Эрвин Сюзанна

Страсть по расписанию [Who's the Boss Now]

Сюзанна Эрвин

Страсть по расписанию

Любовный роман - Harlequin - 1104

Глава 1

Забраться в винный погреб в винодельне Сент-Айседор было несложно. Дверь с задней стороны дома вела прямо к служебной лестнице и пункту назначения Маргариты Делакруа несколькими этажами ниже. Но выбраться из него…

Маргарита попыталась приподнять два ящика вина и сдалась, потирая руки и пытаясь решить, как ей быстрее вынести их. То, что казалось отличным планом в одиннадцать вечера после двух бутылок вина, выпитых с лучшей подругой Эрсли Контрерас, было не таким простым в час ночи. Начать с того, что бутылки были тяжелыми. Слишком тяжелыми, чтобы поднимать их по лестнице целыми ящиками. Можно было носить их по нескольку штук, но на это ушла бы вся ночь.

Единственным решением было воспользоваться лифтом, хотя это более рискованно.

Она вздохнула. Конечно, все и не могло быть слишком просто. Как и всегда в Сент-Айседоре.

Маргарита родилась в легендарной семье Делакруа, знаменитой своими винами, в той ее ветви, которая эмигрировала в Калифорнию во времена «золотой лихорадки», чтобы снабжать вином быстро растущее население штата. Годы процветания сменились годами запустения во времена сухого закона, и, когда два брата унаследовали Сент-Айседор после Второй мировой войны, они яростно спорили на предмет того, как возродить семейный бизнес. В конце концов, один из братьев взялся управлять винодельней, а второй занялся непосредственно виноградниками.

Отец Маргариты унаследовал виноградники десять лет назад и продал их Лайнусу Чеппелу, на тот момент владевшему винодельней. Тщетно Маргарита уговаривала родителей не продавать бизнес до тех пор, пока она не сможет взять на себя управление им. Но, вернувшись домой после первого года обучения в университете Калифорнии, она обнаружила, что впервые в их истории у виноградников был владелец, не носивший фамилию Делакруа.

Даже объединение винодельни и виноградников не вернуло прежнего процветания Сент-Айседору. Новое оборудование, конечно, иногда появлялось в винодельне, но старенький лифт был построен в 1930 году и шумел так, что в доме дрожали стены.

Но кто мог ее услышать? Лайнус умер полгода назад, не оставив завещания, и унаследовавшие поместье два внучатых племянника тут же выставили его на продажу. На прошлой неделе его купил генеральный директор крупной технологической компании из Кремниевой долины. Но, по слухам, он пока еще не вступил во владение. А слухам можно было верить, поскольку новый владелец привлекал к себе особое внимание, будучи, как говорили, невероятно красивым и неженатым.

Так что сейчас у Маргариты была единственная возможность сделать то, что она задумала.

Загружая ящики с вином в лифт, она думала о том, что это был последний раз, когда она пользовалась им. Если верить все тем же слухам, Сент-Айседор планировали снести и построить на его месте элитные дома.

При этой мысли ее сердце сжалось от боли.

Но Маргарита могла спасти вино. Ее вино. Вино, которое, как она надеялась, послужит первым шагом в деле возрождения имени Делакруа в мире виноделия.

Теперь эти бутылки были всем, что осталось у нее после восьми лет, проведенных на службе у Лайнуса. У них была устная договоренность - Маргарита получала пятнадцать процентов от положенного ей жалованья, а остальные восемьдесят пять процентов уходили на то, чтобы выкупить виноградники, чтобы снова делать вино и продавать его под брендом Сент-Айседора. Маргарита не позволит имени Делакруа кануть в Лету.

А она была так близка к цели! Закончила выплачивать стоимость виноградников в свой последний день рождения, но Лайнус не успел документально оформить их сделку. Он внезапно умер от инсульта, и кожаная папка, в которой хранились документы, подтверждавшие оплату ею стоимости виноградников, исчезла. А когда она попыталась объяснить ситуацию наследникам Лайнуса, те просто рассмеялись ей в лицо и вызвали шерифа, чтобы он выселил ее с их собственности.

Вино, которое делала Маргарита, было всем, что у нее осталось, и она будет проклята, если позволит ему гнить в погребе или, еще хуже, быть уничтоженным. Она взяла в руки последнюю бутылку.

Капли пота стекали по ее лбу, и девушка нетерпеливо смахнула их. Ее руки были покрыты пылью, и она вытерла их о джинсы и нажала на кнопку лифта. Она поднимется на первый этаж, а там ей предстоит преодолеть всего лишь небольшое расстояние до главного входа. Эрсли была где-то поблизости и ждала ее звонка. Они погрузят вино в машину Зрел и уедут.

Но куда? Единственная жизнь, которая была знакома Маргарите, проходила здесь, в Сент-Айседоре. Она хотела лишь одного - остаться здесь. И думала, что ее соглашение с Лайнусом позволит ей остаться здесь навсегда.

Она смахнула слезы с глаз. Сент-Айседор был ее домом. А теперь новый владелец - технический магнат уничтожит его.

Эван Флетчер протер глаза и снова посмотрел на экран лэптопа. Но числа на нем были по-прежнему удручающими.

Когда он поручил своему менеджеру купить для него Сент-Айседор, его порадовало, что не только винодельня была прекрасно оборудована, но и хозяйский дом был полностью обставлен. Но когда он приехал на место несколько часов назад, обнаружил, что за удачными фотографиями прятались следы обветшания и множественных повреждений. Однако Сент-Айседор все еще был бизнесом на плаву, и это было идеальным приобретением для его нужд. Все остальное требовало лишь косметического ремонта.

- Я охотно сказала бы «я тебя предупреждала», но сейчас уже поздно, а кроме того, я не хочу потерять тебя в качестве клиента, - сказала его менеджер, явно зевая.

- Не бойся, Пайя. Можешь сыпать мне соль на рану, сколько хочешь. Это меньшее, чего я заслуживаю, позвонив в такой поздний час.

- Я уже по опыту знаю, что нужно отвечать на твои звонки в любое время, иначе ты совершишь какую-нибудь глупость вроде покупки винодельни, которую в глаза не видела.

- В следующий раз я позвоню тебе днем. Просто это был первый спокойный момент за сутки. У меня назревал очередной кризис на работе.

- Я думала, что там у тебя все уже устаканилось.

- Не все.

Эван был генеральным директором и основателем «Медэвко», быстрорастущей компании, специализирующейся на разработке медицинской техники. Год назад она достигла стоимости в один миллиард долларов, но рост компании был сопряжен с ростом забот и дорогих вложений.

Множественных.

Он тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Нужно решать проблемы по мере их возникновения. И сейчас на первом месте стояла винодельня.

- Спасибо, что прочитала отчеты винодельни. И скажи мне, как лучше извиниться перед Луизой за то, что я так поздно звоню тебе.

Пайя рассмеялась.

- После рождения ребенка это уже не имеет значения. Нет нужды извиняться. Она еще поблагодарит тебя, потому что теперь я покормлю его в два часа, а она сможет поспать. Но если ты все равно настроен извиняться, пришли мне ящик шардоне… но из другой винодельни.

- Ха-ха. Вот увидишь. Через год ты будешь умолять меня прислать лучшее вино из Сент-Айседора.

- Это не технологическая компания. Это совсем другой бизнес. Не жди, что твое прикосновение превратит его в процветающий концерн.

- Звучит как вызов.

- Зависит от твоих ожиданий. Но, зная тебя, не сомневаюсь, что они у тебя астрономические.

Эван молчал, потому что новоявленные родители не нуждались в дополнительных стрессах.

- Я слышу, - сказала Пайя.

- Слышишь что?

- То, что ты скрываешь от меня.

- Всемирный саммит лидеров бизнеса состоится этим летом в Напа.

Эван услышал, как Пайя втянула в себя воздух.

- Только не говори мне того, что собираешься сказать.

- Организаторы прознали, что я купил винодельню, и предложили мне устроить там банкет. Конечно же, я согласился.

Пайя застонала.

- Эван, это одни из самых крупных воротил бизнеса в мире…

- Все будет нормально.

- Это не имеет отношения к тому, что Ангус Хорн не отвечает на твои звонки? Он всегда присутствует на этих саммитах. И он известен как знаток вин.

Эван рассмеялся.

- Неужели ты думаешь, что я стану покупать винодельню и поместье лишь для того, чтобы привлечь инвестора для «Медэвко»?

Пайя фыркнула.

- Ты купишь луну, если решишь, что это поможет тебе заполучить Хорна. Не забывай, я слежу за твоими счетами. И вот что я тебе скажу, Эван. Большая часть твоего капитала вложена в «Медэвко», а покупка винодельни исчерпала твои возможности.

- Но мои вложения в винодельню окупятся.

- Окупятся, но не обязательно принесут доход. И тебе придется еще вложиться в эту собственность. Так что в первый год тебя ждут убытки.

- Я справлюсь.

Он нанял Пайю за ее осторожность. Но он успел продать три компании до своего тридцатилетия, а потом основал «Медэвко» и стал руководить ею, так что у него были все основания верить в себя.

- Еще раз спасибо. И постарайся поспать до того, как проснется ребенок.

Он положил телефон и откинулся на спинку кресла. По крайней мере, дом был ухоженным, и в душе было достаточно горячей воды. Он принял душ перед тем, как звонить Пайе. А вечером доставили новые кровати и застелили их свежим бельем.

Он встал и потянулся, намереваясь проверить, так ли удобны матрасы, как они выглядели, и тут послышался гул, и паркет задрожал под его ногами.

- Какого?…

Он окинул взглядом комнату. Годы жизни в Калифорнии с постоянной угрозой землетрясений выработали в нем привычку искать самое безопасное место. Но гул не усиливался, однако и не прекращался. Это был шум работающей техники.

Конечно же. Лифт. Тот, который вел к погребу, расположенному глубоко под землей. Его пульс вернулся к нормальному ритму.

Он был единственным обитателем дома, который бодрствовал. Другой обитатель ушел спать несколько часов назад.

Он не верил в привидения, а лифт был построен еще в прошлом веке. Возможно, он просто был сломан.

Эван вздохнул. Лучше сходить проверить. Меньше всего ему нужно было, чтобы из-за старой проводки в доме случился пожар.

Проходя мимо кухни, он заметил на столе тяжелую чугунную сковороду и схватил ее на случай, если это были не привидения.

Лифт остановился. Маргарита взяла в руки три бутылки, а потом боком толкнула деревянную дверь. Дело сделано. И никто даже не узнает, что она была здесь. Она выпрямилась, повернулась и… лицом к лицу столкнулась с полуодетым мужчиной с голой грудью и босыми ногами, который занес над ее головой чугунную сковороду.

Она закричала. Две бутылки выскользнули из ее рук и с глухим стуком упали на застеленный линолеумом пол лифта. А потом она инстинктивно занесла над головой третью бутылку.

И взмахнула ею.

Мужчина прикрыл голову сковородой. Бутылка ударилась о чугун, и послышался звук бьющегося стекла.

Холодная жидкость, льющаяся ей на руку, отрезвила ее.

- О нет! Нет, нет, нет!

Что она наделала? Вся ее работа, ее последняя связь с Сент-Айседором, теперь лилась на пол. Она тут же повернула бутылку в вертикальное положение, так что пробка указывала на пол. В полумраке было трудно разобрать, но, похоже, из бутылки вылилась лишь третья часть вина.

Значит, еще можно спасти остаток. Она быстро соображала, прикидывая, что делать дальше.

Мужчина опустил сковороду. Маргарита была так занята бутылкой, что даже забыла, что была не одна.

Они смотрели друг на друга, и их сердца бешено колотились, а дыхание было прерывистым. Так значит, это тот до нелепости красивый новый владелец. Маргарита узнала квадратную челюсть, заросшую щетиной, густые темные брови и проницательные глаза, которые видела на фотографиях в Интернете. Но ни фотографии, ни сплетни не подготовили ее к тому, что у него такие широкие плечи, что от него исходят сила и властность, хотя он одет всего лишь в одни спортивные брюки, обтягивающие его узкие бедра.

И Маргарита здесь незваный гость, а не он.

- Вы собираетесь воспользоваться этим? - спросила она, указывая на сковороду.

Он покачал головой.

- Какого черта? - вырвалось у него. - Кто…

- Я все объясню. - Он был в ярости. Что и понятно. Но ее в этот момент больше волновало другое. - Прямо сейчас мне нужна новая бутылка. Контейнер. Что-нибудь.

Девушка попыталась пройти мимо него, прижимая к груди разбитую бутылку.

Но он поймал ее за руку. Вино плеснуло ей на футболку, и у нее перехватило дыхание. Она не могла высвободиться, не потеряв остатки вина.

- Нет, - прорычал красавец. - Объясните все сейчас же!

- Отпустите меня, и я все объясню.

Его брови подскочили вверх.

- Отпустить… леди, вы пытались оглушить меня!

- Вы первый угрожали мне! - Она кивком указала на сковороду в его правой руке. - Хотя вы правы. Простите. Но вы напугали меня.

- Вы вломились в мой дом!

- Честно говоря, я как раз хотела покинуть его. И буду счастлива это сделать. Но, пожалуйста. Мне нужно что-нибудь, во что можно перелить это вино. Пожалуйста.

Он нахмурился, но его хватка ослабла достаточно для того, чтобы Маргарита вывернулась и исчезла за дверью, которая была замаскирована в стене и вела в служебный коридор, а из него на кухню.

Но ее рука все еще хранила горячее прикосновение его пальцев.

Эван несколько раз моргнул. Эта воровка… исчезла в стене? Какого черта?

Он посмотрел на ящики с вином, все еще стоявшие в лифте. На бутылках не было этикеток. А на стекле сохранились какие-то надписи, сделанные краской.

Это была какая-то бессмыслица. В погребе хранились редкие и очень ценные вина. И вор должен был заинтересоваться теми бутылками, которые можно было бы дорого продать. Что затеяла эта непрошеная гостья?

Эван стал рассматривать стену, в которой она исчезла, и обнаружил слегка приоткрытую замаскированную обоями дверь.

Он прислушался, потом пошел на слабый звук, доносившийся из-за другой двери. Открыв ее, он оказался снова на кухне. Двери двух шкафов были распахнуты, а разбитая бутылка стояла пробкой вниз в сушилке для тарелок.

Воровка рылась в третьем шкафу. Бросив на него быстрый взгляд из-за плеча, она спросила:

- Где все графины? Лайнус держал их здесь. Вы что, куда-то переставили их?

Эван похлопал себя по карманам в поисках телефона, чтобы позвонить в полицию и задержать ее здесь до их приезда.

Но его карманы были пусты. Должно быть, он оставил телефон в спальне.

- Выкладывайте. Кто вы? Что вы здесь делаете?

Девушка повернулась к нему. И он впервые получил возможность рассмотреть ее при ярком свете ламп. Темные волосы, скорее иссиня-черные, чем каштановые, были собраны в пучок, но несколько прядей выбились из прически, и легкие завитки обрамляли ее лицо. У нее была бледная кожа, почти прозрачная на фоне ее черной футболки и темных джинсов, которые обтягивали длинные стройные ноги и изящные округлые бедра. Но просторная футболка скрывала ее остальные формы. Эван посмотрел на ее лицо и встретил мрачный взгляд, говоривший о том, что она заметила, как он пялится на нее.

- Графины? - повторила незваная гостья.

- Вы, должно быть, не понимаете, кто я и в какую неприятную ситуацию вы попали. Здесь я задаю вопросы.

Ее губы скривились в усмешке.

- О нет, я все понимаю. Вы новый владелец Сент-Айседора. Тот технический гений. Вся окрестность ждала вашего появления, хотя как вы, должно быть, догадались, я думала, что вы еще не въехали в дом. Честно говоря, я готова была сделать крупную ставку на то, что вы вообще не появитесь здесь. Итак, графины. Они что, в буфетной?

Эван покачал головой, озадаченный.

- Я ничего никуда не убирал. Я вообще зашел в кухню лишь один раз - чтобы взять вот это. - Он приподнял бровь и указал на сковороду. - Но вы, похоже, хорошо ориентируетесь в этом доме. Кто вы?

- Может быть, если бы вы так же тщательно осмотрели кухню, как осматриваете женские тела, знали бы, где что находится.

Она продолжила рыться в шкафу, но при этом держалась высокомерно, как монарх, выступающий с речью перед своими подданными.

- Я просто хотел лучше рассмотреть вас, чтобы дать полиции точное описание вора, вломившегося в мой дом.

- Я не вламывалась. У меня есть ключ.

У нее был ключ? Он удивился еще сильнее.

- Но вас сюда не приглашали. И это означает, что вы вломились в мой дом.

- Насколько мне известно, в Калифорнии это классифицируется всего лишь как незаконное вторжение. - Она достала из шкафа маленький пластиковый кувшин для воды. - Могу я позаимствовать вот это, пожалуйста?

Он прищурился.

- Я не юрист, но незаконное вторжение - это когда вы не намереваетесь совершить преступление. А вино, загруженное в мой лифт, говорит об обратном.

Девушка пересекла кухню и стала выдвигать ящики столов.

- Вы не видели… ага! - Она достала штопор. - Я не совершаю никакого преступления. Ну ладно, я согласна, что вторглась незаконно. Но я ничего не краду. - Вытащив пробку, она перелила остатки вина в кувшин. - Вот так. Мне хотелось бы, чтобы это вино состарилось больше, но я хотя бы смогу уловить его вкус.

Потом она повернулась и посмотрела на него.

- Спасибо за то, что не стали вызывать шерифа. И за то, что проявили такое терпение. Я должна все объяснить вам…

И тут в окно они увидели вращающиеся сине-красные фонари, сопровождаемые хлопаньем дверей. Она приподняла брови:

- Надо полагать, вы все-таки их вызвали.

Эван покачал головой. Какого черта?

- У меня даже нет с собой телефона. Оставайтесь здесь. Я хочу услышать вашу историю.

Он направился к главному входу и открыл дверь. На подъездной дорожке стояла машина шерифа. А рядом с ней беседовали два человека.

- Добрый вечер, - сказал Эван. - Что случилось, шериф?

Мужчина повыше ростом расправил плечи.

- Никаких проблем. Простите, что побеспокоили вас.

Мужчина пониже ростом направился к входной двери. Когда он подошел ближе к Эвану, у того упало сердце.

- Нико!

Но его младший брат прошел мимо него, не сказав ни слова. Эван повернулся к шерифу:

- Что он натворил?

- Кто? Нико? Ничего. Но он был пассажиром в машине, остановленной из-за того, что водитель был пьян. Ваш брат трезв, но у него нет водительского удостоверения, так что он не мог сесть за руль той машины. Я как раз заканчивал свою смену, так что предложил подвезти его.

- Включив мигалку?

Но шериф проигнорировал его вопрос, а вместо этого помахал рукой:

- Привет, Маргарита.

- Привет, шериф Фрэнкс.

Эван обернулся и увидел воровку, стоявшую позади него.

- Я не ожидал, что вы все еще живете здесь, - сказал шериф.

Воровка - Маргарита, поправил себя Эван, - бросила на него быстрый взгляд. Он молчал, и она покачала головой:

- Нет, я здесь не живу.

Шериф окинул испытующим взглядом сначала Маргариту, потом Эвана, и тот в первый раз осознал, что на нем все еще одни спортивные брюки. Шериф кивнул:

- Ну ладно. Хорошо. Мне пора выдвигаться.

- Спасибо, что привезли Нико домой. - Эван закрыл входную дверь и повернулся к Маргарите: - Я все еще хочу услышать вашу историю. Но сначала нужно найти моего брата.

- Он на кухне, - сказала она. - Кажется, очень зол. Поэтому я и пошла разыскивать вас.

- Нико всегда зол, - пробормотал Эван.

- Почему вы не сказали шерифу, что я вломилась в ваш дом?

Она склонила голову набок, и еще несколько прядей упали на ее высокие скулы.

Эван помедлил, сам не зная ответа на этот вопрос.

- Сначала мой брат, а потом вы, - повторил он и сделал ей знак следовать за ним.

Нико сидел за огромным дубовым столом, на котором лежал батон хлеба и стояла гигантская банка с арахисовым маслом. И он пил…

- О, нет! - воскликнула Маргарита.

Она выхватила кувшин из рук Нико. На дне осталось лишь несколько капель вина.

Если Нико и был трезв, когда вернулся, то сейчас он поспешно исправлял эту оплошность.

Это было последней соломинкой, ломавшей верблюду спину. Эван хлопнул ладонью по столу, и Нико и Маргарита изумленно уставились на него.

- Начинайте. - Он указал на Нико. - Сначала ты. Ты же ушел спать несколько часов назад.

- Я передумал, - сказал Нико. - Мне позвонила девушка, с которой я успел познакомиться, и предложила покататься с нею и с ее друзьями. А ты в это время был в душе.

- Ты должен был сказать мне.

- Ты забыл, что мне уже двадцать один год. Так что нет, не должен. Но я написал тебе сообщение, когда шериф остановил нас. А кто она? - спросил Нико, указав на Маргариту.

- Ну, нет, - сказала Маргарита. - Не втягивайте меня в ваши разборки. - Она прижала кувшин к груди. - Я сейчас заберу свои вещи и уйду.

- Под вещами вы подразумеваете огромное количество бутылок с вином, которые вы стащили? - спросил Эван.

- С вином? - Нико оживился. - Если я пил одно из них, оно превосходно.

- Правда? - улыбнулась Маргарита, и это была ее первая настоящая улыбка. И она была… потрясающей. Эван заметил, что у нее очень выразительные глаза цвета вечернего неба, и, когда она улыбалась, они словно светились изнутри. - Это вино еще не было выдержано достаточное время.

- Мне оно показалось замечательным, - заявил Нико.

- Спасибо. - Она понюхала содержимое кувшина. - Но винный эксперт сказал бы…

- Что слишком много танина. Так что с годами оно станет лучше. Но вкус у вина превосходно сбалансирован. Ну, спокойной ночи.

Нико вышел из кухни, ни разу не оглянувшись.

- Эй, мы еще не закончили!… - крикнул ему вслед Эван.

Но Маргарита положила руку ему на плечо, и слова застряли у него в горле. Он посмотрел на ее длинные тонкие пальцы, лежавшие на его бицепсе.

Она покраснела и поспешно убрала руку.

- Дайте ему спокойно уйти. Его подмывало устроить скандал, но сейчас он в восторге оттого, что поквитался со мной. Позвольте ему насладиться своей победой.

- Так вы не просто воровка, вы еще и психолог? У вас много талантов.

Она вздернула подбородок:

- Я, ни то, ни другое. Я винодел. Так что, как я уже говорила, я соберу свои вещи и…

- Но вы все еще задолжали мне объяснение всего этого. Дайте угадаю - вы винодел, и это вино сделали вы. Но я не помню среди списка сотрудников женщины по имени Маргарита. И я думал, что главным виноделом был Кельвин, или Кассиан, или…

- Каспер. Каспер Вос. Сейчас он работает у конкурентов.

- Похоже, вы его не жалуете.

- Большинство сотрудников уволились, - сказала она, игнорируя его замечание.

- Я и без вас это знаю.

- Они начали увольняться еще до того, как у Лайнуса случился инсульт. Верность не была их сильной стороной, - с горечью сказала она.

Он оперся о стол.

- В отличие от вас, надо полагать. Какова была ваша роль в Сент-Айседоре? Она вздохнула.

- Это сложно объяснять.

Он махнул рукой в сторону темного окна:

- До рассвета есть еще несколько часов.

Она открыла рот…

В этот момент лампы под потолком погасли, и комната погрузилась в темноту.

Глава 2

Маргарита стояла неподвижно, пока ее глаза привыкали к темноте. Но, как видно, у нового хозяина дома были другие идеи. Она услышала звук падающего стула, за которым последовали какие-то негромкие слова, которых не могла разобрать. Но она была уверена, что в основном это были ругательства.

- Вы в порядке? - спросила Маргарита.

- Ну и чертова ночка, - услышала она. - Что еще произошло?

Маргарита рассмеялась. Она не могла сдержаться, хотя ее сердце бешено колотилось в груди. Она пыталась убедить себя, что это не имеет никакого отношения к тому, что на Эване Флетчере были надеты лишь спортивные брюки, которые постоянно грозили свалиться с его узких бедер. Маргарита была почти рада, что свет погас, и она больше не видит его внушительного пресса.

- У прежнего владельца были проблемы с памятью к концу жизни. Он боялся, что забудет выключить свет, и ему пришлют огромный счет за электроэнергию. Так что он установил таймеры во всех комнатах.

- На два часа ночи? - недоверчиво спросил Эван.

- Он был совой. Я сейчас включу свет.

- Я сам в состоянии включить свет в собственном доме, - пробормотал он.

Следом за этим раздался еще один глухой звук.

Маргарита ахнула. Было уже плохо, что шериф видел ее в Сент-Айседоре в такой поздний час. Но если ему придется вернуться из-за того, что новый владелец поместья получил травму в то время как она была там, это навредит ее репутации, уже подмоченной из-за конфронтации с внучатыми племянниками Лайнуса. Она и так уже представляла себе, что станут говорить на всех углах из-за того, что шериф застал ее посреди ночи с полуодетым Эваном.

Маргарита сделала шаг и споткнулась о ногу Эвана. Покачнувшись, она упала на него.

- Ой!

- Больно же, черт подери, - раздался недовольный голос слева от нее.

- Вы в порядке? Что случилось?

- Стул. Нико не задвинул его.

Он сказал это с таким недовольством, что она снова рассмеялась.

- Надеюсь, вы не пострадали?

- Пострадало только мое чувство собственного достоинства. То, что от него осталось. Похоже, вы пострадали больше меня.

Чувствуя твердые мышцы его бедра под левой щиколоткой, она поспешила убрать ногу.

- Нет. Я только шокирована тем, что оказалась на полу.

Эван поднялся, и теперь, когда ее глаза привыкли к темноте, она увидела, что он протягивает ей руку.

- Давайте помогу вам подняться.

Маргарита взялась за протянутую руку и сделала попытку подняться. Но когда она попыталась опереться на правую ногу, ее пронзила острая боль.

- Ох!

Он тут же подался к ней.

- Растяжение или что-то похуже?

Маргарита покачала головой:

- Вывих. Ничего страшного.

Она сделала попытку отстраниться, но не смогла опереться на больную ногу.

- У меня будут синяки на лодыжках после столкновения со стулом. И я ударился коленом, когда падал, так что не смогу никуда отнести вас в настоящий момент. Могу я предложить вам устроиться на полу?

Он опустился на пол и потянул ее за собой. Это было неплохим предложением, и она плюхнулась на пол, стараясь не касаться его.

В комнате было темно и тихо. Они были словно в коконе, который отгораживал их от остального мира. Ее чувства обострились. Она слышала его тихое дыхание, а ее нос, натренированный распознавать малейшие нюансы запахов вина, уловил аромат лемонграсса, базилика и чего-то еще, что могла определить лишь как запах теплой чистой кожи. Ее пульс ускорился.

Если она сдвинет руку немного влево, то коснется его. И он, возможно, обнимет ее, а она сможет провести пальцами по тому, на что боялась смотреть при свете, - по его гладкой бронзовой коже, по темным волоскам, которые покрывали его грудь, а потом узкой дорожкой уходили под резинку его брюк…

Эван откашлялся, и Маргарита вернулась к действительности.

- Три сюрприза за один вечер, - сказал он. - Даже четыре, считая вас. Лифт работает, хотя и выглядит как экспонат музея. Потайные ходы - это не выдумки риелторов. Свет выключается сам по себе. А я провел здесь всего один вечер.

- Это Сент-Айседор. Я каждый день узнаю о нем что-то новое. Несмотря на то, что столько лет работала здесь.

Он повернулся к ней, но она не могла в темноте разглядеть выражения его лица.

- Что вы вообще здесь делали? Особенно если главным виноделом был Кастер?

Она с горечью рассмеялась.

- Каспер. Как я уже говорила, это трудно объяснить.

- Отлично. Вы задолжали мне историю, так пусть она будет интересной.

Маргарита фыркнула:

- Ладно. - Но не было нужды вдаваться в подробности. - Я была живущей в этом доме личной помощницей Лайнуса. Можно сказать, его девочкой на побегушках. И до тех пор, пока я выполняла все его поручения, была вправе распоряжаться своим свободным временем. И я проводила его, делая вино. Прежний винодел учил меня, и я много экспериментировала.

- Но если вы винодел, зачем было становиться личной помощницей? Нашли бы себе работу по профессии.

Она поджала губы.

- Вкус винограда в другом месте не такой, - решила Маргарита ограничиться лишь этим замечанием. Он начал что-то говорить, но она перебила его: - И никогда не говорите, что виноград - это просто виноград. Во всяком случае, здесь.

Ей не нужен был свет, чтобы увидеть, как он закатил глаза.

- Напрасно вы думаете, что я тупой технарь. Я собирался спросить, почему вина Сент-Айседора такие особенные. В конце концов, я теперь владелец винодельни.

«Они особенные, потому что мои», - подумала она. Но не стала произносить этого вслух, потому что тогда пришлось бы рассказывать об истории ее семьи и о том, как другие воспользовались ее доверчивостью. Но и ограничиться какой-нибудь банальностью ей не удастся - этот технический гений был явно совсем не глуп.

- Что делает их такими особенными? Терруар.

- Террор?

Маргарита рассмеялась.

- Шутите? Вы же знаете, что такое терруар?

- Да. Немного. Давайте предположим, что совсем не знаю.

- Терруар - это совокупность условий, которые влияют на виноград: почва, ветер, солнце, высота над уровнем моря.

Эван кивнул:

- Терруар делает виноград уникальным.

Она улыбнулась.

- Что означает, что сделанное из него вино тоже уникально. - Она помрачнела. - Полагаю, слухи о вас верны.

- Обо мне? И что обо мне говорят?

- Ничего особенного. Только то, что вы купили Сент-Айседор, чтобы снести дом и виноградники и продать землю по частям под застройку.

- Значит, те, кто это говорит, понятия не имеют, зачем я купил это поместье.

- Но почему бы еще богатому техническому гению покупать винодельню, которая знавала лучшие дни? Разве только, чтобы уходить от налогов? Я не слишком в этом разбираюсь. Но, как бы там, ни было, вы явно купили Сент-Айседор не из-за того, что заинтересовались виноделием. Так зачем вы его купили?

Он некоторое время молчал, а потом сухо сказал:

- Сент-Айседор - это деловое предприятие. А я покупаю деловые предприятия и управляю ими.

Она нервно заломила руки.

- Так вы планируете сохранить винодельню? Производить вино? Не продавать землю под застройку?

- Я поэтому и купил ее. Как действующее предприятие. Если только я смогу сделать его таким.

У нее в животе запорхали бабочки. Сент-Айседор не уничтожат. Его виноградники не будут проданы под застройку.

Может быть, ее мечта сбудется. Может быть, она спасет наследие своих предков. Маргарита попыталась рассмотреть выражение его глаз, но было слишком темно. Она поднялась, цепляясь за столешницу, и допрыгала до дальней стены, где были расположены выключатели. Яркий свет залил кухню, и она повернулась к Эвану.

Он усиленно моргал.

- Могли бы предупредить меня перед тем, как сделать это.

- Простите. В следующий раз предупрежу.

- В следующий раз? Вы что, планируете посещать меня на постоянной основе?

Маргарита кивнула.

- Вы возьмете меня на работу.

Эван недоверчиво посмотрел на нее.

- Простите?

- Я нужна вам.

Он окинул ее оценивающим взглядом и улыбнулся.

- Мы только что повстречались. Не слишком ли вы самонадеянны?

Она уперлась руками в бока.

- Я нужна вам, чтобы вернуть Сент-Айседору былую славу. Вы сами сказали, что большая часть штата уволилась.

- Но у меня уже есть помощница.

Она улыбнулась:

- Я не собираюсь быть вашей помощницей. Я стану вашим главным виноделом.

* * *

Это была самая странная ночь в жизни Эвана. Но и самая интригующая. И волнующая, пусть даже он и не был готов проанализировать свою чисто физическую реакцию на Маргариту. Да, он всегда западал на темные глаза, которые говорили гораздо больше, чем слова. Но эта ночь, при всех ее сюрпризах, сделала совершенно ясным: Пайя не ошибалась.

Он был в незнакомых водах. Он, возможно, откусил больше, чем мог проглотить, несмотря на свой опыт в делах управления бизнесом. А если он потерпит неудачу, это будет означать, что его планы по спасению Нико пойдут прахом.

Но была ли Маргарита его спасательным кругом?

- Во-первых, вы воровка… - Эван поднял руку, чтобы заглушить протест, готовый сорваться с ее пухлых чувственных губ. - Хорошо. Вы не воровали. Но вы сами согласились, что это было незаконным вторжением.

- Потому что думала, что вы собираетесь уничтожить Сент-Айседор. Послушайте, если бы я была воровкой, я стащила бы вина, стоящие тысячи долларов, а не рабочие образцы.

Он и сам уже додумался до этого.

- Но вы сказали, что были личной помощницей предыдущего владельца. А бизнес едва держался на плаву. И зачем мне доверять его управление вам?

Он твердо знал одно о винодельнях: для успеха ключевую роль в них играет винодел.

- Это правда, Сент-Айседор сейчас не использует весь свой потенциал. Лайнус не верил в новые технологии, как ни старались мы убедить его. Но я проработала здесь восемь лет. Я знаю винодельню. Я знаю виноградники. И самое главное, я знаю, каков потенциал у Сент-Айседора. - Она приподняла брови. - И вы должны признать, что сейчас у вас нет никого другого.

- Я могу нанять кого-нибудь.

Маргарита пожала плечами:

- Можете. Но у них не будет моего опыта и знаний здешних условий. - Она улыбнулась, и ему показалось, что солнце озарило кухню. - Кроме того, вашему брату понравилось мое вино.

Она, наверное, просто пошутила, но это было мощным аргументом в ее пользу.

Эван все еще не мог решить, что представляет собой Нико, но он знал одно: у его брата невероятное чутье во всем, что касается вин. Было ли это врожденным, или сказалось то, что он рос у итальянских бабушки и дедушки, где вино всегда присутствовало на обеденном столе? Но Нико обладал потрясающим вкусом, которому могли бы позавидовать сомелье в мишленовских ресторанах.

Его чутье говорило ему: Маргарита не лжет. Было очевидно, что она любит Сент-Айседор. Она будет так же предана делу, как и он сам. А его инстинкты до сих пор никогда его не обманывали.

- На самом деле мне и правда нужно нанять кого-то…

- С зарплатой по существующей рыночной ставке. Включая социальный пакет. И с контрактом. Официальным, подписанным контрактом.

Он с трудом сдержал улыбку.

- Вы не дали мне закончить. Да, мне нужен винодел. Но мне нужен человек, который сможет сделать так, чтобы через шесть месяцев в Сент-Айседоре прошло престижное мероприятие.

Маргарита прищурилась:

- Через шесть месяцев?

- Я устраиваю здесь банкет в рамках Всемирного саммита лидеров бизнеса.

- Всемирный саммит лидеров… постойте. Я слышала о нем. Это где генеральные директоры и мировые акулы бизнеса собираются вместе на неделю, проводят секретные совещания, а когда все заканчивается, вдруг выясняется, что «Амазон» согласился купить студию Диснея?

- «Амазон» и «Дисней» остаются самостоятельными компаниями, но в целом да. И это мероприятие, если оно пройдет успешно, принесет славу Сент-Айседору.

Она кивнула:

- А если оно пройдет не так успешно, вы ударите в грязь лицом перед самыми влиятельными людьми в мире?

Эван не хотел даже думать об этом.

- Итак, согласны ли вы оставаться в Сент-Айседоре дольше шести месяцев? И приложить все усилия, чтобы все прошло безупречно?

Маргарита вздернула подбородок.

- Шесть месяцев - это еще до нового урожая. В настоящий момент штат винодельни не укомплектован. Так что нужно немедленно нанять людей. С хорошей зарплатой и отличным социальным пакетом. Если вы хотите, чтобы все прошло без сучка без задоринки, необходимо нанять самого лучшего организатора мероприятий. К счастью, я знаю такого.

- Я всегда очень хорошо плачу своим сотрудникам. Но взамен требую только успеха.

- Кроме того, это мероприятие станет отличной генеральной репетицией перед ежегодным праздником урожая, который либо прославит Сент-Айседор под вашим управлением, либо уничтожит его.

- Праздник урожая?

- Это старая традиция, ей уже больше ста лет. Билеты на торжественный ужин продаются по нескольку сотен долларов. Мы представляем новые вина, и это широко освещается в отраслевой прессе. Вам явно нужен кто-то, кто хорошо знает Сент-Айседор. - Она бросила на него оценивающий взгляд из-под густых ресниц и протянула ему правую руку. - Заметано?

Эван шагнул к ней и пожал ее руку:

- Заметано.

- Я гарантирую, что вы останетесь удовлетворены, - сказала Маргарита.

Ему показалось или она вложила в последнее слово двойной смысл? В ее глазах прыгали чертики.

И ему стало интересно, каково было бы поцеловать ее. Ощутить вкус ее губ, почувствовать, как она открывается навстречу ему. Проверить, такие ли дерзкие ее губы и язык, как ее слова?

Он был безмерно благодарен тем, кто придумал такие широкие спортивные брюки. Иначе он мог бы попасть в неловкое положение.

Зазвонил телефон, и она подпрыгнула. Этот звук, как ушат холодной воды, подействовал на его разгоряченное воображение.

- У меня с собой нет телефона.

- Это мой. - Она вытащила телефон из кармана джинсов и посмотрела на экран. - Ой, не могу поверить, что я о ней забыла. - Она ответила на звонок. - Привет, Эрсли.

Кто бы ни был на другом конце, он был очень зол. И не позволил Маргарите сказать ни слова.

Эван подошел к раковине, чтобы налить себе стакан воды. И немного успокоиться. Да, его либидо хотело поцеловать ее. А его ум сказал, что ему нужно нанять ее. И эти два действия нельзя было смешивать.

Маргарита закончила разговор и повернулась к нему:

- Это моя подруга, которая должна была отвезти меня домой. Она будет здесь через пару минут. Итак, увидимся утром? В девять часов в офисе?

- Лучше в полдень. Хорошенько выспитесь.

- Ладно, в полдень. - Она чуть замешкалась, словно собираясь сказать что-то еще, но потом просто помахала ему рукой. - Увидимся.

Она вышла из кухни, а он проводил ее долгим взглядом.

Его интуиция никогда его не подводила.

Но он надеялся лишь, что его решение нанять ее было продиктовано его деловой интуицией, а не кое-чем другим.

Глава 3

Маргарита стояла в дверях офиса Лайнуса. Ей было труднее, чем она думала, переступить его порог. Тем более что она не надеялась найти папку в этой комнате. А без нее невозможно доказать, что у нее с Лайнусом была определенная договоренность.

Ее глаза увлажнились. Она не знала своих бабушек и дедушек, и Лайнус отчасти заменил их ей. И теперь ей так его не хватало! Но он был и ее боссом. А теперь его офис стал ее офисом. Маргарита села в огромное кожаное кресло у стола, и оно заскрипело.

Она покачала головой. Офис необходимо было отремонтировать и заменить старую мебель.

- Доброе утро. Охранник сказал мне, что вы здесь.

Она подпрыгнула от неожиданности и подняла голову. Эван стоял в дверях, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к косяку. Маргарита с трудом узнала его, потому что на нем была обычная одежда калифорнийского бизнесмена - брюки хаки и рубашка, застегнутая на все пуговицы. Ей даже стало жаль, что она больше не может любоваться его роскошным прессом. Но и сейчас он был невероятно привлекательным, в темно-синей рубашке, которая контрастировала с его загорелым лицом и темными вьющимися волосами.

По его лицу нельзя было догадаться, что он почти не спал в эту ночь, и его улыбка была теплой, напоминая Маргарите о том, как сильно ей хотелось прошлой ночью пофлиртовать с ним, в чем она, к счастью, не преуспела. Служебные романы - это плохая идея.

Маргарита мысленно поблагодарила Бога за то, что не забыла накрасить ресницы перед тем, как ехать в винодельню.

- Доброе утро, - сказала она. - Я помню, что мы договорились встретиться в полдень, но я решила приехать пораньше.

- Я готов приступить к переговорам прямо сейчас, если вы не возражаете.

Она кивнула, и Эван подошел к столу, положил на него файл с бумагами и сел в кресло напротив нее.

- Это контракт, о котором вы просили меня.

- Мой контракт? Но мы еще не обсудили мое дело… - Она вытащила из файла верхний лист и замерла, увидев на нем знак доллара и очень большое число. - О!

- Мы можем поторговаться, если хотите, - сказал он с серьезным видом, но в глазах его прыгали чертики.

Она несколько раз моргнула.

- Я уверена, что вы не часто слышите такое, но это слишком много. Я сказала, что меня устроит средняя зарплата в этой отрасли. А вы предлагаете как минимум в два раза больше.

Эван улыбнулся.

- Вы хотите сказать, что ваше время и ваш труд не настолько ценны?

- Нет, я… - Маргарита сделала глубокий вдох. - Мы только вчера познакомились. Почему вы предлагаете мне такое большое жалованье?

Он пожал плечами:

- Сегодня утром я навел справки о вас. Все, с кем я беседовал, говорили, что в последние годы Сент-Айседор оставался на плаву только благодаря вашим усилиям. Кстати, меня до сих пор удивляет, что вы были только помощницей.

«Потому что таковы были условия сделки».

- Только помощницей? А ваша помощница знает, что вы так пренебрежительно отзываетесь об этой должности?

- Я ее повысил, - отозвался он. - Я не держу своих сотрудников в черном теле. Я посмотрел, какое у вас было жалованье, и обнаружил, что вам платили чертовски мало. Рассматривайте мое предложение как плату за ваши прежние труды.

Маргарита открыла было рот, чтобы рассказать о своей договоренности с Лайнусом, но тут же закрыла его. Она только что познакомилась с Званом, но уже поняла, что он привык следовать логике и все оценивать в денежном выражении. Если она расскажет ему, он в лучшем случае усомнится в ее деловых способностях. А в худшем вышвырнет за дверь, как сделали внучатые племянники Лайнуса, когда она рассказала им обо всем.

Девушка постучала пальцем по контракту.

- Наверняка там найдется объяснение вашей щедрости. - Она начала просматривать страницу за страницей. - Ага. Нашла. Через полгода вы проведете оценку моей работы, и я не имею права разрывать контракт до того времени.

- Как мы обсуждали прошлой ночью, через полгода нам предстоит устроить банкет для мировых лидеров бизнеса.

- Не волнуйтесь, ваши богатенькие друзья останутся довольными. Значит, оценка моей работы состоит только в этом? Будет зависеть лишь от того, насколько удачно пройдет это мероприятие? Это очень простая просьба.

Эван пожал плечами:

- Я простой человек с простыми запросами.

- Прошлой ночью вы говорили совсем другое. Я очень сомневаюсь, что вы так просты.

- Верно, - согласился он. - Я люблю сложности, которые трудно преодолевать. Это доставляет огромное удовольствие, когда получаешь то, чего хочешь.

От его хищной улыбки Маргарита покрылась гусиной кожей.

- Вы когда-нибудь терпели неудачу? - спросила она.

Он медленно покачал головой.

Разумеется, этот вопрос был чисто риторическим. Она оперлась локтями о стол и положила подбородок на переплетенные пальцы.

- Знаете ли, все когда-то случается в первый раз.

- Да, но всегда есть способ преодолеть сложную ситуацию. Вы экспериментируете, учитесь. Например, что это?

Он взял со стола розовый мяч из губчатой резины.

- Лайнус использовал его для того, чтобы снять стресс. Вам рассказать, как это делается?

Его улыбка стала еще более хищной, и Маргарита ощутила, как пламя желания, которое охватило ее прошлой ночью, снова вспыхнуло в ней.

- Я знаком с разными методами снятия стресса. Но это? Это не для меня.

У нее пересохло в горле.

- Пожалуйста, продолжайте. Вы говорили?…

- Все дело заключается в действии и реакции на него. Например, если я нажму здесь, - его большой палец сделал ямку в мячике, - я узнаю, насколько этот предмет мягкий, насколько податливый. - Его пальцы скользнули по поверхности мяча, и это было так сексуально! - И я узнаю, как мяч реагирует на мои прикосновения.

Маргарита чувствовала, как атмосфера между ними накаляется. Она откинулась на спинку кресла, стараясь держаться холодно и уверенно. Хотя пламя желания уже охватило ее. Но ей нужна была эта работа!

А смешивать бизнес и флирт - это самый короткий путь к катастрофе.

- На мой взгляд, мяч просто лежит на столе. Не уверена, что это можно назвать реакцией. Хотя если вы привыкли к такому… неудивительно, что вы никогда не терпели поражения, - со сладкой улыбкой пропела она.

В его взгляде промелькнуло удивление, и он рассмеялся.

- Как я уже говорил, я учусь. Например, я многое узнал о вас.

- Обо мне? Что вы могли узнать за… - она посмотрела на часы, - за десять часов?

- Вы не получали должного вознаграждения за свою работу. Вы очень терпеливы, что неудивительно в индустрии, в которой продукт должен долго созревать. Вы все планируете и не действуете импульсивно - за исключением тех случаев, когда дело касается вашего вина. - Он улыбнулся, и в этой улыбке было столько чувственного обещания! - Ну, как я справился?

Лучше, чем она ожидала. Она думала, что технические гении интересуются только цифрами, которые мелькают на экранах в темных безлюдных комнатах.

- Это всего лишь психология, - сказала она, притворно зевнув.

Эван подался вперед, и их губы разделяли всего несколько дюймов. Он пристально смотрел на нее своими необыкновенными глазами - темно-зелеными, с янтарными крапинками.

- И вы не любите, когда люди подбираются к вам слишком близко.

- Простите?

Он почти не ошибся. Хотя на самом деле она любила вступать в близкие отношения с людьми.

Проблема состояла в том, что, когда люди узнавали о ее теплых чувствах к ним, они использовали это для того, чтобы манипулировать ею. И даже предавать ее.

- Как сейчас. Вам не нравится, что я столько узнал о вас.

- С чего вы взяли?

- Ваши губы.

- Мои губы?

Она нервно облизнула их.

Он пристально смотрел на нее.

- Вы поджимаете губы, когда недовольны чем-то.

Ее губы были и вправду крепко сжаты. Но в то же время предвкушали прикосновение его губ. И огоньки в его глазах говорили о том, что он тоже знает это.

Она откинулась на спинку кресла, чтобы не чувствовать его манящего запаха. Этим утром он него пахло свежевыстиранным хлопком, лемонграссом и базиликом, как прошлой ночью, а еще черным перцем и корицей. Впервые в жизни она пожалела о том, что у нее такое тонкое обоняние.

- Вы умеете разбираться в людях. Наверное, вы чертовски удачливый игрок в покер.

Он рассмеялся.

- Верно. Мои друзья отказываются играть со мной.

- Но я могу быть недовольна по другой причине. Например, мне не нравится этот разговор.

- Вам он не нравится, потому что я прав, - с самодовольной улыбкой сказал Эван.

Их взгляды встретились. Его явно забавляло происходящее, но в то же время его взгляд был оценивающим. Ему явно нравилось пикироваться с ней. Изучать ее реакцию.

А она угодила прямо в ловушку. Нужно было развеять эту напряженную атмосферу и сразу же оговорить правила их дальнейшего общения. Маргарита встала с кресла.

- Куда вы собрались?

- А вы еще не знаете? Вы же так хорошо изучили меня.

Маргарита стянула с волос резинку, и темные локоны упали ей на плечи. А потом она подняла руки, чтобы собрать волосы в хвост, отлично понимая, что это движение привлечет его внимание к ее груди. Так и случилось. После чего она обогнула стол и запрыгнула на него, сбросив босоножки и закинув ногу на ногу.

- Я веду себя импульсивно, хотя и не настолько, насколько мне хочется.

Она покачивала ногой, едва не касаясь его бедра.

- Да? - хрипловато спросил он. - И что же вас останавливает?

Маргарита пожала плечами:

- Ну, мне нужно, чтобы мой собеседник был согласен на это.

- Скажем, он согласен. Что дальше?

- Но все очень сложно. - Она постучала пальцем по файлу с контрактом. - Я не целуюсь с коллегами.

В его глазах мелькнула нерешительность.

- Я тоже. Я никогда так не вел себя. Простите. Если вы раздумали работать в Сент-Айседоре…

- Но я уже работаю. Это же была моя идея. - Ее нога почти касалась его бедра. - Но мне кажется, что мы оба получаем удовольствие от… назовем это флиртом?

Он молчал, но огонь в его глазах говорил сам за себя.

- Итак, когда я подпишу этот контракт, я стану вашей сотрудницей. Но до тех пор…

- …Вы не являетесь ею.

От его чувственной улыбки у нее перехватило дыхание.

- Верно. - Она спрыгнула со стола. - И я сказала, что буду вести себя импульсивно.

Маргарита склонилась над ним, обхватила его щеки ладонями и прижалась губами к его губам.

Ее охватило пламя, но он быстро прервал поцелуй и вскочил со своего кресла. А потом притянул ее к себе и прижал крепко к своему телу, так, что она явственно ощутила его возбуждение. И впился губами в ее губы.

Ее целовали и прежде. Опытные мужчины, которые отлично знали, как это делать, и не давали ей повода для жалоб. Но Эван… Эван был совсем в другой весовой категории. Если бы поцелуи вошли в число олимпийских видов спорта, его заставили бы уйти на покой, потому что никто никогда не смог бы сравниться с ним. И он был прав. Он быстро учился. По ее вздохам и стонам он отлично понимал, как доставить ей удовольствие.

Она отстранилась, прежде чем страстное желание затуманило ее мозг, прежде чем она начала расстегивать на нем рубашку.

- Вы все еще полагаете, что я не могу быть импульсивной? - спросила Маргарита, пытаясь заставить себя дышать ровно.

Эван рассмеялся.

- Я доказал вам, что быстро учусь?

- Доказали.

- Итак, если мы не вступаем в близкие отношения с коллегами…

- Верно. - Она направилась к своему креслу, надеясь, что он не заметит, как дрожат ее ноги. - Это было приятно. Но мы уже согласились, что не целуемся и не вступаем в сколько-нибудь интимные отношения с коллегами. - Она подвинула к себе контракт, нашла последнюю страницу, достала ручку и замерла, прежде чем поставить свою подпись. - Как только я это подпишу, наши отношения станут исключительно деловыми. Согласны?

В его глазах сверкнул огонь, но он тут же взял себя в руки.

- Два взрослых человека получили удовольствие, но теперь пришло время работы. Не стану лгать. Я нахожу вас привлекательной. Но я обещаю, что вы можете доверять мне. Мое самообладание твердо как скала.

Твердым как скала, было не только его самообладание.

Маргарита покачала головой. Они удовлетворили свое любопытство, а теперь смогут работать спокойно. И все время, пока Маргарита будет работать на него, она не пойдет на поводу у своих желаний. Она не станет ставить под угрозу свою цель - восстановить имя Делакруа в мире виноделия.

Но она не могла лгать себе. Она находила Эвана чертовски привлекательным.

- Я предвкушаю очень продуктивные деловые отношения. - Маргарита подписала документ, поставила дату и протянула его ему. - Итак, начнем.

Глава 4

Эван сидел в своем офисе в Сан-Франциско, откинувшись на спинку кресла и глядя в окно на залив. Была пятница, и, если он выедет сейчас, через полтора часа он будет в Напа. И сможет провести там весь уик-энд…

- Встреча с поставщиками назначена на вторник, и нам нужно… - Люк Даллас положил на стол свой планшет и посмотрел на Эвана. - Эван? Ты меня слушаешь?

- Что? - Эван перевел взгляд с окна на своего исполнительного директора. - Конечно. Я тебя слушаю. Встреча в четверг.

- Во вторник. - Люк подался вперед. - Хочешь что-то сказать мне?

- Нет. С чего ты взял? Ситуация со сбытом под контролем, но нам все равно необходимо получить инвестиции от Ангуса Хорна.

Эван снова посмотрел в окно. Движение будет плотным, но, если он выедет через час, пробки станут еще хуже.

- Ты постоянно это говоришь.

Люк, казалось, был недоволен, но он всегда был таким. Эван видел его смеющимся лишь в обществе его жены Даники.

- Я тебе сегодня больше не нужен? Я хочу поехать на винодельню.

Люк прищурился:

- Компания нуждается в том, чтобы мы определились с цепочкой поставок. Или она прекратит свое существование.

- Звучит пугающе. К счастью, это неправда.

- Зато теперь я завладел твоим вниманием. Во вторник состоится собрание поставщиков. Так что не задерживайся в Напа дольше понедельника. Какой бы привлекательной она ни была.

- Не беспокойся. Я буду готов… - Эван запнулся. - Что заставляет тебя думать, что есть «она»?

Люк никогда не закатывал глаза. Но сейчас он, казалось, был готов сделать это.

- Ты легко отвлекаешься. И твое настроение быстро меняется. Так что другого логического объяснения этому нет.

- Очень даже есть. Например, Нико. Это более чем достаточное объяснение.

- Верно. Нико. Брат, о существовании которого я не знал, пока в прошлом месяце ты не привел его в офис. Да, ты всегда стараешься проводить с ним как можно больше времени.

- То, что я не превращаюсь в слизняка при упоминании моей семьи…

- Слизняка? На что ты…

- Даника, - парировал Эван.

На лице Люка засияла улыбка.

- Видишь? - сказал Эван. - Слизняк. Как только слышишь ее имя.

- Я не подозревал, что любить жену означает быть слизняком. - Люк поднялся и направился к двери. - Приятных выходных. Но не забудь про вторник.

- Не забуду.

Эван помахал Люку рукой и принялся собирать вещи.

Он ехал в Напа не для того, чтобы увидеться с Маргаритой. Ему на самом деле нужно было провести какое-то время с Нико. Нико, который…

Но на него нахлынуло воспоминание о спутанных темных вьющихся волосах, собранных в небрежный пучок. И о темно-синих глазах, таких темных, что он не мог различить зрачок после того, как она поцеловала его. И о ее алебастровой коже, которая предательски покраснела, хотя она старалась казаться невозмутимой и беспечной.

В прошедшие три недели он разговаривал с Маргаритой по телефону каждый день. И всякий раз убеждался, насколько та остроумна, когда ее шуточки заставляли его от души смеяться. Он находил ее интригующей и не отказался бы снова поцеловать ее с неизбежным продолжением - желательно в ближайшей доступной кровати. Но на этом его воображение останавливалось.

Он не собирался становиться слизняком, как Люк, который всякий раз, получая сообщение от Даники, расплывался в глупой улыбке.

Кроме того, близкие отношения отнимали много времени, энергии и сил. А он был простым смертным, и их у него было ограниченное количество. Он здраво оценивал свои возможности. Если бы он вернулся домой после смерти родителей, чтобы заняться воспитанием пятилетнего Нико, не смог бы добиться успеха в бизнесе. И теперь у него не было бы тех средств, которые помогут Нико посвятить себя любимому делу, а не сражаться за место под солнцем, как пришлось ему самому.

Он тогда поступил правильно. И сейчас тоже поступал правильно. Нико счастливо рос в доме бабушки и дедушки, а теперь, когда тот вырос, Эван поможет ему встать на ноги. И ему так не терпелось отправиться в Сент-Айседор по одной лишь причине - убедиться, что его новое приобретение находится в хороших руках до тех пор, пока Нико не возглавит этот бизнес, или сам он не продаст его выгодно, чтобы вложить средства в другое дело, которым захочет заняться его брат.

Кроме того, Маргарита была его сотрудницей. У них был подписан контракт. И они оба придерживались строгого правила - не заводить интрижки на работе.

Но к тому моменту, когда он подъехал к мосту Золотые Ворота, у него перед глазами стояла лишь одна картина - растрепанные черные кудри и затуманенные страстью глаза.

Маргарита устало смотрела на экран монитора. Она весь день отвечала на вопросы. Но количество электронных писем, на которые она еще не ответила, казалось, не уменьшалось.

Когда Эвана срочно вызвали в Сан-Франциско из-за какой-то чрезвычайной ситуации в его технологической компании, управление винодельней легло на ее плечи. И хотя они каждый день разговаривали по телефону, то, что Эван знал об этой индустрии, можно было легко уместить на винной этикетке. Она помогала Лайнусу, но только сейчас осознала, какую огромную работу проделывал он. Неудивительно, что, когда его здоровье пошатнулось, винодельня пришла в упадок.

Ей предстояло сделать так много всего: дегустационный зал, как и главное здание, нужно было отремонтировать, и заново создать сеть дистрибьюторов. Они уже почти наняли директора по операциям, и у нее была подготовлена стопка резюме от претендентов на другие позиции. Когда они укомплектуют штат, жизнь начнет понемногу налаживаться. Но что заставило ее думать, будто она сможет справиться со всем этим? И что заставило ее сказать об этом Эвану?

Ее чертова гордость, вот что! И преданность делу своих предков.

По крайней мере, находясь в Сент-Айседоре, она будет продолжать работать над тем, чтобы вернуть былую славу и значимость имени Делакруа.

Если, конечно, продержится на этой работе еще хотя бы несколько недель.

Маргарита застонала и положила голову на скрещенные руки, пытаясь решить, какое следующее срочное дело требует ее неотложного внимания.

- Я уже вплотную занялась подготовкой к банкету, - пропела Эрсли, врываясь в кабинет. Она выглядела так, будто собиралась занять место в первых рядах на показе высокой моды в Париже, а не корпеть за столом в офисе в Напа. Ее макияж был безукоризненным, темно-оливковая кожа гладкой и безупречной, а черные волосы собраны в элегантный пучок. - Надеюсь, ты не проспала за столом весь день?

Маргарита подняла голову.

- Занялась? - В ее голосе прозвучала надежда.

- Конечно. Ведь именно поэтому ты порекомендовала меня в качестве организатора мероприятия. И поэтому ты платишь мне такие большие деньги.

Эрсли поиграла бровями, и Маргарита рассмеялась.

- Эван платит тебе, - поправила она.

- Ну хорошо, Эван. Я все еще под впечатлением от того, как в результате кражи ты получила работу, не говоря уже о крыше над головой.

- Гостевой домик пустовал, и винодельне не помешал бы платный жилец. - Она пожала плечами. - Мне ли этого не знать, ведь я была последним обитателем этого домика.

Эрсли усмехнулась и положила на стол пухлую папку.

- Здесь фотографии предполагаемых декораций, образцы материалов для скатертей и для рубашек обслуживающего персонала. Кстати, говоря о рубашках, я кое-что забросила к тебе по дороге. Кое-какие мои наряды, которые могут тебе понадобиться для этого банкета. Или для какого-нибудь еще важного события.

- Это вовсе не обязательно, - машинально ответила Маргарита.

Но она тут же тепло улыбнулась подруге. Гардероб Эрсли был просто чудом. Она не только обладала потрясающим вкусом и необходимыми средствами, но еще и унаследовала огромную коллекцию дизайнерской одежды от матери и бабушки, которые были в свое время известными светскими львицами.

- Ну, просто несколько вещиц. - Эрсли подвинула папку ближе к Маргарите. - Вот, посмотри.

Маргарита начала листать страницы с эскизами декораций, освещения и цветочных композиций для столиков. Под ними были образцы материалов и вышивок на униформах официантов, которые бы гордо объявляли об их принадлежности к Сент-Айседору.

- Все, что я вижу, - это необходимость принимать решения. - Она оттолкнула папку. - Но у меня голова идет кругом. Принимай решения сама.

- Бедняжка. Но если ты хочешь управлять винодельней, такие мероприятия станут важной статьей дохода. Просто начни с первой страницы.

Маргарита вздохнула. Эрсли была права. Для финансового благополучия Сент-Айседора было очень важно, чтобы винодельня стала привлекательным местом для проведения праздников и других мероприятий.

- Прости. Временная слабость. Больше такого не случится.

- Случится. Все мы простые смертные. - Эрсли улыбнулась. - Но это же так интересно! Мы будем тратить чужие деньги. Мое любимое занятие.

- Ты уж точно любишь тратить деньги клиентов. - Маргарита снова вернулась к первой странице файла. - Сначала решим с местом проведения, а потом с декорациями?

- А потом обсудим детали. - Эрсли кивнула. - Я буду нахальной и сообщу тебе о своих предпочтениях.

- На случай, если я ошибусь.

- Конечно, - согласилась Эрсли с ангельской улыбкой. - Моя репутация на кону, как и твоя.

- О чем ты говоришь? Ты живешь в Напа всего три года и стала самым популярным организаторам мероприятий в округе. К тому же ты возвращаешься в Чили в декабре, за что я тебя никак не могу простить. И мне наплевать, что бизнес твоих родителей нуждается в твоей помощи.

- Не бизнес. Мои родители нуждаются во мне. Итак, где мы поставим столики для ужина - на северной части террасы или на южной? Здесь у меня несколько набросков. Я думаю, северная часть предпочтительнее. Она больше защищена от ветра. Наверное, Эван захочет узнать, какие у нас планы. - Эрсли усмехнулась. - Или не захочет, а лишь притворится, чтобы иметь возможность поволочиться за тобой.

- Поволочиться? Из какого старого фильма ты подцепила это слово?

- Ага! Значит, я употребила правильное слово, если ты не оспариваешь его значения.

Маргарита закатила глаза:

- Я не завожу близких отношений с людьми, с которыми работаю.

Эрсли покачала головой:

- И все же ты целовалась с Эваном.

- Я целовалась с ним, чтобы доказать свою правоту, вот и все. А теперь он мой работодатель, и это конец всех наших отношений. Итак, столики с едой поставим на северной части террасы. Из-за ветра.

- Отличный выбор. А стулья? Ты хочешь?…

Зазвонил телефон Маргариты, прерывая Эрсли на полуслове. Маргарита взглянула на экран.

- Это Нико.

Почему он ей звонит? У нее в мозгу пронеслось несколько предположений, и ни одно из них ей не понравилось.

- Алло?

Нико не потрудился поздороваться.

- Эван с вами?

- Нет.

- Я надеялся, что он вернулся из Сан-Франциско.

Голос у Нико был натянутым, словно он страдал от боли.

- Я его не видела. Вы в порядке?

Он немного помолчал.

- Так… кое-что. Мне нужно, чтобы кто-нибудь приехал за мной.

- С вами что-то случилось? Вас нужно отвезти в больницу?

- Со мной все хорошо. И с моей подругой тоже. Нам просто нужно выбраться отсюда. Мы пытались вызвать такси, но свободных не оказалось.

- Вы в безопасности?

Он шумно втянул в себя воздух:

- Да. Пока.

- Вы знаете, где находитесь? Диктуйте мне адрес. - Она записала его. - Я сейчас приеду. Маргарита поднялась с кресла, схватила сумочку и ключи от машины.

- Если увидишь Эвана, передай ему, что я поехала за Нико, - сказала она Эрсли и направилась к двери.

Нико был в городке, расположенном в сорока пяти минутах езды от Напа. К счастью, дорога была не сильно загруженной, и она доехала до него в рекордно короткое время.

Он нервно расхаживал около небольшого магазина, засунув руки в карманы джинсов. Маргарита припарковалась на стоянке недалеко от него.

- Я здесь! - крикнула она ему в окно.

Нико поднял голову:

- Одну минуту, - сказал он и исчез в магазине.

Через некоторое время он вышел из магазина в сопровождении молодой женщины.

Нико открыл дверцу заднего сиденья и помог женщине сесть в машину. А потом устроился рядом с ней.

- Спасибо, что приехали за нами, - сказал он. - Это Гэби. Гэби, это Маргарита.

Гэби подняла голову:

- Спасибо, что нашли для нас время. Мы вам очень благодарны. Я звонила своим друзьям, но все они были на работе и не могли приехать.

Маргарита могла понять, почему Гэби нравилась Нико. Она была миловидной брюнеткой с темно-шоколадной кожей, открытым взглядом и уверенными манерами.

- Не проблема. Итак, что случилось?

Нико взглянул в окно.

- Вы не возражаете, если мы сначала тронемся?

- Конечно. - Маргарита выехала со стоянки, а когда они оказались на шоссе, посмотрела в зеркало на пару, сидевшую на заднем сиденье.

- Вы ведете себя так таинственно. Хотите рассказать мне, что случилось?

Гэби подалась вперед.

- Я стажер в «Делавина Селларз». Я занимаюсь виноделием.

- Вы работаете на Каспера Воса.

- Верно. В общем, как-то мы, стажеры, отправились выпить. И там был Нико, и мы…

- Разговорились, - закончил за нее Нико.

- Да. И потом мы перезванивались. А поскольку у меня сегодня выходной, я предложила Нико встретиться и покататься на велосипедах, - вздохнула Гэби.

Маргарита заволновалась сильнее.

- Я не видела никаких велосипедов. Их что, украли?

- У меня спустило шину. Мы съехали с дороги, чтобы залатать ее. - Нико, казалось, был готов взорваться от негодования. - А потом мимо проехали те парни, крича оскорбления в адрес Гэби.

Мы не обратили на них внимания, но спустя пятнадцать минут они проехали мимо нас уже в обратном направлении.

- Какой ужас. - Маргарита старалась не отвлекаться от дороги, но ее сердце разрывалось от сочувствия к парочке, сидевшей сзади. - Мне очень жаль.

- Они, наверное, слишком много выпили. Но когда они проехали мимо нас в третий раз, мы решили бросить велосипеды и отправиться через поле к ближайшему безопасному месту, - сказала Гэби. - Вот тогда мы и позвонили вам.

- Я рада, что вы дозвонились до меня. Хотите, чтобы я послала грузовичок забрать велосипеды?

- Если они все еще там, - мрачно сказал Нико. - Они принадлежат компании «Делавина», так что нам нужно вернуть их.

Маргарита кивнула:

- Я позвоню шерифу. Вы сможете описать машину? - И тут она сообразила, что скоро будет поворот, ведущий к Сент-Айседору. - Простите, я еду на автопилоте. Гэби, куда вас отвезти?

- Гэби остановилась у меня, - холодно сказал Нико. - И я запомнил номера машины.

Маргарита проехала мимо поворота, ведущего к винодельне.

- Почему бы нам не отправиться ко мне? Там удобнее, чем в офисе, и оттуда мы сможем позвонить шерифу.

Все жители Сан-Франциско, у которых были машины, решили отправиться на уик-энд в Напа. Во всяком случае, так казалось Эвану, который ехал до Сент-Айседора почти три часа. Он с нетерпением ждал момента, когда вылезет из машины, нальет себе бокал вина и сможет узнать из первых уст о том, что происходило в винодельне за время его отсутствия.

Было всего восемь часов вечера. А Маргарита обычно допоздна засиживалась на работе. Может быть, она не откажется зайти к нему. Он уже представлял себе, как они усядутся в гостиной и начнут обсуждать ее планы.

Но когда он вошел в дом, там царила полная тишина, говорившая о том, что в доме никого не было. Он подошел к окну, откинул портьеру и взглянул на темные окна офисного здания. И мысленно закатил глаза. Конечно, она нашла лучшее занятие, чем сидеть в пятницу вечером за офисным столом. Но он думал… может быть, она захочет увидеться с ним, потому что с их последней встречи прошло уже три недели.

Он взглянул на свой телефон. Там было несколько пропущенных звонков от Нико. По крайней мере, после той первой ночи парень старался сообщать ему о том, где он проводит время. Эван нажал на кнопку вызова и стал рыться в холодильнике в поисках еды. Похоже, Нико не ходил в продовольственные магазины.

- Привет, - раздался в трубке голос Нико.

Эван услышал звуки музыки и смех на заднем фоне. Но это было не похоже на клуб. Он у кого-то дома?

- Привет, - ответил Эван. - Я уже дома. Где ты?

- У Маргариты. Прости, увидимся позже.

И он повесил трубку.

Эван уставился на свой телефон. Нико был в доме Маргариты? В восемь часов вечера в пятницу?

Что, черт возьми, происходило?! И почему там играла музыка?

Не то чтобы он ревновал к своему маленькому братцу. Но они что, устроили вечеринку? Без него? Они оба знали, что он должен был приехать сегодня.

Эван достал бутылку пива из холодильника, захлопнул дверцу и направился к гостевому домику, расположенному на расстоянии мили от его особняка. Когда он подходил к месту назначения, с удивлением увидел у дверей домика машину шерифа.

Он ускорил шаг, а потом побежал, стараясь не споткнуться на выложенной булыжниками дорожке. Дверь была не заперта, и он, перепрыгивая через две ступени, взобрался по лестнице и ворвался в гостиную Маргариты.

Три головы как по команде повернулись, и три пары глаз уставились на него.

- Почему здесь шериф? - выдохнул Эван. - Снова?

Он обвел взглядом присутствующих. Маргарита стояла посреди комнаты, на диване сидела молодая чернокожая женщина примерно того же возраста, что и Нико, который расположился в кресле. На другом кресле лежала куча какой-то одежды. На низеньком кофейном столике стояли три бокала, почти пустая бутылка вина, а в больших вазах лежали воздушная кукуруза и картофельные чипсы.

Он прервал какое-то обсуждение.

Маргарита первой пришла в себя:

- Привет, Эван. Добро пожаловать. Что касается шерифа, он был неподалеку и заехал, чтобы взять заявление у Нико и Гэби.

- Что? Почему? Кто?

- Нико и Гэби. - Маргарита указала на молодую женщину. - Эван, это Гэби Ваткинс. Подруга Нико. Она стажер на винодельне «Делавина Селларз». Гэби, это брат Нико, Эван. Новый владелец Сент-Айседора. - Гэби помахала в знак приветствия, а Маргарита продолжала: - Они отправились покататься на велосипедах, а какие-то парни из проезжавшей мимо машины начали приставать к ним. У шерифа есть их описание и номер машины, и он сказал, что будет иметь их в виду.

- Подождите. Чуть помедленнее. Давайте все по порядку. Катались на велосипедах? - Он повернулся к Нико: - Предполагалось, что в мое отсутствие ты будешь изучать отчеты.

Нико надулся.

- И это все, что ты вынес из объяснения Маргариты? То, что я тебя не послушал?

- Я сказал, начнем по порядку. Это было первое, что мне пришло на ум.

Эван провел рукой по волосам. Почему ему так трудно вести даже самый простой разговор с братом?

- Может быть, первым должно было быть «Ты в порядке?» или «Мне так жаль, что с тобой стряслось такое». - Нико был невероятно мрачным, словно готовым взорваться. - Нет, скорее «Привет, Гэби. Рад познакомиться». - Он встал с кресла и протянул руку Гэби. - Пойдем отсюда.

- Нико… - выдохнул Эван.

- Нико. - Услышав мягкий голос Маргариты, Нико расслабился. - Эван только что приехал. Дайте ему время опомниться. Гэби, почему бы вам не позвонить кому-то из друзей, чтобы за вами заехали? - Маргарита ткнула пальцем в Эвана: - Вы. Идите за мной.

- Вы же в курсе, что здесь босс я, верно? - пробурчал Эван, но послушно пошел за Маргаритой.

Маргарита повела его к балкону, закрыла за ними стеклянную дверь и повернулась к нему с самым мрачным выражением лица.

- Конечно, я знаю, что вы мой босс. Были до этой минуты. Потому что я увольняюсь.

- Хорошо. Как ваш босс… - И тут до него дошел смысл ее слов. - Постойте. Вы - что?…

- Вы, вероятно, в любом случае уволили бы меня. Я просто облегчаю вам жизнь.

Маргарита сделала глубокий вдох. Она очень рисковала. Он может и вправду потребовать, чтобы она покинула Сент-Айседор. Но за последние два часа она лучше узнала Нико и поняла, что ему требуется помощь.

- Мы договорились, что после подписания контракта у нас будут чисто деловые отношения. Но я собираюсь говорить с вами о вашей личной жизни.

Он прищурился.

- Сомневаюсь, что захочу уволить вас, если вы выскажете мне свое мнение. Валяйте.

- Вы должны перестать обращаться с братом, как с ребенком. Или как с нанятым сотрудником. Вы его брат, а не босс.

Она ждала, что он рассердится или возмутится, но он лишь приподнял брови и окинул ее заинтересованным взглядом.

- Я знаю, что по пятницам во многих офисах принято одеваться в повседневную одежду, но я никогда не слышал о парадной одежде по пятницам. Это что, традиция Сент-Айседора?

- Если это попытка увести разговор в сторону от Нико…

Он указал на ее платье:

- Кстати, вы выглядите великолепно.

Она опустила глаза и покраснела.

- Простите. Я пыталась отвлечь Нико и Гэби от того, что случилось. Эрсли привезла мне несколько платьев, чтобы я выбрала себе наряд для банкета, так что мы играли в показ мод. - Она посмотрела на свое изумрудно-зеленое коктейльное платье. - Видели бы вы Гэби в мини-платье от Пуччи, которое принадлежало бабушке Эрсли!

Эван намеренно обвел Маргариту медленным, оценивающим взглядом.

- Мне нравится то, что я вижу сейчас. Раз уж мы решили перейти на личные темы.

Ее щеки раскраснелись настолько, что могли стать причиной пожара.

- Мы говорим о вас, а не обо мне.

Он откашлялся.

- Начинайте. Вы позвали меня сюда, чтобы накричать на меня.

- Не накричать. Просто я не понимаю, почему вы с Нико постоянно вцепляетесь в горло друг другу.

Она попыталась заглянуть ему в глаза, но он упорно уклонялся от ее взгляда.

- Я не вцеплялся ему в горло. А задал вполне разумный вопрос.

- Они были сегодня очень напуганы. А вы даже не поинтересовались, в порядке ли они.

- Когда я вошел, все казались вполне довольными жизнью.

- После того, как я смогла отвлечь их и заставить забыть о том, что случилось. Вам следует уделять ему больше внимания.

Эван расправил плечи.

- Я уделяю ему внимание. Почему, по-вашему, он здесь? Зачем, по-вашему, я купил Сент-Айседор?

- Честно? Понятия не имею.

- Из-за него. Его отчислили из колледжа, и ему нужно было чем-то заняться. Вот почему мы здесь. Чтобы Нико изучил этот бизнес. Вы говорите, что он не нанятый сотрудник.

Но он именно мой сотрудник в настоящий момент.

- Постойте. Вы купили Сент-Айседор для Нико? Как… игрушку?

Ее голос чуть не сорвался на крик. Вся ее нелегкая работа. История ее семьи. Но для Эвана Сент-Айседор был всего лишь игрушкой?

- Нет, не как игрушку…

- Вы руководите технологической компанией. Почему не найти ему места в ней? Вы считаете, что управлять Сент-Айседором может кто угодно?

- Но вы же управляете им?

Маргарита фыркнула:

- Это совсем другое.

- Да?

- Я… Потому что я знаю, как это делать. У меня есть опыт.

- Вот именно. И у Нико, если он проснется, тоже будет опыт. Как много молодых людей его возраста имеют такие возможности? А он впустую растрачивает свою энергию.

- Он взял себе выходной на один день, чтобы провести его с девушкой, которая ему нравится.

- А потом этот один день превратится в неделю. В месяц. И не успеет он опомниться, пройдет целый год, а ему нечем будет похвастать.

- Он сможет похвастать крепкими отношениями.

Эван презрительно рассмеялся.

- Ну конечно же, это стоит того, чтобы упустить шанс изучить, как управлять компанией с нуля. Что он будет делать, когда она вернется в колледж? Вы же сказали, что она стажер?

- Да, но…

- Она вернется к своим занятиям и своим друзьям. Нико будет для нее лишь мимолетным увлечением. А он не получит никакого образования.

- Вы не знаете…

- Вы считаете, что я должен уделять внимание Нико? Я его уделяю. Внимание и деньги. Очень много денег. Этот бизнес выкачивает ресурсы, как торнадо. Но я готов тратить любые деньги, лишь бы у Нико было будущее. Будущее, которого у него не было бы, уделяй я ему меньше внимания.

Маргарита мрачно посмотрела на него.

- Могу теперь я сказать кое-что?

- Что еще остается говорить?

- Вы на самом деле считаете, что Нико должен весь день торчать дома, изучая отчеты?

- На самом деле. Он должен учиться. Господи, когда начинал свое первое дело, я был бы счастлив иметь такую возможность. Если бы я не умел читать графики и финансовые отчеты…

Она откашлялась, прерывая его.

- По-моему, вы сказали, что больше не о чем говорить?

Эван поднял руки в знак извинения.

- Простите. Вы сказали?…

- Вы именно этим занимались в его возрасте? Проводили все свои дни взаперти, корпя над цифрами? Вместо того чтобы встречаться с друзьями, влюбляться?

Он усмехнулся:

- Я влюблялся много раз. Иногда по нескольку раз за вечер. И я буду рад, если Нико будет наслаждаться жизнью так, как ему захочется.

- Я говорю не о сексе, а о любви.

- Когда вам двадцать один год, между ними не так много разницы.

- Но эта разница существует. Взгляните только на Нико и Гэби.

Эван фыркнул:

- Я сегодня в первый раз услышал это имя. Конечно, Нико может быть очарован. Она очень привлекательна. Но любовь? Да они только недавно познакомились. Он еще слишком молод, чтобы понимать, любовь это или нет.

Маргарита с трудом удержалась от того, чтобы закатить глаза.

- А в каком возрасте это можно понять? В двадцать пять? Тридцать два? Пятьдесят семь?

- Вы знаете, что я прав. Просто не хотите это признать.

- А вы когда-нибудь влюблялись по-настоящему?

На этот раз ей удалось поймать его взгляд. Его глаза были темными и непроницаемыми при тусклом освещении. И чем дольше она смотрела в эти глаза, тем сильнее колотилось ее сердце.

Он первым отвел взгляд в сторону, к ее удовлетворению. Или к разочарованию. Ей было трудно понять, что она чувствует, потому что сердце выпрыгивало у нее из груди.

- С кем это не случалось? После одного разрыва отношений я отпустил бороду и скупил все виски, которое было в магазине. А потом побрился и закатил вечеринку. Мои друзья допили все, что оставалось у меня в баре, и этим все закончилось. А вы? Сколько вам было лет, когда вы стали настолько взрослой, что могли отличить любовь от простого желания?

Ночной ветерок донес до нее аромат базилика и лемонграсса с особой чувственной ноткой, присущей только запаху Эвана. Она машинально втянула в себя воздух.

- Я думаю, это врожденное чувство. Но только ваш особенный избранник способен пробудить его независимо от того, сколько вам лет.

- И в вас это чувство пробуждали?

Ветерок улегся, и все вокруг было притихшим и умиротворенным. Маргарита остро чувствовала близость Эвана, и ей было достаточно протянуть руку, чтобы коснуться его.

Чтобы притянуть его к себе.

Она тряхнула головой, отгоняя эти мысли.

- Речь идет не обо мне. Послушайте, я не знаю истории ваших с Нико отношений. Может быть, причина того, что вы все время цепляетесь друг к другу, разница в возрасте. Но даже, как его босс, вы не можете рассчитывать, что, когда запрете его в офисе и там бросите, он не будет возмущаться. И тем более вы не можете винить его за то, что он решил провести время с Гэби. Он искренне влюблен в нее.

- Я знаю, где зародилось это чувство. Вовсе не в его сердце, а в другом органе. И я не против, коль скоро они будут оба согласны и примут необходимые предосторожности. Но если он будет проводить время с ней вместо того, чтобы работать, он не сможет научиться зарабатывать себе на жизнь. Ему следует усвоить это. И он должен считать себя чертовски удачливым из-за того, что я предоставляю ему эту возможность.

Маргарита нетерпеливо заправила за ухо выбившуюся из прически прядь волос.

- Хорошо. Как знаете. Вы же его брат.

- Вот именно. - Он бросил на нее быстрый взгляд. - Но вы не так далеки от истины. Мы и правда постоянно схлестываемся с ним. Но сегодня он казался на удивление расслабленным.

- Я два часа беседовала с ним и с Гэби. Вам тоже не мешает попробовать.

- Я не собирался так надолго оставлять его здесь в одиночестве, но… - Он пожал плечами. - «Медэвко» находится в постоянном кризисе. Компания растет слишком быстро. И нам нужно найти кругленькую сумму, чтобы мы могли расширяться и дальше, или нам придется сократить наши операции. А я на это не пойду.

- Нико знает, как важна для вас ваша компания. Знает. Но почему бы, пока вы находитесь в Сан-Франциско, не дать ему работу где-то еще, а не в бухгалтерии? Например, в фирменном магазине? Он хорошо ладит с людьми и прекрасно разбирается в винах. Ему нужно поближе познакомиться с продукцией Сент-Айседора, и тогда он сможет давать людям свои рекомендации.

Эван покачал головой:

- У меня есть идея получше. Его боссом станете вы.

- Я? Вы забыли. Я увольняюсь.

- По условиям вашего контракта вы должны подать письменное заявление об увольнении за две недели. И пока я его не подпишу, вы все еще работаете на меня.

- Значит, мы опять возвращаемся к деловым отношениям.

- Мне хотелось бы думать, что это был разговор между друзьями.

- Друзьями? - Она посерьезнела. - Не знаю. Работу и отношения, даже дружеские, нельзя смешивать, как я убедилась на опыте…

Он кивнул:

- Согласен. Я помню, как мы обсуждали ваш контракт.

Его сексуальный голос и дьявольская искорка в глазах сказали ей, что именно он помнил. У нее подогнулись колени. К счастью, она крепко держалась за перила ограждения.

- И в рабочие часы я должен притворяться, что знаю, как управлять винодельней, чтобы спасти мое бедное эго. Но после работы? Что скажете? Будем друзьями?

Она не должна говорить «да». Она считала другом Каспера, а он присвоил себе ее достижения, попутно облив ее грязью. И она думала, что Лайнус относится к ней как к члену семьи, а не как к подчиненной, чтобы убедиться, как глубоко она ошибалась. Это почти разбило ей сердце.

Но дружба с Эваном имела свои преимущества. Особенно если она сможет наладить его отношения с Нико. И она должна была признать, что ей приятно проводить с ним время. Ей не повредит узнать его получше.

Конечно, чтобы облегчить ей работу. Только поэтому. Или так она лгала себе.

Маргарита сделала жест, будто поднимая бокал с вином к губам:

- За дружбу. В нерабочее время.

Эван тоже поднял воображаемый бокал, и их руки слегка соприкоснулись. И в месте их соприкосновения проскочила искра.

Она была убеждена, что просто друзья не могут спустя несколько часов все еще чувствовать это соприкосновение.

Ночь выдалась длинной и бессонной для нее.

Глава 5

Маргарита зачеркнула очередной день на настенном календаре и откинулась на спинку кресла. Девять недель назад она вломилась в Сент-Айседор. Шесть недель назад они с Эваном договорились стать друзьями.

И до банкета мировых лидеров оставалось всего три месяца.

Но впервые Сент-Айседор не был причиной ее озабоченности. Они уже набрали штат работников, включая технолога, который немного разгрузит ее. Винодельня вскоре начнет работать на полную мощность. Конечно, в этом году они произведут не столько вина, сколько следовало бы, но в целом Сент-Айседор был в лучшем положении, чем в последнее время.

Но прежде чем созреет новый урожай, ей нужно будет пережить приближающееся мероприятие с мировыми лидерами.

Что означало, что ей предстоит проводить больше времени в обществе Эвана, который позвонил ей полтора часа назад и сообщил, что едет в Сент-Айседор.

Напряженные отношения первых недель после того вечера на балконе остались позади. Но в основном они общались по телефону, и Эван был для нее всего лишь голосом в трубке. Он обычно звонил ей поздно вечером, после долгих часов, проведенных в «Медэвко». Поначалу он бывал сдержан и даже нетерпелив, но после обмена любезностями и обсуждения их каждодневных забот он немного расслаблялся. Его голос становился глубоким и сексуальным, а смех - добродушным и задушевным.

И это время было лучшей частью ее дня. Одна в комнате, уютно устроившаяся в кровати, с погашенным светом и связанная с окружающим миром только голосом в трубке, она легко могла представить, что они с Эваном друзья.

Или больше того.

Вот почему она все еще не рассказывала ему о своем договоре с Лайнусом, согласно которому становилась владелицей бывшей винодельни Делакруа. И не признавалась ему в том, что она была их прямым потомком. Она не хотела, чтобы что-то разрушило его растущее, но все еще хрупкое доверие.

Раздался стук в дверь, и на пороге появился Нико. В руках у него была большая коробка.

- Вы не против, если я сегодня закончу работу чуть пораньше? Приехали родители Гэби и хотят увидеться со мной.

- Родители? Хм.

Маргарита не смогла сдержать улыбки.

Нико пожал плечами:

- Ничего такого.

Она сменила тему и указала на коробку:

- Это наш презентационный набор?

Нико поставил коробку на стол.

- Спасибо, что позволили мне позаимствовать его. Мы с Гэби провели дегустацию. Я думал, что у меня отличный нос, но ее нос? Это что-то.

- Готова поспорить, что и ваш нос очень неплох. У вас есть еще время до того, как вы отправитесь хвастаться новыми знаниями?

У Нико загорелись глаза.

- У меня есть полчаса. А что вы задумали?

- Хотите помочь мне с дегустацией шардоне?

- Конечно. Мы пойдем в погреба?

Она покачала головой:

- Я попрошу принести образцы сюда. Я не хочу пропустить приезд Эвана.

Она пригладила волосы и завязала их в хвостик.

Нико сел в кресло напротив нее.

- Не хотите пропустить его приезд? - Он хитро улыбнулся.

- Он мой босс, и всю неделю он пробыл в Сан-Франциско. Мне нужно кое-что обсудить с ним.

- Вы можете послать ему письмо по электронной почте, - еще шире улыбнулся Нико.

Но в эту игру могут играть двое.

- Итак, родители Гэби. Вы в первый раз встречаетесь с ними?

Выражение лица Нико стало непроницаемым, и он почесал затылок.

- Я тут подумал, можно мне сменить занятие и попробовать силы в дегустации?

Она скрыла улыбку.

- Уже устали от производственного процесса?

- Там слишком много химии и математики, - пожал плечами Нико.

Она кивнула:

- Это правда.

- Я люблю говорить о вине. И конечно же, пить его. Но не делать его, как любите вы и Гэби. Для вас это призвание. А для меня… хобби.

В дверь постучали, и один из работников внес образцы вин. Она поблагодарила его и расставила восемь маленьких стаканов с этикетками на своем столе. Четыре для нее и четыре для Нико.

Нико выпрямился в кресле.

- Что мы будем оценивать?

- Я экспериментирую с разными видами бочек, в которых шардоне выдерживается. Первый образец созревал в дубовой бочке из Франции. Второй - в бочке из американского дуба. Третий - в гидробочке, то есть бочка была обработана водой, а не огнем. А четвертый - это вино, которое мы в настоящий момент разливаем по бутылкам.

Нико подался вперед:

- С чего мне начать?

- Начните с четвертого. А потом скажете мне, какой из четырех образцов вам понравился больше.

Они взяли стаканы и приступили к дегустации. Они сравнивали впечатления, перемежая это шутками и смехом. Маргарита начала было рассказывать историю о своей самой большой неудаче в виноделии, но подняла голову и обнаружила, что в дверях стоит Эван и наблюдает за ними.

Она не знала, как долго он там стоял. Он выглядел усталым, но все равно был возмутительно красивым. Их взгляды встретились, и все окружающее перестало для нее существовать.

- Привет, - медленно выговорила она.

Он кивнул:

- Привет.

Она могла утонуть в его глазах.

Нико поднялся с кресла.

- Я боюсь опоздать. Спасибо, Маргарита.

Она пришла в себя.

- Но вы не сказали…

- Мой выбор - образец номер два.

Он быстро прошел мимо Эвана и вышел из офиса.

Эван посмотрел ему вслед и кинул вдогонку:

- Я тоже рад видеть тебя.

- У него свидание. Родители Гэби пригласили его на ужин.

Эван опустился в кресло.

- По крайней мере, вы нашли с ним общий язык. Хорошая работа.

Она прищурилась.

- Это не входит в мои обязанности, босс.

- Итак, просветите меня. Как продвигается подготовка к банкету?

Они стали обсуждать планы, особенно те решения, которые требовали его личного участия. Подготовка к мероприятию шла успешно благодаря тщательному планированию Эрсли, так что Маргарита была поражена, когда посмотрела на Эвана и обнаружила, что тот хмурится.

- Что-то не так? - спросила она.

- Как вы добились того, что Нико так смеялся с вами?

Она несколько раз моргнула.

- Я просто разговариваю с ним. Я же говорила, что стоит и вам попробовать сделать это.

- Я еще никогда не видел, чтобы он так смеялся.

Никогда?

Она нахмурилась:

- Это был самый обычный смех.

Эван встал с кресла, запер дверь кабинета и начал расхаживать по комнате.

- Вы могли заметить, что мы с Нико не слишком близки.

- Думаю, можно смело утверждать, что это заметили все работники на винодельне. А возможно, и большая часть населения Северной Калифорнии.

- Верно. Мы с Нико впервые проводим какое-то время под одной крышей.

- Впервые? Но что насчет того времени, когда вы были детьми? Хотя, конечно, у вас большая разница в возрасте.

- В последний раз, когда мы жили в одном доме, он был младенцем. Я поступил в колледж в семнадцать лет. И покинул дом, когда ему едва исполнилось два года.

- Но что насчет каникул? Наверняка вы приезжали домой повидаться с родителями?

Он остановился как вкопанный.

- Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я перешел на второй курс.

Она ахнула.

- Мне очень жаль. И вас, и Нико.

Внезапно он показался ей очень молодым и ранимым. Ей хотелось коснуться его и утешить. Но, несмотря на дружбу, которая крепла с каждым днем, эту границу они не могли переступить.

Они всячески избегали прикасаться друг к другу.

- Не могу представить, как тяжело вам обоим пришлось.

Он пожал плечами, и выражение его лица вернулось к обычному. Это снова был тот Эван, который скорее отшутится или разозлится, чем признает, что он обычный смертный с присущими всем смертным чувствами.

- Приберегите свою жалость для Нико. Он лишился родителей, когда ему исполнилось всего пять лет. Я в это время уже основал свою первую компанию.

- Но восемнадцать лет - это все еще так мало. Вы, должно быть, были безутешны.

- Я в то время управлял своей компанией. Позже я продал ее за девятьсот тысяч долларов. Неплохо для студента.

- А что стало с Нико после того, как вы лишились родителей?

Эван снова начал расхаживать по комнате.

- Его растили мои бабушка и дедушка. У него была хорошая жизнь.

- Не сомневаюсь. Но почему вы сказали, что впервые проводите время под одной крышей? Разве вы его не навещали?

- Конечно, навещал. Я даже присутствовал на его выпускном вечере. Но у меня не было времени общаться с ним. Я продал компанию и переехал в Калифорнию, где основал и продал еще три компании. Каждую новую дороже, чем предыдущую. Но мне пришлось работать почти круглосуточно. Я посылал часть своих доходов бабушке и дедушке. Нико ни в чем не нуждался.

Она кивнула, но у нее сжалось горло.

- У него была хорошая жизнь, - повторил он. - Но в прошлом году… - Он сжал руки в кулаки. - Он бросил колледж. Перестал ходить на занятия. Бабушка с дедушкой не знали, что и делать. Так что пришлось вмешаться мне.

- Вы знаете, почему он бросил колледж? - с трудом выговорила она.

- Не из-за наркотиков или гулянок. Он пьет, но не чрезмерно. И прежде чем вы спросите, я отвечу - это не из-за разбитого сердца.

Она проигнорировала его выпад.

- Многие в колледже обнаруживают, что сделали неправильный выбор. Вы же сами бросили колледж, разве нет?

Эван рассмеялся, но этот смех был невеселым.

- Я бросил колледж, чтобы управлять компанией. А он бросил колледж без всякого плана. А когда я спросил, чем он хочет заниматься, Нико сказал, что хочет, чтобы ему платили за то, что он пьет вино. Вот так мы здесь и оказались. - Он наконец перестал расхаживать по комнате и снова сел в кресло. - Расскажите мне, как вам удалось заставить его так смеяться.

- Эван, я… - Маргарита замерла, не зная, что сказать. Не зная, что позволяют ей сказать существующие между ними на тот момент отношения. Но ее сердце сжалось, когда он посмотрел на нее так, словно умирал от жажды в пустыне, а она была глотком воды. - Как я заставила смеяться Нико, не важно. Важно, чтобы вы научились заставлять его смеяться.

- Я пытался. Но когда я шучу, он лишь закатывает глаза.

- Потому что по сравнению с вашими шутками шутки вашей бабушки покажутся непристойными.

Он нахмурился, но она была рада, что в его глазах мелькнул веселый огонек. И что-то еще. Его взгляд стал оценивающим, и она опустила глаза.

- Одна из причин, почему я люблю свою работу, кроется в моем происхождении. Много поколений моей семьи работали с винами. А что ваша семья?

Эван пожал плечами:

- Моя мама была учительницей. А отец владел магазином автомобилей.

- А что насчет увлечений? У вас с Нико есть хобби?

Эван снова замкнулся.

- У меня нет хобби. Я работаю.

- Как насчет того, чтобы попытаться разделить с Нико его интересы? Мы с Нико хорошо поладили потому, что оба ценим вино. Я могу научить вас разбираться в винах.

Эван хмыкнул.

- Я предпочитаю пиво.

Маргарита притворно нахмурилась.

- Я это заметила. - Она указала на коробку с образцами вин, все еще стоявшую на столе. - Нико только что отдал мне этот дегустационный набор. Этот набор используется для того, чтобы научить людей различать разные ароматы вин. Хотите попробовать? По крайней мере, у вас с Нико появится общая тема для разговоров.

Эван оживился:

- Что я должен сделать?

Она открыла коробку и достала шесть маленьких флаконов. Открыв один из них, она протянула его ему.

- Понюхайте. Что это, по-вашему?

Он глубоко вдохнул.

- М-м-м… клубника.

Маргарита улыбнулась.

- Правильно. - Она забрала у него флакон и протянула ему другой. - А теперь вот это. Эван понюхал.

- То же самое. Клубника.

- Нет. Хотя это тоже фруктовый аромат.

Он снова поднес пузырек к носу. А потом покачал головой:

- Здесь какой-то фокус, верно?

- Уверяю, никаких фокусов.

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел ей в глаза.

- Может быть, это потому, что, когда я с вами, единственное, что я помню, - это как ваши волосы пахнут клубникой.

Маргарита притворилась рассерженной.

- Предполагалось, что вы сфокусируете внимание на аромате вина.

- Простите. - Он снова поднес флакон к носу, а потом криво усмехнулся. - Все еще клубника. Мой любимый запах.

Это прозвучало невероятно сексуально.

- Может быть, зрение мешает вам оценить запах.

- Вы предлагаете мне закрыть глаза?

- А вы сможете не подглядывать?

Эван секунду раздумывал, а потом его улыбка сделалась шире, и его взгляд остановился на ее лице, что заставило ее покраснеть.

- Нет.

Девушка встала, радуясь, что ее ноги все еще держат ее.

- У меня есть идея получше. Сейчас уже есть пять часов?

Эван нахмурился.

- Уже почти шесть. А в чем дело?

Маргарита открыла ящик стола, в котором Лайнус держал бархатные подарочные сумочки для вина. Вытащив одну из них вместе с отрезком атласной ленты, она показала их Эвану.

- Значит, рабочий день уже закончился. Или мне сначала написать заявление об увольнении?

Эван посмотрел на нее из-под полузакрытых век.

- Вы уволены до завтрашнего утра.

Маргарита рассмеялась.

- Хорошо. Потому что, если завяжу глаза своему боссу, явно выйду за рамки контракта.

Маргарита подошла к нему, положила бархатную сумочку ему на глаза и закрепила ее с помощью ленты. Ее пальцы коснулись его покрытой щетиной щеки, и у нее перехватило дыхание. Она поспешно отступила на шаг.

- Вы что-нибудь видите?

- Нет. Дайте мне понюхать еще раз.

Маргарита поднесла флакон к его носу. Эван накрыл ее руку своей, и она нервно сглотнула.

- Итак?

Он сделал глубокий вдох.

- Все еще клубника. И может быть, сахарное печенье?

Это было явное описание ее шампуня и лосьона для тела.

- Вы подглядываете.

- Нет, - буркнул он. - Но ваша кожа пахнет печеньем, и мне это нравится.

У нее в животе запорхали бабочки.

- Это ваниль. Но вы несерьезно относитесь…

- Я очень серьезен. Я хочу понять разницу между этими двумя ароматами.

Эван большим пальцем погладил ее ладонь, и Маргарита с трудом заставила себя не вздрогнуть.

- Я могла различить эти запахи, еще когда училась в младших классах.

- Докажите.

Вместо ответа, она развязала ленту и сняла с него повязку. Его глаза, зеленые с янтарными вкраплениями, были еще более завораживающими, чем обычно. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы вспомнить, что она собиралась сделать.

- Повернитесь! - скомандовал Эван, а потом завязал ей глаза, подвел ее к креслу, и тепло его руки, лежавшей на ее плече, обжигало.

- Я готова.

К чему, она не стала уточнять. Раздался звон флакончиков, а потом Эван наклонился над ней.

- Вот.

От предвкушения у нее сжалось сердце. Эван взял ее за руку, и ее соски затвердели, хотя он всего лишь вложил в ее руку холодный флакон.

Маргарита сделала глубокий вдох.

- Лошадиный пот?

Он отобрал у нее флакон.

- Простите. Этот флакон был для меня. Я рад узнать, чем пахнет лошадиный пот. И мне очень интересно, почему вино пахнет лошадиным потом.

Маргарита рассмеялась.

- Этот запах придает вину дикий виноград под названием «Бретт». Его можно найти на берегу Роны, или… - Она замолчала. Атмосфера в комнате изменилась. - Вы молча смеетесь надо мной?

- Поверьте, меньше всего мне хочется смеяться.

От его хриплого шепота по телу девушки побежали мурашки.

- Знаете ли вы, что светитесь, когда говорите о вине?

Он взял ее руку в свою и вложил в нее следующий флакон.

- Что насчет этого?

Маргарита понюхала.

- Лавровый лист?

Эван рассмеялся.

- А теперь кто использует свою память, а не обоняние?

- Это лавровый лист, Эван.

Он ниже склонился над ней.

- Вы уверены? Мой лосьон после бритья имеет аромат лаврового листа.

- Нет, вы пахнете базиликом. И лемонграссом. - Она взяла его руку и поднесла к своему носу. - И еще гвоздикой и корицей, с оттенком апельсина. Вы пользовались мылом, которое продается у нас в сувенирном магазине.

Эван не шевелился. Маргарита отпустила руку, и ее охватила паника. Она выдала себя. Теперь он знал, что она так же остро реагирует на его присутствие, как и он на ее. Но беда была в том, что Эван просто флиртовал, а Маргарита - нет. Она совсем не умела флиртовать. Не умела скрывать своих чувств. Вспомнить только, как во время подписания контракта она пыталась развеять напряжение между ними, поцеловав его. Напряжение только усилилось…

Ее влекло к Эвану. И она была на грани того, чтобы отчаянно влюбиться в него. Но Маргарита знала на горьком опыте, что, когда впускала кого-то в свое сердце, ее жестоко обманывали. Значит, нельзя допустить такой ошибки. Особенно когда речь идет о ее будущем в Сент-Айседоре.

Подняв руку, Маргарита стянула повязку с глаз.

- Итак, - с наигранной веселостью спросила она, - хотите взять этот набор домой, чтобы попрактиковаться?

Он покачал головой:

- Нет, спасибо. Хотя вы научили меня ценить мое обоняние.

- Рада помочь. Это, в конце концов, часть моей работы. Хороший винодел должен уметь рассказывать о своей работе и описывать то, что другие пьют. Как думаете, это поможет вам наладить отношения с Нико?

Он медленно покачал головой:

- Нет. Определенно нет.

- Жаль. - Маргарита была разочарована. - Ну что ж, попытаться все же стоило…

- Я не думаю, что Нико оценит, если я начну взахлеб описывать аромат его кожи. - Эван улыбнулся, и в его глазах заплясали чертики. - Но я получил удовольствие. Очень большое.

Ее снова бросило в жар.

- Рада, что вы не считаете, что потратили время впустую.

- Жаль только, что я все еще не знаю, как пахнет лошадиный пот.

Она указала на коробку:

- Вы можете узнать.

- В следующий раз. - Он посерьезнел. - Спасибо вам. За заботу о Нико. За желание помочь.

Девушка улыбнулась.

- Не за что.

И машинально, как поступила бы с другом, наклонилась, чтобы поцеловать Эвана в щеку.

В последнюю секунду он повернул голову, и их губы встретились. Его губы были твердыми и горячими. Слишком поздно Маргарита осознала, что наделала - преступила черту. Она в шоке прижала ладонь к губам.

- Простите…

Эван покачал головой, а потом обнял ее и притянул к себе.

- Клубника и ваниль. Вы на вкус такая же, как ваш запах.

Она попыталась унять биение сердца.

- К счастью, ваш вкус не напоминает корицу и гвоздику.

- Хм. Может быть, стоит попробовать еще раз? Убедиться, что вы уловили все оттенки вкуса?

Эван хотел еще раз поцеловать ее? Каждый нерв в ее теле кричал «да»!

- Оттенки очень важны. Вы правы, нельзя забывать о них.

Ему не требовалось другого приглашения. Он обнял ее за талию и привлек к себе. Маргарита обняла его за шею, запрокинула голову и закрыла глаза.

Но он не торопился, покрывая поцелуями ее щеки, подбородок, глаза. Потом стал целовать ее шею и чувствительное местечко у нее за ухом. Прикосновение его губ и языка зажгли в ней огонь, ей хотелось большего, прямо сейчас…

И тут раздался звонок. Эван поднял голову.

- Телефон.

Она с трудом перевела дыхание.

- Не мой.

- Это мой. - Одной рукой все еще обнимая ее за талию, Эван вытащил из кармана джинсов свой смартфон. - Алло?

Маргарита не слышала, что говорил его собеседник, но, кто бы это ни был, он явно сообщал не слишком хорошие новости. Эван отпустил ее и отошел к дальней стене.

Она отвернулась, чтобы не мешать ему и попытаться привести в порядок свою одежду и волосы. Ее блузка вылезла из юбки, волосы растрепались, и одна из туфель каким-то образом свалилась с ее ноги.

Эван откашлялся, и она посмотрела на него. Он тоже привел себя в порядок, хотя его волосы все еще были растрепаны. И он смотрел на нее с извиняющимся видом.

- Нам нужно обсудить, что сейчас произошло, но… - Она знала это выражение его лица. - Вам нужно вернуться в город, хотя вы только что приехали.

- У нас проблема с одним из поставщиков, и их генеральный директор неожиданно прилетел в Сан-Франциско. Если я выеду прямо сейчас, успею выпить с ним рюмочку на ночь, а Люк организовал для нас уик-энд в гольф-клубе. Простите. Можно, я позвоню вам попозже?

Она кивнула.

- А что насчет Нико?

- Я поговорю с ним.

Маргарита с подозрением посмотрела на него.

- Обязательно поговорю, - настаивал он. - Дикие лошади не удержат меня.

- Учитывая, что на территории Северной Калифорнии их не так уж много, такое обещание ни к чему не обязывает. С другой стороны, «Медэвко»…

- Я знаю. Но если мы разберемся с этой проблемой…

- Вам когда-то придется сделать Нико приоритетом. Если вы хотите узнать его получше. Эван кивнул.

- Вы можете и дальше присматривать за ним?

- Конечно. Кроме того, теперь он мой подчиненный… Ой. - Она улыбнулась Эвану, который большим пальцем поглаживал ее ладонь, от чего по ее телу побежали мурашки. - Наверное, он больше не мой подчиненный?

- Нет, все еще ваш. Вы с этого момента снова приняты на службу.

Эван пожал ее руку и выпустил ее.

- Мне пора бежать. Но вы и я…

- Никаких но. И, честно говоря, вам не нужно собираться с мужеством для серьезного разговора. У нас с вами все в порядке. - Она сделала паузу. - Босс.

- Босс. - Он секунду раздумывал. - Полагаю, это означает, что вы не поцелуете меня на прощание?

Она рассмеялась.

- Идите. И будьте осторожны в дороге. А у меня есть дела.

Но после его ухода она еще долго сидела за столом, пытаясь собраться с мыслями.

Ее ум мог лгать ей о том, что они с Эваном просто друзья. Друзья, которые находят друг друга привлекательными и иногда целуются. Но это ничего не значит.

Но ее сердце говорило совсем другое.

Глава 6

Маргарита закрыла глаза, стоя под душем. Было субботнее утро. Но тут она услышала звук открывающейся входной двери, и кто-то стал подниматься по лестнице. Какого…

- Эй! - крикнула Эрсли. - Ты здесь?

Маргарита с облегчением выдохнула, но в глубине души пожалела, что это был голос ее лучшей подруги, а не одного конкретного мужчины.

- Ты напугала меня! Я уже жалею, что дала тебе ключ.

Она быстро вытерлась, надела халат и вышла из ванной.

- Если ты не принесла кофе, после того, как чуть не довела меня до инфаркта…

Но, войдя на кухню, Маргарита увидела, что Эрсли держит в руках поднос с двумя чашками кофе и белый бумажный пакет.

- И еще свежеиспеченные пончики.

- Беру свои слова назад. Ключ можешь оставить себе хоть насовсем. - Маргарита внезапно нахмурилась. - Но почему ты здесь? Я думала, что сегодня утром у тебя встреча с клиентом.

Она взяла пакет из рук подруги и опустилась на стул.

Эрсли села за стол напротив нее.

- Верно, но я хотела убедиться, что правильно расслышала тебя, когда мы говорили по телефону. Ты вчера вечером поцеловала Эвана, и он поспешно сбежал. Я правильно поняла?

- И тебе доброго утра.

- Это не нормальные отношения между боссом и его подчиненной.

Маргарита молча откусила кусочек пончика.

- Ты в порядке? - настаивала Эрсли.

- Конечно. С чего бы мне не быть в порядке?

Эрсли скептически посмотрела на нее и скрестила руки на груди.

- У меня все хорошо. На самом деле вчера я получила из лаборатории анализ новой партии вина, и он был отличным. Такое облегчение, поскольку я не была уверена…

- А что насчет поцелуя с боссом? Каков был результат анализа этого поцелуя? У тебя намокли трусики или ты перестала дышать?

Маргарита чуть не подавилась кофе.

- Я же говорила тебе, что он уволил меня перед тем, как мы поцеловались. Формально он в тот момент не был моим боссом.

- И это очень удобно.

- Да, он платит мне жалованье, и он мне нравится…

- Настолько, что ты несколько раз целовала его…

- Всего два раза. Но мы оба знаем, что дальше этого дело не зайдет. - Маргарита положила пончик на тарелку, потому что внезапно ей расхотелось есть. - Он все еще пытается наладить отношения с Нико. И считает, что Сент-Айседор самое подходящее место для него. Но приоритетом для него остается его компания в Кремниевой долине, а я ни за что не оставлю Сент-Айседор.

- А что, если он продаст его?

Маргарита уставилась на подругу:

- Что ты хочешь сказать?

Эрсли пожала плечами:

- Ты сама сказала, что он купил Сент-Айседор из-за Нико. Что, если Нико не захочет работать в винодельне? Эван продаст ее, не так ли?

- Он купил Сент-Айседор, чтобы возродить бизнес. К тому же впереди у нас важное мероприятие. То, которое ты организовываешь.

- Но разве он занимается не этим? Продает свои компании? - Эрсли тоже отложила пончик в сторону. - Ты так и не нашла папку?

- Нет. Я обыскала винодельню несколько раз. А дома у него ее быть не может. Лайнус никогда не выносил документы из офиса.

Маргарита поежилась, несмотря на то, что в комнате было тепло. Эван не продаст Сент-Айседор. Или продаст?

Если бы только она нашла ту папку! Она знала, что ей следовало заключить письменный договор с Лайнусом, но тот любил действовать по старинке и уверял ее, что она должна верить его слову. Ей было больно при мысли, что он воспользовался ее доверием, не собираясь при этом передавать ей права на винодельню.

В ее ушах все еще стоял смех его внучатых племянников. С чего Лайнусу было соглашаться отдать винодельню своей помощнице? А если Маргарита не получала достойного жалованья, это была ее проблема.

Но если папка не нашлась до сих пор, наверняка она никогда и не найдется. Что означало, что Лайнус уничтожил ее. Слезы навернулись ей на глаза.

Эрсли поднялась со стула.

- Мне нужно бежать. Поговорим попозже?

- Конечно. И спасибо тебе. За все.

- Не за что. Пока.

Она помахала ей рукой и направилась к выходу.

После того как Эрсли ушла, в доме повисла гнетущая тишина. Слишком гнетущая. И мысли Маргариты снова вернулись к Эвану.

Было ясно, что текущее состояние дел не может продолжаться дольше. Это становится испытанием для ее душевного покоя, если не для ее либидо. И насколько она могла судить, было всего три возможных сценария развития событий. Первый - она увольняется и уезжает из Сент-Айседора. Второй - Эван перестает приезжать на винодельню. И третий - они все-таки решают все обсудить и устанавливают новые правила общения, поскольку прежние нарушают всякий раз, когда остаются наедине.

Первый сценарий Маргарита даже не рассматривала, слишком любила свою работу. И теперь могла экспериментировать в винодельне сколько ей хотелось, потому что Эван дал ей полную свободу действий.

И она сомневалась, что Эван согласится на второй сценарий, да и не хотела, чтобы он соглашался.

Оставался третий сценарий. Но ей было страшно рассказать Эвану о ее договоренности с Лайнусом. Он заподозрит, что ее интерес к нему основывается на желании извлечь выгоду из их отношений.

Маргарита поверила Касперу и Лайнусу, и в обоих случаях ошиблась, можно ли доверять Эвану?

Она встала из-за стола. Ей не нужно было прямо сейчас принимать решения. Эван уехал в Сан-Франциско и не появится раньше следующего уик-энда. У нее достаточно времени, чтобы…

Стук в дверь прервал ее мысли.

- А теперь ты стучишь?! - крикнула девушка, подходя к двери. - Почему не воспользоваться своим ключом и… ой!

На пороге стоял Эван. Невозможно было отвести от него взгляда. На нем были брюки цвета хаки и зеленая рубашка, на фоне которой его глаза казались изумрудно-зелеными. Но морщины, залегшие в уголках его губ, говорили об усталости.

- Я думал, что вежливее будет постучать. - Он отвел глаза в сторону. - Простите. Мне следовало сначала позвонить.

- Я подумала, что это Эрсли.

Почему он здесь? Субботним утром?

Он все еще не смотрел на нее.

- Это, наверное, плохая идея. Я ухожу, не стану отвлекать вас от домашних дел.

- Постойте… я думала, что вы проведете уик-энд в гольф-клубе. С поставщиком. Что-то пошло не так?

- Нет. Да. Я хочу сказать, что должен был играть с ним в гольф, но… - Он посмотрел на ее голые ноги и на небрежно завязанный пояс халатика. - После вчерашнего… Знаете что? Давайте обсудим это в другой раз.

Они могут поговорить в ее кабинете в понедельник. Она скажет, что увольняется, или он на время уволит ее.

Или она могла осуществить третий сценарий. Прямо сейчас.

Она шире открыла дверь.

- Заходите. У меня еще остались пончики, и я могу сварить свежий кофе.

- Не думаю, что это хорошая идея. Может быть, после того, как вы оденетесь?

- Пожалуйста. Вы правы. Нам нужно поговорить. Нужно обсудить новые правила.

- Но прямо сейчас, когда вы почти раздеты, поговорить нам не удастся. Что касается правил, единственное, что я хочу обсудить, - это как нарушить их.

И этих слов было достаточно. Она обняла его за шею и притянула к себе. А потом поцеловала.

- Отлично. Я чувствую то же самое. А теперь не лучше ли вам войти, прежде чем мы смутим соседей?

Эван улыбнулся и прижал Маргариту к себе.

- Нико провел ночь у Гэби, так что единственный сосед - это я. Смущайте меня, сколько вам захочется.

- Отличный план, - прошептала Маргарита и снова прижалась губами к его губам.

Его губы были твердыми и горячими. И невозможно было понять, кто кого целует, кто был ведущим в этой игре, а кто - ведомым. Она крепче обняла его за шею, чтобы не упасть. В отличие от прошлых раз сейчас у них не было причин сдерживаться. Не было причин притворяться.

Она приподнялась на цыпочки, и ее халат распахнулся, Маргарита крепче прижалась к нему, чувствуя, как он возбужден.

- Именно этого я хотела, когда поцеловала тебя в первый раз.

- Именно этого я хотел, когда ты упала на меня на кухне, - проворчал он, и оба рассмеялись.

Эван покрывал поцелуями ее шею, а потом одна его рука легла ей на грудь. Большим пальцем он начал поглаживать сосок, и ее смех оборвался.

- Если мы сейчас же не отправимся в мою спальню… - пробормотала Маргарита и ахнула, когда его рука спустилась ниже. - Я закричу и напугаю всех, кто сейчас находится в винодельне.

Эван рассмеялся.

- Кровать очень мне подойдет, - Эван взялся за ручку двери и внезапно нахмурился.

- В чем дело? - Она повернулась и попыталась открыть дверь. - Что, черт возьми!…

И тут до нее дошло. Дверь захлопнулась.

- У тебя, случайно, нет спрятанного на улице ключа? Или хотя бы открытого окна?

Девушка покачала головой.

- А у тебя нет с собой твоих ключей?

- Я мечтал оказаться в твоей постели, но только если ты пригласишь меня. Так что я не ношу с собой ключей от твоего дома.

- Черт.

Маргарита снова попыталась открыть дверь.

- Все нормально. Возможно, это к лучшему. Я пойду возьму ключи, а потом ты оденешься, и мы сможем отправиться куда-нибудь позавтракать и поговорить.

Эван поднес ее руку к губам и поцеловал ладонь.

Но будь она проклята, если позволит ему все испортить. Сделать вид, что они просто коллеги, которые иногда увлекаются, но потом вспоминают, кто они есть на самом деле.

- Я уже позавтракала. - Она заглянула в его глаза. - И я хочу тебя.

Не отводя от него взгляда, Маргарита развязала пояс халатика и сбросила его с плеч.

Его глаза потемнели, а адамово яблоко дернулось.

Эван упивался видом ее обнаженной груди, ее живота, темного треугольника между ног…

Маргарита улыбнулась, наслаждаясь его реакцией, и поднялась на цыпочки, чтобы снова поцеловать его. А потом слегка отстранилась.

Он приподнял бровь:

- Ты все-таки колеблешься?

- Нет. Но прежде, может быть, нам стоит обсудить наших прошлых партнеров? С точки зрения здоровья?

Эван покачал головой:

- Последняя связь у меня была еще до того, как я купил Сент-Айседор.

- А я ни с кем не встречалась уже больше года. И на последнем осмотре мне сказали, что я совершенно здорова.

Их губы слились, и он застонал. Маргарита принялась расстегивать его рубашку, и ее руки начали обследовать его мускулистую, покрытую волосками грудь, твердые соски, его роскошный пресс. А потом ее рука скользнула ниже, и она ахнула, обнаружив, каким большим и горячим был его член.

Эван принялся помогать ей и спустя пару мгновений избавился от всей своей одежды. Она отступила на шаг, чтобы насладиться его видом. Это была самая восхитительная эрекция из всех, что ей доводилось видеть.

А потом девушка опустилась на колени и взяла его член в рот.

Она больше всего любила именно это. Не только потому, что так могла контролировать своего партнера, заставляя его стонать, не потому, что у нее оставались свободными руки, чтобы исследовать и ласкать его тело. А потому, что только так можно в полной мере насладиться его запахом.

Маргарита проводила языком по шелковой головке, поражаясь тому, что она становилась все больше, а его судорожное дыхание было музыкой для ее ушей. Но внезапно Эван зарылся рукой в ее волосы и потянул за них, заставляя ее подняться.

- Моя очередь, - сказал он просто и повел ее к скамейке.

Это была ее любимая скамейка, с трех сторон увитая виноградными лозами, которые сплетались наверху, образуя арку. Здесь Маргарита читала, мечтала, а иногда даже спала.

Эван усадил ее на скамейку и опустился на колени. А его рот… Боже, его рот! Его искушенный, безжалостный рот! Он лизал, посасывал, покусывал, прислушиваясь к ее реакции, менял ритм, двигаясь все чаще и чаще. Маргарита пыталась осознать, что это был Эван - Эван, который дарил ей восторг и наслаждение, но ее возбуждение росло, и уже очень скоро она начала содрогаться в восхитительном оргазме.

Когда наконец ей удалось открыть глаза, на его лице играла самодовольная улыбка.

- Горд собой, не так ли? - пробормотала она, подозревая, что на ее лице играет такая же улыбка.

- Даже представить себе не можешь, как горд, - выдохнул любовник ей на ухо.

Он сел на скамейку и усадил ее к себе на колени.

- Надеюсь, у тебя в бумажнике есть презерватив?

- На самом деле…

Звук шин, шуршащих по гравию, заставил Маргариту вскочить.

- Машина! Кто-то подъехал к дому!

Эван протянул Маргарите ее халат, а сам поспешно надел брюки. Он успел надеть один ботинок и принялся искать второй, когда скрипнула калитка. Маргарита прикрыла его собой, спеша навстречу гостю.

Из-за угла вышла Эрсли, не отрывавшая взгляда от своего смартфона. Но, подняв голову, она на мгновение остановилась, а потом на ее лице расплылась понимающая улыбка.

- Привет, - сказала Маргарита, - ты так скоро освободилась?

Эрсли откашлялась.

- Я не оставляла у тебя свой портфолио? Никак не могу его найти. Привет, Эван.

- Привет, - сказал он, надевая второй ботинок.

- Не думаю, что ты оставила его у меня. По крайней мере, я его не видела.

- Но ты, похоже, очень занята сегодня. Могу я посмотреть сама?

- Конечно, - выдохнула Маргарита.

Ключ. У Эрсли был ключ.

Эрсли перевела взгляд с Маргариты на Эвана.

- Я пробуду внутри пятнадцать минут, - медленно проговорила она.

- Конечно, - сказала Маргарита. - Не спеши.

- Спешить должна не я, а вы. У вас будет пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок. - Эрсли прошла мимо них и открыла дверь ключом. Но перед тем как войти, повернулась к ним. - Под скамейкой валяются носки, а что-то похожее на мужские трусы висит на винограде.

И Эрсли с шумом захлопнула за собой дверь. Нервный смех, который Маргарита сдерживала все это время, наконец вырвался наружу, и Эван присоединился к ней.

- Не так я планировала провести утро, - наконец выговорила Маргарита, вытирая слезы.

- Я тоже не такое планировал. Мечтал о таком, но действительность оказалась лучше любой мечты.

Маргарита выпрямилась.

- Итак, дверь открыта.

- Я это вижу.

Она завернулась в халат и завязала пояс.

- Могу сварить кофе, о котором я говорила.

- Маргарита.

Ее имя прозвучало и как ласка, и как предупреждение.

Она посмотрела на него и прочитала так много в его глазах: страсть и желание, надежду и счастье, но и неуверенность.

- Да?

- Насчет нашего разговора. Я думал о наших дальнейших отношениях.

Ее сердце забилось быстрее.

- Ты имеешь в виду не тот разговор, который у нас был только что?

- Включая его. Ты ясно дала мне понять, что не заводишь личных отношений на работе. Ты все еще придерживаешься этого правила?

- Да.

Он улыбнулся.

- Я по поводу нашей дальнейшей работы. Я не хочу, чтобы люди думали, будто я соблазнил тебя.

Ей было приятно, что он заботился о ее репутации. Она любила его за это… Нет, она не могла влюбиться в него. Или, по крайней мере, не могла допустить, чтобы он узнал об этом. Если узнает, что она любит его, то окажется совершенно беззащитной.

- Но люди могут подумать, что жертва - это ты. Что я гоняюсь за тобой из-за твоих денег, - беспечно сказала Маргарита. - Мы не можем контролировать мысли окружающих. Но все равно, нам следует быть осторожными.

- Что ты хочешь сказать?

- Мир винного бизнеса очень мал. Нам следует держатся подальше друг от друга на работе, особенно при посторонних. Но это не так уж сложно…

- Потому что я редко здесь бываю, - закончил он за нее. - Но…

Эван замолчал, потому что в дверях появилась Эрсли, которая держала в одной руке кейс, а другой рукой прикрывала глаза.

- Я нашла его, - сказала она. - Могу я теперь спокойно уйти?

Маргарита рассмеялась.

- Мы уже одеты. Можешь спокойно выходить во двор.

- Да, мы выглядим вполне прилично, - сказал Эван с лукавым блеском в глазах.

Маргарита толкнула его локтем в бок.

- Не хочу этого знать. - Эрсли опустила руку, которой прикрывала глаза. - Но, Эван, если вы еще какое-то время пробудете здесь, нам троим следует сесть и обсудить наши планы относительно банкета.

- Как насчет понедельника?

- Понедельника? - Маргарита с изумлением повернулась к нему. - Ты не вернешься в город?

Он погладил ее щеку тыльной стороной ладони.

- Тот инвестор, о котором я говорил… он не смог приехать из-за какой-то проблемы в семье. Я сказал Люку, что пока буду работать отсюда.

- Ты собираешься работать отсюда? Где тот Эван Флетчер и что ты сделал с ним?

Он пожал плечами:

- Я хочу больше узнать о Сент-Айседоре и о его винах. Кто-то даже сказал, что это сможет помочь мне получше узнать своего брата.

- Не могу придумать ничего лучшего для Сент-Айседора.

- Только для Сент-Айседора?

Она покачала головой, а потом обняла его за шею и поцеловала. Он ответил на ее поцелуй и взялся за пояс ее халата. Эрсли рассмеялась и направилась к своей машине. А Маргарита сосредоточила все свое внимание на Эване.

Глава 7

Маргарита полулежала на новой кожаной софе, наблюдая за тем, как Эван и Нико спорят, кому достанется последний кусочек пиццы. В конце концов, Нико предложил померяться силами в армрестлинге. Гэби поймала взгляд Маргариты, и они обе закатили глаза. Но Маргарита не могла сдержать улыбку.

Был вечер пятницы, и после того, как Эван начал работать из Сент-Айседора, установилась традиция, что по пятницам они все собираются в резиденции владельца и заказывают пиццу.

Она все еще не могла поверить, что Эван сдержал обещание и прочно обосновался в Сент-Айседоре. Целыми днями он работал в своем кабинете, но по ночам… Ночи он проводил с ней. При воспоминании о том, что делали с ней его руки и губы, она покраснела. Эван посмотрел на нее, и по его понимающей улыбке ей стало ясно, что он знал, о чем она думает.

- Я выиграл! - закричал Нико.

Рука Эвана лежала на кофейном столике. А сам он продолжал смотреть на Маргариту.

- Наслаждайся своей победой.

Гэби поднялась с кресла.

- Мы сегодня идем на вечеринку стажеров.

- Кстати, о стажерах… - протянул Нико и обменялся многозначительным взглядом с Гэби.

Маргарита выпрямилась, а Эван нахмурился.

- Вы двое хотите что-то сказать нам?

- Ну… Я тут подумал. Мне нравится работать здесь. С вами. - Он указал на Маргариту. - И мне нравится дегустировать вина.

- Я слышу здесь но? - спросил Эван.

- Но. - Нико сделал глубокий вдох. - В августе Гэби возвращается в Корнелл. И, общаясь с другими стажерами, я подумал… мне нужно снова вернуться в колледж. Я на самом деле этого хочу, пусть раньше я и не уделял должного внимания учебе. Я решил, что хочу работать в гостиничном бизнесе. В большой шикарной гостинице.

Эван улыбнулся:

- Но это же замечательно.

- Я останусь в Сент-Айседоре до конца лета. Мне еще нужно многое решить. Не уверен, что меня снова возьмут в Бостонский университет, но я попытаюсь.

Гэби посмотрела на свой телефон.

- Нам лучше поторопиться. Увидимся позже.

Маргарита помахала им на прощание, все еще переваривая полученную информацию. Эван разлил остатки вина по бокалам и поднял свой бокал.

- За то, чтобы в следующие несколько часов нам никто не помешал.

Но она лишь моргнула.

Он опустил руку.

- Что-то не так?

- Нет, все нормально.

Эван испытующе посмотрел на нее.

- Ты не думаешь, что Нико должен вернуться в университет?

Маргарита покачала головой:

- Это отличная идея. Он замечательно справлялся в дегустационном зале. Посетители любили его. И из него выйдет прекрасный менеджер ресторана или отеля.

- Тогда в чем дело? Ты прикусила нижнюю губу.

Черт, он всегда умел читать ее мысли.

- Просто… - Маргарита замолчала, не зная, как объяснить панику, которая охватила ее. - Ну, если Нико не будет изучать винный бизнес… тебе уже не нужна будет винодельня? Она еще несколько лет не будет приносить ощутимого дохода, а ты потратил кучу денег на то, что тебе не интересно.

Теперь уже Эван озадаченно моргнул.

- Я об этом не подумал. Честно говоря, я не ожидал, что Нико захочет продолжать учебу. И я трачу деньги, чтобы заработать еще больше. И дело здесь не в интересе.

- А что насчет «Медэвко»?

- Я хочу, чтобы «Медэвко» процветала, но интерес? Я не так увлечен этим бизнесом, как ты вином.

- Когда мне было восемь лет, я заявила родителям, что буду делать вино. Я уже тогда знала это. А чем ты в детстве хотел заниматься?

- Делать деньги. Мои родители вечно ругались в конце месяца из-за оплаты счетов. А потом родился Нико, и их ссоры стали еще ожесточеннее. Но в любом случае, относительно «Медэвко». Мне сегодня звонил Люк.

У нее упало сердце.

- Ваш поставщик разобрался с семейными проблемами?

- Не совсем, но очень скоро разберется. Нам нужно быть готовыми. Но мы с Люком по-разному понимаем эту готовность. Так что мне нужно переговорить с ним с глазу на глаз.

Он притянул ее к себе и потерся подбородком о ее шею. Его вечерняя щетина приятно щекотала ей кожу.

- Я уезжаю в понедельник в Сан-Франциско и, возможно, не приеду больше до самого саммита.

Это заявление потрясло ее. Конечно, он рано или поздно вернулся бы в Сан-Франциско. «Медэвко» была для него основным приоритетом.

Но от ее внимания не ускользнуло, что на самом деле он не ответил ей, что станет с Сент-Айседором после отъезда Нико. У нее не было достаточного капитала, чтобы купить винодельню. А просить его продать ей ее по цене ниже рыночной или вообще подарить ее… это было невозможно.

- Я буду скучать по тебе, - вырвалось у нее.

Он посмотрел ей в глаза.

- Тогда поедем со мной.

- В Сан-Франциско? Но прием состоится так скоро!

- Вы с Эрсли все уже подготовили. Я не беспокоюсь на этот счет. Кроме того… - на его лице появилась лукавая улыбка, от которой у нее сильнее забилось сердце, - в городе нам никто не будет мешать.

- Но Нико так много времени проводит у Гэби, что нам и здесь никто не мешает.

- Однако разве не будет приятно не беспокоиться об этом? Кроме того, в следующую пятницу состоится благотворительный ужин, который мне необходимо посетить.

А у меня все еще нет спутницы.

Он наклонился и принялся шептать ей на ухо, от чего по телу у нее побежали мурашки.

- Я уеду в понедельник и постараюсь как можно быстрее расправиться с делами. Ты приедешь в четверг и основательно ознакомишься со всеми комнатами в моем доме. Когда тебе это надоест, мы погуляем по городу, а в пятницу пойдем на ужин.

Это звучало так соблазнительно!

- Расскажи мне побольше об этом ужине. Кто там будет?

- Воротилы из Кремниевой долины. И светская публика, из тех, кто любит наряжаться и посещать все тусовки. - Он пожал плечами. - Ужин устроен для сбора средств для местных убыточных предприятий, так что публика будет разношерстная.

- А там будут представители винного бизнеса? - с деланым безразличием спросила она.

Он кивнул.

- Скажем, ты будешь представлять Сент-Айседор, посмотришь, как будет организован ужин, и пообщаешься с конкурентами.

В Сент-Айседоре они могли притвориться, что остальной мир не существует. Что они следуют своим новым правилам - с девяти до пяти они только коллеги, а после пяти - друзья с особенными и очень приятными бонусами в отношениях.

Она могла притвориться, что не влюбилась в него.

Притвориться, что ее не охватывает ужас при мысли, что он может продать Сент-Айседор теперь, когда Нико решил вернуться к учебе.

- Приезжай, - прошептал Эван. - Я не хочу целых две недели быть без тебя. Ты можешь взять отпуск. Я договорюсь с твоим боссом. - Он поиграл бровями.

Она рассмеялась, не в силах противиться. Может быть, съездить в Сан-Франциско было неплохой идеей. Поучаствовать в городской жизни. И может быть, убедить его, что не стоит продавать Сент-Айседор, что это хорошее вложение денег.

- Но я должна буду уехать в субботу утром. У нас с Эрсли назначены встречи с поставщиками.

Он взял бокал и отпил вина.

- Ты получишь огромное удовольствие, гораздо больше твоих ожиданий.

Его рука скользнула ей под юбку, и она закрыла глаза.

- Не могу представить, как ты можешь доставить мне больше удовольствия, чем уже доставляешь.

- Вот и посмотрим.

Эван поцеловал ее, и его губы были твердыми и требовательными, заставляя ее сосредоточиться на своих ощущениях.

Маргарита ответила на его поцелуй, и паника сменилась возбуждением. Эван не был ни Каспером, ни Лайнусом. Ей не нужно было бояться, что он выбьет почву у нее из-под ног. Заранее беспокоиться - это только накликивать беду.

Но беспокойство все равно не оставило ее, как ни пыталась она от него избавиться.

Дорога в Сан-Франциско казалась ей бесконечной, и в то же время слишком короткой для ее нервов. С одной стороны, она впервые познакомится с жизнью Эвана за пределами Сент-Айседора, встретится с его друзьями, поймет, что делает Эвана таким, какой он есть. Но с другой стороны, они впервые окажутся наедине вне того защитного кокона, каким стал для них Сент-Айседор.

Дом Эвана оказался сверхсовременным. Это было четырехэтажное здание из стекла и бетона с элегантным фасадом, которым она залюбовалась, сворачивая на подъездную аллею.

Используя приложение, которое Эван установил на ее смартфоне, Маргарита открыла стеклянную входную дверь. Внутри дом был еще более современным, чем снаружи. С дорогой отделкой, которая напомнила ей о телевизионных шоу про ремонт, проводимый в резиденциях знаменитостей. Неудивительно, что Эван так нелестно отзывался об устаревшем, хотя все еще роскошном интерьере Сент-Айседора.

Она поставила сумку в прихожей и принялась обследовать дом. Окна в гостиной тянулись от пола до потолка, открывая вид на город и на мост Золотые Ворота. Кухня со всевозможными современными приспособлениями отделялась от столовой лишь камином.

Но внезапно звук открывающейся входной двери заставил ее подпрыгнуть. Она резко повернулась, ожидая увидеть Эвана, но это оказалась женщина примерно его возраста, с элегантной стрижкой, которая подчеркивала ее высокие скулы, и с пронизывающим взглядом темных глаз. Ее костюм стоил, наверное, больше, чем весь гардероб Маргариты.

- А, вы уже здесь, - сказала она. - Это хорошо.

У Маргариты бешено колотилось сердце. Кто она? Где был Эван?

- А вы?…

- Эван не предупредил вас? Ну конечно же нет. Ох уж эти мужчины! - Женщина закатила глаза. - Хотя они с Люком были очень заняты, что его извиняет. Я Финли Смит. Я подруга Эвана - то есть мой брат Грейсон его друг, но Эван знал, что я сейчас в городе, и попросил меня присмотреть за вами.

Она протянула правую руку, но Маргарита лишь посмотрела на нее, не протягивая свою.

- Маргарита Делакруа. Я не знала, что нуждаюсь в няньке.

Финли улыбнулась, продемонстрировав ровные белые зубки, и опустила руку.

- Мы отлично поладим. И конечно же, вам не нужна нянька. Но Эван подумал, что вам может понадобиться помощь, когда вы пойдете по магазинам, чтобы купить наряд для завтрашнего приема.

- Не понимаю. - Она уже одолжила наряд у Эрсли. - Эван знает, что мне наряд не нужен. Она достала телефон, чтобы позвонить ему.

Финли покачала головой:

- Он на важном совещании, которое продлится до вечера. Я знаю, это раздражает. Мой брат тоже на этом совещании, хотя мне срочно необходимо поговорить с ним о предстоящих событиях. Так что, поскольку я не могу ничего сделать, пока Грейсон не освободится, а вам не нужно посещать магазины, может быть, покажете мне свой маскарадный костюм?

- Маскарадный?

У Маргариты голова шла кругом. Дорога была долгой, она устала, проголодалась и мучилась от жажды. Возможно, она не так расслышала.

Но Финли прищурилась:

- Завтрашний прием. Это бал-маскарад.

Маргарита продолжала тупо смотреть на нее.

Финли протянула руку и сочувственно похлопала ее по плечу:

- Мужчины!

Спустя несколько часов у Маргариты был маскарадный костюм, который ей удалось собрать благодаря тому, что Финли знала, где что можно купить.

Платье, которое она одолжила у Эрсли, было из бледно-золотистого шелка и облегало фигуру, подчеркивая ее формы. Маргарита, основываясь на цвете платья и на своей профессии, решила, что будет изображать бутылку шампанского. Финли нашла в местном бутике шаль из кремового шифона, а продавец в магазине ремесел нашил на нее огромные жемчужины и прозрачные шарики. Шаль, обернутая вокруг плеч Маргариты, напоминала пузырьки в фужере шампанского. На простую маску они наклеили жемчужины поменьше и прозрачные бусины. И завершала этот наряд картонная шляпа в виде пробки от шампанского, оставшаяся в магазине маскарадных костюмов с Нового года.

Финли также уговорила Маргариту купить косметику разных оттенков золота, включая блеск для лица и тела. Когда они вернулись в дом Эвана, Маргарита немного поэкспериментировала с косметикой, а потом надела свое платье, чтобы показать его Финли, чье мнение она уже начала ценить.

- Готовы?! - крикнула она из-за закрытой двери.

- Готова, - ответила Финли.

Маргарита вошла в гостиную, и Финли хлопнула в ладоши.

- Идеально, - объявила она.

Но Маргарита ее не слышала. Ее взгляд упал на мужчину, входящего в комнату.

* * *

Эван замер на пороге, не сводя глаз с золотого видения. Он всегда считал Маргариту красавицей, в любое время дня и ночи, в брюках и блузке, сидящей за рабочим столом, или в джинсах и футболке, покрытых грязью после работы в виноградниках. И конечно же, Маргарита была невероятно красива в его кровати, полностью обнаженная, с лукавой улыбкой и затуманенными страстью глазами. Это было его самым любимым зрелищем.

Но сейчас она буквально светилась. Янтарные лучи заходящего солнца, падавшие в окна, освещали ее сзади. Платье облегало ее, как перчатка, и ткань казалась расплавленным золотом. Еще пятнадцать минут назад он был усталым и раздраженным после долгого и безрезультатного совещания. Но сейчас… Маргарите повезет, если это платье останется на ней дольше пяти минут.

И по тому, как приоткрылись ее губы и заблестели глаза, он понял, что она это знает.

- Ну, мне пора уходить, - услышал он слова Финли. - Я не иду на маскарад, так что прощаюсь с вами. Было приятно познакомиться, Маргарита. Я получила удовольствие, изображая добрую фею. Нужно будет это как-нибудь повторить. - Проходя мимо Эвана, она похлопала его по плечу. - Не трудись провожать меня.

- До свидания, Финли, - отозвалась Маргарита. - Спасибо вам за все.

- Не позволяйте ему порвать платье после всех наших трудов, - сказала Финли, а потом они услышали, как открылась и закрылась входная дверь.

Он в считаные доли секунды оказался рядом с Маргаритой. Но когда он попытался обнять ее, она остановила его.

- Это будет маскарад. И когда ты планировал сообщить мне об этом?

- Маскарад? Надо же! - Он был уверен, что это был обычный прием в смокингах, как и другие приемы, которые он посещал по роду своей деятельности. И тут он обратил внимание на шляпу в виде пробки на темных волосах Маргариты. - Это пробка?

- Я изображаю бутылку шампанского.

Она покружилась, и юбка слегка приподнялась, обнажая ее точеные щиколотки.

- Ты на самом деле опьяняешь.

Он сделал еще одну попытку обнять ее, но она опять остановила его.

- Финли убьет меня, если ты испортишь мой костюм. - Она сняла шляпу и прозрачную шаль, которая была обернута вокруг ее плеч. - Хорошо… теперь можно. Но осторожнее с платьем. Оно принадлежит Эрсли.

Ему не требовалось дополнительного приглашения. Он весь день мечтал о ее поцелуе. О той страсти, с которой ее язык проникал внутрь его рта. О том, как она нежно покусывала его губы. Эван тут же превратил свою мечту в реальность, обнимая ее, гладя по спине, а потом обхватив ее ягодицы и прижав ее к своему возбужденному члену.

Маргарита немного отстранилась и улыбнулась ему:

- Привет. Я так понимаю, что ты рад видеть меня.

- Мне не терпится показать тебе, насколько я рад, - прорычал он, но, когда попытался поцеловать ее, она рассмеялась. - В чем дело?

- Ты весь в блестках. Твое лицо, волосы и даже рубашка.

Эван только теперь обратил внимание на то, что его возлюбленная покрыта крохотными металлическими блестками.

- Прости, от них так трудно избавиться.

Она принялась отряхивать его рубашку, но безрезультатно.

Эван поймал ее руки.

- У меня есть план.

Он повел ее к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагались спальни, и пропустил ее вперед, наслаждаясь видом ее прелестной обтянутой платьем попки. Его планы на вечер стремительно менялись. Эван хотел произвести впечатление на Маргариту и заказал ужин в роскошном ресторане, где сомелье должен был принести им бутылку «Каберне-Совиньон» из Сент-Айседора, чтобы сделать ей сюрприз. А после ужина он собирался побродить с ней по городу и угостить ее мороженым. А потом они пошли бы домой…

«Домой». Эван не ожидал, что употребит это слово по отношению к своей роскошной резиденции. Это было для него лишь местом, где хранились его вещи и было место для отдыха в перерывах между поездками и совещаниями. Он купил этот дом в качестве удачной инвестиции, но каково бы это было - иметь дом, а не просто здание?

Особенно если Маргарита была бы рядом всякий раз, когда он выключал свет перед сном. Сидела бы напротив него за обеденным столом. А рядом была бы маленькая темноволосая девочка, которая доверчиво держалась бы за его руку.

Это было соблазнительным видением, но такие люди, как Эван, не были созданы для семейной жизни. Он никогда не смог бы стать почтенным отцом семейства, который подстригает лужайку по субботам. Это было не для него. Его задача - делать деньги, чтобы обеспечивать Нико и своих бабушку и дедушку.

Когда Маргарита поднялась на последнюю ступень и повернулась к нему, в ее глазах светились лукавство и страсть. Она медленно спустила тонкие бретельки платья с плеч, и мягкий шелк соскользнул с ее грудей, обнажая розовые затвердевшие соски.

- Где твоя спальня? - спросила она.

Все мысли оставили его. Он схватил ее за руку и повел за собой.

Когда они вошли в его огромную спальню, Маргарита ахнула:

- Здесь больше места, чем во всем моем доме.

Эван вытащил телефон из кармана джинсов и нажал на кнопку управления. Свет стал гаснуть, а жалюзи медленно поднялись, открывая взору полностью застекленную стену, выходящую на освещенный фонарями город.

Маргарита поспешно прикрыла платьем грудь.

- Вау. Да ты просто эксгибиционист.

Он встал позади нее и накрыл ее руки своими руками, нежно заставляя отпустить платье, которое соскользнуло с ее тела на нагретый выложенный плиткой пол.

- Это стекло прозрачно только с нашей стороны. Снаружи никто не может видеть нас, - прошептал он и осторожно куснул ее за ухо, от чего по ее телу пробежала дрожь.

- В таком случае на тебе слишком много одежды.

Маргарита повернулась к нему, переступая через лежащее на полу платье и свои трусики. Эван помог ей раздеть себя, но, когда она попыталась начать ласкать его член, он призвал на помощь всю свою выдержку и, сделав шаг назад, произнес:

- Блестки, - и потянул ее в ванную.

Эван никогда не предавался фантазиям по поводу душа. Для него это было лишь место, где можно было смыть с себя пот и грязь. Главное, чтобы было достаточно теплой воды, а остальное не имело значения.

Но сейчас все изменилось.

Он повернул ручку крана, - полилась горячая вода. Эван спросил Маргариту:

- Температура нормальная?

Она, вместо ответа, встала под струи воды, откинув голову назад и закрыв глаза. Вода стекала по ее волосам, груди, животу и бедрам. Эван никогда не видел более красивого зрелища.

Открыв один глаз, Маргарита пробормотала:

- Ты тоже покрыт блестками. Тебе следует вымыться.

Ему не нужно было повторять приглашение. Он присоединился к ней и взял из корзины мочалку. Выдавив на нее изрядное количество геля для душа, Эван сказал:

- Повернись.

Он стал нежно намыливать ее спину, а потом налил в ладонь шампуня и начал массировать ее голову. Ее дыхание участилось. Она оперлась руками о стеклянную стену, освещенная лишь светом уличных фонарей.

Эта женщина принадлежала ему. Он едва сдержался, чтобы не упасть на колени.

- Ты испортил меня, - сказала Маргарита. - Я никогда никому не позволяла мыть мои волосы. - Она повернулась к нему. - Посмотрим, смогу ли я испортить тебя.

Она протянула руки к его члену, уже по опыту хорошо зная, как доставить ему удовольствие. Он закрыл глаза, а ее ловкие пальцы начали ласкать его. Его член увеличился, и напряжение стало невыносимым.

Он поспешно протянул руку, повернул кран и выключил воду.

Маргарита перестала ласкать его.

- Что случилось?

- Я хочу, чтобы это произошло в кровати.

Позже тем же вечером, после того, как Эван позвонил в ресторан и попросил доставить заказанную им еду на дом, после того, как еще один курьер принес им мороженое, после того, как кровать Эвана превратилась в нагромождение смятых простыней, подушек и одеял, Маргарита обессиленно упала поверх него.

Эван гладил спину возлюбленной, наслаждаясь ее теплом. Ее дыхание стало ровным, и, когда он почувствовал, что она вот-вот погрузится в сон, осторожно повернулся на бок, прижимая ее к себе, и натянул на них одеяло. Она свернулась в клубочек рядом с ним и положила левую руку ему на грудь.

Прямо на его сердце.

Эван поцеловал мочку ее уха, собираясь погрузиться в сон вслед за ней, и тут она сказала это. Тихо, так тихо, что ему показалось, что он неправильно расслышал ее слова. Что она просто разговаривает во сне и не имеет этого в виду.

- Я люблю тебя.

Эван замер.

- Маргарита? - прошептал Эван, чувствуя, что у него пересохло во рту. - Ты что-то сказала?

- Что? - Девушка приоткрыла глаза. - Я люблю твою кровать. У тебя очень хорошие простыни.

Она закрыла глаза, ее дыхание стало ровным.

Но ему было не до сна.

Маргарита сказала, что любит его.

Но, может быть, он неправильно ее расслышал? Однако теперь Эван уже не выбросит эти слова из головы. Что, если она и вправду сказала это? Что это будет значить?

В конце концов, люди часто употребляют эти слова. Например, говорят, что любят бейсбол. Или котят. Или шелковые простыни. Это было просто фигурой речи. И нет никаких причин, почему бы им не продолжать все, как было, - днем заниматься бизнесом, а по вечерам получать удовольствие от близкого общения.

И тут Маргарита пошевелилась, и у него сжалось сердце, потому что во сне выражение ее лица было таким ранимым.

Эван больше не мог обманывать себя. Маргарита, возможно, любит его простыни, но он сам уже начал влюбляться в нее.

И это было катастрофой.

Когда на экране его телефона появились цифры 5:00, он осторожно высвободился из ее объятий и встал с кровати.

Глава 8

Маргарита проснулась и резко села, на мгновение не в состоянии осознать, где находится.

Потом расслабилась и снова упала на мягкие подушки. Сан-Франциско. Дом Эвана. И должно быть, была еще ночь, потому что в комнате было темно. Она закрыла глаза и собралась опять погрузиться в сон, протянула руку, чтобы обнять Эвана…

Но Эвана рядом не было.

Теперь она уже окончательно проснулась. Повернув голову, посмотрела на часы, стоявшие на прикроватном столике. Восемь часов? Она никогда не спала так долго. Последнее, что помнила - как закрыла глаза, лежа в объятиях Эвана. На его подушке она увидела записку: «Не хотел тебя будить. Спускайся вниз, когда будешь готова».

Маргарита приняла душ, надела простенький сарафан, который захватила с собой, и наконец спустилась вниз.

Эван сидел за кухонным столом, с сосредоточенным видом глядя на экран лэптопа. Он был гладко выбрит и одет в обычную рабочую одежду - застегнутую на все пуговицы рубашку и темные джинсы. Казалось, что он бодрствовал очень давно. Она заколебалась, стоя на пороге, не желая потревожить его.

Эван поднял голову и увидел ее. На его лице появилась улыбка, которая тем не менее не отражалась в его глазах.

- Доброе утро, Спящая красавица, - сказал он. - На кухне есть свежесваренный кофе. И моя экономка заполнила буфет лучшей выпечкой в городе. Угощайся.

Маргарита кивнула, и ее радужное настроение начало меркнуть. Секс с Эваном всегда был потрясающим, и прошлая ночь не была исключением. На самом деле ей показалось, что это было не только единением тел, но и душ. Она не знала, чего ожидала от него этим утром, но уж никак не того, что он будет выглядеть так, будто совсем забыл о ее присутствии в его кровати.

Но у него был какой-то кризис на работе, так что, возможно, ему было не до нее. Она прошла на кухню, но понятия не имела, где находится кофе-машина, не говоря уже о буфете. Столешницы были пустыми, а шкафы, тянувшиеся от пола до потолка, были без ручек.

- Эван? А где кофе?

- Позволь мне.

Эван поднялся, подошел к ней и нажал на какую-то кнопку, а потом вернулся к своему лэптопу. Дверцы шкафа разъехались, и она увидела сверкавшую хромом кофемашину.

Налив кофе в чашку, которую нашла рядом с кофемашиной, она крепко вцепилась в нее. Ей было приятно держаться за что-то. Дом Эвана был роскошным, но напоминал декорации на сцене. Слишком идеальным, чтобы быть настоящим.

Уютная обстановка Сент-Айседора говорила: «Здесь люди жили полной жизнью». А дом Эвана говорил: «Фотограф из архитектурного журнала будет здесь с минуты на минуту».

Тревога, которая охватила ее, когда Нико сказал, что хочет продолжить учебу, возродилась с новой силой. Она любила Сент-Айседор, несмотря на его недостатки - а может быть, именно из-за них. Но мог ли Эван полюбить его?

Или он продаст его, потому что тот больше ему не нужен?

Ее телефон зазвонил, и она достала его из кармана.

- Это один из моих менеджеров. - Она нажала на кнопку. - Привет! Что случилось?

* * *

Эван наблюдал, как Маргарита разговаривала по телефону. Ее темные глаза сверкали в свете утреннего солнца, лучи которого проникали сквозь окно, тянувшееся от пола до потолка. И ее лицо было озарено улыбкой. Эта улыбка словно освещала комнату, и солнечный свет по сравнению с ней тускнел. Первый раз в жизни он наслаждался настоящим моментом, не думая о том, что ему надлежит делать дальше.

Теперь, когда прошло уже несколько часов после сделанного им открытия и он успел свыкнуться с ним, его мысли пришли в порядок. Итак, он не планировал влюбляться в нее. Он вообще не планировал влюбляться в кого-либо когда-либо. Он специально так построил свою жизнь, чтобы ничто не могло заставить его свернуть с намеченного пути.

- Свяжемся позже. До свидания. - Маргарита отложила в сторону телефон и с сияющей улыбкой посмотрела на Эвана. - Начался veraison[1]. Виноград начал созревать.

- Отлично. Но… разве это не нормальный ход событий? Ты выглядишь так, словно Санта-Клаус приземлился на твою крышу.

Она широко улыбнулась.

- Да, виноград должен созревать, и это замечательно. Это позволяет нам прикинуть, какого урожая следует ждать в этом году и сколько бутылок вина мы сможем сделать.

Эван кивнул.

- Кстати, твой французский безупречен. Но, учитывая твое имя, это не должно меня удивлять.

Маргарита странно посмотрела на него.

- Что касается моего имени…

Он нахмурился.

- Что именно?

Она поморщилась.

- Маргарита - это мое среднее имя. Мое первое имя - Дейзи.

- Тебя зовут Дейзи Делакруа?

- Я знаю, это звучит как имя из мультфильма.

- Я думал, что там была Дейзи Дак.

- Не важно. Когда я была маленькой, родители рассказывали мне об истории наших французских предков-виноделов. И я была в таком восторге, что стала требовать, чтобы меня звали Маргаритой. Мои родители просто замечательные, они не возражали. Они переехали в Аризону, когда я училась в университете. Единственное, что они теперь выращивают, - это сорняки и альпийские горки. - Она искоса взглянула на него. - Тебе они понравились бы.

Он знал, что она ждет от него ответа. Что-нибудь типа «Да, я с радостью познакомился бы с ними» или «Дай мне знать, когда они в следующий раз приедут в город». Ей, возможно, было бы достаточно улыбки или подмигивания.

Но у него в голове зазвучал сигнал тревоги. И единственное, что он мог сделать, - это кивнуть.

- Наверное.

У нее между бровей образовалась складочка, и она изучающе посмотрела на него.

- Прости. Родители - не лучшая тема для разговора.

Эван почесал голову. Обычно это он мог читать мысли других людей. Но когда дело касалось его, Маргарита была невероятно проницательной. Это было одной из причин, почему он влюбился в нее, несмотря на свое твердое решение бороться с этим чувством.

Он знал свои сильные и слабые стороны. Он испытывал огромное удовольствие, создавая успешные компании, потом продавая их и вкладывая деньги в следующие компании. Расширяя свои благотворительные планы и снабжая больницы и медицинские центры в бедных кварталах оборудованием, которое позволяло бы бедным людям получать то же обслуживание, что и их богатым соседям. Но он никогда не достигнет своих целей, если позволит себе отвлечься от них.

А покупая и продавая компании, смог обеспечить всем необходимым Нико и своих бабушку и дедушку. Он позаботился о том, чтобы близкие ему люди ни в чем не нуждались. Вот что держало его на плаву. И если он отвлечется…

Сигнал тревоги в его голове зазвучал громче.

- Родители. Конечно. Я бы с удовольствием познакомился с твоими. Когда-нибудь.

- Конечно.

Маргарита кивнула, и ее улыбка все еще была такой же широкой, но глаза померкли. Острая боль сожаления пронзила его сердце.

Кризис в «Медэвко» не был разрешен, но компания никуда не денется. А Маргарита была здесь и сейчас, и он должен наслаждаться каждой минутой, проведенной в ее обществе, чтобы сохранить воспоминания об этом после того, как они неизбежно расстанутся. Эван закрыл лэптоп и убрал его в рюкзак.

- Прости. Я не должен был покидать кровать, когда там была ты.

Она просияла.

- Но кровать никуда не делась.

Он притворно задумался.

- Верно. Но насколько помню, я обещал показать тебе все комнаты в моем доме. - Он встал, подошел к Маргарите и обнял ладонями ее щеки. - Тогда начнем?

Он подхватил ее на руки и усадил на стол. А потом поднял подол ее платья и сдвинул в сторону кружево, закрывавшее самые интимные части ее тела.

- Начнем отсюда.

В конце концов, именно Маргариту задержала работа, так что она прибыла на мероприятие гораздо позже назначенного часа. Всемирно известный шеф-повар, с которым они подписали договор на проведение банкета в Сент-Айседоре, из-за каких-то обстоятельств вынужден был отказаться. Маргарита и Эрсли не слезали с телефонов, ища ему замену и обговаривая гонорар. Эван не хотел идти на ужин один, но она убедила его, невероятно красивого в смокинге и черной простой полумаске, отправиться без нее. К счастью, Эрсли была организационным гением, так что сумела быстро договориться с новым шефом. Покончив с этим, Маргарита поспешно нарядилась в свой маскарадный костюм, не потрудившись нанести на кожу блестки, и прыгнула в такси, чтобы успеть на последний час маскарада.

К тому моменту, когда она входила в зал, вечеринка была в самом разгаре. Звуки музыки, смеха и громких разговоров оглушили ее, и она начала разыскивать Эвана, ослепленная ярким светом, красочными декорациями и сверкающими маскарадными костюмами.

Наконец она увидела его, стоявшего в углу вдали от танцпола, на котором кружились пары, и от бара, около которого образовалась очередь. Он был поглощен беседой с каким-то мужчиной.

У нее буквально подкосились ноги при виде его. Она всегда думала, что эта фраза - просто идиома, но, как оказалось, ее нужно было понимать буквально. При виде Эвана у нее подкашивались ноги. Она опустилась на ближайший стул.

- Маргарита. Какой сюрприз.

Мужской голос раздался у нее за спиной.

Она надела на лицо маску безразличия, чтобы не показать, как она шокирована и задета. А потом обернулась, отлично зная, кого сейчас увидит. В конце концов, она в течение семи лет ловила каждое его слово. Пока не обнаружила, что он ворует у нее идеи и выдает их за свои собственные.

Каспер Вос был представительным мужчиной. Ростом намного более шести футов, с копной платиновых волос, он выделялся в толпе, так что ей не составляло труда избегать его на мероприятиях виноделов. Ей стало удивительно, как она могла не заметить его, особенно учитывая, что он был одним из немногих гостей, на ком не было маски.

- Каспер. Как дела в «Делавина Селларз»?

- «Делавина» спонсирует это мероприятие. Поставляет свое вино. Это для нас замечательная реклама. А ты что здесь делаешь? Здесь же только сливки общества.

Это было еще одной особенностью Каспера - он был откровенен до грубости.

- Я здесь гостья, - сказала Маргарита, гордясь тем, что ее голос прозвучал ровно и холодно. - И я вижу своего партнера, так что прошу извинить меня…

Каспер проследил за ее взглядом, и слишком поздно она осознала свою ошибку. Конечно же, Каспер узнал нового владельца Сент-Айседора.

- Твоего партнера? - Он неприятно улыбнулся. - Понимаю.

- Это не то, что ты… Мы здесь, чтобы завести полезные связи для Сент-Айседора. - Она вздернула подбородок. - Винодельня уже на пути к тому, чтобы превысить существовавшие последние десять лет как объем, так и качество продукции.

- Что касается объема, может быть. - Каспер пожал плечами и насмешливо улыбнулся. - Но качество? Это невозможно. Сент-Айседору не хватает… опытного руководителя.

Она знала, что он закончит тем, что поставит под сомнение ее талант. Надо отдать ему должное - он, по крайней мере, говорил гадости ей прямо в лицо, хотя делал это и у нее за спиной.

К ее обиде присоединилась злость - опасная комбинация, всегда приводившая к тому, что она не могла удержать язык за зубами.

- Именно поэтому мы не застыли в прошлом столетии, и теперь Сент-Айседор развивается быстрыми темпами. Но поздравляю тебя с успехом «Делавина». Скажи мне, у кого из молодых виноделов ты теперь воруешь идеи?

На мгновение улыбка сползла с его лица. Но потом снова появилась, еще более насмешливая и неприятная.

- У тебя выросли коготки. Браво. Но ты все та же прежняя Маргарита. Все еще пресмыкаешься перед владельцами Сент-Айседора, все еще надеешься, что они кинут тебе крохи со своего стола. Но ты, как и всегда, обречена на провал. - Он взял с подноса проходившего мимо официанта бокал красного вина и протянул ей. - Наслаждайся настоящим вином, пока можешь.

Каспер отошел от нее, и Маргарита тут же поставила бокал на столик. У нее дрожали руки, и ей меньше всего хотелось посадить пятно на одолженное платье.

Она направилась к столику Эвана, но, подойдя ближе, обнаружила, что Эван не просто разговаривал. Он отчаянно спорил.

- Если мы хотим заполучить Ангуса Хорна, нам нужно действовать незамедлительно, - настаивал он.

- Я проанализировал ситуацию, - говорил его собеседник. Это был темноволосый мужчина, и даже маска не скрывала его грубоватой красоты. Маргарита догадалась, что это был Люк Даллас, деловой партнер Эвана. - Я не уверен, что нам вообще нужен Хорн.

- Очень нужен. - Эван сердито посмотрел на Люка. - Хорн - наша лучшая возможность в настоящий момент для того, чтобы расшириться и получить максимальную прибыль.

Люк покачал головой.

- Только если мы решим, что так будет лучше для процветания нашей компании. Но мои цифры говорят мне, что предпочтительнее сосредоточиться на уже завоеванных рынках. Мы, конечно, не увидим немедленного роста доходов, но это безопаснее для нас.

- Я генеральный директор. Мы выходим на международный рынок. Это не обсуждается.

- Ох. - Рядом с Маргаритой появилась очаровательная блондинка в серебряном платье. - Ну вот, Эван опять сделал это. - Она повернулась к Маргарите и протянула ей руку для рукопожатия. - Привет. Я Даника. Я замужем за тем типом, который изображает вулкан, готовый извергнуться.

Маргарита пожала ее руку:

- Маргарита. Вы жена Люка. Я очень рада познакомиться.

- Я тоже. - Даника снова посмотрела на мужчин, и Маргарита последовала ее примеру. Мужчины, казалось, не замечали никого вокруг, погруженные в спор. - Как думаете, нам стоит вмешаться или пусть сами разбираются?

- Они часто так спорят?

Даника нахмурилась:

- Нет. Никогда. Обычно они единодушны во всем. Но с тех пор, как Эван купил винодельню… Не то чтобы винодельня была камнем преткновения. Я знаю, что вы там работаете. Но покупка винодельни совпала с решением Эвана расширить операции «Медэвко». Эван очень хочет, чтобы Ангус Хорн стал членом совета директоров, а Ангус любит вино. Может быть, Эван купил ее, чтобы произвести на него впечатление.

Маргарита покачала головой:

- Он купил Сент-Айседор, чтобы его брат изучал этот бизнес.

Даника рассмеялась.

- Пожалуйста, не говорите этого Нико, не вселяйте в него напрасные надежды.

- Не беспокойтесь. На самом деле Нико решил заняться кое-чем другим.

И им с Эваном еще предстоит обсудить его планы на Сент-Айседор теперь, когда Нико уехал. Слова Каспера все еще звучали в ее ушах:

«Все еще пресмыкаешься перед владельцами Сент-Айседора, все еще надеешься, что они кинут тебе крохи со своего стола. Но ты, как и всегда, обречена на провал».

Звук удара кулаком по столу снова привлек внимание женщин к спорящим мужчинам. Эван и Люк вскочили, опершись кулаками о стол и наклонив головы, как быки, готовящиеся к схватке.

- Мне это не нравится, - сказала Даника и направилась к Люку.

Но напряжение быстро спало, и мужчины, видимо, расслабились, хотя у Маргариты сложилось впечатление, что это было лишь временным перемирием. Даника подошла к Люку, и он притянул ее к себе и поцеловал в щеку. Эван огляделся по сторонам и в первый раз за вечер увидел Маргариту. На его лице расплылась широкая улыбка.

- Ты здесь.

- Да.

Она замерла в нерешительности. Должна ли она поцеловать его в качестве приветствия? Или обнять? Или…

- Я рад, - просто сказал Эван. - Мне тебя не хватало.

Он взял ее за руку и переплел ее пальцы со своими. Внезапно ей показалось, что сердце с трудом умещается в ее груди.

Отрицать очевидное больше не имело смысла. Она была по уши влюблена в своего босса. Человека, в чьих руках находилось будущее ее наследия. Мужчину, который ничем не показал, что это было больше чем необременительная интрижка между двумя взрослыми людьми.

Но сегодня вечером, среди этого веселья, звуков музыки, яркого света и фантастических костюмов она позволит себе в последний раз притвориться. Притвориться, что насмешки Каспера не достигли цели. Что у них с Эваном есть будущее. Что они смогут построить совместную жизнь, частью которой стал бы Сент-Айседор.

Один последний раз. А потом она вернется к суровой действительности.

Глава 9

Спустя неделю все говорило о том, что банкет в Сент-Айседоре станет самым значительным светским мероприятием этого лета. Маргарита нервно провела руками по простому темно-бордовому платью с длинными рукавами и в последний раз огляделась по сторонам, проверяя, все ли готово к приему гостей.

Терраса освещалась круглыми фонариками, столики для коктейлей были двух видов - низкие и высокие, рядом с ними стояли барные стулья, а уютно расположенные диваны так и приглашали сесть на них и завести неторопливый разговор. В дальнем углу террасы стоял гриль, который будет обеспечивать гостей местными калифорнийскими деликатесами. А с террасы открывался потрясающий вид на виноградники.

Дополнительный обслуживающий персонал, нанятый по этому случаю, сгруппировался вокруг Нико, который в последний раз объяснял им последовательность событий в этот вечер. А рядом с ним стояла Гэби, на добровольной основе помогающая ему.

Тед Сато, начальник производственного отдела, расставлял бутылки с вином для дегустации. Эрсли, одетая в яркое платье в восточном стиле, когда-то принадлежавшее ее бабушке, словно парила над гладким каменным полом, проверяя, все ли было в идеальном порядке, не упуская из виду ни одну мелочь, - цветочные композиции, расположение бокалов на подносах, порядок подачи закусок.

И вино. Сент-Айседор в последние годы переживал не лучшие времена под руководством Лайнуса, но качество вина оставалось достаточно высоким. Большинству гостей выбранное ею вино придется по вкусу. А для знатоков она приготовила новые вина, которые уже успели созреть.

Ничто не было упущено из виду. Каждое действие подчинялось единому плану. И не было причин так волноваться. Но сердце бешено колотилось в груди Маргариты, и время от времени у нее сводило желудок.

Хотя одна причина для волнения все же была. В этот вечер заканчивалось действие договора, который она подписала с Эваном. И она не собиралась продлять его.

Всю долгую дорогу от Сан-Франциско до Сент-Айседора она размышляла, что ей делать дальше. Она любила Эвана, но не могла дольше притворяться. Ее сердце замирало, когда он был рядом, и для нее было мукой осознавать, что он обнимает ее, целует и осыпает ласками, но его сердце ей не принадлежит.

Она не могла заставить его любить ее. Но когда она перестала притворяться перед самой собой, многие вещи стали для нее яснее. Она скорее умерла бы, чем признала, что Каспер Вос не ошибался на ее счет. Но ей пора перестать надеяться на будущее в Сент-Айседоре и начать искать свое счастье в другом месте.

На прошлой неделе она составила деловое предложение, касающееся виноградников, и планировала отдать его Эвану завтра утром. И признаться ему, что любит его.

Эван, возможно, рассмеется. Или придет в ярость. Или просто отмахнется от нее. Или может немедленно ответить ей взаимностью, и ей придется упрекнуть себя за свои пустые страхи. Но, что бы ни случилось, она, по крайней мере, сама распорядится своим будущим.

Оглядевшись по сторонам, она сразу же увидела Эвана. Его как правило непослушные волосы были аккуратно причесаны. Он приехал только этим утром, всю неделю проведя в Сан-Франциско, чтобы, по его выражению, «вправить мозги Люку», который тоже должен был присутствовать на банкете. Маргарита залюбовалась Эваном.

Брюки цвета хаки облегали его мускулистые бедра, тонкая хлопковая рубашка подчеркивала скульптурные формы его торса, а пиджак - ширину его плеч. Он поднял руку в приветствии и направился к ней. Подойдя ближе, он улыбнулся:

- Вот и ты. Я искал тебя.

Ее пульс участился, как и всегда в его присутствии. Маргарита крепко сжала руки за спиной.

- Что ты думаешь по поводу твоего банкета?

- Потрясающе.

- Правда? Эрсли и ее команда проделали замечательную работу.

Солнце клонилось к закату, освещая золотым светом террасу и раскинувшиеся перед ней виноградники. Легкий ветерок играл прядями ее волос, выбившимися из прически. Гости понемногу прибывали и рассаживались за столиками и на диванах. Она повернулась к Эвану и перехватила его взгляд.

Он смотрел не на гостей. Его внимание было полностью приковано к ней.

- Бесподобно. Совершенно бесподобно.

Обычно ей очень нравилось, когда Эван флиртовал с ней. Но ее радость быстро померкла при мысли о том, что они никогда не станут чем-то большим, чем просто друзья-любовники.

- Я рада, что вечеринка тебе нравится. - Она кивнула Эрсли, которая одновременно приветствовала гостей, собирала пустые бокалы и подавала чистые взамен. - Мне нужно помочь Эрсли.

Он схватил ее за руку, и у нее дрогнуло сердце.

- Когда начнется дегустация, сядь за мой столик. Там будет Люк. И ты еще не знакома с Грейсоном.

- Эван. - Она твердо решила вести себя в соответствии с планом, который выработала по дороге из Сан-Франциско. - Я работаю в Сент-Айседоре. А ты его владелец. Это рабочее мероприятие. - Она оглядела собравшихся, чьи лица были ей знакомы по фотографиям в прессе. - Сегодня вечером я твоя сотрудница.

Тень промелькнула на его лице, но так быстро, что она не была уверена, что разглядела ее.

- Прости. Я забыл. У нас чисто деловые отношения. На самом деле, пока банкет не закончится, я буду вести себя так, будто мы едва знакомы.

Она рассмеялась.

- Удачи тебе, если ты начнешь вести себя так, будто не знаком с собственным виноделом.

- Но завтра, - его голос понизился, и у нее по телу пробежали мурашки, - завтра нам нужно обсудить твой новый договор. И я с нетерпением жду этого.

И в этот момент его окликнули.

- Эй, Флетчер! Мне нравится твое вино. Так что давай поговорим.

Маргарита посмотрела через плечо Эвана и увидела мужчину примерно его лет, который взял бокал с вином с подноса и направился к ним. Даже если бы он не окликнул Эвана, Маргарита все равно не могла бы не заметить его благодаря шапке рыжих волос. И он явно был очень популярен. Он не сделал и двух шагов, а гости один за другим начали подходить к нему и вступать в разговор.

Эван повернулся и помахал ему.

- Ангус!

- Это Ангус Хорн? - прошептала Маргарита. - Я ожидала кого-то… постарше. Попредставительнее.

- Более старые и представительные люди отказались делать те инвестиции, которые мне нужны. Но Ангус любит риск, к тому же «Медэвко» укладывается в его международную стратегию. - Эван посмотрел на нее, но в его глазах уже мелькнул расчетливый блеск. - Мне нужно поздороваться с ним и с Люком.

Он пожал ее руку, а потом отпустил и поспешно направился к группе гостей, окруживших Ангуса Хорна.

- Увидимся позже.

Она повернулась, чтобы найти Эрсли, и тут ее окликнули.

- Маргарита! Как приятно видеть, что ты все еще здесь.

Она улыбнулась Орсону Вайтейкеру, который на коляске подъезжал к ней. Владелец «Адрасти групп», одной из самых крупных алкогольных корпораций в мире, которая включала «Делавина Селларз», он был дружен с Лайнусом.

- Мистер Вайтейкер, я очень рада видеть вас.

Она подвинула свободный стул и села рядом с ним.

Он пожал ее протянутую руку и задержал ее в своих руках.

- Зови меня Орсон. Это местечко выглядит потрясающе. Мне очень жаль, что я не мог присутствовать на похоронах Лайнуса, но работа задержала меня в Европе, и я только что прилетел оттуда на саммит. Приношу свои соболезнования.

- Спасибо. Он был бы доволен, если бы услышал ваши комплименты.

- Ну, мы оба знаем, что он никогда не одобрил бы гриль. И даже фонарики, какими бы симпатичными они ни были.

- Верно. Он сказал бы, что все это ниже достоинства Сент-Айседора.

- Я также слышал, что ты проводишь очень интересные эксперименты с винами. «Делавина Селларз» наняла не того винодела. - Орсон рассмеялся. - Не удивляйся. Моя внучка Гэбриэль в восторге от тебя. И совсем не в восторге от Воса.

Маргарита вопросительно подняла брови:

- Гэбриэль… Гэби ваша внучка? Она никогда об этом не говорила.

- Гэбриэль сама заслужила свое место под солнцем. У нее врожденный талант винодела.

- Я согласна.

- Рыбак рыбака видит издалека.

Орсон кивнул и оглянулся на виноградники.

- Жаль, что я не купил это место, когда оно было выставлено на продажу. Уверяю тебя, «Адрасти групп» была бы лучше для Сент-Айседора, чем Эван Флетчер. И я предложил бы тебе хорошие деньги.

- Предложили бы мне? Вы хотите сказать, внучатым племянникам Лайнуса?

Орсон приподнял брови:

- Нет, дорогая, я имел в виду тебя. Лайнус выразился очень ясно, когда говорил о том, что ты должна получить свое по заслугам.

Несмотря на жару, Маргариту охватила дрожь.

- Вы, наверное, ошибаетесь.

- Дорогая леди, я редко ошибаюсь. Но я вижу, что ты удивлена. Может быть, он передумал? Прости, если я сказал что-то не то.

Орсон развернул коляску, собираясь отъехать от нее.

- Постойте. Когда он говорил это?

Он на мгновение задумался.

- Когда я виделся с ним в последний раз. Незадолго до его инсульта. Но люди, бывает, меняют свое мнение. - Он похлопал ее по руке. - Не сомневайся, Лайнус очень ценил тебя. Он считал, что у тебя большой талант. Прости, я должен поздороваться с другими гостями.

Он отъехал от нее, а Маргарита осталась сидеть, ошеломленная услышанным.

Наконец, поднявшись, она отнесла стул на место, с трудом сдерживая слезы. Лайнус ценил ее. Он, в конце концов, был намерен сдержать слово и оставить ей винодельню семьи Делакруа. Но он должен был сказать ей об этом, а она должна была настоять на том, чтобы подписать с ним соглашение. Она руководствовалась чувствами, а не здравым смыслом. И хотя было приятно - очень приятно! - узнать, что он намеревался сдержать слово, все же не довел дело до конца.

Но все равно, обида, которую она испытывала всякий раз при мысли о Лайнусе, оставила ее.

- Все в порядке? - материализовалась рядом с ней Эрсли.

- Что? - Маргарита тряхнула головой, чтобы прийти в себя. - Да. Конечно. Почему ты спрашиваешь?

- Ты уже минут десять стоишь застывшая, как статуя.

Маргарита расправила плечи.

- Я в порядке. Просто… задумалась.

Ее взгляд снова упал на Эвана, который о чем-то оживленно разговаривал с Ангусом Хорном и Люком.

Это будет очень длинный вечер, а он едва только начался.

Эван сел в скрипучее кожаное кресло и уронил голову на руки. Разве он не предвидел этого? Он же имел дело с Ангусом Хорном. Следовало ожидать, что переговоры не будут простыми.

Но был вынужден отдать должное Ангусу. Хорн обожал устраивать хаос, но даже он не мог знать, какой хаос устроил в голове Эвана.

Было уже очень поздно. Дегустация давно закончилась, и гости разъехались. А Эван выбрал библиотеку, чтобы поразмышлять о результатах прошедшего вечера. Эту комнату он еще не успел обставить по своему вкусу. Тяжелые дубовые шкафы тянулись от пола до потолка. А стол, за которым сидел, был таким массивным, что не уместился бы в его кабинете в Сан-Франциско.

Эта комната ничем не напоминала о том, что ее нынешний владелец принадлежал к числу воротил из Кремниевой долины. Здесь даже не было компьютера. Эта комната была квинтэссенцией Сент-Айседора.

И все здесь говорило ему о Маргарите, которую избегал с того момента, как он, Люк и Ангус ударили по рукам, договорившись в общих чертах о том, что «Медэвко» будет представлена на международной арене.

Всю прошедшую неделю он не мог выбросить из головы мечты о том, как Маргарита будет засыпать на его плече после трудного дня.

Как она будет смеяться, сидя за обеденным столом, а маленький мальчик с темными кудрями будет хватать его за руку. Он даже начал подумывать о том, чтобы превратить эти мечты в действительность.

Но ему следовало знать, что в его жизни всему этому нет места.

Чтобы чем-то занять руки, Эван взял со стола пресс-папье в виде хрустального шара, внутри которого был маленький макет винодельни. Но пресс-папье выскользнуло из его рук и упало на пол, закатившись под стол.

- Черт побери.

Он не знал, представляет ли это пресс-папье какую-то ценность, материальную или сентиментальную. Он включил свет, чтобы посмотреть, куда упал шар, и обнаружил, что тот закатился под стол. Ничего не оставалось, кроме как лезть за ним.

Он опустился на четвереньки и включил фонарик на телефоне. И замер. Что-то белое виднелось между ящиками стола. Содержимое этих ящиков убрали, когда он въехал в этот дом, но какие-то документы, как видно, завалились между ящиками и корпусом стола. Он протянул руку и вытащил папку в кожаном переплете, на которой было написано «М. Делакруа».

М. Делакруа? Маргарита?

Эван раскрыл папку, и из нее выпал какой-то документ, сложенный вчетверо. Он развернул его и начал читать.

Маргарита не могла заснуть. Она не только была возбуждена после приема, который прошел очень успешно и на котором гости не скупились на похвалу в адрес ее вина, но и не могла забыть о том, что Эван был в своей резиденции, всего в пятнадцати минутах ходьбы от ее коттеджа.

После их короткого разговора на террасе у нее не было случая пересечься с ним. Несмотря на то, что всем гостям подарили по две бутылки вина, многие захотели купить еще вина и сувениров в специализированном магазине Сент-Айседора. И ей приходилось вставать за кассу в перерывах между экскурсиями, которые она экспромтом устраивала для гостей. Эван тоже был постоянно занят даже после разговора с Ангусом Хорном. Он общался с гостями, одаривая их улыбками, но его взгляд ни разу не упал на нее. А к тому моменту, когда она закончила помогать с уборкой после ухода последнего гостя, Эвана уже нигде не было. И она предположила, что он выпивает где-то со своими коллегами или решил лечь спать пораньше, чтобы на следующий день не проспать утреннее заседание саммита.

Но ей хотелось поделиться всем пережитым за вечер. Издевки Каспера, добрые слова Орсона и ее собственное сердце, которое хотело быть услышанным, не давали ей уснуть.

Так что когда она выглянула в окно и увидела свет, идущий из библиотеки, она не колебалась. Нико практически переехал к Гэби, поэтому свет означал, что там сейчас Эван. Она надела кроссовки и длинный кардиган поверх пижамы, взяла фонарь и сбежала вниз по лестнице. Потом пересекла двор и вошла в гараж.

Самый короткий путь до библиотеки был через потайной ход, соединявший бывшие конюшни с главным зданием. Быстро преодолев расстояние до библиотеки, она на несколько секунд остановилась у потайной двери, чтобы перевести дыхание. А потом постучала в дверь.

- Эван? Это я.

Она услышала глухой стук, за которым последовал стон. Она рывком открыла дверь.

- Эван? Ты в порядке?

Где он был? Она несколько раз моргнула, увидев, как Эван вылезает из-под стола, держась рукой за затылок.

Она пересекла комнату, оставив открытой потайную дверь.

- Что случилось? Ты поранился? Дай посмотрю.

Но когда она протянула руку к нему, он уклонился и сделал шаг назад. Его глаза были темными и непроницаемыми.

- Это не мое разыгравшееся воображение. Ты действительно здесь.

Он сказал это спокойно. Более чем спокойно. Он сказал это холодно. И она, в свою очередь, похолодела.

- Да.

Он отвел глаза в сторону и рассмеялся невеселым смехом.

- Мне следовало бы знать. Ты снова вломилась в дом. Сколько раз ты проделывала это в мое отсутствие?

- Я не… я увидела свет в окне, а потайной ход был кратчайшим путем до библиотеки…

- Ну конечно. Потайной ход. Еще одна тайна Сент-Айседора.

- Эван, ты пугаешь меня. Что случилось? Ангус отказался инвестировать в твою компанию?

- Ха! Если бы!

Издевка в его голосе еще больше встревожила ее.

- Но, это же хорошо! - Она обхватила себя руками, чтобы придать себе уверенности. - Поздравляю. Я знаю, как напряженно ты работал.

- Не торопись с поздравлениями. Он согласился вложиться в «Медэвко», только если в сделку будет включен Сент-Айседор. - Эван упал в кресло и прижал пальцы к вискам. - Он хочет, чтобы я продал ему винодельню.

Продал Сент-Айседор? Она опоздала? Маргарита взяла стул, придвинула его к креслу Эвана и села. Ее руки заледенели. И ей казалось, что они больше никогда не отогреются.

- Ты уже дал ему ответ?

- Моим первым побуждением было сделать ему встречное предложение, - продолжал он, словно не слышал ее слов. - Дать ему часть акций. Или предоставить право на реализацию продукции. - Он покачал головой. - Что-нибудь, чтобы удовлетворить Хорна, но сохранить контроль за Сент-Айседором.

Она перевела дыхание. Значит, Эван не ухватился за шанс продать винодельню. Может быть, Сент-Айседор что-то для него значил. Она попыталась улыбнуться.

- Ты разочарован тем, что не смог получить от него сразу все, чего хотел. Но это хорошее начало для переговоров.

- Не будет никаких переговоров.

Его голос прозвучал резко. И это напугало ее.

Она встала и начала расхаживать по комнате.

- Итак, что будет дальше? Ты продашь ему Сент-Айседор?

Ее голос сорвался на слове «продашь», но она быстро взяла себя в руки. Хотя мысль о том, что она снова потеряет Сент-Айседор, причинила ей острую боль.

Но это было ничто по сравнению с болью, которую причинил ей ледяной взгляд Эвана. Он никогда так не смотрел на нее, даже тогда, когда застал ее за тем, как она выносила вино из погреба.

- Почему ты здесь, Маргарита?

Она моргнула, захваченная врасплох этим неожиданным вопросом.

- Я здесь потому, что хотела поговорить с тобой, и мне не хотелось ждать до утра.

- Нет. Почему ты здесь, в Сент-Айседоре? Почему залезла в дом в ту ночь?

Она нахмурилась. Что он имеет в виду?

- Я же говорила тебе. - Она потерла руки, пытаясь восстановить кровообращение. - Я думала, что новый владелец снесет особняк, и хотела спасти вино, которое я делала.

Он фыркнул и встал с кресла.

- По крайней мере, ты последовательна.

- Какого черта ты хочешь сказать? - Злость внезапно охватила ее, и она была рада этому. Что угодно, лишь бы разбить стену льда, которой от нее отгородился Эван. - Ты знаешь меня уже полгода. Конечно, я последовательна. Ты знаешь это. Мы разговариваем с тобой каждый день.

- Но не обо всем. Не о том, что ты опускаешь.

Ее щеки раскраснелись.

- Что именно я опускаю?

Он покачал головой и закрыл глаза, словно ему было неприятно смотреть на нее. И разочарование на его лице причинило ей невыносимую боль.

Маргарита нервно сглотнула. Что изменилось? Что вызвало у него такую реакцию? Может быть… он тоже пришел к какому-то выводу за прошедшую неделю? Может быть, он тоже решил, что больше не в силах притворяться? Хотя когда они только увиделись этим вечером, он не выглядел расстроенным. Но это было несколько часов назад. Может быть, сейчас, когда стресс и волнение по поводу банкета остались позади, у него было время подумать? Обдумать все?

Но она была недовольна и собой и предпочитала прятаться, скрывать свои чувства из страха, что он отвергнет ее. Она боялась довериться ему, позволила своему горькому опыту повлиять на ее отношение к нему.

Маргарита сделала глубокий вдох. Сейчас или никогда.

- Ты спросил меня, почему я здесь сегодня ночью. Я пришла сказать тебе, что устала притворяться, будто между нами нет ничего, кроме сексуального влечения, что со временем оно пройдет, и нас это не расстроит. Я хочу настоящих отношений. Таких, какие не нужно будет скрывать.

Она шагнула к нему.

- Я люблю тебя, Эван Флетчер. - И улыбнулась. - На самом деле я запала на тебя, когда споткнулась о твои ноги на кухне и упала на тебя.

Они стояли в круге света, падавшего от настольной лампы. Эван посмотрел на нее, и в его взгляде она прочитала все, на что надеялась.

Он тоже любил ее. Это была любовь, которая шла из глубины его души.

Маргарита протянула руки, страстно желая приласкать его, прижаться губами к его губам. Но Эван отшатнулся от нее. Ледяная стена снова встала между ними.

Ее руки опустились, и она с трудом нашла в себе силы продолжать дышать. Несмотря на боль, которая убила ее надежды, которая отсекла их, как нож гильотины.

- Я хотел бы поверить тебе. - В его голосе зазвучал металл. - Потому что я тоже запал на тебя.

Серьезно. Я даже начал мечтать… Это не важно. - Он наклонился, поднял с пола сложенный лист бумаги и маленькую папку и протянул их ей. - Полагаю, вот что тебе на самом деле было нужно.

Она рассеянно взяла папку и лист бумаги у него из рук. А потом посмотрела на них. Это была пропавшая папка с ее именем, написанным золотыми буквами.

- Где ты это нашел? Я искала везде. - Ее голос был хриплым от едва сдерживаемых слез. - А что это за листок?

Нельзя было не узнать подпись Лайнуса. Судя по дате, документ был составлен совсем незадолго до его смерти. Маргарита развернула листок и начала читать.

- Я просил тебя не торопиться с поздравлениями, потому что, как ты видишь сама, поздравления должны быть адресованы тебе. - Он сделал жест, словно поднимая бокал с вином. - Поздравляю. Ты гордая владелица Сент-Айседора.

Глава 10

Однажды, когда Эван был еще совсем маленьким и верил в Санта-Клауса и в то, что мама и папа будут всегда любить друг друга, застал своих родителей ругающимися на кухне. Он был еще слишком мал, чтобы понять причину ссоры, но эта картина навсегда отпечаталась у него в памяти. Много лет спустя Эван понял, что предметом спора были деньги. Вернее, их отсутствие. Но в тот момент он знал только одно - его папа, высокий, сильный, его герой-папа плакал.

Это зрелище потрясло основы его младенческого мира. Он сам мог плакать, но папа? Взрослые не плачут. А когда его мама увидела, как ее сын стоит, потрясенный, на пороге, она захлопнула дверь перед его носом. Правда, она тут же снова открыла ее, но Эван уже усвоил урок.

Никогда не позволяй людям видеть твои чувства. Оставайся холодным.

Когда чувства заставляют тебя терять самообладание, происходит катастрофа.

Эван вспоминал этот урок, когда смотрел на разбитую машину родителей. На их похоронах он держался стоически. Его самообладание не подвело его даже тогда, когда Нико забрали в больницу с лихорадкой неясного происхождения. И тогда, когда его подружки бросали его.

Но сегодняшняя ночь грозила разрушить его самоконтроль.

Он не был расстроен, что под сомнение ставилось его право на владение Сент-Айседором. Обнаружив это завещание, Эван расстроился лишь из-за того, что Маргариту лишили ее наследства. Большого наследства, которое обеспечило бы ее финансовую независимость.

Но он был в ярости оттого, что она никогда не рассказывала ему о своем договоре с Лайнусом. Ни разу не упомянула, что состоит в родстве с основателями винодельни. Он позаботился бы о том, чтобы она получила свою долю.

То, что Эван нашел это завещание в тот момент, когда размышлял не только о будущем Сент-Айседора, но и о возможном будущем с Маргаритой, было совпадением. Но если бы он верил в предзнаменования, сегодняшнее открытие было бы таким предзнаменованием. И оно лишь подтвердило то, что он был прав.

Отношения, семья - все это было не для него. Его чувства заставили его свернуть с дороги, отвлекли от его целей. Если бы Эван не беспокоился о Маргарите и ее будущем в случае, если придется продать Сент-Айседор, не находился бы в библиотеке в такой поздний час. Пресс-папье все еще лежало бы на столе, а не под столом. И не обнаружилась бы эта папка. И он согласился бы на условия Ангуса Хорна. Нико, бабушка с дедушкой, Маргарита - у него, наконец, было бы достаточно средств, чтобы обеспечить их безбедное существование.

И он не испытывал бы такой жгучей боли в груди, которая не давала ему дышать.

Почему она ничего не рассказала ему? Что еще она от него скрывает?

Маргарита подняла глаза, и ее взгляд был потрясенным и растерянным. Ее рука, державшая документ, дрожала.

- Я… я не… что это?

- Это ты должна сказать мне. - Его голос был ровным, благодаря многолетней привычке прятать свои чувства. - Если позволишь мне угадать, это собственноручно составленное завещание, написанное бывшим владельцем Сент-Айседора. Все поместье он оставляет тебе.

- М-м-м… - Она уставилась на бумагу. - Похоже на почерк Лайнуса. Но… Я не… где ты его нашел?

- Какая разница? Главное, знала ли ты о его существовании?

Он был сам удивлен тем, как спокойно звучал его голос.

- Нет! Я не… - Она замолчала и судорожно сглотнула. Потом положила завещание на стол и повернулась к нему: - Ты знал, что я работала на Лайнуса.

- Лайнуса Делакруа Чеппела, - произнес Эван, делая ударение на втором слове.

Ее глаза сверкнули.

- Да, мы с ним дальние родственники. Мы оба потомки основателей Сент-Айседора.

- Ты мне этого не рассказывала.

- А почему я должна была рассказывать об этом?

Она сжала руки в кулачки и прижала их к своим бедрам. Этим нежным, округлым бедрам, которые он так любил гладить…

Нет! Никаких эмоций.

- Это не было секретом. - Она подошла к большому портрету, скрывавшему потайную дверь, и указала на золотую пластинку с именем. - Здесь указано полное имя Лайнуса. Этот портрет висел здесь еще до того, как ты поселился в этом доме.

Итак, он упустил это. Как видно, он очень многое упустил. А еще хвастался своей проницательностью!

- Хорошо. Продолжай. Ты работала на Лайнуса.

- У нас с ним был уговор. Я буду его помощницей, а в свободное время стану изучать профессию винодела. Но я буду получать только пятнадцать процентов моего жалованья, а остальное будет копиться, пока не соберется сумма, необходимая для покупки винодельни. - Она кивком указала на папку. - В этой папке Лайнус хранил финансовые документы, касающиеся нашего уговора. Ты можешь увидеть, что нужная сумма была собрана незадолго до его смерти.

Эван прищурился.

- Но я купил Сент-Айседор у двух братьев. Твое имя в сделке не фигурировало.

Она вздохнула и немного сгорбилась.

- Я знаю. Лайнус собирался документально оформить нашу сделку, но вскоре умер, не оставив завещания. И все его имущество отошло к ближайшим родственникам. А без этой папки его племянники не хотели даже выслушать меня. Они сказали мне, чтобы я уезжала, и выселили из коттеджа. А когда я попыталась заставить их выслушать меня, они вызвали полицию, и меня арестовали за нарушение общественного спокойствия. - Ее дрожащие губы сложились в слабую улыбку. - По крайней мере, они отказались от обвинения.

- В ту ночь, когда мы встретились, зачем ты влезла в дом?

- Мы уже обсуждали это! Я хотела только взять то, что принадлежало мне.

Верно. То, что по чести ей принадлежало. Что означало, что она готова была пойти на все, чтобы получить свое. Например, вломиться в дом. Или…

Или сказать ему, что любит его.

Его сердце сжалось, и дыхание прервалось.

Он взял в руки завещание.

- Включая это.

Ее глаза расширились.

- Я не знала о нем.

Но он лишь презрительно смотрел на нее.

- Правда! - настаивала она. - То есть я знала, что папка существует. Но я понятия не имела, что Лайнус завещал мне Сент-Айседор.

Последние слова она прошептала еле слышно. И при виде выражения ее лица - горестного и ранимого - у него защемило в груди. Но Эван проигнорировал это.

Он даст ей последний шанс признаться.

- Значит, ты напросилась на работу в Сент-Айседоре не для того, чтобы иметь возможность искать завещание?

- Конечно нет… - Она замолчала. - Да. Я искала папку. И да, возможность продолжить поиски пришла мне в голову, когда я напросилась на работу. Но я ничего не знала о завещании. Я хотела найти папку, потому что, черт возьми, я заработала эту винодельню. И мне было больно, что Лайнус не сдержал слова. Но после того утра в дворике… Я начала думать, что смогу начать заново строить свою жизнь. С тобой. - Она указала на завещание. - Ты думаешь, что мне нужно только это? Но поместье было уже оценено и продано. С юридической точки зрения, это завещание уже не имеет силы, наверное. Оно не важно для нас.

И вот в этом она ошибалась. Для него было важно финансово обеспечить людей, которые играли значимую роль в его жизни. Но она не любила его. Потому что не сказала ему, что ее лишили ее законного наследства.

- Нет, для меня это важно. Ты не доверилась мне.

Она сделала шаг назад. Потом выдвинула ящик стола, достала черный маркер, что-то написала на листке с завещанием, сложила его и повернулась к нему.

- Да. Я не сказала тебе. Но не потому, что не доверяла тебе. Я не доверяла себе. Лайнус и Каспер все время заставляли меня сомневаться в моих способностях. И я боялась, что, если расскажу тебе, что Лайнус не сдержал слова, ты тоже начнешь в них сомневаться.

Он немного расслабился.

- Я бы никогда…

- Я знаю. Но сейчас разговор не обо мне. И даже не о том, кто теперь владелец Сент-Айседора. Разговор о тебе. И о твоих страхах.

- Моих что?

Он снова разозлился.

Но она вздернула подбородок и смело посмотрела ему в глаза.

- Ты боишься подпустить к себе людей. Ты отталкивал Нико. Теперь ты ищешь причину оттолкнуть меня. Ты не хочешь, чтобы люди видели тебя таким, каков ты в действительности. Ты думаешь, что и мне, и Нико от тебя нужно лишь то, что ты можешь дать нам в материальном плане. Но если бы я не доверяла тебе, не стала бы работать на тебя. И я уж точно не признавалась бы тебе в любви. Потому что когда говоришь людям, что любишь их, ты вручаешь им свое сердце. А оно очень хрупкое. Может быть, поэтому ты отказываешься вручить свое сердце кому-либо.

Она протянула ему сложенный листок, и он машинально взял его. А она продолжала пристально смотреть на него.

- Если ты когда-нибудь решишь, что заслуживаешь любви, ради тебя, а не ради твоего богатства, найди меня. Если к тому времени не будет слишком поздно.

Ее слова вызвали у него в груди бурю эмоций. Он был не в состоянии мыслить, реагировать или говорить что-либо.

Эван развернул завещание и прочел то, что она написала:

«Я, Маргарита Делакруа, отказываюсь от каких-либо притязаний на Сент-Айседор и признаю единственным владельцем Эвана Флетчера. Р. Б. Если решишь его продать, пожалуйста, позаботься о работниках. Р. Р. Б. Это мое заявление об увольнении. Я увольняюсь. Окончательно и бесповоротно».

Нет. Это не то, чего он хотел. Винодельня принадлежала ей.

- Маргарита, я не…

Но, подняв голову, он обнаружил, что потайная дверь закрыта, а Маргариты в комнате больше нет.

* * *

Кто бы ни стучал в ее дверь, он не собирался уходить. Маргарита застонала и попыталась накрыть голову подушкой, но стук не прекращался. Она вылезла из кровати, надела первое, что попалось ей под руку, спустилась по лестнице и открыла дверь.

- У меня здесь кофе. И кексы. - Эрсли протянула ей большой пакет. - Я могу войти? Маргарита сделала знак подруге, приглашая войти, и повела ее на кухню.

- Ты уверена, что купила достаточно?

Эрсли заглянула в пакет.

- Здесь двенадцать стаканов кофе. Через час, когда он закончится, я съезжу за новой партией.

Маргарита засмеялась и тут же пожалела об этом, поморщившись.

- Похмелье?

- Просто из-за недостатка сна. - И из-за пролитых ею слез. - Но у меня отчаянно болит голова. Попьем кофе, а потом ты поможешь мне упаковать вещи.

- Упаковать? О чем ты говоришь? Я здесь, чтобы отпраздновать наш успех. Прием прошел идеально.

- Верно. - Маргарита отхлебнула кофе. - Спасибо, это превосходно.

Эрсли отобрала у нее стакан.

- Никакого кофе, пока не расскажешь мне, что происходит.

- Я… я осознала, что окончательно разрушила свою жизнь. Тебе не нужен компаньон, когда ты вернешься в Чили? Я всегда хотела побывать там.

Эрсли снова вручила ей кофе и села рядом с ней за столик.

- Вот, возьми.

Маргарита вздохнула:

- После приема я сказала Эвану, что люблю его.

Эрсли поставила свой стакан на стол.

- Ого.

- И последствия были еще хуже, чем ты думаешь.

- Но ты в порядке?

- Буду в порядке. Когда-нибудь.

- Но зачем упаковывать вещи? Он же не уволил тебя. Это было бы возмутительно…

- Я уволилась сама. Я больше не могу оставаться в Сент-Айседоре.

- А как же винодельня Делакруа? Твои цели?

Маргарита закрыла глаза:

- Когда не можешь заснуть, у тебя появляется много времени, чтобы подумать. В конце концов, Сент-Айседор не единственное место, где делают вино. Я могу применить свое умение где угодно. - Она открыла глаза. - Например, в Чили?

- Я еще не уверена, что перееду туда. Но сегодня мы упаковываем вещи. С чего начнем?

Стук в дверь заставил обеих женщин повернуть голову.

- Это может быть…

- Хочешь, чтобы я его впустила? - спросила Эрсли.

- Нет. Я сама.

Может быть, Эван одумался? Может быть, пришел сказать, что она права и он готов впустить ее в свою жизнь…

Но на пороге оказался не Эван.

- Нико. Привет.

- Привет, - отозвался он. - У вас есть пара минут?

- Конечно. Эрсли принесла столько кофе и кексов, что можно накормить целую армию. Так что вам повезло.

Он закрыл за собой дверь и стал подниматься вслед за ней по лестнице.

- Прежде всего, я хочу, чтобы вы не забывали, что я просто посланник.

Маргарита подождала, пока он усядется за стол и возьмет себе кофе и кекс.

- И какое послание Эван просил вас доставить? Если по поводу того, чтобы я освободила дом, я уже делаю это.

- Что? Нет! - воскликнул Нико. - Если только вы не собираетесь переехать в особняк. Маргарита прищурилась.

- Эван прислал вас сообщить мне, что хочет, чтобы я переехала к нему? Сомневаюсь.

- Простите. Нет. Эван позвонил мне на рассвете. Сказал, что утром улетает в Азию. Что-то насчет какого-то контракта. Я еще не до конца проснулся так, что не все понял. Но он сказал, чтобы я передал вам эти бумаги. - Он раскрыл свой рюкзак, достал оттуда папку и положил ее на стол перед Маргаритой.

Маргарита сделала глубокий вдох и раскрыла папку. Сверху лежала дарственная, согласно которой она становилась единственной владелицей Сент-Айседора. Эван даже сумел нотариально заверить ее посреди ночи.

- Ну и? - спросила Эрсли.

Маргарита передала ей дарственную, не уверенная, что все поняла правильно.

- Кажется… кажется, Эван дарит Сент-Айседор мне.

Под дарственной лежали завещание Лайнуса и копия ее договора с Эваном. К последнему была приколота записка, написанная четким почерком Эвана:

«Маргарита!

Шесть месяцев назад мы условились, что пересмотрим твой договор после банкета. Поздравляю, тебя повысили до владелицы Сент-Айседора. Ты заслужила это нелегким трудом, и он давно должен был принадлежать тебе. Никогда не сомневайся в своем таланте и способностях.

Эван».

Маргарита думала, что выплакала уже все слезы, но она ошибалась.

Эрсли подвинула к себе папку и начала просматривать ее содержимое.

- Это финансовый отчет и телефон банка, где открыт счет твоей компании. Он оставил тебе достаточно денег, чтобы на три года покрыть все расходы на Сент-Айседор.

Маргарита покачала головой:

- Я не могу принять это. Особенно деньги. Куда он уехал?

- То ли в Токио, то ли в Шанхай. А может, в Сидней? - стал размышлять Нико.

- Не важно. В его офисе наверняка знают, как связаться с ним. - Маргарита уложила документы в папку. - Никому ничего не говорите об этом. Я все улажу. Даже если мне придется взобраться на Эверест, чтобы найти его.

- Удачи. - Нико прикончил свой кекс. - Но вернуть подарок Эвану обычно почти невозможно. Уж я-то знаю.

- А что будет с Сент-Айседором? Приближается время сбора винограда. Это же критический момент, - сказала Эрсли.

- Вы еще этого не поняли, Маргарита? Так Эван показывает свою любовь. Он делает подарки. Он ни за что не примет свой подарок обратно.

- Но мне от него ничего не нужно. Вчера вечером я это ясно сказала ему.

- Не сомневаюсь. Но Эван умеет лишь дарить. Бабушка и дедушка хотели, чтобы после смерти родителей он переехал жить к ним. Но он уехал в Кремниевую долину, сказав: «Я не допущу, чтобы Нико рос так, как я». Он присылал нам большие суммы денег, но был слишком занят, чтобы навещать нас.

У Маргариты сжалось сердце.

- Но это ужасно… бедный Эван.

- Я думал, что, может быть, с вами он… Не важно. И Эрсли права насчет урожая, босс, - с широкой улыбкой закончил он.

- Независимо от того, кто сейчас владелец винодельни, ясно одно - теперь распоряжаешься всем ты, - сказала Эрсли.

Маргарита сложила бумаги в папку и захлопнула ее.

- В понедельник я поговорю с адвокатом. И если Эван передумает, он знает, где меня искать.

Очень долго мечта стать владелицей Сент-Айседора была смыслом ее жизни. Теперь эта мечта сбылась. Но она отказалась бы ото всего взамен на слова «я люблю тебя», произнесенные Эваном.

Кто мог подумать, что, получив то, о чем мечтала с детства, она будет так несчастна?

Глава 11

Октябрь выдался ненастным. Но каждый месяц после прошлого июля казался Эвану ужасным. Он внес свой багаж в холодный пустой дом, в котором пахло моющими средствами.

Покинув Сент-Айседор, он все эти месяцы путешествовал по Европе и Азии, пытаясь найти новый рынок для «Медэвко».

Когда он закончил распаковывать вещи, наступило время ужина. Он взял телефон, чтобы заказать доставку еды на дом, но в это время в дверь позвонили. Его сердце бешено заколотилось. Могла это быть?… Но, посмотрев на экран монитора, он обнаружил, что это Даника.

Эвану всегда нравилась жена Люка. Миниатюрная блондинка, излучавшая оптимизм. Что она делала здесь поздним вечером?

- Не думаю, что ты просто находилась по соседству и решила заглянуть ко мне, - сказал Эван, впуская ее в дом.

- Нет, - ответила Даника, расстегивая пальто. Ее живот заметно округлился. - И хотя я без ума от суши, которое подают в соседнем ресторане, мне еще несколько месяцев нельзя будет есть сырую рыбу.

- Я вижу. Поздравляю. Но я понятия не имел, что ты…

- Беременна? Люк хотел первым сказать тебе об этом, но вы с ним давно не разговариваете и лишь обмениваетесь сообщениями.

- Это рабочий вопрос. И рано или поздно все уладится.

- Но я здесь не из-за «Медэвко». Будущее компании решать тебе с Люком…

- И совету директоров.

На самом деле Эван вынужден был прервать свою деловую поездку и вернуться, чтобы присутствовать на срочном совете директоров, назначенном на следующее утро. А он так и не нашел нового инвестора вместо Ангуса Хорна, чье предложение отклонил.

- Отлично. - Даника положила руку ему на плечо. - Я здесь как твой друг, который беспокоится о тебе.

- Обо мне? Но почему?

- Люк показывал мне ваши финансовые отчеты. «Медэвко» выживет и без инвесторов. Но ты загоняешь себя в могилу, мотаясь по всему миру и пытаясь заключать договоры. Меня беспокоит твое здоровье.

- Я в полном порядке.

Он рассеянно взял со стола корзину с почтой, которую его экономка аккуратно складывала для него. Счета, просьбы о пожертвованиях, рекламные буклеты…

И темно-бордовый конверт с логотипом Сент-Айседора, на котором его имя и адрес были написаны золотыми чернилами.

Даника, должно быть, услышала, как у него перехватило дыхание.

- Что там?

Эван пожал плечами, стараясь казаться равнодушным. Но сердце его бешено стучало. Он не разговаривал с Маргаритой после той ночи в библиотеке, но она постоянно присутствовала в его мыслях, во сне и наяву. От своих поверенных он знал, что Маргарита несколько раз пыталась отказаться от дарственной и вернуть Сент-Айседор ему. Но он сделал это невозможным для нее.

Даника взяла у него из рук конверт.

- Ой, я знаю, что это. Это приглашение на торжественный ужин в честь урожая. Мы с Люком получили такое же.

Эван забрал у нее конверт и бросил его в корзину.

- Спасибо. Теперь мне нет нужды вскрывать его.

- Эван, - нахмурилась Даника.

- Теперь ты собираешься читать мне нотации.

- Но я волнуюсь о тебе. Ты в одиночку пытаешься наладить деловые контакты, чтобы расширить рынок «Медэвко» сверх разумного. - В ее зеленых глазах читалось беспокойство. - Что происходит? Это так на тебя не похоже.

Ее явная тревога смягчила его сердце, но в этом и была вся проблема. Он не хотел, чтобы его сердце смягчалось. Он хотел оставаться холодным и равнодушным.

- Я хочу, чтобы «Медэвко» вышла на международный рынок. Нет ничего неразумного в том, чтобы добиваться успеха.

Ее глаза сузились.

- Хорошо. Продолжай притворяться, что ничто не провоцирует твое безумное поведение.

- Жажда успеха - это не безумие.

- Безумие, когда ты разрушаешь все отношения с близкими тебе людьми.

- Вовсе нет, когда твои действия обеспечивают, кормят и одевают этих людей.

Она шумно выдохнула.

- Ты что, делаешь это ради нас? Ради других близких тебе людей? Эван, это очень мило. Но и чертовски высокомерно.

- Что?

- Ты обращаешься с нами, как с неживыми статуэтками на каминной полке. Которые не могут ничего сказать в свою защиту, в то время как ты решаешь их судьбу.

- Но я не…

- Ты делаешь именно это. - Она начала застегивать свое пальто. - Знаешь, мы с Люком очень надеялись, что Маргарита, которая, кстати, мне очень нравится, откроет тебе глаза на то, что за пределами «Медэвко» существует большой мир. Но ты отдал винодельню, вычеркнул Маргариту из своей жизни, а теперь пытаешься вычеркнуть и Люка.

- Но я не поэтому отдал… - пробормотал он.

Она покачала головой:

- Если ты будешь продолжать так же, ты останешься совсем один.

- Но Люк же не собирается покидать «Медэвко»?

- Конечно нет. Пока. Но он не будет долго мириться с партнером, который отказывается общаться с ним. - Она надела шапочку. - Жизнь коротка, Эван. И ее, конечно, можно прожить в одиночестве, если тебе так действительно хочется. Но хочется ли так тебе?

Она ушла, не дожидаясь его ответа, и дверь со щелчком захлопнулась за ней. Эван почувствовал, что ему необходимо выпить.

Даника была не права. Люк придет в чувство, когда найдет подходящего инвестора. Просто пока еще такого не нашел. А Сент-Айседор отдал по той лишь причине, что он ему не принадлежал.

Бар был почти пуст. Может быть, в холодильнике осталось пиво?

Но когда он открыл дверцу, его взгляд упал на бутылку шардоне с этикеткой Сент-Айседора.

Он сразу вспомнил, как они ели пиццу в Сент-Айседоре. Гэби смеялась, Нико ухмылялся, а Маргарита…

Маргарита улыбалась ему, и в ее взгляде была…

Любовь. Чистая, искренняя, неподдельная любовь.

Любовь к нему.

Эта любовь всегда была рядом, прямо у него под носом. Стоило лишь только протянуть руку…

Он закрыл глаза. Сожаление, боль, отчаяние охватили его. И злость на самого себя.

Схватив телефон, он набрал номер Даники и открыл приглашение из Сент-Айседора. До торжественного ужина оставалась одна неделя. Этого должно было хватить.

- Привет, - сказала Даника, сняв трубку.

- Я ненадолго отвлеку тебя. Можете вы с Люком встретиться со мной в баре около вашего дома? У меня есть для него предложение, но я хочу, чтобы и ты присутствовала.

Последовала пауза.

- Хорошо. Увидимся.

Эван отключил телефон, схватил свою куртку и направился в гараж. У него была неделя. И он не был уверен, что успеет сотворить чудо. Или что он вообще заслуживает его. Но попробовать он мог.

Маргарита стояла на террасе, освещенной яркими фонариками, и наблюдала за тем, как прибывают гости. Урожай в этом году превзошел все ее ожидания. Виноград был собран и переработан. Новое вино созревало в бочках. Дистрибьюторы с нетерпением ждали результата, а рестораны со всего мира, даже из Австралии, присылали ей заказы на ее вино. И сегодняшний вечер был кульминацией ее мечты, которую она так долго пыталась воплотить в жизнь. Это был настоящий праздник.

Если бы только у нее было желание праздновать.

Эван присылал ей короткие сообщения. Очень вежливые, но холодные. А когда она пыталась дозвониться до него, он был либо в самолете, либо на совещании.

Она поняла: он избегает ее. Если бы только ее сердце могло смириться с этим. Но как ни старалась убедить себя в том, что Эван ее не любит, ей это не удавалось. Она помнила, как он смотрел на нее в ту последнюю ночь. Но он не хотел признать это по каким-то причинам.

Его записку она перечитывала столько раз, что бумага уже начала рассыпаться. Ей хотелось сказать ему, что больше не сомневается в своих силах. Что не сомневается в нем и в его любви. Если бы только он дал ей возможность…

Но он должен все осознать сам. Она не могла сделать это за него. А сейчас было время подавать изысканные закуски, открывать лучшие вина…

Маргарита нахмурилась. К ней бежала Эрсли. Но Эрсли никогда не бегала. Она всегда парила.

- Что случилось?

- Теду пришлось уйти. Он думает, что съел что-то не то, и ему стало плохо.

- О нет! - Тед был начальником производственного отдела, и у него на ужине была ключевая роль. - С ним все будет в порядке?

Эрсли кивнула.

- Бедный Тед. - Маргарита закрыла глаза, пытаясь сообразить, что теперь делать. - Хорошо, я возьму на себя…

- Но, - перебила ее Эрсли, - перед тем как уйти, он позвонил другу и попросил подменить его.

- Но у нас нет времени обучить…

- Тед оставил ему инструкции и сказал, что он хорошо знаком с винами Сент-Айседора. Но если ты хочешь сначала поговорить с этим другом, он ждет тебя в библиотеке.

Маргарита прищурилась.

- Хорошо. Я скоро вернусь, с этим другом или без него, в зависимости от того, что он собой представляет.

Но когда Маргарита вошла в библиотеку, там никого не было.

- Отлично, - пробормотала она.

Теперь неизвестный тип шляется по хозяйскому дому, в то время как она должна встречать гостей. Она повернулась, чтобы уйти, и ее взгляд упал на приоткрытую потайную дверь.

Ее пульс участился. Те немногие, кто знал о существовании этой двери, не присутствовали сегодня на ужине. Может быть, уборщица забыла закрыть ее?

А потом пол задрожал у нее под ногами. Ну конечно же. Лифт.

Кто там мог быть? Вор, пытающийся украсть бесценные вина? Или друг Теда, уставший ждать ее?

Был лишь один способ узнать это. Она сняла свои туфли на шпильке и проскользнула в потайной ход. Подобрав длинную юбку темно-синего платья, она стала спускаться по лестнице.

Погреб был залит золотым светом, падавшим от бронзовых причудливых люстр. И ее взгляд сразу же упал на мужчину, стоявшего спиной к ней в дальнем углу комнаты.

Постойте. Но там она хранила свои экспериментальные вина… Она шире раскрыла дверь.

- Эй! Это мои вина!

Мужчина подпрыгнул, чуть не выронив из рук бутылку, а потом медленно повернулся.

У нее перехватило дыхание. Эван. В смокинге. Улыбающийся счастливой и немного нерешительной улыбкой.

- Предполагалось, что Эрсли даст мне пятнадцать минут, - сказал он. - Я еще не готов.

Маргарита медленно прошла в комнату, даже не замечая, каким холодным был каменный пол под ее босыми ногами.

- Не готов к чему?

Он поставил бутылку на большой деревянный стол посреди погреба.

- К собеседованию, разумеется.

- К собеседованию?

Ей хотелось обнять его или потрясти его, накричать на него за то, что он избегал ее. И поцеловать его. Но вместо этого она указала на бутылку с вином:

- Но ты крадешь мое вино, потому что…

- Я просто подумал, что ты захочешь проверить, насколько я разбираюсь в винах.

Она больше не могла сдерживать улыбку.

- Конечно. Я не могу взять на работу человека, который не разбирается в винах. Но ты уверен, что хочешь открыть именно эту бутылку? Это вино еще не созрело.

- Ну, мне нет нужды открывать ее. Я и так знаю, что оно превосходно. Сложное, непредсказуемое, полное ярких, богатых ноток. Его нельзя забыть, как ни старайся. За это вино стоит сражаться.

Маргарита рассмеялась.

- Ты знаешь все это, даже не открыв бутылку?

Эван кивнул.

- Я знаю ту, которая его создала. Она вкладывает частицу себя во все, что делает.

Смех замер у нее на губах, и у нее перехватило горло.

- Но есть одна проблема. У тебя уже есть работа. Очень важная.

Он покачал головой. И шагнул ближе к ней.

- Я больше не работаю в «Медэвко». Я передал бразды правления Люку. Совет директоров одобрил это несколько дней назад.

У нее закружилась голова.

- Ты не?… Что?

Он взял ее за руки.

- Ты замерзла, - сказал он, сжимая ее пальцы.

- Я в порядке.

Она и вправду дрожала, но не от холода.

Эван нахмурился:

- Может быть, уйдем из погреба?

Если они уйдут, их окружат гости. А здесь они были одни, в своем маленьком мирке.

- Скажи мне сейчас. Почему ты продал бизнес Люку?

Его взгляд упал на ее босые ноги. Он, не раздумывая, подхватил ее на руки, сел на стол и устроил ее на своих коленях.

- Эван, - попыталась вырваться она из его объятий.

- Если ты намерена услышать всю историю, я не хочу, чтобы ты умерла от переохлаждения.

- Хорошо. Говори.

- Ты была права, - прошептал он ей на ухо.

- В чем? Хотя я люблю, когда люди говорят это.

Эван крепче прижал ее к себе.

- Никогда не сомневайся в своих талантах. Или в своей проницательности.

- Ты простил себя? - тихо спросила она.

- Откуда ты знаешь, что мне было за что прощать себя?

- Нико сказал что-то о том, как сердиты были на тебя твои бабушка и дедушка.

Он замер, и она безуспешно попыталась слезть с его коленей. Но он только крепче прижал ее к себе.

- Если не хочешь говорить об этом, я тебя пойму.

Несколько мгновений оба молчали.

- Я никогда не хотел обзаводиться семьей, - сказал он наконец. - Я не хотел, чтобы с моими детьми случилось то же, что случилось со мной и с Нико.

Она зажмурилась; ее сердце исполнилось боли при мысли о том, что пережил Эван в юности.

- Я тебя понимаю.

- Мои родители возвращались после того, как отвезли меня в университет. Отец в то время устроился на вторую работу, не помню уже на какую. Но это была ночная работа. А день он проводил в своем магазине автомобилей. По мнению полиции, он уснул и выехал на встречную полосу, где столкнулся с грузовиком.

- Мне очень жаль, - прошептала она.

- И я все время думаю о том, что, если бы он не пошел на вторую работу, они все еще были бы живы.

- И ты изматываешь себя, чтобы никто из близких не был вынужден переживать из-за нехватки денег? - догадалась она. - Вот почему ты купил Сент-Айседор! И почему хотел, чтобы «Медэвко» росла как можно быстрее! Чтобы Нико ни в чем не нуждался!

- Я же говорил, что ты очень проницательна.

- И поэтому ты отдал мне Сент-Айседор? Чтобы я стала финансово обеспечена? Он не ответил.

Маргарита соскользнула с его коленей и повернулась к нему. Их глаза были на одном уровне.

- Эван. Я задам тебе тот же вопрос, который ты в ту первую ночь задал мне. Почему ты здесь?

Он пожал плечами и криво улыбнулся.

- Мне сказали, что своим рвением я мешаю «Медэвко», а не помогаю. Так что я ушел, и теперь я безработный. Ты теперь босс, так что я решил сдаться на милость победителя.

Маргарита постаралась придать лицу суровое выражение.

- Значит, это собеседование. Что ты можешь дать Сент-Айседору?

Эван мгновение раздумывал.

- Я работящий. Пунктуальный. И быстро учусь.

Она кивнула.

- Отличные качества. Но, боюсь, сейчас у нас нет вакансий.

- Я это подозревал, так что придумал себе новую работу.

- Правда? - Она перестала сдерживать себя и радостно улыбнулась. - На полный рабочий день?

- Абсолютно.

Он спрыгнул со стола и подошел к стеллажу, на котором хранились игристые вина. Выбрав бутылку, вернулся к столу.

Она узнала этикетку.

- Это очень хорошее вино.

- Если я не получу работу, обещаю, я куплю тебе другую бутылку.

Эван снял с пробки проволоку, что-то сделал с ней и опустился на одно колено.

Маргарита ахнула. По ее щекам потекли слезы счастья.

- Я могу быть счастлив только с тобой. Ты спросила, почему я здесь. Я надеялся, что ты сможешь простить меня и позволишь служить тебе в должности твоего мужа. - Он протянул ей кольцо, которое скрутил из проволоки. - Я люблю тебя, Дейзи Маргарита Делакруа. Ты украла мое сердце с той минуты, как я увидел тебя.

- Эван.

Она прижала руку к губам, не в силах говорить, не в силах двигаться, не веря, что это происходит в действительности.

Он смущенно улыбнулся:

- Я согласен на испытательный срок.

Она покачала головой и протянула ему левую руку, позволяя надеть на палец кольцо из скрученной проволоки.

- Предполагалось, что все это произойдет в библиотеке, - сказал он. - В ящике стола там даже лежит настоящее кольцо.

- Но это кольцо действительно бесподобно. И да. Тысячу раз - да.

Их губы слились, и все вокруг поплыло у нее перед глазами, пока наконец у нее не начала кружиться голова от счастья, надежды и любви. И они могли бы остаться здесь до завтрашнего утра, до прихода уборщиков, если бы Эрсли не сунула голову в приоткрытую дверь.

- Простите, что я прерываю…

- Мы прерываем, - поправил улыбающийся Нико, появившийся у нее из-за спины.

- Но скоро начнется ужин, - закончила Эрсли. - И владелица должна присутствовать на нем.

- Это ты, - прошептал Эван. - Я так горжусь твоими успехами!

- Но Сент-Айседор - это результат совместных усилий. - Маргарита погладила его по слегка колючей щеке. - Ты часть его. Если хочешь ею быть.

- Я хочу только тебя, - сказал он. - Сегодня, завтра, всю жизнь. Но я буду счастлив стать частью твоей команды. Кем пожелаешь. В конце концов, ты теперь босс.

И Эван улыбнулся своей лукавой и обворожительной улыбкой, при виде которой ее сердце сделало кувырок.

- Кем мы оба пожелаем, - поправила она его, а потом взяла его за руку и повела из погреба вслед за Эрсли и Нико, чтобы присоединиться к гостям. В эту ночь у нее было больше причин праздновать, чем она могла мечтать. - Мы оба.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

1 Сезон созревания, франц.

Content

Эрвин Сюзанна Страсть по расписанию [Who's the Boss Now]

Сюзанна Эрвин Страсть по расписанию

Любовный роман - Harlequin - 1104

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Примечания