Джеки Дош, Дэни Ост

Тихий омут. Том 1

© Джеки Дош, Дэни Ост, текст, 2023

© DKT.ARTIST, иллюстрации, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Пролог

– Не понимаю, почему я должен помогать тебе с подготовкой к годовщине? – недовольно буркнул парень, почёсывая подбородок.

Трёхдневная щетина, жуткие синяки под глазами и не первой свежести клетчатая рубашка поверх майки делали его похожим на бомжа.

– Потому что ты мой брат, Кайл, – ответил собеседник.

В отличие от первого, этот человек выглядел весьма ухоженно: шатен с простой, но элегантной стрижкой носил классические брюки и светло-бежевый вязаный кардиган. Аккуратная борода придавала ему мужественности, создавая образ интеллигентного дровосека.

– В таком важном деле я могу положиться только на тебя! – проходя мимо, он взъерошил Кайлу волосы.

– Не делай так! Сколько можно говорить, Кев, я взрослый мужик! – возмущённый таким нахальством Кайл поправил свою растрёпанную гриву и взялся за сервировку стола.

– Да ладно тебе! Даже в пятьдесят для меня ты по-прежнему будешь любимым младшим братишкой! – Кевин одарил брата тёплой улыбкой, от которой тот густо покраснел и скрылся на кухне, попутно бубня что-то про маразм и дом престарелых.

– Так когда, говоришь, Рита приедет? Утром? – успел спросить смущённый юноша, прежде чем раздался грохот падающей кухонной утвари.

– Ты в порядке? – перепуганный шумом Кевин вбежал в комнату.

– Да, всё отлично, – сидя на корточках у разбросанных кастрюль и крышек, Кайл пытался достать что-то из дальнего угла кладовки. – Только хочу вытащить вот это, – дёрнув посильнее, он шлёпнулся на пол, держа в руках старинный подсвечник. – Устроим настоящий сюрприз-романтик! Раз ты так решительно настроен, – широко улыбнувшись, младший брат многозначительно поиграл бровями.

– Только давай попробуем не разнести при этом кухню, – мужчина помог брату подняться. – И да, конечно, решительно. Как-никак, это наша первая официальная годовщина.

– А она-то хоть разделяет твой энтузиазм?

– Естественно, – Кевин поймал недоверчивый взгляд собеседника и замолчал, давая тому возможность продолжить.

– Просто она так долго тебя морозила без особых причин…

– Не всё так просто, Кайл, – Кев вздохнул. – Мы с Ритой из очень разного окружения, если ты понимаешь, о чём я, – он сделал многозначительную паузу. – Построить серьёзные отношения и так тяжело, а в наших есть очень много но, – мужчина невольно нахмурился. – Хоть это был непростой год для нас обоих, я понял, что именно рядом с ней я готов сколько угодно преодолевать эти самые но. Она лучшая, понимаешь?

– Конечно, понимаю! – Кайл уловил тревожные нотки в голосе брата и заговорщицки подмигнул, изображая жестами женственные формы.

– Вот балда! – засмеялся Кевин, тут же отвлекаясь от тяжёлых мыслей.

– Так какой у тебя план, помимо ужина? – младший вручил подсвечник Кеву, а сам принялся собирать выпавшую из кладовки посуду.

– Ну-у-у… – начал он и опустил глаза, якобы смутившись. – Рита обещала поговорить с сыном…

– Так вы наконец съезжаетесь? – восторженно выкрикнул Кайл, не давая ему закончить. – Всё-таки долгожданный «хеппи-энд»?

– Надеюсь. Её сын – хороший мальчик. Мы с ним быстро нашли общий язык. Не думаю, что он будет против жить одной семьёй. В следующий раз можем все вместе пообедать – познакомлю вас. Мелкий как раз наукой интересуется, – добавил Кевин с нескрываемым воодушевлением. – Кстати, насчёт науки. Ты подумал о предложении Риты? – спросил он, но, ожидая услышать в ответ очередные отговорки, сразу начал увещевать брата: – Работа в такой крупной компании – это реальный шанс… Ты пашешь как проклятый, а получаешь гроши. Нельзя же работать только за идею. Ты спец в этой области, сможешь там прилично зарабатывать.

– Вот это совсем не «кстати»! – смеясь, перебил его Кайл и, запихнув последнюю крышку, попытался закрыть дверь, которая не собиралась так просто сдаваться. – Но я уже всё обдумал, – он навалился на дверцу и задвинул небольшую щеколду. – Это действительно неплохая возможность.

– Хорошо! – старший брат улыбнулся и потянулся было к волосам Кайла, но остановился на полпути и протянул ладонь для рукопожатия. – Вот теперь ты ведёшь себя как взрослый.

– Что значит «как»? – скорчив недовольную мину, младший хотел что-то возразить, как вдруг из гостиной донёсся грохот.

Оба встревоженно переглянулись: они никого не ждали, а дверь была закрыта. Когда братья выбежали из кухни, то увидели женщину, которая сидела на полу среди разбитой посуды, опустив голову. Схватившись одной рукой за белую кружевную скатерть, а другой сильно колотя себя по голове, она медленно покачивалась и что-то бормотала, будто успокаивая себя.

– Что за… кто вы? Что вам нужно? – Кевин встал перед Кайлом и отгородил его рукой, будто защищая от незваной гостьи.

Незнакомка резко подняла голову.

– Рита? – мужчина с трудом узнавал любимую: некогда аккуратные локоны тёмно-русых волос растрепались и спутались; явно искусанные губы были плотно сжаты; в глазах, которые раньше смотрели с трепетом и любовью, застыли ужас и тревога. – Что ты здесь… – Кев подбежал и попытался поднять её.

– Нет! – вскрикнула женщина, отталкивая его. – Почему вы здесь?! Ты должен быть на работе, – её голос срывался, руки тряслись… – Прости меня… Я не могла поехать домой! Там же ребёнок! Прости, Кевин! Уходите! Сейчас же! – взмолилась она, глядя на любимого.

– Рита! – в его голосе зазвенело отчаяние. – Что случилось? – он пытался достучаться до неё, но женщина не слушала.

– Мне помогут… – её дыхание вдруг участилось. – Я позвонила… прошу… уходите! – прохрипела Рита из последних сил и притихла, снова опустив голову.

– Кайл! – чуть не плача проговорил Кевин, не отходя от любимой. – Помоги мне! – он взглянул на брата: тот стоял, схватившись за голову, не зная, что предпринять, как помочь.

Внезапно его лицо исказилось в гримасе немого ужаса, юноша будто забыл, как дышать. Кайл хотел окликнуть брата, но голос не слушался, ему оставалось лишь молча указать на Риту дрожащей от страха рукой.

Кев медленно повернулся. Любимая смотрела на него пылающими красными глазами. Широко раскрыв рот, она издала глубокий рык. Мужчина отшатнулся, увидев белоснежные острые клыки, и, медленно поднявшись, попятился назад.

– Кайл, – спокойно и твёрдо сказал он, искоса глянув на брата, – уходи, запрись где-нибудь. Сейчас же!

1

День М

Взгляд Вэртера

Серые утренние лучи украдкой заглядывали в комнату, не принося тем не менее ни капли тепла. Отопительный сезон уже закончился, несмотря на то что ночью ощутимо холодало, и теперь пробуждения превратились для Вэра в ежедневную пытку.

Он ненавидел холод и почти никогда не выключал обогреватель в спальне. Ночью спасало электрическое одеяло, но, когда приходило время покинуть объятия Морфея и начать новый день, Вэртеру Винтерхальтеру хотелось плакать. Ему бы переехать туда, где температура не падает ниже 25 ℃, но мест, где Вэр и его друзья могли бы спокойно жить и учиться, было немного.

Прошло чуть больше полувека с тех пор, как звериные раскрыли факт своего существования человечеству. История умалчивает, какие измышления привели их к этому решению (Вэр, кстати, был уверен, что кто-то так сильно накосячил, что скрыть это просто-напросто не было возможности), но его последствия разгрести не удалось до сих пор.

Первые годы после события, которое историки наперебой называли то ключевым в истории (открывающим новые области во всевозможных исследованиях и инновациях), то чуть ли не апокалипсисом, ведущим к уничтожению человечества, были самыми тяжёлыми. Подавить общественные волнения никак не удавалось, но после долгих переговоров, митингов, демонстраций и нескольких крупных стычек всё же получилось прийти к консенсусу, устроившему обе стороны…

Почему же пошатнулось и без того хрупкое равновесие этого мира?

Звериные – существа, которые произошли не только от обезьян (хотя такие среди них тоже встречались), но и от других видов животных. И хотя бóльшую часть времени они выглядели как обычные люди, таковыми звериные не являлись. Обладающие способностями, что давали им явное преимущество перед Homo sapiens, они вызывали противоречивые эмоции: кто-то их побаивался, кто-то испытывал (не всегда здоровое) любопытство, кому-то было всё равно, а некоторые питали к звериным откровенную ненависть.

В общем, несмотря на видимую терпимость, параноидальные настроения в обществе, казалось, мало изменились за пятьдесят лет. Университет же, в котором числились Вэр и его друзья, представлял собой то редкое заведение, куда открыто принимали звериных, ведь там были созданы специальные условия, чтобы они учились, сосуществуя с людьми.

Сталкиваясь в новостной ленте с очередной заметкой о каком-нибудь происшествии с участием звериных, Вэртер частенько предавался размышлениям о далёких временах, когда таким, как он, не приходилось жить с постоянной оглядкой. Юноше нравилось думать, что легенды о людях-животных, оборотнях и вампирах – это истории о звериных, живших много веков назад. Находясь в одиночестве, он мог часами гипнотизировать стену практически немигающим взглядом серых глаз, сокрушаясь о прошлом, в котором, казалось, всё было гораздо проще. Вэр вообще был склонен пофилософствовать. Хотя даже эта особенность не бросалась в глаза так явно, как привычка иронизировать. Причём объектом его острот мог стать любой, в том числе и друзья, вместе с которыми парень снимал небольшой двухэтажный коттедж неподалёку от университета. Компания подобралась весьма разномастная, и для всех было загадкой, как они уживались под одной крышей…

Вэртер усилием воли заставил себя подняться с кровати и, тут же завернувшись в плед в попытках побороть дрожь, понёсся в ванную. Непереносимость холода – черта, вызванная его змеиной природой. Он всегда немного завидовал звериным, чья сущность позволяла им спать не замерзая хоть на голой земле.

Приняв обжигающе-горячий душ, юноша привёл в порядок свою платиновую шевелюру и, надев поверх свитера шерстяной кардиган, тихо прошёл на кухню.

Стараясь никого не разбудить, Вэр занялся завтраком. Без остановки пританцовывая около плиты, парень нажарил столько яиц и тостов, словно собирался кормить армию. Закончив, он поставил на поднос свою порцию и, заварив чашку крепкого чая, вернулся в спальню.

– Вэр! И долго ты там будешь мусолить свою яичницу?! Шевели задницей! – женский крик, раздавшийся спустя десять минут, прервал его трапезу, но юноша даже бровью не повёл. Вэртер давно привык к подобным выкрутасам. С начала семестра такое «бодрящее» утро успело стать традицией.

Не прошло и минуты, как ураган по имени Матильда, не дождавшись ответа, ворвался к нему в комнату, между прочим, без стука. Будь это кто угодно другой, Вэртер бы, несомненно, возмутился, но для подруги детства, знакомой с ним с возраста «пешком под стол», великодушно делал исключение.

– Давай быстрее! Если мы опять из-за тебя опоздаем – прибью, – пригрозила девушка, параллельно пытаясь расчесать растрёпанные тёмно-коричневые волосы.

Тот факт, что Вэртер был уже одет и собран, а Матильда ещё бегала в пижаме, никак не мешал ей дополнительно поторапливать друга.

Видимо, решив не тратить больше ни секунды, она побежала собираться дальше, лишь на мгновение задержавшись в дверях, чтобы наградить юношу своим злобным взглядом. Матильда называла его «взор смерти», но, по мнению Вэра, это больше смахивало на взгляд испуганной совы.

«Не могу поверить, что скучал по ней, – мысленно вздохнул парень, вспоминая прошлый год, который Матильда провела в отъезде со своим братом. Вэртер за это время успел стать второкурсником. Мати же, как её называли друзья, поступила в университет в этом году, и разы, когда она не опоздала, можно было пересчитать по пальцам. – Всё как в школе. Мати и там была главным опоздуном».

Посмотрев на часы, Вэр понял, что до начала первой пары осталось пятнадцать минут – давно пора выдвигаться. Он взял сумку и спустился по лестнице в гостиную, где его чуть не сбил с ног высокий парень с такими же, как у Мати, только значительно короче, тёмными волосами – её брат Эрик.

– Прости, чувак, – бросил тот без малейшего раскаяния.

– Тупой олень, – буркнул юноша в ответ, недовольно подмечая интонацию и подбор слов.

– Ты что-то сказал, Вэр?

– Поторопи сестру.

С Эриком Вэртер был знаком столько же, сколько и с Мати. Более того, парни были ровесниками, оба на год старше Матильды. Ходили в одну группу в садике, один класс в школе, теперь – на один курс в университете. Однако особой симпатии друг к другу не питали. Вот и покровительственное отношение Вэртера к Мати было частично вызвано сочувствием, что ей достался такой безответственный старший брат.

Оказавшись в прихожей, Вэр обнаружил, что остальные обитатели коттеджа уже ушли. И неудивительно: снова глянув на часы, он обречённо вздохнул. Наконец Матильда и Эрик спустились и можно было выдвигаться. С горем пополам они всё же добрались до универа, опоздав на двадцать минут.

– До встречи в перерыве, Мати!

– Ха! Если ты переживёшь первую пару! – крикнула она в ответ, уже забегая в корпус.

«Обязательно было акцентировать на этом внимание? – Вэртер скривился, как от горькой пилюли. – Конечно, промолчать же было нереально… Она-то идёт на литературу, а у нас с Эриком первой парой грёбаная физра».

Взгляд Владислава

– «Но есть ли на свете хоть одно сердце, которое бьётся для меня?»

«О нет, только не эта сопливая хрень!» – с раздражением подумал Влад, услышав знакомую цитату.

– Дорогие дети, как вы, наверное, догадались, следующие две недели мы будем обсуждать бессмертное произведение Стендаля «Красное и чёрное», – продолжала тем временем преподавательница. – Уверена, что вы все уже с ним ознакомились!

– Да, всю ночь глаз не смыкал, – взвизгнул Берти.

– Какой ты молодец, милый мальчик! – без тени сарказма в голосе воскликнула женщина и потрепала парня за щёку так, что та покраснела.

О подобной привычке преподавателя по литературе знали все. «Милый мальчик» было для неё самым нейтральным обращением к ученикам. Приторная до невозможности, она никогда не ругалась, ничем её было не расстроить, все произведения у неё были бессмертными, а авторы – гениями. Поэтому студенты и старались отсесть подальше, чтобы не заболеть… диабетом.

Глядя на развернувшуюся на первых рядах сценку, Влад невольно усмехнулся про себя:

«Бабка, конечно, божий одуванчик, но бесить её – идея так себе. Так поступают только клоуны или полные лохи… Даже не знаю, к какой группе приписать этого придурка, – скрестив руки на груди, Влад продолжал наблюдать за Бертрамом, который, кривясь, потирал щёку. – Хотя нет, знаю, к нашей. Неужели этот идиот не понимает, как его шуточки выглядят со стороны? С таким поведением даже членство в баскетбольной сборной не добавит популярности, – продолжал мысленно препарировать товарища Владислав, пока преподша знакомила группу с биографией писателя. – Не верится, что столько лет дружбы с моим хитрым братцем так ничему и не научили. Поэтому красивые бабы тебе и не дают, дурачьё», – безапелляционно подытожил юноша.

– В первую очередь в глаза бросается любовная линия этого великолепного романа, – продолжала свой монолог пожилая женщина. Каждую фразу она произносила с таким выражением, будто читала стихи, а наспех собранные в пучок седые волосы придавали её образу какую-то особую трагичность. – Мы сталкиваемся с любовным треугольником: Жюльен Сорель, госпожа де Реналь и Матильда де Ла-Моль. Непростая ситуация, не так ли, сладенькие мои? – она слегка подалась вперёд и посмотрела на студентов, призывая подключиться к беседе.

– А вот мне кажется, что всё кристально ясно. Сердце главного героя принадлежит только одной женщине. Он с самого начала был влюблён в госпожу де Реналь. И оставался верен только ей до самой смерти… – последнюю фразу девушка за первой партой произнесла почти мечтательно.

«Что за бред? Никого кроме себя он не любил», – подумал Влад.

– Что за бред? Никого кроме себя он не любил, – донеслось с другого конца аудитории.

Владислав повернулся на голос. У самой двери, сжимая в руках небольшой рюкзак, стояла темноволосая девушка.

– Извините за опоздание, – смущённо пискнула она, садясь за ближайший свободный стол.

«О, да она мысли читает, – поразился парень её реплике про книгу. – Это же та вечно опаздывающая девчонка, как же её там? Мэри вроде».

– Ты не согласна, Матильда? – продолжила беседу преподавательница, не обратив внимание на позднее появление студентки. – Может, тебе больше нравится Матильда? О Боже, Матильде нравится Матильда. Какая прелесть!

«А, точно, Матильда. Теперь вспомнил. Кажется, она ещё ходит со мной к Рейвену… – Влад, которому на этой паре было скучнее обычного, принялся без особого энтузиазма разглядывать девушку. – Неудивительно, что я не запомнил имя, – почти сразу заключил он: – Тёмные волосы, такие же тёмные глаза. Среднего роста, среднего телосложения… А вот сиськи зачётные… Хотя я видел и лучше».

– Дело не в этом. Я не думаю, что… – Матильда попыталась продолжить свою мысль.

– …им суждено было быть вместе, да, это очень печальная история, – преподша слышала только себя.

– Она же сказала, он любил только себя! Я полностью согласен. Он просто добивался власти теми путями, которые были ему доступны. – «Я что, сказал это вслух?» – мини-выступление Влада оказалось внезапным даже для него самого.

– Но он ведь выбрал госпожу де Реналь. Даже несмотря на её замужество и всё, что между ними произошло, – девушка за первой партой никак не унималась.

– Ну да. Даже несмотря на то, что Сорель не вспоминал о ней столько времени, – оживилась Матильда.

– Или даже на то, что чуть не убил её, – добавил Влад, резонно решив, что свою точку зрения нужно отстаивать до конца.

– Кажется, у нас завязалась дискуссия, дорогие мои. Это замечательно! Что ж, каждое мнение имеет право на существование, – старушка поочерёдно кивнула студентам, которые участвовали в споре, выражая тем самым своё одобрение. – Хотя мне всё же приятнее верить в настоящую любовь. Теперь давайте подробнее рассмотрим характеры персонажей и сюжет…

Остаток семинара прошёл довольно тихо. Пару раз Берти невпопад выкрикивал с места. Влад даже задремал минут на пять.

После пары он внезапно поймал на себе взгляд Матильды:

«Она что, меня рассматривает? Отвела взгляд в сторону, теперь снова смотрит, что это она задумала…»

Владислав уже собирался уходить, но внезапно Мати кивнула самой себе и резко зашагала в его сторону. Так резко, что в конце пути зацепилась ногой за чей-то брошенный на пол рюкзак и, совершив в воздухе пируэт, налетела грудью на его парту. Подперев подбородок рукой, оставаясь при этом в полулежащем положении, как будто так и было задумано, она, всё же несколько смущённо, сказала:

– Привет.

– Что?

– Я говорю, привет, – повторила Мати и, поднявшись с парты, улыбнулась. – Ты Владислав, да?

– Просто Влад, – бросил парень, демонстративно накидывая на плечо сумку.

– Ясно. А я Матильда, можно просто Мати. Мы с тобой ещё к Рейвену вместе ходим. Интересуешься литературой? – затараторила она на одном дыхании.

– Не особо, – ответил Влад, достаточно откровенно демонстрируя своё нежелание продолжать разговор.

– Эм… в любом случае спасибо, что поддержал меня сегодня, – не сдавалась девушка, будто не заметив его холодность. – В одиночку эту женщину не переспорить. Так что я подумала, может… я… эм… угощу тебя обедом, в качестве благодар…

– Отказано, – парень недовольно нахмурился, и его чёрные брови сошлись над серыми, как грозовые тучи, глазами.

– Что? Я не поним…

– «В качестве благодарности» ты можешь только перестать докучать мне, – высокий брюнет натянул язвительную улыбку.

Матильда, казалось, потеряла дар речи. Она несколько раз открыла и закрыла рот, не произнеся ни слова. Собраться с мыслями ей удалось только через несколько секунд:

– Я просто предложила пообедать. Грубить было не обязательно, – мрачно проговорила она. – Можно подумать, я собираюсь сделать с тобой что-то неприличное.

– Детка, – юноша усмехнулся, – для того чтобы делать со мной неприличное, ты слишком ни о чём. Кроме этой части разве что…

И для пущей наглядности Влад протянул руку к её груди. Он хотел ещё что-то добавить, как вдруг услышал хруст, а ещё через мгновение резкая боль пронзила запястье. И хотя Владислав не мог пожаловаться на отсутствие мышечной массы, Мати схватила его с такой силой, что он чувствовал: ещё немного и будет перелом.

– Ясно. Я учту, – в этот момент её взгляд вспыхнул жёлтым. Однако девушка почти сразу овладела собой, и глаза снова стали тёмными.

Матильда отпустила его руку так же резко, как и схватила. И быстрым шагом вышла из аудитории, ни разу не обернувшись.

– Это что сейчас было? – присвистнул Берти, который до этого с кем-то болтал и стоял слишком далеко, чтобы видеть происходящее.

– Да ничего. Встретил ещё одну звериную.

– Не видел её раньше в «Клыках». И кто она?

– Судя по хватке, слониха, – проворчал Влад, потирая травмированную руку. – Ладно, фиг с ней. Пошли в столовку. Я голодный как волк.

– Можно и без «как», – усмехнулся Бертрам, вызвав у Влада своей шуткой очередное закатывание глаз.

Взгляд Матильды

В столовой главного корпуса голодные студенты, словно стайка рыб, атаковали буфет, пока их товарищи искали свободные места в зале. Помещение, рассчитанное человек на сто, в большой перерыв вмещало в два, а то и в три раза больше посетителей. В это время там яблоку негде было упасть. К счастью, Эрик освободился пораньше и успел купить обед и занять места.

«Так и знала, что не стоило подходить к этому напыщенному индюку! Это просто уму непостижимо! Что он себе вообще думает?! Я-то всего лишь хотела проявить вежливость, а в итоге… в итоге… Чёрт, сама-то я о чём думала? – Мати никак не могла отпустить ситуацию. – Позорище! Теперь этот тип решит, что я к нему клеилась! Аргх, где был мой мозг в этот момент?!»

– Мэтс! Мэтс! – Эрик махал рукой перед лицом сестры, пытаясь привлечь её внимание.

– Что?! – рявкнула она, и в столовой на секунду воцарилась тишина – все взгляды устремились на Матильду.

– Полегче, – глаза Эркюля округлились от неожиданности. – Я только хотел спросить, будешь ли ты свой йогурт.

– А… нет… Можешь забрать его.

– Ты о чём так задумалась? Уже минут пятнадцать в облаках витаешь, – юноша выжидательно посмотрел на сестру, но, не дождавшись ответа, продолжил сам: – А, зна-а-а-ю – сексуальные фантазии, – протянул он, пару раз подняв и опустив брови. – Ну же, поделись с братиком!

– Ты, Эрик, последний в списке тех, с кем я буду ими делиться, – бросила Матильда, для наглядности указывая на парня вилкой. – Кстати, где Вэра потерял? – она оглядела столовую в поисках друга.

– О-о-о… это надо было видеть! – сквозь смех проговорил Эрик. – Он меня убьёт, если я расскажу!

– Ладно, не рассказывай, – безразлично сказала Мати и принялась за обед, прекрасно зная, что упрашивать брата не нужно, он и так всё разболтает.

– Ну ладно, расскажу, – заторопился Эркюль, явно желая поделиться историей. – В общем, мы сегодня играли в баскетбол…

– А потом я передал пас этому… коротышке, но, походу, не рассчитал: он потерял равновесие и упал прямо на Бетти, которая сразу заверещала про какое-то там домогательство и залепила ему таку-у-у-ю пощёчину… Правда, она немного промазала, столько кровищи полилось. Я уж подумал, она ему нос сломала, – сквозь смех рассказывал парень из сидящей за соседним столом компании.

– Собственно, Вэр пошёл в медпункт, – закончил историю Эрик недовольный тем, что его опередили.

– Это ни капли не смешно, – Мати неодобрительно покачала головой, с укором глядя на брата. – Она что, совсем больная?! Какое, к чёрту, домогательство?! – переживания за друга подхлёстывали гнев девушки.

За соседним столиком раздался громкий хохот:

– Стопроцентный доходяга! Это ж надо быть таким неудачником! – похоже, парень за тем столом наконец закончил смаковать подробности «очень смешной» истории.

«“Коротышка”, “доходяга”, кажется, сыпать оскорблениями – фишка сегодняшнего дня», – подумала Матильда и, прежде чем успела хорошенько обмозговать это решение, выкрикнула, поднимаясь с места:

– Эй, суперспортсмен! Заканчивай свою тираду!

– А тебе какое дело? – огрызнулся выскочка, нагло ухмыляясь.

– Мне не нравится, когда оскорбляют моих друзей! Поверь, если прилетит от меня, тебя в медпункт на носилках унесут! – громко заявила Мати, распаляясь всё больше.

– Что ты там пискнула?! – спортсмен явно был не прочь попререкаться.

– Мэтс, пойдём уже, – шепнул Эрик, незаметно дёрнув её за рукав бежевой кофты. – Ты ничего здесь не докажешь. Не связывайся, – он видел, что Мати в опасном настроении, и понял, что нужно увести сестру прежде, чем она сорвётся. – Пойдём, посмотрим, как там Вэр.

– Ладно, – сказала Матильда, вздохнув. – «Что поделать, если наш универ превратился в рассадник мудаков?!»

Взгляд Эркюля

«…доклад сделал, пропущенную лекцию по экономике переписал, кажется, всё. А-а-а, блин, завтра ж ещё этот семинар по истории. Нужно подготовиться… хотя ладно, фиг с ним. Пора собираться в клуб».

Эркюль Харкер никогда не парился по поводу заданий. Он вообще редко из-за чего-то парился. Юноша с рождения не отличался чувством ответственности, хотя был далеко не глуп. Плюс он мог казаться очень обаятельным. Харизма и «смазливая мордашка», как называл это Вэр, очень помогали парню в жизни. Например, весь женский преподавательский состав просто души в нём не чаял. А посему абсолютно неважно, готовился Эрик к семинару или нет. Проблем не возникнет, в этом он был уверен.

Хотя было кое-что, что немного беспокоило, – его сестра. Она пребывала в скверном настроении. Эрик ещё после первой пары заметил, что что-то не так. А потом эта ситуация в столовой… Спрашивать, что её расстроило, было бесполезно. У Мати с детства была привычка замыкаться в себе. В таких ситуациях, сколько бы он (а впоследствии и Вэр) ни пытался её разговорить, она делала вид, что не знает, о чём речь. Со временем парни поняли, что переиграть Матильду в игру «Военнопленный на допросе» им никогда не удастся, поэтому Эркюль просто старался развеселить сестру.

Он спустился в гостиную, где уже собрались почти все обитатели коттеджа. Мати сидела в своём любимом кресле и читала очередную книгу – в таком виде её можно было застать практически каждый вечер. На пушистом зелёном ковре, ковыряясь в ноуте, сидел Хей. Он приехал по обмену из другой страны. Эрику было достаточно одного взгляда, чтобы понять – этот парень обречён на одиночество в университете: тучный, с дурацкой стрижкой «под горшок», вечно стесняющийся задрот…

«Ох уж эта Мати со своей дурацкой привычкой жалеть бездомных животных, – в очередной раз подумал юноша, вспомнив, на какие только ухищрения он ни шёл, чтобы Матильда передумала… Но в итоге панду-неудачника пришлось взять к себе. – В детстве тащила домой котов и собак, а теперь вот это. Новый питомец, который ест как слон и спит как сурок».

На диване расположился Вэр и, укутавшись в голубой мохнатый плед, пил любимый фруктовый чай. Периодически юноша подносил большую кружку к лицу, наслаждаясь теплом, или крутил её в руках, грея пальцы.

«Мерзляка, – Эрик подавил усмешку и сел на ковёр рядом с Хеем. – Осталось дождаться сестричек».

Вскоре в гостиную спустились Кассандра и Полина. Внешне абсолютные антиподы: Касси – зеленоглазая блондинка с асимметричным каре, Поли – длинноволосая брюнетка с тёмно-карими, практически чёрными глазами и кожей цвета эбенового дерева. Они вот уже два года были не разлей вода. У всех давно сложилось впечатление, что мозг у девчонок один на двоих. Не в плане умственных способностей, нет. Просто иногда подруги даже двигались и говорили синхронно, будто заранее репетировали.

– А не сходить ли в клуб? – сказал Эрик как бы между прочим, когда сестрички наконец устроились на диване.

– Ты же вроде и так туда собираешься, – ответила Мати, не отрываясь от книги.

– Я имею в виду, а не сходить ли нам в клуб?

– Э-э-э, с чего такая честь? – Касси и Поли явно заинтересовались разговором. – Обычно от тебя хрен дождёшься такой милости, – начала блондинка.

– Мы же балласт, который мешает тебе снимать девчонок, – закончила её мысль брюнетка.

– Я просто переживаю за Вэра! – Эрик многозначительно посмотрел на друга, который от неожиданности поперхнулся чаем. – После того, что сегодня случилось, думаю, ему надо развеяться.

– Разве что по ветру, – буркнул Вэртер, одарив собеседника скептическим прищуром. Но не только его это удивило: на Эркюля уставились все. Настолько это было не в его стиле.

В этот момент он начал сильно сомневаться в правильности своей идеи. Положение спас Вэр. Всё-таки пятнадцать лет знакомства не прошли даром. И, несмотря на то что Эрик и Вэртер никогда не ладили, они очень хорошо понимали друг друга. Поэтому блондин быстро смекнул, для чего этот аттракцион невиданной щедрости.

– Отлично. Я согласен, – поспешил исправиться он. – Давайте сходим. Девчонки, вы как?

– Мы за любой кипиш, кроме голодовки! – «Это было и так понятно. Сестрички всегда любили потусить».

– Погоди, погоди, ты серьёзно?! – Мати отложила книгу в сторону и посмотрела на Вэра. – Ты же ненавидишь клубы.

– Я? Когда я такое говорил?

– Да постоянно! Ты всегда говоришь, что клубы для имбецилов…

– Ну, значит, я передумал. Наверно, Бетти слишком сильно мне заехала. Потому что прямо сейчас у меня возникло непреодолимое желание потрясти булками, – Вэр скинул плед и, поднявшись с дивана, изобразил нечто, отдалённо напоминающее танец. – Так что, идём?

– Только если ты пообещаешь никогда больше не произносить фразу про булки, – Мати аж передёрнуло.

– Хей, а ты чего молчишь? – проигнорировал её замечание Вэртер.

– Если все идут… – промямлил панда.

– Ясно-понятно. Олень, так что это за клуб?

– О, вы оцените! – воскликнул Эрик. – Недавно открылся. Называется «Клыки».

Взгляд Эдмона

Тем временем в центре города в своей собственной квартире элитной многоэтажки к походу в клуб готовился ещё один человек. Стоя у зеркала в одних брюках, платиновый блондин с телосложением древнегреческого бога выбирал, какую рубашку надеть к тёмно-синему пиджаку. Красивый, богатый, приятный в общении… казалось, в этом юноше соединились все возможные положительные качества, превращая его в настоящий эталон мужчины. И никому даже на мгновение не приходило в голову, что мысли (а подчас и последующие действия) Эдмона часто противоречили его словам… причём настолько, что умение держать лицо при таком диссонансе можно без преувеличения назвать искусством.

– Что-то ты сегодня рановато собираешься, – внезапное замечание вторглось в размышления Эда, но он даже бровью не повёл.

– Одно местное издание хочет написать статью про клуб… Кстати, то, что я разрешаю тебе жить в моей квартире, совсем не означает, что ты, – Эдмон перевёл взгляд со своего отражения на облокотившегося о дверной косяк Владислава, – можешь врываться ко мне без стука.

– Не помню, чтобы мне когда-то нужно было твоё разрешение, – в ответ огрызнулся Влад. – Кажется, дядя ясно дал понять, что это наша квартира.

– Тут ты прав… Спасибо отцу, сделал из меня бесплатную няньку для проблемного ребёнка. – «Раздражающий… щенок…»

– Лучше быть ребёнком, чем двуличным ублюдком, чьё главное развлечение – манипулировать людьми, – бросил вспыльчивый Владислав, которому замечание Эда явно пришлось не по нраву. – Самому-то не надоело держать лицо?

– Надоело? С чего бы? Я долго работал над этим образом и приложил немало усилий для его создания. А как же иначе? Нужно потрудиться, чтобы что-то получить…

– Получить что? Толпу бестолковых воздыхателей? – усмехнулся Влад. – Ты разве не знаешь, что тщеславие – грех?

– Как и гордыня, – парировал Эдмон. – И дело, кстати, совсем не в тщеславии. Знаешь, почему в наших воспоминаниях студенческие годы самые лучшие? – лицо Эда украсила несколько надменная улыбка, на что Влад лишь закатил глаза, предчувствуя длительную тираду. – Ответ до банального прост. Самовыражение, – наконец-то выбрав светлую рубашку нежного кораллового оттенка, юноша оделся и продолжил, застёгивая пуговицы. – Для большинства это время – единственный период в их серой жизни, когда уже не нужно быть таким, каким тебя хотят видеть родители, и при этом ещё не надо нравиться начальнику. Университет – это твоя собственная маленькая вселенная. Здесь можно быть, кем захочешь. Быть собой… или не совсем. В отличие от обычных людей для нас с тобой этот вопрос всегда актуален. Согласись, мы в принципе никогда не можем быть собой до конца, ведь это означает полностью поддаться инстинктам. А если к этому добавить характерные черты конкретного вида… Хищника, например. Один срыв, и окружающим будет совсем не до шуток, – Эд снова бросил взгляд на откровенно скучающего кузена, который, подперев дверной косяк плечом, лишь хмыкнул в ответ. – Так если всё равно приходится притворяться, разве не веселее немного поиграть? Не стану скрывать, люблю ощущение превосходства, и то, как я подаю себя, укрепляет это чувство. Зачем же идти против природы?

– Я вообще-то пришёл не за этим… – начал было Влад, но его снова прервали:

*Сердце красавиц склонно к измене и к перемене, как ветер…* – смартфон, лежащий на выполненной из орехового слэба столешнице, тихо завибрировал.

– Алло, – Эдмон поднял трубку, даже не взглянув на экран, – слушаю.

– Эд, я подъехал.

– А, Берти. Иду, – сбросив вызов, парень ещё раз взглянул на себя в зеркало и, расстегнув верхнюю пуговицу, подмигнул кузену. – Увидимся в моём клубе, – бросил он, мастерски игнорируя недовольное выражение лица Владислава.

Завершив таким образом затянувшуюся беседу, Эд направился к лифту, даже не удосужившись всё-таки выяснить, зачем приходил его брат.

На улице юношу уже ждал чёрный «Лексус», за рулём которого сидел его друг детства Бертрам. Вполне симпатичный, но явно проигрывающий товарищу по всем аспектам парень: среднего роста, рядом с Эдмоном он казался невысоким; телосложение на контрасте также казалось далёким от атлетического; серо-зелёные глаза блёкли в сравнении с ярко-синими глазами Эда; а неосознанное и неумелое подражательство стилю друга ещё больше подчёркивало различия между ними.

– Карета подана, ваше высочество, – бросил Берти, как только Эдмон сел в машину.

– Высочество? Спасибо, конечно, а что с настроением?

– Ну вот обязательно было так наряжаться?! – фыркнул парень. – Женщины и так липнут к тебе, как будто им мёдом намазано. Или ты так прозвище оправдываешь?!

– Какое прозвище? – спросил Эд без особого интереса.

– «Прекрасный Принц», – пропищал Берти, пародируя неравнодушных девушек. – Тебя так вся женская половина универа называет. Мистер высокий голубоглазый блондин, у которого на звонке стоит та пафосная песня из мюзикла, как его там?

– «Риголетто». И это опера, а не мюзикл, – поправил Эдмон автоматически.

– Будто есть разница, – отмахнулся и без того раздосадованный друг.

– Не бери в голову.

– В общем, теперь мне точно не перепадёт, – Бертрам картинно насупился. – Ни малейшей надежды.

– А, понятно…

– Что, даже не утешишь меня?

– Конечно, – усмехнулся Эдмон, поправляя воротник рубашки. – Надежда умирает последней.

– Ты монстр!

– Да нет. Сам же сказал, я – Принц.

«Безусловно, студенческие годы самые лучшие. Ты придумываешь такую жизнь, какую хочешь. Строишь своё королевство. И, за исключением пары мелких деталей, моё – почти идеально. Позволю ли я тупобратцу или кому-то ещё испортить всё это? Вот уж нет».

Взгляд Вэртера

– Так, не отставать, а то без меня вас точно не пропустят! – воскликнул Эрик, ускоряя шаг.

– Да неужели! Только из-за того, что был здесь пару раз, включил этот опекунский тон?

– Хватит бубнить как старая бабка, Вэр. В этот клуб достаточно сложно попасть, тут строгий фейсконтроль.

– Строгий, говоришь. Сомневаюсь! Иначе как ты-то прошёл? – «Можно подумать, мы кучка неудачников, и нас не пустят в какой-то там клуб. Хотя признаю, чем-то это место выделяется на фоне прочих… Чем-то, но явно не наличием вкуса у владельца, – Вэртер бегло осмотрел представшее перед глазами великолепие: фиолетовое покрытие на ступенях, ведущих ко входу, отделённому массивной цепью; расставленные по обеим сторонам тумбы в человеческий рост, с которых свешивались, скалясь, фигуры хищников… – М-да-а-а, не хватает только пары факелов или клыков, торчащих из… Да вот же они – огроменные бивни приделаны к полу, как бы обозначая вход! А то без них эту гигантскую дверь, явно спёртую из императорских апартаментов, было бы не заметить… Да уж, и ни капельки не пафосно… Так, скажем, с претензией на оригинальность. Что я вообще тут забыл?»

– Ого! Эти тигры выглядят как настоящие! – Хея такой вид явно впечатлил.

– Они и есть настоящие, и, если наша звезда Эрик с ними не договорится, придётся принести им в жертву одну толстомясую панду! – Вэртер шутливо ткнул друга пальцем в бок, обтянутый классической светло-голубой рубашкой.

– Очень смешно! Была б моя воля, я бы скормил им тебя. Давайте побыстрее, а то пока эта толпа разойдётся, будет уже утро! И девчонки вон уже почти у входа, – с этими словами Эрик схватил Хея за рукав и потащил в толпу.

«Ну кто бы сомневался, что спокойно идти мы не можем! Если бы не Мати, ни за что не пошёл бы в этот клоповник…» – Вэр тоже стал пробиваться ко входу.

– Привет, Киса!

– О, Эрик! Привет! – девушка в леопардовых шортах, сверкнув жёлтыми кошачьими линзами, дважды поцеловала Эрика в качестве приветствия. – Ты сегодня не один, как я посмотрю.

– Да, мы сегодня компанией. Решили немного расслабиться.

– Без проблем, проходите, – она махнула рукой, и крепкий охранник открыл цепочку.

– Ребят, подождите! Эй, Эрик! – в этот момент Вэр пытался протиснуться вперёд.

Эркюль услышал его и, повернувшись, указал пальцем сначала на одного из тигров, потом на Вэра. Затем сложил ладони вместе, изобразив захлопывающуюся пасть, и… улыбнувшись на прощание, зашёл в клуб.

«Это что сейчас было вообще?!»

– Эм, здравствуй… те, – Вэртер остался один на один с Кисой. – Мне бы пройти…

– Тебе лет-то сколько? На вид семнадцать, не больше, – Киса с макияжем а-ля фараон на тропе войны окинула Вэра холодным взглядом.

– Мне двадцать один, вот документы.

Девушка небрежно взяла из его рук паспорт и, взглянув только мельком, сразу отдала назад:

– Действительно, двадцать один, – она глянула на него ещё раз. – Не проходишь по дресс-коду. Ты, ты и ты – проходите, – Киса продолжала свой неестественный отбор из толпы жаждущих попасть в «Клыки».

– Стойте, вы же пропустили Эрика, я тоже из той компании, просто отстал! – «Я этому засранцу ещё припомню, в жертву он меня принёс, ага. Как же быть?»

– А, ты всё ещё тут? Что-то Эрик не торопится за тобой вернуться. Уверен, что вы друзья?

– Да мы живём вместе! – «К чему я это вообще сейчас…»

– Ха! Не знала, что Эрик по мальчикам! – глядя на Вэртера сверху вниз, она процедила: – Свали уже! Я сказала, что ты не проходишь!

Вэр понял, что стоять у неё над душой бесполезно и, с трудом выбравшись из толпы, сел на скамейку недалеко от клуба.

«Грёбаная позёрка! Явно из этих полоумных, что мечтают переспать с настоящим звериным, – Вэр продолжал чихвостить Кису про себя, злясь. – Знала бы ты, кто я, наверняка бы… Да плевать… – чувствуя, что бесится всё больше, он сделал несколько глубоких вдохов, переключая внимание на более насущную проблему. – Так, ладно, я просто позвоню Мати, и она заставит этого лося за мной вернуться».

– Всё будет отлично, никаких эксцессов, никаких проблем… – проговорил он вслух, чтобы успокоить самого себя.

«Вызываемый абонент не отвечает…»

– Если только там не так шумно, что она его просто, на хрен, не услышит! – сжав в руке смартфон, Вэртер нахмурился, обдумывая варианты:

«Похоже, договориться с этой кошкой драной не вариант. И как пробраться внутрь? Может, пожарная лестница? Открытое окно, в конце концов?! Не, ну это уж совсем убого. А чёрный вход тут есть?»

Обойдя здание, Вэр обнаружил возле мусорных баков неприметную дверь: «О да-а-а. Представляю, как у Эрика отвиснет челюсть, когда он увидит меня в клубе, – Вэртер чуть не вприпрыжку подбежал к двери и дёрнул за ручку – заперта. – Этого следовало ожидать. И на что я надеялся с моим-то везением».

Мелодия звонка вырвала юношу из раздумий.

– Алло, Вэр… Тут так громко… не слышала звонка… Ты куда пропал…

– Да! Аллилуйя! Тут случилось небольшое недоразумение, и меня не пустили. В общем, я сейчас у чёрного входа…

– Погоди, у чёрного входа? – переспросила Мати, видимо, подумав, что ослышалась.

– Да… Неважно. Через минуту буду у главного… Ты не могла бы за мной…

– Опять с Эриком сцепились? Его рук дело?

– Да…

– Как маленькие, честное слово! – перебила его Матильда, вздохнув. – Давай газуй к главному входу…

– Уже ид…

Договорить он не успел, так как в этот момент дверь с грохотом распахнулась, и из клуба вышли трое мужчин. Точнее, вышли двое, третьего они волокли за собой. Оказавшись в переулке и не обратив ни малейшего внимания на остолбеневшего Вэра, они швырнули свою ношу прямо на асфальт и несколько раз от души пнули в живот. После чего как ни в чём не бывало вернулись в здание.

– Чёрт… Я вам это ещё припомню… Вот ублюдки…

Тут Вэр офигел ещё больше, хотя это казалось уже невозможным:

– Эрик! Боже, что случилось? На тебе живого места нет! – Вэртер буквально подлетел к другу и, присев рядом, попытался помочь ему сесть.

– Со мной всё будет в порядке. Только Мати не говори, – выдавил Эркюль и отключился.

«И не собирался. Я ж не полный идиот! Или… Точно. Мати, – Вэр посмотрел на зажатый в руке телефон. – Я забыл положить трубку! Хуже просто не придумаешь…»

2

Полный… ДЗЕН

Взгляд Эдмона

В просторном кабинете было удивительно тихо. Эдмон, незаметно поглядывая на наручные часы, сидел за рабочим столом и старательно улыбался, выслушивая бесконечный поток информации из уст молоденькой неопытной журналистки. Миловидная девушка, вооружившись увесистым блокнотом, ручкой и диктофоном, вещала уже двадцать минут, удручающе медленно подбираясь к основной части интервью:

– «Клыки» – самый атмосферный клуб в городе…

«Неудивительно, ведь он принадлежит мне», – Эд еле заметно кивнул, как бы благодаря собеседницу за столь лестную оценку.

– Чего стоит только дизайн заведения: обитые кожей диваны и кресла в лаунж-зоне, антикварное оружие и различные диковинные маски…

«Ещё бы, это влетело в копеечку».

– …картины, барная стойка, отделанная малахитом… Но всё это – лишь дорогие декорации, – наконец подобралась к сути она, – особую популярность «Клыки» приобрёл, когда в прессу просочилась информация, что это клуб для звериных…

«Конечно, всех интересует именно это…»

– Конкуренты считают, что эти сплетни играют нам на руку, повышая популярность, однако, как вы сами заметили ранее, – обращение на «вы» заставило щёки журналистки вспыхнуть, – мой клуб исключителен сам по себе. И популярность приобрёл благодаря уровню обслуживания…

– Вы уклоняетесь от вопроса, – потупив взгляд, проговорила девушка.

«Хах, чему-то эту маленькую журналисточку всё-таки научили…»

– «Клыки» – открытое заведение, свободное от предрассудков, и мы не допрашиваем наших гостей на входе, поэтому было бы странно подтверждать или отрицать возможность присутствия звериных, – Эдмон чувствовал себя свободно, прекрасно зная, что и как нужно говорить.

– Понятно, – несколько разочарованно произнесла журналистка.

«А чего ты ожидала? Сенсационных признаний? – Эд с трудом подавил усмешку. – Жаль, что я не могу просто не пускать обычных людей, а тем более прессу – это повредит моей репутации хорошего парня (тут же обвинят в нетерпимости). Каждый вечер мой клуб наполняется любопытными человечками, мечтающими приблизиться к нам. Из-за этого даже пришлось расширяться, чтобы добавить ВИП-комнат, в которых мои собратья могли бы чувствовать себя свободно».

Раздался тихий стук, и массивная, обитая деревом дверь открылась, впуская в кабинет Кису и громкую музыку, которая, впрочем, мгновенно стихла, как только вход снова закрылся.

«Как раз вовремя!» – Думаю, на оставшиеся вопросы сможет ответить моя ассистентка, я, честно признаться, ограничен во времени, – Эда это недоинтервью утомило ещё на этапе знакомства, поэтому он с радостью ухватился за возможность отделаться от журналистки. – Киса, будь добра, проведи экскурсию нашей гостье, – Принц поднялся с кресла, демонстрируя, что разговор окончен, и, чтобы как-то сгладить свой резкий уход, добавил: – Ужин, естественно, за счёт заведения.

– Конечно, – Киса тут же взяла в оборот не успевшую сориентироваться девушку. – Пойдёмте, я покажу вам клуб…

Не дослушав финал разговора, Эдмон вышел из кабинета и тут же направился к лестнице. С трудом проложив себе путь сквозь толпу, юноша поднялся наверх. Охранник в чёрном строгом костюме открыл Принцу дверь, и тот прошёл в помещение, о котором знали единицы. Если внизу находились обычные ВИП-комнаты, то на втором этаже был скрыт «королевский ВИП». Сюда допускались только избранные (избранные Эдмондом, естественно). Само собой разумеется, представители «высшего звена пищевой цепи». Привилегией членства в этой группе было не только исключительное положение, но и возможность наблюдать за клубом, при этом самому находясь в тени, – большое панорамное стекло было затонировано с внешней стороны так, что никто не мог видеть происходящее внутри «королевского ВИПа».

Помимо Принца в этот маленький клуб входило всего четыре человека. Двоюродный брат Эда Владислав, которого Принц считал тем ещё занудным засранцем, но терпел как мог, следуя старой пословице, гласящей, что кровь не водица. Берти, с которым Эдмон был знаком ещё с младших классов. Раздражающий, болтливый и абсолютно не разбирающийся в людях он частенько вызывал негодование, но без этого парня Эду, наверное, жилось бы скучно. Марк, затесавшийся в компанию благодаря своей исключительной исполнительности. И Люси – королева красоты университета, капитан группы поддержки. Неприступную красотку привёл безответно влюблённый Берти, но поразил её не он…

– Пойдём потанцуем, милый, тут со скуки можно умереть! – Люси присела на подлокотник кресла и обняла Влада.

– Отказано! И не называй меня «милый» – раздражает, – юноша отмахнулся от неё, как от надоедливого жука.

– Уж кто-кто, а Люси должна была уже усвоить урок, – еле слышно пробубнил Бертрам. – Она не обязана так унижаться.

«Боже, Берти, избавь от своих душевных терзаний. То, что эта дура спит с моим братом, ещё ничего не значит, – подумал Эд, отдавая пустой хайбол Марку. – Более того, если она хочет продолжать делать с ним хотя бы это, ей лучше помалкивать в тряпочку. Впрочем, чтобы понять такую простую истину, ей явно не хватает пары извилин, – Принц ухмыльнулся, когда Люси снова попыталась приобнять Владислава. – Но будь девчонка поумнее, наблюдать за этой мыльной оперой было бы не так увлекательно».

– Люси, хочешь я с тобой потанцую? Я бы с удовольствием составил тебе компанию, – затараторил Берти, вскакивая с дивана. – Наверное, я уже говорил, но сегодня ты просто сногсшибательна!

«Ну просто пикап-мастер. Это, по-моему, единственный комплимент, на который он вообще способен».

– Спасибо, Берти. И да, ты уже говорил, и в универе тоже, дважды. Я хочу провести время со своим пар…

– Вы слишком шумные. Забирай её и катитесь вниз! – не дал закончить фразу Влад.

«Ох, суров брат, суров…»

– Хорошо. Я пошла! – она глянула на Бертрама. – Одна! – Люси, изо всех сил стараясь скрыть обиду и раздражение, вышла из комнаты.

– Тебе что, совсем наплевать на чужие чувства? Зачем тогда было вообще её к себе подпускать?! – Берти окончательно перекрыло. – Только для удовлетворения своих… животных потребностей, так, что ли!

«“Животных потребностей”? Вот это ты загнул», – продолжал комментировать про себя Принц, довольный вечерней развлекательной программой.

– Так и есть.

«В этом весь Влад, никакого такта».

– Ну вообще-е-е! И что она в тебе нашла? Вот что? – Бертрам залпом выпил бокал виски и с силой поставил его на отделанную мозаикой столешницу. – Ладно, если бы она так перед Эдом унижалась, тут понятно: стильный, приятный, вежливый, но ты… Ты… просто холодное бесчувственное зверьё!

«Ауч! Так его, Берти», – Эдмон спрятал ухмылку, поднеся к губам бокал с виски, который своевременно появился в его руках благодаря Марку.

– Всё сказал? Полегчало? – в голосе Владислава послышались нотки раздражения. – Я тебе говорил, забирай! Что молчишь? Я никого не держу, это её свободный выбор!

– Заканчивайте уже этот цирк, давайте выпьем и успокоимся! – Эду быстро наскучила ругань, и он-таки решил вмешаться. – Марк, налей им, будь добр.

Взгляд Эркюля

– А где Вэр? – Матильда оглядывалась по сторонам в поисках друга.

– Только что был здесь. Наверное, в туалет отошёл. Не переживай за него, – Эрик посмотрел на неё и улыбнулся. – Скоро приползёт, – поймав на себе неодобрительный взгляд сестры, он тут же исправился: – То есть, я хотел сказать, вернётся! Пойдём за барную, пока свободно.

– Ладно, – Мати не стала акцентировать внимание на явной издёвке в голосе брата – Эрик и Вэр никогда не испытывали большой симпатии друг к другу. Поэтому она спокойно пошла с остальными.

По мере их приближения к бару восклицания Хея становились всё громче. Клуб явно поразил его воображение:

– Вау! Вы только посмотрите на всех этих рыбок! Какая красота! – кричал он друзьям, одновременно показывая пальцем в сторону огромных аквариумов, встроенных в стену. – Сколько же там воды?!

– Чувак, прекрати. Ты как пятиклассник на экскурсии. Давай, двигай! – Эрик опять включил главного, и Хей послушно поплёлся за ним.

Но не успели они сделать и трёх шагов, как панда замер. Лицо его стало похоже на помидор. Эркюль проследил за направлением его взгляда и понял, что Хей пялится на клетки с танцовщицами. И на них стоило посмотреть! Каждая девушка представляла какое-то животное, и их одежда соответствовала образам. Здесь были и полупрозрачные змеиные комбинезоны, плотно обтягивающие все женские прелести, и топы, и ультракороткие шорты с анималистичными принтами. Танцовщицы двигались так, что могли бы и мёртвого завести.

– Они получше рыбок будут, не так ли? – Эрик подмигнул Хею, от чего тот совсем смутился и засеменил вперёд.

Вся компания прошла в центр зала и села на высокие, обитые фиолетовым бархатом стулья. Бармен, размешивающий нечто сине-зелёное и явно термоядерное, приветливо улыбнулся.

– По текиле? – Поли одобрительно закивала, Касси, не дожидаясь ответа остальных, подала знак бармену. – Десять рюмок!

«Касси и Поли в своём репертуаре, но это и неплохо, может быть, растормошат Мэтс».

– Д-д-десять?! – в ужасе залепетал Хей.

– Всего-то по два шота. Для храбрости, – Поли постаралась подбодрить его. – Эрик явно не против. Мати?

– Почему бы и нет? – улыбнулась Матильда, предварительно глянув на брата.

Эркюль пожал плечами, словно говоря: «Как хочешь».

«От двух рюмок ничего не будет… Главное – проследить, чтобы она не перебрала, а то вместо веселья получится нечто совсем другого толка…»

На столешнице из чёрного дерева мгновенно появились рюмки, края которых тонким слоем облепили кристаллики соли. Бармен ловко разлил текилу, периодически перекидывая бутылку из одной руки в другую, при этом не пролив ни капли. Разложив по ломтику лайма на каждый шот, он тут же принялся выполнять следующий заказ, подмигнув мимоходом Касси.

– Ар-р-рива! Выпьем за хороший отдых! – захихикали сестрички, подхватывая по рюмке.

«Девчонки уже готовы отжигать, – подумал Эрик, опрокидывая первый шот. – Да и Мати вроде расслабилась».

– Кха! Кха! Фу, как вы это пьёте? – у Хея мгновенно перехватило дыхание, и заслезились глаза.

– Нормалёк, панда! Сейчас повеселеешь! – Эркюль подвинул ему вторую рюмку. – Как вам клубец?

– Атмосфера тут суперская! Всё такое роскошное! – наперебой затараторили Касси и Поли. – И бармен – душка! – добавила Касси так, чтобы бармен непременно услышал. Полина притянула Мати к себе и кивнула в сторону диджейского пульта. – И красавчик тут не только бармен! Пойдём потанцуем, познакомимся с кем-нибудь! Ещё по текилке и вперёд!

– Что ж, собственно, мы для этого и пришли! – Матильда улыбнулась. – До дна! – подруги выпили и направились на танцпол. – Эрик, ты идёшь?

– Позже присоединюсь. Пока с Хеем поболтаю. – «Раз уж у Мэтс улучшилось настроение, незачем тереться с ними. Нужно решить более серьёзную проблему: брюнетка или блондинка? – проводив Матильду и сестричек взглядом, Эрик принялся буквально сканировать посетительниц клуба. – Сегодня здесь полно милашек. Кого же выбрать? Так, она должна быть высокой и… Хотя нет, лучше маленькой и милой. А волосы пусть будут…»

– Где же Вэр? – Хей прервал поток фантазий Эркюля. – Разве он не должен был уже догнать нас? Как-то не по себе, что мы его бросили.

– Блин, ну ты и кайфолом! – внезапное упоминание Вэртера подпортило Эрику настроение. – Ты что, его нянька? А может, он с девушкой. Хочешь ему всё испортить?

– Нет, конечно.

– Я так и думал. Бармен, нам ещё по одной.

«Может, я всё-таки перегнул палку? Не стоило с Вэром так поступать, – замечание Хея всё же пробудило остатки совести, и теперь перед парнем возникла дилемма. – Но он первый начал, нечего было бесить меня. Нужно сходить за ним… Придётся слушать ворчание весь остаток вечера, но… – в памяти мгновенно возникло недовольное лицо друга. – Представляю, какая у него будет кислая мина. Фу-фу-фу, нет уж. Так ему и надо…»

– Я такая страшная? – перед глазами Эрика внезапно возник силуэт. Взгляд сфокусировался: высокая стройная девушка улыбалась слегка наклонив голову.

– Что? – Эркюль растерялся.

– Просто мне показалось, ты смотрел на меня, а взгляд у тебя был, будто ты таракана в супе нашёл!

– Да я просто о своём задумался, так ерунда… – «Ого, вот это точно получше аквариумных рыбок! Похоже, мне сегодня везёт».

– Могу я присесть? – не дожидаясь ответа, шатенка села рядом и, откинув локон длинных волнистых волос, облокотилась на барную стойку.

«Соберись, тряпка! Да что за паника на тебя нахлынула?» – Да, конечно, присаживайся! – пробормотал Эркюль с явным опозданием.

Девушка засмеялась: – Реакция есть – дети будут!

«У неё такая красивая улыбка, и эти глаза… – весьма экзотичное сочетание серо-голубых глаз и смуглой кожи, украшенной, словно созвездиями, еле заметными веснушками, буквально заворожило его. – А про фигуру я вообще молчу: ходить с таким декольте – преступление! Так, возьми себя в руки!» – Меня, кстати, Эрик зовут, – парень протянул ей руку.

– А меня Люси! – девушка пожала его ладонь и снова слегка наклонила голову. – Знаешь, ты очень милый, – она провела пальцем по его руке от локтя до запястья, неотрывно смотря ему в глаза. Эркюль покраснел.

– Ты просто сногсшибательна! – проговорил он как будто неосознанно.

– Спасибо за комплимент, та-а-ак неожиданно! – сказала она с небольшой долей сарказма, но при этом всё так же улыбаясь.

– Прости, тебе, наверное, это всё время говорят, – Эрик смущённо улыбнулся.

– Да нет, сегодня ты первый! – Люси придвинулась поближе. – Пойдём! – она встала и потянула его за руку. Эркюль, ни секунды не колеблясь, последовал за ней.

– Эрик! А как же я?! – послышался испуганный голос Хея, который всё это время не издавал ни звука, оцепенев от смущения.

– Посиди тут. Кто-то должен остаться подождать Вэра. Он, наверно, скоро придёт! – Эрик даже не обернулся, зачарованный своей новой подругой.

Взгляд Эдмона

– Ты скоро дырку в стекле прожжёшь, – Марк потрепал за плечо Бертрама, который всё ещё высматривал в толпе Люси. – Пошли потанцуем с девчонками, не зря же Эд их сюда пригласил.

Приглашённые девчонки – танцовщицы клуба. Их Эдмон звал, когда ему хотелось поразвлечься. Хозяин «Клыков» практически никогда не спускался вниз в разгар вечеринок из-за своей патологической неприязни… почти ко всем. Вместо этого он организовывал мини-вечеринки для своей компании и проверенных им лично девушек. На этот раз выбор пал на четырёх гоу-гоу, которые, хотя и были простыми людьми, отвечали высоким требованиям Принца… Кроме того, ему нравилось чувствовать своё превосходство и силу, а девушки активно потакали его эго:

– Твоя звериная сущность так возбуждает… – шептала одна из них, бесстыдно прижимаясь полуголой грудью к плечу юноши. – Покажешь… – прикусив нижнюю губу, она пристально смотрела Эду в глаза.

Ещё две гоу-гоу, расположившиеся рядом, заинтересованно захихикали.

Эдмон снисходительно усмехнулся: «Глупые девицы…» – однако через мгновение его глаза загорелись оранжевым, и девушки восторженно зашептались.

Марк, расположившись на диване, весьма агрессивно зажимал единственную блондинку из четвёрки. Он ухватился одной рукой за длинные золотые локоны и, сверкая горящими глазами, притягивал к себе усевшуюся на него верхом танцовщицу. Девушка не сопротивлялась, а даже наоборот, с большим энтузиазмом подставляла бледную шею под полупоцелуи-полуукусы Марка.

«И откуда эти фетиши в таком серьёзном парне?» – усмехнулся про себя Эдмон, прикидывая, не пригласить ли в следующий раз только брюнеток в качестве эксперимента.

– А клыки у тебя тоже отрастают? – проворковала гоу-гоу, что так и жалась к Принцу, явно желая снова заполучить его внимание.

– Хочешь проверить? – хищная ухмылка озарила лицо Эдмона, и девушка, не сдержавшись, практически накинулась на него, целуя.

– О, вот она! Возвращается! – оживился Берти, так и продолжавший полировать взглядом стекло. – И она не одна…

– Что значит «не одна»? – Эд тут же оторвался от губ танцовщицы. – «С каких это пор мы приводим сюда всех подряд?»

– То и значит, поднимаются уже…

Через минуту дверь открылась и, держа за руку высокого симпатичного парня, в комнату зашла улыбающаяся Люси. Эд лишь посмотрел в его обрамлённые пушистыми ресницами карие глаза и на инстинктивном уровне понял – травоядное.

– Проходи, здесь все свои! – прощебетала Люси. – Знакомьтесь, это Эрик!

Юноша приветственно протянул руку, но никто даже не шелохнулся. Понадобилось несколько секунд, чтобы Эдмон подавил приступ негодования и на его лице засияла улыбка приветливого хозяина.

– Здравствуй, меня зовут Эдмон, для друзей Эд. Это Влад, Берти и Марк, – представил Принц своих приближённых. – Присаживайся, чувствуй себя как дома!

«Но не забывай, что ты в гостях, – добавил он про себя. – Не забыть сказать Кисе, чтобы больше не пускала это в клуб, – Эдмон продолжал радушно улыбаться, наблюдая за разворачивающимся перед ним спектаклем. – Сели прям напротив Влада. Вся эта игра настолько прозрачна – жалкое зрелище. А этот хмырь, похоже, в восторге, что такая девушка обратила на него внимание, – первоначальная брезгливость быстро уступила место неподдельному интересу. – Надолго ли хватит Люси? А главное, надолго ли хватит Берти… Его-то как раз такое развитие событий очень напрягает, – теперь Эд был, можно сказать, благодарен Люси (хотя это понятие вряд ли можно применить к чувствам, что он испытывал) за то, что она оживила их однообразные тусовки. – Ха, вечер становится всё веселее!»

– Хочешь мороженое? – Люси решила покормить Эрика с ложечки.

«Меня сейчас стошнит прям на них».

– Д-да, конечно! – Эркюль слегка покраснел, но отказать неотразимой шатенке не смог. – М-м-м… очень вкусно.

– Может, хватит?! – выпалил уже изрядно выпивший Бертрам. – Ведёшь себя как какая-то шлюха! – пошатываясь, он подошёл к Люси и хотел схватить её за руку, но не успел. Путь ему преградил Эрик.

– Выбирай выражения! И следи за собой, пьянь! – Эркюль оттащил Берти подальше от девушки.

Он собирался ещё что-то сказать, но его соперник вдруг потерял над собой контроль. Глаза вспыхнули жёлтым, Берти размахнулся, занёс руку для удара… но Эрик вовремя это заметил и успел отойти с дороги неудачника. Бертрам, пролетев мимо, ударил стену и взвыл от боли.

Перепуганная Люси подбежала к Эрику: – Может, пойдём в более тихое место? Нам тут явно не рады! – взяв Эркюля за руку, девушка потянула его к выходу.

– И ты всё это так оставишь?! – проревел раздосадованный Бертрам, обращаясь к Эду.

Принц, некоторое время упорно делавший вид, что заинтересован лишь татушкой на груди одной из танцовщиц (хотя ни одна деталь этой сцены не прошла мимо него), наконец-то вмешался:

– Нет, не оставлю, – ответил он, уже набирая нужный номер. – Ты видел, с кем выходила Люси? – не дожидаясь ответа, он продолжил. – Выставите его из клуба! – отчеканил он железным тоном.

– И это всё?! Он ушёл с Люси! А я, похоже, сломал руку! – Берти задыхался от боли и бессильной злобы.

– Да… И проучите его хорошенько! – добавил Эдмон, вздохнув. – Чего не сделаешь ради дружбы.

Взгляд Вэртера

– Что произошло?! Он в порядке? Ты вызвал скорую? С ним всё будет хорошо? Кто это сделал? – её голос срывался.

Вэр чувствовал, что Матильда на грани истерики. После их разговора девушка буквально за минуту примчалась в подворотню, где находились Эрик и Вэртер. Она и до этого была на взводе, а увидев Эркюля в крови, совсем потеряла самообладание.

– Мати, Мати! Успокойся немного. Я уже позвонил в скорую, они будут здесь с минуты на минуту.

– Да, Мэтс, хватит уже паниковать по пустякам. Я ж мужик, что мне сделается от пары пинков? – Эрик, который успел прийти в себя, улыбался, как ни в чём не бывало.

– Пустяки?! – её глаза полыхнули оранжевым огнём, но лишь на мгновение. – Да меня чуть инфаркт не хватил!

Вэр ничего не сказал, лишь глубоко вздохнул и внезапно заметил: всё это время он с такой силой сжимал руки в кулаки, что на ладонях остались глубокие следы от ногтей. Скорая и правда не заставила себя ждать. После короткого осмотра, во время которого Мати ловила каждое движение врача, не прекращая засыпать его вопросами, доктор вынес вердикт:

– Что ж, жить будет. Похоже на небольшое сотрясение, но нужно сделать рентген головы и ещё, пожалуй, грудной клетки. В остальном: несколько ушибов и многочисленные ссадины. До свадьбы заживёт. Это за что ж вас так, молодой человек?

– Конкуренции испугались.

– А, ну дело молодое, – понимающе улыбнулся мужчина.

Вэртер знал, что Эрик врёт. Он также знал, что и ложь, и попытки казаться в полном порядке были для Матильды. Только вот не очень-то это помогло. Сестра уже не слушала его. Вместо этого она смотрела куда-то в пространство, медленно вдыхая и выдыхая.

«Так, пока Мати ещё держит себя в руках, нужно просто валить отсюда скорее…»

– ОМГ, да тут, походу, ледовое побоище было… А мы-то удивились, куда Мати так ломанулась? – Касси и Поли с интересом оглядывали Эрика.

– И кто ж его так отделал?

– А главное – за что?

«Вот только их тут не хватало», – Вэр уже сто раз видел этот их авторский способ ведения беседы. Сестрички вроде говорили между собой, но диалог их на самом деле был адресован слушателям.

– Хм, а не связано ли это с женщиной, как думаешь, Кассандра?

– Ты про ту, с которой он сегодня отжигал? Которая всё время трётся на втором этаже в ВИПе с Принцем и компанией?

– Да-да, про ту самую. Люси, кажется… А не она ли, если верить слухам, встречается с Владом?

Вэр заметил, как Мати непроизвольно дёрнулась.

– Если верить… – сестрички хитро переглянулись. – Вот Эрик не поверил.

«Кто бы заткнул этот фонтан?! Ситуация и так фиговая, а они только усугубляют!»

– Ладно, хватит уже языками чесать, нам пор… – начал было Вэр.

– И надо же, какое хладнокровие, – продолжала Полина, не обращая внимания на попытки Вэртера вмешаться. – Влад даже сам с ним разбираться не стал, перепоручил вышибалам. А сам, небось, до сих пор в ВИПе тусит.

Больше Вэр не выдержал: – Да завалите вы уже, на хрен! Сколько можно?! Мати, что бы ты ни… – он обернулся, но рядом уже никого не было. – Где она? – через секунду он и сам понял. Дверь, ведущая в клуб с чёрного входа, была открыта.

«Видимо, эти упыри были слишком заняты Эриком и забыли запереть дверь. Чёрт, чёрт, чёрт… Как нарочно!»

Вэр с тревогой посмотрел на Эркюля.

– Я в порядке. Давай бегом за ней! – ответил тот, сидя уже на носилках.

– Ладно. А вы пока езжайте с ним в больницу, сделайте хоть что-то полезное! – кинул Вэртер сестричкам прежде, чем скрылся в дверном проёме.

– Боже, сколько нервов… – подперев острый подбородок пальчиком, изрекла Полина. – А что мы сказали-то такого?

– Я хз, – поддержала игру в несознанку Кассандра.

Взгляд Матильды

«Я спокойна, абсолютно спокойна. Я держу себя в руках. Мы просто поговорим. Да, полный дзен», – Матильда раз десять повторила про себя эту своеобразную мантру, пока пробивалась через танцпол к ВИП-зоне.

Однако, уверенно поднявшись по лестнице, она вдруг резко остановилась: «А какой вообще план? Заставить его извиниться? А с чего бы ему вообще это делать? К тому же, кому нужны эти неискренние извинения. Нужно, чтобы он раскаялся. Но тогда разговором точно не обойдётся».

Матильда, наверное, ещё долго стояла бы напротив входа в ВИП, если бы дверь внезапно не открылась.

– Пойду раздам парочку партзаданий, – на пороге прямо перед Мати возник синеглазый блондин. Он явно не ожидал наткнуться на кого-либо и сначала опешил, но уже через секунду его лицо озарила обворожительная улыбка. Даже Матильда, никогда особо не интересовавшаяся социальной жизнью университета, сразу узнала его. Принц.

– Я могу вам помочь? Вы кого-то ищете?

– Я… А, да… – за Принцем всегда увивались толпы девчонок. И Мати понимала почему. Она даже немного покраснела. – Я ищу Влада, мне сказали, он здесь. Вы его знаете?

Эд удивлённо вскинул брови:

– Влада? Конечно, знаю. Это мой кузен. И да, он здесь.

– Мне нужно срочно поговорить с ним.

– Ну разве я могу отказать такой милой девушке? Пожалуйста, проходите, – Принц распахнул перед ней дверь. – Влад, к тебе гости.

В тускло освещённой комнате, обставленной дорогой кожаной мебелью и украшенной старинными ружьями и картинами, Мати сразу увидела Владислава. Он сидел в кресле поодаль от остальных. Точнее, полулежал закинув ноги на подлокотник кресла. Старинный торшер освещал книгу в его руках. Услышав, что обращаются к нему, Влад поднял глаза и встретился взглядом с Матильдой, на лице которой читалось раздражение.

– Прошу прощения, мне нужно отойти на пару минут. Чувствуйте себя как дома и не скучайте, – Принц подмигнул Мати и удалился.

– Ты что тут забыла? Следила за мной? – Владислав неправильно истолковал эмоции на лице Матильды, приняв злость за волнение. – Только сталкера мне не хватало.

Послышались сдавленные смешки. Остальная компания явно наслаждалась происходящим.

«Ещё двое парней и четыре девушки. Скорее всего, тоже звериные, – хотя Мати продолжала убеждать себя, что не собирается устраивать драку, её разум уже оценивал, кто из них потенциально может нести угрозу. – Спокойно: вдох-выдох, вдох-выдох». – Жаль тебя разочаровывать, но мир не вертится вокруг твоей персоны! – «Посмотрите-ка, он потешается. Сидит тут как ни в чём не бывало и бухает. Да я ему… Нет, просто разговор… Вдох-выдох». – Хотя ты уже должен был это понять, когда твоя шалава променяла тебя на моего брата.

Смешки резко прекратились. В комнате повисла тишина.

– Интересно почему? – продолжала Мати. – Может, у него есть что-то, чего не хватает тебе? А-а-а, я поняла. Как раз это и тот факт, что ты натравил своих тупых громил на моего брата, говорит о том, что у тебя просто нет яиц!

Матильда ждала от Влада агрессии, даже рассчитывала на это, но он рассмеялся:

– Так вот оно что. Ты пришла сюда из-за того, что отпинали твоего братишку. Как мило. А может, – Владислав отложил книгу в сторону и поднялся с кресла, – ты просто хочешь проверить свою гипотезу. – «Вдох-выдох». – И, раз уж моя «шалава» меня бросила, думаю, ты с удовольствием займёшь её место! – «Вдох-выдох». – Вот только тебе придётся постараться, чтобы привести его, – парень на мгновение опустил глаза вниз, поясняя, о чём он, – в боевую готовность с такой-то внешностью.

«Вдох… Чёрт…»

Матильда несколько секунд стояла абсолютно неподвижно, уставившись в пол, кровь прилила к лицу, в висках застучал пульс.

– Как скажешь, – практически прорычала она сквозь зубы.

В ту же секунду её глаза вспыхнули красным, а зрачки сузились и стали похожи на две чёрточки. Мгновение – и она кинулась на Влада.

Взгляд Владислава

Этого Влад совсем не ожидал. Сначала он даже не понял, что происходит. Толчок, на долю секунды подбросивший его в воздух… резкая боль… В голове плохо укладывалось, как эта девчонка, ещё недавно мямлившая что-то насчёт совместного обеда, швырнула его об стену.

Стараясь не обращать внимания на боль, Владислав выстроил логическую цепочку: «Она потеряла контроль. Красные глаза – верный признак. Поддалась инстинктам. Она хищник. Судя по глазам, что-то кошачье. Львица? Неважно. Сама она прекращать не собирается. Нужно её урезонить, пока не привлекла лишнего внимания. Хлопот потом не оберёшься».

– Ладно, – сказал Влад, медленно отлипая от стены. – Может, всё-таки обсудим проблему? Хотя сомневаюсь, что теперь удастся договориться, – его глаза стали ярко-жёлтыми, зрачки расширились. – Не хочется связываться с девушкой, но, похоже, выбора у меня нет. Будет неприятно, но потом сама же спасибо скажешь, – его зубы и ногти удлинились, сила прилила к мышцам, а обоняние стало в разы острее. Характерная волчья черта.

«Блин, а она приятно пахнет! Кто бы мог подумать? – Владислав глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом. – Так, сейчас не время. Она, похоже, настроена разорвать меня на куски. Как остановить её, но при этом не особо сильно поранить?»

Мати наклонилась и застыла, как пантера, готовая броситься на свою добычу.

«Она явно выжидает. Кошачьи звериные быстрые и ловкие. Лучше всего загнать её в угол, где она не сможет уклониться. Ей некуда будет отступать, и я воспользуюсь грубой силой».

Влад подхватил стоящий на полу пуфик и кинул его в Матильду. Та мгновенно увернулась, но на это он и рассчитывал. Не давая противнице времени сориентироваться, юноша бросил в неё ещё один… После пяти или шести брошенных предметов, Владислав наконец достиг цели. Мати оказалась зажатой в углу между стеной и окном, выходившим в общий зал. Лучшим вариантом было сбить её с ног и прижать к полу. Парень в два прыжка пересёк расстояние, разделявшее их, вскинул руки, но они схватили лишь воздух. Матильда с молниеносной скоростью уклонилась от атаки и, оказавшись справа, нанесла удар коленом прямо в солнечное сплетение, вышибив весь воздух из лёгких противника. Владислав согнулся пополам и закашлялся, пытаясь вдохнуть. Мати уже собиралась ударить ещё раз, как сзади её схватил Марк. В медвежьих объятиях её руки оказались прижаты к туловищу. Берти тут же попытался связать их каким-то шнуром, но получил такой удар головой, что мгновенно вырубился.

– Да что она за монстр такой? – Марк почувствовал, как его руки разжимаются. Ещё секунда и Матильда освободилась, а затем, не разворачиваясь, заехала ему локтем в лицо. Юноша охнул от боли и осел на пол. – Эта тварь мне нос сломала! – крикнул он, прижимая ладонь к окровавленному лицу.

Танцовщицы, находившиеся в комнате, с визгом бросились наружу. Хотя Мати они и так не интересовали. Покончив с «препятствиями», она снова повернулась к Владу. Тот едва успел восстановить дыхание.

– Сдохни, сдохни, сдохни! – рычала Матильда, нанося удар за ударом. Она была в ярости, поэтому вкладывала много силы в каждый, из-за чего выпады теряли в скорости, и Владислав успевал их блокировать.

Когда Мати в очередной раз замахнулась, Влад резко сделал шаг назад к окну. Рука ударила воздух, на секунду девушка потеряла равновесие и открылась.

«Нужно вырубить её», – промелькнуло в голове.

Владислав замахнулся, но внезапно почувствовал тот же аромат, что и перед перепалкой. Его рука дрогнула, и вместо удара кулаком, получилось что-то вроде пощёчины… Это было большой ошибкой.

Не обратив никакого внимания на разбитую этим странным выпадом губу, Матильда схватила Влада за всё ещё вытянутую кисть, и он услышал хруст ломающихся костей. Руку пронзила жгучая вспышка боли. Парень попытался отстраниться, но упёрся спиной в стекло. Людям на первом этаже окно ВИПа казалось зеркалом, а потому все продолжали веселиться, не имея ни малейшего представления о происходящем наверху. Владиславу показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ему удалось наконец высвободить руку. Точнее, Матильда сама её отпустила. А затем сделала шаг назад.

«Пришла в себя?» – с надеждой подумал Влад.

Но нет. Её глаза по-прежнему были красными. Она посмотрела на него и хищно улыбнулась, обнажив острые зубы:

– Слабак, – прошипела она.

Затем внезапно подалась назад и нанесла прямой удар ногой точно в солнечное сплетение. Стекло, в которое Владислав упирался спиной, не выдержало. Волк полетел вниз, но за мгновение до удара успел заметить кое-что странное.

«Полосы? Так она не львица? Да что она такое, чёрт подери?!» – эта мысль последней промелькнула у него в голове, прежде чем послышался звук, напоминающий сирену. Наступила темнота…

Взгляд Вэртера

«Из-за этой чёртовой музыки ничего не слышно. Куда она делась? Сестрички говорили о ВИП-зоне. И где это? Табличку с указателем, конечно же, не повесили. Так я Мати точно не найду. Блин, только не делай глупостей, пожалуйста, только без глупостей… – Вэр никак не мог решить, куда направиться. – Давай Вэртер, сосредоточься. Чёрт, олень бы тут легко сориентировался. Ну конечно, – он ударил себя ладонью в лоб, – персонал должен знать!»

Вэр кое-как протиснулся через толпу к барной стойке.

– Что пить будем? – с ходу кинул бармен.

– Ничего. Где здесь ВИП-зона?

– Без понятия.

– А темноволосую девушку примерно такого роста, – Вэр поднял руку чуть ниже своей головы, – не видел? На ней ещё белые джинсы и такой блестящий синий топ.

– Без понятия, – непробиваемая стена безразличия не поддавалась.

– Ты хоть о чём-нибудь понятие имеешь?

– Да, о том, что здесь бар, а не справочное бюро. Либо заказывай, либо проваливай.

– Блин. Ладно, виски! – бармен сразу зашевелился. – И вот, держи, – Вэртер положил на стол купюру. – Сдачи не нужно.

– Чё, мелкий, крутого строишь? – ухмыльнулся мужчина, но деньги оставил. – Там, – сказал он и кивнул в сторону лестницы на второй этаж.

– Ясно, – Вэр пулей понёсся к лестнице.

– Эй, а виски? – крикнул бармен ему вслед.

– Сам пей!

«Блин, ну это жесть, – думал Вэр, которому приходилось буквально расталкивать народ. – И вот по кайфу им дрыгаться в такой тесноте? Чтоб я ещё хоть раз послушал этого оленя! Заберу Мати и больше сюда ни ногой. Да неужели…»

Вэртер наконец добрался до лестницы. Он был уже на середине, как вдруг услышал треск лопающегося стекла. Мгновение – и в паре метров от него пролетело что-то, а точнее кто-то. Незнакомец, протаранив стекло, выпал со второго этажа. Поражённый Вэр пялился на него как прикованный. Юноша упал на один из столиков. Туда же посыпались осколки. По счастливой случайности в этот момент за столом никто не сидел. Повезло им, чего не скажешь о парне, приземлившемся на несколько бокалов.

На секунду в зале стало очень тихо. Колонки вдруг замолкли. В тишине все смотрели в сторону стола, не решаясь подойти. И только освещение продолжало мигать в темпе уже прекратившейся музыки.

Внезапно сработала пожарная сигнализация, и вся толпа ломанулась к выходам. Эта сирена вывела Вэра из оцепенения. Он понял, что опоздал. И что это чревато большими проблемами. Все внутренности словно скрутились в тугой комок, Вэртеру стало страшно, но не только из-за воцарившейся вокруг паники. Находясь в относительной безопасности на лестнице, он посмотрел наверх, прекрасно зная, что увидит. Напротив разбитого окна стояла Матильда. Она смотрела вниз немигающим взглядом, в тусклом свете её глаза светились, как красный фосфор.

Неконтролируемый поток посетителей сошёл на нет, как внезапно сорвавшаяся лавина, и зал опустел за несколько минут. Чудо, что никто не пострадал. Включилось нормальное освещение. Матильда подошла к самому краю и с кошачьей грацией спрыгнула вниз через образовавшуюся в стекле дыру. Явно не собираясь останавливаться на достигнутом, Мати сделала пару шагов к распластавшемуся на сломанном столике парню, как вдруг в зал забежали три человека.

– Это что, вашу мать, за звёздные войны в моём клубе?! Стоило уйти на пятнадцать минут, и какого хера тут происходит?!

Ответа не последовало. Матильда, видимо, решила игнорировать его.

– О, детка, подобное не каждый день увидишь. Что ты вообще такое? Хотя нет, не говори, – юноша картинно выставил руку вперёд, как бы предупреждая её ответ, – я уже догадался. Кажется, у тебя возникли небольшие разногласия с моим кузеном. Что ж, отчасти это и моя вина, ведь я впустил тебя, – он улыбнулся, обнажив белоснежные зубы, только глаза его совсем не улыбались. – Мой косяк, мой косяк. Позволь исправиться, – продолжал блондин. – Ребята! – обратился он к своим спутникам. – Решите проблему.

Вэр перевёл взгляд на «ребят» и узнал в них тех самых громил, напавших на Эрика. Он знал, что эти двое Матильде не соперники, чего не скажешь о хозяине клуба, который явно просто не хотел марать руки. Встать сейчас между ними означало оказаться между молотом и наковальней. Оставался один вариант – выждать подходящий момент, чтобы как-то успокоить подругу, попытаться вернуть её человеческое сознание.

Правда, остальные участники конфликта ждать точно не собирались. Охранники стали обходить Матильду с двух сторон, надеясь поймать в тиски, глаза мужчин загорелись жёлтым. Мати будто оцепенела в замешательстве, но Вэр знал, что она специально подпускает их поближе. Как только те двое подошли практически вплотную, она запрыгнула на ближайший стол и, оттолкнувшись от него со всей силы, зацепилась за одну из клеток для гоу-гоу. Громилы так и стояли, задрав головы и разинув рты. А Матильда ловко вскарабкалась на самый верх и, добравшись до спускового механизма, отцепила клетку. Тяжеленная конструкция с диким грохотом рухнула вниз прямо на стоявших под ней. К счастью, клетка висела не очень высоко. По расчётам Вэртера, «ребята» должны были отделаться парой переломов, но парень мало за них переживал: громилы получили по заслугам.

А вот владелец «Клыков» мнение Вэра, похоже, не разделял. От прежней улыбки не осталось и следа. Теперь это был оскал. Юноша ловил каждое движение Матильды, оценивая её силы.

Мати же, сделав очередной кошачий пируэт, приземлилась обратно на стол.

Наконец противник сделал шаг вперёд. Больше нельзя было терять ни секунды. Вэртер соскочил с лестницы и перегородил ему дорогу:

– Погоди, я могу всё уладить!

– Ты ещё кто?

– Лучший друг. Я попробую с ней поговорить. Она послушает! – быстро проговорил Вэр, не давая времени на возражения.

– С дороги! – парень оттолкнул Вэртера. – Время разговоров кончилось, когда она выкинула моего брата из окна.

– Нет, погоди! Ты же видишь, она потеряла контроль! – «Бесполезно. Ему наплевать». – Точно! Это же твой клуб, да? Если продолжите в том же духе, тут камня на камне не останется.

Похоже, последняя реплика была достаточно убедительной, терять источник дохода и поддержки репутации Принцу не хотелось. Он остановился.

– Даю минуту. Время пошло. Надеюсь, у тебя есть план.

Вообще-то плана у Вэртера не было. Но это был единственный шанс избежать кровавого побоища. Он сделал глубокий вдох и потихоньку стал приближаться к Мати, которая всё это время не отрывала от них взгляда, ожидая очередной атаки.

– Эм, Мати… Это я… Вэр. Ну что, может, домой пойдём? – он старался говорить как можно спокойнее. – Ты ведь уже закончила тут… все свои дела?

Вместо ответа Матильда угрожающе зарычала. Подходить ближе было просто самоубийством.

– Ты же на самом деле не хочешь кого-нибудь покалечить…

«Это бесполезно. Она вообще меня не слушает. Раньше в похожих ситуациях нам с Эриком едва удавалось успокоить её вдвоём. Это его вина, если б этот олень не ввязался в историю, Мати бы не снесло крышу. Мало ему надавали, нужно было больше! – Матильда медленно приближалась. – А ведь это идея! Клин клином вышибают!»

– Мати, я считаю, что ты сейчас абсолютно права, и не собираюсь тебе мешать. Можешь хоть на кусочки всех разорвать. Я лишь хотел сказать, что нам немедленно нужно в больницу! – его подруга застыла, готовясь к нападению. Вэртер попытался придать лицу скорбное выражение. – Когда ты ушла, Эрику внезапно стало очень плохо. Врач сказал, что похоже на внутреннее кровотечение. Он сейчас в реанимации! – прокричал в отчаянии Вэр и, инстинктивно попятившись от опасности, зацепился за что-то и упал на пол…

Матильда сделала резкий рывок вперёд, парень зажмурился, ожидая удара… Но его не последовало. Он посмотрел вверх: девушка нависала над ним, упираясь левой рукой в пол, правая – застыла в десяти сантиметрах от его лица. Ей понадобилась пара секунд, чтобы до конца осознать действительность: глаза постепенно потемнели, но теперь выражали крайнюю степень беспокойства.

– Подействовало, – Вэр облегчённо вздохнул.

– Эрик? – в глазах Мати стояли слёзы.

– А, нет, нет. С ним всё в порядке. Я это выдумал, чтобы привести тебя в чувство.

– Привести меня в чувство? – она оглянулась вокруг.

– Да, ты чуть не уничтожила мой клуб! – с недовольной ухмылкой проговорил Принц.

– Я, я не хотела… Я не понимала… Не могла остановиться… – Матильда села на пол, её руки задрожали, глаза постепенно наполнялись слезами.

– Теперь всё будет в порядке, – Вэр обнял её. – Касси и Поли поехали с Эриком в больницу, но уже должны были вернуться, – парень встал и помог подняться подруге. – Пойдём домой.

– Н-но как же… Влад и охрана… Нужно помочь им… И клуб…

– О, малыш, не переживай. Мой кузен крепкий парень, оклемается… через пару дней, – Эдмон постарался разрядить обстановку. – Главное, что всё закончилось. Идите, я здесь сам разберусь, – к счастью для друзей, его всё ещё заботило состояние клуба, лезть в бутылку не было смысла.

По пути к выходу Вэртер вызвал такси, и уже через пять минут они ехали домой.

– Да, длинная была ночка. Натворили дел. Так ты говоришь, его зовут Эд? – Вэр нарушил молчание.

– Угу, – Мати уже совсем успокоилась. После потери контроля она чувствовала себя слабой и истощённой. – Но девчонки называют его Принц, – добавила она, зевая.

– Остался там ковыряться в одиночку в этом бардаке. Другой бы на его месте устроил разборки с нами. Похоже, он хороший парень.

– Похоже на то.

Их разговор прервал звук сообщения, пришедшего на телефон Матильды. Ещё не до конца придя в себя, Мати прочитала его и на мгновение застыла. Вэртер заметил беспокойство на лице подруги.

– От кого это?

– От студсовета. Они вызывают меня в понедельник, – Матильда вздохнула и откинулась на спинку сидения. Расстраиваться уже не было сил. – Из-за случившегося в клубе будет ставиться вопрос о моём отчислении.

– Что?! Но как они узнали, да ещё и так быстро?!

3

Много шума из ничего

Взгляд Марка

«Утро добрым не бывает, – думал Марк, собираясь в университет. В ванной он потратил целую вечность, чтобы пригладить непослушные вьющиеся волосы. – Опять торчат в разные стороны…»

Отёк за выходные спал, ещё вчера красные из-за полопавшихся капилляров глаза уже восстановились, и даже сломанный нос зажил – спасибо звериной регенерации. Но Марк с готовностью сломал бы его ещё раз, если бы это освободило от необходимости присутствовать на заседании студенческого совета.

На слушании рассматривался вопрос об исключении Матильды Харкер. Той самой, которая в минувшую субботу устроила дебош в «Клыках». Надо ли говорить, что Эд был в ярости. Марк даже толком не успел прийти в себя после той потасовки, как Принц приказал ему «решить это». Марка такое поручение не удивило. Он был членом внутреннего студенческого совета (ВСС), который по приказу ректора и попечителей занимался «особыми» студентами. Отличный способ заменить слово «звериные», совсем не унизительно. Однако, несмотря на проблемы с терминологией, глава этой организации действительно обладал широкими полномочиями. Решать вопросы, касающиеся звериных, и следить, чтобы спокойствие университета не нарушалось разного рода происшествиями, – вот в чём заключалась основная задача ВСС.

Марк посмотрел на часы:

– Пора, – он вышел из комнаты и быстрым шагом направился в главный корпус университета.

Ещё с утра у юноши было нехорошее предчувствие. И дело совсем не в том, что ему было жаль потерявшую контроль Матильду. Напротив, даже без указки Эда, он с удовольствием исключил бы её вообще без какого-либо слушания. Но вот незадача, решение принимал не он. Марк был лишь заместителем, а все важные решения принимались исключительно председателем ВСС. А он, точнее, она была той ещё занозой в заднице. Даром что обычный человек.

Марк не спеша зашёл в кабинет. Мина, секретарь ВСС, делала кофе. Миниатюрная брюнетка заранее приготовила три чашки, одну из них она подала Марку, другую взяла себе, а третья (розовая, с котятами в коронах) так и осталась стоять на месте. Марк снова бросил взгляд на часы:

«Без пяти девять. Значит, скоро придёт. Она никогда не опаздывает, но и раньше приходить не любит».

Парень подошёл к окну, которое выходило прямо на парковку. Он сразу увидел то, на что и рассчитывал: розовый «Эндуро»[1] бросался в глаза.

«Она ж не нищая. Почему не купить нормальную машину? В чём кайф ездить на этом утюге?» – И кто вообще выпускает их в таком цветовом решении? – не удержался он.

– Ищите и обрящете[2], – звук знакомого голоса, внезапно раздавшийся у самого уха, заставил Марка подпрыгнуть от неожиданности так, что он поперхнулся кофе. – И если мне понадобится мнение эксперта, я обращусь в «Тачку на прокачку». Так что не обижай Росинанта. О-о-о, кофеёк. Вовремя, – председатель взяла кружку и присела на край стола. – Спасибо, Мина.

«Боже, она дала этому имя», – пронеслось у парня в голове.

Марк никак не мог понять, почему именно её назначили на эту должность. Казалось, менее подходящего человека найти было сложно. Зампред окинул девушку внимательным взглядом.

Ния Ли Уортли была очень хороша собой. Белокурые длинные волосы доходили до пояса. Большие карие глаза, пухлые губы, её фирменная озорная улыбка, женственная фигура и в довершение – алебастровая кожа. Всё это вызывало непреодолимое желание сделать с ней что-нибудь аморальное… Если бы не одно небольшое но. Марк, как никто другой, знал, что под этим «фасадом» скрывается настоящее исчадие ада, видимо, посланное людям за грехи. Даже не так. Он был уверен, что она – сам Дьявол, принявший обличье женщины. Вот только «Прада» она не носила, а предпочитала что-нибудь розовенькое.

– Эй, мишка! Чего расслабился? До «Спокойной ночи, малыши» ещё долго. Вставай, нас ждут великие дела! – и, как бы подкрепляя свои слова, Ния пнула его по ноге, а затем чинно вышла в коридор и двинулась в сторону нужной аудитории. Секретарь, попутно захватив со стола председателя какие-то папки, засеменила за ней.

Оставшись в гордом одиночестве, Марк отксерокопировал несколько бумажек и, вздохнув, нехотя поплёлся на слушание.

В аудитории все уже расселись и были готовы начать. Заседание проходило за закрытыми дверями, поэтому, помимо членов ВСС, на нём присутствовала только сама Матильда Харкер.

Их взгляды встретились сразу, как только Марк переступил порог. По беспокойству на лице Мати зампред понял: она его точно помнит.

«Что ж, девочка, это самая правильная эмоция. Не стоило злить Эда. Теперь исключение для тебя – лучший вариант. Если я сейчас не справлюсь, он с нас обоих три шкуры спустит. Благо, что бы ни творилось в мозгу дьявольского председателя, у меня есть пара доводов, которые заставят её принять правильное решение», – на лице парня появилась довольная ухмылка, которую он поспешил спрятать, прикрыв рот рукой, будто закашлялся.

– Ты чего так долго? Горшочек с мёдом искал?! – похоже, Ния села на любимого конька. Она знала, что Марку не нравились намёки на его звериную сторону, и именно поэтому подкалывала его каждый день. – Ладно, садись уже, – как только юноша сел рядом с Миной, ведущей протокол заседания, председатель продолжила: – Давайте начнём, – она приветливо улыбнулась. – Матильда, позволь официально представиться: Ния Ли Уортли – председатель ВСС. Я не звериная и не всё о вас знаю, так что тебе придётся пояснить мне некоторые моменты, окей?

– Окей, – Матильда, судя по всему, немного расслабилась, услышав благожелательный тон Ли Уортли.

– Ты знаешь из-за чего ты здесь?

– Из-за инцидента в клубе.

– Да, как мне анонимно доложили, – здесь Ния специально сделала паузу и многозначительно посмотрела на Марка, – ты потеряла контроль, приняла свою звериную форму и устроила драку, чуть не выдав себя целой толпе обывателей. Слава богу, кто-то, – тут она опять глянула на зампреда, – успел включить пожарную сигнализацию раньше, чем люди поняли, что к чему. Не так ли?

– Да, так оно и было, – Марк удовлетворённо хмыкнул, понимая, что Мати признаёт свою вину и не станет отпираться.

Конечно, она осознавала всю тяжесть ситуации. В связи с недоверием общества большинство звериных, боясь гонений, предпочло скрывать свою природу и жить среди людей, не привлекая к себе лишнего внимания. Полными списками, содержащими информацию об «истинной сути граждан», обладали лишь несколько закрытых госструктур. Открыто заявляли о себе только влиятельные политические деятели и знаменитости, которые на собственном примере пытались показать возможность мирного сосуществования людей и звериных. На фоне этого драка в клубе с разгромом частной собственности и несколькими пострадавшими была случаем из ряда вон выходящим.

– Хорошо, факты прояснили. Не могла бы ты поподробнее рассказать об этой вашей потере контроля?

Марк удивлённо посмотрел на Нию: «А то ты сама не знаешь?!»

– Ну… мы поддаёмся инстинктам, – Матильда старалась объяснить всё как можно понятнее, – становимся сильнее, чем обычно. Видовые черты, такие как обоняние или слух, обостряются. Потерю контроля можно определить по глазам. Обычно они жёлтые или оранжевые, а в такие моменты становятся красными, – председатель внимательно слушала. – Мы не даём отчёта в своих действиях. Многократно возрастает агрессия, – девушка говорила спокойно и твёрдо, но по отсутствию энтузиазма было видно, что она уже приняла свою участь. – Особенно тяжело приходится хищникам. Можно причинить боль даже самым близким. Прийти в себя очень сложно. Для этого нужна какая-то сильная эмоция или полная потеря сознания.

«Целую лекцию прочитала. Непонятно только, зачем? Ничего уже не исправить».

– Ясно. Звучит очень неприятно, – Ния продолжила свой, по мнению Марка, бесполезный допрос. – И что же может вызвать потерю контроля?

– В основном сильные эмоции: гнев или страх. Реже физические причины, например длительный голод.

– А что испытывала ты? – дьяволица слегка наклонилась вперёд, явно подобравшись к кульминации своего допроса.

«Ния знает про её брата, – сообразил Марк. – Пора вмешаться».

– Председатель, – вклинился зампред, – мне кажется, рамки для обычных звериных здесь не годятся.

– Это ещё почему? – Ли Уортли недоумевающе подняла бровь.

– Я сам был свидетелем того, что эта девушка…

– Помесь, – Матильда закончила предложение за него. И, увидев вопросительный взгляд председателя, продолжила: – Это такая генетическая мутация. Она изредка встречается у звериных. Дело в том, что обычно, к какому бы виду ни принадлежали родители, ребёнок перенимает звериные черты только одного из них. Как мой брат Эрик: он перенял только оленьи черты нашей матери. Но иногда, – она сделала небольшую паузу, будто обдумывая, как попроще это объяснить, – если среди предков, даже далёких, были представители схожих с одним из родителей видов, например кошачьих, как мой отец, может произойти генетическая мутация. Это как раз мой случай.

– Кто же ты у нас? – глаза Нии засветились интересом, будто она единорога увидела.

– Лигр, – тихо ответила Матильда, смущённая таким интересом к своей персоне.

– Это проявляется не только внешне, – продолжал гнуть свою линию зампред. – Такие особи даже по нашим меркам очень опасны. Они абсолютно неуправляемы. Эта девушка – бомба замедленного действия. Достаточно маленькой искры, чтобы у неё снесло крышу. Странно, что такую вообще допустили учиться с нами, – Марк даже поднялся с места от возмущения. – Куда смотрела администрация?

Матильда опустила глаза. Она, видимо, уже не первый раз слышала подобное в свой адрес.

– Забавно, – произнесла после небольшой паузы Ния. – Примерно то же самое говорят некоторые из попечителей университета обо всех вас. Вот мне почему-то кажется, что Матильда до сих пор неплохо справлялась, – теперь из-за стола поднялась председатель. – «Опасна»? «Достаточно маленькой искры, чтобы снесло крышу»? По-моему, её самообладанию можно позавидовать! Ибо после этой тирады даже мне захотелось тебе врезать! – девушка упёрлась ладонями в стол, и её волосы золотым водопадом скатились с плеча. – К тому же, помесь она или нет, я не могу считать это причиной для отчисления, – Ли Уортли хитро прищурилась и села на место. – Видишь ли, в нашем университете нет дискриминации по расовому, если так можно выразиться, признаку.

Марк чуть не задохнулся от негодования. Но у него ещё оставался последний козырь:

– Пусть так, – нехотя согласился он, – но ведь это и не смягчает её вины. То, что вы, госпожа председатель, скромно назвали дракой, было на самом деле избиением. Матильда Харкер напала на нескольких человек и жестоко избила их. На такое нельзя смотреть сквозь пальцы, не так ли?

– В этом ты прав. Так кто эти несколько человек? Уж не ты ли один из них? – поинтересовалась Ния, с самым невинным видом ища в пустой аудитории потерпевших.

Марк знал, что стоит заговорить про сломанный нос, который зажил за день, и его поднимут на смех: – Нет, ну что вы. Я отделался лёгким испугом. Чего не скажешь о двух охранниках, получивших несколько переломов.

– Даже так? Странно. Я ознакомилась с медзаключением, – Ли Уортли приняла открытую папку, что услужливо подала ей Мина. – И насколько понимаю, никто их не бил. Кажется, на охранников упала одна из декораций клуба, – она приподняла один из листков. – Хозяину стоит лучше следить за техникой безопасности. Так ведь весь персонал угробить можно!

– Тогда что насчёт Влада? На него точно ничего не падало! Зато его самого выбросили из окна. И это не какая-нибудь мелочь, он получил столько повреждений, что даже с его регенерацией понадобится время на восстановление! – «Что, сучка, нечего сказать?» – в мыслях Марк уже предвкушал, как поставит Нию на место.

– Это просто ужасно! Я не могу проигнорировать такое! – председатель сделала грозный голос, но при этом продолжила улыбаться. Это нервировало Марка. – Однако, прежде чем вынести окончательное решение по этому делу, стоит послушать историю от первого лица, – она повернула голову в сторону двери. – Проходи и присоединяйся к разговору, Владислав.

Глаза Марка округлились: «А он что тут делает? Это Эд его прислал? А меня почему не предупредили?»

Влад выглядел гораздо лучше, чем когда Берти приводил его в чувство в «Клыках». Тогда на нём живого места не было: весь в порезах от осколков, сломанные рёбра, сотрясение и серьёзный перелом руки. Сейчас мелкие раны, конечно, затянулись, но рука по-прежнему была загипсована.

Юноша как ни в чём не бывало прошёл мимо рядов пустых стульев и остановился у стола председателя.

– Итак, Влад, – продолжила Ния, – что же всё-таки произошло в том злополучном клубе?

«Ну всё, бай-бай, Матильда. Теперь у Нии не останется выбора, кроме исключения девчонки», – Марк был уверен в победе, но его никак не покидало неприятное предчувствие.

– Нечего особо рассказывать, – начал Влад. – Кое-что случилось, и эта женщина потеряла контроль. Я пытался её успокоить, но случайно оступился и протаранил стекло. Остальное вы и так знаете, – он бросил взгляд на удивлённую Матильду и ухмыльнулся.

Марк перестал что-либо понимать.

– Спасибо за лаконичность. Что ж, думаю, конфликт исчерпан, – подытожила Ли Уортли. – Матильда, вопрос о твоём исключении снят. Но в будущем будь осмотрительней. В следующий раз всё может закончиться по-другому.

– Конечно. Спасибо вам, председатель, – Мати была ошарашена.

– Просто Ния. Я всего на два курса старше тебя. Не хочу чувствовать себя столетней бабкой. Ладно, рыбки мои, заседание ВСС закрыто. Всем спасибо, все свободны!

Участники заседания направились к выходу. Марк шёл, опустив голову, и судорожно обдумывал, что же теперь говорить Эду.

– А вас, зампред, я попрошу остаться! – раздалось у парня за спиной.

Дождавшись, пока остальные выйдут и закроют дверь, Ния посмотрела ему прямо в глаза, улыбнулась и поманила наманикюренным пальчиком. Когда Марк подошёл достаточно близко, председатель, внезапно поднявшись, схватила его за ухо и больно дёрнула к себе, будто хотела, чтобы он лучше её расслышал.

– Ты что это удумал, а, мишка-плутишка? Кляузничаешь, устраиваешь показательные суды. За дуру меня держишь? – милая улыбка пропала. – Я прекрасно знаю, на кого ты шестеришь. Так вот, передай, если он ещё раз попробует втянуть ВСС в свои манипуляции, я ему башку оторву.

Взгляд Матильды

«Хорошо, что всё разрешилось так просто, никогда больше не буду лезть на рожон… По крайней мере, постараюсь. – Матильда переступила порог аудитории и направилась к выходу. Настроение после слушания заметно улучшилось, с улыбкой на лице девушка завернула за угол коридора, и тут же уголки её губ опустились. – Блин, это последний человек, которого я хочу видеть…»

– Выглядишь не очень радостно, – в нескольких метрах от неё, прислонившись спиной к стене, стоял Влад.

– Ну знаешь, радоваться особо нечему, – Мати закатила глаза, недовольно фыркнув, и хотела уже пройти мимо, но он схватил её за руку.

– Могла бы и спасибо сказать!

– Спасибо! – язвительно буркнула она и, высвободив руку, поспешила уйти.

– Я ведь спас твою жопу от исключения! – крикнул парень вслед.

«Вот прикопался!»

Матильда остановилась, резко развернулась и снова подошла к Владу:

– Начнём с того, что если бы не ты, мою «жопу» и спасать бы не пришлось! Не надо было посылать тех упырей решать свои проблемы! Ты сам напросился и сам виноват, и, если уж так вышло, смирись, – отчеканила Матильда, будто ножом отрезая каждую фразу, параллельно тыча пальцем парню в грудь.

– Так. Попридержи! – Владислав наконец решил прояснить это маленькое недоразумение. – Чтоб ты знала, мне не надо пользоваться услугами вышибал, чтобы накостылять какому-то… – он хотел сказать «утырку», но вовремя остановился, понимая, что ещё чуть-чуть, и у их поединка будет второй раунд. – В смысле, кому-то.

– Ну и кто ж у нас такой благодетель, если не ты? – «Кому ещё это было нужно?»

То, что на него повесили всех собак, обычно безразличного к таким мелочам Влада сейчас абсолютно не устраивало. Правда, и ябедничать как пятиклашке, ему казалось верхом отстоя. После недолгой внутренней борьбы он посчитал, что лучше уйти в несознанку:

– А что ты у меня это спрашиваешь? Вот и поинтересовалась бы у тех охранников, перед тем как вырубить их. Я-то в этом клубе не хозяин, с чего бы им меня слушаться? – очерченные чёрными ресницами глаза ехидно прищурились. – Так что ты наваляла не тому парню, крошка!

– Ой, только не надо прикидываться невинной овечкой! Это клуб твоего брата! И твоя девушка! И вообще… – у Мати кончились доводы, последние слова она проговорила, глядя в пол, пытаясь подавить чувство вины. – Всё указывало на тебя, любой мог ошибиться!

– Любой… Но далеко не каждый вышвырнул бы меня из окна и сломал мне столько костей! – Владислав помахал загипсованной рукой как бы в подтверждение своих слов, и его густой смех заполнил широкий пустой коридор.

Матильда подняла взгляд и виновато пожала плечами.

– Ладно, проехали! Помнится, ты как-то хотела пригласить меня пообедать. Думаю, в качестве извинений обед вполне подойдёт!

– Обед? – «Даже не знаю, как реагировать на это, после всего…»

– Ну да, назовём это «прекращением огня»! – Влад широко улыбнулся. – Так что?

Мати непроизвольно улыбнулась в ответ:

– А твоя девушка не будет против?

– Кто? – недоумевающий взгляд Владислава поставил её в тупик.

– Эм, Люси… Та, из-за которой Эрику попало!

– А-а-а, эта, – протянул беспечно Влад, почесав затылок здоровой рукой. – Я бы не назвал её своей девушкой, и вроде как она предпочла твоего братца…

– Эрика.

– Ну да. Так что никаких ревностных нападений не предвидится.

– Хорошо! – сердце вдруг забилось чуточку быстрее. – Давай пообедаем… вместе, – выдавила наконец она.

– Только не пойми неправильно. Это не свидание, – Влад, заметив смущение на лице девушки, решил сразу расставить все точки над «i».

Лицо Матильды стало красным, как спелый помидор: «Неужели он подумал… Стыдоба…» – Я ничего такого и не…

– Тогда не будем откладывать в долгий ящик, встретимся сегодня в два в «Суши Рум», – продолжил Владислав, будто ничего и не произошло. – Ты же знаешь, где это?

– Да, конечно! – выпалила Мати, всё ещё пытаясь справиться со смущением. – А сейчас я спешу, так что давай, пока! – не дожидаясь ответа, она чуть ли не бегом понеслась к выходу из корпуса и спешно покинула здание.

Яростно шагая, Матильда ругала себя за позорное бегство. Затем её мысли вернулись к парню: «Нет, этот Влад меня просто поражает! Что за игру он затеял? “Давай пообедаем”, – лицо всё ещё горело. – И с чего эта помощь на собрании? Что за рыцарские повадки? – вопросов становилось всё больше. – По-моему, он слишком сильно приложился головой. Нет, я, конечно, рада, что всё так разрешилось, но теперь чувствую себя обязанной… А ещё виноватой… Видите ли, это не он натравил охрану… слабо верится… Ты один огрызался, – обратилась она к воображаемому Владиславу. – Брал бы лучше пример с кузена. Эд был очень мил и приветлив, даже после всего, что я натворила, взял все хлопоты на себя! Тут точно что-то нечисто, но, как говорится, держи друзей близко, а врагов ещё ближе, так что велите подать обед!»

Только у парка Мати перешла на спокойный шаг, немного усмирив свой пыл. «Надо бы позвонить Вэру».

Она по привычке потянула руку к джинсам, но вместо брелка, который всегда торчал из кармана, рука схватила воздух: «Только этого не хватало… Мой любимый кит!»

Внимательно смотря под ноги, Матильда пошла обратно. Около главного корпуса она наконец нашла свою пропажу – металлический брелок лежал, поблёскивая, у ступеней, ведущих в здание. Харкер присела, чтобы поднять кита, и тут до неё донеслись обрывки фраз:

– …мы уже всё выяснили…

«Влад?»

– Конечно… – игриво ответил приятный женский голос.

Мати привстала, чтобы посмотреть… И резко села, оцепенев на пару секунд, – все мысли вдруг выветрились… Она украдкой проскочила за угол и на всей скорости побежала домой. Сердце бешено колотилось, перед глазами стояли целующиеся Влад и Люси.

Наконец-то добравшись до дома, Матильда поднялась к себе, ей не хотелось с кем-либо говорить. К счастью, никого и не было. Не раздеваясь, она легла на кровать.

«А говорил, что ничего между ними нет… – она закрыла лицо руками. – Сама-то хороша, что за краснеющие по непонятным причинам щёки? – Мати встала, её отражение в зеркале шкафа хмурилось. – Они точно друг другу подходят – красивые и лживые… Куда уж мне!»

«Это не свидание», – проговорил в её голове приятный баритон Владислава.

– Да ясно, что не свидание, – вздохнула Мати. – «Он же с самого начала дал понять, что я его как девушка не интересую, и с чего я так расстраиваюсь…»

В голове навязчиво застыл образ Люси, целующей Влада: длинные каштановые локоны, юбка-карандаш, выгодно подчёркивающая фигуру, бежевые «Лабутены»… Она оценивающе посмотрела на себя: чёрные волосы, собранные в тугой хвост, тёмно-синие джинсы, белая блузка… – Её стройным ножкам мы не соперники, – девушка наклонилась и, похлопав себя по крупным спортивным икрам, снова плюхнулась на кровать.

*It’s a long walk, and the music is loud. She sees an old friend, as she walks through…*[3]

Матильда повернулась на звук. На экране телефона высветилась фотография: улыбающийся Вэр, укутанный в плед с кружкой чая в руках. Она подняла трубку:

– Да, я дома.

– Ты почему не позвонила? Я хотел тебя встретить. Как всё прошло? – Вэртер в воскресенье был сам не свой, всё носился с уставом университета, что-то вычитывал и волновался явно больше, чем Матильда, которая решила довериться судьбе. Вот и теперь его голос звучал встревоженно.

– Не переживай, меня не отчислили, просто посоветовали попить валерьянки, – обсуждать всё по телефону не хотелось. – Я сегодня не пойду в универ, устала. Поговорим дома, хорошо?

– Да, конечно, столько переживаний!

«Ты даже не представляешь сколько…»

– До вечера! – Мати повесила трубку и, отложив телефон, закрыла глаза.

* * *

Проснулась девушка без настроения: несколько часов беспокойного сна, подробности которого она не запомнила, оставили неприятный осадок. В доме было тихо, никто ещё не вернулся. На часах был уже полдень, Мати нехотя поднялась и, взяв из шкафа большое полотенце, поплелась в душ.

Она стояла под струями горячей воды и тянула время как могла: «Не хочу никуда идти… Но, если не пойду, потом всё равно придётся объясняться. Нет, надо раз и навсегда закрыть этот вопрос! Один обед и досвидос!»

Пришлось выползти из душа и выбирать более или менее подходящую одежду. Ревизия содержимого шкафа показала, что собрать сногсшибательный образ на «не свидание» ей не из чего. Часы показывали 13:05.

«Надо срочно выбегать! Не хватало ещё опоздать на этот чёртов обед! – Матильда надела красивое кружевное бельё, которое она бережно хранила для особых случаев, и побежала обратно в ванную сушить голову. Причёска вышла в целом ничего, а вот вопрос с одеждой оставался открытым. – Блин, шмоток гора… А как начнёшь собираться… – она окинула взглядом вещи, разложенные на кровати: несколько пар любимых джинсов, огромное количество маек и топов различных оттенков, леггинсы, которые она никогда не носила из-за вечного комплекса полных икр, и даже одно случайно затесавшееся парадно-выходное платье. – Пф-ф-ф, и с чего я решила наряжаться? Оденусь как обычно! Вот ещё “особый случай”!»

Всё-таки покопавшись в вещах ещё добрых минут пятнадцать, Матильда остановила свой выбор на светлых рваных джинсах, чёрной майке, выгодно подчёркивающей подмеченное Владом в первую встречу достоинство, и лёгком горчичного цвета пиджаке. Подкрасив и без того от природы длинные ресницы, Мати наконец вышла из комнаты. На часах было 13:50.

* * *

Уютное кафе, в которое Влад её пригласил, находилось в небольшом сквере недалеко от университета. Внутренняя обстановка располагала к приятной беседе за чашкой горячего шоколада со сливками и маршмеллоу. Заведение представляло собой небольшой двухуровневый зал, у дальней стены первого этажа – стол заказов, над которым висела большая чёрная доска. Там цветным мелом были расписаны предложения дня. Большие окна пропускали много света. Повсюду аккуратно расставленны деревянные столики и плетёные кресла, где были небрежно разложены небольшие цветные подушки.

Матильда опоздала на полчаса. В кафе было безлюдно и тихо – обед давно прошёл. Влада она увидела сразу. Парень в кофте цвета индиго и чёрных джинсах сидел за дальним столиком у окна и что-то увлечённо читал, придерживая книгу всё ещё загипсованной рукой.

«Значит, рука у него уже не болит… А жаль».

– Извини, я опоздала! – кинула Матильда, не чувствуя за собой особой вины.

– Ты знаешь, пунктуальность – вежливость королей, – Влад посмотрел на неё исподлобья и снова опустил глаза в книгу.

– Ну уж простите, не голубых кровей! – недовольно фыркнула Мати и села в кресло напротив.

Повисло неловкое молчание. Матильда уставилась на клубнику, плавающую в прозрачном чайнике: «Сидит и читает… Нет, ну совсем уже…»

– Вы готовы заказывать? – невысокий официант в длинном коричневом фартуке приветливо улыбался.

Мати глянула в меню, затем на продолжавшего увлечённо читать Влада и, чертыхнувшись про себя, выбрала первый попавшийся сет: – Сет «Сакура», пожалуйста, – ответила она вежливо.

Официант ушёл, а Матильда не выдержала такого откровенного игнорирования: – И что же такое ты там читаешь? – спросила она с нескрываемым раздражением.

Владислав наконец-то оторвался от книги: – Прости, прости, дочитывал то, что не успел тогда в клубе. Он закрыл книгу и показал обложку, на которой красивым шрифтом было выведено О. Генри «Рассказы». – Очень интересно, – парень улыбнулся.

Мати вмиг забыла о злости, её глаза засветились любопытством: – У меня такая же книга! И как тебе? А какой рассказ тебе больше всего нравится? Мне – «Дары волхвов», – затараторила она.

– Правда? – заинтересованность Матильды его немного смутила, но в то же время обрадовала. – Мне он тоже понравился, но больше тот, который дочитал только что, – «Квадратура круга».

Они стали увлечённо обсуждать рассказы: тонкую иронию, глубокий смысл… Казалось, что эти двое – хорошие друзья или даже больше. Они смеялись и спорили, обмениваясь впечатлениями. Мати обожала литературу, как оказалось, Влад тоже, а так как единомышленников в их окружении почти не было, останавливать этот диалог никто не хотел.

Прервал их оживлённый разговор официант. Он принёс заказ: на деревянной подставке в виде горбатого японского мостика были аккуратно расставлены роллы, имбирь, выложенный в виде розы, и васаби.

– Спасибо, – сказали молодые люди хором, продолжая смеяться над какой-то понятной только им двоим шуткой.

– Знаешь, а ты не такая уж и скучная!

– Эм, расценю это как комплимент, – Мати приподняла одну бровь. – Ты тоже не полный засранец.

– У нас, кстати, в эту пятницу баскетбол, придёшь? – не задумываясь, предложил Влад, подцепляя палочками ролл с угрём.

«Баскетбол? – эйфория от приятного разговора мгновенно исчезла, перед глазами появилась самодовольно улыбающаяся Люси в форме чирлидера. – Нет уж, я же пообещала себе…»

– Ничего не выйдет, – девушка отвела взгляд и некоторое время смотрела в окно на освещённый солнцем парк. – Давай проясним, – Мати снова посмотрела на парня, который терпеливо ждал, пока она соберётся с мыслями. – Этот обед – первый и последний раз, когда мы проводим время вместе, – Матильде почему-то стало грустно, но она отмахнулась от этого чувства. – Больше я тебе ничего не должна. И видеться с тобой в дальнейшем не хочу! – последние слова прозвучали слишком резко и даже истерично.

– Это ещё что за заявление? – Владислав нахмурился, но продолжил спокойным тоном: – Ты слишком много о себе мнишь! Не принимай вежливость за флирт или какой-то намёк. И ещё, если уж говорить про долги, – его бледно-розовые губы изогнулись в наглой ухмылке. – Копеечным обедом за такое не расплатиться!

«За такое что? Сам предложил, а теперь потешаешься?! Как же ты меня бесишь! – внутри, погребая под своим жаром хорошее настроение, закипала обида. – Так и знала, что ничего хорошего от него ждать не стоило!» – Матильда вскочила с места, достала деньги из сумки и в порыве злости швырнула их на стол. – Сдачи не надо! Я обещала обед – получите, распишитесь! – задвинув кресло так, что оно чуть не перевернулось, она уверенно зашагала к выходу.

– Психичка! – успел крикнуть ей вслед Влад.

4

Колыбель для Кисы

Взгляд Кисы

Пробиваясь через не до конца задёрнутые шторы, дневное солнце освещало небольшую комнату. Его лучи паутиной падали на пол, выхватывая из темноты фрагменты обстановки. На полу валялись скомканные тряпки. В самой большой из них угадывалось «тигриное» платье. Рядом притаились вывернутые наизнанку колготки. Тут же были брошены туфли на таких высоких каблуках, что напоминали скорее пыточное орудие, а не обувь. С прикроватного столика свисал, кажется, целый килограмм разномастной бижутерии. Очевидно, хозяйка комнаты пришла лишь под утро. Ей едва хватило сил скинуть с себя одежду, прежде чем завалиться спать. Так она и лежала, укрывшись одеялом с головой и почти не шевелясь. Картину довершала лысая кошка, свернувшаяся клубком рядом с женщиной.

Внезапно тишину прорезал звук будильника. Укрытый одеялом комочек зашевелился, и через мгновение из-под стёганого коричневого атласа показалась рука, тут же принявшаяся слепо шарить по тумбочке в попытках нащупать телефон. Наконец справившись, рука юркнула обратно, утаскивая смартфон под одеяло. Отключив раздражающее пиликанье и с трудом разлепив глаза, Киса сонно посмотрела на экран телефона:

«Бли-и-и-н. Уже три часа. Нужно вставать».

С недовольным вздохом она резко откинула одеяло и села на кровати, невольно сощурившись от луча, бившего прямо в глаза. Движения потревожили лысую кошку, которая, лениво потянувшись, соскочила с кровати и потрусила в сторону мисок, не забывая при этом орать как потерпевшая.

– Сейчас, сейчас я тебя покормлю, подожди, – пробормотала хозяйка, пытаясь нащупать ногой домашние тапочки.

Вспомнив, что они так и остались вчера в коридоре, она босиком пошлёпала на кухню. Поставив чайник и насыпав в чашку три ложки растворимого кофе, Киса полезла в холодильник за кормом. Однако не найдя его, вспомнила, что последний пакет закончился ещё вчера, а купить ещё она забыла. Чтобы как-то выйти из положения, она порезала относительно свежую колбасу и высыпала кубики в миску. Животное принюхалось и, бросив на хозяйку недоверчивый взгляд, всё же принялось за еду. Киса в это время направилась в ванную.

«Чёрт. Опять не смыла косметику», – подумала она, рассматривая отражение в зеркале: тени для век осыпались, а чёрный карандаш размазался вокруг глаз, создав тёмные круги; красная помада съелась, оставив лишь некрасивую корку в уголках рта. А вот дорогой тональник держался стойко. Впрочем, смыв его, женщина обнаружила на коже раздражение – плата за забывчивость.

Чайник закипел. Залив кипятком растворимые гранулы, она уселась на диван и принялась листать последние новости в социальных сетях. То и дело в ленте попадались фотографии прошлой ночи.

«Типичный вечер в “Клыках”», – думала она, рассматривая очередное фото.

На нём она сама и две разнаряженные девчонки делали губки уточкой, выгнув спину под таким углом, будто пробовались на роль в «Изгоняющем дьявола». Под фотографией красовалась подпись: «Мы с Кисой в “Клыках”». Кто они, Киса помнила смутно. По долгу службы ей приходилось разговаривать с сотнями людей. Многие из них просили сфотографироваться. Поэтому она не утруждала себя их запоминанием. А вот посетители, напротив, знали даже, как её зовут, точнее прозвище. Собственное имя казалось Кисе простецким, и она им не пользовалась.

Посмотрев ещё несколько секунд на фотографию и с удовольствием отметив, что выигрывает на фоне двух других девушек, она лайкнула пост и стала листать дальше. Советы по уходу за волосами и модные луки сменялись упражнениями для идеальной попы и чудодейственными диетами. Киса так увлеклась этим занятием, что совершенно забыла о времени. Только когда её взгляд случайно упал на время, она поняла, что сидит так уже два часа.

Подскочив с дивана, женщина кое-как оделась и побежала в ближайший магазин, где купила несколько пакетов кошачьего корма и немного овощей. Прибежав домой, она ещё раз покормила ненасытную кошку и принялась готовить салат на скорую руку. Уже пора было собираться на работу, и Киса постепенно возвращала свой привычный образ: душ, укладка, макияж, подходящая одежда. В этот раз она остановила свой выбор на леопардовых леггинсах и топе, который имел чисто номинальную функцию, так как не прикрывал ровным счётом ничего. В общем-то, бóльшая часть её гардероба состояла из вещей со звериными принтами. Это было что-то вроде рабочей униформы, отвечавшей атмосфере клуба, что Кису вполне устраивало: ей и самой нравился подобный стиль. Женщине казалось, что так она больше походит на звериных, и многие посетители «Клыков» поддерживали эту иллюзию постоянным вниманием и комплиментами. Наконец приведя себя в порядок и оставив еды питомцу, Киса заперла квартиру и летящей походкой направилась к машине.

Уже за рулём она вдруг вспомнила об одном важном деле: «Да твою ж мать! Кредит за машину опять не заплатила. Завтра уже последний день. Ладно, как проснусь, первым делом в банк», – успокоив себя таким образом, она покатила в сторону работы.

На парковке у клуба было практически пусто, так что удалось выбрать место получше. Закрыв машину, Киса попыталась убрать ключи в сумку, но та выскользнула из руки, и всё содержимое высыпалось на асфальт. Ругаясь про себя, женщина быстро покидала всё обратно и направилась ко входу.

Внутри персонал уже готовился к открытию: официанты протирали столы, девочки разминались перед танцами. Киса знала, что хозяина ещё нет. Эд никогда не приходил так рано, а потому вопросы, связанные с подготовкой заведения к появлению посетителей, ложились на неё. Она была тут вроде администратора и заместителя в одном лице. Поздоровавшись со всеми разом, женщина прошла к стойке, где бармен протирал стаканы.

– Кофе? – спросил он вместо приветствия.

– Да, только покрепче, – ответила Киса, присаживаясь.

– Правильный настрой на рабочий лад. Принести пару сэндвичей?

– Не, я на диете.

– Да куда тебе, и так кости торчат.

– Ещё пару кило, и всё. Кстати, быстро они всё тут восстановили, – добавила она, чтобы перевести тему, указывая пальцем на ВИП. – Стрёмная какая-то история. Жалко, я снаружи была. Говорят, они там напились до чёртиков или нанюхались чего-то.

– Я был здесь, но всё равно ничего не понял. Видел только, как брат Эда выпал из окна, – поставив перед собеседницей чашку, мужчина безразлично пожал плечами. – Потом я выбежал со всеми на улицу.

– Да уж. Думала, после этого посетителей вообще не будет. Так нет. Слетаются как мухи. Их хлебом не корми, дай на разборки посмотреть, – подытожила Киса, отхлёбывая кофе.

– Всё мечтают увидеть звериных во всей красе, – усмехнулся бармен.

Киса вежливо улыбнулась, про себя, однако, отмечая, что в этом маленьком любопытстве ничего плохого нет.

Закончив с бодрящим напитком, она проверила состояние клуба. Убедившись, что всё готово к открытию, женщина вышла на улицу. У входа уже начал собираться народ. К часу ночи клуб был полон, и это несмотря на будний день. Среди посетителей было много завсегдатаев.

– И как они умудряются с утра идти на работу? Меня после ночи и гонгом не разбудишь, – посетовала она одному из охранников.

– Ки-и-иса, ты, как всегда, прекрасна, – двое парней поравнялись со входом. Киса знала их, они частенько тусили в «Клыках», хотя имён она не помнила. – Ну, как там сегодня? – спросил один из юношей, кивая в сторону клуба. И, не дожидаясь ответа, добавил: – Как закончишь, подходи к нам, угостим тебя чем-нибудь.

– Посмотрим, – равнодушно ответила женщина, натянув дежурную улыбку. – «Колхозники, блин».

Спустя некоторое время, оставив вход на охранников, Киса зашла внутрь и, выпив ещё чашку кофе, направилась в туалет. Встав перед огромным зеркалом в старинной раме, она стала поправлять макияж. Ей осталось только нанести помаду, которой в сумочке не оказалось.

«Я же точно её ложила. Вот блин, засада, – тут она вспомнила про инцидент на парковке. – Походу, вывалилась с остальным барахлом и закатилась куда-нибудь. Я ж её только купила. Обидно, нужно поискать».

Предупредив охранника, что отойдёт, Киса вышла на улицу и завернула за угол. До парковки было метров двести. Напротив располагался небольшой парк. Женщина шла вдоль него, как вдруг услышала какой-то шорох сзади. Она резко повернулась и бросила взгляд на зелёные насаждения, где, как ей показалось, был источник шума. Однако, не увидев ничего необычного, Киса продолжила путь, инстинктивно ускорив шаг. Дойдя до машины, она присела на корточки и, освещая землю телефоном, принялась шарить рукой в поисках пропажи. Потерянная помада вскоре нашлась за одним из колёс.

Обрадовавшись, она уже собиралась было подняться, как вдруг услышала звук, похожий на тихое рычание.

«Только бешеных собак тут не хватало», – подумала женщина, осторожно выглядывая из-за машины.

Никаких собак не было видно, а звук стих так же внезапно, как начался.

Выпрямившись во весь рост, Киса сделала несколько шагов в обратном направлении, но, заметив боковым зрением какое-то движение у одной из машин, остановилась и повернула голову. К своему невероятному облегчению она увидела человека и, узнав в нём одного из тех двоих «колхозников», поспешила ему навстречу, втайне радуясь, что не придётся возвращаться одной.

– Давно тут стоишь? Ты ж ещё не уходишь? Кто-то, помнится, обещал угостить меня… Где, кстати, твой друг? – выдала она на одном дыхании, поравнявшись с парнем.

Ответа не последовало. Киса взглянула ему в лицо, и у неё перехватило дыхание. То, что она видела перед собой, не было человеком. Оно слишком сильно напоминало животное. Женщина оцепенела, её взгляд приковали ярко-красные глаза. Из-за специфики своей работы она встречала звериных, но с этим парнем было явно что-то не то… Интуиция подсказывала, что нынешняя встреча до добра не доведёт.

Внезапно позади послышался какой-то стук, будто что-то ударилось о крышу машины. Раздался рык, похожий на тот, что она слышала ранее. Всё произошло молниеносно: нечто прыгнуло на Кису сзади, она упала, потеряв равновесие, и со всего размаху ударилась лицом об асфальт. Когти существа полоснули по спине, острая боль парализовала сознание, не давая закричать. Что-то тёплое заструилось по покрытой ледяным потом коже.

В панике она попыталась вырваться. Ей даже удалось приподняться, опершись на локти, прежде чем одно из существ кинулось к ней и, схватив за волосы, ударило головой о капот машины.

Что происходило дальше, Киса не знала. Видимо, она отключилась на какое-то время. Вокруг было темно. Женщина попробовала открыть глаза, но не смогла. Руками пошевелить тоже не вышло, она их попросту не чувствовала. По всему телу разлились тяжесть и жгучая боль. Кисе ничего не оставалось, кроме как лежать и прислушиваться. До неё всё ещё долетал сдавленный рык, но помимо него были слышны и обрывки чьей-то речи:

– …что они тут устроили?!

– …лучше следить… Хищники…

Киса не понимала, о чём говорят эти люди, но один из голосов казался ей знакомым… Однако сил на то, чтобы вспомнить, кому он принадлежит, уже не осталось. Единственное, что она ощущала, – сильный холод, который постепенно распространялся по телу, подступая всё ближе к сердцу. Она понимала, что с ней происходит что-то серьёзное, но никак не могла сообразить что.

Мысли путались всё больше, сознание потихоньку ускользало. В какой-то момент Киса вспомнила о неоплаченном кредите: «Сегодня же последний день. Я, наверное, опять не успею заплатить…»

– Неважно, – успокоил её внутренний голос. – Это уже неважно.

5

Главное не победа

Взгляд Эдмона

«День явно не задался».

Настроение портилось с той же скоростью, что и погода. Эдмон вальяжно сидел в кресле и, положив одну ногу на стёганый кожаный пуфик, смотрел в окно на сгущающиеся тучи, уже не слушая Марка, который, с видом побитой собаки, пытался оправдаться.

«Стоило оставить всё без присмотра на пару дней и на тебе… Забавно, я ведь уже почти забыл про эту девку».

Пошёл сильный дождь, и в комнате, освещённой лишь настольной лампой, стало совсем темно.

– …это было просто не в моей власти! Всё эта сучка!

Эд, не поворачивая головы, перевёл взгляд на Марка, и его синие глаза блеснули в тусклом свете лампы: «Да, я вижу. Похоже, её каблук крепко стоит на твоих яйцах…»

– Эта председательша всё предусмотрела… – зампред всё никак не затыкался, в его светло-карих, почти жёлтых глазах читалось отчаяние. – Ещё чуть-чуть, и у меня бы получилось обставить её! – он говорил и говорил, будто умоляя его пощадить, хотя Эдмон всё так же сидел на месте и молча сверлил его взглядом.

– Если бы не твой брат, всё бы получилось! – выпалил Марк, всё глубже вдавливаясь в диван.

Тень скрывала лицо Эда, будто создавая тёмную ауру, сгущающуюся вокруг него.

– Я поручил тебе избавиться от этой занозы, – ледяное спокойствие звучало в глубоком голосе. – Одно. Простое. Задание. Все карты были у тебя на руках, а ты заявляешь мне, – Принц привстал, и его лицо озарил свет: губы, обычно растянутые в приветливой улыбке, безобразно искривились, от раздражения на лбу вздулись вены, – что ей всё сойдёт с рук?! – он треснул кулаком по столу, от чего лампа зашаталась.

– Н-но ей вынесли последнее предупреждение! Ещё один срыв, и исключение! – постарался хоть как-то поправить ситуацию уже изрядно вспотевший от напряжения Марк.

– Даже так? – Эдмон снова откинулся на спинку кресла, но взгляд его всё ещё был холоден. – Я сообщу, когда ты мне понадобишься, а пока не попадайся мне на глаза, – Марк облегчённо выдохнул и поспешил убраться из квартиры Принца.

* * *

Почти час Эд сидел неподвижно, пытаясь подавить пульсирующую внутри злобу, которая то немного успокаивалась, то накрывала с новой силой. До этого ему, в общем-то, было плевать на девчонку, но выставлять себя дураком он не позволял никому и никогда. В голове роились мысли о том, как показать председателю ВСС, что не стоит переходить ему дорогу. Кроме того, его брат тоже заслужил порцию показательных звездюлей. И конечно же, Эдмон ни в коем случае не забыл про главную виновницу всей этой истории. Впрочем, её исключение теперь казалось просто вопросом времени. За последние пару недель у него накопилось порядочное количество негатива, и теперь вся эта агрессия должна была найти выход. А тут как раз нарисовалась отличная мишень.

«С самого начала не стоило поручать это Марку. Прописная истина: если хочешь, чтобы что-то было сделано как надо, – делай сам».

Из глубокой задумчивости его вывел внезапно включившийся свет – в гостиную зашёл мокрый от дождя Влад.

Двоюродные братья жили вместе с самого детства. Когда отец Эдмона привёл Владислава в их дом, тому было лет девять, а Эду одиннадцать. В то время Принцу было жаль этого всклокоченного мальчика со слишком недоверчивым взрослым взглядом. Хотя это ощущение быстро прошло. Тем более, кроме взгляда, от рассудительного взрослого во Владе не было практически ничего. Но, несмотря на всеобъемлющую инфантильность кузена, чем взрослее они становились, тем сильнее становился дух соперничества – двум сильным волкам очень сложно поладить. А ведь в детстве они были хорошими друзьями.

– Хай, – бросил Влад, зачёсывая назад мокрые волосы.

Эд проигнорировал небрежное приветствие: – Тебе не стоило вмешиваться, – он не моргая смотрел на брата.

– Что? Куда?

– Ты прекрасно знаешь, о чём я, – Принц усмехнулся. – Совет, который проходил в понедельник. Мне вот интересно, зачем ты выгородил эту ненормальную?

– Никого я не выгораживал! – Влад сел на диван и безразлично посмотрел на Эдмона, который в этот момент был больше похож не на Прекрасного Принца, а, скорее, на владыку Преисподней.

– Только благодаря твоему «своевременному» появлению всё разрешилось так удачно для… как её там?

– Матильда, – процедил юноша сквозь зубы.

– Для Матильды, да, – Эдмон холодно улыбнулся.

– Я тебе не мальчишка, чтобы ты меня отчитывал! – Владислав повысил голос, он ненавидел, когда брат начинал строить из себя вожака. – Что, по-твоему, мне надо было сделать, когда меня позвали на совет? Сказать, что она меня избила до полусмерти, чтобы только всё пошло так, как тебе нужно? Мне бы чувство собственного достоинства не позволило!

«Ну конечно, как же я мог забыть про эту твою всеобъемлющую гордость!» – Эд решил дать брату выговориться.

– И я сделал это не зря! На самом деле, она неплохая девчонка, хоть с нервами у неё и правда беда, – Влад отвёл взгляд и непроизвольно улыбнулся, вспомнив их разговор о литературе.

«Это ещё что за дебильное выражение? Не-е-ет, только не говорите мне… – Эдмон ухмыльнулся, но, скорее, зловеще, так как понял то, что брат, по его мнению, осознает ещё не скоро. – Пришло время для превентивных мер. Пока эта его улыбочка не превратилась в препятствие, нужно срочно избавиться от источника проблем…» – Принц хитро прищурился.

– Неужели, она тебе понравилась?! – с картинным изумлением воскликнул он, прекрасно зная, как заставить бастовать огромных тараканов в голове братца.

Ожидаемая реакция произошла мгновенно. Улыбка стёрлась с лица, Влад поднял глаза и негодующе уставился на кузена: – Тебе она, случайно, тоже не накостыляла? – серьёзно проговорил он. – Не пори чушь! Понравилась она мне, – парень откинулся на спинку дивана. – Ага, как же.

«Как я и думал. Эх, Владислав, ты не меняешься, тобой так просто манипулировать!» – Ну тогда ты не будешь против, если я ей займусь? – Эдмон поднялся с кресла и, подойдя к брату, покровительственно положил руку ему на плечо.

Влад тут же стряхнул её: – Делай, что хочешь, вмешиваться не буду! Главное, меня в свои планы не втягивай, – резко поднявшись с дивана, он направился к себе.

– Вот и отлично!

Теперь, когда он успешно устранил назревавшую проблему, целью номер один стало скорейшее исключение Матильды. Но сначала Эду нужно было немного выпустить пар. Требовалось срочно кого-то «наказать», и он знал, что ему поможет… Набрав номер одной из танцовщиц, парень быстро дал привычные указания и стал собираться в клуб.

* * *

В «Клыках» было непривычно тихо: в такое время ещё не было посетителей, из присутствующих – только персонал. Было семь вечера, Эдмон редко приезжал так рано, но, когда это происходило, никто не смел мешаться под его ногами – не хотели попасть под горячую руку. Хозяин клуба быстрым решительным шагом направился к себе в кабинет. К его приходу всё уже было готово: комната освещалась слабым светом, на столе красное вино и фрукты, а вот его кресло почему-то было повёрнуто к стене.

– Зачем ты отвернулась? – отчеканил Эд властно, расстёгивая рубашку. – Иди сюда, ты знаешь, чего я хочу, – он уже принялся за ремень, когда кресло стало двигаться по часовой. Парень замер от неожиданности: за столом сидела не та девушка.

Блондинка в обтягивающей кофте из розового трикотажа в рубчик мило улыбалась: – Слабоватая прелюдия, – протянула она.

Полуголый парень её ничуть не смутил, она смотрела прямо на него, не собираясь отводить взгляд, а на светлом, словно фарфоровом, лице не было даже намёка на румянец.

«Какого хрена тут происходит?» – Ты сегодня на подмене? – Эдмон отпустил ремень и, скрестив руки на груди, нагло улыбнулся. – Учти, я не сплю с кем попало.

Принц узнал её сразу, но решил не подавать виду. Они много раз сталкивались в универе, но до сих пор ни разу не разговаривали. Не было, так сказать, общности интересов.

Непроницаемая улыбка так и осталась на лице девушки, а вот глаза гневно блеснули: – Ния Ли Уортли – председатель ВСС, будем знакомы! – сказала она, поднимаясь с кресла. – А ты… Эдмон, правильно?

Эд не сомневался, что и она его узнала, но оба решили играть в эту игру до конца.

– Да, так и есть, – он подошёл к своему столу, попутно застёгивая рубашку, и занял освободившееся место.

Юноша внимательно оглядел собеседницу: белые джинсы привлекали внимание к округлым бёдрам, треугольный вырез кофты открывал вид на ложбинку пышной груди, волосы ниспадали золотыми волнами… Непроизвольно он присвистнул про себя.

– И что же привело председателя студенческого совета в моё скромное заведение? – тонкие губы растянулись в самой очаровательной улыбке, имевшейся в запасе Принца.

– Вчера мне сообщили, что пропало двое молодых людей, – Ли Уортли встала напротив, и, хотя их разделял письменный стол, у Эдмона было ощущение, будто она довлеет над ним. – Свидетели говорят, что они завсегдатаи твоего клуба, – Эд хотел было что-то сказать, но председатель предупредительно вскинула указательный палец, не давая себя перебить. – Меня бы не интересовала эта ситуация, но ты же знаешь, какими вопросами занимается совет? – она сделала паузу и многозначительно посмотрела на собеседника, призывая его ответить.

– Делами звериных, – ответил тот спокойно, хотя почувствовал себя так, будто вдруг оказался на госэкзамене. – «А ей палец в рот не клади, неудивительно, что Марк не справился».

– Да, да, всё верно. Те двое звериные. И я пришла просить содействия, – девушка протянула ему руку. – Надеюсь, ты не против сотрудничества с ВСС.

– Сделаю всё, что в моих силах, – Эдмон пожал нежную ладонь, которая оказалась очень холодной, будто не человеческой вовсе. – «У неё, похоже, температура ниже плинтуса, – он внимательно посмотрел на Нию, её лицо сияло здоровьем – никаких признаков недомогания. – Странная она…»

– Вот и договорились, – Ли Уортли одёрнула руку, и Эд, который всё это время не отпускал её, наконец опомнился, а председатель продолжила: – Я знаю, что ты отсутствовал несколько дней…

– Да, уезжал по семейным делам в другой город. – «Ведёт себя как следак… и она уже достала «тыкать»!» – Думаю, вам стоит поговорить с моим администратором, она лучше осведомлена в таких делах.

Эдмона изрядно притомило общение с этой женщиной, и он спешно набрал номер Кисы: «Телефон абонента выключен или находится…»

– Странно.

– Что-то не так? – Ния наконец перестала нависать над столом и присела на диван у стены.

– Пока не знаю, – хозяин клуба набрал другой номер – начальника охраны. После двух гудков трубку подняли, и Эд тут же проговорил: – Мне срочно нужна Киса, где она?

– Её ещё нет, – коротко ответил хриплый голос.

– Что значит, ещё нет?

– Ей вроде вчера стало дурно, и она уехала… Сегодня ещё не появлялась.

– Отсутствует со вчерашнего вечера? – то, что отвечал охранник, юношу абсолютно не устраивало, и с каждым вопросом он хмурился всё больше. – «Да что за херня тут творится?!» – Приготовь мне записи с камер наблюдения, мы сейчас подойдём, – он повесил трубку и обратился к Нии: – Похоже, администратор приболела, придётся мне провести для вас маленькую экскурсию, – Эдмон улыбнулся и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Председатель встала, и Принц жестом пригласил её выйти из комнаты. – Прошу.

* * *

Кабинет охраны больше напоминал шпионское логово: маленькая комната с металлическим столом, на стене висели штук десять небольших мониторов, на которых просматривался весь клуб. Несколько шкафов, забитых какими-то коробками, ещё больше сужали пространство и без того крохотного помещения.

– Ты нашёл записи? – обратился Эдмон к невысокому седому мужчине лет сорока.

Охранник вздрогнул от неожиданности: – Этого дня нет, босс, – еле слышно сказал он.

– Что значит нет? – Эд подскочил к основному компьютеру и, вырвав мышь из рук мужчины, провёл несколько манипуляций. – Ни одной записи! – его глаза округлились от недоумения.

– Не верю я в совпадения. Похоже, кто-то уже тут пошуршал… – Ния, которая тоже подошла к столу, в задумчивости наматывала локон пшеничных волос на палец. – А куда, говорите, делась администратор? – она обратилась к охраннику.

«Даже к нему на “вы” обращается! И взялась уже командовать! – охранник вопросительно посмотрел на Эдмона, тот кивнул, как бы разрешая ему ответить. – Видела? Никто тут и пальцем не пошевелит без моего разрешения!»

Ния даже бровью не повела.

– Вчера Киса сказала, что выйдет ненадолго, а потом отправила СМСку, что ей стало плохо, и она поехала домой.

– Понятно, – Ли Уортли обратилась к Принцу. – Дашь мне знать, когда она появится?

– Всенепременно, – отчеканил тот и, подойдя к выходу, открыл перед Нией дверь.

Как подобает гостеприимному хозяину, Эд проводил председателя до самой парковки. И был крайне удивлён, когда увидел её средство передвижения.

«Что это за убожество?» – Интересный выбор для девушки!

– Так себе комплимент для Принца! – ответила Ния и, дав по газам с такой силой, что её железный конь чуть не встал на дыбы, уехала.

Эдмон не спеша вернулся в клуб. Эта надменная блондинка выбесила его ещё больше. Вечер не складывался, нервы были на пределе.

Он зашёл в кабинет. На столе в красном кружевном белье его ждала не явившаяся вовремя (или, скорее всего, выдворенная председателем) гоу-гоу. Она тяжело дышала, её длинные светло-русые волосы слегка растрепались, полные розовые губы были приоткрыты от желания: зная нрав Эдмона, танцовщица выполнила все указания и подготовилась как следует.

Принц не сказал ни слова, он молча подошёл и, грубо схватив её за шею, притянул к себе. Его поцелуй был агрессивным и настойчивым, дыхание сбилось ещё больше. Эд с силой держал её, не давая отстраниться слишком далеко.

«Красивая, но не похожа… Глаза карие, но не такие большие, волосы русые и не такие длинные… Слишком яркий макияж…»

Пока хозяин клуба рассматривал её, девушка уже расстегнула ему рубашку и брюки. Таким раздражённым она его видела редко, от этого было немного страшно, но в то же время адреналин делал все ощущения ещё ярче.

Он вошёл в неё резко и сильно, от чего сдавленный стон сорвался с губ и, звеня, завис в комнате. Принц не видел танцовщицу, перед его глазами стоял образ женщины на розовом «Эндуро». Остановившись лишь на секунду, юноша схватил её за волосы, его движения стали быстрыми и настойчивыми – это была злоба, перемешанная с желанием и возбуждением, – жгучий коктейль, из-за которого Эду хотелось не просто обладать девушкой, ему хотелось показать, кто здесь хозяин.

Взгляд Матильды

«Я проклята, – думала Мати, сидя на паре естествознания. – Ну почему первым делом с утра я должна лицезреть эту нахальную рожу?!»

Утром, когда Матильда, как всегда опаздывая, металась по комнате в поисках расчёски, её вдруг осенило. Она вспомнила, что на первую пару её группа ходит вместе с группой Влада. Стоило только подумать о нём, и девушку начинало трясти от бессильной злобы. В какой-то момент Мати твёрдо решила прогулять занятие и даже сказала Хею идти без неё. Однако, посидев ещё минут пятнадцать, она подумала о профессоре Рейвене. Это был её любимый преподаватель. Он мог сделать увлекательным даже такой мало интересующий Матильду предмет, как естествознание. Плюс, за каждый пропуск снимались баллы, довольно важные для итогового экзамена. В конце концов совесть совсем загрызла Мати, и девушка, спешно одевшись, побежала на учёбу.

Опоздав в этот раз даже больше обычного, она гордо прошла в аудиторию, пообещав себе даже не смотреть в сторону Владислава. Но её плану не суждено было осуществиться. Все давно расселись, и в небольшой аудитории осталось только одно свободное место. По иронии судьбы, как раз рядом с тем, кого она собралась избегать. Поняв, что выбора нет, Матильда с видом приговорённого к каторге подошла к парте. Тут же она обнаружила, что стул не совсем свободен – на нём лежал чёрный спортивный рюкзак. Никаких попыток убрать его Влад не предпринял.

«Какого фига ты тут разложил свои пожитки?! Типа, мне тут не рады. Можно подумать, я в восторге! – и дабы показать, как ей противна даже мысль прикасаться руками к его вещам, она демонстративно наступила на рюкзак ногой, а затем одним точным движением скинула его на пол. – Ну, что ты теперь скажешь?!»

– Ты какого хера творишь? – раздался возмущённый шёпот из-за парты, стоящей впереди. Незнакомый студент подскочил с места, поднял с пола рюкзак и метнул злобный взгляд на Матильду. – А попросить убрать нельзя было? Больная!

Девушка перевела взгляд на Влада. Тот лежал лицом на парте, давясь от смеха. Поняв, что только что отправила в полёт чужую сумку, и покраснев до кончиков ушей, она пискнула извинения и уселась.

– Психичка, – прошептал рядом ненавистный голос.

– Пошёл к чёрту! – огрызнулась Мати.

Следующие минут тридцать она внимательно слушала преподавателя. Профессор Рейвен, отвечая на вопрос одного из студентов, самозабвенно вещал о последствиях глобального потепления. Вот уж кем Матильда восхищалась до глубины души. Ей всегда нравились увлечённые люди, а он был настоящим фанатом своего дела. Будучи профессором химии, мог целыми днями не вылезать из лаборатории, писать статьи в научные издания, проводить исследования. Вид у него был довольно каноничный для фанатичного учёного: непослушные каштановые волосы доставали почти до подбородка; на лице практически всегда – двух-трёхдневная щетина; слегка уставшие, но очень добрые глаза… Завершал весь этот образ белый халат, который он часто просто забывал снимать после долгих трудов в лаборатории. Но, несмотря на свою неряшливость, профессором он был образцовым: стремясь поощрить в студентах тягу к знаниям, всё время организовывал какие-то конкурсы, проекты, возил учеников на экскурсии и был просто отличным парнем, всегда готовым выслушать и дать дельный совет. При этом Рейвену не было ещё и сорока. Отчасти поэтому многие студенты пытались панибратствовать с ним, что ставило мягкого по своей природе мужчину в сложное положение, особенно в период экзаменов. Мати всегда сочувствовала профессору.

«Лично я никогда бы не позволила из себя верёвки вить таким… таким, как этот, – она бросила взгляд на Влада. Юноша дремал, подперев подбородок рукой. – Преподаватель тут перед ним распинается, а он… Подъём, спящая красавица!» – в этот момент Матильда, что есть сил, наступила парню на ногу. Тот, не ожидая подобного, резко подскочил на стуле, обратив на себя внимание всей аудитории.

– Хочешь поделиться с нами своими соображениями, Владислав? – спросил Рейвен, которого эта выходка прервала на полуслове.

– Нет, извините, – пробормотал Влад.

– Тогда продолжим, – профессор поправил очки в коричневой оправе и вернулся к рассказу.

– Что, кошмар приснился? – съехидничала Мати.

Владислав только оскалился.

Девушка же, реабилитировавшись после сцены с рюкзаком, целиком погрузилась в занятие.

Рейвен ещё немного поговорил сам, а затем попытался втянуть остальных в обсуждение глобальных проблем современности. Дебаты протекали довольно вяло. Студенты включались в дискуссию, лишь когда профессор поимённо обращался к ним. Мати решила спасти положение и сама подняла руку.

– Да, Матильда, – радости, отразившейся на лице преподавателя, не было предела.

– Я считаю, что глобальное потепление приведёт в итоге к прямо противоположному результату, – поднявшись с места, Мати начала пересказывать недавно виденную по ТВ научную программу. – Полярные шапки растают и, попав в мировой океан…

Внезапное прикосновение застало её врасплох. Она почувствовала, как чья-то рука проходится вниз по спине, а затем забирается под кофту, слегка щекоча кожу. Кому принадлежала рука, догадаться было несложно. Матильда уже хотела зарядить ему по беспринципной харе, но поняла, что сделать это, не привлекая всеобщего внимания, она не сможет. Они с Владом занимали последнюю парту, а с передних увидеть руку за её спиной было невозможно. По крайней мере, пока девушка не двигалась. В итоге Мати оказалась перед жуткой дилеммой: стать посмешищем для всей группы или продолжать делать вид, что ничего не происходит.

– Ты правильно начала, продолжай, – попытался подбодрить запнувшуюся студентку профессор.

– Да, Матильда, продолжай, – вторил ему издевательский шёпот.

– И попав в мировой океан… – рука прочертила линию вдоль позвоночника, – они поднимут его уровень, что уже грозит нам крупными катастрофами. Но это ещё не самое худшее, – пальцы выводили на пояснице замысловатые узоры. – Есть вероятность, что они повлияют на тёплые течения, возможно, уничтожив их, и тогда… – рука стала опускаться ниже, поглаживая округлую попу. Матильда бросила на Владислава умоляющий взгляд. Парень выглядел абсолютно безучастным, будто это и не его рука вовсе. – И тогда… – повторила Мати. Внезапно Влад с силой сжал её ягодицу, а его указательный и средний пальцы упёрлись прямо в её… – И тогда нам всем кранты! – практически прокричала Матильда и плюхнулась на место, не в силах больше выносить это издевательство.

– Ну, по сути, верно, – улыбнулся Рейвен. – Хотя хотелось бы больше аргументированности в последней части. Что ж, ещё мнения? – он продолжил опрос.

– Кажется, у тебя появились лишние конечности. Могу помочь, – едва слышно прошипела Мати. Щёки девушки предательски пылали. Она чувствовала, как просыпаются звериные инстинкты.

– Каким же образом? Выкинешь меня из окна прямо здесь?

– Лучше не искушай.

– Так, ладно. Уже время, – пробормотал Рейвен, глядя на часы. – Домашнее задание: к следующему семинару, то есть через две недели, подготовить презентацию по теме «Глобальные проблемы современности». В парах, – добавил мужчина и взял со стола толстый блокнот в кожаном переплёте и ручку. – А теперь внимательно посмотрели на своего соседа… Он и есть ваша пара. Дайте мне минуту, я запишу имена.

Бросив короткий взгляд на ухмыляющегося Владислава, Мати отвернулась, чтобы он не увидел живописного выражения её лица, которое вопило: «Это проклятье – не иначе!»

* * *

Матильда чувствовала, что щёки всё ещё горят, поэтому, едва профессор закончил, пулей вылетела из аудитории. Проносясь мимо первой парты, она, скорее из вежливости, позвала Хея, но тот, к её радости, сказал, что ему нужно обсудить что-то с Рейвеном. Выбежав из аудитории, девушка, не сбавляя скорости, двинулась к женскому туалету. Лавируя между потоком студентов, шедших по коридору, она всё же налетела на кого-то у самой двери. Не поднимая глаз, Мати буркнула извинения и проскользнула внутрь. Ей необходимо было прийти в себя. Эмоции того и гляди готовы были выплеснуться наружу. Она подошла к умывальникам и, сполоснув лицо прохладной водой, упёрлась ладонями в один из них.

Лицо пошло красными пятнами, со стороны могло показаться, что у неё жар или аллергическая реакция.

«Блин, что со мной, реагирую как третьеклашка! Хотя если я третьеклашка, то он кто? Детский сад, штаны на лямках!» – в уме снова всплыл последний эпизод их «общения».

– Чёртов извращуга! – залившись краской ещё гуще, Матильда с остервенением пнула стоявшее у её ног мусорное ведро.

Пластиковый снаряд полетел в противоположную стену, чуть не попав в неизвестно откуда взявшуюся Нию Ли Уортли. В последний момент председателю чудом удалось уклониться, и ведро со стуком врезалось в стену, рассыпав по полу всё содержимое.

– Давайте уважительнее относиться к общественной собственности, – произнесла Ния с такой интонацией, будто выступала на партийном съезде. А затем добавила уже своим обычным тоном. – Тяжёлый день?

«Я даже не услышала, когда она вошла. Интересно, как долго она тут стоит?» – Здравствуйте, председатель… – «Блин, это последний человек, который должен видеть меня злой».

– Я же сказала, зови меня Ния, – практически пропела Ли Уортли. – И, кстати, мы уже виделись, – заметив вопросительный взгляд Мати, она продолжила: – Ты налетела на меня в коридоре и была чем-то та-а-ак озабочена, вот я и решила убедиться, что всё в ажуре.

– Всё в порядке! – поспешила успокоить её Матильда. – Просто повздорила немного кое с кем.

– Кое с кем высоким, широкоплечим, обладающим печальными серыми глазами, сексуальными бакенбардами и неимоверным самомнением, я полагаю.

– Как ты догадалась? – спросила Мати, поражённая проницательностью Нии.

– Видела, как он выходил из той же аудитории. Других кандидатур на должность «чёртового извращуги» я не заметила, – председатель лукаво подмигнула Матильде, и обе девушки рассмеялись. – А вообще, ты всегда снимаешь напряжение так? – продолжила Ния, указывая на брошенное ведро.

– Стараюсь импровизировать.

– Ясно. Не люблю совать нос в чужие дела, но… Нет, вру, если честно, я обожаю совать нос в чужие дела. Это моё главное хобби, а иногда и работа, так что мне даже доплачивают, – беззастенчиво вещала Ли Уортли. – В любом случае, как ты смотришь на то, чтобы попробовать мою авторскую методику избавления от негатива?

– Звучит интересно, – пролепетала сдавшаяся под таким напором Мати.

– Отличненько. Тогда я заеду за тобой сегодня после пар, скажем, часиков в шесть. Ах да. Форма одежды – спортивная.

*Мишка, плюшевый Мишка, нас, без сомнения, ждут приключ…*[4]

– Да, Винни, есть новости? – Ния мгновенно схватила трубку и, попрощавшись одними губами, ушла.

* * *

После общения с Ли Уортли плохое настроение улетучилось, и остаток дня прошёл спокойно. Прибежав домой и приняв душ, Матильда стала собираться. В этот раз она была приятно взволнована. Дело в том, что Мати редко проводила время с другими девушками. Она выросла с Вэром и Эриком, лазая по деревьям и играя в войнушку. У неё никогда не было близкой подруги, с которой можно было бы посплетничать, обсудить мальчиков… и что там ещё обычно делают девочки. Не так давно появились, конечно, Касси и Поли, но они всегда были как бы сами по себе, а сплетничать с ними вообще опасно для здоровья.

С первой встречи Ния показалась Матильде какой-то близкой и невозможно хорошей. Может, это впечатление и сложилось просто из-за того, что на совете председатель встала на её сторону, но дневной разговор убедил девушку окончательно, и теперь она была вся в предвкушении весёлого вечера.

«Интересно, зачем спортивная форма, – думала Мати, раскладывая на кровати содержимое своего шкафа. – Скорее всего, это будет пробежка по кампусу или по набережной…»

Матильда не была особо спортивной. Она, конечно, ходила на физкультуру и по понятным причинам без проблем сдавала нормативы, но этот вид деятельности не занимал девушку. Соответственно и гардероб её не мог похвастаться обилием спортивной одежды. И всё же Мати смогла отыскать свой относительно новый костюм, состоящий из свободных плащевых штанов и такой же куртки тёмно-синего цвета. Вниз она надела свободную чёрную футболку с каким-то логотипом. С обувью проблем не возникло – девушка как раз почти всегда ходила в кроссовках. Собравшись и завязав волосы в пучок, Матильда была готова к встрече.

Ровно в шесть Ния, как и обещала, была у коттеджа. То, на чём она приехала, заставило глаза Матильды округлиться.

– Ты водишь мотоцикл? – не удержалась она.

– Как видишь, – улыбнулась Ния, сняв шлем. – Его зовут Росинант.

«Это так мило, она даже дала ему имя!» – Так тебе нравится Сервантес? – перед Матильдой замаячила любимая тема.

– Насрать на него, – неожиданно выдала Ли Уортли. – Это что за мрак? – она сделала неопределённый жест рукой, но Мати догадалась, что ремарка относилась к её внешнему виду.

– Ты же сама сказала, одеться по-спортивному.

– Да. Одеться. По-спортивному. А не замаскироваться под гастарбайтера! – Ния тяжело вздохнула. – Ладно, крошка, запрыгивай, сделаем небольшую остановку по пути. Ты ж не струсила? – она подмигнула подруге.

– Ещё чего! – бодро воскликнула Матильда и резво запрыгнула на «Эндуро».

Они надели шлемы – розовые, конечно же, – и Ния дала по газам.

* * *

Университет всегда уделял внимание спортивным успехам студентов. В центре кампуса располагался внушительный стадион, где проходили всяческие соревнования. Вокруг него было несколько строений с бассейнами, тренажёрным и танцевальным залами. Дополняли картину корт и несколько спортивных площадок. После занятий многие студенты выходили на пробежку или шли в качалку. Некоторые состояли в спортивных секциях, и вечерами у них были тренировки. Как раз в разгар этой спортивной феерии к тренажёрному залу подкатил розовый мотоцикл. Две его пассажирки, что-то весело обсуждая, зашли внутрь. Пока девушки направлялись к комнате с инвентарём, мужская половина провожала их взглядами. И там было, на что посмотреть.

Блондинка сразу бросалась в глаза. Она не просто обладала красивым личиком и аппетитной фигурой, но и знала, как преподнести свои достоинства в наиболее выгодном свете. Чёрные спортивные леггинсы обтягивали упругие бёдра, а топ, хоть и имел длинные рукава, открывал красивую спину и подкачанный пресс. На ногах у неё были розовые кроссовки, а волосы Ния убрала в сложное плетение.

Брюнетка уступала своей подруге во внешности, но и в ней было что-то очаровательное. Волосы Мати были также красиво заплетены – причёски явно делал один и тот же мастер. На ней были модные леггинсы с ярким фиолетово-голубым принтом и верх из того же комплекта. Девушка обладала шикарным бюстом, который был скрыт хитросплетением тесёмок на топе, как подарок, упакованный в праздничную бумагу: смотрится красиво, но хочется поскорее развернуть и посмотреть, что внутри.

Было тепло, и поэтому, разжившись ковриками и гантельками, Мати и Ния вышли на улицу. По дороге они обсуждали свой недавний поход в магазин спортивной одежды, где Ли Уортли буквально силой заставила Матильду переодеться. А потом шутливо жаловалась, заплетая подруге волосы, что в ней погиб великий стилист.

Погода стояла прекрасная, настроение было ей под стать, гантельки лёгкие, первые минут пять тренировки тоже, а потом для Мати начался ад. Ния была безжалостным тренером и знала кучу упражнений, от которых у Харкер уставали те мышцы, о существовании коих она и не подозревала.

«Вот сейчас я бы с удовольствием воспользовалась звериной силой».

– Ну, что скажешь? Пропали твои негативные эмоции? – спросила Ли Уортли, спустя примерно час.

– Да-а-а, вместе с желанием жить, – ответила Матильда, растянувшись на коврике. – А ещё я вспотела как свинья.

– Ты не одна такая! – рассмеялась Ния, протягивая полотенце. При этом капелька пота, выступившая на её коже, стекла в ложбинку груди, заставив наблюдавших исподтишка парней нервно сглотнуть.

С соседней площадки донеслись крики и шум.

– Да что они разорались как потерпевшие?!

– Да уж… – Ли Уортли недовольно приподняла бровь. – Точно! Наверно, там готовятся к фестивалю.

– Фестивалю?

– Рыбка моя, ты как будто в горах живёшь! К спортивному фестивалю! – пояснила председатель, заботливо поправив перекрутившийся шнурок у Мати на груди. – Он будет через пару дней. Довольно масштабное событие, кстати. Ладно, пошли посмотрим, кого там так поддерживают! – и, схватив подругу за руку, она потянула девушку к площадке.

Подойдя ближе, Матильда увидела болельщиков, наблюдающих… игру в баскетбол. В памяти сразу всплыло приглашение Влада.

«Чёрт, это что, сегодня? Я точно проклята», – стараясь не смотреть на игроков, Мати окинула взглядом заполненные болельщиками трибуны. – Не знала, что столько девушек интересуется баскетболом.

– Скорее не баскетболом, а им, – кивнула Ния в сторону площадки. – А ведь это ещё даже не фестиваль!

Взгляд Матильды непроизвольно скользнул на игроков. В одном из них она сразу же узнала Принца, тот как раз вёл мяч. Его длинные подкачанные руки ловко управлялись со снарядом, в сосредоточенных глазах блестел азартный огонёк, а как шла ему белая форма!

Принц резко остановился, обманывая соперника, и передал пас Владу, который, сделав несколько шагов, подпрыгнул и со всего размаху забросил мяч в корзину, повиснув на кольце.

– Какой попец! – прокомментировала Ния, которую игра, видимо, волновала в последнюю очередь. – Да и у второго тоже. У них вообще довольно схожее телосложение, тебе не кажется? Хотя, они ведь родственники.

– Кузены, – дополнила Мати, зная наверняка, кого оценивает Ли Уортли. Она и сама уже минут пять не сводила взгляда с этих двоих.

– Подожди меня здесь, подгоню Росинанта, – кинула Ния, как только игра закончилась, и умчалась за своим железным конём.

Взгляд Мати снова упал на площадку. Она тут же заметила Люси в чирлидерской форме, та с разбегу бросилась Владу на шею и впилась в его губы своими. Матильда отвернулась, наморщив лоб.

«Это меня не касается».

Вдруг Мати послышалось, что кто-то зовёт её по имени. Оказалось, Принц шёл прямо к ней.

– Матильда, привет, ты помнишь меня? – начал он, улыбнувшись.

– Ну конечно. Спасибо тебе за всё, Эдмон. Мне так стыдно за тот случай, – затараторила Мати, глядя на белые кроссовки парня. Ей было тяжело смотреть ему в глаза – начинало грызть чувство вины.

– Неловко признаваться, но я даже немного рад, что так вышло, – Принц подошёл совсем близко и, аккуратно взяв её за подбородок, мягко заставил поддержать зрительный контакт. – Иначе мы бы не познакомились.

В голове будто что-то взорвалось фейерверком, а сердце сильно застучало. Матильда почувствовала, как лицо наливается краской.

«Мне это снится? Он рад, что мы познакомились?»

– Тебе понравилась игра? – продолжил Эд, убрав наконец руку от её лица.

– Да, ты был нереально крут! – выпалила Мати, пытаясь справиться со смущением.

– Тогда… ты придёшь поболеть за меня на фестиваль?

– Ну, я… – замялась девушка, глядя в бездонные синие глаза.

– Предлагаю тебе взятку в виде гигантского молочного коктейля и килограмма пирожных, – Эдмон очаровательно улыбнулся.

Его рука снова легко коснулась кожи Мати, аккуратно убирая за ухо прядь выбившихся из её косы волос. От такого тёплого и нежного прикосновения по спине девушки побежали мурашки.

– Хорошо, – подавляя неловкость, рассмеялась она, – от твоего предложения просто невозможно отказаться.

– Тогда, возможно, принцесса оставит мне свой номер? – Эд пристально посмотрел на Матильду в ожидании.

– О, я… Да, конечно! – Мати продиктовала телефон и тут же добавила: – Дашь мне свой? Ну, на всякий случай…

В этот момент вернулась Ния, и Матильде показалось, что она как-то странно прищурилась, глядя на Эдмона, однако на лице подруги сияла улыбка, и чувство тут же улетучилось.

– Рыбка, нам пора, – проворковала Ли Уортли, протягивая Мати шлем.

– В таком случае не смею вас задерживать, – Принц очаровательно улыбнулся и снова ненавязчиво коснулся руки Матильды на прощание. – Я обязательно позвоню.

«С ума сойти можно!» – шумно выдохнув, Мати наконец запрыгнула на мотоцикл.

Почти всю дорогу домой, заставляя переживать странное чувство приятной неловкости снова и снова, в голове крутились его слова: «…я даже немного рад, что так вышло. Иначе мы бы не познакомились».

Вспоминая весь прошедший день – общение с Нией и встречу с Принцем, – Мати впервые за долгое время подумала, что чёрная полоса наконец-то кончилась.

Взгляд Эдмона

Воскресенье – день спортивного фестиваля. Как по заказу погода стояла отличная: голубое небо без единого облачка, приветливое солнце и тёплый лёгкий ветерок, игриво треплющий разноцветные флаги и волосы прохожих…

Весь спорткомплекс университета был разбит на несколько зон. Центральный стадион был отведён под лёгкую атлетику: забеги на разные дистанции, прыжки в длину и высоту. Два зала выделили для спортивной гимнастики, несколько помещений – для различных единоборств и, конечно же, не забыли про баскетбол: ещё пустующая крытая площадка располагалась недалеко от центрального входа.

На фестиваль съехались студенты из разных вузов – посмотреть и поучаствовать в соревнованиях. Поэтому, несмотря на выходной день, в университете было многолюдно с самого утра. Кругом, заканчивая последние приготовления, сновали организаторы, на площадках уже разминались спортсмены.

Эдмон не горел желанием приезжать к началу фестиваля и слушать все эти вступительные речи и прочую чушь. Он бы вообще появился только после обеда, ведь баскетбольные матчи были перенесены на вторую половину дня. Но, созвонившись с Матильдой и узнав, что она придёт к началу соревнований по лёгкой атлетике, он решил пожертвовать своим временем ради «благих» целей.

В девять утра Эд, одетый в белый спортивный костюм на кнопках, уже стоял у входа на трибуны, ожидая Мати.

«Ну и где она? Договорились же в девять ровно!» – парень терял терпение с каждой минутой опоздания.

Принц ненавидел ждать. Воспитанный деловыми людьми, юноша ценил своё время и время других – по крайней мере в этом он был искренен всегда. Поэтому у него просто в голове не укладывалось, что можно опоздать на заранее оговорённую встречу… тем более с ним.

Несколько минут ожидания помог убить Марк. Эдмону было скучно, и, решив проявить снисходительность, он простил ему косяк с Матильдой. Оказалось, что зампред решал бóльшую часть организационных вопросов на фестивале, поэтому крутился целый день как белка в колесе.

– Почему ты должен этим заниматься? Разве круг твоих обязанностей не ограничивается «особенными» студентами? – поинтересовался Эд, не столько из искреннего сочувствия, сколько из интереса. – Этой работой должен заниматься какой-нибудь… спортивный комитет…

– Дело в том, что управление университета считает работу с «особенными» студентами чем-то вроде дополнительных обязанностей, заявляя, что нагрузка у нас мизерная… – Марк обречённо усмехнулся, выражая своё полное несогласие. – Поэтому организация практически всех мероприятий проходит через ВСС…

Они поболтали ещё пару минут, однако вскоре Марку кто-то позвонил, и он, активно переговариваясь по телефону и в спешке роняя какие-то бумаги, удалился.

Началась церемония открытия, участников соревнований выстроили в центре стадиона как на парад. Вступительная речь, щедро приправленная высокопарными штампами о духе соревнований и дружбе между университетами, длилась минут пятнадцать. По традиции свои пять копеек вставили тренеры и представители других вузов. Затем под звуки гимна торжественно подняли флаги. На этом церемония завершилась.

В 9:50, когда Эдмон в своём воображении уже испробовал на Матильде практически все инквизиционные приспособления, она наконец объявилась. Девушка в жёлтой кофте с логотипом университета остановилась в трёх шагах от него.

– Давно ждёшь? – она улыбнулась.

– Да нет! Что ты! – ответил приветливо Эд. – Сам только недавно пришёл! – «Хочу ей что-нибудь сломать прямо сейчас. Ещё и лыбится, сучка непунктуальная!»

Из толпы позади Мати вдруг отделилась фигура в коротких спортивных шортиках поверх леггинсов и топе с номером. Цвет комплекта просто кричал о своей хозяйке.

«Термоядерная фуксия… Только её тут не хватало», – Эдмон молча поднял руку в приветствии.

– Я вам не помешаю? – Ния приобняла Матильду за плечи.

– Я думала, ты уже на стадионе!

– У меня ещё есть минут десять, – пропела председатель. – Пришла убедиться, что у тебя всё в порядке! – она многозначительно посмотрела на Эдмона, будто насквозь его видела. Парню стало немного не по себе. – Ой! Мати, рыбка моя, ты не могла бы сходить в раздевалку? – Матильда вопросительно посмотрела на подругу. – Я забыла взять воду и полотенце, боюсь, сама сходить уже не успею!

– Да, без проблем, – девушка взяла у Нии ключ от шкафчика с брелоком в виде розового пушистого кролика и отправилась за вещами.

«Сплавила её, чтобы поговорить со мной? Хитрая председательша».

Когда Матильда скрылась из виду, Ли Уортли наконец обратилась к парню:

– Я ещё не знаю, в какие игры ты собрался играть, – она мило улыбалась, но в глазах читалась угроза, – но учти, я за тобой внимательно наблюдаю.

«И когда они успели так сблизиться? Её патронаж совсем не к месту…» – О чём ты! Я просто провожу время с девушкой, которая мне понравилась! И я не…

– Надеюсь, мы поняли друг друга, – председатель поставила ногу на ступеньку и, наклонившись, завязала розовый шнурок.

«Интересно, у неё всё такое розовое?»

– Что-то не так? – Ния заметила оценивающий взгляд.

– Да нет, просто мне вдруг подумалось, – Принц хитро прищурился, – бельишко у тебя тоже розовое? – он специально сказал это громко, несколько студентов обернулось. – «Ну что, не ударишь в грязь?»

– Боюсь разочаровать тебя, – она сделала сочувственное лицо, а затем также громко и невозмутимо ответила: – я вообще не ношу белья!

У Эда чуть челюсть не отвисла от такого наглого ответа: «Непробиваемая…»

Через пару минут уже вернулась Мати. Ния, поблагодарив подругу, забрала полотенце и воду и направилась на стадион.

* * *

Устроившись на трибунах, Мати и Эд наблюдали за соревнованиями.

– Ого, а эта девчонка из параллели неплохо прыгает, – Матильда комментировала всё вокруг, не замолкая ни на минуту. – Скоро очередь Нии!

– Да, вот и посмотрим, чего стоит ВСС! – Эдмон как бы в шутку подначивал спутницу. – «Скука смертная… Ненавижу изображать заинтересованность…»

– Я уверена, она всем покажет! – Мати повернула голову и вдруг вскочила с места. – Ого! Это же Вэр?! – она начала махать руками, привлекая внимание друга. – Вэр!

Эдмон заранее позаботился, чтобы им оставили места в первом ряду, так что её точно заметили, но худой парень в синем беговом костюме старательно делал вид, что не слышит криков девушки. Получалось неубедительно, и Мати всё не унималась. Наконец, видимо, сообразив, что игнорировать подругу не получится, Вэртер нехотя направился к трибунам.

– Вэр! Как тебя-то сюда занесло? Ты же ненавидишь спорт! – она с лёту накинулась на друга, не успел тот пожать руку приветливо улыбающемуся Эдмону.

– Отстань… Я и сам не в восторге! – Вэртер был явно недоволен, что был замечен на этом празднике спорта. – Мне баллов не хватает, тренер обещал, что, если поучаствую хоть в каких-то соревнованиях, поставит зачёт.

– Да ладно! – протянула Матильда, пытаясь подбодрить друга. – Подумаешь, несколько минут позора! – добавила она, хихикнув.

– Ты сейчас вообще не помогаешь! – обиженно буркнул Вэр и нехотя поплёлся к старту.

– Не обижайся! Я буду за тебя болеть! – крикнула Мати ему вслед. – Смотри! Смотри! – она машинально взяла Эдмона за руку. – А вот и Ния!

Ли Уортли разбежалась перед прыжком в высоту, её движения завораживали: грация и сила сквозили в каждом жесте. Оттолкнувшись от земли, она с лёгкостью перелетела планку и приземлилась на мягкие маты.

– Какая же она классная! Ния! Молодец! – закричала Матильда, присоединяя свой голос к общему галдёжу трибун.

«Хм, она, действительно, неплоха… для обычного человека».

– Вот это да! Ведь правда она крутая! – обратилась Мати к Эду, не спрашивая, а утверждая.

– Да, очень крутая! – «Но не круче меня… Что-то я уже сегодня устал изображать добрячка…»

Эдмон старался изо всех сил. Его вся эта спортивная феерия особо не занимала, но было просто необходимо заполучить расположение Мати. Кроме того, думая наперёд, он знал, что такое дружелюбие с его стороны не останется незамеченным. Со временем ревность женской половины универа может добавить головной боли Матильде, что, в свою очередь, будет к месту, если вдруг его план потерпит фиаско.

Подхватив свою спутницу за плечи, Принц встал во весь рост и закричал как можно громче: – Молодец, Ния! Вперёд!

– Эй! Не прозрачные! – последовало резкое замечание сзади, и парочка быстро села на свои места.

Эдмон хотел развернуться и достойно ответить недовольному болельщику, но, когда он стал оборачиваться, его взгляд поймал знакомую фигуру, стоявшую у края трибун: «На кого это он… – Принц посмотрел в том же направлении, что и сосредоточенный Марк. – Это было предсказуемо… – зампред неотрывно наблюдал за Ли Уортли. И, несмотря на попытки это скрыть, по выражению лица и по тому, как сильно он сжимал папку, было видно: парень переживает за председателя всей душой. – Рассказывал мне, какая она сука, а у самого слюни чуть не до пола. Эх, любитель блондинок, да ты у нас мазохист. Только уровень не твой. Обречонка – обожаю!»

Начались соревнования по бегу. Мати искренне болела за Вэра, который, кстати, бежал по крайней мере не последним. Девушка так активно поддерживала друга, что через несколько минут у неё сел голос. Забег, в котором участвовал Вэртер, подходил к концу, впереди бежали двое: неизвестные Матильде спортсмены в зелёной форме, а вот ещё один юноша, нагоняющий их, показался знакомым…

– Это что, Хей? – её глаза округлились от изумления.

Хотя они и виделись в пятницу, тогда Мати, занятая собственными переживаниями, не заметила больших изменений: вроде такой же крупный, с несуразной причёской… Панда всегда носил просторные толстовки и широкие джинсы, которые скрывали его тучную фигуру. Но сейчас, в новом спортивном костюме, было видно, что он похудел, щёки сдулись, лицо стало более мужественным, а вместо причёски «под горшок», на голове был короткий высветленный «ёжик».

– Да не-е-ет, не может быть такого! Просто похож, наверное, – ответила она сама себе и снова устремила своё внимание на Вэртера, который бежал из последних сил.

Соревнования по лёгкой атлетике закончились, Ния заняла первое место в прыжках, Вэр пришёл третьим… с конца в беге на восемьсот метров. Было уже почти двенадцать, поэтому, не дожидаясь окончания церемонии награждения, Эдмон и Мати выбрались с трибун и направились к баскетбольной площадке. В нескольких метрах от здания их нагнала Ния.

– Поздравляю с победой! – Матильда обняла подругу, на шее которой висела внушительная позолоченная медаль.

– Спасибо! – ответила председатель без тени смущения. – На самом деле я не очень довольна. Последнюю попытку запорола… – протянула недовольно она. – Было ощущение, что кто-то за мной неотрывно следит…

– Издеваешься?! Спроси лучше, кто за тобой не следил! Твой адский розовый бьёт по глазам на расстоянии в десять километров! – внезапно выпалил Эдмон, активно жестикулируя руками.

Подруги удивлённо уставились на него, уж больно резко прозвучало это высказывание. Обычно невозмутимый Принц и сам не ожидал, что ему так резко сорвёт крышу, поэтому выглядел столь же ошарашенно, что и девушки.

– Ладно, пошёл я в зал, а то разогреться не успею! – под недоумёнными взглядами подруг Эд спешно ретировался.

* * *

Матч прошёл на ура: крики болельщиков, азарт игры… «Белые львы» выиграли с большим отрывом. Было только четыре часа, так что команда решила сходить в кафе – отпраздновать очередную победу и отдохнуть. Матильда не хотела идти с ними из-за Влада, кроме того, Ния ушла по делам ВСС… но Эдмон быстро её уговорил (обаянию Принца невозможно было противиться).

По дороге в кафе команда бурно обсуждала самые красочные моменты прошедшего матча.

– Да, хорошая была игра! Энергия до сих пор бьёт ключом! – Влад был в отличном настроении. – Может, завернём на открытую площадку по дороге и ещё партеечку?

«Ох, Влад, да ты сегодня как нельзя кстати со своей гиперактивностью!» – Я за! – Эдмон, довольный таким развитием событий, быстро подхватил идею. – Ну что, поиграем?

– Почему бы и нет, времени много! – Берти всегда вставал на сторону Принца.

Остальные члены команды не стали возражать.

Компания свернула в парк и спустя время подошла к баскетбольной площадке, огороженной сеткой. В этот день там было тихо, похоже, фестиваль привлёк всю местную молодёжь.

Не теряя времени даром, братья (как негласные лидеры) выбрали игроков: в свою команду Эдмон взял Бертрама и двух рослых парней, имена которых Матильда не запомнила и просто обозначила их для себя как Рыжий – хотя волосы у него были скорее русые, зато лицо было обильно усеяно крупными веснушками; и Ёж – короткие чёрные волосы стояли торчком, прям как колючки. Влад забрал себе близнецов: Пита и Дома – симпатичных шатенов с прямыми длинными волосами, собранными в неряшливые пучки на макушках. Мати не могла их различить, и для неё было просто непостижимо, как их не путали члены команды.

– У нас не хватает одного игрока. Присоединяйся! – Эд подошёл к Матильде, которая, ожидая начала игры, уже устроилась у защитной сетки среди сумок и прочих вещей команды.

– Что-о-о? – глаза девушки округлились от удивления. – Но я никогда не играла в баскетбол…

– Да ладно? – Принц недоверчиво на неё посмотрел. – Я научу тебя, – сказал он заискивающе и галантно протянул руку.

Мати встала и, поднявшись на цыпочки, прошептала парню на ухо:

– Мне противопоказаны такие игры… Я бы очень хотела… но… – она бросила взгляд на Влада, который наблюдал за ними издалека: на лице юноши читалось недовольство.

– Это дружеская игра, ничего страшного не произойдёт, – уверил Эдмон, очаровательно улыбаясь. Он говорил вполтона, его бархатистый глубокий голос действовал на Матильду чуть ли не гипнотически. – Я за этим прослежу. – «Вот упёртая…» – девушка колебалась, уж слишком много было «против» в этой ситуации, тем более играть за команду «извращуги» ей не улыбалось. – Без тебя команда Влада окажется в меньшинстве…

– Мы и втроём вас раскатаем! – вмешался негодующий из-за предложения Принца Владислав. – Будет под ногами путаться! Нам не нужен балласт! – хищная ухмылка, появившаяся на его лице, взбесила Матильду.

– Пожалуй, я сыграю! – явно назло Владу сказала она. – Всегда хотела попробовать! Будет интересно, – Мати направилась к близнецам, игнорируя мечущие молнии серые глаза.

«Влад! Я тебя сегодня так люблю!»

– Вот и славненько! Не забудь объяснить ей правила! – Эд похлопал брата по плечу и побежал к своей команде – обсуждать стратегию игры.

– Ну что, парни! Поприветствуем нового игрока как следует? – в глазах Принца плясали искорки нетерпения. – Обойдёмся без излишней вежливости! – по его взгляду команда сразу поняла, что от них требуется.

Разрешив необходимые нюансы со всеми, Эдмон подозвал к себе Берти: – Сегодня мы свершим небольшую месть, – сказал он тихо, чтобы больше никто не услышал. – Будешь поддаваться девчонке, чтобы наши «танки» прессовали её почаще. – Бертрам понимающе улыбнулся и направился на своё место.

Началась «дружеская» игра, Матильду поставили в защиту (чтобы не мешалась), и первое время она просто стояла под кольцом, наблюдая за весельем. Силы были практически равны, и парни, прекрасно зная приёмы каждого, только и делали, что отбирали мяч друг у друга.

«Чёрт, если она так и будет там просто стоять, ничего не получится… Нужно втянуть её в игру!»

Эдмон перехватил мяч у одного из близнецов и сделал пару шагов к кольцу противника, но дорогу ему тут же преградил Влад.

– Берти! – Принц глазами показал другу, что пора задействовать главную героиню. Юркий парень быстро прошмыгнул между игроками и оказался в метре от корзины. Эдмон наклонился вправо, отвлекая кузена, а затем, резко подпрыгнув, отдал высокий пас Бертраму. Тот поймал мяч и оказался один на один с Мати – остальные игроки блокировали друг друга. Сделав несколько шагов к сетке, Бертрам подпрыгнул, чтобы сделать бросок, но не тут-то было, Матильда тоже подпрыгнула и выбила мяч.

«Молодец, Берти!» – Вперёд, Мати! – крикнул подбадривающе Эд. – Хорош халтурить!

Девушка побежала в центр площадки, достаточно умело ведя мяч, Эдмон перестал блокировать Владислава и резко сменил траекторию, преграждая ей путь:

– Ты же не думала, что всё будет так просто?

– Нет, не думала! – Матильда сделала выпад вправо и передала пас Дому, сама же пробежала ближе к щиту.

– Неплохо, балласт! – смеясь кинул Влад, подбегая под кольцо. – Теперь не налажай!

Через несколько секунд мяч оказался в руках Владислава, но он бросил его Мати: – Держи!

«Тебя даже специально втягивать в мои планы не надо, джентльмен хренов!» – пронеслось в голове Принца, когда Харкер приняла пас.

– Не зевай! Ты горишь уже! – продолжал вести девушку его кузен.

Мати оглянулась на секунду: на неё нёсся Рыжий. Быстро развернувшись, она бросила мяч. Снаряд ударился в щит… будто дразня игроков, прокатился по кольцу и… так и не залетев в корзину, упал в руки Влада.

– Чёрт! – разочарованно процедила Матильда.

– Не так уж и плохо! – улыбнулся Владислав, забрасывая мяч из-под кольца. – В оборону! – крикнул он, уже подбегая к середине площадки.

Дальше игра пошла веселее, теперь участвовали все. Мати включилась в матч с азартом и рвением, с каждым пасом возрастала уверенность. Хотелось отправить мяч в корзину, и девушка всё активнее прорывалась к кольцу противника… Только теперь и защита стала жёстче: Рыжий несколько раз толкнул Харкер так, что она чуть не упала, потеряв мяч и равновесие, а Ёж, выбивая снаряд, весьма ощутимо бил по рукам. От всех этих ударов, тычков и потерь мяча Матильда начинала злиться. Эдмон то и дело замечал, что её глаза вспыхивали жёлтым, но это длилось лишь доли секунды, нужно было ещё.

Команда Эда перешла в активное нападение: Ёж и Рыжий быстро пробивались к кольцу, пасуя друг-другу, Берти и Принц не отставали, страхуя товарищей по флангам и блокируя Дома и Пита. Рыжий был уже почти у сетки, когда с ним поравнялась Матильда… Разгорячённая игрой девушка двигалась теперь быстрее и оказалась на позиции защиты раньше всех, ловко обойдя остальных игроков. Нападающий сделал два широких шага и подпрыгнул, намереваясь заработать очко, как вдруг Мати с силой оттолкнулась от земли и, подлетев почти на такую же высоту, как и баскетболист, протянула руку, чтобы выбить мяч…

«Давай! Вот сейчас!» – Эдмон замер в предвкушении. Немигающим взглядом он наблюдал, ожидая, что вот-вот случится то, чего он добивался всё это время.

Всё произошло очень быстро: рука почти коснулась снаряда, но Рыжий, с силой забросив его в корзину, не схватился за кольцо. Наоборот, решив проучить наглую оппонентку, он, слегка наклонившись в сторону Матильды, стал опускаться на площадку… Локоть его левой руки угрожающе навис над головой девушки, ещё мгновение, и Мати получила бы сильный удар в переносицу. Харкер инстинктивно зажмурилась, но вместо удара почувствовала, как кто-то подхватил её, а затем аккуратно поставил на землю. Матильда открыла глаза и увидела, потирающего затылок Владислава.

– Чёрт! – еле слышно сквозь стиснутые от злобы зубы процедил Эдмон. – «Какого хера, твою мать!»

– Эй, Влад, всё в норме? – Рыжий потрепал друга за плечо.

– Я-то в норме! – Владислав, резко развернувшись, схватил руку товарища. – Ты представляешь, что бы произошло, если бы ты ударил её?! – внутри закипало какое-то непонятное чувство: злость, перемешанная с беспокойством и ещё чем-то… Влад понимал, что ничего такого не случилось, но почему-то обуздать эмоции не мог.

– И правда, надо быть поаккуратнее, всё-таки с девушкой играешь, – Эдмон ловко вклинился между братом и Рыжим. – Хорошо, что всё обошлось, – Принц многозначительно посмотрел на кузена. – «Для Криса она просто девчонка. Не все тут звериные, надо об этом помнить!»

Влад отпустил руку товарища по команде:

– Прости, что-то я перегнул, – неприятное ощущение ещё не ушло, но вмешательство Эда не дало ему разрастись.

– Ничего, я всё понима-а-аю! – протянул Крис, подмигнув другу, от чего весь негатив окончательно исчез, будто переключателем щёлкнули.

– Кончай свои подколы! – выпалил Владислав.

Эдмону на секунду показалось, что брат слегка покраснел, но он решил на этот раз не подливать масло в огонь, и друзья направились к сетке, активно переговариваясь и шуточно поддевая друг друга.

– С тобой всё в порядке? – Эд обратился к Матильде, которая пребывала в каком-то ступоре. – «Было так близко… Не хватило всего ничего! – внутри всё клокотало от досады. – Ладно, придётся ещё немножко потерпеть…»

– Всё хорошо… – вполголоса ответила она, не отрывая взгляда от удаляющегося Влада. – Пожалуй, на сегодня пора завязывать с играми.

– Да, мы же в кафе собирались. Давайте уже закругляться! – кинул Принц парням, которые и без его указки уже подошли к своим вещам.

Взгляд Владислава

– Эй, Мати, у тебя телефон звонит! – крикнул Влад.

– Спасибо! – Матильда подбежала к кузену Принца и, копаясь в небольшой спортивной сумке, смущённо добавила. – За всё спасибо… Правда… – она уже нашла мобильник, но трубку брать не торопилась. – Если бы не ты, я бы снова вляпалась, и на этот раз…

– Не за что, – отрезал Владислав своим обычным безразличным тоном. – Если бы ты «вляпалась», нам бы всем не поздоровилось! – сказал он, слегка наклонившись и упёршись рукой в сетку, чтобы не слышал никто посторонний, от чего расстояние между ними сильно сократилось. Матильда почувствовала на своей щеке горячее дыхание… Мелодия звонка уже пошла по второму кругу. – Так что это было не только ради тебя! – «Вот именно! Я злился лишь потому, что у всех были бы проблемы!» – юноша резко отступил. – Песня достала! Ты собираешься отвечать?

– Да! – выпалила она уже в трубку. – Ния? Прости, что так долго! – … – На вечер? – … – Я с баскетбольной командой… – не давая Мати закончить фразу, председатель сказала что-то такое, от чего лицо девушки стало цвета спелой редиски, Влад прыснул от смеха. – Меня просто пригласили в кафе! – … – Нет, нет, это не «обязательное мероприятие», я тебе с радостью помогу! – … – А, хорошо, какой корпус? – … – Скоро буду!

Вся команда, кроме Эдмона, который что-то перекладывал метрах в трёх от парочки, делая вид, что активно собирается, уже отправилась в кафешку, чтобы не мешать «разговору голубков», как это назвал Рыжий. В парке практически никого не было, лишь изредка за деревьями виднелись силуэты прохожих.

– И что же она тебе ляпнула про баскетбольную команду? – Мати закинула телефон обратно в сумку и, нахмурившись как маленький ребёнок, посмотрела на Владислава, который уже не сдерживал смех. – Нет, нет, нет! Не говори, оставь мне простор для фантазии!

– Ты закончил? – Матильда недовольно скрестила руки на груди, сверля взглядом раскрасневшегося от смеха парня.

– Я сама серьёзность! – он смеялся уже больше из-за вида Мати. – В общем, – глубокий вдох, – благодарность принята!

– Хорошо, мне пора идти. Ние помощь нужна, – она поправила сумку и улыбнулась. – Пока!

– До встречи в универе! – «Может, стоит её проводить?»

– Резвая, попридержи коней! – Эдмон наконец-то закончил «сборы». – Давай я тебя провожу! – он обошёл брата и как нарочно встал, полностью заслоняя его.

– Глупости какие! Тут идти пять минут, плюс я не хочу портить ваши посиделки в кафе! – Эд уже было принялся за уговоры, но Матильда быстро добавила: – Никаких возражений! Ещё увидимся! – крикнула она, практически убегая.

6

В тихом омуте…

Взгляд Матильды

Мати неслась на встречу с Нией со всех ног, ей очень хотелось поделиться новостями с кем-нибудь близким… Обсуждать подробности своей личной жизни с Вэром и Эриком она не стала бы и под дулом пистолета, но подруга – это совсем другое.

«Как удачно, что у зампреда какие-то дела, теперь нам никто не помешает… Интересно, а отчёт долго составлять, может, мы успеем потом попить где-нибудь кофе? Или стоит заказать пиццу прямо в офис ВСС… – раздумывая над этим, девушка, перепрыгивая через ступеньки, взлетела на третий этаж. – Ох, ни единой души, – Матильда была не из трусливых, но по спине пробежал лёгкий холодок, и стало немного не по себе. – Так вот как выглядит универ по выходным, будто зомби-апокалипсис наступил».

С улицы донеслись возгласы, Харкер выглянула в окно: солнце уже садилось, окрашивая облака в разные оттенки алого, несколько студентов уносили оставшиеся после награждения тумбы, кто-то сворачивал плакаты и флаги. Мати задержалась на секунду, любуясь закатом, а затем быстрым шагом направилась к кабинету ВСС.

Постучавшись, она зашла в комнату. Ния сидела за столом и деловито печатала что-то на своём ноутбуке. Непослушные пшеничные пряди падали на лицо, и председатель то и дело заправляла их за ухо.

– Спасибо, что пришла, дорогая! Без мишутки мне б тут до ночи сидеть пришлось. Видите ли, отчёт им нужен к понедельнику, а то, что сегодня, по сути, выходной, никого не парит, не им же тратить время придётся. Вечно в этом ректорате всё через жопу, – весь свой монолог Ния произнесла абсолютно безэмоционально, продолжая стучать по клавишам. За время работы в ВСС она, видимо, смирилась с царившей там бюрократической безалаберностью. – Ещё и Мина уехала как назло не вовремя… Не подчинённые, а сплошное расстройство.

«Отличная выдержка, мне точно противопоказана такая работа, – Мати бросила взгляд на стопки бумаг, возвышающиеся рядом с компьютером. – Попросили бы меня что-то делать в выходной, я бы наверняка попыталась размозжить кому-нибудь череп». – Я готова. Какие будут указания?

– Давай сначала по кофейку, а то у меня мозг скоро вскипит, – улыбнулась Ли Уортли, в очередной раз откинув волосы.

– Да, супер. Ты не отвлекайся, я сделаю. Где у вас здесь чашки-ложки? – она окинула взглядом офис.

Посуда нашлась в подвесном шкафчике. Матильда сразу догадалась, какая чашка принадлежит председателю. Собственно, все остальные были одинаковыми – белыми.

«Это так в её стиле», – подумала Мати, разглядывая котят в коронах.

Взяв кружки, она вдруг заметила ещё одно яркое пятно, задвинутое в самый дальний угол шкафа. Это была большая зелёная чашка, на которой в разных позах красовалось сразу несколько Винни Пухов. Один застрял в кроличьей норе, другой засунул лапу в горшочек с мёдом, третий был в милом голубом дождевичке. Матильда достала её, чтобы рассмотреть.

– Это кружка Марка, – Ния оторвала взгляд от компьютера. – Я подарила ему на день рождения. Но по какой-то непонятной для меня причине он ни разу ей не пользовался. А ведь там даже термонадпись есть с его именем: проявляется, если налить горячее. Специально заказывала, – председатель разочаровано вздохнула и вернулась к работе.

«По непонятной причине, говоришь, – Мати повертела чашку в руках. – Бедняга зампред… хотя не похоже, чтоб ей ни разу не пользовались», – подумала она, заметив прилипший к бортику кристаллик сахара.

Рассудив, что это не её дело, Матильда вернула предмет на место и занялась кофе. Закончив, она отдала напиток Ние, которая откинулась на спинку кресла, закинув ногу на ногу. Сама Мати устроилась на подоконнике, подобрав ноги и сжав кружку в руках. Оглянувшись через плечо, она отметила, что двор совсем опустел.

Какое-то время девушки обсуждали прошедший день. В основном рассказывала Матильда, а Ния внимательно слушала, периодически отпуская комментарии. Их болтовня могла продолжаться до поздней ночи, однако кофе был допит, и пришлось приняться за работу.

Мати разбирала ворох документов, выискивая нужные бумаги: чеки, квитанции, накладные, списки участников, устав и положение фестиваля. Ния заносила данные в компьютер, периодически что-то подсчитывая.

– Так, а теперь мне нужна статистика за прошлый год, – сказала Ли Уортли, подавляя зевок.

– Мне она здесь не встречалась, – Матильда ещё раз пролистала стопку бумаг.

– Я, наверно, забыла вытащить из архива, – вздохнула председатель, потирая висок.

– Где он? Я поищу.

– Пошли вместе, там такой срачельник, что ничего не найти, – с этими словами Ния направилась в сторону неприметной двери. Она вела в небольшую подсобку, заставленную шкафами, доверху забитыми какими-то бумажками: некоторые были в больших чёрных папках, на которых маркером были указаны года или события; другие – просто стопками сложены на полках; парочка даже валялась на полу. – Надо систематизировать, да руки всё не доходят, – оправдалась Ния. – Данные за предыдущий год где-то… в этой области, – она махнула рукой в сторону одного из шкафов, и девушки со вздохом начали поисковую операцию.

Они были поглощены процессом, когда внезапно хлопнула входная дверь офиса. Вздрогнув от неожиданности, подруги хотели было выйти и узнать в чём дело, но их заставил замереть тихий рык.

Ния бросила взволнованный взгляд на Мати:

– Это же…

– Похоже на то, – поняла её с полуслова та.

От офиса девушек отделяла только деревянная дверь, которая даже не была до конца закрыта: между створкой и косяком оставался небольшой зазор.

Матильда на цыпочках приблизилась к двери и заглянула в щёлку в надежде незаметно отыскать источник звука. Это не составило труда: она тут же заметила молодого мужчину и узнала в нём одного из студентов её факультета на курс или два старше – звериного. Они иногда здоровались в коридорах. Однако сейчас в нём с трудом угадывался тот парень: глаза горели красным, движения были рваными и резкими – он будто рыскал в поисках добычи, издавая при этом негромкий, угрожающий рык.

– Один нашёлся, а где же второй? – раздался шёпот над самым ухом Мати – Ния тоже стояла прильнув к двери и разглядывала незваного гостя.

«Второй?» – пронеслось у Харкер в голове, однако озвучить вопрос она не успела.

Ещё один звериный с грохотом запрыгнул на стол буквально в двух метрах от их убежища. Так как он находился к ним спиной, увидеть его глаза, да и понять к какому виду он относится, девушки не могли. Но сомнений в том, что этот парень, как и его друг, потерял контроль, не было. Оказавшись на столе, этот звериный замер, видно было только, как немного двигается его затылок.

– Что он делает? – прищурилась Ния.

– Прислушивается, – внезапная догадка заставила Матильду резко дёрнуть на себя дверь подсобки за долю секунды до того, как звериный в один прыжок пересёк расстояние от стола до двери. Девушка едва успела задвинуть щеколду – на дверь тут же обрушился град ударов.

«Такими темпами она и минуты не выдержит. Блин, драться в одиночку против двоих озверевших – так себе вариант. Плюс, если я потеряю контроль, без чьей-нибудь смерти точно не обойдётся». – Где твой телефон? – лихорадочно зашептала Мати, вспомнив, что свой она оставила в сумке.

– На столе, – ответила ей Ния таким же шёпотом, словно их ещё не обнаружили.

– Блин, как назло! Ладно, план такой: как только эта дверь откроется, хватай телефон и беги. Я – прямо за тобой.

– Ты ведь не собираешься с ними драться?

– Только отвлеку. Готова?

Ли Уортли ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Дверь уже издавала предсмертные хрипы. Им ещё повезло, что она открывалась наружу. Глаза Матильды пожелтели. Не теряя ни секунды, она дёрнула задвижку и со всей силы долбанула по двери ногой. Та со свистом распахнулась, ударив стоявшему за ней по лицу, от чего парень, охнув, грохнулся на пол. Не давая своим оппонентам сориентироваться, Матильда тут же швырнула во второго стоявший рядом стул. Особого ущерба это, конечно, не причинило, но должно было дать пару секунд форы.

– Беги! – крикнула Мати, хотя это было необязательно: ловко перепрыгнув через упавшего, председатель уже успела схватить телефон, и подруги со всех ног кинулись к выходу.

Буквально в десяти метрах от офиса студсовета они столкнулись с профессором Рейвеном: тот частенько допоздна засиживался в лаборатории и по будням, и по выходным.

– О, добрый вечер, мисс Харкер, мисс Ли Уортли.

Девушки не успели проронить и слова, как раздался угрожающий рык. Звериный, в которого Мати кинула стулом, был уже совсем рядом. Его спутник, видимо, ещё не оклемался, получив дверью.

– Господи боже! – профессор испуганно смотрел за спины девушкам. – Осторожно!

Существо, напоминавшее рептилию, кинулось на Нию, но Рейвен опередил его, закрыв студентку собой. Когти звериного вонзились ему в грудь, и профессор вместе с Нией упал на пол. Затем произошло нечто странное. Ящер не продолжил нападать, он ни с того ни с сего как вкопанный замер на месте. На несколько секунд Матильде, которая остановилась в метре от распластавшихся на полу Ли Уортли и профессора, показалось, что её оглушило: звуки доносились словно сквозь толстый слой ваты, в ушах противно звенело, но упустить такой шанс она не могла, поэтому, стараясь не обращать внимания на неприятные ощущения, Харкер воспользовалась замешательством существа и отшвырнула его к стене.

– Вы в порядке? – спросила она, помогая Рейвену подняться.

– Да, кажется, – проговорил мужчина, мимоходом поправляя впившийся в запястье серебристый браслет, – но что…

– Вопросы потом! Бежим! – напоследок бросив взгляд на почему-то сбитого с толку озверевшего, Матильда двинулась вверх по коридору.

– А куда бежать-то? – спросила Ния, когда они оказались на некотором расстоянии от места происшествия. – Наружу нельзя. Если они погонятся за нами – это будет просто полный писец. Могут пострадать люди. Нужно спрятаться где-нибудь и вызвать помощь.

– Моя лаборатория подойдёт? Там железная дверь, ключ только у меня и в деканате, – подал голос профессор.

– Идеально, – отозвалась Ния.

* * *

– Ой, да насрать мне, как ты себя чувствуешь! У нас тут катастрофа – двое озверевших. Ты нужен мне здесь!

Пока Ния объясняла зампреду подробности, Матильда рассказывала сбитому с толку профессору о потере контроля, не забывая при этом обрабатывать его грудь. Порезы от когтей оказались неглубокими, но немного кровоточили.

– Да, давай бегом! – Ли Уортли наконец положила трубку и повернулась к остальным.

– Как ты, блин, вообще там оказался? Твоя лаборатория этажом ниже! – накинулась на Рейвена явно раздражённая и совсем не выглядевшая испуганной Ния.

– Я уже собирался домой, – поспешил объясниться мужчина. – Когда вышел на лестницу, услышал какой-то странный шум…

– И решил один сходить проверить?! Ты что, совсем фильмов ужасов не смотришь, профессор? – перебила его Ли Уортли.

Матильде не понравился тон, с которым подруга обращалась к Рейвену. Бедный мужчина пребывал в состоянии шока, так ещё и пострадал, защищая Нию. Харкер уже хотела напомнить ей об этом, но председатель, кивнув каким-то своим мыслям, снова схватила телефон.

– Привет, помнишь ты обещал содействовать ВСС? – … – Откуда твой номер? Это неважно. Важно, что сейчас у тебя появилась такая возможность. Совету нужна твоя помощь! – … – Очень занят? Ни одной свободной минуты? Я понимаю, – кивала Ния невидимому собеседнику. – В таком случае передай брату, что вы оба отчислены. – … – Не согласен? Главный корпус, лаборатория профессора Рейвена, через двадцать минут. Очень надеюсь лицезреть вас обоих. Бай-бай! – на том конце провода ещё говорили, когда председатель нажала отбой.

– Так, с этими двумя всё будет проще, но хватит ли их? – Ния, прикрыв глаза, обращалась к себе же. Затем, вернувшись к действительности, она перевела взгляд на подругу. – Ты же снимаешь коттедж с друзьями-звериными, не так ли? Помнишь чей-нибудь номер наизусть? – Мати кивнула, всё ещё не до конца понимая, что задумала председатель. – Набирай! – отчеканила она, протягивая подруге телефон.

Полчаса спустя в лаборатории стало довольно людно. Обеспокоенный Вэр, которому Мати ничего толком не объяснила, кроме того, что у неё проблемы, притащил с собой всех обитателей коттеджа. Хотя они скорее сами притащились. Эрик, находившийся на момент звонка в процессе очередной ссоры с Вэртером, едва услышав голос сестры, рванул в университет, не дожидаясь остальных. Он чувствовал себя немного виноватым и к тому же боялся повторения инцидента в клубе. Сестрички, напротив, надеялись на какую-нибудь «увлекательную движуху». До сих пор расстроенные, что пропустили «драку века» в клубе – в этот раз они решили, что просто обязаны быть в центре событий. Хей тоже пришёл, так сказать, за компанию. Матильда поняла, что не обозналась, – именно его она видела на стадионе.

«А он молодец. Нужно будет расспросить, чем вызвана такая бурная перемена, как только закончится этот хаос».

– Матильда, ты в порядке? – Эркюль положил руку на плечо девушке.

– Да, Эр, это Ния попросила позвать вас.

– Кто-нибудь объяснит толком, что случилось? – юноша перевёл взгляд с сестры на председателя.

Ли Уортли сидела на стуле закинув ногу на ногу, сложив руки на коленях и прикрыв глаза. – Ещё минутку, – пропела она. – Не люблю повторять дважды.

– Мы ещё кого-то ждём? – спросил Вэр.

– Кто-нибудь объяснит мне, какого чёрта здесь происходит?! – раздалось за его спиной вместо ответа.

Ния открыла глаза и улыбнулась: – Эдди, Влад и ты… – она посмотрела на Берти, пришедшего вместе с братьями, силясь вспомнить его имя, – …эм, третий чувак. Рада, что вы смогли к нам присоединиться.

– В жопу твою радость, что ещё за шутки про отчисление?! – прорычал порядком взбешённый Владислав.

На Нию его реплика, однако, не произвела ни малейшего эффекта. Она продолжала неподвижно сидеть на стуле, всё так же мило улыбаясь:

– А кто сказал, что это шутки? Как раз наоборот – всё очень серьёзно. Так что прекращаем огрызаться и слушаем.

После этого председатель вкратце изложила последние события. Закончив, она обвела взглядом собравшихся: все молчали, не зная, как реагировать.

– Довольно скверная ситуация, – Эд решил всё-таки нарушить тишину. – Скверная, но абсолютно не имеющая к нам отношения. Разве решение подобных проблем не является частью прямых обязанностей ВСС? Если так, то, боюсь, я и мой брат ничем не сможем тебе помочь.

– Резонно, – улыбка сползла с лица Нии. – В таком случае я немного просвещу вас. Университетом нашим, по сути, заправляет попечительский совет. И многие из его членов, прямо скажем, не в восторге от таких, как вы, ребята. И вся эта задумка с вашим обучением здесь держится в основном на авторитете председателя – мистера Алигьери. Который, кстати, относится к вам исключительно дружелюбно, но даже он не всесилен, – Ли Уортли посмотрела на Эдмона и продолжила, как бы отвечая на его вопрос: – Теперь по поводу моих должностных обязанностей. В случае нештатной ситуации, вроде этой, я обязана тут же проинформировать попечителей и главу. Дальше: они прибудут на место в сопровождении специально обученных людей, которые, я не сомневаюсь, справятся с ситуацией и нейтрализуют «опасных и непредсказуемых звериных». После такого прецедента, как думаете, сколько пройдёт времени прежде, чем проект «Тихий омут» закроют навсегда?

– «Тихий омут»? – вполголоса повторил Берти.

– Так они назвали это – наше обучение здесь, – подал голос пришедший в середине разговора Марк. Всё время до этого он молча стоял, прислонившись спиной к двери. – Аллегорично, не так ли? То, кем попечители нас считают, – усмехнулся зампред.

– Ты сказал, что ничем не можешь помочь мне, Эд, – продолжила Ния. – Но боюсь, ты неверно понимаешь ситуацию. Это я, пренебрегая своими обязанностями, пытаюсь помочь вам, потому что не хочу, чтобы исключили Матильду и Марка. Пока ситуация не приняла серьёзный оборот, мы можем решить её общими усилиями.

– Ты имеешь в виду, поймать тех двоих? – уточнил Вэр.

– Именно. Ну, что скажете? – председатель внимательно посмотрела на присутствующих.

– Какой у нас план? – ответил за всех Эд.

Ния перевела взгляд на Марка.

– У меня всё готово, – предвосхитил её вопрос зампред.

– Супер. Но сначала, профессор, – обратилась она к Рейвену. – Мне жаль, что вы оказались втянуты в это. Но теперь, когда вам известна ситуация, я прошу вас сохранить произошедшее в секрете. Что вы на это скажете?

Рейвен, сидевший до этого в углу рядом с Матильдой, поднял голову:

– Я… если честно, растерян. Всё это так неожиданно, не думал, что среди моих студентов столько… звериных. Но я уверен только в одном, – его взгляд был спокойным и твёрдым, – мой долг, как учителя, защищать своих учеников. Поэтому я обещаю молчать.

– Подобная позиция достойна восхищения, – констатировала Ния без того самого восхищения. – Тогда тебе слово, медвежонок.

– В общем, план довольно простой. Мы находим эту парочку, а затем нейтрализуем с помощью них, – с этими словами Марк извлёк из своего рюкзака небольшой чёрный футляр. В нём обнаружились три пластиковых устройства, похожих на детские игрушечные пистолетики. – Они содержались в хранилище в качестве крайней меры предосторожности, я забрал их по пути сюда. Внутри каждого находится дротик, смазанный специальным составом, типа транквилизатора для звериных, полностью вырубает на несколько часов. В теории, по крайней мере.

– А на практике? – забеспокоился Вэртер.

– На практике придётся проверить нам. Кстати, дальнобойность этих устройств десять метров, так что нужно подойти поближе. Мазать нежелательно, как видите, зарядов у нас всего три, а цели – две.

– Ну ладно, даже если предположить, что у нас получится с ними справиться, как мы их найдём? – вступил в разговор Влад. Его глаза уже несколько минут были жёлтыми. – Здесь я никого, кроме нас, не чую. Думаю, они ушли ещё до нашего прихода. Так что сейчас могут быть где угодно.

– Я тоже так подумала, когда эти двое не погнались за нами. И поэтому попросила Марка принять кое-какие меры. Всего с территории кампуса есть два выхода. Так как сегодня воскресенье, на каждом из них дежурит по три охранника, – решила сразу объяснить Ния. – Они, к счастью, проинструктированы выполнять все указания ВСС без лишних вопросов. Так вот, сейчас они уже убедились, что все студенты, кроме нас, покинули территорию, и заперли ворота, чтобы никто больше не зашёл. Также, теперь видео со всех камер в универе передаётся Марку прямо на телефон. Ну что, мишка, ты нашёл наших потеряшек? – обратилась Ли Уортли к зампреду, который ещё с момента своего прихода периодически поглядывал на экран смартфона.

– Уже давно. Они в старом корпусе. Думаю, там их убежище или типа того. Где именно, сказать не получится: это место не функционирует уже пару лет и камер там нет.

– Плохо. Корпус довольно большой. Придётся разделиться, чтобы найти их, – Эд скрестил руки на груди, размышляя.

– Согласен, – подхватил Берти. – Делимся на две группы.

– На три, – перебила его Матильда. – Профессор пострадал, кто-то должен помочь ему добраться домой. Бросать его одного мы не можем ни в коем случае!

– Она права, – поддержала подругу Ния. – Хватит с него на сегодня впечатлений.

– Тогда мы этим займёмся, если вы не против, – начала Поли.

– Просто драться с озверевшими немного не наш профиль, – продолжила Касси. – И мы возьмём панду, – она подмигнула Хею.

– Не возражаю, – подытожила Ния. – Охрана откроет вам ворота, но до них довольно далеко. Так что возьмёте с собой один из пистолетов, на всякий случай.

– А что насчёт тебя? – спросил Берти.

– Я – председатель ВСС, естественно, я иду с вами.

– Что будешь делать, если придётся драться? Ты хоть что-то умеешь? – не унимался он.

– Какой ещё драться? Глаза разуй, слепошарый, не видишь что ли, какая я мимимишка?!

– Теперь вижу, – парировал Берти. Остальные заулыбались. Эта реплика немного разрядила напряжённую обстановку. – Тогда давайте решать, как разделимся, чтобы силы были примерно равны.

– А вы смогли бы учуять их? – обратилась Матильда к кузенам.

– Да, – ответил Влад, – но мы волки, а не ищейки. Это место довольно большое, плюс, если они обосновались там давно, это займёт некоторое время… Но попробовать стоит.

Было решено, что Влад и Эд поведут остальных, так как могут ориентироваться по запаху. Вэртер и Ния (как самые слабые) тоже были определены в разные группы. Остальные разделились исходя из личных предпочтений. Вэр и Эрик безапелляционно заявили, что пойдут с Матильдой. Берти, естественно, примкнул к Эду.

В итоге в одной команде оказались: Влад, Матильда, Вэртер и Эрик, а в другой: Эд, Ния, Марк и Берти.

Через несколько минут все были готовы выдвигаться.

Взгляд Бертрама

Оказавшись за пределами здания и распрощавшись с сестричками, остальные быстро направились к старому корпусу.

– Чувствую себя, будто член элитного отряда на спецзадании, – ляпнул Берти, чтобы хоть как-то отвлечься. Не обращая внимания, что его игнорируют, он продолжил: – Кстати, у всех спецназовских подразделений есть крутые названия. Думаю, нашему тоже нужно.

– Думаю, нет, – недовольно вздохнул Эрик.

– А я твоего мнения и не спрашивал, Бэмби, – огрызнулся Берти. – Хм, может, «Звериная угроза»?

– Что за тупистика? – вклинилась Ния. – Звучит как организация по отлову бродячих животных.

– У тебя есть предложения получше?

– Любое предложение будет лучше этого, – Эркюль решил-таки поучаствовать в дискуссии.

– Неважно, что вы выберете, – вступил Влад, – остальные всё равно будут считать нас чертями в тихом омуте, адскими отродьями.

– «Адские отродья»… В этом определённо что-то есть… некий трагизм, – улыбнулась Ния.

– Что ж, довольно оригинально, – подытожил Эд.

– Тогда решено, – подхватил Берти, очень довольный, что его идею дать название отряду поддержали. – «Адские отродья» отправляются на задание!

Вскоре ребятам пришлось разделиться. План состоял в том, что группа Влада зайдёт с парадного входа и попробует застать озверевших врасплох. На случай, если те двое почувствуют неладное и попробуют сбежать, Эдмон и остальные обойдут корпус и воспользуются задним входом, отрезав тем самым пути к отступлению. Обе группы двинутся навстречу друг другу и, если всё пойдёт, как задумано, возьмут озверевших в своеобразные клещи. Каждой группе досталось по одному заряду с транквилизатором: не хватит, чтобы утихомирить обоих озверевших, но хватит, чтобы, усыпив одного, потянуть время до прихода подкрепления.

– Всё это как-то странно, – протянул Бертрам, когда они остались вчетвером. – Я имею в виду всю эту ситуацию с потерей контроля. Никогда не видел, чтобы такое случалось одновременно с двумя.

– И это, по-твоему, самое странное? – усмехнулся Эдмон.

– А что ещё? – нахмурился Берти.

– Эти ребятки пропали несколько дней назад, ведь так? – Принц бросил взгляд на Нию. Девушка кивнула. – Значит, скорее всего, тогда это и случилось. Потеря контроля предполагает, что все негативные эмоции, страхи и гнев берут верх. Хочется рвать и метать. Ты превращаешься в ходячую машину разрушения, – пока Эдмон излагал свои мысли, группа медленно продвигалась ко второму входу в заброшенный корпус. – Тогда почему за эти несколько дней от них не было ни слуху, ни духу? Они что, прятались вместо того, чтобы попытаться разорвать всех в радиусе километра? Почему вместо того, чтобы вцепиться друг другу в глотки, они решили скооперироваться и нанести визит председателю ВСС?

– Да, и почему вместо того, чтобы закончить начатое и как следует на нас поохотиться, они просто ушли? – подхватила его мысль председатель.

– Вот и спросим об этом у них, когда поймаем, – решил прервать поток вопросов Марк.

– А с кем мы вообще имеем дело? – тишина, царившая в корпусе, заставляла Берти нервничать ещё сильнее, поэтому он поспешил поддержать закончившийся было разговор. – Не хочу показаться трусом, но последний и единственный озверевший, с которым я встречался, оказался лигром. Закончилось как-то не очень.

– Не переживай, – ответил Эд, – потерявшие контроль, конечно, становятся сильнее, чем обычно, но помесь – это вообще отдельный разговор. Не думаю, что в нашем универе найдётся ещё одна. К тому же, у нас численное преимущество – на каждого из них приходится по три с половиной наших.

– Кого это ты посчитал за половину, а, блохастик? – произнесла Ли Уортли тоном, абсолютно не подходящим её сладкой улыбке. – Давно тапочкой не получал?

– Никого, – ответил ей Эдмон, нахально приподняв уголки губ. – Просто тебя я вообще в расчёт не брал.

«И как у них получается мило улыбаться, говоря друг другу гадости? – задумался Бертрам. – И, что важнее, никогда не видел, чтобы Эд так с кем-то препирался, тем более с девушкой…»

– И всё же, – продолжил Принц более дружелюбным тоном. – Берти в чём-то прав. Нам бы не помешало знать, кто они.

– Времени разглядывать жаждущих моей крови чуваков как-то не было. Кажется, один из них был рептилией…

– Типа змеи? – насторожился Эдмон.

– Нет, скорее типа крокодила или варана. А это важно?

– Некоторые змеиные умеют выделять яд, – пояснил Марк.

– Понятно, – ответила председатель. – Второго я вообще не разглядела, могу только сказать, что он хорошо прыгает.

– Блин, всё было бы гораздо проще, веди вы какой-нибудь учёт, кто есть кто, – вздохнул Берти.

– Список есть… но там указано лишь то, что студент является звериным, а не конкретный его… вид, – парировала Ния. – И вообще, интересно, как ты себе это представляешь? «Чувак, привет, скажи мне, пожалуйста, ты кот или змея, или, может, кенгуру? И главное, покажи, а то вдруг ты врёшь!» – девушка презрительно приподняла бровь. – Я председатель студсовета, а не надзиратель в тюрьме. Хотя иногда мне бывает любопытно, – она хитро прищурилась и стала тыкать наманикюренным пальчиком в своих спутников. – Медвежонок, волчонок и… – Ли Уортли остановила палец на Берти, следя за его реакцией. – Котёнок?.. Лисёнок?.. Цыплёнок?

– Я койот! – выпалил Бертрам, не выдержав явной издёвки.

– Серьёзно? – протянула председатель. – Койот – это типа мини-волк?

– Это не мини-волк – это другой вид! – вспыхнул Берти.

– Ага, мелкий вид, – хихикнула Ния, явно довольная его реакцией.

– Да как ты…

– Ладно, маленький койот, – перебила она, – заканчивай скулить. Мы пришли.

«И правда, за разговором даже не заметил, что мы уже на месте. Ну и стрёмно же здесь, – Бертрам оглядел облупившуюся краску двери и обшарпанные стены. – Это здание нуждается в срочном капремонте».

– Так, а теперь все закрыли рты, как только зайдём внутрь, двигаемся как мыши, – Эд сразу принял командование. – Всем слушать меня и не разделяться. И ещё кое-что, – он достал из кармана куртки пистолет с транквилизатором и протянул его Берти. – Возьми и будь наготове. Если первыми набредём на эту парочку, мы с Марком отвлечём их, а ты подберёшься поближе и нейтрализуешь одного.

– Почему он? – удивилась Ния.

– Потому что он шустрый как электровеник. Койот – это не мини-волк, а скоростной волк, – произнёс Эдмон, одновременно потрепав за плечо уже вконец смутившегося друга.

Взгляд Эдмона

– Хьюстон, у нас проблема – дверь заперта, – позвала ребят Ния. – Будем выбивать, прощай элемент неожиданности.

– Позволь мне, – Марк, не принимавший до этого никакого участия в происходящем, аккуратно отодвинул Ли Уортли в сторону и взялся обеими руками за дверную ручку. Его глаза пожелтели, парень резко дёрнул дверь на себя, вырвав ручку вместе с куском замка. Внутри что-то негромко звякнуло – выпала вторая ручка, образовав в двери отверстие. Зампред заглянул в него и, убедившись, что там их никто не поджидает, легонько толкнул дверь. – Ну как? – произнёс он, обращаясь по большей части к Ние, когда дверь со скрипом распахнулась.

– Да ты крут, – Берти аж присвистнул.

Ния тоже на секунду замерла, удивлённо распахнув глаза, а затем сказала:

– Да уж, крут. Поной мне ещё раз, как тяжело одному таскать коробки!

– Так, будьте начеку, пока не поймаем этих упырей, – произнёс Эдмон, и глаза парней стали ярко-жёлтыми. Теперь их звериная натура стала видимой.

– Ну просто «Зоопарк в моём багаже»[5], – хмыкнула Ли Уортли, когда все четверо входили в здание.

«Эта председательша просто не может без своих комментариев…» – Эдмон слегка закатил глаза, но, заметив, что Ния выжидательно смотрит на него, прикрыл их, делая вид, что сосредоточился, принюхиваясь, хотя на деле дополнительных усилий это не требовало: как только сущность волка пробудилась, обоняние заработало на полную автоматически.

– Что-нибудь учуял? – нетерпеливо поинтересовалась Ли Уортли.

– На улице очень много всего, так что, кроме нас, пока сложно сказать… – проговорил Принц и, вдруг запнувшись, уставился на Нию. Её окутывал ненавязчивый шлейф свежих цветочных духов, но за ним… – От тебя пахнет… странно… – не удержался он, – взрослым мужиком…

Услышав это, Марк резко повернулся к Ние. В выражении его лица читались наивысшая степень удивления и плохо скрываемая ревность.

«Пф-ф, Марк, Марк, твоё лицо сейчас – это просто нечто!»

– Ох, – Ния смущённо прикрыла рот изящной ладошкой. – Моя личная жизнь, мальчики, вас не касается!

– Понятно, – Принц не стал вдаваться в подробности, тут же потеряв интерес.

Убедившись, что путь свободен, ребята двинулись в здание. Не успели они пройти и десяти метров, как Эд, остановившись, резко замотал головой из стороны в сторону.

– У тебя припадок, что ли? – напряжённо прошептала Ния.

– Здесь чем-то ужасно воняет, и этот запах просто повсюду, – ответил Принц.

– Так ты можешь их почуять или нет? – настаивала она.

– Меня будто молотком по голове огрели, мои рецепторы в шоке.

– Значит, не можешь, ясно. Придётся заглядывать в каждую комнату. Ну, вперёд.

По мере того как их отряд продвигался вглубь, вонь становилась всё сильнее. Теперь не только у Эдмона было ощущение, будто всё здесь облили помоями.

– Блин, меня сейчас вырвет, – заныл Берти.

Марк зажимал нос рукой, Эд продолжал недовольно отфыркиваться. И только Ния шла так же спокойно, если не считать того, что с каждым шагом она хмурилась всё сильнее. Дальше коридор раздваивался.

– Куда теперь?

– Давайте направо, – предложил Марк.

Собственно, времени на раздумья особо не было, так что группа решила последовать его предложению. Они уже было свернули, но тут у Нии завибрировал телефон. Это был Вэр: по плану, если команда Влада обнаружит цели первой, он должен был вызвать остальных.

Где-то в левом коридоре послышался шум – там явно что-то началось. Ли Уортли взяла трубку и поставила на громкую связь: – Вы их нашли?

– Да, – ответил Вэр, пытаясь перекричать рычание и грохот ломающихся вещей.

– Обоих?

– Да! Быстрее сюда, нужна подмога и второй транквилизатор!

Ния на всякий случай включила GPS и передала трубку Эду.

– Бегом! – скомандовал Принц и рванул вперёд.

Навигатор оказался не нужен, отряд Эда без проблем нашёл нужное место по шуму. Через две минуты парни подбежали к одной из лекционных аудиторий. Хорошо, что хоть воняло здесь гораздо меньше, чем там, откуда они пришли.

Вэр стоял, прижавшись к стене, и смотрел на происходящее, нервно сжимая телефон.

«Бесполезный», – фыркнул Эд.

– Марк, стой у двери и, если они попытаются сбежать, не дай им, – отчеканил Принц, быстро оценив ситуацию.

Драка была в полном разгаре. Вэртер не преувеличивал, когда говорил, что они нуждаются в подмоге.

Матильда и её брат упорно пытались справиться с одним из озверевших, в котором Эд, приглядевшись, узнал павиана.

«Так вот что это за попрыгун. Надеюсь, наша ходячая угроза не потеряет контроль сейчас. Ведь третьего дротика у нас нет», – подумал Эдмон, глядя на лигрицу, пытающуюся заломить когтистую лапу потерявшего контроль.

Рептилия в это время повалила борющегося с ней Влада на пол, не давая юноше возможности достать транквилизатор. Всё-таки на крокодила существо смахивало больше.

«Сильные твари!» – с неприязнью отметил Эдмон, прежде чем броситься на помощь брату.

Озверевший уже вонзил когти одной руки в плечо своему сопернику, второй пытаясь дотянуться ему до горла. Владислав, рыча, тщетно старался столкнуть его с себя. Схватив не успевшего отреагировать крокодила, Эд стащил его с кузена и отбросил в сторону, успев при этом как следует двинуть ногой в живот. Существо отлетело на пару метров и упало, но тут же попыталось подняться.

– Быстрее, пистолет! – крикнул Эдмон Владу.

Владислав, стараясь не обращать внимания на раненое плечо, выудил из кармана устройство и прицелился. Вдруг что-то выбило пистолет из руки. Это был павиан, внезапно спрыгнувший откуда-то сверху.

Схватив устройство, озверевший бросил на него быстрый взгляд, а затем со всей силы швырнул в стену. Оно, без сомнения, разлетелось бы на куски, если бы не Эрик, подпрыгнувший почти до потолка и перехвативший его.

«Внезапно… Оказывается, и от него есть толк».

Такой высокий прыжок удивил не только Эда, павиан на секунду замешкался и не заметил Берти, который был уже в метре от него. Озверевший попытался сбить койота с ног, но тот оказался проворнее. Увернувшись и оказавшись справа от павиана, Бертрам нажал на спусковой механизм, всадив дротик прямо в шею противника практически в упор. Транквилизатор подействовал моментально. Павиан закатил глаза и упал навзничь. Наблюдавший эту сцену крокодил решил, видимо, ретироваться. Издав полурык-полушипение, он бросился к окну. Путь ему преградила Матильда. Он уже хотел кинуться на неё, когда кто-то сзади схватил его за предплечья, с силой заломив руки. Марк наконец-то показал медвежью силу во всей красе. Эрику только и осталось, что просто подойти ближе и выстрелить – второй противник был повержен. Обошлось практически без крови: Влад был несерьёзно ранен в плечо, Матильда и Эрик отделались царапинами и синяками. Повисла тишина, казавшаяся теперь какой-то неестественной.

– Мы сделали это… – прошептал Берти. – Да, чёрт возьми, мы справились! – сказал он уже громко. – «Мелкий вид»… ну и что ты теперь скажешь?! – Бертрам оглядывался по сторонам, пытаясь найти того, кому была адресована эта реплика. Только теперь все заметили, что председателя нигде не было.

– А где Ния? – забеспокоилась Мати.

Эд пожал плечами.

– Нам надо идти. Сначала разберёмся с этими двумя, – придерживая пострадавшее плечо, ответил Влад.

Захватив с собой пойманных звериных, все вышли в коридор. Принц показывал путь, по которому они шли до этого. Ли Уортли обнаружилась на том же месте, где им позвонил Вэр. Она стояла, скрестив руки на груди и прикрыв глаза, как делала всегда, когда размышляла.

– С тобой всё в порядке? – Мати подбежала к подруге. – Мы так испугались за тебя. Смотри, у нас получилось, – председатель перевела взгляд на добычу, которую несли Марк и Эд.

– Мой телефон ещё у тебя? Дай мне его, – обратилась она к Принцу. Тот достал смартфон из кармана пиджака и протянул девушке.

Ничего не говоря, она быстро набрала какой-то номер: – Мистер Алигьери, – начала она, как только на другом конце взяли трубку, – это Ния Ли Уортли – координатор проекта «Тихий омут». Простите за беспокойство, но у нас возникла нештатная ситуация. Двое потеряли контроль, – … – Да, есть. Как минимум одна. Мы приняли необходимые меры. Подробности сообщу чуть позже… – … – Да, жду ваших указаний, – Ния вздохнула и нажала отбой.

– Что это сейчас было? – произнёс ошарашенный Влад. – Алигьери – это же тот парень из попечительского совета. Нахрена ты ему рассказала?! – остальные стояли, не зная, как реагировать. – Я спрашиваю нахрена? Мы так не договаривались! Мы же справились с этим дерьмом сами! – прорычал юноша, глядя на Нию, горящими глазами.

– Боюсь, что мы немного опоздали, – сказала она, указывая взглядом на ближайшую дверь.

Эд, которого посетила нехорошая догадка, тут же открыл её. Волна вони заставила его отпрянуть. Стараясь глубоко не вдыхать, парень сбросил озверевшего с плеча и прошёл внутрь. В неосвещённой комнате трудно было что-либо разглядеть, но, дав глазам привыкнуть, он заметил нечто, лежащее на полу у окна. Принц приблизился. Именно этот объект и был источником ужасного запаха. Эдмон уже знал, что это чьё-то тело. Подходить ближе не было смысла, он хотел выйти, но что-то в этом разодранном трупе показалось ему знакомым. Пересилив себя, он всё же присмотрелся… Это была девушка. Практически вся её одежда была измазана почерневшей от времени кровью… Лишь кое-где проглядывал когда-то яркий звериный принт… Ужасная догадка пульсировала в мозгу, юноша нервно сглотнул и перевёл взгляд на обезображенное лицо… Худшие опасения подтвердились.

– Нет… Киса… – вырвалось у него.

7

Dale descarada[6]

Взгляд Бертрама

– Это ожидание меня убивает, – тяжело вздохнув, Берти оторвался от телефона, в котором копался последние сорок минут.

Прошлая ночь казалась сном – жутким, сюрреалистическим кошмаром. После событий в старом корпусе председатель и Марк отправили всех по домам, а сами остались разбираться с последствиями.

Бертрам отвёз Влада и Эда домой. За всю дорогу Принц не проронил ни слова, Берти тоже молчал, понимая, что не время для расспросов. И всё же вопрос «Что теперь будет?» вертелся в голове. Остаток вечера койот провёл как на иголках, он никак не мог отвлечься от произошедшего и в итоге полночи проворочался, прежде чем задремал. Его разбудил звук сообщения на телефоне.

Ещё не до конца проснувшись, парень протянул к нему руку и глянул на экран:

«6:03 утра, да вы совсем охренели!»

Выругавшись на того, кто его разбудил, парень всё же открыл сообщение. Мозг отказывался складывать буквы в слова, и койоту пришлось изрядно напрячься, чтоб осознать написанное. Сообщение в мессенджере оказалось приглашением к групповому чату. Увидев название, Берти окончательно проснулся: оно гласило «Адские отродья» и завершалось тремя розовыми сердечками. Вспомнив, что Ния обещала сообщить, как что-то узнает, он сразу же нажал «Добавить».

Через несколько минут пришло первое сообщение:

Ния: Есть новости. Где встретимся?

Эдмон: Можем в «Клыках».

Матильда: Во сколько?

Ния: Часиков в восемь.

Эдмон: Как скажешь.

Матильда: Ок.

«Вот это скорость! Они будто только и ждали сигнала. Походу, ночка у всех так себе. М-да-а… Поспать мне сегодня уже не светит…» – зевнув, Бертрам отправился в душ.

Покончив с утренними процедурами, он набрал Эдмона, чтобы спросить, во сколько за ним заехать, и был крайне удивлён, услышав, что его друг поедет сам. Несмотря на то что у Эда была классная тачка, он редко ей пользовался. Предпочитал, чтобы его кто-то возил, так он успевал решать множество вопросов по дороге.

Берти ничего не оставалось, как собраться и отправиться в «Клыки». В итоге он оказался там на полчаса раньше оговорённого времени. Ночной охранник, впустивший его, был уже проинструктирован по поводу утренней встречи и сразу указал в сторону ВИПа. Едва юноша поднялся туда и устроился на одном из диванов, пришёл Влад и, коротко кивнув в знак приветствия, уселся в кресло. Выудив из рюкзака очередную книгу, он погрузился в чтение. Повисло молчание, нарушаемое лишь перелистыванием страниц. Бертрама это не удивляло, Владислав определённо не был душой компании. Всегда безразличный или даже немного угрюмый в плане человеческих отношений, он улыбался только когда играл в баскетбол или читал особо интересную литературу. Однако сложившаяся ситуация точно выходила за рамки нормы. Койоту не терпелось её обсудить, пусть даже с Владом:

– Так что, ты думаешь, теперь будет? Они правда могут исключить всех нас?

– Хз, – ответил Влад, не отрывая взгляда от книги. Он казался таким же малозаинтересованным, как и всегда.

«Что за реакция, блин?! Как будто мы погоду обсуждаем». – Знаешь, ты мог бы проявить больше участия. Всё-таки это нас касается напрямую.

Ответа не последовало. Влад лишь глянул на собеседника исподлобья и вернулся к своему занятию.

– Эй, я с тобой говорю! – вспыльчивого Берти всегда порядком бесило это отношение.

– А что, ты знаешь, как всё разрулить? Или, может, хочешь предложить план действий? – наконец сказал Владислав. Бертрам не нашёлся, что ответить. – Тогда сиди на жопе ровно и жди остальных, мисс болтушка!

Койот вынужден был признать, что Влад, в общем-то, прав.

Примерно без пяти восемь, держа в одной руке небольшую переноску, а в другой – целлофановый пакет, в комнату зашёл Принц.

Не успел он поставить вещи на пол, как Берти, соскочив с дивана, подлетел к клетке, с любопытством заглядывая внутрь.

– Что это? – спросил он удивлённо.

– А на что похоже? – вопросом на вопрос ответил Эд с лёгкой насмешкой в голосе.

– На лысую кошку! – выпалил койот, абсолютно не чувствуя сарказма в вопросе друга. – Где ты её взял?

– Нашёл. И я её оставлю, – последнее утверждение было адресовано Владу, который в ответ лишь пожал плечами.

– Какая-то она стрёмненькая, – Берти продолжал разглядывать животное.

– И голодная, – констатировал Эдмон. – Покорми её, пожалуйста. Там в пакете миски и еда. Я пока сделаю всем кофе. Без него нам это утро точно не пережить. Пошли, поможешь, – кинул он брату.

– Не указывай мне, – буркнул тот, но всё же захлопнул книгу и нехотя поднялся с кресла.

Бертрам как раз закончил выполнять поручение, когда дверь открылась и в комнату вошла Матильда с друзьями. Поздоровавшись, они расселись, образовав что-то вроде круга.

Кузены, вернувшись, поставили на стол подносы, на каждом из которых стояло по несколько чашек кофе и тарелок с пирожными и кусочками разных тортов.

– Пожалуйста, угощайтесь, – как всегда радушно сказал Эд. – Думаю, позавтракать вы ещё не успели.

– Да, если честно, я умираю от голода, – улыбнувшись, ответила Матильда. – Мы так торопились сюда, что на еду времени просто не хватило.

– Так вот что тебе нужно, чтобы не опаздывать, – меньше есть, – криво улыбнувшись, вставил Влад, который заметно оживился за последние несколько минут.

– Игнорируй этого грубияна, – вклинился Эдмон, усаживаясь рядом с Матильдой и невзначай кладя руку ей на плечо. – Королевы не опаздывают, как говорится. Вот попробуй, этот торт – наш хит, – проворковал Принц, пододвигая девушке тарелку.

«Эд непобедим, когда берётся за дело всерьёз! Никому не устоять перед его обаянием», – подумал Берти, заметив порозовевшие щёки Мати, и запихнул в рот очередной кусок шоколадного пирожного.

Оставалось дождаться только ВСС. Импровизированный завтрак был уже закончен, а Нии и Марка всё не было. Бертрам уже успел поиграть, прочитать последние новости в соцсетях и отлайкать новые фото Люси – всю пару сотен.

Когда Ния и зампред появились в клубе, Берти был готов взвыть – с рождения суетливый, он не мог подолгу сидеть на одном месте.

– Прошу прощения за опоздание, – прощебетала Ли Уортли, предупреждая все возможные вопросы. – Пришлось задержаться из-за внезапного Скайп-совещания. Появились новые обстоятельства.

«Походу, кому-то сегодня вообще поспать не удалось», – Берти заметил тёмные круги у Марка под глазами.

Неизвестно, сколько тональника вымазала на себя Ния, но кожа её, как всегда, выглядела безупречно. И только покрасневшие глаза и слегка напряжённый взгляд говорили об усталости.

– Может, кофе? – предложил Эдмон, который, как всегда, подмечал мельчайшие детали.

– Спасибо, не откажусь, – Марк еле стоял на ногах, балансируя между сном и явью.

– Я со своим, – добавила Ния, вытаскивая из сумки и тут же откупоривая пол-литровую банку энергетика.

Сделав пару глотков, председатель глубоко вдохнула и принялась объяснять ситуацию:

– Не буду вас долго мучить и начну с хорошей новости. Речи о закрытии проекта «Тихий омут» пока нет, – в этот момент по комнате прокатился вздох облегчения. – Но на этом всё хорошее заканчивается, – выждав паузу, добавила она. – Попечителям сейчас просто не до вас. Нарисовались куда более серьёзные проблемы. Ко вчерашнему трупу в старом корпусе добавилось ещё два…

– Эти парни успели убить ещё кого-то?! – не выдержав, вклинился Берти.

– Нет. Они успели сами умереть, – продолжила Ния, бросив недовольный взгляд на неугомонного парня. – Я узнала об этом сегодня ночью, перед тем как написать вам. А утром на том самом онлайн-совещании выяснилось, что назначено расследование. Причин и подробностей я не знаю. То есть вообще никаких, кроме того, что те двое отбросили коньки.

– Но вчера они были в порядке, если не считать потери контроля. Как это случилось? – затараторил койот.

– Ты что, меня жопой слушал?! Я же сказала, что не знаю! – по тому, как председатель вспылила, стало понятно, что её бесит неведение. – Шуршат там, словно мыши в норке. Не могу понять, что происходит. Но пока Совет явно намерен замять эту историю.

– «Замять»? Это вообще возможно? – сквозь зубы процедил Эд. – Замять кражу ответов к тестам – такое бывает, но как они собираются «замять» три трупа?!

– Что-нибудь придумают, поверь мне, – отрезала Ния и, почувствовав всеобщее напряжение, добавила более дружелюбным тоном: – В любом случае к нам это дерьмо не имеет больше отношения. Поэтому просто забудьте. А теперь мне пора бежать в универ.

– Я с тобой, – тут же поднялась с места Матильда.

– Мы тоже, – подхватили сестрички. – У нас эта дебильная пара статистики с утра.

– М-м, хорошо, – Ли Уортли направилась к выходу, но остановилась, бросив взгляд на клетку с кошкой. – Вижу, ты всё-таки её забрал. Хороший мальчик, – она подмигнула Эдмону и, не дожидаясь ответа, вышла.

Взгляд Матильды

– Ты сегодня без мотоцикла? – спросила Мати, оказавшись на улице и не увидев розовый «Эндуро».

– Мы приехали на такси. Мишка заявил, что у него нет суицидальных наклонностей. Типа, если я поведу в таком состоянии – точно улечу в какой-нибудь кювет, – Ния презрительно фыркнула. – В последнее время он что-то совсем борзый стал. Может, ему в спячку пора? – задумчиво добавила председатель.

– Он так показывает самца, – хихикнула Поли.

– Пусть показывает кому-нибудь другому, – картинно скривилась Ния.

– Кстати, о самцах, – внезапно воскликнула Касси, когда девушки садились в такси. – Кто бы мог подумать, что наш милашка-очаровашка профессор, который только своими мензурками и занят, страдает от неразделённой любви.

– Что? – «Мне послышалось», – пронеслось у Мати голове.

– Ну, то есть тёлка, которая ему нравится, ему не даёт. А может, и никто не даёт, как твоему другу Вэру, – Поли включилась в беседу.

– Хватит, – практически закричала Матильда. – Уверена, что ни у профессора, ни тем более у Вэра таких проблем нет.

– Ага, продолжай себя в этом убеждать! – пропела Касси тоном, говорившим «Ну что за наивняк!».

– Фиг с ним! – прервала Ния разворачивающиеся дебаты. – Так что там с профессором?

– В общем, вчера мы проводили его до самого дома, и в благодарность он пригласил нас на чай. Мы поднялись к нему. Квартирка, надо сказать, совсем убогая, да, Касси?

– Это пипец! Книжки, книжки, книжки. Какие-то бумажки везде, формулы… Всё такое унылое…

– Ну да. Короче, сели мы в гостиной, Рейвен пошёл делать чай и позвал панду помочь, так что мы остались вдвоём, – с упоением вещала Поли. – В верхнем ящике его рабочего стола мы нашли…

– Только не говорите, что рылись в его вещах! – возмутилась Матильда.

– Фу, как грубо! Всего лишь немного осмотрелись, – накинулись на Мати сестрички. – И не перебивай, как раз подошли к интересной части. Так вот, – продолжили девушки, заканчивая фразы друг за друга, – в столе среди кучи бумажек лежала фотография с какой-то бабой.

– И чё? – закатила глаза Ния. – Может, это его сестра.

– Не может, мы невзначай поинтересовались, у него только брат. Плюс, ты ещё не знаешь главного… фотка была порвана на мелкие кусочки – как можно загадочней произнесла Поли. – Вряд ли они друзьями расстались.

– Да-да, а потом склеена снова, – Касси многозначительно вскинула брови. – Походу, они работали вместе, на фотке на ней белый халат. Может, она с другого факультета. Лицо показалось мне немного знакомым. Эх, старые чувства не гаснут!

– Драматично, да? Это ж классика. Парень влюблён в девушку, но та о его чувствах ни сном ни духом. Или даже хуже, – продолжали сестрички, всё так же перебивая друг друга, – знает обо всём, но держит во френдзоне, а в конце ещё и знакомит со своим богатеньким женихом. Что-то типа: «Я хотела, чтобы ты первым об этом узнал», – Касси схватилась за сердце, изображая глубокое потрясение. – Наш профессор в печали, всё, что ему остаётся, – это снимок любимой! – девушки замолчали, наблюдая за реакцией.

– Бедный профессор Рейвен, – посочувствовала Матильда без тени сарказма в голосе.

– Какая банальщина, можно было придумать историю и получше, – протянула Ли Уортли. – И почему жених обязательно богатый?

– Конечно богатый, иначе смысл? – негодовала Полина, заметив на лицах собеседниц недоумение. – Бедняжка, даже часы нормальные позволить не могла. Носила пластиковую дешёвку… А как отхватила ухажёра побогаче, так он ей сразу золотые придарил. Носить обе пары, конечно, колхоз, но учёные все немного с придурью…

– Стиль в деталях, детки! С этим не поспоришь, – подытожила Кассандра. – Что более важно, мы с Поли никак не можем решить: спит Рейвен с кем-нибудь или нет.

– Нам обязательно это обсуждать? Может, сменим тему? – взмолилась Мати. – Не хочу ничего знать про интимную жизнь своих знакомых.

– Ну ладно, – с самым невинным видом сказала Касси и, выждав буквально мгновение, добавила:

– Тогда что насчёт Вэра?

– Это не новая тема, – почти зарычала Матильда, – ты продолжаешь развивать старую!

– Сто процентов девственник, – раздалось рядом.

– Ния, блин!

* * *

Подъехав к университету, подруги разошлись в разные стороны. Сестрички убежали на статистику, а Мати, у которой до пары ещё оставалось свободное время, решила пойти с Нией в кабинет студсовета.

– У тебя сегодня ещё много работы? – обеспокоенно спросила Матильда, пока они поднимались по лестнице. – Тебе бы отдохнуть.

– Этим я и собираюсь заняться. Мне только нужно отправить один отчётик, и буду свободна, – уверенно заявила Ния, доставая ключи, как только девушки приблизились к офису.

Привычным жестом председатель вставила ключ в скважину и попыталась его провернуть. Однако, к удивлению Мати и ещё большему удивлению Ли Уортли, у неё не получилось – было не заперто. Нахмурив бровки, председатель потянула за ручку, и дверь послушно открылась.

Как только Матильда оказалась внутри, её взгляд упал на фигуру, застывшую у окна. Мужчина стоял к девушкам спиной, и даже хлопнувшая дверь не заставила его повернуться.

– Позвольте поинтересоваться, – самым дружелюбным тоном начала Ния, самообладанию которой в пору было петь дифирамбы, – по какому праву вы вломились в кабинет студенческого совета?

– Чего-чего, а прав у меня хватает, – не оборачиваясь, ответил мужчина очень низким баритоном. Матильда заметила, как Ния вздрогнула при звуке этого голоса. Тем не менее Ли Уортли тут же взяла себя в руки.

– Повернись, – несмотря на милый тон, которым это слово было сказано, оно прозвучало как приказ.

– Своевольная, как обычно, – констатировал он, всё же послушавшись.

В этот момент Матильде удалось наконец разглядеть незваного гостя. На вид ему было чуть за тридцать, среднего роста, но крепкого телосложения. Классическая стрижка, пепельно-русые волосы, крупные правильные черты лица, прямой нос, острые скулы; мужчина был гладко выбрит и одет в дорогой костюм. Весь его облик излучал благородство, но вместе с тем было в нём какое-то несоответствие. Что-то, что контрастировало со всем остальным.

«Кого-то этот человек мне напоминает».

Самой броской частью его внешности были ореховые глаза, а точнее глаз, потому что второй был закрыт чёрной повязкой. Когда мужчина сделал пару шагов, Матильда с удивлением обнаружила, что он слегка прихрамывает на левую ногу. И тем не менее у Мати язык бы не повернулся назвать его неприятным, скорее с точностью до наоборот – весьма привлекательным.

– Давно не виделись, – продолжил он, подходя и, к удивлению Мати, заключая Нию в объятия.

– Да, – подтвердила та, не отвечая на жест, но и не пытаясь вырваться. – Какого хера ты здесь забыл? – спросила она, отстраняясь, но продолжая улыбаться.

– Я приехал по работе, – спокойно ответил он, не обращая внимания на грубость. – Меня попросили заняться одним странным делом в этом университете. Сначала я сомневался, но потом узнал, что ты здесь учишься. Тогда я подумал, что просто обязан разузнать подробности.

– О каком деле идёт речь, понятно, только причём здесь ты?

– А я теперь начальник полиции, – пояснил мужчина, широко улыбнувшись.

– Я не сомневаюсь, что стал ты им абсолютно честным путём, – Ли Уортли приподняла бровь. – Берут всякий сброд, – добавила она как бы между прочим.

– Ну конечно… – если его и разозлили высказывания председателя, виду он не подал. – Простите, что не представился, я Гарет Галахад, – он обратился к Матильде.

– А я…

– Матильда Харкер. Уже знаю, – опередил он девушку. – Не пугайтесь, это часть моей работы, – ответил полицейский на изумлённый взгляд Мати. – Приятно познакомиться.

– Хватит к ней шары подкатывать, господин полицейский. Лучше скажи, тебе уже что-нибудь известно? – вклинилась Ния.

– Деталями я пока не располагаю. Зашёл, потому что хотел поздороваться. И, между прочим, все подробности дела – секретная информация. Я не могу её разглашать. Я же слуга закона.

– Тогда, как только узнаешь что-нибудь… – начала председатель.

– Так сразу, – закончил он её фразу. – Увидимся, – с этими словами Гарет, прихрамывая, покинул офис.

Как только он вышел, Ния с совершенно каменным лицом уселась за компьютер. Ей понадобилась лишь пара минут, чтобы всё доделать. В это время Матильда разрывалась между желанием узнать, кем тот полицейский приходится Ние, и внутренним голосом, который подсказывал, что плохо совать нос в чужие дела.

– Я закончила. Теперь можно отдыхать. Пошли, провожу тебя до корпуса, – Ли Уортли казалась такой же спокойной, как обычно.

Пока подруги шли по территории кампуса до нужного здания, Матильду просто распирало любопытство.

– Какие у вас отношения, если не секрет? – в итоге, не выдержав, спросила она.

– Он мой… лучший знакомый, – запнувшись на полуслове, ответила Ния.

– Ты хотела сказать лучший друг? – машинально поправила её Мати.

– Я сказала то, что хотела.

– Он что-то сделал? – забеспокоилась Матильда. – Что-то плохое?

– Дело не в нём… Просто… Его присутствие превращает мои неприятные воспоминания в непереносимые… Шутка, – добавила она после секундной паузы. – На самом деле, меня просто бесит то, какой он.

– А какой он, если в двух словах?

– М-м-м, если в двух словах, – призадумалась председатель. – Он алкоголик, интриган и эгоист, – Ли Уортли как-то тяжело вздохнула. – Кроме того, может определить цвет твоего белья по запаху духов.

– Серьёзно? – хихикнула Мати. – Он, кстати, напомнил мне кого-то… какое-то животное.

– О-о-о, это просто. Ядовитого змея, – буркнула Ния. – Ну, мы пришли.

Девушки остановились у входа в корпус и попрощались. Перед тем как зайти внутрь, Матильда глянула вслед удаляющейся подруге.

«Она правда в порядке? Выглядит вроде как обычно…»

Ния уже успела отойти на несколько метров и поравняться со студенткой, стоящей неподалёку. На листке в её руках было написано: «Бесплатные объятия». Заметив надпись, Ли Уортли встала как вкопанная, затем приблизилась и… выхватив бумажку, порвала её на мелкие кусочки.

– Объятия?! Ну-ка исчезла отсюда, пока я тебя не отмудохала! – с этими словами председатель швырнула клочки бумаги в испуганную девушку, а затем продолжила путь.

«Ну ни хрена себе! На “в порядке” вообще не похоже. Перетрудилась, что ли? – Матильде вдруг вспомнились объятия в кабинете ВСС. – Это из-за него? Хорошо хоть, она не звериная, – Харкер бросила взгляд на часы. – А-а-а, чёрт, опаздываю!»

Взгляд Эдмона

Наконец избавившись от всех гостей после собрания и решив пропустить поход в университет, Эд и Берти (навязавшийся ему в спутники) поехали к ветеринару. Принц решил проверить, всё ли в порядке с новым питомцем.

Женщина средних лет, проделав все необходимые манипуляции, заявила, что кошка в целом здорова, но налицо следы плохого питания.

– Вы её на улице подобрали? По кошечке-то видно, что она и домашняя, и породистая. Потерялась, наверно, бедняжка! – с сочувствием воскликнула ветеринар. – Может, вам объявления сделать, молодой человек? Хозяева, поди, ищут её.

– Не нужно, – спокойно ответил Эдмон.

– Но как же так?! Они там волнуются, считай, член семьи пропал, – не унималась она.

– Никто её не ищет. Её хозяйка умерла, – сказав это, Эд, не глядя на растерявшегося ветеринара, молча взял кошку, посадил обратно в клетку и вышел из кабинета.

– Это её кошка, да? Сто пудов её! – Бертрам выскочил вслед за другом. – Как она оказалась у тебя? Почему ты мне не рассказал?

Эдмон понял, что проще будет объяснить всё про животное, чем втолковать Берти, почему он не хочет об этом говорить. Принц поставил клетку на заднее сидение и принялся рассказывать: после общения в групповом чате Ния позвонила Эду и в свойственной ей манере проинформировала о том, что сотрудники, прибывшие осмотреть квартиру Кисы, обнаружили на пороге кошку, ждавшую хозяйку. Скорее всего, оголодавшее за несколько дней животное вылезло в окно в поисках пищи. К сожалению, попасть назад – в квартиру, располагающуюся на третьем этаже, – кошка не смогла. После всей этой истории Ния намекнула, что, если не найдётся никого сердобольного, зверька усыпят.

– Знаешь, Киса ведь приехала издалека, у неё здесь никого нет…

– И поэтому ты забрал кошку, – Берти закончил мысль и, смотря глазами полными восхищения, добавил: – Как и ожидалось от моего лучшего друга. Ты отличный парень!

В этот раз Эдмон не врал и не рисовался, хотя мотивы его поступка несколько отличались от того, что успел нафантазировать Берти. Та страшная картина в старом корпусе никак не выходила из головы. Эд не был напуган или подавлен, он умел абстрагироваться от неприятных вещей. Именно поэтому ему нужно было сделать что-нибудь правильное, так он сохранял внутреннее равновесие.

Закинув Берти домой и договорившись вечером встретиться в клубе, Эдмон вернулся в свои апартаменты. Он помыл и покормил Кису (так Принц назвал кошку, ибо не знал настоящей клички). По дороге домой заскочил в зоомагазин и обзавёлся предметами первой (и не очень) кошачьей необходимости. Он даже выбрал лежанку в виде морской раковины, чтобы она гармонировала с общим стилем его светло-серой комнаты. Посадив на новую постель чистую и сытую Кису, Эд решил, что пора позаботиться и о себе. Он заказал обед с доставкой и пошёл принимать душ.

Вернувшись в спальню, Принц обнаружил, что наглое животное предпочло своей лежанке его кровать и теперь спало, свернувшись калачиком на белом шерстяном покрывале.

«Ну уж нет!» – подумал Эдмон, тут же сталкивая нахалку на пол.

Приземлившись, кошка издала отрывистый звук, нечто среднее между мяуканьем и блеянием, при этом уставившись на Эда зелёно-жёлтыми глазами и неодобрительно подёргивая лысым хвостом.

– Сама такая, – усмехнувшись, ответил ей Принц.

За день эта ситуация повторялась не один раз. Стоило Эдмону отвернуться, как лысое чудовище оказывалось на его кровати.

– Не люблю женщин, которые не знают своё место, – сказал он ей, в очередной раз хватая за шкирку и пересаживая на лежанку. – Придётся заняться твоим воспитанием.

Позже вечером Берти, по обыкновению, заехал за другом, и парни отправились в клуб. В «Клыках» в самом разгаре была тематическая мексиканская вечеринка. Повсюду выросли бутафорские кактусы, с потолка свешивались пеньяты. Барное меню радовало спецпредложениями, текила лилась рекой. Весь персонал был наряжён в костюмы мариачи. Танцовщицы, чья одежда состояла в основном из разноцветных сомбреро, задавали ритм, тряся маракасами и крутя всеми выступающими частями тела так, что, наблюдая за ними, можно было заработать головокружение. Впрочем, народ на танцполе не отставал: под реггетоновские миксы на смеси испанского с английским парочки тёрлись друг о друга так, что искры летели. Подобные вечеринки всегда имели большой успех.

Удовлетворённо окинув происходящее взглядом, Эдмон уселся на кожаный диван, потягивая виски и не без интереса наблюдая за Берти, который, поддавшись настроению вечеринки, заказал текилу, но так к ней и не притронулся. Вместо этого парень крутился около окна как белка в колесе, высматривая в толпе Люси. После того как Бертрам отправил ей с десяток сообщений о предстоящей вечеринке, она сказала, что, может быть, заглянет.

«Надежда умирает последней, – размышлял Эд, делая очередной глоток из хайбола. – Будь здесь Влад, она бы через три минуты прискакала… и без приглашения».

– Эд, глянь, глянь сюда. Во девчонка отжигает! – возгласы друга прервали его размышления. – Да ты посмотри!

– Ага, – чтобы отделаться, Принц бросил в сторону окна мимолётный взгляд, не поднимаясь с дивана и не рассмотрев толком ничего, кроме розового пятна. – «Розовый?! – Эдмон подскочил к окну так быстро, что Берти выпучил от удивления глаза. Яркое пятно, которое бросилось ему в глаза, оказалось одним из сомбреро. – И продаёт же кто-то такую безвкусицу!»

Хозяйка шляпы резво вытанцовывала на барной стойке, собрав вокруг себя небольшой фан-клуб. И хотя лица её было не разглядеть, Эд уже знал, кто это.

Не сумев побороть искушение посмотреть поближе, он быстрым шагом направился вниз. Всё ещё ничего не понимающий Берти пошёл следом.

Ожидания Принца оправдались. Оказавшись рядом с барной стойкой, он стал свидетелем того, как председатель ВСС собственной персоной, находясь, по-видимому, в изрядном подпитии, демонстрировала собравшейся толпе, как нужно танцевать. Делала она это, надо признать, очень даже недурно.

Ритмично подёргивая попкой, обтянутой короткими джинсовыми шортами, Ли Уортли присаживалась всё ниже, вызывая активное слюноотделение у мужского населения…

«Может, мне её нанять как гоу-гоу? – Эдмон усмехнулся этой мысли, доставая из кармана пиджака телефон: он просто не мог не запечатлеть сей эпичный момент. Удовлетворившись двухминутным видео, Принц сделал ещё несколько шагов к стойке. – Оставить её тут?» – в этот момент один из пускающих слюни парней решил, что просто смотреть – не для него, и попытался схватить Нию… – А ну, сгинул! – Эд дёрнул наглого поклонника за руку и посмотрел так, что, даже если он не расслышал фразу из-за музыки, главную мысль уловил. – «И на кой мне это надо?!» – Ну всё, слезай оттуда, – убедившись, что находится в поле зрения Нии, он попытался перекричать музыку.

– ¡Hola![7] – помахала Ли Уортли и продолжила танцевать.

– Будь хорошей девочкой и слезай, – не сдавался Эд. – «Полный игнор… – недолго думая, Принц подошёл вплотную к стойке и дёрнул Нию за лодыжку. – Сама потом спасибо скажешь!» – и так некрепко стоящая на ногах девушка совсем потеряла равновесие и крайне неграциозно спикировала в вовремя подставленные руки Эдмона.

– ¿De qué puta mádre?[8] – Принцу не нужно было знать испанский, чтобы понять, что это нечто нецензурное. – ¡Voy a romperte la cabeza![9]

– Где у тебя языковые настройки? – усмехнулся он, перехватывая поудобнее уже не сопротивляющуюся ношу. – Ты зачем так набухалась?

– Мне грустно… – промямлила Ния с латиноамериканским акцентом, параллельно пытаясь напялить розовое сомбреро ему на голову. – ¡Joder![10] Тебе идёт.

Не опуская свою ношу на пол, Эдмон двинулся к ВИПу. Берти, предусмотрительно раздобывший стакан воды, последовал за ним. Оказавшись внутри, Принц уже собирался отпустить Ли Уортли, когда внезапно услышал звук… рвоты.

«Только не это!»

Нию стошнило прямо на него.

– ¡Ay, caramba![11] – прокомментировала председатель, прежде чем окончательно вырубиться.

На мгновение лицо Эдмона приобрёло непередаваемое выражение: смесь удивления и желания убивать. Затем, совладав с эмоциями, он уложил ходячее розовое пятно на диван и накрыл пледом. Сняв испорченный пиджак и отбросив его подальше, Принц достал телефон. Пришлось немного повозиться, но Эд посчитал, что его честь должна быть отмщена. Наконец он вернулся к недопитому бокалу виски.

«Поразительно, как алкоголь влияет на людей, – перед его глазами вдруг всплыло лицо Матильды. За всем происходящим он совершенно позабыл о ней. – Нельзя бросать дела на полпути. Мати, пора нам с тобой развлечься как следует… У меня только что появилась замечательная идея по этому поводу!»

* * *

Рано утром Эда разбудил телефонный звонок: на экране высветился номер Нии. Он оставил её спать в ВИПе, дав соответствующие указания охране, перед тем как уехать домой.

– Да, – сонно ответил он, ногой спихивая с кровати спящую кошку.

– Ты выложил видео с моими пьяными танцами в Сеть! – голос в трубке срывался на крик. – И как ты собираешься мне это объяснить?!

– ¡Ay, caramba! – выдал Эд и, отключив телефон, продолжил спать.

8

…своей сакуре не сёгун[12]

Взгляд Матильды

Мати вышла на улицу и, закутавшись в огромный бежевый шарф, села на скамейку возле коттеджа. Солнце уже зашло, становилось прохладно. Хотя девушка накинула лёгкое пальто, вечерний ветер заставил её пожалеть о том, что она-таки надела (то самое единственное) платье. Можно было бы сменить его на что-то потеплее, но возвращаться в дом, где её поджидали Вэр и Эрик со своими расспросами, не было никакого желания. Харкер достала телефон и начала на автомате пролистывать ленту, в то время как её мысли витали где-то далеко.

Ещё час назад девушка и не думала куда-то собираться, в планах был спокойный вечер с книгой… Но едва успела Матильда расположиться на кровати, как зазвонил телефон:

– Добрый вечер, Мати, надеюсь, не отвлекаю? – заговорил на другом конце провода знакомый бархатистый голос.

– Добрый, нет, не отвлекаешь, – она тут же отложила книгу. – Что-то случилось? – «Что за идиотский вопрос? Сама же знаю, сколько всего случилось…» – Харкер слегка хлопнула себя ладонью по лбу.

На несколько секунд Эдмон замолчал, словно этот вопрос поставил его в тупик, но затем наконец ответил:

– На самом деле, я хотел тебя попросить, – Матильде показалось, что голос Принца вдруг стал робким, – проведи со мной этот вечер, пожалуйста… – последние слова были сказаны полутоном, который, казалось, обволакивал сознание как густой горячий дым…

Девушка почувствовала, как мелкие мурашки побежали по коже.

– Что, прости? – выдавила Мати, судорожно соображая, всё ли верно она поняла.

– Я имею в виду, давай поужинаем вместе, поговорим… – Эд вдруг запнулся. – Мне очень нужно поговорить с кем-то, Матильда, – сердце девушки забилось, как птичка в клетке, от того, с какой интонацией он назвал её по имени, будто больше нет ни одного человека на земле, кому он может доверять, кто ему так близок. – Я хоть и веду себя как обычно, но вся эта ситуация повлияла на меня больше, чем я думал… Нужно развеяться, – Принц глубоко вздохнул, будто пересиливая себя. – Остальные не поймут, я чувствую, что могу открыться только тебе.

«Мне? – Мати улыбнулась. – Неужели Эдмон и я действительно настолько близки…» – Конечно, я составлю тебе компанию, – сказала она понимающе. – Во сколько и куда мне подъехать?

– Я сам за тобой заеду! – ответил радостно Принц. – Сколько времени тебе нужно, чтобы собраться?

– Минут сорок, наверное, хватит, – проговорила Матильда, поднимаясь с кровати и направляясь к шкафу.

– Хорошо, я подъеду через час, чтобы ты могла не торопиться! – Эдмон повесил трубку.

Мати открыла шкаф и быстро просмотрела всю одежду.

«Вряд ли Эд повезёт меня в какую-то забегаловку… – она достала из дальнего угла платье цвета индиго с чёрными кружевными рукавами три четверти и слегка расклешённой юбкой чуть выше колена. – Надеюсь, это не слишком… – раздумывала Харкер, надевая чёрные капроновые чулки. – Блин, о чём это я?! Всё равно никто их не увидит, не полезет же он мне под платье!» – она густо покраснела и замотала головой, вытряхивая приставучие мысли.

Матильда собралась с небывалой для себя скоростью. Отойдя от зеркала на два шага, она оглядела готовый образ: платье село хорошо, чёрные чулки, по мнению Мати, даже сделали ноги стройнее. Завершили образ аккуратно уложенные в асимметричную причёску волосы и слегка подкрашенные глаза: «Не так уж и плохо…» – Матильда поправила заколку с маленькими незабудками из сапфиров (подарок мамы на совершеннолетие), которой она подобрала волосы над правым ухом, и взяла чёрный клатч.

Открыв дверь, Мати аккуратно выглянула из комнаты в надежде выскользнуть из дома незамеченной: «Фух, вроде нет никого», – она быстро сбежала по лестнице, набросила на плечи коричневое пальто, обмотала вокруг шеи бежевый шарф и уже доставала чёрные с коричневыми вставками ботильоны, когда услышала голоса:

– Да ничего это не значит! Это просто вежливость, да и только! – выходя из дальней комнаты, отстаивал своё мнение Вэр.

– Нет, ты не прав! Она явно ему нравится, не стал бы он при всех так её обхаживать и… – Эрик запнулся на полуслове, увидев обувающуюся второпях сестру, и, толкнув Вэртера в бок, взглядом указал, на что нужно обратить внимание. – Мэтс? Куда это ты собралась?

Матильда наконец завязала шнурки и, поднявшись, с укором посмотрела на парней, предупреждая, что дальнейшие расспросы их до добра не доведут:

– Не ваше дело, сплетники! – ответила она достаточно резко. – Буду поздно! – с этими словами девушка покинула коттедж.

– Я же говорил! Походу, на свидание собралась! Будет у меня сестра-владелица клуба! – донёсся из-за закрывающейся двери торжествующий голос Эркюля. Что ответил Вэр, она уже не услышала.

* * *

Ровно в семь вечера к коттеджу подъехал серебристый «Астон-Мартин». Мати смерила взглядом разворачивающуюся машину: на багажнике аккуратным шрифтом было выведено «DB9».

«Наверное, стóит как целая квартира…» – порадовавшись про себя, что всё-таки надела платье, девушка залезла в приятно пахнущий карамелью салон.

– Привет ещё раз, – Эдмон сидел вполоборота, облокотившись на обтянутый светло-бежевой кожей руль, его волосы были небрежно зачёсаны назад, несколько прядей ниспадали на высокий лоб, чёрная, в едва заметных узорах рубашка ему очень шла, придавая аристократичности. Принц одарил Матильду печальной, но такой тёплой улыбкой, что девушка еле-еле собралась с мыслями.

– Привет, – вымолвила она. – «Ох… И как можно такому соответствовать? Тут одним платьем не обойдёшься…» – Мати почему-то стало неловко за себя.

– Давно ждёшь? Не холодно? – не дожидаясь ответа, Эд прикоснулся к рукам девушки. – Ты же совсем замёрзла, льдинка! – он притянул её ладони к губам.

Глаза сами собой закрылись… Все ощущения померкли, единственное, что осталось в мире, – это горячее дыхание Эдмона. Будто всё её существо вдруг сосредоточилось на кончиках пальцев.

«Как в каком-то романтическом фильме…» – Матильде вдруг стало жутко стыдно за свои глупые мысли. Она замерла, боясь испортить непринуждённость момента даже лишним вздохом.

– Ну вот ты и согрелась! – Эд нарушил тишину, заставив Мати подпрыгнуть от неожиданности.

– Д-да! – Харкер пристегнула ремень безопасности, краем глаза наблюдая за отточенными движениями водителя. – Куда мы едем?

– Увидишь, – Принц на мгновение оторвал взгляд от дороги и хитро прищурился. – Ты же не против маленьких подпольных баров?

– Да нет… – ответила Матильда спокойно, но при этом внимательно посмотрела на парня, пытаясь понять, что он имеет в виду.

«Подпольных? – она устроилась поудобнее, наблюдая за проносящимися мимо машинами, а фантазия уже работала на славу: раста кафе, колоритные официанты с дредами, наполовину заправленными в цветные шапки; бар, заполненный, помимо алкоголя, непонятными (и, конечно же, запрещёнными) жидкостями всех цветов, кальянами и кексиками с «секретом». – Нет, это ему совсем не подходит!» – картинка улетучилась, уступая место абсолютно иному образу: элитный закрытый клуб, официантки в чёрных атласных боди с белыми манжетами и воротничками, зеркальный бар, сцена как в дорогом кабаре, а за столиками важные мужчины в дорогих костюмах потягивают винтажные вина и…

Машина резко затормозила, не давая воображению завершить начатое. Эдмон припарковался возле четырёхэтажного здания в стиле модерн. Принц вышел первым и, как подобает джентльмену, открыл дверь, подавая руку Мати.

– И где же твой подпольный бар? – девушка посмотрела по сторонам, ища какие-то признаки заведения.

– Нам сюда! – Эд взял Матильду под руку и повёл к арочному проёму.

Они прошли ещё несколько дворов, прежде чем девушка увидела лестницу, ведущую в подвальное помещение. Путь освещали небольшие лампы, собранные из маленьких голубых и алых стёклышек. Развешанные намеренно беспорядочно, они создавали красивый узор из света на стенах и полу.

Как только пара спустилась вниз, дверь перед ними открыл улыбающийся парень в серых брюках, белой рубашке и таком же сером жилете. Получив от него приглашение жестом, гости прошли в фойе, и тот же юноша поспешил забрать у них верхнюю одежду.

«Ты, наверное, шутишь! Ему осталось только поклониться для полного счастья… – Мати тихонько хихикнула. – Буржуазия!»

– Тут так принято, – шепнул Эдмон и, оглядев свою спутницу, улыбнулся. – Матильда Харкер! Ты сегодня просто обворожительна! – воскликнул он без тени стеснения.

– Спасибо, – проговорила Мати, глядя в пол и поправляя волосы. – Ты вгоняешь меня в краску! – «Приятно, конечно, но зачем так орать?! Теперь все на нас пялятся!»

– Секунду! – Принц приобнял её за плечи и, встав за спиной, достал телефон.

Матильда не успела ничего толком сообразить, как послышался щелчок, а затем ещё один.

«Селфи? Серьёзно?!»

Взгляд Эдмона

– Пойдём! – заметив, что ей неловко, Эд снова взял Мати под руку и повёл в зал.

– А нам разве не нужно… – она указала взглядом на девушку за стойкой.

– Нет, хотя я тут и не частый гость, они всегда придерживают пару столиков для ВИП-персон, – как само собой разумеющееся сказал Эдмон.

– А-а-а… – протянула тихонько Матильда, снова почувствовав себя не в своей тарелке.

Минуя стоящие в центре зала резные деревянные столики, над которыми висели разноцветные мозаичные светильники, как на входе, пара прошла вглубь помещения. Располагавшиеся у дальней стены диваны, обитые тёмно-синим бархатом, были отделены от основного зала полосками шифона, подвязанными над каждым столом наподобие балдахина. Светлая полупрозрачная ткань казалась расшитой причудливыми узорами из-за отблесков цветных стёклышек ламп.

– Очень красиво! – восхищённо прошептала Мати, проходя под один из балдахинов и усаживаясь на мягкий диван.

– Да, мне тоже нравится это место, – Эдмон присел рядом с Матильдой и взял её за руку. – Романтично, не правда ли… – «Чёрт, я ж типа в печали! Что-то я отклонился от изначальной идеи вечера… – он неотрывно смотрел на девушку, и со стороны казалось, что его взгляд полон любви и нежности, хотя на самом деле он просто внимательно наблюдал за её реакцией. – Она, похоже, в таком восторге, что и не заметила моего прокола, – Принц придвинулся немного поближе и раскрыл меню. – Я неотразим, несомненно!» – Выпьем чего-нибудь?

Мати, всё это время рассматривавшая зал, наконец-то перевела взгляд на своего спутника и, вдруг встретившись с пронзительными синими глазами, стала судорожно шарить рукой по столу в поисках меню.

– Да, конечно, давай выпьем! – выпалила она, наконец открывая книгу, изящно переплетённую кожаными шнурками.

Пролистав всё меню, Матильда вернулась к первой странице и начала изучение заново. Она совсем потеряла самообладание: лицо пылало, собраться никак не получалось: – Прости, тут так много всего…

«И долго она будет ковыряться?» – Может быть, доверишься моему вкусу? – Принц обворожительно улыбнулся, девушка молча кивнула в ответ, явно обрадовавшись, что проблема выбора так легко решилась.

Жестом подозвав официанта, стоявшего всё это время за шифоновой завесой, Эдмон сделал заказ.

Вскоре официант вернулся с большим подносом, на котором красовались коктейли в бокалах разной формы, два тумблера виски и блюдо со всевозможными закусками, нанизанными на цветные шпажки.

– Ого, не знай я тебя, подумала бы, что ты пытаешься меня напоить! – Мати простодушно улыбнулась, пододвигая к себе голубоватый коктейль, украшенный фиолетовым зонтиком.

«Ты меня и не знаешь!» – Ни в коем случае! Просто хотел, чтобы у тебя был выбор! – он подмигнул девушке, делая глоток виски. – «Сегодня, наконец, ты покажешь миру свою истинную сущность. И алкоголь тебе в этом поможет, Матильда Харкер».

Выпив пару коктейлей, Мати расслабилась и, не умолкая ни на секунду, вещала о том, какую захватывающую книгу она начала читать вчера. Эду даже особо напрягаться не приходилось для поддержания беседы, всё, что от него требовалось, – это вовремя поддакивать и делать заинтересованный вид, хоть это и наскучило ему ещё в первые пятнадцать минут.

«Господи, надеюсь, все персонажи сдохнут в конце!» – то, что говорила Матильда, слилось в один раздражающе-жужжащий гул.

– …ты представляешь, каково было героине в этот момент?

«Да насрать мне на неё!» – Даже сложно себе представить! – воскликнул Принц, картинно вскинув руки.

– Да! Это вообще невообразимо! – «Заканчивай уже!» – Но автору надо отдать должное, – «Пристрелить его надо!» – Так тонко прочувствовать момент, – «Да кончится это или нет?!» – может только человек с чуткой душой и…

«Заткнись!» – в этот момент юноша нежно дотронулся до щеки Матильды и, приблизившись так, что расстояния между их лицами почти не осталось, прошептал, глядя прямо в глаза: – Ты такая красивая…

От неё сильно пахло сладостью и алкоголем, но за этой смесью читалось ещё что-то, что определённо ласкало обоняние Принца. Однако разбираться, что это за запах Эду было не особо интересно, он подался вперёд и их губы соприкоснулись. Прерванная на полуслове девушка тут же ответила на его порыв. Она приоткрыла губы, разрешая парню углубить поцелуй. Голова у Мати и без того уже слегка кружилась от спиртного, но от прикосновений Эдмона все стоп-краны сорвало напрочь. Спрятав затуманенный взгляд за пушистыми чёрными ресницами, Матильда обвила руками шею парня.

«А она неплохо целуется. Я-то думал, она из тех, кто всё ещё хранит своё целомудрие… А тут… Похотливая… лигрица!»

Тяжело дыша, Мати наконец отстранилась от Эдмона. Щёки у неё горели, волосы слегка растрепались, было видно, что девушка не прочь продолжить… Она прикусила нижнюю губу:

– Прости, я немного… увлеклась…

После того, что произошло, Матильда, к превеликой радости Принца, наконец-то притихла.

Пока девушка приходила в себя, Эд, не акцентируя на этом внимания, отправил сообщение Берти:

«Через двадцать минут приступаем».

Взгляд Матильды

Мысли в голове прыгали друг на друга, Мати никак не могла сосредоточиться на чём-то одном. Хотелось узнать, что же будет дальше и значит ли что-то этот поцелуй или это был просто минутный порыв… В то же время в памяти вдруг всплыл разговор по телефону.

«Он вроде бы хотел поговорить со мной… Когда позвонил, было слышно, что ему тяжело… – Матильда посмотрела на Эда, который, потягивая виски, рассказывал что-то о своём клубе. – Может быть, ему просто спокойно со мной? Не буду расспрашивать, ему, наверное, просто хотелось побыть рядом с… с кем-то понимающим… – она отпила большой глоток от четвёртого коктейля с непроизносимым названием и расплылась в улыбке. – Вкусненько-о-о… Он вообще алкогольный?»

Эд вдруг засмеялся, глядя на её довольную раскрасневшуюся мордашку:

– Нравится коктейль?

– Очень! Не хотелось бы говорить эту избитую фразу, но я столько выпила и ни капельки не пьяная! – «Правда. Вообще ни в одном глазу!»

– Это не самоцель. Главное, хорошо провести время в приятной компании, а спиртное – просто приложение, – Принц поднял бокал, будто призывая выпить ещё.

«Неужели у нас что-то получится, – подумала Матильда, добивая напиток. – Блин, было бы круто! Он такой чуткий и обходительный… – в голове вдруг материализовался другой образ. – Не то что этот Влад! Как родственники могут быть такими разными? Нет, тот-то тоже ничего, хотя, конечно, не такой симпатичный… И сложен хорошо… Но характер… Бр-р-р!»

Ещё около получаса они болтали обо всём и ни о чём. В большом зале становилось достаточно людно, но за шифоновым пологом создавалось ощущение уютной уединённости. Из-за этого (и изрядного количества алкоголя, разумеется) Мати уже ничего не стеснялась… Девушка, скромно опускавшая глаза из-за совершенно тривиального комплимента, теперь активно флиртовала, отпускала пошлые шуточки и не могла ни секунды усидеть спокойно. Эдмон уже начинал переживать, не забыл ли Берти о его просьбе, как вдруг телефон зазвонил.

*Сердце краса…* – он мгновенно схватил трубку.

– Да! – … – Что такое? – … – лицо Принца стало серьёзным. – Что случилось? – … – Мати подползла поближе и прислонила ухо с другой стороны телефона, подслушивая самым бесстыжим образом. – Сам не разберёшься? Ты же знаешь, я занят!

– Но Эд! Если ты не поможешь, мне точно хана! – голос на другом конце начал канючить. – Я просто забыл бумажник… Это прямо в центре!

– Ладно, хватит ныть! Скоро буду, – Эдмон тяжело вздохнул, завершая вызов и нарочито небрежно забрасывая телефон в карман.

– Что-то серьёзное? – Матильда испытующе посмотрела на парня.

– Берти пригласил в кафе «девушку своей мечты», – Эд жестом изобразил в воздухе кавычки. – Только бумажник этот растяпа оставил дома! – он улыбнулся в надежде на понимание, но Мати только недовольно скривила губы.

– Значит, вечер окончен? – она отвернулась и принялась изучать замысловатые блики света, пытаясь подавить приступ обиды и злости. – «Чёртов Берти, чтоб ему четыре раза! Всё веселье обломал… Башкой надо думать!»

– Ну почему же, – Эдмон развернул её, аккуратно приобняв за плечи. – Подожди меня немного, – он притянул Мати к себе и, поцеловав в лоб, прошептал: – Ты и не заметишь, что я уезжал.

С этими словами Принц удалился, оставив Матильду наедине с собой и нескончаемым запасом выпивки. «Господи! Столько бухла… Сижу тут как грёбаная алкоголичка!»

От нечего делать она решила написать кому-нибудь из друзей. Чуть не разбив телефон и введя графический пароль только с третьей попытки, Мати наконец добралась до мессенджера. Буквы и цифры плыли перед глазами… Матильда пролистала список друзей и, по привычке, ткнула непослушным пальцем в первый контакт на букву «В»:

М: Ну и до чего вы там договорились после моего ухода?)

В: Что?

М: Я говорю, хера вы мою личную жизнь обсуждаете, бабульки?

В:…

М: ЭЭЭЭЭЭЭЙ!!! ВЭР, БЛИН!

В: Психованная, это Влад.

Мати сфокусировала взгляд на имени контакта: «Влад… Надо же быть такой… – она уж было начала писать извинения, но остановилась. – Тем лучше! Поставлю на место эту выскочку!» – она устроилась поудобнее и принялась писать.

М: Да ладно, с кем не бывает. Мистер «безупречнее меня только королевская задница»!

В: Что, прости?

М: Ты что, слепой? Прочти ещё раз! Или грамоте плохо обучен?

В: Ты унюханная?

М: Пошёл ты! Сегодня у меня день откровений! Режу правду-матку всем вокруг!

В: Поищи себе другую жертву, ок?

М: Да что ты за безразличное животное такое?! С первого дня нашего знакомства ты ведёшь себя как грубая свинья!

В: Закончила? У меня нет настроения выслушивать твой бред.

М: Нет уж, ты потрудись! Чем я тебе не понравилась? Может, у меня что-то с лицом не то… Или тебе не понравились мои икры? Это все из-за того, что они жирные?

Взгляд Владислава

«Да что ж она прикопалась-то?!» – Влад уже в пятый раз отложил книгу.

В: Мне просто насрать на тебя, поняла? Ты мне неинтересна, всё! Вопрос закрыт! А теперь изволь не мешать моему спокойному вечеру!

Отправив сообщение, Владислав отключил интернет, дабы не отвлекаться более от мистера Паланика. Но стоило ему погрузиться в чтение, как телефон начал звонить. Издав нечто похожее на раздосадованное рычание, юноша поднял трубку.

– Да! – практически проорал он, понимая, кто звонит.

– Хера ты так орёшь?! – раздался на том конце недовольный голос.

– Слушай, какого чёрта ты ко мне привязалась? Какое адское провидение указало тебе именно на меня?!

– Никакое не трови-продви-провидение! – язык у неё заметно заплетался. – Так уж сложилось… Я так или иначе хотела всё тебе высказать, надменная ты… – «Просто вырубить телефон и забыть, как страшный сон…» – Влад уже собирался нажать «Отбой», но из динамика вдруг донеслись недовольный возглас Мати и ругань. Парень тут же поднёс телефон к уху: на том конце приглушённый мужской голос о чём-то вежливо просил, в то время как Матильда практически орала прямо в трубку:

– Ты не имеешь права мне указывать! Я тут отдыхаю, никому не мешаю! Иди, выполняй свои обязанности!

«Чёрт, да она нарезалась как самурай! Нет, я не беспокоюсь за неё, просто эта психичка даже трезвая доставляет проблемы! Какого пиздеца можно ждать от пьяной?!» – Мати! Мати! – так громко, чтобы она обратила внимание на телефон, заговорил Влад. – Ты где… отдыхаешь?

– Да откуда я знаю? Это Эдмона надо спрашивать! Привёз, хрен пойми куда, бросил тут одну!

«Эд?» – Владислав раздражённо потёр висок. – Так, хорошо. Дай мобильник официанту, пожалуйста, – как можно вежливее проговорил он.

– Что?! – интонации снова поползли вверх. – Какого хрена я буду давать свой телефон кому попало?!

– Давай ты прекратишь выпендриваться и просто сделаешь, как я говорю! – приказал Влад, теряя терпение.

Буркнув что-то невнятное, Матильда больше не упорствовала, и через несколько секунд он услышал встревоженный мужской голос.

Разобравшись, куда нужно ехать, Влад напоследок проинструктировал парня, чтобы никто не трогал эту ненормальную, а затем вызвал такси. Когда он вышел на улицу, машина уже стояла у подъезда.

Дорога заняла минут пятнадцать, но Владиславу это время показалось вечностью: «Хоть бы она ничего не натворила!» – в голове крутились дурные мысли, злость сменилась сильным волнением.

Наконец машина остановилась. Не дожидаясь, пока таксист отсчитает сдачу, Влад помчался в бар.

– Вы не можете пройти в таком виде! – девушка в сером жилете не сильно старалась скрыть недовольный тон. – У нас дресс-код! – она бросила презрительный взгляд на серые спортивные штаны и слегка растянутую чёрную майку.

– Послушайте, у меня нет никакого желания оставаться в вашей забегаловке! – Влад раздражённо застегнул молнию толстовки. – Мне просто нужно вывезти отсюда одно тело… – он не успел закончить фразу, в дверях показался облитый чем-то мужчина.

– Вы приехали за ней? – с надеждой в голосе пролепетал менеджер.

– Да, – коротко ответил юноша.

– Пойдёмте… скорее! – схватив Владислава за руку, служащий буквально потащил его в главный зал.

Пройдя по краю, чтобы не тревожить остальных посетителей, они оказались у зоны, отделённой от основного помещения тканевым пологом. Менеджер молча указал Владу на закрытый шифоновый балдахин, за которым угадывалось какое-то движение, и удалился.

Картина, представшая перед глазами Владислава, застала его врасплох: испуганно-растерянный официант полулежал на диване, всё глубже вдавливаясь в спинку, в то время как Матильда, крепко держа свою жертву за жилетку, чтобы та вдруг не удрала, уже почти сидела на нём верхом.

– Эй, психованная! – окликнул её Влад, скрестив руки на груди. – «Принесло же меня, надо было позвонить друзьям этой ненормальной и всё!» – лигрица обернулась, её глаза блеснули жёлтым, но тут же погасли. – «Дело плохо…» – Теперь ты занимаешься насилием? – не зная, как её вразумить, Владислав решил не церемониться и хоть как-то отвлечь внимание на себя. – Заканчивай этот цирк! Ты же видишь, мальчик напуган!

Матильда наконец слезла с официанта и села на диван, закинув ногу на ногу. Хватку она не ослабила, и парень был насильно притянут поближе, как какая-то тряпичная кукла.

– Да отпусти ты его, в конце концов! – Влада ситуация нервировала свыше всякой меры, захотелось просто отвесить этой полоумной леща.

Сделав брови домиком, девушка недовольно надула губы: – Но мне скучно… Я его отпущу… и что получу взамен? – она с вызовом посмотрела на Владислава.

«Так, спокойно… Просто выведу её отсюда любым возможным способом и отвезу домой…» – Предлагаю свою кандидатуру, – Мати приподняла одну бровь, изображая непонимание. – «Она долго играться собирается?» – Второй раз повторять не буду! – процедил юноша.

К его удивлению, Матильда, напоследок приподняв официанта за грудки, демонстративно отпустила измученного вконец парня. Тот же, не теряя ни секунды, ретировался, нервно поправляя смятую униформу.

Матильда встала с дивана, но ноги подчиняться не хотели, и ей пришлось опереться на стол. Владислав поспешил подхватить девушку под руку.

– Да ты, оказывается, джентльмен! – он проигнорировал эти слова и молча направился к выходу, стараясь не привлекать внимания.

Всё было тщетно – посетители оглядывали странную парочку, неодобрительно качая головами и перешёптываясь, в то время как Матильда, широко улыбаясь, отвешивала направо и налево воздушные поцелуи и махала рукой, будто королевская особа. Пьяная в дрова королевская особа…

«Надеюсь, утром ты обо всём вспомнишь! Хочу, чтобы ты от стыда сгорела!» – позлорадствовал про себя Влад, ускоряя шаг.

Наконец «тропа позора» осталась позади. В фойе их уже ждал менеджер, в руках он держал подготовленное заранее бежевое пальто, расправленное так, чтобы девушка смогла легко одеться.

Матильда презрительно фыркнула и резко вырвала свою одежду: – Развели тут… – начала было она, но Владислав, мгновенно зажав ей рот, коротко поблагодарил мужчину и потащил спутницу к выходу.

«Странно… похоже, Эдмон оплатил счёт перед уходом…» – мысли прервала копающаяся с пальто Матильда: у неё никак не получалась пропихнуть руку в рукав, а пьяное сознание отказывалось сообразить, в чём же загвоздка. – Вот дурёха! – непроизвольно улыбнулся Влад, вытаскивая из рукава шарф.

К этому времени они подошли к парковке, где их ожидала вызванная менеджером машина. Буквально запихнув Мати в такси, Влад сел рядом, чтобы следить за её поведением.

– Куда ехать? – таксист обернулся и посмотрел на Владислава, который сразу перевёл взгляд на увлечённо рассматривающую что-то в окне Матильду.

– Мати, говори свой адрес!

– Мой? – девушка, недовольно нахмурившись, посмотрела на Влада. – Прости, но ты обещал составить мне компанию! Так что… – она пододвинулась поближе и ловким движением расстегнула молнию толстовки. – Думай, куда нам лучше направиться…

«Вот же… мелкая… – Владислав закрыл глаза и потёр виски, будто у него болит голова. – Так, позвоню тогда её братцу, пусть скажет, куда доставить…» – он обшарил все карманы, судорожно соображая, где его мобильник. – Твою ж мать!

– Что-то случилось? – с самым невинным видом спросила Мати.

– Я так торопился, что забыл телефон… – «Вот засада! Пьяный псих телефон мне, конечно, не даст… отбирать его силой – слишком рискованно, мало ли, как она отреагирует…» – взвесив все за и против, Влад назвал водителю координаты. Машина наконец тронулась.

– И что это за адрес? – Харкер смотрела на него глазами, полными детской наивности.

– Я там живу, – буркнул Влад.

– О-о-о! Так мы едем к тебе! – в глазах Матильды блеснул озорной огонёк, и она было протянула руку к лицу Владислава, но он тут же схватил её за запястье.

– Давай проясним ситуацию… Ещё раз, – строго сказал он, отвернувшись, будто собираясь с силами, – я еду домой за телефоном, ты будешь ждать в машине. Сегодня, Матильда Харкер, ты едешь ночевать домой, и это не обсуждается! – только теперь он отпустил руку и посмотрел на девушку. – Я не сплю с упившимися в хлам. Это ниже моего достоинства. И тебе это тоже на самом деле не нужно. Надеюсь, мы всё выяснили, – Мати не сказала ни слова. Отвернувшись к окну, она молчала всю дорогу.

«Хм, всё оказалось проще, чем я думал. Ну вот и хорошо, похоже, я до неё достучался…»

Как только они подъехали к дому, Владислав пулей вылетел из машины, чтобы побыстрее отправить недееспособный субъект домой, пока тот не передумал и не выкинул ещё что-нибудь.

Поднявшись на нужный этаж, он открыл дверь и, не вытаскивая ключи из замка, забежал в квартиру: «Где, где, где он?! – внезапно парень услышал, как захлопывается входная дверь. – Что за чёрт? – раздражение дрожью прокатилось по телу. – Пусть это будет Эдмон!»

– Так вот где ты живёшь! – послышался голос Мати из коридора. – Неплохо!

– Матильда! – разъярённый Влад показался в дверном проёме, ведущем в гостиную. – Ты вообще меня слушала? Полоумная ты женщина! Какого хера ты тут забыла?

– А ты что-то говорил? – переспросила Мати, медленно приближаясь к парню. – Я всю дорогу размышляла о планах на вечер… – она остановилась в полушаге от него. – Будь паинькой…

«Мне кажется или настроение переменилось?» – единственная мысль успела пронестись в голове, перед тем как глаза девушки пожелтели и она, рванув вперёд, придавила Влада к стене прижавшись к нему всем телом.

– Мати! Так ты ничего не добьёшься! – попытался вразумить её ошарашенный таким поворотом событий Владислав, когда Матильда, вдруг привстав на носочки, укусила его за шею. – Я ведь тоже могу… – прорычал Влад, от неожиданной вспышки боли его звериная натура стала вырываться на волю.

Клыки оставили на коже ярко-красные следы. Она провела по месту укуса языком и, ехидно улыбнувшись, посмотрела в пылающие жёлтым глаза.

– Применить силу… – договорил он совсем неуверенно. Обоняние усилилось, и он снова уловил тот запах, что впервые почувствовал в клубе. – «Чёрт, надо прекращать это… – улучив момент, Матильда впилась в губы юноши. Последние искорки благоразумия заставили Влада на мгновение сжать губы… – Собственно, а зачем я сдерживаюсь? Чем она отличается…» – забыв про доводы рассудка, он подался вперёд и, обхватив Матильду за талию, ответил на поцелуй… Никакой робости, нежности, трепета – животная страсть сквозила в каждом прикосновении…

Не прекращая целовать покрасневшие губы Мати, Владислав оттолкнулся от стены и подался вперёд, давая понять, что им пора передвигаться в другое место. Матильда немного отступила, чтобы он смог сделать несколько шагов, а потом вдруг запрыгнула на парня, обхватив его шею руками, а поясницу – ногами. Он инстинктивно подхватил девушку за бёдра и понёс дальше на руках. Юбка задралась, и рука коснулась голой плоти – кроме чулок на Матильде не оказалось никакого белья.

– Я подготовилась ещё на входе… – тяжело дыша, прошептала ему на ухо она. Владислав не услышал ни слова… Горячее дыхание потоками лавы стекало вниз живота, выжигая все ощущения, кроме всепоглощающего возбуждения.

Влад не запомнил, как они добрались до спальни. Он швырнул девушку на кровать. Приземлившись на мягкий матрац, Матильда даже и не думала поправлять вульгарно задравшуюся юбку. С видом художника, оценивающего свою работу, она смотрела на юношу, который к этому моменту остался в одних боксёрах. Владислав был сильно возбуждён, казалось, что даже воздух вокруг накалился, – это польстило лигрице. Прикусив губу, она зазывно провела рукой по груди, затем по животу, спускаясь всё ниже… Издав что-то похожее на рычание, Влад практически накинулся на Матильду, которая, ловко вывернувшись, каким-то невообразимым для парня образом, оказалась сверху. Посчитав, что пора бы и ей раздеться, Мати попробовала потянуть за собачку, но та не поддалась. По сему молния платья, с которой они оба пытались справиться ещё в гостиной, была варварским образом разорвана.

Наконец избавившись от ненавистного предмета одежды, девушка поцеловала Владислава сначала в губы, затем в шею… Опускаясь всё ниже, она специально держалась на таком расстоянии, чтобы её грудь касалась его кожи. Когда её губы коснулись живота, по телу Влада прокатилась лёгкая дрожь. Матильде нравилось играть с ним, чувствуя чужое желание, она возбуждалась всё больше. Она посмотрела на юношу и ехидно ухмыльнулась, встретившись с ним глазами. Зубами подцепив боксёры, Мати попыталась стащить их, но сообразив, что это не так-то просто, помогла себе руками и кинула бельё на пол.

– Иди сюда… – прошептал он, подтянув её за руку к себе, и, заключив в объятия, наконец перехватил инициативу.

9

Аморальные ценности

Взгляд Матильды

«Я проститутка… – первая мысль, посетившая голову Матильды после пробуждения, заставила сердце сжаться от отвращения. Проснувшись поздно ночью (или, вернее, очень рано утром), девушка, терзаемая жаждой, обнаружила себя в незнакомой комнате, на незнакомой кровати, зато рядом с очень (к сожалению) знакомым парнем. – Нет, я хуже проститутки, они хотя бы деньги за это берут, а я просто пьяная потаскуха!»

События прошлой ночи расплывались в памяти: вечер, ужин с Эдмоном, поцелуй. Ему понадобилось ненадолго уйти, а потом… а потом она зачем-то позвонила Владу и… вот так оказалась здесь.

«Чёрт! Что подумал Эд, когда вернулся в бар, а меня там уже не было?! Нужно будет извиниться, но сначала…» – Мати, стараясь не разбудить Владислава, тихо выскользнула из кровати и принялась быстро собирать разбросанную по полу одежду. В полумраке она обшарила всю комнату, но так и не нашла одного очень важного предмета гардероба – своих трусов.

«Охренительно! Мне что, так и идти?! – её взгляд упал на валявшиеся тут же боксёры Влада. – Ну уж нет! Лучше вообще без белья!» – но богатая фантазия тут же нарисовала серию комиксов под названием «Дорога домой»: вот Матильда идёт по улице, а ветер задувает прямо в междуножье, особенно сильный порыв задирает юбку… Вот она долго и безуспешно ловит такси, а вот поднимается по лестнице, и все, кто внизу, становятся свидетелями…

Поборовшись с собой секунд десять, она натянула боксеры, а за ними и остальную одежду. Тут её ждал ещё один неприятный сюрприз – молния на платье была вырвана, что называется, с мясом.

«Повезло ещё, что пальто взяла».

Пить хотелось нестерпимо: «Где здесь кухня? – пыталась сообразить Мати, покинув спальню. – Надеюсь, он не с родителями живёт…» – перспектива такого знакомства совсем не радовала.

С трудом ориентируясь в полной темноте, Матильда набрела на дверь. Решив попытать удачу, она тихонько повернула ручку. Оказавшись внутри, девушка сразу поняла, что ошиблась. Вместо кухни она забрела в чью-то спальню: просторная комната была отделана в светлых тонах, каких именно – не разглядеть. Тем не менее шторы на широких окнах были одёрнуты, и лунный свет проникал внутрь, частично освещая кровать. Глаза сразу же уловили на ней какое-то движение – кошка, видимо, разбуженная приходом незваной гостьи, приподняла голову, насторожённо прислушиваясь. Мати улыбнулась, она всегда чувствовала что-то вроде родства с этими животными. Однако улыбка сменилась выражением полнейшего ужаса, когда её взгляд наткнулся на окутанного светом луны, безмятежно спящего Принца. Мысль о том, что лучше бы это оказались родители, пронеслась где-то на заднем плане, когда Матильда, не помня себя от смятения и вмиг позабыв о жажде, трусах и порванном платье, понеслась к выходу.

Как добралась до дома, Мати помнила плохо. Едва оказавшись на пороге, она пулей метнулась в свою комнату. Скинув с себя одежду, Матильда не разбираясь запихнула её в стиральную машину, а сама залезла под холодный душ в надежде взбодриться. Результата это не принесло: постояв под струёй ледяной воды и окончательно замёрзнув, она сдалась и решила, что самое полезное сейчас – отоспаться.

«“Утро вечера мудренее”, и какой дебил придумал эту пословицу? Кто-нибудь, просто пристрелите меня!» – пара часов сна только усугубила ситуацию: Мати била мелкая противная дрожь, голова стала чугунной, а глаза… Впрочем, увидев себя в зеркале, Харкер удивилась, как они вообще открылись с таким-то отёком.

Изобразив poker face, она всё утро игнорировала Вэра, который из кожи вон лез, пытаясь узнать подробности прошлого вечера… Подробности, которые Матильда предпочла бы забыть.

«Как до такого дошло? – в голове поминутно всплывал один и тот же вопрос. – Вести себя так непозволительно… Говорить и делать подобное… Я будто свихнулась вчера».

В университете, прозанимавшись самокопанием всю первую половину дня, Матильда не заметила, как подошло время обеда.

– Здравствуй, пупсик мой прекрасный, что ты тих, как день ненастный, опечалился чего? – Ния догнала Мати в коридоре.

– Грусть-тоска меня снедает, – буркнула Матильда, которой совсем не хотелось играть сейчас в цитаты.

– Хандра… – Ли Уортли многозначительно приподняла бровь. – Чем лечить эти симптомы, я знаю, – схватив Мати за руку, подруга потащила её в сторону столовой.

После второго эклера жизнь стала налаживаться и Матильда почувствовала желание поделиться переживаниями с тем, кто не будет осуждать. Благо, такой человек как раз сидел напротив, попивая чаёк и разглядывая свеженький маникюр.

– Алкоголь – зло, – не зная, как лучше начать свою историю, произнесла Мати.

Ния аж чаем поперхнулась: – Я уже удалила то видео, как ты узнала?

– Какое видео? О чём?

– Проехали. Так почему алкоголь – зло? – председатель поспешила направить разговор в другое русло.

Выдохнув, как перед стопкой водки, Матильда затараторила и, опустив лишь некоторые постельные подробности, поведала о событиях прошлой ночи.

– И как оно? – спросила подруга, как только перестала давиться от смеха.

– Как оно что? – переспросила Мати с лёгким раздражением.

– Секс, конечно. Твой секс с Владом. Понравилось?

– Определённо нет, – отрезала Матильда, предательски краснея.

– Он настолько плох в постели?! Тогда это действительно проблема, – с наигранным негодованием покачала головой Ли Уортли.

– Я не об этом. Мне неприятна сама мысль… Будь я в здравом уме, я бы никогда… с Владом… – запинаясь на каждом слове, промямлила Харкер.

– А с Эдом? – перебила Ния, по обыкновению хитро щурясь. – Будь ты в здравом уме, разумеется, что насчёт Принца?

– Да, что насчёт Принца? – раздалось совсем рядом раньше, чем Мати успела ответить.

Группа из четырёх девушек стояла справа от стола.

– Какие у тебя с ним отношения? – спросила одна из них, скрестив руки на груди.

– Мы знакомы? – вопросом на вопрос ответила Матильда, по выражению лица которой было видно, что нет.

– Рыбка моя, это, если можно так выразиться, фан-клуб Эдмона. Самые ярые поклонницы, – прояснила ситуацию Ния, которая была в курсе всего, что происходило в университете. – Их объединяет надежда, что неприкрытое восхищение его персоной заставит Принца обратить внимание на одну из них, – председатель вздохнула и с наигранным сочувствием добавила: – В конце концов, девочки столько усилий прикладывают. Вот только Эдмон демонстрирует необычную заинтересованность в ком-то, кто в этой секте не состоит. И, мне кажется, это их расстраивает, – под конец она перешла на громкий шёпот.

– Слышь ты, овца, не лезь! У нас разговор не с тобой, – Ли Уортли в ответ на эту реплику лишь усмехнулась. – Короче, мы не знаем, как ты это сделала, – продолжала, по всей видимости, предводительница фан-клуба, обращаясь к Матильде, – но впредь держись от него подальше, поняла, шалава?

На последнем слове, глаза Мати едва заметно блеснули. Не поддаваясь на провокацию, Харкер сжала лежащую на столе руку в кулак и уставилась куда-то в сторону. Приняв такое поведение за положительный ответ, все четверо победно удалились. Однако столовую они не покинули, расположившись за одним из столиков в противоположном конце зала.

– Какие милашки, их будто в хлеву растили, – съехидничала Ния. – Мне вот интересно, что они предпримут, если ты не внемлешь: заморозят твой лифчик или стул мелом вымажут? А может, я наконец увижу классические бабские разборки с выдиранием волос и расцарапыванием лиц?

– Надеюсь, до этого не дойдёт, – прервала подругу Матильда, которая не знала, то ли смеяться над абсурдностью ситуации, то ли всерьёз обеспокоиться. – И чем я им так насолила? – недоумевала она.

– Это, наверно, из-за той фотографии в Инсте[13], – не задумываясь пояснила Ли Уортли и, заметив вопросительный взгляд подруги, полезла в телефон. Она открыла страницу Эдмона и протянула смартфон подруге.

– Когда успел? – только и смогла выдавить Мати.

– Почему бы тебе не спросить у него лично? – улыбнулась Ния, делая кивок в сторону входа.

Взгляд Эдмона

Первое, что заметил Эдмон, проснувшись с утра, – это настежь распахнутая дверь спальни (которую он, естественно, закрывал). Впрочем, вызвав сущность волка и принюхавшись, Принц практически не удивился, когда учуял знакомый запах. О том, кто гостил этой ночью в его доме, юноша догадался едва переступив порог квартиры (хотя это всё же не объясняло визит в его комнату).

– Не выспался? – застав кузена за приготовлением кофе, начал Эд. – Сделай и мне чашечку, будь добр.

– Мгм, – бесстрастно промычал Владислав, достав вторую кружку.

«Что, и никаких препирательств из разряда: “Я тебе не слуга, подними зад и сделай сам” не будет? Кто ты и куда дел моего брата?» – Ты в порядке, Влад? Выглядишь немного, – здесь Эд специально сделал паузу, как бы подбирая нужное слово, – потасканным. Кошмары замучили? – «Ничем поделиться не хочешь? Например, как ты обещал не лезть, а сделал прямо противоположное…»

– Да, кошмары, – огрызнулся Влад, плюхая чашку с кофе перед Эдом так, что половина содержимого выплеснулась на стол. – О том, как ты устроил мне допрос с утра пораньше.

– Каюсь, грешен. И чего я к тебе пристал? – Владислав, ничего не ответив, закинул на плечо рюкзак и собрался уходить. – Ах да! Меня просто немного обеспокоило вот это, – Принц сунул руку в карман кремового пиджака и с видом фокусника, достающего кролика из шляпы, извлёк оттуда чёрные женские трусики. – Нашёл их на полу в прихожей, представляешь? Интересно, чьи они?

Раньше, чем Эдмон успел развить свою мысль, кузен бросился к нему, попытавшись вырвать предмет, зажатый в руке. Принц знал, что его брат зачастую ведёт себя как ребёнок (чем часто пользовался), однако к такому оказался не готов. Эд растерялся всего на секунду, но этого вполне хватило, чтобы сшибить его с ног.

Контакт затылка с кафельным полом освежил в памяти все эпизоды их с Владом детства, когда «чёртов щенок» переходил в своей наглости все мыслимые границы. Эд (как и подобает мудрому старшему брату) считал своим долгом учить засранца. К сожалению, никакого другого способа донести свои мысли до брата, кроме физического, Принц, как ни старался, не придумал. А потому все свои детские и подростковые споры кузены решали насилием.

Так продолжалось вплоть до старшей школы, когда они оба решили, что достаточно взрослые, чтобы вместо постоянной грызни поделить территорию и благополучно игнорировать друг друга. Этому принципу они более-менее успешно следовали до сих пор. Но, как говорится, горбатого могила исправит.

Владислав тем временем, довольный успешным манёвром, навалился сверху и попытался разжать руку, которой Эд держал бельё. Задохнувшись не столько от боли, сколько от возмущения, Принц лишь крепче сжал пальцы, а затем двинул противнику коленом по печени. Это, однако, не образумило брата, который прекратил выламывать Эдмону руку только затем, чтобы, как следует замахнувшись, ударить того кулаком в скулу. Это была последняя капля. Следующие двадцать минут кузены провели, катаясь по полу, попеременно раздавая друг другу тумаки. Их поединок становился всё серьёзнее, грозясь перерасти в настоящее побоище… Но в какой-то момент Принц отшвырнул Влада на расстояние нескольких шагов, и только тогда им удалось наконец принять вертикальное положение. Оба парня вспотели и тяжело дышали, но уступать никто не хотел.

– Верни! Они мои, – прорычал Владислав.

– А вот хер тебе! – скалясь, ответил Эдмон.

Они ещё несколько секунд молча смотрели друг на друга, а затем, будто по команде, разразились диким смехом. До них дошло, как нелепо это выглядело со стороны. Два здоровенных взрослых лба возят друг друга по кухонному полу словно сраные пятиклассники. И всё из-за чего?! Эд опустил взгляд на кусочек материи, зажатый в руке.

– Твои, говоришь? – усмехнулся Принц, кидая трусики брату. – А размер не маловат? Боюсь, не влезешь!

Перехватив предмет на лету, Владислав засунул его в карман джинсов. А затем как ни в чём не бывало поднялся, взял рюкзак и направился к выходу.

– Я на диету сяду, – сказал он, проходя мимо всё ещё сидящего на полу Эда.

Как только дверь за младшим братом закрылась, Принц встал и попытался отряхнуться. Поняв, что это бесполезная затея, он направился в спальню. Кинув в стирку мятый пиджак, юноша стал машинально переодеваться. Мысли его, как и всегда в такие моменты, были заняты другим:

«Как же мне наказать непослушного сукиного сына?!»

Пара догадок на сей счёт имелась, хотя в последнее время придуманные им стратегии терпели крах одна за одной. Вот и вчера всё пошло через жопу. Казалось бы, план – куда уж проще: подпоить наивную дуру, а когда она дойдёт до нужной кондиции, слиться (дабы не пачкать руки), предоставив грязную работу подкупленному официанту-звериному. Ему и оставалось-то немножко поддразнить, чтобы звериная натура дала о себе знать (не до полной потери контроля, конечно, так, чуть-чуть). И, когда эта дурная кошка начнёт буянить, дать ей сломать несколько предметов мебели и, желательно, пару костей официанту. Под занавес, естественно, должен был появиться Принц и спасти ситуацию, отправив дебоширку домой, а запись с камеры наблюдения в ВСС. И прощай, Матильда Харкер! Каково же было удивление Эдмона, когда тот самый официант сообщил ему, что милая и невинная (по мнению Принца) Мати-любительница сопливых книжек напугала парня до усрачки, чуть не оприходовав того прямо в баре. А ведь он ещё даже не успел привести план в исполнение. Спасся бедолага только благодаря другу этой полоумной.

Когда Эд узнал, что произошло, то, к собственному удивлению, обрадовался. Неважно как, эта девушка в очередной раз обманула его ожидания.

«Когда ещё будет так весело?» – думал он.

Внезапно планы по избавлению от Матильды Харкер уступили место желанию посмотреть, что ещё она учудит (с его скромной подачи, если понадобится). В итоге домой Принц вернулся в отличнейшем настроении, которое мгновенно испортилось, как только он понял, кто тот друг-спаситель из бара. Рожа Влада точно в планы не входила, но об этом Эд решил подумать на следующий день, не забыв, однако, перед сном выложить кое-что в Инстаграм.

Взгляд Бертрама

Припарковавшись у подъезда Эдмона, Берти успел весь изъёрзаться, пока ждал друга. Всё дело в том, что утром, чистя зубы, он, как обычно, проверял социальные сети на предмет новых постов от прекрасной Люси. Бедняга чуть не проглотил зубную щётку, когда наткнулся на последнюю выложенную Эдом фотографию. Она была явно сделана прошлым вечером в том самом баре. И на ней смущённо улыбалась Матильда, которую Принц притиснул к себе самым интимным образом. Под этим безобразием, кое набрало уже пару сотен лайков, красовалась подпись: «#смоимкотёнком».

«Фига се… Это шутка?!»

Несколько минут койот рассматривал фото в надежде найти скрытый смысл, но не смог. Справедливо рассудив, что лучше спросить Принца, он поставил под фото лайк и продолжил собираться.

Однако, сев в машину, Эдмон не торопился делиться подробностям, и Берти пришлось взять инициативу в свои руки: – Ну, как вчера прошло твоё «свидание»? – сделав ударение на последнем слове, начал он.

– Неплохо, – Эд был на удивление немногословен.

– Всё… получилось?

– Ах, ты об этом, – Принц улыбнулся каким-то своим мыслям. – Нет. План накрылся медным тазом. Полный провал.

– Эм, ты не выглядишь расстроенным, – поделился своим наблюдением Бертрам. – Ты что-то задумал, да?

– Кое-что я определённо задумал.

– И что нам для этого понадобится?

– Для этого, Бертрам, нам понадобится заехать в цветочный! – вымолвил Эдмон тоном великого заговорщика.

Больше Принц ничего объяснять не стал, ограничившись коротким «Увидишь». Судя по количеству времени, которое они провели в магазине, его друг затеял что-то нехилое. Сам Берти редко покупал цветы (в основном маме или сестре), а когда делал это, ему хватало трёх минут. Парень просто брал какой-нибудь готовый букет подороже (чем больше стоит, тем он лучше, логично же. Сегодня такое не прокатило. Эд прошёл мимо уже составленных композиций, не удостоив их даже взглядом.

– А чем тебя эти не устраивают? Красиво же, профессионал составлял… – «Чего так напрягаться? Подари ты хоть пучок сена, любая тёлка описается от счастья!»

– В этом вся проблема. Любой дурак может купить готовый веник, – терпеливо объяснил Эдмон. – Чтобы покорить девушку нужно показать, что потратил не только деньги, но и время. Главное, когда будешь дарить букет, не забудь невзначай обратить на это её внимание.

– Эдмон, ты гений! Я никогда не задумывался о таких мелочах, – заворожённо пролепетал койот.

– И это одна из причин, почему у тебя до сих пор нет девушки.

Они ещё немного походили между рядами цветов. Наконец Эд остановился напротив ваз с красными розами.

– О, я знаю! Ты купишь сто одну красную розу. Все тёлки сейчас фоткаются с такими огромными букетами. Ну что, я угадал? – Бертрам улыбнулся, довольный своей сообразительностью. – Видишь, я не совсем безнадёжен.

– Эх, Берти, меньше сиди в соцсетях, тебе ещё учиться и учиться. Прояви хоть каплю оригинальности, – подозвав консультанта, ожидавшего до этого в стороне, Принц указал на розы. – Я возьму эти, и нужно что-нибудь контрастное, пожалуй, белые лилии подойдут, – продавец тут же приступил к составлению букета. – Не так, сделайте каскадом, – продолжал раздавать указания Эд.

Итог трудов оказался ничуть не хуже тех самых профессиональных букетов: белоснежные лилии чередовались с бордовыми розами, кое-где выглядывающая зелень оттеняла это великолепие. Эд выбрал самую простенькую, неброскую обёртку, дабы не отвлекать внимание от главного. И даже перевязали букет не пластиковой лентой, как обычно, а кружевной белой тесёмкой. Берти оставалось лишь в очередной раз поразиться потрясности лучшего друга.

Взгляд Эдмона

С приготовлениями было покончено, оставалось лишь найти, так сказать, звезду этого часа. Впрочем, был обеденный перерыв, а потому, не тратя времени даром, Принц уверенно направился к столовой. Глаза практически сразу отыскали её в толпе. Тёмно-синие прямые джинсы, серая футболка и кроссовки. Матильда что-то увлечённо разглядывала в телефоне.

«Нужно будет заняться её гардеробом, – отметил про себя Эдмон. Заметив рядом с Мати председателя, он злобно цыкнул. – Следовало ожидать, без неё прям никуда!»

– Берти, тебе задание. Займи чем-нибудь Нию, пока мы будем общаться, – бросил юноша и направился к Матильде.

– Э? Занять чем? – озадаченно промямлил койот.

– Да хоть разговорами о погоде, главное, чтоб не лезла! – процедил он сквозь зубы.

Оказавшись в полуметре от стола и надев свою самую очаровательную улыбку, Принц пошёл в наступление: – Привет. Извини, что отвлекаю, но мне срочно нужно обсудить с тобой кое-что. Уделишь минутку?

За пару секунд на лице Матильды отразилась невероятная гамма эмоций: удивление, недоверие, смущение. Лицо девушки пошло красными пятнами. Изо всех сил стараясь исключить Эда из поля зрения, коротко кивнув, она поднялась со стула.

Пара отошла на несколько метров и встала у стены, чтобы никто не мешал.

– Мне так стыдно, – начала Матильда, опередив Эдмона.

«Стыдно, говоришь? И мне было бы стыдно, разбрасывай я нижнее бельё где ни попадя». – Не говори так. Это я должен извиниться. Повёл себя как урод. Вытащил на свидание, а потом уехал. Неудивительно, что тебя не было, когда я вернулся. Так мне и надо, – Принц грустно вздохнул. – Чуть не забыл. Вот. Это в качестве извинения, – он протянул букет, который до этого скромно держал в опущенной руке. – Прости, он, наверное, не очень. Целый час его собирал, а в итоге получилось это, – Эд виновато улыбнулся. – Всё же флорист из меня так себе.

– Они прекрасны, – проговорила Мати, прижимая цветы и краснея ещё сильнее. – Ты сказал… свидание? – она продолжала разглядывать безупречные лепестки свежесрезанных цветов.

– Ой, попался! Язык мой – враг мой. Но ты, наверное, и так уже догадалась, что интересна мне… – «В некотором роде, по крайней мере». – Я должен рассказать о своих чувствах. Так что выслушай меня, Матильда Харкер, – Принц нежно провёл пальцами по её щеке, и Мати непроизвольно подняла глаза. – За последнее время ты стала мне очень дорога, я окружён столькими людьми, но только ты одна понимаешь меня, рядом с тобой я не чувствую себя таким одиноким, и…

*It’s a long walk, and the music is loud. She sees an old…*

Телефонный звонок оборвал излияния Эдмона на полуслове.

– Ах, прости, – Матильда полезла в карман, судорожно пытаясь извлечь телефон. Она взглянула на экран и, вздрогнув, нажала «Отбой».

– Не ответишь? Может, это важно?

– Нет, неважно, совсем не важно. Это из… из магазина, да! Они всё время названивают, рассказывают про новые акции. Ха-ха, – Матильда издала нервный смешок.

«Врёшь ты так же плохо, как и одеваешься. Из вчерашнего ночного магазина, что-то мне подсказывает, трусы вернуть хотят».

– Знаешь, хоть мне и придумали это глупое прозвище, на самом деле я далеко не принц, – Эд сделал глубокий вдох и продолжил: – Но с тобой я буду обращаться, как с самой настоящей принцес…

*It’s a long walk, and the music is loud…*

«Я этот телефон кому-то в глотку затолкаю!» – Какой настойчивый магазин, – подметил Эдмон, когда Харкер опять отклонила вызов. – В любом случае, послушай меня, можешь сразу не отвечать, просто подумай. Матильда… нет, Мати, – Принц наклонился к самому её лицу. – Ты будешь моей девушкой?

*It’s a long walk, and the music is loud. She sees an old friend, as she walks through the crowd…*

Матильда застыла как громом поражённая. Она растеряно переводила взгляд с Эдмона на телефон и обратно.

– Прости, я… Мне нужно… У меня дело… Мне нужно бежать, – проговорила она заикаясь и буквально убежала, держа в одной руке букет, а в другой – ещё звонивший телефон.

«Всё идёт кувырком. Что же делать? С одной стороны, это жутко бесит, но с другой… так намного веселее!»

– Неужели я только что видела, как Прекрасный Принц получил от ворот поворот, – раздалось у самого его уха. Пока Эд смотрел вслед убегавшей Матильде, Ния успела отделаться от Берти и теперь стояла рядом, наслаждаясь ситуацией. – Какой-то не сказочный финал у этой сказки.

– У тебя галлюцинации, сходи к врачу, – съязвил парень.

– Божечки, да не расстраивайся ты так, – насмешливо произнесла председатель. – Давай я тебя утешу, – внезапно Ли Уортли привстала на носочки и, обвив шею Эдмона руками, прильнула к его губам своими.

По столовой пронёсся возглас удивления: своей выходкой Ния привлекла кучу внимания.

– Похоже, общественность в шоке, – выдохнула она ему в губы, прервав поцелуй.

– Общественность?! Я сам в шоке! Что это было только что? – прошипел Принц, приходя в себя.

– Как что? Поцелуй, – пропела девушка как ни в чём не бывало. – Я же сказала, что утешу тебя. Ну а ещё это – моя небольшая месть за «овцу», – председатель развернулась и весело помахала кому-то в толпе. – О, сообщеньице! – воскликнула она, когда её телефон издал характерный звук. Но как только Ния начала читать, её лицо сразу стало серьёзным.

– Что, розовый вышел из моды? – поинтересовался Принц.

– И не надейся. Пришла кое-какая информация от одного знакомого… из органов.

Взгляд Матильды

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!» – практически вылетая из столовой, Мати судорожно жала «Отклонить».

Её щёки горели, руки тряслись от осознания всего ужаса ситуации… В голове застыл прекрасный образ Принца: его тёплая улыбка, протянутый в скромном жесте букет… и губы, повторяющие одну и ту же фразу: «Я знаю, что ты спала с моим братом». Матильда на ходу затрясла головой, чтобы этот кошмар наконец испарился из сознания.

Она быстро шла по коридору, полностью погрузившись в свои мысли, соображая, что же теперь делать, когда пришло сообщение. Не останавливаясь, Мати достала мобильник: «Нам через три дня проект сдавать, полоумная! Возьми трубку!»

– Чёртов Влад! – прошипела она на весь коридор. Несколько студентов, ожидающих начала следующей пары у аудитории, зашушукались, косясь на девушку, послышался смешок. И без того взвинченная Матильда неимоверным усилием воли заставила себя пройти мимо, чувствуя, что ещё немного и прольются реки крови. – «Спокойно, они тут ни при чём, это всё Владислав! – она резко остановилась. – Конечно! Это всё он!»

Ухватившись за эту мысль как за спасительную соломинку, Мати за несколько минут окончательно убедила себя в своей непорочности, задавив все доводы, которые выдавала возмущённая совесть, одним простым: «Я не соображала, а вот он…»

«Раз он так просто мне звонит и пишет, хотя и виноват, – думала Харкер, набирая сообщение, – с какой стати переживать мне? – она стёрла извинения за пропущенные вызовы. – Как говорится, ничего личного, только… – убрала смайлик в конце предложения, – учёба».

«Да, я помню. Давай после пар встретимся в библиотеке».

Перечитав сообщение раз десять и убедившись, что ни единая буковка не выдаёт никакой лишней информации и абсолютно нейтральна, Мати отправила сообщение и со спокойной душой отправилась на пару, надеясь, что до конца занятий с Владиславом она не пересечётся.

* * *

– Все свободны! – объявил преподаватель, закрывая конспект.

Учебный день закончился на удивление быстро. Приближалось время встречи, и с каждой минутой Матильде становилось всё хуже. Хотя уверенность в своей правоте ещё теплилась где-то на задворках сознания, тревога нарастала с каждой секундой, заставляя все внутренности сжиматься в один мерзкий пульсирующий комок, подступающий к горлу.

«Это просто какой-то кошмар!» – глубоко вдохнув, как перед погружением, Мати зашла в библиотеку.

Главный корпус университетской библиотеки занимал одно из самых больших зданий и располагал внушительным количеством книг, охватывавшим практически любую область знаний. Каждый зал был посвящён отдельной науке: педагогика, литература, иностранные языки, политология, философия, физика…

Помня, что у них проект по естествознанию, Мати не сомневалась, где искать Владислава. Однако проходя мимо зимнего сада, в котором по инициативе студсовета была организована зона отдыха, Матильда заметила знакомую чёрную шевелюру у одной из развесистых пальм. Сделав ещё несколько шагов по инерции, девушка резко развернулась на сто восемьдесят градусов и рванула в сад.

Освещённые тёплыми солнечными лучами резные листья растений отбрасывали замысловатую тень на серый мраморный пол. Небольшая декоративная беседка, овитая розовым клематисом, напоминала картинку из какой-то сказки… Тишину этого волшебного места нарушал лишь тихий шум воды, стекающей по камням в небольшой прудик.

Облачённый во всё чёрное Владислав вальяжно развалился на белой резной скамейке. Его лицо, обычно выражающее недовольство, было сосредоточенным и спокойным, а серые глаза не прожигали презрением: увлечённый любимым занятием юноша с теплотой и вниманием смотрел на печатное издание.

«Вот книжный червь. Опять какую-то ширпотребную книжонку читает! – тревога сменилась злостью из-за того, что Влад не там, где нужно, и делает не то, что должен. Мати вспыхнула от внезапного желания стереть это беззаботное выражение с его лица. – Натворил дел и всё равно?» – ярость затуманила разум, и девушка, подлетев к Владиславу, вырвала предмет из его рук.

– У тебя вообще совести нет?! – не давая парню среагировать, Матильда сразу перешла в нападение. – Сидит тут, ни о чём не парится, в то время как я… Когда Эдмон… – она запнулась, не зная, как выразить переполняющие душу эмоции.

– Во-первых, книгу отдай, – Влад встал со скамьи и приблизился к Мати, протягивая руку в требовательном жесте. Его лицо снова стало таким же безразличным и надменным как всегда. – А во-вторых, прекращай эту истерику!

– Какую истерику? С чего? С того, что ты меня самым наглым образом поимел, воспользовавшись ситуацией?! – выпалила Харкер на одном дыхании. – Как ты мог? – она отвела книгу назад.

– Не надо искать виноватых, ты сама на меня накинулась, я сделал всё, что было в моих силах! – «Да уж, особенно с молнией на платье!» – Владислав скрестил руки на груди и ухмыльнулся. – Но я же не железный… Инстинкты – они такие… сама понимаешь!

– Инстинкты, говоришь?! – прошипела Матильда и швырнула книгу куда-то назад.

Готовясь наброситься на потерявшего всякий стыд Влада, она слегка пригнулась в свойственной кошкам манере… Но Владислав уже видел это представление и не собирался допускать ту же ошибку, что и в прошлый раз. Рванув вперёд, он схватил Мати за горло. Применив всю свою силу, Влад оттеснил растерявшуюся на мгновение девушку за беседку и с совершенно невозмутимым видом… начал её щекотать.

– Прекрати! – сквозь смех и взвизгивания умоляла Матильда, которой теперь было не до драки. Но Владислав не отступал, а наоборот – продолжал с ещё большим рвением. – «Лучшая защита – это нападение! – выгадав момент, Мати нанесла парню несколько лёгких тычков в живот и рёбра, от чего тот, прикрывая уязвимые места, загнулся от смеха. – Вот дела! Заливается как ребёнок!»

– Значит, война! – проговорил Влад, широко улыбаясь и готовясь атаковать. Наконец обнаружив брешь в обороне, взъерошенный парень нанёс противнице «удар».

Уворачиваясь, Мати попыталась поймать Владислава за джемпер, но промахнулась и, потеряв равновесие, врезалась в парня, который тут же её подхватил и хохоча осел на пол.

Взгляд Владислава

– И откуда ты знаешь, что я боюсь щекотки? – выдала Матильда, наблюдая, как Влад ищет книгу в зарослях гибискуса.

– Выяснил на практике… – Влад наконец нашёл пропажу и покинул цветник. – Вчера, – добавил он, проходя мимо Мати, которая, тут же вспыхнув, стала нервно поправлять растрёпанные волосы.

Владислав сел на скамейку и принялся листать книгу в поисках страницы, на которой остановился.

– Мы вообще-то проектом собирались заняться, нет? – Харкер села рядом и скрестила руки на груди.

– Я знаю, – Влад достал из кармана серебристый предмет и, не глядя, протянул Матильде.

– Флешка?

– Там всё, что я успел найти, – он вскинул брови и ухмыльнулся. – Ради проекта по глобальному потеплению сидеть часами в библиотеке? Серьёзно? – заметив, что Мати просто нечего сказать, Владислав продолжил. – А теперь я хочу немного почитать, пока есть время, – он демонстративно откинулся назад и сделал вид, что погрузился в чтение, хотя думал он совсем о другом: «Странно… Когда она перестала вызывать у меня раздражение? – парень украдкой бросил взгляд на Матильду, которая копалась в брошенной на пол сумке, доставая нетбук. – Надеюсь, ей понравится презентация… – Влад непроизвольно улыбнулся, заметив, как она что-то недовольно бубнит себе под нос. – Смешная… Так, о чём это я вообще?» – отогнав эти странные мысли, он сосредоточился на книге.

Внезапное прикосновение заставило Владислава вздрогнуть: «Что ещё? – явно не выспавшаяся за ночь девушка опустила голову ему на плечо и, мирно посапывая, дремала. – Вот же… – он хотел было стряхнуть её голову, но что-то его остановило. – Ладно, пусть… В том, что она не выспалась, есть и моя вина… – Влад зевнул. – Да и мне бы не помешало минутку отдохнуть», – он прикрыл уставшие глаза и не заметил, как уснул.

* * *

*…gar on me. O-oh, in the name of love. Pour some sugar on me, c’mon fire me up…*

Сознание улавливало знакомую мелодию: «Чёрт, мне кто-то звонит», – с раздражением подумал Владислав, разлепляя глаза.

Приподняв голову, он почувствовал, как сильно затекла шея. Матильда всё ещё спала у него на плече. Аккуратно, чтобы не потревожить девушку, он достал телефон.

– Да, – ответил он на звонок, потирая ноющие мышцы.

– Ты где? – раздался на том конце голос Эда. – Сейчас уже двадцать минут седьмого! Договорились же ровно в шесть!

– Договорились о чём?

– Ты что, сообщения в группе не видел? – Эдмон был явно недоволен. – Живо в кабинет Рейвена!

– Ага, – буркнул Влад, зевая.

– Давай, а то ждём только тебя и Матильду, – Эд на секунду замолчал, а затем спросил: – Она с тобой?

– Не твоё дело, – огрызнулся Владислав и положил трубку. Его почему-то начал раздражать чрезмерный интерес кузена к этой особе.

Опустив взгляд на тёмную макушку Мати, он внезапно поймал себя на мысли, что хотел бы посидеть так ещё немного. Однако они и так опоздали уже на двадцать минут, нужно было разбудить её. Юноша поднял левую руку и тихонько убрал за ухо прядь чёрных волос, упавшую девушке на лицо. В этот момент он ощутил что-то непонятное в районе солнечного сплетения – это чувство было очень похоже на беспокойство, этакое неприятное волнение. Не желая размышлять над этим, Влад тут же одёрнул себя.

– Ты мне всё отлежала, – недовольно пробубнил он, резко тряхнув Матильду. – Мы проспали, собрание уже началось.

– Вот блин, серьёзно? – подскочила Харкер, не до конца понимая, о чём он. – Погоди, какое собрание? – Владислав молча кивнул на моргающий телефон.

– Охренеть – восемнадцать пропущенных. В основном от Вэра. Я и забыла, что поставила на беззвучный.

– Это всё ты. Твоя привычка опаздывать, похоже, распространяется и на окружающих.

– Это не привычка, – парировала Мати, собравшись. Она попыталась придать лицу серьёзное выражение. – Это проклятье. Его нельзя снять, только передать… – девушка внимательно следила за реакцией Влада, который явно был в замешательстве, – половым путём, – продолжала Матильда, подавляя смех. – Теперь куда бы ты ни шёл, будешь последним. Счастливо оставаться, – договорила она, уже приближаясь к выходу.

– Вот засранка! – засмеялся Владислав, бросаясь вдогонку.

Догнать её удалось только у самого входа в лабораторию, когда девушка уже открывала дверь.

– Ну и кто последний? – крикнул он, хватая Мати за плечи, из-за чего пара буквально ввалилась в комнату.

Их шумное появление привлекло всеобщее внимание, прервав какое-то бурное обсуждение.

– Мати, ну наконец-то, – бросился к ней Вэртер. – Тут такое происходит.

Влад окинул взглядом присутствующих. Они явно были чем-то обеспокоены. Среди прочих он заметил Люси, которую не ожидал здесь увидеть. Впрочем, догадаться, кто её притащил, труда не составило – рядом гоношился Берти.

– В чём дело? – спросила Матильда.

– Ты ведь помнишь Гарета? – тут же объяснила Ния. – Он обещал прислать мне детали расследования, что и сделал сегодня вместе с сообщением: «Дело закрыто».

– Уже? – в один голос удивились Влад и Мати.

– Ну, по официальной версии смерти Кисы и тех двоих вообще не связаны. На девушку напали животные, что неудивительно: в округе сейчас так много бездомных собак, – в голосе председателя ясно слышались нотки сарказма.

– Значит, есть и правдивая неофициальная версия? – спросил Бертрам.

– Естественно, хотя насчёт правдивости я не уверена, – продолжала председатель. – По этой версии между двумя звериными произошёл конфликт, возможно, подкреплённый алкоголем. Конфликт этот перерос в драку. Вследствие чего оба потеряли контроль. В результате – одна жертва.

– Что за бред, – не выдержал Влад. – Из-за простой ссоры… да даже помеси, – он глянул на Матильду, – нужна причина, чтобы дойти до такого состояния!

– Вот и я так подумала, – улыбнулась Ния. – И исключительно для очистки совести решила изучить отчёты о вскрытии, но так как я в этом ничего не понимаю, попросила нашего милого профессора пролить немного света. Кажется, ему есть чем поделиться, – Ли Уортли посмотрела на Рейвена, как бы передавая ему слово.

– Да, как я понял из отчёта, – вступил в обсуждение тот, поправляя очки и приглаживая рукой отросшие волосы, – внезапная потеря контроля могла быть вызвана причинами… химического характера. То есть всему виной некое вещество, которое они, скорее всего, приняли.

– Вроде лекарства? – спросил Вэр.

– Возможно, – ответил профессор, – но скорее…

– Наркотики, – подытожила Ли Уортли. Дождавшись, пока затихнут удивлённые комментарии, она продолжила. – Кстати, причиной смерти обоих послужила острая сердечная недостаточность, которая, в свою очередь, могла быть вызвана тем веществом, – в комнате повисла тишина.

– Если следовать теории профессора, – первым её нарушил Эдмон, – то подобная ситуация может повториться.

– Есть такая вероятность, – подтвердила Ния. – Хотя нам ровным счётом ничего не известно об этом веществе. Наркотик ли это вообще?

– Всё равно нужно же что-то делать, – засуетился Бертрам. – Пусть полиция займётся или тот мужик, который главный в Совете. Разве как председатель он не должен приехать и лично разобраться в ситуации?!

– У тебя в одно ухо влетает, а в другое вылетает, да, маленький койот? – усмехнулась Ния. – Дело закрыли, и, как мне прозрачно намекнули, именно благодаря давлению сверху всё так быстро решилось.

– И что нам теперь, ждать у моря погоды? – не унимался Берти.

– Нет! – вмешалась Матильда. – Если они не хотят, тогда мы сами…

– Сами что?! Это невозможно. Ужасная идея, – почти прокричал Вэр.

– Почему же? Вполне возможно, – сказал Эд спокойным тоном. – Если это действительно наркотик, то весьма необычный и новый.

– Ты предлагаешь подходить к каждому наркоторговцу и спрашивать: «Нет ли у вас того, что сносит звериным крышу»? – Вэртер продолжал негодовать.

– Не совсем, – парировал Эдмон, на которого нападки Вэра не действовали. – Все пушеры нам не нужны, звериные бы не стали покупать обычную наркоту – не вставляет. Если такой, как мы, хочет словить кайф, он идёт к одному человеку, с которым, по счастливой случайности, я знаком.

– «По счастливой случайности», говоришь? – Вэртер недоверчиво приподнял бровь.

– Не забывай, в какой индустрии я работаю, – всё же решил прокомментировать Принц.

– Тогда решено, – воодушевилась Ния. – Мы с Эдди нанесём этому алхимику визит. Кроме того, стоит всё же поспрашивать в клубах, вдруг кто-то что-то слышал.

– В таком случае, – подхватил мысль Эдмон, – нужно разделиться на небольшие группы по два-три человека, чтобы не привлекать лишнего внимания. Мати, не присоединишься ко мне?

– Нет, – вклинился Владислав раньше, чем Матильда успела ответить, и раньше, чем он сам понял, что делает. – Кхем, нам с ней нужно доделать проект по естествознанию, это займёт бóльшую часть дня, как закончим, займёмся расспросами.

Произнося свою речь, Влад всё ждал, когда же Мати спросит, как он собрался доделывать уже сделанный проект? Но девушка продолжала молча разглядывать узор на полу, и лишь небольшой румянец на щеках говорил о том, что она его слышала.

10

Бойтесь юных дев

Взгляд Вэртера

– Давненько мы так не собирались, – как бы между прочим вздохнул Вэр и продолжил сооружать многоэтажные сэндвичи.

Матильда, наливая белый чай, неопределённо пожала плечами:

– Ты драматизируешь, – она приподняла глиняный чайничек. – Налить?

– Нет, ты же знаешь, меня от него в сон клонит, – Вэртер надеялся на другую реакцию и теперь, столкнувшись со стеной под названием «я не понимаю, о чём речь», задумался, как подвести Матильду к разговору. – «Хотя настроение у неё хорошее, что-то явно происходит… И делиться она не собирается! Я же переживаю!»

– Мы идём, нет? – Мати щёлкнула пальцами у него перед носом.

От неожиданности вздрогнув, юноша схватил тарелку и быстро зашагал в гостиную.

В комнате их уже ждал Эрик, который взялся выбрать что-нибудь посмотреть. Поставив тарелку на журнальный столик, Вэр по обыкновению укутался в плед и сел на ковёр рядом с другом. Мати устроилась в кресле и, потихоньку потягивая горячий чай, активно с кем-то переписывалась. Все трое молчали.

Вэртер нервно перебирал бахрому пледа: «Как-то мы не всё продумали, походу…»

Эрик, вооружившись пультом, быстро, едва успевая уловить картинку, перелистывал каналы в поисках чего-нибудь поинтереснее. Однако на новостном парень задержался чуть дольше: в просторной студии за круглым столом сидела ведущая и двое мужчин (по всей видимости, какие-то приглашённые эксперты), за ними на большом экране красным была выделена тема эфира: «Банда звериных бесчинствует в городе. Дерзкое ограбление». Под заголовком демонстрировались записи с камер наблюдения банка. На видео трое в масках, покидая здание с добычей, отшвыривали со своего пути вооружённых сотрудников полиции.

– «…жертв нет, однако это ограбление вызвало бурную реакцию общественности, – вещала ведущая. – Открытые звериные подверглись жёсткой критике, как негласные гаранты мирного сосуществования…» – слегка нахмурившись, Эркюль переключил канал.

Такое перетягивание акцентов не было чем-то новым: любой более-менее серьёзный инцидент с участием звериных вызывал примерно одинаковую реакцию. И если СМИ просто констатировали факты, не разделяя происшествия по расовому признаку, то общество…

– Можно подумать, среди простых людей все ангелы… – буркнул себе под нос Эрик и протянул к тарелке с сэндвичами руку, по которой тут же получил. Вэр недовольно глянул на друга, а затем кивком головы указал на Матильду: «Нечего покушаться на еду и отвлекаться на всякую хрень, начинай разговор!»

Картинно потирая ушибленную руку, Эркюль нехотя подполз к сестре.

– Мы вообще-то хотели вечер вместе провести, – приподнявшись, он попытался выхватить телефон из её рук.

«Здорово, блин! Лучший способ завязать разговор – начать с препирательств», – Вэртер незаметно пихнул Эрика ногой, на что тот не отреагировал.

– Мы и так вместе, в чём проблема-то? – даже не глядя на брата, Мати облокотилась на другую сторону кресла, оказываясь вне досягаемости. Допечатав очередное сообщение, она демонстративно положила телефон: – Видишь, всё.

По кабельному шёл какой-то фильм, и, хотя больше четверти было благополучно пропущено, все трое с усердием смотрели в экран. Поначалу они просто создавали видимость заинтересованности, но вскоре лёгкая молодёжная комедия увлекла их, и ребята от души смеялись, дополняя и без того уморительную картину своими шутками.

«Может, мы и правда драматизируем?» – Вэр украдкой посмотрел на давящуюся от смеха Матильду, которая тут же поймала его взгляд и поменялась в лице. Парень сначала не понял, что её не устроило, но всё прояснилось, как только он увидел Эрика, который тоже то и дело поглядывал на сестру, будто изучая.

«Просто божественного уровня беспалевность!» – Вэртер чуть не ударил себя в лоб от возмущения, но вместо этого сильно ущипнул соседа.

– Так, ладно, вы какие-то странные в последнее время! И ежу понятно, что не фильм меня позвали смотреть. Что вам надо? М? – она выпрямилась и скрестила руки на груди, готовясь к (возможно) серьёзному разговору.

«Ну вот, приехали… Теперь её только пытать остаётся!» – Понимаешь, Мати… – начал Вэр, прочистив горло. – Мы просто…

– Ты в последнее время нас игнорируешь! – вклинился Эркюль, потирая место щипка. – Стала скрытная, с нами совсем не общаешься…

– Всё, всё, всё! – Матильда замахала руками, призывая его остановиться. – Вам не кажется, что это вполне себе естественное поведение? – она многозначительно вскинула брови. – Я уже студентка, а не школьница – новые знакомства, интересы… отношения, в конце концов! – Мати подняла указательный палец, призывая парней не перебивать.

«Этот жест мне знаком…» – осознание пришло практически мгновенно.

– И вообще, некоторые вещи я не могу обсуждать с вами…

– Зато можешь с Нией, – завершил недосказанную мысль Вэр.

– Да, могу, – абсолютно будничным тоном проговорила Матильда, принимая вызов с несвойственной ей откровенностью. – Это не значит, что мы больше не друзья, – она улыбнулась. – Вы – моя семья. Я знаю, вы переживаете. Но причин для беспокойства просто нет… – два коротких звонка в дверь прервали её откровения. – Это, должно быть, ко мне, – девушка в нетерпении вскочила с кресла.

Под пристальным наблюдением двух пар глаз Мати практически подлетела к двери. Как только она её открыла, и без того удивлённые поведением подруги парни вообще потеряли дар речи: на пороге появился Владислав. Юноша не успел даже толком поздороваться, как Матильда уволокла его в свою комнату, предварительно одарив Вэра и Эрика взглядом из серии «не ваше дело».

– Вот и поговорили… – Вэртер, смотря в никуда, пытался переварить полученную информацию. – И как это всё понимать…

– Не знаю, – проговорил Эрик, дожёвывая второй бутерброд. – Может быть, действительно нет причин для беспокойства? – пожал плечами он и потянулся к последнему сэндвичу.

– Да… Всё равно это не даёт мне покоя… Надо приглядеть за ней… – задумчиво сказал Вэр и резко повернулся к собеседнику, который сидел с открытым ртом, собираясь продолжить трапезу. Вэртер посмотрел сначала на Эрика, потом на пустую тарелку, затем опять на Эрика. – Да ты охренел! – вспыхнул он, пытаясь схватить мгновенно запрыгнувшего на диван юношу. – Наглый ты… – такого же грациозного рывка не получилось, и Вэр, запутавшись в пледе, упал на диван как гусеница в коконе.

– Ну ты и неуклюжий! – Эрик сел на друга сверху, не давая подняться. – Жалко, что ли?

– Слезь с меня, проглот! – кряхтя под неподъёмным для него весом, Вэртер безуспешно пытался высвободиться. – Не для тебя старался! – в его голосе зазвучала обида.

– Не драматизируй, – Эркюль протянул надкусанный сэндвич. – Будешь?

«Ещё и издевается!» – Сам жри! – совсем по-детски надулся Вэр.

– Да ладно тебе! – Эрик поднёс бутер прямо к носу Вэртера, тот было сдался, уж больно есть хотелось… – Ну как хочешь! – хмыкнул парень, резко отдёрнув руку и в два укуса прикончив сэндвич.

Взгляд Владислава

Буквально впихнув Владислава в комнату, Матильда захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, будто ожидая погони.

– Если тебя это смущает, мы могли встретиться в другом месте, – ухмыльнулся Влад, глядя на прислушивающуюся девушку. – «Детский сад, блин!»

– Да нет, – Мати наконец отлипла от двери. – Они просто ведут себя как бабульки какие-то… – затараторила она, оправдываясь. – Лучше уж пусть знают, где я и с кем, меньше расспросов будет… Проехали! В общем, располагайся! – неопределённым жестом руки Харкер обозначила часть комнаты, предназначенную для «расположения».

«Хех, забавно. Ни тени смущения, всё-таки личное пространство, – Влад развернулся, попутно оглядывая небольшую комнату: за полупрозрачными занавесками на широком подоконнике стопка книг соседствовала с внушительных размеров кактусом; слева от окна – компьютерный стул и стол, загромождённый всеми видами канцелярии; справа – кровать, заправленная однотонным покрывалом, на котором валялся ноут; напротив – шкаф, занимающий практически всю стену… – И куда мне примоститься? – Влад немного растерялся, раньше в гости к девушкам он не наведывался… По крайней мере, вот так – без известной причины. – О!» – его взгляд упал на тёмно-синий бин-бэг, притаившийся рядом с высоким книжным стеллажом из орехового дерева.

Пока Матильда, сидя на кровати, что-то делала в ноутбуке, Владислав, плюхнувшись в кресло, с нескрываемым интересом рассматривал содержимое полок.

– И чем мы займёмся? – «Она что, пол моей библиотеки вынесла?» – взгляд Владислава блуждал от одного корешка к другому, то и дело натыкаясь на знакомые фамилии и названия.

– Ну, для начала зацени доработанную презентацию, – подождав, пока юноша обратит на неё внимание, Мати развернула ноутбук и принялась листать щедро сдобренные картинками и анимацией слайды. – Твои графики и сводные таблицы я тоже оставила, – деловито заявила она. – Но надо было добавить запоминающихся элементов, – Харкер довольно улыбнулась и, не вставая с места, кинула ему файл с печатными листами. – Думаю, надо устроить репетицию.

– Репетицию, значит, – Влад достал доклад из файла и, перелистнув титульный лист, в задумчивости взъерошил волосы. – «Даже так?» – он проглядел остальные страницы: на каждой были сделаны пометки текстовыделителем. – Ну давай.

– Что-то не так? – заметив его ухмылку, Матильда непроизвольно поправила съехавший с одного плеча свободный свитер.

– Да нет, всё нормально, – он приподнял пачку бумаги. – Такое рвение!

– Не люблю быть обузой, – Мати слегка покраснела под внимательным взглядом серых глаз. – Читай давай! Твой текст отмечен синим.

С репетицией парочка справилась достаточно быстро: оба посчитали, что прочитать текст несколько раз, вовремя перелистывая слайды, вполне достаточно.

– Отлично! – Матильда закрыла ноут и довольно улыбнулась. – Из нас вышла неплохая команда.

«Может быть… – Влад ответил на эту фразу лишь молчанием и тут же отвёл глаза. Что-то было в её взгляде, от чего в области солнечного сплетения снова появилось это странное чувство… – Да что за?» – парень глубоко вдохнул. – До собрания ещё есть время… – шумный выдох прервал фразу, давая несколько секунд, чтобы успокоиться, в то время как глаза искали выход из, как ему казалось, неловкой ситуации. – Может, в «Дженгу» сыграем? – выпалил он, наткнувшись на высокую коробку в форме цилиндра, стоящую на одной из навесных полок.

– М? – будто не сразу уловив смысл фразы, Мати посмотрела на ту же полку.

«Ничего поумнее придумать не смог?» – корил сам себя Владислав, ожидая реакции.

– Давай, почему бы и нет! – весело ответила она.

«Фух… вроде нормально всё…» – пытаясь разобраться, вежливость это или Матильда действительно не против поиграть, Влад внимательно наблюдал за её действиями.

Соскочив с кровати, Харкер сняла с полки коробку и какую-то книгу. Усевшись на мохнатый светло-зелёный ковёр, она ловко вытащила ровную башенку из деревянных кирпичиков и установила их на импровизированную подставку, которая оказалась одним из недавно прочитанных Владиславом романов.

– Читала? – указав взглядом на книгу, спросил Влад.

– Да, мне понравилось, – широко улыбнулась Мати и добавила: – Всё хочу сходить на экранизацию, но никто не рвётся составить компанию.

– Та же история! – неловкая пауза продлилась несколько секунд. – Может, вместе пойдём, раз уж желающих больше нет? – выдал Владислав, прежде чем успел обдумать эту мысль.

– Почему бы и нет? – пожав плечами, Матильда поправила пару съехавших блоков и, не поднимая взгляда, спросила: – Когда пойдём? В воскресенье? – она определённо пыталась сделать вид, что не придаёт ситуации особого значения.

– Ага, – так же обыденно ответил Влад. – Так что там с игрой? – волнение снова добралось до солнечного сплетения, пора было менять тему.

– Точно, игра! – воскликнула Матильда, наконец отрывая взгляд от книги-подставки. – Пощады не жди! Кстати, мы обычно играем не просто так, – в её глазах блеснул азартный огонёк.

– Не понял, – Влад сел напротив, сложив ноги по-турецки.

– Ну, просто так играть не очень интересно, – Мати с удовольствием принялась разъяснять «домашние» правила игры, – обычно, мы пьём за каждый вытянутый брусок…

– Ну, это стандартный вариант… – перебил её Владислав. – Хочешь напоить меня?

– Погоди, – отрезала она, слегка хмуря брови. – Пить – не вариант… Сам знаешь…

– Уж я-то знаю! – «Упс! Вырвалось…» – хозяйка комнаты на мгновение оцепенела, а её лицо стало красным, будто после марафона. Повисла неловкая пауза. – «И… что дальше? Что говорить?» – хотя лицо у Влада осталось непроницаемым, его вдруг охватила паника.

К его удивлению, тишину нарушила Матильда: – Т-так вот, – собравшись с силами, произнесла она. – На каждом блоке есть задание или вопрос, – несмотря на то что румянец ещё не спал, голос её звучал спокойно и даже с ноткой озорства. – По нашим правилам, если ты вытащил блок, на котором есть задание, можешь адресовать его предписание любому из играющих. Готов? – она с вызовом посмотрела юноше в глаза и ухмыльнулась.

– Поехали! – растянув хищную улыбку, Влад ловко вытащил первый блок. Развернув его, он увидел написанный аккуратным почерком вопрос. – «Что прости???» – Кхм… Мати… – прочистив горло, он бесцветным голосом прочёл: «Какого цвета на тебе трусы?»

– Чёрные, – последовал спокойный ответ.

Владислав оторвал глаза от надписи и посмотрел на Матильду, такое безразличие его немного расстроило: «Я думал, она хотя бы покраснеет… В смысле, ещё сильней».

Мати тем временем с точностью хирурга выбивала блок из середины самого нижнего ряда.

«Кажется, эта ситуация только меня смутила», – пока Владислав обдумывал сей важный вопрос, его мысли вдруг унеслись в тот самый вечер, когда он забрал упитую девушку из кафе… – Такие же, как в ту ночь? – вырвалось у него.

– Что? – резко выхватив блок так, что башня чудом устояла, Матильда вдруг побледнела. – Не понимаю, о чём ты, – проговорила она тоном, подразумевающим, что тема закрыта.

«Ей что, противно об этом вспоминать? Как это так?» – уязвлённое самолюбие требовало возмездия, и Влад, решив пристыдить девушку, продолжил тему: – Ну что, вернуть тебе трофей? – вытащив из кармана бельё, Владислав протянул руку, будто поддразнивая.

Матильда, чьё лицо снова стало пунцовым, попыталась выхватить чёрный кусок материи, но юноша тут же одёрнул кисть.

– Как ты там говорила? – ехидная улыбка во все тридцать два зуба украсила его самодовольное лицо. – А что ты можешь предложить мне взамен? – спародировал пьяную интонацию Влад, наблюдая, как нарастает смущение…

Внезапно Мати поднялась с места и направилась к шкафу. Выдвинув один из верхних ящиков, она выхватила оттуда нечто, показавшееся Владиславу весьма знакомым…

«Может, я перегнул палку и нужно извиниться и перестать уже дурачиться?» – промелькнуло у него в голове, но в этот момент Харкер резко развернулась и, вернувшись на своё место, заявила:

– Бартер! – изобразив покер фейс, она протянула ему синие боксеры.

«Это что? Мои труселя?!» – Мати… Откуда? – такой поворот событий его немного шокировал, и Влад никак не мог сообразить, как, а точнее, зачем (первое было и так ясно) Матильда Харкер украла его бельё. – Зачем ты их взяла?

– Это долгая история! – Мати кинула ему трусы и протянула руку, требуя назад свои. – Если вкратце, – совершенно спокойно сказала она, – не могла же я ехать с голой пятой точкой через весь город?

Весь этот диалог был в таком серьёзном тоне, что оба, не сговариваясь, расхохотались.

– Ну и выдержка у тебя! – пытаясь подавить приступ смеха, проговорил Влад.

– Давай закроем уже эту тему… – утирая слёзы, попросила Матильда. – На самом деле, это очень смущает… Хотя, после того, что между нами случилось, – добавила она, – это просто шуточки.

– Да уж… шуточки, – наконец успокоившись, Владислав выжидающе уставился на Матильду.

– Что-то не так? – она снова поправила сползший с плеча свитер.

– Что за задание ты вытянула? – заговорщическим полушёпотом спросил юноша.

– Блин! – процедила Мати, хватая оставленный на ковре кубик. Просмотрев надпись, она продолжила более серьёзно: – Предупреждение сразу, чтобы потом не было отмазок. Если ты ответишь неправильно, то в качестве штрафа выполнишь любое моё задание!

«Боже, что за тон? Не хватает только зловещего смеха в конце». – Ну, давай, что уж там.

– «Самая продаваемая в мире книга», – начала Матильда голосом заучки.

– Библия, – бесцеремонно перебил её Владислав. – Это что, викторина что ли?

– Дослушай сначала, – недовольно буркнула Харкер и продолжила: – «Перечисли ещё пять книг, входящих в этот рейтинг», – пропела она, сияя.

«Да она, похоже, уже думает над заданием для меня…» – Влад вздохнул и, взъерошив волосы, выдал на одном дыхании: – «Властелин колец», «Маленький принц», «Код да Винчи», «Алхимик», «Гарри Поттер», – он, наконец, вдохнул и продолжил фразу: – Ещё туда входят цитаты Мао Цзэдуна и, по-моему, «Сумерки», – последнее название он произнёс, скорчив пренебрежительно-брезгливую гримасу. – Как-то в ленте попался список, стало интересно, что народ почитывает, – поспешил он объяснить, откуда такие познания.

– Неплохо. Запомнил же, – искреннее удивление, отразившееся на её лице, заставило Влада улыбнуться.

Не тратя время попусту, Владислав вытащил очередной кубик:

– «Расскажи о самой неловкой ситуации, случившейся с тобой».

– Даже и не знаю, какой случай выбрать! – хихикнула Матильда, намекая на свою неуклюжесть и неудачливость. – Один краше другого.

– Ну да, например драка в клубе, – вмешался Влад в её рассуждение.

– Ага, – подтвердила Мати, коротко кивнув. – Но так неинтересно, нужно что-то, о чём ты ещё не знаешь, в этом вся суть, – она на мгновение задумалась. – Знаю! Это случилось со мной в средней школе. Мне нравился один парень из нашего класса – Рэй, – девушка закатила глаза, изображая неодобрение своих прежних вкусов. – Как-то на большой перемене мы с ним о чём-то болтали, стоя в проходе между партами, – Матильда погрузилась в свои мысли, припоминая события того дня. – Но Диане тоже Рэй нравился, и она, будучи одной из популярных девочек, была не в восторге от нашего «тесного общения». Хотя для самого парня я была скорее «своим в доску пацаном»…

– Это классика, – прервал Влад её пространное повествование.

– Так вот. Диана, увидев эту картину маслом, бесцеремонно вклинилась между нами с какими-то расспросами и, завладев вниманием Рэя, оттеснила меня к самой парте, – Мати скривила недовольное лицо. – Собственно, меня это, мягко говоря, не обрадовало. Тогда у меня только начали проявляться приступы агрессии… и это был один из первых случаев. Практически сидя на парте, я сжала её край с такой силой, что он с треском отломился, – последнюю фразу девушка обыграла, скорчив удивлённо-встревоженное выражение. – И упал на пол вместе со всем, что на нём лежало.

– И все начали улюлюкать и ржать! – закончил её рассказ Влад.

– Это оказалось не самым страшным! – она сделала глубокий вдох. – Когда пришла биологичка, то, естественно, спросила, кто сломал парту. И Диана с нескрываемым удовольствием об этом поведала! Уточнив, правда, что я проломила её своим весом. Ну тогда и преподша, раздражённая порчей школьного имущества, внесла свой вклад в этот день, сказав что-то типа: «Свои прелести, Матильда Харкер, надо сажать на стулья, а не на столы, явно не рассчитанные на такие пропорции!»

– Ну, училка, конечно, выдала, – Влад неодобрительно покачал головой, пытаясь задавить улыбку.

– Не надо сдерживаться! – махнула Мати рукой, видя, что Владиславу всё это кажется забавным. – Сейчас мне это тоже кажется смешным, но тогда я была готова сквозь землю провалиться! – она на секунду прикрыла руками лицо, неуклюже скрывая вернувшуюся детскую эмоцию.

– Ты и сейчас готова провалиться, – проговорил юноша, смеясь.

– Если честно, – Матильда вздохнула, – есть такое дело… Тебе не понять!

– Это почему ещё?

– Ну, – замялась она, – у крутых парней не бывает настолько эпичных провалов…

– О-о-о… – протянул Владислав, собираясь её разуверить. – Ты ошибаешься, – поймав её заинтересованный взгляд, он начал рассказывать: – Мне тогда было лет шестнадцать. С Эдмоном в то время мы не очень ладили. И хотя он к тому времени уже учился на первом курсе, умудрялся меня доставать и оттуда. Не помню уже, за что мы тогда закусились…

– Не надо «ля-ля». Рассказывай давай, как было! – Мати скептически приподняла бровь, заметив по интонации и жестам парня, что тот увиливает.

«Неужели меня так легко прочесть?» – Там, конечно, есть доля моей вины, – он почесал в затылке. – В школе у меня были некоторые проблемы с дисциплиной…

– Некоторые? – переспросила Мати саркастическим тоном, подразумевающим, что это какое-то очень расплывчатое понятие.

– Да… Давай назовём это так, – ответил Влад коротко и продолжил историю. – В общем, как-то так случилось, что я выкинул в окно стул…

– И только? – поймав несколько раздражённый взгляд Владислава, она изобразила, что закрывает рот на замок.

– Итак, я выкинул стул, разбив при этом стекло. Но это оказалось не самой большой проблемой – стул упал на машину завуча по воспитательной работе. А эта женщина, как ты можешь догадаться, и так меня недолюбливала, – юноша нервно усмехнулся. – Естественно, решено было вызвать родителей. Кстати, стоило, наверное, начать с того, что родители Эда уехали на месяц по делам, и мы остались дома одни, – Мати уже открыла рот, чтобы задать очередной вопрос, но тут же себя одёрнула. – Короче, – продолжил Владислав нарочито бодрым тоном, понимая, что вопрос, который вертелся на языке у Матильды не из тех, на которые он хотел бы отвечать. – В школу приехал Эдмон. Весь из себя такой правильный и вежливый… Ситуацию он разрулил в два счёта.

– Следовало ожидать, – не выдержала Матильда. – Не зря его все называют Принцем! – завершила она, широко улыбаясь.

«Что это за мечтательный тон?» – невинная фраза была воспринята как неприкрытое восхищение и вызвала раздражение. – Когда мы уже почти вышли из школы, – продолжил Влад, плохо скрыв негативную эмоцию, – я высказал ему всё, что я думаю о его появлении. И о том, что я могу сам решить все вопросы… Естественно, братец пытался меня заткнуть всеми возможными способами, в общем, разговорами всё это не кончилось… Когда Эд исчерпал все доводы, он сказал, что я такой же безответственный, как и моя мать, – Владислав понял, что сболтнул лишнего, но не останавливаясь продолжил: – Я не выдержал, и началась драка. Итогом наших выяснений отношений стали сломанный нос «Принца», – он спародировал мечтательное выражение лица и интонацию Мати, – и моя сломанная ключица. Помимо этого, мы не на шутку испугали кучу народа и попортили некоторое школьное имущество.

– Эм… Ты уверен, что это был Эдмон? – спросила Матильда, у которой никак не получалось нацепить образ вежливого безупречного юноши на того парня, о котором рассказывал Владислав.

«Да что ж вы все его таким ангелом видите? Он не нарисованный и далеко не идеальный!» – Владислав только обречённо вздохнул. – Родителям пришлось вернуться из поездки значительно раньше… И, хотя меня не исключили, это влетело в копеечку, кроме того, пришлось приносить извинения перед всей школой…

– Да уж, не очень весёлая история получилась, – резюмировала Мати и, с сочувствием глядя на парня, взяла его за руку. – Но хорошо, что всё уже позади, – она ободряюще улыбнулась. – Теперь мой ход.

Последующие вопросы и задания, попадавшиеся парочке, постепенно вернули Владу хорошее настроение, а также окончательно убедили его в том, что жителей этого коттеджа интересуют весьма определённые вещи. Для себя он выделил три категории: «кружок юного литературоведа», куда входили вопросы и задания типа: «Процитируйте несколько строк из любого стихотворения в образе пятилетнего малыша» или «Сколько томов в романе „Война и мир“?»; «хочу всё знать» или «детская непосредственность»: на блоках этой группы аккуратным почерком были написаны такие вопросы, как «Кто тебе нравится?», а также «о белье и размерах груди»; и третья категория, представляющая «жаждущих хлеба и зрелищ»…

– «Поцелуй любого из играющих», – прочитала Матильда очередное задание чересчур весёлым тоном.

«Хех, а она, похоже, не против». – Ну что ж, – Владислав сделал задумчивый вид, – и кого же из играющих мне выбрать?

Осознание того, что выбор у Владислава невелик пришло к Матильде только после этого вопроса: – Влад, на самом деле, необязательно выполнять это задание… – проговорила она, отводя глаза.

– А как же никакой пощады? – парень резко наклонился и, притянув Матильду за шею, поцеловал. Глаза у обоих сами собой закрылись, и поцелуй, казалось, длился бесконечно долго.

Мати подалась вперёд и задела башню, которая тут же разрушилась вместе с магией момента. Девушка резко отстранилась.

– Эм… Я… Это… Пойду чаю налью! – сквозь смущение выдавила она и, подскочив с места как ошпаренная, вылетела из комнаты.

– Ну и дела… – вполголоса протянул Владислав, уставившись на только что захлопнувшуюся дверь. – «Хочу больше…» – внезапно возникший порыв породил непонятное чувство, будто что-то не так и его отношение к Матильде отличается…

Отмахнувшись от напрягающей мысли, он принялся собирать разбросанные по ковру брусочки, попутно обдумывая, как подвести Матильду к тому самому «большему».

План созрел достаточно быстро. Взяв со стола чёрный фломастер, Влад старательно вывел печатными буквами новое задание на пустом кубике и достроил наконец башню. Убедившись, что нужный блок можно вытащить, Владислав швырнул фломастер на стол как раз за секунду до того, как дверь открылась.

Матильда зашла в комнату с небольшим подносом, на котором стояли две внушительные кружки с чаем и вазочка с конфетами. Сдвинув какие-то папки, Мати поставила всё это на стол, а сама села напротив Влада.

– Играем дальше? – с энтузиазмом спросил юноша, игнорируя стоящее на столе угощение.

– Да, давай, – его вопрос вывел Матильду из задумчивости. – Чей ход?

– Мой! – Владислав сделал вид, что выбирает, какой блок легче вытащить. – Что-то не так? – спросил он, с лёгкостью выбивая нужный кубик. – Задумчивая такая вдруг стала.

– Да нет, – Матильда смущённо улыбнулась, смотря в окно. – Пара мыслей не даёт покоя… Но, кажется, – она повернулась к парню, и их глаза встретились, – я уже разобралась, – последняя фраза прозвучала уверенно и спокойно, но вместе с тем чувствовалось в общем поведении Мати некоторое волнение. – Ну, что там? – поспешила заполнить неловкую паузу она.

– «Сыграй с одним из присутствующих в “Семь минут в Раю”».

– Что? – глаза Матильды округлились.

«Не слишком умно… Она, наверное, уже наизусть все задания знает, – сообразил Влад, только теперь понимая, что его вмешательство не останется незамеченным. – Ну и ладно. Какая разница? Всё это косвенные улики».

– Тут так написано, – самым невинным тоном ответил он.

– Эм… Я не сомневаюсь… – проговорила Мати. – Я не знаю, что это за игра…

«Серьёзно? Хотя неудивительно… с её-то самоконтролем». – Ну, собственно, это такое ребячество, – принялся объяснять Владислав. – Парня и девушку закрывают в кладовке или в каком-то другом помещении отдельно от основной компании, и они там проводят семь минут вдвоём… делая, что им заблагорассудится.

– Какая-то глупая игра, – подытожила Матильда. – Явно в стиле Поли и Касси. В нашем случае мы и так тут одни и делаем, что хотим, – посчитав, что дала достойный ответ, она потянула руку к башне, чтобы продолжить играть, но Влад схватил её за запястье.

– Так не пойдёт, – он поднялся и потянул Матильду за руку. – Нужно, чтобы помещение было более тесным… и тёмным.

Наконец заставив её встать, Влад направился к двери, ведущей, как он предполагал, в уборную. И он не ошибся. Открыв белую деревянную дверь и приметив в темноте комнаты раковину и ванну, он втолкнул туда Матильду, зашёл сам и плотно закрыл дверь. Проникающий в щель между дверью и полом свет позволял увидеть лишь примерные очертания обстановки. Вытянув руку, он сделал пару шагов вперёд и коснулся спины Мати. От неожиданности девушка вздрогнула и, не поворачиваясь, замерла. Прочертив кончиками пальцев линию вдоль позвоночника, Владислав убрал распущенные волосы с шеи девушки и, почти не касаясь кожи, провёл губами от плеча до уха, от чего Матильда, тихо вздохнув, слегка подалась назад и наклонила голову. Понимая, что она не против продолжить, Влад обнял её за талию и, притянув к себе, стал нежно, но напористо покрывать поцелуями горячую кожу. Тяжело дыша от нарастающего возбуждения, Мати развернулась и, запустив руку в его взъерошенные волосы, страстно поцеловала.

Взгляд Матильды

Устроившись на кровати, Матильда всё никак не могла успокоить бешено бьющееся сердце: «Да, разобраться было нелегко, – подумала она, проведя рукой по чёрным волосам дремлющего парня, – ведь кто-то меня постоянно отталкивал! Но всё же… Сейчас мне так хорошо с тобой…» – она хотела было поцеловать Влада, но в дверь вдруг робко постучали. Ожидая, что в комнату кто-то зайдёт, Мати оцепенела.

– Мати! – послышался из-за закрытой двери голос Вэра.

– Да! – проговорила она спешно, плохо скрыв волнение.

– Мы решили выйти пораньше, – ручка двери начала опускаться, но вдруг, остановившись на полпути, вернулась в исходное положение. – Вы… – друг вдруг осёкся, – наверное, сами пойдёте, так что ждать не будем, – с этими словами Вэртер ушёл.

Матильда наконец выдохнула и посмотрела на настенные часы: «Ого! Уже столько времени, мне тоже надо собираться!» – она приподняла руку Влада и попыталась аккуратно выскользнуть из его объятий.

– Ты куда? – сильные руки крепче стиснули девушку.

– Я думала, ты уснул, – почему-то прошептала она, приподнявшись, чмокнула его в щёку и улыбнулась. – Собираться пора.

– Ещё есть время. Давай немного полежим, – проговорил он, прижимая её к себе. – Некуда торопиться, – почему-то в его голосе Мати услышала нотки беспокойства и напряжение. Подтянув повыше плед, девушка положила голову ему на плечо и, прикрыв глаза, снова погрузилась в свои мысли.

«Интересно, что его тревожит… – осознание комом подступило к горлу. – Как теперь смотреть в глаза Эдмону? Он же мне сделал предложение… А Влад и я… мы… – ей вдруг стало нехорошо. – Ещё это дурацкое собрание! Как себя вести? Как вообще теперь туда идти? – мысли, как рой взвинченных ос, атаковали Матильду, и сколько бы она ни думала, ничего толкового в голову не приходило, а угрызения совести всё нарастали. – Он такой добрый и хороший… А я… разобью ему сердце! – Харкер поёжилась от одной мысли, что сделает больно такому замечательному парню, как Эд. – Может… сегодня мне не представится возможности поговорить с ним, – попыталась успокоить себя она. – А там… возможно, мне и не придётся ему ничего объяснять, ведь он увидит нас с Владом и всё сам поймёт! А он такой добрый и отзывчивый…» – Мати чуть не захныкала от этих мыслей, но, подавив возникший порыв, она тяжело вздохнула и тихо сама себе сказала: – Я буду с Владом.

Взгляд Эдмона

– Это и есть цитадель зла? – недоумевала Ния, стоя перед входом в бизнес-центр.

Многоэтажная коробка из металла и бетона снаружи была полностью отделана голубоватым стеклом. Метрах в ста позади располагалась парковка, где Эд оставил свой автомобиль. Ко входу в здание вели три ступеньки, по обеим сторонам которых находились аккуратно подстриженные клумбы.

– Мы точно адресом не ошиблись?

– Точно, – отрезал Эдмон и направился к раздвижным дверям.

Минуя фойе, обставленное по периметру кожаными диванами и журнальными столиками, пара направилась прямиком к лифтам. Нажав кнопку вызова, Эд бросил взгляд на металлическую табличку, приделанную к стене. На ней были выгравированы номера этажей, а напротив – указаны названия организаций, располагавшихся на них. Принц машинально ткнул пальцем в цифру семнадцать и прочертил от неё горизонтальную линию.

– Нам сюда, – пробормотал он, убедившись, что правильно помнит.

– Строительная фирма… Ну надо же… – протянула Ния. – Хорошо законспирировались.

– И это только верхушка айсберга, – со знанием дела сказал Эд, – насколько я осведомлён.

– Батюшки, страшно-то как, – ответила председатель тоном, в котором не было и намёка на страх.

Поднявшись на нужный этаж, Эдмон уверенным шагом двинулся по коридору. Отыскав дверь в «стройфирму», он постучался и вошёл в помещение: за стойкой ресепшен сидела молоденькая секретарша. Подняв на посетителей взгляд, девушка приветливо улыбнулась и поздоровалась.

– Вам назначено? – спросила она, украдкой разглядывая Принца.

– К сожалению, нет, – ответил тот, перегибаясь через стойку и практически в упор заглядывая секретарше в глаза. – Однако у нас дело, не терпящее отлагательств, – закончил он фразу, обворожительно улыбаясь и наблюдая за реакцией девушки.

– Ну, на самом деле, встреча директора, назначенная на это время, отменилась, – смущённо начала она, – так что у него сейчас окно, я попрошу вас принять.

– Спасибо, вы меня очень обяжете.

Секретарша быстро нажала какую-то кнопку на телефоне: – Мистер Томпсон, к вам посетитель, – проговорила она в трубку, а затем, закрыв динамик рукой, обратилась к Принцу. – Как вас представить?

– Скажите, что пришёл Эдмон Уилкс из «Клыков».

– Он скоро вас примет, подождите немного, – выслушав указания шефа, сказала секретарь. – А пока можете располагаться, – она указала на светлый кожаный диван у стены. – Я сейчас вам кофе принесу, господин Уилкс… – девушка не договорила, так как в этот момент её взгляд внезапно наткнулся на Нию, присутствия которой она до этого не замечала, околдованная чарами Принца.

Председатель же решила не лезть в разговор и, не дожидаясь приглашений, уселась на тот самый диван. Договорив, Эдмон последовал её примеру и устроился в кресле из того же гарнитура. Через пару минут вернулась секретарша с подносом в руке.

– Кофе для вас… и вашей спутницы, – выставив на низкий деревянный столик две чашки с обещанным напитком, сахарницу, молочник и хрустальную вазочку с зефиром, она мило улыбнулась Эдмону, окинула презрительно-оценивающим взглядом Нию, а потом вернулась на рабочее место.

Ли Уортли, которая, казалось, вообще этого не заметила, с самым дружелюбным видом поблагодарила сотрудницу. Однако, как только та отвернулась, Ния, сохраняя всё то же невозмутимое выражение лица, протянула руку и взяла чашку, стоящую прямо перед Принцем.

– В эту она точно не плюнула, – пояснила председатель полушёпотом, отвечая на его вопросительный взгляд.

– Что за бред, мы не в детском саду, – таким же полушёпотом возразил Эд, однако к кофе всё же не притронулся. – Лучше объясни, зачем ты так разоделась? – продолжил он уже обычным тоном.

– А что тебе не нравится? – вопросом на вопрос ответила Ли Уортли, закидывая ногу на ногу и демонстрируя свои брутальные берцы. Чёрные узкие джинсы плотно обтягивали бёдра, а кожаная косуха по фигуре, перехваченная поясом, подчёркивала тонкую талию. На шее намеренно небрежно был повязан розовый платок, весь в замысловатых узорах. Начёс на голове, видимо, являлся завершающим штрихом образа. – Я просто хотела соответствовать ситуации.

«Это в каком же месте ты ей соответствуешь?» – возмутился про себя Принц.

Высказать эту мысль он не успел, в этот момент дверь кабинета открылась и на пороге показался худой и очень высокий мужчина средних лет в тёмно-сером деловом костюме.

– Здравствуй, Эдмон, не ожидал увидеть тебя, – приветливо сказал он, протянув ладонь.

– Здравствуйте, господин Томпсон, – отчеканил юноша, пожимая руку. – У нас к вам срочный разговор.

– Можно просто Джейк, – натянул бесцветную улыбку мужчина. – Ну что ж, проходите, побеседуем.

Кабинет исполнительного директора крупной строительной фирмы Джейка Томпсона выглядел именно так, как должен выглядеть кабинет исполнительного директора крупной строительной фирмы. У окна стоял большой рабочий стол, коричневый по краям и с кремовой вставкой в середине. Перпендикулярно ему был приставлен ещё один – того же дизайна, но более длинный. Вдоль него были расставлены светлые офисные кресла на колёсиках. Можно было с лёгкостью представить, как здесь сотрудники фирмы отчитываются о проделанной работе боссу, сидящему во главе. Развешанные на стенах фотографии зданий были сделаны явно профессиональным фотографом. Внушительный аквариум, стоящий в углу, немного разбавлял строгость кабинета. В общем, ни намёка на какую-либо незаконную деятельность.

Ния выглядела немного разочарованной, видимо, она ожидала чего-то более выдающегося. Тем не менее, приветливо улыбнувшись, девушка первой прошла вглубь кабинета и уселась на одно из кресел рядом со столом директора. Эд разместился напротив, а затем вкратце пояснил суть их визита. Мистер Томпсон внимательно его выслушал, украдкой бросая на Нию заинтересованный, как показалось Принцу, взгляд.

Когда Эдмон замолчал, директор сложил руки на столе и вздохнул:

– Я понимаю вашу обеспокоенность, но, к сожалению, ничем помочь не могу.

– Где-то я уже слышала эту фразу недавно, – хмыкнула председатель, скосившись на Эдмона, на что тот лишь закатил глаза.

– Видите ли, мы не можем раскрывать посторонним подробности бизнеса. Сами понимаете, это может пагубно отразиться на нашей репутации, – по-деловому сухо сказал мужчина.

– Возможно, мы сумеем договориться, – не сдавался Принц.

– Если вы намекаете на деньги, то дело, конечно, не в них.

– Как высокоморально! А вы точно наркоторговец? – вмешалась в разговор Ния.

За секунду Принц успел раскаяться, что согласился взять с собой эту женщину. Он едва сдержался, чтобы не полезть закрывать ей рот.

Джейк тоже не ожидал такого вброса, а председатель невозмутимо продолжала: – Просто вы больше похожи на святого отца, с их тайной исповеди и прочей чушью, а ещё на здоровенную цаплю. Но на священника всё же больше, – абсолютно бесцеремонно вещала она. – Так и представляю вас с женой и двумя детьми на фоне приходской церквушки в пригороде, – при этом Ли Уортли схватила единственную фоторамку, стоявшую рядом с ноутбуком директора.

Однако, как понял Эд по удивлённому взгляду, домыслы её не подтвердились. С довольно давней на вид фотографии на Нию смотрела высокая брюнетка, позирующая в красном платье.

– Ваша девушка? – аккуратно поинтересовалась Ли Уортли, возвращая фото на место.

– Нет… Да… Не совсем, – стушевался Томпсон, которого такая наглость, кажется, застала врасплох.

– Священники обычно не женятся на моделях, – прошептала председатель скорее для себя.

– Что ж, если это всё… – Джейку, по-видимому, не терпелось спровадить надоедливых визитёров. Но при этом мужчина не сводил глаз с Нии, которая была поглощена попытками развязать платок на шее.

Наконец справившись с аксессуаром, она кинула его на стол прямо перед собой. Только тут до Эдмона дошло, что всё это время взгляд Томпсона был прикован вовсе не к фигуристой красавице, а к пёстрому кусочку шёлка на её шее.

– А у вас глаз-алмаз. Это «Эйслинг».

«“Эйслинг”? В смысле, модный дом?» – промелькнуло у Принца в голове.

– Как и платье на фотографии, – между тем продолжала Ли Уортли, поправляя волосы. – Хороший у вас вкус!

– Я не понимаю, на что вы намекаете! – оборвал её речь изрядно вспотевший Джейк.

– Ну, естественно, не понимаете, – Ния подмигнула ему. – В противном случае это был бы такой позор: человеку, занимающемуся серьёзным строительным бизнесом и ещё кое-чем, так дорожащему своей репутацией, иметь подобные… хм… наклонности, – сделав секундную паузу, она продолжила: – Хотя, разумеется, это всё сущие выдумки. О, кстати, этот шарфик – эксклюзив, таких всего несколько штук, просто так не купить… А знаете, что я собираюсь с ним сделать? – Ли Уортли выдала свою самую обворожительную улыбку. – Я собираюсь забыть его здесь и забыть, что забыла, – лёгким движением руки председатель пододвинула предмет к Томпсону.

Несколько мгновений мужчина колебался, но затем, поддавшись искушению, несмело потянулся к платку.

– Не поймите меня неправильно, – директор нервно сглотнул. – Я всегда увлекался модой, а их дизайнер такая талантливая! Её уникальный стиль…

– Я вас так понимаю, – подыгрывала Ния воодушевившемуся мужчине. – И ни в коем случае не осуждаю. Итак, вернувшись снова к нашей теме, – она выжидательно замерла.

– Кхм, – прочистил горло Томпсон, возвращая себе сдержанный вид. – Что ж, погоды это не сделает. Ваши подозрения напрасны. На рынке нет ничего подобного.

– А у конкурентов? – наконец включился в разговор Эдмон, который до этого сидел потупив взгляд в попытках осознать происходящее.

– Абсолютно исключено. Мы бы знали, – безапелляционно заявил директор.

– Значит, тупик, – размышляла вслух Ния. – По крайней мере, в нашем случае отрицательный результат – это неплохо, – она открыла сумочку и достала маленький блокнот и ручку. Что-то записав, председатель вырвала страничку и протянула её Джейку. – Вот мой номер, если у вас появится информация, любая, которая может нас заинтересовать, поделитесь, пожалуйста. Я, в свою очередь, тоже чем-нибудь поделюсь. Например, приглашением на закрытый показ в «Эйслинг». Как вам? – мужчина кивнул, принимая листок из рук Ли Уортли.

Ния поднялась с места и вместе с Эдмоном направилась к выходу из кабинета.

Уже на пороге её окликнул Томпсон: – Мисс, вы никогда не думали о карьере в «строительном бизнесе»? – он специально сделал акцент на последнем словосочетании. – Мой босс ценит талантливые кадры.

– Лестно, но мне такое не подходит. Не люблю, когда мной командуют. Предпочитаю командовать сама, – ещё раз улыбнувшись, она напоследок помахала ручкой и вышла из кабинета вслед за своим спутником.

Взгляд Люси

«Основу нанесла, очередь тональника: на полтона светлее – сюда, а теперь на полтона темнее – вот сюда, и хорошенько растушевать. Консилер, хайлайтер, пудра… И закрепить. Кремовые румяна, чтобы подчеркнуть скулы, карандаш и гель, чтобы придать нужную форму бровям, тёмно-бордового оттенка карандаш и помада на губы и побольше туши на ресницы – макияж для похода в клуб готов. Идеально! Хм… Может, ещё стрелки нарисовать?» – Люси потянулась к внушительному чемоданчику, доверху забитому декоративной косметикой известных брендов. Выудив оттуда баночку с чёрной гелевой подводкой и одну из многочисленных кистей, девушка с точностью ювелира, достигнутой в результате длительной практики, за считаные секунды нарисовала умопомрачительные стрелки. Подобные приготовления не были для неё редкостью, скорее, каждодневной рутиной.

Вооружившись плойкой и предварительно воспользовавшись термозащитой, Люси взялась за создание причёски. Сидя перед белым классическим трюмо, она завила свои от природы прямые каштановые волосы в шикарные кудри, а затем закрепила красоту лаком.

Покончив с макияжем и укладкой, красавица, облачённая в шёлковый синий халат-кимоно, подошла к шкафу и принялась доставать то одну, то другую вешалку, прикладывая их к себе и оценивая вид в зеркале. Наконец Люси остановила выбор на чёрном коротком платье, украшенном пайетками. Главной его фишкой было отсутствие одного рукава – этот элемент как нельзя лучше подчёркивал выступающие ключицы и длинную шею. Поскольку само платье было довольно заметным и всем своим видом придавало образу загадочности, девушка решила дополнить лук чёрными лаковыми туфлями на высоком каблуке, таким же клатчем и минимумом аксессуаров.

Люси всегда выглядела отлично, но в этот день девушка собиралась с особой тщательностью – было похоже, что она готовится к битве.

– Вау, ты сегодня просто сногсшибательна! – заорал Берти, не сумев сдержать восхищение, едва Люси вышла из дома и направилась к ожидавшей её машине. – То есть я не хочу сказать, что обычно ты не сногсшибательна… Ты в принципе… Ну, в общем… Но сегодня прям вообще! – койот готов был завалить комплиментами предмет своих воздыханий, но никак не мог подобрать нужных слов от переизбытка чувств.

– Не кричи так, ты всех соседей перепугаешь, – произнесла Люси наигранно недовольно, хотя в душе была рада, что её старания не остались незамеченными. «Хорошее начало вечера, но цель ещё не достигнута. Сегодня никто не устоит перед моими чарами, даже Влад… Особенно Влад».

– Эм, может, сходим поужинать, перед тем как ехать? – голос Берти вернул её к реальности.

– Нет, спасибо, – раздражённо отрезала Люси, но, почувствовав укол совести, добавила гораздо более дружелюбным тоном: – Дело в том, что я на диете, но мы можем попить кофе, если недолго.

Обрадованный таким ответом парень тут же прыгнул за руль и, как только его прекрасная спутница оказалась в салоне, нажал на газ. Люси чувствовала сильное раздражение, но в то же время понимала, что Берти в этом не виноват. Просто сам факт, что Влад предпочёл её обществу другую, а ей в напарники в этом импровизированном расследовании достался Бертрам, жутко выбешивал.

Заехав в кафе и сделав заказ, молодые люди устроились за столиком у окна. Берти ужасно нервничал, безуспешно пытаясь придумать тему для разговора. Повисла неловкая пауза.

«Забавно, – думала Люси. – А ведь именно он познакомил меня с Владом и остальными. При этом мы никогда толком не общались, – она украдкой заглянула ему в лицо, парень так разнервничался, что на лбу выступила испарина. – С трудом верится, что этот человек только что орал на всю улицу комплименты, а личная беседа у него не идёт. Это я на него так влияю? Мило», – она не смогла сдержать улыбки.

– О чём ты сейчас думаешь? – Бертрам, заметивший улыбку, выпалил первое, что пришло на ум, но тут же осёкся. – Ой, нет. Прости, опять лезу не в своё дело.

– Всё в порядке. Просто вспомнила наше знакомство. Я тогда только-только вступила в группу поддержки, – Люси легонько шлёпнула юношу по руке. – Мы отрабатывали элементы во время баскетбольной тренировки, и ты сшиб нашу пирамиду.

– Я не виноват! Пит сфолил, когда мяч отнимал, я потерял равновесие и по инерции…

– Ха-ха, объясни это нашим девушкам, они до сих пор считают тебя врагом номер один. Одна даже лодыжку вывихнула. Я молчу про синяки и ссадины – досталось всем. Ты был как шар для боулинга. Выбил страйк, – Люси громко засмеялась.

– Ну, не совсем страйк, – возразил койот. – Ты с лёгкостью спрыгнула с самого верха пирамиды, да ещё такое сальто сделала – каскадёры нервно курят в сторонке! – с неподдельным восхищением вещал Берти. – Это было потрясающе, я сразу понял, что ты тоже звериная.

– Значит, и видел, и понял, но всё равно первым делом кинулся ко мне, выяснять, не пострадала ли… – она давилась от смеха, вспоминая тот случай.

Ребята стали делиться забавными историями из студенческой жизни. Со стороны казалось, что они искренне наслаждаются обществом друг друга. Смех, веселье, искренний интерес – всё было так дружелюбно и открыто, что время пролетело почти незаметно. Однако было пора выполнять миссию. Люси и Берти расплатились за кофе и покинули заведение, всё ещё хихикая по пути к машине.

Они подъехали к одному из известных городских клубов. Кто куда направится, ребята распределили ещё в кабинете Рейвена, когда делились на пары. Разъехавшись по разным точкам, команды должны были постараться выяснить что-нибудь об этом загадочном наркотике, а позже встретиться в «Клыках» и обсудить результаты.

Люси была уверена: в таком модном местечке должны ходить какие-то слухи. Каково же было её разочарование, когда, протолкавшись в клубе три с лишим часа, она ни на йоту не приблизилась к цели. Ей не помогли ни общение с барменом, ни флирт с диджеем, и даже подкупленный Берти пушер не знал ровным счётом ничего.

– Он нам соврал! – воскликнул койот, с досады ударив ладонями руль, когда машина была уже на полпути к «Клыкам».

– В таком случае он заслужил «Оскар» за великолепную актёрскую игру, – парировала Люси. – Может, остальным повезло больше?

На поверку оказалось, что та же мысль посетила и остальных. В ВИП-зоне было довольно шумно, все делились итогами своих изысканий, хотя общая мысль была одна – никто ничего полезного не узнал. Впрочем, в сборе были далеко не все: не хватало сестричек с Хеем, а также Матильды и Влада. Последние, однако, не заставили себя ждать, явившись всего на полчаса позже Люси и Берти.

– А вы, я смотрю, не торопились, – тут же съехидничал Вэр. – Узнали что-нибудь?

– Только то, что её хлебом не корми, дай влезть в неприятности! – усмехнулся Влад, потрепав Матильду по волосам. – Хотя я и так об этом догадывался.

– А что я, по-твоему, должна была стоять и мирно наблюдать, как этот урод пристаёт к девочкам?! – парировала Мати, видимо продолжая начатый раньше спор.

– Нет, просто могла бы что-нибудь сказать перед тем, как сломать ему руку.

– С такими разговор короткий! – сложив руки на груди, Харкер плюхнулась на диван.

– Как скажешь, как скажешь, – вздохнув, ответил Владислав, усаживаясь рядом.

– Ну-ка, выключил этот снисходительный тон! – вспыхнув, Матильда ткнула его в плечо. – Тоже мне, пример для подражания…

Чем дольше пара продолжала пререкаться, тем сильнее нарастала волна негодования в груди Люси. Она уже давно перестала слушать их разговор. Всё её внимание сосредоточилось на Владе, а точнее на том, как он смотрел на Матильду, с какой… нежностью.

«Нежность? Нет… это ему не подходит. И всё же… Почему? Почему он не отталкивает её так, как меня? – тревожный звоночек в её голове внезапно перерос в набат. – Когда они так сблизились? Как я такое допустила? – наблюдая за ними, с каждой минутой Люси подмечала всё новые и новые детали. – Что мне теперь делать? А смогу ли я вообще что-нибудь сделать?»

Возвращаясь к действительности, девушка безуспешно старалась отмахнуться от упаднических мыслей, а вся компания тем временем бурно обсуждала встречу Нии и Эда:

– То есть ты предполагаешь, что он трансвестит? – поинтересовался Вэртер, уже минут десять гревший в руках стакан с виски.

– Я не предполагаю, – в своей обычной манере произнесла Ния. – Это факт.

– Да ладно тебе, объясни уже толком, а то ребята ничего не понимают, – невзначай вставил Эдмон, заботясь на самом деле, конечно, не о них. Он весь вечер сгорал от любопытства, надеясь прояснить произошедшее, но прямо спросить у председателя, дав этой женщине возможность потешить самолюбие за свой счёт, не позволяла гордость.

– Ладно, всё дело в фотографии.

– Ты про девушку в красном? – решил на всякий случай уточнить Эд.

– Да-а-а… про девушку, – пропела Ли Уортли, намеренно растягивая слова и показывая в воздухе кавычки.

– Так это был он сам?! – догадалась Мати. – Но зачем хранить подобное на таком видном месте?

– Это, рыбка моя, называется тщеславие. Серийные маньяки тоже вроде скрывают следы преступлений, но в глубине души хотят быть пойманными, хотят, чтобы о них узнали. Люди вообще не особо умные создания, хотя зачастую весьма сентиментальные. Думаю, не ошибусь, если предположу, что каждый из нас хранит нечто, от чего лучше избавиться.

– Вэр хранит своё детское одеяльце, даже спит с ним иногда! – выпалил Эрик, попутно перехватывая уже тянущиеся к его шее руки Вэртера, который явно намеревался придушить болтуна.

Не обращая внимания на завязавшуюся потасовку, Ния подошла к зеркалу, поправляя причёску.

– Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее, всех румяней и белее? Молвит зеркальце в ответ: «Ты прекрасна, спору нет».

– А продолжение?

– Его там нет. «…Спору нет» – всё, конец.

– Мне кажется, там была ещё пара строк… про Белоснежку, – усмехнулся Влад.

– Ах, да. Она умерла, – безапелляционно заявила председатель, возвращаясь на место.

– Ты что-то путаешь, она жила долго и счастливо, – включился запыхавшийся Вэр, которому так и не удалось проучить обидчика.

– Не в моей сказке, – отрезала Ния, потягивая коньяк.

– Скажи, у тебя никогда не возникает желания ей врезать, – обратился Влад к сидевшему неподалёку Марку.

– Оно у меня не исчезает, – сделав страдальческий вид, вздохнул зампред, тут же получая подзатыльник.

– Поговори мне тут, – пригрозила Ния.

Звонок мобильного прервал их дурачества.

– Что-то подсказывает мне, своим присутствием вы нас не почтите, – проговорила Ли Уортли, ставя телефон на громкую связь.

– Так и есть, – раздался в ответ голос Поли. – Здесь сегодня просто мегакрутая вечеринка! Видели бы вы Хея… Он так отплясывает, просто секси!

– Хотя опыта пока не хватает, – вторила ей Касси. – Придётся дать ему сегодня пару частных групповых уроков, если вы понимаете, о чём я.

– Пожалуйста, избавьте нас от подробностей! – не выдержал Вэртер.

– Завидуй молча, – огрызнулись сестрички. – Кстати, про наркотик мы здесь ничего не узнали, сорри-и-и!

– Как и мы, – подытожила председатель и хотела положить трубку.

– Ния, – позвала её Касси.

– Слушаю.

– Мы с Поли тут сегодня вспомнили кое о чём. Тогда мы не придали этому значения, но, может, тебе будет интересно. Помнишь в тот день, когда на вас с Мати напала та парочка, мы… – в трубке послышался какой-то грохот, а затем раздался громкий смех: – Ой, блин, вы не поверите, что панда вытворяет! Кое-кому больше не наливать! Короче, нам пора, завтра договорим. Чмоки-чмоки, – прежде чем Ния успела среагировать, сестрички нажали «Отбой».

– Интересно, о чём они хотели сказать? – поинтересовалась Матильда.

– Ты что, первый день их знаешь? Насобирали где-то сплетней очередных, – перебил Вэр.

– Вот завтра и проверим, – вклинилась председатель. – Не знаю как вы, а я хочу танцевать. Кто со мной?

– Мы-ы-ы, – воскликнула Мати, хватая Влада за руку и резко дёргая её вверх. Вся троица тут же направилась к выходу из ВИПа.

– Ты чего расселся, – негодовал Вэр, толкая жующего что-то Эрика. – Пошли, нужно за ней приглядеть, – полушёпотом добавил он.

Вслед за ними Марк, который усердно с кем-то переписывался всё это время, вышел позвонить. В комнате остались только Берти, Люси и Эд.

– Послушай, – обратилась девушка к Берти, – не мог бы ты принести мне выпить?

– Я? Ну конечно! Что ты будешь?

– Удиви меня! – улыбнулась она.

Воодушевлённый парень чуть ли не вприпрыжку кинулся к двери.

– Я весь внимание, – добродушно начал Принц, как только тот ушёл. – Мне показалось, ты хочешь поговорить.

– Раз так, не буду ходить вокруг да около, – она подошла вплотную к развалившемуся в кресле Эдмону и осталась в таком положении: немного возвышаясь над ним. Она инстинктивно пыталась придать свои словам больше веса. – Уже весь универ обсуждает твоё признание в столовой. Так сколько ты намерен наблюдать со стороны? Тебе нравится выглядеть полным идиотом?! – на этих словах Люси начала срываться на крик. – Приструни свою тёлку или я сама… Я не позволю ей лезть к моему мужчине!

– «Моему мужчине», говоришь совсем как взрослая, – отвечая, Эд расхохотался так, будто только что услышал очень смешную шутку. – Считаешь, я выгляжу как идиот? – Принц продолжал улыбаться, но атмосфера вокруг него значительно потяжелела. От его взгляда девушке стало не по себе. – Я точно стану им, если поведусь на твой дешёвый шантаж, девочка. К тому же, – Эд буквально впился в неё взглядом, – не слишком ли самоуверенно с твоей стороны называть его своим? С какой стороны ни посмотри, их отношения больше похожи на… отношения, чем ваши. Напомни-ка мне, когда в последний раз Влад уделял тебе хоть малейшее внимание? – Эдмон медленно поднялся с кресла, его лицо оказалось в паре десятков сантиметров от её. Слегка улыбаясь лишь краешками губ и не прекращая смотреть Люси прямо в глаза, он продолжал: – Ну, не молчи, должен же быть хоть один такой эпизод, самый малюсенький… Нет? – Принц вздохнул. – Тогда что мы вообще обсуждаем? Мой тебе совет – отпусти и забудь! Влад терпел тебя рядом, как выразился бы Берти, только для удовлетворения своих животных потребностей.

– А ты тоже последуешь собственному совету? Отпустишь и забудешь? – вконец расстроенная чирлидерша пыталась найти хоть какие-нибудь аргументы в свою пользу.

– А мне и не нужно… – Эдмон на мгновение задумался, видимо решая, стоит ли делиться информацией.

– В смысле? Что ты имеешь в виду?

– Я говорю о том, что ничего делать не буду, Влад сделает всё сам, – наконец произнёс Принц, пожимая плечами. – Детские травмы, знаешь ли. Не вдаваясь в подробности, скажу лишь, стоит ему понять, что всё серьёзно, как огромные, воинственные тараканы в его голове поднимут восстание. Вот и сказке, то есть отношениям конец.

– У меня нет желания ждать. Я не стану терпеть эту идиллию! – сердито поставив точку, Люси зашагала к лестнице вниз.

Разговор с Эдмоном был лишь секундной прихотью. Ещё прошлым вечером в её голове зародилось некое подобие плана, и теперь благодаря Принцу вырисовались новые детали, которые она решила использовать.

Оказавшись на танцполе, Люси стала пробираться к середине – туда, где предположительно находился Владислав. Сделав несколько шагов, она заметила Эрика, зажимавшего у стены какую-то девчонку. Внезапно чирлидершу осенило, как можно сделать план практически беспроигрышным, добавив последний штрих. Резко сменив направление, она направилась к Эркюлю.

– Скучаешь, – произнесла она тоном, который был скорее утверждающим, чем вопросительным. Попутно она наградила его собеседницу таким красноречивым взглядом, что та незамедлительно ретировалась, неуклюже поправляя платье.

– Ну, не то чтобы… – вздохнул Эрик, разочарованно глядя вслед удалявшейся девушке.

– Я просто хотела извиниться. Нехорошо тогда вышло.

– Ты про то, как меня избили из-за тебя… Да, вышло не очень. Особенно если учесть, что после этого ты просто меня игнорировала, – выпалил Эркюль, но затем, скрестив руки на груди, продолжил более спокойным тоном: – Слушай, я не дурак, ты использовала меня, чтобы позлить кого-то. Но, знаешь, я давно отпустил эту ситуацию и повторения не хочу.

– Ты прав, я поступила плохо и действительно раскаиваюсь, – она грустно опустила глаза, однако тон её при этом стал более игривым. – Я бы хотела как-нибудь компенсировать моральный ущерб. Ты, кстати, знал, что вон там, – Люси указала пальцем вправо, – есть служебное помещение, где переодеваются гоу-гоу? Сейчас они все работают, так что там никого… Пойду подвигаюсь немного… Боже, после танцев я всегда так возбуждаюсь! Скоро придётся искать какое-нибудь убежище, чтобы остыть, пока глупостей не наделала, – напоследок подмигнув Эрику, она скрылась в толпе.

«Не так уж и важно, клюнет он на мою провокацию или нет, в конечном итоге, нужно сосредоточиться на Владе…»

Его Люси нашла довольно быстро – как и предполагала, в компании Матильды. Они опять о чём-то спорили, и Мати, видимо, исчерпав запас аргументов, резко развернулась, чтобы демонстративно уйти, однако тут же была захвачена в плен Владиславом. Подскочив со спины, он подхватил девушку под грудь и, оторвав от земли, поволок туда, где было меньше народа. Посопротивлявшись немного для вида, она сдалась, повиснув у парня на руках. Наконец отыскав клочок более-менее свободного пространства, Влад принялся изо всех сил кружить её. Со стороны зрелище было то ещё, но им похоже было наплевать.

– Я сдаюсь! – донеслось до Люси.

Только после этого Владислав поставил свою жертву на землю. Матильда прислонилась к стене, чтобы унять головокружение, и пути отхода для неё сразу были заблокированы. Влад упёрся одной рукой в стену, а другую использовал как рупор, говоря на ухо Мати нечто такое, от чего её пунцовые щёки были заметны даже в полутьме клуба. Их тет-а-тет был нарушен неизвестно откуда взявшимся Вэртером, который, схватив подругу за руку, потащил её обратно на танцпол.

– Да иду я, иду! – Матильду эта ситуация явно забавляла. На мгновение развернувшись к Владу, она пожала плечами и скрылась в толпе.

– Вот же… – Владислав хотел было последовать за ними, но Люси, улучив момент, преградила ему путь.

– Нам нужно поговорить, – тут же сказала она.

– Я занят, – ответил парень, чьё выражение лица резко сменилось с оживлённого на безразличное.

– Так занят, что не можешь уделить мне даже пяти минут?! – возмутилась Люси, топнув с досады ногой, но тут же, совладав с собой, продолжила более мягким тоном: – Пожалуйста, это очень важно.

– Говори, – со вздохом ответил Владислав.

– Здесь слишком шумно, пошли… – не дожидаясь ответа, красотка направилась в сторону служебных помещений. Влад нехотя последовал за ней.

Место, в которое они пришли, оказалось раздевалкой для персонала: небольшая комнатушка, уставленная металлическими шкафчиками по обеим сторонам. Между ними вдоль стояла широкая скамья, а у стены была специальная зона, напоминающая театральную гримёрку: высокие тумбы с приставленными к ним стульями и зеркала по периметру.

– Ты б меня ещё в женский туалет притащила, – презрительно пробурчал Влад, оглядевшись. – Ладно, говори, что хотела.

– Хм, сразу к делу, ну хорошо… Что со мной не так? Может, я толстая или страшная, – Люси поправила прядь каштановых волос. – Или в постели бревно?

– К чему ты клонишь?

– Просто помоги понять, чем она лучше?! Я в растерянности, что заставило тебя предпочесть её мне?! Сколько ни ломаю голову – не нахожу ответа… Или это любовь? – Люси заметила, как Влада передёрнуло, и поняла, что попала в точку. – Неужто наш Владислав влюбился… Тогда тебя, наверное, можно поздра…

– Не мели чепухи! – он нахмурился. – Поумнее ничего не придумала?!

– А придумывать и не нужно! Ты только посмотри на себя, ведёшь себя рядом с ней как глупый щенок. Скоро и команды выполнять начнёшь: сидеть, лежать, принеси, голос…

– Заткнись! Не нарывайся, – прорычал Влад. – Я ни в кого не влюблён! Слышишь меня?! Не влюблён!

– Да ладно, не кипятись, – проворковала примирительно Люси. – Может, мне и показалось… – «Не надо срывать на мне злобу, мне нужен другой результат!» – Мне просто искренне обидно за тебя! – Владислав вскинул голову, будто призывая её продолжить. – Ты разве не слышал? Эдмон предложил ей встречаться. Небось, кувыркается с ним за твоей спиной… – заканчивать фразу она не стала, взяв паузу.

– Мы ничего друг другу не обещали… – процедил Влад сквозь зубы. – Ни Матильда… ни тем более я, – в его словах звучала горечь обиды и ревности.

– Тогда, как насчёт… – Люси подошла вплотную и положила руку на его пах. – У тебя ведь нет причин отказываться, разве нам не было хорошо вместе? – она игриво подмигнула, пытаясь разрядить обстановку, но лицо Владислава выражало крайнюю степень бешенства. – Прости, что испортила настроение, я была не права. Сейчас всё исправлю, ты же знаешь, я умею признавать ошибки, – пропела она, опускаясь на колени.

Когда девушка наконец разобралась с одеждой и принялась «всё исправлять», Влад, не церемонясь, схватил её за волосы с такой силой, что она вскрикнула. Ни на какую нежность Люси и не рассчитывала, предполагая, что парень просто позволит ей всё сделать самой, но такого грубого обращения не ожидала. Девушка попыталась отстраниться, но Владислав лишь усилил хватку, а его движения стали ещё жёстче. Сквозь выступившие слёзы она заметила, как дверь в раздевалку приоткрылась и в проёме показалось лицо Эрика, всё-таки решившего ответить согласием на приглашение красотки.

Он быстро ретировался, мгновенно сообразив что к чему. Но Люси успела заметить, как лицо Эрика скривилось в гримасе отвращения.

«Да, мне и самой противно…» – пронеслось у неё в голове.

11

И грянул гром

Взгляд Владислава

«Мне уже одеваться?» – на телефоне высветилось коротенькое сообщение, приправленное парой смайликов.

По инерции ответив «Ага», но на деле испытывая бурю эмоций, Влад принялся прокручивать в голове события прошлых двадцати четырёх часов. Причём большая их часть вызывала исключительно положительные чувства: радость, граничащую с восторгом, и странное умиротворение, противиться которому не было ни сил, ни желания. Хотя, как показала практика, силы всё же нашлись.

«Это был полный бред, сраное наваждение, которое нужно было развеять. Необходимо! Пока я ещё не до конца в неё… Чёрт! – он с силой саданул кулаком по ручке кресла, на котором сидел. – Пока я ещё не запутался окончательно, – тут же поправил Влад себя. – Поэтому я сделал то, что сделал, и это было правильно, – он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, но это не помогло. – Да что так бесит?! Это на меня не похоже. В конечном счёте она мало чем отличается от той женщины», – стоило подумать о ней, как юношу тут же захлестнуло волной неприятных воспоминаний.

Сколько Владислав ни пытался их забыть, сколько ни запирал где-то на краю сознания – стоило немного приоткрыть дверцу, как на него, словно из доверху забитого шкафа, вываливались все самые травмирующие моменты детства. Вот ему снова шесть, мальчик опять заперт в кабинете отца, а вокруг только сантиметровый слой пыли и книги. Может, если он будет вести себя тихо, она выпустит его пораньше…

Тяжело вздохнув, он попытался отогнать воспоминания, снова сосредотачиваясь на Матильде: «Да, мне нужно увидеть её, тогда я смогу убедиться в своей правоте».

Закончив сеанс самокопания, Владислав резко поднялся и, натянув джинсы и футболку, вышел из комнаты. Пройдя по коридору, он остановился у одной из дверей и легонько постучал.

– Эд, ты проснулся?

– Да, заходи, – послышалось в ответ.

– Я возьму твою машину? – прямо с порога начал юноша.

– А где «Доброе утро»? – улыбнулся Принц, продолжая рассматривать что-то в планшете, который держал в руках.

– Доброе утро, я возьму твою машину? – повторил Влад, пытаясь сдерживать недовольство в голосе.

– Давно хотел спросить, почему ты не купишь свою? – Эдмон наконец оторвал взгляд от экрана.

– Нет необходимости. Гораздо интереснее, зачем машина тебе, когда пользуешься ей в лучшем случае пару раз в месяц? – резюмировал Владислав тоном, дававшим понять, что развивать дискуссию он не намерен. – Так я возьму?

– Да, конечно, бери. Свидание? – бросил Принц, когда брат уже собирался выходить из комнаты. В ответ парень сделал неопределённый жест плечами. – С Люси? – не унимался Эдмон. – Или…

– Не твоё дело! – огрызнулся Влад и, не прощаясь, ушёл.

Оказавшись у дома Матильды, он посигналил и морально приготовился расставить все точки над «i». Входная дверь резко распахнулась, и девушка, попутно переругиваясь с кем-то внутри, выбежала, а точнее, выпрыгнула из дома, балансируя на одной ноге, пытаясь застегнуть молнию на ботинке. Внеся последние штрихи, она припустила к машине и, прежде чем Влад успел что-то сказать, чмокнула его в губы и плюхнулась на сидение, будто это было самым обычным делом.

– Доброе утро, – произнесла она, улыбаясь и немного краснея.

– Доброе, – только и смог вымолвить юноша, буквально подавившись заготовленной речью.

– Что у нас сейчас творилось – это жесть! – не дожидаясь реакции, она принялась рассказывать: – Короче, обычно по утрам Вэр готовит завтрак, причём старается закончить до того, как проснётся Эрик, – затараторила Мати, активно жестикулируя. – Потому что стоит этому случиться, братец тут же бежит пастись на кухню и подъедает там всё, что можно и нельзя, при этом мешая готовить. Вэра аж бомбит по этому поводу…

«Блин, как-то она меня обескуражила своим поведением. И поцелуй… Хотя его и поцелуем-то сложно назвать. Детский сад какой-то, а она ещё и смутиться умудрилась. Тоже мне, если уж решилась, так надо было целовать как следует, я же не против… То есть нет. Не время для этого, нужно прояснить ситуацию. Я должен сказать… С другой стороны… невежливо её перебивать. Пусть дорасскажет».

– Они периодически цапаются, то есть они всегда цапаются, но не всегда по этому поводу, ну ты понял. Так вот, сегодня Вэртер готовил блины – это такой многочасовой ритуал, который включает в себя приготовление огромной миски теста и дальнейшую его жарку под какой-нибудь фильм. Для Вэра это сродни медитации, естественно, отвлекать его строго запрещено.

– Дай угадаю, – хохотнул Влад, – Эрик отвлекал.

– Хуже! Он вообще совершил смертный грех! Сел рядом, и, стоило Вэртеру отвлечься, таскал только что испечённые блинчики. Даже получив несколько раз горячей лопаткой по рукам, он не успокоился. Когда Вэр зачерпнул ещё порцию теста, Эрик стащил с тарелки чуть ли не половину блинов. Здесь кое-кого, по-видимому, накрыло. Я как раз чай пила на кухне, когда Вэртер засветил братцу поварёшкой, полной теста, прямо по лбу, – Мати засмеялась, вспоминая эту картину. – Зрелище было то ещё! Но самая ржака была, когда Эрик, не говоря ни слова, ушёл, а спустя пять минут вернулся умытым, держа в руках коробочку с лекарством от ПМС, которую поставил перед Вэром! Следующие полчаса, вместо того чтобы спокойно собираться, я, как в жопу ужаленная, бегала по дому за этими двумя, пытаясь их помирить. В итоге вместо благодарности я получила вытрепанные нервы, – она картинно закатила глаза. – Стоило мне сказать, что собираюсь в кино с тобой, как они тут же забыли о разногласиях и объединились в попытках отговорить меня идти. Эта их гиперопека начинает отдавать психушкой. Ха-ха, так что видите, сэр, сколько препятствий пришлось преодолеть, дабы лицезреть вас сегодня – цените! – закончила Матильда рассказ, довольно улыбаясь.

Влад вдруг почувствовал тычок в рёбра.

– Что?

– Ничего, просто, может, уже тронемся, а то опоздаем.

Только тут до Владислава дошло, что, погружённый в размышления, он даже не завёл автомобиль.

– Ты чего такой потерянный? Всё в порядке?

«Вот сейчас подходящее время! Скажи ей! М-м-м, хотя… разве этот разговор не испортит ей настроение? Я хотел спокойно насладиться фильмом… вместе. Пожалуй, лучше отложить объяснения на попозже».

– Я в норме. Задумался просто, – спокойно ответил Влад и нажал на газ.

Подъехав почти к самому началу сеанса, пара второпях купила билеты и попкорн и помчалась в зал.

– Чёрт, уже началось, – несколько разочарованно прошептал Владислав, пока они пробирались к местам.

– Не парься, это ещё только реклама.

– Мне нравится её смотреть, – признался парень, когда они наконец уселись. – Можно выбрать, на что сходить в следующий раз.

– Тогда давай на этот, – предложила Мати, когда начался очередной трейлер.

– Не знал, что тебе нравятся супергерои, – удивился юноша.

– А кому они не нравятся? Ну так что, сходим?

– Сходим, – усмехнулся он в своей обычной манере. – Но премьера только через полтора месяца.

– Буду ждать с нетерпением, – полушёпотом ответила Матильда и взяла Влада за руку, переплетая пальцы.

Так просто и естественно, но Владислава это действие привело в замешательство: «Блеск, теперь мы ещё и держимся за ручки», – он попытался свести эмоции к раздражению, которое безнадёжно барахталось в разливающихся по венам тёплых чувствах.

Мати же, видимо решив не отклоняться от шаблона свиданий в кинотеатре, снова оставила лёгкий поцелуй на губах Влада.

«Что это за наивный взгляд? И улыбка…» – прежде чем осознал, что делает, Владислав наклонился, одновременно притягивая девушку к себе, и поцеловал со страстью, которой сам от себя не ожидал.

Матильда, вместо того чтобы оказать какое-то сопротивление, активно ему отвечала. Мозг юноши уже практически отключился, и неизвестно, чем бы всё кончилось, если б с ряда позади не раздался злобный шёпот:

– Совсем охренели, блин! Если вы сюда позажиматься пришли, так и садились бы на последний ряд, чё людей-то смущать!

– Извините, – бросил Владислав, спешно отстраняясь от девушки. Даже в темноте кинозала юноша заметил, что её щёки стали пунцовыми, и поймал себя на мысли, что не помнит, когда стал считать эту черту невероятно милой.

«Чёрт, ну что за херня! Я не должен забывать о цели нашей сегодняшней встречи. Мы не вместе, я должен убедиться, что она это понимает. Нужно прояснить ситуацию!» – но тут он почувствовал, прикосновение. Мати, не отрывая взгляда от экрана, положила голову ему на плечо. «Ладно, проясним всё позже», – подумал Владислав, чувствуя нечто, подозрительно напоминающее отчаяние (вызванное, без сомнений, действиями, что зарыли его по самую шею).

* * *

– Блин, это жесть, фильм – фуфло. Они вырезали столько важных моментов, которые были в книге! – возмущалась Матильда по дороге из кинотеатра.

– Боюсь, включи сценаристы всё – кино длилось бы часов пять.

– Зато было бы в десять раз круче! – не сдавалась девушка.

– Ну, тут ты права, – улыбнулся Влад и, вспомнив о запланированном разговоре, начал: – Мати, мне нужно… – он перевёл взгляд на её лицо и снова обжёгся о пылающие щёки. «Даже уши покраснели…» – Что? – не удержался юноша от вопроса. – Я что-то не то сказал?

– Нет, всё норм.

– Только не говори мне, что эти «приступы румянца» случаются без причины. Ну, колись уже!

– Ладно! – сдалась Матильда. – Это из-за твоего лица, – Владислав недоуменно поднял бровь, ожидая дальнейших объяснений. – Просто ты в первый раз мне улыбнулся, вот. Поэтому у меня чуть инфаркт не случился.

– Чего? Да я часто улыбаюсь. И тебе в том числе.

– М-м-м, скорее усмехаешься, и выглядит это немного… заносчиво.

– Я заносчивый?! Да когда такое было? – продолжал возмущаться Влад.

– Тебе в хронологическом порядке? – парировала Матильда. – Я предложила пообедать, а ты мне нахамил. Потом тот случай в клубе, если бы ты просто объяснил, а не начал препираться… Потом на баскетболе, потом…

– Ну хватит, я уловил твою мысль. Может, тебе стоит поменьше общаться с заносчивым типом вроде меня, – выпалил он и пошёл быстрее.

– Ты что, обиделся? – спросила Мати, пытаясь подстроиться под темп шагов, одновременно обходя Влада справа.

– Нет, – только и буркнул он, прежде чем отвернуться.

Матильда повторила свой манёвр, на этот раз зайдя слева.

– Я же вижу, – она едва сдерживала улыбку. – Надулся как мышь на крупу, – никакой реакции. Тогда девушка пошла ва-банк. Обежав Владислава спереди, она резко остановилась, преградив тому путь. Мати продолжила свою речь тоном, которым обычно отчитывают детей дошкольного возраста: – Ну вот, такой большой мальчик, а капризничает.

– Да прекрати ты уже, – практически прорычал Влад, не выдержав больше глумления с её стороны. – Я же сказал, что не обиделся, значит, не обиделся! Всё, конец дискуссии, – договорил он продолжая хмуриться.

В ответ на это Матильда взяла его за руки: – Ты неправильно понял, я не хотела обидеть, наоборот. Ты нечасто улыбаешься, и тем ценней подобный момент для меня. Хотя, конечно, в будущем мне бы хотелось видеть твою улыбку чаще. Знаешь, она у тебя очень красивая.

– Поразительно, как девушка, которая сама краснеет по сто раз на дню, умудряется не моргнув глазом говорить вещи, даже меня вгоняющие в краску, – произнёс порядком смущённый Влад, стараясь не встречаться с ней взглядом. – К тому же разве не парню полагается загонять подобную ерунду про красивую улыбку или там, глаза, а не наоборот?

– Я ничего не загоняю, – фыркнула Мати. – Я просто высказала своё мнение.

– Ты очень странная, Матильда Харкер, ты это знаешь?

– Конечно, знаю, я уникум, причём больше чем в одном аспекте, – подмигнула она, намекая на свою звериную ипостась.

Владислав не смог подавить смешок, Мати определённо удавалось веселить его своей непосредственностью.

– Что ж, – продолжила она, когда впереди показался выход из кинотеатра, – фильм мы посмотрели, какой план?

– Не знаю как тебе, но мне одного попкорна не хватило, – после секундного раздумья выдал Владислав.

– Да, давай… Эм, то есть мне тоже… не хватило. Есть предложения?

– Пицца?

– Только, где мяса побольше!

– Читаешь мои мысли.

Обедом, однако, дело не ограничилось. Поев в уютном итальянском ресторанчике и обсудив нашумевшие книжные новинки, пара направилась в любимый букинистический магазин Матильды.

Небольшое полуподвальное помещение, заставленное стеллажами, которые, в свою очередь, были до потолка забиты старыми и не очень книгами всех мастей. Некоторые из изданий покоились на деревянных витринах под стеклянными крышками. Кажется, на этом маленьком клочке пространства были собраны знания и истории со всего мира. По Мати было заметно, что ей доставляет огромное удовольствие разглядывать каждый корешок. И хотя Влад обычно не посещал подобные места, предпочитая им просторные супермаркеты, этот визит стал для него открытием.

Последним пунктом программы оказалась набережная, где они кормили уток хлебом, предусмотрительно купленным в расположенной неподалёку пекарне. Затем молодые люди просто гуляли, разговаривая о всякой ерунде, а вокруг уже зажглись фонари. На улице стремительно темнело, они дошли до машины и поехали домой. Влад проводил девушку до двери. Он наконец вспомнил о разговоре, который дальше откладывать было просто некуда.

– Матильда, – она обернулась. – Я… – «Вот сейчас». – Я… очень хорошо провёл сегодня время. – «Да ну нах!»

– Я тоже, – ответила Мати и немного отклонилась, ожидая поцелуя, которого не последовало.

– Мне пора.

– М-м-м, не хочешь зайти?

– У меня ещё дела.

– Ну тогда ладно, увидимся в универе…

– Да, – Влад, ни разу не обернувшись, хлопнул дверью машины и помчался в сторону дома, по пути ругая себя на чём свет стоит.

«Что. Твою мать. Это. Было? В жизни не чувствовал себя большей тряпкой. Стоял и мямлил, как дебил, вместо того чтобы честно сказать… Сказать что? Всё, что между вами произошло, – чистая случайность, это ничего не значит? Что она тебе неинтересна? Тогда чем ты занимался с ней весь день? Нужно было разрешить ситуацию ещё утром, как и планировал! И что ты теперь будешь делать?!»

Взгляд Матильды

Мати резко села, скидывая с себя лёгкое стёганое одеяло. Она немного испуганно осмотрелась по сторонам, убеждаясь, что находится в своей комнате, на своей кровати, а значит, ей просто приснился кошмар. Вытерев выступивший на лбу пот, Матильда взяла с тумбочки телефон: дисплей показывал 4:07 утра, однако ложиться обратно в кровать не было ни малейшего желания. Потому она встала и, бесцельно пройдясь по комнате, подошла к окну – на улице было ещё совсем темно. Мати замерла, безуспешно пытаясь вспомнить подробности так напугавшего её сна, который ускользнул из памяти и оставил после себя только смутное чувство беспокойства, как только девушка открыла глаза. Решив как можно скорее отделаться от неприятных ощущений, она полезла в шкаф и выудила оттуда спортивную одежду, которую купила вместе с Нией. Быстро натянув леггинсы и топ и накинув сверху плащевую куртку, Матильда выскользнула из дома и, воткнув наушники, отправилась на пробежку. Физическая активность тем не менее не помогла освежить мысли, которые то и дело возвращались к прошедшему дню. Свидание получилось замечательным, но Мати не могла отделаться от чувства, что что-то не так. Особенно неприятный осадок оставило странное расставание.

«Влада совершенно точно что-то тревожит, но со мной он так и не поделился… Я опять что-то не то сделала? Что-то, что ему не понравилось? Вечно меня несёт впереди паровоза, – чувствуя, что уже выдохлась, Мати перешла на быстрый шаг и повернула обратно. – Хотя, возможно, я снова накручиваю себя, и Влад просто устал… или не захотел сталкиваться с моими друзьями?»

Вернувшись домой и приняв душ, девушка, не зная, чем ещё себя занять, решила приготовить всем завтрак. Занимаясь готовкой, Матильда вдруг подумала об Эрике и Вэртере, с которыми в последнее время они практически не проводили время вместе.

«Может, это заставит Вэра перестать наконец нудеть, что я их бросила?»

Сделав несколько порций блинчиков, она заварила фруктовый чай, который так любил Вэртер, и, закончив с сервировкой, направилась к спальням.

Тихонько отворив первую дверь, она застала своего брата, мирно сопящего в объятиях Морфея.

– Эрик, просыпайся, – полушёпотом проговорила девушка, слегка потрепав его за плечо.

Промычав нечто невнятное, Эркюль попытался перевернуться на другой бок – подальше от источника звука – параллельно натягивая на лицо одеяло. Но не тут-то было: сестра, знающая все его повадки наизусть, успела просунуть под покрывало руку и ощутимо ущипнуть любимого родственника за щёку.

– Воу-воу-воу, – подскочил грубо разбуженный парень, попутно потирая место под глазом. – Кусок от меня оторвать пытаешься?!

– Прости, по-другому тебя не добудишься, – немного виновато ответила Матильда. – Вставай, я завтрак сделала. Сестрички и Хей до сих пор где-то зависают, так что… только мы втроём. Прямо как в старые добрые времена, – резюмировала она и, заметив на лице брата напряжённое выражение, спросила: – О чём задумался?

– Да вот, пытаюсь вспомнить, что сегодня за праздник, раз ты подорвалась в такую рань готовить?

– Ну тебя! Пошли Вэра будить.

– Это я всегда за! – мгновенно подхватил идею Эрик и оживлённо последовал за сестрой. – Предоставь это мне, – шепнул он, протискиваясь в комнату вперёд Мати.

На кровати они обнаружили импровизированный кокон, свёрнутый из нескольких одеял и пледов.

– Мне интересно, когда двое змеиных спят вместе, они заворачиваются в отдельные коконы или в один общий? – усмехнулся Эркюль, прежде чем с криком «Скажи „банзай“!» плюхнулся на матрас прямо поверх груды одеял.

– Банзай, – раздалось в ответ откуда-то сбоку. Вэртер стоял в дверях, сложив руки на груди. Махровый халат, влажные волосы – змеиный явно уже успел помыться и привести себя в порядок. – Вы чего так рано встали? – спросил он, недоумевая. – И, что более важно, какого фига ты скачешь на моей постели?!

– Не будь занудой, – парировал Эрик, поднимая руки в примирительном жесте. – Я думал, ты ещё спишь, хотел разбудить.

– Сломав мне при этом хребет, – с сарказмом прокомментировал юноша.

– Всё, заканчивайте ругаться, пошли вниз, а то завтрак остынет, – поспешила вклиниться между ними Матильда.

* * *

– То есть ты встала рано утром и приготовила нам завтрак… сегодня что, праздник какой-то? – не удержался Вэр, когда вся троица наконец уселась за стол.

Эрик, который в этот момент увлечённо поливал очередной блинчик толстым слоем шоколадного сиропа, усиленно закивал головой в знак согласия с Вэртером.

– Вы сговорились, что ли? – Мати обиженно свела брови. – Не вы ли пилили меня на днях, что мало времени вместе проводим? Да и не спалось к тому же.

– Что-то случилось? – насторожился Эрик.

– Нет, просто… Не знаю, как объяснить. Меня не покидает предчувствие, что должно произойти что-то плохое, – Матильда неловко улыбнулась и хотела перевести тему, но, заметив, как после её слов парни переглянулись, сказала: – Это то место, где вы начинаете смеяться и говорите, что у меня паранойя.

– Ну да, – всполошился Вэртер. – Знаешь, это не мудрено в свете недавних событий.

«Свежо предание, да верится с трудом. Что у вас за секреты от меня?»

– Ты прав, – согласилась Матильда. – Блин, я телефон в комнате оставила, сейчас вернусь, – встав из-за стола, девушка вышла из кухни и прикрыла за собой дверь.

Дальше она, однако, не пошла. Притаившись у двери, Мати призвала звериную сущность, чтобы лучше слышать, что происходит на кухне, в надежде, что, оставшись наедине, заговорщики поведают что-нибудь интересное. Расчёт оказался верным: стоило ей выйти, между парнями разгорелся спор.

– Ты должен ей рассказать! – тут же набросился на собеседника Вэртер. – Или я сам…

– Заткнись! – прошипел Эрик, судя по звуку, он швырнул вилку на стол. – Не заставляй меня жалеть, что я поделился с тобой. И что конкретно предлагаешь сказать? Типа: «Слушай, Мэтс, позавчера я случайно застал того чувака, с которым ты флиртовала в клубе, трахающим другую тёлку. Что, в принципе, мало меня волновало бы, не попрись ты вчера на свиданку именно с ним. Надеюсь, эта информация будет тебе полезна, ты воспримешь её спокойно, а не пойдёшь отрывать кому-нибудь голову!» Так это себе представляешь?

– Ну так-то да, такое себе… Но между Мати и этим парнем что-то есть, и он совершенно точно обманывает её. Мы должны предупредить, я не хочу, чтобы она потом страдала…

– Мы говорим о моей сестре, по-твоему, я хочу? Нет, здесь нужно подумать, – Матильда услышала тяжёлый вздох. Она не могла видеть лиц, но отлично представляла их выражение.

Хотя имя виновника и не было озвучено, сложить два и два труда не составило. Первичный шок постепенно отпустил сознание, и до Матильды наконец начал доходить смысл сказанного.

«Значит, в клубе Влад и Люси… – в том, что брат говорил именно о ней, девушка не сомневалась. – Это какое-то ужасное недоразумение. Он не стал бы, мы ведь встречаемся… наверно. Хотя, если подумать, он тогда так внезапно уехал. И вчера было что-то странное в его поведении… – она замотала головой, стараясь буквально вытряхнуть подозрения. – Нет, у меня уже паранойя. Чёрт! Что толку гадать, нужно спросить напрямую у Влада, если кто-то и сможет всё объяснить, то это он».

Вернувшись в кухню, она придала лицу как можно более беззаботное выражение, парни тоже вели себя как ни в чём не бывало. Остаток утра прошёл спокойно, но, едва переступив порог университета, Мати отправила Владиславу сообщение, где попросила встретиться с ней в обед.

Настроения идти на пары не было никакого, и Харкер подумывала позвонить Ние в надежде, что у неё окно, но вдруг кто-то окликнул её по имени:

– О, привет, гулёна, – улыбнулась она, увидев Хея. – Что, ночная жизнь настолько утомила плейбоя, что он решил почтить нас своим присутствием? – по-дружески подколола она юношу, заметив мешки под глазами. – А девочек где потерял?

– Мы не виделись с субботы, – ответил Хей, подходя ближе.

– Устал от их общества? Последнее время вы были не разлей вода, а это сложно, учитывая, что сестрички взрывают мозг кому угодно в течение пары часов, – Мати закатила глаза, вспомнив, как они взялись убеждать её, что Вэртер – девственник, каждый день придумывая всё более абсурдные доводы в поддержку своей теории.

– Не говори так, они… Касси и Поли очень хорошие.

– Я рада, что ты так с ними сдружился, – Матильда добродушно улыбнулась, потрепав друга за плечо. – Признаться, одно время я волновалась, ты был немного неприспособленным, что ли, много времени проводил в одиночестве…

– М-да, ты стала моим первым другом здесь, познакомила с остальными, защищала от подколов Вэра и Эрика. А я казался себе таким бесполезным… только и делал, что жалел себя, – вздохнув как-то печально, он продолжил: – И всё равно, как бы я хотел вернуться в то время.

Последняя фраза показалась Матильде более чем странной.

– У тебя всё в порядке? – спросила она обеспокоенно. «Выглядит вроде нормально, даже хорошо. Может, с учёбой траблы?»

– Да, никаких проблем, – тут же ответил Хей, подкрепляя сказанное не слишком уверенной улыбкой. – Ладно, я пойду, а то ещё минут десять, и на паре можно вообще не появляться.

– Увидимся. Если нужна будет помощь, по учёбе там или вообще, я в твоём распоряжении, – крикнула Мати вслед удаляющемуся другу. «Наверное, он просто подустал…»

Пришёл ответ от Влада, в котором он предложил встретиться в библиотечной беседке. Матильда как раз направлялась туда, когда встретила того, кого хотела видеть в последнюю очередь. Навстречу ей по коридору шла Люси. Поравнявшись с Мати, она остановилась. И, хотя за всё время с момента знакомства девушки не сказали друг другу и двух слов, они поздоровались, будто были знакомы сто лет.

– Мати, всё ок? – начала Люси. – Выглядишь так себе. Плохие новости?

– Да? Странно, у меня всё отлично, – тут же парировала Матильда. – Правда, немного устала после вчерашнего свидания с Владом, – она с удовольствием отметила, как при слове «свидание» Люси изменилась в лице.

– О, и как у него дела, не виделась с ним с той ночи в клубе. Мы так повеселились! – чирлидерша буквально выплёвывала каждое слово. – Он не рассказывал?

– Нет, прости, кажется, он вообще о тебе не упоминал, – Мати из последних сил старалась улыбаться, в то время как агрессивная звериная натура призывала свернуть сопернице шею.

«И как Ние это удаётся?»

– Правда? Какая жалость. Ну что ж, безумно рада была с тобой поболтать, до встречи.

– Взаимно, – ответила Матильда, и девушки двинулись в противоположных направлениях.

Перепалка с Люси только усилила беспокойство Матильды, хотя она и продолжала убеждать себя, что всё в порядке.

Пройдя через библиотеку, Харкер оказалась перед входом в сад, Влад уже был на месте. Мати ожидала увидеть его полностью погружённым в чтение очередной книги, однако вместо этого юноша стоял, прислонившись спиной к стене беседки, скрестив руки на груди. Судя по нахмуренным бровям, настроение у него было так себе.

– Прости, кажется, я опять опоздала, – начала Матильда как можно более бодрым голосом, переступая порог сада.

– А? Нет, я сам только пришёл, – ответил Владислав, отлипая от стены. – Так о чём разговор?

– Тебе решать, – ответила она. – Есть ли что-то, что ты должен мне сказать?

«Пожалуйста, скажи, что всё это глупая ошибка…»

– Нет, – отрезал парень, по привычке ухмыляясь. – Я никому ничего не должен.

– Вот как…

Повисла пауза, Матильда не знала, как подступиться к нему, вчерашнего Влада будто подменили. Перед ней снова стоял напыщенный индюк с лекции по литературе. Так или иначе ситуацию нужно было прояснить.

Кое-как собравшись с мыслями, она выпалила:

– Скажи, кто твоя девушка?

– Нет такой, – последовал незамедлительный ответ.

Мати предполагала нечто подобное, но не думала, что, произнесённые вслух, эти слова причинят боль. На глаза непроизвольно навернулись слёзы.

– А я-то, дура, раскатала губу, – улыбнулась она горько. Услышав это, Влад подался немного вперёд, он хотел что-то сказать, но Матильда опередила его. – В прошлую субботу в «Клыках» ты и Люси, вы…

– Да, – она получила ответ раньше, чем успела закончить фразу. Владислав при этом казался абсолютно спокойным, на лице застыло непроницаемое выражение.

– Ну ты и ублюдок! – горечь обиды смешалась со злостью. – Ты не просто трахал нас обеих, ты буквально сделал это в один день!

– Получается, что так, – ледяное спокойствие его голоса ранило ещё больше.

– Я верила тебе! – вся куча эмоций смешалась в отчаяние, и сердце затарабанило как бешеное. Смахнув застилающие глаза слёзы, Матильда, хватая воздух после каждой фразы, будто ей не хватало кислорода, проговорила: – Мне казалось, за всей этой напускной апатией и жестокостью… мне казалось, я видела настоящего тебя… Больше, чем просто хорошего парня… Родственную душу… А ты обманул меня!

– Я. Ни разу. Тебе. Не солгал, – прорычал в ответ Влад, которого явно задело сказанное. – С самого начала мы ничего друг другу не обещали. Ни о каких отношениях и речи не было… И быть не могло, – Мати показалось, что последнюю часть фразы он договорил, будто убеждая самого себя.

– Какая удобная отмазка! – воскликнула она, восстановив наконец дыхание. – Ты правда считаешь, что, пока помалкиваешь, можешь творить, что вздумается? Можешь играть с чужими чувствами? Можешь даже растоптать их?! – Харкер сама не заметила, как начала активно жестикулировать, то резко поднимая, то опуская руки в такт своей речи. – Только и делаешь, что читаешь книги с утра до вечера, ты хоть что-нибудь там понимаешь?! – девушка смотрела ему в глаза, на подсознательном уровне надеясь увидеть хоть какой-то проблеск осознания, но его взгляд оказался таким же безразлично-холодным. – Вряд ли… Если бы понимал, не был бы таким имбецилом!

– Не смей оскорблять меня, Матильда Харкер! – его глаза вспыхнули жёлтым. – А иначе…

– Гав, гав, гав, – перебила девушка, также призвавшая звериную сущность. – Иначе что? – спросила она, издевательски растягивая слова. – Затявкаешь меня до смерти, пёсик?

– Тебе таблетки пить не пора, психичка? Или опять свалишь потерю контроля на меня?

– В этом нет надобности, никогда не контролировала себя лучше, чем сейчас! Только не обольщайся, я в любом состоянии накостыляю тебе так, что одной сломанной ключицей точно не отделаешься, я ж не твой брат, поддаваться не буду! – добавила Мати, пытаясь уязвить ещё больше.

– Ну вот опять, великий Эдмон, ни один наш разговор не оканчивается без упоминания о нём, – закричал Влад, от души пнув ногой стоявший неподалёку мусорный контейнер, да так, что тот, сделав в воздухе петлю, приземлился прямо на крышу беседки. – Ты, должно быть, до потолка от счастья прыгала, когда он предложил тебе встречаться. Сам Прекрасный Принц снизошёл до тебя. Мои поздравления! Ты нашла своего хорошего парня, но не думай, что он с утра до ночи будет слушать твои сопливые россказни о родственных душах, растоптанных чувствах и прочей херне!

– Да, Эд действительно предложил мне встречаться, – ответила Мати, недоумевая, как их перепалка приняла столь странный оборот. – Но это не значит, что я автоматически согласилась!

– А может, стоило, – выпалил Влад тоном обиженного ребёнка.

– Выходит, что так, – бросила Матильда, вернув парню его же фразу.

Давая понять, что на этом их разговор окончен, Мати как ошпаренная вылетела из библиотеки. Она неслась по пустому коридору, не разбирая дороги, пока метров через пятьдесят не наткнулась на Нию. Председатель была занята раздачей указаний Марку, на что тот с видом мученика лишь изредка кивал. Однако заметив Матильду, оба представителя ВСС замерли как вкопанные, уставившись на девушку.

– Рыбка моя, что случилось? – спохватилась Ли Уортли.

– Всё нормально, – машинально ответила Харкер, искренне не понимая, чем вызвала беспокойство подруги.

Ния молча включила на телефоне фронтальную камеру и поднесла его к лицу Мати. С экрана смотрели два жёлтых глаза. Только теперь до неё дошло, что в пылу ссоры она забыла вернуть себе человеческий облик. Хорошо хоть исправить ситуацию не составило труда.

– Тебя кто-нибудь видел? – тут же поинтересовался зампред.

– Нет.

– Я же говорила, нужно вести себя осмотрительнее, – подхватила Ния нравоучительным тоном, но тут же продолжила более мягко: – Ну да ладно. Кому-то сейчас явно не помешает пироженка. Пошли в кафетерий, а ты, – она кивнула в сторону Марка, – возвращайся в офис.

– Э-э-э? Я вообще-то до сих пор без обеда, – возмутился парень.

– Ладно, идём… Но сядешь отдельно, – отрезала председатель и, подхватив подругу под руку, направилась в сторону столовой.

Обеденный час пик уже прошёл, потому внутри было не так многолюдно. Часть столиков была свободна, за другими студенты неторопливо заканчивали трапезу.

– Мы пойдём сядем, а ты, мишка, иди купи нам поесть. Я буду латте и какую-нибудь слойку, – вещала Ния Марку, который, видимо, уже смирился с подобным обращением. – А ты, рыбка, что… – спросила она, поворачиваясь, однако Матильды рядом не оказалось.

Девушка уверенно двигалась, минуя ряды столов и стульев, прямо к Эдмону, которого заметила, как только зашла. Принц сидел на стуле, закинув ногу на ногу, и слушал Берти, пытавшегося одновременно есть и говорить.

– Извините, что отвлекаю, – вклинилась она, перебив Бертрама.

– Ну что ты. Для тебя я всегда свободен, – заметив её, Принц тут же расплылся в самой очаровательной улыбке.

– Твоё предложение ещё в силе?

– Разумеется, – сказал Эд не раздумывая, будто всё время ждал этого вопроса.

Поднявшись с места, он оказался лицом к лицу с Матильдой.

– В таком случае, я согласна… согласна быть твоей девушкой, – уточнила она и, не давая Эдмону времени отреагировать, с напором поцеловала.

* * *

Вернувшись за стол к Ние, Мати молча плюхнулась на стул. Председатель, пододвинув подруге два эклера, политых толстым слоем шоколадной глазури, уставилась на неё взглядом, говорящим «не хочешь мне о чём-нибудь рассказать?».

– Ты же не станешь меня допрашивать? – Матильда, поджав губы, выдала нечто, напоминающее виноватую улыбку.

– Нет, конечно! – воскликнула Ли Уортли, аккуратно отрезая уголок слойки. – Дело твоё, – вздохнув, пропела она.

– Я рада, что ты не осуждаешь… Ведь со стороны выглядело…

– Ой, перестань! Ты ж ни за кого замуж не выскакивала, в вечной любви не клялась! – почему-то вдруг возмутившаяся Ния с силой воткнула в центр слойки вилку.

– Да, так-то оно так… – фраза заставила вспомнить доводы Владислава. «Получается, что это я идиотка? – Матильда слегка треснула кулаком по столу, подозревая, что кто-то так и думает. – Да и плевать. Всё кончено. Видеть этого… этого кобеля не желаю!»

– Рыбка моя, ты эклеры-то кушай, – заметив, что её слова возымели далеко не ободряющий эффект, Ли Уортли поспешила отвлечь подругу. – Искренне надеюсь, что Эдмон сделает тебя счастливой! – председатель взяла Матильду за руку и, мило улыбаясь, добавила, будто для себя: – Уж я прослежу… Так, и куда ускакал твой новоиспечённый кавалер? – тут же добавила она.

– Эм… Уехал… Какие-то дела… в клубе… – от неожиданности подавившись эклером, прокашляла Мати.

– Ясненько. А я думала, он нам компанию составит. Ну да ладно, нам и вдвоём хорошо! – пропела Ния в своей обычной манере. – Вот только… – телефонный звонок прервал её на полуслове, она хотела было отклонить вызов, но, увидев номер абонента, тут же подняла трубку. – Я отойду, – поднявшись из-за стола, Ли Уортли быстро вышла из столовой.

«Ты справишься, Матильда! Всё ведь отлично! – Харкер изо всех сил пыталась себя успокоить. Принятое в порыве злости решение казалось теперь поспешным. – Будет думать, что я ему назло так поступила… Хотя какая разница, Вселенная не вращается вокруг него! Эдмон мне тоже нравится… Нет, – Мати поспешила поправить себя, – Эд – единственный, кто мне нравится!» – погрузившись в перепалку с самой собой, она даже не заметила, как вернулась председатель.

Оказавшись в столовой, Ли Уортли тут же жестом подозвала Марка и, прошептав ему что-то на ухо, направилась к Мати. Зампред же, достав телефон и усиленно тыча в экран, быстрым шагом покинул помещение, бросив на столе едва начатый обед.

Ния, казалось, двигалась очень медленно, будто каждый шаг давался ей ценой неимоверных усилий. Наконец приблизившись к столу, она остановилась и застыла. Председатель молчала, но Матильда на уровне подсознания почувствовала, что случилось что-то плохое, что-то, о чём ей тяжело сообщить.

– Звонил Галахад… – начала она после нескольких минут тишины и снова притихла, будто подбирая нужные слова.

– Что-то по нашему делу? – взволнованно спросила Мати, не понимая, почему Ния тянет.

– Пойдём, лучше поднимемся в кабинет ВСС, – уклончиво ответила председатель и, не дожидаясь ответа, двинулась в сторону выхода.

Матильда поспешила за ней.

– Это что-то про наркотик? – поравнявшись с подругой у лестницы, нетерпеливо прошептала Матильда, но та лишь ускорила шаг. – «Ну что она тянет? Я же вижу, произошло что-то серьёзное! – Харкер хотела высказать очередную догадку, когда её осенило: – Блин, Ния наверняка боится, что кто-то может подслушать наш разговор!» – остаток пути девушки преодолели в тишине.

Зайдя в аудиторию и пропустив подругу, председатель закрыла дверь на замок.

– Мати… – начала Ли Уортли, убирая ключ в карман светло-синих джинс. – Касси и Поли, – проговорила она, собираясь с силами. – Сегодня утром… обнаружили их тела.

Ноги Матильды стали ватными, она сделала несколько шагов назад и безвольно опустилась на пол: «Это какая-то… Это что, шутка?» Глаза застлал туман, всё вокруг стало будто ненастоящим. Словно сквозь толщу воды она слышала, как нервно дёргалась ручка двери и кто-то громко стучал. Ния, которая до этого не сводила глаз с подруги, наблюдая за её реакцией, поспешила открыть. В аудиторию зашёл Эдмон.

– Ты ненормальная?! – с порога накинулся он на председателя. – А если бы она потеряла контроль?

– Именно поэтому я и привела Мати сюда, – объяснила Ли Уортли, – чтобы она ничего не натворила. Дополнительный стимул держать себя в руках… А мишка молодец, оперативно сработал, не думала, что ты так быстро вернёшься…

– Ничего не натворила?! Стимул?! – возмутился Эдмон. – А если бы она порвала тебя на части?! – не дожидаясь ответа, юноша подошёл к Матильде и помог ей подняться. – Мне очень жаль… – прошептал Принц, усаживая её на стул. – Я с тобой, – он сел рядом и обнял девушку, по щекам которой градом катились слёзы.

В этот момент в аудиторию влетел Влад. Запыхавшийся от долгого бега парень как вкопанный остановился на пороге. Увидев рыдающую в объятиях брата Матильду, он, поддавшись какому-то внутреннему порыву, сделал шаг в их сторону… но тут же остановился в нерешительности.

– Идём, – Ния встала перед Владиславом, перегородившим ей выход. – Ей нужно время, чтобы прийти в себя.

12

Над пропастью во лжи

Взгляд Матильды

В тот день Эдмон отвёз Матильду домой, как только она немного успокоилась. Не дожидаясь приглашения, он прошёл внутрь, приобняв девушку за плечи. Мати машинально направилась в кухню, где занялась завариванием чая. Эд присел на один из стульев позади неё. Наступила тишина, прерываемая лишь короткими вопросами: «Чёрный или зелёный?», «С сахаром или без?», «Добавить ли молока?».

– Ты знаешь, как это случилось? – Матильда стояла к Принцу спиной, продолжая готовить. После незначительных чайных уточнений вопрос прозвучал особенно резко.

– Нет, я… Марк ничего не уточнял, – Эдмон старался, чтобы его голос звучал как можно спокойнее. – Придётся подождать Нию.

– М-м-м?

– Насколько я понял, она осталась сообщить… остальным, – как можно деликатнее выразился Принц. – Думаю, после этого они приедут сюда.

– Остальным… – Мати тяжело вздохнула.

Она внезапно подумала о Хее. При мысли о том, как он воспримет случившееся, сердце снова болезненно сжалось, а на глаза навернулись слёзы. Теперь слова о желании вернуться в прошлое казались пророческими.

Говорить больше не хотелось, и мысли снова вернулись к вопросам, терзавшим её с тех пор, как прошёл первый шок: «Как? Почему? Что, чёрт возьми, происходит?!» – нужно было как-то отвлечься до прихода Нии, чем-то занять себя, чтобы не спятить.

Мати разлила по чашкам чай и жестом предложила Эдмону переместиться в гостиную. Они оба устроились на диване, и девушка потянулась к валявшейся тут же сумке, которую она по привычке бросила, когда зашла домой.

– Ты не против? – спросила она, выуживая оттуда видавшую виды книгу. – Сомневаюсь, что смогу сейчас быть интересным собеседником.

– Ну разумеется, не против, – понимающе улыбнулся Принц.

– А ты можешь посмотреть телевизор или… – попыталась придумать ему занятие Матильда.

– Я, пожалуй, присоединюсь к тебе, – заявил он без малейшего намёка на вопрос.

– Да, – безразлично ответила девушка. – Только я уже почти на середине.

– Не переживай, я разберусь, что к чему, – добавил он тем самым бархатным голосом, который оказывал на Матильду практически гипнотический эффект.

При этом Принц придвинулся так близко, что их тела соприкоснулись. Обычно подобная ситуация заставила бы Матильду краснеть похлеще помидора, однако сейчас, даже не заметив этого, она постаралась как можно скорее погрузиться в чтение.

Время тянулось как всегда, когда чего-то ждёшь. Сосредоточиться не получалось, Мати то и дело ловила себя на мысли, что по нескольку раз перечитывает одну и ту же строчку, при этом совсем не улавливая смысл. Устав бороться с собой, девушка, глубоко вздохнув, откинулась на спинку дивана. Стараясь не думать ни о чём, она отключилась, измотанная захлёстывающими эмоциями.

– С ней всё в порядке?

– Да, просто задремала, – голоса, звучавшие совсем рядом, заставили Матильду вынырнуть из объятий исцеляющего сна только затем, чтобы обнаружить себя в объятьях Эдмона.

Мати и не заметила, когда её голова успела перекочевать с дивана ему на грудь. Сообразив, что все уже собрались, Харкер приподняла голову и окинула взглядом гостиную. Вэр был в паре шагов от неё, их взгляды пересеклись, и друг тяжело вздохнул. Эрик прислонился к стене, скрестив на груди руки, меж его бровей пролегла глубокая складка, совсем несвойственная улыбчивому лицу. Немного поодаль она заметила Влада – юноша буквально буравил её взглядом. Внезапно Мати осознала, что всё ещё полулежит на Принце, смутившись, она резко отстранилась, отсаживаясь на противоположный край дивана. Рядом с Эдом тут же плюхнулся Берти.

Матильда повернулась, ища глазами Хея, и заметила его пристроившимся прямо на полу: парень прислонился к книжному шкафу и даже не смотрел в её сторону. Он сидел, выпрямив ноги, сложив вместе ладони и уставившись невидящим взглядом куда-то в пол. Мати отвела глаза, почувствовав, что ещё немного и опять разрыдается. Сморгнув уже было выступившие слёзы, она глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки. В этот момент тёплая ладонь накрыла её собственную – Эд снова оказался совсем близко. Матильда не знала, почувствовал ли он, сколько значит для неё сейчас это внезапное прикосновение, которое вывело её из оцепенения. Девушка крепко сжала руку Принца и приготовилась выслушать страшные новости.

Ния и Марк зашли в дом последними. Председатель посмотрела на Мати, спрашивая одним лишь взглядом: «Ты в порядке?»

Харкер слегка кивнула в знак подтверждения. Удовлетворившись этим, Ли Уортли прошла на середину комнаты.

– Как это случилось? – Матильда сразу задала мучивший вопрос.

– Полиция полагает, что это был несчастный случай… Машина съехала с набережной и упала в реку.

– Но как… как такое могло произойти? – тут же вмешался Вэр.

– Всё весьма прозаично… У них в крови нашли столько алкоголя, что не только за руль садиться, тем двоим даже пешком ходить опасно было… – Ния осеклась, поняв, насколько резко прозвучали её слова. – Родителям уже сообщили, они приедут забрать вещи…

Панда резко поднялся, не давая председателю закончить фразу. Не оборачиваясь, он бросился вверх по лестнице к своей спальне.

– Ему нужно время, чтобы прийти в себя, – констатировала Ния. – Вам всем оно нужно, – вздохнув, она добавила: – Возможно, это прозвучит жестоко, но старайтесь поменьше об этом думать. Ужасное стечение обстоятельств, но, если постоянно прокручивать это в голове, лучше не станет, поверьте, – девушка подошла к Матильде и, приобняв её, сочувственно прошептала: – Мне очень жаль, – не дожидаясь ответа, она отстранилась. – У меня ещё дела, увидимся, – с этими словами председатель ушла, за ней последовал и Марк.

Следующие дни походили на работы Дали – сюрреалистичные и мрачные. Казалось, время то растягивалось, то сжималось, словно растекающиеся по картине часы[14]. Подготовкой к похоронам в основном занимались родители девочек. Страшно было даже представить, каково это – хоронить собственных детей: выбирать им гробы, венки, договариваться о погребении. Церемонию решили провести в один день и даже места на кладбище выбрали соседние. Хотя это мало кого удивило, напротив, казалось единственно правильным – даже после смерти не разлей вода. Однако самое тяжёлое было ещё впереди. Мати никак не ожидала, что подготовка к похоронам даже близко не сравнится с самой церемонией. События предыдущих дней выглядели какими-то нереальными, но пришло время столкнуться с действительностью лицом к лицу.

Церемония прощания проходила в городской ратуше. Проход между рядами сидений вёл к помосту, где были установлены гробы и тумба с микрофоном. Друзья и близкие поднимались туда, чтобы в последний раз увидеть девочек и сказать пару слов на прощание. Желающие могли выразить соболезнования или поделиться воспоминаниями о Касси и Поли. Матильда обещала себе не плакать в этот день, но с каждой следующей сказанной речью комок в горле становился всё больше. В итоге, когда пришёл её черёд, девушка уже с трудом сдерживала слёзы. Она пробралась между сиденьями и преодолела небольшой путь до помоста, а затем, сказав небольшую речь и выразив соболезнования родителям, на несколько секунд застыла, борясь с собой. Матильда никак не могла заставить себя обернуться и посмотреть на девочек, ведь это означало бы признать факт, что они умерли, окончательно и бесповоротно. В конце концов, кое-как справившись с обуревавшими её чувствами, Мати опустила взгляд на казавшихся спящими подруг. Мысленно попрощавшись, она направилась на место, утирая всё-таки хлынувшие слёзы.

Тем же вечером мать Кассандры положили в кардиологию – сердце не выдержало навалившихся бед. Вместе с Вэром и Эриком Мати несколько раз ходила навестить её, приносила цветы и фрукты… Но больше, чем мама Касси, ребят волновал Хей. С момента разговора у них дома парень превратился в настоящего затворника. Он стал редко покидать комнату, которую теперь постоянно запирал изнутри, а за пределы дома вообще перестал выходить и, несмотря на все увещевания друзей, не появился даже на похоронах. Казалось, смерть девочек сломала его.

Остальные обитатели коттеджа тоже были подавлены и ходили словно зомби. Больше месяца Мати приходила в себя, и всё же постепенно жизнь возвращалась в привычное русло. Теперь почти каждое утро Эдмон заезжал за ней, чтобы вместе отправиться в университет. Влада, к своему огромному облегчению, Матильда практически не видела – несколько раз пересекалась с ним на парах, где старалась не замечать. Правда, всё ещё нужно было сдать совместный проект. Первый же семинар показал, что выслушать всех в один день – абсолютно нереальная затея, и Рейвен распределил студентов таким образом, чтобы на каждой паре они успевали представить пару-тройку работ и разобрать что-то из текущего материала. Профессор даже составил список, дабы никто не забыл свою очередь, и пара Матильды и Влада оказалась почти в самом конце.

По этому поводу девушка испытывала смешанные чувства. Она хотела как можно быстрее расправиться с затянувшимся проектом. Приходившие воспоминания были будто из прошлой жизни, словно прошла уже сотня лет с тех пор, как они вместе готовили в беседке чёртов доклад, а потом, сидя у неё в спальне… Тогда Матильде казалось, что с ней происходит что-то особенное, нечто вроде любви. В то время она, не особо задумываясь, как глупо или иррационально себя ведёт, просто верила, что и он… что и Влад тоже испытывает подобные чувства. А было ли что-то вообще? Чем дольше Мати копалась в себе, тем больше убеждалась, что просто выдумала то, чего не было и в помине. Плыть по течению, разве не так это называется?

Но всё же мысль о том, что после представления проекта ничто больше не будет их связывать, заставляла сердце каждый раз неприятно сжиматься. И каждый раз Мати гнала эти ощущения прочь, ругая себя, что, как последняя тряпка, всё ещё допускает подобные мысли, когда уже сделала выбор, да такой, о котором другим и мечтать не приходится. Она выбрала Эдмона (парня, в которого действительно до безумия влюблена). И хотя за последние пару месяцев отношения практически не продвинулись из-за навалившихся бед, они всё наверстают, в этом Матильда была практически уверена. И вскоре девушка смогла убедиться, что Принц разделял её оптимистичный настрой.

Во время невыносимо скучной лекции, которой Мати предпочла томик Достоевского, телефон на парте завибрировал, оповещая о новом сообщении. Харкер тут же схватила мобильник, заметив на экране аватарку Эдмона:

«Я не отвлекаю?» – вопрос заканчивался краснеющим смайликом.

М: Да нет, абсолютно не отвлекаешь. Я просто читала.

Э: А разве у тебя сейчас нет лекции?

М: Теоретически есть…

Э: А практически?

М: Практически это похоже на какую-то буддийскую поминальную службу с бесконечным монотонным чтением сутр, не знаю, сколько ещё вынесу этот психодел. Хочу сбежать!!!

Э: Плохая девочка, Матильда Харкер. Тогда как насчёт побега ко мне в спортзал?

М: У тебя тренировка?

Э: Будет минут через 15–20, готовимся к Весеннему кубку. Не отказался бы от моральной поддержки…

М: Ну не знаю. А я не помешаю?

Первым порывом Мати было тут же согласиться, но, вспомнив, что, кроме Принца, там непременно окажется Влад, а возможно, даже и Люси, девушка начала колебаться:

«Нормально будет, если я спрошу, есть ли на трене команда поддержки? Или это слишком подозрительно? Интересно, как много знает Эдмон… Не то чтобы я что-то скрывала, просто…»

Э: Помешаешь, о чём ты?

Быстрый ответ прервал её размышления.

Э: Наоборот, твой приход поднимет мой ствол до небес.

М: Что?

Матильда вспыхнула, не веря своим глазам.

Э: В смысле «что»? – написал Принц, а затем ещё через пару секунд: Ох, чёрт! СТИМУЛ, поднимешь мой стимул… Чёртова автокоррекция! – куча краснеющих смайлов в конце.

Мати захихикала, представив, как бы выглядел смущённый Эд.

– Вас так моя лекция насмешила, мисс Харкер? – раздался с кафедры голос преподавателя.

– А… нет, мне что-то нехорошо… Прошу прощения, – не пускаясь в дальнейшие разъяснения, она схватила сумку и выскользнула за дверь.

М: Я в пути, – набрала она, уже шагая по коридору.

Взгляд Эдмона

– Ну, давай уже, Прекрасный Принц, снимай сверкающие доспехи и дуй на площадку, – услышав недовольный оклик, Эд оторвал взгляд от смартфона и обернулся на товарищей по команде. Пит укоризненно смотрел в его сторону, уперев руки в бока.

– Да уж, – вторил ему Дом. – Не хочется, конечно, отвлекать тебя от твоей зайки, но как-то не комильфо начинать матч без разыгрывающего защитника.

– Прошу прощения, – ответил Эд вежливо, откладывая телефон. – Только никакая она не зайка, скорее кисонька, – как всегда обворожительно улыбнувшись, подметил он и направился в сторону площадки, на ходу поправляя майку, на которой золотым была выведена цифра один.

– А что, есть разница? – почесал затылок Дом.

– Вот что любовь делает с людьми… Какие парни гибнут! – Пит изобразил на лице ужас.

– Да сколько можно уже языками чесать, мать вашу?! – подал голос Влад, да так, что все, кто находился на площадке, вздрогнули от неожиданности. – Или вы твёрдо решили слить кубок в этом году?!

– Похоже, наша «пятёрка» сегодня не в духе, – практически пропел Принц, используя в качестве обращения Владову позицию центрового.

Тренировка началась, и тут Эдмона осенило: он понял, что забыл предупредить команду о визите Матильды.

«А, ладно, – подумал Принц. – Будет сюрприз. Кому какое дело?»

Через несколько минут он краем глаза заметил Мати, которая, оживлённо болтая с кем-то по телефону, шла к скамье на одной из трибун.

«Отлично. Она здесь».

Эдмон вернулся к баскетболу и начал очередную комбинацию, как вдруг заметил, что Влад застыл словно статуя. Парень стоял, развернувшись к трибунам. Догадаться, на что, а точнее, на кого кузен смотрит, было несложно. Внезапно для себя номер один «Белых львов» почувствовал мощный прилив раздражения и, как бы случайно налетев на Владислава, изо всех сил толкнул брата плечом в грудь. Не ожидавший этого центровой потерял равновесие и рухнул на пол.

– Какого?.. – прорычал сбитый с толку юноша.

– Извини, ради бога, – защитник состроил нарочито виноватое лицо. – Мы тут с мальчиками в мячик играем, не сильно тебя отвлекли, надеюсь. Заметил что-нибудь интересное?

– Только то, что у тебя плохой вкус, – огрызнулся в ответ Влад.

– Не хуже твоего, – парировал Эд, прежде чем снова вернулся к игре.

Как только начался перерыв, Принц направился в сторону трибуны, к Матильде. Он едва сдержал вздох негодования, когда заметил, что девушка уже не одна.

– Оу, и ты здесь, – произнёс он, обращаясь к Ние Ли Уортли. – Мне всегда казалось, что у студсовета много работы. Но судя по количеству твоего свободного времени, это не так.

– Просто я… способная, – председатель откинула прядь пшеничных волос. – Всё успеваю, даже проконтролировать, как наша сборная готовится к Весеннему кубку. Короче, всё ради твоего ствола, – она особо подчеркнула последнее слово. – Ну, или стимула, – подруги захихикали.

Принц понял, что Матильда уже успела поделиться рассказом о его косяке.

«Перечитывать сообщения перед отправкой, перечитывать сообщения перед отправкой!» – повторил он про себя несколько раз, словно мантру.

– Привет, – раздалось за спиной, и недовольный вторжением Эд обернулся, чтобы увидеть, как их обступила бóльшая часть команды. – Матильда, помнишь нас? – Пит, Дом и ещё двое игроков, которых девушка помнила, не иначе как Рыжий и Ёж, протиснулись вперёд.

– Неплохо тогда поиграли. Нужно обязательно повторить. Скажи, когда ты свободна, и мы… Ауч! – Пит согнулся, получив увесистый подзатыльник.

– Ты сначала Кубок выиграй, потом будешь товарищеские матчи устраивать, приглашатель сраный, – прорычал неизвестно когда подошедший Влад.

«Если бы взгляд мог убивать… Похоже, братец тоже помнит ту игру».

– Да ты сегодня вконец охренел! – обиженно пробубнил Пит. – Какого хера ты мне указываешь? Ты даже не капитан! Скажи ему, Принц! – обратился он к Эдмону, всё ещё смотря на Владислава. – Скажи, что… Ауч! – второй подзатыльник пришёлся точно в то же место. – Ты чего? – юноша резко развернулся к Эду лицом.

– Ну я-то ведь капитан. Значит, всё в порядке, – невозмутимо отчеканил первый номер, одаривая побитого друга обворожительной улыбкой. – Ещё желающие подкатить к моей девушке имеются? – спросил он, особо выделив голосом слово «моей».

Матильда, покраснев до кончиков ушей, принялась сосредоточенно изучать паркет.

– Да я ж из лучших побуждений! – попытался возразить Питер, потирая ушибленное место.

– Благими намерениями… как говорится, – парировал Принц.

– Но, кроме шуток, – вмешался Дом, – у тебя задатки настоящего баскетболиста, особенно прыжки. Её прыжки – это нечто сверхъестественное, – протянул он, очерчивая в воздухе круги, которые должны были проиллюстрировать присутствующим сказанное.

– Так, я смотрю, на чужих ошибках вы не учитесь, – снова вклинился Эдмон. – Если так не терпится поучить девушек баскетболу, то у меня на примете как раз есть одна с избытком свободного времени, – добавил он, переводя тему в другое русло и красноречиво глядя на молчавшую до этого момента Нию.

– Сколько чести, – начала председатель, закидывая ногу на ногу, и взгляды практически всей команды повторили траекторию этого движения.

– Да я с радостью! – подорвался Пит.

– А чего это сразу ты?! – возразил Рыжий.

– Ну, моя же идея изначально…

– Нифига подобного. Пусть она сама решает, – все как один с надеждой посмотрели на Нию.

– М-м-м, ну если бы мне нужно было выбрать… – парни затаили дыхание. – То… это был бы Бертрам.

– Э-э-э-э? – рокот негодования разнёсся по залу.

Даже Эдмон был удивлён подобным поворотом. Сам Берти закашлялся, поперхнувшись водой, – он как раз мирно пил в сторонке, когда услышал собственное имя.

– Но… но почему? – спросил Пит с видом, будто получил третий подзатыльник. – Он хоть и шустрый, но игрок-то так себе…

– Чё вякнул?! – Берти наконец откашлялся.

Удачно переключив всё мужское внимание на Нию, Принц незаметно взял Мати за руку и потянул за собой. Отойдя на несколько метров, пара оказалась на ступеньках в проходе между блоками сидений. Украдкой оглянувшись через плечо, Принц поймал на себе взгляд Влада. Тот стоял развернувшись вполоборота, исподлобья взирая на парочку. Эдмон отвернулся и как ни в чём не бывало потащил Матильду вверх по лестнице.

Главный университетский спортзал был выстроен наподобие амфитеатра. Задние ряды трибун находились на возвышении, затем, словно ступенями, уровень сидений понижался вплоть до самой площадки. Зал был довольно внушительных размеров, а потому, чтобы избежать давки во время соревнований, выходов тоже было несколько. Они располагались по всему периметру между секторами на трёх уровнях. С первого можно было попасть прямо на улицу, а второй и третий вели в фойе. Именно к одному из таких выходов Принц и направлялся, зажав ладонь Мати в своей.

Наконец, оказавшись у самых дверей, он остановился и, убедившись, что с этого ракурса их не видно, прижал Матильду к стене. Наслаждаясь её удивлением, Эдмон наклонился и, когда между их лицами остались лишь считаные миллиметры, замер. Кончиками пальцев, едва задевая кожу, он провёл по щеке от губ к виску. Не прекращая движения Эд зацепил прядь спадавших на лицо волос и убрал её назад.

Принц придвинулся ещё ближе, если такое вообще было возможно, отклонился немного влево и зашептал девушке в самое ухо:

– Ты такая милая, так бы и съел, – щёки Матильды буквально за секунду стали пунцовыми, а Эдмон, немного отстранившись, продолжил: – Есть планы на вечер?

– А куда пойдём? – выпалила она, но тут же осеклась. – То есть я абсолютно свободна, а что?

Принц захохотал, а Мати, осознав, как нелепо прозвучали её слова, опять уставилась в пол.

– Прости, – выдавила девушка. – Испортила романтику момента, просто подумала, что ты хочешь позвать на свидание, вот и ляпнула. Вечно со мной так, бегу впереди паровоза.

– Тем более, что никуда приглашать я тебя и не собирался, – строго проговорил он. – Хотел сказать, что время стоит посвятить учёбе, а то, судя по побегам с лекций, настрой у тебя так себе.

Матильда, казалось, потеряла дар речи. Она было хотела что-то ответить, но запнулась на полуслове. Вид у девушки был, будто она готова вот-вот расплакаться и еле сдерживается. Сдавшись, Эдмон уронил голову ей на плечо, сотрясаясь от беззвучного смеха.

– Прости-прости, – начал он, всё ещё смеясь. – Но твои реакции – это нечто. Не мог удержаться, – подняв голову, он предложил: – Матильда Харкер, идём на свидание! Так как в прошлый раз место выбирал я, сейчас твоя очередь.

– Аттракционы! – тут же воодушевилась Мати, но заметив, как Эд вскинул брови, добавила: – Тебе не нравится?

– О чём ты? – улыбнулся Принц, поднеся её руку к губам. – За тобой я готов хоть на край света!

Всё её лицо вплоть до кончиков ушей полыхало.

«Вау, прям пятьдесят оттенков красного, – думал Эдмон, откровенно наслаждаясь ситуацией. – А теперь, контрольный в голову!» – снова наклонившись к Матильде, он коснулся её лба своим: – Ты сейчас такая милая и беззащитная, осторожно, не стоит ослаблять оборону, а то и глазом моргнуть не успеешь, как тебя съест один злой и страшный серый волк, – он уже прикидывал, какое выражение примет её лицо, предвкушая…

– Ха.

«Это она сейчас усмехнулась, что ли» – успел подумать Принц.

Он почувствовал, как тёплые ладони ложатся ему на грудь… внезапно они сжались, стискивая майку, и резкий рывок вправо развернул парня. Эдмон на секунду потерял равновесие, впечатываясь спиной в стену, и в итоге оказался загнанным в угол: по сути, он, чуть соскользнув вниз по стене, повис на лопатках, а между его полусогнутых ног Мати абсолютно бесцеремонно поставила своё колено. Эд инстинктивно попытался подняться, однако предплечье, прижатое к груди, лишало такой возможности. По ощущениям было похоже, что его придавило грифом штанги.

«Она правда монстр, что и говорить…»

Матильда наконец подняла голову, и их взгляды встретились, глаза девушки были ярко-жёлтого цвета.

– Это, наверное, какой-то о-о-очень бесстрашный волк, – протянула Мати игриво, вступая в полемику. – Ну или просто глупый, раз умудрился перепутать лигра с овечкой, – она усмехнулась. – Как по-твоему, чем это кончится?

– Трудно сказать, – попытался отшутиться Эдмон, – в природе эти виды не встречаются.

– Хм-м-м, как скучно, – продолжила Матильда. – Вот лично я думаю, что пролились бы реки крови.

«Этот неоднозначный настрой не предвещает ничего хорошего. Стыдно признаться, но она застала меня врасплох, не ждал я такой агрессии на ровном месте!»

События принимали нежелательный оборот, и Эд силился придумать, как перехватить инициативу. Матильду же, казалось, всё устраивало. Не замечая его потуг, она наклонилась и чмокнула Принца куда-то в середину скулы, затем в подбородок, он ожидал поцелуя в губы, однако девушка, минуя их, стала спускаться ниже. Она принялась покрывать невесомыми поцелуями-касаниями его шею и казалась полностью поглощённой процессом.

– Я невероятно польщён таким рвением, – начал Эдмон, решив, что пора заканчивать этот фарс. – Но у меня ещё тренировка, поэтому давай отложим немного…

Мати не сказала ни слова, в ответ её поцелуи стали даже более настойчивыми, кроме того, к действу подключилось колено, самым наглым образом пропихнутое между ног парня. Что выбесило ещё больше, ибо фантазия баскетболиста активно рисовала вид со стороны: девица на две головы ниже зажимает капитана баскетбольной команды, как сопливую восьмиклассницу!

– Да возьми же себя в руки, Матильда Харкер! – отрезал Эд тоном школьного учителя. – С-с-с, чёрт! – выругался он, почувствовав, как в ключицу вонзились острые зубы.

– Ну, и кто тут овечка? – пропела нахалка издевательским тоном. – Может, это тебе не стоит ослаблять оборону?

От такой наглости у Принца перехватило дыхание, и, по-видимому, вместе с уровнем кислорода способность здраво мыслить упала ниже плинтуса. Иначе объяснить своё дальнейшее поведение Принц просто не мог. Глаза вспыхнули, одну руку он запустил Матильде в волосы, с силой притягивая её для поцелуя, другую же оставил хозяйничать под футболкой. Раздражённо-возбуждённый – именно так Эдмон описал бы своё состояние, если б ему было до этого дело. Вообще-то, выходить из образа Прекрасного Принца юноша не собирался, однако уже почти смирился, что из-за Мати все планы идут наперекосяк.

Эд и сам не понял, как купился на такую дешёвую провокацию, но теперь они целовались до умопомрачения, не желая отдавать друг другу инициативу. Это было как соревнование кто кого перецелует. Воздуха катастрофически не хватало, они на мгновение разорвали поцелуй, и Матильда снова занялась шеей парня. В том месте, где она ранее укусила, немного саднило, поэтому, когда он почувствовал там прикосновение языка, ощущения получились смешанные. Потянувшись за новым поцелуем, в уме Принц уже прикидывал плюсы и минусы секса в публичном месте. Свисток вернул его к реальности, хватка, прижимавшая к стене, ослабла, и Мати отстранилась.

– Тебе пора возвращаться на тренировку, так что отложим немного, – пока Матильда говорила, её глаза стали обычными. Услышав свою же фразу, Эдмон понял, что этот раунд за ней.

«Ничего, придётся устроить тебе незабываемое свидание».

Коротко кивнув, он взял её за руку, и пара направилась обратно к трибунам. Игроки шли к площадке немного раздосадованные. В итоге Ния всем дала от ворот поворот, сославшись на то, что свободного времени у неё куда меньше, чем считают некоторые.

– Ну что, идём? – обратилась Матильда к подруге, едва они оказались рядом. – Я обещала пройтись с Нией по магазинам, – пояснила девушка в ответ на вопросительный взгляд Эдмона.

– Тем более над стимулом твоим, кажется, потрудились на славу, – вклинилась председатель, приторно улыбаясь.

Щёки Мати опять порозовели, она тщетно пыталась подавить улыбку и избежать взгляда Эда.

– У тебя слишком бурная фантазия, – дружелюбно пропел Принц, пародируя интонацию Нии, на что та лишь пожала плечами. – И всё-таки, почему именно Берти? – странный выбор председателя заинтриговал его.

– Как бы объяснить… На вашем фоне он такой маленький и милый… Появляется желание немного его подразнить.

– Ясно, что ж, твои садистские замашки для меня не новость, – ответил Принц и, подмигнув на прощание Матильде, поспешил на площадку. – Ладно, собрались, продолжаем отрабатывать ту же комбинацию, – с ходу включился в работу он.

Баскетболисты, окружавшие Эда, многозначительно переглядывались, это сразу показалось Принцу подозрительным. Но, когда Пит в течение получаса трижды попытался пошутить о нашествии на спортзал гигантских ниндзя-комаров, сомнений не осталось.

– Берти, у меня что, где-то засос? – спросил он самым будничным тоном.

– Ха! Засос – это слабо сказано, такое впечатление, что тебя загрызть пытались! – воскликнул койот.

«Может, и пытались…» – подумал Принц, припомнив зубы Мати на своей шее. Однако мысль эту решил не озвучивать.

– Ой, я думал ты в курсе, – спохватился Бертрам и виновато залепетал: – иначе сразу бы предупредил.

– Не бери в голову.

* * *

– Эй, Прекрасный Принц, плойкой обжёгся? – даже после изнурительной тренировки, уже будучи в раздевалке, шутники всё никак не могли угомониться.

– Не совсем, – парировал Эд, оборачиваясь к ним и захлопывая при этом шкафчик, в зеркале которого только что осматривал масштабы поражений (к счастью, уже начинавших регенерировать). – Это не ожог, и насекомые здесь абсолютно ни при чём, – объяснял он спокойно, будто собирался прочесть лекцию о половом воспитании. – Это называется засосы. Такие гематомы возникают вследствие… эм… особо страстных поцелуев. Можно сказать, что они служат немым свидетельством наличия у человека возлюбленного. За более подробной информацией обратитесь к интернету, – лицо Принца приобрело слегка обеспокоенное выражение. – Парни, если у вас впредь возникнут подобные вопросы – сразу ко мне, ведь и опозориться можно ненароком, не знать таких вещей в вашем возрасте!

Баскетболисты стояли будто воды в рот набрали, по озадаченному выражению лиц было отчётливо видно, что они никак не могут определить, издевался их капитан или говорил всерьёз, настолько искренним и дружелюбно настроенным он казался. В итоге, неловко покивав и что-то промямлив, парни вернулись к своим делам, а Эдмон, оценив реакцию команды, понял, что попытки поглумиться над ним успешно пресечены.

Взгляд Матильды

На мотоцикле Нии девушки добрались до торгового центра минут за двадцать. В будний день народу было немного, и подруги спокойно прогуливались вдоль витрин магазинов, то и дело заглядывая в некоторые.

– А что конкретно мы ищем? – поинтересовалась Матильда у своей спутницы.

– Конкретно мы ничего конкретного не ищем, уж прости за каламбур, – ответила та. – Шопинг наш скорее носит лечебно-профилактический характер. Хотя, если уж тебе нужна цель, как насчёт сегодняшнего свидания? Ты же не пойдёшь в этих… штанишках? – Ли Уортли бросила красноречивый взгляд на простые синие джинсы с дырками чуть выше колен.

– Эм… – Мати замялась. – А что с ними не так? Мы же просто в парк аттракционов идём, а не в оперу!

– Пожалуй, ты права. Ну и что, что это ваше первое официальное свидание?! Принц, наверное, тоже не будет особо напрягаться… оденется как обычно… – произнося последнее словосочетание, Ния прищурилась.

«Как обычно… как обычно неотразимо, – пронеслось в голове. – А у меня из парадных вещей только платье есть… было, пока кое-кто не привёл его в негодность», – мысль о том вечере отозвалась саднящим чувством, и Мати поспешила отогнать её.

– Ни-и-ия, мне срочно нужны новые шмотки, – прохныкала она, хватая подругу за руку.

– Тогда чего же мы ждём?

Председатель потащила Матильду прямиком к своему любимому отделу. Набрав там порядочное количество вещей, девушки переместились в примерочную.

– Мне кажется, я переусердствовала, – задумчиво произнесла Мати, выходя из кабинки.

– Пере-что? – парировала Ния, оглядывая её с ног до головы. – Да моя бабка выбирает наряды с бóльшим усердием, чем ты! Не смейся, я говорю всерьёз. Блузочка ещё ничего, но вот юбка эта…

– Обычная джинсовая юбка… – проговорила Матильда, оглядывая себя в большом зеркале.

– Ключевое слово «обычная», – перебила председатель, приподняв бровь. – Это именно то, чего нужно избегать, выбирая одёжку для особого случая. На-ка вот, примерь, – она протянула подруге одну из юбок, что хотела примерить сама.

– Ладно, – согласилась та, принимая вещь и задёргивая штору. – Хотя я вообще не об этом говорила, – едва слышно пробурчала Мати себе под нос.

– Оу! – воскликнула Ния, слуховым способностям которой можно было позавидовать. – Неужто ты имела в виду, что переборщила в ваших с Эдом любовных игрищах?

– Вроде того, только в том и проблема, что это были не игрища, а скорее… Он просто разозлил меня и… Не знаю… У меня сейчас такая каша в голове, и что бы я ни делала, только всё усугубляю.

– М-м-м, как по мне, этого принца Чарминга нужно почаще выбивать из колеи… чтоб не расслаблялся, – произнесла Ли Уортли, слегка усмехнувшись. – Да и что плохого в том, чтобы немного поддразнить того, кто нравится. Он ведь нравится тебе?

– А… Да… Конечно, – произнесла девушка немного отстранённо.

– Но не так, как его кузен.

– Что? – Матильда вспыхнула. – Влад здесь вообще ни при чём!

– Серьёзно? Так ты начала встречаться с Принцем не назло ему? – Мати почувствовала, как лицо покрывается красными пятнами, слова застряли в горле, а Ния тем временем продолжала: – Не пойми неправильно, рыбка, я не пытаюсь заставить тебя мне исповедаться, но признайся самой себе. Жить гораздо проще, когда откровенен хотя бы с собой.

– Да… Назло… – раздалось из кабинки после продолжительной паузы. – И я знаю, что это ужасно и несправедливо, особенно по отношению к Эдмону. Выглядит так, будто я его использую и…

– Ну. И. Что?! – Ли Уортли отдёрнула штору, разделявшую их, с такой силой, что та чуть не оторвалась. – Земля всё ещё не разверзлась под ногами и молния в тебя не ударила! Так, заканчивай самобичевание! Вы встречаетесь уже почти два месяца, и всё это время ты выглядишь и ведёшь себя так, будто кто-то написал тебе перманентным маркером на лбу слово «виновна»! – председатель недовольно фыркнула, а затем, набрав в грудь побольше воздуха, затараторила на одном дыхании: – Твои отношения, конечно, не моё дело, но когда это меня останавливало? Так что слушай! Да, у тебя были не самые романтические причины согласиться, и, возможно, не ревел океан и не сотрясались горы, и Амур не засадил тебе стрелу по самые потроха в первую же секунду, как ты увидела Принца, но давай представим, что встречаться предложил не он, а кто угодно другой. Ну, скажем, Марк. Согласилась бы ты?

– Э-э-э, нет, – безапелляционно заявила Мати.

– Что и требовалось доказать. Плюс, если Эда эта ситуация не напрягла, то смысл себя мучить?

– Думаешь, он знает, ну… про Влада?

– Думаю, что он далеко не дурак.

– И это лишний раз доказывает, насколько он замечательный, – Матильда мечтательно улыбнулась.

– Так, только без соплей, – остановила её Ния. – Лично меня это заставляет задуматься о наличии у него скрытых мотивов.

– Глупости! – отрезала Матильда.

– Ну-ну, и, между прочим, зря ты так небрежно отмела кандидатуру Марка, он хоть и не такой милаха, как его высочество, однако парень весьма завидный и хороших качеств у него не меньше, – подмигнула Ли Уортли. – Только ему не говори, что хвалила, а то оборзеет.

– Согласна на сто процентов, вот только мне почему-то кажется, что его сердце уже занято. «Какой-то намёк совсем прозрачный получился».

– Откуда такая инфа, почему мне об этом ничего не известно?!

– Эм, это просто моё впечатление, не бери в голову. – «Э-э-э, она правда не поняла или прикидывается?» – Так что насчёт юбки? – поспешила перевести тему Харкер.

– И ты ещё спрашиваешь?! Лишний раз убедилась, что у меня глаз-алмаз!

* * *

– И всё-таки бирюзовый определённо твой цвет, – подытожила Ния, когда девушки наконец уселись друг напротив друга за столиком в кафе. – Карамельный макиатто со льдом, – бросила она официанту.

– А мне, пожалуйста, ореховый латте, горячий, – дополнила заказ Мати. – А не слишком ли она короткая? – подруги продолжали обсуждать покупки.

– Просто постарайся высоко ноги не задирать, – хмыкнула председатель.

– Не могу такое гарантировать…

– Ах ты, маленькая развратница! – заверещала Ния. – Неспроста ты мне сразу приглянулась.

– Не хочу даже представлять, что ты там себе нафантазировала, но я имела в виду аттракционы, – вздохнула Матильда. – Там вторая горка открылась, вот смотри, – она протянула подруге смартфон, где уже нашла официальную страницу парка.

– Хм-м-м, – протянула Ния, без особого энтузиазма водя пальцем по экрану. – Свидание свиданием, но всё же глупо было бы упустить потрясающую возможность сравнить эту парочку в действии, если понимаешь, о чём я… Конечно, внешне у них много общего, а посему большой разницы в длине также не предвидится… – продолжала свой анализ Ли Уортли, подняв глаза на подругу, которая, казалось, ушам своим не верила. – Но, как мы знаем, размер не имеет решающего значения, главное – задействовать весь потенциал! Расскажешь потом, какой из них сильнее тебе вставил, – подытожила Ния, выделив последнее слово.

– Что ты несёшь? – возмутилась Матильда, покраснев. – Я категорически не собираюсь… То есть, если даже у нас с Эдмоном дойдёт до этого… А до этого не дойдёт, по крайней мере, сегодня… Я не собираюсь сравнивать секс с ним и Владом!

– Батюшки, и в мыслях не было! – картинно удивилась Ли Уортли. – Я имела в виду аттракционы: сравнить старую и новую горки, – проворковала она, возвращая Мати телефон. – Боже, и какие только мысли роятся в этой милой головке, страшно подумать, – Ния явно наслаждалась смущением подруги.

– A-р-р-р-х, – Матильда издала нечто нечленораздельное. – Всё, пощади! Давай поговорим о чём-нибудь другом, согласна даже обсудить наряды твоей бабушки.

– Этой карги мне дома хватает выше крыши.

– Дома?

– Ах, кажется, не упоминала до этого: я с бабушкой живу, вдвоём. Тебе это кажется странным? – прокомментировала она выражение лица подруги.

– Как-то идёт вразрез с твоим имиджем.

– Ха-ха, не знала, что он у меня есть, – улыбнулась Ния. – В таком случае, уверена, что делаю кучу вещей, которые с ним не вяжутся.

– Блин, теперь мне стыдно, ты всё время помогаешь с проблемами, выслушиваешь нытьё, да и вообще знаешь о моей личной жизни больше, чем брат родной, – Мати виновато улыбнулась. – А я, если призадуматься, не знаю даже, где ты живёшь.

– Эта проблема легко решается: милости прошу ко мне на чай, как время выдастся. Познакомлю с бабулей, если ты, конечно, не боишься чокнутых старух.

– Я их обожаю! – заявила Матильда.

– Кстати, о чокнутых… – пробормотала Ния полушёпотом. – Как панда поживает?

– Плохо, – лицо Мати сразу же стало серьёзным, – поначалу казалось, если дать немного больше времени, он придёт в себя… Но чем дальше… – она тяжело вздохнула. – Я много раз пыталась с ним поговорить… И не только я – Вэр и Эрик. Он нас просто не слышит! Отвечает, что всё в порядке, и продолжает сидеть в своей комнате. Мы хотели связаться с его родителями, возможно, если бы он уехал на время… – «Прозвучало так, будто Хей нам в тягость и мы пытаемся избавиться от него…» – поймав себя на этой мысли, Матильда поспешила уточнить: – То есть смена обстановки могла бы помочь, но Хей запретил нам.

– Прости, – продолжила после паузы председатель, – не хотела расстраивать тебя перед свиданием.

– Всё в порядке, спасибо, что волнуешься за нас.

– Так, – произнесла Ния, глядя на часы. – Пора идти. До вашей с Принцем встречи больше трёх часов, но тебе ещё собираться, краситься и отражать атаки любопытных домочадцев.

– С первыми двумя пунктами – в точку, а от последнего я, к счастью, избавлена, – не дожидаясь вопроса, Мати продолжила: – Эрик всю неделю помогал Вэру с зачётом по физре, кстати, успешно. Поэтому сегодня у них попойка века, оплачивает которую, естественно, Вэр. Причём не только оплачивает, но и сам принимает активное участие, по крайней мере, таков был уговор, – девушка усмехнулась. – И это при том, что Эрик отлично знает, насколько Вэру не нравятся подобные мероприятия…

– Да твой брат просто изверг!

13

Карусель, карусель

Взгляд Владислава

«Язык мой – враг мой», – подумал Влад, со всей силы швыряя спортивную сумку на кровать.

Ещё недавно, избавившись наконец от доставучей Матильды Харкер, он почувствовал невероятное облегчение. Исчезло нелепое чувство вины, которое до этого будто грызло сердце изнутри каждую минуту. Но главное, Владислав доказал, что никому не позволит навязывать себе чувства, которых и в помине не испытывает. Эйфория, правда, продлилась недолго – минут пятнадцать, а затем стало хуже. Навалилась бессильная злоба, схожая с ощущением, которое появляется, когда обманут где-нибудь на рынке: ясно осознаёшь, что тебя надули, но не можешь понять, где именно. Разница лишь в том, что неудачные покупки, хоть и оставляют неприятный осадок, обычно не вызывают желания биться лбом о стену, чтобы только выбросить из головы эти мысли, а Влад чувствовал именно такое стремление. И, поскольку объяснить себе причину душевного раздрая он не мог (или не хотел), вся обида и негодование, переполнившие душу, вылились на Матильду. Владиславу казалось забавным, что буквально в тот же самый день, как они поссорились, Мати переключилась на Эдмона. Он в порыве бешенства, конечно, сам ей это подсказал, но кто мог предположить, что она так рьяно последует совету. Узнав об этом, юноша не мог не позлорадствовать. Во-первых, ясно как день, что психичка выкинула подобный фортель исключительно ему назло – сама по себе мысль эта доставляла какое-то мазохистическое удовольствие. Во-вторых, Владислав прекрасно помнил, что и кузеном движут далеко не самые романтические побуждения.

Влад твёрдо решил, что в этот раз, в какую бы переделку эта звезда ни попала, выручать её он не станет. А вариантов развития событий было сколько хочешь – в изобретательности брата сомневаться не приходилось. Несколько раз за последние недели он представлял, как Матильда судорожно набирает его номер и просит вытащить её жопу из жопы, в которую девушка угодила, а в ответ он отключает телефон и продолжает заниматься своими делами… Ну, или не выключает, а просто игнорирует её сообщения, только изредка поглядывая, дабы убедиться, что нет опасности потери контроля с её стороны (это единственная причина). Однако ни писать, ни искать встречи Мати не пыталась, он же, в свою очередь, в упор не замечал её с целью дать понять, что никакие детские выходки не возымели эффекта.

Так и продолжалось вплоть до дня, когда Матильда заявилась на тренировку. Увидев девушку, как ни в чём не бывало направляющуюся к сидениям, он впал в ступор, а сердце сделало кульбит и приземлилось где-то в желудке. Последний раз он видел её уже больше недели назад, на паре у Рейвена. Он слушал доклад о… каком-то загрязнении и совсем не смотрел в её сторону, у Мати ещё тогда был дебильный пучок (или как женщины это называют?) на голове, который к концу пары окончательно разлохматился.

«Она пришла встретиться со мной, – пронеслось в голове. – Может, хочет поговорить, что ж тогда я… – додумать эту фразу Владислав не успел, потому что его сбил с ног Эд. Осознание больно кольнуло: – Ах, ну да. Пришла к своему “парню”», – захотелось сказать Принцу что-нибудь обидное, что Влад тут же и сделал, хотя никакой реакции не последовало.

В перерыве, когда все, как стадо баранов, направились к трибунам, Владислав тоже пошёл, но только затем, чтобы напомнить, что они готовятся к кубку, а потому посторонним здесь делать нечего. Только мысль эта потерялась за болтовнёй Пита и вспомнилась лишь после того, как Влад заметил кузена, воркующего с Мати на лестнице. А когда пара совсем скрылась из вида, он хотел уже было броситься за ними и даже успел сделать пару шагов, но остановился, почувствовав прикосновение к руке.

– Влади, тебе нехорошо? – приторная интонация Нии вернула его к действительности. – Выглядишь, будто несварение заработал… – не дожидаясь ответа, она продолжила, будто обращаясь к самой себе: – Ну, за что боролся…

Влад сильно сомневался, что последняя фраза имеет отношение к его желудку. В итоге ни за кем он не пошёл, вместо этого, спустившись вниз, достал телефон и до конца перерыва усиленно в нём копался, хотя то и дело бросал взгляд на часы.

«Восемь минут, девять, десять, сколько ещё они намерены там торчать?!»

До конца перерыва, как оказалось. Юноша едва сдержал вздох облегчения, увидев, что Мати наконец уходит. Пришлось признать, что его волновало, о чём те двое говорили наедине. Он уже прикидывал в уме способы невзначай выспросить подробности, когда Эд спустился на площадку. И тогда неприятный холодок пробежал по его коже – необходимость что-либо выяснять отпала: свидетельства «общения» были налицо, а точнее на шее кузена.

Остаток тренировки прошёл как в тумане, и, едва услышав свисток, Владислав кинулся в раздевалку. Не заходя в душ и даже не переодевшись, он сгрёб одежду из шкафчика и, не складывая, затолкал в сумку. Последующие полчаса, будучи уже дома, Влад читал или по крайней мере пытался это делать. Сосредоточиться не получалось, он закрыл книгу и потёр переносицу. Как раз в этот момент послышался лёгкий щелчок, и через пару мгновений в гостиной появился Эд.

– Ты куда исчез после тренировки? – дружелюбно кинул тот.

– Тебе-то что?! – взорвался Владислав и тут же об этом пожалел, не стоило показывать брату эмоции.

– Знал бы, что ты тоже домой, подвёз, – интонация кузена вызвала лишь улыбку на лице Принца. – Хоть бы переоделся, – добавил он, указывая на так и не снятую форму.

– Ты мне нотации читать, что ли, пришёл? – огрызнулся Влад.

– Боже упаси! – парировал Эдмон, направляясь к себе в комнату.

Вздохнув, юноша поднялся с кресла, на котором сидел всё это время, и поплёлся в душ. Он успел помыться, высушиться, одеться, приготовить обед и поесть, прежде чем снова увидел брата. Эд зашёл на кухню сделать кофе. Владислав упорно хранил молчание, пока его кузен доставал чашку и включал кофеварку.

– Тебе, кстати, не попадался мой монопод? – внезапно спросил Эдмон.

– Что?

– Ну, палка для селфи, не могу вспомнить, куда положил.

– Нет, – отрезал Влад и, не сумев подавить любопытство, добавил: – Решил порадовать фанаток порцией своей физиономии? Не забудь губы уточкой сделать, они будут в восторге.

– Спасибо, конечно, за совет, но, боюсь, такой расклад совсем не понравится моей девушке, – самодовольно улыбнулся Принц. – Не стоит давать повод для ревности. Она ведь у меня такая вспыльчивая, впрочем… ты и сам знаешь, – юноша подмигнул брату, и тому как никогда захотелось расквасить эту довольную морду.

«Как он запарил с этим “моя девушка”, “у меня”, “моя, моя, моя”…»

– Ох, чёрт, я ж его в машине оставил, монопод в смысле. Теперь можно выдвигаться… Наше первое официальное свидание, не могу дождаться, – мечтательно проговорил Эд, картинно положив руку на сердце. – До вечера, я побежал. Не забудь лайкнуть фотки.

Принц, явно довольный собой, ушёл, а Владислав продолжал сидеть за столом, мысленно считая и глубоко дыша. Дойдя до трёхсот, парень почувствовал себя достаточно спокойным, чтобы продолжить заниматься своими делами. Неважно, что там задумал Эдмон, Влад ни за что не поведётся на провокацию. Нет, в эти игры он не играет, лучше… книжку дочитает, там всего какая-то сотня страниц осталась.

Сказано – сделано, спустя некоторое время с книгой было покончено… Хотя, если б кто-нибудь спросил, что он прочёл, Владислав вряд ли бы смог пересказать.

В какой-то момент рука сама потянулась к телефону и нажала на иконку соцсети. Влад редко туда заходил (в основном посмотреть фото с матчей), однако был подписан на всех игроков своей команды, включая кузена. Ему даже не пришлось открывать страницу Принца – свежее фото висело в ленте. Говоря точнее, это был коллаж из трёх снимков: два в правой части и один вертикальный в левой. На небольших квадратах красовались виды парка: один – общий, а на втором был запечатлён конкретный аттракцион. На третьем же фото Эдмон и Матильда стояли лицом друг к другу, при этом девушка явно пыталась закрыться рукой от камеры, видимо смущаясь, Принц же отодвигал её ладонь. Больше всего Владу не понравилось выражение лица Эдмона, в особенности как он улыбался своей спутнице, не так, как обычно… неправильно. Юноша отложил телефон, затем снова взял и внимательно рассмотрел коллаж: он хорошо знал, где находится парк, и даже примерно помнил карусель с фотографии. Цыкнув, снова отбросил телефон. Несколько минут он пытался переключиться на что-нибудь, но у него не вышло. Повинуясь какому-то внезапному порыву, Владислав схватил мобильный и, выбрав в списке контактов нужное имя, нажал кнопку «Вызов».

– Привет… – раздалось на другом конце немного удивлённо.

– Ты сейчас свободна?

Взгляд Эдмона

Выезжая из дома, Принц не торопился. Памятуя о прошлых встречах с Матильдой, он был уверен, что приехать позже оговорённого времени – вполне резонно.

Парк располагался на другом конце города, и, вырулив на объездную, чтобы миновать вечерние пробки, Эдмон уже через минут тридцать увидел колесо обозрения.

«Почему именно аттракционы?» – ещё с детства он недолюбливал карусели. Как-то раз они с Владом устроили соревнование на выносливость – это был один из редких случаев, когда Эд проиграл.

«Ладно, – он попытался успокоить себя, – она же всё-таки девушка. Сегодня меня ждёт романтика: катание на лодках, цепочках и прочая чушь… – в памяти вдруг всплыла тренировка. – Впрочем, от этой особы можно ожидать чего угодно!» – и, хотя следы «преступления» уже исчезли, он машинально поправил воротник светло-бирюзовой рубашки.

На парковке было, естественно, не пропихнуться: помимо расставленных впритирку машин, движение затрудняли родители, вышедшие на вечернюю прогулку с детьми.

«Куда ты прёшь, ещё и с ребёнком?! Жить надоело, что ли» – Эдмон еле успел затормозить перед выскочившей из-за «Тойоты» женщиной.

– Простите! – в приоткрытое окно донёсся испуганный голос.

«Начало многообещающее!» – Эд лишь кивнул в ответ и, подождав пока мамашка освободит дорогу, проехал дальше. Попетляв среди машин, он наконец нашёл свободное место: «Свершилось, неужели, – Принц посмотрел на часы. – Думаю, она как раз должна скоро появиться».

Эдмон направился к большому фонтану, расположенному напротив входа в парк, – возле него они договорились встретиться. Обойдя отделанный белым гранитом бассейн и убедившись, что Матильды ещё нет, юноша решил, что было бы неплохо купить билеты заранее, дабы сэкономить время.

Он уже отстоял добрую половину очереди, когда увидел в соседней (почти в самом её начале) Мати: «Вот она! Как обычно в своём стиле…» – Эд обречённо вздохнул, оценивая простые джинсы, светлые кеды и чёрную футболку. Беспрерывно извиняясь, он протиснулся к началу соседней очереди. – «Могла бы и сообщить, что уже приехала! Ну, хоть догадалась за билетами пойти».

– Мати, вот ты где! – положив руку на плечо девушки, как можно теплее произнёс он. Брюнетка вздрогнула и обернулась: красная прядь чёлки, пирсинг в носу, брови и губе… – Извините, я обознался! – тут же убрав руку, Эдмон поспешил ретироваться.

– Бывай! – донёсся безразличный ответ.

«И где её носит?! Теперь опять стоять неизвестно сколько!» – сетуя не столько на свою ошибку, сколько на Матильду и её «пунктуальность», Принц вернулся в конец очереди.

Кругом царили восторг, радость и суета: семьи, парочки, аниматоры, киоски со сладкой ватой, воздушными шарами и всевозможными безделушками. Всё это к тому моменту, как билеты были у Эдмона в руках, не вызывало ничего, кроме раздражения.

«Нет, ну это ни в какие ворота! – юноша не отрываясь смотрел на дорогие наручные часы. – Это уже даже не смешно! – он облокотился на каменный парапет. – Из принципа звонить не стану, и вообще, ещё десять минут жду и уезжаю! – Принц с силой топнул ногой, чтоб хоть как-то избавиться от негатива. – Боже, – одёрнул парень сам себя и полез в карман пиджака. – Я становлюсь похожим на Влада – детсад! – он достал телефон. – А вдруг что-то случилось?» – Эд вдруг понял, что он не просто злится, он переживает, причём достаточно сильно.

– А вот и я! – пропела Матильда, остановившись в двух шагах от Эдмона, который, вздрогнув от неожиданности, чуть не выронил мобильник. – Ого, ты уже и билеты купил! – воскликнула она, глядя на зажатые в руке бумажки. – Вот видишь, я не совсем безнадёжна, – продолжила девушка, сияя. – Не опоздала, даже приехала раньше на целых полчаса! Ну чего ты такой кислый?

– Мати, во сколько мы договорились встретиться? – как можно спокойнее произнёс он, борясь с желанием высказать всё, что думает. – «Небезнадёжна?! Она что, издевается? Бесит! Неужели это так сложно – притащить своё безмозглое туловище вовремя?!»

– В семь вечера… – неуверенно произнесла она. – Вечерние катания… Как раз времени на всё хватит…

– В пять, – коротко произнёс Эд.

– М? – невольно сжавшись под тяжёлым взглядом, Матильда залепетала. – Ты тут уже полтора часа?! – Принц коротко кивнул. – Боже, я идиотка! – выражение глубочайшего сожаления отразилось на её лице. – Не знаю, почему со мной всегда так! – она опустила голову. – Прости, пожалуйста! Прости, прости, прости. Похоже, это реально проклятье!

– Ладно, ладно, успокойся. – «Не хватало мне ещё соплей». – Хорошо, что ты пришла, – он притянул её к себе и заключил в объятия. – А то я уж подумал, что меня кинули…

– Так вот какое у тебя мнение обо мне! – воскликнула девушка, отстраняясь и изображая обиду.

– Шучу. Я просто переживал, – он убрал за ухо выбившуюся из её косы прядь. – Пойдём уже, заколдованная моя, – убрав телефон в карман, Принц взял Мати под руку и повёл к арке входа.

– Вообще, мог бы и позвонить, – пробурчала Харкер себе под нос, когда пара остановилась у окошка контролёра, где на запястья им надели специальные браслеты.

– Ну я… – «Я думал, мы уже сменили тему… Теперь выгляжу как полный недоумок!» – Матильда и правда смотрела на него, как на дурачка. – Эм… Стыдно признаться, на самом деле я и сам не так давно приехал… – «Ну а что мне теперь сделать? Признать, что у меня мозгов не хватило позвонить? Или что я дулся и злился как испорченная малолетка?»

– Что?! – удивление и возмущение смешались в одну эмоцию, и Мати ощутимо треснула Эда по плечу. – Заставил меня краснеть и чувствовать себя… – пропуская девушку вперёд, он чмокнул её в лоб, – даже не знаю кем, а сам? – пожурила она его, подавляя улыбку и делая строгий вид.

– Я просто знаю тебя, Матильда Харкер. Тебя и твою привычку опаздывать! – усмехнулся Эдмон.

– Идеальный парень, каким все тебя считают, никогда бы не поставил девушку в неудобное положение просто так! – выдала она очередной аргумент, снова цепляясь за этот разговор.

– Я никогда и не говорил, что идеален, – Принц многозначительно улыбнулся, вскинув брови.

– Да, идеальных людей не существует… – лицо Матильды вдруг стало серьёзным, и Эду показалось, что она смотрит на него с пониманием и сожалением. – Со мной ты можешь быть собой, – проговорила она полутоном и, поднявшись на цыпочки, чмокнула его в губы.

– Всё-таки ты необыкновенная девушка, – Эдмон невольно улыбнулся, заметив румянец на её щеках. – Пойдём уже кататься, – Мати кивнула и как маленькая побежала по мощённой красным камнем аллейке.

– Первым делом – на «Шейкер»! – прокричала она на бегу.

«Она такая… живая… – подумал Эд, улыбаясь. – Интересно, а если бы ты знала настоящего меня, смогла бы… А, собственно, зачем мне это? – он встряхнул головой, будто избавляясь от лишних мыслей, и двинулся вслед за девушкой. – Так, вернёмся к нашим планам: реванш! – впереди показалась Матильда, ожидающая его у вертящегося во все стороны аттракциона, с которого доносились визги и истерический смех… У Эдмона мгновенно пересохло горло. – Погоди-ка, “Шейкер”?»

– Мы как раз вовремя! – Мати удовлетворённо оглядела останавливающиеся разноцветные кабинки. – Пойдём скорее, пока очередь не собралась! – она было двинулась ко входу за железные ограждения, но Эд схватил её за руку.

– Погоди! – практически прокричал он, сильно сжимая запястье. – «Спокойно! Всё будет нормально!» – вырвавшаяся «чистая» эмоция комом застряла в горле, и Принц никак не мог её задавить.

– Ты что, боишься? – Матильда ехидно ухмыльнулась. – Только не говори, что ты…

– Дело вовсе не в этом! – совладав наконец с собой, Эдмон постарался улыбнуться. – Нам же нужна память о нашем первом свидании! – он вытащил из кармана телефон и складной монопод. – «Небольшая отсрочка…»

– Давай после! – Мати нетерпеливо посмотрела в сторону собирающейся толпы. – Ждать потом придётся, – проигнорировав это высказывание, юноша сделал пару снимков аттракциона и подсоединил мобильник к селфи палке.

– Ты представляешь, в каком виде мы оттуда выйдем? – картинно возмутился Принц. – Тем более ты сегодня особенно милая! – «Кроме того, мне же нужно хоть что-то выложить на страницу!» – он слегка потянул девушку за руку, заставляя её покружиться. Бирюзовая лёгкая юбка чуть выше колена раскрылась красивым колоколом, а сквозь белую шифоновую блузку слегка просвечивало кружево белья, добавляя невинному образу сексуальности. – «Очень неплохо… Даже знаю, чьи наманикюренные пальчики тут поработали…»

– Ну хватит! – Матильда остановилась, смущённо хихикая. Улучив момент, Эдмон обнял её за талию и притянул поближе, фотографируя, в надежде поймать удачный кадр. – Ты точно болен! – она отвернулась, закрываясь рукой. – Опять запостишь всё в Сеть?

– Ничего плохого в этом не вижу! – парировал Принц, пытаясь отодвинуть ладонь, закрывающую лицо девушки.

– Ладно, – Мати перестала вертеться. – Ладно! Давай сфотографируемся!

Они оба приподняли головы, смотря в экран телефона, и Эдмон, удовлетворившись общим ракурсом и их видом в целом, нажал на кнопку… и в тот же момент Матильда скорчила рожицу.

«Вот же» – выкрутившись из объятий, она, смеясь, побежала к «Шейкеру». – «Спокойно… От одного раза со мной ничего не случится!» – Эд сложил монопод и пошёл вслед за Мати.

Догнав девушку, он отдал ей телефон, ключи и бумажник, чтобы не потерять во время предстоящей экзекуции. Матильда убрала все вещи в небольшую бежевую сумочку, которую оставила в специальном шкафчике на входе.

К превеликому разочарованию Эдмона, который предпочёл бы вообще не кататься на этой машине для взбивания кишок, свободная кабинка для них нашлась.

«Как говорится, перед смертью не надышишься! – усевшись в весьма неудобное кресло, Принц заметил, что Матильде в этом сидении тоже не по себе. – Да, юбка не лучшее решение для парка!» – выступ кресла заставил девушку расставить ноги и поднять бирюзовую ткань до середины бедра.

– Ты решила меня соблазнить? – Эд провёл по обнажённой коже тыльной стороной руки.

– Я… Просто… – тут же покраснев, она сжала его кисть, ведь, столкнувшись с преградой в виде юбки, парень и не собирался останавливаться. – Просто по-другому никак… – пробурчала себе под нос Мати.

В этот момент Эдмону пришлось убрать руку, потому что послышался щелчок, после которого специальные крепления опустились, слегка прижав молодых людей к сидениям. Через некоторое время к ним подошёл парень в зелёной футболке с вышитым на ней логотипом парка. Молодой человек зафиксировал дополнительный ремень безопасности и, слегка подёргав за крепления, удалился.

– Можно подумать, это может кого-то спасти, – Принц усмехнулся, рассматривая не вызывающий доверия карабин.

– Ну, знаешь, – со знанием дела произнесла Матильда, явно довольная, что молчание наконец прервано. – Электроника – дело ненадёжное… – на этой фразе Эдмон вдруг резко поднял глаза на девушку. – «Она издевается?» – Мало ли… – продолжила она, будто не замечая его реакции. – А вот такой простой вариант точно не откажет! – любительница аттракционов ободряюще улыбнулась. – Не переживай, нормально всё будет!

– Я и не переживаю! – ответил Эд, чувствуя, как кабина начинает вращаться вокруг своей оси. – «Ну, вестибулярка, держись!»

С каждой секундой кабина раскручивалась всё быстрее, к тому же она начала раскачиваться, и на одном из виражей их перевернуло вверх ногами. Матильда была в восторге: вскрикнув от неожиданного поворота, она отпустила руки и засмеялась, наслаждаясь секундным чувством невесомости. У Эдмона же дела обстояли иначе: юноша ненавидел это чувство – казалось, что внутренности вдруг перемешались и прилипли к лёгким. Кроме того, из-за скользкой поверхности сидения создавалось впечатление, что он вот-вот выпадет из кресла, и парень изо всех сил впился пальцами в пластмассовый ограничитель.

«Сколько ещё это будет продолжаться? – перед глазами всё мельтешило и прыгало, и Принц предпочёл бы просто зажмуриться, но он не мог позволить себе показать слабость. – Оператор что, забыл про нас?!» – наконец Эд почувствовал, что амплитуда раскачивания и кружения уменьшается, и через несколько мгновений кабинка остановилась.

– Жаль, что время катания всего три минуты! – вздохнув, Матильда отстегнула карабин и подняла удерживающую конструкцию.

– Да, жаль! – процедил Эдмон, борясь с подкатившей тошнотой.

«Если бы мы кружились пять, всё заиграло бы совершенно другими красками», – с трудом разжав отёкшие от перенапряжения руки, он тоже отцепил карабин.

– Надо будет сюда ещё раз заглянуть! – спускаясь по железным ступеням, Мати всё никак не унималась.

– Парк большой. Если время останется, – ответил Принц без особого энтузиазма.

«Только через мой труп… Остаётся надеяться, что остальные карусельки не такие резвые. Насколько я помню, этот был одним из самых… – Матильда, буквально тащившая его за руку, резко остановилась и с нескрываемым восторгом указала куда-то вверх, – выносящих… – на высоте нескольких десятков метров, крутясь, то поднималась, то резко опускалась конструкция, состоящая из нескольких «лепестков», на концах которых висели люди. – Давно я не был в этом парке», – подумал Эд, примерно представляя, какие ощущения ему предстоит испытать.

– Это «Ромашка»! – Мати уже тянула Принца к началу длинной очереди. – Установили не так давно, вместе с новыми горками, «НЛО» и «Камикадзе».

– «Камикадзе» звучит интересно, – выдавил Эдмон, понимая, насколько погорячился, согласившись устроить свидание в парке.

В течение двадцати мучительных минут, пока пара стояла в очереди, Эд смог оценить весь масштаб предстоящего «веселья» – Матильда выцепила где-то брошюру, в которой красовались самые умопомрачительные аттракционы парка. «Новые горки» представляли собой набор головокружительных петель, спиралей, крутых подъёмов и ещё более крутых спусков. «НЛО» оказался огромной таблеткой, по окружности которой усаживалось человек тридцать. Эта штуковина, подвешенная за центр, судя по описанию, раскручивалась вокруг своей оси и раскачивалась до того момента, пока люди не оказывались вниз головой. Из буклета было понятно, что на «Пилоте-смертнике» пассажирами выстреливают из катапульты… И отделяют вас от смерти только несколько тросов, пара стоек да прозрачная сфера (не внушающая вообще никакого доверия).

Помимо описания новых и старых каруселей в проспектике была размещена оформленная в мультяшном стиле карта.

«От такой пестроты у эпилептика припадок может случиться, – раздражённо отметил про себя Эдмон, не забывая при этом улыбаться и кивать Мати, которая с упоением обрисовывала ему намеченный маршрут, водя пальцем по треклятой бумажке. – Чёрт дёрнул предложить ей самой выбрать место свидания…»

* * *

Они ходили по парку второй час. Хотя уже стемнело, народу лишь прибавилось. На горящие повсюду разноцветные огни, как мотыльки на свет, слетелись влюблённые парочки. Они расселись по укромным скамеечкам среди ярких клумб и аккуратно постриженных кустов, в уютных кафе, у фонтанов… Одним словом, романтика (на которую рассчитывал Эдмон и которую не спешила разделить Матильда, целенаправленно идущая к «Камикадзе»).

Пара уже успела прокатиться на многих аттракционах. Это было похоже на бесконечный марафон: как только они покидали один, Мати тут же неслась к следующему, не давая Принцу ни секунды, чтобы прийти в себя. А передышка ему не помешала бы.

«Боже, если я сейчас хоть что-то не предприму… – Эд в панике пытался придумать варианты, пока они не добрались до кульминации программы, однако в голову лезли только мысли о том, к чему всё идёт, – это точно кончится моим позором!»

Впереди уже показалась «рогатка», когда Матильда вдруг остановилась у миловидного старого аттракциона, представляющего из себя голубой чайный сервиз. В центре стоял высокий чайник, овитый росписью синих роз, а вокруг были расставлены такие же нарядные чашки.

– О-о-ох, – вздох ностальгического умиления вырвался из груди Мати. – Давай прокатимся? – воскликнула она, переведя взгляд на Эдмона.

– На этом? – Принц с недоверием посмотрел на аттракцион, а затем на свою спутницу. – «Нехорошее у меня какое-то предчувствие…»

– Угу… – замялась она. – Он старенький и не особо интересный, но…

– Пойдём, конечно, – мягко улыбнулся он и поцеловал Мати, понимая, что полёт смертников откладывается. – «Никаких поворотов вверх ногами, встряхиваний, падений и тем более выстреливаний живыми людьми! Спасение!»

Они прошли в одну из свободных чашек. Устроившись на светло-голубой слегка обшарпанной сидушке, к которой не прилагалось никаких ремней, креплений и даже подлокотников, Эдмон окончательно расслабился: если их нет, значит всё здесь будет двигаться с черепашьей скоростью и ничто ему не угрожает. Матильда зашла вслед за ним и сама закрепила цепочку. Закрыв таким образом вход, она села напротив и сразу же взялась обеими руками за небольшое колесо, прикреплённое к шесту, который уходил куда-то вниз и не был прикреплён к чашке. По крайней мере, к её дну точно.

Как только аттракцион, слегка скрежеща, пришёл в движение, в глазах Мати сверкнул озорной огонёк, который Принца насторожил.

«Что-то тут нечисто…» – не успел он закончить мысль, как девушка стала со всей силы поворачивать колесо, тем самым раскручивая саму чашку.

Теперь, вращаясь по основному кругу, они стали крутиться ещё и вокруг своей оси, причём с такой скоростью, что ещё на первых виражах вжатый в стенку чашки Эдмон понял: быть беде. Всё вокруг слилось в один сплошной цветастый вихрь, юноша попытался сфокусироваться на Матильде, чтобы хоть немного успокоить взбесившийся вестибулярный аппарат, но не помогло. Эда уже трясло, руки и ноги стали ватными, а внутренности, казалось, скрутились в один комок, который, не переставая, пытался вырваться наружу.

Когда пытка всё же завершилась, Принц с трудом поднялся на ноги. Тело не слушалось, но надо было спешить, потому что никакие средства уже не могли удержать то, что пыталось вырваться из него ещё с покатушек на «Шейкере». Покачиваясь, как после славной пьянки, Эдмон быстро (насколько позволяли подкашивающиеся конечности) направился к выходу. Однако уйти достаточно далеко не удалось – его стошнило в близлежащие кусты розовой гортензии, где юношу тут же догнала Мати.

– Ой-ёй, – она погладила по спине всё ещё согнутого в три погибели Принца. – Погоди тут.

«Позорище… Как после такого ей в глаза смотреть? – парень снова почувствовал приступ тошноты, – соберись, тряпка… – это произошло опять как раз в тот момент, когда Матильда вернулась с большой бутылкой минералки и упаковкой влажных салфеток. – Пристрелите меня!» – Матильда остановилась в нескольких шагах от него, делая вид, что не замечает происходящего.

– Прости, – когда перфоманс завершился, Эд всё-таки собрал волю в кулак и подошёл к Мати. – Это отвратительно, я всё испортил, – ему было противно и… стыдно, ужасно стыдно. Будто вернулся в тот день много лет назад, когда его вырвало прямо на карусели, и дети смеялись, фукали и тыкали в него пальцами…

«Позорище!»

– Не за что тут извиняться! – Матильда ободряюще улыбнулась, протягивая салфетки и воду. – Тебе нужно было сразу сказать, что не любишь такие развлечения! – в её взгляде читались лишь забота, понимание и сочувствие… Эдмон не увидел ни намёка на отвращение или брезгливость, и это его поразило.

– Спасибо… – искренне поблагодарил юноша. Он обтёр лицо влажной салфеткой и сделал пару больших глотков холодной минералки, от чего сразу стало легче.

– Пойдём, тебе нужно немного отдохнуть, – пара прошла несколько метров и устроилась на одной из свободных скамеек. – Ну, – Мати первая нарушила тишину, – рассказывай.

– Рассказывать что? – из-за неожиданного вопроса Эдмон поперхнулся водой. – «Может, обойдёмся без расспросов?»

– Почему ты такой упёртый? – Харкер сделала строгий вид. – Почему не признался сразу, что тебе плохо из-за аттракционов, когда я сказала, что со мной не надо быть идеальным? – она вскинула брови и попыталась подавить улыбку. – Детский сад, блин!

– Я не хотел, – Принц замялся, – чтобы ты разочаровалась… во мне.

– Дурак ты! – Матильда ткнула пальцем ему в лоб. – Как себя чувствуешь? Прошло?

Эд кивнул в ответ. Ему вдруг стало очень легко.

– Вот и хорошо, – продолжила Матильда. – А то я распереживалась… Это же легендарный «Блевотрон»! – последнее словосочетание она произнесла, торжественно вскинув вверх руки.

– Прости, что? – Эдмон подумал, что ослышался.

– Бле-во-трон, – повторила Мати. – Все дети знают, что отсюда мало кто выходит чистеньким!

– Видимо, не все… – вздохнул Эд и, понимая, что его снова подвела самоуверенность, рассмеялся.

Взгляд Люси

– Это было правда неожиданно… Но речь вроде шла о свидании, а не о марафоне! – Люси, стараясь не отставать от несущегося по парку Влада, пошла быстрее. – «Хорошо, что босоножки на танкетке обула, а то точно бы ногу сломала!» – Влад проигнорировал замечание раздражённой девушки и продолжил идти. – «Так, соберись, он наконец-то проявил инициативу! Будь терпимее, ты так этого ждала!» – Ты вообще меня слушаешь?! – остановившись у лавки со сладкой ватой, она топнула с досады. – «О да, терпимость в полный рост!»

Владислав прошёл ещё несколько метров, прежде чем остановиться. Решив, что её замечание подействовало, Люси поправила съехавшую от быстрой ходьбы лямку джинсового комбинезона и, победно улыбаясь, подошла к юноше. Однако улыбка мгновенно сошла с губ, когда перед глазами возникла причина остановки: около призового тира, обвешанного всевозможными мягкими игрушками, она увидела сначала Эдмона, а затем и Матильду.

«Твою мать! – чуть не выругалась вслух красотка. – Решил использовать меня?!» – ущемлённое самолюбие требовало возмездия, но Влад вдруг взял девушку за руку, что застало её врасплох.

– Пойдём поздороваемся, – предложил он, притягивая Люси поближе.

«Как же, “поздороваемся”. Решил показать этой чокнутой, что не скучаешь! – последняя мысль мгновенно сгладила недовольство. – Вот и отлично! Пусть знает своё место!»

– Пойдём! – бросив быстрый взгляд на витрину магазина, девушка убедилась, что пышные косы не растрепались и выглядит она безупречно. – «Ну и что, что это лишь игра… Сегодня притворство, а завтра…»

– Ой, Матильда, привет! – воскликнула Люси и, придав своему лицу удивлённо-восхищённое выражение, будто встретила старую хорошую знакомую, чмокнула опешившую Мати в щёку. – Вы тоже решили устроить романтический вечер? – обратилась она к Эдмону, понимая, что Влада такое радушие застало врасплох.

– Да, мы решили, – ответил Принц, выделив интонацией слово «мы».

Люси замолчала, передавая инициативу в руки своего спутника, который только кивнул в знак приветствия.

«Мне вообще всё делать самой?»

– Раз уж произошла такая неожиданная встреча, может, устроим двойное свидание? – как можно беззаботнее предложила чирлидерша.

– Ну даже не знаю, – подала голос Мати, глядя на Эда так, будто пытается передать ему некий сигнал.

– Почему бы и нет, идея неплохая, – ответил тот, как всегда непринуждённо улыбаясь. Матильда вздрогнула, она явно ждала не такого ответа.

«Похоже, твоё скрытое послание не было расшифровано… или же было попросту проигнорировано».

– Не переживай, – полушёпотом продолжил Принц, обращаясь к своей девушке. – Это не помешает нам отлично провести время, – и, видимо, чтобы утешить, поцеловал её.

– Заканчивайте телячьи нежности! – наконец подал голос Влад и, глядя прямо в глаза кузену, усмехнулся. – Пойдёмте лучше покатаемся на горках!

Люси на секунду показалось, что Эд напрягся, но это её интересовало сейчас меньше всего.

«Свихнулся, что ли? Горки!» – ей эта идея абсолютно не улыбалась, но девушка решила не подавать виду, по крайней мере, пока.

– Ой, нет! – Матильда, почему-то занервничав, затараторила. – Я совсем такие аттракционы не переношу. Мне так плохо потом! – она виновато улыбнулась. – Потому я и не хотела к вам присоединяться, у нас явно разные понятия о веселье. Плюс ко всему, мы хотели пострелять…

«Надо же, хоть какая-то от тебя польза!»

– На самом деле от экстрима я тоже не в восторге, – вклинилась в затянувшееся объяснение чирлидерша. – Тут и без этого много всего интересного!

– Я думал, мы заодно! – не выдержал Владислав, которого явно задело поведение Мати, а вовсе не Люси.

– Да ладно тебе, милый, – красотка чмокнула его в губы и, взяв за руку, подтащила поближе к тиру. – Постреляем, выиграешь мне какой-нибудь милый пылесборник! – она небрежно провела рукой по огромному розовому медведю.

– Здравствуйте, ваш браслет даёт три попытки. В каждой у вас будет двадцать выстрелов, – тут же начал заученное объяснение служащий парка. – Начиная от пятнадцати попаданий в одной попытке можете выбрать приз из сектора А, – он указал на небольшие плюшевые брелоки в виде разных зверей. – Двадцать попаданий за одну попытку, – подчеркнул снова он, – дают вам возможность забрать любую игрушку, кроме нашего Биг Бро, – он ткнул пальцем в розового мишку.

– И что нужно сделать, чтобы выиграть этого парня? – перебил мужчину Влад.

– Чтобы выиграть Бро, нужно закрыть все три попытки без промахов, – глядя именно на Владислава, закончил объяснение тот. – Ружьё активируется автоматически с помощью браслета. Желаю удачи! – добавил он, фальшиво улыбаясь.

– Готовь медведя! – Владислав выхватил оружие из рук служащего. – И как вы ещё не разорились? – казалось, попасть в достаточно крупные мишени в виде птиц и животных легко, но, как только парень коснулся приклада браслетом, все они пришли в движение.

– А вот это уже поинтереснее, не так ли? – усмехнулся Эдмон.

– Посмотрим ещё! – фыркнул младший брат, прицеливаясь.

Первая попытка, мягко говоря, не удалась. Влад поразил всего пять мишеней, остальные пульки улетели «в молоко». Вдобавок все пристально наблюдали за его успехами, а Эд комментировал практически каждое движение кузена, что того, явно, раздражало, и с каждым выстрелом Владислав становился всё мрачнее.

– Ну, бывает, что уж, – заключил Принц, понимающе улыбаясь, и подошёл поближе к стойке, на которую опирался локтями Влад.

– На, – резко развернувшись, он вручил Эдмону ружьё. – Сам попробуй!

– Да ладно тебе! – «Что психовать-то по глупостям?» – Люси положила руку ему на плечо, но Влад тут же стряхнул её.

– Не лезь! – достаточно резко заявил он. – Это не твоё дело!

«Опять за старое! – девушке захотелось уйти. Чувство, что она присутствует на дуэли, не покидало её, только вот прекрасной дамой была другая. – Сучка, как же ты бесишь! – отходя от тира вслед за «кавалером», она бросила взгляд на Мати, которая предпочла проигнорировать недовольство Владислава и уже делала пробные выстрелы под чутким руководством своего парня. – Почему, почему ты не можешь быть таким же заботливым? – ей снова стало обидно и горько. Люси правда не могла понять, чем она хуже какой-то простушки. – Нет уж, я не отступлю!» – убедив себя в который раз, что причина всех её неудач с Владом – Матильда, девушка твёрдо решила показать, кто тут кому принадлежит.

– Нужно поговорить! – заявила она вполголоса и жестом предложила парню отойти подальше.

Взгляд Владислава

– Попытаешься поднять мне настроение как в клубе? – кинул небрежно Владислав, смотря на Люси как на пустое место. Он чувствовал себя плохо и предпочёл не бороться с желанием испоганить настроение кому-то ещё.

– Знаешь что… – она вспыхнула, в голосе зазвенело возмущение. – Если злишься на Матильду, не надо изливать потоки говна, предназначавшиеся ей, на меня, это во-первых! – Влада такое откровение застало врасплох, он даже не успел придумать, что ответить, когда девушка продолжила: – А во-вторых, я не идиотка и прекрасно понимаю, что пригласил ты меня не из большой любви, а чтобы заставить ревновать эту… звезду! – последнее слово она процедила сквозь зубы, сдерживая ругательства. – Но с высоты своей охренительности ты вряд ли вообще что-то понимаешь в отношениях и тем более в женщинах! – Владислав хотел было возразить, но Люси нагло его перебила и продолжила отчитывать: – То, что ты вертишься вокруг с недовольной физиономией, никоим образом не влияет на настроение тех двоих! – она разошлась не на шутку. – Следуй своему же плану или пойдём уже отсюда!

Задумавшись, Влад кивнул. Не то что бы её тирада произвела неизгладимое впечатление, просто он посчитал замечание резонным. Наверное, впервые за всю свою жизнь не ответив «комплиментом на комплимент», юноша решил не препираться, а прислушаться:

– И что предлагаешь, обхаживать тебя, как Эд Мати?

– Ну хоть на пальцах не надо объяснять! – всплеснула руками всё ещё раздражённая Люси. – Только уж лучше предоставь инициативу мне, от тебя требуется только не брыкаться! – она взяла его ладонь и, мгновенно изменив интонацию, проворковала: – Будь умницей.

– Не наглей! – рыкнул парень, по привычке одёргивая руку.

– Именно об этом я и говорила!

– Ура-а-а! – восторженный визг Матильды заставил Люси обернуться. – Могу выбрать любого, да? – судя по всему, Эдмону всё-таки удалось поразить достаточное количество мишеней.

– Пойдём уже, – Владислав сам взял чирлидершу за руку, и они подошли обратно к тиру.

– Пообщались, голубки? – как бы между прочим кинул Принц, прицеливаясь.

– А вы, я вижу, времени не теряли! – проигнорировав замечания Эда, Люси подошла к Матильде, которая копалась в брелоках, решая, какой взять. – Значит, ты всё-таки поразил пятнадцать целей!

– Вообще-то, – ответил Эд, сбивая одну из мишеней, – это Матильда, – он несколько смущённо засмеялся.

«Это что? Гордость? Смущение? Что это за идиотское выражение лица?» – Лажа, – вырвалось у Влада. – Проиграл своей же девушке.

– А мы не соревновались, – произнёс Эдмон, возвращаясь к стрельбе. – Это называется тимплей, – сосредоточившись, он начал стрелять достаточно быстро и без промахов. – Осталась одна, – выдохнул он и последним выстрелом сбил чёрного волка.

– Позёр! – процедил Владислав, делая шаг вперёд и натыкаясь на Матильду, которая как раз шла к Принцу. – Прости, – выдавил он, отступая.

– Ничего, – ответила девушка, не оборачиваясь.

«Даже не посмотрела на меня…»

– Вот! – Мати держала в руках небольшого светло-серого волка с огромными тёмно-синими глазами. – Это тебе!

«Какая прелесть, сейчас блевану! Ему на хер не упала эта фигня! О каких отношениях вообще может идти речь, когда она даже не знает этого говнюка?»

– Очень мило, спасибо, – Эд вытащил из кармана брюк ключ от своей машины и прикрепил на него плюшевое животное. – Будет память о свидании, – прокомментировал он, демонстрируя ключ Матильде, которая, слегка покраснев, довольно заулыбалась.

«Тьфу, какая убогая показуха…» – Влад еле удержался от нелестного комментария.

– Но и я в долгу не останусь! – улыбнулся Принц в ответ, потянулся к игрушкам, висевшим под разноцветной вывеской, и снял бежевого котика-подушку с большим красным сердечком на пузе.

– Ты чего? – зашипела Мати. – Их же нельзя просто так брать!

– А ты не видела? – спросил удивлённо Эд и добавил с изрядной долей гордости. – Я поразил все мишени за один раз! Не мог же я оставить свою девочку без подарка! – лицо Матильды тут же стало ярко-красным.

– Может, пойдём уже отсюда? Или вы решили до закрытия парка тут проторчать? – ситуация Владислава вымораживала: Мати его игнорировала, Эдмон раздражал, а Люси, которая только и делала, что висла на нём, порядком надоела. Но, хотя юноша уже несколько раз пожалел, что поддался эмоциям и приехал в долбаный парк, теперь нельзя было отступать.

– Ну, если вы не хотите пострелять, то пойдём, – ответила Матильда, прижимая к груди игрушку. – Мы все попытки истратили.

– Я как-то с оружием не очень, – тут же вклинилась Люси. – Да и призы все эти… – она брезгливо поморщила нос. – Пойдёмте лучше на колесе обозрения покатаемся.

По дороге к аттракциону между ребятами наконец завязался разговор о ближайшей кинопремьере, в которой каждый, как оказалось, нашёл для себя что-то интересное, и обстановка наконец-то улучшилась. Эдмону даже удалось уговорить их сделать пару фото на фоне мерцающего разноцветными огнями колеса. Однако на этом всё дружеское общение закончилось. Чтобы не портить друг другу «романтическую обстановку», было решено, что первыми поедут Мати и Эд, а Влад и Люси сядут следом. В открытой кабинке, украшенной фонариками под стать всему парку, Владислав и Люси поднимались всё выше в полной тишине – романтикой тут даже не пахло. Девушка лишь подвинулась чуть ближе к Владу – на высоте весенняя прохлада чувствовалась сильнее, – но больше ничего предпринимать не стала.

Вид на светящийся миллионами огней город завораживал.

«Действительно удачное место, чтобы провести время с любимым человеком…» – Владислав, не задумываясь, посмотрел вперёд – и как раз в этот момент кабинки расположились таким образом, что можно было видеть соседей. Эд сидел вполоборота к Мати, на её плечи был накинут пиджак… Даже в тусклом свете фонарей, подвешенных к зонтику, было заметно, как пылают её щёки. – «А этот, я вижу, времени не теряет – пользуется моментом, грёбаный джентльмен!» – что-то щёлкнуло у него в голове, когда ладонь Эдмона скользнула по щеке девушки.

Словно почувствовав на себе прожигающий взгляд, Матидьда тут же отстранилась. Влад сразу понял, что она заметила их… Развернувшись так, что кабинка закачалась, Владислав впился в губы Люси. Он и не сомневался, что тут же получит ответ на свой порыв, но девушка сделала даже больше: ухватившись за одну из «спиц» зонта, она подтянулась, а затем, перекинув ногу, села на парня верхом. Подыгрывая, Влад откинул одну из её кос и начал целовать шею.

Но узнать мнение «жюри» ему не удалось, когда он поднял глаза, впереди уже никого не было:

– Слезай давай! – процедил разочарованно он, облокачиваясь на спинку пластмассового кресла.

– У нас ещё есть время, может, всё-таки продолжим? – игриво промурлыкала Люси и потянулась к его губам.

– Я сказал, слезай, пока я тебя не скинул!

* * *

Последним пунктом «двойного свидания» был замок ужасов, представляющий собой не просто банальный набор комнат с глупыми чучелами и резкими пугающими звуками, а лабиринт со множеством потайных коридоров, тупиков и прочих прелестей. Ассистентка на входе предложила компании разбиться на группы и устроить небольшое соревнование. Матильда тут же зацепилась за эту идею и, схватив Эдмона за руку, буквально понеслась в одну из четырёх дверей.

– Пойдём за ними, – Влад прошёл к тёмно-фиолетовой двери, за которой только что скрылась парочка.

– Знаешь что?! Мне надоело! – Люси, которая после колеса обозрения была, мягко говоря, не в духе, не выдержала. – Да, я знала с самого начала, что ты меня используешь, но нельзя же поступать вот так!

– Как? – нетерпеливо спросил Влад.

– Как только она не смотрит, отшвыриваешь меня… И… – у неё навернулись слёзы, но девушка тут же сморгнула их, – я терпела твоё отношение, твои резкие смены поведения, но гоняться за этой курицей не собираюсь! – Люси глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. – Я ведь тоже живой человек, у меня есть чувства…

– А чего ты хотела? – безразличным тоном перебил он.

Девушка ничего не ответила, лишь одарила Влада взглядом, полным горечи и обиды. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Люси модельной походкой покинула замок.

«Ну и пожалуйста, не сдалась твоя помощь, бесполезная!» – Владислав открыл дверь и зашёл в плохо освещённую комнату. Низкий потолок, с которого свисали гибкие трубки, светящиеся в ультрафиолете, заставил юношу пригнуться. «Чёрт, и кто это придумал?» – он прошёл вперёд – тупик.

Понимая, что где-то есть потайная дверь, Влад стал обшаривать стены, и одна из панелей действительно поддалась.

В следующей комнате находиться оказалось ещё более неприятно – лампы моргали, вызывая дезориентацию, а в темноте были видны пятна крови, нанесённые флюоресцентной краской. Всё это усугублялось неприятными звуками, а когда Влад развернулся, то увидел в углу серое существо с окровавленными длинными пальцами, острыми клыками и огромными чёрными глазами. Владислава было трудно чем-то напугать, но даже ему стало не по себе. Искать выход из этого помещения долго не пришлось – здесь дверь выглядела как дверь. Но как только он прошёл в следующую комнату, вход за ним захлопнулся. Оказавшись в кромешной тьме, юноша догадался без проверки, что назад ему уже не вернуться.

– Ну ладно, – Влад обычно не разговаривал сам с собой, но тишина этой комнаты напрягала. – Главное, на что-нибудь не наткнуться… – парень вытащил телефон и включил фонарик: помещение оказалось узким (всего полтора метра в ширину), с чёрных стен и потолка свисала паутина. – Интересно, это реквизит или они просто тут не убирают? – усмехнувшись, он прошёл дальше. Коридор кончался обрывом. Это ещё что? – посветив телефоном, Владислав увидел внизу измазанные кровью камни. – Вы серьёзно? Булыжники? – искать другой путь уже не хотелось, и он предпочёл просто спрыгнуть, тем более высота была каких-то пару метров. Приземлился он на что-то мягкое – всё-таки проникнувшись атмосферой места, он и забыл, что это аттракцион, и никто бы не стал рисковать жизнью людей – камни были сделаны из поролона. – «Должен признать, это прикольно…» – однако выбраться из ямы оказалось не так-то просто: ноги проваливались, упереться было не на что, и даже просто перевернуться оказалось задачей не из простых. Провозившись в поролоне несколько минут, Влад всё-таки добрался до верёвочной лестницы, ведущей к светящемуся в темноте проходу.

Юноша оказался в коридоре со множеством дверей и ответвлений, как он вскоре понял, это и была основная часть лабиринта, напоминающего переплетение тоннелей пещеры. Сколько он бродил по этим проходам, сколько открывал потайных дверей и сколько раз прошёл по кругу – сказать было сложно. Но уже очень скоро, мысль «Как разыскать Матильду?» сменилась мыслью «Как отсюда выбраться?».

«Похоже, тут я уже был… – Владислав остановился, осматривая всё вокруг. – Чёрт, нужно ещё раз проверить, может, тут есть лазейки…» – медленно продвигаясь, он стал с силой толкать стены. Внезапно, чуть не врезав Владу по лицу, бетон поддался, открыв проход.

– Ой! – резко вывернув из-за двери, Матильда с силой врезалась в юношу.

– Мати?! – он инстинктивно подхватил девушку за плечи, чтобы та не упала, но она тут же отстранилась. – Как ты тут… – Харкер отступила на пару шагов, увеличивая дистанцию между ними, было видно, что этой встрече она не рада.

– А где Эдмон?

– Он… – Мати вздрогнула, когда послышался лёгкий щелчок – закрылась потайная дверь. – Вот именно так мы и потерялись… – констатировала она, устало вздохнув.

– В смысле? – Владислав толкнул вставшую на место панель – безрезультатно. – Ясно… – «Похоже, судьба сегодня на моей стороне! – он не смог сдержать довольную улыбку. – Стоп. Ну нашёл я её… И что сказать? Ладно, слова сами найдутся, главное начать».

– Я бы не хотела искать выход вместе, – проговорила она, глядя мимо Владислава.

– Мати, я…

– Думаю, ты тоже, – отрезала девушка и, не дожидаясь ответа, пошла вперёд, но как только они поравнялись, Влад схватил её за запястье.

– Нам нужно поговорить!

– Мне казалось, мы уже обо всём поговорили, – она дёрнула руку, но Владислав только крепче её сжал. Повисла тишина. – Ну и? – как-то обречённо вздохнула Матильда.

Глядя в широко распахнутые глаза, Влад вдруг понял, что не может отпустить её.

«Мне тяжело видеть вас вдвоём, я… хочу быть на месте Эдмона», – слова вертелись на языке, но произнести их никак не получалось.

Тогда вместо этого в порыве захлестнувшего чувства он заключил девушку в объятья и поцеловал. На секунду Матильда подалась вперёд, словно это было именно то, чего она хотела… но тут же отпрыгнула от Влада, как от раскалённой плитки.

– Зачем ты это делаешь? Хочешь улучшить свой рекорд и поиметь двух девушек не в один день, а в течение одного часа? – её глаза загорелись.

– Ты вообще о чём?

– Я видела ваши развлекушки на колесе! – проговорила она с горечью. – Не смей прикасаться ко мне! Я теперь с Эдмоном! – последняя фраза, кинутая будто машинально с целью утешения самой себя, взбесила Владислава.

– Глупая, он же просто играет с тобой!

– А ты? Разве ты не играл? – она смахнула выступившие вдруг слёзы. – Он меня не предавал, в отличие от некоторых!

– Конечно, много ты знаешь! – «Пора открыть ей глаза!» – Послушай…

– Твоя опека мне не нужна! – заявила она резко. – Катись к своей красотке! Или она кинула тебя, наконец-то поняв, что ты из себя представляешь?! – Харкер снова попыталась уйти, но Влад преградил дорогу и опять схватил за руку. – Отпусти, я сказала!

– Да мне плевать на неё! – выпалил юноша, удерживая Мати. – Перестань! Я не могу тебя вот так отпустить!

– Отпустить как? Что тебе мешает? – она перестала вырывать руку и снова посмотрела ему прямо в глаза. – Разве что-то изменилось с прошлого раза?

«Изменилось, я многое понял теперь… – он беззвучно шевельнул губами. – Почему так сложно выразить то, что чувствуешь?»

– Почему ты не можешь меня отпустить? – повторила Матильда, будто давая ему шанс, будто ожидая каких-то слов.

– Потому что… – Влад запнулся, – меня бесит, когда вы вдвоём, – буркнул он недовольно. – «Нет, не поэтому… Это не причина! Я просто сам не знаю почему… Неужели не видишь?»

– Ясно, – разочарованно выдохнула Мати, и её глаза погасли. – Я рада, что последовала твоему совету и теперь встречаюсь с Эдом, – она с силой вырвала руку из его ладоней. – Даже если он меня в чём-то обманывает, я лучше приму его ложь, чем буду очередной собачонкой, ждущей твоей благосклонности, – добавила она, направляясь к одному из проходов.

Оставшись в одиночестве, Влад бездумно побрёл в один из открытых проёмов. Он сначала злился на себя, на свою нерешительность и глупость… Но его ментальная иммунная система, отлажено работающая ещё с раннего детства, быстро выстроила сложную сеть доводов и опровержений, и в итоге юноша пришёл к выводу: Матильда сама должна была догадаться, что он хотел донести (хотя он и сам не до конца понимал, что именно это было). Вскоре Владислав уже был уверен, что сделал всё возможное и был просто несправедливо отвергнут.

Взгляд Матильды

«А как замечательно всё начиналось… Ну почему я такая дура?! Кода он поцеловал меня, всё будто перевернулось. Нужно было сразу дать понять, что для меня он пустое место, а не колебаться… Что же мне теперь делать? – по пути домой Матильда чуть ли не ревела, прокручивая в голове разговор и вспоминая момент поцелуя. Ещё и злилась на себя, ведь она позорно сбежала из парка, отправив Эду сообщение о плохом самочувствии. Девушка просто не смогла бы вести себя как ни в чём не бывало. Произошедшее заставляло сердце бешено колотиться в груди: ей было страшно. Страшно от того, что она снова запуталась, что она снова думает о Владиславе… – Вот бы Ния была рядом, она-то уж сумела бы вправить мне мозги».

Только оказавшись в нескольких метрах от коттеджа, Мати поняла, насколько близко её желание к исполнению. Она едва не ахнула от удивления, заметив припаркованный у крыльца мотоцикл.

«Как она узнала, что я вернусь раньше?» – немного приободрившись, Харкер вбежала в дом. Она ожидала обнаружить подругу в гостиной, однако там было пусто. Внезапно Матильда услышала приглушённые голоса, доносившиеся со второго этажа. – «Это Ния и… Хей», – даже не разобрав слов, она догадалась: те двое о чём-то спорили. Настолько резкой показалась интонация.

Собираясь выяснить, в чём дело, Мати направилась вверх по лестнице к комнате панды.

– Заткнись! Ты ничего не знаешь, поняла?! – девушка замерла, услышав срывающийся на крик голос друга. – Убирайся, пока я…

Матильда с трудом увернулась от внезапно распахнувшейся двери, которая едва не сломала ей нос. По другую сторону стоял Хей. Как только юноша заметил подругу, выражение его лица сменилось с разъярённого на какое-то испуганно-удивлённое. Для Нии, по всей видимости, приход Мати также оказался неожиданностью. Председатель явно собиралась продолжить выяснение отношений, но, заметив девушку, передумала. Вместо этого она поднялась со стула, на котором сидела, закинув ногу на ногу, и неспешным шагом покинула комнату.

– Что-то я засиделась, – проворковала Ли Уортли. – Пора и честь знать.

– Может, сначала объяснишь, что происходит? – опомнилась Мати.

– Прости, рыбка, тороплюсь… Пусть лучше он, – кивнула Ния в сторону парня, прежде чем уйти.

– Хей, – произнесла Матильда с надеждой в голосе.

– Пришла и прочитала лекцию на тему, что со мной будет, если продолжу динамить универ… В общем, ничего такого, – пробубнил он, закрывая дверь перед носом у обеспокоенной подруги.

– Хей, – повторила Харкер, стараясь говорить так, чтобы он слышал её из комнаты. – Я не навязываюсь… но очень хочу помочь… Просто не знаю как. Скажи, что мне сделать? – ответа не последовало. – Если захочешь поговорить… о чём угодно… я всегда выслушаю. Мы ведь друзья.

– Ты и правда считаешь меня своим другом? – раздалось из-за двери, когда Матильда уже собралась уходить.

– Разумеется! – воскликнула Мати, надеясь, что они наконец-то смогут поговорить по душам.

– Ты слишком добрая! Веришь всем подряд. А между тем, некоторые просто притворяются, они совсем… совсем не такие… Будь осторожна, – всё это юноша проговорил сквозь всхлипы.

– О чём ты? – Матильда была уже не на шутку перепугана душевным состоянием друга.

– Ох, совсем расклеился, уже сам не понимаю, что несу. Стоит как следует выспаться. Утро вечера мудренее, – спустя пару секунд произнёс Хей неожиданно бодрым голосом, однако дверь так и не открыл. – Может, завтра наведаюсь в универ… А то ведь и правда исключат. Прости, что заставляю переживать. Спокойной ночи.

– Спокойной, – только и сумела выдавить Мати, перестав вообще что-либо понимать.

Доплетясь до спальни словно зомби, Матильда рухнула на кровать. Чувствуя себя ещё более выжатой и подавленной, чем после неудачного завершения свидания, она решила последовать примеру одной известной книжной героини и подумать обо всём этом дерьме завтра.

14

Лигр, стерва и деревянный ящик

Взгляд Владислава

Выслушать доклады всей группы оказалось не такой простой задачей, как предполагал Рейвен, и процесс тянулся уже второй месяц. Молодёжь, порядком измученная подготовкой к экзаменам, получением зачётов и сдачей долгов, мягко говоря, не горела желанием тратить время на экологию планеты. Однако, несмотря на волну пререканий и возмущений, преподавателю всё же удалось заставить студентов присутствовать на защите всех презентаций. Хотя и пришлось пойти на шантаж (отсутствие зачёта – весомый аргумент).

– Итак, нам осталось выслушать несколько пар, – прикрыв жалюзи, чтобы лучше видеть презентации, Рейвен прошёл в аудиторию и сел за первую парту вполоборота, дабы следить, чем занимаются студенты во время защиты. – Начнём мы, пожалуй, с… – он провёл пальцем по списку, – Владислава и Матильды.

«Кто бы сомневался!»

– Её ещё нет, – мрачно ответил Влад с галёрки. – Вы же знаете… – парень с трудом сдержал рвущиеся наружу оскорбления. – Она вечно опаздывает.

– Ну что же, – вздохнул преподаватель, – тогда, кто у нас ещё…

Послышался робкий стук, после чего дверь приоткрылась: – Извините, – «Матильда Харкер собственной персоной!» – Я немного припозднилась… – девушка всё ещё мялась на пороге.

«Какого хрена она так разоделась?» – вид Мати почему-то взбесил Влада: бирюзовая юбка показалась вызывающей, словно знамя, напоминающее о походе в парк, а простая чёрная майка, которая заменила шифоновую блузу, по его мнению, слишком плотно обтягивала аппетитные формы девушки… – «Вырядилась! – раздражённо подумал парень, оглядывая Матильду с ног до головы и замечая, что вся аудитория тоже смотрит на неё. И хотя взгляды студентов не выражали особого интереса (это был скорее безусловный рефлекс: посмотреть на опоздавшего), Владу думалось, что учащиеся разделяют его негодование. – Специально напялила, чтоб меня позлить!»

– Ничего страшного, как раз ваша очередь отвечать! – Рейвен, не тратя времени попусту, указал девушке на деревянную трибуну.

Матильда прошла к тумбе, поставила небольшую тёмно-серую сумку на стол и, вставив флешку в ноутбук, без энтузиазма оглядела аудиторию.

«Меня ищешь? Надеешься, что не пришёл? – Владислав взял папку с докладом и, быстро пройдя между рядов, встал рядом с Матильдой. – Не дождёшься! Это ты не умеешь по-взрослому относиться к проблемам, а я…»

– Привет, – как ни в чём не бывало сказала девушка вполголоса, бросив на Влада короткий взгляд, и уткнулась в ноутбук.

Такое поведение задело Влада, ему было неловко находиться рядом с Мати, и в ответ он ожидал схожих эмоций.

«Ей всё равно? – мысль больно кольнула. – Может… Просто сейчас не время…»

– Ты готов? – теперь она даже не посмотрела в его сторону.

– Угу.

Матильда запустила презентацию. Изредка поглядывая в доклад, она комментировала содержание слайдов, а Влад всё смотрел на неё не отрываясь.

Эта девушка вызывала внутри бурю эмоций, которая швыряла беднягу из одной крайности в другую: ему безумно хотелось поговорить, выяснить, что она испытывает, думает ли о нём, и в то же время – спрятаться от непонятных чувств, которые буквально раздирали на части… Больно, но невозможно убежать, оставить эти мысли. Как болячка, которую ты сдираешь снова и снова. Знаешь, что будет неприятно, но руки сами тянутся…

– Ты собираешься продолжать или нет?! – прошипела Матильда, дёргая юношу за рукав тёмно-синего пуловера. Из аудитории послышалась пара смешков, и девушка, вспыхнув, добавила чуть громче, чем следовало: – Долго будешь пялиться на меня?

– Вот ещё! – тут же взорвался Влад. – Чего я тут не видел? – добавил он громко, демонстративно оглядывая её с ног до головы. – «Чёрт, вот кретин!»

Мати побелела и, как обычно с ней бывало в стрессовых ситуациях, не нашла, что ответить. Однако взгляд красноречиво передал все эмоции: обида, негодование и полнейшее разочарование…

Кто-то из студентов присвистнул, и вся аудитория зашепталась.

– Рты закрыли, – слегка повысив голос, Рейвен бросил на учащихся холодный взгляд и, поднявшись с места, прошёл к трибуне.

Студенты тут же замолкли, опешив, – никогда ещё они не видели профессора таким… Казалось, перед ними другой человек – даже осанка и походка изменились. Вместо тихого, мягкого учёного, податливостью которого молодёжь частенько пользовалась, перед ними предстал уверенный, серьёзный, строгий преподаватель.

– Вас, господин Уилкс, – проговорил мужчина строго, практически вырывая из рук Влада папку, – попрошу покинуть кабинет.

– А как же проект? – пролепетала почему-то испугавшаяся Мати.

– Думаю, вы прекрасно справитесь сами, – голос Рейвена стал более дружелюбным, но было ясно: возражений он не потерпит. – Я попросил вас выйти! – Владислав всё ещё стоял на месте, переваривая происходящее.

«Бред…» – юноша быстро спустился с трибуны, он был в бешенстве.

И не потому, что профессор выставил его из аудитории как школьника… Его просто вымораживало, что не он заткнул студентам рты, когда те смеялись и бросали неоднозначные взгляды на Мати… Не говоря уже о том, что он и был причиной всей этой ситуации.

Влад сорвал со спинки стула кожаную куртку и направился к выходу, стараясь не смотреть по сторонам. Он только спустился к первому ряду, когда Матильда продолжила презентацию.

– Не ожидала от Рейвена… – восхищённо прошептала соседу сидящая за первой партой блондинка. – Бросился на защиту студентки…

– Думаешь, на твою защиту тоже «бросился» бы? – ответил раздражённый мужской шёпот. – Сто пудов у них интрижка, походу, под этой юбкой побывало немало народу… – Владислав остановился рядом с парочкой как вкопанный, и болтливый студент тут же умолк.

«Да как ты смеешь, тварь?!» – ярость закипела в груди, и Влад еле подавил желание выволочь подонка из аудитории.

Матильда вдруг замолчала.

– Мати, продолжай, пожалуйста, – голос Рейвена неприятно резанул.

«Спокойно… Тут хватает защитников!» – Владислав с силой сжал кулаки, стараясь подавить злобу, и вышел из кабинета.

Взгляд Матильды

«Нет уж… Хватит на сегодня…» – после, мягко говоря, напряжённой защиты доклада Матильда морально вымоталась почти до предела.

Не желая больше оставаться в одном здании с Владом, она решила забить на следующие две пары и направилась куда глаза глядят, лишь бы подальше от всего этого. Однако импровизированная прогулка закончилась, едва успев начаться, когда Харкер, неловко махнув рукой, выбила из рук проходящей мимо студентки кипу листовок. Коротко кивнув в знак извинения и даже не посмотрев в сторону потерпевшей, Матильда хотела было двинуться дальше, когда её окликнули:

– Эй! Корова! – истерично заявил до боли знакомый голос. – Смотри, куда идёшь! А если уж не смотришь, то потрудись всё поднять! – уперев руки в бока, обтянутые бежевым трикотажным платьем, среди разбросанных листовок стояла Люси.

«Ну почему мне встретилась именно ты?» – раздражённо подумала Мати. – Сама подберёшь, не обломишься! – выдала она, не скрывая неприязни.

– Ой-ёй, – усмехнулась Люси. – Не в духе сегодня… И кто же испортил тебе настроение? – протянула она с притворным беспокойством.

– Не твоё дело, – огрызнулась Матильда, понимая, на что, а точнее на кого, намекает чирлидерша.

– Нет. Это как раз-таки моё дело! – она нагло улыбнулась. – Ты встречаешься с Эдмоном, а Влад принадлежит мне! – перешагнув через цветные листы, девушка приблизилась к Матильде. Глядя на неё сверху вниз, она добавила: – Ты поняла?

«Вот так, с места в карьер? Да мне плевать на Влада! Катитесь оба!» – Он разве твоя собственность? – «Боже, что я несу?!» – Что-то не заметила, чтобы он проявлял к тебе хоть какой-то интерес! – выпалила Мати, инстинктивно вытянувшись в попытке сравняться с возвышающейся на шпильках красоткой.

*It's a long walk and a music…* – в сумке заиграл телефон, и Матильда спешно достала его.

«Хей?»

– Наш разговор ещё не окончен! – взбешённая чирлидерша выхватила мобильник и нажала «Отбой». – А к кому же ему ещё, как ты сказала? – Люси сделала вид, что вспоминает фразу. – «Проявлять интерес»? К тебе?! – она ухватила соперницу за вырез майки и слегка дёрнула к себе. – Дурочка! – девушка неестественно расхохоталась. – Всё ещё тешишь себя надеждами…

*It's a long walk…* – Люси снова отклонила вызов.

– Это ты тешишь себя! – Матильда оттолкнула её руку. – Как ты правильно заметила, я встречаюсь с Эдмоном! Не моя вина, что у вас с Владиславом не клеится, – она глубоко вдохнула, злость и обида уступили место тревоге. – Верни мне телефон.

– Нет, ты должна мне доказать, что ты… – начала было Люси.

– Ты идиотка?! – не выдержала Мати. – Мне плевать на вас обоих! Вернула телефон, сейчас же! – её глаза пожелтели, и оппонентка поспешила выполнить «просьбу».

Забрав мобильник, Матильда тут же резко развернулась и направилась в сторону выхода. Свернув уведомление о том, что ей пришло сообщение, она набрала панду.

«Аппарат абонента выключен или находится…» – бесцветный женский голос заставил вздрогнуть.

«Хоть бы ничего не случилось, – в голову лезли дурные мысли. – Ты же только что хотел поговорить… – девушка набрала Хея ещё раз, но результат остался прежним. – Ну же» – она уже было опять поднесла телефон к уху, когда её осенило: «СМС!» – сбросив вызов, она тут же открыла «Входящие».

Пришло уведомление о голосовом сообщении. Не теряя ни секунды, она позвонила по нужному номеру:

«…для того чтобы прослушать сообщение, нажмите цифру один», – проинструктировала автоматическая система после короткого приветствия.

На мгновение отлепив смартфон от лица, Матильда на ходу открыла панель набора номера и, ткнув подрагивающим пальцем в единицу, быстро приложила мобильник обратно:

«Мати! – голос Хея срывался. – Мати-и-и… Я больше так не могу, – сквозь всхлипывания лепетал парень. – Прости! – Харкер остановилась на крыльце корпуса, её трясло. – Я не хотел… У меня… у меня не было выбора! Девчонки, они… они… – его рыдания смешались с боем часов, и Матильда инстинктивно посмотрела в сторону часовой башни, где совсем рядом с циферблатом стоял её друг. – Это я их… я… убил… – последние слова он прокричал уже совсем осипшим голосом. – Я виноват! Так виноват!» – сообщение оборвалось, а Матильда всё прижимала мобильник к уху словно окоченевшей рукой.

В ужасе она смотрела на Хея: на его заплаканное покрасневшее лицо, на опустевшие напуганные глаза, в которых тем не менее читалась какая-то безумная решимость… Ноги Мати будто приросли к земле, голос вдруг пропал. На губах застыл безмолвный крик: «Стой! Не надо!» Она успела лишь вскинуть руку, будто пытаясь удержать друга, когда он, оттолкнувшись от каменного аттика, полетел вниз.

Взгляд Эркюля

Небольшая кучка студентов занималась на стадионе лёгкой атлетикой. В основном это были юноши и девушки из университетской сборной, а также должники, ещё не получившие необходимое количество баллов для зачёта. Но были и те, кто, по сути, пришёл от нечего делать.

– Я в тебя верю, Вэр! – выкрикнул Эрик, сложив ладони наподобие рупора, когда его друг приблизился к барьеру.

Силясь перелететь планку, Вэртер оттолкнулся от беговой дорожки что было сил, прогнулся в воздухе так, как учил его до этого приятель, но высоты прыжка не хватило, и он упал на маты вместе с треклятой деревяшкой.

– Тебе этот норматив, походу, никогда не сдать! – Эркюль буквально согнулся пополам от смеха.

– Да и чёрт с ним! – плюнул Вэр в ответ. – Зачем я вообще здесь появляюсь, когда препод уже поставил зачёт… – он приблизился к Эрику, попутно поправляя задравшиеся спортивные брюки.

– Наверное, чтоб мне нескучно было! – юноша толкнул Вэртера в плечо. – А вообще, тебе полезно! – добавил он, уже разбегаясь для прыжка.

«Смотри, как надо, змеюка!» – перелетая через планку, он бросил снисходительный взгляд на друга.

– Выпендрёжник! – скрестив руки на груди и скорчив недовольную гримасу, Вэр практически дымился от возмущения. – Тот, кто рассчитывает все эти «нормативы», наверняка заплывший мышцами тупой качок…

– Заплывший мышцами! – передразнил Эрик, снова сгибаясь пополам в приступе хохота. – Ну ты сказанул!

– Я специально так сказал! – вспыхнул Вэртер. – И если ты не понял иронии…

– Да понял я, понял! – отмахнулся Эркюль, подставив лицо ласковому весеннему солнцу. «Прекрасный день!»

Нечеловеческий крик ворвался в голубой небосвод и застыл, оставив после себя пронзительную тишину. Он был настолько громким, что Эрику на мгновение показалось, будто это рядом, на площадке. В надежде определить источник звука, парень осмотрелся, но вокруг лишь студенты так же встревоженно оглядывались по сторонам.

– Кто-нибудь… – сорванный полный отчаяния голос донёсся откуда-то из-за корпусов. – Помогите!

Не теряя ни секунды Эрик, оставив позади Вэра, первым поспешил во внутренний дворик, откуда доносились теперь лишь приглушённые истеричные рыдания. Инстинкт подсказывал, что произошло нечто ужасное и не обошлось без звериных.

Вбежав на мощённую светлым камнем площадку, он резко остановился:

– Матильда… Ты… – подавляя приступ паники, он подошёл к притихшей сестре.

Девушка в ужасе смотрела на лежащее перед ней искалеченное ударом тело, на медленно растекающуюся по камням кровь, на свои окровавленные, дрожащие руки… Её прерывистое дыхание учащалось с каждой секундой. Когда она подняла взгляд на брата, Эрик отшатнулся:

«Что ты наделала, Мэтс… – красные, как раскалённые угли, глаза сестры заставили юношу на секунду подумать, что это она убила человека. – Нет! Это не ты! Ты не могла…»

В окнах корпусов стали появляться силуэты студентов, Эрик вздрогнул, ощущая на себе пристальные взгляды.

«Что они подумают, если даже я допустил такую мысль…»

В панике схватив сестру за руку, Эркюль с силой притянул её к себе, заставляя бежать с ним.

– Пожалуйста, держись! – удаляясь от места трагедии, парень судорожно соображал, куда можно отвести Мати, пока та ещё не потеряла себя. Мысли путались, в голову ничего не приходило. – «Нельзя просто нестись куда глаза глядят… Если отец узнает… Нужно срочно что-то придумать», – на бегу вытащив телефон из кармана спортивных шорт, он нашёл нужный номер и, свернув в тупик, остановился, дожидаясь ответа.

– Надеюсь, ничего…

– С Мати беда! – перебил юноша Нию на полуслове. – Мы в универе! Нужно срочно её где-то запереть!

– Бегите в новую студию записи – второй корпус, нулевой этаж, – тут же ответила председатель. – Где вы? Ты сам справишься?

– Мэтс пока вроде держится, – произнёс Эрик, бросив взгляд на трясущуюся сестру.

– Я всех оповещу, не теряй времени! – Ли Уортли сбросила вызов.

«Второй корпус… второй…» – выбегая из закутка, Эркюль молился, чтобы не столкнуться по пути со студентами, прогуливающими пары.

К счастью, нужный корпус был всего в нескольких минутах ходьбы – удалось добраться, минуя ненужные встречи.

Вбежав в здание и убедившись, что путь чист, юноша уже направился к лестнице, когда Матильда резко остановилась. Втянув воздух, девушка что-то почувствовала и, рванув в другую сторону, снова замерла, ожидая… Эрик попытался заставить Мати идти, но сестра, даже не взглянув на него, легко высвободила руку и с силой отшвырнула парня к стене.

Через несколько мгновений из-за угла вывернула причина странного поведения Матильды. Ничего не подозревающая девушка, погрузившись в изучение каких-то документов, шла навстречу смертельной опасности.

– Люси! – успел выкрикнуть оклемавшийся после удара Эркюль, прежде чем Мати кинулась вперёд.

Среагировав на оклик, чирлидерша подняла глаза и, вскрикнув от неожиданности, инстинктивно увернулась. Оставив на стене глубокие следы от когтей, Матильда по инерции пролетела пару метров и только потом остановилась, неотрывно глядя на Люси, которая уже бежала к Эрику:

– Какого чёрта тут происходит?!

– Вниз! Скорее! – видя, что сестра готова к новой атаке, он схватил Люси за руку и, прихрамывая, поспешил к лестнице. – Нужно заманить её на нулевой этаж! – на ходу объяснял Эрик, постоянно оборачиваясь.

Мати не отставала, но и не спешила нагонять, словно давая добыче фору.

Наконец спустившись на цокольный уровень, Эркюль вдруг остановился.

«Куда теперь?» – коридор расходился в противоположные стороны, выбрав не то направление, они оказались бы в тупике.

– Чего встал? – встревоженно спросила Люси, когда позади них послышалось утробное рычание.

– Где здесь студия звукозаписи?

– Да ты издеваешься! – возмутилась девушка, перехватывая его руку: теперь уже она потащила Эрика в нужном направлении. – А если бы я не знала? – причитала она. – Ты бы нас угробил!

В конце коридора надпись над серой металлической дверью гласила «Тишина! Идёт запись!».

– И что дальше? – спросила Люси, вбегая в небольшую контрольную комнату, заставленную недавно привезённой аппаратурой. – Мы что, просто будем сидеть здесь?! – включив свет, выпалила она.

– Думаю, нам нужно заманить Мэтс туда, – он указал на толстое звуконепроницаемое стекло, за которым располагалась ещё одна комната. – «Чёрт! Это тупик! Нам ничего не остаётся…» – два красных уголька появились в дверях, и Эрик, закрыв собой Люси, попятился назад, оттесняя её ко входу в смежное помещение. – Зайди и запрись, – проговорил он, останавливаясь.

– Не будь идиотом! – воскликнула Люси. – Один ты ничего не сделаешь! – зайдя в комнату, она не спешила закрывать дверь.

«И то верно…» – подавив гордость, Эркюль забежал вслед за ней.

С размаху захлопнув дверь перед самым носом сестры, Эрик судорожно шарил рукой в поисках фиксатора или щеколды.

«Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт!» – запоздалая догадка приступом тошноты подкатила к горлу. Пытаясь удержать дверь закрытой, он посмотрел на Люси.

– Ну что опять?! – в панике проверещала та.

– Она запирается снаружи… – обречённо прошептал юноша.

Очередной удар распахнул дверь сбивая Эрика. Потеряв равновесие, парень упал на пол прямо перед вошедшей в комнату Матильдой, которая просто перешагнула через него, не отрывая взгляда от перепуганной, вжавшейся в угол Люси.

– Мэтс! Стой! – юноша схватил её за ногу. Резко развернувшись, она наклонилась, вцепилась в горло брата и притянула его к себе. – Прошу, прекрати… – сдавленные связки не дали нормально произнести слова, но Эркюль не сдавался и продолжал хрипеть, пытаясь достучаться до сестры. – Докажи, что они не правы! Что ты можешь жить нормально!

На мгновение ему показалось, что искорка понимания промелькнула в глазах Матильды, но надежда тут же испарилась, когда в голову девушки прилетел табурет.

Взгляд Люси

– Эй, уродка неуравновешенная! – не сводя жёлтых глаз с противницы, Люси сняла туфли.

«Здесь я подыхать не собираюсь! Если Эрик сейчас отрубится, то у меня не будет ни единого шанса! Нужно дать ему время очухаться… – Мати разжала руку, и юноша, громко кашляя, осел на пол. – Уж в ловкости я ей не уступаю».

Развернувшись, Харкер в полпрыжка преодолела расстояние, разделявшее девушек, у Люси оставалась лишь доля секунды на реакцию. Улучив момент, красотка рванула вперёд и, как только поравнялась с Матильдой, нырнула противнице под руку, уклоняясь от удара.

– До моей скорости тебе далеко, корова! – девушка сделала кувырок и, самодовольно ухмыляясь, бросила взгляд назад… Мати там уже не было.

Мгновение, и огромной силы удар отшвырнул Люси в стену, к счастью, обитую звукоизоляционным материалом. Она попыталась подняться – от резкой, жгучей боли, пробившейся сквозь зашкаливающий адреналин, тут же бросило в жар, и чирлидерша инстинктивно прижала ладони к боку.

«Ч-что это…» – Люси опустила глаза: четыре ровных, будто нанесённых острейшим лезвием полосы рассекли её плоть от живота практически до поясницы. Трикотажное платье быстро окрашивалось в бордовый… Она ещё никогда не испытывала такого ужаса: боль, страх, отчаяние – всё смешалось в один крик.

Она кричала, пока в лёгких не закончился воздух, казалось, вместе с этим воплем тёмной кровавой жижей из неё вытекли силы и пусть напускная, но всё же решимость. Упёршись спиной в стену, девушка не пыталась бежать, сопротивляться – её трясло от потери крови, мутило от запаха…

«Неужели это всё?!» – по мере того как Матильда приближалась, страшная мысль всё громче звучала в голове.

Мати не торопилась, наслаждаясь моментом, будто понимая, чем дольше она тянет, тем больше мучает свою жертву… Наконец, подойдя к Люси, она с силой схватила противницу за предплечье, ломая кости. Девушка взвыла от очередного приступа боли, голова потяжелела… Люси казалось, что она падает в бездонный колодец, в глазах потемнело, последнее, что промелькнуло перед ними, – белоснежные, острые клыки…

* * *

– …должно помочь… Пока не приедет скорая… – как будто сквозь толщу воды до неё донёсся голос Марка. – Мы еле успели… Ещё пару ударов и… – зампред тяжело вздохнул. – Даже с нашей скоростью регенерации на восстановление понадобится неделя, а то и больше.

Люси с трудом открыла глаза: всё вокруг плыло, боль сковывала тело, было тяжело даже перевести взгляд, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться.

– Она в сознании! – голос Берти раздался откуда-то справа. – Боже, я так переживал!

«Он что, плачет? – Люси хотела что-то сказать, но попытка вызвала лишь приступ хрипящего кашля. – Не могу? Что происходит, почему… – в приступе паники она приподняла руку, пытаясь дотянуться до шеи. – Больно… Что со мной?»

– Успокойся! – перед глазами возник силуэт, судя по голосу, принадлежащий Марку. – Я еле остановил кровотечение, – юноша аккуратно уложил её руку на место. – Я введу препарат, чтобы тебе стало легче, но не говори ничего и не пытайся пошевелиться, – предупредил он, набирая в шприц розоватую жидкость.

– Тебе надо было идти на медика. И откуда ты всё это знаешь? – восхищённо произнёс Берти, наблюдая, как Марк добавляет в капельницу очередной компонент.

– Моя мать… – он почему-то запнулся. – Хорошо разбирается в лекарствах.

– О-о-о… – протянул Бертрам. – Нам повезло, что здесь оказалось всё необходимое.

– Никакого везения в этом нет, – отрезала Ния непривычно серьёзным тоном. – «Студия» создана Советом как раз для таких чрезвычайных ситуаций: пуленепробиваемое стекло, укреплённые двери, медикаменты… – председатель горько усмехнулась. – Я надеялась, что всё это никогда не понадобится…

Люси, которой действительно стало немного легче, смогла наконец обвести глазами помещение: они всё ещё находились в контрольной комнате, где почти ничего не поменялось, разве что несколько настенных панелей у изголовья узкой больничной койки, на которой лежала девушка, были сдвинуты.

В одной из образовавшихся ниш виднелись полки, заставленные всевозможными коробками, бутыльками, какими-то приспособлениями…

«Так Совет предполагал, что такое возможно, – она перевела взгляд на стекло, за которым не останавливаясь ни на секунду металась Матильда. – Что эта полоумная может кого-то покалечить!»

– Это всё из-за неё? – будто прочитав мысли Люси, Бертрам обратился к председателю.

– Не пори чушь! – откуда-то появившийся Владислав вклинился в разговор, не давая Нии ответить. – По их мнению, мы все представляем угрозу, а в свете недавних событий…

– Любой из вас мог оказаться на месте Мати, – закончила Ли Уортли, задумчиво кивая.

Послышалось несколько ритмичных коротких стуков в дверь, и председатель поспешила открыть. В проёме показались мужчины, одетые в синюю форму электриков. Быстрым шагом они прошли вглубь комнаты, поставили рядом с Люси внушительных размеров ящик и сняли крышку – пусто.

– Погодите, зачем… – Берти буквально остолбенел, понимая, к чему всё идёт.

Мужчины обступили койку с двух сторон. Прикрепив к краям кровати широкие ремни и ухватившись за них, они свернули складные ножки, и койка оказалась на весу, даже не шелохнувшись. Молча, под пристальными взглядами всех присутствующих, мужчины, сопровождаемые Марком, который нёс рядом капельницу, перенесли Люси к ящику и с поразительной ловкостью и быстротой опустили на дно.

«Что вы себе позволяете? – оказавшись в ящике, девушка не на шутку испугалась. Она чувствовала себя как в самом кошмарном сне, когда происходит что-то страшное, но ты не можешь позвать на помощь. – И что, всех устраивает такое развитие событий?!»

– Вы что, собираетесь закрыть её там?! – закричал Берти, хватаясь за край крышки, когда «электрики» подняли ту с пола. – Какого чёрта вы все стоите? – обратился он к присутствующим.

«Какая ирония… Единственный, кому есть до меня хоть какое-то дело…» – Люси по-своему оценила этот порыв.

– А что прикажешь делать? – спросил Владислав ледяным тоном, разжимая руку друга и оттесняя его к стене.

– Да почему, когда дело касается этой полоумной, все пытаются её прикрыть?! – вспыхнул Бертрам, выглядывая из-за плеча юноши в поисках одобрения. – Что в ней такого особенного?! – Вэр, Эрик и Марк никак не отреагировали.

– Дело не в ней, – строго произнесла Ния, – а во всех вас. Нельзя допустить, чтобы кто-то узнал, что произошло. И без того проблем хватает! – воскликнула она. – Как можно быть таким недалёким?! – развернувшись к работникам, председатель жестом приказала закрыть ящик. – Вы знаете, что делать.

«Да как они смеют так со мной обращаться?! – подумала Люси, когда в поле зрения снова появилась деревянная крышка с едва видимыми прорезями. Девушка попыталась что-то сказать, но это лишь вызвало очередной приступ неконтролируемых хрипов, тут же превратившихся в слёзы. – Отстаньте от меня! Где врачи?!» – сердце бешено билось, сквозь боль она попыталась подняться…

– Подождите! – вмешался Марк, который всё это время внимательно наблюдал за пострадавшей. На мгновение наклонившись, он вколол Люси в руку порцию успокоительного. – Раны глубокие, – проговорил зампред, обращаясь к ней. – Я же говорил тебе лежать смирно…

* * *

В итоге «людям в синем» всё же удалось закрыть ящик, но только они двинулись в сторону выхода, Берти сорвался с места. Подбежав, он схватил одного из мужчин за рукав спецовки:

– Я иду с вами! – безапелляционно заявил парень.

– Молодой человек, давайте без истерик, – спокойно ответил абсолютно не впечатлённый его порывом «электрик», параллельно высвобождая одежду из захвата. – С вашей подругой всё будет в порядке.

– Разумеется будет, потому что я собираюсь лично за этим проследить!

Вздохнув, мужчина кинул вопросительный взгляд на председателя. Ния сделала едва различимый кивок, который был расценен как согласие, и вся процессия покинула помещение.

Взгляд Владислава

Когда ситуация с Люси более или менее разрешилась, перед импровизированным советом встала не менее серьёзная проблема.

– Как будем приводить её в чувство? – Марк стал первым, кто решился озвучить терзавший всех вопрос.

– А что тут обсуждать, нужно же просто вырубить её, так? – скорее заявил, чем спросил Влад. – Тогда самый простой способ – те транквилизаторы. Один выстрел, и проблема решена! Давай, Уортли, тащи их сюда.

– Во-первых, Ли Уортли – моя фамилия – состоит из двух слов, – поправила его председатель. – Во-вторых, дротики не вариант, они… м-м-м… закончились, – фраза прозвучала не слишком убедительно.

– Да ты никак шутишь, вы же тут целый бункер наваяли с лекарствами и всей остальной сранью, – мгновенно вспыхнул Владислав. – А про транквилизаторы запамятовали? Свежо придание…

Усмехнувшись, Ния лишь пожала плечами.

Заметив этот равнодушный жест, юноша рассвирепел не на шутку.

– Тебе это кажется пустяком, может, даже чем-то забавным, тупая ты б… – Влад дёрнулся в сторону председателя, однако та даже не шелохнулась, зато прямо перед юношей вырос Марк.

– Хорошенько подумай перед тем, как закончить фразу! – несмотря на нейтральный тон, которым это было сказано, выглядел зампред устрашающе.

– Ох, дружище, – усмехнулся Владислав, – наконец-то вынул хер изо рта и решил высказать собственное мнение? Как ощущения? – к концу реплики глаза обоих парней полыхали.

– Непередаваемые. У меня этот хер, по крайней мере, есть, насчёт тебя – не уверен! – послышалось рычание, ещё немного – и стычка рисковала перерасти в побоище.

– Ну хватит! – прервала пикировку Ния. – Прекратите мериться половыми органами, а то я начинаю завидовать, – она встала между ними и сначала обратилась к зампреду. – Марк, спасибо, конечно, но одной потерявшей контроль на сегодня хватит, – и, будто посчитав это достаточным доводом, обратилась ко второму: – Влад, я понимаю, что ты на взводе, однако я тоже переживаю за Мати и хочу помочь не меньше, чем остальные в этой комнате. А потому, если я говорю, что транквилизаторы не вариант, значит, так оно и есть!

Вовремя сказанные слова значительно охладили пыл парней, и они разошлись по разным углам.

– Может, ещё раз пустить в ход шумовой генератор? – подал голос Эрик, расположившийся на небольшой кушетке. Вэр был тут же: парень занимался обработкой порезов и ссадин друга обеззараживающим составом, который вручил ему Марк. – Его же хватило, чтобы вытащить нас с Люси…

– Он всего лишь дезориентировал, а не вырубил – не тот эффект, – отрезала Ли Уортли.

– Что, если добавить мощности?

– Я бы не рискнула… Мы же не хотим, чтобы у Мати мозг взорвался… К тому же, второй раз застать её врасплох не получится, – проговорила Ния задумчиво. – Короче, генератор штука интересная, но недоработанная, – она разочарованно вздохнула, одновременно качая головой. – Боюсь, что в итоге нам придётся прибегнуть к чему-то более традиционному, хотя, повторюсь, – председатель подошла к стене и сдвинула ещё одну панель, – я бы предпочла обойтись без них, – с этими словами она извлекла из ниши небольшой металлический кейс.

Внутри в одинаковые углубления были вставлены четыре цилиндра, чем-то напоминающие сложенные зонтики. Достав один и вынув его из чехла, Ния нажала на кнопку, и предмет раздвинулся наподобие складного стакана, став около метра в длину.

– Это же… – глаза Вэра округлились.

– Шокер, да, – улыбнулась Ли Уортли, размахивая им, словно мечом. – Прост в обращении: лёгким движением руки зажимаем вот эту кнопку, и вуаля, – послышался характерный треск, – по всей поверхности подаётся электрический заряд, рассчитанный как раз на выносливых звериных, а за счёт длины увеличивается радиус применения.

– Тебе надо сниматься в «Магазине на диване», – горько усмехнулся Вэртер.

– Короче говоря, – Ния предпочла оставить без внимания эту ремарку, – устройство позволяет нейтрализовать объект прежде, чем его когти достигнут вашего горла. Этот комплект, кстати, был любезно предоставлен нам компанией мистера Алигьери.

– И почему мне кажется, что этот ублюдок экспериментирует над нами, – прорычал Влад, внимательно оглядывая шокер.

– Может и так, – прищурилась председатель. – А вы что думаете? – сладко улыбаясь, она обратилась к помрачневшим Эрику и Вэру.

– Все мысли сейчас заняты спасением сестры, – отрезал Эрик. – Мне нет дела до всяких… – на последнем слове парень замялся.

– Как скажешь, – Ли Уортли подмигнула ему. – Тогда план такой: берёте каждый по устройству и вперёд, а мы с Эриком будем вас тут морально поддерживать.

– Не решай за меня, я тоже иду, – выпалил Эркюль, попытавшись подняться, но тут же схватился за стену в приступе дурноты.

– В таком-то состоянии? – усмехнулась Ния. – Тебя от Люси отличает только то, что внутренности наружу не вываливаются, а так сестричка постаралась. Поэтому, если не хочешь, чтобы те дяденьки вернулись со вторым ящиком, сядь и не перечь! – Эрику ничего не оставалось, как послушаться.

– Если все наконец высказались – за дело! – поторопил Марк, приняв у председателя из рук шокер, тем временем Влад достал из коробки ещё один.

– Погодите, – внезапно подал голос Вэр.

– Ну что ещё?

– Перед тем как мы используем их, – парень кивнул в сторону кейса, – я бы хотел попробовать поговорить с ней.

– А я-то всё думала, когда же попрёт бесполезный героизм, – проворковала Ния.

– Он не бесполезный! – возразил Вэртер. – В прошлый раз сработало.

– В прошлый раз никто не умирал у неё на глазах, – отрезал Влад (до этого председатель уже успела пояснить ребятам известные ей подробности). – Так что посиди пока на скамейке запасных, если кто-то и должен пойти туда и попытаться вразумить Матильду, то это я.

– Э-э-э, – в этот момент даже сдержанный Марк выглядел удивлённым.

– Вот это поворот! – Ния хлопнула в ладоши.

Эрик лишь внимательно слушал, что будет дальше.

– Ты?! – в одно слово Вэр вложил такую гамму эмоций, что стало понятно: парень не разделял мнение Владислава, но в то же время с удовольствием посмотрел бы, как тому отрывают голову.

– Именно, – подтвердил Влад спокойно. – Я уже имел дело с потерявшей контроль лигрицей и отделался мелкими травмами.

– Да тебя выбросили из окна! – не унимался Вэртер. – И ты остался цел как раз благодаря мне, ну, и своему кузену отчасти. И вообще, она – моя семья, мы знакомы с раннего детства, а ты ей кто?

– Я… – Владислав запнулся, не зная, что ответить.

– Решено, пусть Влади попробует! – вклинилась вдруг председатель.

– Я категорически не согласен! – воскликнул Вэр.

– А у нас не демократия, последнее слово всегда за мной, – парировала Ния. – К тому же, если волчонок облажается и ему свернут шею, у тебя всегда будет вторая попытка. А если даже она не увенчается успехом, то придёт очередь Марка и его шокера. У кого-то из вас наверняка получится! – судя по лицам, молодые люди не разделяли подобного энтузиазма. – Ну что, красавчик, – в итоге обратилась Ли Уортли к Владу, – идёшь или передумал?

Вместо ответа парень лишь хмыкнул, покрепче перехватил шокер, открыл замок на двери в студию и шагнул навстречу судьбе.

* * *

– Не нравится мне это, – вполголоса проговорил Марк, стоя рядом с председателем и через стекло наблюдая за происходящим.

– Не парься, медвежонок, у меня хорошее предчувствие. К тому же, я мастер подобных комбинаций, – воодушевлённо добавила Ния.

– Суицидальных? – скептически переспросил зампред.

– Ну, не без этого.

* * *

«И зачем я это затеял? – подумал Влад, едва переступив порог. – Угораздило же… Блондинка в итоге просто взяла меня на слабо. С другой стороны, разве я и так не собирался это сделать? Мне что, жить надоело? И ради чего…?» – он перевёл взгляд на лигрицу.

Девушка, которая ещё минуту назад упорно пыталась разнести студию на куски, с его приходом будто бы немного успокоилась. Она неподвижно стояла у стены и выглядела практически нормальной, насколько можно быть нормальным с клыками, когтями, полосками на коже и красными, словно лава, глазами. Последние, кстати, были полностью сосредоточены на Владе, а в особенности на устройстве у него в руках. Теперь её спокойствие казалось скорее осторожностью.

Владиславу оставалось лишь в очередной раз поразиться тому, что потерявшие контроль способны проявлять определённый уровень рассудительности, по крайней мере в том, что касается инстинктов вроде самосохранения.

«Тот факт, что она с лёту не кинулась на меня, сейчас играет на руку, что ж»

– Кхм, – Влад прочистил горло, готовясь произнести вразумляющую речь: – Матильда Харкер, ты сейчас не в себе… – «М-да, начало не супер, ну не умею я речи толкать…» – Я знаю, что это – не ты… Настоящая Матильда где-то внутри, и я уверен, что она, то есть ты… слышишь меня, – бросив взгляд на стоящих за стеклом Нию, Марка и Вэра, парень порадовался, что стекло звуконепроницаемое и они не слышат этого позора. – Только не сдавайся! Борись! – «Никакой реакции, блин. Что там обычно говорят в таких случаях?» – Уверен, что ты никому не хочешь причинить вреда, но, если сейчас не придёшь в себя, ещё кто-то может пострадать так же, как твой брат, – услышав это, Мати дёрнулась и опустила взгляд, будто вспомнив о чём-то.

Владислав понял, что задел нужную струну:

«Чувство вины… на этом можно сыграть».

– Именно, если бы мы не подоспели, Эрик, скорее всего, был уже мёртв… Как, впрочем, и Люси, которую ты чуть не пустила на тряпки…

Спустя мгновение он пожалел, что упомянул про чирлидершу, потому как лигрица за один прыжок пересекла комнату, едва уловив это имя, и, судя по выставленным вперёд когтям, собиралась продемонстрировать парню насколько несостоятельна его речь.

Однако потерявшая контроль девушка не учла, что Влад уже раньше сталкивался с этой её ипостасью, а потому застать его врасплох не вышло.

«Второй раз я на эту херню не попадусь», – подумал парень, одновременно выхватывая шокер и тут же приводя его в действие.

Раздался громкий треск, Матильду ударило током. Возможно, всё этим бы и кончилось, если б не невероятная кошачья реакция. В последний момент Харкер всё же успела немного изменить направление прыжка, и в итоге удар вышел скользящим, хотя немного и потрепал звериную.

«Чёрт, и что теперь?! Похоже, весь элемент неожиданности я уже просрал!»

Всё же предприняв ещё пару попыток образумить Мати словесно, парень вынужден был признать, что нужный момент упущен. Сколько ни пытался Владислав взывать к человечности, звериная упорно игнорировала все его потуги, периодически пытаясь оказаться у юноши за спиной. Так что оратору приходилось не только придумывать всё новые аргументы, но и постоянно уворачиваться, что, разумеется, не способствовало мыслительному процессу.

«Остаётся положиться на грубую силу… – к такому выводу он пришёл спустя несколько мучительных минут. – Выиграть против её рефлексов… Вряд ли… Вот если б она попыталась напасть в лоб… – но Матильда явно не собиралась этого делать, время от времени злобно косясь на шокер. – Тоже маловероятно… – Влад машинально глянул на устройство, в груди вдруг неприятно защемило от понимания, что придётся причинить Мати серьёзную боль. – Может, стоило позволить коротышке пойти первым. Близкий для неё человек, он, возможно, понял бы, что нужно делать, а я… Я ей никто, кроме клишированных фраз и придумать-то ничего не смог. Подошло бы только что-нибудь действительно обескураживающее…»

И тут юноша сделал то, чего даже сам от себя не ожидал. Он разжал правую руку, и шокер с глухим стуком упал на пол. Матильда, заметив, что враг безоружен, и не разбираясь в причинах нелогичного поступка, тут же бросилась в атаку.

«Зачем я это делаю?!» – вопрос, который в последние месяцы стал лейтмотивом жизни Владислава.

Внезапно в памяти всплыл вечер в лабиринте ужасов. У Мати тоже были к нему вопросы: «Почему ты не можешь отпустить меня?»

В тот раз происходящее казалось ему столь нелогичным и странным, что выдать какую-либо вразумительную причину было выше его сил. Он был уверен, что Матильда намерено пытается подловить его, задав каверзный, не имеющий правильного ответа вопрос. А сейчас разве не сделал он то же самое, разве не сам загнал себя в угол?

«Зачем я это делаю?!»

«Потому что чувствую… чувствую что? Не знаю, разве можно подобное описать одним словом или даже фразой?!»

Нечто настолько сложное никак не поддавалось пониманию. Чувство, подобное клубку змей, по какой-то нелепой причине поселившихся в грудной клетке. Они шипели, извивались и тянулись в разные стороны в надежде вырваться, только туже затягивая узел. А в последние дни, стоило Матильде появиться в поле зрения, его змеи впадали в бешенство, сходили с ума… И она, вместо того чтобы помочь, из раза в раз поливала их керосином и бросала спичку.

Что это за чувство, которое заставляло переступать через себя, наступать на горло своим же принципам, вести себя как последний мерзавец и чувствовать себя полным кретином? И как признать, что случилось то, чего ты больше всего боялся, чего всю жизнь так отчаянно избегал?

«Это чувство однозначно не доведёт до добра. Оно просто не может быть правильным ответом…» – острые когти, впивающиеся в плечи, вернули Влада к действительности.

Судя по всему, Матильда намеревалась как можно скорее покончить с затянувшейся схваткой. Поняв, что теряет равновесие, он резко отклонился в сторону, разворачивая их обоих на сто восемьдесят градусов. Пара с грохотом рухнула так, что Владислав прижал лигрицу к полу. Как только девушка оказалась в его руках, всё стало кристально ясно:

«Не может, но это – единственный ответ, на который я способен. Один на все вопросы!»

«Зачем. Я. Это. Делаю?!»

Когти скользнули от плеч вниз, распарывая кожу. Кровь струилась по рукам, однако, вместо того чтобы отстраниться, Влад лишь плотнее прижался к девушке и, наклонившись к самому её уху, прошептал: – Потому что я люблю тебя, Матильда Харкер!

Внезапно хватка лигрицы ослабла, Влад немного отстранился, чтобы увидеть лицо Мати, и встретился взглядом с парой удивлённых жёлтых глаз. Почувствовав, будто гора упала с плеч, и, как всегда, не особо задумываясь о ситуации, Владислав тут же страстно поцеловал девушку.

* * *

Наблюдавшие сию сцену зрители не двигались с места, не зная, как реагировать. Лишь Ния выглядела так, будто предвидела подобный исход. И она же была первой, кто обернулся, услышав за спиной тихие шаги.

– О, ты как раз успел к сцене пробуждения спящей красавицы! – улыбнулась председатель. – Только, похоже, роль Прекрасного Принца уже занята… Что будешь делать?

* * *

Сноски

1

Модель мотоциклов для агрессивной и экстремальной езды. – Здесь и далее прим. ред.

2

Из Библии (церковно-славянский текст). В Евангелии от Матфея (гл. 7, ст. 7–8) сказано (рус. пер.): «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят». Часто эти слова Иисуса цитируются на церковно-славянском языке: «Ищите, и обрящете, толцыте, и отверзется» (ищите, и найдёте; стучите, и вам откроют). В контексте романа «Тихий Омут» шутливо: если хочешь что-то обрести, то ищи это, а не жди, пока оно само придёт в руки.

3

Строка из песни “She Will Always Be a Broken Girl” группы She Wants Revenge.

4

Песня из мультсериала «Новые приключения медвежонка Винни и его друзей» (от англ. The New Adventures of Winnie the Pooh), 1988–1991 гг.

5

«Зоопарк в моём багаже» Джеральда Даррелла («A Zoo in My Luggage» by Gerald Durrell, 1st pub. – 1960) – хроника шестимесячного путешествия, которое совершил известный английский писатель и биолог Джеральд Даррелл в королевство горной саванны – Бафут в Западной Африке. – М.: Эксмо, 2011.

6

Строчка из песни американского исполнителя Pitbull «Descarada (Dance)». Dale descarada (с исп.) – давай, бесстыдница.

7

¡Hola! (исп.) – «Привет!»

8

¿De qué puta mádre? (исп.) – «Какого хрена, твою мать?»

9

¡Voy a romperte la cabeza! (исп.) – «Я тебе башку разобью!»

10

¡Joder! (исп.) – «Черт!»

11

¡Ay, caramba! (исп.) – «О нет!»

12

Строчка из шуточного трехстишия:

«Гейша под сакэ

Сакуре своей не сёгун.

Помни, самурай».

13

Социальные сети Facebook и Instagram запрещены на территории Российской Федерации на основании осуществления экстремистской деятельности.

14

Имеется в виду картина Сальвадора Дали «Постоянство памяти».

Content

Джеки Дош, Дэни Ост
Тихий омут. Том 1

Пролог

1 День М

Взгляд Вэртера

Взгляд Владислава

Взгляд Матильды

Взгляд Эркюля

Взгляд Эдмона

Взгляд Вэртера

2 Полный… ДЗЕН

Взгляд Эдмона

Взгляд Эркюля

Взгляд Эдмона

Взгляд Вэртера

Взгляд Матильды

Взгляд Владислава

Взгляд Вэртера

3 Много шума из ничего

Взгляд Марка

Взгляд Матильды

4 Колыбель для Кисы

Взгляд Кисы

5 Главное не победа

Взгляд Эдмона

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

Взгляд Владислава

6 В тихом омуте…

Взгляд Матильды

Взгляд Бертрама

Взгляд Эдмона

7 Dale descarada

Взгляд Бертрама

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

8 …своей сакуре не сёгун

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

Взгляд Матильды

Взгляд Владислава

9 Аморальные ценности

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

Взгляд Бертрама

Взгляд Эдмона

Взгляд Матильды

Взгляд Владислава

10 Бойтесь юных дев

Взгляд Вэртера

Взгляд Владислава

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

Взгляд Люси

11 И грянул гром

Взгляд Владислава

Взгляд Матильды

12 Над пропастью во лжи

Взгляд Матильды

Взгляд Эдмона

Взгляд Матильды

13 Карусель, карусель

Взгляд Владислава

Взгляд Эдмона

Взгляд Люси

Взгляд Владислава

Взгляд Матильды

14 Лигр, стерва и деревянный ящик

Взгляд Владислава

Взгляд Матильды

Взгляд Эркюля

Взгляд Люси

Взгляд Владислава

Сноски