтобы видеть одновременно дверь и стол, держа пистолет в легкодоступном месте. У этого человека есть подготовка. И он доверял гиганту, сидевшему рядом с ним, поскольку тот сидел спиной к стеклянной стене. Конечно, мы были на втором этаже, но при нашей работе не продержишься долго, если будешь считать, что ты в безопасности.

Очевидно, этот Джакс Теллер[15] был в плохом настроении. Его хмурый вид, вероятно, заставил бы взрослых мужчин наложить в штаны.

Но голос его был мягким, как хорошо выдержанная текила, отчего мои бедра сжались.

— Это частная встреча. Я полагаю, Серхио отправил вам наш заказ. Почему ты его не принесла? — он отвел взгляд, фактически отвергая меня.

Я усмехнулась и посмотрела на Серхио с выражением «что блять». Что он сказал?

Я что, в криминальном панк-клубе?

Глаза этого мудака снова повернулись ко мне, оглядывая меня с головы до ног с насмешкой.

— О, и Никки, постучи в следующий раз вместо того, чтобы врываться, и принеси Райану то, что он обычно пьет. Я уверен, ты хорошо знакома с такими, как он, — последняя часть была сказана с небольшим добавлением яда.

Мои брови взлетели вверх. Очевидно, он разозлился, что «Никки» может быть хорошо знакома с Райаном. Его раздражение выдало легкий нью-йоркский акцент, отчего он еще больше походил на осла.

Черт, как его голос может возбуждать и тут же выводить из себя?

Прежде чем я успела хотя бы попытаться ответить на чушь, исходящую из уст этого придурка, раздался стук в дверь.

— Войди, — я смотрела на мудака сверху вниз, отдавая команду. Не думаю, что когда-либо видела настолько улыбающегося Серхио, когда в дверь вошла настоящая Никки. Он получал огромное удовольствие от всей этой ситуации.

— Итак, у меня есть выпивка для всех. Серхио, я не понимаю, как ты можешь выбирать «Modelo», когда у нас здесь есть первоклассная текила. И Райан, подумала, что ты будешь маргариту со льдом, — Никки подняла глаза от своего подноса, совершенно не подозревая о бомбе, которую она только что сбросила на мальчиков.

— Спасибо, Никки. Ты так хорошо знаешь, что мне нравится, — я использовала тот же приторно-сладкий тон, которым она словесно отрубала мужикам яйца.

Она сморщила нос в замешательстве, но ничего не сказала и ушла, как только напитки поставила на стол. Серхио разразился смехом, как только дверь закрылась. Я могла поклясться, что в уголках его глаз появились слезы. Между тем, я чувствовала смертельный взгляд.

Отличное начало.

— О черт, — шепчущий крик сорвался с губ крупного мужчины.

Он выглядел так, словно смотрел сериал по телеку. Его глаза были большими, как блюдца, когда он делал огромный глоток своего напитка и украдкой поглядывал на своего друга. У меня было предчувствие, что для этой встречи понадобится алкоголь.

Наконец успокоившись, Серхио решил, что, возможно, было бы неплохо разобраться с той дерьмовой бурей, которую он создал. Мои пальцы сжали переносицу. Проклинаю свою мать за то, что она хотела быть модной и «более американской», назвав меня как пацана.

Диос мио.

— Джентльмены, это Райан. Она мой ведущий человек в этом партнерстве по сделке с оружием, — Серхио посмотрел туда, где я стояла рядом с ним, его рука указывала на братана этого мудака. — Райан, это Декс. Охранник Скелетов. И эсте каброн[16] — с ним ты будешь работать ближе всего. Сержант МК по вооружению, Ганнер.

Я не знала, хочу ли я дать ему пощечину или втащить с кулака. Может быть, я бы просто задушила его своей киской.

Пф, тогда он стал бы счастливчиком.

Я усмехнулась, отчего Ганнер бросил на меня сердитый взгляд, а затем наклонился вперед, положив руки на стол.

— Мы пришли сюда не для того, чтобы дурака валять, Серхио, — усмехнулся он. — Если ты не хочешь воспринимать это партнерство всерьез, мы оставим Жнецов на твою шею.

Я бросила на него злобный взгляд.

Нет. Он не умрет счастливчиком между моих бедер.

Лицо Декса стало серьезным, подтверждая то, что говорил его брат. Оба мужчины посмотрели в мою сторону. Я уверена, они хотели увидеть, как я отреагирую на их оскорбление. Все, что они получили, — это приподнятую бровь.

Много лет назад я бы показала, как меня разозлили слова Ганнера. Вероятно, ударив его ножом в бедро. Но быть женщиной в картеле трудно, так что я выросла непроницаемой. Их слова на меня не подействовали.

Однако эти два тупицы не учли, что Серхио может плохо воспринять их оскорбление. Он стал главным не потому, что говорил «пожалуйста» и «спасибо». И он определенно не смирился с тем, что кто-то оскорбляет его способность управлять своей операцией. Я отрубила пальцы многим мужчинам за их неуважение к Серхио.

Серхио наклонился вперед в своем кресле, положив руки на стол. Когда он ответил, его тон был таким ледяным, что мне показалось, будто температура в комнате упала на пять градусов.

— Я пропущу этот комментарий мимо ушей, Ганнер, из уважения к твоему президенту и к тому факту, что ты плохо знаешь Лос-Муэртос и меня. Но это будет единственный раз, когда я дарую тебе благословение. Никогда больше не подвергай сомнению мои слова, — Серхио сделал паузу, ожидая реакции Ганнера, и продолжил говорить только тогда, когда сержант по вооружению коротко кивнул. — Я согласился на это партнерство с вашим клубом, так что не оскорбляйте меня, предполагая, что вы найдете мне замену. Отсутствие члена не делает ее менее способной. Райан последние три года руководила нашей операцией по контрабанде оружия из Лотерии.

Брови Ганнера в замешательстве сдвинулись, что меня не удивило. Марио — это имя, связанное с торговлей оружием в «Лос-Муэртосе», даже если он ничего не делал. По крайней мере здесь, в Тусоне. Все делала я. Разбиралась с дерьмом, а Марио получал репутацию. Но мне все равно. Этот самый момент стоил всех секретов.

— Понятно. В таком случае, давайте продолжим встречу, — Ганнер откинулся и закинул руку на спинку кресло, пытаясь выглядеть расслабленным. Но я видела напряжение в его мускулистой спине и сжатую челюсть. Этот человек был взбешен тем, что работает со мной. А мне наплевать.

Встретившись со мной взглядом, он продолжил:

— Хочу увидеть, как ты работаешь. Посмотреть, какие изменения нам нужно внести. Можешь рассказать, что знаешь, и я уверен, что Серхио или Марио смогут рассказать остальное, — сказал он.

Я скрестила руки на груди и наблюдала, как взгляд Ганнера опустился к моему декольте, отчего ухмыльнулась.

Мужчины. Так легко отвлекаются.

— Можешь спросить Серхио или Марио все, что, блять, захочешь. Но за ответом лучше обращаться ко мне, — мои руки ударились о стол, и я наклонилась к разъяренному мужчине, взбешенная тем, что у меня возникло такое желание приблизиться к нему. — Тебе это может не понравиться, но я управляю районом. Уверена, ты слышал, что в Лос-Муэртосе все пушки толкает дамочка, — утверждала я.

Улыбка, которой он одарил меня, потирая рукой подбородок, заставила поежиться. Теперь я поняла, что имела в виду Никки, когда сказала, что мужская рука может возбуждать сильнее всего. Образы этих покрытых татуировками рук, блуждающих по моему телу, продолжали всплывать в голове. Этот ублюдок был мудаком — и раздражающе сексуальным.

— Хорошо, Бруджита. Вводи в курс дела, а потом и я подключусь.

Блять. Паренек, говорящий по-испански, был сексуальнее в десять раз, когда произношение на высоте.

Ганнер облизнул нижнюю губу, изо всех сил стараясь не сводить с меня глаз. Теперь я с болью осознавала, как сильно видно декольте. Чертова Никки и ее блестящие идеи. Но в эту чертову игру с глазами могут играть двое.

Я посмотрела вниз, туда, где его выпуклость явно натягивалась на молнию.

— Постарайся не отставать, большой мальчик.

С этими словами я оттолкнулась от стола и направилась к двери кабинета, зная, что они последуют за мной. Я все еще была в пределах слышимости, когда Декс, наконец, заговорил.

— Пиздец. Сексуальное напряжение между вами похоже на гребаную прелюдию.

Мои промокшие стринги соглашались с его наблюдением.

ГЛАВА 7

Ганнер

Эта чертова встреча прошла совсем не так, как я себе представлял. Как, черт возьми, мы не знали, что Райан, торговец оружием картеля в Тусоне, — женщина? И не просто какая-то женщина, а гребаная сексуальная богиня. Мой член был твердым с того момента, как я увидел покачивание ее бедер и идеальный изгиб задницы. Но потом она заговорила, и я чуть не кончил в штаны, как подросток. Не думал, что я мазохист. Но словесная порка, которую она мне устроила, когда я усомнился в ее способности выполнять свою работу, была дико возбуждающей.

— Убери свои глаза от ее задницы, Декс, — я зарычал на своего брата, когда поймал его взгляд.

Он хихикнул рядом со мной, подняв руки вверх в защите.

Мне не нравились собственнические чувства, которые я испытывал к этой женщине. Я здесь, чтобы выполнить работу, нельзя отвлекаться. Я надеялся, что ее часть работы будет дерьмовой, я разозлюсь и пойду дальше. Плюс, я буду слишком занят исправлением ошибок, чтобы обращать на нее внимание. Я готов поспорить, что она передала бразды правления какому-то другому человеку в Лос-Муэртосе. Конечно, Марио мог оставить ее за главную, но она, вероятно, просто перепоручила это кому-то другому. Я смотрел, как ее длинное, худощавое тело шагает по коридору к другой лестнице.

Да, это тело не занималось физическим трудом. Бьюсь об заклад, ее руки такие же мягкие, как и изгибы, — они никогда не видели тяжелой работы. Райан, должно быть, была подставным лицом. Она сидела в красивом кабинете, смотрела на клуб сверху вниз и пила маргариту со льдом. Ей платили за то, чтобы она выглядела красиво, и когда дерьмо попало в вентилятор, я уверен, другие люди за нее все исправили. Или она бежала плакаться Марио.

Я ощетинился от последней мысли. Какие у нее отношения с Марио? Серхио, казалось, близок с Райан, но по-семейному. Я знал, что у Серхио нет живых родственников, кроме сына. Смотрел ли Марио на нее как на младшую сестру? И почему, черт возьми, мысль о том, что он не видит в ней сестру, выводила меня из себя?

У подножия лестницы Райан остановилась перед толстой дверью с пин-кодом.

— Хорошо, мальчики, постарайтесь ничего не испортить, пожалуйста, — с этими словами она открыла дверь и вошла в то, что можно было описать только как своего рода склад.

Вдоль стен тянулись полки со спиртным. Ящики аккуратно сложены в одной части, и там была большая дверь для грузовиков, к которой можно было подъехать задним ходом. Остановившись посреди комнаты, она повернулась к нам лицом.

— Здесь мы принимаем посылки, — она кивнула на сложенные ящики. — Лотерия — это законный бизнес, и мы перевозим большое количество алкоголя. Так что никто и глазом не моргнет на все поставки, которые мы еженедельно получаем.

Подойдя к ящику, она открыла крышку и достала бутылку текилы «Анехо».

— Для посетителей нашего клуба мы известны своей фирменной текилой из Мексики. А в криминальном подполье… — она снова запустила руку в ящик, вытаскивая оттуда что-то еще. — Мы известны своими превосходными пистолетами.

Ее ухмылка вызвала у меня желание наклонить ее и шлепнуть по заднице за дерзость.

Декс присвистнул.

— Черт возьми. Ты знаешь, что делаешь.

Райан ослепительно улыбнулась в ответ на комплимент, прежде чем продолжить.

— Вы, наверное, знаете, что Лос-Муэртос — крупнейший картель в Мексике. Из Синалоа мы берем эти ящики. Когда я возглавила «Лотерию», я изменила структуру операций на почти невидимую, продавая алкоголь.

Она посмотрела на меня, прежде чем продолжить. Вероятно, убедиться, что я весь во внимание. Она не понимала, что я не мог уделять свое внимание ничему, кроме нее, даже если бы захотел. И это начинало меня бесить.

— Продажа спиртного и полуголые девочки приносят много денег, поэтому после того, как мы стали более популярными, я начала отмывать деньги из Лотерии для Лос-Муэртос.

Я придвинулся ближе. В тот момент, когда я оказался рядом с ней, она перевернула оружие, передавая мне рукоятку. Мои мозолистые пальцы коснулись ее нежной кожи, и я увидел, как она слегка вздрогнула.

Приятно знать, что я не единственный, кто здесь страдает.

— Вы раньше не отмывали здесь деньги? Обычно в стрип-клубах достаточно наличных, — вопрос Декса привлек внимание Райан, дав мне время взглянуть на пистолет и мысленно попытаться избавиться от желания трахнуть ее на этих ящиках.

— Так и было, но я не беру долю у девочек. Они хранят все, что зарабатывают, на сценах и чаевые, — ее тон не оставлял места для обсуждения этого вопроса. Эта тема явно вызывала споры в прошлом. — Они заслужили эти деньги. Я знала, что продажа мексиканской текилы станет идеальным прикрытием для получения регулярных поставок. Поэтому я начала вывозить отсюда огнестрельное оружие.

Это заявление заставило меня поднять на нее глаза.

— Ты решила торговать оружием? — недоверчиво спросил я.

Она быстро кивнула в ответ.

— До тех пор, пока вы, ребята, люди, которым я доверяла, не перевезли оружие отсюда на другие рынки. Быть популярной в кругах торговли — это и благословение и проклятие. У меня есть клиентура, но недостаточно людей, которым я доверяю, чтобы перевозить оружие. У меня есть связи до самого Нью-Йорка. Они занимаются Восточным побережьем и международной стороной. Но гребаные Жнецы решили, что хотят участвовать в этом. До сих пор мне удавалось держать их гребаные носы подальше от моих дел. И, надеюсь, теперь, когда вы будете управлять оружием, они отступят, — в ее голосе было явное презрение, когда она говорила о Жнецах.

Никто из нас не прокомментировал слона в комнате, который заключался в том, что Жнецы, скорее всего, воспримут это партнерство как пощечину и нанесут ответный удар. Декс снова нарушил молчание. Тишина заставляла ублюдка нервничать. Говорил, что именно в тишине демоны брали верх.

— Как вам удалось удержать их подальше от бизнеса?

Мой член дернулся от кровожадной улыбки, коснувшейся ее губ.

— Я бью битой любого, кто нуждается в напоминании. Из-за испорченных лиц получаются хорошие вестники, — ответила она.

Мой рот открылся от небрежного пожатия плечами. И прежде чем я успел сообразить, дверь, в которую мы вошли, распахнулась, и вошел еще один громадный мужчина.

— Черт. У вас здесь работают только великаны? — я не собирался задавать этот вопрос вслух. Райан посмотрела на меня и закатила глаза.

— Говорит человек, который выглядит так, будто может снести дом.

Я шагнул ближе к ней, наши тела едва соприкасались, и прошептал ей на ухо:

— Итак… ты трахала меня глазами наверху.

Ее голова резко повернулась, так что наши лица оказались в нескольких дюймах друг от друга, на ее лице было решительное выражение. Она не собиралась терпеть мое дерьмо.

— Как твой член чувствует себя за ширинкой? Думаю, будет не очень приятно по дороге домой, — она склонила голову набок и снисходительно улыбнулась.

Черт, какая же она напористая.

Мой язык пробежался по нижней губе, прежде чем я ответил.

— У тебя довольно красноречивый язык.

Райан придвинулась еще ближе, сократив расстояние между нашими лицами. Она взглянула на мои губы, прежде чем вернуться к глазам.

— Я многое могу сделать своим языком, Ганнер, — ответила она, ее теплое дыхание ласкало мои губы.

Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Напряжение между нами было таким сильным, что мне казалось, я задыхаюсь. На моих ладонях останутся следы в форме полумесяца от того, как сильно я сжимал кулаки, лишь бы не запустить руки в ее волосы и не прижаться к этим пухлым губам.

Она отстранилась; расстояние между нашими телами заставило меня нахмуриться, и хмурый взгляд только усилился, когда я подумал о своей реакции. Нужно найти способ изгнать эту женщину из своих мыслей.

— Очень жаль, что у тебя никогда не будет шанса испытать это чувство.

Она отшила меня, прежде чем подойти к тому месту, где ее сотрудник вошел на склад.

Большое тело Декса появилось рядом со мной.

— Чувак. Ты в жопе. У тебя будут синие яйца постоянно, если будешь работать с ней, — когда я повернулся, чтобы посмотреть на него, он снова поправлял свой член. Мой локоть угодил ему в ребра, что только заставило его рассмеяться.

— Прекрати пялиться на ее задницу, чтобы мне не пришлось смотреть, как ты ласкаешь свое барахло, — прошипел я.

Еще один смешок сорвался с губ Декса.

— О, не только ее задница заставляет меня ласкать свой член. Я говорил тебе. Наблюдать за вами двумя — это как порнуха. Мне нужно будет передернуть перед обратной дорогой, — кивнув в мою сторону, он добавил. — Похоже, тебе тоже.

Райан подошла обратно.

— Мальчики, вам придется самим выбираться. Случилось кое-какое дерьмо. Серхио уже договорился с вашим президентом. Я заеду в клуб в пятницу. Так что, увидимся. Пока, — она повернулась на каблуках, чтобы уйти.

— Подожди. Зачем тебе в клуб? — я позвал ее.

Это было для меня новостью. И хотя мысль о том, что она на моей территории, была привлекательной, это чувство быстро улетучилось, когда в моей голове всплыли образы того, как ее трахает кучка придурков. Я знал, что это произойдет, потому что по выходным в клубе всегда устраивались вечеринки. Так что означало, там будут клубные шлюшки, стриптизерши, тусовщицы и куча других ублюдков.

Она не потрудилась остановиться, решив бросить свой ответ через плечо.

— Не знаю. Спроси своего президента. Это он сказал Серхио, что ждет меня. Вероятно, убедиться, что твоя победоносная личность не испортила партнерство. Роберт проводит вас, ребята.

— Эй, — крикнул я ей вслед еще раз. — Не надевай ничего похожего на то, в чем ты сейчас.

Это замечание заставило ее сделать паузу. Она обернулась с растерянным видом и посмотрела на свой наряд, прежде чем встретиться со мной взглядом. С озорной ухмылкой она послала мне воздушный поцелуй, прежде чем скрыться из виду. Роберт, как назвала его Райан, развеселился.

— Эй, эйс, один совет насчет Бруджиты. Ее укус так же опасен, как и лай. На самом деле, даже хуже. Это женщина, которой не нужен мужчина. Ей нужен тот, кто знает, когда нужно встать рядом, позади или перед ней на колени. Сечешь? Делай это для нее, и она подарит тебе свою покорность и преданность. И эта женщина чрезвычайно предана, — я посмотрел на Роберта, ошеломленный его заявлением. Последняя часть была сказана вполголоса, но я все равно уловил ее. И намек на то, что кто-то использовал ее в своих интересах, заставил мою челюсть тикать. Но прежде чем я смог сформулировать ответ, вмешался Декс.

— Что это за любовь к джедаям, Роберт? Черт. Я полностью погрузился в свои чувства, — он протянул свой телефон парню. — Запиши мне какую-нибудь хрень вроде этой, чтобы я мог использовать ее, когда буду заниматься сексом с цыпочками.

Я закатил глаза на Декса. Но слова Роберта повторялись в голове.

* * *

Я потратил всю дорогу до лагеря на то, чтобы попытаться разобраться в том, что, черт возьми, я чувствую. После встречи в «Лос-Муэртос» было о чем подумать. Не считая мексиканской красавицы. До меня дошло, почему Райан должна прийти в клуб в пятницу вечером, и это меня не обрадовало.

В тот момент, когда мой байк припарковался, я сорвался с места и направился в здание клуба. Декс даже не успел полностью остановиться, но он позвал меня.

— Ганнер. Это клубные правила, и Серхио должен был это знать. Ты ничего не можешь с этим поделать, так что не делай глупостей. Ты знаешь, что поставлено на карту.

Я стиснул зубы от его слов, зная, что он прав, но все еще был злой. Я обуздал свой гнев, прежде чем подойти к бару, чтобы поговорить с президентом. Проявив к нему неуважение, я в лучшем случае получу разбитую губу и синяк под глазом, а в худшем — неглубокую могилу на заднем дворе.

Сделав медленный глоток виски, Прес оглядел меня с ног до головы.

— Будь осторожен, Ганнер. Я могу дать тебе больше веревки, чем у большинства, но это не означает, что у тебя есть больше возможностей повеситься.

Я махнул рукой, отметая его беспокойство.

— Да, да, я знаю, — я плюхнулся задницей на табурет и жестом попросил пива. — Но ты знал, что новый чувак Серхио — женщина?

Прес приподнял бровь в ответ на мое заявление.

Значит, он не знал.

Я взял пиво из рук новичка. Мне нужен алкоголь как можно быстрее, и не волновало, что я веду себя по этому поводу как придурок.

— Я слышал слухи о том, что Серхио и Марио держали к себе близко женщину. Думал, это сучка Марио или что-то в этом роде, — я крепче сжал бутылку, услышав, как Райан называют сукой. Но ничего не сказал. Моя реакция вызвала бы вопросы о том, почему я зол. Вопросы, на которые у меня нет ответа.

— Я и не подозревал, что она на самом деле замешана в картеле, — добавил он.

Кивнув головой, я сделал глоток пива, прежде чем перейти к деталям встречи.

— Мы выставили себя полными идиотами, президент. Однако Серхио, казалось, это понравилось. Мы думали, что Райан будет мужиком с членом. Поэтому, когда ворвалась женщина, — я сделал еще один глоток, качая головой при воспоминании. — Я сказал ей, что она может вытащить свою сладкую задницу, чтобы принести нам напитки, и запомнить, где ее место, — я провел рукой по лицу, вспоминая ее свирепый взгляд, когда отдавал приказы, думая, что она Никки. Я услышал взрыв смеха слева от себя и посмотрел на Преса, который, казалось, был так же удивлен, как и Серхио. Гребаные старые мудаки.

Через мгновение он успокоился, чтобы продолжить разговор.

— Итак, она знает, как управлять операцией, или нам придется проделать чертову тонну работы, прежде чем мы отправим первую партию?

Я вздохнул и ущипнул себя за переносицу, потому что не был до конца уверен, что ответить.

— Ну, я не знаю, как много она делает, или она просто делегирует полномочия и сидит своей милой задницей в офисе. Но установка Лос-Муэртоса была впечатляющей. Они прячут оружие в ящиках из-под текилы, они управляют популярным латиноамериканским клубом, известным своим выбором алкоголя… никто и глазом не моргнет, глядя на грузовики из Мексики.

Я оглянулся и увидел, что Прес одобрительно кивает головой.

— Посмотрим, из чего сделана эта цыпочка.

Я застонал от его ответа.

— Прес, ты же на самом деле не собираешься заставлять ее участвовать? Чувак, ты ее не видел. Она не из того же теста, что и мы. Черт возьми, на встречу она пришла в белом костюме. Я даже не знаю, как она связалась с Лос-Муэртос, но держу пари, она их дизайнер интерьера и менеджер клуба. Наверное, ее киска просто намокает, когда она изображает торговку оружием.

Бросив на меня свирепый взгляд, с намеком на угрозу в его тоне, он сказал:

— Ганнер, каждый гребаный вовлеченный человек обязан участвовать. Это прописано в нашем уставе, и я рассказал о них Серхио, прежде чем заключить сделку. Он точно знает, что от них потребуется, если мы станем партнерами. Лояльность и твердость. Так что, если она такая чопорная, как ты говоришь, тогда Серхио нарочно посылает ее к волкам.

Он постучал кончиками пальцев по барной стойке, размышляя.

— Держись поближе к ней в пятницу. Я хочу выяснить, почему ее ведут на бойню и почему нас используют для этого, — он сделал паузу, глядя мне в глаза. — Возможно, пятница — просто удобная возможность, потому что Серхио знал об этом, — Прес попытался встать. — Черт, может быть, его сын просто слабак.

ГЛАВА 8

Райан

Я посмотрела через лобовое стекло на забор. И провела свое исследование, в отличие от двоих болванов. У Скелетов был десятифутовый забор из сетки, окружавший весь комплекс с колючей проволокой по верху. Подвижный забор, за которым постоянно следил человек, был единственным входом или выходом. И если все-таки попасть внутрь, придется бороться с клубом, полным вооруженных байкеров.

Я подъехала к воротам и опустила стекло.

— Черт возьми, секси, эта штука твоя? Сколько минетов тебе пришлось сделать за нее?

Я подняла бровь, глядя на ребенка, который стоял передо мной. Ему не больше восемнадцати, и у меня и то больше волос над губой, чем у него.

— Во-первых, не называй меня секси. Не называй секси ни одну женщину, которую ты случайно встретил. Сначала спроси гребаное имя. Это не так возбуждает, как ты думаешь. А во-вторых, «эта штука» — полностью отреставрированная «Импала» 67-го года выпуска. Будь почтителен.

Малявка стоял там с потрясенным видом, прежде чем пришел в себя. Его тон больше не был кокетливым.

— Ну, и кто ты, черт возьми, такая? Это закрытое мероприятие, сучка.

Дерзкие маленькие придурки.

— О, так меня впустят только в том случае, если я отсосу у тебя? Или ты хотел минет, а потом послать меня? Пошел ты, идиот. Я — и есть это гребаное мероприятие, — кипела я. — Меня зовут Райан. Я из «Лос-Муэртос».

Его лицо меняло множество выражений и цветов. Он был ярко-красным и злым, когда я отчитала его, но краска сошла с лица, когда я назвала свое имя и организацию.

— Не трудись говорить всякую чушь. Просто открой ворота, — я закрыла окно и включила песню Slush Puppy «Eat spit!». Когда ворота открылись, я рванула вперед и поехала туда, где была припаркована группа других машин.

После решения еще одной проблемы с крысами в тот день, когда я встретилась с Ганнером и Дексом, я поговорила с Серхио о том, как мы относимся к нашим новым партнерам. Я думала, что у Ганнера какие-то претензии и он законченный женоненавистник, но…он был бы хорош для этой работы. Когда Серхио решил, что «Лос-Муэртос» должны заключить партнерство, он посвятил меня в то, какими будут мои пятничные ночные мероприятия.

Сначала он заставил меня волноваться, когда сказал, что мне придется доказать свою лояльность, и нет никакого способа отказаться от участия. Я думала, придется присоединиться к оргии или что-то в этом роде. Я не из тех девушек, которые любят оргии. Так что испытала одновременно облегчение и восторг, когда Серхио сказал, что я должна принять участие в их боевом вечере. У «Скелетов» был устав, в котором говорилось, что новые члены и партнеры клуба должны драться на ринге. Они думали, что это доказывает приверженность делу. Они не ошиблись. Слабые люди вроде Энтони никогда бы не согласились на такие ставки.

Серхио сказал, что я живу ради этого дерьма, поэтому он решил не рассказывать мне об этом перед первой встречей с партнерами.

Он прав. Когда живешь на улице, быстро понимаешь, что лучше бороться, если хочешь выжить. И, будучи тощим ребенком, я обязана была знать, как бороться с людьми больше меня. Жажда крови меня закалила, и я использовала это в своих интересах. Не говоря уже о том, что из меня несколько раз выбили дерьмо, и это придало мне сил. Когда Серхио взял меня к себе, он призвал принять стремление к насилию, так что я научилась правильно драться.

Я заработала Лос-Муэртос хорошие деньги в нашем подпольном боевом зале. Серхио получал огромное удовольствие от того, что шокировал людей женщиной-бойцом, которая могла победить мужчин. И хотя это выглядело так, будто Серхио использовал меня как блестящую игрушку, чтобы покрасоваться, я никогда так себя не ощущала. Это всегда было похоже на хвастовство гордого отца. Если бы отцы хотели кровожадную дочь.

Но я была взволнована сегодняшним вечером. Во-первых, потому что хорошая драка сдерживала демонов. Но что еще более важно, я не могла дождаться, чтобы увидеть выражение лица Ганнера, когда сойду с ринга. Судя по тому, как его женоненавистническая задница обошлась со мной на встрече, я решила, что он в меня не врит. Он, наверное, думает, будто я даже не знаю, что меня ждет сегодня вечером.

Немного позабавимся. Сыграю в «беспомощную девицу», а потом надеру кому-нибудь задницу.

Я вышла, чтобы осмотреть окрестности. Серхио сказал, что бойцовские вечера проводятся для клуба раз в месяц. Так участники решали проблемы друг с другом. Присутствовали все участники, и открывали комплекс для тусовщиков, которые хотели прийти.

Драки, секс и выпивка. Чего еще можно желать?

В воздухе висел дымный запах костров, и я видела людей, собравшихся вокруг, их смех достигал моих ушей. Я пробралась к толпе, пытаясь определить, где находится клетка. Не знаю, будем ли мы сражаться на улице в грязи или у них есть более официальная обстановка. Не то что бы это имело для меня значение; я сражалась в самых разных местах. Но падать на асфальт чертовски больно.

Взгляды начали устремляться в мою сторону, когда я приближалась. Мужчины смотрели на меня, как на новую игрушку, а женщины — как на новую угрозу. Мои руки сжались в кулаки.

— Не зли шумную толпу байкеров, Райан. Стрелять в своих новых союзников не выгодно, — пробормотала я себе под нос, вздыхая с облегчением, когда заметила знакомое лицо.

Было легко заметить Декса в толпе людей. Этот чувак был гребаным кирпичным домом. Ганнер и Декс думали, что Роберт большой, но, по-видимому, ни один из них никогда не смотрел в зеркало.

— Секси-декси. Рада снова тебя видеть, — крикнула я.

Его голова резко повернулась, на лице появилось убийственное выражение. Очевидно, он подумал, что кто-то неуважительно отзывается о его кличке, но выражение лица сменилось глупой улыбкой, когда он увидел, что это я. Этот парень был загадкой. Каждый предупреждающий звоночек внутри говорил мне, что он опасен, и не только из-за роста и мышц. От него исходила какая-то энергия золотистого ретривера. Роберт сказал, что Декс заставил его печатать мемуары для девушек.

Мужчины… Что с них возьмешь? Хотя Никки ненамного лучше.

— Где взять выпить? Предпочтительно то, что не пропитано антифризом от этих сук, бросающих на меня смертельные взгляды, — я одарила его своей интерпретацией милой улыбки. Что, вероятно, выглядело совсем не так, как я себе представляла.

Он искренне рассмеялся, заставив некоторых повернуться. Не обращая внимания на взгляды, он протянул мне неоткрытое пиво, которое держал в руке.

— Райан, где, черт возьми, ты была, loca? — спросил он.

Теперь настала моя очередь смеяться.

— Декси, ты только что процитировал «Сумерки»?

Он пошевелил бровями.

— Что? Думаешь, из-за того, что я в банде байкеров, я некультурный? Я процитировал этот кинематографический шедевр, — усмехнулся он.

Я открыла рот, чтобы ответить, когда волосы у меня на затылке встали дыбом, а соски затвердели под спортивным лифчиком. Мое тело знало, кто появился за спиной, и оно было чертовым предателем, поскольку считало, что я должна быть рада снова увидеть Ганнера. Его горячее дыхание коснулось раковины моего уха, посылая мурашки по спине. Я зажала рот, пытаясь сдержать стон.

— Я вижу, ты последовала моим инструкциям и надела что-то более практичное, — прошептал он. Я могла поклясться, что почувствовала, как его нос скользнул по моей шее, но резко обернулась, прежде чем мой мозг смог осознать, было ли это желаемое за действительное или реальность.

— Тебе, кажется, очень понравился мой наряд, если я правильно помню, Ганнер. Кстати, как прошла твоя поездка домой? Удобно? — я не потрудилась отступить назад, и теперь была достаточно близко, чтобы почувствовать гул его груди, когда он усмехнулся.

— Ты всегда перекидываешь на других решать проблемы, которые создаешь? — он одарил меня высокомерной улыбкой.

Я ощетинилась от его вопроса. Казалось, что за этим кроется нечто большее, чем просто кокетливые намеки. Ганнер думает, будто я не знаю, что делаю. Надеялся, что Серхио издевается над Скелетами и не воспринимает это партнерство всерьез.

— Ну, я подумала, что ты был бы лучшим человеком для этой работы, потому что с твоим обаятельным характером, уверена, что единственное кого видит твой член, — это твоя же рука, — бросила я в ответ, прилив тепла разлился между моих ног от вспышки вызова в его глазах.

Мои глаза скользнули по его подтянутому телу, отмечая, как его кофта натянулась на бицепсах, когда он скрестил руки на груди. Как только мой взгляд упал на его мускулистые бедра, я отвела взгляд.

Почему, черт возьми, я так взволнована его ответом?

Но прежде чем он успел ответить, на груди Ганнера появились красные ногти.

— Ганнер-р-р…

Писклявых голос заставил меня сморщить нос от отвращения. Кто, блять, так говорит? И его имя не заканчивается на двадцать «р».

Из-за спины Ганнера высунулась белокурая голова. Ее сиськи едва помещались в укороченном топе, и не понимаю, почему она потрудилась надеть шорты. Я зарабатывала на жизнь, работая с полуголыми женщинами, но каким-то образом они по сравнению с ней — монашки. Что-то в ней мгновенно насторожило меня.

Ганнер убрал ее руку со своей груди, как будто она обожгла его. Было очевидно, что он не хотел иметь с ней ничего общего. Или, по крайней мере, он не хотел иметь с ней ничего общего сейчас.

— Что тебе нужно, Лолли? — он даже не потрудился взглянуть на нее, когда задавал этот вопрос. Его глаза не отрывались от моих, и мы все еще были всего в нескольких дюймах друг от друга. Я подняла брови, глядя на нее, когда она прижалась к Ганнеру и посмотрела на меня злобным взглядом, прежде чем ответить ему.

— Мы с девочками обеспокоены новой пассией, — от плаксивого тона ее голоса у меня могла бы пойти кровь из ушей. Она перевела взгляд на Ганнера, прежде чем заговорить так, будто меня, блять, здесь нет. — Кэнди, когда делала минет Рою, услышала, что эта шлюха пришла с членом из Лос-Муэртос. С каким-то парнем по имени Райан. А теперь пытается добраться до наших парней! — Лолли оглянулась на меня с победоносной ухмылкой. Мне пришлось серьезно потрудиться, чтобы не расхохотаться над тем, какой дурой она себя выставила.

Но Дексу повезло меньше, и он разразился хохотом.

— Пиздец. Райан, ты должна приходить сюда каждые выходные!

Глаза Лолли стали размером с блюдца, когда она услышала, как Декс назвал меня по имени. И поскольку я выше этой мелкой стервы, я ткнула рукой в ее сторону и решила представиться.

— Привет, я Райан. Торговец оружием из Лос-Муэртоса. Рой, вероятно, сказал все это, потому что был зол на то, что я поставила его на место. И как я могу добраться до твоих парней, если они не твои? — я использовала тот же приторно-сладкий голос, как Никки, когда разрушала мужское эго. Похоже, это хорошо действовало и на стервозных шлюх.

Ганнер высвободился из ее второй попытки вцепиться в него и подошел ко мне. Он обнял меня за талию и притянул к себе. Мои брови хотели взлететь, но я сохранила нейтральное выражение лица. Не хочу, чтобы блондинка видела мою реакцию.

— Отвали, Лолли. И если я еще раз поймаю тебя на том, что ты называешь Райан шлюхой, я запрещу тебе вход на все клубные мероприятия.

Я прикусила нижнюю губу от слов Ганнера и вызванных ими бабочек в моем животе. Вероятно, он сказал это только для того, чтобы защитить союз между Лос-Муэртос и Скелетами общества. Ганнер оттащил меня от Лолли и Декса, продолжая обнимать.

— Извини за это. Лолли похожа на чертову пиявку. Она так сильно хочет быть леди, что готова на все, — сказал он.

Я кивнула головой в ответ, удивленная, что он вообще потрудился объяснить произошедшее.

— Давай. Мы должны встретиться с президентом. Он объяснит, почему ты должна быть здесь сегодня вечером, — раздражение в его голосе говорило о многом, и я была почти тронута тем, что он беспокоился обо мне.

Но потом он открыл рот и снова все испортил.

— Просто чтобы ты знала, я пытался вытащить тебя. Это не для тебя, — опустив руку, он продолжил идти, оставив меня следовать за ним.

Гребаный мизигонист.

ГЛАВА 9

Ганнер

Я чертовски разозлился, что она пришла сегодня вечером. Теперь я буду беспокоиться о ее безопасности. Я не хочу ничего чувствовать к Райан, и точка. У меня и так слишком много важных вещей; в частности работа. Мое дерьмовое настроение только усилилось, когда мы приблизились к Пресу. Райан думает, что она здесь ради вечеринки, и сейчас узнает, что из нее вышибут все дерьмо. У меня аж кожа зачесалась от злости. Я наблюдал за ней с Дексом. Ее поведение было спокойным и непринужденным, значит, она понятия не имела, что ей придется драться. Но я никак не мог остановить это.

После того, как Прес рассказал ей о том, что произойдет сегодня, я хотел попытаться дать ей ускоренный курс о том, как наносить удар. Это ничем не поможет, но я могу хотя бы показать, как закрывать лицо. Даже купил ей бутылку чертовски дорогой текилы, которую видел в ее офисе. Ей это понадобится для успокоения нервов перед боем и определенно для лечения травм после. Декс не переставал поносить меня за это, но понятно дело, что он тоже беспокоился о ней. Как бы сильно я ни думал, что принцессе нечего делать в этом мире, я не мог не испытывать к ней каких-то чувств. Не знаю, что это за чувства, но девчонка была в моих мыслях с тех пор, как мы встретились.

— Так это ты та женщина, которая вывела Ганнера из себя, — крикнул Прес, возвращая меня в настоящее.

Без колебаний Райан шагнула вперед и протянула ему руку.

— Я ничего не знаю о проблемах Ганнера, но я та женщина, которая будет руководить Лос-Муэртос в нашем партнерстве.

Прес ухмыльнулся и кивнул головой в знак признательности за ее ответ, прежде чем его тон стал серьезным.

— Говоря о партнерстве, у нашего МК есть набор уставов. Один из этих уставов гласит, что любые новички, независимо от того, вступают они в должность или нет, должны доказать свою лояльность и преданность делу, — он посмотрел мне в глаза через плечо Райан, прежде чем продолжить. Он хотел, чтобы я увидел ее реакцию, когда он расскажет о бое. Я подошел к Пресу сбоку, чтобы посмотреть на ее красивое лицо. Ожидал увидеть выражение ужаса.

Райан понимающе кивнула.

— И что мне нужно сделать, чтобы проявить себя? — она все еще была спокойна. У меня появилось неприятное чувство, что, возможно, она была слишком спокойной. Но кто я такой, чтобы судить? Она могла притворяться.

— Доказать кровью. Нужно пролить свою кровь, либо кровь противника. К сожалению, когда все это готовилось, у нас сложилось впечатление, что ты мужчина, так что… будешь драться с Торком, — сказал Прес.

Моя голова повернулась в сторону, чтобы посмотреть на Преса. Я знал, что ей придется бороться, но не думал, что Прес выставит ее против силача. У нас много клубных девочек, которые дрались на таких вечерах. Но сейчас я не мог ничего сказать в знак протеста. Это выглядело бы как проявление неуважения к президенту. Декс подхватил из-за спины Райан.

— Прес…

Прес поднял руку, Декса замолчал.

— Правила есть правила, мальчики.

Мои кулаки сжались, а челюсть заболела от того, как сильно я сжимал зубы. Все хуже, чем я думал. После этого Райан превратится в кровавое месиво на полу. Этот образ вводил меня в убийственную ярость. Я не знал, как удержаться от того, чтобы не выскочить на ринг. Ради его же блага, ему лучше быстро закончить бой, как только он увидит, что дерется с женщиной. Она явно не должна быть на ринге.

Я посмотрел на лицо Райан, ожидая увидеть ужас или слезы. Но все, что я увидел, — это то, как она прикусила нижнюю губу. Женщина была настолько не в своей тарелке, что даже не понимала, насколько ей сейчас должно быть страшно. Может быть, это и к лучшему.

— Все в порядке, Декси. Будет весело, — прокомментировала она.

Я усмехнулся над ее легкомысленным ответом на кучу дерьма, только что упавшую к ногам. Слишком наивна.

— Думаешь, получить по башке — весело? Тебе не понравится заниматься настоящей работой, Бруджита, — я скрестил руки на груди, ткань рубашки натянулась на руках.

Я ожидал гневных слов, или, может быть, что она, наконец, поймет, насколько это плохо, и заплачет, но вместо этого Райан просто подмигнула мне.

— Ганнер, вы с Дексом отведите ее в клетку. Приведите ее в порядок. Забинтуйте руки, — приказал Прес. Я хмыкнул, прежде чем шагнуть вперед и схватить Райан зв руку, потянув к рингу.

— Эй, неандерталец, не тащи меня за собой. Я сама могу идти.

Я проигнорировал ее протесты и продолжал тянуть ее к углу открытой арены. Когда мы добрались туда, я толкнул ее на складной стул и схватил за руку, чтобы начать перевязывать.

— Слушай, я знал, что тебе придется драться, но понятия не имел, что это будет Торк. Я научу тебя, как защищаться. Твоя цель — принять как можно меньше урона. Ты знаешь, как наносить удар? — когда она не ответила сразу, я оторвался от своего занятия. Ее голова была слегка наклонена, она смотрела на меня с непонятным выражением. Я смягчил свой тон, думая, что реальность, возможно, начинает проникать ей в голову.

— Райан, ответь, детка. Ты умеешь бить? Не хочу, чтобы ты сломала руку, — я провел большим пальцем по ее костяшкам. У нее даже нет возможности нанести удар по Торку, но я не хотел ей этого говорить.

— Ганнер, со мной все будет в порядке.

Ее голос был мягким, показалось, что она пытается утешить меня. Боже, она понятия не имеет, насколько все будет плохо. Покачав головой, я достал из-под стула текилу, которую купил для нее, и сунул ей в руки.

— Сделай глоток. Это поможет справиться с нервами. И смотри, что я делаю со своими руками, пока Декс пытается ударить меня. Хорошо?

Мы с Дексом продемонстрировали некоторые базовые блокировки. Оба знали, что это больше для моральной поддержки, чем для пользы. Ей чертовски не повезло, и мой желудок скрутило узлом. Прежде чем я приготовился, услышал, как Прес вышел на ринг и начал объявлять главное событие.

— Готовы к ночи? Сегодня у нас очень особенный бой. Участница Лос-Муэртос считает, что достойна двигаться бок о бок со Скелетами!

Рев толпы был оглушительным, заставив меня вздрогнуть. Как раз то, что ей нужно, — больше запугивания.

— У меня будет прощальная песня или еще какая-нибудь хрень? — спросила она.

— Райан, сосредоточься, блять, — рявкнул я. — Думай о том, как остаться в живых, а не о том, какую песню Тейлор Свифт послушать.

Она ухмыльнулась моему ответу, ничуть не смутившись.

— Ти-Свифт, Ганнер? Слышала, ее так только фанаты называют.

Я раздраженно всплеснул руками.

Она не сосредотачивается перед кровавой бойней.

Мое внимание привлекла клетка. Вошел Торк, настраивая толпу на бой. Он был нашим новым членом, но находился в клубе с детства. Не такой большой, как мы с Дексом, но массивный по сравнению с Райан. Она выглядела на метр шестьдесят.

— Райан, я хочу, чтобы ты… — я повернулся к пустому стулу. Может быть, она поумнела и решила сбежать. Это решило бы много моих проблем. Она должна пойти домой и послать Серхио к черту за то, что он ее подставил. Но Декс поймал мой взгляд и указал на вход в клетку. Там она стояла у входа с решительным видом, который застал меня врасплох.

— Думаешь, она сумасшедшая? Потому что эта цыпочка слишком спокойна для того, кому сейчас надерут зад.

У меня не было ответа для Декса. Я наблюдал, как Райан дерзко улыбнулась Торку, прежде чем снять слишком большую толстовку, и мои глаза расширились от удивления.

— Черт возьми. Она мускулистая, — прошептал я, ни к кому конкретно не обращаясь, но видел, как Декс кивнул головой в знак согласия. Женщина была сложена, как спортсменка, чего я умудрился не заметить оба раза, когда я ее видел, большая часть тела была закрыта. Стоя там, у входа, она выглядела как боец.

Райан взглянула на меня и послала воздушный поцелуй, прежде чем направиться к Торку в центр клетки. Я не мог слышать, что они говорили друг другу, но очевидно, несли чушь. Судья сказал им правила — по сути, их не было. Единственное, что запрещено, — это выкалывать глаза и бить в яйца. В остальном все честно. Торк и Райан стукнулись кулаками, сигнализируя о начале боя, и мои пальцы так крепко вцепились в край клетки, что побелели костяшки пальцев. Казалось, что мое сердце вот-вот выскочит из груди. Мне плевать, какие там правила. Если ей понадобиться моя помощь, я пойду туда.

Будь все проклято.

Эти двое начали кружить, ожидая, когда другой нападет. Я был так поглощен мыслями о том, как вмешаться, что до меня даже не дошло: она знает, что делать на ринге.

Райан подошла к Торку, нанесла два быстрых удара в челюсть, прежде чем отскочить. Толпа потеряла самообладание. Торк покачал головой и одарил Райан кровавой улыбкой, прежде чем попытаться ответить. Каждый раз, когда он пробовал, ей удавалось блокировать удар или уворачиваться. Расстроенный, Торк бросился к ней.

— Черт, если он уложит ее на спину, все кончено.

Я двинулся, чтобы забраться в клетку, но Декс положил руку мне на плечо. Райан не дала себя увалить. Торк не ожидал такого от крошечной девчонки, и она не упустила возможности ударить его коленом в лицо, прежде чем отпрыгнуть назад. Ни Декс, ни я не могли оторвать глаз от двоих в клетке. Никто в толпе не мог этого сделать; никто не ожидал, что бой пойдет так.

— Черт, Декс. Я был совершенно неправ насчет этой цыпочки.

Мой брат хмыкнул в знак согласия.

— Я же говорил.

Торк поймал Райан правым хуком, который она не смогла полностью блокировать. У меня кровь застыла в жилах. Она подняла глаза и улыбнулась, слизывая кровь. Я не мог вспомнить, когда в последний раз был так возбужден, наблюдая, как ее розовый язычок проводит по надутой губе — и кровожадный взгляд в глазах. Толпа взревела, и теперь, когда бой становился интересным, некоторые начали делать ставки.

Торк нанес удар ногой, который заставил Райан сменить позу, показывая, что он ранил ее. Затем он нанес удар по другой ее ноге, но Райан заблокировала его коленом и бросилась вперед. Этот шаг выглядел безрассудным.

— Детка, какого хрена ты делаешь?

— О, теперь она детка? — спросил Декс.

Я не потрудился ответить на его словесный выпад, отмахнувшись, наблюдая за разразившейся дракой. Но быстрее, чем мои глаза могли уследить, Райан каким-то образом оказалась на спине Торка. Ее ноги обернулись вокруг его талии, а руки — вокруг горла. Я услышал, как Декс резко вдохнул.

— Что, черт возьми, это такое, Декс? — спросил я, не желая отводить от нее глаз и рискуя что-нибудь пропустить.

— Она взяла его на удушающий. Твою мать, Ганнер. Твоя девушка крутая. Это не везуха. Это гребаный грэпплинг[17] высокого уровня.

Грудь наполнилась гордостью за эту женщину, которую я едва знал — эту жестокую богиню. Как я мог подумать, что это принцесса — подстава от картеля? Декс продолжил свои комментарии.

— Этот самоуверенный ублюдок не собирается сдаваться, — он фыркнул от смеха. — Он думает, что сможет вынести ее силу, но она глубоко всадила ему. Она его сейчас усыпит.

Как по команде, Торк потерял сознание.

Не знаю, как я туда попал, но в следующее мгновение я был внутри клетки, поднял Райан на руки и вынес ее наружу.

— Посмотри на меня, детка, — потребовал я.

Глаза Райан нашли мои, ее зрачки расширились от адреналина. Кровь все еще покрывала ее разбитую губу. Мой язык пробежался по ней, не обдумывая действия до конца, слизывая кровь. Стон сорвался с ее губ, мой член стал еще тверже. Я хотел знать, какие еще звуки она может издавать. Нуждаясь в дистанции, я усадил ее на стул, где бинтовал ей руки, — где она позволила мне поверить, что ее вот-вот сотрут в порошок, прекрасно зная, что она, черт возьми, способна на многое.

— Ты солгала мне, Райан, — прорычал я. — Не говорила, что умеешь драться, — я схватил ее за подбородок и убедился, что она меня слушает. — У всех действий есть последствия, детка.

Она лукаво улыбнулась на мои комментарии.

— Я не лгала, Ганнер. Я просто позволила тебе продолжать нести женоненавистническую чушь.

Мое лицо немного вытянулось от ее ответа. Я не хотел, чтобы это показалось таким образом. Но если честно, то ощущение, что Райан не создана для этой жизни, проистекало из того, что она женщина.

— Хм. Я буду работать над этим. Очевидно, ты более чем способная. И мне нужно получше узнать своего нового партнера, — пробормотал я, опускаясь на колени между ее бедер и доставая текилу.

Она почти начала спорить, пока мои слова не засели у нее в голове. Странно посмотрела на меня, как будто мужчина никогда раньше не признавался ей в своей неправоте.

— Теперь открой рот, Райан, — я протянул руку и схватил ее за челюсть. Мой член дернулся от жара в ее глазах.

Блять. Что бы я с ней сделал.

Я поднес бутылку текилы к ее губам и налил немного в рот. Не прерывая зрительного контакта, скользнул рукой вниз к ее горлу.

— Глотай, Райан, — мой голос был хриплым от вожделения, и я заметил, как она заерзала на стуле.

Я почувствовал, как у нее сжалось горло, желая, чтобы она проглотила что-нибудь другое. Во второй раз за эту ночь я наклонился вперед и лизнул ее губы, прежде чем отстраниться, и встал.

Эта женщина меня разрушит.

ГЛАВА 10

Райан

Я определенно была навеселе.

Трудно не захотеть присоединиться к празднованию, и все продолжали приносить мне напитки, поздравляя с победой. Я не говорила, что этот бой был легким по сравнению с некоторыми из тех, в которых я участвовала за «Лос-Муэртос». Торку я, конечно, устроила взбучку, но и он нанес мне хороший удар по лицу. Языком прошлась по разбитой губе. Он попросил научить его грэпплингу. Но мой «куратор» прорычал «нет», прежде чем я успела ответить. А я ударила Ганнера локтем по ребрам.

Мои мысли вернулись к сексуальному байкеру. У него хватило гребаной наглости налить мне порцию любимой текилы, и выглядел при этом как мечта. Я думала, что умру от возбуждения, когда он стоял на коленях между моих ног и положил руку на горло.

Его настроение действовало мне на нервы. Когда я приехала на вечеринку, Ганнер выглядел так, словно хотел бросить меня обратно в машину. Я думала, что он недоволен, не хочет работать со мной. Но из-за того, как он суетился вокруг, казалось, беспокоится. Конечно, я знаю, что он считает меня горячей и, вероятно, трахнул бы, если бы я попросила, но он вел себя так, будто ему действительно не все равно.

Такого рода мысли нужно заглушить большим количеством алкоголя.

Моя рука обхватила стакан на столе.

— Я ни за что не позволю тебе выпить еще, Райан, — голос Ганнера прорвался сквозь сумятицу мыслей.

Я нахмурилась, глядя на большую татуированную руку, появившуюся на горлышке моей пивной бутылки. Подняв глаза, я увидела сердитое лицо Ганнера, когда он забрал напиток у меня из рук. Я сильно закатила глаза. Думает, что он мой хранитель, это дерьмо нужно немедленно прекратить.

— Слушай, гуэрито[18], я управляю стрип-клубом и работаю на картель. Я могу пропустить стаканчик-другой, если захочу, — огрызнулась я.

В какой-то момент во время моей тирады Ганнер придвинулся ближе, его тело заключило меня в клетку. Одна рука на спинке стула, а другая на столешнице. Борода касалась моего уха, когда он говорил так, чтобы только я его слышала. Я чуть не скрипела зубами от этого ощущения. Не хотела, чтобы это чувство возбуждало меня, но я не в силах перестать задаваться вопросом, как его борода будет ощущаться между моих бедер.

— Райан, если не планируешь сегодня спать в моей постели, предлагаю протрезветь, чтобы я отвез тебя домой, — его слова вырвали меня из мечтаний, и я повернулась, чтобы посмотреть на него. Трезвый взгляд Ганнера встретился с моим.

— С чего бы мне спать в твоей постели, Ганнер? Я могу спать на диване или на полу… или в чьей-нибудь другой комнате, — его ноздри раздулись от гнева на последнюю часть моего заявления. Наши лица все еще были так близко друг к другу, что я чувствовала мятный привкус его жевательной резинки в дыхании.

— Бруджита, если ты когда-нибудь останешься ночевать в клубе, ты не будешь спать нигде, кроме моей кровати, — прорычал он на меня, посылая тепло между бедер.

Нет-нет, успокойся, девочка.

Прежде чем я успела собраться с мыслями, чтобы ответить, Ганнер сунул мне в руку стакан с водой и ушел.

— Закрой рот, Райан. Ганнер может воспринять это, как приглашение войти в него, — насмехался Декс.

Я закрыла рот. Конечно, Декс наблюдал за всем этим разговором. Надо было догадаться, потому что эти двое как не разлей вода.

— Я думала, он любит запихивать всякие вещички в твой рот, — прошипела я. — Вы двое всегда вместе.

Декс только хихикнул, поводя бровями, и ушел, не потрудившись ответить. С моей стороны было нечестно набрасываться на Декса, но Ганнер обезоружил меня непонятным способом, и я разозлилась.

Обычно, когда люди отдавали мне приказы или разговаривали со мной так, как Ганнер, я наносила им удары ножом. Но с Ганнером это не казалось неуважением. Не знаю, почему он указывает, а у меня волосы на затылке не встают дыбом, как у загнанного в угол животного. От такого гнева я хотела, чтобы меня бросили на кровать и трахнули.

Прежде чем я смогла продолжить психоанализ, на телефоне защебетало сообщение. Волосы на затылке действительно встали дыбом, когда я прочитала.

Марио: «Веселишься, Муньека?»

Марио: «Слышал, ты хорошо сражалась за меня. Не позорь только».

Марио: «И помни, кому принадлежишь…»

Сообщения приходили одно за другим, прежде чем я успела даже понять, как он узнал, где я и что делаю. Марио терпеть не мог, когда его заставляли ждать, и ожидал ответного сообщения, но я даже не знала, как реагировать.

Моя голова оторвалась от экрана, чтобы просканировать местность. Кто-то следит за мной, или он слышал от Серхио, что я буду драться в клубе Скелетов? Все были пьяные, никто не обращал на меня внимание. Единственными людьми, чье внимание я привлекала, были Ганнер и Барби — вместе с ее легионом шлюх. А вдруг Ганнер отчитывается перед Марио? Нет, он не похож на человека, которого Марио сможет контролировать. Готова поспорить, что эти двое возненавидят друг друга, если встретятся. Вероятно, это было одной из причин, по которой Серхио назначил меня руководить партнерством.

Марио: «Муньека».

Я: «Конечно, Марио».

Марио: «Хороший ответ, Муньека. А теперь иди домой».

Марио никогда не хотел слышать чужого мнения. Он просто хотел услышать согласие. Я поняла, что легче дать ему то, что он хочет. К сожалению, он все еще хотел, чтобы я играла роль его маленькой куклы.

— Райан, — глубокий голос Ганнера вытащил меня из ментальной ловушки, в которую загнали слова Марио. Его брови были нахмурены, когда я подняла взгляд, и у меня возникло странное желание разгладить его морщины.

— Ты в порядке? — его голос был мягким и полным беспокойства.

Этот человек чертовски наблюдателен. Отличная черта в любом другом случае, но я не хотела, чтобы Ганнер слишком пристально следил за моими эмоциями.

— Да. Марио проверяет, как идут дела.

Встав, я нацепила улыбку, которая, вероятно, выглядела так, будто мне больно, а не радостно. Даже если бы Марио этого не потребовал, мне пора уходить. И если у Марио действительно есть глаза и уши на вечеринке, я буду получать сообщения о том, что Ганнер стоит слишком близко или прикасается ко мне. Даже если это всего лишь несколько невинных прикосновений. Мои щеки вспыхнули при мысли о тех немногих случаях за сегодняшний вечер, когда у нас с Ганнером были не такие уж невинные прикосновения. Не раздумывая, я дотронулась кончиками пальцев до того места, где он слизывал кровь с моей губы.

Мои бедра сжались при воспоминании. И, конечно же, Ганнер уловил это движение. Он поднял бровь, глядя на меня, и на его глупо красивом лице появилась ухмылка. Этот придурок решил, что я думаю о нем.

Так и есть. Но ему не нужно этого знать.

Его большие руки обхватили мое предплечье, когда я попыталась пройти мимо.

— Куда идешь, детка?

— Я иду домой, Ганнер. Было весело, но я устала, а некоторым из нас все еще есть чем заняться в эти выходные, вместо того, чтобы бухать с клубными цыпочками.

Он рассмеялся над моим ответом. Не знаю, почему решила поделиться своим раздражением при мысли о том, что Ганнер останется с Барби. Он же не мой, чтобы я претендовала. Я даже не знаю этого человека. Черт, не думаю, что он мне нравится, но мысль о том, что он будет веселиться все выходные и, возможно, заниматься сексом с девками, меня раздражала.

— Нет, детка. Ты не поедешь одна. Ты пила, и я не допущу, чтобы это партнерство закончилось еще до того, как началось. Пошли.

Его рука скользнула с бицепса к ладони, переплетая пальцы, пока он тащил меня мимо веселящихся мужиков.

— Хорошо, я позволю тебе отвезти меня домой, но сначала мы дойдем до моей машины, чтобы я забрала свои вещи.

Я подумала о том, чтобы отстраниться, но его мозолистая рука была слишком приятной. Я решила подарить себе этот момент. Надуманное оправдание, что нам с Ганнером нужно чувствовать себя комфортно друг с другом, поскольку мы стало партнерами, крутилось у меня в голове.

Собрав свое барахло, Ганнер подвел меня к самому красивому байку, который когда-либо видела. Сама того не осознавая, я подошла и провела рукой по его сексуальным матово-черным изгибам.

— Боже правый, на этом байке девушка сто процентов намокнет, — пробормотала я.

Позади меня раздался сдавленный звук. Я сказала это громче, чем хотела. Через несколько мгновений тело Ганнера оказалось у меня за спиной, и желание прижаться к нему было непреодолимым. Горячее дыхание ласкало меня, заставляя веки трепетать. Слава Санта-Муэрте, было темно, и вокруг никого нет. Я поняла, что у него какая-то привычка шептать мне на ухо. Казалось, что его слова не для всеобщего блага — они лишь для меня.

— Моя красотка отвезет тебя домой, — промурлыкал он.

Настала моя очередь шока, когда по бедрам пробежали мурашки. Всю ночь я чувствовала себя, как чертов провод под напряжением. Выброс адреналина от боя в сочетании с сегодняшним общением с Ганнером возбудили меня, я жаждала облегчения. Но будь я проклята, если кончу на заднем сиденье мотоцикла. Я едва знала этого парня. При обычных обстоятельствах это было бы чертовски страстно. Но мне предстояло работать с ним, и как, черт возьми, это делать, если каждый раз, когда я смотрю на него, промелькают мысли, что я хочу использовать его байк, как гигантский вибратор?

Его тело нависло надо мной, всего в нескольких сантиметрах. Он думал, что я испугаюсь или отступлю, но он плохо меня знал. Я повернулась к нему лицом, не потрудившись увеличить расстояние. Моя грудь коснулась его груди, отчего у него перехватило дыхание, а мои соски затвердели.

Черт, это может иметь неприятные последствия.

— Видимо, тебе нужна подмога, чтобы возбудить женщину, — фыркнула я, когда моя рука покровительственно похлопала его по груди.

Что, черт возьми, делает этот человек?

Рычание, сорвавшееся с его губ, послало восхитительные мурашки по спине.

— Детка, у меня не будет проблем доставить тебе лучший оргазм в жизни, прямо здесь и сейчас, — его рука поднялась и запустила пальцы в мои волосы, сорвав с моих губ тихий вздох. — Ты кончишь так сильно, что у тебя не останется никаких сомнений в моей способности возбудить женщину, — его зеленые глаза были полны похоти, а потом стали холодными.

В следующее мгновение Ганнер сунул мне в руки шлем, и его голос был полон раздражения.

— Вот, надень это.

Я испытала шок от его внезапной перемены в поведении. Не знаю, злиться мне или благодарить Ганнера за то, что у него хватило самообладания не дать нам трахнуться на земле. Я была в нескольких секундах от того, чтобы упасть на колени и сказать «пожалуйста» — возможно, Торк ударил меня сильнее, чем показалось. Закинув ногу на байк, он выжидающе посмотрел на меня.

— Надень этот чертов шлем, Райан, и садись на мотоцикл, — выпалил он.

Какого хрена его властная личность на меня так влияет? Это ненормально.

Мой ответ был краток. Я злилась на эти эмоциональные американские горки.

— Только сейчас, Ганнер. Только сейчас я позволю тебе командовать. Но не привыкай к этому.

Я была чертовски рада, что Ганнер не видел моего лица, когда садилась на его байк позади, потому что уверена: даже на моих загорелых щеках появились намеки на румянец. «Scout Bobber» был не самым большим из байков, поэтому, конечно, Ганнер сидел прямо у меня между ног. Уверена, он чувствовал жар, исходящий от моей киски, и молила Бога, чтобы я не оставила мокрого пятна на его джинсах сзади.

Этот гребаный придурок тоже знал, что делает, он слегка встряхнул своей задницей. Создавая трение о мой клитор, от которого я чуть не застонала вслух.

Хочешь поиграть, ублюдок? Давай поиграем.

От холодной кожи его куртки соски затвердели еще больше. Я почувствовала, как вздымается его грудь, когда мои руки скользнули вниз по его подтянутому телу, пробираясь к талии. Мне пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон, когда кончики моих пальцев коснулись стояка в его джинсах.

Черт возьми. Этот мужчина может добраться до моей шейки матки.

Потребность сжать его в кулаке была почти невыносимой. Но я ухмыльнулась, когда Ганнер прочистил горло и попытался пошевелить бедром, чтобы освободить место между своим членом и моей рукой.

Рокот байка был настолько интенсивным, что почти довел меня до оргазма. Эта штуковина прекрасна, и не думаю, что одной поездки будет достаточно. Может быть, если смогу расположить к себе Ганнера, он позволит мне прокатиться одной. Хотя я не уверена, что это когда-нибудь произойдет. Братья МК защищали свои байки. Порядок важных вещей в их жизни: клуб, братья по клубу, их байки. Все остальное может даже никогда не попасть в список. Иногда попадала леди, но это зависело от брата.

Ганнер подъехал к воротам и кивнул головой. Его глаза встретились с моими и сузились, на его лице появилось возмущение. Поэтому я покрепче обняла его обеими руками. Ганнер напрягся. Могу поспорить, что он мечтает кончить.

ГЛАВА 11

Ганнер

Презрительный взгляд Роя на охране вывел меня из себя и вызвал в памяти рассказ Лолли о слухах, которые он распространял о Райан.

Я был готов слезть и надрать ему задницу прямо там, когда теплые руки Райан снова легли на мои бедра, она считала, что так успокаивает меня. Нет. Я хотел застонать.

Рою повезло, что она это сделала, потому что невозможно выбивать зубы со стояком. Я свирепо смотрел на него, пока мы катились вперед, пусть знает, что я надеру ему задницу, когда вернусь.

В этом мире нужно требовать уважения. Иногда это означало выбить из кого-то все дерьмо, чтобы показать его слабость. Женщина, чьи руки в данный момент обнимали меня, была более чем способна сделать это сама. Но по какой-то причине я тоже хотел показать ей свое уважение.

Мое внимание вернулось к Райан, когда я почувствовал, как она заерзала позади, вызвав ухмылку на моем лице. Жар от ее киски на моей спине сводил с ума. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не потянуться туда и не почувствовать, какая она влажная.

Сегодня вечером на меня уже вылили ведро ледяной воды. Я попался на удочку Райан, когда она сказала мне, что я не в состоянии завести женщину — завести ее. Но когда я посмотрел в ее прекрасные карие глаза, горящие похотью, и сказал ей, как заставлю ее кончить, то понял, что играю с огнем.

Я хотел трахнуть ее. Прямо там, на импровизированной парковке, с людьми всего в нескольких метрах от нас. Знал, что должен держать дистанцию. У нас есть работа, и я не мог позволить себе отвлекаться. Сказал себе, что крутился вокруг нее всю ночь, потому что Прес заставил. Но Прес не просил меня держать на расстоянии каждого ублюдка, который дышит в ее сторону. Моя спина напряглась при воспоминании о том, как Торк попросил Райан научить его грэпплингу; я перешел в режим пещерного человека и потащил ее к пустому столу, рыча на любого, кто хотел приблизиться к ней.

Раздраженный вздох сорвался с моих губ, когда я вспомнил, что отвезти ее домой было моим решением, лишь бы не беспокоиться о том, что какой-то мудак попытается приударить за ней. Я на байке, перевалив за восемьдесят, с ее гибким телом, прижатым к моему, и руками, сжимающими мою талию.

Вот тебе и «держаться подальше».

Мой член болел от того, как близко ее руки к нему. Нуждаясь в отвлечении, я нажал на газ. Смех Райан затрепетал позади, вызвав нежеланную улыбку на моем лице. Она была такой же сорвиголовой, как и я. Ясно, что она раньше каталась на байке, потому что она прижимала свои бедра к моим и наклонялась с каждым поворотом. Я не хотел слишком задумываться, каталась она одна или с другим мужчиной.

Я подъехал к адресу, который Райан дала мне еще в клубе, мгновенно соскучившись по теплу ее тела и желая, чтобы у меня была причина задержаться с ней подольше.

— Ну что, партнер, теперь, когда я доказала свою преданность вашему клубу, можем наконец перейти к делу? — спросила она. — Потому что у нас есть всякое дерьмо, которое нужно подготовить до прибытия следующей партии.

Наши пальцы коснулись друг друга, когда она вернула шлем, ее глаза сфокусировались на руках. Уголки моих губ приподнялись; она была так же взволнована, но я мысленно встряхнулся и сосредоточился на том, чтобы все было профессионально. В конце концов, она задала вопрос о партнерстве.

— Да, можем начать прямо сейчас. Ознакомь меня с процессом отгрузки в Лотерии, а также с графиком. Нужно переместить товар в течение двадцати четырех часов после доставки.

Райан, возможно, и была вовлечена в нелегальную часть Лос-Муэртоса, но я видел Лотерию. Она гордилась этим клубом, и хотя она, возможно, никогда ничего не скажет Серхио или Марио, она не будет рисковать разорением своего второго легального бизнеса.

— Будет идеально. Но Марио не всегда мог добиться этого, так что, если нам нужно хранить их дольше, надо постараться.

Что-то в тоне ее голоса и в том, как напряглось ее тело, когда она заговорила о Марио, заставило меня насторожиться. Я заметил это на вечеринке ранее, когда она упомянула, что он написал ей сообщение. Прес сказал, что они близки, но ее реакция не рисовала ту же картину.

— Я могу убрать их оттуда так быстро, как захочешь, детка, — ответил я, глядя на то, как она прикусила нижнюю губу.

— Давай встретимся в Лотерии в понедельник. Я проведу более подробную экскурсию, обсудим запланированные поставки, получателей и все такое.

Из ее руки донесся чирикающий звук. Ее брови нахмурились, а красивые пухлые губы опустились вниз. Она была недовольна тем, что читала на своем экране. Она вдруг показалась мне совершенно трезвой. Если бы я не наблюдал за ней всю ночь, я бы не знал, что она сегодня выпила хоть один бокал. Это не мое гребаное дело. На самом деле, перерыв в разговоре был прекрасной возможностью вернуться в клуб. Но вместо того, чтобы сделать это, меня тянуло помочь исправить то, что ее беспокоило.

— В чем дело, Райан?

Она посмотрела на меня так, словно удивлена, что я все еще здесь, или, может быть, она удивлена, что я спрашиваю о том, что случилось.

— Какое-то дерьмо происходит в Лотерии. Мне нужно пойти переодеться, а потом спуститься туда, — рассеянно ответила она. Райан даже не закончила фразу, прежде чем развернуться и направиться к своему зданию. Я спрыгнул с байка, потянувшись к ее руке.

— Вау, детка. Не знаю, насколько сильно ты пострадала сегодня вечером, но ты приехала сюда на заднем сиденье моего байка. Как ты поедешь в клуб? Час ночи. Больше некому заняться этим вечером? — спросил я, дергая ее за руку, чтобы она повернулась ко мне лицом.

Если бы взгляды могли убивать, я бы умер на месте. Она в бешенстве. Не уверен, из-за меня или из-за того, что происходило в клубе. Наверное, и то, и другое.

Ее слова прозвучали холодно и отрывисто.

— Такси, Ганнер. Я смогла выжить в этом мире до встречи с тобой. Я смогу придумать, как добраться до чертового клуба. Я пьяная, а не тупая.

Я напрягся. Черт, эта женщина дерзкая, но меня бесило, что она слишком яростно защищает свой интеллект и способность постоять за себя. Я не это имел ввиду, но, очевидно, она поняла все по-другому. В миллионный раз за эту ночь я сделал то, чего не должен.

Обхватив ладонями ее изящное личико, я запрокинул ее голову назад, чтобы она могла видеть искренность в моих глазах. Она нахмурила брови, сбитая с толку моими действиями.

— Райан. Я ни в коем случае не считаю тебя глупой или неспособной. Я спросил лишь для того, чтобы понять, как я могу помочь. Ты дралась сегодня и надрала задницу, но все равно тебе нужен отдых, — мой большой палец провел по ее скуле, и я наблюдал, как ее защита ослабевает. — Вот почему я спросил: хотел, чтобы кто-то тебе помог. Но если ты чувствуешь, что сможешь сама, переодевайся, и поедем в клуб.

Удивление наполнило ее глаза, когда она поняла, что я предлагаю пойти с ней.

— Ты хочешь пойти со мной? — нерешительно спросила она.

Я коротко кивнул ей, все еще держа ее лицо в своих руках. Можно было подумать, что я попросил ее выйти за меня замуж, судя по тому, как она на меня смотрела.

Неужели никто никогда раньше не присматривал за этой девушкой?

ГЛАВА 12

Райан

Здесь жнецы.

Вот что было написано в сообщении от Никки. Какого хрена эти ни на что не годные ублюдки заявились в мой клуб? Этот МК полон отбросов общества, и я запретила им посещать «Лотерию» много лет назад. Они знали правила, но, очевидно, им нужно напоминание о том, что происходит, когда мне переходят дорогу.

Я едва улавливала звуки, твердо настроенная на свою цель — найти придурков с желанием смерти. Протискиваясь мимо потных тел, я пробралась за барную стойку и поискала светлые локоны Никки. Мы с Ганнером добрались до «Лотерии» через пятнадцать минут после того, как пришло ее сообщение.

Черт, Ганнер.

Моя голова резко повернулась. Он идет за мной? Я не потрудилась посмотреть после того, как мы подъехали к клубу, спрыгнув с его байка. Жажда крови пульсировала в венах, требуя, чтобы я взяла то, что мне причиталось.

Он не идет за мной. Это не его проблема.

Несмотря на внутренний диалог, какая-то часть меня надеялась, что он идет. Что он будет стоять рядом со мной, пока я буду раздавать наказания. Эта мысль ставила под сомнение мое здравомыслие. Хочу ли я, чтобы Ганнер стал свидетелем моей темноты? Конечно, он видел, как я дралась, но это было социально приемлемое насилие.

Он еще не видел, чтобы я была откровенно жестокой. Что бы он тогда подумал обо мне?

Я покачала головой. Когда, черт возьми, меня волновало, что мужчина подумает о моих склонностях к насилию? Как раз в тот момент, когда я собиралась отвернуться, зеленые глаза встретились с моими. У меня пересохло во рту, когда я смотрела, как он плавно движется сквозь толпу, засунув руки в передние карманы своих черных джинсов. Он выглядел расслабленным и непринужденным, но я видела, как он осматривает клуб — в поисках угрозы, которую я еще не успела ему сообщить, — рука рядом с «Глоком», готовый всадить в кого-нибудь пулю в любой момент. Он подошел ко мне как раз в тот момент, когда подбежала Никки с раскрасневшимися щеками и капельками пота на лбу.

— Здесь три жнеца, — сказала она резким шепотом, выглядя как олень в свете фар.

Я почувствовала, как Ганнер напрягся рядом со мной при упоминании конкурентов МК. Он пытался убедиться, были ли они приглашены или вторглись на чужую территорию. Неправильный ответ сделал бы Лос-Муэртос и Скелетов врагами, а не партнерами.

Мои руки легли на плечи Никки. Я втирала маленькие круги на ее коже большими пальцами, пытаясь помочь ей контролировать прерывистое дыхание.

— Никки, где они? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.

— Они сидят за столиком в дальнем углу и требуют поговорить с Марио. Я сказала, что его здесь нет и он даже не руководит клубом. Но им не понравился этот ответ. Им нужен тот, кто стоит у руля, — слова Никки вырвались торопливо, в ее голосе послышалась легкая дрожь. Она опустила голову и рассеянно потерла запястье. Это движение привлекло мое внимание. Я потянулась, чтобы нежно взять ее за руку, желая подтвердить то, что подозревала.

— Райан… — пробормотала она, в ее голосе слышалось беспокойство.

Мой взгляд заставил ее замолчать.

— Приложи лед, Никки, — холодно ответила я. — И скажи Роберту, чтобы он подготовил мой кабинет. Я буду работать сегодня вечером, — я повернулась и направилась туда, где, по словам Никки, должны сидеть участники МК. Мне не нужно было проверять, я знала, что Ганнер следует за мной. Его присутствие подобно прочной стене поддержки за спиной. От меня не ускользнуло, что он не требовал от меня ответов и не бросался навстречу жнецам — он позволил мне вести.

Я заметила троих мужчин, сидящих в частично скрытом углу на первом этаже. Эти ублюдки даже осмелились надеть свои куртки в моем клубе. Конечно, участники МК жили и умирали в этих чертовых штуках, но Жнецам категорически запрещено появляться в «Лотерии». И вот они здесь, даже не пытаются быть осторожными. Что ж, если они хотят внимания, они его получат. Никки шутила, что мне нужно пойти сделать татуировку на теле с этой фразой, потому что я часто это говорю, но не моя вина, что постоянно приходиться ставить слабых мужчин на место.

В тот момент, когда я добралась до стола, мои пальцы вцепились в сальные светлые волосы мужчины, который стоял ко мне спиной, и я ударила его головой о стол с такой силой, что сломала ему нос и вырубила. Тот факт, что этот мудак не думал прикрывать спину в моем клубе, вывел меня из себя. Слава Богу, что из-за музыки никто из посетителей не услышал хруста ломающихся хрящей и костей или испуганных визгов его собратьев по клубу.

— Джентльмены. Мне сообщили, что вы хотите встретиться с ответственным лицом, — холодно сказала я. Мое тело заслоняло завсегдатаев клуба от взгляда пистолета, приставленного к голове потерявшего сознание мужчины. — К несчастью для вас, я здесь.

Жнецы могут быть отбросами, но, похоже, у них есть хотя бы крошечная доля лояльности к своим собратьям по клубу. Они не атакуют, пока я приставляю пистолет к голове мужика, тем более что они не на своей территории. Мужчина напротив меня рычал, как бешеная собака. На моем лице появилась улыбка: он главарь.

— Кем, черт возьми, ты себя возомнила? — его голос повышался с каждым словом. — Мы хотим встретиться с Марио.

Мудак рядом с ним совершил ошибку, тоже открыв рот.

— Убегай, малышка, и мы не будем нагибать тебя и трахать за неуважение, — издевался он.

Быстрее, чем мои глаза могли уследить, Ганнер прижал лицо мужчины к столу, положив сверху растопыренную руку.

— Какой палец отрезать первым? А? Я отрежу все, а потом засуну тебе в задницу, пока ты не научишься уважению, — голос Ганнера был холодным и угрожающим, и он ни за что не должен был так заводить меня.

Главный жнец двинулся на Ганнера, но Роберт, который только что появился за столом, покачал головой, заставляя его передумать.

— Пошел ты…

Раздался крик, и Ганнер зажал мужчине рот рукой, чтобы заглушить его. На столе лежал окровавленный средний палец.

— Слушай, теперь можешь трахнуть себя, — невозмутимо сказал Ганнер. Парень изо всех сил пытался вырваться.

Возбуждение пробежало по моим венам, что было противоположной реакцией, которую нужно испытывать, наблюдая, как отрубают палец. И все же я кусала нижнюю губу и сопротивлялась желанию отвести Ганнера в свой кабинет наверху и трахнуть на столе. Стон мужчины, за волосы которого я все еще держалась, вернул меня к текущей проблеме.

— Поднимай свою жалкую задницу и следуй за Робертом, — резко сказала я.

Тот, кто, по-моему, был лидером, бросил на меня уничтожающий взгляд, прежде чем встать. Я не напугалась. Ни у одного из этих пендехо нет при себе оружия. Мои охранники не настолько тупые, чтобы впускать в клуб вооруженных, и они бы трижды проверили жнеца. Этот ход мыслей заставил меня задуматься, как они вообще сюда попали.

— Роберт, как эти ублюдки вообще попали в мой клуб? — спросила я.

Роберт поднял руки.

— Не знаю. Джеральдо сказал: они утверждали, что у них встреча с Марио, — ответил он, прежде чем быстро добавить: — Сегодня вечером мы были завалены работой, Марио звонил раньше. Думаю, Джеральдо просто предположил, что они говорили правду.

Я кивнула головой, принимая новую информацию и отпуская Роберта, чтобы он отвел жнеца в мой кабинет. Казалось, они действительно хотели что-то конкретно от Марио. Наконец я высвободила руку из волос третьего и подала знак одному из вышибал «Лотерии».

— Отведи этих двоих в подсобку.

Он взвалил блонди на плечо, как тряпичную куклу, и рявкнул на мужчину, у которого теперь не хватало пальца.

— Где, черт возьми, вы находите таких гигантов? — недоверчиво спросил Ганнер.

Несмотря на дерьмовое шоу, с которым я сейчас имею дело, Ганнеру удалось вызвать у меня смех. Я посмотрела через плечо туда, где он стоял, читая на его лице жгучие вопросы, которые он изо всех сил старался держать при себе. Вопросы, на которые я не обязана ему отвечать, но все равно хотела рассказать.

— На Амазоне, — я подмигнула, прежде чем повернуться и последовать за Робертом.

Лавируя между столами, я шла достаточно медленно, давая понять, что он может следовать за мной. Я сказала себе, что позволяю ему присоединиться ко мне в знак доброй воли к нашему новому партнерству, давая сержанту Скелетов возможность допросить жнеца, не устраивая кровавой бойни на улицах. Но это чушь собачья. Я хотела, чтобы Ганнер был рядом, потому что мне начинал нравиться этот засранец.

Я подошла к незаметной двери в дальней стене. Большинство посетителей даже не замечали ее, а если и замечали, то предполагали, что это подсобный шкаф или что-то в этом роде. На боковой панели располагались сканер отпечатков и пин-код. Для любой двери в «Лотерии», которая вела в нелегальный бизнес, требовался отпечаток пальца участника, имеющего доступ, и определенный код, который менялся случайным образом.

Я подумала, что это немного перебор с мерами безопасности, но Скар настояла на этом. Честно говоря, я должна была ожидать этого от нее, так как она эксперт по безопасности, которая также оказалась профессиональным вором. Мы с ней познакомились из-за сделки с оружием с итальянской мафией в Нью-Йорке.

— Слишком много мер безопасности, чтобы открыть дверь, — прокомментировал Ганнер, взглянув на биометрический сканер и клавиатуру. — Не помню, чтобы Никки приходилось делать все это, когда мы поднимались по главной лестнице в твой офис.

— Задай настоящий вопрос, Ганнер. Не стесняйся. Я только что видела, как ты отрезал палец, — я повернулась, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. — Спроси меня, что хочешь знать, — я положила руки на бедра, наблюдая за его поведением.

Мои глаза остановились на том месте, где высунулся его язык, облизывая нижнюю губу. Ему нравилось, когда я бросала ему вызов.

— В какой гребаный офис мы идем, малышка? — спросил он, его тон был восхитительно требовательным.

Даже при тусклом освещении на этого человека было приятно смотреть. Я вглядывалась в его красивое лицо, впитывая все его черты, решая, что делать. Его зеленые глаза горели любопытством, волосы выглядели так, словно он запустил в них пальцы, а чертовы усы, которыми я была так одержима, соблазняли меня наклониться и прикусить его за губу.

Я также искала намеки того, что делать. Если бы он был настойчивым, требовательным или просто откровенным мудаком сегодня вечером, я бы вышвырнула его на обочину задолго до этого момента. Предполагалось, что мы с Ганнером будем вместе работать над сделками по продаже оружия. Ничего больше. Но вот я стою, борясь с решением о том, позволю ли я Ганнеру присоединиться ко мне в чем-то, выходящем за рамки этого соглашения.

Подушечка его большого пальца была шершавой, он пытался высвободить мою нижнюю губу из-под зубов.

— Мы партнеры, Райан, помнишь? Я сказал тебе это сегодня вечером. Если хочешь, чтобы я пошел с тобой, я пойду, — его большой палец продолжал скользить по моей губе, пока он мягко говорил. — Кроме того, Жнецы — враги Скелетов также, как и ваши. Мы можем получить ценную информацию о том, как не допустить их на территорию Тусона.

Мне пришлось бороться, чтобы сосредоточиться на его словах, а не взять палец в рот и пососать. У меня намокли трусики при мысли о том, чтобы попробовать на вкус любую часть этого мужчины.

Я испустила тяжелый вздох.

— Ладно. Но здесь я главная. Я руковожу.

— Прекрасно. Можешь занять это место. У меня есть другие… — ответил он.

Лукавый блеск в его глазах заставил меня подумать, что в его заявлении был скрытый смысл, но у меня нет времени думать об этом.

Мне нужно провести допрос.

ГЛАВА 13

Райан

— Как себя чувствуешь? — мой тон был бесстрастным.

В тот момент, когда мои ноги переступили порог офиса, все человеческое во мне отключилось. Я была здесь машиной, методичной и холодной. Я с гордостью взяла на себя роль судьи, присяжных и, при необходимости, палача для людей, которым еще предстояло предстать перед правосудием.

Таково мое правило.

В этой комнате находились только виновные люди; я не вытягивала информацию из невиновных. Серхио и Марио знали, что, если я не найду доказательств их вины, я не буду их пытать.

Слюна упала на бетонный пол у моих ног.

— Ты заплатишь за это, сука, — кипел он.

— О, я бы поспорила. Как клуб узнает, что с тобой случилось? — легкомысленно спросила я.

Я подошла к шкафу, открыла его и достала несколько своих любимых инструментов.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — теперь в его голосе слышался оттенок паники.

Оглянувшись через плечо, я обнаружила, что его глаза прикованы ко мне. Я наклонила голову и улыбнулась, игнорируя его вопрос — это всегда заставляло их ерзать.

— Тебе нравится мой офис? Я сама его спроектировала, — я указала на место ниже того, где он сидел. — Дренаж значительно облегчает смывание крови, — я повернулась обратно, продолжая говорить. — Все, что мне нужно, — это разлить по комнате отбеливатель и промыть из шланга.

Когда я снова повернулась к нему, его лицо побелело. Он не подумал о том, что я могу убить его или пытать. Реальность ситуации начала доходить до него, и он попытался заерзать на своем месте. Улыбка расплылась на моем лице, наблюдая, как он борется, потому что я знала, что он не сможет освободиться. Я видела, как слишком много заложников ломали стулья и убегали, поэтому разработала свой метод.

Жертва сидит с прикованными к металлическому стулу лодыжками и поднятыми над головой руками. Я была уверена, что кто-то в какой-то момент сможет найти выход из этой ситуации, но у меня нет привычки оставлять их одних надолго. Большинство мужчин, оказавшихся здесь, были слабаками, которые даже не пытались сбежать. Они охотятся на слабых, а потом хнычут, когда я привлекаю их к ответственности.

— Где, черт возьми, Марио? Я попросил главного, а не какую-то сучку, изображающую крутого парня, — крикнул он, но дрожь в его голосе выдала страх.

Ганнер нанес хук справа, прежде чем схватить мужчину за бороду и повернуть его голову назад.

— Следи за своим гребаным тоном, — Ганнер с отвращением покачал головой. — Ты попросил ответственного человека, и вот она здесь, удостаивает тебя своим присутствием, а твоя чертова жалкая душа будет проявлять неуважение? — недоверчиво спросил он.

Глаза мужчины расширились, когда он увидел эмблему Ганнера. Никто из жнецов не заметил, что он был членом общества Скелетов, но этот, черт возьми, теперь точно заметил. Я подошла к Ганнеру и положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить его ярость и учащенное биение моего сердца от его ответа. Я не могу позволить себе отвлекаться.

— Что ты хотел обсудить… — я посмотрела на его куртку, где было вышито название его клуба и должность — он тоже был сержантом по вооружению, интересно. — Спиннер?

Из его носа обильно текла кровь, а глаз уже начал опухать. Вместо ответа кровавый плевок приземлился мне на ноги. Он усвоил урок о том, что нельзя называть меня сукой в присутствии Ганнера. Я закатила глаза на эти детские выходки. Мужчины всегда хотели проверить меня и посмотреть, в какую игру играет картель.

Так было в самом начале.

Часть меня всегда думала, что Марио включил меня в те первые сеансы пыток, чтобы посмотреть, сломаюсь ли я. Если бы эмоциональные осколки, которыми я обладала, можно засунуть еще глубже. Может быть, он думал, что сможет исправить меня, если я развалюсь на части, или, может быть, он знал, что этот самосуд заставит меня почувствовать, будто я искупаю свою вину.

Но проблема с искуплением грехов заключается в том, что ты никогда не сможешь разорвать порочный круг.

— Я задала вопрос, Спиннер. Поскольку ты, похоже, ничего обо мне не знаешь, я дам тебе несколько полезных советов о том, как я работаю, — я кружила вокруг него, пока говорила, наблюдая, как он ерзает под моим холодным взглядом. Много лет назад я узнала, что люди нервничают, когда не могут видеть тебя в поле зрения.

— Я задаю вопрос, ты отвечаешь. И спрошу только один раз, — прошептала я ему на ухо.

Зловоние его страха теперь пересиливало слабый запах чистящего средства. Я улыбнулась, зная, что Спиннер понял, что я хищница, а он — добыча. После еще нескольких секунд молчания он решил, что его лучший шанс выбраться с территории Лос-Муэртос живым — это сотрудничать.

Его голос был торопливым и умоляющим.

— Я здесь только для того, чтобы поговорить с Марио. Думал, он будет здесь, мне просто нужно кое в чем разобраться. Клянусь.

Мои брови нахмурились от его слов. Возвращаясь к началу, я наблюдала за его лицом в поисках каких-либо подсказок.

— Марио знал, что ты придешь? — спросила я, разозленная тем, что в моем голосе слышалось замешательство, потому что Спиннер уловил это и сразу же изменился.

Усмехнувшись, он наклонился как можно дальше вперед, упершись запястьями в потолок.

— Кто ты, черт возьми, такая, чтобы задавать такие вопросы? Я хочу поговорить с тем, кто принимает решения, — Спиннер наклонился, чтобы указать подбородком на Ганнера, прежде чем продолжить.

— Насколько я, блять, знаю, это всего лишь член, на который ты насаживаешь свою хорошенькую киску. Этот подонок, вероятно, платит тебе за это. Скольких еще братьев ты трахаешь? — теперь его голос был пропитан ядом. — Нет, сука, у тебя, блять, нет права голоса в Лос-Муэртос. Ты просто издеваешься надо мной, — его взгляд упал на двустороннее зеркало, и он закричал на него, как будто кто-то наблюдает. — Марио, я хочу с тобой поговорить.

Ганнер рядом со мной практически вибрировал от ярости. Мне пришлось удерживать его, положив руку ему на грудь, пока этот мудак извергал свои теории заговора. Женщина в этом мире привыкла к тому, что ее обвиняют в распутстве.

Больше власти у красивых сучек, которые ставили мужчин на колени, а затем заставляли придурков платить за поклонение. Я управляла гребаным стрип-клубом; очевидно, я сторонник секс-работников. Но, к сожалению для Спиннера, это не та работа, которую я выполняю для Лос-Муэртос.

Прежде чем он понял, что происходит, я сократила дистанцию и всадила пулю ему в коленную чашечку, раздробив ее и оторвав половину икры. Крики агонии Спиннера отразились от кафельных стен.

Мой голос прозвучал спокойно и невозмутимо.

— Слышала, что тяжело ездить на байке с раздробленным коленом. Врачи редко когда могут восстановить подвижность. Слишком сложная операция даже для опытных хирургов. В худших случаях ногу приходится ампутировать, — я наклонила голову, зная, что выглядела сумасшедшей. — Жнецы возят своих людей в больницы? Или вы, ребята, все еще пользуетесь услугами клубного врача? — злоба была очевидна в моем тоне.

Спиннер в муках мотал головой взад-вперед, находясь на грани потери сознания. Я знала, что он не замечает моих слов. Но я говорила это не для него. Я говорила это для двух его братьев по клубу, которые смотрели трансляцию происходящего из своих комнат для допросов.

Мои пальцы впились в его челюсть.

— Эскучаме пендехо[19], считай это своим официальным предупреждением о том, что Тусон — территория Лос-Муэртос и Скелетов Общества, и тебе здесь не рады. И скажите своему президенту, чтобы в следующий раз он провел кое-какие исследования, потому что Бруджита Лос-Муэртоса не ценит такого неуважения, и я начну подбрасывать трупы к его порогу, если он будет злить меня еще больше. Понятно?

Его глаза расширились при упоминании названия улицы, подтверждая, что все эти придурки, должно быть, новенькие.

Как только Спиннер отключился, я повернулась к Ганнеру. Поймав его взгляд, я попыталась оценить его реакцию на то, что сейчас произошло. Невинные люди никогда не появлялись в этом офисе. Поэтому я редко испытывала чувство вины, когда занималась этим видом бизнеса. Но в тот момент, когда я нажала на курок, мое сердце упало в желудок при мысли о том, что я увижу на лице Ганнера. Сможет ли он хотя бы взглянуть на меня?

Он оценивающе оглядел меня с ног до головы. Но, похоже, его не отталкивал тот тип насилия, на который я способна. Это немного успокоило мое беспокойство. Я знала, что после того, что он сейчас увидел, всегда будет смотреть на меня в другом свете. Я очень сожалела о том, что позволила Ганнеру стать свидетелем этого, но не знала, как загнать пресловутого джинна обратно в бутылку.

Мои ладони наткнулись на грубую ткань джинсов, об которые я вытерла пот. Я нервничала из-за того, что он хотел мне сказать. В два шага он сократил расстояние между нами. Подняв свою большую руку, он потер морщинку между моими бровями.

— Перестань выглядеть такой обеспокоенной. Думаешь, я раньше не видел огнестрельного ранения?

Его рука скользнула вниз к моему плечу, пытаясь снять напряжение.

Тихий стон вырвался у меня, прежде чем я ответила:

— Я только что застрелила человека, Ганнер. И не в целях самообороны или какой-либо другой юридической причины. Конечно, я беспокоюсь о том, какой будет твоя реакция, — дерзко ответила я.

Ганнер приподнял бровь, глядя на меня.

— Юридической? Думаешь, я коп? — он дразнил, скорее всего, в попытке заставить меня расслабиться.

Я повернулась, чтобы направиться к двери.

— Нет, придурок. Я не думаю, что ты коп. Ты, блять, отрезал палец и угрожал засунуть его в задницу, — Ганнер хихикнул при воспоминании, заставив меня закатить глаза. — Я пыталась сказать, что для меня это нормальная реакция — беспокоиться о том, как кто-то воспримет то, что я выстрелила кому-то в коленную чашечку.

— Райан.

Я остановилась, повернувшись к нему лицом, заметив, как он проводит рукой по волосам и смотрит на бессознательное тело Спиннера.

— Если тебе интересно, думаю ли я, что ты больная на голову, то нет. Правильное и неправильное не как черно-белое. Серая зона — это место, где живут люди, которые делают больше всего хорошего для других. Мы готовы нести это бремя, чтобы другие могли оставаться исключительно в свете.

Я открыла рот, чтобы заговорить, но поняла, что у меня нет слов. Я понятия не имела, как распутать паутину эмоций, вызванных его словами и действиями.

ГЛАВА 14

Ганнер

Три гребаных часа ночи, а я только сейчас возвращаюсь в здание клуба. Райан была против того, чтобы я отвез ее домой вместе с Никки. Я хотел поспорить с ней по этому поводу, но не было никакой веской причины, по которой я должен вести ее домой. Кроме того, что я хотел остаться с ней подольше. Что абсолютно абсурдно. Я едва знал эту женщину. Но быть рядом с ней все равно, что заново переживать жизнь, выходить за рамки моей нынешней рутины.

Блять.

Конечно, ночная тусовка все еще продолжалась, а все, чего я хотел, — это лежать в гребаной тишине и покое и думать о том, что узнал сегодня вечером. Но это невозможно, когда живешь в МК. Здесь постоянная пьянка, сучки и шум. Много шума.

— Где, черт возьми, ты был, придурок? — Декс сидел на одном из кожаных диванов, закинув руки на спинку, а между его ног возилась клубная цыпочка. Это зрелище заставило меня ущипнуть себя за переносицу. Эти условия жизни не всегда были такими веселыми, как выглядели на бумаге. Иногда мне просто хотелось вернуться в обычный дом, где почтальон знал мое имя.

Как только эта мысль пришла мне в голову, то же самое произошло и с образом черноволосой красавицы, одетой только в мою рубашку и готовящей мне ужин. Я покачал головой. Во-первых, потому что это не входило в мои планы. И, во-вторых, Райан никогда не стала бы готовить мне ужин, как покорная домохозяйка. Ножи на этой кухне предназначались бы для человека, а не для нарезки лука.

— Чувак… — Декс напомнил, что он задал вопрос.

— Я собирался отвезти Райан домой, но у нас изменились планы, когда она получила известие, что жнецы в ее клубе…

Я оставил подтекст в воздухе. Не знаю, был ли Декс слишком пьян, чтобы говорить о работе сейчас, поэтому проверил ситуацию. Но в тот момент, когда я упомянул МК, его взгляд сузился, и он приподнял подбородок цыпочки.

— Это было весело, милая, но папе сейчас нужно немного поработать, — цыпочка с энтузиазмом кивнула головой, засовывая член Декса обратно в джинсы, прежде чем уйти прочь. Я понятия не имел, как он вообще заводил девушек, говоря подобную чушь. Я слишком долго знал этого ублюдка, и от одного звука того, как Декс называл себя папочкой, мне захотелось блевать.

В тот момент, когда она ушла, его поведение изменилось.

— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — Декс зарычал. — Я думал, что картель не работает со Жнецами.

Декс был более трезвым, чем я сначала подумал. Он задал те же вопросы, что и я, когда Райан упомянула, что жнецы в Лотерии.

Я провел рукой по лицу.

— Они искали Марио.

— Она знала? — спросил он. Его лицо было настороженным.

Я решил, что лучше посидеть до конца этого разговора, потому что был уверен: у Декса возникнут вопросы, особенно когда я расскажу ему о том, что произошло в секретном кабинете Райан.

— Нет, — я пристально посмотрел на него. — Жнецы не были желанными гостями, и Райан не знала, почему они искали Марио.

Декс открыл рот, чтобы спросить, как я могу быть в этом уверен, но я продолжил.

— Райан подошла сзади к одному из них и разбила ему нос об стол, потом приставила пистолет к его голове и угрожала остальным. Затем, в своем особом кабинете, она выстрелила их сержанту по вооружению в колено, прострелив икру, — спокойно сказал я, положив руки на спинку дивана и давая моим словам минуту, чтобы осмыслиться. Я умолчал о том, что отрезал палец, потому что мне не понравилось, как он с ней разговаривал.

— Че-ерт, — сказал Декс, растягивая «е», как я ненавидел.

Я закатил глаза, прежде чем продолжить.

— Она была совершенно уверена, что ногу нужно будет ампутировать, так как Жнецам пришлось бы отправиться в настоящую больницу, чтобы иметь хоть какую-то надежду на его спасение. Но со всем дерьмом, в которое они вовлечены, я сомневаюсь, что они пошли бы на такой риск.

Между нами повисла напряженная тишина, пока Декс переваривал то, что я сейчас уронил ему на колени.

— Ты видел, как она, блять, выстрелила мужчине в коленную чашечку… — Декс говорил так, как будто он только что влюбился, и это чертовски раздражало. Поэтому я решил кивнуть головой в ответ. Конечно, такова его реакция на эту ситуацию. Однако я бы солгал, если бы не признал, что вид ее в той комнате, жажда крови, бегущая по ее венам, нихрена не возбуждала меня.

Иногда поздно ночью я лежал без сна и задавался вопросом, всегда ли была тьма, которая сейчас окружала мою душу, или я запятнал себя за последние несколько лет. Но сегодня вечером, когда я увидел Райан в той комнате, требующей мести за то, что они сделали с Никки, и утверждающую свою власть за вторжение на ее территорию… Я понял, что тьма не равна злу. Благие намерения часто нужно воплощать в жизнь с помощью грехов.

— Так какого хрена они там были? Зачем рисковать, чтобы тебя, блять, подстрелили? — недоверчиво спросил он.

Я пожал плечами. Задавался тем же вопросом.

— Может, они думали, что найдут Марио. Они понятия не имели, кто такая Райан, — задумчиво ответил я, проводя рукой по волосам. — Но трудно понять, что это значит, потому что до недавнего времени мы тоже ничего не знали о Райан. Серхио и Марио, возможно, и позволяли ей выполнять за них грязную работу, но ни один из них не говорил о ней с другими.

Напротив меня Декс потирал лицо руками. Как будто, если он будет тереть достаточно усердно, появятся ответы. Но нам не хватало слишком многих кусочков головоломки. Он поднял глаза, встретившись со мной взглядом. Серьезность заставила меня напрячься.

— Она хороший источник информации. Ты сам сказал, что она выполняет много тяжелой работы для Марио и Серхио. Она входит во внутренний круг, Ганнер. Райан будет знать все дерьмо, независимо от того, должна она знать или нет. У нее будет информация.

Я заскрежетал зубами от последствий того, что сказал Декс. Он увидел сопротивление на моем лице и продолжил, прежде чем я заткнул его.

— Слушай, чувак, я знаю, ты думаешь, что она горячая штучка; черт возьми, она мне тоже нравится. Но у нас есть работа. Она — тот человек, который нам нужен, чтобы войти в доверие. Установи с ней связь, используй ее как ресурс, и мы сможем сделать то, что нам нужно. Продолжим это партнерство и добьемся успеха. Но, брат, чтобы сделать это, нельзя использовать свой член. Нельзя впутывать в это свои чувства.

Теперь я тер лицо, надеясь на другое решение или ошибку в словах Декса. Но он прав. Мне нужно было сблизиться с Райан, чтобы использовать ее для получения информации. Это партнерство не было долгосрочным обещанием. Это пробный запуск, и если все пойдет наперекосяк… Если я все испорчу — прощай все, ради чего мы работали.

Я разочарованно вздохнул, когда мне в голову не пришло никакого другого решения.

— Черт, ты прав, — пробормотал я.

Декс одобрительно кивнул головой, радуясь, что я согласился с ним.

— Нам нужно выяснить, зачем Жнецам понадобился Марио. Они многим рисковали, появившись там, и я хочу знать, почему. Все это было настоящим дерьмом. Спиннер не думал, что Райан главная, поэтому он разыграл свои карты. И Райан была немного взволнована, когда увидела, что они повредили запястье Никки.

Я едва успел произнести эти последние слова, как Декс вытянулся по стойке смирно. Его внутренний убийца вышел на первый план. Вот за что он получил свое прозвище. Декс, сокращение от Декстер, потому что этот человек был чертовски страшен, когда в нем просыпается эта сторона. Холодный и расчетливый; способный извлекать информацию и причинять боль, не моргнув глазом. Время, проведенное в МК, безвозвратно изменило нас обоих, или, может быть, просто позволило нам стать самими собой.

— Что, черт возьми, они сделали с Никки? — спросил он резким голосом.

Этот вопрос заставил меня приподнять бровь. Я не удивлен, что Декс знал имя Никки; он знал много женских имен. Я был удивлен, что он знал, какой женщине принадлежало это имя, и ему не наплевать, что она ранена. Декс, возможно, и производил впечатление веселого человека, но чувства и забота о людях не его конек. Он держал это дерьмо крепко запертым. Вот почему его «декстерская» сторона проявлялась так быстро, когда его провоцировали. Он всегда сдерживал свои чувства.

Но указывать на его реакцию было бы все равно, что бросать камни в стеклянный дом, поэтому я держал рот на замке и просто ответил на вопрос.

— Когда мы появились, Никки подбежала к Райан, сказать ей, что происходит. Она не учла, насколько наблюдательна ее босс, и совершила ошибку, потирая запястье. Райан уловила движение. Почти уверен, что именно из-за этого мужчин отправили в специальный кабинет, а не в тот, что наверху. Думаю, кто-то из мужиков распустил руки. У меня не было возможности спросить об этом Никки.

Декс выглядел так, будто хотел вскочить со своего места и взлететь, поэтому я поднял руки, чтобы дать ему сигнал остыть.

— Прежде чем ты превратишься в психопата-убийцу, Райан позаботилась о наказании.

Декс слегка расслабил плечи, но я все еще не был уверен, что он не попытается сразиться с несколькими жнецами. Я думал, что они с Никки едва знали друг друга, но его реакция свидетельствовала об обратном.

— Декс, — мой голос прозвучал повелительно; этот тон я использовал, когда он знал, что я говорю серьезно. — Помни, что ты мне сказал. У нас есть работа. Мы не можем испортить все, начав войну со Жнецами. Кроме того, у меня есть предчувствие, что один из них все равно придет.

Это, казалось, вырвало его из борьбы.

— Ты прав. Просто, знаешь ли, мне не нравится слышать о том, что женщинам причиняют боль, — он встретился со мной взглядом, давая понять, что мы больше не собираемся обсуждать это дерьмо с Никки. — Я свяжусь с некоторыми и посмотрю, не было ли чего странного. Как думаешь, Жнецы будут мстить? — спросил он.

Я думал об этом всю обратную дорогу до клуба. Технически, они вторглись на чужую территорию без приглашения. И не просто чью-то, а территорию проклятого картеля. Но Жнецы не соблюдали многих неписаных правил. Им, вероятно, наплевать на то, что Райан сделала то, что должна была. Что меня беспокоило, так это то, что они будут мстить, потому что она женщина. Жнецы, вероятно, считали, что женщина, угрожающая им, более неуважительна, чем вторжение на чужую территорию.

Выражение моего лица передало мое беспокойство, потому что Декс решил встать и пойти туда, где мы проводили церковь.

— Надо сообщить людям о том, что Жнецы могут нанести ответный удар. Мы должны быть готовы. Посмотрим, чего ты сможешь добиться с Райан. Ганнер, не облажайся, — он остановился и посмотрел на меня. — Тебе нужна киска — здесь их много, чтобы унять зуд.

Моя голова ударилась о спинку дивана.

Черт, он прав.

От этого партнерства зависело слишком многое. Я не могу все испортить. Уверен, что какую бы связь я ни установил с Райан, я буду просто наблюдать, как ее разорвет на куски, когда все закончится. От этой мысли у меня защемило сердце, и я не знал, что думать о своей реакции.

Одно я знал наверняка: она может возненавидеть меня, когда все это закончится, я сделаю все, что в моих силах, чтобы она вышла из этого невредимой. Использую все имеющиеся у меня ресурсы, чтобы уберечь ее от последствий.

Потому что каждый мой инстинкт подсказывал: что-то грядет. Мы все близки к тому, чтобы получить гребаный удар. Я не знал, что будет, но давным-давно научился прислушиваться к своим инстинктам.

Они спасали мою жизнь и жизни других людей снова и снова.

ГЛАВА 15

Райан

Наверное, сейчас Меркурий ретроградный.

Или как там, блять, Никки это называла, когда обвиняла планету в жизненных неудачах. Потому что ночь, когда Жнецы появились в «Лотерии», была определенно провальной. После того, как Ганнер ушел, я позаботилась о том, чтобы мои непрошеные гости вернулись к себе домой. Высадила их прямо у ворот, как поступил бы любой хороший водитель Убер.

Почти подумала, что нам придется выбросить фургон. Я была почти уверена, что волосы в моем носу побелели от вдыхания паров отбеливателя. А один из новичков Муэрто выблевал свой обед, наблюдая за рекой крови.

Разочарованный стон сорвался с моих губ, когда я откинулась на спинку офисного кресла, закрыв глаза. Я ломала голову в поисках ответов на вопрос, почему Жнецы появились здесь. Большая часть криминального мира смотрела на меня, как на аномалию. Если бы они знали обо мне. Некоторые смутно догадывались, что Марио держал рядом женщину, но вокруг него всегда было много женщин, они просто смешивали меня с этими сучками и двигались дальше.

Старенькие знали, что Серхио приютил подростка десять лет назад, но как только говорили, что я девочка, они не почувствовали необходимости узнавать обо мне что-то еще. Большую часть времени игроки, особенно новички, знали только, что «Райан» заправлял дерьмом для Серхио и Марио в районе Тусона. И, как и Скелеты Общества, все думали, что у меня член между ног.

Но Жнецы должны были знать, кто я такая.

Несколько лет назад я лично передала сообщение в их клуб, чтобы они держались подальше от территории Тусона и Лос-Муэртоса. И уж точно их, черт возьми, не пустят в Лотерию. Разбитый мотоцикл, и мужчина, напавший на одну из моих девушек, должны были донести чертовски ясно мою угрозу.

Когда Серхио отдал мне «Лотерию», я знала, что буду защищать своих девочек всеми фибрами души. Вот почему эти здоровенные мужики работали здесь. Почти все девочки пережили что-то. Я не задавала никаких вопросов. Их прошлое принадлежало им и только. Им не нужно ничем делиться со мной.

Но у меня есть строгие правила.

Все они проходили тест на наркотики. Кроме марихуаны, я не хотела, чтобы они были зависимыми. Они могут сохранить каждый доллар, который заработали на этой сцене и приватных танцах, но никаких половых актов в клубе. Я не собираюсь подвергаться случайному обыску, потому что просочились слухи, что в Лотерии можно заказать «маргариту» и получить минет. Тогда все станет опасным для незаконной деятельности.

Для посетителей существовало одно жесткое и незыблемое правило. Они никогда не должны прикасаться ни к одной из девочек. Жнец, которого я избила до полусмерти, вышел далеко за рамки этого правила.

Так почему, черт возьми, Жнецы решили, что мои правила изменились? Я не слышала о каких-либо изменениях во власти из клуба. Спиннер не тот сержант по вооружению, которого я знала. И какого черта ему нужно увидеть Марио?

— Муньека, ты выглядишь напряженной. У тебя проблемы?

Холодок пробежал у меня по спине при звуке этого голоса. Мои глаза распахнулись, и я увидела Марио, прислонившегося к косяку двери кабинета.

Волк в овечьей шкуре. Или, скорее, в Гуччи.

Марио был ростом под сто восемьдесят. Я никогда не видела его без сшитого на заказ костюма и дорогих мокасин. Нельзя отрицать, что Марио красив, но он никогда не заставлял меня мокнуть. До недавнего времени я даже не подозревала, что такое может случиться.

Я воспользовалась моментом, чтобы собраться с мыслями, не желая показывать ему, как была поражена, увидев его.

— Марио, что ты здесь делаешь? Не знала, что ты собираешься приехать в Тусон. Обычно ты даешь мне знать, когда приходишь в гости, — в моем голосе чувствовалась легкая дрожь.

Я чувствовала себя кроликом, попавшим в ловушку, когда он смотрел на меня, его холодный взгляд всегда был расчетливым и оценивающим. Это одна из первых вещей, на которые я обратила внимание, когда мы встретились в том переулке много лет назад. Временами я чувствовала себя скорее предметом, которым он обладал, чем девушкой, о которой он заботился, как он утверждал. И все же, несмотря на это, я всегда оставалась рядом с ним. Боялась потерять единственную привязанность, которую получила с тех пор, как погибли мои родители.

Мои глаза проследили за его движением, когда он прошел от двери к моему столу. Я сосредоточилась на том, чтобы замедлить дыхание и взять под контроль свои реакции.

Конечно, он заставит меня ждать ответа. Он ненавидел, когда я задавала ему вопросы. Не имело значения, что это был логичный гребаный вопрос, поскольку, в последний раз, когда я слышала, он был в Мексике.

Его рука обхватила рамку с фотографией нас с Никки, когда мы получили ключи от нашей квартиры. Его глаза сузились, и он недовольно поджал губы.

Эти двое никогда не ладили. Никки открыто заявляла о своем отвращении к Марио, поэтому я держала их подальше друг от друга. Марио, как правило, был вспыльчив на неуважение, и даже я не смогла бы спасти Никки от гнева Марио, если бы она разозлила его. Ей я тоже это сказала.

Когда он заговорил снова, в его тоне была резкость, предупреждающая, что я испытываю его терпение своими вопросами. Потребность закатить глаза от его театральности была непреодолимой.

— Муньека, ты что, забыла? Я наследник этой империи, и владелец этого клуба, на который позволил тебе баллотироваться вместо меня. Я могу появляться, когда мне заблагорассудится, — он выдержал мой пристальный взгляд, провоцируя меня на возражения.

Ударение на «позволил» действовало мне на нервы, но я придержала язык. Вместо этого я предпочла впиваться ногтями в ладони.

— Конечно, Марио. Я просто удивилась, что ты здесь, — я одарила его, как надеялась, милой улыбкой, пытаясь сгладить напряжение.

На его лице появилась волчья ухмылка. Он всегда был доволен моей покорностью. Впервые за долгое время я задалась вопросом, почему позволяю Марио обращаться со мной так, как он дал мне прозвище — кукла.

— А теперь вернемся к моему первоначальному вопросу, Муньека. Что именно вызывает у тебя стресс? — напомнил он.

Его настойчивость пробудила интерес. Я сосредоточилась на языке его тела, ища подсказки.

Марио никогда не заботило, что происходит в «Лотерии». По крайней мере, он никогда не интересовался проблемами. Все, чего он хотел, — это знать, каковы успехи, чтобы он мог заявить о них как о своих собственных. Но на проблемы было наплевать. На самом деле, это моя работа — устранять проблемы до того, как они доходят до ушей Марио. Так почему же ему интересно, что происходит сейчас? Возможно, он обеспокоен, потому что думал, что проблемы, вызывающие у меня стресс, были личными.

Это проблемы, в которые он, как правило, всегда чрезмерно проявляет интерес.

Я переоделась в образ следователя, не желая выдавать информацию своим тоном или языком тела.

— Несколько жнецов появились прошлой ночью. Когда им был категорически запрещен вход в клуб. Но эти ублюдки все равно решили прийти на территорию Лос-Муэртос. Поэтому я передала сообщение о том, что думаю по поводу их неуважения, — я сделала паузу, наклонившись вперед над своим столом. Оценивая его. — Но что я хочу знать, так это почему эти пендехо решили, что им будут рады.

Я не упомянула, что они попросили о встрече с Марио, пытаясь выяснить, знает ли он уже этот лакомый кусочек. Марио опустил глаза и поковырял несуществующую ворсинку на рукаве, прежде чем заговорить.

— Хм, понятно. Ты случайно не спрашивала их, почему они оказались в моем заведении? Или ты позволила своей жажде крови взять верх? — спросил он напряженным тоном.

Я ощетинилась от его слов, но ответила на вопрос.

— Я спрашивала. Он сказал, что они хотят поговорить с кем-то из начальства. Когда я сказала ему, что это я, разговоры прекратились.

Марио посмотрел, приподняв бровь. Его намек заставил меня закатить глаза.

— Нет, Марио. Разговор не состоялся, не потому что я убила его, — я прикусила губу, понимая, что мои следующие слова не будут звучать как менее жестокая альтернатива.

— Он умер, потому что я прострелила ему коленную чашечку.

Это вызвало у него искренний смех. То, чего я не слышала уже много лет.

— Муньека, ты не перестаешь меня удивлять.

Мужчины поражают меня своим настроением. Сначала Ганнер, теперь Марио. Ледяной тон исчез. Сменился шутливым, от которого у меня защемило сердце.

«Вот почему ты остаешься здесь. Ты думаешь, что его можно исправить. Это не так, и ты убьешь себя, ожидая этого».

Пьяные слова Никки всплыли в моей голове, мой разум создал точную копию печального тона в ее голосе. Как будто ее предупреждение было основано на личных событиях.

— Я так рад, что взял тебя. А теперь выбрось Жнецов из головы. Я позабочусь обо всем, — сказал он, возвращая меня в настоящее.

Это вызвало хмурое выражение на моем лице. Он никогда не хотел ни с чем разбираться, но Марио не стал утруждать себя дальнейшими объяснениями. Вместо этого он перешел к причине, по которой я предполагала, почему он здесь.

— Нам действительно нужно обсудить кое-какие дела. Мне нужно, чтобы ты договорилась о встрече с сержантом по вооружению из МК Скелетов. Хочу убедиться, что он осознает, чего от него ждут.

Прежде чем я успела ответить, он уже выходил из кабинета.

— Сегодня, Муньека, — потребовал он.

К черту Меркурий и его ретроградность.

Я достала телефон, чтобы отправить сообщение Ганнеру. Я не разговаривала с ним с той ночи. Не знала, как переварить то, что чувствовала, когда он рядом. И вместо того, чтобы нырнуть в этот эмоциональный омут, я предпочла отделиться от жизни с помощью любовной книги и вибратора до конца выходных.

Кончик моего пальца завис над кнопкой отправки, как будто я школьница, набирающаяся смелости, чтобы поговорить со своей пассией. В чем моя проблема? Это деловая встреча; я к такому привыкла. Я разозлилась на сообщение, как будто оно оскорбило меня лично. Слава Санта-Муэрте, это не звонок по FaceTime. Я бы просидела здесь весь гребаный день.

— О, но ты можешь прострелить кому-нибудь колено, без проблем. Это в порядке вещей, — пробормотала я себе под нос, перечитывая отправленное сообщение.

Я: «Нам нужно встретиться сегодня».

Три точки, указывающие на то, что он печатает, появились почти мгновенно. Я пыталась не обращать внимания на бабочек, порхающих вокруг моей матки, ожидая ответа.

Ганнер: «У тебя или у меня?»

Я уже собиралась ответить, когда пришло еще одно сообщение.

Ганнер: «Если встретимся у тебя, скажи, есть ли у тебя презервативы размера XL, если нет, мне придется захватить свои».

Что блять? Он что, пристает ко мне? Я прикусила нижнюю губу зубами, покусывая кожу, пытаясь понять, как я отношусь к его сообщению. Выдохнув, я решила, что мне нужно держаться профессионально. Мои пальцы порхали по экрану, набирая ответ, пока он не отправил еще чего-нибудь, и моя решимость дала трещину.

Я: «Мы встретимся не для того, чтобы потрахаться, Ганнер».

Ганнер: «Понял, пока не до этого. Как относишься к 69?»

Ганнер: «Я умираю от желания попробовать твою киску на вкус…»

Ганнер: «Прошлой ночью ты оставила мокрое пятно. Чего бы я только не отдал, чтобы выебать тебя на моем байке. Ты носишь трусы под этими своими леггинсами? Держу пари, что нет. Я мог бы просто разорвать несколько швов и получить доступ к прелестной киске. Я ее еще не видел, но держу пари, что она симпатичная».

Ганнер: «Я упоминал, что дико сексуально то, насколько ты кровожадна?»

Я не знала, что на него нашло, но он не давал мне времени ничего обдумать. Держу пари, Декс подбил его на это. Проблема в том, что слова на экране заводили меня. Бедра сжались, промежность джинсов терлась о клитор.

— Кто я такая? Похотливый подросток? — проворчала я. — Ты напишешь ему ответ прямо сейчас и скажешь, чтобы он прекратил это дерьмо… — моя напутственная речь нихрена не дала. В тот момент, когда пришло очередное сообщение, я впилась глазами в слова на экране.

Ганнер: «Пришли фотку».

Мое лицо исказилось в замешательстве.

— Он, наверное, бухой, или получил сотрясение мозга, — сказала я себе.

Я: «Что? Зачем тебе селфи?»

Я: «Я даже не собираюсь утруждать себя ответом на остальные сообщения».

Ганнер: «Мне не нужна фотка твоего лица. Я хочу посмотреть на твою киску. Ты что, не поняла? Мой член становится твердым от одной мысли о том, чтобы увидеть ее. К черту всё, пришли еще и фотку лица».

Ганнер: «Как думаешь, сможешь сфоткаться, склонившись над своим столом? Я дрочил на этот образ все выходные. Черт, Райан. У меня уже стояк, а ты даже не отправила фотографию».

Ганнер: «Если бы я купил тебе анальную пробку, ты бы ее надела? Черт возьми, такую фотку я тоже хочу».

Я снова прикусила губу, читая его сообщения. Почему у меня в столе не припрятан вибратор? В течение двух секунд я раздумывала, не подыграть ли ему. Но на меня вылили ведро ледяной воды, когда дверь кабинета открылась, и Марио просунул голову внутрь.

— Ты уже назначила встречу? — спросил он.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, как будто меня только что поймали за чем-то непристойным. Я надеялась, что Марио не заметил.

— Назначаю, Марио, — крикнула я в ответ, прочищая горло.

В тот момент, когда дверь закрылась, я расслабилась, но лишь слегка. Это было напоминанием о том, что мне нужно держать себя в руках. Не позволяй красавчику отвлекать тебя, Райан.

Я: «Не время для секс-СМСок, Ганнер. Иди подрочи и тащи свою задницу в Лотерию. Марио здесь».

Точки появились, а затем исчезли, прежде чем, наконец, пришел его ответ.

Ганнер: «Скоро буду».

ГЛАВА 16

Ганнер

Всю дорогу я думал о сообщениях, которые отправил ей.

Они начинались как шутка. Просто пытался вывести ее из себя, но не врал, когда сказал, что фантазировал о ней все выходные. СМСки зажили своей собственной жизнью. Возможно, моему члену придется держаться от нее подальше, но черт возьми, я ведь даже не собирался с ней флиртовать.

Я сказал себе, что флирт для того, чтобы заставить ее влюбиться в меня. Ей нужно влюбиться в меня, чтобы поделиться информацией. Но я знал, что играю с огнем.

В поле зрения появилась алая вывеска «Лотерии», и уголки моего рта поползли вверх. Теперь, когда я узнала Райан, я чувствовал прилив гордости, глядя на это здание. Ее кровь, пот и слезы попали создали это место. Когда двигатель заглох, напряжение покалывало мою кожу. Сегодня вечером здесь по-другому.

Джеральдо, гиганта, который охранял дверь, нет на своем посту. Вместо этого там стоял какой-то мудак, который, похоже, притворялся членом мафии в малобюджетном фильме. Никто не сказал ему, что он в картеле? Я скинул образ сержанта по вооружению, прежде чем подойти к этому мудаку.

— Клуб сегодня закрыт, гринго. Иди куда-нибудь еще, чтобы заплатить за телочку, — выпалил он.

Я посмотрел вниз на руку, прижатую к моей куртке, прежде чем снова перевести взгляд на его уродливую рожу.

— У тебя усы, как у педофила, — холодно сказал я, наблюдая за его реакцией. Замахнуться первым было бы не очень хорошо, но замахнуться вторым… это сойдет с рук.

Мой член дернулся в тот момент, когда я услышал ее голос. Успокойся, чувак.

— Лучше убери руку, пока он ее не оторвал, — Райан вышла из-за спины идиота. — И не все платят за секс, Армандо. Не перекладывай свои проблемы с недотрахом на других людей. А теперь впусти его, — потребовала она с холодным выражением в глазах.

Боже, она такая секси, когда командует людьми. Тяжесть руки Армандо резко исчезла, и я протиснулся мимо него. Но его бормотание о том, что Райан — сука, достигло моих ушей. Быстрее, чем он мог ожидать, я прижал его к стене. Мое предплечье прижалось к его горлу.

— Как, черт возьми, ты ее назвал? — я зарычал, не ощущая давление его ногтей, впивающихся в кожу, когда он пытался ослабить давление на трахею. — О, прости, но я тебя не слышу.

Армандо вертелся туда сюда. Его лицо стало пепельно-серым от недостатка кислорода. Я придвинулся ближе, чтобы он мог ясно понять меня.

— Когда я отпущу твою никчемную задницу, ты приползешь к ней на четвереньках и извинишься за то, что был грубым придурком. Кивни головой, если понимаешь, — кипел я. Удовлетворенный тем, что он понял, я убрал руку с его горла, позволив ему рухнуть на пол. Он лежал кучей у моих ног, отчаянно пытаясь набрать воздуха в легкие. Моя губа скривилась от отвращения — кусок дерьма.

Я посмотрел на Райан, которая молчала. Ее горящие глаза прошлись вверх и вниз по моему телу. Черт, как я могу держаться подальше?

Ее ответы на мои сообщения ни хрена не говорят о том, что она чувствует.

Казалось, я нравился ей жестоким. Я готов приносить ей головы людей, которые оскорбляют ее.

Райан даже не потрудилась взглянуть на Армандо, который теперь стоял перед ней, умоляя о прощении. Вместо этого она не сводила с меня глаз, когда я подошел.

— Когда я рядом, никто не смеет проявлять к тебе неуважение, — прошептал я ей на ухо, наслаждаясь дрожью, сотрясавшей ее тело. Прежде чем передумать, я втянул мочку ее уха в рот и пососал. Ее руки сжали мою кожанку, и хриплый стон, который она издала, мгновенно поднял мой член. Ободренный ее реакцией, я для верности провел кончиком языка по раковине ее уха. Декс, возможно, и сказал, что я не могу трахнуть ее, но он не сказал, что я не могу раздвинуть границы.

— Отлично, теперь мой член будет неприятно твердым во время этой встречи, малышка, — прошептал я.

Она слегка отстранилась, чтобы посмотреть мне в лицо.

— У всех действий есть последствия, Ганнер, — сказала она. Игривый взгляд в глазах. Маленькая шалунья повернулась и пошла к лестнице. Мой взгляд задержался на изгибе ее задницы, почти упустив из виду, что никто из сегодняшних рабочих не выглядел знакомым. Я был в клубе всего дважды, но оба раза там был один и тот же персонал. И из того, что я мог сказать о Райан, она держала свой круг сотрудников небольшим — привлекала только тех, кому доверяла. Я бы поспорил на свое левое яйцо, что мудак у двери не из ее знакомых.

Райан резко остановилась, отчего я протянул руку и схватил ее за бедра, чтобы не налететь на нее. Тихий стон сорвался с моих губ, когда я почувствовал ее тело в своих руках. Ее изгибы были идеальной опорой для моих рук.

Кровь застыла в жилах, когда она посмотрела на меня. Ее нахмуренный лоб сказал, что она о чем-то беспокоится, и это мгновенно вывело меня из себя. Райан всегда была уверенна в себе. Теперь она не смотрела мне в глаза.

— Слушай, я не знаю, почему Марио хочет поговорить с тобой. Он появился сегодня утром без предупреждения и потребовал, чтобы я назначила встречу, — она, наконец, подняла глаза. Там была какая-то борьба.

— Марио не потерпит неуважения, Ганнер. Он не такой, как Серхио. В нем нет мягкости, он не дает вторых шансов. Ганнер, ты должен быть осторожен. Скажи ему то, что он хочет услышать.

Вот тогда я и увидел это — страх в ее глазах.

Моя кровь вскипела при мысли о том, что она боялась Марио. Но в этом нет никакого смысла. Они должны быть близки. Марио нашел Райан на улице в семнадцать лет. Из всего, что я знал — они были как семья.

Она боялась за меня? Или того, что мне могут сказать?

— Райан, у меня нет проблем с уважением, — ответил я, рисуя большим пальцем круги на ее бедре.

Мне нужно было отпустить ее, но руки не слушались. Я сосредоточился на ее плечах, наблюдая, как они опускаются и поднимаются.

Она действительно обеспокоена тем, как все это пройдет. Но это моя работа — готовиться к таким встречам, и я не планировал упускать эту возможность из-за того, что не мог держать свой гнев в узде.

Одним кивком она высвободила свое тело из моих рук и пробежала последние несколько ступенек. За большим деревянным столом сидел печально известный Марио Хименес. Я знал все о наследнике картеля Лос-Муэртос. Согласно моим источникам, этот человек был безжалостным мудаком.

Я уже мог сказать, что слухи правдивы. Он откинулся назад, положив ноги на стол, с самодовольным выражением на лице. Теперь я понял, откуда этот придурок на охране черпал вдохновение для своего наряда. Марио выглядел так, словно хотел быть мафиози, а не членом картеля, с зачесанными назад волосами и дизайнерским костюмом. На запястье у него были самые безвкусные золотые часы. Придурок не потрудился сменить позу, когда я сел.

— Оу, мистер Ганнер, я рад, что вы пришли, когда вас попросили, — сказал он с фальшивой улыбкой на лице.

Дразнит меня. Пытается понять, сможет ли он вывести меня из себя, намекнув, что я у него под каблуком. Но я видел его манипуляции насквозь. Поэтому я быстро кивнул головой в ответ, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

В его глазах мелькнуло легкое раздражение, прежде чем скользнуть туда, где Райан стояла позади меня. И что бы он ни увидел позади меня, это заставило его сесть нормально.

— Муньека, подойди сюда, пожалуйста, — потребовал он.

Я ощетинился от того, как он наблюдал за Райан. Когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки, Марио усадил ее к себе на колени и зарылся носом в ее волосы. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не ударить его кулаком в лицо. Выражение замешательства промелькнуло на ее лице, отражая то, что я чувствовал внутри, но я не позволил этому проявиться.

В чем, черт возьми, дело?

Мужчина выглядел расстроенным, когда, наконец, оторвал свое лицо от изгиба шеи Райан.

— Давай перейдем к делу, хорошо? Я слышал, что Скелеты общества считают, что они достойны работать на Лос-Муэртос, — прокомментировал он.

Начинается соревнование по размеру члена.

Я расслабился в своем кресле, притворяясь непринужденным, стараясь соответствовать высокомерию, исходящему от Марио. На этой встрече мне придется действовать осторожно и переходить грань между тем, чтобы держать себя в руках и не выводить его из себя.

— Да. Твой отец подумал, что мы были бы хорошими партнерами, Райан нуждается в дополнительной поддержке, чтобы донести свой продукт до клиентов, — ответил я.

Да, придурок. Теперь я знаю, что не ты выполняешь всю работу.

Его раздувающиеся ноздри были единственным признаком того, что мои слова попали в цель. К сожалению, когда имеешь дело со скользкими ублюдками, трудно предсказать, что они сделают дальше. Марио скользнул рукой вверх по спине Райан, пока не оказался в том месте, где сходились ее шея и плечи. Движение было собственническим, но не в романтической манере. Больше похоже на ребенка с любимой игрушкой, которой он не хотел делиться.

Не уверен, что Марио осторожен со своими игрушками.

Сцена, представшая передо мной, напомнила кукловода со своей марионеткой. Райан сидела там, ожидая, когда ее потянут за ниточки. Это не та женщина, которая на словах вступила бы со мной в войну или мгновенно возбудила бы меня интенсивностью своего взгляда.

— Да, моя невеста проделала замечательную работу по ведению бизнеса в Тусоне. Нужно вознаградить ее, — раздался его скользкий голос.

Это было похоже на удар под дых, его слова выбили у меня почву из-под ног.

Голова Райан попыталась повернуться, чтобы посмотреть на Марио, но я видел, как его пальцы впились в ее шею. Предупреждение о том, что она должна вести себя прилично. Или, может быть, все мои интерпретации были выдачей желаемого за действительное. Может быть, Райан все это время была девушкой Марио. Она полагала, что флирт даст ей то, чего она хочет.

Я напрягся. Она в шоке от того, что Марио так быстро выдал секрет? Моя челюсть сжалась при мысли о том, что она лгала.

Что было лицемерием, поскольку я тоже лгал ей.

Все это партнерство построено на обмане. Никто на самом деле не мог отличить правду от лжи. Мы думали, что Марио здесь главный — ложь. Мы думали, что Райан парень — ложь. Мы сказали Лос-Муэртос, что вступаем в это партнерство, чтобы быть у них на побегушках — ложь. Говорил ли кто-нибудь правду?

Я опустил шторку на своих чувствах, отрезав ту маленькую частичку себя, которой позволил проскользнуть, когда встретил Райан.

Мои глаза остановились на Марио. Я взглянул в ее сторону, прежде чем продолжить разговор. Жутко, каким холодным и расчетливым казалось ее лицо. Безразличное. Ее чувства фактически отключены. Она проявила больше страсти и эмоций, допрашивая Спиннера. Эта версия выглядела так, словно ее душа мертва.

Кукла.

— Мы по-прежнему будем работать с будущей мисс Хименес, или ты вернулся, чтобы занять свое место? — даже для моих ушей мой голос прозвучал резко.

Между нами троими воцарилось молчание, пока Марио принимал решение. Эта встреча казалась не более чем ссорой со стороны человека, который хотел попытаться утвердить свою власть. В типичной нарциссической манере Марио нуждался в том, чтобы его эго погладили. Вероятно, именно поэтому он носил мокасины с небольшим каблуком. Попытка побороть свой синдром пиздюка. Он не очень низкий, но моя задница сантиметров на двадцать возвышалась бы над ним. Боже, он сгорит от злости, когда увидит Декса.

Его голос, наконец, прорезал тишину.

— Да, теперь ты будешь видеть меня повсюду. Похоже, я нужен здесь, в Тусоне, чтобы… следить за текущей деятельностью.

Мой желудок скрутило при мысли о том, что я буду рядом с этим мужчиной. Но это неизбежное зло, если нужно выполнить свою работу. Я пытался не думать о том, что его пребывание в городе означало, что мне придется наблюдать, как они с Райан становятся парой.

— Тебе еще что-нибудь нужно от меня? Или на этом наша встреча заканчивается? Потому что мне нужно заняться делами клуба, — спросил я, уже отталкиваясь от кресла, чтобы встать.

Я знал, что веду себя дерзко, но мне наплевать. Мне не терпелось убраться из этого проклятого офиса, мне нужно дистанцироваться от Райан. У меня все еще есть работа. Хочется собраться с мыслями. Я не мог понять, почему меня так взволновала эта ситуация. Я должен быть счастлив. Если ее заберут, мне будет легче держать свой член в штанах. И все же моему мозгу, казалось, было наплевать на логику.

Марио кивнул головой, прежде чем снова заговорить.

— Будет отгрузка и доставка в ближайшие несколько дней.

Мои брови взлетели вверх. Я впервые услышал об этом, и несколько дней не помогут нормальному плану. Комментарий Марио, казалось, пробудил Райан от того заклинания, под которым она находилась во время этой встречи.

— Какой еще груз? У меня нет ничего запланированного, — допытывалась она, в ее тоне сквозило отношение.

Кровь скопилась у меня во рту от того, как сильно я прикусил щеку, когда заметил, как Марио бросил убийственный взгляд на Райан. Очевидно, ей не разрешалось подвергать сомнению его компетентность в присутствии людей. Я всегда думал, что признак стервозного мужчины — это когда он боится, что его публично унизят.

Марио посмотрел ей в глаза и ответил сквозь стиснутые зубы:

— Только что запланировал, Муньека, имею право делать это, как владелец Лотерии. Не говоря уже о том, что я отвечаю за сделки с оружием в Лос-Муэртосе, — кипел он.

Я ждал, затаив дыхание. Ждал дерзости от нее. Но этого так и не произошло.

— Райан скоро свяжется с вами и сообщит подробности, — этот мудак даже не потрудился взглянуть на меня, выпроваживая с бессмысленной встречи. Я направился к двери, не сказав ни слова, желая убраться оттуда. Черт, я должен работать над тем, чтобы завоевать расположение Марио. Подобраться к нему поближе.

Но я не мог заставить себя сделать это.

Не сегодня, не с Райан, сидящей у него на коленях. Жаль, что она не моя. В последний момент я оглянулся через плечо в ее сторону. Это глупо, но я бессилен удержаться, чтобы не увидеть ее лицо в последний раз. Я полностью ожидал, что она будет избегать зрительного контакта, но нет. Она смотрела прямо на меня. Но ее эмоции были настолько подавлены, что я не знал, пыталась ли она что-то сказать мне этими глазами кофейного цвета или нет.

Часть меня чувствовала, что она ждет от меня знака. Но какого, я не знал. Мы обречены с самого начала, так зачем же затягивать пытку?

Поэтому я повернулся спиной и вышел за дверь.

ГЛАВА 17

Райан

Как только дверь кабинета закрылась, я спрыгнула с колен Марио.

— Что, черт возьми, это было, Марио? — кипела я.

Он откинулся на спинку офисного кресла, не обращая внимания на мою вспышку гнева, что разозлило меня еще больше. Он сложил пальцы домиком и некоторое время блуждал по моему телу. Оценивал меня, как музейный экспонат. Во взгляде Марио не было жара, как у одного угрюмого байкера. Его глаза, наконец, встретились с моими.

— Муньека, что тебя так расстроило? Что ты не знала об отправке груза раньше плана? — его голова в замешательстве склонилась набок. — Вряд ли это причина для волнения. Я знаю, как вести дела с оружием. Я уже продумал все детали.

Не было никакой возможности скрыть шок на моем лице. Этот ублюдок не мог на самом деле думать, что это причина злости. Я ущипнула себя за переносицу, прикидывая, как лучше подойти к этому разговору. Потому что одно я знала точно: с Марио нельзя общаться так же, как с другими мужчинами.

Тихая часть моего мозга спрашивала, почему нельзя. Но я попыталась отодвинуть это в сторону. Как и делала в течение многих лет, когда Марио переступал мои границы.

В этот момент меня осенило. Он не переступал границы.

Я передвинула их ради этого ублюдка.

— Да, из-за этого я тоже злюсь. Но нет, Марио. Я говорю о том, что ты объявил меня своей невестой, — заявила я с явным недоверием в голосе.

Лицо Марио исказилось в искреннем замешательстве, отчего у меня отвисла челюсть.

— Муньека, это потому, что я не подарил тебе кольцо? Должен признать; нужно было сделать это много лет назад. Это избавило бы меня от необходимости встречаться с этим куском дерьма. Не могу поверить, что отец решил, будто Скелеты достойны работать на меня, — вздох сорвался с его губ. — Но ладно, дело сделано. На какое-то время.

Марио воспринял мое ошеломленное молчание как возможность наклониться вперед и схватить меня за руку, поднеся ее ко рту и запечатлев поцелуй на безымянном пальце. Искренность была видна по его глазам.

— Сейчас куплю тебе кольцо, Муньека, — прокомментировал он.

Что за хреновый сон мне приснился? Тридцать минут назад я была готова позволить Ганнеру прижать себя к стене.

Теперь я стою, открывая и закрывая рот, как рыба.

Марио серьезно отнесся ко всей этой истории с невестой. Все разговоры о том, чтобы переехать с ним в Мексику, тоже правда. Никки была права. Я должна была положить конец его одержимости много лет назад. Потому что теперь я стою здесь, в роли его невесты.

Вспышка предательства, которую я увидела на лице Ганнера — худшее, что может быть. И я ничему не помогла своим молчанием. Что за дерьмовое шоу мне придется устроить?

«О, привет. Помнишь, как Марио сказал, что я его невеста, а я ни хрена не возразила? Да, но я не его невеста, и давай займемся сексом».

Я глубоко вздохнула, решив все вывалить сразу. Но я совру, если скажу, что не нервничаю из-за реакции Марио. Я видела, как человек умирал за то, что сел на стул, который Марио считал своим. Он сказал, что неуважение — это преступление, за которое можно убить. Как он воспримет мой разрыв помолвки?

Санта Муэрте, пожалуйста, позволь мне не сдохнуть от пули до того, как я поцелуюсь с байкером. Аминь.

— Марио, мы не вместе, не в романтическом плане. Разве ты не встречался с кем-то несколько недель назад? Я забочусь о тебе, да. Я обязана тебе всем этим миром, в который ты меня привел. И я благодарна тебе за то, что ты держал меня рядом все эти годы, — я прервала свою болтовню, съежившись от таких слов. Боже, это самая дерьмовая речь о расставании.

— Но мы не помолвлены… — резко сказала я, закрыв глаза, ожидая услышать его крик.

Мои глаза снова открылись, когда ничего не произошло, ища на его лице хоть какой-нибудь признак того, что я, возможно, делаю свой последний вдох. Холод в его взгляде был таким же пугающим, как и появившаяся жестокая улыбка. Он встал, сокращая расстояние между нами. Его пальцы сжались под моим подбородком, наклоняя его, чтобы установить зрительный контакт.

— О, моя маленькая Муньека. Все еще такая наивная. Ты всегда была — и всегда будешь — моей, — последнее слово он произнес собственническим тоном, от которого у меня по коже побежали мурашки.

Затем его губы коснулись моего уха.

— Я ни с кем не буду делить тебя, Муньека. Я давно забрал тебя себе и сделал многое, чтобы ты осталась со мной. Лучше запомни это, — прошептал он.

От его слов у меня по спине пробежал холодок. Как и во многих вещах, которые он говорил в последнее время, казалось, за словами скрывалось нечто большее. Наклонившись вперед, он поцеловал меня в макушку, прежде чем направиться к двери.

Чувство страха было удушающим.

Я села в свое офисное кресло, опустив голову на руки. Что, черт возьми, происходит? И почему я больше всего беспокоилась о том, как отреагировал Ганнер?

— Черт, мне нужна маргарита и хороший секс, — выдохнула я.

Жаль, что человек, которого я хотела трахнуть, думал, что я помолвлена с наследником картеля, на которого работал его МК. Наследник, который говорил жуткими загадками и, казалось, сам не понимал, что это не правда.

О, и Ганнер, вероятно, разозлился, что я позволила ему флиртовать со мной, хотя лгала ему о том, что мутила с Марио. Это было неправдой, но я сама не исправила всю эту ситуацию несколько мгновений назад.

Блять.

Лотерия закрыта сегодня вечером из-за того, что Марио понадобилась для хрен знает чего. Так что я собиралась пойти домой, смотреть сериалы и притворяться, что живу нормальной гребаной жизнью.

* * *

Целый сезон.

Я посмотрела целый сезон «Настоящих домохозяек из Беверли-Хиллз», чтобы устроить вечеринку жалости. А потом пришло время снова стать плохой сукой.

Было ли это полезно для здоровья? Определенно нет, но мне все равно. Мне казалось, что лучше изображать из себя сильную стерву, чем плакать из-за мужчин.

Я шагнула в зону погрузки Лотерии, чтобы оценить, какую пылающую кучу дерьма Марио оставил на моем пороге.

— Конечно, на складе чертов хаос, — раздраженно пробормотала я, делая глубокие вдохи и напоминая себе, что стрелять в людей плохо.

Мой взгляд упал на Роберта, тычущего пальцем в грудь одного из лакеев Марио. Предполагалось, что все мужчины будут работать на Лос-Муэртос, но те, кого Марио держал рядом, определенно подчинялись только его воле.

Хорошо, что мне нравилось ломать людей.

— Привет, пендехос. Что это за херня? — закричала я.

Они оба остановились на середине спора и повернулись, чтобы посмотреть на меня. Выражение лица Роберта сменилось с раздраженного на облегченное. Очевидно, он рад, что я здесь, и разберусь с этим дерьмом.

— Этот мудак хочет отправить груз через территорию Жнецов, — сказал Роберт, раздраженно размахивая руками.

Я наморщила лоб в замешательстве. Даже не знаю, что за мужик стоит рядом. Я не знала имен ни одного из людей Марио; я всегда называла их просто Армандо. Все получили одно и то же имя, потому что я не хотела узнавать их настоящие имена. И ничто так не выводит из себя мужиков, когда их называют другим именем.

Пройдя мимо двух взрослых мужчин, ведущих себя как дети, я направилась осмотреть груз, который прибыл. Чья-то рука опустилась на крышку, прежде чем я смогла ее открыть. Мой взгляд упал на Армандо.

Кем этот мудак себя возомнил? А еще лучше, за кого он меня принимает?

— Убери свою гребаную руку, Армандо. Или я вырву ее, — мой голос прорезал тишину.

Он одарил меня дерзкой ухмылкой. Ублюдок думает, что может указывать мне, потому что он часть команды Марио. Но Марио в моем черном списке, и мне все равно, разозлю я его сегодня или нет. Кроме того, этот урод переоценил, насколько сильно его босс будет беспокоиться о том, что он пострадает от моих рук.

— Меня зовут не Армандо, и я здесь главный. А теперь убирайся. Я не позволю какой-то сучке открывать ящики, — выплюнул он.

Красная дымка заволокла мое зрение, и вся комната услышала скрежет моих зубов.

«Не стреляй в него. Не стреляй в него. Не… к черту. Ударь его ножом».

Не прерывая зрительного контакта, я достала складной нож, пригвоздив его мизинец к деревянной столешнице. Глаза Армандо расширились от удивления, прежде чем он начал визжать, как сучка.

— Давай устроим небольшой урок, хорошо? Я, блять, здесь главная. Я управляю этим клубом, и я управляю этим оружием. Если я захочу открыть этот чертов ящик, то открою. И если я решу отрезать тебе язык, потому что ты меня разозлил, никто в этой комнате меня не остановит, — я наклонилась ближе. — Если хочешь проверить мои слова, продолжай выебываться, — мой громкий голос разнесся по всему складу. Он энергично закивал головой, взгляд метнулся к лезвию, все еще торчащему в его пальце.

— Хорошо. А теперь вынь это из моего пальца, — его голос звучал жалобно и отчаянно.

Закатив глаза, я выдернула лезвие, послышался хлюпающий звук, от которого Армандо позеленел.

— Не смей блевать на моем складе, Армандо, — заявила я.

С испуганным видом, сжимая свой едва поврежденный мизинец, он поспешил обратно туда, где Роберт стоял и улыбался.

— Кто сказал, что мы поедем через территорию Жнецов? — крикнула я, поднимая крышку.

Ящик выглядел более пустым, чем обычно, но в последнее время я все переоценивала. Что-то не так в Тусоне, и я не хочу, чтобы меня наказывали за какие-то проблемы. Так что я осторожничала.

Армандо ответил:

— МК, с которыми мы сотрудничаем, сами решили, каким маршрутом поехать.

Выражение моего лица выглядело так, будто я сожрала лайм. К счастью, никто не смотрел на мое лицо. Собравшись с мыслями, я обернулась. То, что говорил Армандо, звучало чертовски неправильно, но проблема в том, что я не знала, что происходит — пока что.

Кто-то лгал, и было ясно, что мне нужно держать свои карты при себе. Ближайшее окружение Марио предано только ему, и я не знала Скелетов настолько хорошо, чтобы доверять им. И уж точно не доверяю Жнецам.

— Ладно. Итак, когда будет сбор и где будет высадка? Я предполагаю, что это один из клиентов Марио, потому что я этого не планировала, — сказала я, наблюдая за выражением лица Армандо, пока говорила.

Не думаю, что он знает больше. Марио никому ни хрена не рассказывал. Половину времени даже Серхио не понимал, что происходит.

Как будто я позвала его, Марио широкими шагами вошел внутрь.

— Муньека, что ты здесь делаешь? Разве ты не должна присматривать за танцовщицами? — его веселый тон едва скрывал резкость в голосе.

Что, черт возьми, случилось с этими мужчинами, которые не хотят, чтобы я была в собственном клубе?

Я скрестила руки на груди, не желая иметь дело с дерьмом Марио. Он зашел слишком далеко.

— Я выясняю подробности, которыми ты еще не поделился со мной, — фыркнула я.

У Марио был длинный поводок, когда дело касалось моей терпимости. У меня будто какой-то Стокгольмский синдром. Потому что трудно забыть тот факт, что Марио вытащил меня с улицы, даже если это было сделано с угрозой. В какой-то момент я смирилась. Может быть, из-за Серхио… что бы это ни было, я закрывала на все глаза.

Когда я переехала в Тусон, ощущала себя свободной. Поэтому, когда Марио был рядом, мне легче всего делать то, что он хотел. Но Никки права. Я жила, спрятав голову в песок, когда дело касалось его. Теперь я не знала, что с этим делать. Может быть, вечное пребывание под каблуком Марио было наказанием.

Я не могла поехать никуда, кроме Лос-Муэртоса. В какой-то момент моя душа раскололась, и я похоронила осколки. Я не была нормальной женщиной. Конечно, у меня есть сердце. Но моя жажда мести и крови не то, что можно связать с типичной домохозяйкой из пригорода.

«Привет, Сьюзан, сходила в Старбакс утром? Что? О, это всего лишь окровавленная одежда, которую я теперь должна сжечь. Артериальная кровь — просто жесть, долго отмывается».

Нет. Эти женщины не знали, каково оглядываться через плечо на каждом шагу или чувствовать кайф от того, что лезвие проходит сквозь плоть. Они никогда не познали бы удовольствия казнить людей, чьи жертвы иначе не увидели бы правосудия.

Может быть, мне не досталось любви. Было ли все это частью искупления первородного греха? Может быть, видеть кровь злых людей на своих руках — единственное, чего заслуживало мое сердце.

По иронии судьбы, голос Марио был спасательным кругом, который вытащил меня из созерцательных мыслей.

— Я не делился с тобой подробностями, потому что это моя сделка. Можешь пойти в главную зону клуба, а я все улажу здесь, — заявил он легкомысленным тоном.

Я немного ощетинилась от его слов. Это странно. Марио обычно стремился удержать меня рядом, получая удовольствие от того, что нарушал мой график и заставлял меня пялиться на него, как собачонка. Вибрация привлекла мое внимание к экрану телефона.

Похоже, я была права, когда последовала своей интуиции и обратилась к одному из своих надежных информационных каналов.

— Звучит заманчиво, Марио. Ты знаешь, как меня найти, если я понадоблюсь, — рассеянно ответила я. Я повернулась, чтобы уйти, пока Марио не стал слишком любопытным.

Мне нужно кое-что сделать.

ГЛАВА 18

Райан

Для человека, который был частью преступного мира, я домоседка.

Честно говоря, моя жизнь была скучной, не считая торговлю оружием, допросы и тот факт, что я каждый день работаю с полуголыми девицами. Или что у меня были ночи, подобные сегодняшней, когда я пряталась в дальнем углу на одном из нелегальных боев в Тусоне.

— Почему они не выбирают места рядом с вентиляцией? — проворчала я, пытаясь заглушить запах выпивки, пота и марихуаны. Я выглядела так, словно привалилась к стене. Руки свободно свисали по бокам, а голова опущена, скрытая капюшоном. Но я в полной боевой готовности. Это не дружеская территория.

Предполагалось, что эти ночи боев будут проходить на нейтральной территории. Но это означало, что здесь появляются всевозможные подонки. Что делает его идеальным местом для сбора информации. Не все в преступном мире состояли в банде или картеле. Некоторые преуспевали в том, чтобы быть тихими и незаметными, и за деньги или шантаж можно заставить их рассказать сплетни.

Это была Сэм. Мы вместе выросли на улицах, и я все еще не знала историю ее происхождения. Но я не большой любитель расспрашивать о дерьме, которое меня не касается. Я уже знала о ней все, что мне нужно. Она чертовски предана и не хотела иметь ничего общего ни с какой организацией. Так что вся информация непредвзята.

— Почему на складе трахаются кошки? — спросила я в замешательстве. Я поискала, откуда доносится этот ужасный шум, но поняла, что его источником были два придурка, которые дрались в клетке. Я закатила глаза.

Не знаю, почему Сэм осталась в этом мире, но вопрос казался лицемерным. Сегодня вечером я была рада, что у меня есть такой друг и такой ресурс, как она.

Мелькнувшее знакомое лицо заставило меня остановиться в углу склада. Жнецы. Моя кровь вскипела. Им запретили посещать не только Лотерию, но и весь Тусон. На этот раз они были умнее и решили не надевать свои кожанки. Я шла не для того, чтобы надрать им задницы, не хочу, чтобы кто-нибудь из них видел меня.

Скелеты общества тоже здесь. Торк и некоторые другие сражались сегодня вечером. Хорошие бойцы приносили большие деньги, и Торк преуспел бы в этом. Если бы Жнецов не было здесь сегодня вечером, я, возможно, осталась бы после встречи с Сэм, чтобы понаблюдать за ними. Разочарование ударило под дых, когда в Скелетах я не увидела знакомых пронзительных зеленых глаз и усов, которые я жаждала ощутить между своих ног.

Но опять же, я понятия не имела, что будет между нами сейчас. В любом случае, между нами ничего не было. Но физическое влечение и химия кипели с самого начала.

— Гребаный Марио. И его дерьмовое предложение, — крикнула я шепотом. Сегодня вечером тут много наркотиков и выпивки, чтобы никто не смотрел в мою сторону, когда я разговаривала сама с собой.

Вздох поражения сорвался с моих губ.

Ганнер относился ко мне иначе. Он уважал меня, потому что я этого заслуживала, а не потому, что боялся того, что я могу сделать. Он был альфа-самцом, но не возражал стоять за спиной женщины, в отличие от Марио, где мне не разрешалось высказывать свое мнение.

Краем глаза я заметила, как кто-то, сгорбившись, быстро шел ко мне, лицо закрыто шапкой. Я крепче сжала свой складной нож, готовая пустить его в ход, если понадобится. Но в последний момент Сэм подняла голову и посмотрела мне в глаза. Лукавая улыбка появилась на ее лице, когда она приподняла брови.

— Я не буду бросаться на тебя, Райан. Бьюсь об заклад, твоя рука уже сжимает складной нож, — сказала она, садясь рядом со мной, спиной к стене.

На улицах очень быстро учишься осознавать свое окружение. Это дает наилучшие шансы избежать нападения. И иногда все равно недостаточно, чтобы предотвратить это.

Я улыбнулась одной из своих самых старых друзей.

— Сэм, ты выглядишь дерьмово.

Она попыталась скрыть улыбку, нахмурившись.

— Отвали, Райан. Мне жаль, что я не могу сидеть в своей красивой башне и весь день развлекаться с красотками в стрингах на сцене, — дерзко ответила она.

Я закатила глаза, услышав ее описание моей жизни, когда мы повернулись лицом вперед, чтобы снова осмотреть комнату. Она знала, что картина моей жизни, которую она нарисовала, была полной чушью.

— Во-первых, мужчины не носят стринги на сцене. Во-вторых, ты знаешь, что это не все, что я делаю; ты предоставляешь информацию о большинстве моих… клиентов. И в-третьих, никто не заставляет тебя подставлять свое лицо под удар ради карьеры.

Краем глаза я заметила палец, который она показала мне за этот комментарий. Я хихикнула.

— Отвали, Райан. Этот синяк под глазом — результат удачного удара. Я бью по лицам. Если бы ты когда-нибудь приходила на мои бои, ты бы знала, — сказала она.

Сэм, возможно, никогда и не вступала в преступную организацию, но ее работа также не совсем легальна. Она была хорошо известным именем в боевом кругу. Я тоже хороша, но Сэм лучше. Она жила и дышала борьбой. Она могла бы устроить лучшую жизнь, но я не понимала, почему она этого не делает.

Ее тон изменился. Время наверстывания упущенного закончилось. Мрачный звук в ее голосе сказал, что я была права. В подбрюшье происходили сдвиги.

— На улице ходят слухи, что у Жнецов был мятеж. Ни один из новых членов не похожи на прошлых. Свежее мясо — это сила. Эти ублюдки хуже, чем предыдущая группа. И у них есть какая-то внешняя власть. Но эта часть информации плотно заперта.

Я слегка кивнула, впитывая то, что она говорила. Как я могла не слышать о мятеже?

— Один парень утверждал, что чуть-чуть знает о том, что происходит, но я так и не получила от него информацию. Нашла его мертвым в переулке. Они усердно работают над тем, чтобы их движения оставались бесшумными. Они готовятся к чему-то, Райан, — ее голос был тихим и взволнованным. Сэм никогда не волновалась.

Прежде чем ответить, я поискала МК, о котором идет речь. Может, именно в этом месте они встречаются со своим внешним источником? Я оглядела толпу, но не смогла заметить никого из них рядом со мной.

Через некоторое время я ответила:

— Да, я чувствую, что-то приближается. Жнецы появились в Лотерии, ища главного. Я задавалась вопросом, почему эти ублюдки думали, что им будут рады, ведь я ясно дала понять, что это не так. Хорошо, что эти ублюдки мертвы, — я замолчала, пытаясь сложить кусочки пазла.

Взгляд Сэм прожег дыру в моей щеке. Я повернулась, чтобы встретиться с ее карими глазами.

— Будь осторожна, Райан. Их покровитель очень велик, если они решат нанести удар по Лос-Муэртос… у кого хватит смелости сразиться с мексиканским картелем? Либо у психбольного, либо у того, у кого есть за спиной поддержка. Или и то, и другое. И все эти варианты опасны, — предупредила она.

Я кивнула в знак согласия, прежде чем повернуться обратно к толпе, чувствуя, что за нами наблюдают.

Сэм выскользнула из-за стола и, не сказав больше ни слова, растворилась в толпе. Мы не могли позволить себе проводить слишком много времени друг с другом. Не тогда, когда она обменивалась информацией. Поэтому мы всегда встречались на нейтральной территории и беседовали не более пяти минут. Затем она исчезает.

* * *

Прошло несколько минут, прежде чем я встала из-за стола, чтобы найти выход со склада и вернуться в свою удобную кровать. Знакомое лицо Торка мелькнуло у клетки. Я подмигнула ему из-под капюшона, и на его лице появилась искренняя улыбка, когда до него дошло, кто я такая. К счастью, парень не превратился в придурка после нашей драки. Некоторые мужчины не могли справиться с женщиной, способной физически позаботиться о себе.

Мурашки побежали по моим рукам, когда прохладный ночной воздух ударил в лицо. В переулке пахло не лучше, чем на складе, но, по крайней мере, воздух здесь не был затхлым. Бывшая дверь пожарного выхода захлопнулась за мной. Я хотела избежать хаоса у главного входа, поэтому вышла через боковую дверь.

Звуки ворчания и ударов кулаков привлекли мое внимание. Они были слишком громкими. У меня кровь застыла в жилах, когда я увидела, как четверо мужчин нападают на маленькую фигурку, частично прикрытую их телами. Но шапка на земле точно сказала, на кого они нападали. Мой нож оказался в руке, не раздумывая ни секунды, я бросилась на ближайшего. Они были слишком близко друг к другу, чтобы использовать пистолет; я бы не рискнула попасть в Сэм пулей.

Это бой на ножах в ближнем бою.

Сэм пыталась постоять за себя, но отбиваться от четырех взрослых мужчин было непросто для одной женщины. Черт, это было бы трудно для мужчины. Что за придурки набрасываются на женщину? Прежде чем кто-либо из них понял, что происходит, моя рука обхватила грудь ближайшего, прижимая его спиной к моей груди, я провела лезвием по его горлу. Горячая кровь покрыла мою руку, и к этому добавились булькающие звуки.

— Передавай привет Дьяволу от меня, — прошептала я ему на ухо.

Элемент неожиданности позволил этому маневру сработать. Остальные трое обернулись и стали свидетелями его последнего вздоха, позволяя Сэм освободиться и нанести сильный хук одному из нападавших, лишив его сознания.

Шансы стали равны, но кто знал, как долго третий будет оставаться вне игры. Наблюдая за тем, как их приятели падают на пол, вывело двух оставшихся пендехо из шока. Тот, что был слева от меня, рванулся вперед. Неудобный ракурс замедлил мою способность встретиться с ним лицом к лицу, дав ему преимущество. Я вывернулась из его досягаемости, но не раньше, чем его нож скользнул по моим ребрам.

— Черт, — закричала я, но звуки нашей драки были заглушены ревом толпы внутри склада.

— Боссу все равно, что мы сделаем со шлюхой. Лишь бы она замолчала, — жестокая ухмылка появилась на лице мудака, который только что порезал меня. — Но теперь, когда ты сунула свой нос куда не следует, у нас теперь две сучки, ух как развлечемся, — усмехнулся он.

Я зарычала на него.

— Я отрежу твой язык и засуну его тебе в глотку, чтобы ты им подавился.

Я ненавидела таких мужчин. Мужчины, которые считали, что имеют право обращаться с женщинами как с собственностью. Мужчины с вялым членом, которые не могли нормально потрахаться без насилия. Он решил свою судьбу. Я могла бы оставить его лежать здесь раненым. Но теперь… теперь он испустит свой последний вздох в переулке.

Зная, что с Сэм все в порядке, я сосредоточилась исключительно на этом мудаке. Жалкий боевой клич сорвался с его губ, и он бросился в атаку, как будто мы на футбольном матче. Голова опущена, руки болтаются по бокам, как у идиота. Видимо, он не часто дрался. Самоуверенный ублюдок думает, что сможет одолеть меня.

Используя свою скорость, я отступила в сторону, одновременно нанося удар ногой ему в живот, выбив из него дух и заставив его согнуться, схватившись за живот. Спасибо Богу за уроки Тайского бокса. Прежде чем он смог прийти в себя и встать на ноги, я бросилась перед ним, сцепив пальцы у основания его шеи.

— Сожри. Мешок. Из. Членов. Мудак, — заорала я, подчеркивая каждое слово жестоким ударом коленом ему в лицо.

Мои джинсы промокли от крови, льющейся с его лица. Его мучительные крики заглушали городские звуки вокруг. Я надеялась, что Сэм прекрасно справляется сама по себе. Я не смогла хорошенько рассмотреть, сколько повреждений она перенесла. Но я сосредоточилась на том, чтобы вырубить этого парня до того, как его мозг восстановится и он вспомнит, что нож все еще у него в руке.

Засранец в моих руках обмяк, упал на пол, я перевернула его на спину, обнажив его горло. Вид кровавого месива на его лице вызвал улыбку на моих губах. Любой, кто наблюдал за этим моментом, подумал бы, что я выгляжу как окровавленная, невменяемая психбольная. Но они не видели, как выпирали штаны этого куска дерьма, когда он говорил о том, как воспользовался нами с Сэм. Присев на корточки, я напоила свой нож кровью виновного человека, с радостью пожиная еще одну душу и отправляя ее к Эль Диабло.

Голос Сэм прорвался сквозь адреналиновый туман боя. Но не раньше, чем что-то тяжелое врезалось мне в спину, и я распласталась на асфальте. Я выбросила локоть, и мне повезло, что он попал в цель, дав возможность перевернуться. Человек, которого Сэм вырубила ранее, пришел в сознание и теперь прижимал меня к земле.

Большой ублюдок, и не было никакого способа сбросить с меня его вес. Мои бедра приподнялись, пытаясь создать пространство и высвободиться, но бесполезно. Мясистые пальцы сомкнулись вокруг моей шеи, перекрывая дыхание. В моем видении начали появляться черные точки. Мне крышка, если я быстро что-нибудь не придумаю. Камни асфальта и прочего дерьма впились в мои ладони, когда я лихорадочно шарила руками по земле в поисках своего ножа.

В тот момент, когда обхватила рукоять, я вонзила нож ему в горло, где должна находиться сонная артерия, отчаянно пытаясь заставить его отпустить мое горло, зная, что мне осталось недолго.

За мгновение до потери сознания, его хватка ослабла. Теплые слезы потекли из моих глаз.

Мертвый вес его тела давил на меня, и я была слишком близка к потере сознания, чтобы сдвинуть его с места. Все было приглушенно и туманно, но шум в конце переулка все равно привлек мое внимание.

Пожалуйста, Санта Муэрте, не говори мне, что у этих придурков есть подкрепление.

Мои веки напряглись, оставаясь открытыми, желая увидеть, кто приближается, но они казались слишком тяжелыми. За несколько секунд до того, как все потемнело, в поле зрения появилось знакомое лицо, но мой мозг не мог понять, друг это или враг.

Я рассмеялась над иронией того, что мою жизнь забрали в том же самом месте, где я впервые ее забрала.

ГЛАВА 19

Ганнер

Я нажал на педаль газа, лавируя в потоке машин на бешеной скорости. Ни единого намека на безопасность или на то, что меня может остановить какой-нибудь полицейский.

Мы сидели в клубе и играли в покер, когда пришло сообщение.

«Райан здесь. Я думаю, она сильно пострадала».

Чертов стул сломался под давлением того, как я разозлился, когда прочитал эти слова. Кровь отхлынула от моего лица, и все разумные мысли покинули мозг. К счастью, Декс взял мой телефон, посмотреть, что вызвало мою реакцию, и он позвонил Торку, чтобы узнать подробности о том, куда ехать. Я хотел, чтобы они вызвали ей скорую помощь, так как она лежала там, истекая кровью. Но все проголосовали против. Мы вовлечены в слишком много дерьма, чтобы вызвать скорую помощь или отправиться в больницу. Я позволил им поверить, что согласен с ними, и уехал на своем байке. Я бы сам отвез ее, если ей понадобится больница, будь прокляты последствия.

Я вел себя как последняя сучка все выходные. Злился на весь мир — и на Райан — за то, что она не сказала мне о помолвке с Марио. Факт, который, честно говоря, должен был принести облегчение, но этого не произошло. Так что я злился. Даже Декс не хотел быть рядом со мной. Сегодняшний день должен был быть посвящен выяснению того, как взять себя в руки, прежде чем снова увидеть ее. Потому что, несмотря на мои противоречивые чувства, нам все еще предстояла работа, и нам все еще нужно вытянуть из нее информацию. Но потом пришло это сообщение, и все планы выбросились в окно. Жгучая потребность убедиться, что с ней все в порядке, наполнила мое тело; все остальное не имело значения.

Город проносился мимо вспышками, ничего не фиксируя. Мое единственное внимание было сосредоточено на том, чтобы добраться до Райан. Показался вход в переулок, и я свернул за угол на головокружительной скорости, не потрудившись притормозить. Слова Декса всплыли у меня в голове.

«Придурок, ты ей не поможешь, если тебя размажет по тротуару», — предупредил он. Ни один из нас не прокомментировал мою реакцию на эту новость — насколько я был не в себе из-за того, к кому у меня не должно быть никаких чувств.

У меня перехватило дыхание, и холодок пробежал по спине при виде открывшейся передо мной сцены. Я даже не знал, как слез с байка. В одно мгновение я был у входа в переулок, а в следующее я присел на корточки, обхватив лицо Райан руками.

— Что, черт возьми, произошло? — зашипел я на того, кто стоял рядом.

Мои глаза были прикованы к Райан, отмечая пугающе спокойное выражение ее лица, когда она лежала там в луже крови. Осматривая ее тело, я искал источник, беспокоясь, что уже слишком поздно.

— Это не ее кровь. Я уже проверил ее, — крикнул Торк.

Его спокойствие выводило меня из себя. Неужели никто больше не поддавался панике? Зажмурив глаза, я заставил себя сделать несколько успокаивающих вдохов, пытаясь взять себя в руки.

«Ты не можешь перестрелять всех в этом переулке».

— У нее порез на ребре. Выглядит довольно неглубоко, но нужно промыть, возможно, наложить швы. Не думал, что ты захочешь, чтобы я осмотрел ее. Когда я вышел, какой-то мудак был на ней сверху, душил… — его взгляд прожег дыру у меня на затылке. Он ждал, что я сорвусь.

Я посмотрел на него убийственным взглядом. Его руки поднялись в знак защиты. По логике вещей, я знал, что он не несет за это ответственности, но моей ярости было все равно.

— Эй, Ганнер, как только я увидел, что происходит, то побежал ей на помощь. Но твоя маленькая задира все предусмотрела. Прежде чем я смог добежать, она вытащила нож бог знает откуда и вонзала ему в шею, пока он не сдох.

— Да, она такая. Она бы не стала дожидаться помощи от мужчин, — я убрал волосы с ее лица, нежно лаская ее загорелую кожу большим пальцем.

— Когда я подбежал, здесь была еще одна цыпочка; ей тоже не сладко пришлось. Но как только она увидела, что я ухаживаю за Райан, она встала и ушла, — тихо сказал Торк.

Это заставило меня приподнять бровь. Кто эта другая женщина, и почему они с Райан отбивались от четырех мужчин? Или, может быть, моя девочка оказалась одна против пятерых. Мысль о том, что Райан была в меньшинстве, заставила мою кровь закипеть.

— Где, черт возьми, остальная команда Лос-Муэртос? Почему она здесь одна, отбивалась от взрослых мужиков? — крикнул я, прежде чем понизить голос. — Клянусь, когда я увижу этого засранца, то убью его.

Я кипел от злости.

— Не знаю, чувак. Я задавался тем же вопросом. Я удивился, когда увидел ее там. Сначала я подумал, что она будет драться. Но она натянула капюшон на лицо, словно пыталась слиться с толпой.

Его слова привлекли мое внимание. Почему она была здесь сегодня вечером?

— Я видел, как она вышла через дверь пожарного выхода, пока дрался с Джаксом. Слава богу, этот ублюдок получил технический нокаут в первом раунде. Это единственная причина, по которой я был здесь, вовремя увидел все это дерьмо, — в голосе Торка был оттенок сожаления. Похоже, моя латиноамериканская красота произвела впечатление не только на меня.

— Ублюдок, я рад, что ты пришел на помощь. Но тебе лучше думать о ней только как о сестре, слышишь? Она вне пределов досягаемости, — я практически зарычал на него, прикрывая ее тело от посторонних глаз.

Хитрая улыбка появилась на лице Торка, его руки снова поднялись в знак капитуляции.

— Я знаю, чувак. Она твоя женщина.

Я открыл рот, чтобы возразить, когда Декс свернул в переулок на затемненном внедорожнике. Не желая рисковать, если это было связано с войной за территорию, я сказал, чтобы он взял пуленепробиваемый автомобиль.

— Спасибо, черт возьми, — пробормотал я себе под нос.

Я взял Райан на руки, подошел к задней пассажирской двери и осторожно положил ее на сиденье, прежде чем сесть внутрь.

Рука Декса на моем плече остановила меня.

— Ты должен осмотреть место происшествия, чувак, — прошептал он. Взгляд, который он бросил на меня, был напряженным.

Я провел руками по лицу.

— Черт, ты прав, — простонал я, взбешенный тем, что я лучший человек для этой работы.

Сцену нужно собрать воедино, узнать, что, черт возьми, произошло. По крайней мере, до тех пор, пока Райан не проснется и не расскажет нам свою версию, но даже это не пролило бы свет на правду. Я оглядел переулок. Похоже на кровавую бойню. И, судя по тому, насколько все было ужасно и неаккуратно, это выглядело как нападение сгоряча. Часть меня была зла, что Торк не задержал таинственную женщину, но я бы избил его до полусмерти, если бы он оставил Райан лежать в одиночестве.

— Я хорошо позабочусь о ней, чувак. Она будет ждать в гостевой комнате в клубе, когда ты вернешься, — прокомментировал Декс, когда я все еще не двигался.

Моя голова вскинулась при мысли о том, что она будет лежать где-то, кроме моей кровати. Декс, вероятно, решил, что я не захочу, чтобы она была рядом, после того, как я узнал о ней и Марио. Но желудок переворачивался от того, что она так далеко от меня и беззащитна.

— Нет, я хочу, чтобы она была в моей постели, — я бросил на нее еще один взгляд, прежде чем направиться к месту преступления, желая начать. Я крикнул через плечо: — И Декс, только доктор и ты. Ты единственный человек, которому разрешено находиться в комнате, пока он проверяет ее. Понял?

Он вглядывался в мое лицо, ища чего-то. Я получил в ответ твердый кивок.

— Иди и узнай, что случилось, брат. Дерьмо становится странным, и у меня такое чувство, что вот-вот кто-то сделает шаг — в том числе и мы, — предупредил он.

Он прав — слишком много совпадений. Райан, на подпольной борьбе, организованной нейтральной стороной, но не для драки? И если Торк прав, она не хотела, чтобы ее узнали. Она собирала информацию; ставлю на это деньги.

Но для чего? Это вопрос на миллион долларов.

Я смотрел, как красные фары скрылись из виду, унося женщину, которая вцепилась мне в грудь. Так не должно быть; это все испортит. Покачав головой, как будто это рассеет мое замешательство, я принялся за работу, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит.

— Эй, Ганнер. Мы убираем это дерьмо или Лос-Муэртос? — крикнул Торк.

— Зависит от того, что мы выясним. У нас партнерство по оружию, но это не значит, что мы должны делиться с ними всем, что знаем, — ответил я, присаживаясь на корточки рядом с телом, которое лежало на Райан.

Гнев заструился по моим венам. Хотел бы я вернуть этот кусок дерьма к жизни и убить его снова — медленно и мучительно. Я посмотрел на Торка, убеждаясь, что он понял скрытый смысл моих слов.

Мы не могли доверять Лос-Муэртос.

Он понимающе кивнул головой.

— Я пойду проверю этих двоих, — ответил он.

Если нам будет выгодно поделиться информацией, найденной в этом переулке, мы это сделаем. Но если нет, то пусть Лос-Муэртос идут нахрен. Конечно, Райан может рассказать все, что знает, но тот факт, что она появилась без сопровождения из картеля, говорил о многом.

Мужчина передо мной не выглядел знакомым. На нем не было кожанки.

— Может, ты и не оделся, но татушки то есть? — пробормотал я, поднимая края его пропитанной кровью рубашки.

Жнец. Конечно, этот ублюдок был жнецом.

Было ли это местью за Лотерию? Знали ли они, что она будет здесь сегодня вечером? Они что, следили за ней? Или это просто счастливое совпадение? В моей голове крутились всевозможные варианты.

— Ганнер, возможно, ты захочешь это увидеть.

Беспокойство в голосе Торка заставило волосы на моей шее встать дыбом. Он склонился над другим телом; тот лежал на боку с чистым перерезанным горлом. Его убили первым и, вероятно, сзади. Рубашка парня задрана до подмышки, и у меня кровь застыла в жилах от того, что я увидел на его ребрах — татуировка Санта-Муэрты.

Татуировка картеля.

Я оторвал взгляд от татуировки и посмотрела на Торка. На его лице отразились сотни оставшихся без ответа вопросов, которые я тоже задавал.

— Может быть, она была не одна сегодня вечером, как я думал? — тон его голоса дал мне понять, что он в это не верит.

Но, черт возьми, такая реальность ситуации была бы неплохой.

Потому что, если этот парень не был с Райан сегодня вечером… тогда у Лос-Муэртос появились крысы.

* * *

Два члена картеля.

Вот что показала проверка других тел. Я решил, что эту информацию лучше сохранить в тайне, пока я не поговорю с Райан. Серхио не стал бы держать меня в курсе, если бы я передал это ему, и я хотел знать, пришла она с этими парнями или нет.

Если да, то предали ли они Райан или погибли от рук Жнецов и таинственной девушки?

Было слишком много вопросов без ответов, и я хотел во всем разобраться сам.

Я оставил Торка и несколько потенциальных членов клуба, которым мы позвонили, чтобы провести уборку. Мы решили выбросить тела в другое место и смыть кровь из шланга. Полицейские Тусона редко патрулировали эту часть города; они позволяли преступникам самим себя охранять. А поскольку этот переулок находился за пределами склада известного места проведения боев на ринге, на оставшуюся кровь не обратили бы внимания.

Моя поездка обратно в клуб была почти такой же безрассудной, как и поездка в переулок, противоречивые эмоции бушевали внутри. Я хотел собственными глазами убедиться, что с ней все в порядке, но мысль о том, что я увижу ее снова, когда она выглядела такой хрупкой, заставила сердце сжаться, как в тисках, и я не мог набрать достаточно кислорода в легкие. Мой гнев разгорелся до новых высот, когда я увидел ее уязвимой.

Тем не менее, улыбка появилась на моем лице, когда я подумал о том, что рассказал Торк. Очевидно, я невменяем, потому что мысль о том, что Райан снова и снова вонзает лезвие в сонную артерию этого мудака, доставляла мне радость.

Я ненавидел, когда ей причиняли боль, но я бы никогда не лишил Райан потребности в насилии.

— Я отшлепаю тебя по заднице за то, что ты не позвала меня с собой, Райан, — прокричал я ветру, ревущему у моего лица, пока мчался через Тусон.

Я хотел засвидетельствовать красоту ее жестокости, дать ей понять, что она не должна делать это в одиночку.

Нам нельзя оставаться наедине.

Эта мысль как ведро ледяной воды окатила мою душу, потому что она не одна — я один — а у нее есть Марио. Я сильнее нажал на педаль, страстно желая быть с ней, пока есть возможность, как наркоман, жаждущий ее присутствия.

Я слез с байка в тот же момент, как приехал. Распахнув дверь, я помчался в свою комнату. Но Прес перехватил меня прежде, чем я смог добраться до места назначения. Его большое тело появилось на моей тропе, остановив меня одним взглядом. Я стиснул зубы, потому что не мог просто послать его нахуй. Так нельзя в нашем МК.

— Что там произошло, Ганнер? — его глаза были жесткими, он изучал мое лицо. — Декс привез Райан. Док обработал неглубокий порез. Хотя у нее несколько синяков на горле. Декс сказал, что там была бойня…

Меня не пропустят, пока я не дам Пресу информацию. Я быстро огляделся, чтобы посмотреть, кто находится в пределах слышимости, не доверяя большинству людей в данный момент. Наблюдательный ублюдок уловил это движение, прищурив глаза.

Мой язык облизнул нижнюю губу, давая мне долю секунды, чтобы определиться с формулировкой.

— Слишком много пробелов нужно заполнить. Надеюсь, у Райан будут ответы на некоторые вопросы, когда она проснется. Двое Жнецов мертвы, — сказал я.

Прес понимающе кивнул головой, думая, что это вся информация, и повернулся, чтобы пропустить меня. Но я знал, что ему нужно услышать следующую часть.

Я понизил голос.

— Еще двое убитых… с татуировками Санта-Муэрте… — я позволил своим словам затихнуть.

Его глаза встретились с моими, прежде чем он отвел взгляд, глубоко задумавшись. Невысказанные намеки повисли в воздухе между нами. Прес провел рукой по своим седеющим волосам — признак того, что эта информация встревожила его.

Его глаза снова встретились с моими.

— Когда она проснется, приведи ее ко мне. Я хочу услышать из ее уст отчет о том, что произошло, — он указал пальцем в мою сторону. — Не говори ей заранее. Я хочу свести к минимуму вероятность того, что она заранее сфабрикует историю.

Я кивнул головой, пытаясь скрыть свои сжатые кулаки.

— Понял, — мой тон был резким.

Мне не понравилось, что Прес намекал на то, что Райан может оказаться лгуньей. Логически я понимал, что она может не поделиться всем, что знает, поскольку мы из разных организаций. Я тоже не сказал ей всей правды, но это все равно действовало мне на нервы. Проходя мимо Преса, я старался держать свои эмоции в секрете, не желая, чтобы он подумал, будто я недостаточно уравновешен, чтобы быть рядом с ней.

Приоткрыв дверь, я просунул голову внутрь, заметив Декса, сидящего рядом с кроватью на стуле, который он, должно быть, прихватил с нижнего этажа. Он обхватил голову руками и потер усталые глаза.

— Как она? — спросил я, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить ее.

Декс поднял глаза и поймал мой взгляд.

— Хорошо. Док привел ее в порядок. Дал ей успокоительное и обезболивающее. Учитывая, как выглядел переулок, наша подружка славно отделалась. Порез и синяки на ее горле — самое худшее из всего. Есть еще несколько порезов и царапин, но ничего серьезного. Она будет в отключке на некоторое время и, вероятно, будет слаба, когда придет в себя, — ответил он.

Я кивнул головой, направляясь к кровати. Она выглядела такой умиротворенной, лежа на моей подушке с разметавшимися темными локонами. Я заправил прядь волос ей за ухо, прежде чем наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Что ты нашел? — подтолкнул Декс, когда я подошел к своему комоду, чтобы снять одежду. К счастью, он не прокомментировал мое проявление нежности.

Декс сожжет все наше дерьмо с сегодняшнего вечера. Осмотр места происшествия был грязной работой, и мы не хотели никаких улик, связывающих нас с переулком.

Глубокий вздох вырвался из моей груди.

— Тебе это не понравится, — наши глаза встретились. — Чувствую, что для нас это будет неприятно, Декс.

Он выпрямился, готовясь, и кивнул мне, чтобы я продолжал.

— Первый парень был жнецом. Подумал, может быть, Райан влипла в какую-нибудь хрень с возмездием. Но Торк позвал меня, показать, что он нашел. Тот чувак был… с татуировкой картеля…

Челюсть Декса слегка отвисла, брови нахмурились в замешательстве, как и мои.

— Так она была там с ним, и они отбились от трех жнецов? — спросил он.

Я покачал головой, прежде чем продолжить:

— Сначала подумал то же самое, но их было двое. Два жнеца, два члена картеля. Я думаю, Райан и этой другой цыпочке удалось убить всех четверых, — чувство гордости наполнило мой голос.

Жестокая улыбка заиграла на моих губах.

— Готов поспорить на свои яйца, что те, с перерезанными горлами, принадлежали моей девочке, — сказал я. Моя кровь все еще кипела от того, что она боролась против них в одиночку, я не мог отрицать, что у нее талант. Мое настроение изменилось, когда я вспомнил о предмете, засунутом в мой ботинок.

— И вот, — сказал я.

Декс поймал маленький телефон, который я взял у одного из членов картеля. Я позаботился о том, чтобы никто не видел, как я это делаю, желая сохранить эту находку в тайне.

— Последнее смс пришло от неизвестного абонента. «Убери эту любопытную сучку, пока она не подобралась слишком близко». Я не знаю, относится ли это к Райан или к той цыпочке. Но кто-то дергает за какие-то ниточки, — прокомментировал я, потирая лоб.

От всего этого дерьма с секретностью у меня разболелась голова. Нас оставили в неведении, а это означало, что люди пострадают, пока мы не раскроем это дерьмо. Декс встал и направился ко мне, собирая мою испорченную одежду.

— Надеюсь, что никто не знает об этом…

Я одарил его единственным кивком.

— Никто не знает… — подтекст повис в воздухе.

Взгляд, которым Декс одарил меня, сказал, что он понял, а затем он вышел за дверь, оставив меня наедине с моей спящей красавицей. Последнее, что я должен был сделать — это лечь с ней в постель, но после того как я увидел ее безжизненно лежащей в луже крови, мне было наплевать на все.

Лучше, чтобы она была прижата ко мне всю ночь, а не ее придурок-жених. Мои мозолистые пальцы коснулись шелковистой гладкости ее кожи. Рычание сорвалось с моих губ. На ней не было ничего, кроме лифчика и трусиков. Не знаю, зол я или взволнован. Надеюсь, Декс не смотрел на нее, иначе я брошу его в ту же могилу, в которую положил жнецов.

Подавив свое раздражение, я прижал наши тела друг к другу, пытаясь успокоить свой член, потому что она не в том состоянии, чтобы развлекать его. Черт, находясь рядом с Дексом так долго, я начал разговаривать со своим членом, как будто это совершенно другой человек.

Когда ее спина коснулась моей груди, она удовлетворенно вздохнула и придвинулась ближе, наполняя меня мужской гордостью. Я сказал себе, что даже в бессознательном состоянии она знала, что я буду присматривать за ней. Не знаю, прав я, или нет.

К черту остальное; прямо сейчас все, что имело значение, — это Райан.

ГЛАВА 20

Райан

Отлично, я наверняка проводила слишком много времени с Ганнером, но при этом недостаточно трахалась, и это сказалось на моем психическом состоянии. Потому что теперь мне снились похотливые сны, и я проснулась мокрой и неудовлетворенной. Дремота тащила меня обратно, и я была готова уйти, лишь бы вернуться ко сну, в котором мое тело было таким горячим и чрезмерно чувствительным.

Я заснула, обернув вокруг своего тела подушку, что-то твердое упиралось мне в грудь. Я упиралась бедрами в надежде найти облегчение от боли между ног. Стон сорвался с моих губ от пульсирующего удовольствия, которое я испытала, когда потерлась клитором. Я впилась зубами в подушку, зная, что оргазм, до которого я планировала довести себя, может разбудить Никки, если я не заставлю себя замолчать.

Но вместо мягкой ткани меня встретила соленая кожа, отчего мои соски затвердели и усилилась потребность достичь кульминации.

Отлично, теперь мой мозг вызывал в воображении вкус его тела.

Тяжелая рука опустилась на мою задницу, вдавливая мой клитор еще глубже в твердую подушку. Легкий укол боли чуть не довел меня до крайности. Черт, неужели это и есть осознанное сновидение?

— Черт, Ганнер, — прошептала я его имя, что позволила бы себе сделать только в безопасности своей комнаты.

— Райан, если ты продолжишь тереться своей мокрой киской о мою ногу и кусать мою грудь, я не смогу удержаться от того, чтобы перевернуть тебя и трахнуть.

Мои веки распахнулись при звуке его глубокого голоса. Его зеленые глаза пристально смотрели в мои, язык провел по нижней губе. Как будто он готовился сожрать меня.

Мой адреналин подскочил от этой идеи.

— Я полностью за то, чтобы мы трахались, детка, но ты должна быть готова. Потому что я не планирую быть нежным. Я запру тебя в комнате на весь день и ночь, пока не насытюсь этой сладкой киской, — сказал он, двигая ногой, прижимаясь к моему клитору. Уголки его восхитительного рта изогнулись, когда мое тело взбунтовалось и издало еще один стон.

— Какого хрена ты делаешь в моей постели, Ганнер? — я попыталась вырваться, но мои слова были хриплыми и отчаянными. Боже, мне нужен холодный душ. Я постаралась высвободиться, но он осторожно обнял меня за талию, притягивая ближе. Его большой палец мягко скользнул по коже внизу моих ребер, которые, как я поняла, были забинтованы. Интимность этого момента заставила мое сердце остановиться. Странно; мужчины не заботились обо мне.

Даже Марио этого не делал.

До меня дошло, что для Марио я скорее собственность, а не личность.

— Во-первых, ты в моей постели, детка. А во-вторых, я знаю этот взгляд. Ты выглядишь так, будто хочешь убежать, — он зарылся носом в мои волосы. — Но я везде найду тебя, Райан, — его слова были как ласка на моей душе, и тело отреагировало. Все было пропитано эмоциями, которые я не могла определить. Мои веки закрылись, а кончики пальцев впились в его грудь.

— Теперь, Бруджита, встань на край кровати, как хорошая девочка, и дай мне проверить твой порез, — приказал он.

— Как бы то ни было, Ганнер, сделай это быстро. Мне надо уйти, — фыркнула я, пытаясь казаться невозмутимой. Но это чушь собачья. У Ганнера на бедре свидетельство моих чувств.

Он откинул лицо назад, приподняв бровь.

— И это жутко сексуально.

Мои глаза расширились от осознания того, что я произнесла эту мысль вслух. Желая избежать его вопроса, я выбралась из кровати. Я сказала себе, что делаю так, лишь бы разобраться со вчерашним дерьмовым шоу. Или я надеялась, что это было прошлой ночью. До меня дошло, что я не знаю, как я сюда попала и сколько времени прошло с момента встречи с Сэм.

Черт, Сэм.

Я хотела открыть рот, но Ганнер опередил меня.

— Нам нужно поговорить о том, что произошло прошлой ночью, Райан, — сказал он.

— Да, например, как, черт возьми, я сюда попала? — спросила я, мой голос затих в тот момент, когда теплые руки обхватили мои бедра, направляя меня встать между его ног. Я старалась не смотреть на массивную выпуклость, едва скрываемую его черными боксерами. Смотреть на татуировки, змеящиеся по его мускулистым бедрам не лучше.

— Перестань пялиться на мой член, Райан. Просто попроси, если хочешь, — сказал он, наклоняясь вперед и осматривая мой новый шрам. Я собиралась ответить какой-нибудь ерундой о том, что я не хочу его, но опасное рычание остановило меня на полпути.

— Черт, Райан, — его глаза встретились с моими. В них была сила, которая потрясла меня. — Сколько раз тебя били? Какого хрена твое прекрасное тело усыпано таким количеством шрамов? — кипел он. Его тон заставил меня защищаться. Это звучало слишком похоже на то, как Марио разговаривал со мной.

«Отвали» было на кончике моего языка, когда его руки нежно обхватили мое лицо.

— Я не могу рисковать, беспокоясь о тебе, Райан. У меня есть работа, — он провел руками по лицу, прежде чем снова посмотреть на меня. — И прежде чем ты начнешь злиться, я знаю, что ты более чем способна позаботиться о себе. Но перестань делать что-то в одиночку. Хорошо? — его руки путешествовали вверх по моему животу, оставляя за собой мурашки и тепло. — Звони мне, когда пойдешь делать то, что ты делала прошлой ночью — ради моего здравомыслия, — искренность в его голосе повергла меня в панику. Я не знала, как реагировать на нежность.

Отступив назад, я попыталась отстраниться, чувствуя себя слишком незащищенной. И это чувство не имело никакого отношения к тому, что прямо сейчас на мне только красный лифчик и стринги.

— Ганнер… — пробормотала я, не зная, какие слова сказать. С мягкой улыбкой Ганнер обхватил руками заднюю часть моих бедер, притягивая меня так, что наши тела почти соприкасались.

— Я нашел твое тело в гребаном переулке, детка. Ты лежала в буквальном смысле в луже крови, я не знал, твоя она или нет. Меня бесит, что рядом не было никого, кто мог бы тебе помочь. И меня там не было, чтобы содрать плоть с ублюдка, который думал, что смеет трогать тебя, — его большой палец провел по перевязанной ране. — У нас теперь партнерство, помнишь? — спросил он. Его взгляд был таким пристальным, что мне было трудно поддерживать зрительный контакт.

Я была в шоке от грубости в его голосе, как будто я причинила ему боль, не сказав, где я нахожусь.

— Ганнер, у нас партнерство в управления оружием. Мне не нужно вовлекать тебя во все, что я делаю. Кроме того, выражение твоего лица, когда мы виделись последний раз, сказало, что ты не хочешь разговаривать вне работы, — парировала я. Вскрик, за которым последовал стон, сорвался с моего рта, потому что его мозолистая рука шлепнула меня по обнаженной ягодице, а потом погладила.

Боже, что со мной не так?

— Неправильный ответ, детка. С этого момента ты не сделаешь ни шагу, не поставив меня в известность. Поняла?

— Ганнер…

Его рука снова опустилась на мою и без того больную задницу. Мои глаза закрылись, а пальцы ног уперлись в кровать. Когда я снова открыла их, лицо Ганнера было в нескольких дюймах от моих ребер, он разворачивал повязку. Реальность ситуации нахлынула. Надо успокоить внутреннюю шлюшку, чтобы разобраться в том, что произошло.

Мой голос прозвучал едва громче шепота.

— Что, черт возьми, произошло? Как я оказалась здесь, в здании клуба? — спросила я. На боку у меня теперь был порез длиной около десяти сантиметров, недостаточно глубокий для швов. Рану обработали и забинтовали. Ганнер одобрительно кивнул головой, очевидно, довольный тем, как обработали порез.

— Прошлой ночью я получил сообщение от Торка, в котором он сказал, что нашел тебя лежащей в переулке, — ответил он, его глаза снова встретились с моими, но прежние эмоции исчезли, сменившись нейтральным выражением лица.

Мы были в тупике, пытаясь понять, как много должны рассказать друг другу. Проходили секунды, и ни один из нас не делал ничего. Наконец, Ганнер вздохнул и похлопал по кровати рядом с собой.

Я забралась обратно под мягкое серое одеяло и села напротив него, чтобы понаблюдать за языком его тела. Я хотела доверять Ганнеру, но старые привычки умирают с трудом. Так что пока это все, что он получит: перемирие и обмен информацией.

Решив, что мне нужно проявить добрую волю, я раскрыла маленький кусочек информации, выуживая свою собственную.

— Я была там прошлой ночью, встречалась с информатором. Как всегда, мы ушли порознь. Но когда я вошла в переулок, увидела, как нападают четыре придурка. Так что я прыгнула в воду.

Брови Ганнера сморщились в замешательстве, заставив меня задуматься, какой информацией он располагает. Но вместо того, чтобы спросить об этом, я задала вопрос, который вертелся у меня на кончике языка с тех пор, как я проснулась.

— Было ли там…было ли там женское тело? — прошептала я.

Ганнер покачал головой, и вздох облегчения вырвался из моих легких. Сэм могла позаботиться о себе.

— Торк сказал, что убежала, как только увидела, что о тебе заботятся, — добавил он.

Торк. Слава Богу, он нашел меня.

— Напомни купить ему бухло. Я не знала, кто идет прямо перед тем, как потеряла сознание, — прокомментировала я.

Ганнер смотрел куда-то вдаль, глубоко задумавшись, с тех пор как я упомянула, почему я была на вечере боя. Не желая заставлять его говорить, я сидела тихо, пока он, наконец, не нарушил молчание.

— Почему они напали на нее? — спросил он с подозрением в голосе.

Я закатила глаза на его вопрос. Разве он не слышал, как я сказала, что вышла и просто увидела произошедшее?

— Я не знаю, Ганнер. Я была слишком занята, пытаясь не получить по заднице.

— Как всегда, выеживаешься, — ответил он, и теперь на его губах играла улыбка.

— Только когда задают идиотские вопросы, — бросила я в ответ.

Он ущипнул себя за переносицу, пытаясь разобраться в каком-то внутреннем споре. Когда он посмотрел на меня, я почувствовала, что в наших отношениях вот-вот произойдет сдвиг. Каким-то образом я поняла, что, как только он произнесёт следующие слова, мы согласимся быть партнерами не только в торговле оружием для Лос-Муэртос и Скелетов общества. Мы станем партнерами друг с другом. Его глаза искали в моих признак того, что я тоже этого хочу.

Я потянула себя за нижнюю губу, прикусив ее зубами. Хочу ли я этого?

— Вводи в курс дела, а потом и я подключусь, — мое сердце и рот приняли решение раньше, чем мозг успел за ними угнаться. Меня пронзил укол неуверенности. Что, если я неправильно истолкую язык его тела? Но это чувство было подавлено, когда он улыбнулся, вспоминая слова из нашей первой встречи.

— Хорошо, вот что я знаю. Из четырех придурков, которые напали на вашего информатора, двое были жнецами, — добавил он.

Это не стало неожиданностью.

— Понятное дело. Она сказала мне, что ее бывший источник был найден мертвым в переулке. Вероятно, его пытали, чтобы получить информацию о том, кто задавал слишком много вопросов, — ответила я.

— Да, ну… у двух других были татуировки картеля. Санта-Муэрте, если быть точным… — добавил он.

Мое лицо побледнело.

— Это были люди Лос-Муэртоса, работавшие со жнецами? Муэртос пытались убить меня? — допытывалась я, мой голос был хриплым от эмоций.

Ганнер неловко поежился, как будто хотел утешить меня, но не знал как, поэтому продолжил:

— У одного в кармане был одноразовый телефон. Последнее сообщение с заблокированного номера, в нем говорилось, чтобы они убрали эту сучку. Сначала я подумал, что это ты, но скорее та цыпочка-информатор.

— Сэм, ее зовут Сэм. Она собирала для меня информацию о передвижениях в Тусоне. Я думала, что кто-то намеренно пытался сохранить все в тайне, — я подняла глаза и встретилась взглядом с Ганнером. — Она сказала мне, что у Жнецов был мятеж. Теперь в игру вовлечены новые игроки, хуже, чем в прошлый раз. Она думает, что у них есть сторонний покровитель… — я позволила своим словам затихнуть, не желая озвучивать то, о чем мы оба думали.

Ганнер сделал это за меня.

— Кто-то из картеля.

Я кивнула головой, не готовая произнести эти слова вслух.

— Ты знала, что Марио пригласил нас на встречу сегодня? Говорит, что есть определенный маршрут, которым мы должны следовать, и угадай, через какую территорию он нас ведет? — спросил он.

Я нахмурилась на заявление Ганнера, вспомнив, что Армандо сказал о маршруте.

— Ну, похоже, кто-то пытается подставить тебя, потому что Армандо сказал, что твой МК выбрал маршрут. И Марио сказал, чтобы я не участвовала в этом, — сказала я, чувствуя, как просачивается недоверие к членам своего картеля.

Хитрая улыбка появилась на лице Ганнера, прежде чем он заговорил.

— Ну, к черту Марио и его приказы. Давай все равно появимся с тобой на заднем сиденье моего байка. Элемент неожиданности может помочь найти того, кто издевается над нами. А теперь иди и тащи свою милую задницу в душ.

ГЛАВА 21

Райан

Я прислонила голову к холодной плитке душа, наблюдая, как красная вода стекает с моего тела.

Жнецы планируют что-то грандиозное. Вчерашнее нападение стало подтверждением того, что в Лос-Муэртосе по крайней мере одна крыса. Мои внутренние размышления были прерваны звуком шагов. Повернувшись на шум, я увидела, как Ганнер открывает дверь душа.

Святой Иисус, Иосиф и Мария. Это тело — гребаное произведение искусства.

Мои глаза, наверное, моргали как в припадке, слюна собралась в уголках рта. Я еще не видела этого человека голым, но сегодняшнее утро дало ответы на все вопросы. Черт, он великолепен, стоит там, весь такой в татуировках. Я наблюдала, как его глаза блуждали по моему телу. Чем дольше он смотрел на меня, тем тверже становился его член.

Никогда не думала, что наблюдение за тем, как твердеет член, так укрепляет уверенность в себе.

Я прикусила губу в предвкушении, разрывая и без того поврежденную кожу. Если бы мы двинулись вперед, это изменило бы все. Он шагнул ближе, так что нас разделяли всего несколько дюймов.

— Я не мог смириться с тем, что ты здесь голая. Так близко и в то же время так далеко. Я спрошу тебя один раз, Райан, — сказал он голосом, пропитанным похотью.

Он заставлял меня извиваться от интенсивности его присутствия. Мои пальцы так и чесались пробежаться по его груди. Провести по косым мышцам, ведущим к члену, но я не осмеливалась пошевелиться. Боялась, что испорчу этот момент.

— И что такого важного случилось, Ганнер, что ты посмел прервать меня? — спросила я, моя грудь вздымалась в предвкушении.

Уголки его рта поползли вверх при моих словах. Мужчине нравились мои словечки.

— Я хочу трахнуть тебя, Райан. Хочу полностью уничтожить тебя, собрать вместе и опять по новой, — его руки сжимались и разжимались. Он сдерживал себя, чтобы не прикоснуться ко мне, вероятно, в равной степени боясь испортить момент. — Я хочу владеть каждой частичкой тебя. Я хочу всего, Райан. Если ты отдашь себя мне, ты будешь моей. Поняла? — спросил он таким собственническим голосом, что у меня внутри все сжалось.

Моя голова кивнула в ответ, влага скапливалась между ног с каждым произнесенным им словом. Но в глубине души я понимала, что он просит большего, чем просто секс. Пути назад нет, и мне все равно.

— Словами, Райан. Скажи, что отдаешь себя мне, — ответил он.

— Да, Ганнер. Разнеси меня нахрен, — сказала я, мой голос звучал хрипло.

В тот момент, когда слова сорвались с моих губ, я ударилась спиной о стену душа. Руки Ганнера обхватили мои бедра, он просунул свое мускулистое бедро между моими, надавливая на клитор, имитируя позу, в которой я проснулась этим утром. Одно только отчаяние и жестокость могли сломить меня.

Я была как чертов провод под напряжением.

Мозолистые руки грубо схватили меня за челюсть, заставляя открыть рот. Ганнер наклонился вперед, прикусив мою нижнюю губу, прежде чем слизнуть кровь, ведь я разодрала зубами ее минуту назад. Мой стон эхом отразился от стен душа.

— Да, детка, трись своей киской о мою ногу. Используй мое тело, чтобы доставить себе удовольствие, — он прикусил мою челюсть, когда я откинула голову назад, отчаянно пытаясь облегчить боль. Его горячее дыхание коснулось моего уха, соски затвердели, жаждущие прикосновений.

— Я думал, что потерял тебя прошлой ночью, Райан. Еще не успев трахнуть эту греховно восхитительную киску, — он прикусил мочку моего уха, вызвав у меня стон. — К черту твоего психованного жениха. Я не буду держаться от тебя подальше, малышка, — прорычал он.

— Он не мой жених, Ганнер. Он никогда им не был, — выдохнула я, извиваясь. Он издал удовлетворенный стон, прежде чем провести языком по ложбинке моего горла, пальцы крепче сжали мой рот, удерживая его открытым. Мои глаза распахнулись, когда он плюнул мне в рот, прежде чем засунуть внутрь свой язык.

Святой гребаный Христос. Я и не знала, что мне это понравится.

Мой мозг был занят восстановлением после короткого замыкания, и Ганнер воспользовался возможностью, чтобы перевернуть меня задом наперед. Ощущение холодного кафеля на моей чувствительной груди заставило вскрикнуть. Я выгнула спину, крепко прижимаясь задницей к его члену.

— К черту ложь, Райан.

Его мозолистая ладонь встретилась с моей ягодицей с жестоким шлепком, отчего промежность сжалась. Так хотелось ее заполнить. Прежде чем я успела нагнуться и сделать это сама, Ганнер схватил меня за руки и заломил их мне за спину.

— Скажи, что ты хочешь мой член. Скажи, что ты моя, — прошептал он мне на ухо, уязвимость и гнев в его голосе были почти невыносимы.

— Да. Ты единственный мужчина, которого я когда-либо хотела подпустить поближе. Я не знаю, какое колдовство ты сотворил со мной, но я хочу тебя, Ганнер, — ответила я, потрясенная тем, что показала свои эмоции.

— Это тебя называют Ведьмой, Райан, — его губы опустились на мою шею сзади, нежно посасывая. — Ты околдовала меня, — он скользнул одной рукой к моему горлу, другой держал за руки, прежде чем зарычать мне в ухо. — Я сделаю так, чтобы ты думала только о моей руке на своем горле и об удовольствии. Этому придурку не будет места в твоей хорошенькой головке. А теперь не двигайся. Поняла? — спросил он, моя щека потерлась о кафельную стену, когда я злобно кивнула головой.

— Слова, малышка. Мне нужны твои слова.

Я попыталась вспомнить, как вообще разговаривать. Мой мозг был перегружен всей той стимуляцией и жаждой, которые я испытывала.

— Да, Ганнер, я не буду двигаться. А теперь, блять, прикоснись ко мне, — выдавила я.

Рука, державшая запястья, скользнула вниз по моему телу. По моему бедру, пока он не оказался в сантиметрах от клитора. Я извивалась, пытаясь заставить его пальцы коснуться меня, но его рука только сильнее сжала горло.

— Райан, — его голос растягивал мое имя, как будто я была непослушным ребенком, — Не торопи меня. Я буду наслаждаться твоей сладкой киской, — он шлепнул меня по клитору, будто делая выговор, а я закричала. — Веди себя прилично. А теперь давай посмотрим, насколько сильно ты меня хочешь.

Я слышала улыбку в его голосе, когда он провел пальцем по промежности.

— Пиздец. Чертовски сильно, малышка, — похоть окутала его слова.

Он без предупреждения засунул два пальца в мою мокрую киску, заставив застонать от удовольствия. Давление его руки, сжимающей мое горло, усилило ощущения. Я протестующе вскрикнула, когда он убрал свои толстые пальцы.

— Чинга ту мадре[20], Ганнер. Трахни меня, — прорычала я, едва узнавая свой голос. Трудно было сказать, испытываю ли я удовольствие или боль. Я втянула воздух, когда он провел пальцами, покрытые моим возбуждением, и ткнул в мою задницу.

— Скоро, Райан. Скоро я трахну тебя. И когда я это сделаю, ты уже не уйдешь. Понимаешь? Ты погубила меня. Изменила все мои планы, изменила мое будущее. Так что в наказание я потащу тебя за собой, — прошептал он мне на ухо. — Слышишь? Когда все дерьмо вылетит наружу, когда ты будешь со мной ссориться, когда будешь подвергать сомнению всё… но ничто из этого не удержит тебя от меня. Ты никуда не денешься.

Его слова произнесены как обещание. Но я была слишком в отчаянии, чтобы пытаться проанализировать, что они означали. Когда они произносились из его уст, я чувствовала себя полноценной. Была разительная разница между этим и чувством загнанности в клетку, когда Марио сказал нечто подобное.

Моя голова ударилась о его плечо, руки обвились вокруг шеи Ганнера — пальцы вплелись в его волосы. Ганнер застонал, когда мои ногти впились в его кожу головы.

Его руки переместились на мою грудь, сильно сжимая соски. Я не знала, за что меня наказали, может быть, за то, что я заставила его волноваться, но он тоже виноват. Я не должна была ни в кого влюбляться. Особенно в Ганнера. Когда открываешься людям — разбивается сердце, и я уже знала, что он сломает мое истерзанное войной сердце на куски. Но я поняла, что мне нравится боль и удовольствие, которые он доставлял.

Повернувшись в объятиях, я посмотрела ему в лицо. Его зрачки расширились от похоти, смешанной с выражением тоски и эмоций, которые я не могла точно определить. Наши глаза оставались прикованными, пока мой язык скользил вниз по его животу, мои колени ударились о плитку перед ним.

Члены мне никогда не нравились, но черт меня побери, член Ганнера выглядел просто охрененно. Я наклонилась вперед и слизала смазку на головке. Стон, который он издал, заставил меня потянуться вниз, чтобы потереть свой клитор. Но мои пальцы так и не добрались до места назначения. Ганнер запустил руку мне в волосы и дернул назад. Вода стекала по моему лицу, мешая видеть и дышать.

Почему пытка водой настолько возбуждающая?

— Я не разрешаю прикасаться к себе, малышка. Твои руки либо на мне, либо за спиной, но к твоей мокрой киске никто не прикоснется, — скомандовал он.

Я захныкала от его слов, чертовски захныкала, никогда в жизни не была так возбуждена. Он позволил мне снова приблизить свой рот к нему, но не убрал руку с волос. Я прижала свой язык к нижней стороне его члена и провела им вверх к кончику. Огромная ухмылка появилась на моем лице, когда свободная рука Ганнера приземлилась на стену, используя ее для поддержки. Это все, в чем я нуждалась, чтобы потянуться и покатать его тяжелые яйца в своей руке, обводя его кончик языком.

Я взглянула на него сквозь ресницы, втянув его так глубоко в горло, как только смогла. Хватка на моих волосах усилилась, и он продвинулся еще на несколько сантиметров, отчего я задохнулась, а глаза наполнились слезами.

— Хорошая девочка. Так приятно слушать, как ты давишься, — сказал он.

Рычание в его голосе заставило меня застонать. Я не знала, может ли женщина испытать оргазм даже без прикосновения, но Ганнер, несомненно, помогал достичь этого. Мой рот двигался вверх и вниз несколько раз, потом я спустилась к его яйцам, вбирая каждый в рот и мягко посасывая. Ганнер издал стон и слегка раздвинул ноги, чтобы дать мне больше места.

Он использовал волосы, чтобы оттянуть мой рот, заставляя меня смотреть на него.

— Я хочу, чтобы этот грязный ротик обхватил мой член, Райан, — заявил он, прежде чем снова засунуть член мне в глотку.

Боль от плитки добавляла ощущения. Сквозь ресницы я заметила выражение чистого удовольствия на лице Ганнера, что заставило меня решиться пойти дальше. Моя рука вернулась к его яйцам, прежде чем переместиться к его заднице.

— Черт, — выкрикнул он, хлопнув ладонью по стене в тот момент, когда мой палец ткнулся в его задницу.

Но он не остановил меня; он раздвинул ноги, давая мне лучший доступ. Я сосала сильнее, пока он трахал мой рот. Слюна стекала на руку, обернутую вокруг члена. Это был самый небрежный минет, который я когда-либо делала, и я наслаждалась каждым моментом, пока он удерживал меня на месте.

На самом деле, мне никогда не нравилось делать минет до этого момента.

Я почувствовала, как напряглись его яйца: он приближался к оргазму. Его темп ускорился, и я зачарованно наблюдала за ним. Голова откинута назад, на лице застыло выражение экстаза, а по груди скатывались капли воды. Все было настолько эротичным, что я выбрала этот момент, просунув палец немного внутрь.

Рука, запутавшаяся в моих волосах, исчезла, и я услышала, как оба кулака ударились о стену.

— Блять, Райан, — закричал он от удовольствия.

Его член пульсировал у меня во рту, выплескивая сперму. Я попыталась проглотить все, но почувствовала, как что-то вырвалось и потекло по моему подбородку. Через мгновение я убрала палец и вытерла рот. Но не раньше, чем пососать его чересчур чувствительный член и понаблюдать, как он дрожит.

— Негодяйка, — сказал он, его тон был полон похоти, когда он рывком поднял меня с колен и прижался своим ртом к моему. Его язык проник внутрь, не заботясь о том, что я покрыта его спермой. Было так жарко; я отчаянно хотела, чтобы он вошел в меня.

— Ганнер, если ты, сука, не тронешь меня… клянусь, я тебя зарежу, — пригрозила я между поцелуями.

Я почувствовала, как он улыбнулся мне в губы, не обращая внимания на угрозу.

— Повернись. Руки на скамейку, Райан. Сейчас же. Я буду наслаждаться твоей киской, и уже знаю — это будет лучшее, что я когда-либо пробовал.

От его слов у меня по спине пробежали мурашки.

Я не ханжа, но было что-то уязвимое, когда я изогнулась в талии и выставила свою киску напоказ. Но потом был трепет от осознания того, что он видит меня всю. Легкое, как перышко, прикосновение его пальцев скользило вверх и вниз по моей щели, лаская и посылая мурашки по телу.

— Я был прав, Райан, — прошептал Ганнер. — У тебя такая красивая киска. И в какой-то момент, малышка, когда ты будешь готова, я трахну тебя без презика и буду смотреть, как моя сперма стекает по твоим ногам.

Я посмотрела на него через плечо. Этот человек был Богом, когда дело доходило до грязных разговоров, а я была так сильно взвинчена, что не потребовалось бы много усилий, дабы подтолкнуть меня к краю пропасти.

— Пошел нахуй, Ганнер. Ты не можешь говорить такое дерьмо и не трахать меня. Мой палец был в твоей заднице, так что я знаю, что ты не прячешь там презерватив. И я хочу, чтобы ты был во мне — сейчас же. Я готова десять лет наблюдаться у гинеколога, — заявила я, прежде чем добавить: — Если ты не засунешь в меня свой член, я буду убивать людей.

Искренний смех, который издал Ганнер, заставил мое сердце сжаться; я так лажаюсь, когда дело доходит до этого человека. А он еще даже не довел меня до оргазма.

— Повернись назад, Райан. Руки не отрывай от скамейки, — его теплое дыхание щекотало мне ухо, когда он опустил верхнюю половину моего тела вниз, убедившись, что я полностью выставлена на всеобщее обозрение.

— Ах, пошел нахер, Ганнер, — простонала я, когда его язык прошелся по мне, от клитора к заднице, прежде чем он отодвинулся и втянул мой клитор в рот, прикусывая чувствительный комочек нервов.

Я чувствовала, как он улыбается, прижимаясь к моей киске, явно довольный реакцией. Я не знала, как переживу его; все, что он делал, разрушало меня для всех остальных.

— Я мог бы лизать тебя каждый день, пока не умру, Райан. Твоя мокрая пизда теперь мой шведский стол, — простонал он.

— Си пор фавор, сделайте это, сэр… — я едва успела произнести слова, как он засунул свой язык внутрь, а его большой палец обвел мой клитор. Я закрыла глаза на грани оргазма. Но Ганнер встал.

— Что за черт? — я кипела, вертела головой по сторонам, жалея, что не захватила с собой нож.

— Я ни за что, блять, не позволю испытать тебе первый оргазм ничем, кроме члена, — заявил он, как будто я идиотка.

— Тогда засунь его в меня, придурок… — я застонала прежде, чем смогла закончить предложение.

Ганнер засунул в меня каждый свой восхитительный дюйм. Его грубые руки сжали мои бедра, пока он толкался в головокружительном темпе.

— Прикоснись к клитору, Райан, — потребовал он. — Я не могу этого сделать, пока шлепаю тебя по заднице.

Чтобы доказать, его рука опустилась на мою ягодицу за секунду до того, как он снова врезался в меня. Его имя сорвалось с моих губ в тот момент, когда мои пальцы нашли клитор.

— Скажи это еще раз, детка. Громче. Пусть все эти придурки знают, кому ты позволяешь трахать себя, — прорычал он.

Никогда еще мужчина не говорил со мной так непристойно, как Ганнер. Это обеспечивало еще один фетиш, о котором я и не подозревала.

— Трахни меня сильнее, Ганнер. Погуби меня, чтобы никто больше не смог, — умоляла я.

Он мрачно рассмеялся над моими словами, толкаясь сильнее.

— Детка, ты никогда не будешь принадлежать другому. В тот момент, когда твой рот открылся, когда я впервые увидел тебя, я понял, что мне крышка. Нам суждено вместе сгореть в хаосе, с таким же успехом мы можем при этом заниматься отличным сексом.

Конечно, его дурацкие слова привели меня прямо к краю пропасти. Ганнер каким-то образом увидел мои неровные края и вместо того, чтобы попытаться их сгладить, не побоялся провести по ним языком — даже если мог порезаться.

— Ганнер, я близко. Ничего не меняй.

Каждый мужчина, с которым я была, выбирал миллисекунды до того, как я кончала, и менял темп. Но не Ганнер. Вместо этого он решил оказать мне такое же особое отношение, какое я оказала ему.

— Развались на части, Райан, — скомандовал он, засунув палец в мою задницу, отправляя меня через край, пока я выкрикивала его имя. — Черт, детка, — закричал Ганнер, находя свое освобождение внутри меня.

Я никогда не позволяла мужчине трахать меня без презерватива, и теперь никогда не передумаю. Было нечто эротичное в том, как его сперма заполняет меня. Ганнер вышел, еще несколько раз толкаясь в меня.

— Черт возьми, я знал, что смотреть, как моя сперма вытекает из тебя, будет чертовски жарко.

Я повернулась к нему лицом и, не разрывая зрительного контакта, зачерпнула сперму, стекающую по моему бедру, и поднесла ее ко рту, слизывая.

Ноздри Ганнера раздулись, и я могла поклясться, что видела, как дернулся его член. Не в силах сдержаться, он запутал мои волосы в своей руке и прижал наши губы друг к другу.

Когда он отстранился, мы оба тяжело дышали.

— Пиздец, Райан. Я в полной жопе. И мне насрать на это, — прошептал он.

ГЛАВА 22

Ганнер

Меня и раньше поджигали, но это ничто по сравнению с тем, когда я лежал с Райан, а она терлась своей мокрой киской о мою ногу, а я не разбудил ее, чтобы трахнуть. Решил, что было бы эгоистично рисковать всем, потому что я не могу контролировать свой член.

Это продлилось долго.

Я смотрел, как ее гибкое тело прижимается к моему бедру, около пяти минут, прежде чем не смог больше терпеть. Но я не подумал о том, что будет, если шлепнуть ее по заднице. Моя сдержанность почти сломалась при мысли о ее обнаженном, мокром теле, стоящем в душе всего в нескольких футах от меня.

Внутренняя война была жестокой. С одной стороны, ее предполагаемая помолвка с Марио дала мне пинок под зад, но с другой, я не мог выкинуть из головы образ Райан, лежащей в луже крови. И душевная боль и сожаление, которые охватили мою душу при этом зрелище. Эти чувства заставили меня усомниться во всем. Я не знал, стоит ли рисковать.

Я сломался.

И теперь я в еще большем дерьме, чем раньше, потому что никогда не смог бы оставить ее. Часть меня ненавидела её за то, что я чувствую. Она так прекрасна, с ее израненным, заботливым сердцем и острым языком. Мы были одним целым, она и я. Наши ожесточенные сердца бились только для тех, о ком мы хотели заботиться. И мы не сомневались, когда требовалось наказать тех, кто этого заслуживал.

Дверь ванной открылась, и я не смог сдержать улыбку на своем лице, когда Райан вышла, завернув в полотенце свои длинные локоны. Ее глаза сузились.

— Не смотри на меня так, Ганнер, — предупредила она, уперев руки в бедра. — Сегодня не день мытья волос, но, как обычно, засранцы разрушили мои планы. Так что теперь, вместо моего милого полотенца из микрофибры, придется довольствоваться этим, — она указала на макушку, раздраженно вздохнув.

У меня не хватило духу сказать ей, что я понятия не имею, как большинство этих полотенец попали в мою ванную. Единственное, что я купил и использовал, было темно-синим. Сокращая расстояние между нами, я обнял ее. Не хотелось быть рядом с ней и не прикасаться.

— Малышка, я трахал тебя, пока засохшая кровь стекала по твоему телу. Это полотенце меня не отпугнет, — сказал я, наклоняясь и нежно посасывая ее нижнюю губу. Ее руки переместились на мою грудь. Мне нравилось, что они были грубыми. Как я мог подумать, что она принцесса картеля?

Мой язык ткнулся в разбитую губу, зная, что она любит боль. Она зашипела, впиваясь ногтями в мою кожу, наши языки вступили в войну. Мне нужно оторваться, если мы хотим добраться до офиса Президента вовремя. Я напрягся при мысли о том, что Райан будет на допросу с Пресом.

Вырвавшись, я обхватил ее лицо руками.

— Райан, когда увидишь Преса, ничего не говори о том, что кто-то из картеля может быть замешан, — предупредил я, наблюдая, как она оценивает мои слова, ища признаки обмана.

Я удержался от гримасы при мысли о том, что она мне не доверяет, потому что с чего бы ей это делать? Этот мир построен на обмане и предательстве. Если хочешь выжить, ты должен отказаться от лжи.

А у меня много лжи. Которой я не мог с ней поделиться. Но я не лгал в этом вопросе, и она, казалось, поверила мне.

— Ладно. Ты не хочешь, чтобы твой президент знал. Но дай угадаю, Декс знает? — спросила она.

Боже, как она сообразительна.

— Да, знает, — я усмехнулся. — Пресса знает о телах, и Торк был со мной, когда мы обнаружили татуировки. Но они думают, что те, возможно, предатели. Президент попросил меня не говорить тебе ни хрена, когда ты проснешься, так что тебе придется притвориться, что ты ничего не знаешь… Прес думает, что ты лжешь нам.

— А ты? — заявила она.

— Нет. Я думаю, что ты заслуживаешь большего доверия, чем кто-либо здесь, — ответил я.

Я не мог до конца прочесть выражение ее лица, но это заставило мое сердце биться быстрее. Я знал, что ей можно доверять. Потому что в глубине души Райан полна добрых намерений. И я слишком хорошо знал, что благие намерения часто достигаются с помощью грехов.

Я запечатлел целомудренный поцелуй на ее губах, прежде чем подойти к своему комоду, чтобы найти кофты для нас обоих. Я думал, что это идиотизм, когда мужчины говорят о любви к женщинам в их одежде, но теперь понял. Мысль о Райан, разгуливающей в моей толстовке, пропитанной моим запахом…

— Макгрегор? Что это означает? — ее голос прорвался сквозь мои мысли, и я замер, когда ее пальцы прошлись по татуировке на моем трицепсе.

Закрыв глаза, я попытался отгородиться от воспоминаний, вызванных старой татуировкой. Надо было перекрыть ее, но не мог заставить себя сделать это. Поэтому я рядом набил другие, в попытке скрыть ее от посторонних глаз. Конечно, проницательный взгляд Райан обнаружил надпись курсивом, замаскированную в других рисунках.

Я сглотнул, отчаянно пытаясь вернуть влагу в горло.

— Это имя человека, которого я когда-то знал. Из прошлой жизни, — ответил я, натягивая рубашку через голову, чтобы скрыть чернила и закончить допрос.

Райан уставилась на меня взглядом, полным понимания и принятия. Отчего мое сердце заболело еще сильнее. У нас обоих есть шрамы и истории, которые лучше не рассказывать. Я задавался вопросом, будет ли она по-прежнему испытывать ко мне те же чувства, если увидит все скелеты в моем шкафу. Холодок пробежал по спине при мысли, что когда-нибудь это случится. Но в данный момент я не мог позволить себе спуститься в эту кроличью нору.

Стук в дверь нарушил момент.

— Свежеотраханные голубки, откройте дверь. Я пришел с подарками для самого красивого человека, — крикнул Декс из коридора.

Райан выгнула бровь и посмотрела на меня.

— Я не совсем уверена, говорит он о тебе или обо мне.

Прежде чем я успел ответить, вошел этот засранец.

— Какого черта, Декс? А если бы мы были голыми? — закричал я.

— Честно говоря, я на это и надеялся, — ответил он, шевеля бровями.

Рычание сорвалось с моих губ. Мысль о том, что он увидит Райан голой, вывела меня из себя. Улыбка Декса стала шире. Этот засранец точно знал, что делал. Он подмигнул мне, отдавай пару черных леггинсов и спортивный бюстгальтер в руки Райан.

— Что, без кофты? — спросила Райан, осматривая стопку.

— Пещерный человек вон там настаивает, чтобы ты надела его кофту, и выставить тебя напоказ перед другими придурками, заявить на тебя права. Или «пометить», как говорится, — он сделал паузу и понизил голос до шепота. — Если только ты не любишь, когда на тебя мочатся. Так вот почему вы так долго были в душе? — спросил Декс.

Рот Райан несколько раз открылся и закрылся, прежде чем, наконец, сорвались слова.

— Нет, мне не нравится такое, — взвизгнула она. — Декс, тебе повезло, что я не прячу нож в полотенце, потому что я бы вонзила его тебе в предплечье.

Мой сумасшедший брат пожал плечами, как будто это самый естественный разговор.

— Не отказывайся, пока не попробуешь, чика, — пропел он нараспев.

Голова Райан резко повернулась ко мне, ее глаза расширились. Смех вырвался из моей груди, потому что женщина и глазом не моргнула во время поножовщины, но Декс поверг ее в шоковое состояние.

— Ох, это еще не самое жесткое, что Декс может говорить о сексе. Однажды он сказал мне, что австралийская девушка попросила его притвориться сорокой и «каркнуть в ее киску», — я заключил фразу в кавычки, потому что все еще не знал, что, черт возьми, это значит.

— Худшей частью этой истории было то, что они трахались не один раз, — добавил я.

— У меня так много вопросов, но я боюсь ответов. Так что пойду переоденусь и попытаюсь стереть все мысленные образы, — ответила Райан.

Ухмылка Декса исчезла, как только Райан закрыла дверь ванной. Было страшно, как он мог меняться; у них с Райан это общее.

— Ну, план «не буду ее трахать» вылетел в окно. Ты знаешь, что делаешь, брат? — спросил он.

Мои кулаки сжимались и разжимались по бокам. Я был уверен, что оставляю вмятины на ладонях. Мне не нравились такие вопросы, потому что правда заключалась в том, что у меня нет ответов.

— Не волнуйся, работа будет выполнена, — мой тон был резким, когда я ответил.

Взгляд Декса, казалось, сдирал с меня кожу, ища мою душу. Но я начинал думать, что моя душа находится в руках другого человека, что представляло опасность для наших планов.

— Я уверен, что работа будет выполнена, но сможешь ли ты сделать это сейчас?

Я быстро кивнул ему, потому что не знал, что могу произнести эти слова вслух и заявить, что они правдивы.

ГЛАВА 23

Райан

Ганнер предупредил меня, чтобы я ничего не рассказывала на этой встрече, так как президент не доверяет мне. Не то чтобы я винила его. До Ганнера я не доверяла никому, кроме Лос-Муэртоса и Никки. Какая ирония судьбы. Теперь члены картеля под сомнением.

— Райан, рад видеть тебя на ногах. У меня есть несколько вопросов о том, что, черт возьми, произошло прошлой ночью, — крикнул Прес, когда я вошла.

Я посмотрела туда, где он сидел за большим деревянным столом, высматривая какие-то бумаги. Его лицо и язык тела ничего не выдавали. Этот человек был статуей.

Он сидел там, ожидая моего молчания, оценивая меня так же, как я оценивала его. Марио бы уже пырнул кого-нибудь ножом за то, что ему не отвечают. Вот почему я проводила все допросы для Лос-Муэртос. Мертвецы дают мало информации.

Мои руки скрестились на груди, когда я прислонилась к деревянному стулу.

— При всем моем уважении, я ни хрена тебе не должна. Я не звала тебя на помощь. Члены твоего клуба решили сделать это по собственной воле, — я прижала ладони к его столу, наклонившись так, чтобы мы были на уровне глаз. — Это я должна просить у тебя объяснений. Например, почему ты решил привести меня в клуб, а не позвонить в Лос-Муэртос? Что ты хотел скрыть? — подтолкнула я, ухмыляясь, когда заметила, как напряглись Ганнер и Декс.

Ганнер сказал вести себя так, будто я ничего не знаю. Ну, я бы также себя вела, если бы проснулась в МК, ничего не зная. Мое актерское мастерство придавало достоверности, и эти мальчики должны быть благодарны, потому что единственные люди, которые вызывали подозрения — были они сами.

Мы с Пресом встретились взглядами, не желая прерывать контакт. Я выиграла большинство конкурсов по измерению члена. Довольно неплохо для того, у кого нет члена. Когда он понял, что я не собираюсь отступать, Прес расплылся в холодной улыбке. Не совсем угрожающей, но и определенно не доброй. Для меня это не имело значения: я здесь не для того, чтобы понравиться.

— Может, ты и не родственница Серхио, но будь проклята, похожа на этого ублюдка. Я приму твою реакцию как знак того, что ты не ответственна за события из прошлой ночи, — он жестом пригласил меня сесть. — Мы привели тебя сюда вместо того, чтобы звонить в Лос-Муэртос потому, что хотели быть уверенными, что можем доверять тем, с кем работаем, — ответил Прес, его взгляд скользнул к стене, где стояли парни.

— Похоже, эти двое верят, что ты не предашь нас. Ребят, мне нужно побыть с Райан наедине.

— Прес… — Ганнер почти прорычал его имя.

Их взгляды встретились, и я видела, как тикает челюсть Ганнера, когда он стиснул зубы. Через мгновение его взгляд остановился на мне, черты его лица смягчились. Я прочитала невысказанный вопрос на его лице и слегка кивнула в сторону двери. Прес подождал, пока за ними закроется дверь, прежде чем продолжить разговор.

— Теперь перейдем к текущим делам. Сегодня у нас доставка оружия. Ганнер говорит, что ты не знала об этом, — заявил Прес.

— Верно. Я не была посвящена в детали этой доставки. Дай угадаю, Марио тебе сказал? — я хотела выглядеть беспечной, но в моем голосе слышалось раздражение.

Прес кивнул головой и сложил пальцы домиком. Теперь он смотрел на меня с любопытством. Как будто то, что я говорю о Марио таким тоном, не осталось незамеченным.

— Да, Марио связался со мной. Сказал, что мы нужны для отправки, два ящика, полных оружия, отправятся покупателю на окраине Тусона. Он сказал, что оружие погрузят в грузовик, и потребуется всего два человека. Как ни странно, у него было только одно конкретное имя, которое он попросил присутствовать…

— Ганнер, — догадалась я.

Он кивнул головой в ответ.

— Также упоминалось, что это его личный клиент. Нет необходимости обращаться к тебе за информацией, ведь тебя это не касается, — он посмотрел на меня, проверяя, улавливаю ли я все невысказанные обвинения. Было неразумно кусать руку, которая тебя кормит, особенно если эта рука принадлежит картелю Лос-Муэртос, так что это способ Преса выведать информацию.

— Кто определил маршрут? — спросила я, сохраняя легкий тон и непроницаемое выражение лица.

— Марио. Он сказал, что пункт назначения и маршрут будут указаны на предоставленной им карте.

От слов Преса у меня по спине пробежал холодок. Марио специально посылал их через территорию Жнецов. У меня больше вопросов, чем ответов. Марио был собственническим ублюдком, но это вызвало вопрос о том, как Марио узнал, что Ганнер проявил ко мне интерес. Встреча в Лотерии была первым случаем, когда Марио увидел нас вместе, и он заставил меня сесть к нему на колени.

Воспоминания о сообщениях, которые я получила в ночь моего боя, вспыхнули в голове.

После вчерашних и утренних откровений в моей голове раздался назойливый голос, спрашивающий, может ли Марио быть связан со Жнецами. Но в этом нет никакого смысла. Лос-Муэртос принадлежит ему. Если бы он хотел заключить деловую сделку со Жнецами, он мог бы это устроить. Все это дерьмо для чего?

Может быть, их главарем был кто-то из Муэрто? Но я не думала, что найдется кто-нибудь, у кого хватит денег финансировать Жнецов. Я ущипнула себя за переносицу, пытаясь разобраться, какую проблему решить в первую очередь.

Через несколько секунд я встретилась взглядом с Пресом. Мне не нравилось тратить время на размышления «что, если» и «что нужно сделать». Я была сукой, склонной к решительным действиям, и для выполнения следующего плана Пресу нужен этот самородок информации. Интуиция подсказывала, что он предан своим братьям, и я могу ему доверять. Но я не наивная дура; я ему не важна, а мне нужно оставаться полезной, или он оставит мою задницу позади.

— Отправь Декса с Ганнером. У меня такое чувство, будто Марио надеется, что у Ганнера возникнут проблемы, а Дексу Ганнер доверяет свою спину. Я брошу еще кое-что в план этого ублюдка, — заявила я.

— Хорошо. Просто знай, что парни вольны обращаться с угрозами так, как считают нужным.

Улыбка, которой я одарила Преса, вероятно, заставила меня выглядеть безжалостной, но именно так я себя и чувствовала.

— Я была бы разочарована в обратном, — ответила я, вставая и направляясь к двери. Но в тот момент, когда моя рука коснулась ручки, я обернулась.

— Марио не знал, что я была на бое прошлой ночью, и поскольку ты не связался с Лос-Муэртос, никто не знает, что произошло. Предлагаю оставить все как есть. Этого разговора никогда не было, — я бросила на Преса суровый взгляд, которым обычно одаривал своих людей. Это его единственный шанс отказаться от маленького секрета.

Мужчина коротко кивнул, и слова Ганнера, сказанные этим утром, мгновенно пришли мне на ум, отчего я покраснела. Я выбросила образ обнаженного тела Ганнера из головы, прежде чем заговорить.

— Мне нужны слова, президент. Наше соглашение не работает, если ты не подтвердишь словами, — потребовала я, вызвав у него искреннюю улыбку.

— Красивая и умная. Понимаю, почему ты понравилась Ганнеру. Надеюсь, что ты докажешь, что стоишь всего, что он потеряет. Я согласен.

Я вздрогнула от его слов, как будто мне дали физическую пощечину. Я хотела сказать, что из-за меня Ганнер ничего не потеряет, но знала, что это будет большей ложью.

Не сказав больше ни слова, я повернулась и ушла, чтобы найти Ганнера.

ГЛАВА 24

Ганнер

Мы с Дексом подъехали к Лотерии около полудня. Грузовик с ящиками, выезжающий из клуба в обычное рабочее время, с меньшей вероятностью привлечет внимание полиции, чем тот, который скрывается в темноте. Но в этой доставке я беспокоился не о копах. А о том, что нас ждет, когда мы войдем на территорию Жнецов. Наверняка, это дерьмо было преднамеренным ходом со стороны Марио. Мелкому ублюдку не понравилось внимание, которое я уделял Райан. Или, по крайней мере, это часть его мотива.

— Как бы ты отреагировал, узнав, что мой член был в ней этим утром, ублюдок? — пробормотал я себе под нос, подъезжая к Лотерии и останавливаясь в нескольких кварталах от черного входа.

Я был на взводе, потому что Райан будет с нами. Я знал, что она может постоять за себя. Черт возьми, она выжила на улицах и в гребаном мексиканском картеле намного дольше, чем я нахожусь в этом мире. Но это не уменьшило укол страха, который пробежал по моему телу, когда я подумал об опасности, которой она могла подвергнуть себя.

Она позаботилась о том, чтобы Марио не узнал о том, что она сделала прошлой ночью. Насколько Марио знал, Райан не выходила из своей квартиры. Она поехала на склад, оставив машину у себя дома. Декс рассказал Никки прошлой ночью, что случилось с Райан, чтобы бедная девушка не отправила поисковую группу. Но я догадался, что она не очень хорошо восприняла эту новость, судя по синяку на щеке Декса.

Мой взгляд упал на друга, когда его мотоцикл остановился рядом со мной, и я хихикнул при мысли о том, что миниатюрной блондинке удалось напасть на него. Он обернулся, приподняв бровь.

— Я заплатил бы деньги, чтобы увидеть, как Никки избивает твою гигантскую задницу, — сказал я.

Он закатил глаза, когда мы направились внутрь.

— Я уже говорил тебе, у меня кожа чувствительная. И она не била меня… — он раздраженно откинулся назад, его щеки приобрели розовый оттенок. — Она швырнула в меня своей стриптизерской туфлей, когда я сказал ей позволить мужчинам разобраться со всем, — пробормотал он.

Смех вырвался из моей груди от признания Декса. Это еще раз доказало, что у него, должно быть, прекрасный член, потому что его навыки общения с девушками — ужасны.

— Слушай, это не смешно. Знаешь, какие они тяжелые, и у девчонки сильная рука, — захныкал Декс.

Мне пришлось постараться взять себя в руки даже для того, чтобы ответить.

— Декс, радуйся, что она не носит оружие, как Райан. Иначе, она бы тебя застрелила, — ворчание, которое он издал, подсказало, что он согласен. — Ты идиот. Ты ведь знаешь это, верно? Ты еще по-любому сказал ей успокоиться? — спросил я в шутку.

От тишины я недоверчиво оглянулся. Этот ублюдок сказал девушке, у которой лучшая подруга ранена, успокоиться. У него, видимо, дикое желание умереть.

— Серьезно, Декс? Ты не умеешь разговаривать с женщинами, — заявил я.

— Послушай, им нравятся мои грязные разговорчики, и это самое важное, — заявил он, его голос приобрел холодный тон.

Я кивнул в ответ, готовый двигаться дальше. Эмоции — больная тема для Декса, но, похоже, между ним с Никки что-то происходит. Я не знал, что именно и было ли это романтично, но ему нужно разобраться в своем дерьме.

Я поморщился от словесной порки, которую мы получили бы от Райан, если бы Декс обидел Никки. Но прежде чем я успел предупредить его, в поле зрения появилась металлическая раздвижная дверь Лотерии.

Наши члены МК встали на свои места, когда мы вошли. Больше никаких шуток и смеха. Роберт слегка кивнул мне, когда мы проходили мимо.

Хорошо, с его стороны все прошло гладко.

Я не потрудился кивнуть в ответ, не желая привлекать внимание. Особенно зная, что в Лос-Муэртосе есть крыса, и у Марио были какие-то свои тайные планы относительно этой доставки.

— Буэнос-тардес, гринго, — голос мудака, о котором шла речь, прервал мои мысли. — Я надеюсь, что вы готовы работать, потому что этот забег определит, разрешу ли я вам работать на меня, — заявил он, вытянув руки в стороны, выглядя так, будто он собирался крикнуть: — Вам не весело? — безумие в его глазах красноречиво говорило о том, как, по его мнению, пройдет сегодняшний день.

Мы с Дексом ответили коротким кивком. Нельзя злить психопата, и если мне придется говорить с этим мудаком, я все испорчу. Поэтому мы решили, что Декс будет задавать вопросы о миссии.

— Итак, что нам нужно знать? А именно, время и место. Оплата уже произведена? — спросил Декс, его глубокий голос привлекал внимание.

Марио пренебрежительно махнул рукой.

— Тебе не нужны эти данные. Товар загружается в любезно предоставленный вам автомобиль, а навигация запрограммирована с учетом местоположения. Я не знал, знакомы ли вы с правильным выполнением работы, поэтому взял на себя смелость дать вам наилучшие шансы на успех, — ответил снисходительный осел. — Что касается оплаты, простите, но я не доверяю кучке байкеров-преступников забирать мои деньги. Клиент уже заплатил, — добавил он.

Я изо всех сил старался сохранить нейтральное выражение лица, слыша то дерьмо, которое нес этот человек.

Никто в здравом уме не стал бы полностью оплачивать товар до получения. Во время обмена может быть перевод, но я чертовски хорошо знал, что Лос-Муэртос берет наличные. Они не хотят никакого электронного следа, когда дело касается денег или любого другого незаконного дерьма. Вот почему властям так трудно припереть их к стенке. Чтобы добраться до Лос-Муэртоса, им пришлось бы подобраться поближе и получить доказательства сделок, потому что они ничего не найдут в интернете.

Так что заявления Марио — чушь собачья.

Кулаки Декса сжимались и разжимались.

— Идеально. Очень рад, что вы подумали обо всем, — ответил он, направляясь к водительскому сиденью. Это звучало так, будто он глотал битое стекло, пытаясь выдавить слова. Если бы ситуация не была такой хреновой, я бы рассмеялся от того уровня сдержанности, который Декс показывал.

Задницу, наверное, сжал так же крепко, как и кулаки.

Рука Марио появилась у пассажирской двери, не давая ее закрыть, когда я уже сидел внутри.

— Ганнер, я надеюсь, нет никаких обид из-за того, что Райан тебя отвергла. Я бы не хотел, чтобы это повлияло на наши рабочие отношения.

Я взглянул туда, где он стоял, и представил, как вмажу кулаком ему в лицо, превращая его маниакальную ухмылку в кровавое месиво. Этот человек был чертовски помешан, и его голова так глубоко засунута в задницу, что он даже не осознавал, какое дерьмо вылетело у него изо рта. Райан рассказала мне об их разговоре. Как он твердил, что она принадлежит ему, ведь она сказала ему, что они даже не пара, не говоря уже о помолвке. Сейчас я все понял по его лицу: Райан его одержимость, и он чувствовал, что она принадлежит ему.

Я покачал головой.

— Нет, мне все равно на ваши отношения, — невозмутимо ответил я.

Его улыбка стала шире, когда он открыл дверь грузовика, чтобы я сел. Ублюдок думал, что победил. Прежде чем Декс полностью выехал из погрузочной платформы, я открыл окно.

— Эй, Марио, можешь думать, что она твоя девушка, но она выкрикивает мое имя, пока мы трахаемся. И она делает это так красиво, — крикнул я, оттолкнув мужчину.

Его лицо превратилось в оскал. Я не был полностью уверен, что он не вытащит свой пистолет и не пристрелит меня, но прежде чем он смог нанести ответный удар, Декс нажал на газ.

— Серьезно, чувак? И вы все говорите, что это я не умею общаться? — сказал Декс, неодобрительно качая головой, но улыбка на его лице дала мне понять, что на самом деле он не был зол.

Секундой позже в моем кармане зажужжало, и я поморщился.

Райан: «Серьезно? Обязательно настраивать его против себя, да? Теперь он будет отыгрываться на мне».

Я заметил, как Декс качает головой в ответ на глупую ухмылку на моем лице, когда мои пальцы летали по экрану, набирая ответ, который, я знал, ей не понравится.

Я: «О, малышка, я просто хотел, чтобы он знал, что упускает. Кроме того, если мы вот-вот попадем в засаду, у меня уже не будет шанса уделать его».

Все, что я получил, — это эмодзи со средним пальцем и приглушенное «пошел нахуй», доносящееся из грузового отсека. Райан накажет меня за то, что я объявил о нашем сексе. Но ее гнев стоил того удовольствия, когда я увидел лицо того ублюдка.

ГЛАВА 25

Райан

Я не в первый раз езжу в кузове грузовика. Я сделала много сомнительного дерьма для Лос-Муэртос.

Но это мой первый раз в грузовике, за рулем которого был Декс.

— Черт. Ты хочешь умереть? — крикнула я, когда мы наехали на очередную яму. Предположительно, это была его «нормальная» скорость движения. По крайней мере, так гласило сообщение Ганнера, когда я пригрозила пристрелить их, как только мы остановимся.

Было решено, что я буду на месте высадки сегодня, потому что слишком большое совпадение, что Марио скрыл от меня все детали, настаивая на том, чтобы Ганнер доставил груз по назначению. Марио знал, что я ненавижу Жнецов, поэтому я предположила, что он инсценирует атаку, и перекинет все на МК, но ставлю на то, что его Армандо по-настоящему нападут. И я надеру им задницы. Марио, может, и наследник картеля, но они знают, что Серхио разозлится из-за этой вспышки гнева. Разве Марио не подумал о том, что будет, если я решу нанести ответный удар, думая, что это нападение действительно от Жнецов?

— Почему я не попросила Роберта положить подушку? — пробормотала я, опираясь на два ящика, чтобы не получить сотрясение мозга от вождения Декса.

Этим утром я написала Роберту сообщение, в котором просила его оставить фургон незапертым, чтобы я могла забраться внутрь. Марио все еще думал, что я дома, и я надеялась, что он никого не послал меня искать. Иначе, Никки согласилась бы вмешаться, но это дорого бы мне обошлось. Она злилась на меня за то, что я чуть не умерла и заставила ее заключить сделку с Дексом. Так что всю следующую неделю я буду заказывать китайскую еду за свой счет.

Экран телефона засветился.

Ганнер: «Мы на том длинном отрезке пути, о котором говорили».

Я сразу же насторожилась. Украдкой взглянула на маршрут, который предоставил Марио. К месту назначения вел длинный участок пустынной дороги. Я предполагала, что грузовик будет угнан еще до того, как мы туда доберемся. Кто знает, был ли этот пункт назначения реальным местом высадки. Неудачный маршрут выглядел бы так, будто Скелеты неспособны управлять оружием. Вот как я бы сделала все на месте Марио.

Декс наехал на очередную яму, отчего я врезалась в один из ящиков. Волосы у меня на затылке встали дыбом, когда ящик легко переместился. Я много раз грузила оружие, знаю, что ящик не должен быть таким легким.

— Тут нихрена нет, — прошептала я в ужасе.

Это было сделано не для того, чтобы показать, что Ганнер не справится с работой. Марио хотел, чтобы он умер. Мысль о том, что на Ганнера может быть совершено покушение, привела меня в ярость. Эмоции бурлили в венах, и я знала, что всажу пулю в череп любому, кто попытается причинить ему вред.

С моих глаз будто сняли пелену, и слепая преданность, которую я давала Марио, теперь разорвана. Каким-то образом человек, которого я знала всего несколько недель, сумел так глубоко проникнуть в мою душу, что я готова предать единственную семью. Однако в глубине души я знала, что Марио никогда не думал обо мне как о члене семьи, только как о своей одержимости — объекте, которым можно обладать. И мое изголодавшееся по любви сердце привязалось к первому человеку, который дал мне хоть какое-то подобие близости.

Почему я так долго позволяла ему держать себя под каблуком, я не знала. Но Марио никогда не рассчитывал на то, что появится мужчина и проявит ко мне искреннюю привязанность. Ганнер показал, что мужчина не должен требовать. Не понимаю, что он чувствует ко мне, но точно знаю, что он не держит меня в клетке.

Он лишь подстраховывал, когда я пыталась взлететь.

Свобода. Он дал мне свободу, и я буду защищать этого мужчину всеми фибрами своего существа.

Мои пальцы сомкнулись на рукоятке пистолета, извлекая его из кобуры на пояснице. Передернув затвор, я проверила патроны. Чутье подсказывало быть готовой.

Я: «Приготовьте оружие, ребята. Ящики пусты. Поиграем в мою любимую игру: кто лучше убивает?»

Ганнер: «Меня возбуждает, когда ты говоришь подобную чушь. Надо было ехать с тобой сзади. Ты бы прокатилась на мне верхом…»

Уголки моего рта поползли вверх. Ну как обычно. Я сказала ему, что мы вот-вот ввяжемся в перестрелку, а он думает обо мне голой. Этот человек, возможно, такой же ненормальный, как и я.

Ганнер: «За нами кто-то следит».

Спокойствие, которое пришло с обещанием насилия, скользнуло по мне, как вторая кожа. Мои пальцы нащупали складной нож, засунутый в джинсы, и я проверила, нет ли дополнительных обойм, прикрепленных к бедру. Хорошо, что я не рассчитывала использовать какое-либо оружие из ящиков. Армандо сейчас узнают, насколько я метка и как сильно мне нравится ощущение, когда я режу ножом плоть.

Выстрелы застучали по левой боковой стенке, изрешетив ее дырами. Мое тело врезалось в пол, я бросилась за ящик. Кажется, что прошли часы, а не секунды, прежде чем грузовик остановился — приглушенные крики, смешанные с эхом пуль по металлу, заполнили грузовое пространство.

У меня кровь застыла в жилах от отчетливого звука приближающихся мотоциклов.

— Черт. Почему Жнецы продолжают выебываться? — спросила я. — Или их попросили быть здесь… — теперь я уже не так уверена, что моя оценка плана Марио была правильной.

Мы на их территории, но это было слишком случайным совпадением, что они появились без намека. Мне показалось, что в живот вонзился камень. Я надеялась, что эта доставка не имеет никакого отношения к прошлой ночи или другим событиям, произошедшим в Тусоне. Но мои надежды быстро рушились.

— Похоже, мне нужно забрать Жнеца для допроса. Потому что я хочу знать, что, черт возьми, происходит, — пробормотала я.

Оставаясь на корточках, я пробралась к раздвижной двери, прежде чем лечь на живот и приподнять ее ровно настолько, чтобы выглянуть наружу и не привлекать внимания. Звуки стрельбы и приближающихся мотоциклов заглушили скрежет металла.

Сколько вас, ублюдков, здесь?

Прямо за грузовиком было чисто, и от звука выстрелов, было легко сказать, что действие происходит слева от меня. Втягивая воздух, я протискиваюсь в узкое отверстие, мои бедра цепляются за металлический бампер.

— Гребаные латиноамериканские широкие бедра… — пробормотала я, наконец сумев вылезти. Пыль поднялась у моих ног, когда я ударилась о землю, и вздох облегчения сорвался с губ, когда я заметила Ганнера и Декса, вылезающих со стороны водителя. Ганнер оставил двигатель включенным в качестве укрытия, вылезая каждые несколько мгновений, чтобы выстрелить. У Декса была похожая стратегия, но он сидел ближе к капоту. И эти двое работали без проблем.

— Успокойся, потаскушка. Мы же в перестрелке, — сказала я себе.

Вместо того, чтобы направиться к ним, я спрыгнула на землю и заползла под грузовик. Из — за шины я выглянула наружу, чтобы оценить, где находятся нападавшие. Мотоциклы были дерьмовой формой прикрытия, так что у нас преимущество. Их преимуществом была численность, но она быстро уменьшалась. Голова одного жнеца откинулась назад сразу же после того, как он высунулся.

Хедшот. Прямо между глаз. Черт возьми, эти парни хороши.

Медный привкус заполнил рот, когда я надорвала кожу на нижней губе. Нужно избавиться от этой привычки. Но сейчас нужно придумать план действий. Подойдя к Ганнеру и Дексу, я лишу нас преимущества. Но мы в чертовой пустыне, и тут нет даже чертового кактуса, за которым можно спрятаться. И с пятью Жнецами, все еще стоящими на ногах, было бы глупой идеей бежать к ним. Так что, хотя это и не идеальная позиция для стрельбы, я поработаю изо всех сил.

Никто из Жнецов не ожидал третьего стрелка. Слава Санта-Муэрте, я тренировалась в стрельбе так же много, как и с ножом. Включая стрельбу со спины и сбоку. Жнеца, ближайшего ко мне, Ганнеру и Дексу будет труднее всего уничтожить.

Перекатившись на правое плечо, я свернула свое тело в букву «С», зажав руки между коленями, прицелилась, чтобы выстрелить. Я успокоила свое сердце, мысленно заглушая шум вокруг. Наполнила легкие воздухом, прежде чем медленно отпустить и нажать на спусковой крючок.

— Черт возьми, да, — прошептала я в тот момент, когда пуля вошла в голову придурку. Он рухнул, отчего его брат по клубу закричал, когда на него брызнула кровь.

Прицелившись еще раз, я нажала на курок, попав в кричащего мужчину. Из-за паники он пошевелился в последнюю минуту, и пуля попала ему в шею. Если бы он не был Жнецом, я бы чувствовала себя плохо из-за того, что его ждет медленная, мучительная смерть. Но если он решил присоединиться к Жнецам, он многое натворил. Таким образом, все эти люди виновны по ассоциации.

Я не осталась на месте, чтобы наблюдать за разразившимся хаосом. Я не хотела, чтобы меня прижали, если определят мое местоположение. Горячий песок обжигал ладони, когда я ползла к Ганнеру и Дексу. Позади меня раздались выстрелы и крики. Выскочив обратно, я, пригнувшись, побежал к парням. Все внимание Ганнера было приковано к угрозе перед нами, но он крикнул, перекрывая шум, как только я приблизилась.

— Райан, если ты не притащишь сюда свою милую задницу, чтобы я знал, где ты находишься… — он воспользовался коротким моментом, чтобы взглянуть на меня. — Черт. Я зол, горд и возбужден одновременно, малышка, — прорычал он.

Не в силах сдержаться, я накрыла его рот своим, прикусив его нижнюю губу, прежде чем отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Не за что. Оставь одного из этих придурков в живых. У меня есть вопросы, — скомандовала я.

В этот самый момент Декс отошел назад за грузовик.

— Остался только один, парень и девка, и он убегает. Ганнер, не окажешь ли ты мне честь?

Я подняла голову и увидел мужчину. Сейчас он был, наверное, в сотне ярдов от меня.

— Начал убегать еще до того, как закончилась перестрелка. Трус, — выплевываю я. — Ганнер, он слишком далеко. Давай просто раним его…

У меня не было возможности закончить предложение, потому что в следующую секунду рука мужчины взлетела вверх и он упал. Мой взгляд скользнул влево. Ганнер положил свой «Глок» на капот грузовика.

— Ты сбил движущуюся цель с расстояния в сто ярдов… из Глока, — сказала я с благоговением.

— Знаю, тебе нравится, когда я у тебя во рту, детка. Но сейчас не время, — прошептал Ганнер, его большой палец провел по моей нижней губе и нежно сжал ее.

— Как думаешь, почему мы называем его Ганнером? Этот человек — убийца с огнестрельным оружием, — Декс выглядел так, как будто собирался сказать что-то еще, но захлопнул рот. Я закатила глаза. Клубы МК и вся их чушь типа «никто без члена не может знать всю информацию».

Кого волнует, знаю ли я количество убитых Ганнером? Или, может быть, он думал, что это отпугнет меня. Если бы только Декс знал, как меня заводит, насколько искусно этот человек обращается с оружием.

— Пойдем, заберем его. Я целился ему в позвоночник, так что, если мой выстрел был верным, он не чувствует свою нижнюю половину тела, — небрежно объявил Ганнер, как будто говорил о погоде.

Я несколько мгновений ошеломленно смотрела на него, моргая.

С этим человеком я в полной заднице.

ГЛАВА 26

Ганнер

Я не мог сдержать ухмылку на лице, наблюдая, как Райан движется к Жнецу, которого мы оставили в живых. Она напомнила мне львицу, выслеживающую свою добычу. Не было никаких сомнений, что Райан высшая из хищников, и этого человека сожрут заживо. Я в другой ситуации возбудился бы от уверенности, с которой она шла. Ее задница выглядела великолепно, но что меня взволновало, так это пыль, покрывающая ее одежду. Потому что я знал, что эта пыль из-за того, что она стреляла лежа под грузовиком.

— Знаешь, она меня немного пугает. Но в то же время я хочу быть ею, — пропищал Декс рядом со мной.

Искренний смех сорвался с моих губ, привлекая внимание Райан.

— Этот чувак сейчас подумает, что мы психи из-за того, как вы себя ведете, — сказала она, качая головой и снова сосредотачиваясь на своем деле, но я заметил ухмылку на ее лице.

Стоны агонии ударили в уши. Жнец, которого я подстрелил, попытался отползти от нас. Но пуля разорвала его спинной мозг, так что ноги бесполезны. Он сжимал в руке пистолет, но это ни черта ему не дало. Райан подошла к нему, хлопнув ботинком по ноге. Звук хрустящих костей и крики наполнили воздух пустыни.

— О, прости. Ты хотел выстрелить? — спросила она. Ее приторно-сладкий тон не смог скрыть злобы. Она присела на корточки, ее ботинок все еще прижимал его руку к земле. Он поднял на нее взгляд.

— Клянусь богом, Декс. Если у тебя встанет, наблюдая за работой моей девушки, я тоже прострелю тебе позвоночник, — прошептал я своему брату.

Это первый раз, когда Декс увидел такую версию Райан. Посмотрел в темноту, которая окружала ее. Та же тьма, что окутала наши души. Тьма справляется с дерьмом, с которым не могли другие. В мире было хорошее, потому что такие люди, как мы, разбирались с плохим.

Холодный голос Райан прорвался сквозь мучительные стоны.

— Рада, что ты все еще жив, потому что у меня есть несколько вопросов. Если будешь сотрудничать, я выстрелю тебе в голову и быстро покончу с твоей жалкой жизнью. Это больше, чем ты заслуживаешь, честно говоря. Ведь вы, ублюдки, продаете женщин, как скот.

Я заметил зловещую ухмылку, появившуюся на лице моего брата при словах Райан. Может быть, теперь он поймет, почему я не могу отвернуться от нее и готов изменить весь свой путь ради этой темной богини.

— Но если ты решишь быть мудаком, я сделаю все очень болезненно, — она подчеркнула свои слова, еще сильнее вонзив каблук в его изуродованную руку. Его крики были такими громкими, что Райан пришлось повысить голос, чтобы он услышал. — А потом, когда ты неизбежно дашь мне то, чего я хочу, я оставлю тебя лежать здесь, полумертвого, чтобы животные разорвали тебя на части. Я слышала, они начинают с глаз, — прошипела она. На ее лице не было доброты.

Жнец сухо вздохнул.

Я не знал, была ли его реакция вызвана болью или тем, насколько чертовски страшной казалась Райан.

— О, я точно хочу быть ею. Она такая ахуенная, — заявил Декс.

— Прежде чем ты спросишь, Декс, я бы не стал трахать тебя, — объявил я. Плечи Декса поникли, как будто его действительно задело мое заявление.

Глаза Райан встретились с моими. Тепло вернулось к ее улыбке, когда она подмигнула, заставив мои брови приподняться. Эта женщина знала, как входить и выходить из своего жуткого образа, которым владели немногие, и большинство из них учились на тренировках высокого уровня. Но учителем Райан были жизненные испытания и невзгоды.

Звук сдавленного кашля вернул Райан к занятию. Она подняла ногу и вырвала пистолет из искалеченной руки Жнеца, носком ботинка опрокинув его подальше. Он закричал от боли, когда его ранение прижалось к земле, но Райан проигнорировала это. Декс и я придвинулись ближе на случай, если мы ей понадобимся, но очевидно, что она справлялась сама.

— Почему Жнецы были здесь? Вы заметили, как мы вторглись на вашу территорию, или получили наводку? — спросила она.

— Ты тупая сука… — выплюнул в ответ Жнец.

Глухой звук наполнил воздух, Райан выстрелила прямо рядом с головой Жнеца.

— Малышка, какого черта ты делаешь? — крикнул я, перекрывая шум. Но она уже снова присела на корточки, прижимая горячий ствол к нижней части его подбородка. В нос ударил аромат паленой плоти.

— Она не задела, да? — спросил Декс, глазами впитывая каждое ее движение.

Моя голова кивнула. Я видел, как она работала в тот вечер в Лотерии, но, увидев ее сейчас, стало ясно, что она не новичок в этом деле.

— Это чертовски гениально. Больно, но не настолько, чтобы он потерял сознание. Мне придется поковыряться в ее мозгах по поводу методов допроса, — сказал Декс, в то время как я покачал головой. Конечно, мой лучший друг и женщина моей мечты были психами. В лучшем смысле этого слова.

Игнорируя Декса, Райан продолжила.

— Давай попробуем еще раз. Какого хрена вы здесь забыли?

Она продолжала упирать пистолет в его горло, ожидая ответа. Казалось, он понял, что ему крышка, и лучше сосредоточиться на том, как уменьшить предстоящую боль.

— Ты, блять, понятия не имеешь, что происходит, ага? — его вопрос был искренним, и в нем не слышалось насмешливого тона, который был несколько мгновений назад.

Лицо Райан оставалось нейтральным, не выдавая ни единой эмоции или мысли. Но я понял, что она зла из-за правдивости этого мудака. Она не знает, что происходит. Именно поэтому она осуществила этот план. Кто-то издевался над ней, и она не знала, кто и зачем.

— Нас наняли, чтобы мы напали на грузовик с коробками. Получили звонок с просьбой убрать двух парней, совершивших побег.

Я видел, как нахмурились брови Райан.

— Кто отдал приказ? — потребовала она.

Жнец встретился с ней взглядом, прежде чем испустить долгий вздох. Он знал, что его время вышло.

— Марио Хименес.

Ее глаза искали любые признаки обмана. Но казалось, что он говорил правду. Она кивнула, прежде чем встать. Раздался одиночный выстрел. Пуля в голову, как она и обещала. Ее голос прозвучал холодно и угрожающе.

— Марио — покровитель Жнецов, — она пошла в нашу сторону. С озадаченным выражением на лице.

Я стиснул зубы. Мне было неприятно видеть вспышку предательства в ее глазах, особенно зная, что такой я буду ее видеть не раз, когда правда о Марио станет известна.

— Да, похоже на то, детка, — ответил я. От моих слов складка на ее лбу стала глубже.

— Вот чего я не понимаю. Он наследник картеля, второй на посту. Он мог сказать, что не хочет работать с вашим МК. Зачем держать свои отношения со Жнецами в секрете? И как, черт возьми, Серхио замешан во всем этом? — размышляла она.

Мы с Дексом обменялись взглядами. У нас теперь есть достоверные сведения, что Марио замешан в том же дерьме, что и Жнецы. Мы и раньше задавались вопросом, были ли эти слухи правдой. И раздумывали, замешан ли в этом весь Лос-Муэртос? Реакция Райан подтвердила, что Марио действовал в одиночку.

Я оглянулся и увидел, что она прижимает телефон к уху.

— Скар, я хочу попросить тебя об одолжении. Давай встретимся в одном из твоих мест, — на ее лице появилась лукавая улыбка. — Мы обе знаем, что ты ходишь на свидания с мужиками, которые тебя не уважают. Просто сажай свою задницу в самолет и лети сюда, — ее улыбка погасла от того, что ей ответили.

— Да… дерьмо меняется. Не пиши мне ничего. Позвони на телефон, который ты мне давала. До завтра.

Прежде чем я успел спросить, кто такая Скар, Райан бросила свой телефон на землю и выстрелила в него.

— Хей, подруга! — Декс взвизгнул, вскидывая руки, чтобы закрыть уши.

Я закатил глаза на его театральность. Этот человек никогда не пользовался средствами защиты ушей, и рядом с ним стреляли из пистолетов гораздо большего калибра.

— Декс, перестань драматизировать. И, детка, предупреждай в следующий раз, — крикнул я.

Она засунула свой пистолет за пояс. Но ее лицо быстро посерьезнело, когда она начала говорить.

— Все еще более хреново. Я предполагала, что Марио попытается убрать тебя, но тот факт, что он нанял Жнецов для выполнения этой работы… похоже, он работает с ними за спиной Лос-Муэртоса, и я хочу знать, почему и как долго, — ответила она, сжимая свой нос.

— Конечно, но тебе не нужно было так нервничать, чика. А если бы ты выстрелила в меня? — Декс заскулил.

Я не смог сдержать смех, увидев раздраженный взгляд, который она бросила на Декса.

— Декс, когда я выстрелю в тебя, тебе не придется задаваться вопросом, было ли это намеренно или нет, — бросила она в ответ, уперев руки в бедра.

— В смысле, «когда»? Ты хотела сказать «если», верно? Верно? — спросил Декс, переводя взгляд с Райан на меня и обратно.

Мои руки поднялись в защите.

— Эй, не смотри на меня. Тебя я не горю желанием затащить в постель, так что ты сам по себе, — сказал я, посылая Райан воздушный поцелуй, за что получил в ответ только средний палец.

— Декс, перестань выводить меня из себя. Ганнер, прекрати пытаться раздеть меня догола. Мне нужно сказать кое-что важное, — она глубоко вздохнула. — Я уничтожила телефон, потому что у Марио достаточно ресурсов, чтобы отследить его и извлечь из него информацию. Пройдет совсем немного времени, прежде чем он поймет, что меня нет дома, а я не хочу, чтобы он знал, где я. Или, что более важно, с кем я собираюсь встретиться. Скар очень… скрытная… — она прикусила нижнюю губу.

Мои руки обвились вокруг ее талии; это ощущение казалось раем на земле. Мои губы коснулись ее волос, когда я говорил.

— Черт возьми, я люблю умных женщин, — я слегка напрягся от своих слов.

Воспримет ли она мои слова о том, что я люблю ее? А так ли это?

Я так долго был лишь оболочкой, не думал, что когда-нибудь снова почувствую себя живым. Но рядом с Райан познал то чувство свободы, за которым постоянно гонялся.

Отстранившись, я обхватил ладонями ее лицо, пытаясь прогнать мысли о том, как я оставляю ее позади. Укол боли пронзил душу, и языком я провел по пересохшим губам. Райан не обращала внимания на мои внутренние споры.

— Итак, Ганнер, не возражаешь, если я ненадолго перееду к тебе? Ох, и Декс, напиши Никки и скажи ей, чтобы ненадолго уехала из города.

— Почему я? — заскулил он у меня за спиной.

Райан только выгнула бровь и приподняла бедро.

— Не беси меня, Декс. Никки уже сказала, что вы трахнулись по пьяни, так что я знаю, у тебя есть ее номер, — крикнула она.

Он пробормотал что-то и пошел звонить.

Мои пальцы запутались в ее волосах, и я прижал наши рты друг к другу. У нее был вкус грязи, пота и всех моих фантазий.

— Да, детка. Ты можешь спать голой в моей постели сколько захочешь, — ответил я, вглядываясь в ее лицо в надежде найти ответы на все мои проблемы. Эта ситуация с Марио показала, что мы не знаем, чего ждать в будущем, и смогу ли я удержать эту латиноамериканскую красавицу в своих объятиях в конце всего.

Или буду лежать в своей постели, после кошмаров о том, как мне ее не хватает.

Ее рука прошлась вверх по моей груди, вдоль ключицы, пока не достигла подбородка, нежно обхватив мое лицо.

— Ты напрягаешь челюсть, Ганнер. Расслабься, хоть ситуация и хреновая, но ты можешь вернуть меня в клуб, и я покажу тебе сиськи, — поддразнила она.

Я не знал, как она поняла, что мне нужен этот момент легкости. И всего на мгновение я смог выбросить всю чушь из головы.

Усмешка слетела с моих губ.

— Я оскорблен, Райан. Думаешь, поскольку я мужчина, это все, чего я хочу от тебя? — спросил я в притворном ужасе.

Она секунду изучала мое лицо, прежде чем приблизить свои губы так близко к моим, что они почти соприкасались.

— Нет. Думаю, киску ты тоже хочешь, — прошептала она, прежде чем развернуться и направиться к грузовику. Я стоял и качал головой, потому что она неправа.

Я хотел от нее гораздо большего, и не знал, что с этим делать.

ГЛАВА 27

Ганнер

Сегодня мы встречались с некой Скар. Райан отказалась дать мне какую-либо информацию о ней или о том, зачем эта встреча. Она сказала лишь то, что Скар лучшая в своем деле, и поможет нам продвинуться вперед.

Мы оставили грузовик в пустыне вместе со всеми телами. Решили, что это будет ярким сигналом для Жнецов и Марио: с нами шутки плохи. Догадались ли они, что мы знали, что Марио работает с ними — покажет только время. Вся ситуация оказалась дерьмовым шоу, и я чувствовал себя так, словно меня загнали в угол.

Потому что теперь мне нужно думать о Райан.

В тот момент, когда она открыла свой прекрасный ротик и сказала мне, чтобы я пошел нахуй, я был на крючке. У нее сердце, облитое кровью за то, что она помогала тем, кому никто не поможет. Чем больше я был рядом с ней, тем больше понимал, что готов сжечь ради нее весь мир. Оторву голову любого, кто попытается причинить ей вред, и поднесу ей на гребаном серебряном блюде. Блять, таким чувствам не место в моей жизни.

Теперь мы на распутье. Сделка между Скелетами и Лос-Муэртос заключена, но с тех пор от Серхио ничего не слышно. Мы не знали, должны ли продолжать эту шараду или нет. А Райан… Райан была совсем другой проблемой. Не рассматривая все препятствия между нами, я не знал, что она будет делать теперь. Я надеялся, что эта Скар поможет все понять.

Я провел рукой по волосам, тяжелый вздох вырвался из моей груди. Когда я толкнул дверь, моим глазам предстало зрелище, от которого мой член дернулся, и все тревоги улетучились. Райан стояла там, высунув свой прелестный розовый язычок, пробежавший по нижней губе, прежде чем зажать его между зубами.

Я был чертовски тверд, как скала, а она даже не прикоснулась ко мне.

Я прочистил горло.

— Есть ли причина, по которой ты все еще не одета, Райан? Ты же знаешь, у нас полно дел на сегодня, — как хищник, выслеживающий свою добычу, я направился к ней.

Но Райан не была добычей; она равна мне.

— Ты снова трахаешь меня глазами, Ганнер, — прошептала она, скользя взглядом по моему телу.

Она права.

— Как я могу не делать этого, когда ты стоишь посреди комнаты в моей футболке. Я практически вижу, как выглядывают эти прелестные половые губки, — я изо всех сил старался казаться спокойным и невозмутимым, но у меня была инстинктивная потребность упасть на колени и поклониться ей.

Ее глаза сузились при виде моих сжатых кулаков. Если бы она дыхнула на меня, я бы кончил, как девственник. Я шагнул вперед, запустил пальцы в ее волосы и потянул, причинив боль, которую она жаждала.

— Не знаю, смотрелась ли ты в зеркало, Райан. Но ты, оказывается, пиздец какая сексуальная, — выдохнул я ей в горло, проводя языком по коже.

Ее пальцы сжали вырез на моей футболке, и в ее глазах появился озорной блеск.

— Ты сказал, что у нас нет времени, Ганнер, — ответила она, ее рука скользнула к моему члену и сжала его.

— Бруджита, ты просишь, чтобы тебя уложили мне на колени и отшлепали.

— Как насчет того, чтобы ты шлепнул меня по заднице, пока засовываешь в меня свой член? Пожалуйста, — попросила она.

Воздух был насыщен сексуальным напряжением, и моя решимость рухнула от ее слов. Резинка скользнула сквозь мои пальцы, когда я потянул ее за волосы, чтобы мы встретились взглядами. Стон сорвался с моих губ в тот момент, когда ее расширенные радужки встретились с моими.

— Детка, у меня всегда будет время обслужить твою мокрую пизду. На кровать. На четвереньки. Повернись ко мне лицом, — потребовал я.

Ее глаза расширились от волнения.

— Блять, — прошептала она, ее голос был хриплым.

Эта женщина — богиня среди смертных. Я не заслуживал ее и должен отпустить, но я зависим от ее яда. Я не хотел войны эмоций, которую она вызвала во мне, но бессилен остановить их.

У нас никогда ничего не получится; мы обречены на неудачу с самого начала.

Мои удручающие мысли исчезли, когда ее гибкое тело забралось на мою кровать и попыталось занять свое место. Готовая подчиняться каждому моему слову.

— Я не уйду от нее, — пробормотал я себе под нос, наблюдая, как она ждет, стоя на четвереньках на кровати. Зрелище было настолько мучительно восхитительным, что я не торопился подходить к ней, не готовый к тому, что это закончится. Футболка задралась и теперь лежала на пояснице, выставляя напоказ ее пухлую задницу. Стон вырвался у меня изо рта, когда я заметил черные кружевные стринги, едва прикрывающие ее киску.

Черт, я настолько тверд.

— Мы не можем опоздать, Ганнер, — ее лицо было в нескольких дюймах от моего члена, и я знал, о чем она думала, когда смотрела на меня сквозь свои густые черные ресницы. — Но, похоже, ты все равно долго не протянешь, — Лукавая улыбка украсила ее губы.

Мои пальцы обхватили ее подбородок.

— Не ной, детка. Или ты не испытаешь оргазм, — предупредил я, когда моя рука наткнулась на кружево ее нижнего белья, потянув ткань, вырывая стон из ее пухлых губ.

Я ухмыльнулся ее реакции.

— Ты любишь боль, да, Райан? Держу пари, твоя киска уже промокла и ждет, когда ее трахнут. Хочешь каждый дюйм моего члена? — спросил я, моя свободная рука обхватила ее горло.

— Да, я хочу тебя грубо и быстро, Ганнер.

— Ты слишком жестока, чтобы с тобой обращались деликатно. Вот почему Марио никогда бы не заполучил тебя. Он тебя не видит. И я переломаю все кости его рук, если он когда-нибудь снова прикоснется к тебе, — ее глаза расширились. — И это будет лишь началом, — мои слова были произнесены как обещание. Марио повезло, что он никогда не причинял ей физического вреда, потому что я сделал бы его смерть долгой и затяжной за это преступление.

— Ганнер… — ее голос был полон эмоций, к которым я не готов, поэтому я сменил тему. Сосредотачиваясь на физическом влечении между нами.

Ты же знаешь, что уже эмоционально привязан, придурок.

Я покачал головой, пытаясь привести в порядок свои мысли.

— Ты еще даже не оделась, Райан, — еще один рывок за стринги. — Ты знала, что у нас есть занятие получше. Это означает, что тебя ждет быстрый и грязный секс, — ее зрачки расширились, и хныканье сорвалось с губ при моих словах. Черт, как же мне нравились тихие звуки, которые она издавала, а мой член еще даже не в ней.

— Повернись в другую сторону. Задницу вверх, грудь на кровать, малышка. Хочу посмотреть, как твоя пизда сочится для меня.

Она бросила последний взгляд на мой член, я знал, что она хотела взять его в рот, но она сделала, как я сказал.

Блять. Такая хорошая девочка…

Раньше эта поза казалась хорошей идеей, но теперь, столкнувшись с ее великолепной попкой и красивой киской, я не знал, как сдержаться. Хорошо, что мы сошлись на «быстро и грязно», потому что я бы не выдержал больше.

Наклонившись вперед, я втянул ее клитор в рот сквозь кружево, живя ради содрогания всего тела, которое вызвал у нее, прежде чем дернул стринги в сторону и раздвинул ее губы своим языком, лаская ее влажную киску. Я знал, что мои пальцы, вероятно, оставляли вмятины на ее бедрах из-за того, как крепко я их сжимал. Влажные звуки, смешанные с тихими всхлипываниями, срывающимися с ее грешных губ, заставили меня приготовиться к оргазму.

— Черт возьми, Ганнер, — она застонала, ударив кулаком по кровати.

Я улыбнулся. Боже, как я хотел услышать, как она произносит мое имя, услышать, как она кричит для того, кому она решила отдать свое тело. С хлопком я оторвал свой рот от ее клитора, проводя пальцами по ее влажным губам.

— Хочешь мой член, детка? — спросил я, прежде чем укусить ее за ягодицу. — Я трахну тебя, а потом буду смотреть, как сперма стекает по твоему телу, а задница становится красной от моих ударов, — произнося эти слова, я без предупреждения вонзил в нее пальцы, вызвав у нее громкий стон. — Какая ты хорошая девочка, уже мокрая и готовая принять мой член. Давай, расстегни мой ремень, Райан, — скомандовал я, убирая пальцы.

Маленькая лисица повернулась, наклонилась вперед и взяла мои пальцы в рот, счищая с них соки. Блять. Мой член дернулся, когда ее теплый влажный язык обвел пальцы, а ее руки были заняты расстегиванием ширинки.

Трахаться с джинсами на бедрах ужасно, мне слишком не терпелось их снять. Но в тот момент, когда она сжала мой член в кулаке, вся сдержанность исчезла. Я нуждался в ней немедленно.

Мои пальцы впились в ее подбородок, наклоняя ее голову, чтобы она посмотрела на меня, большой палец задел ее нижнюю губу — скользнул в ее рот, встречаясь с теплым языком. От ее вида, стоящей передо мной на коленях, сердце сжалось в тиски. Я наклонился вперед и прижался губами к ее рту. Я хотел, чтобы она почувствовала все те эмоции, для которых я не мог найти слов. Почувствовала все, что я хотел ей сказать: как она разрушила мои планы и как она сделала эту жизнь лучше.

— Ганнер, если ты сейчас же не трахнешь меня, я сделаю это сама, — Райан пыхтела от гнева, трогая мой член.

Я улыбнулся ей в губы. Острый язычок.

— Мы вернемся к этой теме. Но сейчас ты ляжешь на спину, как хорошая девочка, и я буду вгонять в тебя свой член, пока ты не будешь умолять меня остановиться.

Ее сиськи подпрыгивали от силы, с которой я толкнул ее обратно на кровать. Схватив ее за бедра, я подтащил Райан к краю и погрузился в нее. Ее крики удовольствия наполнили комнату. Руками вцепилась в простыни, пытаясь защититься от безжалостных толчков моего члена. Стенки ее вагины облегали меня, как чертова перчатка. Я хотел навсегда погрузиться по самые яйца в ее сладкую пизду.

— Ты моя, Райан. Ты, блять, слышишь меня? Каждая чертова частичка в тебе взывает к моей душе, и я никогда тебя не отпущу, — пообещал я, когда мои пальцы потянулись вперед и обвели ее клитор. Вырвав еще один хриплый стон.

— Санта Муэрте, я сейчас кончу, Ганнер… пожалуйста, продолжай, или, клянусь, я зарежу тебя, — закричала она.

Я смеялся над ее неспособностью не угрожать людям.

— Это твоя версия похвалы и унижения, детка? — спросил я, мои пальцы встретились с ее влажным языком. Ее глаза распахнулись и вопросительно посмотрели на меня. Но моя хорошая девочка подчинилась, увлажнив их своим ртом.

— Молодец, Бруджита, — похвалил я, наблюдая, как ее глаза закатились от моих слов.

Раздалось хлюпанье, когда я вытащил пальцы из ее губ. Склонившись над телом, я провел языком по раковине ее уха.

— Кончай, Райан. Сейчас же.

Я засунул мокрый палец ей в задницу. Преимущества того, что она свисает с края кровати. Сдавленный вздох сорвался с ее губ, и ее киска запульсировала вокруг моего члена. Я застонал от этого ощущения, прежде чем перевернуть ее гибкое тело и наклонить ее над кроватью. Мой член снова погрузился в ее теплую пизду.

— Черт, ты заставишь меня увидеть звезды, Райан, — воскликнул я, когда мои руки сжимали ее бедра, пока я трахал ее.

Она издала хриплый смешок. Капли пота на ее спине отражали свет и соблазняли меня слизнуть их. Дрожь по всему телу охватила ее, когда мой язык прошелся по задней части ее шеи.

— Кто бы говорил. Ты, блять, опустошил мою душу этим оргазмом, — ответила она.

На моих губах появилась улыбка.

— Твоя загорелая задница так и просится покраснеть, Райан, — заявил я, когда моя ладонь опустилась на гладкую кожу. От этого шлепка ее вагина сжалась, посылая мне оргазм.

— Какая ты ахуенная, Бруджита.

Удовольствие, которое она мне доставила, было очевидно по моему тону. Ее киска пыталась выдоить из моего члена все, что в нем было. Я вышел, наблюдая, как моя сперма летит на ее задницу, просачиваясь между щелями вниз к ее киске. Я не знал, как ей удалось заставить меня кончить так сильно, но, черт возьми, она осушила мои яйца.

— Ганнер, нам нужно идти… — остальные ее слова были потеряны из-за стонов в простыни, когда я еще раз шлепнул ее по заднице, обмазывая свои пальцы и засовывая их в теплую пизду, прежде чем опуститься на колени.

— Черт возьми. Это самая горячая вещь, которую когда-либо делал мужчина, — сказала она.

Я ухмыльнулся в ее киску, наблюдая, как она встает на цыпочки, пытаясь избежать моего нападения на ее чувствительный клитор. Моя рука коснулась ее поясницы, толкая ее обратно вниз и кусая чувствительный комочек нервов. Ее крики удовольствия были музыкой для моих ушей. Рычание вырвалось из моей груди.

Вот чего я хотел — поклоняться этому падшему ангелу.

Инстинктивная потребность дать ей как можно больше чувств взяла верх, и я отстранился, разворачивая ее.

Глядя на нее с колен, как рыцарь, кланяющийся в верности своей королеве, я прошептал:

— Скажи, что ты моя, Райан. Скажи мне, что даже когда мир погрузится в хаос, ты будешь доверять мне, детка.

Мгновение удивления промелькнуло на ее лице. Как будто она не ожидала, что я произнесу эти слова. Я не упустил иронии. До сих пор все наши отношения складывались не так, как мы ожидали, и, скорее всего, именно так все и закончится.

Но я бы наслаждался каждой частичкой этой женщины так долго, как только мог. Она прекрасна, и это не имело никакого отношения к ее внешности.

Мягкая улыбка появилась на ее губах.

— Я твоя, Ганнер. Не знаю, зачем тебе моя поврежденная душа, но я твоя.

ГЛАВА 28

Райан

— Куда, черт возьми, ты меня ведешь, Райан?

Я издала смешок, услышав раздраженный тон, исходящий от Ганнера. Он всегда был таким раздражительным, когда его оставляли в неведении. В его защиту скажу, что это сомнительный район. Стены переулка покрыты грязью и пятнами, очень похожими на кровь. Но это лучшие места для того, чтобы спрятаться. Районы, в которые никто не хотел заходить из-за страха перед людьми, у которых хватило смелости там жить.

Интуиция осталось от наших предков, как система предупреждения, которую мать-природа создала для добычи. А потом появились такие люди, как Скар — хищники. Она была пугалом трущоб, в которых у нее имелись конспиративные квартиры, — человеком, вызывающим их тревожные звоночки.

— Да ладно, внутри гораздо приятнее, чем снаружи. И тебе не нужно беспокоиться. Все знают, что не стоит связываться с районом Скар, — крикнула я через плечо.

Я все еще не посвятила его в то, кем она была. Ее сложно описать, и было бы лучше, если бы он просто встретился с ней. Самодельная занавеска воняла мочой и другими странными запахами. Весь этот мусор сам по себе был мерой безопасности. Скар даже не нуждалась в биометрическом сканере, который был на гладкой металлической двери передо мной. Камера находилась в углу маленького дверного проема. Скар могла бы сказать, сколько волосков на подбородке мне нужно выщипать с помощью этой штуки.

— Серьезно, Райан. Куда, черт возьми, мы идем, и как человек, живущий в этой дерьмовой дыре, сможет помочь с Марио?

Прежде чем я успела ответить, дверь с громким свистом распахнулась, открывая невзрачную прихожую. Я оглянулась и ухмыльнулась, увидев нахмуренный лоб Ганнера.

— Какого хрена? — прошептал Ганнер себе под нос. — Теперь я предполагаю, что Скар — это не какой-то бомж в переулке. Кроме того, что, черт возьми, за имя такое?

Я бросаю на Ганнера свирепый взгляд, издавая резкий звук «ш-ш-ш».

— Не говори о ее имени. Это очень щекотливая тема, не произноси его до того, как мы войдем в Форт-Нокс в Тусоне. Форт-Ноксом управляет женщина, которую ты оскорбляешь, — пожурила я.

Мужчины когда-нибудь думают, прежде чем говорить?

Скар очень серьезно относилась к своей системе безопасности, и она была офигенна; кто может лучше продавать системы безопасности, чем человек, который их взламывает? Конечно, она не сказала никому из своих клиентов, что ее побочный бизнес — это взлом и проникновение.

«Нет ничего лучше, чем трахаться с богатыми мужчинами. Я граблю их посреди ночи, а потом еще вымогаю деньги, когда они нанимают меня, чтобы я хранила их секретное дерьмо в безопасности».

У Скар были связи с верхушкой Нью-Йорка, и она пользовалась любой возможностью, чтобы их перехитрить.

Мы с Ганнером вошли в прихожую. Захлопнувшаяся металлическая дверь заставила Ганнера слегка вздрогнуть, вызвав еще одну улыбку на моем лице. Я не собиралась говорить ему, что в первый раз, когда я была здесь, тоже громко взвизгнула. В тот момент, когда дверь закрылась, над головой загорелась красная лампочка.

— Серьезно, Райан? — закричал он, его руки обвились вокруг меня, пистолет был наготове. Мое сердце затрепетало от этой демонстрации защиты. Конечно, я могу постоять за себя, но этот жест наполнил меня эмоциями, которые я никогда не испытывала к мужчине. Моя рука погладила твердую мышцу его бицепса, и я провела кончиками пальцев вниз по его руке, прослеживая татуировки. Когда он заметил, что я спокойна, засунул свой «Глок» обратно за пояс джинсов, прежде чем схватить меня за челюсть.

— Клянусь, как только мы останемся наедине, я буду шлепать тебя по заднице до тех пор, пока ты не сможешь сидеть. Как я могу обеспечить твою безопасность, если не знаю, что, черт возьми, происходит? — прошептал он.

Его слова заставили мое сердце и киску затрепетать. Что было впервые. До Ганнера я даже не знала, что мое мертвое сердце может что-то чувствовать.

Сосредоточься, сучка, не нужно устраивать Скар представление.

— Успокойся, Ганнер. Эта комната похожа на контрольно-пропускной пункт в аэропортах. Нас проверят на наличие оружия, которое, очевидно, у тебя есть. И она прогоняет твое лицо через свою программу, чтобы узнать, кто ты такой. Скар немного задиристая, когда дело доходит до подобного дерьма… — сказала я.

Ганнер напрягся. Я понимаю; это очень тяжело, особенно если ты не готов к этому.

— Не волнуйся. Она разрешит тебе оставить пистолет. Она знает, что я всегда ношу с собой, и что я доверяю тебе, — его глаза встретились с моими. — Даже Марио и Серхио не знают о Скар. Я бы не привела тебя, если бы не смогла доверять, Ганнер, — заявила я, эмоции в голосе застали меня врасплох.

Сказать Ганнеру, что я ему доверяю, было все равно что впервые вдохнуть свежего воздуха. Я не понимала, как мало людей, которым я доверяю, пока не появился Ганнер. В какой-то момент мои родители были в этом списке, но теперь он состоял только из Никки. Я даже не могу сказать, что когда-либо заботилась о Марио или Серхио. Я жаждала их привязанности, но теперь, сравнивая свои чувства к Ганнеру с тем, что я испытывала к Хименесам, я поняла, что никогда не испытывала к ним ничего.

Его зеленые глаза встретились с моими на короткое мгновение, прежде чем быстро отвести взгляд, что-то промелькнуло на его лице.

— Райан…

Ганнер выглядел смущенным. Но как я могла винить его? Он, вероятно, все еще задавался вопросом, не играю ли я с ним. Марио недавно объявил, что я его невеста, и я ни хрена не сказала, чтобы это исправить. Вполне логично, что у него были давние сомнения в моей преданности. То, что я не сказала ему о безопасности Скар, не помогло сгладить ситуацию. По крайней мере, она не была настолько сумасшедшей, чтобы ему пришлось проходить обследование полости рта. Надеюсь.

Я хотела сказать ему, чтобы он не чувствовал себя виноватым за то, что еще не полностью доверял мне, но не было возможности, потому что незаметная дверь открылась, и в комнату просунулось лицо Скар. Она подстригла волосы, темные локоны теперь слегка спадали ей на плечи. Ее голубые глаза были такими же пронзительными и проницательными, как всегда. Она склонила голову набок, оглядывая нас обоих с ног до головы так, что мне всегда казалось, будто она прикидывает, как ей убить меня, прежде чем я доберусь до нее. Она была всемирно известной воровкой, но у меня создалось ощущение, что она бралась и за более сомнительную работу.

Она напряжена. Ее лицо всегда было непроницаемым в присутствии тех, кому она не доверяла, и не знаю, были ли вообще такие люди. Скар крепко держала свои эмоции под контролем. Это было результатом ее воспитания.

— Он симпатичный, — заявила она как ни в чем не бывало.

Позади нее раздалось мужское рычание, заставившее ее закатить глаза в тот самый момент, когда мои брови поползли вверх. Я не знала, что Скар приводила кого-то с собой в конспиративные квартиры.

— Давай, идите за мной. И не обращайте внимания на проблему с вредителями. Я пытаюсь вытравить их, но они продолжают возвращаться, как тараканы. Или психопаты-преступники, — пробормотала она через плечо.

Я хотела спросить, о чем она говорит, но в тот момент, когда мы вошли в маленькую, но роскошную квартиру, ее «проблема с вредителями» показалась — трое массивных и пугающих мужиков из совершенно разных слоев общества.

Стоявший рядом со мной Ганнер тихо проговорил:

— Почему у меня такое чувство, что она буквально имеет в виду «вытравить»?

— Потому что так и есть, — ответила она, не сбившись с ритма.

Я ухмыльнулась, когда увидела, что слова Скар заставили хмурого мужчину, прислонившегося к стене, нахмуриться еще сильнее. Должно быть, он рычал. Его глаза следили за каждым движением Скар, и по выражению его лица я догадалась, что он хотел либо трахнуть ее, либо подраться с ней. Может быть, даже и то, и другое одновременно. Я присмотрелась к ним поближе, заинтересовавшись тремя мужчинами, вторгшимися в ее личное пространство.

— Приводишь клиентов домой, Скар? Интересная группа; что это? Якудза, Братва и… Ирландская мафия? — спросила я, указывая головой на высокого, бледного и задумчивого.

Все тело Ганнера внезапно пришло в состояние повышенной боевой готовности.

Может быть, у Скелетов общества и мафии разногласия.

Двое мужчин на несколько секунд встретились взглядами. Момент был настолько напряженным, что я подумала, не понадобится ли мне пистолет. Глаза Скар метались между мужчинами, оценивая язык их телодвижений. Наконец, задумчивый мужчина заговорил, но так и не оторвал взгляда от Ганнера.

— Откуда, говоришь, ты знаешь этих людей, Скарлетта? — спросил он со своим заметным нью-йоркским акцентом.

Он из города Скар. Интересно. Но использовать полное имя женщины, как будто она капризный ребенок? Это никогда не идет на пользу мужчинам.

Я заметила, как плечи Скар расслабились, прежде чем она подошла и встала перед мистером Тихоней, скрестив руки на груди в классической женской силовой стойке. Его глаза скользнули вниз по ее декольте. Мужчины так легко отвлекаются на сиськи. По иронии судьбы, они говорят, что женщины слишком эмоциональны, чтобы выполнять определенную работу, но все, что для этого нужно, — сиськи.

— Я не говорила, Каллахан. Потому что это не твое гребаное дело. А теперь стой тихо, как хороший мальчик. Может быть, получишь награду, — ответила Скар, и между ними пронесся миллион невысказанных слов.

Черт, теперь я знаю, что имел в виду Декс, когда говорил, что наблюдать за нами — это как прелюдия.

Очевидно, они не друзья, и напряженность между ними заставила меня усомниться в том, что этот человек был одним из ее клиентов. Атмосфера профессионализма, которая всегда окружала Скар, исчезла, сменившись кипящей яростью, которую я видела у нее только по отношению к своей «семье». У меня не было времени вникать в то, что здесь происходит, к тому же это не мое дело. Но будь я проклята, мне очень любопытно.

Скар бросила на Каллахана последний укоризненный взгляд, прежде чем повернуться к нам лицом.

— Извини за это. Все еще пытаюсь научить их знать свое место, — она оглянулась через плечо, чтобы посмотреть на Каллахана. — Некоторые тупее других.

Мужчина, растянувшийся на диване и точивший катану, издал смешок. Казалось, он чувствовал себя совершенно непринужденно. Чего нельзя было сказать о великане, сидящем в кресле. Он выглядел так, будто был готов напасть в любой момент. Его татуировки поднимались по задней части шеи и переходили на череп.

— Хорошо, давайте перейдем к делу, — позвала Скар.

Однако у меня кровь застыла в жилах, когда я увидела жалость в ее взгляде. Скар никогда никого не жалела. Это одна из причин, по которой она мне так нравилась. Ее взгляд на жизнь похож на мой; мы принимаем удар и продолжаем двигаться. Здесь нет места жалости или принятию желаемого за действительное.

Я подошла к столу, заваленному бумагами и фотографиями. Моя челюсть заболела от того, как сильно я стиснула зубы от увиденного.

— Как далеко это уходит в прошлое? — спросила я, отчаянно пытаясь сдержать свой гнев. Предательство просочилось в мои вены. Ганнер положил руку мне на бедро, притягивая вплотную к себе, чувствуя мою потребность вернуться к реальности. Я в нескольких шагах от того, чтобы совершить убийство. Жажда крови кричала, чтобы я отомстила.

— Откуда у тебя все это? — спросил Ганнер.

Если бы я не была так взбешена, я бы рассмеялась над ужасом и восхищением в его тоне. Он ничего не знал о талантах Скар в получении информации. Эта женщина гениальна и опасна, и именно поэтому я была так заинтригована, почему эти четверо здесь вместе. Но это любопытство перекрылось фактами, изложенными передо мной.

— Я слежу за всеми своими клиентами, — ответила она. — Это хорошая мера безопасности — иметь грязные данные о людях на случай, если с ними станет… трудно иметь дело.

Мистер Катана вскочил с дивана.

— Эта стратегия не пошла Эпштейну[21] на пользу.

Тонкими пальцами Скар ущипнула себя за переносицу, вздох сорвался с ее губ. Несмотря на свой гнев, я ухмыльнулась тому факту, что эти люди, или, по крайней мере, тот мужчина, способны разрушить ее ледяной фасад.

— Как я пыталась сказать, я слежу за всеми людьми, с которыми работаю или могу работать, — она кивнула на папки на столе. — Я наблюдала за Лос-Муэртос, в частности за людьми Хименеса, в течение многих лет. Вот так я обнаружила, что у них есть такая же женщина, которая заправляет всем дерьмом в ядовитом раю. Но я пристально следила за Марио с тех пор, как решила, что Райан мне нравится. Мне было все равно, как он с ней обращался, — она пристально глядела мне в глаза, давая мне возможность заглянуть в эмоциональное смятение, которое она тщательно скрывала.

Встреча со Скар научила меня тому, что потеря родителей трагична и жестока, но иногда отсутствие семьи лучше, чем постоянно жить, облитой своей кровью.

— В общем, некоторые из них датируются годами. Но это… за последние несколько месяцев. Эта фотография сделана недавно, — сказала она, подталкивая фотографию вперед.

Слюна скопилась у меня во рту — тошнота накатила, как товарный поезд.

— Черт. Мы можем взять это себе? — спросил Ганнер, протягивая руку и беря со стола еще одну улику.

— Конечно. У меня есть копии, — ответила Скар.

Фотография в моей руке дрожала — эмоции боролись за первое место. После первоначального ужаса я устроилась поудобнее. Снимок был сделан в Лотерии в ту ночь, когда он попросил освободить клуб. Марио и его команда вместе с членами Жнецов устроили эксклюзивную вечеринку. Но мы уже знали, что он работает с ними. От чего у меня мурашки побежали по коже, так это от женщин, выставленных на аукцион на сцене. Тушь, стекающая по их лицам, и охране вокруг, дали понять, что происходит на фотографии.

— Он продает людей, — кипела я. Эмоции были так сильны в моем голосе.

Мне нужно немедленно подавить свои чувства. Я не позволю этому продолжаться, но не смогу сделать то, что нужно, если эмоции будут управлять решениями.

Я пожинала души виновных людей, и Марио не отвертится.

— Выглядит так, будто он делал это месяцами. Он пытается привлечь внимание Круга. Мерзкая кучка придурков, — Скар посмотрела на мистера Тихоню, произошел молчаливый обмен мнениями. — Но Марио никогда этого не получит. На него смотрит слишком много глаз из правоохранительных органов, но никто нихуя не делает, — она издала невеселый смешок. — Если бы только они решились нарушить несколько правил, о нем бы позаботились несколько месяцев назад. Я имею в виду, посмотри на все это дерьмо.

Каллахан подошел, выхватил фотографию из рук Ганнера и внимательно осмотрел ее.

— Они бы никогда этого не сделали. Граждане взбесились бы, если бы подумали, что правительственные учреждения шпионят за ними… — заметил Каллахан, смеясь над иронией.

— Сноуден пытался рассказать, и что с ним случилось, — пропищал мистер Катана. — Люди не хотят знать, что их дерьмо можно отследить и взломать. Куча овец.

Каллахан продолжал говорить, ничуть не обеспокоенный тем, что его прервали.

— Вот почему мы в конечном итоге убираем это дерьмо, — сказал он, взглянув на других мужчин, прежде чем посмотреть на Ганнера и меня.

Гнев наполнил мои вены из-за того, что эти женщины терпели, и никто не помогал.

— К черту полицию, или ФБР, или кого там еще, кто проваливает свою работу. Я убью Марио, раз они этого не сделают, — я снова повернулась к Скар. — Где он сейчас? И где, черт возьми, Серхио? Зачем заключать сделку со Скелетами общества, пока все остальное идет прахом? — спросила я, в гневе вскидывая руки.

Ганнер подал голос.

— Если Серхио знает об этом, — он схватил со стола другой документ, нахмурив брови.

— Тогда где он, черт возьми? Он уже несколько дней не отвечает мне. Если он не замешан, почему избегает меня?

Каллахан, казалось, впервые посмотрел на меня, оценивая так, как делала Скар. Они, скорее всего, не понимали, насколько похожи. Или не хотели этого признавать. Черт, между ними двумя настоящий фейерверк. Они либо убьют друг друга, либо начнут убивать других вместе.

— Ты торговка оружием в Лос-Муэртосе, — он посмотрел на Скар, прищурив глаза. — Значит, у Райан нет члена, — заявил он, когда его бровь коснулась линии роста волос.

Скар прикусила нижнюю губу и виновато посмотрела на столешницу.

Ганнер усмехнулся.

— Нет, но ты только что это понял, да?

Каллахан взглянул на Ганнера, прежде чем повернуться ко мне, кивнул и вышел из маленькой комнаты. Скар закатила глаза при его уходе.

— Он всегда раздражающе задает вопросы, отчего ты думаешь: «че за херню он спросил», — она посмотрела на дверь, прежде чем понизить голос. — Самое неприятное, что обычно он прав. Ублюдок.

Статуя в кресле издала звук, который я приняла за смех, но он прикрыл его кашлем. Голова Скар резко повернулась в сторону шума.

— Я же говорил, что здоровяк умеет ржать. Ты просто до сих пор не говорила ничего смешного, — сказал мистер Катана, получив свирепый взгляд от них обоих.

— Короче… — сказала она, вытаскивая свой телефон и что-то набирая. — Я не знаю, где Серхио. Я наблюдала за любой активностью, но ничего. Его телефон был лишь у него дома в Синалоа. И этот ублюдок либо гений, либо слишком стар, но у него на территории нет камер. Что взламывать, если ничего нет? Сегодня утром я получила информацию из системы безопасности Лотерии.

Она подтолкнула телефон ко мне, на экране появилось видео. Марио рылся в моем офисе и ломал все, что попадалось ему под руку.

— Думаю, он знает, что ты пропала. И он не выглядит слишком довольным, Райан, — заявила она, убирая телефон обратно.

Ганнер в отчаянии ущипнул себя за переносицу.

— Черт. Что мы теперь будем делать? — он повернулся, чтобы посмотреть на меня, его пальцы обвились вокруг моих плеч. — Тебе придется уехать из города. Отправляйся на другую квартиру Скар или туда, куда ты сказала спрятаться Никки. Но ты не можешь оставаться в Тусоне.

— Черт возьми, я не могу, Ганнер. Я не позволю Марио — или Серхио — сойти этому с рук. Он выставлял на аукцион женщин в моем клубе. Клуб, который я построила как убежище для женщин, а он запятнал все, — злые слезы навернулись на глаза, мой голос надломился от эмоций. — Он знал, Ганнер. Он знал, что я спасала женщин, давала им приют и нанимала на работу, если они этого хотели.

Комната расплылась, когда мои слезы достигли критической точки, прежде чем скатиться по щекам. Я отвела взгляд, не в силах смотреть ни на кого в комнате. Стыдно, что я не смогла сдержать эмоции.

Сильные руки окружили меня. Твердая грудь Ганнера казалась возвращением домой, и во мне поднялся новый набор эмоций.

— Лотерия стала убежищем благодаря тебе. Но ты не несешь ответственность за действия других людей. Его грехи — не твои, и ты в них не виновата. Не наказывай себя за то, чего ты не делала.

Скар всхлипнула, и я увидела, как она незаметно вытирает непрошеную слезу. Если бы только Ганнер понял, насколько исцеляющими были его слова. И не только для меня. Из-за ее плеча я увидела, как Каллахан смотрит на Скар. Я не единственная, кто уловил ее реакцию.

ГЛАВА 29

Ганнер

Мое сердце билось так быстро, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди.

Я хотел посадить Райан на заднее сиденье своего байка и уехать с ней, бросить все и исчезнуть. Но это не вариант — ни для одного из нас. Я запустил пальцы в волосы, наблюдая за Райан с другого конца комнаты.

— Каков план, брат? — голос Декса прорезался сквозь туман.

— Я понятия не имею, черт возьми. Но у нас есть доказательства того, что Марио занимается торговлей женщинами, — я заметил, как сжались кулаки Декса. — Тебе понадобится еще немного алкоголя для следующей части, — прокомментировал я, указывая горлышком своего пива на его напиток. Его глаза подозрительно сузились, когда он сделал глоток.

— Малышка, — позвал я, привлекая ее внимание. — Тащи сюда свою милую задницу… и принеси текилу.

После встречи со Скар мы поехали обратно в клуб. Самое прекрасное в езде на байке было то, что мне не нужно придумывать, как заполнить тишину — потому что я погряз в своей гребаной голове после всего, что узнал.

Бутылка с грохотом встала на стол, а через несколько секунд ее задница оказалась у меня на коленях. Господи, как сосредоточиться, когда ее мягкие изгибы прижимались ко мне?

— Какой план, мальчики? — спросила она, делая глоток из бутылки, ее глаза метались между Дексом и мной.

— Я думал, ты здесь главная, чика. Разве ты не должна отвечать на этот вопрос? — спросил Декс. Его тон был легким и игривым, но я видел напряжение в его спине, и глаза будто смотрели на зверя в клетке. Это больная тема для него, но ему нужно взять себя в руки.

— Ну, мой план был отклонен. Ворчун сказал, что мы не можем войти и прострелить ублюдку голову.

Мои глаза закатились от дерзости в ее голосе.

— Райан, мы не можем просто войти в Лотерию, стрелять в людей и просто надеяться, что это сработает, — они с Дексом пожали плечами, как бы спрашивая, почему бы и нет? — Этого не будет. Вы меня слышите? — воскликнул я, не доверяя ни одному из них.

На мой вопрос последовал обескураженный ответ «да».

Я поерзал на своем сиденье, пытаясь увеличить расстояние между ягодицами Райан и своим членом. Мой стояк должен стать четвертым участником этой встречи. Как бы то ни было, аромат кокосового шампуня Райан соблазнял меня уткнуться носом в изгиб ее шеи.

— Райан, ты знаешь что-нибудь о Круге, о котором упоминала Скар? — спросил я, надеясь, что мрачный разговор, который нам предстоял, успокоит мой член. То, как напряглась ее спина, сказало, что она знает.

— Да, — она сделала еще один глоток из бутылки, ее глаза смотрели куда-то вдаль. Ее мысли сейчас не здесь. Слегка покачав головой, она снова заговорила. — Я знаю не так уж много. Они слишком высоко стоят на криминальной лестнице, но Круг — это элита из элиты. Старые грязные деньги.

Ее глаза встретились с моими.

— Мои руки стерильны по сравнению с их руками. Серхио знает некоторых, но никогда не хотел общаться с ними слишком близко. Ты получишь приглашение, если убьешь достаточно людей, заработаешь достаточно денег или совершишь достаточно злых поступков… например, продашь шкуру.

— Подожди, подожди, подожди, — пальцы Декса были прижаты к вискам. — В криминальном мире есть элитный круг придурков? Типа все известные нам организации не единственные? — спросил он с недоверием в голосе.

Волосы Райан коснулись моей руки. Все, что я мог себе представить, это ее локоны, разметавшиеся по моей подушке. Но ее следующие слова разрушили ход мыслей.

— Да. Вершина управляет всеми остальными. Наши организации преклоняются перед ними, осознаете вы это или нет. Они — повелители с миллиардами. Их грязные пальцы замешаны в разных вещах, как законных, так и незаконных. Эти придурки все еще торгуют своими дочерьми и племянницами, как шахматными фигурами, — кипела она.

— «Круг» наверху. Элитные придурки — неприкасаемые, — Райан использовала свои руки, чтобы изобразить порядок власти. — Ступень ниже — это четыре семьи в Нью-Йорке и Лос-Муэртосе. Но Серхио с ними не общается… наверное.

Я прервал ее.

— Откуда ты все это знаешь?

— Да, я был со Скелетами пять лет, и никогда не слышал этого дерьма, — вставил Декс.

Уголки ее пухлых губ приподнялись в ухмылке.

— Четыре Семьи управляют Нью-Йорком, Декс. Потом Якудза — японская мафия, Братва — русская мафия, еще ирландская и итальянская, — она показала каждое на пальцах. Волосы у меня на руках встали дыбом от выпавшей информации. — Их организации настолько велики, что привлекли внимание «Круга». То же, что и в Лос-Муэртос. Круг требует, чтобы мы играли в их игры… или столкнулись с последствиями. У них много власти. Например, у Серхио есть грузовые самолеты, которым предоставляется неограниченное воздушное пространство и расчищенная взлетно-посадочная полоса для посадки прямо в поместьях миллиардеров, — прокомментировала она.

Брови Декса нахмурились.

— Как я мог этого не знать? Ну, за вычетом Семей. Я знаю, кто эти ублюдки.

— Потому что Скелеты занимают третье место в иерархии власти. Я знаю об этом только потому, что Марио годами жаловался на то, что Серхио не воспользовался этой возможностью…похоже, он наконец-то это сделал, — ее тон был горьким и полным ярости.

— Ты думаешь, что девушки на фотографиях были проданы Кругу, — заявил Декс, его кулак сжался на столе, костяшки пальцев побелели.

— Нет, — Райан покачала головой. — Я думаю, Марио пытается стать громким именем в торговле, чтобы его заметили в Круге. Он хочет, чтобы его пригласили к столу. Ведь только Серхио получал это предложение.

— Но они его не пригласят, потому что он привлек внимание правоохранительных органов, — заявил я, кивая, когда все кусочки складывались воедино.

— Предположительно. По крайней мере, так думает Скар. Но не знаю, делают ли что-нибудь эти ублюдки, — кипела Райан, делая еще один глоток.

Декс встретился со мной взглядом поверх головы Райан.

— Ну пиздец, — прокомментировал он.

— Хорошая новость, — пропищала Райан, — Заключается в том, что когда мы убьем Марио, Круг не убьет нас, так как мудака не пригласили, — сказала она с притворным весельем.

Я открыл рот, чтобы ответить, когда подошла Лолли.

— Что эта сука опять здесь делает? — крикнула она, невнятно выговаривая слова.

Когда мы вернулись, здание клуба было относительно пустым, но я знал, что так не останется. За последний час приходило все больше и больше братьев и девочек, но мы ушли в угол, где нас должны были оставить в покое.

— Выпяти свои сиськи еще немного, Лолли. Может быть, кто-нибудь захочет к ним прикоснуться, — Райан обвела взглядом незваного гостя с ног до головы. — Хотя, вероятно, нет. А теперь беги и домогайся кого-нибудь другого, — сказала Райан, отгоняя ее рукой.

Усмешка слетела с губ Лолли, а Декс во всю ржал.

— Слушай сюда, ты, дрянная сучка. Эти двое не хотят, чтобы ты была рядом. Они таскаются с тобой, потому что президент их заставляет. Но им не придется долго ждать, — выпалила Лолли.

О чем, черт возьми, она говорит?

Моя рука гладила вверх по спине Райан, приземляясь на ее шее, мой большой палец скользил по ее коже. Взгляд Лолли метнулся к движению, в ее глазах промелькнула неуверенность.

Бровь Райан приподнялась, ее глаза озорно загорелись, когда она уперлась локтями в стол, а подбородок опустился на руки.

— Лолли, ты думаешь, что твой президент попросил Ганнера трахать меня? О, ты не знала этой части, да? Судя по тому, как покраснело твое лицо. Что ж, позволь мне сказать, что трахаться с ним одно удовольствие, — снисходительно сказала она.

Я усмехнулся ее выбору слов, в то время как мой член дернулся.

— Ты гребаная шлюха, — закричала Лолли, ее глаза были дикими.

Ее реакция насторожила меня, но Райан это не беспокоило.

— Ну, это немного иронично, нет? Как говорится: «чья бы корова мычала», — передразнила Райан, совершенно равнодушная к истерике, которую закатила Лолли.

— Ты с обоими трахаешься? — взвизгнула она.

— Нет, — одновременно ответили мы с Райан.

Декс поставил свое пиво на стол, нахмурив брови.

— Нет ничего плохого в тройничке, придурки. Но черт возьми, нет… Ганнер, скорее отрезал бы мне яйца, а не сосал их, — заявил он.

Райан перевела взгляд на Декса.

— Ты об этом уже успел подумать, да? — спросила она.

— Эх, мне все равно, чей рот сосет мои яйца, главное, чтобы это произошло, — его взгляд быстро остановился на Лолли, указывая на нее. — Только не ты.

Глаза Лолли метались между нами, ее разум пытался понять, лжет ли Райан.

Тогда позволь мне показать, Лолли.

Мои пальцы запутались в волосах Райан, и я дернул ее голову назад, давая мне доступ к ее рту. Наши языки боролись за доминирование, прежде чем я втянул ее язык в свой рот и пососал. У нее вырвался стон, и она попыталась оседлать меня, не разрывая контакта. Ее острые соски коснулись моей груди, и моя свободная рука скользнула вверх, чтобы ущипнуть их, вызвав еще один стон из ее горла.

Я едва уловил крик Лолли и удаляющийся топот.

— Черт, пойду найду кого-нибудь для отсоса, — крикнул Декс, прежде чем исчезнуть.

Мои пальцы отпустили локоны Райан, обе руки легли под ее задницу.

— Сцепи лодыжки, детка, — сказал я ей в губы, прежде чем встать, унося ее в свою спальню. — Я сниму всю одежду и буду поклоняться тебе, как богине.

ГЛАВА 30

Райан

Ощущение его рук было как наркотик.

Мое тело жаждало еще одного удара, еще одного прикосновения его мозолистых пальцев. Еще одно прикосновение к волосам, еще один душераздирающий поцелуй. Я зависима от его присутствия.

Я пристрастилась к нему — и это было проблемой.

Мое дыхание со свистом вырвалось из легких, когда он прижал меня к деревянной двери своей спальни. Его член терся о мой клитор, срывая стон с моих губ. Мои пальцы запутались в его волосах, притягивая его ближе, наши языки скользили друг по другу.

— Дверь. Открой дверь, — сказал Ганнер между торопливыми поцелуями, его пальцы впились в мою задницу, его бедра вонзились в меня.

Наши тела были готовы друг к другу.

— Мои стринги промокли, Ганнер, — насмехалась я, нащупывая ручку, не желая отрывать губы. Разочарованный стон сорвался с моих губ.

— К черту. Трахни меня в коридоре, — пробормотала я ему в губы, пока мои руки скользили вниз к пряжке его ремня. Но он отдернул лицо, в его глазах был ужас.

— Блять, еще чего. Ты думаешь, я позволю кому-нибудь из этих придурков увидеть то, что принадлежит мне? — он зарычал, опуская меня на пол, чтобы подергать ручку и открыть дверь.

Я закатила глаза от его драматизма, пытаясь игнорировать чувство потери, когда он не прикасался ко мне.

— Ганнер, ты ведешь себя так, будто я сказала, что убила твою маму, — ответила я, входя в его спальню. Твердая рука опустилась на мою задницу, заставив меня вскрикнуть.

— Нет. Моя мама была стервой. Я бы и глазом не моргнул, — беспечно ответил он.

Его слова напомнили, что я многого о нем не знала. О других людях я не хотела ничего знать. Но внезапно мне захотелось узнать о Ганнере все.

Я повернулась к нему лицом, мои руки легли ему на грудь.

— Какой твой любимый цвет, Ганнер? — спросила я, чувствуя себя немного глупо из-за того, что мне так важно это знать. Его брови нахмурились. Две секунды назад я хотела трахнуть его в коридоре. Теперь я хотела узнать его любимый цвет. Его грубая рука поднялась и погладила меня по щеке. В его глазах была нежность.

— Зеленый… мой любимый цвет — зеленый, — сказал он мне в губы.

Я кивнула головой, нежно покусывая его губу.

— Да, ты не из голубых, — прошептала я, понятия не имею, почему я это сказала.

Его губы оставили мои, когда он отстранился, изучая мое лицо.

— Скажи, что ты моя, Райан? — спросил он, когда его руки нашли низ моей кофты, поднимая ее через голову.

— Вся твоя, Ганнер, — захныкала я, когда его зубы прикусили мое горло, прежде чем успокоить жжение подушечкой языка. Его руки подхватили меня под зад, и он усадил меня на край кровати, быстро снимая джинсы. Его руки потянули вниз кружевные чашечки лифчика, пощипывая соски. Я чувствовала жар его взгляда на своем теле.

— Черт, Райан. Хотел бы я вечно смотреть на это прекрасное тело, — сказал он, когда его толстый палец скользнул за резинку стрингов, а костяшки пальцев ласкали влажную промежность. Что-то в его тоне зазвенело предупреждающим звоночком в моей голове, но я была слишком возбуждена, чтобы обращать на это внимание.

Воздух наполнился рвущимися звуками, и внезапно я почувствовала прохладу воздуха. Я приподнялась на локтях и увидел Ганнера, стоящего на коленях между моих бедер. Мои стринги были сняты, и его покрытые чернилами пальцы обхватили пульсирующий член, поглаживая его томными движениями.

— Черт, это самое ахуенное зрелище, что я когда-либо видела, — прошептала я, проводя языком по нижней губе. Его преякулят, блестевший на кончике, вызвал у меня голод.

— Раздвинь ноги, Райан. Дай мне посмотреть на твою мокрую пизду. Дай посмотреть, что принадлежит мне, — прорычал он.

— Этого ты хочешь, Ганнер? — усмехнулась я, когда мои колени разжались, а рука скользнула вниз по телу. Я провела пальцами вниз, погружая их внутрь себя, наблюдая, как его горло подпрыгнуло, когда он сглотнул. Я вытащила промокшие пальцы и протянула их ему. Стон сорвался с моих губ, когда он втянул их в рот, высасывая дочиста.

— Черт, ты на вкус как рай. А теперь будь хорошей девочкой и убери руку, потому что я хочу зарыться лицом между твоих ног, — сказал он, его язык уже скользил по внутренней стороне моего бедра, а щетина на лице добавляла ощущений.

Я вскрикнула, когда его рот пососал мой пульсирующий клитор, а три толстых пальца погрузились в меня, растягивая. Он знал, что я люблю боль. Его имя сорвалось с моих губ. Внезапно я почувствовала себя пустой. Его жар исчез.

Моя голова взлетела вверх, но рукой он отбросил меня назад, обернув ее вокруг моего горла. Действие было настолько злобным, что я чуть не кончила. Его пальцы впились в мою челюсть, в то время как другой рукой он водил головкой своего члена вверх и вниз по моей киске.

— Открой, Райан, — потребовал он, его зрачки расширились от вожделения.

Я сделала, как мне было сказано, языком слизывая слюну, и пробуя затяжной вкус моей киски.

Блять. Я и не знала, что увлекаюсь этим дерьмом.

— Такая чертовски хорошая девчонка, да? — спросил он, погружая свой член в меня.

С моих губ сорвался стон. Все, что я могла сделать, — это кивнуть, слишком охваченная удовольствием, чтобы произнести слова. Рука на моем горле напряглась, когда он вошел в меня с головокружительной скоростью, его яйца отскакивали от моей задницы. Звук шлепков заполнил комнату, смешиваясь с влажными звуками секса и стонами. Я не могла сказать, впивались ли мои пальцы в простыни или в его задницу. Реальность казалась подвешенной, удовольствие переполняло все чувства.

Внезапно его губы оказались на моих, наши языки боролись за доминирование, мои руки пытались притянуть его еще ближе.

— Кончай для меня, детка, — пробормотал он мне в губы.

Тепло наполнило, когда он вошел в меня, пульсация его члена отправила через край. Я едва осознала, что стоны удовольствия были моими собственными, когда тело прошло через толчки освобождения.

— Черт, Райан. Твоя жадная киска высасывает из меня все, что есть, — он застонал у моего горла, покусывая кожу, когда его тело содрогнулось.

Внезапно его тело нависло надо мной, а рука обхватила мое лицо.

— Ты должна уйти, Райан. Оставаться здесь слишком опасно, — его брови нахмурились. — Ты изменила все мои планы. Боже, я так хочу удержать тебя, — прошептал он. Так тихо, что казалось, будто эти слова предназначались не мне.

Я провела кончиками пальцев по его подбородку, наслаждаясь его красотой.

— Ты можешь оставить меня, Ганнер. Я никуда не уйду, — ответила я.

Его глаза искали мои, в них мелькнула нерешительность.

— Я не хочу беспокоиться об этом сейчас. Не тогда, когда твое идеальное тело прижато ко мне, — он поцеловал меня в макушку. — Сегодня вечером я буду наслаждаться тем, что ты в моих объятиях.

Он встал и направился в ванную, что-то бормоча себе под нос.

— Поскольку я не знаю, как долго это будет продолжаться.

У меня внутри все сжалось, потому что эти слова показались предзнаменованием.

ГЛАВА 31

Райан

Меня разбудил звук вибрации.

В сонном состоянии я подумала, что Ганнер забыл выключить мой вибратор, но потом, когда туман немного рассеялся, я вспомнила, что мы в клубе. Я открыла глаза и увидела светящийся экран моего телефона. Мои брови сморщились в замешательстве.

Ни у кого нет этого номера. Черт, Никки.

Чувство страха поселилось в животе, и какой-то инстинкт заставил меня посмотреть на спящего мужчину. У меня всегда была сильная интуиция, к которой я давно научилась прислушиваться. Теперь она говорила мне запомнить все, что касается Ганнера. Его мозолистые руки, ощущение щетины на моих бедрах, как он теребил мои волосы в своих руках. То, как он говорил со мной наравне, видел всю мою грубость и находил красоту, а не недостатки.

Мою любовь к нему.

Очередная волна вибраций вернула меня к телефону. Моя рука дрожала, когда я потянулась за ним.

Никки: «Муньека. Почему ты прячешься от меня?»

Я подавила вздох. Фотография Никки, прикованной к стулу в комнате, которая была мне слишком хорошо знакома. Он заполучил ее.

Никки: «Ради Никки, надеюсь, ты это прочитаешь. Потому что если нет, то она сделает очень счастливым человека, который ее купит. Подведешь ли ты Никки, как подвела своих родителей? Разве ты не говорила, это же твоя вина, что они ушли в ту ночь, Муньека?»

Никки: «Иди ко мне. Сейчас же».

Никки: «Одна, Муньека. Я узнаю, если ты сделаешь наоборот».

Мои пальцы были на клавиатуре, готовые ответить, когда раздался тихий стук в дверь. Моя голова резко повернулась на шум, задаваясь вопросом, не привиделось ли мне. Но после очередного глухого стука я на цыпочках подошла, чтобы открыть ее. Королева сук стояла с другой стороны. Она оглядела мое тело, а потом спящего Ганнера, отчего я хотела надрать ей задницу на месте.

Какого хрена ей нужно?

Я уже собиралась захлопнуть дверь, когда ее слова остановили меня на полпути.

— О, хорошо, твоя шлюшья задница проснулась. Марио хотел убедиться, что ты получила его сообщения, и напомнить, что он наблюдает, — насмехалась она. Жестокая улыбка была приклеена к ее лицу, наслаждаясь шоком на моем. — Он не сказал эту часть, но я буду рада, когда он продаст твою задницу. Ганнер должен стать моим, — кипела она.

Я была так ошеломлена, что даже не замахнулась на нее и не потребовала дополнительных ответов.

Через плечо она крикнула, уходя.

— У тебя есть десять минут, чтобы добраться до Лотерии, Муньека. Одна… — смех слетел с ее губ. Было ясно, что вся эта ситуация доставляет ей огромное удовольствие.

— Держу пари, сучка, которую он держит в заложниках, тоже этого заслуживает, раз она твоя подружка, — добавила она.

Мое зрение затопила ярость. Она должна была убежать, когда у нее был шанс, потому что теперь первоначальный шок прошел. И если бы она провела свое исследование, то знала бы, что я потрясающе быстро восстанавливаюсь и мщу с удвоенной силой.

Я наблюдала, как мои пальцы исчезают в крысином гнезде белокурой блондинки, крепко хватаясь за ее локоны и дергая. Я почувствовала, как волосы вырвались из ее головы. Ей повезло, что они наращенные, иначе ущерб был бы хуже. Крик вырвался из ее рта, прежде чем я зажала его свободной рукой, борясь с внутренним рвотным позывом при мысли о том, где был ее рот. Ее размахивание руками доказывало, что она понятия не имела, как драться. Она надеялась, что, вонзив когти в мои руки, освободится.

Неужели она забыла, как я дралась с здоровенным мужиком? Который буквально бил меня кулаками в лицо? Как, по ее мнению, навредят ногти, кроме того, что разозлят меня еще больше? Я прижала ее к стене, стараясь избегать любых дверей. Если я собираюсь добраться до Марио в одиночку, нельзя разбудить Ганнера или кого-либо из его братьев по клубу.

Я наклонилась вперед и прошептала ей на ухо:

— Слушай сюда, ты, жалкое подобие женщины. У меня есть дела поважнее, чем надрать тебе задницу, но я причиню тебе боль. Я отвечу сполна после того, как я разберусь с Марио, — сказала я, убедившись, что она услышала угрозу в моем голосе.

Всхлип вырвался, когда я потянула сильнее.

— Скольких женщин ты помогла ему продать? А? — спросила я, еще сильнее вдавливая ее лицо в стену. — Знают ли Скелеты, что ты работаешь на Жнецов? Мое предположение — нет. Видишь ли, твоя ошибка, Лолли, заключалась в том, что ты не знала, кто я, блять, такая. Я веду дела Лос-Муэртос здесь, в Тусоне. Я управляю Лотерией. И я знаю, что ты там не встречалась с Марио. Так где же вы с ним познакомилась, Лолли?

Я позволяю своему вопросу повиснуть в воздухе между нами. Ее тело напряглось от обвинения в предательстве. Она знала правила клуба, и как клубная шлюха, она была собственностью Скелетов. Пребывание со Жнецами в любом случае — причина для уничтожения.

Теплые слезы попали мне на руку, и я издала жестокий смешок.

— Да, ты выбрала не ту сучку. Ла Бруджита де Лос-Муэртос. Ты знаешь, что это значит, Лолли? — она отрицательно покачала головой, продолжая лить слезы. — Я ведьма мертвых, сука. И я вернусь, чтобы забрать твою душу для Эль Диабло, — прошептала я ей на ухо. Жажда крови, пульсирующая в моих венах, требовала, чтобы я ответила на призыв к насилию.

Без предупреждения я развернула ее, нанеся сильный удар в глазницу, хрупкая кость сломалась от силы. Прежде чем она успела кого-либо предупредить, мой левый хук попал ей в подбородок, вырубив ее при ударе. Я несколько мгновений смотрела на ее скомканное тело, прежде чем поняла, что мне нужно двигаться дальше, если я хочу попасть в график Марио. Мой желудок скрутило при воспоминании о том, как я подчинилась его воле. Теперь мне придется сделать это снова.

Я приоткрыла дверь комнаты Ганнера и заглянула внутрь, надеясь, что его спящая фигура не пошевелилась. В луче света, падающем из коридора, было видно, как его грудь поднимается и опускается под простыней. Вздох облегчения сорвался с моих губ, но сердце сжалось при мысли о том, что я собираюсь сделать. Хорошо, что он все еще спит. Я могу улизнуть отсюда и прийти одна, как того требовал Марио.

И он узнает. Он не настолько глуп, чтобы использовать Лолли в качестве крысы. Кто-то другой наблюдает за мной.

Меня всегда бесило в фильмах, когда люди убегали или персонажи не сообщали о том, что происходит. Но теперь я поняла. Теперь я видела, что взваливать бремя на свои плечи лучше, чем рисковать близкими. И я любила Ганнера. Я бы не стала втягивать его в эту историю, но и рисковать Никки тоже не буду. Отказ от поездки не вариант.

Бесшумно ступая, я собрала одежду и все остальное, что мне нужно. В конце концов, они проверят меня на наличие оружия, но я буду держать свой «Зиг» при себе как можно дольше. Я прикусила губу и, вопреки здравому смыслу, подкралась к кровати со стороны Ганнера. Мои пальцы жаждали прикоснуться к нему, но я знала, что не могу этого сделать. Я уже перешла все границы дозволенного. Зрение затуманивалось, чем дольше я смотрела на него. Несмотря на угрозу, которую сказала Лолли, не знаю, вернусь ли я. Не знаю, переживу ли то, что спланировал Марио. Не в силах сопротивляться, я наклонилась вперед и коснулась губами его лба, подавляя рыдание.

— Блять. Жаль, не сказала, что люблю тебя. Но думаю, учитывая обстоятельства, так будет лучше. Надеюсь, ты найдешь того, кто заставит твою душу петь так же, как твоя пела для меня.

Я взяла несколько секунд на то, чтобы прийти в себя, прежде чем спрятать эмоции в свой внутренний ящик. Хладнокровие и расчетливость — вот что мне нужно, если я хочу вытащить Никки. Потому что, хоть я и не знала, какой будет моя судьба, я освобожу подругу.

ГЛАВА 32

Райан

С ума сойти, как много всего может измениться за короткий промежуток времени.

Я никогда не испытывала страха, приезжая в Лотерию. Это всегда было похоже на возвращение домой. Но все изменилось. Теперь клуб казался холодным, враждебным — больше не тем местом, которое я любила.

Запятнанный и сломленный подлыми поступками человека, который, как я думала, спас меня.

Тот момент в переулке начал преследовать меня. Розовые очки того воспоминания исчезли, оставив разбитую и окровавленную реальность. Теперь видно, насколько я была похожа на многих девушек, которых спасла. Я тоже захвачена. Другие женщины, возможно, были куплены и проданы за деньги, но Марио выторговал мою жизнь предложением, которое я не могла отвергнуть.

Молчание — валюта моего плена.

Моя челюсть сжалась, и гнев запульсировал в венах. Падение Марио будет заключаться в том, что он посадил хищника в клетку, желая завладеть чем-то опасным, завернутым в красивую упаковку. Он привел меня в Лос-Муэртос и позволил процветать, дал мне место, где я могла жить в тени и охотиться. И утолить жажду крови, которая взывала ко мне. Я убивала виновных, но оказалось, что мои нити в руках такого же грешника.

Муньека. Я больше не его кукла. Теперь я иду пожинать души виновных людей и упиваться пролитой кровью.

Хруст гравия казался оглушительным на тихой парковке.

— Надеюсь, ты вернешься к своему владельцу, — пробормотала я, бросая ключи от украденного байка в одну из потертых кожаных седельных сумок.

Скелеты, по-видимому, никогда не боялись, что их байки украдут из комплекса. С другой стороны, нужно быть психом, чтобы попытаться это сделать. Или отчаявшимся. Но поскольку шлем, закрывающий все лицо, скрывал мою личность, охрана у ворот и глазом не моргнула. Или, поскольку потенциальным кандидатом на пост у ворот был этот сучий парнишка Рой, Марио, вероятно, сказал ему пропустить меня.

Арочный вход маячил передо мной. Так темно и жутко.

— Как поэтично, — вздох сорвался с моих губ. — По иронии судьбы, это именно то, чего Ганнер сказал мне не делать. Нет смысла пытаться скрыть свое прибытие, — пробормотала я, снимая куртку. Мне нужно нормально двигаться.

Марио знал, что я приду. Он забрал одного человека, ради которого я бы бросила все. Потом что рассказала ему о ней. Близость ко мне приносила опасность и душевную боль. Мое сердце сжалось при этой мысли.

— Время убрать засранцев, — сказала я, когда мои пальцы сомкнулись на рукоятке пистолета.

Никто никогда не верил, что женщина может быть кровожадной. И все глупые Армандо были настолько чертовски женоненавистническими, что никогда не утруждали себя тем, чтобы смотреть на женщину как на угрозу. Жаль, что они не проживут достаточно долго, чтобы исправить свои ошибки.

— Армандо, — окликнула я мудака, охраняющего дверь.

В тот момент, когда он повернулся, я всадила две пули ему в грудь. Запах пороха был как афродизиак для моего переполненного жаждой мести разума. Перешагнув через упавшее тело, я приподняла бровь, глядя на умирающий кусок мусора.

— Хорошо провел ночь? Было бы славно, если бы твой босс предупредил, что я сумасшедшая сучка, а?

Ответа не последовало, кроме крови, сочащейся из уголка его губ, и булькающего звука, исходящего из груди.

— Я видела тебя на той фотографии. Ты держал в руках наручники девушки. Скажи Эль Диабло, что я скоро увижусь с ним, — выплюнула я, прежде чем двинуться дальше в клуб.

Я всадила пули еще в троих виновных, окрасив стены их кровью, прежде чем небольшая армия встретила меня внутри, где располагалась главная сцена.

— Так мило с вашей стороны, собрались ради меня в одном месте. Хотя, я люблю охоту, так что, если ваши трусливые задницы решат сбежать… я с радостью за вами побегаю, — крикнула я, желая, чтобы каждый из них услышал правду моих слов.

Моя зловещая ухмылка стала только шире, когда люди Марио неловко зашевелились.

Больше не стоит их злить. Они слишком нервничали. Нельзя получить травму или умереть, не освободив Никки. Но я запечатлела в памяти каждое их лицо, пообещав уничтожить как можно больше этих ублюдков, прежде чем испущу свой последний вздох. Волна горя накрыла меня при мысли о том, что я, скорее всего, никогда больше не увижу Ганнера. Я закрыла глаза, пытаясь заглушить боль.

Нельзя давать слабину. Ради Никки.

Я заперла свои чувства, приглашая холодного убийцу, который скрывался прямо под поверхностью.

Надеюсь Никки умная, доберется до Ганнера и Декса после того, как я ее освобожу. Уверена, что Скелеты защитят ее и других моих девочек. Потому что, несмотря на то, что Лолли называли клубной шлюхой, о них хорошо заботились. К правилам Скелеты общества относились очень серьезно. А я не понимала, почему Серхио с самого начала хотел сотрудничать с ними. Теперь не знаю, что и думать.

— Муньека, прекрати дразнить моих людей.

Его голос заставил мои внутренности сжаться, миллион разных эмоций вспыхнули внутри. Марио вышел вперед из-за стены ненужных тел. Мои костяшки пальцев побелели, когда я крепче сжала пистолет. Он потащил Никки за волосы, и мне потребовалась вся выдержка, чтобы держать руки опущенными по бокам. Придется использовать все свои навыки, чтобы вытащить подругу отсюда как можно более невредимой.

Черт, было бы здорово, если бы Скар оказалась рядом. Эта сучка уже перестреляла бы всех мудаков в этой комнате.

Я как грубая сила, а Скар — настоящее изящество.

Голубые глаза встретились с моими; в них не было видно ни слезинки. Вместо этого на лице Никки было написано убийственное выражение, как у кровавой богини-воительницы. Моя грудь наполнилась гордостью.

— Муньека. Приятно видеть, что ты все еще следуешь инструкциям. Хотя, не было необходимости стрелять в четырех моих людей. Не нужно устраивать истерику, — цокнул он языком, в его голосе не было ни капли печали по поводу павших.

Этот ублюдок в бреду. Я беспечно пожала плечами, отказываясь попадаться на удочку.

— Мне не понравились их лица, — бросила я в ответ, скрестив руки на груди и крепко сжимая пистолет. Скоро они заберут его у меня, но мне нужно время, чтобы оценить ситуацию. У него не так уж много времени, чтобы спланировать побег. Слава Санта-Муэрте, Никки тоже работает здесь. Она знает все пути к отступлению, если я дам ей возможность. Найти брешь — самая сложная часть.

Гнев промелькнул на его лице, кулаки сжались, но он быстро взял себя в руки.

— Теперь я здесь, Марио. Отпусти Никки. Или ты теперь лжец?

Подтекст тяжело повис в воздухе. Он ненавидел, когда его допрашивали. Его слово — закон, и никому не позволялось идти против. Или подвергать сомнению. Как ему удавалось так долго заставлять меня подчиняться? Я как зверь в клетке; не видела руки, которая кормила меня, ведь эта же рука держала меня на привязи. Рука, которую я откушу к чертовой матери.

— Муньека, не будь тако глупой. Зачем мне отпускать ее, когда я могу получить вас обеих? И не указывай мне, что делать. Я здесь главный, — слюна полетела у него изо рта, когда он повысил голос. Люди, стоявшие рядом с ним, осторожно отодвинулись, стараясь не навлечь на себя его гнев.

— Нет, я не настолько глупа. Я надеялась, что ради твоего же блага ты тоже не будешь тупить, — заявила я.

В его глазах появилось расстроенное выражение.

— Ты не оставила мне другого выбора, кроме как напомнить, кому ты принадлежишь.

От его слов мой рот наполнился желчью.

— Пошел ты, Марио. Я никому не принадлежу, а если ты думал обратное, то спешу разочаровать.

Я чувствовала, как сзади ко мне подходят люди, чтобы разоружить меня. Желание закатить глаза от их попытки было сильным, но я сдержалась, позволив им подойти поближе. Крики раздались через несколько секунд после того, как я повернулась и выстрелила парню слева в голову.

В этом хаосе Марио крикнул:

— Не стреляйте в нее, просто схватите.

Никки взвизгнула, боясь за меня. Но я была слишком занята, разбираясь с человеком, которому подставила спину. Он прижал мои руки к бокам, удерживая, пока другой Армандо подбегал, чтобы забрать мой пистолет. Тупица. В тот момент, когда он приблизился, я нанесла сильный удар ногой в середину его груди, отчего он отлетел.

— Блять, — процедила я сквозь зубы, когда мои руки заломили за спину. Характерный звук застежек-молний прорвался сквозь шум, и твердый пластик впился мне в запястье. В последний момент я изменила положение своих рук. Оставляя немного места.

Запах сигарет ударил мне в нос, когда мудак позади меня наклонился близко, чтобы прошептать на ухо.

— Возможно, сейчас мы не сможем прикоснуться к тебе. Но когда Марио устанет, я буду трахать тебя снова и снова…

Медный привкус крови наполнил мой рот, я прикусила язык, чтобы промолчать. Мне нужно выждать время и выбрать подходящий момент, чтобы действовать. Но от осознания этого сдержанность не становилась легче.

— Теперь нечего сказать? Жаль, но мне нравится слышать, как женщина зовет на помощь, — он дернул мое тело в сторону, я упала на колени перед Марио. Его слова повторялись в моей голове. Все эти люди подписали себе смертный приговор.

Я скорбела о женщинах, которые думали, что никогда не будет справедливости за то, что они пережили. Хотелось бы сказать им, что эти монстры только что встретили своего убийцу. Эти ублюдки понятия не имели, с кем имеют дело, или на какие уровни я готова пойти ради мести.

Я дала молчаливую клятву. К концу этого мои руки будут обагрены кровью, и я сделаю корону из костей своих врагов, надену ее, сидя на своем троне. Прямо рядом с самим Эль Диабло.

Я оскалила свои окровавленные зубы на Марио, желая, чтобы он увидел монстра, которого спровоцировал.

— Те вой а матар[22], Марио.

Его челюсть дернулась, заставив мою улыбку стать шире.

— Отведите ее в комнату для допросов. Пора моей Муньеке вспомнить свое место, — дрожь в его голосе выдавала эмоции, которые он пытался скрыть. Он в шоке.

Когда меня подняли с колен, я крикнула:

— Готов поиграть, Марио? Потому что это моя любимая игра, и тебе следовало выбрать соперника попроще.

Гнев вспыхнул в его глазах, но также и сомнение. Марио не ожидал, что я буду сопротивляться, потому что раньше я этого никогда не делала. Я всегда оставалась внутри границ, которые он нарисовал для меня. Но теперь я знала свою силу.

Он не предал меня, потому что у него и не было моего доверия — только слепое повиновение.

Что же его сейчас спасет?

ГЛАВА 33

Ганнер

— Где она, блять? — взревел я.

Боль и гнев в моем голосе были почти осязаемы. Мои руки держали Лолли под мышками, прижав к стене, ее ноги болтались. Глаз заплыл, а лопнувшие кровеносные сосуды окрасили кожу в темно-фиолетовый цвет.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, Ганнер, — захныкала она, когда я наклонил свое лицо ближе.

— Не оскорбляй мой интеллект, Лолли.

— Ганнер, пожалуйста. Синяк от брата по клубу, — заявила она, и в ее голосе был явный страх.

Я издал гортанный рык, ударив кулаком рядом с ее головой. Гипсокартон покрыл ее и без того растрепанные волосы, она неловко стояла, я держал ее только за одну руку.

— Я чертовски хорошо знаю, что брат по клубу никогда так не сделает, — кипел я.

К этому времени шум привлек в коридор других людей, и все они стали свидетелями моей ярости. Краем глаза я увидел, как Декс подошел, но не вмешался.

— Если другой брат не причинит вреда женщине, не значит, что я не причиню. Что, черт возьми, ты сделала с Райан? Она это сделала с тобой, верно? — спросил я, стараясь говорить спокойно.

Еще один всхлип сорвался с ее губ, когда она оглянулась на братьев, ожидая, что кто-нибудь придет ей на помощь.

— Не хочешь говорить? Тогда скажи, кто из братьев ударил тебя, Лолли, — я повысил голос и указал на толпу позади нас. — Скажи нам всем, кто тебя ударил.

Ее единственный здоровый глаз расширился.

— Ганнер…

Она оправдывалась, но теперь ей придется назвать имя брата, если она продолжит эту ложь. Ее тело начало физически трясти, но я не мог вызвать в себе ни капли сочувствия.

Не тогда, когда я знал, что она имеет какое-то отношение к исчезновению Райан. Я увидел СМС, оставленную моей малышкой, с единственной строкой неотправленного текста на экране.

У Марио есть люди в Скелетах. Уверена, что ты найдешь предательницу, которую я оставила для тебя. Прости. Te quiero[23].

Это были единственные слова, которые Райан оставила после себя. Но я мог собрать воедино достаточно информации о том, что происходило, по сообщениям, которые она удалила. Вероятно, она не ожидала, что я загляну в удаленные файлы. Или, может быть, она сделала это специально. Женщина хитра и быстро соображала на ходу.

Мои пальцы впились в челюсть Лолли, заставляя ее посмотреть мне в глаза. Всякое подобие сдержанности исчезало, и хищник, которого держали на расстоянии, расхаживал по клетке, чтобы выбраться наружу. Я хотел, чтобы она увидела это в моих глазах. Большая рука опустилась мне на плечо. Я повернулся и встретил вопросительный взгляд Декса. Миллион невысказанных слов были написаны на его лице. Но я знал самый насущный вопрос и быстро, но уверенно кивнул ему.

Да, я доведу это дело до конца.

Его взгляд задержался еще на мгновение, прежде чем повернуться к Лолли.

— Расскажи ему то, что он хочет знать. Потому что ты стоишь между ним и женщиной, которую он любит, и поверь, он готов отказаться от всего ради нее, — заявил Декс. Его тон был ледяным.

Рыдание сорвалось с губ Лолли.

— Она в Лотерии. Марио сказал проверить, что Райан получила сообщения и отправилась туда одна. Он сказал, что она все выполнит, потому что взял в заложники ее лучшую подругу или что-то в этом роде.

Все тело Декса напряглось при упоминании Никки.

— Что, черт возьми, ты сказала? — низкое рычание было ужасающим, и оно направлено не на меня. Слезы и сопли текли по лицу Лолли, придавая ей жалкий вид.

— Он продает ее лучшую подругу. Сказал, что таким образом он вернет себе контроль над Райан, — всхлипнула она, ее слова едва можно разобрать.

Рядом со мной появилось еще одно тело. От появления Преса кожа Лолли побледнела. Раздался его глубокий голос, заставив всех замолчать.

— Откуда ты вообще знаешь Марио, Лолли? Где вы с ним познакомились? — спросил Прес угрожающим тоном.

Паническое выражение ее лица сказало нам все, что нужно было знать. Она тоже работала со Жнецами.

— Ганнер, вы с Дексом делайте то, что нужно. Мы позаботимся о Лолли, — Прес повернулся ко мне лицом. — Узнай, что им нужно от меня и Скелетов.

Я быстро кивнул, прежде чем направиться в свою комнату. Миллион сценариев о том, как это будет происходить, и о последствиях решений, пронеслись в голове. Мне не нужно было оглядываться, чтобы знать, что Декс преследовал меня, готовый действовать так, как я решу.

Дверь врезалась в стену, когда я ворвался в свою комнату, как на тропу войны, собирая то, что нужно. Связные мысли ускользали. Все, что хоть сколько-нибудь полезно, отлетало. Единственная мысленная картина, которую я смог сформировать, — это Райан, привязанная к стулу, к такому же, где сидел Спиннер. Его окровавленное и разбитое лицо заменилось лицом Райан.

Я вонзил кулаки в глазницы, пытаясь физически избавиться от этого видения. Раздался гортанный крик, и мне потребовалась минута, чтобы понять, что он исходит от меня.

— Блять! — вскрикнул я, и содержимое комода с грохотом упало на пол. — Я знаю этого ублюдка. Я знаю, на что он способен. Он на голову больной. Одержимость Марио, возможно, и спасала Райан раньше, но теперь…

Мое тело содрогнулось, когда я подумал о том, что он сделает с ней теперь, когда она больше не принадлежит ему. Наказания, через которые он ее подвергнет…

— Брат. Тебе нужно взять себя в руки. Сейчас же. Прибереги свой гребаный срыв для другого раза.

Я разлепил веки и уставился на гигантского мужчину, которого называл своим братом. Конечно, он прав. И, черт возьми, у меня никогда раньше не было проблем с этим.

Его каменное лицо смягчилось.

— Эй, даже не думай об этом. Я вижу все по твоему лицу. Ты сможешь вытащить ее оттуда, — голос Декса напрягся. — Их обеих. Потому что я не собираюсь проходить через потерю еще двух людей в своей жизни, — боль в его голосе сильнее разорвала мою истерзанную душу. Но вместо того, чтобы сделать меня слабее, боль разжигала жажду мести.

— У тебя никогда раньше не было такой реакции, потому что ты никогда раньше не любил женщину, Ганнер, — сказал Декс. Его слова врезались в меня, как грузовик.

Наверное, я был похож на разинувшую рот рыбу. Он сказал эти слова в коридоре, но я отмахнулся от них сгоряча. Но он прав. Я влюбился в латиноамериканскую красавицу, чей рот мог сразить наповал самого уверенного в себе мужчину и чье сердце так сильно болело за других, что она убежала в логово психа. Ее красота струилась из силы выдерживать бури, которые обрушивала на нее жизнь.

— Блять, я люблю ее, — пробормотал я. Эмоции застряли в горле.

Как она могла подумать, что недостойна любви и привязанности? И почему я никогда не говорил ей об этом? Теперь может быть слишком поздно. Глубокий голос Декса вернул меня к реальности.

— Как мы сыграем, Ганнер? Лотерия — территория Марио, и мы не провели никакой разведки этого места. Но, черт возьми, если мы будем ждать, пока они станут перевозить девочек, то можем опоздать.

Моя рука наткнулась на фальшивое дно ящика комода, отодвигая его, показывая тайник с припасами. Мне нравилось прятать свое дерьмо в доме, полном людей. Никогда не знаешь, кто наберется смелости и отправится на поиски.

— Райан, — я повернулся лицом к Дексу, бросив ему пару светошумовых. — Это территория Райан. Этот мудак просто временно занимает ее. И мы кое-кому позвоним.

Брови Декса удивленно взлетели вверх.

— Кому…

Злая ухмылка появилась на моем лице, когда я снял кофту.

— Цыпочке по имени Скар, которая установила всю систему безопасности Лотерии. Она тот же человек, который взломал систему несколько дней назад, чтобы получить для нас улики и видеозапись.

Я не думал, что брови Декса могут приблизиться к линии роста волос, но так и случилось. У меня не было времени посвятить его в подробности встречи. Мы говорили о том, что узнали, но не о том, как знакомая Райан это все узнала. Честно говоря, я не до конца понимал возможности Скар. Но знал, что она талантлива. И судя по тому, кто был в ее конспиративной квартире, у нее есть связи.

— Глаза и уши внутри. Вау, это лучший вариант, — сказал Декс.

Ворчание согласия сорвалось с моих губ, когда я подошел к своей кровати и полез под нее, вытаскивая черный футляр.

— Комната для допросов находится за стальной дверью с биометрическим замком, — я натянул черную кофту с длинным рукавом, прежде чем надеть куртку. — Ублюдок считает, что он в безопасности. Он, вероятно, думает, что когда я приду — потому что он знает, что я приду, — я не доберусь до нее. К несчастью, я знаю человека, который сможет взломать замок.

Я вставил патроны в свой «глок» и засунул его в кобуру, прежде чем взять другой пистолет и несколько дополнительных обойм и прикрепил их ко всем доступным местам на теле.

— Ну, черт возьми, эта миссия стала интересной, — ответил Декс.

Взяв телефон Райан, я пробежался по журналу звонков.

— Готовься, Декс. У нас много дерьма впереди, — объявил я, найдя номер.

Ухмылка моего брата была расстроенной, когда он потянулся за припасами на моей кровати.

Марио выбрал не ту гребаную женщину. Потому что мы с Дексом не спасательная группа; мы прикрытие. И ему следует бояться лисы, которую он впустил в свой курятник; я не сомневался, что она устроит там резню.

ГЛАВА 34

Райан

Ирония заключалась в том, что я была первой женщиной, которую связали в комнате для допросов, которую я сама же спроектировала. Плюсом было то, что все элементы, созданные для устрашения, не повлияли на меня. Голые кафельные стены и потолок меня не беспокоили, канализация, сделанная для смывания крови, меня не беспокоила, и тот факт, что я сидела на металлическом стуле со связанными за спиной руками под флуоресцентными лампами, меня не беспокоил.

— Ты в порядке, милая? — спросила я.

Марио оставил нас с Никки здесь одних — глупый ход. Я заглянула в угол комнаты; там не было зеленого света на камере, так что в данный момент за нами никто не наблюдал и не слушал.

— Я всегда ненавидела этого ублюдка. Но да, я в порядке, — ответила Никки.

Я украдкой взглянула на нее, не желая отрывать глаз от двери и камеры.

— Травмы есть? И почему, черт возьми, ты не уехала из города, как я сказала? — спросила я.

Никки издала глубокий вздох, звучавший совершенно измученно. Что заставило меня задуматься, как долго она была здесь с ним.

— Он нашел меня, Райан, — сказала она, смирившись.

Боль пронзила мою челюсть, когда я стиснула зубы, расстроенная тем, что ей пришлось терпеть Марио.

— Ахуеть, Никки. Я вижу, что нашел, — мои глаза закатились. — Но как? Знаешь что? Это даже не имеет значения. Теперь нам нужно выбраться отсюда…

Никки повернула голову в сторону, чтобы посмотреть на меня.

— Нет, блять. Не Марио, — выпалила она в ответ. — Меня нашел мой бывший муж.

— Espera, ¿Qué dijiste?[24] Бывший муж? — спросила я, ошеломленная.

— Ну, может и не бывший? Возможно, я все еще замужем за ним. Я не отправляла ему документы о разводе, понимаешь? — она на мгновение замолчала. — Отец продал меня этому мудаку, так что хрен знает, была ли я когда-либо законно замужем…

— В какой теленовелле я сейчас живу? Хорошо, мы вернемся к этой бомбе, которую ты сбросила, но как он относится к этому всему? — спросила я.

— На моей конспиративной квартире была записка от бывшего. И когда я пыталась придумать, куда еще пойти, появился Марио. Бросил меня в свой кабинет наверху, и теперь мы здесь, — ответила она.

Я повернула голову, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Никки, я вытащу тебя отсюда. Но тебе придется последовать моему примеру. И ты оставишь меня, когда появится возможность.

Она открыла рот, чтобы возразить, но я остановила ее.

— Нет, Никки. Ты должна оставить меня, найти Ганнера и Декса. Послушай, детка, я люблю тебя, ты жестокая и сильная. Но не настоящий боец.

— Да, но я умею стрелять, — запротестовала она. — Ты заставляла меня тренироваться.

Я улыбнулась при воспоминании, когда заставляла ее многократно выполнять упражнения по стрельбе, пока она не делала все правильно. Но я знала Никки, и она, вероятно, не стреляла уже несколько месяцев.

— Детка, я люблю тебя. Но я все время буду беспокоиться о твоей заднице. Так что, когда у тебя появится возможность, ты бросишь меня. Хорошо?

На ее глаза навернулись слезы. Особенность людей, которые прошли через какое-то дерьмо в своей жизни, заключалась в том, что мы, как правило, видели вещи такими, какие они есть, а не такими, какими мы хотели бы их видеть. Она так же хорошо, как и я, знала, что шансы на то, что мы обе выберемся отсюда, невелики.

— Прекрати, Райан. Мы уйдем отсюда. Ганнер придет за тобой; этот человек без ума от тебя. Он не позволит этому случиться, — сказала Никки, не готовая смотреть фактам в лицо.

Я мрачно улыбнулась ей.

— Он не знает, где мы, Никки. Я оставила телефон, чтобы он не смог меня выследить. Марио угрожал продать тебя, если я не приду одна, и у него были люди в МК. Я оставила записку ему, чтобы он не подумал, будто я предала его и бросила посреди ночи. Но я должна была убедиться, что он не найдет меня слишком быстро. Я не буду рисковать ни им, ни тобой, — тихо сказала я.

Никки опустила голову, одарив меня единственным кивком. С ее стороны комнаты донеслось всхлипывание. Но когда ее глаза встретились с моими, в них была решимость.

— Поняла. Трахни этих хуесосов, — сказала она.

Уголки моих губ приподнялись, но дверь открылась прежде, чем я успела что-то сказать. Жаль, что я не могла рассказать Никки больше подробностей, но, честно говоря, на данный момент план был расплывчатым. Нам придется реагировать на ходу и молиться Санта-Муэрте, чтобы все сработало.

Мудак, который шептал мне на ухо, вошел в дверь.

Ох, черт возьми, да. Это значительно облегчит освобождение Никки.

Я сохраняла нейтральное выражение лица, когда расправила плечи и переместила руки под кофту так, чтобы верх был прижат к спине, сохраняя осторожность в движениях.

— Так-так-так. Новые игрушки, — он подошел к Никки и заправил прядь ее светлых локонов за ухо. Злобное рычание сорвалось с ее губ.

Он цыкнул на нее.

— Очень жаль, что ты уже занята; какой-то большой шишкой из русской мафии, — его слова вызвали у подруги тихий вздох. Улыбка мудака стала шире.

— Значит, это правда. Сбежавшая невеста. Может быть, мне стоит попробовать товар и рассказать ему. Он же не ждет девственницу, верно? Ты шлюха, — он наклонился вперед, вдыхая аромат волос Никки. Она задохнулась от близости мерзкого существа.

Ублюдок, ты мертв.

Мои руки медленно скользнули вверх по спине, под спортивный бюстгальтер. Ощущение холодного металла коснулось моих пальцев, когда я дотянулась до лезвия, хранящегося в ремешке. Ублюдки решили, что раз я пришла с оружием наперевес, то оно лишь одно. Они не потрудились проверить. На Марио работают ленивые слабаки. На это я и рассчитывала. Слава Санта-Муэрте, я оказалась права.

В тот момент, когда я схватила лезвие, я перерезала застежку-молнию. Не заботясь о том, что могу зацепить кожу. Там итак много порезов и царапин.

— Эй, придурок. Оставь ее в покое, — крикнула я.

Очевидно, я единственная проводила допросы для Лос-Муэртос, или, по крайней мере, делала их хорошо. В противном случае они бы догадались связать мне руки над головой. Или, по крайней мере, привязать ноги к этому чертову стулу. Их ошибки приведут к гибели. И, надеюсь, к спасению Никки.

— Как, блять, ты меня назвала, сука? — внимание людоеда переключилось на меня. — С тобой я поиграю, как только босс закончит, — его большая рука ударила меня по щеке, отчего моя голова дернулась в сторону и запульсировала от боли. Мой язык коснулся рассеченной губы, когда я медленно повернулась к нему лицом.

— Пошел нахуй, — закипела я, выплевывая кровь ему в лицо.

Он издал рык и запустил пальцы в мои волосы, откидывая голову назад.

Никки вскрикнула, и я пожалела, что не могу сообщить ей о том, что со мной все в порядке, но я ничего не могла сделать, кроме как смотреть в глаза мертвеца.

— Сука. Я могу сказать, что ты не сотрудничала, — его свободная рука потянулась к пряжке ремня, и нахлынули воспоминания о Джимми в том переулке. Но они не пробудили ту испуганную девочку, которой я когда-то была. Нет, эти воспоминания подпитывали меня.

— Назовем это частью твоей подготовки, — сказал он, наклоняясь, чтобы провести языком по моей щеке.

— Урок первый, пендехо. Проверь сучку на наличие оружия, — прошептала я, вонзая лезвие ему в горло. Теплая кровь брызнула мне в лицо, я выдернула лезвие, чтобы снова ударить.

Хлюпающие и булькающие звуки были музыкой для моих ушей. Он отшатнулся назад, прежде чем рухнуть на пол, схватившись за то место, где из его тела сочилась кровь.

Никки вскрикнула от удивления. Она никогда не была частью Лос-Муэртос, поэтому я не знала, со сколькими трупами она столкнулась, но сегодня она уже стала свидетелем того, как я убила нескольких. Я надеялась, что она сможет держать себя в руках, чтобы выбраться отсюда.

Я присела на корточки, наблюдая, как он хватал ртом воздух.

— Трудно дышать с дырой в горле, а, Армандо? Никто из вас не провел исследований, не так ли? Решили, что я одна из сучек Марио, какая-то слабая маленькая девочка, которую он спас. Нет… я тот, кого ты должен бояться, — я рассмеялась, увидев, как расширились его глаза.

— Хотя я бы с удовольствием потратила время, заставляя тебя сожалеть обо всех твоих жизненных решениях, но мы торопимся, — встав, я нанесла удар ногой по его ребрам, когда двинулась к Никки. — Кстати, вы, тупые ублюдки, научитесь правильно привязывать пленника.

У Никки был дикий взгляд, когда я подошла.

— Охренеть. Ты можешь освободить меня, и мы обе сбежим. Тогда ты бросишься в объятия своего мужчины, скажешь, что любишь его, и все такое. Черт возьми, ты можешь трахнуть его на стоянке и раскрыть свой талант к вуайеризму[25]. Но мы обе можем выбраться отсюда, Райан, — поторопила она.

Никки что-то бормотала, отчаянно пытаясь уговорить меня пойти с ней.

— Никки, детка. Все, мы только обезвредили одного. Люди Марио, может быть, и тупицы, но цифры помогают уравнять шансы. Черт…

Я подняла глаза, чтобы проверить камеру; лампочка включена. Пройдет совсем немного времени, прежде чем он ворвется сюда, если наблюдает за нами.

— Но, Райан… — прошептала она.

Я схватила Никки за плечи. Слезы текли по ее щекам. Мои большие пальцы смахнули набежавшие слезы, но их стало еще больше. Не в силах смотреть на лицо моей сестры, я притянула ее к своей груди, обнимая. Никки держалась за меня, как за спасательный плот, единственное, что удерживало ее на плаву во время шторма. Я просто надеялась, что смогу помочь ей.

— Никки, детка. Скажи ему, что я любила его. Хорошо? — я задохнулась, мое зрение затуманилось.

Все ее тело сотрясалось, она рыдала мне в грудь. Тихие слезы катились по лицу, их соленость смешивалась с медным привкусом крови.

Она не могла вымолвить ни слова, но я почувствовала, как ее щека потерлась о мою грудь.

— Хорошо, я проверю пендехо на наличие оружия, хорошо? И тебе нужно постараться запомнить, как правильно стрелять, — сказала я ей в волосы, радуясь, что с ее губ сорвался тихий смешок. Мне нужно, чтобы в Никки было немного огня, если я хочу вытащить ее отсюда.

— Боже, надеюсь, у тебя два пистолета, — пробормотала я, обыскивая Армандо.

Я сунула найденный «глок» в руку Никки.

— Не стреляй в меня. Или себя. Поняла?

Она закатила глаза. Я не думала, что она сделает подобное, но, учитывая нашу ситуацию, мне нужно устранить все возможные подводные камни. Мы остановились рядом с дверью, прислушиваясь к любому шуму снаружи. Я была потрясена, что сюда еще никто не ворвался.

Разве они не видели гигантского мужчину, лежащего в луже крови, и двух женщин, пытающихся сбежать?

Я заглянула в щель в двери, но никого не увидела. Но я ни черта не могла разглядеть.

— Что ж, Никс, пошалим, — прошептала я.

— Мой любимый способ прожить жизнь. Очевидно, нет гарантий на спасение, так что давай рискнем… и потом трахнем, кого захотим, — ответила она.

Я сморщила нос и посмотрела на нее через плечо.

— Мы буквально в плену у психопата, а твоя речь о том, что ты потом будешь трахаться с кем хочешь?

— Да, Райан, — нахально ответила она. — Тебя заставляли вступать в брак по принципу «один и тот же член навсегда»? А потом ты убегала, но попадала в плен картелю с угрозой отправиться обратно к русскому мафиознику? Нет? Тогда ты не получишь права голоса за мою речь, произнесенную в последний момент жизни.

— Подожди, — крикнула я шепотом, — Ты не говорила, что он был русским авторитетом или что Марио угрожал продать тебя ему обратно, — мои пальцы сжали переносицу.

— Я была слишком занята, чтобы уделить время такому рассказу, Райан, — ответила она, как будто это я вела себя неразумно.

Мы были в нескольких секундах от потенциальной смерти, но все еще вели такие разговоры. Это так похоже на нас. Я не могла сдержать грустной улыбки, которая появилась на моем лице, потому что я не знала, будет ли у меня еще один подобный разговор с Никки.

— Окей, трахаем, кого хотим, — ответила я.

Улыбка на лице Никки была зеркальным отражением моей. Мы проигнорировали тот факт, что, как только я открываю дверь, Никки бежит по коридору к выходу, а я… нет.

Крики вернули мое внимание к двери.

— Время вышло, — крикнула я через плечо. Мы выбежали в коридор. Я подтолкнула Никки к пожарному выходу, когда голоса стали громче.

— Беги, Никки.

Я повернулась, чтобы отвлечь людей, завернувших за угол, когда от Никки раздался выстрел, попавший в цель.

— Детка, это было здорово и все такое, но никогда больше так не делай, когда я стою перед тобой. А теперь беги! — крикнула я через свое, к счастью, невредимое плечо.

Не дожидаясь ответа Никки, я побежала вперед, чтобы задержать мужика. Он был большим ублюдком, но медлительным, так что мне пришлось использовать свою скорость, чтобы у Никки осталось время добраться до конца коридора. Он вытащил свое огнестрельное оружие, но выругался и спрятал его. Полагаю, его приказом было убедиться, что мы живы. Этот момент дорого ему обошелся, и я нанесла правый хук ему в висок.

— Ебучая сука, — заорал он, врезавшись в стену.

В коридоре зазвучал сигнал тревоги, и я вздохнула с облегчением. Никки добралась до двери пожарного выхода. Скарлет установила сигнализацию на всех наружных дверях в этой части Лотерии.

Блять. Время снова попасть в плен.

Я стояла неподвижно, позволяя его мясистому кулаку врезаться мне в живот, сгибаясь в последнюю минуту, чтобы смягчить удар.

Но все равно согнулась пополам, и попыталась увернуться, чтобы избежать нацеленного мне в голову колена, но я была слишком медлительна. Все потемнело, когда в моем сознании промелькнули вспышки Ганнера.

ГЛАВА 35

Ганнер

Декс оказался прав.

Я был способен и квалифицирован для такого рода ситуаций. Поэтому я запихнул все эмоции в коробку и крепко запер это дерьмо. Нужна трезвая голова, потому что теперь я выбрасывал все свои планы в гребаное окно. Но только потому, что все шло не по плану, не означало, что я все сделаю вполсилы. Марио одержал верх; мне нужно уравнять шансы. Дерьмо, которое случилось после, стало бы проблемой для меня в будущем, потому что Бог знал, что будут гребаные проблемы.

Декс молча последовал за мной, когда я побежал к внедорожнику. Мотоцикл не обеспечит отличное прикрытие в перестрелке, и будет трудно ехать с тем небольшим арсеналом, который я взял с собой. Захлопнув дверь, я медленно попытался осознать происходящее. Грубая рука Декса накрыла мою поверх ключей в замке зажигания.

— Ты уверен, что хочешь сделать это? Я полностью согласен, брат, но мне нужно знать, действительно ли ты хочешь. Я уверен, что Прес готов…

Я прервал его прежде, чем он успел закончить.

— Тогда будет кровавая бойня, Декс, и Райан моя. Я, блять, не собираюсь отказываться от единственной вещи, которую хочу единственный раз в жизни. Я отказался от всего. Её я точно не отдам, — ответил я.

Гордая улыбка расцвела на его лице, когда он убрал руку. В течение многих лет мы не сходились во взглядах на идею справедливости. Но теперь все встало на свои места. Окровавленные руки иногда справлялись с работой лучше, чем чистые.

— Я разрисую стены кровью того, кто встанет между мной и Райан, и принесу ей их головы, — пообещал я.

— Знаешь, для нормальных цыпочек, я бы сказал, это не лучшая идея подарка. Но для Райан… нет ничего лучше, чем приносить отрезанные части тела, — дерзко ответил Декс.

В машине раздался звонок, я молча умолял, что это Скар. Я ничего не знал об этой женщине, но из того небольшого фрагмента ее работы, который я видел, убедился, что она профи.

— Райан. Что случилось? — ответила Скар с легкой ноткой паники.

— Это не Райан. Но она в беде.

Тишина на другом конце провода была оглушительной, но я воспринял это как хороший знак, что не услышал сброса звонка.

— Что от меня нужно? Я помогу, чем смогу, но знай, что я больше не в Тусоне, — ответила она.

Я вздохнул с облегчением от ее слов.

— Мне нужен доступ к биометрически заблокированным частям Лотерии, и доступ к записи с камеры, чтобы я знал, где Райан находится в здании, — я поморщился, зная, что понадобиться больше, но не уверен, стоит ли спрашивать. Райан и Скар подруги, но значение «друзья» в криминальном мире отличалось. Я не знал, на чем закончится щедрость Скар, поэтому начал с того, что мне нужно в первую очередь.

— Тебе понадобится нечто большее. Я знаю, что ты привык работать с дерьмовыми ресурсами и интеллектом, но я все делаю не так. Скину сообщение. Там чертежи клуба и ссылка для просмотра прямых трансляций со всех камер, — послышался звук щелчка по клавиатуре. Будто у нее двадцать пальцев, она печатала с немыслимой скоростью. — Ну, наша девочка в настоящее время проделывает дыры в людях, — небрежно объявила Скар.

Мои глаза расширились, когда я попытался нажать на ссылку. Это крайне неподходящее время для возбуждения, но, черт возьми, она такая секси, когда кровожадна. Я оттянул штаны, освобождая больше места для члена. Декс хихикнул рядом со мной. Не очень осторожное движение, как я думал.

— Я буду следить за трансляциями, пока вы с Дексом едете…

То, как он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, было комично. Сложив ладони рупором у рта, он прошептал:

— Она волшебница, Гарри.

Я закатил глаза.

— Чертовски верно, я волшебница. Теперь слушайте, это важно. Мне придется перевести систему в режим аварийного питания. Это единственный способ обойти биометрические сканеры. Весь свет погаснет, и сработает аварийное освещение. Имейте в виду, что также будет звучать чертовски раздражающий сигнал тревоги, но хаос вам поможет. Для входа в двери по-прежнему будет требоваться код, но сканер будет отключен. Я изменю код на четыре нуля, когда вы приедете. Понятно? — спросила она.

— Черт, ты потрясающая, Скар. Даже не знаю, как отблагодарить, но спасибо тебе за помощь, — ответил я, огромный груз свалился с моих плеч с тех пор.

— Назовем это обменом услугами. Когда ты мне понадобишься в будущем, вспомни этот момент, — она сделала паузу. — А еще… Райан заслуживает быть счастливой и вырваться из-под каблука этого мудака.

Я кивнул в знак согласия, хотя Скар не видела этого движения. Мой палец завис над кнопкой завершения вызова, когда ее голос снова раздался в салоне внедорожника.

— О, и еще кое-что… тебе лучше вытащить ее оттуда, иначе я выслежу тебя. Понял, спецагент Макгрегор? — сказала она, ее тон был убийственным, прежде чем звонок сбросился.

Даже если бы она оставалась на линии, я бы не смог придумать ответ. Скар удалось раскрыть секретное досье на уровне ФБР и узнать личность менее чем за семьдесят два часа. В течение двадцати четырех месяцев я был Ганнером, сержантом по оружию Скелетов общества. В моих записях указаны сроки в окружных тюрьмах, опыт работы в местных заведениях Скелетов и родители, которые жили в Скоттсдейле. Черт, даже мой фальшивый любимый цвет синий. Цвет, о котором я сказал Райан, мне не подходил, потому что это не правда. Все мое существование сфабриковано, кроме смысла прозвища. Снайпер-разведчик в морской пехоте в течение восьми лет — чертовски веская причина для прозвища «Ганнер»[26].

— Как, черт возьми, она это узнала? — спросил Декс, проводя рукой по волосам. — Никто из парней не подозревал, кто ты такой почти два года.

— Блять. У нее был сканер всего тела, но я думал, что мое прикрытие будет достаточно герметичным… не думаю, что именно это меня выдало, — ответил я, вспоминая каждый момент встречи. Декс сидел тихо, ожидая, пока мой мозг попытается разобраться, как все это произошло.

Я фыркнул.

— Я сразу понял, что этот придурок узнал меня, — пробормотал я. — Помнишь Калеба Каллахана?

Брови Декса нахмурились, когда он попытался вспомнить имя, прежде чем его осенило.

— Срань господня. Из Ирландской мафии, Калеб Каллахан? — спросил он.

— Да. Он был на конспиративной квартире Скар. Понятия не имею, почему. Надеялся, что он не узнает меня с того времени, когда я был в Нью-Йорке, но, похоже, я тогда ему сильно запомнился.

Я чертовски хорошо знал, что мне придется держать рот на замке насчет Скар. ФБР с удовольствием заполучило бы ее в свои руки, и тогда они пригрозят ей бездонной, темной дырой. Новый уровень шока поразил меня, когда я понял, что она знала, кто я такой, и все равно помогла.

Придя в себя от шока, я завел внедорожник.

— Она не единственная узнает, что я отклоняюсь от плана. Нам нужно поторапливаться, пока все не просочилось, — я посмотрел через плечо на Декса. — Если захочешь уйти, я пойму. Твоя сделка заключалась в том, чтобы помочь мне собрать информацию и уничтожить Марио. Ты не подписывался на другое дерьмо, — заявил я.

Ухмылка на лице Декса была ужасающей.

— Ганнер, я выбрал жизнь байкера вне закона после того, как мы вышли, помнишь? Я живу ради этого дерьма. Кроме того, я избил чью-то задницу до полусмерти, и с самого начала втянул тебя во всю эту ситуацию. Я всегда жил ради самосуда, — заявил он, захлопнув журнал, подчеркивая свой план довести дело до конца.

— В Вальхаллу[27], брат, — сказал я, снова сосредоточившись на дороге.

ГЛАВА 36

Райан

Мой мозг едва осознавал, что стон исходит от меня.

Вот что, наверное, чувствуешь, когда тебя сбивает машина.

Теплая струйка побежала по моему лицу, давая осознать, по крайней мере, одну травму. Слабый запах чистящего средства подсказал, где меня держат. Не знаю, одна я или нет. Из-за звона в ушах от удара было слишком трудно разобрать звуки.

Черт, заметка для себя. Не подставляй висок к гребаному колену.

На случай, если у меня компания, я старалась очнуться незаметно. Мои руки заведены за спину; на этот раз не будет ни места для маневра, ни ножа, спрятанного в лифчике. Но положительным моментом было то, что ноги остались свободными, и они не сильно скрутили руки. Должно быть, они включили камеру после того, как я освободилась от наручников. Зачем повторять ту же ошибку? Мои глаза распахнулись при звуке того, что кто-то вошел.

— Зачем, Муньека? Почему ты так злишь меня? — спросил Марио.

Его обычно лощеный вид был растрепан. Выглядел так, будто пытался вырвать волосы. На его рубашке не хватало четырех верхних пуговиц, а спереди виднелись пятна крови. Я подавила вздох, когда его глаза встретились с моими — он выглядел сумасшедшим.

Я не знала, что Марио сделает со мной. Будет ли его гребаной любви ко мне достаточно, чтобы сохранить мне жизнь? Или, может быть, это причина, по которой он покончит со мной.

— Пошел ты, Марио. Злю тебя? Вы с Серхио решили действовать за моей спиной и строить планы против меня, — мой голос дрожал. Но не со страхом — с чистой яростью.

Это их вина, что я здесь, привязанная к стулу, истекаю кровью. Как он смеет говорить со мной так, будто я навлекла это на себя?

Жестокий смех сорвался с губ Марио.

— Серхио? Думаешь, он все знает? — он придвинулся ближе, нежно проводя пальцами по моему лицу, размазывая мою кровь. Уставился на меня, как на ценную вещь. — Скажи, Муньека, ты не задавалась вопросом, почему Серхио не отвечает, когда ты ему звонишь? — он прищурил глаза. — Ты всегда была хорошей маленькой псевдодочерью, да? — спросил он, его голос был пропитан ядом.

Его слова заставили меня задуматься. Я задавалась вопросом, почему Серхио не отвечает. Думала, он избегает меня. Серхио был частью головоломки, которая не складывалась. Мое отсутствие ответа подстегнуло Марио, его садистская ухмылка стала шире.

— Он был слаб, — крикнул он, заставив меня слегка вздрогнуть.

Черт, он сходит с ума.

Это делало его непредсказуемым. И я не уверена, что он не причинит мне вреда.

— Он хотел отпустить тебя, Муньека. Он сказал, что ты заслуживаешь свободы от Лос-Муэртос… от меня, — сплюнул он, когда его пальцы нашли порез, скрытый в линии моих волос, прижимая свежую рану.

Я зашипела, но отказалась давать ему что-либо еще.

— Чего он хотел? Он хотел забрать тебя у меня, — Марио энергично закивал головой, отвечая на свой риторический вопрос. Он схватил свободной рукой прядь волос у меня на макушке и повернул мою голову так, что я была вынуждена посмотреть на него. Он улыбнулся боли, которую причинял мне. Именно тогда я заметила, что его зрачки расширились, и он подергивал носом.

— Вот почему он с самого начала нанял Скелетов, хотя я сказал ему… я сказал ему, что мы теряем деньги, не участвуя в продаже людей. Но он не послушал! — взревел он.

— Где он, Марио? — спросила я, хотя и знала ответ.

Окровавленные пальцы ласково погладили мое лицо, прежде чем сжать мою челюсть так сильно, что зубы врезались в щеки.

— Он ушел, Муньека. Я главарь Лос-Муэртос. И ты, моя королева. Как только я напомню тебе о твоем месте, — он прижался своими губами к моим.

Я с отвращением отдернула голову назад.

— Пошел нахуй, Марио, — я врезалась головой в его.

Он взревел от боли, из его носа хлынула кровь. Я улыбнулась, мои зубы были покрыты кровью.

— Сдохни, Марио. Я не твоя королева. Я Ла-Бруджита, и здесь, чтобы пожать твою душу для Эль Диабло.

Он расхаживал передо мной, похожий на зверя в клетке. Вытирая кровь, все еще капающую из его явно сломанного носа.

— Думаешь, этот мужик хочет тебя? — Марио провел рукой вверх и вниз по моему телу. — Нет, Муньека. У него не хватает порядочности сказать тебе правду. Ты совсем его не знаешь и думаешь, что ты ему небезразлична? — жестокий смех сорвался с его губ. — Ты отвлекающий маневр, теплая пизда, в которую он может засунуть свой член, выжидая удобного момента. Но не волнуйся. Он тоже скоро сдохнет.

Я покраснела от его слов. Угрозы мне ничего не дали, но я не позволю ему причинить вред Ганнеру. Я дернулась из стула, бросившись на Марио с боевым кличем. Наши тела соприкоснулись, и мы растянулись на полу. Телом Марио я остановила падение, так как мои руки все еще связаны за спиной. Перекатившись на бок, я попыталась встать на ноги, прежде чем Марио сообразил, как меня прижать.

Черт, вот до чего довела тебя забота о людях. Сражаешься с руками, связанными за спиной.

Хорошо, что у Марио завышенная самооценка, и он никогда в жизни не дрался.

— Он говорил правду, Марио. Я действительно выкрикиваю его имя, пока он трахает меня, — усмехнулась я, пытаясь отвлечь его, пока соображала, что, черт возьми, делать.

— Ты тупая сука, — он встал и покачал головой. — Какое из его имен ты выкрикиваешь? — спросил он с холодной ухмылкой на лице.

Прежде чем я успела осознать, что за дерьмо вылетело изо рта Марио, по зданию прогремел взрыв, отбросивший меня в сторону. Мое плечо и бедро ударились о бетонный пол. Свет погас, включив аварийное красное освещение, и дверь в комнату для допросов распахнулась. Надежда наполнила мое тело. Может быть, Никки добралась до Ганнера, и они пришли за мной. Но эта надежда рухнула, когда вошел еще один член засранцев Марио.

— Босс, у нас серьезные проблемы. Здание под атакой.

Из коридора доносились крики, и каждые несколько мгновений мимо открытой двери пробегало тело. Марио повернулся ко мне спиной и, казалось, взвешивал свои варианты относительно того, что делать. Осторожно, чтобы не привлекать к себе внимания, я пыталась просунуть ноги в петлю для скованных рук. Пусть они и будут связаны, но держать их спереди гораздо лучше.

Но Марио оглянулся через плечо, прежде чем я успела закончить. Ярость промелькнула на его лице. В два шага он оказался рядом со мной, держа пистолет наготове. Кончик ствола впился мне в висок, заставляя мою грудь вздыматься. Я не боялась смерти. Я всегда думала, что моя жизнь на этой земле оборвется из-за профессии. Но я была в ярости. Потому что хотела для начала убить Марио.

— Все, что тебе нужно было сделать — это подчиниться! — закричал он, и нити его рассудка распутались.

Мой ответ пропал, когда я услышала, как кто-то меня зовет. Голова Марио повернулась к двери одновременно с моей. Охранник высунул голову в коридор, оценивая, что происходит за пределами комнаты.

— Этот байкер идет, босс.

Сердце пропустило удар при этих словах, прежде чем упасть в желудок. Мои эмоции были в состоянии войны, не знаю, в восторге я или в ужасе от того, что Ганнер здесь. Безумные глаза Марио встретились с моими, и меня охватила паника.

— Ну, Муньека, какое прекрасное наказание для тебя. Твой возлюбленный вот-вот встретит свою кончину, пока ты заперта в этой комнате.

Гортанный крик сорвался с моих губ, но он был недолгим, когда Марио опустил приклад своего пистолета мне на голову. Слава Санта-Муэрте, этот засранец не знал, как правильно вырубить человека.

Я попыталась подняться и добраться до него прежде, чем он доберется до Ганнера. Но дверь захлопнулась, когда я подошла к ней, и услышала, как Марио попытался включить замок, но он так и не защелкнулся. Мои зубы разорвали конец пластиковой стяжки на руках, натянув ее, ранив кожу на запястье. Разрывать стяжки ужасно, но боль не ощущалась из-за адреналина, бурлящего внутри. Оттолкнувшись локтями назад, я сломала их до конца.

— Отличная работа, сучка, — знакомый голос прозвучал сверху, я нахмурилась в замешательстве. — А теперь тащи свою задницу в грузовой отсек. Твоему мужчине нужна помощь, и я бы поторопилась, если хочешь позаботиться о Марио до того, как это сделают власти.

— Скар? — спросила я.

— Ага. Твой попросил об одолжении. А теперь начинай, — ответила она через динамики.

Я потянулась к металлической ручке.

— О, и Райан… не будь слишком строга к нему, когда узнаешь правду…

ГЛАВА 37

Райан

У меня не было времени спросить, о чем она говорит. Пробежав по заброшенному коридору, я последовала за звуками мужских криков. Их голоса были заглушены выстрелами. Хорошо, что я знала клуб как свои пять пальцев, потому что трудно разглядеть все сквозь туманную дымку, висевшую в воздухе. Я присела на корточки в конце коридора. Передо мной лежал один из людей Марио. Пулевое отверстие прямо между глаз вызвало улыбку на моем лице, когда я подкралась вперед, чтобы осмотреть пистолет, лежащий рядом с ним.

— Черт возьми, — пробормотала я.

Один патрон. Мои руки обшарили его все еще теплое тело в поисках другого оружия, поскольку запас боеприпасов дерьмовый.

— Слава Санта-Муэрте, у тебя есть нож, — прошептала я, засовывая лезвие за пояс и высовывая голову из-за ящика. Должно быть, взорвалась светошумовая или дымовая шашка, потому что ничерта не видно. Слева от меня раздались крики на испанском, что дало хорошее представление о том, где прятались люди Марио. У меня не было времени сидеть и обдумывать свой следующий шаг, поэтому я побежала на крики. Никто меня не ждал, и от этого я становилась идеальным охотником. Я сменила пистолет на лезвие, его вес приносил мне утешение.

— Мерда. Есте гринго ес комо ан Сегадор[28], — кричали они.

Я приподняла бровь, глядя на двух членов Лос-Муэртос, скорчившихся за стеллажом. Жнец. Казалось, Ганнер или кто там еще произвел вполне приличное впечатление. Но им следовало быть более внимательными, потому что их убьет совершенно другой.

Я молча рванула вперед.

Звуки удушья заполнили пространство. Через плечо моей жертвы я наблюдала, как глаза другого мужчины расширились от удивления и ужаса, когда он увидел, как из горла его партнера течет кровь.

— Прощай, чико, — прошептала я, отпуская умирающего и бросаясь вперед.

Воспользовавшись его шоковым состоянием, я вонзила лезвие ему в сонную артерию. Его руки взлетели к горлу, и он в ужасе уставился на свою жизненную силу, покрывающую его руки. Тело обмякло. Звуки смерти были заглушены новыми выстрелами и криками. Присев на корточки, я вытерла кровь, покрывавшую лезвие.

— Спасибо за твою рубашку. От крови нож скользкий. Трудно вонзить нож в другого мудака, если он выскользнет из рук. Понимаешь? О, и смерть от прокола сонной артерии не так быстра, как показывают в фильмах, да? У твоего друга остановилось сердце из-за недостатка крови в мозгу… но тебе требуется больше времени. Хочешь знать мое предположение, почему? Думаю, потому что Эль Диабло хочет, чтобы ты страдал за то дерьмо, которое ты сделал с женщинами, — я плюнула в него.

Даже в предсмертном состоянии глаза мужчины расширились. Я узнала этот кусок дерьма в тот момент, когда его глаза встретились с моими. Он был на снимке у Скар, и он заслужил каждый мучительный вдох. Я вынула обойму из пистолета, который он выронил, когда я ударила его ножом, и проверила, сколько осталось патронов — пусто. То же самое и у его приятеля.

Пуля отскочила от металлической перекладины стеллажа, за которым я пряталась.

— Чинга ту мадре, — выругалась я себе под нос.

Проблема с тем, чтобы оставаться незаметной, заключалась в том, что я не могла позволить Ганнеру и тому, кого он привел с собой, узнать, где я нахожусь. Я собралась уйти в другое место, когда в грузовом отсеке раздался крик.

— Если ты не хочешь, чтобы мои люди воткнули нож в живот этой сучке, я предлагаю тебе сейчас же выйти, — крикнул Марио.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, когда я двинулась, чтобы посмотреть, где находится Марио.

«Пожалуйста, не заглатывай наживку, Ганнер», — мысленно взмолилась я, надеясь, что он не сдастся ради меня. Марио и два лакея были зажаты за ящиком примерно в пятнадцати футах передо мной. От ящика оторвались куски, и повсюду валялись тела — все они убиты одним выстрелом. Точность впечатляющая.

Нерешительность терзала меня, когда Ганнер вышел на открытое место, его руки были подняты в знак капитуляции, пистолет свободно держался в ладони.

— Ладно, придурок. Я здесь. Отзови от нее своих шавок, — заявил Ганнер, медленно опуская пистолет и отбрасывая его ногой.

— Кофта, — сказал Марио.

Ганнер поднял ее, показывая, что за поясом у него больше нет оружия. Мои глаза мгновенно метнулись к тени позади Ганнера. Марио слишком глуп и под кайфом, чтобы заметить, что выстрелы, убившие его людей, были сделаны не из пистолета. А из снайперской винтовки. И я скрестила все пальцы, надеясь, что Декс держит Марио на прицеле.

— Гребаный торговец оружием не разбирается в оружии? — усмехнулась я.

По-прежнему оставалась проблема неизвестности, кто с Ганнером. Или он вообще один. Вдруг у них какой-то план, который я провалю, если убегу, что еще хуже, не убегу? Пригнувшись еще ниже, я мысленно наметила самый быстрый способ добраться до своей цели. Я понятия не имела, как это будет происходить, но будь я проклята, если споткнусь об один из этих кусков дерьма, валяющихся на полу.

— Иди сюда и не думай о том, чтобы выкинуть какую-нибудь глупость, иначе я прикажу выпотрошить свою Муньеку, — крикнул Марио. Все тело Ганнера напряглось от этой угрозы.

Марио вытолкнул одного из своих людей из-за укрытия, заставив его пойти за Ганнером.

— Пошел ты, Марио, — выплюнул Ганнер, приближаясь.

Марио ударил его кулаком в живот, прежде чем отправить другой кулак в челюсть Ганнера. Вздох сорвался с моих губ прежде, чем я смогла его остановить, и я увидела, как на лице Марио появилась зловещая ухмылка.

Он знал, что я больше не в той комнате. Он пытался выманить меня. Мне нужно сказать Ганнеру, прежде чем он превратился в боксерскую грушу, что я не привязана к стулу.

Марио идиот. Неужели он так легко забыл, что я сделала, чтобы отомстить за своих родителей? Влюбленность в Ганнера сделала меня смертоноснее, а не слабее. Приняв решение, я сосредоточилась, позволив своему разуму проясниться, прежде чем нажать на курок. По складу разнесся крик. Человек, стоявший за ящиком, схватился за живот и закричал от боли и страха.

Голова Ганнера дернулась вверх, отмечая, что выстрел был произведен не из снайперского гнезда, которое он покинул. Я не смогла бы застрелить Марио или того придурка, который держал Ганнера. Они слишком близко, могу попасть не в того. Но сообщение было получено в тот момент, когда я попала в цель. Надежда мелькнула на лице Ганнера, когда он понял, что меня не держат в заложниках. Но хмурый взгляд быстро сменил его. Я уверена, он думал о том же, о чем и я. Как мы могли разработать план, даже не разговаривая?

— Муньека, это было не очень приятно. Ты хочешь убить своих собратьев-муэрто? — крикнул Марио, обыскивая комнату.

Я позволила тишине повиснуть в воздухе, зная, что Марио ненавидит, когда его заставляют ждать. От волнения он выглядел неряшливым. Но еще безрассудным.

— Отвечай мне! — закричал он, дергая себя за волосы. Я видела безумный взгляд в его глазах и то, как его грудь поднималась и опускалась от затрудненного дыхания.

— Не смей отвечать, любимая. Убирайся отсюда. Сейчас же, — крикнул Ганнер. В следующее мгновение его голова дернулась в сторону, когда Марио ударил его наотмашь. Свежая кровь хлынула из моей поврежденной губы, когда я прикусила ее, чтобы сдержать свою реакцию.

— В чем проблема, Марио? Не нравится, что твоя игрушка больше не сотрудничает? Она не отвечает мужчинам с яйцами меньше, чем у нее, — насмехался Ганнер. Его руки были заложены за спину. Никаких сомнений, что он смог бы вырваться из захвата, но он выжидал своего часа. Слишком много переменных. Самым опасным был Марио. Из пореза над глазом Ганнера капала кровь, а на его лице застыла дерзкая улыбка. Он выглядел ненормальным — самым сексуальным из возможных способов.

Я слишком много общалась с Дексом и Никки. Кого возбуждает подобное?

Мое либидо резко упало в тот момент, когда Марио послал еще один удар в живот Ганнеру. Придурок удерживал его неподвижно, пока не последовало еще два удара. Ганнер выпрямился, прежде чем плюнуть кровью в лицо Марио.

— Ох, я понял, что ты хочешь доказать. Твой членосос держит меня, пока ты дерьмово бьешь. В чем проблема, Марио? Боишься, что тебе надерут задницу на глазах у людей? Твой самовлюбленный мозг не справиться с этим, да? Вот почему ты залупаешься на женщин. Только тогда чувствуешь власть? И ты думал, что Райан захочет тебя?

Насмешливый тон недоверия был слышен в голосе Ганнера, заставляя меня крепче сжать нож. Марио никогда не терпел, когда его оскорбляли или унижали. Его лакей нервничал, вероятно, опасаясь, что гнев Марио распространится и на него. Марио никогда не заботило, кто станет сопутствующим ущербом.

— Как думаешь, Ганнер, она захочет тебя, когда узнает правду? Почему бы тебе не сказать ей? — Марио откинулся назад.

Челюсть Ганнера дернулась от его слов. Предупреждение Скар вспыхнуло в голове, и я знала, что услышу то, чего не хочу, — еще один лжец в моей жизни.

— Муньека! — крикнул Марио, отходя от Ганнера и направляясь туда, где я сидела на корточках, широко раскинув руки в подстрекательской манере. — Ты знала, что он использовал тебя? Что его влечение не было искренним? Все это было уловкой, чтобы добраться до меня, — в глазах Марио читалась победа. Как будто доказав, что другой мужчина не хочет дарить мне любовь, я прибежала бы обратно к нему, умоляя вернуть меня на полку для игрушек.

Кукла для коллекции.

Гнев, который поднялся во мне от его слов, был подобен выбросу адреналина.

Марио злорадно оглянулся через плечо на Ганнера.

— Ты думал, я не узнаю, что ты рыскал информацию? Вы с моим отцом замышляли что-то против меня, да? — он вытащил свой нож и вернулся к Ганнеру. — Ты пытался настроить мою Муньеку против меня, но она моя. Скажи ей, Ганнер. Расскажи ей, как ты трахал ее ради информации, как ты превратил ее в шлюху, похожую на тех, за которыми она наблюдает для меня, — насмехался он, проводя лезвием по горлу Ганнера и выпуская струйку крови.

— Скажи ей, кто ты, Ганнер. Скажи ей, что никто никогда не полюбит ее поврежденную душу.

Но Ганнер молчал, все его тело напряглось от гнева. Но из-за чего? Из-за того, что он пойман на лжи? Марио резко развернулся, снова двигаясь к месту моей засады.

— Ты слышала, Муньека? Ты сломлена, — его ноздри раздувались, а изо рта летела слюна. Он попытался вонзить пресловутый кинжал, которым были его слова, в мое сердце. — Никто никогда не будет заботиться о такой убийце, как ты. Тебе суждено стать моей гребаной марионеткой, — жестокий смех сорвался с губ Марио. — И федеральный агент уж точно никогда не полюбит тебя, — крикнул он.

Мое сердце остановилось. Кровь застыла в жилах. Глаза Ганнера нашли мои сквозь хаос, как будто он почувствовал мою панику. Жалость во взгляде была настолько очевидна. Мое сердце не хотело принимать то, что было написано на его лице. Но все моменты между нами нахлынули — намеки, которые он давал мне с самого начала, я была слишком глупа, чтобы понять.

— Райан… — прошептал Ганнер, но его тон сказал все, что мне нужно знать.

Когда ты сломлен, ты думаешь, что тебя больше ничего не затронет. Но Ганнер показал, что даже осколки можно еще разбить. Я оцепенела. Я больше ничего не слышала и не чувствовала в этом мире. Я была готова открыть ту дверь в глубине своего сознания, в которую запихнула весь свой эмоциональный ущерб, и заползти внутрь.

Невеселый смешок сорвался с моих губ.

— Мой спаситель оказался моим палачом, — пробормотала я.

Я знала, что все плохо кончится у нас с Ганнером, но я никогда бы не смогла подготовиться к такому уровню разрушения моей души. Влага попала на тыльную сторону моей ладони, когда я вытирала слезы. Я злилась на свою неспособность держать эмоции под контролем, чувствовала, как кирпичи снова складываются вокруг моего поврежденного сердца, погребая то немногое, что осталось.

Было не так больно, когда я не знала, любит меня Ганнер или нет. Я могла бы притвориться, что он любит. Притвориться, будто во мне есть то, что стоит полюбить.

Я хотела Ганнера.

Мне он нужен.

И он исчез. По иронии судьбы, он даже не был настоящим.

Эта фантазия разрушилась, и самое хреновое, что это не изменит моих чувств к нему. Это не сотрет мою любовь, и я пожертвую собой, чтобы спасти его. На мгновение мне показалось, что я ошибалась насчет своей ценности.

— Видишь, Муньека, я единственный, кто подарит тебе любовь, — самоуверенно крикнул Марио.

В одном он прав. Я убийца, и я не хотела и не нуждалась в его привязанности. Моя судьба — обагрить руки кровью виновных людей. И Марио будет следующим человеком, которого я отправлю Эль Диабло.

— Не слушай его, Райан. Я все объясню, — взмолился Ганнер. Но я уже отключилась от него. Я ни за что не смогла бы функционировать, если бы позволила ему снова проскользнуть сквозь мой щит.

Наклонив голову, я попыталась остановить слезы, текущие по лицу. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не разрыдаться. Теперь я поняла, почему Никки никогда никого не подпускала близко: эта боль хуже любой физической травмы. Я заставила себя взять себя в руки. Чтобы сосредоточиться на текущей задаче.

Уверена, что психотерапевт сказал бы мне, что эта диссоциация вредна для здоровья, но именно так я справляюсь со всем дерьмом. И прямо сейчас все точно так же. Отбросив свои чувства подальше, я позволила спокойствию овладеть мной. Часть меня понимала, что я, вероятно, никогда не выйду из этого кокона оцепенения — если вообще выживу.

Я посмотрела вниз на свои запекшиеся от крови руки, сжимающие нож.

Руки, которые ласкали тело Ганнера.

Съеживался ли он при мысли о том, что к нему прикасаются руки убийцы? Мои глаза закрылись от стыда при этой мысли. Надеюсь, что он найдет свою любовь, и скажет ей, что я спасла его.

Его голос прорвался сквозь шум в моей голове, возвращая мой взгляд к нему. Я не могу перестать смотреть на человека, чьего утешения жаждала, даже если он держит нож, вырезавший мое сердце.

— Малышка, не все было ложью. Человек, который стоит перед тобой, это я, грубый и неотесанный. Ты отперла мою клетку, Райан, — голос Ганнера надломился от эмоций. — Я жил просто так, без цели, а ты пришла и все изменила. Твоя душа не повреждена, Райан. Ты достаточно сильна противостоять так, как не могут другие. Я вижу твою душу, Райан. Я люблю тебя. Каждую гребаную частичку, — выкрикнул он.

Его голос был полон боли, а выражение его глаз заставило меня задуматься. Мне показалось, что он посмотрел на меня с жалостью, но, возможно, это не так. Может быть, я цеплялась за любой признак надежды. Словно почувствовав, Ганнер продолжил, в его тоне чувствовалась настойчивость.

— Я говорил, детка, помнишь? Я же сказал, что заберу тебя к себе. Когда все дерьмо обрушится, когда ты будешь ставить все под сомнение, я буду бороться за тебя. Помнишь? Я говорил, что ты владеешь мной, Райан…

Как будто вся комната, затаив дыхание, ждала моей реакции.

— Детка, если мы будем как Клеопатра и Марк Антоний[29], дай мне знать, но ты никуда не пойдешь без меня, — его отчаянный голос стал громче. — Я знаю, ты слышишь меня, Райан. Я знаю, ты пытаешься запихнуть свою прекрасную душу подальше, но не закрывайся от меня, детка…

Марио решил, что с него хватит чувств Ганнера, и вонзил лезвие, которое держал в руке, в его бедро, отчего тот согнулся пополам от боли, а я вскрикнула от шока.

Безумные глаза Марио искали меня.

— Думаешь, что можешь бросить меня, потому что кто-то пиздит о своих чувствах? Я создал тебя. Я превратил тебя в монстра! — закричал он.

Еще один стон агонии вырвался у Ганнера, когда Марио вытащил нож. Из его раны начала сочиться кровь. Гребаный Марио думает, что может владеть мной, как каким-то предметом, доказывает, что меня все используют, хотя это делает лишь он.

Хаос разразился в тот момент, когда мое тело столкнулось с Марио. Моя рука наткнулась на мягкую ткань, лезвие вошло в тело Марио, как горячий нож в масло. Видна была только рукоять, остальное спрятано в груди. Раздался выстрел, и брызги крови разлетелись в воздухе. Крик Ганнера дал мне понять, что он невредим, и я сосредоточилась на теплом теле, прижатом ко мне. Лицо Марио уже стало пепельно-серым; его глаза расширились от шока, но безумный взгляд еще не исчез. Его бедра выгнулись, чтобы сбросить меня, наркотики в организме продлевали его кончину. Он заслуживал медленной смерти, и я жалела, что у меня нет времени заставить его заплатить. Но осознание того, что я никогда не стану принадлежать ему, будет преследовать его вечно.

— Я отдал тебе все! — слюна попала мне в лицо, когда его крик эхом разнесся по комнате, достаточно громкий, чтобы заглушить шум.

— Ты мне ничего не дал, — закричала я ему в ответ. — Ты держал меня в клетке, предлагая привязанность в качестве приза. Но ты только был одержим мной. Ты сильно просчитался, думая, что я нихрена не умею. Я вырву твое сердце, как трофей. Жаль, я не поняла, что в тот день в переулке меня увел дьявол, — я наклонилась ближе к лицу Марио, желая, чтобы он увидел ненависть в моих глазах. — Надо было сделать тебя своей второй жертвой в тот день. Оказать Эль Диабло услугу, забрав тебя пораньше. Поздоровайся с ним от меня, придурок, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

Кровь хлынула у него изо рта, когда он открыл его, чтобы заговорить, в глазах появился злобный блеск.

— Скоро увидимся там, Муньека, — прошептал он, когда меня поразило знакомое ощущение прокола кожи. Я посмотрела вниз и увидела нож, торчащий из моего живота. Позади меня раздался крик, но зрение начало затуманиваться, остатки адреналина покидали тело. Прежде чем я успела упасть на пол, теплые руки окружили меня.

— Черт возьми, Райан. Я пошутил, когда сказал про Клеопатру. Тебе лучше не умирать у меня на руках.

Пошел нахрен, Ганнер.

— Слова, детка. Мне нужны твои слова.

Мне показалось, что мой рот открывается и закрывается, и я сказала это вслух.

— Я почти уверен, что ты устно кастрируешь меня в своей хорошенькой маленькой головке. Я хочу это услышать, детка, — паника в его голосе тисками сжала мою душу. — Скажи что-нибудь и открой глаза. Черт возьми, Райан, — он взревел.

Я и не заметила, что мои глаза закрыты. Я попыталась снова открыть веки, но они оказались тяжелыми. Грубые пальцы убрали с моего лица слипшиеся от крови волосы, и звуки, проносящиеся мимо, подсказали, что мы движемся.

Горло саднило, а губы были в синяках. Плата за то, через что прошло мое тело, наверстывала упущенное, и мир погрузился во тьму.

ГЛАВА 38

Райан

— Мисс Эрнандес, если вы еще раз дотронетесь до этих капельниц, я дам вам подзатыльник.

Я закатила глаза на старшую медсестру, но не стала вырывать пластиковые трубки, как мне хотелось. Она бы ударила меня. Я узнала это на собственном горьком опыте, когда впервые проснулась.

— Да-да-да. Я не притронусь к ним… но только если ты тайком принесешь мне еще пудинга, — потребовала я, скрестив руки на груди. Ее руки уперлись в бедра, и она подняла бровь. Седая челка двигалась, когда она покачала головой. Должно быть, это был тот самый материнский взгляд, о котором говорили люди.

— Пожалуйста, — сказала я, добавив приторно-сладкую улыбку, которая совсем не походила на то, что я чувствовала.

Она коротко кивнула, прежде чем выйти из комнаты, и я снова осталась одна.

Два дня.

Вот как долго я в этой пустой комнате, понятия не имея, что, черт возьми, происходит. Нет Декса. Нет Никки. Нет Ганнера. Я вытерла слезы, текущие по лицу. Каждый раз, когда я думала о нем, появлялись эти ублюдки. Меня бесило, что тело так реагировало. Я зла, что он солгал мне, зла, что доверяла ему. И я злилась еще больше из-за того, что все еще скучала, и когда я почувствовала его объятия перед тем, как мир погрузился во тьму, я надеялась, что он будет здесь, когда мои глаза откроются.

Но это было не так.

Слова Марио нахлынули на меня. Скажи ей, Ганнер. Расскажи ей, как ты трахнул ее, чтобы получить информацию.

Мои мысли перемешались. Как я могла не заметить? Но опять же, откуда мне было знать?

— Этот человек отрезал гребаный палец Жнецу из-за меня. Что за агент так поступает? — закричала я, мои руки поднялись, путаясь в волосах. Но с самого начала были подсказки. Подсказки от самого Ганнера.

«Юридически приемлемо? Ты думаешь, я коп или что-то в этом роде?»

Невеселый смешок сорвался с моих губ.

— Черт возьми, ты прямо спросил меня.

Я повернулась на бок и заснула, надеясь, что в моих снах не будет мужчины с пронзительными зелеными глазами.

* * *

Послышался слабый стук в дверь. Но я не потрудилась откликнуться. Я просто лежала, свернувшись калачиком, на боку, уставившись в стену. Наверное, лежу так несколько часов.

Мягкие шаги смешались с писком машин, и я почувствовала, как матрас позади меня слегка прогнулся. Никки прижалась к моей спине и обняла одной рукой.

Я перестала плакать несколько часов назад, как будто слез больше не осталось.

— Детка, нам есть о чем поговорить. Мне нужно, чтобы ты пришла в себя. Ты уже два дня такая, — прошептала Никки мне в волосы. Мои брови нахмурились. Почему я думала, что была все время одна?

В следующее мгновение жар Никки исчез, и я внезапно уставилась в пару голубых глаз.

— Ты не помнишь, что я была здесь, потому что они выгоняли меня каждый раз, когда ты просыпалась. Я упала в обморок, когда тебе в первый раз промыли рану… так что из-за этого меня выгнали из палаты. А все остальное время ты не двигалась, — ее пальцы убрали выбившиеся волосы с моего лица.

Вздох сорвался с ее губ.

— Слушай, пришло время исцелиться. И хотя мы никогда не обсуждали это, я знаю, о чем говорю, когда дело доходит до подобного дерьма. Ты вытащила меня из темноты, и теперь я возвращаю тебе должок. И позволь мне сказать, тогда ты была той еще сучкой. Так что тебе повезло, что я намного милее, — сказала она с игривой улыбкой на губах.

Я ухмыльнулась ее словам. Она права. Я была настоящей стервой, когда нашла Никки. Я знала, что она была необработанным бриллиантом, и не могла позволить ее душе угаснуть. Но у меня были острые углы, так что я не знала другого способа справиться с ней, будучи злобной. Это вкус моего собственного лекарства.

Никки встала и сдернула одеяло с моего тела, прежде чем встать, уперев руки в бедра, с решимостью в глазах.

— Ну хватит. Ганнер не хотел бы, чтобы так было. И ты слишком крутая сучка для этого.

Упоминание его имени было ударом под дых.

— Ганнеру, блять, все равно, что со мной будет, — прошептала я.

Она снова опустилась на колени.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. Есть много дерьма, в которое тебе нужно вникнуть, но сначала нужно подготовиться. Поверь мне, Ганнер — один из лучших. Он пытался прийти сюда, но его не пускают. Им пришлось сдерживать его, он даже вырубил парня, охранявшего твою дверь, — прошептала она. Мое сердце сжалось от ее слов, но я не показала никакой реакции.

Ее палец зацепился за мой подбородок, заставляя мои глаза встретиться с ее.

— Он мужчина, Райан. Конечно, он должен был облажаться. Это заложено в их ДНК. Но то, что он не сказал правду, не его решение, — заявила она.

Я знала, что в ее словах есть логика. У меня тоже были секреты от него. Черт, у Никки были от меня секреты. Я всегда знала, что дерьмо других людей — это их собственное дерьмо. Они не обязаны мне ничего объяснять. Но я не хочу снова открываться, я разбита вдребезги.

— Это конец, Никки. Он может уйти. Не нужно ничего объяснять сломленной девушке.

Никки заставила меня снова посмотреть на нее.

— Сломанные вещи могут исцелиться. И ты нам нужна, Райан. Лотерия нуждается в тебе и во всех женщинах, которых ты спасла. Ты им нужна. Ты мне нужна. И он… ты нужна этому человеку. Поверь мне. Я ударила этого ублюдка ради тебя, сломала свой чертов палец, — она подняла забинтованную руку. — Выслушай его, хорошо? Он безнадежно влюблен в твою сумасшедшую задницу.

Я коротко кивнула, не уверенная, что смогу сформулировать слова.

Ее губы коснулись моей макушки.

— Я позову его, — прошептала она, прежде чем выйти из комнаты. Я услышала, как открылась дверь, и мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что это он — его присутствие было как теплое одеяло.

— Райан… — позвал он, его голос был пронизан эмоциями.

Мне так сильно хотелось не смотреть на него, игнорировать. Но я не могла. Когда я повернулась, то столкнулась лицом к лицу с человеком, который преследовал меня каждое мгновение в течение сорока восьми часов. Я ничего не могла поделать, уголки моего рта приподнялись при виде его подбитого глаза.

— Никки правда ударила тебя, — прошептала я.

На его лице появилась застенчивая улыбка, и в следующее мгновение Ганнер оказался рядом со мной. Его руки обхватили мое лицо, прижимая наши лбы друг к другу. Его запах окутал меня, вызвав еще больше слез, и я почувствовала, как он смахнул их большими пальцами.

— Я чертовски сильно старался держаться от тебя подальше, но ты была создана для меня. Другая половина моей души, — прошептал он мне в волосы. — И я клянусь своей жизнью, как только я это узнал, то хотел сказать тебе, Райан. Но не мог понять, как это сделать, не рискуя тобой.

Рыдание застряло у меня в горле.

— Милая, — сказал он, когда я оторвала свое лицо от его рук, тыча пальцем ему в грудь.

— Нет, мне нужны ответы, Ганнер. Черт, я даже не знаю твоего имени, — заорала я. Это было больно. Мне было так чертовски больно, когда я смотрела на его лицо. Мужчина, которого я любила, никогда не был моим.

— Грейсон Макгрегор. Но я действительно заслужил быть Ганнером. Это имя не было ложью, — ответил он.

Невеселый смешок слетел с моих губ — его татуировка, еще одна подсказка.

«Макгрегор. Имя того, кого я когда-то знал. Из прошлой жизни».

Я закрыла глаза, пытаясь заглушить боль — потерю. Любовь, которую я все еще испытывала к нему. Кровать прогнулась, и мускулистые руки обхватили меня. Если бы я была сильнее, то оттолкнула бы его — сказала бы, чтобы он шел нахер. Но прижалась к нему. Уткнулась лицом ему в грудь, притворяясь, что могу остаться там навсегда.

— Детка, ты можешь остаться со мной навсегда. Я никуда не уйду. Ты моя, слышишь? Я же тебе говорил. Помнишь, я сказал, что не оставлю тебя, — прошептал он, его мозолистая рука гладила мои волосы, пока я рыдала в его рубашку.

— Ты не можешь остаться, ведь тебя на самом деле никогда здесь не было, — плакала я.

— С тобой все было по-настоящему, Райан. Клянусь, я здесь. Клянусь, что люблю тебя, и я останусь с тобой навсегда, — взмолился он. — Ты позволишь мне остаться, Райан? Ты позволишь мне любить тебя, Бруджита?

Санта-Муэрте, я хотела сказать «нет». Я бы не пострадала, если бы не впустила его, но он уже там. Он уже вырезал мое сердце и держал его в своих руках.

Мои губы сжались, но я кивнула, потому что любила его, несмотря на все дерьмо, которое произошло. Я любила его.

— Слова, Райан. Мне нужны твои слова, — прошептал он, голос был хриплым от уязвимости. Его палец нежно приподнял мой подбородок, так что наши глаза встретились.

— Да, Ганнер. Я позволю тебе любить меня, потому что я перестать не смогу, — прошептала я ему в губы.

ЭПИЛОГ

Ганнер

Неделю спустя

Я ненавидел то, что мы должны быть здесь, но это неизбежное зло, если нужно двигаться дальше. Мой взгляд переместился на Райан, которая развалилась в своем кресле, выглядя совершенно непринужденно. Охрененная.

Я поправил ширинку своих штанов, поймав ее взгляд. Ухмылка расползлась по ее лицу, когда она подмигнула мне.

Дразнит.

Но наше внимание было привлечено к двери, когда кто-то, наконец, вошел, чтобы встретиться с нами. Гребаное правительственное время работало медленнее.

— Агент Макгрегор, — я получил короткий кивок, прежде чем его внимание переключилось на Райан. — Мисс Эрнандес, я разочарован, что вы не в наручниках, учитывая, кто вы и ваш послужной список, — сказал Стюарт, ухмыляясь.

Мой стул грохнулся позади, когда я встал, тыча пальцем в лицо Стюарта.

— Не думай об этом, черт возьми, Стюарт, и не смотри на мою девушку. Прочитай еще раз гребаные приказы. Это задание было строго засекречено, и мне был дан зеленый гребаный свет, — кипел я. — Агент Макгрегор волен предпринять любые действия, необходимые для получения или уничтожения Марио Хименеса, — процитировал я по памяти, наблюдая, как у агента Стюарта задергалась челюсть. Мы с этим засранцем никогда не ладили. Он был зол, что сосание члена не продвинуло его дальше по служебной лестнице в ФБР.

— Малыш, — чувственный голос Райан прорвался сквозь пелену гнева, когда ее пальцы сомкнулись вокруг моего бицепса. Я должен сохранять хладнокровие во время этой встречи.

— Да, малыш, послушай свою сучку и успокойся, — усмехнулся Стюарт, на его лице появилась дерзкая ухмылка.

Райан перекинула загорелую ногу через ее колено. Это движение привлекло его внимание. И я сжал кулаки, чтобы не выколоть ему глаза.

— Если ты читал мой послужной список, то знаешь, чем я занимаюсь, Стюарт. Я ломаю таких сучек, как ты, за считанные минуты, — она осмотрела свои ногти, совершенно не обращая внимания на то, что Стюарт пытается запугать ее. Ее глаза наконец встретились с его. — Так что, прежде чем ты попробуешь, хорошенько подумай, хочешь ли ты играть в эту игру, — холодно сказала она.

Лицо Стюарта стало свекольно-красным, как будто он был готов закатить истерику. Но дверь в комнату для допросов открылась, и стальные серые глаза встретились с моими.

Голова змеи прибыла.

— Агент Стюарт, пожалуйста, уходите. Сделай то, о чем тебя попросили, — крикнул новый человек, не потрудившись взглянуть на Стюарта, когда тот убежал.

— Похоже, мы здесь на перепутье, — заявил он, садясь в кресло напротив нас. — Мисс Эрнандес, я надеюсь, что агент Макгрегор посвятил вас в суть своего задания, — сказал он, едва скрывая свой снисходительный тон. Он чувствовал, что она не стоит его времени.

Уголок ее рта приподнялся.

— О, Ганнер хорошо меня посвятил, — ответила она. Ее намек заставил человека прочистить горло, а меня ухмыльнуться.

Она не ошиблась. После того, как мы вышли из больницы, я посвятил ее. Снова и снова. А потом она требовала чтобы я все ей рассказал.

Что я и сделал.

Я рассказала ей, что мы с Дексом друзья детства и вместе служили снайперами-разведчиками. Декс был моим братом через пролитую кровь. Но после службы жизнь повела нас в двух разных направлениях. Ему не нравилась вся волокита, он говорил, что это замедляет правосудие. Поэтому он присоединился к Скелетам общества. Попросил меня присоединиться к нему. Но я был наивен и думал, что смогу как-то изменить систему, поэтому пошел по пути ФБР и стал восходящей звездой. Подолгу работал под прикрытием.

Голос Райан вернул меня в настоящее.

— Двадцать четыре месяца назад Декс использовал свой единственный телефонный звонок на Ганнера. Извините, на агента Макгрегор, — она пристально посмотрела на меня. Я бы извинялся перед ней всю оставшуюся жизнь. Извинялся между ее бедер. — Декс избил человека до полусмерти за то, что тот торговал его младшей сестрой. И он позвонил Ганнеру, потому что вы, придурки, хотели посадить его за это в тюрьму, — кипела она.

— Мисс Эрнандес, граждане не могут ходить вокруг да около и брать правосудие в свои руки. И это не ФБР хотело отправить его в тюрьму, — сказал он, обращаясь к ней так, как будто она была тупой.

Она приподняла бровь, но ничего не сказала, продолжая вкратце излагать то, что я ей поведал.

— Ганнер потянул за ниточки для своего друга, заключив с ним сделку. Никакого тюремного заключения, если Скелеты согласятся взять Ганнера в качестве тайного агента. Единственными людьми, которые знали об этом, были Декс и Прес. Его заданием было собрать достаточно информации, чтобы доказать причастность Марио Хименеса к торговле людьми. Ганнер получил зеленый свет на использование любых необходимых средств. Если нет альтернативы, то все разрешено. Я все правильно поняла? — спросила она.

Его глаза встретились с моими. Он не ожидал, что я поделюсь с ней всем. Это против протокола, и до недавнего времени я был образцом протокола. Он думал, что пришел сюда, чтобы прижать Райан к стене с моей помощью.

Я положил руку на спинку стула Райан, накручивая прядь ее волос на палец.

— Есть какие-то проблемы, сэр? — спросил я, не в силах сдержать нахальный тон в своем голосе.

Теперь, когда Марио и Серхио нет рядом, ФБР хотело, чтобы кто-то выступал в роли плохого парня — или девушки. Эти придурки всегда искали похлопывания по спине и финансирования. Но никто из них не заботился о женщинах, ставших жертвами.

Райан сделала для женщин больше, чем когда-либо делало ФБР.

— Да… пока все правильно, — неуверенно ответил он.

Я ухмыльнулся, зная, что ситуация изменилась, и он пытался обдумать, какой ход сделать дальше. Но Райан не дала ему ни единого шанса.

— Видишь ли, вот в чем проблема, Кен. Могу я называть вас Кеном? — спросила она.

Его глаза расширились при упоминании своего имени. Он нарочно не представился.

— Похоже, на самом деле план состоял в том, чтобы осудить Марио или кого-то еще. Предполагаю, что в файле, который вы держите в руках, мое имя указано как «виновная». Потому что главное не женщины или торговля людьми. Речь шла о том, чтобы не раскрыть планы Круга, да? Марио должен был стать козлом отпущения, — заявила она.

Краска отхлынула от его лица.

Я обхватил телефон в кармане, вытащил его и подвинул через стол. В тот момент, когда его взгляд остановился на содержимом, он побледнел, как привидение.

— Кен, ты передашь файл моей прекрасной девушке, и после этой встречи удалишь все его следы. И мы узнаем, если ты этого не сделаешь, — его глаза встретились с моими, в них был отчетливо виден страх. — Райан свободна и невиновна в каких-либо правонарушениях, связанных со смертью Марио Хименеса или чем-либо еще. Ты сделаешь так, чтобы на бумаге она была святой, — закончил я.

— Где ты это взяла? — спросил он, сжимая телефон.

Пальцы Райан переплелись с моими, нежно сжимая руку.

— В отличие от тебя, у меня нет дерьмовых ресурсов и интеллекта, — ответила она. — О, и, Кен, Скар сказала, чтобы ты перестал вмешиваться. С Кругом разберутся, и вам следует держать свои грязные пальцы подальше от этого, — Райан взяла папку из его трясущейся руки.

— Или я лично отрублю их, — добавил я, вытаскивая свой пистолет и значок и швыряя их на стол.

— Вот моя официальная отставка. Я решил заняться клубным бизнесом, — сказал я с ухмылкой на лице. Глаза Райан встретились с моими, на ее губах появилась лукавая улыбка.

— Добро пожаловать в ядовитый рай.

ОТ АВТОРА

Ладно, во-первых. Спасибо вам от всего сердца за то, что прочитали мою дебютную книгу.

Во-вторых, я знаю. Я кинула в вас кучу дерьма в конце. Ганнер был агентом ФБР? Что еще за Круг? Кто эти три придурка со Скар? Никки замужем за русским мафиози? Будет ли Декс трахаться в маске лучадора? А потом я дала вам эпилог, который происходит всего две недели спустя. Вот в чем дело… Я совершенно не сожалею об этом. Эти персонажи управляют лодкой во всей этой истории. И Райан и Ганнер решили, что на данный момент с ними покончено, но мы увидим их снова — вероятно, скоро.

Далее будет тизер следующей книги. Думаю, вам понравится Скар.

НЕЗАКОННОРОЖДЕННАЯ ДОЧЬ ПРЕДАТЕЛЯ.

Я признана виновной в грехах своего отца. А в мире, где правят семья и верность, кому-то всегда приходится терпеть наказание. Став нежеланной племянницей итальянского мафиози, получаешь именно то, что и ожидаешь, — продаешься конкуренту. Я должна заплатить за грех, и не за свой собственный.

Потому что Четыре Семьи всегда управляли Нью-Йорком, но в городе появился новый игрок. И от меня ждут, что я буду выполнять приказы.

Но если они хотят, чтобы я играла героя, им не следовало показывать мне, каково быть злодеем.

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

Книга про Скар выйдет в конце этого года, и я сразу же начну ее переводить. Чтобы все об этом узнали, вступайте в группу: https://vk.com/towwersauthors.

Также, ожидается, что в дальнейшем будет книга про Декса.

С Райан и Ганнером мы еще увидимся.

Спасибо за прочтение, мне всегда интересно читать ваши мысли по поводу историй, надеюсь на вашу поддержку в виде отзывов!:)

©Переводчик: Татьяна Никонова, 2022

Примечания

1

Город в США, штат Аризона.

2

Мексиканский наркотрафик от США до Китая.

3

Некая группировка байкеров. Например, у них также, как у мафии, есть устав, руководство. Могут заниматься грабежами, угонами, убийствами, хранением и распространением наркотиков и оружия.

4

«Пять семе́й» — самые крупные и влиятельные «семьи» итало-американской мафии, «контролирующие» Нью-Йорк. В этой книге семей будет четыре.

5

Суперзлодей из вселенной Marvel. Король преступного мира Нью-Йорка.

6

Мотоклубы называют свои собрания «церковью», потому что посещение обязательно. Их «Церковное» собрание такое же духовное, как и любой Дом Божий, где обсуждаются только дела, касающиеся клуба.

7

С англ. — «Стрелок».

8

С англ. Lollipop — леденец.

9

Так участники МК называют своих девушек.

10

«Солнце» с англ.

11

«Печенюшка» с англ.

12

«Конфетка» с англ.

13

Козел, сволочь (исп.).

14

Игра похоже на «бинго», но отличается не только визуальными, но и интеллектуальными параметрами.

15

Вымышленный персонаж и главный герой телесериала «Сыны анархии», его играет актер — Чарли Ханнэм. Сериал рассказывает о клубе байкеров, которые пытаются защитить свой городок от наркотиков и влияния извне, хотя сами грешат торговлей оружием.

16

А этот ублюдок (исп.).

17

Вид борьбы.

18

Обращение к светлокожим, обычно светловолосым людям.

19

Послушай меня, придурок (исп.).

20

Е* твою мать (исп.).

21

Американский финансист, филантроп и секс-преступник.

22

Я убью тебя (исп.).

23

Люблю тебя (исп.).

24

Подожди, что ты сказала? (исп.)

25

Подглядывать за занимающимися сексом людьми.

26

«Стрелок» (англ.).

27

Боевой клич норвежской армии.

28

Дерьмо. Этот похож на Жнеца (исп.).

29

Вкратце: Клеопатра инсценировала фальшивое самоубийство. Антоний был уверен, что его возлюбленной уже нет в живых, не смог пережить это и бросился на свой меч.

Content

Мэри Маравилла
Скелеты общества

Испанские термины, которые пригодятся

ПРОЛОГ Райан

ГЛАВА 1 Райан

ГЛАВА 2 Райан

ГЛАВА 3 Ганнер

ГЛАВА 4 Райан

ГЛАВА 5 Ганнер

ГЛАВА 6 Райан

ГЛАВА 7 Ганнер

ГЛАВА 8 Райан

ГЛАВА 9 Ганнер

ГЛАВА 10 Райан

ГЛАВА 11 Ганнер

ГЛАВА 12 Райан

ГЛАВА 13 Райан

ГЛАВА 14 Ганнер

ГЛАВА 15 Райан

ГЛАВА 16 Ганнер

ГЛАВА 17 Райан

ГЛАВА 18 Райан

ГЛАВА 19 Ганнер

ГЛАВА 20 Райан

ГЛАВА 21 Райан

ГЛАВА 22 Ганнер

ГЛАВА 23 Райан

ГЛАВА 24 Ганнер

ГЛАВА 25 Райан

ГЛАВА 26 Ганнер

ГЛАВА 27 Ганнер

ГЛАВА 28 Райан

ГЛАВА 29 Ганнер

ГЛАВА 30 Райан

ГЛАВА 31 Райан

ГЛАВА 32 Райан

ГЛАВА 33 Ганнер

ГЛАВА 34 Райан

ГЛАВА 35 Ганнер

ГЛАВА 36 Райан

ГЛАВА 37 Райан

ГЛАВА 38 Райан

ЭПИЛОГ Ганнер

ОТ АВТОРА

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

Примечания