Алена Шарапова

Титанов ковчег

В детстве я мечтал открывать земли, исследовать неизведанное и расширять горизонты. Некоторые называли меня мечтателем и советовали не витать в облаках, полагая, что их слова способны умерить мой пыл. Но, чем старше я становился, тем с большей страстью рвался навстречу приключениям. То, что пугало многих, меня привлекало, и я мчался вперёд, невзирая на сопротивление и преграды.

Однажды отец подарил мне книгу о космосе и сказал, что я должен её прочесть, если для меня действительно не существует границ. Я принял его вызов, даже не представляя, как сильно это повлияет на мою дальнейшую жизнь. Богатое иллюстрациями и фактами издание заставило меня иначе взглянуть на мир, и теперь я жаждал только одного — проникнуть в тайны галактики. Моя мама радовалась тому, что у меня появилась цель, однако просила меня быть осторожным. «Ты никогда не знаешь, что можешь обнаружить», — говорила она.

Все последующие годы я посвятил себя науке, изучая происхождение жизни на Земле, чтобы понять, возможно ли существование на других планетах. Когда подошёл момент определиться со специальностью, мой выбор пал на профессию космического биолога. Поскольку человечество направляет свои силы на изучение более далёких космических тел, то передо мной и моими коллегами стоит ряд важных задач, в частности, по выращиванию различных культур прямо в космосе, чтобы проводить более длительные полёты. Научные прорывы в этой области позволили бы нам колонизировать планеты, которые не обладают необходимыми условиями для жизни человека или других земных существ и растений. К счастью, многие мои предшественники уже достигли определённых высот, и мы завершили несколько успешных экспедиций. Теперь долгие путешествия за пределы нашей орбиты уже не казались такими недостижимыми, и многие страны объединились для организации совместных проектов.

Одним из них было изучение Европы — спутника планеты Юпитер, в недрах океанов которого, как предполагалось, скрываются некоторые формы жизни. Я был ещё студентом, когда узнал об изобретении криобота — аппарата, позволившего расплавить его внешнюю оболочку, состоявшую из твёрдого льда, чтобы исследовать подводный мир. То, что удалось обнаружить, стало открытием века! Все газеты, журналы и телевизионные передачи говорили только об этом. Учёные не ошибались, предполагая, что подповерхностный океан населён организмами, и от их изображений захватывало дух. Я был несказанно рад этому открытию, но в то же время испытывал некую зависть. У меня не было возможности принять участие в данных экспериментах и научных исследованиях, однако я продолжал следить за новостями, чтобы узнать больше о потайной жизни Европы.

Пока весь мир был занят событиями, которые разворачивались на этом спутнике, я был принят в команду для изучения Титана — одного из претендентов на колонизацию. Под плотным слоем облаков, который укутывает его оранжевую атмосферу, скрываются озёра, реки, моря, холмы и множество неизученных тайн. Я был впечатлён первыми снимками, на которых увидел круглые камни, ковром расстеленные по поверхности Титана. Безусловно, идея о том, что на этом спутнике может зародиться жизнь, меня вдохновила на дальнейшие исследования.

На тот момент мы уже собрали достаточно сведений относительно его атмосферы и ландшафта, и следующим шагом был визит человеческого экипажа. Однако этот полёт всё время откладывался, поскольку из-за ряда технических сложностей он считался довольно рискованным и даже обречённым на провал. Тем не менее, на любую проблему находился человеческий ум, способный её решить, и с каждым днём моя мечта становилась всё ближе. Я не отчаивался, когда мы вновь и вновь натыкались на то или иное препятствие. В глубине души я понимал, что для детального изучения Титана потребуются годы или даже века, и всё, что мы делаем сейчас, является лишь небольшой частью открытий, какими бы грандиозными они нам не казались.

Одной из менее решаемых задач стало финансирование, поскольку проекты на Марсе и Европе считались куда более перспективными, нежели наша экспедиция. Это было связано, в основном, с необходимостью разработки крупного судна, способного опуститься на поверхность титановых вод и свободно передвигаться по вязкому морю. В течение долгих лет инженеры проектировали такой исследовательский корабль, поэтому остановиться не желал никто. В конце концов, все трудности были преодолены, и настал момент, которого я так ждал. Ради которого я так усердно работал, начиная с того дня, когда прочитал подаренную отцом книгу.

Но я даже не представлял, чем это обернётся.

Наш космический корабль прорвался сквозь густой слой облаков, достигнув поверхности спутника, и этот момент невозможно описать словами. Весь экипаж был взволнован, но полон решимости, ведь мы придвигались к Титану, который ещё совсем недавно казался недостижимым! Мы видели его дюны и горные хребты, крупные озёра и бесконечные равнины. Моё сердце трепетало так, словно бы я оказался свидетелем какой-то непостижимой тайны. Передо мной был шедевр, но созданный не человеком, а самой природой. Остальные члены экипажа испытывали те же эмоции, поэтому никто из нас не говорил, да нам и не нужны были слова, чтобы понять друг друга. Этот момент я по праву могу назвать самым удивительным, прекрасным и захватывающим в моей жизни.

Мы не стали терять времени и тут же приступили к своей миссии. Те данные, которые удалось собрать, должны были помочь нам продвинуться в изучении этого крупнейшего спутника Сатурна. Наша команда работала на ура, и в целом экспедицию можно было считать успешной. Но я ощущал разочарование, потому что мне хотелось большего. Я жаждал совершить открытие, которое бы поразило весь мир, навсегда изменив представление о том, как образуется жизнь не только на Земле, но и на других планетах.

Фортуна была на нашей стороне, и, несмотря на опасения, ни один из наших аппаратов не дал сбой. Мы свободно передвигались по Титану благодаря новейшей модели скафандров, которые были разработаны специально для нашего полёта, а планетоходы позволили нам перемещаться на более крупные расстояния. Нам также удалось протестировать исследовательский корабль, опущенный на гладь одной из рек. Мы шутили, что когда-нибудь это судно будет перевозить различных зверей, и называли его между собой Титановым ковчегом. Я смеялся со всеми, но в глубине души надеялся, что этот день настанет, даже если это произойдёт спустя сотни лет.

Мы находились на борту, когда один из членов экипажа обнаружил какой-то объект, расположенный на берегу. Сначала мы подумали, что это всего лишь холм, и не придали этому никакого значения. Однако его тёмно-серый цвет контрастировал с оранжевой поверхностью, позволяя предположить, что он не являлся частью рельефа. Посоветовавшись, мы решили изменить курс, чтобы рассмотреть поближе нашу находку.

Это было… нечто. Пожалуй, я не подберу более подходящего слова, чтобы описать то, что мы увидели. Объект полусферической формы напоминал по своему виду иглу, только он был намного крупнее и не имел видимого входа. Мы остановились, не доплывая до берега, и стали разглядывать его издалека. Между нами возник спор о том, стоит ли подходить к нему ближе. Кто-то говорил, что это просто камень, и нам нечего опасаться, другие предположили, что это может быть часть инопланетного корабля. Но никто не решался спуститься на поверхность, чтобы проверить. Никто, кроме меня.

Я подготовился и сошёл на берег. В моём сознании эхом отдавались слова моей матери, которые она повторяла всё чаще последнее время. Действительно, мы никогда не знаем, что можем обнаружить… но именно поэтому и стоит идти навстречу неизвестному. С каждым шагом моё сердце билось всё сильнее, и, когда до моей цели оставалось всего несколько метров, я уже не был уверен в том, что хочу приближаться к этому объекту. Меня сковал страх, и в какой-то момент я подумал, что следует развернуться и не испытывать судьбу, но я не мог сдаться, нет. Вместо этого я продолжал ступать, не имея ни малейшего представления о том, что меня ждёт.

И я бы не узнал, что будет дальше, если бы остановился. Ах, если бы я мог остановиться…

Когда нас разделяло несколько шагов, я вдруг всем телом ощутил вибрации, исходящие от объекта. Они пронизывали скафандр, и хоть я не мог объяснить, почему и как это происходит, мой страх внезапно сменился полным спокойствием. Словно бы я попал в зону действия энергии, успокаивающей мысли и душу. Она заманивала, окутывая в своих нежных объятиях…

Некоторое время я просто стоял напротив, разглядывая этот странный объект. Его твёрдая поверхность была гладкой и ровной, без малейшей трещины или выступа. Решив обойти его вокруг, я обнаружил с другой стороны круглое отверстие на уровне колен. Вероятно, оно служило входом внутрь. Я прикинул на глаз, что смог бы в него протиснуться, не повредив при этом скафандр. Но я не мог рисковать. По крайней мере, пока что. Сделав несколько снимков, я вернулся на корабль, где все меня уже ждали. Я провёл снаружи гораздо больше времени, чем мне казалось…

Пока экипаж разглядывал фотографии, выдвигая гипотезы относительно происхождения объекта, я мысленно возвращался назад, вспоминая те ощущения, которые испытал, находясь возле полусферы. Между членами команды завязался спор: некоторые говорили, что стоит заглянуть внутрь, а другие считали это опасным. Я ничего не сказал, поскольку нет смысла объяснять им, что было уже поздно.

Воспользовавшись моментом, когда никто на меня не смотрел, я спустился с корабля и решительным шагом направился к объекту. Все были настолько заняты, что не заметили моего отсутствия. Я до сих пор спрашиваю себя, как развернулись бы события, если хотя бы кто-то из них остановил меня. Скорее всего, я бы жил в неведении… но было ли бы это хуже или лучше?

Я не задавался этим вопросом, когда вновь пересёк ту границу, где начинались вибрации. Ведь с самого детства я мечтал совершить невозможное. То, чего никто ещё не делал. Я проникнул в отверстие, оборвав связь с внешним миром. Как оказалось, навсегда.

Я не сразу понял, где очутился, поскольку вокруг меня было темно. Через несколько секунд послышался характерный звук прибора, встроенного прямо в скафандр, который сигнализировал об изменении структуры во внешней атмосфере. Посмотрев на цифровое табло, я с изумлением обнаружил, что показатели были близки к тем, что можно было увидеть на Земле. Но ведь это было невозможно! Почему условия в этой полусфере настолько отличаются от тех, что находятся на Титане? И как ей удаётся поддерживать их?

Но вопросов становилось всё больше, потому как я уже продвигался вперёд, совершая для себя не менее удивительные открытия. Моя рука уже потянулась нажать кнопку, активирующую небольшой фонарик на шлеме, как вдруг где-то загорелся свет. Оглядевшись, я понял, что источник находится надо мной. Я поднял глаза, и…

Оно находилось в нескольких сантиметрах от моей головы, освещая небольшое пространство вокруг. По своему виду оно напоминало шар размером с теннисный мяч, который излучал яркий жёлтый свет. К нему был прикреплён изогнутый провод, который уходил куда-то вверх, теряясь в темноте. Немного отойдя в сторону, я заметил, что эта лампа словно бы следует за мной. По мере моих шагов загоралось всё большее количество лампочек, и я понял, что они реагируют на движение. Вот только…

Это были не лампы. Что угодно, но только не лампы! Они окружали меня со всех сторон, словно бы наблюдая за каждым моим действием. Я застыл, боясь пошевелиться. Однако они тоже замерли вместе со мной, словно бы давая понять, что не представляют опасности. Мне было не по себе, но любопытство оказалось сильнее, чем страх. Медленно, но решительно я продолжал идти вперёд, стараясь не обращать внимания на преследующие меня огоньки.

Мне сложно подобрать слова, чтобы описать место, в котором я оказался. Эта полусфера была монолитной изнутри так же, как и снаружи. Пол плавно перетекал в бугорки и выступы, которые могли бы служить стульями или столами. Помещение словно было предназначено для того, чтобы в нём кто-нибудь обитал, однако я нигде не находил вещей или предметов, указывающих на то, что до меня здесь кто-то бывал. Никаких признаков жизни.

Я ходил из комнаты в комнату, которые были разделены между собой овальными арками. Двери и окна здесь отсутствовали. Кроме того, я не обнаружил какую-либо аппаратуру или механизмы, придя к выводу, что эта полусфера вряд ли является частью космического корабля. Она была больше похожа на чьё-то жилище, хоть и выглядела пустой. На стенах тоже виднелись некие бугорки, которые вполне могли бы быть полками. Что меня поразило больше всего, так это отсутствие углов. Эта постройка была словно вылита из одной формы, и я готов поклясться, что никогда не видел ничего подобного.

Я бродил вокруг до тех пор, пока не заметил что-то, выпирающее из стены. Это напоминало винтовую лестницу, ведущую на следующий этаж, только без ступенек. Продвигаясь вверх, я никак не ожидал увидеть того, что скрывала в себе полусфера.

Я обомлел… передо мной открылся целый мир, новый и неизведанный! В центре фонтаном падал столб воды, а вокруг него прорастало множество растений небывалой красоты, которые были явно неземного происхождения. От богатства цветов пестрило в глазах, но я продолжал разглядывать эту флору, поражённый её великолепием. Я искал схожие черты с растительным миром на Земле, однако не находил ничего подобного.

Мне захотелось поделиться своим открытием с экипажем, и, спустившись, я направился к выходу. Я знал, что нарушил тысячу правил, переступив порог этой полусферы, но последствия мне были не страшны. Тем не менее, это было уже не важно, поскольку я не мог найти того отверстия, через которое проник сюда. Я обошёл все комнаты несколько раз, прежде чем понял, что оно просто… исчезло.

Пронзил ли меня страх в тот момент? Возможно. Теперь мне трудно об этом говорить, ведь с тех пор прошло много времени. Мои руки покрылись морщинами, а ноги с трудом передвигаются между этажами, но я продолжаю изучать растения, которые цветут вопреки всем известным мне законам природы. Я использую листву как бумагу, записывая наблюдения и мысли при помощи одного цветка, в плотном стебельке которого течёт яркий и вязкий сок.

Поначалу я задавался многими вопросами. Кто создал эту полусферу? Как она оказалась на Титане? Почему в ней имеются все условия для жизни человека? Найдут ли меня когда-нибудь? Но со временем я перестал спрашивать себя о чём-либо, решив, что мы ещё очень многого не знаем о нашей Вселенной. В одном я был точно уверен: откуда бы ни взялась эта полусфера, она была оставлена неслучайно на спутнике, чьи плотные облака делают его почти невидимым для наших глаз.

Но главное своё открытие я совершил позже, когда задержался на верхнем этаже, изучая свойства одного из деревьев. На нём росли крупные плоды белого цвета в форме цилиндров, которые я уже успел попробовать. Поначалу я опасался, ведь не обладал никакими знаниями об их составе, но голод заставил меня переступить черту сомнений, невзирая на возможные риски. Плоды были немного сладковатыми на вкус и, к моему удивлению, одного из них мне хватило, чтобы насытиться. Я не был уверен, но предполагал уже тогда, что эта полусфера была изобретена специально для человека, несмотря на то, что всё в ней было необычно. Даже те растения, которые я принял за лампочки, свисающие с потолка, были созданы для освещения. Но внезапно мои размышления прервал странный звук, которого я ещё не слышал.

Купол полусферы открылся надо мной, словно бархатные шторы на театральной сцене. И через прозрачную оболочку, разделявшую меня от внешнего мира, я смог увидеть… планету. Я не просто был закован внутри этой конструкции, я путешествовал вместе с ней! Каждый раз, когда купол исчезал, я мог наблюдать новое небесное тело. Поначалу это были хорошо известные мне планеты и спутники, но вскоре я перестал узнавать то, что видел. Несомненно, это были далёкие, ещё не изученные нами миры…

В детстве я мечтал открывать земли, и мне представилась уникальная возможность повидать планеты, на которые ещё не ступала нога человека. Но что это — подарок судьбы или наказание за любопытство? Я видел невероятные вещи, но не мог поделиться ими ни с кем. Все мои открытия и наблюдения дрейфуют в бесконечности Вселенной, и я не знаю, смогут ли они когда-нибудь попасть в руки человечества.

Это меня угнетало первое время, однако надежда, что кто-нибудь найдёт мою полусферу, позволяла мне двигаться вперёд. Когда я видел новую планету, то делал записи и зарисовки. Я фиксировал всё, не упуская ни малейшей детали. Моему взору открывались широкие равнины, высокие горы, извилистые хребты и безграничные моря. Я видел зверей, насекомых и птиц, которые обитали на тех или иных небесных телах. Они были так удивительны, так прекрасны, что по их подобию я даже попытался слепить фигурки из грунта похожего на глину, который нашёл на своём корабле. Со временем полки наполнились моими скульптурами и самодельными книгами. Эта полусфера стала для меня Титановым ковчегом, внутри которого скрывалось множество тайн…

Я надеялся, что однажды мой дрейфующий корабль приземлится на поверхность планеты, на которой окажется человеческий экипаж, и что вся моя работа не окажется напрасной. Я мечтал о том, что кто-нибудь войдёт в мой Ковчег и сделанные мной записи помогут учёным найти те миры, которые мне удалось лишь увидеть. Мне хотелось верить, что эти исследования станут частью великой истории.

С годами мои желания и амбиции погасли, оставив после себя лишь неясные очертания. Я просто продолжал любоваться космическим пространством, чувствуя себя таким маленьким и незаметным по сравнению с огромной и полной загадок Вселенной. Пускай я совсем один, но мне выпал шанс побывать её уникальным зрителем, и поэтому на моей душе было спокойно. Ведь этот Ковчег открывает мне взор на новые планеты, и я не знаю, где он приземлится в следующий раз. Но сегодня я засыпаю в надежде, что когда открою глаза, то вновь увижу свою родную и такую далёкую… Землю.

Content

Алена Шарапова
Титанов ковчег