«НАУКА И ТЕХНИКА»

Журнал для перспективной молодежи

№ 1 (20) январь 2008

Колонка главного редактора

Здравствуйте, наши уважаемые читатели!

Вот мы опять встретились с вами в Новом Году. Это уже третий год издания «НиТ», и всей редакции очень приятно, что за это небольшое время наш журнал полюбился многим и многим. «Ребеночек» уже «распечатал» 10-тысячный тираж! Для издания такой направленности — это целый рубеж. И 2-тысячный тираж самого первого номера, его компоновка и оформление сейчас вызывает у нас такие же чувства, как для родителей — старые чепчики и ползунки, в которых когда-то «обитал» их нынешний покоритель трехколесного велосипеда. Как же мы были удивлены, когда после нашего предложения по продаже прежних номеров журнала (а в редакции всегда «оседает» часть тиража) нас захлестнул целый вал писем с просьбами выслать первые номера! Дело дошло до того, что редакция пошла на беспрецедентный шаг в издательской деятельности — вновь отпечатала небольшим тиражом № 3 и № 1 за 2006 год, чтобы удовлетворить запросы наших читателей и не разочаровать их. Так что теперь вы можете купить ВСЕ журналы (в т. ч. и самый первый номер, который ранее не предлагался!) и иметь в домашней библиотеке полный комплект «НиТ». Спасибо вам (вся редакция низко кланяется:-))!

Недавно был потрясен рекламой одной табачной марки, которая вместе со своими генераторами раковых клеток, извиняюсь — сигаретами, предлагала «увидать Европу». Боже мой, подумалось мне, как же надо обкуриться, чтобы ее, Европу, можно было увидать из Харькова! Обычно, для того чтобы увидеть собственными глазами что-то неизвестное (и в поисках лучшей жизни), в до-телевизионную эпоху и до изобретения Интернета люди пускались в морские путешествия. Например, из Старого Света — в Новый Свет. О тех кораблях, о той борьбе за пассажира, за скорость, за престиж, которые они вели между собой, эти прекрасные лайнеры — во второй части статьи «Голубая лента Атлантики» в этом номере журнала.

В научной части — продолжение рассмотрения нашей Вселенной как Театра, с точки зрения его зрителей — жителей планеты Земля; и достаточно пессимистическая для этих самых «зрителей» статья «Темное прошлое и туманное будущее человечества», которая нам напоминает о том, что скоро этот самый Театр могут прикрыть… в лучшем случае — на реставрацию. Кстати, помочь сделать «дезинфекцию от человечества» нашей Земле смогут те самые кометы и астероиды, о которых также написано в этом номере в статье «Эволюция комет и астероидов». Один такой «булыжник» — и нет ни Старого Света, ни Нового, вообще — никакого. И уже ничего не останется, кроме как в последней молитве позаботиться о своей бессмертной душе. Об этой самой душе, вернее — о том, что под этим понимают ученые, — также в этом номере. И, если уж совсем спуститься на грешную Землю и вернуться в свое бренное тело, можно будет узнать, как самые высокие «полеты души и мечтания сердца» обслуживает какая-то там окись азота… Хорошо обслуживает, тысячи и миллионы лет уже. И как иногда не везет в жизни тем, кто эту самую окись азота исследовал самым первым, а «Нобелевку» за эти открытия получили другие…

В технической части журнала — своеобразный «двойной тандем» (я не ошибся). О том, как штурмовики, созданные в годы 2-й мировой войны (статья «Штурмовик А-26») для уничтожения гитлеровских «панцеров» (статья «Танк «Тигр», часть 2) еще могли встретится в одном небе с другими штурмовиками — реактивными (статья «Ломать — не строить…», часть 2), также предназначенными для обуздания бронетанковых потомков «Тигров» — всяких там «Абрамсов», «Чифтенов» и «Леопардов»… Также в этой части «НиТ» — статья о той «начинке», которая из «трубы с керосином» делает грозную ракету и о том, как (когда-то, увы!) в Харькове, на секретном (но всем известном) «67-м заводе», ныне известном как «Хартрон», творились «мозги» для боевых и космических ракет «колишнего СРСР».

Ну и «на сладкое» — продолжение рассказа о харьковских гербах и украинской геральдике. На этот раз охватываемый промежуток времени — конец XVII–XVIII веков. Наш редактор наконец-то узнал, в честь кого в Харькове названа улица «Донец-Захаржевского», и очень удивился, что это — не два разных человека:-)

И, как всегда, наши постоянные рубрики — «Корабельный Каталог» и «Авиационный Каталог». В первом — окончание «трилогии» под названием «Монитор-Мэрримак», а во втором — французские «бомберы» 2-й мировой войны.

А для подписчиков — комплект чертежей «Тигра»! Ловите! И «душите» Укрпочту, чтобы чертежики не «пропали по пути», как это иногда бывает…

Встречайте!

Ваш «НиТ»

Изобретатели! Если у вас есть интересные идеи и вы хотите рассказать о них по телевидению, обращайтесь на канал ОТБ (Харьковское областное телевидение).

Звоните по телефону (057) 705-09-96 Прокаевой Анне

НАУЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ГРАДОСТРОЕНИЕ И АРХИТЕКТУРА

Свихнувшийся трамплин

Спонсор рубрики — ОАО “Трест Жилстрой-1” — современные технологии в строительстве

Норвежская компания Saunders Architecture справедливо полагает, что важно удачно совмещать новое сооружение и “контекст”. А что, если сверхзадача для строения — направить посетителя навстречу природе?

Высоко над маленьким норвежским городом Орланд парит смотровая площадка Aurland Lookout. Она вырастает из склона горы, по которой вьется небольшое шоссе.

Площадка имеет вид деревянного консольного помоста, вынесенного над обрывом. Поручни полукругом уходят вниз.

С торца помост прикрыт толстым стеклом безопасности, совершенно не мешающим обзору и придающим пикантную дрожь коленям, когда стоишь у самого края.

Деревянный “мост”, выполненный без видимых швов, берет начало у края дороги и “выстреливает” на 30 метров от нее.

Расположившийся на высоте 640 м над водами живописного фьорда, внезапно совершает резкий поворот, но не вправо и не влево, а вниз, к земле.

Главное, чего стремились достичь такой формой архитекторы, — это вызвать у зрителя, оказавшегося на краю площадки, ощущение полета над горами.

И они добились такого эффекта. Несмотря на то, что склон не гак уж далеко под краем помоста, кажется, что внизу до самой воды ничего больше нет.

Это та самая природа, навстречу которой направляет нас это странное сооружение

Так выглядит Aurland Lookout в законченном виде

Под этой стрелой, далеко-далеко внизу, лежит захватывающий дух фьорд, обрамленный лесистыми склонами. Как уже говорилось, площадка находится на высоте 640 метров над водами фьорда. А окружающие горы поднимаются еще выше.

Вид с Aurland Lookout открывается и вправду захватывающий. Тем более, что в этих местах очень чистый воздух, а тонкие пряди облаков и тумана, иногда плывущие под ногами, добавляют картине ощущение нереальности.

Даже автостоянку для машин туристов создатели этого чуда расположили не рядом, а чуть дальше по дороге. Чтобы создать определенное настроение, удалив из поля зрения все техногенное, насколько это возможно.

Фирма Saunders Architecture, создавшая площадку, принадлежит канадцу по происхождению, архитектору и дизайнеру Тодду Сондерсу (Todd Saunders), который переехал жить в Норвегию в 1997 году.

Отличительные черты проектов компании — частое применение натурального дерева, чья природная красота не затушевывается лишними деталями и внешними покрытиями, а также необычные формы и неожиданные линии сооружений.

Таков и Aurland Lookout. Он создан самим Сондерсом, вместе с архитектором Томми Вильгельмсеном (Tommie Wilhelmsen).

Фирма из Бергена выиграла соревнование проектов смотровых площадок для Орланда, организованное в рамках национальной программы туристических маршрутов норвежским управлением шоссейных дорог. Это было в 2002 году.

Сондерс и Вильгельмсен были самой молодой командой из числа претендентов, попавших в финал. “Просто мы сделали нечто полностью отличное от всего, что было предложено. Вместо того, чтобы насаждать столы для пикников и вырубать под смотровую площадку деревья, мы поступили прямо противоположным образом”, — говорит глава фирмы.

Сондерс гордится, что ни одно дерево на месте стройки не пришлось уничтожить. Правда, сам этот “анти-трамплин”, как мы уже сказали, выполнен из дерева (на стальном каркасе) местных пород. Но это как раз соответствует экологическому духу времени: натуральные материалы и все такое.

Даже принцип Сондерса в дизайне созвучен этой идее: он зрительно ставит природу на первое место, а собственно архитектуру — на второе. Не зря гладкий, выполненный “без единого гвоздя” деревянный “мост в никуда” — словно часть местного леса.

Изгиб дорожки кажется нарушением законов притяжения, но на краю пропасти будет установлено прочное стекло. Оно призвано, в глазах людей, максимально отодвинуть смотровую площадку на задний план и сосредоточить внимание зрителей на великолепном пейзаже

Увидев среди листвы выступающий “трамплин”, трудно догадаться о назначении этого сооружения

• ХИМИЯ И БИОЛОГИЯ

Правая и левая сторона души

Андрей Константинов. Интервью с Вадимом Ротенбергом

С 1970-х годов одной из традиционных тем обсуждения в кругах отечественной интеллигенции стала функциональная асимметрия головного мозга. Значимую роль в популяризации этой темы сыграла книга «Чет и нечет» В.В. Иванова. Вокруг проблемы право- и левополушарного накопилось достаточно много представлений разной степени научной достоверности. О современных научных представлениях и тематике проводимых исследований функциональной асимметрии головного мозга рассуждает один из пионеров и ведущих исследователей этой темы, доктор медицинских наук Вадим Ротенберг, ныне работающий в Тель-Авивском Университете и руководящий лабораторией по исследованию сна Психиатрического Центра Абарбанеля.

Вадим Ротенберг

Вопрос. Насколько изменилось наше представление о человеке в связи с таким фундаментальным открытием, как межполушарная асимметрия головного мозга? Как об этом говорить в психологическом плане: как о некоей принципиальной двойственности человека, о двух частях души, или о двух способах восприятия мира, переработки информации?

Ответ. Нет, ни о какой принципиальной двойственности нормального человека говорить нельзя. Здоровый человек — целостная интегральная личность, и в нем гармонично сочетаются два разных типа мышления, взаимно дополняющие друг друга, обеспечивающие естественную вписанность человека в сложный и многомерный мир. Способность к логическим умозаключениям, к вероятностному прогнозу на основе проанализированного прошлого опыта, к однозначному взаимопониманию в процессе вербального общения — функция левого полушария мозга, особенно левой лобной доли. Однако связи между предметами и явлениями, да и между самими людьми отнюдь не исчерпываются теми, которые поддаются логическому анализу. Мир противоречив во многих своих проявлениях, и в этом богатстве, разнообразии и противоречивости связей человек тоже не должен чувствовать себя потерянным. За целостное восприятие многозначного мира и за основанное на этом восприятии поведение и творчество ответственно правое полушарие и тоже, в наибольшей степени, правая лобная доля.

Вопрос. Накоплено, кажется, очень много сведений о различиях между левым и правым полушариями. Например, судя по популярной литературе, левое полушарие логическое, а правое — образное, левое полушарие обращено в будущее, а правое — в прошлое, левое полушарие веселое, а правое — печальное. Можно ли привести эти различия в систему или объединить какой-то метафорой, есть ли некое глубинное отличие, которое могло бы пролить свет на все поверхностные различия?

Ответ. Я сформулировал это принципиальное различие между функциями полушарий в конце семидесятых годов, и оно постепенно получает все большее признание. В рамках этого подхода нельзя говорить, что правое полушарие образное, а левое вербальное, ибо левое вполне может оперировать образами, создавая из них однозначную модель (и разумеется обедняя их) — такими упрощенными становятся, например, отчеты о сновидениях после рассечения связей между полушариями, когда они формируются только левой половиной мозга. Правое же полушарие, хотя и не способно к речепродукции, но способно к пониманию вербальной информации, причем и такой, которая недоступна левому— например, поэтической речи, метафор и юмора. Левое полушарие действительно связано с формированием «стрелы времени», это проявляется в выявлении причинно-следственных отношений. Но из этого никак не вытекает, что правое полушарие обращено только в прошлое и настоящее. Внелогические, пророческие озарения, основанные на целостном «видении» будущего — это функция правого полушария. Правда, в силу своей не аналитической природы эти озарения не очень годятся для конструктивной деятельности, и поэтому правополушарное «ясновидение» не помогает предотвратить свершение предугаданного. Ясное видение «Трои, павшей в прах», не дает никакой возможности принять меры по предотвращению ее разрушения, ибо это видение не связано с осознанием причин «падения».

Вопрос. Были ли существенные прорывы в этой области после открытия асимметрии и первых исследований Сперри и Газзаниги?

Ответ. Да, несколько таких открытий было сделано. Было установлено, что именно с правым полушарием, точнее с его лобными структурами, а не с левыми лобными, как предполагалось раньше, связаны основные функции человека, отличающие его от высших обезьян даже в большей степени, чем функция речи: формирование целостного «Образа Я», эмпатия, творчество.

Другим важным открытием является последовательность созревания и возрастное изменение доминирования структур мозга: в раннем детстве доминирует правое полушарие, обеспечивающее целостность «схватывания» реальности и целостное на нее реагирование, но правая лобная доля еще не успела созреть; на следующем этапе начинает быстрее развиваться и доминирует левое полушарие с его функцией речи, и этот этап завершается созреванием левой лобной доли, ответственной за формирование однозначного контекста и логического мышления; на последнем этапе, в подростковом возрасте, вновь происходит функциональный сдвиг в сторону правого полушария и дозревает правая лобная доля, ответственная за организацию многозначного контекста. Кстати, ее наиболее позднее созревание свидетельствует о наибольшей сложности ее функции. Многозначный контекст включает однозначный как частный случай и преодолевает его ограниченность.

Интересно, что созревание мозга (особенно правой лобной доли) происходит у мужчин дольше, чем у женщин. Это может объяснить большее отклонение психического развития мужчин в обе стороны от средней нормы: чем дольше развивается и не достигает полной зрелости какая-либо структура, тем она более уязвима для воздействия вредных факторов.

С этим может быть связано преобладание некоторых форм психопатологии (например, шизофрении) у мужчин по сравнению с женщинами.

С другой стороны, если развитие мозга происходит без помех, то в конечном итоге правая лобная доля достигает у мужчин более высокого уровня развития, с чем может быть, наряду с другими факторами, связано масштабное видение мира и мощный творческий потенциал.

Функции полушарий головного мозга

Вопрос. Что происходит с личностью человека после рассечения мозолистого тела, связывающего полушария? Она как-то расщепляется?

Ответ. После рассечения мозолистого тела и передней комиссуры (в целях лечения от эпилепсии) в некоторых обстоятельствах более ярко проявляются во внешнем поведении внутренние конфликты: правая рука в полном смысле слова не знает, что делает левая. Сходные конфликты при целом мозге легче регулируются, а после рассечения правая рука может удерживать левую и даже запихнуть ее в карман, если поведение этой руки отражает неприемлемые для сознания мотивы. Описан случай, когда больной правой рукой привлекал жену, а левой ее отталкивал. Но чаще испытуемые находили способы опосредовано и за счет внешнего контроля предотвратить дезинтеграцию поведения (например, коррегируя поведение по отслеженным результатам).

Вопрос. Можно ли говорить о двух типах сознания или самосознания в каждом человеке? Связано ли наше Я с каким-то одним полушарием мозга или у нас есть «двойник», два Я — «левое» и «правое»? Возможен ли конфликт между полушариями?

Ответ. Есть два типа представления о себе: осознаваемая «Я-концепция», выстроенная левым полушарием, и более интегральный и недоступный полному осознанию (вследствие своей сложности и многозначности) «Я-образ», как функция правого полушария. Они не всегда ладят между собой: Раскольников принял решение убить старуху-процентщицу, как бы в полном согласии со своей «Я-концепцией»: я не «тварь дрожащая, а право имею». Но убивал он ее в состоянии измененного сознания (это видно по тексту), а после убийства не вынес протеста взбунтовавшегося «Я-образа» и сдался полиции. Так что конфликт между этими системами в принципе возможен, но основной задачей целого мозга является интеграция, в каждый данный момент, поведения и сознания. Наши побуждения оцениваются до осознания на уровне правополушарного «Я-образа», и то, что неприемлемо для сознания и его социальных мотивов, не допускается до сознания (Фрейд назвал это вытеснением).

Вопрос. В нашей культуре как-то легче представить себе мир левого полушария, мыслящего, упрощенно говоря, по Аристотелю. А как мыслит правое полушарие, по каким законам, есть ли у него своя логика?

Ответ. В отличие от логического «левополушарного» мышления, доступные моделированию алгоритмы «правополушарного» мышления не только не известны, но есть даже большое сомнение в их существовании. То, что я сформулировал — это только общефилософский подход, но отнюдь не алгоритм, поддающийся воспроизведению. На этом месте остановились и все специалисты по «искусственному интеллекту» — и некоторые из них обратились к восточной философии в поисках хотя бы принципиального подхода.

Вопрос. Можно ли говорить о людях двух типов, с «правым» и «левым» уклоном? Каковы преимущества и недостатки каждого типа? Насколько такое разделение совпадает с известными типологиями, замечали ли эти типы раньше?

Ответ. Да, можно говорить о людях с относительным доминированием «право»- или «левополушарного» мышления. Наши исследования (совместно с проф. В.В.Аршавским) и исследования некоторых других авторов показали, что такое доминирование проявляется как в успешности решения задач, адекватных тому или иному типу мышления, так и на физиологическом уровне: те, у кого доминирует левополушарное мышление, нуждаются в относительно меньшей дополнительной активации мозга при решении логических задач, а попытки решить принципиально не алгоритмизируемые творческие задачи приводят к выраженной активации всего мозга и последующему утомлению. Те же, у кого доминирует «правополушарное» мышление, решают творческие задачи вообще без дополнительной активации мозга и, соответственно, почти не чувствуют при этом утомления, в то время как задачи с определенным алгоритмом вызывают у них существенную дополнительную активацию мозга и утомление. Отсюда вытекают преимущества и недостатки каждого типа.

Кора головного мозга (те самые извилины)

Вопрос. Можно ли говорить о людях со слабо выраженной и сильно выраженной асимметрией, чем они отличаются?

Ответ. Да. При слабо выраженной асимметрии функции полушарий недостаточно дифференцированы, соответственно и несколько менее полно развиты. Такая неполная дифференциация характерна, в частности, для леворуких. Она имеет определенные преимущества: на ранних этапах развития предохраняет мозг от излишнего «лево-направленного» давления нашей западной цивилизации и тем самым сохраняет творческий потенциал. Кроме того; при органическом поражении мозга неповрежденное полушарие (в основном, правое) может частично брать на себя функции поврежденного.

Вопрос. Можно ли говорить о культурах двух типов, например, «магической» и «логической»?

Ответ. Я бы избегал термина «магический», он ничего не объясняет и заменяет любые попытки осмысления, даже на философском уровне, непреодолимой таинственностью и загадочностью. Можно говорить о Восточной и Западной культурах. У каждой имеются свои достоинства и недостатки. Восточная (прежде всего дальневосточная) культура и философия ориентированы на самосовершенствование, достижение гармонии с миром таким, как он есть, и с самим собой. Западная культура ориентирована на приспособление мира к человеку, и достижения гармонии не предусматривает, ибо постоянно настроена на изменение мира. Внутренняя гармония человека интересует ее гораздо меньше.

Но не следует ничего абсолютизировать, кол ь скоро мы говорим о человеческой культуре. Древние китайцы сделали целый ряд принципиальных открытий, способствующих изменению мира.

В последние десятилетия Япония, Индия и Китай бурно развивают техническую цивилизацию, среди лучших выпускников американских университетов все больше представителей этих стран, и их исходная принадлежность к восточной культуре этому не препятствует. Другое дело, не может ли это освоение культуры Западного научно-технического прогресса, модифицируя характер мышления, сказаться в конечном итоге на базисных ценностях традиционной Восточной культуры и философии. Японцы в самой Японии ухитрились, по-видимому, как-то разделить «сферы влияния» Восточной и Западной культуры — сохраняя свои традиционные отношения в сфере искусства, поэзии, интеграции в природную среду и духовного совершенствования, они быстро овладели высшими достижениями технического прогресса.

Стали ли эти достижения для них такой же частью их мировосприятия, как для представителей Западной культуры?.. Кажется, у них нет серьезных творческих открытий в этой сфере — для таких открытий такое четкое разделение не годится, «правополушарное» мышление должно активно использоваться в сферах жизни и деятельности, не принадлежащих к чисто духовным. На одном международном конгрессе по физике американец задал выступавшему японцу вопрос по теме доклада. Японец начал отвечать, стиль ответа показался американцу непривычно сложным, и он раздраженно перебил оратора: «Вы можете сказать просто — да или нет?» Описавший это японский участник конгресса заметил, что такая жестко альтернативная постановка вопроса (очень левополушарная), касающаяся сущностных проблем, для японца не приемлема. Остается ли она для них неприемлемой и сегодня?… Без принятия таких альтернатив вписываться в современную научно-техническую цивилизацию непросто, но в то же время для жизни и творчества (в том числе и научного) необходимо сохранить способность выходить за рамки этих альтернатив.

Вопрос. Люди все меньше читают и все больше смотрят на экраны и мониторы, дети учатся мыслить в среде «графического интерфейса» и образной «мифологики» рекламных роликов, «спектакль» повсюду вытесняет текст… Не происходит ли переориентация нашей культуры на «правополушарное» мышление?

Ответ. Нет. Я уже говорил, что важен не материал, с которым мозг работает, а способ его контекстуальной организации. К сожалению, в большинстве случаев так называемая «образная» информация в рекламах и компьютерных играх строится по закону однозначно понимаемых контекстов, в которых потенциал образов девальвируется. Разница как между мультфильмом Ю. Норштейна «Сказка сказок», пересказать который без потерь невозможно, и мультфильмом «Ну, погоди!», в котором тоже образы, но который весь сюжетом исчерпывается. Это можно изменить, но требуется большая специальная работа, которая бы себя вполне оправдала повышением креативности популяции. Если бы кто-то проявил инициативу в создании нового типа компьютерных игр с учетом этого обстоятельства, я был бы готов помочь консультациями.

Человеческий мозг. Орган хранится в Королевском хирургическом колледже, Великобритания

Вопрос. Насколько по-разному мы воспринимаем правую и левую стороны пространства? Почему в древних культурах правый обычно означает правильный, или, например, левая сторона связывается с женским началом?

Ответ. Стороны пространства (как и наши конечности) связаны с противоположными полушариями и соответственно воспринимаются по-разному. Но надо учесть, что в целом мозге информация очень быстро передается из одного полушария в другое (если нет специальной задачи ее вытеснить из сознания), и это сглаживает различия.

Не всегда легко понять, о чем говорят метафоры древних культур. Правое, определяемое по правому полупространству и правой руке, может считаться «правильным» с точки зрения упорядоченности и формальной логики, ибо относится к компетенции левого полушария. Но правополушарное «видение» более адекватно реальности Левая рука лучше правой выражает эмоциональные переживания, нередко более значимые для женщин, хотя у женщин в целом доминирует «левополушарное» мышление. Этот парадокс, этот особый статус связанных с правым полушарием эмоций у «левополушарных» по стилю мышления женщин, может быть снят следующей метафорой: для мужчин межличностные эмоциональные отношения — только часть мира, а для женщин — это весь мир.

Вопрос. Каково соотношение врожденного и приобретенного в выраженности межполушарной асимметрии и преобладании того или иного полушария?

Ответ. Это трудный и малоизученный вопрос. Большую роль в становлении асимметрии играет, вероятно, культурное наследование, т.е. передача из поколения в поколение определенного стиля воспитания и обучения. Но и биология играет, вероятно, определенную роль.

Вопрос. Развита ли межполушарная асимметрия у высших обезьян и других животных и если да, играет ли она у них ту же роль, что и у человека?

Ответ. Нет, не играет, хотя некоторые зачатки моторной асимметрии можно найти у животных, а высших обезьян можно даже научить речи на уровне двухлетнего ребенка. Но функции человеческой правой лобной доли у них отсутствуют даже в намеке.

Вопрос. Какова роль межполушарной асимметрии в психических заболеваниях?

Ответ. Многочисленные исследования (и наши в числе первых — начиная с семидесятых годов) показывают, что в основе многих психических и психосоматических расстройств лежит функциональная неполноценность правого полушария. Такая неполноценность препятствует интеграции человека в многозначном мире, ослабляет механизмы психологической защиты. Поэтому с раннего детства, во имя здоровья и творческого потенциала, необходимо развивать «правополушарное» мышление.

Вопрос. А как его развивать?

Ответ. В некоторых племенах Юго-Восточной Азии родители с самых ранних лет обсуждают сновидения детей, обращая внимания на взаимодействия образов в сновидениях и побуждая ребенка направлять эти взаимодействия (типа “поиграй с этим тигром, когда он навестит тебя опять”). Кстати, я уверен, что один из основных терапевтических механизмов психоанализа — продукция свободных ассоциаций вокруг тех или иных впечатлений и сновидений. Самому психоаналитику это позволяет кое-что понять в душевной жизни клиента, но не менее важно, что при этом у клиента тренируется механизм многозначного мышления. Само взаимодействие психотерапевта (любого направления) с пациентом — это прежде всего межличностные отношения, которые всегда многозначны по своей природе. Это первый шаг к восстановлению отношений с многомерным миром. Любые эмоциональные связи по тем же причинам развивают правополушарное мышление.

Правильное преподавание гуманитарных наук — не как набор знаний или истин в последней инстанции, а как приобщение к многозначности искусства и литературы, обсуждение спорных вопросов с полной свободой ассоциаций и самовыражения, с их поощрением — это еще один путь. Некоторые художественные школы обучают начинать рисунок левой рукой, создавая общий контур картины — это годится и для преподавания в обычной школе. Изучение Талмуда в традиции иудаизма — взгляд на одни и те же положения и события с разных сторон, иногда взаимоотрицающих — достигает той же цели.

Вопрос. Ваша книга «Сновидения, гипноз и деятельность мозга» сочетает стихи с научными текстами, как бы удовлетворяя познавательные потребности обоих полушарий. Нужно ли и возможно ли объединять науку с искусством?

Ответ. Между наукой «открывателей» (по Г.Селье), без которой прикладным «решателям» просто нечего будет делать, и искусством нет китайской стены. Способность к творчеству и многозначное мышление объединяет подлинную науку с высоким искусством. И не случайно в некоторых точных науках красота теории считается важным критерием ее истинности.

Жизнь человека и окись азота

Петренко, доктор биологических наук

Введение

Бесцветный газ — окись азота — всегда считался вредным для организма человека. Инженеры разрабатывают более совершенные двигатели внутреннего сгорания, в меньшей степени загрязняющие атмосферу окисью азота, конструируют системы регенерации окиси азота в другие вещества. Но в конце ушедшего века ученые неожиданно обнаружили, что окись азота присутствует в любом живом организме в довольно больших концентрациях. И не просто присутствует, а управляет важнейшими физиологическими процессами.

Окись азота (химическое название — оксид азота) — новая “путеводная звезда” в медицине, указывающая направление поиска лекарственных средств против множества болезней. Именно так считают сейчас большинство исследователей. Лавинообразный рост числа публикаций по исследованию роли окиси азота в биологических объектах дал основание Американской ассоциации развития науки и авторитетному научному журналу “Science” (“Наука”) назвать в 1992 году окись азота молекулой года.

Чем же продиктован такой все возрастающий научный интерес к окиси азота?

Оказалось, что окись азота управляет как внутриклеточными, так и межклеточными процессами в живой клетке. Многие болезни — гипертония, ишемия миокарда, тромбозы, рак — вызваны нарушением физиологических процессов, которые регулирует окись азота. Именно по этой причине окись азота представляет огромный интерес для биологов и медиков самых разных специальностей.

Нейрофизиологи и нейрохимики интересуются окисью азота в связи с тем, что она управляет важнейшими процессами, происходящими в нервной системе. Высшая нервная деятельность человека во многом обусловлена прохождением импульса с одной нервной клетки (нейрона) на другую — так называемой синаптической передачей. Если попытаться описать этот процесс в двух словах, то можно сказать, что при прохождении нервного импульса из окончания одного нейрона “выбрасывается” молекула сигнального вещества — нейромедиатора (например, ацетилхолина, глутамата), которую “захватывает” специальный белок (рецептор) на мембране нервного окончания другого нейрона. Затем сложная цепь биохимических и электрохимических реакций обеспечивает прохождение нервного импульса по этому нейрону. Когда сигнал достигает нервного окончания, снова происходит выброс из него молекулы нейромедиатора и гак далее. Оказалось, что окись азота активирует процесс выброса нейромедиаторов из нервных окончаний во время синаптической передачи. Более того, молекула окиси азота сама может играть роль нейромедиатора, то есть непосредственно передавать сигнал с одной нервной клетки на другую. Неудивительно, что окись азота присутствует во всех отделах головного мозга человека: гипоталамусе, среднем мозге, коре, гиппокампе, продолговатом мозге и др. Таким образом, в мыслительной деятельности окись азота является и непосредственным участником, и косвенным регулятором. Что касается телесного существования, то и здесь ее роль не меньшая. Кардиологи и специалисты, изучающие систему кровообращения, интересуются окисыо азота, поскольку она регулирует расслабление гладких мышц сосудов и синтез так называемых “белков теплового шока”, которые “защищают” сосуды при ишемической болезни сердца.

Профессор Анатолий Федорович Ванин, впервые обнаруживший радикалы окиси азота в живых клетках, беседует с нобелевским лауреатом Робертом Форшготтом, впервые описавшим явление, обусловленное действием окиси азота. Москва, 1989 год.

Гематологов окись азота интересует в связи с тем, что она тормозит агрегацию (слипание) тромбоцитов, влияет на перенос кислорода эритроцитами, а также на реакции с участием химически активных молекул (свободных радикалов) в крови. Иммунологов окись азота интересует потому, что активация клеток, участвующих в иммунном ответе, — макрофагов и нейтрофилов — сопровождается высвобождением этими клетками окиси азота. Онкологи проявляют повышенный интерес к окиси азота из-за ее предполагаемого участия в процессе развития злокачественных образований. Физиологи, занимающиеся проблемами регуляции водно-солевого обмена в организме, и нефрологи интересуются окисью азота по той причине, что она регулирует почечный кровоток и солевой обмен в почечных канальцах. Даже интимная жизнь без окиси азота невозможна — ее высвобождение способствует эрекции. Но и это еще не все. В последние годы лавинообразно нарастает поток информации о влиянии окиси азота на функционирование генома.

Судьба человека определяется его поведением и характером, на которые, в свою очередь, влияет состояние его души и тела. Значит, судьба человека в некотором смысле связана с окисью азота.

Что же представляет собой молекула окиси азота? Известно, что, когда в электронном семействе какой-либо молекулы имеется электрон без своей пары, то если для него нет партнера, все семейство испытывает беспокойство и проявляет повышенную агрессивность по отношению к другим соединениям, стремясь найти и отобрать чужой недостающий электрон. Соединения, имеющие неспаренный электрон, называются радикалами. Радикалы обычно неустойчивы и появляются на промежуточных стадиях химических реакций.

Окись азота из-за наличия в ее электронной структуре неспаренного электрона относится к разряду радикалов и, следовательно, как и все радикалы, стремится “найти” недостающий электрон для создания новой электронной пары. Когда это удается сделать, образуется молекула NO_ — нитроксил-анион. Чаще же приобрести недостающий электрон, отнимая его у другой молекулы, без “войны” не удается. В результате происходят самые разнообразные реакционные процессы, в ходе которых окись азота может претерпевать различные превращения. Не стоит путать окись азота с закисью азота (ее химическая формула — N_2О), тоже бесцветным газом со сладковатым вкусом, кратковременное вдыхание которого вызывает признаки истерии, а большие количества действуют на нервную систему возбуждающе, вызывая состояние, сходное с опьянением. В связи с этим закись азота называют “веселящим газом”. Длительное вдыхание “веселящего газа” приводит к притуплению болевой чувствительности и потере сознания, благодаря чему в смеси с кислородом (80 % N_2О + 20 % О_2) он иногда применяется для наркоза. Окись азота же сама по себе таких эффектов не вызывает. Но закись азота, поступающая в определенные отделы мозга, химически разрушается там с образованием окиси азота, действие которой на нервные клетки и определяет эффекты, вызываемые вдыханием закиси. Алкоголь действует на клетки головного мозга так же опосредованно и через окись азота. За разработку проблемы окиси азота в биологии и медицине ряд ученых удостоен Нобелевской премии по физиологии и медицине 1998 года. Точная формулировка звучит так: “Нобелевская премия по физиологии и медицине присуждена за открытие роли оксида азота как сигнальной молекулы в сердечно-сосудистой системе”. Нобелевскими лауреатами стали американские ученые Роберт Форшготт, Ферид Мьюрэд и Луис Игнарро. А началось все с открытия, результаты которого были опубликованы Робертом Форшготтом в 1955 году. Ученый, проводя физиологические эксперименты с кровеносными сосудами, обнаружил расслабляющее действие света на аорту кролика. Это загадочное поведение аорты в ответ на действие света стало в дальнейшем для него и других исследователей объектом пристального внимания. Можно считать, что оно явилось своеобразной точкой отсчета нового раздела биологической науки.

Существуют два варианта электронной структуры NО. Точками условно обозначаются электроны. Одна точка либо на атоме азота, либо на атоме кислорода означает, что там находится один неспаренный электрон. Наличие неспаренного электрона делает молекулу NО очень реакционноспособной.

Следующий шаг был сделан в СССР человеком, который совершил открытие, ставшее вехой в понимании роли окиси азота в биологии и медицине. Это — профессор, доктор биологических наук Анатолий Федорович Ванин, заведующий лабораторией Института химической физики Российской академии наук.

В 1965 году журнал “Биофизика” опубликовал его небольшую, но, как позже оказалось, чрезвычайно важную статью под названием “Свободные радикалы нового типа в дрожжевых клетках”. В ней говорилось, что в биологических объектах обнаружены радикалы неизвестной природы, которые никто в мире еще не наблюдал. СССР тогда был “впереди планеты всей” по части создания аппаратуры для обнаружения радикалов, основанной на явлении электронного парамагнитного резонанса (ЭПР). Приборы и средства обнаружения радикалов, работающие на его основе, называются радиоспектрометрами. Именно этими приборами и была оснащена лаборатория, где работал Анатолий Федорович, который сегодня считается одним из признанных авторитетов в области ЭПР-спектроскопии. Явление ЭПР в 1944 году открыл профессор Казанского университета Е.К. Завойский. Суть этого явления связана со способностью радикалов, находящихся в магнитном поле, избирательно поглощать энергию радиоволн.

Неизвестная радикальная субстанция сначала была обнаружена в культурах дрожжей, а затем и в клетках животного происхождения. Стало понятным, что открыто новое вещество, которое присутствует во всех живых клетках. Работы Форшготта и Ванина застолбили новое научное направление. Сейчас ученым понятно, что открытые Анатолием Федоровичем неизвестные радикалы не что иное, как молекулы окиси азота. Но в то время предстояло еще выполнить немало сложнейших исследований, чтобы узнать, какие именно радикалы подают необычный ЭПР-сигнал. Одно было ясно уже тогда: науке эти радикалы неизвестны. Годы напряженного труда позволили Ванину сделать второе открытие. Он доказал, что сигналы подает окись азота, причем не одна, а в комплексе с ионами железа и белками, содержащими сульфгидрильные группы. Теперь их называют “динитрозильные комплексы”.

Какова роль комплекса окиси азота и белка в живой клетке? На этом вопросе и сконцентрировалось внимание Ванина и других исследователей, подключившихся к изучению проблемы.

Между тем Р. Форшготт продолжал изучать природу открытого им явления. В 1961 году он опубликовал обзорную статью, в которой еще раз осветил вопрос о расслабляющем действии видимого света на кровеносные сосуды. Результатом исследований, продолжавшихся четверть века, явилось открытие Форшготтом в 1980 году неизвестного физиологически активного вещества — эндотелиального фактора расслабления сосудов (EDRF). Форшготт обнаружил, что ацетилхолин, являющийся одним из медиаторов нервной системы, обычно вызывал сжатие кровеносных сосудов, но в некоторых опытах он их почему-то расслаблял. Анализируя эти эксперименты, Форшготт обратил внимание, что расслабляющее действие ацетилхолина на сосуды наблюдалось только в тех случаях, когда они были плохо очищены от эндотелиальных клеток, выстилающих внутреннюю поверхность сосудов. Форшготт догадался, что именно присутствие эндотелия меняло физиологический эффект ацетилхолина на противоположный. После проведения серии остроумных опытов сомнений не оставалось: сделано открытие. Так и был обнаружен эндотелиальный фактор расслабления сосудов (EDRF). Это научное достижение приобрело широкий общественный резонанс и взбудоражило весь ученый мир. Большинство ученых сразу поняли, насколько оно важно для физиологии, патофизиологии и практической медицины. В 1991 году Форшготт публикует целую серию статей, в которых он обосновывает утверждение, что EDRF — это не что иное, как молекула окиси азота. То есть, под действием ацетилхолина происходит выброс окиси азота из эндотелия кровеносных сосудов, которая затем поступает в слой мышечных клеток. И именно молекула окиси азота оказывает расслабляющее действие на стенки сосудов. А что же происходит под действием света? Почему он тоже вызывает сосудистую релаксацию? Видимо, под действием светового излучения высвобождается та же самая окись азота, которая (как показал Ванин) существует в виде динитрозильного комплекса с белками.

Ученые полагают, что окись азота (NO) формируется в нейронах путем многочисленных молекулярных реакций, которые проистекают с высокой скоростью (требуется несколько миллисекунд). Многие процессы с участием NО до сих пор неясны. Например, как часто генерируется NО и какие химические элементы задействованы в этом производстве. Предполагается, что молекула глутамата начинает процесс передачи сигнала переходом с одного нейрона на рецептор другого. При участии молекул кальция активируется энзим NOS, который синтезирует NО.

Как ученый-физиолог, Форшготт в своих научных исследованиях шел от явлений (физиологии) к их механизмам. Это путь от сложного к простому. Для Ванина, как биофизика и биохимика, путь от простого к сложному, от факта к его роли и значению был более естественным. Ванин и начал с того, что открыл существование радикальной субстанции в живых объектах и стал изучать, что это за молекула и какие функции она выполняет. Форшготт первым в мире описал явление, обусловленное действием окиси азота, — релаксацию кровеносных сосудов. Ванин открыл наличие неизвестной субстанции в живой материи. В своих дальнейших исследованиях они шли навстречу друг другу, быстро сближаясь. Ими как бы были поставлены две вехи, между которыми пролегла невидимая связующая нить.

Результаты исследований не заставили себя ждать. Уже вскоре обозначена еще одна важная веха. Ее поставил американский ученый Ферид Мьюрэд, после того как в середине 70-х годов он сделал важное открытие, касающееся гуанилатциклазы. Гуанилатциклаза — один из ключевых ферментов, управляющих жизнью клетки. Мьюрэд показал, что гуанилатциклаза активируется при действии нитро- и нитрозосоединений. Мьюрэд высказывает идею, что действующим активным началом этих соединений являются не они сами, а окись азота, выделяемая из них, и экспериментально ее подтверждает.

В это же время Ванин изучает биологическое действие динитрозильных комплексов железа и показывает, что они обладают мощным гипотензивным действием — расслабляют кровеносные сосуды.

Ванин также предложил метод обнаружения окиси азота в органах и тканях, получивший широкое распространение. Следующий шаг его в научном поиске не менее важен. Он первым приходит к убеждению и обосновывает, что EDRF имеет прямое отношение к окиси азота. Когда авторы открытий буквально наступают друг другу на пятки, дышат в затылок в гонке за приоритетом, обычно учитывается, чьи результаты раньше увидели свет. Ванин, получив данные, что EDRF имеет отношение к окиси азота, в 1985 году решил их опубликовать в журнале “Бюллетень экспериментальной биологии и медицины”, но напечатана статья была только через три года после подачи. Тут начал расти вал публикаций на эту тему в зарубежных изданиях. Такие же данные в 1986 году получили Форшготт и Игнарро, а в 1987 году — Сальвадор Монкада. Последний убедительно показал, что в состав EDRF входит окись азота, и немедленно опубликовал свои данные в международном научном журнале “Nature” (“Природа”). Все эти публикации вышли в свет раньше, чем оригинальная статья Анатолия Федоровича.

Форшготт и Ванин, пройдя каждый свою половину пути, встретились в 1989 году во Всесоюзном кардиологическом научном центре в Москве.

О чем они говорили тогда» понятно: конечно же, о научных планах, своих невероятных догадках и сомнениях. Их общение продолжилось в Лондоне на 1-й конференции по биологической роли оксида азота и в последующей переписке.

Физиологическое действие окиси азота (NО) на организм человека

Схема физиологических воздействий окиси азота на тонус сосудов

Заключение

Авторитет Ванина как основоположника нового научного направления общепризнан. Но вот парадокс: главная научная награда — Нобелевская премия — обошла его стороной. Незаслуженно — это не то слово. Видимо, выбор Нобелевского комитета не всегда основывается на научной значимости работ. Величие Анатолия Федоровича в том, что он не стал оспаривать решение комитета. А мы знаем, что такие гении, как Ньютон и Лейбниц, оспаривали друг у друга научные приоритеты. И это при том, что о Ньютоне говорили как о единственном смертном, вставшем вровень с богами. Да и Лейбниц за заслуги перед человечеством также вполне может быть приравнен к ним. Так что даже боги не всегда могут поделить между собой пальму первенства. Но и исследователи, которым присудили Нобелевскую премию (напомним, что это Форшготт, Мьюрэд и Игнарро), — воистину великие ученые и, вне всякого сомнения, заслужили столь высокое признание. Тем не менее, можно констатировать, что одно из главных действующих лиц в истории про окись азота просто вычеркнули из списков. Возможно, с историей открытия действия окиси азота кто-то будет и не во всем согласен — неудивительно: логика исследований и роль каждого из ведущих ученых, разрабатывавших эту тему, может видеться всем по-разному. Но вряд ли кто усомнится и будет оспаривать, что все началось с основополагающих открытий Форшготта и Ванина. Именно они были пионерами в установлении всеобъемлющей роли окиси азота в живой природе. Где же те весы, на которых можно было бы объективно взвесить признание заслуг ученого, чтобы справедливо воздать ему за них?

P.S.

При стрессе сосуды сжимаются. Высвобождение молекулы окиси азота (NО) из эндотелиальных клеток кровеносных сосудов оказывает на сосуды расслабляющее действие. Это происходит потому, что NO в мышечных клетках активирует фермент — гуанилатциклазу, которая обеспечивает образование вещества, устраняющего тонус сократительных волокон мышечной клетки — циклического гуанозинмонофосфата (цГМФ). Наиболее чувствительны к действию NО сосуды сердца и головного мозга.

Нитроглицерин и подобные ему препараты (нитриты, нитраты) служат дополнительными источниками NО: при попадании лекарства в кровь от него отщепляется молекула NO, которая и оказывает сосудорасширяющее действие.

Давно было замечено, что препараты нитроглицерина положительно влияют на эрекцию. Оказалось, что в этом тоже “виновата” NO, которая вызывает выработку цГМФ. Под действием цГМФ происходят расслабление мышц, увеличение потока крови к половым органам и, как следствие, эрекция. Но цГМФ не вечен и в организме быстро разрушается под действием фермента — фосфодиэстеразы. Американским ученым удалось подавить активность этого фермента и таким образом “продлить жизнь” цГМФ в эректильной ткани. После клинических испытаний это вещество (силденафил) под коммерческим названием “Виагра” поступило в аптеки всего мира.

• ОБЩЕСТВО

Темное прошлое и туманное будущее человечества

Кобринович Ю. О.

Куда движется эволюция или конец истории?

Все в мире имеет начало и конец. Человечество как вид — не исключение. Мы мечтаем о бессмертии — для себя, для своих потомков и для памяти о своих предках. Наш мир усложняется и ускоряется с каждым днем, изменяется не только техника, которая стала для нас мерилом прогресса. Изменяемся мы сами, все быстрее и — необратимо. Изобретение примитивных орудий — заостренных костей и камней — едва не стало причиной самоубийства всего прачеловечества, а создание ядерного оружия могло привести к гибели не только людей, но и всего живого на Земле. Подошли ли мы в очередной раз к рубежу — за которым смерть?

Происхождение жизни на земле загадочно, не менее загадочно происхождение человека разумного — эволюция нелинейна, она полна ветвей и неожиданных скачков, и вряд ли возможно, что найдены все «недостающие звенья» этой цепи. Дело в том, что образ жизни наших предков постоянно менялся, численность уменьшалась, и временами они оказывались на грани вымирания.

Эволюционное дерево человека

Но нам известны общие закономерности появления и развития видов: новый вид возникает незаметно, его представители малы и кажутся неудачной пародией на другие, сформировавшиеся виды, они с трудом выдерживают конкуренцию и пребывают на грани вымирания. Экспансия нового вида начинается, когда изменяется среда обитания, новый вид вторгается в уже занятые места обитания, вытесняя менее приспособленных предшественников. Если он входит в пустую, никем не занятую область — происходит взрыв адаптивной радиации, возникают новые разновидности, смело подчиняющие свою форму новым функциям организма. Так первые пресмыкающиеся походили на рыб, а первые млекопитающие — на рептилий, постепенно совершенствуясь, приобретая свои особенные черты. Колебания гомеостатического равновесия вызывают второй взрыв адаптивной радиации. Теперь новые виды — сверхспециализированы, а в главном стволе эволюции представители вида становятся огромными, словно ищут спасение в гигантизме, но их судьба предрешена. Боковые ветви стремятся проникнуть в области, где конкуренция относительно слаба, и сохраняются здесь почти без изменений, успешно переживая своих современников.

На какой из этих стадий находится человечество?

Эволюционные линии предков шимпанзе и предков человека разделились 8 млн. лет назад (по другим данным 5,5–6,5 млн. лет), главной отличительной чертой семейства Hominidae стал бипедализм, вызванный сменой места обитания: из лесов гоминиды перебрались в саванны[1]. Всего описано 23 вида гоминид, иногда разные виды существовали на одном биотопе (например, Homo ergaster и Parantropus boisei). Всего 50 тыс. лет назад на земле существовало 4 вида гоминид: Homo sapiens, H.neandertalensis, H.erectus и H.floresiensis. Сегодня все семейство представлено единственным видом — нами.

От других видов гоминид Homo sapiens отличается высоким, почти вертикальным лбом и редуцированными надбровными дугами. Н. sapiens возник в Африке 150–200 тыс. лет назад, известно несколько волн расселения Н. sapiens, некоторые из них не оставили потомков среди современных людей. Самыми продуктивными были экспансия 50–55 тыс. лет назад в южную и юго-восточную Азию (вытеснив Н. erectus), а также Австралию (вызвав массовое вымирание крупных животных и опустынивание континента), и экспансия 40–35 тыс. лет назад в Европу (здесь сапиенсы около 10 тыс. лет сосуществовали с неандертальцами).

Постепенно наш вид заселил всю Землю, изменяя среду обитания и изменяясь сам.

В эволюции гоминид наблюдалась устойчивая тенденция: увеличение размера черепной коробки, и мозга соответственно. Исключение составляет человек разумный, средний объем мозга которого составляет 1300 куб. см, что на 200 куб. см меньше мозга неандертальца (предположительно, объем нашего мозга уменьшился за счет более плотной упаковки мозговой ткани). Увеличение зон абстрактного мышления гоминид происходило за счет уменьшения зон чувственного восприятия — больше всего «пострадало» наше обоняние.

Автомодельность распределения цивилизационных революций во времени

В ходе эволюции постоянно возрастал социальный и индивидуальный интеллект: усложнялись языки, вводились обобщенные понятия (например, у эскимосов существует более двух десятков слов для обозначения разных типов снега, но самого слова «снег» нет). Информационная сложность культуры росла с ростом инструментального потенциала и количеством горожан[2]. В психологии наших предков происходят значительные изменения — Зигмунд Фрейд назвал это дорогой «из патологии к нормальности»: первобытным людям были присущи навязчивые идеи, страхи, в средние века повсеместными были аффект и патологическая жестокость. Но постепенно, с совершенствованием оружия происходит совершенствование культурно-психологических механизмов сдерживания агрессии.

По сравнению с первобытными сапиенсами наша технологическая мощность выросла на 12–13 порядков, а количество людей сейчас превосходит на 5 порядков количество аналогичных по массе животных.

Скорость демографического роста и технологической мощности возрастают по гиперболическому закону, этому мы обязаны антропогенным кризисам, когда нарастающее вторжение в биогеоценоз, разрушение ландшафтов приводило к социальной катастрофе. Выходом из кризиса служил отказ от наработанных ранее шаблонов жизнедеятельности и выработка новых стратегий. Как следствие — после каждого антропогенного кризиса увеличивалась продуктивность получения средств к существованию, расширялась групповая идентификация и внутреннее разнообразие, увеличивалась информативная емкость мышления, происходило совершенствование приемов компромисса.

Наша планета пережила 19 революций развития, четыре из которых (неопротерозойская революция, кембрийский взрыв, революция пресмыкающихся и революция млекопитающих) произошли до появления человека. Революция гоминоидов 24 млн. лет назад ознаменовала появление 14 отрядов человекообразных обезьян. В последовавшем антропогене первые примитивные люди отделились от гоминоидов, произошел всплеск возникновения различных видов Homo.

В ходе палеолитической революции (0,7–1,2 млн. лет назад) произошел переход от собирательства — к охоте, к систематическому использованию огня и к увеличению убойной силы оружий. Удар костяным или каменным оружием с большей вероятностью проламывал череп, чем невооруженная рука, а уровень инстинктивного торможения оставался тем же. Резко возросший уровень смертности едва не привел к полному уничтожению вида. Выжили только те стада, где сформировались сверхприродные факторы регуляции отношений — зародыши морали и религии. Развитие фантазии и невротических страхов, в частности некрофобии, стало причиной заботы о старых и больных, ритуальных похорон. Агрессия стала в большей мере переадресовываться на чужаков. Однако ее всплески и повсеместное выжигание растительности усиливали кризис.

Верхнепалеолитическая революция (30–36 тыс. лет назад) — «культурная революция кроманьонцев» — стала возможной благодаря развитию знаковой коммуникации: появлению раздельной речи и двумерных наскальных рисунков. Произошло полное вытеснение неандертальцев и совершенствование орудий. Продуктивность каменных орудий увеличилась, увеличилось количество орудий из кости, что делало племена независимыми от источников кремния. Последовавший кризис — «Охотничья вакханалия» — был вызван развитием охотничьих технологий, истребление популяций и видов животных, а племенная конкуренция между охотниками привела к резкому сокращению населения.

Переход от охоты и собирательства к сельскому хозяйству — неолитическая революция (10-8 тыс. лет до н. э) привел не только к разрешению кризиса, но и к небывалому ранее уменьшению враждебности к незнакомцам благодаря коллективной эксплуатации и объединению сельскохозяйственных и «воинственных» племен в так называемые «вождества». Последовавший демографический взрыв и конкуренция за земли, и, что особенно важно, распространение бронзовых орудий привели к новому кризису.

Городская революция (5–3 тыс. лет до н. э.) была началом цивилизации, какой мы ее знаем. Возникновение городов, строительство ирригационных каналов, письменность и первые правовые документы стали достижениями этого времени. Но дешевое легкое стальное оружие привело к замене армий народными ополчениями и чрезвычайной кровопролитности войн.

Революция Осевого времени (середина 1 тыс. лет до н. э) характеризовалась появлением мыслителей нового типа — Заратустры, Сократа, Будды, Конфуция, Кира. Добро и зло в это время становятся абсолютными категориями, возникает критическое мышление. Совесть, а не богобоязнь Сократ называет мерилом поступков. Изменяются и методы войны — возникает «политическая демагогия» и агентурная разведка, широко используемая Александром Македонским. Но новый кризис сельскохозяйствования приводит к разрушению экосистем, эпидемии все чаще вспыхивают с ростом городов. Впрочем, кризис смягчают массовые эмиграции и внедрение заморских культур — кукурузы и картофеля, рост ценности индивидуального успеха приводит к небывалому увеличению грамотного населения.

Промышленная революция была вызвана ростом механизированного производства. Право и гуманизм становятся международными, пар и электричество используются повсеместно. Новый кризис был вызван увеличением мощности оружия за последние 100 лет в 10^6 раз и скорости передачи информации в 10^7 раз. Выработанные ранее средства сдерживания агрессии более не отвечали требованиям.

Информационная революция началась в 1950 году. Основная часть населения индустриальных стран занята в сфере обслуживания и обработки информации, а не материальном производстве.

В 1991 году начался кризис и распад системы тоталитарной экономики, становление системы Интернет.

Как видно, процесс появления новых кризисов постоянно ускоряется, а продолжительность эпох между кризисами уменьшается. Последовательность кризисов образует геометрическую прогрессию, которая может быть описана простой формулой:

tn = t — Т/ αn

где — α показатель сокращения каждой фазы по сравнению с предыдущей, α = 2,67±0,15;

Т — продолжительность описываемого промежутка времени; n — номер кризиса; t — предел последовательности; t = 2004±15.

Таким образом, скорость эволюции с приближением к сингулярности формально должна обратиться в бесконечность. Из этого следует, что человечество в обозримом будущем или прекратит свое существование, или характер его эволюции качественно изменится (а точнее — уже изменился).

Сейчас мы переживаем глубокий кризис, со всеми его классическими чертами:

Увеличение качества жизни ощутимо запаздывает по сравнению с ростом ожиданий, это приводит к резкому уменьшению удовлетворения потребностей из-за демографического роста. Последующий разрыв действительного положения вещей с ростом ожиданий приводит к тому, что положение кажется невыносимым. Далее следует агрессия внутри социальной системы, которая может вылиться в революции, раздробления государств и большие завоевательные войны.

Глубина кризиса тем больше, чем больше объем ресурсов, необходимых для экстенсивного роста. В этом случае ответ от среды не наступает долго, и стереотипы деятельности только упрочняются, а шансы разрешить кризис соответственно падают.

Непосредственными признаками надвигающегося кризиса является поляризация общественного настроения — количество самоубийств и неврозов растет, но так же увеличиваются и альтруистические и оптимистические настроения. Вторым непосредственным признаком является уменьшение когнитивной сложности из-за эмоционального накала. Количество характеристик, которые выделяются, например, из конфликта государств, сводится к минимуму. В пределе — к «плохому» и «хорошему». Вообще, когнитивная сложность тем выше, чем большее количество независимых измерений и качеств человек может назвать, она тем выше, чем выше интеллект.

Опасной особенностью современного кризиса является так называемый «конец науки». Наука возникла как один из способов познания и использует два метода: воспроизводимый опыт (в естественных науках) и дедукция, или вычисления (в математике). В период технологического взрыва научные знания удваивались каждые 15 лет, но такое экспоненциальное развитие может продолжаться лишь до 2010 года.

Огромные черные области обозначают те части суши, которые выключены из продуктивных природных экосистем планеты Земля.

Существует три комплекса причин, которые вскоре приведут к концу экспоненциального развития науки. Первый связан с исчерпанием ресурсов, доступных научному познанию. Все люди не могут быть учеными, а значит, человеческий ресурс конечен. Из-за ограниченности человеческого ресурса уже сегодня фронт науки разорван — многие задачи остаются нерешенными только потому, что ими некому заниматься, а ведь таких задач с каждым годом все больше. Экспериментальные установки усложняются, и сейчас наблюдается опасная тенденция к отказу от исследования мира атомных частиц из-за высокой стоимости проведения эксперимента. Метод математического описания не в состоянии справиться с задачами физики черных дыр и первыми мгновениями существования Вселенной, кроме того — неподкрепленные экспериментом теоретизирования современной наукой не признаются. Однако, все это — материальные проблемы.

Сегодня наука столкнулась с ограничениями этического характера практически во всех областях знания. Мы еще не решили для себя, насколько правомерно клонирование человека и искусственное изменение его генотипа, допустимо ли стимулировать возникновение разума у животных. Физика элементарных частиц может открыть способ получения невиданных ранее количеств энергии — а заодно и оружия, по мощности которому не будет аналогов, психология и психиатрия обнаружили методы контроля сознания и корректировки поведения — вербальные и физиологические. Характерна крайняя «аккуратность» в космических исследованиях: все посылаемые на Марс аппараты тщательно стерилизуются, чтобы не занести на Красную планету земные микроорганизмы; космическая станция Галилео с той же целью была уничтожена в атмосфере Юпитера — иначе сохранялся шанс, что в результате столкновения с Европой туда может быть занесена земная жизнь; в ходе эксперимента НАСА «Deep Impact» — бомбардировки кометы Tempel-1 для изучения химического состава кометного вещества — в астрономических кругах разгорелась жаркая дискуссия по поводу допустимости таких «варварских» способов изучения.

Третья группа проблем в полной мере себя еще не проявила, однако в ближайшем будущем именно она, возможно, приведет к полному концу науки: природа может быть «исчерпана» для познания. Нечто подобное сложилось в современной физике: ожидаемая теория объединения четырех взаимодействий ответит на все — поставленные и еще не сформулированные — вопросы. Возможен и другой сценарий: наука столкнется с такими проблемами, которые человеческим разумом могут быть принципиально не решаемы. В математике существует теорема, которая гласит, что никакая система не может быть описана средствами самой этой системы. А человечество — часть Вселенной, а значит, никогда не сможет ее адекватно описать.

Таким образом, Homo sapiens переживает сейчас один из кризисов развития, по всей видимости — последний. Если возвратиться к истории развития и смерти обобщенного вида — мы преодолели всплеск «адаптивной радиации» после начала промышленной революции. Разделение труда стало причиной возникновения специализированных социальных ниш, которые заняли специалисты-профессионалы, это логично, потому что средой нашего обитания является социум, а не природа. Сейчас процесс специализации достиг своего апофеоза — с увеличением срока обучения до 7 лет изменить профессию стало практически нереально, разные группы профессионалов имеют отдельные сленги и языки (подобно тому, как два внешне одинаковых вида ласточек поют разные песни). Современное общество становится «закрытым» — оно не позволяет гражданам вертикально изменять социальный статус.

Другой тревожный симптом — появление признаков гигантизма, или акселерации. Рост первых кроманьонцев составлял в среднем 185 см, но впоследствии медленно уменьшился. Возможно, причиной стало хроническое недоедание, о котором свидетельствуют все ископаемые останки, ситуация изменилась только в 20-м веке, да и то не для всех стран мира. Тем не менее, человек современности гораздо выше своего средневекового предка — на 20–30 см, а длина тела младенцев за последние 10 лет увеличилась на 1 см.

За последние 40 тыс. лет биологическая эволюция Homo sapiens не делала резких скачков — такой период времени слишком мал, чтобы отразить эволюционный процесс во всей его красоте. Но некоторые закономерности все же видны: объем мозга, по сравнению с мозгом кроманьонца, несколько уменьшился, позвонки (особенно в поясничном и крестцовых отделах) стали более массивными, а генетиками выявлено действие естественного отбора на два из двадцати генов, ответственных за размер мозга: ген микроцефалии, начавший быстро изменяться 37 тыс. лет назад, и ген ASPM, начавший эволюционировать

5,5 тыс. лет назад. Предположительно, ген микроцефалии ответственен за культурную революцию кроманьонцев, а ген ASPM связан с возникновением первых городов и письменности. Нарушение в работе этих генов приводит к заболеванию микроцефалии — резкому уменьшению размера мозга. В ходе естественного отбора некоторые аллели генов микроцефалии и ASPM способствуют лучшему развитию мозга. Это пример «положительного» отбора, до недавнего времени — считалось, что в человеческом обществе действует лишь «отрицательный» естественный отбор: отсеивая неадаптивных и неспособных обучаться индивидов, и не давая преимущества высокоадаптивным и высокоинтеллектуальным.

Постсингулярный рукав эволюции — автоэволюция?

Одной из главных демографических проблем современности является увеличение потребления биоты — сейчас на 10 % больше допустимого. Теоретические оценки показывают оптимальное количество человек на земле от 500 млн. до 1 млрд. (так называемый «Золотой миллиард») — именно столько человек может прокормить наша планета. Двумя возможными путями выхода из демографического кризиса является уменьшение численности населения, или же экстенсивное освоение космических пространств и массовое переселение. Второй путь вряд ли можно считать возможным — слишком долго и дорого, кроме того, за освоением солнечной системы должен будет последовать еще более глобальный демографический кризис.

Уменьшение скорости роста численности населения земли наблюдается последние несколько лет, и оптимисты считают этот процесс естественным выходом на горизонтальную часть кривой, следующей после гиперболической. Но процесс этот слишком медленен и затронул только наиболее благополучные из развитых и развивающихся стран, практически не отразившись ни на Азии, ни на Африке. Существуют проекты, в которых предлагается снижать вероятность зачатия псевдогормональными препаратами, рассеянными в воздухе или растворенными в воде, подобные же препараты могут вызывать смещение численности зачатых детей к пропорции девять мальчиков на одну девочку. Такие меры, как искусственно вызванный геноцид или специально разжигаемые войны ни в коей мере нельзя признать этически приемлемыми. Но именно этическая приемлемость тех или иных действий сегодня становится главным критерием — это естественное следствие нашей эволюции: с ростом инструментального потенциала увеличивается ограничение социального насилия, возникают все новые, более сильные культурно-психологические компенсирующие факторы. Например, на протяжении всей нашей истории процент военных жертв стабильно уменьшается от 4 % до 1 % за век. Исключение составляет Вторая мировая война, в которой потери населения, с учетом репрессий, в процентном отношении превосходили потери первобытного племени во время межплеменной войны.

Рост численности населения мира, 500 г. до н. э. — 2300 г. н. э., в миллионах

Таким образом, стратегия уменьшения численности людей должна лежать в сфере массовой психологии. Нечто подобное наблюдается в развитых странах: сознательный отказ пар от деторождения, резко распространившиеся, почти патологические асексуальность и гомосексуальность. С увеличением плотности населения в городах уменьшается рождаемость, но увеличивается общий уровень агрессивности.

Другой гранью демографической проблемы является крайне низкое генетическое разнообразие человечества. Это связано с тем, что мы произошли от небольшой родственной группы особей (по разным оценкам от 10 до 20 человек). Два человека из разных рас генетически различаются меньше, чем два шимпанзе (наши ближайшие «родственники») из одной стаи. Развитие медицины привело к экспоненциальному росту генетического груза — сумме летальных и сублетальных мутаций, а развитие промышленности — к отравлению межтканевых жидкостей тяжелыми элементами. Таким образом, угроза вырождения для нас является более чем реальной, а если произойдет направленное обрывание многих генетических линий в рамках уменьшения численности людей на планете — ни о каком дальнейшем развитии вида не может быть и речи.

Единственным способом выживания в постсингулярный период для разумного вида может стать автоэволюция — целенаправленное изменение как собственного генотипа, так и собственной психологии. Условия современного, ускоренного мира требуют начать именно с внутреннего мира — социальная эволюция намного быстрее эволюции биологической, которая даже искусственно может быть ускорена лишь до жизни одного поколения.

Биологическая эволюция. Расшифровка генетического наследия человечества — дорогое удовольствие, к тому же осложненное этическими противоречиями и время от времени вспыхивающей в обществе фобией, связанной с возможностью использования полученной информации. Собственно «человеческого» в нашем генотипе не так уж много — около 2 %, оставшиеся 98 % совпадают с генотипом шимпанзе. Многие из этих двух процентов генов — молчащие, так называемые «псевдогены» — они присутствуют в человеческом ДНК, но не функционируют. Главным образом у человека «отключены» гены, ответственные за обоняние и иммунитет. Ухудшенное обоняние Homo sapiens позволило не только увеличить зону абстрактного мышления мозга, но и более сознательно регулировать социальные отношения, в том числе в выборе брачного партнера. Отключение многих иммунных генов снизило риск аутоиммунных заболеваний (например, рассеянного склероза), но из-за этого сильно вырос риск раковых образований. Гены, отличающие нас от шимпанзе, в основном отвечают за размер мозга и регуляцию поведения. Всего выделено 69 некодирующих участков ДНК, которые существенно изменились в процессе эволюции и находились рядом с генами, ответственными за образование контактов между нейронами, то есть — за познавательную деятельность. Значительные изменения произошли в генах, кодирующих образование белка ASPM, который тормозит время образования нейронов из стволовых нейроэпителиальных клеток, что позволяет создать больше нейронов из того же числа стволовых клеток. Ген HAR1F кодирует РНК, которая синтезируется в мозге эмбриона, когда закладывается кора больших полушарий (7-19 неделя), имеет 18 отличий от такого же гена шимпанзе. Другое отличие человека от шимпанзе — в строении белка продинорфина — основы для производства нескольких видов нейропептидов-эндорфинов (естественных опиоидов).

Именно эндорфины ответственны за возникающие у нас эмоции. Эндорфины у человека и шимпанзе идентичны, изменилась регуляторная часть продинорфина: у человека синтез эндорфинов происходит в ответ на иные стимулы, чем у шимпанзе.

Динамика изменения относительных темпов роста населения мира, 1950–2003 гг. (%)

Всего в продинорфине человека и шимпанзе 5 различий. Существует несколько аллелей гена, кодирующего у человека синтез продинорфина. Ген этот начал изменяться 80–90 тыс. лет назад и предположительно влияет на социальные отношения и мотивацию поступков, обнаружена аллель, «ответственная» за предрасположенность к шизофрении, эпилепсии и наркотической зависимости. Один из универсальных способов регуляции активности генов — с помощью специальных белков — транскрипционных факторов (ТФ). Среди генов, активность которых очень сильно изменилась по сравнению с активностью тех же генов у шимпанзе, очень много ТФ, и особенно сильны изменения активности генов в клетках мозга. Кроме того, у человека обнаружено 134 генных дупликации, некоторые из генов дуплицированы многократно — например, гена MGC8902 у человека 49 копий.

Изучение человеческого генотипа принесло весьма любопытные сюрпризы: ген микроцефалии имеет несколько аллелей, но самая распространенная D-аллель возникла гораздо позже остальных — 37 тыс. лет назад, предположительно в результате гибридизации кроманьонцев и проживавших тогда на территории Европы неандертальцев — представителей другого вида. Считается, что от неандертальцев мы позаимствовали и ген рыжих волос. Существуют гипотезы, согласно которым разделение ветвей прачеловека и прашимпанзе включало в себя длительный период гибридизации. Это объяснило бы, почему анализ разных частей нашего генома показывает разное время дивергенции ветви людей — разбежка составляет 4 млн. лет. Таким образом, могли возникнуть мероклональные[3] гибриды, последующее возвратное скрещивание которых с пралюдьми и привело к наблюдаемой мозаичности нашего генома. Косвенным доказательством гибридизации может служить аномальная для приматов гиперсексуальность — средство преодоления ксенофобии, препятствующей скрещиванию гибрида с видом-родителем. Сексуальная агрессивность характерна для многих гибридов.

Развитие нашего разума стало возможным только после того, как было освоено прямохождение, позволившее освободить верхние конечности. По эволюционным меркам это случилось совсем недавно, неудивительно, что решение оказалось не очень «элегантным». Именно прямохождению мы обязаны «болезнями цивилизации»: нагрузка на позвоночник возросла, он должен не только удерживать прямо спину, но и «балансировать» массивным черепом, размер которого постоянно увеличивался. Пытаясь компенсировать нагрузку, позвоночник приобрел S-образную форму, но эта компенсация не оптимальна, потому мы подвержены разным деформациям позвоночника. Выросла нагрузка на сердце и всю кровеносную систему, которая должна поднимать кровь по венозным сосудам вверх на полтора метра. Причина рака кожи — в утерянном волосяном покрове, а рака груди — в том, что человеческие детеныши рождаются недоношенными, и их необходимо дольше выкармливать. Только у человека появление на свет связано с болью. Причина этого — в большом черепе. Природа пошла двояким путем: с одной стороны увеличив женские бедра и прекратив синтез эстрогена во время беременности, что ослабляет кости и часто вызывает остеопороз, а с другой стороны — обеспечив рождение ребенка недоношенным, с несформированными окончательно костями черепа.

Можно ли изменить генотип так, чтобы наши потомки оказались физически совершенны и генетически разнообразны? По всей видимости — да, но это дела гораздо более отдаленного будущего, чем нам представляется. И главное препятствие здесь — этическое. Эдисон провел сотни экспериментов, прежде чем сконструировал лампу накаливания. Тысячи оплодотворенных клеток было уничтожено, прежде чем появилась овечка Долли, даже искусственное оплодотворение несет в себе элемент убийства — из десятка зигот только одна получит возможность стать эмбрионом. Этически недопустимо конструировать человека с заданными свойствами прежде, чем будет со стопроцентной гарантией известно, к каким именно изменениям приведет вмешательство в тот или иной ген. Здесь мы опять сталкиваемся с исчерпанием научной методологии: для таких сведений необходимы многочисленные эксперименты, которые по этическим причинам мы себе позволить не можем. Тем не менее, если немного пофантазировать, видны несомненные плюсы генетического конструирования: стать здоровее и сильнее, избавиться от наследственных заболеваний, уменьшить риск онкологических болезней, отодвинуть старость или совсем избавиться от нее, расширить адаптивные возможности организма. Клонирование, если таковое распространится в будущем, значительно снизит генетическое разнообразие вида, но в то же время — позволит обществу обеспечить практическое бессмертие наиболее ценных его представителей. Другое дело — кто и как будет определять ценность индивида для общества. Внематочное развитие плода позволит избавить женщин от тягот беременности, но неизвестно, как скажется на таких «пробирочных» детях.

Уже выделен ряд генов, ответственных за естественное старение организма. Разрабатываются методы их блокировки, в том числе и для взрослых организмов. Так называемая «прививка от старости».

Генетическая бедность человечества может быть преодолена введением в генотип отдельных генов: искусственно сконструированных или заимствованных у животных.

Более медленный путь улучшения человеческого генотипа — это направленная селекция. Сейчас в мире происходит только «негативная» селекция — после диагностики плод с выявленными генетическими аномалиями абортируется, в Юго-Восточной Азии широко практикуют диагностику пола плода и абортируют девочек. По идее организаторов, это должно привести к снижению численности населения. «Позитивная» селекция среди людей не проводится, но она вполне возможна, если (или когда) государство возьмет на себя право воспроизводить новых граждан внематочным способом.

Интеллект и психика. Но человек будущего видится нам не только здоровым, но и умным. Его умственные способности должны превосходить наши, поскольку количество информации в мире непрерывно увеличивается, и для профессиональной и бытовой деятельности нужно обрабатывать все большие ее массивы с все возрастающей скоростью. Наш мозг никогда не сможет сравниться с компьютерами в скорости вычислений, но в этом и нет необходимости. Необходимо выработать не только большой объем оперативной и постоянной памяти, но и новый, иной тип мышления. Начиная с Осевого времени, роль индивидуума в спектакле эволюции постоянно росла, в разных регионах — с разной скоростью. Нет сомнения, что наш далекий потомок — ярый индивидуалист.

Между умственной патологией и гениальностью много общего. Причин и того и другого две: нарушение химического баланса организма и (или) генетические отклонения. Выявлено, что уровень умственных способностей тем выше, чем шире нейрологический контакт, чем крепче связи между разными участками мозга, и практически не зависит от объема мозга. Расширение нейрологического контакта достигается развитием синестетических чувств и способностью к описанию, тренировками вызова в бодрствующем состоянии потока образов. Правши рождаются с левосторонней асимметрией мозга, которая ответственна за преобладание логического мышления, именно здесь формируются «центры речи». Предположительно, наши «двоюродные братья» неандертальцы, которые тоже были разумными — создавали произведения искусства, соблюдали обряды, а главное — тоже имели речь, — потерпели поражение в эволюционной борьбе из-за того, что их язык не был унифицирован: существовало малое количество слов, каждое из которых было перегружено десятками ассоциаций, мышление неандертальцев было образным, а в искусстве отсутствовало явление «моды» — однажды созданное более не повторялось соплеменниками на разные лады, а оставалось уникальным. Тем не менее, мы, вытеснив неандертальцев, оказались «в плену слов»: скорость нашего мышления из-за «проговаривания» слова значительно меньше мышления образного, а малая ассоциативная нагрузка слов снижает качество запоминания и ограничивает мыслительный процесс. Построение сложных логических конструкций так и осталось достоянием отдельных личностей.

Сегодня изобразительное искусство, искусство образов устойчиво вытесняет из нашего быта буквенную систему: мы больше смотрим телевизор, чем читаем. (Зато читаем лучше наших предков: еще в средневековье мало кто из людей умел читать, не проговаривая вслух слов, сегодня, если ребенок не научится читать молча — его считают неспособным к дальнейшему обучению.) Предполагается, что тенденция сохранится, но очень не хотелось бы в будущем утратить логические способности. Но это — задача педагогов, а не биологов.

Будут ли наши потомки гениями? Выяснено, что гениальность — это не врожденная особенность мозга, а сочетание нескольких факторов, главные из которых — внутренний допинг, обеспечиваемый зачастую нарушением химического баланса организма, как следствие — болезнью, другой фактор— отсутствие внешних ограничений. Болезни, которые приводят к появлению в крови человека специфических веществ: подагра (гиперурикимия), синдром Марфана, синдром Морриса, высоколобие (церебральность), а также патологическая циклотимия (гипоманиакальность или гипертимность). Сегодня рынок заполнен большим количеством препаратов, стимулирующих деятельность головного мозга, тем не менее вспышки химически обусловленной гениальности или талантливости не произошло.

Уже упоминавшееся явление филогенетического инфантилизма, который, вероятно, и стал причиной появления похоронных обрядов из-за некробоязни в палеолите, и нечеловеческой жестокости средневековья может помочь предсказать, каким будет психический мир человека будущего. Как уже не раз отмечалось, главной чертой будущего становится совершенствование механизмов сдерживания агрессии, отсюда берут корни современные эко- и наукофобии. Все основные психопатологии сохранятся, возможно, количество заболевших людей увеличится, а границы «нормы» юридически расширятся — нечто подобное мы уже наблюдаем в Соединенных Штатах. Причина сохранения многих психопатологий — в выигрыше, который они дают обществу, хотя и причиняют страдания индивиду и его родным. Существует большая группа адаптивных преимуществ, характерных для шизофрении (низкая чувствительность к радиоактивности, болевому и температурному шоку), эпилепсии (тенденция к систематизации и консерватизму мышления), депрессии (увеличение уровня ресурса у оставшихся в живых), слабоумии (поддержание уровня альтруизма), гомосексуализме (снижение уровня агрессивности в популяции). Многоличностные и множественно-личностные заболевания — любимая тема психоаналитиков и литераторов, они муссируются в кинематографе и постепенно становятся все более распространенными в современном мире. Множественные личности характеризуются тем, что в разное время человек ведет себя, как разные люди, при этом прежнее состояние может забываться или сохраняться в памяти. Вторая личность имеет собственную моторику, особенности поведения, IQ, ЭЭГ и даже сопротивление кожи. Временами вторая личность полностью захватывает контроль над телом и поведением индивида, причем эти симптомы не связаны ни с органическими психическими расстройствами, ни с употреблением психоактивных веществ. Зачастую приступы со сменой личности продолжаются, пока альтернирующая личность полностью не захватит контроль над телом — этот процесс может продолжаться десятилетиями. Синдром Штиллера заключается в том, что поведение человека меняется для самого себя, а не для окружающих. В результате стресса и острых переживаний возникает симптом второй жизни — амнезии о прошлой жизни не возникает, но наблюдается отчужденное, отстраненное к ней отношение. Идея второго (психологического) рождения активно эксплуатируется современными сценаристами: современный герой имеет два личностных воплощения, одно — до, а второе — после травмы, связанное с мщением. Результатом появления второй сущности может быть и так называемое «промывание мозгов» у членов и жертв тоталитарных сект.

К непатологическим раздвоениям личности следует отнести работу актеров и писателей, а в последнее время — массовое конструирование виртуальных личностей.

С внедрением в быт компьютерной вычислительной техники появился целый ряд новых неврозов. Фиксация на автоматическом объекте, который становится фактически продолжателем памяти, заменяя целые конструкции мышления, приводит к тому, что он одушевляется. Компьютер стал идеальным объектом проекции для людей, предрасположенных к аутизму. В результате длительной (более 7-часовой) работы за компьютером возникает особая профессиональная модификация поведения: упрощение речевых оборотов, взгляд поверх головы собеседника, автоматические жесты, напоминающие печатание на приборной доске перед засыпанием или пробуждением, гипнототические компьютерные образы перед засыпанием. Людомания (патологическая склонность к азартным играм) трансформировалась, теперь патологическая зависимость формируется по отношению:< компьютерным играм.

Ритм работы большинства специалистов, работающих в Интернет, изменился на ночной, ранее моделируемый лишь астрофизиками и астрономами. Теперь «совы» получили преимущество перед «жаворонками».

В нашем обществе наблюдается два психических процесса, которые существенно влияют на эволюцию: это гуманизация всех областей знания и непатологическая многоличностность.

Стресс — визитная карточка современной цивилизации

Общество. Существует множество стратегий развития мирового сообщества, ни одна из которых не может быть признана оптимальной.

Романтическая стратегия с лозунгом «Вперед, к природе!» призывает снизить численность людей в 6 раз (наиболее радикальные сторонники считают необходимым уменьшить популяцию в 600 раз), методы при этом называют весьма жестокие: введение пострановых квот, искусственно вызванные войны, прекращение помощи неразвитым странам, распыление псевдогормональных препаратов, насильственное внушение массам установки: «нищета — добродетель». Сторонники этой стратегии признают, что вспышек религиозной нетерпимости и эковойн избежать не удастся, а насильственность понижения благосостояния и рождаемости признается малым злом. Впрочем, они умалчивают, кто именно составит «Золотой миллиард».

Прогрессивистская стратегия предусматривает два варианта: создание мирового правительства (получившего от противников название планетарного тоталитаризма) и дезинтеграция власти и создание всеобщего сетевого сообщества.

Планетарный тоталитаризм неминуемо приведет к подавлению бедных стран, уменьшению культурного разнообразия, — как следствие — уменьшение общей жизнеспособности. Такая система может существовать лишь при условиях непрерывной экспансии в космос, которая сегодня признана экономически нецелесообразной.

Дезинтеграция власти и образование мирового сетевого сообщества на первый взгляд кажется оптимальной стратегией: после отмирания национальных государств разнообразие людей увеличится, а стабилизация численности населения произойдет на 12–14 млрд., но потребление ресурсов биоты будет уменьшаться за счет новых технологий и переработки отходов. Произойдет обособление машинного интеллекта и качественный скачок генной инженерии. Но такая цивилизация оказывается крайне зависимой от компьютерных технологий. Постоянно подстегивая их и стимулируя развитие искусственного интеллекта, она проиграет компьютерному разуму борьбу за ресурсы и, в лучшем случае, сохранятся отдельные «деревни», постепенно вымирающие из-за недостатка ресурсов и деградирующие из-за генетической бедности.

Впрочем, есть еще одна дорога в небытие, и, судя по всему, именно к ней мы приближаемся — это религиозный ренессанс, или Второе Средневековье. После насильственной интеграции стран во все большие объединения произойдут внутригосударственные противоборства, и вспыхнувшие гражданские войны уничтожат современную инфраструктуру, в сложности которой скрыта уязвимость. Произойдет своего рода «откат» истории.

Если рассматривать современное человечество как систему — мы находимся в точке бифуркации, и по какому из путей развития двигаться — выбирать только нам. На протяжении всей эволюции наш мозг, наша познавательная деятельность и поведение трансформировались, все более усложняясь. С большой уверенностью можно сказать, что так и будет продолжаться. Опьяненные всесилием науки, мы приближаемся к рубежу, за которым нужно искать другое средство познания мира или находить новые методы. У нас уже есть средство совершенствовать свой разум и свой организм: механико-кибернетические устройства, которые можно рассматривать как некие костыли, и генетическая инженерия, которая может изменить наш внешний вид до неузнаваемости, и различные психологические методики, способные изменять наше поведение. Сейчас нужно решить — так ли нам необходимо все это, и не пропустили ли мы единственно правильный путь.

ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ

А-26 “Инвейдер”

Александр Анатольевич Чечин и Николай Николаевич Околелов — выпускники ХВВАИУ, всю свою жизнь посвятили службе в военной авиации, преподаватели Харьковского университета Воздушных Сил, известные историки авиации. Знакомы читателям по публикациям в журналах: «Моделист-Конструктор», «Крылья Родины», «Авиация и время».

Спросите любого знатока авиации, какие самолеты-долгожители он знает, и можно с уверенностью утверждать, что среди названных обязательно будут: DC-3, Ju-52 или наш По-2. С такой же уверенностью можно сказать, что мало кто вспомнит о среднем бомбардировщике и штурмовике фирмы Дуглас А-26 “Инвейдер” Между тем, ни один боевой самолет авиации США не состоял на вооружении столько лет. Выполнив свой первый боевой вылет над Европой в сентябре 1944 года, самолет оставался в строю более 25 лет и летал на боевые задания во время Вьетнамской войны, вплоть до начала 1970 года.

К 1961 году А-26 состоял на вооружении 20 стран: Франции, Бразилии, Чили, Китая, Колумбии, Конго, Кубы, Гватемалы, Доминиканской республики, Индонезии, Лаоса, Гондураса, Мексики, Никарагуа, Перу, Португалии, Великобритании, Саудовской Аравии, Турции и Вьетнама. Только после 1980 года с этого самолета окончательно смыли “боевую раскраску”, и теперь его можно увидеть исключительно в музеях и частных коллекциях. Несколько десятков А-26 еще поддерживаются в летном состоянии и являются постоянными участниками различных авиашоу.

За свою долгую жизнь “Инвейдеру” пришлось изрядно повоевать. В 1961 году на Кубе в заливе Кочинос за штурвалами А-26 сидели как пилоты Кастро, так и летчики контрреволюционных сил вторжения. В ходе боев летчикам революционных ВВС удалось уничтожить несколько “Инвейдеров” противника, а обломки одного из них экспонируются в музее Революционных вооруженных сил в Гаване. Французские ВВС использовали “Инвейдеры” в Индокитае и Алжире. А-26 действовал в Конго, Биафре и множестве других мест, где воевал Французский иностранный легион. Естественно, что только самолету с выдающимися характеристиками, отвечающему быстро меняющимся взглядам на применение авиации, дано такое долголетие.

Прототип самолета ХА-26 в полете

А-26 прекрасно подходил и для действий против партизан. Способность находиться в воздухе продолжительное время и внушительная бомбовая нагрузка делали “Инвейдер” грозой любого отряда “борцов с империализмом”. Еще одна уникальная особенность самолета состоит в том, что он дважды менял свое обозначение. Встав в строй как А-26, он в 1947 году стал В-26, унаследовав обозначение от снятого с вооружения бомбардировщика “Мародер”. А закончил свою карьеру с первоначальным обозначением — А-26.

В очертаниях А-26 сразу угадывается силуэт DB-7 (А-20) “Бостон”. Бомбардировщик А-20 выпущен фирмой Дуглас в 1937 году. В начале войны А-20 успел повоевать в составе Французских и Английских ВВС. Первые отзывы вселяли в разработчиков машины оптимизм. В отчетах отмечалась высокая скорость, способность наносить удары по малоразмерным целям с малых высот, исключительная прочность конструкции и достаточно мощное вооружение. Вместе с тем указывалось на небольшую дальность полета и бомбовую нагрузку. Специалисты фирмы начали работать над усовершенствованием машины. “Бостоны” использовались практически на всех фронтах, более 2000 самолетов по ленд-лизу передали в СССР, и они успешно воевали до конца войны на разных фронтах. А-20 производились во множестве вариантов и могли выполнять роль штурмовика, бомбардировщика и ночного истребителя.

Сразу после получения первых отзывов на “Бостон” фирма приступила к разработке нового самолета, в котором учитывался приобретенный фронтовой опыт. Проектирование нового самолета возглавили Эдвард Хайнеман и Роберт Донован. Работы велись сразу по трем вариантам машины: XA-26-DE — штурмовик-бомбардировщик с экипажем, состоящим из трех человек; XA-26A-DE — двухместный ночной истребитель с носовой РЛС и четырьмя 20-мм пушками в подфюзеляжной гондоле; XA-26B-DE — трехместный штурмовик-бомбардировщик с мощным 75-мм орудием в носовой части. После окончания постройки первого прототипа фирма Дуглас получила заказ на постройку 500 самолетов. Нападение Японии на Перл-Харбор и вступление США в войну ускорили работу над самолетом. Первый опытный XA-26-DE поднял в воздух 10 июля 1942 года летчик-испытатель фирмы Дуглас Бен Ховард. Полет прошел успешно, единственным серьезным дефектом, выявленным на испытаниях, оказался перегрев цилиндров двигателей. Для улучшения охлаждения двигателей оказалось достаточно изменить форму капотов и снять обтекатели с втулок винтов.

В последующем двигатели на А-26 уже не перегревались в любых климатических условиях. Постепенно устранили и все другие незначительные дефекты. В ходе испытаний первых опытных образцов стало ясно, что все усилия нужно сосредоточить на доводке вариантов XA-26-DE и XA-26B-DE, ведь обязанности ночного истребителя взяла на себя “Черная Вдова” Р-61 (поступившая на испытания раньше ХА-26А). Изменения коснулись и варианта ХА-26В. Тяжелая и громоздкая 75-мм пушка лучше вписывалась в просторные обводы бомбардировщика В-25 серий G и Н. Вместо нее в носовой части ХА-26В разместили шесть (восемь) пулеметов Браунинг М2 калибром 12.7 мм. Они стали стандартным вооружением для А-26В, хотя эксперименты с установкой пушек различного калибра продолжались и дальше.

В серию запустили сразу две модификации А-26С и А-26В. Первая считалась трехместным бомбардировщиком с застекленной носовой кабиной штурмана. Вторая — штурмовиком-бомбардировщиком с целой батареей крупнокалиберных пулеметов в носовом отсеке вооружения. Во всем остальном машины почти не отличались. Новый самолет получил наименование — Invader (Захватчик). С этим именем он и прошел свой 25-летний боевой путь.

Производство самолета началось на двух заводах. Модификация А-26В выпускалась в Лонг Бич (Калифорния), а А-26С в Талса (Оклахома). Все самолеты, сошедшие с конвейера в Лонг Бич, имели индекс — DL, а машины из Оклахомы — DT. До окончания войны фирма Дуглас выпустила 2453 “Инвейдера” всех модификаций.

Летом 1944 года четыре А-26 (три с носовыми пулеметами и один с застекленной кабиной штурмана) передали в состав 13-й бомбардировочной эскадрильи 3-й бомбардировочной группы, базировавшейся на Новой Гвинее. До этого личный состав эскадрильи летал на “Бостонах”, и летчики имели возможность сравнивать два самолета. Мнения экипажей о новой машине разделились. Одним не нравился плохой обзор из кабины в стороны и недостаточная мощность вооружения (на машинах первых серий отсутствовали крыльевые пулеметы и не предусматривалась подвеска под крылья контейнеров с пулеметами). Другие оказались приятно удивленными высокой скоростью и маневренностью самолета.

Серийный самолет А-26В в полете

Восемь крупнокалиберных пулеметов в носовой части А-26

Из Европы пришли совершенно иные отзывы на “Инвейдер” Первые 18 А-26В оказались в составе 553-й бомбардировочной эскадрильи 386 бомбардировочной группы, базировавшейся в Грейт Дуннове (Великобритания). С 6 по 19 сентября состоялись ознакомительные полеты на “Инвейдерах”. Экипажам машина однозначно понравилась, и они с удовольствием поднимались на ней в воздух. Уже в октябре пересела на новый самолет 416-я бомбардировочная группа, которая раньше летала на А-20-х.

17 ноября 1944 года А-26 впервые участвовали в боевом вылете совместно с “Бостонами”. Имея мало внешних отличий от своего предшественника, А-26 являлся машиной нового поколения. Обладая большей бомбовой нагрузкой, чем А-20 и В-26, “Инвейдер” летал быстрее и обладал совершенно новой, более эффективной системой оружия. Худший по сравнению с А-20 обзор из пилотской кабины в стороны не исказил общего положительного впечатления от нового самолета. Европа стала основным театром военных действий для “Инвейдера”. За шесть месяцев пребывания в Европе новые машины совершили более 11000 боевых вылетов и сбросили на противника около 18000 тонн бомб. Кроме ударов по объектам в тылу противника, самолет, подтверждая свое обозначение — штурмовик — уничтожал танковые колонны на марше, разрушал железнодорожные пути, срывая доставку материальных ресурсов на фронт. Большая часть мостов, уничтоженных в полосе действия немецких войск, находилась на счету “Инвейдеров”. Обладая скоростью полета вполне сопоставимой со скоростями немецких истребителей и имея сильное встроенное вооружение, А-26 мог на равных вести с ними воздушный бой. Мощные двигатели и хорошая механизация крыла делали его исключительно маневренным. При встрече с истребителями противника А-26, находящийся в руках опытного пилота, показывал почти фантастические результаты. Так, 19 февраля 1945 года майор Майран Элл Деркс (пилот А-26) сбил реактивный истребитель Ме-262.

За все время пребывания на фронте потери “Инвейдеров” составили всего 87 машин, причем большая часть из них была сбита зенитной артиллерией. Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что на конец войны “Инвейдер” стал самым совершенным бомбардировщиком в своем классе.

Бомбоотсек А-26

Бомбовый прицел А-26С

Первой модификацией “Инвейдера”, поставленной на конвейер, стал А-26В. В серийной машине устранили основные дефекты, выявленные в ходе летных испытаний. Во время серийного производства вооружение самолета неоднократно усиливалось. Вначале под каждое крыло подвешивалось по два контейнера с двумя пулеметами каждый (боезапас 500 патронов на ствол). Позже, в целях увеличения точности стрельбы, от подвесных контейнеров отказались, и пулеметы встроили прямо в крыло (по три в каждой консоли). Количество пулеметов на таких самолетах могло составлять 14–16 штук. Одновременно небольшими сериями выпускались “Инвейдеры” с иным составом вооружения.

На них в носовой части устанавливали: два пулемета (12,7 мм) и 75-мм пушку, четыре пулемета и одну 37-мм пушку, два пулемета и одну 37-мм пушку, одну-75 мм и одну 37-мм пушки, редко встречались А-26 с двумя 37-мм пушками.

Оборонительное вооружение самолета составляли две дистанционно управляемые турели, в каждой из которых размещалось по два пулемета калибром 12,7 мм с боезапасом по 500 патронов на ствол. Система управления огнем позаимствована от тяжелого бомбардировщика В-29. В нее входили: бортовой баллистический вычислитель и прицельный визир для сопровождения цели. Стрельбу из обеих турелей вел один стрелок, размещавшийся в фюзеляже сразу за бомбоотсеком.

Бомбоотсек машины вмещал 1582 кг бомб различного калибра и еще 791 кг бомб подвешивался на четырех под крыльевых бомбодержателях. На самолетах поздних серий предусматривалась возможность подвески десяти неуправляемых ракет HVAR (по пять под каждым полукрылом).

Первоначально на А-26 устанавливались двигатели фирмы Пратт и Уитни R-2800-27 или аналогичные фирмы Форд R-2800-71 мощностью 2000 л.с. После выпуска первых 700 самолетов на “Инвейдер” стали устанавливать двигатели R-2800-79 мощностью 2370 л.с. На серийных А-26В, в отличие от опытного ХА-26В, увеличили сечение воздухозаборника маслорадиатора, а сам маслорадиатор глубже утоплен в крыло, что почти не нарушало его профиль. На ХА-26В емкость топливных баков составляла 3785 литров. На А-26В емкость топливных баков увеличили, установив дополнительные фюзеляжные топливные баки емкостью 2271 литров, позже добавили баки еще на 1135,5 литров бензина. Вдобавок на всех “Инвейдерах” предусматривалась установка топливного бака на 473 литра в бомбоотсеке. Таким образом, А-26 мог брать на борт 7570 литров топлива. До окончания войны завод в Лонг Бич выпустил 1150 А-26В и пять А-26С, с конвейера в Талсе сошло к этому времени 205 А-26В. Всего было выпущено 1355 А-26В.

Второй модификацией “Инвейдера”, выпускавшейся серийно, стала А-26С. В основу ее конструкции лег опытный ХА-26. В носовой части самолета разместили кабину штурмана, закрытую прозрачным обтекателем из цельного листа оргстекла. В штурманской кабине устанавливался прицел фирмы Сперри или прицел H2S от бомбардировщика В-29, позволяющий выполнять бомбометание в отсутствие видимости цели. На тот период развития авиационного оборудования эти прицелы считались самыми совершенными. Кресло штурмана самолета находилось справа от летчика, перед бомбометанием штурман переходил в носовой отсек и осуществлял прицеливание. Вооружение А-26С аналогично вооружению модификации А-26В, за исключением носовых пулеметов, которые на “С” отсутствовали. Вместо них по правому борту устанавливались два пулемета калибром 12,7 мм. На заводе в Талсе построили 1086 “Инвейдеров” А-26С. На базе А-26В и А-26С выпускались и специальные модификации самолета.

В серийном производстве находился разведчик FB-26C, у которого сняли оборонительные стрелковые установки. На месте нижней установки находилась антенна РЛС, а в бомбоотсеке размещалось фотооборудование, состав которого менялся в зависимости от поставленной задачи. После окончания войны все оставшиеся в строю разведчики получили новое обозначение RB-26C, и с ним они прошли еще две войны (в Корее и во Вьетнаме).

В конце 1945 года проходила испытания модификация XA-26D с новыми более мощными двигателями R-2800-83. Они позволили увеличить максимальную скорость самолета на 129 км/час. Фирма Дуглас получила заказ на 750 самолетов A-26D, но разгром Германии решил судьбу этого самолета — контракт аннулировали. Такая же участь постигла и ХА-26Е — предполагалось построить 1250 самолетов.

Наиболее радикальной модификацией самолета стал “Инвейдер” XA-26F. В хвостовой части фюзеляжа вместо кабины стрелка установили турбореактивный двигатель фирмы Дженерал Электрик J31. Воздухозаборник находился над фюзеляжем на месте верхней пулеметной башни. Все оборонительное вооружение самолета сняли. Летные испытания начались в июле 1946 года и закончились в 1950 году. Самолет достиг скорости 665 км/час.

С целью повышения эффективности воздушной поддержки войск некоторые А-26С переделывались в самолеты наведения. Кабины штурмана на таких самолетах удлиняли, соответственно изменяя остекленение, в появившееся свободное пространство устанавливали специальное радиолокационное оборудование. Такие самолеты получили обозначение А-26С Pathfinder (Искатель пути). Носовая РЛС, обладавшая большим сектором обзора, давала экипажу возможность обнаруживать наземные цели на большом удалении в сложных метеоусловиях. Несколько А-26С “Патфайндеров” входили в состав 3-й бомбардировочной группы, воевавшей в Корее с первого до последнего дня войны.

В разработке находились еще две модификации “Инвейдера” — A-26G и А-26Н, но они так и не вышли из стадии проекта.

28 июня 1950 года в 13 часов 30 минут четверка северокорейских Як-9 атаковала аэродром Сувон. В результате был уничтожен бомбардировщик В-26. Этот самолет оказался первым “Инвейдером”, потерянным в ходе начавшейся войны в Корее.

К этому моменту на Тихоокеанском театре военных действий находилась только одна 3-я бомбардировочная группа (3BG) ВВС США, вооруженная самолетами “Инвейдер”. Базировалась она на базе Ивакуни в южной части Японских островов. Первоначально в ее состав входило только две эскадрильи: 8-я (8BS) и 13-я (13BS). Первый боевой вылет самолетов этих частей назначили на 27 июня 1950 года, предполагалось, что “Лнвейдеры” ударят по противнику совместно с тяжелыми бомбардировщиками В-29. Но погода над морем не позволила самолетам подняться в воздух, и вылет отложили.

А-26С на аэродроме завода фирмы Дуглас

Через день погода улучшилась, и утром 18 самолетов В-26 из 13BS поднялись в воздух. Собравшись над морем, они взяли курс на Пхеньян. Целью удара стал аэродром, на котором базировались северокорейские истребители. Над ним бомбардировщиков встретили зенитные батареи, но их огонь не отличился высокой точностью. “Инвейдеры” обрушили на стоянки самолетов Як-9 и аэродромные строения град осколочно-фугасных бомб. Несколько самолетов попытались взлететь в воздух для отражения атаки. Один истребитель сразу попал под шквал пулеметного огня из пикирующего В-26 и рухнул на землю. Второй, видя гибель товарища, скрылся в облаках. После бомбардировки воздушная разведка установила, что на земле уничтожено 25 самолетов, взорваны склад горючего и аэродромные строения. Дебют “Инвейдера” успешно состоялся.

Завоеванное американцами в первые дни войны превосходство в воздухе давало возможность “Инвейдерам” летать на задания в любое удобное для них время, не опасаясь встреч с вражескими истребителями. Однако официальные сводки о потерях северокорейской авиации были далеки от истины, истребительная авиация Северной Кореи существовала. 15 июля 1950 года летящие бомбардировщики В-26 подверглись атаке со стороны двух истребителей Як-9. Один из“ Инвейдеров” получил серьезные повреждения и еле дотянул до своего аэродрома. Через три дня аэродром удачливых “Як”-ов обнаружили и направили на его уничтожение группу реактивных истребителей “Шутинг Стар” Небольшая огневая мощь F-80, вылетевших из Японии, не позволила полностью уничтожить аэродром, и 20 июля над ним появились “Инвейдеры”, довершая дело. Взлетная полоса и более десятка истребителей оказались уничтоженными.

В критические дни войны основной задачей “Инвейдеров” считалась непосредственная поддержка отступающих войск, и двух эскадрилий машин для ее выполнения было явно недостаточно. Для усиления 3BG в августе 1950 года ВВС США начали подготовку и комплектование 452 резервной бомбардировочной группы. Только в октябре группа перелетела в Японию на авиационную базу Мило. В нее входили 728, 729, 730 и 731 эскадрильи резерва ВВС США. К этому времени обстановка на фронте коренным образом изменилась, и от В-26 уже не требовалось прикрывать беспорядочно отступающие части, ведь линия фронта подходила к китайской границе.

Первый боевой вылет 452 группы состоялся 1 ноября 1950 года. К счастью для американцев, МиГ-15, гоже дебютировавшие в этот день, расправлялись с “Мустангами”, и если не считать встречи с тремя корейскими “Яками”, полет прошел гладко. Истребителей Як-9 взяла на себя группа прикрытия, состоящая из истребителей “Мустанг” “Мустангам” удалось сбить два самолета, и еще один Як был сбит пулеметным огнем одного из В-26.

Весной 1951 года все бомбардировочные группы, вооруженные “Инвейдерами”, перелетели в Корею. 3BG разместилась на базе К-8 в Кансане, а 452BG — на двух аэродромах в районе Пусаня (К-1, К-9). Базирование бомбардировщиков на Корейском полуострове позволило увеличить бомбовую нагрузку машин и сократить время полета до цели. Тем самым существенно снижалась нагрузка на экипажи. Введение в действие радионавигационных систем SHORAN и LORAN (ближней и дальней соответственно) повысило точность выхода на стационарные цели в отсутствие наземных ориентиров.

Появление советских МиГ-15 оказало сильное влияние на дальнейшую тактику применения “Инвейдеров” Летать днем становилось опасно, и В-26 перешли преимущественно на ночные действия. Одновременно закончилась и эпоха групповых налетов. Основной боевой единицей стала “пара”. Каждый вечер самолеты поднимались в воздух с единственной целью — разрушить коммуникации врага и не дать ему возможности снабжать свои войска по железным и автомобильным дорогам. Другими словами, В-26 летали на изоляцию района боевых действий. После 5 июня 1951 года В-26 начали принимать активное участие в операции “Стренгл” (Удушение).

В соответствии с планом операции, поперек Корейского полуострова была проведена условная полоса шириной в один градус, пересекающая самую узкую часть полуострова. Все дороги, проходящие в пределах этой полосы, разделили между родами авиации. “Инвейдеры” в составе ВВС получили в свое распоряжение западный участок полосы севернее Пхеньяна. Цели обнаруживались визуально: паровозы и автомобили — по зажженным фарам и огням, а ремонтные бригады на путях — по огням костров и фонарей. Вначале “Инвейдерам” удавалось захватывать противника врасплох, и каждая ночь приносила корейцам разбитые железнодорожные составы и горящие автомобильные колонны. Затем северокорейцы стали на прилегающих к дорогам холмах расставлять посты раннего предупреждения. Звук летящего самолета указывал на необходимость тушить огни или приостанавливать работу. В особо важных местах к постам предупреждения добавили по десятку 75-мм зенитных пушек. Потери американцев от зенитного огня резко возросли, а эффективность вылетов упала. Вместо ударов по заранее выбранным важным целям летчики предпочитали менее опасные вылеты на “свободную охоту”.

Взлетает носитель воздушных мишеней Firebee — самолет DB-26C

А-26К с полным комплектом вооружения в полете

Падает подбитый самолет А-26В (Вторая мировая)

В ночных условиях бомбы, обладающие некоторым радиусом поражения, не требовали идеальной точности сбрасывания, а вот большое количество пулеметов на “Инвейдере” превратилось в ненужный груз. Исправить положение помогли скорые на выдумку аэродромные специалисты, приладив на крыло В-26 мощный прожектор. В одном из вылетов экипаж “Инвейдера” с прожектором из 8BS, обнаружив колонну войск противника, сбросил бомбы, а во втором заходе включил прожектор. Ослепленная пехота противника растерялась и попала под пулеметный огонь. По американским данным погибло около 300 человек. Однако подобные случаи были скорее исключением из правил.

Наибольший эффект приносил тактический прием, названный “Hunter-Killer” (Охотник-Убийца). Основной смысл приема сводился к следующему. Два В-26 летели на одной высоте друг за другом и выдерживали дистанцию 4–6 км. Первый самолет — “Hanter”, пролетая над целью, заставлял противника тушить огни. До появления второго самолета оставалось около двух минут. За это время противник успокаивался, считая первый случайным или даже своим самолетом, и опять зажигал огни, демаскируя свое местоположение. В этот момент появлялся “Killer” и сбрасывал свой смертоносный груз.

В ночных условиях штурманам самолетов В-26С, с “прозрачными” носовыми частями, естественно, было легче обнаруживать цели, чем их коллегам с В-26В. Исправлять недостатки В-26В пришлось уже в ходе войны, заменяя пулеметную батарею на прозрачный обтекатель. После переделки отличить “В” от “С” становилось почти невозможно.

В дневное время “Инвейдеры” не могли интенсивно воздействовать на транспортные артерии северокорейцев, и поэтому ночью сбрасывались бомбы замедленного действия с замедлением до 72 часов.

В конце 1951 года в составе советских авиационных частей, базирующихся в Китае, появилась специальная часть — 351 истребительный авиаполк ночных перехватчиков. Базировался он в Аньшане. Летчики полка летали на поршневых истребителях Ла-11, которые для самолетов своего поколения имели неплохие характеристики и пушечное вооружение. Отсутствие на борту самолета поискового радиолокатора усложняло поиск целей, и истребители наводились по радио с наземных радиолокационных постов, которые имелись только в районе Аньдуня. Это обстоятельство сильно ограничивало район действий ночных перехватчиков. Тем не менее, их первой жертвой стал ночной бомбардировщик “Инвейдер”. Победу записал на свой счет старший лейтенант Курганов.

Во время войны бывали случаи, когда “Инвейдерам” тоже приходилось выступать в роли ночных перехватчиков. Так, ночью 24 июня 1951 года В-26 из 8-й эскадрильи 3BG, летя над своей территорией, обнаружил прямо перед собой легкий бомбардировщик По-2. Вероятно, корейцы возвращались с бомбардировки американской авиабазы К-6 (Сувон). За неделю до этого По-2 нанесли тяжелые потери американским ВВС, уничтожив около 10 истребителей F-86 в Сувоне. Пилот В-26В не растерялся и дал залп из всех стволов, По-2 взорвался.

В 1951 году на фронте появляются несколько самолетов В-26 “Патфайндер” с радиолокаторами. Радиолокационная станция “Пагфайндера” могла обнаруживать небольшие подвижные цели типа локомотивов и грузовиков. Их начинают использовать в качестве лидеров ударных групп и самолетов целеуказания. Эксплуатацией РЛС в полете занимался штурман. Обнаружив цель, он подавал команды пилоту самолета, если “Патфайндер” выступал в роли лидера, или по рации наводил на цель ударную группу.

10 мая 1952 года 452 бомбардировочная группа выведена из состава резерва ВВС США и зачислена в боевой состав как 17BG. Соответственно переобозначены и входящие в нее эскадрильи: 728 в 34BS, 729 в 37BS, 730 в 95BS и 731 в 30BS. Для усиления третьей бомбардировочной группы 30BS передали в ее состав. Последний боевой вылет В-26 совершили 27 июля 1953 года.

Кроме бомбардировочной модификации “Инвейдера”, в Корее воевали фоторазведывательный вариант самолета — RB-26C и самолет метеорологической разведки WB-26. Последние патрулировали над Японским морем, обеспечивая безопасность полетов авиации объединенных наций. Разведчики RB-26C входили в состав 162 эскадрильи тактической разведки, воевавшей в Корее с августа 1950 года. Самолеты этой части сыграли большую роль в получении итоговых результатов авиационных ударов. Именно они доказали провал операции “Стренгл” На снимках, полученных экипажами RB-26, было прекрасно видно, как по разрушенным дорогам, объезжая воронки, двигалась техника и боеприпасы.

Всего за время войны в Корее самолеты В-26 выполнили 53000 боевых вылетов, из них 42400 — ночью. В результате “Инвейдерами” уничтожено: 39000 автомашин, 406 паровозов и 4000 железнодорожных вагонов.

В конце 50-х годов уже порядком изношенные и прошедшие несколько капитальных ремонтов самолеты стали использовать в качестве буксировщиков мишеней. С буксировщиков снималось все вооружение, а в бомбоотсек устанавливали две лебедки, которыми управлял оператор из кабины стрелка. Модификация получила обозначение ТВ-26 — в ВВС и JD-1 — в авиации ВМС. В 1962 году после переобозначения авиационной техники эти самолеты получили единое обозначение UB-26J.

С появлением на вооружении управляемых ракет буксируемые мишени стали уходить в прошлое, уступая свое место мишеням, управляемым по радио. В качестве носителя и самолета управления опять выбрали А-26. На крыльях машины закрепили два специальных пилона для подвески и запуска реактивных мишеней “Файр-6и”. В состав оборудования добавили телевизионную систему управления. Соответственно изменилось и обозначение, до 1962 года в ВВС самолет именовался — DB-26, а в ВМС — JD-1J. Самолеты этих модификаций пролетали до 1970 года.

Судьба “Инвейдера” схожа с судьбой старого солдата, о котором вроде и забывают, считая его глубоким стариком, но приходит время — и старый воин опять становится незаменимым. После окончания Второй мировой войны всем казалось, что дни А-26 уже сочтены, и сотни самолетов будут очередной жертвой коррозии на базах хранения, но началась война в Корее, и они оказались просто незаменимыми. Пришлось срочно вводить в строй еще способные летать “Инвейдеры”.

После Кореи о самолете опять забыли и вспомнили только с началом Вьетнамской войны. К этому моменту в строю находилось около 200 самолетов, за все прошедшее время они ни разу не модернизировались. Не менялся даже состав оборудования. Все считали, что самолет вот-вот будет выведен из боевого состава ВВС.

В-26В на аэродроме в Корее

Подготовка к вылету самолета целеуказания В-26 Pathfinder

Но жизнь распорядилась по-своему.

Из Вьетнама стали приходить положительные отзывы по “Инвейдеру”, которому в то время вернули прежнее обозначение А-26, и машина вновь встала “под ружье”.

В 1962 году произошло несколько случаев разрушения самолетов в воздухе, они заставили произвести капитальный ремонт, но это не улучшило положения. Фирма Марк Инжиниринг Компани получила заказ на глубокую модификацию самолета. 28 января 1963 года опытный образец доработанного “Инвейдера”, под обозначением YB-26K, совершил первый полет. Положительные результаты испытаний дали фирме возможность получить 13-ти миллионный заказ на переделку 40 машин. Первоначальное обозначение модифицированного самолета — В-26К — позже изменили на А-26А. Основные изменения коснулись крыла и силовой установки. Крыло было совершенно новое, а на его консолях установили дополнительные топливные баки, вмещавшие по 625 галлонов бензина. На самолет установили новые двигатели фирмы Пратт и Уитни R2800-103W мощностью 2500 л.с. Возросла и бомбовая нагрузка. На восьми подкрыльевых пи лонах появилась возможность подвешивать до 3176 кг различного вооружения. Наиболее нагруженные части планера тоже подверглись полной замене. При этом длина самолета возросла. Внешние подвески ухудшили путевую устойчивость машины, что могло сказаться на точности применения оружия. Для компенсации этого площадь руля направления и высоту киля увеличили. В-26К активно использовались во Вьетнаме с 1966 по 1970 годы.

Летно-технические характеристики самолета А-26В

Длина самолета… 15,44 м

Размах крыла… 21,34 м

Высота… 5,64 м

Площадь крыла… 50,01 м^2

Вес пустого… 10143 кг

Нормальный взлетный вес… 15820 кг

Максимальный взлетный вес… 18960 кг

Максимальная скорость полета… 518 км/ч

Скороподъемность… 8,1 м/с

Практический потолок… 7470 м

Максимальная дальность полета… 4690 км

Максимальный вес нагрузки… 2373 кг

• КОРАБЕЛЬНЫЙ КАТАЛОГ

"Монитормания" в США

Спонсор рубрики NOC international® — Настоящие подшипники

Павленко С.Б.

Блистательный исход сражения на Хэмптонском рейде заставил говорить об Эрикссоне как о национальном герое. Морской департамент выплачивает задолженные ему 68750 долларов и приобретает наконец «Монитор» в полную собственность. Через три недели Эрикссон получает благодарность Конгресса, его избирают членом Национальной академии наук, присуждают золотую и серебряную медали Румфорда. Но главным признанием авторитета изобретателя был, конечно, заказ на постройку десяти новых мониторов типа «Пассаик».

Собственно, «Пассаик» — это был тот самый отвергнутый проект, который и послужил прототипом для «Монитора»: чтобы уложиться в сжатые сроки, назначенные морским департаментом, Эрикссон упростил конструкцию «Пассаика», в сущности ухудшив ее, — ив результате получился снискавший себе славу «Монитор». Но как только грозовая военная обстановка разрядилась, появилась возможность вновь вернуться к первоначальному, более совершенному проекту. И по нему начали строиться сравнительно крупные корабли прибрежного действия (Coastal monitors), вооруженные одним 381-мм и одним 279-мм орудиями Дальгрена. Боевая рубка «Пассаика» была установлена на башне, но не вращалась вместе с нею, а оставалась неподвижной. Усилили и бронирование башни — 11 слоев железа толщиной по 25,4 мм, и боевой рубки — 8 слоев железа толщиной 25,4 мм. В отличие от прямолинейных, «рубленых» обводов «Монитора» «Пассаик» имел более плавные формы и уменьшенную деревянную наделку над палубой, благодаря чему его остойчивость и ходкость удалось улучшить.

Броненосец “Baron De Kalb”

Речной казематный броненосец «Барон де Кальб» (USS «Baron De Kalb», США, 1861 г.)

Водоизмещение — 512 т;

Длина — 53,5 м;

Ширина — 15,6 м;

Осадка — 1,8 м;

Скорость хода — 9,0 уз.

Бронирование (железные полосы на дубовой подкладке толщиной 605 мм): каземат — 51…76 мм;

Вооружение: 2x203 мм, 4х42-фунтовых, 7х32-фунтовых.

Экипаж: 251 чел.

Всего построено 7: «Барон де Кальб» (USS «Baron De Kalb»), «Каронделе» (USS «Carondelet»), «Цинциннати» (USS «Cincinnati»), «Луисвилл» (USS «Louisville»), «Маунт-Сити» (USS «Mound City»), «Кейро» («Cairo») и «Питтсбург» (USS «Pittsburgh»). Из них три погибли в сражениях: «Цинциннати» от артиллерийского огня, а «Кейро» и «барон де Кальб» — от подводных мин.

Первый броненосец в истории американского флота. Разработан судостроителем Дж. Идсом и построен на верфи в Сент-Луисе, Миссури, вступил в строй под наименованием «Сент-Луис» (USS «Saint Louis») 12 октября 1861 г. Все корабли серии отличались лишь частичным бронированием и ужасной управляемостью, но при этом принимали самое активное участие в боевых действиях.

Броненосец “Cincinnati”

Броненосец “Pittsburgh”

Броненосец “Louisville”

Речной монитор “Ozark”

Речной монитор «Озарк» (USS «Ozark», США, 1863 г.)

Водоизмещение — 578 т;

Длина — 55,0 м;

Ширина — 15,1 м;

Осадка — 1,5 м;

Скорость хода — 7,0 уз.;

Бронирование: башня — 152 мм, бортовой пояс — 63 мм;

Вооружение: 1x254 мм (Dahlgren), 3x229 мм;

Экипаж: 100 чел.

Заложен 18 февраля 1863 года Дж. Бестером (George С. Bester) на верфи Пеория (Peoria), Иллинойс. Спущен на воду 18 февраля 1864 г. и закончен 24 июля 1865 года. Был первым монитором речного типа. Под командованием лейтенанта Дж. Брауна (George W. Brown) принимал участие в сражениях на Ред Ривер (Red River) в течение 12 марта — 22 мая 1864 года. После окончания войны, 24 июля 1865 года был списан и продан на слом 29 ноября того же года.

Говоря же о прогрессивности идеи, заложенной в проект «Монитора», отметим, что данный класс боевых кораблей более или менее интенсивно развивался во все последующие годы, нашел свое применение на прибрежных морских и речных театрах военных действий в годы как Первой, так и Второй мировых войн и исчез из состава военных флотов лишь к началу 60-х годов нашего века. Впрочем, его значение определялось отнюдь не этим. Он положил начало новому этапу в развитии военно-морского искусства, связанному с применением броненосных кораблей, поиску нового вида артиллерийских снарядов, способных пробить броню.

Но тогда, в 1862 году, хотя обе стороны объявили о своей победе, именно Север по-настоящему ликовал, — флот был сохранен (но кому и на что он теперь, в эпоху броненосцев, был нужен?), блокада Юга продолжалась, и «чудовище» «Мэрримак» уже не угрожал окнам Белого Дома…

Справедливости ради необходимо отметить, что потомки прославленного творения Эрикссона вступили в строй уже «под занавес» активных боевых действий, когда исход Гражданской войны уже не вызывал сомнений, хотя пороху «понюхать» они смогли предостаточно… Но основную тяжесть ратной работы вынесли на себе творения другого талантливого инженера — Дж. Идса (James Buchanan Eads). И, сравнивая контуры «Сент-Луиса» — его первого броненосца — с «Мэрримаком»-«Вирджинией» — еще больше понимаешь новизну идей Эрикссона…

Когда разразилась война между Севером и Югом, река Миссисипи — от города Кейро (Cairo) в среднем течении до Нового Орлеана в устье — оказалась в руках мятежников. Прекрасно понимая значение этой водной артерии, проходившей по плодороднейшим штатам и открывавшей прямой путь в сердце Северо-Американского континента, южане спешили укрепить оборону Миссисипи, лихорадочно сооружая и усиливая форты на ее берегах. Так, реки Теннесси и Кумберленд были заперты фортами Генри и Донельсон, на самой Миссисипи сильные батареи были установлены на Острове № 10 близ Нью-Мадрида, на форте Пиллоу у Мемфиса, а Виксберг превратился в настоящий «Гибралтар Миссисипи». Далее следовали укрепления Порт-Гудзона и Батон Ружа. Что касается Нового Орлеана, то к нему доступ с Мексиканского залива был закрыт сильнейшими фортами Филлип и Джексон. Все эти укрепления делали невозможной для Севера доставку продовольствия и боеприпасов по рекам, а отсутствие надежного железнодорожного сообщения сковало действия сухопутных войск федерального правительства и придало устойчивость стратегическому положению южан. Даже овладение всем морским побережьем — и это руководители северных штатов прекрасно понимали — не укротило бы мятежа до тех пор, пока в руках Конфедерации оставался бассейн Миссисипи до реки Огайо. «Миссисипи — становой хребет мятежа, — твердил президент Линкольн. — Она — ключ всей проблемы». Вначале военное ведомство северян намеревалось заказать несколько обычных речных пароходов для снабжения наступающих войск по рекам. Первый же опыт показал, что для таких судов сосредоточенный артиллерийский огонь береговых батарей или даже обычных полевых орудий, как правило, оказывался роковым. Так, уже в самом начале войны, еще до поединка «Монитор» — «Мэрримак», со всей остротой стал вопрос о создании броненосцев, орудия которых могли бы соперничать с артиллерией фортов. И, хотя эти броненосцы в отличие от своих собратьев (которые хотя бы иногда рисковали выходить в открытое море) никогда не предназначались для открытых морских театров, мы все-таки остановимся и на их развитии.

29 апреля 1861 года Идс, который действительно был одним из самых сведущих людей в деле речного судостроения и судоподъема, приехал в столицу с планом постройки канонерок, броненосцев и береговых батарей на западных реках. 7 августа Идсу удалось подписать контракт на их постройку. А всего через 65 дней после этого в Сент-Луисе сошел на воду первый в истории американского флота броненосный корабль. Им был «Сент-Луис», впоследствии переименованный в «Барон да Кальб». Вслед за «Сент-Луисом» 22 октября вступил в строй однотипный «Каронделе», потом пришла очередь «Цинциннати», «Луисвилла», «Маунт-Сити», «Кейро» и «Питтсбурга». Это были деревянные мелкосидящие корабли, обшитые броней, полным водоизмещением около 600 т. На палубе каждого высились казематы с 13 орудиями, защищенные железными полосами шириной 330 мм и толщиной в 50…70 мм (знакомая «мэрримаковская» конструкция, не правда ли?).

Первым крупным делом броненосной флотилии стало ее участие совместно с армией в штурме форта Генри — сильного укрепления на правом берегу Теннесси, почти со всех сторон окруженного водой и вооруженного семнадцатью крупнокалиберными орудиями.

3 февраля 1862 года корабли флотилии вышли из города Кейро, находящегося в месте слияния Теннесси и Миссисипи, и направились вверх по Теннесси. 5 февраля они высадили шеститысячный десант в нескольких милях от форта Генри ниже по течению. А на следующий день был назначен штурм.

В 10 часов утра речные броненосцы «Эссекс», «Цинциннати», «Каронделе» и «Де Кальб» снялись с якорей и двинулись на укрепление противника. За ними на расстоянии примерно одной мили шли деревянные канонерки. Около 12.30 с дистанции 450 м корабли открыли огонь из носовых орудий, и тотчас в ответ заговорили орудия фортов. В 13.00 бомба попала в «Эссекс». Пробив левый борт, она разорвалась в котельном отделении. Каземат и броневую рубку мгновенно заполнил вырвавшийся из недр котла пар. Матросы получили тяжелейшие ожоги. Для двадцати человек они оказались смертельными. «Эссекс» потерял управление, и его медленно понесло по реке. Остальные же броненосцы продолжали вести бой, несмотря на сильный вражеский огонь. Так, «Цинциннати» получил 31 попадание, «Де Кальб» — 7, «Каронделе» — 30. Но ни одно из ядер не пробило броню кораблей.

Речной монитор “Neosho”

Речной монитор «Ниошо» (USS «Neosho», США, 1863 г.)

Водоизмещение — 523 т;

Длина — 54,9 м;

Ширина — 13,8 м;

Осадка — 1,3 м;

Скорость хода — 7,0 уз.;

Бронирование:

башня — 152 мм, бортовой пояс — 63 мм;

Вооружение: 2x279 мм (Dahlgren);

Экипаж: 100 чел.

Всего построено 2: «Neosho» и «Osage».

Первый в истории монитор с «каргпасной» палубой и кормовым гребным колесом, помещенным в броневой кожух, спроектирован и построен Дж. Идсом на собственной фирме Union Iron Works (Carondelet, Mo.). Заложен в середине 1862 года, спущен на воду 18 февраля 1863 года и вступил в строй 13 мая 1863 года под командованием Дж. Фебиджера (John С. Febiger). Малая осадка делала корабли этого типа очень востребованными в речных боевых действиях.

Прибыв на ТВД только 6 августа (спустя месяц после падения Виксбурга), принимал активное участие в патрулировании на Миссисипи и а перестрелках с силами Юга. ОСа корабля принимали участие в сражениях на Ред Ривер (Red River) в течение 12 марта — 22 мая 1864 года. На «Осейдже» впервые в боевых условиях применен перископ для управления огнем. Исключен из состава флота 23 июля 1865 г. Переименован в «Виксен»(«Viхеn») 15 июня 1869 и в «Оцеола» («Osceola») — 2 августа 1869 г. Продан на слом 17 августа 1873 г.

В 13.40 форт Генри выбросил белый флаг. Когда северяне заняли укрепление, их глазам представилась страшная картина разрушения и смерти. Людские потери составили треть защитников форта. Одна из пушек разорвалась на шестом выстреле. Большую же часть оставшихся орудий уничтожил огонь корабельной артиллерии.

Следующей операцией армии и речной флотилии северян стал штурм форта Донельсон на левом берегу реки Кумберленд. Действуя здесь так же, как и в предыдущем случае, флотилия выдержала 14 февраля жесточайшую полуторачасовую канонаду. Но на этот раз броня уже не выдержала попаданий тяжелых ядер. Пробоины насчитывались десятками, несколько орудий разорвались в казематах броненосцев, и корабли были вынуждены выйти из боя, потеряв И человек убитыми и 43 — ранеными. Потери защитников форта были также невелики, однако моральный эффект штурма оказался значительным. Когда 16 февраля войска генерала Гранта пошли на приступ, подавленный и деморализованный гарнизон не оказал практически никакого сопротивления. Северяне окончательно прорвали северную оборонительную линию мятежников, и с этого времени начинается постепенное очищение нижнего течения Миссисипи и ее притоков от войск южан.

В ходе продвижения федеральной армии на юг на долю броненосцев выпала весьма напряженная боевая нагрузка. Так, в ночь на 4 апреля 1862 года броненосец «Каронделе» проскользнул незамеченным мимо грозных батарей Острова № 10 неподалеку от Нью-Мадрида. Два дня спустя такой же прорыв повторил «Питтсбург». А 8 апреля они, действуя совместно с сухопутными войсками, принудили к сдаче пятитысячный гарнизон Острова.

К середине 1862 года флотилия капитана Дэвиса, спускавшаяся по Миссисипи, достигла Виксберга; с юга к нему приближалась эскадра морских кораблей капитана Фаррагута, прорывавшаяся на север от устья. Однако продвижение Фаррагута, не поддержанное действиями сухопутных войск, оказалось безуспешным. Ему пришлось снова уйти на юг, и Миссисипи перешла в руки северян лишь через год, после того, как 4 июля 1863 года пал Виксберг, а 9 июля — Порт Гудзон.

Итак, главная часть тяжелой боевой работы по «великому очищению» реки легла на казематные броненосцы Идса, — речные мониторы начали вступать в строй лишь с мая 1863 года. Три броненосца были уничтожены артиллерийским огнем и подводными электрическими минами южан, причем «Кейро» стал первым в истории кораблем, потопленным с помощью мины. Это случилось 12 декабря 1862 года, когда броненосец шел по притоку Миссисипи реке Язу неподалеку от Виксберга. Мину южане подорвали с берега в 11.15, когда «Кейро» оказался над ней. Мощный взрыв сотряс корпус, и он стал быстро заполняться водой. Уже заливало палубу «Кейро», когда удалось принять команду на борт другого корабля…

Огромное влияние на дальнейшее развитие американских речных броненосцев оказал сенсационный успех «Монитора» в бою на Хэмптонском рейде. В апреле 1862 года, всего через месяц после этого знаменитого сражения, Идсу, который продолжал проектировать новые речные броненосцы «мэрримаковского» типа, было предложено воспользоваться опытом Эрикссона. Идс спроектировал речной броненосец «Озарк», вооружение которого состояло из двух 279-мм орудий Дальгрена, установленных в эрикссоновской башне с толщиной брони 152 мм, одной поворотной 254-мм пушки на палубе и трех 229-мм орудий в броневом каземате с толщиной железных стенок 63 мм.

Чтобы среднее углубление этого корабля не превосходило 1,5 м, Идсу пришлось пуститься на небывалые ухищрения: на «Озарке» было установлено шесть котлов и четыре паровые машины, приводившие в действие четыре винта. Их диаметр достигал 2,13 м, так что лопасти больше чем на 70 см выходили из воды. Заказ на этот необычный корабль был выдан 14 мая 1862 года, а пару дней спустя в Питтсбурге заложили еще два близких к нему по конструкции речных броненосца: «Мариетта» (USS «Marietta»)w «Сендаски» (USS «Sandusky»). Их строительство, хотя и было щедро профинансировано, — Конгресс США выделил на каждый из этих кораблей по 188 тыс. долларов, — шло до такой степени неторопливо, что эти броненосцы так и не были приняты флотом до конца войны.

Трудности размещения силовой установки, связанные с требованием морского департамента уменьшить осадку до 1,35 м, побудили Идса спроектировать первый чисто речной монитор — корабль с кормовым гребным колесом диаметром 5,8 м и шириной 5,2 м, размещенным в броневом кожухе. Кроме того, он разработал оригинальную орудийную платформу, которая могла подниматься и опускаться внутри вращающейся броневой башни с помощью пара, впускаемого в вертикальный цилиндр. Однако морской департамент отверг этот вариант и обязал конструктора принять башни Эрикссона.

По этому проекту Идс построил «Ниошо» и «Осейдж», заказанных ему 21 мая 1862 года. Через несколько дней стали строиться четыре других корабля: «Виннебего», «Кикапу», «Чикасо» и «Милуоки». Это были первые в истории двухбашенные четырехвинтовые речные мониторы. При солидном водоизмещении 1300 т они имели в длину почти 70 метров — что ставило их в один ряд с «океанскими» мониторами. Четыре паровые машины позволяли им развивать скорость до 9 узлов. При заключении контракта на постройку этих кораблей Идсу удалось настоять на своем: помимо одной башни Эрикссона на каждом из мониторов типа «Виннебего» устанавливалась и одна башня Идса с подъемной орудийной платформой. Суммарная толщина башенной брони составляла 203 мм. В каждой башне находилось по два 279-мм гладкоствольных орудия Дальгрена.

К окончанию Гражданской войны в строй успели вступить последние мониторы этого класса — типа «Милуоки» («Milwaukee»). В 1863 году правительство Линкольна решило построить большую серию речных мониторов с еще меньшей осадкой — 1,2 м. Прославленный Эрикссон, взявшийся за осуществление проекта, убедился, что создать удачные корабли с такими параметрами невозможно. Тогда за дело взялся главный инженер бюро кораблестроения А. Стимере. Решив, что размеры (и стоимость!) предыдущей серии оказались явно завышенными, северяне вернулись, практически, к проекту «Пассаика», уменьшили калибр главной артиллерии (т. к. промышленность просто изнемогала от заказанных 15-дюймовых мастодонтов) до привычных 11 дюймов и несколько увеличили скорость. Зато на этих «корабликах» было уже две башни, что конечно же выводило их на качественно новый уровень огневого воздействия: при грамотном управлении огнем противник оказывался практически под непрерывным обстрелом, что значительно уменьшало его возможности по маневрированию в целях ослабления вражеского огня. Но за удвоенную артиллерийскую мощь пришлось платить более чем удвоенным экипажем. По разработанному Стимерсом проекту весной 1863 года было заказано двадцать речных мониторов типа «Каско», о строительстве которых один историк говорил впоследствии как о «самом чудовищном в истории примере вмешательства гражданских властей в административную и техническую деятельность флота». В самом деле, грубейшие просчеты выявились уже при постройке «Чимо» (USS «Chimo») — головного корабля серии. Во время спуска его корпус целиком ушел под воду, а когда он наконец всплыл, выяснилось, что высота его борта составляет всего 7,5 см! И это без башни, орудий и боеприпасов!

Монитор “Casco”

Монитор прибрежного действия «Каско» («Casco») типа «Чимо» (USS «Chimo»), США, 1864 г.

Водоизмещение — 1175 т;

Длина — 68,6 м;

Ширина — 13,7 м;

Осадка — 2,8 м;

Скорость хода — 9,0 уз.;

Бронирование:

башня — 203 мм, боевая рубка — 254 мм, палуба — 75 мм;

Вооружение: 1x279 мм (Dahlgren), 1 торп. ап.

Всего построено 20: «Casco», «Chimo», «Cohoes», «Etlah», «Klamath», «Кока», «Modoc», «Napa», «Naubuc», «Nausett», «Shawnee», «Shiloh», «Squando», «Suncook», «Tunxis», «Umpqua», «Wassuc», «Waxsaw», «Yazoo», «Yuma».

Заложен в апреле 1863 г. по проекту Дж. Эрикссона корабельным инженером Стимерсом (Alban С. Stimers) на верфи Атлантик (Atlantic Works) в Бостоне. Спущен на воду в мае 1864 г., вступил в строй 4 декабря 1864 г. По утверждению Эрикссона: «Стимере испортил проект корабля», т. к. корабль был признан неудачным (как и вся серия) и потребовал обширных доработок, включая удаление башен и установку орудия на поворотный лафет. После переделок был направлен на Хэмптонский рейд. Также служил на реке Джеймс (James River) и принимал участие в осаде Ричмонда. Впоследствии был причислен к Потомакской флотилии. В 1869 г. переименован в «Хироу» («Него»). Разобран в апреле 1875 г.

Монитор “Chimo”

Монитор “Shawnee”

Пришлось вновь обратиться к Эрикссону. По его совету первые пять кораблей этого типа переделали в миноносцы, вооруженные шестовыми минами. Вместо одной башни с двумя орудиями на них устанавливалось одно поворотное орудие: на «Чимо» — 150-фунтовое нарезное орудие Паррота, на остальных четырех — 279-мм гладкоствольные пушки Дальгрена. Борта оставшихся пятнадцати корпусов нарастили на 380 мм и сделали выгнутую к диаметральной плоскости карапасную (имеющая наклон к бортам для стока штормовой воды) палубу со стрелой погиби 180 мм. Но после установки башни и штатного вооружения осадка увеличилась почти до 3 м. Разумеется, такие мониторы были приняты флотом, что называется, «со слезами на глазах».

В результате практически все «речные броненосцы», реально действовавшие на Миссисипи во время Гражданской войны, оказались спроектированными одним Идсом.

На морях и океанах же Север, «нащупав жилу», бросил все свои силы на то, чтобы «забить» своими мониторами все заливы Атлантического побережья. Удачно найденный тип копировался в серийных масштабах — от серии к серии только увеличивались размеры корабля и калибр орудий. Дальнейшим развитием класса прибрежных мониторов стали корабли типа «Каноникус» («Canonicus»), в которых увеличение водоизмещения (более чем в два раза по сравнению с «Монитором») пошло, главным образом, на увеличение площади бронирования — при заметно «подросших» геометрических размерах, установке двух огромных 15-дюймовых орудий и некоторого утолщения броневой палубы. Правда, увеличив мореходность и обитаемость новоиспеченных мониторов, конструкторам пришлось пожертвовать толщиной бронезащиты главного элемента корабля — башни. Но северяне резонно посчитали, что в условиях блокады южане просто не смогут разработать и воспроизвести в металле новые орудия, которые могли бы реально угрожать броне постоянно совершенствующихся мониторов.

Неудивительно, что при таких настроениях весной и летом 1862 года морской департамент наряду с выдачей заказов на постройку мониторов для действия на реках и в прибрежной полосе заказал и несколько «быстроходных океанских крейсеров мониторного типа» (Seagoing monitors). Первым из них стал «Диктатор» (USS «Dictator»), спроектированный самим Дж. Эрикссоном. Это был крупный боевой корабль водоизмещением почти в 4,5 тыс. тонн, построенный из дерева и обшитый толстенной железной броней. Правда, для такого водоизмещения вооружение казалось слабоватым — две 15-дюймовки Дальгрена, т. е. как и на «Каноникусе» (при втрое меньшем водоизмещении!). Но, справедливости ради, надо признать, что две таких пушки или четыре — печальная судьба противника была предрешена… Предполагалось, что две паровые машины общей мощностью 5 тыс. л. с., вращая двухлопастный винт диаметром 6,6 м, сообщат кораблю скорость около 16 узлов (!). Но на испытаниях «Диктатор» не смог показать больше 12 узлов. Вступив в строй флота за пять месяцев до окончания Гражданской войны, этот монитор использовался только в прибрежных операциях.

Монитор «Milwaukee»

Монитор прибрежного действия «Милуоки» («Milwaukee»), США, 1864 г.

Водоизмещение— 1300 т;

Длина — 68,6 м;

Ширина — 13,3 м;

Осадка — 1,9 м;

Мощность — 320 л.с.;

Скорость хода — 9,0 уз.;

Бронирование (кованое железо):

боевая рубка — 203 мм, башня — 203 мм, палуба — 38 мм;

Вооружение: 4x279 мм; Экипаж — 138 чел.

Всего построено 4: «Milwaukee», «Winnebago», «Chickasaw», «Kickapoo».

Первый двубашенный монитор. Заложен 4 февраля 1864 г. конструктором Дж. Идсом (James В. Eads) на верфи в Каронделет (Carondelet) и 27 августа 1864 г. вступил в строй. 15 октября 1864 г. корабль присоединился к Блокирующей эскадре Западного Залива (West Gulf Blockading Squadron) и принимал участие в боевых действиях против Нового Орлеана и Мобила. Погиб в сражении за «Испанский форт» (Battle of Spanish Fort) 28 марта 1865 г., натолкнувшись на мину заграждения.

Монитор «Kickapoo».

Монитор "Chickasaw”

Второй океанский монитор Эрикссона — «Пуритан» (USS «Puritan») — отличался от «Диктатора» еще большим водоизмещением (почти 5000 т), т. е. как у крупнейших парусно-винтовых линкоров и чуть меньше, чем у «полноценного» «Глуара»! Но к моменту окончания войны он еще не был готов, после окончания войны не достраивался и простоял на стапеле до 1874 года.

Заказывая Эрикссону эти корабли, департамент требовал, чтобы на них устанавливалось по две башни, но изобретателю удалось убедить моряков, что при данном водоизмещении и размерах однобашенная схема позволит смонтировать на кораблях более крупные орудия и более толстую броню. Однако моряки настаивали на своем, и в результате первым американским двухбашенным монитором стал «Онондага» (USS «Onondaga») — сравнительно небольшой корабль водоизмещением 1250 т. Непонятно почему, но этот корабль американцы также относили к классу мореходных мониторов, хотя по всем своим параметрам он был практически идентичен «Пассаику» и заметно уступал «Каноникусу». Четыре паровые машины суммарной мощностью 420 л. с. и два винта диаметром 3,05 м сообщали кораблю такую же, как у «речных братьев», скорость — до 6 узлов. В каждой из двух башен корабля размещалось по одному 381-мм гладкоствольному орудию Дальгрена и одному 150-фунтовому нарезному орудию Паррота. Вступив в строй флота в марте 1864 года, монитор участвовал в боях с броненосцами южан на реке Джеймс (James River), а после окончания войны строитель «Онондаги» Дж. Квинтард (George W. Quintard) выкупил ее у флота и продал во Францию, где она использовалась в качестве броненосца береговой обороны до 1903 года.

Вообще, разобраться в классификации американских мониторов довольно-таки сложно. Даже самые маленькие мониторы речного класса, действовавшие в составе речной флотилии на Миссисипи (Mississippi River Squadron), о которых мы рассказали подробно чуть выше, представляли из себя уменьшенные до 500 тонн копии «Монитора» с неизменными 11-дюймовками Дальгрена. Отличить их от океанских родственников без масштабной линейки достаточно проблематично. Та же округлая башня, та же палуба вровень с водной поверхностью, та же одинокая труба…

В операциях Гражданской войны успели принять участие только два двухбашенных монитора («Онондага» и «Монаднок»), но почти за год до постройки «Онондаги» в строю американского флота появился первый и единственный трехбашенный корабль, который, правда, нельзя считать монитором в строгом смысле слова. То был однотипный с «Мэрримаком» паровой фрегат «Роанок» («USS Roanoke») — свидетель схватки «Монитора» и «Вирджинии», который в декабре 1862 года решили переделать в броненосец. Для этого у корабля срезали всю верхнюю часть, установили железный таран и три вращающиеся мониторные башни. «Роанок» вступил в строй 26 июля 1863 года и стал, таким образом, первым в истории мореходным башенным кораблем.

Однако надежд строителей он не оправдал: корпус его оказался слишком слабым для тяжести трех башен. Корабль сильно качался даже на умеренной волне и представлял собой весьма уязвимую цель для вражеских канониров, потеряв главное преимущество своего «прародителя» — отсутствие надводного борта. Вот почему энтузиасты с нетерпением ожидали вступления в строй мониторов, спроектированных специально для океанской службы. Определившись на троице («Диктатор»-«Онондага»-«Пуритан») со своими приоритетами для «океанских мониторов» (словосочетание эквивалентное «сверхзвуковому дирижаблю» или «реактивному биплану»), Север заложил целую серию однотипных кораблей типа «Миантономо» («Miantonomoh»), являющихся развитием идей, заложенных в «Онондоге», но в увеличенном варианте. При водоизмещении в 3,4 тыс. тонн они были вооружены четырьмя 15-дюймовками в двух башнях.

Монитор “Passaic”

Монитор прибрежного действия «Пассаик» («Passaic»), США, 1862 г.

Водоизмещение — 1355 т;

Длина — 60,9 м;

Ширина — 14,0 м;

Осадка — 3,8 м;

Мощность — 320 л.с.;

Скорость хода — 7,0 уз.;

Бронирование (кованое железо):

бортовой пояс — 76…127 мм, башня — 279 мм, палуба — 25 мм;

Вооружение: 1x381 мм, 1x279 мм;

Экипаж —85 чел.

Всего построено 10: «Passaic», «Montauk», «Nahant», «Patapsco», «Weehawken», «Sangamon», «Catskill», «Nantucket», «Lehigh», «Camanche».

Строился no проекту Дж. Эрикссона на верфи Continental Iron Works в Гринпоинте, Нью-Йорк. Спущен на воду 30 августа 1862 г. и вступил в строй 25 ноября 1862 г. Был направлен к Хэмптонскому рейду в составе Североатлантической блокирующей эскадры, но сразу после прибытия был вынужден отправиться на ремонт в Вашингтон. Во время ремонта корабль посетил президент Линкольн. После окончания ремонта буксировался вместе с «Монитором» к Бьюфорту, Северная Каролина, и только неимоверными усилиями экипажа был спасен. Принимал участие в операции против Чарльстона, Южная Каролина, и форта Мултрай (fort Moultrie). Прослужил во флоте США до 1898 года. Продан на слом 10 октября 1899 г.

Напоминая по внешнему виду «Онондагу», эти корабли были на 12 м длиннее ее и почти втрое больше по водоизмещению — 3400 т. Продолжая логическое развитие этого класса «океанских мониторов» от «Онондаги» к «Пуритану», «Миантономо» послужили прототипом для еще более крупных океанских мониторов следующей серии типа «Каламазу» («Kalamazoo», «Passaconaway», «Quinsigamond», «Shakamaxon») — самых крупных боевых кораблей, спроектированных в США во время Гражданской войны по проекту Б. Дилано (Benjamin F. Delano). При водоизмещении 6160 т и длине 105 м они должны были нести по две башни, в каждой из которых устанавливалось по два 381-мм орудия Дальгрена. Достройка этих кораблей была приостановлена после окончания войны, а в 1884 году они были разобраны на стапелях.

Но к 4 октября 1864 года, когда в списках флота появился первый «океанский монитор» — «Монаднок», — произошли события, сильно пошатнувшие репутацию кораблей такого типа.

Неприятности начались с гибели «Монитора». Спустя год — 6 декабря 1863 года — еще более нелепо погиб другой монитор — «Уихаукен» (USS «Weehawken», типа «Пассаик»). Он утонул средь бела дня, стоя на якоре в гавани Чарльстона. В открытый для вентиляции носовой люк неожиданно хлынула вода — от случайно набежавшей волны. Монитор получил дифферент на нос, и внутрь через клюзы полились новые потоки. Находившиеся в недрах корабля моряки бросились к единственному выходу через башню, возникла страшная давка… И не прошло трех минут, как «Уихаукен» скрылся под водой, унося с собой тридцать человек.

Ничтожная плавучесть мониторов самым пагубным (для их экипажей) образом сказалась при столкновениях с минами южан, от которых «боевые корабли», в отличие от мэрримакоподобных «утюгов», тонули почти мгновенно. Первым от них погиб «Текумсех» (USS «Tecumseh», типа «Canonicus») во время прорыва эскадры адмирала Фаррагута (David Glasgow Farragut) в залив Мобил (Battle of Mobile Bay) 5 августа 1864 года. Также погибли мониторы «Милуоки» (USS «Milwaukee»), «Осейдж» (USS «Osage», типа «Neosho») и «Патапско» (USS «Patapsco», типа «Passiac»).

Быстрота, с которой уходили на дно корабли, и обилие человеческих жертв сильно пошатнули репутацию мониторов. Поэтому, как только закончилась война, руководители морского департамента решили продемонстрировать всему миру высокую мореходность кораблей этого класса. Весной 1866 года стало известно, что помощник секретаря морского департамента (Assistant Secretary of the Navy) Густав Фокс (Gustavus Vasa Fox) должен отправиться в Кронштадт на мониторе «Миантономо» и передать послание Конгресса русскому царю. Узнав об этом, противники мониторов ехидно писали в газетах, что наконец-то Фокс будет наказан — погребен на дне океана в одном из тех «плавучих гробов», постройке которых он гак энергично содействовал во время войны.

Однако сообщения о том, что однотипный с «Миантономо» монитор «Монаднок» успешно совершает переход с восточного побережья США в Сан-Франциско через мыс Горн, заставили газеты притихнуть. И 5 июня 1865 года «Миантономо» с Фоксом на борту, под командованием коммодора Бьюмонта (Comdr. John С. Beaumont), сопровождаемый двумя колесными пароходами «Августа» («Augusta») и «Эшелот» («Ashuelot»), вышел из порта Сент-Джонс на Ньюфаундленде в свой первый трансатлантический переход. Спустя десять дней — 16 июня — он вошел в ирландский порт Куинстаун (Queenstown).

В своем отчете морскому департаменту Фокс отзывался об океанском плавании на «Миантономо» не иначе как о «приятной прогулке». «Мы можем быть уверены, — писал он, — что броненосцы типа мониторов гораздо лучше бортовых судов как для боевых целей, так и для крейсерства (!?). Хорошо построенный монитор, обладающий всеми качествами, требуемыми от крейсера, должен иметь только одну башню, вооруженную не менее как 20-дюймовыми (503-мм) орудиями, два отдельных винта и обыкновенную парусность. Удобства, предоставляемые монитором для офицеров и команды, значительно лучше тех, какие имеют прочие суда нашего флота, потому что он обладает остойчивостью, хорошей вентиляцией, ярким светом, проходящим не через бортовые иллюминаторы, а через палубные люки, и всеми другими приспособлениями».

Это оптимистическое заявление резко расходилось с мнением других моряков, плававших и воевавших на мониторах. Так, из семи мониторов, участвовавших в первом штурме Чарльстона, четыре в течение почти часа не могли вести бой из-за «расслабления» команды. Командир «Монаднока» в своем рапорте писал, что температура в котельном отделении порой достигала 50…60°, и что однажды шестнадцать кочегаров были вынесены на палубу в бессознательном состоянии. Да, кстати говоря, и сам Фокс не решился вторично испытать прелести «приятной прогулки» на мониторе, и обратно в США через Атлантику «Миантономо» шел на буксире за пароходом.

Из огромной, насчитывавшей 61 корабль, эскадры мониторов, заложенных на американских верфях во время Гражданской войны, шесть погибли в боях и от несчастных случаев, три были проданы — «Онондага» во Францию, а «Катавба» (USS «Catawba») и «Онеота» (USS «Oneota») — в Перу. На стапелях были законсервированы недостроенные крупные мониторы типа «Каламазу», а у достроечного причала — многострадальный эрикссоновский «Пуритан». Остальные же 55 речных, прибрежных и океанских мониторов были выведены в резерв и впоследствии проданы на слом.

Монитор «Canonicus»

Монитор прибрежного действия «Каноникус» («Canonicus»), США, 1863 г.

Водоизмещение — 2100 т;

Длина — 68,6 м;

Ширина — 13,3 м;

Осадка — 4,1 м;

Мощность — 320 л.с.;

Скорость хода — 7,0 уз.;

Бронирование (кованое железо);

бортовой пояс — 76… 127 мм, башня — 254 мм, палуба — 38 мм;

Вооружение: 2x381 мм; Экипаж — 85 чел.

Всегопостроено 9: «Canonicus», «Saugus», «Tecumseh», «Manhattan», «Mahopac», «Wyandotte», «Ajax», «Catawba», «Oneota».

Был заложен 1 августа 1863 г. инженером Г. Лорингом (Harrison Loring) на верфи Бостона и вступил в строй 16 апреля 1864 г. Был направлен 03 мая 1864 г. в Ньюпорт, Вирджиния, в состав Джеймс Ривер флотилии (James River Flotilla), где принимал активное участие в обстреле береговых батарей южан. 15 декабря 1864 г. был назначен в Североатлантическую блокирующую эскадру и принимал участие в обстреле Бьюфорта и форта Фишер. В конце войны, в феврале 1865 г. входил в состав Южноатлантической блокирующей эскадры и участвовал в блокаде Чарльстона. Состоял в составе флота до 1877 г. Продан на слом 19 февраля 1908 г.

Спуск на воду монитора “Modoc”

Соединенные Штаты Северной Америки не извлекли для себя ничего поучительного из опыта этой войны, по крайней мере, в военно-морских вопросах; напротив, они забросили флот самым ужасным образом. Флот потерял всякий интерес для государственных деятелей, политиков и деловых людей, и даже для конструкторов. Уже через несколько лет сильному на море противнику ничего не стоило применить против них такую же морскую блокаду, какую Север провел против Юга.

В событиях этой войны особенно явственно проявилось значение господства на море. Только флот сделал возможной окончательную победу Севера над Югом; его прямо можно назвать «спасителем» Севера. А вот слава мониторов оказалась недолговечной, хотя они и оказались весьма востребованными кораблями, но — для речных и озерных флотилий.

Почему мы на страницах нашего Корабельного каталога так много места уделили этим кораблям? Прежде всего потому, что именно сражения Гражданской войны в США наглядно показали и доказали всему миру — время «деревяшек» ушло безвозвратно. Это стало предельно ясно сразу после сражения на Хэмптонском рейде. Также, после последующих операций флота Севера против фортов Юга на Миссисипи, стала насущной перестройка всей системы береговой обороны — перспектива, которая ввергала в отчаяние военных министров и министров финансов всех великих держав. И последующие события во время англо-франко-русского кризиса, вызванного польским восстанием, подтвердили необходимость таких действий…

• АВИАЦИОННЫЙ КАТАЛОГ

Поздно, господа!

Раздел выходит под редакцией Мороза С.Г.

Августовским днем 1938 года в берлинском аэропорту Темпельгоф совершил посадку эффектный серебристый моноплан, сразу привлекший к себе всеобщее внимание. Рейсом из Парижа прибыл почтовый (так значилось в таможенной декларации) самолет Амио 340, однако «француз» меньше всего походил на гражданское воздушное судно — по компоновке это был классический бомбардировщик, причем вполне современный…

В 1934 году Штаб ВВС Франции принял программу развития военной авиации, так называемый «План I». И военные, и промышленники к тому времени уже ощутили иллюзорность статуса Франции как ведущей авиационной державы. Техническая отсталость и недостаточная численность авиапарка особенно чувствовались в бомбардировочной авиации: появившиеся в начале 30-х самолеты, такие как Блош М.В. 200 или Фарман 222 (см. «НиТ № 10  2007 г.) стали устаревшими, едва родившись. «План I» предусматривал к концу 1936 года иметь 1010 современных боевых самолетов первой линии, в т. ч. 450 бомбардировщиков: 210 средних фронтовых, 210 тяжелых двухмоторных дальнего действия и 20 сверхтяжелых четырехмоторных. Фирмы с энтузиазмом принялись воплощать «План I» в жизнь, дело казалось верным в части прибыли.

Фирма «Блош» приступила к проектированию четырехмоторного скоростного и высотного бомбардировщика М.В. 135В4, опираясь на опыт создания двухмоторного авиалайнера М.В. 220, от которого самолет унаследовал чистоту обводов и удачные пропорции крыла. Летные испытания начались в 1938 году и показали, что скорость и высотность достаточны, но из-за слабых моторов (по 710 л.с. на взлете) для разбега нужен был слишком большой аэродром, а бомбовая нагрузка ограничивается 1200 кг. Марсель Блош не стал оспаривать претензии заказчика, а включился в конкурс на создание нового тяжелого бомбардировщика, который шел под шифром А. 20.

М.В. 134

Новый самолет должен был днем без поддержки истребителей действовать по главным целям во вражеском тылу, будучи способным даже в одиночку нанести чувствительный ущерб. Основными претендентами на новый заказ были проекты частных фирм Бреге 482 и Амио 380, а также продукт государственного концерна «Сюд-Уэст» (SNCASO) — С.А.О. 700. В объединение «Сюд-Уэст» вошли кроме заводов Блоша «Луар эт Оливье», SASO, UCA и другие национализированные в 1937 году частные фирмы.

Блош был ярым противником национализации и, когда ему просто не оставили выбора, он продолжал упорно называть свои самолеты индексом М.В., а не S.O., как настойчиво требовало новое руководство и Министерство авиации. Несмотря на натянутые отношения с директорами концерна, его проект М.В. 162В5 оказался настолько хорош, что не только был принят к производству, но и получил больший приоритет в финансировании, чем С.А.О. 700.

C. А. О. 700

Залогом успеха была преемственность с предыдущими проектами фирмы и, прежде всего, унификация с новым пассажирским самолетом М.В. 160, проект которого по заказу авиакомпании «Эр Африк» Блош закончил накануне национализации. Самолет был построен, но одна проблема мешала начать летные испытания — лобовые радиаторы не обеспечивали охлаждение моторов Испано-Сюиза H.S. 12Xirs. В это время «Гном-Рон» предложил глубокую модификацию своего G.R.14K. Мотор, G.R.14N развивал на взлете 1150 л.с., против 720-ти у «Испано-Сюизы», высотная же мощность доходила до 900 л.с. Переделанный под «Гном-Роны» М.В. 161 имел большие перспективы, но рост мощности позволил замахнуться на более амбициозный проект — Транс-Late 570 атлантический почтовый, курьерский и рекордный самолет М.В. 162 «Рейд» с дальностью полета 7000 км.

Работа по «рейду» продвигалась быстро, но в 1938 году Министерство авиации принимает решение о закрытии целого ряда гражданских проектов в пользу военных, и Блош решает переделать его в бомбардировщик М.В. 162В5. Для этого фюзеляж заузили, снабдили остекленной кабиной штурмана с установкой в носу бомбардировочного прицела и 7,5-мм пулемета MAC. Новейшее 20-мм орудие H.S. 405 и спаренный с ним MAC поставили в верхней башне, на нижней турели была одна пушка H.S. 405. Объемистый отсек вмещал 3600 кг бомб. Значительным отличием от пассажирского прототипа стало двухкилевое оперение, которое не только было меньше и легче обычного однокилевого у М.В. 160, но и расширило зоны обстрела верхней установки.

На Парижском авиасалоне 1938 года был показан натурный макет М.В. 162В5, но на Самом деле дела обстояли отнюдь не блестяще. К лету 1939 года Бреге 482 и С.А.О. 700 находились в зачатке, лишь завод SNCASO в парижском пригороде Курбевуа отрапортовал о готовности всех агрегатов М.В. 162В5. Но пока ждали моторов, радио, гидравлики и электрики, началась война, и на окончательную сборку на завод в Виллакублэ фюзеляж, крыло и оперение были перевезены лишь в начале 1940 года, когда было принято решение об отказе от «сверхтяжелых» бомбардировщиков в пользу средних.

В августе 1936 года проваленный промышленностью «План I» развития ВВС был аннулирован и заменен «Планом II», который предусматривал строительство уже 984-х средних бомбардировщиков большой дальности, из них 492 планировалось поставить в 41 эскадрилью первой линии, остальные шли в резерв и в учебные части. Экспорт новых самолетов запрещался. Переломный для промышленности Франции 1937-й год, год национализации и укрупнения предприятий, принес большие проблемы: заводы нуждались в модернизации и не могли обеспечить выполнение госзаказа, который все увеличивался. Принятый в 1938 году «План V» (взамен очередного невыполненного) был неконкретен, и формирование нового заказа было завершено лишь в начале 1939 года. Дальних бомбардировщиков требовалось теперь 1188, но большинство их должно было пойти в резерв, а части первой линии должны были принять лишь 396.

Late 570

Штаб ВВС, осознав пагубность чрезмерного разнообразия самолетов одного назначения как для производства (это мешало наладить массовое производство), так и для эксплуатации (трудности ремонта, снабжения запчастями, сложность организации освоения в частях и совместного использования в боевых операциях), хотел иметь один тип бомбардировщика. На конкурс были поданы проекты Луар эг Оливье 45, Амио 340, Латекоер 570, Романо 120 и Блош 134. Были также и внеконкурсные предложения, вершиной оригинальности здесь был бесхвостый биплан-тандем Делане D1. 150, но реальными претендентами на заказ оказались лишь два первых конкурсанта.

Технические условия на дальний бомбардировщик были подписаны 17 ноября 1934 года. Это должен был быть пятиместный двухмоторный моноплан (к аэродинамическому совершенству предъявлялись особые требования), который бы при полезной нагрузке 1500 кг имел дальность 900 км (этого было достаточно для бомбардировки с территории Франции любого завода в Руре). На высоте 4000 м самолет должен был развивать скорость 400 км/ч.

Опытный Амио 340 был готов в 1938 году. Его испытания дали неожиданный результат: пожелания военных оказались слишком скромными, промышленность была готова дать машину куда лучше, чем хотели генералы. На радостях ВВС выдали заказ на 130 Амио 340В5, но фирма сама видела и недостатки своего детища. Сославшись на то, что требования к самолету устарели, руководство «Амио» добилось изменения задания и отсрочки даты поставки серийных машин.

Экипаж был сокращен с пяти до четырех человек, уменьшили количество огневых точек, сняли требования унификации с транспортным вариантом и т. д., так появился проект Амио 350. Конструкторы постарались максимально облегчить каркас и системы, в результате машина имела рекордную весовую отдачу (отношение массы полной нагрузки к максимальной взлетной) — более 62 %! Во многом этого удалось добиться за счет разделения бомбоотсека силовым шпангоутом, что ограничило пагубное влияние выреза в фюзеляже на его жесткость, но препятствовало подвеске тяжелых бомб.

Brege 482

Главные особенности цельнометаллической конструкции 340-го проекта (тонкое крыло большого сужения или сигарообразный фюзеляж с обшивкой из клепанных впотай панелей двойной кривизны) остались, но вместо ненадежных высотных моторов G.R. 14Р были применены G.R. 14N38/39 по 950 л.с. на взлете. Все комплектующие, вооружение, радио и приборы, которые еще не находились в массовом производстве, были заменены серийными, но первый опытный Амио 351.01 был готов лишь к началу 1939 года. Как только он совершил первый полет, фирме был выдан кредит на развертывание серийного выпуска. Заказ определили лишь в конце лета — 830 машин.

Однако фирма распорядилась полученными деньгами не вполне адекватно. Вместо того, чтобы сразу начать поставки машины, которая, как она сама утверждала, была вполне готова, фирма заложила лишь небольшую установочную серию из 17-ти Амио 351В4, а львиную долю остальных средств направила на создание множества модификаций.

Основной упор был сделан на поиск альтернативной силовой установки. Когда принималось решение о переделке Амио 340, предполагалось использовать моторы Испано-Сюиза H.S. 12, и теперь появилась возможность закончить оснащенные ими прототипы Амио 350 (H.S. 12Y28/29, 920 л.с. на расчетной высоте) и Амио 352 (H.S. 12Y50/51, 1100 л.с. на расчетной высоте). Следующим шагом стал высотный Амио 357 с гермокабинами и H.S. 12Z-89 (с турбокомпрессорами 1200 л.с. на большой высоте). Пытались использовать и иностранные моторы: английские Роллс-Ройс «Мерлин» III (1030 л.с. на расчетной высоте, Амио 353), «Мерлин» X (1130 л.с. на высоте, Амио 356), или американские 1200-сильные Пратт-Уитни R-1830 на Амио 358. Однако эта бурная деятельность лишь отвлекала от главного — необходимости повысить надежность машины и сделать управление ею безопасным и доступным летчикам со средним уровнем подготовки.

Сделанное для удобства ведения огня назад из верхней установки разнесенное двухкилевое оперение оказалось не совсем подходящим, особенно на взлете и посадке, когда углы атаки и скоса потока за крылом максимальны. На модификации Амио 354 перешли к обычному центральному килю большой площади, который вернул машине нормальные характеристики устойчивости. Другим отличием «354-го» от первой базовой модели Амио 351В4 стали более мощные 1070-сильные моторы G.R. 14N38/39. Головной Амио 354 был облетан в конце 1939 года, когда уже шла война. Результаты испытаний были удовлетворительными, и фирма получила контракт на 45 серийных машин этой версии. В случае успеха войсковых испытаний планировалось большинство из общего пакета заказов в 830 самолетов сделать именно в таком варианте.

М.В. 160

Одновременно с «Амио» и другими конкурсантами в далеком 1934 году проектировать «стандартный» бомбардировщик начал и «Луар эт Оливье». По компоновке LeO 45В5 напоминал Амио 350, однако при почти таком же крыле имел более длинный фюзеляж, больший вес каркаса, мог взять больше бомб. Особенностью машины было и то, что носовой пулемет установили неподвижно.

Максимальным вариантом бомбовой загрузки было размещение двух бомб по 500 кг и трех по 200 кг в фюзеляже, еще две 200-кг бомбы подвешивались в крыле. Широкого варьирования загрузки не предусматривалось, т. к. считалось, что бомбардировщик будет действовать только по объектам типа заводов, портов, железнодорожных станций, или по укрепрайонам, и мелкие бомбы не нужны.

Конструкторы LeO выбрали новые двухрядные звездообразные моторы воздушного охлаждения Испано-Сюиза H.S. 14Аа6/7 с полетной мощностью 980 л.с. на уровне моря. На взлете они развивали 1080 л.с., а на высоте 4000 м — 1120 л.с.

Проект LeO 45В5 был выполнен в 1935 году, но в ходе его защиты (как и для Амио 350) был сделан вывод, что, сократив экипаж до 4-х человек, можно повысить скорость и высотность. Самолет при более мощном вооружении был способен выдерживать большие перегрузки, чем Амио, и имел более совершенное оборудование, позволявшее пилотировать его и ночью.

Опытный LeO 45.01 был построен на заводе фирмы «Луар эт Оливье» в Аржентвиле и совершил первый полет 16 января 1937 года. По скорости и высотности он перекрыл заявленные в проекте данные, разгоняясь на четырехкилометровой высоте до 480 км/ч, а в пологом пикировании скорость достигала 624 км/ч, не вызывая флаттера. Но моторы, которые приходилось менять в среднем через каждые 18 часов работы, показали себя с наихудшей стороны. Думали, что причиной всему было недостаточное охлаждение цилиндров и масла в системе смазки. Переделка капотов и маслорадиаторов привела температуры к норме и одновременно повысила скорость самолета, которая в горизонтальном полете достигла заветного рубежа 500 км/ч, но в ходе государственных испытаний летчик испытательного центра ВВС Жан Думерк был вынужден садиться на фюзеляж из-за одновременного отказа обоих двигателей. Десятитонный самолет, пропахав 150-метровую борозду, оказался практически не поврежден, что произвело сильное впечатление на военных и лишь повысило рейтинг LeO.

В конце августа 1938 года, после длительной и мучительной доводки силовой установки с «Испано», для чего было построено еще два прототипа, LeO 450В4 с теми же моторами и LeO 452В4 с H.S. 14Аа 12/13 (1150 л.с.) было решено установить в те же капоты близкие по размерам «Гном-Роны» модели G.R. 14N 20/21 (1030 л.с. на высоте 5000 м). Летные характеристики остались на том же высоком уровне, и в октябре переделанный самолет уже был показан на Парижском авиасалоне.

Как и фирма Марселя Блоша, «Луар эт Оливье» не избежал национализации, войдя в феврале 1937 года в государственное объединение «Сюд-Эст» (SNCASE). Базовым предприятием по М.В. 162 выпуску LeO 45 был определен завод SNCASE в пригороде Марселя Мериньян. Там было запущено две сборочных линии, на которые поступали как агрегаты собственного производства, так и получаемые с других предприятий. Например, завод «Бреге» в Велиже делал консоли крыла, а небольшие производства фирмы SIPA в Асниере, Ньейли и Нанте поставляли центропланы. Вслед за Мериньяном к окончательной сборке самолета по той же схеме приступили государственные заводы SNCASE в Амберье и SNCAO в Нанг-Боажене, а всего в программе выпуска LeO 45 участвовали 33 основных субподрядчика — государственное управление позволило сконцентрировать их силы для общей цели. Однако координация работ оставляла желать лучшего, т. к. их менеджеры не хотели работать по-новому и все еще «жили при капитализме и частной собственности», не имея ощущения принадлежности к государству.

Хотя базовая модель, LeO 451В4, вполне устраивала ВВС, его разработчик не удержался от соблазна сразу приступить к созданию модификаций, хотя обстановка требовала скорейшего начала массового поступления нового бомбардировщика в войска. Много сил пошло на поиск новых двигателей, в том числе и импортных, т. к. собственные моторные заводы не справлялись с возросшими потребностями и тормозили поставки новой авиатехники в войска. Были заложены LeO 454.01 с английскими моторами Бристоль «Геркулес» II и LeO 458В4 с американскими Райт GR-2600-A5B, но до начала войны их достроить не успели, и работы были прекращены. Не удалось закончить высотный LeO 455.01 с моторами G.R. 14R с турбокомпрессорами (1375 л.с. на высоте 2600 м и 1225 л.с. на 6700 м). Было заказано 400 таких самолетов со сроком поставки в июне — октябре 1940 года, но тогда турбокомпрессор еще нуждался в длительной доводке. Чисто косметическая модификация LeO 451М, затребованная в количестве 68 штук Морской авиацией Франции, не пошла в серию: даже небольшие отличия в оборудовании стали непозволительной роскошью, и в конце концов решили поставлять для «Армэ де л’Эр» и «Аэронаваль» LeO 451В4 в одинаковой комплектации.

К 31 августа 1939 года заказ на LeO 45 достиг 749 штук, но готовы были лишь 22 машины, из которых ВВС приняли только 10. Еще несколько десятков машин стояли без моторов, винтов, стоек шасси и т. п. Самолетов же Амио 351 войска пока не получили ни одного.

М.В. 162

Германия напала на Польшу в 4.45 1 сентября 1939 года. Непосредственно в зоне боевых действий Гитлер сосредоточил около 2000 самолетов, более половины из которых составляли бомбардировщики. С первого дня войны ударам с воздуха подвергались военные, промышленные и транспортные объекты на всей территории Польши, кроме земель Западной Украины и Западной Белоруссии к востоку от «линии Керзона». После некоторой заминки парламенты Франции и Англии санкционировали решение направить Гитлеру ультиматум с требованием вывести войска с польской территории. Ответа не было, и 3 сентября в 11.00 по среднеевропейскому времени Франция и Англия объявили Германии войну, к ним присоединились члены Британского Содружества Наций, Индия, Родезия, Канада и другие. «Малая» война стала мировой…

Германия выпускала 20100 самолетов в год, больше Франции, Англии и Канады вместе взятых, но те ничего не предпринимали для изменения такого положения. Своим поведением Франция напоминала кролика, перед которым раскачивается кобра. Одним из определений, которым «наградили» историки этот период, стал термин «странная война».

Amiot 354

Франция, объявив войну, никак не решалась ее начать, и бомбардировка территории противника была строго запрещена. Боевое крещение LeO 451 получил в 1-й эскадрилье 31-й бомбардировочной группы (GB 1/31), которая получила задание выполнить разведку возможных целей на территории Германии, по которым могли бы нанести удары бомбардировщики 6-й группировки ВВС Франции, дислоцированной в зоне воздушных операций «Север» на левом фланге «линии Мажино». На тот момент GB 1/31 имела лишь 5 LeO и 8 устаревших М.В. 200. Ударной силой 6-й группировки была бомбардировочная группа GB 12 (аэродром Персан-Бьюмонт), но к середине сентября из ее 26-ти LeO 451В4 исправных было лишь 14.

На первых порах боевых потерь не было, лишь один LeO разбился в аварии, но 6 октября 1939 года одиночный LeO 451 был атакован и тяжело поврежден «мессершмиттами», появление которых экипаж прозевал, а добили его зенитки над Эйскирхеном. После этого случая активность французской авиации в северном секторе снизилась.

К маю 1940 года из 33-х бомбардировочных эскадрилий (эскадрилья по штату имела 12 самолетов) только три (GB 1/12, И/12 и 1/31) успели полностью перевооружиться на бомбардировщики LeO 451В4, еще в пяти большинство составляли устаревшие М.В. 210, хотя ВВС приняли почти 200 самолетов этого типа. Освоение новой техники сопровождалось большим числом аварий — к 10 мая только «451-х» было списано 7 штук и несколько десятков претерпели поломки. Неожиданной проблемой оказался дефицит воздушных винтов-автоматов фирмы «Гном-Рон». Было решено поставлять их в первую очередь для истребителей Блош М.В. 152С1, а на бомбардировщиках ставить Ратье 1634/1635. Но они были рассчитаны на 2200 об/мин, а моторы на номинале работали на 2400 оборотах, и скорость LeO 451В4 падала на 20 км/ч.

Еще хуже дело обстояло с М.В. 162В5. Сборку его прототипа без вооружения закончили только в мае 1940 года, первый полет состоялся 1 июня. На испытаниях он развил скорость 550 км/ч, став одним из самых быстрых четырехмоторных самолетов в мире. Но противник уже не оставил возможности начать серийный выпуск «французской летающей крепости».

10 мая Германия напала на Бельгию, Голландию и Люксембург, начав с бомбардировки основных аэродромов этих стран. 11 мая неожиданной и бессмысленно жестокой бомбардировке подвергся Брюссель, а 12 мая 1-я и 10-я танковые дивизии Вермахта вошли в город Седан — началось завоевание Франции.

Все силы, в том числе и дальние бомбардировщики, были брошены на помощь сухопутным войскам. 11 мая шесть LeO 451 из GB 12 под прикрытием 18-ти M.S. 406С1 на высоте 500 м появились над мостом через Альберт-Канал, по которому огромная колонна танков и бронетранспортеров шла из Маастрихта-на-Тонгре. Сильнейшим зенитным огнем один бомбардировщик был сбит, а из вернувшихся за ночь смогли отремонтировать лишь один.

LeO 451В4

В неразберихе начавшейся реальной войны не обошлось и без ошибок. Одна из многих случилась 15 мая, когда французские зенитчики сбили один LeO 451 из десяти, направлявшихся на пополнение 6-й группировки.

Трудности с запчастями и низкая надежность LeO препятствовали их массированному применению, а потери росли. 19 мая 12 Не 111 «дали жару» аэродрому Персан-Бьюмонт, уничтожив несколько бомбардировщиков из 12-й и 31-й авиагрупп, усиливших 6-ю группировку. 20 мая группировка смогла поднять в воздух лишь 10 LeO, но при атаке войск в районе Перрон — Сен-Квентин четыре из них были сбиты «мессерами». На следующий день обескровленная 6-я группировка была отведена на переформирование. Выполнив 140 боевых вылетов, она сбросила 120 т бомб и потеряла 41 самолет, причем большинство составили именно новые типы, дальние LeO 451 и фронтовые Бреге 693.

Первые Амио 351 и 354 начали поступать лишь в начале мая 1940 года в 21-ю бомбардировочную группу в Авиньоне. К боевым действиям на Северном фронте они приступили 16 мая 1940 года, выполнив «вооруженную разведку» резервов противника у Маастрихта в Голландии. Спешка в переучивании и ненадежность новой техники привели к тому, что группа быстро «вышла из игры», потеряв 10 Амио 351/354, причем 7 из них разбились в катастрофах и лишь 3 погибли в бою. На этом военная карьера машины практически закончилась. Перевооружавшаяся со старых «автобусов» Амио 143 на новые «Амио» GB 34, повоевать на них не успела.

Группировка № 6 возобновила боевую работу 28 мая, но 31-го при попытке бомбардировки войск противника у Амьена и Аббевиля 16 LeO 451 были буквально растерзаны «мессерами», которые сбили 9 самолетов, все остальные получили повреждения. Не лучше обстояли дела и в зоне воздушных операций «Восток», куда группировка была перебазирована 1 июня. 6 июня командование приняло запоздалое решение перейти к полетам на тыловые объекты ночью. Первый налет был направлен на заводы BMW в зоне Мюнхен — Аугсбург в Баварии. Из-за плохой погоды цель нашли только два экипажа, один из которых был сбит зенитками. В ночь на 13 июня совершила первый налет на военные объекты в итальянских городах Нови-Лигуре и Вадо-Лигуре только что переброшенные из Северной Африки в зону воздушных операций «Альпы» и перевооруженные на LeO 451 GB II/11 и GB 1/23.

Но сухопутные войска требовали воздушной поддержки. 6 июня 10 LeO из 6-й группировки без истребительного прикрытия снова атаковали наступавшего врага у Шольне и были перехвачены десятью Bf 110Е и пятью Bf 1 ЮС. В тяжелом бою стрелки французских бомбардировщиков сбили троих «бошей», но и три LeO устремились к земле, еще два были настолько повреждены, что разбились на посадке.

14 июня 1940 года части, вооруженные LeO 451 и другими самолетами новых типов, получили приказ готовиться к эвакуации в колонии, и 17 июня бегство началось. Последний боевой вылет на LeO 451 в кампании 1939–1940 годов совершили 11 экипажей 6-й группировки, но только четыре из них смогли пробиться к цели — мостам в Куложе и Сол-Бренаже. Однако уйти успели не все, несколько машин достались немцам и итальянцам и использовались ими для разведки и заброски диверсантов в Англию.

LeO 451 Люфтваффе

Опытный М.В. 162 заблаговременно перегнали в Бордо, чтобы при малейшей угрозе перелететь в недоступный для немцев Оран. Но бегство не удалось, и машина была захвачена. До 1942 года М.В. 162 испытывался на фирме «Фокке-Вульф». После испытаний самолет был передан Люфтваффе в «Группу Гартенфельда», которая выполняла различные спецоперации, а затем самолет был передан в I/KG 200, командиром которой к тому времени был назначен Гартенфельд. Самолет летал в ВВС Германии до 1944 года.

Всего до капитуляции 25 июня 1940 года было построено 452 самолета LeO 45 всех вариантов, из них принято ВВС и ВМФ было 373. Потери составили около 130 машин этого типа. Из заказанных 200 Амио 351 ВВС успели получить 35 машин, сколько было построено из 45-ти оплаченных Амио 354 — точно не известно.

Большая часть LeO 451 ВВС Франции, контролируемых правительством Пэтена в Виши, было дислоцировано в Северной Африке и в Сирии.

Опасаясь того, что укрывшиеся в Оране и в Дакаре французские линкоры будут захвачены немцами, Черчилль приказал их уничтожить. В ответ на это сводная группа LeO 451 из эскадрилий GB I/ll, GB 1/23, GB 11/23 и GB II/25 выполнили 23 и 24 сентября 1940 года налеты на британскую базу Гибралтар. Англичане явно не ожидали такого ответа, и их зенитки смогли сбить лишь одного француза, но и сами больших потерь не понесли.

В апреле 1941 года Германия разрешила возобновить производство самолетов, и SNCASE заказали 225 LeO 451. Первый был облетан 16 ноября

1941 года, а всего при вишистах было построено еще 109 штук. Когда 8 декабря 1942 года началась высадка союзников в Северной Африке, Германия вторглась в неоккупированную зону французской метрополии. Производство LeO 451 было остановлено, и все части ВВС объявлены расформированными. 94 LeO старого и нового выпуска достались немцам и использовались ими в качестве транспортных.

Части французских ВВС на LeO 451 сначала воевали против англичан и американцев, «освобождавших» французские колонии в Северной Африке и в Леванте, затем перешли на сторону «Свободной Франции» и вместе с Союзниками сражались с немцами на Средиземноморском ТВД. Но их участие терялось на фоне мощных ударов, которые каждый день совершали сотни и тысячи «веллингтонов», «галифаксов» и «ланкастеров» британского Бомбардировочного Командования и В-24 и В-17 8-й, 9-й и 15-й Воздушных Армий США. Франция упустила свой исторический шанс дать отпор агрессору осенью 1939 года, пытаясь «отсидеться» и не бросив против врага все силы со всей решительностью. Потом делать это стало поздно…

Наименования французских самолетостроительных предприятий

«Луар эт Оливье» — Societe A nonyme des Establissements Liore-et-Olivier, LeO;

«Марсель Блош» — Societe des Avions Marcel Bloch;

«Сюд-Уэст», Национальное авиационное промышленное объединение юго-запада — SNCASO, Societe Nationale de Conctruction Aeronautiques SUD-OUEST

• ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ

Ломать — не строить или возвращение штурмовика

Мороз С.Г.

ОТДЕЛЬНЫЕ ШТУРМОВЫЕ

Освоение Су-25 пришлось на период коренных преобразований в Вооруженных Силах СССР, нацеленных на усиление взаимодействия между видами ВС. Директивой Генштаба от 13 марта 1980 года Воздушные Армии были преобразованы в ВВС военных округов: акцент переносился на работу в интересах Сухопутных Войск. Возрождаемой штурмовой авиации это касалось в первую очередь. Су-25 не попали в прямое подчинение пехоте, но имели специальную радиостанцию, с помощью которой с летчиком мог связываться штаб батальона и даже экипаж танка, БМП или БТР.

Нововведение, правильное на бумаге, приживалось трудно. Армейские штабы не разбирались в тактике фронтовой авиации, представляя самолет чем-то вроде сверхдальнобойного орудия. Силы ВВС были распылены, что затруднило их концентрацию на главных направлениях.

В годы войны штурмовые авиаполки сводились в дивизии, но пока Су-25 было мало, а нужны они были всем, то и решили формировать отдельные штурмовые авиаполки, ОШАП, подчиненные ВВС округов. На их комплектование направлялся личный состав из частей истребительной и истребительно-бомбардировочной авиации. Кадровый вопрос был отдан в ведение командиров полков, из которых переводились офицеры во вновь создаваемые ОШАПы, поэтому не удивительно, что в штурмовики на первых порах шли либо те, у кого были низкие показатели в боевой и политической подготовке, либо «залетчики», постоянные нарушители дисциплины. Впрочем, была еще и третья, пусть и не самая многочисленная категория — те, кого старые, засидевшиеся на своих местах командиры переводили подальше, видя в них, молодых и способных, угрозу возможности служить и дальше на своем месте вместо того, чтобы идти на пенсию по возрасту.

Серийный Су-25Т

Первенцем возрожденной штурмовой авиации (ША ВВС) стал 80-й ОШАП ВВС Закавказского ВО. Формирование полка на аэродроме Ситал-Чай в 65 км от Баку началось в 1981-м, завершилось в следующем году, и сразу одна из эскадрилий была преобразована в 200-ю отдельную штурмовую АЭ и направлена в Афганистан, на аэродром Шинданд. О действиях Су-25 в ДРА написано достаточно, мы же напомним лишь то, что эта эскадрилья с июля 1981 по октябрь 1982 годов выполнила более 2000 боевых вылетов. Су-25, проектировавшийся для решающего боя с армиями НАТО, стал незаменимым оружием «малой войны». Осенью 1984 года на базе 80-го и 90-го ОШАП (эти полки остались в строю), а также 200-й ОШАЭ был сформирован и направлен в Афганистан 378-й ОШАП, через который до начала 1989 года прошли многие летчики штурмовой авиации.

Афганская война усилила противостояние с НАТО в Европе, и его передним краем была Группа советских войск в Германии (ГСВГ), ВВС которой составляла 16-я Краснознаменная Воздушная Армия. «За ленточкой», против нее стояла крупнейшая группировка НАТО, укомплектованная танками «Леопард-2», «Абрамс», «Чифтен» и «Челленджер», и для противодействия им ВВС ГСВГ были приданы 357-й ОШАП и 368-й ОШАП (аэродромы Брандис и Деммин).

Сохранивший стратегическое значение Белорусский ВО получил в свой состав 206-й и 397-й ОШАП, базой которых стал Кобрин под Брестом. Позже к ним добавился выведенный из Афганистана 378-й ОШАП. Его 32 Су-25 прибыли на аэродром Поставы в Витебской области в 1989 году. Южнее, в Прикарпатском ВО, Су-25 базировались на аэродроме Чортков в Тернопольской области. Это была «точка» 452-го ОШАП. Еще дальше на юг, в Одесском ВО, в Арцизе, находился 90-й ОШАП. В Закавказье дислоцировался уже упоминавшийся 80-й ОШАП, своих полков Туркестанский и Среднеазиатский ВО не имели, зато там постоянно находились штурмовики из других войсковых объединений в готовности отбыть на территорию ДРА. Из приграничных округов не имели пока штурмовой авиации Прибалтийский и Ленинградский в Европе и Забайкальский в Сибири, ВВС Дальневосточного ВО получили 187-й ОШАП (Черниговка, Приморский край).

Внутренним округам штурмовые авиаполки не придавались, и только Московский ВО имел одну эскадрилью Су-25. Да и та была специфической: она входила в 234-й Гвардейский Проскуровский орденов Кутузова и Александра Невского смешанный показной авиаполк, который должен был представлять нашу новую авиатехнику зарубежным делегациям. Там в начале 90-х была сформирована демонстрационно-пилотажная группа «Воздушные Гусары» на Су-25.

Учебно-тренировочный самолет Су-25УТГ 279-го КИАП Авиации ВМФ России на аэродроме ПИИ в Жуковском. На подвеске четыре ПТБ.

Фото С.Г. Мороза

Разработку тактики применения штурмовика Су-25 вел 4-й Центр боевой подготовки ВВС и входивший в него 760-й инструкторско-испытательный САП. Эта крупная авиационная часть проводила одновременно и обучение строевых экипажей, осваивавших все новейшие типы самолетов — бомбардировщики Су-24М, истребители МиГ-29 и Су-27, истребители-бомбардировщики Су-17М, наконец, штурмовики Су-25. Разгрузить личный состав 4-го ЦБП от рутины, связанной со вводом в строй формируемых ОШАП, должен был 186-й инструкторский ШАП 180-го учебного авиационного центра переучивания личного состава. На аэродроме Бутурлиновка (Воронежская область) дислоцировались все его 45 Су-25. Подготовку молодых летных и инженерных кадров для штурмовой авиации поручили Краснодарскому военному общевойсковому летно-техническому училищу (КВОЛТУ), в состав которого входил 802-й учебный авиаполк. На его базовом аэродроме Краснодар и многочисленных полевых «точках» базировались среди прочего и 3О Cу-25. КВОЛТУ готовило персонал и для ВВС СССР, и для наших союзников, покупавших Су-25.

Су-25УБ

В конце 80-х советский Военно-морской флот готовился получать сверхзвуковой истребитель-бомбардировщик вертикального взлета и посадки Як-141 для замены не совсем удачного дозвукового штурмовика Як-38. Но новый «Як» так и не был принят на вооружение, а старый уже исчерпал свой ресурс и сдавался на консервацию. Поэтому эксплуатировавший Як-38 279-й отдельный морской ШАП корабельного базирования (Североморск, Мурманская область) перевооружили обычными сухопутными штурмовиками Су-25, кроме того, полк получил одну спарку Су-25УБ и 5 специализированных Су-25УТГ. Этим машинам суждено было сыграть большую роль при переучивании на совершенно новую боевую машину — палубный истребитель Су-27К (Су-33), который стал основой вооружения тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов».

В конце 80-х советское руководство заключило с НАТО договор об ограничении обычных вооружений в Европе. Под него подпадали и штурмовые части ВВС, но не формирования морской авиации, где Запад имел большое преимущество и терять его не собирался. Чтобы избежать утилизации большого числа новейших самолетов, часть Су-25 передали морякам. Из них сформировали 299-й МШАП ВВС Черноморского Флота (аэродром Саки, Крым), еще 66 штурмовиков были направлены на консервацию на базу хранения ВВС ЧФ в Овруче, Западная Украина.

К переломному 1991 году несколько Су-25 оставались на Тбилисском авиазаводе, гораздо больше были уже приняты ВВС, ожидая своего получателя на территории России.

Простая конструкция самолета и особенно его оборудования, использование уже освоенных в эксплуатации двигателей, прицельных систем и образцов вооружения обеспечили быстрое освоение самолета. Уже в 1982 году Су-25 принимали участие в учениях, проводившихся на уровне Главкома ВВС, а в 1984-м — в больших маневрах «Щит Содружества 84», к которым были привлечены все виды ВС СССР, а также войска всех стран Варшавского Договора. Эти командно-штабные учения проводились под общим руководством лично Министра обороны СССР, и Су-25 получили его высокую оценку.

Перед штурмовой авиацией ставились задачи поражения войск противника на боевых позициях и на марше самостоятельно или во взаимодействии с самолетами МиГ-27 и Су-17М. Истребители-бомбардировщики подавляли зенитные ракетные комплексы противорадиолокационными ракетами Х-27ПС и Х-58, а также уничтожали долговременные оборонительные сооружения, широко используя наряду с обычным оружием управляемое — ракеты Х-29Л/Т, Х-25 и корректируемые бомбы КАБ-500л. «Грачи» же, такое название получили Су-25 в Афганистане за свою способность без устали «клевать» врага, добивая его заход за заходом, уничтожали танки и живую силу кассетами РБК-250, РБК-500 и КМГ-У с шариковыми или противотанковыми бомбами, минами, обычными бомбами фугасного и осколочного действия, неуправляемыми ракетами, пушкой ГШ-2-30 и подвесными контейнерами с орудиями ГШ-23. Имелась возможность применения и управляемого оружия с лазерным целеуказанием: в Афганистане с борта самолетов Су-25 было выпущено 139 ракет Х-25 и Х-29Л, 137 из них попали в свои цели. Однако эти «игрушки» были дороги и не применялись массово.

Погрузка объемно-бетонирующих бомб ОДАБ-500 на Су-25. Авиабаза Моздок

Тактические атомные бомбы в арсенале Су-25 остались, личный состав их изучал, хотя применение на имитаторах отрабатывалось не везде. Смысл в них с учетом специфики штурмовой авиации был разве что в увеличении точек базирования самолетов-носителей тактического ядерного оружия и распылении тем самым внимания противника. Фактически самым мощным оружием советских штурмовиков были объемно-детонирующие (в западной терминологии — «вакуумные») бомбы ОДАБ-500П, сила взрыва которых соответствовала втрое более тяжелой полуторатонной фугаске. «Грач» мог взять на борт 8 ОДАБ-500П.

Основой боевой подготовки штурмовиков были летно-тактические учения, проводившиеся на уровне военного округа или группы войск. Они были менее масштабные, чем маневры «главкомовские» и тем более «министерские», но по сложности тактических задач и, главное, степени приближенности обстановки к реальной боевой часто были лучше и сложнее. В них не было парадной помпезности и показухи, зато было больше честной борьбы сторон за лучшие показатели. Даже для асов такие учения часто были трудным экзаменом. Вот лишь один пример.

В 1989 году на аэродром Брандис Группы советских войск в Германии вернулась эскадрилья 357-го ОШАП после «афганской командировки». Штурмовики были разукрашены различными эмблемами, волчьими пастями, на одном (по воспоминаниям очевидцев) была нарисована даже обнаженная красотка, ну и конечно, звездочки под кабиной — одна за 10 боевых вылетов. Некоторые летчики получили за Афганистан ордена и медали. Замполит полка потребовал немедленно все смыть, но экипажи наотрез отказались это сделать. Время было уже перестроечное, настроения личного состава и так не совсем соответствовали «линии партии», и командование части вопрос с неуставной живописью не обостряло. Но вот пришла пора летно-тактических учений, и комполка доверил самый ответственный этап — практические пуски управляемых ракет и бомбометание — экипажам, имевшим свежий боевой опыт. Каково же было изумление и командования, и техников, встречавших на стоянках свои самолеты, когда штурмовики начали возвращаться с полигона «не разгрузившись».

Из тех, кто должен был стрелять ракетами, цель смог найти только комэска, остальные три «грача» свои изделия привезли назад. Еще больше испортили настроение технарям остальные, загрузку которых составляли по 40 ОФАБ-100-120. Если подвеска и снятие ракет осуществляется с помощью специальной тележки с гидроподъемником, то бомбы такого калибра подвешиваются и снимаются вручную. После такого прокола все рисунки и знаки боевых вылетов быстро исчезли с бортов «афганских» Су-25, хотя, если разобраться, причиной неудачи был не уровень подготовки летчиков, а банальная боязнь ударить вместо полигона по жилому дому, ведь Германия — не Афган…

В НЕРАСЧЕТНЫХ УСЛОВИЯХ

Начало 90-х ознаменовалось событием глобального значения — распался Советский Союз, а его гигантская армия была разделена между независимыми республиками. Украина получила 144 Су-25, Белоруссия — 99, на территории России и в зарубежных группах войск было 190 штурмовиков в ВВС, еще 55 числилось за морской авиацией. По остальному парку машин этого типа договориться решили путем переговоров. Но «цивилизованный развод» перерос в драму межнациональных раздоров и дошел до трагедии братоубийственной войны, и дележка Су-25 началась без участия дипломатов. 8 апреля 1992 года летчик 80-го ОШАП старший лейтенант В. Курбанов угнал свой штурмовик с базы Ситал-Чай. Через несколько дней он появился над Нагорным Карабахом, где разгорелся жестокий этнический конфликт армян и азербайджанцев. Но шальному «грачу» недолго выпало пиратствовать, вскоре он разбился при загадочных обстоятельствах, по некоторым данным его сбил российский МиГ-23. Азербайджан разными путями добыл еще несколько Су-25 и нанял для них летчиков. Во время очередного обострения конфликта в начале 1994 года не менее трех из них было сбито — 23, 27 января и 23 апреля.

Несколько Су-25, которых не успели принять военные, застряли на ТАЗе и достались Грузии. Лишь часть из них была полностью укомплектована и смогла поучаствовать в попытках вооруженного присоединения отколовшихся автономий — Абхазии и Южной Осетии. И грузины, и осетины, и абхазы пытались штурмовать российские гарнизоны с целью захвата оружия и техники, а то и просто грабежа. В этих набегах участвовали тяжелые оружия, танки и БТРы, у банд, стыдливо именуемых теперь «незаконные вооруженные формирования», появились даже самолеты и вертолеты. Россия для охраны своих объектов и прекращения междоусобиц стала применять авиацию, и в телехронике замелькали Су-25 с «триколорами» на килях. Это были машины 486-го инструкторского ШАП, сформированного на базе 186-го учебного авиаполка, куда переводили лучших летчиков со всей штурмовой авиации. Возглавил часть бывший командир 80-го ОШАП полковник Головин.

Оригинальная раскраска самолетов Су-25 “Небесных Гусар”

Со своей Бутурлиновки Су-25 486-го ИШАП были переброшены на юг Северокавказского ВО, и оттуда начали работать по целям в Абхазии в сложнейшей обстановке отсутствия разведданных о противнике, паралича системы госопознавания «свой-чужой» и полнейшей неразберихи, творившейся в регионе.

Осенью 1993 года летчикам 186-го полка выпала новая дальняя командировка. С узбекского аэродрома Кокайды им предстояло действовать в интересах российских пограничников, прикрывавших границу с Афганистаном, откуда шел поток наркотиков, оружия и исламистской пропаганды, а также поддержать миротворческие силы России и республик Средней Азии, боровшиеся с многочисленными и хорошо вооруженными бандгруппами. Между тем новая кровавая междоусобица началась уже на территории России, в Чеченской Автономной Республике. Не признав право Чечни на отделение, Ельцин 30 ноября 1994 года издал указ о восстановлении там конституционного порядка. Главной целью было разоружение отрядов, которые сформировал чеченский лидер Дудаев, для этого выделялись крупные силы, в том числе 40 Cу-25 из двух полков — 461-го (база Краснодар) и 368-го (Буденновск). В резерве находились еще 25 Су-25 из Бутурлиновки (тамошний 486-й полк успел получить новый номер, 899-й).

Дело мыслилось как простая и бескровная операция, и первым оружием Су-25 должны были стать АгитАБ-500-300 — набитые листовками агитационные бомбы — 368-му ШАП поручалось таким образом про вести разъяснительную работу среди чеченского населения. Далее штурмовики должны были прикрывать движение трех войсковых колонн, держа по одной паре машин непрерывно в воздухе над каждой, чтобы не допустить внезапной атаки противника во фланги или в тыл. На решающем этапе Су-25 предстояло подавлять узлы сопротивления и уничтожать скопления противника, взаимодействуя с вертолетами и дальними бомбардировщиками Ту-22МЗ из 1225-го ТБАП.

Далее фантазия Генштаба не продвинулась.

Операция началась 11 декабря 1994 года, с первых часов пошла не по плану, и поначалу использование штурмовой авиации было явно неэффективно. Однако постепенно удалось повысить результативность Су-25 главным образом за счет улучшения работы разведки, более тесного взаимодействия с сухопутными войсками, армейской авиацией и повсеместного внедрения передовых авианаводчиков. Применялось с борта Су-25 и высокоточное оружие, ракеты Х-25 и С-25Л, однако основным вооружением для ударов по городским кварталам были НАР С-8 и бомбы калибра 250 и 500 кг, а в условиях открытой местности — разовые бомбовые кассеты, чаще всего РБК-500-ШОАБ-0,5, снаряженные 0,5-кг шариковыми бомбами. В ходе конфликта прибыли спецмашины, позволявшие пеленговать переговоры по импортным радиотелефонам и милицейским рациям отечественного производства, которых у чеченцев было больше, чем носимых средств связи в федеральных войсках. По данным пеленгаторов удалось уничтожить несколько вражеских пунктов управления, а затем и самого Дудаева накрыла авиация, «засеяв» квадрат, в котором засекли его спутниковый телефон, шариковыми бомбами.

Су-25 УТГ пролетает над авианосцем “Адмирал Кузнецов”

Летчики, участвовавшие в той войне, вспоминают, что сопротивление было очень ожесточенным. Многие воевали в Афганистане, и им было с чем сравнивать. Если там зенитный пулемет обычно замолкал после обстрела, то чеченец продолжал стрелять даже под градом ракет и снарядов. Летчики говорили, что противник выучил «афганские уроки» лучше, чем мы сами. Несмотря на всю мощь собранной группировки, достичь поставленных задач не удалось. В середине 1995 года было заключено соглашение о прекращении огня на невыгодных для федералов условиях.

В середине 90-х в ВВС России начались очередные организационно-штатные мероприятия. Для штурмовой авиации главным стало сведение полков Су-25 в дивизии, однако немногочисленность парка ША свела на нет пользу от этого правильного в целом шага. ВВС и ПВО, объединившись, обрели вновь самостоятельность, возродилась оправдавшая себя структура воздушных армий. Многие авиационные части, в том числе и ШАПы сменили наименования и дислокацию. Эта «перетряска» завершилась к концу 1998 года, а в 1999 году началась новая боевая операция в Чечне, на сей раз контртеррористическая. Поводом послужили акции бандгрупп в Дагестане. На этот раз удалось выбить чеченских сепаратистов из крупных населенных пунктов в горы, где авиация могла действовать более свободно. Как и прежде, большая роль отводилась Су-25.

К боевым действиям в 1999–2001 годах были привлечены 27-й, 899-й (получивший к тому времени гвардейское звание от другой расформированной части ВВС) и 368-й ШАП. У противника появилось новое оружие, в том числе современные ПЗРК «Стингер» последних вариантов, «Мистраль» и краденая российская «Игла», возросло число пулеметов калибра 12,7 и 14,5 мм, 23-мм зенитных установок. В 1999 году ВВС России потеряли в Чечне не менее трех Су-25: один был сбит ПЗРК, у второго не сошла ракета, и летчик по инструкции катапультировался, причины аварии третьего неизвестны. В следующем году был сбит ПЗРК еще один «грач», а в 2001-м два штурмовика столкнулись с рельефом в условиях плохой видимости. Еще один аналогичный случай произошел во время боевого вылета в 2002 году. Далее активность регулярной армии и Су-25 в частности в регионе заметно ослабла, банды ушли из населенных пунктов в горы. Российская сторона заявила, что одним из мест, где боевики в безопасности могут готовить новые теракты, это Панкисское ущелье — территория Грузии.

Там на рассвете 25 августа 2002 года случился загадочный инцидент. В одном из местных сел огнем с борта одиночного Су-25 было убито несколько человек и уничтожен автомобиль. Кто были эти люди, почему именно они стали мишенью для авиаудара, — не ясно, но Грузия обвинила во всем Россию. Та заявила, что не имеет к этому случаю никакого отношения, а центральные газеты и телеканалы озвучили версию, что штурмовик принадлежал Грузии и либо выполнял провокационную миссию, либо уничтожил какого-то враждебно настроенного по отношению к тбилисским властям местного авторитета. Были и иные гипотезы, например, что шальной Су-25 принадлежал незаконным вооруженным формированиям чеченцев, абхазов или еще кого-либо, но истину мы вряд ли узнаем.

В ходе «второй чеченской войны» в зоне боевых действий были проведены войсковые испытания всепогодного штурмовика Су-39. Их итоги пока не разглашаются, однако главным является то, что новый самолет впервые эксплуатировался не по методике летных испытаний, а как обычная серийная машина. Способность работать в условиях ограниченной видимости была по достоинству оценена строевыми летчиками, но было указано и на крупные недостатки, такие как недостаточная путевая устойчивость и сложность пилотирования, особенно с одновременным прицеливанием по данным ИК-станции «Ход» и ЛТПС «Шквал», которые выдают изображение не на индикатор на фоне лобового стекла или нашлемный, а на телемонитор на приборной доске.

С конца 2001 года Россия формально принимает участие в контртеррористической операции в Афганистане. А не формально она это дело начала гораздо раньше держав Запада, но атака на нью-йоркские небоскребы позволила действовать явно и более активно, в том числе разместить дополнительные силы авиации в Таджикистане, Туркмении, Узбекистане, и, наконец, в Киргизии, где до того российских авиабаз не было. На аэродроме Кант появились среди прочих и Су-25.

Израильская модификация Су-25КМ “Скорпион” на выставке в Ле Бурже 2001 г.

ШТУРМОВИК ОСТАЕТСЯ В СТРОЮ

Сегодня Су-25 являются важным компонентом ВВС многих стран СНГ. Россия за счет вывода частей с территорий других республик к 1998 году увеличила свой парк штурмовиков в ВВС до 250 машин (в морской авиации число их чуть сократилось) при том, что 14 своих «грачей» вместе с другой техникой она передала Казахстану в обмен на стратегические Ту-95МС. К 2001 году за счет потерь и коммерческих дел в ВВС РФ количество Су-25 снизилось на 25 машин. На 2001 год парк Су-25 Беларуси составлял 97 машин, Украины — 65. Обзавелась собственными штурмовиками Туркмения — 46 самолетов. Два штурмовика как-то достал Азербайджан, Тбилисский авиазавод смог ввести в строй 7 Су-25 из числа оставшихся после распада СССР, а осенью 2006 года появилось сообщение, что Грузия вскоре купит еще 12 Су-25. Продавец пока инкогнито, но есть версия, что это Украина, причем поставки будут оплачивать Соединенные Штаты.

Грузия пыталась выйти на рынок с предложением модернизировать Су-25, заключив соглашение с израильской фирмой IAI, имеющей опыт подобных работ. В пакете доработок доминирует установка новой электроники и вооружения. В 2001 году был переоборудован один серийный самолет, названный Су-25МК «Скорпион», но на его появление отреагировала лишь Россия, обвинив Грузию и Израиль (входящие, кстати, во Всемирную Торговую Организацию и имеющие определенные обязательства по защите интеллектуальной собственности других стран) в нарушении авторских прав, ведь держателем документации на самолет является АОЗТ «Сухой».

В 1986 году по инициативе Министра авиапромышленности Силаева ОКБ Сухого, которое в то время возглавлял М.П.Симонов, было поручено спроектировать штурмовик нового поколения Ш-90. Проект имел интегральную компоновку (т. е. крыло и фюзеляж сопрягались плавно в единый агрегат, как на Су-27), рассматривались различные схемы — классические, двухфюзеляжные и даже «летающее крыло» и «несущий фюзеляж». Основное вооружение состояло из новой встроенной 30-мм авиапушки и 8 ПТУР «Вихрь», контейнеры которых выдвигались перед пуском из фюзеляжа, на внешней подвеске можно было разместить разнообразный арсенал дополнительного оружия. На втором этапе в проект включили более мощную пушку 2А42 (такую же, как на вертолетах Ми-28, Ка-50 и на БМП-2), а количество ПТУР удвоили за счет применения новой револьверной пусковой установки. Бортовая электроника позволяла решать широкий спектр задач вне зависимости от погоды и времени суток. Тема получила должную поддержку, что позволило подключить к работе ЦАГИ, НИИ АС и другие учреждения МАП. Однако в начале 90-х работа над проектом была прекращена, а когда в начале нового века пошли разговоры о том, что замена Су-25 все же когда-то понадобится, речь шла уже о принципиально иной машине. Проект ПАК-ФА («перспективный авиационный комплекс фронтовой авиации») мыслится как многоцелевой самолет, одинаково эффективный и в ударах по наземным целям всех типов, и в воздушном бою, и в тактической авиаразведке, и в штурмовых задачах тоже. Он задуман, очевидно, как ответ на американский Joint Strike Fighter. Но JSF уже прошел первый тур: два прототипа-конкурента были испытаны, и лучший передан в полномасштабную разработку. Су-25 же в том виде, в котором он сейчас имеется, вряд ли продержится в строю до появления серийного ПАК-ФА, ему нужна модернизация.

Ее первый этап начался в конце 90-х годов и заключался в обновлении оборудования, замены двигателей Р-95Ш на Р-195 на самолетах старых выпусков и т. д. В 2001 году на серийный Су-25 начали ставить и новые боевые системы, причем российского производства, но делался Су-25СК с прицелом на модернизацию зарубежного парка штурмовиков. Несколько позже в России появился вариант модернизации Су-25 собственных ВВС. Самолет Су-25СМ должен был получить прицельно-навигационный комплекс ПрНК-25СМ «Барс», многофункциональную оптико-электронную систему «Захват» и систему управления оружием СУО-39. Масса вооружения была увеличена до 5000 кг с улучшением прочности планера. Модернизация опытного самолета осуществлена АО «Штурмовики Сухого» и АРЗ МО № 121 (Кубинка, Московская область). Заводские испытания самолета планировалось завершить в июне 2002 года, в них участвовал один переоборудованный самолет, еще 2 одноместных Су-25 и одна спарка проходили доработку на 121-м АРЗ, но пока решения о модернизации всего парка самолетов этого типа нет.

Речь о возобновлении производства базового варианта самолета Су-25 на территории России, естественно, не идет, однако рассматривался вопрос о выпуске на УУАПО самолета Су-39 как на экспорт, гак и для собственных нужд. Хотя военный бюджет России последнее время растет, поступлений новой авиатехники по-прежнему очень мало, причем дело не только в недостаточном (все еще) финансировании, но и в преодолении глубокого застоя в производстве. Если эти проблемы будут решены, то удастся не только исключить «провал», который образуется при снятии с вооружения имеющихся Су-25, которые уже прослужили по 15–20 лет, подобный тому, что случился при массовом списании истребителей-бомбардировщиков Су-17М и МиГ-27, но и прилично заработать на экспорте.

• БРОНЕТЕХНИКА

Тяжелый танк «Тигр» (часть II)

Братченко Василий

На основе «Тигра» производились следующие типы бронетехники:

Tiger (Р) — прототип Порше (5 единиц);

Befehlswagen Tiger I Ausf. E (Sd. Kfz. 267/268) — командирский танк;

Sturmtiger ausf E — тяжелая самоходная мортира (18 единиц);

Bergenpanzer Tiger— тяжелая восстановительная машина (3 единицы);

Ferdinand/Elefant — тяжелая противотанковая САУ, шасси от «Тигра» Порше (90 единиц).

«Тигр» ранней серии 503 батальона. Россия, 1943 г.

22 сентября 1942 года было принято решение о создании САУ «Фердинанд» с 200-мм броней и 88-мм орудием. Базой для новой САУ был выбран «Тигр» Порше. Именно поэтому САУ и получило свое имя — в честь Фердинанда Порше. К маю 1943 года в войсках имелись 90 CАУ «Фердинанд» (653-й и 654-й истребительные противотанковые батальоны). Впервые машины вступили в бой на Курской дуге. До конца 1943 года на эти САУ не устанавливались никакие средства ближнего боя. Когда эти машины поступали в ремонт, в лобовом листе ставился пулемет. Так было переоборудовано 48 машин. «Фердинанды» с установленным на них пулеметом получили название «Элефант». В дальнейшем воевали в районе Днепра и в Италии.

С учетом уличных боев в Сталинграде 5 августа 1943 г. было решено создать штурмовую САУ на базе «Тигра», вооруженную 380-мм корабельной мортирой (дальность стрельбы — 4600 м). Новой САУ было присвоено наименование 38cm RW61 auf Sturmmurser «Tiger» или просто «штурмтигры» (Sturmtiger). Всего было выпущено 18 машин, все они поступили на вооружение в 1001-ю, 1002-ю, 1003-ю роты штурмовых мортир. Впервые применены при подавлении восстания евреев в варшавском гетто. В основном использовались при обороне территории Германии.

В 1944 году три машины были переделаны в восстановительные машины Bergenpanzer Tiger. Вместо башни на корпусе устанавливалась лебедка. Все машины воевали в Италии (Анцио).

В 1945 году планировалось переоборудовать некоторое количество «Тигров» в огнеметные танки. На машинах «Фламмтигр» огнемет устанавливался вместо курсового пулемета MG.34 калибра 7,92 мм.

Боевое применение

Первым подразделением, получившим танки «Тигр», был первый взвод 502-го тяжелого танкового батальона. Поспешно собранные танки в августе 1942 г. были направлены под Ленинград. Танки не удалось сразу применить в бою, поскольку две машины вышли из строя из-за механических поломок. Впервые «Тигры» участвовали в бою 7 октября 1942 года. Удивляет участок фронта, на котором немцы решили впервые применить тяжелые танки. Это болота в районе Мги. В первой атаке, двигаясь гуськом по узкой дороге, немецкие танки попали под фланговый огонь советской противотанковой артиллерии. Один «Тигр» был подбит, а три других остановились из-за поломок. Эти машины, по-видимому, вышедшие из строя по техническим причинам, удалось эвакуировать, а четвертая поврежденная осталась на нейтральной полосе, где простояла почти месяц. Затем по личному указанию Гитлера ее взорвали.

Отзывы о машине среди немецких танкистов были вполне положительные, хоть танк и имел некоторые проблемы с ходовой, многие противотанковые пушки противника его не брали. В последствии, в январе 1943 года, 1-я рота 502-го батальона участвовала в тяжелых боях в ходе отражения советского наступления по прорыву блокады Ленинграда. На 10 января в составе роты имелось семь «Тигров», а также три Pz.IIIN и семь Pz.IIIL. К концу месяца пять «Тигров» было потеряно в боях, причем три из них подорвали экипажи. Одна машина, сравнительно легко поврежденная и по какой-то причине не подорванная экипажем, была захвачена нашими войсками. Советские бронебойщики повредили смотровые приборы машины. Немцы пытались отбить танк в контратаках. Впоследствии танк вывезен на полигон в Кубинке советскими войсками и обстрелян из орудий для выявления слабых мест и для получения информации о стойкости брони.

Позже «Тигры» стали поступать в отдельные тяжелые танковые батальоны и в роты тяжелых танков трех дивизий СС и дивизию «Великая Германия».

«Тигры» входили в состав специальных тяжелых танковых батальонов — schwere Panzer Abteilung (sPzAbt.) в обоих танковых родах войск: Wehrmacht (с 501-го по 510-й) и Waffen SS (с 101-го по 103-й). Эти подразделения были впервые специально созданы для танков «Тигр». Они могли действовать как самостоятельно, так и в составе подразделений сухопутной армии.

«Тигр» 503 батальона на учебных маневрах перед операцией “Цитадель”

«Тигр» ранней серии 503 батальона буквально утонул в грязи при попытке объехать деревянный мост, который явно не выдержал бы веса тяжелого танка

В 1942 и в начале 1943 годов тяжелый танковый батальон организационно состоял из четырех рот, причем только две из них были танковые (с весны 1943 года — соответственно пять и три). Следует отметить, что в ряде случаев вплоть до осени 1943 года батальоны имели смешанный боевой состав. Наряду с тяжелыми танками «Тигр» на их вооружении состояли средние Pz.III Ausf.L, М и N. Причем в 1942 году в тяжелых батальонах последние составляли большинство. К 1944 году боевой состав новых частей стал более однородным. В танковых ротах и штабе имелись теперь только «Тигры», машины иного типа — средние Pz.lV Ausf.H— сохранились лишь в танковом взводе роты обеспечения. Кстати, эти танки, резко отличавшиеся от остальных «четверок» по внешнему виду из-за противокумулятивных экранов, наши бойцы часто принимали за «Тигры». Более того, даже в боевых донесениях они часто именовались «Танк «Тигр», тип 4», что резко «увеличивало» статистику примененных на том или ином участке фронта немецких тяжелых танков. Впрочем, в некоторых батальонах по-прежнему оставались на вооружении Pz.III N, а в sPzAbt 502у например, имелся взвод самоходных установок Jagdpanzer 38(t) Hetzer.

Первое массовое применение «Тигров» — операция «Снежная буря» — неудачная попытка деблокады 6-й армии Паулюса в начале 1943 года у реки Мышковая, хотя на данный момент идут споры среди историков об истинности факта пребывания «Тигров» в этой ударной группировке Гота. Несколько «Тигров» 501-го танкового батальона приняли участие в боях в Северном Тунисе в декабре 1942.

В 1942–1943 годах немцы сформировали 10 тяжелых танковых батальонов Вермахта и 4 роты для дивизий «Великая Германия» (Gross deutschland), «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» (Leibstandarte SS Adolf Hitler), «Рейх» (Das Reich) и «Мертвая голова» (Totenkopf). На базе этих рот затем также были сформированы батальоны. Большинство тяжелых танковых батальонов воевало на Восточном фронте. На Восточном фронте никогда не появлялся sPzAbt 504, действовавший в Африке, а затем d Италии, и sPzAbt 508, также сражавшийся в Италии. На Восточном фронте находились и все роты, а также один из сформированных на их основе батальонов — 3-й батальон моторизованной дивизии «Великая Германия». Остальные батальоны воевали на Западе.

Наиболее массово «Тигры» использовались во время Курской битвы, или, как она называлась у немцев, операции «Цитадель». К 12 мая 1943 года для участия в этом сражении планировалось иметь 285 боеготовых «Тигров», но план этот не выполнили, передав в войска только 246 машин. Значительная их часть была сосредоточена в районе Орловско-Курского выступа. Непосредственно же в операции «Цитадель» приняли участие два тяжелых танковых батальона (503-й и 505-й) и четыре роты в составе моторизованных дивизий. На северном фасе Курской дуги против нашего Центрального фронта действовал только один — 505-й тяжелый танковый батальон (45 танков «Тигр», 4 потеряно в бою в районе Теплое). Основную ударную силу на северном фасе составляли более надежные «Фердинанды», в sPzfagAbt 653 и 654 было 88 машин (потери за июль — 39 машин). В 503-м тяжелом танковом батальоне к началу сражения имелось 42 «Тигра». Батальон находился на южном фасе Курской дуги в составе 3-го танкового корпуса оперативной группы «Кемпф» и действовал в полосе обороны нашей 7-й гвардейской армии: его потери в этих боях составили, по немецким данным, четыре «Тигра». Что же касается сражения под Прохоровкой, то непосредственное участие в нем 11–12 июля 1943 года приняли «Тигры» моторизованных дивизий СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», «Рейх» и «Мертвая голова» — всего 42 машины этого типа.

«Тигр» ранней серии 503 батальона 1-го августа 1943 г. в районе Белгорода.

Еще 15 «Тиграми» располагала моторизованная дивизия «Великая Германия», наступавшая на Обояньском направлении. Таким образом, в операции «Цитадель» приняли участие только 144 тяжелых танка «Тигр», что составляет всего 7,6 % от общего количества немецких танков, задействованных в наступлении под Курском. Существенного влияния на ход событий они, конечно, оказать не могли, тем более что применялись достаточно разрозненно. Вместе с тем следует признать, что пропагандистская кампания, сопровождавшая их появление на фронте, определенного результата достигла. Сообщения об атакующих и подбитых «Тиграх» часто поступали с участков фронта, где их не было и в помине. Во-первых, за «Тигры» часто принимали танки других типов, а во-вторых, из-за так называемой «тигробоязни». Страх перед немецкими танками, сидевший в солдатах с 1941–1942 годов, оставался еще силен, а тут появился новый танк, почти неуязвимый для нашей артиллерии. Естественно, что все противотанковые возможности РККА, в первую очередь, применялись к «Тиграм». Если верить немецким данным, то в течение июля-августа 1943 года безвозвратные потери составили 73 танка «Тигр», а к концу года — 274 танка. При этом в 1943 году в строй после ремонта вернулись только 19 танков этого типа!

К началу высадки союзников в Нормандии в июне 1944-го немцы располагали на Западе 102 «Тиграми» в составе трех тяжелых танковых батальонов СС: 101,102 и 103-го. Больше других отличился первый, в основном благодаря тому, что одной из его рот командовал самый результативный немецкий танкист — оберштурмфюрер СС Михаэль Виттман. Боевую карьеру он начал на Восточном фронте в январе 1943 года, участвовал и Курской битве и к апрелю 1944 года довел число своих побед до 117 (по немецким данным). Весной 1944 года дивизию «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер», в которой служил Виттман, перебросили в Бельгию. Здесь на базе 13-й роты 1-го танкового полка этой дивизии и сформировали 101-й тяжелый танковый батальон СС. Свой, без сомнения, самый известный бой Виттман провел на улицах городка Виллер-Бокаж в Нормандии, где он грамотно воспользовался преимуществами местности и разгромил колонну британских танков. Виттман погиб 8 августа 1944 года близ Фалеза в бою с «Шерманами» 4-й канадской танковой дивизии. С дистанции 1800 м он подбил два «Шермана» из 1-го эскадрона. Чтобы разорвать строй атакующих, «Тигр» Виттмана рванулся вперед, подбил еще один «Шерман», но тут же получил пять попаданий с близкой дистанции. Три снаряда пробили башню, весь экипаж погиб. Помимо этой версии есть еще несколько: танк Виттмана был подбит польским танкистом на «Кромвеле» либо британским летчиком на «Тайфуне». В своем последнем бою Виттман подбил три танка. По немецким данным всего на его счету числится 138 танков и САУ. Вероятно, цифра завышена. Для сравнения, самый результативный советский танкист старший лейтенант Д.Ф. Лавриненко, по официальным данным, уже за четыре военных месяца 1941 года на своем Т-34 подбил 52 немецких танка. Если бы не гибель в декабре 41-го, он вероятно мог бы составить серьезную конкуренцию немецкому танковому асу. Когда Адольф Гитлер узнал о подвигах немецких танкистов-асов, он сказал, что теперь знает, что один батальон «Тигров» значит намного больше, чем стандартная танковая дивизия. Впрочем, высокая результативность отдельных танкистов не могла спасти немецкие войска от поражения. Так, например, 101-й тяжелый танковый батальон СС, в котором служил Виттман, в боях у Фалеза был полностью разгромлен.

Чтобы рассказать о тактических приемах немцев, обратимся к рапорту 2-й новозеландской дивизии о боях под Флоренцией в сентябре 1944 года. Итак:

«Применение. Обычно Тигры действуют из засады, причем обязательно хорошо замаскированной, чаще всего ветками и листвой. Наиболее распространены следующие способы боевого применения Тигров:

1. Скрытый до половины корпуса, Тигр тщательно выбирает подходящую мишень для своей пушки.

2. Тигр действует на заранее подготовленном участке, подступы к которому хорошо защищаются. В этом случае Тигр наносит несколько страшных ударов из первой позиции, а затем быстро отступает на следующую.

3. Тигр действует в тесном взаимодействии с пехотой, усиливает ее своим присутствием и разрушает наши укрепления.

4. Тигр действует при поддержке, по меньшей мере, одного танка или САУ. Это самый распространенный случай его применения.

5. Иногда сопровождает пехоту. В данном случае 6-12 пехотинцев двигаются на расстоянии 50 ярдов (45,6 метра) от танка.»

Толстая броня «Тигра» и мощное вооружение делали его грозным противником для советских танков и танков союзников.

Вот что писал в своих мемуарах командир «Тигра» Отто Кариус:

«…Нашими самыми опасными противниками в России были танки Т-34 и Т-34/85, которые были оснащены длинноствольными 76,2- и 85-мм пушками. Эти танки представляли для нас опасность уже на расстоянии 600 метров с фронта, 1500 метров с боков и 1800 метров с тыла. Танк «Иосиф Сталин», с которым мы познакомились в 1944 году, как минимум, был равен нашему «Тигру». Он значительно выигрывал с точки зрения формы корпуса и башни».

Но на дальних дистанциях у средних танков не было шансов против «Тигра». Известны случаи поражения танком «Тигр» советских Т-34-85 с дистанции 3900 м.

Все эти превосходства породили так называемую «Тигробоязнь». Это влияло на моральный дух как немцев, гак и их врагов.

Из рапорта 2-й новозеландской дивизии о боях под Флоренцией. Сентябрь 1944 г.:

«…Излишняя самонадеянность. Немцы столь высокого мнения о своих тяжелых танках, что зачастую используют их совершенно безрассудно, не останавливаясь перед неоправданным риском. Например, были случаи, когда экипажи подставляли Тигры под огонь тяжелых противотанковых орудий, действовавших с небольшого расстояния. Часты случаи, когда Тигры далеко отрываются от сопровождения, превращаясь в удобную мишень.»

Основным средством борьбы с танками «Тигр» на Западном фронте являлась авиация. Вследствие полного превосходства союзников в воздухе на крышу башни «Тигров» стали монтировать зенитный пулемет MG.42. Для борьбы с «Тиграми» на больших дистанциях довольно эффективно применялись американские истребители танков М10 Wolwerine (пушка 76,2-мм), М18 Hellcat (76,2), М36 Slugger (90-мм). Действовали эти машины в основном из засад. У британцев едва ли не единственным средством для борьбы с «Тиграми» являлся танк Sherman Firefly (светлячок), представлявший собой танк М4 Sherman, поставлявшийся из США по ленд-лизу с устанавливаемым на него с февраля 1944 года 76,2-мм (17 фунтовым) орудием. В среднем один Firefly давался на группу из 4 танков.

Пехота же отбивалась от грозных немецких танков в основном ручными гранатометами. В апреле 1945 года зафиксирован случай, когда британский солдат подбил «Тигр» благодаря одному-единствен ном у удачному выстрелу из ручного гранатомета «Р1АТ».

На Восточном фронте имелись танки и САУ, способные бороться с «Тиграми» на больших дистанциях, но в основном они начали применяться с 1944 года (ИС-2, ИСУ-152, Су-85, Су-100 и др.). Что касается противотанковой артиллерии, то можно сказать, что бронебойный снаряд самого распространенного орудия ЗиС-З (76,2-мм) пробивал лобовую броню с 500 м, а бортовую и кормовую — с 1500 м. Довольно эффективно себя показали 122-мм снаряды, выпущенные из пушки МЛ 20, поставленной на прямую наводку. И вообще, массированное применение полевой артиллерии оказалось эффективным способом обратить «Тигров» в бегство. Экипажи опасались за оптику, электрооборудование и прочие хрупкие детали машины и ретировались с поля боя. Довольно эффективными были противотанковые авиабомбы (ПТАБ), сброшенные со штурмовиков Ил-2.

В большинстве случаев вне зависимости от типа танка (Т-34-85, например, не уступал по скорострельности пушки, но ему еще нужно было подойти на эффективную дистанцию) победа над «Тигром» одерживалась при численном превосходстве. И наши танкисты, и союзные стремились быстрее сблизиться с «Тигром», чтобы уравнять шансы.

На малых дистанциях боя «Тигр» терял свои основные преимущества в вооружении и броневой защите. Интенсивно маневрировать он не мог. Башня его вращалась слишком медленно. Тут в полной мере сказывался основной его недостаток — слишком большая масса, вызванная нерациональным расположением броневых листов корпуса и башни, применение ходовой части с шахматным расположением катков, а также стремление добиться минимального отношения длины опорной поверхности к ширине колеи, повлекшие увеличение ширины корпуса.

Танком аналогичного класса, что и «Тигр», в Красной Армии являлся ИС-2, поэтому рождается вопрос — а кто же лучше? Честно говоря, столкновения ИС-2 с «Тиграми» были довольно редкими. Во всяком случае в описаниях боевого пути немецких тяжелых танковых батальонов таких фактов встречается не более десяти.

По сравнению с «Тигром», ИС-2 был лучше и рациональнее бронирован, и это несмотря на то, что советский танк весил на 10 тонн меньше. Главной причиной этого преимущества была все та же компактность и меньший внутренний объем ИСа. По бронепробиваемости 88-мм пушка «Тигра» была примерно равна 122-мм пушке ИСа, в частности, это зависело и от более качественных боеприпасов, однако в 1,39 раза уступала ей при стрельбе фугасными снарядами. Боезапас «Тигра» был втрое больше, чем у ИС-2.

Скорострельность немецкой KwK 36 была вдвое больше, чем у Д-25 (с полуавтоматическим затвором) и почти втрое — чем у А-19Т (с поршневым затвором). Немецкая оптика превосходила советскую. По маневренности оба танка были примерно равны, но «Тигр», будучи почти квадратным, обладал исключительной поворотливостью. Оба танка могли уверенно пробить лобовую броню друг друга с дистанции 1 км. На более длинных дистанциях успех зависел от выучки экипажа и условий поля боя. Благодаря чуть более толстой броне ИС-2 имел некоторое преимущество над «Тигром» на дистанциях больше 1500 метров, с другой стороны, немецкие танки были оснащены более качественными прицелами, которые повышали точность огня на дальних дистанциях. Поэтому преимущество зависело прежде всего от тактической ситуации и подготовки экипажа.

“Тигр” ранней серии 503 батальона увяз в грязи. Без помощи мощного трактора-тягача не обойтись

Отто Кариус: «Мощь танка в его броне, его подвижности и, наконец, в его вооружении. Эти три фактора следует соотнести друг с другом так, чтобы была достигнута максимальная эффективность танка в действии. Похоже, что этот идеал нашел свое воплощение в «Тигре». 88-мм пушка достаточно хороша для того, чтобы уничтожить любой танк, исходя из того, что вы наносите ему удар в уязвимое место. Наш «Тигр» был достаточно прочным спереди, чтобы выдержать несколько артиллерийских нападений. Однако мы не могли допустить, чтобы удар нам был нанесен сбоку, сзади и особенно сверху И тут требовался расчет и опыт.

Правилами, которыми мы руководствовались, были: «Стреляй первым, а если не можешь этого сделать, по крайней мере, нападай первым». Предпосылкой для этого, конечно, было функционирование в полной мере связи от танка к танку, а также между членами экипажа. Более того, требовалось наличие быстро действующей и точной системы наводки орудия. В большинстве случаев у русских отсутствовали обе эти предпосылки. По этой причине они часто оказывались в невыгодном положении, даже при том, что не уступали нам в броне, вооружении и маневренности. С танками «Иосиф Сталин» они даже превосходили нас.»

У союзников же ничего подобного не было до самого конца войны. В начале 1945 года на фронте появился тяжелый М26 Pershing, но на ход боевых действий он никак не повлиял. Несколько машин повоевали на Окинаве.

Всего в 1944 году немцы потеряли 756 «Тигров», при этом из ремонта вернулись в строй только 60. На начало ноября 1944 года вермахт и войска СС располагали 317 «Тиграми» на Восточном фронте, 84 — на Западном и 36 — в Италии. К 1 марта 1945 года Красной Армией и войсками западных союзников было уничтожено 1032 танка этого типа. На ту же дату, по официальной немецкой статистике, в армии резерва имелось 43 «Тигра», включая пять учебных, а во фронтовых частях — 142 машины, включая 31 командирскую.

Для установки двигателя Maybach HL 210 РЗО на «Тигр» необходим трехтонный кран

«Тигры» были на вооружении и у союзников Германии. Летом 1943 года три танка «Тигр» передали во временное пользование итальянцам. После капитуляции Италии их вновь вернули под знамена Панцерваффе.

В 1944 году небольшое количество (от 3-х до 12-ти) «Тигров» было продано в Венгрию. Также один танк был закуплен Японией, но доставить на подлодке в разобранном виде не получилось. В итоге Япония сдала танк в аренду немцам.

В настоящее время два «Тигра» находятся в Британском Королевском танковом музее в Бовингтоне; по одному — в музее Абердинского полигона в США, во французском танковом музее в Сам юре и в подмосковной Кубинке.

Общая оценка танка

Компоновка «Тигра» обеспечивала комфортные условия экипажу в бою и позволяла рационально и удобно разместить внутренние агрегаты. Техническое обслуживание трансмиссии осуществлялось без выхода экипажа из танка. Вместе с тем при более сложных неисправностях для ремонта приходилось снимать башню.

О трансмиссии и органах управления стоит поговорить особо. Ничего подобного с точки зрения удобства для механика-водителя не встречалось ни на одном танке тех лет, за исключением «Королевского тигра», имевшего аналогичную трансмиссию. За счет применения автоматического гидравлического сервопривода для управления 56-тонным танком не требовалось сколь-нибудь значительных физических усилий. Передачи переключались буквально двумя пальцами. Поворот осуществлялся легким поворотом штурвала. Управление танком было настолько простым, что с ним мог справиться любой член экипажа, что в боевой обстановке оказывалось немаловажным. Отто Кариус: «…Он и в самом деле ездил, как автомобиль. Буквально двумя пальцами мы могли управлять 60-тонным гигантом мощностью 700 лошадиных сил, ехать со скоростью 45 километров в час по дороге и 20 километров в час по пересеченной местности. Однако с учетом дополнительного оборудования мы могли двигаться по дороге со скоростью 20–25 километров в час и соответственно с еще меньшей скоростью по бездорожью.»

Помимо трансмиссии, хорошей поворотливости танка способствовало маленькое отношение длины опорной поверхности к ширине колеи L/B — 1,26 (для сравнения: у «Пантеры» — 1,5, у ИС-2 — 1,78, у М/с IV — 1,72), а также прямоугольная форма корпуса.

Вооружение — сильнейшая сторона этого танка. 88-мм орудие отлично боролось со всеми видами бронетехники врагов Германии. Благодаря великолепным прицелам и выучке танкистов «Тигр» мог поражать вражеские танки, не подпуская их близко к себе, а иногда и не обнаруживая собственной позиции. При этом орудие имело неплохую скорострельность — 6…8 выстрелов в минуту.

«Тигр майора Шульце, благодаря мастерству водителя унтерофицера Фринлинга, добрался до Ахума и спрятался за пылавшей фермой. В это время по дороге перед фермой двигался танковый авангард 5-ой танковой дивизии США. Внезапно порыв ветра отнес завесу дыма, и Тигр оказался как на ладони. Шерманы устремились к Тигру, но его орудие повернулось в их сторону и сделало четыре выстрела. Три американских танка и бронеавтомобиль были подбиты.» («Малоизвестная история кампф-группы Шульце» из статьи доктора Джузеппе Финицио).

Как видим, чтобы поразить четыре движущиеся цели танку потребовалось всего четыре выстрела.

Ходовая часть с шахматным расположением катков, хотя и обеспечивала танку ряд преимуществ перед традиционной (плавность хода, меньший износ резиновых бандажей), но, кроме недостаточной маневренности в ближнем бою, сложности в производстве и эксплуатации, была очень тяжелой. Суммарная масса опорных катков «Тигра» составляла 7 т, а у ИС-2, например, — 3,5. Общий же вес ходовой части с гусеницами у «Тигра» равнялся 14 т, у ИС-2 — 9,3 т — соответственно 24,6 % и 20,2 % от массы машины. Помимо этого недостатка шахматного расположения катков, минусом можно считать и то, что в зимних условиях на Восточном фронте грязь и снег, с вечера набившиеся между катками, к утру не позволяли танку сдвинуться с места. При поломке катка, расположенного ближе к корпусу, ремонт мог затянуться на целый день.

Вероятно, если бы немецкие конструкторы расположили броневые листы под рациональными углами наклона и немного уменьшили их толщину (что не сказалось бы отрицательно на защищенности машины), применили бы традиционную ходовую часть и, наконец, ограничили значение L/B=l,5 (как у «Пантеры»), то у них бы вышло снизить массу «Тигра» до 45…46 т. При этом удельная мощность возросла бы до 14 л.с./т, а удельное давление существенно понизилось, что положительно сказалось бы на подвижности и проходимости танка (что было особо важно в условиях Восточного фронта), был бы исключен перегрев двигателя и трансмиссии, связанный с перегруженностью конструкции. Именно выход из строя двигателя и трансмиссии был «хронической болезнью» танка, от которой не получилось избавиться до конца войны. Наверное, самым невезучим в плане поломок оказался 508-й тяжелый танковый батальон. С 23 по 25 мая 1944 года батальон потерял практически все свои танки возле Чистерна-ди-Рома. Тут ярко и фатально проявилась техническая ненадежность «Тигра». Например, когда 23 мая 1944 года шестнадцать «Тигров» попытались выехать на насыпь возле железнодорожного вокзала, три «Тигра» «скончались», так и не увидев противника: у двух слетели гусеницы с ведущих колес, а у третьего классически сломалась коробка передач. Несколько «Тигров» просто не смогли взобраться по склону на насыпь из-за того, что орудия упирались в склон и, главное, двигатели машин не тянули собственный вес.

Тяжесть «Тигра» была проблемой и при пересечении рек на Восточном фронте — не каждый советский мост мог выдержать машину массой почти в 60 т.

Тем не менее, несмотря на описанные выше недостатки ходовой части, «Тигр» является едва ли не лучшим тяжелым танком войны. Конкуренцию ему может составить лишь ИС-2, не уступавший «Тигру» ни в чем. «Тигр» не был неуязвимым танком, но его репутация наводила ужас на танкистов, пехотинцев и артиллеристов. «Тигр» стал легендой Второй мировой войны, несмотря на свои недостатки и относительно малый объем выпуска (всего 1355 единиц).

«Тигр» последней модификации, предположительно 506 батальона тяжелых танков, уничтоженный в ходе операции “Багратион” в районе Дрогобыча летом 1944 года

ТТХ танка “Тигр»

Наименование: Pz.Kpfw.VI (Sd.Kfz.181) Tiger Ausf Е

Экипаж (чел)… 5

Длина с пушкой вперед (м)… 8,453

Ширина (м)… 3,700

Высота по башне (м)… 2,934

Клиренс (м)… 0,43

Боевая масса (тонн)… 57

Вооружение: 1х88-мм пушка 8,8cm kWk36 L/56; 2x7,92-мм пулемет MG.34

Боекомплект, выстрелов… 92; патронов для пулеметов… 4800

Угол горизонтального наведения, градусов… 360

Угол вертикального наведения, градусов от… — 9 до +10

Двигатель: «Майбах» HL 120 Р45, 12-цилиндровый, V-образный, жидкостного охлаждения, мощность 700 л.с. при 3000 об/мин.

КП: 8 вперед, 4 назад

Максимальная скорость (км/час): по шоссе… 38; по грунтовой дороге… 20

Запас хода (км): по шоссе… 140; по грунтовой дороге (км)… 100

Бронирование:

Лоб надстройки (мм/угол наклона в градусах)… 100/10

Лоб корпуса… 100/24

Маска пушки… 110/0

Борт башни… 80/0

Борт надстройки… 80/0

Борт корпуса… 60/0

Корма башни… 80/0

Корма надстройки… 25/90

Корма корпуса… 80/8

Крыша башни… 25

Крыша корпуса… 25

Днище… 25

Максимальный подъем (град.)… 35

Высота преодолеваемой стенки (м)… 0,8

Ширина преодолеваемого рва (м)… 2,3

Глубина преодолеваемого брода (м)… 1,2

• РАКЕТНО-КОСМИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА

Ведущая к цели

Николай Иванович Игнатьев окончил ХАИ в 1962 г., после чего 5 лет работал в авиапромышленности.

В течение последующих 33 лет работал в КБЭ «Электроприборостроения» (ныне АО «Хартрон»), принимая участие в создании систем управления ракетно-космической техники.

О ракетах и самолетах (особенно) рассказывать красиво и завлекательно относительно просто, так как «к авиации, вообще ко всяким летучим устройствам люди относятся с особенным интересом», и это, очевидно, потому, что «летательный аппарат красив наивысшей в технике красотой», потому что он всегда сплав граничных и запредельных способностей человека.

Но может ли радовать глаз та «начинка», которая, максимально игнорируя внешние раздражители, с большой точностью ведет конкретный летательный аппарат до цели, «принуждает» его выполнять возложенную на него задачу, даже при отсутствии на борту человека?

На этот вопрос ответить утвердительно вряд ли возможно.

Если говорить о современной баллистической ракете (БР), то ее система управления (СУ), выполняющая задачу осуществления полета по заданной программе, — это сложный комплекс взаимодействующих приборов и исполнительных органов. Ее приборы — это некоторое количество угловатых, невзрачных на вид ребристых «коробков», заключающих в себе «мозг» ракеты. Он не подчиняется эмоциям, не реагирует на внешние раздражители, ведет ракету к цели по расчетной, программной траектории. Основное его назначение заключается в том, чтобы «указать» ракете нужную скорость под нужным углом наклона ее вектора к горизонту в нужной точке пространства с приемлемой точностью и в нужное время.

Траектория полета может быть определена заранее и введена в программное устройство. Тогда не потребуется иметь на борту ракеты сложных вычислительных устройств, формирующих программу полета в соответствии с взаимным положением цели и ракеты и с учетом различных ожидаемых возмущений, действующих на нее.

Но фактические условия полета ракеты отличаются от принятых при расчете траектории из-за воздействия на нее различных непредвиденных «возмущающих» факторов. Кроме того, трудно изготовить все ракеты одного типа одинаковыми по своим свойствам: массе, положению центра масс (ЦМ) и многому другому. Поэтому ракета без системы, способной корректировать ее полет, может легко «ошибиться» адресом.

В ракетах могут применяться инерциальные, астроинерциальные системы, программные с использованием ориентиров, связанных с Землей, радионавигационные системы, а также системы управления с подачей команд по радиоканалу и системы самонаведения.

Точность работы СУ во многом определяется точностью ее измерительных устройств. В их качестве могут быть использованы радиосредства или же акселерометры.

При использовании радиосистемы наведения на борту ракеты находится только часть приборов, а другая их часть размещается на Земле. Передатчик радиоустройства, установленного на ракете, автоматически подает сигналы, по которым на пусковой позиции измеряется скорость ракеты. При достижении необходимой скорости радиостанция на наземной базе посылает в эфир соответствующий сигнал, и двигатели ракеты прекращают работу. Такая система управления зависит от аппаратуры, находящейся вне БР (обычно на Земле), то есть является неавтономной.

Современные СУ БР, как правило, не используют внешнюю информацию (радиосигналы аппаратуры, расположенной вне ракеты, излучение небесных тел и т. п.), — весь комплекс приборов СУ размещается на борту ракеты. Ракета с такой системой управления не боится внешних помех, а ее пуск не зависит от времени суток и состояния атмосферы. Такие СУ являются (в основном) инерциальными, поскольку принцип работы измерительных устройств СУ основан на законе инерции (второй закон Ньютона). Свойство инерции тел используется для определения отклонений ракеты от заданной траектории полета, вызванных действием различных внешних сил.

Основными элементами гиростабилизированных платформ (ГСП), позволяющими замерять угловые параметры летательного аппарата, являются гироскопы.[4]

СПРАВКА 1

С помощью трех гироскопов ракета обеспечивается инерциальной (невращающейся) системой координату ориентированной в пространстве системой отсчета — создается основной КОМАНДНЫЙ прибор в инерциальных системах управления ракетой — ГИРОСТАБИЛИЗИРОВАННАЯ ПЛАТФОРМА (ГСП), угловое положение которой относительно заданных направлений в пространстве удерживается неизменным с высокой точностью или изменяется по заданной программе.

ГСП несет на себе АКСЕЛЕРОМЕТРЫ, измеряющие кажущееся ускорение или кажущуюся скорость центра масс (ЦМ) ракеты в строго определенных направлениях.

КАЖУЩЕЕСЯ УСКОРЕНИЕ — часть полного ускорения ракеты (или КА), сообщаемая всеми действующими внешними силами, за исключением сил тяготения.

Кажущееся ускорение измеряется АКСЕЛЕРОМЕТРОМ.

Добавлением к кажущемуся ускорению гравитационного определяется полное ускорение ракеты (или КА).

КАЖУЩАЯСЯ СКОРОСТЬ - скорость ракеты (или КА), определенная по значению кажущегося ускорения.

Кажущаяся скорость измеряется бортовыми приборами — интеграторами линейных ускорений — или вычисляется по кажущемуся ускорению интегрированием.

Если измерить ускорение ЦМ ракеты по трем направлениям: «вперед-назад», «вверх-вниз» и «вправо-влево», то можно вычислить и отклонение ее от заданной траектории во всех плоскостях.

Три акселерометра, установленных на ГСП, и служат для этого.

Значения ускорений в виде электрических напряжений с акселерометров идут на входы интеграторов. Информация на выходе каждого из них пропорциональна скорости.

Если нужно вычислить и путь, пройденный ракетой, добавляется второй интегратор — интегратор скорости: информация с выхода этого интегратора пропорциональна пройденному пути.

Очевидно, нужно иметь точные «часы», которые бы выдавали время в обработанном виде, например, в виде напряжения. Этот отсчет «времени» нужен для вычисления скорости ракеты и ее положения в пространстве.

По-настоящему все началось с А-4, ракеты, в которой победители Германии увидели то, «чего не может быть!»

Ракета после электрических проверок всех ее систем, после испытаний, имитирующих работу автоматики, уходила в полет из вертикального положения.

После отрыва ракеты от пускового стола срабатывал контакт подъема (КП), фиксируя начальный момент ее подъема. Сигнал от него являлся первой бортовой командой, по которой обесточивались электромагниты, удерживающие отрывные штекеры (электрические разъемы); включался в работу интегратор перегрузок; начинал действовать программный токораспределитель (ПТР), который предназначен для подачи управляющих команд в определенной временной последовательности группе приборов, находящихся на борту ракеты.

Конструктивно ПТР представляет собой кулачковый валик, связанный через шестеренчатый редуктор с электродвигателем постоянного тока. При вращении валика кулачки замыкают контакты, что и дает начало соответствующим командам.

Когда скорость ракеты становилась равной заданной, подавалась команда на прекращение работы двигателя. Далее ракета двигалась по баллистической траектории, подчиняясь законам движения свободно брошенного тела.

Программный токораспределителъ ракеты А-4 (Фау-2) без кожуха.

1 — программный валик, 2 — группа контактов, 3 — нижняя плата, 4 — верхняя плата, 5 и 6 — стойки, 7 — зубчатый редуктор, 8 — штекер (электрический разъем), 9 — реле.

Эта схема в общих чертах сохранялась для ракет первого поколения, до появления счетно-решающих приборов и БЦВМ.

Заметим, что идея аналоговой системы управления ракеты А-4 на более совершенной элементной базе получила продолжение в ракетах 8К64 (Р-16), 8К63 (11К63), 8К67. К тому времени вошли в жизнь магнитные усилители, шаговые двигатели, полупроводниковые приборы, сильноточные дистанционные переключатели и слаботочные реле.

Толчок дальнейшему развитию ракетной техники дало рождение атомной бомбы. Чтобы она стала оружием, ей требовалось соединение ракетной техники, радиолокации, автоматики, приборостроения. Потребовались электронные машины для вычислений и управления.

Автономные СУ первых баллистических ракет не удовлетворяли требованиям точности. В связи с этим в их состав вводились радиосистемы.

Наземные станции этих систем на основании данных траекторных измерений при полете ракеты формировали и передавали на борт в виде аналоговых сигналов команды на снижение тяги и выключение двигателей последних ступеней, добиваясь таким образом приемлемой точности стрельбы. Поступала входная информация и для автомата стабилизации, входящего в состав автономной системы управления.

Первой радиосистемой такого рода стала система боковой радиокоррекции (БРК-1) разработки НИИ-885 для ракеты Р-2 конструкции ОКБ С. Королева. Проще говоря, БРК представляла собой радиомаяк, равносигнальная зона которого совмещалась с плоскостью прицеливания (с плоскостью стрельбы).

В 1953 году в стенах того же института была разработана система радиоуправления (РУП-62) для ракеты с дальностью около 1200 километров. С ее помощью определялась реальная скорость ракеты и расстояние до нее, по этим данным назначался момент выдачи команд на выключение двигателя ракеты. После чего система измеряла параметры пассивного участка траектории полета и прогнозировала точку падения головной части.

Но наличие подобных связей с Землей делает ракету уязвимой от влияния извне.

Когда весной 1951 года Днепропетровский автомобильный завод вместо грузовиков приступил к производству первых отечественных баллистических ракет Р-1, Р-2 и Р-5 разработки «фирмы» Сергея Королева, освоение бортовой и наземной аппаратуры СУ ракеты Р-1 было поручено Харьковскому заводу «Электроинструмент». Заводу присвоили наименование «Харьковский союзный завод № 897 МПСС, предприятие почтовый ящик 201» (с 1966 года ему дано открытое название «Коммунар»).

И вскоре завод выпустил первую партию бортовых приборов ракеты Р-1 (8А11): «Коммунар» стал для Харькова началом приобщения к ракетной технике.

Вторым серийным заводом по производству аппаратуры был определен (тоже харьковский) завод имени Т.Г. Шевченко («Предприятие п/я 409»). Сопровождение серийного производства систем бортовой радиокоррекции баллистических ракет средней дальности было основной задачей Специального конструкторского бюро (СКБ) завода.

Новую страницу в истории отечественной ракетной техники открыла баллистическая ракета средней дальности на так называемых высококипящих компонентах топлива, создание которой было узаконено Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 13 августа 1955 года.

Переход на новые компоненты потребовал решения целого ряда проблем, связанных со стойкостью конструкционных материалов к агрессивным средам и сохранением стабильности компонентов топлива при длительном нахождении их в баках ракеты.

Р-12, хоть и на новой основе, как бы повторяла ракету Королева Р-5. Но она обладала преимуществом — не надо было рядом с боевой позицией размещать целые заводы по производству жидкого кислорода.

Это было начало принципиально другого направления в развитии БРК, которое привело к созданию баллистической ракеты, пригодной для массового применения в войсках.

Ради справедливости следует сказать, что идея такой ракеты родилась в стенах НИИ-88, но воплощение ее в жизнь в виде одноступенчатой ракеты с несущими топливными баками, отделяемой в полете головной частью и автономной инерциальной системой управления заслуженно и бесспорно принадлежит коллективу завода № 586.

Инерциальная система управления разрабатывалась в московском НИИ-885.

В 1958 году к освоению и производству бортовых приборов СУ и наземного пуско-проверочного оборудования ракеты Р-12 по документации СКВ завода № 867 подключился «Киевский радиозавод» (КРЗ).

Но вскоре наметилось отставание ракеты Р-12 к летно-конструкторским испытаниям (ЛКИ). Причин было много, а «затягивание» готовности системы управления определялось огромной загрузкой НИИ-885, коллектив которого трудился над разработкой подобных систем для всей ракетно-космической отрасли страны. На фоне этих трудностей главному конструктору ОКБ-586 Янгелю удалось убедить «верхи», что ему нужна «своя контора». И в результате 11 апреля 1959 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли Постановление Х«390–182 о создании Особого конструкторско- го бюро № 692 (ОКБ-692 — секретное обозначение, для открытой переписки — «Организация абонентный ящик 67» (а/я 67), с июля 1966 года — п/я А-7160 (КБЭ) МОМ) с опытным заводом для разработки и изготовления приборов систем управления ракетных комплексов М.К. Янгеля.

Местом дислокации а/я 67 выбрали Харьков. Для размещения нового ОКБ решили использовать здания и сооружения Харьковского военного училища МВД СССР.

ПТР ракеты 8К64.

1 — зубчатый редуктор; 2 — программный валик; 3 — контактная группа.

Создавалось очень секретное ОКБ-692, оставшееся в памяти жителей города Харькова как «Шестьдесят седьмой почтовый ящик», на базе серийного конструкторского бюро (СКБ) при Харьковском союзном заводе № 897 и СКБ-285 (при заводе им. Т.Г. Шевченко).

Первым руководителем нового ОКБ и начальником предприятия был назначен доктор технических наук Борис Михайлович Коноплев — человек сложной и необычной судьбы: он еще в 1937 году, не имея диплома радиоинженера, был весьма авторитетным радиоспециалистом. Во время войны работал по организации радиосвязи на маршрутах северных морских конвоев. В 1947 году его «захватила» ракетная техника. В начале 1950 года Коноплев возглавил в НИИ-885 все радиотехническое направление. Тогда он был горячим сторонником комбинированных систем управления, то есть сочетания автономной инерциальной и корректирующей ее ошибки радиосистемы. Но, став во главе молодого ОКБ, он оценил значение автономных СУ.

Перед ОКБ-692 была поставлена огромной важности задача — разработка в кратчайшие сроки СУ МБР Р-16 (8К64) с обеспечением ее длительного боевого дежурства (БД) в заправленном состоянии.

А в ракете многое было впервые. Окончательно было признано принять к реализации идею чисто инерциальной СУ.

Сложность выполнения задания усугублялась тем, что создание научного и производственного центра проходило в совершенно неприспособленных для этого помещениях. Достаточно сказать, что сборочный цех ОКБ размещался в фойе бывшего клуба училища.

Хрущев, выступая после возвращения из Нью-Йорка на митинге в Москве 20 октября 1960 года, грозился показать «господам» «Кузькину мать». Ракета-носитель для нее в эти дни срочно готовилась к испытательному полету.

СПРАВКА 2

13 мая 1959 года Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР конструкторскому бюро «Южное» (тогда еще ОКБ-586, предприятие п/я 203) была поручена разработка межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) на так называемых высококипящих компонентах топлива.

И ответом на американский вызов ракетой «Титан-1» стала Р-16 (8К64), SS-7, Saddler.

Длина ракеты… 31 м.

Диаметр корпуса… 3,0 м.

Стартовый вес… 140 тонн.

Дальность полета в пределах от… 11000 до 13000 км.

Ракета была выполнена по схеме с поперечным делением ступеней.

Первая ступень состояла из переходника, к которому крепилась вторая ступень, бака окислителя, приборного отсека, бака горючего и хвостового отсека с силовым кольцом. Топливные баки несущей конструкции. Для обеспечения устойчивого режима работы ЖРД баки имели наддув: бак окислителя в полете встречным потоком воздуха, бак горючего сжатым воздухом из шаровых баллонов, размещенных на борту ракеты.

Двигательная установка состояла из маршевого и рулевого двигателей. Маршевый двигатель имел суммарную тягу на земле 227 тонн. Рулевой двигатель имел четыре поворотные камеры сгорания и развивал тягу на земле 29 тонн. Система подачи топлива — турбонасэсная с питанием турбин продуктами сгорания основного топлива.

Вторая ступень служила для разгона головной части (ГЧ) до скорости, обеспечивающей заданную дальность, имела аналогичную конструкцию, но была короче и меньшего диаметра. Ее двигательная установка (ДУ) во многом была заимствована от первой ступени. Маршевый двигатель развивал тягу 90 тонн (в пустоте). Рулевой двигатель отличался меньшими размерами и тягой (5 т).

Все двигатели ракеты работали на самовоспламеняющихся (при контакте) компонентах топлива: окислитель АК-27И, горючее — несимметричный диметилгидразин (НДМГ), которым было дано условное название — «амил» и «гептил».

Впервые в отечественной практике для этой ракеты была предложена инерциальная автономная СУ. В качестве чувствительного элемента СУ впервые на советских межконтинентальных ракетах применена ГСП с установленными на ней в плоскости стрельбы гироинтеграторами.

Программные функции на борту выполняли магнитофон (носителем информации была специальная проволока) и ПТР.

В СУ ракеты входили автоматы угловой стабилизации, стабилизации центра масс, система регулирования кажущейся скорости, система одновременного опорожнения баков, автомат управления дальностью. Приборы системы управления располагались з приборных отсеках на первой и второй ступенях.

Квадратичное вероятное отклонение (КВО) при полете на максимальную дальность составило около 2700 м.

Р-16 оснащалась отделяемой ГЧ двух типов, отличавшихся мощностью термоядерного заряда (3 Мт и 6 Мт).

Как и все ракеты первого поколения, она не могла долго находиться с заправленными баками: в состоянии постоянной готовности хранилась в укрытиях или шахтах с пустыми баками.

Пуск ракеты осуществлялся после ее установки на пусковой стол, заправки компонентами ракетного топлива и сжатыми газами, после проведения операций по прицеливанию. В высшей степени готовности Р-16 могла стартовать через 30 минут.

По мере развития и улучшения тактико-технических характеристик ракет усложнялись задачи, решение которых возлагалось на системы управления, требования к точности росли, аналогово-релейные принципы построения аппаратуры исчерпали себя. Коллектив разработчиков ОКБ-692 пришел к выводу о необходимости применения в заказах специальной цифровой техники.

БЦВМ 1А100

В 1961 году начались работы по созданию цифровых систем с применением счетно-решающих приборов на феррит-транзисторных ячейках, положившие начало разработкам второго поколения систем управления.

Вместо аналоговых усилителей и электромеханических ПТРов стали применяться функционально законченные модули на полупроводниковых элементах и запоминающие устройства на ферритовых сердечниках.

Два акселерометра со своими интеграторами показывали, насколько ракета отклонилась в полете в бок и по высоте. Третий акселерометр давал информацию о скорости ракеты и пройденном ею пути. Информация поступала в счетно-решающие приборы (СРП). В них перед пуском на Земле закладывалась расчетная информация о скорости и расстоянии, которые БР должна иметь в определенные моменты времени. СРП сравнивали замеренную и расчетную информации, переводили измерения в координаты траектории и выдавали «сигнал ошибки», который через исполнительные органы подправлял траекторию ракеты, приближая ее к расчетной (программной).

Применение в системах управления счетно-решающих приборов вызвало необходимость развития производства многослойных печатных плат, модульного проектирования конструкций аппаратуры, разработки и освоения технологии изготовления оперативных и долговременных запоминающих устройств.

В середине 60-х годов в течение ряда лет в Москве по Красной площади на военных парадах возили межконтинентальную баллистическую ракету 8К99. Точнее, видели всего лишь транспортно-пусковой контейнер ракеты, размещенный на ходовой части тяжелого танка. 8К99 была уникальной тем, что она хранилась и транспортировалась в контейнере, из которого она и уходила в полет при помощи гак называемого «минометного» старта. Ракету из контейнера «выталкивал» пороховой аккумулятор давления, двигатели первой ступени запускались уже за пределами контейнера. Кроме несомненных достоинств, этот тип передвижного старта позволял существенно увеличить дальность полета ракеты.

Система управления ракеты имела некоторые особенности — был применен моноблочный принцип компоновки бортовой аппаратуры (все бортовые приборы аппаратуры СУ, кроме ГСП, размещались в одном контейнере).

На вооружение ракету не приняли. Однако идеи, заложенные при ее создании, были широко использованы при разработке новых ракетных комплексов.

СУ 8К99 стала последней разработкой ОКБ-692 на старом теоретическом и технологическом фундаменте. После чего стало ясно, что принцип построения систем управления на основе аналоговых и дискретных счетно-решающих устройств не имеет перспективы. Дальнейшего совершенствования систем управления баллистических ракет потребовало увеличение объемов информации, обработка ее на борту ракеты в реальном масштабе времени. Последовало коренное изменение наземной аппаратуры.

Действительно революционным явилось использование в системах управления ракет бортовых цифровых вычислительных машин, обеспечивающих функционирование ракетного комплекса при наземных предстартовых проверках и в полете ракеты.

Современные системы управления строятся на основе бортовой ЦВМ (БЦВМ). Находясь на борту, она решает задачи управления движением (в том числе ориентации и стабилизации), автономной и инерциальной навигации, программного управления и др., она может осуществлять контроль и проверку различных систем ракетного комплекса.

Наличие бортовой цифровой вычислительной машины сделало возможным применение более совершенных законов управления, упрощение аппаратуры СУ и сокращение числа связей Земля-борт.

Когда стало ясно, что без нее не обойтись, специальными решениями правительства был утвержден план работ по созданию базовых БЦВМ и систем управления на их основе.

Разработчиком ЦВМ «Аргон-11» такого назначения был определен НИИ цифровой электронно-вычислительной техники (НИИЦЭВТ) Министерства радиотехнической промышленности.

К концу 60-х годов специалистам ОКБ-692 стало ясно, что разрабатывать бортовую цифровую вычислительную машину, наилучшим образом отвечающую конкретным требованиям, нужно собственными силами. Многие высказались за использование «своей» БЦВМ, поскольку в «чужую», да еще и предназначенную для целого ряда заказчиков машину вносить какие-либо коррекции в систему команд или что-либо другое будет сложно и чревато увеличением времени при создании систем. Проведенные исследования показали — технический уровень ОКБ-692 позволяет создать БЦВМ для систем управления ракет разработки ОКБ М. Янгеля.

В 1965 году в одной из лабораторий ОКБ-692 была начата отработка методики проектирования БЦВМ, оценки взаимных связей и взаимовлияния входящих в нее блоков.

В результате появился экспериментальный образец — одноканальная, одноадресная машина 1А100. Строилась она на модулях серии «Тропа-1».

В 1968 году началась разработка штатной БЦВМ 1А200 в трехканальном варианте со съемными блоками ПЗУ (постоянное запоминающее устройство) с применением только что появившихся интегральных схем. На ее основе формировались системы управления МБР Р-36 (15А14) и УР-100Н (15А30) — в КБЭ опытно-конструкторские работы (ОКР) по этим системам имели шифр — заказ 274 и 34 соответственно.

БЦВМ 1А200

Блоки центрального процессора (ЦП) 1А200 и устройства ввода-вывода (УВВ) строились на интегральных микросхемах серии 106, блок оперативного запоминающего устройства (ОЗУ) был выполнен на ферритовых накопителях «Куб-1М», ПЗУ — на П-образных ферритовых сердечниках. Для электронных ОЗУ была разработана серия гибридных микросхем частного применения типа «Пенал», изготовление которых было передано заводам.

1А200 стала отправной для создания целой серии других, а через два года впервые в СССР был произведен успешный запуск ракеты нового для КБЮ (п/я В-2289) поколения 15А14.

Появление БЦВМ в составе СУ повысило точность БР, снизило ошибки навигации путем учета собственных погрешностей ГСП, появилась возможность калибровки командных приборов без снятия ракеты с боевого дежурства, повысилась боеготовность, появилась возможность оперативного перенацеливания ракет.

В конце 1971 года БЦВМ 1А200 была заменена на 15/1579 (быстродействие — 108000 операций в секунду, емкость ОЗУ — 16 килобайт, емкость ПЗУ — 28 килобайт).

БЦВМ 15/1579 была унифицирована для СУ ракет Р-36М и УР-100Н (SS-18 и SS-19).

Удачно выбранные и реализованные ее характеристики позволили за короткое время путем минимальных изменений создать целый ряд систем управления с высокими техническими характеристиками. Комплекс мер по гарантированию надежности обеспечили этой БЦВМ уникальную длительность жизни — около 25 лет, а ее несколько модернизированный вариант находится на боевом дежурстве в российской армии и в настоящее время.

Это результат работы многих коллективов прибористов, конструкторов, технологов, программистов, испытателей, рабочих и специалистов ОКБ-692, завода «Электроприбор», Киевского радиозавода, и Харьковского завода им. Т.Г. Шевченко.

Применение ЦВМ в системе управления вызывало опасения головного предприятия за обеспечение успешного «минометного» старта ракеты, так как при сбое бортовой ЦВМ двухсоттонная ракета с неработающим двигателем могла упасть на стартовое сооружение. В целях безопасности специалистами ОКБ-692 была создана релейная система, которая дублировала команды БЦВМ. Но, к счастью, она не понадобилась.

Впервые в СССР БЦВМ в составе СУ была использована при бросковых испытаниях ракеты Р-36М в середине 1972 года.

Внедрение цифровых вычислительных машин вначале в бортовой, а затем и в стартовой аппаратуре положило начало созданию третьего поколения систем управления для образцов ракетно-космической техники.

Работы по БЦВМ дали толчок созданию интегральных микросхем (ИМС), вызвав технологический прорыв в области построения сложных цифровых систем. Новая элементная база «потянула» за собой совершенно новые технологические приемы, использование многослойных печатных плат, изготовление которых было связано с большим количеством сложных и трудоемких операций. Основные элементы БЦВМ (и других электронных приборов) стали создаваться с применением систем автоматизированного проектирования.

Новые принципы построения систем потребовали кардинальных решений по повышению качества отработки и изготовления аппаратуры. В связи с этим была создана специальная технология отработки и испытаний систем управления на стендах математического, полунатурного и натурного моделирования.

На завершающем этапе системы управления проходили цикл исследований на комплексных стендах, включающих в свои состав реальную аппаратуру или физические эквиваленты всех приборов, соединенных реальной кабельной сетью.

Такая схема построения позволила проверить функционирование системы не только на всех штатных режимах, но и обеспечить отработку аппаратуры и программно-математического обеспечения при имитации различных нештатных ситуаций и «крайних» значениях параметров.

Приказом № 376 от 11.06.71 г. по предприятию п/я А-7160 (КБЭ) было объявлено об успешном выполнении обязательств по изготовлению ЦВМ 1А200М.

Наступил этап электроники. Появление такой «начинки» в составе ракеты потребовало немало интеллектуальных усилий ее создателей.

В последующие годы была разработана архитектура пяти поколений бортовых цифровых вычислительных машин.

Особое место принадлежит системе динамической коррекции программ. Она обеспечила возможность оперативного внесения необходимых изменений в программное обеспечение бортовых цифровых вычислительных машин (без снятия для перепрошивки запоминающих устройств в заводских условиях) по каналам связи «Земля-борт» на всех этапах работ, включая испытания на старте и функционирование космического аппарата на орбите.

В течение 1975–1976 годов был разработан процессор М4М для цифровых вычислительных комплексов второго поколения. Надежность разрабатываемых систем была существенно улучшена за счет введения многоярусного мажоритирования.

Когда появились первые интегральные микросхемы, электронная промышленность СССР отставала от американской примерно на 3–4 года. В дальнейшем это отставание только увеличивалось. Высокий уровень надежности элементной базы в США позволял системным и приборным фирмам не резервировать БЦВМ и другую аппаратуру (кроме аппаратуры для «Шаттлов» и ряда других КА). От нас же заказчик требовал иметь уровень надежности СУ выше, чем у американцев: уж очень высока была бы цена аварии, особенно для ракет с ядерными зарядами. И имея существенно уступающую по степени отработки американской элементную базу, мы вынуждены были использовать резервированные структуры (как правило, троированные), что увеличивало вес и габариты аппаратуры. Зато надежность СУ в полете получалась на достаточно высоком уровне.

БЦВМ на основе процессора — М4М применялась в системе старта ракеты 11К25; на боковых блоках и в системе аварийной защиты (САЗ) — ЦВМ типа М4М; на выносном командном пункте — типа СМ2.

С конца 70-х годов начинается работа по созданию третьего поколения цифровых вычислительных комплексов на базе процессора М6, построенном на больших интегральных схемах (на БИСах) и микропроцессорных комплектах с увеличенным быстродействием и надежностью. Создание процессора М6 шло с большими трудностями, т. к. одновременно с разработкой процессора шла отработка элементной базы, создаваемой на предприятиях электронной промышленности. В машине широко использовались микропроцессорные сборки БИС.

ЦП М4

В ноябре 1979 года первый комплект БЦВМ М6 с лучшими характеристиками по сравнению с БЦВМ 15 Л579 (быстродействие — 1 млн. операций в секунду, разрядность — 32, емкость ОЗУ — 16 Кб, емкость ПЗУ — 192 Кб) был передан на испытания.

В 80-х годах был создан ряд центральных процессоров — М4М, М6М, М61, М7, которые стали основой для создания четвертого поколения многомашинных вычислительных комплексов.

В конце 1982 года была завершена разработка процессора М6М, на основе которого построена БЦВМ для центрального блока PH 11К25 «Энергия». Надежность ее подтверждена при испытаниях двигателей блока Ц ракеты 11К25 и при первой попытке запуска ОК «Буран» 29 октября 1988 года.

БЦВК М6М стоит на борту созданной в период 1983–1989 годов самой мощной в мире боевой ракеты Р-36М2 «Воевода» (SS-18 Mod. 5, Satan — по классификации США и NATO). На этой ракете удалось реализовать ряд принципиально новых идей:

— индивидуальное высокоточное разведение боевых блоков;

— «прямой» метод наведения, не требующий заранее подготовленного полетного задания;

— дистанционное перенацеливание и др.

В основе этих БЦВМ лежало использование бескорпусных интегральных схем и многослойных плат на полиамидной пленке. Это была чрезвычайно сложная и дорогостоящая технология. По ней изготавливались единичные комплекты (например, БЦВМ «Салют-5» для станции «Мир»).

Вершиной работ КБЭ (ныне «Харгрон») в этом направлении стало создание комплекса автономного управления (КАУ) ракеты 11К25 «Энергия», которая «умерла», едва научившись летать.

И тем не менее мы гордимся, гордимся заслуженно, этим творением наших рук, умов. И символично название «Энергия»: ведь столько энергии, сил, нервов вложили тысячи тогда еще советских людей в создание этого грандиозного по своим масштабам и возможностям ракетного комплекса.

Внешний вид Ц01М на основе ЦП М6М

БЦВМ на базе процессора М4М были использованы в режиме непрерывной работы в течение всего срока боевого дежурства в наземной аппаратуре СУ Р-36М2 и крылатой ракеты «Метеорит», использовалась в составе СУ модулей орбитальной станции «Мир» (11Ф77 «Квант», 77КСД «Квант-2», 77КСТ «Кристалл», 77КСО «Спектр» и 77КСИ «Природа»).

Работала и продолжает работать БЦВМ М4 в составе СУ модулей «Заря» и «Звезда» международной космической станции (МКС) «Альфа».

На более чем 150 спутниках установлены те или иные системы на базе БЦВМ разработки ОКБ-692 / КБЭ (п/я А-7160) / НПО «Электроприбор» / ГПО «Хартрон» / АО «Хартрон».

До 800 спутников запущено ракетами-носителями с системами управления разработки этого предприятия.

Все, что здесь делалось, нужно было Советскому Союзу: системы управления и вычислительные комплексы для Р-36 всех модификаций, для ракеты-носителя 11К25 «Энергия», система раннего предупреждения ракетного удара противника и т. д.

Украине это все стало ненужным…

ОБЩЕТЕХНИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ГРАЖДАНСКОЕ КОРАБЛЕСТРОЕНИЕ

Голубая лента Атлантики (часть II)

(часть I см. в № 11,2007 г.)

Павленко С. Б.

Наверное, нет в цивилизованной части мира человека, который бы не знал о катастрофе «Титаника» — одной из самых ужасных (хотя и не самой большой — по количеству жертв) морских катастроф. Само имя этого корабля стало нарицательным, причем — во многих областях человеческой деятельности: гигантомании и рос коши, хвастовства и безрассудства, технического гения и богохульства (знаменитое «Доплывем без Бога» на его борту). Но очень немногие в наше время знают о других подобных кораблях-дворцах, морских левиафанах, гонки между которыми в свое время привлекали больше внимание публики, чем сейчас — соревнования «Формулы»-1. Причем эти суда, вершины творения человеческой мысли и инженерного гения, не были прихотью промышленного магната или капризом очередного арабского шейха, как зачастую это случается сейчас. Нет. Они, эти роскошные властелины морей, захватывающие дух при одном только взгляде на них, — они СЛУЖИЛИ. Служили людям, перевозя пассажиров, бизнесменов, эмигрантов, а при случае — и целые армейские соединения, создавая надежный мост между Старым и Новым Светом. Служили Прогрессу, впитывая в себя все самое-самое совершенное из того, что достигли люди, а иногда — страшными катастрофами заставляли надменное человечество переосмысливать, казалось бы, давно усвоенные уроки.

О них, в том числе — и о легендарных обладателях «Голубой ленты Атлантики» — наш рассказ.

Век XIX

Первые рейсы пароходы начали совершать в 1815 году по маршруту Ливерпуль-Глазго. В начале 1823 года в Дублине была зарегистрирована первая пароходная компания «Steam Packet Company». В 1826 году Великобритания построила несколько больших пароходов для обеспечения каботажной торговли на линии Лондон-Эдинбург. Они показали высокую эффективность по сравнению с появившимися железными дорогами. Уже в 1826 году «Steam Packet Company» была переименована в «General Steam navigation Company» с тем, чтобы развивать торговлю и с Европой. Вскоре за этой компанией появились еще две — «St. George Steam Navigation Company» и «British & Irish Steam Packet Company», причем первая из них вскоре была задавлена двумя другими конкурентами. Победители стали экспериментировать с отдельными рейсами пароходов в Новый Свет, но первым пароходом, пересекшим Атлантику, оказалась американская «Саванна» («Savannah»), которая преодолела Атлантический океан по маршруту Нью-Йорк — Саванна — Ливерпуль за двадцать девять дней. Но после возвращения в Америку владельцы «Саванны» пришли к выводу, что ввиду очень высокой стоимости эксплуатации паровой машины судно, кроме убытков, принести ничего не может. Поэтому с парохода сняли все атрибуты «пароходства»: котлы, машину и гребные колеса, — и превратили в парусник. Неудивительно, ибо по всем основным параметрам — скорости, безопасности, надежности, экономичности — первые пароходы существенно уступали современным им парусникам. Но в отличие от парусного движителя, паровая машина могла обеспечить морской и океанской торговле регулярность.

Пароход «Грейш Вестерн». 1837 г.

Пароход «Британия». 1840 г.

Пароход «Индиана». 1878 г.

В этот момент проблема грузопассажирских перевозок через Атлантику достигла своего пика, т. к. желающих покинуть Старый Свет в поисках лучшей доли становилось все больше. Самый большой грузопоток шел через три английских порта — Лондон (London), Ливерпуль (Liverpool) и Бристоль (Bristol). Появление новых перевозчиков было просто необходимо, и следующие три новые пароходные компании были организованы почти одновременно: «British & American Steam Navigation Company» — в Лондоне, «Atlantic Steamship Company» — в Ливерпуле и «Great Western Steamship Company» — в Бристоле. Все три новичка самым решительным образом подошли к строительству новых пароходов — каждый в «своем» городе. Первыми спустили на воду 10 июля 1837 года в Эйвоне (Avon) свой «Great Western» бристольцы. Лондонская компания спустила свой «Messrs Humble» через несколько месяцев — 14 октября 1837 года. Постоянное усовершенствование кораблей в острой конкурентной борьбе стало жизненно необходимо для пароходных компаний, в результате чего построенное всего десять лет назад судно, еще далеко не выработавшее свой ресурс, оказывалось безнадежно устаревшим по сравнению с новыми кораблями.

Выход в море «Британии» («Britannia»), первого лайнера компании «Кунард Лайн», открыл новый этап в эволюции торгового судоходства. «Британия» и три ее «систершипа» привнесли точность, надежность и регулярность в трансатлантический грузо- и пассажирооборот. С этого момента более чем на столетие визитной карточкой технического прогресса становится трансатлантический лайнер. Кораблестроение в середине

XIX столетия несло на себе все отличительные признаки этой переходной эпохи — «на всякий случай» суда оснащали парусами. Огнеопасные и ненадежные паровые машины размещали в деревянном корпусе. (Исключение составлял шедевр Исидора Брюнеля великолепный «Great Britain», железный корпус которого сохранился до наших дней). Деревянные корпуса были подвергнуты резкой критике после гибели лайнеров «Атлантик» («Atlantic») и «Арктик» («Arctic») компании «Коллинз Лайн». По иронии судьбы как раз к этим катастрофам недостаточная прочность конструкции прямого отношения не имела. Но интуитивное «мнение» было правильным: одна техническая система — новейшие мощные паровые машины, и другая — устаревший деревянный корпус пакетбота — конфликтовали между собой, превращая первые пароходы в «несчастливые суда». Поскольку мощности сталелитейной промышленности не хватало, чтобы наладить массовый выпуск железных корпусов, некоторое время обходились паллиативом — композитной конструкцией, когда при железном наборе корабль сохранял деревянную обшивку. Этот технически вредный компромисс сохранялся довольно долго.

Рекорд оставался за «Саванной» до 1838 года, пока ничем не примечательный «Сириус» («Sirius») компании «British & American S.N. Со.» на линии Лондон-Корк-Нью-Йорк не сократил время путешествия почти вдвое — до 18 суток при средней скорости 8 узлов. Затем гениальное творение инженера И. Брюнеля — колесный пароход «Грейт Вестерн» («Great Western») на рейсе Бристоль — Нью-Йорк, довело время путешествия до более-менее приемлемых значений — 15 суток при средней скорости 8,6 узлов. Полвека спустя винтовое судно «Сити оф Парис» («City of Paris») пришло из Ливерпуля в Нью-Йорк уже за 6 суток со средней скоростью более 20 узлов. Именно Северная Атлантика стала тем гигантским полигоном, где проверялись лучшие конструктивные решения в области судостроения, испытывались судовые котлы, паровые машины, турбины, гребные винты.

Лайнер «Кайзер Вильгельм дер Гроссе»

Построенный Брюнелем в конце 50-х годов великан «Грейт Истерн» («Great Eastern»), хотя и был фантастическим рывком вперед, но противоестественное соединение в нем паруса, винта и гребных колес определило общую неудачность проекта и, в конце концов, привело к тому, что винтовые пароходы окончательно вытеснили с трансатлантических линий парусников и колесных «собратьев». Изобретение в 1860-х годах паровой «компаунд-машины» вытеснило парусники с самых протяженных трансокеанских линий.

Вторая половина XIX столетия совпала с расцветом сталелитейной промышленности и с настоящим триумфом английских пассажирских судов, которые в течение четырех десятков лет сохраняли за собой «Голубую ленту Атлантики». Этот почетный переходящий приз завоевывали замечательные скороходы Сэмюэля Кунарда (Cunard Steamship Line Shipping Company), Уильяма Инмана (The Inman & International Steamship Company), Томаса Исмея (White Star Line) и других (см. статью «Голубая лента Атлантики. Часть I» в № 11, 2007 г.) — все под флагом Британии, владычицы океанов.

На сверхприбыльной линии Ливерпуль — Нью-Йорк хозяйничало несколько компаний, в том числе и компания «White Star Line». Экспансия Томаса Исхмея в Атлантику, пришедшаяся на начало 1870-х гг., была исключительно массированной. Для трансокеанских рейсов он выставил не два, не четыре, как другие компании, а сразу шесть больших однотипных пароходов, стоивших 120 тыс. фунтов стерлингов каждый.

В основу конструкции этих лайнеров, сошедших с верфи «Харланд энд Волф», легли три принципа: экономичность, скорость и комфорт.

Для достижения первого из них Исмей внедрил на своих судах паровые машины класса «компаунд». Компаунд-машина двукратного расширения, в отличие от обычной паровой установки, имела два цилиндра. Во втором цилиндре использовался пар, уже отработавший в первом. Благодаря этому можно было достичь высокой скорости судна, не повышая мощность энергетического блока. Расход топлива для парового двигателя в 2000 л.с. составлял всего 60 т в сутки — вдвое меньше, чем на похожих лайнерах других компаний. Пароходы фирмы «White Star Line» отличало еще и расположение пассажирских кают, традиционно размещавшихся в корме. Иомей решает перенести салон и лучшие каюты в среднюю часть корпуса. Теперь они были удалены от машинного отделения, и пассажиров меньше беспокоили шум и вибрация.

У первых лайнеров Исмея оказалась очень различная судьба. Так, пароход «Балтик» отобрал титул обладателя Голубой ленты у лайнера «Сити оф Пэрис». Прослужив почти два десятка лет в «White Star Line», «Балтик» был продан одной из голландских трансатлантических компаний и доставлял эмигрантов из Америки в Европу, пока не столкнулся с покинутым в океане судном и не пошел ко дну.

Пароход «Балтик»

Лайнеры-гиганты с огромной массой инерции нельзя было назвать маневренными. Практически ни одному из них не удалось избежать аварий, нередко с фатальным исходом. Одна из самых крупных катастроф случилась с исмеевским «Атлантиком», о чем мы кратко упоминали выше, который попал в полосу жестких штормов и был разбит о скалы. Последствия происшедшего были ужасны: из 952 пассажиров «Атлантика» спастись удалось лишь 367.

В 1874–1875 гг. исмеевская компания «White Star Line» получает еще два великолепных пассажирских парохода — «Британик» («Britannic») и «Джерманик» («Germanic»). Это были суда с четырьмя мачтами, тремя па лубами, двумя дымовыми трубами и одним гребным винтом. Четырехлопастный винт вращала паровая компаунд-машина мощностью около 5000 л.с. На «Британике» опробовали специальное устройство, позволявшее приподнимать винт над водой и погружать его на глубину. Впрочем, новая идея себя не оправдала, и от нее решили отказаться. Железный корпус лайнеров был разделен на отсеки водонепроницаемыми переборками. Но количества герметических отсеков — восемь — было явно недостаточно, что привело к тому, что «Джерманик» тонул дважды — в том числе от пробоины, оставленной вражеской торпедой. Оба лайнера, среднерейсовая скорость которых достигала 15 узлов, легко побили прежние рекорды «Голубой ленты».

В 1888–1889 гг. судовладельческая компания Уильяма Инмана «The Inman & International Steamship Company» из Ливерпуля получила два однотипных трансатлантических парохода — «Сити оф Пэрис» («City of Paris» — второй корабль с подобным названием) и «Сити оф Нью-Йорк» («City of New York»). Оба пассажирских лайнера быстро попали в число рекордсменов, впервые преодолев Атлантику за шесть суток. Неоспоримым преимуществом новых лайнеров, выполненных по заказу Инмана корабельной фирмой «Thomson», было применение гребных винтов, которые в очередной раз убедительно подтвер дили свой приоритет над гребными колесами. Каждый из «Сити» имел по два таких винта. На своих кораблях Инман решительно отказывается от парусного вооружения, которое никак не хотело покидать паровой флот. Новаторский подход Инмана проявился еще и в значительном изменении пропорций корпуса пассажирского судна. Если у парусных пакетботов отношение длины к ширине составляло сначала 3…4, а затем 5…6, то для быстроходных лайнеров Инмана впервые в истории гражданского судостроения это отношение было увеличено до 10… 11. Благодаря выверенным пропорциям удалось существенно снизить сопротивление воды ходу лайнера и повысить его скорость до 19,5 узла без увеличения мощности паровой машины.

Корпус обоих «Сити» был разделен на водонепроницаемые отсеки с помощью поперечных и продольных переборок. Решение использовать продольные переборки было довольно смелым для тех лет. И все-таки это было исключительно верное решение! 25 марта 1890 г. на лайнере «Сити оф Пэрис», шедшем полным ходом вдоль побережья Ирландии, сломался гребной винт. Это было бы еще полбеды, если бы винт полностью не разворотил одну из двух паровых машин — ту, что находилась по правому борту. Небольшой отсек с гребным валом и паровой машиной затопило, но судно продолжало оставаться на плаву. При отсутствии продольных переборок это было бы абсолютно невозможным. Переборки спасли лайнер: после минимального ремонта в ближайшем порту он своим ходом смог добраться до Ливерпуля.

По комфортности пароходы Инмана отвечали вкусам самой взыскательной публики, к услугам которой были хорошо вентилируемые каюты, водопровод, электричество, роскошная кожаная мебель и даже молельные помещения с органом. Великолепие каждого лайнера обошлось Инману в два миллиона долларов. А ведь это был даже еще не конец XIX столетия!

В 1893 г. вперед вырвалась компания Кунарда, который построил на верфях «Фэрфилд» («Fairfield Shipbuilding and Engineering Company») для своей «Cunard Line» два однотипных лайнера «Кампания» («Campania») и «Лукания» («Lucania»), сразу же заслужившие репутацию самых вместительных и быстроходных пассажирских судов. Каждый из них брал на борт по 2116 человек.

Эти двухвинтовые пароходы могли гордиться своими трубами-колоссами, уходившими ввысь на 40 м. Энергетическая установка каждого из этих судов состояла из паровых машин тройного расширения, которые позволяли лайнеру идти на скорости 22 узла и были намного прогрессивнее прежней двухцилиндровой компаунд-машины. Технические усовершенствования позволили обоим детищам Кунарда попеременно владеть «Голубой лентой». И тут в спор за «самое-самое» судно Атлантических линий вмешался неожиданный конкурент…

Еще с начала 1880-х гг. Германия начинает предпринимать попытки создания собственных пассажирских пароходов — поначалу весьма скромные. Но после спуска на воду огромного лайнера «Кайзер Вильгельм дер Гроссе» («Kaiser Wilhelm der Grosse»), сооруженного в 1897 г. на верфи фирмы «Вулкан» («Stettiner Vulcan») в Штеттине для компании NGL («North German Lloyd»), все остальные пароходы отошли на второй план. Проект судна разрабатывала группа первоклассных специалистов во главе с Робертом Циммерманом (Robert Zimmerman), который до этого 11 лет практиковался на верфях Англии и сумел с блеском использовать полученный опыт. Его «Большой Кайзер» был четырехтрубным гигантом длиной почти 200 м с двумя паровыми машинами общей мощностью 28000 л.с.

Германия торжествовала: наконец-то ее пароход, преодолевший океан за 5 суток 20 часов, стал фаворитом Атлантики! Правда, у «Кайзера» вскоре появилось меткое прозвище — «Качающийся Вилли», — уж слишком сильно его раскачивало с борта на борт даже при умеренных штормах. Пришлось спешно ставить на нем скуловые кили[5], чтобы не отпугнуть пассажиров, страдающих от морской болезни.

XX век

Практичный и спешащий вперед XX век провозгласил: «время — деньги». Одними из первых на этот лозунг откликнулись крупные судостроительные фирмы, предложив взыскательной публике как никогда быстрые и большие пассажирские лайнеры — настоящие «плавучие города». Увеличение скорости лайнеров далось нелегко: стремительно росла мощь энергетических установок, на борту приходилось держать все больший и больший запас топлива. Это, в свою очередь, подстегивало к дальнейшему росту размеров пассажирских лайнеров, в скором времени оставивших далеко позади остальные суда-гиганты.

10 января 1900 г. «обнаглевшие немцы» в Штеттине спускают на воду великолепный четырехтрубный пароход «Дейчланд» («Deutschland») — детище трансатлантической компании «Hamburg-American Line». По роскоши и комфорту ему удалось обогнать самого «Кайзера Вильгельма». Для внутренней отделки были использованы ценные породы дерева, бронза, а салоны первого класса украшали дорогие картины и японские гобелены. Стоимость парохода по тем временам была огромной — 12,5 млн. марок, но владельцы не жалели средств — ни своих, ни правительственных, — лишь бы привлечь на судно богатую публику. Уже в первом рейсе «Дейчланд» установил очередной рекорд Атлантики, опередив «Кайзера» на целых шесть часов хода. И хотя в интервью с газетчиками капитан «Дейчланда» клялся, что и в мыслях не имел состязаться с «Кайзером», он тут же скромно заявил, что его лайнер, шедший на невероятной среднерейсовой скорости 23,38 узла (скорость лучших крейсеров того времени!), еще имел некоторый резерв хода.

В год постройки «Дейчланда» германский рейхстаг принимает закон, по которому правительство обязывалось финансировать постройку гражданских судов, пригодных для использования в качестве боевых кораблей. Естественно, что предпочтение отдавалось судам, построенным на немецких верфях, из немецких материалов, по проектам, разработанным в Германии и утвержденным имперским канцлером. Первым из таких кораблей стал лайнер «Кронпринц Вильгельм» («Kronprinz Wilhelm») глубоко уязвленной «черной неблагодарностью» соотечественников компании «NGL». В 1901 г. он сходит со стапелей все той же штеттинской верфи «Вулкан». На «Кронпринце» самое широкое распространение получает электричество. Кроме полчищ светильников, тут имелись и электрические часы, и электрические вентиляторы, и даже электрозажигалки для курильщиков. Взамен устаревших кнопок для вызова стюардов в каютах первого класса появились телефонные аппараты.

Лайнер «Дейчланд»

Лайнер «Кампания»

Конечно же, британцы не могли смириться с тем фактом, что призом «Голубой ленты» владеют потомки тевтонцев! Но «ответ» не получился… В 1903 г. в Англии был построен стальной лайнер «Келтик», превзошедший по водоизмещению исполина прошлого столетия — пароход «Грейт Истерн». «Переплюнуть» огромный «Келтик» валовой вместимостью 21000 per. т[6] стало делом чести для всех уважающих себя трансокеанских компаний. Так началась «гонка водоизмещений» — стальные пассажирские пароходы настолько увлеклись этим состязанием, что военным кораблям удалось догнать их лишь к середине столетия. Увы, но к огорчению англичан новоявленный исполин не смог завоевать вожделенного приза.

Лишь только в 1907 г. в строй вступают 44000-тонные четырехвинтовые пароходы «Мавритания» (RMS «Mauretania») и «Лузитания» (RMS «Lusitania»), последней из которых удается отобрать пальму первенства у германских компаний, между собой разыгрывавших «Ленту Атлантики» в течение последних десяти лет. Что и сказать — вторая попытка удалась на славу — оба «систершипа» удерживали приз в течение 22 лет! Свидетельством мощи турбинной установки в 68000 л.с., которая приводила в движение эти громадные суда — собственность «Cunard Line», — были четыре огромные трубы, выпускавшие в воздух клубь: черного едкого дыма.

В 1911–1912 гг. у Англии появляются лайнеры с еще большим водоизмещением — 53000-тонные близнецы «Олимпик» (RMS «Olympic») и «Титаник» (RMS «Titanic»). Третьего из тройки великолепных лайнеров, предполагалось назвать «Гигантиком» («Gigantic»), но из-за трагической судьбы судна с подобным названием, в феврале 1914 года лайнер был переименован в «Британии» (HMHS «Britannic»).

Газетчики, захлебываясь от восторга, сообщали, что длина «Олимпика» и «Титаника» равна длине трех городских кварталов, а якорь для «Титаника» по улицам Белфаста пришлось тащить упряжке из двадцати самых сильных лошадей. Трехвинтовые лайнеры, развивавшие скорость 21…21,5 узла, использовали энергетическую установку смешанного типа. Бортовые винты по старинке вращались поршневыми паровыми машинами. На «Олимпике» обе такие машины тройного расширения имели мощность по 15 тыс. л.с. и были четырехцилиндровыми. Турбина прямого действия, приводившая в движение кормовой винт, использовала отработанный в машинах пар. Пар давлением 14 атмосфер, потребляемый машинами, получали в 25 котлах с угольным разогревом (впоследствии от твердого топлива перешли к фти). 269-метровый «Олимпик», располагавший множеством помещений, имел целых восемь палуб и четыре дымовые трубы — последняя труба никогда не использовалась и была поставлена исключительно для придания лайнеру респектабельности. Это имело смысл, поскольку перед отправлением в трансокеанский рейс капитану лайнера предстояло заполучить 2584 платежеспособных пассажира — именно такова была вместимость «Олимпика».

Каюта класса «люкс» и курительный салон на «Мавритании»

«Олимпик» отправляется

Неповоротливость массивных лайнеров приводила к трагедиям. В 1911 г. лайнер «Олимпик» столкнулся с английским крейсером «Хок». Причина аварии была необычна — ею оказалось взаимное притягивание судов, которые шли параллельным курсом на малом расстоянии друг от друга. Впоследствии капитаны судов, плававших на трансокеанских линиях, старались избежать подобной ситуации.

Трагическая гибель «Титаника», по инерции налетевшего на айсберг и закончившего свою жизнь в первом же рейсе, послужила хорошим уроком для английских проектировщиков. При постройке нового супер-лайнера «Аквитании» (RMS «Aquitania») (длина — 275 м, валовая вместимость — 45647 per. т), в основном повторяющей своих славных предшественников «Лузитанию» и «Мавританию» и спущенной на воду в 1913 г., они предприняли всевозможное, чтобы сделать судно как можно более непотопляемым. По всей длине корпуса было предусмотрено двойное дно. Корпус разделили на от секи шестнадцатью герметичными переборками, причем, памятуя о судьбе «Титаника», большинство переборок подняли на 6 метров выше грузовой ватерлинии. В машинном отделении было два отсека, образуемых продольными переборками. В случае затопления части двигателей остальные продолжали бы исправно работать.

Но ни «Титанику» с его «систершипами», ни «Аквитании» заветная «Голубая лента Атлантики» так и не покорилась. Хотя именно ради обладания этим призом «Титаник» на всех парах мчался среди ледовых гор…

Лайнер «Аквитания»

Германский лайнер «Левиафан». 1914 г.

Прогресс в военно-морском кораблестроении делал свое дело и не обошел стороной новый немецкий транс-атлантик «Император» («Imperator») (1913 г.) На лайнере появляется интересное новшество — так называемые «успокоительные» цистерны, изобретение директором Гамбургской судостроительной верфи Фрамом. Когда во время волнения судно кренилось на один борт, вода в цистернах, соединенных между собой трубами, отсасывалась к противоположному борту, что приводило к уменьшению качки. В 1914 г. — накануне Первой мировой — немцы спускают на воду трехтрубный пассажирский лайнер «Бисмарк» («Bismark») (длина — 292 м, мощность двигателя — 100000 л.с.), оснащенный четырьмя винтами и имевший водоизмещение ни много ни мало 64 тыс. т. Но тут уже стало не до гонок на приз «Голубой ленты»…

(продолжение следует)

НАУЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• АСТРОНОМИЯ, АСТРОФИЗИКА И КОСМОНАВТИКА

Театр под названием Вселенная

Игорь Сокальский, кандидат физико-математических наук

ЧАСТЬ III: АКТЕРЫ, ЗАНЯТЫЕ В ЭПИЗОДАХ

Помимо протонов и нейтронов, образующих атомные ядра, из которых состоит видимый нами мир, есть еще три стабильные частицы: электрон, квант электромагнитного излучения и нейтрино. Все они, родившись в тех или иных процессах, существуют бесконечно долго. Во всяком случае, ни в одном эксперименте не удалось пока обнаружить их самопроизвольного распада. Остальные элементарные частицы нестабильны и распадаются. Дольше всех живут мюоны — две миллионные доли секунды. Срок жизни других частиц (общее число их разновидностей достигает нескольких тысяч) как минимум в 100 раз меньше, чем у мюонов (это π- и К-мезоны), а у подавляющего большинства он еще короче. Типичное время жизни так называемых частиц-резонансов — 10-22 секунды. Это во столько же раз короче жизни мюона, во сколько один час меньше возраста Вселенной. Поэтому мюоны в ядерной физике считаются частицами почти стабильными. Помимо уже известных частиц, предполагается существование других, еще не открытых, например — магнитных монополей, гравитонов и бозонов Хиггса.

Электроны

Электроны образуют оболочку атомов, определяя их химические свойства. Электрический заряд электронов отрицателен, и их кулоновское взаимодействие с положительными ядрами придает атомам стабильность; удерживая их от распада. Число электронов в атомной оболочке всегда равно числу протонов в ядре, что делает атом электрически нейтральным. Масса электрона примерно в 2000 раз меньше массы нуклона (протона или нейтрона), поэтому электроны не вносят заметного вклада в массу наблюдаемого нами вещества. Последняя почти целиком определяется количеством составляющих его нуклонов.

Идея атомов — мельчайших кирпичиков материи — одна из самых старых физических идей. Она была сформулирована греческим философом Демокритом двадцать пять столетий назад. Несмотря на наивность своих взглядов (он учил, например, что огонь обжигает потому, что его атомы остры, а вода способна течь, поскольку атомы у нее гладкие), Демокрит правильно понял основное: разные вещества состоят из разных атомов, и особенности атомов формируют свойства тех или иных веществ.

Первым существование электрона как отдельной частицы зафиксировал в 1897 году английский физик, руководитель Кавендишской лаборатории Джозеф Джон Томсон. Он исследовал катодные лучи, отклоняющиеся в магнитном и электрическом полях, и доказал, что они представляют собой поток отрицательно заряженных частиц — электронов. Его сын Джордж Томсон в 1926–1927 годах обнаружил, что пучок электронов, рассеиваясь на тонкой пленке, дает дифракционную картину. То есть частица — электрон — ведет себя так же> как электромагнитная волна. Это было совершенно неожиданно с точки зрения классической физики. Эксперименты Томсонов с электронами сыграли важную роль в становлении квантовой механики.

Значение этих элементарных частиц в жизни людей трудно переоценить не только потому, что они определяют ход химических реакций, без которых жизнь была бы невозможна. Движение электронов в проводящих веществах под воздействием разницы потенциалов — электрический ток — технологическая основа современной цивилизации.

Эти же элементарные частицы способны донести до нас вести из глубин Вселенной: электромагнитное излучение, рождаемое при движении электронов в магнитном поле, называется синхротронным. Синхротронное излучение, приходящее от остатков сверхновых, пульсаров, активных ядер галактик или квазаров, несет информацию о процессах, протекающих в этих объектах.

Фотоны

Фотон — элементарная частица, переносящая электромагнитное взаимодействие, квант электромагнитного поля. Чаще всего фотонами называют частицы света, видимого человеческим глазом (длины волн от 3,5 до 6,5 микрон). Для обозначения переносчиков коротковолнового излучения (фотонов более высоких энергий) часто используют понятие «гамма-квант». В действительности термины «гамма-квант» и «фотон» — синонимы, их можно использовать применительно к кванту электромагнитного излучения с любой длиной волны. Макс Планк в 1900 году для объяснения свойств теплового излучения постулировал, что энергия электромагнитного поля излучается и поглощается отдельными порциями, квантами, а сам термин «фотон» предложил Гилберт Льюис в 1926 году. Свет состоит из фотонов. Электрическая лампочка мощностью в 100 Вт излучает примерно сто миллиардов миллиардов (10^20) фотонов в секунду.

Основная функция фотонов в современной Вселенной — переносить энергию, которая выделяется в процессах, происходящих в звездах, активных ядрах галактик, квазарах и других «активных» объектах. Например, энергию, образующуюся в результате термоядерного синтеза в ядрах звезд, уносят фотоны и нейтрино, о которых будет рассказано чуть ниже. Эта энергия рассеивается в межзвездном и межгалактическом пространстве. Часть ее идет (за счет поглощения фотонов атомами) на нагрев планет у звезд с планетными системами, благодаря чему на некоторых из них могут (по крайней мере в теории) возникнуть условия для зарождения жизни. Единственная известная нам сейчас планета, на которой жизнь действительно возникла, — это наша Земля. Все попытки обнаружить внеземную жизнь, хотя бы и неразумную, пока ни к чему не привели — может быть, к сожалению, а может быть, к счастью.

Для нас, людей, фотоны служат одним из самых мощных инструментов познания окружающего мира: 90 % информации, получаемой нами, поступает через органы зрения — глаза. Наши представления о Вселенной почти полностью сформированы наблюдением и исследованием электромагнитного излучения, поступающего из космоса. До середины XVII века, когда Галилео Галилей первым догадался направить на небо подзорную трубу, небесные объекты изучали с помощью глаз. Но и этот простой способ позволил прийти к гелиоцентрической модели мира. Наблюдение неба с помощью фотонов, регистрируемых оптическими телескопами, привело к настоящей революции: к середине XX века стала известна крупномасштабная структура Вселенной, а также природа планет и звезд. Сейчас астрономы изучают космос практически во всех диапазонах длин электромагнитных волн, от радиоволн до гамма-излучения. Вместе с тем бурно развиваются и «нефотонные» методы — регистрация протонов и легких ядер, входящих в состав космических лучей, а также нейтрино.

Нейтрино

История этой частицы началась 4 декабря 1930 года, когда великий Вольфганг Паули в письме участникам физического семинара в немецком городе Тюбингене с горечью написал: «Я сделал сегодня что-то ужасное. Физику-теоретику никогда не следует делать ничего подобного. Я ввел в теорию нечто, что никогда не сможет быть проверено экспериментально». Речь шла о гипотетической в то время частице, название для которой появилось только спустя два года. Крестным отцом стал итальянский физик Энрико Ферми. Он предложил назвать электрически нейтральную безмассовую частицу «маленькое нейтральное», или, по-итальянски, «neutrino». Паули же сокрушался потому, что в отчаянной попытке спасти закон сохранения энергии он был вынужден нарушить основополагающий научный принцип, предложенный в XIV веке Уильямом Оккамом: «Entia non sunt multiplicianda praeter necessitatern» («Сущности не следует умножать без необходимости»). Но у Паули не было другого выхода. Впрочем, давайте по порядку.

В 1914 году английский физик Джеймс Чедвик обнаружил, что электроны, испускаемые при Р-распаде атомных ядер, имеют непрерывный энергетический спектр. Другими словами, при измерении энергии электронов, родившихся в разных распадах, каждый раз получался разный результат. Суть р-распада состоит в том, что атомные ядра самопроизвольно испускают отрицательные электроны (е), при этом нейтрон превращается в протон и заряд ядра увеличивается на единицу: Z — > (Z+1) + е.

Предполагая, что распадающееся ядро находится в покое (то есть имеет нулевой импульс), и исходя из законов сохранения импульса и энергии, можно было ожидать, что образовавшееся при распаде ядро и электрон всегда вылетают в диаметрально противоположных направлениях с равным абсолютным значением импульса. Следовательно, энергия электрона всегда одна и та же. Эксперимент же показывал другое. Радикально мыслящий Нильс Бор предположил, что в p-распаде не соблюдается закон сохранения энергии. Более осторожный Паули предложил гипотезу, в соответствии с которой вместе с электроном из ядра вылетает еще одна частица, уносящая часть энергии. Экспериментаторы не видят ее, поскольку она электрически нейтральна и очень слабо взаимодействует с веществом. Ее-то и окрестили нейтрино v.

Закон сохранения энергии оказался спасенным, но взамен пришлось мириться с существованием гипотетической слабовзаимодействующей частицы, которую никто не надеялся обнаружить экспериментально. Однако уже через 26 лет предположение Паули подтвердилось. В экспериментах на атомных реакторах, проведенных в 1953–1956 годах, группа американского физика Фредерика Рейнеса надежно зарегистрировала нейтрино.

Вселенная наполнена нейтрино. На каждый нуклон их приходится около миллиарда. Вероятность взаимодействия с веществом для них чрезвычайно мала — почти все нейтрино, рожденные в центре Солнца, проходят до его поверхности и затем сквозь Землю, не испытывая взаимодействия. Поэтому эксперименты по обнаружению нейтрино очень сложны.

С одной стороны, нейтрино почти не определяют свойств нашего мира. С другой стороны, именно эти частицы несут информацию, которую другим путем получить невозможно. Протоны электрически заряжены, траекторию их полета искривляют галактические и межгалактические магнитные поля; в результате невозможно определить объект, в котором они были ускорены. Нейтроны в свободном состоянии подвержены распаду и «не доживают» до Земли, если рождены в удаленных объектах. Хотя у-кванты стабильны и нейтральны, их поглощает межзвездная среда. Только стабильные, электрически нейтральные и слабовзаимодействующие нейтрино проходят расстояния в миллиарды световых лет или пробиваются из ядра Солнца, не изменяя своих свойств и храня информацию о физических условиях, в которых они образовались. Загадка происхождения космических лучей сверхвысоких энергий, подтверждение модели взрыва сверхновых звезд, изучение механизма термоядерного горения в ядре Солнца — эти и многие другие физические проблемы решены или решаются именно посредством детектирования нейтрино в сложнейших экспериментах. Рассказ об этих экспериментах и о том, что физики узнали и еще надеются узнать с их помощью, — в следующих статьях нашего цикла.

Другие известные частицы

Как мы уже говорили, помимо стабильных частиц есть короткоживущие, время жизни которых — от 10-22 до 10-6 секунды: мюоны, τ-лептоны, π-мезоны, К-мезоны, Ω- и ρ-гипероны и многие другие. Они рождаются в столкновениях стабильных частиц — например, в столкновениях протонов космических лучей с атомами земной атмосферы — и распадаются на другие стабильные частицы. Изучение коротко-живущих частиц привело ко многим серьезным открытиям, но существенной роли в жизни нашего мира они не играют именно в силу своей нестабильности.

На самом деле далеко не все элементарные частицы действительно элементарны. Есть элементарные лептоны (электрон е, электронное нейтрино ve, мюон μ, мюонное нейтрино, τ-лептон τ и τ-нейтрино vτ со своими античастицами) и шесть элементарных кварков (плюс шесть антикварков): верхний и, нижний d, странный s, очарованный с, прекрасный b и правдивый t. Кварки, соединяясь по два или по три, образуют все остальные частицы, кроме лептонов, переносчиков взаимодействий — фотонов, W- и Z-бозонов (ответственных за слабое взаимодействие, которое приводит, например, к обсуждавшемуся уже здесь β-распаду ядер), глюонов (соединяющих кварки за счет сильного взаимодействия) и гравитонов (не открытых пока экспериментально частиц, ответственных за гравитацию) — и некоторых других частиц (о них чуть ниже). Например, комбинация uud соответствует протону, a ddu — нейтрону. Кварки, естественно, никто не видел в свободном состоянии из-за конфайнмента, то есть удержания (считается, что по мере удаления кварков друг от друга связывающая их сила не убывает, а возрастает, и поэтому их невозможно оторвать друг от друга). Но эксперименты по рассеянию электронов на нуклонах ясно показывают наличие трех рассеивающих центров — партонов, которые и есть кварки.

Основная задача современной физики — поиск простых законов, способных объединить все четыре известных взаимодействия в одно-единственное, проявляющееся в разных формах. При этом лептоны, кварки и переносчики взаимодействий описывались бы теорией как разные состояния одних и тех же частиц. Фундаментальным понятием в таких теориях объединения выступают различные формы симметрии. Этот путь, начатый в середине XIX века Джеймсом Максвеллом, который объединил магнитное и электрическое взаимодействия, пока далеко не пройден и требует еще многих усилий как теоретиков, так и экспериментаторов.

Симметрия в самом общем виде — это неизменность свойств системы при каком-либо ее преобразовании. Простейшая геометрическая симметрия известна из школьного курса. Например, круг не меняется как при зеркальном отражении относительно оси, проходящей по его диаметру (зеркальная симметрия) или при повороте вокруг центра на любой угол (поворотная симметрия). Пример более сложной симметрии — почти полная независимость уравнений электродинамики относительно замены электрического поля на магнитное, и наоборот. Поиском таких (и еще более сложных) симметрий и занята современная физика в попытках построить единую теорию взаимодействий.

Неоткрытые частицы: магнитные монополи и бозоны Хиггса

Физическая теория предсказывает несколько частиц, которые до сих пор не открыты, но физики продолжают верить в их существование, поскольку оно следует из теорий, более или менее точно предсказывающих наблюдаемые факты. W- и Z-бозоны — переносчики слабого взаимодействия — долгое время также были гипотетическими частицами, но в 1983 году их экспериментально обнаружила группа Карло Руббиана на ускорителе в Европейском центре ядерных исследований. Причем с теми в точности свойствами (включая массу), какие предсказывала теория! Здесь мы расскажем о двух частицах: магнитном монополе и бозоне Хиггса, хотя на самом деле гипотетических частиц, предсказанных «на кончике пера», но пока не открытых, гораздо больше.

Итак, магнитный монополь. Электрические и магнитные силы известны с глубокой древности. В начале XIX века между ними была обнаружена глубокая связь. Ханс Кристиан Эрстед открыл, что электрический ток создает вокруг себя магнитное поле, а Майкл Фарадей показал, что переменное магнитное поле индуцирует в проводнике электрический ток. В 60-е годы XIX века Джеймс Клерк Максвелл построил первую теорию, объединяющую два взаимодействия, которые до тех пор рассматривались как две совершенно независимые силы. На основе этих уравнений были предсказаны электромагнитные волны. Уравнения Максвелла почти симметричны — замена в них электрического поля (Е или D) на магнитное поле (Н или В) почти не изменяет систему. Именно это придает им ту красоту и элегантность, которая вот уже полтораста лет восхищает физиков.

Мудрость, заключенная в уравнениях, вполне поддается переводу на общечеловеческий язык. Первые два гласят, что вихрь магнитного поля порождается электрическим током, а вихрь электрического — изменением магнитного поля. Третье — что источником электрического поля служит заряд, а четвертое — что у магнитного поля источника нет.

Теория Максвелла демонстрирует колоссальные возможности математики в описании мира, а также роль симметрии как путеводного научного принципа. Почему уравнения «почти» не полностью симметричны? Потому, что частицы с электрическими зарядами (положительными и отрицательными) существуют, тогда как магнитные заряды никогда не наблюдают по отдельности. У магнита всегда два полюса на двух его концах — положительный и отрицательный, и магнитное поле вокруг него есть результирующее поле обоих полюсов. Невозможно отделить от магнита один полюс: любой магнит, разделенный на две части, становится не двумя магнитными полюсами, а двумя новыми магнитами. Эта асимметрия уравнений Максвелла отражает результаты наблюдений.

В 1931 году английский физик Поль Дирак обратил внимание, что уравнения Максвелла обладали бы абсолютной симметрией, если предположить существование магнитного заряда, который создавал бы радиальное магнитное поле, аналогично тому, как электрический заряд создает электрическое поле. Дирак показал также, что существование хотя бы одного магнитного заряда во Вселенной автоматически ведет к требованию квантования электрического заряда — это естественным образом объяснило бы, почему все наблюдаемые электрические заряды кратны элементарному заряду, равному заряду электрона. Итак, Дирак постулировал существование частицы с магнитным зарядом, которая получила название «магнитный монополь», а ее поисками физики заняты уже 75 лет. Важно, что предсказание Дирака не опиралось на результаты наблюдений, а было продиктовано исключительно эстетическими соображениями. Природа, по убеждению Дирака, должна быть устроена красиво, а основа любой красоты — симметрия.

Из теории Дирака отнюдь не следует, что магнитные монополи непременно существуют. Она просто показывает, как красиво был бы устроен мир, будь в нем хоть один монополь. И вот в середине 70-х годов XX века идеи Дирака получили второе дыхание. Голландец Герард Хоофт и советский физик Александр Поляков независимо друг от друга показали, что магнитные монополи должны существовать в природе, они возникают как естественное решение в уравнениях теории объединения взаимодействий. Монополь Хоофта-Полякова должен быть очень массивным (около 10^16 масс протона, то есть достигать массы амебы!) и обладать сложной внутренней структурой.

За 75 лет, прошедших с опубликования работы Дирака, были поставлены сотни сложнейших экспериментов по поиску монополей, однако ни один из них пока не привел к успеху. Монополи искали в экспериментах на ускорителях, в космических лучах, в лунном грунте, в океанических донных отложениях, в древних образцах слюды, но, увы, безуспешно. Тем не менее физики не теряют надежды обнаружить эту частицу.

Одна из сложностей современной теории элементарных частиц в том, что до сих пор не объяснено, откуда у частиц берется масса. В 1964 году Питер Хиггс предложил механизм, в котором масса материи формируется так называемыми бозонами Хиггса. Есть неплохое шуточное объяснение этого механизма, которое предложил Дэвид Миллер. Вот оно: «Представьте коктейльную вечеринку, на которой гости равномерно заполнили зал… Входит Маргарет Тэтчер. Все хотят приблизиться к ней. При дальнейшем своем движении она притягивает стоящих перед ней. Те, кто остался позади, снова равномерно заполняют зал. Группа вокруг нее имеет большую массу, чем обычно». Бозоны Хиггса до сих пор не обнаружены в экспериментах. Физики надеются, что это будет сделано в ближайшие годы на LHC— громадном ускорителе элементарных частиц в Женеве.

Вызывает восхищение изощренность природы, которая умудрилась из относительно небольшого количества элементарных сущностей (кварки, лептоны, переносчики взаимодействий и некоторые другие) построить все наблюдаемое многообразие Вселенной, включающее и мир небесных тел, и мир человеческих чувств и эмоций. Поиск законов, по которым происходило это строительство, — увлекательное творческое занятие, дающее физикам ни с чем не сравнимое ощущение красоты и гармонии окружающего нас мира.

Эволюция комет и астероидов

И.А. Герасимов, Б.Р. Мушаилов

МАЛЫЕ ТЕЛА СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ

В конце XVIII в. после открытия И. Тициусом (в 1766 г.) так называемого закона планетных расстояний появились определенные основания предполагать, что между орбитами Марса и Юпитера должно существовать еще одно необнаруженное небесное тело. Ведь согласно этому закону, среднее расстояние от Солнца до какой-либо планеты (в то время были известны лишь шесть планет) может быть представлено в виде rk = 0,4 + 0,3∙2k-2, где k — номер планеты при удалении ее от Солнца. (Для Меркурия результат получается точнее, если принять k —> оо ; в настоящее время указанную закономерность принято называть правилом Тициуса-Боде.) Но при этом, для согласования с определяемым из наблюдений расстоянием, приходилось считать Юпитер не пятой, а шестой по счету от Солнца планетой! Несмотря на то, что приведенная закономерность не следовала из каких-либо теоретических соображений, она довольно точно предсказала расстояние до Урана, открытого в 1781 г. Из формулы получалось для него расстояние 19,6 а.е., а из наблюдений следовало 19,18 а.е. (По современным данным, большая полуось орбиты Урана а «19,218 а.е.) Из соотношения Тициуса вытекало, что на среднем расстоянии от Солнца в 2,8 а.е., между орбитами Марса и Юпитера, должна существовать еще одна планета.

1 января 1801 г. Джузеппе Пиацци, проводя систематические наблюдения для составления каталога видимых положений звезд, обнаружил в созвездии Тельца неизвестную “звезду”, которая в следующую ночь изменила свое положение. Поначалу Пиацци считал, что наблюдает новую комету. Через шесть недель движущийся звездоподобный объект был потерян из виду.

Однако Карл Фридрих Гаусс по полученному ряду наблюдений установил, что орбита нового небесного тела похожа на орбиты планет и лежит она между орбитами Марса и Юпитера. По вычислениям Гаусса 31 декабря 1801 г. Фон Цах и независимо Генрих Вильгельм Ольберс обнаружили “потерянный” объект. Это было открытие первого астероида, Цереры (“открытие века”), имеющего диаметр около 1000 км. Большая полуось орбиты Цереры составила как раз 2,8 а.е. Но в 1802 г. на сходной орбите был обнаружен еще один астероид — Паллада. Тогда Г.В. Ольберс предположил, что малые планеты — это обломки некогда существовавшей большой планеты, которая по каким-то причинам разрушилась. Он предложил искать ее обломки на пересечении орбит Цереры и Паллады, и именно так были открыты Юнона и Веста!

Пояс астероидов

Темпы открытий астероидов во второй половине XIX в. резко возросли. И уже к началу XX в. было обнаружено около 500 астероидов с диаметрами несколько десятков километров, и их число постоянно росло. В настоящее время каталогизировано около 10 тысяч астероидов и предполагается существование еще сотен тысяч. Значительная часть их движется в плоскостях, близких к эклиптике, располагаясь в Главном поясе между орбитами Марса и Юпитера на расстоянии 2,2–4,5 а.е. от Солнца.

В отличие от астероидов о существовании самых роскошных украшений Солнечной системы — комет— было известно с древних времен (первое зафиксированное в хрониках появление кометы относится к третьему тысячелетию до нашей эры). Кометы — своеобразные космические, айсберги, состоящие из замороженных газов, водяного льда и различных тугоплавких веществ в виде пыли и более крупных частиц. С приближением кометы к Солнцу под действием его излучения на поверхности центральной части кометы — ядра (обычный размер ядер ~ 10÷100 км) — начинается интенсивное таяние льда. Вокруг ядра кометы возникает туманная газообразная оболочка — кома.

При дальнейшем приближении к Солнцу у кометы образуется хвост. Кометные хвосты простираются на многие сотни миллионов километров и отличаются удивительной красотой и разнообразием форм. Их вещество, состоящее из пыли, молекул и атомов газа, ионизованных молекул, настолько разрежено, что через него видны звезды без существенного ослабления блеска. С удалением кометы от Солнца действие солнечного излучения ослабевает, и хвост кометы постепенно уменьшается и исчезает. В наиболее удаленной от Солнца точке орбиты (в афелии) температура ядра кометы, как правило, близка к абсолютному нулю.

Комета, названная в честь астронома Ричарда Уэста, открывшего ее в 1975 году. Проходя возле Солнца, комета стала одной из самых ярких за последние несколько десятков лет. Фотография сделана в марте 1976 года

Комета С/2002 Т7

Таким образом, хотя кометы, подобно астероидам, движутся вокруг Солнца, они существенно отличаются от последних. Не исключено, что именно кометы причастны к возникновению жизни на Земле и, возможно, на древнем Марсе, т. к. могли занести в их атмосферы сложные органические соединения.

В 1704 г. Эдмонд Галлей на основе теории тяготения, созданной незадолго до того Исааком Ньютоном, вычислил орбиты 24 ярких комет. В ходе работ он обнаружил, что орбиты комет 1531 г., 1607 г. и 1682 г. удивительно схожи. Он заключил, что это не три разные кометы, а три появления одной и той же кометы, движущейся по сильно вытянутой эллиптической орбите вокруг Солнца с периодом в 75 или 76 лет! Непостоянство периода обращения Галлей совершенно справедливо связал с возмущающим притяжением больших планет. В конце 1758 г., в полном согласии с предсказанием Галлея, эта комета вновь была обнаружена после ее путешествия за орбиту Нептуна (сама же планета Нептун была открыта лишь в 1846 г.). За ней закрепилось название “комета Галлея”. С тех пор она наблюдалась также в своих возвращениях в 1835, 1910 и в 1986 гг.

Э. Галлей, таким образом, доказал, что хотя бы некоторые кометы — постоянные члены Солнечной системы. В дальнейшем эллиптические орбиты были обнаружены и у многих других комет, обращающихся вокруг Солнца. При этом наряду с кометами Энке, Темпеля 2, Копфа, имеющими периоды обращения соответственно 3,3; 5,3 и 6,2 года, были обнаружены кометы с периодами, достигающими сотен тысяч или миллионов лет.

Комета Галлея 12 марта 1986 года. Хорошо заметны белый пылевой и синий плазменный хвосты

В настоящее время в Солнечной системе на расстоянии, не превышающем 100 а.е., общее число малых тел, размеры которых более 1 км (тела меньших размеров принято называть метеороидами), — порядка 1 млн. Эти тела классифицируют по месту их происхождения (а следовательно, по их физико-химическому составу) на два типа: астероиды (малые планеты) и кометы.

Астероиды — тела, сформировавшиеся между орбитами Марса и Юпитера, а кометы образовались во внешней части Солнечной системы — за орбитами Урана и Нептуна, через которые проходила граница прогрева протопланетного облака.

Вблизи Солнца при высоких температурах конденсации первичного вещества протопланетной туманности ледяная и газовая компоненты (прежде всего водород, гелий) были потеряны, поэтому сформировавшиеся здесь планеты земной группы состоят преимущественно из тяжелых (скальных) пород. В составе же далеких планет, начиная с Юпитера, сохранились тяжелая, а также ледяная и газовая компоненты. Наиболее массивные планеты, Юпитер и Сатурн, удержали большие количества водорода и гелия, в то время как более удаленные от Солнца Уран и Нептун формировались при очень низких температурах конденсации, в основном из льдов (примерно на 80–90 %).

Верхний предел для общей массы малых планет кольца астероидов оценивается в 1/1000 массы Земли. Космогонически оправдано в настоящее время рассмотрение современного кольца астероидов как остатков некогда существовавшей более равномерно заполнявшей пространство популяции планетезималей, уцелевших после “чистки” этой популяции большими планетами Солнечной системы (и прежде всего Юпитером) за счет гравитационных резонансных возмущений. Эксцентриситеты орбит у большинства астероидов составляют 0,1–0,2, но в отдельных случаях достигают 0,8. Благодаря этому некоторые астероиды проникают внутрь орбит Марса и Земли. А вот астероид Икар в перигелии оказывается в два раза ближе к Солнцу, чем Меркурий, за что и получил свое имя.

На орбите Юпитера, в окрестности лагранжевых устойчивых точек либрации (“качания”) было обнаружено несколько десятков астероидов. Точки либрации располагаются так, что образуют с Солнцем и Юпитером равносторонние треугольники. “Греки” опережают Юпитер в его движении вокруг Солнца примерно на 6°, а “троянцы” располагаются на таком же угловом расстоянии позади него. Эти астероиды почти не испытывают возмущающего гравитационного влияния Юпитера. Их орбиты лишь медленно раскачиваются с незначительными амплитудами (за счет возмущений от Сатурна членство астероидов среди “троянцев” и “греков”, по-видимому, не постоянно).

Возможно, что “троянскими астероидами” Нептуна являются четыре объекта астероидного типа диаметром около 100 км, обнаруженные в конце 1993 г. за орбитой Нептуна, на расстоянии 32–35 а.е. от Солнца. Не исключено, что на самом деле это семейство более многочисленно. Малые тела могут сопровождать Венеру, Марс и Землю. “Троянец” странной природы, быть может, имеется у Луны. Он движется в 6° позади Луны по ее орбите и представляет собой скорее сгущение пыли, чем твердое тело (“облако Кордылевского”).

За всю историю человеческой цивилизации уже наблюдалось около 2000 кометных появлений. Но почти для половины из них нет сведений о точных положениях комет (хотя бы в три различных момента времени). Поэтому отсутствует какая-либо определенная информация об их орбитах. Ежегодно открывают около сотни комет, а тысячи, вероятно, остаются необнаруженными. Элементы орбит определены у менее 1000 комет.

Образование тел кометных размеров происходило на периферии планетной системы путем гравитационной неустойчивости в пылевом субдиске, который фрагментировал на множество пылевых сгущений. Обладая большими сечениями столкновений, сгущения росли значительно быстрее частиц и в итоге превратились в тела километровых размеров (ядра комет). В настоящее время большинство комет непосредственно примыкает к пограничной области Солнечной системы (а порядка 100000 а.е.). Значительно ближе к Солнцу — с афелиями, располагающимися между орбитами Юпитера и Нептуна, — находится лишь несколько семейств комет.

ОРБИТАЛЬНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ КОМЕТ

Кометы в зависимости от возраста (числа прохождения кометами своего перигелия), а также удаленности их перигелиев от Солнца и размеров ядер подразделяются на активные, спящие и угасшие. Не исключено, что к числу последних относится значительная часть астероидов из групп Аполлона и Амура.

По типам орбит кометы принято подразделять на короткопериодические, с периодом обращения Т < 100 лет (основу составляет семейство комет Юпитера, Т < 20 лет) и долгопериодические Т > 100 лет.

Предполагается, что на дальних окраинах Солнечной системы расположены две зоны повышенной концентрации кометных ядер. Первая — сферическое облако Хиллса с большими полуосями орбит его членов 1000 < а < 20000 а.е. Вторая — квазисферическое облако Оорта (20000 < а < 100000 а.е.). Облако Хиллса состоит из комет, сформировавшихся в уран-нептуновой области протосолнечной системы и мигрирующих затем на периферию Солнечной системы под действием растущих протопланет. Число кометных ядер в облаке Хиллса ~10^13-10^14. Масса его может превышать на два порядка суммарную массу тел облака Оорта. Последнее образовано из планетезималей, выброшенных под влиянием гравитационных возмущений из области планет-гигантов. Образно говоря, облако Оорта представляет собой лишь слабый ореол — гало, который окружает намного более вместительное хранилище комет — банк Хиллса. Гравитационные возмущения от Юпитера и Сатурна преимущественно должны были удалять планетезимали за пределы Солнечной системы, в то время как Уран и Нептун вызывали миграцию планетезималей в пояс Койпера и облака Хиллса, Оорта.

Две группы малых планет, “греки” и “троянцы”, одинаково удаленные от Солнца и Юпитера, движутся в окрестностях устойчивых точек либрации L4 и L5

Долгопериодические кометы — выходцы из внешнего облака Оорта. Из некоторых модельных оценок следует, что за время существования Солнечной системы примерно половина комет из облака Оорта была потеряна. Современный поток новых комет, достигающий ближайших окрестностей Солнца (~ 10÷30 а.е.), составляет 5÷10 комет в год. Отток комет из облака Оорта компенсируется притоком их из более плотного внутреннего сферического облака.

Кометы не способны вырваться из облака Хиллса и направиться во внутренние области Солнечной системы. Внутренний “банк комет” более жестко связан с Солнцем и потому устойчивее к внешним возмущениям. Значительный вклад банка Хиллса в потоки новых кометных ядер в облако Оорта, а оттуда в глубины Солнечной системы происходит лишь при особенно тесных сближениях Солнца со звездами или массивными молекулярными межзвездными облаками, находящимися вблизи галактической плоскости (раз в десятки миллионов лет). Тогда возможны “кометные ливни”, с которыми может быть связано вымирание некоторых биологических видов и возникновение значительного числа кратеров на Земле.

Среднее время дрейфа комет из облака Оорта к Солнцу составляет несколько миллионов лег. Почти половина из них затем покидает Солнечную систему, а остальные трансформируются в периодические кометы. Максимальная потеря массы у наиболее ярких комет вблизи перигелия достигает 0,1–0,5 %, поэтому кометы, часто проходящие вблизи Солнца, существуют недолго. Они могут полностью “рассыпаться”, превратившись в метеорный поток. Но возможен и другой вариант: после многократных про хождений вблизи Солнца, за счет постепенного утолщения (упрочнения) внешней оболочки ее ядра (или пылевой мантии), возможна ее эволюция в “астероидальное тело”. Это вызывает увеличение времени “кометной жизни”.

У комет с перигелийным расстоянием q < 1,5 а.е. уменьшение блеска за один оборот составляет в среднем около 0,01m, а у комет с q >= 1,5 а.е. оно достигает ~0,04m. Подобное изменение блеска сопровождается неупорядоченными вариациями, но основная тенденция сохраняется, и типичное время жизни кометы — от нескольких сот до тысяч прохождений вблизи Солнца.

Но кометы могут “жить” и меньше, если вследствие внутренних напряжений из-за тепловых деформаций или приливного воздействия (Солнца или планет) их ядра разрушатся. Это произошло, например, с кометами Брукса, Веста, Шумейкеров-Леви-9. Разрушают кометные ядра и столкновения с другими небесными объектами — метеороидами, астероидами. Катастрофическое разрушение ядра приводит к заметному ослаблению блеска, а затем и к исчезновению комет.

Существование групп комет, обладающих близкими элементами орбит, может свидетельствовать о том, что эти группы образовались в результате распада одной кометы. Так, группа из девяти комет с малыми перигелиями орбит составляет семейство комет Крейца, связанных, по-видимому, общностью происхождения из одного массивного ядра (или двух столкнувшихся ядер комет) кометы-родоначальницы, распавшейся при прохождении через перигелий.

Комета Шумейкеров-Леви-9 в 1992 году сблизилась с Юпитером и была разорвана силой его тяготения, а в июле 1994 года ее осколки столкнулись с Юпитером, вызвав фантастические эффекты в атмосфере планеты

В январе 2005 года любители астрономии в северном полушарии могли наблюдать комету Мачхолц. Комета двигалась довольно быстро по вечернему небу и была видна даже невооруженным глазом в неосвещенных местах. Этот снимок с телефотообъективом получен 1 января в небе над Колорадо (США). У кометы Мачхолц отчетливо видны два хвоста. Ионно-газовый хвост кометы, который тянется налево, подвержен давлению солнечного ветра и указывает в сторону от Солнца. Хвост, состоящий из пыли, ориентирован в направлении орбиты кометы

Комета Аренда-Роллана

Периодическая комета Биелы (1846 II) разделилась на две части в середине января 1846 г. При этом каждая из компонент попеременно оказывалась ярче другой. В 1992 г. комета Шумейкеров-Леви-9 имела неосторожность сблизиться с Юпитером. В результате мощные гравитационные объятия Юпитера разнесли ядро кометы на 22 фрагмента. Летом 1994 г. они вонзились в атмосферу Юпитера, образовав гигантские вихревые образования, сравнимые по размерам с Землей.

Ядро кометы Галлея при прохождении перигелия в 1986 г., по-видимому столкнувшись с небольшим метеоритом, выбросило пылевое облако, растянувшееся на сотни тысяч километров. Блеск короткопериодической кометы Туттля-Джакобини-Кресака за два дня до прохождения через перигелий в 1973 г. внезапно увеличился почти на 10 звездных величин (в 10 тыс. раз)! Затем в течение месяца уменьшался, но 6 июля 1973 г. произошла повторная сильная вспышка. Указанные изменения блеска, очевидно, были вызваны столкновением ядра кометы с исключительно мощными потоками корпускулярного солнечного излучения или небольшими метеоритами. У кометы Швассмана-Вахмана-I тоже наблюдались значительные резкие увеличения блеска (~ в 250 раз).

Исследование орбит свидетельствует о том, что подавляющее число комет до вхождения во внутренние области Солнечной системы имели эллиптические орбиты. Характерной особенностью является отсутствие комет с резко выраженными гиперболическими орбитами, т. е. с эксцентриситетами, существенно превышающими единицу. Если бы кометы проникали в Солнечную систему из межзвездного пространства, то среди них встречались бы кометы, обладающие на «момент входа скоростями, сопоставимым со скоростью движения Солнечной системы относительно близких звезд (примерно 20 км/с). Однако подобные кометы не обнаружены (расчетные скорости входа в Солнечную систему у комет с эксцентриситетами орбит, большими единицы, не превышают 1 км/с). Отсюда следует, что кометы — члены Солнечной системы, и образовались они со совместно с остальными ее телами.

Большая часть короткопериодических комет с малыми углами наклона к плоскости эклиптики образовалась в поясе Койпера, располагающемся на расстоянии ~35÷85 а.е. от Солнца. Суммарная масса тел этого пояса сопоставима с массой Земли. В настоящее время обнаружено более 100 объектов пояса Койпера (большие полуоси их орбит 35÷48 а.е.). Эксцентриситеты орбит преимущественно малы. Диаметры этих тел 100÷300 км, но из некоторых оценок следует, что диаметры наибольших объектов пояса Койпера могут достигать 1000 км.

Отдельные тела пояса Койпера за время существования Солнечной системы могли мигрировать к орбите Нептуна и далее к Солнцу за счет гравитационного влияния наиболее крупных тел занептунного пояса и влияния планет-гигантов. Конкретные оценки масс мигрирующего к Земле вещества зависят от распределения тел этого пояса по массам и элементам орбит, которое в настоящее время неизвестно.

Первый объект пояса Койпера был обнаружен в 1977 г. между орбитами Юпитера и Урана. Он сначала рассматривался как астероид N 2060 Хирон (диаметр D = 170 км). В 1988 г. Хирон неожиданно проявил “кометную активность”: наблюдались значительные спорадические изменения яркости, проявились кома и хвост. По размеру и массе ядра Хирон значительно (на несколько порядков) превосходит известные ранее кометы.

Наименее массивные объекты (кометные ядра) пояса Койпера способны мигрировать существенно ближе к Солнцу, нежели более массивные тела этого пояса. Именно поэтому у крупных ядер комет перигелии орбит располагаются за орбитой Юпитера.

Так как условия (поверхностная плотность газа и частиц, параметры турбулентных движений и т. п.) для возникновения в поясе Койпера самогравитирующих сгустков твердых тел в результате гравитационной неустойчивости существенно не отличались от условий в области Урана-Нептуна, то объекты в поясе Койпера формировались как непосредственно в поясе, так и попали в него за счет миграции планетезималей из зон Урана-Нептуна.

Помимо Хирона, с 1992 г. между орбитами Юпитера и Нептуна были обнаружены еще 7 объектов, большие полуоси орбит которых находятся в пределах от 8 до 25 а.е. Они отличаются от Хирона красным цветом, несвойственным льдам, известным породам и минералам. Их отражательная способность в области 0,5–1 мкм резко растет с увеличением длины волны. Тем не менее заметное различие физических свойств поверхностей Хирона и указанных тел не означает, что они образовались в различных условиях, а свидетельствует лишь о том, что они подверглись внешним воздействиям неодинаково. Сформировавшись в поясе Койпера из малых частиц, близких по составу к межзвездной пыли, включая твердые и органические вещества, или попав сюда из области Урана-Нептуна, эти объекты, по сути, “большие планетезимали”. Хирон приближался к Солнцу на более близкое расстояние, его поверхность, возможно, под действием ультрафиолетового облучения Солнца приобрела серый цвет. Фолус, Нессус и 1995 GO покинули пояс Койпера значительно позже и располагались дальше от Солнца, поэтому их поверхности подобной переработке не были подвергнуты.

Во внутренней части пояса Койпера значительную роль играют резонансы средних движений тел с Нептуном. Занептунные объекты способны существовать сколько-нибудь длительное время, если элементы их орбит соответствуют областям устойчивых движений при отсутствии сближений с возмущающим телом (Нептуном). В резонансных зонах либрационные орбиты оказываются близкими к устойчивому стационарному решению, что и обеспечивает их “выживание”. Несмотря на вековые возмущения от планет-гигантов Урана, Сатурна, Юпитера и взаимное гравитационное воздействие занептунных тел, эти тела могут быть захвачены Нептуном в орбитальный резонанс и существовать длительное время. Плутон также связан орбитальным резонансом с Нептуном. Большинство наблюдаемых в поясе Койпера объектов устойчивы со времени образования пояса. В настоящее время обнаружено уже около 50 объектов, размером примерно в 100 км, названных плутино, с большими полуосями орбит а ~ 40 а.е., как у Плутона, также движущихся в орбитальной соизмеримости с Нептуном в отношении 2:3. Предполагается, что подобных объектов насчитывается несколько тысяч.

Население пояса Койпера и облака Оорта

ДИНАМИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ АСТЕРОИДОВ

Значительная часть астероидов основного пояса движется по устойчивым орбитам, которые мало изменились за последние ~ 4,5 млрд. лет. Это уникальные протяженные объекты, представляющие собой сохранившуюся до наших дней популяцию планетезималей. Вещество астероидов избежало планетной дифференциации и сохранило информацию о физико-химических процессах, протекавших во время доаккреционного и раннего постаккреционного периодов истории Солнечной системы.

Многие астероиды приближаются довольно близко к массивному Юпитеру, а также к другим большим планетам, в частности к Марсу и Земле. При этом их орбиты испытывают значительные возмущения. Так, астероиды Юнона и Паллада могут сближаться с Юпитером до расстояния ~ 2 а.е. Возникающие в связи с этим возмущения орбит даже за сравнительно короткое время (~ 1 год) исчисляются десятками минут или даже градусами.

Земля, Марс и пять астероидов группы Амура

Земля, Марс и пять астероидов группы Аполлона

Пространственные орбиты астероидов представляют собой незамкнутые эллиптически подобные витки. Перигелий и афелий орбиты то приближаются к Солнцу, то удаляются от него. Периоды таких колебаний — тысячи или десятки тысяч лет. Амплитуды колебаний эксцентриситета и наклона орбиты намного значительнее амплитуды колебаний большой полуоси. Орбита астероида вращается так, что нормаль к ее плоскости описывает конус, а линия узлов вращается в плоскости эклиптики с примерно постоянной скоростью. Аналог этому явлению — прецессия земной оси. Планетные возмущения приводят к непрерывному перемешиванию орбит астероидов, а следовательно, и к их столкновениям. Астероиды с диаметрами D > 100 км устойчивы при таких столкновениях. Мелкие астероиды могут быть продуктами дроблений более крупных тел.

Д. Кирквуд еще в 1866 г. обнаружил факт “избегания” астероидами орбит, для которых период их обращений вокруг Солнца кратен периоду обращения Юпитера. В распределении астероидов по большим полуосям это проявляется в виде своеобразных “областей разрежений”, названных люками. Они разбивают кольцо астероидов на ряд более мелких колец.

Наиболее заметные люки соответствуют соизмеримостям 1:2, 1:3, 2:5 с Юпитером, а также 1:2 с Марсом. Для астероидов, находящихся в орбитальном резонансе с Юпитером (или Марсом), взаимное их расположение по истечении определенного числа оборотов повторяется, а следовательно, повторяется и характер возмущающих воздействий на орбиты астероидов. Это, в конечном итоге, приводит к резкому усилению амплитуды резонансного эффекта. В результате, с одной стороны, значительно возрастает вероятность столкновений между астероидами (в случае их высокой начальной плотности), а с другой — происходит “расплывание” начального “пучка орбит” астероидов за счет резкого увеличения их эксцентриситетов в зоне соизмеримости. В резонансных зонах, ввиду высокой вероятности взаимных столкновений, астероиды “живут” меньше, что и определяет их относительно малое число.

Но, благодаря особому (либрационному) характеру движений, им удается избежать тесных сближений с большими планетами (прежде всего с Юпитером). За пределами кольца астероидов, где особенно сильно проявляются планетные возмущения, наблюдаются лишь отдельные группы либрационных астероидов и совсем уж одинокие нерезонансные малые планеты.

Более половины из известных астероидов, сближающихся с Землей (АСЗ), с перигелиями орбит q < 1,33 а.е. пересекают орбиту Земли. Большая часть АСЗ, мигрирующих из астероидного пояса, в значительной степени является продуктом высокоскоростных столкновений. Число астероидов, пересекающих орбиту Земли (АПОЗ), с диаметром D > 1 км оценивается в N << 500. Среднее время до столкновения АПОЗ составляет = 50 млн. лет. Вероятность перехода АСЗ на гиперболическую орбиту на порядок больше вероятности его столкновения с Землей. Падение на Землю астероида диаметром около 1 км может происходить чаще, чем раз в 100 тыс лет. Перигелии или афелии орбит тел, сталкивающихся с Землей, в основном располагаются вблизи ее орбиты.

В настоящее время известно около 10 АСЗ с диаметром D > 5 км. Такие небесные тела могут сталкиваться с Землей не реже, чем раз в 20 млн. лет. Для крупнейшего представителя “семейства астероидов”, сближающихся с земной орбитой, 40-км Ганимеда, вероятность столкновения с Землей в ближайшие 20 млн. лет не превышает 0,0005 %. Вероятность же столкновения с Землей 20-км астероида Эрос за тот же период оценивается примерно в 2,5 %.

Больше шансов встретиться с Землей у мелких небесных тел. Среди метеороидов, орбиты которых в результате долгопериодических возмущений планет могут пересекать орбиту Земли, имеется не менее 200 тыс. объектов с D > 100 м. Планета Земля сталкивается с подобными телами примерно раз в 5 тыс. лет, при этом на Земле образуется кратер поперечником более 1 км.

Вероятность столкновения Земли с кометой (ее ядром) в среднем оценивается как одно событие в 100 млн. лет. Не исключена, как уже отмечалось, и возможность “кометного ливня”, когда в отдельные периоды времени интенсивность выпадения на Землю комет может значительно возрастать (одна комета — в несколько тысяч лет). В настоящее время существуют весомые основания считать, что “Тунгусский метеорит” — это осколок кометы Энке.

Распределение астероидов в зависимости от их среднего расстояния от Солнца. По вертикали приведено число астероидов, по горизонтали — большая полуось орбиты, выраженная в астрономических единицах

“КЕНТАВРЫ” И ПРОБЛЕМА СКРЫТОЙ МАССЫ

Прекращение со временем активности комет вследствие постепенного экранирования поверхности ядер пылевым слоем, крупными гранулами и органикой порождает проблему “кентавров” — угасших комет, или “астероидов кометного происхождения”.

Истечение газа и пыли в результате “испарения” ледяного ядра вызывает негравитационные возмущения в движении кометы. Это обусловливает, в свою очередь, возможность значительных изменений кометных орбит и, прежде всего, их афелийных расстояний. При этом комета может перейти на орбиту с меньшей большой полуосью, и за счет возрастания инсоляции и роста приливных воздействий ядро кометы способно “сбросить” поверхностную корковую оболочку и реактивироваться. Указанный сценарий может повторяться вплоть до полного исчезновения (или изоляции) летучих компонентов или дезинтеграции ядра. Однако нельзя исключить возможность продолжения очень слабой дегазации ядра, не создающей видимой комы, на протяжении еще многих сотен оборотов после прекращения основной фазы активности кометы. На это указывает чрезвычайно слабая атмосфера у некоторых “астероидов”, испытавших подобную эволюцию.

Подтверждением возможности эволюции комет в “астероидальные тела” и их последующей реактивизации служит астероид 3200 Фаэтон, с которым связан известный метеорный поток Геминид, очевидно, порожденный им как кометой. Имеются и другие успешные попытки установления взаимосвязи между объектами, обнаруженными как астероиды, и метеорными потоками.

По своему внутреннему строению и физико-химическому составу “угасшие кометы”, претерпевшие сильную модификацию поверхности и, частично, внутренней структуры, но сохранившие определенную фракцию льда, образуют особый класс объектов. Их поверхностные слои представляют значительный интерес для понимания процесса переработки вещества под длительным действием различных космических факторов.

Резкий обрыв планетной системы сразу за планетой-гигантом Нептуном, очевидно, требует объяснения. Не исключено, что двойная система Плутон-Харон формировалась не как самостоятельная планетная система, а ранее была спутником (или двукратным спутником) Нептуна, удалившимся от него при тесном сближении. Данные, основанные на исследовании движений межпланетных станций “Пионер-10, -11” и “Вояджер-1, -2”, исключают существование во внешней части Солнечной системы десятой планеты с массой порядка массы Юпитера. Однако возможно существование десятой планеты (или большего числа планет) с массой, сопоставимой с массой Земли.

Численное моделирование, проведенное М. Дунканом и др., свидетельствует о том, что подавляющее число комет с начальными большими полуосями а «100 а.е. не эволюционирует в сторону уменьшения больших полуосей орбит, что указывает на ненаблюдаемость в настоящее время значительного числа комет. Часть комет существенно теряют блеск уже после первого прохождения Солнца и более не наблюдаются. Общая масса кометного вещества может на порядок превышать массу Земли. Масса планетезималей в зонах Урана-Нептуна оценивается величиной порядка 100 масс Земли.

Большая часть тел пояса Койпера еще недоступна наблюдениям. Количество этих объектов может составлять ~10^5. Более того, не исключено существование нескольких занептунных поясов в области 100 < а < 1000 а.е.

Масса “солнечной туманности” на начальной стадии формирования Солнечной системы, по данным, основанным на возможности формирования в результате гравитационной неустойчивости стабильных самогравитирующих сгущений, оценивается в 0,01-0,1 массы Солнца.

Верхняя оценка величины и распределения “скрытой массы” в Солнечной системе может быть получена из сопоставления параметров цикла солнечной активности с полным внешним приливным динамическим воздействием на Солнце (его атмосферу) тел Солнечной системы, включая и пока не обнаруженные. Дело в том, что изменения во времени основных характеристик Солнечного цикла (амплитуда, фаза — широта) коррелируют с вариациями полной приливной силы, содержащей и возмущения, обусловленные воздействием N гравитационно активных тел.

Следует ожидать, что довольно скоро интенсивное развитие наблюдательной астрономии (введение в строй крупнейших телескопов, применение адаптивной оптики, освоение инфракрасного диапазона и т. п.) может привести к непосредственному обнаружению в Солнечной системе новых “слабых объектов” (~30 т), в частности из поясов Койпера, облаков Хиллса, Оорта, “реликтовых планетезималей” и т. п.

• ГЕРАЛЬДИКА И НУМИЗМАТИКА

Первый герб г. Харькова (полковой период — до 1765 г.)

(Продолжение. Начало см. в № 10,2007 г.)

Саратов И. Е., заслуженный работник культуры Украины

Из-за отсутствия документальных свидетельств второй половины XVII в. вопрос о первом гербе Харькова, отражающем его полковой период, до настоящего времени является вопросом гипотетическим. Об этом гербе Харькова можно судить по документам, которые у видел и свет лишь 100 лет спустя после образования как города Харькова, так и Харьковского казачьего полка. Но и в этих документах нет ссылок на другие, более ранние, не дошедшие до нас документы, а описание герба производилось только на основании воспоминаний харьковских старожилов, видевших когда-то и помнящих полковой герб.

Попробуем решить эту задачу, используя косвенные сведения, а для начала ответим на вопрос, как формировались гербы Слободской Украины во второй половине XVII в.?

Измаил Иванович Срезневский в своем «Историческом обозрении гражданского устроения Слободской Украины со времени ее заселения до преобразования в Харьковскую губернию» так отвечал на этот вопрос: «…Всякий полк отличен от других полков знаменем, на котором изображался лик святого, почитавшегося покровителем полка, и разделялся на сотни…» Это утверждение И.И. Срезневского можно проиллюстрировать извлечением из статьи В.В. Иванова «Прапори Слободських полков», описывающей знамена Харьковского полка времен Петра I:

«…Харкiвський полк мав шiсть npanopiв: 1) Полковий прапор, що на ньому зображено росiйський герб пiд коронами з круговим написом: знамя великого государя, царя и великого князя Петра Алексеевича всея Великiя и Малыя и Белыя Pocciи самодержца. 2) Другий полковий прапор — хрест у сяйвi i над ним два янголи з сурмами, що тримають вiнець. 3) Першоï comнi — на лицевому боцi зображено Миколу Чудотворця, на зворотному — Григора Неокесарiйського. 4) Мерефянськоï comнi — на лицевому боцi зображено апостола Петра, а на другому — герб росiйський пil коронами. 5) Липецькоï comнi — зображено Георгiя, що стоïть на землi з хрестом у правiй руцi i з списом у лiвицi, на зворотному боцi — великомученика Дмитра з хрестом у лiвiй руцi i з списом, що перемага змiя, у правицi. 6) Дергачiвськоï comнi — на лицевому боцi зображено архангела з мечем, що перемага диявола, вище Христа в сяйвi i пiд ним квiтu, а напроти архангела-зiрки, на зворотному боцi — янгол-охоронець з людиною у правiй руцi.

Iзюмський полк мав десять npanopiв: 1) Полковий прапор, що на ньому зображено на одному боцi Покрова Богородицi, на другому — архiстратига Михайла, що перемага диявола. 2) Полковий Iзюмськоï coтнi — чотирикутний жовтий хрест. 3) Балаклiйськоï coтнi — на жовтiй землi червоний хрест, над ним корона й блакитнi лаври, на зворотному боцi — червоний хрест на бiлiй землi. 4) Змiïвськоï coтнi — зображено Миколу Чудотворця, на зворотному боцi — янгола Михайла, що перемага диявола. 5) Купянськоï coтнi — Микола Чудотворець, що молиться, на другому боцi — Олексiй митрополит Киïвський, так само молиться. 6) Cенкieвcькoï сотнi — на лицевому боцi зображено архангола з гiллям у правiй руцi, а в лiвицi «держащ iмя Iиcycoвa», на зворотному янгол «имущь правую руку изображенiе креста, а в левой держащь крест». 7) Печенiзькоï coтнi — зображено Георгiя, що перемага змiя, верхи на кoнi. 8) Лиманськоï coтнi — зображено Богородицю, по боках пiд покровом ïï святi, на зворотному боцi — архангол Михайло перемага диявола. 9) Прапор, на якому зображено Спаса й герба з написом, на зворотному боцi — росiйський герб пiд коронами. 10) Прапор, де зображено архангола Михайла, що вогненим мечем перемага диявола, на зворотному боцi — росiйський герб».

В «Историческом обозрении…» И.И. Срезневского мы находим далее такие строки: «… Всякий полк находился под управлением полковника и членов полковой старшины, полковник был избираем всей полковой старшиной, по большинству голосов, на всю жизнь… Все распоряжения свои подтверждал он письменными приказаниями-универсалами за собственноручным подписанием с приложением своей гербовой печати, которая употреблялась как полковая…»

Зная законы перехода личной печати полковника в герб полка, рассмотрим подробно полковой период в жизни города Харькова, а именно период с 50-х годов XVII в. по 1765 г. К сожалению, и здесь нас ожидают определенные трудности, поскольку документальных данных о начальном периоде Харьковского полка не сохранилось. Более того, существуют разные точки зрения по вопросу даты возникновения Харьковского казачьего полка. Наиболее раннюю дату называет Е.А. Альбовский — 1651 год. По его утверждению эта дата была зафиксирована на старинных знаменах Харьковского казачьего полка. Очень странная и загадочная ситуация, когда полк возник раньше города, имя которого он носит. Однако указанная выше ситуация не кажется странной. Ниже, опираясь на факты, постараемся раскрыть причины такой на первый взгляд парадоксальной ситуации.

Первый герб города Харькова — на желтом поле черный напряженный лук со стрелой (реконструкция автора)

Освоение Дикого Поля переселенцами с Правобережья Днепра, с Надднепрянщины и Гетманщины было делом трудным и чрезвычайно опасным. Сотни километров по бездорожью с имуществом, женами, детьми, стариками, сельскохозяйственным инвентарем и многочисленным скотом (в среднем на каждую семью приходилось 8 голов домашнего скота) требовали от переселенцев объединения в группы, способные дать отпор грабителю.

Многочисленные отряды татар и просто шаек грабителей поджидали переселенцев на их далеком и трудном пути к новым местам поселения. Преодолев тяжелый и опасный путь и осев на новых местах, пионеры заселения нашего края вынуждены были в первую очередь строить оборонительные валы и стены, защищаясь от грабительских набегов небольших отрядов крымских и ногайских мурз.

Для отпора же большим отрядам крымского хана требовалось объединение всех сил первопоселенцев. Такими неформальными объединениями командовали всеми признанные казацкие лидеры — атаманы или полковники, заслужившие доверие поселенцев либо прошлыми заслугами, либо плодотворной деятельностью в периоды трудных переходов и освоения новых мест жительства.

Герб рода Донец-Захаржевских

В Харьковском регионе таким всеми признанным лидером был казацкий полковник Иван Сирко. Дом, где жила его семья, располагался в Мерефе, но его огромный авторитет и влияние распространились так далеко, что его называли полковником Змиевским и Печенежским. Позже, когда на месте древнего Харьковского городища поселился шестисотенный отряд казаков с семьями, Сирка стали называть еще и Харьковским полковником. Мы сказали «позже» потому, что Мерефа была основана раньше Харькова и, как это сказано в документе 1749 г., на реке Мерефе плотину занял Иван Сирко «б прошлых годах тому будет лет 100 и более», и дальнейшее строительство было «на землях Мерефянской сотни у полковых землях». Таким образом, понятия «полк» и «полковые земли» существовали как некоторое объединительно-оборонительное территориальное подразделение задолго до возникновения города Харькова. Отсюда появление даты «1651 год» на знамени Харьковского казачьего полка вполне возможно. Дальнейший бурный рост населения на месте Харьковского городища и труднодоступное для татарской конницы расположение Харькова на мысу между болотистыми реками Харьков и Лопань создали предпосылки для переноса центра территориального полкового управления в Харьков. Поэтому понятны утверждения многочисленных документальных и литературных источников о том, что Харьковским полковником был национальный герой украинского народа Иван Дмитриевич Сирко.

Но так как темой настоящей статьи является история Харьковских гербов, мы не будем останавливаться на славных и многочисленных подвигах Ивана Сирко, а отошлем читателя к работе Д.И. Яворницкого «Иван Дмитриевич Сирко — славный кошевой атаман Запорожского войска» и к очерку «Иван Дмитриевич Сирко — первый Харьковский полковник», а сами обратимся к рассмотрению документов, описывающих первый герб города Харькова. К сожалению, несмотря на длительные поиски в архивах и специальные исследования, пока не удалось обнаружить ни оттисков, ни описания городской печати Харькова в документах, принадлежащих к концу XVII — первой половине XVIII вв.

О внешнем виде первой городской эмблемы можно судить лишь на основании материалов, относящихся ко второй половине XVIII в. В частности, сведения о первом харьковском гербе мы встречаем в «Хронографическом описании города Харькова», составленном в 1767 г. есаулом Максимом Горленским. Этот документ оказался в «Описании городов и знатных местечек в провинциях Слободской губернии в 1763–1773 годах», обнаруженном Д.И. Багалеем в Харьковском историческом архиве. Описание было составлено по распоряжению слободско-украинского губернатора Е. Щербинина на основании указа Сената.

М. Горленский о харьковском гербе пишет, что «…сколько известно, то город издревле употребляет в гербе напряженный лук со стрелою, а пожалован городу сей герб или прежним основателем и обычаем народа введен — достоверного известия нет». Это указание М. Горленского дает основание считать, что самой ранней городской эмблемой Харькова был натянутый лук со стрелою. Есть и другое документальное подтверждение такого предположения — докладная записка наместника Е. Щербинина Харьковскому наместническому правлению (1781 г.). История возникновения этого документа такова. В ноябре 1775 г. был издан один из крупнейших законодательных актов правления Екатерины II «Утверждение для управления губерний Всероссийской империи», которым, в частности, определялось административно-территориальное деление страны. По этому закону вся территория Российского государства делилась на губернии, губернии — на уезды. Создавались губернские и уездные учреждения, определялись права, функции, порядок работы учреждений и должностных лиц и т. п. В течение 1779–1781 гг. «Учреждение для управления губерний» несколько раз дополнялось новыми постановлениями правительства. Среди них заслуживает внимание указ Сената от 27 мая 1781 г., который повелевал губернским властям на границах губерний и уездов наряду с обычными межевыми знаками выставить на видных местах губернские и уездные гербы. В случае, если отдельные губернские и уездные города не имели гербов, указ предписывал составить их проекты и предоставить их на рассмотрение в Сенат. Выполняя это постановление, в канцелярии Харьковского наместника составили проекты гербов для всех городов Харьковского наместничества и отослали в Петербург в Сенат, о чем свидетельствует донесение наместника Е. Щербинина Харьковскому наместническому правлению. Этот документ сохранился и в настоящее время находится в Центральном государственном историческом архиве Украины в Киеве.

Как видно из этого документа, к 1781 г. только сам Харьков имел герб, а в других городах Харьковской губернии гербов не было, и Щербинин предлагает в своем проекте оставить гербом города изображение, о котором писал М. Горленский еще в 1767 году.

Таким образом, хроно-географическое описание Харькова, составленное М. Горленским, и докладная записка Е. Щербинина дают основание считать, что первым Харьковским гербом в полковой период было изображение на желтом поле черного натянутого лука со стрелою.

Символика первого герба Харькова отражала действительное положение города второй половины XVII в. как крепости на окраине государства для защиты от внешних врагов и, в частности, для защиты от нападений крымских ханов и ногайских мурз. Документы свидетельствуют, что особенно в XVII в. и в первой половине XVIII в. происходили частые вторжения мурз и ханов в пределы нашего государства, которые осложняли хозяйственную жизнь в этих местах.

Теперь попробуем ответить на вопрос: как появилось изображение напряженного лука на гербе города Харькова?

Выше мы упоминали о существовавшей в XVII в. традиции переносить изображение с личной печати полковника на герб полка, которым он командовал. Учитывая эту традицию, попробуем поискать корни Харьковского герба среди родовых гербов Харьковских полковников.

Известно, что в городе-крепости Харькове в его первоначальный период (от основания города до 1765 г.) было несколько атаманов и 11 полковников. Имена шести атаманов нам известны. Это атаман-осадчий Иван Каркач, харьковские атаманы Максим Тимофеев, Иван Кривошлык, Тимофей Лавринов, Лунько Федоров и Жадан Курган. При этом обращаем внимание, что атаман Лунько Федоров возглавлял харьковских казаков в 1667 г., когда уже много лет существовал и активно действовал во многих военных походах Слободской Харьковский полк. Так, в одной челобитной[7] на имя царя в 1667 г. находим такие строки: «…Бьют челом холопы твои Харьковского Черкаскаго полку полковника Ивана Дмитриевича Сирка Черкасы атаман Лунько Федоров с товарищи всем Харьковским городом…»

По нашему мнению, такая ситуация складывалась в Харьковском полку только в силу того, что Харьковский полковник И.Д. Сирко, с одной стороны, имел резиденцию в Мерефе, а с другой — много, часто и иногда надолго отлучался для участия в военных походах Запорожского войска, служебных поездок в Белгород и для многих других дел. Следует думать, что число харьковских атаманов за период 1654–1668 гг. было большее, так как по существовавшим в то время традициям выборы атаманов по разным причинам могли происходить спонтанно и по несколько раз в год. Сам И.Д. Сирко, несмотря на высокий авторитет среди Запорожского войска, многократно избирался и также многократно отстранялся с поста кошевого атамана. Поэтому выше мы перечислили только тех известных нам атаманов, имена которых донесли документы XVII в.

О первом атамане-осадчем Иване Каркаче нет современных ему документальных свидетельств, и мы знаем о нем только из таких описательных сочинений второй половины XVIII в., как «Хронографическое описание Харькова» 1767 г., а также «Описания Слободско-Украинских городов и местечек». Но у нас нет оснований не верить этим документам. Очевидно, атаманская деятельность осадчего Ивана Каркача была краткой, так как в первой переписи жителей Харькова 1655 г. его имени среди 507 казаков мы не встречаем, и атаманом Харьковских казаков назван Максим Тимофеев.

Герб рода Куликовских

В том же 1655 г. в Харькове осела еще одна партия переселенцев в количестве 800 казаков под руководством атамана Ивана Кривошлыка. Сколько Иван Кривошлык оставался Харьковским атаманом, неизвестно, и в 1659 г. мы уже встречаем имя другого атамана — Тимофея Лавринова, а в 1660 г. Жадана Кургана, а в 1667 г. Харьковским атаманом был Лунько Федоров, хотя Иван Кривошлык оставался в Харькове по меньшей мере до 1668 г. и даже играл заметную политическую роль— возглавлял группу заговорщиков, убивших в октябре 1668 г. Харьковского полковника Федора Репку. К сожалению, нам не известны ни причины смещения того или иного Харьковского атамана, ни их точное число. Однако мы знаем, что в ранг полковника Харьковского Слободского казачьего полка ни один из известных нам атаманов возведен не был.

Из этого краткого пересказа названных фактов об атаманском корпусе в городе-крепости Харькове можно сделать следующие выводы.

1. С момента основания города до конца 1668 г. в Харькове, наряду с полковой территориальной структурой существовали атаманы, власть которых распространялась только на жителей Харькова.

2. Известные нам атаманы (не исключена возможность, что в Харькове за этот период было большее число атаманов, но имена их до нас не дошли) не были возведены в ранг полковников Харьковского полка и поэтому не имели личных печатей, подтверждающих их подписи на документах. Это наше соображение подтверждается челобитной «атамана Лунько Федорова со товарищи», подписанной не им самим, а священниками Харьковских храмов.

3. Отсутствие личных печатей у часто меняющихся атаманов исключает вероятность связи герба Харькова в его полковой период с тем или иным атаманом Харькова.

4. Очевидно, что корни Харьковского герба следует искать в среде Харьковских полковников.

Документально известно, что первым Харьковским полковником был национальный герой Украины, многократно избираемый кошевым атаманом Запорожской Сечи,- житель и, возможно, основатель Мерефы Иван Дмитриевич Сирко[8].

Известно также, что он возглавлял Харьковский полк до марта 1668 г.

Однако пока еще не найдены документы, указывающие на начало его полковницкой деятельности в Харьковском полку.

Скажем только, что самой ранней известной нам датой пребывания Ивана Сирка на посту полковника Харьковского полка является 1663 г. Это упоминание помещено в панегирике Яна Орновского.

Речь идет о первом литературном произведении, имеющем отношение к Харькову и посвященному прославлению семьи Харьковских и Изюмских полковников Донец-Захаржевских. Это сочинение написано на польском языке в виде панегирика и было опубликовано в типографии Киевской Печерской лавры. Дословно название этого произведения на русский язык переводится так: «Богатый родовой сад вельможных их милостей панов Захаржевских, усаженный розами его царского наияснейшего величества стольников и полковников Харьковских его милости пану Федору Захаржевскому в панегирический подарок отданный. Издано в чудотворной большой Лавре Киевопечерской. Году 1705.».

Несмотря на панегирический характер, отражающий литературные традиции того времени, сочинение Яна Орновского содержит множество ценных сведений, относящихся к истории Харькова в его полковой период. Вот как звучит упоминание о Сирко в панегирике Орновского: «…Полковником харьковским был в это время Иван Дмитриевич Сирко. Григорий Захаржевский был сделан сотником при нем. Он участвовал в битве против поляков за Лесной, над которыми была одержана победа. Будучи еще сотником при Сирко, Григорий Захаржевский строил укрепления в местечке Маяки…».

Более раннее документальное упоминание о И.Д. Сирко как о полковнике мы встречаем в марте 1662 г. Имеется в виду письмо И.Д. Сирко и Сацька Туровца к наказному гетману Левобережной Украины Якиму Сомку. В этом письме И.Д. Сирко подписался как «полковник его царского величества верного войска Низового славного Запорожья». К сожалению, в этой подписи нет уточнения, какого полка был полковником Сирко.

Более раннее упоминание о И.Д. Сирко как о полковнике встречается в дошедших до нас документах 1659 г., посвященных избранию Юрия Хмельницкого гетманом Украины. В них он назван «Кальницким», а не Харьковским полковником. Почему Кальницким, неизвестно, но, по нашему мнению, не исключена возможность обыкновенной описки при составлении документов, так как в те времена о новопостроенном Харькове мало кто слышал.

Самое первое упоминание о И.Д. Сирко встречается в работах Н.И. Костомарова и Д.И. Яворницкого (правда, без каких-либо ссылок на документы-первоисточники), датированные 1654 г., когда во время Переяславской Рады Сирко и Богун со своими единодумцами не захотели присягать царю и в знак протеста покинули Переяслав. Отметим, что это был очень смелый для того времени шаг, и его мог позволить себе только тот политический или военный деятель, который чувствовал уверенность в своих силах и относительную независимость. Так независимо мог чувствовать себя И.Д. Сирко, который, с одной стороны, представлял Запорожскую Сечь, а, с другой — Харьковский Слободской полк, возникший, согласно утверждению Е. Альбовского, в 1651 г., за пределами земель непосредственно подчиненных власти гетмана. Анализ последующих событий времен Руины показывает, что И.Д. Сирко часто проявлял свою независимость от всех последующих гетманов того периода. Более ранних документальных свидетельств, подтверждающих политическую и военную деятельность И.Д. Сирка, пока не удалось обнаружить. Хотя существуют косвенные ссылки на участие И.Д. Сирка в морских походах казаков к турецким берегам, а также о походах во Францию, совершенных Сирком совместно с Богданом Хмельницким.

Герб (1622 г.) и печать (1620 г.) Запорожского войска

К сожалению, мы не нашли ни одного оттиска печати Сирка — кошевого атамана Запорожского войска. Но изображение натянутого лука было характерным для казацкой символики тех времен. В качестве примера сошлемся на работу Я.Д. Исаевича «Бойовï прапори казацького воiська». Среди 24 боевых стягов Киевского и Черниговского полков, с которыми шла в бой украинская армия в годы освободительной войны 1648–1654 гг., три флага имели изображение натянутого лука. При этом следует обратить внимание на одну особенность изображения лука на этих знаменах — присутствие желтого цвета в той или иной части знамени. Позже эту особенность мы встречаем и в изображении первого харьковского герба — на желтом поле черный напряженный лук.

Другим примером популярности изображения лука в казацкой сфрагистике может служить утверждение Д.Н. Бантыш-Каменского о том, что у «гетмана хана крымского» Суховея была печать с изображением лука и двух стрел.

Эти примеры дают основание считать, что изображение натянутого лука на гербе Харькова в его полковой период было на личной печати Харьковского полковника Ивана Дмитриевича Сирко. Родовые гербы всех последующих Харьковских полковников подтверждают эту версию.

Вторым Харьковским полковником был Федор Репка. Каких-либо документов о его избрании или указов об утверждении в ранге полковника не сохранилось. Известно только, что был он Харьковским полковником недолго: в июне 1667 г., когда Харьковский атаман Лунько Федоров писал свою челобитную, Харьковским полковником был Сирко, а 16 октября 1668 г. Федор Репка был уже убит. Очевидно, его избрали полковником харьковские казаки в марте-апреле 1668 г. после восстания Брюховецкого. Таким образом, Федор Репка был полковником короткий срок — около полугода, причем в очень смутное время, поэтому вряд ли мог оставить заметный след в формировании харьковского герба.

Значительно больший вклад во все аспекты харьковской жизни внесли третий, четвертый и пятый харьковские полковники из рода Донец-Захаржевских. Так, третьим Харьковским полковником, возглавлявшим Харьковский полк после гибели Федора Репки с октября 1668 г. по 1690 г. был Григорий Ерофеевич Донец-Захаржевский.

Четвертым Харьковским полковником, правда, в звании «Черкасского Харьковского Наказного полковника», был сын Григория Ерофеевича — Константин Григорьевич Донец-Захаржевский. В период с 1681 по 1685 гг. он вместе с отцом принимал активное участие во всех гражданских и военных делах Харьковского полка.

Пятым Харьковским полковником с 1691 по 1706 гг. был другой сын Григория Ерофеевича— Федор Григорьевич Донец-Захаржевский.

Родовым гербом Донец-Захаржевских был герб «долива» — на голубом щите три красные розы с четырьмя лепестками, одна возле другой на белой полосе, или, как это звучит на языке геральдики, на белом рыцарском поясе, расположенном по диагонали из левого нижнего угла щита в верхний правый.

Шестым Харьковским полковником был Федор Владимирович Шидловский — зять умершего 28 августа 1706 г. во время военного похода пятого Харьковского полковника Федора Григорьевича Донец-Захаржевского.

Ф.В. Шидловский недолго занимал эту должность, так как был отстранен от управления Харьковским полком в связи с обвинением в служебных преступлениях, будто бы совершенных им в Польше во время одного из военных походов. И хотя вскоре обвинение было снято и Федор Шидловский получил назначение в армию уже не в чине полковника, а генерала, но к управлению Харьковским полком он не возвращался.

Седьмым Харьковским полковником был племянник Федора Шидловского — Лаврентий Иванович Шидловский, который сначала в 1706 г. был назначен наказным полковником, а затем в 1710 г. особым указом был утвержден в должности Харьковского полковника. В этой должности он состоял до конца 1711 г., а в 1712 г. именным указом Петра I был назначен полковником Изюмского полка.

Федор и Лаврентий Шидловские были потомками шляхетских родов, живущих в Западных областях Правобережной Украины. Их родовым гербом был герб «любич», изображающий в центре щита подкову с двумя мальтийскими крестами — один крест под подковой, а другой — внутри нее.

Герб рода Тевяшовых

Восьмым и одиннадцатым полковниками Харьковского Слободского казачьего полка были представители рода Куликовских.

Первый из них — Прокопий (Прокофий) Васильевич Куликовский пришел в Слободскую Украину в свите Молдавского Господаря князя Кантемира в 1711 г. после неудачного Прутского похода Петра I. Прокопия Васильевича на Слобожанщине звали «волохом», т. е. молдаванином, хотя большинство исследователей считают, что он был из старинного западноукраинского шляхетского рода. П.В. Куликовский был лично известен Петру I и не раз привозил для него по поручению князя Кантемира секретные документы. В 1711 г. П.В. Куликовский принял русское подданство и продолжал служить в чине полковника в свите князя Кантемира.

Полковником Харьковского Слобожанского казачьего полка П.В. Куликовский был назначен в 1712 г. и выполнял эти обязанности до 1714 г. Служба в Харьковском полку позволила роду Куликовских стать владельцами обширных земельных участков как в самом Харькове, так и в его предместьях[9]. Сын Прокопия Васильевича — Матвей Прокофьевич Куликовский — был одиннадцатым Харьковским полковником и выполнял эти обязанности с 1757 по 1765 г. Именно в 1765 г. завершился полковой период в жизни города Харькова. Но судьбе было угодно, чтобы еще раз на Харьковской земле появился Харьковский Слободской казачий полк и еще раз был избран Харьковский полковник — уже двенадцатый по счету. Двенадцатый полковник тоже был из рода Куликовских — Михаил Матвеевич Куликовский — сын одиннадцатого Харьковского полковника Матвея Прокофьевича Куликовского. Михаил Матвеевич, как и большинство дворян тех времен, служил в армии и после ухода в отставку в звании полковника активно участвовал в общественной жизни Харькова, неоднократно избирался уездным предводителем дворянства.

Гербы Харьковских полковников:

1. Герб Долива — является основным звеном родового герба Донец-Захаржевского;

2. Герб Любич — является основным звеном родового герба Шидловских

3. Герб Дрогомир — является основным звеном родового герба Куликовских

Он возглавлял губернский комитет по сбору средств для основания Харьковского университета. Так как к моменту открытия Харьковского университета в 1805 г. не удалось завершить строительство университетских зданий, то с разрешения министра внутренних дел графа Кочубея здание генерал-губернатора, расположенное в самом центре Харькова, было передано университету, а резиденция губернатора была размещена с разрешения Михаила Матвеевича на его землях.

В 1812 г., когда над страной нависла угроза французской оккупации, в Харьковской губернии сформировался Харьковский Слободской ополченский казачий полк, и его полковником был избран Михаил Матвеевич Куликовский. Таким образом, представители рода Куликовских оставили заметный след в жизни нашего города, но к символике первого Харьковского герба их родовой герб не имеет отношения. Родовым гербом Куликовских был старинный герб «дрогомир»: на красном поле щита три скрепленные между собой бегущие ноги, закованные в латы и оснащенные шпорами. Как видим, герб рода Куликовских не имеет ничего общего с изображением, помещенным на первом Харьковском гербе.

Девятым Харьковским полковником был Григорий Семенович Квитка. Он возглавлял Харьковский полк с 1714 по 1734 г. По сообщению Ильи Ивановича Квитки, автора «Записок о Слободских полках с начала их поселения по 1766 г.», изданных в Харькове в 1883 г., дед Григория Семеновича Квитки — Афанасий Квитка переселился в Левобережную Украину в первой половине XVII в. и служил полковником в Гадяцком полку. Сын его Семен Афанасьевич Квитка переселился в Харьков в 1666 г., сначала служил сотником, а затем полковым судьей. Внук Афанасия Григорий Семенович также служил в Харьковском полку и был одним из самых уважаемых в полку людей. Еще не будучи полковником Харьковского полка, он в 1708 г. принимал в своем доме Петра I. Полковником его назначили по именному указу царя в 1714 г. Возглавлял полк он в течение 20 лет. Род Квиток берег свои корни из Польского шляхетства. К сожалению, нам не удалось разыскать документы, на которых был бы помещен герб Квиток. Изображение родового герба Квиток сохранилось только на мраморной плите, установленной на могиле писателя Григория Федоровича Квитки-Основьяненко. Мраморная плита простояла более 150 лет, и вырубленное на ней изображение под влиянием времени и кислотных дождей потеряло свою первоначальную четкость. Однако, применяя специальные методы фотографирования, нам удалось получить некоторые представления о гербе Квиток, а именно: на плите изображен щит, все поле разделено на шесть равных частей, и в каждой из них помещены различные геральдические символы. Хорошо различимы только некоторые из них: это рука в верхнем левом секторе и бегущая лошадь в правом центральном секторе. Остальные четыре изображения расшифровать не удалось. Но и без детальной расшифровки видно, что герб рода Квиток не похож на первый Харьковский герб, а его членение на шесть частей говорит о сложной родословной легенде.

Десятым Харьковским полковником был Степан Иванович Тевяшов, который возглавлял полк с 1734 по 1757 г. Его отец Иван Иванович Тевяшов был полковником Острогожского Слободского казачьего полка. В Харьков С.И. Тевяшов был направлен Государственной Военной коллегией и по докладу последней в 1757 г. был отправлен в отставку — более высоким чином бригадира[10].

Род Тевяшовых берет свои корни из Золотой Орды. Родоначальником был некий Ордыхозя, который перешел служить Великому князю Московскому Василию Дмитриевичу (1389–1425 гг.). После крещения Ордыхозя назвали библейским именем Азарий. Одного из внуков Азария звали Тевяшем, и от него пошел род Тевяшовых. В 1508 г. за верную службу Ивану Никитичу Тевяшову отец Ивана Грозного Василий Иванович пожаловал грамоту на вотчину, т. е. на родовое, наследственное землевладение.

Вот как описывает герб рода Тевяшовых «Общий гербовик Дворянских родов Всероссийской империи»: «в щите, разделенном на двое, в верхнем красном поле изображен золотой крест, и по сторонам его по одной шестиугольной такого же металла звезде. Под ними находится серебряная городская стена, а через оную вниз летящая стрела вонзена в серебряную луну, означенную в голубом поле…».

(продолжение следует)

В НАШЕЙ КОФЕЙНЕ

Летать не нанимался..

Известный английский ученый Джордж Кейли (1773–1857) заинтересовался проблемами полета еще в 23-летнем возрасте. В 1809 голу он соорудил планер с площадью крыльев 27 м^2 и, не рискуя сам, усадил в него своего кучера. Аппарат успешно выдержал испытания — без приключений перелетел через неширокую долину. Но когда счастливый Кейли подбежал к «воздухобежцу», он вместо изъявлений восторга выслушал от потрясенного кучера гневную отповедь.

— Сэр! Я протестую! — категорично заявил он своему хозяину. — Вы нанимали меня, чтобы я правил вашими лошадьми, а не для того, чтобы заставлять меня летать!

ПОУЧИТЕЛЬНЫЕ ИСТОРИИ

Знаменитый французский физик, математик и астроном Лаплас отличался изумительной политической беспринципностью. В годы революции он — активный республиканец, при Наполеоне — министр внутренних дел, а после реставрации Бурбонов — роялист, маркиз и пэр Франции.

Характерный эпизод. Происходит баллотирование двух кандидатов на должность непременного секретаря Академии наук Фурье и Био. Лаплас вместо одного бюллетеня берет два. Заполнив, кладет их в шляпу и просит соседа выбрать наобум один из бюллетеней. Другой он тут же публично рвет в клочья, громко заявляя: «Я не знаю, кому из кандидатов отдал свой голос». Но сосед случайно заметил, что в оба бюллетеня Лаплас вписал одно имя — Фурье.

Эта тихая кабинетная жизнь

Бытует представление, что математики и астрономы — это жрецы чистой науки, проводящие свое время за письменным столом, чтобы «найти новую планету на кончике пера». Однако подобное мнение далеко от действительности. Вот лишь один пример, когда жизнь «кабинетных ученых» отнюдь не отличалась миром и спокойствием…

Англичанин Эдмунд Галлей 0656–1742) был астрономом на королевской службе. Интенсивно развивающееся мореходство в то время нуждалось в научной разработке целого ряда вопросов, от которых зависит безопасность плавания. Нужно было изыскать методику точного определения географической долготы судна в море вдали от берегов, изучить снижение магнитной стрелки компаса и многое другое. И вот Галлей получает в 1698 году звание капитана английского военно-морского флота, а под свое командование — небольшой корабль «Парамур». В ноябре того же года он отплыл из Англии, но вскоре убедился, что офицеры флота не склонны повиноваться какому-то там звездочету. Галлей был вынужден вернуться и добиться смены непокорных. В сентябре 1699 года он вторично уходит в плавание, благополучно пересекает экватор и наконец приступает к научной работе. Вернувшись на родину 6 сентября 1700 года, уже в следующем году Галлей опубликовал карту магнитных склонений — первую в своем роде.

Человек с зализами

В 1930-х годах выяснилось, что прямоугольный стык самолетного крыла с фюзеляжем может порождать отрыв воздушных вихрей, сопровождающийся сильными колебаниями всей конструкции самолета. Группа исследователей, в которую входил и Т. Карман, предложила предотвращать отрыв вихрей с помощью зализа стыка крыла и фюзеляжа. В 1932 году Карман сделал в Париже доклад об этой работе, и новый метод дал во Франции такие же прекрасные результаты, как и в США. После этого французские самолетостроители стали называть зализы «карманами». Термин привился, и когда через несколько лет Т. Карману довелось посетить Францию, он как-то раз услышал при упоминании своего имени недоуменный возглас:

— Карман? Человек с зализами?

Пионеры метрической системы в России

С середины XIX столетия в Российской Империи начали работать научные комиссии, изучавшие возможность введения метрической системы. Но никаких практических результатов от их работы так и не последовало. Гораздо больше сделали для введения этой системы другие люди. В первую очередь портные, белошвейки и модистки.

Этому способствовало то, что парижская мода завоевала все пошивочные и портновские мастерские России, в которых в основном работали приехавшие из-за границы мастера со своими мерами длины — метрами. Это от них вошли в русскую жизнь те мягкие «сантиметры» в виде узких полосок клеенчатой материи, на которых с обеих сторон напечатаны крупными цифрами сантиметровые деления от 0 до 100.

Но метр — одна стомиллионная часть четверти Парижского меридиана — проник в Россию и другим путем. В 1887 году, утверждая образцы новых кредитных билетов, правительство, вопреки всем существовавшим тогда правилам, при их описании дало размеры в миллиметрах. Так впервые проникла метрическая система мер в официальные установления Российского государства. И только 31 год спустя, уже при Советской власти, метрическая система мер была узаконена декретом Совета Народных Комиссаров.

Какая разница?

После того как в 1911 году австро-венгерский, а впоследствии американский аэродинамик Т. Карман (1881–1963) рассчитал условия, при которых система вихрей, возникающих в потоке жидкости за круглым цилиндром, становится устойчивой, это явление стали называть «вихре вой дорожкой Кармана». Такое название вызвало возражения французского ученого Анри Бенара (1874–1939), который за три года до Кармана опубликовал статью о своих наблюдениях над подобными вихрями.

На нескольких международных конгрессах Бенар настаивал на своем первенстве. Наконец, Карман не выдержал и в ответном выступлении сказал:

— Я согласен с тем, что то явление, которое в Берлине и Лондоне называют «дорожкой Кармана», в Париже будет именоваться «Авеню де Анри Бенар».

Услыхав это, Бенар расхохотался, и мир между коллегами был восстановлен.

Фотонные кристаллы станут драгоценными камнями

Американская компания Lightsmyth Technologies объявила о начале выпуска бижутерии с "камнями" из фотонных кристаллов — материалов, структура которых характеризуется периодическим изменением коэффициента преломления в одном или нескольких пространственных направлениях. Примерами природного фотонного кристалла являются опал, кальцит, лабрадор. Искусственные фотонные кристаллы делают различными методами, чаше всего из обычного оксида кремния. Учёные создают фотонные кристаллы для самых разных нужд. Например — для оптоволоконных сетей.

Томасу Моссбергу, директору Lightsmyth Technologies, впервые пришло в голову, как использовать обыкновенный кремнезём и технологии производства фотонных кристаллов для создания необычных и очень красивых "камней". Используя метод фотолитографии (получение рисунка на тонкой плёнке материала), Моссберг вытравил на образцах будущих "бриллиантов" круглые, треугольные и шестиугольные фигуры, "вставляя" в один кристалл до 200 различных образцов рисунков. Таким образом он добился эффекта огранки как у алмазов: каждая нанесённая на фотонный кристалл фигура отражает свет определённой длины волны и в определённом направлении. И "камень" играет всеми цветами радуги.

В опале роль таких фигур выполняют сферические частицы кремнезёма диаметром 150–450 нанометров, которые, в свою очередь, сложены мелкими глобулами диаметром 50-100 нанометров, расположенными концентрическими слоями или беспорядочно. Они образуют довольно упорядоченную упаковку (псевдокристаллическую структуру опала).

Создано новое средство для быстрой остановки кровотечения

Средство, разработанное фирмой Aurora Flight sciences, способно остановить кровотечение даже весьма обширной раны. Полимер поглощает воду, содержащуюся в крови, набухает и тем самым оказывает дополнительное давление на место ранения.

Учёные из американской корпорации Aurora Flight Sciences разработали новое средство для остановки кровотечения за несколько минут в случае серьёзного ранения. Внешне новинка напоминает пакет, наполненный горохом. Его необходимо вложить в открытую рану, где он разбухнет и остановит ток крови. Оболочка пакета сделана из эластичного синтетического волокна (спандекса), способного растягиваться под давлением образующегося геля.

Разработчики использовали широко распространённый хорошо впитывающий полимерный материал на основе полиакриловой кислоты. В ходе предварительных тестирований выяснилось, что так! как порошок полимера поглотает только воду, он также ускоряет процесс свёртывания крови (Увеличивается концентрация коагулирующих веществ). Использовать новинку можно везде: она заменит собою и обычные перевязочные материалы (например, дома или в клиниках, в случае небольших ранений), и жгуты (в случае крупных потерь крови, к примеру, на поле боя). Материал поглощает большее количество жидкости, и при этом его можно оставить в ране на достаточно длительное время (несколько часов), не опасаясь за жизнь или здоровье пострадавшего.

Ещё одно преимущество новинки: при площади её поверхности почти в 20 квадратных сантиметров весит она всего около 50 граммов, поэтому поместится как в аптечке, так и в кармане солдатской формы. При этом полимер способен впитать жидкости почти в 30 раз больше собственного веса всего лишь за две минуты, а обратно её не выпустит специальный верхний слой.

Источники геотермальной энергии можно искать по гелию

Даже если температура воды наверху не так высока, изотопы расскажут о том, где вода побывала, и где нужно бурить скважину для получения даровой энергии.

Новый способ быстрого поиска на местности потенциальных источников геотермальной энергии разработали Мак Кеннеди из лаборатории в Беркли и Мэттийс ван Соэст из университета Аризоны. Метод не требует ни бурения, ни спутниковых съёмок.

Учёные определяют наличие в данной точке близкого очага геотермальной энергии по соотношению изотопов гелия в поверхностных водах, прошедших через подземные горизонты (из родников, колодцев и так далее). Пробы воды берутся так, чтобы исключить их взаимодействие с воздухом.

Затем исследователи проверяют точное соотношение растворённых в воде гелия-4 и гелия-3. Первый изотоп гелия преобладает в земной коре, а второго, напротив, гораздо больше в мантии. Повышенное содержание гелия-3 в воде показывает, что она взаимодействовала с породами, ведущими своё происхождение из мантии. Так что необычное соотношение изотопов может указать на места, где вода циркулирует через глубокие горячие подземные пласты.

Такие каналы циркуляции могут найтись не только в зонах вулканической активности, но и в районах, где есть подвижки пород в результате активности сейсмической. В таких точках уже целесообразно бурить скважину и налаживать постоянное получение геотермальной энергии.

Мак Кеннеди в своей лаборатории

Открыта самая молодая солнечная система

Наличие планет в очищенном промежутке газопылевого диска у UX Таи А — это пока ещё лишь предположение, но обоснованное.

Кэтрин Эспайллат (Catherine Espaillat) из университета Мичигана (University of Michigan) и её коллеги обнаружили при помощи телескопа Spitzer, что звезда UX Таи А в созвездии Тельца, по всей видимости, уже обзавелась планетами, несмотря на свой очень небольшой возраст. UX Таи А находится на расстоянии 450 световых лет от Земли. Эта звезда похожа на Солнце, с поправкой на то, что от роду ей всего миллион лет!

Астрономы рассмотрели в деталях газопылевой диск вокруг этой звезды и обнаружили, что в нём зияет большой разрыв. Приходится он на промежуток от 0,2 до 56 астрономических единиц, так что в нашей Солнечной системе он занимал бы пространство между Меркурием и Плутоном. Поскольку в других протопланетных дисках у столь юных звёзд подобной картины не наблюдается, Кэтрин пришла к выводу, что перед нами удивительный случай раннего формирования планетной семьи. Вероятно, несколько планет, возникших в данном промежутке, послужили космическим пылесосом, очистившим диск от составлявшего его материала.

Правда, ранее учёные уже видели различные дефекты в протопланетных дисках у молодых солнц, но только те прорехи больше напоминали просто пробелы в центре диска, поскольку непосредственно рядом со звёздами плотность пыли оказывалась очень небольшой. Такие дыры в центре могут объясняться воздействием излучения.

А для данного солнца это объяснение не подходит: UX Таи А уникальна именно тем, что вплотную к звезде расположен очень толстый и плотный диск пыли, затем идёт чистый разрыв, а далее — снова толстый и плотный диск.

Эспайллат полагает, что в данной системе имеет смысл заняться поиском планет, возможно, земного типа. Это находка проливает свет на формирование нашей собственной Солнечной системы и поможет ответить на вопрос — насколько рано в ней появились планеты?

Обнаружены белые карлики с углеродной атмосферой

Художественное изображение поверхности белого карлика

Патрик Аюфур (Patrick Dufour), астроном из университета Аризоны в Тусоне (University of Arizona), вместе со своими коллегами из США, Канады и Франции обнаружил новый тип белых карликов. Газ во внешней оболочке таких звёзд состоит из углерода, а не из водорода и гелия, как у обычных звёзд этого типа.

До настоящего времени около 80 % обнаруживающихся белых карликов обладают атмосферой, богатой водородом, остальные — гелиевой. Нет ничего удивительного, что белые карлики, у которых доминирует углерод, не входили в эту классификацию, ибо их доля очень мала: ориентировочно, это 0,1 %. В ходе наблюдений исследователи отыскали всего восемь таких "углеродных" объектов. Но, по утверждению Патрика Аюфура, их значительно больше. Если какая-то звезда находится на определённой линии эволюции, приводящей к трансформации в белый карлик, то она теряет около 85 % массы. По предположению Аюфура, некоторые из них при этом сбрасывают и окружающий их водород или гелий. В итоге остаются открытыми нижележащие слои, содержащие углерод, сформировавшийся в результате ядерных реакций.

О том, каковы особенности звёзд, которые должны превратиться в подобные белые карлики, учёные пока могут лишь догадываться. Одна из гипотез — такие звёзды должны обладать массой в 8-10 солнечных. Дальнейшие исследования с помощью более мощных телескопов должны помочь открыть больше объектов такого рода и выяснить что-то об их свойствах и эволюции.

ПРЕСС-ЦЕНТР

В Кении открыта самая крупная плюющаяся кобра

Большая коричневая плюющаяся кобра — опасный противник.

Новый вид кобры открыт в Кении. Исследование биологов Вольфганга Вюстера из университета Бангора и Дональда Брэдли из фонда биологического разнообразия Африки поможет лучше разобраться с таксономией и генеалогическим древом кобр в целом, и африканских — в частности.

Так называемая большая коричневая плюющаяся кобра (Naja Ashei) насчитывает до 2,74 метра в длину. Строго говоря, находили эту змею неоднократно и очень много лет назад, но ошибочно считали вариацией известного вида черношеих плюющихся кобр. И вот только теперь было определено, что перед нами — новый вид. Кстати, черношеяя в среднем вырастает до полутора метров, а максимум — до двух, так что коричневая, многие экземпляры которой заметно превышают 2 метра, — самая крупная из плюющихся кобр.

Новая змея названа в честь умершего в 2004 году Джеймса Эша (James Ashe), основавшего некогда в национальном парке Ватаму на побережье Кении крупную змеиную ферму Bio-Ken. Именно в этих местах и была найдена данная змея, и именно специалисты фермы первыми обратили внимание, что “большая коричневая", вероятнее всего, представляет собой отдельный вид.

Интересно, что за одно "доение" большая коричневая кобра поставляет до 6,2 миллилитра яда (весящих 7,1 грамма), что является одним из наибольших показателей среди всех змей, если не самым большим. В одном укусе Naja Ashei содержится яд, которого достаточно для убийства 20 человек.

Кроме Кении, эта змея обитает в Уганде, Эфиопии и Сомали. Как утверждает Ройян Тейлор, представитель Международной организации по сохранению дикой природы Африки, едва ли сейчас Naja Ashei находятся пол угрозой исчезновения, однако развитие главного района обитания этой кобры (то есть побережья Кении), может негативно сказаться на численности этих змей, поскольку люди часто не задумываясь убивают их.

Биологи исследовали эволюционный взрыв цветов

Диаграмма, изображающая родство основных представителей покрытосеменных растений. Получить такие сведения сложно: период, когда вдруг возникло всё это разнообразие, столь короток, что его порой называют «мигом» или «взрывом».

Ангиоспермы — или так называемые покрытосеменные растения — представляют серьёзную проблему для науки. Эти растения, имеющие цветы и плоды, отличаются большим видовым разнообразием. Однако установить родство между ними не так уж просто. Некоторую ясность удалось внести американским исследователям из Техасского университета в Остине и музея естествознания при университете Флориды. Суть ситуации профессор биологии Роберт Янсен из Техасского университета изложил так. “Одна из причин, по которой было сложно понять эволюционное родство между основными группами цветущих растений, состоит в том, что их разнообразие резко увеличилось за короткий промежуток времени", — говорит Янсен.

“В наше время известно около 400 тысяч видов цветковых растений", — рассказывает другой исследователь данной проблемы, куратор флоридского музея естествознания Памела Солтис. По её словам, просто удивительно, что всё это изобилие появилось практически в одно время около 130 миллионов лет назад, хотя до этого видов покрытосеменных было существенно меньше и их разнообразие значительно не менялось на протяжении большого времени.

Пытаясь понять, как это произошло, исследователи из группы Солтис изучили 61 ген 45 видов растений, а из группы Янсена — 81 ген 64 видов. В результате этого установить абсолютно точную причину такого неожиданного эволюционного взрыва не удалось. Однако, опираясь на полученные данные, учёные смогли предположить, что дело в некой климатической перемене. Исследователи сообщили также, что важной эволюционной чертой, которая возникла из-за этого события и дала толчок развитию покрытосеменных, стало развитие системы сосудов в стебле.

Искусственный цветок остановит эпидемии малярии

Anopheles gambiae — разносчик малярии, по мнению создателей необычного цветка, охотно будет садиться на него.

Американская компания MIT Holding, специализирующаяся на фармацевтике и медицинском оборудовании, совместно со специалистами из компании MEVLABS и Южного университета Джорджии разработала искусственный цветок Provector, призванный бороться с распространением малярии и других опасных болезней (западно-нильской лихорадки, к примеру), разносимых комарами. Подход MIT Holding кардинально отличается от прежних способов предотвращения эпидемий, виновниками которых являются комары. Вместо того чтобы в массовом порядке убивать комаров (распыляя инсектициды или устраивая ловушки), или чтобы в “пожарном порядке" лечить уже, увы, заболевших людей, американские ученые предлагают лечить самих комаров.

Чтобы заманить насекомое на курс терапии, авторы нового метода придумали искусственный цветок, заполненный набором лекарств. Цветок этот имеет привлекательные для комаров вид и запах. При этом он покрыт тонкой мембраной, защищающей от воздействия препарата людей, животных, других насекомых (пчёл), в то время как тонкий хоботок комара без труда прокалывает её, добираясь до целебных химикалий. Таким образом, комары перестают быть разносчиками заболеваний, но продолжают жить, а значит, играть свою роль в природе — как опылители или как пища для животных и насекомых.

В лабораторных опытах было показано, что искусственный цветок сокращает в моските число вирусов, которые ответственны за лихорадку. Кроме того, вещества цветка убивают болезнетворные микроорганизмы — плазмодии, которые вызывают у человека малярию, а также подавляют развитие плазмодий в случае, если комар повторно сталкивается с ними, будучи уже обработанным цветком. То есть препараты внутри Provector, как утверждает Томас Колларе, ведущий учёный MIT Holding и профессор эпидемиологии колледжа здравоохранения Южного университета Джорджии, обладают ещё и профилактическим действием. Один цветок сможет поставлять лекарства комарам в течение приблизительно года, после чего его можно “перезарядить".

Капли масла на поверхности нового материала

Стальная решётка с отверстиями в 1 миллиметр, обработанная новым составом, обладает удивительным свойством: вода (подкрашенная синим метиленом) не протекает в такие крупные поры, а в то же время октан (подкрашен красной масляной краской) протекает в стакан.

Аниш Тутеджа и его коллеги из Массачусетского технологического института (MIT) создали первую в мире суперолеофобную поверхность, вернее, тонкое гибкое покрытие, отражающее органические жидкости (масла) не хуже, чем смазанная сковородка — капли воды. Открытие пригодится во многих областях техники: с помощью нового вещества можно легко отделять нефть или её компоненты от воды, или наоборот — воду от моторного топлива. Ещё можно будет создавать внутренние покрытия баков ракет, отталкивающее от себя агрессивное горючее, изготавливать экраны мобильников, на которых не остаётся отпечатков пальцев, или, к примеру, самоочищающуюся одежду.

Как сообщает Technology Review, исследование Аниша началось с изучения новых молекул, созданных учёными из исследовательской лаборатории ВВС США. Они придумали “супертефлон" под названием fluoroPOSS — фторированный полиэдральный олигомерный силсесквиоксан. Увеличив число атомов фтора, исследователи получили более сильный “отражающий" эффект, нежели у известного тефлона. Тутеджа и его коллеги придумали несколько вариаций покрытия. В частности использовали метод электроспиннинга для создания микроскопических волокон из fluoroPOSS, в свою очередь, формировавших нечто вроде петель, заманивающих в ловушку воздух. На таких микроволокнах органика собирается в круглые капли. Они не дотрагиваются до подложки, на которую нанесено покрытие. Вода также собираются на этой поверхности почти в сферические капли, её отталкивание от fluoroPOSS — очень сильное. И даже такие соединения, как декан и октан, не растекаются по новой поверхности плёнкой, а легко скатываются с неё крупными каплями. Более того, жидкие масла не только не смачивают обработанную таким модифицированным fluoroPOSS поверхность, но их капли даже отскакивают от неё, если падают сверху.

Так был получен удивительный крупнопористый фильтр, который одновременно задерживает на своей поверхности воду (она катается по листу большими каплями), но пропускает вниз компоненты нефтяного топлива.

* * *

* * *

На обложке: Штурмовик Су-25

* * *

Ожидайте в следующих номерах журнала:

• История гетманства в Украине.

• Автомобили “Imperial”.

• Боевые собаки.

• Разложить планеты “по полочкам”.

• Автомат АН-94 “Абакан”.

* * *

Журнал «Наука и техника» зарегистрирован Министерством Юстиции Украины (Св-во КВ № 12091-962ПР от 13.12.2006)

УЧРЕДИТЕЛЬ и ИЗДАТЕЛЬ — Поляков А.В.

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР — Павленко С.Б.

Редакционная коллегия: Павленко С.Б., Поляков А.В., Кладов И.И.,  Марфенко А.В.

В журнале могут быть использованы материалы из сети Интернет. Рукописи не возвращаются и не рецензируются. Приглашаем к сотрудничеству авторов статей, распространителей, рекламодателей. Редакция приносит извинения за возможные опечатки и ошибки в тексте или в верстке журнала.

Подписка на журнал принимается всеми отделениями “Укрпочты” до 10-го числа каждого месяца.

Подписной индекс но каталогу “Укрпочты” — 95083.

Подписной индекс но каталогу “Газеты, журналы” агентства Роспечати — 21614

* * *

В случае обнаружения типографского брака или некомплектности журнала, просьба обращаться в редакцию. Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Ответственность за содержание материалов несет автор статьи. Журнал можно приобрести или оформить редакционную подписку, обратившись в редакцию. Обратившись в редакцию, можно приобрести предыдущие номера журнала.

Адрес редакции: г. Харьков, ул. Плехановская, 18, оф. 502. тел. (057)7177-540, 7177-542 Адрес электронной почты: samson@kharkov.ua. Адрес для писем: 61140, г. Харьков, а/я 206.

Адрес в сети Интернет: www.nauka-tehniku.com.на ICQ 373866603

Формат 60x90-1/8. Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. лист 11. Зак. № 370 Тир. 10000.

Типография ООО «Беркут+». г. Харьков, ул. Плехановская, 18, оф. 501, т. (057)7-543-577, 7-177-541 «Наука и техника». 2008. № 1 с. 1–90

Примечания

1

Согласно другой гипотезе прямохождением мы обязаны полуводному образу жизни: многие обезьяны, обычно передвигаясь на четырех, в воде ходят на двух ногах.

2

Закон роста информационной сложности культуры близок к логарифму количества горожан самого большого города

3

Частичноклональное, или мероклональное (от греч. meros — часть, доля), образование половых клеток наблюдается если в клетке два разных хромосомных набора, которые не могут образовать пары при мейозе. Один из наборов выбрасывается, а оставшийся удваивается. Такое решение гибридной стерильности наблюдается у ряда животных — как высших, так и низших.

4

Гироскоп — это массивный, сбалансированный маховик, вращающийся с большой угловой скоростью.

5

Скуловые кили — ребро, устанавливаемое вдоль скулы (места перехода днища в борт) в средней части судна перпендикулярно наружной обшивке. Являются простым и эффективным успокоителем качки.

6

Валовая вместимость — суммарный объем корпуса и надстроек судна, выраженных в регистровых тоннах.

7

Челобитная — так в средневековой Руси назывались письменные просьбы на имя царя или его вельмож.

8

В 1999 г. вышла книга В.Л. Маспийчука «Козацька старшина Харшвського слободського полку 1654-1706 pp.», где автор указывает на существование в Харькове в 1660 г. полковника Воропая или Воропаева. К сожалению, ничего неизвестно, в каком статусе был Остап Воропай: как избранный на всю жизнь полковник или он был «наказным» полковником, назначенным Г. Ромодановским или И. Сирко на какое-то время для выполнения определенной акции. В «именном списке жителей г. Харькова 1655 г.» Остап Воропай не значится. О временном характере правления Воропая говорят такие факты: в документе 1661 г. О. Воропай упомянут без указания звания «полковник», а также в списке казаков Харькова 1660 г. у первой сотни неуказан сотник.

9

Последующие описи XVIII в. указывают, что род Куликовских владел в различных районах Харькова и его предместьях обширными поместьями. Например, участок на правом берегу р. Харьков от реки до современной улицы Пушкинской, ограниченный улицей Гуданова на севере и Московским проспектом на юге; земли, расположенные в районе Саржина Яра, и в других местах. Род Куликовских оставил следы и в топонимике Харькова: нагорный участок правого берега (коренного) реки Харьков, расположенный между Белгородским спуском и Черноглазовской улицей, получил название Куликовой горы. Имя Куликовских носили улицы Садово-Куликовская (теперь Дарвина и Революции), и Куликовская (теперь Мельникова).

10

В утвержденном Петром I «Табели о рангах» в армейской пехоте и кавалерии все военные звания делились на четырнадцать классов от генерал-фельдмаршала — I класс, до фендерика — XIV класс. Полковник относился VI классу, бригадир — к V, генерал-майор — к IV и т. д.

Content

«НАУКА И ТЕХНИКА»
Журнал для перспективной молодежи
№ 1 (20) январь 2008

Колонка главного редактора

НАУЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ГРАДОСТРОЕНИЕ И АРХИТЕКТУРА

Свихнувшийся трамплин

• ХИМИЯ И БИОЛОГИЯ

Правая и левая сторона души

Жизнь человека и окись азота

• ОБЩЕСТВО

Темное прошлое и туманное будущее человечества

ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ

А-26 “Инвейдер”

• КОРАБЕЛЬНЫЙ КАТАЛОГ

"Монитормания" в США

• АВИАЦИОННЫЙ КАТАЛОГ

Поздно, господа!

• ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ

Ломать — не строить или возвращение штурмовика

• БРОНЕТЕХНИКА

Тяжелый танк «Тигр» (часть II)

• РАКЕТНО-КОСМИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА

Ведущая к цели

ОБЩЕТЕХНИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• ГРАЖДАНСКОЕ КОРАБЛЕСТРОЕНИЕ

Голубая лента Атлантики (часть II)

НАУЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

• АСТРОНОМИЯ, АСТРОФИЗИКА И КОСМОНАВТИКА

Театр под названием Вселенная

Эволюция комет и астероидов

• ГЕРАЛЬДИКА И НУМИЗМАТИКА

Первый герб г. Харькова (полковой период — до 1765 г.)

В НАШЕЙ КОФЕЙНЕ

ПРЕСС-ЦЕНТР

Примечания