Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера 2

Глава 1

Вопреки моим оптимистичным ожиданиям, реальность не столь уж и радужна.

Обезболивающее оказывается самой настоящей наркотой: ощущение описать сложно, но это даже не алкогольное опьянение. Что-то иное.

С другой стороны, после укола меня захлестывает такая эйфория, что никакие проблемы всерьез не воспринимаются. Полиция? Да и черт с ней! Луна или шахтерская планета? Да и ладно!

Остатками силы воли старательно балансирую на грани сознания. Кажется. пока удается.

Интересно, а как тот парень из рассказа отца после двух уколов тем транспортом управлял? По мне, и одного за глаза, чтобы не ориентироваться в реальности.

По дороге в храм науки японец от Тики заряжает меня новеньким концентратором и пару минут колдует над расширениями.

Пока он работает, мои мысли разбегаются в разные стороны. Я ловлю ту из них, которая мне кажется наиболее актуальной: на месте стоять нельзя. Нужно двигаться, что-то делать, куда-то идти - что угодно, только не зависать в одной точке.

Если стоять на месте, сознание норовит куда-то ускользнуть.

Наконец азиат сворачивается и убегает по аллее.

Меня так и распирает от нетерпения: поскорее бы уже!

Возле ворот озадачиваюсь: языком лишний раз лучше не болтать - он заплетается. Но как тогда выдернуть из разговора Ченя?! Вон, стоит спиной сюда и делает вид, что так и надо.

Странно. Вроде, он сейчас сам должен проявлять инициативу? Ставки сделаны, мой рейтинг они уже автоматически поднимают, а его приспускают: слишком уж большая разница между нашими уровнями.

На какой-то момент меня отвлекает природа: поют птицы, зеленеет трава, дальше еще что-то зеленеет - черт его знает, что.

Не то зрение, без очков и так не видать, а еще и сейчас, после укола...

Какое-то шестое чувство заставляет опустить глаза и нагнуться: подобрав кусок, к-хм, неважно чего, сквозь пьяную пелену понимаю, как заставить китайца плясать под свою дудку.

Вначале ему в спину отправляется первый кусок ... этой субстанции. Когда он, словно ужаленный, поворачивается ко мне - отправляю в путь вторую половину.

Прикольно. Меня отчего-то на ровном месте разбирает смех.

Фуф. Наконец-то. Чень бросается сюда с такой скоростью, что чуть не повисает над землей.

До меня как сквозь вату доходит: я же не надел кастеты.

Ну не идиот ли.

***

Первый удар, вопреки всем сделанным на него ставкам, убогий пропустил: китаец тупо снес его выброшенной вперед ногой.

Пропустив с акцентом "сильную" пятку, Седьков, по-прежнему убедительно изображая клоуна, улетел спиной вперед на газон и покатился по нему дальше.

Хань, видимо, разозлился из-за их нетривиального старта гораздо больше, чем старался показать: вместо того, чтобы удержать дистанцию и добить метателя удобрений, Чень нагнулся и сорвал пучок травы. Обтерев пятно на груди, он брезгливо сморщился и отбросил это все в сторону:

- Тебе сейчас будет очень больно. - Сказано было тихо, но многообещающе.

То, что китаец зарядился на этот бой, как в космос, судя по идиотскому выражению лица клоуна было секретом только для самого Седькова.

Последний ухмыльнулся как кретин и со второй попытки встал на ноги:

- Утю-тю! - двумя пальцами он изобразил козу словно маленькому ребенку.

Миру Хамасаки сдержанно подняла правую бровь: всем, знающим ее, это говорило о вопиющем удивлении японки.

Стоявшая напротив Юнь почему-то вместо наблюдения за дракой своего парня не сводила глаз с бывшей подруги.

- У Рыжего мышечный тонус, как у коня, - прозвучало в закрытом чате со стороны англоговорящих.

- Да, легко встал. Мышечный корсет как будто набил, - согласился Макс. - Удивляет.

Чень повторно посмотрел под ноги и задумался. Присутствующим было понятно: в отличие от убогого, хань не хочет месить газон дорогими модельными туфлями.

Седькову же в его говнодавах было все равно, по какому покрытию ходить: он себя явно чувствовал комфортно и там, где находился.

- А отчего мы замерли? - очкарик скривил лицо в глумливой гримасе, не двигаясь с места. - Боишься? Это правильно, бойся.

Отыгрывая какой-то известный лишь ему одному спектакль, Рыжий неторопливо полез в карман и натянул на руки фрагменты своего собачьего ошейника, которыми он почему-то не снарядился с самого начала:

- Позабыл по запаре, - объявил он в полной тишине с видом счастливого идиота. - Ладно. Если гора не идет к Магомеду, тот и сам может подойти.

С этими словами дурачок выбрался на аллею и, как ни в чем ни бывало, потопал к китайцу:

- Второй раунд, мудила!

Чень без лишних слов ударил вначале ногой, затем рукой.

От первого удара Седьков немного странно скрутился в сторону, но ушел без потерь. Кулак же китайца он явно на автомате встретил локтем - было похоже на защиту южных материковых школ.

От столкновения двух костей, казалось, щелкнуло в ушах у всех присутствующих.

- Есть! - азартно крикнул кто-то из южан голосом. - Контакт!

- Одежда же? - с сомнения в голосе ответила Юлия с противоположной стороны. - Разве ... ?

- Пофиг!

Судя по изменившемуся лицу Седькова, игры для него закончились.

***

Айя боковым зрением заметила, что подруга закусила губу.

"Спокойнее!" - буквально проорала она в привате. - "Мать, никаких эмоций на роже! Обтекай мысленно, здесь не театр! Не позорься сама и его не позорь!".

Ана послушалась и коротко кивнула.

Как ни парадоксально, в целой толпе старшей школы ни одна рожа не заподозрила, в каком состоянии сейчас находится Виктор.

Ну и слава богу. Дай бог, чтобы так шло до самого конца.

Больше всего латиноамериканка опасалась китаянки: Юнь точила зубы на Седькова всерьез после той истории с ее голыми сиськами. Могла и копнуть из вредности глубже, чем следовало бы, тем более что в расширениях сюрпризы удаленной диагностики имела наверняка.

К счастью для Виктора, Сяовэнь вместо него сверлила взглядом бывшую подруг и за дракой наблюдала постольку-поскольку.

Удар ханьского кулака Рыжий принял на локоть (естественно и правильно - судя по его уверенности) - но тут же изменился лицом.

СКАТ - вздохнула мысленно Айя. Понеслось.

К своей чести, товарищ не прервал движения. Седьков несмотря ни на что засеменил вперед маленькими шагами в этой своей странной манере, попутно обстреливая противника со средней дистанции.

- Выглядит коряво, но занятно.

- Да! Чень как будто опасается!

Руки Виктора мелькали сами по себе.

Хань отступал, балансируя вперед-назад и пытаясь подстроиться под противника, резко ставшего неудобным.

- Не может поймать! - в ремарке Мануэля прозвучало веселое удивление. - Чень не может взять Рыжего на прием!

Удар. Удар. Удар.

Металлические шипы на руках Виктора раз за разом впивались в предплечья, бицепсы и плечи китайца. Тот отмахивался, но его пальцы безуспешно соскальзывали с запястий противника, срывая захват за захватом.

- Хотя пятна вон, раз за разом остаются! - Гарсия, стоявший чуть дальше своих и в стороне, похоже, вел какой-то собственный счет.

- Че-то на Рыжего этот скат вообще никак не действует, - заметил Ник. - Мне не видно, но по идее он же уже должен кататься и выть, нет?

- Видимо, у животных болевой порог выше, - любезно отозвалась Юлия. - Натурал же. И браслета нет - снял заранее.

- Ему против ската тот браслет до лампочки, - проворчал Нури, в отсутствие Рашида раздававший короткие команды землякам.

Находившиеся рядом с Юнь Онода и Саджо озадаченно переглянулись:

- Богатырь какой-то! - выставил вперед нижнюю губу первый.

- Угу. Ему больно, но пока терпит, - согласился второй.

- Недолго осталось, - по-змеиному улыбнулась китаянка, отчего-то продолжая буравить глазами Хамасаки.

Та на мгновение отвлеклась от драки и задумчиво посмотрела на бывшую подругу.

- Оп-паа. - Ана схватила Айю за кисть и сильно сжала.

- Вижу.

Кастеты Седькова, несмотря на продолжающие краснеть руки, нашли прореху в обороне противника.

Все предыдущие удары хотя и были болезненными, приходились в общем-то в безопасные места. Но Рыжий на каком-то этапе исхитрился, обозначил левой - а врезал правой.

Руки Ченя изобразили в ответ мельницу, однако вместо кулака противника почему-то поймали воздух.

В следующий момент его нос вмялся внутрь под ударом металлического шипа.

Не давая сопернику ни малейшей передышки, Седьков буквально прилип вплотную и, как собака, повис в ближнем бою, обрабатывая кулаками все, до чего успевал дотянуться.

Хань не оставался в долгу. В отличие от Виктора, его удары и просто касания усиливались очень серьезным профессиональным расширением.

Рыжий покрывался пятнами, парировал, что успевал - но бил, бил, бил... Сам он тоже пострадал, но не от силы ударов - их он как раз по большей части чудом ухитрялся избегать.

- Объективно три секунды. - Выдал в чате Мануэль вообще без смайликов.

- Да. Но размен очень жесткий. - Ник поставил красный жирный знак вопроса в следующей пустой строке.

За это короткое время Седьков сломал противнику нос, челюсть в двух местах и левую скуловую кость.

Юнь наконец отовалась от Хамасаки и обратила внимание на происходящее. Увиденное заставило ее широко раскрыть глаза и чуть ли не подавить в себе крик.

Миру, не глядя на бывшую подругу, безошибочно выстрелила в ее сторону средним пальцем левой руки.

Рыжий тем временем явно решил плюнуть на любые последствия для себя лично - именно такое мнение сложилось абсолютно у всей старшей школы, образовывавшей безмолвный круг.

Проскользнув у противника под рукой, Седьков использовал его инерцию и зашел единственным плавным шагом ему за спину. В следующий момент руки Виктора сплелись в замок на шее Ченя, сдавливая горло и перекрывая дыхание.

- Рыжий же никогда не боролся!

- Ну и новости!

- А как он держит ...?!

Удивлению латиносов не было предела. Остальные выражали эмоции не так ярко.

По-хорошему, и это понимали все, обладатель единственных очков в школе даже теоретически не должен был к этому времени оставаться на ногах.

Ажиотаж первых мгновений схватки прошел и стало хорошо видно: зрачки Седькова расширились едва ли не за пределы радужки.

- Такое впечатление, что и белков не видно, - уронила Юлия. - Интересно, что это у него с глазами?

- Больно. - Единственное слово прозвучало от Эрнандес.

Юнь рванула вперед к дерущимся неожиданно для всех.

В ускоренном чате мелькнули сразу несколько фраз о том, что такая победа над убогим автоматически отправит в его пользу все сделанные против ставки.

Видимо, китаянке это было уже без разницы.

Мартинес, внимательно наблюдавшая за всем вокруг, успела среагировать и подставила ногу.

Сяовэнь со всего маху приложилась об асфальт.

Онода и Саджо, как оказалось, начали двигаться одновременно с ней, просто чуть медленнее. Через какие-то доли секунды они врезались в Айю.

- H E R M A N O S ! - теперь Эрнандес поняла, что именно имела ввиду подруга, оговаривавшая именно такой случай.

Латиносы разделились на два ручейка и, раздавая удары всем подряд налево и направо, подарили дерущимся Седькову и Ченю буквально несколько секунд, пока по тем, сцепившимся и покатившимся по асфальту, не протоптались другие.

Южане поддержали хань. Онода и Саджо дрались с Эрнандес и Мартинес.

Латиносы держали строй в меньшинстве и хватило их ненадолго.

Но главное было сделано: к тому времени как толпа накрыла китайца и русского, глаза азиата закрылись, а голова обвисла на неожиданно расслабившейся шее.

Виртуальный арбитр школы бесстрастно подвесил голограмму, указывая победителя.

Охрана заведения, подоспевшивая примерно через минуту, получила больше работы, чем за весь предыдущий учебный год.

Кто-то проигравший в тотализатор пытался спорить, но вердикт искусственного интеллекта гласил однозначно: Чень потерял сознание первым.

Седьков тоже отрубился, но позже секунды на полторы - раз, и частично - от болевого шока, два. А три - вдобавок от удара каблуком ботинка в затылок, который ему схитрила нанести извернувшаяся китаянка.

Самая невероятная ставка за последнюю неделю сработала.

***

- Что это у тебя и откуда? - школьный врач хмуро нависает надо мной.

В себя прихожу в медицинском секторе, зафиксированный в полукапсуле.

Мои руки и ноги прикованы к горизонтальной поверхности какими-то лентами, которые на мои мышечные усилия вообще не реагируют.

- Вы о чем? - даже не притворяюсь.

Мне действительно настолько нехорошо, насколько только может быть.

Доктор подносит к моим глазам присоску, полученную от курьера в Сливовых Скверах.

Вместо ответа отворачиваюсь в сторону.

Интересно, а сказал бы я ему сейчас, если бы знал?

Видимо, действие укола далеко не позади. Под крышкой черепа оживает тот легкий ветер, который дул там с момента укола.

- Неважно, - отвечаю, кажется, слегка изменившимся голосом.

По ощущениям - обезвоживание.

- Если думаешь, что у тебя получится отмолчаться, то ошибаешься, - продолжает школьный медик. - Ты же не считаешь, что твой анализ крови останется в секрете? По-хорошему, быстро отвечай: что именно было установлено на этом концентраторе?!

Присоска опять совершает увлекательное путешествие к моему носу.

- Мне это нужно знать на случай, если потребуются реанимационные мероприятия! - взрывается доктор. - У тебя давление падает! Из шока вышел, но сейчас опять в него свалишься! БЫСТРО! ЧТО БЫЛО НА КОНЦЕНТРАТОРЕ?!

Вот привязался.

- МНЕ НАДО ЗНАТЬ, КАК ТЕБЯ ВЫТАСКИВАТЬ! ЭТО ВАЖНО!

Интересно, он на самом деле сейчас орет? Или это у меня та самая дереализация от промедола, о которой говорил японец в парке?

Лучше бы воды дал.

На какое-то время свет перед глазами гаснет.

_______

Прихожу в себя, видимо, через несколько минут: врач по-прежнему беснуется.

- ЧТО ЭТО ЗА ГАДЖЕТ?! ЧТО НА НЁМ БЫЛО?!

- Неважно. Главное, ставка сработала. - Мне легко и весело, это действительно так.

Почему-то мой ответ заставляет его замолчать.

Он выходит, громко хлопнув дверью и обещая вскорости полицию, а я попрежнему не могу пошевелиться.

Знакомая теплая волна накрывает меня с головой.

Перед тем, как в нее нырнуть, успеваю подумать: теперь задолженность за больницу будет погашена в любом случае.

Спасибо девчонкам, нужные платежи настроены автоматически.

Глава 2 (дополнение/коррективы цветом. Извините за неудобства)

ИНТЕРЛЮДИЯ.

Когда Виктор с соперником покатились по земле, они увидели, как китаец успел напоследок запустить сразу несколько дополнительных боевых расширений.

- Зря. Сейчас только кислород в тканях сожрал быстрее. - Мартинес сказала это вслух медленно и нарочито, без чувств.

Что бы ни происходило в душе, окружающие должны думать, что она спокойна, как удав.

Несмотря на очевидную нервозность происходящего, Айя вывела всю аналитику в отдельной сектор концентратора (только недавно освоила этот уровень): лично у нее качество обработки информации по вине эмоций сейчас не страдало, хотя последние и бушевали дай бог.

Эрнандес же, объединив с подругой гаджеты в сеть, наоборот отдалась нервам по полной: хрипло дышала, потела, сжимала руку подруги до подкожных кровоизлияний, материлась в привате и явно тяготилась ничегонеделаньем.

Седьков тем временем вцепился в противника собакой и не отпускал шею китайца до тех пор, пока тот не отрубился из-за кислородного голодания. Ханьские расширения в итоге помогли своему хозяину несильно.

Сучка Юнь, как они и предполагали, не удержалась и таки бросилась на Рыжего, когда дела ханьского предводителя ушли в штопор.

Предусмотрительная Мартинес была готова и здесь: удачно подставлена нога - и вот китаянка тарахтит костями по асфальту, не добежав буквально пары шагов до дерущихся. Какой-никакой, а выигрыш по времени.

Дальше они вдвоем сдерживали хитрожопых японцев Саджо и Оноду, которые на сей раз почему-то выступили против собственной соплеменницы Хамасаки (и вслед за Сяовэнь рвались к Рыжему).

Ну-у, если судить по действиям матери Миру - то не совсем джапы и родные между собой именно в данном вопросе, но тем не менее. Надо будет обдумать на досуге, а еще лучше расспросить Виктора: у него с этой Тикой вообще что-то непонятное (скажи кто - не поверили бы, но тут своими что называется ушами и глазами).

А еще через пару секунд на графике, который выдавал школьный искусственный интеллект, зеленый цвет Ченя погас наглухо: выиграл Седьков.

Спустя какое-то время Рыжему прилетело по голове каблуком от барахтающейся на земле китаянки (и его кружок тоже погас) - но теперь оно было абсолютно неважно.

Участники спонтанного группового рубилова у ворот еще какое-то время воевали друг с другом по инерции - безо всякого смысла, ибо главное было сделано. Победа зафиксирована по всем правилам - деньги на ставках самым законным образом уже перетекли на счета новых хозяев.

- Еще и рейтинг у него подрос, - отметила в приватном чате аккуратная Айя параллельно с участием в разборках со школьной охраной.

- Где? У кого? - Эрнандес, щеголяющая разорванной до пупа рубашкой, не сразу сообразила, о чем речь.

Плюнув на вырванные с мясом пуговицы (все не соберешь плюс пришивать обратно нечем), баскетболистка расстегнулась до конца и завязала уголки рубахи в районе пупка: да, несколько вызывающе, но до последнего урока досидеть сойдет, чтоб прямо сейчас домой не ехать.

- Как мы с тобой предусмотрительно шмоток ему нанесли. - Айя подобрала с газона свой рюкзак и, ухмыльнувшись про себя, достала из него почти точную копию того, что сейчас было надето на подруге. - На!

- ОТКУДА?! - Ана удивилась.

И тут же, не стесняясь, сменила разорванный предмет одежды на более целый при всех.

- Утром про запас взяла.

- Зачем???

- Понятно же было, что наш герой опять будет разорванный и грязный, - тихо ответила Мартинес. - Я от Ченя ожидала большего, а рубашка вот, пригодилась тебе.

Их "героя" тем временем после беглого осмотра универсальным диагностом потащили в медпункт.

Ченя, что интересно, на буксир взяли свои: китаец готовился со всех сторон, судя по тому, как на вызов Сяовэнь со скоростью звука примчалась платная скорая от достаточно дорогой сети клиник.

- Погнали! - Айя воровато оглянулась по сторонам и потащила подругу вслед за носилками, на которых уехал Рыжий.

Несмотря на прозвеневший звонок, на урок практически никто из старшей школы сразу не пошел: подобные инциденты случаются часто, но именно это событие по накалу страстей могло считаться эпическим.

В медсекторе латиноамериканки честно подпирали металлическую дверь добрую половину академического часа, пока вход не разблокировался доктором изнутри.

Вопрос, который они хотели задать врачу, остался невысказанным: эскулап с глазами какающей мышки пронесся мимо них, не глядя по сторонам, и принялся наяривать голосом по очереди разным абонентам.

Подруги добросовестно новострили уши: доктор о конфиденциальности не заботился в принципе, оттого орал, не стесняясь.

- Тут ловить нечего. Все ясно. - Мартинес подхватила под руку впавшую в транс Эрнандес и отпустила только в парке. - Замри!

В следующую секунду Айя удивила одноклассницу еще раз: активировав вызов, через пятнадцать секунд мисс Олимпийская Невозмутимость коротко и резко заговорила со старшей Хамасаки:

- Тика-сан, здравствуйте еще раз. У меня ваш контакт остался после нашего разговора втроем с Рыжим. Все хреново.

- Что случилось?

Эрнандес отбила в привате, чтобы не звучать:

"Хренасе. Я думала, она с тобой говорить не станет".

"Мешаешь!".

- Если можно, вначале - главную проблему, потом - твои комментарии.

- Примите файл! - Мартинес, не заморачиваясь, без купюр выслала все то, что они подслушали в медсекторе.

Пока японка вникала через расширения, Айя добавила голосом:

- Виктор додавил Ченя, когда они дрались. Сквозь все приложухи, сквозь СКАТ, физуху дожал - и только потом отрубился. Причем еще вопрос, от чего: сука Юнь ему по голове каблуком...

- Я вижу. В одной из иерархий Седьков сместил номера первого, кстати. Сам первым не стал - мало побед, но...

- Тика-сан! Рыжий ни слова не сказал ни о вас, ни о нас, ни о концентраторе, ни о наркоте!

- Я слышала... Так, Айя, Ана. Большое спасибо за подачу: приняла. Успокаивать по этому каналу не буду, но СПАСИБО БОЛЬШОЕ ЕЩЁ РАЗ. - Хамасаки-мать очень выразительно посмотрела на каждую старшеклассницу по очереди. - Между строк читать умеете?

- Смотря что, - неожиданно заартачилась баскетболистка. - Нас вы знаете по именам, заметили? Хотя мы не представлялись. Вот мы тоже заметили! Левый концентратор с вами не свяжут, как и того специалиста. Кроме вас просить помощи не у кого, но вы на нее пока только намекнули. Хотелось бы ясности!

- Девочка моя. Ты сейчас технично усомнилась в порядочности Тики Хамасаки, - японка назвала себя в третьем лице. - Одновременно ожидаешь, что мои слова тебя успокоят. Непоследовательно немного, нет? Молчу о приличиях.

- Плевать на приличия! В любой другой ситуации я бы облизывала вас со всех сторон! Была бы готова вам ноги мыть - ту воду пить! - Обычная женская мягкость Эрнандес куда-то бесследно испарилась. - Если бы у моей семьи было хотя бы пятнадцать процентов ваших возможностей, я бы уже умоляла отца. Однако...

- ... вы можете несоизмеримо больше. - Айя подумала, что перехватить слово у разошедшейся подруги сейчас будет оптимальным вариантом. - Мы понимаем, что такое такт и правила приличия. Тика-сан, лично я не стрелок по воробьям из гаубицы: одного убил, остальных напугал... Коль скоро мы вас набрали, хотелось бы не просто чтобы вы нас успокоили.

- А что тогда? - японка демонстративно спокойно подняла левую бровь.

- Хотелось бы распределить возможные действия, - твердо завершила Мартинес. - Если не поможете вы, мы будем пытаться надрываться на своем уровне. Вам позвонили только потому, что думали: Рыжий вам тоже симпатичен и небезразличен. Если ошиблись - тысяча извинений.

"Фигасе ты даешь", - Эрнандес отправила в привате две строчки, заполненные поднятыми вверх большими пальцами.

Айя, не мигая, требовательно таращилась на мать одноклассницы.

- Я участвую, - лаконично прокомментировала старшая Хамасаки и отключилась.

- Теперь только молиться. - Из Мартинес, секунду назад суперуверенной в себе, словно выпустили воздух.

Она угрюмо шмыгнула носом и уселась прямо на траву.

- Погнали обратно в медсектор? - предложила Ана. - Глядишь, еще чего услышим.

***

Когда с расширениями концентратора работает кто-то, у кого есть имплант, голограмма и интерфейс у него выглядят объемными и как будто настоящими.

У меня импланта нет. Неожиданно появившееся подобие панели управления перед носом поначалу вообще рождает во мне подозрение: галлюцинация.

В себя пришел минуту назад с ощущениями огурца, пропущенного через мясорубку.

Однако псевдогаллюцинация перед носом никуда не девается, а вибрирует конвертом в правом нижнем углу.

Да ну, не может быть.

Делать все равно нечего, потому тянусь щупальцем сознания: а вдруг? Кое-какие самые простые виртуальные функции концентратора я освоил. Браслета того, правда, больше нет; но тем не менее.

Конверт неожиданно подается и из него распаковывается текст:

Продержись немного!

Пока я промаргиваюсь, не померещилось ли, едва заметная дымка пародии на интерфейс исчезает.

Что это было? Несмотря на свою нарочитую дремучесть, в здешних гаджетах я все-таки местами разобрался. Может быть, что та присоска из подмышки добивает из соседнего кабинета прямо сюда? Но до сего момента я ее интерфейса вообще не чувствовал.

Кажется, фиксирующие ленты на руках и ногах, помимо прочего, обладают и медицинскими функциями: ощущения обезвоживания больше нет. Единственный вариант - аналог капельницы, насколько я понимаю в физике.

Еще минут через пять такого моего лежания дверь открывается и в помещении появляется Трофимов. Вопреки сложившейся практике он не орет, не злорадствует, даже не нервничает.

- Все всегда приходит к своему закономерному концу. - Выдает завуч, оглядываясь по сторонам и словно бы решая, где ему усесться.

В итоге выбирает скамейку со спинкой у стены.

- Вы это к чему? - несмотря на ужасное самочувствие, настроение у меня неплохое.

Главное сделано. Остальные проблемы есть смысл обдумывать по мере их поступления.

- Наркотики в крови. Левый концентратор с неустановленным софтом. По отдельности - административка, но в сумме - уже гораздо более серьезная ситуация. Особенно с моей точки зрения, - невозмутимо поясняет завуч. - А у меня некий ресурс есть.

- Вы бы не пришли сюда сейчас, если бы не рассчитывали о чем-то торговаться. - Я действительно так считаю. - Дождались бы эту самую полицию, которой так стращал доктор, и сдали бы меня ей.

- Да ну? - А вот его равнодушие сейчас мне уже не нравится. - Полиция едет, а я просто зашел пораньше, чтобы они меня не ждали.

- Как скажете. - В этом месте широко зеваю, поскольку реально тянет спать, а мышцы челюсти меня не слушаются.

- Знаешь, так много хотел тебе сказать в подобную минуту - а сейчас как будто отрезало. - Все с тем же беззаботным видом сообщает светило педагогики. - Странно. Я думал, когда избавлюсь от тебя - позлорадствую, а сейчас даже нет эмоций.

- Не избавитесь, - пожимаю плечами в положении лежа. - Ну или будет это явно не сейчас.

Трофимов снисходительно улыбается и смотрит со своей скамейки, как дедушка на внука.

Еще какое-то время молчим каждый о своем, а потом дверь распахивается и к нам присоединяется тот самый джентльмен, который пытался вербовать меня в свой негласный аппарат.

- Я принял данные сервера, - он с порога развивает бурную деятельность, обращаясь к завучу.

Дальше следует перечисление моего анализа крови, незарегистрированного гаджета и результатов драки для китайца. К последнему прислушиваюсь особенно внимательно: как бальзамом на душу.

Оказывается, с ударом у меня все в порядке - столько-то сломанных костей Ченя на лице. Просто расширения предводителя ханьцев - как у космонавта, вот он и вытерпел.

- Доигрался, - мент явно по инерции изображает рубаху-парня, поскольку его сочувствующий внешний вид никак не вяжется с его же текстом. - Теперь ведь уедешь по известному адресу.

- За что?

Мой вопрос заставляет его запнуться на полуслове и перестать блуждать взглядом, внимательно сфокусировавшись на мне:

- Выписка из медицинского реестра. Анализ крови... капсула номер... государственный сертификат... Дальше. Незарегистрированный гаджет... предполагаемая конфигурация...

- А для чего вы мне это все перечисляете? Офицер, вы теперь приговоры самостоятельно выносите или даже вам иногда все же требуется решение суда?

- В решении суда можешь не сомневаться. - На лице служителя закона появляется та самая отстраненная снисходительная решимость, которой Трофимов щеголяет уже минут десять.

- А я и не сомневаюсь, только с другой стороны. - Двигать плечами в положении лежа не очень удобно, но другие виды жестикуляции мне сейчас просто недоступны.

***

- Вон она! - Ана угадала Тику Хамасаки в то самое мгновение, когда носок туфли японки еще только начал появляться из-за угла.

- Сюда! - латиноамериканки подхватили женщину под руки и едва не понесли в медсектор.

- Трофимов у Виктора. Недавно туда зашел легавый. О чем они говорят, в коридоре не слышно, - Мартинес ухитрилась несколькими словами точно передать всю обстановку.

Мать одноклассницы лишь единожды кивнула, подтверждая услышанное.

Доктор, безошибочно найденный ею за первой же дверью на своем этаже, минуты три о чем-то пререкался с ней по-японски. После этого взрослые, не обращая внимания на старшеклассниц, переругиваясь, потопали к помещению с Рыжим (и полицией).

Дверь подчинилась команде медика и отворилась, выпуская наружу звуки изнутри:

- ... я потерял сознание. Перед школьными воротами, на виду у всей старшей школы. - Интонации и тембр Виктора саднили и от обычных отличались, но язык ворочался бойко, не как после укола.

- С этим никто не спорит. - Следующий незнакомый голос явно принадлежал тому, из полиции. - Наркотик, левый гаджет и такой же софт...

- А можно почитать протокол изъятия? Попутно: протокол медицинского освидетельствования где? В частности, момент транспортировки меня сюда?

Хамасаки-старшая придержала врача за рукав. Тот по инерции убежал ногами вперед, но вынужден был вернуться: дернула его японка здорово.

Войдя первой, она за спиной махнула ладонью школьницам, дескать, проваливайте: иного толкования жест не имел.

Ага, щ-щас. Кто бы ее послушал.

- Что здесь происходит? - обманчиво мягкий голос женщины заставил вздрогнуть стоявшего к ней спиной завуча.

- Вы кто? - а вот в голосе легавого почтения не прозвучало.

- Член совета попечителей заведения. Господин Трофимов, у нас с вами был разговор на эту тему, - Хамасаки перешла на один из государственных языков (свой родной). - Потрудитесь объясниться?

- Тика-сан, здравствуйте! Я не понимаю, о чем вы говорите, но спасибо, что пришли! - Виктор, зафиксированный при помощи медицинского оборудования, судя по его лицу, реально был рад. - Мы с одним китайцем подрались перед входом. Меня вырубили, был без сознания не знаю сколько времени...

- ...ть минут, плюс-минус, - уронил доктор сухо.

- Как меня от ворот несли - не говорят! - школьник не обращал внимания ни на кого из взрослых, кроме японки. - А теперь привязали к этому столу и всех своих собак решили на меня повесить! Это потому, что я натурал и эмигрант?!

- Будьте добры, суть вопроса? - азиатка повернулась к служителю закона.

Тот повторил, в принципе, известный перечень из пары претензий.

- Виктор? - Тика будто бы совсем немного напряглась.

"Обоссаться можно", - Мартинес очень хорошо помнила, как японец в сквере перед школой читал их чат, стоя к ним спиной и боком, потому сейчас писала без конкретики (одни намеки и эмоции).

"У меня щас сердце встанет". - Хмурое лицо Эрнандес в реале контрастировало с тем, как ее смайлики схватились за голову в чате.

- А что Виктор? - Рыжий, похоже, отморозился и на все махнул рукой, судя по идиотскому и беззаботному виду. - Я им битый час не могу втолковать!

- Что именно? - то, как японка владела собой, у несентиментальных в ее адрес латиноамериканок сейчас вызывало искреннее уважение.

Мартинес выбросила на пальцах, что очень многое хочет сказать - но опасается делать это и вслух, и в привате по понятным причинам.

Эрнандес медленным опусканием век дала понять, что понимает все без слов.

- Я не спорю ни с полицейским, ни с этой вашей капсулой! - Рыжий убедительно изобразил на сей раз школьного учителя, терпеливо вдалбливающего одно и тоже умственно отсталым. - Я не могу от них получить ответ на очень простой вопрос! А с чего они взяли, что наркотик в моей крови и этот прибор у меня появились ДО ШКОЛЫ?!

Легавый вскинулся, собираясь что-то сказать, но аристократка остановила его легким движением кисти:

- Виктор, продолжай?

Что интересно, спорить с ней не стал ни полицейский, ни Трофимов, ни доктор.

- Тика-сан! Мой отец был юристом! Протокола изъятия концентратора у меня не существует в природе! Забор крови производился тоже здесь, а не по месту потери мной сознания!

- Что ты этим хочешь сказать? - японка, как и все кроме полицейского, еще не ухватила сути (было видно через расширение).

Представитель же городского департамента мгновенно и стремительно занервничал.

- Это азы юридической грамотности. - Седьков не играл, а добросовестно удивлялся. Его искренность сейчас подтверждалась половиной десятка независимых друга от друга гаджетов и имплантов. - Чтоб доказать, что концентратор мой, его надо изымать по процедуре. Тика-сан, я был без сознания! А что если он появился у меня, когда меня неизвестно кто волок от ворот сюда? - Рыжий повернул единственную свободную часть своего тела (голову) и посмотрел на служителя закона. - Вы оперируете понятием "подбросили" и "регламентированная законодательством процедура изъятия"?! Как вы без протокола изъятия собирайтесь доказывать, что это мое?! Всех собак решили на сироту повесить - он не ответит?!

Здесь Виктор явно переигрывал, но лицо легавого говорило: попадание в точку.

- Наркотик? - лаконичное хмуро бросил завуч.

- Заново. - Седьков без затей плюнул вдаль, за пределы фиксационного стола. - Извините, даже у стоматолога дают кюветы, а у нас в школе... пошевелиться не могу - пардон. Тика-сан! А что если и укололи меня между воротами и медпунктом? Я спрашивал завуча! Еще ни одну видеозапись на территории школы никому не удалось добыть у этого долбаного искусственного интеллекта! Что видеонаблюдение есть, что его нету - без разницы!

Старшеклассницы переглянулись. Было понятно без слов: Рыжий откровенно гонит, но коп при этом скучнеет со скоростью молнии.

- Ты очень путаешься в иерархиях, Седьков, - спокойно и холодно бросил Трофимов. - Искин, записи - это не твой уровень компетенции. Ты здесь всего лишь ученик и временно. Делаешь, что скажут - до тех пор, пока...

- Если речь об этом, то и вы в аналогичном положении, - равнодушно перебила педагога Хамасаки, глядя на него как на пустое место. - Трофимов-сан, ваш контракт продляется на годичной основе Советом Попечителей уже давно, но это не автоматическая процедура. Если вы считаете, что не отчитываетесь вообще ни перед кем - это большая ошибка.

Завуч удивленно раскрыл глаза.

Легавый и доктор с интересом прислушались.

- Лично меня очень интересует, каким это образом во вверенном вам заведении не соблюдаются элементарные моменты законодательства, - продолжила японка, опуская завуча при всех присутствующих. - Я сейчас читаю сервер юстиции. То, что он говорит о протоколе либо акте изъятия - сущая правда. Это же касалось и забора крови на месте происшествия.

- У меня школа, а не дисциплинарный батальон, - лицо Трофимова заледенело. - Есть рациональные границы и до сего момента подобных вопросов не было.

- Теперь есть, - равнодушно ответила Хамасаки. - А записей в распоряжении дознания нет? Ученик прав?

- Предлагаю это обсудить у меня. Это не тема для разговора в таком составе, - завуч быстро справился с эмоциями. - И я хотел бы поднять вопрос настроек искина не с каждым из вас по отдельности, а тогда уже при всем Совете Попечителей.

"Занятно. Слушай, а кто у Рыжего отец был?" - этот вопрос был относительно нейтральным. Айя без колебаний задала его в привате.

"Юрист же. Правозащитник. Помнишь, он ночью рассказывал?".

"Нет. Это вы е*ались, как кролики и 3,14*дели. А я заснула под утро, когда вы языком трепали между... подходами к снаряду".

- Есть презумпция невиновности. Доказывать нужно вину, а не невиновность. Тика-сан, почему здесь никто даже вида не делает, что собирается что-то доказывать?! Я что, виноват по умолчанию? Только потому что эмигрант и натурал?! - Седьков вклинился в паузу по новой. - Уже молчу, есть пятая поправка! Да, у меня нет гражданства, но я тоже имею на нее право!

Уже неплохо знающие парня одноклассницы видели: ему крайне не нравится спектакль, который он сам устраивает. Однако на качестве конечного продукта (на убедительности игры) его принципы сейчас не сказываются.

"А ведь он говорил, что ненавидит врать", - эта фраза тоже была условно нейтральной.

Ее тоже можно было сказать в мессенджере.

- При всем уважении к вам, Трофимов-сан. - Японка коротко поклонилась. - Это действительно похоже на небрежение элементарным.

- Я не обязан соблюдать подобные мелочи в адрес не-граждан. Пусть скажет спасибо, что учится.

- Круг ваших обязанностей определяете не вы, - азиатка покачала головой. - И мне очень не нравится напряжение нашей с вами коммуникации.

- Не я первый начал.

- Вы еще происхождением не вышли, что-то на этой земле начинать. - Вежливо и твердо японка поймала взгляд педагога, затем - легавого. - Как и вы. Вы точно помните, кто - титульная нация, а кто - сервисная функция? Я нахожусь здесь именно по причине того, что этот правовой нигилизм в вашем исполнении зашел далеко. Мне не хочется, чтобы моя дочь училась в подобных условиях. Я достаточно ясно выражаюсь?

***

Ночью удалялась первая глава. После восстановления, не ставилась перед второй.

При рокировке удалился кусочек второй, он написан заново.

Извините за неудобства. Прода сегодня по графику, сел писать

😑

Глава 3

На каком-то этапе медсектор наполняется народом.

Трофимов, полиция, Тика Хамасаки, врач, мои одноклассницы - это еще не считая меня.

Лежать в роли баклажана на грядке больше нет сил. Ну и даже чисто теоретически: в том же боксе чем ты больше маневрируешь, тем неудобнее твоему противнику - аксиома.

- Меня кто-нибудь отпустит с этого разделочного стола?! Народ, мне уже и в туалет надо, если что! - Надрываться в роли страдальца неприятно, но что поделать, искусство требует жертв.

Держу в голове, что хотя и ломаю комедию, делать это надо убедительно - чистейшей воды представление все равно должно отыгрываться качественно.

С учетом здешних технических достижений, успешный обман с моей стороны вроде как исключен - но ведь рассчитывает же на что-то та же японка?

Я мог ведь начать трепать языком - по мне, не лучший для нее вариант. Однако Тика здесь (и как только не боится).

- Он был зафиксирован в капсуле в бессознательном состоянии. - Врач чуть напрягается и торопится, начиная свои пояснения до того, как мать одноклассницы успевает задать ему свой вопрос. - Инъекции внутривенно плюс иммобилизация; это было абсолютно стандартным решением в тех обстоятельствах. Кто и когда делал ему укол опиатами - я не утверждал, констатировал лишь их наличие в крови.

- Зачем меня приковывать к этой доске?! - выставляю свои три копейки.

- Никто никого никуда не приковывал! Я врач, а не полицейское следствие! Есть медицинский протокол: человек с такими повреждениями не должен дергаться на терапии. А судорожный синдром присутствовал!

- Трофимов-сан, мне кажется или медицина настроена менее радикально, чем вы? - в голосе матери одноклассницы звучат лишь участие и вежливость.

Предыдущие ноты скрипа железом по стеклу волшебным образом испарились.

В этот момент к беседе присоединяется полицейский. Он отчего-то говорит по-японски и я его не понимаю.

Тика при его словах поднимает рассеянный взгляд, мысленно считает звезды на потолке, потом задумчиво отвечает ему с видом озабоченной матери-героини.

Тип на этом не успокаивается. Вещает еще минуту или полторы с паузами, расстановкой, будто перечисляя некий список.

Если б видеть нормально - можно было бы по лицам одноклассниц что-то понять, они с японским каким-то образом через концентраторы дружат. Но увы - чего нет, того нет.

- Пожалуйста, снимите меня с этого разделочного стола. - Напоминаю о себе через какое-то время.

Гроза местной преступности недовольно дергает головой и продолжает агитировать Хамасаки-старшую.

Доктор озабоченно кивает и шевелит в воздухе пальцами на манер волшебника Мерлина:

- Да... теперь можно... Инфузии завершены.

Ленты на руках и ногах тут же распадаются на половинки и втягиваются куда-то вниз.

- Спасибо, - ворчу, свешивая ноги со стола и спрыгивая вниз.

А ведь чувствую себя более чем неплохо, ух ты.

- Что у него сейчас с физическим состоянием? - Хамасаки-мать переходит на английский, обращаясь к эскулапу.

- Для предшествовавших событий - более чем окей. Интоксикация снята, давление стабилизировалось, витальные функции в норме. Последствия специфических вмешательств нейтрализованы, - он многозначительно смотрит то на завуча, то на женщину.

Если я правильно понимаю, это он таким деликатным образом обозначил СКАТ.

Кстати, было больно. Это не зубной кариес и даже не сорванный ноготь.

Не хотелось бы так - да еще раз.

- Прошу всех ко мне в кабинет. - Трофимов, обделанный японкой совсем недавно при нас, как ни в чем ни бывало типа возвращает себе бразды между делом.

- Уточните состав, пожалуйста? Кому к вам топать? - ну а чего, лично я туда идти не хочу.

Смешно, но официальных обвинений мне пока не предъявили.

Где-то на задворках сознания при виде лица Тики горячо вспыхивает надежда: может, теперь и не предъявят? Ну мало ли.

Хотя-я, с учетом местных инструментов проверки достоверности, мой детский лепет спектакль и есть. Вряд ли кого-то способен обмануть.

- Я бы предложила отправить детей на занятия. Мы обсудим происходящее и наметим, куда двигаться, - Хамасаки-старшая играет в вежливую аристократичность.

- У меня свой алгоритм и свои обязанности, - спокойно пожимает плечами полицейский. - С вашего разрешения, я продолжу по своему плану.

- Не нужно торопиться с процессуальными решениями. - В голосе Тики аккуратно лязгает сталь. - Я никоим образом не претендую на ваши полномочия, но ... - черт, дальше снова по-японски.

Звучит как самый нормальный разговор, но служитель закона почему-то недовольно морщится и в его глазах отчетливо видны вспышки злости.

Японка мажет по нему взглядом (интересно, через расширение или нет?) и без перерывов что-то говорит минуты полторы.

В итоге этого общения меня вручают в руки латиноамериканкам:

- Отведите одноклассника и сами шагайте на занятия. Языками не болтать! - Трофимов выглядит усталым грузчиком, которому только что сказали, что за те же деньги придется разгружать полуторную норму.

В беседе мента и Хамасаки-старшей он не участвовал, только переводил взгляд с нее на него.

- Сенсей, я не думаю, что вы можете разговаривать со мной подобным тоном. - Мартинес выпрямляется и обжигает завуча взглядом. - Я, конечно, понимаю... но все должно иметь границы. Если вы сейчас же не извинитесь и не поясните своих слов, с вами вынужденно проконтактируют мои родители. Я не давала повода...

- ... я тоже! - к подруге присоединяется Эрнандес. - И мы не в третьем классе! Что вы этим хотели сказать?

- Мои извинения. Тяжелый день, был неправ. - Кажется, завуч что-то быстро впрыскивает себе в кровь через гаджет, потому что его тональность меняется со скоростью звука. - Пожалуйста, проводите Седькова и вернитесь вместе с ним на занятия! Также, пожалуйста, сохраняйте конфиденциальность того, чему здесь стали свидетелем: это моя личная просьба!

А дальше девчонки подхватывают меня под руки и под шумок уносят нафиг с этажа.

Взрослые, вопреки собственному последнему конструктивному посылу, при нашем исчезновении никуда не трогаются: снова переходят на японский и начинают что-то эмоционально обсуждать прямо там, в медсекторе.

Орать друг на друга каждый за себя, если честно.

***

- Слушай, а чего ты так к Рыжему прикипела? - Айя решила для разрядки какое-то время потрепать языком с серьезным лицом.

Сам Виктор, что интересно, на вопрос не отреагировал.

Видимо, утро было нелегким не только у Трофимова - потому что одноклассница неожиданно купилась:

- А ты посмотри, как он за ум взялся. Какую-никакую работу нашел, Луиса вон в зале гоняет, где-то драться научился. Причем об этом не говорил, а все молча. - Эрнандес принялась дискутировать на полном серьезе, абсолютно не словив волну подруги.

Ни на какое занятие, разумеется, никто из них не пошел: у перехода в другой корпус было решено дождаться, пока освободится Тика Хамасаки.

По рейтингу за опоздания и пропуски сегодня и так настучали всей старшей школе без исключения. Хоть иди куда-то именно сейчас, хоть не иди - "результат" уже в кармане и от этого сильно не изменился.

А вот кое-какие срочные вопросы с японкой, по словам Седькова, необходимо решить сразу, как только появится физический доступ к ее телу (он сказал "к ушам", но Мартинес конечно же прокомментировала. Из этих двух зануд даже никто не улыбнулся).

- Ну, предположим, до "гонять Луиса" еще далеко, - из вредности заметила Айя в сторону Эрнандес.

Та своей серьезностью заставляла опасаться за ее же неадекватность:

- Ты поняла, о чем я.

Под дверями перехода они слонялись до конца урока и половину перемены.

Когда японка наконец появилось в переходе, у Рыжего заговорить с ней первым не вышло: латиноамериканки пристроились по бокам, а однокласснику осталось только шагать в кильватере.

- Тика-сан, извините. Мы были очень неправы. - Мартинес заговорила первой. - Перед всем этим.

- Без проблем, извинения приняты. Так, делегация, какие ко мне вопросы? Мне нужен только один из вас.

- Хотим узнать, на каком все свете, - честно ответила Эрнандес. - Вы сейчас как авианосец среди шлюпок: и прикрыли, и защитили.

- Не сориентируете, чего дальше ждать? - проскрипел из-за спины Седьков.

- Вообще-то, это дело стоит обсуждать только с Виктором, - заметила японка. - Наедине. Даже несмотря на то, что вы - коллектив не разлей вода.

- У нас нет друг от друга секретов.

- Я уже заметила. Виктор, - она обернулась на ходу. - Тебе должны прийти уведомления, будет судебное разбирательство. Мне частично удалось снять остроту вопроса, но даже мы не всесильны.

- Из-за анализа крови? - моментально сообразила Айя.

- Да. - Азиатка замедлила шаг, давая парню возможность поравняться с собой. - Ты же понимаешь, что твой спектакль никого не обманул?

- Догадывался. Что в итоге?

- На наше счастье, дознаватель тоже дал основания для своего отстранения.

- Чем?

- Пристрастностью: говорил о твоей вине, как о доказанном факте. Было похоже на личную заинтересованность.

- В чем суть предстоящего разбирательства?

- В первую очередь будут выяснять, откуда у тебя в крови опиаты. Решение суда - по итогам.

- Есть варианты отбояриться? - Мартинес не стала играть в политесы и спросила в лоб в практической плоскости.

- Не готова ответить сразу. Работаем над этим, варианты есть, - японка уклонилась от прямого ответа.

- У всех причастных по горячим следам должны были взять объяснения. Мы с Рыжим частично вместе ночевали, а от его дома вообще ехали вместе. Это легко устанавливается трассировкой гаджетов. - Эрнандес сделала паузу, подбирая слова. - Каким образом нас сейчас даже не теребят?

- Вместе с вашими ответами должны рассматриваться и видеозаписи - исходим из того, что вы все отрицаете. Доступа к видео быстро у полиции нет, без деталей. У меня получилось объяснить, что дознание по закону ни к чему хорошему в краткосрочной перспективе не приведет в первую очередь для самого дознавателя.

- Как вышло, что Рыжего не стали задерживать сейчас? - Айя на ходу примерила личный опыт внутри диаспоры на текущую ситуацию.

- Его задержали и отпустили по документам, - спокойно сообщила Хамасаки. - Он сейчас топает с тобой рядом сразу после того, как его освободили.

В этот момент телефон одноклассника взорвался трелью сообщений.

- Задержан в связи... Отпущен под залог... Сумма залога внесена в полном объеме и составляет... Список предупреждений и ограничений... - Седьков оторвался от экрана, забежал вперед и загородил японке дорогу. - Вы меня только что выкупили?!

- Внесла залог, - та поиграла бровью, вроде как уточняя формулировку. - Надо было тебя отдать и не париться? После всего, что было сделано? Не имея возможности согласовывать с тобой дальнейшие позиции?

К счастью, на сей раз у их одноклассника хватило ума не переть на красный:

- Пожалуй, это было бы не лучшим решением, - признал он.

- Я тоже так подумала. В итоге. Полиция города в лице конкретного дознавателя добирает материал. Школа устраняет кое-какие имеющиеся недостатки, - Хамасаки со значением посмотрела на своего протеже. - Но завуч время от времени может, м-м-м, пытаться доставить неприятности.

- Пофиг. Все время так, я уже привык.

- Вопрос на засыпку. Виктор, что будешь в это время делать ты? - азиатка остановилась, несколько метров не дойдя до своей машины.

- Решать свои проблемы, - проворчал Рыжий. - Есть куча вопросов, которыми надо заниматься.

- Неправильный ответ. Ты будешь старательно повышать свой рейтинг каждый час.

- Э-э-э?..

- Ты будешь отлично отвечать в школе, тренироваться на втором этаже в кибере, зарегистрируешься официально в своем спортивном клубе, - мать одноклассницы поймала взгляд парня и смотрела на него, не мигая. - Еще ты оформишься официально на работе, начнешь там платить налоги, документально оформишь внесенный депозит с арендодателем. Ясно?

- А если он не согласится? - Седьков, как часто бывало, не успевал следить за мыслью.

Плюс откровенно морщился от тона собеседницы.

"Хоть бы не начал быковать именно сейчас", - Ана привычно отбила в привате.

"Пока бог милует", - прилетело от Мартинес. - "Но да: он не понимает, С КЕМ общается. И каковы обстоятельства".

- Скажешь мне, если так, но он согласится. Ана, ты же брала с хозяина жилья подтверждение, когда вносила часть суммы от имени Виктора? - Японка без стеснения посмотрела на Эрнандес.

- Откуда знаете? - та ответила не менее прямым взглядом, мгновенно сопоставив детали. - Вас там не было, рассказать вам никто не мог.

- Я много чего знаю такого, о чем тебе... Пф-ф-ф, ладно. Ана, ты сможешь помочь дооформить электронно увеличение депозита? Это важно в первую очередь для Виктора.

- Да.

- На этом пока все, - Хамасаки перебила латиноамериканку и не дала вставить ни слова.

Поскольку предыдущий урок окончился, парковка перед школой пустой не была. Японка, абсолютно не стесняясь, в следующий момент коротко коснулась губами виска Седькова:

- Спасибо огромное. Ты мне очень помог, я твой должник.

- Вы за меня залог уже отдали, - Рыжий хмуро смотрел в сторону и ковырял носком ботинка асфальт. - Не грузите на ровном месте деликатностью.

- Я рада, что у тебя хотя бы на этот раз хватает ума не делать из этого скандала. Эти деньги я, если что, в итоге получу обратно. Еще раз: спасибо тебе большое!

Виктор, судя по выражению лица, намеков не способен был понимать ни в каком виде - ни мягких, ни прозрачных.

- Тормоз, - без эмоций констатировала Мартинес вслух, скорее чтоб завуалировано извиниться перед азиаткой.

- Вечером свяжусь дополнительно, - Тика Хамасаки села в машину на заднее сиденье и захлопнула дверь, опуская стекло. - Виктор, положение с этим разбирательством достаточно серьезное. Пожалуйста, без глупостей! И ни в коем случае не спорь со мной ближайшие двое суток - это в моих и твоих интересах. Все, пока...

***

- Кто-нибудь расскажет мне, что это сегодня было в школе? Конкретно: как расценивать вмешательство Тики Хамасаки?

После занятий девчонки с чего-то решили не оставлять меня одного и направились провожать пешком до дома.

- Интрига, сейчас объясню; тут надо понимать в раскладах... Ты оказал услугу. Присоска определила у китайца что-то такое, что для твоей покровительницы очень важно. Она приняла сторону конфликта и открыто дала всем понять, что ты - ее человек. - Мартинес беззаботно пинает камушки, попадающиеся на пути.

- Чего кислый? - вклинивается Эрнандес, не сводящая с меня глаз весь день и отслеживающая уж не знаю какие нюансы.

- Этого и опасался, - вздыхаю в сторону Айи. - Ощущение такое, что нагреб обязательства: все это время старательно их избегал.

- Я бы не была столь категоричной, - она мотает в воздухе волосами. - Если учесть, ...

Договорить у нее не получается - звонит мой телефон.

Номер в списке сохраненных отсутствует.

Ана стремительно протягивает руку и за меня ставит гаджет на громкую связь.

- Алло?

- Виктор Седьков? Вас беспокоит Первый Университетский Лицей. Вы получали наше приглашение на собеседование?

- Нет. А что за приглашение? - останавливаюсь, поскольку девчонки первыми встали как вкопанные и держат меня.

- Отправлено в письменном виде по месту вашей нынешней учебы. Должно было быть вручено вам еще вчера утром - у нас стоит отметка вашей администрации.

Эрнандес лихорадочно зажигает перед моим носом инструкции в виде голограммы.

Мартинес отчаянно жестикулирует, чтобы я читал готовый текст и ничего не выдумывал.

- Могу спросить, какова суть вопроса? К сожалению, документа я не получал.

- Уже видим, поэтому и дублируем звонком. Как бы вы отнеслись к идее обучения у нас с тем условием, что...

ЭТО - АВТОМАТИЧЕСКИЙ РОСТ РЕЙТИНГА!

Ана выдает два текста одновременно. Первый - какие вопросы мне сейчас задавать своему невидимому собеседнику (вернее, собеседнице).

Второй - ее личная эмоции в данный момент.

ДОЛБАНЫЙ ТРОФИМОВ. И ВЕДЬ БЫЛО ВИДНО, ЧТО...

Глава 4

- Блин. - Поговорив, засовываю телефон обратно в карман. - А ведь уже почти размечтался.

- Мы тоже! - весело ржет Мартинес. - Как бы не больше тебя.

- А вы почему?

- Шутишь?! Когда твоего пацана-натурала приглашают из первого заведения сектора - это одно...

- ... а когда оказывается, что это всего лишь факультативы по киберу - уже совсем другое, - улыбается Эрнандес с другой стороны.

- По мне, и за это спасибо, - пожимаю плечами. - Просто путь чуть растягивается, если иметь целью перевестись в Первый Лицей. Там же по-любому буду контактировать и с администрацией, и с учащимися? Глядишь, что-нибудь и нарисуется.

- Логично, - вздыхает Айя. - Но в первом варианте было бы круче.

Звонившая является такой же ученицей старших классов, как и мы. По совместительству она - президент игрового кибер клуба Первого Лицея Императорского Университета Токио.

Оказывается, под словом "обучение" она имела в виду что-то типа слаживания в игре (на префектуре мы с ними идем единой командой: каждый за себя, но система не олимпийская, а круговая. В интересах команды есть смысл думать, кого из противников высаживать в первую очередь и с каким счетом - если пережать, хуже команде).

Завуч, кстати, необязательно мудак конкретно в этом случае: кому передали письмо, звонившая не знает. Очень может быть, что вообще членам ученического совета.

- Знаешь, скажи кто неделю назад, что Рыжего будут звать в Первый, пусть даже просто поиграть - я бы первая в рожу плюнула, - замечает Ана. - На сегодня объективно: Ченя с первого места иерархии он сместил. Лысый, м-м-м, ну пусть не скрывается, скажем мягче - избегает лишних контактов. На ставках побит рекорд школы. Плюс почти две сотни рейтинга за раз. О деньгах молчу.

- Да чего ты меня агитируешь? Я сама за справедливость! Согласна, - Мартинес тоскливо вздыхает, косясь на национальный ресторан, мимо которого мы проходим. - Народ! Отметим?!

- Говорил же, - вздыхаю следом за ней.

И отказывать не хочется, и эту тему только что обсуждали: ближайшие двое суток у меня расписаны посекундно.

Долбаный социальный рейтинг и перечень задач, которые не отложишь.

- Вообще-то, есть вариант. - Дисциплинированная Эрнандес неожиданно поддерживает не меня, а подругу. - Виктор, если я сейчас с твоим хозяином квартиры договорюсь удаленно, это высвободит больше часа. Если сделаю - идем?

Меня твердо берут под локти с двух сторон и разворачивают в сторону заведения.

- Супов похлебаем, бифштексов поедим, сока попьем, - нашептывает Айя в правое ухо.

- Вначале договорись? - сдаюсь, обращаясь к баскетболистке.

С другой стороны, лично моя доля сегодняшнего выигрыша составила больше двадцати тысяч (двадцать одна шестьсот с копейками, если совсем точно). Хватает четко чтоб закрыть вопрос со страховкой и лечением матери.

Если смотреть с позиций командного духа, спустить на тормозах отмечание радужного события будет не совсем правильно.

Эрнандес щелчком пальцев, устанавливает соединение с тем мужиком, у которого мы снимаем квартиру. Их беседа, что интересно, занимает меньше минуты, из которой сорок пять секунд говорит моя подруга, объясняя, что от типа требуется.

Еще четверть минуты занимает обмен какими-то электронными подписями через сервер - и вот перед нами загорается голограмма.

- Готово. - Ана благодарит арендодателя и разрывает соединение. - Рыжий, пошли-и-и-и?

- Смогу на час. Потом - в больницу к матери; потом - в Первый Лицей; потом - в зал, оформляться; потом - на работе уго...

- Тс-с-с-с-с. Мы помним список.

- Ура-а-а! - Мартинес весело подпрыгивает пару раз, словно ребенок из детсада.

Ее не самая длинная юбка в процессе этого задирается, открывая деликатные элементы нижнего белья и место, в котором соединяются ноги.

Ее саму это ни капли не смущает.

***

"Тика, здравствуйте еще раз. Не стал спрашивать при девочках - заметил, что вы не особо открыты при других...

Когда валялся прикованный на этом разделочном столе, как будто через концентратор пришло сообщение: продержись.

Самого гаджета при этом в досягаемости не было, его врач унес.

Это то, что я думаю? Или галлюцинация? Либо что-то третье?"

_______

"Привет еще раз. ✋

Для справки: есть гаджеты, частично сохраняющие связь с владельцем даже после потери тактильного контакта (правда, при условии, что находятся в зоне прямой нейро видимости). Они способны частично восстанавливать либо даже поддерживать удаленное соединение.

Такие девайсы есть в армии и еще в кое-каких местах 🙂.

Специалист, не знакомый с характеристиками этой техники, не ожидает, что у нее приемные и передаточные блоки во много раз мощнее, чем у обычных моделей. Говорят, наших доблестных вояк (министерство обороны) подобное регулярно выручает 🙂. Кстати, это оборудование идет по закрытому списку и само наличие у частного лица такого прибора может являться основанием для углубленного дознания 😑.

Я ответила на твой вопрос?"

_______

"По большей части да, но теперь возникли и другие.

Тика, а что должен говорить отдельно взятый школьник, если очень серьезные большие дяди вдруг начнут его старательно расспрашивать о подобном приборе?

Школьник, конечно, сделает все, чтобы не расколоться 👀, но лично я бы не особо надеялся на его безграничную несгибаемость: для примера, даже один несовершеннолетний натурал отлично знает минимум два способа вытащить подобную информацию. Если она действительно необходима дознавателям".

_______

"Этому школьнику по такому поводу вообще не нужно беспокоиться: тот, кто может снабдить своего человека подобным прибором, уже заранее позаботился обо всем. 😑 В том числе - о том, чтобы даже в случае обнаружения ребенку об этом концентраторе никаких вопросов никто не задавали. Без подробностей.

Если же упомянутого тобой несовершеннолетнего начинают расспрашивать о специальном гаджете скрытого ношения, значит, инициаторам операции настала пора увольнять с треском тех специалистов, которые обеспечивали применение техники. 😑 Плюс готовиться самим объясняться с о-о-очень серьезными организациями и даже не в нашем мире, а в Материнском.

Намек ясен? 🙂

Попутно встречный вопрос. Чисто из любопытства: а какие это способы разговорить молчаливого тинейджера, с твоей точки зрения, могут быть применены в подобной ситуации? 🙂 Ответ не принципиален, просто интересно заценить твой кругозор 🤭 на очень деликатную тему".

_______

"1. 5%-й раствор амобарбитала натрия - в периферическую вену 👀 инфузия делается медленно, не быстрее 1 мл/мин. Интервью начинается с нейтральных тем; в большинстве случаев "пациенту" подсказывают известные факты его жизни. Вливание до появления устойчивого латерального нистагма или дремотного состояния. 😏 Дальше - только беседа, уже без инфузии, по инерции.

Даже там, откуда я родом, оно было изрядно на высоте, а у вас наверняка в сто раз круче. 😕 Отдельная дополнительная специализация была у врачей (психиатров и наркологов), которые именно этим и занимались.

Думаю, при вашем техническом уровне оно еще проще!

2. Аналог 1-го пункта, но не химией, а физикой: через какой-нибудь внешней концентратор. Который с одной стороны дает просраться "пациенту" через расширение типа СКАТА (Чень - мудак, у меня до сих пор левая половина лица дергается), а с другой стороны - тщательно фиксирует реакцию опрашиваемого на вопросы "Да" или "Нет".

Могу и еще пофантазировать".

_______

"Да не нужно, уже достаточно. 🤨 Откуда познания в химии? У тебя ж рейтинг около 60ти по ней?!".

_______

"В сети есть все. Выдает массу вариантов на одну и ту же тему плюс от отца раньше ключевое для поиска слово знал".

_______

"Поняла. Занятно. Насчет своих галлюцинаций можешь не переживать: тебя о них спрашивать не будут 😑. А если будут - значит, уже стало абсолютно неважно, что ты ответишь".

_______

"Понял 😏".

_______

"Эй! 🙄 ! ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО!".

***

- Здравствуйте, я - Виктор Седьков. Меня направили к вам, у нас задолженность по страховке.

- Да, я в курсе. Наличные или электронка? - неприветливая женщина средних лет, сидящая в местном расчетном центре, даже не отрывается от экрана.

- Онлайн банк.

- Девятнадцать девятьсот плюс один процент пени. Двадцать тысяч ноль девяносто девять.

- Давайте.

Когда я подношу свой гаджет к ее терминалу, какой-то из двух приборов выдает резкий звук, обозначающий срыв операции.

- Что такое? - попробую еще раз.

С тем же результатом.

Машинально подношу свой экран ближе глазам - и не верю тому, что вижу.

Состояние счета: 19.145,38.

Пульс тут же прыгает вверх, на лбу выступает пот.

Машинально припоминаю последний час.

Наш обед стоил ровно три сотни, их платил я. Немало - но оно того стоило. И праздника хотелось, чего уж; и девчонок надо было порадовать и отблагодарить.

После выигрыша мне упало, грубо, двадцать одна шестьсот. Если вычесть ресторан - все равно остается двадцать одна триста. Должно хватать с запасом.

- Извините.

Наверное, эта дама сейчас смотрит на меня более чем красноречиво (спасибо плохому зрению).

Лезу в историю платежей и движения денег.

В самой верхней строке жирным красным шрифтом обнаруживаю:

Удержан налог... 10% от суммы поступления... Основания... Остаток в наличии: 19.145,38...

Протираю глаза, перегружаю приложение. Цифра не меняется.

- Извините еще раз! - коротко кланяюсь сотруднице и отхожу метров на десять, к самой стене, выполненной из стекла.

Дальше набираю Мартинес. К счастью, отвечает она сразу:

- Ты уже освободился?

Одноклассница валяется в ванной, смотрит голографическое видео и, кажется, попутно режется в какую-то игрушку по сети.

- Привет, ты мне срочно нужна. - Дальше в двух словах пересказываю красную строчку в телефоне. - Это вообще что? С чего такой налог?

- Стой. Дай доступ. - Ее безмятежное лицо напрягается.

Какое-то время она собственноручно изучает содержимое моего телефона, после чего растерянно поднимает глаза на меня:

- Все законно. Вот. - Рядом с моим носом от нее активируется голограмма.

- Можешь словами? - неудобно читать носом в этом месте.

- У тебя низкий социальный рейтинг. Стандартно доход от гемблинга равен десяти процентам и декларируется раз в год, если ты - физическое лицо...

- Я - оно.

- Мы этим вообще не заморачиваемся, - она словно извиняется. - Я раз в год сбрасываю историю своего тотализатора маме. Она заполняет декларации за меня, как законный представитель, и сама платит.

- А деньги ты даешь?

- Виктор, ну какие деньги? - Одноклассница вздыхает. - Не будет же мать или отец брать с ребенка что-либо для оплаты? - Она резко спохватывается. - Хотя знаешь, за всех не поручусь! Кажется, тот же Чень свои десять процентов сносит на отдельный счет. Потом отдает родителям - те перечисляют. Но у меня и Эрнандес так, как я сказала! Я своей матери даю только выписку - а она уже сама декларирует и платит из своих.

- Получается, что-то типа родительского буксира? Один раз в год, на доход с тотализатора?

- Угу. А, вспомнила, твоя Хамасаки тоже свои десять процентов откладывает и родителям отдает!

На ходу почему-то не могу сообразить.

Айя видит это по моему лицу и добавляет:

- Миру, не Тика.

- А-а-а.

- А у тебя вот уведомление с налогового сервера. Оно просто по-японски и ты, видимо, не стал читать.

- Что там?

- Из-за того, что ты натурал, удержание налоговых сумм целесообразно произвести сразу. Вот ссылка... Вот текст... Вот директория... "В отличие от ...".

- Бл*.

- СТОЙ! Это не все.

- Что еще?

- У тебя низкий социальный рейтинг. Если бы у тебя был имплант, система с тобой бы связалась дополнительно. Возможно, дали бы какие-то варианты. Но тут один к одному: натурал - рекомендовано взыскание сразу. Низкий рейтинг - добавляется ужесточение процедуры в связи с рисками.

- Спасибо большое.

- СТОЙ! Тебе денег не хватает? - Мартинес далеко не дура и серьезные моменты ловит на лету, я уже понял. Легкомысленной дурочкой она только притворяется. - Сколько добавить?

- Спасибо еще раз. Имею ввиду, что можешь помочь, хорошо? Если сейчас не договорюсь - тогда обязательно обращусь.

- Договорились, звони в любое время.

Возвращаюсь к нужной сотруднице, не обращая внимание на людей вокруг (они явно таращились на мою голую собеседницу):

- Простите, накладка. У меня не хватает восьми с лишним сотен. Я могу забросить вам все, что есть, сейчас? А недостающее погашу в течение пары дней?

- Так обычно не делается. Мне придется два бланка создавать, потом возиться.

Вдыхаю, медленно выдыхаю. Потом говорю как могу спокойно:

- Если бы я вообще не пришел, эта задолженность бы... - по ее глазам и лицу вижу, что воздух могу не сотрясать. - У меня низкий социальный рейтинг. Пожалуйста, примите то, что есть? Если улечу на луну и вам не заплачу сейчас - оно все вообще достанется людям.

***

Не то чтобы инцидент меня выбил из колеи, но какое-то ощущение дискриминации возникло.

В Первый Лицей пошел пешком через половину города, чтобы успокоиться - пройтись, подышать.

После очередного поворота врезаюсь в такого же пешехода, как сам.

Подняв глаза, обнаруживаю себя в окружении Анхеле сотоварищи.

Последние стоят полукругом, отделяя меня от прочей части улицы. Интересно, откуда они тут взялись?

Оглядываюсь по сторонам. Люди идут мимо, никому нет дела.

Глава 5

- Куда топаешь? - латинос, все еще щеголяющий следами нашей с ним предыдущей встречи, улыбается так, словно мы с ним давние друзья.

Взгляд его говорит, как бы тут сказать, вполне откровенно: весь дальнейший спектакль уже расписан заранее и эта наша беседа не случайна.

Интересно, а как они меня тут нашли? Я же сам не знал, что пойду этой дорогой.

Кстати, среди нынешних спутников утырка нет никого из тех, кто сопровождал его накануне под моим подъездом.

- А где те двое хромоногих, что были с тобой раньше? - отвечаю вопросом на вопрос. - У них че, расширения хуже твоих? Еще не оклемалась?

К сожалению, на этот раз с собой железной швабры нет.

- Слушай сюда, маленькая белая мразь. Ты, оказывается, натурал, потому я тебе поясню подробно. Твои выходки по-любому будут наказаны, веришь? И сейчас только от тебя зависит, насколько больно будет в итоге. Я тебе говорил не протягивать руки к Ане?!

Интересно, а какие расширения стоят у тех, кто с ним? Пока не поздно, быстро натягиваю на кулаки половинки ошейника.

Латиносы переглядываются между собой и о чем-то живо говорят по-испански.

В голове некстати возникает мысль: иногда чертовски хреново не иметь местного импланта. С ним хотя бы языковых барьеров не было.

Фигуристый Анхеле делает чеховскую паузу - видимо, дабы дать мне высказаться. Наверняка чтобы потом искрометно посадить меня в лужу своим сарказмом или чем-нибудь еще из этой оперы.

Поскольку я молчу (прикидываю расклад и варианты - дискутировать смысла нет, все и так понятно), он с легкой досадой продолжает:

- Ты сейчас становишься на колени и вежливо просишь прощения за свое дерьмо. Подробно благодаришь меня за доброту и обещаешь, что больше на шаг не подойдешь к Ане. Все ясно? Или сразу переходим ко второму варианту?

- Мы со своей стороны обещаем: видеозапись этой сцены останется строго между нами, - глумливо подмигивает один из его спутников. - Никому не покажем, честно-честно.

- Или иначе. - Глаза Анхеле пылают тем восторгом, который возникает от ощущения крыльев за спиной. - Оно все равно к этому придет, но тебе будет гораздо хуже!

И ведь не побежишь. Такие моменты надо доводить до конца там, где произошло и не переносить на потом.

- Ты очень хитро обманул всех тогда утром. - В беседу вступает хмурый третий. - У тебя нет импланта! - Его указательный палец обличающе вытягивается в мою сторону.

Интересно, а это он к чему? Но понятное дело, что вслух не спросишь - особенно с поправкой на обстановку.

Аккуратно шарю взглядом вокруг себя. Как назло, во-первых - долбаная близорукость, ничего толком не видно в деталях, а именно они и нужны. Во-вторых, под рукой на центральной улице не наблюдается нифига такого, что могло бы заменить металлическую швабру.

С другой стороны, предыдущий опыт уже есть и он говорит: парни физически здоровые, без дураков. Но есть небольшой нюанс: в размене ударами накоротке они не понимают ни на уровне теории, ни (тем более) с точки зрения практических навыков.

А вообще, не нужно себя обманывать. Пятерых бугаев, каждый хорошо за восемьдесят килограмм весом, более чем достаточно, чтоб запинать одного шестидесятикилограммового малолетку: несколько лет разницы в этом возрасте - очень серьезное преимущество, не говоря уже о длине рук и ног.

Кажется, этот Анхеле принимает мое выражение лица за предложение ему высказываться дальше:

- Да. У тебя действительно нет импланта! Но второй раз этот номер не пройдет, свинья, - последнее слово цедится сквозь зубы.

Интересно, а с чего он бесится? Я что, кому-то когда-то говорил, что я модификант? Или отсутствие этой фигни в мозгу может быть преимуществом?!

Бред какой-то.

- Нужные выводы по твоему поводу сделаны, уродец, - ухмыляется еще один из них. - На каждого зверя - свой капкан.

- Три. Два. Один. - Бывший тип Эрнандес словно упивается моментом. - Время становиться на колени и просить прощения, если ты еще планируешь себе что-нибудь сохранить.

Остальные жизнерадостно смеются и перебрасываются очередной парой фраз по-своему.

Долбаный языковой барьер, как же я его сейчас ненавижу. Заняться, что ли, изучением языков в будущем?

Интересно, перебинтованный знакомый Аны действительно такой мудак? Или это часть их национальной театральщины?

И ведь не спросишь.

Зрение неожиданно подводит меня там, где и предположить было нельзя.

До сего момента молчавший тип как-то совсем незаметно двигает кистью. Я бы даже в очках мог прозевать - ну не на такой дистанции напрягаться. К тому же, он стоял тише всех и не издал ни звука.

Перед тем, как мой свет гаснет, понимаю: это была телескопическая дубинка по очень неудобной для меня траектории. Там, где я буквально сейчас готовился воевать кулаками и камнями с газона из-под ног, все решилось быстрее чем за секунду и гораздо проще.

Я еще успеваю мысленно удивиться длине приспособления: с такой дистанции кастетом в ответ явно не достану, а оно летит мне в голову. И финиширует точно в цель, потому что черт его знает, как такое парировать.

Последняя мысль: наверное, приспособа ориентирована на какое-нибудь индивидуальное расширение мужика, уж больно инструмент неудобный. Именно что устройство одного (первого) удара - потом такую железяку надо или бросать, освобождая руки, или...

Думать до конца не получается: наступает темнота.

Судя по последним перед ней ощущениям, сделана хреновина из какого-то очень тяжелого металла.

Интересно, как ее в кармане таскать, такого-то веса.

***

ИНТЕРЛЮДИЯ.

После звонка товарища из больницы матери Айя еще какое-то время повалялась в ванной. Настроение было отличным: плюс двадцать с лишним штук на ровном месте, приключения, новые эмоции, о которых раньше речь не шла.

М-м-м, если подумать, порядок приятного в этом списке было бы логично изменить. Она чуть покатала мысли и сформулировала для себя: лично ей Рыжий давал то, чего не было у других ни под каким соусом.

С ним, новым Рыжим, постоянно было интересно.

Не всегда комфортно, далеко не во всем спокойно (это еще чтобы сказать мягко - взять хоть и последний эксцесс на самую деликатную тему. Прямо туда-а-а-а-а, рука-лицо... со всем энтузиазмом и нерастраченным напором, елки-и...) - но ей однозначно перестало быть скучно.

А все прочее Айя Мартинес и сама знала, где взять.

Одноклассника словно в какой-то момент подменили: раньше он казался размазней, тряпкой и червяком. Интеллектом тоже не блистал, это чтобы вежливо.

Собственно, почему казался? Был. Но вот на этой неделе...

Подставляя массажным струям воды разные части тела, она попыталась лично для себя сформулировать: что же именно в товарище переклинило и изменилось?

Однозначного ответа не находилось. В математике Рыжий неожиданно зашарил чуть ли не на годы вперед, если ориентироваться на программу старшей школы и университета. Как?

В мордобое он тоже, как оказалось, вдруг начал понимать на таком уровне, что вон, даже Чень кровавыми соплями умылся и на неделю в больницу уплыл, лицо сохранять (в прямом смысле - пластическая хирургия. А Лысый вообще скрывается, что не менее парадоксально).

И вот кстати. Чуть подумав, Айя полезла в один из семейных чатов и нашла у кузенов ссылку на "дружеский" профиль. Затем решительно потянулась через концентратор к интерфейсу и набрала Луиса - хотелось поговорить.

- Привет! - размытая "шторка" простенького приложения закрыла от собеседника все ее тело ниже шеи.

Что бы кто ни думал, но твои голые сиськи и то, что ниже - исключительно для одного мужчины. И сзади, и спереди.

Только для своего парня лично.

Ну или когда звонишь - но ему же, чтобы потроллить, похихикала она мысленно: случайные свидетели разговора в общественных местах всегда так занятно таращатся на твою голую жо*у, которая загорается у слишком молодого (по мнению тех самых свидетелей) для такой телки парня. И на прочие прелести они тоже таращатся, хе-хе.

- Привет. - Луис явно удивился личности звонившей.

Сам он резался в три-дэ шахматы в том же клубе, где пару дней тому познакомился с одноклассником.

- Узнал?

- Мы с тобой представлены. - Подтвердил не последний знакомый кузенов по отцу. - В лицо знаю. Ты же из Мартинес? Имени не помню. Еще в школе учишься же, да?

- Угу, это я. Луис, слушай, а что ты можешь сказать о Викторе Седькове?

Взгляд соотечественника вдруг стал слегка колючим:

- С какой целью вопрос? Почему думаешь, что я такого вообще знаю?

Айя поморщилась и созналась себе: ей сейчас просто скучно. Тупо хочется потрепаться, а трепаться хочется о Рыжем.

Критично признав это, она тут же озадачилась: неужели и у нее - оно самое?

"Я че, втрескалась следом за Эрнандес?" - вывод показался неожиданно прикольным.

Вслух она ничего не ответила, только отправила Луису сегодняшние пари, запись боя перед входом в школу и собственную долю выигрыша, затерев половину цифр (все-таки двадцать штук - достаточно большие бабки для большинства, чтобы ими размахивать налево и направо. Уж для Луиса и этого зала, в которой ходит Седьков - точно немаленькие).

- И что? - знакомый двоюродных братьев на контакт идти не торопился.

- Я с Рыжим вместе тусуюсь и живу у него. Раньше он был чуть другим; хотела бы понять, откуда он вдруг такой ... в общем, с чего он так драться стал? Вопрос был исключительно об этом; не знаю, что ты подумал.

- Нафига оно тебе? - известие о ее личной жизни на представителя старшего поколения своей диаспоры не произвело никакого впечатления.

- Любопытно. Это мой парень! - как бы тут не брякнуть, что и Эрнандес парень тоже, хе-хе.

Свои такого тройника не поймут.

Блин, нафига звонила, малолетняя дура, обругала она сама себя в следующую секунду.

- Очень узкая прикладная школа, - Луис неожиданно ответил, отвлекаясь от своей игры. - С достаточно серьезным практическим багажом за спиной, но здесь без подробностей.

- Да и не сильно нужны эти детали..., - начало было она.

Но собеседник перебил:

- Если у тебя какие-то серьезные вопросы насчет будущих ставок - отвечать буду только при нем. Говоришь, он твой парень? Ну вот и чудесно, приходи вместе с ним или звоните вместе.

- Окей. - Болтать дальше стремительно расхотелось.

И накой именно его набрала.

- А если просто языком потрещать решила - извини, ты не по адресу. - Луис безошибочно сходу назвал точный мотив.

Гад.

- Зайду вечером с ним!

- Давай. - Староста клуба неожиданно смягчился. - Поболтаем по вашим ставкам и тактике профессионально. Адьос. - Кажется, он абсолютно все понял по-своему перед тем, как отключиться.

Ну и ладно, не переубеждать же.

"Мать, ну вот кого ты обманываешь?!" - Айя посмотрела в зеркало на саму себя и решительно набрала другой номер.

Когда хочется кого-то конкретного, тупо звонить на сторону.

Телефон Седькова отозвался лишь на пятом или шестом гудке, чего отродясь не было. "Да!" тоже было сказано не его голосом.

Айя возмутилась, удивилась и через давно сохраненный канал решительно активировала свою голограмму на том конце соединения: не чужие, чай.

Каждый раз, когда она просила у товарища допуск, делалось это исключительно из вежливости: уж к его допотопному утюгу она давно и сама протоптала дорогу, особенно когда стали спать вместе (ну да, расширение незаконное, хе-хе).

Просто вежливости никто не отменял - всегда стучишь перед тем, как войти. Но если за дверью возня, можно открыть и так.

Вокруг происходила явно какая-то херня.

Оказавшись голой (виртуально) среди четверки смутно знакомых деятелей собственной диаспоры плюс тварь-Анхеле, Мартинес ничуть не смутилась. Нужные расширения сработали без паузы, глаза цепко выхватили главное: Виктор лежал на асфальте без движения, а возле его головы расплывалась небольшая лужа крови.

Глава 6

- Пид*р, быстро на месте замер-р-р! - она сейчас абсолютно не играла.

Честно озвучивала то, что испытывала.

Телефон Рыжего, что интересно, держал в руке кто-то другой, не бывший подруги.

В глазах "соотечественников" полностью раздетая телка только что заорала по-испански, обращаясь к Анхеле. Видимо, какая-то его знакомая, хотя текст еще тот.

Айя мысленно погладила себя по заднице: как хорошо, что после разговора с Луисом она не стала отключать расширений. Сейчас ее мыслительные процессы вышли на оптимальный резонанс явно быстрее, чем у этих уродов. Маленькое, а преимущество.

- ЧТО ВЫ НАДЕЛАЛИ?! - побольше громкости и истерики.

Мужики терпеть не могут бабского крика - это чистая физиология. С учетом обстоятельств, одно из расширений услужливо подсказало: для усиления воздействия через какое-то время есть смысл добавить слез. Только нажать на кнопку - дальше программа все сделает сама.

Раньше она этим приложением в принципе не пользовалась, но сейчас решительно врубила активацию.

Злые слезы послушно хлынули потоком, как и заказывалось.

Истерика должна быть не просто убедительной, она обязана закручиваться вверх по нарастающей - это Айя чудесно понимала шестым женским чувством и без всякой нейрокоррекции.

Момент был откровенно хреновый, но некий потенциал все же есть: мужик, который подготовился к одному сценарию и закатывает под асфальт врага, может оказаться абсолютно не готов к жесткой конфронтации с женщиной, особенно если та из своего народа. Тем более когда оказывается, что во второй новый конфликт необходимо вступать поверх незавершенного первого.

В двух шагах от победы очень сложно преодолеть собственное ее предвкушение. Наверное. Если приложуха не врет.

Анхеле, конечно, сам по себе еще тот п*дор, но не факт, что все его соратники такие. Разделяй и властвуй, попробовать стоит.

- ТЫ НА КОГО ПОЛЕЗ, ШЛЮХА?! - как удачно, что в родном языке это слово имеет и мужской, и женский род в отличие от английского.

В мужском, что интересно, "шлюха" обозначает не столько альфонса, сколько того, кого е*ут в ж**у. Хотя от контекста тоже зависит.

Анхеле абсолютно естественно и рефлекторно без паузы стал бордовым:

- Ты на кого рот откры...?!!

Договорить она ему не дала. Мгновенно изменив тон на спокойный, а мимику - на холодную, Айя вежливо наклонила голову к плечу:

- Ты меня вообще узнал, пробитый?

Соратники мудака, слава Иисусу, к этому моменту протерли мозги. Они тоже включились в коммуникацию в том смысле, что с Рыжего сместили фокус на нее.

Ладно, пока у них агрессия лишь незначительно заместилась любопытством и сексуальным возбуждением, но за две секунды здоровому телу психику и не раскачаешь.

Двигаем дальше.

- Эй, в жопу долбаный, я к тебе обращаюсь! - она избирательно повысила себе черепное давление и ярко покраснела на голограмме, с которой пятеро соотечественников не сводили глаз.

Тоже чистая физиология: еще бы, такое тело. Мужики вообще очень предсказуемые, когда видят голые, хм, молочные железы и жопу. Вроде и понятно по контексту, что от голограммы им по-любому ничего не обломится, но все равно слюной на рубахи капают.

Последние ее слова ожидаемо достигли цели - бывший Аны еще больше налился кровью (хотя, казалось, дальше некуда. Вот смешно, если его сейчас инсульт хватит, ха).

- Тварь, да ты труп! - Анхеле, похоже, с мозгами не дружил совсем, если брякнул такое ЕЙ (неважно, при каких обстоятельствах).

Ну или именно в данный момент он с головой не дружил, а не вообще: вместо того, чтобы наконец вспомнить откровенно знакомое лицо, он, подобно идиотам-друзьям, таращился совсем на другие детали ее анатомии.

Справедливости ради, я сейчас без косметики, разогнанным сознанием в одном из секторов отметила Айя. Может и правда не сразу сообразить.

Она чудесно знала (и отлично этим пользовалась): ее сиськи, если брать в пропорции к более худощавой фигуре, были ничуть не меньше, чем у красотки Эрнандес. Здорово больше, по правде.

Просто в отличие от подруги она никогда не выставляла их напоказ и в основном скрывала за мешковатой одеждой (вечерние платья не в счет).

Если совсем откровенно - от ее тела Рыжий чисто физически возбуждался даже чуть больше, техника не врет. И грудь ее ему тоже залетает веселее, что занятно. Все остальные обычно по умолчанию первой выбирают Эрнандес (в мечтах, разумеется).

Дурак Анхеле, кажется, воспринял паузу в крике как ее слабость:

- Шлюха! Закончим с ним - возьмемся за тебя!

Между строк было понятно, что через подобный входящий звонок какие-то ее координаты в телефоне натурала да и обнаружатся.

- А теперь медленно вспомнил, кто я такая. - Абсолютно спокойно, на контрасте с предыдущим тихо, произнесла Айя, продолжая держать голову наклоненной к плечу.

Четверо соратников козла, если верить расширению, слегонца сдали назад. Через голограмму и убогий аппарат Рыжего видно было не очень хорошо, но выражения их лиц точно изменились.

- Вот я похохочу. - Продолжила она. - Кажется. Сейчас.

К несказанному удивлению первым ее узнал не бывший Аны, а тот что стоял с самого края:

- Ты Мартинес?!

Она три раза медленно хлопнула в ладоши:

- Браво. Хоть один среди дебилов ... неважно. Да, это я!

Анхеле свел вместе брови, чуть приоткрыл рот и с разбегу задумался. Тут же, впрочем, выдавая:

- Ты?!

Ну да, вспомнил наконец. Справедливости ради: последние пару месяцев она старательно его избегала, хотя и держала руку на пульсе их отношений с Аной.

Прохожие, до поры демонстративно не замечающие происходящего, вместе с тем с интересом косились на ее полупрозрачное изображение, висящее в воздухе.

Ню рулит, че.

- Ты же подруга Эрнандес? - неизвестно чему обрадовался еще один из них.

- Для тебя, гниль, не имеет никакого значения. Анхеле, мудак! - Айя чуть напряглась, чтобы ее голограмма еще немного увеличилась в размере. - А вообще х*й с тобой, чмо... Так, вы, остальные! Я учусь вместе с ним в одном классе, - тычок пальцем себе под ноги.

Разумеется, на Рыжем их взгляды задержались хорошо если на четверть секунды. Сиськи рулят - агрессия не на нуле, но вполовину меньше, Анхеле не в счет.

- Этот человек зарабатывает мне деньги! - дальше она буквально за несколько секунд показала школьные ставки, сегодняшний бой, продемонстрировала собственный выигрыш (частично). Затем пояснила часть финансовых нюансов.

Бывший подруги добросовестно попытался отвечать с позиций мачо и брать на глотку, но ее волна оказалась сильнее. Мартинес несло, словно потоком: она без паузы выдала и о его запрещенных расширениях, блокирующих чужой концентратор (простите, братья), и об историях, срок давности по которым не вышел - ей было известно o трех.

Хотела добавить по другим пунктам, но этого хватило. "Соотечественники" если о чем и думали до того, то выбросили все из головы - потому что замерли в ожидании продолжения.

Развлекуха с убогим чужаком-натуралом повернулась весьма неожиданным боком.

- Этот человек мне принес сегодня пятизначное число и первая цифра - не единица! - чистая правда. - Вы только что влезли в мой бизнес! Анхеле, тебе, п*дору, отдельное спасибо! Ты понимаешь, го*дон, что я прямо сейчас попрошу братьев тебя в жо*у вы***ть?! У меня с этим человеком свои договоренности и планы!

Она орала еще минуты полторы. В течение этого времени страх и паника внутри нее сменились на холодный расчет и индивидуальный контроль мимики и глаз каждого: с каждой секундой крепла уверенность, что большие бюджеты побеждают.

Стоимость ее нейропрофиля в силу социального слоя и происхождения, наверное, была дороже, чем у этих пятерых вместе взятых.

В параллельном чате пришлось для убедительности реально попросить о помощи одного из кузенов, но в итоге эти отвалили.

Обессиленно ныряя с головой обратно в джакузи, Айя подумала: шуму наделано изрядно. Лично она засветилась по полной, но с учетом экспромта, наверное, это сейчас не самая большая проблема.

Лишь бы Рыжий ... она суеверно не завершила пожелания даже мысленно.

Тем же братьям, если вдруг у истории будет продолжение, можно объяснить: двадцать штук за утро - реально мелкий бизнес сестренки (на самом деле не такой и мелкий, если по меркам других латиносов, из семей попроще). То, что она подобным образом защищает свой инструмент, вопросов вызвать не должно.

Интересно, эти мудаки - друзья Анхеле - посохраняли ее изображения в голом виде?

А впрочем, без разницы.

***

В себя прихожу на том же месте, на асфальте, в горизонтальном положении. Из карманов ничего не пропало (впрочем, там и нечему). Даже мой телефон никого не заинтересовал, что не сильно удивляет, если вспомнить его "дороговизну".

Интересно, сколько меня не было? Судя по часам на телефоне, несколько минут?

А куда делись эти? Почему ушли так?

Вопросы.

Сажусь на асфальте и ощупываю голову. Включив мозги, использую телефон в качестве зеркала, чтобы оценить повреждения.

Рассечение. Крови натекло изрядно плюс вид, как под трактор попал. И как сейчас идти в Первый Лицей?

Или поехать домой переодеться? Но это лишняя пара часов и не самое лучшее о себе первое впечатление. Тем более что камеру при звонке сейчас все равно придется включать - хотя бы даже из вежливости. Живописные детали будут видны.

Именно в этот момент раздается входящий вызов. После известных процедур появляется голограмма Айи, для разнообразия - в банном халате:

- Ой, привет. Рыжий, нифига себе тебя отделали!

- Угу. - Черт, до чего невовремя.

- Ладно, потом расскажешь! Я по делу. Говорила с Луисом - он на мои вопросы будет отвечать только при тебе. - Одноклассница наредкость тактична и не задает никаких вопросов.

Че это с ней?! Хм. Прямо как не Мартинес.

- А что у тебя за вопросы к нему, что требуется мое присутствие?

- Ставки. Он для меня эксперт в мордобое; чуть больше, чем ты. Извини. - Она, кажется, чего-то не договаривает, но об этом можно будет спросить и при личной встрече. - Хочу понять, как еще монетизировать твои внезапные таланты сам понимаешь на каком поприще. Слушай, я невовремя? - она спохватывается и окатывает меня еще одним изучающим взглядом.

- Да ладно, за семь бед один ответ. - Поднимаюсь на ноги. - Дай совет. Как мне сейчас себя в порядок быстро привести перед встречей в лицее?

***

Она колебалась какое-то время: говорить ему все или нет?

Мужики ведь любят выглядеть непобедимыми и несгибаемыми. Если же им становится известно, что кто-то видел их в крови и соплях, еще и при этом все развела девчонка... мысль лучше не продолжать.

С одной стороны, часть собственных правил говорила: надо все сообщить. Тайнам в ТАКИХ отношениях - не место, она не Анхеле.

А с другой стороны, Рыжий настолько патологически отбрыкивался от самой идеи принять помощь со стороны, что она часто не понимала его логики.

Когда я чего-то не понимаю, я могу осторожничать, мысленно выдала себе экскьюз Айя, набирая его номер будто бы случайно - надо ж убедиться, что он в порядке.

В качестве компромисса с собственной совестью она решила: да, подробности она ему обязательно расскажет - но не сию секунду. Как-нибудь попозже, может даже во время грядущего совместного визита в зал к Луису.

Частично успокоив Седькова насчет внешнего вида (бывает и не такое. А в школьных сетях его сегодняшний утренний бенефис над китайцем наверняка должен был докатиться и до Первого Лицея), она продолжила трепаться с ним, пока товарищ шел в игровой клуб смежного учебного заведения - просто в качестве моральной поддержки со стороны.

- Слушай, Рыжий, какого черта! - на каком-то этапе Мартинес перебила саму себя под удивленным взглядом одноклассника. - Вопрос в лоб. Можешь объяснить, какого хрена ты развы*бывался сегодня в больнице у своей матери? Занять у меня восемь сотен, еще и по такому поводу - это норма. За каким х**м ты на ровном месте встал в позу?

- И в мыслях не имел. - Уверенно открестилось голубоглазое недоразумение. - Чистейшей воды расчет.

- Подробности будут? - ей в очередной раз стало любопытно (с ним).

- Понимаешь, было понятно, что ситуация не смертельная. - Он размышлял на ходу, щурясь возле каждой таблички на двери.

- Я тебе скажу, когда придешь, - пообещала она. - Топай, еще далеко до клуба. Рассказывай дальше.

- В общем, при каждой нагрузке надо качаться. Это все - просто нагрузки от жизни. Адаптационные. Не понимаешь?

- Не уверена, - честно ответила она. - Пока больше на бред смахивает. Но мне с тобой интересно, если для тебя это важно. Говори.

- В общем, я отлично понимаю, что ты мне в деньгах не откажешь. Также понимаю, что и старшую Хамасаки могу попросить. Ана тоже сто процентов уж восемь-то сотен бы насыпала, так?

- Да. Однозначно. И?

- Ну мать под присмотром! В течение нескольких часов ее не выставят на улицу! Я это все воспринимаю как упражнение, в том числе!

- Э-э-э.

- В общем, если бы я сам ту бабульку не смог убедить - я бы тут же перезвонил тебе. Или Ане. Но так я сделал упражнение, понимаешь? Я свою проблему решил на своем уровне! Обошелся своими силами!

- Ух ты. - С такой точки зрения поглядеть на вопрос ей в голову не приходило. - Слышь, гений самопрокачки, но тогда логичен следующий вопрос. Навык убеждения ты попрактиковал, с бабусей договорился, спору нет - а почему теперь денег не возьмешь, чтобы тему закрыть?

- Ты меня не слушаешь? - он именно что удивился. - Я прокачиваюсь! Ай, я сейчас изо всех сил ломаю мозги, где взять эти восемь сотен и это тоже упражнение. Срока есть пара дней, ты же слышала. Если не достану - ты будешь первой, кто об этом узнает! Возьму у тебя, заплачу за мать. Но в стрессе прогресс быстрее, это я тебе как спортсмен говорю: а вдруг я еще что придумаю?

Говоря объективно, именно спортивные его достижения были под большим вопросом до сегодня, если не считать мордобоя последние три дня. Но здесь лучше не заостряться.

Айя тактично промолчала на эту тему, но заметила по другому поводу:

- Что в стрессе прогресс быстрее, согласна. Про помощь со стороны теперь тоже понятно: ты не принимаешь до тех пор, пока ситуация не край?

- Угу. Наконец-то объяснил.

- Хренасе ты хитрожопый! - она не стала надевать на себя намордник и скрывать неожиданного восхищения.

Для себя на момент старшеклассница решила: если тебе с кем-то интересно, такую уникальность в спутнике надо старательно поддерживать. Еще не хватало, чтобы Рыжий стал таким, как все - занудным и обыденным.

Новым одноклассник ей нравился намного больше.

***

- ... турнир. Только через турнир. - Луис почему-то с опаской поглядывает на Мартинес.

Она имеет с ним какие-то свои отношения и сегодня пришла в зал вместе со мной решать сразу два вопроса. Моих.

- Я не спорю, - одноклассница перекатывается с пятки на носок, удерживая при этом под руку меня. - Луис, нам для его социального рейтинга очень важна официальная регистрация в твоей секции. Ты не можешь мне объяснить, в чем для тебя сложности? Рыжему ты и так помогаешь, мне тоже не чужой. Почему тебе просто не оформить человека регулярно занимающимся спортом?! Че, развалишься?!

- Потому что эту лавочку сервер знает не хуже вас. Он или посещать должен больше трех месяцев - но задним числом я реестр не отредактирую. Или должен показать результаты - измеряемые и объективные.

- Турнир - это соревнования? - до меня доходит быстрее, чем до одноклассницы, потому что я такое уже видел.

В университете там дополнительные баллы в студенческом рейтинге шли или за регулярность посещения спортивной секции дробь кружка, или за реальные победы на соревнованиях (кстати, баллы равно плюс к стипендии, вполне себе стимул).

Конкретно в секции бокса - дерись хоть на "открытом ринге", хоть на области по вузам, хоть еще где. Главное - это должны быть официальные соревнования, по которым существуют реальные протоколы Федерации. Точка.

- Можешь подробнее рассказать про этот турнир? - спрашивая Луиса, беру спутницу за плечи и прижимаю спиной к себе, чтобы она немного помолчала.

Я думал, только виртуал есть, на который я и так уже хожу. Но он к рейтингу не пристегивается, к-хм.

- Могу рассказать, но тебе не понравится, - вздыхает староста секции. - Ты точно уверен, что оно тебе надо?

Глава 7

- Он точно уверен. - Мартинес безальтернативно кивает за меня. - У него сейчас социалка колеблется между пятью и шестью сотнями, нужно срочно наколотить рейтинг хотя бы вдвое. Чтобы не было неприятностей.

- Я знаю кучу людей, для которых и это - предел мечтаний, - фыркает в ответ староста секции.

Затем он ухмыляется и незаметно косит глазами себе за спину, указывая на тренирующихся:

- Почти половина, - добавляет Луис веселым шепотом.

- У той половины, наверное, импланты стоят? - вздыхает одноклассница, затем оживляется. - Или натуралов тоже хватает? Есть кто-то кроме Рыжего?

- Нет, такой уникальный он один.

- Ну видишь. А лиц без гражданства тоже хватает? - продолжает развернутую аргументацию Айя.

- Да черт его знает, - латинос слегка напрягается и внимательно смотрит ей в глаза. - Здесь такие вопросы не в чести. Концентратор и имплант видны во время тренировки, и не только, - кивок в сторону импровизированного ринга и пары его аналогов. - В отличие от вида на жительство. Его проверять мы еще не додумались, знаешь ли.

- Не остри. Ты же понимаешь, о чем я.

- Угу. В общем, если рейтинг тебе надо нагнать по-быстрому, то через посещение не выйдет.

- Ты уже говорил, это понятно. Мы остановились на том, что там за турнир.

- Фулл-контакт, в полном соответствии с традиционными правилами будо.

- Это еще че за фигня? - Айя через расширение лезет в сеть. - А-а-а, классические боевые искусства титульной нации... И че там за правила? В чем фишка?

- Рыжий точно не потянет. - Выражение лица Луиса более чем красноречивое. - Говорю же: фулл-контакт. До нокаута. Средняя продолжительность схватки - менее половины минуты; угадаешь, почему?

- А концентраторы у участников активны или блокированы? Как в ки ... ?

- ВСЁ АКТИВНО! Без концентраторов и имплантов - ты сам правильно сказал, где месятся, - торопится перебить меня староста. - Такие турниры - типа нео-классика.

- Эт как? - Мартинес развернула перед собой сразу четыре виртуальных экрана и наяривает двумя руками по трем управляющим панелям. - Хм. Ничесе. И правда жестко!

- А ты думала, - уныло кивает Луис. - Суть спорта: поскольку имплант по большому счету уже давно является неотъемлемой частью анатомии, а без нейроусилений площадки уже сформировались в кибере, тут - только вершина эволюции, жесткий хардкор.

Я ничего не понимаю в их разговоре - часть сути от меня просто ускользает. От Айи то и дело отлетают маленькие голограммки, а староста секции что-то в них поправляет и отправляет ей обратно.

Со стороны похоже на перебрасывание мыльного пузыря.

- Я понял правильно? Это жесткая драка до потери сознания, но в полном нейро профиле? С работающими имплантом и концентратором? - обращаюсь сразу к обоим.

- Еще с индивидуальным пакетом расширений, - подтверждает Луис.- Оно иначе знаешь, как называется? "Битва машин".

- Там что, убивают? - делаю вполне логичный вывод из услышанного, на ходу теряя целые куски своего энтузиазма.

Время от времени я конечно же шарюсь по сети и смотрю, в том числе, подобные анонсы. Некоторым модификантам из популярных роликов бывшие десятые даны по каратэ из средневековья и в подметки не годятся.

Во всяком случае, листов брони в Японии семнадцатого веке, думаю, не было - чтобы их кулаком пробивать на камеру (или фалангой пальца, точно уже не вспомню).

- Не так часто, как можно подумать, - качает головой латинос. - Лучшая война - та, которая не случилась: классические будо же, эй.

- Я примерно представляю, что может разбить голым кулаком или пробить пальцами человек, который два десятка лет старательно закалял тело через имплант и концентратор. - Я действительно представляю. - Это именно насмерть.

В отличие от добросовестной набивки вживую, местные гаджеты работают двадцать четыре часа в сутки и не делают погрешностей в обмене веществ, хоть и формируя те же костные мозоли.

Думаю, техника и культура движений - вообще отдельная тема.

- Если разница в классе между участниками на момент схватки больше определенного уровня, электронный арбитр не дает драться и победителя определяет сам, заочно, - снисходительно улыбается староста клуба.

- Пф-ф-ф, а в чем тогда смысл турнира?! - разрекламированное кровавое шоу в моих глазах моментально съеживается до размеров обычного вида спорта с четкими табу, прописанными в правилах.

- Ну-у, турнир нашей агломерации к примеру - это человек до сорока в одной весовой категории, - спокойно поясняет Луис.

- Хренасе. - Для знакомого мне чемпионата области по боксу это много.

Очень много.

- Ага. Около половины участников уже в первом туре получают электронные проигрыши и дальше не идут: иначе их бы просто поубивали. Ты правильно сказал, там есть такие, которые сталь пальцами рвут.

- Но по какому принципу тогда ведется это заочное судейство?! Херня же! - мне, в принципе, наплевать на несправедливость реалий, но тема почему-то зацепила на ровном месте.

- Весь твой багаж ТАМ на девять десятых состоит из расширений концентратора и импланта. Плюс собственные нейросети в мозгу, но они тоже завязаны на гаджеты. - Айя уже разобралась в ссылках (включила какой-то ускоренный режим, видимо). - Электронный арбитр - это тоже обучающийся блок. Его опыт судейства гораздо больше живых людей, он не спит и не берет взяток, изначально гарантирует непредвзятость.

- М-м-м...

- Ты натурал. Если бы понимал нас, - латинос упирает палец себе в лоб, - тебя бы не удивляло, что твой боевой потенциал абсолютно безошибочно виден по твоим расширениям. Там система не ошибается.

- Хм. Смертность и правда невысока, - бормочет Мартинес. - Последний раз - несколько лет назад.

- Это вид спорта, а не беспредел, - терпеливо вздыхает Луис. - Участники никому ничего не доказывают лишний раз: сегодня зверствуешь ты - завтра кто-нибудь подготовится персонально под тебя. Все реально качают сбалансированный профиль: цель же - самосовершенство, а не морду соседу набить.

- А как подготовиться индивидуально под неугодного? - одноклассница живо чем-то заинтересовалась.

- Отработать технику и тактику исключительно под его геометрию, стиль и анатомию, - ворчу за старосту. - Вылетишь или сам снимешься уже в следующем круге скорее всего, но конкретного типа вынесешь.

- А-а-а, заточка под конкретного противника, - переводит на свой язык Айя. - Ясно. Хм, ладно. Луис, спасибо, что уделил время! - Она теряет интерес к теме и по-мужски протягивает ладонь для рукопожатия.

- Не за что. Сорри, что не пригодился.

- Виктор, ты тут сколько будешь? - одноклассница поворачивается ко мне.

- Часа полтора. Режим и регулярность занятий - наше все.

- Окей, я тогда за тобой позже зайду._______

- Ты не рассказывал, что подцепил саму Мартинес. - Луис после ухода латиноамериканки бросает свои шахматы и подходит ко мне с откровенным желанием пообщаться.

Несмотря на то, что я вовсю занят на мешке.

- Она. Моя. Одноклассница. - Выдаю порциями, чтобы не сбить дыхание. - Там. Таких. Десятки. Тебе. Всех. Называть? Мне. Так. Неудобно. Общаться . - Намекаю, поскольку кислорода действительно не хватает.

- Анаэробный режим! Потерпишь! Оно наоборот полезно.

В принципе, да, но...

Звонит таймер.

- А что у тебя с ней? - товарищ явно ломает собственные модели поведения, наседая в перерыве между раундами.

Он никогда не лезет ни в чьи дела, а я еще и новичок.

- Мне тебе отчет заполнить?

- Не-а, это лишнее. Ты в курсе, кто ее семья? - какой-то нездоровый энтузиазм откровенно не дает ему покоя.

- НЕТ. Мне без разницы, у кого какая семья, - поясняю терпеливо. Его горящий взгляд мне не нравится. - Луис, там вся школа такая!

- Ну, не вся. Они по производству мяса, если что, конкурируют с кое-кем из производителей баранины. - Староста со значением сверлит меня взглядом. - С тем, который в компании лысого, на которого ты за деньги наехал.

- Ничего себе информация расходится.

- А ты как хотел? Заведение известное, я о твоей школе. Простых там нет. Это олигархи, Рыжий! Мы с ней хоть и на одном языке говорим, но Мартинес - это очень серьезные люди. - Он оглядывается по сторонам и добавляет шепотом. - Сельскохозяйственный бизнес само собой трансконтинентальный, но...

- Да. Она говорила, что может даже мир сменить! - припоминаю. - И в универе не здесь учиться!

- ... но не все составляющие сельского хозяйства на разных континентах и планетах всегда законны, - намекает он. - Хотя девчонка супер! Завидую.

Давлю в себе детское желание сказать, что с ней в паре идет подруга - Эрнандес. И еще непонятно, кто круче.

***

К сожалению, выдавить что-нибудь хорошее из спортивного клуба Луиса не вышло: миграционная служба тоже неплохо представляла лазейки для быстрого набора рейтинга левыми путями. Соответственно, дырки в заборе устранялись на этапе их появления.

Она несильно, но огорчилась: в отличие от самого натурала, очки его рейтинга Айя сейчас считала тщательнее, чем собственные деньги.

Реально втрескалась вслед за Эрнандес, хе-хе. Занятно.

Впрочем, история в тот же вечер получила свое продолжение. Рыжий, неожиданно проникнувшись атмосферой "спорта на выживание" (ой, можно подумать. Но не спорить же. Вслух. При Луисе), уцепился за идею посетить такое место: "Вы че! Интересно! Давайте сходим посмотрим?!".

Для оказии он даже отпросился на работе.

Прихватив с собой подругу и технично сбрив Луиса (тот ну о-о-очень хотел пойти вместе с ними), Айя незаметно подключила кое-кого из братьев: на товарищеские бои в одном из специализированных мест они попали довольно легко (в смесь ночного клуба и арены для соревнований).

- Блин, перед вашим соотечественником неудобно. - Седьков, развалившись на мягком полудиване, трескал какой-то салат без хлеба и недовольно косился на их алкогольные коктейли. - Он же, по факту, нас сюда отправил? А мы его, получается, не взяли.

Товарищ был не в курсе подоплеки, а она ему не сказала: билеты сюда шли по две с половиной сотни плюс надо было решить вопрос с несовершеннолетием на входе. Ловкость рук - и Виктор искренне посчитал, что их пропустили бесплатно, в счет заслуг безвестного старосты заштатного дешевого зала.

"У Рыжего по финансам пробел. Тс-с-с-с-с", - она, повинуясь предчувствую, честно написала в приват подруге, чтобы та придержала язык. Если сказать товарищу, что это все не бесплатно, он снова начнет рвать волосы на груди в попытке расплатиться за все из собственных невеликих источников (которые сейчас тупо на нуле).

Эрнандес словно заразилась от Седькова. Проворонив сообщение, она рассеяно прокомментировала вслух, глядя на происходящее в зоне схваток:

- Нет, мы тут не благодаря Луису; Айя же платила на входе.

- Бл*. А ведь нормально сидели, - хмуро бросила Мартинес, ощущая легкую неловкость из-за поднявшихся на затылок бровей Рыжего. - Мать, вот какой хрен тебя за язык тянет?

- А? - Ана оторвалась от зрелища.

Впрочем, пристально наблюдая за происходящим на помосте, в этот раз Виктор не особо долго досаждал своей правильностью.

Первые четыре или пять боев он что-то изучал, записывая пальцем в телефон и использовал местный виртуальный бинокль. На каком-то этапе одноклассник густо покраснел и потупился:

- Девчонки, дайте пожалуйста сотню?

Они удивленно переглянулись.

- На. - Эрнандес отправила первой.

Рыжий принялся химичить что-то в местной версии тотализатора. Они не особо вникали, но его ставка на удивление сыграла: получив вместо сотни сто двадцать с чем-то, Рыжий тут же добросовестно вернул то, что брал у Аны:

- Спасибо большое! Я здесь все! Можем идти домой.

Лицо друга сияло, как пресловутый начищенный пятак из его же родного эпоса. Глаза его косились по очереди в их декольте.

Быстро допив и доев, они переглянулись и подхватили его под руки: в планах были еще кое-какие интересные упражнения, но для этого надо сперва вернуться в квартиру.

- А чего ты цветешь, как майская роза? - Уже у него дома Айя не удержалась от расспросов перед самым сном. - Ты так выглядишь, как будто там все шесть раз сам победил. Колись?

- Я выиграл деньги, - абсолютно серьезно ответил Рыжий, устраиваясь поудобнее между ними двумя после всех телодвижений. - С первого раза, понаблюдав за механикой, исключительно на личном прогнозе. Это круто.

Она тактично не стала говорить вслух, что стоимость его полутора часов работы нелегальной посудомойкой - не совсем та сумма, которая поясняет такую его ненормальную радость.

А с другой стороны, мало ли. Виктор - математик. Может, придумал что-то такое, что можно масштабировать?

Она зевнула и отложила расспросы на завтра: товарищ уже спал.

Эрнандес на пальцах выбросила, что утром разбудит всех на час раньше: свое отсутствие на кровати в течение последних суток подруга явно собиралась наверстать.

***

На сей раз возле школьных ворот всеобщее внимание перед занятиями впервые за несколько дней привлек не Рыжий.

По крайней мере, не сразу.

Хамасаки со спокойным лицом тронула сзади за плечо бывшую подругу:

- Сяовэнь, а ты не торопишься с долгом. Мне нужны мои деньги.

Китаянка в отсутствие Ченя болтала о чем-то с парой соотечественников из младшей параллели, плюс с Онодой и Саджо.

Развернувшись на голос, Юнь достаточно сильно оттолкнула японку руками, добавляя пяткой в живот:

- Брысь отсюда, грязь.

На глазах изумленной старшей школы Миру улетела на газон и не поднялась, по крайней мере, сразу.

- Ну и новости. - Макс задумчиво создал новый лист в разделе ставок.

***

Место в блоге занято, ибо раз в 12 часов, потому пишу тут.

Буду благодарен за обратную связь по книге товарища,

"НОВАЯ ЖИЗНЬ ВЛАДЫКИ ДЕМОНОВ", Илья Соломенный (бояръ-аниме, попаданцы в магические миры).

Я - Великий Джерлак, Повелитель Страха, безжалостный Владыка Преисподней, оказался предан и убит собственными генералами... Но все-таки выжил! Попал на Землю, в тело бессильного человечка, наследника захудалого боярского рода.Теперь придется начинать все сначала: искать последователей, развивать древо силы и подминать под себя местные кланы! Хорошо, что у меня есть козырь - как оказалось, в жалком человеческом мире никто понятия не имеет о пути эфира! Способностях, что открываются благодаря всеобщему страху... или восхищению.

https://author.today/work/215299

Глава 8

- На! - Рыжий практически воткнул свой рюкзак в руки Эрнандес и стартовал с места, словно гоночный болид.

"Хренасе энтузиазм", - тут же отписалась Мартинес в чате. - "Дым из-под копыт".

"Не знаю, на что делать ставку", - подруга тоже предусмотрительно ускорила восприятие заранее.

"Да и пес с ним. Всех денег не заработаешь", - в видимом диапазоне Айя равнодушно пожала плечами. - "Наши действия? В группу пишем?".

По контексту было понятно, что имелся в виду один из чатов латиносов.

"Щас, я сама в привате", - баскетболистка в параллель попросила о чем-то каждого из стоявших вокруг соотечественников индивидуально, в личку.

"Эй, а к чему такая секретность?" - лицом Мартинес изобразила любопытство, подняв брови и уголки рта.

"Как ты говоришь, жопой чую. Неспроста эта интрига: Юнь или самоубийца, или мы не видим всего расклада. В общую группу не пишу потому, что там Гарсия. Кстати, стоит особняком и непонятно, за кого впишется".

"А ты че, собралась каждым нашим индивидуально заруливать?! Эй, мать, что происходит?!".

Вместо ответа баскетболистка смайликом показала язык.

"Щас в морду вцеплюсь", - пообещала Мартинес.

"Кто выигрывает, пока тигры дерутся под деревом?".

"Да хрен его знает. Ты будешь нормально отвечать?!".

"Вообще-то, это поговорка 🤨. Ответ: выигрывает обезьяна, сидящая на ветке над ними".

"Уже пальцами тянусь к твоему лицу. ОБЪЯСНИ?!".

"У нас сейчас двоевластие. Я и подумала: почему бы в нашем негласном национальном рейтинге не появиться третьему претенденту? На роль будущего лидера латинос? Пусть для разнообразия это будет дама".

"Ты хочешь встать вместо Диего?! 😦 И не пустить на его место Мануэля?!! 😨 хераааа сеее 🤨 А чего раньше молчала?!!".

"Потому что раньше я понятия не имела о таком своем желании. Оно возникло вот секунду назад, экспромтом. Опять же, раньше предпосылок не было, а сейчас появились".

"Хм. Мать, я тя бояться начинаю".

"С каких это кочерыжек? 🤔 Я те поводов не давала вроде".

"Пф-ф-ф... ДА ШУЧУ Я! Кстати, ты заметила, что стала тормозить в точности как наш рыжий товарищ?".

"Да иди ты в жопу, шутит она. У меня почти десяток параллельных разговоров, где я каждого индивидуально уговариваю. И в смысле, я стала тормозить?!", - Ана стремительно и изящно покраснела в реале.

Буквально за какие-то доли секунды, несмотря на интригу, разворачивающуюся у ворот.

"Ну считай симптомы. Вчера меня заложила в клубе на тему оплаты? Заложила. Раз. Сегодня утром на полчаса заняла душ первой? Хотя чудесно понятно: во "дворце" нашего героя ванная - только одна. И с туалетом она совмещена, если что 🙄😑. Это было два".

"Вчера тупонула, прости 🙏🙏🙏. А сегодня утром не просто так 😐😌", - Эрнандес выдала целую вереницу иконок смущения.

"Так. Только не говори, что и тебе он ... 🤨🤔 / 🤭😝🤣". - Айя явно видела глубже сказанного.

"Да. И мне он тоже туда...".

"ААААА-ГА-ГА-ГА-ГА 🤣🤦‍♀️🤷‍♂️. Я даже не знаю, что тут можно сказать. Ууууу-ху-ху-ху-ху 😝".

"Ну, тут я сама виновата: постеснялась говорить ему в процессе, что внутрь не надо... того... это самое... Утром его разбудила первой, он еще не проснувшись был. Как бы, он ни причем: не просила - значит, вперед".

"Мы втроем друг друга стоим", - подвела итог Мартинес. - "Так, внимание!".

Седьков тем временем подлетел к японке, подхватил ее подмышки и поднял с земли:

- Ана, Айя! Помогите!

Не успев договорить до конца, он отпустил Хамасаки и рванул к группе титульных так, что впору было заподозрить невесть откуда появившийся у него имплант.

Миру явно не контролировала своего тела, скорее всего - от боли. После того, как одноклассник отпустил ее (подняв на ноги), колени японки тут же подломились обратно.

- Бл*. - Эрнандес, как и положено спортсменке, среагировала первой из них двоих. - На! - в руки Мартинес она впихнула два рюкзака, свой и Рыжего.

Добежать к Хамасаки до того, как та вновь шлепнется на газон, Ана не успевала, но зато подхватила ее с земли практически как баскетбольный мяч под кольцом.

Айя, не задумываясь, без затей свалила уже три школьных ранца прямо на асфальт и, присоединившись к подруге, запустила сразу два медицинских диагноста. В принципе, Седьков именно это и имел в виду, прося помощи. Наверное.

Их концентраторы с Эрнандес были соединены в сетку, потому та заорала практически без пауз, едва завидев телеметрию:

- В МЕДСЕКТОР, СРОЧНО!

Мартинес сообразила, что подруга в индивидуальном чате сейчас пишет не только испаноговорящим латиносам, а даже и "кузенам" - африканцам и тем, у кого вообще родной португальский.

- Почему мы? - двое темнокожих африканцев, материализовавшись рядом, не спорили, а уточняли. - Отнесем, но скажи.

- Вопрос престижа, потом объясню. Вы - потому, что для замеса ваши расширения не самые лучшие. А добросовестно доставить и сдать на руки медицине сможете. Парни, простите за откровенность. - Эрнандес выпалила это все с многократным ускорением и вслух.

Наверное, переводчики гринго и прочих сейчас поймали клин, весело подумала про себя Мартинес.

А вслух хмуро добавила:

- Разрыв селезенки у нее, давайте быстрее.

Африканцы словно молнии исчезли за поворотом с Хамасаки в руках, которую попросту унесли подмышки.

Самым умным из присутствующих старшеклассников именно в этот момент стало понятно: предыдущие негласные соглашения об этнических группировках от позапрошлого года или перестали действовать местами, или вот-вот перестанут.

"Black spics спасают японку от ее же соотечественников, а русский сейчас начнет месить китаянку", - появилось в общем чате от Макса.

"Южане тоже стоят группой и явно что-то замышляют", - мгновенно отозвались англоговорящие. - "Какие будут ставки?".

"Лично я по ставкам сейчас пас. Это политика происходит, а не обычный замес", - выдала Юлия, которая подобными оценками обычно не бросалась. - "Делать ставки на политоту и сама не буду, и вам не советую. Впрочем, кто думает иначе - может попытаться".

Остальная часть старшей школы по мере появления этой переписки в общем доступе мгновенно ограничила активность во всех разделах тотализатора.

"А причем здесь политика?" - мгновенно заинтересовался любопытный Ник.

"Увидим", - Юлия развиваться не стала.

Рыжий тем временем подлетел к азиатам и решительно рванул китаянку за плечо на себя:

- Сука!..

Сяовэнь, как стало ясно буквально в следующее мгновение, специально ждала именно этого момента.

Самые разные приложения на площадке сошлись в одном (вернее, в двух моментах): когда очкарик вмешался, ее настроение резко прыгнуло вверх, раз. Такое не скроешь, если за тобой следят десятки имплантов через такое же количество концентраторов.

Два: она двигалась очень плавно, стремительно и хищно. Ее предыдущий арсенал был известен неплохо и таких форм попросту не содержал (ну либо она старательно скрывала их месяцами, что одно и то же).

Локоть в голову Седькову вылетел, словно электрическая искра из неисправного провода. Следом за ним полетел уширо пяткой назад. Дальше Юнь развернулась в прыжке и выбросила под челюсть очкарику пятку второй ноги.

"Ух". - Макс, пожалуй, поставил рекорд по краткости формулировки, выражающей общее мнение.

От локтя Рыжий ушел, сменив курс на сто восемьдесят градусов, но так он уже делал раньше: этот свой непонятный мелкий шаг задней ногой назад же, будто дети играют в песочнице. Затем нога возвращается обратно, причем все это - вместе с центром тяжести.

Уширо прошел сбоку от корпуса убогого потому, что он повторил свой козлиный прыжок вариацией влево-вправо.

Майя в голову, ожидалось, должен был поставить жирную китайскую точку на проворности русского, но Седьков снова как болванчик сделал "назад-вперед".

"Вроде и примитив, а поди ж ты", - на сей раз Макс был более многословен. - "Кто б мог подумать, что приставные шаги могут являться такой панацеей".

"Да **ись оно конем!" - Ник решительно наплевал на достаточно откровенные рекомендации Юлии и ввалил полторы тысячи в победу китаянки.

Дополнительных условий он не оговаривал, поэтому общая логика была понятной: после поражения Ченя хань изо всех сил будут возвращать утраченные позиции.

Юнь все видела собственными глазами. Потенциал Рыжего она представляла трезво, не понаслышке и с расстояния вытянутой руки.

Если китаянка сейчас так без оглядки прет вперед, значит, какой-то расчет в ее действиях имеется.

Интересно, какой и на что?

Ник, судя по размытости его условия, не исключал всего подряд: от расширений двойного назначения до какой-нибудь редкой базы ну о-о-очень своеобразной техники. Типа железных когтей старого утеса или подобной азиатской лабуды.

"Вот это я и имела в виду", - картинно вздохнула в чате Юлия. - "Сейчас те, кто сделает ставки, будут рассчитывать не на выигрыш, а засветить свою лояльность одной из сторон".

"И что?!" - туговатый, но добросовестный Нури в отсутствие Лысого попытался быстро сориентироваться с опорой на внешние умные источники.

"Выигрыш копеечный, а риски колоссальные".

Ставка Ника сорвала плотину. Добрая половина старшей школы, включая младших, отметилась на листке, созданом Максом.

"Если говорить с точки зрения математики, вы все против Рыжего либо воздержались. Осторожный нейтралитет", - Мартинес явно общалась в параллель и с Эрнандес, это видели все. - "Пять тысяч на физические потери Юнь. Виктор уйдет на своих ногах; она - либо в медпункт, либо нокаут".

Старшеклассники замерли в ожидании: вдруг кто еще поддержит сумасбродное предположение латиноамериканок? Реестр тотализатора говорил, что две испаноговорящие подруги пятеру ввалили консолидировано.

Рядом с единственной ставкой за Рыжего зажглась красная галочка: "против всех".

В переводе на математический это значило, что суммы хватает, чтобы в случае вердикта искусственного интеллекта загрести все деньги себе, даже с условно нейтральных формулировок.

"Не возбраняется, но вы же настраиваете сейчас против себя всю школу?" - Гарсия, о котором все позабыли, напомнил о себе, как чертик из табакерки.

"Не всю. HERMANOS!" - а дальше Эрнандес поставила значок разрезанной пиццы, что переводилось как "всем поровну".

"Я же говорила: политика", - Юлия скептически пожала плечами еще раз.

Баскетболистка только что приняла на себя (и на Мартинес до кучи - ставка-то общая) все финансовые обязательства, но выигрыш обещала разделить равными долями. Между своими, если поддержат - случись что.

"Ана?" - лаконичность Диего вполне можно было понимать как угрозу.

"О, уже и spics между собой грызться начинают" - верно истолковал происходящее Саджо. - "Не только мы".

"Политика" - Юлия сегодня не баловала разнообразием вариантов.

Мануэль отмалчивался.

Рыжий тем временем качнулся вперед. Его правый кулак, без кастета, встретился с челюстью китаянки.

Школа, позабыв о сделанных ставках, взвыла стаей гиен или волков: деньги деньгами, а все интересное только начинается.

***

Айя не была ни дурой, ни наивной, ни легкомысленной, хотя все это регулярно и убедительно изображала. Одно ее не самое распространенное расширение обработало два независимых блока: лица, глаза, эмоции - и сделанные ставки.

Вывод был ожидаемый и вполне однозначный. Собственно говоря, их было даже два.

У Хамасаки явные проблемы с нейропрофилем, которые пытаются замаскировать - но это ладно. Не новость. Мало ли - HAMASAKI INCORPORATED как раз на этом специализируется, так что там возможно что угодно. Нет смысла сушить мозги, пытаясь угадать.

Кто-то явно об этом знает и в действиях это учитывает. По этому пункту дальше неясно, но его можно будет обработать потом.

Юнь, поймав костяшки противника лицом, без проблем выдержала и ударила в ответ. Треснувшая кость и выбитая челюсть ее не смутила.

- Ого. - Японцы-парни переглянулись между собой и неожиданно рванули вперед.

***

Что вышло.

Пардон, что мало - с утра попробую реабилитироваться.😐

Причины указал в закрепленном комментарии, который завтра рассчитываю снести

Глава 9

Рыжий на удивление быстро сориентировался и увеличил амплитуду своих козлиных прыжков: в течение следующей пары секунд он скакал так, что китаянка и японцы постоянно оказывались на одной линии либо близко к тому. Соответственно, атаковать его слаженно им втроем было невозможно.

"Кажется, латинос перенесли коммуникацию в приват", - выдала очевидное Юлия.

За то время, что Седьков обменивался любезностями с азиатами, испаноговорящие образовали подобие строя и отделили дерущихся от остальной старшей школы живой шеренгой.

- Э! - Нури завертел головой, будто искал поддержки у окружающих. - Spics, какого хрена?!

- А ты хотел мне ставку сорвать? - спокойно и вежливо осведомилась Мартинес, несмотря на трэш, творящийся рядом. - Так ты говори, не стесняйся. Сейчас такое время, что старые союзы несутся в унитаз, а новые только намечаются - я и тебя в список кандидатов занесу.

Она не уточнила, кандидатом на что.

Пара ее соотечественников тем временем сцепились с Онодой и Саджо. Первого Серхио поймал сзади за шиворот и выдернул на метр назад. Обратно в драку с Седьковым Онода уже не вернулся: получив не болезненный, но достаточно унизительный шлепок подошвой ниже пояса сзади, он набросился на латиноамериканца с явным намерением отплатить сторицей.

Саджо, в отличие от земляка, был взят сзади предплечьем за горло и в таком положении отбуксирован за пределы импровизированного круга, образованного старшеклассниками: перебирая ногами и грозя завалиться назад, он в итоге был уложен спиной на траву газона.

"Я очень прошу всех присутствующих не мешать справедливому тотализатору!"- разродилась в ускоренном чате молчавшая до сего момента Эрнандес, которая резко перестала морщить лоб и потеть, словно в режиме реального времени управляла атомной электростанцией через свой концентратор.

"Heұ, spics! А вы не круто ли загребаете?!" - Нури наконец вспомнил, где у него находятся нужные расширения.

"А ты решил нами поруководить?" - не осталась в долгу Мартинес. - "Так я щас тебе лично глаз на жопу натяну. Иди сюда, мой пухленький".

"Ты пользуешься тем, что женщина!" - судя по глазам, негодованию южанина не было предела.

"Скажи что-нибудь новенькое", - латиноамериканка отправила зевающую кошку.

Седьков и Юнь тем временем старательно превращали друг друга фарш. Сцепившись накоротке, они очень убедительно изображали два вентилятора.

Китаянка била кулаками, коленями, ногами, локтями. Рыжий по-прежнему выдавал свой примитивный челнок швейной машинки с рваной длиной хода.

"Странно. А ведь у них урон сопоставим, несмотря на разницу потенциалов", - Юлия, не участвующая финансово в ставках, анализировала исключительно прикладной аспект.

"Ты о чем?" - живо заинтересовался Макс. - "У Сяовэнь вон, кости на лице в минусе! Или ты как damage считаешь?".

"Оба на ногах. Работоспособность примерно на одном уровне. Ее больший урон пока компенсируется ее большим же ресурсом".

"Интересно, как это наш натурал ухитряется так отмахиваться", - задумчиво выдал не участвующий в действиях диаспоры Гарсия. - "Она ж готовилась. Я б с ней сейчас не хотел так".

"Он меньше нее пропускает. Вернее, по количеству контактов даже больше, но под острыми углами и вскользь. Да, ссадины и синяки ловит - но его кости целы. В отличие от".

"Интересно, где очкарик так насобачился".

"Интересно, почему он не натягивает свой ошейник на кулаки".

"Может, чего задумал?".

- Бл*. - Эрнандес плюнула под ноги, затем заматерилась по-испански.

Проследившие за ее взглядом вне зависимости от своих симпатий испытали такое же точно разочарование: одна из самых интересных школьных схваток сезона грозила прерваться очередным вмешательством снаружи.

По аллее от служебного корпуса неслись наряды охраны, причем числом более одного.

- Твою ж маму, - тоскливо протянул Ник, отходя шагов на пять от толпы, поднимая руки вверх и предусмотрительно складывая их на затылок. - Плакали наши денежки. - Он развернулся спиной к дерущимся.

- А по-моему все интересное только начинается. - Юлия, делавшая сегодня выводы явно в каком-то своем ключе, качнула подбородком в сторону латиносов.

Примерно в это же время особо внимательные заметили, что Мануэль, Гарсия и Эрнандес явно о чем-то спорят в привате, причем конфликт достаточно серьезный.

Испаноговорящие вместе с сочувствующими им португальскими соседями быстро перестроились. Четверо из них остались образовывать импровизированный барьер, отделяющий дерущихся от школы. Остальные, перебрасываясь непонятным односложным жаргоном, выдвинулись навстречу школьной охране.

- Вы с нами или против?! - Эрнандес, обычно добродушная даже в конфликтах, впервые за все время демонстрировала выражением лица что-то инфернальное.

- Так не пройдет, - Диего покачал головой, глядя ей глаза. - У нас с тобой еще предстоит свой разговор на эту тему. Потом.

Затем он обогнул пару человек и присоединился к той группе соотечественников, которая была больше.

- А я со всеми, - заметила баскетболистка, занимая место рядом с ним. - Насчет разговора - я подумаю. Ты мне давно не нравишься.

Мануэль встал рядом, причем с нечитаемым выражением лица. Мартинес, с видом веселой идиотки распихивающая земляков, вдруг уверенно и радостно заорала охране:

- СТОЯТЬ! ИМЕНЕМ ЗАКОНА, ПРИКАЗЫВАЮ ОСТАНОВИТЬСЯ И ЗАМЕРЕТЬ НА МЕСТЕ!

Над школьным двором, прилегающими аллеями, дорожками за забором на мгновение повисла упругая тишина. Ее разрывали лишь хеканья Рыжего и китаянки (да звуки их перемещений).

- Х*ясе. - Юлия использовала обсценную лексику впервые за время своего пребывания в стенах заведения.

Что интересно, силовое подразделение школьной администрации действительно притормозило на пару секунд, переваривая услышанное.

- РЫЖИЙ, ТРИ СЕКУНДЫ! РАБОТАЙ! ИЛИ БАБЛУ КАПУТ! - Мартинес продолжила орать, развернувшись через плечо и, похоже, сегодня решила разорвать вообще все шаблоны.

В следующий момент охрана отмерла и встретилась с импровизированным строем латиносов.

- Это что? - первым как ни странно отреагировал непосредственный Нури.

Дальше он быстро-быстро заговорил по-своему, живо обсуждая что-то с южанами.

- Это бунт. - Неожиданно хмуро отозвался кто-то это англоговорящих. - Spics гнут какую-то свою линию, но неясно, что именно. И время она выиграла. Чуток.

- Вилы. Вот это номер. - Макс благоразумно последовал примеру Ника, присоединяясь к нему и в точности воспроизводя демонстративный нейтралитет с ладонями на затылке.

Туда же последовали прочие англоговорящие плюс еще кое-кто.

Латиносы тем временем, не чинясь, встретили охрану кулаками, ногами, коленями. Тут и там заработали самые разные расширения и нейропродукты, причем с обеих сторон.

Взрослые усмирители школьных проблем завязли в живом заслоне и начали впервые на общей памяти пробуксовывать на месте.

- Ух!

Макс, не опуская рук с затылка, непринужденно и естественно изобразил удивленного филина: один из охранников отвалился от свалки, заплелся ногой за ногу, упал на асфальт и замер.

Тем временем Седьков, за которым наблюдала все еще минимум половина присутствующих, выдал нестандартный даже для себя тактический изыск.

Очкарик распластался над землей чуть не в положении паука. Его правый кулак со всей дури на встречных курсах встретился с внутренней стороной бедра китаянки.

Из-под последней словно вышибли одну опору из двух. Юнь неловко взмахнула руками и принялась заваливаться на бок.

"Хорошо попал", - Макс, заранее сдающийся охране (которой сейчас было явно не до него), расширений коммуникации не отключал и в чат писал без проблем.

В следующий момент Рыжий распрямился, собирая раскоряченные крабом ноги на ширине плеч. Его лоб боднул китаянку снизу в уже не раз изувеченную за минуту челюсть.

Детали следующей доли секунды были закрыты их затылками, но буквально через момент не самые плохие приложения города (представителей непоследних семей) чуток нагнали прострации и жути: под ноги Юнь и Седькова упало что-то маленькое и алое.

Кто кричал (и что), большинство не поняли, так как были шокированы тем, что буднично заметила Юлия: "Сяовэнь себе кончик языка откусила".

Это подтвердилось еще через удар сердца дальнейшими событиями и обильным кровотечением изо рта китаянки.

Очкарик, продолжая атаку, пару раз махнул кулаками и толчком отправил противницу спиной на газон, как совсем недавно летела Хамасаки. Добивать азиатку окончательно он почему-то не стал.

Охрана перестроилась и явно перешла на второй протокол. Профессиональные расширения бывших военных, неактивные до поры, сейчас валили латиносов, как протестующее национальное меньшинство где-нибудь в колониях во время левой демонстрации.

"Собственно, почему "как"?", - китаянка, внешне пребывая в шоке, тем не менее сохранила способность общаться в чате.

Все абсолютно правильно домыслили недосказанную часть.

Параллельно Юнь поднялась и подобрала с асфальта ампутированный фрагмент своего языка.

"Вот что значит титульный нейропродукт", - Ник отметил последнюю фразу китаянки в общем чате сразу тремя поднятыми вверх большими пальцами. - "Помочь тебе?!".

"Нет. Стой на месте. Так этим только треть выигрыша уйдет, а начнешь мне помогать - я буду считаться типа в техническом нокауте. Искин может отдать им всю сумму". - Сяовэнь с благодарностью кивнула представителю не дружественной (еще совсем недавно) диаспоры.

Параллельно она развернула виртуальный интерфейс и вызвала скорую помощь из той же клиники, которая накануне забирала Ченя.

"Вот что с людьми жадность делает 😝", - Мартинес, будучи очень жестко зафиксированной на земле, рывками изображала связанную кошку.

"Слышь, косоглазая..." - обычно более ровная Эрнандес не дописала китаянке всего, что хотела, поскольку охрана, сокращая расход времени, принялась направо и налево раздавать инфру.

- Смешно вдвойне. - Юлия задумчиво посмотрела на замершее неподвижное тело баскетболистки, черты лица которой очень легко было перепутать с южно-азиатскими. - Сама же такая точно. И в чем тут юмор?

Рыжий, оценив диспозицию, рванул на помощь своим новым старым союзникам. Посколько у него никаких нейроусилений не было от слова вообще, мощность по нему выдали двойную, на всякий случай.

Очкарик не добежал до своих пассий буквально пары шагов и со всей дури врезался лицом в асфальт. На покрытие потекла кровь, еще из одной головы.

- Юнь права. Geurilleros получают только треть того, на что рассчитывали, - неожиданно чему обрадовался Нури.

Он вместе с южанами демонстративно отошел в сторону четверть минуты назад, сразу при появлении администрации. Сейчас они весело ржали, общаясь на двух языках, и время от времени бросали веселые взгляды в сторону латинос.

- Хренасе ты грамотный. Какие слова знаешь. - Этот парень учился на год младше и тоже был русским по происхождению, но особо не высовывался, потому из выпускного класса его никто не знал.

С Рыжим "земляк", что характерно, никогда не общался.

Нури даже пришлось лезть в электронный список учащихся, чтобы вспомнить его имя: Михаил.

***

- Зачем ты сказала, что у меня разрыв селезенки? - хмурая Хамасаки сидит рядом со мной, Эрнандес, Мартинес и прочими латиносми в приемном покое медпункта.

Здоровенная комната с рядами стульев справа у глухой стены заполнена на треть.

- А я не тебе говорила! - добросовестно удивляется моя подруга. - Я своим командовала! Чтобы тебя быстрее отнесли.

- Ты нам соврала! - темнокожие соратники укоризненно качают головами.

- Добивалась срочного исполнения, - вздыхает Мартинес, на которую долго сердиться, по-моему, невозможно. - Извините.

- А что у тебя на самом деле? - африканец со сдержанным любопытством обращается к японке.

Раньше, насколько помню, они не сильно разговаривали друг с другом.

- Ушиб внутренних органов. Пара кровоизлияний. Трещина в ребре. - Миру перечисляет неохотно и после неуловимой паузы. - Но по-быстрому залатали в капсуле. Спасибо, что доставили.

- Эй, подруга, заканчивай кисляки давить, - нейтрально предлагает Айя. - Если ты еще не поняла, твои земляки сегодня откровенно погнали против тебя!

- Я знаю. Это наше дело.

- Ну тогда какого хрена?! - взрывается совсем не скупая на эмоции Мартинес. - Рыжий как идиот рванул тебя защищать! У этой падлы-хань расширения - как у звездного десанта! Челюсть вдребезги, лицевая кость тоже - а она мастер-класс по этому вашему кунг-фу устраивает! И ты сейчас такая вся в белом - снисходительно признаешь, что мы тебе помогли! Спасибо через нижнюю губу! Да в жопу его себе затусуй!

- А вы здесь причем? - ровно и спокойно спрашивает Хамасаки-младшая. - На Юнь бросился русский, не вы.

- Ты не видела. - Эрнандес придерживает за бицепс готовую разбушеваться подругу. - Захочешь - потом сама в записи посмотришь.

- А ведь белобрысая была права, - нейтрально замечает Мануэль, имея ввиду Юлию. - Сегодня и правда день разрушения старых альянсов и образования новых. Прикольно... не думал...

После того, как нас всех привели в себя после ударов инфразвуком, нам было сказано сидеть здесь, никуда не выходить и ждать администрацию.

Поскольку ушибленных оказалось больше, в себя пострадавших от охраны приводили партиями. Доктор, видимо, недельный запас нервов потратил.

Что интересно, кроме латиносов, меня и японки больше никого нет. Последнюю, мне кажется, здесь задержали исключительно по недоразумению: попала под горячую руку и была в медсекторе, когда голограмма завуча принялась орать во всю ивановскую.

Какое-то время сидим и молчим. Лично у меня ноют корни зубов, кончики ушей и жжет в глазах.

- Слушай, а ваш концентратор снижает... ? - расспросить до конца Эрнандес о действии инфры не успеваю.

Через шлюз снаружи ураганом врывается легкий на помине Трофимов.

Мазнув взглядом по всем, останавливается он почему-то на мне:

- Я...

- СТОП. - Уже удивлявшая меня сегодня Мартинес каким-то интересным образом ухитряется прервать потока красноречия, которым собирается разразиться наше светило педагогики. - Сенсей. Перед тем, как вы что-нибудь скажете при всех нас, я вас очень прошу: пожалуйста, воздержитесь...

- ... от неправомочных обвинений, лишних ярлыков и НАЗНАЧЕНИЯ виноватых вместо того, чтобы их УСТАНАВЛИВАТЬ, - твердо заканчивает Эрнандес.

- Чувствую себя невестой, которая случайно икнула за столом, - бормочу в образовавшейся паузе. - А все затихли и пялятся на нее.

- Нашел покровителей? Осваиваешь дорогу альфонса? - пренебрежительно бросает завуч, тем не менее сбавляя обороты. - Давай, молодец, верным путем направился! И кстати, не думайте, что повышенный внутренний рейтинг останется у вас! Срежу лично, вручную! До конца рабочего дня! Тьху, бл*дь, вашего учебного!

- Кажется, кого-то окончательно с резьбы сорвало, - делает ударение на последнем слоге нестеснительная Мартинес, оценивающе глядя на Трофимова.

- МОЛЧА-А-АТЬ! Я... - а у завуча договорить тоже не получается.

Во-первых, Хамасаки морщится от боли, но встает и выпрямляется, как солдат перед знаменем:

- Я не думаю, что совету попечителей понравится ваша ручная редакция утвержденного алгоритма автоматического расчета рейтинга, сенсей. Со всем уважением.

Затем она добавляет что-то по-японски, на что часть латиносов взрывается аплодисментами.

- Че она сказала?! - ору шепотом Айе на ухо.

Потому что Эрнандес в это время встала, по дуге обошла передний ряд стульев и направилась прямиком к Трофимову.

- Че-то идиоматическое. Говорит, что типа птенец дракона большим драконом еще станет, а вот взрослый пес как был собакой, так ею и останется.

- Шакал. - Роняет хмурый Мануэль. - Не пес. Бл*, куда я влез, где мои вещи.

- Херасе. - А в следующий момент я удивляюсь вслух и еще больше.

Наша дружелюбная, обычно неконфликтная, большую часть времени позитивная баскетболистка подходит наконец к завучу, лавируя между стульями, и без разговоров отвешивает ему хлесткую пощечину:

- Ты кого сейчас тупой шлюхой назвал?!

В английском, на котором идет общение, ты и вы - одно слово (в отличие, кажется, от родного Ане испанского). Но все равно почему-то чувствуется, что именно она имела в виду.

Светило педагогики смотрит на нее ошарашенными глазами и замирает с разинутым ртом.

- Если мой парень альфонс, то кто тогда я?! - Эрнандес, такое впечатление, собирается драться.

Я впервые в жизни не знаю что делать. Потому просто встаю и бросаюсь по проходу следом за ней. Со вполне определенными намерениями.

Латиносы на удивление быстро протирают мозги и "вяжут" меня, дружно схватив кто за руки, кто за одежду.

Похоже, в ускоренном чате ими сейчас управляла Айя, потому что вслух она ворчит:

- Спасибо. Да, держите его, не нужно, чтобы он лез. - Затем и Мартинес обращается к Трофимову. - Учитель, я никогда не говорила этого раньше вслух в школе. Как вы думаете, я взрослая женщина или маленькая девочка? И если вы догадываетесь о правильном ответе, это вот вам второй вопрос: взрослая Мартинес - тот человек, с которым вы хотели бы воевать?

Светоч педагогической деятельности, кажется, не отошел от рукоприкладства баскетболистки, потому что рассеяно моргает и молчит.

Эрнандес со спокойным выражением лица (кажется, но неточно: зрение) без замаха повторяет свою эскападу, но уже с левой руки: шлеп-п-п-п!

Теперь и вторая щека завуча симметрично розовая.

- Ты никогда не преподавал в бедной государственный школе в латинском квартале. Иначе следил бы за помелом и знал, что педагог должен иметь не только глотку! - орет обычно тихая Ана.

Ничего себе ее с катушек сорвало. Или я чего-то не понимаю?

- А что там с нашим рейтингом? Что он вручную понижать собрался? - указываю взглядом в сторону Трофимова, потому что испаноговорящая диаспора держит меня, словно взбесившегося кота (плотно, жестко, не давая шевелить ничем, кроме глаз).

- Сам потом посмотришь, - неодобрительно ворчит Мануэль.

- Д А Я Т Е Б Я... - завуч наливается нездоровым багрянцем.

Мартинес врубает какие-то расширения, потому что в следующий момент срывается с места, как комета.

Несмотря на туфли на не таких уж маленьких каблуках, она перемахивает через пару стульев и коротко вбивает основание ладони педагогу в солнечное сплетение:

- Запиши штраф на мой счет, cabron!

- Интересно, на шахтерскую планету вместе поедем? - говорю вслух, чтобы хоть чем-то заниматься.

А не висеть в чужих руках, как сосиска на веревочке.

Трофимов скорчивается и еще шире разевает рот в беззвучном крике.

Хренасе. Я думал, такое только в кино там бывает.

- Мартинес такое не грозит, - тихо замечает Мануэль. - Не то семейство. Но обычно да, она этим не бравирует.

***

- Никто отсюда никуда не пойдет, пока мы не выясним все от и до. - К удивлению Айи, на сей раз в школу к такой непростой дочери для разнообразия примчался отец, а не мать.

Хадзимэ Хамасаки, родитель одноклассницы, непроизвольно покосился на прибывшую с ним личную охрану.

Коллеги клановых мордоворотов, но уже из службы охраны школы, стояли встречной шеренгой и были готовы взорваться - заметно по рожам.

Также было видно, что и те, и другие вовсю шелестят в приватных чатах подразделений.

Сама Айя философски отнеслась к тому, что и Юнь в итоге привели сюда же из хирургического сегмента, к ним, несмотря на скорую помощь, прибывшую на вызов совсем из другой организации.

- Я уже сообщила родителям! - с вызовом бросила Сяовэнь, неожиданно для себя оказавшаяся в одном помещении исключительно с недоброжелателями.

- Смешно, конечно, но досюда проследовали только Саджо и Онода, - шепнул один из темнокожих, мониторивший другие чаты.

Впрочем, японцев мужского пола было видно сквозь стеклянные стены комплекса. Другое дело что зайти внутрь с хань им не дали: о чем-то поговорив с охраной Хамасаки-отца, соплеменники Миру остались снаружи и даже отошли шагов на двадцать.

Деваться было некуда и Юнь, затравленно озираясь, уселась в единственный пустой ряд.

Рыжий, абсолютно не впечатляясь происходящим, высвободился из рук подруг и поднялся. Выбрался из междурядья и уверенно уселся рядом с китаянкой:

- Чтобы долго не рассусоливать: ты должна вернуть долг Миру до конца недели.

- А чего это ты раздухарился?! - Сяовэнь взяла себя в руки и теперь лишь удивлялась.

- Власть теперь меняется. Ты просто не догоняешь.

- Еще мною животные не командовали! - азиатка с вызовом сплюнула себе под ноги.

Медблок школы был оборудован по последнему слову техники. Лицевые повреждения ей частично устранили (не полностью, но говорить и плеваться уже получалось. Если очень хочется). Язык тоже наскоро посадили на нано-мост - даже говорить можно (хотя и смешно смотрится).

- Через эти шины на твоей челюсти общение выглядит смешно, - спокойно кивнул Рыжий. - Юнь, я тут порылся в сети, пока сидим ждем. Твоя косметическая хирургия после нашей с тобой драки будет стоить тебе до десятка тысяч, причем это только налом. Понятия не имею, какая часть еще сверху покроется твоей страховкой.

- И? - китаянка хотела выглядеть уверенной.

Судя по любопытству с оттенком опасения во взгляде, обмануть выражением лица не смогла даже Седькова.

- Я буду вышибать тебе челюсть раз в день. Выбивать зубы, нос, до чего еще дотянусь. Я очень не люблю саму идею так ломать женщину, но тут просто нет выбора. За следующие шесть дней нашего с тобой совместного обучения в школе ты потратишь ровно стоимость своего долга Миру - если не отдашь ей долг. Сохранить деньги у тебя и так не получится.

Когда голубоглазое чудо договорило свой без сомнения яркий спич, Виктор неожиданно обнаружил, что его с интересом слушают абсолютно все присутствующие, а не только хань. Включая завуча, Хадзимэ Хамасаки, обе охраны и старшеклассников.

- Я математик. - Седьков прикольно засмущался и покраснел, неожиданно оказавшись в центре внимания. - Иногда проблемы требуют цифровых решений. Эмоции тоже важны, но иногда их стоит игнорировать, если тебе важен результат. Шестьдесят штук на медицину не равно им же - но за долг.

_______

Там же, через некоторое время.

- Спасибо за поддержку. - Миру осталась с ними троими в приемном покое, хотя могла и уйти.

Наверное.

Ее родитель, Трофимов, школьный врач и примчавшийся отец Юнь орали друг на друга за дверью по-китайски и японски, переходя с языка на язык в канцелярском кабинете врача.

Прочие латинос и три группы охраны (третья - свежая китайская, прибыла с Юнь-папашей) были отправлены наружу с тем расчетом, что школьники вернутся на занятия.

Мордовороты конкурирующих организаций разбрелись по своим помещениям и минивэнам (такой бум на территории не остался незамеченным: десятка два школьных чатов, разных классов, пестрели деталями).

Сяовэнь под присмотром пожилого китайца из свиты отца была наконец отпущена в ту клинику, куда и хотела с самого начала.

- Не за что благодарить, - Седьков равнодушно пожал плечами.

- Почему ты отказался обсуждать с моим отцом вариант опеки моей семьей? - японка спрашивала ровно и спокойно.

В принципе, именно после этого прилюдного загиба прочих свидетелей беседы аккуратно и спровадили с глаз подальше.

- Ты поставил моего отца в очень неловкое положение при всех, - продолжила Миру. - Ты просто не до конца понимаешь.

- Мы с ним не понимаем друг друга взаимно, - Виктор снова передернул плечами.

Айя не отказала себе в удовольствии и прижалась к нему бедром плотнее.

С той стороны движение зеркально повторила Эрнандес.

Седьков первый раз в жизни сориентировался правильно и буднично бросил свои ладони на их талии.

"Слава Иисусу" - вздохнула Айя в привате. - "Что-то в горах сдохло".

Ана загадочно улыбнулась, но ничего не ответила.

- Миру, я тут в сети историю читал, ржал накануне, - с видом пожившего пенсионера продолжил одноклассник. - Расскажу по памяти. Дошкольная воспитательница написала: "Работаю в детском саду. Села на кровать, укладываю мальчика, пять лет. Он говорит, что собирается жениться на девочке по имени Джой. Я знаю, что ему всегда нравилась другая девочка, поэтому спросила, почему же так. Так он мне сказал", - Седьков хихикнул, иронично посмотрел на японку и продолжил. - "Понимаете, лучше быть с девочкой, которая играет со мной в одни игры, отдает свои конфеты, нравится моей маме (их мамы дружат). Чем с той, которая мне нравится, она тоже красивая, да - но никогда не будет играть со мной в солдатиков и сама съест все мои конфеты". - Он плотнее прижал латиноамериканок к себе. - "И тут я поняла, что некоторые дети умнее меня".

- Я бы еще поспорила о сексуальной привлекательности, - заметила Мартинес. - Миру, не сочти за негатив - мы к тебе нормально.

Хамасаки-дочь пронзительно и задумчиво посмотрела на троих одноклассников по очереди.

- Виктор за тебя на амбразуру грудью попер, - подхватила Эрнандес. - Японцы твои - за Сяовэнь вписались. Мы - за Рыжего. Получается, по факту мы с тобой в одной лодке.

- Но когда Рыжий к тебе яйца подкатывал, ты морозилась, - фыркнула Айя. - А сейчас, когда у него рейтинг за шесть сотен перевалил, причем собственным горбом - твой папа начинает предложения делать... Тебе не кажется, что это несколько, м-м-м? - она пощелкала языком, подбирая слова.

- Раньше он из себя ничего не представлял, - спокойно ответила Миру. - С учетом выяснения в школе отношений, - кивок на дверь, где продолжали орать взрослые, - Рыжему лучше иметь плотную точку опоры. Просто для того, чтобы не улететь на луну. Мы умеем быть благодарными. Ситуация серьезная. Или вы верите в справедливость?!

- А какая для меня самая большая ценность? - неожиданно спросил Виктор, продолжая обнимать подруг уже здорово ниже талий и обращаясь к Хамасаки.

- Ты играешь в независимость. - Подумав, кивнула японка. - И думаешь, что весь такой оригинальный и несгибаемый сможешь в одиночку между ебанами протиснуться. Пардон за лексику.

- Херасе. Эк тебя растащило, - присвистнула Эрнандес. - Ты ж вообще не материшься, в принципе.

- Хорошо, давайте скажу открытым текстом. Тем более моя мать написала, вы в курсе по очень многим нюансам. Вы не понимаете, что все эти драки, - Миру нервно махнула волосами по дуге, - лишь следствие каких-то других процессов? Более серьезных? И вы их можете просто не видеть?

- Допустим. - Мартинес тоже за мгновение превратилась в зрелую и серьезную. - Что дальше? Ну не хочет Рыжий ни к вам на поклон, ни твоего отца - во временные опекуны. И че теперь?!

- Юнь - не Чень. Я сейчас о фамилиях, а не о детях. Вы просто всего не знаете. Скажу больше...

- Юнь - не Чень, не Али, - перебила ее Айя. - Миру, мы тоже не тупые и не сироты! Да, мы понимаем, что ты и она - небожители. Но родство так не заключается, понимаешь? Далеко не у всех диаспор в ходу брачные контракты, как у вас!

- А ты это к чему?! - азиатка здорово удивилась и не стала этого скрывать. - Речь о временной помощи, а не о...

- Мы тоже чего-то стоим в этом мире, - дипломатично скруглила углы Эрнандес, придержав руку подруги на шее Рыжего. - Давай так. Ты согласна, что школьные расклады именно в данном случае неактуальны и тупо устарели?

- Да, - подумав, не стала спорить одноклассница. - Сегодняшний день очень хорошо показал, что старым меморандумом можно подтереться.

- Если титульные нации оказываются по разные стороны, - безжалостно перепечатала Мартинес. - Вот и мы это видим. Читать и считать мы тоже умеем.

- А это к чему? - Хамасаки, похоже, решила старательно копировать Седькова, не успевая следить за мыслью собеседника.

Или действительно проблемы с имплантом? У нее ж скорость обращения к информации упала, хм.

- Ученический Совет имеет тридцать пять процентов в Уставе Школы, - пожала плечами баскетболистка. - Выборы в него - на той неделе. Оснований для замены старого Совета по Уставу более чем достаточно. Ты намеки понимаешь? Или в интригах не сильна?

- Неожиданно. - Миру смотрела на латиноамериканок широко раскрытыми глазами. - Вы так убедительно изображали... и изображаете их же, что я от вас просто не ожидала.

- Цифры, Миру. - Вздохнул Седьков. - Ты очень неглупая, но почему-то не всегда дружишь с цифрами. Тридцать пять процентов Устава - это уже немало. Плюс каскадный рост рейтинга вызывает мультипликацию со стороны искусственного интеллекта - это у него зашито на уровне управляющих сигналов.

- Возможно, не спорю, - японка задумалась.

- Точно. Я не поленился и почитал: все лежит на сервере не просто в открытом доступе, а ... - Виктор резко замолчал и уставился на дверь докторской.

Которая распахнулась так резко, что даже врезалась в стену.

***

Спасибо за ваш лайк :)))

Глава 10

Первым из кабинета доктора вылетел Юнь-старший. Окинув взглядом помещение, он решительно подошел к сидящей на скамейке троице и обратился к Виктору:

- Я знаю, что ты понимаешь только этот язык, - хань говорил пренебрежительно и смотрел только на Седькова. - Потому персонально для тебя - по-английски. У тебя еще были шансы выкрутиться, когда они, - тычок пальцем за спину, - сделали тебе свое предложение. Я не знаю, какими мозгами ты принимал решение, но спасибо тебе за него большое.

Хадзимэ Хамасаки, имевшийся сейчас в виду, стоял на пороге докторской с красным лицом, качался с пятки на носок и откровенно тяготился речью завуча, который что-то оживленно нашептывал ему на ухо. При этом Трофимов настойчиво удерживал собеседника под локоть.

- Ты поступил в очередной раз ... своеобразно. - Продолжил хань. - Я не стану ничего делать тебе сейчас и здесь, но этот день ты запомнишь надолго! Обещаю при всех! И в итоге ты будешь очень жалеть каждое утро о том, что случилось по твоей вине сегодня.

- А у меня нет проблем с памятью, - равнодушно ответил Седьков снизу вверх и аккуратно высвободил руки из-под ягодиц своих спутниц. - Я этот день и так запомню: сегодня своими руками преодолел двадцатипроцентную отметку над квалификационной минималкой. Мое гражданство стало ощутимо ближе.

- Я могу простить многое. - Юнь-старший словно не слышал никого кроме себя. - Но когда... когда такая бледная глиста, как ты, мразь с волосатым носом и пахом, поднимает руку на девочку - это безоговорочное зло! Еще и так жестоко и расчетливо... Это должно быть наказано и это будет наказано!

- Уважаемый, а откуда такие пикантные подробности насчет, к-хм, моей зоны бикини?! - Рыжий не на шутку озадачился и даже встал со стула. - Не хотелось бы никого оскорбить, но если я сейчас вступлю в диспут на тему депиляции... эпиляции?.. тьху ты, понятно, на какую тему... то идиотов здесь будет двое. А я стараюсь подобных коалиций не заключать.

Эрнандес тоже поднялась. Она решительно заняла место за правым плечом Седькова и хлопнула в ладоши:

- Дяденька азиат! Если у вас дурные наклонности, пожалуйста, помните, где находитесь? Мы не такие большие люди, как вы, титульные нации. Но...

- Что? - китаец пренебрежительно выплюнул в сторону латиноамериканки. - И тебе хочется кое-каких развлечений на досуге? Могу внести в список!

- Она хотела сказать, что иногда очень маленькая оса может намного больше, чем целая стая львов, - Мартинес наоборот осталась сидеть и демонстративно развалилась, забрасывая ногу за ногу.

Взгляд отца Сяовэнь непроизвольно скользнул по тем деталям, которые открылись этим движением из под ее ну о-о-очень короткой юбки.

- Господин Юнь. - Айя разбросала руки на спинки соседних кресел, открывая часть декольте. - Я очень не люблю громких слов, лишних угроз, козыряний именами... Ваша дочь - тема для отдельного поджопника, поскольку вы ее просто не воспитали. Хотите бесплатный совет от очень простой девочки из очень простой семьи?

Определенный вызов в ее словах был, но китаец почему-то не сводил глаз с открывшихся деталей ее фигуры.

"Тебе бы все юродствовать", - неодобрительно поморщилась Эрнандес в привате. - "Ты не видишь? Он изо всех сил сдерживается и говорит только 20% того, что думает".

"Да пошел он нах*й! Вижу... У него сейчас работают расширения на анализ, не на контроль. Что-то на ходу замышляет, сука - причем настолько старательно, что абсолютно не фильтрует базар".

"Мне кажется, затевается дискуссия не нашего с тобой уровня. Ты уверена, что не пора звонить дяде? А то мы и Трофимову 3,14зды выписали, и этот орет", - Ана поежилась, стоя за плечом Седькова. - "Не пора принимать превентивные меры?".

Дядя Эрнандес по матери имел другую фамилию и уже более трети века работал в полиции. Ему на разных этапах предлагали и повышения, и должности директора департаментов (в городах поменьше), но он принципиально не уходил "с земли" и вот уж почти два десятка лет управлял самым обычным участком в не самом простом районе.

Злые языки шептали, что он часто и регулярно плюет на закон ради эффективности: юстиция от слова юридическая справедливость в его зоне ответственности вообще не существовала.

С другой стороны, все это время мэрия предпочитала не спрашивать, какими инструментами достигается практически нулевая уличная преступность в таком криминогенном районе: добросовестных налогоплательщиков все устраивало даже несмотря на периодическую расчлененку в мусорных баках на территориях соседних участков (трупы принадлежали разным деклассированным элементам и обычно идентификации не подлежали).

Отдельным пунктом биографии шли родственные и деловые отношения этого дяди с отцом Айи, но о таком вслух вообще не говорили вот уже сколько лет.

Латинос - мудрый и наблюдательный народ. Если некий сельскохозяйственный бизнесмен имеет общее интересы со старым другом из своей же диаспоры - какое кому дело?

Равно как никому не интересно и то, что этот же товарищ-полицейский порой более влиятелен в некоторых узких вопросах, нежели его формальный начальник (директор городского департамента полиции).

Сельскохозяйственный бизнес - он такой. Если кто-то что-то старательно и успешно длительное время выращивает на одних территориях, а потом реализует этот гербарий в агломерациях - то не стоит слишком пристально интересоваться дистрибуцией чужой морковки (или укропа?).

Некоторые жизненные примеры это уже не раз и не два подтвердили.

"Да, но чем больше он сейчас выболтает, тем меньше вероятность, что что-то из этого списка потом сделает. Математика, как говорит наше голубоглазое чудо...вище".

В реале же Мартинес сменила ноги и забросила для разнообразия правую на левую:

- Господин Юнь, вы сейчас говорите с будущими членами Школьного Совета. В попечителях лично вы, в отличие от семьи Хамасаки, не состоите. Чтобы я понимала, как на ваши слова реагировать: вы сейчас угрожаете ученику Виктору Седькову? Или будущему члену школьного самоуправления? Как понимаете, разговор сейчас пишется очень разными приборами, на них даже вашего влияния не хватит.

- Ты кто? - лицо китайца неуловимо изменилось.

Взгляд исподлобья заострился, сам он как будто подобрался.

- Моя фамилия Мартинес. Возможно, вы о ней слышали. - Айя чуть подумала и тоже поднялась.

На своих каблуках она стала немного выше Седькова, но примерно вровень с Эрнандес (без каблуков) и Юнь-отцом (туфли от Роберта Чао, но мужской каблук не считается).

- Ты бы не лезла в чужие дела? Слишком хорошие внешние данные, - хань окинул красноречивым взглядом пространство от пояса юбки до колен латиноамериканки. - Я с тобой не разговариваю и тебе предлагаю ответить мне взаимностью, в твоих же интересах.

- Станок хорош, да не тебе на нем работать, - Мартинес равнодушно пожала плечами, скользя взглядом вниз по собственной груди до самых носков туфель. - И память у меня хорошая, я запомню эти слова. Хорошо, что вслух сказано.

"Он, похоже, реально сорвался с резьбы", - заметила она параллельно в ускоренном чате. - "Тут же все пишется. Может, и правда пора начинать пугаться?".

"Данунах, беспредел же? Мы ж не в джунглях. Мне кажется, он о чем-то напряженно думает: уже не 20% фокуса на разговор с нами, а поменьше! Интересно, что его так вышибло?".

"Угу. На пару скандалов только что наговорил. Вплоть до уголовщины в исполнии "наших" полицейских (то есть твоих)".

"С их деньгами мой дядя - для них не проблема", - Ана поставила грустный смайлик плачущей пчелы. - "Их адвокаты сбреют хоть и сам департамент на дальних подступах, не то что наш участок. Я знаю. Опять же, титульная нация. Молчу, что детские проблемы взрослых обычно не волнуют".

"Так я щас не об адвокатах и судах! 😑 Если он тут о наших станках вещает - то ... 👀 ... ???".

"ТССССС 😡".

"Да поняла, поняла. Это я так, на нервной почве".

- Эй, мужик. - Седьков тем временем решительно раздвинул дам и уже знакомым кое-кому движением наступил китайцу на ногу, как когда-то Лысому. - Ты в курсе, что если будешь вести себя как люмпен, с тобой и обращаться будут как с ним же?

Юнь-старший удивленно раскрыл глаза.

Через входную дверь приемного покоя в помещении тут же материализовались двое из его охраны.

Хадзимэ Хамасаки отстранился от Трофимова и что-то коротко пролаял, не издавая при этом ни звука.

"Ух ты. Так вот оно что заворачивается 😏", - Эрнандес аккуратно вернулась на свое место, незаметно контролируя отца своей китайской одноклассницы. - "Стань сбоку. Если что, он к тебе спиной будет".

В этот момент в общем чате отписался Мануэль: "Дамы! Хоть одна собака пояснит мне, какого черта тут происходит?!".

- Господин Юнь? - Рыжий помахал ладонью перед лицом китайца, возвращая внимание на себя. - Существуют элементарные правила приличия. Если вы задеваете моих женщин при мне, то не обижайтесь, когда я задену вас. - Он слегка сдал назад, слезая с обуви оппонента. - Жест доброй воли, если вы способны его оценить.

Отец Сяовэнь тем временем сверлил взглядом родителя Миру. Казалось, еще чуть-чуть - и между азиатами случиться разряд наподобие молнии.

Люди японца тоже не остались снаружи и добросовестно заняли позицию напротив своих китайских коллег.

- Это черт знает что! Мне что, полицию звать?! - заорал Трофимов и, видимо, что-то скомандовал своим людям.

В следующий момент школьные охранники числом до десятка принялись аккуратно выпроваживать всех подряд.

Сам завуч то и дело с ненавистью оглядывался на Седькова.

- А я че?! - Рыжий поднял брови на затылок, но ответа от Трофимова не получил.

***

- Что это было? - спрашиваю девчонок после того, как в медпункте разве только стрелять минуту тому не начали.

Я лично не ожидал, если честно.

- Не хватает контекста, - огорченно вздыхает Эрнандес. - Что-то между титульным, мы только догадываемся.

- Да нихрена мы не догадываемся! Это вон, Миру пытать надо! - откровенная и эмоциональная Мартинес и не думает сдерживаться. - Эй, Хамасаки! Че за фигня? Че за расклады?

Остальные латиносы идут впереди и на нас внимания не обращают. Наверное.

- Я не могу сказать. - Японка, поколебавшись, догоняет нас и шагает рядом. - С детей в кабинете доктора разговор перешел на взрослые темы. Я кое о чем в курсе, но говорить с чужими об этом не могу. Прошу понять правильно.

- Да вроде и не чужие уже, - вздыхаю на автомате, потом спохватываюсь. - Впрочем, неважно.

- Вы не члены семьи. Ты не член семьи. От временного опекунства ты отказался. Я говорила, что это ошибка.

- Миру, какая ты иногда правильная! Самой не скучно? - беззлобно замечает Мартинес, которая умеет мгновенно менять любой настрой на позитивный.

Я уже несколько раз замечал.

- Как думаешь, нам стоит внимательно отнестись к словам отца Сяовэнь? - более рассудительная (на вид) Эрнандес берет японку под руку.

Теперь нас шеренгой шагает четверо.

- Нет, там потеря лица и чистая голая эмоция. С моей точки зрения, опасаться нужно другого, - ворчит младшая Хамасаки. - Ладно, поясняю. Рыжий - натурал...

- Это ясно. И?

- Он сегодня не то чтобы убедительно выиграл, но уж точно не проиграл моей бывшей подружайке. Она строила какие-то офигенские планы и не думаю, что в одиночку. А их расширения и хваленая оболочка, оказывается, в простенькой прикладной ситуации ничего не могут сделать обычному натуралу. - Миру рефлекторно оглядывается по сторонам, словно не хочет, чтобы нас слышали. - По мне, у ее папаши крышу сорвало: ребенок травмирован, нейропродукт говно, плюс и еще кое-что по мелочи.

- Что именно?

- Ну, у них были договоренности с родителями Ченя. Насколько мне известно. Не то чтобы непрошибаемый план на полсотни лет вперед, но союз детей они не исключали.

- И че, и че? - Мартинес подпрыгивает чертиком на своей стороне.

Ее не самая длинная юбка то и дело открывает такие нюансы анатомии, что лично мне неловко.

- Вы не заметили, но Чень и Сяовэнь очень злы друг на друга и о теплых отношениях речь точно не идет. Это подмывает кое-какие планы их взрослых.

- Миру, а то, что Юнь-старший сегодня откровенно и сально намекал на угрозы девчонкам - это насколько нормально? - спрашиваю в лоб, потому что ситуация по-любому требует оценки.

На будущее - в том числе. Мне так кажется.

- Вы просто не в контексте, - с явной неохотой выдавливает из себя азиатка. - Особенно ты, Седьков. Это он не вам намекал, а таким образом - моему отцу. Тигр никогда не гоняется за бабочкой ради самой бабочки.

Я-то как раз местами понимаю теперь, но хоть бы этого никак не выдать. Особенно с поправкой на их вездесущие детекторы правды.

- Фигасе. - Мартинес перестает прыгать и какое-то время топает, старательно глядя себе под ноги. - Слушай, Хамасаки. А если я сейчас спрошу, что именно китаец хотел от твоего отца?

- Он ничего не хотел, просто издевался. Но это не ваше дело, а наше семейное. Надо просто понимать, что все было сказано не вам, а моему папе. Хотя смотрели при этом на вас и обращались вроде как тоже к вам.

Интересно, они сейчас точно не видят, что я, кажется, уловил подоплеку?

- Миру, а если мы втроем, - киваю на латиноамериканок, - не спросили бы тебя? И подумали бы, что китаец реально угрожает подросткам?

- Вы не титульные. Можете думать, что хотите - это никому не интересно.

- Даже не знаю, что сказать. - Я правда не знаю.

- Если откровенно, я была в паре шагов от того, чтобы сделать глупости прямо там. - Мартинес по-прежнему смотрит себе под ноги, но говорит теперь намного более хмуро.

- А я это точно буду обсуждать дома, - добавляет Эрнандес. - Все должно иметь свои границы.

- Я сама не все понимаю, - еще более неохотно выдавливает из себя японка. - Мне кажется, кто-то кому-то планы нарушил. Из того, что приходит в голову, три рейтинговых момента: наши драки, где Седьков как на дрожжах последнее время. Кибер, где он - там же. И Школьный Совет, который теперь надо переизбирать.

- А последнее при чем? - я правда не понял.

- Дурень, - Мартинес прижимается своей щекой к моей.

- Не то слово, - соглашается баскетболистка.

- Юнь - одна из пары сопредседателей. - Хамасаки как-то странно смотрит на меня.

- И что теперь? - по очереди смотрю на каждую из троих, поскольку пауза затягивается.

- Если она не справилась с такой рядовой ситуацией здесь, в полигонных условиях, это очень нехороший задел на будущее. - Ровно поясняет Миру, не сводя с меня глаз и не мигая. - Ух ты, действительно не понимаешь. Занятно. Чистая монета.

- У них, титульных, есть свой рейтинг, - Ана из снежной королевы резко становится нормальной. - Есть официальный - а есть их внутренний, он здорово отличается.

- О нем из нас, плебеев, никто не знает, - хихикает Айя, многозначительно косясь на японку. - Но насколько я чувствую своей задницей, ты, Рыжий, сегодня и накануне в том рейтинге здорово опустил наших китайцев.

- А еще говорят, что во взаимоотношениях титульных тот негласный счет весит больше, чем государственный. - Ана зачем-то пронзительно глядит на Миру.

- Все так, - японка не спорит. - С одной поправкой. Седьков сегодня слегка опустил и меня в том рейтинге.

- Когда отказался от опеки твоего отца?! - Мартинес снова подпрыгивает.

- Нет, когда в медпункте взялся выбивать мои долги. Теперь если Юнь отдаст - я просяду, если не отдаст - тоже просяду.

- Как так?! - у меня это схема с математической точки зрения в голове не укладывается. - Это какой-то невозможный алгоритм! Так не бывает!

Хамасаки долго и пронзительно смотрит на меня и ничего не говорит.

Глава 11

- Рыжий, перед тем, как делать такие заявления, есть смысл выяснить алгоритм расчета того рейтинга, - деликатно намекает Эрнандес.

При этом она возвышается над головой японки и с высоты своего баскетбольного роста выдает серию гримас, чтобы я придержал язык.

- Ана права, - ровно подтверждает Хамасаки. - Невежество рождает необычайную смелость в суждениях, Седьков. Это не претензия в твой адрес, если что; товарищеская ремарка.

Топаем молча какое-то время. Я лихорадочно шевелю мозгами, которые после инфры и драки с усиленной китаянкой слушаются не очень.

- Получается, в том рейтинге приоритет не на личные достижения? - соображаю через пару шагов.

Миру даже чуть наклоняется вперед, чтобы видеть мое лицо:

- А на что тогда? Я не спорю, просто уточняю твой ход мыслей. Это не "нет", это именно вопрос.

- Ну, на контроль обстановки, получается? - других вариантов действительно не вижу.

- Весело. И это говорит человек, который все время очень убедительно притворялся кретином, - беззлобно смеется Мартинес.

- Сейчас было почти обидно, - вздыхаю. - Я думал, между нами с тобой все серьезно.

- Еще как серьезно! - она то ли реагирует эмоционально (как обычно), то ли опять шутит.

С этой ее актерской манерой не сразу и поймешь.

Видимо, наш тактильный контакт ей все-таки что-то говорит, потому что в следующую секунду она касается лбом моего виска:

- Эй, не парься на ровном месте! Смотри не на слова, а на мои действия! Раз мыслей кое-кто без импланта не ловит, хе-хе.

- Она сейчас говорит, что думает, - замечает Эрнандес со своей стороны. - Я ее тоже не всегда понимаю сразу. Рыжий, если она тебя разлюбит - ну а вдруг? - то сомнений в этом, как сейчас, у тебя точно не будет! Тут же почувствуешь.

- Сто процентов, - Мартинес довольно встряхивает в воздухе волосами. - Это будет видно мгновенно и без вариантов.

- Охренеть можно от ваших тем. - Хамасаки, шагающая скраю под руку с баскетболисткой, абсолютно без эмоций глядит перед собой. - И эту чушь несут мастера интриги, которые скрыли свои претензии на революцию в Совете Школы, причем абсолютно от всех. Не могу поверить.

- Не все такие серьезные и озабоченные на вид, как некоторые, - Айя легкомысленно пожимает плечами. - Лично мне, наша дорогая новая титульная подруга, конкретно твой темперамент ну вообще не к лицу ни разу! Если я буду жить с твоей серьезной миной - на третий день сама повешусь или из окна сигану. Уже молчу, что другие так, как сейчас, меня любить не будут, - она демонстративно прижимается ко мне.

- Так это не экспромт? Твой имидж что, специально предварительно проработан? - Хамасаки выглядит озадаченной.

- А ты думаешь, я стилистику, мимику и модели коммуникации без привязки к внешности транслирую?!

- Ты это все именно готовила заранее?! - японка отчего-то резко заинтересовывается. - Это не твоя натуральная волна?!

Из холодной льдины она за секунду становится какой-то необычно живой, по-детски любопытной и не такой старой взглядом, как большинство времени.

- Шутишь?! Пф-ф-ф, Миру, ты че, серьезно думаешь, что девчонка из низов вроде меня может прийти в это заведение как есть? С улицы? Пха-а-а-ха-ха, нет, все не так грустно. Деньги у нас тоже есть и мозгов хватает, чтоб хотя бы часть проблем решать заранее - предварительной подготовкой.

- В этом месте я чувствую себя сиротой на балу миллионеров. - Я правда местами шокирован. - Кажется, пора начинать бояться всех подряд.

- С чего вдруг? - уточняет Эрнандес.

- Ну, если даже у своей-в-доску-Мартинес ее неповторимый стиль - домашняя заготовка, то как теперь верить в искренность остального мира?

- Ой, не занудствуй. Я адекватная! К тому же, привычка - вторая натура, - отмахивается латиноамериканка. - Я уже и изнутри такая: как говорится, маска приросла к лицу.

- Очень многие грандиозные аферы этого мира начинаются именно с этих слов: "Верьте мне!", - с каменным лицом изрекает Хамасаки.

Эрнандес и Мартинес почему-то искренне и до слез хохочут.

***

"Эй, завязывай! Он же верит каждому слову!" - Ана на каком-то этапе не стерпела и написала лучшей подруге в приват. - "Блин, неудобно: Рыжий тоже за чистую монету принял. Он же теперь на самом деле черт знает что о нас думать будет!".

"Он умный. Потом объяснимся", - присланная Айей кошка отрицательно покачала головой. - "Мать, не занудствуй! Мне вот сейчас больше другое интересно".

"То, что и Миру купилась?".

"Да".

"Ты тоже заметила?".

"Да. И это у нее уже не просто проблемы с нейропрофилем, кстати. Это скорость обращения к информации на уровне Рыжего".

"Ну. Не знаю, что и думать".

"Если бы я не была беззаботной дурочкой 😌😇, я бы уже заподозрила, что с нами сейчас шагают два натурала, а не один ☝😐".

"Думаешь, ни у кого сканер бы не показал? 🤔 Из всей параллели? Да ну, не может быть. Чтоб она - и тоже натуралка?! 👀 У меня такая мысль в голове не укладывается 😑".

"Хз. HAMASAKI INCORPORATED - не левая контора 2 уровня где-нибудь на островах. Два концентратора на шею (один из них - имитатор) вместо одного плюс личный пакет расширений - и продукты контор поменьше в жизни ничего у нее без ее желания не словят. А кто еще может похвастаться софтом класса HAMASAKI Inc?".

"Китайцы".

"Вот разве что. Если у Миру что-то с имплантом, то возможностей японцев и оформить все, и в тайне сохранить точно хватит".

"Думаешь?", - панда, отправленная Эрнандес, с сомнением почесала за ухом правой задней лапой. - "Но это же рано или поздно станет ясно, шила в мешке не утаишь".

"Ничего не утверждаю, пока просто фиксирую нюансы. Кстати, Виктор тоже чем-то регулярно тяготится в адрес этого японского семейства, когда с нами общается. Заметила?".

"В смысле? Разве не просто эрегирует на нее по инерции? 🤨 Причем тут моральные терзания?".

"Не просто. Есть что-то, что он нам до конца не говорит - и из-за этого местами досадует".

За разговором в привате подруги чуть не пропустили тот момент, когда с боковой аллеи у школы перед ними появилась женская фигура:

- Мама? Ты здесь откуда? - удивление Миру было искренним и неподдельным. - Папа же только что был. Он к другому выходу пошел, вместе с охраной. Вроде бы они там на чем-то останови...

- Знаю. Мы с ним пересеклись, я сюда от него пришла. Так, дамы, вы позволите, я на время украду вашего спутника? - Тика Хамасаки недвусмысленно поиграла бровями, указывая взглядом на Рыжего. - Я к нему на прием, если не возражаете.

- Не возражаем, - ответила Айя, сверившись с Эрнандес.

Пока они расплетали руки и снимали с Седькова рюкзак (старшая японка прихватила его под руку, а с чемоданом за спиной - некомильфо), Миру уже переключилась на какую-то свою волну и, глядя сквозь собеседниц, задумчиво выдала:

- Слушай, Мартинес, раз мы теперь с тобой типа как подруги, хотела спросить еще с медкорпуса. А чего это завуч с тобой словно на стену налетел? И даже отец Сяовэнь тоже местами назад сдал? В чем там фишка была? Я не уловила.

- Я же прямо обозначила: на тот момент выступаю только от себя, но могу, если припрет, и семью потеребить. Видимо, сообразили оба, что просто так я подобного не говорю. А если семья мамы начнет заступаться, то может для всех нехорошо выйти, - спокойно объяснила старшеклассница. - Мы хоть и не титульные, но и не сироты. Если они по беспределу - нам есть чем ответить. Лучше с обеих сторон не борзеть.

- У меня временные проблемы с имплантом, - буднично и между делом выдала сенсацию Хамасаки-младшая. - Я сейчас не могу пролистать базу со скоростью нашего разговора, а ...

- ЭТО ОСТАНЕТСЯ МЕЖДУ НАМИ. - Твердо вклинилась в беседу баскетболистка, говоря именно то, что надо было сказать сообразно моменту (и почему-то пристально глядя при этом на Тику-сан).

- Я так и предполагала, - вздохнула посерьезневшая Айя. - И?

- А семья твоей мамы - это серьезный ресурс? - Миру твердо смотрела на новую подругу. - Поскольку скоро перевыборы, а мы оказались в одной лодке, я бы хотела понимать твой ресурс. Можешь ответить?

- Без проблем, - Мартинес чуть удивилась, демонстративно активируя панель и отключая все фильтры. Теперь ее реакции были естественными и прозрачными. - Это вообще не секре...

- Дамы, я один чувствую себя здесь дебилом. - Седьков, взятый под руку матерью Миру, решительно перебил свою подругу. - При чем тут выборы?

- Он не в курсе, - Эрнандес красноречиво сжала губы в узкую полоску, обращаясь к старшей Хамасаки. - Виктор, Миру - второй сопредседатель.

В следующую секунду лицо одноклассника можно было посылать на любой конкурс курьезных фотографий.

- Пойдемте! - Айя вежливо кивнула Тике-сан, прощаясь, и пошла рядом с ее дочерью в сторону учебного корпуса. - Да, семья мамы - серьезный ресурс, хотя и не здесь. Планета поменьше, чем эта, но уже много циклов у Эскобаров она в полном управлении.

Седьков, пошагавший с японкой под углом к ним по соседней дорожке, громко икнул, развернулся в прыжке на месте и невежливо оставил женщину одну:

- Айя! Твоя мать что, Эскобар?!

- Ну да. А папа - Мартинес. - Она даже не стала острить, а вполне серьезно продолжила с деликатным намеком, - это есть в том числе на моей ученической страничке на сайте школы. Мы это можем обсудить в любой другой момент. Тебя ждут! - старшеклассница указала на взрослую японку, которая красноречиво развела руки в стороны и сжала губы в узкую полоску.

- Сельскохозяйственный бизнес семьи Эскобар? Я не ослышался?! - Рыжий таращился, как пресловутая мышка из анекдота. - Точно?!

- Утонченность твоих манер может соперничать только с твоим же обаянием, - иронию в интонациях Хамасаки-старшей можно было мазать на бутерброд.

- Херасе... Я и не думал, что это возможно... - Рыжий на ровном месте стремительно погрузился в себя. - Айя, ты еще и Эскобар, а не только Мартинес! Кому расскажи!

- Сейчас мне непонятно. - Она впервые за все время не смогла уловить, к чему он клонит. - Виктор, я к тебе очень хорошо отношусь, но сейчас даже я не понимаю твоего подтекста. У твоей семьи были какие-то связи с семьей моей мамы до переезда сюда?

- Потом обсудим! - Седьков вернулся в себя также неожиданно, как и до этого бросился выяснять нюансы ее происхождения. - Я даже начинаю понимать, что именно имел ввиду Юнь-отец, когда предлагал тебе не ссориться...

- Ты сейчас так говоришь, как будто знаешь больше, чем должен, - обескураженная его непонятной уверенностью в чем-то недосказанном, Айя твердо решила про себя довести эту беседу до конца. - Окей, обсудим потом. Мне уже сильнее тебя интересно. Начинаю загружаться на ровном месте.

***

- Почему отказал мужу? - Тика Хамасаки перехватила нас четверых в парке и изъяла меня для беседы.

Судя по тому, что она действует отдельно от своего супруга, у них в семье и правда что-то происходит.

- Мы с ним чужие люди, - отвечаю как на духу. - Плюс он предлагал так, будто делал одолжение. Мне в той ситуации было тупо по-пацански унизительно принимать над собой его зонтик от барских щедрот.

- Ты же далеко не дурак. Не понимаешь, что иногда ради содержания есть смысл не обращать внимания на форму? - она держит меня под руку и направляет по аллеям, где совсем нет народу.

- А он не монополист, Тика. Начать с того, что аналогичную поддержку я в любой момент могу попросить и у вас - если вдруг решусь на такой шаг. С вами у нас отношения гораздо более близкие, а мой совершеннолетний дееспособный представитель из вас даже лучше, чем из него.

- Это почему же? - Хамасаки-мать, как обычно, загадочно улыбается.

- А вы меня любите. Бескорыстно, ни за что, без какие-либо условий и искренне.

- Хм. Рвешь подметки на ходу.

- Пытаюсь адаптироваться.

- Виктор, я сейчас не могу рассказать всего в подробностях, но очень хочу тебя поблагодарить. Приехала специально для этого. Спасибо большое за то, что ты сделал. - Она останавливается и разворачивает меня к себе лицом. - Не могу не предложить: давай и правда оформим это опекунство? От меня лично его примешь? Не от мужа?

- Знаете, я думал об этом. Давайте договоримся, что я тут же вернусь к этому разговору? Сам, если один мой ближайший план не удастся?

- Давай. Обещаешь?

- Да.

Тика неожиданно притягивает меня к себе и какое-то время мы на виду у всей школы стоим, обнявшись.

- Ты же уже догадался, что у нас в семье не все просто?

- Да.

- В вопросах твоего опекунства я готова выступать не как Хамасаки, если тебе так удобнее. Имею в виду, не как жена своего мужа.

- Спасибо большое, услышал. Знаете, когда отец Юнь принялся угрожать при всех, хотел набрать вас прямо оттуда... Сейчас думаю, что вопрос не такой срочный. Но все равно - очень вам благодарен.

- Испугался?

- Не за себя - за девчонок. Но Миру успокоила.

- Она может ошибаться... Эй, не напрягайся! Я пойму в течение суток и скажу тебе сама.

После такого поворота в беседе умиротворение куда-то само собой испаряется.

Тика какое-то время колеблется, затем все-таки говорит:

- Слушай, неудобно спрашивать за спиной, но ты что, где-то раньше слышал эту фамилию?

- Какую?

- Матери Айи Мартинес.

- Э-э-э, вы простите меня, если я на этот вопрос отвечу вам после того, как наедине поговорю с ней?

- Как скажешь.

Мы обходим вокруг школы и собираемся расставаться, когда она удерживает меня за рукав:

- Будь аккуратен. Если что - звони в любое время. Какие бы у меня ни были отношения с мужем и дочерью, твои проблемы моими ресурсами решаются мгновенно.

- Это будет моей страховкой. Вы же в курсе, что я стараюсь прокачиваться во всех ситуациях?

- Да. Именно потому и не настаиваю.

***

После школы она уже не удивилась не совсем обычной просьбе Рыжего:

- Хорошо. Если ты так уверен, то погнали.

Прокрутив несколько раз в голове его реакцию на фамилию матери, Айя методом исключения пришла к выводу, что Рыжий каким-то образом в курсе... а вот чего и насколько - пускай расскажет сам. Потом. Когда сочтет нужным.

Был бы чужим человеком - возможно, она бы с ним и поговорила иначе. Но теперь...

Пусть все будет, как будет. Серьезные отношения начинаются с доверия.

_______

В нужное офисное здание, подчиняясь его просьбе, она вместе с ним более получаса добросовестно тряслась на автобусе. Хотелось, конечно, взять такси - но Виктор имел такой целеустремленный вид, что было жалко вырывать его из потока сознания.

Внутрь пустили наредкость быстро - видимо, семейство Али и правда припекало. Отец Лысого собственной персоной принял их в личном кабинете.

Рыжий, оглядевшись по сторонам, уверенно направил ее в сторону кожаного дивана и сразу взял быка за рога:

- Здравствуйте. Мне неловко отвлекать вас, а после нашего последнего разговора - в особенности. Но я счел, что лучше все обсудить хотя бы на каком-то уровне, чем оставить вопрос без контроля с обеих сторон.

- С чего ты решил, что так будет лучше? И кому, с твоей точки зрения, оно будет лучше? Слушаю тебя, - сухо бросил один из руководителей непоследнего юридического клана.

- Вы, наверное, в курсе текущей расстановки? И ставки, сделанной вашим сыном?

- Какая ставка?! Я отрезал ему все финансы! У него технически нет денег на подобные... Последний пункт исключается. - Али-старший перебил сам себя. - Советую не злоупотреблять гостеприимством этого дома, пачкаясь в недостойной лжи - все равно обмануть не выйдет.

- Неправильно сформулировал, пардон. Имеется в виду не ставка на школьном тотализаторе. Речь о том, что он решил отсидеться дома и не отдавать мне долг. Вместо слова "ставка" надо было сказать "расчет", - разваливаясь на диване и обнимая ее, подсказал Седьков.

- Для чего ты пришел сюда? - южанин неприязненно смотрел поверх монитора.

- Вам знакомо понятие консольной балки? Или незакрепленного второго конца грузовой стропы?

Али-старший, не стесняясь, неуловимо быстро развернул еще одну голограмму, после чего кивнул:

- Уловил концепцию. В чем суть твоего вопроса? И у тебя что, есть инженерная подготовка?

- Это не инженерная подготовка, а элементарная математика. Там статически определимая система, младшие курсы любого профильного университета... Суть моего предостережения вам: незакрепленные концы хоть строп, хоть консольных балок рано или поздно могут здорово врезать абсолютно по всем участникам системы. - Рыжий со значением посмотрел на собеседника. - Потому что время от времени начинают гулять без контроля. Я решил поговорить хоть с кем-то вменяемым из Али перед тем, как тот самый свободный конец начнет вибрировать и месить всех вокруг. Не выделяя автора решения из числа стоящих рядом.

- Ты не находишь сейчас свое поведение наглостью? Явиться в дом типа моего - и угрожать мне? На моей же территории? Я сейчас просто уточняю перед тем, как принять решение в твой адрес. Заметил, что спокойно разговариваю?

- Вы неверно оцениваете цели моего визита сюда. Для начала, я не угрожаю никогда. У вас сейчас работает определитель достоверности? Видите, правду ли говорю?

- Продолжай.

- Господин Али, я не смог договориться с младшим членом вашей семьи, вашим родным сыном. Там, откуда я родом, в некоторых местах работает простое правило: если вопрос не решается с внуком - идут к сыну. Если не решает и сын - идут к деду. Если не решили со старшим мужчиной рода - только тогда начинается конфликт другого порядка. Примерно так же, насколько я знаю, оно и здесь, у итальянцев и латиносов. Улавливаете разницу между угрозами и этим подходом?

- Смени тон на более уважительный, мальчишка! И откуда ты родом? Я отлично понимаю, о чем ты, но странно, что это понимаешь и ты... Ты какой религии?!

- Откуда родом - предметом нашего разговора быть не может, извините. Религия здесь тоже ни причем, хотя концепцию таухида я отлично понимаю и не оспариваю.

Айя от нечего делать через концентратор незаметно полезла в сеть смотреть, что есть этот самый таухид.

- Господин Али, - продолжил Виктор. - Ваш сын решил банально отсидеться. По его расчету, если он не отдаст мне долг в течение некоего непродолжительного времени - я автоматически не выполняю своих обязательств перед службой опеки и улетаю на шахтерскую планету. - Седьков огляделся по сторонам, скользнул тоскливым взглядом по графину с соком и устроился поудобнее.

- И что плохого в этом расчете? Я сейчас далек от симпатии к тебе и вижу, что ты это тоже чудесно понимаешь.

- А как видите?! Если не секрет?! - глаза Рыжего зажглись огнем неподдельного любопытства.

Али-старший поморщился, красноречиво посмотрел на выскочку и оставил вопрос без ответа. Вместо этого терпеливо процедил:

- У тебя конфликт с моим сыном, где он избрал какую-то тактику. Неидеальную с моей стороны; возможно, не безупречную с точки зрения морали, если иметь в виду религиозные взгляды. Но вы с ним только учитесь жить, как и вся остальная ваша школа - и это всего лишь тактическое решение подростка. Сработает оно или не сработает - тебе не кажется, это не тот вопрос, который МНЕ интересен? Зачем ты пришел отнимать мое время?

- Я умею отличать форму коммуникации от ее содержания. Вы сейчас старательно ставите меня на более низкое место в иерархии нашей беседы. Вместе с тем, сам факт того, что мы разговариваем, уже говорит о многом. И своим содержанием противоречит этой самой форме, - Рыжий, натянувший имидж взрослого, назидательно поднял указательный палец. - Господин Али, давайте начистоту? Еще несколько дней тому расчет вашего сына мог бы оправдаться, но теперь все иначе. Я пришел предложить подумать хорошенько вам, его отцу, если ваш отпрыск сам на это неспособен.

- Да ну? Раньше оно могло пройти, а сейчас все буквально устарело? - в интонациях юриста впервые за время разговора скользнули эмоции позитивного толка.

Легкая ирония и насмешка, практически неуловимые даже с хорошими расширениями - если не следить специально.

- Я могу поинтересоваться, когда вы последний раз смотрели наши внутренние школьные рейтинги по параллели? Мы с вашим сыном не в одном классе, если что.

- Вообще не интересуюсь ими.

- Могу попросить вас сделать мне одолжение и взглянуть прямо сейчас?

Али-старший, не говоря ни слова, развернул очередную голограмму и с видом легкого превосходства скользнул взглядом по нижним строкам.

- Не там. Вы сейчас смотрите абсолют, а нужно открыть динамику. - Она не очень любила влезать в мужские разговоры, но именно ради такого момента Виктор ее и попросил поприсутствовать.

Было понятно, что его плохое зрение запросто может обосрать весь пафос беседы одним лишь неудачным моментом типа этого.

Айя тщательно проследила за юристом не только голыми глазами, а и расширениями, потому в следующий момент подавила торжествующую усмешку: хозяин офиса пробежал взглядом по списку сверху вниз. Вернулся в самый верх, перечитал еще раз и после этого с разбегу задумался.

- Господин Али, вот вам мое видение ситуации, - одноклассник дождался ее толчка и продолжил, забрасывая ногу за ногу и становясь неотличимо похожим на одного интересного деятеля их диаспоры.

Интересно, а откуда ж все-таки его родители? Фамилию мамы он точно слыхал - видно невооруженным глазом. Причем, кажется, далеко не только фамилию.

- Еще неделю тому те восемь штук, которые мне задолжал ваш Рашид, были для меня неподъемными. Из-за моей социальной изоляции не было ни дохода, ни где их перехватить, - Седьков на удивление органично смотрелся ровней своему собеседнику. - По динамике моего рейтинга вы сейчас видите, что этот вопрос утратил для меня экзистенциальную критичность, пардон за умные слова.

В этом месте Айе захотелось накрыть лицо рукой и некуртуазно заржать.

- Иначе говоря, мое выживание жестко от этого уже не зависит, - как ни в чем ни бывало продолжило голубоглазое нечто. - Но есть вопрос принципа. Ошибка вашего сына такая: если он не отдаст деньги, теперь я уже никуда не денусь, как бы он о том ни мечтал. У близких одолжу, к примеру - Рыжий по-хозяйски облапил ее за задницу.

Прикольно, ха.

- Или договорюсь с менее близкими, - Седьков со значением посмотрел на свой браслет концентратора от HAMASAKI INCORPORATED, явно надетый на него Тикой в парке час назад и наверняка имевший легальную регистрацию и прошивку. - Но уж точно теперь из-за своей тупости и упертости на тюремную планету я не поеду. И ведь ваш сын рано или поздно должен будет прийти в школу, правильно? - последний вопрос был задан вкрадчиво, словно спрашивал не Рыжий.

- Чего ты хочешь? - Али встал из-за стола и нервно прошелся по кабинету. - Я передавал тебе эти деньги. Наличными, не облагаемыми налогом, даже вдвое больше. Тебе не кажется, что сейчас твоя форма коммуникации противоречит твоему же содержанию, как ты сам говоришь?

- Мне нужно, чтобы ваш сын лично вернул мне то, что попало к нему по ошибке.

- Хм. Занятные вещи. Тебя не смущает, если я спрошу кое-что в рамках своей специальности?

- О чем спросите?

- А с чего ты взял, что Рашид вообще тебе что-то должен?

- Вы же юрист. Господин Али, по-вашему, что является источником власти у нас в школе?

Южанин искренне развеселился:

- Я могу отвечать на этот вопрос день или полтора и все равно не назову весь перечень.

- Это сила. Я имею в виду исключительно наши тинейджерские заморочки: источником власти у нас в школе является исключительно сила. Кто сильнее - тот и прав, он и власть. Я не уверен, что ваш сын понимает до конца, что власть в школе меняется. И окончательно сменится на той неделе, после того, как пройдут выборы в Школьный Совет.

Отец Лысого напрягся и, по-прежнему не стесняясь, защелкал виртуальными страницами голограммы школьной сети.

- Господин Али, мой рейтинг - самый быстрорастущий минимум в нашем заведении. У меня есть серьезные основания полагать, что я поймал волну нашего искина. Кроме того, я уже не совсем один. Как вы думаете, я буду исправлять ситуацию? Или смиренно вздохну - и скажу: "да, Рашид, валяй дальше. Можешь не отдавать"?

- Ты сейчас пришел ко мне, чтобы я помог тебе сломать своего сына - так это выглядит с моей стороны. Замечаешь, что я не кричу, не брызгаю слюной? Как думаешь, почему?

- Ваш сын ломал меня намного сильнее. Вы прекрасно понимаете, что новый я смогу отравить ему жизнь намного серьезнее. Ну или вы заберете его в другую школу, где свой рейтинг он будет набирать с нуля.

- Что ты имел в виду, когда говорил, что те твои восемь тысяч попали к нему по ошибке?

- Он тогда давил того, кто слабее. Ситуация изменилась и теперь слабее стал он сам. Расчет на то, что меня уберут миграционная служба вместе с опекой - ошибка; я только что объяснил, почему. Господин Али, для моего рейтинга важно, чтобы он вернул то, что брал силой. Если вам так будет понятнее и в вашей религии грабеж слабого - не богоугодное дело. ПОТОМУ ЧТО ПРАВО СИЛЬНОГО. Не я начал. Я говорю - по ошибке - и этого более чем достаточно. Источник власти сменился.

- Мне очень хочется сказать сейчас тебе что-то резкое.

- А я в курсе. И понимал это с самого начала. Знаете, почему пришел к вам?

Южанин промолчал.

- Я качаюсь. Буквально пару часов тому у меня был очень серьезный разговор подобного рода с другим семейством из нашего класса, Юнь фамилия.

Юрист быстро вернулся за стол и впился в Рыжего немигающим взглядом.

- Там такая же ситуация, - продолжил Седьков. - Условие платежа зафиксировано школьным искусственным интеллектом. Как вы думаете, рост моего рейтинга, если я обеспечу и добьюсь своего - достаточно хороший для меня стимул? Чтобы не бояться вас, если я не испугался даже представителя титульной нации? Молчу о том, что он, в свою очередь, не опасается конфликтовать даже со всесильными Хамасаки. Прилюдно.

Какая занятная беседа, отстраненно подумала она.

В следующую секунду Мартинес придвинула бедро вплотную к его ноге, потому что ей очень хотелось чувствовать его тепло.

- Я тебя услышал. Что заставляет тебя думать - кроме самоуверенности - что ты можешь манипулировать мной? - Али-старший запустил какие-то расширения и его эмоции теперь не читались.

Глава 12

- Могу попросить вас по максимуму вкрутить этот ваш определитель правды? - Рыжий непринужденно понесся своим деревенским сленгом, хотя вещи говорил более чем серьезные. - Я бы хотел, чтоб у вас не осталось и тени сомнения в моей искренности.

Совсем как Мигель, с интересом отметила про себя она: типаж товарища снова напоминал того самого деятеля родной диаспоры (и члена Семьи, именно с большой буквы), причем уже второй раз за четверть часа.

Айя поймала эврику и подумала, что нужно сравнить на всякий случай их генный набор. Сразу, как только отсюда выйдут: вот будет прикол, если окажутся кровными родственниками.

Ну а че, кое-какие модели поведения из Виктора вылетают на автомате и как из пулемета. Слишком знакомые, к-хм, обороты речи и логики, хотя и на другом языке.

Опять же, его индекс узнавания (в одном очень специфическом расширении) только что красным не окрасился, когда она назвала фамилию Эскобар. В оранжевую зону точно залетел.

Такое не подделаешь - явно слышал не впервые и, судя по эмоциям, от недостатка информации на тему сельского хозяйства не страдал.

Еще через пару мгновений, погоняв сознание в ускоренном режиме, она захотела хлопнуть себя по лбу: разиня! А промедол?!

Откровенная наркота в его домашней аптечке. Да, это чистая медицина (не продукт другого рода, производимый чуть в другом месте и несколько по иной технологии) - но опиат есть опиат.

Еще один повод добросовестно задуматься.

Поскольку мужики продолжали сверлить друг друга взглядами, она не стала отказывать себе в удовольствии и многозначительно ухмыльнулась: ей становилось все интереснее и интереснее.

Хитрый, скрытный и расчетливый Седьков был одновременно простодушным, искренним и натуралом. То есть, априори - как на ладони перед любым модификантом, особенно в их учебном заведении.

Айя поерзала на кожаном диване, страдая от разгорающегося любопытства: обязательно надо пойти и сделать генные анализы! Причем ему сказать об этом открыто - ну интересно ж, че.

На их отношениях результаты, конечно, никак не скажутся (во всех смыслах), но если думать на перспективу - то с инцестом точно надо быть поосторожнее (если это именно он).

Не хватало еще залететь от собственного скольки-нибудь-юродного брата. Для полного счастья, только детей с шестью пальцами или очень характерной глухотой недостает.

Особенно с кое-чьей нездоровой наклонностью спросонья делать кое-что совсем не туда, куда надо среди ночи - продолжила веселиться про себя Мартинес.

Внимательно слушать дальнейший разговор лично ей было неинтересно. В отличие от пикирующихся мужчин, она чудесно видела, чем их диспут закончится в итоге (причем в ближайший час). Просто эти двое барашков на мостике из хрестоматийной сказки еще какое-то время будут толкаться, меряясь, к-хм, потенциалами.

Айя снова прижала бедро к ноге Рыжего: было и тепло, и приятно. Еще - весело и интересно с поправкой на личность взрослого юриста, которого Виктор сейчас технично упирал (чтоб не сказать иным словом).

- Говори. - Хмуро предложил Али-старший.

- Я и в мыслях не имел никем манипулировать. Меня учили, что худой мир лучше доброй ссоры. Рашид очень долго сеял ветер, теперь настало время пожинать бурю. - Седьков перевел дух. - А вот для чего я просил вас держать активной проверку на достоверность...

Айя быстро сориентировалась и, выныривая из мечтательных размышлений, тоже воткнула сразу пару соответствующих расширений (второе - дублирующее и с уклоном в мониторинг прочего спектра эмоций).

- Мне, в отличие от вашего сына, нечего терять, - продолжил одноклассник. - Я вот буквально пару дней тому полностью смирился: шахтерская планета так шахтерская планета, луна так луна.

А ведь не врет - сердце латиноамериканки ухнуло в пятки. Неужели и правда в шахтеры намылился?!

Захотелось неконструктивно ущипнуть его за задницу побольнее и гаркнуть на ухо: "Стоять, сволочь! Куда собрался?!".

- Я не скажу, что прям сам туда рвусь и стремлюсь, но у меня последнее время жизнь была такая, что особой разницы-то и нет. - Виктор вальяжно разглагольствовал, понятия не имея о бушующей внутри нее буре. - Самое смешное, что я и сейчас далеко от той точки зрения не отошел. Но, - он снова изобразил Мигеля этим своим указательным пальцем. - В отличие от прошлой недели, мое тактическое положение значительно улучшилось. Меня теперь не за что выгонять отсюда в мир третьей категории, а скоро я и по трем очень важным иерархиям расти начну.

Али-старший хмуро сверлил подростка взглядом и молчал.

Со зрением Рыжего ему на такое давление пофиг, хихикнула мысленно Мартинес - она это уже давно заметила (сам Седьков в подобном случае использовал идиоматическое выражение родного языка про встопорщившегося ежика и не совсем одетый зад).

Представители сильного пола еще минуту старательно помолчали.

- Вы взрослый и без сомнения мудрый человек. Не сочтите за комплимент, это оценка! - Виктор не дал себя перебить. - Просто на вашей должности дураку не усидеть, это очевидно... Как вы думаете, кто из двоих выиграет? Допустим, их потенциалы равны, но одному все равно - выиграет или проиграет - а второй искренне трясется за результат?

- Зависит от массы элементов. - Хозяин кабинета и офиса тоже прекратил играть в молчанку.

- Мне искренне жаль, что я потратил ваше и свое время. - Рыжий поднялся с дивана и коротко, но церемонно поклонился по японскому обычаю. - Всего доброго. Видит бог, я честно пытался договориться по-хорошему.

- Хренасе. - Она не стала надевать на саму себя намордник и пробормотала это вслух.

Затем тоже поклонилась, аккуратно следуя в кильватере своего мужчины.

Поддерживая его под локоть, Мартинес почувствовала: Виктор хочет добавить что-то еще.

Айя потихоньку сжала пальцы, указывая: именно в этом месте пора закругляться.

Кроме прочего, Седьков взял ее с собой еще и затем, чтоб она незаметно направляла его в беседе с опорой на свои расширения.

Он как никогда вовремя сориентировался и дисциплинированно оставил при себе все то, что хотел сказать отцу Лысого.

Они уже покинули здание, так и продолжая вышагивать под руку, когда она наконец раскрыла рот:

- Али принял решение. Рашид в итоге отдаст тебе деньги.

- Фуф. - Лицо товарища расплылось в искренней улыбке. - Слава яйцам. А то чуток нервничал; думал, там и похудею.

- Похудеем оба, если быстро не пожрем, - дальновидно заметила латиноамериканка. - В школе не стали, потом не успели. У меня щ-щас живот к спине прилипнет. По дороге сюда тебя не стала напрягать тем, что есть хочу.

- Погнали! Я тоже хочу! - Он решительно направил ее к дверям ближайшего заведения.

Вернее, попытался это сделать.

- Фигушки. - Она усилила мышцы через концентратор и придержала его, разворачивая в противоположную сторону. - Не здесь. В другом месте.

- Почему? - его организм абсолютно искренне среагировал на запах пищи и Рыжий огорчился. - Зачем еще куда-то топать?

- Нам с тобой нужно поговорить. У меня созрели вопросы и я не хочу обсуждать их где попало.

- Ты сейчас не остришь и не улыбаешься, - подметил он, подчиняясь нажиму девичьих пальцев и топая по набережной дальше.

- Разговор серьезный, - вздохнула она. - Как тебя родители зовут? То есть звали? На родном языке если?

- Витя, а что?

- Уменьшительное?

- Ага. Почему спросила?

- Ты тоже Эскобар? Из самых первых секторов?

***

- Ты тоже Эскобар? Из первых секторов? - Мартинес крепко сжимает мое предплечье левой рукой, а бицепс - правой.

Чтобы у меня не оставалось сомнений, перед ее носом загорается очень красноречивая голограмма, мне уже хорошо знакомая. Эта объемная картинка как привязанная следует за моей спутницей.

Спотыкаюсь на ходу и набираю воздух, чтобы ответить.

- Нет. - Она отвечает себе сама. - Молчи, сама уже поняла. Хм, прикольно... Рыжий, а ты меня любишь?

Ее лицо молниеносно разглаживается, она превращается в себя обычную - позитивную и беззаботную на вид.

- А что такое любовь? - отвечаю вопросом на вопрос, затем вношу ясность. - Я не уклоняюсь от ответа, просто определяю для себя твои критерии. Мне приходилось сталкиваться с тем, что люди под одним словом понимают разные вещи.

- В данном контексте: любовь это когда человек тебе дороже окружающих, тебе с ним хорошо, а без него плохо, - выдает детское как по мне определение одноклассница.

Я снова набираю воздух, чтобы ответить.

Мартинес хлопает меня левой рукой по спине и расплывается в улыбке:

- Молчи! Опять сама вижу, не отвечай. Хе-хе... Ну и чтоб до конца промассажировать девичье самолюбие: а к Хамасаки ты как относишься? К младшей! - уточнение успевает поступить до того, как я ее переспрашиваю, к какой именно.

- Можно и тут не отвечать? - бормочу, поскольку хватка штангиста с моего бицепса никуда не делась.

- Пха-ха-ха, угу. Седьков, ты такой прикольный, - она на ходу прижимается своим виском к моему. - Знаешь, я поняла, что меня в тебе заводит.

- Стесняюсь спросить. - Говорю ровным тоном и с мрачным видом. - Не скажу, что меня это все очень напрягает, но насчет фамилии Эскобар нам и правда нужно поговорить.

- Ты беззащитный! - одноклассница обличающе тычет пальцем мне в грудь. - Как будто. Девяносто девять процентов времени. Мне нравится, - она открыто улыбается. - А где это ты раньше слышал об Эскобарах?

- Сперва мой встречный вопрос. Какие три вида натурального растительного сырья для несинтетической наркоты ты знаешь?

- Херасе заявки. Так-с, помолчи. - Ее пальцы пробегают по моей руке. - Нифига не вижу... Тебе правда нужен ответ? - она как-то по-детски и бесхитростно заглядывает мне в глаза.

- Нет, ответ я знаю и сам. Это мак, конопля и кока. Последняя растет на твоей исторической родине.

- Слушай, заинтриговал. - Она вроде чуть подбирается, но выглядит все равно добродушной и расслабленной. - Вижу, что ты настроился на монолог, - кивок на мое запястье. - Валяй. Нам еще минут пять идти.

- Там, откуда я родом, Эскобар - легендарная личность. Я сам был из другого региона, но человек с такой фамилией держал в своих руках кокаиновый бизнес целого мира.

- Это же не сейчас началось, - по-детски вздыхает одноклассница. - Блин, и ведь не врешь! Ну да, мамина семья по этой части кое-где. Наверное, в том числе и оттуда, откуда ты родом.

- Вы и сейчас этим занимаетесь?

- Я тебе обязательно отвечу, если для тебя это важно, но давай вначале пожрать закажем? - легко выдает Мартинес. - Вообще-то, это секрет полишинеля, но там на час рассказывать. Я просто не думала, что и здесь кто-то знает. Особенно ты. Надо же... Слушай, могу спросить, откуда ты точно родом? Из какого сектора?

- А я не знаю. - С удивлением обнаруживаю, что в памяти тела эта информация отсутствует.

- Родители не рассказали? Привезли маленьким? Ладно, бог с ним, - Айя быстро теряет интерес к теме и переключается на другую. - Рыжий, я тебя кое о чем попросить хочу, только обещай не смеяться.

- Да без проблем. О чем?

- Давай сейчас и прямо здесь сдадим генетический анализ? - одноклассница на ходу разворачивает меня к вывеске какой-то лаборатории.

Голографическая надпись о видах анализов занимает целую стену до светофора.

- Ты хочешь ребенка?! - вопрос выскакивает из меня автоматически, не задумываясь.

- Нет! Во всяком случае, не сейчас же! - Сдержанно удивляется она. - Ты че, мы еще школьники! Тут другое. Отгадаешь? - в ее взгляде самым парадоксальным образом стремительно начинают плясать веселые чертики.

***

- Твои резкие переходы из одного эмоционального состояния в другое могут добавить седины в подростковом возрасте даже самому крепкому типу, - суперсерьезно и недовольно проворчал Рыжий в ответ на предложение отгадать, какой именно анализ она от него хочет.

Вид он при этом имел как у профессора-пенсионера, о чем она ему тут же и сказала.

- Не уходи от ответа на вопрос. Не буду я ничего отгадывать. Что за анализы? - Седьков непосредственно шмыгнул носом, разглядывая медсестру на ресепшн.

Сиськи последней призывно выпирали из халата и размерами могли поспорить, наверное, с самой Эрнандес.

Она притянула его за шею к себе и прошептала ответ на ухо.

Следующие полминуты Виктор гоготал так, что захотелось даже обидеться.

Глава 13 (бесплатная)

- Вы даете свое согласие на забор материала и анализ? - обладательница таких занимательных буферов уже получила птичку в форму от нее самой через концентратор и теперь ожидала вербального подтверждения от Седькова. - Прошу ответить однозначно и способом, исключающим возможность двойственного трактования.

- Да без проблем! - Рыжий, продолжая веселиться над ее предположением об их кровном родстве, мазнул пальцем по стеклу сканера. - Ребенок просит - давайте сделаем, - он, ухмыляясь, покосился на подругу. - Что и куда сдавать?

- Подождите вон там, пожалуйста, минут пять-семь. Я вам скажу, когда проходить. Дверь с надписью один.

- Слушай, ты это серьезно? - усевшись на диванчик, Виктор буднично и привычно сжал пальцы на ее левой ягодице.

- Вполне. - Ладно, пусть ржет.

Говоря прагматично, главное в этой ситуации - что он согласился на скрининг. Спасибо и за это, причем без дураков.

Прочее - фигня, мелочи и особенности личной психологической реакции.

Если с тобой сотрудничают на все сто и открывают по первому твоему слову даже нюансы собственного генетического кода - умной женщине неважно, с каким выражением лица мужчина это делает ради нее. Пусть хоть обхихикается.

Близость в отношениях и серьезные намерения можно выражать не только словами - она это чудесно понимала и сама.

Айя чуть поерзала, усаживаясь удобнее на его руке, затем положила голову ему на плечо:

- Да. Я серьезно. Если хочешь, могу с тобой время от времени выключать свои расширения.

- Нафига? - гений нейрокоррекции, разумеется, не уловил сути.

- Ну-у, тогда мои взгляд и мимика будут идти без искажений. Сможешь читать по лицу.

- Да мне кажется, что именно тебя этот ваш концентратор несильно и меняет. Ты со всех сторон и так весьма цельная личность. - Седьков снова покосился на нее.

Ее голова на плече чуть ограничивала его возможности вертеться.

- Что будем делать, если окажемся братом и сестрой? - спросила она нейтрально.

- Даже обсуждать этого сейчас не хочу, - по второму разу затрясся от смеха Рыжий. - По мне, этого не может быть потому, что этого не может быть никогда. Точка.

- Почему так уверен? - ей и правда было интересно.

- Дружу с цифрами и понимаю, что такое количественное выражение вероятности. Я, конечно, далеко не обо всем знаю от своих родителей на тему родословной, но уж Мартинесов и Эскобаров у меня не то что в предках не было, а и даже в самой отдаленной родне не просматривается. Слушай, а твоя семья по матери действительно занимается наркотиками?

- Жаль, что на такие конкретные вопросы нужно давать такие же четкие ответы без паузы, - вздохнула Айя. - С каким бы удовольствием я тебя сейчас помариновала бы минут пятнадцать, не отвечая прямо, да или нет.

- Ты уже маринуешь. Заметила?

- Пф-ф-ф, есстессно! - она демонстративно отключила все расширения с внешней панели и расплылась в довольной улыбке. - Рыжий, это гораздо более глубокий вопрос, чем то, как ты об этом спрашиваешь. - Усилием воли лицу удалось вернуть серьезное выражение.

- Ой, вот не разводи интригу на ровном месте! Очень просто можно ответить, да или нет.

- Нельзя. Давай начнем с конца для наглядности. Как ты думаешь, конкретно здесь, - она повела рукой вокруг себя, имея в виду эту планету, - можно засадить маками или кокой хотя бы полпроцента сектора? Да хоть сто акров?

Тема была еще та, только в больнице при людях и обсуждать. Впрочем, других посетителей в коридоре пока не было.

- Ну-у, судя по местным техническим чудесам, наверное, нельзя? - он покосился на собственный браслет от HAMASAKI INCORPORATED.

- Точно. Начать с того, что каждая растительная культура имеет свой период созревания. За любой плантацией надо ухаживать, удобрять, собирать урожай - все это не мгновенно и какое-то время занимает. Растения под концентратором на ускорении не растут. Потом крупные партии урожая с логистических хабов придется доставлять на перевалочные пункты, с последующей транспортировкой урожая к местам переработки, хе-х.

- Именно здесь это невозможно?

- А ты как думаешь? Сельскохозяйственные рабочие имеют свои импланты и концентраторы, раз. Погрузка, транспортировка, выгрузка - тоже люди и тоже гаджеты, два. Эффективно проконтролировать десяток уже сложно, а сотню - нереально. Еще есть спутники на орбите, это три. Даже простенькую систему орошения СЕГОДНЯ ты в принципе не настроишь без того, чтобы ее искусственный интеллект не срисовал культуру, которую выращивает, - она зевнула. - Как думаешь, что сделает любой искин, как только поймет, что у тебя колосится плантация опиумного мака или коки?

- Э-э-э, по твоей логике, должен доложить?

- Угу. Сразу в несколько адресов причем - и ты снаружи этого не проконтролируешь. - Увидев в его взгляде немой вопрос, Айя пояснила. - Ядро искина разрешено делать только сертифицированным производителям, которых в секторе по пальцам одной руки пересчитать можно. То же самое касается и оболочки. А Хамасаки и Чень точно свои протоколы под крестьянских производителей ботвы не будут менять. Импортный нейропродукт - теоретически, можно. Но он будет еще больше под микроскопом.

Седьков, похоже, до конца не понял, хотя его рука на ее заднице и не прекратила своих ритмичных массажирующих сжатий.

- Виктор, времена контрафактных посадок в джунглях остались даже не в прошлом веке, не то что в этом. Мне кажется, ты где-то перечитал беллетристики.

- Почему? - одноклассник искренне старался успеть мыслью за ее пояснениями. - Я же вижу по тебе, что вы чем-то таким занимаетесь!

- Ты сейчас так обиделся, как будто полжизни лично провел на плантации, - развеселилась она. - А я тебе картину мира рушу.

- Нет! Но...

- Рыжий, в наши времена в мирах первой категории ни один бизнес невозможен в темную. Подчеркиваю: ни один, если речь именно о сколь-нибудь системном бизнесе. Хочешь - могу доказать, но это еще полчаса времени.

- Да нет, не надо доказывать. - Он чуть задумался. - Наверное, возможности мониторинга и правда такие, что подобного не спрячешь ни в каком масштабе.

- Именно. Если только ты не решишь в джунглях для собственного употребления закапывать картофель. Тогда да - можно утаить. Ровно до тех пор, пока не решишь продать свой первый килограмм. - Она слегка упростила схему для наглядности.

- Занятно. С другой стороны, если деньги электронные, плюс общая система декларирования... перекрестные методы мониторинга и контроля... - он забормотал под нос, сводя элементы анализа без концентратора, опираясь только на собственные мозги.

- Много чего. - Она перебила исходящий поток, в исполнении натурала грозящий затянуться надолго. - Виктор, надо или вручную растить - и только натуралами типа тебя, причем без браслета от Хамасаки-старшей. Но где вас столько взять, еще и добровольцев?

- Либо?

- Либо - о твоей плантации станет известно буквально через три минуты даже не после ее посадки, а после еще только подготовки почвы под ту посадку.

- Но бизнес, насколько я понял по твоим словам, существует?

- Отвечу обтекаемо. - Ей не хотелось врать, а промолчать тоже было нельзя.

Мартинес повернула его голову к себе и, глядя в глаза, продолжила:

- Очень многие растениеводы выносят производства на собственные планеты. Так называемая аграрная направленность: далеко не во всех мирах суша, ископаемые и тэдэ годятся для чего-нибудь кроме выращивания ботвы.

- А потом что?

- Через шлюзы - к местам потребления, - слегка удивилась она. - Ноль- транспортировка плюс по старинке, грузовыми шаттлами, если расстояния между системами позволяют.

Судя по его непрошибаемому лицу и отвисшей челюсти, младшие классы школы прошли мимо него.

- Ладно. Сам на досуге почитаешь, - дипломатично предложила она, поскольку сидевшая на ресепшн обладательница сисек подняла руку, привлекая их внимание и указывая на нужную дверь.

_______

- Не родня. - Получив результаты, Мартинес мгновенно успокоилась. - Хм, а ведь до чего было бы занятно...

- Пошли есть? - напомнил Рыжий. - А то я сейчас на людей начну бросаться.

- Да, помню.

В заведении, куда она его привела, никого не было - пустой зал и пара официантрв.

- Суть семейного бизнеса, если коротко, сводится к твоей любимой чистой математике, - продолжила Айя уже за столом после того, как им принесли еду (и они начали есть). - Это стыковка циклов уборки урожая на планете-производителе с циклами доставки.

- А доставка не ваша?

- Шутишь? Сообщение между мирами - исключительно прерогатива государства. Может, в новых полудиких секторах поначалу и иначе, но в цивилизации ноль-шлюз никто из своих рук не выпускает.

- Звучит как высшая математика.

- Я уже поняла, что начальная школа - не для тебя, - мягко улыбнулась она.

- Получается, все ваши сомнительные с точки зрения закона телодвижения начинаются именно на этапе транспортировки? - он на удивление быстро ухватил суть.

- Угу. Конефно. - Мясо было горячим.

- Если вся планета ваша - кто вам запретит сделать локальное законодательства таким, каким нужно?

- Пофти. - Она прожевала и продолжила. - Планета - это громко сказано. Именно что мирок средней руки, даже ниже средней, кроме растениеводства по большому счету ни на что не годный. Мы и есть его законодательство по умолчанию. Кто может тебе запретить в твоей квартире расставлять мебель так, как тебе хочется?

- Хренасе. А люди?

- Обычные вахтовые контракты. Расценки средние по сектору, от шести до двенадцати месяцев. Рынок труда давно сформирован.

- Занятно.

- Кстати! Ты же понимаешь, что более девяноста процентов - это реальные пищевые культуры? И реальный пищевой экспорт?

- Теперь понимаю.

Какое-то время он сосредоточенно жевал, задавая попутные вопросы.

На каком-то этапе ей надоело доказывать, что вода мокрая, и она врезала в лоб:

- Виктор, по статистике небольшой процент населения в любом мире будет двигаться, - Айя изобразила внутривенную инъекцию, - курить непонятно что и нюхать его же. Но уже не из конопли, а, как ты сам сказал, из одной традиционной культуры. Исключительно для поддержания не самых лучших традиций, которыми человечество было богато и до нас!

- Там, откуда я родом, один генерал в узких кругах говорил: "Всегда будет кто-то, кто хочет найти грязь. Главное, чтобы процент не выходил за рамки допустимого". Мне это всегда казалось циничным и неправильным.

- А твой генерал был прав! - она почему-то разгорячилась. - Вопрос не в том, будет или не будет употреблять наркоту социальный низ!

- А в чем?

- Какую именно и по какой цене! Еще - какие программы лечения и реабилитации ему будет доступны, когда он захочет бросить!

- Э-э-э? А Эскобары тут при чем? - он резко сбавил тон.

- Рыжий, ты дурак! - она надулась. - Ты че, правда считаешь, что кто-то в наше время еще способен на полное отсутствие этики?

- Объясняй. - Он свел брови вместе и требовательно уставился ей в переносицу.

- Да че тут объяснять? Ты же великий математик! Кто делает нейро вирусы, Рыжий?!

- Производители антивирусов? - ахнул одноклассник.

- Подразделения производителей штатного и лицензионного продукта, если говорить профессионально точно. Просто об этом не кричит никто, - Айя по инерции еще несколько секунд посидела с надутыми губами. - Реабилитация и курсы лечения от всех видов наркозависимости испокон веков щедро финансируются государством! Если какой-то дебил по молодости решил задвинуться херней и предсказуемо сел на зависимость - что готовит нормальный бизнесмен?

- Да хрен его знает! Там, откуда я родом, продавцов наркоты за нормальных бизнесменов не считали.

- Ты родом из каменного века! А сегодня ко всей этой шняге прилагается следующая структура: сети клиник для лечения и реабилитации. Да, есть определенные объемы незаконной деятельности, но поверь: любой бизнесмен кровно заинтересован, чтоб его клиент жил вечно!

Она хотела рассказать кое-какие очень узкие детали, но он ее перебил:

- Бл*. Так вы одной рукой калечите - а второй лечите?

- Если ты именно обо мне - то я не в восторге от семейной традиции. Но родителей, у которых родиться, я не выбирала. Могу только стараться как можно дальше оторваться от этого социального слоя! Что я и делаю, кстати. Просто не кричу об этом на каждом углу, особенно среди своих. - Мартинес нахмурилась и до конца обеда молчала.

Когда принесли счет, Рыжий старательно пытался рассчитаться, но она без затей двинула ему в брюхо. Пока он пытался вдохнуть и корчился, Айя расплатилась сама - потому что органик за пару штук вешать на Седькова было бы неправильно.

***

- Знаешь, я изо всех сил пытаюсь понять, - говорю на улице.

В ресторане мы немного поссорились, дошло даже до рукоприкладства.

- Я вижу, - ворчит Мартинес, которая шагает рядом и больше не пытается взять меня под руку. - Ладно, последняя попытка... Виктор, у любого населения всегда будет процент дегенератов. Они не будут работать, будут заниматься чем-то асоциальным - неважно, наркота это, бухло или побег в поля от цивилизации... Мы просто занимаем эту нишу на рынке. И поверь, работа там непростая.

- Этот процент отбросов, по-вашему, константа?

- Не "по-нашему", а соответственно доктрине Федерации и Конституции! Я согласна, что маркетинг отрасли, как в старые времена - это был пи**ец и жопа. Когда в это все втягивали...

- Втягивали в употребление? В моем мире было!

- Но так уже никто не работает! Лет сто! Я не знаю, из какой ты дыры!

- А как работают сейчас?

- Ты меня не слушаешь?! Теперь дистрибуция идет только в спайке с клиниками по реабилитации! Когда люди сами прекратят глотать и нюхать дурь - поверь, мы первые полностью перейдем на помидоры!

- Я обдумаю все то, что я от тебя услышал.

- Сделай одолжение. И кстати, я сама какое-то время считала, как ты. Скандалила дома до мордобоев с родаками.

- А потом что?

- А потом какое-то время пожила внутри квартала с подобным контингентом. Попустило.

- Че там?

- Свинья везде грязь найдет... Знаешь, для меня было большим откровением, что и на обычном легальном алкоголе народ со скоростью звука пролетает стадию деградации личности - это уже не люди становятся, - она ежится на ходу. - Я тогда и поняла, что бороться надо за массовое сознание, а не за отсутствие травы под прилавком... На то пошло, бухло тогда надо запрещать в первую очередь!

Я не в курсе, как здешняя медицина определяет сравнительные перспективы излечения, потому молчу.

Она неуверенно заглядывает мне в глаза, затем все-таки берет под руку:

- Ты куда щас?

- В Первый Лицей, как запланировал. Буду пытаться реализовывать свои коварные намерения.

- Расскажешь про этот свой план?

- Вон мой автобус, не успею.

- Я тоже могу в него сесть, - предлагает она, опустив взгляд.

- Ты поедешь со мной?!

- Если ты не против. - Латиноамериканка вопросительно поднимает бровь.

- Конечно, нет. А план такой...

***

Примечание.

Диалог и концепция, высказанные в беседе ГГ и Мартинес, являются исключительно элементом фантастической книги и никоим образом не отражают ни мировоззрения автора, ни его ценностей либо образа мышления.

Мир выдуман и не имеет ничего общего с реальностью.

Любое вещество, искажающее сознание, является недопустимым и должно неукоснительно преследоваться по закону ☝

Глава 14 (бесплатная до утра)

***

- Я тут с помощью одной бабульки в опеке выяснил: по нашему муниципалитету практически нет отказов ходатайствам талантливых и быстрорастущих. - Седьков по-детски шмыгнул носом. - Оно, правда, касается больше совершеннолетних, но она говорит, что и в моем случае проблем быть не должно. Если у меня по цифрам все будет убедительно.

Айя вошла следом за ним в автобус, огляделась по сторонам и подтолкнула его в сторону свободной пары сидений: салон был полупустым, а ее юбка открывала слишком много деталей сидящим, когда на поворотах качало туда-сюда.

Блин, такси в этот раз попросту не получилось бы взять: Рыжий так серьезно настроился в сторону их семейного бизнеса (некой определенной его части, к-хм), что тут уже вопрос об отношениях в полный рост встал, а не о комфорте поездки.

- О чем планируешь ходатайствовать? - ровно спросила она, занимая место возле окна и уже привычно ощущая левой ягодицей пятерню парня.

- Не-а, не в ту сторону думаешь. - Седьков украдкой покосился в ее декольте. - Я знаешь что понял? Когда с этой бабулей анализировал процедуру, оказалось: на данном этапе апелляциями можно добиться больше, чем по старинке.

- В смысле?

- Если оспаривать автоматические решения искусственного интеллекта, а не молчать в тряпочку.

- Объясняй. - Параллельно с разговором она полезла в сеть через концентратор.

- Муниципалитет заинтересован в талантливой, перспективной, трудолюбивой молодежи без вредных наклонностей и с хорошим послужным списком. Сегодняшний политический вектор.

- Это не только муниципалитет в ней заинтересован, - для удобства и скорости латиноамериканка развернула перед собой голограмму. - Это вообще на всех уровнях. Ты описываешь идеальный демографический ресурс любого работодателя, особенно если психотип не строптивый, хе-хе.

- В моем случае, поскольку я - эмигрант без гражданства, анализ заявления идет по трем основным показателям, это мне та дама объяснила. У вас вроде критериев больше.

- Так, смотрю... отсутствие задолженности по налогам, сборам и текущему жизнеобеспечению, раз... - она на ходу обобщала витиеватые формы законодательства, разнесенные на несколько страниц. - Личный социальный рейтинг либо его аналоги по месту работы и учебы, два... О. Либо его динамика! Ха, тут у тебя вообще одни восклицательные знаки наклевываются. Прикольно. Подтвержденная личная мотивация в плане положительной социализации и добросовестного членства в обществе... Фигасе. Я такого не вообще слышала. Что за зверь?

Не договорив, Мартинес пошла на ходу искать прецеденты, которые бы поясняли решения государства по последнему пункту (и особенно - заключения отдельных его контор, вроде миграции и опеки применительно к эмигрантам).

- Это нововведения; вас, граждан, оно вообще не касается. Еще год или полтора будет действовать такая система: если я не согласен с автоматическим решением искина, при наличии даже одного сверхпрокачанного пункта из трех я могу апеллировать и апеллировать, раз за разом. Вроде, реальная возможность.

- С луны апеллировать? - в последнюю секунду Айя удержалась от сарказма в голосе и спросила серьезно.

- Нет. Она, эта мадам, говорит...

- Погоди.

Чтоб не терять нити мысли, Мартинес быстро набрала кое-кого из взрослых кузенов через расширение и беззвучно зашевелила губами.

Седьков терпеливо развернулся к окну, ожидая окончания разговора.

- Привет. Занят? Я быстро.

- Привет. А чего это ты автобусами разъездилась?

- Потом расскажу. Можешь навскидку сказать, как юрист? При заявке несовершеннолетнего на гражданство по дополнительной процедуре, в случае ее отклонения искином, апелляция и повторное рассмотрение - с луны будешь надрываться? Или разрешают повисеть тут, не улетая к шахтерам? Рассмотрение дела же вроде не завершено, нет? Депортация только после окончательного вердикта?

- Я понял, о чем ты. - Брат сдержанно кивнул. - Какой муниципалитет?

- Мой.

- Сестра, а ты не слишком ли рано этим всем увлеклась? - родственник ухмыльнулся и красноречиво покосился на Седькова, флегматично сидящего рядом. - Озаботилась матримониальным фронтом втихаря, что ли? Еще и в автобусе едете! Ну-ну.

- Не твое собачье дело! Просто ответь и не трепи мне нервы! Сейчас, во всяком случае. А потом можем и подробнее пообщаться...

- Коротко: да, есть такой момент. Прецедентами на уровне вашей агломерации подтверждается, вот смотрю; но с оговоркой: возможно, это будет работать лишь до выхода искина вашей юстиции на уровень автономности.

- А когда его посчитают автономным? И он сейчас что, под присмотром?

- Да кто же нам скажет! - удивился кузен. - Думаю, до конца третьего квартала все останется, как есть. Но есть же и более простые способы легализовать твоего протеже, чем эта стоматология. - Он с намеком стрельнул глазами в сторону.

В кадре за прозрачными стенами его помещения туда-сюда сновали люди в спецовках.

- При чем тут это? - она действительно не уловила мысли.

- А вы сейчас рвете зубы через задницу, - радостно выдал родственник и весело заржал над собственной шуткой. - Почему ты не отправишь его к Паоло? Твой блондин, конечно, не наш даже на вид, но существует же отработанная процедура? Есть же наработанный путь как раз на такие слу...

- Нету. Очень специфическая ситуация и такой же человек. Спасибо за резюме, - латиноамериканка разорвала соединение и задумалась.

Седьков при помощи неизвестной бабки реально местами разобрался и наметил путь, причем сверху вниз, а не наоборот.

- По большому счету, мне хватит двух с половиной тысяч рейтинга школы, - продолжил Виктор, увидев, что она завершила беседу. - Набрать сложно, но можно, с учетом кибера и выборов. Единственная тонкость: там не должно быть подсуживания ни с чьей стороны.

- Откуда ему взяться в твоем случае? - фыркнула Айя. - Я не видела пока дождей милости на твою голову.

- Не скажи. Если искин только заподозрит необъективность той же школы в мою пользу, у него сразу включается параноидальный протокол и моя стата режется. Вот, гляди.

Через пару минут объяснений она смотрела на одноклассника уже совсем другими глазами:

- Хренасе. Рыжий, ты че, монстр интуиции? Как додумался? Это же надо знать, где копать. Чтобы так сообразить.

- Не-а. Просто посидел, почитал внимательно, не поленился вникнуть и разобраться. Я изначально исходил из того, что внеучебный интерес к этой теме как-то должен поощряться - вот и нарыл.

- Кому рассказать... Знаешь, вроде в одной школе учимся - а мы об этом всем вообще не подозреваем. Плюс ты натурал.

- Так вы потому и не вникаете, что оно вам не надо, пф-ф. "Нужда - лучший учитель", - выдал он явно перевод-кальку с какой-то родной поговорки. - Скажи лучше мне как ревизор инспектируемому, свежим глазом: ты видишь прорехи в моей логике?

- Нет, если не считать, что ты должен ювелирно пройти по краю.

В этот момент пришло кое-что от кузена. Отсмотрев файлы ускоренно, она продолжила:

- Брат говорит, что расчет верный, но предлагает не рисковать. - Она замялась, потом решительно тряхнула волосами. - Виктор, у нас в структуре есть процедура. Мы время от времени ввозим свежие кадры в, к-хм, кое-какие подразделения. Там бывают люди и нашего возраста. Черт, и промолчать нельзя - и рассказываеть это все тебе бесполезно, - пожаловалась в следующую секунду Айя самой себе. - Промолчу - я сволочь и сука. - Она положила голову ему на плечо. - А даже если расскажу все в деталях, ты один фиг откажешься - видно же.

- Ну, мой вариант про запас - Тика Хамасаки, - напомнил он. - Если что, она готова стать опекуном. Я ничем не рискую с такой подстраховкой. Свой вариант даже не говори, бога ради.

- Так Хамасаки-мать согласна? - Айя согнала с лица обычную дурашливость.

Это ожидаемая, но новость. Вопрос серьезный и ошибиться нельзя - лучше переспросить.

Если же нет - то быть Виктору Седькову перспективным латиносом с крупной аграрной планеты, чего бы ей это ни стоило в плане усилий.

За свое надо биться, она даже чуть не выдала эту фразу вслух.

- У нас с Тикой есть предварительная договоренность, - подтвердил Седьков, традиционно не замечая ее эмоций. - А что?

- Для тебя и меня - ровным счетом ничего. Просто получается по косвенным признакам, что у них в семье какие-то серьезные проблемы, но это долго рассказывать. Ты в курсе нюансов их конторы?

- Не-а, че там?

- Попав к ней под крыло, ты автоматом получаешь столько врагов, что... Тот же Рашид - бледная моль в сравнении с джапами из их клана. Которые к выскочке-чужаку будут, мягко сказать, не расположены. А возможностей у них хватает. - Здесь Мартинес по второму кругу задумалась всерьез.

Вариант голубоглазого латиноса потребовал бы лично от нее выкладываться по полной, но выглядел как бы не более перспективным. Даже с учетом неизбежной недели скандалов с родителями.

- Это ж все равно запасной вариант, - легкомысленно парировал одноклассник. - И мне кажется, ты излишне усложняешь: даже Хадзимэ Хамасаки, который меня терпеть не может, и то достаточно адекватный.

- Ты просто никогда не грызся внутри клана, - вдохнула она, наступая себе на язык и не желая тратить время попусту на бесплодные споры. - Когда для снаружи нужно сохранять лицо изнутри - они все адекватные. А в норме так называемые "свои" тебя-чужака только что со свету не сживают.

- А у тебя разве было такое? - одноклассник быстро провел параллель.

Впрочем, импланта для очевидного и не требовалось.

- Скорее, наблюдала на примере близкого человека с расстояния вытянутой руки. Впрочем, если это твой запасной вариант, то вопрос снимается.

Она не стала озвучивать, но про себя твердо решила: резервных планов будет пара. Седьков-пеон - тоже прикольно. Один хрен он своей родословной не знает - значит, во время опроса под детектор может искренне рассказывать, что все в этом мире возможно.

Большего и не требуется (протаскивали и не таких).

С последней темой, кстати, Эрнандес может даже больше нее самой. Надо будет не откладывать и созвониться с подругой, пока одна самоуверенная личность с плохим зрением гоняет в свой кибер в Первом Лицее.

- Слушай, мы с тобой помирились? - Рыжий требовательно смотрел на нее и хлопал глазами, как ни в чем ни бывало. - Можем считать, что инцидент в ресторане исчерпан?

- А ты думаешь, я твою ладонь на своей заднице всю дорогу не замечаю? - не удержалась от сарказма Айя. - Тормоз.

- Ура. - Виктор искренне просиял всеми цветами радуги. - А то не по себе было.

Ну и как тут не поцеловаться. Со всеми сопутствующими атрибутами.

_______

- Поздравляю с первым федеральным правонарушением в общественном месте, - веселясь по полной, шепнула она на ухо Седькову за одну остановку до нужного места. - Успели, хе-хе. С облегчением!

Поскольку товарищ расфокусировано смотрел вперед (традиционно изображая ушибленного сковородкой сзади), она своими руками навела на нем порядок и аккуратно застегнула зиппер на его брюках, ставя точку в маленьком (но ярком) приключении.

- У меня такое первый раз. Я не уверен, что это все правильно, - он затравлено оглянулся по сторонам. - Люди же вокруг!

- Не занудствуй! Эй, Рыжий, тебе че, не понравилось?! - разумеется, ни о каких сомнениях с ее стороны речь не шла.

Она просто развлекалась.

- ПОНРАВИЛОСЬ! Блин, но в общественном месте, при всех, - он обескуражено хлопал глазами, словно филин. - Было приятно. Но...

- Ну вот и все, - она решительно передернула плечами. - Смотри на это с другой стороны. Твоя стенобитная эрекция - как бы ты с ней из автобуса выходил? Опять же, в Первом Лицее, весь такой возбужденный - какое впечатление? Ты же не думаешь, что там буквально все обрадовались бы твоему напряженному агрегату? Без расширений видно было бы, - честно добавила Мартинес.

- Блин, мы в автобусе! - он наконец вышел из прострации. - В центре многомиллионного города!

- Ну считай, что это было насилие с моей стороны, - хихикнула она. - О, у меня бумажная салфетка есть. Слава богу...

- Приятно. Но стремно, - подвел итог интересному событию одноклассник, окончательно приходя в себя. - У меня впервые.

- У меня тоже, - призналась она, уже привычно укладываясь виском на его плечо. - Но мы ж латинос, Рыжий! Мы и должны быть отбитыми и безбашенными.

- Но не этим же заниматься в центре города!

- Почему нет?! Ну и, в автобусе ровно три человека. За спинками моей головы не видно. Сижу возле окна, ты в проходе. В деталях понятно только если идти мимо нас и смотреть сверху - но ты за две минуты отстрелялся, - она попыталась перейти на такой понятный ему язык цифр. - У меня расширения работают. Если б не успели - я бы перед остановкой прекратила.

- Охереть. - Его пульс снова прыгнул вверх.

Кажется, и с цифрами я не очень убеждаю, подумала она про себя. А вслух сказала:

- Тебе норм?

- ДА! - поторопился выпалить он.

- Хе, даже на натуралов дрессировка действует, - довольно ухмыльнулась латиноамериканка. - Ну и о чем тогда нервы? Тебе приятно, мне спокойно. Что не так?

- Там, откуда я родом, это не принято... Кстати, а если бы вызвали полицию?!

- Это была б жопа, - согласилась Айя. - Привод в участок, минимум три часа за решеткой вместе с алкашами и прочим трешем. Пока мои родители доедут или кто-то из старших братьев-сестер; пока залог внесут - хреновый вариант.

Седьков очень хотел напомнить ей и о своем социальном рейтинге (она видела через расширение и потешалась) - но мужественно промолчал.

Подождав пару секунд и убедившись, что одноклассник твердо решил тему не поднимать, латиноамериканка созналась:

- Я б сказала в участке, что мы жених и невеста по нашим традиционным правилам. Это автоматически отнесло б тебя к берегам моей семьи, хе-хе. Скажем, в списке твоих запасных вариантов Мартинес тут же стали бы перед Хамасаки.

- Это что, женитьба?! - он непосредственно подпрыгнул из положения сидя.

- Страш-ш-ш-шно-о-о? - жизнерадостно прошипела она сумасшедшей пумой ему на ухо.

- Да нет, не то чтобы. - Он задумался, но не испугался и не огорчился. - Неожиданно скорее.

- Рыжий, ты супер. - Она сделала над собой нечеловеческое усилие и не стала даже пытаться передать словами всего того, что сейчас чувствовала.

Бабочек в брюхе словами не опишешь.

Вместо этого Мартинес подтолкнула его в сторону прохода:

- Подъем. Наша остановка.

***

- Неожиданно. Это было просто неожиданно, у меня тупо отсутствует личный опыт. - Резюмирую перед входом в Первый Лицей.

После кое-какого приключения ну о-о-очень деликатного характера, устроенного Айей прямо в салоне автобуса, собрать мысли в кучку получилось только сейчас.

Приятно. Но неоднозначно с точки зрения всего остального... тьху, опять чувствую себя идиотом.

- А ты все об этом? - веселится Мартинес, шагающая со мной под руку. - Рыжий, это уже какая-то нездоровая фиксация на рядовом и мелком моменте. Меняй фокус, эй!

- Это для тебя он рядовой и мелкий. А у меня - культурный шок.

- Пора забыть херню и думать о новом: вон, серьезная тренировка на носу.

На втором этаже одноклассница забирает мой рюкзак, телефон, браслет и указывает взглядом на ряды сидений у стен:

- Займусь делами. Если что - на твои звонки отвечаю сама?

- Лады.

_______

А вот с командной игрой не задается.

Четверка моих местных "соратников" здоровается через нижнюю губу - словно делая одолжение.

Двое парней и двое девчонок даже имен своих не говорят, когда представляюсь.

Ладно. Мне с ними детей не крестить.

Мартинес, насколько понимаю, с любопытством наблюдает за нами из своего угла - у нее зрение в порядке, ей и оттуда видно.

Если что, наверняка подскажет нюансы потом.

Выбрав для первого пробного забега "стенку" (автоматического робота-противника с местного сервера), у меня не получается вовремя завершить формирование ресурсов.

Выдохнув пару раз, не устраиваю истерики и объявляю второй забег.

С тем же результатом.

Затем третий, четвертый.

С каждым последующим туром мне становится все более очевидно, что об этом инструменте поднятия рейтинга скорее всего, следует забыть побыстрее - ради моего же блага.

После очередного развала тактики вдребезги силами "команды", честно признаюсь себе: один за пятерых я не вытяну.

***

Рожи лицеистов ей с самого начала не понравились. Было видно отсюда: это что угодно, только не команда.

Уж точно не с Седьковым во главе - на него глядели даже не как на пустое место, а вообще со знаком минус. Сказал бы кто, что такое возможно - она б не поверила.

Пробный старт со скоростью звука только подтвердил первое "хорошее" впечатление: команда тупо саботировала.

Рыжий добросовестно пытался раз за разом решить вопрос через объем повторений - но, естественно, в этом не преуспел: народ в капсулах тупо и не собирался играть. Просто отбывал повинность, наверняка большую часть времени глядя на таймер и считая секунды до конца.

Она подумала немного, полезла в сеть и решительно запросила гостевой допуск к местному школьному чату, честно идентифицировав себя.

На удивление, дали тут же (прикольные здесь админы, надо учесть на будущее).

Пробежав по диагонали последние новости и обсуждения за двое суток, она стремительно спустилась настроением из мажора в минор: "групповое" выступление было идеей бонзы местного ученического совета. Та рвалась набирать какие-то только ей ведомые очки и ничьим мнением не интересовалась в принципе.

Еще одна Юнь, только местного разлива, подумала про себя Мартинес хмуро.

Народ же очень прохладно отнесся к мероприятию.

Расклады здесь, судя по всему, были как в родной школе: возражать собственной персоной и открыто никто не стал, но...

- В шеренгу становись. - Угрюмый Рыжий, из своей капсулы выбравшийся первым, загораживал дорогу остальным членам своей горе-команды. - Давайте разбираться, что дальше делаем. И кому на орехи выписать.

Черт, и вот как ему щас срочно сказать, что по его матери из клиники звонили? Бл*.

- Отойди, - спокойно предложила здешняя старшеклассница. - Тренировка окончена, я домой.

- Нет. Никто никуда не пойдет, пока я не отпущу. - Седьков, естественно, даже не подчесался и остался стоять, где стоял.

Два пацана и две девки. Японка, англоговорящая, какой-то южанин и китаец - ну как на подбор (поначалу не озаботившись, сейчас она открыла их профайлы и старательно читала в параллель).

- Ты что, себя четырехзвездочным генералом возомнил? - "вежливо" до издевки осведомился азиат.

Как-то слишком уж стремительно активируя расширения и коротко отталкивая Седькова с дороги.

И ведь не подкопаешься, черт побери - ну просто эмоциональная размолвка.

От нехорошего предчувствия у нее даже зубы заныли.

Надо же так лопухнуться. Ладно, Виктор - ему сам бог велел ушами хлопать. Но она?.. Дура.

Ну что стоило сделать все это же - но хотя бы час назад? Тупо в их школьном чате выяснить обстановку самой и только потом сюда переть?

Или не переть... Отказ от сделки - тоже инвестиция.

Рыжего толчком унесло спиной вперед и впечатало в стенку.

Он отлепился от вертикальной стойки, но следом за китайцем фокус повторил южанин.

Девки насмешливо хлопнули друг друга ладонь в ладонь и неожиданно подмигнули ей. Затем японка выбросила вперед средний палец правой руки, а англоговорящая - левой.

- Цветные идут на**й. - Предельно вежливой интонацией не оставила никаких сомнений в происходящем азиатка.

И ведь не скажешь, что она и сама далеко не белая - будет детской тупостью в данной ситуации. Или поспорить?

Сука. Сука. Сука.

- Бл*. Тут же все просчитано заранее, Рыжий! - Мартинес, не скрываясь, громко сказала это вслух, откладывая в сторону с колен его вещи и поднимаясь на ноги.

Если в свой адрес Седьков, теоретически, мог спустить что угодно (рейтинг и все дела - не воевать же в гостях), то на оскорбления в ее сторону он по-любому ответит. Даже на такие тупые.

- Ну, раз пошла такая пьянка... - Айя после секундного колебания соединила перед собой ногти указательных пальцев.

Продолжая шагать по проходу к "команде", она демонстративно и с треском пустила через воздух жирную голубую искру: если не идиоты, намек поймут.

Приложение, сказать мягко, не совсем законное - но она, если что, отбоярится.

В следующий момент настроение упало еще ниже (хотя хуже, казалось, было некуда): здешняя четверка ускорилась, перестроилась и разделилась на две пары.

До чего иногда досадно, когда твой парень натурал - Айя от безнадеги отправила эту мысль Эрнандес, активируя почти всю остальную панель соответствующих расширений и на ускорении размазываясь в воздухе.

Если говорить любимыми цифрами Рыжего, их пару можно было с натяжкой считать за полтора или двойку, а лицеистов - за крепкую пятерку или даже шестерку.

Суки. И почему было сразу нормально не сказать?! Да хрен с ним, с групповым турниром! Почему нельзя было по-хорошему договориться?! Ну намекните, что не хотите играть группой - и расходимся?

Кому это все выгодно?!

Если параноидально верить в теорию заговора, то вообще можно подумать, что кто-то достаточно влиятельный целенаправленно затеял валить рейтинг безвестного натурала.

Из гаубицы по воробьям? А вот поди ж ты.

Виктор тем временем отлепился от стены во второй раз.

Японка выстрелила в его сторону пяткой - стремительно, жестко, старательно целя в пах.

***

Возможно, поправлю откровенный (хотя он только намеками) момент - еще не решил, насколько оно вообще допустимо...

(В Тамагаве было и не только такое)

Перечитаю позже свежим глазом

Глава 15

Рыжий скрутился в сторону несмотря на то, что только начинал отталкиваться лопатками от стены. А все-таки интересно он движется: вроде и просто - но получается прикольно.

Удар японской пятки, слава яйцам, пришелся ему в бедро и вскользь, а не под прямым углом и куда не надо. Кости плюс самое главное уцелели дружным комплектом.

Азиатка явно удивилась своему промаху (было видно в ускоренном восприятии по волне эмоций на роже), но не успокоилась и пошла дальше. Сменив в прыжке опорную ногу, она без паузы ударила левой.

Резкая, тварь, как метеорит. Плохо.

Южанин и англоговорящая тем временем синхронно расходились полукругом, разрывая уже ее внимание больше чем на девяносто градусов по фронту, затейники.

А ведь у них все роли продуманы, согласованы и предварительно расписаны. Они явно изначально знали, чем это все закончится. В деталях сейчас импровизируют, но саму затею явно заранее спланировали. Суки двуличные.

Точно обсуждали нюансы этого всего во время игры! - где-то на заднем фоне мелькнула догадка.

Интересно, если бы Седьков первым сам к ним не полез, как бы они тогда спровоцировали драку?

Соплеменник Рашида по-своему скомандовал напарнице не зевать.

Ну-ну. Во-первых, этот язык в ее концентраторе забит для перевода. Во-вторых, не смотрели вы видео последних боев из нашей школы, смежники. Совсем недавно было, сама подсекла у Рыжего во время последнего замеса: если противников несколько, как вас сейчас, этот коллектив нужно вытягивать в цепочку (для чего, в свою очередь, маневрировать на ногах, как Седьков тогда).

У ворот конечно, места было побольше, а здесь размеры прохода не позволяют. Но если проявить смекалку...

Айя отдалась на волю потока приложений и неожиданно для всех вытянулась мало не в паркурном шпагате, усиливая мышцы своим коронным приложением. На какое-то время по мощности и производительности ее тело превратилось в боевого носорога.

В следующий момент она чудом ушла от несущегося сбоку кулака земляка Лысого и из шпагата стремительно перетекла в выпад.

Совсем не легкая, добротно исполненная скамейка на полдюжины сидений со спинками из металла взмыла в воздух, без труда удерживаемая ею на вытянутых руках.

Если с местными драться, можно очень быстро проиграть: кулачными навыками и талантами своего спутника она не обладала. Но мышечной силы от нее никто никогда не ждал - тут есть смысл попытаться.

Мартинес азартно заорала по-испански и использовала импровизированный таран по прямому назначению: лицеисты проехались, как по льду, до самых капсул на прямых ногах, дымя подошвами об пол и подталкиваемые спинками стульев в ее руках. Удивление и досада на их лицах приятно согрели сердце.

А х*ли вы думали. Век прогресса, не дикое средневековье, чай. Стандартный расчет оправдался: от субтильной и худой латиноски, в декольте которой колышутся достаточно немелкие для ее габаритов буфера, никто и никогда не ожидает мощности трактора.

Так и было задумано, когда ставила это расширение.

Рыжий (повторная слава яйцам) отреагировал правильно: распластался над полом наподобие летучей мыши, пронося голову под скамейкой и выныривая уже с ее стороны. В принципе, этот номер он много раз откалывал в драках - вопрос был, сообразит ли сейчас.

Сообразил. Было бы грустно навернуть ему стулом по балде в такой момент.

Тонкость их импровизированной пары состояла в том, что орать команды голосом Седькову нельзя: это все равно, что оповестить и противников. А ускоренного и скрытого чата между ними по определению нет, потому что импланта кое-кому своеобразному Иисус не послал.

Противники, кстати, на какое-то время предсказуемо замешкались под давлением скамейки: видимо, что-то пошло не по их планам.

Продолжая их удерживать силой и стульями у стеклянной череды игровых консолей, Айя лихорадочно соображала, что дальше. Пару секунд она только что выиграла, но, судя по лицам оппонентов, их продолжение следует (точнее, последует вот прямо сейчас).

У кого бы спросить, какого черта им было устраивать это все на ровном месте? В следующий момент Мартинес тупо выдала вслух:

- Эй, дауны! Если не хотите играть - нафига цирк устраивать?! Ну сказали бы по-хорошему!

Седьков заозирался по сторонам, видимо, в поисках каких-нибудь "мультипликаторов" (прикольное слово. Если не знать контекста, то еще и непонятное врагам). Увы - металлическая швабра в Первом Лицее не росла.

Мозги себе, впрочем, он ломал недолго: через секунду на его кулаках появились знакомые шипастые кастеты.

Китаец и японка к этому времени протерли мозги и о чем-то гортанно перекликнулись. Переводчик, как назло, команду не взял.

Вот суки, и тут договорились, что ли?

Резкой сиреной взвыло нехорошее предчувствие. Не сопротивляясь самой себе, Мартинес заорала:

- ¡Atención!

Слава помидоркам, Рыжий и тут понял без перевода (благо, слова практически одинаковые): отскочил назад, разорвал дистанцию и удвоил внимание.

Сойдет.

С той стороны неприятно скоординированные усилия всей четверки вдруг резко отжали ее сантиметров на двадцать, несмотря на работающие в форсаже мышцы.

Их силовые расширения хотя и послабее, но оказались слишком уж нехорошо синхронизированы. Черт.

Айя вспомнила старый детский трюк матадора и, якобы поддавшись внешнему усилию, "неловко" отступила назад на шаг. А затем еще на один - быстро и неожиданно для противников.

Лицеисты, на мгновение потеряв равновесие, качнулись следом за спинками стульев, хватаясь за воздух.

Внутренняя панель управления некстати показала: расширение перегрузило мышцы. Из форсированного режима лучше выйти поскорее.

Латиноамериканка внешне без усилий взмахнула и повела скамейкой, словно китайцы этой своей длинной трехметровой палкой на показательных выступлениях.

Первой спиной в стекло ушла англоговорящая, стоявшая крайней. До встречи с ее хлебалом стулья еще не набрали скорости, потому спиной бабищи стекло капсулы только выдавило.

Впрочем, ей хватило. Деваха заворочалась на полу, роняя капли крови и фоня тремя повреждениями в расширении медицинского сканера. Не так чтобы сильно, но окей.

Затем скамейка встретила южанина. Айя к этому моменту поймала резонанс и, недолго думая, засветила вторым по счету креслом так, что тот разносил игровую консоль уже спиной и в полете.

Рыжий мелким бесом подскочил почти вплотную: видимо, страховал. Кстати, вблизи шипы на его железяках выглядели иначе.

Титульные за это время, к сожалению, сориентировались.

Мартинес мысленно вздохнула, но себе поставила заслуженную пятерку: из крайне неудобного положения их убогой парой пока было сделано все, что можно, и даже сверх того.

Отдельным пунктом на имплант потек анализ обстановки, который ее расширения вели в фоновом режиме и почти без потери качества: лицеисты явно готовились и этот конфликт как минимум планировался.

Не новость. Примерно то же самое несколько секунд как сказала банальная интуиция.

Наверное, они просто рассчитывали на одного натурала и не смогли угадать ее участия на его стороне: тупо не хватило данных на старте.

Если так подумать, оно и логично: этот бескрышный мезальянс с Седьковым даже ею несколько дней назад ни за что не просчитывался. Где уж непосвященным.

Как оказалось, излишне мнительный, по-старперовски педантичный где не надо, местами ужасно занудный Рыжий бдил за ее плечом абсолютно ненапрасно: хань тоже имел кое-что за душой.

Пока японка отвлекала ее внимание толчками в импровизированное таранное орудие, китаец филигранным движением взмыл в воздух и, почти не опираясь на подругу, каким-то гимнастическим пируэтом оказался на их стороне. Только ноги и сверкнули маятником по вертикали - вот он перед ними.

С первого взгляда накоротке стало понятно, что именно с ним она сейчас не справится - вопрос времени, причем недолгого.

Седьков решительным крейсером бестрепетно двинул вперед этими своими приставными шагами узкоглазому наперерез, словно не был натуралом. Железные шипы кастета замелькали в воздухе, изображая смесь вентилятора и швейной машинки (а ведь где-то ж он напрактиковался. Некстати захотелось свернуться калачиком на его кушетке и обниматься до самого утра).

Айя не очень хорошо видела, что там у пацанов происходит, потому что мгновенно перенесла фокус и сосредоточилась на японке. Со второй попытки титульная тоже никуда не делась и, подгоняемая скамейкой спереди, разнесла стекло спиной, как и ее предшественники.

Мартинес оценила положение троих на полу, потом обернулась (пара секунд есть), чтобы увидеть: кулак Седькова, непонятно каким чудом пробивший металлическим шипом челюсть оппонента снизу и наискосок, застрял в кости.

- МИНУС! - в реале все-таки проорала она голосом, давая товарищу понять, что местный в шоке (и, кажется, серьезной опасности не представляет).

Буквально через мгновение латиноамериканка кляла себя матом на всех языках с максимальной скоростью: несмотря на наверняка изрядные ощущения, хань каким-то образом вытерпел боль и самостоятельно снялся с шипа.

Для этого он смешно подпрыгнул на цыпочках, наверняка испытывая целую гамму эмоций и сильнее надламывая себе кость по-живому.

Вот тупая дура, чего под руку лаять - одернула она себя.

Разогнанное сознание на автомате отметило: китаец почти в точности повторил фокус Рыжего - дернулся назад-вперед, но чуть другими шагами. Это значило, в свою очередь, что титульный подключил серьезные резервы нейропрофиля, им двоим точно недоступные.

Конкретное приложение она не распознала, но зато через мониторинг увидела прыгнувший вверх уровень опасности с фронта.

Как бы не что-то наподобие орудия Ченя! Нехорошо заныли корни волос.

Седьков парадоксально попер вперед. Подобные номера он проворачивал и с Толстым, и с Ченем - сейчас прошло и здесь.

Под китайское колено Рыжий подставил локоть, только кости друг о друга зазвенели. Под кулак местного рукопашного гения, перепрыгивающего с места через человека, Виктор обманчиво лениво ушел головой, как много раз до этого.

В следующую секунду Мартинес непозволительно расслабилась и нарушила собственное правило не отвлекаться при разборках: больно уж красиво выглядели лаконичные и скупые движения Седькова.

А ведь это тоже какое-то искусство, некстати наполняясь восхищением и бабочками в животе, расплылась в идиотской улыбке латиноамериканка.

И тут же об этом пожалела: на шее неизвестно откуда появилась кисть японки, сдавливая гортань и перекрывая воздух. В спайке с удушающим в затылок пошла еще и инфра.

Мартинес несколько раз рефлекторно дернулась, без толку. Попутно ее вырвало (и хорошо, что пока только это).

Попутно каскадно понесся пикировать кислород в мозге. Последний рывком затопила паника. Смутные отголоски сознания отметили где-то далеко сзади, что страх - тоже продукт удара инфрой. Может быть.

Как же так? Захотелось выть.

Дернувшись на расширениях изо всех сил еще раз, Айя сожгла треть запаса кислорода в тканях, но ничего не добилась.

Рыжий тем временем сотворил очередное чудо - мелкое, тактическое, но оттого не менее ценное.

Она раньше никогда не видела, чтобы он бил ногами. Но сейчас его пятка автономно от кулаков змеей дернулась вперед, вбивая колено азиата против сустава и бросая того спиной на пол (чтобы не сломать ногу).

Сам Седьков, развернувшись своими корявыми прыжками гориллы, в отличие от нее не растерялся: захватив Айю за ткань блузы, он без затей дернул конструкцию из двух девчонок на себя.

Японка боролась с Мартинес и дополнительного вектора толчка учесть не могла: ее тоже по инерции протащило в сторону Рыжего.

Кулак одноклассника прошел впритирку с головой Айи, чтобы очень нехорошо чавкнуть где-то у нее за затылком.

Животный и нечеловеческий крик над ухом, похоже, ударил по мозгам посильнее инфразвука. Занятно.

Когда латиноамериканка высвободилась из захвата и развернулась, Седьков озадаченно смотрел на непонятный сгусток, повисший на самом большом шипе правого кастета.

Ну и левого глаза у японки не было - интересно, а бывает травматическая ампутация глаза? Или это как-то иначе называется?

- Ах ты ж е*аная ты по голове, - мгновенное растеряв боевой запас, просипела себе под нос Мартинес вслух.

И что сейчас делать? Так, список в голограмму. Б**. Б**. Б**.

Медицина - раз. Юстиция - два. Родня - три. Эрнандес и дядя - четыре (сто процентов через копов можно войти в негласный контакт с местными дознавателями).

Хотя, момент сейчас такой, что в случае с титульной против иммигранта может банально сработать процедура. И ничего ты тут не сделаешь - хоть кричи. Закон есть закон, когда речь идет о титульных.

Сука, думай, сука. Ноль восемь секунды паузы, потом надо будет действовать: эти очухаются.

***

Развеселый сценарий, который местные затеяли явно по предварительному плану, заканчивается штатным недоразумением.

Японка из Первого Лицея начинает душить Мартинес сзади, набросив той на горло руку, пока я занимаюсь китайцем. Параллельно, насколько могу судить с позиций натурала, азиатка лупит мою подругу чем-то еще, деталей не понимаю.

Вопреки местным стереотипам, паники либо растерянности нет. Кстати, заметил: после виртуальных фулконтактов возникает такое ощущение, что и в реале арсенал расширяется. Как минимум, тактически. Нейросеть?

От первого разряда и выше в бою никто мозгами не думает: просто несешься в потоке. Работают какие-то отдельные участки головы. Не выныривая из этого самого потока, неожиданно для себя проявляю инициативу и бью оппонента пяткой в колено, отыгрывая несколько секунд и сбивая его на пол.

Обернувшись, делаю самое простое, что в ринге всегда хочется, но никогда нельзя: за рубашку дергаю Мартинес на себя, сбивая их сплетение тел с равновесия и сокращая дистанцию. Подругу откровенно надо спасать.

Айе уже более чем нехорошо - это видно невооруженным глазом и предсказуемо действует мне на нервы.

Очень сильно действует. До паники, резкого холода во всем теле и мало не паралича.

Интересно, может ли это быть следствием расширений японки? Я понятия не имею, как работает местный аналог инфразвука - кажется, это именно он. Вспомнил.

Блуза Мартинес брызгает пуговицами и разлетается полами в стороны, являя миру ее молочные железы в бюстгальтере, которого здесь все равно что нет (нифига не скрывает). Но главное сделано: азиатка сбилась, сдвинулась с места вместе с латиноамериканкой и я теперь могу ее достать со своего места.

Дистанция, выверенная до долей миллиметра - второе, что ставят самому зеленому новичку после ног (перемещений). Те идут первыми.

Не знаю, как работают местные "боевые" расширения на эту тему, но любой перворазрядник оттуда с точностью до микрона и с закрытыми глазами знает, с какого расстояния и докуда он достанет боевой частью кулака в ударе.

Я, в принципе, тоже почти не ошибаюсь. Вернее, делаю погрешность в другую сторону - допустимую.

Проблемы начинаются именно из-за хорошего поражающего фактора.

Во-первых, шип кастета удлиняет руку на величину сустава среднего пальца, а это очень много.

Во-вторых, японка пытается что-то сыграть ногами - и ее голова за затылком Мартинес оказывается не в той точке, где я планирую. Пока до попадания сюда дрался голыми кулаками - это было бы не проблемой. Если специально не стараться, нужно очень потрудиться, чтобы учудить что-то серьезное (поломанные челюсти и выбитые зубы - не в счет).

Злесь же острый металлический конус как в замедленной съемке пробивает глаз азиатки, кажется, в районе радужной оболочки. Разумеется, это самогипноз: не то у меня зрение, чтобы на такой скорости видеть подобные нюансы.

Однако со слухом у этого организма все благополучно. Звук, которым попадание сопровождается, приятным не назовешь. Как и ощущения движения кастета в тканях глаза.

Не могу утверждать наверняка, но (по-моему) Айю выворачивает в рвотном позыве именно из-за этого звука, а вовсе не из-за дикого крика японки (либо ее расширения, которым она обрабатывала мою подругу, взяв на удушающий).

Мартинес - молодец, я всегда знал. Даже не придя в себя, она выворачивается из захвата и первым делом оценивает обстановку:

- Ах ты ж е*аная по голове...

В принципе, я с ней согласен.

На доли секунды появляется растерянность: и что теперь?

С одной стороны, нужно срочно с японкой нестись в местную медицину. Ну а вдруг.

С другой стороны, выведен из строя только один противник из четверых, причем не факт, что самый опасный. Лицейские явно задевали что-то нехорошее - я и по стилю игры должен был догадаться, и сразу после, если включить мозги, сомнений вообще не было.

Идиот. За пеленой стремления к рейтингу не разглядел леса.

Так все-таки, вот что сейчас делать?

Добивать этих троих? Это еще если получится, потому что как минимум китаец весьма непрост.

Или прыжками тащить орущую японку с кровавой дыркой вместо глаза в медсектор?

Или вызвать скорую помощь сюда? Тогда какую и как?

- ВСЕ ЗАМЕРЛИ! ТЫ! - Айя тычет пальцем в сторону китайца (тот уж очень оперативно поднялся на ноги - мне не нравится). - ГДЕ ВАШ МЕДПУНКТ?

У меня возникает ощущение, что мир вокруг замирает и время словно растягивается.

На лице азиата отражается сложная борьба чувств: с одной стороны, он откровенно хочет продолжать и явно думает, что выиграет. Такие моменты чувствуются, если иметь опыт.

С другой стороны, в его взгляде нет ни уверенности, ни неуверенности: он что-то напряженно просчитывает в этом их ускоренном режиме (я уже научился определять такое по внешнему виду и стеклянным глазам).

Странно. Вроде импланты у них - а время замедлилось для меня. Чем объяснить?

Глава 16

Вопреки моим личным представлениям о правильном, китаец проблемы своей подруги игнорирует и бросается на нас.

Или считает, что той и без глаза нормально? Мартинес, кстати, его откровенно побаивается (такие моменты всегда чувствуются).

Вместо того, чтобы делать что-то конструктивное с японкой, я вынужденно закрываю собой одноклассницу, бросив ей на ходу:

- Следи за этими! - ввиду имеются англоговорящая и южанин.

Как по мне, ворочающиеся на куче стекла двое и так не бойцы в ближайшее время, но береженого и бог бережет.

Интересно, а на порчу имущества здешняя охрана принципиально не реагирует? Айя же своей скамейкой здесь половину игрового зала разнесла. Хоть бы какая-то сирена сработала, что ли.

Или здесь такое в порядке вещей?

У хань отличная растяжка, великолепная физуха; наверняка он при желании, как Мартинес, и трамвай голыми руками поднимет - если на расширениях.

Но он не "отбитый": слишком много думает. Впечатление такое, словно чего-то опасается.

Не боится, не "гуляет" от защиты - просто слишком много думает, как бы не пропустить.

Я б сказал, что этот парень большую часть времени потел исключительно в зале: заметно, что практический опыт реального размена ударами у него не слишком крут.

Так-то он и подготовлен нормально, чего стоит хотя б его фокус с освобождением челюсти. Но опыт - такой бонус, который здорово компенсирует многие технические преимущества твоего противника, если ты в минусе. Если же опыта нет - то при определенных условиях и свою стату можешь смело резать вдвое, а именно практики ему не хватает (я как-то приспособился видеть такие вещи здесь).

Кстати. Находясь в потоке, после удачного попадания я поддался интуитивному порыву и тупо не забрал руку обратно. Попал - пробил шипами его челюсть - и оставил кулак, как есть.

Если следовать теории, это очень грубая техническая ошибка. Вытянутая вперед и прямая в локте рука - сливай воду и готовься падать даже в чистом академическом боксе, не то что в местном беспределе, где той же борьбы никто не запрещал. Но железки так удачно застряли в чужой кости, а сам он настолько мне не нравится (опасен), что я грешным делом решил: все средства хороши. Пусть.

Логика была простая: должны же рано или поздно в это все вмешаться местные охранники? Время работает на нас (наверное). Пусть лучше страдает он, чем появятся риски для нас. Лучше мы с ним повозимся (чем дольше, тем лучше, думал я) - а там и администрация Лицея займется наведением порядка.

Ага. Щ-щас.

Во-первых, тип освободил челюсть как та росомаха, которая отгрызает себе лапу в капкане. Хруст при этом встал такой, что мурашки галопом понеслись по спине.

Во-вторых, если ориентироваться на нашу родную школу, после потери японкой глаза охрана по нормативу была бы на месте быстрее чем за минуту. А здесь никто и не чешется.

Мы с хань какое-то время воюем. Он очень старается выдать что-нибудь искрометное против меня, но при этом гарантированно не подставиться самому - задачи, противоречащие одна другой.

Я не лезу на рожон, аккуратно держу его на выбранном пятачке и старательно тяну время: в отличие от него, мне победа либо демонстрация своей крутости не нужны.

Дождаться бы охраны - а там хоть и не рассветай. Айя за спиной не располагает к рискованным обострениям и правым апперкотам под левую руку.

***

Как оказалось через секунду, на подругу китайцу было плевать с подскоком: он полез драться с Рыжим дальше, как ни в чем ни бывало.

Вот же сволочь! О его же телке заботишься - а он проигнорировал! Или они не встречаются?

А может там другое? Интересно, что это у него за маниакальная страсть во что бы то ни стало добраться до Виктора?

Пообщаться бы с ним наедине, причем желательно в офисе у кого-нибудь из кузенов. Хм. И с парой нетрусливых асистентов из персонала мамы. Сама она с этим не сталкивалась, но есть минимум один гарантированный способ выяснить; уж тут бы и лично не побрезговала...

Говорят, мужики охренеть как вибрируют, стоит им в их аппарат всего-то спичку вставить наполовину - и поджечь. Если верить кое-кому из сотрудников родни, больше десятка спичек подряд еще ни один герой не выдержал. У сильного пола просто крышу рвать начинает именно из-за этой детали организма, хе-хе.

Опять же, ожог за ожогом - там и про некроз в уши напеть можно, и кое-какие расширения с родины принудительно ему импортировать. Потом его руками со своего пульта дергать и жути нагонять: не расколешься - будешь дальше исключительно в женском хоре петь.

В этом месте Айя спохватилась и решительно вырвала себя из потока грязных кровожадных мыслей, замедляя темп и направляя волну чуть в другую сторону.

Все-таки, это ускорение - тоже палка о двух концах. Как гоночный болид на дороге: несешься как самолет, но пойди сверни на перекрестке по стрелке.

Хрена. Пронесешься и не заметишь - за городом только и опомнишься.

Или у местных как у Юнь с Ченем? На виду - дружба, а в реале - чуть ли не злейшие враги?

Мысли не слушались и бились внутри черепной коробки, как бильярдные шары ото всех бортов. Мартинес поступила парадоксально: не стала тратить времени и, не дожидаясь приближения азиата с кулаками, лихорадочно утопила в виртуальном интерфейсе кнопку соединения со старшей Хамасаки.

Как назло, та ответила не сразу.

Южанин и англоговорящая ворочались на полу. Местный земляк Сяовэнь старался настойчиво закатать Седькова под асфальт. Последний ему этого не позволял (и пока вполне успешно).

- Тика-сан! Наконец-то! - Попирая правила приличия, Айя быстрее чем за полторы секунды вывалила на женщину в ускоренном режиме все от и до.

Свои слова она подтвердила видеофайлами - разумеется, еще на старте замеса нужные расширения были ею активированы.

- ... Запись делала сразу на три точки! Местный сервер, нам в школу и отцу в офис! На всякий случай, чтоб наверняка! - завершила Мартинес рассказ, захлебываясь эмоциями и старательно захлопывая рот, чтоб не болтать дальше.

По большому счету, их позиция ей не виделась критичной. Сложно - да, но по сути-то они правы. Пришли тренироваться - а тут такое.

Сказать хотелось еще очень многое, но это было бы уже неконструктивно.

- Вы где находитесь? - Хамасаки-старшая мгновенно подобралась и стала похожа на дикую камышовую кошку.

- Первый Лицей! - мысленно Айя зарядила себе ладонью по лбу.

Выдать в мельчайших деталях сам инцидент и не назвать место - вот же дура.

- Держитесь. Тяни время, звони всем подряд, поднимай на ноги абсолютно всех. - Мать одноклассницы, судя по изображению, встала из парикмахерского кресла какого-то салона с мокрой головой. - Должно быть как можно больше шума и неудобств администрации Лицея. Я сейчас приеду. За это время Виктора не должны никуда переместить за пределы комплекса.

- Поняла. Исполняю.

Коротко, но ясно. После четкой инструкции от взрослой и опытной японки почему-то резко стало легче на душе.

Видимо, Тика знает, что делает; это семейство раннее в легкомыслии либо тупости замечено не было, уж тем более она.

Айя оглянулась по сторонам. Седьков и хань все еще попеременно теснили друг друга туда-сюда, но в целом у одноклассника был порядок.

В игровом зале местного заведения, несмотря на переполох, так не души и не появилось (видимо, не то время).

Мартинес подумала, отсортировала в приложении приоритеты и решительно развернулась к пострадавшей:

- Сядь на пол. Сейчас будем останавливать кровотечение. Ты меня понимаешь?

- Да. - Голос девахи прозвучал глухо из-под ладоней, которыми та накрывала свое лицо.

- Постарайся успокоиться. Какая у тебя страховка?

- МЕД ЭЛЕМЕНТ.

- Можешь вызвать скорую сама?

Азиатка промолчала.

- Чем короче пауза, тем больше шансов и лучше перспектива, - честно сказала Айя. - Я не думаю, что в наше время это непоправимо, но чем быстрее попадешь к врачам - тем лучше.

- Я не могу вызвать скорую. У меня на глазной нерв завязана часть интерфейса.

Латиноамериканка повторно хлопнула себя по голове: это только натурал-одноклассник набирает пальцами на экране наощупь, а у девки сейчас одного глаза нет, а второй наверняка и раскрыть боязно.

- Я сама через твой концентратор сделаю. Допуск дашь?

Мартинес совместила свое запястье с чужим так, что гаджеты связались друг с другом через тактильный контакт.

В принципе, на случай тяжелых повреждений существуют специальные протоколы. Можно было бы войти в раздел медицины чужого девайса под гостевым допуском - вызов скорой организовать получилось бы.

Но чем больше пострадавшая сейчас занята делом, тем меньше у ее мозгов ресурса вибрировать и паниковать. Что-то подсказывало, что нервы еще всем очень понадобятся.

МЕД ЭЛЕМЕНТ принял заявку без проблем и на их голограмме в полутора метрах над полом появилась интерактивная карта. Судя по маршруту, сюда был отправлен летающий дрон-такси, не наземный транспорт.

Это хорошо, одной заботой меньше.

Южанин и англоговорящая наконец выкарабкались из-под обломков и осколков и теперь растеряно стояли рядом, даже не думая вмешиваться в диспут Рыжего и китайца.

Последние все еще возились друг с другом, но уже гораздо менее активно. Седьков себя запинать не давал, но задоминировать противника тоже не рвался.

Кабы не предстоящие разбирательства - так и просто пасхальная пастораль.

Затем Айя набрала подругу. Эрнандес врубилась даже быстрее матери Хамасаки:

- Держи со мной один канал постоянно! Буду созваниваться, с кем надо!

Предложение Аны было логичным, оттого Мартинес выделила пятнадцать процентов ресурса на разговор одноклассницы: та дала мост, чтобы не тратить потом времени на пересказы. Им обеим без лишних слов было понятно, что для этикета и вежливости момент неподходящий.

Загрузив Ану и вполуха слушая ее общение с известной родней, Айя еще немного подумала. И решительно набрала Трофимова.

Завуч на удивление философски отнесся к происходящему. Получив ссылку на видеофайл на сервере родного заведения, он быстренько прокрутил его дважды и направился к выходу из кабинета:

- Я понял. Да, это мероприятие в рамках ответственности учебного заведения. Еду в Лицей, буду у вас в течение получаса.

Спроси ее кто - она бы и сама не ответила, нафига потеребила Свина. Чистый экспромт. Но предчувствие настойчиво шептало, что и это было сделано правильно и хуже точно не будет.

Еще через пару секунд, которые она расфокусировано таращилась сквозь местных и собиралась с мыслями, пришла следующая идея. Хамасаки-мать говорила, больше шума?

Латиноамериканка соедининилась со здешней главой Ученического Совета и следом, в конференции - с младшей Хамасаки: "Миру, подключайся. Пока ты босс - делай, что можешь. Юнь не тревожу понятно почему".

Одноклассница смотрела файл чуть дольше завуча и матери, косвенно подтверждая проблемы со своим имплантом.

"Пострадавшая - тоже японка", - пришло от нее. - "Занятно".

"Это проблема?".

"Нет. Рыжий наш, она чужая. Хорошо, работаю".

Видимо, разговор по двум линиям одновременно Миру, неожиданно тоже ставшей натуралом, давался не очень легко: Айю из конференции вскоре выбросило.

***

Момент задержания проходит на удивление тихо и без эксцессов.

Здешняя охрана, вынырнувшая из-за угла в количестве пяти человек, никого не месит (как в моей школе), картинно не вырубает, а просто растаскивает нас с китайцем в разные стороны.

Следом за первой пятеркой откуда-то появляются еще трое, одетые уже чуть иначе.

Если бы я понимал в их форме - можно было б сказать, кто они такие. Но чего нет, того нет.

Ввосьмером они препровождают всех без исключения участников инцидента в помещение со стульями без столов. Японку, потерявшую глаз, ведут под руки.

Этот момент мне непонятен, но никто ничего не объясняет. Почему ее было просто не оставить на месте с одним человеком сопровождения? Все равно же сейчас за ней приедет скорая из этой ее клиники? И девчонку потащат лечиться?

Вовремя спохватываюсь: не девчонку. Не просто девчонку. Попади она ногой по мне, куда хотела - еще не факт, чем бы это все для меня закончилось.

В памяти предшественника как по заказу начинают распаковываться заученные заготовки именно на такой случай: о чем меня сейчас могут расспрашивать, что им лучше отвечать.

Как говорит Мартинес, прикольно и интересно: а для чего это Витя Седьков учился оправдываться после тяжких телесных? Если он и комара не сподобился обидеть даже ради самозащиты?

Вопрос без ответа.

Мужик в местной навороченной форме предсказуемо начинает с меня:

- Ролик с происшествием обработан. Седьков Виктор?

- Зачем вы мне говорите о ролике с происшествием? Да, я - Виктор Седьков.

- По факту имевшего место инцидента ведется разбирательство. Настоящим уведомляю о предварительном сборе информации в связи...

Дальше идут вариации на тему "вы имеете право хранить молчание, но, пожалуйста, сотрудничайте со следствием".

Выслушиваю все добросовестно, после чего беру паузу на обдумывание.

- Тебе что-то неясно? - равнодушно интересуется охранник.

- Многое, но не буду даже перечислять. Давайте сэкономим врем...

- Каким образом? - Он отсекает мой последний звук, демонстрируя непонятную мне смесь снисходительности, раздражения и нетерпения.

- Инцидент случился на вашей территории. У обеих сторон наверняка есть встречные претензии, о которых лично вы почему-то не спрашиваете. При этом я - несовершеннолетний и категорически не нахожусь под вашей юрисдикцией.

- Хорошо подумал?

- Конечно. Вы - Первый Лицей и у меня нет ни одного действующего договора с вашей администрацией. Пока что. Еще меня очень смущает, что процессуальным лицом вы тоже не являетесь категорически - но сейчас претендуете на роль "собирателя предварительной информации". В какой роли? Каким образом вы собираетесь непредвзято защищать и мои права, как стороны предстоящего процесса?

- Настоящим уведомляю об альтернативной записи происходящего! - Мартинес с выражением лица проснувшегося на заднем ряду алкоголика поднимает руку, обращая на себя внимание. - Дополнительно сообщаю: выгрузка ведется в режиме реального времени на сервера... номер... номер... индекс государственной регистрации... искусственный интеллект... министерство образования и науки федерации, лицензия номер...

Я ни слова не понимаю в ее абракадабре, но общающийся с нами "военный" неуловимо скучнеет.

- ... как непосредственный участник инцидента, планирующий иски на возмещение в адрес вашего юридического лица, заявляю открыто о своем намерении использовать в дальнейшем прямо либо косвенно все, чему я являюсь либо стану свидетелем в процессе данного разбирательства... без каких-либо согласований с вашей стороной, для защиты своих законных интересов... - Айя тарабанит так, словно читает чей-то текст с листа (и смотрится это все, хм, крайне необычно). Переведя дух, она продолжает. - ... а также для защиты интересов Виктора Седькова, с которым я объединяюсь в вопросах потенциального дела...

Интересно, это может быть переводом с испанского?

Мой организм вроде бы тоже что-то понимает в вопросе, но в его памяти отсутствуют не то что конкретные формулировки Мартинес, а вообще целые понятия.

Здешняя охрана, судя по поплывшим лицам, перешла в ускоренный бесшумный чат. Если бы речь шла о ринге, я бы сказал, что тренер из-за канатов резко сменил указания по тактике или вот прямо сейчас на ходу их меняет.

После еще доброй пары минут выступления моей одноклассницы в помещении устанавливается тишина.

- Могу поинтересоваться, почему пострадавшей не оказывается медицинская помощь? - я уже остыл и этот вопрос мне кажется вполне логичным.

Айя смотрит на меня одним из своих красноречивых взглядов.

***

- Могу поинтересоваться, почему пострадавшей не оказывается медицинская помощь? - Рыжий с грацией носорога влез в ее торги со здешней администрацией (та общалась через охрану).

Виктор на ровном месте воспылал человеколюбием и открытым текстом выдал, что в происходящем между строк совсем не ориентируется.

Она тянула время, как и было сказано матерью Миру.

Кузен, висевший сейчас на связи и имевший практический опыт подобных мероприятий, по факту разговаривал ее ртом: он знал, что делал. У негосударственных служб безопасности - своя специфика, рыбак рыбака видит издалека, попытаться договориться на старте никогда не поздно и все такое прочее.

- Седьков, дай тебе бог здоровья, - по причине отсутствия импланта у товарища скрытый чат с ним был невозможен.

Говорить это ей пришлось вслух.

Мартинес очень постаралась, чтобы в интонациях не мелькнуло ни тени эмоций: Виктор поймет скрытый подтекст, так как знает все ее естественные и неестественные модели общения лично, а здешним оно ни к чему.

Попутно ей очень не понравился странный взгляд китайца, который сейчас был похож на сдающего сложный экзамен студента.

- Пардон. Не мое дело. - Задержавший на ней внимательный взгляд одноклассник по-своему сориентировался и достаточно убедительно отыграл дебила, сдавая назад.

Хм. А ведь тоже вариант.

Айя под руководством кузена на ходу изменила следующий текст (в их канале сейчас присутствовала и несущаяся сюда Миру, что тоже было важно) и перешла на человеческий язык:

- Я не планирую никакого участия ни в каких ваших околопроцессуальных действиях. Равным образом не позволю манипуляций со своим одноклассником, поскольку он является натуралом, не является гражданином и может не до конца отдавать себе отчет в происходящем.

- Мы не можем вас отпустить прямо сейчас.

- Это ваша официальная позиция? - Мартинес подобралась и напряглась, как кошка перед мышиной норой.

На том конце в предвкушении и от азарта резко вспотел двоюродный брат.

- Нет. Это просьба администрации Первого Лицея, переданная сейчас по особым каналам. - Местный, как и она, явно находился на связи с кем-то еще.

Слава яйцам. Рыжему всего не расскажешь, на вариантов было два.

Первый. Лицей не заморачивается с проблемами и сдает дело правоохранителям.

Некрасиво, неблагородно - но своя шкура ближе к телу и оно рулит гораздо чаще, чем взрослые готовы признать.

Хреновый путь, если честно.

Второй вариант, именно на него и был расчет. Лицей и их Школа - дочки одного родителя, Императорского Университета. Совместная тренировка и выступление старшеклассников - тоже богоугодное мероприятие, во всяком случае, с точки зрения обеих администраций (даже Свин Трофимов это подтвердил прямо и, оторвав жопу от стула, едет сюда).

На территории Школы по факту действует отдельный правовой режим и травмы любой тяжести для официального процесса основанием никогда не являлись: если жив - нынешняя медицина все вылечит (а до смертоубийства пока не доходило).

Наверняка и родители одноглазой японки несутся сюда - сто процентов местная охрана, притворяясь валенками, сейчас как и она потеют с десятком каналов в ухе.

Суть. Если в МЕД ЭЛЕМЕНТЕ у девахи страховка с полным восстановлением - ее глаз является всего лишь неприятностью.

Крупной, неудобной, месяца два нервов и ходить с повязкой, как древний пират - но ничего непоправимого, ибо нынешние нано-колонии восстанавливают ВСЁ, вопрос времени и стоимости.

Вон, Лысому зубы за сутки вернули, а там тоже техпроцесс не самый простой был.

И совсем другое дело, если конкретная травма у пострадавшей под медицинское покрытие не попадает. Тогда можно вернуться как к первому варианту - здравствуйте, полиция - так и ко второму с дополнением "плюс".

За чей счет будет банкет, если коротко.

Поскольку негласное соглашение разбираться своими силами было заключено вот прямо сейчас (и при прямом ее участии - а кто ценит?! Эх-х), Айя усилием воли расслабилась и без затей полезла у всех на виду листать голограмму, сколько стоит новый глаз в разных клиниках. Глянуть есть смысл и по финансам, и по времени.

Глава 17

На какое-то время воцаряется тишина - все занимаются своими делами. Охрана бдит и явно общается друг с другом в привате, китаец вынашивает только ему понятное нечто, японка притворяется статуей, а англоговорящая и земляк Рашида что-то читают (кажется, потому что работают через концентраторы).

Мартинес развила бурную деятельность сразу по нескольким направлениям, насколько я понял. Вот прямо сейчас даже с моим зрением вижу, что она сравнивает сценарии восстановления пострадавшей японки в разных больницах: перед ней горят живодерские голограммы глаза, извлеченного из черепа, а сама латиноамериканка заполняет рядом с каждым рисунком небольшую таблицу.

Видимо, это стоимости отдельных операций, их сроки, фамилии профильных врачей и еще какие-то детали, на которые у меня не хватает ни зрения, ни знаний (пишет она по-испански, причем с сокращениями и часто вообще рисунками).

- Как звать? - минут через десять общей тишины одноклассница обращается к потерявшей глаз.

- Это не имеет значения. - Чуть подумав, азиатка вежливо, но четко дает понять, где находятся ее личные границы.

- Договоримся между собой предварительно? Или детали будут обсуждать родаки? - Айя сейчас выглядит каким-нибудь менеджером, который предлагает очередному клиенту самый обычный пакет стандартных условий.

Японка ничего ей не отвечает, но, судя по напряженности мышц, слегка подбирается.

- У тебя есть полномочия разговаривать сейчас за себя или ты сама не решаешь? - продолжает наседать Мартинес. - Родителей твоих ждать обязательно?

- Это манипуляция, - неожиданно спокойно выдает пострадавшая. - Не считай других глупее себя. Со мной такие номера не проходят.

- О, у тебя наконец "Лекарь" заработал... - Айя прищуривается, видимо, разглядывая активированные программные продукты собеседницы. - И в мыслях не имела, между прочим, тобой манипулировать! Просто к нам сейчас твои титульные земляки подтянутся, будут за нас с Рыжим мазу тянуть. Никого не пугаю - но конкретно я буду настаивать на том, что с нашей стороны была чистая самозащита.

Все четверо учащихся Лицея почему-то синхронно выпрямляют спины, словно в одночасье проглотили ломы.

Интересно, че это с ними, как говорит Мартинес, когда никто не слышит.

- Я лично с тобой не враждовала, первой тебя не трогала, - равнодушно продолжает моя подруга. - А ты с каких-то кочерыжек решила оставить меня без моего человека: я же своими глазами видела, как ты ему пяткой по яйцам чуть не попала. Он натурал, если что - могло выйти более чем печально.

- Это еще очень большой вопрос, насколько тут кто натурал, - неожиданно подает голос китаец, доселе молчавший.

Мартинес в ответ явно играет, но получается очень органично: она сводит брови вместе, выпячивает губы, картинно открывает глаза. Видимо, не удовольствовавшись только мимикой, она демонстративно присвистывает и добавляет:

- Знаешь, меня отец учил, что умный дураком притвориться может.

- Это к чему? - с ноткой превосходства и как-будто равнодушно бросает хань.

- А вот наоборот еще никому никогда не удалось, - завершает цитату одноклассница. - Рыжий - самый что ни на есть классический и стопроцентный натурал. Кусочек концентратора - его пожизненный физиологический предел, увы. - Она переводит взгляд на охрану. - Но мы готовы к любым исследованиям, обследованиям, скринингам, что там дальше по списку. Ежу голые жопы не страшны. - Последнюю фразу она бормочет под нос, но получается не так чтобы тихо.

Все присутствующие ее слышат и на какое-то время скрещивают на ней неодобрительные взгляды.

- Вместе с тем, варианты есть всегда, - после многозначительной паузы Айя сверлит взглядом только японку.

Та не может видеть направленных на нее чужих глаз, но что-то такое все же чувствует, потому что находит силы пожать плечами:

- Ко мне сейчас тоже кое-кто приедет и тоже из титульных. Я тоже не сирота. Мои с вашими представителями уж как-нибудь договорятся и поверь, не в ущерб моим интересам.

- Я бы не была столь категоричной, - в своей национальной манере ухмыляется моя одноклассница. - Ты просто не в курсе имен нашего подкрепления и не знаешь, что я хочу тебе предложить. Как скажешь, своя рука - владыка. Если ты так уверена, что твой глаз - мелочь, а страховка у вас проплачена с троекратным перехлестом - в принципе, мне тебе предложить нечего. Могу и сходить на три буквы, несолоно хлебавши. Раз я тебе не нужна и ты все отлично порешаешь, не глядя на имена и титулы. - Она картинно вздыхает.

- Кто едет с вашей стороны? - повторно прорезается китаец.

У него даже выражение лица меняется, насколько я могу видеть с этим зрением. Он тоже что-то лихорадочно листает в сети, что ли?

- А твое какое дело, мудила? - удивляется латиноамериканка. - С тобой никто не разговаривает. Если что, вся ботва вообще из-за тебя началась: народ более-менее нормально играл в эту вашу игруху первые минуты, пока ты саботировать не начал. - Затем она поворачивается к японке. - Суть, коротко. Хамасаки Инкорпорейтед имеют свои пакеты в том числе для медицинских восстановлений. Годится и на твой глаз, насколько я успела выяснить.

- У тебя такие широкие возможности? - азиатка слабо улыбается в ответ.

Явно не верит.

- Есть кое-какие, - абсолютно серьезно не ведется на подначку Мартинес. - Я прямо сейчас разговариваю параллельно с профильной лабораторией, причем в дочерней клинике. Да, Хамасаки не одни такие на рынке, но я смотрю - это действительно высококлассный продукт. Я не натуралка, пакеты работают, а техника не врет... Мне говорят правду, а я передаю тебе.

- Они хороши, никто не спорит. Но они и не единственные, - коротко то ли парирует, то ли дискутирует пострадавшая. - И мне что-то подсказывает, что выбор клиники для моей терапии - такая мелочь в сравнении с потенциальным обвинением в ваш адрес!

- А в этом мире все и зависит от деталей и мелочей. - Спокойно вроде как соглашается латиноамериканка. - Если тебе восстановлялку воткнут на твою же родную базу, к которой ты привыкла - концентратор, имплант - то личность лечащего врача и оператора процесса будет значить уже больше. Одно дело - кто-то опытный и с набитой рукой, а другое - если попадется кто-то сразу после ординатуры. Ладно, тебе жить.

- Скажи что-нибудь новенькое, - предлагает японка. - Не то, что я знаю и без тебя.

Она пытается выглядеть невозмутимой, но даже мне понятно, что Мартинес ее местами зацепила.

- Мне кажется, мы могли бы прямо сейчас, вне зависимости от дальнейших разговоров взрослых, оговорить индивидуального специалиста под тебя. - Твердо выдает Айя. - Его могут одобрить твои родители после того, как проверят мои данные. Я именно в этот момент на связи с нужным человеком и твоя титульная соотечественница, имеющая ресурс явно лучше вашего, это прямо обозначает. Не сочти за взятку; самая обычная попытка договориться. Она говорит, ты как японка ее понимаешь. Могу, в принципе, и иначе со всеми вами тут разговаривать, поверь; но у нас после драки вначале пробуют мирно.

- У тебя что, прям целые завлабы на связи? - азиатка подпускает в интонации изрядную долю сарказма. - Из Хамасаки Инкорпорейтед?

- Нет, зачем? - легкое удивление в исполнении латиноамериканки выглядит ненаигранным, аристократичным и естественным. - Скорее уж тогда собственница. Это Тика Хамасаки. Я думаю, лабораторию и конкретного специалиста будут определять в зависимости от твоего протокола лечения, то есть восстановления. Она просит передать, что готова предоставить свои варианты тебе лично - в случае твоей или твоих родителей заинтересованности. Решайте сами...

"...Круче ли вы, чем они" вслух не было сказано, но явственно между строк одноклассницы подразумевается.

На какое-то время в помещении виснет тишина. Даже охрана, похоже, приостанавливает свои невидимые дискуссии и изучает Мартинес.

- Это правда? - пострадавшая по-прежнему не демонстрирует видимых эмоций, на делает это именно что чересчур старательно.

- А зачем мне тебя обманывать? Нас тут чуть не два десятка долбо*бов в комнате и я сразу всех честно предупредила - все пишу! Запись кладу на три сервера. - Айя продолжает то ли возмущаться, то ли более чем убедительно это изображать.

С ее актерскими данными нельзя исключать никакого варианта. Мне иногда вообще кажется: она не только чувствует то, что хочет, а и может заставить себя хотеть то, что чувствует.

- С чего бы самим Хамасаки заниматься вами, мной? И вообще лезть в это все? - несмотря на демонстрируемое олимпийское спокойствие азиатки, сам факт ее любопытства уже о многом говорит даже мне.

- Шутишь? Она - опекунша Седькова! Ну или скоро ею будет, как только оформит документы, - латиноамериканка пожимает плечами, будто говорит о заведомой мелочи.

Насчет опекунства не совсем так, но я рассудительно молчу, а присутствующие после этого заявления ловят молчанку.

Если учесть, что у охраны расширения на достоверность наверняка активны, лично мне в голову приходит одно: Тика и Айя и сейчас и правда на связи друг с другом, просто этого не афишируют и разговаривают по тому самому закрытому каналу.

Будь иначе - охранники не фонили бы любопытством, а уже наверняка что-то сказали бы вслух, видно по их рожам.

***

Администрация Первого Лицея согласилась на тихое разбирательство. Негласно, намеками, через посредника-охранника - но и это уже было здорово.

Полицию пока не зовут - слава богу.

Одноглазая тоже уже почти согласилась - на нее произвело впечатление личное участие Тики Хамасаки в этом всем, как бы она ни хорохорилась.

Черт. Айя была готова рвать и метать - мать японки прибыла ни раньше ни позже, будто назло. Заодно стало известно, как пострадавшую зовут.

Сата Тераяма.

Следом как по заказу нарисовался и здешний завуч, который с порога принялся примерять на себя дирижерскую палочку:

- Ты, - пальцем чуть не уперся в латиноамериканку. - Ущерб, нанесенный тобой лично игровому залу, составляет...

- Да иди ты нахер, - вздохнула она, невежливо перебивая еще одну звезду педагогики, но уже из чужого заведения. - Решение суда на руках? Можешь показать?

Сказать бы ему, что его коллегу в их школе и по пузу иной раз проверить могут, да нельзя - нужен компромисс по Тераяма. Мать ее. И его.

Кстати, вот же похотливый козел! Тоже на сиськи таращится, к-хм.

Очки здешнего коллеги Свина подпрыгнули на лоб и вернулись на место: с ним явно так еще никто не разговаривал.

- Прошу прощения, я машинально, - тут же ненатурально повинилась Айя. - Случайно вылетело. Я хотела сказать, что если вы по умолчанию будете считать виновной в ущербе одну меня, то адвокаты моей семьи уж как-нибудь докажут обоюдку. Посмотрите мое дело на нашем сервере: я никогда не сотрясаю воздух попусту. Конкретно в этом вопросе ориентируюсь профессионально.

- Вы с семьей сильны именно в вопросах компенсации ущерба? - вкрадчиво уточнил хань. - Ты разнесла половину нашего игрового зала скамейкой. У тебя уже был подобный опыт?

- Да иди и ты туда же, - предложила она, мгновенно перестраиваясь и старательно изображая не взрослую, а девчонку с улицы. - Драка - фигня обоюдная, повторяю для глухих. Предложение разделить на всех участников драки ущерб равными долями - стандартный вариант в суде. Да, из-за таких идиотов, как ты, у порядочной девушки типа меня подобный опыт есть. Увы. - Мартинес перевела дух. - На что только не приходится идти иной раз, чтобы сохранить девичью честь и достоинство рядом с мудаками!

Седьков, слава помидоркам, дисциплинированно промолчал. А че, с него сталось бы... хе-хе.

Ее опять понесло дальше и она категорически не собиралась надевать на себя намордник:

- Слышь, титульный. Если ты не понял, поясняю ботаникам: это мое вам большое одолжение о разделе ущерба, и тебе - конкретно! А не попытка уйти от ответственности, как в своей неизбывной ограниченности подумал ты.

- Да ну? - китаец снисходительно ухмыльнулся, всем видом показывая непрошибаемость.

- Ну да. У меня на связи кое-кто из юристов, прямо сейчас. Именно с нужной специализацией, - тут дальше можно не пояснять, с учетом ее этнического происхождения и так всем все ясно о профильных специалистах. - Я уверена: если захочу - платить за разгром будете вообще только вы трое и в одиночестве. Без меня. Поспорим? - подтверждая свои слова, Айя через сервер родной школы вошла на здешнюю страницу ставок и создала собственный файл.

На высоте полутора метров от пола загорелась голограмма тысячи.

- Отвечать на тотализаторе никто не торопится? - абсолютно машинально подначила она присутствующих.

Вообще-то, это было детство - такое и так доказывать. Но не затыкать же собственный фонтан красноречия: интуиция шептала, лучше искренне оставаться самой собой. Так будет правильно.

- Я бы предложила сместить первичный акцент совсем на другую тему, - холодно напомнила о своем присутствии Тераяма-мать. - Господин Накамура, вам не кажется, что вопросы восстановления битого стекла сейчас не первостепенны?

- Мои извинения. - Здешней коллега Трофимова, тоже этнический японец, коротко поклонился. - Я хотел лишь показать нашим гостям, что список их прегрешений и так более чем солиден. Мне жаль, если я сказал что-то не то. - Он снова качнулся вперед и вернулся назад.

- Миссис Тераяма. - Рыжий неожиданно примерил на себя эту свою странную маску взрослого мужика.

Да даже и не маску, если подумать. Импланта нет, расширений нет, имидж абсолютно искренний и родной. Никакой коррекции.

- Вашу дочь повредил лично я, - продолжил Седьков. - Это было сделано в рамках защиты близкого мне человека от нее. Если у вас есть какие-то вопросы, их лучше адресовать мне напрямую и прямо сейчас.

Японка выражением лица очень красноречиво передала все, что думает о говорящем.

- Мой правовой статус в федерации может исключать нашу с вами повторную встречу, - Виктор как ни в чем ни бывало продолжил.

Мартинес про себя хихикнула: мамаша одноглазой не в курсе его зрения. Уязвлять Рыжего презрительной мимикой - все равно что тыкать носорога спичкой. Бестолку.

- У вас будут какие-то конструктивные замечания, Тераяма-сан? - вслух же Айя поторопилась перехватить слово, поскольку кое-кому лучше рта вообще не раскрывать от греха подальше.

- Что ты говорила о Хамасаки? - женщина наконец снизошла до старшеклассницы.

- А вот. - Айя на внутреннем ускорении активировала вызов и подвесила голограмму посередине комнаты.

Кажется, настало время ходить с козырей.

- Тика-сан, тут о вас мать этой девочки спрашивает. - Когда нужно, валять дурака Мартинес умела лучше других.

- Здравствуйте, я - Хамасаки Тика. - Мать одноклассницы шла по какому-то очень знакомому коридору.

Жаль, все ресурсы заняты и нельзя быстро прокрутить память - вон, Эрнандес с легавыми на два хода вперед договаривается, Миру параллельно тоже инструктирует, вилы.

Щас башка взорвется. Не отключишься ни от одного канала.

- Здравствуйте, я - Тераяма Масаэ. Тика-сан, мне крайне неловко задавать лобовые вопросы, но что эта девочка говорила о ваших программных продуктах?

Вот стерва. Даже обе с дочкой, если подумать. Оказывается, одноглазая тоже все отсюда аккуратно лила на сторону. А ведь говорила, что скорую не может вызвать, с возмущением подумала про себя Айя.

Хотя и ничего не сказала вслух.

- Я искренне сожалею, что мой воспитанник доставил вам столько забот. - Хамасаки-старшая ухитрились даже поклониться на ходу.

Хренасе, Мартинес каким-то чудом не присвистнула и удержала мимику без помощи нейрокоррекции: кажется, у Рыжего с Тикой что-то более чем серьезное.

- Интересно, не пора ли мне начинать ревновать? - в реале же она задала шепотом вопрос однокласснику на ухо.

- На тему? - встрепенулся Рыжий. - Ты ж сама со мной и Аной... того???

- Бл*. Ты ж по-японски не просек. - Айя воровато огляделась по сторонам. - Сообразительный ты мой.

С одной стороны, позиция матери Миру прямо кричала, чтоб о ней рассказать товарищу, не сходя с места.

С другой стороны, делать это здесь и сейчас вслух было бы глупостью - слишком много ушей вокруг, а закрытых каналов у Рыжего нет.

Подумав, латиноамериканка быстро набрала текстовое сообщение и по старинке заслала его Седькову в мессенджер: "Тика говорит, что уже является твоим опекуном. Направляется сюда. Не вздумай ничего ляпнуть...! С тебя станется!".

Виктор в своей неподражаемой манере извлек допотопный утюг-телефон и, уткнувшись носом в экран, лаконично кивнул через пару секунд. Хорошо, голову не стал поворачивать и взгляд поднимать.

- Вам сказали правду и по-моему поручению, - продолжила тем временем мать одноклассницы. - Вне зависимости от результатов разбирательства, моя компания будет вам очень обязана, если вы позволите нам принять на себя все хлопоты по восстановлению вашей дочери.

- Перед тем, как мы это обсудим, разрешите спросить. Каким образом этот гайдзин является вашим воспитанником? - Масаэ Тераяма отчего-то посерьезнела.

- Я являюсь его официальным опекуном, - на голубом глазу выдала Тика. - Скоро будут оформлены все документы.

Что интересно, ни одно из расширений Айи не показало, что японка врет. Вот это номер.

Так и рождается история, подумала она про себя. Я же сейчас своими глазами видела, что гарантированные расширения - не такие и гарантированные. Как так-то? Хотя бы желтый сектор должен был обозначиться, Хамасаки-старшая же не говорит чистую правду.

- Мне искренне жаль. - Мамаша одноглазой тем временем впилась взглядом в собеседницу. - Пожалуйста, извините меня за наглость еще раз, но в каком статусе находятся ваши отношения с этим парнем сейчас?

- Могу спросить о причинах подобного пристального интереса? - вежливо и абсолютно непрошибаемо поинтересовалась Тика.

- У меня сейчас внутреннее противоречие. С одной стороны, обидчик моей дочери должен понести очень серьезное наказание. Не по закону, - Масаэ фыркнула. - По моим правилам представителя титульной нации. С другой стороны, за него просите вы. Еще раз простите за настойчивость, какими документами подтверждаются ваши слова?

- А вы сейчас со мной разговариваете как японка? Или как гражданка федерации? Мне напомнить вам, что у нас, - Хамасаки выделила интонацией, - устные договоры, в отличие от гайдзинов, несут ту же функцию, что и подписанные? Или вы и штрафы на улице в полицию платите, а не возмещаете ущерб тому, чью машину стукнули?

"Наши обычаи. Мама говорит правду", - внизу появился закрытый от остальных комментарий Миру.

"Я в курсе!", - отмахнулась Мартинес.

Наблюдать за беседой двух сорокалетних японок было не просто интересно, а еще и жизненно необходимо: если что-то не срастется по-хорошему - вон, один полицейский участок и молодые опера-латинос за скромную мзду уже готовы посодействовать. Где бы только денег на них взять.

- Уважаемые дамы. - Китаец присоединился к разговору японок, впрочем, с соблюдением правил вежливости и низко поклонился. - Я очень прошу не упускать из виду интересы и других представителей титульных наций, даже если они от ваших отличаются.

- Захлопнулся бы ты, кочерыжка, - не сдержалась Мартинес. - А то как бы тебе собственным пенисом не поперхнуться.

Глава 18

Между титульными происходило что-то настолько интересное, что даже этот ее откровенный выпад остался без ответа.

Хань лишь скользнул по ней рассеянным взглядом и промолчал.

- Проглотил при всех, - она задумчиво покачала головой, отыгрывая свой стандартный образ скользкой двусмысленностью.

- Можешь коротко объяснить, что случилось? - зашептал ей на ухо Рыжий. - Чего они как ломы проглотили?

- Ща. - Айя врубила еще кое-что из расширений и добросовестно начала синхронный перевод.

Вычислительный ресурс балансировал на пределе, но сама идея была неплохой: Виктор, как показывал опыт, многие моменты общения между взрослыми видел со своей стороны, порой - с весьма оригинальной.

- Молодой человек, вы сейчас нарушаете некоторые правила приличия. - Дверь помещения распахнулась и на пороге появилась Тика Хамасаки собственной персоной.

Она обращалась к китайцу напрямую. Даже мало знакомым с ней было видно, что ее глаза мечут молнии.

Тьху ты. Так вот что это был за коридор, рука-лицо.

Одновременно с таким эффектным появлением голограмма матери одноклассницы на концентраторе латиноамериканки деактивировалась.

- Бл*. - Больше Айя ничего не сказала вслух.

А про себя подумала: ведь никто в жизни не оценит, что промолчать сейчас было с ее стороны настоящим героизмом. Начать хотя бы с того, что Тика между делом и непринужденно ей по секрету продемонстрировала: рабочим меню латиноамериканки, оказывается, можно заруливать снаружи. Походя, как комара прихлопнуть.

Седьков предсказуемо вообще ничего не заметил, вернее, не понял; а остальные в этот момент на них не смотрели.

Попутно подобный высший пилотаж выдавал, что Хамасаки мониторит обстановку на десять с плюсом по пятибалльной шкале (причем непонятно, по каким каналам!).

- Тика-сан, я очень рада вас видеть! - плюнув на этикет, она поняла, что сдержаться и ничего не показать вообще никому сейчас будет выше ее сил.

Ну или это будет уже не она - а чего не сделаешь для сохранения собственной личности, хе-хе.

Мартинес встала, вклинились между двумя японками, подошла к Хамасаки-старшей и, обнявшись, обменялась с той хлопками по спине.

Рыжий изрядно удивился сцене и слегка отвесил челюсть, наблюдая это все. Даже спросил, когда она вернулась на место:

- А че это вы ... ?!

- Так ты ж у нас теперь вроде как общий объект интереса, - прошептала она ему в ответ на полном серьезе. - Тесного и родственного. Не чужие друг другу, чай! Она тебя, считай, только что не усыновляет - объявила же вот при всем честном народе. А ко мне ты яйца на предмет женитьбы подкатываешь, правильно? В будущем. Вот, на твоей почве мы практически и породнились - в перспективе.

Брови Рыжего рванули на затылок, рот открылся, глаза прикольно захлопали. К своей чести, ни единого слова он все же не сказал.

- Мр-р-р-р, хр-р-р-р. - Не стесняясь присутствующих, Мартинес коротко потерлась лбом о его висок. - Шучу! Или не шучу, - тут же добавила она уже значительно тише. - Но это только время покажет. Хм.

Ее приложение выбросило в интерфейс, что часть внимания присутствующих сместилась в их сторону.

Айя тут же спросила, ни секунды не задумываясь:

- Слушай, Седьков, а ты бы хотел реально такую жену, как я? Вот кроме шуток?

- Я бы предложил обсудить этот вопрос в несколько ином составе, - Виктор серьезно повел подбородком слева направо, обводя взглядом помещение.

Латиноамериканка тихонько заржала и крепче прихватила его под руку.

- Я лишь напоминаю уважаемым, что здесь присутствуют и другие, чье мнение чего-то стоит, - твердо ответил хань тем временем японкам. - Со своей стороны хочу лишь предупредить: вы сейчас общаетесь так, как будто других интересов вокруг вас нет. Но я тоже принадлежу к титульной нации и пока просто не звал сюда членов своей семьи.

- Зачем? - раздалось из-под рук Саты, которыми она по-прежнему закрывала лицо. - Это же у меня нет глаза, а не у тебя?

- Я тебе говорил с самого начала, - дальше он развернулся к двум матерям. - Повторю ради вас, - хань коротко поклонился из положения сидя. - Я не потерплю в своей школе и на своем потоке никого, чьи показатели могут угрожать моим. Вы же не думаете, что здесь никто не понял, как вы собираетесь перетащить этого рыжего в наш лицей?

- ... Хренасе, ты популярный, - добавила она, завершив синхронный перевод эпизода. - Оказывается, тебя боятся еще до того, как ты тут появишься. Заня-я-ятно.

Рыжий не просто выглядел озадаченным - он и был им:

- Эй, мужик! - Седьков коротко порыскал глазами по сторонам, затем без слов оторвал нижнюю пуговицу жакета Айи и коротко метнул ее в голову китайца. Попадая, что интересно. - Я пришел всего лишь играть в кибер! По вашему приглашению пришел, между прочим! Ты сейчас это все серьезно?

Хань стерпел даже школьную фурнитуру, прилетевшую ему голову. Без малейших эмоций он продолжил разговаривать с японками, не отвлекаясь на Рыжего:

- У этого вашего протеже, Хамасаки-сан, самый быстрорастущий рейтинг среди двух наших заведений за последние несколько лет. Периодические разногласия между нами и вами, я сейчас о японцах и китайцах, не секрет ни для кого. Уважаемые дамы, вы сейчас договариваетесь между собой так, как будто других интересов кроме ваших не существует. Чтобы избежать любых недоразумений в будущем, предупреждаю: я сделаю все, чтобы этого парня даже на пороге моего учебного заведения не было. Ни в какой роли. Нам категорически не нужны тут натуралы, которые время от времени могут небезуспешно открывать рот, когда мы им этого не позволяли. Если есть вопросы - читайте новости их школы и их чаты.

Тика озадачилась и осталась стоять посередине, разглядывая говорящего, как что-то странное.

Тераяма-мать наклонила голову к плечу и прищурилась.

- Поясняю на примере их заведения. - Хань коротко мотнул головой в сторону гостей. - Главами местного самоуправления там, как и полагается, пока еще японка и китаянка. Хамасаки-сан, ваша дочь, согласно сайту заведения, - короткий кивок вежливости. - Сейчас рейтинги титульных пикируют вниз, а на носу внеочередные перевыборы. Я тоже умею читать и отлично знаю, кто претендует на новое место, - он, не глядя, ткнул пальцем в сторону, безошибочно указывая на Мартинес. - Пацану-чемпиону, возможно, таких шикарных мест и не достанется, но они ему и не нужны: гранты Первого Лицея, в отличие от их школы, дают эмигранту практически гарантированные шансы на гражданство. С учетом того, что этот тип проворачивает последнее время, я воспринимаю ваши действия сейчас как прямой выпад против второй титульной нации. Против нас.

- В каком месте?! - Тераяма-мать не стала ничего корректировать в мимике принудительно и искренне удивилась.

- В нашем Лицее, в отличие от их школы, у японцев должности в самоуправлении нет. Протащив сюда этого гайдзина, вы потенциально двигаете только нас, китайцев - так как сами ничего не теряете.

- Ты это все серьезно? - мать пострадавшей девочки даже не нашлась, что сходу сказать.

- Какая же ты тварь, - раздалось из-под рук Саты.

- А вы считаете, что наши взаимоотношения с вами на всех уровнях, - китаец многозначительно пощелкал пальцами, - являются чем-то иным? Не грядущим переделом?

- Ты мыслишь слишком глобально для песочницы. И пытаешься найти черных кошек там, где их нет, - бросила Тика Хамасаки презрительно. - Уже молчу, что японцы с японцами разберутся как-нибудь без тебя. Я доходчиво намекаю? Следует применить какие-нибудь другие средства убеждения?

- Я не буду сейчас при всех обсуждать нюансы нашего с вами внутреннего рейтинга, - твердо ответил китаец. - Но вы, в отличие от прочих присутствующих, очень хорошо понимаете, о чем речь.

- Возможно. - Хамасаки-старшая задумалась. - Но это не более чем совпадение. Какое и в чем именно - не твоего ума дело! У тебя работает расширение? Ты же видишь, что я не вру?

- А это и есть вторая причина, - спокойно кивнул хань. - Он, - тычок пальцем в сторону Седькова, - каким-то образом успешно выдает себя за натурала. Настолько, что даже в его личном деле стоит отсутствие импланта. При этом вы, японцы, являетесь его опекунами. Вы очень здорово обогнали нас в одном прикладном вопросе - как мне кажется потому лично я для начала требую полицейского расследования.

- На тему?! - японки, не сговариваясь, сказали это в унисон.

- Каким образом этот тип скрывает свои расширения. Что у него за носитель. Являются ли софт и аппаратная часть законными.

- Так. Второй член их ученического совета - девчонка-китаянка, - по-прежнему шепотом пояснила Айя Седькову на ухо после перевода. - В местных чатах они между собой вроде как хорошо ладят.

- Нам это важно? - спросил Рыжий, что-то прикинув.

- Пока коплю информацию. Слишком мало известно для анализа. Какой-то трэш, но не могу понять, что за ботва. Мудила настаивает на приезде полиции - под благовидным, как ему кажется, предлогом.

Она не стала договаривать. Одноклассник и сам должен сообразить, что его личному рейтингу и перспективам сейчас только легавых и не хватает для полного счастья. Особенно в уголовном производстве о тяжких телесных: пусть даже те и не совсем тяжкие в итоге, но открывать квалификацию будут без учета потенциальных медицинских чудес от Хамасаки Инкорпорейтед.

На время выяснения Виктор запросто может оказаться в предвариловке, а лично ему из любой кутузки на луну гораздо ближе, чем на волю.

- Уважаемые дамы и господа! - Седьков поднял руку и встал сам. - Тика-сан, я могу рассчитывать, что вы уладите вопросы здоровья пострадавшей Саты, несмотря ни на что?

Старшая Хамасаки молча подошла к соотечественнице и коснулась концентратором на запястье ее кулона. Видимо, ускоренный режим у обеих уже был активен, потому что мать Миру утвердительно кивнула Рыжему быстрее чем через секунду:

- Да. Вне зависимости от того, что будет дальше, Сата получить все возможные протоколы терапии и реабилитации в любой из наших лабораторий. Это будет сделано за счет Хамасаки Инкорпорейтед и, возможно, с использованием новейших разработок, которых пока нет на широком рынке.

Рыжий подпрыгнул на месте сидя и отчего-то зримо напрягся.

Тика посмотрела на него липким и тягучим взглядом, словно хотела просверлить насквозь.

Как нельзя кстати дверь распахнулась еще раз - и на пороге появилась медицинская бригада. Сату моментально взяли в оборот и вместе с матерью наконец увезли лечиться.

Примерно в это же время с врачами в дверях разминулся Трофимов: они выходили, когда тот протиснулся внутрь. Не здороваясь ни с кем, светило педагогики родного заведения брюхом приперло своего местного коллегу к стене и принялось отчаянно жестикулировать.

Айя прислушалась. Затем отключила часть расширений и прислушалась еще сильнее.

Китаец тем временем тихо и ожесточенно спорил со старшей Хамасаки.

- Ну че там? - сгорающий от нетерпения Седьков деликатно потрогал ее за талию, имея в виду пару завучей.

- Будешь смеяться, но Свин за тебя: говорит, так дела не делаются. Рейтинги рейтингами, но если совместная спортивная киберкоманда Лицею не нужна, то он уже и сам очень жалеет, что согласился на благотворительность. О, вот... Щ-щас гнет японским матом на тему их черной неблагодарности: дескать, мы в его лице им доверили восходящую звезду, тебя, поднимая их уровень... а они презлым оплатили за предобрейшее...

Рыжий тихонько захрюкал:

- Кто бы мог подумать. Я и представить не мог, что окажусь настолько популярен в стенах его кабинета.

Тем временем хань отмахнулся от что-то доказывающей ему Тики и обратился к Седькову через всю комнату:

- Я не знаю, как ты это делаешь, животное, но наверняка знают твои покровители, - он нервно качнул головой в сторону японки. - Понятия не имею, каким образом ты одурачил всех у себя, но здесь этот номер не пройдет - я вызываю полицию!

Местный завуч, извинившись, покинул Трофимова и направился к своему ученику.

- Какая-то буря в стакане воды, - лениво зевнул Виктор, отваливаясь на спинку и раскидывая на ней руки в стороны.

Айя закусила губу: хотелось выть, стучать кулаками в стену и каблуками в пол. Узкоглазый лицеист, во-первых, подразумевал что-то, известное только титульным - вон как всех японцев перекосило. Во-вторых, он откуда-то великолепно знал подноготную Рыжего и шел на конфликт даже с собственной администрацией, двигаясь в очень нехорошем направлении.

- Наши внутренние терки, - хмуро уронила Тика, садясь рядом с ними. - Титульные. Виктор, я тебя по-любому не брошу. Я не могу сейчас все рассказать, но может прийтись нелегко. Он из семьи Цай и считает, что мы их подвинули в кое-каких вопросах управления территорией.

- Амбициозный мальчик из хорошей семьи? - оживился Виктор, наредкость неплохо схватывая суть. - Стремится по поводу и без повода всем доказать, что уже не по годам взрослый?

- Да. Как назло, в самый неподходящий момент.

- Пусть вызывает свою полицию. - Уверенно набычился Рыжий. - Господин Трофимов! Я могу попросить вас вызвать легавых первым? До того, как это сделает вон тот рахит?

- Зачем? - завуч родной школы мгновенно врубился и не спорил, а именно что уточнял.

- Я теперь из принципа заберусь в этот лицей, - заявил Седьков, выставляя указательный палец в сторону удивленных местных. - Айя, не сочти за труд, набей объявление в нашей сетке?

- Какое? - Мартинес без пререканий развернула виртуальную клавиатуру.

Когда творится такой дурдом, лучше спорить поменьше, а руками работать побольше.

- Их малыши должны знать, что чемпион по киберу дает три часа в день бесплатные уроки. Время включает в себя теорию, упражнения на отработку, а также игру с самим чемпионом. У нас же с ними есть общая страница?

- Почему раньше так не сделал? - Хамасаки-старшая что-то напряженно обдумывала, глядя сквозь завуча. - Рейтинг социализации?

- Не знаю, - отмахнулся Виктор. - Это экспромт, только сейчас в голову стукнуло. Просто мне регулярно в личку приходят просьбы от малышей, с самого переезда - поиграть вместе. Им оно и выгодно, и интересно. Раньше мне было жаль на это времени - работа, учеба. Плюс Рашид намекал, что... - он не договорил. - А сейчас я просто из принци...

- Так зачем нужна полиция? - спросил подошедший к ним вплотную Трофимов. - Ты это вообще серьезно?

- Болен чем. По этому киберспортсмену вижу, что он не успокоится. Хочу выдвинуть обвинение первым.

- Какое? - теперь не на шутку озадачилась Тика.

Интересно, где черти носят Миру? Или она как Седьков? Решила прокатиться на автобусе?

- Честь и достоинство каждого гражданина федерации являются приоритетной ценностью по конституции. Для их защиты разрешается использовать абсолютно те же инструменты, что и для защиты жизни и безопасности. Статья шестая конституции.

- Ты это сейчас серьезно? - Свин явно забуксовал, потому что повторил последний вопрос.

- Я эмигрант. Читаю, что написано и делаю, что сказано. Ответ: да.

- А кто на твою честь и достоинство покушался?

Айя с легким удовлетворением отметила, что хань и здешний завуч уже не так активно дискутируют, а все больше косятся сюда.

- На достоинство моей девушки, раз: оскорбление по расовому признаку. Это наверняка очень легко доказать - столько камер вокруг, включая гаджеты участников конфликта. Два: меня здесь уже не раз и не два назвали животным. Плюс они ударили первыми. Мне плевать, чем закончится, но давайте уже переносить эти разногласия в суд или еще куда - здесь каши не сваришь.

- М-да уж. - Трофимов задумчиво почесал затылок. - Не могу сказать, что готов к такому повороту событий.

- Тогда вызову я сам, в вашем исполнении просто смотрелось бы солиднее.

- С чего такой напор? - завуч первый раз в жизни пытался образумить "любимого" ученика. - Ты вообще отдаешь отчет...

- Мой отец был профессиональным юристом. Перед тем, как мы переехали сюда окончательно, он тщательно изучил местное законодательство.

- И что? Ты здесь причем?

- Он и меня научил. У меня, может быть, нет денег на хороших адвокатов, но я гораздо лучше всех вас знаю, где находятся границы моих конституционных прав.

- Давай, поостри! - родной завуч бросал растерянные косяки на своего коллегу.

Тот косил в ответ и отмалчивался.

- Зря вы так, - спокойно покачал головой Рыжий. - Еще я очень хорошо знаю, что нужно делать, когда неважно кто на эти права покушается. Это вообще третья статья. Да, я эмигрант и натурал - но я не животное. И я великолепно понимаю, что делать, когда кто-то из меня это животное сделать собирается. А вот вы, похоже, нет, - добавил он после небольшой паузы.

- Смелый? - неожиданно спросил с противоположного конца помещения китаец.

- А что вы мне можете сделать? Депортировать? Пф, три ха-ха. Устроить темную в участке через собственных продажных ментов? Ну попробуйте!

Айя задумчиво отметила про себя, что у одноклассника, возможно, неожиданно проснулась телепатия: что-то такое обсуждалось сейчас со знакомыми Эрнандес, но чуть в другую сторону.

- Напугать нравами исправительного учреждения? - продолжил Седьков. - Так у меня только один вопрос: а вы в нашей школе сами-то учились? Сеть говорит, что в тюряге легче, ха.

- Чем? - англоговорящая одноклассница одноглазой японки неожиданно перестала изображать безмолвный горшок с цветами.

- А в тюряге положняк - святое, - серьезно ответил Рыжий. - На него ни при каких обстоятельствах никто пасть не разевает. А если вдруг и ... - так такой деятель там долго не живет. В отличие от нашей развеселой школы. Звоните, сенсей, а? - он устало повернулся к Трофимову.

_______

- Зачем? - Тика произнесла только одно слово за следующие три минуты.

- Обострение, - серьезно ответил Рыжий.

- Осеннее? - лишь наполовину в шутку напряглась Мартинес.

Она лично друга сейчас не понимала.

- Это из одного вида спорта. Иногда ты просто видишь, что способен передавить противника - но вы маневрируете, размениваетесь... можно не успеть по времени.

- И?

- Надо идти на обострение. Знаете, у меня в нашей школе много раз возникали вопросы: а почему таким не занимается полиция?

- Я сейчас буду считать себя идиоткой, - вздохнула Тика. - Повторяю один и тот же вопрос. И?

- У вас же какие-то свои терки между китайцами и японцами? И этот тип просто цепляется за эпизод, чтобы насолить вам, японцам, без разбору включая туда даже местных Тераяма, так?

- Да. Если они не заткнут ему пасть (а они явно не смогут), мой супруг вполне логично может отозвать мое предложение девочке.

- Соответственно, грызться будут уже между собой японцы?

- Типа того. Еще надо понимать, что в титульной ассамблее сейчас дуют свои ветры. Но это долго объяснять. Что будешь делать, если рейтинг пострадает? - сменила тему Тика.

- Заниматься с малышами с луны, - беззаботно отмахнулся Рыжий. - Вы зря паритесь, там очень маленькая вероятность. Я уверен, что все хорошо просчитал.

- Тебе следует бояться не иска о тяжких телесных Сате, а самого факта судебного разбирательства, - через силу выдавила из себя Мартинес. - На время может заблокироваться рейтинг. Ты можешь потерять возможность работать. Бл*, мне сейчас лень трепать языком и перечислять все до конца! Ты правда не понимаешь элементарного?

- А это не элементарное, - неожиданно серьезно покачал головой Виктор. - Я не шутил насчет чести и достоинства. Этому типу и нужно, чтоб перед ним пресмыкались, а я лично мира третьей категории уже не сильно и боюсь.

- А как же я? - вообще-то, ей хотелось сказать намного больше.

Но Мартинес ограничивалась лишь одним коротким вопросом.

- А все будет хорошо, я уверен. Просто наши титульные друзья нам всего не рассказывают, - Седьков приобнял Тику. - Настала пора играть свою игру, не чужую.

- Ты все неправильно понял, - Хамасаки-старшая отчего-то напряглась и нахмурилась на ровном месте. - И ты не должен был так поступать. При таком количестве свидетелей у педагога нет вариантов не вызвать полицию, если на этом так настаивает учащийся. А уголовное производство можно открывать как в отношении, так и по факту. И второе очень легко переквалифицируется в первое в процессе.

- Разберемся, - легкомысленно отмахнулся Рыжий. - Он больше пугал, чем хотел - видно же. В таких случаях всегда надо самому идти на обострение.

Айя промолчала.

Тика Хамасаки шумно вздохнула.

- Вы о сроках давности специально сейчас не сказали? - Виктор как-то неожиданно грустно обратился к японке.

- О каких? - вынырнула из размышлений та.

- Я вот читаю на внутренней панели, - Рыжий кивнул на собственное запястье. - С этим глазом безопаснее разобраться сейчас по горячим следам, по-любому. Такой вопрос нельзя подвешивать на совести и добропорядочности противоположной стороны.

- А как. Ты. Это. Читаешь. Без. Своего. Экрана. На. Телефоне? - по слогам спросила Мартинес.

- Так концентратор же! - одноклассник повторно указал взглядом на гаджет. - Ты ж сама говорила тренироваться! Я вот кое-какие разделы меню уже так освоил, что теперь могу кое-что втихую видеть. Не говорил просто раньше.

- Давно? - этот вопрос Айя задала только через долгие пять секунд.

Глава 19

- Да как сказать. - Рыжий задумчиво покосился на нее. - Минут семь как.

- ДАЙ! - она требовательно облапила его браслет, устанавливая тактильный контакт между гаджетами, практически вламываясь в чужой интерфейс и пальцами Виктора нажимая нужные кнопки.

Получая доступ и оставаясь внутри его системы в роли наблюдателя.

Седьков снисходительно ухмыльнулся и, не обращая внимания на ее вторжение, продолжил листать то, что просматривал до этого.

Скорость была не то чтоб запредельной, но и не как раньше, когда он читал со своего экрана.

Тики Хамасаки, скосив взгляд на латиноамериканку, сверкнула глазами и тоже врубила что-то специфическое. Не имея возможности влезть к Рыжему изнутри, она пыталась что-то расшифровать через "зеркало" Айи.

- Занятно. - Отмерла латиноамериканка через некоторое время, понаблюдав. - Наш натурал делает успехи. Как назло, ни раньше, ни позже. Как смог?!

- Да тут принцип велосипеда. - Седьков вынырнул из талмудов юстиции и вроде как задумался. - Надо равновесие держать - и весь секрет.

- В смысле? - она не поняла сходу, хотя и искренне попыталась.

- Мне тоже очень интересно, - доверительно шепнула Хамасаки-старшая. - Что значит это твое равновесие?

- Если я думаю сильнее, чем надо - у меня одна-единственная мысль начинает глушить все остальное в голове, - пояснил Рыжий. - Ну, если давлю на интерфейс концентратора сильнее, - поправился он, увидев собеседниц. - Знаете, наверное, это на манию похоже. Есть же маньяки? Вот точно такие ощущения.

- Силен в психиатрии? - отстраненно бросила Айя, на максимальной скорости листая кое-что по теме. - Шаришь в физике процесса?

Седьков решительно не должен был видеть через виртуал то, что он сейчас видел. Если верить теории.

- Нет, конечно. Но насколько понимаю, мания - это и есть навязчивая идея, кроме которой ты ничем другим заниматься не можешь. И думать ни о чем другом тоже не можешь.

- А если давишь, как ты говоришь, слабо? - Тика, недолго думая, кажется, растянула свою "вуаль" и на них тоже.

По крайней мере, именно такое впечатление складывалось после анализа собственной телеметрии. Айя даже слегка возбудилась: по идее, слышать их сейчас никто не должен, а приложение и расширение японки были из той серии, что стоит как авианосец.

- Красиво жить не запретишь, - заметила латиноамериканка, вопросительно глядя на мать одноклассницы и пару раз похлопав веками.

Та молча кивнула, подтверждая положительный ответ на невысказаный вопрос.

- Если давлю слабо - просто соединения не происходит. - Рыжий был в своем репертуаре и их диалога между строк не уловил в принципе.

Отвечал на вопросы, веселился сам с собой (тут понятно. Что ни говори, прорыв) и хлопал ушами. Прямо зависть берет.

- Я даже не знаю, что тут сказать. - Айя смотрела вперед и обращалась больше к Хамасаки-старшей.

- Гаджет новой модели. Псевдо-интеллект, собственный искин и возможность масштабирования под чужое сознание, - обтекаемо ответила та. - Опираться, в зависимости от обстановки, может на внешние вычислительные ресурсы, но очень аккуратно и с соблюдением федерального стандарта. Все законно.

- Хоть поздравила бы, что ли?! - А Виктор, естественно, принял фразу одноклассницы на свой счет и сделал вид, что обиделся.

Дамы переглянулись.

- Только эта непосредственность и заставляет меня думать, что авантюра с вызовом полиции может закончиться хорошо, - поежилась Мартинес, жалуясь Тике. - Кое-кому должно всегда везти, если верить одной глупой поговорке.

- Дуракам?! - оживился Рыжий. - У нас тоже такая поговорка есть!

Тика за какие-то доли мгновения сняла "вуаль" (уже не надо) и дальше секунд пять тряслась от смеха, закрыв лицо руками, всхлипывая и заставляя диван вздрагивать.

Виктор отсутствия защиты беседы от ее наличия так и не отличил.

Сама Айя подумала, что главное уже сказано, а приложуха японки жрет такой ресурс (и привлекает столько внимания), что лишний раз лучше не перебарщивать.

- Кстати, я, кажется, теперь понимаю, почему наш ханьский друг так возбудился, - старшеклассница указала взглядом в сторону противоположной стены.

- Видимо, да, - сдержанно согласилась Хамасаки. - Какое-нибудь навороченное приложение мониторинга показало необычную активность по ритмам и частотам в кое-чьем мозгу. Он и интерпретировал по-своему: отклонение от нормы? - значит, это оно самое. В чужую гениальность, как говорится, верится в последнюю очередь... Виктор, могу попросить тебя об одолжении?

- Угу.

- Не говори об этом больше никому.

Видимо, она ему что-то отправила в привате прямо на глазной нерв - потому что в этом месте Рыжий подскочил, как ужаленный.

- Красиво жить не запретишь, - повторила Айя, достаточно откровенно намекая на то, что оценила программный и аппаратный уровень снаряжения своей собеседницы (и, по совместительству, новой опекунши Седькова в самое ближайшее время).

- Хорошо. Понял. - Слегка заморожено выдал Виктор, явно переваривая неожиданность нового (для него) способа коммуникации. - Хренасе, у вас техника до чего дошла...

- Ты тоже очень хорошо над собой поработал, - отметила Тика. - Техника в руках дикаря - куча металлолома. Если ты справился с этим расширением - значит, ты очень неплохо прогрессируешь. Очень-очень неплохо.

С учетом их социальной разницы это было все равно, что получить премию из рук первого лица компании.

Впрочем, кое-кто опять не уловил иронии ситуации.

- О. А вот и полиция. - Айя вздохнула и подобралась.

Ее пульс скакнул за сотню и пришлось корректировать кое-что принудительно, чтобы не трястись от страха.

***

День оказывается на удивление богатым на события.

Во-первых, я наконец врубаюсь, как пользоваться местным нейро-концентратором по-взрослому. Это происходит четко перед приездом полицейских и попутно несказанно удивляет моих спутниц.

Странно, Мартинес же сама говорила тренироваться в эту сторону. Видимо, не ожидала такого прогресса? Надеюсь, еще будет время обсудить.

Во-вторых, местные правоохранители первые десять минут о чем-то чуть ли не ругаются с парой завучей и только потом обращают свое внимание на меня.

- Это по моей просьбе вас вызывали! - поднимаю руку и встаю, когда до меня доходит очередь. - Хочу подать заявление на самого себя.

А дальше под удивленными взглядами всех подряд излагаю без искажений свою версию событий, опуская лишь причины нашей драки с местными.

- Прошу вас инициировать официальное процессуальное разбирательство, - завершаю свой без сомнения впечатляющий спич, если судить по лицам присутствующих.

Японцы в форме, прибывшие на вызов, как и говорила память этого тела, здесь выполняют не только функции патруля. За считанные минуты при помощи местного завуча они скачивают какие-то файлы и, вообще не глядя на меня, еще какое-то время работают в виртуале.

- Так. Кто законный дееспособный представитель заявителя? - один из копов, видимо, добрался до моей анкеты и сейчас несказанно удивлен. - У меня заявление и акты не проходят без этого, а имени в базе нет.

- Родная мать... недееспособна по медицинским показаниям... федеральный номер реанимационной капсулы... клиника... - рефреном отзывается второй. - Что за...

- Нет у меня этого представителя. Пожалуйста, давайте определим во время заседания в ручном режиме? Насколько я сейчас вижу по базе, это допускается. - До чего хорошо иметь доступ к сети по мановению руки и со скоростью звука. - Вопрос назначения моего доверенного лица тоже прошу внести в повестку предстоящего судебного заседания.

Сейчас самый скользкий момент в моем расчете. По идее, в данной ситуации существует ровно два пути и многое зависит от того, по которому из них пойдут копы (и кое-кто еще).

Тика поднимается и ровно обращается к полицейским по-японски. Я предсказуемо не понимаю ни слова, но примерно через минуту меня за бок щипает Мартинес и жарко шепчет на ухо:

- Тика тебя усыновляет, что ли?! Рыжий, ты кто?!!

- Не пугай, - скосив лицо в ее в сторону мимическими мышцами, скриплю в ответ. - У меня все всегда под контролем ровно до тех пор, пока ты не начинаешь вибрировать. А ты сейчас меня из состояния покоя успешно расшатываешь.

- Потому что ты меня здорово удивляешь... Я - молодая, глупая и слабая латинос. Мне можно. - Одноклассница на своих каблуках находится глазами чуть выше уровня моих.

Ее хмурый тон и серьезный взгляд никак не вяжутся с ее же текстом.

- Я понятия не имею, что она сейчас говорит им, - чистая правда. - Я ж не понимаю по-японски. Что там?

- Она говорит, что в рамках процессуального производства принимает все виды ответственности за тебя на себя с твоего согласия. Ссылается на какие-то статьи федерального гражданского и семейного кодекса и берется доказать в суде, что имеет перед остальными преимущество в вопросах твоей опеки.

- Хм. Приятно. Но у меня расчет был чуть на другое, - я снова искренен. - Не планировал, что она вмешается. Хотя хуже, наверное, не будет... Лезть отменять такое заявление как-то рука не поднимается, - вздыхаю.

Выступать Тике наперерез действительно не стоит, если я правильно ловлю момент.

По правде сказать, мои нынешние действия - чистейшей воды экспромт. Такое бывает и в ринге: руки-ноги словно ватные, противника не чувствуешь, дистанция то и дело рвется то в одну, то в другую сторону. Первый раунд, второй, третий.

А потом вдруг бац - и поймал волну. Соперник резко сдыхает и мозгами, и физически; начинается самое приятное - игра в одну калитку.

Все бы ничего, но Тика Хамасаки сейчас исполняет роль судьи в ринге, как если бы тот вдруг невесть откуда вооружился трехметровым стальным прутом и принялся размахивать им над головами соревнующихся спортсменов с намерением поддержать одного из них.

***

В суд она поехала на машине старшей Хамасаки, четко проговорив свои намерения и не оставляя той ни малейшего шанса отказаться. Справедливости ради, японка и не сопротивлялась.

На первом этаже их уже ожидала Эрнандес, рядом с которой застенчиво переминался с ноги на ногу знакомый лицом паренек из известного участка, в реале имевшей чин старшего детектива. Айя не сразу вспомнила его имя (Эрнесто!), но подруга написала, что этот легавый - свой и правильный.

Вдруг понадобится что-нибудь кулуарно разводить "под ковром"? Эрни обязан родне и, если будет возможность (и необходимость), найдет нужные концы по минимальной цене с максимальной скоростью, прямо из здания суда.

Цифра, которую предстояло заплатить за услугу, была ими решительно проигнорирована.

Какое-то время пообщавшись в закрытом чате, они обе пришли к выводу, что, к сожалению, этот выстрел скорее всего окажется холостым - не тот вопрос.

- Но ладно. Не на этом же экономить... Че-то не нравится мне их скорость. - Ана толкнула ее направо сразу за дверями в зале заседаний. - Падай в последнем ряду, вперед лезть не будем.

Детектив Эрнесто, не оглядываясь на них, прошел и сел ближе к судейскому помосту.

Судья, немолодой японец, как по заказу появился из-за своей двери одновременно с моментом, когда ввели Рыжего. Что интересно, под руки одноклассника никто не держал и со стороны вообще все выглядело так, как будто Седьков топал на вечеринку.

- Ты о том, что за четверть часа уже и начало объявили? - хмурый вопрос Мартинес совпал по времени с ударом судейского молоточка об тарелку, будь они все трое неладны.

По их национальному опыту, подобная скорость рассмотрения дела ни о чем хорошем говорить не могла.

- Да. Хотя, наверное, у нее, - Ана указала глазами на сидящую в первом ряду Хамасаки-мать, - свои возможности. Финансовые в том числе: внесла тариф за срочное рассмотрение - и вуаля.

Тика словно услышала, что за спиной разговаривают о ней: повернулась назад, неуверенно посмотрела на них.

- Да ну. Не может быть, - продолжила баскетболистка шепотом. - Не может она оттуда слышать, еще и с испанского переводить.

- Ей неприятно, что мы в зале. - Айя методом исключения уверенно определила расширением причины колебаний матери одноклассницы.

- ... основание? - задал тем временем вопрос судья.

А вот следующий ответ японки заставил старшеклассниц переглянуться и вкрутить громкость своих расширений на полную:

- ... Личное знакомство с отцом заявителя. Личные с ним отношения. Моральная ответственность за этого ребенка. - Хамасаки уверенно ткнула пальцем в резко ошалевшего Седькова.

Последний, вопреки своей обычной жизни, сейчас был снабжен специальным наушником, в котором искусственный интеллект суда добросовестно переводил ему каждый звук заседания на понятный язык.

Конституционные права, черт побери.

- Херасе. - Айя сориентировалась быстрее подруги. - Так вот оно что. А я-то смотрю... А оно вот как... Бл*. И нахрена ты только Эрнесто приволокла.

Сказать, что она была обескуражена и удивлена, значило ничего не сказать.

- Что?!

- Еще один ненужный свидетель! - Мартинес забористо выматерилась. - Батя Рыжего чпокал Тику Хамасаки. У них были отношения, она только что сейчас так сказала перед судом. - Заморожено просипела Мартинес, лихорадочно вращая шестеренками.

В принципе, это объясняло если не все, то многие необъяснимые странности.

- Не врет, - лихорадочно забормотала баскетболистка, переварив новость. - В суде точно не соврешь, она под электронной присягой. Херасе. Теперь понятно, почему кроме нас никого внутрь не пустили.

- Кроме нас никто и не рвался. Но мне теперь тоже понятно, почему она так не хотела, чтобы сюда шли мы.

Не сговариваясь, подруги повернулись друг к другу и долгий десяток секунд молча хлопали глазами, несмотря на все работающие расширения.

Слова почему-то исчезли у обеих.

Глава 20

- Откровенно говоря, это достаточно необычное дело, - судья перешел на английский и задумчиво перевел взгляд с Рыжего на Тику. - Хамасаки-сан, как ваш согражданин и представитель одного с вами социального слоя, не могу не спросить.

Для всех присутствующих было понятно, что на самом деле имелся в виду этнос. Упоминание о социуме было эвфемизмом.

- Вы меня извините, но давайте вначале мой вопрос порешаем?! - непосредственно влез в разговор японцев Рыжий. - Ваша честь, это я вызвал полицию! Это я явился инициатором данного заседания. Не сочтите за нахальство, а мы можем вначале закрыть вопросы со мной?!

- Рука-лицо, - сомнабулически уронила Эрнандес.

- Твою маму. - Согласилась Мартинес. Затем добавила. - Впрочем, возможно, он просекает что-то такое, чего мы все просто не шарим.

- Дай-то бог, - вздохнула баскетболистка. - Хотелось бы верить.

- Виктор, пожалуйста, сделай мне одолжение. Во время заседания не перебивай ни судью, ни меня. - Тика Хамасаки из аппетитной телки, выглядящей на двадцать пять - двадцать семь, за мгновение превратилась в почтенную мать семейства и одну из глав далеко не последнего клана этого мира (на самом деле - одного из первых).

- Э-э-э, - Седьков явно хотел ляпнуть на автомате что-то резкое, но в последнюю секунду вовремя протер мозги и крайне удачно прикусил язык.

- Рука-лицо, - Мартинес повторила за подругой, качаясь в кресле с прямой спиной и не сводя глаз с судьи. - Хоть бы дед оказался нормальным... хоть бы дед оказался нормальным... У нас дома после такой эскапады уже трешечку общего режима вполне можно было бы примерять. Чисто за умение поддержать беседу в нужный момент.

- И было бы неважно, кто твой опекун, - согласилась Эрнандес. - Или даже не трешечку: может, и побольше - исключительно на вовремя образовавшихся "хороших" отношениях с судьей. На которого ты удачно произвел, г-хм, "первое хорошее впечатление"... Хотя нет. Если опекун такой, как Хамасаки, то и у нас можно слегка поборзеть. Например, если бы тебя опекал кто-то из Эскобаров или их зятьев, - заставляя себя улыбаться, она приобняла Айю за талию. - Да?

- Если бы это все происходило там, где что-то решают мамина семья и зятья, никакого суда вообще бы не было, - проворчала Мартинес угрюмо. - Да даже и там, где папины. Дали бы одноглазой полис на излечение в зубы и по-хорошему предупредили бы: раскроешь рот - будешь развлекать роту. Всеми дырками, без перерыва, пока не позеленеешь.

- Жестко у вас в провинции, - Эрнандес за иронией неудачно попыталась скрыть нервы.

- Слова ж только, если вовремя одумается, - пожала плечами подруга. - Не всерьез же. Обычно на красный свет сознательно никто не рвется. Заткнулась бы как милая, с учетом медпомощи за наш счет. Это еще молчу, что Рыжий - сама корректность. Говоря прагматично, он по своей инициативе ни к кому не цепляется. Полезла первая? Получи.

- А легавые - так и вовсе родня была бы, - ностальгически помечтала Ана. - До самого верха, а не как тут, эх-х. Правда, хрен его знает, как бы мы с тобой всем ТАМ одного парня на двоих объясняли. Особенно по воскресеньям, в церкви.

- Да никак бы не объясняли. Седьков, если что, вообще атеист - на воскресную службу, стало быть, не ходок. Кто кого шпилит с понедельника по субботу - ничье не собачье дело. Или от тебя кто-то из родни ожидает девственности в шестнадцать лет и на осмотр к гинекологу за руку водят?

- Да нет, конечно, но...

- Ну и от меня тоже нет. Более того, вопрос вообще никогда не поднимался: делаю что хочу. Это если когда жениться собрались бы - тогда да, пришлось бы что-то решать. - Мартинес неожиданно оживилась. - Слушай, мать, а вот реально. Допустим, залетаем мы с тобой одновременно лет в восемнадцать от одного мужика - и че потом?

- Свадьба сорочку справит, - отмахнулась Эрнандес. - В крайнем случае, перебрались в какой-нибудь из миров южан, там это вообще не проблема. Только ж ты до девятнадцати с одним мужиком не доживешь - не твой стиль. Какой у тебя рекорд был? Три месяца с одним и тем же? Постоянная ты моя.

- Не гони, - хохотнула Айя, пытаясь абстрагироваться от нерасполагающей обстановки. - Просто никто нормальный раньше под руку не попадался.

- Да неужели? А Стивен тот же?

- Ужели, этот вообще гондон и жлоб. Был... Я, если что, как и ты щ-щас втрескалась. Такое реально впервые.

- Э-э-э? - Ана повернулась к ней и удивленно захлопала глазами. - Ух ты, а ведь не шутишь. Ничесе новости. И что это на нашей горе сдохло?

- Мне с ним интересно, - подруга опустила взгляд на носки своих туфель. - Он прикольный. Говорю же - первый раз в жизни такое, чтобы парень и не зануда, и не эгоистичный мудак. Он вон, когда меня та дура душила, под тюрягу подставился.

- Отчасти случайно попал же? Хотя конечно все равно молодец, спору нет.

- Пофиг, случайно или неслучайно. Главное - итоги, а не мотивы. По крайней мере, для меня.

- Ну-у, наши южные "друзья" говорят с точностью до наоборот.

- Тогда тебе к ним. А я сужу по результатам, а не по намерениям.

Тем временем дискуссия между Хамасаки-матерью, Виктором и судьей набирала обороты.

- Молодой человек, разрешите поинтересоваться целью вашего заявления на самого себя? - японец отошел от формального тона.

- Надеюсь, Рыжего эти подкаты не обманут. - Ана напряглась.

- Он не наивен. Чуть не от мира сего - да, что есть то есть; но не наивен, - качнула головой Мартинес.

- Там, откуда я родом, в ходу поговорка: "Если у вас нет ничего, у вас есть ваша честь. Если у вас нет чести, у вас нет ничего". Меня прямо в Первом Лицее уже попытались давить этим эпизодом, а отец учил быть очень осторожным с подобными закладками "на будущее".

- Поясните.

- Допустим, уйди я с места происшествия - и до истечения срока давности по статье меня можно было бы держать на очень коротком поводке, шантажируя привлечением к возможной ответственности в будущем. Ваша честь, честность тупо выгоднее в стратегической перспективе, пардон за тавтологию. Я очень люблю математику и отлично понимаю, что такое риски и вероятность в цифрах.

Судья выбил дробь ногтями по столу:

- Молодой человек, не могу не задать следующего вопроса. На всякий случай напоминаю, что вы находитесь под присягой и достоверность вашего ответа мониторится в режиме реального времени. Сам вопрос: пожалуйста, сформулируйте еще раз и как можно точнее? Ваш вызов полиции - это был спонтанный и случайный порыв? Или это следствие базовых настроек вашей личности? - затем японец повернулся к соотечественнице.

- Хамасаки-сан, ваше участие в судьбе этого подростка принято судом во внимание. Я ничуть не сомневаюсь в способности любого представителя вашей семьи воспитать надлежащим образом ребенка, однако подходить к вопросу формально тоже не могу и не собираюсь. Если парень искренне пытается социализироваться - это одно. Федерация изо всех сил поддержит любого эмигранта, пытающегося встать на правильный путь, даже если он случайно оступился, - судья сделал паузу и со значением посмотрел на Тику. - Или если кто-то только думает, что он оступился. Но суд должен быть уверен в перспективной беспроблемности этого гражданина! Будущего гражданина, если все нормально, - тут же поправился он.

- Я бы предложила внести залог - ведь вопрос не такой уж существенный. Я способна финансово прогарантировать излечение пострадавшей, чтобы вам не дожидаться ответа моего подопечного на ваш вопрос. - Ровно ответила мать одноклассницы. - Он еще очень юн и может пребывать в плену ошибочных установок с предыдущего места жительства. Как насчет финансовых гарантий его добропорядочности?

- Исключено. Ваш парень откуда-то слишком хорошо ориентируется в обстановке, гораздо лучше нас с ва...

- ВАША ЧЕСТЬ! - Седьков беззаботно поднял руку, опять перебивая чиновника. - Извините, что не по этикету! Ответ на ваш вопрос: "жить в обществе и быть свободным от его законов нельзя" - это аксиома. Да, я действительно ориентируюсь в некоторых аспектах законодательства и я в курсе, что по двадцать седьмой статье привлекать к суду за одно и тоже нельзя. Вы это имели ввиду? Да, именно поэтому я и вызвал полицию. Но разве это проблема?

- Похоже, кому-то все же мозги наглухо отшибло, - заморожено выдала Айя очень тихим шепотом. - Я его за х*й укушу. Потом.

- Старик не злится, - возразила Ана. - Вон, деду тоже любопытно. Кажется, дед нормальный, молимся.

- Если бы еще это как-то могло повлиять на приговор!

- Даст бог, до приговора не дойдет - будет решение суда. Не каркай!

- Смотря что стоит за вашими словами. Продиктована ли ваша мотивация какими-то нравственными императивами?

- Я не знаю, сколько еще останусь на этой планете, - равнодушно продолжил одноклассник. - Зачем оставлять за спиной незакрытые долги в любом случае? Знаете, меня так часто последнее время в разных местах пугают то луной, то миром третьей категории, то шахтерской планетой, что даже лицо дергается. Выбитый глаз этой девочки из Первого Лицея лично в моей системе ценностей идет по разряду задолженности перед местным законодательством. Отец учил: на нашем социальном уровне подобные долги недопустимы, точка. Законодательство может нравиться, не нравиться - вы ведь ставите вопрос именно так? - но это абсолютно неважно. Главное: чтобы работать, законодательство должно исполняться. Или - мотай в другое общество, если тебе не подходят законы этого.

- Занятно, - японец снова задумчиво побарабанил по столу.

- Математика, - пожал плечами Рыжий. - Путь наименьшего сопротивления. Понимаете, чтобы быть порядочным человеком и не создавать проблем обществу, вовсе не обязательно верить в бога. С моей точки зрения, достаточно просто соблюдать общественный договор.

- Уточните?

- В данном случае - соответствующий раздел законодательства. Сделал что-то - выбил глаз? Подай заявление сам и разберись до конца. Моя личная оценка и шанс одновременно: статья о недопустимости повторного привлечения к суду за один и тот же инцидент весьма либеральна. Надо быть полным дебилом, чтобы не воспользоваться гандикапом, который система юстиции первый раз в жизни дает в твою пользу.

- Что вы имеете в виду?

- Я же натурал и лицо без гражданства, у нас и так прав кот наплакал. Лучше заявить самому и разобраться честно, чем утаивать в надежде на мутные перспективы.

- Меня устраивает ваш ответ и то, что вы при этом на самом деле думаете, - после неуловимой паузы кивнул серьезно японец, открыто сверяясь со специфической голограммы. - Испытываете ли вы раскаяние по поводу случившегося?

- Ловит, с-сука. - Пальцы Эрнандес до крови сжали запястье Мартинес.

- Да. Ждет, чтоб соврал. А без расширений не видно.

- Не-а, - Рыжий легко прошел каверзный вопрос, даже не заметив подвоха. - Ваша честь, я уже говорил об этом в Лицее, повторю и здесь. Защита чести и достоинства является приоритетом номер один, в том числе - с точки зрения конституции Федерации. Для их защиты разрешены абсолютно те же инструменты, что и для защиты жизни, здоровья и безопасности. Да и драку первым начинал не я, у вас же наверняка есть доступ к записи?

- При чем тут эти нравственные категории?

- А там все было в совокупности: целью нападения на меня и на мою одноклассницу являлось недопущение моего движения вверх по иерархии. Единственное, о чем я жалею - это что красивая девчонка потеряла глаз, - неподдельно вздохнул Седьков. - Но, боюсь, там лично у меня особо и не было других вариантов - я слабак рядом с модификантами. Чтобы защитить Айю, я бы и в следующий раз тоже не стал думать, что делать - простите, если разочаровал.

- Слава помидоркам. - Мартинес отцепила от своей руки ногти баскетболистки. - Не купился.

- Зайчик, - согласно кивнула та. - Умница. Выдыхаем. Блин, хоть завидовать тебе начинай!

- Ой, не парь мозги. Тебя он любит точно так же.

- А с другой стороны, - Виктор оживился, - при нынешнем уровне развития техники уже даже и это не проблема и не инвалидность! Я не силен в этом всем, - он обвел рукой вокруг себя, - но мне кажется, именно в случае моего добросовестного заявления о происшествии на первый план выходит эта самая моя добросовестность, а не тяжесть травмы, нет? Статья три-три... , - он назвал источник и посмотрел на судью взглядом игромана, ожидающего вскрытия карт противника.

- Я очень удивлен тому, что вы напамять цитируете номера параграфов, особенно с учетом отсутствия у вас импланта. Вы же сейчас не обращаетесь к внешним источникам информации никаким образом?

- Отец заставил многое выучить перед тем, как отпустил в здешнюю школу, - простенько пояснил Седьков. - Он почему-то думал, что меня это от чего-то убережет. Мы же, говоря формально, самый нижний социальный слой - никаких прав, одни обязанности. Многие гарантии на нас не то что не распространяются, а и вообще...

- ОТВЕТ ПРИНЯТ. - Японец перебил Рыжего и развернулся к Тике. - Параллельно я сейчас пообщался с матерью девочки. Суду все ясно и дело можно закрывать, если вы подтвердите взятые на себя обязательства. Лично вы, Хамасаки-сан - этого будет более чем достаточно.

- Подтверждаю.

Латиноамериканки многозначительно переглянулись.

Судья тем временем отправил соотечественнице какой-то пакет - его голограмма мигнула розовым, а у Хамасаки звякнуло официальное уведомление.

- Ваша честь, пожалуйста, переделайте на меня лично, как на физическое лицо? Не как на члена совета директоров? - Тика вопросительно подняла глаза, отрываясь от чтения документа.

- Как скажете, - чиновник откровенно утратил интерес к происходящему. - Ваш социальный рейтинг позволяет рассматривать вас в любой роли. Поставьте подтверждение по всем документам, пожалуйста. Сверху вниз по списку.

- Вот.

- Хамасаки-сан, Виктор Седьков официально является вашим опекаемым с этой минуты. Ввиду отсутствия у него пока полноценного гражданства, его социальный рейтинг начисляется и мониторится базой искусственного интеллекта номер ... федеральный реестр ... министерства юстиции.

- Что это значит?

- Все его подвижки по местам учебы, работы, в пунктах различных социальных коммуникаций являются теперь составляющими его общего социального рейтинга и принимаются во внимание. Срок действия решения - до полного излечения травмы Саты Тераяма.

***

- Кажется, нам надо поговорить. - Обращаюсь к Тике первым после того, как мы всей кучей вываливаемся из зала заседаний и дальше вообще выбираемся из здания.

Эрнандес и Мартинес тактично отходят шагов на десять и не смотрят в нашу сторону.

- Давай поговорим, - вздыхает японка, отводя взгляд.

- То, что вы сказали в суде, правда?

Вместо ответа она пересылает мне на внутренний интерфейс концентратора десятка полтора фотографий.

На них отец Вити Седькова и мать Миру находятся в самых разных местах и ситуациях. Дружескую либо рабочую подоплеку контекст полностью исключает - взять хоть и их совместное фото в онсене, горячем бассейне.

Вода доходит им до плеч, но понятно, что они оба как минимум неодеты. А как максимум, рука отца этого тела лежит, к-хм, на молочных железах Тики - вид не особо дружеский. Чуть иной.

- Ух ты. - Я не успеваю в деталях рассмотреть все до того, как фото волшебным образом испаряются с моего глазного нерва. - Не знал.

- Этого никто не знал! - фыркает она. - И не узнал бы, если бы не эта оказия, - Хамасаки-старшая тычет пальцем себе за спину.

- Вы согласны, что с моей стороны будет странно не спросить, зачем вам все это нужно? Отца моего нет, сам я - актив крайне сомнительный, если речь о какой-либо краткосрочной окупаемости. Тика, для чего вам лишние хлопоты со мной? Молчу уже о расходах.

- Если женщина любит мужчину, она любит и его ребенка, - с грустной улыбкой отвечает японка. - Станешь взрослым - поймешь. Просто до этого момента я малодушно пыталась усидеть на двух стульях и наблюдала за тобой опосредованно.

- А теперь...?

- А теперь ты выступил в роли катализатора. Я просто сделала кое-какой выбор из тех опций, из которых его надо было сделать давно. Ты уверен, что все стоит обсуждать сейчас? Видеться мы теперь будем гораздо чаще - это не обсуждается.

- Даже не знаю, что сказать. Вы были по-настоящему близки с отцом, как личности? Или это был просто эпизод, когда двое развлекались, к-хм, тактильным контактом и трением пупков?

- С моей стороны все было более чем серьезно. Для иллюстрации: с мужем у меня секса не было уже более восьми месяцев, несмотря ни на что. Речь идет о разрыве брачного контракта и разделе имущества.

- Хренасе. - Я изумлен.

И ведь не скажешь ей сейчас , что я - чуть иной Витя.

- О твоем отце и его отношениях с твоей матерью я не в курсе. - Ровно завершает она.

- Э-э-э...

- Мужчина иногда тоже должен решать для себя кое-что сам! - с горячностью заводится она на ровном месте. - Не вариант - давить его или подталкивать под руку! За другого человека выбор не сделаешь! Любовь - это когда оба идут навстречу, а не один гонится за вторым!

- Да я не спорю. Просто слегка шокирован.

- Мое ощущение, - Тика переводит дух. - И я тоже для него что-то значила. Просто его нерешительность в некоторых вопросах имела место не оттого, что у него отсутствовали желание либо инициатива! А из-за твоей ма... Ладно, что-то я разговорилась. - Мать Миру решительно обрывает саму себя. - Давай о насущном. Ты понимаешь, что мне сегодня пришлось раскрыться против моей воли? Исключительно под давлением обстоятельств? - видимо, это она так тактично называет мои действия.

- Я и предположить не мог, что все получится подобным образом, извините. Доставить неудобства вам хотел меньше всего. В моих расчетах вы должны были просто подстраховать со стороны - а оправдаться в суде я рассчитывал сам, не вешаясь вам на шею.

- Слишком много риска, пускать такое на самотек, - бормочет Тика. - Я не могла сложа руки ждать, чем закончится эта твоя самодеятельность. Пошли поужинаем? Поболтать надо в спокойном месте.

- Вообще-то, я не один, - неуверенно оборачиваюсь в сторону девчонок.

- Пойдемте посидим где-нибудь вчетвером?! - предлагает Тика громко и им тоже. - Вы же вроде как в положении его официальных спутниц?

Эрнандес и Мартинес без комментариев присоединяются к нам.

Ресторан, куда подруга моего здешнего отца привозит нас, радует и зрение, и обоняние. Когда нам приносят меню, от цифр в нем мои глазные мышцы начинают бить судороги.

И как мне за все это платить?

***

- Тика, у меня есть просьба. - Рыжий, смешно наклонившись на столбиком с ценами, неожиданно утратил свою расслабленность и отчего-то подобрался. - Давайте перейдем в "ВОСТОЧНЫЙ КВАРТАЛ"? Это рядом.

- Я в столовую не пойду. Лучше уже тогда поголодать, сидя на диете, - мягко улыбнулась японка, тонко намекая Седькову на темы статуса и допустимого лично для нее.

- Он никогда не позволяет женщинам платить за него, - быстро сориентировалась в обстановке Мартинес, сдавая парня с потрохами. - Если мы тут попьем водички, это его бюджет еще выдержит. А вот если я закажу бутерброд...

Договорить у нее не вышло: Эрнандес и старшая Хамасаки, не сговариваясь, заржали молодыми лошадьми.

- И ничего тут смешного нет, - сычом надулся Рыжий, вызывая повторный взрыв хохота.

На этот раз - уже всех трех женщин.

- Виктор, наши с тобой отношения с сегодняшнего дня слегка изменились, - отсмеявшись, с улыбкой мягко продолжила Хамасаки. - В корне. Ты сам дал принципиальное согласие на мое опекунство над тобой, помнишь?

- Да. Но это не означает автоматически того, что я согласен быть альфонсом.

А в этом месте они смеялись уже минуты полторы, в то время как одноклассник хмурился все больше и больше.

- Альфонс - это чуть иное, - вежливо подсказала Эрнандес. - Это когда...

- Я ЗНАЮ! - поспешно выпалил Рыжий. - Но я в принципе!

- Ну и как тут не радоваться жизни, - в два присеста выдавила из себя Мартинес еще через пару секунд, вытирая по очереди слезы из каждого глаза. - Рыжий, я тя люблю!

- Э-э-э, за что? - Седьков неожиданно заинтересовался.

- А ты позитивный, откровенный и не тупой! Как оказалось. Еще - обаятельный и сильная личность. Иногда обаятельный, - весело уточнила бескомплексная латиноамериканка. - Но ты иногда все же хавай момент, а?

- Какой?

- Это клубное место.

- И что?! - он реально не въезжал.

- Нас сюда без Тики-сан даже не пустили бы. Оплачивать тоже можно лишь местными клубными картами - твой банковский счет здесь поможет рассчитаться так же, как в жопе зубы. - Затем Айя обратилась к японке. - Сеньора Хамасаки, вы же явно хотите рассказать что-то интересное для всех нас?

- Скорее, полезное, - уточнила та. - Что вы знаете о самой большой интриге японо-китайского управления такими вот мирами?

- Ровным счетом ничего, - Эрнандес твердо опередила с ответом товарищей по школе. - Все эти интриги происходят не в наших мирах, а в метрополии. А туда нам, гайдзинам и лаоваям, хода нет.

- Что-то серьезное? - Рыжий голодными глазами таращился в большой салат и за выражениями лиц спутниц явно не следил.

- Да так, мелочи, - излишне легко махнула ладонью Тика. - Расшифровка гена старения.

- Индивидуальное бессмертие?! - Ана сделала стойку и чуть напряглась.

Слабо, почти неуловимо; но для отлично знающей ее подруги - вполне достаточно, чтобы понять: баскетболистке что-то известно. Больше остальных.

- М-м-м, в перспективе да, - Хамасаки-мать тоже несколько удивилась ответу школьницы.

- Это из-за этого был полицейский прогноз по переносу клановых войн от вас, из метрополии, к нам сюда? - продолжила Эрнандес.

Глава 21

- Ну, я бы не была столь категоричной. Я б все же не называла это войнами, - осторожно заметила японка. - Есть нюансы, там гораздо более сложный процесс. А что конкретно тебе известно?

- Это прямой перевод с испанского. Ориентировка была по полицейским участкам, мой дядя - начальник одного из них, - спокойно ответила Эрнандес. - Если верить документу, в этой вашей борьбе за лидерство между собой речь может идти даже об ограничении дееспособности потомства противоположного клана. Это не война, что ли?

Тика промолчала, неожиданно задумавшись на ровном месте.

- Миру лично сказала нам, что у нее сейчас нет импланта. - Поддержала подругу Айя. - Тика-сан, вы меня извините, но от деликатности формулировок суть явления не меняется. Не война? Как скажете. Но нам очень интересна каждая крупица информации, которую вы сочтете возможной нам сообщить. Внимательно следим за ходом вашей мысли.

- Особенно с учетом того, что вы теперь нормально опекаете Рыжего, а мы с ним живем. - Завершила Ана. Потом подумала и добавила. - Есть один документ, так он вообще достаточно категоричен на эту тему. Хотелось бы четко понимать, чем это все чревато лично для нас.

- Что за документ?

- На тему совместной жизни. Цитирую по памяти, слышала не то чтобы часто: "В бедности и в богатстве, в радости и в горе...".

Рыжий громко закашлялся, промахиваясь мимо тарелки и выплевывая на стол не прожеванный лист салата.

- Моя ж ты радость, - то ли саркастически уколола, то ли посочувствовала Мартинес, молниеносно используя бумажную салфетку и приводя стол в нормальное состояние. - Рыжий, не потей. Это дело добровольное, Ана просто иллюстрирует.

- Если он Рыжий, вы тогда кто? - заинтересовалась японка.

- Я - Худая, она - Длинная, - проворчала Айя. - Тика-сан, не съезжайте с темы. Пожалуйста, расскажите до конца все, что хотели? Просто иначе вам не было смысла звать нас сюда.

- А вы без смысла ничего не делаете, - подхватила Эрнандес.

- У вас обеих настолько серьезные планы в его адрес? - Хамасаки зачем-то активировала еще одно расширение.

- Насколько это возможно в нашем возрасте, - коротко кивнула баскетболистка.

- И с моим характером, - не удержалась Мартинес. - Кстати, что бы там ни было дальше, мой отец учит: даже если личная жизнь не сложится и не получит развития, дружеские отношения со старшей школы остаются на всю жизнь. Говорят, у вас, взрослых, самыми близкими обычно являются те, кого знаешь с детства?

- Справедливо где-то. Что вам известно о редактировании гена старения? - Тика резко сменила тему.

- А его что, уже можно редактировать?! - тут же возбудился Рыжий.

- Теоретически да, но только по специальному разрешению уполномоченного органа и далеко не во всех мирах, - поторопилась охладить его пыл Ана. - Если делать бесконтрольно - будет федеральное преступление по верхней планке.

- Верхняя планка - то, что я думаю?

- Труба и пациенту, и всему персоналу клиники, включая отдел продаж и бухгалтерию.

- Ну-у, там от мира будет зависеть, кто паровозом пойдет по кейсу, но в целом да. - Мартинес опустила взгляд, избегая детальной расшифровки нюансов со стороны Тики. - Расследовать будут добросовестно и из центра: на месте не разведешь. Даже на уровне начальника департамента или министра не договоришься, проверено. - Завершила она, упреждая невысказанный вопрос японки.

Раз пошел такой откровенный разговор - шут с ним. Все равно случай был достаточно громким и Хамасаки, если захотят, концы точно отыщут быстро. Тем более что этот двоюродный дедушка по местным меркам и не родня вовсе, а так, седьмая вода на киселе.

Мать одноклассницы вежливой улыбкой дала понять, что реальность от их понимания слегка отличается:

- Есть две точки зрения в метрополии, наша и ханьская. Они поначалу считали, что это прямое нарушение законов эволюции и бессмертных в принципе быть не должно. Вы не слышали? Не слышали. - Японка прочла ответ на свой вопрос в расширении.

- Тема же закрытая, - заметила Айя. - А на нашем уровне так и вовсе недостижимая мечта - чего зря напрягаться? Понятно, что мы не в курсе. Мы же не титульные и не в метрополии. Продолжайте, пожалуйста.

Ана аккуратно придержала ее за предплечье, намекая, что что-то знает.

- С точки зрения эволюции - у китайцев чистая правда, - вдруг прорезался Седьков, как будто понимал в вопросе. - Затея, провальная на старте - не поспоришь.

Латиноамериканки скрестили на нем изумленные взгляды:

- Э-э-э, ты же только что вообще об этом ничего не слышал?

- Дальше говори? - Хамасаки-старшая тоже удивилась.

- И где ты успел прокачаться в биологии? - недоверчиво подвигала бровями Айя. - Ты же полный дуб, даже на школьном уровне? Прости, - она легко коснулась губами его уха.

- Долго объяснять, - отмахнулся Виктор. - Это азы фундаментала математики, биология ни причем. Стопроцентного КПД в природе не бывает.

- И че?

- Ошибки обмена веществ будут накапливаться, - снова вздохнул Седьков с видом столетнего старпера. - Если с точки зрения математической модели, речь может идти в лучшем случае о продлении срока жизни. Там, где я жил раньше, тема обсуждалась: реалистичными называли триста-пятьсот лет с сохранением потенциала молодого тела.

Тика пронзительно смотрела на своего подопечного, сохраняя красноречивое молчание.

- Приклад от фундаментала может отличаться, но закон сохранения энергии не обходится: единица КПД - это уровень бога. - Виктор не смутился. - Ну или надо отменять всю физику, - он завершил свой ребус с таким видом, будто окончил доклад на научном симпозиуме.

- А потенциал молодого тела - это до какого возраста по той вашей классификации? - Тика окончательно утратила всю свою предыдущую безмятежность.

- По той классификации молодежью считались все, кто до сорока пяти, - старательно припомнил Виктор. - Видимо, до этой планки? Я действительно ноль в биологии, но помню, что читал: какая-то гормональная заместительная терапия, каскадное снижение тестостерона и скачкообразное ускорение старения. Сорок пять - типа водораздела, молодость оканчивается.

- Примерно так... - Тика прикусила язык, расфокусировано глядя сквозь школьниц. - Если ориентироваться на натуралов и отсутствия модификаций... Японцы считают иначе, чем китайцы, - она встряхнулась. - На уровне социальной модели бессмертия мы думаем, что есть масса - а есть люди, посвятившие жизнь служению обществу. Отдельные личности добились очень высоких результатов на ниве жертвенности и уже само общество не хотело бы их терять раньше времени.

- Дайте угадаю, - захихикал одноклассник, перебивая опекуншу. - В какой-то момент у вас резко выросла конкуренция между желающими посвятить себя социуму?

- Конкуренция усилилась между корпорациями, родами и кланами, - поправила его Тика. - Потому что служение обществу уже давно перестало быть уделом одиночек. Это давно борьба команд и коллективов.

- То, что вы называете борьбой команд, у вас разгорелось настолько, что вы закрыли метрополию от нас именно поэтому?! - быстро сопоставила Айя. - Я сама не застала того периода, но сейчас вижу в сети, что по времени оно примерно совпадает. - Мартинес подвесила над столом голограмму аналитического приложения и выделила цветом нужные точки.

- Секрет полишинеля, - кивнула Хамасаки. - Но это не все. В метрополии достаточно давно обособились оба кластера: только вам отсюда кажется, что мы с хань играем общую мелодию.

- А в действительности?

- На самом деле это далеко не так.

- И отголоски тех процессов отражаются здесь? - подхватил ставший неожиданно сообразительным Рыжий. - До поры вы это все держали в рамках там, но сейчас не получается скрывать даже от управляемого населения в мирах типа этого?

- Где ты раньше был такой умный, а? - подосадовала Айя, решительно не узнавая одноклассника.

- Здесь много ума не надо. Это как давление внутри замкнутой системы: если оно растет из-за внутренних процессов, прорыв клапана неизбежен, - пренебрежительно фыркнуло рыжее чудо.

- Клапанов-то как раз и нет, - теперь вздохнула уже японка. - Говоря твоим языком, в метрополии они конструктивно не предусмотрены: расчет при создании единого государства был на согласованность между нами и китайцами. Никто не думал, что на каком-то этапе все может пойти в разнос.

- Тогда при росте давления будет прорыв по линии наименьшего сопротивления, - уверенно заявил Седьков. - Неизбежно. Если есть каналы из метрополии сюда - значит, тамошние проблемы в первую очередь шарахнут по вам, по местной титульной элите.

- Логично и снова не секрет, по большому счету. Но я удивлена слышать это все от тебя, - ровно сказала Эрнандес. - Раньше ты успешно скрывал склонность к отстраненному анализу, кхм. Успешно притворяясь... - она замялась и не закончила, виновато глядя на товарища.

- Я ж изменился. - Отмахнулся Виктор. - И теперь вы меня любите, а не игнорируете. Я вас, кстати, тоже... И это все голая экстраполяция из математики! Готов спорить, реальность сложнее, да? Тика?

- В реальности отдельные группы из метрополии дают карт-бланши кое-каким структурам сюда, в колонии. Упс, пардон. - Она ненатурально смутилась.

- Да ладно, чего там. Мы же сами понимаем, как вы оттуда относитесь к категорийным мирам. Колония и есть, - Эрнандес выглядела абсолютно спокойной. - А как оформляются эти неафишируемые полномочия оттуда сюда?

- С официальной точки зрения - на свой местный страх и риск. Но направления фиксируются наверху и согласовываются с противоположной стороной - чтобы избежать хаоса. В крайнем случае, уведомление явочным порядком.

- А сейчас вы скажете что-нибудь по-настоящему интересное, - предположила Айя.

- Мы хотим доказать, что возможна саморедакция этого гена. - Уронила Хамасаки. - При известной аппаратной поддержке.

- Это как? - Виктор неожиданно принялся что-то карябать в своем электронном блокноте.

- Имплант плюс концентратор, создается индивидуальный комплект под носителя. Да, дорого - но такое на конвейер не поставишь. Затем в течение десятка-другого лет параметры организма должны измениться - кое-что в генетическом коде переписывается по ходу жизни на уровне обмена веществ.

- Хм. - Эрнандес выражением лица ухитрилась дать понять, что теперь догадывается, откуда у Миру такие рассудительность и отрешенность в ее-то годы.

- А китайцы? - Рыжий целеустремленно строил какую-то схему на виртуальной доске с тремя или даже четырьмя заданными параметрами.

Символы и формулы, которые он прописывал на ходу, весьма удивляли одноклассниц, чтобы сказать мягко. Дифференциальные уравнения, что ли? Хрен его знает.

А зачем? Неясно.

Айя окончательно плюнула на приличия и спросила японку в лоб:

- Тика-сан, а чего у вас сейчас такой вид, как будто вы задом на гвоздь сели и пошевелиться не можете?

- Хань, как выяснилось, даже внутри нашей ассамблеи в метрополии были не полностью откровенными. До поры никто не обращал внимания - но они, оказывается, тоже плотно прорабатывали этот вопрос.

- Хотя вслух заявляли, что табу?

- Да.

- И до чего китайцы дошли? Если сравнивать результаты?

- Они изначально пошли по иному пути. Они предположили: если нельзя редактировать гены живого человека, то никто не запрещает этого делать на стадиях зачатия либо эмбриона.

- Программная оболочка новых поколений имплантов? - хмуро спросила Эрнандес, выдавая явное знакомство с темой.

- Да. Если опустить детали, лет сто двадцать мы и сейчас все живем легко. А они мыслят категориями проектов, длящихся поколения, и между собой обсуждают увеличение срока жизни до четырехсот-пятиста лет. - Хамасаки-старшая со значением посмотрела на Седькова.

Тот кивнул, не отрываясь от своего блокнота.

- После получения так называемого нестареющего потомства в этом поколении, хань собираются выйти из тени и на уровне законодательства разрешить этот фокус на будущее, - закончила японка.

- Ну, четыре сотни лет - считай, то же бессмертие. А в чем разница, когда это все обнародовать? - Виктор предсказуемо споткнулся там, где нужно знать клановые расклады и устройство общества. - На первый взгляд, тема богоугодная. Распределение, конечно, вызовет массу вопросов, но в вашей федерации за всеобщую справедливость вроде никто и не топит?

Интересно, в какой деревне он все-таки рос, подумала Айя.

- Те, кто оказались наверху технологических процессов сегодня, однозначно уступят место в итоге следующих выборов на девять десятых. Зная, как на самом деле все устроено в метрополии, скажу: это будет однозначно не безболезненно для нас. - Спокойно ответила мать одноклассницы.

- А на тот свет либо на пожизненный социальный низ никому не хочется, - пояснила более доступно баскетболистка. - Конкуренты и носители твоего личного эксклюзива никому не нужны.

Какое-то время все помолчали.

- Я ничего не понял, - пожаловался Седьков через минуту.

- Часть технологий и их носители, включая доноров, наверняка распространилась и к нам, - пояснила Мартинес. - Просто чтобы разработчикам и лабораториям метрополии не держать все яйца в одной корзине - это стандартная практика кланов оттуда.

- Это законно? - вскинулся Рыжий.

- Практически, уже да, - кивнула Хамасаки. - Внутреннее законодательство ассамблеи титульных вас прямо не касается и как правило до вас не доходит. Но буквально недавно задним числом признали легализацию экспериментов и результатов с обеих сторон.

- Яснее не стало. - Светило школьной математики хмурилось и не успевало за модифицированными мыслительными процессами.

- Все против всех. Каждый клан - за себя. Олигархи и группы будут набивать рейтинг любыми способами. - Зевнула Айя. - В том числе, крайне некрасиво роняя рейтинги конкурентов.

- Зачем?!

- Эквивалент игры в царя горы. Переход от сотни лет жизни к пяти сотням однозначно равно передел власти. Это всегда громко, - предположила Эрнандес. - А сам рейтинг, видимо, будет считаться как совокупная семьи либо организации - старые союзы падут, новые наметятся. Их титульная ассамблея оперирует семьями и бизнесами, если говорить о влиянии на политику.

- Да. И самым главным составляющим рейтинга, по разным версиям, может стать его динамика, - подтвердила японка.

- Так вы поэтому меня усыновили и практически приняли к себе? - вскинулся Рыжий так, словно в потоке иностранной речи услышал знакомое слово.

Латиноамериканки синхронно и молча закрыли лица ладонями и ничего не сказали. Поначалу.

- Мне стыдно, - донеслось через пару секунд из-под рук баскетболистки.

- В следующий раз обижусь, - Тика свела брови и укоризненно посмотрела на Виктора.

- Да я не со зла, а от собственной ограниченности. - Смутить Рыжего, видимо, было невозможно. - Вы просто нагородили какую-то кучу построений, в которой не прослеживаются логические связи.

- В метрополии фактическая власть принадлежит финансовым и технологическим группам. Их число здорово ограничено. Бессмертие уже есть, но всем его раздавать не будут, а за правила легального распределения по узкому списку уже идет борьба. - Айя кратко повторила главное. - И эта борьба крайне не афишируется.

- А также выплеснулась сюда, в миры типа этого, - добавила баскетболистка. - Из-за закрытости темы многие могут активно участвовать, но даже не понимать, в чем именно.

- Смутно уяснил. Но какая-то буря в стакане воды получается, - Седьков поднял задумчивый взгляд на собеседниц. - Вы не перебарщиваете со своей тревожностью, дамы?!

- Ты просто не представляешь, на что может пойти клан ради такой плюшки, - поежилась Мартинес. - Любой клан. Особенно если рейтинг набивать на таких, как мы.

- В масштабах мира может выйти очень грустно, - подключилась Эрнандес. - Как и в масштабах заведения, где клановых много.

- Да и хрен с ним, - одноклассник решил взять пальму первенства по пофигизму. - Львы бабочкам не страшны. Или ты тоже собралась жить полтысячи лет?!

- Для начала, я бы не отказалась. Но главное - есть мнение: когда разборки великих, - Ана кивнула на Тику, - идут рядом с тобой, ничего хорошего ждать не стоит.

- Пока же не идут? Или уже все-таки идут? - Рыжий озадаченно переводил взгляд с латиноамериканок на японку и обратно. - Вы же сказали, у хань только через поколение в лучшем случае?

- Миру - точно носитель редактированного гена либо программы его редакции. - Эрнандес говорила с Седьковым, но смотрела почему-то на Хамасаки. - Плюс Юнь - скорее всего та самая легализованная витрина. Еще наши японские и китайские хозяева затевают какую-то большую бучу. Настолько бурно, что сами ее и боятся - но нам при этом ничего не говорят.

- Вы все слишком сгущаете краски на ровном месте. - Виктор выплеснул в рот остатки сока из стакана и решительно переложил себе на тарелку четверть запеченной рыбы.

Подумал - и добавил риса. Затем принялся активно жевать.

- "Невежество рождает необычайную смелость в суждениях", - закатила глаза баскетболистка.

- Львы бабофкам не стфафны, - повторился Рыжий, не прекращая есть. - Извините, очень кушать хочется! А сегодня еще два спорта и работа.

- Нет у тебя сегодня никакой работы, - Тика как-то странно покосилась на него. - Сегодня ты мать забираешь из клиники и везешь домой.

Виктор застыл с рисом на вилке.

- Она пришла в себя. - Спокойно сообщила японка. - Я, как твоя опекун, мониторю все параметры, поскольку получила допуски. Терапия признана достаточной: дома ей будет лучше.

- Неожиданно. - Голос Рыжего резко осип. - Это тоже какая-то часть ваших клановых игр?

А ведь он не радуется, с удивлением отметила про себя Айя. Странно.

"Че-то он не сильно счастлив?" - тут же отбила она в приват подруге.

"Хата, мы с ним там. А теперь это все кончилось в момент", - Эрнандес убедительно смешала философию и прагматизм.

"А-а-а, ну ладно. А то я уже подумала, что вообще ничего в нем не понимаю".

"Как раз все понятно: где нам теперь ... ночевать втроем?".

Вслух же баскетболистка сказала, с потрохами сдавая японку:

- Тика-сан наверняка через твой шлюз твоей же матери после суда что-то оплатила из того, что раньше вам было недоступным. Врачи явно что-то дорогое врубили - отсюда и результат.

Следующую минуту Рыжий очень убедительно напоминал рыбу, которую вытащили из воды и подвесили за жабры еще живой.

Глава 22 (вычитаю чуть позже)

- Тика-сан наверняка через твой шлюз твоей же матери после суда что-то оплатила из того, что раньше вам было недоступным. Врачи явно что-то дорогое врубили - отсюда и результат. - Эрнандес периодически ухитряется выглядеть какой-то не по годам взрослой и мудрой.

Иногда приходится себя даже одергивать, чтобы не лезть спрашивать у нее совета: все-таки ей пока лишь шестнадцать, как и этому телу.

По лицу японки после ремарки Аны проскальзывает секундная неловкость.

И как на это реагировать? Получается классическая вилка. С одной стороны, должен поблагодарить Тику за мать; а с другой стороны, как минимум растут мои моральные долги ей (как максимум - вообще черт его знает, что там за сумму она выложила. И какими такими инструментами клиника реанимировала миссис Седькову за час так, как не могла до того).

- Правда? - спрашиваю свою новую опекуншу напрямую.

- Это часть нашего с тобой соглашения, - на первый взгляд мягко отвечает она.

В личку же мне приходит на концентратор: "Это очень обширная и серьезная тема. Я буду тебе более чем признательна, если мы с ней разберемся обстоятельно, наедине и не тогда, когда ты посекундно глядишь на часы".

Крыть нечем, потому коротко киваю, соглашаясь.

Тика, судя по следующему сообщению, не успокоилась: "Я догадываюсь, что ты сейчас о деньгах. Но там не столько финансы: я дала софт на более эффективный протокол лечения. "Мозги" тоже рулят, я сейчас о драйверах федеральной реанимационной капсулы твоей матери".

Успокаиваюсь и молчу. Быковать или спорить есть смысл либо с врагами (хорошо, пусть с недоброжелателями), либо когда ты четко видишь перспективные минусы чужого вмешательства.

Сейчас речь о таком не идет. Надо будет наедине спросить, какой ей прок заботиться о жене своего бывшего... просто бывшего. Не сейчас же это выяснять, при всех наших отношениях с Аной и Айей.

Доедаем не то чтоб в полной тишине, но уже и без активного общения. Девчонки вовсю переписываются о чем-то между собой (вижу по ним), но вслух ничего не говорят.

***

Интерлюдия.

Хадзимэ Хамасаки только делал вид, что спокоен. На самом деле профильное приложение транслировало его спокойную мимику окружающим чуть ли не с перегревом.

Он уже давно мог позволить себе альтернативное и полноценное рабочее место не только в офисе, а и дома, потому сегодня за пределы участка не выходил.

Начальники необходимых ему сейчас подразделений, их вспомогательный персонал, пара дежурных представителей секретариата давно облюбовали цокольный этаж и по его команде регулярно располагались на весь рабочий день там (иногда не только на день, а и на рабочую ночь).

Дочь, вернувшись домой вечером, по собственной инициативе приготовила ужин и позвала его на кухню, совмещенную со столовой на втором этаже:

- Пошли поедим? Заодно поболтаем? - Открытая улыбка Миру частично примирила его с бушевавшим внутри тайфуном.

- Можно было заказать с доставкой в любом из ресторанов рядом. Зачем время тратить на готовку? - проворчал он скорее по инерции, но вовремя спохватился. - Да! Три минуты! Сейчас иду.

Вышколенный персонал, присутствовавший при их разговоре, даже ухом не повел и никак не дал понять, что что-то слышит.

Хадзимэ украдкой взглянул на внутренний интерфейс: жена по-прежнему держала активной блокировку от его слежения и он не мог наверняка сказать, где она сейчас и что делает.

И почему было в свое время не жениться на какой-нибудь другой? Менее своенравной?

Когда они начинали встречаться два десятка лет тому, у Тики была масса подруг с не менее выдающимися формами. Уж из них можно было склеить любую, а сиськи встречались даже побольше (проверено).

Супруга же, происходящая из семьи под стать ему, контроль над собой врубить не давала с первого дня и постоянно подчеркивала личную независимость.

Доигралась, с-сука!

Последние слова он чуть не сказал вслух, но вовремя спохватился:

- Как вкусно. - Один из членов Совета директоров HAMASAKI INCORPORATED и, по совместительству, со-глава Наблюдательного Совета, решительно положил себе вторую порцию фасоли и двойную - баранины. - Кому-то отличная жена достанется, - пошутил он, обращаясь к ребенку. - Готовишь лучше шефа КИОТО.

- Вот это уж точно вряд ли, - как всегда серьезно возразила Миру. - Жена из меня так себе, тут я в маму. Покладистость - явно не ко мне. Пап, у нас скоро выборы в школе, меня будут переизбирать.

Видимо, и совместный прием пищи был затеян ею ради этого разговора. Контакт с матерью последнее время у девочки ладился далеко не всегда, оттого его времени она стала забирать больше: как бы ни было, старшекласснице все еще очень нужны родители. Детства никто не отменял.

- Да и черт с ним, - решительно рубанул с плеча отец. - Перевыберут - переживем. Знаешь, я все больше думаю, что короткие версии рейтинга чем дальше, тем меньшее значение будут иметь. - Это был более чем толстый намек.

Несколько недель назад его реакция бы радикально отличалась от нынешней.

- Раньше ты так не считал. - Дочь испытывающе впилась в него взглядом. - Не хочешь и на эту тему поговорить?

Они оба рассмеялись.

- Мне кажется, неизбежны скорые перемены в обществе. И многие из них таковы, что лично твои шансы в будущем от сегодняшних величин зависеть не будут ни грамма. - Отец только что озвучил, в том числе, часть личных планов.

Миру поняла.

Несмотря на вирус, подсаженный ей в оболочку китайцами, главный его (и ее) проект не пострадал.

Говорить именно эти слова было легко: оборона должна быть эшелонированной и хорошо, что она сработала.

Новое поколение ее импланта - это была правда и только правда.

Только вот не вся.

- Переживаешь? - дочь пристально впилась в него взглядом, до боли напоминая родную мать.

- Уже меньше, - честно признался он. - Оно к тому и шло, причем целые годы.

Предмет разговора они вдвоем понимали отлично и без упоминания проблемы вслух.

- Она взяла опеку над моим одноклассником. - Ребенок абсолютно спокойно обсуждал взрослые вещи. - У остальных пока доступа к информации нет, но у меня, как у главы школьного совета, высветилось.

- Я знаю, - уснул вздохнул Хадзимэ. - Меня в семейном нотариальном реестре тоже тоже уведомили.

- Record у вас с мамой еще общий что ли?! - ее удивление было неподдельным.

Первое слово она так и сказала по-английски.

- Ну да. Пока что да, - он даже чуть подался назад. - Мы все-таки столько лет прожили вместе!

- Пап, а что ты думаешь о Рыжем?

Хамасаки-отец резко задумался и сходу не ответил ничего.

- По факту, он теперь имеет статус моего сводного брата. Еще - мы с ним оба натуралы, но его рейтинг идет вверх, а мой пикирует вниз. - Дочь не жаловалась, не набивалась на сочувствие, не пыталась переложить какой-либо груз с себя на кого-то другого.

Просто, как и всякий ребенок, в определенные периоды нуждалась в общении с родителями. Видимо, последняя мысль таки прорвалась у него сквозь нейрокоррекцию в виде мимики, потому что следующей фразой Миру стало:

- Эй, не напрягайся! - она весело перегнулась через стол и хлопнула его ладонью по лбу, как когда-то в детстве. - Я умею отличать обманку для всех от истинных целей!

Это был прямой и прозрачный намек на то, что Тика на днях сообщила ей: черт с ним, с имплантом. Главное в ней находится чуть глубже, в самом прямом смысле.

- Знаешь, я сложно отношусь к этому твоему однокласснику, - честно признался отец после паузы. - С одной стороны, к самому пацану у меня претензий не должно быть: все бы наши так относились к тебе, как он. А с другой стороны, он - сын своего отца.

"Который трахал твою мать в **** в онсене, когда это случайно попало на тамошнее видео!" - вслух сказано не было, но между строк читалось отчетливо.

- Психологи говорят, что не стоит проецировать собственные внутренние конфликты на невиновного человека, - как-то по-стариковски мудро улыбнулась дочь. - Тем более, ты сам учил всегда: если кто-то твоим интересам предан искренне и защищает их, как свои, не считаясь ни с какими проблемами для себя лично - о таком человеке надо заботиться вдвое больше, чем об иной родне. Чего бы это ни стоило.

- Именно поэтому я ему ничего и не сделал, - неконтролируемо вырвалось у Хадзимэ. - Несмотря на.

Сегодня явно был вечер откровений.

- Получается, его родителей - таки ты? - абсолютно равнодушно уточнила Миру.

А в этом месте глава семьи задумался повторно.

Исполнители были разовыми, аванс им перечислили через "правильные" счета полностью и любые контакты в будущем это исключало. Их и не было, этих последующих контактов.

Однако сам способ, вернее, случившийся с Седьковыми инцидент технически, категорически выбивался за рамки оговоренного и прямо нарушал условия контракта.

Во-первых, пострадала женщина (жена), которая ни в чем не была виновата - раз. Второе: акции небольшой, малоизвестной, дочерней, НО ТАКОЙ ВАЖНОЙ, ЧЁРТ ПОБЕРИ, КОМПАНИИ так и остались в собственности Седькова-старшего!

Этого категорически не должно было произойти!

Было и три, и даже четыре.

А все Тика, тварь. Уж не известно, каким образом этот покойный мудила там ее охаживал (вроде не дура вестись на пустые соловьиные трели) - но она добровольно и через неубиваемую нотариальную процедуру переписала на него часть собственного пакета!

Сука. Боги, какая же с-сука.

- Я не могу рассказать тебе всего. - Твердо сказал он ребенку. - А зачем спросила? Раньше ты не совала нос в такие дела.

- Дети взрослеют, - невозмутимо пожала плечами Миру. - И у меня, в отличие от тебя, теперь появился новый и фактический родственник. Па, я не собираюсь лезть в ваши с мамой дела, но этот вопрос задам. Только тебе, окей? По секрету?

- Какой вопрос?

- Как мне строить отношения со своим, по факту, сводным братом? Возможно - временным, случайным, неправильным, но в данный момент он практически родня. Игнорить его - потеря репутации семьи, согласен? Рано или поздно тема всплывет.

- Пожалуй.

- А излишнее к нему радушие - какашка в моем исполнении в твой адрес. Что бы посоветовал лично ты в итоге?

- А это еще почему? - Хадзимэ задумчиво свел брови вместе. - Каким это образом твои нормальные отношения с твоим новым любящим тебя братом по матери - г-хм, то, что ты сказала, в мой адрес?!

- Затем, что его родной и законный отец е*ал твою жену. - Абсолютно спокойно ответила дочь. - Не однажды, когда это случайно и можно простить. Теоретически. Не по пьянке на вечеринке, не по тупости обоих, не назло или не когда она дала ему в отместку! Это были именно что отношения, в результате которых распадается ваш брак. Хотя самого е*аря уже нет в живых.

Ему захотелось скрипеть зубами и, схватив большой разделочный топорик для мяса с кухни, крушить им все подряд.

Имплант в спайке с концентратором по команде впрыснули в кровь необходимую порцию гормонов. Нужный ответ неожиданно пришел в голову легко и почти самостоятельно:

- Я не думаю, что тебе следует оглядываться на меня в вопросах, как тебе строить СВОИ отношения. Особенно - с людьми, которые тебя любят.

Как родитель, Хадзимэ скрепя сердце отдавал пацану должное: за его ребенка тот вписывался с самоотверженностью камикадзе, во всех ситуациях, рискуя собой никак не в фигуральном смысле.

Кстати, пацан сто процентов понятия не имел о художествах собственного родителя. Наверное. Если даже он - муж изменявшей жены с такими возможностями - сам-то случайно узнал, как и Миру.

- Это и есть причина моего вопроса: пап, я его ненавижу. Всем сердцем, искренне, до скрежета зубов. - Дочь говорила убийственно невозмутимо, без надрыва, без нервов. - Но ненависть - это категория эмоций, а мозгами я понимаю, что он ни в чем не виноват.

- Самый обычный внутренний конфликт, каких в твоей жизни будет еще не одна тысяча, - фыркнул Хадзимэ. - Ты достаточно мудра и рассудительна, чтобы с ним справиться самостоятельно.

- Знаешь, раньше я в подобных случаях всегда использовала имплант. Если мозгами понимаешь, что эмоция вредная - просто отключаешь ее и дело с концом.

- Ох ты... - член совета директоров HAMASAKI INCORPORATED взглянул на своего ребенка совсем другими глазами. - Ты же теперь без него. Я упустил. Вернее, не подумал, потому что не предполагал, как ты на самом деле к нему относишься. Не думал, что это буквально ненависть, особенно с учетом как он за тобой волочится.

- Именно она. Управляемая, удерживаемая мною внутри - но чистейшей воды ненависть. И непонятно, как долго я еще останусь натуралом.

- Не молчи. Сформулируй все от и до. Сейчас, здесь и мне.

- Какая-то половина меня ему искренне благодарна. Знаешь, даже мама никогда не рассказывала, что кто-то ради нее в молодости выгребал в такси последние монеты из кармана, - она мечтательно подняла глаза к потолку.

- Так у меня всегда были деньги, - снисходительно улыбнулся отец. - У ее предыдущих ухажеров в университете - тоже. Тогда в Токийском сложно было найти тех, кто звенит мелочью в карманах, ухаживая за девушкой, хе-х.

- Да. Но мы же не в метрополии, - резонно заметила дочь. - А вторая моя половина состоит из эмоций, пап, не из мозгов. Отгадай, чего она хочет, эта вторая половина? Конкретно для Виктора Седькова?

- А вот в этом месте я могу дать по-настоящему ценный родительский совет. - Хамасаки-отец неожиданно успокоился, причем не под действием гаджетов, а самостоятельно. - Миру, тебе предстоит О-О-О-О-ОЧЕНЬ длинная жизнь. Соответственно, незнакомых ранее проблем лично у тебя будет на порядок больше, чем у всех остальных, кто тебя окружает. Сейчас - всего лишь одно небольшое твое домашнее задание.

- Не поняла? - она свела брови, на этот раз в точности повторяя его мимику (не жены).

- Ты должна выбрать сама, куда пойти: убрать мешающий камень из-под пятки? Либо не гвоздить невинного за то, чего он не совершал? Потом, когда выберешь, последовательно реализовывать этот выбор. - Хадзимэ оживился. - В качестве компенсации: тебя никто не заставляет делить с ним дом, быт, жизнь. Говоря цинично, вы всего лишь вместе учитесь в школе!

- ... и едва ли он пойдет в тот же университет, что и я, - подхватил самый умный в мире ребенок. - Тут понятно. Но тогда получается, что крест на твоих отношениях с мамой уже стоит, правильно?

Отец в очередной раз помолчал. Чтобы чем-то занять руки, он собственноручно налил себе чаю вопреки этикету.

- Как минимум, ты уже что-то решил для себя, - продолжила давить дочь. - Пап, колись, а?! А то сейчас вилкой ткну!

Ее последняя фраза настолько не вязалась с ее обычным стилем, что где-то даже озадачила.

- Я в порядке. - Миру смеялась глазами и красноречиво сжимала губы в узкую полоску. - Говори давай, кому сказала. Я понимаю, что ты можешь развестись со своей женой, но со мной же ты не будешь разводиться!

- В любом сценарии, - подтвердил Хадзимэ.

Он отстраненно подумал: интересно, а не лучшее ли сейчас время сказать ей правду и о себе? В частности, о том, что эта ее близкая подруга с третьего курса Университета переезжает к ним в дом через пару недель вовсе не из-за ее приглашения.

Вернее, не только поэтому. Приглашение Миру - очень серьезное формальное основание и как минимум - отличная возможность для родителей Соры объяснить самим себе, для чего бы их дочери на время переселяться к Хамасаки.

Но ведь реальная причина же другая.

С другой стороны, если сказать дочке о Соре и себе, то в будущем придется говорить и о двух других девчонках из их компании - на них он тоже положил глаз. Не так серьезно, как на Сору, но разок-другой повеселиться нужно будет обязательно. Когда есть деньги и такая фамилия - это не проблема.

Малолетние дуры соглашаются практически сразу, семеро из десяти точно, стоит только представиться и предложить.

Уже знакомые соглашаются даже восемь раз из десяти. Эту цифру он подметил давно и старался, чтобы она с его возрастом не снижалась.

Кто бы что ни говорил, но молодое, упругое и незнакомое раньше девичье тело - самая лучшая естественная профилактика для возрастного каскадного снижения тестостерона (в дополнение к нейрокоррекции).

А все-таки хорошо, что Миру ненавидит Седькова - некстати появилась еще одна мысль. Хадзимэ пока не решил окончательно, что делать с пацаном, особенно в свете того, что тот наследует за своим выродком-отцом.

Тика сука. Тварь.

***

- Кажется, ей в голове что-то повредили. - Рыжий был предсказуемо хмур и по своей идиотской привычке старательно приступал через все трещины на асфальте.

- Завязывай, - предложила Эрнандес. - Это твоя мать.

- Именно поэтому я сейчас иду в школу, а не сдаваться в полицию от греха подальше!

- Не сгущай краски, - терпеливо вздохнула с противоположной стороны Мартинес. - Может, она за эти недели слегка подызвелась в капсуле! Мы же не знаем, в сознании она была или нет?

- Знаем. Если верить выписке. - Виктор был угрюм и решительно не собирался идти на компромисс даже в разговоре.

Вчера вечером забирать сеньору Седькову поехали вместе. Микроавтобус от HAMASAKI доставил их всех домой, после чего женщина, пообщавшись с сыном, пошла в дальнюю комнату. Перед ними лаконично, но вежливо извинилась: сама едва в себе, состояние далеко от идеала, лучше полежать. Друзья сына могут оставаться с ним вне зависимости от пола и возраста хоть до утра.

Тика-сан молча сверлила ее взглядом все то время, что они были вместе, но так ничего и не сказала. Напоследок, ближе к десяти, только чмокнула своего нового подопечного в лоб и была такова.

Они втроем в комнате Рыжего ночью даже кроватью сильно не скрипели. Ну да, пару разиков ага - то самое - но это вообще Виктору нужно больше, чем им, если что! Пубертатная гиперсексуальность.

Ванну и сортир тоже подолгу не занимали, хотя кое-кто и отметился не туда, куда надо, мать-мать-мать... Впрочем, не впервые.

А ближе к утру мать одноклассника в откровенно нетрезвом виде разбудила их всех шумом на кухне.

- Интересно, чем же она все-таки набралась. - Виктор повторял этот вопрос, наверное, десятый раз, пока они топали в школу.

- Хорошо, что пока без концентратора ходит, - со вздохом заметила Эрнандес. - Она пока и так временно поражена в правах, как частично недееспособная. А если еще ушел бы сигнал об интоксикации... - она не договорила.

- И ведь не расскажешь никому. - Выдал Рыжий. - Б*я.

- Я б Тике сказала, - не согласилась Айя. - Но за тебя решать не могу.

- Стыдно. Родная мать. Тика и так сделала больше, чем... Причем если в адрес себя я ее еще могу понять, то вот нафига ей было вчера платить за клинику - вопрос еще тот. - Одноклассник перечислил в принципе ожидаемые аргументы. - С фига ее грузить нашим говном?

- Ладно. Будем надеяться, она проспится и все наладится, - искренне обратилась ко всем знакомым богам Ана. - Если твоя мать сейчас забухает, это действительно будет более чем невовремя. Эх.

- Я уже боюсь, что у нее свои аналоги промедола, - откровенно признался Рыжий. - А не алкоголь.

- Не-а. Бухло, - уверенно покачала головой Айя. - Разбираться спозаранку времени не было, да и срач за ней надо было убирать - опять же, спать хотелось - но пахло от нее именно спиртным. Я учуяла.

- Она попивала раньше, - одноклассник уныло пнул подвернувшуюся под ногу банку из-под лимонада. - Было дело. Но я чего-то не думал, что после больницы вновь! Суток не прошло! Опять же, бати больше нет.

- Не парься, - Мартинес решительно приобняла его со своей стороны. - Что-нибудь придумаем. Главное - она пришла в себя. Упс, а это что за сборище перед воротами? Рашид че, революцию затеял?

- А че там? - Виктор близоруко сощурился.

- Да кое-кого из титульных лапают, - уронила Эрнандес. - Коллективом.

- Кого? Миру?!

- Не только. Юнь тоже.

- Насильно?! - Рыжий перешел на рысь.

Глава 23

Глядя на меня, девчонки за моей спиной тоже добавляют ходу.

Поскольку я теперь обладатель какого-то навороченного концентратора новой модели, к закрытому и ускоренному чату на нас троих доступ появился. Писать в их темпе туда успеваю далеко не всегда (никогда), но читать уже приспособился без проблем. Похоже на разговор по телефону, когда ведешь машину (пардон, дорожная полиция) - нужно только приловчиться.

"Наши действия?" - Ана обращается к Мартинес. - "Кого первым?! Чтобы под ногами не путаться друг у друга".

"Рыжий - южан. Мы - всех остальных. Пишу нашим. Ченя и джапов не вижу. Бля, наших тоже не вижу! Хз, что за ботва. РЫЖИЙ!".

А вот это уже точно мне.

"Может, не лезь ты туда, а?!" - продолжает латиноамериканка. - "Хотя кому я это говорю".

Ответить не могу: собьюсь с шага. На бегу пока еще общаться не научился.

"Виктор, я тоже против рвать задницу ради китаезы", - подключается баскетболистка. - "Тем более непонятно, где вообще все их титульные мужики! И не только из нашей параллели, есть же еще японцы на год младше. И китайцы тоже! Нам оно что, больше всех надо?!!".

- Миру! - через плечо на бегу бросаю назад единственное слово.

Надеюсь, понятно, что имеется ввиду. Вчерашняя эскапада Тики, помимо реактивного излечения моей матери, по факту сделала меня родственником ее дочери (как минимум, на время).

Кроме того, в свете достаточно неприятных сцен ночью в исполнении нетрезвой мадам Седьковой, Хамасаки-старшую поневоле начинаешь ценить еще больше: проблем от нее никаких, угроз тоже (в отличие от. А ну как маман ночью пойдет выпимши куролесить не по квартире, а на улицу, рука-лицо? Здравствуй, рейтинг, и сразу же прощай; он теперь начисляется и на семью в том числе, если верить уведомлению поюс обновлениям от электронного правительства после ее выписки).

Понятно, что оставить японку без помощи в такой ситуации - чистой воды подлость. За Миру по-любому надо вмешиваться, Юнь автоматически идет прицепом: не скажешь же южанам, "от этой отойдите - а с той можете делать, что хотите!".

Неблагородно, для начала.

Но чтоб писать обо всем этом Айе со скоростью звука на бегу, нужен имплант, которого нет.

"Да ничего им не будет!" - продолжает наседать Ана. - "Кстати, и народу у ворот почему-то меньше, чем обычно. Интересно, что бы это значило".

Южане числом чуть меньше десятка, похоже, действительно затеяли революцию.

Перед тем, как ввинтиться в толпу, признаюсь себе честно: даже без поправок на личности и абсолютно по-человечески ситуация отвратительная. У меня вообще все больше и больше претензий к нравам местной школы, уже молчу, как именно в данный момент мне более чем не заходит то, что здесь происходит.

***

"Не рвись вперед! Давай послушаем разговор вначале! Хватит пока одного ледокола" - Айя придержала подругу.

Японка и китаянка брыкались в руках парней, как будто картинно играли роли в допотопном третьесортном фильме - только вот игрой это не было.

"Интересно, а как оно все так получилось? Ладно, Миру🤔🤔🤔". - Ана не дописала, но было понятно по контексту.

Уж с Сяовэнь такое себе позволять - все равно что примерять тазик с бетоном по щиколотки вместо ботинок перед заплывом в заливе. Особенно если речь о стратегической перспективе - хань не забывают ничего, память имеют хорошую и горизонты планирования у них не короткие.

"👌. В точку".

"Но у Юнь же 👀👀☝ все в порядке? Как они ее-то спеленали?!" - Эрнандес сформулировала вполне закономерный вопрос, интересный обеим.

Имелись ввиду расширения и полноценный нейропрофиль.

"Та же фигня: сама об этом думаю. Как-то подловили, э 🤨? А сейчас вон и за руки держат, и ногами не разгуляешься".

На каждой руке Сяовэнь и Миру висело по здоровяку-южанину. Заодно парняги фиксировали коленями и ноги девчонок - получалось двусмысленно, выглядело скабрезно - но двигаться азиатки действительно не могли.

- Я, как глава самой большой на сегодня фракции в школе, категорически протестую против творящегося произвола. - Рашид довольно убедительно изображал юриста.

Явно копировал кого-то из родни.

Стоя между японкой и китаянкой, он выглядел монументальным, на удивление спокойным и основательным даже с поправкой на происходящее.

- Ты за это заплатишь, тварь, - коротко выплюнула Юнь и для проверки еще раз дернулась в чужих руках.

"Не-а", - виртуальная панда Эрнандес в закрытом чате покачала головой. - "Не ловили их специально. Реально стихийная революция. Точнее, переворот, - глянь на ставки, гы".

За следующую секунду Айя установила рекорд по скорости обработки школьных чатов.

По всему получалось, что Лысый нацелился на освободившееся место главы школьного самоуправления (одно из). Формально, это можно было сделать единогласным решением Миру и Юнь, но только в последний день их полномочий (заморочки школьного устава).

В разделе тотализатора Рашид поставил весьма значительную сумму на размытую формулировку "увеличение рейтинга диаспоры и отдельных ее членов". Что конкретно за этим стояло - пока неясно, но послушать дальше стоило.

"Бл*. И наши молчат, не отвечают", - продолжила Мартинес.

"У них дуэль 2 на 2, игровая площадка спортзала. Ты что, и в наш второй чат вообще не зашла?!" - Эрнандес имела ввиду один из испаноговорящих мессенджеров школы.

"Рука-лицо 😨🤦‍♀️" - Айя бросилась устранять информационные пробелы.

Интересно, а на что южане рассчитывают? Ну упрутся сейчас обе азиатки, ради такой оказии даже на время забудут собственные разногласия. И что дальше?

Вот правда, ну что рашидовские им сделают?

"Или мы с тобой чего-то не понимаем?" - параллельно с чтением новостей отбила Мартинес.

Рыжий тем временем растолкал не таких многочисленных (как обычно) зрителей, состоявших преимущественно из англоговорящих и к ним примкнувших:

- Эй, педрила! - без дальнейших разговоров он подлетел к державшему Миру справа.

В воздухе мелькнула сталь импровизированного кастета. Нури отступил на шаг назад, выпустил руку японки и схватился ладонями за лицо.

Запнулся пяткой за носок туфли поспешившего к нему на помощь товарища, изобразил руками вентилятор и со всего маху приложился затылком о бетон покрытия.

Пара земляков бросилась поднимать ушибленного. Остальные на мгновение замерли.

Все, кроме Виктора. Тот ухватил Миру за ставшую свободной руку и изо всех сил дернул на себя. Глаза японки при этом расширились на мгновение, как будто от боли.

"Внутренние шипы на железке", - сообразила Айя. - "Он ей кожу проколол. Мать, внимание! Все остальные отменяются; следим за Лысым и его дебилами. Опять какая-то подляна, похоже".

Али, несмотря на последнюю неудачную неделю своего школьного портфолио, производил впечатление спокойствия и собранности.

"Да. Мне тоже что-то не нравится. Он совсем не нервничает, хотя и должен".

Японка, выведенная из равновесия рывком Рыжего, не имея возможности сделать шаг, начала падать к нему на грудь. В ускорении это выглядело как замедленная съемка.

Державший ее соратник Рашида, видимо, добросовестно выполнял команду: блокировать руку и ногу, хоть камни с неба.

Седьков станцевал это свое полубалетное па: ногой в сторону, приставить вторую, ее же назад, вернуться обратно, забрать первую ногу.

Миру пролетела мимо него и едва успела выставить свободную руку одновременно с падением на асфальт.

Южанин, фиксировавший ее добросовестно и изо всех сил, тоже не удержался и полетел следом: равновесие на одной ноге не сильно удержишь.

Рыжий хекнул и от души врезал по короткостриженной голове с носка, как в футболе.

- Минус два, - раздалось от англоговорящих, традиционно соблюдающих нейтралитет, если их замес не касается прямо.

- Ты разве не в тюрьме, уродец?! - Рашид при виде недруга слегка удивился. - Ух ты.

- Где мои деньги? - Виктор, даже не обернувшись на китаянку, направился прямиком к Лысому.

- С другой стороны, этот вариант тоже учитывался, - спокойно уронил Али сам себе и слегка играя на публику

Затем сделал шаг навстречу.

Латиноамериканки лихорадочно утопили виртуальные кнопки сканеров расширений.

"Ты понимаешь, что это за фигня?" - Мартинес отправила удивленную кошачью морду вместе со скрином расшифровки приложений Рашида.

"Нет. Похоже на какой-то гибрид змеи и носорога".

Новоустановленный пакет неожиданного претендента на часть школьной власти, если верить анализатору, мог снижать нервную чувствительность, повышать болевой порог и скорость - и все это одновременно, да не ниже, чем по третьему классу.

"... Плюс какой-то аналитический блок. А это еще нафига? Не вижу в деталях, там не латиница" - Айя добросовестно попыталась идентифицировать то, с чем сейчас будет воевать Рыжий.

"Видимо, что-то с их родины. Черт".

Они переглянулись.

- Деньги мои где?! - задрав брови вверх, повторил Седьков, целеустремленно сближаясь с Лысым на расстояние вытянутой руки.

Буквально за пару спичечных коробков до этого левый ботинок Рашида, казалось, избавился от власти гравитации - движение было неуловимым и стремительным.

"Бл*" - Мартинес за мгновение до этого отправила седеющую на глазах голову. - "Пишет, специальная х*йня у них. Старая (есть за деньги на открытых серверах), но вполне рабочая. Выпустили в продажу для частных служб безопасности, вот смотри... устарело для государства... А вместо нее анонсировали апгрейд, но дальше информация закрыта: надо понимать по-ихнему и чего-то оплатить куда-то на их правительственный сервер. Не разберу подробно, переводчик почему-то не срабатывает".

Виктор, слава помидоркам, теперь хотя бы мог читать их чат - это стало понятно через доли секунды, когда он резко изменил траекторию.

Рыжий сориентировался каким-то чудом. Его кулак полетел навстречу голове Али практически одновременно с ногой того.

Удар Лысого пришелся в пустоту, почти: подошва наверняка оставила ссадину, вскользь пройдясь по телу противника сквозь одежду и не впечатавшись в него с акцентом.

Железка Седькова же попала четко в геометрический центр лица южанина.

В замедленном восприятии капли слюны и крови, вылетевшие из-под кастета, казались разноцветными гирляндами, висящими в воздухе.

Виктор не удовольствовался первым попаданием даже несмотря на то, что противник явно поплыл. Пока Рашид шатался, Рыший с двух рук бил по его лицу то, что он сам в спортзале называл серией.

- Безнаказанность однажды порождает хаос впоследствии, - выдал Ник одновременно с падением Лысого рядом с Нури.

- Один встречный! - Седьков весело поднял вверх правую руку.

То ли с железки, то ли с костяшек на его рукав капнуло красным.

- Дальше - чистое добивание! - единственный в старшей школе обладателем очков, он же любитель математики, даже не обратил на это внимания. - Но суть в рекорде! Я его сделал одним ударом! Вау! - Рыжий запрыгал на месте, словно детская игрушка.

- Что ты сейчас имел ввиду? - Миру неловко забарахталась на земле, поднимаясь на ноги и обращаясь к Нику.

- Ваш новый член семьи вчера не сел в тюрьму в Лицее, - спокойно пожал плечами англоговорящий. - На удивление. Впрочем, удивление становится намного меньше, если знать подноготную.

- Ты не должен ее знать. - Японка, кажется, хотела сказать что-то еще, но удержалась.

- Не должен, - не стал спорить Ник. - Но знаю: у меня свои источники информации.

- Я буду выяснять, - лаконично пообещала Хамасаки.

Было ясно, что в ее словах имеется какой-то подтекст.

- Сколько угодно, - Хаксли чопорно поклонился. - Речь же о другом. Вчера твоему протеже все сошло с рук, хотя были задеты интересы титульных - и вот вам сего-о-одня... - он указал взглядом на Лысого, лицо которого представляло собой кровавое месиво. - Интересно, тут тоже глаз? Или даже оба? - парень безмятежно перевел глаза на окровавленный кастет.

Рыжий близоруко поднес железку к глазам и прищурился. На двух самых выпуклых шипах откровенно висели кусочки тканей человеческого тела.

- Тут в другом дело, - возразила Миру, упираясь ладонями себе в поясницу и прогибаясь назад. - Это просто смена верхушки иерархии.

- Чего? - оставшиеся без предводителя, южане отпустили китаянку.

- Так меняется власть. - Серьезно ответила японка. - Виктор, звони маме. Кажется, вчерашний сценарий.

Рыжий очаровательно завис.

- Не твоей! Ее матери! - фыркнула Мартинес. - Она это имеет ввиду!

- Ну да. Разумеется. - Миру наклонилась вперед, вытягивая позвоночник и касаясь лбом коленей. - Суки... "Скорпионом" давили. Уф-ф.

***

Сегодня не все

Глава 24

Рыжий неожиданно уперся:

- Миру, нет. Это не самое лучшее решение.

- Ты сейчас уверен в том, что говоришь? - японка из положения "голова у коленей" повернулась в его сторону.

- Да. - Седьков безмятежно перекатывался с пятки на носок и в ус не дул.

- Это неправильно. - Миру выпрямилась, серьезно покачала головой и взяла новоявленного родственника за рукав. - ВСЁ ВОТ ЭТО НЕПРАВИЛЬНО. Пошли отойдем в сторону, поговорим.

Латиноамериканки переглянулись.

- Мы с вами. - Сообщила азиатке Айя через секунду.

- С чего бы это? - у Хамасаки-младшей, похоже, сегодня выдался день, богатый на удивления.

- Поймешь, - лаконично пообещала Эрнандес. - Когда отойдем.

Затем точно тем же жестом, что и Миру, подхватила за рукав уже ее.

Юнь, сбросив с себя ладони южан, неуверенно обратилась к бывшей подруге:

- Я могу пойти с вами? Мне тоже есть что сказать. Пожалуйста.

Японка даже бровью не повела, оставив вопрос без ответа. Мартинес коротко выбросила в сторону китаянки средний палец.

"Не спеши!" - сообщение от баскетболистки пришло буквально через доли секунды. - "Блин, не успела".

"А че? Какой с нее прок? Какое из-под козла молоко?" - Айя на всякий случай поспешно опустила руку.

"Надо сделать так, чтобы они обе назначили нужного нам человека. Как хотел Лысый, но вместо него - меня. С Миру как-нибудь сладим - в конце концов, она должна Рыжему. А вот хань нужно уговаривать, причем словами, а не вручную". - Эрнандес красноречиво поглядела на подругу в реале.

Та с размаху хлопнула себя ладонью по лбу:

"Дура. Я. Да! Но Виктора вдвоем с Миру отпускать нельзя! Нам че, разорваться?". Она добавила смайлик задумчивой кошки.

"Не надо никому разрываться".

Затем Ана повернулась к китаянке:

- У меня лично есть к тебе вопрос, возможно, переходящий в предложение. Подождешь пару минут? Нам нужно закончить между собой сперва.

- Окей, - Сяовэнь неуверенно кивнула.

Не особо густая толпа перед школьными воротами начала постепенно рассасываться.

Южане вовсю болтали по-своему, на четвереньках хлопотали вокруг двоих упавших соотечественников и вызывали врачей сразу и из школьного медпункта, и по страховке Рашида.

- Виктор! - Миру понизила тон до едва уловимого шопота. - Ты и этому вышиб глаз! Я не могу и не буду просить за тебя в этом случае! Пожалуйста, набери маму сам!

- Вначале отойдем поговорим, - заторопилась решительная Мартинес, толкая японку в спину и направляя вперед.

За другую руку младшую Хамасаки тащила Эрнандес.

Отойдя шагов на пятьдесят и зайдя за кустарник, Айя напрямую сказала азиатке, указывая на Седькова:

- Тебе на него плевать, ты к нему относишься, как к инструменту. За нашей спиной с ним ни о чем говорить не будешь - только в нашем присутствии.

- Вы не сильно много на себя берете? - Миру, не меняя выражения лица, чуть подняла подбородок.

- А я тебя не спрашиваю - сообщаю. И мы с ним живем. Спим вместе, жрем на одной кухне, е*емся без презика, как кролики. Возможно, от такого случаются даже дети, - фыркнула бескомплексная Мартинес. - А ты кто? КТО ТЫ НАМ ТРОИМ?

- Если говорить о формальной стороне, на текущий момент - его сводная сестра. Время идет, глазу Лысого лучше не становится, - напомнила Хамасаки. - Я не стала быковать при всех, но дайте нам поговорить, черт побери! Без вас!

Латиноамериканки сверлили ее взглядом и не двигались с места.

- Да не нужен он мне как мужчина! - кажется, представительница титульной аристократии впервые на памяти одноклассников начинала выходить из себя.

- Так, дамы. - Седьков вклинился между ними и поднял руки, привлекая к себе внимание. - Ана, Айя, я вас люблю. Не парьтесь.

- А ее?! - не стала себя сдерживать Мартинес. - По ней, поди, слюней больше пускал!

- Не в том дело, - баскетболистка придержала подругу за руку уже не в первый за сегодня раз. - Виктор, мы примем любое твое решение, но опасаемся, м-м-м... Просто опасаемся!

- Чего?! - Седьков скептически поднял брови.

- Что ты можешь сделать какую-нибудь глупость под влиянием нерационального порыва. При общении со своей так называемой сводной сестрой, - откровенно закончила Айя.

- Эй, вы чего? - Рыжий просто и открыто улыбнулся. - Я нормально отношусь к Миру, но о в таком отношении, как к вам, речь не идет. Уже не идет, правда.

- Да ну? - Мартинес не поленилась включить сразу два расширения на достоверность.

- Да. Миру, надеюсь, тебя это не обидело? - Виктор повернулся к "родственнице".

- Озадачило, - Хамасаки глядела на него широко открытыми глазами. - Так, давайте заново. Вы тут с ума съехали с этими вашими за*бами! У Рашида семья - потомственные юристы! Его отец уже приезжал качать права и на Седькова наезжал! Время идет, моя мать до сих пор не в курсе. Вы соображаете, что творите?!

- Миру, тебе кто-то помогал заруливать в школьном самоуправлении? - неожиданно спросил Виктор.

- Нет. С чего?!

- Ну так ты сама и дорулилась, - пожал плечами Рыжий. - До своего текущего уровня и положения. А теперь для сравнения посмотри на меня. Теперь мой тебе вопрос, как от брата к сестре: мне нужно слушать тебя? Или все-таки есть смысл и дальше решать самостоятельно, как до этого момента?

- С такой стороны я не подумала, - признала азиатка. - Неожиданно.

- Виктор, мне не нравятся твои с ней любезности, - Мартинес вздохнула и надула губы. - Я их, конечно, перекашляю; но если я начну молчать в таких ситуациях, это буду уже не я.

- Я люблю вас и гораздо ровнее, чем раньше, смотрю на нее. Вам не о чем беспокоиться: она меня терпеть не может и постоянно делает в мой адрес усилия из вежливости, - спокойно перечислил товарищ. - Айя, я похож на идиота?!

- А это было к чему? - она даже не сообразила, как сейчас относиться ко всем этим заявлениям.

Хотя они были приятными, чего уж. Хе-хе.

- Я не сделаю никаких глупостей, которые могут нам с вами повредить, - отчеканил Седьков. - Миру, - затем он повернулся к японке. - У меня нет никаких секретов от девочек, а от тебя есть. Пожалуйста, обсудите втроем между собой все, что хотели? Мне нужно ненадолго отлучиться.

- Куда?! - они спросили это хором и на три голоса.

- Расскажу, как вернусь: извините, я суеверный. Как что заранее кому расскажешь - никогда ничего не выйдет. НЕ РУГАЙТЕСЬ!

С этими словами Рыжий бросил свой рюкзак им под ноги и потрусил в сторону административного корпуса.

***

- Сергей Сергеевич, разрешите?

- ГОВОРИ НОРМАЛЬНО! - вскидывается по инерции Трофимов, как-то слишком поспешно сворачивая голограмму дисплея.

Интересно, чем это он занят в рабочее время, что скрывать нужно? С моим зрением деталей все равно не разглядеть, но он этого почему-то не учитывает.

- А-а-а, это ты. - Светило педагогики зримо расслабляется. - Хорошо, что зашел, сам тебя звать хотел... Садись.

Слегка ошарашеный сменой его базового лейтмотива, прохожу и занимаю стул за его столом напротив него:

- Я хотел поблагодарить вас за поддержку вчера в Лицее, это раз. Но пока шел сюда, по дороге возникли осложнения уже в нашей школе - это уже два. Вам они скорее всего не понравя...

- Давай по порядку, - перебивает он меня. - Заново. Что ты хотел от меня в связи с Лицеем?

- Сказать спасибо. - Он молчит, потому продолжаю. - Мне перевели весь ваш наезд на того завуча-японца. Я не ожидал. Искренне благодарен. Посчитал нужным это сказать вслух.

- Придержи свои восторги при себе, - добродушно ухмыляется толстяк.

- Не понял?

- Я всего лишь выполнил свой долг. Не за что благодарить.

- Раньше лично я не сталкивался с плюсами, которые из вашего долга вытекали бы в мой адрес, - вылетает у меня на автомате. - Впечатлился с непривычки и хотел сказать спасибо.

- Так раньше ты учеников моей школы бил! Это для меня была проблема, так как ученики непростые - а ты... - Он красноречиво сжимает губы в узкую полоску. - А вчера ты на других отвязался, они ко мне никакого отношения, - равнодушно пожимает плечами мой вроде как соотечественник. - Ты оперируешь понятием зоны ответственности?

- Да.

- Ну вот. Вчера наши с тобой интересы просто совпали первый раз за все время, а за свои интересы я всегда стою горой, - он безмятежно улыбается. - Так что слушай старших: держи свои благодарности при себе. Окей?

- Неожиданно. - Начинаю говорить словами Хамасаки-младшей. - Вы - самый интересный экземпляр педагога, наставника и учителя, которого я только видел.

- Пф-ф-ф, а лет тебе сколько? - от него, кажется, можно заряжать батарейки позитива. - Скажу больше. У нас с тамошним завучем свои отношения и своя рейтинговая шкала. Не такая, как у вас, учеников, но... Я даже рад, что ты ему соли за шиворот насыпал. - Трофимов звонко хлопает обеими ладонями по крышке стола. - От меня тебе встречная благодарность за это! Вопрос снят?

- Раз такой разговор, вот прямо сейчас захотелось спросить. Сегодня еще один первый раз за все наше с вами время вы не стали вызывать охрану к воротам и наезжать на меня за Лысого. В этом есть какая-то система? Кстати, говорят, я и ему глаз выбил, он без сознания валяется. Ваше нынешнее олимпийское спокойствие как-то связано со вчерашним?

- Да и нет, - равнодушно пожимает плечами завуч. - У меня в уведомлениях от электронного правительства висит новое сообщение. Моей цифровой подписью оно не открывается, вернее, срабатывает только наполовину: требуется подтверждение от тебя. Я поэтому хотел тебя видеть.

- Кажется, предполагаю, что там. - А ведь прямо он не ответил.

- Я тоже догадываюсь, что там. - Светило педагогики красноречиво сверлит меня взглядом. - Плюс не нужно много ума, чтобы сопоставить сам факт нераскрывающегося сегодня уведомления с твоим отъездом в суд в сопровождении полиции и представительницы семьи Хамасаки вчера. Причем не с младшей и бесправной, а вовсе даже наоборот, - он весело гогочет, словно удачно пошутил. - С ее маменькой.

- Что мне сделать, чтобы ваше уведомление открылось?

- Вот сюда подтверди биометрией.

Встаю и мажу большим пальцем по сканеру на его столе.

Трофимов пробегает взглядом сверху вниз по голограмме с официальным гербом в самом верху:

- Ну вот. - Он впервые на моей памяти выглядит НАСТОЛЬКО умиротворенным и удовлетворенным. - Слава яичкам, - он так и говорит, весело ухмыляясь. - Еще минус одна головная боль.

Только что не сверкая, завуч протягивает мне через стол ладонь для рукопожатия:

- Поздравляю! Это, кстати, в том числе - ответ на твой вопрос по Али.

- На какой? - под влиянием его метаморфозы я не успеваю мозгами за его мыслями.

И словами. И действиями.

- На невысказаный! - веселится Свин. - Раньше твои проблемы с Рашидом были моими. А сейчас ты формально чуть ли не выше него в иерархии стал.

- Серьезно?

- Более чем. У него, в отличие от тебя, нет титульного опекуна с ТАКИМ рейтингом. - Поднятый вверх указательный палец, видимо, должен символизировать значимость акцента.

- Вы - самый необычный учитель из всех, которых я когда-либо видел за свою жизнь. Я это уже говорил только что. - А ведь чистая правда.

- Седьков, а хочешь, я тебе тоже первый раз за все время кое-что откровенно скажу? - он вдруг переходит на русский.

- Буду благодарен, - киваю. - Наверное. Что именно?

Глава 25 (ссылка на продолжение + окончание 2го тома)

- Знаешь, какой основной секрет успешности педагога?

- Понятия не имею - никогда не выступал в вашей роли.

- А если пофантазировать? Ну же, Седьков! Ты столько раз демонстрировал незашоренность мышления!

Ничего себе, просто какое-то утро откровений.

- У тебя же всегда свое мнение! - весело продолжает Трофимов таким тоном, словно общается со своим давним приятелем. - Ты же никогда не пользуешься чужими оценками! Последнее время так точно.

- А это к чему? Сенсей, я не до конца успеваю за полетом вашей мысли - больно уж для меня стремительно.

- Ну у тебя критический тип мышления. Ты на веру можешь принять что-либо только от того, к кому твой индекс доверия - как к родной маме.

М-да, знал бы он насчет родной мамы.

Но в целом удивил: я и понятия не имел, что он настолько вникает в детали наших характеров. Или, может быть, на этой работе иначе не усидишь?

- Чего мнешься? - Трофимов выглядит счастливым обладателем миллионного выигрыша в лотерею.

- Боюсь ответить вам откровенно, чтобы вас не обидеть. На моей памяти, во время беседы с вами это - первый раз, чтобы лично у меня позитив эмоций перевесил все остальное.

- А-га-га-гааа, уфф... Валяй, не стесняйся. Чаю, кстати, хочешь? С печенькой?

- Э-э-э?

***

Конец 2 части. Продолжение тут 🙂 👇

https://author.today/reader/221487/1977217

Content

Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера 2

Глава 1

Глава 2 (дополнение/коррективы цветом. Извините за неудобства)

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13 (бесплатная)

Глава 14 (бесплатная до утра)

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22 (вычитаю чуть позже)

Глава 23

Глава 24

Глава 25 (ссылка на продолжение + окончание 2го тома)