Кэван Скотт

Звёздные войны. Расцвет Республики. Начало шторма

Давным-давно, в далекой-далекой галактике…

Галактика празднует. Темные дни гиперпространственной катастрофы остались позади, и канцлер Лина Со дает старт очередному из ВЕЛИКИХ СВЕРШЕНИЙ. Республиканская Выставка станет ее звездным часом, а пройдет этот праздник мира, единства и надежды на пограничной планете Вало.

Но на горизонте уже появился новый ненасытный ужас. Одна за другой планеты становятся жертвами плотоядных ДРЕНГИРОВ, которые пожирают все живое на своем пути. В то время как мастер-джедай ЭЙВАР КРИСС ведет бой с этим кошмаром, нигилы тайно собирают свои силы, готовясь приступить ко второму этапу дьявольского плана МАРКИОНА РО.

На пути Ро стоят одни лишь благородные рыцари-джедаи, но даже защитники света и жизни оказываются не готовы к жуткой тьме, которая ждет впереди…

Пролог

Ашла, луна Тайтона

Крики до сих пор не смолкали в ушах Элзара Манна. Прошло уже много месяцев с того момента, когда был открыт маяк «Звездный свет». Когда он стоял рядом с другими джедаями. Рядом с Эйвар Крисс.

Взгляды всей Галактики были прикованы к ним, а они стояли в своих праздничных храмовых одеждах, и проклятый воротник царапал шею, и Элзар слушал всякие речи и трюизмы, сперва из уст канцлера Лины Со, а потом из уст Эйвар. Его Эйвар. Героини Хетцаля.

Маяк – это их обещание всей Галактике, сказала Эйвар. Их завет. Элзар до сих пор слышал ее слова:

«Когда вам будет одиноко… когда сгустится тьма… помните: Сила с вами. Знайте: мы с вами. Во имя света и жизни».

Во имя света и жизни.

Но это не помешало тьме сгуститься в тот же день. Накатила волна боли и страдания, видение будущего – непостижимо ужасного. Он пошатнулся, нащупал перила; носом хлынула кровь – от давления голова грозила расколоться надвое.

С тех пор увиденное преследовало его повсюду. Завладело его разумом.

Джедаи гибли один за другим, сраженные какой-то непостижимой извивающейся тучей. Стеллан. Эйвар. Все, кого он знал и кого ему еще только предстояло встретить. Знакомые и незнакомые лица, разрываемые на части.

И крики.

Хуже всего были крики.

Остаток вечера он провел как в тумане, двигаясь словно автомат. Отголоски увиденного… услышанного… навсегда запечатлелись в памяти. Кое в чем он дал маху: слишком много бокалов каттаданского розового было выпито на приеме, и когда Эйвар пригласила его на танец, о котором говорила раньше, Элзар прижал ее к себе чересчур энергично, чересчур открыто.

Он до сих пор чувствовал прикосновение ее ладони к своей груди, когда она оттолкнула его.

«Эл. Что ты делаешь?»

Они спорили вполголоса. Голова продолжала кружиться.

«Мы ведь уже не падаваны».

Элзар увидел ее снова лишь много месяцев спустя, и была она холодна, как рассвет на Вандоре. Отношение Эйвар к нему изменилось. Она стала более отстраненной. Была слишком занята своими обязанностями распорядителя маяка «Звездный свет».

А может, занят был как раз он сам. Со времени открытия маяка Элзар медитировал денно и нощно. Следовало бы пойти к Эйвар, извиниться и попросить совета – а если не к ней, то к лучшему другу Стеллану Джиосу; впрочем, у того были свои обязанности. Стеллан теперь заседал в Совете, отвечал за руководство Орденом в целом. Вряд ли у него нашлось бы время. К тому же искать помощи едва ли было в обычае Элзара. Элзар Манн решал проблемы, а не создавал их. Он находил разгадки. Ответы. Неожиданные выходы из ситуаций. Поэтому Элзар поступил как всегда: попытался решить проблему самостоятельно.

Для начала он отправился в Архивы Великого храма, где стал рыться в бесчисленных файлах и голокронах, даже сделав попытку расшифровать тайны Кодекса Га’Гарен – старинного гримуара, чьи тексты уже тысячи лет сбивали с толку лингвистов.

Но даже в Архивах, сидя под бдительными взорами бюстов Потерянных, Элзар в глубине сознания слышал крики, а в каждом отражении и проходящем мимо падаване ему мерещилось лицо убитого.

Кодекс и привел его сюда, на Ашлу, главную луну Тайтона. Древние прозвали эту полоску суши островом Уединения, которое Элзару сейчас и требовалось, ежели он хотел полностью разобраться в увиденном. Ему нужно было побыть одному – сосредоточиться. Последней каплей стал звонок от бывшей наставницы Стеллана, высокочтимой Рейны Кант, поздравившей его с произведением в мастера. Более того, Совет уже нашел ему место: его назначили распорядителем аванпоста джедаев на планете Вало, что у края сектора Рсик.

Его? Распорядителем? Ослепли они там, что ли? Неужели не видят, что он не готов? Неужели не понимают, в каком он душевном смятении?

Элзар пошел к океану, чувствуя под ногами теплый песок, и, приблизившись к воде, сбросил плащ. Да, так лучше. Вот здесь он наконец-то увидит истину. Наконец-то поймет. Не останавливаясь, он шагнул прямо в волны. Сперва по колени. Потом по пояс. Пустился вплавь, пока земля не исчезла из виду. Тогда он медленно перевернулся, перебирая ногами в воде. Вокруг не было ничего, кроме моря и самой Силы.

Пора.

Элзар сделал глубокий вдох, оттолкнулся и пошел вниз; глаза его были закрыты, а в уши хлынула вода, заглушив все сторонние звуки.

«Покажи мне».

«Дай ответы, которых я ищу».

Ничего. Ни ответа, ни откровения.

Он вынырнул, набрал в легкие воздуха и снова нырнул в пучину.

«Я здесь».

«Я хочу узнать».

«Я хочу понять».

Ничего не изменилось.

Где же ответы, которые были ему обещаны? Где понимание?

Он продолжал ритуал: вынырнуть, глотнуть воздуха и снова вниз, чтобы океан поглотил его целиком. Снова, и снова, и…

Ощущение было такое, будто он налетел на воздушный пузырь. Внезапно он больше не тонул, а бежал, рядом мчали другие джедаи, а на пятки им наступали какие-то кошмарные формы. Они были не в воде, а в каком-то тумане. Густом. Едком. Непроницаемом. Элзар ничего не мог понять. Ни этого хаоса, ни паники.

Ни страха.

Он открыл рот, чтобы закричать. Внутрь хлынула морская вода – издалека, из другого мира, из другого времени.

«Что это?»

«Где это?»

«Ответь мне!»

И Сила ответила так громко, что мир завертелся вокруг Элзара. Образы замелькали перед воспаленными глазами, словно фиолетовые молнии.

Эйвар.

Стеллан.

Толотианка… Индира Стокс? Нет, не хватало одного отростка, а незнакомое лицо было искажено гримасой ярости.

Хруст костей.

Треск лопающейся кожи.

Затуманенные глаза, невидящие взоры.

И крики. Крики раздавались еще громче, чем прежде. А громче всего кричал сам Элзар.

«Где?»

«Где?»

«ГДЕ?!»

Плечи его вздымались, из легких выплескивалась вода. Он снова лежал на берегу ашланского моря, на обсыхающей под палящими лучами солнца коже проступала соль. Глаза Элзара все еще застилала пелена, но он огляделся по сторонам, пытаясь сфокусировать взгляд на золотистом песке, который тянулся в обе стороны. В небе кружили пастекрылы, готовые обглодать мясо с его костей. Но он пока еще был жив. Все были живы.

Элзар с трудом поднялся на ноги и побрел к своему «Вектору», по пути подобрав плащ. Надо было убираться с Ашлы. Вообще из Ядра. Сила сказала свое слово. Она давно уже ответила на его вопрос, только он не хотел слушать.

Одно имя: название планеты, где он наконец-то сможет все исправить.

Вало.

Глава 1

Райстенская пустошь

Комета пропахала ледяное поле, запустив цепную реакцию разрушения. Астероиды и космические булыжники отскакивали друг от друга, как бильярдные шары. С той лишь разницей, что большинство из этих «шаров» весили миллионы тонн и могли раздавить корабль как яйцо. А те, которые не разносило в пыль, оставляли после себя острые как бритва осколки, лишь усугублявшие хаос.

Ни один космический путешественник не залетал в Райстенскую пустошь просто так, со скуки. Ледяное поле усеивали искореженные обломки кораблей, которые пытались, но не смогли проскочить меж сталкивающихся планетоидов. В хороший день это считалось опасной, идиотской затеей. В плохой – самоубийством.

Сегодня был очень, очень плохой день.

«Шквальный паук», то и дело вздрагивая, выписывал зигзаги среди кувыркающихся камней. Кораблик был маленький, едва больше челнока, но в скорости и маневренности не уступал знаменитым джедайским «Векторам». По сути, если бы кто-нибудь наблюдал сейчас за этим странным арахнидообразным суденышком и подумал, что за штурвалом джедай, ошибка была бы простительной. Кто еще сумел бы вот так пересекать непрерывно меняющийся небесный ландшафт, виляя то влево, то вправо и не давая гигантским ледяным шарам прихлопнуть себя? Однако тот, кто сидел в кресле пилота, меньше всего походил на джедая. Адепты Ордена были защитниками жизни и света в Галактике. Они жили ради других, отнюдь не ради себя, и поддерживали мир и гармонию везде, куда бы их ни занесло. Короче говоря, они были героями.

Уди Дис родился талортаем, но ныне причислял себя к нигилам. Этот представитель птичьих, рост которого равнялся ширине плеч, посвятил себя пиратству и грабежам; он брал все, что хотел, а оставшееся подвергал разгрому. Не особо почетная жизнь, но другой он не знал, и к тому же так он нашел свое место во вселенной, которая регулярно плевала ему в лицо.

С джедаями Диса роднило лишь одно: Сила. Среди талортаев многие были способны чувствовать энергетическое поле, связывающее всю вселенную, но мало кто из его сородичей этим пользовался. Трусы. Они говорили, что это неправильно, что это как-то там аморально. Дис никогда не мог понять, почему. Если тебе повезло иметь талант, почему бы им не пользоваться? Бери и развивай, будешь иметь преимущество перед другими. Потому-то большинство талортаев продолжали влачить жалкое существование у себя на Талоре, а он был здесь, среди звезд. Конечно, и у него тоже случались неудачи – иногда по вине других, чаще по собственной, – но Сила никогда его не подводила. Ни разу. Правда, жизнь была бы куда лучше, не пристрастись он к ридагу, но в данный момент он пребывал в ясном уме и ощущал себя живым как никогда.

Дис стиснул штурвал своими когтистыми пальцами, на мускулистых руках вздулись жилы. «Паук» резко отвернул вправо, ловко увильнув от глыбы, которая, будь пилот менее искусен, прикончила бы всех на борту. Дис, однако, знал пустошь как перья на своих пальцах, хотя никогда раньше здесь не летал. Все талортаи обладали врожденным чувством направления и прямо костями улавливали вибрации космоса, но навигационный талант Диса был совсем на другом уровне. Благодаря своему дару он чувствовал местоположение каждого астероида в поле. Он не нуждался ни в картах, ни в навидроиде. Все это заменяла Сила.

Сзади открылась дверь кабины, и из тесных коридоров планетолета дохнуло застоявшимся воздухом. Дис не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, кто вошел. В этом не было нужды. Он услышал скрип подошв сапог по палубе, почувствовал дуновение воздуха, рассекаемого плащом. Перья встопорщились, реагируя на появление того, кому он поклялся служить до конца жизни.

Маркион Ро.

Глаз Нигилов.

Удивился ли Дис, когда Ро обратился к нему с этим делом? Еще как. Он даже не представлял, что Глаз вообще знает его имя, а тем более на что он способен в кресле пилота. Последние несколько лет Дис провел на корабле тучи одного кросина с пилообразной пастью, которого прозвали Шрамоколом. Этот бандюган больше издевался над своими подчиненными, чем занимался планированием операций. Что сказывалось. Дис убил Шрамокола после неудачного налета на погребальную луну Серенно. В тот день они потеряли троих нигилов, но больше всех не повезло Шрамоколу, которого Дис полоснул крылоножом по костлявой шее. Дис точно не знал, это ли убийство тучи побудило Глаза обратить на него внимание. Знал лишь, что он вдруг поднялся выше всех туч, молний и так далее, войдя в ближний круг Ро. Его возвышение не осталось незамеченным. Среди нигилов царила строгая иерархия. Начинаешь как простая молния и продвигаешься наверх, становясь тучей, а в конечном итоге и грозой. Орда нигилов делилась на три бури, каждой из которой командовал Хозяин Бури. Ими были: Пэн Эйта, здоровенный довутин, который метил еще выше; холодная и целеустремленная тви’лека Лорна Ди и новичок – расчетливый талпини по имени Зитар. Можно было смело сказать, что с назначением талпини сплюснутый нос Пэна едва наизнанку не вывернуло. Неожиданное назначение Диса взбесило его еще больше. Они с Пэном тогда чуть не поцапались: довутин заявил, что Ро подрывает нигильское Правило трех. В отличие от Хозяев Бурь, Глазу не полагалось иметь собственную команду. Да, у него было право голоса при составлении планов, и да, он предоставлял навигационные Тропы, позволявшие нигилам избегать столкновений с силами Республики (по крайней мере, в большинстве случаев). Дис подозревал, что, если бы не Тропы, Пэн давным-давно выкинул бы Ро через шлюз, но навигационные данные были слишком ценны. Они обеспечивали нигилам преимущество, и поэтому опасения Пэна остались без внимания. Диса пригласили на флагман Ро, «Электровзор» – корабль, который в основном управлялся экипажем молчаливых дроидов, а его многочисленные отсеки стояли пустыми, как во дворце, где никто не живет. И вот там, в святая святых Ро, Дис узнал, что они приватно направляются на Райстен – ясное дело, лететь на «Взоре» не представлялось возможным. Флагман редко покидал базу нигилов на Грайзеле, а если и покидал, то от него лишь отделялись меньшие корабли, так что основная часть оставалась на прежнем месте. Но даже фрагмент «Взора» был слишком громоздким, чтобы пересечь ледяное поле в целости и сохранности. Тут требовалось нечто поменьше. А именно – «Шквальный паук».

– Когда пройдем пустошь? – спросил Ро, положив затянутую в перчатку ладонь на спинку кресла Диса.

– Еще пару минут, мой… – Дис развернул кресло и посмотрел на вождя. – Я даже не знаю, как к вам обращаться. «Мой Глаз?» «Сэр?»

Тонкие губы Ро изогнулись в ответ на явное неудовольствие, прозвучавшее в голосе Диса. В темных глазах отражался красный свет, который лился через иллюминатор.

– Можешь звать меня… Маркионом.

Дис горделиво выпятил грудь. Он никогда не жаловал субординацию, отчего, наверное, и сидел так долго в молниях; а еще потому, что за последние десять лет он большую часть времени провел в ридаговом ступоре. А теперь, гляди-ка, самого Ро сподобился звать по имени. Никто не звал Глаза Маркионом, даже Пэн.

– Я все-таки думаю, что по Тропе было бы проще, – сказал Дис, наконец выведя корабль из ледяного поля для гравитационного маневра около тусклой звезды Райстена.

Ро подошел к пустующему сиденью стрелка и взял свою маску, которая лежала на пульте с того момента, как они покинули Великий зал.

– Но тогда я не увидел бы воочию работу мастера, – ответил Глаз, протирая рукавом заиндевевший визор. – Твой талант в самом деле впечатляет, как и следовало ожидать при твоем происхождении – особенно теперь, когда ты избавился от… дурной привычки.

Да, избавился, это точно. Еще на «Взоре» Ро заставил Диса выкинуть остатки запасов в мусорный пресс. Впервые за многие годы его разум очистился, связь с Силой стала крепкой как никогда. Под «веществами» он ни за что бы не преодолел ледяное поле. Спасибо Ро за это.

– Подумать только, все эти годы среди нас был адепт Силы… – продолжал Ро, проверяя фильтры маски. – Шрамокол был глупцом. Я рад, что он мертв.

«Не ты один», – подумал Дис, но вслух этого говорить не стал. «Шквальный паук» начал спускаться сквозь тонкую атмосферу Райстена.

– Ты когда-нибудь бывал на синхронизированной планете? – спросил Ро.

Дис покачал головой.

– Они удивительны, – поведал Глаз. – Одна сторона постоянно повернута к солнцу, и ее поверхность являет собой, по сути, выжженную пустыню.

– А другая – ледяную глушь, – сказал Дис. Оплавленный ландшафт не вызывал особого доверия. – Так где садиться?

Ро указал на полоску едва пригодной для жизни земли, которая пролегала между двумя крайностями:

– Вон там.

– Что там, космопорт?

– Не совсем.

Следуя инструкциям Ро, корабль снизился к клочку голой земли. По пустоши катались клубки перекати-поля.

– Это точно то место? – спросил Дис, когда выдвинулись посадочные опоры. – Тут же ничего нет.

Ро лишь улыбнулся и надел маску на голову:

– О, ты удивишься…

Глава 2

Сайклорианские судоверфи

Еще недавно падаван Белл Зеттифар был бы в восторге от зрелища, которое простиралось под ногами. Он стоял на обзорной платформе в самом большом ангаре, который только видел в своей жизни, а был тот ангар лишь частью необъятных судоверфей, расположенных на орбите Сайклора – относительно небольшой зеленовато-бурой планеты в Среднем кольце. Внизу, сияя в лучах прожекторов, простиралась мечта, воплощенная в полированной дюрастали и носившая имя «Инноватор». Этот корабль, до старта которого оставались считаные часы, был настоящим технологическим чудом. Длиной более трехсот метров и напичканный самым современным научным и медицинским оборудованием, «Инноватор» попросту был самым совершенным из всех исследовательских судов, о чем его конструктор – знаменитый инженер-аквалиш Вэм Таргс – лично поведал Беллу, когда тот прибыл на верфь.

– Да будет вам известно, что он управляется сетью из не менее чем сорока двух дроидных процессоров категории «интеллекс», – проинформировал Таргс во время быстротечной экскурсии, когда они шагали через обширный командный пункт корабля. Вокодер инженера возбужденно жужжал, переводя его речь с аквалишского на общий.

– Это весьма… впечатляет, – отважился прокомментировать Белл, но в ответ услышал в самых категоричных выражениях, что отнюдь не просто впечатляет. А поражает воображение!

– Сама сеть базируется на многозадачной архитектуре моей собственной разработки, которая, по моему мнению, не уступит той, что используется в Архивах Храма джедаев.

Белл не знал, правда это или нет, но спорить с инженером не хотел. В конце концов, для Вэма это был момент триумфа – точнее, этот момент ожидался через пару дней, когда «Инноватор» прибудет на Вало. Корабль должен был стать экспонатом на Республиканской Выставке – одном из Великих Свершений канцлера Лины Со. Уже скоро миллионы гостей Выставки будут восторгаться творением Таргса, и, насколько Белл мог судить по себе, их ждало потрясение. «Инноватор» мог похвастаться суперсовременными кибернетическими мастерскими, а также многочисленными биоинженерными лабораториями, установками анализа, научной аппаратурой и медицинской библиотекой, уступавшей лишь коллекции Дочского института на Даннеке.

Однако притом что сам корабль был, без всякого сомнения, необыкновенным, он не шел ни в какое сравнение с существами, которые и собрали его до последней заклепки. Сайклориане были удивительной расой – Белл такой еще не встречал. Эти инсектоиды, ростом около метра, имели большую круглую голову, на которой выделялись огромные фасеточные глаза – совсем как у жаромух, которые носились по коридорам джедайского аванпоста на Эльфроне, где Белл провел большую часть своего ученичества. Юноша наблюдал, как сайклориане роятся по всему сверкающему корпусу, проводя последние проверки. Каждый работал в унисон со своими партнерами, хотя ни один как будто не произносил ни слова. Зрелище было невероятное. Все, похоже, инстинктивно понимали, какие именно действия нужно произвести, никто не путался у других под ногами, каждый идеально дополнял соседа. А их энтузиазм был заразительным. За двадцать четыре часа, прошедших с момента прибытия, Белл не услышал от сайклориан ни единой жалобы, хотя Таргс имел репутацию строгого начальника. Инсектоиды просто работали часами напролет и, радостно пошевеливая антеннами, с жужжанием перелетали с одного участка на другой. В их присутствии невозможно было не развеселиться. Чего Беллу сейчас особенно не хватало.

Рядом шевельнулась Искра. Зольная борзая, ныне терпеливо сидевшая у ног Белла, неизменно сопровождала его с тех самых пор, как они покинули Эльфрону. Собака была бездомной, пока ее не приютили эльфронские джедаи, после чего она стала сперва талисманом, а потом и верным другом. Когда Белл улетал с Эльфроны, Искра просто запрыгнула в его «Вектор», недвусмысленно выразив желание остаться при нем. С тех пор она всегда была рядом: телохранительница, посвященная в его тайны. Сейчас она вскочила на ноги, с ожиданием глядя на дверь. Та с шумом отъехала в сторону, впустив Индиру Стокс. Стареющая толотианка рассмеялась, а Искра запрыгнула ей на ногу и была вознаграждена почесыванием под горлом, украшенным оранжевыми пятнами.

– Да, да, – сказала Индира. – Я тоже рада тебя видеть. А теперь слезай. Вот так. Хорошая девочка. Хорошая.

Искра послушно потрусила обратно к Беллу, который продолжал стоять у края платформы. Юноша посмотрел на питомицу и улыбнулся. Хвост зольной борзой возбужденно замолотил о его сапоги.

– Я уверен, что вас она любит больше, чем меня, – отметил Белл, когда Индира подошла к нему.

– Думаю, мы оба понимаем, что это неправда, – сказала толотианка, устремив взгляд вниз на величественный корабль. Она облокотилась о перила и тоже стала наблюдать за усердно трудившимися сайклорианами. – Вот так, под звездами, прямо дух захватывает, правда?

– Именно, учитель. «Инноватор» впечатляет, как и его строители.

Внутри что-то кольнуло, как и всякий раз, когда он так называл Индиру. Да, толотианка теперь была его наставницей – она согласилась тренировать Белла почти год назад, после того, как его предыдущий учитель, Лоден Грейтшторм, пропал без вести, защищая поселенцев от нигилов. Юноша снова и снова прокручивал в голове их последний разговор, когда Лоден сидел в кабине своего «Вектора».

«Я больше не твой учитель, Белл. Ты – рыцарь-джедай».

«Совет пока меня не утвердил. И я хочу, чтобы вы присутствовали, когда это случится».

Теперь это невозможно. Лоден сказал Беллу, что они скоро увидятся, но сам так и не вернулся. Никто не знал, что произошло после того, как Лоден выпрыгнул из своего «Вектора»… точнее, их общего «Вектора»… чтобы спасти семью Блайтов от нигилов. Нигильская пушка разнесла «Вектор» на атомы, а Лоден… в общем, он просто пропал. Индира не уставала напоминать Беллу: последним желанием Лодена было, чтобы его падавана посвятили в рыцари. Но Белл знал, что еще не готов. Как он мог быть готов, если чувствовал такую пустоту внутри, как будто чего-то не хватало?

– Белл?

Юноша сглотнул, вдруг осознав, что Индира изучающе смотрит на него. Новая наставница, как бы диковинно это ни звучало. И не должно было звучать. Он знал ее много лет, даже сражался с ней бок о бок, и уважал Индиру больше, чем кого-либо из ныне живущих джедаев. В чем и заключалась проблема. Уже было очевидно, что Лоден Грейтшторм не вернется: этот факт стал кристально ясен; однако, как бы Белл ни восхищался Индирой, она не могла заменить благородного тви’лека.

Юноша выдавил слабую улыбку:

– Просто подумал, какой фурор произведет «Инноватор» на Республиканской Выставке, когда народ впервые его увидит.

– Произведет. А как насчет тебя самого?

– В каком смысле?

– Тебе хочется на Вало?

Белл смущенно заерзал, стараясь не ударить Искру, которая тыкалась носом в его ноги. Тепло ее шубки ощущалось даже сквозь синтекожаные сапоги.

– Будет здорово снова увидеть Миккела и Ниб. И Бурри, конечно. – Что было правдой. Всех троих он теперь считал друзьями, особенно вуки Бурриягу, с которым познакомился во время совместной операции на Хетцале.

– Конечно, – передразнила Индира, продолжая ласково глядеть на него. – Вас ждет масса новых впечатлений. – Она снова поглядела на корабль. – Лоден был бы в восторге. В восторге от него.

В горле Белла образовался комок. Индира меж тем продолжала:

– Представлю, как он стоит здесь, с нами, наблюдает за работой сайклориан, восхищается их сноровкой.

Белл попытался обуздать свои эмоции, но все равно голос его надломился:

– И что бы он сказал, как думаете? Если бы был здесь?

Толотианка поджала губы:

– Думаю, он бы похвалил тебя за то, как начищена застежка футляра твоего меча, посоветовал почаще улыбаться и отметил, что если ты хочешь освоить горизонтальную бочку, то каждый день должен проводить в своем «Векторе» как минимум на два часа больше.

Белл невольно расплылся в ухмылке. Последняя часть фразы была типичным высказыванием Индиры, которой явно было комфортнее в небесах, чем на земле.

– А еще он напомнил бы тебе, как джедаю следует встречать смерть близких, – продолжила Индира, и улыбка Белла тут же увяла. – Потому что джедаи в самом деле могут любить, Белл. Мы не дроиды и не должны им уподобляться. Мы живые существа, насыщенные Силой, со всеми вытекающими. Мы радуемся, любим, горюем. Все эти эмоции – часть жизни. Это свет.

– Но…

– Но хотя мы испытываем эти эмоции, нельзя допускать, чтобы они властвовали над нами. Джедай – хозяин своих чувств, он никогда не бывает их рабом. Тебе горько из-за того, что ты столько всего мог бы поведать Лодену, будь он здесь. Это нормально. Мне тоже горько. Потому-то мы признаем эту боль. Мы анализируем ее, даже впускаем в себя, но в конце концов…

– Отпускаем, – сказал Белл, снова повернувшись к «Инноватору», чтобы Индира не увидела слез, которые, должно быть, навернулись на глаза.

Толотианка протянула руку и ласково положила ладонь ему на плечо:

– Я не говорила, что это легко. Это как горизонтальная бочка.

Ее слова, а также легкое пожатие заставили Белла вновь улыбнуться. Индира опять повернулась к кораблю.

– К тому же никто не уходит навсегда. Что бы ни случилось, Лоден будет с тобой, ныне и вовеки. Он теперь часть всех нас.

И снова глаза защипало от слез.

– В Силе.

– В Силе, – повторила Индира. – Ты ведь в это веришь, правда?

Белл кивнул, надеясь, что удастся ее обмануть, хотя сам прекрасно знал, что не удастся.

– Да. Конечно, верю.

– Рада слышать, – не очень уверенно сказала она. – А теперь, если только ты ничего больше не хочешь сказать…

– Нам лучше покинуть эту платформу и заняться чем-нибудь полезным, – заключил Белл, спеша положить конец не самому приятному разговору.

Прежде чем Индира успела ответить, у нее запищал комлинк.

– Возможно, Сила с тобой согласна, мой не столь уж юный падаван. – Индира выудила устройство из-под своей желтой куртки и ответила на вызов: – Стокс.

– Это Стеллан Джиос, – прохрипел комлинк: из-за огромного расстояния обычно зычный голос мастера-джедая казался тонюсеньким писком. Хотя маяк «Звездный свет» улучшил покрытие на фронтире, сеть связи так и работала на пределе – даже здесь, в Среднем кольце. Канцлер Лина Со дала слово построить непрерывную цепочку маяков, которая протянется от Ядра до самых дальних окраин Республики, но пока это обещание не воплотилось в жизнь, приходилось мириться с периодами статики, часто заглушавшими сигнал.

– Извиняюсь, ты не мог бы повторить? – пришлось сказать Индире, поскольку остаток приветственной фразы мастера Джиоса утонул в помехах.

– Конечно, – послушно отозвался он. – Просто готовлю доклад для Совета и хотел узнать, как у тебя движется дело. Сможет ли «Инноватор» отправиться в назначенный срок?

– С опережением графика, – встрял Белл и смущенно вспыхнул, осознав, что ответил на вопрос, адресованный его наставнице. Индира подчеркнуто закатила глаза, но ее улыбка намекала, что неприятностей можно не ждать. При всей своей мудрости она не была любительницей церемоний.

– Рад слышать… падаван Зеттифар, верно?

Белл кивнул, хотя Стеллан не мог его видеть:

– Да, мастер Джиос. Сайклориане просто чудо, как и сам «Инноватор».

– Тогда я жду возможности увидеть его воочию, ну и наконец познакомиться с тобой, конечно. Тут Ниб Ассек поет тебе дифирамбы.

Белл покраснел еще гуще:

– Она с вами?

– Да, мы направляемся на Вало. Она с нетерпением ждет вашей новой встречи.

– Она слишком добра, – пролепетал Белл, готовый сквозь землю провалиться.

– А мой падаван слишком скромен, даже по джедайскими меркам, – вмешалась Индира. – Сила щедро одарила его, как ты скоро убедишься, старый друг.

Брови Белла взлетели вверх. Он даже не догадывался, что Индира знает Джиоса, а тем более что они в таких близких отношениях, как следовало из ее тона.

– Не сомневаюсь, – промолвил Стеллан. – Значит, до встречи на Вало. Говорят, маринованный кушнип – прямо пальчики оближешь.

– Получше, чем то, что мы ели на Большом Теросе? Тут уж позволь мне самой судить.

Стеллан на другом конце соединения хихикнул:

– Почему я не удивлен? А теперь прошу простить, у меня встреча с дроидом-камерой.

Теперь уже рассмеялась Индира:

– Стоит только попасть в Высший Совет… и сразу выстраивается очередь за автографами.

– Я буду всех отправлять к тебе. Конец связи.

– Какой он вообще? – спросил Белл, когда Стокс сунула комлинк обратно под свою мягкую кожаную куртку.

– Стеллан? Один из лучших джедаев, которых я знаю. Мы познакомились на Карагон-Вайнере, задолго до того, как я отправилась на Эльфрону. Он моложе меня, само собой, но…

Индира замолчала, лежащие на плечах белые отростки слегка дернулись. Белл не стал ни о чем спрашивать. Он тоже это почувствовал: Сила как будто остыла, пламя пригасло на мгновение, чтобы вспыхнуть еще ярче.

– Что-то неладно, – просто сказал юноша. Уловив, что настроение джедаев изменилось, Искра вскочила на ноги, шерсть на ее загривке встала дыбом.

– Это еще мягко сказано, – согласилась Индира, которая зашагала к двери. – Сообщи на «Инноватор», что мы уже идем.

Глава 3

Сафрифа

«Ты нам поможешь?»

Тай Йоррик сбилась со счета, сколько раз слышала эти слова, к которым обычно прилагались умоляющие глаза и, в большинстве случаев, обрубки конечностей. Надо совсем отчаяться, чтобы обратиться за помощью к кому-то вроде нее.

Болотные фермеры Сафрифы дошли до полного отчаяния.

Они отыскали ее на краю грязевого поля, когда она ремонтировала корабль, готовясь к отлету после успешной спасательной операции. Тай вытащила на свободу сына одного болотного царька, которого похитил враждебный клан. Было много крови и криков. Впрочем, как обычно. На доспехах до сих пор оставались пятна засохшей крови, а что до криков, то Тай знала: они будут звучать в голове и после того, как она наконец свалится вечером на свою койку, – даже если сжевать киконовый корень, чтобы лучше спалось. Честно говоря, против криков она не возражала. Они сопровождали ее большую часть десятилетия: единственная константа в переменчивой жизни.

Новиановая руда, которую она получила за благополучное возвращение пацана, была очень кстати. Корабль нуждался в деталях, а деталей без денег не добыть. Тай знала одного оружейника на Келдуине, который мог купить у нее руду, расплавить и выковать зубчатые ножи. Возможно, стоило и себе такой взять. Меньше денег останется на корабль, но ее арсенал оскудел после неудачного дела на Альцоке-3. Криффов хупалу спер половину ее добра. Другие наемники выследили бы вероломного попугая и вырвали его льстивый клюв, но Тай была не такой, как другие наемники. Неприятности случались, с этим надо смириться. Ни к чему лезть в ненужную драку, тем более задарма.

Болотных фермеров она почувствовала задолго до того, как услышала шлепанье ног по грязи. Почувствовала и оценила. Они не представляли угрозы ни для наемника, ни для зверя. И вообще ни для кого. Большинство сафрифанцев были щуплыми, малорослыми созданиями с кожей цвета застоявшейся воды и волосами, свисавшими, будто стебли прудовника, перед большими овальными глазами. Они, впрочем, были весьма изобретательными. Даже хитроумными. Тай как-то прошлась по одной из их плавучих грядок – длинной и узкой насыпи из грязи и гниющих растений, которая выступала над водой, предохраняя корни кру-кру от затопления. Плантация простиралась на многие километры, каждую грядку обрамляли ивовые изгороди и сеть узких каналов. На первый взгляд – вполне объяснимо – могло показаться, что здесь невозможно ничего выращивать, но сафрифанцы доказали, что это не так. Находчивый и крепкий народец. Тай уважала эти качества. Даже восхищалась ими. И вот теперь они стояли здесь, терпеливо дожидаясь момента, чтобы с ней заговорить. Это могло означать лишь одно.

– Хорош корабль, – прожурчал голос на ломаном общем. – Как имя?

– Нет у него имени, – ответила Тай на местном языке, не отрываясь от работы. Проклятый стабилизатор держался на соплях.

– Ты говоришь по-нашему? – удивился фермер.

– Достаточно, чтобы объясниться. – С этим ей повезло. Обычно Тай быстро усваивала языки, что в ее профессии было полезным талантом. Порой она давала об этом знать, в иных случаях молчала и слушала. Ей нечего было опасаться этих двух, которые мялись за ее спиной, не зная, что сказать, коль скоро их попытка завязать разговор провалилась. Тай, однако, им не солгала. Ее корабль, потрепанный грузовик YT-750, действительно не имел имени, а лишь регистрационный номер, внесенный в республиканский каталог. На самом деле даже несколько номеров, для разных работ и нанимателей. Она не видела причин давать вещам имена – будь то кораблю, оружию или даже двум дроидам, которые ей помогали: саркастичной администраторше и довольно полезному, надо признать, астромеху. Как и корабль, они были всего лишь инструментами. Зачем привязываться к тому, что никогда не ответит взаимностью? Возможно, сказывалось то, чему ее когда-то учили. Возможно, и нет. Тай просто считала это здравым смыслом.

– Что вам надо? – Она хотела побыстрей закончить этот разговор. Надо было лететь, запчасти сами себя не купят.

– У нас есть новиан. Немного. Но достаточно.

– Достаточно для чего?

Вместо ответа фермеры просто сказали:

– Оно убивает наших детей.

Тай перестала работать, универсальный инструмент выпал из открытого сердечника стабилизатора.

– Кто именно? – обреченно спросила она.

– Чудовище. Злое.

Как будто бывали другие.

– И давно это началось?

– Три недели назад. Мы расставили ловушки, но оно их разбило. Оно разрушает наши грядки, губит посевы.

– Сколько?

– Грядок?

– Сколько детей?

– Разве это важно?

Правильный ответ.

Тай наконец обернулась и окинула взглядом это жалкое зрелище. Они были, по сути, ходячими скелетами: выпирающие кости, обтянутые кожей. Тот, что повыше, – если можно было так сказать, – протянул кожаный мешочек.

– У нас есть новиан, – повторил он. Спутник говорившего сгорбился у него за спиной, тяжело опираясь на палку.

Новиана было не много, насколько можно было судить по размерам мешочка. Вряд ли стоило тратить время.

«Оно убивает наших детей».

– Где?

– В Сорканской трясине, отсюда идти пешком пять дней. Если на скиммере, то день.

– Есть у вас скиммер?

– Нет.

Он посмотрел на Тай, и Тай посмотрела на него. Тот, сгорбленный, глядел в воду. Устало. Ни на что не надеясь и ничего не ожидая.

В былые дни Тай воспользовалась бы набором веразинских плиток, сказав себе, что вверяет все воле случая. Оставляет выбор за вселенной. На одной стороне каждой плитки был выгравирован месяц, на другой – солнце. Процесс был достаточно простым. Бросить их все на землю, определиться, на что ставишь: на больше солнц или месяцев, – и пусть решает жребий. В последнее время Тай более активно брала дела в свои руки, выбирая собственный путь вместо того, чтобы полагаться на плитки, и сейчас она знала, что работа не окупится. Следовало возвращаться на корабль и лететь на Келдуин. Это было бы разумным шагом. Даже логичным.

Ему нужно было просто сказать это вслух:

– Ты нам поможешь?

И вопрос был решен.

Глава 4

Райстен

Холод никогда не тревожил Уди Диса. В детстве вообще не приходилось с ним сталкиваться, но это было так давно, что тропики Талора превратились в отдаленное воспоминание. С тех пор было столько других планет, столько проложенных и проданных маршрутов. Отцу было бы стыдно за его образ жизни, но разве это новость. Тем не менее, когда трап «Паука» со стуком ударился о пыльную почву, у него перехватило дыхание. Даже здесь, в обитаемой полосе Райстена, мороз был жестоким, но Дис не мог в этом признаться. И не собирался. Он закутался в плащ с меховым подбоем, надел маску для защиты от ветра и зашагал по трапу, игнорируя холод, который виброножом врезался под перья. Когти громко звякали по металлу.

– А вот и он, – прокаркал чей-то голос, когда из корабля вышел сам Ро. Дис присел в защитную стойку, покрепче схватив свои крылоножи, – это оружие с искривленным клинком было единственным, что у него осталось с родной планеты. Навстречу катился какой-то меховой клубок, следом за которым неслись три больших существа, выглядевших так, будто вырвались прямиком из кошмара биоинженера: жуткая помесь, в которой угадывались черты блуррга и банты. Уже не в первый раз Дис пожалел, что его дар ограничивался кинестезией, позволявшей с такой точностью находить путь среди звезд, и не включал знаменитое джедайское предвидение – чувство опасности, заранее предупреждающее об атаке. Под этой густой шерстью вполне мог скрываться дезинтегратор или лазерный бич.

Он вздрогнул, когда на его плечо легла рука Ро:

– Спокойно, солдат. Это наш контакт.

Солдат. Немало воды утекло с тех пор, когда Дис был солдатом. Нигилов он нашел намного позже.

Ро прошел мимо и соскочил с трапа вниз, а пришелица широко раскинула руки.

– Маркион, Маркион, Маркион, – по-семейному радостно прошамкала она. – Ты вернулся к нам. Наконец-то. Ты снова стал на Тропу.

– Куфа, – ответил Ро, но воздержался от объятий, которых так явно желала старуха. Она уронила руки на свои перемотанные тканью бока и лишь ухмыльнулась тому, кто устроил царство террора во Внешнем кольце. – Рад тебя видеть, тетушка.

Еще один сюрприз. Неужели эта карга с пергаментной кожей и беззубым ртом – родственница самого Глаза? Дису мало что было известно о прошлом Ро, не считая того факта, что он унаследовал титул Глаза от своего отца Эсгара. В остальном никто почти ничего не знал ни о его происхождении, ни что это за раса с грифельно-серой кожей и черными как угли глазами. И все же лицо этой женщины со странными татуировками, похожими на молнии нигилов, было смутно знакомым – хотя Ро мог бы переломить ее пополам, как стебель бариевого тростника.

– Мы соскучились по тебе, – сказала женщина, глядя на Глаз снизу вверх. – Мы получили твое сообщение, но Старейшина не верил… – Она умолкла и поднесла дрожащий палец к его маске. Ро позволил ей прикоснуться: насколько знал Дис, такого тоже раньше никогда не бывало. – Правда, я бы хотела увидеть твое лицо. Столько времени прошло.

Ро отвел ее руку вниз, мягко держа в своих ладонях.

– Позже. В Святилище.

Это, по крайней мере, ненадолго ее утихомирило.

– Да. Да, в Святилище. Хотя температура не поднимется, а опустится еще больше.

– Охотно верю.

– Но оно того стоит… снова увидеть Уравнителя. Почувствовать его всеобнуляющий покой.

– Как почувствовал наш предок давным-давно.

– Так нас учили. Всех нас.

В темных глазах женщины заблестели слезы. «Интересно, замерзнут или нет?» – подумал Дис.

– Ты и впрямь возвратился из тьмы.

Ро отпустил ее руку:

– Так ты нас отведешь?

Взгляд Куфы упал на Диса, как будто она увидела его впервые.

– И кого же ты хочешь провести на Голамаранскую равнину? Кого хочешь провести в Святилище?

– Это Уди Дис, – сообщил Ро, вытянув руку в его сторону. – Он… мой друг.

Дису это понравилось. Не телохранитель. Даже не какой-то там пилот. Друг.

Карга вперила в него взгляд:

– Он… что он такое?

Дису хотелось заорать, что он замерзает.

– Он талортай, – ответил за него Ро. – Его народ могуч в Силе.

Куфа снова уставилась на маску племянника:

– В Силе?

На этот раз Дис сам подал голос:

– Я навигатор. Следопыт. Нахожу тропы.

Она хихикнула: что-то в его словах ее развеселило.

– Вот как? Что ж, кем бы ты ни был, что бы ты там ни находил, здесь тебе рады. – Она взглянула на Ро. – Как и кредитам, которые пришли раньше. Вот это щедрость.

– Я знал, что тебе непросто будет сюда приехать, – сказал Ро. – То старое ржавое ведро все еще у тебя?

– «Щедрая рука»? Да, у меня. Ржавоточцы наполовину ее сожрали, но она все еще летает, хотя до Святилища не довезет. – Она похлопала по боку одного из косматых зверей, которые терпеливо ждали рядом. – Сларги доставят нас туда, куда не долетит никакой транспорт. Они сильные. – Старуха посмотрела на Ро. – Там, куда мы направляемся, слабые не выживают.

Дорога до входа в пещеру выдалась долгой и утомительной. К счастью, первый отрезок пути они проехали на грависанях. Сларги фыркали на корме спидера, который, кашляя и захлебываясь, пересекал Голамаранскую ледяную равнину. Местность была безжизненной: во все стороны простиралась ледяная пустыня, уходящая в темноту. Здесь, в тундре, Дис оценил толстую шубу, которую выдала Куфа. Свалявшаяся шерсть пропиталась застарелым потом, но не давала промерзнуть до костей на пронизывающем ветру. Ро и его тетка устроились впереди.

Вскоре Куфа объявила, что дальше предстоит ехать верхом на сларгах. Покачиваясь, они потрусили вперед. Огни грависаней стали отдаляться: дроид-пилот помчал обратно со всей скоростью, какую могла развить репульсорная колымага. Темень была почти непроглядной, но караван неспешно продвигался в полном молчании; все звуки заглушал вой ветра, грозившего сорвать ездоков с их животных. Сларги, каким-то образом знавшие направление, топали, опустив головы для защиты от шквалистых порывов. Широкие ноги с хрустом сминали снег.

Дис прощупал окружение Силой, радуясь, что Ро по-прежнему впереди, и надеясь, что старуха помнит дорогу. Следовало держаться начеку. Почем знать, какие ужасы обитают на этих ледяных равнинах – если, конечно, что-то живое вообще могло существовать при таких температурах. Но если да, то оно наверняка голодное, и сларги послужат хорошим обедом, как и сами путники – даже Куфа, хотя Дис подозревал, что под всеми этими мехами одна кожа да кости.

Спустя час – хотя казалось, что прошел целый день, – зверь Диса рывком остановился. На секунду талортай подумал, что сларга околела от холода и сейчас свалится на свою уродливую плоскую морду. Впереди послышался скрип сапог по снегу. Ро уже успел слезть и помогал старухе спуститься с первой сларги. Дис последовал их примеру, мысленно благодаря Куфу за световой стержень, который она зажгла и теперь махала в северо-восточном направлении. Все зашагали вперед, борясь с ветром; снег валил хлопьями, и стержень Куфы то исчезал, то появлялся снова. Вскоре Дис перестал не то что видеть, а чувствовать сларг, которые сбились в кучу позади. В мире больше не осталось ничего, кроме снега, льда, ветра и рева. Все тело ныло; крылоножи, которые он забросил на спину, давили к земле; каждый шаг сам по себе был испытанием. Время утратило всякий смысл, и Дис не раз и не два начинал опасаться, что ощущения покинули его. В какой стороне север? В какой юг? А где Ро, все еще впереди или нет? Он окликнул, но не услышал даже собственного голоса, что уж говорить об ответе Глаза, даже если бы тот отозвался.

Вдруг он остановился; все чувства возвратились. Куфа и Ро тоже сбавили ход, и Дис заставил свои обычно зоркие глаза присмотреться внимательней сквозь слой грязи, покрывавший стекла очков.

Старуха привела их к скальному образованию посреди льдов. Ее стержень осветил расселину в ссохшемся камне. В щель смог бы протиснуться разве что обезьящер, но именно туда Куфа и полезла, цепляясь за камни своей меховой одеждой. Дис думал, что она застрянет, но старуха пробралась в зазор, будто камнекрыса, способная проскользнуть в дырку вдвое уже себя. Секунда – и она исчезла. Дис на миг запаниковал, решив, что она утащила с собой световой стержень, но тут же осознал, что фонарь в руке у Ро. Глаз протянул ему стержень, намереваясь последовать за теткой, но Дис покачал головой. Старуха, похоже, знала, что делала, но поди угадай, кто их подстерегает по ту сторону расселины. Дис не собирался допускать, чтобы Ро выскочил прямо в объятия морозного паука. Достав свои крылоножи, он последовал за каргой в неизвестность.

Глава 5

Сайклорианские судоверфи

Когда Белл с Индирой вбежали в безукоризненно чистую кабину экипажа «Инноватора», Вэм Таргс оторвался от терминала и вскинул свою щетинистую голову:

– Джедаи?

– Есть проблема, – выпалил Белл, прежде чем Индира успела его остановить.

Таргс обеспокоенно щелкнул жвалами:

– Какого рода проблема?

Белл мысленно отругал себя.

– Мы… не знаем.

– Мы почувствовали возмущение в Силе, – вмешалась Индира, не дав юному джедаю покраснеть еще больше.

– А конкретнее нельзя? – спросил аквалиш через свой вокодер, но затем поправил сам себя: – Нет, конечно, нельзя. Сила не годится для точных предсказаний, иначе от нее была бы, знаете ли, польза.

Оба джедая уже свыклись с характером Вэма. Аквалиш не имел намерения никого обидеть. Он оперировал абсолютными величинами. Компонентами. Уравнениями. Законами физики. Хотя многие в Галактике доверяли Силе, при научном складе ума ее капризы, наверное, были невыносимы.

Инженер повернулся к ближайшему сайклорианину, который работал за целой стеной аналитических мониторов:

– Проведи полную диагностику.

Инсектоид прочирикал вопрос на своем языке, который Белл безуспешно пытался выучить с тех самых пор, как вернулся в Среднее кольцо.

– Всех систем, – рявкнул в ответ Вэм. – Раз джедаи говорят, что где-то непорядок, значит, где-то непорядок, и надо сейчас же выяснить, где именно.

Сайклорианин полиловел и принялся за работу. Хотя Белл и не освоил язык, он узнал об инсектоидах достаточно, чтобы распознать во внезапном изменении окраски признак сильного стресса. Не хотелось никого ставить в неудобное положение, но предостережение Силы было таким выразительным! Юноша снова обратился к космической энергии, представив ее как бушующий огонь, и безмолвно попросил Лодена помочь, подсказать. Как и прежде, бывший учитель не ответил, но внезапный порыв ветра, раздувший воображаемые языки пламени, нельзя было ни с чем спутать.

– Это не на корабле, – пробормотал юноша себе под нос.

– Не понял, – сказал Вэм.

– Опасность исходит не изнутри…

– А снаружи, – подтвердила Индира, и в тот же миг раздался вой сигнализации.

В сопровождении Искры они бросились к центральному столу управления.

– Что это? – спросил Белл.

– Гиперпространственный оповеститель о сближении, – ответил Вэм, когтистыми пальцами поворачивая рычажки и регулируя настройки. – Экспериментальная система, которую я как раз довожу до ума. Она отслеживает вибрации в обычном пространстве и предсказывает выход кораблей из гиперпространства. Я надеялся представить ее непосредственно канцлеру Со на выставке.

– И что? – поинтересовался Белл. – Есть вибрации?

– Сирену слышите?

– Но откуда они исходят? – спросила Индира, не обращая внимания на раздраженный тон аквалиша.

– Я же сказал, что еще дорабатываю систему. Это лишь опытный образец.

– То есть неизвестно, – поникшим голосом произнес Белл, пытаясь сдержать досаду.

Вэм понимающе посмотрел на него:

– Бесит, правда?

– Намек понят.

– Возможно, мы сможем помочь, – сказала Индира. – Есть у вас диапазон координат?

– Конечно. – Вэм щелкнул рычажком. По одному из стоящих на столе экранов побежала цепочка цифр.

Аквалиш нахмурился.

– Что-то не так? – спросил Белл.

Таргс нажал на кнопку, и все повернулись к главному обзорному экрану, на котором отображалось пространство вокруг верфей.

– Данные указывают на то, что вход откроется в одной из этих точек, но никто в своем уме не станет прыгать так близко к источнику гравитации. Должно быть, в расчетах какая-то ошибка.

Словно в доказательство его неправоты – а точнее, правильности расчетов, – на экране возник корабль, только что вынырнувший в обычное пространство. Это была колымага, склепанная из частей нескольких разных судов, хотя Белл подозревал, что в юности он был кореллианским дальним лайнером. Но никакое гражданское судно не могло нести такого количества оружия. Турболазеров. Бластерных пушек. Торпедных аппаратов. И даже эта демонстрация грубой силы бледнела в сравнении с тремя молниями, украшавшими тупой нос корабля. Эти молнии могли означать лишь одно.

Нигилы.

Индира уже сорвалась с места. Белл с Искрой бросились следом.

– Поднимите все «Небесные ястребы», – скомандовала она. – И только не говорите, что на этой летающей лаборатории нет оружия.

– Мы научное судно, – огрызнулся Вэм. – К тому же корабль-то всего один.

– Нигилы никогда не приходят в одиночку, – крикнул в ответ Белл, запрыгивая в ожидавший турболифт.

* * *

– Они знают, что мы здесь?

На «туче» нигилов кипящий сгусток глуванской ненависти, известный как Сарн Звездолом, алчно разглядывал судоверфи.

– Ну? – прочавкал он, не получив ответа на свой вопрос.

Флаггрианка, работавшая за пультом связи, наклонила свою луковицеподобную голову, прислушиваясь к устройству, втиснутому в ее крошечное ухо.

– Слышу оживленную трескотню на всех частотах. Знают, это точно.

«Славно», – подумал Звездолом. Значит, перепугались. Он любил, когда жертвы пугались. От испуга они могли наломать дров.

– Призывы о помощи?

– Сквозь наши глушилки не пробиться.

Звездолом ухмыльнулся, его покрытое слизью лицо заблестело в предвкушении:

– Прекрасно. Цель: судоверфь. Огонь!

Команда не стала спрашивать, из какого оружия. Она хорошо знала своего командира. Когда Сарн Звездолом говорил: «Огонь!», это значило – из всех стволов. До единого.

Из лазерных батарей корабля вырвались багровые лучи, за которыми последовал шквал плазменных торпед. По всей стене ангара расцвели взрывы, и при виде каждого Главарь тучи радостно булькал. Судоверфи Сайклора полнились разными вкусняшками, но свинячьи глазки Звездолома были прикованы лишь к главному призу, к сокровищу, спрятанному в двадцать втором ангаре: к гордости Корпуса научной службы Республики – «Инноватору». Было весело пытать офицера службы безопасности, пока тот наконец не выдал номер ангара, но вскрыть корпус «Инноватора» будет еще приятнее. Звездолом не имел представления, какие сокровища отыщутся на корабле, когда абордажные группы станут прочесывать его коридоры. Вообще-то ему было безразлично. Он знал только, что добыча будет ценной – не только для него лично, но и для всей бури. После такого успеха Пэн Эйта наконец-то сделает его грозой, со всей причитающейся славой… и богатством. Сарн облизнул губы, наслаждаясь горьким запахом собственной слизи. Да, это будет великолепно.

– Есть пробоина, – доложила флаггрианка. Звездолом не знал ее имени, но она отзывалась на «эй, ты», что его вполне устраивало.

– Ну, так выпускайте истребители, – прорычал он и щелкнул рычажком на подлокотнике своего командирского кресла. Его голос разнесся по всей «туче». – Подкормим шторм, друзья мои. Сегодня мы славно попируем.

* * *

Ангар, в котором стоял «Инноватор», содрогнулся от очередного залпа. Нигилы времени не теряли. Белл подбежал к своему «Вектору», на ходу открыв колпак кабины толчком Силы, как учила Индира. Искра промчалась по клиновидному крылу истребителя и заскочила на заднее сиденье в тот самый миг, когда Белл, взвившись в воздух, опустился точно в кресло пилота.

Оглянувшись, он увидел, что Стокс уже сидит в своем «Векторе» и занимается предстартовой подготовкой – правда, не сказать чтобы крохотная машина требовала особых проверок. Каждый «Вектор» был симфонией простоты и практически не нуждался ни в компьютерном оборудовании, и в датчиках, когда за его штурвалом сидел джедай.

Стоило лишь фонарю кабины защелкнуться, из динамика донесся голос Таргса:

– Они проделали брешь в ангаре. Истребители на подходе.

Белл поразился тому, что, несмотря на ситуацию, аквалиш сохранял удивительное спокойствие.

– Из Ядра никаких вестей?

– Не можем связаться. Все сигналы глушат.

– Ясно. Ждите.

Белл не стал смотреть, готова ли Индира. Он чувствовал и так. Юноша включил двигатели, и «Вектор» помчался к дверям ангара. Стокс, принявшись за его обучение, настояла, чтобы Белл летал на «Векторе» сам, а не в роли второго пилота, и такое решение вполне его устраивало. Однако, в отличие от «Новы», он поборол искушение дать крошечному истребителю какое-нибудь имя. После смерти Лодена это казалось неправильным. Орден верно учил. Никаких привязанностей. Они лишь отвлекали.

Истребитель миновал двери и вылетел в космическое пространство. Искра гавкнула за спиной.

– Ты там в порядке, девочка? – обернувшись, крикнул Белл. – Готова пострелять из бластеров?

Борзая тявкнула снова, и джедай невольно улыбнулся:

– Рад, что ты прикрываешь мне спину.

Он развернул «Вектор», направив машину влево, чтобы разминуться с обломками конструкций верфи. По ангару били лазерные лучи, и во все стороны разлетались новые осколки. Белл знал: корпус долго не продержится, и тогда ничто уже не помешает нигилам добраться до «Инноватора».

Нет, не так. Еще оставался он.

Из главного корабля нигилов вылетели мелкие истребители и понеслись в сторону судоверфи. Белл выбрал потрепанного вида хоппер размером едва ли больше «Вектора»: короткие крылья щетинились лазерными пушками. Ни устройства наведения, ни голоприцела не требовалось. Силы было достаточно. Палец юноши коснулся гашетки, излучатели выстрелили, смертоносные лучи нашли свою цель и вонзились глубоко в корпус нигила, перебив топливопровод. Планетолет исчез в яркой вспышке.

Искра тявкнула, и Белл улыбнулся, довольный своим выстрелом:

– Следующий твой, подруга.

Из коммуникатора донесся голос Индиры Стокс; «Вектор» автоматически переключился на внутренний канал джедаев.

– Осторожно, падаван. Не радуйся смерти врага. Этот путь ведет на темную сторону.

На миг Белл почувствовал раздражение, которое тут же постарался перебороть. Индира была права. Смерть нигила и в самом деле доставила ему удовольствие – удовольствие, обостренное чувствами, которые он так усердно пытался игнорировать. Гневом. Горем. Как много ему еще предстоит усвоить.

– Спасибо, учитель, – сказал он и бросил «Вектор» в штопор, уходя от огня другого истребителя. – Да пребудет с нами Сила.

– Во имя света и жизни, – ответила Индира, атакуя собственного противника.

Истребитель продолжал висеть у Белла на хвосте, его пилот палил во все стороны, надеясь, что рано или поздно повезет. Белл продолжал вертеться: в подвижную мишень попасть раз в десять труднее. В другом бою он легко мог бы взвиться вверх и перелететь над схваткой, так что охотник сам стал бы добычей, но сейчас в этом не было нужды.

Нигильский истребитель взорвался бесшумной вспышкой пламени, и Белл отвернул в сторону. С помощью Силы переключившись на другой канал, он поблагодарил пилота местной обороны, который, как он ранее почувствовал, и сел нигилу на хвост.

– Всегда пожалуйста, – ответил синтезированный голос. – Хотите, мы займемся истребителями, пока вы будете разбираться с тем чудовищем?

Белл посмотрел налево, а владелец голоса подвел свой Z-29 «Небесный ястреб» бок о бок с «Вектором». Пилот оказался сайклорианином, его руки в перчатках сжимали рычаги управления. Белл возблагодарил Силу за переводящий модуль, благодаря которому он мог понять чириканье и щелканье инсектоида, и, разумеется, за истребитель, которым тот управлял. Z-29 был новейшей моделью из целого флота «Небесных ястребов», выпускаемых судоверфью. Корпорация «Инком» уже заключила ряд жирных контрактов на поставку «Ястребов» планетам Республики и за ее пределы. Не нужно было обладать Силой, чтобы уловить гордость в голосе пилота. Он знал, что эта битва, пускай и опасная, поможет продемонстрировать скорость и маневренность Z-29. Нигилы крупно просчитались, атаковав одного из лучших кораблестроителей Среднего кольца, а тем более в присутствии двух джедаев.

Искра гавкнула, и Белл рассмеялся:

– Да, ты права. Двух джедаев и зольной борзой.

Он был уверен, что порой собака может читать его мысли.

– Джедай Зеттифар?

Белл извинился перед ожидавшим ответа пилотом и велел ему действовать по ситуации. Сайклорианин покачал антеннами и отвернул, снова влившись в рой сородичей, которые вели главный бой в своей жизни.

Белл осмотрелся, обшаривая взглядом пространство вокруг ангара.

– Учитель?

– Я с тобой, падаван, – ответила Индира. Ее «Вектор» появился у правого крыла.

– А Сила с нами всеми.

Белл завалился влево, уходя в сторону от разбитого ангара. Индира с идеальной точностью повторила его маневр, повернув машину одновременно с ним, и оба помчались к новой цели – нигильской «туче».

Глава 6

Сафрифа

В то время как чудище подтаскивало ее все ближе к своей пасти, похожей на вонючую рану, Тай думала лишь о том, что у крекковой погани больше зубов, чем строго необходимо.

Следовало догадаться, что это будет дренгир. Еще год назад Тай даже не слышала этого названия – а кто его слышал? – но теперь кошмарные твари были повсюду. Они прорастали из-под земли практически на каждой планете галактического фронтира. Когда ей впервые описали подобное существо, Тай лишь посмеялась. Разумные растения? Серьезно? Каким образом, пустота его побери, растение может быть опасным? Так она считала, пока впервые не встретилась с этой тварью лицом к корявому лицу и собственными глазами не увидела эту жуткую гору извивающихся ветвей и длинных шипов из узловатой древесины. Вести об их появлении распространялись с такой же быстротой, как и сами чудовища; о них шепотом рассказывали в тысячах наливаек и у тысяч костров. Говаривали, что от этой напасти погибали целые планеты, где дренгиры удушали поселения своими колючими лианами, а их жителей пожирали. Стоило заразе пустить корни, и уже, похоже, ничто не могло ее остановить. По слухам, пострадали даже хатты, их густонаселенные мегаполисы на Нал-Хатте фактически превратились в дикие джунгли. Байки? Кое-кто считал подобные россказни чепухой, однако, с точки зрения Тай, угроза была такой же явственной, как побеги, которые сейчас подтягивали ее все ближе к оскаленной пасти.

Когда Тай ступила на эту стезю, она сама прописала для себя правила. Таким был первый урок Карату, когда этот старый седой наемник решил поделиться своей мудростью с новой участницей своей банды. «Знай предел своих возможностей. Знай, где провести черту». Конечно, правила самого Карату позволяли предавать всякого, кто ему доверился, но урок она запомнила, хотя прошло уже много лет с того дня, когда кирк сделал фатальную ошибку, повернувшись к ней спиной. Правила Тай были четкими. Никаких привязанностей. Никаких осложнений. Она охотилась только на животных, а не на разумные жизнеформы – если, конечно, эти разумные жизнеформы не пытались ее убить.

Дренгир определенно пытался.

Тай оттолкнула тварь от себя, послав телекинетическую волну, способную сломать шею аклаю или даже роггворту, но не дренгиру. На дренгиров такое не действовало. У них вообще шеи-то были?

Тай уже не впервой имела дело с этим чудовищами. В первый раз она чуть не погибла. Это было на Галидраане, во время охоты на батарикана. Когда она нашла змею, у той из глазниц и носовых пазух торчали корни дренгира, а из тела были высосаны все питательные вещества. Увы, большинство местных жителей постигла та же жуткая участь, поскольку зараза вышла из-под контроля. Тай сама еле ноги унесла, хотя KL-03 больше тревожило то, что они провалили очередной заказ. Тупая дроидица. В следующий раз пусть сама воюет с монстрами.

Если этот следующий раз будет.

По ее щеке прополз корень дренгира, подбираясь ко рту. Колючки царапали губы. О, нет. Такая смерть не для нее.

Тай сделала новый толчок. Уж если она не могла сломать несуществующую шею дренгира, то проклятые побеги – вполне. Дренгир взревел, его лозы вытянулись до точки невозврата. Наконец они лопнули, и холмоподобная туша чудовища врезалась в ближайшее дерево. Тай выдернула корень изо рта, поморщившись, когда колючки разорвали нижнюю губу. Очередной шрам в коллекцию. Очередной шанс умереть от токсического шока. Почем знать, какие бактерии живут на этих тварях – или в болотной воде, коль на то пошло.

– Не спастись. Урожай наш.

Голос резанул глубже, чем любые колючки. Вот теперь дренгир разозлился, но и Тай тоже. Они уже пытались с ней это сделать на Галидраане, подавить волю своими ядовитыми мыслями, затопить разум картинами отчаяния, образами целых планет, которые пошли в пищу. Вот все, что она для них значила – да и не только она. Еда. Мясо. Пропитание. Выживание.

Дренгир помчался к ней, выбрасывая вперед побеги. Ими он цеплялся за стволы деревьев, ветви и вообще за все подряд, подтягивая себя ближе. Хорошо. Это значило, что передвигаться самостоятельно ему трудно. Тай не особо много знала о дренгирах – а кто знал? – но это значило, что тварь молодая, а молодые дренгиры все еще были уязвимы. По крайней мере, в теории.

Тай прыгнула вверх – выше, чем была способна обычная толотианка. Она не достала до крон каренговых деревьев, но сумела ухватиться за нижнюю ветку, которая тянулась к соседнему дереву. Ветка прогнулась, опустив ее опасно близко к дренгиру. Существо сердито взревело.

– Урожай наш. Урожай наш.

Не сегодня.

Обвив ветку ногами, Тай переползла вперед, пока не оказалась точно над дренгиром. Все ее тело болело, а серебристые отростки, обрамлявшие голову, нестерпимо чесались, даже фантомный. Особенно фантомный, отрезанный много лет назад ножом виквая. Уж если отсутствующий кончик чесался, значит, она реально попала.

Ветка поехала вниз.

Резко повернув голову, Тай увидела, что дренгир сумел зацепить конец ветви и изо всех сил тянет ее к земле. В этот момент охотница оказалась ровно посередине: слишком далеко от лозы, чтобы отбросить ее, но недостаточно близко к стволу, чтобы вскарабкаться выше. Ветка застонала, сырая кора пошла трещинами. Тай понимала: если ветка обломится, она неминуемо полетит прямо в объятия дренгира.

«Еда. Мясо. Пропитание. Выживание».

Оставался единственный шанс. Зацепившись ногами за ветку, Тай повисла лицом к монстру. Тот рычал и бурлил, пытаясь ее схватить. Тай закрыла глаза и потянулась вниз, но не руками, а чувствами, самим своим естеством. Потянулась мимо существа, которое жаждало ее пожрать, сквозь воду, в которой мокла его голодная туша. Стала шарить под илом и корнями, разыскивая единственную вещь, которая могла ее спасти, – оружие, которое выронила в момент нападения дренгира.

Вот. Вот он где, зацепился за корень прямо под дренгирьей тушей. Трижды проклятье.

Вокруг ее запястья обвилась колючая лиана.

Тай потянулась снова, но на сей раз не разыскивая, а призывая.

Под дренгиром шевельнулся предмет, принадлежавший Тай с давних времен. Задолго до Галидраана. Даже до Карату. Она усилила нажим, мышцы рук напряглись. Оружие все не вылетало; оно дергалось в грязи, но высвободиться не могло.

Еще один побег нашел правое запястье. Дренгир потащил ее к себе.

Тай представила оружие: его длинную рукоять, агрессивные шипы, которые так разочаровали бы старого азумела, научившего ее собирать эту штуку. Фокусирующую линзу, эмиттер, кнопку включения.

Под дренгиром вспыхнул фиолетовый свет, и Тай потянула со всей силы.

Клинок разрезал корень и вырвался на свободу. Дальше он прошел сквозь самого дренгира, разрубив надвое его уродливый клювообразный рот. Дренгир взвыл, а его тело, словно гнилой фрукт, развалилось на две половинки, которые плюхнулись в болото.

Световой меч Тай лег в ее ладонь, и в тот же момент ветка треснула.

Тай полетела вниз, однако смогла сгруппироваться и приземлиться на ноги посреди останков дренгира. Погасив клинок, она стерла грязь с рукояти и сунула оружие обратно в держатель. Затем осторожно сняла лианы с запястья, стараясь не оцарапаться. Дело еще не было окончено, это она знала из перехваченных сообщений с маяка «Звездный свет». Заруби дренгира – он просто регенерирует. Ему хватит и частички своего бывшего тела. Но Тай пообещала сафрифанцам, что избавит их от твари, и слово свое намеревалась сдержать. Это была еще одна заповедь Карату, пускай тот сам и не считал ее обязательной к исполнению.

Дальше надо было потрудиться: нарезать усыпленного дренгира на полоски, развесить их на ветвях ближайшего дерева и дождаться, когда они высохнут настолько, чтобы загореться. В микрозажигалке, наверное, достаточно топлива, чтобы разжечь небольшой костер. Этого хватит, чтобы сжечь все без остатка.

Урожай был ее.

* * *

Обратный путь до болотной фермы занял больше времени, чем хотелось бы, тем более что Тай вся провонялась горелым дренгиром. Костер она записала на голокамеру как доказательство выполненной работы, поскольку тела предъявить не могла. На лицах фермеров читалось облегчение, их скромное подношение по-прежнему лежало в мешочке из маллигаторовой кожи. Но ждали не только они. Тай положила руку на меч, увидев, что рядом с ее кораблем стоит еще один. По трапу стремительно спустилась какая-то фигура, настолько же высокая, насколько сафрифанцы были малорослыми. Тай узнала расу: курану с характерной гладкой кожей светло-лилового оттенка и большими глазами без зрачков. Новоприбывшая была женщиной; на ней красовался безукоризненно чистый комбинезон, а у локтя парил маленький сферический дроид. Машина имела единственное предназначение: по команде капать антибактериальный лосьон на ладонь курану. Эта раса отличалась почти патологической боязнью микроорганизмов, что объясняло еле скрытое отвращение на лице гостьи при виде одежды Тай, покрытой засохшей грязью.

– Ты Тай Йоррик, – заявила наконец она, – так называемый «Наемный Меч». – Тон был сухим и деловым, как и скупая улыбка, которой она приветствовала охотницу.

– Смотря кто спрашивает.

– Мое имя Мантесса Чеккат.

Тай окинула взглядом кораблик:

– Похоже, ты издалека прилетела.

– Издалека, – подтвердила Чеккат. – В поисках тебя. Надеюсь, ты сможешь мне помочь.

И цикл начался заново.

Глава 7

Под Голамаранской ледяной равниной

Если путь от «Шквального паука» ощущался как вечность в стазисном поле, то шагать по туннелям, пролегавшим под ледяной равниной, было просто невыносимо. У Диса болел каждый мускул, что было для пилота относительно новым ощущением. Мышцы голеней горели огнем – все время приходилось ступать осторожно, стараясь не поскользнуться, – тогда как шея ныла от того, что из-за сталактитов надо было идти пригнувшись. За свою долгую жизнь Дису доводилось испытывать дискомфорт, – еще бы! – но талортаи были, мягко говоря, народом живучим. У них быстро исцелялись раны, хотя причина этих необычных регенеративных способностей в основном оставалась неизвестной. Возможно, это было связано с генетикой; возможно, следовало благодарить Силу. Старейшины умышленно культивировали неведение, сами боясь признавать свои способности. Дис не имел понятия, почему, но он слышал легенды о великой чистке, об армии, которая спустилась с небес на крыльях драконов, чтобы рубить всех без разбору своими пылающими алыми мечами. В иное время и в ином месте это назвали бы уничтожением конкурентов, но тогда, более четырех тысяч сезонов назад, это стало не чем иным, как геноцидом. Талортаи, некогда многочисленные, превратились в народ, находящийся на грани вымирания, и умышленно оставались в этом состоянии. Такие правила установили старейшины. Кара за неповиновение была суровой, в чем Дис убедился на собственных перьях.

Тряхнув головой, пилот изгнал мысли о доме из своей головы. Зачем он вообще вспомнил о Талоре и его совете трусов? Возможно, причиной был монотонный спуск. Да, не иначе, подумал он и ухватился за стену, чтобы не налететь на Ро и Куфу.

Когда они протиснулись через узкую щель, бабка, неожиданно для обоих, достала из-под полы три маленьких летающих дрона размером с термодетонатор. Дис выхватил крылоножи, чтобы сразу же их располовинить, но парящие сферы ярко засияли, и в туннеле стало светло как днем. По крайней мере, теперь будет видно, на чем они поскальзываются.

Сейчас крылоножи снова висели за спиной: пришлось пойти на эту жертву, чтобы освободить руки и балансировать ими. Дыхание замерзало перед клювом, а шуба нестерпимо чесалась, но зато женщина наконец закрыла рот и молча вела их дальше – все вниз и вниз. На протяжении первого часа спуска по всему туннелю разносилось эхо ее вопросов. Правдивы ли слухи? Действительно ли Ро стал пиратом? Практикует ли он по-прежнему ритуалы? Не получал ли он весточек от других членов семьи? Глаз ничего определенного не говорил, отвечал немногословно, даже когда карга назвала его именем, которого Дис никогда раньше не слышал.

Правдивы ли слухи? Ну, смотря что за слухи.

Да, он стал пиратом, в числе многих других своих занятий.

Нет, но ритуалы никогда не покидали его.

Что до семьи… он сомневался, что его встретят с распростертыми объятиями. Виброножом под ребра? Вот разве что.

Это Дис мог понять.

У самого Ро тоже были вопросы. Сколько их осталось?

– Верных? – Куфа издала горький лающий смешок. – Не особо много. Впрочем, ты и сам все видел. Видел… их, в золотистых одеяниях и со сверкающими мечами. Таких великолепных. Таких блистательных. Путеводный свет Галактики. – Она снова фыркнула. – Они ведут нас всех к погибели. Верные это знают, как мы и сами поняли на Джеде. И на Долне. Но отступники на подъеме, и прилив уже не остановить.

Эти слова почему-то встревожили Ро, который стиснул пальцами мех:

– Но если ты считаешь, что война проиграна…

– То зачем мы сюда приходим? Зачем возвращаемся в Святилище? – Она сплюнула, комок густой слюны сполз по зазубренному сталагмиту, словно мусорный слизень. – Никто никуда не приходит. Ледяные пещеры пусты, Уравнитель забыт. Сомневаюсь, что служители вообще до сих пор функционируют. Посмотрим.

– Но ты…

– Уже больше десяти лет нога моя не ступала в эти туннели. – В голосе Куфы явственно ощущался стыд. Старуха развернулась; на льду она держалась столь же твердо и уверенно, насколько Дису было некомфортно.

– Потому ты и прилетел, племянник? Ты привез нам надежду? Ты снова откроешь Руку? Огласишь послание?

Ро покачал головой:

– Это не моя стезя. Я не пророк.

Куфа вгляделась в его маску, прищурив глаза, как будто могла что-то разглядеть сквозь обмерзшее стекло:

– Может быть. Может, и нет. Все пророки рано или поздно сбиваются с дороги. Именно так они отыскивают Тропу.

После этого они продолжили спуск, причем уклон становился все более крутым. Разговоры прекратились, но чувство тревоги осталось. Нет, оно даже усилилось. Стало острее. Ничего подобного Дис в жизни не испытывал – даже в тот день, когда его выгнали из гнезда.

Он потянулся вперед с помощью Силы. Перья встопорщились под меховой шубой. Ро, остановившись, обернулся и увидел, как он вытащил крылоножи из-за спины и занес их наготове.

– Уди?

– Надо идти вперед, – настойчиво сказала Куфа, отдаляясь. Дроиды-лампы следовали за ней, и вокруг Ро с Дисом начала сгущаться тьма.

Глаз шагнул ближе:

– Что там?

Дис застыл, готовый действовать. Готовый защищаться.

– Не знаю, – ответил он наконец. – Чего-то не хватает.

Ро наклонился к нему:

– Скажи мне, что ты чувствуешь.

– Ничего я не чувствую, – отрезал Дис. – Наш дар не такой, как у джедаев.

– Вы не получаете предостережений?

Дис покачал головой:

– Нет, но мы улавливаем вибрации.

– И благодаря этому ты можешь прокладывать путь сквозь метеорные шторма и кометные поля.

– Мы замечаем движение вещей. В полете. В бою. Но здесь, внизу, в туннелях…

Он снова пощупал Силой.

– Здесь ничего нет.

Но это не было правдой. Низкий рокот, который донесся из прохода, говорил о том, что дальше в темноте определенно что-то есть. Не рокот, а какое-то ворчание, переходящее в рев.

Появились светящиеся сферы: Куфа торопливо возвращалась.

– Надо пошевеливаться.

Ро снова вгляделся в темноту. Снова раздался рев.

– Что это?

– Я надеялась, что оно все еще в спячке.

Она пронеслась мимо и, скользя по льду, начала карабкаться обратно.

– Постой, – сказал Ро, хватая ее за шубу. – Мы что, уходим?

Старуха вырвалась:

– И как можно скорее, если жизнь дорога.

– Но Уравнитель…

– Никуда не денется, когда тварь, издающая эти звуки, пройдет – в отличие от нас. Мы или будем на поверхности, или будем падать ей в желудок.

– А как же верные? – возразил Ро. – Как же поиски Тропы?

Дису показалось, что она его сейчас ударит.

– Что пользы от Тропы, если ты мертв? Я пытаюсь тебя защитить. Мы вернемся, но только после того, как кобоника пройдет.

– Так кто это рычит? Кобоника?

– А как ты думаешь? – Бабка хотела двинуться дальше, но Ро не позволил. – Пусти меня!

– Нет.

Это был голос, который Дис услышал в Великом зале в тот день, когда влился в ряды нигилов. Это был голос, который повелевал штормом.

Ро скинул свои меха, оттолкнул их ногой и снял с пояса какой-то цилиндр. На секунду Дис подумал, что это артефакт, который Ро изучал на «Пауке», но Ро вдавил кнопку на боку устройства, и из торца вырвалось элегантное желтое лезвие.

Световой меч. У Глаза Нигилов был световой меч.

Ро стоял, расставив ноги и держа в руках пылающий клинок, и с вызовом вглядывался в темноту. Рев сделался оглушительным, послышались какие-то шорох и царапание. Когда Дис подошел и встал рядом, камни у него под ногами задрожали, а с потолка, словно снег, посыпалась крошка.

– Готов? – спросил Ро, глядя прямо вперед.

– Готов, – подтвердил Дис.

Но он оказался не готов. Ни к размеру твари, ни к стремительности ее атаки. Было просто невозможно понять, что это такое на них налетело, разобраться в мелькании косматых, покрытых шерстью щупалец, которые метнулись вперед, словно скользмейки, – толстых, как талия гаморреанца, и усеянных зазубренными присосками. Одно обвилось вокруг него, пилообразные зубы прорезали шубу, а затем и перья. Дис неистово рубанул крылоножом, острая кромка вонзилась в плоть под покрытым слизью мехом. Кобоника взвыла от ярости, и еще одно щупальце рвануло в его сторону, но ему не удалось застать Диса врасплох. Он предвидел удар. Да! Чувства вернулись к нему. Он предугадывал каждое движение мышц чудовища и даже течение густой чернильной крови, которая пульсировала в его жилах. Чувствовал и каждый взмах меча Ро в узком коридоре, знал точно, куда этот меч ударит и какой отросток отвалится.

И какой отросток опутает ногу Глаза.

Дис предостерегающе вскрикнул, и в тот же миг хрящеватые присоски вонзились в ногу Ро. Но Глаз не издал ни звука; он просто развернулся и воткнул острие своего лазерного меча в один из молочно-белых глаз твари. Линза лопнула, и из нее потекла вонючая жижа. Тварь завизжала и яростно замолотила своими щупальцами, угрожая обрушить потолок. Дис продолжал натиск, снова и снова рубя своими клинками, пока монстр не погасил одного из дроидов-ламп, разбив его о стену. Внезапная вспышка света ослепила пилота, и он попытался поднырнуть, поскольку предчувствие говорило, что один из отростков сейчас ударит, словно дубина. Не помогло. Он был быстр, но недостаточно. Щупальце впечатало его в ледяную стену, раздробив кисть, и крылонож выпал из онемевших пальцев. В следующую секунду щупальце обвило его и принялось раз за разом колотить о поверхность туннеля. Снова мелькнула вспышка, и Дис почувствовал смрад горелой плоти. Кто-то стрелял по твари из бластера. Ро? Нет. Это была Куфа, ее руки в варежках сжимали ружье. Что еще она скрывала под этими проклятыми мехами?

Героическая борьба старухи продлилась недолго. Взметнувшийся отросток сшиб ее с ног; ружье вылетело из рук. От удара о землю оно выстрелило, оставив черное пятно на льду рядом с головой Диса. В следующий миг щупальце обвило ногу старухи и потащило ее к пасти чудовища. Куфа ухватилась за сталагмит в тщетной попытке удержаться, но камень треснул, оставив в ее руке обломок, похожий на кинжал, которым она принялась тыкать в тело чудовища. Без толку. Дис, зажатый между тушей твари и стеной туннеля, не мог дышать. Ро исчез, придавленный колышущимся телом монстра, а Куфе скоро предстояло познакомиться с пилообразными зубами кобоники. Стало ясно, что никто из них обратно не вернется. Регенерации не будет. Обновления тоже.

Дис закрыл глаза и приготовился встретить смерть.

Глава 8

«Заря Корусанта»

Световой меч Стеллана Джиоса зажегся, половинки перекрестья защелкнулись. Не успел он отсалютовать пылающим голубым клинком, как бой начался: противница бросилась в атаку, ее плазменное лезвие горело зеленым. Стеллан шагнул назад, рассчитывая ее замах. Удар пришелся в то место, куда он и предполагал. Джиос легко отбил его, изобразил отступление и тут же снова шагнул вперед, пытаясь заставить седовласую женщину перенести вес на заднюю ногу. Она парировала, сжимая меч обеими руками, но ее вес был по-прежнему в передней части тела. Стеллан сделал еще шаг назад, используя инерцию ее движения против нее самой. Она споткнулась, но не настолько, чтобы соперник мог ее разоружить. Хорошо. Он любил повозиться. Женщина сделала пируэт, описав дугу своим изумрудным клинком. Одного светового шоу хватило бы, чтобы у обычного противника закружилась голова, но Стеллан был не абы кем. Он был джедаем.

Стеллан отступил по дорожке, рассчитывая точную дистанцию, на которой клинок соперницы его достанет. Он вытянул руку и крутанул запястьем, мечи столкнулись, и синий клинок отвел зеленый. И снова, как он и предвидел, инерция женщины сработала против нее, но она удержала равновесие с помощью Силы и скользнула клинком снизу по его мечу. Раздался треск энергии. Затем она резко убрала оружие, вынудив Стеллана отступить еще на шаг. Следовало соблюдать осторожность. За его спиной была стена зала. Еще пару шагов, и он в нее упрется. Можно сделать сальто и перелететь над соперницей, заставив ее развернуться, но это нарушит чистоту стиля. Вместо этого Стеллан позволил ей сделать выпад, заблокировал атаку и дал клинку соскользнуть по ее мечу; заряженная плазма взвизгнула, будто хрот-зверь. Вот теперь она попалась. Стеллан дождался, когда силовое поле вокруг ее меча натолкнется на энергию его гарды, и резко крутанул, замкнув Т-образную конструкцию вокруг кончика клинка и направив его вниз. Меч вонзился в мраморную плиту перед ногами женщины, и бой был проигран. Стеллан резко отвел локоть, приготовившись рассечь ее меч надвое.

– Сола! – пролаяла джедай Ниб Ассек, сдавшись прежде, чем Стеллан успел ее разоружить.

– Уверена? – спросил он, глядя на соперницу глазами, полными лукавства.

Та хихикнула. Этот низкий, хриплый звук всегда вызывал у Стеллана улыбку. У Ниб был такой голос, будто она выкуривала в день по двадцать сигар, хотя он знал точно, что она в жизни не притрагивалась к подобной дряни.

– Думаю, сойдет представление, э? – сказала Ниб, дожидаясь, когда он выйдет из стойки.

Стеллан замысловатым движением отвел оружие и вскинул вверх в традиционном салюте. Ниб сделала то же самое, клинок почти скрыл кривую улыбочку, столь хорошо знакомую Стеллану. Оба оставались в этих позах несколько секунд, а затем погасили мечи.

Кивнув головой, Стеллан повернулся и сделал шаг в сторону маленькой аудитории, которая собралась в другом конце зала:

– Это была старинная форма фехтования на световых мечах, разработанная в тот период нашей истории, когда поединки были повсеместными. В наше время, конечно, такие дуэли являются чисто церемониальными, а также они играют роль в обучении падаванов.

– Отлично. Спасибо, мастер Джиос. Снято!

Дроид-камера, паривший неподалеку, бибикнул и начал втягивать свои многочисленные линзы.

Молодая женщина шагнула вперед, пряча планшет под куртку, которую она носила поверх простой кремовой рубашки.

– Вы уверены, мисс Дайро? Между разными формами есть интереснейшие различия…

– Вряд ли Голосети нужно столько информации, Стеллан, – мягко напомнила Ниб, сунув меч в держатель. – Вы должны простить мастера Джиоса, – сказала она репортерше. – Он привык, что за ним ходит толпа восторженных учеников и ловит каждое его слово.

Стеллан воспринял эту шпильку с тем же настроем, с которым та была адресована: лишь улыбнулся молодой женщине, попросившей записать дуэль.

– Если бы только это было правдой. Я знаю как минимум двух бывших учеников, которые предпочитали медитировать, когда я углублялся в детали истории фехтования. Это, знаете ли, моя страсть.

Рил Дайро приподняла бровь:

– А вот это уже интересно. Я думала, Кодекс джедаев гласит, что страсти нет.

Стеллан почувствовал волну беспокойства, которая донеслась от золотистого вуки, стоявшего на почтительном расстоянии позади журналистки и ее дроида, – то же беспокойство он улавливал от падавана во время дуэли с его наставницей. Буррияга был одним из самых эмоционально чутких джедаев, известных Стеллану, и этот его дар спас сотни жизней во время Великого бедствия. Однако в данном случае его тревога была излишней. Вопрос Рил не смутил Стеллана. Она делала свою работу, только и всего.

– Верно, гласит, – согласился джедай. – Сильные чувства мы и в самом деле должны стараться контролировать, поскольку эмоции могут влиять на наше суждение, особенно в стрессовых ситуациях. Они могут скрывать от нас правду и веления Силы. В то же время было бы глупо считать, что у джедая не может быть ни желаний, ни интересов. На самом деле я даже скажу, что так считать опасно, поскольку это ведет к беспечности. Да, у меня есть страсть: учиться и учить. Такова моя натура. Но в то же время я готов в любой момент отказаться от всего этого. Моя «страсть» ни в коем случае не должна перевешивать мою работу. Понятно вам мое объяснение?

– Вот теперь я жалею, что T-9 не пишет, – сказала Рил, взглянув на дроида, который парил рядом с ней. – Эта речь была чистое золото.

– Не подстегивайте его, – игриво предостерегла Ниб. – Иначе даже у вашего дроида вряд ли хватит памяти.

Рил засмеялась и откинула волосы с кибернетического импланта, надетого поверх правого глаза. Его линза была того же цвета, что и дроид.

– Ну, что ж, на сегодня достаточно. Спасибо.

– Всегда пожалуйста, – ответил Стеллан, только сейчас заметив, что во время этой импровизированной лекции использовал рукоять выключенного меча в качестве указки. Он сунул оружие в футляр, заодно проверив, висит ли меч мастера Кант на поясе, на своем привычном месте. Да, меч не выпал во время демонстрации. Стеллан похлопал по рукояти, обратив внимание, что Рил заметила оружие, спрятанное под плащом. Звезды небесные, эта журналистка свое дело знала. Возможно, в следующий раз он объяснит, почему носит этот меч. Но сегодня хватит себя баловать.

– Нам надо поговорить с канцлером, – сказал он, повернувшись к Ниб.

– Отлично, – подала голос Рил, сделав знак T-9 снова включить запись. На парящей камере зажглись индикаторы.

– Быть может, вам не следует идти с нами. – Ниб с подозрением покосилась на дроида. – Канцлер, возможно, сейчас совещается с сенаторами.

– В таком случае мы сразу же прекратим съемку, – заверила ее Рил. – Или хотя бы выключим звукозапись и выберем такой ракурс, с которого не будет видно, что она говорит. «НашаСеть» получила полный доступ, пока мы на борту «Зари Корусанта». Сама госпожа канцлер…

– Госпожа канцлер выразила желание, чтобы освещение Республиканской Выставки было как можно более прозрачным, – согласился Стеллан. Дайро, конечно, была права: ее присутствие на борту «Зари Корусанта» было идеей Лины Со. Стеллан аплодировал такой решимости, хотя и высказал предложение, чтобы на канцлерском корабле репортерша в основном оставалась при джедаях. Может, у нее и добрые намерения, но Со нужно еще и работать!

* * *

Когда Стеллан Джиос прервал ее, Рил прикусила язык. Она не любила, когда за нее вступались, но иногда спорить не имело смысла. Поэтому она просто вышла следом за своим проводником-джедаем из тренировочного зала; T-9 поплыл следом.

До сих пор хотелось себя ущипнуть, чтобы поверить: она, Рил Дайро, шагает по коридорам личного корабля канцлера! Да, она проделала большой путь с тех времен, когда новичком на Кордоте готовила репортажи о плетении корзин в микрогравитации. Или на другую никому не интересную тему, которую выбрал продюсер. А сейчас она шла рядом с джедаем. И не каким-нибудь джедаем, а членом Высшего Совета, не больше и не меньше.

Стеллан нравился Рил. Да, он был немного чопорным… и порой слишком серьезным, а в некоторые дни, когда Рил была настроена менее благодушно, она считала, что этому джедаю слишком нравится звучание собственного голоса. Однако было видно, что человек он добрый и отзывчивый. Конечно, немалую роль играло то, что этот бластерный сын был писаным красавцем. О, да. Этот мужественный подбородок, эта стильная бородка, эти голубые глаза. И улыбка. Улыбка! Она-то и сражала наповал. Неудивительно, что Совет решил сделать его своим публичным лицом.

Ниб Ассек являла полную ему противоположность. В то время как Стеллан был обаятелен и любезен, седовласая женщина-рыцарь держала дистанцию. Стеллан объяснял буквально все, но Рил, как ни старалась, так и не смогла разговорить Ассек. Не то чтобы пожилая джедайка ей не нравилась. Когда Ассек таки вставляла свое слово, то делала это с едким юмором, обычно в адрес Стеллана. У Рил сложилось впечатление, что эти двое познакомились недавно, но у них уже возникли хорошие рабочие взаимоотношения. Даже поединок выдался занимательным. Рил не могла избавиться от ощущения, что Ниб сдерживалась, то есть не то чтобы умышленно допускала ошибки, но определенно поддавалась члену Совета. Возможно, все это было просто игрой на камеру, но в любом случае было интересно.

И был еще Буррияга, падаван Ниб и, наверное, самая добрая и отзывчивая душа среди всех, кого Рил встречала в жизни. Чуткость расходилась вокруг вуки подобно сиянию лампы. Вот и сейчас, когда они подошли к кабинету канцлера, расположенному в самом сердце «Зари Корусанта», Буррияга посторонился, пропуская Рил и T-9. Этот вежливый поступок не ускользнул от внимания его наставницы.

– Бурри, – мягко сказала Ниб своим гортанным голосом, стараясь говорить тихо, чтобы не потревожить канцлера, которая и в самом деле проводила совещание. – Задача мисс Дайро – наблюдать за нами, в том числе и за тобой. Мы должны вести себя так, будто ее здесь нет.

Вуки слегка опустил голову, и огрубелое репортерское сердце Рил снова дрогнуло.

– Все в порядке, здоровяк, – сказала она, поборов порыв протянуть ладонь и похлопать его по длинной волосатой руке. – Я ценю твою учтивость. Если спросите меня, то Галактике не помешали бы еще несколько таких Буррияг.

– Святая правда, – прокомментировала Ниб, улыбнувшись Рил. Возможно, вот так и получится достучаться до женщины-рыцаря. Через падавана.

Джиос послал обеим взгляд, чтобы не шумели. Рил знаком предложила всем войти, послав T-9 по нейроканалу команду выключить звукозапись, пока не выяснится, насколько на самом деле секретны переговоры канцлера. Лина Со стояла перед видеостеной, разделенной на несколько экранов, с которых смотрели различные республиканские сенаторы. Рил сразу узнала благородный лоб сенатора Нура с Серенно, главного представителя по всем вопросам, касающимся Внешнего кольца. Вот уж кто не сомневался в собственной значимости; этот господин вечно кутался в густые караннийские меха, которые упрямо носил невзирая на погоду. Следующий экран показывал сенатора Вааду с Финдара, чьи желтые глаза в мерцающем свете приобрели нездоровый зеленоватый оттенок. Оставшуюся часть стены занимали смуглая женщина с длинными рыжими волосами – Самира Рей-ун, валонка, которой вверили организацию выставки на ее родной планете, – и еще одно лицо, знакомое каждому жителю фронтира: сама Героиня Хетцаля Эйвар Крисс. Мастер Крисс была распорядительницей маяка «Звездный свет», знаменитой космической станции, игравшей роль центра деятельности Республики во Внешнем кольце. Изображение Крисс было единственным, которое мерцало, и Рил увидела за головой женщины звезды, слегка искаженные, как будто они светили сквозь транспаристаль. Крисс сидела в истребителе, что ли?

Когда они подошли, Норел Куо, главный советник канцлера, обернулся. Завидев T-9, куривар вытаращил глаза. Он шагнул к ним, укоризненно покачивая чешуйчатым пальцем, и Рил приготовилась к немедленному выдворению из кабинета. Но никому ничего решать не пришлось, потому что канцлер извинилась перед голособранием и знаком остановила своего советника:

– Норел, все в порядке. Пусть остаются.

Советник повернулся к ней, наморщив голову, увенчанную рогом:

– Но, госпожа канцлер, видеоконференция…

– Продолжится согласно повестке, – решительно сказала Со, вновь обратив свой взгляд на экраны. – Как всем известно, администрация открыла «НашейСети» полный доступ. Разумеется, весь отснятый материал перед показом будет проверен службой безопасности, так что можно говорить свободно. – Она еще раз повернулась к Рил. – Ведь эта запись, я полагаю, предварительная.

Рил кивнула:

– Да, госпожа канцлер. Мы выйдем в прямой эфир только вечером в день церемонии открытия.

– Прекрасно. Тогда присоединяйтесь к нам. Вы тоже, мастера джедаи.

Куо шагнул назад, позволив Стеллану и прочим подойти к канцлеру, хотя было видно, что пальцы куривара крепче стиснули планшет. Стеллан и Ниб обменялись кивками с еще одним присутствующим – каллерцем по имени Лэреп Риза, заместителем Со и восходящей звездой Сената; ему прочили место Со после окончания срока полномочий нынешнего канцлера. Вид у него, по крайней мере, был соответствующий: гладкое безносое лицо красиво обрамляли пластины, а вокруг глаз разбегались темные полосы. Глаза эти казались старше, чем на самом деле. Камеры его обожали, политические обозреватели тоже, не говоря уже о голотаблоидах, которых его любовные похождения восхищали не меньше, чем его широкие мускулистые плечи.

Рил послала безмолвную команду T-9, приказав снова включить квадрофоническую запись. Со уже вернулась к своим собеседникам.

– Все идет согласно графику? – спросила она у Самиры.

– Абсолютно. Была маленькая… проблемка с голопроекторами для стенда «Объединенные песней», но…

– Не думаю, что канцлеру обязательно углубляться в такие детали, госпожа координатор, – вмешался Куо.

– Напротив, – сказала Со. – Я хочу знать все досконально. – Она снова обратила взгляд на Самиру. – Я видела эскизы «Объединенных песней». Выглядит просто прелестно.

– Это вы еще мелодию не слышали. – Самира едва заметно усмехнулась. – Она… скажем так, незабываема.

– А как там «Инноватор»? – спросил сенатор Нур, явно не желая, чтобы разговор отклонялся от темы.

– Почти готов к запуску, – проинформировал Стеллан. – На нем полетят джедай Индира Стокс и ее падаван. Они прибудут во время церемонии открытия.

От этой новости Со просияла:

– Замечательно. Зрелище будет потрясающее.

Как и платье канцлера, подумала Рил. Здесь, на мостике своего правительственного корабля, Со носила элегантный, но скромный брючный костюм. Единственным намеком на знаменитую вычурность ее стиля была брошка из мерцающего люкрита. Однако те самые голотаблоиды, которые столь усердно сватали Лэрепа Ризу каждой свободной тусовщице из тысячи систем, прямо извелись, гадая, какой наряд наденет Лина Со на церемонию открытия выставки. Со не только возглавляла Республику в период, который с легкостью можно было назвать золотым веком Галактики, – она была ниспосланным Силой подарком для индустрии моды, а ее изысканные платья неизменно клонировались для каждой торговой сети и каждого звездомаркета. На любой другой весь этот гламур казался бы излишне экстравагантным, но Галактика была без ума от Со. Ее любили повсюду, от Глубокого Ядра до самой дикой пограничной глуши. Со времен канцлера Дайгренары никто не сделал для Республики больше, чем она. Рил была вынуждена признать, что и сама немного оробела в присутствии главы государства, что было не слишком профессионально, но, как она надеялась, вполне объяснимо. У этой женщины, крифф побери, имелась пара ручных таргонов – Матари и Вору, – носивших имена богов древнего Корусанта. Что это было, если не изъявление намерений?

– А охрана будет? – осведомился сенатор Вааду.

Стеллан нахмурился:

– Как я сказал, джедай Стокс и Зеттифар…

– Да, да, да, – прервал его Вааду. – А республиканские «Стержни» и перехватчики типа «Небесный ястреб»?

– Они не понадобятся, – попыталась успокоить его Со.

Не вышло.

– Не понадобятся? В нынешней-то обстановке?

– Вы имеете в виду нигилов, – сказала Со. Ее голос утратил толику обычного задора.

– Ну разумеется, я говорю о нигилах. Мы все видели донесения. Атаки не прекратились, госпожа канцлер.

– Но их становится все меньше, – заметил Стеллан. – В последние несколько месяцев мы фиксируем снижение активности нигилов, особенно в системах, окружающих Вало. Мы считаем, что те группы, которые до сих пор действуют, – это лишь недобитки главного флота, с которыми мы сражались в туманности Кур более года назад.

– А как же налеты на Куанчи и Салиссию? – настаивал Вааду. – Недобитки или нет, они все равно представляют угрозу.

– Только не выставке, – заявила Самира. – У нас будет полный охранный контингент, включая «Стержни», расположенные во всех основных точках на расстоянии прыжка до системы…

– Плюс эскадрилья джедайских «Векторов» на самой Вало, – прибавила Эйвар Крисс, которая заговорила впервые с тех пор, как Рилл и остальные вошли в кабинет.

– А вы сами там будете, госпожа распорядительница? – спросил Нур.

Возникла заминка. Лишь на мгновение, но заметили все, после чего Стеллан бросился спасать положение, как и подобало отважному рыцарю-джедаю. Что это промелькнуло на обычно безмятежном лице Крисс, неужели досада?

– Мы отслеживаем ситуацию ежедневно.

Нур хмыкнул:

– Но нигилы хорошенько подумают, если на Вало будет Героиня Хетцаля…

Стеллан открыл было рот, но на этот раз Крисс его опередила:

– Я, конечно, планирую посетить выставку, сенатор. Однако нужно решить проблему дренгиров…

При упоминании новой напасти, которая пустила корни на фронтире, напряжение в комнате еще больше возросло. Рил видела доклады – по большей части засекреченные. Эти твари заполонили целые планеты. Существовали разнообразные теории касательно того, как именно зараза распространяется, от едва вообразимых («Они тысячи лет спали под поверхностью каждой планеты») до откровенно пугающих («Их споры прорастают внутри тел ничего не подозревающих жертв»). Так или иначе, напасти не было видно конца, хотя в недавних сообщениях говорилось о том, что джедаи нашли способ остановить волну; в этих сообщениях сенатор-финдианец явно начинал сомневаться.

– Вы заверили Сенат, что с дренгирами уже разбираются, госпожа канцлер, – с сомнением в голосе сказал Вааду.

– Так и есть, – ответила Со. – Над этим работают распорядительница Крисс и храбрые джедаи со «Звездного света».

– Среди прочих, – мрачно пробурчал Нур.

Крисс нахмурилась на своем экране:

– Сенатор? Вы хотите что-то сказать?

– Лишь то, что я гадал, правдивы ли донесения.

– И какие же именно донесения?

– Что джедаи с маяка «Звездный свет» образовали альянс с картелем хаттов.

Рил постаралась скрыть свое изумление. До нее доходили слухи о союзе с хаттами, которых Галактика знала в лучшем случае как военных диктаторов, а в худшем – как гангстеров, но получить подтверждение этим слухам ей не удалось.

Выражение лица Эйвар Крисс не изменилось:

– Да, мы работаем с отдельными представителями Совета хаттов.

– И вы считаете, что это мудро?

– Мы считаем это разумным, учитывая, какую беду несут дренгиры.

– Беду, которая на данный момент до Вало не добралась, – поспешила вмешаться Со.

– И мы не ожидаем, что доберется, тем более учитывая новые возможности, которые у нас появились благодаря союзникам, – прибавила Крисс.

Но Нура это ничуть не успокоило.

– Хаттам нельзя доверять.

– Мы считаем, что в данном вопросе можно, – заверила его Крисс. – Если дренгиров не искоренить, они потеряют не меньше, чем Республика. К тому же, когда нынешний кризис завершится, я полагаю, что мы могли бы проработать новый договор с Нал-Хаттой…

– С преступниками и рэкетирами!

– С могущественными соседями, которых, я уверена, можно склонить к тому, чтобы они направили свои солидные ресурсы на что-то полезное. Это может стать новым началом для территорий, окружающих Пространство хаттов, новой эпохой мира между нашими народами.

– Что и является целью всех наших усилий, – напомнила Со, вновь беря разговор под контроль. – Но, мне кажется, мы отвлеклись от темы. Эта видеоконференция посвящена Республиканской Выставке, мероприятию весьма далекому от других проблем, которые мы сейчас обсуждали, – проблем, которые уже решаются.

– Я все же считаю… – начал сенатор Нур, но канцлер поспешно оборвала его, не дав снова повторить те же аргументы.

– Все будет хорошо, Нур. Это я обещаю. Мы все время работаем в плотном контакте с джедаями. На Вало даже назначили мастера-джедая еще до завершения строительства местного храма, чтобы обеспечить безопасность планеты.

Это как будто успокоило Нура:

– Да. Я знаю, о каком мастере речь. Об Элзаре Манне.

– Хороший джедай и верный друг этой администрации, – сказала Со.

– Мастер Манн поддерживает постоянную связь как со «Звездным светом», так и с Храмом джедаев на Корусанте, – заверила Крисс.

– А также тесно сотрудничает с моим офисом, – прибавила Самира. – Очень впечатляющая личность.

Что это там на щеках координатора, легкий румянец? Рил сделала мысленную пометку это проверить, когда они прибудут на Вало. Возможно, вырисовывался интересный ракурс.

– Элзар сразу почувствует любое возмущение в Силе, – заверил всех Стеллан.

Сенатор Вааду на видеостене поднял руку:

– Прошу прощения, уважаемый член Совета. Я не хотел сказать, что вы не сделали все необходимые приготовления. Напротив, меня тревожит, что любой инцидент, даже самый незначительный, сыграет на руку… определенным агитаторам в Сенате.

– Тиа Туну, – сухо произнес Риза.

– Как вы знаете, он ищет любую возможность, чтобы протолкнуть свою драгоценную программу создания Сил обороны.

– Программу, которую Сенат раз за разом отклоняет, – сказал Нур. – Одна только финансовая сторона…

Канцлер подняла руку, заставив сенатора умолкнуть:

– Да, да, мы знаем ваши аргументы, и моя позиция вам тоже известна. Программа не вписывается в философию этой администрации и Республики в целом. Но в то же время я понимаю и озабоченность сенатора Вааду. Сенатор Тун будет на выставке…

– С представителями корпорации «СороСууб», – многозначительно добавил Вааду.

– На что у него есть полное право, – продолжила канцлер. – Но мы не позволим ему это использовать для достижения политической или финансовой выгоды. Слишком много вложено усилий. – Со сменила позу, слегка вскинув голову. – И очень многое еще предстоит сделать. Выставка состоится, друзья мои. Должна состояться. Не ради самого зрелища, не ради славы, но ради послания, которым она послужит для всей Галактики. Нигилы хотят, чтобы мы убежали в Ядро и спрятались под одеялом. Они хотят, чтобы мы отказались от наших мечтаний и амбиций. Этого нельзя допустить. Они совершили ужасные преступления, но сами по себе они не более чем сброд. Будьте уверены, я ознакомилась с донесениями разведки и оценками рисков. Я присутствовала на множестве совещаний и на бесчисленных сеансах моделирования. Каждое принятое мной решение базируется на фактах, а не на догадках и страхах. Что до нигилов… ну, мы уже не раз видели им подобных – пиратов и агитаторов, – и несомненно в будущем увидим вновь. Разница между ними и нами в том, что мы едины, тогда как они разрозненны; нас много, а они – в силу своей природы – немногочисленны. И, как уже отмечалось, мы действительно усилили меры безопасности вокруг Вало и усилим еще больше, если атаки, даже спорадические, будут продолжаться. Но знайте: никогда, ни при каких условиях мы не станем жить в страхе перед чем-то таким, что только может произойти, не имея четких тому свидетельств. Если мы на это пойдем, если остановим наши планы хотя бы на секунду, тогда нигилы, дренгиры и вообще все, кто хочет разрушить наш образ жизни, победят без единого выстрела.

Со замолчала – не в ожидании аплодисментов, а в знак того, что совещание окончено. Это не помешало Ризе прочувствованно добавить: «Хорошо сказано», – а Нуру важно кивнуть со своего экрана.

– Мы нисколько не сомневаемся, что все пройдет точно по плану, – сказал сенатор, стараясь спасти лицо после импровизированной речи Со. – Однако мы бы пренебрегли своими обязанностями…

– Если бы, по крайней мере, не ставили под сомнение свои действия, – с самой дипломатичной своей улыбкой уступила Со. – Я понимаю, Нур. Правда, понимаю. И все же еще столько надо сделать… Если это все, то спасибо, что нашли время, и до встречи на Вало.

Один за другим официальные лица попрощались, и их голоквадраты по очереди погасли.

– Ну что ж, думаю, прошло нормально. – Со вернулась к своему столу перед мерцающей картой пространства Республики.

– За исключением упоминания Туна с его схемами, – сказал Риза, подходя к ней. – Проклятый салластанин просто заноза во всех возможных местах.

– Он всего один такой в Сенате, – возразила Со своему заместителю. Она грациозно уселась за стол и протянула руку вниз. Басовитое урчание сообщило Рил, что там пристроился как минимум один из огромных котов канцлера – несомненно, свернувшись у ног Со. – И поддержки у него нет.

– Но надолго ли? При такой политической температуре…

– Температура нормальная, – буркнула Со. В ее голосе впервые промелькнули усталые нотки. – Опасения есть, их не может не быть. Во Внешнем кольце бывает небезопасно. Все мы об этом знаем. Поэтому мы и построили «Звездный свет». И поэтому же проводим выставку. Да, она привлечет многих на фронтир, и да, она привлечет инвестиции. Это будет показ всего, что только может предложить Внешнее кольцо, но в то же время это возможность навести новые мосты между нами и нашими соседями по Галактике. Дуинуогуинами. Тогрутами.

– А нигилы? – спросил Риза. – Что бы ни говорил Нур, он все-таки встревожен.

– И это естественно, но ПССО нам не нужна. Нур это понимает, и Тиа Тун в глубине души понимает тоже. – Со позволила себе короткий смешок. – Только представь, что Нур одобрит размещение объединенных сил безопасности на Серенно! Графа Кресто удар хватит.

Рил сделала мысленную пометку: поискать информацию об этом Туне и его инициативе, в чем бы та ни состояла. Она никогда не слышала ни о таком сенаторе, ни о его программе, хотя было ясно, что все присутствующие хорошо знакомы с этим явно острым вопросом. Можно было бы спросить прямо сейчас, но с ее стороны это было бы неуместно, тем более что в кабинет влетел Норел Куо, на бледном лице которого читалась тревога.

Со повернула голову, заметила беспокойство советника:

– Что такое, Куо?

– Вести с Сайклора, мэм, – произнес он.

– С «Инноватора»? – Стеллан мгновенно напрягся.

– Боюсь, что да, – ответил куривар. – На них напали.

Со поднялась, ее таргоны вскочили на ноги.

– Что?

Джиос уже держал в руке комлинк:

– Джедай Стокс. Падаван Зеттифар. Доложите обстановку.

Ответа не было.

Глава 9

Сайклорианские судоверфи

– Джедайские «Векторы» идут на перехват, – прожурчала флаггрианка. Тактический компьютер отслеживал входящие сигналы.

Звездолом с удовольствием отметил, что в писклявом голосе молнии не было страха, только возбуждение. Он тоже его чувствовал. Глуванец потер шрам на щеке. Его оставил джедай на Мандрине, проклятый световой меч прожег толстый слой слизи, защищающий глуванцев от экстремальной жары. Клинок лишь задел его, но этого хватило, чтобы отметина осталась на всю жизнь. Пэн Эйта сказал: еще повезло, что джедай не отхватил всю голову, но Звездолом не считал, что ему повезло. Шрам служил постоянным напоминанием о том, что налет на каяпенскую торговую факторию провалился. В тот день он потерял множество молний и сам еле ноги унес на своей «туче». Сейчас выпал шанс поквитаться.

Нажав на кнопку управления камерами, расположенную в подлокотнике кресла, он увеличил изображение «Векторов». Как минимум два потенциальных трофея. На Мандрине Звездолом потерял восьмерых нигилов, но даже сам был вынужден признать, что большинство из них были бестолковыми неумехами. По сути, джедаи оказали ему услугу. Новых рекрутов он подбирал уже более тщательно, а черепа двух джедаев стоили дороже всех слизнечёсов, которых он потерял. Три зигзагообразные отметины, считай, уже были его.

– Сколько у нас добытчиков? – прорычал Звездолом.

– Полный комплект, – ответила флаггрианка.

Пять дюжин. Отлично. Этого хватит, чтобы обобрать «Инноватор» дочиста, когда абордажные партии проникнут на борт. И более чем хватит, чтобы разобраться с двумя джедайскими «Векторами».

– Запускайте их, – рявкнул он.

– Сколько?

– Всех. Всех до единого.

* * *

Однажды, давным-давно, Лоден Грейтшторм привел своего новоиспеченного падавана в главную тренировочную галерею эльфронского аванпоста.

– Сегодня поупражняемся с тренировочными дроидами, – сказал он, и у Белла сжалось сердце. Учеником Лодена он был всего два дня, большую часть которых по приказу учителя провел в медитации, готовя свой ум к постижению нового. Наконец он достиг нужного состояния – и ради чего? Чтобы заниматься с дроидами? На дроидах он тренировался с тех самых пор, как собрал собственный меч на борту «Горнила» под бдительным присмотром профессора Хьюяна. И он думал, что падаванство принесет новые вызовы, а не просто повторение старых уроков.

Досада только усилилась, когда стало ясно, что Лодена разочарование падавана лишь позабавило. Смеется он над ним, что ли? Ну, так он покажет этому тви’леку, на что способен. Он разрубит проклятого дроида пополам. Нет, даже лучше. Раздавит его Силой, как яйцо. От этой мысли Белл невольно ухмыльнулся, представив себе лицо учителя, когда детали дроида со звоном упадут на пол, стоит ему разжать хватку.

Тут они повернули за угол и прошли под затейливой аркой из пепельного камня, за которой и начиналась галерея.

Белл разинул рот, а учитель развеселился еще больше.

Тренировочный дроид уже ждал их, готовый к поединку, но вместе с ним ждала еще сотня таких же. Все они парили перед пятнадцатилетним учеником.

– Надо слушать, – сказал Лоден, – а не просто слышать.

– Вы сказали: «с дроидами», – произнес Белл, поборов желание вытащить меч. – Во множественном числе.

– Верно.

Белл чувствовал, что его ждет еще один сюрприз.

– Вы хотите, чтобы я надел повязку, да?

Вместо ответа Лоден вынул из-под одеяния длинный красный шарф, который принялся наматывать не только поверх глаз Белла, но и вокруг ушей, лишив его тем самым не только зрения, но и слуха.

– Джедай никогда не должен полагаться только на свои органы чувств, – сказал учитель. Сквозь ткань его голос звучал приглушенно. – Сила укажет путь.

Белл постарался припомнить эти слова, закладывая бочку на своем «Векторе»; мимо фонаря кабины проносились лазерные лучи. «Туча» была слишком далеко, чтобы имело смысл отвечать огнем, но это ненадолго. Индира сказала, что не надо радоваться смерти врага, но Белл не мог игнорировать предвкушение, горевшее внутри, и желание отомстить за Лодена именно здесь, где пропал учитель. Среди звезд.

Юноша заставил себя дышать.

– Нет эмоций, – пробормотал он, не отрывая взгляда от нигильского корабля. – Есть покой.

Кодекс джедаев принес утешение, позволил сосредоточиться на настоящем, а не на боли прошлого или на опасном соблазне исполненного мести будущего.

– Нет страсти, есть…

Он умолк, завидя рой крохотных бронзовых точек, который вырвался из нигильского крейсера. Точки не могли быть кораблями – каждая размером не превосходила Искру, – но это не делало их менее смертоносными.

– Дроиды-добытчики, – пробормотал юноша, глядя, как они мчатся навстречу. Всполохи ближайших взрывов отражались от их корпусов цвета ржавчины. Белл видел результаты налета добытчиков на Рекилосе. Эти дроиды были относительно новым оружием в арсенале нигилов: они нападали на транспортные корабли или поселения, развинчивали машины своими хватательными манипуляторами, а улов складывали под большими «крабовыми панцирями». Но он не ожидал, что добытчики могут атаковать так быстро и в таких количествах.

– Держись, – сказал Белл Искре и подстегнул двигатель, пытаясь отыскать зазоры в плотном строю. – Как думаешь, девочка? Протиснемся?

Искра заскулила.

– Да, я тоже не вижу, но это не значит, что их нет. Сила укажет путь.

Белл закрыл глаза. Он расширил сознание, почувствовав вибрацию двигателя каждого добытчика, – как много лет назад почувствовал гудение тренировочных дроидов. Внезапно он увидел просветы в их строю, нашел в их массе дорожку, ведущую к «туче».

Тогда, в тренировочной галерее, юный Белл принял защитную стойку. Ярко вспыхнул меч. Дроиды бросились вперед, и он завертелся, завращал клинком, разрубая каждый дрон еще до того, как тот успевал выстрелить. Он не планировал свои действия, а лишь следовал подсказкам Силы.

Белл и поныне не знал, кого такая тактика удивила больше – его самого или Лодена.

– Никогда не видел ничего подобного, – признал учитель. – Урок для нас обоих.

А сейчас тот же урок усвоят и нигилы.

Белл бросил «Вектор» в штопор, просверливая себе путь сквозь скопление дроидов. Он несся вперед, вращающиеся крылья раскидывали дроидов в стороны, не давая вцепиться в машину.

Искра не подавала голоса, хотя Белл удерживал ее на месте с помощью Силы, чтобы не швыряло по всей кабине. Юноша был рад, что захватил зверушку с собой. Другой джедай оставил бы зольную борзую на «Инноваторе», но Беллу она была нужна здесь. В то время как «Вектор» мчал вперед, падаван концентрировался на дыхании Искры, успокаивал ее, следил, чтобы у нее не закружилась голова, чтобы она не паниковала из-за постоянных кувырков.

Нет хаоса, только гармония. Нет хаоса, только гармония.

Один из последних уроков Лодена состоял в том, что истинное мастерство Силы приходит тогда, когда защищаешь не себя, а других. Пока Искра с ним, он будет ее оберегать.

Белл вылетел из роя и, наконец выровняв машину, открыл глаза.

В этот момент гарпун пробил нос «Вектора» и вонзился ему в живот.

Глава 10

Святилище под Голамараном

Смерть не пришла. Дис не умер. Пока что.

Кобоника задрожала, по всему ее массивному телу прошла рябь. Щупальце, которое вдалбливало его в ледяную скалу, отвалилось и упало на пол. Дис инстинктивно ударил по нему, оставшийся крылонож глубоко вонзился в неподвижную плоть. Остальные щупальца тоже поникли. Он насчитал семь… восемь… девять отростков, которые валялись бесформенной кучей. Воздух пропитался адреналином, потом и запахом густой темной крови. В лучах двух оставшихся световых сфер проступали дергающиеся конечности монстра, а также Куфа, которая безжалостно колола своим кальциевым кинжалом.

Чвяк. Чвяк. Чвяк.

Дис, спотыкаясь, подошел к ней, призывая остановиться, и в этот момент ей в лицо брызнула черная кровь. Он резко выкрикнул ее имя, старуха вскинула голову, фокусируя взгляд на нем, и взмахнула сталагмитом, чтобы погрузить его в грудь талортая.

Дис отпрянул, кончик кинжала разминулся с ним на волос.

– Эй!

Ее глаза расширились от осознания того, что она едва не наделала. Старуха снова посмотрела на Диса, потом на жирный, волосатый кошмар, неподвижно лежавший перед ними. Во время боя она потеряла свои рукавицы, и Дис увидел, что пальцы у нее тонкие и костлявые, а суставы усеяны ритуальными чернильными точками, выцветшими от времени.

– Где он? – прокаркала старуха. Дис оглянулся на тварь: на огромный мешок в центре клубка отростков, который уже оседал, как сдутый дирижабль. Глаза безжизненно глядели из-под жесткой гривы толстых спутанных волос. Дис невольно принялся разыскивать зрачок, который проткнул Ро, и почувствовал какое-то нелепое уважение, когда нашел рану, из которой даже после смерти продолжала сочиться кровь.

Но самого Ро нигде не было видно. Неужели тварь его сожрала? Или Глаз лежит придавленный ее тушей? Если так, то кто же убил чудовище? Уж точно не Куфа с ее жалким подобием оружия.

Кобоника вспучилась, все ее тело задергалось. Куфа отбежала назад, будто паук-камнепряд; Дис инстинктивно принял защитную стойку; оба приготовились ко второму раунду. Зверюга еще не издохла.

Или же издохла?

Из тела твари, словно ракета, вырвался длинный золотистый клинок, разрубая зверя изнутри. Кожа и жир отлетели в сторону, и из брюха выскочил Маркион Ро с мечом в руке. Шлем его был заляпан кровью.

– Хвала Тропе, – закудахтала Куфа, отбросив свой сталагмит. – Я знала, что ты живой.

У Диса же, напротив, от благоговения перехватило дух:

– Вы… невероятны.

– Я дурак набитый, – ответил Ро, погасив клинок. – Нельзя было попадаться в ловушку, тем более так близко к награде.

– Награде? – Старуха прищурилась.

– К Уравнителю. – Он выдержал ее взгляд, затем посмотрел на труп чудовища. – Эта тварь…

– Кобоника.

– Да. Они охотятся в одиночку?

Куфа хихикнула:

– Ты видел, каких она размеров?

Ро хмыкнул и снял маску, чтобы прочистить фильтры:

– Нагляделся ближе, чем хотелось бы.

– Клянусь Тропой, – выдохнула Куфа, уставившись на его лицо. – Эта татуировка…

Выражение лица Ро смягчилось, серая кожа потемнела вокруг серебристых значков, которые были на ней вытравлены. Больше всего это лицо напоминало фрагмент звездной карты.

– Это пустяки.

– Мы оба знаем, что это неправда.

– Куфа… ответь про тварь.

Старуха покачала головой:

– Они ревностно охраняют свою территорию. Другой мы не встретим на протяжении многих километров.

– Тогда продолжим путь. – Он протер визор краем плаща. – Далеко еще?

– До Святилища? Самое большее минут двадцать. Ты разве не чувствуешь?

Вместо ответа Ро повернулся к Дису, его темные глаза глядели на запястье талортая:

– Ты ранен.

– Пустяки.

– Уверен?

В качестве демонстрации Дис согнул сломанную руку:

– Кости уже срастаются.

– Невероятно.

– Только не для талортаев. Мы быстро исцеляемся.

– Вижу. Но что с твоим ножом?

– Вот он, – сказала Куфа, отыскав изогнутый клинок при свете дроидов-ламп. Она вернула оружие Дису, окинув взглядом трещину, которая фактически расколола лезвие надвое. – Жаль, что его не починишь так же легко, как твое запястье.

Дис разрубил воздух, проверяя вес клинка, и недовольно фыркнул.

– Баланс нарушен? – спросил Ро.

– К сожалению, да. – Дис поборол желание швырнуть оружие на землю. Он выковал этот клинок еще в прошлой жизни, и вот теперь нож сломался.

– Тогда хорошо, что у нас есть еще вот это, – сказала Куфа, подобрав с пола свою бластерную винтовку.

– А она понадобится? – спросил Дис, вновь повернувшись к Глазу. – Я думал, мы направляемся в Святилище.

Без единого слова Ро перешагнул через щупальце и двинулся в тень.

* * *

Дис не понял, что именно почувствовал, когда они наконец дошли до цели, но это определенно застало его врасплох. Желудок стянуло узлом, голова закружилась, будто от удара. Он пошатнулся, выронил сломанный крылонож и налетел на стену. Ро в мгновение ока оказался рядом и помог талортаю удержаться на ногах, которые вдруг стали слабыми, как у птенца.

– Все нормально? – спросил Ро.

– Вроде да. – Тяжело дыша, Дис открыл глаза. Они оказались в просторной пещере, дроиды-лампы парили высоко над головой. Впереди раскинулось замерзшее озеро, по которому уже топала Куфа, разведя руки для равновесия.

Дис выпрямился, тяжело дыша. Что, во имя Талора, с ним случилось?

– Идти сможешь?

– Конечно, – заплетающимся языком ответил пилот. Он взглянул под ноги. Выпавший крылонож разломился надвое. Дис оставил его лежать на земле и побрел следом за Ро, который по-прежнему нес шлем под мышкой. Каждый шаг давался с трудом, хотя они еще даже не дошли до льда. Дис не мог взять в толк, что же стряслось. Это не могло быть запоздалым шоком после нападения твари. За свою долгую жизнь он побывал в передрягах и похуже. Намного хуже.

Куфа опустилась на четвереньки и полезла через неописуемо узкую щель в дальней стене. Дис и Ро последовали за ней, и талортай едва совладал с паникой, когда меховая шуба зацепилась за камень. Он затрепыхался, не в силах сделать вдох, пока Ро не сунул руку в щель и не выволок его наружу.

– Можешь стоять? – спросил Глаз.

– Могу. – Дис выпрямился, опершись о стену. Тело его казалось таким же тяжелым, сколь легкой была голова. Что это? Нехватка кислорода? На такой глубине это не исключалось, но здесь явно крылось нечто большее. Все было как в тумане, перед глазами плясали огни. Потребовалась вся сила воли, чтобы не свернуться клубком.

Ро, напротив, уверенно шагал вперед, завороженно глядя по сторонам.

– Это оно, – с восторгом в голосе прошептал Глаз. – Святилище под Голамараном.

Они оказались в еще одной пещере, даже больше первой. Куфа торопливо засеменила вперед, направляясь к компьютерному терминалу, встроенному в стену. Она нажала несколько кнопок, и высоко между сталактитами зажглись осветительные панели, залив гостей слепящим светом. Воздух был неподвижен, он как будто застыл в почтении, и Дис мог поручиться, что улавливает слабый запах благовоний.

Вдруг перед ним возник Ро, появившийся так стремительно, что Дис едва не выхватил оставшийся клинок. Почему он не почувствовал приближение Ро?

– Это священное место, – сказал Глаз, но Дису было трудно сосредоточиться на значении слов. Все казалось нереальным. Гудение светильников. Скрип кожи Ро. Солнце, нещадно палившее сверху с вечного неба Талора.

Дис тряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение. Он был не на Талоре. Он был подо льдом на далекой от дома планете, где обитали чудища с щупальцами, шерстью, зубами и…

– Ты недостоин.

Он резко повернул голову и увидел перед собой отца. Но этого не могло быть. Отец давно умер.

– Ты должен покинуть это место. – Лицо талортая исказилось от гнева. – И не смей возвращаться.

Ноги Диса подогнулись, и он ударился коленями о мерзлый камень.

– Дис?

Не отец. Ро. И еще один голос. Писклявый. Женский.

– Он очищается, – услышал пилот слова Куфы. – Такова мощь Уравнителя.

Весь мир мельтешил, будто неисправная голограмма, переключаясь между пещерой и отцовским домом, каким он его запомнил в далекий день своего изгнания с Талора.

– Ты навлек позор на семью. – Снова отец, а за ним Ро:

– Хочешь на него посмотреть?

– На кого посмотреть? – прокаркал Дис.

Ро хмыкнул:

– Того, ради кого мы и проделали весь этот путь, конечно.

Дису не хотелось ни на что смотреть. Ему хотелось одного: намертво залепить глаза, чтобы не видеть, как Ро превращается в фигуру отца и обратно. Может, его накачали наркотиками? Или в камне был какой-то токсин, который попал в кровь, когда он протискивался в щель?

– Вставай, колдун! – заорал отец. – Вставай!

– Ну? – Снова Ро, который схватил Диса за руку, поднимая на ноги. – Так хочешь посмотреть или нет?

Дис не нашел сил ответить. Не нашел сил сопротивляться, когда его вели… тащили… нет, все-таки вели по пещере. Крылоножей у него больше не было. Куда они делись? Он мысленно представил их себе: один, сломанный, лежал в первой пещере, другим он перерезал горло отца. Нет. Не так, конечно. Он перерезал горло Шрамокола. Горло кобоники. Чье-то горло.

Снова арка, снова проход. Пещера за пещерой. На полу кости. Кости гуманоида. Его кости. Нет, что за глупость. Он же не умер. Или умер?

– Колдун!

Голос отца раздавался эхом внутри головы. Черепа на полу. Скелеты. Браслеты на оголенных запястьях; грудные клетки в замороженном тряпье.

Дис чувствовал холод. Чувствовал тепло солнца Талора. Чувствовал гнев отца, кровь отца, хлынувшую из раны на его горле, – горле, которое вспорол он сам. Слышал крики старейшин, изгонявших его из гнезда, снова и снова обзывая колдуном. Эти крики он пытался заглушить в сотне притонов на сотне планет. Это было в прошлом, но это было и в настоящем. Он был на Талоре, и он же был в пещере, поддерживаемый Ро и Куфой.

В животе шевельнулся страх, и он сам не знал, почему. Талортаю подобало быть храбрым, но он не был талортаем… больше не был. Он был нигилом. Нигилы не боялись никого. Это другие боялись нигилов.

– Я не могу идти дальше, – прохрипел Дис, желая одного: поддаться немощи, рухнуть на пол.

– Ты должен, – настаивала Куфа. – Ты должен увидеть. Все прояснится. Гляди.

Дис повиновался. Его провели в меньшую пещеру, стены которой за сотни лет почернели от свечной копоти. Впереди стояли четыре фигуры, безмолвные и неподвижные. Каждую покрывал густой слой инея, в руках они сжимали длинные кривые мечи.

Нет, не так. Руки и были мечами. Это были дроиды, давным-давно выключенные. Их суставы замерзли намертво, головы были почтительно склонены, будто в мольбе.

– Присмотрись, – велел Ро.

Дис шагнул вперед, высвободившись из объятий своих спутников. Впереди дроидов что-то было: какая-то тень в стене.

Он поскользнулся на пятне черного льда и вскрикнул, пытаясь восстановить равновесие. Дроиды вскинули головы, все четверо одновременно; иней слетел с их сервомоторов. Они повернулись в унисон, их глаза синхронно зажглись.

– Вы оскверняете Святилище.

Ро встал рядом с Дисом, снова поддерживая его за руку.

– Нет. Мы пришли выразить свое почтение.

«Уходи».

Дис поморщился, вновь услышав голос отца, но на этот раз осуждения не было – только страх.

– Вам здесь не место, – ответили дроиды. – Вы умрете.

– Коротко и по делу, – прокомментировал Ро, когда дроиды шагнули вперед, подняв мечи. Глаз размял пальцы и зажег меч, как будто владел этим оружием с рождения. – Уважаю. Ты готов?

Вопрос был адресован Дису.

– Я думал, вы… вы пришли сюда молиться? – прохрипел пилот.

– Уравнитель не бог.

– Тогда что он такое?

– Равновесие, – ответила Куфа, в чьих руках уже оказалась бластерная винтовка.

– Вы говорили, что его привезли сюда ваши предки…

Дроиды сделали еще шаг. Отец умолял его уйти, из щели в горле лилась кровь.

– Разве они не знают, кто вы такие? – спросил Дис.

– Сейчас узнают.

Дроиды бросились на них, занеся оружие. Ро отразил первый удар световым мечом, разрубив клинок пополам. Дроид по инерции пролетел мимо, и разряд из бластера Куфы превратил его в шлак. С остальными дроидами оказалось не так легко совладать. Они двигались с быстротой, какую Дис редко видел у автоматов, и парировали с ловкостью джедая. У Диса клинков не было. Он схватил ближайшего дроида за руку и вырвал ее из плечевого сустава. Вторая рука сделала замах, и Дис пригнулся; клинок едва не снес ему голову. Он отплатил той же монетой, вогнав отобранный клинок через подбородок дроида в его центральный процессор. Дроид опрокинулся навзничь. Хорошо. Ему было хорошо. Определенно стало лучше. Он сражался, причем не на Талоре, а в пещере. Все было под контролем. Сила направляла его. Он знал, что победит.

Грудь пронзила боль, вырвавшись вместе с кончиком меча. Дис охнул, чужое оружие выпало из ладони. Колени подогнулись, и только меч не давал ему упасть. Ударили его сзади. Он не почувствовал врага. Почему же он не почувствовал?

Дроид разлетелся на куски после очередного выстрела Куфы. Дис рухнул на пол, все еще пропоротый, как свинья. Что-то с грохотом упало рядом с ним. Последний дроид, которому Ро перерубил шею.

Дис закашлялся, кровь забрызгала лед под головой.

Впереди нависло лицо. Отец? Ро? Он не мог сказать.

– Уди? – спросил Ро. – Ты еще с нами?

Дис кивнул, хотя и знал, что ненадолго. Ро схватился за меч дроида, собираясь его выдернуть. Дис хотел крикнуть: «Нет!» – но было поздно. Клинок вышел, и хлынула кровь. На этот раз исцеления не будет. На этот раз рана не затянется.

Он почувствовал на лице дыхание Ро, который наклонился к его уху:

– Что ты почувствовал? Скажи мне! Что с тобой было?

Во рту Диса было полно крови.

– Я не… – захлебываясь, прохрипел он. – Я не смог…

Слова застревали в горле.

Ро выпрямился, оставив Диса. Тени начали сгущаться. Глаз подошел к Куфе, по-прежнему сжимая в руке пылающий меч. Старуха стояла на коленях, благоговейно глядя на ту штуку в стене.

– Итак, – сказал он, остановившись позади нее. В глазах Диса обе фигуры слились в одну. – Легенды не лгали…

– А ты думал, что они лгут?

Голос Ро был полон благоговения:

– Такая мощь… даже сквозь толщу льда.

– Равновесие наступит, – произнесла старуха, словно древнюю мантру.

– Равновесие наступит, – согласился Ро.

Дис едва услышал, как меч Глаза прорезал воздух, а тело Куфы повалилось на землю.

Ро поднес к губам комлинк:

– Я нашел его. Выдвигайтесь на мой маячок.

Раздался писк, который повторялся снова и снова. Дис не мог пошевелиться. Не мог думать. Глаз Нигилов вернулся к нему, вешая коммуникатор на пояс.

– Спасибо тебе, – сказал Ро, стоя над Дисом. – Ты хорошо мне послужил. Послужил своему Глазу. Благодаря своему особому дару ты стал тем доказательством, которое мне требовалось. Твое дело здесь сделано.

С этими словами Ро впечатал сапог в голову Диса.

Глава 11

Сайклорианские судоверфи

«Боли нет. Боли нет. Боли нет. Боли…»

Кого он пытался обмануть? Боль была всеохватывающей, она заглушала каждую мысль, каждый порыв. Все звуки сливались в шум: лай Искры, крики Индиры из коммуникатора, рев крови в ушах.

Но Белл не умер. Как же так?

Гарпун пробил нос «Вектора» и пригвоздил его к креслу. Крохотная машина должна была разгерметизироваться, но Белла не тащило к пролому по окровавленному древку. Юноша заставил себя сосредоточиться на метательном снаряде. Его удерживали на месте толстые шипы – более крупные родичи тех крючьев, которые засели в его кишках, но оружие не полностью закрыло пробоину. Зрение Белла было затуманено, но он видел трещины в корпусе, через которые воздух должен был уходить в вакуум.

И все же Искра лаяла. А Индира кричала.

«Боли нет. Боли нет».

«Вектор» не останавливался. Его двигатели выключились, но истребитель продолжал лететь по инерции, и в космической пустоте ничто его не тормозило. Белл выглянул за дюрастальный колпак. Машина была на курсе столкновения с нигильской «тучей», и крейсер с каждой секундой увеличивался в размерах. Юноша знал, что от удара сдетонирует ядро реактора истребителя, но сомневался, что удастся прихватить врага с собой в могилу, с такой-то толстой броней.

«Боли нет. Боли нет».

Белл не мог пошевелить руками. Он потянулся вперед Силой, как учила Индира, и дернул тумблер, который включал тормозные движки. Да, сработало. Машина стала замедляться.

Замедляться.

Замедляться.

«Вектор» остановился. Белл тяжело дышал. Он попытался сосредоточиться на приборной панели. Врубить тормозные двигатели – это одно, но вести корабль с помощью Силы? Это невозможно. Индира однажды смогла – во время боя с нигилами над Эльфроной, – но это полностью вымотало ее. Белл испытывал слишком сильную боль, чтобы решиться на такой подвиг.

Он и языком-то едва ворочал.

«Вектор» дернулся. Юноша вскрикнул, живот пронзила новая боль. Они опять двигались. Почему они двигались?

– Белл?

Снова голос Индиры. Сдавленный, как будто она пыталась сосредоточиться – непростое дело в разгаре боя.

– Я здесь, – сумел выговорить он сквозь стиснутые зубы.

– Хвала Силе. Когда ты не отвечал… ладно, уже неважно. Они тебя тянут, Белл.

Да. Вот оно что. Он чувствовал вибрацию гарпуна. А затем уловил кое-что еще. Обрывок разговора на «туче», донесенный Силой. Образ кабины экипажа, приземистая фигура, которая развалилась в командирском кресле и бахвалится тем, что они сделали… поймали джедая на крючок…

«Тяните их, ребята. Тяните сюда».

Могло ли это быть реальностью? Вероятно, нет, тем более при его состоянии. Сила полна загадок, но, скорее всего, ему померещилось.

Но воздух в кабине ему явно не мерещился, так же как и встревоженное тявканье Искры. В кабине был кислород. Было давление. Была Сила.

– Индира, – прохрипел юноша. – Вы держите брешь.

– Не я… – пришел ответ. – Ее держат обломки, которыми я заделала дыру.

Белл попытался сфокусировать взгляд и увидел, что дыра вокруг троса заделана полосками покореженного металла. Так вот что сделала Индира: дотянулась Силой до его кабины и подтолкнула обломки в нужные места, а остальное сделал космический вакуум.

– Это… это потрясающе.

– Потом скажешь Силе спасибо, – ответила Индира, хотя юноша уловил в ее голосе усталость. Такой трюк наверняка дорого ей обошелся, особенно во время боя. Но, как всегда, Индира думала о других, а не о себе. – Насколько все плохо?

Белл посмотрел на кусок металла, торчавший из его желудка:

– Плохо.

– Твоя песенка еще не спета.

– Где вы?

– Недалеко, но все еще разбираюсь с дроидами. Сможешь перебить канат?

Белл попытался сосредоточить внимание на длинном тросе, которым был прикован к «туче». На тросе, который тянул его к нигалам.

– Попытаюсь.

Куда там. Каждое движение отзывалось новыми мучениями. Приборы управления могли с тем же успехом находиться на другом корабле – дотянуться до них было невозможно.

– Белл?

Он обмяк в кресле. Голос Индиры затихал. Просто надо немного поспать…

Искра гавкнула, и глаза Белла распахнулись.

– Так, так, девочка, – сказал он, не глядя на испуганное животное. – Продолжай лаять. Не давай мне заснуть.

– Падаван!

– Я здесь.

Он зачерпнул энергии Силы, пытаясь приглушить боль, пытаясь пошевелиться. Ладони нашли ручку управления, онемевшие пальцы легли на гашетку. Он несколько раз вдавил кнопку. Из пушек «Вектора» вырвался лазерный разряд. Первые выстрелы прошли мимо, но со второй попытки он нащупал цель.

Однако истребитель продолжал двигаться вперед. Канат был невредим. Лазероупорный металл. Нигилы были не столь примитивны, как могло показаться при виде их кораблей, склепанных из чего попало, но Белл сомневался, что канат выдержит огонь двух «Векторов», нацеленных в одну точку.

– Индира, – прохрипел он еще более ослабевшим голосом. Ответа не было – или, по крайней мере, так ему показалось. В ушах гудело, и этот шум заглушал все звуки. – Учитель… вы здесь? Надо, чтобы вы выстрелили по тросу вместе со мной.

Ответа по-прежнему не было. Голова Белла качнулась вперед, он тут же выпрямился, морщась от боли. Тявканье Искры гремело на всю кабину, прорываясь сквозь звон в ушах.

– Умница, девочка, – выдохнул он. – Лай дальше. Лай на нигилов.

Искра послушалась и запрыгнула сверху на его кресло, положив лапу ему на плечо. Сквозь плащ чувствовалось ее тепло. Хорошо. Беллу сейчас требовалось тепло. Никогда еще ему не было так холодно.

– Индира?

Нет ответа. Белл потянулся своими чувствами, разыскивая ее. Да, она была рядом, в своем «Векторе», но отозваться не могла. Она была невредима – пока что, – но это лишь вопрос времени. Дроиды-добытчики ползали по корпусу ее истребителя, кромсая обшивку. Белл чувствовал их, чувствовал, как Индира бросает машину то в пике, то в штопор, пытаясь их стряхнуть, и все это время она концентрировалась на трещинах в его собственном истребителе. К атаке подключались новые и новые добытчики, все они резали, пилили и царапали. Индира с помощью Силы удерживала обе машины целыми, но это было безнадежно.

Она не могла спасти обоих. Она не могла спасти обоих, и Белл сам был в этом виноват. Он был так уверен в себе, когда влетел в строй добытчиков, так собой доволен. Белл Зеттифар, падаван. Белл Зеттифар, ученик легендарного Лодена Грейтшторма. Белл Зеттифар… идиот. Он ничем не отличался от того зеленого юнца, который предвкушал, как преподаст учителю урок, раздавив тренировочного дроида Силой. Заносчивого. Наивного… и потенциально гениального.

Бесполезно. Не так ли? Выхода не было… если только не ухватиться за спасательный канат, который буквально швырнули ему нигилы.

Белл взялся за гарпун, сосредоточившись на вибрации переплетенных металлических нитей – на тросе, которым «Вектор» тянули к «туче». Он мысленно проследил за этими нитями до конца, от «Вектора» и до самого нигильского крейсера.

– Так-то, – сказал себе юноша, представив, как канат наматывается на огромную, хорошо смазанную ось, как без остановки скрипит механизм. «Вектор» был уже почти на расстоянии выстрела, но Белл знал, что шанс только один. Надо точно знать, куда и когда стрелять. Он нарисовал в сознании стены крейсера, потолок. Кабели. Реле питания. Конденсаторы. Все шло из единого источника, расположенного на корме чудовища. Из ядра реактора, которое пульсировало, преобразуя топливо в энергию, питая каждое украденное орудие, каждую лазерную батарею, каждый ионный разрядник. Из бомбы, готовой взорваться.

Джедаю не подобало убивать, если существовали иные варианты. Джедаю подобало защищать. Охранять. Но, как бы достойно ни противостояли налетчикам сайклориане, этот корабль будет ждать своего шанса, готовый атаковать снова и снова. Сколько судов он уже захватил? Сколько поселений разорил?

С него хватит.

Белл сосредоточился на пламени в ядре реактора. Лицо обдало жаром. Бред умирающего мозга или подсказка Силы? Падаван знал, какой вариант нравится ему больше.

Искра лаяла, Индира сражалась, а Белл вдавил гашетку. Он не видел, как вылетели лазерные лучи, но увидел результат. Нигильский корабль исчез во вспышке света, взрыв в космосе был бесшумным, но Беллу почудилось, что он услышал крики всех, кто был на борту. Всех, кого он лишил жизни ради спасения других. Еще в детстве Беллу говорили, что таково бремя всякого джедая, отнявшего чью-то жизнь, пускай и оправданно: каждый умолкнувший голос остается с ним до конца дней. До сих пор он не верил, но был рад, что это оказалось правдой. Голоса будут всегда напоминать о том, что нужно искать другой путь.

Конечно, «всегда» – понятие относительное, особенно когда у тебя в животе торчит гарпун. На «Вектор» обрушились раскаленные обломки, развернув его. На этот раз Белл не мог защитить Искру. Он едва был в состоянии защитить самого себя. Он заметил «Вектор» Индиры, весь облепленный добытчиками. Прямо по курсу мелькало что-то еще. Канат гарпуна, который оборвался при взрыве. Белл усмехнулся сквозь забрызганные кровью зубы. Индира спасла его. Настало время отплатить за услугу: таково было его последнее задание, перед тем как слиться с Силой.

Воззвав к своим чувствам, Белл подтолкнул канат, который извивался в космосе. Канат ударил по добытчикам, словно бич, очистивший корпус истребителя Индиры. Юноша знал, что на их место прилетят другие, но он дал Индире время сосредоточиться. Теперь она наконец могла подумать о себе.

Его глаза закрылись в тот момент, когда «Вектор», развернувшись, устремился к ангару «Инноватора».

– Так, так, – просипел он Искре, которая все еще возилась сзади. – Продолжай лаять. Продолжай…

И Белл Зеттифар умолк.

Глава 12

«Заря Корусанта»

С того момента, когда весть о налете на судоверфь достигла Ядра, пульт связи «Зари Корусанта» светился огнями, будто праздничная гирлянда.

Норел Куо работал как бешеный, составляя запросы и организовывая встречи для Лины Со, которая стояла посреди всей этой бури невозмутимо, словно мастер-джедай. Стеллан и раньше уважал эту женщину, но с каждой секундой кризиса его восхищение только росло. В считаные мгновения напряжение в комнате стало запредельным, однако она оставалась спокойной и собранной – по крайней мере, внешне. Стеллан улавливал ее истинные эмоции, ее тревогу, от которой сводило живот, но эти чувства даже отдаленно не напоминали панику. Канцлер сидела за своим столом из дерева врошир и легонько поглаживала желтую голову одного из своих таргонов, по очереди выслушивая каждое донесение и каждый совет.

– С Сайклора никаких вестей?

Стеллан бросил взгляд на Ниб. Она оторвалась от компьютерного терминала, который оккупировала в тот момент, когда ситуация стала ясна. Рядом Бурри отслеживал новостные ленты.

Седовласая женщина-джедай покачала головой:

– Ни Стокс, ни Зеттифар на связь не выходили.

Буррияга заворчал. Со посмотрела на Стеллана в ожидании перевода.

– Есть любительская трансляция атаки, которая идет с судоверфей.

Канцлер немедленно вскочила на ноги и подошла к видеостене:

– Покажите.

По кивку Стеллана юный вуки переслал картинку ближайшему дроиду-проектору. Стену заполнили искаженные белым шумом кадры атаки – похоже, съемка велась с самого «Инноватора». Стоявшая сзади Рил ахнула при виде дроидов-добытчиков, которые потоком летели через зияющую дыру в потолке ангара, где их встречали храбрые сайклориане, палившие из бластеров с корпуса «Инноватора».

– Они пробили ангар, – застонал Лэреп.

– И сайклориане в основном дают им отпор, – заметил Стеллан.

– Но где же ваши джедаи? – спросил Куо.

Стеллан повернулся к Ниб и Бурри:

– Мы можем увидеть, что творится снаружи ангара?

Ниб сверилась с экраном:

– Официальные сигналы глушатся. У нас нет доступа к трансляциям.

– Тогда каким образом мы видим вот это? – спросила Со, указав на зашумленную картинку.

Ниб пожала плечами:

– Сайклориане – одни из самых изобретательных инженеров в известной нам части Галактики. Очевидно, они нашли способ обойти нигильские помехи.

– Так пусть передадут эту информацию официальным каналам, – рявкнул Риза.

Стеллан вгляделся в картинку, пытаясь увидеть, что происходит за проломом. Там мелькали вспышки света, но размером не больше горстки пикселей. Где же Индира с Беллом? Сайклориане сражались отважно, одетые в скафандры инсектоиды даже сходились в дроидами врукопашную (или вманипуляторопашную) на корпусе «Инноватора», спасая гордость флота Со, но ведь они были кораблестроителями, а не солдатами.

– Где ближайший к Сайклору храм-аванпост? – вслух поинтересовался Стеллан.

Буррияга ответил на шириивуке.

– Дерра? Ясно. Значит, распорядитель там…

– Тера Синубе, – подсказала Ниб.

Стеллан включил комлинк, вшитый в рукав одеяния:

– Говорит член Совета Джиос. Соедините меня с мастером Терой Синубе на Дерре.

Раздался щелчок, и тут же ответил молодой голос:

– Это мастер Синубе.

Стеллан познакомился с Синубе на церемонии присвоения ему звания. Его тогда поразил этот косианец, который за последние годы здорово продвинулся по карьерной лестнице.

– Мастер Синубе, на Сайклоре произошел инцидент… точнее, над Сайклором.

– Да, на судоверфях. Мы знаем.

– Мы потеряли контакт с джедаями, назначенными на «Инноватор»…

Заканчивать предложение не пришлось:

– Мы отправили им подмогу. Эскадрилью «Векторов» под командованием джедая Энгла.

Стеллан приподнял брови. Портер Энгл, так называемый Клинок Бардотты. Легендарный иккрукки. Ему было лет триста, и он служил Ордену уже сотни лет, но на закате своей жизни поселился на эльфронском аванпосту в качестве… повара. Очевидно, его перевели с Эльфроны после того налета нигилов, когда Белл потерял своего учителя. И эти двое джедаев с одного аванпоста теперь снова встретятся в небе над Сайклором – если, конечно, Белл еще жив. Впрочем, теперь, когда туда отправился Энгл, шансы падавана на выживание возросли.

– Связь, похоже, не работает, хотя кому-то из сайклориан как будто удалось обойти блокаду.

– Мои джедаи этим займутся.

– Держите меня в курсе.

– Конечно, – ответил косианец. – Да пребудет Сила с нами всеми.

Стеллан выключил передачу и, обернувшись, увидел, что канцлер разговаривает с несколькими официальными лицами, которые появились на видеостене. Среди них был Пра-Три Витер, один из троих грандмастеров Высшего Совета Ордена джедаев.

Увидев Стеллана, рогатый тарнаб кивнул:

– Мастер Джиос.

– Грандмастер, – ответил Стеллан. – Мастер Синубе с дерранского аванпоста отправил подмогу – дрифт «Векторов» под командованием Портера Энгла.

– Сила будет с ними, – сказал грандмастер. – А что насчет Стокс и парнишки?

Стеллан бросил взгляд на трансляцию с судоверфей:

– По-прежнему ни слова.

Услышав эту новость, Витер дернул носом:

– Да убережет их Сила от беды.

– Откровенно говоря, грандмастер, меня больше тревожит судьба судоверфи.

Стеллан бросил взгляд на того, кто говорил с таким сильным акцентом. Голос принадлежал желтокожему салластанину, который был чересчур хорошо знаком и ему, и всем остальным членам Совета. Это был Тиа Тун, сенатор, чье имя вызвало такое смятение во время предыдущего совещания у Лины Со и который, похоже, был готов пустить под откос видеоконференцию, к которой подключился.

– Тиа… – начала канцлер, но тот ее оборвал:

– Да, да. Я знаю, что вы хотите сказать. Наши мысли с теми, кто оказался в гуще схватки, но в то же время необходимо подумать и о финансовых последствиях этого налета.

– Сенатор!

– Я лишь высказываю вслух то, о чем думают все. Салласт вложил в Сайклор немалые инвестиции.

– Как и многие в Галактике, – заметила канцлер Со. – Тамошние судоверфи уступают лишь кореллианским.

– И тем не менее кто обеспечивал их охрану? Двое джедаев?

Со ответила прежде, чем Стеллан успел вмешаться:

– Как вы только что слышали, подмога уже в пути.

– Да, – чуть ли не выплюнул салластанин. – Подмога в лице джедаев. На которых мы опять возлагаем нашу защиту.

В этот раз Стеллан не мог не высказаться:

– Это наш долг, сенатор. Джедаи дали клятву…

– Все мы знаем о завете джедаев, уважаемый член Совета, – бросил салластанин, сердито тряся брылями. – Обет распорядительницы Крисс уже много месяцев прокручивают все каналы Голосети, от Муунилинста до Тараббы. Однако как бы джедаи ни были могучи, глупо вверять им защиту всех наших жизней. Да и несправедливо. ПССО предлагает…

Теперь уже настал черед Со перебивать:

– Да, сенатор Тун. Ваше предложение мне хорошо известно, но сейчас не время, да и не место обсуждать Программу создания Сил обороны.

Темные глаза Туна расширились:

– Не время? Госпожа канцлер, должен ли я напоминать, что Сайклор не является пограничной планетой? Нигилы нанесли удар в сердце Среднего кольца. Кто следующий? Убриккия? Гайзер? Корусант? Джедаев много, но и их число не бесконечно. Этот кризис демонстрирует…

– Этот кризис минует. – В голосе Лины Со зазвучали дюрастальные нотки. – Так же, как миновал хетцальский.

Это было ошибкой.

– Миновал?! Скажите это жертвам Губительных Явлений. Или миллиардам тех несчастных, чья судьба оказалась в руках этих пиратов.

– Или миллиардам тех, кому мы помогли. Миллиардам тех, кого переселили. Даже Хетцаль ныне сильнее, чем прежде, а Корнеплодная луна…

– Засеяна специально выведенными злаками, которые растут вдвое быстрее традиционного кавама, – прервал ее Тун, закончив фразу. – Да, да. Я видел голоновости. Наследие джедаев превыше всего, и оно защищено.

– Нет, защищено наше производство бакты.

– Как бы то ни было, Великое бедствие должно было стать побудкой, но что же произошло на самом деле? Ценные кредиты, которые могли пойти на организацию полноценной обороны против нигилов, вбуханы в бессмысленную выставку.

Тут уж Со повысила голос:

– Республиканская Выставка станет символом солидарности. И силы.

Тун фыркнул:

– «Дух единства». Да, я видел плакаты, госпожа канцлер, но никакая пропаганда в Галактике не изменит того факта, что выставка – это опасная блажь, которую следовало отменить сразу же после гибели «Наследного пути». Столько времени… столько денег растранжирено на мишуру и показуху! Республиканская Выставка – это опасное излишество, которое ставит под угрозу жизни простых граждан. Сенат это знает, и вы тоже это знаете, госпожа канцлер.

– Довольно! – Возглас Лэрепа Ризы оборвал тираду салластанина, и опешивший сенатор замолчал. – Канцлер права. Как вы смеете политизировать эту атаку ради собственных целей?

Со подняла руку, но сказанного было уже не вернуть.

– Моих собственных целей? – захлебнулся Тун. – Я думаю только о народе, о тех гражданах Республики, которые живут в постоянном страхе перед тучей на горизонте. А как быть с теми, кто верит политическим манифестам самого канцлера, кто верит всей этой риторике и обещаниям? Гражданам, которые думают, что они в безопасности, тогда как эта атака демонстрирует противоположное, так же как и другие атаки, от которых страдает пограничье в последние месяцы. Это те самые граждане, которых ваша администрация не в состоянии защитить, госпожа канцлер, в чем эти граждане скоро убедятся сами, помяните мое слово. – Салластанин выразительно посмотрел за спину Со, фыркнув с нескрываемым презрением. – В конце концов, вы уже в объективе камеры.

Стеллан обернулся, прекрасно зная, кого имел в виду сенатор. Рил Дайро со своим неизменным дроидом стояла на почтительном расстоянии, наблюдая за всем происходящим.

– Сенат одобрил присутствие «НашейСети», – возразила Со, и салластанин вновь презрительно фыркнул:

– Знаю. Я был одним из тех, кто за это голосовал в тщетной надежде на то, что Галактика увидит правду, но почему-то я сомневаюсь, что эти кадры пойдут в эфир. В ваш нарратив это не вписывается, но я открыто заявляю, что буду более чем счастлив побеседовать с мисс Дайро под запись.

– Мастер Джиос, – прервал перепалку взволнованный голос Ниб. – Вести с Сайклора.

«Ну наконец», – подумал Стеллан, повернувшись к терминалу. – Стокс или Зеттифар?

Ниб резко качнула головой:

– Нет. Это Портер Энгл и дрифт с Дерры.

– Выведите на динамики, – приказала Со, метнув взгляд на Тиа Туна. – Чтобы было слышно всем.

Нажатие кнопки – и по всему кабинету канцлера разнесся угрюмый голос иккрукки.

– Связь восстановлена, – сказал он, хотя передача пробивалась сквозь статику. – Перед атакой нигилы отрядили на край системы дроидов-глушителей.

– А как битва? – спросил грандмастер Витер.

Если джедай-ветеран и узнал того, кто к нему обратился, то его это ничуть не смутило.

– Местные сражались отважно. Большинство налетчиков уничтожено, как и дроиды-добытчики.

Из динамиков донеслись звуки стрельбы, и Энгл что-то буркнул.

– Портер? – спросил Стеллан.

– Извиняюсь, мастер Джиос. Недобитки еще сопротивляются.

– А флагман?

Снова повисла пауза, после чего раздался треск статики.

– Джедай Энгл!

– Я здесь. – Голос иккрукки был еще больше искажен помехами. – Но корабля тучи нигде не видно. Сайклориане говорят, что он уничтожен.

– А что Стокс и… – Со замолчала, пытаясь припомнить имя Белла.

– Зеттифар, – пришел ей на помощь Стеллан.

– Белл? Белл здесь? – Иккрукки явно удивился этой новости. – Я не видел… – Тут его мрачный голос смолк.

– Портер? – окликнул Стеллан.

– Нашел его. – Сказано это было таким тоном, что у Стеллана кровь застыла в жилах. – Все очень плохо.

Глава 13

Вовне

Белл не представлял, где находится, но знал, что не хочет умирать.

– Не эгоизм ли это, учитель? – спросил он. Собственный голос звучал странно, неразборчиво. – Я не справился?

Ответа не было, только где-то рядом лаяла Искра. Белл улыбнулся. Хорошая собачка. Она делала именно то, о чем он просил. Служила ему якорем.

Но якорем для чего? Чтобы выжить? Чтобы продолжать работу?

Но и это было не все. Был еще шум. Хаос. Даже в безмолвии космоса. Белл чувствовал это: Сила пылала ярче, чем когда-либо прежде, готовая поглотить его, преобразить из… чего? Как говорилось в учении? Он попытался вспомнить, как сидел на холодных плитах эльфронского аванпоста. Слушал учителей. Еще даже не падаван. Просто ребенок, которого вывели в большой мир.

«Преобразит тебя Сила, из этой грубой материи в свет превратит. Светоносным ты станешь. Энергией ты станешь. Энергией всех живых существ, от пепельных ястребов, в небе парящих, до зольных борзых, в ночи воющих. Из Силы ты вышел. В Силу и возвратишься».

То есть это сейчас и происходило? Он возвращался в Силу? Сейчас он определенно их слышал – пепельных ястребов, перекликавшихся в небе, и зольных борзых… зольную борзую, которая лаяла…

Искра.

Его якорь.

Хорошая собачка.

Он снова оказался в «Векторе» и не мог пошевелиться. Повсюду в космосе кто-то умирал. Друзья. Враги. Незнакомцы. Те, с кем он никогда не познакомится. Потому что, нравилось ему это или нет, но огонь с каждой минутой подбирался все ближе.

«Преобразит тебя Сила».

– Нет…

Слово сорвалось с пересохших губ. Он не хотел уходить. Не сейчас. Он еще столь многое мог отдать. Ордену. Свету. Он ведь только начал.

Сквозь пламя доносились взрывы. Вопли. Крики боли. Победные кличи. Лай зольной борзой. Хорошая собачка. Хорошая собачка.

Но Белл ничего не видел. Пламя было слишком ярким. Оно уже лизало все вокруг. Очищая его. Выжигая все лишнее. Неужели поздно? Наступает смерть? Так много мыслей, так много воспоминаний; прошлое и настоящее столкнулись, слившись воедино.

Вот он сидит на полу в здании аванпоста, слушая приезжего мастера. Вот он в пещере, смотрит на кристалл. Чувствует его тепло. Знает, что это его кристалл. Что этот кристалл позвал его.

Вот Лоден выбирает его себе в падаваны. Вот он входит в тренировочную галерею, полную парящих дроидов.

Вот он падает. Падает с огромной высоты. С «Новы». С утеса. Вниз, на планету. С девочкой в руках. Такой испуганной. Такой хрупкой. «Теперь все будет хорошо. Все будет хорошо».

Вот он узнаёт, что Лоден не вернулся. Вот он на «Звездном свете», стоит вместе с остальными, воздев вверх зажженный меч, рядом на месте Лодена – Индира Стокс. Чей-то голос. Очередной мастер. Очередная речь.

«Когда вам будет одиноко… когда сгустится тьма… посмотрите в небо и вспомните: Сила с вами. Знайте: мы с вами. Таково наше обещание. Таков наш завет. Во имя света и жизни».

Во имя света и жизни.

Языки пламени теперь окружали его. Пожирая все. Закрывая обзор.

И все же он не тянулся Силой сквозь это пламя. Просто не мог. Что, если увиденное ему не понравится?

– Белл?

– Учитель?

– Мы тебя вытащим, Белл.

Голос был женский. Этот голос ему следовало бы узнать, но он не мог больше мыслить из-за всех этих языков пламени, воспоминаний и страха. Следовало ли вообще бояться?

«Вектор» пришел в движение. Белл закашлялся и застонал, но ведь это вроде бы было хорошо. Это значило, что он жив. Искра лаяла, лаяла очень громко, громче рева пламени, а машину тащили сквозь обломки, сквозь останки нигильского истребителя – к «Инноватору», к жизни.

Его схватили чьи-то руки. Трехпалые сайклорианские. Человеческие. Руки Индиры. Да, так ее звали. И руки еще кого-то. Серокожего. Длиннобородого. Без глаза. Портер? Портер Энгл. Он-то что здесь забыл?

– Отойдите.

Точно, Энгл. Ярко вспыхнул его световой меч, перерезая гарпун, освобождая Белла.

А потом они бежали, бежали… Белл лежал на каталке, которая мчала по одному коридору за другим, направляемая Индирой, Портером, еще какими-то незнакомцами, которые так незнакомцами и останутся.

– Искра?

– Она здесь, парень. Ты ей нужен. Оставайся с ней.

Да. Хорошая собачка. Всегда рядом. Еще дальше по коридору. В лазарет. Впереди резервуары, полные… как эта штука называется? Он не мог вспомнить. Впрочем, неважно. Пламя звало его. Звала Сила.

– Вот так. Поднимайте его. Осторожно… Осторожно!

Здесь было так много голосов. Одни кричали. Другие были спокойны. Кто-то стонал от боли. Так много боли! Ему просто хотелось, чтобы эта боль ушла.

Он стал падать, но не в огонь, а в резервуар. Жидкость холодила кожу, пламя отступало, голоса становились приглушенными…

И голос Искры тоже, но она по-прежнему была здесь, по другую сторону стекла, она ждала его, помахивая хвостом и высунув язык.

Его якорь.

Сейчас Беллу как никогда был нужен якорь. Он не мог говорить: лицо закрывал дыхательный аппарат, а в его вены закачивали лекарства. Он не мог произнести ни слова, но это не имело значения, поскольку ему все равно было нечего сказать.

Он повидал пламя. Повидал Силу. И после этого ему стало холодно, как никогда в жизни.

Глава 14

Город Лониса, Вало

– Элзар, тут произошел инцидент…

В оперативную комнату влетела Самира Рей-ун. Ее зеленые глаза расширились при виде голограммы Стеллана Джиоса, которую высвечивал на дальней стене парящий дроид-камера. Она подняла руку, безмолвно извиняясь перед джедаем в темном кожаном одеянии, который разговаривал с голограммой.

Элзар Манн одними губами прошептал, что все в порядке, и снова повернулся к мерцающему изображению члена Совета. Со Стелланом Джиосом они дружили с детства. Стеллан, Эйвар и Элзар. Трое падаванов, трое мастеров и при этом родственные души. Они всегда разыскивали друг друга, когда возвращались с заданий, и пускай были очень разными, но в то же время очень похожими. Один связан традициями, вторая – долгом, а третий… в общем… Элзар знал свои недостатки. Он всегда стремился раздвигать рамки возможного и пробовать что-то новое… в результате чего все трое попадали в переплет. Вместе. Всегда вместе.

«Это не он сделал, это я».

«Нет, я».

«Мы все это сделали».

Сейчас у Стеллана был утомленный вид. Он казался старше, как будто на плечах его лежал вес всей Галактики. Вероятно, просто сказывался карьерный скачок из распорядителей аванпоста в члены Совета. Если кто из них троих и мог справиться с таким головокружительным взлетом, то именно Стеллан. Он этого заслуживал. Да. Конечно, заслуживал.

– А что «Инноватор»? – спросил Элзар, заставив себя вернуться к реальности, где Стеллан сообщал новости о ситуации на Сайклоре.

– Цел и невредим, – заверил его Стеллан. – Энгл и его дрифт помогли сайклорианам отогнать оставшихся нигилов. Абордажные группы до него даже не добрались.

– А падаван, который был ранен во время налета? Как там его имя?

– Белл Зеттифар. Он на корабле, где его и латают. Все говорят, чудом жив остался. Гарпун в живот.

Элзар втянул воздух сквозь зубы:

– Повезло, что там был «Инноватор». Лучшие медлаборатории в Республике.

– Везение тут ни при чем. Спасибо Силе.

«Спасибо бюджету Со», – подумал Элзар, но вслух говорить этого не стал. Суперсовременное оборудование. Бакты больше, чем на любом другом корабле в Среднем кольце. Белл, наверное, сейчас плавал в резервуаре с новенькой жижей, залечивая свои раны, пока «Инноватор» готовился к своему первому рейсу.

– Они укладываются в график?

– Запуска? Впритык. Вэм Таргс проводит какие-то мелкие ремонтные работы на корпусе, но задержки это вызвать не должно. Канцлер настаивает, чтобы «Инноватор» прибыл вовремя.

Элзар обменялся многозначительным взглядом с Самирой, которая терпеливо стояла в сторонке, сжимая планшет. Конечно, Со настаивала. Ничто не должно помешать открытию выставки. Самира отвернулась, пытаясь скрыть шаловливую и весьма заразительную улыбку, которая, как чувствовал Элзар, расползалась и на его собственном лице.

Стеллан наморщил голографический лоб:

– Ты не один?

– Эм-м… да. – Элзар заставил себя снова переключить внимание на лицо старого друга. – Со мной координатор Рей-ун. – Он сделал знак Самире приблизиться, отметив про себя, как она приосанилась, выйдя вперед. Моментально переключилась в деловой режим.

– Мастер Джиос, – поздоровалась она. – Я не хотела вам мешать.

Стеллан отмахнулся:

– Не нужно извиняться. – Элзар почувствовал, как Самира слегка надулась. Она не извинялась, а лишь констатировала факт. В конце концов, это была ее оперативная комната, и выставка тоже была ее. Как типично для Стеллана. – Вы, конечно, слышали о налете на судоверфи.

– Конечно, – подтвердила Самира. – Мы уже, соответственно, усилили меры безопасности.

– Никто, понятно, не ожидает, что нигилы нанесут удар здесь, – прибавил Элзар.

Стеллан приподнял брови:

– До сегодняшнего дня никто не ожидал, что нигилы нанесут удар так глубоко в Среднее кольцо. Сенат, ясное дело, обеспокоен.

– А Совет?

– Страхуется. Грандмастер Витер отрядил к вам еще джедаев. Дрифт Портера Энгла будет сопровождать «Инноватор» до Вало и останется там до окончания церемонии открытия.

– И мы будем им рады, – вставила Самира. – А джедай Энгл – мастер?

Глаза Стеллана весело блеснули:

– Многократный.

Самира недоуменно посмотрела на Элзара, потом снова на Стеллана:

– А такое вообще бывает?

На сей раз уже Стеллану пришлось извиняться:

– Это я в шутку.

– Скажем так, Энгл уже очень давно живет на свете, – сообщил ей Элзар.

– Но только напоминать ему об этом не следует, – прибавил Стеллан. – Он один из самых уважаемых джедаев в Ордене, и его имя произносят с придыханием, подобно именам таких мастеров, как Брисбейн, Маота и Йода.

– Отлично. – Самира сверилась со своим планшетом, пролистав список имен. – Тогда, быть может, получится включить его в сопровождение канцлера? Специальным представителем по контактам с регасой Йовет.

– С главой тогрут?

Самира вновь повернулась к Стеллану:

– Нападение на Сайклор напугало тогрутского посла. Он грозится отсоветовать регасе лететь на Вало.

– Это… было бы не оптимально.

Элзар еле удержался, чтобы не покачать головой. С каких это пор Стеллан начал использовать словечки вроде «оптимально»? Элзар надеялся, что это Джиос будет оказывать благотворное влияние на Совет, а не наоборот. Стеллан уже начинал говорить как мастер Росейсон. Нет, хуже. Он начинал говорить как политик.

– Энгл, возможно, не лучший вариант, – нахмурившись, продолжал Стеллан. – Он обычно весьма… немногословен.

– Можно и так сказать, – пробурчал Элзар, надеясь, что Стеллан не расслышит. Энгл был наделен многими талантами, но дипломатичность в их число не входила.

– Дайте мне время поразмыслить, – сказал Стеллан. – Я побеседую с канцлером. Посмотрим, что она решит.

– Может, Эйвар? – подал голос Элзар… пожалуй, несколько поспешно. Он почувствовал на себе взгляд Самиры и проделал различные микромедитации, чтобы не покраснеть. Предложение было здравым. После Хетцаля Эйвар Крисс стала одним из самых известных джедаев на фронтире, а может, и во всем Ордене. И потом, звезды небесные, она была распорядительницей «Звездного света»! Конечно, тогруты воспримут ее назначение к регасе как высочайшую честь.

– Дельное предложение. – Стеллан пригладил свою аккуратную бородку: еще одна привычка, которой он обзавелся в последние месяцы. – С вашего позволения, госпожа координатор, я возьму этот вопрос на себя.

– Конечно, – вежливо ответила Самира.

– Я сообщу как можно скорее, чтобы вы могли успокоить посла.

«Удачи с этим», – подумал Элзар. Стеллан снова переключил свое внимание на него:

– До скорой встречи, Элзар.

Тот невольно улыбнулся. Их троица давно уже не собиралась вместе – пожалуй, с самой церемонии открытия «Звездного света». Со времени, когда… Радость немного увяла при мысли о видении, которое накатило после того, как Эйвар ошарашила его своим решением остаться на маяке.

– Элзар?

Улыбка стала вымученной, но Элзар пересилил себя. К тому же первая реакция была самой честной. Он и впрямь ждал того момента, когда все они соберутся здесь. Манн, Крисс и Джиос. Трио баламутов, по выражению Куорры; такое прозвище они носили до того, как стали рыцарями. Оценка учителя была недалека от истины.

– Жду с нетерпением, Стеллан. Конец связи.

Он выключил передачу, жужжание голопроектора стихло, и лицо Джиоса исчезло.

Самира с присвистом выдохнула:

– Много я встречала разных джедаев, но такого рьяного еще не видела.

Элзар жестом отпустил дроида.

– Он просто любит, когда все делается определенным образом. Понимаю, Стеллан может показаться…

– Высокомерным? – подсказала Самира.

– Чопорным, – ответил Элзар. – Но на самом деле он не такой, если спознаться с ним поближе. Он просто хочет, чтобы всюду было совершенство. Для Стеллана все или черное, или белое.

Самира лукаво приподняла бровь:

– Я думала, это относится ко всем джедаям во вселенной.

Элзар хмыкнул:

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Может, и знаю. – Их глаза встретились. Этот миг продлился, наверное, чуть дольше, чем было благопристойно, потом Самира перевела взгляд на карту выставки, которая светилась на противоположной стене.

– А впрочем, – продолжила она, – можно понять, почему он постоянно мелькает в Голосети. При всех своих недостатках он определенно недурен собой.

Она склонилась над своим планшетом, пытаясь скрыть улыбку.

Элзар положил руки на бедра, почувствовав под пальцами кожаный ремень:

– Мне ревновать?

Она отвернулась, не отрывая взгляда от текста, который пролистывала.

– Нет, конечно. Разве ревность не ведет на темную сторону?

Она поддразнивала его, и Элзар был вынужден признать, что ему это нравится.

– Среди прочего. Так что там за ситуация?

– Хм-м?

– Когда ты вошла. Ты сказала, что возникла какая-то ситуация.

– А. Боюсь, все то же самое. Посол Тисс…

– Что ему теперь взбрело в головные хвосты?

– Ты не поверишь. Он потребовал, чтобы апартаменты регасы прочесали три раза: вручную, потом дроид, потом джедай.

– Джедай?

– Присутствие Ордена – единственная причина, из-за которой они согласились, чтобы королева Йовет посетила выставку. – Снова сверкнула ее лукавая усмешка. – Только не зазнавайся.

Элзар как мог скопировал тон Стеллана:

– Это, мой дорогой координатор, не в стиле джедаев.

Улыбка стала шире, явив идеальные белые зубки:

– Рада слышать, мастер-джедай. Иное было бы неуместным.

* * *

Когда они вышли на Административную площадь, солнце ярко светило в зените. Элзар поднял голову, наслаждаясь теплом, согревавшим кожу, и посмотрел на клочковатые облака, которые неслись по небу, синему, как сапфир анкаррес. Да, рассказы оказались правдой: планета Вало была неописуемо прекрасна, а ее столица – Лониса – пристроилась на берегу континентального озера, столь огромного, что оно могло сойти за океан. С одной стороны кристально прозрачная вода, с другой – лесистые горы, а более чистого воздуха Элзар не вдыхал даже на Набу, где нес службу после посвящения в рыцари, поселившись в весьма престижном храме Галло.

Неудивительно, что Сенат избрал Лонису для проведения первой за много поколений Республиканской Выставки. Этот райский уголок Внешнего кольца стал центром празднеств, апофеозом Республики во всей ее безбрежной славе. Наука. Инновации. Искусство. Кухня. На улицах, по которым Элзар и Самира шагали к роскошному отелю, где остановилась тогрутская делегация, было полно народа. Можно было проехаться на спидере, но Самира предпочитала по возможности ходить пешком: лишь одно из многочисленных качеств, из-за которых Элзар проникся к ней уважением. Свою работу она делала исключительно профессионально, всегда сохраняя хладнокровие, когда все вокруг носились как безголовые лемоки. Элзар почувствовал контакт в ту самую секунду, когда прибыл на Вало. Игривые улыбочки. Беззлобные подначивания. Это было приятно, это повышало тонус, в чем он нуждался после церемонии на маяке.

После видения.

По сути, эта новообретенная дружба лишь укрепила его уверенность, что он не зря послушался подсказки Силы на Ашле. Правильным казалось все без исключения. Последние несколько недель он бродил по улицам, осматривал выставочный парк, прощупывал окружение Силой в поисках опасности. Все это время видение оставалось на задворках сознания, но с каждым днем тускнело, как будто одним своим присутствием на Вало Элзар парировал зло, которое предвидел. Почему, он сам не понимал. Сила – не какое-то там руководство по эксплуатации, где пошагово изложены все действия. Иногда ее нужно интерпретировать, иногда – прочувствовать, но Элзар давно не испытывал такого внутреннего покоя. Даже осознание того, что он стал распорядителем аванпоста на Вало, больше не наполняло его ужасом. Еще недавно от самой мысли, что можно оказаться прикованным к одной планете, у него разболелась бы голова, но теперь, когда он реально оказался здесь, все переменилось. В какой мере это было связано с Самирой? Несомненно, в их отношениях царила непринужденность, напоминавшая дружбу между ним и Стелланом или даже Эйвар. С Самирой было легко и комфортно, и это нравилось Элзару не меньше, чем ее смех. А смеялась она часто и громко, особенно в присутствии Элзара, и он тоже смеялся. Так много он не смеялся уже много лет.

Он снова покосился на Самиру, любуясь длинными рыжими волосами, которые она заплела в косу на макушке. Она пересказывала свой последний разговор с тогрутским послом, но Элзар слушал вполуха. Его взгляд скользнул вдоль длинной линии ее шеи, затем перетек выше. Она заметила, что он ее рассматривает, и отвернулась, притворившись, будто глядит на гигантские небесные острова, которые парили над озером. Каждый, согласно замыслу, копировал природу и ландшафт одной из ключевых планет Республики. Это был один из главных аттракционов выставки, предназначенный для того, чтобы гости могли хотя бы отчасти ознакомиться с богатым разнообразием миров Республики.

– Ты был на Ондероне? – спросила вдруг Самира.

– На планете?

Она кивнула в сторону одной из парящих платформ:

– Нет, на острове.

Элзар покачал головой:

– Еще нет. Но я осмотрел склоны на Риннале.

– На лыжах катался?

– Нет. Хотел увидеть систему климат-контроля. Поддерживать столько снега в такую жару…

– Да, да, это чудо климат-инженерии, но ты обязательно должен прокатиться на турболыжах. Возможно, свожу тебя после церемонии открытия.

– У тебя разве будет время? Выставка ведь будет в самом разгаре?

– Выкрою немного.

Она посмотрела ему в глаза и на этот раз не отвела взгляда.

– Так что там на Ондероне? – спросил наконец Элзар, прервав молчание.

– Сафари в джунглях.

– Без диких зверей, я надеюсь.

Она снова звонко рассмеялась, отчего у Элзара ёкнуло сердце.

– Ну мы же не хотим, чтобы гостей слопали. Там есть птицы, высоко в ветвях, и несколько айзизских обезьянок, но чтобы кто-то мог сожрать тебя на месте – таких нет… хотя, если тебя интересуют хищники, то я слышала, что в зоопарке есть храгожнец.

– Быть может, мы сходим на него посмотреть после лыж.

Губы Самиры расползлись в улыбке:

– Не исключено. – Она посмотрела вверх, на ряды парящих платформ. – До сих пор не верится, что нам это удалось. Сорок два острова, и все откроются вовремя. А говорили, что это невозможно.

– Те, кто так говорил, не были знакомы с тобой. – Элзар наклонился ближе. – Только не зазнавайся.

– О, ну конечно, я буду зазнаваться, – ответила она. – Это в стиле валонов.

На мгновение их глаза встретились, и внезапно все вокруг перестало существовать. В сознании Элзара промелькнуло новое видение, неизмеримо более приятное, чем тьма, которую он испытал на «Звездном свете». Он увидел самого себя много лет спустя: распорядитель успешного аванпоста, с проседью в некогда черных волосах, он обедал в обществе уважаемой местной чиновницы с изумрудными глазами и грациозной шеей.

– Берегись! – Чей-то голос развеял чары. Самира ахнула, а Элзар схватил ее за руку и оттащил от грависаней, которые их чуть не переехали. Прицеп машины был заполнен множеством контейнеров, составленных один на другом.

– Спасибо, – сказала Самира, прижав руку к колотящемуся сердцу. – Я его даже не заметила.

– Я тоже, – сознался Элзар, почувствовав одновременно облегчение, что с ней все в порядке, и укол вины. О чем он вообще думал? Вот поэтому он никогда и не задерживался на одной планете. Искушение остаться было слишком велико. Среди многого другого. Скоро сюда начнут слетаться джедаи со всей Галактики – и со «Звездного света» тоже. Что скажет Эйвар, если хотя бы заподозрит, о чем он только что подумал? Удивится? Вероятно, нет, но будет разочарована. Нужно сосредоточиться на насущных делах. Он здесь потому, что так пожелала Сила. Все остальное лишь отвлекает.

– Пойдем, – отрывисто произнес Элзар, вдруг явственно осознав, насколько близко друг к другу они с Самирой стояли. Он отшагнул назад и повернулся, глядя на величественный фасад отеля «Республика», богато отремонтированного благодаря гранту комитета по организации выставки. Тут предстояло жить всем высокопоставленным особам, от канцлера до самой регасы Йовет. «Помни, кто ты такой», – сказал себе Элзар, когда они пересекали дорогу, лавируя в непрерывном потоке спидеров. Самира, со своей стороны, немного опередила его и уже поднималась по мраморным ступеням отеля. Она не была глупой. Она заметила его дискомфорт, увидела, как он напрягся и поспешно отступил, сменив тему. Нет, сглупила здесь вовсе не она. Когда же он научится?

Элзар проследовал за ней к турболифту; двери с мелодичным звоном открылись, избавив их от неловкого ожидания в фойе. Самира быстро вошла в кабину и нажала на кнопку.

– Посол ждет нас на семнадцатом этаже. – Ее голос стал более резким. Более профессиональным, даже скорее холодным.

И хорошо, подумал Элзар. Так и должно быть. Самира – координатор, он – джедай, и на том весь сказ.

Глава 15

Грайзел

Грайзел оказался не таким, как ожидала Лорна Ди, когда вступила в ряды нигилов. На роскошь она не рассчитывала. В конце концов, от роскоши она сбежала. Но забытый тюремный комплекс в таком углу звездной карты, что до Неизведанных регионов рукой подать? Это было что-то новенькое.

Окруженный густым лесом объект оставался безопасным и конструктивно прочным, хотя со стен, сложенных из каменных блоков, слезла краска, а почти все зарешеченные окна были разбиты. Большинство крыльев комплекса так и стояли запертые, а в тех немногих, которые были заселены, бури заклеили стекла или заделали дырки, чтобы не дуло. Большинство нигилов поселились в камерах двух главных блоков – крохотных клетушках, которые располагались в три этажа вокруг атриума; ржавые мостики вели к крепким на вид лестницам. Кому-то такое жилище лишь навевало воспоминания о сроках заключения, которые все очень сильно старались забыть, хотя толстые дюрастальные двери можно было открыть когда угодно. На площадках, которые Лорна сочла бывшими двориками для прогулок, появились палатки, а некоторые жили на своих кораблях – особенно гости из других ячеек, разбросанных по Галактике. Ро твердо гнул свою линию. Нигилам требовались две вещи. Первое и главное: сидеть тихо. Хаос, который воцарился после Великого бедствия, привлек к ним массу внимания, что, собственно, и требовалось. Это была линия на песке, сигнал пробуждения для Республики, но реакция джедаев… в общем, такого не предвидел никто. Ро ставил на то, что так называемые хранители закона и порядка в Галактике будут застигнуты врасплох тактикой нигилов, что они не будут готовы к войне, что их мастерство притупилось за годы пребывания на вершине пищевой пирамиды. Реальность оказалась несколько иной. Джедаи показали себя более чем достойными противниками, а население… то самое население, которому следовало бы бояться нигилов, вместо этого еще больше сплотилось вокруг джедаев и слушало проклятый сигнал, который транслировался с новенького маяка Республики. У населения по-прежнему оставалась надежда. Поэтому Ро предложил на время воздержаться от набегов, внушить Галактике ложное чувство спокойствия. Кто-то мог бы даже сказать, что он так распорядился. После битвы при Куре влияние Ро определенно возросло. Так что нигилы не столько отступили, сколько залегли в засаде. Было сделано несколько налетов – так, по мелочи, – а рэкет, которым добывали средства для шторма, незаметно продолжался, и ресурсы понемногу накапливались. Где-то шантаж. Где-то деньги за «крышу». Одной из молний Пэна даже удалось угнать груз ридага, который принадлежал картелю «Наездники рииков» и следовал до Атисса, но ничего такого, что привлекло бы внимание, не предпринималось.

Между тем им требовалась новая база, цитадель, которая служила бы как убежищем, так и крепостью на тот случай, если станет совсем худо. Пэн Эйта предложил Великий зал, возведенный отцом Ро в самом сердце внепространства, но едва ли это было бы практично. Великий зал был, по сути, плавучей платформой, огражденной от космического вакуума силовым полем, из-за чего казалось, будто обедаешь среди звезд. Впечатляющее сооружение, но оборонять его было невозможно. Это место было рассчитано на то, чтобы вселять трепет, а не выдерживать джедайский штурм, который был лишь вопросом времени.

Тюремный комплекс обнаружил Зитар – талпини, которого Ро произвел в Хозяева Бури после того, как буря Кассава феерично облажалась при Куре, сгинув вместе с самим Кассавом. Зит изначально был из бури Лорны; блестящий инженер, он дал нигилам ряд инноваций, от усовершенствованных двигателей Троп до дроидов-добытчиков, благодаря которым дербанить корабли стало намного легче. Да, местечко было отстойным, но зато здесь было безопасно, а остальное Лорне было до лампочки. Подобно Великому залу, без Троп этот планетоид было не найти.

Конечно, без серьезных недостатков тоже не обошлось. Лорна никогда не видела такого количества осадков: дождь днем и ночью хлестал по изъеденным стенам комплекса. Пэн Эйта ненавидел это место и старался проводить здесь как можно меньше времени. Это Лорну устраивало, хотя она предпочла бы иметь возможность следить за коллегой, особенно после того, как следом за Зитаром переселила в лагерь свою бурю. Зитару Лорна тоже не доверяла, но Лорна не доверяла вообще никому, так что в этом не было ничего необычного. Однако она с удовольствием полюбовалась рожей Пэна, когда во время одного из своих редких визитов на Грайзел довутин ввалился в мастерскую, которую Лорна превратила в свое жилище. Он бросил взгляд на Зитара и презрительно оскалился:

– Это шутка такая?

– Ты здесь видишь что-то смешное? – огрызнулся Зитар.

Лорна видела, но не собиралась этого говорить ни тому, ни другому. Она старалась казаться как можно более бесстрастной и невозмутимой.

Пэн вразвалочку приблизился к Зитару, упорно глядя в глаза-бусинки талпини. Обычно он возвышался над Зитаром, но теперь ситуация изменилась.

– Я вижу недомерка, который что-то о себе возомнил, – прорычал Пэн. – Недомерка, который решил прыгнуть выше головы.

Лорна и сама улыбнулась, когда увидела, что сделал Зитар перед появлением Пэна. Крошечный талпини соорудил колоссальный механокостюм на пневматических ногах, благодаря которому он на голову с лишним возвышался над любым обитателем Грайзела. Сам Зит сидел в защитной камере, являвшей собой грудь механического гиганта. Дополняли эту внушительную картину огнеметы, встроенные в руки погрузчика, и гранатометы, смонтированные над головой. И теперь – впервые в жизни – уже Зитар, ухмыляясь, глядел на Пэна сверху вниз.

– Странно, – глумливо произнес Зит. Насколько внушительно смотрелся его механокостюм, настолько же пискляво звучал голос. – Я думал, мы все в одинаковых правах. Трое Хозяев Бурь. Равные во всем.

– Да ты что? – Пэн не сдвинулся с места, когда Зитар с лязгом шагнул вперед, пытаясь вынудить его отступить. – Вылазь из этой штуки, и я тебе покажу, насколько мы равны.

Зитар поджал губы и вскинул свою большую голову:

– Ути-пути, чувствуешь себя ущемленным? Бедный маленький довутинчик.

Пэн с размаху ударил правой, но его огромный кулак был с легкостью перехвачен механокостюмом, который стиснул его стальной хваткой. Зитар сжал собственную руку, и костюм повторил жест благодаря сенсорам, провода которых шли от перчаток, надетых на коротенькие ручки талпини. Раздался отвратительный хруст, Пэн зарычал. Свободная рука довутина мгновенно метнулась к бластеру, висевшему у него на поясе.

– Хватит!

Ни один из Хозяев Бурь на Лорну даже не взглянул, но ее голос возымел мгновенное действие. Оба застыли, свирепо зыркая друг на друга.

– Зитар, отпусти его. Пэн, уймись.

Вот теперь Пэн повернул голову и посмотрел на нее:

– Кто это умер и сделал тебя Глазом?

– Кто сделал тебя глупым? – Она устремила взор на Зитара. – Ссоритесь, будто новобранцы. Мы должны направлять шторм, особенно в отсутствие Ро.

Зитар первым пошел на попятный и отпустил кулак Пэна:

– Ты права, конечно. Это было глупо с моей стороны. Извиняюсь.

– Да уж глупее некуда, – рявкнул Пэн, потирая ушибленные костяшки. – И не думай, что меня одурачат твои глупые извинения.

Зитар развел руки механокостюма, его круглое лицо расплылось в ухмылке:

– Просто пытаюсь быть выше этого.

Пэн зарычал и шагнул вперед, но Лорна встала у него на пути, не дав возобновить драку:

– Мне что, самой тебя остановить?

Он прожег ее взглядом, лицо обдало его горячим дыханием. Лорна не произнесла ни звука – пусть молчание говорит за нее. Все это время она обдумывала варианты: удар головой, чтобы сломать его толстый нос? Нож в брюхо, между бронепластинами, спрятанными под рубашкой из саавского шелка? Или точный удар коленом в промежность, если захочется унизить этого дуболома? В конечном итоге оказалось, что достаточно просто не отступать. Взгляд Пэна заметался между Лорной и Зитаром, и наконец он, сдавшись, фыркнул и повернулся к ней спиной. Вот насколько он ей доверял, безмозглый дурак. Как легко было бы прожечь дыру между этими широченными плечами!

– Так в чем дело? – проворчал Пэн, пытаясь совладать с ситуацией, которая стремительно выходила из-под его контроля. – Зачем вы меня вызвали в эту вонючую дыру?

– А как ты думаешь? – спросил Зитар. – Ты напортачил, Пэн. Капитально напортачил.

Пэн сердито развернулся:

– Что ты сказал?!

– Он говорит о Сайклоре, Пэн, – добавила Лорна. Услышав название планеты, довутин помрачнел:

– Так и что?

Зитар наигранно почесал свою шейную бородку; механокостюм скопировал его движения, будто чокнутая марионетка.

– О, дай подумать. Потеряна целая туча. Сектор на ушах. Сенат и джедаи на связи день-деньской. Скажи мне, Пэн, следует ли вызвать сюда того идиота, который командовал набегом? Как бишь его там? Сарн Звездоляп?

– Звездолом.

Зитар щелкнул пальцами:

– Да, точно. Вот только мы не можем его вызвать, потому что он стал звездной пылью. Поэтому вызвали тебя. Поскольку упомянутый идиот мертв, почему бы не заняться напрямик его придурочным начальником?

Пэн бросился было вперед, но на сей раз Лорна уперлась рукой в его грудь. Он остановился, поводя ноздрями:

– Звездолом не виноват. На верфях были джедаи.

– Джедаи, они везде, – продолжил Зитар. – Чем ты думал, Пэн? Ро четко сказал…

Довутин воздел свои толстые руки:

– «Ро сказал то», «Ро сказал сё». Ты сам себя слышишь? Пять минут в бурях, а уже невесть что о себе возомнил. – На этот раз Лорна не стала вмешиваться, когда он шагнул вперед, наставив толстый палец в лицо Зитара. – Мы с Лорной тут более-менее с самого начала. А ты кто такой? Всего-навсего жестянщик, который высоко взлетел. Может, и следовало бы дать тебе поблажку, потому что тебе явно невдомек, как тут делаются дела, но, сказать честно, я сыт по горло тем дрюком, который извергает твоя пасть. Здесь не Республика, Зитар, а мы не джедаи. Мы делаем что хотим и когда хотим, и никто нам не указ. Даже Ро. Он мчит верхом на шторме, который раздуваем мы. Наши бури. Наши молнии. Да, благодаря ему у нас есть Тропы, но мы уже переросли его. А если ему что-то не нравится, пусть слезает с бочки, что бы там ни блеяли его бесхребетные лакеи. Вроде тебя.

– Вот оно как?

Лорна прекратила драку, но не разрядила ситуацию. Эти же три слова, произнесенные с другого конца комнаты, заставили всех замереть. Все три Хозяина Бури обернулись и посмотрели на фигуру, стоявшую в дверях. Длинный плащ. Тяжелая маска.

Холодная ярость.

– Ро, – буркнул Пэн. Просто в знак приветствия, не пытаясь ни оправдаться, ни взять слова обратно.

– Пэн, – невозмутимо ответил Ро и вошел в комнату. Дверь за ним с шорохом закрылась. – Рад тебя видеть на Грайзеле.

На ходу Глаз взялся за свою маску, швы со свистом разгерметизировались. Он плавно снял шлем, явив взорам гладкую серую кожу и пугающие глаза, которые, казалось, глядели в самую душу. Лорна обратила внимание, что он отпустил небольшую бородку. Это было что-то новое, хотя в глазах его читалось все то же самое. Разочарование. Злость.

Ро остановился перед Пэном и протянул шлем – не вызывающе, а в ожидании. Пэн старался держать голову высоко, но шлем принял, в мгновение ока превратившись в простого слугу. Пристыженный довутин отошел назад, давая Ро пройти. Глаз посмотрел на Лорну и Зитара, назвал их имена и остановился, одобрительно глядя на механокостюм талпини.

– Ты самоусовершенствовался. Весьма впечатляет, ты не находишь, Пэн? – спросил он, не глядя на довутина.

– Угу, – пробурчал Пэн. – Шикарно.

– Твоя поездка? – спросила Лорна: не для того, чтобы переменить тему разговора, а чтобы продлить унижение Пэна. – Она была успешной?

– Сверх моих самых смелых ожиданий.

– А Уди Дис? Он хорошо тебе послужил?

Ро не ответил, лишь на мгновение всмотрелся в ее лицо, после чего отступил от троих Хозяев Бурь. Плащ развевался за его спиной.

– Как здесь дела? Как работа над Тропо-прыгунами?

– Идет по плану, – оживился Зитар. – Требуется испытание в полевых условиях, но…

– Оно будет, – пообещал Ро и повернулся к Лорне. – А другие ячейки?

– Залегли на дно согласно твоим указаниям.

Ро остановился, как будто изучая звездную карту, которую Лорна смонтировала вдоль дальней стены.

– Ах, да, мои указания. Скажи мне, Пэн. Ты следовал моим указаниям? У нас же есть твердая стратегия, не правда ли? План, с которым согласились все. Зитар. Лорна. Ты сам. Никаких крупных операций в обозримом будущем, ничего такого, что привлечет к нам внимание. Ничего такого, что вызовет реакцию. Ты ведь придерживался этого курса, правда, Пэн? Выполнил свою часть уговора?

Довутин шагнул вперед, буравя взглядом спину Глаза:

– Ро, послушай… нам надо поговорить. Нам нужны…

Лорна не увидела, что сделал Ро: то ли что-то нажал на своей перчатке, то ли снял с пояса какое-то устройство. Просто вдруг раздался щелчок, и шлем в руках Пэна окутала энергия, которая с треском поползла по его рукам. Он повалился, как огромный дуб, дергаясь всем телом.

Ро лишь повернулся и с равнодушным видом подошел к своему подчиненному, который бился в конвульсиях.

– Нужны перемены? Это ты собирался сказать, Пэн? – Довутин был не в состоянии ответить: циркулировавшая по телу энергия заставила его крепко стиснуть челюсти. Ро теперь стоял над ним, держа в руке пульт управления. – Ты прав, конечно. Нам нужны перемены. Нужно положить конец лжи, которую исторгает твой рот.

Пэн глядел на него глазами, полными боли. Невероятно, но довутин сумел прохрипеть сквозь стиснутые зубы:

– Прекрати… это…

– Прекратить? А ты прекратил налеты? – Ро не сорвался на крик. В этом не было необходимости. Его голос на фоне треска энергии звучал тихо и угрожающе. – Ты думал, что я не узнаю? Что я не услышу? Ты напал на крупнейшую верфь Среднего кольца. И что получил в результате? Уничтоженный корабль тучи и более шестидесяти погибших нигилов. Из бойцов твоей бури, которые участвовали в налете, не выжил ни один. Ни один. Единственное, чего ты добился, – поставил Республику на уши. И это после всех наших тяжких трудов. После моих тяжких трудов. Ты поставил под угрозу все, потому что жадность мешает тебе видеть дальше собственного носа.

Ро наклонился, глядя прямо в измученные глаза Пэна:

– Я знал, что пощадить тебя было ошибкой. Кассав бы послушался приказа. Кассав поступил бы именно так, как ему велено. Надо было пожертвовать тобой, а не им.

Лорна отчасти ожидала, что Ро плюнет на довутина, ожидала услышать, как зашипит слюна, стекая по наэлектризованной щеке Пэна. Она чувствовала запах плоти, которая жарилась под действием шквала энергии; все мышцы в теле Хозяина Бури скрутило узлом под его броней. Но Ро, даже не оглянувшись, стремительно вышел из комнаты и оставил Пэна буквально запекаться в собственном соку. Лорна и Зитар ошеломленно переглянулись. Что делать: идти следом или помочь товарищу, который беспомощно корчился на полу? Впервые за многие месяцы Лорна не знала, как быть. Она поклялась беспрекословно повиноваться Ро, выполнять его приказы до последней запятой, но это? Кассав – то был тактический ход, но это же просто припадок ярости, и наказание не пропорционально преступлению. По идее, Хозяева Бурь пользовались автономией. Да, Пэн пошел против пожеланий Ро, но он не заслуживал смерти. Пока что.

Лорна присела, держась на безопасном расстоянии от мерцающей энергии. Она не видела, как можно вырвать шлем из рук Пэна, не сгорев самой.

Она посмотрела на Зитара.

– Выдерни у него шлем. – Талпини не шевельнулся. – Энергия ничего не сделает твоему механокостюму.

– Откуда ты знаешь?

– Он может умереть.

– Похоже, Ро этого и хочет.

– Угу, – донесся сдавленный голос. – А долго ли ждать, когда наступит твой черед?

Оба посмотрели вниз. Это был Пэн, лицо его было напряжено, из налитых кровью зрачков, казалось, вот-вот повалит пар.

Но он еще не умер.

Пэн испустил звериный рев, его когти вонзились в шлем. Захрустел металл, полетели искры. Лорна отпрыгнула, а Пэн… невероятно! Невозможно! – смял шлем Ро, как консервную банку.

Не таким уж он был беспомощным.

Последним титаническим усилием довутин разорвал шлем надвое. Молнии прекратились, и Пэн был свободен. Хозяин Бури выдохнул воздух, его мышцы содрогнулись в последний раз. Лорна бросилась к нему, чтобы помочь подняться, но гигант повернул голову с такой прытью, будто собирался вонзить зубы в ее пальцы:

– Не прикасайся ко мне.

– Я хотела тебе помочь.

– Что-то больно ты обо мне печешься.

Лорна шагнула назад, и Пэн с трудом встал на ноги, по-прежнему сжимая в руках половинки разорванного шлема. Над его пересохшей кожей поднимался пар, а на лбу и щеках появились обширные ожоги. Он пошатнулся, и на этот раз, к удивлению Лорны, Зитар выбросил вперед механическую клешню и схватил гиганта за плечо, не дав рухнуть на пол.

Пэн не отстранился, но и благодарить тоже не стал. Он просто стоял, тяжело дыша. Плечи его были опущены, спина сгорблена.

Первым заговорил талпини, задав вопрос, которого следовало ожидать:

– Что он имел в виду… насчет жертвы?

Пэн облизнул потрескавшиеся губы:

– А ты как думаешь?

Зитар повернулся к Лорне. Та вздохнула:

– Смерть Кассава была тактическим ходом.

– Со стороны Ро?

Молчание Лорны послужило ответом.

Зитар вгляделся в лица обоих.

– Но целая буря Кассава… они все погибли, Лорна.

– Чтобы спасти шторм.

– Чтобы спасти Ро.

– И ты… знала?

Довутин шагнул к Зитару, но на сей раз без угрозы, без бравады. Впервые со времени возвышения Зитара Пэн смотрел на талпини как на равного.

– Не вини ее. – Он покосился на Лорну. – Я не виню, потому что дело не в нас. Дело в нем. Мы мараем руки. Мы рискуем своими жизнями и жизнями наших бурь, а он пожинает плоды.

– Плоды пожинает весь шторм, – без особой уверенности возразил Зитар.

– Да неужто? Ты знаешь, как все устроено. Да, добычу распределяют среди банды, но большая часть попадает наверх.

– К нам, – напомнила ему Лорна.

– И к Ро. И за что же? Что он вообще делает?

– Он дает Тропы.

– В самом деле?

Бросив остатки шлема Ро, Пэн сунул руку в свою бронированную куртку и выудил голопроектор.

– Надеюсь, не сломался, – пробурчал он, тыкая в кнопки негнущимися пальцами, которые еще не отошли после пытки.

– Позволь. – Лорна протянула ладонь.

Пэн вручил ей устройство, посмотрев прямо в глаза:

– Уверена, что хочешь это видеть?

Вместо ответа Лорна схватила проектор и включила его. Появилось изображение Уди Диса: лицо талортая замерло посреди разговора. Глаза у него были расширенные, дурные, зрачки превратились в точки.

Лорна оглянулась на своего коллегу:

– Да он же…

– В астрале, – сказал Пэн. – Улетел, как ястребок.

– Я думала, он завязал.

– Завязал, – подтвердил Пэн. – Но раз торчок, всегда торчок, тем более когда бесплатная доза сама просится в руку.

Зитар прищурился:

– Дай угадаю… вроде бы кто-то из твоих молний разжился партией ридага?

Лорна покачала головой. Все вдруг встало на свои места.

– «Наездники рииков».

– Да включай уже, – буркнул Пэн.

Она нажала на кнопку, и изображение ожило. Голос, воспроизводимый проектором, был металлическим, но разборчивым.

– Тебе просто завидно, – прокудахтал Уди Дис. Он не говорил, а пищал: хорошо известный побочный эффект товара, который он имел глупость употребить. – Тебе ненавистен сам факт, что Ро выбрал меня.

– С какой стати мне завидовать? – Голос Пэна. Приглядевшись, Лорна увидела его смутное отражение в остекленевших глазах Диса.

– Потому что я бываю там, где ты никогда не был. – Дис ошалело взмахнул оперенной рукой, указав куда-то за пределы поля зрения. – На «Электровзоре». Я видел то, чего ты никогда не увидишь. Я знаю секреты Ро, знаю о нем все.

На записи Пэн издал глумливый смешок:

– Бред. Чего это Ро станет делиться секретами с таким дерьмом, как ты?

– Потому что он мне доверяет.

– Скорее жалеет.

– Да? Тогда почему я знаю, откуда берутся Тропы, а ты нет? Я ее видел.

– Ее? – Лорна повторила реакцию Пэна в голозаписи.

Дис облизнул свой клюв, явно гордясь собой.

– Да, ее. Женщину. Старую. Старше меня. Может, даже старше тебя. И оно все у нее вот здесь. – Талортай постучал по виску. – В голове. Она их просто придумывает. Видит вселенную по-настоящему. Она гениальна. И принадлежит ему.

Пэн протянул руку, отобрал у Лорны проектор и выключил запись. Она не сопротивлялась, продолжая глядеть в пространство, где только что была голограмма Диса.

– Женщина? – сказал Зитар, сняв вопрос с языка Лорны. – Что за женщина?

Пэн спрятал устройство обратно в свою куртку.

– Старуха. Ты сам слышал.

– Можно ли ему верить? – спросила Лорна. – Он был в край обдолбан…

– И не вернулся из поездки, – прибавил Зитар.

– Угу, – сказал Пэн. – Забавное совпадение. Но тут такое дело: с чего бы ему врать? Ро не желал нам показывать свою драгоценную базу данных. Может, именно поэтому. Может, он не хочет, чтобы мы узнали, что вся его империя построена на мозге одной древней карги. – Довутин посмотрел на обоих, изучая выражения лиц. – Вдумайтесь. Эта женщина, кем бы она ни была, создает Тропы, а Ро просто швыряет их нам, будто объедки. Но что, если бы мы заполучили все блюдо? Если бы мы могли обожраться до колик?

У Лорны пересохло во рту. Она давно ждала этого момента. Пэн уже несколько месяцев хорохорился как алдераанский павлин, и теперь она знала, почему. Что еще он нарыл? Но одно было ясно: что бы там Пэн ни замыслил, они не готовы. Точно не к такому.

Довутин подобрал остатки шлема Ро и зашагал к двери.

– Ты куда? – окликнула Лорна, хотя ответ был очевиден.

Пэн остановился возле двери и посмотрел через плечо:

– Закончить дело, которое начал Ро. Пора нам забрать свое. Что скажешь, Лорна? Как насчет делить добычу на три части, а не на четыре? По-моему, лучше не придумаешь.

Глава 16

Зоопарк Лонисы, Вало

Элзар глядел на храгожнеца, а храгожнец глядел на него: три пары звериных глаз против одной человеческой. Тварь хотела его убить, в этом не приходилось сомневаться. В самом этом желании не было ничего предосудительного. Храгожнецы убивали, такова была их натура; они охотились в джунглях Ондерона, разрывая добычу и превращая в кровавое месиво. Один из самых смертоносных хищников в системе Джаприал. Один из самых смертоносных хищников во всей Галактике, если уж на то пошло. Шесть глаз, восемнадцать когтей, три головы, а зубов больше, чем у целой стаи нексу. Прирожденный убийца, к которому надлежало относиться с уважением. Но всего через день на этого великолепного зверя будут пялиться тысячи гостей выставки. Дети будут корчить рожи, туристы – делать фотосканы, родители – снимать своих чад перед клеткой с чудовищем, зная, что плотоядный зверь надежно заперт за модулированными силовыми полями.

Неудивительно, что храгожнец глядел на него с такой злобой. Он бы и сам так глядел, если бы его заперли в вольере, какой бы богатой ни была эта клетка. Разрази его пустота, да он бы кидался на стены, пытаясь разнести ограду одной силой воли.

Элзар провел пальцем по воротнику, внимательные глаза храгожнеца неотрывно следили за каждым движением. Утро уже было невыносимо жарким, солнце нещадно жгло с неба. Насколько он понимал, погода была аномально теплой даже по меркам валонского лета. Элзар намеревался до прибытия канцлерского транспорта прогуляться к озеру, надеясь, что возле водоема будет прохладнее. Можно даже было постоять возле антигравитационных фонтанов, которые включились два дня назад в зоне искусств и культуры: творение прославленного водяного скульптора, чье имя он не мог сейчас припомнить. Но вместо этого ноги принесли Манна сюда, в зоопарк Лонисы, где он теперь и бродил среди экспонатов. Нет, поправил себя Элзар. Не экспонатов. Живых существ, выдернутых из своих естественных сред обитания и выгруженных здесь. Это суждение, конечно, было несправедливым. После того, как выставка закроется, зоопарк еще многие годы будет проводить важную работу, занимаясь сохранением и размножением этих животных в неволе. Спасибо щедрому гранту от комитета по организации выставки: на эти деньги удалось полностью реконструировать обветшалую инфраструктуру, которая так и стояла без ухода на протяжении многих поколений. Куда ни глянь, всюду Элзар видел новенькие вольеры и информационные кабинки, готовые развлекать и информировать, одновременно направляя гостей к ближайшим лоткам с едой. Поразительно, насколько быстро были закончены все работы, хотя дроиды-строители и бонбраки еще вносили последние штрихи в различных загонах. Один из бонбраков – представителей второй разумной жизнеформы Вало, крохотных созданий с ушами летучей мыши и изрядной любовью к сквернословию, – попытался не пустить его на территорию, прочирикав, что зоопарк закрыт, приходите позже. Маленькая подсказка в нужном направлении, и бонбрак ушел по своим делам, вообще забыв, что видел джедая. Элзар мог только представить реакцию Стеллана. Новоиспеченный член Совета всегда очень придирчиво относился к влиянию на мыслительные процессы других существ, но Манн вообще не видел проблемы, тем более что все остались счастливы. Малыш бонбрак будет жить спокойно, зная, что свою работу сделал на отлично, не пустил в зоопарк до открытия никого постороннего. К тому же у Элзара имелось разрешение ходить повсюду… или почти. Если кто-нибудь спросит, что он здесь делает, можно просто сказать, что он проверяет территорию на предмет скрытых угроз. Элзар закрыл глаза и прощупал окружающее пространство Силой, чтобы ложь стала правдой. Все было в порядке. В зоопарке было безопасно, если не обращать внимания на тот факт, что большинство его обитателей могли расцарапать тебя до крови, разорвать или сжевать, дай только шанс.

Когда он открыл глаза, храгожнец растворился в листве, скрывшись из виду.

«Вот-вот, там и оставайся, – подумал Элзар. – Так им и надо, этим зевакам. Пускай пялятся в свои фотообъективы, пускай жалуются дроидам-смотрителям, что тебя нигде не видать. Ты можешь сам о себе позаботиться».

Бибикнул комлинк, встроенный в манжету. Элзар вздохнул и поднес устройство к губам, одновременно бросив взгляд на хронометр, который висел рядом с переговорником. Он уже опаздывал.

– Джедай Манн? – Голос Самиры был отрывистым, профессиональным, а упоминание титула было очень красноречивым. Возможно, она была не одна. Возможно, и одна.

Элзар уже развернулся и зашагал к ближайшему выходу.

– Уже иду.

– Поняла.

Связь выключилась. Да, Элзар тоже все понял. Сигнал был четким и ясным.

* * *

Когда Элзар въехал на своем мотоспидере, взятом в храме, на посадочную площадку, челнок канцлера уже заходил на посадку. Элзар спрыгнул с седла, поборов желание подбежать к Самире и приветственной делегации. Когда он поспешно занял свое место, координатор повернула голову и лишь кивнула, не произнеся ни слова. В иной ситуации Элзар бы сказал, что она выглядит сногсшибательно в своем элегантном брючном костюме и с высоко собранными волосами, но если ее холодный прием и не был достаточной причиной притормозить, то присутствие других членов делегации – определенно было. Особенно этого невыносимого капитана Айдракса Сната. Угрюмый неймодианец возглавлял Службу безопасности Вало, хотя, по нескромному мнению Элзара, столь высокий пост он занимал по чистому недоразумению. Всякий раз, общаясь со Снатом, он большую часть времени боролся с побуждением вонзить световой меч себе же в ладонь. Никогда еще он не встречал кого-то столь убежденного в собственной значимости и при этом профессионально непригодного. Элзар даже не представлял, каким образом капитану удалось достичь столь абсурдно высокой должности, но, по крайней мере, ему хватило ума окружить себя агентами СБВ, которые как раз свое дело знали. Элзар чувствовал, что Самира относится к Снату аналогично… Самира, чья точеная шея по-прежнему отвлекала внимание. К счастью, шум спускаемого трапа изгнал многие, если не все не достойные джедая мысли. Элзар поправил одеяние. Взоры всех повернулись к открывшемуся люку. Канцлер Лина Со не разочаровала: она появилась в платье из мерцающей серебристой ткани. Вместе с ней по трапу сошли ее неизменные таргоны.

– Госпожа канцлер, добро пожаловать на Вало, – приветствовал ее мэр Лонисы, приятный валон по имени Нас Лариин. – Мы ждали этого визита много циклов.

– Как и я. – Со поклонилась на традиционный валонский манер. – Позвольте представить: мой сын Китреп.

Она повернулась и подозвала нескладного подростка – на взгляд Элзара, где-то семнадцати стандартных лет. Высокий и тощий, парень был одет в свободную куртку с капюшоном. Он скованно наклонил голову в знак приветствия, длинные черные волосы каскадом упали на лицо, скрыв – как заметил джедай – зеленые глаза, которые то и дело посматривали на Лариина. Нет. Не так. Он глядел не на Лариина, а на сына мэра, симпатичного мальчишку по имени Джом.

Со была по очереди представлена всем присутствующим, причем канцлер особенно тепло поздоровалась с Самирой и с Элзаром, после чего уже она представила свою свиту: советника, заместителя и, конечно, сопровождавших ее джедаев. Стеллан тут же встретился с ним взглядом, и Манн позволил себе тень улыбки. Затем он поздоровался с Ниб Ассек и ее высоченным падаваном. Последней вышла, остановившись позади всей группы, женщина, в которой Элзар узнал ту журналистку, чьим заданием было документировать выставку для будущих поколений. Когда ее дроид нацелил на него свои объективы, Элзар отвернулся, почувствовав солидарность с храгожнецом из зоопарка. К счастью, шарик вскоре поплыл дальше и оставил его в покое.

Когда с формальностями было покончено, Самира повела канцлера к шеренге сверкающих аэрокаров, которые ждали на почтительном расстоянии; дроиды-водители были готовы увезти Со в посольство Республики, на первое из многочисленных совещаний, запланированных в преддверии церемонии открытия. Когда приветственная делегация последовала за канцлером, Элзар задержался, поравнявшись со Стелланом и остальными джедаями. Джиос, конечно, выглядел великолепно в своем парадном храмовом наряде. Палантин на его плечах указывал на то, что его лишь недавно приняли в Высший Совет: несомненно, Стеллан будет рад избавиться от этого временного элемента одеяния, когда минует подобающий период времени. От взгляда старого друга не укрылось, что Элзар с ухмылкой разглядывает вышивку на ткани.

– Не начинай.

– Я же и слова не сказал.

– И без слов понятно.

– Весьма… впечатляет. – Элзар поджал губы. – Тебе идет.

Стеллан выразительно посмотрел на его собственную одежду:

– А твое храмовое облачение?..

– Там, где ему и место. В храме.

Стеллан покачал головой:

– Я удивлен, что ты вообще его привез.

– Я пытался забыть, – сознался Элзар, – но мой дроид-помощник услужливо положил его в мой «Вектор».

– И сильно ты на бедолагу наорал?

– Достаточно, чтобы у него лопнули аудиорецепторы.

Стеллан рассмеялся, прекрасно зная, что Элзар ненавидит свой золотисто-белый наряд и вечно ищет отговорки, чтобы его не носить. Точно так же Элзар знал, что Стеллан терпеть не может морепродуктов и не танцует на официальных приемах. Последнее его всегда удивляло, ведь Стеллан никогда не отказывался побыть в центре внимания – ради блага Ордена, конечно же.

Впрочем, было приятно с ним свидеться. Элзар уже чувствовал, как улучшается настроение, хотя голубые глаза друга внимательно смотрели на него.

– Что такое?

– Вид у тебя странно довольный.

– Тебя это как будто удивляет.

– Я тревожился за тебя. Последний раз, когда мы встречались…

Последний раз, когда они встречались, Элзара все еще мучило видение будущего – видение, которое, по его убеждению, он предотвратил своим присутствием на Вало.

Элзар пожал плечами и попытался, как всегда, обратить все в шутку:

– Что могу сказать. На Вало мне нравится. Кто же мог знать.

– Например, Сила?

Элзар поборол желание закатить глаза. Типичный Стеллан во всей красе.

– Ну, да… само собой.

– Что ж, я рад видеть, что ты расслабился. И как здесь все шло?

– Приготовления? Удивительно гладко, в немалой степени благодаря Самире.

– Координатору Рей-ун?

Элзар мысленно отругал себя за обмолвку. Меньше всего ему хотелось, чтобы Стеллан подумал, будто они слишком сблизились.

– Она необыкновенная личность, – поспешно сказал он. – Ничто не способно выбить ее из колеи. На все реагирует спокойно и видит возможности там, где другие видят проблемы.

– Я так понимаю, ты хочешь завербовать ее в наши ряды.

Элзар хихикнул:

– Наверное, она немного старовата, чтобы начинать обучение. И потом, я не думаю, что она особо чувствительна к Силе: просто она талантлива.

– Никаких «просто».

Элзар не столько услышал, сколько почувствовал печаль в голосе друга.

– Стелл?

Стеллан улыбнулся, немного смущенно:

– Да вспомнил одну фразу Рейны.

– Ты тоскуешь по ней, правда?

– Она всегда со мной.

– В Силе.

Стеллан кивнул.

– Да и на твоем поясе тоже.

Рука Стеллана метнулась к длинной серебристой рукояти меча, спрятанной под плащом, – он явно не думал, что друг заметит.

– Разве ему не место в хранилище? – спросил Элзар.

– Он туда и отправится, – ответил Стеллан, бессознательно завернувшись в плащ, чтобы меч его покойной наставницы не блестел на свету. – Когда я узнаю все, чему ей еще предстоит меня научить.

Элзар приподнял брови с напускным удивлением:

– Как, великий Стеллан Джиос еще всего не знает?

Он почувствовал легкий удар Силой – эквивалент тычка между ребер, добродушное напоминание, чтобы вел себя как следует. Стеллан так делал еще с тех времен, когда они были детьми. Элзар поднял руки, уступая:

– Я это просто так сказал.

– Ты всегда что-то говоришь просто так.

Стеллан замолчал, и какое-то время они шли в тишине. Потом Элзар спросил:

– Ты почувствовал?

– Когда она ушла? – Стеллан сделал паузу, потом договорил: – Я узнал задолго до звонка с Корусанта.

– За которым последовал вызов в Зал Совета. Я тоже хотел быть там в миг твоего возвышения…

– У тебя были свои обязанности.

И то правда, подумал Элзар, вспомнив волны Ашлы.

– К тому же, – продолжил Стеллан, – была Эйвар.

– Она передала мои поздравления?

– Передала. Она была со мной, когда я нашел меч Рейны, ждавший в моем храмовом жилище. Последний урок моей наставницы: джедаи приходят и уходят, но Орден остается. Мы лишь часть его истории: я, Рейна…

– Верн.

При упоминании своей бывшей ученицы Стеллан вновь улыбнулся:

– Вернестра Роу, рыцарь-джедай. Она далеко пойдет.

– Вся в своего старика.

– Не такого уж старика.

– Ну, если ты не собираешься красить бороду…

Они дошли до машин, и вся группа остановилась. Элзар встревоженно заерзал, осознав, что взгляд Стеллана прикован к Самире. Возможно, он скрыл свои чувства к ней не так хорошо, как думал. Нет, не чувства. Дружбу. Симпатию. Так или иначе, теперь, когда здесь Стеллан, надо быть начеку.

– Так что там за фраза Рейны? – спросил он, надеясь отвлечь старого друга.

– Хм?

– Насчет талантов.

Сработало. Стеллан вновь переключился в свой любимый режим учителя:

– А, что таланты других напоминают нам о нашем месте во вселенной. Вот есть мы, с нашими дарованиями и способностями, а есть другие, как твоя мадам координатор…

– Никакая она не моя, – несколько поспешно вставил Элзар.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

У Элзара возникло гнетущее чувство, что он и в самом деле прекрасно знает.

– Самира Рей-ун, не обладающая сколько-нибудь заметной связью с Силой, но в компетентности не уступит джедаю, притом что рассчитывать на помощь всей Галактики ей не приходится. Звучит отрезвляюще, не находишь?

И немного покровительственно, подумал Элзар, но акцентировать не стал. К тому же свита уже рассаживалась по аэрокарам.

– Пошли? – предложил Стеллан. Он шагнул в сторону, давая возможность Ниб и Буррияге занять места в машине, после чего уселся сам. – Элзар?

Но внимание Элзара привлек второй челнок, который спускался с неба. Этот был раскрашен в красное и белое – цвета кораблей Ордена.

– Со «Звездного света», – сказал он, даже не пытаясь скрыть возбуждение в голосе, и зашагал обратно на посадочную площадку.

– Элзар, постой!

– Я догоню, – окликнул он через плечо, когда аэрокары начали отъезжать. Он знал, что Стеллан потом устроит ему веселую жизнь, но не мог пропустить это мгновение. «Звездный свет» – это ведь была Эйвар, и Элзар желал позаботиться о том, чтобы встретили ее достойным образом. Было немного странно, что делегация канцлера уносилась прочь от Героини Хетцаля, но время и график Самиры не предусматривали задержек ни для кого, даже для распорядительницы маяка.

Однако, когда челнок опустился на площадку, вместо грациозной Эйвар Крисс из люка появилась коренастая фигура, облаченная, кроме церемониального одеяния, в громоздкий круглый шлем. С архивариусом «Звездного света» Элзар познакомился лишь на церемонии открытия маяка, но этот угор произвел на него неизгладимое впечатление. Главным образом своей способностью утомлять собеседника до смерти: у него даже дрети устал бы махать крыльями. Элзар выдержал тот разговор лишь потому, что все время пытался представить, как ОрбаЛин выглядит внутри своего скафандра. Мало кто видел истинный облик угоров, которые, как полагал Элзар, напоминали комки цитоплазмы. Скафандр управлялся шевелением ложноножек, которые заодно служили органами чувств. ОрбаЛин был единственным угором, которого приняли в Орден, о коем факте архивариус упомянул за время их непродолжительной встречи по меньшей мере раз семь.

– Мастер Манн? – сказал угор, когда Элзар остановился перед трапом. Архивариус говорил с сильным акцентом, его голос хрипел из нашлемного динамика. – Какая приятная неожиданность. Вы пришли помочь с артефактами?

– Артефактами? – Элзар с надеждой посмотрел на трап, но Эйвар по-прежнему не показывалась, только дроиды-такелажники толкали длинную вереницу репульсорных тележек, доверху уставленных какими-то ящиками.

– Для павильона «Звездного света».

– Нет, то есть, конечно, я помогу, но… где же распорядительница?

– Мастер Крисс? Как же, она на «Звездном свете».

Элзар нахмурился:

– Она рискует опоздать. Церемония открытия уже завтра.

ОрбаЛин покачал своим шлемом:

– Ее не будет.

– Прошу прощения?

– Она не сможет присутствовать. Из-за дренгиров. Я прилетел вместо нее.

Элзар помрачнел и впервые за многие месяцы почувствовал, как тень видения возвращается. Эйвар не будет. А он так ждал встречи с ней, ждал, когда сможет услышать ее голос, ее смех без шипения голопроектора. Неудивительно, что Стеллан просил подождать. Он-то знал, что ее нет на челноке, надутый святоша.

– Так что? – сказал ОрбаЛин. – Надо перевезти в павильон всю эту гору, если хотим успеть подготовиться.

Элзар даже не пытался скрыть вздох:

– Ладно. Покажите, что надо делать.

ОрбаЛин достал планшет и принялся возбужденно пролистывать список. Внутри у Элзара все кипело. Как это типично. Каким бы сильным ни было его разочарование, отсутствие Эйвар одновременно подчеркивало, насколько разошлись их пути. Он посмотрел на небо, разглядел в синеве одинокую звездочку. Она сейчас где-то там, оберегает пограничье от напастей, а он – здесь, достает древние побрякушки из глубины челнока. Не исключено, что уже завтра она поведет джедаев в бой, тогда как на него будут пялиться дипломаты и туристы.

Как на храгожнеца в клетке.

Глава 17

Проспект Республики, Вало

Стеллану было тревожно. Его друг Элзар всегда отличался эмоциональностью, но, как и все джедаи, стремился держать чувства под контролем. Да, порой он вел себя нешаблонно, но в его психической устойчивости никогда не приходилось сомневаться. Сейчас его досада была практически осязаемой. Стеллан почувствовал всплеск эмоций в тот самый миг, когда Элзар влетел в зал приемов, закончив помогать ОрбаЛину. Причину было нетрудно отгадать.

Эйвар не будет.

Возможно, надо было предупредить его сразу, как только Эйвар решила остаться на «Звездном свете», но кто бы мог подумать, что Элзар отреагирует так бурно. Взгляд, который он метнул на Стеллана, когда отыскал его глазами среди гостей… Хвала Силе, что Элзар взял себя в руки, когда к нему поспешил тогрутский посол, желавший о чем-то побеседовать.

Теперь эти двое счастливо прогуливались вместе со свитой канцлера, которой устроили первый тур по выставочному парку. Делегаты шагали по проспекту Республики – длинной улице, протянувшейся от ворот парка до берега озера Лониса, откуда посетители могли попасть на репульсорные острова, парившие высоко над водой. Вся аллея была обсажена деревьями, бережно доставленными с десятков республиканских планет, а впереди уже просматривались аттракционы – различные павильоны, воздвигнутые в четырех зонах: науки и техники, спорта и приключений, искусств и культуры и, наконец, веры и жизни, где размещался павильон «Звездного света». Пока они шли, координатор Самира Рей-ун показывала достопримечательности, такие как внушительный ховербольный стадион или обзорная башня, но Стеллан не мог сосредоточиться. Он глядел на Элзара, гадая, что скрывает наигранная улыбка друга. Возможно, стоило подойти самому. Еще не хватало дипломатического скандала между джедаями и тогрутами. Иногда казалось, что только уважение, которое тогруты питали к Ордену, останавливало их от открытого объявления войны Республике. Тот факт, что тогруты вообще здесь присутствовали, был еще большим чудом, а также свидетельством дипломатического искусства канцлера Со. Если Элзар ляпнет что-то не то…

– Мастер Джиос, все в порядке? Вы чем-то… озабочены.

Это была Ниб, которая прервала разговор с ОрбаЛином, чтобы поинтересоваться его состоянием.

– Извиняюсь, джедай Ассек, – начал Стеллан. – Мне просто надо…

Он собирался озвучить какую-нибудь отговорку, но эти объяснения прервал уверенный голос Самиры Рей-ун. Группа наконец дошла до бухты. Перед ними до самого горизонта простиралось величественное озеро Лониса.

– Друзья мои, – гордо улыбаясь, заговорила она. – Мы находимся под жемчужиной Республиканской Выставки – небесными островами. – Координатор посмотрела вверх, и все устремили взоры на величественные парящие платформы. Некоторые были не больше шокбольной площадки, но большинство имело гигантские размеры, и гудение их антигравитационных двигателей было отчетливо слышно. Впрочем, это изменится, когда из аудиосистемы выставки на полную громкость зазвучит атмосферная музыка.

– Невероятно, – радостно сказала Со. Ее сын-подросток с хмурым видом стоял рядом.

– Я рада, что вы так считаете, госпожа канцлер, – поблагодарила Самира и продолжила заготовленную речь: – Сорок два отдельных острова, каждый из них представляет одну из ключевых планет Республики. Здесь гости смогут увидеть все, что способна предложить Республика, от золотых пляжей Спайры и островных шпилей Бестина до оживленных рынков Джариша и модных магазинов Алдераана.

– А как посетители будут перемещаться с одного острова на другой? – спросил Лэреп Риза.

– Отличный вопрос. Гостей будут перевозить уникальные репульсорные платформы, украшенные сообразно системам самих планет. Кстати, миниатюрные модели этих платформ будут продаваться во всех магазинах игрушек и сувениров на территории парка.

Среди присутствующих раздались смешки. Стеллан вежливо улыбнулся, улучив возможность бросить взгляд на Элзара. Его друг рассказывал Тиссу какую-то шутку, явно забавлявшую посла. Элзар, похоже, расслабился. Возможно, Стеллану стоило взять с него пример.

«Ты слишком тревожишься, – произнес голос на задворках сознания. Голос Эйвар, эхо того давнего разговора, когда он впервые упомянул о хандре друга. – Элзар знает, что делает. Он хороший джедай, Стеллан. И потом, даже если бы это было не так, ты всегда приглядишь за ним».

Эйвар была права. Она всегда была права. Раздражение порой испытывали все, даже грандмастер Витер. Стеллан убедился в этом достаточно скоро, уже на первых заседаниях Совета, однако, как и Витер, Элзар умел сдерживать свою досаду. Так что все будет хорошо.

– Мы надеялись показать вам хотя бы парочку павильонов, начав с обеда на платформе Хетцаля. Вандофрукт на гриле – просто объеденье, особенно после долгой дороги.

– Прекрасная идея, – произнес голос с сильным акцентом. – Я не слишком поздно, чтобы присоединиться к вам за обедом?

Все повернулись и увидели щекастого салластанина, который торопливо шел к ним. Сзади шагал озрилансо в деловом костюме, почти не скрывавшем его мощную фигуру.

Норел Куо и Лэреп Риза отреагировали синхронно, заслонив собой Со, как будто новоприбывший собирался нацелить на канцлера бластер.

– Сенатор Тун. – Голос Ризы, казалось, мог заморозить лаву. – Как замечательно видеть вас снова.

– Взаимно, друзья мои, – ответил Тун, посмотрев на остальных. Стеллану он поклонился отдельно. – Член Совета.

Стеллан ответил аналогично, нацепив свою самую дипломатичную улыбку. Салластанин повернулся к Со и отвесил экстравагантный поклон:

– Госпожа канцлер.

Куо с Ризой пришлось посторониться, и Со подошла к гостю в сопровождении своих таргонов, которые неслышно ступали рядом. Она протянула руку, которую Тун любезно принял.

– Сенатор, мы не ждали вас так рано.

– Я прилетел утром. Надо провести несколько встреч до начала празднеств. Одно из преимуществ выставки. Такое множество высокопоставленных участников. Идеально для ведения дел.

– Дел Сената или корпорации «СороСууб»? – с плохо скрываемой желчью спросил Риза.

Тон вице-канцлера на сенатора никак не подействовал.

– Обоих, – доброжелательно ответил он. – Я здесь представляю и Республику, и свой народ.

– А это?.. – осведомился Куо, устремив на озрилансо самый уничтожающий из косых взглядов.

– Мой личный секретарь, Ратко.

Куо даже не пытался скрыть недоверие:

– Ваш секретарь?! Кажется, он немного… высоковат?

Эти слова, казалось, шокировали салластанина:

– Высоковат? Вы на что намекаете, Норел?

Всем было очевидно, на что. У Ратко разве что на лбу не было написано: «телохранитель».

К счастью, тут вмешалась Самира, приложившая все силы, чтобы не допустить фейерверков и при этом вернуть экскурсию в рамки графика.

– Мы будем рады, если вы к нам присоединитесь, сенатор. Вы и ваш… помощник. Вообще-то репульсорные платформы уже нас ждут. – Координатор повернулась и указала рукой на несколько аэробагги, по конструкции похожих на те платформы, на которых заседали представители в Сенате, только каждой управлял незаметный дроид-пилот, встроенный в сам корпус. – Вандовые роллы сами себя не съедят.

Риза попытался отвести Лину Со от Тиа Туна, но салластанин намека не понял и вцепился в канцлера, как майнок в энергопровод. Риза поднял голову, встретился взглядом со Стелланом. Посыл был ясен: держись рядом. Вице-канцлер, разумеется, не усматривал в Туне угрозы, физической или иной. Был, конечно, озрилансо с его длинными гибкими мочками и выступом на лбу, но, несмотря на угрожающий вид, Стеллан не чувствовал в гиганте никакой злобы. Как бы то ни было, он расположился таким образом, чтобы попасть на первую платформу вместе с канцлером. Сзади Элзар уже подводил тогрутского посла ко второй, где к ним должны были присоединиться Ниб и Буррияга, которые идеально прочитали ситуацию. Рил Дайро, вместе с оставшимися почетными гостями и официальными лицами, поместилась на последней, третьей платформе, хотя ее дроид-камера продолжал висеть сверху, ведя съемку со всех ракурсов. Стеллан прощупал вокруг себя Силой в поисках реальных угроз, заметив, что Элзар делает то же самое. Их глаза встретились, и друг еле заметно кивнул, явно придя к аналогичному заключению. Тун раздражал, но не более того, а охватившая всех нервозность была вызвана опасениями, что он превратит приятный обед в очередную возможность пролоббировать свою ПССО.

Эти страхи только усилились, когда Лина Со обернулась и пригласила тогрутского посла к себе на первую платформу. Элзар был вынужден остаться на второй. Тисс принял приглашение, и сенатор Тун заулыбался во все щеки.

– Отлично, – сказала Самира, стараясь изо всех сил игнорировать обеспокоенные взгляды коллег. – Все готовы?

– Мы готовы, госпожа координатор, – сказала канцлер, играя на камеру Рил. – Вкусим же наслаждений Республики.

Платформа оторвалась от земли, тихо мурлыкая, как фелинкс, и делегаты, оставив свои прежние разговоры, принялись восторгаться зрелищем: с высоты парк предстал во всей своей красе.

Как и на земле, Самира обращала внимание на главные сооружения, над которыми они поднимались: от вызывающего трепет павильона «Звездного света», где были выставлены сокровища из архивов Корусанта, Деварона и самого маяка, до потрясающего главного входа выставки. Как и небесные острова, эта конструкция, названная Аркой единства, была чудом репульсорной технологии и состояла из двадцати двух левитирующих сфер – по числу Миров-основателей Республики, которые составляли величественную дугу.

Однако взор Стеллана был прикован к городу, раскинувшемуся за воротами. Лониса уже полнилась тысячами гостей, прибывших заранее в преддверии завтрашней церемонии открытия. Он никогда здесь не бывал, но знал, сколько труда было вложено в подготовку города к празднику, начиная с возведения нового космопорта к востоку от местного храма джедаев, который тоже был на завершающем этапе реконструкции, как и многие аванпосты на фронтире. Вся жизнь сейчас кипела здесь, на самом краю Республики, что было следствием ее стремительного расширения на протяжении последних столетий. Рейна Кант не преминула бы напомнить, что джедай должен думать лишь о настоящем, но Стеллан не видел ничего зазорного в том, чтобы радоваться перспективам светлого будущего. Это вселяло надежду, а надежда питала Силу.

Сидевший впереди Лэреп Риза потрясенно покачал головой.

– Вы говорили, что мы это сделаем, – сказал он канцлеру, – и оказались правы.

– Республика может все, – с гордостью ответила Со, рассеянно взъерошив красную голову Матари. – Вместе мы сильны, и я надеюсь, что тогруты в этом убедятся, господин посол.

Тисс отреагировал на это замечание легким поклоном:

– Эта выставка – потрясающее достижение, госпожа канцлер. Я уверен, на регасу она произведет неизгладимое впечатление.

Риза и Куо многозначительно переглянулись, взвешивая слова посла. Если амбициозная идея Со пригласить Иларек Йовет принесет плоды, тогда ее мечта о том, что однажды тогруты вступят в Республику, станет на шаг ближе. Однако их осторожные улыбки исчезли, как только Тиа Тун раскрыл свой широкий рот:

– Да, потратив целое состояние в галактических кредитах, можно сделать что угодно. Парк и в самом деле вышел впечатляющим, госпожа канцлер, и я всегда знал, что так и будет. В конце концов, раз на него ушло столько денег, что-то менее масштабное стало бы, скажем так, разочарованием.

– Выставка привлечет крупные инвестиции на Вало и в соседние системы, – вмешалась Самира. – Вообще-то они уже пошли. Транспорт, транзит, туризм…

– Усиленные меры безопасности, многочисленные гранты… – подхватил Тун в том же духе.

– Вы не считаете, что кредиты были потрачены с пользой? – спросил посол Тисс, глядя на салластанина глазами цвета догоревшего заката.

– О, все это доставит массу удовольствия тем немногим счастливцам, которые сюда доберутся. – Тун бросил взгляд на приближающийся остров.

– Не таким уж немногим, – спокойно ответила Со, хотя Стеллан чувствовал забурлившее внутри нее негодование. – Мы рассчитываем, что каждый день через эту арку будут проходить тысячи гостей.

– Тысячи из триллионов, составляющих население Республики.

– Тогда как остальные, кто не может приехать лично, будут иметь возможность смотреть трансляцию дома, – продолжила Со, указав на дроида-камеру, который парил над ними, записывая каждое мгновение разговора… хотя Стеллан сомневался, что все это попадет в официальный репортаж.

– Да, – согласился Тун. – Они будут сидеть, сгрудившись в своих тесных жилищах, и глядеть на мерцающее изображение на голоэкране, зная, что все это оплачено из их карманов, хотя их налоги могли бы пойти на что-то несравнимо более полезное.

Риза помрачнел, на его щеки набежала краска:

– Сенатор, я не думаю, что сейчас подходящее время…

– А когда оно было подходящим, вице-канцлер? Когда я множество раз просил о встрече с вами или канцлером, или когда мои опасения с ходу отметались в зале Сената?

– Ничего не отметалось, – твердо заявила Со. – Мы выслушивали каждый довод в пользу Программы создания Сил обороны…

– И тут же переходили к следующим вопросам, без пауз и обсуждений.

– Потому что у нас уже есть Республиканская оборонная коалиция.

– В лучшем случае бессистемная, а в худшем – бесполезная. – Тун поднял руки, обозначая паузу в разговоре, и повернулся к тогрутскому посланнику. На лице сенатора было написано хорошо разыгранное сочувствие. – Прошу прощения, ваше превосходительство, если эта перепалка вас смущает, но я должен признаться, что имею сомнения касательно этого предприятия, – сомнения, которые, очень надеюсь, окажутся беспочвенными. Выставку наверняка ждет оглушительный успех. – Теперь он повернулся к Самире, которая явно пыталась не раздавить свой планшет, стиснутый в руках. – Я также убежден, что Вало сильно выиграет от признания и инвестиций, но в то же время не могу не думать о том, что, учитывая нынешний климат на окраинах, эти деньги можно было бы с большей пользой пустить на укрепление нашей защиты против нигилов.

В голос Со закралось легкое раздражение:

– Как проинформировали Сенат… и с чем он неоднократно соглашался… выставка никак не повлияла на наш оборонный бюджет…

– Но он и не увеличился.

– И не нужно. Ситуация с нигилами находится под контролем.

– А с дренгирами?

– Тоже под контролем. Джедаи совместно с властями Республики уже работают над тем, чтобы остановить распространение дренгиров в этом секторе.

– Они работают отнюдь не только с властями, – сказал Тун и, не дав канцлеру ответить, снова обратился к послу: – А тогруты сильно страдают от бесчинств нигилов, ваше превосходительство?

– Сенатор Тун… – начала Со, но Тисс прервал ее:

– Налеты бывают, конечно, но это длится уже не один год. К сожалению, нигильский образ жизни характерен для… как вы это называете… – Посол замялся, вопросительно глядя на Ризу и Со.

– Внешнего кольца, – торопливо подсказал Тун, стремясь держать разговор под контролем. – Хотя, конечно, для вас это просто ваша собственная территория под названием…

– Карамендари, – подсказал Тисс. – Центр.

– Да, Карамендари, – повторил Тун, смакуя слово. – Какой у вас красивый язык. Я надеюсь, что смогу лучше с ним познакомиться по мере того, как наши великие культуры будут и дальше взаимодействовать. С волнением жду встречи с ее величеством… Мне ведь будет позволено присутствовать на приеме?

– Конечно, – вмешалась канцлер. – Вам, как уважаемому члену Сената, рады везде, будь то на приеме или здесь. – Она посмотрела вперед. Платформа уже причалила к острову, и двери бесшумно разъехались, давая им возможность выйти. – А, мы прибыли.

– Действительно, госпожа канцлер, – сказала Самира, повысив голос, чтобы было слышно и другим группам. – Добро пожаловать на Хетцаль. Сенатор, прошу за мной.

Тун позволил вывести себя из капсулы, самодовольно улыбнувшись Стеллану. Джедай проводил их взглядом; Самира указывала на некоторые из множества экзотических мясных фруктов, которые висели на деревьях с яркой листвой, а следом шли посол Тисс и канцлер Со, которая пыталась исправить ситуацию.

– Со стороны выглядело забавно, – произнес Элзар, появившись сзади.

– Как пробиваться из логова доашима.

– Надо будет когда-нибудь повторить. А как тебе намек на наших союзников?

Стеллан нахмурился:

– Как ты услышал?

– По губам прочитал. С салластанином это нелегко, скажу тебе.

Стеллан скрестил руки на груди.

– Я думал, он прямо там начнет жаловаться насчет хаттов.

Элзар повторил его жест, хотя Стеллан сомневался, что он сделал это бессознательно. Элзар ничего не делал бессознательно.

– То, что Эйвар сотрудничает со слизняками, далеко не секрет.

Стеллан осуждающе приподнял бровь.

– Прости, прости. Знаю, всякая жизнь священна. Но нельзя винить Туна. Кто знает, что замыслили хатты?

– Эйвар им доверяет, поэтому доверяю и я.

– Мне было бы спокойнее, если бы я мог сам ее расспросить, – сказал Элзар, кивнув в сторону Туна, который уже занялся богатым буфетом, подготовленным к их прибытию. – Как думаешь, будут из-за него проблемы?

Стеллан покачал головой:

– Я не чувствую в нем злого умысла. Озорство – наверное, но без злого умысла.

– Он определенно повеселился, мотая нервы канцлеру.

– Они старые противники, но Тун сказал правду. Чего бы он там ни добивался, он действительно любит Республику. Он – осложнение, да, но не назревающий кризис.

– Ты уверен?

– Да. Что бы ни случилось, я думаю, мы можем предоставить канцлеру самой разбираться с сенатором Туном. Она свое дело знает.

Элзар похлопал Стеллана по плечу:

– Слова истинного дипломата. Пойдем к ним? Похоже, Буррияга присматривается к рогатым дыням. Будет скверно, если мне не достанется.

Стеллан позволил увести себя к буфету, радуясь, что напряженность между ним и Элзаром как будто испарилась. По крайней мере, на данный момент.

Глава 18

Грайзел

Ро шагал обратно к «Шквальному пауку», мысли его были чернее туч над головой. Пэн Эйта превращался в проблему. Конечно, этого следовало ожидать, но Ро не думал, что все произойдет так скоро, а на фокусах вроде сегодняшнего, с электромаской, долго не продержишься. Довутины превыше всего ценили физическую силу. Этих бугаев вышвыривали из семейного гнезда в раннем возрасте, а дальше или сможешь постоять за себя, или сдохнешь. У этой расы «больше» значило «лучше», и Пэн был одним из самых крупных довутинов, которых Ро встречал: почти двести кило мышечной массы, по одному на каждый год жизни Эйты. О том, чтобы победить Хозяина Бури в бою, не могло быть и речи, поэтому Ро приходилось доказывать свое превосходство иными методами – отсюда и трюк с маской. Если Пэн выживет, то будет достаточно посрамлен, чтобы повиноваться… по крайней мере, какое-то время. А если нет… что ж, возможно, пора вообще распустить бури и сформировать из нигилов единую силу во главе с самим Ро. Лорна и Зитар, конечно, получат новые высокие посты подле него самого, но новая структура решит проблемы с субординацией. Отцу следовало давным-давно реформировать организацию, однако, при всех своих так называемых сильных сторонах, Эсгар Ро никогда не был визионером, отчего, вероятно, и умер. Вполне возможно, это Пэн сунул нож отцу в спину, а не Кассав, как он думал раньше. Ро метнул взгляд на «Электровзор», висевший высоко над лесом: постоянное напоминание о его верховенстве, даже когда он не на планете. Эсгар любил этот корабль и все, что он олицетворял, будучи реликвией из минувшей эпохи. Но теперь Ро обладал еще более древней реликвией, которая будет смертоносней любой лазерной батареи или торпедной установки.

– Ро? Ро, постой!

Он был готов к тому, что в исхлестанном дождями дворике вдруг раздастся голос Пэна, но остановиться его заставил тонкий писк. Обернувшись, он увидел Кизму Аттерсонда: тот ковылял к нему со всей скоростью, которую могли развить механические ноги пузатенького доктора. Хотя они работали вместе уже не один месяц, чадра-фэн оставался для Ро в определенной мере загадкой. Он видел, как Аттерсонд ставил свои самые блестящие эксперименты, конструировал такие изысканные пыточные устройства, что даже галдерианин истек бы слюной, но при этом сам миниатюрный хирург передвигался на старых ржавых протезах от медицинского дроида 1-1A. Можно было бы подумать, что похожий на нетопыря доктор соорудит себе что-нибудь чуть поэлегантнее, но Аттерсонду было плевать на элегантность, о чем наглядно свидетельствовали замызганный лабораторный халат и грязная шерсть. Лишь работа имела для него значение. Ро это нравилось, даже восхищало – безотносительно первого впечатления, которое производил чадра-фэн. К тому же такая безрездельная сконцентрированность на работе означала, что Аттерсонд вряд ли его предаст, в отличие от других.

– Ну? – спросил доктор. – Добыли своего Великого Уравнителя?

Мало кто осмеливался говорить с Глазом Нигилов в таком тоне, но Ро решил не обращать внимания. Аттерсонд был возбужден, его непохожие глаза горели под грязными очками; один зрачок был расширен, оставшись таким навсегда после неудачного эксперимента, имевшего место за много лет до того, как Ро узнал о необыкновенном таланте ученого.

Ро откинул с глаз мокрые волосы:

– Все еще заключен в глыбе льда и готов к перевозке в вашу лабораторию на «Взоре».

– Рефрижератор сработал?

– Сработал.

Это, похоже, обрадовало чадра-фэна, который довольно чирикнул.

– А талортай?

– Был совершенно оглушен.

Аттерсонд облизал и без того влажные губы:

– Прекрасно. Он выжил?

– К несчастью, нет.

Ученый кивнул, как будто это была самая естественная вещь на свете:

– Жаль, но подопытный уже готов к тестированию.

Ро положил руку на плечо чадра-фэна:

– Терпение, мой друг. Нужно подождать. Неизвестно, какие повреждения может причинить процесс разморозки.

Аттерсонд снял очки и рассеянно протер линзы мозолистым пальцем.

– Конечно, конечно. Когда я буду знать размеры ледяного куба, тогда смогу собрать нагреватель.

– Нагреватель для чего?

При звуках этого голоса Ро убрал руку. Обернувшись, он увидел, что через дворик для прогулок шагает Пэн, по обе стороны от которого идут оба остальных Хозяина Бури; под дождем от гидравлики Зитара поднимался пар. Талпини где-то взял шипастый боевой молот. Любопытно. Возможно, Ро переоценил вражду среди Хозяев. Жаль. По крайней мере, никого из Зитаровых нигилов поблизости не было. Во всяком случае пока что. Корабль Пэна – «Элегенсия» – стоял неподалеку, члены команды Эйты резались в сабакк под его массивной тушей. Заслышав резкие нотки в голосе своего Хозяина, они оторвались от карт.

Довутин посмотрел за спину Ро, на Аттерсонда и «Шквального паука»:

– Где ты раздобыл эту рухлядь, Ро?

– Все откроется в свое время, – сказал Ро, глядя на ручищи Пэна. Он стиснул челюсти, увидев в огромных ладонях довутина искореженные останки своей маски.

– Зачем ждать? – поинтересовался Пэн, разведя руки вширь, чтобы все увидели смятые половинки шлема. – Мы все здесь. Поведай нам. Поведай, почему свалил в Дикий космос. Почему оставил «Электровзор» висеть в небе, будто здоровенный музейный экспонат, каковым он и является. – Он наконец опустил половинки, но вызов в голосе никуда не делся. – Почему никому не сказал, куда направляешься.

– Он сказал мне, – пропищал Аттерсонд, явно не замечая агрессии в голосе Пэна. Ро едва удержался, чтобы не поморщиться. Чадра-фэн, блестящий врач – и к тому же талантливый садист – иногда бывал комично неспособен оценить ситуацию.

– Ну, вот и славно. – Пэн саркастически фыркнул. – Уж если нетопырь знает, то можешь всем рассказать. – Команда Пэна уже была на ногах, а у двери ближнего блока собирались другие нигилы, которых, словно мух-кровососов, привлекло витавшее в воздухе напряжение. – Мы же все этого хотим, правда?

Ро поглядел на двух остальных Хозяев Бурь, по очереди оценив выражение лица каждого. Зитар жевал губу – за много лет эта привычка стоила ему не одной проигранной партии в диготто, – но лицо Лорны, как всегда, оставалось непроницаемым. Никогда не поймешь, что там происходит за этой бесстрастной физиономией, будь то в маске или без. На чьей тви’лека стороне – его или Пэна? Потому что здесь, под дождем, была проведена черта. Это понимали все. Хозяева Бурь. Толпа. Сам Ро.

– Ты же знаешь порядок, Пэн, – сказал Ро и слегка вскинул голову, обращаясь к публике: – Мы все знаем порядок. Когда придет время, я вам сообщу, а вы сообщите шторму.

– Время уже пришло, – пролаял Пэн, швырнув половинки маски на землю. Они подпрыгнули и покатились по земле, кислородный шланг оторвался и хлопнул по ботинку Ро. Тот сдержал побуждение отшвырнуть обломок ногой. Он ждал, кто первый вытащит бластер, уж если так суждено. Одно было ясно: Пэну нужна толпа, нужно цирковое шоу. Которое он получит, Тропы свидетели.

Ладонь Ро легла на рукоять чужого светового меча.

Пэн напрягся, приготовившись атаковать первым.

– Нет, – прозвенел голос Лорны. Тви’лека стояла, держа руку на своем дезинтеграторе, который, к счастью, пока остался в кобуре. Кому она угрожала, ему или Пэну? Ро не мог сказать. Но с такого-то расстояния и при ее меткости промахнуться Лорна не могла. Ро знал: если она на стороне Пэна, он умрет, не успев выхватить оружие джедая. «Не реагируй, – сказал он себе. – Не ори. Просто гляди ей в глаза. Гляди в дуло. Не показывай своего страха».

– Что вы делаете? – твердым голосом спросил Ро, снова сосредоточив внимание на довутине.

– То, что надо было сделать давным-давно, – сообщил Пэн.

– Любопытно. – Ро повернулся к Зитару. – И ты с ними? Союз бурь?

– Я на стороне шторма, – ответил талпини, сжимая молот руками своего механокостюма.

– Шторм – это я, – напомнил ему Ро.

– Было дело, – оскалился Пэн. – Но теперь все изменится. Должно измениться. – Он шагнул вперед, отшвырнув сломанную маску Ро. – Ты много для нас сделал, надо отдать должное. Ты собрал нас вместе, дал нам Тропы.

– Мои Тропы, – напомнил Ро.

Пэн смерил его взглядом:

– Да ты что?

Ро показалось, будто кровь в его жилах обратилась в хладагент. Он не стал спрашивать, что имел в виду Пэн. Не было нужды, поскольку довутин еще вовсе не закончил.

– Мы знаем, Ро. Мы знаем о старухе, которая спрятана на твоем корабле. Мы знаем, что это она дает тебе Тропы. Теперь она будет давать их нам.

– Без моего приказа не будет.

Это было ошибкой. Ро понял это по торжествующей улыбке Пэна, как только слова сорвались у него с языка. Он только что сам, в присутствии всех, подтвердил факт существования Мари Сан Текки.

Пэн ждал, не говоря ни слова. Надо было его прикончить, когда выпал шанс.

– И что же вы намерены делать? Убьете меня? Возьмете штурмом «Взор»?

Довутин сделал вид, будто обдумывает предложение.

– А это мысль. Или ты можешь просто уйти в отставку. Теперь мы знаем твою тайну и тайну твоего отца. Я слышал, что женщине недолго осталось жить на свете, и что потом, Ро? Что ты сможешь нам предложить? – Он бросил взгляд на контейнер. – Что в этой коробочке?

– Вы даже не представляете, что я могу предложить.

– Так просвети нас, – проревел Пэн, широко разведя руки. – Объясни, зачем шторму нужен Глаз. Почему бы нам просто не забрать у тебя все? – На сей раз Пэн не дал ему времени ответить. Довутин повернулся к толпе нигилов, которая с каждой минутой демонстрировала возрастающий интерес. – Потому что мы можем, не так ли, друзья? Мы можем захватить «Взор», можем захватить твою старуху с Тропами в голове, и тогда что? Уж точно никто не будет нам приказывать прятаться по углам на задворках пустоты. Мы должны атаковать! И увековечить наши имена среди звезд! Вы со мной? – Раздалось несколько одобрительных возгласов, главным образом из бурь Пэна и Зитара, но и среди вояк Лорны нашлось достаточное число согласных, чтобы стало тревожно. – Вы со мной?

Ро понял, что надо действовать.

– И что дальше?

От звука его голоса – громкого ровно настолько, чтобы было слышно всему двору, – Пэн напрягся.

– И кого же вы атакуете первым?

Пэн снова повернулся к нему. Уродливая, самодовольная рожа довутина расползлась в ухмылке:

– Да кого захотим… Глаз.

Титул был произнесен не почтительно, а с издевкой.

«И что ты теперь собираешься делать?» – прохрипел в глубине сознания старческий голос – голос, который давным-давно следовало заставить умолкнуть вместе с остальными.

«Переиграю их, – подумал в ответ Ро. – Быть может, ты забыл, как это делается».

Маркион Ро шагнул вперед и заговорил, обращаясь не к Хозяевам Бурь, а ко всем нигилам сразу:

– Пэн прав. Конечно же, прав. Вы можете совершать набеги – вроде того рейда на Сайклор, который был организован по его приказу. И где от рук джедаев погибли Звездолом и все бойцы его тучи.

Довутин перестал скалиться и сердито насупился, но Ро не дал ему возможности ответить.

– Вы можете убить меня прямо сейчас. – Он развел руки и выпятил грудь, словно предлагая готовую мишень. – Это нетрудно. И вы можете захватить «Электровзор», выжать все до последней Тропы из Пророчицы – женщины, которая уже сотни лет верно служит моей семье.

Теперь пути назад не было. Нигилы знали о существовании Мари Сан Текки, но будь он проклят, если они узнают ее настоящее имя и на что она способна.

«Потому что тогда у тебя и впрямь ничего не останется», – произнес голос, но Ро знал, что это неправда. У него было все, что требовалось.

– Все это время Пророчица хорошо мне служила, – продолжал он. – Она служила и нигилам, через меня и мое видение.

– Видение? – фыркнул Пэн. – Какое еще видение?

Но на довутина уже никто не смотрел. Взгляды всех нигилов были устремлены на Ро. Пэн еще не осознал своей ошибки, не понял, что зря он затеял свергать Ро в присутствии зрителей, или, как минимум, что зря промедлил с выстрелом. Единственным его шансом было пальнуть Ро в спину, когда тот даже не знал, что Пэн здесь, но, как всегда, выпендриваться довутину было интереснее, чем реально захватывать власть. Это его и погубит – быть может, не сейчас, не в сей момент, но достаточно скоро. В одном сомнений не было: Ро завладел вниманием нигилов, и он не собирался их отпускать. Не к Пэну. И ни к кому другому.

– Вы спрашиваете, где я был? Я был там, – продолжил Ро, указав на штормовые облака, проплывавшие над головами. – Среди тех самых звезд, которые Пэн хочет поджечь. Которые мы все хотим поджечь. И знаете, что я там видел? Республику… джедаев… ее.

Пэн фыркнул, собираясь перекричать Ро, но его опередила Лорна, задав вопрос, который он вложил во все головы:

– Кого, Ро? Кого ты видел?

Тви’лека так и не вытащила свой бластер. Ее ладонь по-прежнему лежала на рукояти, но Ро знал, за кого она. За того, кто окажется сильнее, и Ро сейчас намеревался доказать, что он сильнее всех. Гордо вскинув голову, Глаз Нигилов произнес три волшебных слова.

– Канцлера Лину Со. Все, что делает эта женщина, оскорбляет наш образ жизни. Она приходит в наши системы, – заговорил Ро, ударяя себя в грудь для большего эффекта, – на наши территории, в наше пространство, учит нас жить. Мы наносим ответные удары. Наносим их снова и снова. Мы ломаем ее гипертрассы. Разоряем ее планеты. Убиваем ее джедаев. А что же Лина Со? Она смеется над нами. Дразнит нас! Мы нападаем на нее, но ее Республика лишь растет день ото дня. – И снова Ро указал на небо. – Я видел все своими глазами. Сейчас, пока мы разговариваем, Лина Со планирует всем зрелищам зрелище – Республиканскую Выставку. Миллионы ее приверженцев, ее сторонников, ее… овец прибудут из всех систем, чтобы маршировать под ее знаменами. И не только из Республики. Приглашены их союзники и даже враги! Мон-каламари… Тогруты… А все ради чего? Чтобы их ряды продолжали шириться. Чтобы их влияние росло… но я говорю: нет! Хватит!

Ро сделал паузу, дождавшись, когда эхо его крика затихнет, после чего произнес торжественную клятву:

– Они не пригласили нигилов, но, клянусь звездами, мы там будем. И мы раздавим нашего настоящего врага, символ их надежды и их стойкости. Смерть канцлеру, – воскликнул он, завершая речь, и вскинул вверх кулак. – Смерть Со.

Призыв зазвучал отовсюду; банда моментально подхватила слова Ро. Зитар дирижировал хором, как и подобало хорошему маленькому солдату.

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

Наконец Лорна достала свой бластер и взмахнула им, но вместо того, чтобы выстрелить в Пэна или Ро, она стала посылать алые разряды в небо, вливая свой голос в пение толпы.

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

Повсюду вокруг нигилы следовали ее примеру: вскидывали оружие и начинали палить в воздух.

Лишь одного из них эта горячка не коснулась, и он стоял, в напряжении сжимая кулаки. Пэн Эйта метнул на Ро убийственный взгляд. Тот спокойно посмотрел на довутина, безмолвно предлагая осуществить угрозу. Но он знал, что Пэн на это не пойдет. Не сможет, поскольку нигилы уже сплотились вокруг своего Глаза.

Эйте ничего иного не оставалось, как присоединиться к окружению Ро. Его бескровные губы едва шевелились, но клич Ро гремел на весь лагерь.

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

«Смерть канцлеру».

«Смерть Со».

Глава 19

Космопорт Лонисы, Вало

Наконец после многих лет планирования этот день настал. День открытия Республиканской Выставки. Стеллан стоял, закрыв глаза, и всерьез подумывал о том, чтобы буквально снять тяжесть с ног с помощью Силы. После утренней медитации он не присел ни на минуту, сопровождая канцлера повсюду, куда бы та ни направилась в эти часы последних приготовлений.

– Тоже чувствуешь, м?

Услышав звук голоса, Стеллан открыл глаза. Перед ним стоял Элзар Манн.

– Все бы отдал ради возможности искупаться в озере.

– Или ради мгновения тишины и покоя, – согласился Стеллан.

Они снова были в космопорту, где собрались все официальные лица планеты. Стеллан надел свое храмовое облачение, тогда как Элзар – что характерно – не изменил повседневной одежде. Но лицо Манна сияло, и по сравнению с предыдущим днем это был большой прогресс.

– Ты слишком много времени проводишь в храмах, – сказал Элзар и сделал глубокий вдох, будто наслаждаясь смрадом топлива. – Когда меня сюда командировали, мне было страшно…

– Это еще мягко сказано.

– Страшно, что я умру тут со скуки, – продолжил Элзар, не обращая внимания на шпильку. – Но теперь… Ты чувствуешь, Стеллан? Возбуждение, витающее в воздухе. Предвкушение. Здесь столько жизни. Столько энергии. Сила здесь могуча.

Он был прав, конечно. Даже здесь, вдали от города, атмосфера была наэлектризованной, а Элзар, как ни один другой известный Стеллану джедай, был подвержен влиянию окружающей обстановки. Иные назвали бы это недостатком, но Стеллан знал, что Манн просто так чувствует Силу, так мыслит. На самом деле они не так уж и различались, хотя Элзара не столь раздражали похожие на дутых рыб дроиды-камеры, кружившие вокруг них. На «Заре Корусанта» Стеллан еще мирился с присутствием камеры Рил Дайро, даже привык к ней, но целая орава этих штуковин… Он бросил взгляд на медийщиков, которые сгрудились за барьерами в стороне от канцлера и ее спутников. Среди них была и Рил. У нее было разрешение сопровождать приветственную делегацию, но журналистка предпочла компанию коллег. Дипломатический ход? Возможно, хотя Стеллан подозревал, что молодая женщина, так сказать, держит ухо востро на предмет новостей. Она была ушлой особой и в этом мире ориентировалась как рыба в воде, тогда как Стеллан, как ни удивительно, чувствовал себя не в своей тарелке. Все считали, что он принимает это как должное. Он знал, что о нем думают другие: большинство близких друзей частенько его подначивали. «Стеллану Джиосу нравится звучание собственного голоса. Стеллану Джиосу всегда мало внимания». Все это было максимально далеко от истины. Элзар прав. Стеллан и впрямь большую часть жизни проводил в храмах. Учил. Консультировал. Убеждал. Элзар и Эйвар – вот они были исследователями и первопроходцами. Он же был наставником и к взорам публики не привык, хотя Орден и позиционировал его как молодое дарование из Совета и пример всем. Стеллану это не слишком нравилось, но раз такова воля Силы, то кто он такой, чтобы спорить или жаловаться? Джедай должен служить образцом, путеводным светом. Так что следовало принимать это как счастливую возможность. Как благословление.

Словно проверяя его новообретенную решимость, прямо перед его лицом возник дроид-камера, выдвинувший линзы для съемки крупным планом. Дроид Рил, T-9. Стеллан выдавил улыбку, надеясь, что она выглядит искренней, и облегченно вздохнул, когда дроид умчался, привлеченный внезапным гулом двигателей спускающегося челнока.

– Не волнуйся, – прошептал Элзар. Вся группа засуетилась, становясь рядами в установленном Самирой порядке. – Скоро ты перестанешь попадать в прицел. – Манн приставил ладонь к глазам, глядя на садящийся корабль. – Все взоры будут прикованы к ней.

Челнок был определенно красив, его вытянутый корпус заканчивался коническим носом. Длинные крылья повернулись вверх, беззвучно выдвинулись посадочные опоры. Обшивка блестела, как полированный бронзий. Двигатели практически бесшумно опустили его на площадку.

– В отеле порядок? – спросил Стеллан, расправляя плащ.

– Все нормально… как обычно. – Элзар даже не пытался скрыть раздражение. – Знаешь, сколько раз Тисс просил меня проверить королевские апартаменты? И это уже после того, как Служба безопасности Вало объявила, что все чисто.

– Он просто педант.

– Можно и так сказать. Есть другие слова, не достойные джедая.

Стеллан постарался скрыть улыбку.

– Рад, что ты понимаешь. Главное, чтобы регаса чувствовала себя в безопасности.

– Да, учитель. Спасибо, учитель.

– Ой, да заткнись.

Оба замолчали. В этот момент начал опускаться трап. Канцлер Со вышла вперед, таргоны послушно остались рядом с ее сыном. Китрепу Со, похоже, под прицелом дроидов-камер было так же неуютно, как и Стеллану, но, как и предвидел Элзар, все объективы немедленно переключились на фигуры, выходившие из челнока.

Первыми появились гвардейцы, вооруженные традиционным шилийским оружием – длинными зазубренными пиками под названием «каявин». Солдаты были одеты в длинные кители, их головы закрывали практически безликие маски по контуру увенчанных серебром монтралов – характерных тогрутских рогов. Они промаршировали вперед, сделали разворот и выстроились по обе стороны от трапа. Когда они замерли по стойке смирно, из челнока начало спускаться видение в длинных, развевающихся одеждах. Иларек Йовет выглядела просто сногсшибательно; у нее была безукоризненно гладкая оранжевая кожа, а монтралы украшала изящная золотистая конструкция, сверкавшая на солнце, похожая на валонские ушные орнаменты, но более изысканная. Длинные головные хвосты свисали впереди плеч, ниже высокого воротника с меховой опушкой и тяжелой цепи, указывавшей на ее высокий пост. Регаса Шили, Верховная охотница Объединенных Племен, правительница тогрут всего света. Время, казалось, застыло, когда она двинулась навстречу канцлеру в сопровождении своих гвардейцев. Обе женщины внимательно осмотрели друг друга, как было в обычае у тогрут, и Со наконец произ- несла:

– Высочайшая регаса, добро пожаловать на планету Вало, имеющую честь быть членом Галактической Республики. Тара мокен вара нумара норак.

Стеллан был восхищен. Тогрутский язык в устах Со звучал безупречно, что, несомненно, было результатом многочасовой практики с различными протокольными дроидами. В глазах Иларек явственно читалось уважение. На традиционное приветствие она дала такой же традиционный ответ:

– Тара сутан кура менира норак.

«Пусть Сила укажет тебе путь».

«Пусть Сила приведет тебя домой».

Дом – а конкретно Шили, родная планета тогрут, – был главным камнем преткновения уже на протяжении ста пятидесяти лет, с тех пор, как флот Республики впервые вошел в пространство тогрут. Члены этой расы ревниво оберегали свою планету и окрестные луны, считая землю под своими ногами священной. Стеллан опустил взгляд. И верно, регаса была без обуви. Большинство тогрут вне своей планеты носили сапоги, но Верховная охотница всегда и везде ступала босиком. Стеллан, конечно, раньше не был с ней знаком. Да и мало кто в Республике мог похвастаться таким знакомством. Те первые встречи были далеко не мирными. Тогруты столетиями знали о Республике, как и Республика о них. Обе стороны уважали друг друга, а некоторые тогруты – как, например, Джора Малли – даже покинули родину и стали джедаями, но когда Республика подступила к самому порогу Шили, это был уже другой разговор. Доходило до стычек (некоторые беспринципные пионеры неправильно поняли тогрутский пацифизм). Были проведены красные линии, которые оставались нерушимы и два столетия спустя. Но вот, пожалуйста: регаса прилетела на республиканскую планету как гостья канцлера. Стеллан знал, какое важное место занимает эта встреча в планах Со. Если тогруты вступят в Республику, это станет кульминацией того, что пресса с большим удовольствием именовала ее Великими Свершениями. Это было дело всей ее жизни, которое она всеми силами стремилась довести до конца за оставшиеся четыре года своих полномочий.

– Ну, поехали, – буркнул себе под нос Элзар, когда Со повела монарха вдоль шеренги сановников, по очереди представляя их. Регаса кланялась каждому. Стеллан почувствовал укол раздражения. Неужели Элзар не мог хоть немного побыть серьезным? Одно дело, когда они были падаванами, или даже молодыми рыцарями, но сейчас на них были устремлены глаза всей Галактики. В самом буквальном смысле. Стеллан почувствовал, как по спине скатилась капля пота, и на мгновение подумал, что Элзар правильно сделал, не надев тяжелого храмового облачения.

Вскоре Иларек оказалась перед Стелланом, и канцлер представила его.

– Лорд-джедай, – сказала регаса, используя почетный титул, который у самих джедаев вышел из употребления тысячи лет назад… но тогруты отказывались предавать его забвению. – По вашему наряду я вижу, что вы член Совета на Корусанте.

– Это так, ваше величество.

– Тогда вы знали мою хорошую подругу, Джору Малли. Мне ужасно ее не хватает.

– Она была мудрым и благородным джедаем, и ныне пребывает в Силе.

Регаса Иларек понимающе кивнула:

– Конечно. Я надеялась посетить ее станцию.

– Маяк «Звездный свет».

Снова кивок. Драгоценные камни на монтралах Йовет сверкнули в лучах солнца.

– Может, вам и впрямь стоит съездить, – встрял Элзар, не дожидаясь, когда его представят. – Я уверен, что распорядительница Крисс будет рада принять вас и вашу свиту.

– Это было бы весьма приятно, – сказала регаса, повернувшись к Со. – С разрешения канцлера, конечно.

– С огромным удовольствием, – ответила Лина Со, которую нарушение протокола ничуть не смутило.

Стеллан дождался, когда канцлер увела Иларек дальше, потом повернулся к Элзару и вопросительно приподнял брови. Элзар, в своем репертуаре, одними губами произнес: «А что?»

Есть вещи, которые не меняются.

Глава 20

«Динамо»

На корабле Мантессы Чеккат нигде не было ни пятнышка. Тай Йоррик это одобряла. Ее собственный корабль, ныне припаркованный в Порт-Хейлипе, был старым, но на нем всегда царил порядок. Тай свято верила, что всему есть свое место и что все должно быть на своем месте. Одна из немногих вещей, в которых они сходились с дроидессой-администратором. На «Динамо», однако, все было на абсолютно другом уровне. По его палубам день-деньской каталась целая армия крохотных дроидов, полируя и дезинфицируя поверхности, так что каждый пульт блестел, а фильтрованный воздух пах как в медцентре.

Учитывая пристрастие Мантессы к чистоте, Тай нисколько не удивилась, когда клиентка, лишь бросив взгляд на ее корабль, заявила, что летать они будут на «Динамо» – к большой досаде и KL-03, и R0-VR; астромех заскулил, как брошенный щенок, которого так часто напоминал. Откровенно говоря, Тай была рада на время отдохнуть от дроидов, хотя начала опасаться, что ее будут подвергать обеззараживанию всякий раз, стоит ей лишь немного замешкаться.

Работа была простой. Мантессе требовался телохранитель. Тай это устраивало. Ей не раз доводилось работать нянькой. Обычно обходилось без происшествий, ну а если дело таки принимало скверный оборот, Тай могла дать сдачи – ради чего, как она полагала, ее, собственно, и нанимали. Вроде ничего необычного… а потом Тай услышала, куда они направляются, и отказалась наотрез.

Только не на Вало. Не-а. Никакой Республиканской Выставки. Она ничего не имела против толпы и уж точно не возражала против местной погоды, но ни в этой реальности, ни в какой иной Тай не собиралась лететь на планету, которая будет кишеть джедаями.

У KL, конечно, были свои соображения, и она не преминула отметить, что стабилизатор таки нуждается в ремонте. А также топливные смесители. И сенсорная матрица. И все остальные системы, коль на то пошло.

Тай позволила себе согласиться с логикой дроидессы (чей стиль аргументации в иных частях Галактики был известен как «назойливое бурчание»), и вот теперь изучала карты Лонисы, то и дело косясь на строящийся аванпост джедаев неподалеку от места проведения выставки. Да, она решилась приблизиться к этому месту лишь из-за нехватки кредитов, а вовсе не потому, что тихий голос в голове нашептывал, что это путь, которым она должна идти. Откуда взялось ощущение, что KL не единственная сила во вселенной, не приемлющая слово «нет»?

– Не хочешь чего-нибудь выпить?

Тай стиснула зубы. Со времени взлета ей задавали этот вопрос по меньшей мере четыре раза. Сдержав вздох, наемница покосилась на девушку, стоявшую по другую сторону голографического стола. Дочь Мантессы, Клэрин, лет двадцати на вид, была настолько же застенчивой, насколько властной была ее мать. Различались они не только этим. В отличие от Мантессы, Клэрин оставила на голове узкую полоску волос, которая шла ото лба до шеи – надо признать, довольно грациозной. Интересно, что об этом думала ее мать и каким образом дроиды-чистильщики не остригли Клэрин во сне. По бунтарским меркам не ахти какое непослушание, но хотя бы намек на индивидуальность в этом довольно-таки робком существе. Почти все время Клэрин играла большущим браслетом, который носила на запястье. Еще, конечно, она то предлагала горячее питье, то украдкой бросала взгляды на гостью. Тай всегда могла распознать влюбленность и, честно говоря, в другое время и в другом месте была бы не прочь рассмотреть такой вариант, но сейчас момент был неподходящий, тем более с дочерью клиентки, которая все еще оставалась загадкой.

Хотя…

Тай погасила карту и уселась на стол. Трудившийся рядом дроид-чистильщик встревоженно пискнул, но Тай проигнорировала его. Перед тем, как подняться на борт, она сменила штаны. Мантесса настояла.

– Так что, – спросила она, включив шарм, которым редко приходилось пользоваться. – Часто вы это делаете?

Клэрин зарделась и прокрутила на руке проклятый браслет.

– Что?

– Нанимаете телохранителей.

Девушка выдохнула с явным облегчением.

– Время от времени, – сказала она, – особенно когда отправляемся куда-то, где… опасно?

Это уже было что-то новое.

– Опасно? Как на Республиканской Выставке, что ли?

– Я просто летаю вместе с мамой, – сконфуженно сказала Клэрин.

– А твоя мама, она кто… бизнес-леди?

– Изобретатель.

– Изобретатель, – повторила Тай таким тоном, будто Клэрин была самой интересной девушкой в Галактике. – И поэтому мы летим на Вало? Чтобы показывать ее изобретения в одном из павильонов?

Клэрин, явно воодушевившись, сделала осторожный шажочек в ее сторону:

– Нет, у нас назначена важная встреча. С потенциальным инвестором.

– И во что же он хочет инвестировать? – Тай подняла руку. – Не обязательно говорить, просто твоя мама, скажем так, была довольно скупа на подробности. Думаю, от меня просто требуется стоять рядом и впечатлять своим видом.

– Это будет нетрудно, – выпалила Клэрин и тут же широко раскрыла глаза, сообразив, что она сказала. – Прости, я…

Тай не мешала ей краснеть.

– Ничего страшного.

Девушка прикусила губу, бросила взгляд в сторону кабины экипажа и снова повернулась к Тай:

– Не хочешь посмотреть?

«Есть», – подумала Тай. KL могла бы гордиться. Тай Йоррик заводит дружбу с другим живым существом, пускай и во имя корыстных целей. С другой стороны, должен же охранник знать, что он охраняет.

Впрочем, когда Клэрин провела ее в складской отсек «Динамо», ситуация не особо прояснилась.

– Это оно и есть? – спросила Тай. Откровенно говоря, она была немного разочарована.

– Счастье и гордость моей матери, – с некоторой грустью ответила Клэрин.

Тай ничего не понимала. Какой-то ничем не примечательный синий короб. Пускай и начищенный до блеска, это все равно был стандартный ящик, похожий на великое множество других таких же в бесчисленных складских отсеках по всей Галактике. Он был довольно высокий, где-то по грудь, но нигде не было никаких отметок, указывающих на содержимое.

– Можно заглянуть? – наудачу спросила Тай.

– Наверное, не надо, – сказала Клэрин. – Вообще-то нам лучше уйти.

Тай вздернула голову:

– Ты ведь не собираешься снова предложить мне напиток?

Браслет снова крутнулся вокруг запястья.

– Просто мама не любит, когда к нему приближаются.

Было что-то в ее голосе, отчего у Тай защипало в фантомном отростке.

– Почему? – уже без всякой теплоты спросила она. – Эта штука ведь не опасна, правда?

– Совершенно точно нет.

Клэрин вихрем развернулась, услышав голос Мантессы. Изобретательница стояла в дверях складского отсека, неизменный шарик-дезинфектор парил рядом с ней даже на корабле.

– Мама, я просто…

Мантесса не дала дочери договорить и, удостоив ее лишь мимолетным взглядом, вошла внутрь. Все ее внимание было приковано к Тай.

– Я только что перевела аванс твоей дроидессе-администратору, – отрывисто сказала она. – Половину суммы, как мы и договаривались, так что она может начинать ремонт твоего… транспортного средства.

– Весьма признательна, – ответила Тай, упершись спиной в ящик.

– Я, конечно, могу отменить перевод.

– В этом нет необходимости.

– Надеюсь. Я думала, что выразилась достаточно четко, когда тебя нанимала. Мне нужен телохранитель, а не поверенный моих тайн. Кто-то, кто будет делать свою работу, не задавая вопросов.

– Я только поинтересовалась, не опасен ли наш груз.

– Это был вопрос.

– Но наверняка приемлемый, учитывая ситуацию.

– И какую же ситуацию?

– Такую, что мы направляемся в место, где будет полным-полно народу.

– И это тебя тревожит?

– Я хотела бы знать, во что ввязываюсь.

Мантесса задумалась, и на секунду Тай решила, что ее высадят в ближайшем космопорту.

Но Мантесса лишь невесело засмеялась:

– Ты мне нравишься, Тай.

Тай не была уверена, может ли сказать то же самое в ответ.

– Ты уж прости, – продолжила Мантесса, коснувшись ящика идеально наманикюренным ногтем. – Я вложила в эту коробку все, что у меня было. И поэтому очень ревностно ее оберегаю.

Тай приподняла брови:

– Ну, теперь-то ты наняла меня, чтобы ее оберегать.

– Верно, и хотя, надеюсь, ты меня простишь за то, что держу некоторые тайны при себе… ты, наверное, понимаешь, что от тебя потребуется, когда мы встретимся с нашим потенциальным благодетелем. – Она замолчала и выразительно посмотрела на талию Тай, а конкретно – на держатель.

Вот теперь отсутствующий отросток начал чесаться по-настоящему.

– Не хочешь чего-нибудь выпить? – Мантесса указала на дверь. – У меня есть несколько вопросов насчет твоего светового меча…

Глава 21

Арка единства, Вало

Толпа ахнула, когда над ней пронесся дрифт «Векторов», летевших в безупречном строю. Стеллан не мог не признать, что это было идеальным завершением идеального дня. Во время встречи регасы все сработало как муунские часы – к явному облегчению Лины Со, – и сейчас вся канцлерская свита стояла на платформе перед тысячами гостей, которые собрались перед главными воротами выставки в ожидании церемонии открытия. А миллиарды смотрели трансляцию по Голосети. Зрелище и впрямь вышло что надо, хотя Стеллан все равно невольно сожалел, что он сейчас не наверху вместе с другими джедаями, не в дрифте, который разошелся вниз идеальным каскадом Санбурриса – это был один из самых любимых маневров Ниб Ассек. Ниб возглавляла строй, Буррияга пилотировал собственный «Вектор»: до недавнего времени он летал лишь с наставницей. С ними в небе были джедай-иторианец Миккел Сутмани и мастер Кунпар из местного храма. Регаса Иларек захлопала в ладоши, когда «Векторы» сделали последний разворот и унеслись к горизонту. Публика последовала примеру королевы. Стеллан обвел взглядом толпу, ждавшую, когда откроют Арку единства, и про себя выделил лишь несколько из множества знакомых лиц. Вот Черфф Маота, в прошлом учитель Эйвар, а ныне искатель – джедай, путешествующий по Галактике в поисках одаренных детей, которых Орден мог бы взять на обучение. А вот Нуранбакаракана – джедай фрозианской расы, о ком Стеллан раньше был только наслышан. Далее Торбен Бак, громоздкий медик-чагрианин, знаменитый не только своим врачебным опытом, но и странным желанием, чтобы все звали его Баком Крови. Увидев, что Стеллан смотрит на него, Бак изобразил небрежный салют, оставив члена Совета гадать, нужно ли ответить на этот жест.

К счастью, принимать решение ему не довелось, потому что Со шагнула на подиум, где на протяжении всего шоу терпеливо сидели Матари и Вору.

– Мы благодарим джедаев, – сказала канцлер, блиставшая в длинном платье из наношелка. Ее голос, раздаваясь из динамиков, отражался от зданий, которые окружали площадь у гавани. Улыбаясь, она обвела взглядом толпу: мастерский прием, рассчитанный на то, чтобы заглянуть в как можно большее число камер. – Как здорово, что вас здесь сегодня так много. Граждан из Ядра, из Внутреннего и Среднего колец, и, конечно, жителей пограничья, новых членов нашей галактической семьи. – Она развела руки вширь, как будто видела перед собой всю Республику.

Возможно, так и было.

– Ибо что мы и кто мы, если не семья? Нас много, но все мы взаимосвязаны. Братья, сестры, защитники, соклановцы, любимые и друзья… – На последнем слове Со повернулась к Иларек, сидевшей рядом с послом Тиссом; королевские гвардейцы стояли тут же неподалеку, выстроившись на платформе сзади. Регаса наклонила голову в знак понимания.

– Одни из вас прибыли издалека, другие живут рядом, – продолжила Со. – Но мы все едины. Мы все – Республика, и эта выставка – для всех нас. Сам этот день – для всех нас. Вместе мы испытаем много нового. Вместе мы познакомимся с чудесами, свезенными с разных секторов. Живописью. Музыкой. Театром. Инновациями. Они принадлежат нам и позволяют нам стать ближе. Это возможность понять друг друга; осознать еще раз, какой вклад мы вносим в дело Республики. Каждый из нас. Это наша эпоха. И она только начинается.

Над гладью озера разнесся рев двигателей. Толпа вытянула шеи, вглядываясь за спину канцлера, за ворота. Стоявшие на платформе сановники – и Стеллан тоже – повернули головы и увидели эскадрилью сайклорианских «Небесных ястребов», которые мчались вперед; их огни мигали на фоне заката. И «Ястребы» были не одни. Стеллан увидел, что вместе с ними летят как минимум три «Вектора» – не часть пилотажной группы, а машины сопровождения, которые прибыли с судоверфей; следовало надеяться, что одну из них пилотирует выздоровевший Белл Зеттифар. На сей раз, однако, на «Векторы» никто не обратил внимания. Все завороженно глядели на невероятный «Инноватор», который уже был на подлете. Голограммы, что Стеллан видел на Корусанте, тоже впечатляли, но сам корабль просто поражал воображение. Длинный, с коническим носом, он напоминал новенький наконечник стрелы. Корпус был белый, словно клык акуловепря. Приподнятую часть ближе к корме усеивали многочисленные датчики: благодаря знакомству с чертежами Стеллан знал, что там располагался командный центр, в лучах солнца его широкое обзорное окно отбрасывало белые блики. Это был самый большой корабль из всех виденных Стелланом, он далеко превосходил размерами и «Зарю Корусанта», и флагман джедаев – «Невозмутимость». Но самое главное: это судно типа «Элита» не было ни линкором, ни разрушителем; оно было пионером. После показа на выставке кораблю предстояло отправиться в экспедицию для исследования и картографирования прежде неизведанных областей космоса, причем он был лишь первым из целого флота научных судов. В то время как «Звездный свет» и планируемая канцлером сеть маяков должны были поддерживать и защищать, «Инноватор» и его собратья имели цель раздвигать горизонты.

Республиканские истребители пронеслись над головами, за ними проследовали «Векторы». Когда они пролетали, Стеллан потянулся Силой и уловил тень присутствия Индиры Стокс, а также легендарного Портера Энгла. С ними был кто-то еще, Стеллану доселе не знакомый – джедай помоложе, который мог быть только Беллом Зеттифаром. Итак, юноша уже выбрался из бакта-камеры и снова сидел в кабине истребителя, где, следовало полагать, компанию ему составляла зольная борзая, о которой Стеллан так много слышал. Стеллан просиял. Это был хороший день. Не только для Республики, но и для джедаев. Конечно, теперь, несмотря на все страхи, которые породил налет на Сайклор, ни у кого не останется сомнений, что Республика под надежной защитой. Нигилы пытались захватить «Инноватор», и пожалуйста – вот он, заходит на посадку, а идеально отлаженные репульсоры точно опускают его на плавучий док, специально возведенный для размещения корабля на время выставки. Джедаи в который раз доказали, что Сила с ними. Вместе с Республикой они способны совершить все что угодно, несмотря ни на какие препоны. Свет на их стороне, ныне и навсегда.

Когда «Инноватор» опустился на платформу, послышались радостные крики. Толпа вопила и рукоплескала, заглушая двигатели «Небесных ястребов» и «Векторов», которые сделали разворот и снова помчались к ним.

Но еще громче зазвучал голос Со, который гремел из динамиков и транслировался на каждую планету в Республике и за ее пределами.

– Ничто не доставляет мне большего удовольствия, – экзальтированно проговорила она, широко разведя руки, – чем объявить Республиканскую Выставку на Вало открытой. Это наша Республика, друзья мои, наша семья. Дух прогресса. Дух демократии. Дух единства.

Все было выверено до секунды. Как только канцлер закончила речь, группа истребителей пронеслась над толпой, и каждый пилот повернул рычажок в своей кабине. Из скрытых канистр потянулись струи цветного дыма, окрасив небо в белое и золотистое, а из расставленных на площади динамиков грянул специально написанный гимн. Музыка нарастала, и платформа с канцлером начала плавно подниматься в небо, наконец открывая доступ к вратам, на которых теперь красовались голографические буквы. Последние слова канцлера, ставшие девизом всей выставки, были начертаны огромным шрифтом, чтобы видели все: ДУХ ЕДИНСТВА.

Стеллан вновь посмотрел на подиум, на Лину Со, которая со слезами на глазах глядела, как народ… ее народ… потоком устремляется в парк. Несмотря ни на что, несмотря на темные дни, наступившие после Великого бедствия, несмотря на заявления, что из идеи Республиканской Выставки ничего не получится, она доказала, что все ошибались. В этот миг Стеллан уверовал, что канцлер может все. Пройдут столетия, и жители Галактики будут вспоминать этот день как поворотный момент, задавший ход истории Республики, и сам Стеллан был счастлив, что джедаи оказались там, где им и положено быть, – в самой гуще всех этих событий.

Глава 22

Лаборатория

Лодену Грейтшторму снилось, что он вернулся в прошлое. На миг он оказался на Эльфроне, где мчал верхом на стальце по ржавой равнине, а сзади на таком же скакуне ехал Белл. Юный падаван весело смеялся, косичка развевалась на ветру, у ног стальца бежала Искра.

Лоден вдохнул горячий воздух Эльфроны, представил себе запах знаменитой похлебки из девяти яиц, кипящей на кухне у Портера Энгла, и тут почувствовал укол в шею.

Он проснулся в камере пыток.

В этом, конечно, не было ничего нового. На самом деле это быстро стало нормой. Мучения он терпел с того самого дня, когда угодил в плен к Маркиону Ро. Сломанная нога зажила, но боль осталась, так что он не мог ни сосредоточиться, ни сбежать. Ни воззвать к Беллу.

«Я здесь, мой ученик. Я все еще жив».

Что само по себе было спорным вопросом. Действительно ли он жив? По-настоящему? В иные дни он сомневался. В иные думал, что сошел с ума. Имел на то полное право. Доктор – этот плаксивый чадра-фэн, этот трусливый садист, – по очереди убил всех пленников, одних прямо в камерах, других на глазах у Лодена, чтобы тот видел, как жизнь гаснет в их глазах, чувствовал в воздухе запах их крови. Он смотрел, как они умирают, и ничего не мог поделать.

Лоден Грейтшторм был джедаем, но сейчас он был беспомощен, как новорожденный.

Эта мысль днем и ночью переполняла его негодованием.

Со времени своего пленения он провел в лаборатории неведомо сколько дней, пристегнутый к металлической дыбе. Строгий курс медикаментов лишил его и сил, и сна. Только лишь он начинал отключаться, вот как несколько минут назад, – и тут же в его шею вонзалась игла шприца. Снова щелчок. Снова шипение. Снова огонь по жилам, заставляющий проснуться. Он даже не мог закрыть глаза. Веки были подняты специальным механизмом, голова удерживалась в тисках. Он не мог ни крутить шеей, ни хотя бы отвернуться от мигающего света, от быстро меняющегося калейдоскопа красок, из которых одни были знакомы, а другие казались новыми, как будто он забыл эти оттенки. И все время из летающих динамиков раздавалась какофония криков и шумов, неприятных звуков природного и искусственного происхождения. В самом начале своего заточения Лоден поймал один из этих динамиков: прекрасный, головокружительный миг, когда ему удалось сконцентрироваться и воззвать к Силе. Он крепко стиснул устройство и раздавил его, порезав щеку пластиковыми обломками. Против той боли он не возражал. Та боль напоминала, что он что-то изменил в окружающей обстановке. Что показал себя. Что еще сохраняет хоть какое-то подобие контроля.

Наказание он получил позже той же ночью. Он знал, что наказание последует, хотя ожидал чего-то пострашнее простой хирургической пилы в руках доктора. Да неужто? И только-то? После всего, что с ним делали тюремщики? После света, звуков и безумия. Стоило ли бояться какой-то пилы?

Как оказалось, действительно не стоило. Дверь открылась, и в лабораторию вошел мужчина, чье имя, как Лоден уже знал, было Ро. Чадра-фэн протянул ему пилу, но Главарь нигилов покачал головой и снял с пояса знакомое оружие. Его собственный меч в руках мучителя! Кровь внутри Лодена закипела от негодования, а потом Ро зажег меч и поднес к его лекку.

Лоден понятия не имел, сколько времени прошло с тех пор. Каждый день повторялось одно и то же.

Свет.

Крики.

Инъекции.

Кровь.

Свет.

Крики.

Инъекции.

Кровь.

И все это время Ро стоял по другую сторону смотрового окна, наблюдая. Его темные глаза были холодными и непроницаемыми. В лабораторию он больше не входил и с пленником не заговаривал. Единственным голосом, который слышал Лоден, был хриплый писк чадра-фэна.

Пока однажды не возник другой.

«Кто ты?»

«Я тебя не знаю».

Лоден подумал, что ему померещилось. Или приснилось. Возможно, стимуляторы перестали действовать, или же конец стал еще чуть ближе.

«Ты вообще реален?»

Лоден мог бы задать тот же вопрос.

– Не знаю.

Услышав голос Лодена, чадра-фэн оторвался от своего планшета. В его заостренные уши были вставлены затычки для защиты от шума.

Голос засмеялся. Лодену понравился этот звук. Он был приятным. Музыкальным. Словно бальзам посреди кошмара.

«У меня самой бывают сомнения. Я знаю, что когда-то была реальной. В прошлом. Давным-давно».

Всклокоченный доктор, прихрамывая, вышел из лаборатории. Теперь он стоял по другую сторону стекла и разговаривал с Ро. Лоден попытался разглядеть их лица сквозь режущий свет.

«Ты сможешь».

– Нет.

«Не похоже на тебя».

– Откуда ты знаешь, на что я похож? Я уже и сам не знаю.

«Я теперь много чего знаю. Много чего вижу. Присмотрись получше».

– Да, учитель.

Огни потускнели. Теперь Лоден видел своих тюремщиков. Аттерсонд что-то показывал Ро. Результаты? Возможно.

«Они его мучают».

– Кого мучают? Меня?

«Нет. Древнего. Он и раньше мучился, но не так. Лед тает».

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

«Я тоже».

Снова смех.

«Смотри дальше».

Лоден не мог сосредоточиться. Он не знал, почему. Он видел, как шевелятся их губы, но никак не мог ухватить слова. Последнее испытание. Последний шаг на Пути. Они обсуждали что-то найденное ими… нет, найденное Ро. Великий… кто? Ревнитель? Устранитель? Это еще кто такой?

«Скоро узнаешь».

– Ты можешь мне помочь? Освободить меня?

«Конечно, нет, глупыш. Это можешь сделать лишь ты сам. Но твой час придет. Скоро. Когда он будет близко».

После этого голос затих и молчал, может, день или два. Когда он вернулся… нет, когда она вернулась, то молола какую-то чепуху, мешанину чисел и слов, которые ничего не значили, но Лоден все равно слушал.

Возможно, он сошел с ума. Возможно, сошла она. Но, по крайней мере, так они могли безумствовать вместе.

Глава 23

Павильон «Звездного света», Вало

Стеллан заметил Белла Зеттифара сразу же, как только тот вошел в павильон. Во время вчерашней экскурсии это здание казалось огромным, но сейчас оно было забито до отказа различными сановниками, прибывшими изо всех уголков Республики и из-за ее пределов. Они стояли группками, жевали закуски, которые подносили дроиды-официанты, и восторженно глядели на великолепную голограмму «Звездного света», которая медленно вращалась в центре зала: такую детализированную трехмерную проекцию мало кто видел в своей жизни, и Стеллан в том числе. Голограмма озаряла лица зрителей золотистым свечением, что казалось весьма уместным, ведь маяк должен был освещать самые темные уголки космоса.

Белл вошел вместе с Индирой и Энглом, и его тут же обступили другие ветераны Хетцаля – Ниб, Буррияга и Миккел, – которые возбужденно загалдели, приветствуя молодого человека. Бурри, похоже, подумывал заключить Белла в дружеские объятия, что грозило тому сломанными костями. Все это время зольная борзая послушно сидела у ног Белла, глядя на гостей и то и дело посматривая на своего хозяина, будто проверяя, в порядке ли он. Но был ли он в порядке? Парень улыбался, однако улыбка эта была усталой, даже вымученной. Стеллан мог только посочувствовать. Уже полчаса он был поглощен увлекательной беседой на тему особенностей удаления сажи с представителем Арденнианской гильдии техников. Точнее, «поглощен» – это было понятие относительное. Стеллан лишь улыбался и в подходящие моменты вставлял одобрительные замечания. Так что теперь выдался случай одновременно сбежать и тоже убедиться, что падаван оправился после пережитого над Сайклором.

– А вы уже осмотрели экспозицию, господин Ритар?

Арденнианин покачал головой, спеша вернуть разговор в русло обсуждения ремонта кораблей.

– О, вам нужно обязательно все увидеть, – быстро сказал Стеллан, встретившись взглядом с архивариусом ОрбаЛином (точнее, посмотрев на его атмосферный шлем). – Там собраны сокровища из всех главных коллекций Ордена. Очень впечатляет. – К счастью, ОрбаЛин намек понял и зашагал к ним. Его движения были плавными в той мере, насколько можно было ожидать от непрерывно движущегося студня, заключенного в гуманоидный скафандр.

– Господин архивариус, – сказал Стеллан. – Может, вы составите компанию господину Ритару и покажете ему «Тайны джедаев»? Думаю, его особенно заинтересует кассадреанская матрица.

– Конечно, мастер Джиос, – пробулькал ОрбаЛин: вокодер преобразовывал движения слизи внутри костюма в слова. – С большим удовольствием.

Избавившись от собеседника, Стеллан терпеливо дождался, когда ОрбаЛин выведет своего подопечного через богато украшенные двери, за которыми начиналась экспозиция. Увидев, что берег чист, он двинулся к Беллу и остальным, хотя через каждые несколько шагов его останавливали разные делегаты, желавшие завести знакомство с членом Совета. Каждый раз Стеллан вежливо извинялся, стараясь никого не обидеть, но твердо намереваясь добраться до группы джедаев раньше, чем те растворятся в толпе.

– Мастер Джиос, – воскликнула Индира, когда он наконец подошел ближе, – рада тебя видеть.

– Взаимно, джедай Стокс. Я рад, что Сила благополучно провела вас через эти испытания.

– Некоторых более благополучно, чем других, – проворчал Портер Энгл. – Я уже думал, что юный Зеттифар отправится следом за Лоденом.

Откровенный комментарий Энгла заставил Бурриягу испуганно мяукнуть, а остальные джедаи шокированно переглянулись.

– Вот почему, Энгл, тебя никогда не возьмут в Совет, – укорила его Ниб Ассек. – Надеюсь, твоя уха из когтистой рыбы будет получше твоих манер.

Энгл, насупившись, посмотрел на женщину, всем своим видом демонстрируя непонимание.

К счастью, Белл поднял руку, показывая, что ничего страшного не произошло.

– Мастер Энгл прав. Я еле жив остался. – Стеллан позволил себе снова выдохнуть. В неуклюжем замечании Энгла не было враждебности, а его бестактность была такой же легендарной, как мастерство фехтовальщика. Белл, однако, воспринял все философски, хотя боль, пронзившая сердце парня, была практически осязаемой. – Если бы не Индира и современное появление дрифта мастера Энгла, меня бы здесь не было.

Вежливый и дипломатичный. Стеллан понял, что юный Зеттифар ему по душе.

– Не хочешь осмотреть экспозицию? – спросил он. Это неожиданное приглашение заставило Белла приподнять брови:

– Эм… да… да, конечно. – Падаван повернулся к остальным джедаям. – Пойдете со мной?

Энгл, судя по виду, готов был согласиться, но вмешалась Индира:

– Нет, нам надо обсудить завтрашнее выступление. Но ты иди.

Стеллан поблагодарил наставницу Белла и повел Зеттифара через толпу.

– Там гостей будет поменьше.

– Рад слышать. – Белл посмотрел вниз, желая убедиться, что зольная борзая по-прежнему держится у ног. – Я никогда раньше не видел столько народа… по крайней мере, в таком ограниченном пространстве.

– Да, это может ошеломить, особенно после пребывания в бакта-камере. Любопытно услышать твое мнение. Когда я был падаваном, мастер Кант заставляла нас медитировать в поле сенсорной депривации, чтобы мы могли по-настоящему слиться с Силой. Полагаю, там были похожие ощущения.

На лицо Белла набежала тень:

– Пожалуй, я предпочел бы поле.

Вот, снова. Печаль, которую Стеллан уловил в момент прибытия Белла. Он был далеко не таким чутким, как Буррияга, но не мог не распознать эмоцию.

Стеллан посторонился, чтобы Белл мог подняться по ступенькам, ведущим к дверям экспозиции. Те послушно раскрылись: служитель, регулировавший проход, едва ли осмелился бы остановить члена Совета. Стеллан почувствовал, как Белл расслабился. Плечи падавана слегка опустились. Белл сделал глубокий вдох, заметив спираль из розовых цветов, которые грациозно кружились в репульсорном поле.

– А это?..

– Цветы юнити, – подтвердил Стеллан. – С Великого древа на Корусанте. Мастер Вишан изготовил из их лепестков порошок для воскурений. Если хочешь, я пришлю тебе коробочку.

– Это было бы исключительно любезно.

– Вовсе нет. У меня есть с собой на «Заре Корусанта». Я обнаружил, что для медитации он незаменим.

Стеллан подвел юного падавана к витрине, где демонстрировалась коллекция маленьких медальонов, разложенных на бархатных подушках.

– Что это? – спросил Белл, завороженно глядя на крошечные диски, каждый из которых был помечен коремайской руной.

– Тайтонские знаки мастерства, – ответил Стеллан, с удовольствием вернувшись к роли учителя. – Такая практика была распространена в начале истории Ордена. Эти знаки вручались, когда рыцарь-джедай достигал звания мастера, и получали их как сам рыцарь, так и мастер, который его подготовил.

– Поразительно. – Белл глядел на витрину, но Стеллан не был уверен, что он смотрит на медальоны.

– Как твои медитации? – Прямота этого вопроса нарушила транс Белла. Падаван поднял голову, на его лице промелькнула паника. Зольная борзая вдруг зарычала, реагируя на эту вспышку эмоций. Чтобы скрыть смущение, Белл прикрикнул на собаку:

– Искра, сидеть!

После некоторых колебаний собака послушалась. Красные пятна на ее шубке тлели в тусклом свете ламп.

– Простите, она…

Стеллан поднял ладонь:

– Пожалуйста, не извиняйся. Животные меня не любят.

Белл вспыхнул:

– Я уверен, дело не в этом.

– Может, и так, но все равно это правда. Когда я был ребенком, то с трудом устанавливал контакт с животными. Мастер Гидамин уже думал махнуть на меня рукой перед падаванскими испытаниями.

– И чем все закончилось?

– Я пролез… со скрипом. – На самом деле ситуация, конечно, была сложнее. Стеллан получил задание повлиять на стаю ветряных зябликов, но у него ровным счетом ничего не получалось, пока Элзар не ткнул зябликов Силой, направив желто-синих птичек куда следовало. Это был не совсем обман, поскольку джедаям подобало помогать друг другу, но и строгие требования Гидамина тоже не были выполнены. К счастью, старый мастер ничего не заметил.

Белл принялся расхаживать по залу, без особого внимания глядя на сокровища, собранные тысячей поколений джедаев. Его разум был поглощен вопросом Стеллана, на что последний и рассчитывал.

– Вы спросили о моих медитациях… С ними стало трудно.

– После битвы?

– Гораздо раньше. С тех пор, как исчез мастер Лоден.

– Тебе не удается очистить разум, прикоснуться к Силе.

Судя по виду Белла, он не знал, как на это ответить, и стоит ли вообще. Это было объяснимо. В конце концов, он разговаривал с членом Совета. Его промедление и было тем ответом, который требовался.

– Когда ушла мастер Кант, мне тоже не удавалось…

Белл опешил:

– Вам?!

– Да, даже мне. У каждого джедая, независимо от возраста и опыта, медитация ассоциируется с учителем. Основам нас учат с момента прибытия в храм, но только когда мы становимся падаванами, тогда приходит более глубокое понимание процесса. Мы проводим многие часы, дни и недели в медитации с учителем, сидя рядом и вместе постигая Силу. Эта связь никогда не обрывается целиком. А потом однажды учитель уходит, и нам уже никогда не испытать медитацию как прежде. Я не медитировал с Рейной Кант уже много лет, но остро прочувствовал ее уход. Потерять наставника, еще будучи падаваном… это наверняка удар, тем более при таком учителе, как Лоден. Он был лучшим среди нас.

Белл поджал губы, чтобы те не дрожали.

– Да. – Его голос надломился. – Да, он был лучшим.

Стеллан протянул руку и положил ладонь на плечо парня:

– Все вернется, вот увидишь. Спокойствие. Мир в душе. Лоден теперь часть Силы, так что в каком-то смысле вы с ним даже ближе, чем раньше. Пока же ты можешь приходить ко мне, когда захочешь.

Белл резко качнул головой, смахивая слезинку.

– Нет, вы… у вас свои обязанности. Я не посмею…

– Мои обязанности, – напомнил ему Стеллан, – в том, чтобы служить Ордену. И, если мне не изменяет память, падаван Зеттифар, ты тоже член Ордена.

Белл рассмеялся и прочистил горло:

– Да. Да, так и есть.

– Значит, отныне никаких возражений. Какой девиз у этой выставки?

– «Дух единства».

– В ближайшие дни ты его увидишь на множестве плакатов, но он справедлив и касается не только Республики, но и джедаев. Мы едины в Силе.

Перед глазами вновь промелькнуло воспоминание о том, как Элзар направлял зябликов, но на сей раз его сопровождала тень, чувство беспокойства.

– Мастер Джиос? – Белл вопросительно смотрел в глаза Стеллану, встревожившись из-за внезапной нерешительности члена Совета. Даже Искра вскочила на ноги, снова разволновавшись. – Все в порядке?

Стеллан покачал головой:

– Нет. Что-то очень неладно.

Глава 24

Павильон «Звездного света»

Мастер Джиос пробормотал какие-то извинения и выбежал из выставочного зала. Не зная, как ему быть, Белл стоял перед витринами и пытался взять в толк, что сейчас произошло. Предыдущий день выдался каким-то нереальным. Он выбрался из бакта-камеры, провел пальцами по синтплоти, которая покрывала свежезатянувшуюся рану на животе. Плоть казалась ненастоящей, такой же чуждой, каким ему самому казался весь окружающий мир. С тех пор все носились вокруг него, как сокамухи. Меддроиды постоянно проверяли, корректно ли функционируют импланты кишечника. Индира не отходила от него ни на шаг. И был еще Портер Энгл. Белл даже не знал, когда прибыл угрюмый иккрукки, и не слишком обрадовался, когда тот объявил о своем решении остаться. Юноша понимал, что с его стороны это неблагодарность, но, как и Индира, Портер напоминал ему об Эльфроне, а Эльфрона напоминала о Лодене, о котором сейчас хотелось думать меньше всего. Да, особенно сейчас. Со времени налета у Белла не было ни минуты покоя, отчего он и ухватился за шанс сопровождать «Инноватор» до Вало на своем «Векторе». Он готов был на все, лишь бы побыть одному – не считая Искры, конечно. Все то время, пока научное судно мчало к системе Вало, зольная борзая оставалась его единственным утешением и не требовала ничего, разве только иногда почесать за ухом.

Но сейчас собака стремглав выскочила из выставочного зала следом за Стелланом Джиосом!

– Искра, постой! – крикнул вслед Белл. – Ты куда?

Борзая выскочила за двери прежде, чем Белл успел ее остановить. Он бросился следом и обнаружил собаку в переполненном зале с голограммой. По крайней мере, не придется разыскивать ее с помощью Силы. Юноша чувствовал, как Джиос пробирается сквозь толпу, и знал, что собака следует за ним. А ведь он говорил, что не ладит с животными. Тогда с какой стати она за ним увязалась?

Белл принялся лавировать среди делегатов, извиняясь за отдавленные ноги и щупальца. Вот тебе и грациозная элегантность джедаев!

Знакомство со Стелланом было странным, если не сказать больше. Увидев, что прямо к нему направляется член Совета, Белл не знал, что и думать. Как будто встреча одновременно с Ниб, Миккелом и Бурри не была достаточным потрясением. Юноша не сомневался: кто-то из них заметит то, что он пытается скрыть. Возможно, вмешательство Стеллана было подарком свыше. По крайней мере, Джиос его не знал так хорошо, как они. А потом начались эти разговоры об умерших учителях. Белл едва удержался, чтобы не броситься обратно к своему «Вектору». Так почему же, во имя Республики, Искра вела его обратно к этому человеку?

Белл увидел мелькание серого и красного позади Стеллана и догнал собаку за секунду до того, как она запрыгнула на одеяние мастера. Стеллан вернулся к Индире и остальным и расспрашивал еще об одном джедае.

– Никто из вас не видел Элзара Манна? Он был здесь всего несколько минут назад.

Стокс покачала головой:

– Я не видела.

– И я, – добавила Ниб. Остальные сказали то же самое.

У Стеллана был раздосадованный вид.

– Вы сказали, что что-то неладно, – подал голос Белл. Стеллан развернулся; на его лице, таком добром всего несколько минут назад, было написано раздражение.

– Не так громко!

Белл пристыженно заморгал:

– Извиняюсь.

Взгляд Стеллана смягчился:

– Нет, это я извиняюсь. Я почувствовал… не совсем возмущение в Силе, но некоторое чувство беспокойства, которое исходит от Элзара. Я должен его найти.

– Мы поможем, – сказала Ниб, подзывая Энгла, который рылся в подносе с пряной рикритовой нарезкой.

– Нет, – ответил женщине Стеллан. – Оставайтесь здесь. Если вдруг мы все разом уйдем, гости начнут беспокоиться. Я сам.

Он зашагал к двери и чуть не споткнулся об Искру, которая упрямо трусила рядом.

– Белл? Ты бы не мог?..

Белл извинился и приказал Искре сидеть. Собака, не обратив внимания, побежала за Стелланом. Что это с ней?

– Похоже, у кого-то завелся новый друг, – хихикнула Ниб, провожая взглядом борзую, которая выскочила из павильона следом за Джиосом.

– Да, ведь Стеллан так обожает животных, – отозвалась Индира. – Надеюсь, он не разобьет бедняжке сердечко.

– Я лучше пойду за ними, – сказал Белл, жалея, что вообще выбрался на прием. Только этого еще не хватало.

Стеллана он нашел на главной улице выставки. Член Совета стоял и глядел то вперед, то назад, как будто пытаясь отыскать Элзара в толпе. Белл ничем не мог ему помочь. Он слышал о Манне, но живьем никогда его не встречал. Искра прыгала вокруг Стеллана, словно возбужденный щенок, и вовсю размахивала хвостом. Когда Белл подбежал ближе, готовый оттащить ее, собака залаяла.

– Простите. Не знаю, что на нее нашло. Мы уйдем и не будем вам мешать.

– Не нужно. Подержи, пожалуйста. – Стеллан вытащил меч из футляра и вручил Беллу. Под ошеломленным взором падавана он отстегнул футляр и снял его с пояса.

– Я тебе говорил, мы с Элзаром давно знакомы, – сказал он, улыбнувшись, видя явное недоумение Белла. – У нас были разные учителя, но во многом нас учили одинаково, особенно что касается ухода за снаряжением. – Стеллан понюхал кожу и ухмыльнулся еще шире. – Мутаммоковое масло. Мы оба им пользуемся еще с тех лет, когда были падаванами.

Стеллан присел и протянул Искре кожаный футляр. Борзая понюхала его раз, другой и бросилась в толпу. Стеллан вскочил, по-прежнему держа футляр в руке, принял обратно меч и побежал вдогонку.

– Возможно, я начинаю лучше ладить с животными, – крикнул он Беллу, который припустил следом. – Вот доказательство, что учиться никогда не поздно.

* * *

Они бы так и пробежали мимо Элзара, если бы не Искра. Следуя за борзой, оба джедая выскочили из выставочного парка и оказались в центре Лонисы, где в последнюю минуту собака потеряла след.

Белл почувствовал, как Стеллан пытается с помощью Силы отыскать старого друга, но Искра вдруг тявкнула и выбежала за угол салона по продаже дроидов, который делал неплохие деньги на туристах, заполонивших город. Они бросились в переполненную народом боковую улочку и пробежали бы ее насквозь, если бы Искра не застыла как вкопанная и не залаяла, глядя на крышу какого-то дома.

Улочку освещали гирлянды фонарей, развешанные между зданиями, но вокруг этой конкретной крыши не горела ни одна лампочка. Стеллан приложил палец к губам и нырнул в узкий переулок между зданием и шумным салуном, который назывался «Озерный приют». Не успел Белл последовать за ним вместе с Искрой, как Стеллан взвился в воздух и запрыгнул на крышу, перескакивая со стены на стену.

– Оставайся здесь, – велел Белл собаке и последовал за членом Совета, использовав подоконник второго этажа в качестве трамплина. Джедаи не сразу увидели Манна, но затем сконцентрировались и обнаружили его у края плоской крыши. Манн бросил на них недовольный взгляд и поманил к себе.

– Что вы здесь делаете? – сквозь зубы прошипел он. – Слезайте, пустоты ради.

– Мы искали тебя, – сказал Стеллан. Оба перелезли к тому месту, где прятался Манн, маскируя свое присутствие с помощью Силы.

– Мастер Джиос почувствовал что-то неладное, – уточнил Белл, слегка поперхнувшись из-за поднятой пыли.

– Вот как? – Манн прожег его взглядом. – А ты кто такой?

– Это падаван Зеттифар, – объяснил Стеллан.

Манн хмыкнул:

– А. Ученик Грейтшторма. Сидите и не высовывайтесь. Я не хочу, чтобы нас увидели.

– Почему? – спросил Стеллан. – Ты чего-то ждешь?

– Меня интересует, чего ждет он. – Манн указал рукой в сторону открытого окна на третьем этаже кантины. Там какой-то салластанин увлеченно беседовал с кряжистым озрилансо, у которого были длинные висячие мочки и плечи не у́же чем у гаморреанца.

– Тиа Тун, – выдохнул Стеллан.

– Собственной персоной.

– Который из них? – поинтересовался Белл, глядя, как салластанин расхаживает вокруг громилы в костюме.

– Меньший, – ответил Элзар. – Сенатор с Салласта и настоящая заноза в заднице.

Стеллан скрестил руки на груди:

– Слова истинного джедая.

Манн пожал плечами:

– Слушай, меня послали на Вало искать проблемы, так? – Он указал пальцем на салластанина. – Этот тип у меня на прицеле с тех пор, как испортил прием Самиры. Сила подсказывает, что он что-то задумал, а Сила никогда не ошибается.

– Но можем ошибаться мы в своих интерпретациях.

Манн с присвистом выдохнул:

– Не учи меня жить. Ты же сам сказал, что почувствовал это.

– Я почувствовал, что ты встревожен, а не то, что Тун затеял какую-то гадость.

«Ой, – подумал Белл. – Да уж, вовсе не замечание с двойным дном! Что же между ними происходит?»

– Ты уже много недель тревожишься.

– Что-то грядет, – мрачно сказал Манн. – Я это чувствую, и ты чувствуешь, и Зеттифар тоже бы почувствовал, если бы не пытался отгородиться от Силы. – Манн посмотрел прямо ему в глаза, и у Белла пересохло во рту. – Кстати, зачем?

– Я… я недавно был ранен, – промямлил Белл. – Контакт с Силой… причиняет мне боль. – По крайней мере, эта часть была правдой.

Оправдание было так себе, но Манн явно им удовлетворился – или же был сейчас слишком занят, чтобы забивать себе голову. Он снова повернулся к Стеллану:

– Тун что-то замышляет. Ему через час положено быть на аванпосту и участвовать в канцлерской экскурсии.

– Мы все должны там быть, – напомнил Стеллан.

– А он торчит здесь, – продолжал Манн, игнорируя реплику вышестоящего джедая. – Над этим кабаком. Со своим телохранителем. С чего это сенатору вообще понадобился телохранитель?

Стеллан выглянул через край крыши:

– Я видел и похуже.

– Телохранителей?

– Бары!

Элзар хохотнул:

– Потому что ты вечно шляешься по кафешкам. Но, что бы ты ни говорил, это последнее место, где ожидаешь увидеть сенатора.

– Он говорил о каких-то встречах.

– Но с кем? Вот вопрос. Если Тун как-то связан с моим предчувствием…

Манн замолк, и они со Стелланом посмотрели на окно. Почувствовал даже Белл, закрывшийся от Силы. В комнате появился кто-то новый – возможно даже, и не один. Кто это, нельзя было определить: они видели лишь тени на стене и Туна, который стоял боком к окну и разговаривал с новоприбывшими, а рядом с ним стоял озрилансо.

Сидевший рядом с Беллом Манн порылся в сумочке, пристегнутой к поясу, и достал маленькую тарелку, которую подключил к комлинку и крепко привинтил.

– Это что, подслушивающее устройство? – спросил Стеллан, когда Манн направил тарелку на открытое окно.

– Нельзя же во всем полагаться на Силу, – ответил Манн, вращая колесико в тыльной части прибора.

– Но мы и не тайная полиция.

Манн выразительно посмотрел на все еще девственно-чистое одеяние Стеллана:

– Уж точно не в таком наряде.

Стеллан явно намеревался ответить на колкое замечание, но передумал. Элзар Манн резко крутанул колесико, и комлинк захрипел голосом сенатора. У Белла ёкнуло сердце от услышанного:

«Это что, световой меч?»

Глава 25

Над «Озерным приютом», Лониса

– Это что, световой меч?

Тай Йоррик очень старалась не ерзать под пристальным взором Тиа Туна. Первое правило на переговорах: никогда не показывай, что тебе неуютно, даже если тебе неуютно, – притом что вся ситуация вызывала жуткий дискомфорт. Плевать на ремонт, надо было сразу сказать Мантессе, куда ей засунуть свое предложение. Особенно когда выяснилось, чего именно от нее ждут. Вот почему Тай так долго пользовалась веразинскими плитками. По крайней мере, плитки никогда не пытались ее переубедить.

– Вы член Ордена? – спросил сенатор, не получив ответа на первый вопрос.

Тай мотнула головой:

– Нет, сэр.

Салластанин склонил голову набок, прищурив большие черные глаза:

– Любопытно. Тогда где вы раздобыли рукоять?

К досаде Тай, в этот момент вмешалась Мантесса с очевидной ложью:

– Их на удивление легко приобрести, если знать, к кому обращаться.

– Вот как?

Изобретательница кивнула, еще глубже погрязая в своем вранье:

– У моего отца была целая коллекция. Реликвии Войн ситхов, ни больше ни меньше. Абсолютно бесценные.

– Поразительно. И они все еще у вас?

Мантесса сложила перед собой безукоризненно чистые руки. Спасибо хоть ее дезинфектор был спрятан в кармане. Постоянное шипение дроида уже реально действовало на и без того расшатанные нервы Тай.

– Увы, нет, – продолжила курану, используя эту возможность, чтобы вернуть разговор в нужное русло. – Я их продала, чтобы профинансировать свою работу.

Синий ящик стоял позади нее на репульсорных салазках, которые Тай толкала от самого «Динамо». Его содержимое оказалось на удивление тяжелым.

– Да, конечно, – сказал Тун. – Причина, по которой мы здесь. И вы сами это сконструировали?

– Вдвоем с дочерью.

– А она?..

– На моем корабле. Смышленая девочка, но на публике нервничает.

Тай невольно испытала легкий приступ зависти. Она все бы отдала, лишь бы сейчас оказаться на «Динамо».

– На Вало сейчас особенно много публики, – сказал Тун, азартно разглядывая ящик. – Так что, посмотрим?

– Естественно. – Мантесса набрала код на клавиатуре, встроенной в стенку ящика. Когда швы со щелчком разошлись, Тай невольно затаила дыхание. Мантесса объяснила, что должно произойти, но не сказала, чего ожидать, когда ящик откроется. Как оказалось, ничего особенного. Устройство напоминало портативный коммуникатор или даже влагоуловитель, только облепленный проводами и мигающими диодами. И вот эту штуку она охраняла?

Тун явно разделял разочарование Тай:

– Я думал, он будет немного более… презентабельным, – сознался сенатор, поглаживая щеки.

– Это прототип, – быстро сказала Мантесса. – Работающий прототип.

Тун шагнул вперед, и его охранник-озрилансо сделал то же самое. Тай уже списала со счетов этого здорового дурня, которого сенатор, подумать только, представил как своего «секретаря» по имени Ратко. Выглядел он внушительно, но Тай уже придумала как минимум три разных способа его вырубить. Всегда полезно быть подготовленной.

– И как же именно он работает?

Улыбнувшись, Мантесса вынула из рукава маленькое устройство дистанционного управления. Она нажала на кнопку, и прибор, зажужжав, осветился огнями, словно панель управления на «Динамо».

– Готовый прибор будет намного меньше бросаться в глаза, – объяснила она. – Не говоря уже о том, что он будет намного меньше, и его можно будет смонтировать на стене или на крыше, так что его не будет видно.

– Рад слышать, – сказал Тун, разглядывая устройство, которое начало довольно пугающе испускать пар.

– В его основе находится рекаиниевое ядро, – как ни в чем не бывало продолжила Мантесса, – которое сейчас вращается в вихревой камере.

Тун резко отступил назад:

– В таком случае можете его выключить! Владение рекаинием запрещено!

– Только в необработанном виде.

– В любом виде, – настаивал Тун. – И на то есть причина.

Мантесса не сдавалась:

– Но, как вы сами убедитесь, подавитель сорок семь даст Сенату отличный повод пересмотреть этот закон.

У Тай свело желудок. Она знала, о чем ее сейчас попросят, и ей это было не по душе. Как и то, что рука озрилансо не особо скрытно передвинулась к вздутию под курткой.

– Выключите его, – повторил Тун.

Глаза Мантессы раздраженно сверкнули:

– Но вы же говорили, что хотите демонстрации. – Она повернулась к Тай. – Йоррик, будь так любезна?..

Тай сделала выдох и сорвала меч с пояса. Вспыхнул лиловый клинок, и озрилансо наконец вытащил свой бластер. Этот дуралей даже успел один раз пальнуть. Предполагалось, что все будет совсем иначе. Тай взмахнула мечом, и энергетический разряд улетел в стену. Палец озрилансо снова напрягся, и тогда Тай вскинула ладонь и оттолкнула его – наверное, чересчур сильно. Он врезался в стену, приложившись о камень куполообразной головой, а его бластер заскользил по полу прямо под ноги Туну. Сенатор нырнул за ним, но тут же вскочил и выстрелил в Тай, которая снова отбила разряд.

На такое Тай точно не подписывалась, однако это были еще цветочки, потому что в следующий миг через окно влетел какой-то тип в золотисто-белом одеянии.

* * *

Стеллан был готов прыгать в тот самый миг, когда был упомянут световой меч, но Элзар его придержал:

– Погоди. Надо выяснить, что они делают.

Но когда раздался первый выстрел, члена Совета было уже не остановить. Стеллан подбежал к краю крыши и, используя Силу, прыгнул дальше, чем был способен обычный человек. Кувыркнувшись, он влетел в окно с уже зажженным мечом в руке.

Сенатор сидел на полу, сжимая бластер, а над ним нависала толотианка с включенным световым мечом. Стеллан окинул быстрым взглядом остальных присутствующих: громоздкого «секретаря» Туна, который привалился к стене, и женщину-курану, заслонявшую собой какую-то штуку, которая, очевидно, и была рекаиниевым устройством.

– Брось оружие, – велел он толотианке.

Та не шелохнулась. Ее клинок зловеще гудел.

– Только если ты сделаешь то же самое.

Стеллан чуть не рассмеялся. Она что, бросает ему вызов?

– Последнее предупреждение.

На секунду показалось, что она подчинится, но тут в окно запрыгнули Элзар с Беллом, оба уже тянулись за собственными мечами.

Толотианка отреагировала моментально. Она выбросила свободную руку; поверженный озрилансо с криком взлетел в воздух и врезался в Элзара и Белла; меч Элзара вылетел у него из ладони. Затем она напала на Стеллана, лиловый клинок ударил сбоку. Стеллан парировал и контратаковал, однако женщина была готова. Их клинки сталкивались снова и снова, но Стеллан ни на миг не забывал, что они дерутся в довольно ограниченном пространстве.

– Защищай сенатора, – приказал он Беллу. Элзар нырнул меж мелькающих мечей, рискуя лишиться головы. Он подобрал свое оружие, перекатился и вскочил на ноги перед курану, которая внезапно тоже обнаружила перед собой плазменный клинок.

– Для чего эта штука? – спросил Элзар, указав на машину, но женщина только хихикнула:

– Увидите.

– В смысле?

Меж тем толотианка продолжала напирать. Все прямо кричало, что это джедай: от манеры держать световой меч до фехтовального мастерства, хотя оскаленный рот и раздражение, которое Стеллан чувствовал внутри нее, указывали на жизнь без дисциплины, вдали от света. Была ли это темная сторона? Нет, они бы почувствовали тьму сразу, как только увидели эту особу. Однако если она и прошла обучение, то определенно сбилась с пути.

Это подтвердилось во всей полноте, когда они сошлись в клинче, скрестив клинки.

– Сдавайся, – потребовал Стеллан, прожигая ее взглядом сквозь шипящую плазму. В ответ она отвела голову назад и ударила его в переносицу металлическим навершием на своей макушке. Оглушенный, Стеллан рухнул на пол, лишь смутно осознавая, что Белл спешит ему на помощь.

Не останавливаясь, женщина повернулась к Элзару, делая замах. Элзар почувствовал атаку и поднял клинок, используя инерцию движения толотианки против нее самой. Столкнувшиеся мечи описали идеальную дугу, и Элзар вонзил кончик ее клинка в пол. Он скользнул лезвием вдоль ее оружия, метя в руки; плазма завизжала, но женщина поняла замысел и пнула джедая сапогом в грудь. Элзар отлетел к стене, и в этот момент гудение странной машины достигло крещендо, перейдя в нестерпимый вой. Стеллан предупреждающе вскрикнул, но толотианка сделала выпад и по рукоять погрузила меч в грудь Элзара.

– Нет! – закричал Стеллан и, призвав Силу, оттолкнул женщину от друга. Она перелетела через всю комнату и врезалась в стену; меч выпал из ее пальцев. Белл метнулся к Элзару, который прижимал руку к груди, но когда падаван оторвал его ладонь, никакой дыры в сердце не обнаружилось – только капли крови в тех местах, где шипы рукояти прокололи кожу.

– Что?! – выдохнул Стеллан, все еще прижимая толотианку к стене.

– На свой меч посмотрите, – сказала курану, которую вся эта ситуация привела в какое-то непонятное возбуждение. – Зажгите его.

Стеллан призвал меч в ладонь и нажал на кнопку включения. Эмиттер зашипел, но клинок из рукояти не выдвинулся, а половинки гарды остались сложенными. Ерунда какая-то.

– Падаван? – сказал Стеллан. Белл попытался включить собственный меч – с тем же результатом, а точнее с отсутствием оного. Меч Элзара тоже не стал исключением. Все три перестали работать.

– Это все машина, – прошипела толотианка. – Она погасила наши клинки, прежде чем я успела его пропороть.

– И ты знала, что так случится? – поднимаясь на ноги, спросил Элзар.

– Нет, – фыркнула женщина. Элзар шагнул было к ней, но остановился.

– Кто-то должен объяснить, что она имела в виду, – заявил Стеллан, чья голова гудела от боли в носу и от пульсации приспособления курану.

– Согласен, – произнес Тун. Он подошел к Стеллану, неотрывно глядя на женщину.

– Когда вы отпустите мою помощницу.

– Вы не в том положении, чтобы выдвигать требования, мисс Чеккат, – рявкнул сенатор, удивив всех сквозившей в его словах яростью.

Женщина подняла руки, как будто могла ими защититься:

– Хорошо. Подавитель генерирует частоту, которая блокирует действие любого энергетического оружия, от скромного бластера до… да, оружия джедая.

– И почему же меня должно заинтересовать такое устройство? – пожелал знать Тун.

Женщина недоуменно уставилась на него, как будто ответ был очевиден:

– Всем известно, что вы противник джедаев, а поглотитель…

– Поглотитель облучает всех в радиусе десяти метров опасной энергией, – рявкнул Тун. – Выключите его. Выключите сейчас же!

Чеккат сглотнула: тон сенатора явно ошеломил ее.

– Но…

– Вы слышали, что он сказал, – предостерег Стеллан.

Чеккат вздохнула и вдавила кнопку на своем пульте управления. Гудение стихло, и меч Стеллана снова ожил, как и клинки Элзара и Белла. Прижатая к стене толотианка протянула руку, чтобы призвать свой меч, но тот полетел в противоположную сторону и лег в ладонь Элзара.

– Эй, это мое! – рявкнула женщина.

– И конструкция определенно джедайская, – ответил Элзар, рассматривая рукоять, – хотя с тех пор и модифицированная.

– Кто ты такая? – спросил Стеллан.

– Тай Йоррик моя телохранительница, – сказала Чеккат, и Стеллан почувствовал в молодой толотианке вспышку раздражения. Возможно, она хотела сохранить свое имя в тайне. Стеллан определенно раньше его не слышал; надо будет проверить в реестре на Корусанте. Женщину явно когда-то тренировал джедай – возможно, она даже была падаваном, хотя рыцарем не стала, потому что иначе была бы увековечена в Коридоре Потерянных Великого храма. Правда, ее могли и просто выгнать, но тогда он бы о ней слышал. Такие изгнания случались крайне редко, особенно в нынешнее время.

– А вас зовут Чеккат? – спросил Белл со все еще не выключенным мечом.

– Мантесса Чеккат, – ответил за женщину Тун. – Изобретательница, предложившая моему народу устройство, которое, по ее словам, может пригодиться для Программы создания Сил обороны.

– И которое я убедительно продемонстрировала, – напомнила Чеккат. – Я думала, уж кто-кто, а вы распознаете его потенциал.

Тун шагнул к женщине, сжимая кулаки:

– Я вижу изобретение безрассудное и опасное. Потенциальное оружие, которое может быть использовано и против джедаев, и против сил Республики.

На лице Чеккат проступило еще более глубокое недоумение:

– Но то, что вы говорили в Сенате… в вашей речи о том, что Республика слишком полагается на джедаев…

– Вовсе не значит, что я противник самих джедаев, – сказал Тун, сдерживая себя ценой неимоверных усилий. – Джедаи издавна являются нашими союзниками, и остается лишь уповать, чтобы так продолжалось еще много поколений.

– Тогда почему вы ратуете за Силы обороны?

Стеллан и сам задавался тем же вопросом.

– Потому что я убежден, что Республика должна уметь себя защитить, не полагаясь всецело на джедаев. Потому что, если – звезды упаси! – с джедаями что-то случится, что тогда будет с нами? – Он ткнул пальцем в сторону поглотителя. – Но это рекаиний. Вы привезли на республиканскую планету запрещенное вещество, и, очевидно, без надлежащих лицензий и разрешений.

Мантесса сглотнула:

– Я думала…

– Вы думали, что раз вы встречаетесь со мной, то вы выше закона. Боюсь, мисс Чеккат, вы крупно просчитались.

Снаружи раздался топот, и тут же в комнату ввалились вооруженные офицеры валонской службы безопасности.

Их командир окинул сцену взглядом и инстинктивно повернулся к Стеллану:

– Мы получили сообщение об инциденте.

Тун шагнул вперед, вынудив правоохранителя переключить внимание на себя:

– И прибыли как раз вовремя. Мои поздравления капитану Снату. – Он повернулся к Чеккат и ее таинственной телохранительнице. – Арестуйте этих двух и конфискуйте их приспособление.

Стеллан постарался не выказывать раздражения тем фактом, что его отодвинули в сторону.

– Сенатор Тун, учитывая обстоятельства, я думаю, что этим лучше заняться джедаям.

– Я не сомневаюсь, что вы так думаете, уважаемый член Совета, но это дело не джедаев, а Республики. Эти преступницы явились ко мне, попутно нарушив республиканские законы. Они – моя ответственность. – Сенатор вскинул голову, словно вызывая Стеллана на спор. – Вы согласны?

– Конечно, – сказал Стеллан и покосился на Белла. Тот вернул меч в держатель.

– Впрочем, мы бы хотели изучить ее оружие, – прибавил Элзар. Стеллан отпустил Йоррик и передал ее валонскому офицеру. Толотианке хватило ума не сопротивляться, когда на ее запястьях защелкнулись наручники.

– Пожалуйста, – махнул рукой Тун. – Возможно, если отыщутся какие-то доказательства, вы поделитесь этой информацией с компетентными органами.

Стеллан поклонился.

– Естественно, – великодушно сказал он. – Спасибо, сенатор.

Тун шагнул вперед и тихо произнес:

– Нет, это вам спасибо, уважаемый член Совета. Вы примчались защищать меня, несмотря на мою репутацию в Сенате, и я это ценю, как бы вы ко мне ни относились.

Стеллан собирался было запротестовать, но Тун лишь махнул рукой:

– Я сказал то, что хотел сказать, мастер Джиос. Мы действительно союзники. Мне лишь хочется, чтобы Республика время от времени сама могла о себе позаботиться, особенно после хетцальских событий. Вы ведь понимаете, правда?

В словах салластанина не было криводушия. Стеллан кивнул:

– Мы все – Республика.

Тун улыбнулся:

– Именно так, уважаемый член Совета. Именно так.

Сенатор быстро вышел из комнаты; озрилансо, хромая, последовал за ним. Потом вывели Мантессу, а после нее и Йоррик, которая, оглянувшись, крикнула:

– Отдайте обратно.

Элзар не ответил. Оставшиеся офицеры не могли взять в толк, что делать с подавителем.

– Помоги им, Белл, – сказал Стеллан. – Надо как можно скорее вывезти эту штуку с планеты.

– Сейчас же, мастер, – ответил Белл, хотя Стеллан чувствовал, что у падавана возникла тысяча вопросов. И не у него одного.

– Может, мне пойти с ними? – предложил Элзар. – Вдруг удастся что-то вытянуть из Йоррик.

Стеллан покачал головой:

– Надо играть по правилам. Тун прав. Это дело Республики.

– Но мы же все – Республика, – напомнил Элзар.

Стеллан вздохнул:

– Элзар, я серьезно.

– Она явно джедай. Или была когда-то. Тебе это разве не интересно?

– Интересно, конечно. Но она никуда не денется.

– Ты серьезно считаешь, что стены валонской камеры ее удержат?

– Местный изолятор способен прекрасно удерживать в заключении адептов Силы.

– Но…

– Никаких «но». Я серьезно, Элзар. – Стеллан указал на накидку Элзара, на которой виднелись пятна. – Вот чем лучше займись.

– И это говорит человек с расквашенным носом.

Стеллан осторожно потрогал травмированное место и скривился от боли.

– Даже сломанным.

– Не думаю.

– Жаль.

– Эл!

– Тебе надо переодеться, – буркнул Элзар и вылетел из комнаты, сжимая меч Йоррик. – Я спрячу его где-нибудь в надежном месте.

Стеллан не стал его задерживать. Когда Элзар бывал в таком настроении, увещевать его не имело смысла, но в одном он был прав. Нос, может, и не был сломан, но кровь запачкала храмовое одеяние. Оставалось лишь надеяться, что это не предвестие чего-то плохого.

Глава 26

Зона веры и жизни

Праздник был в самом разгаре, и Китреп Со ненавидел каждую минуту своего здесь пребывания. Всюду, куда ни глянь, – смех и восторг, счастливые лица, радостные голоса. На сценах по всему парку кружились танцоры с десятка планет – буйство шелка, лент и браслетов, – а дети тянули родителей за руки, готовые бежать в семь мест сразу.

Единственным местом, куда хотелось убежать Кипу, был номер его матери в отеле «Республика». Мама, само собой, произнесла напутственную речь – сразу после того, как показала его костюм на вечер. Септошелковый пиджак с приколотым к отвороту золотым цветком. С каких это пор он носил цветы, не говоря уже о брюках с такими острыми стрелками, что о них затупился бы и световой меч?

– Просто делай вид, что тебе интересно, – сказала мама. – О большем я не прошу.

– Ты уверена? – спросил Кип, подергав воротник рубашки.

Она поправила застежку, разгладив воротник, и приложила ладонь к его щеке:

– Ладно, не спорю. Я знаю, что это нелегко и что тебе вообще не хотелось лететь на Вало.

Кип хотел было возразить, но передумал. Лина Со прекрасно знала, что думал ее сын. Она не была плохой матерью. Но при этом ей приходилось управлять целой галактикой. Она всегда была амбициозной – еще до того, как ее избрали канцлером. В ту пору, наверное, даже более. И да, Кип понимал, почему. Его семья прилетела с Даги, и он сам видел, как трудно добиться уважения, когда ты родом с захолустной планеты, и к тому же с сыном в придачу. Но мама всегда выкраивала для него время, хотя сама все время носилась с одной встречи на другую. Или даже с одной планеты на другую.

Но отсюда не следовало, что Кипу все должно нравиться. Что ему по душе, когда его личную жизнь обсуждают по всей Голосети. Мама под прицелом камер чувствовала себя как рыба в воде, но он – нет. Пусть бы лучше снимали Матари с Вору и вообще забыли, что у Лины Со есть сын. Звери, по крайней мере, были интересные.

Однако, нравилось ему это или нет, Кип был вынужден терпеть казавшуюся нескончаемой череду официальных приемов и экскурсий; смотреть, как мама идет рядом с тогрутской регасой, в то время как сам он тащился сзади; вымученно болтать о всяких пустяках с делегатами, которых он едва знал, и при этом всячески избегать Норела Куо. Еще не хватало, чтобы этот жуткий куривар в энный раз начал приставать, чтоб «держал спину прямо» или «улыбался, а не гримасничал».

Впрочем, не все было плохо. Кипу нравилась Рил Дайро, хотя он и подозревал, что она просто обрабатывает его для интервью.

– Ну, как тебе? – спросила журналистка во время предварительного показа аттракциона «Объединенные песней» в зоне веры и жизни.

– Координатор была права, – промямлил Кип. – Очень… заразительно.

Журналистка наклонилась ближе с заговорщицкой улыбкой:

– Как дантарьский грипп.

Кип невольно рассмеялся, хотя он вполне мог бы обойтись и без навязчивой мелодии, которая уже застряла в голове. Сам номер создавался в течение двенадцати месяцев: детей с десятков планет Республики записывали по отдельности, а потом объединили в гигантский голографический хор из тысяч участников, стоявших вместе на вращающейся сцене. Кип мог лишь посочувствовать тем, кто работал поблизости. Он не мог представить худшей пытки, чем снова и снова выслушивать эту приторную песенку:

Нас так много, мы все вместе,

Он, она, и я, и ты.

Столько радости, любви,

Мира, счастья, красоты.

На планетах ближних, дальних

Песня нас объединит.

Мир прекрасен и един,

Пусть Галактика звенит.

– Будешь весь вечер напевать, – раздался рядом чей-то голос. Обернувшись, Кип увидел сына мэра с копной рыжих волос, который улыбался, демонстрируя идеальные зубы.

– Угу, – пробормотал Кип, внезапно растерявшись.

– Хотя вот он что-то совсем не радуется, – продолжал мальчишка, указав на джедая-иккрукки, который хмурился так яростно, что его лицо угрожало треснуть.

Кип хохотнул, и Рил тоже улыбнулась.

– Ну, не буду мешать, – сказала она и повернулась, собираясь идти.

– Не обязательно уходить, – немного поспешно выпалил Кип.

– Долг зовет, – ответила она, удаляясь. Дроид-камера помчался следом. – Надо еще побывать в куче мест, записать кучу реплик. Но только не думай, Джом, что я забыла про интервью, которое у нас назначено на утро.

– Я приду, – сказал сын мэра, но как только журналистка отошла за пределы слышимости, быстро буркнул: – Еще чего.

– Не знаю, как ты, – сказал он, – но я намерен изо всех сил избегать камер.

– Я тоже.

Джом ухмыльнулся:

– Может, будем избегать их вместе… если только тебе не интереснее с мисс Дайро.

– Нет. – Кип покраснел. – То есть она клевая и все такое…

– И притом хорошенькая.

– Да, наверное, но…

– Не в твоем вкусе.

– Да. Вообще не в моем. Я, кстати, Кип.

– Знаю.

– А ты Джом.

– Да.

– Отлично… Отлично.

Снова молчание. Пауза затягивалась. Кип отчаянно пытался придумать, что бы такое сказать. Неужели так трудно? Он же сын канцлера, звезды небесные.

– Идем дальше, – поторопил Норел Куо, направляя группу к следующей остановке на маршруте. – Не задерживаемся.

– Может, потом увидимся, – сказал Джом. – Думаю, в меланезском павильоне выставят какую-нибудь пасту. Хорошо бы. А то умираю с голоду.

– Я тоже. – Кип в отчаянии посмотрел вслед Джому. Юный валон направлялся к темнокожему джедаю в падаванском одеянии. К исключительно симпатичному джедаю.

– Э-э… а вы слышали насчет Рил? – сказал Кип, догнав Джома и падавана.

Оба покачали головами.

– А должны были? – спросил Джом.

– Она та еще штучка, так мама говорит. – Ну да, как раз то, что нужно в этой ситуации: упомянуть маму. – Ее уволили с первой работы.

– Твою маму?

– Нет, Рил. Там была драка.

– Ладно, вот теперь мне крайне интересно, что произошло.

– Я видел, – затарахтел Кип. – То есть не лично, ясное дело. Эта запись есть в Голосети, если знаешь, где искать. Она делала репортаж о лесных пожарах на какой-то там планете и раскопала, что местный пожарный начальник требовал деньги с жителей за спасение их домов от огня.

Падаван – Белл – выглядел весьма шокированным:

– Это… это возмутительно.

– Угу. Рил вышла из себя, прямо в эфире. Сказала ему, что он сам заслуживает сгореть.

– Сурово, – сказал Джом, – но, пожалуй, справедливо.

– Это только начало. – Воодушевившись, Кип оживленно продолжил: – Начальник отвечает, что это ее не касается, и тогда она вырывает шланг у ближайшего дроида-пожарного и вперед.

– Тушит огонь? – спросил Белл.

– Нет. Валит начальника. Целые литры пены, прямо в лицо.

Джом захохотал:

– Я хочу это увидеть.

– Так смешно. Она, конечно, потеряла работу, но клип разошелся по всей Галактике. Вскоре уже все хотели ее нанять, и в итоге она оказалась в «НашейСети». Мама постоянно ее смотрит.

– И так она получила это назначение?

– Наверное. Кажется, сеть хотела послать Сайна Спеннинга. Знаете его?

– Точно не скажу, – сознался Белл. – У нас нет особой тяги смотреть Голосеть.

– Если бы ты его видел, то не забыл бы, – сказал падавану Джом. – Типичный ведущий новостей… шикарные костюмы и просто сумасшедшие зубы. Ну да, реально сумасшедшие.

– Белее лун Дутара, – согласился Кип. – Как бы то ни было, мама и слышать не хотела, чтобы Спеннинг освещал выставку. Сказала, что Рил настоящая героиня. Что она встала на защиту справедливости.

– Похоже, она большая поклонница мисс Дайро, – заметил Белл.

– Да, это верно…

Джом ухмыльнулся, искоса глядя на Кипа:

– Но интервью давать не хочет.

Кип ухмыльнулся в ответ:

– Я тоже.

И вечер продолжался в таком же духе; музыка, танцы. Джедай-иккрукки, сам того не сознавая, мурлыкал мотив «Объединенных песней». Дальше в парке шли приготовления к завтрашним мероприятиям. Ниб Ассек и Миккел Сутмани помогали местным бонбракам с техосмотром «Векторов», а в зоне науки и техники Тиа Тун развлекал инвесторов из сектора Арканис.

Еще дальше в космодок прибыла знаменитая сопрано мадам Трангесс Консерра; ее издерганный импресарио, тойдарианец Полл Слико, был втайне рад, что перелет закончился, тем более что мон-каламарианская дива все эти семь часов разогревала свои голосовые связки, застрахованные на самую большую сумму по эту сторону от Малого Брентаала.

Тем временем единственной музыкой на мостике «Инноватора» был уалакский джаз, который звучал из динамиков кабины экипажа. Вэм Таргс работал в одиночестве, пользуясь возможностью, чтобы проанализировать данные, собранные во время налета на Сайклор. Завтра он будет слишком занят, ведь придется отвечать на тысячу вопросов, но сейчас он счастливо плавал в своей стихии, обрабатывая цифры и находя закономерности.

Надвигалась ночь, и толпы начали редеть, хотя в меланезском павильоне в зоне искусства и культуры праздник продолжался. Регаса Иларек была настоящей звездой этого шоу, каждый хотел с ней поговорить. Посол Тисс не отходил от нее и все время нервничал, хотя Стеллан Джиос, блиставший в новом одеянии (распухший нос благодаря помощи Торбена Бака обрел прежнюю форму), держался поблизости, следя бдительным оком за всем происходящим.

По другую сторону павильона Кип и Джом болтали без умолку. Всякое смущение давно испарилось, как и беспричинная ревность к Беллу Зеттифару, чья зольная борзая с удовольствием принимала угощения, которые ей бросал Джом, когда думал, что падаван не видит.

Кип никогда еще так не радовался жизни, но того же нельзя было сказать об Элзаре Манне, который присмотрел себе балкон, идеально подходивший для мрачных раздумий. Там его и нашла Самира Рей-ун, подошедшая с двумя высокими фужерами в руках и с улыбкой на устах.

– Слиток за твои мысли, – сказала она, протянув ему бокал.

Элзар принял напиток, дивясь ее дружелюбному тону, который контрастировал с температурой отношений между ними в последнее время.

– О, ну сама знаешь. Наблюдаю за толпой, чтобы не было происшествий.

– Защитник мира и все такое? – Она сделала глоток.

– Джедай никогда не отдыхает.

– Жаль.

На этот раз Элзар не нашелся что ответить, а потому тоже глотнул вина. Это было сереннское – легкое, фруктовое. Такого он не пробовал уже много лет.

– Так что… – начал он, не зная сам, куда заведут слова. – Ты… довольна?

– Выставкой?

– Да.

Самира сделала еще глоток и отвернулась, глядя на простиравшуюся перед ними панораму.

– Да. Все идеально.

– Как ты и планировала.

Она искоса посмотрела на него, приподняв идеально ухоженную бровь:

– А ты ожидал меньшего?

Элзар покачал головой:

– Нет, конечно.

Какое-то время они стояли молча, наслаждаясь обществом друг друга. Их свободные руки лежали на перилах, в считаных миллиметрах друг от друга. Элзар почувствовал, как пальчик Самиры коснулся его кожи, и, обернувшись, увидел, что она пристально смотрит на него.

Их головы сблизились, губы раздвинулись, споры были забыты.

Элзар не мог сказать наверняка, что Самира подгадала этот момент к началу фейерверка. Небо над ними взорвалось красками и звуками. Все, кто был в парке и вообще в городе – делегаты, местные жители, политики и джедаи, – смотрели вверх; все, кроме Элзара и Самиры Рей-ун. У них было иное занятие.

Глава 27

Республиканский сад, Вало

Утро выдалось ясным и солнечным. Стеллан присоединился к свите канцлера, совершавшей экскурсию по ботаническому саду на краю зоны науки и техники. Вокруг все шло именно так, как и следовало ожидать. Через центральный вход лился непрерывный поток гостей, и настроение публики было приподнятым, но по какой-то неуловимой причине Стеллан был на взводе. Перед экскурсией он заглянул в административное здание, чтобы сверить часы с капитаном Снатом и координатором Рей-ун. Валонка слегка смутилась, когда он вошел в ее кабинет, но Стеллан вскоре решил, что причиной тому некий мастер-джедай, который всюду сует свой нос, хотя все идет по плану. Его вмешательство точно не требовалось, так что Стеллан извинился и ушел.

Пока архивариус ОрбаЛин произносил монолог о красоте селаббианских роз, которые выращивали на «Звездном свете», Стеллан, шагая позади группы, медитировал на тему облака, омрачавшего в остальном прекрасное утро. В Силе ощущалась какая-то тяжесть. Поначалу Стеллан списал это на бой с Тай Йоррик минувшим вечером. Она сражалась как джедай, однако никого с таким именем в реестре Ордена не нашлось. Оставалось надеяться, что Элзар, осмотрев ее световой меч, что-нибудь да выяснит, однако беспризорная адептка Силы точно не могла быть причиной такой тревоги. Стеллан покосился на Индиру Стокс и обратил внимание на ее хмурый вид. Тоже почувствовала? Он потянулся Силой, прощупывая эмоции гостей, которые гуляли в саду и по дорожкам за его пределами. Да, тревога присутствовала: родители боялись потерять из виду детей в этой толпе, участники выставки имели головную боль со своими экспонатами, а главный садовник парка собирался заявить ОрбаЛину, что вообще-то это он проводит экскурсию. Был еще тогрутский капитан Марамис, который все больше нервничал из-за того, что за оградой сада собирались зеваки, желавшие увидеть регасу Иларек. Ни одно из этих обстоятельств, пускай и важных для тех, кого они касались, не объясняло столь внезапно нахлынувшего дурного предчувствия. Тогда что?

Стеллан все еще ломал голову, когда к нему приблизилась Индира.

– Ты почувствовал? – вполголоса спросила она.

– И ты тоже. Есть идеи, что это может быть?

Женщина-джедай выгнула бровь:

– Возможно. Сын канцлера. Когда ты видел его в последний раз?

Стеллан обвел взглядом маленькую группу. Индира была права. По дороге в сад Кип Со еще был с ними, но теперь он куда-то делся, как и сынишка мэра. Стеллан не знал его имени. Звездное дыхание! Они ведь должны были приглядывать за свитой канцлера. Как же упустили?

Стеллан потянулся к Беллу – тот беседовал с Рил Дайро, чей дроид в это время снимал Со и Йовет, – и аккуратно подтолкнул падавана, чтобы привлечь его внимание. Белл оглянулся, увидел выражение Стеллана и, извинившись перед репортершей, направился к ним в сопровождении Искры. Стеллан уже разговаривал по комлинку с координатором Рей-ун, которая по его просьбе уже проматывала записи камер наблюдения у себя в административном корпусе.

– Ага, – сказала Рей-ун, что-то обнаружив. – Хитрые бестии.

– Что такое?

– Мальчишки дошли с вами до сада, но смылись, как только решили, что никто не смотрит.

– Куда они направились?

– Не могу сказать. Растворились в толпе. Ни одна камера их не показывает.

– Как такое возможно?

– Вы знаете, сколько в парке народа, мастер Джиос? Может, попросить Айдракса Сната объявить их в розыск?

– Какие-то проблемы? – Стеллан оглянулся. Очевидно, Норел Куо обратил внимание, что джедаи сгрудились вместе, и пришел выяснить причину.

– По-видимому, сын канцлера решил слинять, – сказала Стокс, прежде чем Стеллан смог ее остановить. На лице советника немедленно отразилась тревога, и он в панике огляделся по сторонам:

– Китреп? Исчез?

– Я уверен, тому есть вполне невинное объяснение, – быстро сказал Стеллан. – Похоже, он с сыном мэра.

– С Джомом, – услужливо подсказал Белл. – С Джомом Лариином.

– Ты, кажется, разговаривал с ними вчера вечером? – спросил Стеллан.

– Да. Китреп был не в восторге от того, что оказался в центре внимания, – по крайней мере, поначалу.

– Я его понимаю, – сказал Стеллан, покосившись на дроида Рил, который развернул камеры в их направлении. – Они не говорили о своих планах на утро?

Белл рассмеялся:

– О побеге они не говорили, если вы это имеете в виду, и мне они бы точно не сказали. Джом, правда, упомянул, что хочет посмотреть «Инноватор».

– Официальная экскурсия начнется только после обеда, – заметил Куо.

– Возможно, они решили наведаться раньше, – предположила Индира.

– Ну-ну, удачи, – вставила Самира по связи. – Туда уже выстроилась очередь. Этот корабль – гвоздь всей программы.

– Но сын канцлера не какой-нибудь рядовой посетитель. – Стеллан перевел взгляд на спецпропуск, который болтался на поясе Куо. – Полагаю, у Китрепа есть такой же?

Советник горестно вздохнул:

– Этот мальчишка сведет меня в могилу. Да, у него есть пропуск. Доступ во все части выставки.

Зацепка была не ахти какая, но другой не было. Стеллан повернулся к Индире:

– Могу я позаимствовать твоего ученика?

– Конечно.

– Вы хотите, чтобы я отправился на «Инноватор»? – спросил Белл.

– Надеюсь, вы с Искрой сумеете их отыскать, пока никто не хватился.

– Я могу сказать Снату, чтобы отправил отряд охраны, – предложила Рей-ун, но Куо отмахнулся.

– Не надо афишировать, – сказал куривар. – Если кто-нибудь узнает, что сын канцлера пропал…

– Мне кажется, канцлер уже сама догадалась, – заметила Стокс, повернувшись к Со, которая выразительно смотрела на всех четверых.

Советник вздохнул:

– Пойду, скажу ей.

– Я их найду, – уверенно сказал Белл. – Обещаю.

Стеллан не сомневался, что падаван сдержит слово, но не мог отделаться от сомнений, которые засели в глубине сознания.

– Госпожа координатор, – сказал он, прежде чем попрощаться. – Много в секторе прибывающих этим утром?

– Из космоса? – переспросила Рей-ун из административного корпуса. – Немало. Но все под контролем. Начальник порта не докладывал ни о каких проблемах. Хотите, чтобы я перепроверила?

Стеллан посмотрел на безоблачное небо.

– Будьте добры… Наверное, ничего серьезного, просто исчезновение Китрепа выбило меня из колеи.

– Вот теперь мне стало не по себе, – сказала Рей-ун. – Я думала, ничто не способно выбить джедаев из колеи, в отличие от нас, смертных. Я перезвоню.

Стеллан поблагодарил ее и закончил разговор. Оглянувшись, он увидел, что Куо беседует с канцлером: памятуя о многочисленных репортерах, оба старательно делали вид, будто ничего не случилось. Стоявшая рядом с ними тогрутская королева посмотрела в его сторону, и Стеллан улыбнулся в ответ, хотя и наигранно. Он знал, что не успокоится, пока Самира не сообщит, что все чисто.

– Все будет хорошо, – тихо сказала Индира. – Белл их быстро отыщет.

Стеллан знал, что Стокс права. Очевидно, это и было причиной беспокойства: проделки двух подростков, пустившие под откос тщательно распланированный день. Будь здесь Элзар, то сказал бы, что он тревожится из-за пустяков. Стеллану просто хотелось, чтобы все шло идеально: для канцлера, для гостей и для Республики в целом. И так и будет, коль Сила позволит. В этом он не сомневался.

Глава 28

Выставочный парк, Вало

Температура воздуха продолжала подниматься, и день обещал быть даже жарче, чем предсказывали метеорологи.

Канцлер и ее сопровождающие продолжали экскурсию по саду. Лину Со заверили, что ее сына скоро отыщут, и она уже обдумывала выволочку, которую собиралась ему устроить, оставшись наедине.

Белл Зеттифар пробирался через толпу, говоря «спасибо» тем, кто уступал ему дорогу, и махая детям, которые возбужденно тянули родителей за руки, спеша сообщить, что видели джедая.

Самира наблюдала за его продвижением на мониторах в своем офисе. Она уже связалась с «Инноватором» и спросила, не видели ли там Китрепа и Джома. Как оказалось, не видели, и начальник порта тоже не сообщил ни о каких проблемах. Катера и челноки продолжали аккуратной цепочкой двигаться через систему Вало, ожидая, когда им выделят посадочные площадки. Самира допила каф и подняла кружку, чтобы привлечь внимание дроида-слуги, который тут же бибикнул и покатил к ней, держа добавку в клешнях. Она старалась не злиться на бестактность мастера Джиоса. Тот просто делал свою работу, и если что-то не в порядке, лучше узнать наперед, даже если для этого нужно выслушивать приказания джедая, высокопарного на грани чванливости. Она улыбнулась и глотнула кафа. По крайней мере, не все члены Ордена такие, как Стеллан Джиос.

В это время остальные джедаи занимались своими делами. Ниб Ассек и другие участники показательного дрифта отвечали на вопросы о своих «Векторах», ныне стоявших возле павильона «Звездного света» в ожидании следующей демонстрации. А внутри павильона медик Торбен Бак восхищал группу подростков рассказами о своих былых подвигах. Родители находили эти истории излишне натуралистичными, но сами дети считали невероятно крутыми.

Перед другим стендом стояла семья крантиан со Среднего кольца, самый младший из троих детей уже думал о том, скоро ли обед, и предвкушал рикритовый ролл, который ему обещала мать. Неподалеку другие родители «наслаждались» хором «Объединенных песней», втайне надеясь поскорее оттащить чад к какому-нибудь другому стенду.

Высоко над ними репульсорные платформы легко скользили с острова на остров, а внизу, в театре, мон-каламарианская сопрано мадам Консерра начала первое из шести запланированных выступлений; первые ноты цикла «Дикие воды» полились в зал из дроидной оркестровой ямы.

Голос Консерры витал над сценой, смешиваясь с гулом толп на бульварах; это был лишь один из множества музыкальных стилей, звучавших в парке. Мантесса Чеккат особенно ждала выступления Фай Йоны и «Гиперчетов», но в данный момент она прохлаждалась на нарах в камере валонского изолятора, а в камере напротив ее опозоренная телохранительница изо всех сил пыталась взломать замки, которые оказались достаточно сложными, чтобы устоять даже перед самым умелым адептом Силы.

Самый младший из крантиан наконец сунул в свой голодный рот рикритовый ролл и уже мечтал о коктейле из бантового молока, который хотел на десерт. Свита канцлера покинула сад, Белл добрался до «Инноватора», а начальник порта подтвердил, что и после запрошенного Самирой повторного сканирования никаких космических аномалий не обнаружено. Все шло согласно плану, если не считать пропавших отпрысков высоких особ. Мон-каламарианская дива закончила свою арию, публика рукоплескала, еда готовилась, зрители стояли в очередях, показы продолжались, дети смеялись, животные в зоопарке рычали, пищали, чирикали и стрекотали, и все у всех было в полном порядке.

За исключением Элзара Манна, который рывком проснулся. Несколько секунд он ничего не мог понять. Он был не в храме и не в квартире административного корпуса. Простыня под ним была мягкой, матрац – твердым, но не таким суровым, как плита, на которой он спал в местном храме. Воздух был свежий, и комнату наполнял легкий запах цветочных благовоний, маскировавший его собственный пот. Элзар провел рукой по спутанным волосам и застонал, осознав, что произошло. Воспоминания затопили мозг, словно свет, пробивавшийся сквозь раскрашенные ставни.

Элзар вскочил с кровати и поморщился, поняв, что совершенно гол. Свет Ашлы, как он мог так сглупить?

– Самира?

Ответа не было. Он обвел комнату взглядом в поисках своего одеяния и нашел большую часть на ковре. Накидка валялась на плетеном кресле с высокой спинкой.

Элзар натянул жилет через голову, вспомнив прикосновение ее губ на балконе, внезапно нахлынувшее желание, когда она притянула его ближе и их тела прижались друг к другу. Он плохо помнил, как они добрались до ее квартиры, как ввалились через дверь, руки обоих обшаривали друг друга, ласкали, сдирали многочисленные слои одежды, которые Орден требовал носить… по очень веской причине, как оказалось. Но процесс избавления от поясов и рубашек нисколько не охладил пыл пары. Скорее наоборот, усилил предвкушение, возбуждение, а для того, чтобы платье Самиры соскользнуло на пол, понадобилось вдвое меньше времени.

Проклятье. Проклятье. Проклятье. Проклятье.

Элзар снова окликнул ее, потом выхватил свои штаны из-под кресла и перевернул его ногой.

Самира не прибежала ни на зов, ни на звук упавшего кресла, которое врезалось в буфет, с которого, в свою очередь, свалилась изящная ваза. Элзар вскинул руку, и посудина зависла в воздухе, поддерживаемая Силой. Взмах ладони, и она вернулась на законное место. Если бы только можно было так легко исправить то, что он натворил, причем Элзар имел в виду не кресло.

Он сунул одну ногу в штанину и поскакал к прикроватному столику, где лежал его хронометр. Одного взгляда на цифровой экран хватило, чтобы последовал новый поток ругательств, по большей части столь же недостойных джедая, как и тот акт, которым он насладился ночью… нет, несколько актов… атласная кожа Самиры была такой мягкой, ее дыхание на его шее таким теплым.

– Ну-ка угомонись, – приказал себе Элзар, после чего бросился к своей накидке и, поддавшись внезапному приступу паники, огляделся в поисках светового меча. Тот лежал в своем футляре под комодом, а рядом валялся конфискованный меч Йоррик. Это, по крайней мере, стало облегчением. Объяснять Стеллану свое опоздание и так будет нелегко, тем более что тот читал его как инфопланшет, но потерять оружие… это было бы непростительно. Теперь, похоже, не хватало только плаща… и самоконтроля, который он так рьяно отбросил несколько часов назад…

Пока Элзар обшаривал пустую квартиру Самиры, в другой части города продолжалась выставка. Мысли координатора были сосредоточены на деталях утренних событий. Все шло так, как будто было распланировано до последних мелочей, – и ведь было, конечно. Самира переводила взгляд с одного экрана на другой, наблюдая, как репульсорные платформы перевозят гостей между небесными островами, а в это время во всех зонах играла музыка, выступали артисты, эксперты читали лекции, а рассказчики пленяли аудиторию. Она увидела, как Белл Зеттифар, добравшийся до «Инноватора», расспрашивал о двух подростках, а в опере канцлер Со и регаса Иларек встретились с мадам Консеррой и ее импресарио, Полом Слико. Самира позволила себе минутное удовольствие и сфокусировала камеру на крантианском семействе, которое стояло в очереди к новому шагоходу «Тяжелого машиностроения Ротаны». Она включила звук и хихикнула, услышав, как их младшенький, которого звали Сэрри, пытается убедить маму, что он все еще голоден, – и это после рикритового ролла, да еще и коктейля из бантового молока в придачу. Вот что было главным на этой выставке: не детское нытье и не лотки с фастфудом, а семьи со всей Галактики, вместе переживающие события, которые надолго останутся в их памяти.

Но того, что случилось над планетой несколько секунд спустя, не забудет уже никто. Космический диспетчер Майлон Таккери как раз выдал разрешение на посадку челноку с Вуккара, полному возбужденных школьников, и в этот момент третий в очереди катер взорвался бесшумной вспышкой пламени. Завыли сирены, и монитор перед Таккери осветился огнями; протоколы действий в экстренных ситуациях включились на полную.

– Кто был на этом корабле? – спросил Майлон.

Его ассистентка, робкая женщина-пизл по имени Скуун, сверилась с реестром:

– Труппа джиндских танцоров с Эриаду.

– Их корабль просканировали?

– Нет, – ответила инсектоидка в оранжевом панцире, – он был следующим в очереди. Начальник порта желает знать, что происходит.

– Скажи ему, что все под контролем. – Майлон щелкнул переключателем, сменив канал. – Это диспетчер. Отправьте бригады медиков для оказания помощи раненым. – Он снова повернулся к Скуун. – Соседние корабли не пострадали?

– Ничего серьезного, – заверила пизл, явно борясь с природным инстинктом своей расы свернуться в клубок при малейших признаках опасности. – Правда, сканы показывают странное излучение. Похоже на утечку воспламенина.

– Воспламенина? На кой ляд джиндским танцорам понадобился воспламенин?

Скуун не успела ответить. Она была настолько поглощена контролируемым, хотя и тревожным инцидентом, что не заметила сигнала, уведомляющего о корабле, который вышел из гиперпространства прямо в атмосферу Вало, хотя в этой точке гиперпрыжки считались невозможными. За этим сигналом последовал еще один, и еще, и вскоре уже невозможно было игнорировать мириады меток, появившихся на экране, – однако спустя несколько секунд Таккери и все, кому не посчастливилось оказаться на диспетчерском спутнике, испарились в яркой вспышке взрыва, разнесшего станцию в пыль.

Глава 29

«Инноватор», Вало

Белл обнаружил мальчишек на дальней обзорной платформе на корме «Инноватора». Две такие платформы были воздвигнуты за ночь, и теперь посетители могли стоять над корпусом корабля, откуда открывался идеальный вид для фотосканов: сбоку парящие острова, а впереди мерцающая гладь озера. Кип и Джом хохотали, и даже издалека Кип выглядел намного более расслабленным, чем накануне вечером. Белл стоял на другой платформе, ближе к носу корабля и возле самого дока. Искра счастливо махала хвостом, чувствуя облегчение хозяина. Белл поднес ко рту комлинк.

– Нашел их, – доложил падаван, гадая, сколько времени уйдет, чтобы спуститься в недра корабля и перейти на корму. Хорошо еще, что хотя бы не обязательно шагать по маршруту, составленному для посетителей. Белл изучил корабль еще на Сайклоре и знал как минимум десяток коротких путей, которыми сайклорианские рабочие, несомненно, разрешат воспользоваться, тем более после всего, что они вместе пережили во время налета нигилов.

– Мастер Джиос? – Странно. Стеллан не ответил. Белл не спешил переключать каналы, на миг подумав, что сбил настройки, когда вытаскивал комлинк из кармана. Но нет, канал был правильный, просто никто не отвечал. Как и по республиканскому, куда он перешел, когда не смог вызвать координатора Рей-ун.

Искра зарычала, напугав стоявшего рядом ланника.

– Спокойно, девочка, – сказал Белл, поборов побуждение встряхнуть комлинк, чтобы проверить, работает ли тот вообще. – Наверное, просто сломался передатчик.

– Не думаю, – произнес голос справа. Обернувшись, Белл увидел Вэма Таргса, который проталкивался к нему сквозь толпу. Некоторые посетители тоже проверяли свои комлинки. – Мне сказали, что вы снова на борту, падаван. Вы не знаете, в чем проблема?

– Проблема?

– Со связью. Все каналы, похоже, заблокированы. Внутренняя сеть на корабле как будто работает, но мы потеряли контакт с административным корпусом.

Это было не к добру. Повесив комлинк на пояс, Белл ослабил барьер, которым отгораживался от Силы, и чуть не пошатнулся, когда его захлестнула волна ужаса.

– Падаван Зеттифар?

Белл сглотнул, пытаясь успокоить желудок, который вдруг скрутило, как будто юноша оказался на палубе мотаемого штормами морского корабля, а не на звездном крейсере, стоящем на приколе. – Говорите, внутренняя сеть работает?

– Да.

– Так свяжитесь со второй платформой. Там сын канцлера и сын местного мэра. Нужно позаботиться об их безопасности.

У Трагса затряслись жвала:

– Сын канцлера? А он что, в опасности?

Белл не ответил. Он посмотрел на небо. Искра, не обращая внимания на ланника, лаяла на точки, появившиеся на горизонте: десятки и десятки точек, которые стремительно приближались. С помощью Силы Белл заглушил окружавший его шум, чтобы сосредоточиться на новоприбывших. Это были корабли – некоторые огромные, другие не больше «Вектора», – но переполнявшую их ненависть было невозможно ни с чем спутать. Эту ненависть он почувствовал над Сайклором.

Нигилы.

Юноша развернулся, почувствовав, что они не одни. И верно: с востока мчались новые корабли, снижаясь над горами с противоположной стороны озера.

– Уведите всех с платформы, – произнес Белл, изо всех сил изображая спокойствие.

– Это что…

– Вэм, пожалуйста. Вы должны спасать гостей. Слишком многие уже умерли.

– Умерли?

Послышались другие голоса, сливаясь в общий гомон:

«Он сказал – умерли?»

«Это корабли?»

«Какое-то очередное выступление?»

Это было не выступление. Белл чувствовал волны эмоций. Панику, охватившую тех, кто уже увидел. Тревогу джедаев, тоже осознавших опасность. Крики огромного множества живых существ высоко над планетой – крики, которые вдруг смолкали.

– Уведите всех отсюда, Вэм! – заорал Белл и, кувыркнувшись через перила, ловко приземлился на корпус «Инноватора». – На берег или внутрь. Без разницы, просто уберите их с платформы.

Белл помчался вперед, накачивая тело Силой для большей скорости. Подошвы стучали по листам обшивки «Инноватора». Искра, опустив голову и прижав уши, не отставала ни на шаг. Еще до того, как броситься бежать, юноша понял, что не успеет. Он несся быстро, но корабли разбойников были быстрее. Они налетели, словно орда, которой и являлись. Белл чувствовал возбуждение пилотов, а также бесчисленных бандитов в трюмах, все они сжимали оружие, рассчитанное на то, чтобы причинять как можно больше разрушений. Среди них царила практически эйфория, мучительное предвкушение резни; капитаны нигилов доводили свои команды до исступления. Белл бросил взгляд на переднюю обзорную платформу, пытаясь найти Кипа и Джома в толпе, которую загоняли вниз. Ни следа синей куртки Кипа, и оранжевый свитер Джома тоже нигде не было видно. Зато падаван заметил одинокого родианца, который игнорировал призывы стюарда и продолжал стоять на платформе, зачарованно глядя на приближающиеся корабли. Белл мысленно воззвал к зеленокожему, чтобы не стоял столбом, чтобы стряхнул с себя оцепенение и не глядел смерти в лицо, как рокан, попавший в свет фар спидера.

– Спускайтесь вниз! – крикнул юноша, подбегая ближе. – Слушайтесь стюарда. Они вас убьют!

Но родианец стоял как вкопанный. В этот момент Белл почувствовал, как на подлетающем корабле был отдан приказ, почувствовал, как палец с силой вдавил гашетку. Ближайший истребитель плюнул огнем, окатив очередью корму «Инноватора». Белл не видел, как умер родианец, но почувствовал его смерть так же остро, как и ужас пассажиров на кораблях, когда нигилы нанесли первый удар, и как гибель тех гостей, которые в панике начали давить друг друга.

Корабли нигилов с ревом пронеслись над головой Белла, летя в сторону города. По обе стороны от него в корпус били лазерные лучи. Искра взвыла и покатилась в дыру, которая разверзлась под ногами Белла, а через несколько секунд в бездну полетел и ее хозяин, беспомощно размахивая руками.

Глава 30

«Элегенсия», над Вало

Широкое лицо Пэна Эйты расплылось в ухмылке при виде хаоса, который разыгрывался внизу, на планете. Его корабль, «Элегенсия», парил над Вало подобно стервятнику, готовому поживиться свежей тушей; рой Зитаровых дроидов-добытчиков уже обгладывал останки катеров и транспортов, которые всего полчаса назад терпеливо ждали в очереди на посадку. Пэн предполагал, что добычи будет мало, хотя не сомневался, что на кораблях найдется немало кредитов, отложенных за многие годы специально для того, чтобы потратить их на выставке. Эти кредиты пойдут в его кубышку. Будут, конечно, и детали для его флота, но значимость любых денежных и технических призов меркла по сравнению с побоищем, которое разворачивалось на планете. Там происходили главные события. Ради этого они сюда и явились. Они пришли разрушать, а не грабить. И начертать свое имя по всему драгоценному фронтиру Республики, раз и навсегда. Точнее, главным образом имя самого Пэна. Да, другие Хозяева Бурь тоже участвовали, Лорна лично командовала наземной атакой, а придурок Зитар гонялся за теми кораблями, которые с началом атаки ринулись наутек, бросив очередь ради спасения своих жизней. Ясное дело, грозы Зитара их завалят, так что жертвы не успеют подать сигнал бедствия. А даже если успеют, то ни республиканцы, ни джедаи на выручку не придут, тем более что Крисс и ее компашка заняты на Мулите.

В роскошном командирском кресле забибикал встроенный комлинк. Пэн не стал отвечать, предоставив это навигатору. Зачем держать гончую бассу и лаять самому?

– Ну, – рыкнул он на оливкового рыбета. Тот развернул кресло, прижимая наушник перепончатыми пальцами:

– Это Глаз.

Пэн приподнял свою тушу.

– Ну а кто еще. – Он вальяжно помахал толстым пальцем. – Выведи на громкую.

Послышался щелчок, и Пэн не преминул заговорить первым:

– Мы вроде как должны сохранять радиомолчание.

Довутин снова заулыбался, услышав нотки раздражения в ответе Ро:

– А ты должен был доложить по прибытии.

Это было что-то новое. Обычно Ро оперативных докладов не требовал. Более того, не поощрял их. Глаз Шторма нервничал. Знал, что теряет контроль. Славно. Пэн почесал ожоги на ладонях, которые остались после электрического шлема. Пускай-ка теперь сам подергается, для разнообразия.

– «Инноватор» тонет, – пробурчал он, глядя на кадры, транслируемые с одного из истребителей.

– И?

– И оставь нас в покое, если только не хочешь поучаствовать для разнообразия.

Рыбет заерзал в своем кресле у пульта навигатора. На его коже проступил пот – а может, слизь. Поди разбери с этими лягухами.

– Просто делайте свое дело и разбегайтесь по заготовленным координатам, – сказал Ро. – Повторение Сайклора нам ни к чему.

– Мы свое дело знаем, – ответил Пэн и разорвал связь.

Рыбет у навигационного пульта басовито квакнул.

Пэн вперил взгляд в коричневый рисунок на его затылке:

– Тебя что-то не устраивает, Брит?

Рыбет развернулся лицом к нему:

– Нет, Хозяин… я просто…

– Ну?

Брит сглотнул:

– Просто подумал, что с Глазом лучше не заедаться. Он…

Разряд отбросил рыбета на навигационный пульт, по которому тот сполз, повалившись на палубу обугленной грудой.

– Кто-нибудь здесь приберитесь, – велел Пэн, сунув бластер в кобуру. Он вдохнул приятный смрад озона, обгорелой плоти и осязаемого страха, который воцарился на мостике. Он заметил, что морсирианин у руля нервно покосился на него сквозь дыхательную маску.

– Хочешь что-то сказать, Челл?

Морсириане всегда с трудом распознавали выражения лиц, но даже метанодышащий не мог не заметить трупа, который остывал рядом.

– Нет, Хозяин, – сказал он и быстро отвернулся к собственной панели.

Пэн опустил взгляд на экраны и громко засопел. Все шло точно по плану.

* * *

– Связи нет, – доложила Стокс. Нигильские истребители развернулись для очередного захода. Стеллан едва слышал других джедаев на фоне криков посетителей, носившихся в поисках убежища кто куда. Он повернулся к ОрбаЛину, который за несколько минут до атаки потчевал Слико захватывающим, как ему казалось, повествованием о древних текстах Брас-бу.

– Лин, можешь проверить вышку связи?

Архивариус кивнул своим шлемом:

– Конечно. Знать бы только, где она.

– Я проведу, – встряла Рил Дайро и бросилась к выходу, не обращая внимания на взрывы снаружи. – Сюда.

Архивариус заковылял следом, а позади обоих плыл T-9.

– Я помогу в небе, – сказала Индира, глядя на «Векторы», которые уже взлетели. – Если только я не нужна вам здесь.

– Нет, иди, – сказал Стеллан. – И да пребудет с тобой Сила.

Стокс уже припустила бегом. Стеллан повернулся к канцлеру и Йовет; гвардейцы тогрутской королевы окружили обеих кольцом, держа наготове свои каявины.

– Нужно вывести регасу в безопасное место, – сказал капитан.

– Мы так и сделаем, – пообещал Стеллан. В этот момент из-за кулис донеслись крики. Он отшвырнул занавес волной Силы и увидел, что самый верхний из трех зрительских ярусов еще держится в воздухе. Два остальных уже снизились, и публика разбегалась по укрытиям, но последний до сих пор парил высоко над землей.

Подбежал работник:

– Мы не можем его опустить. Что-то случилось с механизмом управления.

– Я им помогу, – крикнул Слико. Шелестя крыльями, импресарио понесся вверх, к пораженным ужасом зрителям.

– Слико, постойте! – окликнул его Стеллан, но было поздно. Едва тойдарианец достиг правого края платформы, как толпа бросилась к нему; каждый хотел, чтобы его сняли первым. Этого резкого смещения веса хватило, чтобы окончательно вывести из строя и без того перегруженные репульсоры. Правая сторона платформы вдруг накренилась, и зрители полетели вниз. Ярус рухнул как камень. Стеллан вскинул руки, пытаясь подхватить столько гостей, сколько получится. Но его усилий было недостаточно. Не меньше десятка попадало на землю, а в следующий момент свалилась и сама платформа, она встала торчком и опрокинулась, раздавив тех, кто пережил падение.

– Нет… – простонал Стеллан, даже с закрытыми глазами понявший, что сумел спасти лишь пятерых из пятидесяти зрителей, ожидавших следующего выступления. Одного, маленького байволла, держал на руках Слико. Синяя кожа спустившегося вниз тойдарианца побледнела от горя. Было невозможно сказать, живы ли еще родители ребенка.

Стеллан хотел броситься на помощь, но вокруг его руки сомкнулись сильные пальцы. Он попытался вырваться, но Лэреп Риза держал крепко.

– Вы должны помочь отвести канцлера в безопасное место, – сказал каллерец. Его темные глаза были полны решимости. – Раненым помогу я.

– И мои гвардейцы, – прибавила Иларек Йовет.

– Регаса, нет, – возразил капитан гвардии. Его пальцы так стиснули древко, что побелели костяшки.

Королева шагнула вперед с невозмутимостью, достойной мастера-джедая: что бы ни творилось вокруг, она сохраняла хладнокровие.

– Они в большей нужде, чем я, Марамис. Вы пойдете со мной, а остальные гвардейцы останутся и будут помогать вице-канцлеру. Вы поняли?

– Как прикажете, Верховная охотница. – Марамис поклонился своей госпоже, после чего приказал солдатам заняться ранеными.

– Спасибо, регаса, – сказал Лэреп и побежал к работникам, которые вместе с мэром Лариином уже осматривали травмы выживших.

Стеллан повернулся к оставшимся. Помимо Со, Иларек и Марамиса, следовало еще позаботиться о Нореле Куо, не говоря уже о двух таргонах и мадам Консерре, которая в момент всеобщего бегства осталась с канцлером, рассудив, что с целой ротой тогрутской охраны она будет в безопасности. Теперь это решение казалось не столь уж разумным.

– Надо уходить, – сказал Стеллан, пытаясь отгородиться от всеобъемлющих паники и боли. Рев двигателей налетчиков усиливался: нигилы развернулись и начинали новую атаку.

– Идемте в здание Республики, – предложила Со, когда они торопливо покинули сцену.

– Нет. Мы пойдем на аванпост джедаев.

– На аванпост? – недоверчиво переспросил Марамис. – Но он же не достроен.

– Зато достроены его подвалы, – заявил Стеллан. – Там и канцлер, и регаса будут в безопасности.

Когда он подал руку Со, чтобы помочь спуститься по ступенькам, она стиснула его ладонь:

– А мой сын, мастер Джиос? Кип в безопасности?

– Падаван Зеттифар его защитит, – заверил Стеллан, мысленно взмолившись Силе, чтобы Белл пережил первый удар.

Глава 31

Оперная сцена, выставочный парк, Вало

Всюду царила паника. Посетители выставки удирали от приближавшихся бандитов, чьи корабли летели низко над землей, а лазерные пушки уже выплевывали красный огонь.

– Они бегут к озеру, – осознала канцлер Со. – Там дальше некуда деваться, только в воду!

Она двинулась вперед, размахивая руками и пытаясь развернуть всех обратно к гавани, но Стеллан знал, что ее не послушают. Толпой уже завладел стадный инстинкт: ноги, щупальца, а в некоторых случаях и колеса спешили любой ценой убраться от опасности подальше. Какой-то убегающий эчани врезался в Со и сшиб ее с ног. Этого хватило, чтобы и без того взвинченные таргоны бросились в атаку. Матари прыгнул на эчани, который, похоже, сам не заметил, что натворил. Но вот сомкнувшиеся вокруг его головы челюсти таргона заметил бы обязательно. Как пить дать. Пытаться установить контакт с животными было некогда, поэтому Стеллан воздел руки, удерживая зверей на месте с помощью Силы. Те дергались и брыкались в его хватке, пока эчани улепетывал со всех ног. Вот и хорошо. Еще не хватало, чтобы не в меру ретивые зверушки канцлера загрызли ни в чем не повинного прохожего.

Со вскочила на ноги и повернулась к животным, протянув ладони и убеждая их, что все в порядке и она не пострадала. Звери расслабились и перестали бороться с хваткой Стеллана. Джедай отпустил их. К его облегчению, таргоны не стали ни на кого нападать, а окружили свою хозяйку, хотя их длинные зубы продолжали угрожающе щелкать на любого, кто смел приблизиться к канцлеру.

Стеллан посмотрел вверх, на корабли нигилов, которые с каждой секундой становились все ближе. В их днищах открылись люки, и на землю с воем полетели бомбы. Стеллан прыгнул вперед, заслонив собой канцлера и ее животных. Капитан Марамис таким же образом прикрыл свою королеву. Стеллан вновь воздел руки, приготовившись оттолкнуть назад огненный шар, но пламени не было. Все бомбы лопнули с громким треском, и воздух наполнился густым желтым дымом.

– Что это? – выкрикнула мадам Консерра.

– Боевая туча, – ответил Стеллан, оглядываясь в поисках убежища. Нигильский газ означал лишь одно: пираты собирались атаковать не только с воздуха, но и на земле, где их самих защитят от ядовитых паров респираторы. Ну почему он не настоял, чтобы дыхательные аппараты вошли в стандартный набор джедая? Впрочем, ответ был мучительно ясен. Он сам разделял всеобщую самонадеянность, искренне верил, что здесь атака невозможна.

Истребители промчались над головой, без разбору стреляя по земле. Стеллан отскочил, с помощью Силы выдернул световой меч из держателя и зажег еще до того, как рукоять оказалась в ладони. Он взмахнул клинком, отразив один из разрядов, и испытал удовлетворение, когда тот врезался в один из истребителей в тылу строя. От попадания повалил густой дым, но разбойник продолжал лететь, как будто повреждение было ему нипочем.

Стена газа катилась на них.

– Встаньте ближе, – крикнул Стеллан, выключив меч. – Я попробую очистить воздух.

– А это вам разве не понадобится? – спросил Куо, косясь на рукоять.

– Я вас сожгу.

Это была не угроза, а констатация факта. Чтобы Стеллан мог заслонить группу от смога, все должны были сбиться в кучу. Стеллан вознес ладонь, отталкивая ядовитый дым. Это было нелегко, тем более посреди такой неразберихи, а достижение нужной концентрации еще больше затрудняла вполне объяснимая паника, охватившая группу. Впрочем, когда Лина Со спросила, куда лучше идти, в ее голосе не было слышно ни единой истеричной нотки. Стеллан возблагодарил за это Силу и сосредоточился на канцлере, черпая энергию в ее стойкости. Он почувствовал, как газ слегка отступил.

К сожалению, Норел Куо и не думал сохранять спокойствие:

– Ну? Кто-нибудь ответит?

– Туда, – предложил капитан Марамис, указав на проход между двумя павильонами. Экспериментальный шагоход «Ротаны» стоял покинутый, его платформа была открыта всем стихиям, но оставалась надежда, что она выше надвигающегося газа.

– Вы сможете нас защитить, лорд-джедай? – спросила Иларек.

Стеллан почувствовал укол сомнения, который постарался подавить.

– Да, если будем идти медленно.

– Медленно? – взвизгнул Куо.

– Для него это будет трудно, – сказала регаса, глядя Стеллану прямо в глаза. – Но мы благодарны. Как там звучало выражение, которому научила меня Джора Малли? Во имя света и жизни.

– Во имя света и жизни, – повторил Стеллан, благодарный ей за поддержку. Группа двинулась вперед, и он повторял мантру снова и снова. Регаса Иларек и Лина Со подхватили рефрен – не только помогая ему, но сами черпая силы, хотя результат был тот же.

«Во имя света и жизни».

«Во имя света и жизни».

Продвижение было мучительно медленным, и с каждым шаркающим шагом воздух становился более затхлым, поскольку Стеллан блокировал и токсины, и кислород.

– Можно идти быстрее? – спросил Куо, но лишь заработал упрек канцлера:

– Нет, Норел, если хочешь дышать. Приемлемый размен, ты не находишь?

Советник замолчал, и они продолжали двигаться к шагоходу. Несмотря на защиту Стеллана, у всех щипало глаза, и быстро наступила дезориентация. Справа дым прорезал крик – плач маленького ребенка, искаженный туманом. Появилась какая-то тень, принявшая форму бледной крантианки с малышом на руках, которая влетела прямо в группу и врезалась в Стеллана. Джедай шагнул назад, его концентрация нарушилась, и туман накатил на них.

– Вы что творите? – рявкнул Куо на женщину, которая открыто всхлипывала: слезы текли не столько от едкого дыма, сколько от горя.

– Мои родные. Я не могу их найти… я думаю, они погибли. Был взрыв… – Она была вся в крови, а вцепившийся в нее мальчик – лет пяти, не больше, – выглядел перепуганным до смерти.

Стеллан окунулся в печаль крантианки, черпая в ней силы, чтобы оттолкнуть смог, защитить женщину и ее ребенка.

– Как зовут этого малыша? – спросила Иларек, поддерживая женщину, которая явно была готова упасть.

– Сэрри.

– А вы?..

– Лерейхел. – Крантианка отвечала автоматически, повинуясь властному, но полному сочувствия голосу регасы.

– У нас нет на это времени, – проворчал Куо.

– Значит, мы найдем время, – ответила Со, ободряюще положив ладонь на руку Лерейхел. – Пойдемте с нами, и мы сделаем все, чтобы вас защитить. Вы понимаете?

Стеллан не увидел кивка женщины. Он был слишком занят, пытаясь определить, в какую сторону идти. Вся эта драма с матерью и малышом дезориентировала его. Он даже не очень понимал, в какую сторону смотрит.

– Шагоход там. – Словно прочитав его мысли, Марамис указал рукой вперед.

– Вы уверены? – спросил Норел Куо, протирая воспаленные глаза.

– Да, – сказал Стеллан, поблагодарив капитана кивком. Он слышал истории о тогрутских монтралах – конических рогах, которые обеспечивали что-то вроде эхолокации, – но никогда прежде не видел их в действии. Сила подтвердила, что подсказке можно доверять. Они снова дружно двинулись вперед, и Стеллан жалел, что не может помочь бедному Сэрри, который жалобно плакал на руках у матери, но сейчас он мог лишь не давать им задохнуться. На то, чтобы успокоить их разумы, сил уже не осталось.

– Разве мы не должны были уже дойти? – прожурчала мадам Консерра, охваченная страхом.

– Куда дойти? – рыкнул в ответ Куо.

– До шагохода, конечно.

– Мы уже почти на месте, – твердо сказала Со. – Не так ли, мастер Джиос?

– Это правда, – ответил Стеллан, хотя на секунду его уверенность дала трещину. А вдруг они прошли мимо машины? Но нет, конечно. Она должна быть точно впереди.

– Вон он! – воскликнул Марамис. – Здесь.

Это предостережение прозвучало как раз вовремя, потому что Стеллан едва не влетел в огромную металлическую ногу, которая возникла из тумана, словно дерево.

Норел окинул взглядом конструкцию, которая вверху терялась в смоге:

– И как же мы туда заберемся? Полезем, что ли?

– Я не смогу, – встревоженно булькнула Консерра.

– Там есть лестница, – напомнил всем Стеллан. Шагоход они посещали во время экскурсии.

– Стеллан прав, – согласилась Со. – Она ведет на платформу.

– Сюда, – сказал Марамис и зашагал под металлическим брюхом чудовища в сторону головы, которая смотрела на гавань. Лестница оказалась именно там, где они и запомнили. Ступеньки уходили в туман.

– Почем знать, что там безопасно? – спросил Норел, вглядываясь в темноту. – В смысле, наверху.

Стеллан почувствовал нажим со стороны Силы, побуждение как можно скорее переправить всех на платформу. Он обернулся, поймав взгляд Марамиса. Капитан гвардейцев тоже что-то почувствовал в смоге. Что-то приближалось, причем быстро. Стеллан осознал опасность еще до того, как они услышали звяканье брони и характерное шипение дыхательных аппаратов.

Меч Стеллана вспыхнул, а Марамис опустил свой каявин.

– Что там? – спросил Куо, а Матари и Вору, мягко ступая, вышли вперед и встали по краям объединенных сил в составе джедая и тогрутского гвардейца.

– Не что… – угрюмо ответил Стеллан. – Кто.

Глава 32

«Элегенсия», над Вало

Пэн Эйта глядел, как над выставкой, словно цветок, распускается боевая туча. Он практически чувствовал запах паники; республиканское отребье суетилось, будто муравьи, которых он, Пэн, сейчас растопчет. Все так, как и должно быть. Народишко разбегался в ужасе, зная, что смерть близка. Смерть, которую принесет он, Пэн. Если Ро считал, что это станет его триумфом, то он жестоко ошибался. Пэн жил одиночкой с восьми лет, когда его вышвырнули из гнезда на произвол судьбы. В ту первую ночь в тундре он чуть не погиб, когда на него напала манатрикс. На груди до сих пор оставались шрамы от когтей зверюги, которые вонзились глубоко в тело. По всем законам он должен был истечь кровью на льду, но выжил и как-то дотащился до ближайшей пещеры, где и вытерпел лихорадку, чуть его не убившую. Питался мясом восьминожек, которые прятались меж камнями. Их сок стекал по его челюстным рогам, а силы понемногу возвращались. О, с каким наслаждением он выследил проклятую манатрикс, когда достаточно окреп. Сломал ей шею под порывами северного ветра, зажарил тушу над шипящим огнем в пещере. Он тогда поклялся, что никогда больше не будет голодать, даже если для этого придется улететь с Довута.

Он прошел пешком много километров, пока не добрался до ближайшего космопорта. Там нашел корабль, готовый взлетать, и пробрался на борт, прежде чем заперли трюм. Звездные торговцы не догадывались, что у них на борту безбилетник, пока не почувствовали нож в горле. Торговцы оказались далеко не такими вкусными, как манатрикс, но их корабль хорошо служил ему много лет – даже после того, как он с боем проложил себе путь в банду нигилов. Ничто не давалось ему легко, да он и не хотел этого. В отличие от Ро. Никто не преподносил Пэну командование бандой на блюдечке. И он не ожидал, что ему станут кланяться в ножки только из-за его имени. Впрочем, после сегодняшних событий именно это все и станут делать.

Пэн нажал на кнопку, установив канал связи с поверхностью по защищенной технологии, разработанной бурей Зитара: таким образом они должны были поддерживать связь даже после блокировки комлинков. Возможно, худосочный талпини на что-то и годился, в конце концов.

– Группы сборщиков готовы?

В ответ прохрипел голос Лорны – как всегда холодный, даже когда его искажали помехи:

– Рейдеры уже высадились, спидеры и вагонетки на подходе…

– Помни: цель – нанести как можно больший ущерб…

– Я не забыла.

– Но это не значит, что нельзя по ходу дела немного поживиться. Добычу, конечно, разделим между всеми бурями.

– И Ро.

В этих словах улавливалась тень вопроса. Пэн не стал отвечать.

– Просто выдвигайтесь туда и поджигайте все, что осталось. Поняла?

– Поняла. Выпускаю дроидуделок.

Пэн тихо зарычал. Еще одно творение Зитара, эти дроиды должны были летать внутри боевой тучи, извергая из своих громкоговорителей белый шум, крушепанк, вообще любую какофонию, лишь бы еще больше дезориентировать жертв. Пэн считал их ненужной деталью, но был готов посмотреть, насколько они помогут. А если не сработает? Тогда можно будет засунуть изобретение Зитара ему в глотку.

– Вон еще недобитки, – доложил Челл Трэмбин. С планеты взлетела целая волна кораблей: посетители и важные гости пытались сбежать с места побоища.

Но далеко им не уйти.

Теоретически это дело следовало оставить Зиту и его командам, но почему все веселье должно достаться талпини?

– Похоже, выпал повод попрактиковаться в стрельбе, – с довольной ухмылкой сообщил он своему экипажу. – Ну-ка, врежем им.

Глава 33

Изолятор Лонисы

Вселенная наказывала ее. Это было единственное возможное объяснение. Пока Тай Йоррик использовала веразинские плитки, жизнь была прекрасна. Оба варианта всегда имели равные шансы. Брать заказ. Не брать заказ. Просто и элегантно. Конечно, она частенько оказывалась в тюрьме вроде этой, но никогда по своей вине – всегда из-за плиток.

Снаружи продолжали греметь взрывы, которым вторил хор криков и воплей. Случилось нечто скверное, и Тай знала, что именно. Она поняла это, как только услышала вой двигателей Троп – еще до того, как пацан, которого бросили в соседнюю клетку вскоре после них, попытался предупредить дроида-сторожа об опасности:

– Какие-то бандиты повредили вышку связи. Я думаю, это нигилы.

Дроид только рассмеялся. Еще громче он загоготал, когда пацан – Рэм – заявил, что он джедай-падаван и что его арестовали по ошибке. Теперь этот же дроид носился вокруг как безголовый тип-йип, вызывая подмогу, которой, ясное дело, ждать не стоило.

Тай это не нравилось, но парня надо было расшевелить.

– Слушай, малой, – сказала она мальчишке, который расхаживал по своей клетке, – сейчас тут будет каша. Могу я на тебя рассчитывать?

– Ты… на него? – переспросила сзади Мантесса. Голос курану был даже более визгливым, чем обычно. – Это я вроде как должна была рассчитывать на тебя!

Тай ее проигнорировала. С тех пор, как их посадили в тюрьму, эта женщина жаловалась не переставая. «Неужели ты не можешь ничего сделать, Тай? А как же твои друзья-джедаи, Тай?» Друзья-джедаи, ага. Тай всего-то чуть не пропорола одного из них со злости. Нет. Сейчас не время об этом думать. Джедай вывел ее из себя, и он пока не умер, хотя это может измениться, когда она его отыщет. Пока же надо сосредоточиться на пацане.

– Ну?

Рэм почесал подбородок, все еще размышляя. Тай могла понять, почему дроид ему не поверил. Выглядел паренек не ахти: грязные очки на лбу, плащ в болотной жиже и машинном масле, – но джедая Тай всегда могла распознать, даже такого робкого. Ему просто надо было все взвесить.

Наконец, – казалось, прошла целая вечность, – мальчишка отозвался, хотя глаза его продолжали следить за дроидом:

– Скажите, что вам нужно.

Тай нужно было время, чтобы все объяснить, но этого времени ей не дали. Дверь изолятора открылась, и очередь из бластера разнесла дроида-сторожа на куски. Тай прыгнула вперед, заслонив собой Мантессу: профессионал всегда остается профессионалом, что бы ни случилось.

Внутрь вошел нигил – высокий, широкоплечий и с внушительной пушкой в руках. Как и все его собратья, он носил тяжелую дыхательную маску, три линзы которой выдавали в нем грана.

– Ты глянь, – сказал он, наставив бластер на пацана. – Живые мишени. Везет мне сегодня.

«Не очень», – подумала Тай и подняла руку.

– Ты выпустишь нас из этих клеток, – сказала она, пытаясь навязать бандиту свою волю. Обычно обман разума ей не давался. Точнее, не давался никогда, но сейчас надо было что-то делать. Как минимум у грана голова разболится.

К ее изумлению, нигил остановился и недоуменно промычал: «Эм-м-м-м».

– Попробуй еще раз, – прошипела Мантесса, и Тай захотелось разбить собственную голову о прутья.

– Я сказала… – начала она, но не успела закончить приказ, как гран тупо кивнул, качнув своей газовой маской.

– Я выпущу вас из клеток, – пробубнил он и побрел к панели управления.

– Вот так, – подбодрила его Тай, подумав, что вселенная, быть может, не так уж и плоха. – Давай. Нажми на кнопку.

Гран поднял руку и…

– Зарабарб! – раздался голос из дверей. – Ты что там делаешь?

Гран вихрем развернулся, обалдев от того, что его транс был нарушен, и выпустил очередь из своей пушки. Пришелец – мон-каламари с треснувшим визором – отпрыгнул, еле увернувшись от града выстрелов, но Тай знала, что будет дальше. Да уж, спасибо вселенной. Пусть забирает обратно свою помощь и засунет ее туда, где звезды не светят.

Тюремный блок превратился в зону боевых действий, поскольку мон-каламари в долгу не остался, еще и присоединились другие налетчики, которым было все равно куда палить, лишь бы побольше всего раскурочить. Все новые нигилы вваливались внутрь, и труп Зарабарба задергался под огнем бластеров. Один шальной разряд чуть не снес Тай голову.

Что ж, в эту игру можно играть вдвоем.

– Рэм! – крикнула Тай сквозь грохот пальбы, надеясь, что падаван там еще живой. – Давай их вместе отпихнем.

Не дожидаясь ответа, она сделала толчок Силой. Стрельба стихла: бандиты отлетели назад и крепко приложились о стену.

Тай огляделась и увидела, что Рэм стоит в своей клетке, подняв дрожащую руку. Он был бледен, но вроде как невредим, хотя почивать на лаврах было некогда.

– Бластеры, – крикнула Тай. – Скорее!

Оба рванули с помощью Силы, вырвав оружие из рук оглушенных нигилов и по ходу дела сломав как минимум парочку пальцев. Впрочем, Тай было не до соболезнований, потому что карабин с грохотом врезался в прутья ее клетки и упал на пол за пределами досягаемости. Она потянулась Силой, но бластер не шелохнулся.

– Давай, достань его! – рявкнула Мантесса.

– Пытаюсь, – шикнула на нее Тай. Использовать Силу – это не просто там помахать рукой и ждать волшебства. Это требовало определенных стараний – особенно для таких, как она.

Придется прибегнуть к дедовскому способу.

Тай легла на пол и просунула руку через прутья по самое плечо.

Мон-кал у двери очухался и увидел, чем она занимается.

Тай потянулась за оружием, мысленно побуждая его сдвинуться с места.

Мон-каламари поднял арбалет, стрела легла на место.

Она знала, что не успеет.

Вдруг нигил взвизгнул, его арбалет заискрил, а из механизма повалил дым. Оружие со звоном покатилось по полу, и Тай бросила взгляд на Рэма. Пацан ухмылялся. Его, что ли, работа? Возможно, не такой уж он и тихоня.

Но при этом он подставился сам. Какая-то нигилка с пятнистой лиловой кожей оттолкнула мон-каламари и нацелила бластер прямо в голову Рэма. Улыбка падавана испарилась, он тупо уставился в дуло, и тогда Тай решила, что сегодня он не умрет. Карабин прыгнул ей в руку, и она выстрелила. От прямого попадания в голову налетчицу развернуло на месте и отбросило на прутья клетки Рэма.

Мон-каламари в ярости бросился на Тай и проследовал туда же. Усталость вдруг как рукой сняло. Свобода обыкновенно оказывала на Тай такое действие.

Она вскинула бластер в третий раз и выстрелила в панель управления. Прутья скользнули в сторону. Мантесса выскочила на волю, прежде чем сама Тай успела пошевелиться. Рэм так и стоял ошарашенно в своей клетке. Хороший пацан, но придется ему самому о себе позаботиться. Нравилось это ей или нет, но у Тай была работа.

Глава 34

«Инноватор»

Белл засопел, рывком остановившись в полуметре над плитой палубы, о которую вполне мог переломать большую часть своих костей. Он отреагировал инстинктивно, с помощью Силы смягчив свое с Искрой падение, хотя от внезапной остановки в свежеисцеленном животе что-то тревожно кольнуло. Но сейчас не было времени об этом беспокоиться. Он поклялся вытащить Кипа и Джома, а «Инноватор» сильно кренился, явно принимая воду. Белл чувствовал страх тех, кто оказался взаперти, их панику, но в то же время и решимость других, прилагавших все усилия, чтобы спастись самим и вывести как можно больше остальных выживших. На них юноша и сконцентрировался, черпая энергию в их отваге.

Он вскарабкался на ноги, бултыхаясь в холодной озерной воде, которая уже поднялась по щиколотки. Призвал Силу, чтобы сориентироваться, где нос, а где корма. Повсюду вокруг него корабль стонал, как раненый гаррал; надстройка трещала, палуба продолжала поворачиваться.

– Сюда, – сказал он Искре, направляясь к металлической двери. Сквозь зияющую дыру над головой доносились звуки боя. В небе Вало плыли дымовые следы. Если прыгнуть из чрева корабля наверх, можно будет по корпусу добраться до кормы, прежде чем «Инноватор» целиком уйдет под воду. Белл схватил Искру на руки и напружинил ноги, Сила уже наполняла утомленные мышцы энергией, необходимой для такого сверхчеловеческого прыжка; но зольная борзая вдруг затявкала, извиваясь в его объятиях. Она соскочила в воду и принялась облаивать запертую металлическую дверь, перед которой стоял Белл.

– Что такое, девочка? – спросил падаван, устремив разум сквозь металл. Ответом ему стала внезапная вспышка страха. По ту сторону кто-то был.

– Хорошая собачка, – сказал Белл верной борзой и нажал на кнопку, после чего дверь должна была отъехать внутрь переборки. Ничего не случилось. Юноша откинул крышку панели доступа и открыл мерцающий порт управления. Астромех разобрался бы с замком в считаные секунды, но у Белла астромеха не было. Зато было кое-что получше. Световой меч.

Искра отпрянула от расплавленного металла, который брызнул от двери, когда Белл принялся вырезать почти идеальный круг. Как только дело было сделано, она прыгнула в свежепроделанное отверстие. Белл последовал за собакой и оказался в наклонном коридоре, освещенном мигающими лампами.

– Помогите, – донесся перепуганный женский голос. – Помогите нам, пожалуйста.

Посреди коридора какая-то панторанка склонилось над работником-человеком, придавленным грудой искореженного металла. Обрушилась целая секция потолка, прихватив большую часть следующей палубы. Все это упало на человека, который кричал от боли.

Белл с Искрой бросились к нему. Борзая инстинктивно ткнулась носом в щеку придавленного бедолаги, а Белл сунул меч обратно в футляр.

– Я не могу его вытащить, – сказала панторанка. Ее светло-синяя кожа была забрызгана кровью работника. – Слишком тяжелые обломки.

Белл попробовал приподнять металл. В результате тот немного сдвинулся, и человек снова вскрикнул – насколько мог судить юноша, больше от страха, чем от усилившейся боли.

– Меня сейчас раздавит…

Что уже и происходило. Как виделось Беллу, груда металла пребывала в хрупком равновесии. Одно неверное движение, и она сдвинется с непредсказуемыми последствиями, не говоря уже о вполне реальной вероятности того, что в любой момент посыпятся новые обломки. Белл окунулся в Силу, пытаясь разобраться, можно ли с ее помощью поддержать обломки, но одним телекинезом тут мало что можно было сделать. Ему просто не хватало мастерства, чтобы одновременно удерживать все на месте и пытаться вытащить пострадавшего. Тут вполне могли быть какие-то острые куски металла, способные проткнуть человеку грудь или желудок, если падаван ошибется. А из собственного недавнего опыта Белл знал, насколько это опасно и к тому же мучительно. Впрочем, надо было что-то делать. Почем знать, в каком он состоянии под всем этим хламом.

Белл опустился на колени в мелкую воду рядом с работником.

– Как вас зовут?

– Денис, – ответил человек, изо всех сил пытаясь сохранять спокойствие. Искра осторожно лизала его щеку. – Вы можете меня вытащить?

– Сейчас попробую.

– Я не чувствую ног.

Он снова начинал паниковать.

– Вы верите мне? – Работник не ответил. – Вы верите мне, Денис?

Человек закусил губу:

– Да.

Вот, пожалуйста: слепая вера в то, что джедай всех спасет, невзирая на обстоятельства. Белл лишь надеялся, что оправдает репутацию, наработанную предшественниками.

– Я сейчас попробую приподнять металл. Самую малость. Хорошо? – Работник снова кивнул. Белл сделал медленный выдох, сосредотачивая разум. Он поднял вверх ладони, прикрыл глаза и велел металлу подняться.

«Сила позаботится. Сила направит».

Металл дрогнул – почти незаметно, – но результат был тот же, что и прежде. Вся груда заскрипела, в воду посыпались металлические фрагменты. Денис охнул: резкий вдох показался даже более страшным, чем прерывающийся крик. Искра залаяла, будто почуяв беду.

А наверху беспрерывный стук капель перешел в журчание струи.

Белл осторожно прекратил воздействие.

– Простите, Денис, но придется нам придумать другой способ, как вас вызволить.

– Вы разве не можете его просто вырезать? – спросила панторанка. – Как дверь?

– Боюсь, что нет… – Белл сделал паузу и выжидательно посмотрел на женщину.

– Сенза. Сенза Мулак.

– Боюсь, что нет, Сенза. Внезапное смещение веса может вызвать обрушение груды. К тому же всегда есть риск, что вместе с металлом я разрежу и Дениса.

Сердце юноши колотилось почти так же быстро, как мчались его мысли.

– Что же делать? – спросила Сенза. – Мы не можем его здесь бросить. Он как раз пытался меня спасти, когда потолок обрушился.

Искра залаяла снова, на этот раз глядя в дыру в потолке. По палубе над ними что-то двигалось.

– Эй? – окликнула Сенза, поднимаясь на ноги. – Есть там кто-нибудь? Нам нужна помощь.

Белл положил руку ей на плечо:

– Не надо.

Она уставилась на него как на сумасшедшего:

– Почему?

– Потому что мы не знаем, кто это.

– Какая разница? А вдруг они смогут нам помочь.

Может, и так, но было невозможно определить, кто там пробирается по обломкам на верхней палубе: друзья или враги. Корабли в небе над «Инноватором» принадлежали нигилам. Возможно, пираты обгладывали труп корабля, пока тот не ушел на дно озера. Вернулись за добычей, которая не досталась им на Сайклоре.

Палуба накренилась, и Сенза влетела в Белла. Денис закричал – резко, пронзительно, – и груда пришла в движение. Белл отреагировал инстинктивно: выбросил вперед руку, стабилизируя обломки с помощью Силы. Вот теперь уже он сам оказался в ловушке. Если концентрация нарушится хотя бы на миг, Дениса раздавит обломками, но в то же время в любой момент наверху могла появиться шайка кровожадных нигилов, и он был единственным, кто мог дать им отпор.

Искра гавкнула, снова напоминая, что прикроет его при любых обстоятельствах.

Но сперва надо было убрать панторанку с линии огня.

– Сенза? – тихо сказал Белл, свободной рукой нашаривая меч. – Надо, чтобы вы отошли к стене.

Увидев, что он тянется за оружием, женщина вытаращила глаза:

– Зачем? Мы что, в опасности?

Денис издал горький смешок:

– Я бы сказал, по десятибалльной шкале на большую, жирную одиннадцатку.

– Возможно, ничего серьезного, – возразил Белл.

– Но, с другой стороны, вдруг это те сволочи, который потопили корабль?

– Мы пока еще не потонули.

Побольше бы уверенности в голосе…

– А вы можете сказать, кто это? – Сенза помахала пальцами рядом с головой, имитируя жест джедая. – Ну, с помощью ваших… фиглей-миглей.

– Моих фиглей-миглей?

– Вашей магии.

Белл вздохнул.

– Это не магия, и получается далеко не всегда. – Он не стал говорить перепуганной женщине, что могло бы и получиться, не будь его разум перегружен вполне объяснимой паникой и усилиями, которых требовало удержание на месте груды обломков, грозившей раздавить Дениса. Поэтому, не спуская глаз с дыры в потолке, он переключил внимание на зольную борзую:

– Искра, приготовься, пожалуйста. Хорошо?

Собака зарычала, готовая защищать их всех без колебаний. Меж ее оскаленных зубов начал подниматься дымок.

– Это еще что? – взвизгнула Сенза.

– Слыхали когда-нибудь об огнедышащих драконах?

– Только в сказках.

– Ну, Искра вполне реальна, как и ее огонь. Я бы советовал близко не подходить.

– Пожалуй, я лучше останусь здесь, – слабым голосом проговорил Денис, чем вызвал мрачную улыбку на лице Белла. Обыватели продолжали изумлять его. Даже перед лицом такой опасности работник нашел новые силы в юморе – пускай и черном. И если Денис способен шутить перед лицом неизвестности, то он, Белл, уж точно даст бой кучке таких трусов, как эти нигилы.

«Нет, Белл, – сказал он сам себе, – ты не просто дашь бой. Ты их разобьешь и победишь».

Белл Зеттифар крепче сжал меч и приготовился к неминуемому.

Глава 35

Центральный вход выставки

Все это было его виной. От начала до конца. Не потому, что он оказался застигнут со спущенными штанами – вполне буквально. Нет, все было намного хуже. Элзар Манн до того возгордился, до такой степени преисполнился самомнения, что поверил – действительно поверил, – будто катастрофа, которую соблаговолила показать ему Сила, отменилась с его прибытием на Вало. Как будто одного его присутствия было достаточно, чтобы предотвратить буйство смерти.

Мча со всех ног, Элзар влетел на территорию выставки, где его слух затопила звуковая волна, которая обрушилась на парк, разбивая стекла и наполняя воздух пронзительным разноголосым воем. Элзар пошатнулся, стиснул зубы, зажал руками уши, на секунду решив, что лопнули барабанные перепонки. Если бы. Это стало бы благословенным облегчением. Шум был абсолютным. Он отражался эхом от разрушенных зданий, как и планировали нигилы. Своей боевой тучей они лишили жертв зрения и обоняния, а теперь довершали дезориентацию, затопив смог белым шумом.

Элзар убрал руки и попытался сконцентрироваться посреди этой какофонии, припомнив методы, которым его учили в детстве.

«Сосредоточься на планете у тебя под ногами. Сосредоточься на силе тяжести, которая удерживает тебя на месте, служит тебе якорем, встраивает тебя в один этот миг во времени и пространстве. Один миг. Один миг. Один…»

Он почувствовал, что падает, но не на землю, а снова в то кошмарное будущее, которое видел на маяке «Звездный свет», в то видение, которое всплыло из глубин сознания. Увечья. Ужас. Мир, сошедший с ума.

Нет, не просто мир. Этот конкретный мир, Вало. Ему было ниспослано видение именно этого момента, всего этого шума и хаоса, и что же он сделал? Убедил себя, что разберется с проблемой самостоятельно. Блистательный Элзар Манн: бунтарь, первопроходец… и идиот!

Он знал, что никогда себе этого не простит. Не даст себе ни мгновения покоя. Он не заслужил покоя. Эта кровь, этот ужас – это все на его руках и никогда не отмоется.

С первобытным ревом Элзар зажег меч и бросился в гущу кошмара, сотворенного нигилами. Глаза его слезились от дыма, а кожа горела, но он не обращал внимания; боль была даже приятной. Заслуженной. Каждый шрам, оставленный смогом, напоминал о том, что он должен загладить свою вину. Исправить то, что натворил.

Впереди раздался вопль, после чего донеслось рычание цепного меча. Почувствовав боль жертвы и извращенную радость убийцы, Элзар увеличил скорость и покрепче сжал рукоять.

Он свершит правосудие.

* * *

Летя высоко над боевой тучей, Индира Стокс не услышала, как клинок Манна перерубил цепной меч нигила и глубоко вонзился в его толстую тушу. Она была слишком занята, пытаясь не дать себя подбить.

Сражение над Сайклором было трудным, но оно меркло против сегодняшнего. Нигильские налетчики были всюду одновременно, они обстреливали землю, обстреливали небесные острова, обстреливали республиканских «Небесных ястребов». Их атаки не имели ни смысла, ни ритма. Они не летели в строю и не придерживались тактики, которую Индира могла бы распознать. Казалось, их единственной целью было убить побольше народа и в кратчайшие сроки.

Индира навела пушки на коренастый истребитель, который висел на хвосте у республиканской машины. «Небесный ястреб» рыскал вправо-влево, сбивая прицел, но он уже получил одно попадание, и из его правого крыла валил густой черный дым. Разбойник изготавливался его добить. Индире вовсе не хотелось отнимать чужую жизнь, но если проявить милосердие, нигильский пилот будет убивать снова и снова. Даже если позволить ему катапультироваться, он наверняка продолжит сеять ужас на земле.

Индира вдавила гашетку, и разбойник взорвался облаком пламени. Никакой радости ей это не доставило. Каждая смерть – это неудача, а не победа, хотя спасенный «Небесный ястреб» покачал поврежденными крыльями в знак благодарности.

Индира развернула «Вектор» и принялась высматривать новый повод пополнить список сожалений.

* * *

Элзар Манн не думал о душах тех, кого он отправлял в Силу. Он резал нигилов, словно скальпель. Поначалу он соблюдал заповеди, старался не убивать, а обезоруживать, как и подобало хорошему джедаю, но нигилы не желали понимать, когда пора сдаться. Он срывал маски с их лиц, разрубал сначала оружие, а потом руки, но бандиты продолжали наседать, опьяненные жаждой крови или наркотиками. А может, и тем и другим. Элзар не знал, чем именно, и в этот ужасный миг ему было все равно. Они вели себя как животные, и он убивал их, как животных.

* * *

Бой был тяжелым. С каждой секундой к схватке присоединялись все новые налетчики – точнее, те из них, кто оставался жив после внезапного, невероятного прибытия на Вало. Индира ни за что бы не поверила, если бы не видела все своими глазами. «Тучи» выскакивали из гиперпространства прямо в атмосферу Вало. Это было чистое безумие, это граничило с невозможным. Большинству вопреки всем правилам удавалось уцелеть – видимо, благодаря странным двигателям, привинченным сверху к опаленным в сражениях корпусам. Другие либо взрывались в момент появления в гравитационном поле Вало, либо летели вниз пылающими сгустками смерти, добавляя еще большего хаоса в ту преисподнюю, которая уже разверзлась в парке.

Только что прибыл большой крейсер, на его носу были намалеваны три огромные кривые молнии. Лазерные батареи тут же принялись обстреливать оставшиеся небесные острова. Почти половина парящих платформ сверзилась на землю еще в самом начале: большие острова, падая как камни, сшибли и своих меньших собратьев. Оставалось лишь надеяться, что в столь ранний час аттракционы в основном пустовали, хотя на каждом острове наверняка находилось множество сотрудников, готовых принимать гостей, которые так и не пришли. Каждый раз, когда очередная платформа падала вниз, на Индиру накатывала волна отчаяния, еще больше усиливая всепроникающее чувство ужаса, которое поднималось с земли. Она знала, что то же самое чувствуют другие джедаи в кабинах своих «Векторов»: Портер, Миккел, Ниб и бедный чуткий Бурри, для которого все эти страдания наверняка были особенно нестерпимы.

Мимо кабины пронеслись разряды. Кто-то увязался за ней. Не колеблясь ни секунды, Индира заложила такую крутую петлю, что любой другой пилот моментально потерял бы сознание. У преследователя не было ни единого шанса; она вынырнула позади него и нажала на гашетку.

Вверху еще одна платформа опасно накренилась. У Индиры чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда она увидела падающие с острова точки. Какую планету эта платформа отображала? Боз-Пити? Бестин? Неважно. Каждая из этих точек означала чью-то жизнь, и она ничего не могла поделать. Даже если удастся каким-то образом подвести «Вектор» под одного из этих несчастных, удар о машину переломает все кости в его заведомо обреченном теле.

Эта кошмарная правда никак не уменьшила ее ужас при виде того, как один из нигилов развернулся и налетел на одну из падающих жертв, размазав ее по лобовому стеклу. Индира стиснула ручку управления, уловив злобную радость пирата. Ублюдок, садист! Не слишком подобающая джедаю мысль, но зато честная. Несмотря на многолетнюю подготовку, на мгновение ей захотелось мести.

От импульсивного действия ее избавил Портер Энгл. «Вектор» Индиры качнулся, когда он с ревом пролетел мимо; из двигателя валил маслянистый дым. Набрать высоту он уже не мог, но зато как-то сумел направить машину навстречу нигилу. Время, казалось, замедлило свой бег. Фонарь кабины Энгла отскочил – иккрукки катапультировался, взлетев по вертикали, – а его «Вектор» врезался в свою цель, и аккуратный взрыв уничтожил обе машины. Индира развернула истребитель и промчалась сквозь огненное облако, почувствовав Клинок Бардотты за долю секунды до того, как тот приземлился на ее «Вектор» и, ухватившись за крыло, помчал на нем, как на летающей доске. Индира слышала всякие истории о том, чем Энгл занимался в молодости – и некоторым даже верила, – но это было какое-то безумие. Она совершенно не представляла, как он там держится и как вообще умудрился приземлиться на машину, которая мчалась с такой скоростью, но инстинктивно поняла, что он задумал, – и это казалось таким же нереальным, как и тот трюк, который он только что вытворил. Ни у кого не было комлинков, но остальные машины дрифта неведомо как появились по обе стороны от ее крыльев. Портер, что ли, всех созвал? Очевидно. Как иначе объяснить отрывочные картинки, затопившие ее сознание? Яйца, которые варятся на плите. «Вектор» Энгла, с воем вылетающий из гиперпространства над Сайклором. Эхо ужаса, пережитого много лет назад: световой меч выпадает из перебитых пальцев…

Он пытался что-то передать, но сообщение являло собой такую же мешанину, как и омлет, запах которого Индира почти явственно ощущала. Она послала ответную мысль, успокаивая его и утихомиривая воспоминания, грозившие ее затопить. Вот так, что ли, Энгл видел Галактику – как постоянное движение прошлого и настоящего? Что же с ним произошло тогда? Какие ужасы повидал за свою жизнь Клинок Бардотты?

«Не сейчас, – вообразила она его слова. – Сейчас мы будем спасать жизни».

Внезапно все стало понятным. Больше не было смятения, только уверенность. Энгл, Индира, Миккел, Ниб и Буррияга стали одним разумом, полным решимости.

Дрифт изменил направление и легко собрался в строй. Портер по-прежнему стоял на корпусе «Вектора», как скала. Была это сила воли или воля Силы, Индира не знала, да это и не имело значения. Главным было одно: какие-то несчастные падали навстречу смерти.

Портер Энгл намеревался совершить невозможное.

Нет, не только он. Все они.

Вместе.

Во имя света и жизни.

Глава 36

Зона веры и жизни

«Проверить вышку связи». Это казалось вполне простым делом, но лишь до того момента, когда накатила боевая туча и всякое чувство направления вылетело в трубу. Хуже всего было то, что одновременно со всеми коммуникациями на Вало прервалась связь с T-9. Рил годами находилась в постоянном контакте с этим дроидом, и теперь ей казалось, будто она лишилась конечности, а скорее даже части мозга. Данные с дроида больше не бежали по ее глазному импланту. По крайней мере, верный малыш продолжал вести запись: красный огонек возле его линз прерывисто мигал. Если они выберутся отсюда живыми, эти мгновения нужно будет показать всей Галактике. Это был поворотный момент истории, Рил чуяла это нутром, и она находилась здесь, в эпицентре событий.

Правда, она не могла даже дышать, не то что видеть. Куда она идет, Рил знала лишь потому, что крепко держалась за перчатку ОрбаЛина. Следовало признать, она бы ни за что не поверила, как быстро может бегать архивариус в своем скафандре, однако оставалось лишь полагаться на то, что он шагает в правильном направлении. И это называется она показывает дорогу!

– Сюда, – сказал ОрбаЛин, подведя ее к ступенькам. Странно. На вышке связи ведь ступенек быть не должно? Они влетели в какие-то двери, которые бесшумно сомкнулись за их спинами. Рил закашлялась, почувствовав, что воздух стал чище. Она протерла глаза, отчего боль только усилилась.

– Не трите, – прожурчал ОрбаЛин, и Рил почувствовала, как его ладони прижались к ее вискам. Он слегка надавил, и зрение восстановилось.

– Что вы сделали? – спросила Рил, однако за первым вопросом последовал второй, скорее обвиняющий: – Куда вы меня привели?

– В павильон «Звездного света», – ответил архивариус, как будто это было самоочевидно.

Рил покачала головой, не вполне веря услышанному:

– Пожалуйста, скажите, что мы не пришли спасать какие-то джедайские сокровища.

Угора это даже как будто слегка задело:

– Нет, конечно.

– Но Стеллан сказал…

– Стеллан велел нам проверить вышку связи, но вскоре стало ясно, что нам туда не добраться, тем более в вашем состоянии. Однако все необходимое у нас есть прямо здесь, на выставке.

– Правда?

– Будем надеяться.

– «Будем надеяться?»

Угор уставился в пустое пространство, в котором больше не светилась центральная голограмма маяка «Звездный свет»; проекторы не горели.

– У нас в кладовой есть артефакты, предназначенные для показа в следующие дни выставки.

– Вы в самом деле считаете, что выставка продолжится?

– Нельзя так говорить, – не оглядываясь, ответил ОрбаЛин. – Одну из диковинок планировалось одолжить «Промышленным продуктам Крозо» для их демонстрации технологий связи.

Вот теперь Рил заинтересовалась:

– Связи?

– Старинный передатчик дальней космической связи из храма на Врогас-Васе.

– И вы полагаете, что он до сих пор в рабочем состоянии?

– Это, мисс Дайро, нам и предстоит выяснить. Конечно, даже если он исправен, нам все равно нужно будет пробиться сквозь нигильские помехи, но это уже по вашей части.

– Моей?

– Вы же наш местный эксперт по связи. – ОрбаЛин замолчал, увидев, что она не слушает. – Мисс Дайро?

– Рил, – сказала она, глядя на голопроекторы, не так давно поразившие канцлера и ее окружение первоклассным трехмерным изображением маяка. – Зовите меня Рил.

– Что случилось, Рил? – спросил архивариус, подойдя ближе. Рил кивком указала на кожух проектора. Линзы не просто не горели – их вообще не было. Кто-то грубо их вырвал, оставив лишь клубки проводов.

– Нигилы, – тихо сказала Рил. – Они здесь побывали.

Из выставочного зала донесся какой-то грохот. ОрбаЛин развернулся к дверям:

– И, возможно, до сих пор не ушли.

Архивариус крутанул запястьем, и в его ладони появился маленький световой меч, до этого спрятанный в потайном кармане костюма. При всех своих чудачествах архивариус обладал стилем, но хватит ли этого, чтобы защитить их обоих?

– Где кладовая? – вполголоса спросила журналистка.

Угор указал рукоятью меча на разбитую дверь.

– То есть с противоположной стороны павильона, так? Почему-то я знала, что именно так вы и скажете.

– Возможно, благодаря Силе.

– Или просто давно поняла, что в этой галактике простых вещей не бывает.

– Да, это кажется более вероятным.

Снова донесся грохот, за которым последовал звон разбитой витрины.

Архивариус повернулся к Рил:

– Вы готовы?

– Вполне. Жаль только, что не могу послать T-9 посмотреть, сколько там нигилов.

– Не нужно. – ОрбаЛин зажег клинок. – Пять их там или пятьдесят, я доведу вас до передатчика.

Глава 37

Арка единства

– Сюда, – крикнула Тай, влетев прямо в нигильскую боевую тучу.

– Надо добраться до «Динамо», – закричала ей вслед Мантесса. – Клэрин может быть в опасности.

Тай, как ни старалась, не могла представить себе Мантессу в роли заботливой мамаши. Однако лазеры и взрывы были достаточным поводом пересмотреть приоритеты.

– Тай… мы идем не в ту сторону!

Тай хотелось рявкнуть, что в ту, но ей нужно было сосредоточиться. Дым был густым, а она не успела забрать свое снаряжение, которое было изъято как вещдоки. В том числе и респиратор. Сейчас у нее были только нигильский карабин да Сила, а подсказок последней ей было не слышно из-за постоянного нытья Мантессы.

Впереди послышался крик.

Мантесса за ее спиной ахнула:

– Это она. Это Клэрин. Ты ее нашла.

Тай взмахнула рукой, раздвинув смог, будто занавески. Точно: впереди обнаружилась девчонка-курану, которая верещала на нигила, пытавшегося снять с ее руки треклятый браслет. Перейдя на бег, Тай вскинула карабин и выстрелила.

Ничего не произошло.

Тай снова нажала на спуск, но разряд в нигила не полетел. В проклятой пукалке кончился газ. Ну и ладно. Туку можно освежевать по-разному.

– Эй! – хриплым от дыма голосом крикнула Тай. Нигил обернулся, и она перебросила карабин в воздухе, схватив за еще теплое дуло. Врезала с размаху, свернув голову нигила набок и попутно сломав как минимум пару позвонков. От удара бластер развалился, ржавый ствол треснул в ее руках, но нигил был мертв. Для верности Тай еще пнула его под ребра.

– Ты жива, жива, – просипела Мантесса, неловко прижав дочь к себе. Было видно, что эти двое обычно вообще не прикасались друг к другу, и Клэрин застыла, не совсем понимая, как быть.

– Я искала тебя… – сказала девчонка. Из ее глаз текли слезы, но скорее из-за дыма, чем от прилива чувств. – Я пошла на место встречи, но не смогла тебя там найти, и тогда пошла в парк. А потом прилетели эти корабли, и я не знала, что мне делать.

Тай в это время осматривала респиратор нигила, но тот оказался великоват, поэтому она решила больше не тратить время и пресечь эти трогательные излияния.

– Надо идти, – сказала она обеим курану.

– Возвращаемся в космопорт? – спросила Мантесса.

Тай мотнула головой:

– Нет.

Курану вытаращилась на нее как на сумасшедшую:

– Но мы уже нашли Клэрин.

У Тай не было ни времени, ни желания признаваться, что она вовсе не искала девчонку.

– Идите за мной, – рявкнула она и припустила в направлении гавани.

Глава 38

Зона искусства и культуры

– Скорей! Они идут!

Теперь уже Стеллан никого не мог защитить от смога, ведь стояла более насущная задача: защитить их от убийц. К счастью, никого из присутствующих не нужно было убеждать лезть по ступенькам на шагоход, тем более что их зычно понукал к этому несравненный голос Консерры:

– Скоре-е-ей!

Со и Йовет первым делом послали вперед мать и ребенка, но этот самоотверженный поступок лишь рассердил мон-каламарианскую оперную звезду. Как и подобает истинной диве, она бросилась вперед, практически оттолкнув тогрутского монарха, но ни королева, ни канцлер не стали жаловаться. Все титулы и привилегии стер удушающий дым.

Стеллан заморгал, прося Силу даровать ему энергию, которой он больше не чувствовал. Закрывая остальных от дыма, он дошел до почти полного изнеможения; лишь огромными усилиями он сдерживал дрожь в руке, которая сжимала меч. Марамис, если и заметил, то ничего не сказал. Капитан королевской гвардии стоял как статуя, опустив каявин и приготовившись к битве. Стеллан чувствовал его предвкушение, чувствовал и мощь, которая таилась в канцлерских таргонах, ждавших атаки врага: Матари стоял слева от него, Вору – справа от капитана гвардейцев.

– Готовы? – спросил Стеллан, когда из смога появились пять фигур; громоздкие тени, несущие несуразно огромное оружие.

Не тратя времени на ответ, Марамис нажал на скрытую кнопку, и из кончика лезвия вырвался яркий разряд дезинтегрирующей энергии. Глубоко в тумане что-то сверкнуло, и из пяти фигур остались четыре. Теперь силы были равны.

Итак, каявин не так прост, как кажется. Хотелось верить, что то же самое можно сказать о них всех. Стеллан принял защитную стойку, держа меч перед собой. В былые дни одного гудения клинка хватало, чтобы потенциальные враги сложили оружие, но нигилы были не такими. Они не уважали Орден. Они не уважали никого.

Марамис не стал ждать, когда враги выйдут из дыма, и сам исчез в тумане, будто призрак. Таргоны последовали за ним, с рычанием прыгнув вперед, но Стеллан остался стоять на месте. Джедай никогда не нападал первым, только защищался. Вместо этого он послал предостережение с помощью Силы, пытаясь хоть как-то избежать дальнейшего кровопролития.

«Вы этого сами не хотите. Это ошибка. Сдавайтесь, и останетесь живы».

Он услышал рев таргонов, свист клинка Марамиса.

«Не обязательно до этого доводить».

Дым расступился, и сверху рубанул вибротопор, готовый располовинить его череп.

Путь был предопределен.

Стеллан шагнул в сторону, позволив оружию по инерции потащить за собой и нигила. Из тумана вывалилась туша; топор вонзился в землю, от удара посыпались искры. Это был трандошанин, и притом немаленький; его рептилье лицо закрывала толстая маска. Ящер сделал кувырок и вскочил на ноги, держа в одной руке топор, а в другой тяжелый щит. Он бросился вперед, подняв свой щит. Стеллан вскинул руку и толкнул Силой. Послышался глухой хруст: сталь трандошанина натолкнулась на воздух, который обрел плотность взрывозащитной двери. Нигил засопел, а Стеллан отшатнулся, охнув от силы удара, но все же, когда топор снова обрушился на него, джедай оказался готов. Он взмахнул мечом, разрубая броню и плоть. Трандошанин заревел от боли, и Стеллан впечатал подошву сапога в грудь бандита. Нигил рухнул навзничь, а его щит с грохотом покатился прочь.

– Там и оставайся, – хриплым от дыма голосом рявкнул Стеллан. – Я не хочу тебя убивать.

– Вот поэтому ты слабак!

Трандошанин потерял и щит, и руку, но это не помешало ему использовать голову в качестве тарана. Костяные наросты врезались в живот Стеллана и вышибли остаток воздуха из его легких. Он упал, треснувшись головой о пол; перед глазами заплясали звезды, меч выпал из пальцев. Ящер навалился на него, сжимая горло оставшейся рукой. Хватка у него была дюрастальная. Стеллан захрипел, не в силах сделать вдох. Единственной его защитой были горящие от смога руки, которыми он пытался оторвать пальцы чудовища от своей шеи. Нет. Не только руки. У него всегда имелось кое-что еще. Ведь он был джедаем.

Стеллан сделал толчок Силой. Без цели, наугад. Его чувства слишком притупились, энергия была на исходе. Трандошанин просто улетел в туман, будто пойманный лучом захвата, на прощание оцарапав когтями его шею. Крик Стеллана был заглушен громким ударом мышц о металл; за ним последовал еще более ужасный грохот, от которого задрожала земля. Стеллан вскочил на ноги, сжимая руками горло. Он понял, что произошло, еще до того, как из дыма донесся пронзительный крик. Джедай, спотыкаясь, побрел вперед, пытаясь руками разогнать туман и прекрасно зная, что увидит.

Трандошанин, отлетев назад, врезался в лестницу шагохода с такой силой, что металлическая конструкция опрокинулась и с грохотом полетела на землю. Норел Куо лежал там, где упал, глаза его закатились, но не от едкого газа, а от мучительной боли в сломанной ноге. Стеллан положил ладонь на лоб Куо и послал в его разум волны умиротворения, убеждая куривара, что боли нет, хотя боль, вполне очевидно, была. Довольно простой трюк и с недолгим действием, но у Стеллана сейчас были другие заботы. Он посмотрел вверх, вскинув руку, чтобы разогнать дым, и увидел, что Лина Со висит на боку шагохода.

– Я могу дотянуться, – крикнула Иларек Йовет, бросившись к канцлеру, в то время как крантианский малыш и мон-каламарианская дива соревновались в вокале.

Регаса нащупала руку Со, но опоздала на секунду. Канцлер не удержалась и полетела с карниза, размахивая руками.

– Все будет хорошо, – прохрипел Стеллан, подняв обе руки. Обычно подхватить падающую женщину было бы простым делом, но возникли две проблемы: во-первых, Стеллан смертельно устал, а во-вторых – внезапно из дыма вылетел разъяренный трандошанин и приложил джедая лицом о ногу шагохода.

Глава 39

«Инноватор»

Искра ощерила зубы, на ее темном языке танцевали искры. Вода уже потоком хлестала с потолка; Денис, не в силах пошевелиться, лишь отплевывался от струй, падавших на лицо. Одна только Сила удерживала груду обломков на месте.

Шаркающие шаги над ними наконец остановились у края зияющей дыры.

Белл зажег меч.

Показалась голова, за ней вторая; свечение клинка Белла отразилось в двух парах фасеточных глаз. Белл расслабился и выключил оружие, а сайклорианские инженеры начали спускаться в коридор, цепляясь за стены голыми руками и ногами. Оба старались не прикасаться к зыбкой куче обломков, опасаясь причинить новые повреждения.

Сенза испуганно взвизгнула, когда ближайший инсектоид спрыгнул в воду и подбежал к Денису, подергивая антеннами, что означало готовность к действиям.

– Все в порядке, – успокоил ее Белл. – Это друзья.

И притом исключительно умелые друзья. Оба сайклорианина уже вытащили из-за поясов аппараты лазерной сварки и гравитационные домкраты и принялись за работу, деловито жужжа. Белл ни о чем не спрашивал, лишь смотрел, как они просунули домкраты в щели между обломками и включили репульсоры, предназначенные для подъема сложных машин перед ремонтом. Теперь с помощью этих механизмов они стабилизировали мусорную кучу, чтобы освободить Дениса.

Белл осторожно снял собственную поддержку, радуясь своевременному прибытию подмоги. Сила, как всегда, позаботилась. Он отступил назад, чтобы более крупный из инженеров мог подставить гравитационную подпорку под балку, которая угрожала задушить работника. Рядом тявкнула Искра: ей не терпелось бежать дальше.

– Знаю, девочка, – сказал Белл, перекрикивая вой резаков. – Подождем еще минуту, вдруг им понадобится наша помощь.

– Вы искали выход? – спросила Сенза, которая, обхватив себя руками, наблюдала за работой спасателей.

Белл покачал головой:

– Нет. Я ищу сына канцлера.

– Он здесь, на корабле?

– Думаю, да.

– Надеюсь, вы его найдете, – со всей искренностью проговорила Сенза, стуча зубами от холода. Белл скинул с себя длинное верхнее одеяние:

– Вот, наденьте.

Она недоуменно уставилась на плащ:

– Нет… я не могу.

– Пожалуйста. Вам ведь холодно.

– Да. Спасибо вам. – Сенза взяла плащ и накинула на плечи, улыбнувшись, когда практически утонула в темной ткани. – Я думала, материя погрубее будет. Ведь вы же монахи?

Белл ухмыльнулся в ответ:

– Более-менее.

Искра снова залаяла, затем отбежала на несколько шагов и многозначительно посмотрела на него. Белл поднял руку:

– Знаю, знаю. Еще минуточку.

Белл открылся Силе, пытаясь оценить степень травм работника, и с радостью обнаружил, что после снятия веса Денис может шевелить ногами.

– Все будет хорошо, – сказал он. – Сайклориане вас вытащат.

– Вы уходите?

– Есть другие, кому я должен помочь. Всего доброго, Денис.

– И вам. – На щеки работника начала возвращаться краска. – Спасибо. За все.

Белл повернулся, собираясь уходить; он был убежден, что теперь Денис в безопасности. Как же он ошибался. Искра уже мчалась обратно по коридору, когда вдруг глубоко внизу раздался взрыв. Пол накренился, и Белл полетел в воду, а сверху полило как из ведра.

– Что это было? – закричала Сенза. Обломки покатились вниз, увлекая за собой Дениса и меньшего из двоих сайклориан. Белл выбросил руку и ухватился за покореженный край обшивки, чтобы самому не упасть в темную воду, которая быстро поднималась.

– Очевидно, обломки образовали плотину, – сообразил юноша. Искра запрыгнула на выступ и лаяла на набегающую воду, как будто могла ее отпугнуть.

– Где Денис? – спросила Сенза. В следующий миг она выпустила свою опору и сама заскользила в воду. Белл протянул руку, но оставшийся сайклорианин успел раньше и схватил ее за капюшон одолженного плаща. Сенза резко остановилась, пальцы сайклорианина заскрипели, цепляясь за мокрый металл, – инсектоид отчаянно пытался удержать двойной вес. И все это время Сенза не переставая повторяла: «Где Денис? Где Денис?»

Белл и сам хотел бы это знать. Оставалось лишь надеяться, что работник выплывет, но живы ли вообще Денис и второй сайклорианин, сказать было невозможно.

Искра гавкнула и бросилась в воду вниз головой. Белл закричал, но собака уже ушла на глубину, оставляя за собой лишь пузыри.

Белл посмотрел на поток воды, заслонив лицо ладонью. Никто из этих четверых не был в состоянии выбраться отсюда, но он не собирался обрекать их на смерть в темноте. Юноша вспомнил, как Индира закрыла дыру в его «Векторе» во время налета на судоверфь, используя обломки самой машины. Может ли он сделать то же самое? Нет, конечно. На стороне Индиры был многолетний опыт, а он кто такой? Падаван, который пытался отгородиться от Силы, чтобы другие не видели, как он страдает?

Но ведь дело не в этом, правда? Он закрылся не для того, чтобы спрятаться. Он просто боялся того, что найдет, погрузившись в Силу. А точнее, чего не найдет… или кого. Но сейчас выбора не было: иначе эти четверо не выживут.

Белл закрыл глаза, представив, как окунается в эту воду, чувствует рукой ее прохладу. Пальцы нащупали металл преграды. Он почуял Дениса и сайклорианина, которые запутались в покореженном металле, а Искра возилась в воде, пытаясь их вызволить. У всех троих кончался воздух. Значит, надо действовать немедля. Надо верить.

«Сила могуча».

Белл потянул обломки на себя. Сенза удивленно ахнула, когда из воды вылетели пластины обшивки и металлические балки, которые со свистом пронеслись мимо молодого джедая и застряли в потолке над его головой. Белл стал давить, спрессовывая обломки и втискивая их в дыру. Теперь в коридор лилось уже меньше воды. Белл повторил процесс; новая порция обломков вылетела из-под воды, чтобы заткнуть дыру наверху. Ливень усох до тонкой струйки, но нагромождение металла, пускай и толстого, зловеще скрипело. Пробка держалась, однако давление нарастало с каждой секундой.

«Сила надежна, – сказал себе Белл, не отпуская конструкцию. – Она никогда нас не подведет. Мы…»

В голове выкристаллизовалась одна мысль – та правда, которая так долго от него ускользала. Правда, которую все пытались ему открыть.

«Мы не одиноки».

Глаза Белла все еще оставались закрытыми, когда Сенза крикнула:

– Уровень воды! Он понижается.

«Мы не одиноки».

Могло это быть правдой? Действительно ли вода уходила?

«Мы не одиноки».

Но что с Искрой и остальными? Они в безопасности?

«Мы не одиноки».

Белл ухмыльнулся, когда в ответ на его мысли зольная борзая с шумом вынырнула на поверхность, а следом, отплевываясь, выплыл спасенный ею сайклорианин. И все равно он не мог смотреть, даже когда собака нырнула обратно в поисках второго утопающего. Беллу хотелось броситься туда самому, но он понимал, что погубит всех. Дамба сама собой не удержится.

«Мы не одиноки!»

– Денис! О, хвала звездам!

На этот раз Белл радостно завопил, услышав, как Искра лает, а двое сайклориан помогают блюющему работнику выбраться из воды.

«Молодчина, Искра. Молодчина».

– Вы тут в порядке? – спросил Денис, ловя ртом воздух.

– Я теперь в порядке, – ответил Белл, наконец позволив себе открыть глаза. Искра снова залаяла, как будто желая запрыгнуть наверх и самой удерживать плотину. Если бы. Но нет, для нее имелась другая работа.

– Выведи их с корабля, – сказал юноша, и борзая тихо заскулила, сбитая с толку его приказом. – Ты знаешь, где выход, – продолжил Белл, кивнув в сторону дыры, которую он прорезал в двери. – Ты найдешь дорогу. Я знаю, что найдешь.

– А вы? – спросил Денис, дрожа под плащом, который Сенза накинула ему на плечи.

– Я должен сдерживать воду, пока вы не выберетесь.

Искра гавкнула, на сей раз более энергично.

– Все в порядке, девочка, – сказал Белл, не думая о количестве воды, которое давило на металл высоко над головой. – Мы еще увидимся, обещаю.

От взгляда Искры у него сжалось сердце. Белл не знал, поверила она или нет, но надо было убедить ее послушаться, пока еще не поздно. Заскулив в последний раз, Искра бросилась выполнять приказ хозяина, прыгая с одной опоры на другую. Оранжевые пятна под ее мехом светились в темноте, словно миниатюрные маяки. Остальные последовали за ней, пробираясь в сторону дыры, которую Белл вырезал своим мечом, тогда как сама борзая уже исчезла из виду. Белл, впрочем, слышал, как она лает в смежном коридоре, подбадривая сайклориан, которые помогали Денису и Сензе пролезть в отверстие. Панторанка замыкала процессию, тогда как Искра уже вела остальных к выходу.

– Вы идете? – спросила Сенза, оглянувшись на Белла.

Юноша покачал головой. Его рука по-прежнему была воздета вверх, указывая на массу металла, которая сдерживала воду.

– Идите. Я еще останусь.

– Один?

– Я не одинок. Никогда.

– Вы уверены?

– Да, – кивнул Белл, впервые за много месяцев чувствуя, что это так. Стеллан, Индира… Даже Лоден… Все они были правы. Белл действительно был готов сделать следующий шаг, готов встать на ноги, уже не как падаван, а как рыцарь-джедай. И когда это случится, Лоден будет рядом. Уже скоро.

– Да пребудет с вами Сила, Сенза, – сказал он женщине.

– И с вами тоже, – ответила она, потом нахмурилась. – Простите. Я правильно сказала?

Белл с теплотой улыбнулся:

– Абсолютно.

Панторанка секунду колебалась, но настойчивый лай позвал ее дальше. Белл представил, как Искра находит безопасный путь на верхнюю палубу, выводит всех на свет.

Вверху заскрипел металл, из щелей полилась вода. Белл знал, что нужно сделать, но не боялся. Да и с чего бы? Как и у Искры, у него была своя работа.

Белл расслабил хватку.

Глава 40

Небо над Вало

«Медленнее».

Слов не было произнесено, но все джедаи в дрифте Индиры выполнили приказ буквально, приглушив двигатели точно в нужный момент и сбросив скорость до необходимой. Они действовали как один. Самого приказа никто не отдавал – даже Портер, все еще ехавший верхом на ее «Векторе». Они просто знали, что и когда нужно сделать.

Индира слышала, что на «Звездном свете» есть двое котаби – близнецы с Сагамора, столь тесно связанные друг с другом, что казалось, будто у них общий разум на два тела. Индира не была с ними знакома, но именно так себе это представляла. Один разум. Много тел. Идеальное единение.

Идеальное единение для того, чтобы совершить невозможное, но ведь, в конце концов, разве не это означало быть джедаем?

Прямо по курсу с платформы продолжали падать тела. Индира насчитала три… нет, четыре. Она почувствовала, как Энгл тянется к ним с такой невозмутимостью, как будто занимается в тренировочной галерее. Впервые за много лет его разум был спокоен.

Нет, не только это. Они тянулись все вместе, поддерживая концентрацию друг друга. Они чувствовали страх падавших, видели их как будто застывшими во времени. Мужчину-человека, тупоносую тодианку и мохнатого снивела. И был еще четвертый: нигил-налетчик, который врезался в остров и выжил лишь для того, чтобы полететь вниз, когда товарищи по оружию открыли огонь по последней платформе. Ирония судьбы? Возможно, но все равно это была живая душа. Кто они такие, чтобы решать, кому жить, а кому умереть?

Используя Энгла как проводник энергии, дрифт подхватил тех, кто оказался в беде, и потянул к своим машинам. Страх никуда не делся – возможно, он даже стал еще сильнее, – но теперь к нему примешивались недоумение и проблески надежды. Индира не столько слышала, сколько чувствовала поток мыслей: «Здесь джедаи. Нас спасут. А вдруг они нас уронят? Вдруг их магия подведет? Убить джедаев. Подкормить шторм. Шторм победил. Глаз навеки».

Это был нигил. Джедаи заблокировали негативные мысли и притянули к себе всех выживших, не обращая внимания на их принадлежность: по одному на каждый «Вектор». Весь маневр, скорее всего, занял меньше секунды, но когда дело было сделано, Индира едва заметила, как снивел опустился на нос ее истребителя, крепко вцепившись своими длинными костлявыми руками.

– Ты в безопасности, – сказала ему Индира, хотя и знала, что даже с такими ушами он ничего не услышит. Она посмотрела по сторонам, как там остальные участники дрифта. Человек был у Ниб, тодианка держалась за машину Бурри, крепко зажмурив свои огромные глаза. Нигил ухватился за «Вектор» Миккела, сердито глядя сквозь колпак кабины на доброго иторианца и выкрикивая непристойности. Но это не имело значения. Пускай себе несчастный ненавидит. Главное, что все в безопасности. Все в безопасности.

* * *

«Все в безопасности».

Слова достигли Элзара Манна, который на земле сражался с огромным животным в нигильской броне. Было невозможно угадать, представитель какой расы скрывается под шлемом с визором, шипами и трубками. Главным было то, что в висок Элзара летела энергетическая палица.

Хорошая попытка.

Элзар кувыркнулся назад, не выпуская меча, и шипастая дубина просвистела под подошвами его ног, которые он вскинул выше головы. Нигил сердито засопел. Он заметил опасность боковым зрением, но опоздал на секунду. Обернувшись, бандит увидел летевший в него фонарный столб. Длинный и прочный на вид, этот столб упал в первые минуты атаки – возможно, его даже свалил корабль этого самого нигила. Теперь опора влетела в его голову, раздробив шлем и, скорее всего, череп тоже.

Элзар Манн приземлился на ноги за считаные секунды до того, как нигил свалился без чувств. Он взмахнул столбом, но не бросил его обратно на землю, а зашвырнул высоко вверх, как гимнаст жезл на параде в День основателя. Столб выписывал круг за кругом, разгоняя боевую тучу, пока не стало видно небо.

Да. Именно это он и почувствовал. Четыре «Вектора» поворачивали, готовясь покинуть парк; снаружи на каждом из хрупких истребителей кто-то висел. Более того: верхом на центральном «Векторе», словно друмианский крылоходец, ехал кто-то еще. Позади него развевалась длинная борода.

– Энгл, – хриплым от дыма голосом прошептал Элзар, не веря своим глазам. В иное время он бы рассмеялся дерзновенной выходке, которую затеяли друзья, но сейчас он видел то, чего не видели они: сзади пристраивался нигильский крейсер, на носу которого были намалеваны три неровные черты, а орудия уже готовились открыть огонь. Корабль заходил из-за последнего оставшегося небесного острова, пикируя в сторону «Векторов», как акула на добычу. На глазах у Элзара центральный стабилизатор корабля задел днище острова, наконец выведя из строя репульсоры, которые все это время отважно пытались удерживать платформу в воздухе. Платформа стала падать, рассыпая снег с искусственных гор и грозя раздавить всех внизу.

Нигильский корабль прибавил ходу, готовясь расстрелять весь дрифт.

– Нет, – выпалил Элзар. – Не сегодня. Не сейчас.

Он погрузился в глубины сознания, выпустил на волю эмоции, которые старательно подавлял все эти месяцы после своего видения. Гнев, страх. Внезапно он снова оказался на маяке, ошеломленный только что увиденным: ноги подкосились, носом пошла кровь. Мерцание огней, повсюду крики. Стеллан мертв. Канцлер Со мертва. Совет растерзан. Целые планеты в огне. Элзар нырнул еще дальше, ухватившись за разочарование, которое почувствовал, когда Эйвар оттолкнула его на маяке, за смущение, когда ее рука уперлась ему в грудь. За недавний удар такой же, если не большей, силы, когда вместо нее из челнока неуклюже выбрался ОрбаЛин. Как же его задело, что Стеллан даже не предупредил, что держал его в неведении. Даже самые давние его друзья, и те ему не доверяли. Мог ли он их винить? Он пренебрег своим долгом – вместо того, чтобы сохранять бдительность, запрыгнул в постель Самиры. Дело было не в сексе, тот как раз ничего не значил; главным было осознание того, что он подвел всех ради сиюминутного удовольствия. Эмоции бурлили вокруг него, сквозь него, внутри него, словно океанский шторм, могучий и опасный, но Элзар мог эти эмоции контролировать, теперь он это понимал. Он мог контролировать разочарование и гнев, вину и раскаяние. Направлять их, лепить, словно глину, подчинять своей воле. И использовать для благого дела. Чтобы все исправить.

Элзар ударил, вытянув руку и растопырив пальцы. Сила волной хлынула сквозь него вверх, навстречу падающему острову.

Неудержимая.

Непокорная.

* * *

Индира почувствовала, как ее концентрация дала трещину – всего на секунду. Они все это почувствовали. Причина была ясна. Последний небесный остров падал, но даже это обстоятельство, пускай и ужасное, не было их главной проблемой. Нигильский корабль уже почти настиг их, его лазерные пушки светились и были готовы открыть огонь. И они ничегошеньки не могли поделать. Если сломать строй и разлететься в разные стороны, установленная между ними связь прервется, и спасенные упадут; а с ними и Портер, если на то пошло. Если сражаться, результат будет аналогичный. Те четверо, которых они с таким трудом поймали – человек, тодианка, снивел и нигил, – умрут страшной смертью.

В мозгу Индиры Стокс вспыхнули два слова. Два слова, которые она произносила в последний раз еще в бытность падаваном. И которые навлекли на нее суровую отповедь учителя.

«Это несправедливо».

Но вселенная редко бывала справедливой; Индира это знала, как знал и каждый участник дрифта. Все, что им сейчас оставалось, – это попытаться успокоить тех, кто оказался жертвой конфликта и чья надежда на спасение уже фактически пошла прахом.

А потом мир в очередной раз перевернулся с ног на голову.

Волну эмоций Индира почувствовала еще до того, как это случилось. Только что нигильский корабль готовился стрелять, а в следующую секунду он был уничтожен. Небесный остров изменил направление: вместо того, чтобы продолжать падать, он взмыл вверх, словно диск, брошенный великаном.

Какое-то время он продолжал лететь в сторону залива, прорезая по дуге нигильскую армаду, а потом величественно врезался в озеро, но Индира на него не смотрела. Она выкрикивала приказ внутри своей кабины, глядя на снивела, который цеплялся за нос истребителя:

– Вниз! Как можно скорее.

Ниб и остальные не могли ее слышать, но все же они повиновались команде, и весь дрифт начал снижаться. Им был дан второй шанс, но Индира не могла игнорировать не покидавший ее холод. Та волна эмоций, которую она почувствовала и которая спасла их жизни, исходила от джедая, но ее питали самые темные из страстей.

Тот, кто пустил в ход такую мощь, заплатит ужасную цену.

Глава 41

Выставочный парк, Вало

Элзар Манн понимал, что он сделал и что выпустил на свободу. Дрифт был спасен, небесный остров ушел на дно озера, больше не угрожая никого раздавить. Он спас множество жизней, но и отнял тоже. Огромное количество жизней. Нигилы на тех кораблях, те, которых он покрошил в парке, плюс этот громила, лежавший неподалеку с раскроенным черепом. Элзар даже не помнил, как его убил.

Зато помнил, что почувствовал, когда послал остров в полет по небу. Такой подвиг должен был истощить его силы, но не истощил, и это пугало больше всего. Наоборот, Элзар чувствовал прилив энергии, чувствовал в себе больше жизни, чем на протяжении последних месяцев или даже лет. Он провел по лицу дрожащей рукой. Хорошо, что вновь нахлынувшая боевая туча скрыла его из виду.

Этот омут глубок. В этом омуте он утонет, если только…

Если только.

Элзар притянул слово ближе к себе, обняв его, словно спасательный буй в открытом море. Всегда есть другой путь. Всегда есть надежда.

Он пойдет к Стеллану и Эйвар, расскажет им, что сотворил. Расскажет, как прикоснулся к тьме, использовал тьму и какой-то миг упивался ею. Друзья поймут. Они увидят, что довело его до этого, и помогут. Никаких больше секретов. Он больше не будет один. Ничто больше не сможет его отвлечь. Даже если придется снова стать падаваном, этим путем он не пойдет.

Он – джедай.

Все еще дрожа, Элзар включил меч и повернулся, чтобы вновь ринуться в бой. Он не увидел оружия, которое обрушилось на него из тумана, но почувствовал удар по голове, перед глазами взорвалась сверхновая, и он свалился на землю.

Обычного человека этот удар убил бы, но Элзар зашел слишком далеко, чтобы умереть сегодня. Он посмотрел вверх, сморгнув собственную кровь, и увидел толотианку без одного отростка и с глазами цвета индиго. Толотианку, державшую в руках палицу убитого нигила.

– Где мой меч, джедай? – с нескрываемой желчью в голосе процедила Тай Йоррик. – Говори живо.

Глава 42

Павильон «Звездного света»

ОрбаЛин произвел впечатление на Рил еще до того, как бросился в бой. Но она знала, что никогда не забудет того момента, когда он влетел в выставочный зал, опустив голову в шлеме и сжимая в руке пылающий меч.

По ту сторону дверей обнаружилась четверка нигилов, которые набивали мешки бесценными сокровищами. Из-за их громоздких и, откровенно говоря, пугающих шлемов с ходу было трудно понять, к каким расам они принадлежали, хотя высокого лампроида с изогнутой шеей и костлявыми ногами, каждая из которых заканчивалась клешней, было невозможно ни с кем спутать. Две из шести хватательных конечностей были заменены грубыми металлическими щипцами, но все они деловито обчищали стенд, заполненный старинными рукоятями световых мечей.

– Ди! – крикнул лампроид, когда из дыма вырвался ОрбаЛин. – У нас гости!

– Вижу, – ответила из-под маски тви’лека с длинными зелеными лекку. Она выхватила пару бластеров и в упор выстрелила в архивариуса. – Уводи отсюда остальных, Амарант. Забирайте все, что сможете унести.

– Боюсь, я не могу этого допустить, – проинформировал ее ОрбаЛин, отбивая разряды в ближайшего нигила – человека в сложном респираторе. Пират рухнул на пол, от ожогов на его груди поднимался дымок.

Лампроид и… китонак, что ли? – присоединились к перестрелке, разрядив свои бластеры в ОрбаЛина. Выстрелы отрикошетили от джедая, каким-то чудом не попав ни в один из бесценных артефактов, которые валялись вокруг.

– Сдавайтесь, и останетесь живы, – пообещал джедай. Тви’лека, которая отзывалась на имя Ди, недоверчиво хохотнула:

– Нас трое, джедай, а ты один. И что же ты собираешься делать?

– То, что умею лучше всего, – ответил ОрбаЛин, вертя мечом как пропеллером. – Читать лекцию.

– Чего?!

Архивариус даже не запнулся:

– В этой экспозиции множество поразительных артефактов, многие из которых, я вижу, вы пытаетесь украсть. – В его меч ударила новая порция выстрелов, но ни один не пробился сквозь кружащееся лезвие. – Хотя на один из моих любимых как раз намедни обратил внимание член Высшего Совета.

– Типичный джедай, – взгоготнула Ди. Она сунула бластеры в кобуры и достала глефу, которая висела на спине. Вдоль зазубренного края лезвия заискрила энергия. – Не понимает, когда пора заткнуться.

Рил, украдкой наблюдавшая из-за дверей, была склонна согласиться. Тви’лека бросилась вперед, и ее глефа встретилась с мечом ОрбаЛина. Неужели нет более подходящего времени для урока истории? Но архивариус продолжал разглагольствовать как ни в чем не бывало, одновременно умудряясь отражать и выстрелы, и удары лезвия. Причем даже не запыхавшись.

– Тайтонские знаки мастерства являются одними из самых миниатюрных среди выставленных здесь экспонатов. – Он отбил удар пики и без лишних церемоний отбросил женщину назад толчком Силы. – Хотя я обратил внимание, что витрину кто-то довольно грубо разбил. Ваши сообщники, надо полагать. Как жаль.

– Мы обязательно соберем осколки, – сказала Ди, воткнув лезвие в пол, чтобы притормозить свое скольжение. – Не хотелось бы оставлять после себя свинюшник.

Она прыгнула вперед и завертела древком, снова атакуя.

– Вы надо мной издеваетесь, – пробулькал ОрбаЛин, парируя каждый удар с изящной легкостью. – Что само по себе не столь уж необычно, но, боюсь, вы не замечаете того, что у вас прямо перед глазами. – Архивариус крутанул запястьем, и вдруг невидимая рука развернула Рил лицом к неприметной двери в противоположном конце зала. Очевидно, там и была кладовая, но путь преграждал лампроид со своим ядовитым хвостом.

А самый несносный угор в Галактике тем временем все бубнил и бубнил.

– Я могу понять, почему вы выбросили знаки. – ОрбаЛин взмахнул мечом и разрубил глефу надвое. – Они не имеют особой финансовой ценности. – Ди отшвырнула располовиненное оружие и достала пару довольно гадкого вида серпов, которые носила на ногах. – Не отличаются они и особой красотой, хотя для владельцев значили очень много.

Кривые клинки искали брешь в защите ОрбаЛина, летели искры.

Рил почувствовала толчок в поясницу. T-9 по-прежнему парил над ее головой. Значит, ОрбаЛин. Не думает же этот маньяк, что она сможет пробраться мимо лампроида? Стоит выйти из укрытия, и ее сразу укокошат.

Архивариус с легкостью перерубил первый из серпов: металл, пускай и прочный, не мог устоять против светового меча. Ди зашипела и другим клинком рубанула по гермошву на шлеме ОрбаЛина. Джедай отшагнул, едва разминувшись с клинком.

– Однако, – продолжал он тараторить о проклятых знаках, – они отчеканены из самородного бараббия, который, как вам наверняка известно, отличается удивительной плотностью. Это особенно заметно, если их метнуть с высокой скоростью, что я сейчас и продемонстрирую.

Что-то маленькое и круглое взлетело с пола и пронеслось мимо головы Рил. Неужели это?.. Оно самое! ОрбаЛин поднял Силой один из знаков, которыми так восхищался. К первому присоединились еще два, и все они закружились по комнате, будто подхваченные ураганом. Заметила их не только Рил. Лампроид издал предостерегающий крик, но самую малость опоздал, и в следующий миг каждый из летающих снарядов нашел свою цель.

Хрясь.

Хрясь.

Хрясь.

ОрбаЛин оказался прав. Знаки действительно были на удивление плотными и с легкостью пробили шлемы и респираторы, свалив лампроида и китонака. Только тви’лека осталась стоять на ногах; ее шлем явно был сделан из чего-то покрепче. В отчаянии она метнула серп в голову ОрбаЛина, затем кувыркнулась назад и схватила в разгромленной витрине старинный посох. Бой архивариуса еще далеко не закончился, но, по крайней мере, для Рил путь был свободен.

Она помчалась вперед, перепрыгнув через оглушенного лампроида, и влетела в дверь кладовки. T-9 шмыгнул следом.

За ее спиной продолжался поединок – ОрбаЛину теперь пришлось иметь дело с одной из своих древностей, – но архивариус вполне убедительно доказал, что может о себе позаботиться. Что до Рил, то ее ждала своя работа.

Глава 43

Экспериментальный шагоход «Ротаны»

Стеллан не услышал, как тело канцлера ударилось о землю. Он вообще ничего не слышал. В ушах звенело, а один глаз заплыл и не открывался. Он знал лишь, что над ним стоит трандошанин и наносит удары оставшимся кулаком, с каждым разом все больше расшатывая ему зубы. Стеллан понятия не имел, где упал световой меч и как его призвать. Он не мог думать. Не мог дышать. Не мог функционировать.

Вот тогда-то Стеллан и увидел лицо наставницы. Не физически, конечно – не исключено, что он уже совсем ослеп, – но Рейна Кант предстала перед ним как наяву. Ее постаревшее лицо покрывали морщины, но взгляд был добрым, мягким и исполненным силы.

Стеллану хотелось подойти к пожилой женщине, обнять ее, как никогда не обнимал прежде, когда наставница была жива. Ему хотелось обрести мир, как обрела она, стать единым с Силой, уйти туда, где нет боли и нет долга.

«Нет, – словно бы произнес ее голос. – Долг с джедаем всегда. И боль джедай должен чувствовать всегда: боль угнетенных, боль бессильных. Твое время еще не пришло, Стеллан, но я с тобой. Всегда».

Ладонь Стеллана скользнула под плащ, но не к пустому футляру, а к рукояти, которая висела на поясе. Ободранные пальцы сомкнулись вокруг цилиндра, нащупали бороздки, вытисненные в кожаном покрытии другой рукой; палец лег на металлическую кнопку. Стеллан снял меч Кант из крепления, повернул эмиттер под нужным углом и с силой нажал на кнопку. Он едва услышал, как зажегся зеленый клинок, едва почувствовал запах горелой плоти, когда плазма пронзила туловище трандошанина и вышла из спины.

Удары прекратились, и ящер повалился на бок, испустив в респиратор свой последний вздох.

Стеллан позволил клинку погаснуть. Ему хотелось отдохнуть, дать истощенным легким надышаться – как будто это было возможно в нигильском тумане. По крайней мере, тяжелый газ поднялся немного выше, и едкий воздух слегка очистился. Повсюду вдруг воцарился покой, хотя в глубине сознания гнездилась какая-то мысль, что-то забытое. Что-то важное.

Канцлер!

Стеллан вскочил на ноги, хотя зрение до сих пор не прояснилось. Он знал, что должен найти Лину Со, осмотреть ее травмы. Он, конечно, не Торбен Бак, но ведь что-то сделать может, если еще не поздно.

Он кое-как побрел вперед, вытянув руку. Боль в голове не давала использовать Силу. Вполне возможно, что у него сотрясение мозга, но это могло подождать. Он на что-то налетел, к своему ужасу обнаружив, что пнул Куо, который так и лежал на земле, потеряв сознание от боли. Но где же канцлер? Где Лина Со?

– Канцлер? – прохрипел Стеллан и в ответ сверху раздалось:

– Сюда. Пожалуйста. Мы не удержим!

Стеллан заставил себя сосредоточиться, как-то разобраться, что происходит. Лина Со по-прежнему висела на шагоходе. Значит, он все-таки затормозил ее падение, и когда Иларек Йовет бросилась к канцлеру, чуть не перевалившись через перила, то успела поймать Со за руку. Теперь ей помогали другие. Регаса, мать-крантианка – Лерейхел – и даже мадам Консерра, позабывшая о своей истерике, – все втроем они пытались затащить Со наверх, объединив усилия во имя спасения жизни.

Дух единства.

Стеллан сжал в руке меч Кант, черпая из него силы, чувствуя ее присутствие. Он поднял другую руку и снова призвал Силу, подхватив снизу тело Со и подняв достаточно, чтобы остальные ухватились за руку, за платье, за что угодно, лишь бы вытащить ее наверх.

– Она в безопасности, – окликнула сверху регаса. – Мы держим.

На Стеллана нахлынуло чувство облегчения, столь сильное, что чуть не подогнулись ноги. Однако он понимал, что бой еще не окончен. Он был ранен и в крови, но не собирался сдаваться.

В тумане что-то шевельнулось.

Стеллан вихрем развернулся. На миг у него закружилась голова.

Он выпрямился, бормоча под нос: «Сила со мной. Сила могуча».

Что бы там ни приближалось, ему следовало быть готовым. Мантра всегда помогала; он уже чувствовал, как конечности вновь наполняются энергией, как рассеивается туман если не вокруг, то хотя бы в голове.

– Сила со мной. Сила могуча.

Это его долг. Его призвание. Он не остановится, пока те, кто на шагоходе, не будут в безопасности.

– Сила со мной! Сила могуча!

Меч Стеллана вылетел из дыма откуда-то слева и нашел его открытую ладонь. Держа крепко оружие Кант, он зажег оба клинка одновременно и застыл, готовый защищать всех.

Тени в тумане сгустились, приняв форму трех бегущих к нему фигур. Стеллан напрягся, и в этот момент из тучи выпрыгнули Матари и Вору, позади которых блеснула знакомая красная броня.

Стеллан расслабился и опустил мечи. Капитан Марамис остановился перед ним. Тогрутский гвардеец тяжело дышал, а на его щеке виднелся глубокий порез, сочившийся кровью.

– Нигилы?

– Всё, – сообщил капитан. Ему приходилось кричать, чтобы было слышно сквозь рев машин налетчиков. – По крайней мере, те глупцы, которые вздумали напасть на парочку разъяренных таргонов.

Сами таргоны тыкались мордами в Куо, который лежал подозрительно неподвижно.

Стеллан спрятал мечи и подбежал к советнику, Марамис – следом. Гвардеец бросил взгляд на шагоход, который вновь окутало туманом.

– Что случилось? Регаса…

– В безопасности. Она отважна сверх всякой меры.

– Это я мог бы сразу сказать.

Таргоны расступились, позволив Стеллану опуститься на колени перед Куо. Он проверил пульс куривара: слабый, но ровный.

– У него шок.

– Скверный перелом.

– Да. Надо поднять его к остальным.

– А где лестница?

– Разбилась. – Сейчас не было времени вдаваться в подробности. Стеллан махнул рукой в сторону трандошанина. – Вон там валяется нигил. У него был щит.

– Был?

– Ему он больше не понадобится. Вы бы не могли его принести… и его топор заодно.

– Вам нужно его оружие?

– Пожалуйста, – сказал Стеллан, стараясь не раздражаться. – Просто сделайте, как я прошу.

Марамис послушался и принес снаряжение, которое швырнул на землю вместе с перевязью, заполненной какими-то флаконами.

– Они все такие носят, – объяснил капитан гвардейцев, указав на иглу, торчащую из приспособления. – Она была подключена к шунту в руке трандошанина. – Думаю, там стимулятор, чтобы громилы могли сражаться даже ранеными.

– Это многое объясняет, – сказал Стеллан, подумав об упорстве противника, впечатляющей даже по трандошанским меркам. Стимуляторы могли пригодиться, но сейчас надо было заняться травмами Куо. Под пристальным взором Марамиса Стеллан достал меч и срезал лезвия с топора нигила. Затем окровавленным палантином он привязал древко к ноге Норела. Шина вышла грубой, но приходилось довольствоваться тем, что есть.

– Теперь это. – Стеллан развернул щит выпуклой частью вниз и положил рядом с советником. По размеру вроде в самый раз.

– В самый раз для чего? – прокомментировал Марамис, и Стеллан осознал, что, должно быть, произнес это вслух. Наверное, голове досталось сильнее, чем он представлял. – Лорд-джедай?

Стеллан не ответил. Используя Силу, он со всей осторожностью перенес Куо на щит. Как и шина, импровизированные носилки не были идеальными, но с их помощью можно было перемещать Куо, не причиняя новых повреждений… наверное.

Положив перевязь со стимуляторами на грудь Куо, Стеллан как мог постарался успокоить свой разум. Он воздел обе руки, и щит начал рывками подниматься вверх. От усилий джедая чуть не вывернуло наизнанку, но он знал, что должен оставаться сильным. Если концентрация ослабнет хоть на миг, Куо полетит на землю во второй раз, и тогда уже никакие нигильские стимуляторы его не спасут.

Стеллан толкал и толкал, чувствуя, как щит поднимается в туман.

– Да, да, – послышался голос сверху. Канцлер, избавленная от опасности. – У вас получается, Стеллан. Мы уже почти дотянулись. Еще чуть-чуть.

Стеллан сосредоточился на ее словах, на подбадривающих возгласах других спасенных. Те свесились вниз, подхватили щит, как только он оказался в пределах досягаемости, и перетащили Куо через край платформы.

Стеллан ждал, не прекращая своего воздействия, пока не удостоверился, что советник уже не скатится со щита, и не услышал, что Куо благополучно доставлен на борт. Только тогда он расслабился; колени подогнулись. Стеллан пошатнулся вперед, но Марамис бросился к нему и подхватил, не дав упасть.

– Стеллан.

– Я в порядке, – ответил капитану джедай, с благодарностью сжав его руку. – Сила со мной.

Из тумана донеслись звуки сражения.

– Рад слышать, потому что скоро у нас будут гости.

Стеллан с усилием выпрямился, радуясь, что сразу же не повалился обратно. Справа зарычала Вору. Стеллан разогнал туман и увидел, что таргон трогает лапой опрокинутую лестницу.

– Сможем поднять? – спросил Марамис, подбежав к таргону.

– Пожалуй, – сказал Стеллан. – Хотя не факт, что она выдержит наш вес.

– Иначе придется лезть по ногам.

Стеллан огляделся и увидел, что Матари уже именно так и делает: карабкается по ноге шагохода, будто по пинноковому дереву с родной планеты таргонов. Сам он даже при помощи Силы не смог бы повторить этот трюк. Сейчас он даже сомневался, что способен на банальный прыжок.

– Значит, лестница, – согласился Стеллан, помогая Марамису поднять конструкцию. Та оказалась тяжелее, чем он думал, но Стеллан нашел в себе достаточно энергии, чтобы призвать на помощь Силу. Лестница с лязгом встала вертикально, и они вдвоем придвинули ее поближе к боку шагохода.

С леденящими душу воплями из тучи выскочили новые нигилы, размахивая палицами и топорами. Марамис тоже достал свое оружие и свалил двух бандитов выстрелами из каявина.

– Чего ждете? – закричал капитан, снимая третьего. – Лезьте!

Стеллан не был настолько упрямым, чтобы спорить. Пускай он и джедай, но Марамис находился в лучшей форме, что с мучительной очевидностью подтвердилось, когда Стеллану пришлось подтягиваться наверх, хватаясь за перила. Лестница опасно тряслась, но все же ему удалось добраться до верха, где регаса Йовет помогла перелезть через край, а следом уже карабкался второй таргон. Затем настала очередь Марамиса, который взбежал по лестнице, не обращая внимания на ее раскачивание.

– Осторожно! – крикнула мадам Консерра, когда нигилы бросились следом за Марамисом, но далеко они подняться не успели. Дождавшись, когда капитан перемахнет через край, Стеллан сделал толчок Силой. На сей раз лестница опрокинулась. Развернувшись, джедай ухватился за ближайшее кресло, чтобы не упасть. Канцлер Со успела забраться в кабину и уже запускала управление. Металлический гигант сделал свои первые шаги, от которых задрожала земля.

– Поехали, – обрадовалась Лерейхел, прижав к себе ребенка. Снизу раздалось несколько бластерных выстрелов, разряды отрикошетили от днища шагохода. Стеллан нетвердой походкой двинулся вперед, не обращая внимания на крики нигила, угодившего под одну из ног машины.

– Не знал, что вы умеете водить такие штуки, – сказал он Лине Со, когда добрался до кабины.

– Я и сама не знала, – ответила она, вглядываясь в туман, который, к счастью, наверху был не таким густым. – Так куда двигаться?

– Вперед. – Стеллан указал рукой в ту сторону, где, как он надеялся, был местный храм-аванпост. – Только вперед.

Глава 44

«Инноватор»

«Пошли, сами посмотрим», – сказал он.

– «Я проведу, – сказал он. – Никто не заметит».

Ну что за идиот.

– Кип, хватайся.

Джом протягивал Китрепу руку, чтобы вытянуть его наверх по лестнице, которая теперь торчала в неестественном направлении. По ходу, они вообще не могли сказать, где теперь пол, стены и потолок, но это не имело значения: лишь бы выбраться с корабля, пока он не утонул.

Пальцы Кипа нащупали запястье Джома, и мальчишка потянул. Для равновесия Кип ухватился за поручень.

Позади беспомощно пыхтел куаррен – Кип с Джомом нашли его, когда он одиноко бродил по коридорам. Кип оглянулся, тревожась за старика. Тот быстро сдавал, а из глубокого пореза под левым глазом все еще шла кровь. Кип видел этого старика на обзорной платформе с какой-то женщиной, но сейчас он был один, и в его глазах нельзя было не заметить слез. Они знали только его имя да еще тот факт, что ему трудно дышать.

– Вы как, Нуо? – окликнул Джом. – Дать руку?

– Он не говорит на общем, – напомнил Кип сыну мэра и полез обратно тем же путем, чтобы помочь. К счастью для них всех, куарренский был лишь одним из множества языков, которые мама заставила его выучить. – Уже недалеко, – сказал он дедуле, но куаррен лишь мрачно покачал головой:

– Оставьте меня.

– Ни за что. Надо держаться вместе.

Что было не так уж трудно. Ведь их было всего четверо: Кип, Джом, Нуо и женщина по имени Лисса – работница, которая вывела их с платформы во время атаки нигилов.

– Давайте я пойду сзади, – предложил Кип, переместившись за спину куаррена. – Подсоблю немного.

Все еще ворча, Нуо позволил, чтобы его вытолкали вверх по лестнице. Джом ухватился за его промокшую одежду.

– Но куда именно мы идем? – пробулькал куаррен, когда все оказались наверху.

Вопрос был хороший. Кип повернулся к Лиссе, которая сверялась с треснувшим планшетом:

– Куда дальше?

Женщина провела пальцем по карте на дисплее и повернула устройство, чтобы понять их местоположение.

– Сюда, – проговорила она со своим странным акцентом, указав на полузакрытую дверь, которая застряла на катках.

Джом выбежал вперед и попытался открыть проход. Было видно, как под его мокрой рубашкой напряглись мышцы.

– Поддается, – проговорил он сквозь стиснутые зубы.

Лисса сунула планшет за пояс и пришла ему на помощь – только вместо того, чтобы толкать дверь, она потянула ее на себя. Кип тоже присоединился, тогда как Нуо, тяжело дыша, привалился к стене.

Дверь заскрипела в пазу.

– Пошла, – сказал Джом. – Начинает двигаться.

И дверь в самом деле сдвинулась, причем очень зрелищно: вдруг скользнула в стену, будто свежесмазанная. Лисса разжала руки, но Кип и Джом по инерции полетели вперед и растянулись на полу, переплетясь руками и ногами.

– Осторожно. – Джом крепко схватил Кипа, прежде чем тот покатился вниз по лестнице. Кип вцепился в валона, прижавшись к нему. Минувшей ночью он фантазировал, каково было бы держать Джома так близко к себе, но сейчас было не время претворять мечты в жизнь. Разделившись, оба взобрались на ноги. Лисса уже исчезла за дверью.

– Сюда!

Они пошли за женщиной. Лисса, отслеживая их положение на карте, свернула сперва в одну сторону, потом в другую. Кип не имел представления, куда они направляются, но особого выбора не было: оставалось лишь положиться на женщину, которая вела их то по скрипящим коридорам, то под трубами, которые вывалились через разбитый потолок, то через нагромождение всякого опрокинутого оборудования. Нуо поскользнулся, обходя что-то похожее на торговый автомат, и резко втянул воздух своими головными щупальцами, когда его нога запуталась в покореженном корпусе. Дальше Кип с Джомом помогали ему идти, так что куаррен полупрыгал, полуковылял следом за работницей, положив руки им на плечи.

– Вы точно знаете, куда мы идем? – спросил Джом.

– Нет, – последовал честный ответ. – Но, если я правильно понимаю, мы сейчас на шестой палубе. А тремя уровнями ниже есть ангар для челноков, и я думаю, что мы сможем туда попасть на турболифте, который прямо впереди.

– А на что нам ангар? – спросил Кип.

Но Джом уже все обмозговал:

– Если там стоит челнок, мы могли бы открыть двери ангара и улететь.

– Если эти двери не под водой.

– Ты такой оптимист, – сострил Джом. Кип постарался не принимать упрек близко к сердцу. – Даже если и под водой, челнок все равно доставит нас на поверхность. Надо попробовать.

Он был прав. Не возвращаться же обратно, а другого выхода с этой штуки не было. И все равно это был выстрел наудачу.

– Вот, – объявила Лисса, когда они подошли к двери лифта. Лампы вверху то вспыхивали, то гасли.

– Вроде бы в экстренных ситуациях лифтом нельзя пользоваться, – сказал Кип, выскользнув из-под руки Нуо.

– Сомневаюсь, что он вообще работает, – созналась Лисса. Она открыла панель, под которой обнаружился рычаг. Работница потянула его вниз, и дверь открылась, явив взору пустую шахту и лестницу, ведущую в бездну. – Тут должен быть фонарик. – Лисса поискала кнопку в планшете. Зажглась крохотная лампочка, на секунду ослепив Кипа, после чего женщина сунула устройство за пояс лампочкой вперед.

– Я пойду первым, – объявил Джом и полез по лестнице.

– А с Нуо как быть?

– Я справлюсь, – ответил куаррен на своем языке, уловив смысл вопроса Кипа. – Иди первым.

– Вы уверены? – спросил Кип по-куарренски, и хотя Нуо утвердительно кивнул, по дрожанию щупалец было видно, что никакой уверенности он не испытывает.

«Не он один», – подумал Кип, перелезая на лестницу.

Ступени были мокрыми от воды, которая лилась в шахту сверху, и у Кипа быстро разболелись руки и ноги. Нуо с трудом карабкался следом, а за ним – Лисса. Все двигались молча, и собственное дыхание казалось Кипу слишком громким. Он ощупывал каждую перекладину ногами, боясь смотреть вниз. Был уверен, что обязательно поскользнется, но как-то держался. Наконец они миновали запертую дверь четвертой палубы.

– Всего один уровень остался, – подбодрила всех Лисса, но реальность оказалась менее радужной.

– Есть проблема, – окликнул снизу Джом.

– Всего одна? – отозвался Кип и наконец посмотрел вниз, чтобы самому выяснить, о чем речь. Дальше в шахте стояла вода, и Джому пришлось остановиться.

– Далеко до следующей двери? – спросил валон.

Сверху донесся голос Лиссы:

– Должна быть рядом.

– Но там темно, – сказал Кип. Что было правдой. Даже с фонариком Лиссы это было все равно что глядеть в бочку с нефтью: вода была черной как деготь.

– А отсюда открыть дверь нельзя? – поинтересовался Джом.

– Можно, – ответила Лисса. – Там должен быть рычаг вроде того, которым я воспользовалась. Откинь крышку и тогда сможешь за него потянуть и открыть дверь.

– Даже под водой? – уточнил Кип.

– Наверное.

Звучало не очень обнадеживающе.

– О чем речь? – пророкотал Нуо.

Кип перевел суть куаррену, и тот тяжко вздохнул:

– Я поплыву и открою дверь.

– Куда там. Вам не хватит сил.

– Я сильный как килкана, – заявил Нуо и выпятил грудь, после чего зашелся в приступе кашля.

– У вас приватный разговор, или все могут участвовать? – поинтересовался Джом.

– Он сказал, что может туда сплавать.

– Он себя хоть видел?

– Вот я и говорю этому куаррену, чтоб не куакал.

– К счастью для вас, ребята, я плавал в этом озере, еще когда был по колено битачервю. Пора еще раз окунуться.

Прежде чем Кип успел его остановить, валон сделал глубокий вдох и нырнул в воду.

– Джом!

– Все будет хорошо, – сказала Лисса, однако Кип не был столь уверен. С другой стороны, он не знал, нужно ли броситься на помощь. Плавал он так себе, и от одной мысли об этом у него внутри все сжалось, но ведь Джом в беде…

На поверхности всплыли пузыри – сперва маленькие, потом побольше. Кип осознал, что и сам задержал дыхание, особенно когда после серии хлопков пузыри вообще перестали появляться.

– Джом? – Вода была зловеще спокойной. – Джом!

Все. Надо прыгать. Кип сделал судорожный вдох и приказал себе разжать пальцы, готовясь нырнуть вниз головой в темный омут.

Вдруг вода стала уходить, и Лисса радостно вскрикнула, глядя, как она хлещет в открытую дверь. В шахте тускло зажглось аварийное освещение.

В проеме показалась рыжая голова. С волос капала вода.

– Ну? – ухмыляясь, сказал Джом. – Официального приглашения ждете?

Все полезли вниз. Джом помог им выбраться в коридор, который, как и весь корабль, был повернут боком. Одышка Нуо сделалась еще сильнее, но и он тоже прыгнул вперед и ухватился за Лиссу. В этот момент корабль вдруг дернулся, и она потеряла равновесие.

– Мы держим, – сказал Кип, и они вдвоем вытащили ее из шахты, но никто не смог спасти планшет, который выпал из-за пояса и плюхнулся в воду, уже собиравшуюся под открытой дверью.

– Только не говорите, что я должен и за ним нырять, – сказал Джом, вглядываясь в мутную жидкость.

– Не нужно, – ответила Лисса и прислонилась к стене, чтобы не скользить. – Ангар прямо впереди.

К счастью, далеко идти не пришлось, хотя Нуо все равно дважды оказывался на полу; Кип каждый раз гадал, сможет ли старик подняться на ноги.

– Уже рядом, – пообещала Лисса. Однако, выйдя за угол, они обнаружили, что ангар в еще худшем состоянии, чем Нуо. Все бочки и контейнеры перекатились из одного конца в другой, собравшись у дальней стены, с потолка свисали кабели, а сам потолок грозил вот-вот обрушиться. Хотя увидели они и проблеск надежды – в облике досветового челнока, который откатился вместе с бочками, но в остальном выглядел невредимым.

– Люк открыт, – окликнула Лисса, взобравшись наверх.

– Сухо там? – спросил Джом.

– Как на Чаактиле ночью. – В кабине зажегся свет. – И есть питание!

Они помогли Нуо пролезть через люк и обнаружили внутри два ряда сидений: три сзади и два за приборной панелью. Лисса села в кресло пилота. Она стала щелкать рычажками и вдруг нахмурилась.

– Что такое? – спросил Джом, заметив ее гримасу.

– Здесь-то питание есть, но в ангаре его нет. – Она посмотрела сквозь транспаристальное окно на огромные двухстворчатые двери, которые должны были открываться в космический вакуум. – Заперто наглухо.

Джом с Кипом подошли ближе. Джом забрался на место второго пилота.

– И отсюда ничего нельзя сделать?

Кнопки под пальцами Лиссы лишь беспомощно бибикали.

– Система сдохла.

Кип развернулся и полез обратно.

– Ты куда?

Он оглянулся на Джома:

– Там должно быть какое-то ручное управление, как в шахте лифта.

– Не нравится мне эта идея – открывать двери руками, – пробормотал Джом. – Там за ними озеро.

– Есть другие варианты?

– А оружие на этой штуке есть? – спросил Джом.

Лисса сверилась с приборами:

– Думаю, да. По крайней мере, самый минимум. Простые лазеры, ничего больше.

– Хватит, чтобы пробить дыру в дверях?

Она продолжала изучать панель:

– Есть только один способ это выяснить, но реальные проблемы начнутся потом…

У Кипа сжалось сердце:

– Вы не знаете, как им управлять.

– Нисколечки. Я прекрасно умею включать питание и неплохо распознаю системы, но перегнать челнок на поверхность? Ну, это совсем другое дело.

Джом ругнулся.

– Да уж, это точно.

– Ну, я тоже не умею. – Он развернулся и выжидательно посмотрел на Кипа.

– Я? Откуда я знаю, как водить челнок?

– Ты ж на них летал кучу раз.

– Пассажиром.

– Подвинься, Дака ради. – Все обернулись, услышав поток слов на куарренском, и увидели, как Нуо лезет на место Лиссы, прогоняя ее морщинистой рукой. – Слезай. Кыш. Кыш.

Хотя и не совсем понимая, что он говорит, работница отодвинулась, и куаррен плюхнулся на переднее сиденье.

– Вы что, пилот? – спросил Кип.

– Был когда-то, но вряд ли с тех пор что-то сильно поменялось.

Нуо принялся переключать рычажки перепончатыми пальцами. Двигатели загудели, коммуникатор тоже ожил, и в динамиках захрипел голос:

– … говорит Вэм Таргс, конструктор этого корабля. Я пытаюсь отстрелить главный процессор, содержащий важные результаты изучения гиперпространственных аномалий, которые предположительно используются нигилами. Помещение экипажа стремительно заполняется водой, и…

Из динамиков донесся грохот взрыва, что и так было бы достаточно тревожным, но вдруг ангар резко накренился назад. Все завизжали, хватаясь за что попало; челнок дернулся и поехал к дальней стене. Раздался неописуемый гул – потолок наконец-то рухнул, – и сверху полилась вода. Что-то очень сильно и громко ударило по крыше челнока, та прогнулась. Корабль остановился. Джом вытянул шею, чтобы посмотреть, в чем дело.

– Мы застряли под балкой.

– Под какой еще балкой? – спросил Кип.

– Под такой, что разве десяток вуки с места сдвинет.

Ангар быстро наполнялся водой, которая уже доходила до окна челнока.

– Как думаете, корабль уже весь погрузился? – спросил Кип.

– Трудно сказать, – ответила Лисса. – Но вполне вероятно.

– Так что же нам делать? – захныкал Джом.

– Держаться за что-нибудь, – пробулькал Нуо, запуская двигатели. Челнок затрясся еще яростней, пытаясь выбраться из-под балки, и на долю секунды послышался жуткий царапающий звук.

– Ничего не выйдет. Мы застряли. – Кип встал и открыл люк.

– Ты куда? – крикнул Джом, перекрывая вой двигателей.

– Хочу поглядеть, сойду ли я за десяток вуки.

Джом и Лисса выбрались следом, но их усилия оказались тщетны. Несмотря на все старания, балка даже не шелохнулась. Челнок заклинило намертво.

– Может, хоть какие-то резаки есть на борту? – предположил Джом.

– Даже если разберемся, как ими пользоваться, хватит ли нам времени, чтобы разрезать весь этот металл? – спросил Кип, но тут же решил не тратить время в ожидании ответа. – Ладно. Я поищу.

Он двинулся в сторону люка, но поскользнулся на мокрой крыше и съехал по краю вниз. Сделав глубокий вдох, он закрыл глаза и приготовился к погружению в холодную воду. Но вместо этого обнаружил, что парит в воздухе, размахивая руками.

– Старайся сохранять спокойствие, – донеслось сверху. Кип перевернулся в невидимой хватке, возносившей его обратно на крышу, и увидел фигуру, которая глядела на него с верхней палубы, держась одной рукой, а другой направляя его полет.

– Белл!

Падаван спрыгнул вниз, приземлившись с невероятной грацией.

– Развлекаетесь?

– Не то чтобы, – ответил Кип. – Но спасибо за, так сказать, транспортировку.

– Это самое меньшее, что я мог сделать. – Белл повернулся и посмотрел на балку. – Вам ее не сдвинуть. Тут резак нужен.

– Я за ним и шел.

– Уже не надо. – Белл достал световой меч; вспыхнул зеленый клинок. – Идите все на борт.

Кип протер глаза от воды:

– А ты?

– Сила обо мне позаботится. Идите.

Они послушно заскользили вниз к открытому люку, который Лисса тут же захлопнула.

– Нельзя же оставлять там Белла, – сказал Кип, но она уже застегивала ремень на животе.

– Ты же слышал, что он сказал. Он джедай. Это его работа.

– Совершить самоубийство?

– Нет, – донесся снаружи голос Белла. – Все готовы?

Кип пересказал Нуо план Белла, насколько понял сам, и куаррен кивнул:

– Да. Можно стартовать.

– Тогда держитесь.

Раздалось шипение, и на окно посыпались искры. Кип поморщился, но транспаристаль не трескалась – по крайней мере, пока что.

Скрежет металла прекратился, и над их головами послышались шаги Белла, который перешел на другую сторону челнока. Он издал какие-то приглушенные звуки, но за шумом воды слов было не разобрать.

– Что ты сказал? – закричал Кип.

– Я перерезал балку с правой стороны, – донесся ответ. Вода уже поднялась до верха окна. Белл вроде как сообщил, что сейчас займется другой стороной, но точно сказать было трудно.

– Приготовь пушки, – пробулькал Нуо, обращаясь к Джому, который недоуменно воззрился на него.

– Лазеры, – перевел Кип.

– Перед тобой, – добавила Лисса.

– Где? – спросил Джом как минимум на две октавы выше своего обычного голоса.

Звуки резки металла возобновились.

– Здесь и здесь. – Нуо наклонился и ткнул пальцем в две кнопки. На тактическом дисплее перед Джомом появились двери ангара, поверх которых висело красное перекрестье прицела.

– Просто нажми на них, когда я скажу, понял? – произнес Нуо, и на этот раз Джом уловил смысл:

– Это чтобы стрелять, да? Пиу-пиу?

– Да, стрелять, – подтвердил Нуо, для верности добавив «пиу» на общем.

На крыше послышались шаги.

– Он уже почти закончил, – сказала Лисса.

Нуо запустил двигатели и положил ладонь на ручку управления.

– Не сейчас, – предостерег Кип, но куаррен не желал ждать. Вода уже плескалась выше окон, и что-то вдруг затрещало. Транспаристаль наконец лопнула, что ли?

– Нет, сейчас, – заявил Нуо и потянул рычаг еще до того, как Белл закончил резать. Кип закричал ему, чтобы подождал, но его вопли заглушил скрежет рвущегося металла, и челнок устремился вперед.

– Стрелять! – пролаял Нуо на общем, дергая за ручку. Челнок понесся прямо на дверь. – Пиу-пиу!

Джом нажал на гашетку, сверкнула ослепительная вспышка, и в разваленные двери хлынуло водное цунами.

Нуо крикнул что-то еще, но Кип не расслышал. Он изо всех сил пытался удержаться за кресло. Снова что-то хрустнуло, и сквозь теперь уже вполне заметную трещину полетели брызги. Кип не видел, ни куда они движутся, ни хотя бы выбрались ли уже из чрева «Инноватора», но спустя несколько секунд вода перестала литься, и мрак сменился картиной прокопченного неба.

Джом победно вскинул кулак. Кип еле сдержал рвотные позывы, когда Нуо резко развернул челнок, направив его к гавани. «Инноватора» было вообще не видать, а сам парк тонул в густом желтом тумане, который стелился по земле. Раздавались выстрелы и взрывы, а в небе над ними гонялись друг за другом истребители. Небесные острова исчезли, большинство павильонов тоже были разбиты, в доке горели сбитые аэрокары, и повсюду вокруг валялись тела.

– Моя мама где-то там, – тихо сказал Кип, когда Нуо повернул нос челнока к земле.

– Мы летим слишком быстро, – крикнула Лисса, но Нуо лишь заорал, чтоб держались, и со всей силы потянул ручку на себя.

За свою жизнь Кип успел насмотреться всяких голофильмов по технике безопасности, а потому крикнул всем, чтобы наклонились вперед и положили руки на голову.

Челнок ударился о землю, с визгом заскользил и резко остановился, так что всех бросило на ремни. Кип поднял голову, дивясь тому, что до сих пор жив. Джом уже вскочил на ноги и открывал люк.

– Думаешь, безопасно? – спросил Кип.

– Лучше быть там, чем здесь. Почем знать, вдруг эта штука рванет.

Они выкарабкались наружу. Кип помог выбраться Нуо, хотя ему хотелось наорать на старого эгоистичного дурака за то, что бросил Белла.

Снаружи стояло зловоние, а криков и взрывов было почти не слышно на фоне какофонии, напоминавшей музыку в исполнении маньяков. От смрада у Кипа перехватило дыхание; ноги его подогнулись, и он чуть не свалился вместе с Нуо.

Джом в секунду оказался рядом, спрашивая, все ли в порядке.

– Какое там в порядке, – прошипел Кип, оттолкнув его. – Мы оставили джедая умирать на тонущем корабле.

Джома, похоже, задел гнев в его голосе:

– Я знаю.

– Он был одним из хороших парней, Джом. Скажи… кто мы после этого?

Словно в ответ, где-то впереди залаяла собака. Оглянувшись, Кип увидел серо-оранжевую борзую, которая во весь опор мчалась к ним. Не просто борзую, а борзую Белла. Знала ли она, что они сделали? А вдруг она хочет отомстить за то, что бросили ее хозяина? Матари и Вору точно захотели бы, если бы кто-то так поступил с его матерью.

Кип поднял руку, защищаясь, но собака пронеслась мимо и запрыгнула на бок разбитого челнока. Кип разинул рот, увидев, что Искра вскочила на руки какой-то фигуре, лежавшей на покатой крыше, – фигуре в насквозь промокшем одеянии джедая.

– Белл! – закричал Кип. Он вскочил на ноги и побежал к челноку. – Ты спасся!

– Я же говорил, что Сила обо мне позаботится, – ответил джедай, пытаясь угомонить борзую, грозившую зализать его до смерти. – Хотя цепляться было не слишком приятно, когда вы разбили двери.

– Да, насчет этого… – покраснев, начал Джом.

Белл спрыгнул с челнока, Искра соскочила следом.

– Мы все выбрались, и это главное. Хотя, увы, мой меч утонул вместе с кораблем.

– Жаль, – сказала Лисса. – Думаю, он бы нам пригодился.

– Я должен найти маму, – выпалил Кип, и Белл положил руку ему на плечо:

– Мы ее найдем, если будем держаться вместе. – Что-то привлекло внимание джедая, и он улыбнулся. – Все вместе.

Обернувшись, Кип увидел панторанку и двоих перепачканных сайклориан, которые помогали идти раненому человеку в изодранной форме работника выставки.

– Денис? – сказала Лисса, узнав его. – Ты…

– Я жив, – ответил человек, устало улыбнувшись джедаю. – Благодаря Беллу. Рад тебя снова видеть, малой.

– Взаимно, – отозвался Белл, – хотя, право, здесь не лучшее место для обмена впечатлениями. Надеюсь, вы готовы.

– К чему? – спросил Джом.

Белл повернулся к нигильской туче:

– Выбраться с корабля было нетрудно. Вот дальше начинаются проблемы…

Глава 45

Выставочный парк, Вало

Удар палицы вполне мог убить джедая. Нет, это она могла убить джедая – уже во второй раз за пару дней. Тай это знала и сожалела о содеянном, как сожалела и о том, что чуть не проткнула его накануне вечером, но никто не имел права забирать у нее меч. Никто.

К аресту она отнеслась спокойно – такое случалось частенько, – но оружие было одной из немногих ниточек, которые связывали ее с прошлой жизнью. Той, что была до чудовищ и гангстеров. Еще когда она была хорошей девочкой.

– Тай? Тай, ты что вообще творишь? – Это была Мантесса, которая, спотыкаясь, вышла из дыма; в нескольких шагах сзади шла Клэрин. – Надо уходить.

– Сперва я заберу свое, – сказала Тай, не сводя глаз с джедая, который, оглушенный ударом, силился подняться на ноги. Его щека уже распухла – возможно, там даже что-то треснуло, – но джедаи умели терпеть боль, Тай это знала по собственному опыту.

– Зря ты это сделала, – прошамкал джедай. – Ты только ухудшаешь свое положение.

Куда там еще ухудшать, если она уже и так в бегах? Побег из-под стражи, пускай и в разгар нападения нигилов, был еще одним черным пятном в ее послужном списке. И неважно, что в этом деле ей помогал падаван.

– Просто верни меч, и я уйду, – сказала Тай, протянув руку. – Ты меня больше никогда не увидишь.

– А если я не хочу?

Тай снова приняла боевую стойку. Джедай поднялся на ноги, слегка пошатываясь.

– Не думаю, что у тебя есть особый выбор.

– Неужели?

Палица вырвалась из ее хватки и легла в его ладонь. Тай ругнулась и стиснула кулаки. Если бы только удалось вызволить из тюрьмы весь ее арсенал! Она понимала, что даже в таком состоянии джедай ее уделает, и наглый ублюдок тоже это понимал.

Впрочем, от драки она никогда не уклонялась.

– Йоррик! – прошептала сзади Мантесса.

– Идите, – окликнула она через плечо, не сводя глаз с джедая, который завладел палицей. Его взгляд был на удивление ясным как для человека, которому только что чуть не вышибли мозги. – Я вас найду.

– Не утруждайся, – последовал ответ, и Мантесса потащила Клэрин обратно в туман. Вот и хорошо. Минус две особы, о которых нужно беспокоиться. После всего этого позора Тай уже и не ждала, что ей заплатят. Значит, решение принято. Больше наниматься в телохранители мы не будем. Отныне займемся только тем, что умеем лучше всего: убивать чудовищ. Но для этого нужен световой меч.

– Ну? – сказала Тай, косясь на палицу.

– Что «ну»?

– Драться будем?

Голос звучал уверенно. И хорошо, потому что без оружия в руке ни малейшей уверенности она не испытывала. Любой джедай мог ее обездвижить, отшвырнуть назад Силой или попробовать запудрить мозги, но Тай собственными глазами видела, что этот тип сделал с небесным островом. Тай уже очень давно не появлялась в джедайском храме, но она помнила достаточно из того, чему ее учили, чтобы знать разницу между светом и тьмой. То, что он сотворил, было определенно темным.

Тай прыгнула вперед, метя ногой в грудь, которую прошлым вечером пыталась проткнуть мечом. Джедай сделал финт, увернувшись и от ноги, и от последовавшего удара кулаком.

– Не надо, – предостерег он.

– Я должна.

– Хорошо.

Джедай выставил палицу перед собой и… отшвырнул ее.

Тай вытаращилась, не зная, как реагировать, тем более что он сунул руку под одеяние и достал ее меч.

– На.

Тай заморгала:

– Чего?

Джедай шагнул вперед, протягивая ей рукоять:

– Ты хотела меч? Вот тебе меч.

– Вот так просто.

– Вот так просто, хотя я попрошу кое-что взамен.

Ха! Как это типично. Мир катится в тартарары, а этот клоун пытается заключить сделку.

– Чего тебе может быть от меня надо?

Он раскрыл ладонь, и меч поплыл в ее сторону.

– Помощь. Кем бы ты ни была, ты прошла подготовку джедая. Это очевидно. Я не знаю, что заставило тебя отвернуться от Ордена, но зато знаю, как помириться.

Тай фыркнула. Меч по-прежнему висел между ними. Наверняка это какая-то уловка.

– Ты не знаешь, что заставило отвернуться… меня? И это говорит парень, только что сотворивший такое. – Она ткнула пальцем туда, где недавно парил небесный остров. – А дальше что? А?

– Дальше я должен загладить свою вину. – Джедай подтолкнул меч ближе, словно приглашая взять его. – Послушай, именно из-за этого небесного острова я не могу сейчас оставаться один. Мне нужен кто-то… кто бы не давал мне сбиться с пути.

Тай рассмеялась:

– Я, что ли?

Джедай пожал плечами. Его рука оставалась вытянутой, меч слегка дрожал в воздухе.

– Кроме тебя, здесь больше никого нет, а гости умирают. Я им нужен, а значит, мне нужна ты. Сила это знает, я это знаю, и, думаю, в глубине души ты тоже это знаешь. Ты мне поможешь? Пожалуйста.

Тай уставилась на него, внимательно разглядывая лицо и пытаясь понять, не трюк ли это. Говорил он как будто искренне, но ведь когда бывало иначе. В качестве последнего средства она прощупала своими чувствами, как учили давным-давно, и обнаружила массу сомнений и сожалений, а также непреодолимое желание все исправить.

Этот тип не врал. Он мог убить ее не сходя с места, но нуждался в ней… нуждался до такой степени, что это граничило с умопомрачением.

Тай выдернула меч из воздуха и осмотрела, желая убедиться, что он ничего не поотключал. Вроде все нормально. Вот теперь ситуация изменилась. Теперь она была вооружена, а он – уязвим, и не только физически.

Тай подняла голову и посмотрела в его измученные, затравленные глаза.

– Ну? – спросил он, протянув в ее сторону пустую руку.

– Спасибо, – сказала Тай, похлопав по рукояти меча, и приняла еще одно решение. – Но это не мой бой. Прости. За все.

Тай Йоррик развернулась и побежала в туман, пока не передумала.

Глава 46

Павильон «Звездного света»

Рил уже много лет пользовалась разным оборудованием связи, однако в жизни не видела ничего столь сложного и попросту красивого, как этот джедайский передатчик с его позолоченными панелями и старинными ручками настройки. Правда, теперь он уже выглядел не столь элегантно, поскольку Рил насовала туда кабелей, выдернутых из ближайшего компьютерного терминала. Она надеялась, что ОрбаЛин простит, хотя, судя по грохоту и крикам, у архивариуса еще хватало дел на руинах его любимой коллекции. T-9 парил в дверях и наблюдал за боем, чтобы предостерегающе бибикнуть, если кто-нибудь направится в их сторону. Хотя соединение и прервалось, дроид-камера все же мог сослужить службу.

Чего нельзя было сказать о ретрансляторе-усилителе. Насколько изысканным выглядел экспонат, настолько же он оказался бесполезным. Оно и неудивительно, учитывая его возраст и тот факт, что связь лежала везде: на земле, в воздухе и даже, насколько Рил могла судить, в космосе.

Вдруг глаз за что-то зацепился. Рил раскинула сети широко, и золоченый терминал, пускай и древний, уловил еле заметную тень сигнала. Что это, эхо или кто-то отчаянно пытается отправить сообщение к звездам? Рил повернула ручку, пытаясь навестись на частоту сигнала. Снова мигнуло. Да. Что-то определенно было, но ретранслятор не мог настроиться. Неважно. Рил знала, что могло.

– T-9? Сюда.

Дроид мгновенно подлетел к ней.

– Можешь открыть эту панель? – спросила Рил, постучав по крышке с серебряными краями.

Дроид выдвинул скрытый манипулятор и принялся взламывать панель, которая так долго не давалась Рил.

Пара секунд, и он откинул крышку, обнажив клубок проводов.

– Да, – сказала Рил, изучая внутренности передатчика. – Как раз то, что надо.

Она вытащила несколько проводов и вставила в переходник, который позволял подсоединить ретранслятор к лицевому импланту. T-9 встревоженно свистнул.

– Не бойся, малыш, – сказала журналистка. Она подключилась к передатчику и попробовала установить интерфейс. – Я знаю, что делаю.

На самом деле, конечно, она не знала. Это проявилось со всей очевидностью, когда ее затопило потоком необработанных данных, который сопровождался волной раздирающей боли. Рецепторы импланта изо всех сил пытались заглушить посторонние сигналы, но Рил отключила протоколы защиты и стиснула зубы.

Согласно спецификациям производителя, все то, что она сейчас делала, было невозможным, но последние несколько лет Рил настраивала и всячески перепрошивала имплант, модифицировав его до такой степени, что теперь, при соответствующем входном сигнале, могла видеть звуковые волны так же четко, как физические объекты. Ну, и вот оно, это эхо – на самой периферии поля зрения. Она заблокировала все остальное, фактически отрезав себя от реального мира – еще одна модификация, которая, вероятно, делала гарантию недействительной, – и усилила сигнал. Эхо начало обретать резкость, отвердевать, и наконец, в награду за ее старания, прорезалась шипящая речь, которую Рил скорее почувствовала, нежели услышала.

– Главная группа, приготовьтесь к третьему заходу. Обуздаем шторм.

«Обуздаем шторм». Рил нашла нигильскую частоту, которая проходила сквозь помехи. Логично. Зачем налетчикам связывать себе руки, если есть обходной путь? Она слушала команды, которые передавались между кораблями и налетчиками на земле, а также в космос. И если они могут посылать сигналы к звездам, то сможет и она.

Конечно, надо действовать осторожно. Нельзя просто начать вещать на частоте нигилов: пираты сразу засекут. Но если как-то встроиться в чужие переговоры… тогда, возможно, получится отправить сигнал бедствия на «Звездный свет» или на ближайший аванпост. Направленной передачи, конечно, не получится, но, по крайней мере, ее услышат.

Что-то треснуло ее по голове. Рил обернулась, переключившись обратно на органическое зрение, и с ужасом увидела, что T-9 лежит перед ней на ретрансляторе, а из его разбитого корпуса идет дым. Кто, во имя звезд, мог такое сотворить?

Ответ она узнала, когда над ней навис лампроид, в чьем визоре отразилось ее испуганное лицо.

* * *

ОрбаЛин услышал крик Рил сквозь гудение меча, но реагировать было особо некогда. Клинок Сурик! Эта тви’лека билась изрядно. Как он ни старался, заставить ее отступить не получалось, а ее посох, несмотря на многочисленные удары меча, оставался цел и невредим. Что само по себе было неудивительно. Посох датировался временем Восстания Кровавой Луны и был выкован из фрика – одного из немногих материалов, неуязвимых для клинка светового меча. Знала ли она вообще, что схватила? Может, и да. Может, и нет. Сейчас это едва ли имело значение. ОрбаЛин пытался выиграть время для мисс Дайро, но ее крик – в сочетании с тем фактом, что очухавшийся лампроид куда-то делся – означал, что нужны крайние меры, и быстро.

Эта потребность в спешных действиях стала еще острее, когда Ди улыбнулась удача, и конец ее фрикового посоха поймал рукоять меча, выбив оружие из руки ОрбаЛина. На реакцию практически не оставалось времени: тви’лека нанесла удар, от которого треснул визор шлема. ОрбаЛин опрокинулся на спину, и Ди с победным криком вонзила посох, как ей казалось, ему в мозг.

Если бы она сражалась с любым другим джедаем, на этом бой бы и закончился, но угоры вполне буквально были иной породы. Желеобразная масса, обычно напоминавшая лицо, сжалась вокруг конца посоха и не отпускала. Пускай тви’лека и разбила ему шлем, но его артефакта она не получит.

Призвав Силу, ОрбаЛин толкнул во всю мочь.

Тви’лека взмыла в воздух, как ракета; не останавливаясь, она пробила крышу павильона и улетела в отравленное небо. ОрбаЛин не услышал, как она приземлилась, но почувствовал хруст костей где-то снаружи на улице. Об этом можно будет помедитировать позже – сейчас надо было спасать другую жизнь.

Выдернув посох из шлема, архивариус вскочил на ноги и побежал в кладовую.

* * *

Лампроид оторвал Рил от пола, шипя из-под треснувшей маски. Она вырывалась, но освободиться не могла: ни из его хватки, ни от натянутых проводов, грозивших вырвать имплант из ее лица.

От боли в глазах помутилось, но она заметила взмах ткани и услышала глухой удар, когда сапог скафандра врезался в шлем нигила, разбив и так уже поврежденную конструкцию. Лампроид что-то буркнул, отшвырнул Рил и развернулся к ОрбаЛину – тот после своего удара в прыжке приземлился в защитную стойку, держа наготове посох, которым билась тви’лека.

Лампроид бросился вперед и повалил ОрбаЛина на спину. Рил понимала: помочь архивариусу она не в силах, но надо передать сигнал. Журналистка подползла к ретранслятору, проверила контакты и настроилась на частоту нигилов.

– Всем, кто слышит мой голос, – заговорила она, стараясь игнорировать звуки боя, кипевшего за спиной. – Это Рил Дайро из съемочной группы «НашейСети». На Вало напала банда нигилов. Пожалуйста, пришлите подмогу. Повторяю, на Вало напали. Нам нужна ваша помощь.

Она вдавила кнопку, поставив сообщение на автоповтор.

Оглянувшись, Рил увидела, что у ОрбаЛина дела плохи. Придавленный к полу тушей лампроида, он с помощью Силы отбивался от ядовитого жала, которым тот в него тыкал. Бандиту удалось вырвать посох из руки угора и отшвырнуть в сторону. Рил выдернула из лица провода, метнулась к оружию и всю свою злость вложила в удар, достойный отбивающего в спидболе. Голова лампроида дернулась, но архивариуса он не отпустил, продолжая давить. Рил попробовала снова, но на этот раз нигил был готов. Он схватил посох одной клешней и вырвал у нее из рук. Конец посоха стукнул ее по голове; от удара репортерша отлетела обратно к стене, и мир вокруг залило белизной.

Зашипев, лампроид отшвырнул посох подальше и резанул по груди ОрбаЛина зазубренным когтем. Но если нигил думал увидеть кровь, то его ждало разочарование: прямо ему в лицо выплеснулась зеленая жижа – настоящая желеобразная форма ОрбаЛина, которая наконец потекла на волю из скафандра. Лампроид дергался и извивался, но спасения не было: архивариус обволок его тело в считаные секунды.

И зачем, спрашивается, нужен световой меч?

В то время как Рил наблюдала за всем этим со смесью отвращения и восхищения, из верхушки кокона вытянулась змеевидная ложноножка, сформировав грубое подобие рта, причем как будто даже с голосовыми связками.

– Сигнал? – влажно прошепелявил ОрбаЛин.

Рил бросилась к ретранслятору и, к своему ужасу, увидела, что передача прекратилась. Неужели нигилы раскусили? Она принялась нажимать на кнопки и вертеть ручками, стараясь не глядеть на разбитые останки дроида-камеры, которые лежали возле главного экрана.

Ее крик о помощи был передан, в этом Рил была уверена на девяносто девять процентов, но вот услышал ли его кто-нибудь? Оставалось только гадать.

Глава 47

Выставочный парк, Вало

Когда Тай исчезла в боевой туче, Элзар не успел даже ругнуться сквозь зубы. Едва она скрылась из виду, как раздался рев, за которым последовал крик. Без осознанной мысли он воздел руку, изгнав все сомнения, и меч влетел обратно в его ладонь. Элзар даже не знал, когда выронил оружие, но Сила знала. Сила его не покинула, что бы он там ни натворил. А это что-нибудь да значило.

Теперь оставалось лишь одно: снова заняться спасением жизней.

Он нашел их неподалеку. Клэрин Чеккат застыла на месте и вопила от ужаса, а прямо перед ней сидело чудовище. Элзар не знал, специально нигилы выпустили животных из зверинца или случайно, но результат был один. Храгожнец выбрался из своей клетки и сейчас доедал то, что осталось от матери девушки.

На этот раз Элзар таки выругался. Ну почему эти двое не остались, почему не подождали, пока Тай требовала обратно свой меч? Зачем убрели в туман, полуослепшие от газа? Возможно, надо было просто отдать оружие, а не пытаться завербовать Тай себе в помощь. Может, тогда Мантесса осталась бы жива? Может, тогда на его совести не было бы еще одной смерти?

Нет: это нашептывала темная сторона, пытаясь снова его заарканить. Но он не станет слушать.

– Уходи! – закричал он, махая рукой Клэрин, чтобы бежала прочь. Этим он отвлек храгожнеца от жуткого пиршества. Все три головы встали торчком, и зверь прыгнул вперед, прижав Клэрин к земле огромной лапой. Никакой джедай не мог заставить его отказаться от следующей закуски. Однако следовало помнить, что зверь сознательно никому из них не желал зла. Он просто повиновался своим инстинктам и был явно напуган. Это Элзар мог понять.

Он выключил меч, надеясь, что мозг животного распознает доверие, которое подразумевал такой жест. Затем спрятал оружие и поднял обе руки, показывая пустые ладони:

– Все хорошо. Ты понимаешь? Все хорошо.

Он сделал шаг в направлении твари. Храгожнец зарычал громче, и Элзар остановился.

– Послушай меня, – сказал он, стараясь говорить ровным тоном. – Почувствуй мои слова. Мы едины. Связаны в Силе. Один разум, два тела.

Следовало догадаться, что будет нелегко. События утра не прошли бесследно, и образы нахлынули на него приливной волной. Нигильский корабль выпрыгивает из гипера прямо над зоопарком, его двигатели перегружены, пилот потерял управление. Взрыв убил большинство животных прямо в клетках, но храгожнец выжил, хотя стены его вольера были смяты до неузнаваемости. Элзар увидел, как зверь выскочил из-под горящей крыши, услышал крики раненых, когда он бросился прямо в этот хаос, раздирая всех без разбору. Как наткнулся на мать и дочь Чеккат, как напал на Мантессу, которая звала телохранительницу, хотя сама покинула ее несколько минут назад.

Единственная проблема такого контакта заключалась в том, что он был двусторонним. Храгожнец тоже увидел, чем занимался Элзар, увидел, как платформа врезалась в нигильский корабль, увидел горящих разбойников, почувствовал ярость джедая и мгновенно воспринял его как угрозу.

Огромный зверь прыгнул вперед и повалил Элзара на спину, придавив всей своей массой. Кончик острого как бритва когтя пронзил его плечо. Элзар закричал от боли, отчаянно пытаясь сдержать все три головы с помощью Силы, лишь бы выиграть время для Клэрин Чеккат.

– Беги! – проревел Элзар, не зная, услышала ли она его сквозь рычание жнеца. В любом случае девушка бросилась бежать без оглядки и исчезла в тумане. Теперь оставалось лишь спастись самому, что было проще сказать, чем сделать. Коготь вонзился глубже, и концентрация Элзара дала сбой, а с ней и хватка на челюстях храгожнеца. Его окатило дыханием твари, смрадным и затхлым, а на глаза капнула горячая слюна. Храгожнец победно взвыл…

…и перед глазами Элзара мелькнула фиолетовая молния, после чего запахло жареным мясом.

Открыв глаза, он с удивлением увидел, как рядом с ним шлепнулись на землю две отделенные головы чудовища, а третья отлетела назад вместе с остальным телом, подхваченным внезапным порывом Силы.

– Ты что, сдурел? – заорала Тай, сжимая гудящий клинок. – Кто ж ходит на храгожнеца с зачехленным мечом?

– Это я-то сдурел? – Элзар вскочил на ноги; окружающий мир вдруг обрел резкость, в том числе благодаря боли, которая растекалась из плеча. – Я пытался успокоить эту скотину.

– Не особо у тебя получилось, – прошипела наемница, бросив взгляд на труп Мантессы. На ее лице промелькнуло сожаление. – Проклятье.

– Мне жаль. Ты хорошо ее знала?

– Нет. И мне она все равно не нравилась. Где Клэрин?

– Убежала… вон туда. – Элзар попытался указать направление и скривился.

– Это рабочая рука?

– Нет.

– И на том спасибо.

– И это говорит та, которая дважды чуть меня не убила. – Он покосился на ее меч, который вполне себе продолжал гореть. – Пришла закончить начатое?

Она щелкнула переключателем, и лиловый клинок исчез между шипов рукояти.

– Слушай, то, что ты говорил… – Она прищурилась: сознаваться явно было нелегко. – Ты прав. Тут в самом деле умирают. Что это место кишит нигилами, скверно уже само по себе, но если звери из зоопарка оказались на свободе… – Она кивнула в сторону перерубленных шей храгожнеца. – Я этого не хотела, но одна я не смогу их всех переловить.

Вверху раздался крик. Элзар махнул рукой, чтобы хоть немного разогнать смог. Лучше бы он не смотрел.

– Это что…

– Санвалы, – подтвердила Тай, глядя, как животные выписывают круги в небе.

– И они обычно летают парами?

Наемница покачала головой:

– Их редко встретишь за пределами естественной среды обитания, и, поверь, хорошо, что это так. Вот попадись мне тот гений, который решил собрать в одном месте высших хищников из десятка систем. Погоди, скоро они начнут пикировать и хватать выживших.

Элзар достал меч, гадая, сильно ли он поможет против создания таких размеров, а тем более двух. Каждый из санвалов был не менее двадцати метров в длину от носа до кончика хвоста, а размах крыльев не уступал протяженности драконоподобного тела.

– Надо их остановить.

– Наконец-то мы хоть в чем-то согласны, – сказала Тай, – хотя не их вина, что они здесь оказались.

– Техника обуздания животных?

– Для чего ты и нужен. Я в ней не сильна…

– До храгожнеца я считал, что силен.

– Вот почему мы нужны друг другу. Я едва с этим управлялась, когда училась, а ныне стало еще тяжелее. Мне нужен кто-то, чтобы помочь сконцентрироваться. Кто-то с намного лучшей подготовкой, чем я.

Она подняла правую руку ладонью к нему.

Элзар сглотнул. Да, он просил ее о помощи, но на такое точно не подписывался.

– Уверена, что этого хочешь?

– Нет, но объединить усилия было твоей идеей.

– Меня перед тем стукнули по башке.

– Могу еще раз стукнуть.

Элзар сделал глубокий вдох и шагнул вперед, прижав ладонь к ее ладони, так что кончики пальцев соприкоснулись. Она дрожала, нервничала в ожидании того, что они собирались провернуть. Элзар чувствовал то же самое и знал, что сейчас она и сама это поймет.

– Готов? – спросила Тай.

– Нет, – честно ответил он.

– Не ты один.

Элзар расширил свое восприятие, и Тай сделала то же самое. Раньше он уже проделывал такое, но только с джедаями, которых знал. Которым доверял. С мастером Куорри. Со Стелланом.

С Эйвар.

Сила объединила их.

Почему, почему, почему перед соприкосновением разумов его последняя мысль была об Эйвар? Честно говоря, объяснением этому служило воспоминание, вызванное ее именем. Воспоминание, которое всегда было с ним. Воспоминание о тех днях, когда они еще были падаванами и с удовольствием нарушали правила. Внезапно он увидел комнату Эйвар, почувствовал простыни под их телами…

– Ух ты, – громко сказала Тай. – Вот же пес шелудивый. Я впечатлилась.

Элзар изгнал воспоминание, хотя и слишком поздно. Он чувствовал веселость Тай, не говоря уже о… влечении.

– Можешь не снимать рубашку, Манн, – игриво сказала Тай. – Ты не в моем вкусе.

Он постарался не выказывать разочарования:

– Кажется, тут только я делюсь воспоминаниями. Если мы не будем полностью друг другу доверять, ничего не получится.

Тай не ответила, но Элзар почувствовал, как она подняла забрало ровно настолько, чтобы подтвердить подозрения о ее прошлом. Он увидел Тай младшей ученицей. Затем падаваном. Она беспокойно заерзала, явно желая разорвать связь, но понимая, что нельзя. В сознании проступили лица: азумел в одеянии мастера, мальчишка-подросток с взъерошенными волосами и озорной улыбкой. На краю воспоминаний проплыли имена. Сибаба. Терадин. Он увидел, как они тренируются, услышал их смех, а потом почувствовал, как упала тень. Было принято решение. Утрачена жизнь.

Элзар почувствовал, что Тай хочет вырваться, и сплел свои пальцы с ее – не для того, чтобы помешать, а чтобы показать ей, что впервые за много лет она не одна. Что он все понимает. Одна Сила знала, что она там разглядела из его собственного прошлого, какими сожалениями он с ней поделился, но сейчас они были вместе. А может, и навсегда.

И вдруг они снова оказались на Вало: стояли и глядели друг другу в глаза. Оба услышали крики санвалов, почувствовали их страх и смятение.

«Мы едины», – подумал Элзар, послав мысль и крылатым бестиям, и стоявшей перед ним женщине.

«Мы связаны», – ответила Тай.

На секунду Элзару показалось, будто он смотрит глазами более крупного из санвалов, глядит на мужчину и женщину, которые стоят лицом к лицу в клубах тумана, касаясь ладонями.

«Ваша воля – наша воля. Наши желания и потребности совпадают».

Санвал закричал, его спутник… нет, спутница, сестра… отозвалась. Оба были голодны.

«Ваша воля. Наша воля».

Санвалы сорвались в пике, разинув челюсти и обнажив когти.

«Наша воля. Ваша воля».

Элзар почувствовал ветер в лицо, запах крови добычи… предвкушение убийства, пожирания мяса, жира и хрящей.

«Наша воля. Наша воля. Наша воля».

Санвалы мягко опустились на землю и обвились вокруг Тай и Элзара. Они больше не были голодны. Они не хотели есть. Они хотели помочь своим друзьям.

Элзар разорвал связь, хотя продолжал прижимать руку к ладони Тай.

– Ого, – запыхавшимся голосом проговорила она. – Это было…

– Сила действует посредством нас, – ответил Элзар, испытывая странное смущение, и не только из-за всего того, что видела Тай. Он уже много лет не подпускал никого так близко. Включая Самиру. То, что он сейчас пережил, было намного глубже, чем любой физический контакт, и намного интимней.

Он почувствовал, как Тай пытается высвободить пальцы, и разжал хватку. Скованно улыбнувшись, она повернулась к санвалу, который терпеливо ждал рядом, положив большую треугольную голову на землю. Элзар аналогично повернулся к меньшему санвалу и похлопал его по боку.

– Давненько я такого не испытывала, – созналась Тай. – Со времени Лорета точно.

– А что случилось на Лорете?

Она засмеялась:

– Хочешь сказать, что у нас еще остались секреты?

В сознании Элзара возникло изображение незнакомого рогатого существа. Хотелось о столь многом ее расспросить, но он понимал, что сейчас не время и не место.

– Так что дальше? – спросил он. Самка санвала ткнулась мордой в его ладонь. – Соберем остальных зверей?

– Если они еще живы, – ответила Тай. Она запрыгнула на своего ящера, усевшись верхом, словно на рососпинника. – А по пути, я уверена, наши новые друзья будут сами не прочь поохотиться на чудовищ. – Она посмотрела в небо на тех нигильских налетчиков, которых можно было разглядеть сквозь туман. – Я-то точно не откажусь.

Звезды свидетели, эта женщина ему нравилась. Элзар одним прыжком вскочил на свою зверюгу и уселся между крыльями. Самка санвала зарычала в предвкушении.

– Дамы вперед?

Тай покачала головой, на ее губах появилась кривая ухмылочка:

– Едва ли. Секреты, не секреты, но я хочу тебя видеть. Джедаи вперед.

Элзар фыркнул и похлопал зверя по толстой шее:

– Ладно, девочка. Поглядим, на что ты способна.

Глава 48

Небо над Вало

Джедаев с детства учили видеть в каждом что-то хорошее. Друзья, враги – всех следовало уважать. Эта вера укоренялась глубоко. Даже в самом черном сердце можно отыскать добро. Такое убеждение отличало джедаев от других адептов Силы. Они всегда были готовы дать второй шанс. Всегда были готовы попробовать еще раз. Поступать иначе означало бы предать идеалы Ордена.

К несчастью, джедаи обитали во вселенной, которая не разделяла их убеждений. Во вселенной, которая все время старалась эти убеждения развенчать. Главное оружие джедаев было и их слабым местом, брешью в защите.

Дрифт Индиры вылетел за пределы парка, спасенные продолжали цепляться изо всех сил, а Портер Энгл удерживал всех вместе. Вот тогда-то нигил на носу истребителя Миккела нанес удар кулаком, закованным в силовую перчатку. Наэлектризованная рукавица пробила тонкий корпус «Вектора» и глубоко вонзилась в его внутренности. Результат был катастрофическим: самоубийственный порыв ненависти лишил Миккела управления. Его «Вектор» выпал из дрифта, нарушив не только строй, но и поддерживаемую с помощью Силы связь между пилотами. Остальные спасенные самую чуточку соскользнули вниз, джедаи поспешили их подхватить, Портер Энгл едва не свалился, а машина Миккела, кувыркаясь, полетела к земле.

* * *

Внизу, под пролетающим дрифтом, канцлеру Со удалось вывести шагоход из выставочного парка. Машина тяжело протопала под останками Арки единства. Главный вход был разгромлен, сферы в честь миров-основателей валялись на земле, будто сломанные украшения со Дня жизни. Алдераанская сфера лопнула под ногой шагохода, и машина потащилась дальше. Наверху, глядя в небо, стояли Стеллан и Марамис: джедай отбивал выстрелы пролетающих мимо бандитов, а капитан гвардейцев стрелял по их двигателям из каявина, в котором уже почти не осталось заряда. В то же время регаса Иларек обнимала остальных немного в стороне, где они были защищены если не от всех, то хотя бы от большинства осколков. У Стеллана ныло все тело, а разум не мог оправиться от ужаса, который обрушился на выставку, но он не давал себе отключиться – во имя света и жизни, во имя тех перепуганных бедолаг, которые находились под его защитой. Именно ради этого он стал джедаем. Таков был его удел.

Внезапно Со остановила шагоход: один из «Векторов» понесся вниз, оставляя дымный след, и влетел в ближайшую каменную башню. Во все стороны полетели обломки. Пылающий истребитель заскользил по земле и врезался в кафе, где прятались выжившие. Здание обрушилось, и в без того уже грязный воздух взметнулся столб пыли. Стеллан содрогнулся, почувствовав, как джедай слился с Силой. Кто это был, Миккел Сутмани?

– Мы должны им помочь! – крикнула регаса, выглядывая через край шагохода.

Стеллан был склонен согласиться, но принимать решение ему не довелось.

– Сейчас я нас спущу, – раздался из кабины крик Лины Со.

– Мудро ли это? – возразил Марамис, но королева не дала ему договорить.

– Капитан…

– Как прикажете, Верховная охотница.

Поворот рычажка, и ноги шагохода сложились, чтобы пассажиры могли сойти на землю. Со и Йовет первыми бросились к уцелевшим, Матари и Вору мчали следом, а Стеллан и Марамис прикрывали тыл на случай засады.

Здание было разрушено, но выжившим внутри досталось еще больше. Стеллан как мог поддерживал потолок с помощью Силы, в то время как остальные вытаскивали раненых. Даже мадам Консерра позабыла свое жеманство и наконец-то занялась делом.

– Кто-нибудь меня слышит?

На фоне криков раненых и рева нигильских моторов Стеллан едва не пропустил этот вопрос, искаженный помехами. И лишь когда голос раздался снова, он понял, кто это.

– Есть здесь кто-нибудь?

Стеллан включил комлинк на запястье:

– Вернестра?

Голос бывшего падавана был полон облегчения:

– Мастер Джиос? Это вы?

– Он самый. Что ты делаешь на Вало?

– Долгая история. Но я рада вас слышать.

– А я тебя, Вернестра. Очевидно, ОрбаЛин и Рил сумели наладить связь.

– Это не мы, – включился в разговор архивариус. – Хотя, возможно, нам удалось передать сообщение.

– Ключевое слово «возможно», – добавила Рил Дайро по каналу ОрбаЛина.

– Тогда кто же?

– Я привезла друзей, – сообщила Верн. – Падаванов со «Звездного странника».

– Подопечных мастера Йоды? Он тоже здесь? – На такую удачу Стеллан не смел даже надеяться.

– Насколько я знаю, нет. Простите.

– Не извиняйся. Сегодня ты послужила Силе. – Стеллан открыл частоту для всех джедаев и официальных лиц Республики. – Служба безопасности Вало. Присутствующие здесь джедаи. Говорит Стеллан Джиос. Пожалуйста, отзовитесь. Повторяю, это Стеллан…

Они не стали ждать. Ответы посыпались один за другим. Некоторые джедаи, как он знал, уже находились на планете; другие, очевидно, прибыли уже после помпезной церемонии открытия.

– Это Черфф Маота. Я тебя слышу, Стеллан.

– Айдракс Снат здесь, и со мной вице-канцлер Риза.

– А также джедай Бакари с Бромларчского аванпоста.

– Нуранбакаракана на месте.

– Эм. Падаван Рэм Джомарам здесь. Сэр.

– Бак Крови к бою готов!

– Как и Лула Талисола и Зин Мрала. Мастер Бак, мы не знали, что вы здесь!

Имена сыпались быстро и часто: джедаи, находившиеся на земле и в небе, наконец могли переговариваться между собой. Похоже, за это следовало благодарить падавана Джомарама, который, видимо, жил на местном аванпосту[1]. Тревожило отсутствие некоторых из них. Не отзывался Элзар Манн, хотя координатор Рей-ун сообщила, что ей удалось препроводить в безопасное место нескольких сенаторов, включая беспокойного Тиа Туна с его помощником-озрилансо, который сломал руку. Больше всего Стеллан ждал одного имени – имени молодого человека, с которым он подружился до начала всей этой катавасии. Не удержавшись, он спросил сам:

– Падаван Зеттифар? Ты меня слышишь?

Послышался лай зольной борзой, после чего раздался голос Зеттифара:

– Я здесь, мастер Джиос, и со мной Кип и Джом, не говоря уже о растущей компании уцелевших, которых мы подбираем по дороге.

Стеллан возблагодарил Силу – не только за успешно выполненное Беллом задание, но и за голоса множества джедаев, выживших вопреки всем стараниям нигилов. Однако дело еще не было закончено. Оставалось вывести всех в безопасное место.

– Ладно, слушайте внимательно. Соберите сколько сможете граждан и отведите их в Храм.

– А разве он уже достроен? – спросила из своего «Вектора» Индира Стокс.

– Не до конца, но оборонять его удобнее, чем любое другое республиканское здание.

Джедаи дали знать, что поняли, хотя у Ниб Ассек еще оставался последний вопрос:

– Мастер Джиос, наш дрифт выполнял медитацию единения, но Миккел потерпел крушение. Вы не знаете…

Конечно, она и сама знала ответ. Проработав с иторианцем много лет, она не могла не почувствовать его уход в Силу, но порой даже самому опытному из джедаев нужно было услышать правду из уст другого.

– Он обрел покой, Ниб.

После секундной паузы она ответила:

– Сила с ним.

– Сила с нами всеми. Конец…

Стеллан уже собирался отключиться, чтобы джедаи могли заняться каждый своим делом, но что-то в многотысячелетней фразе заставило его задуматься. «С нами всеми».

Как и все, кого эта атака застигла врасплох, джедаи были отрезаны друг от друга и сражались сами по себе. Но теперь с этим покончено.

– Всем джедаям, – быстро проговорил Стеллан, пока они не отключились. – Вы еще слушаете? У меня есть идея.

Глава 49

Арка единства

Уже в который раз Стеллан пожалел, что здесь нет Эйвар. Ее уникальный талант здорово бы пригодился. Связь вообще бы не понадобилась. Страшно подумать, скольких смертей удалось бы избежать.

Но зато в распоряжении Стеллана были лучшие джедаи из всех, с кем ему доводилось работать. А другие, как он знал, желали доказать свою сноровку. Он верил в них. Верил в Силу.

– Надо убрать тучу… – Это было более чем очевидно. – Каждый из нас может оттолкнуть ее в какой-то степени…

– Но все вместе мы можем полностью разогнать дым.

Стеллан улыбнулся, хотя избитое лицо болело до жути. Белл уже смекнул, что к чему. Годный падаван.

– Снова медитация единения? – спросила по связи Стокс.

– Возможно, такой координации и не потребуется. Моя наставница всегда говорила, что не надо усложнять…

– Мудрая была женщина, – буркнул Портер Энгл. Вместе со словами донеслось гудение светового меча. Бился там с кем-то иккрукки, что ли?

– Если мы призовем Силу все вместе, в один и тот же момент…

Из коммуникатора донесся угрюмый голос Бака Крови:

– Ну да, ну да, мы поняли. Чего ждем-то?

– Я должен быть уверен, что все готовы, – ответил Баку Стеллан, вполне понимая нетерпение чагрианина.

Все джедаи сразу же просигнализировали, что готовы.

– Хорошо. На счет «три» толкаем в сторону озера. Один… два…

– Три, – хором сказали все.

Стеллан толкнул с помощью Силы, чувствуя, как остальные джедаи делают то же самое: некоторые рядом, другие далеко. Ощущение ошеломляло – как и в тот день, много месяцев назад, когда он влился в хор Эйвар над Хетцаль-Праймом. Вместе они могли своротить горы. Стеллан знал это и раньше, но сейчас убедился снова. Боевая туча поплыла прочь, словно ее сдувал сильный ветер, и не останавливалась; другие джедаи выталкивали ее оттуда, где стояли сами, и по всему парку туман поднялся вверх и ушел в сторону города. Внезапно им стало видно все вокруг, как и тысячам перепуганных гостей.

И врагам тоже.

* * *

– Лорна, что происходит?

Пэн подался вперед в своем командирском кресле, вглядываясь в экраны. Что эта треклятая женщина себе думала? Скверно уже то, что кто-то восстановил связь на планете, так теперь еще и боевая туча рассеивалась прямо на глазах.

– Лорна, – крикнул Пэн в коммуникатор, – ты меня слышишь? Ты там?

Тишина. Никакого ответа. На экране он увидел, как нигилы ошарашенно застыли, пораженные своим внезапным разоблачением. Разрушений было множество, это правда, и трупов валялось немало, но теперь нигилы утратили свое преимущество. Теперь джедаи их видели.

– Приготовить заряды смерти, – рявкнул Пэн своему экипажу. – Если буря Лорны не способна закончить дело на земле, то мы раскурочим проклятую планету с неба.

* * *

«Хвала Силе за это», – подумала Индира, взорвав очередной из нигильских треклятых динамиков аккуратным выстрелом из лазерных пушек. Бросив машину в штопор, она поймала в прицел еще один шипастый автомат и отправила его следом за первым, после чего переключила внимание на разбойника, который готовился атаковать гражданское судно, взлетевшее после того, как рассеялась боевая туча.

Она не испытала никакой радости, отняв жизнь у пирата, но зато с удовольствием увидела, что спасенный от атаки катер проследовал дальше своим путем. Благополучно спустив на землю спасенных прежде, дрифт Индиры вернулся в небо, чтобы сражаться вместе с оставшимися республиканскими пилотами. Каждый старался выбросить из головы уход Миккела. Сегодня погибли очень многие, но Миккел теперь был частью их всех. Он и дальше сражался вместе с ними, и будет сражаться всегда.

В сторону Индиры с визгом понеслась парочка терморакет. Она метнулась влево, «Вектор» мгновенно повиновался движению ручки. Ракеты проскочили мимо крыла и врезались прямо в нигила, который сел ей на хвост. Смерть от нигильских же боеприпасов. Вселенная вершила правосудие как с участием джедаев, так и без. Индира устремилась навстречу истребителю, который выпустил ракеты. Пилот открыл беспорядочную пальбу, лазерные разряды замелькали мимо. Индира не суетилась и вообще не реагировала, пока враг не оказался в зоне поражения ее собственных пушек. Ее выстрел был хирургически точным, и вражеский истребитель исчез во вспышке пламени.

Следовало признать, все это было впечатляюще забавным. Когда план Стеллана сработал и туман рассеялся, разоблаченные нигилы застыли на долю секунды, но их оглушенное молчание продлилось недолго, сменившись еще более устрашающими воплями, перекрывавшими даже грохот их проклятущей «музыки» – если такое слово было уместным. Они бросились в драку с удвоенной яростью, с еще большим исступлением, чем прежде, не обращая внимания на то, что джедаи продолжали сбивать громкоговорители, и шумовая бомбардировка ослабевала, а корабли разбойников продолжали падать с небес. Они напоминали мифическую гидру: отруби одну голову, и на ее месте вырастут четыре. Однако, невзирая ни на что, джедаи не собирались отступать. Не сейчас. И никогда.

Индира ругнулась: «Вектор» схлопотал разряд сзади. Оглянувшись через плечо, она увидела, что из хвоста валит дым. Еще один нигильский истребитель летел прямо за ней. Выстрел лишь зацепил ее, причинив незначительные повреждения, но следующий вполне мог пробить топливный бак… если только она не возьмет пример с самих нигилов.

– Вы, парни, любите дым, ага?

Она щелкнула выключателем, распаковав вторую канистру краски, которая осталась на борту после церемонии открытия. Из выхлопного отверстия хлынул красный дым, окутав нигильскую машину и ослепив пилота. Однако ухмылка Индиры вскоре исчезла, потому что разбойник не отстал. Тот, кто сидел за штурвалом истребителя, был хорош, он держался на хвосте, несмотря на все фигуры высшего пилотажа, которые выписывала Индира. Дымовая завеса его не остановила, не помогла и костоломная свечка, которую она заложила в надежде, что преследователь отвалится. Однако нигил стал карабкаться вверх следом за ней, посылая очередь за очередью, и выстрелы ложились все ближе. Индира сделала последний разворот, но нигил приклеился к ней как корпусной герметик. Она почувствовала, как ее машина входит в перекрестье прицела, и приготовилась к выстрелу, который разнесет «Вектор» на куски.

Однако выстрела не последовало.

Повернувшись в кресле, Индира увидела гигантское летающее создание, которое парило позади нее, сжимая в челюстях смятые останки кабины нигила. Она громко засмеялась, увидев, кто сидит скорчившись на спине санвала и чей плащ развевается на ветру.

Элзар Манн мчал в воздушный бой верхом на драконе.

Потому что кто же еще это мог быть.

Глава 50

Небо над Вало

Они побеждали. Идея Стеллана разогнать боевую тучу сработала, хотя Элзар и так не сомневался, что все получится, с того момента, когда услышал голос друга по комлинку. Сам он ответить не смог. Был слишком занят, пытаясь не свалиться со спины брыкающейся самки санвала, пока они с Тай поднимались в небо. Зверюга была с характером, но бросилась в бой без колебаний. Нигилы даже не поняли, что случилось. Те, которых не сшибло с неба ударами хвоста, вскоре очутились в чреве санвала: зубы дракона быстро разделались с кабинами их кораблей.

«Вектор» джедая, которого они спасли, благодарно покачал крыльями и умчался. Элзар понятия не имел, кто сидел за штурвалом. Но был рад, что джедай выжил в этой схватке.

Он похлопал санвала по боку, чувствуя свободу, какой не знал уже много месяцев. В голове наконец прояснилось. Разочарование, досада – все ушло. Нет, он не забыл того, что натворил сегодня, но был готов искупить свою вину.

Тем более искупить с шиком.

– Кто это тут развеселился, – прохрипел голос из комлинка. Рядом спикировала Тай верхом на своем собственном санвале, ее отростки развевались под напором воздуха.

– На себя посмотри, – проорал Элзар в коммуникатор.

– Много уже насбивал? – окликнула она, когда ящеры сблизились.

– Это не состязание.

– Ты ведь не забыл, что я побывала в твоей голове?

Элзар собирался ответить, но тут пространство между ними прошили лазерные разряды. Повернув голову, он увидел одноместный нигильский истребитель, пытавшийся подбить «Небесный ястреб». Тай ждать не стала. С неистовым криком она развернула своего санвала и спикировала на разбойника, словно ястреб настоящий. Рептилия начисто откусила нигилу крыло. Истребитель, вертясь, полетел на землю и врезался в разрушенный еще раньше павильон. Пилот умер мгновенно.

Тай торжествующе завопила, тем самым напомнив Элзару о том, насколько они разные. Если когда-то она и училась среди джедаев, то с тех пор ушла далеко от этой стези. Возможно, потому Сила и свела их вместе: это была часть покаяния. Если он сможет указать ей правильный путь…

Элзар обвел взглядом парк и увидел прекрасную возможность. Какой-то нигил на мотоспидере догонял окровавленного кролута, который удирал со всех ног. Было ясно, что земноводный с вислой кожей далеко не убежит: спидер летел слишком быстро, а балансиры по его бокам заканчивались острыми штыками, готовыми вот-вот пропороть бегущего.

К счастью для кролута, санвал Элзара был еще быстрее.

Он направил дракона в пике, и рептилия разинула пасть, намереваясь проглотить нигила целиком.

«Нет, подруга, не так, – подумал Элзар. – Смертей и так слишком много».

Челюсти сомкнулись, и санвал полетел на малой высоте, разгоняя ударами крыльев остатки боевой тучи. Нигил повернулся в седле и выпучил глаза под грязными очками, увидев подлетающего санвала. Взмахнув чешуйчатой головой, рептилия столкнула нигила с седла, и неуправляемый спидер полетел прямо в кролута. Земноводный споткнулся и упал на землю, словно мешок; спидер пронесся над ним, не задев, тем более что Элзар услужливо подтолкнул его в сторону. Спешенный нигил проводил взглядом свою машину, которая врезалась в стену и взорвалась, а затем сорвал с пояса бластер, собираясь отомстить беззащитному кролуту.

«Типичный гопник, – подумал Элзар, поднимая санвала в небо. – Слишком трусливый, чтобы напасть на кого-то своих размеров». Пожалуй, не следовало смеяться, когда дракон кончиком хвоста подбросил стрелка в воздух, но он был уверен, что в конечном итоге Сила простит, тем более что это послужит уроком для Тай: убивать вовсе не обязательно.

Однако, снова набрав высоту, они нигде не увидели толотианки. При этом воздух был поразительно чист: ядовитый газ рассеялся, а с ним исчезли и сами нигилы. Неужели атака закончилась? Неужели наступил перелом?

Элзар поднял глаза и осознал, что ответ на оба вопроса – однозначное «нет»…

Глава 51

Выставочный парк, Вало

Что это Пэн удумал? Ведь они все еще на земле!

Первый взрыв сшиб Лорну Ди с ног, еще больше усугубив повреждения, которые она получила, когда проклятый джедай выкинул ее через крышу. В полете она вывихнула плечо, и хотя затем кость удалось вправить, это место продолжало пульсировать болью, как и несколько ребер, явно сломанных. Сам факт, что она еще могла бегать, был небольшим чудом. Как и то, что череп был до сих пор цел. Так теперь еще не хватало, чтобы ее испарила одна из собственных бомб.

Лорна вскочила на ноги и вскрикнула, когда кости сместились с громким с хрустом.

План был ясен с самого начала. Налет завершится ковровой бомбардировкой, заряды будут сброшены из-за пределов атмосферы Вало – финальное унижение, – но лишь после того, как ее буря уберется отсюда!

– Пэн? Пэн! – закричала она в комлинк, вынуждая себя переставлять ноги. – Ты меня слышишь?

Переговорник развалился у нее в руках: при падении он пострадал так, что ремонту не подлежал. Лорна в отвращении отшвырнула его прочь и тут же заметила троих нигилов из своей собственной бури, которые бежали в укрытие, спасаясь от бомб.

– Эй, вы трое! Подождите!

Заслышав ее крик, нигилы вскинули оружие, и самый высокий из троицы – алзарианин без маски, с чешуей гнойного цвета, – шмальнул в ее сторону из огнемета. Лорна перепрыгнула через струю горящего воспламенина; удовольствие, с которым она вышибла рептоиду челюсть каблуком сапога, почти стоило боли в плече. Если остальные двое и не распознали ее без маски, то брутальный удар уж точно не могли не узнать. Алзарианин повалился на землю, из его разбитой пасти хлынула кровь. Лорна наклонилась и выхватила два шприца, торчавших в перевязи этого болвана. Один воткнула себе в руку, другой всадила в широкую спину алзарианина. Да, он ее разозлил, но сейчас нужно было, чтобы он стоял на ногах, пускай даже с болтающейся челюстью.

– У вас поблизости есть корабль? – пролаяла она, обращаясь к двум нигилам, которые еще были способны разговаривать: здоровенному человеку с большим плазмолотом и виквайке, которая злобно таращилась на нее. – Ну?

Виквайка указала рукой на мусорщик, стоявший в другом конце усеянного обломками парка. Уродливая посудина, но сойдет, пока Лорна не вернется на свой собственный крейсер. Но сейчас тви’лека не смотрела на корабль. Она смотрела на то, что увидела перед кораблем. Нет: на ту, что стояла перед кораблем во всем своем великолепии. Внезапно унижение, которое Лорна вытерпела по милости тупого джедая в скафандре, показалось не столь уж страшным. Даже бомбы она могла простить. Ведь здесь была главная добыча.

Лорна протянула руку за плазмолотом, зная, что просить не придется. К его чести, человек отдал оружие без вопросов и принялся разминать пальцы в предвкушении драки. Лорна взвесила молот в руке и включила энергетическое поле, покрывавшее тупой конец.

Да, вполне сойдет.

Утвердившись в своем решении, Лорна Ди пустилась бегом. В ее сознании пульсировали два слова:

«Смерть канцлеру».

Глава 52

Арка единства

Бомбы оказались неожиданностью: о них не предупредила даже Сила.

– Регаса, надо вывести вас отсюда, – увещевал Марамис свою королеву, которая помогала мадам Консерре выносить из разрушенного здания раненого форшула. Длинные седые волосы несчастного слиплись от крови. Сама Верховная охотница выглядела не лучше: еще недавно сверкавшие одежды были запачканы кровью жертв, а царственное лицо покрывала грязь.

– Мы должны помочь, – сказала регаса. В этот момент земля дрогнула от очередного взрыва.

– Нет, капитан прав. – К ним подошла канцлер Со, такая же растрепанная; подол ее длинного платья был изодран на бинты. – Своими действиями, регаса, вы превзошли все наши ожидания, но мой долг – отправить вас в безопасное место. Как считаете, уважаемый член Совета?

Марамис выжидательно посмотрел на Стеллана, к которому обратилась канцлер. Конечно же, он был согласен. Бомбардировка служила лишним напоминанием о том, что опасность отнюдь не миновала. Неужели эти демоны не остановятся?

Словно в ответ на его вопрос, сверху ударили дальнобойные лазеры, прорезая глубокие трещины в земле. Лучи понеслись к разрушенному зданию, испаряя все на своем пути.

– К шагоходу! – закричал Стеллан.

Иларек Йовет в отчаянии оглянулась по сторонам:

– Но раненые…

– Забирайте кого сможете, – сказал ей Стеллан, доставая меч. – Я защищу тех, кто не в состоянии идти.

– И я, – добавил Марамис, уже державший в руках свой каявин.

Стеллан покачал головой:

– Нет, капитан. Вы должны охранять регасу и канцлера Со. Сделаете это для меня?

Марамис поднял ладонь:

– Даю вам слово, лорд-джедай.

Они сжали запястья друг друга.

– Значит, я могу быть уверен, что они в безопасности.

Топот бегущих сапог прервал этот миг взаимопонимания. Оглянувшись, Стеллан увидел небольшую компанию нигилов, которая неслась на них. Впереди бежала тви’лека, в ее глазах читалась смерть, а в руках горел плазмолот.

Марамис несколько раз выстрелил из своего каявина, попав одному из нигилов в плечо. Амбал – алзарианин без маски и с отвисшей челюстью – от удара крутанулся на месте, но каким-то чудом устоял на ногах.

– Это все их дрянные наркотики, – пробурчал Марамис. Канцлер тем временем направляла всех обратно на шагоход. – Этот талагрет даже не понял, что надо лечь и умереть.

Стеллан не узнал тогрутского слова, но о смысле догадался.

– Все на борту, – крикнула сверху Со.

Стеллан достал меч Кант и зажег оба клинка.

– Идите, капитан. И заберите с собой кого сможете.

После минутного колебания тогрутский гвардеец бросился к своей королеве.

Но одного против нигилов Стеллана не оставили. Из кабины, где канцлер самолично уселась за рычаги управления, донесся ее голос:

– Матари. Вору. Оставайтесь с джедаем. Защищайте его, как он защищает нас.

Таргоны повиновались хозяйке без вопросов. Они спрыгнули с шагохода и встали по бокам от Стеллана: Матари слева, Вору справа. Стеллан не стал оглядываться, чтобы поблагодарить канцлера и убедиться, что экспериментальный шагоход начал подниматься на ноги, но он был рад, что животные с ним. С таргонами, может статься, он еще и жив останется.

* * *

Рептилия Элзара заскулила, когда лазерный выстрел почти пробил ее крыло.

– Спокойно, девочка, – сказал санвалу Элзар, не отрывая взгляда от «Вектора», который пытался стряхнуть уже не одного, а двух разбойников. По движениям машины было видно, что пилот неопытен. Вуки, Буррияга? Вполне возможно, а Ниб нигде не было видно. Возможно, волею Силы она еще летала, но в любом случае ее падавану требовалась помощь прямо сейчас. Бурри рыскал туда-сюда, изо всех сил стараясь не дать себя сбить, но он не мог ни стряхнуть преследователей, ни сделать петлю и перейти в атаку.

– Пора сравнять счет. Подведи меня поближе.

Элзар потянулся за мечом. Крылья санвала забились чаще, и они стали приближаться к месту схватки.

– Вот так. Умница.

Он зажег клинок.

– Еще немножко.

Мимо просвистела падающая сверху бомба, и от взрыва санвал встал на дыбы, чуть не сбросив Элзара со спины. Джедай прижал ладонь к шее животного:

– Тише, девочка. Тише.

Рептилия угомонилась и стала подбираться ближе к сражающимся. Ближе. Еще ближе. Как раз то, что надо.

Элзар отвел руку за спину и что есть силы метнул меч. Клинок понесся вперед, вращаясь наподобие плазменного диска, и, повинуясь руке джедая, стал опускаться на пути первого истребителя. Нигил не успел увести машину вверх. Санвал торжествующе взвыл, когда кружащийся клинок прорезал истребитель, словно циркулярная пила. Плазма добралась до топлива, и разбойник исчез во вспышке пламени. Рептилия метнулась вверх, пролетев над взрывом, а Элзар с помощью Силы выключил клинок и призвал рукоять обратно. Он оценил оружие взглядом и с удовлетворением отметил, что никаких повреждений нет, – чего нельзя было сказать о втором нигиле: тот не успел даже удивиться, как Буррияга изрешетил его из своих пушек.

Вуки улетел искать свою наставницу, хотя Элзар почувствовал благодарность падавана и приготовился к удушающим объятиям, которые его ждали по окончании всего этого дела.

– Ловкий трюк, – донесся голос из комлинка. – Как-нибудь меня научишь.

Оглянувшись, Элзар увидел Тай, которая быстро его догоняла. Ее санвал тяжело дышал.

– Так ты теперь моя ученица? – спросил он.

Тай отрывисто хохотнула:

– Мечтай.

Она подвела санвала бок о бок с ним, и Элзар не мог не заметить бластерных подпалин на шкуре животного.

– Что случилось? – окликнул он. Тай покинула его вскоре после начала схватки с нигилами, и Элзар потерял ее из виду в суматохе боя.

– Ты спрашивал, летают ли санвалы парами? Так они летают тройками.

– Где-то есть еще один?

Санвал Тай заартачился.

– По-видимому, эти двое – детки. Их маму осаждала компания нигилов посреди какого-то безумного стенда с жуткими поющими голограммами.

Теперь уже засмеялся Элзар. «Объединенные песней» продолжали петь даже посреди всего этого хаоса. Оставалось надеяться, что эту приставучую мелодию нигилы не забудут до конца жизни.

– Но ты ее вызволила?

Тай похлопала санвала по шее:

– Этот мальчуган поспешил на помощь мамочке. Ему немного досталось в процессе, но жить будет.

Элзар обвел взглядом небо:

– Так где же она?

– В полной безопасности, с одной группой падаванов. Радуйся: это место теперь кишит джедаями. Никогда бы не подумала, что так им обрадуюсь.

– Сила заботится… – начал Элзар, но замолчал, посмотрев вниз.

– Что такое? – поинтересовалась Тай, когда Элзар встал на спине санвала. – И что, звезд ради, ты делаешь?

– Ты управилась с мамашей… как думаешь, с обоими детьми сразу управишься? – спросил он, зажигая меч.

– А у меня есть выбор?

– Нет, – ответил Элзар и взвился в воздух.

Глава 53

Арка единства

Стеллан встретил нигилов на бегу. Алзарианин выпустил струю из своего громоздкого огнемета. Джедай кувырком перемахнул над потоком пламени и, приземлившись перед бандитом, обрубил ствол орудия, а затем впечатал тыльный конец рукояти в уже и без того сломанную челюсть инородца.

Ящер отшатнулся и выбыл из боя. Его место заняла тви’лека с плазмолотом; наэлектризованная кувалда отскочила от клинка Рейны Кант. Таргоны уже набросились на двух ее сотоварищей: Матари сшиб бандита-человека, а Вору схватилась с виквайкой. Песенка обоих была спета: броня едва ли могла защитить от таргонских когтей. Это не помешало человеку ударить Матари по морде, о чем нигил пожалел уже очень скоро, когда защитник канцлера сомкнул свои челюсти на его горле.

Зато тви’лека была другого поля ягода. В то время как остальные были не более чем громилами, она наносила удары умело и точно. Тупой конец плазмолота раз за разом бил в мечи Стеллана.

Джедаю было некогда смотреть, как там дела у животных, но вопль, донесшийся из-под Вору, сообщил, что врагов стало еще на одного меньше. Стеллан развернулся и отбил удар, врезал ногой и отскочил, сражаясь с двумя нигилами сразу, поскольку алзарианин тоже влез в схватку, подобрав бластер павшего товарища. Ни один не отступал, оба были сверхъестественно сильны. Скорее всего, благодаря коктейлю наркотиков, который бежал по их венам.

Алзарианин подошел слишком близко, и Стеллан ударил его кулаком, в котором был зажат меч Кант. Грязный прием, но джедай смертельно устал. Ящер отшатнулся, конвульсивно нажав на спусковой крючок. Бластерные разряды изрешетили землю, и Стеллан сохранил свои ноги лишь благодаря тому, что вовремя отскочил. Придя в себя, алзарианин поднял оружие, но тут же взвыл от боли, когда Вору вонзила когти в его широкую спину.

Нигил свалился лицом вниз, Вору придавливала его к земле всей своей массой. Стеллан оглянулся на женщину, у которой тоже возникли неприятности с таргоном. Матари, чей красный мех почернел вокруг пасти, прыгнул на нее, но тви’лека оказалась проворнее и взмахнула молотом, целясь в голову животного. Тупой конец достиг цели, и Стеллан скорее почувствовал, нежели услышал, как таргон повалился на землю. Вору оставила алзарианина и побежала на помощь брату, но тви’лека, вскочив на спину таргона, прыгнула на Стеллана. Джедай, защищаясь, скрестил мечи, но руки будто налились свинцом. Молот тви’леки врезался в клинки со звуком, похожим на удар грома, и с такой силой, что их отбросило вниз. Стеллан качнулся вперед, потерял равновесие, а тви’лека взмахнула рукоятью оружия и ударила его под подбородок. Стеллан почувствовал во рту кровь; от удара он опрокинулся на землю, мечи со звоном упали рядом. Будь он способен рационально мыслить, то ожидал бы, что молот вот-вот размозжит ему голову, но сейчас он мог лишь оглушенно лежать. Он попытался подняться, и мир завертелся вокруг желтыми и красными сполохами.

Стеллан поднял голову, пытаясь сосредоточиться. Матари и Вору бежали следом за женщиной, которая во всю прыть мчалась к медленно ковыляющему шагоходу. Она собиралась напасть на остальных, на регасу и канцлера. В нормальной ситуации Марамис разделался бы с этой женщиной, но что сегодня было нормальным? Стеллан взгромоздился на ноги, сам не очень понимая, на что рассчитывал, поскольку колени тут же подогнулись. Он выставил локоть, чтобы остановить падение, но рука тоже подвела, и он повалился на бок.

Теперь оставалось надеяться лишь на Матари и Вору, хотя красный таргон пошатывался, все еще не оправившись от удара плазмолота. Но это не имело значения. Стеллан улыбнулся окровавленным ртом. Пускай тви’лека и одолела этого таргона, но ей от него не убежать, что уж говорить о двух. Однако, когда женщина приблизилась к ме-е-едленно ползущему шагоходу, Стеллан увидел, как она сорвала с пояса какое-то приспособление. Оружие? Нет: гарпун, который выстрелил вверх, в спину машины. Гарпун попал в цель, закрепился, и нигилка взмыла в воздух по сматывающемуся кабелю. Таргоны прыгнули следом, но она была уже вне досягаемости их когтей и неслась к своим жертвам, крепко сжимая плазмолот.

– Нет! – закричал Стеллан, как будто вопля было достаточно, чтобы сбросить ее на землю. Он пополз вперед, отчаянно желая спасти тех, кого поклялся защищать. Отчаянно желая сделать хоть что-нибудь.

На расстоянии пальца от его головы опустились чьи-то ноги в сапогах. Кто это – алзарианин, все еще под действием своего зелья? Пришел его добить?

– Стеллан!

Чьи-то руки схватили его, перевернули на спину. В поле зрения вплыло знакомое лицо. Элзар? Откуда он взялся? Ерунда какая-то.

Ну и ладно.

– Останови ее, – прохрипел Стеллан. – Вон ту тви’леку. Она хочет убить канцлера… и регасу Иларек.

Элзар разбежался, отвел назад руку и метнул в воздух световой меч. Клинок, вспыхнув, понесся к шагоходу и перерубил кабель нигилки, прежде чем та успела добраться до верха.

Тви’лека полетела на землю, выронив молот. Стеллан не знал, успеет ли Элзар раньше, чем таргоны свершат свое возмездие, но зато знал, что теперь все закончилось. Канцлер, регаса и остальные пассажиры шагохода теперь в безопасности. Теперь он может расслабиться. Если бы еще кто-нибудь прекратил этот жуткий свист, который доносился сверху.

Бомба упала между Элзаром и шагоходом, и все вокруг залило красным.

Глава 54

Небо над Вало

Атаку надо было как-то остановить, и Индира Стокс была именно тем джедаем, кто мог это сделать. Она чуть не погибла от рук нигилов, и Сила, действуя через Элзара Манна, дала ей еще один шанс. Доверие следовало оправдать.

Индира гнала «Вектор» на предельной скорости, и не только она. Справа от нее мчала Ниб Ассек, слева – Буррияга; двигатели работали на полную мощность, глаза были прикованы к цели. Позади «Векторов» летели оставшиеся «Небесные ястребы»: они старались не отставать, но в скорости эти истребители не могли сравниться с машинами джедаев.

Корабли нигилов висели в небе над ними, окружая впечатляющих размеров крейсер, в чем-то даже брутально красивый. Индира знала: «Векторы», конечно, по огневой мощи даже близко не стоят – даже с учетом того, что в кабинах джедаи, – но вместе они отыщут способ уничтожить нигилов.

Иного выхода не было.

* * *

– Гости, – доложил Челл Пэну Эйте на борту «Элегенсии».

– Сколько? – проворчал довутин.

– Три «Вектора» и горстка «Небесных ястребов».

Пэн фыркнул:

– Остатки республиканской славы.

Он нажал на кнопку, включив вещание на флот:

– Продолжать бомбардировку. Эту мошкару я прихлопну сам.

* * *

Благодаря внезапному уколу интуиции Индира избежала смерти во второй раз. Она дернула ручку вправо, Ниб отвернула, чтобы избежать столкновения. Из днища главного корабля нигилов вырвались потоки турболазерного огня, разминувшись с ее левыми крыльями на считаные миллиметры. «Небесному ястребу», который поднимался следом, повезло гораздо меньше. Истребитель охватило пламя, которое тут же погасло, в разреженной атмосфере. Обломки машины полетели вниз, на Вало. Индира нацелила пушки для ответного огня, но она все еще была вне дистанции поражения.

Надо быстрее.

* * *

Пэн сердито фыркнул, когда джедай спасся от залпа, хотя уничтожение «Небесного ястреба» послужило достойной компенсацией. В то время как остальные корабли бури продолжали обстрел планеты, Пэн переключался с одного орудия на другое, разгоняя атакующих, которые пытались стрелять по бомбовым отсекам «Элегенсии».

Ха. Ну-ну, удачи.

Он сбил еще один «Небесный ястреб» выстрелом из подфюзеляжного лазера, который тут же сам был уничтожен передовым «Вектором». Пэн стукнул мясистым кулаком по панели. Лопни глаза этого джедая. Он заслужил огненной смерти, которую Пэн с удовольствием обеспечит.

* * *

Очередной снаряд полетел вниз, в облака. Индира ухватилась за него Силой, пытаясь изменить направление бомбы, со свистом несущейся к земле, чтобы она плюхнулась в озеро. По крайней мере, таков был план. Получилось или нет, можно будет сказать, лишь когда бомба нырнет под воду. Пока же остается делать свое дело здесь, наверху.

Индира перевернула «Вектор» кабиной вниз и помчалась вдоль днища крейсера. Прямо впереди расположился один из трех бомбовых отсеков. Она представила, как нигилы сейчас готовят очередную порцию зарядов. Их ждало разочарование. Индира дала очередь вдоль брюха дредноута, и последние несколько выстрелов проникли в открытый бомболюк.

Из отсека выплеснулось пламя: бомбы принялись детонировать в своих держателях. Ударная волна подбросила «Вектор», и Индира вильнула в сторону, чтобы не сгореть самой.

* * *

«Элегенсия» яростно содрогнулась от взрывов: по нижним палубам прокатилась цепная реакция. Пэн ругнулся и заорал, чтобы дали сводку повреждений. Все оказалось не так плохо, как можно было подумать, хотя внизу бушевали многочисленные пожары.

– Они заплатят за это, – зарычал Пэн, брызгая слюной с толстых губ. – Выпускайте добытчиков. Выпотрошим их, как рыбу!

* * *

Первая волна явилась словно из ниоткуда, вылетев из люков, которые открылись вдоль длинного киля крейсера. Сотни дроидов-добытчиков, щелкая манипуляторами, вывалились в атмосферу подобно саранче. Первой жертвой хищных роботов стал «Небесный ястреб»: лазерные резаки вскрыли тонкий фонарь кабины истребителя. Машина свалилась в штопор, по ходу дела врезавшись в другой «Ястреб». Из республиканских истребителей остался всего один, и «Векторы» мало чем могли помочь, поскольку джедаи были так же уязвимы к атакам дроидов.

Буррияга мяукнул, увидав, что «Вектор» Ниб практически исчез под массой металлических стервятников, однако его наставница в момент кризиса проявила свою характерную стойкость:

– Успокойся, падаван. Кучки жестянок еще мало, чтобы от меня отделаться.

Индира почувствовала вибрацию в Силе: Ниб использовала энергетическое поле, чтобы изгнать дроидов с корпуса. Правда, на обшивке «Вектора» остались многочисленные шрамы: дроиды уже начали разбирать его на детали.

Бурри счастливо тявкнул, но радость его оказалась преждевременной. Со стороны главного крейсера прилетел лазерный залп, пробивший и без того поврежденное крыло Ниб. Ее «Вектор» потерял управление и начал падать.

– Похоже, я всё, – сказала Ниб. Колпак ее кабины отскочил, и она выпрыгнула. – Увидимся на земле.

Индира почувствовала тревогу, которая волнами расходилась от Буррияги.

– Сила защитит ее, падаван, – сказала она. – Держись рядом со мной.

Вуки отреагировал, как и подобало ученику: изгнал свой страх и занял позицию. Оба помчались к следующему отсеку.

* * *

– А, шиш вам, – прорычал Пэн, глядя, как два «Вектора» начинают заход. Он переключился на другое орудие, выпустил шквал лазерных разрядов и захохотал, когда джедайские истребители были вынуждены отвернуть, а добытчики навелись на их тепловой след.

Челл все равно тревожился, но Пэну было плевать. Он развлекался.

Один из джедаев был более опытным пилотом, чем другой. Пэн скомандовал дроидам сосредоточиться на том, что попроще.

– Всегда ищи слабое звено, – пробормотал он, когда дроиды вцепились в корпус «Вектора».

* * *

Бурри попал в беду, и Индира это знала. Вуки просто не хватало концентрации, чтобы очистить свой «Вектор» от дроидов тем же приемом, который только что столь ловко продемонстрировала Ниб. Индира попыталась его успокоить, но вместо этого почувствовала предостережение Силы. На всех без исключения дроидах мигали огоньки.

– Буррияга, – крикнула Индира, мгновенно осознав, что замыслил командир дредноута. – Столкни их! Быстро!

Тревога в ее голосе стала именно тем катализатором, который был нужен Бурри, чтобы сфокусироваться. Он сделал толчок Силой, и дроиды закувыркались прочь, но было слишком поздно. Все добытчики разом взорвались, и «Вектор» Буррияги отбросило волной. Было бы простительной ошибкой подумать, что внезапный подрыв стал результатом действий Бурри, но Индира знала, что это не так. Самоуничтожение добытчиков запустил нигильский командир, пожертвовав дроидами, чтобы покончить с Бурриягой.

Предупреждение Индиры спасло вуки жизнь, но из игры он выбыл: его двигатель изрыгал черный дым.

– Улетай отсюда, падаван, – скомандовала она, рассчитывая, что «Вектор» дотянет до земли. – Ты сделал достаточно.

Из переговорника донесся стон, и вуки отвернул прочь.

– Ты тоже, Бурри, – ответила Индира. – Скоро увидимся.

Что, впрочем, не было гарантировано. Индира развернула «Вектор» и поморщилась, когда последний «Небесный ястреб» превратился в раскаленный пылающий металл. Теперь она осталась одна: единственный джедай против флота нигилов.

Что ж, пускай.

С таким роем добытчиков на хвосте до бомбового отсека ей уже не добраться. Индира развернулась и повела их в веселый танец вдоль всего корабля, а когда нос остался позади, углубилась в верхние слои атмосферы. Она сделала бочку и полетела навстречу громадному кораблю. Дроиды идеально повторили маневр. Дальше был лишь вопрос времени: кто успеет первым.

Индира врубила двигатель на полную мощность и помчалась прямо на дредноут, паля из лазерных пушек. Если будет на то воля Силы, она добьется прямого попадания в рубку нигила. Прочие варианты были такие: ее раскурочат дроиды-добытчики или распылит на атомы батарея крейсера. Как бы то ни было, она всегда считала, что один-единственный джедай может повлиять на исход любого дела. Пора эту теорию проверить.

Глава 55

«Элегенсия»

– Джедайский «Вектор» несется прямо на нас! – крикнул Челл, и лобовое окно «Элегенсии» осветилось лазерным огнем.

– Тут и конец ему, – сказал Пэн, разглядывая истребитель.

«Элегенсия» содрогнулась, но не от выстрелов «Вектора» или взрывов боеприпасов в трюме, а от попадания откуда-то сверху.

– Какого милого? – зарычал Пэн, ухватившись за край пульта управления, чтобы не свалиться на пол.

– Из гиперпространства выходят корабли, Хозяин Бури, – доложил Челл, глядя на экран. – Множество сигналов. На данный момент как минимум двадцать.

– Нет! – Пэн выругался. Забыв о «Векторе», он переключился на тактический обзор пространства над ними. Значит, проклятую передачу кто-то принял, и наконец явилась подмога. Но чья? Республиканцы? Джедаи? Кто же?

* * *

Индира никогда еще не видела столь грациозных кораблей. Они не принадлежали ни Ордену, ни какой-либо из планет Республики, а их обводы были такими же благородными, как у челнока, который накануне прибыл с Шили.

С передового крейсера, который уже начал обстрел нигильского дредноута, прозвучало:

– Внимание всем боевым кораблям. Говорит Трайдо Тамари, командующий Тогрутским королевским флотом. Вражеские корабли должны прекратить боевые действия, иначе они будут уничтожены. Это ваше первое и последнее предупреждение. Пощады не будет.

В этом Индира не сомневалась. Внезапно в меньшинстве оказались уже нигилы, а с каждой секундой прибывали все новые тогрутские корабли. Целая армада.

Она включила коммуникатор и ответила, не отрывая взгляда от рубки нигила, к которой мчалась:

– Тогрутский флот. Это Индира Стокс из Ордена джедаев. Сила приветствует вас на Вало. А теперь посшибайте этот металлолом с неба.

* * *

Пэн вскарабкался на свой командирский шезлонг. Со всех кораблей, которые еще оставались на ходу, поступали сводки повреждений.

– Ответить огнем? – спросил Челл. Палуба продолжала брыкаться.

– Только чтобы мы могли убраться отсюда, – пролаял Пэн. Он активировал канал связи с остатками своей бури. – Всем нигилам: шторм прошел. Стартуйте по Тропам побега, живо.

– Мы не должны прикрывать эвакуацию, сэр?

– Чего?

– Защищать остальных, пока все не улетят?

– Ты за кого нас принимаешь? За Республику, что ли? Убираемся отсюда!

Морсирианин развернулся обратно к своему пульту и ввел координаты. Пэн откинулся в кресле. Да, подмога прибыла и спасла джедаев, но она прибыла слишком поздно. Удар – его, Пэна, удар, – был решительный. Отныне никто больше не будет игнорировать нигилов. Никто не будет игнорировать его, Пэна.

«Элегенсия» устремилась прочь по ближайшей Тропе, бросив остаток бури на произвол судьбы.

Глава 56

Павильон «Звездного света»

– Работает?

Рил Дайро постучала по своему импланту. Видеоокно, которое видела только она одна, показывало лишь белый шум. Павильон «Звездного света» еще стоял – более-менее, – а ОрбаЛин снова облачился в скафандр, обвязав кусками своего одеяния пробоину, через которую недавно столь зрелищно явил свою истинную клейкую сущность. Лампроид так и валялся на полу, но теперь он был связан легендарным артефактом под названием «Аркан Перемирия» – нервущимся шнуром эпохи Девятого Мистика… что бы это ни значило. Забавно, но ОрбаЛин не удержался от очередного урока истории, пока Рил помогала ему сначала связать нигила, а потом укрепить сам павильон. Сперва Стеллан, а теперь ОрбаЛин. Вот истые джедаи: в любой ситуации остаются кладезями премудрости. Лин со Стелланом, должно быть, здорово зажигали на джедайских вечеринках. Впрочем, в мыслях Рил не было злобы. ОрбаЛин спас ей жизнь, а Стеллан… почем знать, жив ли он еще.

– Я могу чем-то помочь?

Она покачала головой. ОрбаЛин уже отремонтировал T-9, разобрав на детали раскуроченного служебного дроида, а также помог установить беспроводное соединение с ретранслятором. Связь с Республикой была восстановлена, хотя и оставалась немного рваной – возможно, тогрутский флот имел к этому какое-то отношение, – и Рил хотелось поскорее передать отснятый материал «НашейСети». Галактика должна увидеть, что натворили нигилы.

– Ну же, малыш, – вполголоса пробормотала она. – Давай.

Она повернула ручку, и статика сменилась зернистой картинкой. По внутреннему дисплею побежала возбужденная речь T-9. Нет. «Возбужденная» – не то слово. Дроид просто ошалел, и Рил не могла его винить.

– Что вы видите?

Вопрос ОрбаЛина почти потерялся на фоне искаженного помехами голоса продюсера, который донесся из Ядра:

– Есть сигнал, Рил. Клянусь «Звездным тупиком»… что у вас там произошло?

В канале шуршал еще один голос. Рил осознала, что слышит ведущего «НашейСети» Сайна Спеннинга, комментировавшего ее кадры, которые сейчас транслировались на всю Галактику.

– Рил… можно, мы выведем тебя в эфир?

– Прямой?

– Ну да. Мы сделаем включение: только аудио.

Она кивнула, лишь через секунду осознав, что продюсер не видит.

– Конечно, – сказала журналистка, стараясь обуздать дрожь в голосе. Нажатие кнопки на терминале связи, и она переключилась на частоту «НашейСети». Зажужжал голопроектор, высветив мерцающее изображение на стене кладовой, чтобы было видно ОрбаЛину. Перед ними поплыли увеличенные зернистые кадры T-9, в нижнем углу виднелся логотип «НашейСети», а под картинкой бежала лента заголовков.

«Срочная новость: Республиканская Выставка подверглась беспрецедентной атаке нигилов».

«Число жертв зашкаливает».

«Местопребывание канцлера Со неизвестно».

Из динамиков донесся ровный голос Сайна Спеннинга, серьезный и до ужаса профессиональный. Рил выключила звук, чтобы не было эха, когда она заговорит.

– Сейчас к нам присоединится наша собственная корреспондентка Рил Дайро, которая находится на месте событий. Рил, прежде всего: ты в безопасности?

Рил попыталась ответить, но в горле образовался комок, и она просто стояла, завороженно глядя на проекцию разоренного парка.

– Рил? Ты меня слышишь?

– Я… да, я тебя слышу. Прости, Сайн, просто… ну, денек выдался тот еще.

– Не сомневаюсь. Эти кадры просто ошеломляют. Ты бы не могла прокомментировать, что мы сейчас видим?

Прокомментировать? Что тут можно комментировать? Как там старая фраза: «Голограмма стоит тысячи слов».

В данном случае голограмма была просто душераздирающей. Прибыл флот «Стержней» с подкреплениями, но на земле все здания были разрушены, а дорожки усеяны обломками. Сбитые истребители лежали в дымящихся кратерах, а тела… тела были повсюду.

Рил говорила, сама не зная, имеют ли ее слова хоть какой-то смысл. Ей не хотелось находиться здесь, где она была просто зрителем. Ей хотелось заняться чем-то полезным: помогать тем, кто оказался в ловушке или, хуже того, был ранен и одиноко лежал в грязи. Пока она говорила, камера T-9 сфокусировалась на маленьком ребенке, бродившем по некогда величественному проспекту Республики; дитя прижимало к груди мягкую игрушку, а по замурзанным щекам бежали слезы. Рил невольно всхлипнула. На ее плече появилась рука ОрбаЛина в перчатке. От джедая исходило чувство умиротворения. Рил стряхнула руку. Она не хотела умиротворения. Она хотела прочувствовать этот миг во всей его мучительной полноте. Просто должна была прочувствовать.

– Рил, – спросил Сайн по коммуникатору, – тебе дать минутку?

Она смахнула слезу:

– Нет. Я в порядке.

– Мы все понимаем. Даже представить себе не могу, какую травму ты пережила.

– Серьезно. Я хочу, чтобы все это увидели. Чтобы все знали, каково это.

– Конечно. А как там джедаи?

– Что джедаи?

– Мы пока не видели ни одного из них за работой. Они…

– Один из них сейчас со мной. Архивариус ОрбаЛин с маяка «Звездный свет». Он спас мне жизнь. Джедаи… джедаи отважно сражались, прилагая все силы, чтобы защитить всех от этой угрозы.

– А, да… – прервал ее Сайн из своей безопасной студии за полгалактики от Вало. – Некоторых из них мы сейчас видим… иккрукки и мириаланку. Ты не знаешь их имен?

Рил сказала, что не знает, и извинилась, как будто это было важно. На самом деле важным было то, что происходило на экране, где джедаи пытались вытащить неподвижного гунгана. Какая разница, как этих джедаев зовут? Главное, что они здесь, пытаются противостоять этому ужасу.

– А что бы ты ответила тем, кто уже сейчас говорит, что выставку вообще нельзя было проводить? – спросил Сайн. – Что Сенат предупреждали об опасности еще до начала празднеств? Пока мы беседовали, сенатор Тиа Тун с Салласта сделал заявление следующего содержания…

Но Рил не слушала. T-9 кое-что выудил из каналов междроидных переговоров. Слух был очень тревожный.

– Прости, что прерываю, Сайн. Мне поступила информация, что нашли канцлера Со. Наша камера уже направляется туда.

Спеннинг немедленно перешел к комментированию, снова объясняя зрителям, что последний раз канцлера видели перед нападением на оперный театр. Тем временем T-9 мчал над парком, его камера заметила искореженный остов упавшего шагохода. Вокруг были разбросаны тела, некоторые из них шевелились, другие застыли в зловещей неподвижности.

В ухе продолжал бубнить голос Сайна:

– Ошеломляющая картина. Ты можешь подтвердить, что мы видим регасу Иларек Йовет, королеву тогрут?

Но ведь разве это не очевидно? Монтралы было невозможно ни с чем спутать, однако Сайн продолжал задавать банальные вопросы, как будто кадры не говорили сами за себя. Верховная охотница стояла посреди какой-то группы, рядом был один из королевских гвардейцев. Неподалеку еще один джедай в темном облачении – мастер по имени Элзар Манн – помогал раненым, но T-9 навел объектив на другую фигуру, которая стояла на коленях, сжимая в объятиях чье-то тело, а рядом застыли на страже канцлерские таргоны.

– О, звезды… – выдохнул Сайн. Судя по голосу, впервые за свою блистательную карьеру он не находил слов. – Неужели это… не может быть…

Но это было правдой, и Рил показалось, будто у нее из груди вырвали сердце.

Глава 57

Арка единства

Где-то в глубине сознания Стеллан понимал, что вся Галактика смотрит на него. Он слышал жужжание дроидов-камер, практически чувствовал, как выдвигаются их объективы, снимая крупным планом каждое пятнышко грязи на его одежде, раны на его лице, слезы в глазах.

Джедаям не положено плакать. Им положено контролировать свои эмоции. Но разве не положено им сочувствовать тем, кому больно?

Во имя света и жизни.

Во имя света и…

Стеллан услышал всхлип, но не осознал, что этот звук издал он сам.

Он не мог закрыть глаза на страдания тех, чьей прежней жизни настал конец, не мог игнорировать их боль. А если бы мог, если бы их мучения не ранили его в самое сердце, то что бы тогда он был за джедай?

В его сторону уже спешила целая толпа. Тогрутские военные, только что прибывшие с Шили, мчались к своей королеве. Были и другие; врачи из Республики и из Ордена, а впереди всех – рыцарь-джедай, которого он знал, но не мог вспомнить, чагрианин с медпакетом в руке.

А также Белл и его зольная борзая, оба мчались вдогонку за подростком, который бежал со всех ног к Стеллану, выкрикивая единственное слово, разрывавшее душу:

– Мама!

Китреп Со рухнул на колени перед Стелланом, перед своей матерью, которая безжизненно обвисла у того на руках. Никто не стал бы винить Кипа за его слезы, за его горе. Он не был джедаем, он был просто сыном, который боялся, что его мама, быть может, уже умерла.

Матари и Вору неслышно подошли к подростку и потыкались в него носами. Кип зарылся лицом в мех таргонов, всхлипывая на глазах у всех.

И Стеллан зарыдал вместе с ним.

Глава 58

Грайзел

Лагерь на Грайзеле гремел от пальбы бластеров, непрерывно разряжаемых в небо. Пэн шагал сквозь толпу, которая собралась перед главным комплексом. Он предпочел бы Великий зал в глубинах внепространства, но вообще-то было даже приятно вернуться на это жалкое подобие планеты после успешного налета.

Это он возглавил самую крупную атаку в долгой и мучительной истории нигилов. Он, Пэн Эйта, а не Маркион Ро, при всех угрозах в адрес Лины Со, которые тот изрыгал. Пэн поражал Республику страхом с небес, а как же проводил это время так называемый «Глаз Нигилов»? Прятался на своем антикварном корабле на промокшей от дождей планете, держась как можно дальше от боевых действий.

Кого отныне будут слушать нигилы? Кто возглавит шторм? Ро думал, что упрочил свою власть, когда приказал атаковать Вало, но на самом деле это лишь сыграло на руку Пэну. Даже Зитар, и тот был явно под впечатлением, когда Пэн вразвалочку направился к главному входу. Талпини вышел из здания без своего дурацкого механокостюма. Знак уважения? Подчинения? Возможно. Пожалуй, Зит не так глуп, как он думал.

Прежде чем войти в здание, где его ждал разговор с Ро, Пэн с улыбкой медленно повернулся. Ему хотелось насладиться этим моментом, впитать восхищение собравшихся нигилов, увидеть почтение на их лицах, а они пускай на его лице увидят силу. Он замер, разведя руки в стороны и горделиво выпятив грудь. Довутин запрокинул голову и на фоне бластерной пальбы проревел два простых, но торжествующих слова, которые некогда принадлежали Ро, но отныне и вовеки стали его словами:

– Шторм победил!

Нигилы ответили дружным ревом, и ликующие крики лишь набирали силу. Некоторые из присутствующих были с ним во время атаки. Другие только слышали о ней, но все объединились под знаменем Хозяина Бури, который обеспечил победу.

– Шторм и впрямь победил.

Пэн обернулся на звук. В дверях здания стоял Ро, при полном параде: рваный плащ его отца развевался на ветру, на плечи он накинул шкуру арратанского волка, а на голове красовался проклятый одноглазый шлем, заменивший ту маску, которую Пэн превратил в металлолом.

– Ро, – поздоровался Пэн. Он прищурился, ожидая реакции Глаза.

– Хозяин Бури, – воскликнул Ро, сжав плечо Пэна. Шлем усиливал его голос. По крайней мере, стало понятно, зачем дурень нахлобучил эту штуку: чтобы все его слышали. Но что до руки… Пэн едва сдержался, чтобы эту руку не сломать.

Кем Ро себя возомнил? Они не были соотечественниками, не были даже товарищами по оружию. Притом Пэн больше в Ро не нуждался.

Тем не менее Глаз продолжал свою речь, обращаясь к толпе, словно какой-то проклятущий политик:

– Мы поздравляем вас всех с победой. Сегодняшний день знаменует начало новой реальности. Никогда больше Республика не посмеет нас недооценивать. Никогда больше она не будет считать себя недосягаемой для нас. Их могущество – ложь. Джедаи – ложь. – Он ударил по груди затянутым в перчатку кулаком. – Наше время настало. Да, в этой атаке мы потеряли многих, и мы чтим их жертву, но и добились мы тоже многого. Сегодня мы будем пить. Будем праздновать. Сегодня мы – нигилы!

Снова вокруг разнесся одобрительный рев, но Пэна это все лишь раздражало. Они многих потеряли? Некоторых потеряли, это правда, как и следовало ожидать, но Ро затеял опасную игру. После всего того, что сделал Пэн, после всего, чего он добился, Ро посмел преуменьшить его успех? Если потери и были, то среди десанта Лорны Ди, а не в той буре, которая оставалась в воздухе.

Кстати, да. Где же Лорна? Пэн видел в толпе некоторых из ее легиона, но самой Хозяйки Бури среди них не было. Не оказалось на орбите и ее корабля, когда прибыла «Элегенсия».

Пэн обернулся, будто уловив что-то шестым чувством, и увидел ее в темном дверном проеме. Поняв, что ее обнаружили, Лорна, ковыляя, вышла на улицу. Как и Пэн, она была без шлема, однако, в отличие от довутина, на Вало ей явно досталось. Она заметно прихрамывала, а на лице красовались синяки. Большинство порезов уже покрылись рубцами, но сильный ожог на правой щеке требовал больше времени для заживления. Ожог явно был не от бластера – и не от светового меча, коль на то пошло. Угодила под бомбежку? Вполне возможно, если судить по ярости в ее глазах – ярости, которая в данный момент была направлена на него. Пэн постарался ничем не выдать своего напряжения, приготовившись к неминуемой атаке. Однако Хозяйка Бури просто остановилась возле Ро и поздоровалась с Пэном. Ее голос был холодным и пустым, как беззвездное небо:

– Поздравляю, Пэн.

Он кивнул, по-прежнему настороженно:

– Взаимно, Лорна.

Она повернулась к толпе и заговорила, не нуждаясь в усилителе:

– Глаз прав. Мы будем пировать в честь тех, кто пал на пути к победе. А потом… потом мы отомстим за них.

Нигилы снова торжествующе завопили. Ро воздел руки и объявил начало гуляний.

Пэн собирался присоединиться к торжеству уже скоро – хотя и не здесь, а на своем корабле, где он мог отпраздновать с шиком. Но сначала надо было обсудить кой-какие важные дела.

– Надо потолковать, – сказал он Глазу. Тот наклонил голову:

– Конечно. Пройдем внутрь?

Они собрались во временном зале, обустроенном Ро. В дальнем конце стояла тактическая доска, которую стащили с мон-каламарианского крейсера. Ро обошел стол и посмотрел на звездную карту, которая светилась над его поверхностью.

– Может, снимешь эту штуку? – пророкотал Пэн, остановившись рядом.

Ро поднял глаза:

– Что?

Пэн указал на шлем:

– Сними это.

– Зачем?

– Затем, что я сказал.

– А что, я обязан тебя слушаться?

Пэн стукнул кулаком по столу, и дисплей треснул.

– Да чтоб тебя. Та победа, о которой ты говорил. Это все сделали мы. Не ты. Мы с Лорной.

Ро вскинул голову:

– А Зитар?

Пэн негромко зарычал:

– Он сыграл свою роль.

– А я не сыграл?

Остальные Хозяева Бурь хранили раздражающее молчание. Ну и пускай. В конце концов, это был момент Пэна.

– Ладно, можешь прятаться под своей маской сколько влезет, но я желаю знать, что будет дальше.

Ро развел руками:

– Ты же сам слышал. Мы будем праздновать.

– Неправильный ответ. Мы сделали то, что обещали. Обеспечили себе репутацию, отныне и навсегда.

– Дорогой ценой, – вставила Лорна.

Пэн ткнул пальцем в звездную карту, указав на Корусант:

– Ну да, но ведь они-то этого не знают. Они напуганы.

Ро уставился на него. Проклятый фонарь светил прямо в глаза, заставляя щуриться.

– И что же, по твоему мнению, мы должны сделать?

Пэн фыркнул. Неужели не очевидно?

– Мы ударим сейчас же, и ударим быстро. Покажем им, что передышки не будет, что зализать раны они не успеют. Мы ударим снова, в больное место. Пусть знают, что мы настроены серьезно.

Лорна пристально посмотрела на него:

– Что именно ты предлагаешь?

Пэн пошарил по карте и указал на первую цель из своего списка:

– Вот.

Ро даже не взглянул:

– Верфи Сайклора? Мы уже говорили об этом.

– Да. До Вало. Когда они думали, что прогнали нас.

– Но мы доказали, что они ошибались, – невозмутимо сказала Лорна. – Точнее, ты доказал.

Взбешенный Пэн чуть не приложил ее рожей о стол.

– Там была всего одна туча. Теперь мы вернемся целым легионом, и не просто чтобы крушить, а ради того, что мы умеем лучше всего: забирать то, что принадлежит нам по праву завоевания. «Инноватор» – это было слишком мелко. Вы представляете, сколько кораблей на этой верфи? Сколько кораблей могут стать нашими?

Лорна, скрестив руки на груди, поглядела на дисплей:

– Любопытная цель, но достаточно ли амбициозная?

– В смысле? – спросил Зитар.

– Сайклор – важная для Среднего кольца планета, это верно…

– Для всей Республики, – напомнил ей Пэн.

– Тоже не спорю, но нападение на Республиканскую Выставку было глубоко символическим деянием. Я считаю, нужно что-то не менее знаменательное и разрушительное.

– Например?

Она ткнула пальцем в край доски. Увидев, куда она показывает, Пэн вытаращился:

– Хетцаль-Прайм?

Тви’лека посмотрела ему прямо в глаза:

– Мы уже доказали, что джедаям можно пустить кровь. Почему бы не сломать им хребет? Сотрем в пыль место их величайшего триумфа. Докажем Галактике, что джедаи не способны никого защитить.

Пэн ухмыльнулся. Пульс его участился, адреналин был на пике. Он полагал, что Лорна будет против, и не ожидал, что она с таким энтузиазмом поддержит его планы.

– Мне нравится. Уж это точно послужит им уроком.

– А дальше что? – негромко спросил Ро. – Алдераан? Чандрила? Корусант?

– Почему нет?

– Потому что это самоубийство!

Пэн подумал, что ослышался.

– Почему ты так считаешь?

– Потому что, в отличие от вас, я вижу всю картину. – Ро обошел вокруг стола и остановился напротив Пэна. – Вы сделали большое дело – все трое, – но провоцировать Республику было бы ошибкой.

– Провоцировать? Мы вспороли ей брюхо.

– И ей больно. Мой источник в Сенате докладывает, что готовится экстренное совещание. Канцлер при смерти.

– Да, – бросила Лорна. – И та бомба, что попала в шагоход, чуть и меня заодно не угробила. Я ее видела, Ро, прежде чем свалила оттуда. Сомневаюсь, что после такого кто-то мог выжить.

– Но ты выжила, – заметил Ро.

– Меня нелегко убить.

– И потому мы круче их, – прорычал Пэн, повернувшись к Ро, который теперь стоял рядом с ним. – Ты ведь это понимаешь, правда, Ро? Мы хотели убить Лину Со.

– Нет. Мы хотели, чтобы Республика осознала, насколько мы опасны, – рявкнул Глаз. – Чтобы они осознали, что их так называемый «дух единства» – это обман. И мы это сделали. Теперь никто на фронтире не сможет спать спокойно. Никто не сможет рассчитывать, что джедаи придут на помощь.

– Значит, надо нанести удар.

– Нет, надо меня слушать. Было.

Пэн даже не догадывался, что Ро способен двигаться с такой быстротой. Глаз вскинул руку, и перед горлом довутина возник световой меч: клинок был так близко, что обжигал кожу. Большая ошибка. Огромная. В ответ Пэн схватил Ро за руку и ударил ею о стол, да так, что треснуло стекло. На этом драка должна была завершиться… и завершилась бы, но Ро взмахнул другой рукой и всадил в шею Пэна… иглу какую-то, что ли? Пэн отшатнулся, зажимая ладонью место прокола. Посмотрев вниз, он увидел, как в рукаве Ро исчезло какое-то приспособление: не то шприц, не то крошечная механическая рука.

Пэн попытался заговорить, спросить, что за гадость Ро в него впрыснул, но не смог произнести ни слова. Ему сдавило горло, в глазах помутилось. Он осел на пол; ноги вдруг отказались держать его вес. Когда он падал, голова ударилась о край стола, но эта боль была пустяковой по сравнению с огнем, который горел в его жилах. И все это время Ро продолжал говорить, его слова эхом отдавались в голове Пэна, чьи мышцы начали дрожать.

– Видишь ли, в чем твоя проблема, Пэн, – сказал Ро, тыкая в его сторону световым мечом. – Ты так спешишь реагировать, что никогда не замечаешь настоящего удара. Сегодня мы начали войну, и можешь не сомневаться: ответ будет. Но Республика не знает, где мы. Бури должны рассредоточиться, восстановить силы, пока страх и паранойя будут шириться в Галактике подобно чуме. – Ро потушил меч и повесил обратно на пояс. – Республика сама раздерет себя в клочья, и тогда – по моему слову, и только моему, – мы пожнем плоды, но ты, Пэн, при всех своих амбициях и жажде славы…

Кулак Ро обрушился на лицо Пэна, отмечая ударом каждое слово:

– Ты… этого… не… увидишь.

Пэн охнул бы по окончании избиения, но не смог сделать вдох. Казалось, будто голоса, которые он слышал, раздавались где-то за миллион километров отсюда, но он упрямо вслушивался, хотя и не мог их различить.

– Иди, начинай празднество. Я буду на «Взоре».

Пэн не услышал, как ушел Ро. И к тому времени он уже ослеп. Он знал, что будет, когда его тело наконец найдут. Скажут, что переборщил со стимуляторами. Честно говоря, он бы сам так сделал. Ро отнял у него все… победу… его победу… и заставить ублюдка заплатить не было никакой возможности.

Или была?

Пэн услышал шипение, что-то прохладное оцарапало кожу. Боль отхлынула, словно море в отлив, но тут же вернулась снова, когда изголодавшиеся легкие рывком втянули воздух. Мир вновь сфокусировался, перед прозревшими глазами проступили краски, а от далекого грохота крушепанка чуть не лопнула голова.

Впереди кто-то был. Пэн выбросил ладонь и схватил тонкую, но сильную руку. Пустой шприц полетел на пол. Подняв глаза, Пэн увидел длинные лекку и холодные глаза. Лорна. Он отпустил руку, но она даже не скривилась, хотя в местах прикосновения его пальцев уже начали проступать синяки.

– Ты спасла меня, – прокаркал Пэн.

– Напрасно?

Он поднялся на ноги. Если бы еще зал перестал вертеться…

– Следовало догадаться, что он припас в рукаве какой-то трюк. – Пэн закашлялся; легкие все еще ныли. – И ты тоже, кстати говоря. Ты знала, что он задумал?

– Нет. Нисколько.

– Но у тебя был антидот.

Лорна достала из кармана флакон и встряхнула:

– Сипанид. Его добывают на Рилоте из самцов бибфорта. Это антитоксин общего действия. Тебе повезло.

Пэн тяжело привалился к столу-дисплею:

– Что-то я не чувствую себя счастливчиком. Где талпини?

– Наслаждается жизнью.

– А Ро? – От самого этого имени во рту стало горько.

– У себя на корабле, наверняка занимается тем же. Он думает, что ты откинулся.

Пэн ухватился за край стола и с усилием выпрямился:

– Так я сейчас пойду, раскурочу его рухлядь. Докажу ему, что он ошибся.

– Нет. – Лорна накрыла его руку своей. Ладонь холодила кожу, которая все еще горела от яда. – Ты же его знаешь. Он никогда не участвует в праздновании. Будет сидеть у себя, пока гулянка не угаснет, а когда наконец явит свой ясный лик, будет слишком поздно.

– Слишком поздно для чего?

– Для него. – Лорна сжала лицо довутина обеими руками и заглянула прямо в глаза. – Его там не было, Пэн. На земле. И Зитара не было тоже, кстати говоря. Они не знают, каково это было. Какая это власть. Мы обратили Республику в бегство. Ты прав, Ро не мыслит масштабно. Больше не мыслит. Как по мне, надо продолжать.

– Нанести новый удар.

– И быстро. Выждем день… может, два… поглядим, где Республика укрепит оборону. Вокруг судоверфей или бактовых полей Хетцаля. А потом самая слабая цель…

– … станет нашей.

Лорна крепко прижалась губами к его губам. Это было все равно что целоваться с гадюкой.

– Отдыхай, – сказала она, наконец оторвавшись. – Пусть сипанид делает свое дело. Я начну распространять новости. Банда теперь принадлежит нам.

– А если Зитар не согласится?

Она улыбнулась, обнажив заостренные зубы:

– Он ведь больше не носит свою броню, верно? Я всегда считала, что три Хозяина Бури – это на одного больше, чем нужно.

Глава 59

Узел связи, Вало

Совет джедаев собрался на совещание, что было правильным и логичным шагом после всего случившегося, но Стеллану меньше всего хотелось сейчас здесь находиться. За стенами только что достроенного аванпоста джедаев продолжались работы по ликвидации последствий. Из Ядра прибыли медицинские корабли и суда поддержки, и подавляющее большинство джедаев сейчас трудились на улицах Лонисы, укрепляя здания и помогая выжившим.

Сам аванпост превратился в центр гуманитарной операции. Республиканский админкорпус пострадал в ходе последней атаки, и хотя он все еще стоял, его объявили аварийным. Оставшиеся подчиненные Самиры Рей-ун перебрались в храм и по мере сил помогали гостям вернуться домой: нелегкая задача, поскольку большинство транспортников в космопорту были уничтожены. Никто им этого не приказывал. Самира и ее команда просто проявили инициативу и вызвались координировать операцию.

– Со «Звездного света» не было вестей? – Этот вопрос вернул Стеллана к реальности. Его задал Китон Мюраг, тоже относительно новый член Совета, которого ввели в состав как раз перед Великим бедствием.

– Были, – ответил грандмастер Витер. – Хотя распорядительница Крисс все еще занята на Мулите.

– Вместе с половиной джедаев сектора, как я погляжу. – Тери Росейсон, личность колкая, с самого начала критиковала то, как Эйвар решала проблему дренгиров, а особенно ее альянс с хаттами. Теперь же, когда пришла весть, что Эйвар созвала еще больше джедаев для штурма предполагаемого корнемира дренгиров, она чуть ли не шипела. – Распорядительница Крисс, похоже, возомнила, что может поступать как ей вздумается, без оглядки на мнение Совета[2].

– Вздор, – вмешался Яраэль Пуф, длинношеий квермианец. – Мастер Крисс действует в рамках того, что мы ей позволили.

– И по прямому запросу канцлера Со, которая потребовала, чтобы с дренгирами разобрались максимально быстро и эффективно, – заметил мастер Адампо. Яркора вступил в разговор впервые с начала голосовещания. Мастер Росейсон ответила, но ее слова потонули в статике, и изображения членов Совета на секунду расплылись. Каналы связи были в основном восстановлены, но сама сеть едва справлялась с гигантскими объемами данных, которые передавались с Вало и обратно. В этой ситуации Стеллана даже удивляло, что никто не предложил достать с хранения старинных дроидов-курьеров, которые использовались лет сто назад или больше во время первой экспансии на фронтир.

Голограммы мастеров снова возникли на стенах. Как раз говорил Яраэль:

– …к тому же мастер Крисс никак не могла знать, что происходит на Вало. Да и никто из нас не знал, пока не пришло сообщение журналистки.

Росейсон поцокала языком:

– Только представьте себе, что было бы, если бы тогруты не ответили на зов!

– Но они ответили, а следом за ними явились республиканские «Стержни». – Стеллан произнес это с большей горячностью, чем хотел, но зато, к его облегчению, Росейсон умолкла – по крайней мере, на время.

Голограмма Пра-Три Витера окинула его обеспокоенным взглядом:

– Мастер Джиос, вы уверены, что вам не нужен отдых? Ваши раны…

– Не столь серьезны, как кажутся, спасибо. – Что не было ложью, но и целиком правдой тоже не было. Торбен Бак хотел засунуть его в бактовую ванну, но Стеллан «включил босса» и настоял на простых процедурах с регеном. Меддроид наложил микрошвы на самые большие порезы, хотя Бак предупредил, что могут остаться шрамы. Стеллан отмахнулся, заявив, что и без того дефицитную бакту надо отдать тем, кому она действительно нужна. Как джедай, Стеллан мог сам о себе позаботиться, полагаясь на Силу, а не на стимуляторы, которые лишь притупляли чувства.

– А что нигилы? – спросил грандмастер Витер.

Уже лучше. Стеллан предпочитал оперировать фактами, а не упреками.

– Основная масса сбежала, – сообщил он старому тарнабу. – Служба безопасности Вало захватила в плен нескольких бандитов, но большинство из них в критическом состоянии. Однако архивариус ОрбаЛин сумел обездвижить одного налетчика, лампроида по имени Квин Амарант. Мы держим его здесь, на аванпосту.

Кустистые брови Витера взлетели вверх:

– Вот как?

– По просьбе Лэрепа Ризы, который исполняет обязанности канцлера, пока Лина Со… поправляется.

Произнеся имя канцлера, Стеллан мысленно вернулся в те ужасные мгновения после взрыва бомбы. Он был уверен, что Со испустит дух у него на руках. Взрыв превратил экспериментальный шагоход в металлолом, а Со и остальных швырнуло на землю. Большинство отделались парой-другой переломов, у мадам Консерры случился коллапс легкого, но Со придавило обломками, и ее раны были серьезны. Однако, что характерно, канцлер оказалась крепче, чем можно было подумать. Торбен Бак сотворил чудо, поддерживая ее в стабильном состоянии до прибытия республиканских медиков. Сейчас она лежала в лазарете аванпоста в искусственной коме, и ее намеревались отправить на Корусант, как только врачи сочтут ее транспортабельной. Врачи, кстати, были не слишком довольны, что возле нее постоянно лежат два таргона, но тут они мало что могли поделать.

– И этого лампроида допрашивают? – спросил Витер.

– Да, – подтвердил Стеллан, – хотя пока он ничего ценного не сообщил. Однако у нас есть вот что…

Он нажал кнопку на манжете, пустив запись боя между ОрбаЛином и той самой тви’лекой, которая пыталась штурмовать шагоход. Выждав несколько мгновений, он поставил запись на паузу, и женщина замерла посреди атаки.

– Эти кадры были отсняты дроидом Рил Дайро, T-9. Похоже, тви’леку зовут Ди. Как я уже говорил, Амарант особо ничего не открыл, но у джедая, который последним его допрашивал, возникло ощущение, что эта Ди занимает высокое положение среди нигилов.

– Вы и сами с ней сражались, не так ли, мастер Джиос?

Стеллан почувствовал, что от вопроса Росейсон его лицо обдало жаром.

– Действительно.

– И именно она нанесла вам большинство ран.

– Она… умелый боец.

– Похоже на то.

– Ясно. А что там с дренгирами?

Внезапная перемена темы разговора заставила Стеллана нахмуриться:

– Мы уже обсуждали экспедицию распорядительницы Крисс…

– Я говорю не о священном походе Эйвар Крисс, мастер Джиос. Я говорю о том факте, что во время атаки на Вало были обнаружены побеги дренгиров.

– Я слышал, все не так просто, – прокомментировал Китон Мюраг.

Стеллан поборол желание ущипнуть себя за переносицу, чтобы снять нарастающую головную боль.

– Да, мастер Мюраг. Согласно рапорту Вернестры Роу…

– Вашей бывшей ученицы, – вставила Росейсон.

– Да, моей бывшей ученицы, – подтвердил Стеллан. – Как вам известно, во время атаки на выставке находилось несколько джедаев, хотя из-за глушения связи мы не могли общаться друг с другом. В это время падаван по имени Рэм Джомарам обнаружил нигилов, которые, по-видимому, рассеивали споры дренгиров вокруг вышки связи.

– Из чего следует, что нигилы нашли способ сеять дренгиров, – заметила Росейсон. – Очередное оружие в их арсенале.

Пра-Три Витера это явно встревожило.

– Этот вопрос уже поднимался в Сенате, – сообщил тарнаб. – Некоторые даже предполагают, что за всем этим дренгирьим кризисом стоят нигилы.

– Есть ли лучший способ посеять страх на фронтире? – спросил Мюраг.

– И очень вовремя отвлечь «Звездный свет», пока они разносят Вало в хлам, – добавила Росейсон.

– Я бы сказал, это несправедливо, – вставил Стеллан.

Росейсон даже фыркнула от презрения:

– Да что вы говорите, мастер Джиос. Тогда почему же Героини Хетцаля не было на Вало во время атаки? Почему она забрала так много джедаев в свой ударный отряд? Джедаев, которые поспешили бы на помощь, не будь они заняты нашествием растений-убийц. Эти нигилы нас одурачили. Заставили поверить, будто они заурядный сброд. Но если все это правда, если эта атака была частью изощренного плана…

– Значит, их целая армия, – угрюмо произнес Стеллан, – которая руководствуется тактикой и располагает ресурсами, о которых мы не подозреваем.

– Наконец-то мы хоть в чем-то согласны, мастер Джиос, – смягчилась Росейсон. – Настоящий вопрос вот в чем: если они армия, то кто же генерал?

Стеллан поглядел на голограмму победившей его тви’леки.

– Мы знаем, что с ней случилось? – будто прочитав его мысли, спросил Яраэль Пуф.

– Когда дым рассеялся, ее уже не было, – ответил квермианцу Стеллан. – Мастер Манн полагает, что она улетела на нигильской развалюхе, которая стояла неподалеку.

– Какова вероятность, что ее могли арестовать тогрутские военные? – спросила Росейсон.

– Увы, даже не представляю, – сказал Витер. – После того, как регаса Йовет оправилась, тогруты прекратили контакты с Республикой. Я сам пытался связаться с регасой, но не смог поговорить ни с кем из ее придворных. Боюсь, этот инцидент отбросил отношения между Республикой и Шили на несколько десятилетий назад.

В это Стеллан мог поверить. Как только Иларек Йовет была эвакуирована, тогрутский флот улетел, прихватив с собой и посла Тисса. Снимки монаршей особы, залитой кровью тех, кого она пыталась спасти, без конца крутились по новостным каналам, так же как и кадры самого Стеллана, который держал в объятиях раненую Лину Со, не скрывая своего горя. Нравилось это кому-то или нет – а Стеллану определенно не нравилось, – но картинка, где он в открытую рыдал над телом канцлера, стала символом всего этого злодеяния. Тиа Тун, конечно, превзошел самого себя, восхваляя Стеллана и Орден до небес. Одновременно, используя тот же образ, он старался продемонстрировать всей Галактике, что джедаи достигли предела своих возможностей. Сколько жизней было бы потеряно, если бы не своевременное появление тогрут – тем более что, не уставал повторять сенатор, республиканские «Стержни» прибыли слишком поздно? Естественно, все это шло в копилку его заявлений о необходимости учреждения централизованных Сил обороны Республики, однако, что хуже всего, он был прав. Число жертв на Вало было астрономическим, но в какой мере джедаям удалось сдержать натиск? Насколько вообще значимой была их роль?

Мысли Стеллана прервало вежливое покашливание у двери. Даже не оборачиваясь, он понял, кто это. Он чувствовал присутствие друга, пускай тот и пребывал в угнетенном состоянии. Его и всех джедаев на планете.

– Мастер Манн, – официальным тоном произнес Стеллан и жестом пригласил Элзара войти.

Элзар шагнул вперед и почтительно поклонился членам Совета.

– Простите, что прерываю, мастера, но канцлер требует к себе Стеллана.

– Исполняющий обязанности канцлера? – уточнила Росейсон.

Элзар покачал головой:

– Нет. Лина Со. Рад сообщить, что она пришла в себя… – Он повернулся к Стеллану. – И хочет тебя видеть.

Глава 60

Лазарет, храм-аванпост Вало

Стеллан ничуть не удивился, обнаружив у кровати Лины Со Рил Дайро. T-9 парил на почтительном расстоянии.

– Она настаивала на интервью с тех самых пор, как очнулась, – сообщил Лэреп Риза с усталым видом, какой бывает после долгого и безнадежного спора. – К счастью, Куо не было, а то бы лопнул со злости.

– Как Норел? – поинтересовался Стеллан.

– Идет на поправку, – сказала Лина Со. Таким слабым голосом она на памяти Стеллана никогда не говорила, что было, однако, объяснимо, учитывая все пережитое. В отдельной палате не было ни одного меддроида, но лишь потому, что Торбен Бак лично вызвался ухаживать за канцлером, пока ее не перевезут на «Зарю Корусанта» – корабль пережил налет, а его экипаж собственноручно расправился с абордажной командой нигилов. Стеллан смотрел, как Бак Крови проверяет жизненные функции канцлера. К Баку было нелегко привыкнуть, но как врач он не имел себе равных. Со выглядела лучше, чем ожидал Стеллан: несомненно, это было одной из причин, почему Риза согласился на интервью – которое, впрочем, перед допуском в эфир ожидал серьезный контроль. На шее и висках Со были закреплены датчики, но дыхательная трубка отсутствовала, а царапины и порезы на ее лице уже или зажили, или были скрыты бактовыми пластырями. Стеллан поборол желание посмотреть вниз; ему уже сообщили, что правую ногу Бак спасти не смог. Интересно, упоминалась ли эта деталь в интервью?

Он подошел к кровати; Элзар остался у двери. Рил хотела отодвинуться, но Стеллан посмотрел на нее и с теплотой улыбнулся. Он видел молодую журналистку впервые после инцидента в оперном театре.

– Мы все у вас в долгу, мисс Дайро.

Рил вспыхнула и покачала головой:

– Не думаю.

– А я думаю, – ответила с кровати Со. – Как меня проинформировал архивариус ОрбаЛин, это вы отправили сигнал бедствия.

Журналистка смутилась еще больше:

– Я лишь выполняла свой долг, мэм.

Скромность молодой женщины произвела впечатление на Стеллана. Он знал, что репортеры не любят сами становиться героями репортажей, но сказать это было необходимо:

– Как бы то ни было, без вас тогруты никогда бы не узнали, что мы в опасности.

– Что их регаса в опасности, – пробормотал Риза и получил отповедь от Со:

– Они спасли нас, Лэреп. – Да, «Стержни» прибыли тоже, но исход боя решили тогруты. Даже в таком состоянии канцлер оставалась сильной личностью. – Я подчеркнула отвагу и находчивость мисс Дайро в нашем интервью; это эксклюзив, которого она более чем заслуживает.

– Интервью пора монтировать. – Рил подозвала к себе T-9. – Мой продюсер уже ждет.

Она повернулась, собираясь уходить, но Со подняла руку. На тыльной стороне ладони блеснула трубка, по которой поступало обезболивающее.

– Нет. Пожалуйста, останьтесь. Возможно, несколько кадров нашего разговора немного украсят ваш репортаж, если уважаемый член Совета не возражает.

Как он мог возражать? Лина Со была не просто сильной женщиной, она была политиком до мозга костей и всегда искала случая попозировать для камер. Даже сейчас.

– Не возражаю, – сказал Стеллан, надеясь, что Сила простит эту святую ложь. – Хотя, возможно, лучше снимать только картинку, без звука?

– Согласен, – твердо сказал Риза. – В этом разговоре может быть упомянута… секретная информация.

Рил отошла назад, хотя ее дроид-камера остался висеть под потолком.

– Ясно. Ты понял, T-9?

Дроид бибикнул и снова включил запись.

Стеллан подошел ближе, стараясь не смущаться под взором дроида.

– Не буду спрашивать вас о самочувствии.

Губы канцлера разошлись в улыбке:

– Думаю, вы только что спросили.

– Уже раздаете интервью. Другие бы как минимум дождались, когда смогут вставать с постели.

Она весело приподняла бровь:

– Хотите сказать, что я такая, как другие?

Стеллан покачал головой:

– Ни в коем случае.

Со посерьезнела.

– Они заслуживают меня видеть. Все это моя вина.

– Не думаю, что кто-то…

Снова поднялась рука, остановив его возражения.

– Пожалуйста, Стеллан. Мы оба знаем, что говорят СМИ. А если и не говорят, то должны говорить. Меня предупреждали.

– Нас всех предупреждали.

– Однако я не останавливалась, считала, что мы неуязвимы. Сколько народа погибло из-за моей самоуверенности, мастер Джиос? – Стеллан не ответил, сочтя вопрос риторическим. – Сколько гостей никогда не вернутся домой после «веселого дня на выставке»? Я несу личную ответственность за все смерти без исключения.

– Это нигилы во всем виноваты, – мрачно напомнил Риза.

– А мы позволили им явиться сюда по причине нашей беспечности. Нашей самонадеянности. – Со отвернулась, ее голос помрачнел. – Мастер Джиос, с этого момента в ваше распоряжение передаются все ресурсы Республики. Разведка. Служба безопасности. Все, что вам понадобится. Пожалуйста… привлеките этих негодяев к ответу.

Стеллан не знал что сказать. Он ожидал, что джедаев попросят расследовать нападение, но это было нечто совсем иное.

– Я… – начал он, с трудом находя слова. – Я проконсультируюсь с Советом.

– Я не шучу, мастер джедай. В глубине души я по-прежнему считаю, что мы поступили правильно, отвергнув предложение Туна о создании регулярных сил обороны. Армия – это то, что Республике нужно меньше всего, однако если спросите меня, то я убеждена, что каждая планета, где развевается флаг Республики, поддержит вас. Местные силы безопасности. Службы планетарной охраны…

Теперь уже пришла очередь Стеллана прервать ее:

– Джедаи – не воины и не должны ими становиться.

– Но вы – символ, – упрямо сказала Со, пытаясь сесть. – Особенно сейчас, особенно вы лично.

– Госпожа канцлер…

Со протянула руку и схватила его ладонь:

– Стеллан, пожалуйста. Я видела вас по Голосети после взрыва. Все видели. Как вы меня держали, когда… – Ее голос пресекся. – Когда казалось, что слишком поздно. Вся Галактика видела сочувствие в ваших глазах. Видела решимость. Это не было лицо генерала или политика. Это было лицо человека, который лучше тех, кто хочет нам зла. Человека, который нас защитит. Человека, который будет справедлив. Сейчас нам как никогда нужны джедаи. Нам нужен свет.

Стеллан чувствовал на себе взгляды всех присутствующих. Ризы. Рил. Бака и Элзара. Лина Со не понимала, о чем просит. Ведь было так много тех, кто лучше подходил для этого дела. Эйвар. Большинство членов Совета. Йода! Если кто-то вообще знал, где он находится. Стеллан был тогда застигнут врасплох, как и все прочие. И какую цену он заплатил? Да, он был ранен, даже унижен в поединке с одной-единственной тви’лекой. Стеллан так гордился своим фехтовальным мастерством, когда демонстрировал его на камеру на борту «Зари Корусанта». Но как быть с миллионами тех, кто не пережил атаку нигилов, кто лишился жизни на Вало, кто сейчас горевал и жил в страхе, все время глядя на небо и боясь внезапного появления боевой тучи? Сможет ли он стать для них символом? Да и стоит ли пытаться?

– Мастер Джиос? – сказала Со, глядя на него в ожидании ответа, который Стеллан затруднялся дать.

К счастью, и не пришлось – во всяком случае, пока что. Планшет Лэрепа Ризы пискнул, и вице-канцлер с тревогой повернулся к начальнице.

– Лэреп?

– Это Шили, госпожа канцлер. Защищенный канал.

– Тогрутские военные?

Каллерец пробежал пальцами по планшету, проверяя поток данных:

– Насколько я могу сказать, нет. Похоже, это двор королевы.

Со уселась прямо и расправила свой больничный халат.

– Мисс Дайро, вы бы не могли остановить запись?

Журналистка кивнула:

– Конечно. Нам выйти?

– Думаю, вы как никто заслужили право присутствовать при этом разговоре. Спасибо, Лэреп.

Риза нажал на кнопку, и на стене возникла голограмма крупным планом. Лицо Иларек Йовет находилось близко к камере.

– Регаса, – с легким кивком поздоровалась Со.

– Рада видеть, что вы пришли в сознание, канцлер, – ответила тогрута. – Должна признать, мы опасались худшего.

– Иларек, мне так жаль…

Верховная охотница покачала головой:

– Вы не виноваты, Лина. Ни в чем.

– Вы были моей гостьей.

– И прилетела добровольно, вопреки опасениям моего совета безопасности. Я, например, рада, что была там.

– Не думаю, что капитан Марамис с вами согласится, регаса, – сказал Стеллан.

– Отнюдь, лорд-джедай. Капитан Марамис поет вам дифирамбы с момента отбытия с Вало. И я тоже. – Она снова перевела взгляд на Со. – Что до Лины Со, канцлера Галактической Республики… Наши вожди спрятались бы при первых признаках опасности, но не вы. Вы защищали своих граждан, своими руками вытаскивали их из-под обломков, когда потребовалось, снова и снова заверяли их, что все будет хорошо.

– И вы тоже, регаса.

– Поэтому мы с вами родственные души, как и капитан Марамис с мастером Джиосом. Вы защищаете тех, кто в беде, и плачете о тех, кого не можете спасти. Вы – дух Республики, и таким же духом наделен мой народ.

Со подалась вперед на своей постели:

– Что вы хотите сказать, регаса?

– Я хочу сказать, что трусливая атака нигилов продемонстрировала нам, что изоляция – это не выход. Мы можем быть сильными только вместе.

– Вы говорите об альянсе?

– Поначалу – да. Возможно, со временем это перерастет во что-то большее. Будет нелегко. В моем правительстве многие не согласны со мной, но они послушают. Я их королева, и я не стану больше молчать.

На этот счет Стеллан не сомневался. Возможно, очередное из Великих Свершений канцлера уже начало осуществляться. Возможно, надежда таки оставалась.

– А пока, – продолжила регаса, – в качестве жеста доброй воли я пересылаю вам пакет данных, содержащий информацию, которую перехватила моя разведка. Это шифровки из сети связи нигилов.

– Из их сети? – недоверчиво переспросил Риза.

– Были те, кто не хотел, чтобы вы получили эти данные, предпочитая использовать их ради нашей собственной выгоды, но я не вижу никакой выгоды в утаивании информации от союзников. Ибо мы с вами союзники, канцлер. В этом даю вам слово.

Планшет Ризы бибикнул.

– Пакет пришел.

Голограмма Иларек Йовет улыбнулась:

– Отлично. Мы еще поговорим, Лина Со, хотят того наши правительства или нет.

– Сенат с радостью примет вашу дружбу, – ответила канцлер. – Переговоры смогут начаться, как только вы будете готовы.

– Мы уже готовы. Мои министры просто еще этого не знают. За дух единства, канцлер.

– За дух единства, – повторила Со, и голограмма погасла.

Не теряя времени, канцлер повернулась к Ризе:

– Пускай разведка проанализирует эти данные и немедленно доложит.

Каллерец уже шагал к выходу:

– Сейчас же, госпожа канцлер.

Дверь открылась, и Со увидела, что в приемной дожидается ее сын в сопровождении Джома Лариина. В ее глазах нельзя было не заметить слез.

– А теперь прошу меня простить, – сказала она, жестом подозвав Кипа к себе. – Я бы хотела несколько минут побыть наедине с сыном.

Стеллан сделал знак, чтобы все оставили их в покое, – все, кроме Матари и Вору, которые вскочили на ноги, громко урча.

Стеллан посторонился, пропуская юношу. Кип Со подбежал к матери и закинул руки ей на плечи. Лина Со обняла его в ответ.

Дверь скользнула, закрываясь, и Стеллан резко обернулся, осознав, что Элзар внимательно смотрит на него.

– Да, момент был… напряженный, – сказал наконец старый друг.

– Не то слово.

– Ты так и не дал ей ответа.

– Да… не дал.

Элзар скрестил руки на груди:

– Итак… что же дальше? В смысле, если Верховная охотница тогрут может выступить против собственного правительства ради безопасности Галактики…

Стеллан приподнял бровь:

– Ты закончил?

– Наверное. Не исключено. Может, и нет.

Стеллан развернулся и пошел к выходу из медицинского крыла:

– Так заканчивай, потому что у нас много дел.

Глава 61

Космопорт Лонисы

Никто не стал бы спорить, что работа выдалась не такой, как ожидалось. Почти десять лет Тай Йоррик старательно избегала встреч с джедаями. Самая близкая имела место на Бларруме[3], три месяца назад, и вот теперь всего за несколько дней она успела пережить поединок на мечах с членом Высшего Совета, посидеть в тюрьме с заплутавшим падаваном и отправиться на битву вместе с мастером-джедаем верхом на санвалах. Ныне все три ящера благополучно сидели во временном вольере зверинца. Одно было точно: KL-03 ни за что не поверит. Если Тай вообще когда-нибудь еще увидит придирчивую дроидессу. Главной проблемой было как-то добраться до нее и корабля. Первоначальный план состоял в том, что Мантесса по окончании дела отвезет Тай обратно, но Мантесса была мертва, а корабль изобретательницы превратился в руины, как и почти все суда в космопорту Вало.

Нигилы прошлись по всем катерам и транспортникам; большинство были разграблены, а остальные просто раскурочены. «Динамо» тоже не избежало этой участи.

– Нет, нет, нет, нет, – простонала Клэрин. Обе они стояли внутри некогда стерильно чистого корабля. Когда Тай нашла дочь Мантессы, та рылась в разгромленном главном отсеке: терминалы были разбиты, всюду свисали провода. Откровенно говоря, Тай удивляло, как не взорвался реактор. Но корабль уже никуда не полетит.

– Думаю, надо записаться в список.

Клэрин недоуменно взглянула не нее:

– Список?

– Список тех, кто нуждается в транспорте. Республика выделяет несколько «Стержней», хотя я сомневаюсь, что наша очередь скоро подойдет.

– А твои друзья не могут помочь?

– Мои друзья?

– Джедаи!

Тай не удержалась от смешка. То, что она пережила с Элзаром Манном, было… интригующе, но она не собиралась поддерживать этот контакт. Она все еще не была убеждена, что Элзар вполне психически стабилен, а к тому же их краткое единение вызвало на поверхность воспоминания, которые она усиленно старалась похоронить. Клайас. Святилище Яллоу. Нет, это было чересчур близко. Хуже того: похоже, джедай, при всех своих внутренних конфликтах, успел повлиять на нее. Прежняя Тай предоставила бы Клэрин право самой искать способ выбраться с планеты, но новая, подобревшая Тай просто не могла бросить девчонку на произвол судьбы. Клэрин только что потеряла мать, пускай эта мать и возила с собой неочищенный рекаиний. Тай подумала о девчонке, которая поперлась через боевую тучу разыскивать их после ареста. Нет, Клэрин сама не сможет о себе позаботиться. Как минимум Тай могла бы подбросить ее до промежуточной станции, а потом уже отправиться к KL-03 и Роверу.

Однако, чтобы попасть на транспорт, надо было пошевеливаться, пока все места не расхватали. А потому Клэрин следовало перестать бегать от компьютера к компьютеру и наконец пройти регистрацию.

– Ни один из них не работает, – сказала Тай, когда Клэрин попыталась запустить уже пятый пульт кряду.

– Откуда ты знаешь? – ответила курану, и в подтверждение ее правоты экран зажегся.

– Что ты ищешь? – спросила Тай, заглядывая через плечо.

Клэрин, не обращая внимания, продиралась сквозь явно фрагментированную файловую систему.

– Нет, – пробормотала она, сперва тихо, но потом с все нарастающей тревогой по мере того, как секция за секцией проскакивали на экране. – Нет, нет, нет, нет!

Последнее восклицание сопровождалось ударом кулака по клавиатуре. Компьютер возмущенно тренькнул.

– Они пропали, – сказала Клэрин и обмякла в кресле.

– Что именно? – Тай начинала терять терпение. – Говори, Клэрин.

– Мамины чертежи… схемы подавителя.

– И что в этом плохого?

Клэрин посмотрела на нее, как на младенца:

– Этот корабль грабили нигилы…

От осознания сердце Тай рухнуло прямо в сапоги. Если нигилы заполучат устройство, способное вырубать энергетическое оружие…

Она вздохнула, подчиняясь неизбежному.

– Что там ты говорила насчет моих друзей-джедаев?

Глава 62

Архив аванпоста Вало

Архив аванпоста джедаев на Вало выглядел совсем не так, как замыслил архитектор. Большой зал с широкими лестницами и элегантными инфостеллажами был экстренно превращен в оперативный центр. Всюду, куда ни глянь, республиканский персонал и джедаи совместно работали за поспешно установленными терминалами связи, координируя эвакуацию тех, кто застрял на планете.

Элзар шагал сквозь толпу техников и чиновников; по пути он кивнул ОрбаЛину, который возглавлял джедаев, участвовавших в операции. Архивариус, чей скафандр полностью починили, был слишком занят, чтобы вступать в праздные беседы, чем обрадовал Элзара: не из-за враждебности к ОрбаЛину, а скорее потому, что предстоял другой разговор.

– Привет, Самира.

Валонка оторвалась от своих экранов. Свет дисплеев отражался в ее изумрудных глазах.

– И тебе привет.

Элзар был счастлив видеть, что, не считая нескольких порезов и ссадин, Самира не пострадала. Хотя он знал, что черные тени под ее глазами в следующие дни проступят еще отчетливее.

Пока джедай стоял и ждал, она приняла три звонка и утвердила запрос на выделение материалов для полевого медцентра, развернутого в зоне науки и техники.

– Я могу тебе чем-то помочь, Элзар?

У него пересохло в горле.

– Нет, я просто хотел… просто хотел посмотреть, как ты тут.

Самира невесело засмеялась:

– Лучше не бывает. А ты как?

– Бывало и хуже.

Он немедленно пожалел об этих словах.

– Тогда хорошо, что я не ты, – сказала Самира, возвращаясь к своим экранам. – Я больше никогда в жизни не хочу пережить что-то подобное. Когда это все закончится, я уволюсь и уеду жить на Сейсораан.

Элзар обошел вокруг терминалов и остановился рядом с ней:

– Никогда не слышал о таком месте. Где это?

Самира вздохнула, отложила планшет, который пыталась читать, и с болью в глазах посмотрела на него:

– Серьезно? Ты хочешь прямо сейчас?

Ничего Элзар не хотел прямо сейчас. Он бы предпочел встретиться с целой стаей храгожнецов.

– Я… ну, мы не виделись с тех пор, как…

– С ночи открытия. Да, я знаю. Потом мы все были немного заняты.

Он засмеялся, подтверждая недомолвку:

– Я просто подумал…

– О чем ты подумал, Элзар?

«Клянусь мечом, с ней нелегко».

– Я просто хотел сказать…

Самира провела ладонью по волосам:

– Ладно, послушай. Я знаю, что ты хочешь сказать. Не нужно. Это было весело. Мы приятно провели время, а потом настал конец света. А даже если бы не настал, на том все бы и завершилось.

Элзар против воли почувствовал себя немного оглушенным:

– Правда?

Она поглядела на него как на сумасшедшего:

– Конечно. Ты джедай, Элзар, а я… в общем, я занята. Очень, очень занята.

Впервые за долгое время Элзар Манн не нашелся что сказать, и поэтому Самира сказала за него:

– На этом все, хорошо? Работа сделана. Черта проведена.

– Черта проведена, – согласился Элзар. Панель запищала, информируя о новом вызове. – Не стану больше отнимать время.

Самира уже отвечала на звонок:

– Координатор Рей-ун. Чем могу помочь?

Элзар покинул ее и с максимальной целеустремленностью зашагал к тактическому дисплею, который поставили в другом конце комнаты. Перед экраном стоял Стеллан и пролистывал донесения, но когда Элзар приблизился, он бросил взгляд на Самиру:

– Следует ли мне поинтересоваться, о чем вы говорили?

– Лучше не надо, – честно ответил Элзар и принялся самозабвенно разглядывать панель. – Как там анализ тогрутских перехватов?

– Ожидаем с минуты на минуту. – Стеллан почесал бороду. – Шифрование оказалось на удивление сложным. Что высвечивает новую проблему.

Он постучал по экрану, вызвав новый текст. Элзар проглядел отчет и нахмурился:

– Они шпионят за Республикой.

– Похоже на то. Правительственные линии связи. Пакеты данных. Межкорабельные переговоры. Мы даже не представляем, как долго они нас слушают. Просто еще один пункт из списка того, чего мы о них не знаем. Включая то, как им удается проделывать вот такое.

Новый щелчок по дисплею вывел кадры нигильского корабля, выпрыгивающего в атмосферу Вало.

– Выход в такой близости от гравитационного поля считается невозможным. Как минимум он должен был разбиться и сгореть.

– С некоторыми это и случилось, – заметил Элзар.

– То есть мы знаем, что способ не стопроцентно безопасный, но даже если хотя бы один корабль может проникнуть под систему планетарной защиты…

– Так как же нам это выяснить?

– Вот главный вопрос. – Стеллан убрал изображение нигильского мусорщика и вывел портрет какого-то аквалиша. – Это Вэм Таргс.

– Конструктор «Инноватора».

Стеллан снова кивнул:

– Падаван Зеттифар сказал мне, что Таргс работал над системой предсказания нигильских атак.

– Великолепно. И где же она?

– Вместе с ним на дне озера. Туда послали команду дроидов-ныряльщиков: может, у них получится что-нибудь достать наряду с телами.

– А Кевена Тарра вы привлечь не думали? – спросил Элзар, вспомнив застенчивого техника, с которым познакомился после Великого бедствия.

– Тарра?

– Это он организовал вычисления на Хетцале. Реальный гений.

– Я скажу о нем вице-канцлеру Ризе.

Элзар вгляделся в лицо друга. Даже если не обращать внимания на синяки, вид у Стеллана был разбитый.

– Ты сможешь. Ты ведь понимаешь это, правда? Мы все тебя поддерживаем. Канцлер, Республика. Я. Ты получишь все что угодно, только попроси.

– Чашку юнитиевого чаю.

– Уверен, это можно организовать.

Стеллан улыбнулся и внимательней посмотрел на него:

– А ты сам, Эл? Что нужно тебе?

Итак, момент наконец наступил. Он знал, что наступит. Да, мысли Стеллана были заняты другим, но он мог читать Элзара как планшет, сколь бы он ни старался скрыть свои чувства.

Элзар заставил себя смотреть Стеллану в глаза.

– Мне нужна твоя помощь.

Стеллан не ответил, просто ждал продолжения.

– Во время атаки был момент, когда я поддался темной стороне. Всего на один миг, но результаты были… катастрофическими, во всех смыслах этого слова.

– Ты знаешь, почему это произошло?

Элзар потер внезапно пересохшие губы:

– Да. И думаю, это назревало уже давно.

Снова повисло молчание, но на сей раз паузу нарушил Стеллан:

– Мы все подвергаемся испытаниям, каждый без исключения. И да, бывают моменты, когда мы не оправдываем ожиданий. Главное то, что ты осознал это и попросил о помощи. – Он протянул руку и сжал плечо Элзара. – Ты говорил, что поддерживаешь меня, но это взаимно. В конце концов мы через это пройдем, пройдем через все испытания. Мы не одиноки, ведь у нас есть Сила и друзья.

– А Эйвар? Сказать ей, как думаешь?

– Если считаешь, что это поможет. Как в былые времена, э? – Стеллан похлопал Элзара по руке. Затем его голос изменился, стал более официальным. Кто-то вперевалку шел к дисплею: архивариус ОрбаЛин. Стеллан, повернувшись, обратился к угору:

– Мастер ОрбаЛин, чем могу помочь? – Его взгляд упал на планшет, который архивариус держал перчатками своего скафандра. – Это?..

– Да, это анализ, мастер Джиос. Похоже, нигилы мобилизуют силы для новой атаки.

– Так скоро? – удивился Элзар.

– Согласно данным, двое их вожаков, некие Пэн Эйта и Лорна Ди – несомненно, та самая тви’лека, с которой мы оба имели дело, мастер Джиос, – распространили информацию, что собираются выбрать одну из двух целей.

Стеллан взял устройство и принялся листать текст.

– А именно?..

– Хетцаль-Прайм и судоверфи Сайклора.

– Хотят довести дело до конца, – вслух подумал Стеллан.

– Или закончить то, с чего все началось, – предположил Элзар. – Если они уничтожат новый урожай, заготовка бакты будет отброшена на много лет назад.

– Тогда как разрушение сборочных цехов «Небесных ястребов» станет явной угрозой для безопасности Республики. – Стеллан перестал листать и подсветил один из параграфов отчета. – Здесь говорится, что нигилы перехватили просьбу Сайклора нарастить присутствие джедаев…

– На случай новой атаки, – подтвердил ОрбаЛин. – Данную просьбу мы не в силах удовлетворить в условиях нынешнего кризиса.

Стеллан снова повернулся к дисплею и вывел звездную карту. Постучав пальцем, он подсветил местоположение сначала Сайклора, а потом системы Хетцаль.

– Если читать между строк, то они ждут, что мы будем делать дальше. Если мы отправим контингент джедаев на Сайклор…

– То они нападут на Хетцаль, – сказал ОрбаЛин.

– А судоверфь станет целью, если окажется, что мы укрепляем Корнеплодную луну, – добавил Элзар. Он понял логику, хотя она ему и не нравилась.

Стеллан замолчал, водя глазами по карте.

– Мне знаком этот взгляд, – сказал Элзар. – У тебя есть идея.

– Возможно.

– Тогда, может, поделишься?

На губах Стеллана появилась озорная улыбка, и он повернулся к ОрбаЛину:

– Архивариус, вы не знаете, где я мог бы найти сенатора Тиа Туна?

Глава 63

«Элегенсия»

– Я услышал ваши опасения, господин Хаззиз, и всецело их разделяю.

На борту «Элегенсии» Пэн Эйта слушал канал, который в Республике считали зашифрованным. Наступила короткая пауза: посредник – протокольный дроид или еще какой-нибудь лакей – переводил слова сенатора Туна в сайклорианское жужжание и чириканье. И еще пауза, пока начальник судоверфей отвечал.

Пэн ухмыльнулся, когда сенатор выложил именно ту информацию, которую он хотел услышать:

– Насколько я могу судить, наши друзья-джедаи решили залечь на дно. Все члены Ордена получили приказ вернуться на ту свою чудовищную станцию во Внешнем кольце, и лишь скромный контингент отправлен на усиление Хетцаля.

– Хетцаля? – недоверчиво переспросил начальник.

– А чего вы ждали? Ну конечно, джедаи превыше всего оберегают свое уязвленное тщеславие. Боюсь, теперь ни одного рыцаря не отправят туда, где они нужны больше всего, и на Сайклор в том числе. Похоже, мои самые дурные опасения сбываются. Джедаи покидают нас в минуту нужды. Мы практически беззащитны.

Снова пауза. Снова перевод.

– Могу ли я рассчитывать на поддержку Сайклора при ближайшем рассмотрении законопроекта о Силах обороны? Если джедаи не хотят – или, Сила упаси, не могут нас защитить, то мы должны защищаться сами.

Хаззиз прожужжал ответ, который сенатора Туна явно ошарашил:

– Вы хотите, чтобы ваши судоверфи защищал… Салласт?! Если бы мы только могли оказать вам такую услугу, друг мой. Канцлер Со любит повторять, что мы все – Республика. К сожалению, сдается мне, после Вало реальность такова, что каждый из нас остался сам по себе. Вот почему ПССО настолько важ…

Пэн выключил передачу и развернулся в кресле лицом к голограмме Лорны Ди:

– Ты все слышала?

Тви’лека кивнула. Она пребывала в полной безопасности на своем собственном корабле, который оставался на геостационарной орбите с обратной стороны луны Грайзела.

– Похоже, цель обозначилась.

– И Глаз ничего не подозревает?

– Глаз до сих пор на «Электровзоре». Его волнует лишь его коллекция реликвий…

Пэн фыркнул, но его смех перешел в дребезжащий кашель.

Голографическая Лорна явно встревожилась:

– Пэн?

– Пустяки. – Довутин отер губы тыльной стороной ладони. Опустив глаза, он увидел пятнышки крови. Тело до сих пор болело, но это была мелочь по сравнению с тем, что он намеревался сделать с Ро по возвращении.

– Итак, решено, – сказал он, меняя тему. – Бури отправляются на Сайклор, а потом, когда мы вернемся…

– Возьмем штурмом «Взор».

– А Зитар?

Лорна провела пальцем поперек шеи.

Пэн хмыкнул:

– Можно мне будет посмотреть?

Тви’лека игриво улыбнулась:

– Я даже дам тебе облизать нож.

– Ты та еще штучка. Тропа есть у нас?

Лорна наклонилась куда-то за пределы экрана и нажала на кнопку:

– Уже пересылаю тебе.

Навигационная панель «Элегенсии» пиликнула, и Челл Трэмбин подтвердил, что все пришло.

Пэн ухватился за ручки командирского кресла, наслаждаясь ощущением мягкой кожи под ладонями. Скоро они избавятся от Ро и его гнусного наследия. Они заберут его корабль и его гениальную женщину, плюс те сокровища, которые этот ловец креветок накопил за столько лет.

Никогда еще будущее не казалось таким лучезарным.

Глава 64

Архив аванпоста Вало

Экран погас, и сенатор Тиа Тун откинулся на спинку кресла.

– Ну, как?

– Вот речь политика, который верит в каждое произнесенное слово.

Сенатор повернулся к Стеллану, его черные глаза испытующе всматривались в лицо джедая:

– Вы столь невысокого мнения обо мне?

Стеллан покачал головой:

– У вас сильные убеждения.

– Но я не настолько закоснел в своих взглядах, чтобы оставаться слепым к нуждам Республики. Республики, которую я люблю всем сердцем.

Стеллан не мог удержаться, чтобы хотя бы не спросить:

– А как же ПССО?

– По моему мнению, она по-прежнему необходима, но до тех пор, пока Республика не поймет мою правоту, я буду оказывать посильную помощь вам и канцлеру. Как оказывал всегда.

Хотя в последнюю часть этого заявления Стеллан не очень верил, он не сомневался, что Тун хочет помочь. Сенатор, конечно, выжал все из ситуации на Вало, но в то же время он пообещал безоговорочную поддержку Салласта в восстановлении планеты и защите системы.

Сидевшая рядом Рил проверяла настройки передатчика.

– Получили они? – спросил Тун.

– Нигилы? Невозможно сказать, но ставлю мой лучший рейтинг на то, что они слушали.

– А приказ на сбор сил у Хетцаль-Прайма? – поинтересовался Элзар Манн, стоявший неподалеку с Беллом и Индирой Стокс. Неизменная борзая Белла сидела у них в ногах.

Рил бросила взгляд на экран и кивнула:

– Тоже отправлен.

– Хотя ни один джедай его не получит, – сообщил Стеллан. Он-то и снабдил Рил старинным каналом связи, который ОрбаЛин модифицировал, сделав уязвимым для прослушки.

– Тогда моя работа здесь окончена. – Салластанский сенатор поднялся со стула. – Прошу меня простить, я должен встретить груз разборных домов от «СороСууб» – гуманитарную помощь для размещения тех, чье жилье было разрушено нигилами.

– Уверен, валоны этот жест оценят, – признал Стеллан. – Как и я.

– Рад слышать, – сказал Тун, остановившись перед ним. – Я сказал правду, уважаемый член Совета. Я питаю к Ордену только глубочайшее уважение…

– Но считаете, что Республика должна быть способна защитить себя. Да, я знаю.

– Мы все – Республика, – сказал Тун. – Здесь мы с Линой Со целиком и полностью согласны.

– «Дух единства»?

Тун хихикнул:

– На это нам всем остается лишь надеяться, мастер-джедай. Прошу меня простить.

Стеллан отошел, пропуская Туна, и салластанин разминулся в дверях с личностью, которую Стеллан меньше всего ожидал встретить в оперативной комнате. Лишь усилием воли он сдержал руку, уже потянувшуюся к мечу.

Элзар шагнул вперед, навстречу новоприбывшей:

– Тай?..

Толотианка-наемница не стала тратить времени на расшаркивания:

– Элзар, мне надо с тобой поговорить насчет нигилов.

Глава 65

Храм-аванпост Вало

Ротовые части Амаранта, которого вел по коридору болван-офицер, возбужденно щелкали.

Неймодианец – Снат или как-то так – проинформировал Амаранта, что его переводят на республиканский корабль для транспортировки на секретный объект, где его станут допрашивать. «Удачи с этим», – подумал лампроид. Он вонзит жало себе в горло, но Лорну Ди не предаст.

Впрочем, в данный момент он понятия не имел, как сбежать. Его руки были скованы наручниками, неймодианец был вооружен на удивление тяжелой бластерной винтовкой, а вели его через аванпост, кишащий джедаями.

По крайней мере, на самом транспортнике дополнительных охранников не обнаружилось. Челнок стоял в открытом дворике храма; само здание уцелело после бомбардировки Пэна Эйты. Кое-где виднелись следы спешно потушенных пожаров, а стены почернели от копоти, но главная постройка выглядела невредимой. Жаль. Амарант бы хотел, чтобы это место сгорело. Возможно, когда он освободится, то прилетит сюда и сам сотрет его в лица планеты – конечно, после того, как вонзит клыки в вонючую шею Сната. Амарант отвлекся, воображая себе, каким унижениям он подвергнет джедаев, а особенно того проклятого угора, который облепил его своей мерзкой жижей.

– Капитан Снат, подождите.

Ну что еще? Амарант повернул один глазной стебелек в том направлении, откуда они пришли, и увидел спешившую к ним группу джедаев. По крайней мере, ему показалось, что это джедаи. Двое были определенно в джедайских одеяниях, оба люди – один с бородкой, другой гладко выбритый, – тогда как еще двое были женщинами: толотианка со световым мечом на бедре и курану без какого-либо видимого оружия.

– Капитан! – повторил гладко выбритый, остановив неймодианца, который, в свою очередь, велел Амаранту ждать. Лампроид подумал было, не уползти ли наутек, но он знал, что до корабля добраться не успеет: Снат уложит его из своей проклятой винтовки.

– Мастер Манн? – с заметным раздражением произнес шеф охраны. – Я должен поскорее доставить пленного на транспорт.

– С этим придется повременить, капитан, – сказал бородач, смерив Амаранта взглядом. – Есть кое-какие вопросы, которые требуют ответов.

– Мне нечего тебе сказать, джедай, – дерзко прошипел Амарант, поднимаясь во весь рост. Впрочем, это не произвело никакого действия на юную курану, которая протиснулась мимо Сната и обратилась к нему напрямую:

– Ты не понимаешь. Твои дружки кое-что похитили с моего корабля. Нечто такое, что можно превратить в ужасное оружие.

– Клэрин, пожалуйста, – сказал бородатый, схватив ее за руку.

Курану вырвалась:

– Нет, мастер Джиос. Ставки слишком высоки. Если нигилы поймут, что они добыли…

– Мы добыли победу, – захохотал Амарант. – Взгляни на себя, «мастер» Джиос. Рожа в синяках, а твое драгоценное одеяние все в крови.

Это вызвало реакцию. Но не у Джиоса, а у того, которого звали Манном. Судя по виду, джедай внутри кипел от негодования. Хорошо. Амарант хотел, чтобы он почувствовал себя задетым. Чтобы разъярился. Ярость вела к ошибкам. Ярость вела к смерти.

– Молчать, – сказал Манн, и Амарант понял, что поймал его на крючок.

– С какой стати мне молчать? Вы проиграли, джедаи, просто еще этого не понимаете. Но поймете, когда вспомните, что мы сделали. Когда вспомните, сколько погибло от рук шторма.

– Молчать!

Амарант вскрикнул, когда его с такой силой швырнуло о колонну, что камень пошел трещинами, а наручники лопнули. Правда, сбежать он все равно не мог. Он не был даже в состоянии дышать. Казалось, будто вокруг трахеи сомкнулся кулак, выжимая из него жизнь.

Манн шагнул вперед, держа руку перед собой. Пальцы были растопырены, словно когти.

– Проси прощения, – процедил он. – Проси прощения.

Но Амарант мог лишь хрипеть.

– Элзар, пожалуйста! – крикнул Джиос. Подбежав, он схватил этого маньяка за руку. Манн выбросил вторую, и Джиос улетел, словно от оплеухи гаморреанца. Капитан Снат вскинул бластер, но оружие было вырвано из его рук и отброшено в сторону; туда же отправился и меч толотианки. Женщина бросилась вперед, но в следующий миг ее голова резко дернулась вправо. Она упала и больше не поднялась.

На ногах осталась стоять лишь курану, которая протянула дрожащую руку к взбешенному джедаю.

– Пожалуйста. Не убивайте его, – умоляющим голосом пролепетала она. – Нам надо выяснить, где искать нигилов.

Снат за его спиной оскалился:

– Она права, Манн. Сделай это, и я доложу о тебе в Совет джедаев. Ты никогда больше не наденешь это одея…

Невидимая рука ударила неймодианца в грудь, отбросив назад.

– Неплохо, – просипел Амарант. – Из тебя бы получился хороший нигил.

Давление на его горло усилилось.

– Назови мне координаты базы нигилов, – прошипел Манн, у которого с нижней губы капала слюна. – Живо, или я сломаю тебе шею.

Тут наконец курану бросилась к джедаю и замолотила кулаками:

– Прекратите! Если вы его убьете, мы не сможем вернуть оружие. – Манн поднял руку, но не для того, чтобы оттолкнуть ее, а чтобы защитить лицо.

Амарант почувствовал, что хватка ослабла. Он мог двигаться. Он поднял хвост и ударил джедая своим жалом. Манн отскочил и споткнулся о неподвижную толотианку. К тому времени, когда он выпрямился, Амарант уже держал курану своими клешнями, опасно приблизив челюсти к ее шее.

– Одно неверное движение, и я раскрашу этот дворик ее кровью. Вы поняли?

Девушка, надо отдать должное, не пыталась вырваться, лишь тихо хныкала, чтобы он ее не бил.

– Со мной ты в безопасности, – прошипел Амарант и пополз в сторону ожидавшего корабля. – Кто еще на борту? – спросил он у джедая, который так и стоял с поднятыми руками, поскольку не мог атаковать его, не задев женщину.

– Никого, – прорычал Манн. – Конвой еще не прибыл.

– Так позаботься, чтобы он и не прибыл.

К этому моменту они уже добрались до трапа.

– Отпусти женщину, и мы дадим тебе уйти.

Амарант щелкнул клыками, что у его расы было ближайшим аналогом смеха:

– Едва ли. Если я увижу хоть один «Вектор», она умрет, понятно?

Плечи Манна поникли. Вот теперь он понял, что проиграл.

– Угу.

Они поднялись по трапу наверх, курану служила живым щитом на случай, если Манн передумает. Джедай не передумал, и как только оба оказались внутри, Амарант нажал на кнопку закрытия люка.

– Пока, – издевательски произнес он, и дверь захлопнулась.

Амарант отшвырнул от себя девчонку. Та завизжала, но крик быстро оборвался, когда она споткнулась и ударилась головой о переборку. Курану осела на пол, но Амаранту было безразлично, умерла она или просто отключилась. Она свою роль сыграла. Теперь оставалось лишь убраться отсюда.

* * *

– Как думаете, он купился? – спросил Элзар, когда челнок на полной скорости вылетел из храма.

– Ты имеешь в виду, до того, как он схватил Клэрин? – сказала Тай, стукнув его по руке.

– Ай!

– Извини. Больно? Почему ты позволил ему увезти ее?

– Выбора особо не было.

Стеллан, который «пришел в себя» после избиения, вмешался, разнимая драку:

– Элзар не виноват. Мы должны были дать ему уйти.

– С заложницей? – сердито возразил Снат, ткнув пальцем в Элзара. – И зачем было так сильно толкать меня в грудь?

– Должно было выглядеть правдоподобно, – запротестовал Элзар.

– Да уж. – Тай скрестила руки на груди, чтобы не стукнуть его снова. – Клэрин выглядела особенно напуганной. Вы не меняетесь. Продолжаете играть чужими жизнями.

Стеллан убедился, что его меч до сих пор в футляре.

– Никто не играет. Уж точно не мы.

– А к тому же, – сказал Элзар, противопоставляя мрачному тону Стеллана свою, как он надеялся, обезоруживающую улыбку, – ты полетишь с нами спасать Клэрин.

Тай округлила глаза и ткнула пальцем себя в грудь:

– Я? С чего ты так решил?

Элзар ответил вопросом на вопрос:

– Давно последний раз летала на «Векторе»?

Глава 66

«Элегенсия»

– Время до прибытия?

Челл Трэмбин сверился с системами:

– Сходим с Тропы через пять секунд.

– А остальные корабли? Буря выходила на связь?

– Пока нет, Хозяин.

Пэн сердито заворчал. Межкорабельные коммуникации во время движения по Тропе были делом заковыристым, но в том, что корабли здесь, он не сомневался.

– Приближаемся к цели, – сообщил пилот. – Выходим в обычное пространство через три… две…

«Элегенсия» с гулом остановилась перед Сайклором. Одновременно с Тропы сошли несколько кораблей туч и молний.

Пэн разинул пасть. Он подался вперед, командирский шезлонг затрещал под его весом.

– Это еще что?

Впереди простирались судоверфи. Ангары сверкали в свете звезд, но не только они.

– Сэр, это…

Пэн зарычал, договорив вместо Челла:

– «Небесные ястребы».

Мало того. Здесь были истребители с десятка разных планет. С Хосниан-Прайма. С Кореллии. С Салласта. С Искалона. Даже с Шили.

– Где вся остальная буря? – пролаял Пэн, глядя на дисплей.

Челл всмотрелся в свои приборы:

– Наблюдаю множественные сигналы. Очевидно, это они и есть.

– Покажи.

Впереди появились голоквадраты, отображая картинку с кормы. Один за другим в систему выходили корабли, но ни один из них не был нигильским. Это были республиканские «Стержни» и джедайские «Векторы». Множество «Векторов», каждый в центре треугольной гиперрамы.

– Это ловушка, – прошипел Пэн, но шипение переросло в очередной приступ кашля. На этот раз он уже не мог скрыть кровь, забрызгавшую палубу.

– Они знали, что мы летим сюда, – простонала молния у пульта связи.

– Но как? – спросил Челл.

Вопрос был хороший, но спрашивать следовало не об этом, поскольку Пэн уже знал ответ.

Где там застряла Лорна Ди?

* * *

– Всем крыльям доложить.

В канале зазвучала литания имен. Ниб. Буррияга. Бакари. Портер. Вернестра и Имри. Последовали другие позывные; республиканские командиры добавляли свои имена в список, так же как и члены флота, который собрал начальник сайклорианских верфей после срежиссированного разговора с Тиа Туном. Нигилы, как и предполагал Стеллан, заглотили наживку.

И лишь одна мысль тревожила его – мысль, которую не преминул озвучить Портер Энгл:

– Это все, что ли?

– Признаться, я ожидала, что их будет больше, – вставила Ниб из своего «Вектора».

– Возможно, их не так много, как мы думали? – предположила Вернестра.

– Или их потери на Вало были выше, чем оценивалось, – добавил Энгл.

– Как насчет увеличить их еще больше? – спросил новый голос. Это был командир передового корабля тогрут, которому не терпелось начать бой, но Стеллан не мог отдать приказа, пока нигилы не сделают первый выстрел.

За этим дело не стало. Окруженные со всех сторон, нигилы не имели иного выбора, как пробиваться силой. Стеллан почувствовал, как стрелки бросились по своим местам, задолго до того, как турбопушки открыли огонь. Вот теперь можно было начинать.

– Всем боевым единицам: в атаку, – приказал Стеллан со всем спокойствием, на которое был способен. – Сила с нами.

Глава 67

«Электровзор», над Грайзелом

– Мы готовы к финальному тесту, Ро?

Готовы ли? Ро не был уверен. Он так долго ждал этого, изучал тексты, найденные в отцовской коллекции, – тексты, о которых старый тиран забыл, оставив пылиться в библиотеке «Взора». Великий Эсгар Ро: тот, кто преобразил самого себя и преобразил нигилов. Тот, кого Маркион нашел истекающим кровью в Великом зале.

– Помоги мне, Маркион… пожалуйста.

До чего он докатился. За всю жизнь Эсгар никогда не проявлял доброты к своему сыну, никогда не относился к нему с уважением. Казалось довольно справедливым, что сейчас, валяясь в крови посреди своих апартаментов, он был вынужден просить о помощи того самого сына.

Ро даже не наклонился: так и продолжал стоять над отцом.

– Кто это сделал?

Брызгая кровью изо рта, Эсгар прохрипел:

– Я… я не знаю.

– Жаль, – сказал Ро. – По крайней мере, была бы хоть какая-то польза.

Первый удар ноги выбил умирающему челюсть; второй раздробил щеку. Третий, вероятно, убил его, но точно сказать было нельзя. Что до четвертого, пятого, шестого и седьмого – те были просто забавы ради.

Ро простоял там около часа – не из уважения к покойному, а чтобы запечатлеть сцену в памяти. Он намеревался запомнить Эсгара Ро именно таким: не могучим деспотом, превратившим его жизнь в пытку, а избитым куском мяса.

– Маркион?

Кизме Аттерсонду не терпелось. Ро мог его понять. Ему и самому следовало бы испытывать такое же чувство, но что-то его сдерживало: голос отца в глубине сознания. Даже спустя все эти годы казалось, будто старик стоит рядом, обратив к нему лицо, превращенное в месиво.

«Зачем ты это делаешь, Маркион? Ты сам-то хоть знаешь? Неужели не понимаешь, насколько все изменится? Разве ты готов?»

Он поднял взгляд, посмотрел в налитые кровью глаза пленного джедая за стеклом лаборатории.

«Посмотри на него, Маркион. Он знает. Он знает, насколько ты слаб».

– Заткнись!

– Что?

Ро развернулся. Аттерсонд глядел на него. Недоуменно. Смущенно.

– Я только спросил.

– Мы будем готовы, когда я скажу, что мы готовы.

Как глупо. Еще не хватало, чтобы чадра-фэн подумал, будто он разговаривает с мертвыми. Эсгара давно нет. Сейчас его, Маркиона, момент славы.

Взгляд джедая буравил ему затылок.

Ро нащупал шлем, натянул его на лицо. Он должен быть Глазом. Должен быть сильным, не как отец, не как Лоден Грейтшторм и не как Кизма, мать его, Аттерсонд.

В ухе зажужжал комлинк.

– Что такое? – немного принужденно бросил Ро.

В ответ раздался холодный голос. Лорна Ди.

– Сюда летит корабль.

– И?

– Это Республика.

Неужели их обнаружили? Как? И почему эта женщина беспокоит его, когда и так должно быть ясно, что делать?

– Так позаботься, чтобы он не сел, Лорна. Сбейте проклятый корабль, и дело с концом.

* * *

Лорна Ди дождалась, когда связь выключится. Все шло не так, как она планировала. Оживить Пэна – это был риск, который, однако, доставил ей удовольствие; особенно приятно было глядеть на его мясистую морду, когда он вообразил, что она отправится с ним на Сайклор. Убедить большую часть его бури остаться на Грайзеле… это было нетрудно. В конце концов, он бросил их на Вало, оставив наедине с тогрутами. Но сейчас… сейчас ей хотелось вызвать «Элегенсию», чтобы издеваться над Пэном и слушать, как он захлебывается в собственной крови, если только его больное сердце еще не остановилось от токсина Ро. Сипанид не исцелил его, лишь продлил мучения.

Что до Ро… Лорна пока не решила, что делать с Ро. Она заготовила историю на тот момент, когда Глаз узнает, что Пэн выжил, что он увел «Элегенсию» в налет на Сайклор… и что он ныне превратился в звездную пыль. В зависимости от того, как Ро воспримет эти новости, Лорна планировала либо использовать это к своей выгоде, либо в самом деле захватить «Взор» и Пророчицу. Для этого довутин ей не требовался. А если Ро попытается ее остановить, она вырвет у него шприц из рукава и выколет ему глаза, по одному зараз.

Не была она готова лишь к одному: что Грайзел обнаружат. Без такого осложнения она вполне могла обойтись.

Лорна переключилась на другой канал и вызвала того нигила, который сообщил о приближении корабля:

– Огонь по врагу. Сбейте его.

– Хозяйка Бури, – ответил стрелок, сидевший на лазерной турели. – Они сигналят. Это Амарант.

Амарант. Новый сюрприз, но уже более приятный. Лампроид был одной из самых надежных ее туч. Лорну никто не смог бы назвать сентиментальной – никто, если хотел сохранить череп прикрепленным к спинному мозгу, – однако то, что пришлось его бросить, было довольно-таки горькой пилюлей. У Лорны имелись планы в отношении этого ядовитого слизняка, но она считала его мертвым. И вот он здесь, возвращается на базу. За это он будет произведен в грозы. Если только…

Она схватила дезинтегратор и бросилась к двери, на бегу пролаяв в комлинк:

– Пусть садится, но просканируйте корабль.

– А что искать?

Неужели не очевидно? Почему сегодня все стараются действовать ей на нервы?

– Устройства слежения, дубина. Приступайте, живо.

* * *

– Вставай!

Амарант схватил девчонку-курану, его зазубренные клешни угрожали порвать тонкую кожу на ее руке.

– Не бейте меня. Пожалуйста.

Ну что за ничтожество.

Трап, опустившись, плюхнулся в лужу воды, и Амарант поволок женщину на выход. Он принюхался. Опять шел дождь. Он не возражал. Ему это даже нравилось. Напоминало о Флорне. Амарант знал, что никогда не вернется домой – после того, как он перебил все свое гнездо, об этом не могло быть и речи, – но Грайзел был тоже ничего. До налета на Вало он полюбил охотиться в лесу на свинорексов. Возможно, поохотится и сегодня – после того, как доставит добычу.

По крайней мере, женщина не причинила хлопот за время долгого перелета до базы. Не имея Тропы, Амарант вынужден был передвигаться серией коротких прыжков, что заняло целую вечность, но республиканский челнок перенес это испытание великолепно. Хороший кораблик. Возможно, стоит попросить Лорну, чтобы его оснастили двигателем Троп и приличными пушками?

А вот и она, стоит посреди дворика для прогулок, не обращая внимания на дождь, барабанящий по маске. Амарант пытался возненавидеть ее за то, что бросила его, но он знал, что на ее месте поступил бы точно так же. Она сама частенько говорила: главное – выжить.

– Я привез тебе подарок, Ди, – сказал Амарант, толкнув курану в спину. Женщина поскользнулась на мокром рокрите и приземлилась тви’леке под ноги.

– Даже два подарка, – сказала Хозяйка Бури, махнув своим дезинтегратором в сторону республиканского корабля. – Где ты его спер?

Амарант гордо надул шею:

– На джедайском аванпосту.

Тон Ди практически не изменился, но Амарант знал, что ее это впечатлило.

– А это кто?

Женщина отозвалась, опередив его:

– Меня зовут Клэрин Чеккат.

– Она говорила о каком-то мощном оружии, – быстро добавил Амарант, не желая, чтобы девчонка перетянула внимание на себя.

– Даже так? – Амарант представил, как взгляд Ди снова переключился на него. – А хвоста за тобой не было?

Амарант покачал сегментированной головой:

– Нет. Я им сказал, что убью женщину.

– А следящие маяки ты искал?

Его длинный язык вдруг пересох.

– Ну?

– Я… я не подумал.

Лорна Ди вскинула ружье и выстрелила. Амарант взвыл, лишившись руки: плоть растворилась в луче дезинтегратора. Она переместила ствол и выстрелила снова. Исчезла еще одна рука.

Оружие и не думало опускаться.

– Ты закончил вопить?

Амарант кивнул. Обугленные обрубки горели под дождем.

– Тебе повезло, что он не на полной мощности. – Ди больше не стреляла. Не было нужды. – Ты мог привести к нам на порог весь Орден джедаев.

Амарант заставил себя подать голос:

– Прости, Хозяйка.

– Простить? – Она снова нажала на спуск. Минус еще одна конечность. – К счастью для тебя, мы просканировали эту груду хлама еще до того, как ты приземлился.

– И как, нашли что-то?

– Если бы нашли, ты бы уже не дышал. Тебе повезло. А теперь пополз вон. Сегодня не желаю тебя больше видеть.

Ди развернулась и побежала обратно в главное здание.

– Тащите девчонку сюда.

Из дверей наблюдали двое нигилов. Теперь они выбежали, схватили Клэрин и поволокли следом за Лорной. Девчонка не сопротивлялась.

Амарант проводил их взглядом и начал планировать отмщение.

* * *

На республиканском транспортнике было тихо, если не считать постоянного стука дождевых капель. Трап оставался опущенным, но никто пока не пришел осмотреть корабль. Впрочем, это ненадолго. Уже скоро сбегутся нигилы, чтобы поглядеть, чем можно разжиться и что можно приспособить для своих злодейских нужд.

В низком потолке главного отсека скользнула в сторону панель, и оттуда спрыгнула Индира Стокс, за которой последовали ее падаван и зольная борзая.

Белл расправил плечи, затекшие за время столь долгого сидения в служебном пространстве. Индира открывала панель всего раз, чтобы поглядеть, как там Клэрин. Когда Индира спрыгнула вниз, лежавшая в обмороке курану очнулась от шума и запаниковала, но Стокс успокоила молодую женщину, пообещав, что они не дадут ее в обиду. Похищение Клэрин не входило в планы, и Белл хотел выпрыгнуть из укрытия, как только увидел, что лампроид тащит ее на корабль, но Индира положила ладонь ему на грудь, велев ждать. Белл знал, что она права. Они утратят элемент неожиданности, как бы ни было мучительно представлять Клэрин в еще большей опасности, чем на самом деле. Юноша стиснул отделанный кожей меч, который дал ему Стеллан Джиос взамен его собственного: тот до сих пор покоился на дне озера Лониса. Меч принадлежал наставнице Стеллана, великой Рейне Кант, и носить его было огромной честью. Коль будет воля Силы, он докажет, что достоин ее наследия.

– И что теперь? – прошептал Белл, когда Индира выглянула в люк.

– Мы соберем информацию.

– И присмотрим, чтобы с Клэрин ничего не случилось.

– Конечно. Ты умеешь заслоняться с помощью Силы?

Белл вспомнил ту крышу на Вало.

– Я видел, как Элзар Манн это делает. Думаю, я понял принцип.

– Ненавязчиво подсказывай окружающим смотреть в другую сторону, чтобы ты мог пройти незамеченным. Я поначалу буду помогать, но когда мы углубимся в лагерь, тебе придется самому.

Белл внутренне подобрался:

– Я готов.

– К этому и многому другому.

Индира сунула руку под одеяние и достала маленькое металлическое устройство.

– Должна признать, нигилы оказались умнее, чем я ожидала. Просканировать на предмет следящих маяков еще до того, как лампроид пошел на посадку. Впечатляет.

Она поискала подходящее место и прилепила устройство за переборкой.

– В смысле, вряд ли кто-то станет посылать сигнал уже после того, как корабль благополучно прибудет на место…

Она повернула рычажок, и маленькое приспособление начало мигать. Индира и Белл обменялись улыбками и выскользнули с корабля.

* * *

На расстоянии многих систем оттуда перед Элзаром замигала панель. Он улыбнулся и переслал координаты в гиперраму «Вектора». Навидроид рамы чирикнул в ответ, подтвердив, что курс задан.

Прочитав данные, которые высветились на экране, Элзар приподнял бровь:

– Будет немного трясти.

– Учитывая, как ты летаешь? – пробормотала Тай с откидного сиденья. – Почему это меня не удивляет?

Он хихикнул и врубил двигатели:

– Сила будет с нами.

– Хорошо, – ответила Тай. – Она нам понадобится.

Элзар развернул «Вектор» и умчался в гиперпространство.

Глава 68

«Элегенсия»

Навигационная панель «Элегенсии» взорвалась вспышкой света и огня. Челл умер еще до того, как упал на палубу; его обугленный труп подкатился к шезлонгу Пэна. Довутин посмотрел в мертвые глаза Челла и проклял имя Лорны Ди.

Его корабль… его красавец корабль был окружен. Немногочисленные грозы, которые добрались до точки сбора, уже были перебиты. Джедаи без необходимости не стреляли на поражение, но другие такими тонкостями не заморачивались. Лорна поднесла им его на тарелочке, эта тви’лечья шутта!

Корабль дернулся, и Пэна чуть не выкинуло из кресла. Орудия продолжали стрелять, верные ему нигилы оставались на боевых постах.

Дурачье.

Пэн с трудом взобрался на ноги. У него кружилась голова. Он был тяжело болен и знал это, знал также, что именно его убивает, но умирать здесь не собирался. Он потащился в конец кабины экипажа. Перед глазами стоял туман. Навстречу бросился молодой бит, у которого половина лица была обожжена до неузнаваемости. Бит пробубнил на своем языке:

– Хозяин Бури, что…

Пэн отшвырнул его прочь и услышал, как треснул шарообразный череп. А не стой на пути. Такой же урок ждет и Лорну Ди.

Был ли к этому причастен Ро? Если да, то она еще большая дура, чем думал Пэн. Этот ублюдок уничтожал бури одну за одной, переделывая банду по своему вкусу. Лорна станет следующей… если только он не доберется до нее первым.

Пэн уже бежал по коридору, мчась со всей скоростью, на которую было способно его грузное тело. Путь преграждал эммерец-туча. Пэн достал бластер из набедренной кобуры, и инородец свалился на палубу без головы.

О спасательной капсуле не знал никто. Ни команда Пэна, ни Лорна и уж точно не Ро. Капсула была снабжена Тропой, которую много лет назад Пэну дал отец Ро, и была запрограммирована на перелет в одно место, куда не захотел бы возвращаться ни один довутин. Конечно, запуск разорвет чрево «Элегенсии», но корабль и так уже был мертв.

К тому моменту, когда Пэн добрался до секретной двери, он тяжело дышал. Еще сильнее он стал задыхаться, когда пришлось открывать дверь силой, поскольку механизм заклинило. Пару раз он чуть не сдался, протискиваясь через служебное пространство, в котором едва мог уместиться. Боги, никогда в жизни он так не потел. Сердце колотилось слишком быстро, а шкура казалась слишком просторной. Или она и была слишком просторной? Как такое вообще могло быть?

Наконец он нашел люк и влетел в капсулу. Точнее, ввалился, но результат был тот же. Главной характеристикой «Элегенсии» была роскошь. Стиль преобладал над сущностью? Возможно, но зато капсула… капсула была чисто функциональной.

Пэн пристегнулся к креслу, но расслабиться не смог. С трудом сфокусировав зрение, он задраил люк и включил батареи. На экране навикомпьютера высветились координаты. Пэн мокро хохотнул. Минули столетия с тех пор, как он покинул Довут, чтобы выковать себе новую жизнь. Кто бы мог подумать, что спустя столько времени он вернется туда с той же целью? Интересно, жив ли еще кто-нибудь из родичей. По крайней мере, он немного развеселится, поубивав их.

Система управления Тропой пиликнула. Капсула была готова к вылету.

На мгновение Пэн закрыл глаза, вслушиваясь в агонию корабля и мечтая о победе, которая должна была достаться ему. Он вписал свое имя в анналы Галактики, а теперь всю славу получит Ро, и Лорна вместе с ним. Что ж, да будет так. Пэн умирал, теперь он уже с этим смирился. Но он не издохнет, пока не насадит вероломные головы обоих на копья.

Пэн Эйта ударил кулаком по кнопке, и корма «Элегенсии» взорвалась, выбросив капсулу, которая помчалась вперед сквозь хаос.

Высоко над Сайклором продолжала кипеть битва. Буря Пэна сражалась до последнего.

Никто не знал, что сам он уже скрылся.

Глава 69

«Электровзор»

– Ро, пожалуйста. Это невыносимо.

Ро поднял палец, и Аттерсонд замолчал. Одно дело энтузиазм, но капризы – совсем другое. Конечно, чадра-фэн не мог знать, что Ро сейчас видел на внутреннем дисплее, но это не имело значения. Они будут готовы, когда он скажет, не раньше.

Ро смотрел, как женщину-курану втаскивают в комнату Ди; картинка транслировалась с маски самой Ди, стратегически расположенной неподалеку. С Ди был и Зитар, чьи глаза-бусинки вглядывались в новоприбывшую. По крайней мере, талпини не пошел дорожкой Пэна. Зитар знал свое место. Ро гадал, как Лорна отреагирует на смерть Пэна, как отнесется к существованию потайного шприца на его запястье. Это устройство было его собственным изобретением, Ро сконструировал его после неудавшегося переворота Пэна накануне экспедиции на Вало. Внутри был убийственный коктейль из самых смертоносных токсинов Аттерсонда – гораздо сильнее тех, которыми они накачивали джедая. Смесь сработала великолепно, хотя элемент неожиданности был теперь утрачен. Это было спонтанное решение. Ро вообще не ожидал, что Пэн вернется с Вало. Заряд, который он разместил в главном бомбовом отсеке «Элегенсии», должен был избавить его от довутина. Бомба была выставлена на подрыв в тот момент, когда крейсер попытается прыгнуть обратно к Грайзелу. Взрыв объяснили бы повреждениями, полученными во время налета, а также тем, что движение по Тропе само по себе дело опасное. Подобно Кассаву, Пэн стал бы мучеником, чье имя Ро мог бы вспоминать, пробуждая чувство верности среди окружения довутина. Однако устройство уничтожили джедаи во время битвы над Вало; еще одна причина проклинать их имя. Когда Ро увидел, как Пэн вальяжно шагает через дворик для прогулок… Впрочем, двуличный дуралей уже издох, а оставшиеся двое Хозяев Бурь притихли. Отныне никто больше не бросит ему вызов.

– Амарант говорил о каком-то оружии. – Ро снова переключил внимание на допрос. В комлинке голос Лорны Ди звучал металлически. Ответ курану, с другой стороны, оказался на удивление громким:

– Да. Постановщик поля помех, способного обезвреживать энергетическое оружие.

– Какого рода энергетическое оружие?

Курану стояла прямо, будто не обращая внимания на тот факт, что справа и слева возвышались двое самых внушительных охранников Лорны.

– Какое только можно вообразить, и сверх того. Бластеры, дезинтеграторы, даже световые мечи.

Вот это уже интересно.

На экране Зитар подбежал ближе, оставив механокостюм, над которым трудился, когда привели пленницу.

– И где этот постановщик поля помех?

– В Республике.

– Так а нам с того какая польза? – задала Лорна тот самый вопрос, о котором подумал Ро.

– Это всего лишь прототип, работающий на сыром рекаинии.

– Надеюсь, они там все отравятся. – Зитар вернулся к своему механокостюму. – Убей ее, Лорна. Хорош время терять.

Ро был склонен согласиться. Жаль. Он выключил видео и огляделся в поисках Аттерсонда, но чадра-фэна нигде не было видно. У Ро свело желудок. Не стал же этот идиот…

Он повернулся к смотровому окну и увидел, как в него врезалось тело Аттерсонда, разбив стекло на тысячу острых как бритва осколков.

* * *

«Время почти настало».

Лоден ждал достаточно долго, слушая голос в своей голове, снося оскорбительные нигильские эксперименты. В голове у него не прояснилось – нисколечко, – но таким сконцентрированным он был впервые за много месяцев. Что момент наступил, он понял еще до подсказки в голове, когда в лабораторию шаркающей походкой вошел чадра-фэн в своем замызганном белом халате, что-то бормоча себе под нос. Свет уже был выключен, и все звуки стихли. Ученый проковылял в кольцо приборов, держа в грязных руках шприц.

– Освободи меня.

Лоден даже не был уверен, что произнес эти слова вслух. В любом случае чадра-фэн его проигнорировал, продолжая готовить шприц.

– Ты освободишь меня.

С момента пленения он пробовал сделать это множество раз, пытался воздействовать на умы Ро и его ручного ученого, но так и не добился успеха. Ни разу.

Но сейчас ситуация как будто изменилась.

«Да, изменилась. Они уже близко. Он близко».

«Он?» Кого голос имел в виду? Конечно, не Ро. Конечно…

А затем Лоден почувствовал его – присутствие, которое он не чувствовал с тех пор, как…

Он вдруг оказался на борту «Новы», разговаривал с Беллом по связи.

«С нетерпением жду возможности отметить твое повышение, рыцарь-джедай Зеттифар».

«Учитель… спасибо вам».

«Я больше не твой учитель, Белл. Ты – рыцарь-джедай».

Белл. Неужели это действительно он? Откуда он здесь взялся? Нет. Конечно, нет. Не стоит даже надеяться.

«Надежда – это все, что у нас есть, Лоден. Ты можешь это сделать. Ты должен».

Лоден смотрел, как ученый проверяет иглу. Из кончика вырвалась капля транквилизатора.

– Ты. Освободишь. Меня.

Чадра-фэн остановился, на его нетопырьем лице отразилось недоумение. Шприц выпал у него из рук и покатился по полу.

– Я… освобожу тебя…

Аттерсонд. Так его звали. Лоден вспомнил. Он вспомнил все, что с ним сделали. Все тесты. Все пытки. Да, это Белл, не иначе. Лоден черпал силы у своего бывшего падавана через узы, которые их связывали. Интересно, почувствовал ли сам Белл?

Чадра-фэн протянул руку к соседней панели и дрожащими пальцами повернул рычажок. Оковы на руках и ногах Лодена разомкнулись, и он дернулся вперед, выставив слабые ладони, чтобы смягчить падение.

Аттерсонд ахнул – действие чар миновало. Лоден пополз вперед, потянулся к шприцу. Чадра-фэн ударил ногой, отшвырнув инжектор за пределы досягаемости Лодена, и, повернувшись, закричал, зовя хозяина:

– Ро! Подопытный!

Лоден сделал толчок Силой. Аттерсонд вылетел через смотровое окно и врезался в Ро.

«Вот теперь беги».

Лоден выпрыгнул в разбитое окно, Сила вливала энергию в его конечности, которые так долго бездействовали. Приземлившись, он споткнулся, его качнуло вперед: ноги не могли выдержать его вес. Лоден упал на бок, попытался вскочить, но увидел прямо перед лицом желтый клинок.

– Отсюда не сбежать, – прохрипел Маркион Ро, державший присвоенное оружие. У Лодена все плыло перед глазами.

«Он лжет».

Но Лоден знал правду. Он не мог сбежать. Самостоятельно не мог. Ему была нужна помощь. Ему был нужен…

– Белл.

Глава 70

Лагерь на Грайзеле

– Учитель, – прошептал Белл.

Индира повернулась к своему падавану, взглядом приказав молчать. Пробраться в комплекс оказалось труднее, чем она думала. Они нашли Клэрин – ее допрашивала женщина, которую Амарант назвал именем Ди, – но Белл отчего-то был рассеян и с трудом скрывал свое присутствие, хотя Индира много раз показывала ему, как это делается.

А теперь, пожалуйста: заговорил вслух, как будто они не прятались прямо за дверью. Даже Искра, и та сидела тихо. Что на него нашло?

– Простите, – пробормотал Белл и начал пятиться.

Индира быстро схватила его за руку:

– Ты куда?

– Это Лоден.

– Что?

Белл вырвался, Искра подошла к нему.

– Он жив, Индира. Я почувствовал, как он произнес мое имя, прямо здесь… только что. Я должен идти.

Она позволила им уйти. Что еще оставалось делать? В тот миг, когда Белл произнес имя Лодена, Индира поняла, что это правда. Белл не ошибся: это присутствие, которое она вдруг почувствовала, невозможно было спутать ни с чем. Как будто тви’лек стоял здесь, рядом. Образ Лодена казался… да, раздробленным, но он был здесь, усиленный благодаря контакту с Беллом. Не могли же нигилы держать Лодена Грейтшторма в плену больше года?

– Постойте.

Это единственное слово заставило Индиру снова переключить внимание на сцену, которая разворачивалась в комнате Лорны Ди. Клэрин сделала шаг в сторону нигилки, в ее голосе сквозила уверенность, которой раньше не было.

– Я сказала, что это был прототип, – сообщила она Ди. – Мой собственный прототип. Мама показывала его от своего имени, но разработка была моя. А это…

Она подняла руку, и браслет чуть-чуть скользнул вниз по руке.

– Матери больше нет, но существует вот это: портативная модель, которая работает на толии. На Вало я пыталась обратиться к одному из ваших… помощников, но он захотел снять прибор с моей руки. Он тоже мертв.

Что это, угроза? Девчонка была полна сюрпризов.

– Покажи, – скомандовала Ди, протянув руку.

Клэрин опасливо прикрыла браслет:

– Только после того, как мы обсудим цену.

– Хочешь продать его нам?

Для Индиры это тоже стало шоком.

– Почему бы и нет? В Республике испугались этого устройства, и к тому же они думают, что чертежи прототипа уже у вас.

– Почему?

– Потому что я так сказала.

– Я тебе не верю, – заявила Ди.

Мудрое решение, с горечью подумала Индира.

– Откуда мне знать, что ты говоришь правду? – спросила Ди.

– Хотите гарантию? Доказательство честных намерений?

– Да.

– Что ж, это я могу предоставить. У вас на базе двое джедаев. Они пробрались на борт транспортника. Учитель и ее ученик. Ну, как вам?

– Разыщите их, – крикнула Ди, вскинув пушку. Талпини забрался в свой механокостюм. – Живо найдите обоих!

Индира вздохнула и достала меч. Лучше бы Элзар явился прямо сейчас.

* * *

«Вектор» рывком вышел на орбиту Грайзела, и Элзар тут же отстыковал гиперраму, чтобы они могли без помех нырнуть в атмосферу планетоида.

– Как думаешь, они знают, что мы здесь? – спросила Тай.

Из джунглей в их сторону понеслись лазерные разряды.

– Как понимаю, ответ положительный. – Элзар с помощью Силы включил связь, держа ладони на ручке управления. – Штаб, это Лазерная птичка-один. Мы вступили в бой с нигилами. Место подтверждено. Передаю координаты.

* * *

В коммуникаторе протрещал голос Элзара, и по экрану Стеллана побежали координаты.

– Принял и понял, Лазерная птичка.

Стеллан облегченно выдохнул. Отправить Элзара и Тай для подтверждения местоположения базы нигилов – это была его идея. Не то чтобы он не доверял Индире, просто хотел убедиться наверняка, прежде чем посылать туда дрифт. Маячок можно заглушить или обмануть. Элзара Манна – нет.

Он переключился на другой канал и снова сосредоточил внимание на битве.

– Портер, есть контакт. Справишься здесь сам?

– Меня оскорбляет, что ты вообще спрашиваешь. Вперед!

Стеллан переслал координаты навидроиду гиперрамы.

– Красная группа, вы сопровождаете меня. Следуйте за мной.

– Далеко? – спросила Ниб.

– Дальше, чем ожидалось. Вы готовы?

Буррияга прорычал ответ, и отряд Стеллана начал удаляться от места сражения.

Оставалось лишь надеяться, что они поспеют вовремя.

* * *

– Ро, на нас напали.

Лоден услышал донесение так же четко, как будто оно раздалось из его собственного комлинка. Он прыгнул вперед, обретя силы благодаря контакту с Беллом. Ро нанес удар, но неуклюже: это был грубый замах варвара, а не элегантный росчерк джедая, который тренировался всю жизнь. Лоден уклонился, и кончик присвоенного оружия прожег пол. Ро сердито зарычал, но он уже проиграл поединок. Просто он этого еще не знал. Лоден выбросил иссохшую руку и схватил Ро за нагрудную пластину, но не трясущимися пальцами, а кое-чем бесконечно более могучим. Не останавливаясь, он потянул на себя, ослабевшие грудные мышцы завопили от боли, но это было ничто по сравнению с тем, что почувствовал Ро, когда его оторвало от пола. Вожак нигилов просвистел мимо Лодена, будто пойманный на удочку, и меч вылетел у него из руки. Но на пол оружие не упало. Лоден подхватил его в воздухе, почувствовав холод рукояти. Он будто вернулся домой. Ро тем временем вылетел в окно и врезался в то самое оборудование, которое так долго держало джедая в оковах.

Лоден повернулся. Ему было трудно стоять на ногах, но он нашел в себе достаточно энергии, чтобы сделать толчок Силой. Лампы, с помощью которых Ро с Аттерсондом так долго слепили его, обрушились на вожака нигилов. За ними последовал стол, на котором Лоден лежал связанный день и ночь. Любой другой испытал бы удовлетворение, услышав кряхтение, которое донеслось из-под маски, но Лоден Грейтшторм не был «любым другим». Он был мастером-джедаем, и ему нужно было разыскать бывшего падавана.

Не обращая внимания на Ро, который пытался выбраться из-под груды приборов, Лоден выскочил в коридор и врезал торцом рукояти по панели управления. Дверь скользнула вниз и захлопнулась. Лоден прокрутил меч в руке, зажег клинок и вонзил в запорный механизм.

На него обрушился миллион разных звуков. Гудение клинка, далекий рокот двигателей, взрывы, которые гремели снаружи, – все это было ошеломляюще громким, как та какофония, которой терзал его уши Аттерсонд. Лоден отогнал от себя помехи, лишь мельком подумав, что ампутированные лекку должны были ударить по плечам. Он так много потерял, но надо было двигаться дальше. Для этого подсказки голоса в голове ему не требовалось.

Лоден побежал на бесплотный голос. Из-за нарушенного чувства равновесия он пару раз чуть не свалился. Он нашел какую-то дверь, открыл ее и застыл как вкопанный, гадая, не мерещится ли ему.

В паутине трубок и проводов лежала женщина. Тело ее было сморщенным, голая кожа – иссохшей и бесцветной, как у тех мумий, которые предки Лодена хоронили под травяными равнинами Рилота.

– Так это была ты, – с почтением прошептал он. – Ты говорила со мной.

«Разве?»

Он заморгал. Старуха шевельнула губами, или показалось? Эти молочно-белые глаза вообще его видели?

«Ты должен идти».

– Я не уйду без тебя.

Лоден шагнул в дверь, но очередной приступ головокружения вынудил его остановиться. Он привалился к косяку, дожидаясь, когда вселенная перестанет вертеться перед глазами.

«Я уже ушла. Здесь, но там. Далеко, но близко».

– Что это значит?

«Ты нужен ему. А он нужен тебе. Я это вижу, Лоден. Так почему не видишь ты?»

– Я джедай. – Это была констатация факта, опора, чтобы прогнать дурноту и наставить его на путь истинный. Женщина была права. Права все это время. Он нуждался в Белле.

«Мое время почти на исходе. Иди, джедай. Будь им».

Из коридора донесся грохот. Ро выбирался на волю.

– Спасибо, – выдохнул джедай.

«Нет. Это тебе спасибо, Лоден Грейтшторм. Ты вернул меня обратно. Указал мне путь».

Лоден побежал.

Глава 71

Лагерь на Грайзеле

Белл побежал.

Меч Кант гудел в руке, отражая выстрелы нигилов. Юноша мчался к большому кораблю, который висел в небе за пределами лагеря. Его заметили в тот же миг, когда он вылетел из здания Ди, что было совсем не удивительно. Он был слишком занят другими мыслями, чтобы уделять время на обман разума. Отвлекал его не шум дождя и не звуки битвы, которая кипела в небе между одиноким «Вектором» Элзара и орудийными вышками нигилов. Нет: причиной было присутствие в Силе, угрожавшее затопить его сознание. Присутствие, которое он уже и не надеялся больше почувствовать.

Лоден Грейтшторм, его учитель, был жив.

Белл знал это еще на Эльфроне. Знал во время церемонии открытия «Звездного света». Знал на Сайклоре. Потому-то он и не чувствовал Лодена в Космической Силе: Лодена там не было. Все это время учитель находился здесь, на этом чудовищном корабле. Судно было огромным и с легкостью превосходило по размерам «Инноватор», но не все ли равно. Если понадобится, он обыщет каждую палубу, но учителя найдет.

Огонь нигилов усиливался, но Белл почти не обращал внимания. Сейчас главным было попасть на корабль.

* * *

В комлинке Индиры затрещало, и Ди увидела ее.

Просто прелестно.

Нигилка открыла огонь, переключив дезинтегратор в автоматический режим. Выстрелы выбивали куски из стен старой тюрьмы, в том числе из колонны, за которой укрылась Стокс.

– Индира, где ты? – Это был Элзар.

– Под огнем, – ответила она и зажгла меч. Охранники, сторожившие Клэрин, тоже вскинули свои безразмерные бластеры – судя по виду, грозившие скорее взорваться, чем стрелять. Они даже дымились при каждом разряде.

Индира взмахнула рукой, будто пролистывая текст на экране, отчего меньший из охранников взмыл в воздух и врезался в своего сотоварища. Оба повалились на пол, но Индира знала, что они быстро вскочат на ноги и снова будут пытаться ее убить. Если Ди не успеет первой со своим дезинтегратором.

– Где Белл?

– Хороший вопрос.

– А Клэрин? – Это была толотианка, Тай Йоррик.

Индира посмотрела сквозь кружащееся лезвие и увидела, что курану схватил за руку талпини в механокостюме.

– Она сейчас узнает, что нигилы не торгуются.

– Что?

– Она нас продала.

Ди наступала, и яростный огонь ее дезинтегратора заставил Индиру попятиться.

– Ты можешь до нее добраться?

– До Клэрин? Конечно. Зачем? Что ты задумал, Элзар?

– Просто сделай это.

Связь прервалась. Да, джедай он был блестящий, но как же он порой бесил.

Индира сделала сальто и перепрыгнула через Ди. Тви’лека сопроводила ее огнем, выстрелы дезинтегратора дугой прошлись по потолку.

Индира опустилась перед талпини и перерубила руку механокостюма, а затем развернула его, заслонившись от выстрелов. Ну, от большинства. Шальной разряд пролетел мимо меча и ударил прямо в талпини. Тот закричал, и экзоскелет отшатнулся назад. В этот миг потолок над их головами взорвался.

* * *

– Эй, там же твоя подруга!

Не обращая внимания на возмущенный крик Тай, Элзар Манн продолжал стрелять по зданию. Разряды прошивали крышу, которая проносилась под ними.

«Вектор» пролетел сквозь облако пыли и дыма и понесся вверх, к огромному кораблю, который висел с другой стороны лагеря.

– Парочки лазерных выстрелов недостаточно, чтобы прикончить Индиру Стокс.

– А чего достаточно? Обрушить на нее здание?

Фонарь кабины отскочил. Элзар развернулся в кресле:

– Что ты делаешь?

– Собираюсь проверить, в порядке ли они там.

Прежде чем Элзар успел ее остановить, Тай выпрыгнула из истребителя, в полете включив меч. Элзар захлопнул фонарь, попутно заметив еще один меч, который мелькал впереди. Это был Белл Зеттифар, со всех ног мчавшийся к колоссальному кораблю и на ходу отражавший выстрелы нигилов.

Куда это он?

Впереди в боку гиганта открылся люк. В проеме появилась фигура, и у Элзара отвисла челюсть, когда он осознал, кто это.

* * *

По лицу Лодена хлестнул дождь, и вода попала в глаза, временно ослепив его. Он ухватился за кромку люка, чтобы не свалиться за край. Внизу сверкнула вспышка, в которой Лоден безошибочно узнал световой меч, описавший дугу.

Это был Белл. Он бежал к «Электровзору», а следом за ним – Искра. А над ними к кораблю Ро мчал «Вектор», летевший почти на той же высоте, на которой стоял Лоден.

Сзади что-то шевельнулось. Развернувшись, Лоден увидел перед собой Ро. Вожак нигилов глядел на него из-под своей инфернальной маски.

Лоден поднял меч, стараясь не обращать внимания на тот факт, что клинок дрожал вместе с рукой. В ответ Ро воздел кверху ладони. Капитуляция?

– Я безоружен. Я вас, джедаев, знаю. Ты безоружного не убьешь.

Назревал какой-то трюк. Лоден не был глуп. В голове у него гудело, и он с трудом держался на ногах, но он не был глуп.

За его спиной «Вектор» подлетел еще ближе.

– Сдаешься? – Лоден попытался вытянуть еще больше энергии из Белла, из пилота «Вектора», из всех джедаев, которые находились поблизости. Все силы шли на то, чтобы просто стоять вертикально, упершись пятками в края люка, за которым бушевал шторм.

– Могу я рассчитывать на справедливый суд?

– Само собой.

Вожак нигилов, казалось, задумался, потом сложил руки перед собой, будто ожидая, что Лоден защелкнет на них наручники. Лоден недоуменно воззрился на его запястья. За кого Ро его принимал? Конечно, в этом и заключалась его ошибка. В этом и заключался трюк.

Из приспособлений на запястьях Ро выскочили острые шприцы, их иглы блестели от яда. Ро бросился вперед, целясь не в меч, а в рукоять. В иной ситуации Лоден сумел бы отреагировать, махнуть мечом и отрубить те штуки, что торчали из рук Ро, но после многомесячных пыток, после того, как он истратил всю энергию на побег, его силы наконец иссякли. Лоден смог лишь отпрыгнуть назад, увернувшись от игл. Во время своего заточения он часто сравнивал Ро с ядом; теперь он знал, что Ро и впрямь ядовит. Хватило бы одного укола. Всего одного. Но Сила предупредила его об опасности, спасла его. Жаль только, что она не предупредила о том, что он прыгает прямо в воздух.

Глаза Лодена расширились. Он закачался на краю, размахивая руками. Только что возвращенный меч выскользнул из пальцев. А потом он полетел вниз, падая вместе с дождевыми каплями. Вверху он заметил лицо Ро, который смотрел через край, глядя, как он кувыркается в воздухе. Лоден представил себе, как шприцы возвращаются на место, а потом вожак нигилов вдруг исчез, растворился в багровых огнях, когда подлетевший «Вектор» разрядил свои пушки в открытый люк.

Лоден призвал Силу, чтобы замедлить свое падение, но на этот раз Сила не ответила. Он истощил свою скудную энергию. Все было кончено.

Глава 72

Руины главного здания, Грайзел

– Ты спасла меня. После всего, что я сделала.

«Не заставляй меня об этом пожалеть», – подумала Индира, но ограничилась тем, что спросила у Клэрин, может ли та найти выход.

– Ты можешь найти выход?

Элзар обрушил крышу, но он не был таким хорошим стрелком, как себя мнил. Если бы не Сила, их с Клэрин завалило бы обломками. Теперь над ними нависали балки и куски рокрита, а Клэрин выискивала зазор достаточной величины, чтобы в него можно было протиснуться. Индира стояла спиной к курану: на такой риск она ни за что бы не пошла, если бы двуличная изобретательница имела при себе оружие. На полу хватало камней, и большинство из них были достаточно большими, чтобы вышибить мозги джедайке, которая пыталась сконцентрироваться, но хотелось верить, что чувство самосохранения не даст Клэрин убить ту единственную, кто отделяет ее от смерти под обвалом.

– Ну?

– Дай минутку, – пропыхтела Клэрин. Оглянувшись через плечо, Индира увидела, что курану пытается растащить две глыбы усиленного рокрита.

– Ты их не сдвинешь.

– А ты не можешь просто пальцами пошевелить, или типа того?

– Могу, но тогда все посыплется. А ты?

– Тут не до шуток, – вспылила Клэрин. – О чем только думал Манн?

– Он пытался помочь.

– Похоронив нас заживо?

– Отойди.

Внезапная смена темы сбила курану с толку:

– Что?

– Отойди от обломков!

– Зачем?

Из-за камней вырвался аметистовый клинок и пошел вниз, чуть не пропоров Клэрин, которая отскочила в сторону и врезалась в Индиру.

Сверху посыпалась пыль.

– Осторожно! – взвизгнула Клэрин.

Камень вдруг улетел назад, и в проеме появилась голова, окруженная венчиком серебристых отростков.

– Можешь держать? – спросила Тай Йоррик. Толотианка все еще оставалась для Индиры загадкой, но на данном этапе она была рада любой помощи.

– Долго не смогу. А ты?.. – Она не договорила: масса камней сдвинулась, и Индира закряхтела, останавливая ее.

Йоррик вскинула руку, наморщив лицо:

– Попытаюсь, но я никогда не отличалась в этом особым талантом.

– Какой тогда с тебя толк? – сказала Клэрин и попыталась оттолкнуть Йоррик.

Наемница наглядно продемонстрировала, ударив головой девчонку промеж глаз.

– Не очень-то по-джедайски, – заметила Индира, когда женщина оттащила бесчувственную курану в сторону от обломков.

– На то есть причина, – ответила Йоррик. – Сможешь выбраться через эту дыру, не застряв?

– Если ты поможешь держать вес. На счет три?

– Ясное дело. Один.

– Два.

– Три!

Индира прыгнула вперед.

* * *

«Вектор» ушел вверх, пролетев над огромным кораблем, но Белл не мог отвести взгляда от Лодена, падающего в его сторону. Это не была тренировка, и Лоден не контролировал свой спуск. Джедай находился в свободном падении, и Белл не собирался дать ему погибнуть – только не сейчас, когда он наконец-то снова отыскал учителя.

Белл поднял свободную руку, призвал Силу.

Лоден стал падать медленнее.

Сзади раздался топот, выстрелил бластер. Белл обернулся, вскинул меч. Разряд наткнулся на плазму и улетел прочь. Все это время юноша не сводил глаз с учителя. Нигил продолжал стрелять, а Белл – блокировать, подтягивая Лодена ближе и ближе. Он знал, что не сможет бесконечно так защищаться и одновременно не давать Лодену упасть, несмотря на то, что Искра прикрывала его струями багрового пламени. Скоро какой-нибудь выстрел попадет в цель. Скоро нигилу посчастливится.

Или нет.

«Вектор» сделал разворот, поливая землю огнем своих пушек.

Нигил угомонился; больше не было слышно ни шагов, ни выстрелов, а бластер покатился по мокрому рокриту. Белл спрятал меч и припустил бегом, подняв обе руки навстречу Лодену. Он может это сделать. И сделает.

«Белл», – раздался голос в его сознании.

«Учитель», – отозвался он.

Белл прыгнул, подхватив Лодена в воздухе. Он перевернулся и принял на себя удар, когда оба повалились на землю; правда, Лоден, казалось, ничего не весил. Учитель прежде был таким большим, таким величественным, а теперь остались только кожа да кости, а… – Белл резко втянул воздух, увидав, что случилось с лекку Лодена. Они исчезли, остались лишь обожженные обрубки.

– Что они с вами сделали… – Голос Белла сорвался от эмоций. – Что они отняли?

– Ничего они не отняли, – ответил Лоден. – Ничего существенного. Есть вещи поважнее, которых они коснуться не смогли. Которые не смогли уничтожить. Мы снова вместе, Белл. Как и должно быть.

Лоден протянул костлявую руку. Рядом на земле что-то шевельнулось. Обернувшись, Белл увидел, как меч Лодена заскользил по земле с того места, где упал. Рукоять нашла ожидающую ладонь учителя. Тви’лек вскочил на ноги и зажег оружие, сияние клинка осветило недобрую улыбку на его лице.

– А теперь покажи мне, в какой стороне неприятности.

Глава 73

«Заря Корусанта», в гиперпространстве

«Заря Корусанта» возвращалась в Ядро. Мать Кипа сидела в медотсеке, который превратила в свой офис.

С тех пор как Кип добрался до храма-аванпоста, он отлучился от матери всего раз: чтобы попрощаться с Джомом в космопорту. Джом сунул Кипу листочек с номером своего личного канала, и Кип притянул симпатичного юного валона к себе для долгого поцелуя. Сцену их объятий записывали дроиды-камеры, но Кипу было все равно. Он давно перестал обращать внимание на камеры.

На стене отображалось лицо Стеллана Джиоса, а также лица остальных участников дрифта: Ниб Ассек, вуки Буррияги и еще двоих, которых Кип не знал, – зеленокожей девушки и мальчишки-человека. Дроид Рил Дайро записывал все: мама предоставила журналистке эксклюзивный доступ, пока той самой не надоест (отснятый материал, конечно, подлежал сенатской цензуре), и Кип гадал, как широко разойдутся эти кадры. Он подумал о тех, кто пережил гибель «Инноватора», о Нуо, Лиссе и остальных. Потом были еще мадам Консерра и бедная крантианка, у которой не осталось никого, кроме сына. Лэреп Риза распорядился, чтобы о них позаботились и чтобы им были куплены билеты, куда сами захотят. Интересно, подумал Кип: они сейчас прилипли к экранам или наоборот, хотят укрыться от голоновостей как можно дальше? Если второе, то Кип не мог их винить. После всего пережитого они имели право.

Однако, нравилось это кому-то или нет, именно сейчас творилась история. Нигилы нанесли страшный удар, но джедаи готовили ответный.

– Вы приближаетесь к базе нигилов? – спросила мать.

– Готовимся к выходу из гиперпространства, мэм, – доложил Стеллан.

– Выясните о них все, что сможете, уважаемый член Совета. Второй раз я не допущу такой ошибки, как недооценка врага.

Челюсти Стеллана, обрамленные бородой, были крепко сжаты. Синяки на его щеке отчетливо проступали в мерцающем свете голограммы.

– Мы тоже.

– Да пребудет Сила с вами всеми, мастер Джиос. Во имя света и жизни.

Отряд джедаев хором повторил мантру: «Во имя света и жизни», – и голограммы погасли.

Лина Со откинулась на подушки и сжала руку Кипа.

– Ты как, в порядке, мам?

Она слабо улыбнулась в ответ, и Кипу вдруг показалось, что мама сильно постарела. Он оглянулся. Рил уже скомандовала T-9 отвернуться от кровати.

– Буду, малыш. Буду. Просто побудь со мной еще немного, хорошо?

– Я никуда не ухожу, – сказал Кип самой могущественной женщине в Галактике, ручаясь за каждое слово.

Глава 74

Над Грайзелом

Когда дрифт Стеллана вырвался из гиперпространства, корабли нигилов массово улетали в космос.

– Как раз вовремя! – отозвался с планеты Элзар.

– Я думал, ты сам справишься.

– Справлюсь. Просто не хотелось, чтобы вы пропустили все веселье.

Стеллан понимал, что это в нем говорит адреналин. По крайней мере, надеялся. Тот спектакль для лампроида, когда он позволил Элзару изобразить погружение во тьму, был достаточно опасной затеей, но сейчас Стеллан уже гадал, а хорошо ли он подумал, отправив Элзара в потенциальную драку. Впрочем, сделанного не воротишь. Он уже запланировал для обоих поездку на Джеду, как только представится момент. Возможно, удастся даже получить особое разрешение на посещение Кайберовых зеркал под Куполом Избавления. Обычно жрецы Пирмы открывали зеркала только в День Самосозерцания, но Стеллан собирался задействовать кое-какие связи, и не только ради Элзара, но и ради себя самого. Им еще многое надо было узнать вместе, особенно теперь.

– Как они это делают? – спросила Верн. Корабли нигилов прыгали в гиперпространство на такой малой высоте, что их неминуемо должно было разорвать на куски.

– Мы выясним, – пообещал Стеллан бывшей ученице, подумав о данных, добытых с затонувшего «Инноватора». Наследие Вэма Таргса будет жить, в этом он не сомневался.

Он повел всю группу вниз, сквозь облака, и дрифт разошелся стандартным клином.

– Останавливайте все корабли, какие только сможете. Нам нужны пленные для допроса.

– А их Главари? – спросила Ниб.

– Если будет на то воля Силы. – Перед глазами промелькнула сцена, где эта женщина, Ди, стремглав неслась к экспериментальному шагоходу. – Оказывайте поддержку джедаям на земле и при необходимости можете присоединиться к ним.

Бурри мяукнул в знак понимания.

– О, и вот еще что, Вернестра, – не удержался Стеллан.

– Да, Стеллан?

– Постарайся не разбить еще и этот «Вектор».

– Не разобьем! – ответил Имри за свою наставницу.

– Рад слышать, падаван Кантерос.

Он почувствовал игривый тычок Силой. Было приятно сознавать, что Вернестра не приняла его подначивание близко к сердцу. Стеллан всецело полагался на нее, несмотря на растущую репутацию убийцы кораблей. История повторялась. Как не уставал напоминать Элзар, во времена своего падаванства Стеллан не был прирожденным пилотом. К счастью, некоторые навыки приходят с возрастом.

Он повел машину ниже, и дрифт, летя следом, вынырнул под проливным дождем. Далеко внизу над базой поднимались клубы дыма, а над местом побоища висел исполинский крейсер. «Во имя Тайтона, где они такие берут?»

* * *

Лорна, бежавшая к своему челноку, оглянулась. Джедайские истребители летели низко, почти касаясь верхушек деревьев, и готовились открыть огонь. Она уже отдала приказ покинуть базу. Знала: этот бой им не выиграть. Почти все из ее бури уже разлетелись кто куда, разбежались по Тропам, чтобы залечь в ожидании весточки от нее. Насколько Лорна знала, Зитар был мертв, лежал под руинами главного здания. Впрочем, возвращаться за ним Лорна не собиралась. Если он выжил – отлично, нет – сыщется другой Хозяин Бури. Так уж повелось. У Ро наверняка имелся готовый список лизоблюдов на выбор.

С другой стороны, Глаз как будто не обращал внимания на то, что его драгоценная база горит синим пламенем. «Электровзор» висел в небе прямо впереди, но его орудия молчали. Почему Ро не реагировал? На «Взоре» имелись пушки, способные попасть в муравья с высокой орбиты. С горсткой «Векторов» он бы разобрался без труда, однако Ро бездействовал. А вдруг это очередной тест, чтобы посмотреть, кто выживет? Возможно, она поставила не на того фавьера. Возможно, следовало принять сторону Пэна. Впрочем, теперь это был вопрос сугубо теоретический. Пэн помер, но она-то была жива и намеревалась жить дальше.

– Двуличная ведьма.

На мгновение Лорна подумала, что ошибалась, что Пэн вернулся с Сайклора, дабы отомстить. Но нет: это не Пэн бросился на нее из-за генератора, а выползла туша Квина Амаранта, обрушившись с такой скоростью, что Лорна поскользнулась и упала прямо под него.

– Я верил тебе!

Она задергалась, пытаясь стряхнуть его. Жало лампроида вонзилось в землю рядом с ней. Почти достал. Оставшиеся клешни Амаранта прорезали ее броню, глубоко вонзившись в тело. Лорна вскрикнула от боли, одной ладонью отталкивая от себя тяжелую голову. Ее рука была зажата в тисках.

Справа промелькнули вспышки. Со стороны «Взора» приближался «Вектор», он летел низко, и его лазеры вспахивали землю все ближе и ближе к ним. Лорна перекатилась, потащив за собой Амаранта. Лампроид закричал, когда очередь с «Вектора» прошила его тело; толстые кольца послужили какой-никакой, но защитой. «Вектор» промчался мимо. Лорна отшвырнула с себя измочаленные останки Амаранта и с трудом поднялась на ноги. В голове у нее вертелась единственная мысль: поскорее добраться до проклятого челнока.

* * *

Маркион Ро резко очнулся. Шлюз был разгромлен, с потолка свисали искрящие кабели, переборки почернели и погнулись. Он лишь смутно помнил, как «Вектор» выстрелил по нему после того, как Лоден вывалился в люк. Внезапная вспышка лазера, а сразу за ней – обжигающий жар. Должно быть, он в последнюю секунду бросился ничком, и броня спасла ему жизнь. Но детали не имели значения. Главное – он выжил.

Подняв глаза, он увидел изувеченное лицо отца, которое скалилось на него. «Ты считаешь себя таким умным. Непобедимым. Неукротимый Маркион. Несокрушимый Маркион. Ты даже не представляешь, насколько ты слаб».

Ро ухватился за какой-то кабель и вскарабкался на ноги. Слаб, не слаб – разговаривать с призраками ему было некогда.

Шатаясь, он побрел вперед и вцепился в край люка, чтобы не свалиться вниз. Шлем заполняло его хриплое дыхание. Должно быть, жар обжег легкие. Неважно. Увиденное было намного хуже. Лагерь лежал в руинах, всюду полыхало пламя. А в дыму мелькали эти мерзкие плазменные мечи. Его внимание привлек один клинок, которым орудовал далеко внизу какой-то темнокожий джедай, не более чем мальчишка. Он дрался с двумя жалкими молниями, отражая их выстрелы, а рядом с ним стоял…

Нет.

Нет, это невозможно.

Бок о бок с молодым джедаем сражался Лоден Грейтшторм, и в его руках снова был меч – тот меч, который по праву принадлежал Ро. Почему после всего, что с ним сделали, тви’лек был до сих пор жив? Почему он не сломался?

«Вот поэтому тебе следует их бояться, – прошептал на ухо отец. – Они непобедимы. Они несокрушимы».

– Посмотрим, – прохрипел Ро. Собственный голос под шлемом показался ему очень громким. Он сунул руку под плащ, выудил два артефакта: один из сокровищницы отца, другой из Харвашаркских руин. Наконец-то пришло время испытать добычу в деле. Уравнитель доказал свое могущество, даже оставаясь заточенным во льду. Ро мог лишь представить, какую мощь он явит на свободе.

«Нет, – сказал Эсгар. В голосе старика сквозил страх. – Не надо. Тебе придет конец».

Ро засмеялся:

– Вот поэтому ты мертв, отец, а я живу. Это не конец. Это только начало.

Он приставил половинки одна к другой и повернул, так что они соединились, образовав жезл, которого никто не видел на протяжении многих поколений. Отец закричал, но Ро не слушал. Больше не слушал. Он практически чувствовал, как лает Уравнитель глубоко в недрах «Глаза». До чего же он, наверное, оголодал после многих лет заточения под Райстеном, где он не мог даже шевельнуться. Теперь его ждет пир.

Дрожащими от предвкушения руками Ро нажал на кнопку у себя на нагрудной пластине. Далеко внизу с громким лязгом открылась дверь клетки. Артефакт засветился еще ярче, призывая Уравнителя, указывая ему путь. Зверь выскочил на свободу, стуча когтями по плитам палубы. Его дыхание было неровным и хриплым.

Ро подошел к люку. Ветер развевал его плащ. Он посмотрел на джедаев, занятых зачисткой лагеря, на Лодена и его ученика, на «Векторы», которые кувыркались в небе.

– Взгляните на себя, – просипел он. – На таких благородных. Таких отважных. Вы даже не представляете, что вас ждет.

Глава 75

Грайзел

– Это она, учитель. Командир нигилов.

Лорна Ди бежала к поджидавшему ее челноку, лекку развевались за ее спиной.

Лоден ошарашенно посмотрел на него:

– Она… командир нигилов? Но мне казалось…

Не дав ему договорить, Белл бросился вдогонку за женщиной.

– Нельзя дать ей уйти.

Даже посреди всего этого хаоса ему хотелось смеяться от восторга. Вот так все и должно быть. Учитель снова с ним. Настоящий учитель. Белл вовсе не хотел обидеть Индиру Стокс. Она учила его хорошо, но теперь Лоден вернулся. Отныне они всегда будут вместе. Белл будет поддерживать Лодена, поможет ему поправиться. Раны заживут; даже лекку можно заменить кибернетическими протезами. Белл будет ухаживать за Лоденом, пока тот не станет таким, как прежде. Ведь Сила с самого начала все именно так и замыслила.

– Белл, – прохрипел Лоден, спеша следом за ним к группе стоявших на земле кораблей. – Давай дальше сам. Я… я не поспеваю.

Искра заскулила. Лоден споткнулся, и его меч с шипением погас. Белл развернулся и подхватил его, не дав упасть.

– Нет. Мы сделаем это вместе. – Белл прижался лбом ко лбу учителя. – Вы слышите? Сила могуча.

Лоден с трудом перевел дух.

– Сила могуча. Да. Ты прав.

Сзади взревели движки. Оглядевшись, Белл увидел, как челнок поднимается над площадкой.

– Ди на этом корабле. Я точно знаю.

– Значит, мы должны ее остановить.

Лоден выпрямился и протянул дрожащую руку в направлении челнока. Белл сделал такое же движение и воззвал к Силе.

– Сила могуча, – повторил он вслед за учителем.

Лоден кивнул:

– И мы тоже.

* * *

Маркион Ро увидел, как корабль Лорны замер в воздухе, будто сцапанный лучом захвата. Двигатели натужно ревели. Он представил, как Лорна ругается в кабине, поняв, что ей не спастись.

«Джедаи поймали ее, Маркион. Узри их могущество. Устрашись их».

– Пожалей их, – просипел Ро.

Он постучал по шлему, запустив видео на встроенном дисплее.

«Что ты видишь?»

– То, чего ты не увидишь никогда, – ответил Ро плоду своего воображения. – Аттерсонд приживил камеру ему на спину.

«Значит, он глупец. И ты тоже».

– Скажи это Уравнителю.

Ро переключил внимание на трансляцию с камеры и увидел знакомые коридоры. Недалеко. Теперь он слышал голос: рычащий, животный. Ненасытно голодный.

Уравнитель ворвался в шлюз, и на миг Ро увидел на видео самого себя, но зверя он не интересовал. Он шагнул в сторону. Тварь пронеслась мимо и с воем прыгнула с корабля вниз.

* * *

Элзар почувствовал дрожь в Силе и обернулся. Прямо перед крейсером в воздухе висел челнок, двигатели которого горели на полную мощность. Он ухмыльнулся, осознав, отчего корабль не двигается. На земле стоял Белл, рядом с ним – Лоден Грейтшторм. Оба вспотели от усилий – удерживать челнок было нелегким делом, – но они снова были вместе.

Во вселенной наступил порядок.

Краем глаза он заметил какое-то движение на боку крейсера. Это был шлюз, который он взорвал, чем, без сомнения, спас жизнь Лодена. Невероятно, но фигура в броне продолжала стоять. Однако на долю секунды Элзару показалось, будто он увидел что-то еще, какую-то тварь, которая присела на все четыре лапы, а потом бросилась из люка вниз.

В глазах у Элзара помутилось. Он вдруг оказался не в «Векторе», а на «Звездном свете». Корчился на полу, а разум разрывали видения будущего. Элзар закричал в смятении, невольно толкнув ручку вниз. За что Сила снова его наказывала? Предсказание сбылось – по крайней мере, частично. Нигилы практически стерли Вало в порошок, попутно убив тысячи гостей. Но это уже закончилось. Это было в прошлом.

Правда ведь?

«Вектор» Элзара зарылся носом в землю.

* * *

От взрыва, чем бы он ни был вызван, у Белла под ногами задрожала земля. Рвануть могло хоть бы и на другой стороне планеты. Сейчас он был сконцентрирован на одном лишь челноке. Вглядывался в пылающий ракетный выхлоп, сияние которого обжигало сетчатку. Чувствовал раздражение Лорны Ди, чей корабль дергался в небе, не в силах вырваться. Они ее остановят. Лоден и Белл вме…

Мир изменился.

Земля исчезла, челнок тоже, и небо с ревом унеслось прочь, превратившись в буйство невозможных цветов. Белл падал, но не было никого, кто мог бы его подхватить. Ему показалось, что он услышал голос; кто-то в ужасе выкрикнул его имя.

«Белл».

«Белл. Помоги».

Слова звучали бесконечным эхом, повторяясь снова и снова, пока не утратили всякий смысл.

Он обо что-то ударился. Сильно. Щеку обожгла боль, но он не узнал этого ощущения. Он вообще больше ничего не знал. Ни своего имени, ни где находился. Он едва представлял, что он вообще такое.

Вокруг клубилась мгла, закрадываясь в его грудь, в голову, в душу. Мгла была более густой, чем любая боевая туча, более плотной, чем нормальный туман. И в этой мгле были зубы – зубы, и когти, и глаза, и смерть. Так много глаз. Так много смерти.

Та тварь в тумане, она была одновременно повсюду – бежала за ним, рвала когтями, загоняла, и он ничего не мог поделать, нигде не мог спрятаться. Она набросилась на него, пожирая все, чем он себя считал, и все, чем он еще должен был стать. Это было нечто неуправляемое, ужас без названия и за пределами понимания, и оно было голодным. Очень и очень голодным.

Белл воззвал к Силе, но она исчезла вместе с землей и небом. Он был одинок и бессилен. И мог лишь кричать без остановки.

Глава 76

Грайзел

Высвободившись из хватки джедаев, челнок Лорны Ди стрелой умчался в облака. Ро не заметил, как он улетел. Он вглядывался в кадры с камеры, не в силах поверить своим глазам. Не в силах сделать вдох.

Оно того стоило. Стоило любых жертв. Ночей, которые он провел, согнувшись над отцовскими текстами, и дней, когда он прочесывал звезды в поисках реликвий забытых времен.

Вот теперь начнется настоящая работа.

Даже отец наконец-то замолк. Понял, чего достиг его сын. И чего не смог достичь сам. Потому что боялся даже попробовать.

Ро повернул цилиндр, призывая Уравнителя домой. Это не было, конечно, его настоящее имя, просто так его звала Куфа. Бедная старуха заблуждалась. Она даже не представляла, что сторожила все эти годы, какую мощь профукала.

Но Ро это понял… и скоро поймут все остальные.

* * *

Нигилы улетели. В лагере стало тихо. Больше не слышно было ни выстрелов, ни боевых кличей. Наверху четверка «Векторов» мчалась за крейсером, который повернулся вокруг своей оси и начал подниматься в облака. Стеллан знал, что они его не догонят, и верно: крейсер мигнул и исчез, совершив невозможный прыжок. Но бегать вечно нигилы не смогут, в этом он не сомневался. Рано или поздно Республика откроет секрет, узнает, как нигилы искажают гиперпространство непостижимым образом. Этот день приближался, но пока у Стеллана хватало иных забот.

Он пошел на посадку в тот же миг, когда увидел, что «Вектор» Элзара начал падать, а из кабины вырвалась волна боли. Теперь Стеллан спешил к горящей машине, и сердце колотилось у него в груди, пока он не увидел, что Тай Йоррик вытаскивает из-под обломков тело. Тело, которое не шевелилось.

– Элзар!

Заслышав крик Стеллана, Тай оглянулась.

– Живой, – сказала она и опустилась на колени. – Едва-едва.

Стеллан положил ладонь на грудь Элзара. Он не чувствовал сердцебиения.

Он сжал кулак и ударил выше сердца Элзара, потом еще и еще.

– Очнись! – закричал он старому другу. – Тебе еще рано. Ты меня слышишь? Еще рано.

Элзар дернулся, мучительно закашлялся.

Стеллан уселся на пятки:

– Хвала Силе. Элзар? Ты меня слышишь? Элзар!

– Хватит орать, это не поможет, – сказала Тай.

– Она права, – просипел Элзар. – Не поможет.

Стеллану хотелось прижать его к себе, но он не представлял, какие травмы получил старый друг.

– Я боялся, что потерял тебя.

Глаза Элзара распахнулись, и он схватил Стеллана за руку, оставив на рукаве кровавые пятна:

– Я думал, что все кончено, Стел. Думал, им каюк, но нет. Они идут, и мы не сможем их остановить.

Все его тело содрогнулось от нового приступа кашля.

– Здорово надышался дыма. Удивительно, что он до сих пор с нами.

– Он упрямый. Правда, Элзар? Эй.

Элзар обвис на руках у Тай, глаза его закатились. Стеллан пощупал его шею. Пульс был: слабый, но все-таки. Выкарабкается. Стеллан намеревался позаботиться об этом.

– Мастер Джиос. Подойди сюда, пожалуйста.

Стеллан вздрогнул, услышав голос Индиры. Он убрал руку и достал комлинк:

– Это Стеллан. Что там такое, Индира?

– Ты… тебе надо это увидеть.

* * *

Индира, которую он обнаружил посреди группы брошенных челноков, была бледной как призрак. Стеллан прямо чувствовал исходящие от нее волны тревоги. Что, света ради, могло так ошеломить столь многоопытного джедая, как Индира Стокс?

Прежде чем он успел спросить, Индира подняла взгляд:

– Это Белл.

– Что такое?

Она указала на щель между двумя челноками:

– Гляди сам.

Стеллан протиснулся между кораблями, будучи уверен, что после Вало его уже ничем не проймешь.

И снова вселенная продемонстрировала, что он ошибался.

Белл Зеттифар лежал, свернувшись клубком и тихо всхлипывая, а Искра стояла на страже. Когда Стеллан приблизился, шерсть на загривке борзой встала дыбом. Собака зарычала, между ее зубов затанцевали язычки пламени.

Стеллан поднял руку, успокаивая животное:

– Все в порядке, девочка. Это я.

Рычание Искры перешло в лай.

– Да что с ней такое?

За его спиной возникла Индира. Она указала мимо травмированного падавана на каменную глыбу, которую Стеллан даже не заметил. Место сражения было усеяно разными обломками. Что значит еще один камень на фоне таких разрушений? Но этот камень отличался от других. Его форма была странно знакомой.

Две ноги.

Две руки.

Голова, повернутая набок. Лицо застыло в крике.

В сознании всплыл голос Элзара: «Они идут, Стеллан. Они идут, и мы не сможем их остановить».

Он неуверенно шагнул вперед.

– Я думаю, это Лоден.

– Лоден? Здесь?

– Он был на том корабле. Белл почувствовал его. Я тоже почувствовала, но потом…

Стеллан наклонился над мумифицированным телом и увидел в камне линию благородного лба, контуры одеяния джедая. Дрожащим пальцем он провел по тому, что когда-то было щекой Лодена Грейтшторма. Лицо обвалилось внутрь, вся корка осыпалась пылью перед его глазами, и впервые с той поры, когда он был ребенком, Стеллану Джиосу стало страшно.

Благодарности

Во имя моего света и моей жизни – Клэр

Тридцать лет назад мой мозг взорвали две книги. Первой была «Темная Империя» Тома Вейтча и Кэма Кеннеди, которая вышла в издательстве Dark Horse Comics, а второй – «Наследник Империи» Тимоти Зана от Bantam Spectra. Я помню, как увидел их в магазине и не сразу поверил своим глазам. Передо мной были новые истории из моей любимой галактики «Звездных войн»! Обе книги стали для меня началом пути, который и привел к написанию этого романа, так что в первую очередь я хочу сказать спасибо тем авторам-первопроходцам. Если бы вы столь замечательно не развили оригинальное видение Джорджа Лукаса, три десятилетия спустя мы бы не работали над «Расцветом Республики».

Что приводит меня к «Началу шторма». Я должен поблагодарить очень многих людей, прежде всего Майкла Сиглейна, творческого директора Lucasfilm Publishing, и нашего Ника Фьюри из проекта «Светоносный». Спасибо, что пригласили меня в это приключение всей жизни. Также спасибо всем «светоносным» коллегам – Клаудии Грей, Джастине Айленд, Дэниелу Хосе Олдеру и Чарльзу Соулу – а также ребятам, с которыми я вместе работаю в других проектах по «Расцвету Республики»: Арио, Марку, Ариане, Аннализе, Марку П. и Тому из серии Marvel, Рейчел и Гвидо из мини-серии «Чудовище с Храмовой горы», которые терпели меня, пока я разрывался между книгой, серией комиксов и графическим романом, и в то же время вносили собственную лепту в этот период галактической истории.

Еще есть мои редакторы в Del Rey, особенно Том, который оказался идеальным слушателем и помогал мне находить решения заковыристых проблем, плюс, конечно, Элизабет и Алекс, задававшие нужные вопросы в нужные моменты. Не могу дождаться, когда все мы снова соберемся на каком-нибудь фестивале. Я по вам соскучился, друзья.

Спасибо Касиму, моему редактору в Del Rey UK (должен же я поблагодарить британский контингент издательской программы «Звездных войн»), и нашему корректору Лоре, которая следила за тем, чтобы все было в порядке, а я выглядел молодцом!

Конечно же, «Расцвет Республики» с самого начала был по-настоящему коллективным проектом, и поэтому я должен выразить искреннюю признательность сюжетной группе компании Lucasfilm, всегда готовой поддержать: Пабло, Эмили, Келси, Джейсону и Мэтту (вот видишь, Мэтт, я действительно могу писать про «Звездные войны» без упоминания эвоков и зеленых кроликов!), Джеймсу за его постоянный энтузиазм и Джен, которая не раз и не два напоминала, что у меня не будет художника, который бы изобразил персонажей!

Если поближе к дому, то спасибо моему агенту Шарлотте; моим первым читателям, Саре Симпсон-Вайсс, Джорджу Манну и моей дорогой Клэр; а также Хлое и Конни, которые мирились с тем, что я прятался в писательской норке и барабанил по клавишам.

И, наконец, спасибо вам, наши замечательные, окрыляющие читатели, за то, что с таким энтузиазмом встретили «Расцвет Республики». Было огромным удовольствием представлять новых персонажей и наблюдать, кто из них вам придется по душе. Благодаря вам все это было не напрасно, и мы не можем передать, как вам благодарны.

Так что до новых встреч, и да пребудет с вами Сила… во имя света и жизни…

Примечания

1

Рэм Джомарам, падаван с талантом механика, обнаружил нигилов еще накануне, когда осматривал вышку связи, известную как «Башня катастроф», – ту самую, к которой Стеллан потом хотел послать ОрбаЛина и Рил. Рэм успел отправить сообщение, но был арестован капитаном Снатом, принявшим его за злоумышленника, и так оказался в камере изолятора по соседству с Мантессой и Тай. Сигнал Рэма приняли рыцарь Вернестра Роу, падаван Лула Талисола и ее одаренная сверстница (не джедай) Зин Мрала, находившиеся на учебном крейсере джедаев «Звездный странник». Прибыв на Вало, они вместе с Рэмом и двумя бонбраками добрались до вышки верхом на санвалах Тай Йоррик, однако там им пришлось иметь дело не только с нигилами, но и с дренгирами, которым первые обещали планету в обмен на захват вышки. В конечном итоге Рэму и бонбракам все же удалось починить передатчик. Эти события описаны в детской книге «Расцвет Республики. Гонка к “Башне катастроф”» Дэниела Хосе Олдера. (Прим. перев.)

2

Эйвар Крисс удалось договориться с Мияргой из картеля хаттов, обратив скоротечный конфликт в альянс против дренгиров, поскольку те уже проникли даже на Нал-Хатту. Объединенные силы отправились на планету Мулита – корнемир дренгиров, – выступив против Великой Прародительницы, которая оказалась на свободе после событий на амаксинской станции, описанных в романе Клаудии Грей «Во тьму». На тот момент дренгиры представлялись более насущной проблемой, и именно поэтому Эйвар отсутствовала на церемонии открытия Республиканской Выставки. Эти перипетии освещены в серии комиксов Кэвана Скотта «Расцвет Республики», выходящей в издательстве Marvel. (Прим. перев.)

3

На Бларруме Тай наняли изловить живого гандарка, но все кончилось тем, что ей пришлось убить зверя. Взбешенный клиент приказал своим дроидам застрелить Тай, но в этот момент вмешались двое джедаев, которые пришли арестовать клиента за незаконную торговлю опасными животными. Тай опрокинула клетки и, воспользовавшись суматохой, скрылась. Эти события описаны в мини-серии комиксов Кэвана Скотта «Расцвет Республики. Чудовище с Храмовой горы», выпущенной издательством IDW. (Прим. перев.)

Content

Кэван Скотт
Звёздные войны. Расцвет Республики. Начало шторма

Пролог Ашла, луна Тайтона

Глава 1 Райстенская пустошь

Глава 2 Сайклорианские судоверфи

Глава 3 Сафрифа

Глава 4 Райстен

Глава 5 Сайклорианские судоверфи

Глава 6 Сафрифа

Глава 7 Под Голамаранской ледяной равниной

Глава 8 «Заря Корусанта»

Глава 9 Сайклорианские судоверфи

Глава 10 Святилище под Голамараном

Глава 11 Сайклорианские судоверфи

Глава 12 «Заря Корусанта»

Глава 13 Вовне

Глава 14 Город Лониса, Вало

Глава 15 Грайзел

Глава 16 Зоопарк Лонисы, Вало

Глава 17 Проспект Республики, Вало

Глава 18 Грайзел

Глава 19 Космопорт Лонисы, Вало

Глава 20 «Динамо»

Глава 21 Арка единства, Вало

Глава 22 Лаборатория

Глава 23 Павильон «Звездного света», Вало

Глава 24 Павильон «Звездного света»

Глава 25 Над «Озерным приютом», Лониса

Глава 26 Зона веры и жизни

Глава 27 Республиканский сад, Вало

Глава 28 Выставочный парк, Вало

Глава 29 «Инноватор», Вало

Глава 30 «Элегенсия», над Вало

Глава 31 Оперная сцена, выставочный парк, Вало

Глава 32 «Элегенсия», над Вало

Глава 33 Изолятор Лонисы

Глава 34 «Инноватор»

Глава 35 Центральный вход выставки

Глава 36 Зона веры и жизни

Глава 37 Арка единства

Глава 38 Зона искусства и культуры

Глава 39 «Инноватор»

Глава 40 Небо над Вало

Глава 41 Выставочный парк, Вало

Глава 42 Павильон «Звездного света»

Глава 43 Экспериментальный шагоход «Ротаны»

Глава 44 «Инноватор»

Глава 45 Выставочный парк, Вало

Глава 46 Павильон «Звездного света»

Глава 47 Выставочный парк, Вало

Глава 48 Небо над Вало

Глава 49 Арка единства

Глава 50 Небо над Вало

Глава 51 Выставочный парк, Вало

Глава 52 Арка единства

Глава 53 Арка единства

Глава 54 Небо над Вало

Глава 55 «Элегенсия»

Глава 56 Павильон «Звездного света»

Глава 57 Арка единства

Глава 58 Грайзел

Глава 59 Узел связи, Вало

Глава 60 Лазарет, храм-аванпост Вало

Глава 61 Космопорт Лонисы

Глава 62 Архив аванпоста Вало

Глава 63 «Элегенсия»

Глава 64 Архив аванпоста Вало

Глава 65 Храм-аванпост Вало

Глава 66 «Элегенсия»

Глава 67 «Электровзор», над Грайзелом

Глава 68 «Элегенсия»

Глава 69 «Электровзор»

Глава 70 Лагерь на Грайзеле

Глава 71 Лагерь на Грайзеле

Глава 72 Руины главного здания, Грайзел

Глава 73 «Заря Корусанта», в гиперпространстве

Глава 74 Над Грайзелом

Глава 75 Грайзел

Глава 76 Грайзел

Благодарности

Примечания