Батиджелли Розанна

Убежище ледяной страсти [Rescued by the Guarded Tycoon]

Розанна Батиджелли

Убежище ледяной страсти

Любовный роман — Harlequin — 1123

Глава 1

Ледяной дождь хлестал по лобовому стеклу. Дворники работали как бешеные. Ронни вцепилась в руль так, что побелели костяшки пальцев, и до рези в глазах всматривалась в дорогу сквозь муть лобового стекла.

И черт ее дернул отправиться в город, не узнав прогноз погоды. Ронни только, что переехала в Парри-Саунд, и ей до смерти надоело распаковывать бесчисленные коробки, поэтому она решила прерваться, чтобы сменить обстановку и побаловать себя поездкой в город. Пройтись по любимым книжным лавкам, выбрать пару-тройку новых книжек, прихватить пиццу и провести приятный вечер в своем новом коттедже с романтическим названием «Зимняя гавань».

Снег пошел, как только она выехала за ворота. Но Ронни не обратила на это внимания. Такая погода в этих местах — обычное дело. Первый снег здесь мог выпасть даже в октябре.

Ронни заглянула в букинистический магазин и, перебрав книжки на нескольких полках, выбрала три книги — две для себя и одну для своего сына, Энди. Подойдя к кассе, чтобы оплатить покупки, она отметила, что покупателей заметно поубавилось. Мелисса, владелица магазина, объявила, что скоро закроется из-за обещанного ледяного дождя.

Ронни поспешила к своей машине. Она прорывалась сквозь шквалистый ветер, прикрывшись рукой от хлопьев мокрого снега, летевших в лицо. К тому же резко похолодало. Мгновенно обледеневшая дорога таила большую опасность. Возвращение в «Зимнюю гавань» теперь уж точно не назовешь приятным.

Сев в машину, Ронни промокнула лицо салфетками и включила зажигание. Когда машина прогрелась, она выскочила наружу, чтобы смахнуть снег с лобового стекла. Однако тут же поняла, что это бесполезно. Надо немедленно трогаться в путь, включить дворники, и надеяться, что она сможет вернуться домой до темноты, когда дороги станут еще более коварными.

Ронни тяжко вздохнула и влилась в поток машин, двигаясь почти наугад.

Она ни за что не сможет притормозить у «Пиццерии Маурицио», подумалось ей. Услужливое воображение немедленно подкинуло картинку настоящей сицилийской пиццы, которую ее кузен Кассон заказал, когда она впервые сюда приехала неделю назад. У нее слюнки потекли при воспоминании о пицце со шпинатом и рикоттой, которой она предвкушала насладиться этим вечером. Ронни вздрогнула, когда ее машина резко вильнула на обледенелой дороге.

Выровняв машину, с бьющимся сердцем Ронни сбавила скорость до минимума и улиткой ползла по дороге.

«Сосредоточься, просто сосредоточься», — твердила она себе, чувствуя, как пересохло во рту.

В глазах было ощущение песка, но она не смела оторвать руку от руля, чтобы потереть их.

Слава богу, сына нет рядом. Она с ума сошла бы от страха, будь Энди с ней в машине. Ронни сильно щурилась, чтобы хоть как-то различать дорогу. Сейчас она отчетливо понимала, как человек может быть полностью загипнотизирован мелькающими перед глазами дворниками, которые со свистом сгоняли с ветрового стекла капли ледяного дождя.

Внезапно ее ослепил луч фар автомобиля, и она бросила взгляд в зеркало заднего вида. Ее автомобиль стремительно нагонял огромный черный грузовик с массивной хромированной решеткой радиатора. Ронни нахмурилась. Возможно, водитель не был особенно обеспокоен дорожными условиями, потому что у него или у нее были шипованные шины. Но даже в этом случае он, а Ронни была готова поспорить, что за рулем грузовика мужчина, должен проявлять некоторое уважение к людям, управляющим более скромным по размерам транспортным средством. Особенно в такую жестокую погоду…

Ронни подумывала включить аварийные огни и медленно съехать на обочину, чтобы пропустить грузовик. Она не хотела, чтобы нетерпеливый водитель ехал за ней. Это, мягко говоря, нервировало бы ее, особенно если он начнет ее обгонять.

А судя по всему, он намеревался поступить именно так.

Она решила действовать на опережение. Ронни включила аварийку, а затем свернула на обочину. И тут ей показалось, что руль вырвался из рук, и машину закрутило. Потеряв всякое чувство равновесия и контроля из-за мелькающего в глазах калейдоскопа, Ронни зажмурилась и приготовилась к неизбежному столкновению.

Через несколько мгновений, показавшихся ей вечностью, она открыла глаза и поняла, что опасность миновала. Ее машина просто съехала в кювет и увязла в снегу. Ронни облегченно выдохнула и немного расслабилась.

Она прищурилась и посмотрела на дорогу. Преследовавший ее огромный черный грузовик притормозил у бровки дороги.

Она наблюдала, как дверь грузовика распахнулась и вышел водитель.

Ледяная морось, катившаяся по лобовому стеклу, мешала обзору, но, когда она попыталась завести машину, чтобы включить дворники, шум, издаваемый автомобилем, заставил ее тут же выключить зажигание. Чертыхнувшись сквозь зубы, она ждала, пока водитель приблизится. Ронни прищурилась, мельком заметив рыжеватые волосы, прежде чем мужчина накинул на голову отороченный мехом капюшон своей парки и направился к ее машине. Атлетического сложения гигант, под два метра ростом, шел к ней, по колено увязая в снегу.

А это означало, что она провалится по самые бедра, если рискнет выйти наружу.

Ронни вздрогнула. Ее пальцы начали неметь, даже в перчатках. Ледяной дождь, хлеставший по капоту машины, казалось, усилился, и Ронни охватило неприятное предчувствие.

Нужно позвонить кузену Кассону или его жене Жюстин. Она не предупредила их, что собирается в город…

Она порылась в сумке и снова чертыхнулась, поняв, что забыла телефон дома.

Вероятно, он остался на кухонном столе. И теперь ей придется уповать на помощь водителя грузовика. Сначала она должна будет позвонить кузену, а потом вызвать эвакуатор.

Ронни сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться. Она злилась на себя по нескольким причинам: почему не справилась о погоде перед выездом в город, как умудрилась забыть дома телефон, и, наконец, зачем решила съехать на обочину?

Остается одно — надеяться на помощь незнакомца. Хорошо, если он направляется к ней с добрыми намерениями…

Она всегда гордилась своей независимостью и самодостаточностью. Особенно после ухода мужа, спасовавшего перед опасной для жизни болезнью их сына. Он бросил ее и Энди, когда сыну назначили сеансы химиотерапии. И утешился в объятиях другой женщины задолго до развода. Это был тяжелый удар для Ронни. И тогда она поклялась себе, что никогда больше не будет зависеть от мужчины. И вот она здесь, уязвимая и беспомощная. И у нее нет выбора, кроме как положиться на этого великана. А ведь сложившуюся ситуацию можно было предотвратить, повторяла она про себя в сотый раз, проклиная свою беспечность.

Ронни нервно барабанила пальцами по рулю, наблюдая за приближением мужчины. Она уже могла разглядеть его нахмуренные брови, уловила проблески поразительного голубовато-зеленого цвета в его прищуренных глазах, прямой нос и высокие скулы, а также блестящую золотисто-рыжую щетину над верхней губой, на четко очерченных челюстях и подбородке. Щетина была того же цвета, что и волосы парня, скрытые сейчас под капюшоном его парки. Не желая впускать ледяной дождь, Ронни подождала, пока мужчина не окажется в полуметре от нее, прежде чем опустить окно на несколько сантиметров. Она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Незнакомец был похож на викинга. Викинг в канадской парке.

— Привет, вы в порядке?

У него был глубокий баритон. Голос соответствовал его росту и комплекции, и на несколько секунд слова застряли у нее в горле.

Ронни боролась с искушением отчитать его за то, что он послужил причиной ее съезда с дороги, но одновременно была благодарна, что он остановился, чтобы узнать, все ли с ней в порядке.

Может быть, не такой уж он и придурок…

Она пристально на него взглянула, завороженная кристальной синевой его глаз, в которых читалось искреннее беспокойство.

— Я… я…

— Вы ударились головой? — спросил он, наклоняясь к ней. — Крови вроде не видно, но у вас может быть сотрясение мозга.

— Э-э-э… хм… нет, — ответила она, запинаясь.

Он снова нахмурился:

— У вас, возможно, шок, и вы ничего не помните. Думаю, лучше всего будет, если я прямо сейчас отвезу вас к доктору. А машину завтра пригонит эвакуатор. Сегодня это вряд ли возможно.

Он наклонился еще ниже, пытаясь разглядеть ее в открытую щелку окна.

— Вы чувствуете боль? В шее? В груди? В ногах? — продолжил допытываться он.

Ронни ощутила его теплое дыхание и видела лишь синеву его глаз. И только мгновение спустя смогла сосредоточиться на его вопросе.

— Нет-нет. — Ронни отрицательно качнула головой и поморщилась. — Но у меня голова разболелась.

— Вот поэтому вам и нужен доктор. Вы могли удариться головой, когда машину крутануло, но не помните этого. Такое часто случается при травме головы. Слава богу, что машина не перевернулась, — добавил он. — Как, говорите, вас зовут?

— Вероника или Ронни, — ответила она.

— О'кей. Вероника или Ронни. Не очень приятно знакомиться при подобных обстоятельствах, но тем не менее, рад знакомству. Меня зовут Редмонд или Ред, — улыбнулся он.

Ронни моргнула, неожиданно представив себе незнакомца в обличье викинга, и смутилась, словно он мог угадать ее мысли.

— У вас какой-то подозрительно тусклый взгляд, — озабоченно пробормотал он. — Вас все же следует показать врачу.

— Мне не нужен врач, — возразила она. — Мне нужно позвонить моему… моему.

— Мужу, — закончил он за нее. — Конечно. Только сначала нам нужно добраться до моего грузовика. Похоже, мне придется взять вас на руки, если вы не возражаете.

Щеки Ронни порозовели. Наверняка она сможет дойти до грузовика сама. Однако глубина снежного покрова и быстро сгущавшиеся сумерки, похоже, сделали эту задачу непосильной. Придется положиться на помощь ее спасителя. Она подхватила сумочку и надела на плечо холщовую сумку с книжками.

— За багаж потребуется отдельная плата, — заметил он серьезным тоном.

У Ронни отвисла челюсть.

— Шутите? — сердито спросила она, заметив пляшущих в его глазах чертиков. Ей сейчас явно не до шуток.

— А вы мне поверили? — усмехнулся он.

— Я вас совсем не знаю, — холодно ответила она. — И не понимаю, когда вы шутите, а когда говорите всерьез. А еще я не привыкла прыгать в объятия первого встречного. — Она указала на снег. — Боюсь увязнуть по уши, если не приму ваше предложение, хотя это самое малое, что вы можете для меня сделать.

Он вопросительно взглянул на Ронни:

— Не совсем понял вашу последнюю фразу, но выяснять отношения лучше в тепле кабины грузовика. Не то я и сам превращусь в ледяную статую.

Ронни прикусила язык, чтобы не съязвить. Он подхватил ее на руки, и она инстинктивно обняла его за шею, чтобы держать равновесие. Пока Ред, увязая по колено в снегу, нес ее к машине, Ронни приникла головой к его широкой груди, прячась от колючего ветра со снегом. Она прикрыла глаза, и ее охватило давно забытое чувство защищенности и спокойствия.

Это было странное ощущение. Тем временем заметно похолодало и дорога покрылась скользкой ледяной коркой, опасной для езды.

Интересно, как они теперь доберутся до ее жилья?

Ронни распахнула глаза, поняв, что Ред остановился. Она испытала разочарование, когда он поставил ее на обочину дороги в полуметре от пассажирской двери грузовика. Она бросила взгляд на дорогу. Машин было мало, и они еле ползли. Ронни окинула взглядом грузовик. Ред не заглушил двигатель, чтобы не замерзли стекла, и машина урчала, подобно спящему монстру.

Колеса доходили ей до талии, но Ронни сомневалась, что грузовик достаточно маневренен, чтобы доставить ее в коттедж по такой дороге.

— Я бы предложил вам залезть в кабину самостоятельно, но не рискну, имея в виду недавний инцидент. — Баритон с хрипотцой вывел Ронни из состояния задумчивости.

Ред открыл дверь кабины и помог Ронни забраться на пассажирское сиденье.

Она удобно устроилась, наслаждаясь окутывающим ее теплом. Ронни втянула в себя воздух, почуяв запах пиццы. Она оглянулась и увидела за заднем сиденье большую коробку со знакомой надписью «Пицца от Маурицио».

В этот момент водительская дверь распахнулась, и Ред быстро занял место за рулем. Он широко улыбался.

— Проголодались?

Ред едва сдержал смех при виде лица Ронни, которое выражало недоверие и нечто похожее на зависть.

— Я тоже собиралась купить там пиццу, — пробормотала она с явным сожалением в голосе. — Но, услышав о ледяном дожде, передумала заезжать в пиццерию.

— Я готов поделиться, — торжественно провозгласил он. — Но сначала звоните мужу и дайте адрес, куда вас везти. — Ред снова улыбнулся и включил дворники.

— Не будь я в вашей власти, я бы указала дорогу, — неожиданно выпалила она. — Простите за прямоту, но ваш грузовик-монстр буквально накатывал на мой автомобиль. Я занервничала и хотела съехать на обочину, чтобы уступить вам дорогу, а вы пролетели мимо, а мою машину занесло. Вы и есть виновник происшествия. — Ронни скрестила руки на груди и уставилась на своего обидчика, воинственно задрав подбородок.

— Ух ты, я совсем не ожидал такого поворота. Позвольте вам заметить, Вероника или Ронни, я подъехал ближе, потому что хотел дать вам знать, что у вас не работает задняя фара. — Он наклонился к ней чуть ближе. — И хотите верьте, хотите нет, но я соблюдал скоростной режим. — Он смотрел на ее вспыхнувшие щеки, карие глаза и каштановую прядку волос, выбившуюся из-под шапочки. А эти розовые губы с чувственным изгибом…

— Я забыла телефон. Можно мне воспользоваться вашим?

— Конечно, — ответил он, подавив желание улыбнуться. Ее искренность подкупала. Он протянул ей телефон. — Ваш муж, наверное, с ума сходит от беспокойства.

Ее лоб прорезала тонкая морщинка. Она сняла перчатки и взяла телефон. Обручального кольца на левой руке не было.

Из трубки донесся громкий мужской голос:

— Здорово, приятель. Как дела?

Ронни уставилась на телефон, словно услышала голос пришельца из космоса.

— С каких это пор я стала приятелем?

— Ронни? А почему ты звонишь с номера моего друга? Ты где? Не думал, что ты выйдешь из дома в такую погоду.

Ред и Ронни обменялись удивленными взглядами. У них есть общие друзья?

— Я возвращалась из города. Машину занесло, и я съехала в кювет. Он ехал по дороге следом за мной и остановился, чтобы помочь. Свой телефон я забыла дома.

— Как ты? Травм нет?

— Я… я в порядке.

— Уверена? Передай трубку Реду.

Ронни протянула Реду телефон. Ему не терпелось узнать, с кем из его друзей говорила девушка.

— Алло. Подожди, я включу громкую связь. Итак, кто ты, мой приятель?

— Ред, это Кассон. Спасибо, что пришел на помощь моей кузине. Слава богу, что с ней все в порядке.

— Кузина? — Он взглянул на Ронни. Кассон и правда как-то упоминал о кузине по имени Ронни.

— Ты уверен, что с ней все в порядке? — допытывался Кассон. — Она не ударилась головой? Ред снова воззрился на Ронни. Та закатила глаза.

— Она настаивает, что с ней все в порядке, — проговорил Ред в трубку. — Никаких ушибов не видно. И машина на ходу, просто увязла в снегу, так что колес не видно.

— Я закажу на завтра эвакуатор, — сказал Кассон. — Что же касается коттеджа Ронни в «Зимней гавани», вряд ли вам удастся туда добраться. Все дороги обледенели. А как там у вас в городе?

— Тоже неважно, — ответил Ред. — Мне долго придется добираться до дома.

— Сможешь приютить у себя Ронни на ночь? — спросил Кассон. — Надеюсь, в твоей хижине найдется для нее уголок?

Ред усмехнулся, поймав сердитый взгляд Ронни.

— Думаю, я смогу выделить ей место в моей лачуге.

— Прошу прощения, господа, — вмешалась Ронни. — Ред может высадить меня у ближайшего отеля, если вы не возражаете.

— Ладно. Позвони мне, Ронни, как только устроишься на ночлег, — сказал Кассон. — Спасибо, Ред, дружище. Удачи на дороге.

— До связи, — ответил Ред и отключился.

Он включил радио, поймав конец спортивных новостей. Далее шел прогноз погоды. Диктор объявил о резком ухудшении погоды и просил водителей по возможности покинуть трассу.

— У меня нет другого выхода, кроме как отвезти вас к себе, — заявил Ред, выключив радио. — Ближайший отель гораздо дальше моего жилья.

Он уловил тревогу на ее лице и продолжил:

— Не беспокойтесь. Мой дом не такая уж развалюха. Конечно, кое-что надо бы подправить, но поверьте, это не самое худшее место, где можно застрять…

— Не могу поверить, — пробормотала Ронни, тряхнув головой. — За что мне все это?

— Не убивайтесь вы так, — ободряюще произнес Ред и улыбнулся. — Зато вас ждет шикарная пицца. Давайте выбираться отсюда. Пристегнулись?

Ронни кивнула.

— Тогда поехали. — Он медленно тронулся, целиком сосредоточившись на дороге.

Он вспомнит все, что Кассон рассказывал о своей кузине, позже.

Глава 2

Ронни уставилась на дорогу невидящим взглядом, дворники с шипением метались по лобовому стеклу взад-вперед, словно злились на непогоду, тщетно пытаясь очистить стекло. Вот тебе и тихий вечер в коттедже… Она направлялась к «лачуге» практически незнакомого мужчины. Тот факт, что он и Кассон друзья, несколько успокаивал, но ей отнюдь не улыбалась идея провести ночь в ветхой холостяцкой берлоге, судя по описанию хозяина и Кассона.

По крайней мере, подумала она, он, должно быть, холостяк потому, что не было никаких упоминаний о жене или подруге…

Ронни украдкой взглянула на Реда. Он скинул капюшон, открыв копну волос цвета полированной меди, с завитками на концах. Его скулы и подбородок покрывала густая рыжая щетина, по крайней мере недельной давности.

И все же она не могла отрицать, что он довольно мил и хорош собой. Хотя определение «милый» не совсем подходящее слово для этого… этого викинга.

Он перехватил ее взгляд, и Ронни смутилась, не зная, что сказать.

Ее щеки зарделись, и ей захотелось открыть окно, чтобы остудить горящую кожу.

— Как далеко ваш дом? — выпалила она.

— Не терпится полакомиться пиццей, да? — подначил он, улыбаясь и демонстрируя безупречные зубы.

Внезапно грузовик резко вильнул влево, Ронни вскрикнула и зажмурилась, привалившись к плечу Реда. А когда снова открыла глаза, то увидела, что они движутся по довольно узкой и пустынной однополосной дороге, слабо освещенной фонарями. Никаких домов не было видно. Ронни села ровно и вглядывалась в темноту сквозь мельтешение дворников. Интересно, куда он ее везет?

Сердце Ронни билось в такт с барабанящими по лобовому стеклу каплями ледяного дождя. И тут она заметила возникшие прямо перед ними ворота, богато украшенные в викторианском стиле, по бокам от которых стояли крепкие фонарные столбы. Ее взгляд метнулся к Реду, который притормозил и нацелил пульт на ворота.

— Сезам, откройся, — драматично приказал он, и глаза Ронни расширились, когда двойные ворота распахнулись, а затем закрылись, как только они оказались внутри.

Мгновение спустя в ее поле зрения возник величественный трехэтажный викторианский особняк с фронтонами и арками. Эркерные окна светились в темноте, как яркие глаза. А гирлянда огней, висевшая над крыльцом, огибающим дом, мерцала, двигаясь вместе с ветром и ледяным дождем. Ред остановился на круглой подъездной дорожке, примыкающей к парадному крыльцу.

— Добро пожаловать в мою «лачугу», — сказал он, ухмыляясь. — Я открою вашу дверь.

Он надвинул капюшон и выпрыгнул из кабины, обежал ее и открыл пассажирскую дверь, помогая Ронни выйти. Ступенька уже обледенела.

— Позвольте проводить вас в дом, Вероника или Ронни, а потом я вернусь за пиццей.

Он галантно поддерживал ее под локоть, пока они поднимались по ступеням парадного крыльца.

— Не хочу, чтобы вы, не дай бог, поскользнулись и разбились, не то ваш кузен уничтожит меня. — Он отворил входную дверь с витражным стеклом и посторонился, давая ей войти.

Ронни так и застыла на пороге, пораженная роскошным интерьером фойе: пол из сердолика и черной плитки, стулья с высокими спинками, обтянутые кремовой кожей, антикварные шкафы — все это напомнило Ронни ее любимую детскую книжку Клайва Льюиса «Лев, ведьма и гардероб».

— Позвольте помочь вам снять куртку, Ронни.

Протяжный голос Реда вывел ее из состояния задумчивости, вернув в действительность. Она сняла парку, и он повесил ее в шкаф. Пока она витала в облаках, он уже успел снять и свою куртку, и Ронни не могла не отметить, как ему идет серо-голубой свитер ручной вязки под цвет его глаз и синие джинсы. Высокий и широкоплечий, он напоминал ей футболиста. А его медно-рыжие волосы явно свидетельствовали об ирландских корнях.

— Пойду принесу пиццу, а вы устраивайтесь поудобнее в салоне, — улыбнулся он. — Наверное, зря я снял парку…

Она последовала за Редом в просторный салон с богато украшенным камином, по бокам которого высились встроенные книжные полки с классикой и современными произведениями литературы. Напротив камина стояли два кожаных кресла, а в алькове она увидела элегантный антикварный столик красного дерева и такой же стул возле огромного окна. Ронни казалось, что она очутилась в другой эпохе. Она перевела взгляд на резную дубовую лестницу, ведущую на второй этаж, а затем еще выше, на арочный потолок с рельефом из роз. Она представляла, как выглядит второй этаж.

«И вот в таком великолепии ты, возможно, будешь ночевать», — нашептывал ей внутренний голос.

— Ну, и как вам моя берлога?

Ронни вздрогнула от неожиданности. Она так увлеклась разглядыванием интерьеров, что не слышала, как Ред вернулся.

— Хм, похоже на берлогу из сказки, — сухо ответила она. — Я бы не удивилась, если бы увидела спускающуюся по лестнице Красавицу в шикарном наряде и чудовище, которое за ней следует.

Ред ухмыльнулся:

— Смею вас заверить, что никаких чудовищ в доме не водится, но я могу в него превратиться, если немедленно не съем кусок пиццы. Давайте вместе ее съедим, а потом я покажу вам покои Красавицы.

Она прошла за ним в просторную кухню, оборудованную по последнему слову техники. Ред поймал ее взгляд и заметил:

— Вы, вероятно, удивлены, почему я купил пиццу, имея такую кухню. Просто мне порой нужна передышка. Я не могу готовить блюда высокой кухни каждый день.

Ронни цинично улыбнулась. А этот викинг, видно, парень не промах. Знает, как произвести впечатление на противоположный пол…

Она наблюдала, как он вымыл руки и быстро накрыл на стол, не забыв про бутылку вина.

— Вы позволите? — спросил он, беря ее бокал.

Ронни покачала головой:

— Мне воды, пожалуйста.

Она села за стол. Ред налил ей воды, а себе вина.

— За удачное прибытие домой, — провозгласил Ред, поднимая бокал.

— К вам домой, — поправила она. — Я буду праздновать, когда доберусь до своего дома.

— Вы ведь живете в «Зимней гавани?» — уточнил он.

Ронни отпила глоток воды.

— С недавнего времени, — коротко ответила она, давая понять, что не расположена распространяться о своей личной жизни, и взяла кусок пиццы. На самом деле ее терзало любопытство, и ей не терпелось задать ему кучу вопросов. Например, чем он занимается по жизни? Как он свел дружбу с Кассоном? Из каких мест он родом? Есть ли у него подруга? Что он делает в этом викторианском замке?

— Я позвонил Кассону, — заметил он, принимаясь за пиццу. — Он был рад услышать, что вы в безопасности.

Ронни кивнула и бросила взгляд в окно. Ледяной дождь барабанил по стеклу. Врагу не пожелаешь оказаться в такую погоду на дороге.

— А я буду рад, когда получу прощение от вас, — сказал он, отправляя в рот добрый кусок пиццы.

Ронни перестала жевать и удивленно посмотрела на Реда.

— Простить вас? За что? — А потом добавила: — Кажется, я поняла. За вашу роль в том, что меня занесло и я съехала в кювет. Пожалуй, вы более-менее прощены.

— Ничего себе! — воскликнул он. — А вы, однако, безжалостны, мадам! Я спас вас из снежного плена и привез в приличное и безопасное место, а вы… — Не закончив фразу он воздел руки к небесам.

Ронни в недоумении тряхнула головой. Что он за человек? Может, актер из местного театра? Эта его склонность к драме…

И тут Ронни заметила, как дрогнули уголки его губ.

— Пожалуй, вы заслужили мое окончательное прощение, — произнесла она и уткнулась в свою тарелку с едой.

— Уфф, слава богу, — откликнулся он. — Теперь я смогу спать спокойно. Не стесняйтесь, Вероника или Ронни, угощайтесь, — предложил он, кивнув на блюдо с пиццей.

Ронни надула губы.

— Вы можете выбрать одно мое имя, — сказала она. — я предпочитаю Ронни.

— Хорошо, пусть будет Ронни, — согласился он, подавив улыбку.

Ред чувствовал, что девушка напряжена. И немудрено. Она еще легко отделалась.

— Вы отказались от вина, а не хотите ли травяного чая? — предложил Ред.

— Благодарю вас, но я, пожалуй, допью воду, а потом, если вы не возражаете, проводите меня в комнату для гостей, и желательно без привидений.

Ред ухмыльнулся:

— Духи обитают только в моем кабинете, вон там. — Он махнул рукой в сторону коридора.

Он наблюдал, как она задумчиво скрестила руки на груди. Она выглядела очень молодо: на лице ни грамма косметики, волосы собраны в конский хвост, фланелевая рубашка в сине-красную клетку и джинсы. На вид ей лет двадцать семь — двадцать восемь.

Она пристально на него посмотрела:

— Вы в этом уверены? У такого особняка непременно должна быть своя история. Ему наверняка лет сто или больше.

— Сто пять, если быть точным, — сказал Ред. — И особняк всегда был под хорошим присмотром. Он своего рода цитадель искусства. — Ред почувствовал, что Ронни хочет подробностей и об особняке, и, возможно, о его хозяине.

— Завтра утром я покажу вам дом, если захотите. А сейчас пора уложить вас в постель.

Ее брови изумленно взметнулись вверх, и он мысленно укорил себя за двусмысленно прозвучавшую фразу. Ему совсем не хотелось смущать девушку. Ей и без того сегодня досталось.

— Простите меня за бестактность, — извинился он. — Можем немного посидеть у камина.

— Извините, но я купила новые книги и хотела бы их полистать, — ответила она.

— Хорошо, в таком случае я провожу вас в гостевую спальню, — легко согласился он.

Они поднялись на второй этаж с дубовыми полами и тиснеными золотистыми обоями, миновав несколько полностью меблированных комнат. Реду повезло приобрести особняк с оригинальными интерьерами и антикварной мебелью Викторианской эпохи. Предыдущий владелец, предки которого выстроили особняк более века назад, не имел наследников и решился на продажу, когда узнал, что у него рак в последней стадии и дни его сочтены. Он поручил риелтору найти покупателя, заинтересованного в сохранении особняка в его первозданном виде.

Ред оказался в нужное время и в нужном месте.

Его старый университетский друг Кассон Форрестер обратился в архитектурную фирму Реда с предложением поработать над проектом создания курорта Франклина для реабилитации детей, прошедших курс химиотерапии. Ребенку с родителем или родителями предоставлялась возможность провести неделю на фешенебельном курорте. Ред лично приехал в Парри-Саунд и тут же влюбился в местность, решив инвестировать и собственные средства в недвижимость в известном биосферном заповеднике, охраняемом ЮНЕСКО.

Тогда-то он и узнал о продаже викторианского особняка и решил его купить. Хотя его головная компания находилась в Торонто, а филиалы были разбросаны по всему миру, Ред был очарован местечком Парри-Саунд и возможностью приезжать сюда для смены обстановки и передышки от бешеного ритма жизни крупного города. А когда увидел особняк с дивными окрестностями, то немедленно принял решение о его покупке.

Он приобрел особняк месяц назад и успел переехать, чтобы принять участие в торжественном открытии курорта Франклина. Он нанял команду, чтобы освежить интерьеры, но отремонтировал лишь свою спальню и пару комнат для гостей, оставив все остальное в первозданном виде. Ред неторопливо вынашивал идею капитальной реставрации особняка.

— Мы почти пришли, — сказал он, замедлив шаг, и повернулся к Ронни.

Она в этот момент разглядывала его комнату через открытую дверь и, наткнувшись на него, пошатнулась и выронила из рук сумку с книгами. Он инстинктивно подхватил ее, спасая от падения. На мгновение она оказалась в его объятиях, и Ред почувствовал, как участился его пульс. Ронни быстро отстранилась.

— Извините, — смущенно пробормотала она, поднимая сумку с книгами.

— Ничего страшного, — улыбнулся он в ответ. — Но думаю, нам следует потренироваться, если мы хотим принять участие в танцевальном шоу на телевидении…

Ронни было нахмурилась, но затем рассмеялась. Он был рад такой реакции на свою шутку.

Ред остановился перед следующей дверью.

— Ну вот, это одна из гостевых спален, — объявил он, открывая дверь.

Он включил свет и пригласил Ронни войти, с удовлетворением отметив, что комната произвела на нее впечатление.

— Я хотел сохранить в доме дух Викторианской эпохи. Здесь только новые обои, шторы и постельное белье. Вы первая гостья этой комнаты.

— Чувствую себя королевой Викторией, — пробормотала Ронни.

— Отдыхайте, а если станет прохладно, можете включить газовый камин.

— Спасибо. Мне всегда ночью жарко. — Ронни вспыхнула и опустила взгляд.

Ред понял, что она сожалеет о нечаянном признании.

— Ладно, тогда спокойной ночи.

Ронни посмотрела на Реда.

— Спокойной ночи, — ответила она и плотно притворила дверь.

Ред постоял несколько секунд, уставившись на закрытую дверь, а потом спустился в салон. Он подошел к эркерному окну, выходящему на залив. Ледяной дождь лишь усилился и барабанил по стеклу, стекая вниз мутным потоком из воды и белой ледяной крупы.

Несмотря на бушевавшую непогоду, Ред чувствовал умиротворение и покой. Ему нравилось его приобретение. Он станет приезжать сюда в разное время года, чтобы расслабиться и отдохнуть от суеты повседневных дел. Бывший владелец, Кэмерон Дойл, выразил желание лично встретиться с покупателем. Они беседовали за чаем целый час, и хозяин особняка принял предложение Реда, тем более что у Реда тоже ирландские корни. К тому же Ред обещал сохранить дух и стиль викторианского особняка с вековой историей.

— Возможно, вы найдете себе подходящую невесту, и детский смех снова наполнит этот дом, — выразил надежду мистер Кэмерон, дружески похлопав Реда по спине. Ред улыбнулся, вспоминая ту встречу.

Но улыбка быстро погасла, потому что на ум пришло другое воспоминание — Софи, его бывшая подруга. Они встречались больше года. Он познакомился с ней, когда получил заказ от ее родителей на обновление их поместья и виноградника в Тоскане. Софи помогала родителям вести винный бизнес. У них были виноградники не только в Тоскане, но и на озере Онтарио и в Британской Колумбии.

Ред был занят сначала учебой, потом семейным бизнесом, на личную жизнь совсем не оставалось времени. И вот наконец, встретив Софи, он вспомнил про то, что есть красивые девушки, которых следует приглашать на свидания. Очень скоро он подпал под чары Софи и подружился с ее сынишкой Марко. Он проводил с Марко довольно много времени, пока Софи занималась семейным бизнесом, который включал не только деловые звонки и встречи в городе, но и постоянные поездки на виноградники. Жили они раздельно. Бомба взорвалась после торжественного открытия обновленного виноградника в Тоскане, когда Софи сообщила Реду, что у нее появился новый возлюбленный в Италии, поскольку они с Редом отдалились друг от друга, и им лучше расстаться.

Когда прошел первый шок и злость на Софи за ее предательство немного улеглась, Ред понял, что скучает по Марко. За этот год он сильно привязался к мальчугану и искренне его полюбил. Однако Марко канул в Лету вместе с Софи. И Реду оставалось лишь смириться со сложившейся ситуацией и продолжать жить.

Однако он поклялся себе, что впредь никогда не станет встречаться с женщиной, у которой есть ребенок.

Конечно, когда-нибудь у него появятся собственные дети. Он мечтал, что у него с детьми сложатся близкие отношения не то, что у него с собственными родителями. Конечно, ему грех жаловаться. Когда родители бывали дома, он чувствовал их любовь и заботу, но довольно часто они уезжали в командировки, связанные с международными проектами, которые выполняло их архитектурное бюро.

И Ред оставался на попечении няни, которая заботилась о нем, но не могла заменить родителей в наиболее ответственные моменты его жизни. Ред умело скрывал свои эмоции, и родители ни о чем не догадывались, считая, что у них с сыном прекрасные отношения.

В старших классах Ред начал пользоваться успехом у девочек. Его веселый нрав и отменное чувство юмора привлекали противоположный пол. И Ред крутил романы направо и налево. Но отношения неизменно заканчивались, стоило подруге пригласить Реда на обед в родительский дом. Он чувствовал дружескую атмосферу настоящей семьи и ожесточался. Ему не хотелось отвечать на вопросы о собственной семье. И вскоре он прерывал отношения с пассией.

В выпускном классе он встречался с Шэрон, и, когда решил закончить отношения, девушка не приняла его отказ встречаться с ней из-за якобы его желания целиком сосредоточиться на изучении архитектуры.

— Ты ветреный донжуан и меняешь подружек как перчатки, — заявила она. — Ты не способен на серьезные отношения. Что ж, скатертью дорожка. — Она выскочила из кабриолета, хлопнув дверью. — И попробуй быть счастливым в одиночку.

Ред утопил в пол педаль газа и рванул вперед, кипя от ярости и негодования.

Он приехал в дом родителей, которые, как всегда, находились в отъезде на юге Франции. Ред не мог назвать их жилище своим домом. Он упал на кровать и задумался над словами Шэрон. Да, он всегда прекращал отношения первым потому, что хотел быть частью собственной семьи, а не входить в чужую.

Пока он был студентом, Ред не заводил романов, а с головой ушел в учебу.

Когда он получал диплом с отличием об окончании университета в Торонто, родители снова были на другом конце света. Ему не с кем было разделить успех. Пока сокурсники фотографировались и получали поздравления от родителей и близких, он сел в свой «порше», подарок родителей на окончание университета, и уехал в шикарный пентхаус, также подаренный родителями.

Он убрал диплом в верхний ящик стола, вышел в патио и уставился на огни города. Несмотря на все материальные блага и роскошные подарки, на душе было муторно. Он попытался успокоить себя тем, что скоро займет достойное место в фирме родителей и сосредоточится на интересных проектах, которые не оставят времени на эмоциональные переживания.

Ред упорно работал последние восемь лет и стал президентом компании, когда родители отошли отдел, передав в его руки наследие семьи Брэнниган.

Сейчас, год спустя после разрыва с Софи, Ред был увлечен новым проектом в Парри-Саунд, реализации которого посвящал все свое время. В одиночку.

Ред отошел от окна и направился к себе в спальню. Ему нравилось, как он все здесь переоборудовал. Забравшись под одеяло, он вернулся мыслями к своей нежданной гостье, пытаясь припомнить, что Кассон рассказывал ему о своей кузине. Команда Реда из Торонто занималась реализацией проекта. Но он взял пару выходных и лично приехал в Парри-Саунд на встречу со старым университетским приятелем.

Заложив руки за голову, Ред предался воспоминаниям. Он приехал в гости к Кассону вскоре после покупки особняка.

В доме друга, кроме его жены и новорожденной дочки, был еще парнишка, которого Кассон представил как своего племянника Адама, нет, мальчугана звали Энди.

После того как Энди вышел из комнаты, Кассон рассказал Реду, что мальчик заканчивает курс химиотерапии и станет одним из первых гостей реабилитационного центра на курорте Франклина в новом году. Он будет на курорте во своей мамой, кузиной Кассона, Вероникой.

Ронни.

Сердце Реда екнуло. И он не знал почему.

Глава 3

Ронни закуталась в уютный махровый халат, который обнаружила в роскошной ванной, примыкающей к спальне, и слушала шум дождя. Комната была чудесной. Она словно попала в другое столетие. Обстановка поражала: огромная кровать резного дерева под балдахином, абиссинский ковер ручной работы с цветочным орнаментом в нежных кремовых, желтовато-оранжевых и салатовых тонах покрывал дубовый паркет. Элегантное кресло с подголовником и гобеленовая оттоманка в том же стиле стояли у камина, богато украшенного фарфоровым орнаментом, а рядом красовался антикварный кофейный столик с винтажной настольной лампой. С потолка свисала затейливого дизайна люстра с дюжиной плафонов в форме позолоченных розочек, мерцающих неярким светом.

Потуже затянув пояс халата, Ронни направилась к окну. Она поежилась при виде струй ледяного дождя, стекающих по стеклу. Хорошо, что особняк Реда оказался поблизости. Она надеялась, что к утру потеплеет, осадки прекратятся, а ледяная корка растает, и Ред отвезет ее в «Зимнюю гавань»…

Ред. Это имя очень ему подходит. Он высокий и сильный, к тому же чертовски хорош собой. Он напомнил Ронни героев ее любимых детских книг про викингов.

Ронни потрясла головой. Господи, что за глупости лезут ей в голову? Она выключила верхний свет и забралась в кровать. Постель была такая мягкая и удобная, что Ронни почувствовала себя королевой. Надо будет обязательно поведать Энди об этом ее приключении, когда сынишка вернется от отца через пару дней.

Улыбка на лице Ронни погасла, стоило ей вспомнить те дни, когда Энди поставили этот страшный диагноз, перевернувший их жизнь.

Мучительные поездки в детскую больницу в Торонто из их родного города Гейвенхерст, растущее напряжение в отношениях с мужем и финальный удар — уход Питера из семьи. По его выражению, он нуждался в передышке. Муж съехал, оставив Ронни одну бороться за жизнь их сына.

Несколько месяцев спустя Питер объявил, что встречается с медсестрой по имени Мередит, и она приняла его предложение стать миссис Уолш после того, как он разведется. Но больше всего Ронни удивил тот факт, что Мередит, надо отдать ей должное, настояла на том, чтобы Питер выполнял свои родительские обязанности. И теперь каждый второй уик-энд Энди проводил с отцом и мачехой.

Ронни погасила настольную лампу и слушала, как стучат по подоконнику ледяные капли. Она чувствовала себя в безопасности в уютном особняке Реда так же, как в его объятиях, когда он нес ее к грузовику.

Ронни почувствовала, как участился ее пульс при воспоминании о том, как она прижималась к груди Реда, обняв его за шею, чтобы укрыться от ледяного дождя. Да что с ней происходит? Ее тело явно истосковалось по мужской ласке.

«Прекрати немедленно!» — мысленно приказала она себе. Последнее, что ей сейчас нужно, так это мужские ласки и объятия. Она только что пережила мучительный развод и болезнь сына, который, слава богу, пошел на поправку. А что, если после ремиссии снова наступит рецидив? Она не вынесет, если тот, кто будет с ней рядом, бросит ее и Энди на произвол судьбы. С нее достаточно одного раза.

Ронни сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Ее разум и тело сейчас отказывались понимать друг друга. Женское начало бурно реагировало на красавца-ирландца с васильковыми глазами и огненно-рыжей шевелюрой.

«Ты реагируешь на сексапильного мужчину, — нашептывал ей внутренний голос. — Это значит, что ты нормальная женщина. И не стоит переживать, этот викинг не сумеет тебя завоевать…»

Ронни вздрогнула и с головой накрылась одеялом, но чувствовала, как ее начал пробирать холод.

Неожиданно раздался стук в дверь.

— Прошу прощения за беспокойство, — раздался за дверью хриплый голос Реда. — Хотел вам сказать, что дождь повредил линию электропередачи и свет отключили. Ронни, вы меня слышите?

— Да, — откликнулась она. — И что нам теперь делать?

— Ну, я вижу два варианта: либо нам вдвоем соорудить шалаш из одеял и согревать друг друга, либо развести огонь в камине в салоне.

Ронни понимала, что он шутит, но, когда представила себя под одеялом вдвоем с Редом, почувствовала, как в животе запорхали бабочки.

Она кашлянула.

— Я… я за камин.

— Хорошо. Я подожду здесь, пока вы не будете готовы спуститься вниз. Мой мобильник заряжен. Могу вам его дать, чтобы вы себе посветили.

— Спасибо.

Ронни на ощупь добралась до двери и приоткрыла ее. Ред протянул ей телефон и зеленый шерстяной кардиган.

— Думаю, вам он понадобится.

— Спасибо, — пробормотала она и закрыла дверь. — Я буду готова через минуту.

Ночь, вероятно, будет длинной. Ни света, ни тепла. А она-то надеялась выспаться в шикарной постели. Вместо этого ей предстоит провести ночь, сидя у камина в компании практически незнакомого мужчины.

Она быстро оделась и посмотрела на кардиган. Почему бы нет? В спальне уже становилось прохладно. Ронни представила себе просторный салон, в котором тоже будет гулять ветер, пока не растопится камин, и решительно надела кардиган.

Она прихватила сумку с книгами. Если огонь в камине будет достаточно ярким, возможно, ей удастся почитать, вместо того чтобы вести неловкую беседу с Редом.

Они спустились в салон, и Ронни облегченно вздохнула при виде небольшой поленницы в алькове.

— Слава богу, нам не суждено замерзнуть этой ночью, — промолвила она, скрестив на груди руки.

Ред ловко уложил порцию поленьев в камин, а потом заметил:

— Я ни за что не допустил бы такого, иначе не сносить мне головы. Ваш кузен поручил мне заботу о вас. Хорошо, что камин в рабочем состоянии, — сказал Ред, поднося длинную спичку к поленьям.

Через пару минут огонь уже весело плясал в камине, жадно облизывая сухие поленья. Ред выключил фонарь в мобильнике. Огонь в камине давал достаточно света. Можно было читать.

Но Ронни сидела и смотрела на огонь, словно завороженная. Она думала о сынишке. Так было всегда, когда они разлучались. Неожиданно громкий треск прервал ее мысли, и Ронни вздрогнула, вскочив с кресла.

Ред подошел к ближайшему окну.

— Похоже, ветер обломал ветки у старого дуба, — заметил он. — Погода ухудшается, начался ураган. И полагаю, что завтра нас ждет кошмар. — Ред отошел от окна и уселся в кресло у камина. — Не знаю, как вы, Ронни, а у меня сна ни в одном глазу. Как вы смотрите на то, чтобы выпить вина и поболтать о том о сем?

Ред едва сдержал улыбку при виде растерянно-удивленного выражения лица Ронни. Она мгновение помолчала, а затем пожала плечами:

— Конечно, почему нет?

— Белое или красное?

— Предпочитаю белое, благодарю вас.

— Хорошо. Оставляю вас хранить очаг, пока я выполняю ваше пожелание.

— Хм… ладно.

Она уставилась на огонь, и Ред уловил в ее взгляде задумчивость, а может, и печаль. Наверное, она скучает по сынишке. Она выглядела такой юной и уязвимой с этими распущенными каштановыми волосами и протянутыми к огню руками с тонкими пальцами. Отблески огня освещали ее изящный профиль, и Ред смотрел на нее, затаив дыхание. Затем встряхнулся, не хватало еще, чтобы она почувствовала его взгляд и обернулась. Он включил фонарик в телефоне и отправился на кухню, чтобы принести из бара вино.

Пока выбирал вино и собирал поднос, Ред вспоминал детали своего разговора с Кассоном, когда был у него в гостях. Кассон сильно негодовал по поводу недостойного поведения мужа Ронни.

— Он, видите ли, не получал достаточно внимания от жены, — язвительно произнес Кассон. — Зачем Ронни такой муж? Она и без того натерпелась, ухаживая за больным ребенком.

Кассон сказал тогда, что обожает свою кузину и намерен предложить ей переехать в Парри-Саунд, как только Энди закончит лечение, чтобы быть поближе к семье Кассона.

Ронни работала менеджером по продажам в магазине оргтехники и компьютеров, который принадлежал Кассону, и вполне могла работать удаленно. А семья, по мнению Кассона, гораздо важнее, чем работа в офисе. К тому же он пригласил Энди и Ронни стать первыми гостями курорта Франклина.

Ред в тот момент встречался с Софи и, когда узнал о болезни Энди, представил себе, что он чувствовал бы, окажись на месте Энди ее сын Марко.

Потом они сменили тему разговора. Но Ред не мог выбросить Энди из головы всю обратную дорогу до Торонто. Кассон показал ему фотографию с дня рождения Энди, когда малышу исполнилось два годика. На фото малыш надул щечки, готовясь затушить свечки. Он стоял на стуле, а за его спиной улыбающаяся Ронни страховала мальчугана, обняв за талию. Ред подумал тогда, какая красивая женщина и какая естественная.

Ред вздрогнул, когда еще одна ветка дуба с треском упала на крышу. Он подхватил поднос и понес вино и бокалы в салон.

Разлив вино по бокалам, он поднял свой и с чувством произнес:

— Будем здоровы и получим максимум удовольствия из сложившейся ситуации.

Они чокнулись, и Ронни спросила:

— Это ваше кредо — веселиться во время экологической катастрофы?

Он рассмеялся:

— Никогда не задавался подобным вопросом.

Ред потер подбородок.

— Всегда предпочитаю оставаться на позитиве в любой враждебной ситуации, — ответил он.

— Вы последователь какой-то восточной философии? — спросила Ронни. — Сомневаюсь, что можно постоянно оставаться позитивно настроенным.

— Отвечаю на ваши вопросы по очереди. Вы правы, я иногда медитирую. Что же до вашего второго вопроса, то я легко могу впасть в депрессию, когда моя любимая хоккейная команда проигрывает со счетом 0:3.

— Вы, стало быть, хоккейный фанат?

— Да, с детства болею за «Кленовые листья Торонто».

— Прямо как мой сын, — улыбнулась она.

Ред поднял бокал.

— За «Кленовые листья», — провозгласил он.

Ронни подняла бокал, но какая-то тень пробежала по ее лицу.

— Вы беспокоитесь за сына? — участливо спросил Ред.

Ронни посмотрела на Реда:

— Откуда вы… А, конечно, Кассон вам рассказал про Энди.

Она пристально на него посмотрела, словно пытаясь понять, что ему известно о ее личной жизни.

— В настоящий момент я спокойна за Энди. — Она взглянула на часы. — Его искупали, накормили, почитали на сон грядущий и уложили в постель. — Она перевела взгляд на огонь, а потом неожиданно спросила: — У вас есть дети?

Ред вскинул брови. Она вступила на зыбкую почву. Его отношения с Марко были близки к отцовско-сыновьим. Они вместе играли, гуляли, рыбачили, делали уроки. И хотя после разрыва с Софи прошел год, Ред по-прежнему сильно скучал по Марко. С той поры он зарекся иметь отношения с женщинами с детьми.

Ронни ждала ответа. Ред тряхнул головой:

— У меня нет детей. И жены тоже.

В глазах Ронни что-то промелькнуло. Ей, вероятно, хочется знать, есть ли у него подруга жизни сейчас.

— И подруги тоже нет. Знаете пословицу: обжегся на молоке, дуешь на воду. А я не только обжегся, я обуглился.

Ронни метнула на него сочувственный взгляд.

— Мне жаль, что с вами такое произошло, — пробормотала она и перевела глаза на пламя в камине.

— А что вы можете про себя сказать? — спросил он, справедливо полагая, что имеет право на такой вопрос после своего откровенного признания.

Она снова посмотрела на Реда.

— Мне тоже пришлось сильно обжечься, — призналась она. — Однако сейчас все устаканилось, и я ничего не хочу менять в своей жизни…

— Означает ли это, что у вас есть кто-то, с кем вы крутите роман без всяких обязательств, или вы просто отшиваете всех поклонников? — прямо спросил Ред.

Ронни сначала нахмурилась, а затем усмехнулась:

— Не могу сказать, что поклонники толпятся у моих дверей.

— В таком случае они много теряют, — откликнулся Ред и заметил, как зарделись ее щеки.

— Мне это на руку. — Ронни небрежно пожала плечами. — Главный человек в моей жизни — Энди. Его здоровье, счастье и благополучие для меня превыше всего. И я не желаю отвлекаться ни на кого другого тем более, если взрослый мужчина ведет себя как капризный ребенок, требующий к себе внимания. — Ее передернуло, словно накинутый на плечи кардиган ей мешал.

— Кассон говорил, будто вы собираетесь перебраться в Парри-Саунд…

Ронни согласно кивнула:

— На какое-то время. Я хочу сначала осмотреться, прежде чем решусь на покупку дома. Скорее всего, подожду до весны. — Ронни с любопытством взглянула на Реда. — А что вас заставило купить этот особняк? Не слишком ли он велик для одного человека?

— Так и есть. Я планирую здесь кое-что переделать, но не радикально. Этот дом — памятник культуры и существуют определенные ограничения по его содержанию и обновлению. Я переехал сюда лишь пару недель назад. Но надеюсь собирать здесь друзей. — Он улыбнулся. — Мне хочется проводить старинные балы в саду летом, а зимой балы на коньках на пруду.

— Здесь и пруд есть? — изумилась Ронни.

— Еще какой, — подтвердил он. — Завтра покажу. Кроме того, я обожаю Викторианскую эпоху и все, что с ней связано. И я просто влюбился в здешние места, когда приехал сюда впервые посмотреть привязку к местности проекта, который заказал моей фирме Кассон.

— Хотите сказать, что ваша фирма осуществляла проектирование и строительство… — Ронни не закончила фразу из-за подступившего к горлу комка.

— Курорта Франклина, — закончил за нее Ред. — И я с нетерпением жду церемонию открытия…

Глава 4

Ронни так и сидела с открытым ртом, пытаясь переварить услышанное.

— Стало быть, вы Ред Брэнниган, глава «Международного архитектурного бюро Брэннигана»… — изумленно произнесла она.

— Собственной персоной. — Ред поднялся из кресла и шутливо раскланялся. — Единственный и неповторимый. Хотя это не совсем верно, — ухмыльнулся он. — Меня назвали в честь отца, так что официально я Редмонд Брэнниган II. Но поскольку отца все зовут Редмондом, я стал просто Редом. И мне так больше нравится. Редмонд звучит чересчур напыщенно, не находите?

Ронни лишь пожала плечами, не в силах вымолвить ни слова.

— Хотя мое имя[1] вкупе с рыжей шевелюрой в детстве доставляло мне немало хлопот. Я часто служил мишенью для насмешек. Был у нас в школе мальчик по имени Иван, который терроризировал весь класс. И вот однажды на уроке рисования в третьем классе он обозвал меня рыжим уродом и корявой морковкой, не самое оригинальное оскорбление. Но потом он перешел черту, обозвав уродами моих родителей. Этого я не стерпел. Я окунул кисть в оранжевую краску и раскрасил яркими пятнами его светло-русые волосы.

Ронни не смогла сдержаться и расхохоталась.

— Вам, наверное, тогда досталось, — сквозь смех сказала она.

— Это точно. Нас обоих немедленно отправили к директору школы. Но довольные лица одноклассников, которых Иван тоже не раз обижал, послужили мне наградой. И даже учительница была на моей стороне, хотя и старалась скрыть улыбку. Было ясно, что всеобщий обидчик получил от меня по заслугам.

— Он вам отомстил?

— По правде сказать, после этого случая он оставил меня в покое. Так всегда поступают забияки, когда получают отпор.

Ронни представила себе восьмилетнего Реда с копной рыжих кудрей и синими глазами за стеклами очков. Вероятно, он был очень милым мальчиком. Она невольно улыбнулась.

— Чему вы улыбаетесь? — спросил он, буравя Ронни взглядом.

Ронни помедлила, а потом все же ответила:

— Представила вас в детстве. Наверное, вы были очень милым мальчуганом.

Его брови поползли вверх.

— Хотите сказать, что сейчас я не такой милый?

Ронни почувствовала, как запылали ее щеки.

— Я… я не имела в виду… то есть я не хотела…

— Да ладно, Ронни, прошу прощения, я не хотел вас смущать. Я не жду от вас комплимента по поводу меня сегодняшнего.

Ронни кашлянула.

— Я не стала бы обзывать вас рыжим уродом, вы скорее похожи на викинга.

— Благодарю за комплимент. А вас в школе дразнили? Давали вам прозвища? Не вижу недостатков в вашей внешности.

Он быстро окинул ее оценивающим взглядом.

— Было дело, — призналась она. — Некоторые обзывали меня «коротышкой», другие «кроликом». — Ронни задрала подбородок. — Но я не реагировала. Я люблю кроликов. — Она отпила глоток вина.

— Значит, у нас есть что-то общее, — мягко сказал он. — Вы были кроликом, а я морковкой. — Он пристально на нее смотрел, а потом слегка качнул головой, словно изменив ход мыслей. — Все кролики очень милые животные.

У Ронни участился пульс. Это он так намекает, что она милая?

Ред улыбнулся:

— Предлагаю выпить за кроликов и других симпатичных зверюшек.

Ронни подняла свой бокал и смущенно обнаружила, что он почти пустой.

— Позвольте освежить, — произнес Ред и потянулся за бутылкой.

— Нет, не нужно, благодарю вас. — Она наклонилась поближе к камину и взглянула на часы. — Думаю, ночь будет тянуться бесконечно… — Она потянулась в кресле. — Я словно лечу ночным рейсом в самолете, — заметила она. — Сомневаюсь, что мне удастся поспать.

— Но ваше кресло раскладывается, — заметил Ред. — Просто нажмите на кнопку вот здесь. — Он поднялся со своего кресла и, наклонившись к ней, указал на кнопку в подлокотнике. — И держите ее до тех пор, пока вам не станет удобно лежать.

От его близости Ронни внутренне затрепетала. Терпкий аромат его одеколона с нотками сандала заставил ее сердце учащенно забиться. Она нажала на кнопку, и кресло разложилось горизонтально. Ронни ощущала себя неловко, лежа под нависшим над ней Редом.

— Попытайтесь заснуть, — хрипло промолвил Ред и отошел к камину, чтобы подложить новых поленьев. — Я тоже постараюсь вздремнуть.

Он принес толстый плед с оттоманки и заботливо ее укрыл.

— Это на тот случай, если я вдруг засну и огонь в камине погаснет, — сказал он. — Спокойной ночи, Ронни.

Он разложил свое кресло и улегся, скрестив на груди руки.

— Спокойной ночи, — откликнулась она.

Ред улыбнулся и отвернулся от Ронни, не желая ее смущать. Ей и без того сегодня досталось.

Он лежал и слушал, как потрескивают в камине поленья. В салоне было тепло, особенно возле камина, где стояли их кресла.

За окном по прежнему бушевала непогода.

Сна не было ни в одном глазу. Да и как тут уснуть, когда в метре от тебя находится соблазнительная женщина?

Она такая миниатюрная, но есть в ней огромная внутренняя сила, которую он ощутил, еще не зная, что она та самая кузина Кассона, чей сын болен лейкемией. Он очень сочувствовал и Ронни, и Кассону, который потерял младшего брата.

Ред очень обрадовался, когда Кассон выбрал его бюро для осуществления проекта своей мечты.

Ред тут же влюбился в Парри-Саунд и с жаром взялся за работу над проектом курорта Франклина.

А теперь вот эта неожиданная встреча с Ронни. Ред чувствовал, что эта женщина притягивает его как магнит. Он пытался сопротивляться, помня о данной себе клятве никогда не связываться с женщиной с ребенком.

Но у него это плохо получалось. Разум твердил одно, а тело вело себя по-другому. Он вспомнил, как билось его сердце, когда он нес прижавшуюся к его груди Ронни к грузовику, как недавно они вместе смеялись детским воспоминаниям, как он нечаянно коснулся ее руки, показывая кнопку на кресле…

Ред ворочался в кресле, не в силах заснуть. Он перебирал в уме подробности их неожиданной встречи на дороге в тот момент, когда разгулялась стихия. Он был уверен, что, не случись его рядом, Ронни сама выбралась бы на дорогу.

Ред закрыл глаза. Интересно, спит ли Ронни? Или тоже думает? И о ком? О сынишке? А что, если о нем?

Он не слышал ее дыхания из-за треска поленьев в камине. Через какое-то время Ред не выдержал и повернулся. Он взглянул на Ронни. Она ровно дышала. Спит. Ну и прекрасно.

— Сладких снов, — тихо прошептал он.

Она натянула плед до самого подбородка. Тень от длиннющих ресниц падала на щеки. Ред почувствовал себя защитником.

Он был доволен, что его гостья в полной безопасности и мирно отдыхает.

Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов в надежде задремать и тоже видеть приятные сны…

Глава 5

Ронни проснулась от дразнящего запаха готовящейся еды. Спросонья она не поняла, где находится. Незнакомая огромная комната, горящий камин, пустое кресло рядом…

И тут она вспомнила.

Ну да, она в особняке Реда Брэннинга, ее викинга-спасителя. В комнате было достаточно светло, и Ронни предположила, что уже позднее утро. И как она могла столько проспать? И как быстро она заснула, словно убаюканная взглядом синих глаз Реда. Его глаза — последнее, что она помнила, прежде чем погрузилась в сон. Однако они не давали ей покоя. Ронни сопротивлялась, как могла, этому неожиданному влечению. Она вполне довольна своей жизнью. У нее есть Энди, и это все, что ей нужно.

«Тебе не о чем волноваться», — твердила она себе. Ред отвезет ее в «Зимнюю гавань», и у них больше не будет повода встретиться, кроме как на церемонии открытия курорта Франклина.

Ронни вздрогнула от неожиданности, услыхав хрипловатый смех Реда.

— Привет. Неужели я должен не только приготовить завтрак, но и подать его вам в постель? — Ред стоял в дверном проеме с венчиком в руке. Его волосы были влажными, и он переоделся в черные джинсы и бирюзовый пуловер.

«Выглядит как конфетка», — пронеслось у нее в голове. Она внутренне вспыхнула от этой крамольной мысли и пошла в наступление.

— Я не ожидала, что вы затеете завтрак, да и не просила об этом. Я только хотела, чтобы вы отвезли меня в «Зимнюю гавань». Но поскольку электричество дали и вы озаботились приготовлением завтрака, я, так и быть, помогу вам съесть ваш кулинарный шедевр, — произнесла Ронни с неприкрытым сарказмом.

Он рассмеялся:

— О нет. Давайте начнем день без пикировки.

— Вообще-то я предпочитаю начинать день с чашки крепкого кофе. А потом еще одной. Надеюсь, кофе уже готов? — спросила она, выпятив подбородок.

— Кофе давно вас дожидается, мисс Вероника. Соблаговолите проследовать на кухню, — предложил Ред елейным тоном и, шутливо поклонившись, исчез.

Ронни усмехнулась. Ему нравится ее троллить. Что ж, и она в долгу не останется. Она свернула плед, сняла кардиган и подошла к окну, чтобы разведать погоду. Картинка и радовала, и огорчала одновременно. Ночью похолодало, ледяная корка все еще покрывала дорогу, а на ветках дубов и кленов висели прозрачные тонкие сосульки, похожие на сверкающие на солнце алмазные подвески. Небо блестело яркой синевой. Красиво. Но лед растает не скоро. И вряд ли она окажется дома днем.

Ронни обреченно вздохнула. Присутствие в доме Реда явно вывело ее из зоны комфорта. И ей это не нравилось.

Ронни отвернулась от окна. Нравится ей это или нет, но следующие несколько часов ей придется провести в обществе Реда. Интересно, что они будут делать, пока муниципальные службы справляются с расчисткой дорог?

Она решила, что после завтрака устроится у камина и займется наконец чтением. Нужно набраться терпения…

Ронни внезапно ощутила тоску по сыну. Ей страстно захотелось обнять Энди, приготовить ему чашку какао или испечь его любимое миндальное печенье. Кассон однажды заметил, что Ронни похожа на заботливую маму-медведицу, несмотря на всю свою миниатюрность.

«Энди для тебя центр Вселенной. Немудрено, что ты переживаешь, когда его нет рядом», — говаривал Кассон.

Ронни вздохнула и отправилась на кухню. Ее желудок громко заявил, что она голодна. Ронни сильно смутилась.

Ред выгнул бровь:

— О, мне следует поскорее накормить вас во избежание новых протестов, — улыбнулся он. Ред указал на большой дубовый стол, накрытый к завтраку на двоих, и налил кружку ароматного кофе. — Прошу вас, наслаждайтесь кофе, а я сейчас принесу специальное блюдо. — Он заговорщически подмигнул. — А потом мы обсудим наши ближайшие планы, поскольку дорога все еще представляет собой каток.

Ред наблюдал, как Ронни отправила в рот первый кусок омлета с сыром и грибами, и удовлетворенно кивнул, когда она подняла большой палец.

— Ну, слава богу, один тест пройден.

Ронни удивленно подняла брови:

— А другой тест на что? Совершить поступок дня? — Она отхлебнула глоток дымящегося кофе. — Полагаю, спасение застрявшего в снегу водителя попадает в эту категорию?

Он ухмыльнулся и указал на свою макушку.

— У меня нимб еще не засиял? — Он посмотрел на Ронни. — Пока мы привязаны к дому, есть шанс повеселиться.

Вилка Ронни с омлетом зависла в воздухе на полпути ко рту. Она уставилась на Реда так, будто он предложил что-то неприличное.

— Меня не нужно развлекать, — натянуто произнесла она. — Я вполне могу довольствоваться чтением. Тем более что у меня есть новые книги. — Она опустила глаза и принялась крошить омлет на мелкие кусочки.

Ред внимательно ее разглядывал. Похоже, она совсем разучилась радоваться жизни. Ведь последние пару лет она ухаживала за больным сыном.

— Ну я тоже мог бы зарыться в книги. — Ред махнул рукой в сторону гостиной со встроенными книжными полками. — Но почему бы нам не заняться чем-то более интересным?

Ронни промокнула губы салфеткой, не глядя в его сторону.

— Вы можете попросить меня не совать нос в чужую жизнь, Ронни, но мне кажется, что вы совсем про себя забыли и отложили свою жизнь на потом, пока выхаживали сына.

— Энди и есть моя жизнь, — возразила она. — Сын — главный человек в моей жизни, так было и будет всегда.

У Реда заныло сердце от этих слов.

— Вы прекрасная мать. Энди крупно повезло, что у него такая преданная и сильная родительница.

Глаза Ронни сверкнули.

— Мне приходится быть сильной. У меня нет другого выбора.

— Выбор есть всегда, — с горечью в голосе возразил Ред. — Мои родители, к примеру, выбрали карьеру и путешествия по миру, а меня поручили заботам няни.

Ронни нахмурилась:

— Мне очень жаль.

— Не стоит. К счастью, я рос здоровым ребенком, и им не приходилось менять свои планы из-за меня. Кроме того, у меня была великолепная няня. Так что мне грех жаловаться. И не всякий выпускник университета получит в подарок от родителей «порше» и пентхаус.

Ронни моргнула и тряхнула головой.

— Да, но…

— Хватит обо мне, — перебил ее Ред.

— Спасибо за омлет и вообще за то, что угостили меня завтраком. Давно в моей жизни такого не было, — призналась она.

У Реда потеплело на душе.

— Рад, что вам понравилось. Я и ланч приготовлю, если дороги не расчистят к тому времени.

Она улыбнулась, но Ред понял, что такая перспектива ее не особенно радует.

Ронни поднялась из-за стола.

— Вы готовили завтрак, а я вымою посуду и уберу со стола.

— Ни в коем случае, — возразил Ред. — Для этого есть посудомойка. Надеюсь, вы откажетесь от чтения, а вместо этого примете мой вызов.

— Какой? — осторожно спросила Ронни.

— Выйдете со мной на улицу.

— Зачем? — Ронни невольно посмотрела в окно.

— Ну скажем, предлагаю вам ощутить волшебную силу места, где расположен особняк. Сейчас для этого самый подходящий момент. — Он тепло ей улыбнулся. — Поверьте, это будет здорово.

Увидев подозрительное выражение ее лица, Ред хмыкнул:

— Ну если вам не понравится, я верну деньги.

Ронни серьезно на него взглянула:

— Не знаю, во что вы меня втягиваете, но надеюсь, что не пожалею.

— Берите куртку и варежки, и вперед, Ронни. Вы точно не пожалеете.

Скоро Ронни уже шла за Редом сквозь анфиладу комнат к выходу, с сапогами в руках. Она присела было на банкетку, чтобы обуться, все еще заинтригованная, когда Ред вдруг произнес:

— Вообще-то сапоги вам не понадобятся, потому что, — он открыл дверцу старинного шкафа и указал на его содержимое, — мы пойдем кататься на коньках. — Ред ухмыльнулся. — Я на прошлой неделе приглашал покататься Жюстин и Кассона, и предложил им оставить здесь коньки до следующего раза.

У Ронни отвисла челюсть. Она рассказала Реду, что сидела с малышкой Эми в прошлый выходной. Кассон сказал, что они едут кататься на коньках, но в подробности не вдавался.

Она посмотрела на коньки, на Реда, потом снова на коньки.

— Но я сто лет не каталась. И потом, вряд ли у нас с Жюстин один размер, — пыталась возразить Ронни.

— У Жюстин небольшая нога, примерьте, — настаивал Ред.

Он передал ей пару белых коньков. Его сердце екнуло, когда их руки соприкоснулись. Он был несказанно рад, что Ронни все-таки приняла его предложение.

Ред достал свои коньки и уселся рядом с ней на скамейку. Он зашнуровал правый конек и посмотрел на Ронни.

— Ну что, Золушка, туфелька, то есть конек впору?

— Ой, не могу поверить, — ответила Ронни. — У нас и правда один размер с Жюстин.

— Прекрасно. В таком случае шнуруйтесь, а я выйду проверить лед. — Ред поднялся со скамьи. — Как будете готовы, выходите. Вы сразу попадете на олимпийский каток на пруду.

— Вот этого я и опасаюсь, — ответила она. — Как бы не ударить в грязь, точнее, в лед лицом, — улыбнулась Ронни.

— Не волнуйтесь, я буду на подхвате, — пообещал Ред и вышел за дверь.

Глава 6

Она наблюдала за ним из окна. Он казался ей великаном. В сине-белой спортивной шапочке с эмблемой «Кленовых листьев», утепленной джинсовой куртке и джинсах, Ред катил в сторону пруда. Когда он сидел рядом, шнуруя черные коньки, они выглядели огромными по сравнению с ее белыми. Это ее рассмешило. Но когда же их бедра нечаянно соприкоснулись, Ронни стало не до смеха, она внутренне затрепетала. А когда он сравнил ее с Золушкой, сердце Ронни растаяло.

Она придирчиво осмотрела зашнурованные коньки и осталась довольна собой. Ронни поднялась со скамьи и проверила свою устойчивость. Порядок. Она осторожно направилась к выходу. В молодости она неплохо каталась. И, даже выйдя замуж за Питера, продолжала любить коньки. Она и Энди хотела пристрастить к катанию, но тут сын заболел лейкемией.

Ронни вздохнула. Ей было тяжело вспоминать, во что превратилась их жизнь во время болезни сына. Пока ровесники Энди радовались жизни, сын проходил сеансы химиотерапии. Ронни неотлучно была рядом. Читала Энди книжки, пела песенки, развлекала его, как могла, мечтая о том времени, когда они снова заживут нормальной жизнью.

Мечты сбылись. Лечение прошло успешно. Энди быстро шел на поправку и набирался сил.

Сейчас они переехали в «Зимнюю гавань», и Ронни даже подумывала купить сыну коньки и начать потихоньку учить его кататься.

Она улыбнулась. Хорошо, что Ред предложил ей покататься. Нужно вспомнить былые навыки, прежде чем учить сына.

Открыв дверь, Ронни застыла на пороге. Одно дело — знать, что на территории особняка имеется пруд, и совсем другое — увидеть его воочию. Ронни на мгновение зажмурилась от сверкающей на солнце зеркальной глади огромного катка. А когда открыла глаза, то увидела Редмонда Брэннигана второго, уверенно рассекающего гладкий лед по периметру катка. Увидев Ронни, он в мгновение ока оказался рядом, резко затормозив перед ней.

— Не ждите от меня никаких кульбитов, — сказала она, осторожно ступая на лед. — Я не занималась фигурным катанием.

— Я ничего от вас не жду. Хочу, чтобы вы просто получили удовольствие. — Он одарил Ронни белозубой улыбкой. — Простите, я кое о чем забыл, — загадочно произнес он. — Я мигом.

Ронни с восхищением оглядывала чудесный каток. Ей показалось, что она очутилась в другом измерении, так необычно выглядела зеркальная гладь. Ронни захотелось немедленно прокатиться. Она подставила лицо солнцу и глубоко вдохнула морозный воздух. Впервые за долгое время она почувствовала себя свободной и счастливой. Она словно летела по льду.

Неожиданно зазвучала популярная рок-мелодия, и Ред снова оказался рядом. Он указал на колонки на столбах по периметру катка.

— Бывшим владельцам нравилось устраивать ледовые вечеринки, — заметил Ред. — Я подумал, что музыка и нам не повредит.

Вдохновленная музыкой, Ронни прибавила ходу. Вдруг ее правая нога слегка подвернулась, и она, потеряв равновесие, почувствовала, что падает. Ронни зажмурилась. Но вместо падения на лед, она вдруг ощутила себя в воздухе.

Она открыла глаза и поняла, что снова в объятиях Реда, и он мчит ее по катку.

— Я же обещал, что подхвачу вас, если что, — прошептал он ей на ухо, не сбавляя хода.

Ронни утратила дар речи. Ощущение полета было головокружительным. А Ред тем временем прибавил скорость и помчался еще быстрее. Ронни непроизвольно ухватила его за шею. Ред подался в центр катка, выписывая цифру восемь. Ронни завизжала, уверенная, что теперь-то они точно свалятся. Громкие удары ее бешено стучащего сердца почти заглушали музыку. Ей было и страшно, и весело одновременно. На следующей петле она невольно прижалась щекой к шее Реда из-за центробежной силы. Его кожа была такой теплой и так близко от ее губ…

Она ахнула и снова зажмурилась, когда он закружил ее на месте в умопомрачительном пируэте. Через несколько секунд она почувствовала, что он остановился, и открыла глаза. Ред смотрел на нее с хитрой улыбкой, а в его синих глазах плясали чертики. Он осторожно опустил ее на лед и поддержал под локоть, чтобы она вновь обрела равновесие.

— Невозможно поверить, что вы способны на такое, — выдохнула Ронни.

На лице Реда не было раскаяния, скорее наоборот, он казался весьма довольным.

— Мне бы разозлиться на вас за подобную выходку, я чуть со страху не умерла, но вы ведь снова спасли меня. Наверное, мне следует вас поблагодарить. Спасибо, что хотя бы не стали делать подкрутку в воздухе, — сказала она, пытаясь изобразить строгий тон.

Ред довольно ухмыльнулся.

— А что, это мысль, — ответил он. — Возможно, в следующий раз. А если серьезно, Ронни, надеюсь, вы простите меня за эти импульсивные маневры на льду. Мне хотелось доставить вам удовольствие, особенно после вчерашнего стресса.

Он одарил ее таким теплым и искренним взглядом, что сердце Ронни растаяло. Его синие глаза с зеленоватым отливом напоминали тропическую лагуну. Манящую и прекрасную…

«И к тому же весьма сексуальную», — прошептал внутренний голос.

Он выжидательно смотрел на нее, и Ронни поняла, что воображение снова унесло ее вдаль.

— Да, конечно, я вас прощаю, — выпалила она.

Его губы сложились в улыбку.

— Вот и замечательно. А сейчас надо скрепить это…

Сердце Ронни остановилось.

— …чашкой горячего шоколада, — закончил он. — А за вашу храбрость я украшу его зефирками, — добавил Ред и обворожительно улыбнулся.

Ред принес в салон поднос с двумя кружками ароматного горячего шоколада и водрузил его на антикварный кофейный столик между креслами у камина.

— Я проверил прогноз погоды, Ронни, — сказал Ред, жестом приглашая ее присесть и подавая ей кружку. — Дороги расчищены и вполне пригодны для езды. Я могу отвезти вас в «Зимнюю гавань», как только вы будете готовы.

Она кивнула и отпила глоток напитка.

— Вкусно, — пробормотала она. — Чувствуется корица, мускатный орех или гвоздика?

Он задумчиво на нее смотрел. Ее голос звучал приятно, но с оттенком подавленности или грусти.

— Какие у вас на сегодня планы? — спросил он небрежно. — Сына привезут?

Она так на него посмотрела, что Ред понял, что влез в личное пространство, которое она не хотела делить с чужаками.

— Простите, я не хотел совать нос в ваши дела, — мягко сказал он.

Лицо Ронни разгладилось.

— Все в порядке. Я как-то не приняла во внимание, что вы дружите с Кассоном и знаете про Энди…

— И про его замечательную маму, и про то, какой он храбрый и сильный мальчуган…

Глаза Ронни увлажнились. Черт, он явно не хотел давить на нее эмоционально. Он хотел было извиниться, но она жестом его остановила:

— Все нормально. Я сейчас справлюсь. — Она приложила к векам кончики пальцев. — Иногда я спокойно могу говорить, через что нам пришлось пройти, но порой выдержка меня подводит. Это было не просто тяжело, это был настоящий ад. — Она судорожно сглотнула, а одинокая слезинка сползла по ее щеке.

— Нужно порой дать волю чувствам, — мягко сказал он. — Такая реакция в порядке вещей. Это свидетельство эмоционального выздоровления. — Он поморщился. — Вы, вероятно, слышали подобное сотни раз.

— Да, — согласилась она. — Но моральная поддержка никогда не бывает лишней.

Она поставила кружку на стол.

— К вашему вопросу об Энди. Он пробудет у своего отца до конца недели. А я тем временем продолжу заниматься распаковкой вещей. Не всех, конечно. Потому что, как я уже говорила, весной займусь поисками собственного жилья.

— А вы что будете делать?

— Поработаю над планами кое-каких переделок в особняке. Дом в хорошем состоянии, но кое-что нужно доработать.

Ронни понимающе кивнула.

— Наверное, в доме много заветных уголков.

— Буду рад показать вам дом, — предложил он.

— Благодарю, но, думаю, нам пора трогаться в путь. У меня правда много дел.

— Нет проблем, — легко согласился он. — Может быть, в другой раз. И… — Он запнулся, хотя на языке вертелось приглашение привезти с собой Энди.

Ему не следовало даже упоминать про следующий раз. Несмотря на то, что ему страшно понравилось находиться в ее компании, особенно когда она была в его объятиях, ему следовало помнить, что у нее есть ребенок. Значит, ему нужно держаться от нее подальше. Конечно, им не избежать встречи на церемонии открытия курорта Франклина, но для других встреч повода нет и не будет.

Она выжидающе смотрела на Реда.

— И желаю удачи в распаковке вещей, — неуклюже закончил он.

Вскоре они уже ехали к ее временному жилищу в коттеджном поселке «Зимняя гавань».

В кабине воцарилось неловкое молчание. Ред включил радио и замурлыкал себе под нос популярную мелодию.

Вскоре они подъехали к поселку, и Ронни пронавигировала Реда к коттеджу. Во дворе они увидели машину Ронни. Она захлопала в ладоши.

— Кассон заслуживает хорошую порцию печенья за такую оперативность, — с чувством сказала Ронни.

— А я? Мне разве не положена награда за ваше спасение из снежного плена и за развлечение на катке? — с притворным негодованием спросил он, выключив зажигание. — Я бы не отказался от печенки-другой.

А может, и от штук двадцати. — Он хитро улыбнулся.

Ронни расхохоталась.

— Видели бы вы сейчас свое лицо. Жаль, у меня нет телефона, чтобы заснять вас на видео.

— Вот вам мой телефон. Снимайте, выкладывайте в соцсети, я не против.

— Пожалуй, не стоит. Хотя вряд ли это испортит ваш имидж главы уважаемой международной корпорации.

— Но не забудьте, что вы обещали мне двадцать печений, — повторил он.

— Что? — притворно сердито переспросила она. — Кассон должен был предупредить меня насчет вас. — Она открыла боковую дверь и взглянула на Реда. — Но я благодарю вас за помощь и гостеприимство.

Она поднялась по ступенькам к входной двери, а затем повернулась и помахала Реду рукой.

Он открыл окно и помахал в ответ.

— Миндальное печенье мое любимое! — крикнул он и медленно тронулся с места.

Глава 7

Ронни покачала головой и отперла дверь. Она сняла куртку и сапоги, надела тапочки с флисовой оторочкой. В доме было прохладно. Она включила отопление и забралась с ногами на диван, прикрывшись клетчатым пледом. Ронни взглянула на дюжину коробок, которые предстояло распаковать, и вздохнула. Сейчас ей не хотелось ничего делать. Разве что испечь печенье для Кассона.

Вряд ли Ред просил для себя печенье на полном серьезе.

Надо же, он любит миндальное печенье, в точности, как Энди.

Он просто был в игривом настроении и поддразнивал ее.

«А что, если нет?» — спросил внутренний голос.

Ронни нахмурилась. Она не станет думать об этом сейчас. Лучше займется чтением. Она поискала глазами сумку с книгами. Неужели она забыла их в грузовике Реда? Но вдруг поняла, что второпях не взяла сумку из особняка. Она так и осталась на полу у ее кресла. Как же ей заполучить их обратно? Может, Кассон увидится с Редом, и тот передаст ему сумку?

В этот момент зазвонил телефон. Ронни вздрогнула. Это был Кассон. Он увидел отъезжающий грузовик Реда и решил справиться, как у Ронни дела, а заодно пригласить ее на ланч.

— Спасибо, Касс. Все в порядке. И спасибо, что пригнал машину. Я хорошо позавтракала, так что ланч, пожалуй, пропущу. Загляну к вам во второй половине дня, ладно?

Ронни растянулась на диване и уставилась в окно. Снова пошел снег. Наблюдая за падающими снежинками, Ронни радовалась, что у нее есть время побыть одной и немного полениться. Хорошо, что не пошла на ланч к кузену. Ей нужно хорошенько обдумать события последних суток. Не рассказывать же Кассону, что его приятель вскружил ей голову в прямом и переносном смысле.

«Итак, начинай анализировать, — приказал внутренний голос. — Начни с внешних данных».

Ронни прикрыла глаза. Услужливое воображение нарисовало картинку: вот он решительно шагает к ней сквозь ледяной дождь. Пряди медно-рыжих волос прилипли ко лбу, пронзительный взгляд синих с зеленоватым оттенком глаз неумолимо притягателен. У него сильные руки и широкая грудь. Он легко несет ее к грузовику. Так что с внешними данными у него все в порядке.

«А что ты думаешь о нем, как о личности?» — продолжил допрос внутренний голос.

Он позитивный, с чувством юмора, внимательный, смелый, ироничный, чуткий, привлекательный, умеет слушать и слышать.

«А недостатки у него есть?»

Ронни нахмурилась, пытаясь вспомнить, что в Реде ее могло раздосадовать?

Его поддразнивания? М-м-м… нет, пожалуй, она против них не возражала.

Ронни вдруг поняла, что Ред разбудил в ней эмоции, которые она не испытывала с тех пор, как заболел Энди. Она почувствовала себя живой и беззаботной. Когда Ред подхватил ее на катке, спасая от неминуемого падения, и прокатил, держа в объятиях, в ней словно загорелась новая жизнь.

Она могла скрыть правду от Реда, но себе лгать бессмысленно — он вернул ее к жизни.

Напомнил ей, что она женщина. Показал, что жизнь прекрасна.

Болезнь Энди отняла у нее все эти чувства, оставив только беспокойство, страх, одиночество, отчаяние, тоску, печаль, а из положительных эмоций у Ронни была надежда, что сын в конце концов поправится. Предательство мужа тоже не прибавляло сил. Ее сердце было разбито. И она поклялась себе не вступать в новые отношения, а посвятить себя сыну.

Ронни тяжко вздохнула и отправилась на кухню. Она радовалась переезду в Парри-Саунд и смене обстановки. Они с Энди теперь рядом с семьей Кассона. А это очень важно — иметь поддержку и вместе растить детей. Ронни обожала малышку Эми.

Она достала из шкафа ингредиенты для выпечки печенья. В последний год она и думать забыла о необходимости присутствия в ее жизни мужчины. Почему же сейчас ее решимость пошатнулась?

Ронни посмотрела в окно на следы, оставленные шинами грузовика Реда.

«Ред Брэнниган второй тому виной», — подсказал внутренний голос.

Отъехав от коттеджа Ронни, Ред продолжал улыбаться. Хотя радоваться было нечему. Он нарушил данный себе обет, а именно изобрел предлог для новой встречи с Ронни. И не нашел ничего лучшего, как попросил испечь ему печенье в награду. Хотя, похоже, Ронни не восприняла его просьбу всерьез. И правильно. Он ведь вел себя как клоун.

Ред по натуре был жизнерадостным и любил пошутить с коллегами и с деловыми партнерами. Чувство юмора и самоирония помогали ему жить. Он и с Ронни повел себя так же, пытаясь сгладить неловкость от встречи двух незнакомых людей по воле обстоятельств.

Тем не менее, его поступки и поведение противоречили данному обещанию не вступать в отношения с женщиной с ребенком. А отношения с Ронни и Энди могут быть чреваты куда более серьезными последствиями, чем его связь с Софи и Марко.

Марко был здоровым парнишкой. Общаться с ним было одно удовольствие. И у Софи не было в жизни проблем.

Ронни и Энди совсем другое дело. Им здорово досталось. И они только возрождаются к новой жизни. Общение с ними — дело очень деликатное.

Так чем же привлекла его Ронни, если он чуть было не пригласил их с Энди к себе в гости? Что конкретно подразумевал его план?

Ронни его заинтриговала. Она возбудила в нем разные эмоции. Желание. Желание держаться от нее подальше. Желание защитить. Желание не связываться. Разве у него мало дел? Он владелец и президент архитектурного бюро с мировым именем. Он ведет бизнес не только в Канаде, но и в Европе, Азии, да практически на всех континентах. Работа требует полной отдачи.

Ему нужно вернуться домой и все хорошенько обдумать. Вопрос отношений с Ронни затронул его гораздо глубже, чем он предполагал. Ему было с ней хорошо. По-настоящему хорошо, вот в чем проблема. Он почувствовал возбуждение, когда она обнимала его за шею и прижималась к его груди.

Его воображение рисовало картинки, одна соблазнительнее другой…

Он тряхнул головой. Надо сосредоточиться на дороге, а не витать в облаках.

Вскоре он добрался до дома и прошел прямо в салон. Ред решил, что чашка крепкого кофе прочистит ему мозги.

Он уселся в кресло Ронни, и тут заметил на полу ее холщовую сумку с книгами.

Сердце его екнуло. Вот он, повод для новой встречи. Нужно вернуть ей книги. Он поставил кофе на столик и достал из сумки книги.

«Украшаем загородный дом творениями природы», — гласило название первой книги. Вторая была явно детская и называлась «Приключения хомячка по имени Геркулес». Ред полистал книжку с веселыми иллюстрациями и подумал, какое удовольствие получит от книжки Энди.

Ред уставился на заголовок третьей книжки: «Как изменить свою жизнь к лучшему».

Он перевернул книгу, чтобы прочесть аннотацию.

«Вы выбрали эту книгу, потому что обстоятельства заставили вас кардинально пересмотреть вашу жизнь и двигаться вперед. Временное расставание или развод, потеря любимого человека, увольнение с работы или разрыв дружеских отношений.

Какие бы вызовы ни бросила вам судьба, эта книга поможет вашему телу, разуму и эмоциям обрести новую жизнь».

Он открыл книгу и просмотрел содержание.

Глава первая. «Принять прошлое».

Глава вторая. «Поиски вариантов».

Глава третья. «Сборы и отъезд».

Глава четвертая. «Стань творцом своей жизни».

Ну и так далее и тому подобное…

Ред представил, как Ронни листает книжку в магазине. Приняла ли она прошлое? Есть ли у нее варианты будущего? Она упаковала вещи и переехала в другой город. Значит, эту главу пособия можно пропустить.

Ред вернулся к первой главе. И начал читать с циничной усмешкой на губах…

Дезориентированный, он понял, что заснул. Раскрытая книга лежала на груди. Он поднялся и закрыл книгу. Ред почти не спал в прошлую ночь, поддерживая огонь в камине, да и присутствие рядом темноволосой красавицы, мирно спящей в соседнем кресле, не давало покоя.

Он взглянул на часы, не поверив, что время близится к вечеру. Скоро стемнеет. У него нет телефона Ронни, значит, он не может отправить ей сообщение, что намерен завезти книги. Она уже наверняка поняла, что забыла у него книги. Но у нее тоже нет его телефона, зато у Кассона есть. Однако она не подумала попросить номер у кузена, а может, и не захотела…

Ред сбегал в ванную и наскоро умылся холодной водой. Он посмотрел на себя в зеркало. Не мешало бы побриться. Это он может сделать сам. А вот пострижется завтра в парикмахерской перед поездкой в Торонто на встречу с потенциальным клиентом. Ред натянул парку и сапоги, поставил дом на сигнализацию и вышел в холодный и ветреный вечер с надеждой получить более теплый прием у Ронни.

Глава 8

Ронни нежно поцеловала Эми в лобик и передала ее Жюстин. Малышку усадили на высокий стульчик, и она мирно играла, пока взрослые пили кофе со свежим печеньем, которое принесла Ронни.

Она испекла большую порцию. Положила в коробку для Кассона и Жюстин, оставила для Энди, и на подносе осталось еще с дюжину. Ронни подумала о просьбе Реда. А может быть, она и на него рассчитывала?

За кофе она поведала кузену и его жене о своих недавних приключениях на дороге и о том, как ее спас Ред.

Однако кое-какие подробности все же опустила. Это было слишком личное. Она сама еще толком не разобралась в своих эмоциях.

Как, например, описать охватившее ее чувство радости и свободы во время катания на коньках с Редом?

Вопрошающий взгляд Кассона вернул Ронни в действительность.

— Ну и что ты думаешь о Редмонде Брэннигане втором? — спросил он, когда Жюстин с Эми вышли из гостиной.

Ронни вздрогнула от неожиданного вопроса.

— Хм… ну, я думаю, он повел себя как подобает джентльмену, когда остановился и пришел мне на помощь. Особенно в свете того…

В это время телефон Кассона завибрировал. Он быстро прочитал сообщение, ответил и убрал телефон.

— Между прочим, Касс, я оставила у Реда сумку с книгами. Если будешь в том районе, не сочти за труд заехать к нему и забрать ее.

Кассон дожевал печенье а потом ответил:

— Извини, не смогу.

Ронни в недоумении уставилась на кузена.

Его глаза подозрительно поблескивали.

— Не смогу, потому что Ред только что прислал мне эсэмэску, что едет сюда, чтобы передать тебе забытую сумку, а заодно обсудить со мной кое-какие деловые вопросы. Я ему ответил, что ты у нас. Он скоро будет здесь.

Ред остановился у дома Кассона. Фары грузовика осветили кухню, и он увидел Ронни и Кассона. На лице Ронни было написано удивление, а может, и шок.

Он выключил двигатель, взял сумку и направился в дом.

— Давно не виделись, — сказал он, улыбнувшись краем губ, когда дверь отворилась. — Привет, Ронни.

— Привет. — Она посмотрела на сумку в его руке. — Извините, что вам пришлось тратить время, чтобы привезти это.

— Не за что извиняться. Кассон сообщил мне, что вы у него с печеньем. Вот я и примчался. — Он рассмеялся.

— А что тут смешного? — недоуменно спросил Кассон из кухни. — Заходи. Кофе на столе.

Ронни посторонилась, пропуская Реда. Он разделся и прошел на кухню.

— Присаживайтесь, мистер Брэнниган, — шутливо предложил хозяин, протягивая руку для рукопожатия. — И бери печенюшку.

— Одну? — спросил Ред и посмотрел на сидящую рядом Ронни. — А как бы мне уговорить твою кузину совершить акт благотворительности и пожертвовать мне целую порцию печенья?

— Попробуй, — усмехнулся Кассон.

В этот момент послышался плач Эми, и Кассон отправился выполнять отцовский долг.

— Касс, мне пора, — сказала Ронни. — Гора нераспакованных коробок ждет своего часа.

— Как? И вы уходите? — изумился Ред. — Я что-то не то сказал? Если вы оба меня покинете, я утоплю свою печаль в поедании всех оставшихся печений.

— Оставляю тебя покончить с этой драмой, — улыбнулся Кассон, обнимая Ронни. — Увидимся.

Ред перевел взгляд на Ронни. Она переоделась в бордовые джинсы и черную приталенную блузку, которая подчеркивала соблазнительные изгибы женского тела. Внутренний голос подсказывал предложить помощь в распаковке коробок. Он открыл было рот, чтобы озвучить предложение, но тут же его и захлопнул.

«Будь благоразумным, Брэнниган», — пронеслось у него в голове. — Ты ступаешь на скользкую дорожку. Помнишь свой обет? У нее ребенок. Не стоит рисковать. Не связывайся».

Ронни вопросительно на него смотрела.

— Я действительно испекла много печенья, — небрежно бросила она. — Могу с вами поделиться, если хотите.

У него екнуло сердце. Он моргнул, а потом кивнул:

— У меня маленький вопрос к Кассону, а потом я к вам загляну.

И дьявол с ним, с этим здравым смыслом. Кто же откажется от миндального печенья?

Глава 9

Сердце Ронни бешено колотилось, пока она шла до своего коттеджа, и отнюдь не от быстрой ходьбы. Она не заметила, что начался снегопад, и удивилась, когда, войдя в дом, обнаружила снег на капюшоне и пальто. Она разделась и, оставив сумку с книгами в прихожей, прошла на кухню. Ронни уложила печенье для Реда в небольшой контейнер, чтобы вручить ему в дверях, и пусть едет себе дальше. А она спокойно займется делами.

Ронни выглянула в окно. Реда пока не видно. Она мельком посмотрела на себя в зеркало. Ну и видок у нее: волосы растрепаны, щеки горят, глаза блестят. Отчего она так волнуется? Подумаешь, передать печенье новому знакомому.

Ронни причесалась, плеснула в лицо воды, чтобы охладить пылающие щеки, и уселась на диван полистать журнал, хотя толком не могла сосредоточиться на содержании.

Ронни вздрогнула, услышав подъехавший грузовик. Она вскочила, потом снова села. Снова взяла в руки журнал, но тут раздался стук в дверь. Глубоко вдохнув, она пошла открывать.

— Привет еще раз, Ронни, — проговорил Ред с улыбкой.

— Привет. — Она отметила про себя, что Ред заглушил двигатель грузовика.

— Можно войти?

— Хм, конечно, — ответила она и неловко посторонилась, пропуская его в холл.

Она не собиралась приглашать его в дом, но, раз он попросил впустить его, нельзя показаться невежливой.

Ред закрыл входную дверь и стоял на пороге. Ронни увидела, что он осматривает груду коробок у стены в гостиной. Затем его взгляд переместился на кухонный стол, где она оставила контейнер с печеньем.

— Я принесу печенье, — сказала она и двинулась было в сторону кухни.

Но он задержал ее, накрыв ее руку своей ладонью.

— Подождите, Ронни. Я действительно пришел за печеньем, но я хочу вас еще кое о чем спросить.

— О чем? — нахмурилась она.

— Вам нужна помощь?

— Помощь? — переспросила она. — В чем?

Он кивнул в сторону коробок:

— Вот с этим. Распаковка может быть такой скучищей, когда занимаешься ею один. Кроме того, — продолжил он с хитрой ухмылкой, — я должен совершить сегодня доброе дело.

— Кто это вам сказал? — скептически поинтересовалась она.

— Это всемирный закон. Добрые дела совершаются до пяти часов дня. — Он взглянул на часы: — И это значит, что время у меня есть.

— Уверена, что у вас есть на что потратить ваше время, мистер Брэнниган. Но если вы желаете помочь, глупо отказываться. Я принимаю ваше предложение. Можете повесить вашу парку на вешалку.

Пока Ред раздевался, Ронни выдвинула несколько коробок на середину гостиной. Она открыла первую коробку с надписью «Книги».

— Их можно пока поставить на каминную полку, — сказала она. В ее комнате была вместительная книжная полка, но она постеснялась отправить Реда в свою спальню.

Она взяла вторую коробку с именем сына и улыбнулась. Энди так хотел ей помочь, что вызвался упаковать собственные вещи. Ронни согласилась и с умилением наблюдала, как Энди неумело складывал свои майки, рубашки, штаны, носки, а потом паковал в коробку. Когда коробка наполнилась, он сверху положил плюшевого медвежонка, предварительно его обняв.

Ред покончил с книгами, и она передала ему коробку с вещами Энди.

— Вещи из коробки можно положить прямо в комод в комнате Энди, — сказала она.

В глазах Реда промелькнуло странное выражение. Тревога? Но в следующее мгновение он уже улыбался. И она отбросила эту мысль. Вероятно, это просто игра света.

Ред взял коробку и пошел по коридору, сцепив зубы. Он сам напросился помочь, и теперь у него нет выбора. А Ронни тем временем взялась за следующую коробку с книгами.

Ред вошел в комнату Энди. Покрывало на кровати было космическим: все в звездах, планетах и галактиках. К подушке прислонился забавный плюшевый мишка. На его лапах были вышиты четыре красных сердечка, а пятое красовалось на груди. Наверное, Ронни купила сыну медвежонка, когда Энди лежал в больнице. Он поставил коробку и взял в руки игрушку. Медведь был мягкий, и Ред прижал его к щеке.

И тут его выдержка окончательно погорела. Он тоже подарил Марко медвежонка на его четвертый день рождения, только тот был размером с настоящего медвежьего детеныша. Ред предложил Марко придумать медвежонку имя. Малыш состроил смешную рожицу, почесал подбородок и вдруг улыбнулся во весь рот:

— Ред!

— Что? — ответил Ред, а Марко рассмеялся. — Я назову его Редом, и тогда ты всегда будешь со мной, даже когда тебя не будет рядом. — И Марко уселся на медвежью лапу и попросил Реда почитать ему книжку.

Тогда Ред засмеялся, а сейчас от этого воспоминания у него заныло сердце.

И как он не понял раньше, что игрушки Энди вызывают болезненные воспоминания?

Надо немедленно покинуть эту комнату.

Когда ухватился за предложение Ронни, он думал только о себе. И не столько из-за печенья, сколько из-за того, что ему хотелось увидеть ее в пространстве своего дома. Его неудержимо влекло к этой симпатичной миниатюрной женщине. Но сейчас, оказавшись в комнате Энди, он жалел, что напросился к ней в гости. Ред посмотрел на коробку у своих ног.

«Просто сделай это», — сказал внутренний голос.

Он подошел к комоду и открыл верхний ящик. Ред проглотил подступивший к горлу комок, пока раскладывал вещи, скатанные неумелой детской рукой. Вот именно поэтому ему не следовало во все это ввязываться.

Он не может с собой справиться. Тоска от разлуки с Марко по-прежнему жила в его душе и причиняла боль.

Ему надо срочно покинуть этот дом.

Он скажет Ронни, что ему необходимо готовиться к встрече с важным клиентом из Мельбурна, которая назначена на послезавтра.

Это соответствовало действительности. Не мог же он открыть ей истинную причину своего поспешного ухода.

Он вернулся в гостиную с пустой коробкой и застал Ронни, стоящую на стуле у каминной полки с книгами в руках. Он заметил, что одна ножка стула стоит на неровной плитке у основания камина. В следующее мгновение ножка стула закачалась, и Ред, бросив коробку, подскочил к Ронни, чтобы спасти ее от неминуемого падения. Стул перевернулся и с грохотом упал, а Ронни оказалась в объятиях Реда.

Она вскрикнула от неожиданности и инстинктивно обвила его шею руками.

Ред ослабил хватку, и Ронни сползла по его телу на пол.

— Прошу прощения, но вы могли упасть и удариться головой о каминный бордюр. — Он показал на неровные керамические плитки. — Ножка стула стояла на выпуклой плитке.

— Спасибо, — выдохнула она. — Чувствую себя такой недотепой, — призналась Ронни. — Всякий раз в вашем присутствии теряю равновесие, — добавила она.

— Вам повезло, что я оказался рядом на этот раз. Но я не всегда буду рядом, чтобы спасать вас, — добавил он с хитрой улыбкой.

Ронни мгновенно ощетинилась.

— Нет проблем. Не хочу доставлять вам неудобства, я сама прекрасно могу себя защитить. Пойду принесу ваше печенье.

Интересно, чем он ее мог обидеть?

— Спасибо, Ронни. У меня важная встреча в Торонто и…

— Вам ничего не нужно объяснять. Это не мое дело, — отрезала она, открывая входную дверь.

Она буквально выпроваживала его. Он быстро оделся.

— Спасибо за помощь, — натянуто поблагодарила она и протянула ему контейнер с печеньем.

— Нет проблем, — небрежно ответил он. — Спасибо за печенье и до свидания.

Он влез в грузовик и посмотрел на окна коттеджа, прежде чем включил зажигание и тронулся. А чего он ждал? Что Ронни помашет ему рукой из окна?

«Не будь дураком», — пронеслось у него в голове. С какой стати она станет его провожать?

Всю обратную дорогу Ред вспоминал о своей реакции на комнату Энди и о своих ощущениях, когда держал в объятиях Ронни. Он попытался переключиться на мысли о предстоящей встрече с австралийским магнатом. Если все пройдет удачно, то они заключат миллиардную сделку, и Ред вернется в Парри-Саунд, чтобы продолжить отпуск.

А в конце месяца предстоит еще одно важное событие — торжественное открытие курорта Франклина.

Мысли о курорте Франклина снова напомнили об Энди и той реакции, которую у него вызвало посещение его комнаты. Интересно, как поживает Марко? Улетел ли он в Италию с матерью на лето? Выбрала ли Софи школу для сына? Счастлив ли мальчуган? Вспоминает ли его, глядя на медвежонка?

Ред сжал челюсти и приказал себе прекратить эту пытку. Марко еще мал. Вряд ли он переживает расставание так, как Ред. А вдруг переживает?

Может быть, ему нужно с кем-нибудь поговорить об этом? Он был уверен, что справился со своей печалью, но стоило ему оказаться в комнате другого ребенка, как тоска нахлынула с новой силой.

Чего ему точно не нужно делать, так это снова связываться с женщиной с ребенком. И хотя между ним и Ронни пока ничего нет, зачем снова испытывать судьбу? Она решила обосноваться в Парри-Саунд, а его дом в Торонто. Хотя он, конечно, намерен проводить какое-то время в особняке.

Но даже не в логистике дело. А в том, что он должен твердо решить, стоит ли развивать отношения с Ронни, у сына которой может случиться рецидив? Сможет ли он взять на себя ответственность? Сможет ли открыть свое сердце Энди, как открыл его Марко? А если Энди…

«Нет, не смей даже думать об этом», — приказал он себе.

Дома Ред разжег камин, налил себе щедрую порцию бренди и, устроившись в кресле, потягивал крепкий напиток, глядя на огонь.

Он, конечно, может подавить свои страхи, но должен быть точно уверен, что не бросит Ронни, как ее бывший муж в подобной ситуации.

Нет! Он не такой человек…

Однако Ред пребывал в раздрае. Он проглотил остатки бренди. Ему предстоит решительная схватка с собой.

Но сейчас надо переключиться на работу. Он поднялся из кресла и направился в кабинет.

Глава 10

Ронни заставила себя не подходить к окну. Она слышала, как Ред завел грузовик и отъехал. Тогда она все-таки выглянула в окно. Шел снег, и она представила, как Ред стряхивал снежинки с волос и плечей, когда вошел к ней в дом. Сердце Ронни учащенно забилось. Казалось, что от его физического присутствия коттедж уменьшился в размерах.

Ронни остро ощущала его близость, когда передавала ему коробки для распаковки. Пару раз их руки нечаянно соприкасались, и она внутренне трепетала. Ронни избегала смотреть в его сторону, но, когда он спас ее от неминуемого падения, их взгляды встретились.

Все произошло так быстро, что она даже испугаться не успела. Она почувствовала, как стул под ней зашатался, и тотчас сильные руки обхватили ее талию. Пару секунд он обнимал ее за талию, прижимая к себе, а затем медленно опустил на пол.

Она ахнула от неожиданности и, глядя в его зеленовато-синие глаза, с замиранием сердца ощутила, как внизу живота запорхали бабочки.

От этого воспоминания у нее и сейчас кожа покрылась мурашками.

Наверняка ее реакция была односторонней.

Ронни пыталась вспомнить, упоминал ли Кассон о подруге Реда или о том, что он женат. Конечно нет. Кассон говорил о Реде исключительно как о давнишнем университетском приятеле и нынешнем партнере по бизнесу.

Она представила себе женщину, которая была бы под стать Реду: высокая, стройная красотка, большая модница и завсегдатай светских раутов. Она так и видела ее в ослепительном наряде от-кутюр под руку с Редом на красной дорожке международного кинофестиваля в Торонто.

«Прекрати немедленно!» — приказала она себе.

Зачем растрачивать энергию на подобные мысли? Какое ей дело до того, с кем он встречается?

Ронни отправилась на кухню и открыла холодильник. Готовить не хотелось. Она сделала себе бутерброд с арахисовым маслом и джемом, налила стакан молока и уселась за кухонным столом перекусить. Она жевала бутерброд и просматривала на компьютере файлы по ее новой работе регионального менеджера по маркетингу в сетевой компании «Форест хардвер». Ей не терпелось начать работу в режиме онлайн из дома, а иногда совершать инспекционные поездки по магазинам, расположенным в регионе. Это будут однодневные поездки, но иногда могут случиться и командировки на более длительный срок. Ронни была рада, что в обоих случаях сможет оставить Энди под присмотром Кассона и Жюстин.

Ронни жаждала применить университетские знания на практике. Она улыбнулась. Как же приятно начать новую работу, используя инновационные маркетинговые стратегии.

Ронни разделалась с бутербродом, просмотрела все файлы и закрыла лэптоп. Она взяла сумку с книгами и снова вспомнила о Реде.

Не стоит о нем сейчас думать. Пора выбросить его из головы. Ронни прошла в гостиную и оставила сумку с книгами на столе. Затем удалилась в спальню, где облачилась в любимую пижаму. Она решила расслабиться и почитать одну из приобретенных книг, прежде чем лечь спать.

Ронни удобно устроилась на диване и взяла книгу под названием «Как изменить свою жизнь к лучшему».

Хм, а хочется ли ей окунаться в эту проблему сейчас? Она перечитала аннотацию и просмотрела содержание. Да, ничего не скажешь, книга серьезная.

Но первых три главы она может запросто пропустить. Она приняла прошлое, сделала выбор, переехала в новый город и получила новую работу. Сейчас она на стадии распаковки и обустройства на новом месте.

Ронни зевнула. Она прочтет одну главу — и на боковую. Но какую именно главу? Она пробежала глазами названия следующих глав и остановилась на седьмой «Научись снова доверять».

Она готова к этому? Хочет этого?

Снова довериться кому-то означает начало новых отношений. И хочет она того или нет, Ред вновь появится на сцене, начни она изучать эту главу.

Ред упомянул, что однажды уже сильно обжегся и теперь очень осторожен и недоверчив. Зачем ему снова вступать в отношения, если его сердце однажды уже было разбито?

Да и к ней кавалеры не стоят в очереди, как она ему сказала. А при чем здесь кавалеры? Ей интересен только Ред.

А его интересует только миндальное печенье, а не она.

Ронни тихонько вздохнула и все же принялась за чтение.

Ред захлопнул ноутбук и отправился спать. Он лежал в кровати и смотрел в потолок. В голове царила полная неразбериха. Лучше бы он выпил травяного чая, чем бренди.

В нетерпении он откинул простыню и встал с кровати. Ред подошел к большому окну, выходящему на пруд. Крупные снежинки кружились в медленном хороводе, касаясь оконного стекла. Узорчатые и очень красивые.

Прямо как Ронни…

И такие же недоступные.

Метафорическим стеклом между ними был маленький мальчик. Точнее, два — Энди и Марко.

Энди был щитом для Ронни против появления в ее жизни нового мужчины, по-крайней мере, Ред так понял ее заявление относительно того, что Энди ее жизненный приоритет.

И хотя Марко физически отсутствовал в жизни Реда, он жил в его памяти и сердце.

К горлу Реда подступил комок.

Вероятно, ему не следовало так сближаться с Марко. Надо было держать дистанцию, пока они с Софи окончательно не определились в своих отношениях.

Он был слишком самоуверен, посчитав, что их отношения с Софи перейдут в новую фазу, как только она закончит свой бизнес-проект в Италии.

Ред злился на самого себя. Он был таким наивным, когда дело касалось Софи. Он верил ей, когда она говорила, что все эти поездки в Италию просто необходимы. Четыре поездки за два месяца…

Он винил себя за то, что сбил с толку Марко своим неожиданным исчезновением из его жизни.

И не одна Софи в этом виновата. Хотя в отношении Марко у Реда всегда были благие намерения.

Глубоко вздохнув, Ред подошел к комоду и вынул фотографию, где были изображены они с Марко. Он долго вглядывался в фотографию, пытаясь заставить себя примирить противоречивые чувства. У него нет другого выхода, кроме как начать жизнь сначала.

Фотография вдруг стала размытой.

— Прости меня, Марко, — прошептал Ред. — Я не хотел причинить тебе боль. — Он убрал фотографию, вытер глаза и пошел спать.

Глава 11

Ронни проснулась от яркого солнечного света, заливающего ее комнату, и поняла, что спала дольше обычного. Значит, сон был ей необходим. Она посмотрела на часы. Двадцать минут десятого. Она прошлепала в гостиную и посмотрела в окно, выходившее на залив. Кипенно-белое снежное покрывало сияло и блестело до рези в глазах, переливаясь в лучах утреннего солнца. Густой лес в шапках серебристого снега простирался насколько хватало глаз. Картина завораживала. Прекрасный день для прогулки и общения с природой. Может быть, она встретит зайца или лису…

«У тебя полно работы, — резонно заметил внутренний голос. — Распаковать коробки, расставить полки, развесить одежду, выстирать белье».

Ронни отмахнулась от мыслей о делах. Сейчас она выпьет кофе с тостом и отправится на прогулку. А дела подождут. Проходя мимо кофейного столика на кухню, Ронни увидела книгу, которую читала вчера. Она было остановилась, но передумала и прошла на кухню. Ей не хотелось думать о том, что надо снова учиться доверять, вступать в новые отношения. И тому подобное. В ее жизни сейчас нет претендента на роль мужчины ее жизни, и вряд ли он появится в ближайшем будущем. После того как они с Энди проведут неделю на курорте Франклина, она приступит к новой работе, а к весне займется поиском постоянного жилья.

На самом деле Кассон и Жюстин предложили ей купить у них коттедж, в котором она сейчас живет. И она серьезно раздумывала над их предложением. Это было бы здорово — жить рядом с родственниками. К весне родители Жюстин вернутся из трехмесячного отпуска в Аризоне, и кузина сообщила Ронни, что родители с радостью присмотрят за Энди, когда это будет нужно.

Коттеджи в «Зимней гавани» были очень популярны и пользовались огромным спросом. Их приобретали не торгуясь. Место было просто волшебным — природная красота смешанных лесов, гладкая береговая полоса, а закаты, от которых дух захватывало, явно просились на полотно.

Итак, у нее новый дом, сынишка здоров, родственники рядом, новая интересная работа, чего еще желать?

«Как насчет спутника жизни или возлюбленного?» — подсказал внутренний голос.

Тостер с шумом изрыгнул два кусочка поджаренного хлеба, напугав задумавшуюся Ронни. Она отбросила крамольные мысли и принялась намазывать тост маслом. Потом налила себе кружку кофе и приступила к завтраку.

Какая прекрасная жизнь будет у нее в этом коттедже. Наблюдать за сменой времен года. Кататься на лыжах, заниматься подледным ловом, плавать, собирать ягоды и грибы, ходить в походы. А прямо сейчас она отправится на прогулку в лес.

Ронни поставила тарелку и кружку в мойку и пошла переодеться. Она и правда движется к новой жизни, открывает новую главу. Жаль только, что в одиночестве…

Ред поблагодарил Кассона и Жюстин и надел шлем. Кассон предложил приятелю свой снегоход, и Ред с удовольствием воспользовался предложением, совершая отличные прогулки по живописным окрестностям. Он был рад освоить новый для него вид спорта. Особенно приятно было прокатиться в такое солнечное утро с легким морозцем. Ред уже решил приобрести собственный снегоход для прогулок в Парри-Саунд.

Этим утром он проснулся с намерением непременно подышать свежим воздухом. Приехав в «Зимнюю гавань», он выпил кофе с Кассоном и Жюстин, а когда сел на снегоход и был готов отъехать, вышедшая его проводить Жюстин невинно заметила, что неплохо бы ему пригласить Ронни на прогулку.

Он с удивлением посмотрел сначала на Жюстин, а потом на Кассона, который пожал плечами и одарил его взглядом, который говорил; «Не понимаю, о чем это она».

— Хм… Не знаю, интересно ли ей это вообще.

— Ей необходимо немного развлечься, — настаивала Жюстин. — Снегоход рассчитан на двоих, и ты можешь прихватить для Ронни мой шлем. — Она моментально достала его из кладовки и передала Реду.

Ред сел на снегоход и поехал к коттеджу Ронни. И как только он позволил втянуть себя в подобную авантюру? Нужно было сказать решительное «нет».

Он остановил машину у дома Ронни, и в три шага оказался на крыльце. Он постучал в дверь. Никакого ответа. Постучал еще раз, и снова тишина. Что, если она спит или просто не хочет открывать?

И тут он заметил на ступенях следы от сапог, ведущие в противоположном направлении.

Ред обдумывал варианты: вернуть шлем Жюстин или догнать ушедшую на прогулку Ронни? Снова борьба с собой…

Он вздохнул, надел шлем и двинулся по следам Ронни.

Проехав по дороге километр с небольшим, он увидел ее. Она стояла и что-то рассматривала на дереве. Услышав шум мотора, она обернулась и посмотрела в его сторону. Ред лихо затормозил и снял шлем.

— О, я думала, это Кассон, — заметила она, нахмурившись.

— Оно и понятно, это же его снегоход, — протянул он. — Наслаждаетесь прогулкой?

— Да, — подтвердила она. — И особенно одиночеством и тишиной леса.

— Прошу прощения за нарушение тишины.

В это время в ветвях громко защебетала голубая сойка.

— Ну вот, здесь становится шумно, — шутливо заметил он. — Хотите прокатиться? — предложил он с улыбкой.

Ронни так на него взглянула, словно он предложил ей что-то неприличное.

— А у вас достаточно практики управления этим зверем? — с сомнением в голосе спросила она.

— Ну если вы мне не доверяете, можете сами сесть за руль, — предложил он.

Ронни на мгновение свела брови, а потом ее лицо разгладилось.

— Хм, вы только не обижайтесь, но я, пожалуй, соглашусь. — Она надела шлем, и Ред заметил, как блеснули ее глаза.

— Следует ли мне бояться? — шутливо спросил он, усаживаясь на пассажирское место.

— Держитесь крепче, мистер Брэнниган, — только и сказала Ронни.

Запустив мотор, она резко тронулась с места, взметнув облако снежной пыли.

Глава 12

Ронни не понимала, что на нее нашло, когда приняла предложение Реда повести снегоход. По непонятной причине ей захотелось доказать ему, что она вполне самодостаточна и в состоянии его прокатить.

У Ронни была большая практика езды на снегоходе еще до рождения Энди. И сейчас ей хотелось продемонстрировать Реду свои навыки. Тем более что он, похоже, в этом деле новичок.

Чего она совсем не ожидала, так это того, что викинг ухватится за ее талию, а не за боковые поручни снегохода. Его близость волновала и мешала сосредоточиться. И тем не менее Ронни сумела преодолеть себя и с ветерком прокатила Реда по живописным окрестностям Парри-Саунд. Они мчались вдоль кромки волшебного леса. Пушистые снежные шапки сверкали в лучах яркого солнца. Прохладный ветерок овевал их разгоряченные лица. Через три четверти часа они остановились у коттеджа Ронни.

Ред слез с сиденья, снял шлем и ожидал, когда Ронни сделает то же самое. Он медленно кивнул с загадочной улыбкой на губах. Ронни улыбнулась в ответ, все еще испытывая чувство восторга от прогулки.

— Спасибо за развлечение и острые ощущения, — сказал он сухо. — Я бы непременно напросился на чашку горячего шоколада, но мне нужно подготовиться к важной встрече. Так что верну снегоход и отправлюсь домой. — Он прищурился. — Но в следующий раз вы должны мне довериться, Ронни. И рулить буду я.

У Ронни екнуло сердце. Она посмотрела ему вслед. Вернувшись в дом, она встала под горячий душ и попыталась выбросить Реда из головы, но безуспешно. Образ викинга, сидящего за ее спиной и обнимающего ее, неотступно преследовал Ронни.

Когда зазвонил ее мобильник, Ронни вздрогнула от неожиданности, так поглощена она была мыслями о Реде. На экране высветилось имя кузена.

— Привет, Касс, что новенького?

— Привет, Ронни. Я к тебе с просьбой.

— Конечно. Посидеть с Эми?

— Нет. У малышки поднялась температура, и Жюстин что-то неважно себя чувствует.

— О господи, чем я могу помочь?

— Ты можешь приступить к работе пораньше? Скажем, завтра? Дело в том, что у меня на завтра назначена встреча в Торонто с управляющим сетью наших магазинов. Мы должны обсудить новую маркетинговую стратегию. Я тебе присылал эту информацию, помнишь? Но мне не хотелось бы оставлять Эми и Жюстин. Это только на один день, Ронни. А так ты выйдешь на работу через месяц, как мы и договаривались.

Ронни быстро прикинула в уме, что ей придется встать на рассвете, чтобы успеть на утренний поезд до Торонто. А она-то планировала закончить наконец распаковывать коробки и успеть еще погулять. Но отказать кузену она не могла.

— Конечно, я поеду, Касс, и все сделаю. А ты ухаживай за своими чудесными девочками.

— Я знал, что ты меня выручишь, Ронни. Спасибо огромное. Знаешь, я раньше разговаривал с Редом. Он упомянул, что тоже едет завтра в Торонто по делам. Прежде чем позвонить тебе, я надеюсь, ты меня не убьешь, я позвонил Реду и спросил, не подвезет ли он тебя до Торонто в своем грузовике.

Вдвоем веселее, а для тебя и безопаснее, имея в виду недавний инцидент.

Ронни молчала, лихорадочно переваривая услышанное.

— И что он сказал? — небрежно спросила она.

— Он сказал, с удовольствием, но поведет грузовик он, — усмехнулся в трубку Кассон.

— Что ж, хорошо.

— Спасибо, Ронни. Буду держать тебя в курсе по поводу здоровья девочек.

— Обними их за меня.

— Непременно. И, вот еще что, Ронни. Ред просил быть готовой к отъезду в шесть утра. Пока.

Ронни отложила телефон. Мысль о том, что ей придется ехать рядом с Редом два часа до Торонто и столько же обратно, будоражила воображение.

Черный персональный лимузин Реда подъехал к особняку в точно назначенное время. Накануне Ред передумал ехать в грузовике и вызвал лимузин.

— Доброе утро, Лиам, — приветствовал он вышедшего из автомобиля водителя.

— И вам доброго начала дня, сэр.

Лиам проворно открыл дверь лимузина, и Рэд положил чехол с костюмом и черный кожаный кейс на заднее сиденье. Он переоденется перед встречей. Он сел в лимузин и объяснил Лиаму, как доехать до коттеджа Ронни. На улице стояла непроглядная тьма, как и накануне в полночь, когда он не мог уснуть, продолжая думать о просьбе Кассона подвезти Ронни в Торонто.

Он и накануне после прогулки с Ронни на снегоходе постоянно возвращался мыслями к вопросу, почему все его попытки держаться подальше от Ронни терпят фиаско. Вчера вечером он как раз выбирал костюм и галстук для встречи, когда раздался звонок Кассона.

Кассон объяснил ситуацию, и Ред застонал про себя. Кажется, сама судьба сводит его с Ронни. У Реда не нашлось причин для отказа Кассону.

— Без проблем, — небрежно ответил он приятелю.

Конечно, проблема была и обострялась с каждым днем.

Однако он не мог отказать Кассону, хотя это означало, что он полдня проведет в ее обществе. Кассон горячо поблагодарил Реда и пообещал вскоре пригласить его на ужин с домашней едой.

Ред повесил чехол с костюмом в гардероб в холле, оставив дверцу открытой, чтобы паче чаяния не забыть деловой костюм дома. Потом попытался не думать о Ронни, пока просматривал материалы для предстоящей встречи. Однако работа на ум не шла, и он в раздражении захлопнул крышку ноутбука.

Он налил себе бренди и попытался проанализировать феномен Ронни Форрестер и ее роль в его жизни с тех пор, когда он остановился на дороге, чтобы спасти ее из снежного плена. Они знакомы чуть больше сорока восьми часов, но она приземлилась в Парри-Саунд подобно метеориту, проделав внушительную дыру на поверхности и разбросав осколки в разных направлениях.

И один из осколков попал в него, тяжело ранив.

Ред допил бренди и отправился в душ, чтобы избавиться от мучивших его воспоминаний о том, как во время прогулки на снегоходе прижимался к Ронни, обняв ее за талию.

Душ не помог. Сладкие мучения продолжались.

Он решил вызвать личный служебный лимузин вместо того, чтобы ехать на грузовике.

Следуя указаниям Реда, Лиам уже свернул на дорогу, ведущую к коттеджу Ронни. Пульс Реда участился при виде стоящей на крыльце коттеджа Ронни. На ней было красное полупальто, темно-серое платье или юбка ниже колена и черные полусапожки на каблуке. Черный берет, красно-черный шарф, замысловато обмотанный вокруг шеи, и черные перчатки дополняли образ. У ее ног стоял черный кейс. Ронни вглядывалась в подъездную дорожку, и постепенно ее глаза становились похожи на блюдца, когда она увидела, какой автомобиль подъезжает к ее дому.

Она вышла на крыльцо вовремя.

— Я сам посажу ее в лимузин, — сказал Ред Лиаму. — Доброе утро, Ронни, — произнес он, открывая дверь с пассажирской стороны и протягивая руку за ее кейсом. Он старался не смотреть на ее стройные ножки, пока она спускалась с крыльца. Он помог ей сесть в машину.

— Доброе утро, — ответила она с неловкой улыбкой, садясь в лимузин. Ее щеки горели.

Глава 13

— Надеюсь, Кассон предупредил вас о строгих правилах, которые надлежит соблюдать в моем лимузине? — спросил Ред с кривой ухмылкой, пристегиваясь ремнем безопасности в кресле.

Девушка удивленно вскинула брови.

— Только чтобы я вовремя вышла к машине. И я выполнила просьбу, но не ожидала, что вы приедете в лимузине.

— Я оценил вашу пунктуальность, — заметил Ред, дав знак Лиаму сквозь стеклянную перегородку, что можно трогаться. — Хотя если бы я вел грузовик, нам пришлось бы выехать на час раньше.

Ронни посмотрела на его профиль: челюсти плотно сжаты, а лицо, похоже, выражает недовольство.

— Кассону не обязательно было просить вас захватить меня в Торонто, — выпалила она. — Я бы и сама прекрасно добралась.

Ред хмуро на нее посмотрел.

— Но недавно вы попали в дорожное происшествие, — подчеркнул он. — Так что в лимузине с опытным водителем ехать безопаснее. Но не будем о прошлом. Устраивайтесь поудобнее и наслаждайтесь поездкой.

Ронни прикусила язык, хотя язвительный ответ так и рвался наружу. Она откинулась на спинку мягкого сиденья и подумала про себя, что лучше бы она сидела рядом с Редом, чем прямо напротив него. Его гладковыбритое красивое лицо с правильными чертами, словно с обложки модного мужского журнала, смущало и волновало Ронни. Не прибавлял спокойствия и исходящий от Реда аромат дорогого одеколона с нотками сандала.

— Как вы смотрите на то, чтобы остановиться и выпить по чашке кофе перед выездом на основную трассу? — спросил Ред.

Он открыл встроенный бар и посмотрел на ряд бутылок с элитным шампанским, винами и ликерами.

— Это, — он указал на напитки, — вряд ли вас заинтересует в такую рань, — ухмыльнулся он.

— Естественно, — коротко бросила она. — Это не мой стиль.

Ред по интеркому попросил Лиама остановиться у ближайшей кофейни.

— Вам большой черный? — Он взглянул на Ронни.

— Да, спасибо. С молоком и без сахара, — ответила она и открыла сумочку, чтобы достать кошелек.

— Полагаю, я в состоянии заплатить за две чашки кофе, — усмехнулся Ред.

— Не хочу показаться дерзкой, но я оплачу половину стоимости поездки в лимузине, — не осталась в долгу Ронни.

— Не стоит беспокоиться. У меня и на лимузин хватит средств. Вы голодны? Хотите что-нибудь съесть?

Ронни отрицательно качнула головой:

— Нет, спасибо. Подожду, пока приедем в Торонто.

Вскоре они выехали на трассу. Ронни потягивала кофе и смотрела в окно. Дорога пока не была сильно загружена, они ехали на хорошей скорости.

Ронни украдкой бросила взгляд на Реда. Он казался глубоко погруженным в свои мысли. Вероятно, размышляет о предстоящей деловой встрече, подумалось ей. На нем были серый шерстяной пуловер, рубашка в голубую клетку и синие джинсы. Она заметила в салоне одежный чехол и представила, как Ред выглядит в деловом костюме. Классический черный или темно-оливковый идеально подошел бы к его волосам и глазам. Он выглядел бы…

— Вы подготовились к встрече? — неожиданно спросил он.

— В целом да, — ответила она. — Я приступлю к работе в качестве регионального менеджера по маркетингу через месяц. Вот тогда и посмотрим. А сегодня я заменяю Кассона.

— Уверен, что вы справитесь и сегодня, и в будущем. Кассон говорил мне о вашем назначении. Поздравляю вас.

— Благодарю. М-м-м, а в котором часу у вас встреча? Может быть, у меня будет немного времени на магазин? У сына скоро день рождения.

Она прикусила губу, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Грядущий день рождения будет отличаться от двух предыдущих. Курс лечения закончен, и наступила ремиссия. Глаза Ронни увлажнились, и она отвернулась к окну. Неожиданно громкий сигнал лимузина вернул ее в настоящее.

— Какие-то идиоты пытались обогнать транспортный грузовик, — сказал Ред, покачав головой. — Не беспокойтесь, вы в надежных руках, — и отвернулся, прежде чем их взгляды встретились.

Она была этому рада, потому что ее щеки горели. Ронни представила себя в его объятиях, как было два, нет, три раза. А еще она чувствовала усталость от недосыпа, несмотря на выпитый кофе. Она поздно легла и дважды просыпалась ночью. И когда зазвонил будильник, не стала ставить его на кнопку повтора из боязни проспать. Ронни собралась за полчаса. И вышла на крыльцо в ожидании Реда за пару минут до его появления.

Ее окружало морозное безмолвие. На бархатно-чернильном небе мерцали звезды. Ронни вдыхала чистый воздух, пахнущий соснами. В ее душе воцарился покой и предвкушение чего-то хорошего. Она с нетерпением ждала деловой встречи, а потом надеялась пробежаться по магазинам в поисках какого-нибудь особенного подарка для Энди.

Пока она представляла себе счастливое лицо сынишки, задувающего свечки на именинном торте, к дому подкатил гладкий черный лимузин. На мгновение Ронни была ослеплена светом фар и стояла в оцепенении, увидев автомобиль представительского класса вместо обычного грузовика. Она по-прежнему не двигалась, когда из лимузина выскочил Ред и открыл дверцу с ее стороны.

Пока она передавала ему свой кейс, то не заметила брошенного на нее Редом оценивающего взгляда.

В этом его загадочном взгляде светилось явное одобрение.

Ред смотрел на сидящую напротив женщину. Она сняла пальто и заснула перед городком Барри, который находился в часе езды от Торонто. Она спала, сложив на груди руки, и выглядела такой уязвимой. Длинные ресницы прикрывали нижние веки, почти касаясь щек. Она была похожа на спящего ангела.

Его взгляд упал на медальон на ее груди. Он не заметил его раньше. Замочек был расстегнут, крышка откинута, и Ред увидел маленькое фото. Ее сын.

Вторая половинка медальона была пуста.

Может быть, раньше там была фотография мужа?

У Реда на скулах заходили желваки. Ну почему он все время о ней думает.

«Ты прекрасно знаешь почему, — прошептал противный внутренний голос. — Тебе нравится Ронни, а ты сопротивляешься. И все из-за ее сынишки».

Ред снова взглянул на фото. Его охватило чувство вины. Ребенок не заслуживает быть отверженным. И Ронни тоже. Плохо, что у него есть отрицательный опыт, мешающий ему сделать выбор. Выбор рискнуть снова.

Его останавливает одно — страх.

Осознание этого страшно удивило Реда.

Страх парализовал его волю, не давая возможности даже попытаться вступить в новые отношения после разрыва с Софи. Он специально завалил себя работой, чтобы минуты свободной не было думать о женщинах. Разрыв был сродни ожогу третьей степени. Все нутро Реда обуглилось. Он утратил доверие к женщинам. И пока не готов его восстанавливать.

Страх и чувства его заморозил. Но сейчас наступили перемены. Что-то разбило толстый слой льда, который сковал его сердце. Точнее, не что-то, а кто-то.

Ронни Форрестер. Хотя она и не догадывалась, что держит в руках молоток и долото.

Ронни повернулась в кресле и открыла глаза. Небо посветлело, и она несколько раз моргнула, прежде чем посмотреть на часы.

— Ох, кажется, я вздремнула, и это пошло мне на пользу.

— Не беспокойтесь. Это и есть привилегия пассажира, — хитро улыбнулся он.

Она ответила кривой ухмылкой и, заметив открытый медальон, быстро его защелкнула.

Он увидел, как она мимолетом прижала медальон к щеке. Она такая преданная мать. Ред был уверен, что ради сына Ронни пожертвует всем на свете.

Его охватило неудержимое желание заключить Ронни в объятия и не отпускать. Ему хотелось выразить ей огромное уважение за все, что она сделала для сына. Именно такая мать нужна каждому ребенку. Именно о такой маме он мечтал в детстве.

И именно такую мать хотел для своих детей.

Глава 14

Лимузин остановился и высадил Ронни на главной торговой улице Торонто Йондж-стрит. Поскольку встречи у обоих были назначены на одно и то же время, Ред предложил вместе пообедать. Узнав, что Ронни не доводилось бывать в «360», знаменитом вращающемся ресторане в Си-Эн Тауэр, он немедленно забронировал места на ланч.

— Всегда интересно увидеть что-то новенькое, когда оказываешься в городе, — заметил он. — Ни пуха ни пера на встрече.

Час спустя Ронни вышла из магазина оргтехники с легким сердцем.

Мистер Кеннеди был очень открыт и положительно воспринял новую информацию. Он поблагодарил Ронни за то, что она была эмиссаром Кассона, и сказал, что организует заключительную конференцию с Кассоном.

Ронни направилась в сторону центра города. У нее было время посетить несколько магазинов, прежде чем отправиться в Си-Эн Тауэр. Она неторопливо прогуливалась по Йондж-стрит возле залива. Ронни не была уверена, что именно ищет, однако знала наверняка, что должна найти для Энди нечто особенное.

Ронни зашла в Итонский центр. Она наверняка найдет что-нибудь здесь, подумалось ей, пока изучала навигационную схему на экране при входе. Она поискала магазины детских новинок, записала, где они находятся, и начала охоту.

Ронни вошла в детский магазин, и ее глаза разбежались. Она медленно осматривала стеллажи в надежде увидеть что-нибудь необычное.

И наконец судьба смилостивилась к ней. В небольшом закутке в конце одной из секций она увидела вольер с котятами. Они неожиданно выскочили из-за замысловатой когтеточки, натыкаясь друг на друга и бросаясь врассыпную, чтобы через несколько мгновений появиться снова. Один огненно-рыжий котенок привлек внимание Ронни. Он был самый игривый из всей компании и самый громкий, мяукающий, прыгающий с места на место и выделывающий комичные акробатические трюки.

Ронни рассмеялась. Его шерстка была примерно того же цвета, что и волосы Реда. А когда котенок приблизился, она заметила, что его глаза были сине-зелеными, такими же, как у Реда. Может быть, предложить ему купить этого котенка. Они составили бы идеальную пару.

Нет, она купит его для Энди. Сын попросил у нее домашнего питомца, когда лежал в больнице, но в то время она никак не могла справиться с такой ответственностью. Сейчас все по-другому. Энди вернулся домой, и с уходом за котенком можно вполне справиться. Ему наверняка понравится маленький шалунишка. Это, пожалуй, лучший сюрприз, который она может придумать на день рождения сына…

Но как сохранить сюрприз до дня рождения? Внезапно ей в голову пришла мысль. Что, если попросить Реда взять котенка на передержку на пару дней? Шаг рискованный, но она все же попытается…

Необыкновенно взволнованная, она подошла к продавцу. Она сделает это. Джинджер поедет вместе с ней домой. После ланча.

Встреча Реда с австралийским магнатом затянулась дольше, чем ожидалось, но принесла превосходные результаты.

Все цели достигнуты. Контракт подписан. Сердечно пожав магнату руку и пожелав ему удачного перелета в Австралию, Ред закончил встречу, воодушевленный тем, что обеспечил большим и интересным заказом свой офис в Мельбурне. Проект предусматривал возведение комплекса зданий художественной галереи мирового уровня с выставочными залами, запасниками, оборудованными по последнему слову техники, реставрационными мастерскими, учебными студиями, сувенирными лавками, кафетерием и рестораном.

Рэд положил сумку с джинсами и рубашкой на заднее сиденье лимузина. Не желая заставлять Ронни ждать, он решил не переодеваться и попросил Лиама направиться сразу к Си-Эн Тауэр. Ред был в приподнятом настроении и с нетерпением ждал возможности отпраздновать это событие вместе с Ронни.

Она ждала прямо у главного входа. Обменявшись приветствиями и новостями о том, что их деловые встречи прошли удачно, они вошли в здание и направились к стеклянному лифту, чтобы подняться на высоту 350 метров в культовый вращающийся ресторан «360», который совершает один оборот каждые семьдесят две минуты. Но сначала Ред хотел отвезти Ронни на смотровую площадку, чтобы она полюбовалась городом с высоты птичьего полета. Пока кабина стремительно неслась вверх под ахи и охи возбужденных туристов, заполнивших практически все пространство лифта, Ронни инстинктивно отодвинулась от стекла.

Она нечаянно наступила Реду на ботинок и пошатнулась, прижавшись к нему всем телом. Руки Рэда инстинктивно обхватили ее за талию, и в тот же миг остальные люди в лифте исчезли, поскольку его разум и тело ощущали лишь Ронни в кольце его рук.

Но через мгновение он их опустил, поскольку Ронни восстановила равновесие.

Дверь открылась, и большинство посетителей устремились к панорамным окнам, в то время как другие отважились ступить на пол обзорной площадки, который был выложен толстым прозрачным закаленным стеклом, что позволяло прогуляться над городом, посматривая сверху на его прямые улицы и крохотные автомобили. Ред заметил, что беспокоиться не стоит, поскольку это сверхпрочное стекло выдержит даже слона.

Он был рад, что день выдался солнечный, и Ронни может насладиться великолепным видом. Она склонилась к одному из окон с выражением детского благоговения, и ему внезапно пришла в голову мысль, что ее сын тоже должен здесь побывать. Словно прочитав его мысли, он увидел, как Ронни коснулась медальона на шее.

— Мне определенно придется вернуться сюда с Энди, — заявила она. — Ему бы здесь понравилось!

— Он не боится высоты?

Ронни рассмеялась.

— Мой малыш ничего не боится. Он сильнее, чем выглядит. — Внезапно она расстегнула свой медальон и открыла его, прежде чем передать Реду.

— Происхождение имени сына греческое, Андреас, и оно означает «сильный, мужественный, храбрый». Энди такой и есть, — гордо сказала она, но ее голос при этом смягчился.

Ред пристально рассматривал фотографию. Изображение было крошечным, но он увидел сходство с Ронни.

— Он явно похож на вас, — пробормотал Ред, возвращая медальон.

Она захлопнула его и снова надела.

— Я не всегда чувствую себя сильной и смелой, — признала она.

— Вы просто себя не знаете, — парировал он. — Но на самом деле я имел в виду его внешность. Очень милый ребенок.

Увидев эмоции на ее лице, Ред внезапно пожалел о своих словах. Он вторгался на чувствительную территорию как для Ронни, так и для себя. Не следует давать ей возможность говорить о сыне, не говоря уже о том, чтобы высказывать свое мнение о мальчике. Ну кто его за язык тянул? Он резко отвернулся от Ронни, когда она открыла рот, чтобы ответить. Ред чувствовал себя подонком, но хотел, чтобы отношения между ними были как можно более нейтральными, а обсуждение ее сына или предположения о том, как он относится к ее внешности, только усугубляли ситуацию.

Когда Ронни двинулась вдоль смотровой площадки деревянной походкой, наблюдательный Ред заподозрил, что она почувствовала себя отвергнутой. Он увидел, как она подошла к стеклянному полу и осторожно ступила на него, а затем в его памяти всплыл образ Марко, сделавшего то же самое полтора года назад. Острая боль пронзила его сердце, и, когда Ронни повернулась, чтобы присоединиться к нему, он заставил себя подавить воспоминание и изобразил улыбку на лице. Не было никаких причин быть невежливым с Ронни. Можно даже оставаться дружелюбным, не переходя личных границ.

— Готовы к исследованию еще одной смотровой площадки, но уже на открытом воздухе, хотя на уровень ниже? — поинтересовался он.

— Хм… нет, увольте. Это все равно на высоте более трехсот метров, — ответила Ронни. — Я бы присела где-нибудь.

— Так что, я полагаю, о прогулке по кромке тоже не может быть речи?

Ее широко раскрытые глаза свидетельствовали о том, что она знала о самой экстремальной достопримечательности Си-Эн Тауэр: аттракцион не для слабонервных — круговой обход башни на высоте 356 метров по кромке крыши шириной полтора метра в связке из шестерых смельчаков, объединенных страховочными тросами.

— Хорошо, значит, ланч, — согласился он и прибавил: — Не думаю, что и я готов совершить кругосветное путешествие вокруг башни в середине зимы.

Через несколько минут они уже сидели за столиком в ресторане «360» у панорамного окна. Ронни предпочла его кабинке, чтобы еще раз насладиться видом.

— Знаете ли вы, что Си-Эн Тауэр занесена в Книгу рекордов Гиннесса, потому что в ней находится самый высокий винный погреб в мире? Так как насчет стаканчика вина? — Ред предложил белое с полуострова Ниагара и подождал, пока Ронни одобрит, прежде чем кивнуть официантке.

Его взгляд невольно остановился на сером шерстяном платье, которое было на Ронни. Оно идеально сидело на ее стройной фигурке, а рубиново-красная помада гармонировала с коротким пальто, которое она только что сняла и повесила на спинку стула.

Сделав заказ, Ред поднял свой бокал с вином.

— Выпьем за успех наших деловых встреч, — предложил он.

Ронни заколебалась, настороженно на него взглянув, прежде чем кивнуть и чокнуться бокалами. Она сделала глоток.

— Да, у меня хорошие новости для Кассона.

— И мы устроим потрясающий обед, чтобы отпраздновать получение того, чего мы хотели сегодня…

Брови Ронни поползли вверх.

— Вот это настоящее удовольствие, — сказала она, махнув в сторону окон. — И мне действительно удалось найти нечто особенное для моего сына. — Она сделала еще глоток вина. — Я собиралась рассказать вам об этом, — пробормотала она, и щеки ее зарделись. — Тем более что мы будем возвращаться с вами…

— Мы? — нахмурился Ред.

Ронни прикусила губу.

— Я ничего не могла с собой поделать. Она такая милая. И я знаю, Энди будет в восторге от нее… — Она неуверенно улыбнулась Реду. — Я должна заехать за ней после обеда…

— Забрать кого?

— Джинджер.

— Какую еще Джинджер? — удивился Ред.

— Нашего нового… котенка, — пояснила она, расплываясь в улыбке.

Глава 15

Зеленовато-синие глаза Реда как нельзя лучше гармонировали с его грифельно-серым костюмом. Он наклонился вперед, нахмурив брови, и Ронни не могла не подумать, насколько он привлекателен в этой черной рубашке и бордовом шелковом галстуке…

Его хмурое выражение исчезло.

— Ладно, я слышал об импульсивных покупках, но такое узнаю впервые… — Он рассмеялся.

— Надеюсь, вы не возражаете, что она поедет с нами в лимузине… У вас ведь нет аллергии на кошек, правда?

Он подождал, пока официантка принесла заказ, поблагодарил ее и серьезно взглянул на Ронни.

— Нет, по обоим пунктам, — ответил он. — У меня был в детстве кот. Он был круглым и оранжевым, поэтому я назвал его Тыквой.

— Мило. По цвету он такой же, как и Джинджер. Такая очаровательная расцветка… — Ронни улыбнулась и перевела взгляд на шевелюру Реда. Он, конечно, заметил.

— Думаете, мы с Джинджер можем считаться родственниками? — спросил он, прищурившись. — Но у меня нет детей, ни кошачьих, ни каких-либо других, и я намерен так это и оставить.

Улыбка Ронни на мгновение застыла, а потом и вовсе исчезла.

Итак, Ред Брэнниган второй не хочет иметь детей. Это потому, что его работа связана с частыми разъездами и он не смог бы уделять должное внимание семье или он слишком эгоцентричен и наслаждается свободой и отношениями без обязательств? Она скользнула по Реду взглядом. Умен, обаятелен, красив, нет, чертовски красив, и к тому же богат, но его избранница должна будет принять тот факт, что у них не будет рыжеволосых продолжателей рода Брэнниганов…

Не у всех есть отцовский или материнский инстинкт…

— Так вы не против, что Джинджер поедет с нами в лимузине? — довольно резко спросила она.

— Я не такой уж вредный, — ухмыльнулся он. — Уверен, что мы втроем сможем продержаться в тесном пространстве лимузина пару часов…

Его губы изогнулись в улыбке, и Ронни заметила ямочку на левой щеке. Она потянулась за стаканом воды, внезапно почувствовав, что ей слишком жарко, и решила отложить просьбу, чтобы Ред временно оставил Джинджер у себя на потом.

Она снова окинула взглядом открывающийся вид.

— Я могу только представить, каким потрясающим должен быть вид ночью, когда весь город освещен… — произнесла Ронни, сменив тему.

— Вы хотели бы жить в Торонто? — спросил Ред, пристально глядя на нее.

— Я… Я скорее приверженец небольших городков. Жизнь в Парри-Саунд идеально подходит мне и Энди, тем более что там у меня есть семья. Но мне действительно нравится Торонто… Я буду ездить сюда чаще, как только официально вступлю в новую должность.

— Что ж, тогда вы сможете вернуться в «360» вечером. — Он поднял и покрутил свой бокал, кружение вина было почти таким же гипнотизирующим, как лазерный отблеск в океанических глубинах его глаз…

Вернется ли она одна? Это было бы горько-сладкое ощущение — наслаждаться ослепительной панорамой города, ужиная в гордом одиночестве. Все равно, что смотреть на полуночное небо цвета индиго, усыпанное сверкающими звездами, и не иметь возможности поделиться этим волшебством.

«Но ты ведь не хочешь другого мужчину в своей жизни…» — вмешался в ее невеселые мысли внутренний голос и был прав.

Еще несколько дней назад у нее и мысли не было, чтобы делить свою жизнь с кем-то, кроме Энди.

А потом этот ледяной дождь и происшествие на дороге. Нечаянная встреча с Редом. Она совсем забыла о личной жизни во время болезни сына, целиком посвятив себя заботам о малыше.

«Теперь у тебя есть время…» — пронеслось у нее в голове.

— Хотите кофе? Десерт? — Вопрос Реда прервал ее размышления.

— Десерты выглядят потрясающе, но я не в состоянии больше проглотить ни кусочка, — жалобно ответила она.

— Значит, в следующий раз, — сказал он, блеснув глазами. — Ты, вероятно, ждешь не дождешься, чтобы забрать наше новое прибавление, — произнес Ред, неожиданно перейдя на «ты».

— О, вы, оказывается, молодые родители? — спросила подошедшая официантка. — Простите, я нечаянно услышала последнюю фразу. У вас мальчик или девочка?

— Девочка, — быстро ответил Ред, прежде чем Ронни успела его поправить.

— Здорово, а как ее зовут? — спросила любопытная официантка.

— Джинджер, — не моргнув глазом, ответил Ред.

— У нее, наверное, волосы такого же цвета, как у папы? — предположила официантка.

— Точно, — подтвердил Ред, широко улыбаясь.

— Значит, она красотка, если похожа на вас обоих, — подытожила девушка.

— Спасибо, — поблагодарил Ред, расплачиваясь кредиткой. — Ланч был отменный.

Ронни потеряла дар речи, покраснев от смущения и негодования. Зачем Реду понадобилось уверять официантку, что они супружеская пара?

Ред улыбнулся и поднялся из-за стола.

— Пошли? Но прежде чем мы заберем нашего питомца, не возражаешь, если мы заедем еще в одно место?

Ред не собирался посещать недавно завершенный объект его гордости во время этого визита, но что-то пробудило в нем желание показать Ронни роскошный кондоминиум, который он сам спроектировал и в который переедет в конце месяца. Он решил, что пришло время покинуть квартиру, подаренную ему родителями. Они, разумеется, не возражали, лишь заметили, что оставят пентхаус для друзей и гостей из других городов.

Ред подавил циничный смешок. Его родители редко бывали в Торонто. Они слишком увлечены своей работой, разъезжая по всему миру. Ред давно смирился с их постоянным отсутствием в его жизни. Но иногда он ощущал прежнюю обиду. В такие моменты он повторял данную себе клятву всегда присутствовать в жизни своего будущего ребенка или детей…

Резиденция, которую он назвал «Клевер-четырехлистник» в честь своих ирландских корней, представляла собой декадентскую застройку на берегу гавани, которая на самом деле имела форму клевера.

Четыре секции в форме листьев клевера с окнами от пола до потолка, а крыши подсвечивались гирляндами зеленых огней, что было особенно красиво в вечернее время. Шикарный вход, спроектированный в виде стебля клевера, имел массивную двойную дверь в форме канадского кленового листа из уотерфордского хрусталя из Ирландии, которая вела в роскошное мраморное фойе с винтажными люстрами того же ирландского происхождения. Резиденция, официальное открытие которой запланировано на конец месяца, включала в себя два ресторана высокой кухни, в которых будут представлены блюда канадской и интернациональной кухни, а также аутентичный ирландский паб.

Ред спроектировал просторные люксы по последнему слову дизайна: наборный дубовый паркет, сводчатые потолки и личные террасы с захватывающим видом на город и гавань. Удобства, которыми могли пользоваться жители, были такими, которые Ред и сам оценил по достоинству: огромные бассейны, ультрасовременный тренажерный зал, конференц-зал и библиотека, а также зал для медитации. Официальное открытие состоится через неделю после торжественного открытия курорта Франклина, и Ред почувствовал прилив возбуждения при мысли о том, что с переездом начнется новая глава в его жизни.

Ред рассказал Ронни о резиденции и о том, что он хотел бы еще раз все проверить перед официальным открытием. Однако не сказал, что это его детище и что он будет жить в одном из апартаментов в пентхаусе. Когда он нажал специальный код, чтобы войти в здание, и прошел через большое фойе, выражение изумления в широко раскрытых глазах Ронни вызвало у него приятные ощущения, которые вытеснили его прежнее чувство удовлетворения своим детищем.

— Вот это да, — восторженно произнесла Ронни. Ее взгляд метался между люстрами и роскошным декором. — Никогда не была в таком месте и не видела ничего подобного…

Что-то в ее тоне его царапнуло, наверное, искренний восторг, когда она вошла в сверкающий медью и мрамором лифт. Пока Ред проводил для нее экскурсию по бильярдной, тренажерному залу, конференц-залам и залам для медитации, она время от времени комментировала выбор цветов, стилей, напольных покрытий и особенностей каждой комнаты, одобрительно кивая. А войдя в библиотеку, Ронни на несколько мгновений лишилась дара речи. Она с восторгом осматривала книжные полки от пола до потолка, уже заставленные новыми книгами, роскошные кресла с высокой спинкой и кресла-качалки. А потом наградила Реда благодарной улыбкой.

— Кто бы это ни придумал, он дизайнер в моем вкусе, — пробормотала она, снова обозревая этот книжный рай.

— И в моем тоже, — сказал он, посмеиваясь. — Готова продолжить осмотр верхних этажей? Ты была в Си-Эн Тауэр. Я хотел бы показать еще один захватывающий вид.

Ронни выгнула бровь:

— Почему бы нет? Вряд ли мне представится другая возможность.

Когда они возвращались к лифту, Ред думал о словах Ронни.

Они были произнесены без горечи или досады. Она просто констатировала факт, который приняла со спокойным достоинством.

С такими женщинами Ред не сталкивался. Софи выросла в роскоши, но всегда хотела большего и стремилась к экстравагантности. Реду стало очевидно, что чувство меры ей незнакомо. Чем больше она имела, тем больше хотела.

Это была не та женщина, с которой он хотел бы связать свою жизнь… И рано или поздно он бы понял это, если бы она не порвала с ним первая.

Когда лифт привез их на этаж, где располагались пентхаусы, Ред повел Ронни в свой. Пока он обустраивался в поместье в Парри-Саунд, его личный помощник по административным вопросам организовала доставку новой мебели и расставила ее так, как указал Ред. Она также позаботилась о том, чтобы его личные вещи были перенесены из старой квартиры в эту, распакованы и разложены по местам. Ему оставалось только войти и наслаждаться жизнью в новом пентхаусе.

Ред с нетерпением ждал возможности проверить это…

Он не был разочарован тем, что увидел. Ред удовлетворенно кивнул при виде сверкающей кухни, оснащенной современной бытовой техникой, элегантного итальянского гарнитура в гостиной, паркетных полов с подогревом, экзотических ковров и эклектичного декора. Идеальный интерьер. Минималистичный, но не суровый. Удобный. Он повернулся к Ронни:

— Что скажешь?

— Великолепно. Стильно и элегантно. Много воздуха и света. — Она подошла к ближайшему французскому окну. — А вид какой! Дух захватывает. — Она смотрела на городской пейзаж и впечатляющий вид на Си-Эн Тауэр. — Потрясающе.

Ред присоединился к ней, и несколько мгновений они вместе смотрели в окно. Он выбрал этот люкс именно из-за его удачного расположения и культовых видов.

— Выйдем на террасу, — предложил он.

Ронни проследовала за ним мимо просторной спальни и, выйдя на террасу и посмотрев вниз на открывшийся головокружительный вид, внезапно покачнулась. Рэд протянул руку, чтобы помочь ей удержаться на ногах.

— Это совсем другое ощущение — находиться здесь, а не смотреть в окно, — сказала она извиняющимся тоном и глубоко вдохнула. — У меня немного закружилась голова.

Ред завел ее внутрь и усадил в ближайшей комнате на обитую бархатом банкетку в изножье огромной кровати. Он сел рядом и внимательно на нее посмотрел.

— Голова все еще кружится? — участливо спросил он. — Закрой глаза и наклони голову вперед.

Она закрыла глаза и снова покачнулась. Ред мгновенно обхватил ее за талию и легонько прижал к себе.

— Хорошо, сделай глубокий вдох, — прошептал он ей на ухо. — Спокойно и медленно. А теперь выдохни.

Когда она вдохнула, ее голова приподнялась, и губы Реда коснулись ее виска. Сердце его заколотилось. Ее кожа была такой мягкой и пахла розами, и Реду нестерпимо захотелось ее поцеловать.

«Нет!» — завопил внутренний голос.

В этот момент Ронни повернула голову и открыла свои прекрасные карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц.

И Ред понял, что погиб.

Глава 16

Ронни моргнула, сбитая с толку. Ред обнимал ее так, словно боялся, что она упадет с банкетки. К тому же как-то странно на нее смотрел. Бездонная глубина его взгляда растревожила Ронни. Что это? Беспокойство или нечто иное? Нежность, может быть… Она все еще чувствовала его дыхание на своей щеке, а когда Ред глубоко вдохнул, она ощутила движение его мускулистой груди. Ее сердце сделало пируэт, а затем стало бить чечетку. И ей нравилось это ощущение. Ред так близко, обнимает и защищает ее, переживает за нее. Ронни нестерпимо захотелось еще теснее к нему прижаться, запустить руки в его густую огненно-рыжую шевелюру… Но они, по сути, посторонние друг другу люди и знакомы каких-то несколько дней.

— Ты в порядке, Ронни? — хриплым от волнения голосом поинтересовался он.

Сердце Ронни екнуло, когда она услышала, каким тоном он произнес ее имя.

— М-м-м… теперь да. Я нормально отношусь к высоте… но это совершенно другое ощущение, когда ты на самом деле оказываешься снаружи.

Ред улыбнулся, и она не могла оторвать взгляда от его губ. Ронни охватило страстное желание его поцеловать. Ее щеки пылали, глаза лихорадочно блестели, горячая волна вожделения затопила ее изнутри. Ред, вероятно, догадался о ее состоянии, потому что взял ее лицо в свои крупные ладони и наклонился, чтобы выполнить ее невысказанную просьбу. Нежное прикосновение губ Реда к ее губам придало ей решимости. Руки Ронни сами собой обвились вокруг его шеи. Она почувствовала себя в стране чудес, и ее тело погрузилось в глубины наслаждения… удовольствия, к которому, как она считала, у нее иммунитет. Если несколько мгновений назад у нее кружилась голова, то теперь все ее существо чувствовало себя так, словно парило во Вселенной, лишенное гравитации, и между ней и Редом не было ничего, кроме взаимного притяжения и желания…

Она летала в облаках… А потом набежали тучи. И вернули ее с небес на землю. Она отстранилась от Реда и встретила его вопросительный взгляд, пытаясь разобраться в своих сумбурных мыслях.

Господи, да что это с ней? Такое поведение совершенно не в ее духе. Ред холост, свободен и сказал, что не хочет детей или что-то в этом роде. Так что, очевидно, его просто влечет к ней физически. Но было бы неправильно поощрять это влечение или поддаваться ему. Слишком многое поставлено на карту. У нее ребенок, и она не может себе позволить забавляться с холостяком-мультимиллионером, чей образ жизни разительно отличался от ее собственного. Ее приоритет — Энди. И она не собирается ничего менять. Ни на йоту. Она встала и, вздернув подбородок, холодно произнесла:

— Давай забудем о том, что только что произошло. — Направляясь к стеклянным дверям, она оглянулась и добавила: — На такой высоте, должно быть, моему мозгу не хватало кислорода.

«Это и заставило меня потерять здравый смысл и ответить на твой поцелуй», — добавила она про себя.

Лимузин остановился у Итон-центра.

— Я лучше пойду с тобой, — сказал Ред и выскочил из машины прежде, чем Ронни успела ответить.

— Я почти уверена, что справлюсь с этим сама, — возразила она, выйдя из лимузина.

— Я буду рядом, чтобы убедиться, что ты не размякнешь, когда увидишь эти маленькие пушистые комочки, и не решишь усыновить больше одного. Я бы не хотел, чтобы в лимузине было слишком много кошачьих лап с когтями, готовых нанести удар исподтишка, — добавил он с ухмылкой.

Ронни приподняла бровь, но предпочла не отвечать. Он следовал за ее скорой поступью неторопливой походкой, время от времени бросая на нее оценивающий взгляд. Казалось, она не замечала смотрящих ей вслед мужчин. Несколько минут спустя они уже наблюдали за проделками полудюжины котят в вольере.

— Это она, — взволнованно сказала Ронни, указывая на котенка, который набросился на брата или сестру, а затем убежал с торжествующим мяуканьем.

— Откуда ты можешь знать? — изумился Ред. — Для меня они все выглядят одинаково. Но, может быть, тебе стоит выбрать котенка с более сдержанным характером? Смотри, он мучает свою другую сестру или брата. Настоящий забияка. Может быть, тебе стоит подумать о том, чтобы сменить имя с Джинджер на Тигрицу?

— Мать всегда чувствует свое дитя, — парировала она. — И я хочу активного котенка. Они с Энди обязательно подружатся.

— А, я вижу, что между вами уже установилась некоторая связь, — усмехнулся он. — Хорошо, мама, тебе нужно еще что-нибудь приобрести, прежде чем мы отправимся в обратную дорогу? Переноска, корм, туалет, защитные перчатки, маска для лица?

Ронни закатила глаза.

— Все уже отложено и оплачено. Мне просто нужно забрать Джинджер и ее приданое. — Она сделала знак служащему, который достал переноску и направился к ним.

— О, вы папа Джинджер? — Служащий ухмыльнулся, взглянув на волосы Реда. — Похоже, вы идеальная пара!

— Действительно, — сухо ответил Ред. — Я просто надеюсь, что она отнесется ко мне так же хорошо, как отнеслась к своей маме здесь…

* * *

Ред почувствовал облегчение оттого, что они миновали послеобеденный городской затор и проехали Барри, направляясь обратно в Парри-Саунд.

Осталось чуть больше часа пути. Джинджер сначала выразила свое недовольство заключением в клетку, беспрерывно мяукая в течение первого получаса, но теперь дремала.

С тех пор как они покинули пентхаус, в течение последнего часа Ронни была немногословной и казалась отстраненной. Она сосредоточилась на котенке. Вынула из переноски, держала на руках, что-то ей нашептывала, непрестанно поглаживая по мягкой огненной шерстке. И после того, как Джинджер заснула, Ронни избегала взгляда Реда, предпочитая смотреть в окно, если не смотрела на апельсиновую пышку в своих руках. Ронни явно была недовольна тем, что он поцеловал ее. И возможно, сердилась на себя за то, что ответила.

Он тоже должен быть расстроен.

Поцеловать Ронни было опрометчивым поступком, хотя и волнующим. Пламя страсти разгорелось в нем с новой силой, но все равно глупо. Хотя молчание становилось неловким, Ред не решался заговорить. Он попытался сосредоточиться на делах. Он открыл свой портфель, и в этот момент Джинджер проснулась с жалобным мяуканьем.

— Хорошо, мама, ты можешь что-нибудь сделать, чтобы успокоить своего малыша? Я уверен, что тебе это удастся. — Он нахмурился. — Не уверен, что смогу еще долго выдерживать этот кошачий плач.

— Я полагаю, она голодная. Ей нужно дать молочка. У меня припасен пакет, — ответила Ронни.

— Ну, делай то, что, по твоему мнению, сработает, — протянул он. — Или мне понадобится напиток из мини-бара. Или два.

— Я понимаю теперь, почему ты не хочешь детей, — заявила Ронни, не потрудившись скрыть свое неодобрение. — Чтобы быть родителем, требуется большое терпение.

Лицо Реда посуровело. Он не собирался вступать в дискуссию по поводу детей. Или родительской ответственности.

— Вот поэтому ты приобрела котенка, а я нет, — сказал он. — Надеюсь, она быстро привыкнет к новому месту и не будет беспокоить тебя по ночам.

Ронни прищурилась, но ничего не ответила. Она осторожно опустила Джинджер в переноску. Достала из сумки пакет с молоком и мисочку, налила в нее немного молока и, открыв переноску, подвинула миску котенку.

— Привет, малышка, — ласково произнесла она, гладя ее по голове. — Не спеши. Пей молоко. Мы скоро будем дома.

Сердце Реда защемило при виде этой сцены. Он снова подумал, как Энди повезло с мамой. Этот живой подарок наверняка добавит ей хлопот, принимая во внимание, что она вот-вот приступит в новой работе. И, тем не менее, она выбрала для сына особенный подарок, чтобы мальчик чувствовал себя счастливым.

Однако его озадачило ее предположение, что он не хочет иметь детей. С чего она взяла? И вдруг вспомнил, что во время ланча сам заявил, что не хочет иметь ни зверят, ни ребят. Но он не добавил, что это относится к настоящему моменту. Она подумала, что это его позиция по жизни, потому и не скрыла свое недовольство.

— К вопросу о доме… — Ронни не закончила фразу, явно раздумывая, стоит ли продолжать.

— Моем или твоем? — уточнил Ред.

— В этом все дело, — ответила Ронни, поглаживая Джинджер по спинке. Котенок мурчал от удовольствия. — Хочу тебя попросить об одолжении. Возможно, это прозвучит самонадеянно, но я правда хочу устроить сыну день рождения по всем правилам. Все должно быть идеально. Можешь оказать мне услугу на пару дней? Хочу, чтобы сюрприз был самым настоящим…

— Что я могу сделать для тебя, Ронни? — сухо спросил он, заметив, что ее тон изменился с прохладного на просительный.

— Мог бы ты подержать у себя Джинджер до дня рождения Энди? Он вернется завтра, а день рождения у него послезавтра. Мне хочется по-настоящему удивить сына. Буду тебе безмерно благодарна. Я буду навещать Джинджер и контролировать ситуацию.

Ред в изумлении уставился на Ронни. Такого поворота он никак не ожидал.

— Но я никогда не держал питомцев в доме, — медленно произнес он. — И у меня не было животных с десяти лет. Ты не подумала попросить об этой услуге кузена? — с ноткой сарказма поинтересовался он.

— Я думала. Но Энди наверняка захочет повидаться с малышкой Эми, как только приедет. А я не хочу, чтобы он увидел Джинджер до дня рождения.

— Понятно, — протянул Ред. — Пользуешься моей добротой, Форрестер, хотя недавно обвиняла меня в равнодушии к детям и котятам…

— Но ты сам напросился, — возразила она и подвинулась на сиденье.

Ее движение всполошило Джинджер, и котенок перепрыгнул на колени к Реду. Он ловко вскарабкался по пиджаку и лизнул Реда в подбородок. Ронни попыталась взять его обратно, но цепкие коготки Джинджер держались за Реда.

— Извини, но она ведет себя как шалунишка.

— Так и есть, — откликнулся Ред. — Хорошо, что мы почти дома. Снег никак не перестанет.

— Так как же насчет дома? — переспросила Ронни.

Ред драматично вздохнул:

— Ну что с вами делать? Я согласен.

— О, спасибо огромное. Я подумаю, чем тебе отплатить.

— Оставайся на связи в любое время суток, если вдруг мне понадобится твоя помощь, — предупредил Ред. — Особенно если она начнет плакать ночью. Я люблю как следует выспаться.

Глава 17

Согласие Реда несказанно обрадовало Ронни. Ее сердце пустилось вскачь. Она не помнила, когда была так счастлива и взволнована в последний раз, если не считать прекрасной новости о выздоровлении Энди.

Ред пристально смотрел на заснеженную дорогу, словно мысленно помогая Лиаму вести лимузин, а Ронни тайком изучала его аристократический профиль: гладкая кожа, прямой нос, волевой подбородок, высокие скулы. Наверняка он свел с ума немало женщин. И она вынуждена признать, что у него действительно доброе сердце. Кто еще согласился бы передержать у себя котенка хозяйки, с которой лишь шапочно знаком пару дней?

Ронни посадила Джинджер в переноску и подумала, что хорошо бы Ред развел камин, пока они будут заниматься обустройством котенка на новом месте. Эта мысль вызвала в душе смятение. Дом, камин… словно они действительно супружеская пара. Услужливое воображение немедленно подбросило идиллическую картинку: вот они пьют чай у камина, Ред заботливо набросил ей шаль на плечи…

«Немедленно прекрати», — приказала она себе.

Ред любезно согласился подержать у себя Джинджер, при чем здесь она?

«А ты хотела бы этого?» — спросил дотошный внутренний голос.

Ронни снова украдкой посмотрела на Реда. Он отлично выглядел в джинсах и кардигане, а в официальном костюме и вовсе неотразим. Ее сердце екнуло. Может, между ними и правда химия. По крайней мере, с ее стороны — точно.

Снег продолжал падать, когда Лиам остановил лимузин у особняка Реда. Ред поблагодарил его и пожелал счастливого пути. Затем помог Ронни выйти из машины с переноской, забрал приданое Джинджер, и они вошли в дом.

— Первое правило по возвращении домой — разжечь очаг, — улыбнулся Ред, направляясь в салон.

Ронни следовала за ним.

— А затем наступит период адаптации Джинджер к новой обстановке, и только после этого я тебя отпущу домой.

— Что ты этим хочешь сказать? — недоуменно спросила Ронни.

Джинджер замяукала в переноске, которую Ронни поставила на кресло. Ред на нее указал:

— Я должен увериться, что Джинджер здесь счастлива. Я сначала разожгу камин, ты распакуешь ее приданое, все расставишь по местам, выпустишь ее из переноски, и посмотрим, как она будет себя вести. А я тем временем еще и чай нам заварю. Если она будет вести себя дружелюбно и не порвет антикварную обивку на мебели, я буду рад предоставить ей временное убежище.

У Ронни округлились глаза от изумления.

— Но ты не выставлял никаких дополнительных условий, — возразила она. — Я была уверена, что мы обо всем договорились.

Ред долго разглядывал ее. Она не могла поверить, что он сначала согласился, а теперь сомневается.

— Расслабься, так и есть, — рассмеялся он. — Я просто хотел тебя подразнить.

Ред остро ощущал, как Ронни движется, расставляя миски с едой и водой для Джинджер. Ему стало тепло, и он закатал рукава, но подозревал, что это не имело никакого отношения к огню. Тепло разливалось у него внутри. Несмотря на предостерегающий голос, говоривший ему, что он должен оставаться отстраненным, в глубине души он знал, что ему нравится, когда Ронни рядом. В его доме, в его грузовике, на его пруду. В ресторане. Спит у огня… Может быть, «нравится» не слишком подходящее слово… Ронни тем временем поставила кошачий туалет в углу за большим растением в горшке. Он услышал довольное мурлыканье Джинджер, когда ее наконец выпустили из переноски.

Ред сдвинул панели защитного экрана и поднялся. Он подошел к Ронни, и они оба наблюдали, как котенок прыгнул на коврик, осматривая свое новое жилье и издав несколько жалобных мяуканий.

Они с Ронни обменялись озабоченными взглядами, и он не мог не думать о том, как это естественно для них — наблюдать за их новым котенком.

Стоп. Это ее котенок.

— О, Ред, посмотри! — Ронни дотронулась до его руки. — Она катается, как маленький мячик. О боже мой, Джи такая забавная. — Она отпустила его руку и опустилась на колени на ковер рядом с Джинджер.

Ред наблюдал, как она играет с котенком. Его пульс участился от мимолетного прикосновения ее пальцев к его руке. Он улыбался выходкам Джинджер и тому, как Ронни разговаривала с котенком, словно он ребенок, и гладила его после каждого удачного или неудачного кульбита.

Поленья в камине весело потрескивали. Любой, кто посмотрел бы на них, подумал бы, что они счастливая семья…

Вот такую семью он хотел в детстве. Проводить время с родителями, делить с ними маленькие и большие радости, как другие дети в его классе и те, кто жил по соседству. Простые вещи. То, что Ронни, вероятно, делает с Энди…

Именно так он представлял себе и собственную семью: жена, дети, домашние любимцы, уют и семейное счастье.

Глава 18

Ронни невольно коснулась руки Реда в порыве душевной близости. Ощущение было таким острым, что она немедленно опустилась на колени, чтобы погладить котенка, а заодно скрыть от проницательного Реда свои пылающие щеки.

Ронни наблюдала, как Джинджер забралась в лежанку, которую она поставила подальше от камина. Кошечка обнюхала ее, чихнула и выпрыгнула, продолжив исследовать все потаенные уголки нового места обитания. Затем вернулась в лежанку и, свернувшись клубочком, затихла. Ред, извинившись, вышел на кухню. Ронни присела в кресло и написала Кассону эсэмэску, в которой сообщила, что посвятит его в детали сегодняшней встречи завтра утром. Кузен быстро ответил согласием, а заодно сообщил, что температура у малышки Эми упала и Жюстин тоже вроде оклемалась.

Ронни порадовалась хорошей новости и решила, что ей пора восвояси. Но, бросив взгляд на лежанку, не обнаружила в ней Джи. Она окинула салон быстрым взглядом: Джинджер нигде не было.

Ронни всполошилась. Дом такой большой, а котенок еще совсем несмышленыш и может проглотить что-то опасное. Она помчалась на кухню сообщить Реду о пропаже Джинджер, а затем продолжила поиски. В комнатах нижнего этажа котенка не было. Она взбежала по лестнице наверх и открыла первую попавшуюся дверь. Это оказалась хозяйская спальня. Комната Реда.

Она никогда не видела такой огромной и просторной комнаты. Кожаный диван и кресла янтарного цвета. Громадная кровать с резным дубовым изголовьем, сверкающий пол из наборного паркета. Вся стена за кроватью состояла из оконных панелей от пола до потолка, из которых открывался вид на пруд и величественные заснеженные сосны. Две боковые панели на самом деле были дверями, ведущими на большой полукруглый балкон. Когда она снова обратила взгляд на комнату, ее внимание привлекла фотография в рамке на прикроватной тумбочке. Это был Ред и маленький мальчик, лет четырех-пяти. Оба сидели на стадионе в бейсболках с логотипом «Торонто Мэйпл лифе». Они улыбались и показывали поднятые вверх большие пальцы. Сердце Ронни екнуло. Кто этот малыш с румяными щечками и темно-карими глазами? Может быть, племянник? Она почти ничего не знала о Реде. Но сейчас нужно найти Джинджер.

Краем глаза она заметила, как колышется нижний край покрывала на кровати. А затем промелькнул кончик рыжего хвоста. Ронни быстро повернулась, чтобы закрыть двойные двери, прежде чем присесть на корточки у края кровати и позвать Джинджер. Последовало ответное мяуканье и высунулась мордочка котенка. Ронни рванулась вперед, чтобы подхватить его, но потеряла равновесие и в следующий миг растянулась на прикроватном коврике, держа Джи обеими руками. Тут дверь отворилась, и на пороге возник Ред с плутовской ухмылкой на красивых губах.

Последнее, что ожидал увидеть Ред, так это распростертую у его кровати на полу Ронни с Джинджер в руках.

Он приблизился и протянул ей руку, чтобы помочь подняться, но Ронни сунула ему котенка.

— Извини, эта проказница забилась под кровать. Пришлось ее выуживать, — смущенно сказала Ронни.

— Не стоит извиняться, — с ухмылкой возразил Ред. Он поднес котенка к лицу. — Это сама проказница должна извиняться. — Джинджер мяукнула и лизнула Реда в подбородок. — Нечего подлизываться, мисс Джи. — Ред поймал взгляд Ронни и добавил: — Думаю, она намекает, что хорошо бы ей поспать в моей большой кровати вместо ее собственной крошечной лежанки. Ни за что на свете.

Ронни выгнула бровь.

— А почему бы не поставить ее лежанку в уголок твоей спальни? — предложила она. — Здесь ты за ней присмотришь.

— Что? — нахмурился Ред. — В контракте не было такого условия.

— В салоне Джинджер будет одиноко, — сказала Ронни, направляясь к двери.

— Понятно, — пробормотал Ред, следуя за ней, и вдруг добавил: — А что, если тебе остаться на ночь и самой присмотреть за Джи? Переночуешь в гостевой спальне.

Ронни изумленно уставилась на Реда:

— Надеюсь, ты шутишь?

— И не думаю. В этом случае мы оба выспимся.

— А что, собственно, мне помешает выспаться в собственной постели?

— Беспокойство за Джинджер, — парировал Ред.

— Я уверена, что она в хороших руках, — ответила Ронни, не моргнув глазом.

Ред понял, что совершил оплошность с этим предложением, вырвавшимся у него помимо воли, и сменил тему.

— Во сколько ты завтра ждешь Энди?

Лицо Ронни мгновенно прояснилось.

— Около полудня. Не могу дождаться, так соскучилась, — ответила она, прикоснувшись к медальону на груди.

В холле Ронни быстро надела пальто, не дожидаясь помощи Реда, натянула сапоги и затем повернулась к нему.

— Спасибо еще раз. — Помявшись, она продолжила: — Хм, надеюсь, ты не рассердишься. Это, конечно, не мое дело, но я заметила наверху фотографию. Этот мальчуган твой родственник?

Лицо Реда застыло.

— Он мог бы им стать, — коротко бросил Ред.

— О, прости, мне не следовало проявлять любопытство.

— Его зовут Марко. Это сын моей бывшей подруги. — Ред отвернулся, не желая, чтобы Ронни видела шквал охвативших его эмоций — грусть, горечь, бессилие и безнадежность. А когда нашел в себе силы обернуться к ней, его окатила новая волна — в глазах Ронни плескалось сочувствие.

Глава 19

Зря она спросила про фотографию. По лицу Реда было видно, что это для него болезненная тема. Ронни кляла себя на чем свет стоит, но слово не воробей, вылетит — не поймаешь. Она впервые видела его таким — в глазах Реда застыла обида.

Она приподняла воротник пальто и тихо заметила:

— Мне искренне жаль, что у тебя там не сложилось.

Ред помолчал, а потом ответил:

— А мне нет.

Брови Ронни изумленно поползли вверх.

— Я не жалею, что не сложилось с ней. Самое ужасное в нашем расставании то, что я перестал видеться с Марко.

По глазам Реда было видно, как много значил для него мальчик.

Ред отвернулся к камину и, опустившись на колено, подложил новое полено в очаг.

У Ронни защемило сердце при виде его согнутой спины и склоненной головы. Прежде ей казалось, что главные черты характера Реда — это юмор и самоирония, но сейчас поняла, что он глубоко ранимый человек, хотя тщательно скрывает это от окружающих. И это порой приносит ему невыносимые страдания. Она не понаслышке знает, что такое настоящее страдание, поэтому прекрасно его понимает. Пусть причины их переживаний разные, но боль есть боль.

Не думая, правильно ли поступает, Ронни приблизилась к Реду и взяла его за руку. Он рванулся к ней, и Ронни заметила, что его глаза подозрительно блестят от влаги. Внезапно он схватил ее за обе руки и притянул к себе. Ронни прижалась к нему, обхватив за талию. Его грудь была крепкой и теплой. И ей стало так хорошо. Очень хорошо.

Она взглянула на Реда и утонула в яркой синеве его васильковых с изумрудным отливом глаз. Мгновение спустя ее губы уже раскрылись под его настойчивыми ласками. Это был поцелуй удивительно нежный и долгий. Она прикрыла глаза от наслаждения. Танцующие огоньки, казалось, мерцали внутри ее век, но она могла поклясться, что комната кружилась вместе с ними в чувственном танце. У нее тоже закружилась голова. Сердце набатом стучало в груди. Ей не хватало воздуха. А губы Реда тем временем переместились на ее шею, проделывая дорожку из сладких поцелуев и опускаясь к груди. И вдруг он задел цепочку медальона, что мгновенно отрезвило Ронни. Она напряглась и отшатнулась, не обращая внимания на промелькнувшую в его глазах обиду.

Что она наделала? Разве можно вести себя с ним как ни в чем не бывало после такого поцелуя?

— Я думаю, — запинаясь, пробормотала она, — тебе лучше держаться подальше от женщин типа меня, пока ты окончательно не придешь в себя после того расставания.

— Я уже его пережил, — твердо ответил Ред.

— Может быть, разрыв с женщиной для тебя в прошлом, но не с ее сыном… — Ронни прикусила губу. — Тебе надо отпустить его, Ред, иначе ты не сможешь двигаться вперед.

Ред сердито прищурился. И тут Ронни осенило, что, вероятно, он пытается держать ее на расстоянии из-за Энди. Как он может думать об отношениях с женщиной, у которой ребенок, если до сих пор переживает разлуку с Марко?

А возможно, дело не только в этом.

Она видела, как на скулах Реда заходили желваки. Может быть, ему неприятно будет это услышать, но она все-таки скажет.

— Послушай, Ред, ты как-то упомянул, что ты единственный сын у родителей, и они часто оставляли тебя в детстве на няню, поскольку много разъезжали по миру по долгу службы. — Ронни замолчала, поймав на себе недовольный взгляд Реда. Но потом все же продолжила: — Тебе не приходило в голову, что ты страдаешь не только из-за невозможности видеться с Марко, но и из-за недоданной тебе родителями любви в детстве?

Что-то промелькнуло в глазах Реда, и Ронни поняла, что попала в точку. У нее заныло сердце от переживания за Реда.

— Я думаю, — мягко сказала она, — что признать факт расставания с Марко не означает, что тебе следует его забыть и навсегда вычеркнуть из своей жизни. Или чувствовать вину за то, что твое расставание с его матерью, возможно, и ему причинило боль. — Она заметила, как напрягся Ред. — Есть специалисты, которые могут тебе помочь…

Воцарилось длительное молчание. Ронни подумала, что зашла слишком далеко.

— Прошу прощения за вмешательство. Я понимаю, что это очень личное…

Ред повернулся к ней лицом:

— Знаешь, я никогда не думал в этом ключе. Я подумаю, с кем можно проконсультироваться, когда вернусь в Торонто. Но то, что ты предложила, имеет смысл. — Он пристально на нее посмотрел. — Спасибо тебе, Ронни.

Она молча кивнула.

— Это непростое дело. Потребуется много времени. Смотри, Джи заснула. Если не возражаешь, Ред, мне пора. Я вызову такси.

У Реда все внутри перевернулось, так ему не хотелось отпускать Ронни. Она дала ему очень дельный совет, и вообще ее присутствие вносило ноту спокойствия и даже безмятежности в его существование. До сегодняшнего вечера его мысли ежедневно возвращались к Марко.

Как это она сказала? Смириться с потерей вовсе не означает забыть Марко. Он и не забудет. Марко останется в его воспоминаниях навсегда. Он скучает по Марко, но вот от чувства вины перед мальчуганом надо избавиться, чтобы иметь возможность начать новые отношения, даже если у избранницы будет ребенок.

И вероятно, Ронни права в своем предположении, что его детские обиды на родителей тоже часть его фобии. Ладно, он подумает об этом завтра.

— Я отвезу тебя, — сказал он.

Но прежде нужно разобраться с поцелуем. Вероятно, ему следует извиниться. Набрав в грудь побольше воздуха, он произнес:

— Прости меня, Ронни. Я не хотел ставить тебя в неловкое положение.

Она ничего не ответила.

— Извини, — повторил он. — Я поддался искушению. Предлагаю забыть о том, что произошло, — промямлил он.

Ну и глупость он сморозил. Как можно такое забыть?

Она медленно кивнула:

— Ты тоже меня прости.

Они вышли во двор, направляясь к грузовику. В этот момент у Ронни зазвонил телефон.

— О господи, Питер, — ахнула Ронни. — Вы в больнице? Анализы сдали? Что, если у него сотрясение мозга?

Сердце Реда сжалось. С Энди что-то случилось…

Он взглянул на Ронни. Она выглядела очень встревоженной, слушая, что ей говорит в трубку бывший муж.

— Я еду домой, сажусь в машину и немедленно отправляюсь к вам. Бедный мальчик. Передай ему, что я его люблю. Я постараюсь добраться как можно скорее.

Пару секунд спустя она отключилась и повернулась к Реду:

— Энди упал и ударился носом о край кофейного столика. Из носа пошла кровь, к тому же на рану нужно наложить несколько швов. Медики взяли анализы, узнав о его заболевании. — В карих глазах Ронни плескалась тревога.

— Насколько серьезна рана, по мнению отца Энди? — спросил Ред.

— Он сказал, что все под контролем. Но я должна ехать к сыну. Вдруг возникнут осложнения?

— Сейчас уже поздно, а в такую погоду дорога займет не меньше двух часов. Пока ты доберешься, Энди уже могут отпустить из больницы, — мягко сказал Ред. — Случается, что дети падают и травмируются.

— У меня больше опыта с детьми, чем у тебя, — раздраженно бросила она. Затем потрясла головой. — Прости, я не хотела тебя обидеть.

— Это стресс. Извинения приняты, — откликнулся Ред.

Ронни молча кивнула.

— Можешь прибавить скорости? — попросила она, подавшись вперед и нервно постукивая пальцами по отделению для перчаток.

— Ронни, если ты серьезно настроена ехать в больницу, я тебя одну не отпущу, — твердо заявил он. — На мой взгляд, самое лучшее — дождаться звонка Питера с последней информацией дома. И если с Энди все нормально, а я уверен, что так оно и есть, ты спокойно ложись спать, а завтра примешь Энди с распростертыми объятиями.

Ред остановил грузовик у крыльца Ронни. Он выключил дворники, и лобовое стекло мгновенно занесло снегом. Он повернулся к Ронни и спросил:

— Ехать в такую погоду — значит подвергать свою жизнь опасности. Зачем? Энди ты нужна здоровой.

Свет от лампы с крыльца упал на лицо Ронни, и Ред заметил, как выражение непреклонной решимости сменилось на задумчивое.

— Позволь Питеру довести дело до конца и проявить отцовские качества, — пробормотал он.

Ронни уставилась в окно. После недолгой паузы она ответила:

— Хорошо, я позвоню Питеру. Но если он скажет, что я там нужна, я поеду.

— Естественно. Тогда ты мне позвонишь, и я тебя отвезу.

Домой Ред возвращался уже в кромешной тьме по отвратительной дороге. Его охватило чувство одиночества.

Когда он открыл входную дверь, Джинджер приветствовала его мяуканьем. Он открыл переноску и вынул кошечку. Она потерлась мордочкой о его скулу, пока он гладил ее по голове, удивляясь, как расслабляюще действуют на него эти поглаживания.

А ему необходимо было расслабиться. И еще тщательно обдумать, что происходит между ним и Ронни и как она сумела за три дня так покорить его тело и разум.

Он поклялся не осложнять себе жизнь отношениями с женщиной с ребенком. Однако уже приоткрыл дверь для Ронни и Энди, пусть совсем чуть-чуть, Ронни дала ему дельный совет в отношении Марко. Немного позже, лежа в постели, Ред вспоминал, как он обнимал Ронни, и ее ответ на его поцелуй, от которого по телу пробежала волна желания. Он мог только представить, чем все могло закончиться, если бы она вовремя не отстранилась.

Глава 20

Когда раздался звонок будильника, Ронни хотела было еще немного вздремнуть, но вспомнила, что сегодня возвращается Энди. Питер позвонил вскоре после отъезда Реда и сообщил, что с Энди все хорошо и их отпустили домой. Ронни натянула пижаму, заварила себе ромашкового чая в надежде, что чай поможет расслабиться и унять тревогу за Энди, а еще противоречивые чувства по поводу объятий и поцелуя Реда.

Однако виноват не он один. Она первая взяла его за руку в порыве сочувствия из-за ситуации с Марко. И тут у нее перехватило дыхание в прямом и переносном смысле.

Чай, к сожалению, не помог. И Ронни проворочалась всю ночь, постоянно возвращаясь мыслями к Реду…

Встав с постели, Ронни напомнила себе, что ей нужно думать об Энди. Она не может и не будет развивать отношения с Редом, как бы ей этого ни хотелось. Она не доверит свои сокровенные чувства мужчине из-за страха, что повторный разрыв причинит новую боль. А главное — пострадает Энди. Вот этого Ронни никак не могла допустить.

Ронни сняла медальон перед тем, как принять душ. Похоже, ей не стоит волноваться по поводу того, что Ред будет ее преследовать. Он ясно дал понять, что хочет забыть произошедшее. У него свои скелеты в шкафу. Предыдущие отношения потерпели фиаско, и Ронни прекрасно понимала, что Ред не хочет повторения схожего сценария.

Так почему же, зная все это, она почувствовала обиду, когда Ред предложил забыть произошедшее?

Ред захлопнул ноутбук и бросил взгляд на пушистый комочек в лежанке. Джинджер вела себя тише воды ниже травы, так что он не мог винить ее в своей бессоннице. Его голова была занята Ронни. Услужливое воображение рисовало образы один краше другого: вот Ронни мирно спит в кресле у камина, вот мчится по зеркальному пруду на коньках, а вот восхищается видом Торонто с высоты Си-Эн Тауэр и смеется над выходками Джинджер. Что уж говорить про ее сияющие карие глаза и мягкие губы, приоткрывшиеся ему для поцелуя.

Его предложение забыть все произошедшее казалось теперь нереальным. По крайней мере, для него. Она, казалось, спокойно согласилась на его предложение.

Он вздохнул. Интересно, почему это мысли о Ронни причиняют боль?

«Потому что ты ее хочешь…» — подсказал внутренний голос.

Ред зажмурился. Да, это правда. Он ее хочет. Хочет видеть ее в своем доме и в своей жизни. И не важно, что у нее есть ребенок.

Пора заканчивать жить прошлым. Он должен принять тот факт, что Марко был временным подарком в его жизни. Он доказал, что Ред обладает способностью любить чужого ребенка и быть любимым в ответ. После того разговора с Ронни Ред окончательно убедился, что пора отпустить прошлое и двигаться вперед, не испытывая чувства вины перед Марко.

Сейчас Ред может полюбить другого мальчугана, потому что он любит его мать.

Осознание этого потрясло Реда до глубины души. Он не просто хочет Ронни как женщину, он ее любит. Ему надо просто доказать ей свою любовь. Но поверит ли Ронни, что он останется рядом, даже если наступят трудные времена? Он должен найти способ показать ей, что он всегда будет рядом, в горе и в радости, в болезни и в здравии. Это касается их обоих — и Ронни, и Энди.

Должен же быть какой-то способ заставить ее поверить…

Глава 21

Не успела Ронни допеть первый куплет любимой песенки Энди, как мальчик уже крепко спал. Она с любовью смотрела на смеженные веки сынишки, опушенные длинными ресницами, на его розовые щечки, прислушивалась к мерному дыханию. Ронни была несказанно рада, что сын снова дома. Когда она доставала Энди свежую пижаму из бельевого комода, ее сердце учащенно забилось при виде аккуратных стопок одежды, разложенной Редом. Теперь она понимала, какую горько-сладкую муку, должно быть, испытывал Ред, когда она вручила ему коробку с вещами Энди, попросив разобрать их в комнате сына.

И возможно, причины, заставившие Реда поспешно уйти в тот день…

Мысли Ронни вернулись к недавнему ланчу в доме кузена. Они с Энди чудесно провели время с Кассоном, Жюстин и малышкой Эми. Они такая счастливая семья. Ронни искренне за них радовалась.

«Ты тоже заслуживаешь счастья», — прошептал внутренний голос.

Да, она счастлива. У нее есть Энди. Однако не может отрицать, что в ее сердце есть место и для любви другого рода. Но этот мужчина должен полюбить и ее сына. Без этого никаких отношений быть не может.

«Но ты ведь не хотела новых отношений», — снова вмешался внутренний голос.

Так и было после развода с Питером. К тому же болезнь сына заставила ее забыть обо всем, кроме борьбы за выздоровление Энди.

А что сейчас?

Сейчас ничего. Ред Брэнниган второй вошел в ее жизнь по воле случая. Между ними лишь взаимное физическое влечение. И вчера он ясно высказался по поводу того, что им следует забыть этот страстный поцелуй. Ронни отставила кружку и приготовилась лечь в постель, намеренно направив свои мысли в русло празднования дня рождения Энди. Ему завтра исполнится семь, и они отпразднуют эту дату в кругу семьи не то, что в прошлом году.

Это будет лучший день рождения сына. Энди это заслужил, а Ронни поклялась себе, что каждый следующий день рождения будет еще лучше предыдущего. В этом году сын получит котенка.

Ей нужно обдумать, как удобнее забрать Джинджер. Поехать к Реду самой или попросить его завезти котенка к Кассону. В этом случае ей не придется встречаться с Редом. И почему она так взбудоражена размышлениями о доставке подарка? Ронни покаянно вздохнула. Завтра важный день. Нужно выспаться и перестать наконец грезить о викинге с огненной шевелюрой, сине-зелеными глазами и чувственными губами.

Рэд провел полночи за своим ноутбуком, обдумывая идеи и набрасывая планы переустройства особняка и облагораживанию территории. А потом его воображением завладели какие-то дикие идеи…

На рассвете Ред продрал глаза и понял, что заснул за компьютером. Он просмотрел созданные им наброски и чертежи.

Ред спроектировал то, что, по его мнению, привело бы в восторг маленького мальчика: водная горка и бассейн, баскетбольная площадка, домик на дереве и мини-кинотеатр. Это безумие, и его планам вряд ли суждено осуществиться, но он дождется подходящего момента, чтобы показать их Ронни…

Ред очень хорошо знал, что современные дети любят электронику, но, если бы они были такими, как Марко, им бы тоже понравились все эти занятия. Эта мысль заставила Реда взволноваться. Впервые при воспоминании о Марко он почувствовал счастье вместо горя. Счастье знать, что он сыграл положительную роль в жизни мальчика, по крайней мере, на какое-то время. Он выключил ноутбук и лег спать, зная в глубине души, что подошел к поворотному моменту. Он наконец-то отпустил прошлое.

И может быть, теперь в его жизни может начаться новая глава.

С удовлетворением, которого он не испытывал уже долгое время, Ред почувствовал, что мирно погружается в сон.

Глава 22

Ронни проснулась, когда утро только занималось. Розовато-персиковые сполохи зари красовались на девственно-чистом голубом небе. День обещал быть солнечным и погожим, что порадовало Ронни, — никакого мокрого снега или ледяного дождя, зато много солнца. Сынишке сегодня исполняется семь лет. Ронни от души надеялась, что Энди запомнит этот день рождения на всю жизнь.

Ронни собрала волосы в конский хвост, надела джинсы, красную футболку, приготовила завтрак для Энди. Кассон повел его на утреннюю прогулку в лес. Ронни подошла к огромному окну в гостиной и залюбовалась открывшимся ей волшебным видом на замерзший залив Джорджиан-Бей. Кассон расчистил небольшой участок для катания на коньках. Этот вид немедленно напомнил Ронни, как Ред мчал ее в своих объятиях по катку в его особняке. Ее затопило желание, которое, по ее мнению, она уже не могла и не надеялась испытать с мужчиной.

Однако этот мужчина помог ей совершить прорыв. Ее отпустило постоянное чувство тревоги за сына, которого она непрестанно опекала. Мальчик выздоровел и должен теперь жить нормальной жизнью, как все его одногодки. Благодаря Реду она доверилась бывшему мужу, позволив ему разрулить ситуацию с небольшой травмой Энди.

Ред преподал ей урок доверия. Ей следует отпустить поводья и целиком доверить Питеру заботу о сыне, когда тот у него в гостях. И не умирать от тоски, ожидая возвращения Энди от отца.

Ред указал ей на новые перспективы. Она теперь имеет полное право пожить и для себя. И возможно, она снова научится доверять мужчинам…

Раздался звонок в дверь. Ронни пошла открывать. Каково же было ее изумление, когда она увидела на пороге Реда с Джинджер в переноске.

Ронни судорожно сглотнула.

— Я… я думала… Кассон обещал сам забрать у тебя Джинджер…

— А я ему перезвонил и сообщил, что завезу Джи к нему. Он обещал тебе сказать.

Ронни бросила взгляд на лежащий на кухонном столе телефон.

— Пойду принесу лежанку Джи, она в грузовике, — сказал Ред, вручив переноску Ронни.

— Хорошо, — ответила Ронни, выйдя наконец из ступора.

Она поставила переноску на пол, а Ред тем временем уже вернулся с лежанкой и пакетом приданого Джинджер.

— Ронни, мы можем сейчас поговорить? — серьезно спросил Ред.

— Здесь? — удивилась она. — Жюстин и Эми могут спуститься в любую минуту.

— А как насчет моего грузовика? Мы можем немного проехаться, если у тебя есть время. Сердце Ронни бешено заколотилось.

— Я… я только отнесу Джи наверх и предупрежу Жюстин, — промямлила она.

— Хорошо, жду тебя в грузовике.

Как только Ред увидел вышедшую на крыльцо Ронни, он выскочил из грузовика, чтобы открыть для нее пассажирскую дверь.

— Давай заедем за угол, — предложил он.

— Хм, конечно, — согласилась она.

Через несколько минут Ред припарковался в укромном местечке недалеко от небольшого озерца. Повернувшись к ней лицом, Ред глубоко вдохнул, с шумом выдохнул и произнес:

— Ронни, я не могу забыть… — и умолк.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась она, хотя прекрасно знала, о чем он.

— Тебя, я не могу тебя забыть. — Он потер виски. — Ты лишила меня сна и покоя, с той минуты, когда твой автомобиль занесло, и я пришел тебе на помощь, — хриплым от волнения голосом заявил он.

Ронни затаила дыхание. Что он скажет дальше? И что ей ответить?

— Я не ждал и не надеялся, и думать не думал, что готов к такому. — Он пожал плечами. — Однако оно все равно случилось.

Сердце Ронни готово было выскочить из груди.

— Ч-что случилось? — запинаясь, переспросила она.

Он укоризненно посмотрел на нее, как на непонятливую студентку.

— Я влюбился.

— В кого?

— В Джинджер, в кого же еще? — Поймав ее недоуменный взгляд, Ред ухмыльнулся: — Да в тебя, Ронни, в тебя.

Ронни несколько раз моргнула, чувствуя, как на глаза навернулись слезы. Ей хотелось плакать и смеяться одновременно.

— Это, наверное, самый оригинальный способ напроситься на день рождения, — наконец выдавила она, стараясь, чтобы слова прозвучали спокойно.

Настала очередь Реда изумиться такому ответу.

— И это все, что ты можешь сказать?

Ей хотелось перебраться через широкое среднее сиденье и расцеловать его, но что-то ее останавливало.

— Ты бы просто мог вежливо попросить кусочек именинного торта…

Ред застонал, придвинулся к ней и впился в ее рот жадными губами.

— Вот это меня больше устраивает, чем кусок торта, — пробормотал он, отрываясь от ее губ, чтобы вдохнуть. А затем снова припал к ее губам.

Ронни с готовностью ответила на поцелуй. Реальность перестала существовать. Ронни замерла. Ред приник к ней в бесконечном поцелуе, от которого замирало сердце и останавливалось дыхание. Его губы были мягкими, а поцелуй на удивление нежным. Против воли Ронни приподняла подбородок, словно просила о большем. Ред улыбнулся, не отрываясь от сладких губ Ронни. Она обняла его за шею и полностью растворилась в его поцелуе.

Ред пристально смотрел в глаза Ронни. Он через многое прошел, чтобы дождаться именно такого момента. И он настал. Он нежно провел пальцами по ее лицу. Вот она, настоящая. И его чувства были настоящие.

— Пора возвращаться, Ред.

Он легонько поцеловал ее в щеку. Ему ужасно нравилось, как она произносит его имя.

— Хорошо, — пробормотал он. — Я заеду позже, как раз к торту…

Высадив Ронни, Ред направился в один из торговых центров.

Он не мог явиться на день рождения Энди с пустыми руками. Надо было спросить у Ронни, чем Энди увлекается. У него дома, в Торонто, были идеальные подарки для Энди. Он собирался подарить их Марко в прошлом году, но Софи бросила его, и он забросил подарки в кладовку, с глаз долой. Энди был фанатом «Кленовых листьев», как и Марко. И он точно знал, что Энди понравятся подарки. Кому не понравилась бы хоккейная майка его любимой команды? И хоккейная клюшка с автографами игроков? Ред получил эту клюшку на благотворительном аукционе, в котором участвовала его компания в Торонто, и с триумфом привез ее домой, радуясь возможности подарить Марко.

Ред почувствовал укол печали, но в глубине души он знал, что смирился со своей потерей. Теперь у него была возможность вручить эти подарки другому маленькому мальчику, который еще не знал, что Ред любит его мать и хочет начать с ней новую главу своей жизни.

Дорога в Торонто займет не меньше пары часов и столько же обратно, так что нужно стартовать немедленно. Ред выехал на трассу и, утопив педаль газа в пол, помчался к цели.

Глава 23

Ронни была на седьмом небе от счастья. Она любит и любима. Но она пока не готова поделиться новостью с Жюстин. Сегодня праздник у Энди.

Кассон и Энди еще не вернулись с прогулки. Ронни сказала Жюстин, что пригласила Реда на день рождения сына в благодарность за то, что он держал у себя Джинджер. Затем она пошла к себе, чтобы переодеться.

Ронни пересмотрела свой гардероб. Она не планировала наряжаться, но, раз на празднике будет Ред, ей хотелось надеть что-нибудь очень красивое.

В конце концов, Ронни остановила свой выбор на строгом платье винного цвета с рукавами три четверти. Ей нравился классический округлый вырез и прямая юбка ниже колена. Она купила его два года назад, но до сих пор у нее не было возможности его выгулять. И вот настал подходящий момент. Седьмой день рождения сына и признание Реда заслужили такой наряд. Двойной праздник. И идеальное платье, чтобы его отметить. Она наденет его с черными колготками и лодочками на низком каблуке. Единственным украшением будет ее медальон. Ронни положила платье на кровать и провела ладонью по нежному шелку. Она представила, как Ред коснется ее в этом платье, и по ее телу пробежала дрожь желания. Ей не терпелось снова увидеть Реда. Ронни хотелось петь от счастья. Все ее прежние обеты не начинать новых отношений рассыпались в прах, стоило Реду признаться ей в любви. И поцеловать ее.

Она боялась снова поверить мужчине. Но когда она смотрит в ясные глаза Реда, все ее страхи исчезают. И сердце ее тает.

Ронни застонала. Какие банальности лезут в голову. Но это же правда.

У дома Кассона, Ронни с разочарованием отметила, что грузовика Реда во дворе нет. Интересно, почему он задерживается?

Она прошла наверх проведать Джинджер и выпустить ее на некоторое время из переноски. Ронни замедлила шаги, когда услышала, как Кассон упомянул имя Реда. Наверное, тот позвонил кузену.

— Он сказал, что совершил ошибку, когда начал с ней отношения. Сказал, что видеть ее не может… — Голос Кассона отдалился.

Ронни услышала достаточно. Она быстро спустилась по лестнице вниз и зашла в гостевую ванную. Она присела на край ванны и уставилась на плитку невидящим взором. Значит, он не придет. У нее внутри все похолодело. А она-то приняла его признание и поцелуи за чистую монету. Что изменилось за эти несколько часов? Что заставило его отказаться от нее? Да, однажды он уже пережил болезненный разрыв. И она тоже. Но Ронни готова была принять его в свою жизнь и была уверена, что Ред сделает то же самое. Слезы от потрясения и обиды струились по щекам Ронни. Что, если он спасовал из-за Энди? Не захотел начинать новую жизнь с чужим ребенком? Ронни оцепенела. Точно. Во время их разговора в грузовике он ни разу не упомянул про Энди.

А она так радовалась, что снова любима. Стоп. Он не сказал, что любит. Он говорил, что влюбился, что голову потерял, но слова «люблю» не произнес.

У Ронни все внутри перевернулось. Разве можно доверять человеку, который не готов принять ее ребенка?

Как бы ни привлекал он ее физически, без Энди она не станет с ним жить.

Это просто дурной сон. Сейчас она проснется и увидит, как в дом входит Ред с улыбкой и сияющим взглядом, полным любви. И доверия. И желания принять и полюбить Энди.

Ронни выглянула в окно. Никаких следов грузовика. Это был не сон.

Слова Кассона снова пришли на память. На сердце Ронни повисли пудовые гири. Ред все разрушил. Сегодняшний двойной праздник со всеми ее мечтами и надеждами. Ему больше нет доверия. Зря она поддалась его обаянию и, как она ошибочно считала, искреннему признанию.

Больше она никогда не поверит ни одному мужчине. И чтобы ей никогда не видеть Реда снова. Она вытерла слезы. У нее есть замечательный сын. Вот о ком ей надо думать. У Энди сегодня день рождения. И праздник обязательно состоится. Она посмотрела на часы, вышла из ванной и с тяжелым сердцем пошла в гостиную.

* * *

Ред, чертыхаясь, пробирался сквозь пробки на трассе. Он довольно быстро добрался до Торонто, забрал клюшку и майку из кладовки нового пентхауса, заехал в торговый центр, чтобы упаковать подарки в яркую бумагу, и немедленно отправился в обратный путь.

Дорога обратно отняла гораздо больше времени, чем он предполагал. Ред с облегчением выдохнул, увидев автомобиль Ронни у дома Кассона.

Выражение лица Ронни, когда она открыла дверь, озадачило Реда.

— Что-то случилось с Энди? — спросил он с тревогой, взяв ее за руку.

Ронни отдернула руку.

— Он в порядке, — бесцветным голосом процедила она сквозь зубы. — Я совершила ошибку. Как и ты.

— Я ничего не понимаю, Ронни, — растерянно ответил Ред. Перед ним стояла чужая женщина с выражением презрения на лице. У Реда было чувство, словно он погрузился во тьму.

— Уходи, — отрезала она и захлопнула дверь.

Глава 24

Ронни уставилась на Жюстин:

— Что ты сказала?

— Кассон рассказывал мне историю отношений Реда с его бывшей подругой и ее сыном Марко.

Ронни молчала, потрясенная услышанным.

Выпроводив Реда, она пошла к Жюстин в детскую и, обливаясь слезами, поведала подруге, что случилось.

— Я сама все испортила, да? — Ронни вытерла глаза. — Я вела себя так, словно он грязь у меня под ногами.

Вдруг она услышала шум мотора и подскочила к окну. Ред пристегивал ремень безопасности.

Ронни кубарем скатилась вниз, сунула ноги в сапоги и в одном платье выскочила на улицу, но увидела лишь габаритные огни удаляющегося грузовика. Понурившись, она побрела обратно к дому. Хруст снега под колесами заставил Ронни обернуться. Ее сердце екнуло. Ред возвращается. Она стояла словно завороженная, не в силах двинуться с места. Грузовик остановился, из кабины выпрыгнул Ред. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы схватить ее в охапку.

— Забирайся в грузовик, — хрипло скомандовал он, подсадив ее в кабину.

Затем захлопнул дверцу, обошел машину и сел на водительское место. Ред протянул ей несколько салфеток. Она вытерла глаза. Ред взял ее ледяные руки в свои теплые ладони и произнес:

— О'кей, Форрестер, выкладывай все по порядку.

Ронни била крупная дрожь. Ред снял пиджак и накрыл плечи Ронни.

— Я слушаю, — пробормотал он.

Его мягкий тон вызвал новый поток рыданий. Ред дал ей выплакаться, и, когда слезы иссякли, она объяснила, как неправильно интерпретировала вырванные из контекста фразы Кассона, нечаянно подслушанные на лестнице.

— Я вела себя ужасно и прогнала тебя, а мое сердце заледенело, — призналась она.

— Уверен, что смогу его растопить, — прошептал он, прежде чем объяснил, почему задержался.

— Ты специально ездил в Торонто за подарками для Энди? — изумилась она.

— Точно, — подтвердил он.

В его глазах промелькнуло что-то такое, от чего у Ронни заколотилось сердце, и она выпалила:

— Я люблю тебя, Ред Брэнниган второй. — Она обхватила ладонями его лицо. — Ты меня слышишь?

— Ясно и четко, Ронни Форрестер. И я очень тебя люблю, — с улыбкой ответил он, прежде чем наклонился и крепко ее поцеловал. — Не могу встать на колени, здесь мало места, — пробормотал он, оторвавшись от ее сладких губ. — Но вскоре сделаю это в более подходящем месте. А сейчас окажи мне честь и разреши присутствовать на дне рождения Энди и сопровождать вас обоих на церемонию открытия курорта Франклина.

— Я согласна, но про церемонию открытия надо и Энди спросить.

Ред ухмыльнулся:

— Думаю, я справлюсь. А теперь пошли в дом. Я хочу поздравить Энди и преподнести свой подарок. Интересно увидеть его реакцию. Ну и именинным тортом угоститься. — Его глаза заблестели. — Но я надеюсь, что позже получу десерт получше у тебя дома.

Ронни вся внутренне затрепетала. Она и сама не прочь отведать такой десерт.

* * *

Ред предложил, чтобы Ронни пошла в дом первой, а он с подарками следом. Ред немного нервничал. А вдруг он не понравится Энди? Что, если парень не захочет делить свою маму с кем-то еще? От него уже уходил отец. Как он отнесется к появлению в их доме другого мужчины?

Несколько минут спустя Ред постучал в дверь. Ронни открыла, и он внимательно посмотрел ей в лицо. Не жалеет ли она о своем приглашении? Но ответом ему была милая улыбка и трепет длинных ресниц.

— Привет, — слегка охрипшим от волнения голосом сказал он. — Босс дал добро на мое появление? — Он помахал рукой Кассону и Жюстин на кухне.

— Не обманывай себя, — усмехнулся Кассон. — Ронни сама себе босс.

— Вообще-то я имел в виду Энди, — улыбнулся Ред.

— А, этот босс в гостиной, играет с нашей собакой Луной. — Кассон посмотрел на часы. — Думаю, пора начинать наш праздник. — Он взял у Реда пакеты.

Рэд последовал за ними в гостиную, думая о том, что при одном упоминании имени Энди он почувствовал себя так, словно ребенок уже часть его жизни…

Он наблюдал, как Кассон зигзагами обогнул Энди и Луну, прежде чем положить два свертка в угол с другими подарками. Когда Энди заметил пакеты, он внезапно остановился, и Луна врезалась в него, сбив мальчугана с ног.

Ред бросился вперед и поймал мальчика, прежде чем тот упал на пол и получил сотрясение мозга. На несколько мгновений время остановилось. Энди уставился на него с удивлением и любопытством в темных глазах. Все остальные в комнате исчезли из поля зрения Реда, хотя они были всего в нескольких шагах от него, в результате чего следующие несколько секунд прошли как в замедленной съемке…

Волосы мальчика были взъерошены, а клетчатая рубашка вылезла из штанов. Его щеки раскраснелись, а глаза — глаза Ронни — вызвали комок в горле Реда, вдобавок к бешеному стуку сердца. Ребенок был таким уязвимым. Неудивительно, что Ронни такая заботливая.

И он тоже мог бы таким стать… Он готов…

В тот момент Рэд понял, что будет любить этого маленького бесенка, как своего собственного… и, возможно, однажды в будущем они с Ронни смогут подарить ему братика или сестренку…

Ему хотелось обнять Энди прямо в эту минуту и пообещать, что он всегда будет рядом, но с этим пока придется подождать.

Когда Ред опустил его на землю, все снова оказались в фокусе. Взгляд Рэда метнулся к Ронни, и он сразу понял, что она оценила его поступок.

— Спасибо, мистер.

Голос Энди вернул его внимание к мальчику, который, задрав голову, смотрел на него снизу вверх. Он улыбнулся и присел на корточки, чтобы быть на уровне глаз Энди.

— Нет проблем. И ты можешь называть меня Ред.

— Красный? — Взгляд Энди метнулся к волосам Реда.

Тот улыбнулся.

— Ну не могла же моя мама назвать меня, например, Пурпурный. С таким-то цветом волос.

Энди захихикал:

— Нет, конечно. — Он повернулся и посмотрел на угол с подарками. — Можно мне открыть подарки, мамочка?

Ронни подошла к сыну, по пути пожав Реду руку, и сказала:

— Думаю, мы вполне можем построить наш праздник следующим образом: подарки, затем ланч и торт на десерт. Как тебе такой распорядок?

— Ура! Здорово! — Энди захлопал в ладоши, а Луна радостно тявкнула и энергично завиляла хвостом.

Энди открыл подарок Кассона и Жюстин — мощный телескоп и книгу по астрономии для детей, — обнял их обоих и поблагодарил. Настала очередь Реда. Ред вручил сначала хоккейную майку с логотипом «Кленовых листьев» и улыбнулся, когда Энди открыл пакет и зааплодировал. И хотя форма следующего подарка делала его вполне очевидным, Энди запрыгал от восторга при виде клюшки с автографами выдающихся хоккеистов национальной сборной.

— Хорошо, милый, отложи это в сторонку, пока кто-то не потерял голову, — твердо сказала Ронни. — Твой следующий подарок наверху. Закрой глаза и сосчитай до двадцати, пока я схожу за ним.

Несколько мгновений спустя Ронни вернулась с переноской, прикрытой коробкой, в которой были вырезаны отверстия.

— Хорошо, Энди, на счет «три» ты можешь открыть глаза и поднять коробку. — Она поставила коробку перед ним. — Раз, два, три. Ладно, поднимай… и познакомься с Джинджер!

Глаза Энди расширились.

— Мамочка, мамочка, ты подарила мне котенка! — Он обнял ее за шею. — Спасибо, мамочка!

Ред был рад, что Кассон фотографировал на свой мобильный телефон. Эти воспоминания Ронни будет лелеять вечно. Увидев, с какой любовью она смотрит на сына, у Реда защемило сердце. И он понял, что будет любить этих самых дорогих для него людей всю оставшуюся жизнь.

Из радионяни донесся плач, и Жюстин поспешила наверх проведать Эми. Кассон последовал за женой. Ронни выпустила Джинджер из переноски. Энди сразу же поднял ее и поцеловал, прежде чем подойти к Реду, погладившего кошечку по спине, улыбаясь воспоминаниям, которые у него уже были о ней. Ронни сидела рядом с Редом на диване и наблюдала за происходящим со снисходительной улыбкой на лице.

Энди повезло, что у него такая мама. А ей повезло с сыном. Он прошел через серьезные испытания, выдержал их и победил болезнь. Неудивительно, что Ронни хотела сделать сыну особенный подарок. У Реда внезапно защипало в глазах. Его сердце наполнилось радостью. Это было то, о чем он всегда мечтал, — делить особенные моменты со своей семьей.

Эпилог

Личный вертолет Реда нес их над ночным Торонто. Над ними бархатное иссиня-черное небо, усыпанное яркими звездами, а внизу великолепный город в сияющих огнях неоновой рекламы на небоскребах и мерцающая зеркальная гладь озера Онтарио.

На душе у Ронни было легко и спокойно. Энди сидел рядом с ней, а Ред прямо напротив них. Все они были в защитных шлемофонах, и Энди выглядел таким маленьким в своем. Ее глаза начали затуманиваться. Как приятно, когда мечты сбываются.

После дня рождения Энди прошло две недели. И все это время Ронни чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Ред провел для нее и Энди подробную экскурсию по своему викторианскому особняку. Мальчуган пришел в восторг от множества тайных уголков и закоулков, а также потайной лестницы на чердак. Ред показал ему и Ронни на своем ноутбуке разработанные проекты бассейна и водной горки, баскетбольной площадки, домика на дереве и мини-кинотеатра. Глаза Энди горели, и он нетерпеливо спросил:

— А мы сможем вас навестить, когда все переделки будут закончены?

Ред обменялся улыбкой с Ронни. Эта улыбка отозвалась в ней такими эмоциями, что она незаметно смахнула навернувшиеся на глаза слезы. Они с Редом договорились, что Энди должен привыкнуть к мысли о том, что они друзья и вместе проводят время, прежде чем объявить ему, что они скоро станут семьей. Кассон и Жюстин пригласили их покататься на коньках по замерзшему участку залива рядом с их коттеджем, а потом вместе поужинать, разжечь костер и поджарить зефирки, потом выпить горячего шоколада. Такая вот обширная программа.

Ред по очереди катался то с Ронни, то с Энди. И в какой-то момент спросил Энди, готов ли тот к скоростному катанию на руках у Реда. Энди ответил «да», и Ронни с бьющимся сердцем наблюдала, как Ред кружит по льду с ее сыном, обхватившим шею Реда маленькими ручками. Лицо Энди выражало восторг и счастье.

Сердце Ронни радостно забилось, когда пару дней спустя Энди попросил разрешения пригласить Реда вместе готовить миндальное печенье.

— Он такой прикольный, — заметил Энди как бы между прочим. — А еще он пообещал, что мы построим нечто грандиозное из лего.

Позже тем же вечером, наблюдая, как они оба работают с цветными кубиками на полу в гостиной, Ронни вынула из духовки поднос с печеньем, который Энди и Ред приготовили. Она заметила, что на одном из них было выпечено Р+Р+Э, и быстро взглянула на Реда. Он ей подмигнул.

Да, она и правда на седьмом небе…

И теперь она снова на вершине счастья, совершая прогулку на вертолете Реда над Торонто со своими любимыми мужчинами.

Ред напомнил ей об их разговоре о ночной прогулке над городом. Тогда Ронни заметила, что грустно любоваться красотой в одиночку. Что ж, теперь она вернулась с мужчиной, который зажег звезды в ее глазах, и это потрясающе. Прошлым вечером Ред попросил ее освободить завтра вторую половину дня, добавив, что их с Энди ждет сюрприз. Он лишь попросил их быть в коттедже Кассона и ровно в четыре выглянуть в эркерное окно. Они так и поступили.

В назначенный час в небе раздался шум. Энди взвизгнул, когда бело-голубой вертолет появился в поле зрения и вскоре начал снижаться, а затем приземлился на расчищенную ледяную площадку бухты недалеко от катка.

Ред появился в шлемофоне и с сумкой в руках. Он вошел в коттедж и пригласил Ронни и Энди на вертолетную прогулку. Ронни заметила блеск в глазах Кассона и Жюстин, когда они с Энди одевались.

— Вы знали, — начала она обвинительным тоном.

Но они рассмеялись и отмахнулись от нее.

Пилот поприветствовал их и, после того как все они были надежно устроены на своих местах, запустил двигатели. Энди практически приклеился к оконному стеклу, любуясь открывающимися видами на залив Джорджиан-Бей и Парри-Саунд. А когда они добрались до Торонто и в поле зрения появилась башня Си-Эн Тауэр, он восторженно воскликнул:

— Смотри, мамочка! Смотри!

— Мне нравится пульсирующий ритм жизни крупного города, — заявил Ред, подавшись вперед. — Но тишина и безмятежность Парри-Саунд мне тоже близки. — Ред вопросительно посмотрел на Ронни.

— Скажи, а ты могла бы жить попеременно то в Торонто, то в Парри-Саунд? Мне хотелось бы, чтобы у вас с Энди появились новые впечатления о Торонто.

Ронни судорожно сглотнула. Она догадалась, что Ред намекает на тот период, когда Энди лечился в детской больнице Торонто. Тогда она была преисполнена чувством огромной благодарности к тем, кто помог Энди выкарабкаться. Теперь уже все позади. А дети быстро забывают плохое.

— Думаю, да, — ответила она.

— Хорошо. Нет, просто здорово. — Он схватил ее руки и поднес к губам. — Вместе нам везде будет хорошо. — Ред взглянул на Энди, который по-прежнему не отлипал от окна.

Вдруг Ред посмотрел на левую руку Ронни и нахмурился.

— В чем дело? — спросила она.

Не выпуская ее руки из своей, Ред достал коробочку из черного бархата.

— Дело в том, что на твоем безымянном пальце кое-чего не хватает, — хрипло произнес он.

Сердце Ронни остановилось, когда Ред вынул из футляра платиновое кольцо с огромным бриллиантом огранки «маркиз». Ронни на мгновение зажмурилась, а открыв глаза, переводила взгляд со сверкающего камня на Реда, который держал в руках это произведение ювелирного искусства.

— Ронни, ты бриллиант моей жизни.

Она потрясла головой и увидела, как Энди с интересом уставился на них, оторвавшись от окна.

— Это кольцо не может сравниться с тобой, Ронни, — начал Ред, блестя глазами. — Я преподношу его тебе с обещанием любить тебя и твоего маленького сорванца до конца моих дней. Обещаю холить, нежить и лелеять тебя, Энди и других рыжих морковок или кроликов, которые у нас обязательно появятся в будущем… Вероника Форрестер, ты…

— Да! Я согласна, Редмонд Брэнниган второй! — Она, затаив дыхание, наблюдала, как Ред надевает ей на палец кольцо, а потом шумно выдохнула, услышав, как Энди зааплодировал.

— Считаю это знаком согласия твоего сына, — улыбнулся Ред и нежно ее поцеловал. Он посмотрел на руку Ронни. — Надеюсь, тебе нравится.

— Очень красивое, Ред, спасибо. Мне тоже хотелось бы подарить тебе нечто особенное. Но пока, — она подмигнула ему и улыбнулась, — это будет миндальное печенье, когда мы вернемся домой.

— М-м-м, согласен. — Он поднялся и протянул руку Энди, и тот звонко хлопнул по его ладони.

Сердце Ронни наполнилось радостью, когда две любви всей ее жизни «дали друг другу пять».

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

1 Red — красный (англ.)

Content

Батиджелли Розанна Убежище ледяной страсти [Rescued by the Guarded Tycoon]

Розанна Батиджелли Убежище ледяной страсти

Любовный роман — Harlequin — 1123

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог

Примечания