Уайт Имоджен

Второе затмение, или Загадка солнечного узора

Имоджен Уайт

Второе затмение, или Загадка солнечного узора

© Тихонова А., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Посвящается разбойнице Кэти —

настоящей Роуз Маддл!

С чего всё началось…

По легенде, много лет назад из мира духов похитили два янтарных кулона, и после этого они оказались на нашей земле. Могущественные артефакты представляли серьёзную опасность. Вместе они открывали порталы в иные измерения… В нашем мире ещё в бронзовом веке ими завладели два единокровных брата: добрый Альбион и свирепый Верульф.

Верульф жаждал заполучить оба кулона, чтобы стать всемогущим и неуязвимым, но Альбион одолел его и использовал магию янтаря, дабы навсегда изгнать жестокого брата в тёмные земли теневого измерения. С тех пор Верульф не раз пытался сбросить оковы и вернуться в наш мир, чтобы погрузить его во тьму с помощью своей армии кошмарных созданий – крадунов.

Волшебные кулоны передавались в семьях братьев из поколения в поколение, если же хранитель погибал или умирал от старости, его сменял новый…

В тысяча девятьсот седьмом году наша героиня, Роуз Маддл, покидает работный дом и становится прислугой в богатом городском особняке. Вскоре девочка обнаруживает, что принадлежит роду Альбиона и должна унаследовать янтарный кулон. Силы зла надеются ей помешать, кулон пропадает, а Роуз отправляется на его поиски. К счастью, ей помогает новый друг – Руи Сингх. Вместе ребята выходят на тайное общество: Братство Чёрного Солнца состоит из людей важных и влиятельных и тоже охотится за амулетом. Заполучив оба кулона, Братство проводит опасный ритуал и открывает врата в мир теней, где обитает Верульф.

Роуз удаётся заточить Верульфа в магической Янтарной чаше и закрыть портал, но она подозревает, что из-за тёмного ритуала по всему миру открылись похожие врата и пробудили древнюю магию…[1]

1

Незваный гость

Индия, 27 ноября 1907 года

Роуз Маддл отдёрнула занавеску и посмотрела в окошко. Её серые с лазурным оттенком глаза сияли от сладкого предвкушения. После небольшой остановки поезд тронулся с места, рассекая просторы Северной Индии. Двенадцатилетняя девочка из простого работного дома, выросшая на ничем не примечательных улицах Хоува, оказалась настолько далеко от родных мест, насколько это возможно. Роуз стала компаньонкой своего лучшего друга, Руи Сингха, и она собиралась остаться во дворце махараджи (индийского князя) до следующего лета.

При одной мысли об этом по её лицу расплывалась улыбка.

Путешествие по железной дороге должно было занять восемнадцать часов, и пышная зелёная листва уже сменилась знойным полотном пустыни. Вдоль путей шагали две индианки в ярких одеждах. Каждая держала на голове глиняный горшок, а красочные сари развевались в горячих потоках воздуха, вырывающихся из-под колёс поезда.

Роуз весело помахала женщинам. Воспоминания о пережитых в Англии приключениях и кошмарах уже успели померкнуть, и она старалась больше не думать о плохом. Да и путешествие в Индию получилось невероятно увлекательным. Роуз, Руи и маленький макак Бахула сели на пароход «Океания» британской «Полуостровной и Восточной пароходной компании»[2] и провели на борту три недели. Роуз очень понравилось в открытом море, пропитанном атмосферой свободы. Она нередко вспоминала о папе, когда выходила на палубу. Он был моряком и, вероятно, когда-то рассекал те же самые воды, которые сейчас бороздил пароход. Возможно, именно от отца девочка унаследовала страсть к приключениям. Он пропал в одном из плаваний, а мама Роуз умерла в работном доме, но родители наверняка гордились бы дочкой, знай они, что та стала компаньонкой важной персоны.

Девочка покачала головой и улыбнулась. Ей самой до сих пор с трудом в это верилось!

– И здесь мы в безопасности, правда? – прошептала она, приподнимая волшебный кулон, висевший на шее: оранжевый диск с чёрной сердцевиной блестел под ярким солнцем и тихонько вибрировал на ладони.

Внезапно раздался громкий свист, словно от сильного порыва ветра, и поезд нырнул в тоннель. Всё вокруг погрузилось во тьму, и только янтарь слабо мерцал во мраке. Вдруг чёрная точка в центре камня начала пульсировать, и сердце Роуз ёкнуло. Выглядело это угрожающе, будто амулет пытался предупредить её об опасности… В памяти всплыла совсем юная леди с пушистыми золотыми кудрями. Мисси? Роуз поёжилась. Быть не может… Девочка в её видении улыбнулась, сверкнув аккуратными, идеально ровными зубами. В ту же секунду послышался гудок паровоза, и пассажиров дёрнуло вперёд.

Поезд вылетел из тоннеля, купе залил яркий свет. Роуз растерянно заморгала. Её всё ещё шатало из стороны в сторону, а голову наполняли тревожные мысли.

Несколько недель назад она выяснила, что родной приморский городок Хоув отнюдь не такой тихий и спокойный, как кажется, а за мирным фасадом скрывается загадочное прошлое, уходящее корнями в бронзовый век. Два янтарных кулона, попавших в человеческие руки в те далёкие времена, обладали сильнейшей магией, способной открывать порталы в иной мир, полный жутких и кровожадных существ, теневых созданий, мечтающих захватить землю.

По спине Роуз пробежали мурашки. Она сжала в кулаке волшебную подвеску и подумала о странном видении, которое посетило её в тоннеле. Мисси помогла зловещему Братству Чёрного Солнца похитить её амулет. Возможно, теперь маленькая леди с кудряшками хотела продолжить тёмное дело? Иначе почему она появилась перед внутренним взором Роуз? Что пытался сказать янтарный кулон?

Его брат-близнец – второй бесценный артефакт – исчез сразу после того, как Роуз заточила Верульфа в чаше. Только всё это произошло в Англии, которая осталась далеко позади. Друзья сбежали в Индию, уверенные в том, что здесь они будут в безопасности. С чего бы им думать иначе?

Роуз уже собралась в вагон-ресторан, чтобы поговорить с Руи, который недавно пошёл туда, но заметила что-то краем глаза. Она приложила руки к тёплому от солнца стеклу и посмотрела в окошко. Два чёрных жеребца бежали за поездом, почти не отставая. На одном скакуне сидел незнакомец в тунике, которая развевалась за ним, словно чёрное пламя. Второе седло пустовало. Лицо наездника закрывала та же тёмная ткань, из которой были сшиты его одежды. Роуз похолодела. Руи верил в предзнаменования, а эта странная картина подозрительно смахивала на недобрый знак судьбы. Вскоре лошади выбились из сил и больше не могли бежать наравне с поездом. Они пропали из виду, а Роуз встала и отошла от окна. Девочку трясло от волнения, и она прижалась к стене, чтобы удержать равновесие, а потом направилась по коридору к вагону-ресторану.

– Вот ты где, Роуз! – воскликнул Руи, идя ей навстречу вместе с верным Бахулой, который следовал за ним по пятам.

– Руи! – воскликнула Роуз и хотела уже рассказать мальчику о своём видении и подозрительном всаднике, когда в коридор вслед за племянником вышел махараджа.

За седой бородой блеснула приветливая улыбка, а глаза монарха просияли.

– Роуз, – сердечно произнёс он, обнимая Руи за плечи. – А мы гадали, где ты!

Девочка вежливо улыбнулась, стараясь следить за манерами. Всё-таки она разговаривала с индийцем благородных кровей и не хотела упасть в грязь лицом. Хотя на самом деле ей не терпелось отвести Руи в сторону и пошептаться с ним. Роуз нервно переступила с ноги на ногу, но ничего не сказала.

– Мы прибываем в Джайпур в три часа, – произнёс махараджа. – Значит, остался всего час. Советую вам обоим собраться заранее, чтобы успеть сойти на нужной станции без спешки. Уверен, вас ждут великие приключения!

Он подмигнул ребятам и повернулся к вагону-ресторану.

Роуз метнулась к Руи, но внезапно его дядя оглянулся и добавил, покачиваясь в такт поезду:

– О, и не забывайте, сегодня будет банкет по случаю нашего возвращения. Судя по всему, нас ждёт нечто невероятное. К тому же в городе Ко́та в вагон совершенно неожиданно сел весьма важный человек – главнокомандующий британской армией, поэтому я пригласил на пир и его.

Махараджа театрально всплеснул руками и воскликнул, исчезая за дверью:

– Сколько дел!

Руи, не замечая волнения подруги, спокойно зашагал по коридору.

– Итак, Роуз, мы уже обсудили тайные коды и шифры, невидимые чернила и различные виды замков, – деловито проговорил он и поднял руку со свёрнутым в трубочку «Ежемесячным журналом иллюзиониста», который выпускал Гарри Гудини[3]. – Пора перейти к Шерлоку Холмсу и его методам.

– Погоди, – окликнула его Роуз, быстро нагнала и схватила за рукав. – Кулон показал мне Мисси!

Руи нахмурился.

– Мисси?

– Да, когда поезд проезжал по тоннелю. Я гадала, точно ли мы здесь в безопасности, и вдруг увидела её лицо. Она смотрела на меня и улыбалась.

– Ты уверена, что это не твоё богатое воображение? – мягко уточнил Руи. – Помнишь, как мы выслеживали того несчастного пассажира на пароходе, потому что тебе померещилось, будто это Бэнкс – полицейский из Братства – в маскировке? А в Бомбее ты клялась, что видела Снодграсса, хотя всё Братство Чёрного Солнца сидит за решёткой!

Роуз повесила голову. Неужели ей и правда это привиделось, а кулон и не думал ничего показывать?

– Но Мисси-то не в тюрьме! – напомнила она. – Её не нашли и…

Бахула замер и встревоженно посмотрел на ребят.

– Ну-ну, я вовсе не виню тебя за излишнюю осторожность, – сказал Руи, обнимая подругу за плечи. – Особенно после того, что нам пришлось пережить. Не сомневайся, в Индии тебе ничего не грозит. Только Энна Ли знает о том, что ты отправилась в Джайпур!

– Пожалуй, – согласилась Роуз, выводя круги на полу носком ботинка. – Ты прав.

– Да и вообще, тёмным кулоном всегда владели мужчины, – напомнил Руи. – Пожалуй, Мисси не может его носить.

– Да, но она может передать артефакт кому-нибудь ещё, – возразила Роуз. – И…

Неожиданно из соседнего купе вышли четыре стражника в синих туниках до колен, белых штанах и сандалиях с загнутыми кверху носками. Девочка прижалась к стене, пропуская их. Главный стражник, Акшай, хмуро покосился на Руи, проходя мимо и ковыряясь во рту зубочисткой. Мальчик помрачнел. Роуз замечала, что некоторые служители дворца Джайпура относились к племяннику махараджи с очевидной антипатией, но не понимала, почему они так себя ведут. Всякий раз, когда она пыталась завести об этом разговор, Руи менял тему, чем только подогревал её любопытство.

– Акшай тебя недолюбливает? – прошептала она.

– Отличный вывод, Роуз, – смущённо пробормотал друг. – Наблюдательность – величайшее оружие сыщика. Мы должны равняться в этом на Шерлока Холмса.

Он сунул журнал под мышку и отвернулся, чтобы войти в купе. Роуз поспешила за ним и Бахулой.

– Знаешь, в первую очередь Холмс отмечал сущие мелочи, а предположения строил уже на десерт, – добавил мальчик.

Роуз вскинула брови.

– Десерт? Ему нужно было сладкое для расследования? – озадаченно уточнила она, очутившись в купе.

Руи не ответил. Он развернулся к ней лицом, и Роуз увидела искренний ужас в глазах друга. Бахула оскалился, обнажив дёсны и зубы.

Руи и Бахула смотрели девочке за плечо.

– В… в чём дело? – робко спросила Роуз, не решаясь обернуться.

А душа у неё уже ушла в пятки. Дверь купе с шумом затворилась, и ребята оказались заперты. Роуз оглянулась. Напротив неё стоял загадочный незнакомец в чёрном. Почти всё его лицо закрывала тёмная ткань, но карие глаза сверкали злобой. В левой руке блестел кинжал, а в изогнутых ножнах на поясе хранился даже более крупный клинок с острым концом.

Роуз ахнула и шагнула к Руи. Рядом лежал открытый чемодан мальчика, перевёрнутый вверх дном. Разноцветные одежды и украшения валялись на полу и на сиденьях.

– Берите что хотите, – буркнула Роуз, глядя на вторженца.

Кулон завибрировал под тканью платья, и девочка машинально накрыла его ладонью. Кровь бурлила от волнения. Что нужно этому человеку? Янтарный амулет? Но он смотрел вовсе не на Роуз, а на её спутника. Незнакомец что-то проворчал на хинди, рассекая воздух кинжалом. А затем шагнул вперёд и вытянул руку, словно требуя выдать ему нечто важное.

Руи непонимающе покачал головой.

Поезд резко затормозил, и всех троих отбросило к стене. Вторженец быстро выпрямился, и кулон снова завибрировал. Роуз затаила дыхание. Неужели он хочет убить их?

Бахула прыгал по купе, визжа от страха. Руи поспешно схватил зверька на руки и прижал к груди, чтобы с обезьянкой ничего не случилось.

Из коридора донеслись крики и послышались торопливые шаги. Человек в чёрном пригнулся и припал спиной к двери, угрожая ребятам кинжалом. Роуз и Руи лишились дара речи от страха, потому даже не окликнули стражников, когда те пробежали мимо купе.

– Обыщите поезд! – приказал один из них. – Сюда кто-то вломился!

За этим последовали слова на хинди, которых Роуз не понимала. Она зажмурилась, мысленно умоляя стражников проверить купе, но их голоса вскоре стихли. К счастью, этого оказалось достаточно, чтобы спугнуть незнакомца. Он сердито зашипел и открыл дверь, чтобы проверить коридор. А затем, в последний раз оглянувшись на ребят, выскочил наружу и скрылся из вида.

– Ты в порядке? – спросил Руи.

Он уже отпустил Бахулу и теперь помогал Роуз, которая сползла на пол, встать на ноги.

– Да, – прошептала девочка, тяжело дыша от волнения.

Бахула выпрыгнул в узкий проход и принялся вопить, привлекая внимание стражников.

Руи подался ближе к двери и закричал как можно громче:

– Он побежал туда!

Не прошло и минуты, как в их вагон вернулись человек шесть стражников, готовых гнаться за чужаком. Трижды прозвучал гудок поезда, затем раздались выстрелы. Бахула зажал уши лапками.

Ребята метнулись к окну, за которым простиралась широкая пустыня. На горизонте виднелись туманные горы.

– Вон он!

Роуз показала на лошадей, уносящихся вдаль. Теперь всадников было двое, одинаковые чёрные одежды развевались на ветру. Девочка узнала того, кто угрожал им в купе, поскольку он размахивал в воздухе кинжалом. И ещё заметила, что это те же самые лошади, которые бежали рядом с поездом всего несколько минут назад.

Снова послышались сердитые восклицания и ружейные выстрелы, но преступники унеслись слишком далеко, окружённые облаком пыли, поднявшимся от копыт. Пули их не настигли. Им удалось сбежать.

2

Завеса тайны

Роуз стояла у окна, провожая взглядом двух всадников в чёрном. Руи достал компас из кожаной наплечной сумки и приложил к стеклу.

– Азиатский слон! – выругался мальчик. – Они скачут строго на запад!

– Что значит «строго»? – удивилась Роуз.

– Прямо. Ну… как полёт ворона. Точно в направлении Джайпура, – ответил мальчик и закусил губу. – Как думаешь, что им было нужно?

– Наверное, янтарный кулон, – предположила Роуз, тяжело опускаясь на сиденье. – Он показал мне Мисси, потом на нас напали… небось этих двоих подослало Братство Чёрного Солнца!

– Хм, – задумчиво протянул Руи, проводя рукой по блестящим чёрным волосам. – Осмотрим место преступления.

Он наклонился к своему чемодану, перевёрнутому и разграбленному. Повсюду валялись цветные шелка и драгоценности.

– Любопытно, – пробормотал Руи, разгребая вещи перьевой ручкой.

Внезапно он поднялся на цыпочки и посмотрел наверх. Девочка проследила за его взглядом и увидела свой нетронутый чемодан, всё ещё затянутый ремнями и находящийся в отсеке для багажа, с чёткой крупной надписью на боку: «РОУЗ МАДДЛ». Рядом лежала головка сыра чеддер. Её друг настоял на том, чтобы захватить деликатес из Англии.

Роуз прищурилась.

– Так он не меня обчистить пришёл?

– Похоже, что нет, – ответил Руи и с облегчением добавил: – К счастью, сыр его тоже не заинтересовал.

– Может, обычный вор? – предположила Роуз, искренне надеясь, что это правда: она предпочла бы навсегда забыть о мире тёмной магии.

– Тогда почему он ничего не взял? Даже драгоценности? – парировал Руи и подцепил на кончик перьевой ручки цепочку с изумрудами, которую надевал на важные мероприятия. – Они лежали на самом верху кучи, у всех на виду!

Мальчик нахмурился и погрузился в размышления.

– Если кулон ему не нужен, как и украшения, чего он хотел-то? – задумчиво произнесла Роуз, оглядывая роскошное купе: бархатные обои, газовые светильники и кресла с резными подлокотниками.

– В самом деле, – согласился Руи, постучав ручкой по губам. – Только наш гость сказал что-то крайне странное: «Саавадхаан рахана ратнарадж агни».

– Что это значит? – спросила Роуз, вспоминая, как человек в чёрном протягивал руку, словно просил чего-то.

– Берегитесь Камня пламени, – ответил Руи, выудив из кармана красный самоцвет размером с грецкий орех.

Мальчик зажал его между большим и указательным пальцами и внимательно осмотрел под лучами солнца.

– Рубин мистера Гупты! – ахнула Роуз. – Думаешь, это ему было надо?

– Прекрасный вывод, Роуз. Камень очень ценный.

Мистер Гупта, бывший наставник Руи, пытался помешать Братству Чёрного Солнца похитить янтарный кулон и трагически погиб в Хоуве. Он всегда носил на своём тюрбане крупный рубин, и Роуз не сомневалась, что камень и правда очень дорогой, но что-то здесь не сходилось…

Девочка склонила голову набок.

– Зачем ему тебя предупреждать, если он просто хотел стянуть рубин?

– Руи!

В дверном проёме возник махараджа. Он был очень взволнован.

– Как хорошо, что вы в порядке! – воскликнул махараджа, прижимая к губам дрожащую ладонь. – В поезд вместе с королевской делегацией вломились чужаки. Где такое видано? Я бы ни за что себя не простил, если бы с вами что-нибудь случилось!

– Всё хорошо, дядя, – заверил его Руи. – Он был в купе, когда мы зашли. Раскидал вещи, но ничего не взял. Стражники его спугнули, и он сразу сбежал.

Рубин мистера Гупты мальчик спрятал за спиной. Очевидно, не хотел делиться своими догадками.

– Акшай проверит весь поезд и вернётся, – продолжил махараджа. – Мне надо встретиться с главнокомандующим британской армией. В поезд вторглись как раз через его купе, а затем проникли в грузовой отсек, где хранится ценный багаж генерала. Ужасный случай. Совсем не хочется произвести дурное впечатление на иностранного гостя, – с тревогой добавил он, заламывая руки, и вышел в коридор.

Руи вскинул брови.

В эту минуту поезд заскрипел и дёрнулся вперёд. Роуз плюхнулась на сиденье, платье взметнулось зелёным облаком, а каштановые волосы упали на глаза. Руи обещал найти ей более удобную одежду в Джайпуре, но пока приходилось терпеть громоздкий английский наряд.

Руи сел рядом и опустил взгляд на рубин.

– Почему ты не сказал дяде про Камень пламени? – поинтересовалась Роуз.

Бахула внимательно слушал их разговор.

– Не хотел лишний раз его беспокоить, – ответил Руи и покрутил рубин в пальцах. Блики горячего солнца играли на ровных гранях. – Смотри, как он мерцает. А в Хоуве, кажется, сверкал не так ярко.

– Да, – согласилась Роуз, подаваясь ближе: драгоценный камень выглядел так, словно в нём пылал огонь. – Может, радуется, что домой приехал? – предположила девочка, вспоминая слова двоюродной бабушки, мисс Темплфорт, которая вызволила её из работного дома.

Добрая мисс Тэ говорила, что у предметов тоже есть чувства – прямо как у людей. Роуз на миг стиснула волшебный кулон в кулаке, и он ответил ей ударом своего янтарного сердца.

– В Джайпуре первым делом отыщем брата мистера Гупты и вернём ему рубин, – решительно произнёс Руи. – Уверен, он дорог его сердцу как фамильная ценность.

– Погоди, у него есть брат? – спросила Роуз, вжимая ладони в мягкий бархат сиденья.

– Дядя подозревает, что да, а живёт он где-то в горах. Говорят, человек с характером. После смерти мистера Гупты начал вещать о скором конце света и недавно поднял в городе страшную суматоху. Так сильно напугал народ, что его заставили уйти. Бедняга, совсем разум потерял от горя. Надеюсь, небольшой сувенир хоть немного облегчит его страдания. Мистер Гупта хотел бы, чтобы рубин достался брату.

Роуз кивнула и посмотрела на пролетающий за окном пейзаж. Поначалу она относилась к наставнику Руи с недоверием, но мистер Гупта оказался невероятно храбрым и умным, словом, настоящим героем, и ей пришлось признать свою ошибку.

– Это меньшее, что мы можем для него сделать, – согласилась девочка.

– Дядя предложил спросить в Музее Джайпура, где живёт этот брат, – добавил Руи. – Ведь мистер Гупта там работал, и сотрудники могут что-то знать.

Вдруг Бахула пискнул и нырнул Руи под ноги. А через секунду протянул хозяину мохнатую лапку.

– Что там у тебя? Хм! Улика! – воскликнул Руи. – Отличная находка, друг мой!

Он погладил обезьянку по голове, и Бахула расплылся в улыбке.

– Что за улика? – спросила Роуз, с интересом разглядывая маленький предмет.

– Деревянный гребень, – объяснил Руи.

Он повертел расчёску в руке и достал из наплечной сумки лупу, чтобы рассмотреть её получше.

– Должно быть, гребень случайно выпал из кармана? Любопытно…

Мальчик убрал увеличительное стекло, вскочил на ноги и принялся ходить туда-сюда, прижимая перьевую ручку к губам.

– Подведём итоги, – наконец произнёс Руи. – В наше купе ворвался незнакомец, скрывающий лицо, и посоветовал нам опасаться Камня пламени, очевидно, подразумевая драгоценный рубин, ранее принадлежавший отважному и загадочному мистеру Гупте. Причём сверкает он так, будто в нём действительно заключено пламя. К тому же незваный гость оставил прелюбопытную улику! Полагаю, моя милая Роуз, что перед нами возникла новая тайна… – с блеском в глазах добавил он.

В дверь постучали, и в купе заглянул хмурый Акшай.

– Махараджа приказал вас проведать, – безразлично произнёс он.

Похоже, стражника не волновали судьбы детей. Роуз показалось, что Акшай даже разочарован, словно предпочёл бы от них избавиться.

– Вы успели увидеть вторженца?

– Ростом он пять футов шесть дюймов[4], одет в чёрную льняную ку́рту[5], лицо скрыто под тканью, – ответил Руи. – Своровать ничего не успел – мы застали его врасплох.

– И это всё? – фыркнул Акшай. – Никчёмный из вас детектив!

Роуз бросила на мужчину сердитый взгляд. Стражник ни за что не посмел бы так грубо обращаться с Руи при махарадже.

– Но ведь я ещё не закончил, – холодно произнёс Руи и поднял руку, в которой держал гребень. – Мы нашли важную улику. По ней можно сделать вывод, что у непрошеного гостя длинные волосы, давно не стриженные, и инициалы С. С. К. Кроме того, он глубоко верующий сикх[6], а сейчас, пока мы с вами разговариваем, едет верхом строго на запад, в Джайпур.

– Да-да! – Роуз кивнула, чтобы поддержать друга, хотя даже не понимала, как ему удалось столько всего выяснить.

Акшай густо покраснел и хмыкнул.

– Разве можно узнать всё это по одной расчёске?

– Но это же элементарно! – воскликнул Руи. – Кстати, у него при себе два кинжала. Тот, что он держал в руках, и ещё один на поясе: особый нож сикхов – кирпáн. Это церемониальное оружие.

Роуз вспомнила ножны с загнутым концом и поёжилась. Руи тем временем воздел указательный палец к потолку.

– Соответственно, мы видим по меньшей мере два «К» из пяти!

– Да? – растерянно переспросила Роуз.

– Да, моя дорогая подруга. Набожный сикх обладает пятью «К». У него есть нож, о котором я упомянул (это кирпан), а также гребень – кангха. Имейте в виду, что приверженцы религии отращивают волосы и никогда не стригут их. Такая практика именуется кеш, а на запястье сикх носит металлический браслет, который называется кара. И наконец, укороченные штаны в качестве нижнего белья – качера. Вот все пять «К».

– А инициалы вы как узнали? – спросил Акшай, мрачно глядя на Руи.

Мальчик провёл подушечкой пальца по гребню.

– А это было проще простого. Здесь же гравировка.

– Дайте посмотрю, – проворчал Акшай и выхватил у мальчика улику, одарив недобрым взглядом.

– Прочь с дороги! – раздался сердитый голос из коридора, и все трое повернулись к открытой двери.

Акшай немедленно вытянулся в струнку и смущённо кашлянул.

– Д-да, теперь вам придётся делить купе с… – начал было он, но стражника быстро оттолкнули в сторону.

– Эй! Не мешайтесь! – крикнул грубиян.

На нём был костюм из выглаженного и накрахмаленного бежевого льна, а на голове – двухконечный военный шлем с двумя козырьками. Мужчина принюхался, и под широким носом дрогнули каштановые усы. Незнакомец снял шлем, зажал его под мышкой левой руки вместе с хлыстом и посмотрел прямо на Роуз.

Янтарный кулон завибрировал, и девочка испуганно отшатнулась. Кто это?!

3

Самый грубый человек на свете

Акшай, который был главным стражником, представил ребятам незнакомца. Роуз внимательно его слушала, а кулон продолжал тревожно вибрировать.

– Теперь вам составят компанию его превосходительство английский посол и главнокомандующий британской армией, а также уважаемый профессор Кокоболо. Им пришлось покинуть своё купе после того, как туда пробрался незваный гость, проникнув через окно. Из-за этого весь пол теперь усыпан стеклом, и они больше не могут там оставаться. К тому же его превосходительство желали посмотреть, где ещё успел побывать вторженец. Мы скоро прибываем в пункт назначения и…

– Всё, достаточно, – рявкнул генерал, отталкивая стражника.

Акшай вышел в коридор спиной вперёд и поспешил прочь, вертя в руках гребень и что-то ворча себе под нос.

Роуз с содроганием отметила, что на груди его превосходительства висит ключ на цепочке, причём довольно жуткий, в форме змеи. Военный сделал ещё один шаг, и за его спиной обнаружился гладко выбритый, сгорбленный человечек, на вид моложе генерала, в коричневом твидовом костюме и с покосившимся галстуком-бабочкой. Он выглядел совсем неприметным, если не считать блестящих тёмно-бордовых туфель – единственного яркого пятна в его наряде. Профессор робко поднял голову, но, встретившись взглядом с Роуз, широко распахнул глаза и быстро заморгал, словно от удивления. Вероятно, зрение у Кокоболо было слабое.

– Хотелось бы знать, что у вас искал вор? – громко произнёс главнокомандующий, глядя на беспорядок в купе, и сразу же фыркнул, помахав рукой перед носом. – Ну и вонь здесь стоит!

– Эй! – возмутилась Роуз.

– Эй? – переспросил генерал и посмотрел на Роуз сверху вниз. – Это ещё что такое? Вот невоспитанная девчонка! Ты, наверное, хотела сказать: «Прошу прощения», – не так ли?

– Нет, я сказала, что хотела и… – начала было Роуз, но вдруг поезд сильно дёрнулся, и всех мотнуло в сторону.

Руи легонько пихнул подругу локтем, чтобы она не ввязывалась в ссору с его превосходительством.

– Точно! Воняет… обезьяной! – объявил генерал и осуждающе указал хлыстом на Бахулу.

Бенгальский макак поднялся на задние лапы и сердито зашипел на обидчика, оскалив белые зубы. Генерал отшатнулся, явно напуганный, и выпал из купе, плюхнувшись на пол в коридоре.

«Так вам и надо», – с улыбкой подумала Роуз.

Профессор Кокоболо помог товарищу подняться, но тот оказался не особо ему благодарен.

– Не трожь меня, голова ты дырявая, – огрызнулся генерал: он сам встал на ноги, держась за дверной косяк, и отряхнулся, злобно поглядывая на Бахулу. – Макак-резус, если не ошибаюсь? Мне доводилось подстреливать таких – и не раз. Почему он не в вагоне для скота?

Роуз открыла было рот, но с усилием заставила себя сдержаться и сглотнула резкий ответ. Вот уж негодяй ничтожный! Она пока не знала, почему кулон недолюбливал генерала, но полностью разделяла ощущения волшебного амулета.

– Что ж, ваше превосходительство, бенгальский макак Бахула – мой верный спутник, – вежливо произнёс Руи.

– Ага, – поддержала мальчика Роуз, выпятив подбородок.

Генерал снова на неё покосился, и вид у него был такой, словно он смотрит на собачьи экскременты.

– Мастер Руи, я в курсе, что вы племянник махараджи и пользуетесь его любовью, но позвольте узнать, с кем вам не повезло делить купе? Что это за грубая девица? Да, она англичанка, но совсем не благородных кровей…

Прозвучал гудок паровоза, и Роуз вообразила, будто из ушей у неё тоже валит пар. Янтарный кулон шипел под платьем, отражая чувства хозяйки. От страха засосало под ложечкой. Похоже, камень пытался её предупредить. Роуз пока не знала, какую опасность представляет главнокомандующий британской армией, но намеревалась это выяснить.

– Ваше превосходительство, – начал Руи, – познакомьтесь с моей несравненной компаньонкой, мисс Роуз Маддл, наследницей состояния Темплфортов!

Профессор Кокоболо быстро заморгал и улыбнулся.

– Наследница? – фыркнул генерал, дескать, он ничего смешнее в жизни не слышал.

Роуз расправила плечи, уже готовая высказать ему всё, что думает.

– Роуз, – вмешался мальчик, вставая между ними и улыбаясь через силу, – мой дядя пригласил его превосходительство во дворец как почётного гостя, и мы очень рады, что он благословил нас своим визитом. Это влиятельный и уважаемый генерал, посол британского правительства… – Руи понизил голос и добавил едва слышно: – А ещё первоклассный кретин!

– Да-да, – подтвердил генерал, будто соглашаясь с оскорблением, хотя на самом деле и не уловил его.

Роуз хмыкнула.

Генерал опустился на сиденье, вжавшись в мягкую спинку. Он так и сочился нахальством, словно тёмной патокой. Стоило ему ударить по соседнему креслу хлыстом, как профессор Кокоболо, будто дрессированный пёс, поспешно уселся рядом, опустив глаза в пол.

– Дядя упоминал, что вы совсем неожиданно сели на поезд на станции города Кота. Что привело вас сюда? Почему вы направляетесь в Джайпур? – любезно уточнил Руи, надеясь разрядить атмосферу, и наклонился убрать свои вещи обратно в чемодан.

– Хм… Я занимался делами министерства в Дели, потом путешествовал по округу, а затем мои планы внезапно… изменились… – Генерал осёкся, но сразу взял себя в руки и добавил с апломбом: – Мне сообщили о новом захватывающем прожекте, после которого моё имя навсегда войдёт в историю колониальной Британской Индии!

– О, понимаю. Что это за прожект, ваше превосходительство?

Генерал постучал себя пальцем по носу.

– Пока не могу сказать, но скоро вы обо всём узнаете. В Джайпуре я буду присутствовать на открытии нового департамента космологии при музее, который финансировал богатый меценат и мой добрый друг.

– Это связано с вашей должностью главнокомандующего? – уточнил Руи с лёгким удивлением.

– Нет, вопрос, скорее, личного характера, – уклончиво ответил генерал. – Мы взяли в городе Кота важный груз – некий аппарат, над которым работал профессор.

Он махнул хлыстом на Кокоболо, и тот вздрогнул.

– Вас выбрали начальником департамента, верно? – спросил генерал. – Мм?.. Что вы молчите?

– Я, э-э-э… да, – нервно пробормотал Кокоболо. – Скоро произойдёт солнечное затмение, и я надеюсь собрать важные данные с помощью аппарата, который сконструировал в городе Кота, – объяснил он.

Янтарный кулон ударил Роуз слабым зарядом тока, и девочка подпрыгнула на месте. Кокоболо заметил выражение её лица, но промолчал и отвёл взгляд.

– Надо же, – медленно произнёс Руи. – Я и забыл про затмение. Уверен, зрелище будет величественное.

– Да, – с ухмылкой ответил генерал, и ребята заметили широкий промежуток между его передними зубами. – Луна полностью заслонит солнце, и светило будет казаться абсолютно чёрным.

– Чёрное солнце? – прошептала Роуз.

Желудок свело от волнения. Девочка оглянулась на Руи и обнаружила, что он сильно побледнел. Всё-таки это был символ зловещего Братства, с которым они столкнулись в Хоуве. На запястье у каждого из тех негодяев красовалась татуировка в виде чёрного солнца с человеческим лицом.

– Верно, – подтвердил генерал. – Наш благодетель пожертвовал крупную сумму на эксперимент, и я очень надеюсь, что вы нас не подведёте, Кокоболо. Он особенно заинтересован в загадочном феномене – и многое зависит от исхода этого дела.

– А что за эксперимент? – сдавленно произнесла Роуз.

Генерал не обратил на неё внимания. А профессор вдруг поднялся, слабо улыбнулся ребятам и поспешил к двери, пробормотав на прощание короткое:

– Извините.

– Куда вы собрались? – окликнул его генерал.

– Проверить оборудование, не случилось ли с ним чего-нибудь после инцидента с тем чужаком, – жалобно протянул Кокоболо.

– Человек он мозговитый, но совершенно невыносимый, – проворчал генерал, не потрудившись понизить голос. – Страдает от амнезии. Что может быть скучнее? Почти не разговаривает.

Кокоболо сгорбился ещё сильнее прежнего, быстро задвинул дверь и потопал по коридору. Роуз вовсе не винила профессора за то, что он сбежал. «Почти не разговаривает, тоже мне! Да он слова вставить не может!» Девочка сердито посмотрела на генерала. Кстати, и ей не хотелось сидеть здесь и выслушивать глупые речи военного. «Бедный профессор Кокоболо», – подумала она. Мало того что ему приходится путешествовать с грубияном, вдобавок ещё и болезнь его мучает. Роуз не знала, что такое амнезия, и на секунду даже испугалась, нет ли риска подхватить недуг.

– Ух ты! – жадно воскликнул генерал, прерывая её размышления. – Какой великолепный рубин, мастер Руи!

Мальчик задумчиво вертел в руках сокровище мистера Гупты. Услышав возглас военного, он поднял взгляд и сунул камень в карман.

– Да, камень принадлежал моему дорогому другу. К сожалению, он погиб в Англии, и я намерен вернуть рубин его семье.

– Вы хотите отдать драгоценность?! Но я готов заплатить большие деньги, если… – Генерал громко чихнул и прижал к носу платок. – Чёртова обезьяна! Похоже, у меня на неё аллергия.

Бахула покачал головой и свернулся в клубочек на коленях Руи.

Роуз нахмурилась, обдумывая всё, что произошло в последние минуты. Чужак пробрался в поезд через купе генерала… Какое любопытное совпадение! Потом он проник в багажный отсек, где хранилось ценное оборудование профессора Кокоболо. А затем направился прямиком в их с Руи купе и вытряхнул все вещи из чемодана мальчика. Что же надеялся найти сикх? В самом ли деле он искал рубин мистера Гупты – Камень пламени? Но зачем тогда предупреждал об опасности? Это было чересчур странно, но одно Роуз знала наверняка: янтарный кулон боялся генерала. Иначе почему он без конца вибрировал, словно дрожал от страха?

Роуз даже не сомневалась, что это недобрый знак.

4

Азиатский слон!

– Роуз, мы уже прибываем! – радостно воскликнул Руи, бросая «Ежемесячный журнал иллюзиониста» в чемодан.

Поезд постепенно замедлялся, подъезжая к станции. Долгое путешествие наконец подходило к концу.

Роуз переполняло приятное волнение. Она выглянула в окно, посмотрела на большие розовые здания и открыла форточку, чтобы впустить в купе лёгкий ветерок. Стук колёс стал ещё громче, горячий воздух от поезда вздымал каштановые волосы девочки.

Генерал неодобрительно цокнул языком, проверил карманные часы и вышел в коридор. Роуз сразу же метнулась за ним, стараясь оставаться незаметной. Вероятно, он искал профессора Кокоболо, который пока не вернулся в купе. Но с чего бы ему возвращаться к такому грубияну?

Роуз покачала головой. По крайней мере, теперь она и Руи могли побыть наедине.

– Кулон словно с ума сошёл, когда к нам привели генерала, – прошептала она, прикрыв дверь. – И что он вещал о чёрном солнце? У меня от этого – мурашки по коже!

– Не забывай, здесь ты в безопасности, – сказал Руи, коснувшись её руки.

Роуз кивнула, но в её душу уже начали закрадываться сомнения.

Бахула тем временем увидел компанию торговцев на платформе и с интересом их разглядывал. Они предлагали горячий чай, сладости и фрукты, тропический аромат заморских товаров смешивался с запахом серы от паровоза. Роуз заметила торговца с деревянными игрушками, выкрашенными в яркие цвета. У поделок оказались большие глаза и добрые улыбки. Там были самые разные животные – гепарды, верблюды, тигры. Вот было бы здорово прикупить немного для её подруг из Хоува, которых она вызволила из работного дома, учредив Академию Темплфорт для выдающихся девочек на деньги, доставшиеся в наследство.

Роуз стала копаться в поисках мешочка с монетами, но поезд проехал дальше без остановки, и торговцы скоро остались позади. Теперь через открытую форточку в купе пытались забраться чумазые ребятишки. Они широко улыбались и визжали от восторга, разглядывая чужестранку.

Роуз приветливо им помахала и крикнула, переживая, как бы дети не упали под колёса поезда:

– Осторожно!

А потом вспомнила, что у неё ещё остались кое-какие лакомства, и хотела уже кинуть их прямо в форточку, когда по раме ударил хлыст и разом отпугнул всех ребятишек. Роуз вздрогнула от неожиданности. Она не заметила, как генерал вернулся!

– Не стоит их поощрять, – сказал он. – Жалкие попрошайки! Незачем покупаться на их лживые улыбочки. Что ж, я собираюсь сделать одно важное объявление, которое как раз касается этих вшивых паразитов…

Военного прервал резкий гудок, состав свернул налево. Послышались бодрые крики толпы. Встречающие бросали в воздух лепестки, били в барабаны и дули в рожки, приветствуя махараджу и его гостей. Роуз оперлась ладонями о подоконник и прижалась лбом к стеклу. Под ярким солнцем сверкали белые мраморные стены и колонны, словно они приехали не на железнодорожную станцию, а сразу в рай. Стражники собрались на платформе, вскинув длинные ружья на плечи, на шее у каждого красовалась жёлто-оранжевая цветочная гирлянда. Девочка совсем не ожидала такого горячего приёма.

Руи заглянул ей за плечо и расплылся в улыбке.

– Роуз Маддл! Мы прибыли на нашу станцию – платформу махараджи в Джайпуре! И пусть я буду первым, кто приветствует тебя в этом славном городе!

– Ну и ну, – прошептала Роуз.

Её переполняло сладкое предвкушение. Вот бы скорее сойти с поезда и увидеть все те чудеса, о которых рассказывал Руи!

Дети протиснулись через толпу в коридоре, а их чемоданы взяли работники станции. Руи распахнул дверь, и в лицо Роуз ударил горячий воздух, пропитанный ароматным дымом. Прямо через головы пассажиров на платформу передавали бесчисленный багаж, который складывали в огромную кучу. Роуз обратила внимание на две серебряные вазы размером со слонов и украдкой улыбнулась. Она знала, что в них махараджа брал с собой воду из индийской реки всякий раз, когда отправлялся в путешествие за границу.

Генерал уже стоял на платформе и отдавал приказы стражникам, которые пытались вытащить из багажного отсека тяжёлый на вид ящик восемь на восемь футов[7].

Кокоболо топтался рядом, печально разглядывая свое отражение в маленьком зеркальце. Роуз не видела его с того момента, как генерал рассказал о болезни несчастного профессора. Руи уже объяснил ей, что такое амнезия: это болезнь, когда часто всё забываешь.

– Убери наконец свою идиотскую штуковину, работа не ждёт! – рявкнул генерал, и Роуз поморщилась.

Он совсем не уважал бедного профессора. Кокоболо поспешно спрятал зеркальце и виновато заморгал, словно пёс, стянувший кусок с обеденного стола. А потом вдруг заметил Роуз, слабо ей улыбнулся и робко помахал. Она помахала в ответ.

Но Руи взял её за руку и оттащил в сторону.

– Сюда, Роуз!

– Интересно, что в ящике? – спросила девочка, оглядываясь через плечо. – Может, что-то нужное всаднику в чёрном?

Обсудить это ребята не успели. По станции разнёсся невозможно громкий гул, и Роуз увидела, как три стражника махараджи дуют в громадные трубы. Таких огромных музыкальных инструментов она никогда в жизни не видела: над головами трубачей вздымались гигантские воронки! Чуть поодаль какие-то люди держали платформу с фигурой в сверкающих одеждах. Роуз встала на цыпочки, чтобы получше её разглядеть. Толпа ликовала и осыпала всё вокруг лепестками. На длинных шестах развевались цветные ленты. Вскоре махараджа, который сошёл на станцию, пропал из вида, скрывшись за собравшимся здесь народом. Похоже, он и в самом деле был настоящим правителем Джайпура – все его просто обожали.

Над толпой снова подняли статую на разукрашенной деревянной платформе. Индийский бог Кришна сидел, скрестив ноги, эмалированная синяя кожа мерцала под солнцем. Сухой жаркий день был наполнен ароматом жасмина, яркие краски Джайпура ослепляли маленькую англичанку. Всё тут дышало тайнами и волшебством, и она не могла сдержать восхищения.

– Роуз, скорее! – позвал Руи. – Или они уйдут без нас! А я столько должен тебе показать. Ты глазам не поверишь, когда увидишь дворцовый комплекс и…

Крики толпы заглушили слова мальчика. Со всех сторон на ребят смотрели улыбающиеся лица. К ним тянулись руки, осыпающие детей жёлтыми и оранжевыми лепестками.

Вдруг Руи отшатнулся и воскликнул:

– Азиатский слон!

– Что опять такое? – встревожилась Роуз и оглянулась.

К ним шагал настоящий слон с длинным хоботом, украшенным розовыми, зелёными и жёлтыми цветочными узорами. Роуз ахнула. Живой слон!

– Такого большущего я и сам никогда прежде не видел, – признался Руи, разинув рот от изумления.

Генерал, не обращая внимания на крупное животное, которое шло прямо на него, продолжал отдавать приказы, размахивая хлыстом. Ящик уже загружали в тележку.

– Отвезите его в музей под надёжной охраной! – кричал генерал. – Никому не позволяйте к нему прикасаться! ЯСНО?!

Он разговаривал с грузчиками так, будто они были полными идиотами. Роуз поёжилась. Как неприятно, что этот человек представляет её страну.

Кокоболо стоял подле военного и переводил каждую фразу главнокомандующего на хинди. Роуз надеялась, что профессор старался подавать его реплики вежливо и понятно. Генерал посмотрел на карманные часы, совсем не замечая стоявшего у него за спиной слона. Огромный хобот обвил шлем англичанина и приподнял, чтобы водрузить его себе на голову. Толпа зашлась восторженными криками.

– А? – вякнул генерал, хлопая себя по макушке, и развернулся на каблуках.

– К-Х-Т-Р-Р-Р-О-О-О-О-О-О-О! Г-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Р-Р-Р-Р!

Слон затрубил ему прямо в лицо, взметнув волосы и обдав потоком склизкой влаги. Генерал замер от потрясения и даже выронил хлыст. Роуз и Руи поспешно отвернулись, сгибаясь пополам от хохота. Как раз в этот миг девочка заметила господина в чёрном костюме и цилиндре. Он передал одному из погонщиков – махауту – какой-то мешочек. Махаут неуверенно его принял, а затем повёл самых маленьких слонов, которые уже находились на станции, к ребятам.

– Падма! – ахнул Руи и помчался обнять ближайшего слонёнка. – Она самая юная в нашем стойле и моя любимица, – объяснил он.

Падма ласково обняла мальчика хоботом и любовно сжала. Бахула запрыгнул в седло и быстро устроился на спине слонихи. Он словно сидел в кресле.

– Наша карета ждёт, – Руи показал на маленькую слониху.

Падма опустилась на колени, и Роуз нервно сглотнула. Ей прежде не доводилось ездить верхом даже на лошади! Она погладила кожу слонихи и обнаружила, что та вовсе не плотная и сухая, как можно было подумать, а мягкая и нежная.

– Намасте[8], – прохрипел махаут, складывая ладони в молитвенном жесте.

Роуз заметила, что в Индии все так друг с другом здороваются, и уже начала к этому привыкать.

– Наместе, – сказала она, пытаясь как можно точнее повторить жест махаута, и приветливо ему кивнула.

А потом Роуз забралась в седло и крепко обхватила Руи за пояс, чтобы не свалиться.

Погонщик легонько похлопал Падму по спине, и та выпрямилась.

– О-о-о-о-ой! – взвизгнула Роуз и подумала: «Да, с этим ничто не сравнится!»

На лице у неё заиграла улыбка. Сейчас Роуз почувствовала себя самой счастливой девочкой на планете.

5

Дьявольская диверсия

Роуз, Руи и Бахула ехали по широкому бульвару, покачиваясь на маленькой слонихе. Народ собирался на улицах, верандах, крышах и осыпал процессию махараджи золотистыми лепестками, празднуя возвращение правителя. Он уезжал в Англию, чтобы встретиться с королём в Лондоне, а Руи в это время гостил у своей бывшей гувернантки мисс Темплфорт в Хоуве. Там он и познакомился с Роуз.

Джайпур походил на город из сказочной страны. Девочка с восхищением разглядывала розовые здания с узорными архитектурными элементами, сияющие под жарким солнцем, от которого все краски казались ярче. Она слышала непривычную местную музыку, людской смех, и внутри у неё всё бурлило от восторга. Роуз Маддл, прачка из работного дома, стала наследницей богатого рода, а теперь ещё и участвует в торжественной процессии в Индии! На самом деле она чувствовала себя как самозванка, но всё равно широко улыбалась и приветливо махала рукой.

Генерал и профессор Кокоболо ехали далеко впереди, как раз на слоне, который чихнул на британского главнокомандующего. Руи показал на них, едва сдерживая смех. Слон то и дело оглядывался, прикидывая, получится ли снова стянуть шлем генерала. А грубиян только щёлкал хлыстом, отмахиваясь от хобота, и ничему не радовался.

А ещё дальше маршировали стражники, рядом с экипажем махараджи, запряжённым двумя слонами. Все встречали правителя радостными криками и тянулись к нему.

По крышам бегали обезьяны, следуя за процессией, и Роуз поразилась тому, насколько они большие – раз в пять крупнее Бахулы!

Она похлопала Руи по плечу и показала на них пальцем.

– Ну они, конечно, не того вида!

– Очень даже того, – с улыбкой ответил Руи. – Бахула вырастет и станет таким же!

Бахула ухмыльнулся.

– Пожалуйста, не вырастай, – попросила зверька Роуз. – Я люблю тебя таким, какой ты…

Девочка не успела договорить. У одного из торговцев опрокинулась корзина, и на дорогу посыпались спелые плоды манго.

– Держись крепче, – сказал Руи, подаваясь вперёд: он хотел рассмотреть, что там происходит.

Падма неуклюже шагнула в сторону, а Роуз съехала набок.

Она с трудом удержалась в седле и вскрикнула:

– Чтоб меня!

Вслед за манго вдруг выехала телега и отрезала Падму от остальной процессии. Народ бросился подбирать плоды. Люди о чём-то спорили. Махаут закричал, наверное, упрашивая толпу, чтобы их пропустили, но ничего не помогло. В довершение всего на дорогу вышла корова и остановилась, явно не собираясь в скором времени двигаться с места. Падма отшатнулась и затрубила.

Роуз мотнуло вперёд-назад, а Руи похлопал слониху по голове, пытаясь утихомирить.

– Тише, милая подруга. Не волнуйся и не бойся.

Падма немного успокоилась, и Роуз огляделась по сторонам. В толпе мелькнули золотые кудри, и у девочки ёкнуло сердце. Неужели здесь Мисси?! Она сощурилась, вглядываясь в путаницу голов и рук, но увидела только какого-то ребёнка, на макушке которого была корзина, наполненная древесной стружкой.

Это никак не Мисси. Роуз вздохнула с облегчением. Та ей просто привиделась. Наверняка Руи прав. В конце концов, что вредной маленькой леди делать в Индии?

– Ты в порядке? – спросил Руи.

– Да, – ответила Роуз и помотала головой, отбрасывая лишние мысли.

Махаут повёл слониху вперёд, размахивая палкой, чтобы разогнать толпу, и ворча:

– Чаал, чаал[9].

– Куда он нас ведёт? – спросила Роуз.

Они свернули на боковую улочку, и процессия махараджи совсем пропала из вида.

– Думаю, во дворец окольным путём, – предположил Руи.

С обеих сторон от узкой дороги возвышались здания с террасами и с широко открытыми дверьми. Роуз было видно, как люди трудятся: прядут, плетут корзины, чинят обувь. Повсюду блуждали собаки, козы и коровы, никто особо за ними не приглядывал.

– Чьи это животные? – спросила Роуз.

– Они не принадлежат никому, – ответил Руи, широко улыбаясь, – и в то же время всем!

– Как так?

– Мы – индийцы – ухаживаем за животными. И кормим всех, вплоть до муравьёв! Каждый день. Мы считаем, что они особенные – и о них надо заботиться. Даже о шаловливых обезьянках!

С этими словами он пощекотал Бахулу по макушке. Маленький макак принял рассерженный вид, но тоже расплылся в улыбке.

– Даже муравьёв! – хихикнула Роуз.

Всё здесь было совершенно другим – не только язык и цвет, но и само человеческое мышление. И ей это очень нравилось.

Падма прошла под ярко-оранжевыми тряпками, которые сушились на верёвке, протянутой над улицей. Друзья пригнулись, чтобы не задеть их головами. Слониха выбралась на оживлённый рынок, и атмосфера резко изменилась. Высокие розовые здания тянулись высоко в чистое синее небо.

– Мы на базаре! – объяснил Руи, перекрикивая шум. – Дворец прямо за углом.

Торговцы сидели на земле среди разноцветных овощей. Повсюду звучала причудливая музыка, в воздухе витал запах горячего, пряного дыма.

Махаут отвёл Падму в самое сердце общего хаоса. Все протягивали товары: ковры, голубые и белые горшки, безделушки, замысловатые тапочки. Везде бегали смеющиеся ребятишки. Роуз стало не по себе.

– Просто безумие какое-то, – прошептала она.

– Ты быстро привыкнешь, – сказал Руи. – Жизнь налажена как в большом механизме, но шестерёнок очень много, их целые тысячи, все разные, и каждая делает что-то своё. У нас есть особое слово, которого нет в твоём языке. Джугад – то есть изобретательность, если таковая необходима, понимаешь? Именно находчивость и делает индийский народ столь потрясающим!

В небо поднялась стая голубей, громко хлопая крыльями.

– Может, ты наберёшься немного этого джугада и выведешь нас отсюда? – предложила Роуз.

Дзы-ы-ы-н-нь!

Огромные музыкальные тарелки ударились друг о друга, и толпа сразу затихла. Махаут резко замер, Падма остановилась. Роуз вытянула шею и разглядела небольшую платформу, окружённую странными высокими зеркалами, искажающими всё, что в них отражалось. Начали бить в барабаны, снова зазвенели тарелки…

ВШУХ!

Стена пламени пронеслась по платформе. Из-за отражений в зеркалах она казалась во много раз больше.

– Что тут у нас? – сказал Руи, слезая с Падмы.

Бахула запрыгнул ему на плечо.

Мальчик огляделся и крикнул махауту:

– Мы ненадолго!

– Эй! – окликнула его Роуз. – Меня не забудь!

Она перекатилась на живот и повернулась, свесив ноги в ботинках на невысоких каблуках. А потом спрыгнула на землю, отряхнула руки и подула на волосы, упавшие на лицо.

Руи уже продирался через толпу, но получалось довольно медленно. Все спешили к импровизированной сцене, словно мотыльки, летящие на огонь. Роуз быстро нагнала друга и взяла за локоть. Она заметила компанию европейцев, приехавших отдохнуть в экзотическую страну. На фоне ярких красок Джайпура они выглядели очень нелепо в своих тёмных одеждах, высоких шляпах, капорах, зонтах с чёрной бахромой. Прямо на похороны собрались! Роуз опустила взгляд на своё строгое зелёное платье и нахмурилась. Скорее бы от него избавиться!

Дым рассеялся, и на сцене появился сгорбленный артист в цилиндре, закутанный в длинный чёрный плащ. Роуз ахнула. Разве не он давал деньги их махауту? Горбун шагнул вперёд, и перед ним приземлился крупный попугай, тоже в цилиндре, только миниатюрном.

Роуз оглянулась и увидела, как махаут привязывает Падму к столбу и спешит куда-то по улице. Неужели он решил бросить их здесь, на базаре?

6

Великий Золтан

Роуз и Руи наблюдали за тем, как артист на сцене поднимает руки и громко произносит:

– Добро пожаловать!

Он говорил с лёгким акцентом, и буква «в» у него звучала, скорее, как «ф». Роуз с улыбкой подумала, что острая чёрная бородка мужчины выглядит как рожок мороженого, прилипшего к подбородку. Зеркала в шесть футов[10] высотой искажали и без того сгорбленную фигуру.

– Или, если на хинди, сваагат хе!

Зрители весело засвистели, и попугай кивнул, словно кланяясь.

– Я Великий Золтан! Готов биться об заклад, что такого волшебника вам ещё не доводилось встречать!

Он щёлкнул пальцами, и между ними появился красный цветок. Колдун бросил его восхищённой толпе. Роуз зашлась аплодисментами.

Золтан отвесил низкий поклон. Цилиндр слетел с его головы и упал прямо в протянутую ладонь. Попугай снял свою шляпку коготками и тоже поклонился.

Артист одним движением отбросил плащ – и обнаружилось, что на самом деле он худой и подтянутый, в плотно прилегающем брючном костюме, а вовсе не горбатый (горб оказался вшит в мантию).

– А ещё я мастер маскировки! – объявил Золтан, и Руи громко засвистел в знак одобрения.

– Великолепно! Браво!

Теперь колдун стоял, гордо расправив плечи. Лицо у него было неестественно белое и с румянцем на щеках, как у арлекина. Тонкие губы сложились в улыбку, обнажив жёлтые зубы.

– Джайпур – последняя остановка в моём путешествии домой, в родную Россию, где я присоединюсь ко всемирно известному Большому государственному цирку Санкт-Петербурга!

Он окинул взглядом зрителей и обратился к попугаю.

– Давай, мой пернатый друг!

Птица взглянула на Золтана. Крошечный цилиндр лежал на сцене. Толпа затихла.

– Представься нашим гостям.

Попугай шагнул вперёд, вскинул голову и удивительно низким мужским голосом прогремел:

– ВОЛЬДЕМАР!

Толпа зашлась смехом.

Золтан хлопнул в ладоши. Попугай взлетел в воздух и сделал круг над собравшимися. Все задрали головы.

В ту же секунду трое чумазых ребятишек стали протискиваться между Роуз и Руи, пытаясь пробраться к сцене. Один мальчонка взглянул на Роуз и широко улыбнулся. Он слегка напомнил ей Руи (наверное, озорной ухмылкой и блеском в глазах), однако был чуть младше. Девочка тепло улыбнулась ему в ответ. Дети потянулись к платформе, и Золтан дружелюбно пожал им руки.

– И что тут у нас? – сказал он, выудив из брюк толстый кошелёк.

– Э-э-э? – удивился джентльмен в бежевом полосатом костюме и принялся хлопать себя по карманам. – Как же так… он ведь мой!

Золтан вернул зрителю кошелёк под бурные аплодисменты.

– А это? – добавил он, поднимая над головой кружевные перчатки.

Английская леди ахнула и ринулась к сцене. Все громко рассмеялись.

Роуз прикрыла рот ладонью.

– Поразительно, да? – хихикнул Руи. – Разумеется, всё продумано заранее, и аудитория ему подыгрывает…

Внезапно Руи осёкся, и Роуз увидела искренний ужас в его глазах. Она проследила за взглядом друга, и душа у неё ушла в пятки. Тонкие, словно фарфоровые, пальцы Золтана сжимали яркий рубин, сверкающий в лучах солнца.

– Полагаю, он ваш? – спросил фокусник, наклоняясь к Руи.

Кулон Роуз тревожно завибрировал. Она уже понимала, что это недобрый знак, и если бы амулет знал азбуку Морзе, он передал бы хранительнице чёткое послание: «Тебе грозит опасность».

Руи в панике ощупал одежду и бросился на сцену с Бахулой на плече. Роуз поспешила за ними.

– Да, мой, – быстро проговорил Руи, тяжело дыша от волнения, и поднялся на цыпочки, чтобы забрать рубин мистера Гупты.

Золтан опустился на колени, поцеловал красный камень и очень медленно передал мальчику. Руи вздохнул с облегчением и прижал рубин к груди.

– Пойдём скорее отсюда, – шепнула ему Роуз и поёжилась.

Вдруг словно из ниоткуда раздался знакомый голос:

– Вот вы где!

Это оказался главный стражник махараджи, Акшай. Он вёл за собой Падму, держа её за сбрую, и вид у мужчины был хмурый.

– Повсюду вас ищу, – продолжил он. – К счастью, слона легко заметить.

Роуз очень ему обрадовалась, хоть Акшай и выглядел так, будто вот-вот взорвётся от ярости.

– Где ваш махаут? – поинтересовался он, оглядываясь по сторонам.

– Ушёл, – ответила Роуз с лёгким удивлением. – Привёз нас сюда, а потом…

– Сбежал? – спросил Руи, склонив голову набок.

– Эй ты! – крикнул англичанин в полосатом костюме, размахивая кошельком.

Роуз обернулась и увидела, что он смотрит на Золтана.

– Тридцать рупий пропало! Вор! Вор!

Толпа разразилась сердитыми криками и проклятиями.

Золтан, ловкий как хорёк, сделал колесо и в один момент оказался у дальнего края сцены, где распахнул дверцу ящика, похожего на погребальный, и юркнул внутрь. Тонкая и худощавая, словно у насекомого, фигура легко поместилась в узком «гробу», а попугай быстро залетел внутрь, устроившись у ног хозяина.

Они оба поклонились, и Золтан с улыбкой захлопнул дверцу.

Рассерженный англичанин забрался на платформу вместе с шестью здоровяками и резким движением открыл причудливый «гроб».

Толпа ахнула. Там оказалось пусто! Золтан и попугай как сквозь землю провалились.

7

Дворец

Акшай поспешил вернуть Падму в стойло, а дети вместе с обезьянкой отправились во дворец. Розовые стены в пятьдесят футов[11] высотой были испещрены сотнями витражных окон с узорными рамами, мерцающих под солнцем. Громадные деревянные ворота медленно открылись, и Руи широко улыбнулся.

– Добро пожаловать в твой новый дом, Роуз, – городской дворец! Надеюсь, ты останешься здесь надолго.

Бахула помчался вперёд, и друзья пошли за ним через открытые ворота в роскошный тропический сад с фонтанами. Среди пышных зелёных кустов гуляли павлины и громко кричали о чём-то своём. Роуз поразила красота, царившая вокруг.

– Ну и ну, – тихо проговорила она, – павлины-то настоящие, а не просто фигуры какие-то! У них и правда глазища на перьях, и они их веером распускают!

Дворцовый комплекс занимал огромное пространство и походил на вычурный свадебный торт с бесконечными слоями террас, окружающих сад. Девочка залюбовалась многочисленными изящными арками и балкончиками. Каждый этаж украшали прекрасные мозаики, резные орнаменты, шпалеры – особые решётки, поддерживающие пышные растения. Роуз разглядывала всё с немым восхищением, гадая, не так ли выглядит рай.

Руи отвёл её и Бахулу в тень дворца, чтобы их точно не услышали стражники, и поспешно заговорил жарким шёпотом:

– Слушай, Роуз, это очень важно. Я даже не заметил, как фокусник забрал рубин! Чем быстрее мы вернём его брату мистера Гупты, тем лучше. Моя интуиция детектива подсказывает, что странности скоро не закончатся…

Друзья завернули за угол и едва не врезались в служителя дворцового комплекса, который шёл по дорожке. Он держал в руке серебряную чашу, из которой струился аромат благовоний.

Ребята сложили ладони вместе и вежливо произнесли:

– Намасте.

Служитель ответил им тем же и отправился дальше, оставляя за собой шлейф пряного дыма.

– Но фокусник вернул тебе рубин, – прошептала Роуз. Девочка говорила тихо не только потому, что их могли подслушать: просто это место казалось столь безмятежным и мирным, что не хотелось нарушить его покой. – Конечно, Золтан – жуткий пройдоха… и уж не знаю, права я или нет, но нашему махауту за что-то заплатил очень похожий на фокусника человек – в чёрных одеждах и в цилиндре.

– Подожди, ты имеешь в виду погонщика, который бросил нас на базаре? – переспросил Руи и почесал подбородок. – Если ты не ошиблась, выходит, это тот ещё торт!

– Торт? – удивилась Роуз. – Вот опять ты со сладостями, Руи. Всё из-за слоёв, да? Ну… бисквит, джем, взбитые сливки…

Мальчик хихикнул.

– По-моему, ты провела блестящую аналогию. В детективном расследовании необходимо обращать внимание на скрытые слои.

– Спасибо, – с улыбкой ответила Роуз.

Руи продолжил:

– Возможно, для других это незначительная деталь, но для нас она весьма ценна. Надо обращать внимание на любую мелочь, Роуз. Смотри в оба!

Так что она смотрела, широко распахнув глаза, на величественные комнаты, через которые вёл её Руи, на дорогие ковры с замысловатыми рисунками, на портреты предшественников махараджи в широких туниках.

– А теперь подытожим, – сказал Руи, постучав пальцем по губам. – Сначала в поезд проник незнакомец. Мы не знаем, что ему было нужно, но он упомянул Камень пламени, а у нас как раз есть рубин, огромный и сверкающий. Потом Золтан украл рубин, но сразу его вернул… что мы упускаем?

– Мой кулон прямо взбесился, когда Золтан стянул камень, – призналась Роуз. – Хотя зануда генерал ему тоже не особо понравился. Он ведь на рубин мистера Гупты поглядывал и распинался о солнечном затмении…

– Да-да, – поддержал её Руи. – Кстати, о затмении. В дворцовом комплексе есть чудесное уединённое местечко, которое я хочу тебе показать. Там мы сможем спокойно всё обсудить. Это снаружи. Ступай за мной.

Ребята молча прошли мимо двух индийцев, которые мрачно взглянули на Руи и сразу отвели взгляд. Роуз даже услышала странное шипение. Бахула оскалился, но мальчик подхватил зверька на руки и прижал к груди.

– Они что, шипели на нас? – спросила Роуз.

– А? Что? Я не слышал, – отстранённо пробормотал друг.

– Кто это вообще? – продолжила Роуз.

Она с любопытством разглядывала богато одетых людей, стоявших в каждой комнате по двое или по трое. Гости? Стражники? Служащие дворца?

– Я… даже не представляю! – ответил Руи, словно никогда прежде об этом не задумывался. – Они всегда здесь были. Во дворце люди вечно чем-то заняты – вот и они тоже. Наверное.

– Ясно, – протянула Роуз. – А почему они на тебя косятся? Я не слепая, Руи, и не глухая. Те двое точно на нас шипели!

– Разве? – спросил мальчик наигранно-беспечным тоном.

Роуз положила ладонь ему на плечо.

– Руи… Они тебя недолюбливают?

Он вздохнул.

– Ох, Роуз… Многие служители дворца не доверяют мне. Они думают, что я… проклят.

– Проклят?

– Они боятся, что я принесу несчастье. А ещё им не нравится, как сильно ко мне благоволит дядя… Большинству кажется, что я этого не достоин, но не всем… – Руи приветливо улыбнулся полноватому индийцу, спешившему к ним. – О! Здравствуй, Падак!

Роуз посмотрела на индийца и увидела искренний ужас в водянистых глазах служащего. Падак торопливо вручил девочке конверт и убежал, шипя себе под нос.

Руи проводил бывшего приятеля печальным взглядом.

– Я и не предполагал, что новость о смерти мистера Гупты произведёт такой эффект. Здесь его очень любили и уважали. Очевидно, доверия ко мне стало ещё меньше после того, как он погиб в Хоуве, сопровождая меня в качестве наставника! Это подогрело слухи о проклятии, и теперь наверняка многие считают, что я накликал на него беду.

– Что за чушь собачья! – возмутилась Роуз, стиснув кулаки. – Ты же… ты… замечательный! Как можно вообще такое о тебе думать? А шипеть зачем?!

– Я всё объясню, когда нас никто не сможет подслушать, – обещал Руи. – Давай сначала проверим, что в конверте.

Роуз повертела письмо в руках. Оно было адресовано ей и отправлено из Хоува. Почерк она узнала сразу, и сердце ёкнуло от радости.

– Это от Энны Ли!

Роуз потеряла отца и мать, а Энна Ли была единственной, кого девочка ещё могла считать частью семьи. Цыганка жила в кибитке в Хоуве и предсказывала будущее с помощью красных вод волшебного источника. Именно она рассказала девочке о её новых обязанностях хранительницы кулона. К сожалению, Энна Ли не смогла поехать в Джайпур, как бы ей того ни хотелось. Жизнь её поддерживали те самые чудесные воды, поэтому она должна была оставаться в Хоуве.

По крайней мере, цыганка смогла прислать письмо, и уже это подняло Роуз настроение. Она расплылась в улыбке, глядя на конверт.

– Ладно, пойдём в то место, о котором я тебе рассказывал, – решительно произнёс Руи, опуская Бахулу на пол.

Мальчик прижал палец к губам, быстро оглядел пустой коридор и с хитрой улыбкой затащил подругу за громадный гобелен на стене.

– Скорее! Сюда!

Роуз растерянно моргнула. За гобеленом скрывался секретный проход и узкая лесенка, ведущая вниз.

– Во дворце полно такого, – объяснил Руи, сверкнув белыми зубами. – Разумеется, я постарался запомнить и отметить на карте все ходы!

– Разумеется! – эхом отозвалась Роуз и рассмеялась.

Слоны, павлины, великолепные залы дворца… а теперь ещё и тайные лестницы!

В тоннеле оказалось довольно темно, ребятам приходилось двигаться на ощупь, держась за холодную стену. Время от времени перед ними мелькали деревянные дверцы. Похоже, отсюда можно было попасть на разные этажи дворцового комплекса. Роуз невольно подумала, что сразу потерялась бы в громадном здании, если бы не Руи.

Наконец они выбрались во внутренний двор, светлый и просторный, и Роуз сощурилась от яркого солнца. Руи запер за ними дверь, и та словно растаяла в замысловатой мозаике на стене. Жёлтые лучи пронзали громадные окна павильона, совмещённого с двором, а высокие колонны бросали длинные тени на изысканную плитку на полу.

– Почти пришли, – сказал Руи. – Нам надо на другую сторону двора.

– Ого, – пробормотала Роуз, оглядывая великолепное помещение.

– Роскошный дворец, да? – ухмыльнулся Руи. – Дядя нашёл для меня нового наставника, но он приедет во вторник, и у нас есть ещё целая неделя, чтобы отыскать брата мистера Гупты, вернуть ему рубин и погулять по Джайпуру, пока не начались занятия. Смотри на это как на отдых. Наслаждайся солнышком и…

Они прошмыгнули мимо двух стражников, и те холодно покосились на Руи, что-то проворчав себе под нос. Роуз посмотрела на них исподлобья. Нет, с неё хватит. Надо наконец разобраться, почему к племяннику махараджи так плохо относятся. Он очень добрый: как можно не отвечать ему тем же?

Девочка схватила Руи за рукав и шепнула:

– Погоди! Откуда взялись слухи о проклятии?

Руи остановился и опустил взгляд.

– Ну… помнишь, я тебе говорил, что мои родителей погибли на охоте? В общем, одну важную деталь я упустил. А именно то, что они были обычные деревенские жители, а вовсе не… королевских кровей.

Роуз понимала, что сейчас мальчику сложно подобрать нужные слова, хотя обычно с этим у Руи трудностей не возникало. Она внимательно его слушала – и Бахула тоже.

– А я ведь тоже был на той охоте, которую устроил богатый дипломат. Отца и мать убил змеиный яд… когда их нашли, уже мёртвых, меня обнаружили совсем рядом. Я мирно дремал на земле, а вокруг ползали королевские кобры. Они настолько ядовитые, что даже слон умрёт от одного укуса. К счастью, я тогда был младенцем… и ничего не помню, – добавил Руи, поёжившись.

Роуз сочувственно обняла друга, а он погладил её по руке.

Глаза у Руи были грустные, и он нехотя продолжил:

– Змеи убили моих родителей, но меня не тронули. Даже, наоборот, словно охраняли. Готовы были напасть на тех, кто нашёл меня и пытался забрать. Местные узнали об этой истории, и махараджа потребовал, чтобы ему принесли ребёнка, которого защищали королевские кобры. А потом он усыновил меня как племянника. Дядя считает, что я – особенный, помеченный богами, но во дворце мало кто с ним согласен. Акшай страшно переживает, что меня выберут следующим махараджей, хотя мне этого и не хочется. Дядя сам решит, кто станет преемником, и не обязан ни с кем советоваться. А это тревожит многих обитателей дворца. Некоторые распускают слухи, что у меня раздвоенный язык, как у змеи, поэтому шипят, когда я прохожу мимо. Они говорят, что мне нельзя доверять. Дескать, я не способен говорить правду и проклят. И детям советуют даже не приближаться ко мне. Меня боятся, будто я чудовище какое-то. А теперь мистера Гупту убивают… вскоре после того, как его выбрали моим наставником! Видимо, уже все уверились в том, что я приношу несчастье!

– А ты знаешь, почему змеи тебя не тронули?

– Это закон природы, дорогая моя Роуз. Они просто-напросто защищали своих отпрысков, как мои родители, должно быть, защищали меня. Для змей опасность представляли взрослые люди, а после того как с ними… разобрались, угроза миновала. – Руи закрыл глаза и тяжело вздохнул. – Кобрам не пришлось беспокоиться, что человеческий детёныш им навредит. И они решили принять меня как своего. Все живые существа трепетно относятся к молодняку. Здесь нет ничего странного. Такова природа, хотя она нередко нас удивляет, верно?

Роуз опустила глаза, чтобы отвлечься от роскошного интерьера. Она вертела в руках письмо и обдумывала рассказ Руи. Как ужасно лишиться родителей, а с ними и доверия к себе! От этой истории у неё холодела кровь.

Они прошли через очередные врата, и Руи продолжил:

– Зато махараджа меня любит. Он очень обрадовался, когда узнал, что я привезу из Англии компаньонку. Ему ужасно хотелось, чтобы я нашёл друга, которому смогу доверять и с которым смогу отправляться в путешествия!

Мальчик одарил Роуз мимолётной улыбкой.

– Дядя с большой симпатией относился к мисс Тэ, ему приятно, что теперь я дружу с её юной родственницей. Поэтому и ты ему нравишься. Он настоящий реформатор, у него продвинутое мышление и современные взгляды. Махараджа верит в полное равенство и высоко ценит образование. Правда, более консервативные умы во дворце не одобряют его идеи.

«Акшай, например», – подумала Роуз и нахмурилась. А она воображала, будто Руи тут как сыр в масле катается! Ей даже в голову не приходило, что мальчику плохо живётся во дворце.

– Мне жаль, что с тобой так обращаются, – прошептала она.

Руи просиял.

– Да ты не переживай, всё не так грустно. Есть и преимущества. Персонал не обращает на меня внимания, и я волен заниматься чем угодно! Особенно интересно читать книги, детективные истории про Шерлока Холмса. Конечно, бывает одиноко, но… – Руи остановился и широко улыбнулся подруге. – Больше не будет! Теперь у меня есть ты. Только должен признаться… я слегка побаиваюсь змей.

– Это понятно, – начала было Роуз, но осеклась и разинула рот от изумления.

Напротив неё возвышалась громадная стена, окружающая роскошный сад и такие замысловатые сооружения, каких девочка ещё в жизни не видела.

– Вот мы и добрались! – объявил Руи, вскинув руки в воздух и направляясь к воротам. – Джантар-Мантар!

– Что-что? – переспросила Роуз, ошарашенно моргая.

Бахула ринулся вперёд, размахивая лапками. Похоже, он заметил бабочку и теперь пытался её поймать.

Десятки узких лестниц вели в небо, но резко обрывались, словно строители передумали на полпути и оставили творения незавершёнными. А возле загадочных конструкций Роуз заметила нечто совсем странное: широкие чаши, врытые в землю и обрамлённые чёрно-белыми геометрическими фигурами. По спине девочки пробежали мурашки.

– Ну прям как на Луне оказались! – озадаченно воскликнула Роуз.

– Ты почти угадала, – ответил Руи. – Здесь изучают Луну, а ещё другие планеты и звёзды. Это обсерватория махараджей Джайпура – Джантар-Мантар!

Внезапно вдали, в горах, раздались четыре ружейных выстрела. Роуз вздрогнула, а Бахула распластался на земле.

Руи достал карманные часы, купленные в Лондоне, и постучал ногтем по стеклу над циферблатом.

– Ага, ровно четыре! Точнее, четыре часа и три секунды. Видишь ли, выстрелы оповещают о времени суток, – пояснил мальчик и с гордой улыбкой похлопал по каменной стене, ярко-жёлтой в лучах солнца. – Вон та старинная штуковина ещё с позапрошлого века следит за временем в Джайпуре! С тех пор наука продвинулась далеко вперёд, но устройство ошибается максимум секунды на три: в правильности можно не сомневаться. Правда, потрясающе?

С этими словами Руи спрятал английские часы обратно в карман и подошёл к невысокой решётчатой ограде.

Роуз заслонила глаза от яркого света и сощурилась на громадную постройку, которая возвышалась над остальными сооружениями.

– Это солнечные часы, – добавил Руи. – Они всякий раз приводят меня в восторг, сколько бы я сюда ни приходил! Их сконструировал тот же махараджа, который спроектировал дворец и основал город в тысяча семьсот двадцать седьмом году. Савай Джай Сингх Второй, блистательный лидер и астроном. Великий человек! Именно он придумал расположить все здания и дороги Джайпура особым образом, основываясь на индийской астрономии и мудрости.

Громадные солнечные часы уходили в небо, а лестницу высотой в сто футов[12] обрамляли перевёрнутые арки, напоминавшие два полумесяца. Тень от жёлтых ступеней падала на цифры и желобки, которые усеивали внутреннюю сторону обоих полукругов. Роуз перегнулась через ограду и посмотрела на огромное круглое сооружение где-то в сотне ярдов[13] от солнечных часов.

– Ладно, давай поглядим, что написала Энна, – предложил Руи, усаживаясь в тени каменного монумента с большим бронзовым диском в центре.

Птицы весело щебетали в послеполуденной дымке, чей-то женский голос вдали исполнял чудесную песню, вплетаясь в тишину спокойного дня невидимой лентой. Роуз села рядом с другом, широко улыбнулась и надорвала конверт. Она развернула лист кремовой бумаги и с удивлением обнаружила там всего две надписи: «Моя милая Роуз» наверху и… «Твоя верная подруга Энна, со светом и любовью» в самом низу.

– Странно. Зачем ей отправлять пустое письмо? – пробормотала Роуз, уставившись на бумагу.

– Думаю, она бы так не поступила, – заметил Руи.

– И правда… «со светом»? Хм, любопытно…

Роуз принюхалась. Кремовый лист был пропитан лёгким ароматом лимона. Серые глаза девочки блеснули.

– Невидимые чернила!

– Точно? – Руи хлопнул в ладоши и воскликнул: – Браво!

– Да, наверное, – ответила Роуз.

Она успела многому научиться от Руи за время их долгой поездки. В основном всему, что связано с расследованиями. Поэтому знала, что тайные послания пишут шифром или невидимыми чернилами.

Девочка разгладила бумагу на каменной ступеньке и повторила слова, которые однажды уже слышала от Руи:

– Благодаря смеси лимонного сока и воды сообщение невозможно прочитать, пока не поднесёшь его к свету.

Роуз вытянула руку с письмом, чтобы на него упали солнечные лучи, и на бумаге начали проступать строки, похоже, написанные второпях.

– Вот и всё, мой дорогой Ватсон, – гордо объявила девочка.

– Великолепно! – воскликнул Руи и подмигнул ей. – Только давай ты будешь Ватсоном, а я Шерлоком, хорошо? Ну и какие у нас новости?

Бахула с любопытством вытянул шею, и Роуз прочитала вслух:

Моя милая Роуз,

Пишу тебе в спешке. Вещие воды предупреждают об опасности. К сожалению, я не смогла увидеть всё, что они хотели мне показать: им помешали тёмные силы.

Новый хранитель кулона Верульфа сейчас находится недалеко от тебя и собирается открыть врата в Джайпуре. Их можно отворить только в день, когда солнце почернеет. Ты понимаешь, что это значит?

Вы с Руи обязаны отыскать нового хранителя и помешать ему.

Бойся влиятельного англичанина, ибо он может причинить вред.

Мне жаль, что я не могу быть рядом.

Держись, милая моя.

Твоя верная подруга Энна,

со светом и любовью

P. S. Письмо сожги. Будь осторожна!

Ребята молча посмотрели друг на друга, встревоженные содержанием письма. Бахула громко ворчал, гоняясь за своим хвостом.

– Ещё одни врата? – проговорила Роуз сквозь сжатые зубы.

Кровь бурлила в венах, и сейчас девочке как никогда хотелось, чтобы Энна оказалась рядом.

– Здесь, в Джайпуре? – удивился Руи. – Они откроются, когда солнце почернеет…

– Затмение! – вскрикнули друзья хором.

У Роуз закружилась голова.

– Верульф, – прошептала она, вспоминая жуткое создание, способное влиять на хранителя тёмного кулона.

Ритуал привёл Верульфа на пляж возле Западного пирса Хоува, и невозможно было забыть дикий чёрный силуэт, ветвистые рога, пылающие красные глаза, полные ненависти ко всему человечеству…

– Мы не позволим ему снова пробраться в наш мир, – твёрдо добавила Роуз и стиснула янтарный кулон под воротником платья.

Она понимала, что Верульф наверняка нашёл себе очередного помощника, чтобы вырваться из мира теней, служившего ему тюрьмой. Если по Земле расползутся его жестокие подданные, крадуны, планета погрузится во тьму и уже никогда не будет прежней.

– Однако, для того чтобы освободить Верульфа, надо открыть ворота между нашими мирами, а тут не обойтись без обоих кулонов, верно? – встревоженно уточнил Руи.

– Да, они опять попытаются украсть мой, – ответила Роуз.

Девочка понимала, что остановить злодеев – это её обязанность как хранительницы кулона Альбиона. А ведь ещё тогда, в Хоуве, Верульф пригрозил вернуться.

– Он говорил, что открылись и другие врата, – добавила она вслух. – Но я ему не поверила. Не хотела верить.

Мысли путались в голове. Неужели ритуал Братства Чёрного Солнца в самом деле оживил древнюю магию, как того боялась Энна Ли, и открыл порталы по всему миру?

– Солнечное затмение уже послезавтра, в полдень, – сказал Руи, сжимая в кулаке рубин мистера Гупты. – Неудивительно, что мой уважаемый наставник так стремился помешать Братству в Хоуве. Вдруг он знал, что в Джайпуре тоже есть врата?!

Руи нахмурился и с волнением посмотрел на Роуз.

– Если бы только его записная книга не сгинула во время взрыва на Западном пирсе! Бьюсь об заклад, мистер Гупта успел записать нечто важное, связанное с миром теней. А мы не успели как следует её изучить! Даже не сомневаюсь, что ты сейчас в огромной опасности, а мой долг – защитить тебя. Давай вернёмся во дворец, там есть охрана и…

– КОКОБОЛО!

Сердитый голос генерала раздался совсем неподалёку. Бахула навострил уши и поморщился, Роуз вздрогнула от неожиданности, поспешно смяла письмо и сунула в карман.

– Опять этот индюк! – прошипела она. – Надо спрятаться!

– Скорее! Сюда, – позвал её Руи, подхватывая обезьянку на руки.

Ребята подбежали к двум лестницам, ведущим в широкое углубление у огромных солнечных часов, и спрятались в полумраке небольшого тоннеля ровно в ту секунду, когда генерал перегнулся через решётчатую ограду.

– КОКО-БО-ЛО-О-О! – завопил он противным голосом, и крик эхом разнёсся по территории обсерватории.

Роуз вжалась спиной в стену тоннеля. Янтарный кулон яростно пульсировал под воротником зелёного платья. Наконец до неё донеслись шаги генерала, которые постепенно стихли: он ушёл в сторону, что-то бормоча себе под нос.

– Чуть не попались, – прошептала Роуз.

– Верно, – откликнулся кто-то, и у девочки чуть сердце из груди не выскочило, когда перед ней возник робкий профессор Кокоболо.

– Азиатский слон! – ахнул Руи. – А вы что здесь делаете?

– Полагаю, то же, что и вы, – ответил профессор, нервно поглядывая наверх. – Прячусь от этого ужасного человека.

Он отодвинулся в тень и присел на низкий каменный выступ.

– Н-не подумайте, что я хотел вас напугать! Просто мне было интересно взглянуть на обсерваторию. Столько о ней слышал, и вот теперь удалось приехать и посмотреть своими глазами… Что ж! – бормотал Кокоболо, заламывая руки. – Она просто невероятная и…

Профессор осёкся, покачал головой и выудил из кармана маленькое зеркальце. Роуз уже видела вещицу: Кокоболо смотрелся в зеркало на платформе Джайпура, когда махараджа и остальные сошли с поезда.

Профессор покрутил зеркальце в руках и добавил:

– Я… очень рад, что мы встретились. Мне ведь как раз надо было поговорить с вами.

Кокоболо умолк и взглянул прямо на Роуз, что застало её врасплох.

– Со мной?

Руи подался вперёд. Глаза мальчика блестели от любопытства.

– Да-да, – подтвердил профессор, кивая. – В общем, дитя, ты напоминаешь мне кое-кого… из прошлого. И я чувствую…

Кокоболо выдержал паузу, его испуганный взгляд, словно у загнанной в угол мыши, бегал по каменному тоннелю.

– Чувствую, что тебе грозит страшная опасность.

8

Кораблекрушение

Роуз и Руи сидели в сумрачном тоннеле под каменной лестницей вместе с профессором. Девочка всё ещё обдумывала письмо Энны, но слова Кокоболо привлекли её внимание. О какой опасности он говорил, кого именно она ему напоминала? Судя по тому, как тревожно вибрировал кулон, генерал до сих пор был неподалёку. Возможно, именно он – влиятельный англичанин, которого стоит бояться?

Растерянная Роуз вдруг почувствовала себя в тоннеле, как в ловушке. Всё развивалось слишком стремительно и не в лучшую сторону… похоже, Джайпур кишел страшными тайнами!

– Нам нельзя задерживаться, – сказал Руи, хмуро глядя на виднеющуюся ограду у солнечных часов, однако попытался поддержать беседу: – Генерал упомянул, что вы страдаете от потери памяти?

Роуз встала и неловко переступила с ноги на ногу, а Бахула подошёл ближе к профессору.

– Д-да… позвольте объяснить, – пробормотал Кокоболо, протирая лоб носовым платком. Профессор выглядел таким же потрёпанным и изношенным, как его твидовый костюм. – Тринадцать лет назад… ещё до того, как я получил звание профессора в городе Кота, мне «посчастливилось» потерпеть кораблекрушение в Индийском океане. Меня долго мотало по волнам, ошарашенного и обезумевшего, и лишь деревянный сундук, за который я держался, не давал утонуть.

Кокоболо зажмурился. Очевидно, воспоминания всё ещё терзали его.

– Не знаю, как долго я плыл по открытому океану. Даже не помню, как произошло кораблекрушение!

– Какой ужас, – с искренним сочувствием прошептала Роуз: у всех, кого она встречала, была в прошлом какая-нибудь трагическая история.

– Время шло, такое же неумолимое, как волны, что хлестали меня, – продолжал профессор. – Я отбивался от акул…

– Акул! – ахнула девочка, зажав рот ладонью.

– Акул? – с сомнением уточнил Руи, вскинув брови.

– Да-да. Я был измождён, почти ничего не видел. От солнца и морской соли кожа стала как плотная обожжённая шкура. В конце концов я сдался и стал умолять акул, чтобы они проглотили меня и избавили от страданий. А потом лишился чувств…

– Но вы не погибли! – воскликнул мальчик. – Значит, вас кто-то спас?

– Говорят, меня подняли на борт проплывающего мимо судна. Я обязан команде жизнью, но не получил возможности выразить свою благодарность, поскольку долгое время лежал без сознания. Они предположили, что я единственный выживший в страшной катастрофе, однако ни о каком кораблекрушении не сообщалось, и ни одно судно не было объявлено пропавшим!

– Святая обезьяна! – пробормотал Руи, подаваясь вперёд.

– Я не помнил ни своего имени, ни прошлого – ничего, – признался Кокоболо. – Два месяца провёл в военном госпитале, расположенном на берегу Бенгальского залива. А затем мне пришлось начать всё заново. Изобрести «нового себя»!

«Нового себя», – мысленно повторила Роуз и медленно кивнула. Пожалуй, и она поступила точно таким образом после того, как её забрали из работного дома.

– Пока я восстанавливал здоровье, я сумел многое выяснить о себе. Я обнаружил, что говорю по-английски и превосходно разбираюсь в математике и астрономии. Именно эти знания вкупе с удачей позволили мне стать профессором.

Янтарный кулон снова начал пульсировать. Роуз чувствовала: генерал пока ещё где-то рядом. Но девочке не хотелось перебивать несчастного Кокоболо, и она промолчала.

– С тех пор я неустанно ищу настоящего себя, того, кем я был до загадочного кораблекрушения, – продолжил Кокоболо и постучал кулаком по груди. – К сожалению, все мои попытки тщетны.

– А откуда взялось ваше имя? – спросил Руи.

– Фамилию я получил в госпитале, в честь сундука, который спас меня от верной смерти. Он был сколочен из древесины кокоболо, чудесного материала насыщенного красного цвета. Имени у меня нет, так что неизвестно, как назвала меня мать. Это подёрнутое туманом прошлое не даёт мне покоя: никак не удаётся сорвать с него пелену!

Профессор всхлипнул и смахнул со щеки одинокую слезу.

– Деревянный сундук! – воскликнул Руи. Удивительная история Кокоболо не на шутку увлекла мальчика. – Вы нашли в нём какие-нибудь важные улики?

– Внутри лежало вот это, – сказал профессор и поднял руку с зеркальцем.

Оно было овальное и серебряное, но потускневшее от времени, и с обратной стороны его украшал замысловатый узор. Роуз невольно подумала, что вещица выглядит совсем древней. Стекло всё в мелких пятнах, и отражение в нём получается кривоватое.

– Меня неизменно тянет к нему, – объяснил профессор. – Не смотрелся ли я в это зеркало до кораблекрушения? Увижу ли однажды в нём отражение человека, которым был когда-то? Поделится ли оно со мной тайнами, чтобы я мог вспомнить прошлое? – Кокоболо усмехнулся и добавил: – Мне остаётся только надеяться, ибо теперь не осталось ничего, кроме надежды.

Роуз накрыла его руку своей ладонью и заметила, что профессор дрожит.

– Я понимаю, каково это – не знать ничего о своём прошлом. Кажется, что частички тебя не хватает, поэтому сердце саднит, – сказала Роуз, решив хоть немного подбодрить Кокоболо. – Я ведь сирота, мне такое чувство знакомо. Будто внутри у тебя дыра. Но мне удалось выяснить, кто мои родители, хотя правда оказалась не из приятных. Не всегда от этого становится легче, понимаете?

После того как янтарный кулон перешёл к Роуз по наследству, девочка обнаружила, что в её жилах течёт кровь потомков Альбиона и Верульфа, поэтому у неё есть связь с обоими амулетами.

– Ваше воображение и надежды могут принести больше умиротворения, чем истина, – закончила она.

– Возможно, – согласился профессор и смущённо поводил по земле носком блестящего тёмно-бордового ботинка. – Но во мне словно пробудились воспоминания, когда я увидел тебя в поезде, Роуз. Не могу сказать, как это произошло, но есть нечто неуловимо знакомое в твоих глазах, волосах, движениях… во всей твоей сущности! Понимаю, ты ещё, наверное, и не родилась, когда я попал в кораблекрушение, но… почему-то я чувствую, что именно ты – ключ к ответу о моей настоящей личности! – воскликнул Кокоболо.

Он прижал ладонь к груди и заговорил ещё быстрее: слова вырывались из него неумолимым потоком.

– Ты подарила мне надежду, Роуз Маддл! Скажи, пожалуйста, узнаёшь ли ты меня?!

Отчаянная просьба профессора повисла в воздухе. Роуз ошарашенно посмотрела в его полные слёз глаза, и сердце сжалось от искреннего сочувствия. Ей не хотелось расстраивать несчастного Кокоболо, но она не могла соврать.

– Нет, – ответила девочка. – Извините, но я ничем не могу помочь. Мне хотелось бы, честно… но я никогда прежде вас не видела.

Роуз стало немного стыдно, что она разрушила последнюю зацепку отчаявшегося человека, но всё же это было лучше, чем водить беднягу за нос.

– Полагаю, вы приняли её за кого-то другого, – вмешался Руи, переводя взгляд с Роуз на профессора и обратно. – Но… скажите, мистер Кокоболо, что вы имели в виду под страшной опасностью?

– Вот вы где! – прогремел генерал, внезапно возникший у ступеней.

Роуз вздрогнула, и кулон начал бешено пульсировать.

– Повсюду вас ищу. Что это вообще за место? Не мешкайте! Идём-ка, да поживее! – протараторил генерал, не дожидаясь ответа, и хлопнул в ладоши. – Мы ещё успеем заглянуть в музей до начала сегодняшнего пира, поэтому пошевеливайтесь. Нас ждёт особое устройство, которое надо как можно скорее привести в действие, чтобы подготовить к солнечному затмению.

Роуз нервно сглотнула при упоминании солнечного затмения. Генерал, разумеется, даже не обратил на девочку внимания. Он жадно потёр руки, и ключ с головой змеи покачнулся у военного на пальце.

– Вы должны проверить, не повредили ли аппарат во время вторжения налётчика, который проник в поезд, и сможет ли устройство считать необходимые данные, – продолжал генерал.

– Д-да, конечно… – пробормотал Кокоболо, заикаясь. – Я в-всего лишь рассказывал молодым людям об астрономии…

– Удивляюсь я на вас, – оборвал профессора генерал, сверля взглядом свои карманные часы. – Как можно ничего не помнить о собственном прошлом, но сохранить все знания о науках? Поразительно! И хватит нас задерживать. В случае успеха мы получим щедрое вознаграждение, и я не позволю, чтобы вы всё испортили.

Бахула показал генералу язык, пока тот не видел, и покрутил пальцами у ушей.

– А кто вам платит? – спросил Руи, выходя из тоннеля.

– Наш благодетель желает оставаться неизвестным, – отрезал генерал. – Видите ли, не перевелись ещё добрые люди, которые не просят славы за свои великие дела! Я уважаю его позицию, а он уважает мой труд и оказывает помощь.

– Какую? – уточнила Роуз и почувствовала, как янтарный кулон поёжился, словно живой.

– Подробности вы узнаете сегодня вечером. Я сделаю объявление во время пира, – ответил генерал и развернулся.

– Мы многое не успели обсудить, Роуз, – торопливо прошептал Кокоболо. – Я должен сказать тебе кое-что очень важное.

Руи склонил голову набок.

– Живее! – крикнул генерал уже издалека и громко хлопнул в ладоши.

– Позже поговорим, – бросил Кокоболо, с тревогой оглядываясь через плечо.

– Что за чертовщина тут творится? – задумчиво произнёс Руи, хмуро наблюдая, как генерал вместе с профессором огибают каменный монумент и направляются ко дворцу.

– Не знаю, но, похоже, Кокоболо жутко боится генерала.

– Точно, и мне любопытно, о чём же он хотел с тобой поговорить, – добавил Руи и взглянул на подругу. – Разве не странно, что они пересели в наше купе, а потом Кокоболо заявил, будто ты напоминаешь ему о потерянном прошлом? Не слишком ли это для простого совпадения? Хм… от таких «случайностей» мне становится не по себе. Надо попробовать разузнать что-нибудь о профессоре. Может, удастся ему помочь. А пока нужно отвести тебя в безопасное место, чтобы ты могла пообщаться с янтарным кулоном. Мы должны выяснить, где находятся джайпурские врата.

– Да, – отрешённо согласилась Роуз, хотя особо не слушала Руи.

Девочку переполнял леденящий ужас, и она сжимала амулет в кулаке, думая только об одном: где-то в тени скрывается мрачный, грозный враг и хранителем кулона Верульфа может оказаться кто угодно.

9

Тьма наступает

Уже вечером в шесть часов Роуз сидела в простой комнате в женской части дворца, расположенной на одном из верхних этажей, и ждала возвращения Руи с вечерней молитвы. Он обещал, что это не займёт много времени. Не зная, чем себя занять, девочка поднесла письмо Энны к огоньку ароматической лампы, и бумага загорелась. Жёлтый свет упал на нежно-зелёные стены, красиво мерцая на фреске с цветами.

Девочка услышала шаги в коридоре и оглянулась на дверь: проверить, надёжно ли та заперта. Руи заверял её, что в эту часть дворца пускают только женщин и детей и здесь можно вздохнуть спокойно, но страх всё равно не отпускал Роуз. Хранитель амулета Верульфа наверняка хотел заполучить второй кулон, чтобы открыть врата в мир теней, и потому она больше нигде не чувствовала себя в безопасности. Письмо рассыпалось в пепел, а Роуз нахмурилась. Ей было немного обидно, что пришлось сжечь послание Энны.

Она перевела взгляд с ароматической лампы на окна. Через отверстия в деревянных ставнях виднелась широкая дорога, огибающая дворец. На город опустились сумерки: при мысли о том, что где-то в Джайпуре есть волшебный портал, через который может пройти Верульф, Роуз поёжилась.

Отдых в Индии не задался с самого начала. Приключения вдали от Хоува быстро приняли серьёзный оборот, а наивные ожидания Роуз не сбылись. Она плюхнулась на огромную кровать и погладила сверкающее зелёное покрывало с аккуратно вшитыми в него зеркальными осколками. Внезапно янтарный кулон показался девочке неподъёмной ношей. Пускай в работном доме у неё не было ничего своего – и вкалывала она на износ, но жизнь была… проще? По крайней мере, не приходилось беспокоиться из-за страшных тайн древности и тёмной магии.

Ни в одном торте не могло быть столько слоёв, сколько в загадочном деле, с которым они столкнулись в Джайпуре!

Как отыскать врата в незнакомом месте без помощи Энны? Роуз стиснула зубы и сжала кулон, молясь, чтобы он ей помог.

– Покажи мне дорогу, – прошептала она, зажмурившись, и постаралась прогнать лишние мысли.

В блаженной тишине разума перед ней начала проявляться картинка, сначала мутная, затем более чёткая… Статуя обезьяны?

Может, кулон подсказывает ей, где находится портал? Сердце ёкнуло от волнения, и девочка сконцентрировалась, надеясь лучше разглядеть статую. Голова у скульптуры была обезьянья, зато тело человеческое. Как странно! И всю её покрывала миниатюрная плитка, синяя с оранжевым.

«Что бы это значило?» – задалась вопросом Роуз.

Внезапно в сознании всё потемнело, словно резко щёлкнули выключателем, и в жутком сумраке возникло чёрное солнце с хладнокровной улыбкой. Роуз сразу же распахнула глаза. Руки тряслись от страха, дыхание вырывалось из горла быстрыми рывками.

Она только что видела символ Верульфа и Братства Чёрного Солнца! Неужели новый хранитель вмешался в видение? В Хоуве приспешники Верульфа не были на такое способны, но, похоже, сейчас у неё появился могущественный противник.

ТУК-ТУК-ТУК!

Роуз подпрыгнула на кровати и тревожно уставилась на дверь, побледнев от ужаса. А если это он?

ТУК-ТУК-ТУК!

Вдруг она поняла, что стучат вовсе не в дверь, а откуда-то из-за стула в углу комнаты. Роуз на цыпочках подошла ближе и обнаружила небольшой шкафчик, прибитый к стене чуть выше колен.

– Роуз! – позвал её приглушённый, но знакомый голос.

Руи!

Девочка поспешно открыла шкафчик и шагнула назад. Бахула выскочил наружу, а Руи выбрался вслед за обезьянкой. От него пахло благовониями, на сморщенном от волнения лбу была нарисована красная вертикальная линия – знак последователя индуизма[14]. Роуз посмотрела на секретный тоннель, наполненный холодным мраком, но мальчик быстро захлопнул дверцу и закрыл на задвижку.

– Я выбрал для тебя эту комнату не только потому, что она зелёная, как тебе нравится, но ещё из-за тайного хода, ведущего на главную улицу. Теперь мы сможем уходить и возвращаться незамеченными, – объяснил Руи и добавил, бросая на кровать ворох зелёных одежд: – Ты уничтожила письмо Энны?

– Сожгла, – ответила Роуз, кивая на пепел у ароматической лампы. – Руи, я попросила кулон о помощи, и он показал мне обезьяну…

– Обезьяну?

Бахула склонил голову набок и с любопытством посмотрел на Роуз.

– Не настоящую, а просто статую, ярко украшенную и с человеческим телом. Голову даю на отсечение, она как-то связана с новыми вратами!

Бахула радостно закричал и принялся скакать по комнате.

– Тише, – приструнил зверька Руи. – Судя по твоему описанию, это статуя Ханумана, великого обезьяноподобного божества в индуизме. Ты её узнаешь, если увидишь вживую?

– Да, наверное. Но ты послушай. Кулон больше не успел ничего подсказать. Ему помешало чёрное солнце, которое вдруг появилось у меня в сознании!

– Святая обезьяна! – ахнул мальчик.

Ребята ненадолго затихли, размышляя над видением. Роуз тревожил один вопрос: куда пропал кулон Верульфа после магического ритуала в Хоуве?

– Как думаешь, почему янтарный амулет показывал мне Мисси? Может, она как-то со всем этим связана? Вдруг Мисси забрала тёмный кулон и стала его хранительницей? А янтарный амулет старался меня предупредить?

Руи почесал затылок.

– Вероятно. Братство Чёрного Солнца из Хоува сейчас в тюрьме, но девчонка на свободе. И душа у неё прогнившая, в этом можно не сомневаться. Я бы и крокодилу доверял, но не ей.

Роуз кивнула, но её тревожило ещё кое-что.

– Вдруг Братство Чёрного Солнца есть не только в Хоуве? Может, то была лишь какая-то часть Братства? А сейчас негодяи здесь, помогают новому хранителю Верульфа… не те, которые за решёткой в Англии, а местные – другие!

– Азиатский слон! – воскликнул Руи, вскакивая на ноги. – По-твоему, существует международная организация – и у неё есть тайные общества во всех странах?!

Роуз поёжилась.

– Надеюсь, что нет, но кто знает?

Руи постучал себя пальцем по подбородку.

– Давай опираться на факты. Кем бы ни был наш таинственный враг, ему, несомненно, нужен твой кулон. Без него не открыть волшебные врата, я в этом ручаюсь.

– Но меня кое-что смущает, – призналась Роуз. – Янтарный кулон особо никого и не интересует. А на рубин мистера Гупты обращают в сто раз больше внимания. Конечно, я держу амулет под воротником, но…

Она достала кулон из-под платья и посмотрела на янтарь, сияющий так, словно в нём горела масляная лампа.

– В самом деле, – согласился Руи, медленно кивая. – Любопытно. Разумеется, мы не будем спускать глаз с амулета, но и рубином тоже займёмся. В первую очередь необходимо выяснить, где живёт брат моего почившего наставника. Почему он принялся разносить слухи о конце света вскоре после того, как узнал о смерти мистера Гупты? Мне уже удалось расспросить несколько человек и выяснить, что он советовал жителям Джайпура покинуть город накануне затмения…

Роуз нахмурилась.

– Затмение… Да, всё очень странно.

– Полагаю, ему что-то известно о волшебных вратах, – предположил Руи. – Жаль, у нас нет записной книги мистера Гупты. Наверняка наставник тоже о них знал.

Роуз вспомнила о жутковатом томике с эмалированным глазом на серебряной обложке. В книжке мистер Гупта записывал все свои тайные знания, но ценный журнал сгорел в момент взрыва у Западного пирса, после того как Роуз запечатала врата.

– Ну и где искать брата мистера Гупты? – спросила она.

– Не представляю. Он зовёт себя Бабанун, а в последний раз его видели в кабинете мистера Гупты в музее. Вот и всё, что я сумел выяснить. Думаю, он украдкой пробрался туда, но его схватили стражники и прогнали оттуда и из города. Надо отыскать Бабануна и попросить о помощи. И конечно, заодно вернуть ему рубин.

– Да, – проговорила Роуз, лихорадочно размышляя о том, что сообщил Руи. – Но что он искал в кабинете мистера Гупты?

– Хм… хотелось бы знать! Предлагаю посетить музей и проверить кабинет моего наставника. Вполне возможно, что в его рабочих записях есть подсказки, если он и правда изучал волшебный портал до поездки в Англию. Хотя в любом случае наша лучшая зацепка – брат мистера Гупты.

Кулон Роуз начал слабо пульсировать, и девочка приподняла его в пальцах. Янтарь сверкал золотым, словно миниатюрное солнце. Перед глазами снова возникла статуя обезьяны с человеческим туловищем.

– Смотри! – воскликнула Роуз, кивая на сияющий камень. – Наверняка он доволен тем, что мы решили пойти в музей! Может, и статуя Ханумана там? И всё это как-то связано с порталом в теневое измерение! И чего мы ждём? – спросила она, вскакивая на ноги. – Побежали скорее!

– Стой, – одёрнул её Руи. – Музей закрылся. Пойдём завтра – с утра пораньше. А пока постараемся вести себя как обычно. Никто не в курсе, что мы получили предупреждение от Энны. Отправимся на пир, как и собирались, и сделаем вид, будто ни о чём не подозреваем. Если хранитель Верульфа действительно намерен открыть врата, он будет занят приготовлениями и не станет нас трогать. Зато мы понаблюдаем за всеми на сегодняшнем празднике и сможем подмечать, не ведёт ли кто себя странно.

Руи сунул руку в кожаную сумку, с которой не расставался, и выудил оттуда блокнотик в чёрной обложке.

– Я кое-что подготовил, – объяснил он. – Например, общий журнал для записей, куда мы будем вносить любые детали расследования. И уже взял на себя смелость составить список подозреваемых!

– Вот как?

Руи прокашлялся и принял важный вид.

– Начнём… Энна писала о некоем влиятельном англичанине.

– Несложно догадаться, кто это, – хмуро ответила Роуз.

– Именно! Скорее всего, вещие воды имели в виду главнокомандующего британской армией, который подсел в поезд. Янтарный кулон очень остро на него реагирует. Зачем он приехал в Джайпур, если у него были дела в Дели и в городе Кота? Почему резко изменил планы?

– Надо проверить запястье военного, – предложила Роуз, ударив себя кулаком по ладони для большего эффекта. – Есть на нём татуировка чёрного солнца или нет!

– Отличная мысль, – одобрил Руи. – Ты заметила ещё что-нибудь касательно генерала?

– Ага. Он полный кретин.

Бахула громко заверещал в знак согласия.

– Прекрасно, так и запишем, – объявил Руи и нацарапал зашифрованную строчку из точек и тире в блокноте. – Подозреваемый номер один – первоклассный олух!

Роуз улыбнулась.

– А кто номер два?

– Покровитель вышеуказанного генерала, не желающий раскрывать свою личность. Рядом с ним поставим жирный вопросительный знак.

– Хорошо, – согласилась Роуз.

– Подозреваемый номер три – профессор Кокоболо, – продолжил Руи.

Роуз озадаченно посмотрела на мальчика.

– Ты серьёзно?

– Признай, он появился в поезде столь же внезапно и неожиданно, как и генерал, а ещё утверждает, что попал в загадочное кораблекрушение, которого как будто и вовсе не было, потерял воспоминания о прошлом, но сохранил научные знания… а потом заявил, будто ты кого-то ему напоминаешь!

– Ну… пожалуй.

Руи воздел палец к потолку.

– К тому же я заметил одну важную деталь – его обувь!

– Обувь? – удивилась девочка и наморщила нос. – Она здесь при чём?

Руи принялся мерить шагами комнату, сжимая блокнот в руке. Бахула следовал за ним неотрывной тенью.

– Обрати внимание, что костюм Кокоболо – старый, пожёванный, поэтому вполне соответствует тому, как профессор себя держит. Однако ботинки у нашего подозреваемого дорогие: итальянские, одна из новейших моделей. Они слишком сильно выбиваются из гардероба.

Роуз припомнила, как выглядел Кокоболо. И в самом деле, блестящие тёмно-бордовые туфли смотрелись нелепо. Однако профессор не казался ей особо подозрительным – и других причин сомневаться в нём не было.

– Даже не знаю. Мне он понравился, – со вздохом произнесла девочка и мысленно добавила: «Если и такой безобидный человек может быть замешан в тёмных делишках, то уж совсем никому нельзя доверять».

Это подало ей новую мысль, она покачала головой и снова обратилась к Руи:

– А подозреваемых у нас целый ворох. И хранителем может оказаться вообще кто угодно. Например, сикх, пробравшийся в поезд. Или фокусник Золтан. От него у меня тоже мурашки по коже! Главный стражник, Акшай, уж очень плохо к тебе относится. И как насчёт махаута, который бросил нас на базаре?

– Он до сих пор не вернулся во дворец, – ответил Руи. – Просто пропал… как сквозь землю провалился. Ладно, список подозреваемых у нас есть. Теперь будем постепенно их вычёркивать, пока не найдём преступника методом исключения!

Мальчик достал карманные часы и ахнул.

– Ничего себе, уже так поздно?! Нам надо немедленно отправляться на ужин, – заявил Руи, кивнув на ворох одежды, который принёс для Роуз. – Я выбрал тебе наряд на праздник. Зелёный, как ты любишь. Это ведь твой цвет. Я им сказал, что тебе нравится зелёный, когда пришёл за одеждой. Разве может Роуз Маддл носить что-нибудь другое?!

– Спасибо, – неуверенно проговорила Роуз и достала из общей кучи не слишком длинную кофточку. Золотая вышивка блеснула под светом лампы. – Очень симпатично.

Руи тем временем открывал дверцу тайного хода.

Бахула сразу нырнул внутрь, а мальчик обернулся и бросил на прощание:

– Пир в восемь ровно, не опаздывай. Будем держать ухо востро и не сводить глаз с генерала. Увидимся!

Он сложился чуть ли не пополам, чтобы протиснуться в узкую дверцу, и его последние слова эхом разнеслись по тоннелю.

10

Разговор шёпотом

Тем же вечером, незадолго до начала пира, Роуз вышла во двор огромного дворцового комплекса, одетая в великолепную шёлковую кофточку с изящной вышивкой и длинную юбку из той же зелёной ткани. Лёгкий, почти воздушный наряд нравился ей намного больше, чем громоздкое английское платье. Воротник надёжно скрывал янтарный кулон, а каштановые волосы девочка убрала в аккуратный пучок.

В голове до сих пор эхом раздавались слова Энны из письма: «Новый хранитель кулона Верульфа сейчас находится недалеко от тебя и собирается открыть врата в Джайпуре». Все эти тревоги и волнения не позволяли ей искренне радоваться предстоящему пиру во дворце.

Роуз обогнула павильон, спеша навстречу звукам музыки и взрывам смеха, доносившимся из банкетного зала. По городу разносился звон вечерних колоколов, а сейчас, в сумерках, окрестности выглядели изумительно волшебными. Однако девочка прекрасно понимала, что где-то поблизости скрывается зло, и вместо восхищения окружающей красотой её сковывал ледяной страх.

– Тсс, Роуз! – позвал её кто-то, скрывающийся в тени, прерывая тяжёлые размышления.

Кулон вспыхнул от неожиданности, ударив по коже лёгким зарядом тока.

Из-за двери павильона показался Кокоболо, и девочка воскликнула:

– Профессор!

– Извини, если напугал тебя, но нам надо поговорить наедине, – объяснил тот, нервно оглядываясь по сторонам.

Роуз перевела дыхание, потрясённая его внезапным появлением, и подошла к профессору, застывшему в полумраке возле павильона.

– Мне хотелось послушать твою историю, – объяснил Кокоболо. – Мы ведь во многом похожи. Мало знаем о собственном прошлом, а семьи у нас не осталось.

Он подался вперёд и жарко прошептал:

– Роуз, умоляю тебя, будь осторожна. Генерал опасен и влиятелен, отчего-то он проникся к тебе неприязнью. Не знаю, кто ему покровительствует, но подозреваю, что это человек сомнительных моральных нравов.

– Понимаю, – медленно произнесла Роуз. В голове роились тысячи вопросов, и она хотела вытянуть из профессора как можно больше информации. – Как же получилось, что вы стали помогать генералу?

Кокоболо задумчиво приложил пальцы к губам.

– Видишь ли, мы встретились в городе Кота около месяца назад. Главнокомандующий неожиданно приехал из Дели, что, признаюсь, было довольно странно. Его заинтересовала моя работа об использовании солнечной энергии, и он попросил меня подготовить особый аппарат по просьбе его покровителя. Он требовал приступить к работе немедленно, но держать всё в тайне. Вот что стало одним из главных условий. Генерал заверил меня, что расходы покроет анонимный меценат, но об устройстве ни в коем случае нельзя никому проговориться.

– А что было потом?

– Я согласился, – ответил Кокоболо, пожимая плечами, и поводил носком ботинка по пыльной дорожке. – Денег мне не хватало, и я обрадовался, что появятся средства для научных исследований. На следующий день доставили причудливый аппарат, похоже, некий древний генератор, крайне необычный на вид. Разумеется, меня охватило естественное любопытство учёного. Моей первой задачей было проверить, удастся ли заставить его работать. Я провёл пару опытов и выяснил, для чего он нужен. Результаты сильно удивили меня и заинтриговали. Невероятно могущественное устройство способно…

Профессор на секунду умолк, поёжился и дрожащим голосом продолжил:

– Неделю спустя ко мне опять пришёл генерал и сообщил, что аппарат надо срочно перевезти в Музей Джайпура, где я должен провести несколько важных экспериментов во время солнечного затмения, а затем меня примут в штат музея как постоянного сотрудника.

«Каких экспериментов?» – хотела спросить Роуз, но решила не перебивать профессора, который только-только разговорился.

– Мы отправились в путь, вместе со всем моим оборудованием и древним генератором, а затем я увидел в поезде тебя, Роуз… всё случилось так быстро!

Роуз внимательно слушала шёпот Кокоболо, а когда он перевёл дыхание, спросила:

– То есть вы разобрались, как включается аппарат? Для чего он нужен?

– Сначала он показался мне завораживающим… и активировать его удалось, но… он выходит за привычные нам границы науки и пугает меня. Я до сих пор не до конца понимаю, как он работает.

Профессор воровато оглянулся по сторонам и сгорбился.

– Роуз, генерал – ужасный человек. Он пригрозил мне тюрьмой, если я хоть словом обмолвлюсь…

Тут Роуз увидела, что к ним направляется главный дворцовый стражник. Профессор резко замолчал.

– Роуз, профессор, – поздоровался Акшай и сощурился.

– Добрый вечер, – поспешил ответить Кокоболо.

Роуз поджала губы. Ей не терпелось продолжить беседу. Наконец стражник убрался восвояси, а профессор снова повернулся к ней.

– Думаю, из жуткой истории мне не выпутаться, и я не знаю, кому можно доверять. За мной пристально следят, ты не представляешь, насколько мне страшно. Если какой-то старый дурак без прошлого, без воспоминаний и семьи вдруг возьмёт и пропадёт, никто ничего даже не заметит и не станет задавать вопросов…

– Я стану! – с горячностью воскликнула Роуз.

Кокоболо улыбнулся.

– Спасибо тебе.

Они заметили, что Акшай стоит у входа в банкетный зал и поглядывает на них с подозрением. Кокоболо нерешительно покосился на стражника и подался ближе к Роуз.

– После кораблекрушения у меня осталось не только зеркальце. Очень важное сокровище было спрятано в потайном отделении сундука. Я хочу, чтобы ты взглянула на эту вещицу.

Профессор достал из кармана пиджака серебряный медальон и прижал к сердцу, будто не хотел ни на секунду с ним расставаться, а затем осторожно раскрыл и протянул Роуз. Она пристально изучила крошечный овал за треснувшим стеклом. И обнаружила, что у девушки на фотографическом портрете такие же большие серые глаза, как у неё самой, и черты лица у них схожи, только эта незнакомка немного старше. Снимок обвивала золотисто-каштановая прядь – точно того же оттенка, что и волосы Роуз.

– Кто это? – прошептала она.

– Ты её узнаёшь? – спросил Кокоболо с надеждой. – Да, Роуз? Прошу тебя, прочитай надпись на обороте!

Девочка послушалась и различила на серебряной поверхности выгравированное сердечко, а в нём три буквы… [другой шрифт] «С. и П.» – это же инициалы! Увидев их, она ахнула и чуть не выронила медальон.

– Ну как, Роуз? – настаивал Кокоболо. – Вы с девушкой на портрете сильно похожи и…

Роуз неуверенно взглянула на профессора и призналась:

– Я никогда не видела маминых фотографий. И папиных. Но моих родителей звали Патриция и Сидни Маддл.

– Конечно! – ахнул Кокоболо, просветлев. – Патриция… Сидни Маддл… любопытно… – пробормотал он себе под нос с озадаченной улыбкой.

– Погодите, – прошептала Роуз, и её голос дрогнул. – Вы же потерпели кораблекрушение… в Индийском океане, верно?

По коже девочки пробежали мурашки. Мисс Гритт, заведующая работным домом из Хоува, рассказывала о том, как погибли родители Роуз. Она утверждала, что Сидни Маддл пропал в море и, скорее всего, утонул.

– Когда вас нашли? – робко уточнила Роуз. – В каком году?

– Летом тысяча восемьсот девяносто четвёртого, – ответил профессор и заинтересованно склонил голову набок.

Роуз побелела. Именно в этом году исчез её отец! А в следующем родилась она. Девочка шлёпнула губами как рыба, но не смогла вымолвить ни слова. Её охватило странное волнение.

– Роуз? – позвал её Кокоболо и ласково стиснул руку девочки. – Кто-то из твоих близких пропал в море?

– Да, – ответила Роуз, встречаясь с его умоляющим взглядом. – Папа. В Индийском океане.

Её терзали противоречивые мысли. Она не знала, что и думать.

Профессор нахмурился и задумчиво повторил имя её отца:

– Сидни Маддл?

Роуз кивнула и погладила фотографию в медальоне. Она не могла отвести от неё глаз. Кто же на самом деле мистер Кокоболо? Почему так совпало, что по пути в Джайпур она встретилась с человеком, у которого оказался миниатюрный портрет девушки, удивительно на неё похожей?

– Думаешь, это твоя мать? – спросил профессор, кивая на медальон.

Роуз покачала головой. Она старалась мыслить здраво.

– Нет, вряд ли. То, что мы с ней на одно лицо, ещё ничего не значит. Я просто представить не могу, чтобы это была она!

Кокоболо уловил тень сомнения в её голосе и добавил:

– Разве не странно, что судьба свела нас вместе? Мы сели в поезд, который шёл в Джайпур, а потом и вовсе оказались в одном купе. По-моему, тут не может быть простой случайности, согласись? Но я уже ничего не понимаю, настолько всё запуталось…

Профессор схватился за голову.

– Такое чувство, что здесь задействованы некие посторонние силы!

Роуз заглянула ему за плечо и увидела, что Акшай до сих пор за ними наблюдает. Она завела профессора в павильон, направившись в тёмный угол за дверью, и как раз вовремя. Мимо прошли трое богато одетых индийцев в тюрбанах с перьями и драгоценными камнями.

Кокоболо дождался, пока они исчезнут в банкетном зале, потом принялся встревоженно озираться и произнёс:

– Генералу – ни словечка о нашем разговоре, хорошо, Роуз? А теперь ступай скорее на пир.

– А вы к нам не присоединитесь?

– Нет, меня ждёт работа в музее. До солнечного затмения надо многое успеть подготовить. Прошу тебя, будь осторожна.

Он печально улыбнулся, выбежал из павильона и поспешил прочь. Роуз проводила его взглядом. Ей всегда говорили, что Сидни Маддл был обычным матросом, а не мудрым учёным, но… вдруг профессор знал её отца? И сохранил папин кулон с фотографией мамы? Приключения в Индии становились всё загадочнее и невероятнее.

Девочка выскочила из павильона и бросилась в банкетный зал, чтобы обсудить только что услышанное с Руи.

11

Пир

Роуз переступила порог банкетного зала, даже не взглянув на уже стоявшего у входа главного стражника. Все стены и потолок покрывала бирюзовая мозаика с миниатюрными зеркалами, блестевшими в свете свечей и хрустальной люстры, поэтому помещение напоминало тайный грот. Дымный запах благовоний из сандалового дерева окутывал всё вокруг, а гул оживлённых голосов переплетался с причудливой музыкой струнных инструментов. Ноты буквально всплывали в воздухе, наслаиваясь друг на друга волнистыми лентами, словно хотели поведать историю, столь же загадочную, как рассказ профессора Кокоболо, а Роуз не могла расшифровать ни ту, ни другую. Девочка решила, что без твёрдых доказательств вообще не поверит, что это и в самом деле портрет её мамы. Наверняка Шерлок Холмс тоже не стал бы спешить с выводами.

Но сердце Роуз бешено колотилось от волнения. Вдруг это всё-таки Патриция? Почему Кокоболо не расстаётся с медальоном?

Красивые танцовщицы сливались в море пурпурных сари[15], плавно скользя по залу, браслеты и колокольчики на запястьях и лодыжках звенели в такт музыке. Около семидесяти гостей расположились прямо на полу на мягких подушках, у низких восьмиугольных столов. Руи говорил, что на пир приедут важные семьи со всей Северной Индии. Они выглядели очень представительно в одеждах из дорогих тканей и украшениях с драгоценными камнями.

Роуз замерла, очарованная зрелищем. Она неловко переминалась с ноги на ногу у стены, пока не заметила Руи в торжественном наряде и с тюрбаном в тон. Мальчик сидел на подиуме, который слегка возвышался над гостями, за столом, предназначенным для махараджи и его приближённых.

Руи энергично махал рукой, глядя прямо на Роуз. Девочка вздохнула с облегчением и поспешила к другу. Устроилась на мягкой подушке и неуверенно огляделась по сторонам.

– А где Бахула?

– Сидит в моей комнате. Дуется, наверное, – ответил Руи. – Генерал потребовал, чтобы на ужине обезьян не было, причём ни одной. Дядя боялся обидеть самую важную персону из британской армии, поэтому нехотя согласился. Всё-таки именно он пригласил главнокомандующего на банкет.

Роуз поджала губы.

– Какой ужас! Бедный Бахула. А я столкнулась снаружи с Кокоболо, мне столько всего надо тебе рассказать!

Она шёпотом передала всю историю профессора о встрече с генералом и о загадочном древнем аппарате, а потом упомянула о фотографическом портрете в медальоне. Руи слушал её с разинутым ртом.

После того как Роуз договорила, он кашлянул и пробормотал:

– Это… просто невозможно. Портрет леди, которая очень похожа на тебя? И он хранился в потайном отделении сундука, с помощью которого Кокоболо держался на плаву после кораблекрушения? Здесь слишком много совпадений и нет точных доказательств.

– Да, всё как будто заранее спланировано, – закивала Роуз. – И Кокоболо так считает.

– Я уже попросил дядю, чтобы он приказал своим помощникам изучить прошлое профессора. Надеюсь, это поможет Кокоболо. А если повезёт и мы выясним что-нибудь полезное…

Руи хотел добавить что-то ещё, но внезапно музыка оборвалась, и танцовщицы покинули зал под вежливые аплодисменты гостей.

– Кстати, генерал платит профессору, – быстро добавила Роуз. – Наверное, поэтому он купил новую обувку, подороже…

Громыхнул удар гонга, и наступила полная тишина. В дверях появился махараджа в сверкающих серебристых одеждах. Он направился к подиуму.

– Намасте, – с улыбкой поздоровался Руи.

– Наместе, – старательно повторила Роуз, сложив ладони вместе.

Махараджа одарил детей ласковой улыбкой и занял место рядом с племянником.

– Ну и как, нашли новые тайны для расследования? – спросил он и весело подмигнул ребятам.

Друзья переглянулись, не зная, что ответить. К счастью, махараджа отвлёкся на очередного гостя, который только что пришёл и сел напротив. Торжественное молчание в зале снова сменилось жужжанием голосов.

– Кокоболо до смерти боится генерала… прямо как мой кулон, – прошептала Роуз. – Может, второй амулет у генерала? И он – новый хранитель?

– Или тот, кто его спонсирует, – предположил Руи.

– Добрый вечер! – прогремел кто-то у Роуз за спиной.

Девочка обернулась и увидела генерала, одетого в военную форму с медалями на груди. Неужели он услышал их разговор? Стараясь принять безразличный, спокойный вид, она крепко стиснула в кулаке янтарный кулон, однако на этот раз камень никак не отреагировал на появление британского главнокомандующего.

– Ваше превосходительство! – воскликнул Руи с фальшивой улыбкой.

– А вот и генерал! – обрадовался махараджа. – Прошу вас, садитесь сюда, между мной и моим другом, тоже уважаемым махараджей. Ведь вы самый главный гость на празднике!

Человек, сидевший рядом с дядей Руи, холодно усмехнулся. В глазах его читалась неприязнь к британскому военному.

– О нет, благодарю вас, – ответил генерал, втискиваясь на подушку между Роуз и Руи, и пробурчал себе под нос: – Лучше сидеть на иглах, чем возле этого негодяя с его кошмарными антианглийскими убеждениями и вонючим дыханием!

Он повернулся к Руи и опять повысил голос.

– Обезьяну не взял? Молодец. Вижу, от той невоспитанной простолюдинки тоже избавился?

С этими словами генерал фыркнул и резким движением схватил со стола салфетку.

– Ничего подобного, – проворчала Роуз. – Вот она я: прям рядом с вами сижу.

Генерал вскинул брови и всплеснул руками. Он даже не узнал Роуз в её изящном джайпурском наряде!

– Что ж, как говорят, горбатого могила исправит, – грубо заявил он. – Сегодня вечером вы прекрасно вписываетесь в общую атмосферу… пока молчите.

– Ага, вы тоже, – буркнула Роуз и вытянула шею, пытаясь разглядеть, есть ли у военного на руке татуировка чёрного солнца.

К сожалению, рукава у мундира были чересчур длинные и полностью закрывали необычно узкие запястья генерала. А ещё он заметил, как Роуз на него смотрит, одёрнул манжеты и нахмурился. Неужели догадался, о чём она думает?

Девочка отвела взгляд, а Руи вежливо спросил:

– Профессор не придёт?

– Он работает в музее допоздна, – ответил генерал. – Солнечное затмение не за горами: многое надо успеть подготовить.

Тем временем слуги поставили на стол огромный серебряный поднос под крышкой-куполом.

Роуз огляделась и заметила, что такие же блюда относят на другие столы.

– Я готов съесть целую лошадь! – прогремел генерал и добавил, схватив за локоть ближайшего слугу: – Но, надеюсь, это не конина?

Индиец поклонился с любезной улыбкой и отошёл, явно не понимая, о чём его спрашивают.

– Грубиян, – буркнул генерал, затыкая салфетку за воротник.

– Вы находитесь на нашем традиционном пиру, ваше превосходительство, – напомнил Руи. – Можете не сомневаться, что в блюдах нет ни конины, ни любого другого мяса. Всё строго вегетарианское.

– И, конечно, невыносимо острое, – проворчал генерал, поморщившись.

Девочка сердито взглянула на военного.

– А вы уже отнесли оборудование в музей?

– С чего ты вдруг этим интересуешься? – огрызнулся генерал, переходя на «ты» и понизив голос так, чтобы только Роуз его услышала. – Мне передали, что ты общалась с профессором один на один. Держись подальше от Кокоболо, юная леди, и не суй свой длинный нос в мои дела, если не хочешь, чтобы его обрубили!

Кожу Роуз защипало, словно она упала в заросли крапивы. Ей вспомнилось, как пристально Акшай наблюдал за ней и Кокоболо. Неужели именно он сдал их генералу? Значит, за профессором и правда следили? А вдруг стражник ещё и подслушал их разговор? Что теперь будет с Кокоболо? Кровь девочки забурлила от ярости и тревоги.

Руи ничего не заметил. Он поднялся и позвонил в колокольчик. Все в зале повернулись к нему, и мальчик поклонился.

– Позвольте сделать небольшое объявление. До того как мы начнём торжественный пир, я хотел бы познакомить дорогих гостей с деликатесом, о котором узнал в Англии.

Руи хлопнул в ладоши, а слуги одновременно подняли крышки серебряных подносов на всех столах. На них лежали сэндвичи с чеддером!

Раздались аплодисменты, которые вскоре стихли. Собравшиеся стали с любопытством изучать британское угощение, и по залу разнеслись подозрительные шепотки. Один гость обнюхал бутерброд, сразу положил обратно на поднос и что-то сказал соседу, показывая на его ступни.

– Прошу, наслаждайтесь вкусом Англии! – произнёс Руи и надкусил сэндвич.

Вдруг в зале раздался электрический треск, а воздухе расплылось серое облако. Роуз вздрогнула. Из-за пелены дыма показался Великий Золтан. Он уверенно стоял, уперев руки в бока, а крупный попугай сидел на резной ширме позади и кивал. Юные помощники, те же самые, которые были с фокусником на базаре, выстроили в ряд кривые зеркала.

– Только не этот напыщенный недоумок! – взвыл генерал. – Мне хватило его жалкого выступления в Дели!

– Золтан! – ахнул Руи, усаживаясь на подушку и сжимая рубин в кармане. – Откуда здесь этот проходимец?

Роуз посмотрела на друга. Она не сомневалась, что на сей раз Руи будет внимательнее следить за рубином.

– Добро пожаловать! – прогремел фокусник, приподнимая мантию одной рукой. – Я – Великий Золтан!

Лицо его было всё таким же белым, но с красными щеками, поэтому он выглядел неестественно и… жутко. Роуз нервно сглотнула.

Гости вежливо похлопали. Золтан нахмурился, явно недовольный скудными аплодисментами.

– Что ж, – сказал он, – мне нужен доброволец, на котором я смогу продемонстрировать свою удивительную власть над разумом человеческим!

– Он про гипноз? – прошептал Руи.

– Вот чертовщина! – вспылил генерал. Он уже умял сэндвич с сыром, засунув его в рот целиком, и теперь облизывал пальцы. – Шарлатан пытался показать свои способности в Дели, причём на мне, но у него ничего не получилось, – добавил военный, наклоняясь к Руи.

Золтан прикрыл глаза от яркого света люстры и сощурился.

– Ага, вот и мой любимый доброволец!

Возражения генерала потонули в громких аплодисментах.

Роуз указала в центр зала большим пальцем и язвительно произнесла:

– Давайте-ка, пошевеливайтесь! Вас ждут! Или духу не хватит? Боитесь, что ли?

– Вовсе нет, – холодно отчеканил генерал, положил салфетку на стол и поспешил к Золтану.

Однако его протесты не закончились.

– Я согласился лишь ради того, чтобы доказать собственную правоту, – объявил он, обращаясь к гостям. – Управлять человеческим разумом невозможно. Это всего лишь трюк фокусника, первоклассное шарлатанство, и я на него не поддамся!

– Да, конечно, – медленно проговорил Золтан, поглаживая острую бородку, будто всерьёз размышлял над речами генерала.

Роуз обратила внимание на то, что он держит в руках монетку на цепочке, сверкающую под люстрой, и генерал краем глаза смотрит на неё.

Монетка ритмично раскачивалась вперёд-назад как маятник, а Золтан всё больше и больше растягивал слова:

– О… чень… лю… бо… пыт… но…

Он щёлкнул пальцами и быстро проговорил:

– Три, два, один! Вы в моей власти!

– Ничего у вас… – начал было генерал, но резко осёкся.

– Что ж? Прав я или нет, ваше превосходительство? Вы в моей власти? – спросил Золтан, подался вперёд и что-то прошептал военному на ухо, прикрыв лицо ладонью.

Все затихли.

Генерал кивнул. Он напоминал заведённую игрушку.

– Посмотрим, – сказал Золтан и отошёл в сторону, шурша тёмной мантией. – Изобразите курицу, ваше превосходительство!

Генерал вскинул локти вверх, вытянул шею и принялся ходить по залу вперевалку, громко кудахча. Изумлённые ахи и охи зрителей перемежались сдавленным хохотом.

Роуз прикрыла рот ладонью, сдерживая смех. Если честно, из генерала с его формой и высокими кожаными сапогами получилась довольно правдоподобная курица! Она покосилась на Руи и увидела, что мальчик даже не хихикает.

Военный расхаживал туда-сюда ещё минут пять, не обращая внимания, что попугай выкидывает разные фокусы. Птица прогуливалась на вытянутых в стороны руках Золтана, прыгала через кольца и балансировала на одной лапке, опустившись на голову генерала.

Наконец махараджа потребовал прекратить это унижение, и Золтан воскликнул:

– Но он ведь сам вызвался! Впрочем, ему не обязательно знать о том, как чудесно он сыграл курицу, верно? Пусть его поведение останется нашей маленькой тайной!

Фокусник щёлкнул пальцами и скомандовал:

– Станьте снова самим собой!

Попугай спикировал на ширму и принялся тихо насвистывать, разглядывая коготки, словно он был вовсе ни при чём.

– Как я и говорил, управление человеческим сознанием (или гипноз, если вам угодно) – полный бред и… – начал было генерал, но запнулся и озадаченно окинул взглядом ликующих гостей.

Золтан схватил военного за руку, и они вместе поклонились.

– Значит, хитрец умеет манипулировать другими, – пробормотал Руи себе под нос.

– Гипноз! Право слово! – фыркнул генерал, отряхивая плечи, а затем воскликнул, оглядывая ладонь: – А это что, птичий помёт?! Откуда он здесь?!

Он потянулся за носовым платком, но выудил из кармана вовсе не аккуратный квадратик белой ткани, а фиолетовый носок. Даже не взглянув на него, генерал вытер руку. Зрители взвыли от смеха.

Золтан поспешно выхватил носок и подмигнул аудитории.

– Прошу прощения, он принадлежит мне!

– Что? – ошалело переспросил генерал.

Золтан метнулся к ширме, щёлкнул пальцами, и в зале затрещали искры. В следующую секунду попугай и его хозяин растворились в облаке дыма. Помощники великого волшебника поспешили отнести зеркала за портьеры.

Генерал помахал рукой перед носом, хрипло кашляя, и проворчал:

– Какой странный человек… и какое скучное представление! Так или иначе… – Он расправил плечи и уже громче произнёс: – Поскольку сейчас я завладел всеобщим вниманием, думаю, пора сделать важное объявление.

Он умолк, дожидаясь бурных аплодисментов, однако в зале воцарилась тишина. Роуз и Руи подались вперёд, навострив уши.

– Хм… – неуверенно протянул генерал и заговорил: – Мне весьма приятно сообщить вам о том, что мой благородный покровитель, который пожелал остаться анонимным, пожертвовал огромную сумму на строительство ограждённого лагеря в пустыне за Джайпуром. Все уличные бродяжки, большие и маленькие, отправятся туда в заключе… то есть на постоянное жительство и будут находиться вдали от местных жителей. Им дадут одежду, они даже получат кое-какое образование и смогут работать на меня. Это очистит улицы города от бедноты – источника болезней и преступлений. Если проект возымеет успех, мы возьмём его за основу и воплотим в жизнь во всех городах Британской Индии.

Потрясённые гости молча слушали генерала.

Щёки Роуз зарделись от ярости, и она сердито процедила:

– Он хочет их запереть за стенами… в пустыне… только потому, что у них нет ни гроша за душой?!

– Теперь ясно, что они задумали – генерал и его покровитель, – прошептал Руи, с отвращением глядя на военного. – Создать тюрьму для самых уязвимых членов нашего общества! Отобрать у них свободу! Нет уж, мы такого не допустим!

– Это почти что работный дом, – добавила Роуз, сжимая кулаки. – Небось их заставят трудиться забесплатно, чтобы напыщенная свинья могла на них нажиться!

– Возмутительно, – прошептал махараджа соседу, который побагровел от гнева.

– Мы очистим улицы и… – продолжил генерал, но резко замолчал и растерянно моргнул. Глаза у него заволокло туманом, и он медленно проговорил, взглянув на карманные часы: – Мне… пора… идти…

Он кинулся к дверям. Роуз и Руи переглянулись. Генерал мчался к выходу, не обращая внимания ни на кого вокруг и задевая гостей.

– Что с ним? – удивилась Роуз. – Куда его понесло?

– Ведь банкет ещё даже толком не начался, – вставил Руи, провожая его задумчивым взглядом.

Слуги начали уносить подносы с английским угощением, но Руи попросил, чтобы на их столе ничего не трогали, и принялся жевать очередной сэндвич, размышляя над произошедшим.

– Ты видела его запястья? Там есть татуировка? – спросил мальчик с набитым ртом.

– Не-а, но он вроде бы понял, что я её высматриваю, и это ему явно не понравилось.

– И кто такой этот проклятый покровитель? – произнёс Руи, прекрасно понимая, что на вопрос пока нет ответа.

В зал уже вносили основные блюда: горячий рис с пряной приправой карри и свежие лепёшки. Полчаса спустя банкет был в полном разгаре, но генерал не вернулся. Ребята продолжали перешёптываться, то и дело оглядываясь на двери: они обсуждали, куда мог пойти военный, кто снабжает его деньгами и где находятся врата.

– Без четверти девять, – объявил Руи, сверившись с карманными часами. – Мало того…

Он не успел договорить. Стол задрожал, блюда и бокалы зазвенели, пол затрясся. Гости затихли, встревоженные таким поворотом событий. Люстра под потолком раскачивалась вперёд-назад, а янтарный кулон обжигал кожу хозяйки.

– Что происходит?! – взвизгнула Роуз.

Помещение завибрировало, и девочку отбросило в сторону. Казалось, стены зала раздувала невидимая сила: они будто стали резиновыми.

– Землетрясение! – воскликнул Руи, подхватывая сэндвичи, чтобы они не соскользнули на пол.

Мальчик водрузил серебряный поднос себе на голову и взял Роуз за локоть. Акшай подбежал к махарадже и его уважаемому гостю, обхватил своими сильными руками и повёл к выходу. Толпа с криками неслась к дверям, а осколки мозаики дождём сыпались с потолка. Двери оказались полностью забиты паникующими людьми, которые пытались протиснуться в них все одновременно, и ребята оказались в ловушке. Комната буквально рассыпалась у них на глазах.

– Осторожно! – завопил Руи, притягивая Роуз к себе и орудуя подносом как щитом.

Большой кусок обвалившегося потолка упал к их ногам. Раздался громкий треск, и девочка ощутила, как что-то тяжёлое врезалось в затылок. Она покачнулась, теряя равновесие.

– РОУЗ! – вскрикнул Руи, но не успел подхватить подругу.

Она рухнула на пол, и перед ней поднялось облако пыли.

А в следующую секунду… всё потемнело.

* * *

Роуз почувствовала, что разум утягивает в туманный вихрь.

Чья-то миниатюрная рука поглаживала тёмный янтарный диск с оранжевым кружком в центре. Роуз ахнула. Она видела мир глазами другого хранителя! Тьма вокруг дрожала и громко трещала. Звук был такой, будто огромный валун раскалывался на мелкие камешки. По телу девочки прошла волна страха.

– Получается! – прогремел устрашающий голос. – Пещер-р-ры фор-р-р-мируются!

Новый хранитель перевёл взгляд на зеркало, искажённое и словно живое.

В стекле зажглись два ярко-красных глаза, и Роуз завизжала:

– НЕТ!

Хранитель кулона Верульфа замер (может, почувствовав её вопль), но быстро отвлёкся на что-то в углу сумрачного помещения. Роуз увидела грубо сколоченную клетку, и сердце у девочки защемило. Там сидели чумазые ребятишки в драных туниках. Они жались друг к другу и плакали, а один из мальчишек, лет семи, не больше, сильно походил на Руи. Худенькие ручонки сжимали прутья, глаза блестели от слёз.

Зачем эти негодяи поймали детей и посадили их в клетку?! Роуз хотелось протянуть парнишке руку помощи, но сейчас она ничего не могла сделать.

Хранитель повернулся к человеку в плаще, отворившему громадные двери, и в сотрясающемся пространстве зарделся пурпурный треугольник. Частички черноты плавали в фиолетовой пелене, образуя жуткие паутины. Подул ветер, лицо последователя Верульфа обдало неприятным запахом, как от гнилых овощей.

Вдруг раздался громкий крик, и Роуз почувствовала приятное волнение, нарастающее в груди тёмного хранителя. Ей стало тошно.

Треугольник света наполнил помещение невыносимым грохотом, от которого сотрясалась земля. Хранитель упал на бок и схватился за холодный камень, но тот рассыпался в мелкую крошку. Тьма вокруг пульсировала, пропитываясь страшной силой: казалось, что пространство расширяется.

– Пр-р-рочувствуй др-р-ревнюю магию гор-р-рода, и она укр-р-репит твой кулон, – проревел Верульф из зеркала.

Последователь Верульфа метнулся к чему-то высокому с покатыми стенами, и Роуз поняла, что именно там находится источник пурпурного света. Это был своего рода сервант, напоминающий пирамиду.

Запястье хранителя облегало нечто металлическое, холодное, как лёд, и стискивало кожу.

Неровный корпус пирамиды завибрировал, и хранитель закрыл глаза. Теперь Роуз не могла ничего видеть, но чувствовала злорадное торжество пока неизвестного ей соперника.

В ледяные оковы на запястье ударил заряд невероятной силы. Он прошил вены в руке и разлился по телу последователя Верульфа, наполняя его удивительной мощью.

В то же время Роуз ощутила, как сама она постепенно слабеет, словно волшебство утекает из её кулона. Она не понимала, что происходит. Голову медленно окутывал чёрный туман, прогоняя девочку из сознания нового хранителя…

– Ты одолеешь Р-р-роуз Маддл, – доносились до неё слова Верульфа, отдаваясь в ушах. – Она потер-р-ряла силы, как и её кулон. Теперь наш амулет окрепнет. Всё уже готово к солнечному затмению. Мы откр-р-роем вр-р-рата, мой мир-р-р пр-р-роникнет в ваш и…

Всё вокруг окончательно заволокло густым туманом, и он заглушил голос чудовища.

12

Тик-так

Роуз перекатилась на другой бок и что-то пробурчала в полусне. Голова раскалывалась.

Откуда-то издалека, словно из-под толщи воды, донёсся испуганный голос Руи:

– Ты в порядке?

«Где я? – подумала девочка и сощурилась от света, льющегося в окно через щели в ставнях. – Уже утро? Как я сюда попала?» Ей вдруг вспомнился кулон Верульфа на бледной ладони неизвестного хранителя. Она распахнула глаза и резко села в постели.

– Ай! – вскрикнула Роуз и схватилась за затылок.

Руи метнулся к ней и крепко обнял. Бахула ласково потёрся о её ногу.

– Роуз! Мы так переживали! Тебя перенесли сюда сразу после того, как обрушилась крыша. Помнишь землетрясение? Ты сильно ударилась головой. Мы с Бахулой всю ночь от тебя не отходили.

Роуз потрогала шишку и поморщилась.

– Да, помню. Кажется, я в порядке.

Голос дрожал, и в сознании до сих пор всплывали фрагменты недавнего видения. Она опустила взгляд на кулон, но он оказался на удивление холодным и безжизненным. Неужели Верульфу и правда удалось лишить сил её амулет? Похитить магию волшебной подвески?

– Что-то не так с моим амулетом, – быстро заговорила она. – Я попала в сознание другого хранителя. Не знаю, кто это, но я видела Верульфа в зеркале и…

Роуз замялась, не зная, как всё объяснить.

Она вскочила с кровати и затараторила:

– Руи, затмение уже завтра, нельзя терять время и…

Но перед глазами всё поплыло, и она снова рухнула на матрас.

– Тише, тише, – ласково произнёс мальчик, пытаясь её успокоить. – Отдохни немного, хорошо? К сожалению, у меня есть печальная новость. После вчерашнего землетрясения на Джайпур опустилась тяжёлая атмосфера… и ещё… – Руи трясущейся рукой достал карманные часы, постучал по стеклу и добавил: – Они остановились.

Роуз посмотрела на циферблат. Стрелки замерли на сорока восьми минутах девятого.

– Это момент, когда землетрясение было в самом разгаре? – спросила девочка.

– Именно! – ответил Руи, убирая часы. – И они больше не заводятся, как бы я ни пытался. Причём то же самое произошло со всеми устройствами во дворце, измеряющими время. Наверное, это связано с волшебными вратами!

– Да, пожалуй, – согласилась Роуз, прикрывая кулон ладонью. Она чувствовала, что работать перестали не только часы, но и магия амулета. – Руи, мы должны сходить в музей и найти брата мистера Гупты. Иначе новый хранитель выпустит Верульфа в наш мир!

– Значит, портал пока закрыт?

– Именно, – ответила Роуз, сгорбившись.

Затылок болел, и мысли путались. Она обхватила руками голову и поморщилась.

– Похоже, они только готовятся к солнечному затмению. Побежали в музей, скорее!

– Ну-ну, Роуз, подожди. Конечно, мы туда пойдём, но ты ведь ещё не оправилась! Пожалуйста, расскажи обо всём, что показал кулон, и не спеши, – размеренно произнёс Руи, стараясь успокоить подругу.

Роуз перевела дыхание.

– Верульф вызвал землетрясение. А оно тоже связано с вратами…

Девочка сообщила все подробности видения: Верульф в зеркале, клетка с перепуганными детьми, загадочный треугольник света, вытягивающий энергию из города и янтарного кулона Альбиона. Руи и Бахула внимательно её слушали.

– Разве им не нужны оба кулона для того, чтобы открыть портал? – спросил мальчик с надеждой в голосе. – Как было с Янтарной чашей в Хоуве? Без тебя они ни на что не способны.

– Даже не знаю, – прошептала Роуз, торопливо заплетая волосы в неряшливую косичку.

Голова опять заныла, и девочка поморщилась. Бахула заметил, что ей больно, и нежно обнял за лодыжку, стараясь поддержать.

– Всё в порядке, – успокоила его Роуз. – Честное слово.

Она наклонилась, чтобы найти сандалии под кроватью, но маленький макак уже метнулся туда, достал их и вручил Роуз.

– Думаешь, они могут обойтись и без твоего амулета? – уточнил Руи, усаживаясь на кровать рядом с Роуз, пока она обувалась.

– Верульф сказал хранителю, что их кулон окрепнет, получив силы из моего… тогда я и в самом деле почувствовала, как он становится мощнее, и ты взгляни, что стало с янтарём! Он совсем блёклый и безжизненный! Не знаю, как они это провернули, но ночью им удалось похитить магию моего амулета!

Она опустила взгляд на Бахулу, который кружил возле неё, вздыбив шерсть, и спрятала подвеску под тунику.

– Мне страшно, Руи. Вдруг теперь у них достаточно сил, чтобы открыть врата? И мой кулон им сейчас вовсе не нужен?

Руи обхватил лицо ладонями и с тревогой посмотрел на Роуз. Девочка ещё никогда не видела его таким взволнованным, и от этого ей становилось не по себе.

– Но что им нужно? – пробормотал он.

– У них есть странный буфет в форме пирамиды, а в нём треугольник света, – объяснила Роуз. – Наверное, он и станет порталом в мир теней. Мы должны его найти. И детей – тех, из клетки… они были ужасно напуганы!

Она осеклась и прижала кулак к губам, с трудом сдерживая рыдания.

– Зачем им дети? – спросил Руи.

– Не знаю, – всхлипнула Роуз.

– Тебе стоит выглянуть на улицу, – мягко посоветовал Руи и подошёл к окну. – Такое впечатление, будто Джайпур лежит под проклятьем.

– Проклятьем? – переспросила Роуз, присоединяясь к другу и посмотрев на улицу через решётчатые ставни.

– Тёмная магия проникла во все уголки моего драгоценного города, – объяснил Руи.

Яркие розовые здания, которые восхитили Роуз накануне, были серыми и мрачными. Люди собирались в огромную процессию с телегами и верблюдами, увешанными тяжёлыми свёртками. Горожане казались встревоженными и нервно озирались по сторонам, но мир вокруг окутывала жуткая тишина. По спине Роуз пробежали мурашки, и она отшатнулась от окна.

– Они уходят из Джайпура?

– Похоже, наконец прислушались к брату мистера Гупты, который их предупреждал, – ответил Руи.

– И мы не будем стоять на месте, – решительно произнесла Роуз.

Страшно было представить, что в любой момент Верульф может выбраться из царства теней и погрузить Землю во тьму. «Нет уж, я ему не позволю», – подумала она.

Мальчик открыл дверцу потайного хода, и Бахула сразу юркнул в тоннель.

– Тогда поспешим в музей! Прошу, мисс Маддл, – вежливо проговорил Руи, пропуская Роуз вперёд.

13

И птицы стихли

Ребята выбрались из потайного хода у сухого дерева, склонившегося к стене дворца. Их обдало порывом ветра и странной вонью, словно от гниющей плоти. Роуз поёжилась, а Бахула прижался к земле, и ушки зверька тревожно дрогнули.

Руи поднял руку, призывая Роуз и Бахулу не шевелиться, и растерянно произнёс, глядя на узкую полосу неба между зданиями:

– Я не слышу птиц…

Ветви деревьев не шелохнулись, оплетённые лианами и окутанные тишиной. Даже молчаливые кроны не шуршали на ветру. Птицы не просто перестали петь – они исчезли!

Руи опустил руку и шагнул вперёд.

– А теперь в дорогу. Надо скорее добраться до музея.

Они очутились на бульваре, который ещё вчера был полон жизни и красок, а сегодня стал хмурым и выцветшим, будто размытым водой. Кто-то тащил за собой пустую телегу, сгорбившись и опустив голову. Горожанин этот присоединился к процессии, которая медленно двигалась по улице, покидая Джайпур. Люди привязали свои пожитки на спины животных или водрузили прямо себе на головы. Напуганные дети жались к матерям. Больше всего Роуз поразила холодная тишина. Никто не произносил ни слова.

Бахула выгнул спину и что-то сердито затараторил. Руи подхватил зверька на руки и погладил, стараясь утихомирить.

– Очевидно, теперь все поверили в безумные речи Бабануна о дне затмения.

– Да, брат мистера Гупты прав, – согласилась Роуз, радуясь, что жители оставляют Джайпур.

По крайней мере, они будут в безопасности, находясь как можно дальше от волшебных врат.

– Сразу после того, как посетим музей, попробуем найти Бабануна, верно, Руи? – добавила она.

– Конечно, – ответил мальчик. – Нам туда. Пройдём через базар.

С порога ближайшего дома на Роуз зарычала собака, и девочка взвизгнула от неожиданности. Она врезалась в Руи, но ребята чудом удержали равновесие и поспешили дальше. Казалось, стены на узких улицах сжимались, пытаясь раздавить их, и липкие путы страха всё плотнее оплетали Роуз. У неё создавалось чувство, что за ними следят из окон, но стоило ей поднять взгляд, и она встречала лишь забитые досками рамы, запертые двери и закрытые ставни.

Лотки, ещё накануне заполненные яркими товарами, стояли пустые посреди безлюдной базарной площади. Одинокие фрукты и овощи, брошенные на прилавках, были облеплены мухами и испускали жуткую вонь, заменившую волшебный аромат благовоний и специй. Нос Роуз защипало, её даже начало подташнивать.

– Подожди, – сказал Руи. – Я кое-что проверю.

Он залез на сцену, где накануне выступал Золтан. Роуз и Бахула поспешили за ним. Из оборудования там почти ничего не осталось, только ящик в форме гроба.

Мальчик внимательно рассмотрел тяжёлый замок на цепи, осмотрел болты на дверце и задумчиво пробормотал:

– Хм… интересно, как он разыграл своё исчезновение?..

Руи постучал по «гробу». Раздался глухой звук. Очевидно, внутри ничего не было.

– А это разве не велосипедный замок? – спросила Роуз, дёрнув за цепь.

По пути в Индию она изучила список механизмов, с которыми работал великий фокусник Гарри Гудини, и отлично запомнила именно этот, поскольку он сильно отличался от других: к увесистому замку прилегала цепь около фута[16] длиной.

– Ага! – подтвердил Руи. – Вот это да, Роуз! Прекрасное наблюдение. Странный выбор, согласись? Ведь обычно его используют исключительно для велосипедов!

Роуз хотела что-то добавить, но внезапно её кулон вспыхнул на секунду, и в груди всё сжалось. Она вдруг ощутила всеобъемлющий ужас, какого ещё никогда раньше не испытывала.

Девочка приподняла янтарь, висящий на цепочке, и показала Руи.

– Гляди!

Руи сощурил глаза. Чёрная точка в центре стала крупнее и пульсировала. Однако несколько мгновений спустя она уменьшилась и замерла.

– Значит, он не сломан? – спросил Руи.

– Скорее, болен, – ответила Роуз, потирая ноющий затылок, и поморщилась. – Как и Джайпур. Здесь всё поразил странный недуг.

К сцене подошла старушка с перекинутым через плечо узлом из простыни, в котором были её пожитки. Она показала пальцем на Роуз и что-то закричала на хинди.

Руи оттащил подругу в сторону. Ребята спрыгнули со сцены и помчались наутёк. По пути Роуз оглянулась через плечо. Старушка перестала кричать, она протягивала к ним руку, а затем показала на солнце в небе.

– О чём она говорила?

– Что затмение принесёт городу несчастье… приближается конец света и… ты тоже должна это чувствовать!

Роуз нервно сглотнула. Так и есть.

Бахула, дрожа от страха, залез на плечи Руи и обхватил шею мальчика обеими лапками.

– Почти пришли, – доложил Руи, показывая на широкую улицу, обрамлённую закрытыми магазинчиками.

Она упиралась в громадное здание с верандами и балконами на изящных арках и округлыми крышами, воздвигнутыми над башенками. Роуз подумала, что сооружение очень похоже на особняк с привидениями.

– Х-хорошо… – неуверенно проговорила она, огибая кормушки для птиц – каменные ванночки, наполненные зёрнами.

От них исходил запах гнили, повсюду роились мухи. Неужели зёрна и правда могли так быстро испортиться? Нет, здесь точно замешана тёмная магия!

Ребята стали подниматься по лестнице, ведущей к главному входу, и вдруг янтарный кулон снова начал пульсировать. Роуз нахмурилась и посмотрела на камень. Точка в центре увеличивалась и уменьшалась, словно пытаясь о чём-то предупредить хранительницу. Сердце девочки сжалось от страха.

– Тут происходит что-то недоброе, – прошептала девочка.

Руи набрал воздуха в лёгкие и решительно толкнул тяжёлые, обитые бронзой двери. Жуткий скрип эхом разнёсся по музею.

14

Музей

Ставни были закрыты, а свет в вестибюле выключен, но у входа стояли массивные деревянные ящики и коробки.

Руи осмотрел один из ящиков, самый большой, и подозвал Роуз.

– Смотри! – шепнул он, показывая на жирную надпись на боку.

ХРУПКИЙ ГРУЗ!

ЧАСТНОЕ ИМУЩЕСТВО

ДЕПАРТАМЕНТА КОСМОЛОГИИ

МУЗЕЯ ДЖАЙПУРА

Роуз ахнула.

– Его перевозил генерал вместе с профессором! Это ящик, который они отправили в музей с вооружённой охраной!

Руи залез на соседний ящик, встал на цыпочки и приподнял крышку.

– Пусто! – доложил он, спрыгивая на пол.

В ту же секунду Роуз заметила кое-что ещё. В самом низу ящика была поставлена печать: чёрная эмблема солнца с человеческим лицом.

Мальчик наклонился, держа на руках Бахулу, и воскликнул:

– Ну и ну! Значит, генерал со всем этим связан!

– Так и знала! – сердито добавила Роуз.

Руи поспешил изучить остальные коробки и ящики.

– Посмотрим, что ещё можно найти, – сказал он, откидывая крышки и заглядывая внутрь.

Бахула повторял все его действия.

Девочка обвела взглядом мраморный вестибюль и увидела несколько широких коридоров.

Один из них был отгорожен от холла воротами из кованого железа, на которых висела табличка:

Департамент космологии

Роуз тихо окликнула Руи и направилась к воротам. В этот момент они резко распахнулись, и железо громко ударило по стене.

В вестибюль выбежал генерал, яростно крича:

– В смысле… ПРОПАЛ?!

Роуз в ужасе отпрыгнула, но генерал успел её заметить и побагровел от возмущения.

– А ты что здесь делаешь?! – воскликнул он и угрожающе щёлкнул хлыстом, который держал в руке.

– Решила посмотреть на всякие диковинки, – дрожащим голосом ответила Роуз. – Это же музей.

– А… э-э-э… – протянул Руи, подходя к ним. – Вообще-то она со мной. И он тоже!

Бахула выглянул из-за ног мальчика, а потом Руи и макак натянуто улыбнулись.

Из коридора показался профессор Кокоболо, похоже, до смерти перепуганный.

– Не понимаю, – бормотал он. – Всё было на месте, когда я вышел из музея в половине девятого…

Профессор увидел Роуз и осёкся.

– Молчать! Дурак болтливый! – рявкнул генерал, отталкивая Кокоболо. – Наш покровитель придёт в бешенство. Это его аппарат! Если мы не считаем необходимые данные во время солнечного затмения, он не пожертвует деньги на мои новые прожекты… Где работники? ЖИВО СЮДА!

После его призыва в коридоре послышались торопливые шаги, и в вестибюль выбежал длиннобородый сотрудник музея в розовом тюрбане.

– Вы… э-э-э… как вас там? – закричал генерал. – Из департамента космологии исчезло ценное оборудование! Что вы на это скажете? Если пропажу немедленно не отыщут, вам несдобровать!

– Я доктор Кумар, – ответил учёный, сердито глядя на грубияна из-под яркого тюрбана.

Он перевёл взгляд на ребят, и Роуз подумала, что его улыбка больше похожа на оскал.

Но доктор Кумар не успел ничего добавить, потому что генерал снова заворчал:

– Да-да, Кумбар, не могли бы вы объясниться? Почему ценности не охраняются должным образом? Я требую срочного расследования столь наглого ограбления!

Кумар поморщился.

– Возможно, вы не заметили, но вчерашнее землетрясение дурно сказалось на городе. Джайпур опустел, на него словно наложили страшное проклятье. Боюсь, сейчас нам не до вашего пропавшего оборудования.

– Проклятье! – фыркнул генерал, поправляя мундир. – Какие же вы суеверные! Одного землетрясения хватило, чтобы всех до смерти напугать. Если вам хочется верить во всякую чушь о землетрясениях и затмениях… пожалуйста! Меня волнует только то, что аппарат моего покровителя УКРАДЕН. Если незамедлительно его не найдёте, шкуру с вас сдеру! ПОНЯЛИ? Шкуру сдеру!

Генерал указал на учёного хлыстом, и рукав его мундира задрался, обнажив запястье. Роуз увидела кошмарную татуировку чёрного солнца и отшатнулась. Руи понимающе кивнул, мол, он тоже в курсе.

Генерал достал карманные часы, встряхнул их и сразу убрал.

– Чёртова штуковина больше не работает… Я вернусь во дворец. Вы – со мной, Кумбар. Попросим стражников, чтобы они отыскали оборудование и наказали вора. Кокоболо, ждите здесь. Охраняйте место преступления.

Генерал сунул в руку профессора ключ с головой змеи, развернулся на каблуках и понёсся к выходу, ругаясь по пути на несчастного доктора Кумара.

– Вы в порядке, профессор? – спросила Роуз, когда двери захлопнулись за генералом. – Что случилось?

Кокоболо покрутил в пальцах ключ: изумрудные глаза змеи блеснули. Вид у профессора был уставший.

– Сейчас я вам всё расскажу. Мы пойдём в департамент космологии, – произнёс он, двинувшись к кованым воротам и пропуская ребят в слабо освещённый, но широкий коридор.

– Генерал называет пропавший аппарат «Тенепорт», – объяснил Кокоболо, запирая ворота на отдельный ключ, закрывая задвижку и нервно озираясь по сторонам.

– «Тенепорт»? – переспросила Роуз, и по её коже пробежали мурашки.

– Вы привезли его в поезде? – уточнил Руи.

– В том большом ящике? – добавила Роуз, показывая на контейнеры в вестибюле.

– Да, – ответил Кокоболо и замер перед красивым арочным проходом, оплетённым изящными медными змеями. – Оборудование очень опасное, – тихо продолжил он, – и теперь его украли. Ну а я стоял на пороге воистину удивительного открытия…

Он вставил змеиный ключ в скважину и повернул. Железные рептилии, закрывающие проход, начали извиваться, будто живые. Роуз заметила, как Руи поёжился.

Двери распахнулись с тихим щелчком, а Руи поднял взгляд на профессора.

– Для чего нужен «Тенепорт»?

– Признаюсь, раньше мне не встречались подобные устройства, – ответил Кокоболо, шагая вместе с ребятами по коридору. – И я до сих пор не до конца понимаю, откуда аппарат получает необходимую энергию…

Профессор помрачнел и сгорбился.

– Боюсь, он будет крайне опасен в ненадёжных руках, если его могущество используют во зло… ведь благодаря ему можно навсегда избавиться от всего что пожелаешь!

Он покачал головой и клацнул переключателем, залив светом просторное помещение с высокими сводами, но без единого окна. Роуз внимательно слушала профессора, разглядывая замысловатое научное оборудование, находившееся в комнате. Бахула сновал туда-сюда, огибая металлические клетки, электромагнитные клапаны и стеклянные баки, от которых тянулись чёрные провода.

– От чего, например? – спросил Руи.

– Ну… от стульев, коробок, других вещей… – пробормотал Кокоболо.

– И куда они пропадают? – поинтересовалась Роуз, широко распахнув глаза от удивления.

Профессор пожал плечами.

– Как раз это я и собирался выяснить. Всякая пропавшая вещь на время заряжала генератор, словно подпитывала электричеством. Я мог совершить величайшее научное открытие нашего времени, узнать, как перемещать предметы в пространстве… даже человек мог бы путешествовать с помощью «Тенепорта», причём не только по нашей планете, но и по всей вселенной! Генерал и его покровитель понимали, насколько велик потенциал древнего аппарата, поэтому финансировали его изучение. А сейчас об исследовании можно забыть. Устройство украли и…

Слева раздался металлический треск, и Бахула тотчас запрыгнул Руи на руки, громко крича и тыча мохнатой лапкой туда, откуда только что прибежал. Треск сменился жутким скрежетом, а затем помещение наполнило хриплое тиканье.

– Бедняга! Перепугался чуть ли не до смерти. Похоже, он нечаянно включил один из механизмов, – запричитал Кокоболо и поспешил по винтовой лестнице вниз.

Ребята побежали за ним.

Роуз ахнула, увидев перед собой громадную конструкцию футов тридцати[17] шириной, занимавшую всю нижнюю комнату от пола до потолка. Она скрипела и вибрировала, а планеты, окружавшие искусственное солнце, медленно двигались по орбите.

– Что это? – спросила Роуз, стараясь перекричать шум.

– Модель Солнечной системы! – ответил Кокоболо, заходя за стойку с тремя металлическими рычагами.

Профессор засучил рукава рубашки и с силой надавил на один из рычагов.

– Татуировки нет, – шепнула Роуз, и Руи кивнул.

Луна стала медленно кружиться вокруг Земли, и профессор пояснил:

– Механизм демонстрирует гелиоцентрическую систему мира, основанную на теории Николая Коперника – европейского астронома и математика, который родился в последней трети пятнадцатого века. Именно он утверждал, что планеты вращаются вокруг Солнца.

Блеск медных деталей отражался в серых с лазурным оттенком глазах Роуз. Солнце в центре конструкции тоже начало вращаться, и девочка нахмурилась, когда оно повернулось к ней чудовищным чёрным лицом с пылающими красными очами.

– Что за… – пробормотала она, отшатнувшись.

Руи молча разинул рот.

Кокоболо заметил, что им неприятно, и быстро остановил машину, опустив очередной рычаг.

– Чёрное солнце, – пролепетала Роуз.

– Простите, не хотел вас напугать, – извинился Кокоболо. – Да и мне не по себе от этого солнца. Модель принадлежит покровителю генерала. Она очень древняя и ценная. Говорят, её использовали для того, чтобы рассчитать, когда ждать солнечного затмения. Она уже находилась здесь, когда я приехал, но…

Профессор вздрогнул. Очевидно, эта деталь конструкции вызывала у него отвращение.

– Покровитель… – задумчиво повторила Роуз.

Очевидно, он был связан с культом Чёрного Солнца.

– Покажите, пожалуйста, где хранился «Тенепорт», – попросил Руи.

– Да-да, конечно, – выпалил Кокоболо и бросился к винтовой лестнице.

Роуз и Руи последовали за ним. Очутившись в верхней комнате, профессор отвёл ребят к дальней стене. Каблуки дорогих ботинок звонко стучали по полу.

Профессор вытер пот со лба носовым платком и кивнул на стеклянный бак с водой, в котором легко мог поместиться взрослый мужчина во весь рост.

– «Тенепорт» стоял вон там, за вакуумной камерой.

Они обошли резервуар, и профессор остановился у пустого квадрата, очерченного полосами чёрного маслянистого осадка.

– Даже не представляю, как его умудрились похитить, – со вздохом произнёс Кокоболо. – Помещение полностью изолировано, окон нет, а ключ всего один: вот этот, – добавил он, показывая ребятам жуткий змеиный ключ. – Накануне генерал вернулся с банкета раньше, чем я ожидал, и поторопил меня. Мы ушли вместе, заперев за собой все двери. «Тенепорт» тогда ещё никуда не исчез! – воскликнул он, всплеснув руками.

– Генерал сюда приходил? – удивился Руи. – Во сколько?

– Где-то в восемь двадцать, – ответил профессор. – Как раз до землетрясения. Это было крайне неожиданно. Я думал, он задержится допоздна и вряд ли заглянет в музей. Кстати, двери он запер сам, а ключ забрал с собой.

«То есть ключ был у генерала?» – подумала Роуз и многозначительно посмотрела на Руи, но тот не встретился с ней взглядом. Мальчик сидел на полу, изучая маслянистые полосы. Сначала потёр странную субстанцию между пальцев и понюхал, а потом проследил за отметинами из той же склизкой массы, которые обрывались у стены.

– Какую информацию вы надеялись получить во время затмения? – деловито осведомился Руи, поворачиваясь к профессору.

– Генерал хотел напитать аппарат энергией солнца по просьбе своего покровителя. Возможно, загадочный вор знал о том, что «Тенепорт» может стать ещё более могущественным благодаря энергии, собранной во время затмения? Если у него недобрые намерения, он может натворить немало бед. Генерал настаивал, чтобы я испытал аппарат на живых существах…

– Живых?! – ахнула Роуз, содрогнувшись от ужаса.

– Разумеется, я отказался, – продолжил профессор. – Аппарат был совершенно к этому не готов и работал не так исправно, как хотелось бы, значит, использовать его на животных небезопасно. Любой предмет, который мы закладывали в машину, исчезал бесследно, и его уже не видели…

Кокоболо мертвецки побледнел и тяжело вздохнул.

– Что я наделал…

Роуз посмотрела на него с сочувствием, однако решилась задать вопрос, который вертелся у неё на языке.

– А какой формы «Тенепорт»? Как он выглядит?

– Как пирамида, – ответил Кокоболо. – А что?

В памяти девочки всплыл треугольник света из видения, и к горлу подкатила тошнота. Руи вскочил, взял Роуз за руку и отвёл в сторону.

– Спасибо, профессор. Надеюсь, аппарат найдётся. Зовите, если вам потребуется помощь.

15

Любопытство

Ребята вернулись в вестибюль. Руи задумчиво посмотрел на два широких коридора, размышляя, куда именно пойти.

– Затмение уже завтра, – напомнила Роуз. – Надо скорее во всём разобраться.

– Ты права. Мы должны немедленно проверить кабинет мистера Гупты. Бахула, покажешь дорогу?

Маленький макак сразу помчался к комнате, в которой работал его бывший хозяин. Роуз и Руи бросились за ним по просторному коридору с яркими картинами и стеклянными витринами.

– Я теперь даже не сомневаюсь, что треугольник света, который я видела, горел в «Тенепорте», и именно в нём откроются новые врата, – говорила Роуз на бегу. – Только не пойму, кто его украл и куда спрятал? Я всё-таки думаю, что новый хранитель – генерал. Больше некому!

– Хм… – протянул Руи, проводя рукой по волосам. – Он является последователем культа Чёрного Солнца, судя по татуировке на запястье, и вчера вечером ушёл с банкета ещё в самом начале. Вдобавок он сильно удивился тому, что аппарат пропал и выглядел очень рассерженным. Думаешь, он притворялся?

Они завернули за угол и обнаружили дверь, богато украшенную золотом. Вход охраняли два белых мраморных слона.

Бахула принялся царапать дверное полотно, Роуз и Руи поспешили к зверьку.

– Наверняка притворялся, – ответила Роуз, продолжая разговор. – У него оказалось достаточно времени, чтобы попасть в музей до землетрясения. Но как он умудрился вынести из зала тяжёлый аппарат? Из поезда его вытаскивали шестеро стражников, и все были красные от натуги! Он бы не сдвинул «Тенепорт» в одиночку.

– Точно. Конечно, аппарат смазали и волокли по полу, чтобы облегчить задачу, но один человек всё равно бы не справился, – согласился Руи, внимательно оглядывая золотую дверь.

– Но маслянистые полосы обрывались у стены, – заметила Роуз и, не обращая внимания на табличку «ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН», повернула ручку.

Дверь оказалась не заперта и легко отворилась.

– В таком случае вообще ничего не сходится, – пробормотал Руи.

Мальчик огляделся по сторонам, проверяя, нет ли за ними хвоста, а затем вся троица зашла внутрь. Перед ними предстала каменная лестница, на которую падали разноцветные пятна света из витражных окон. Она вела ко второй двери с табличкой: «МИСТЕР ГУПТА, ЗАВЕДУЮЩИЙ МУЗЕЕМ».

– Отлично сработано, Бахула, – похвалил Руи обезьянку и распахнул дверь.

Друзья заглянули внутрь, и их встретило обилие сочных красок. На стенах висели старинные картины с изображением обезьян, на полках стояли фигурки этих забавных животных и разные украшения с ними же.

Роуз никогда в жизни не видела столько обезьян! Они были повсюду, за исключением разве что широкой полосы персидского ковра, лежащего в середине комнаты и доходившего до двух высоких книжных шкафов и письменного стола.

Бахула сразу забежал в кабинет.

Руи покружился на месте, изучая всё вокруг, и воскликнул:

– Святая обезьяна!

Оправившись от потрясения, мальчик поспешил к столу.

– Я поищу что-нибудь связанное с братом мистера Гупты, а ты попробуй отыскать статую Ханумана. Хорошо?

– Хорошо, – согласилась Роуз.

Девочка подула на прядь волос, упавшую на лицо, и опустилась на колени прямо напротив нижней полки, чтобы осмотреть коллекцию игрушечных обезьянок, раскрашенных вручную.

– Хм… Интересно, что Бабанун надеялся найти? – вслух рассуждал Руи, проверяя корешки томов в кожаных обложках. – Здесь сплошные энциклопедии по археологии, – доложил он и стал исследовать ящички стола.

Те оказались пустыми, и Руи всплеснул руками.

– Что-то не так с этим кабинетом. Где все наработки мистера Гупты? Где вычисления? Мы как будто попали на базар, к продавцу сувениров с обезьянами, а не в кабинет талантливого археолога!

– Слушай, кулон хотел, чтобы мы сюда пришли, – сказала Роуз, вспоминая, как настойчиво он пульсировал, когда она вместе с Руи обсуждала будущую вылазку. – Тут просто обязано быть что-то полезное!

Роуз оглянулась и заметила мохнатую головку Бахулы, выглядывающую из-за коричневой занавески у двери.

– Что ты там делаешь? – спросила девочка, подошла ближе и отдёрнула занавеску.

За ней обнаружилась выемка в стене, выложенная мерцающей плиткой трёх цветов: розового, оранжевого и голубого. А в центре алькова красовалась уже знакомая статуя с мудрой улыбкой. В кабинете мистера Гупты нашёлся целый уголок, посвящённый обезьяноподобному богу!

– Нашла! – шепнула Роуз, вспоминая видение.

И совсем неудивительно, что мистер Гупта устроил здесь алтарь Ханумана. Похоже, ему очень нравились эти умные создания. А его верным спутником тоже была обезьянка – Бахула.

Роуз почтенно склонила голову, приветствуя улыбчивую статую. Девочка полностью отвлеклась на своё открытие, совершенно позабыв, что Руи до сих пор ищет подсказки возле письменного стола.

– Интересно, зачем кулон мне тебя показал? – дружелюбно обратилась она к Хануману.

Бахула запрыгнул в альков и сел подле статуи, подражая её позе и широкой улыбке. А потом вдруг вытянул лапу и нажал на макушку обезьяны. В ту же секунду выемка начала медленно, беззвучно вращаться.

Девочка разинула рот от изумления. Алтарь повернулся к ней другой стороной, и теперь она смотрела на точно такую же статую Ханумана, только с закрытыми глазами. А Бахула… исчез бесследно! Роуз вспомнила, как зверёк кричал и волновался, когда она поведала Руи о своём видении. Наверное, Бахула знал про тайник и пытался объяснить ребятам, где его искать!

– Руи… – прошептала Роуз, потрясённая случившимся.

– Вероятно, мы что-то упускаем, – пробормотал мальчик, стуча себя кулаком по лбу.

– Э-э-э… я хотела тебе кое-что сказать, – отозвалась Роуз, подходя к изваянию вплотную.

– Это грубая ошибка…

– РУИ!

– Да? Что? – встрепенулся друг.

Роуз надавила на голову статуи, как это делал Бахула, и ухмыльнулась.

– Вот что!

Лицо Руи озарила улыбка восхищения, когда он увидел, как Роуз медленно вращается вместе с альковом против часовой стрелки.

– Потряса…

Восклицание Руи оборвалось, и всё вокруг заволокло одеялом тьмы. Роуз прижалась к холодной плитке, гадая, что ждёт её на другой стороне…

Вскоре в глаза ей ударил солнечный свет, а к ногам метнулся маленький макак. Роуз наклонилась погладить зверька по спинке, и он улыбнулся с довольным видом.

– Знаешь, по-моему, ты самая умная обезьянка на свете, – сказала девочка. – Но где же мы, Бахула?

Роуз шагнула вниз и оказалась на балкончике, под стеклянным куполом, выкрашенным по ободу в синий цвет, усеянным звёздами. В жёлтых лучах танцевала мелкая пыль, неподалёку возвышался медный телескоп.

– Азиатский слон! – воскликнул Руи, выпрыгивая из алькова. – У него была личная обсерватория! Это её искал Бабанун?

– Наверное, – медленно проговорила Роуз и перегнулась через перила, чтобы посмотреть на восьмиугольную комнату внизу.

Она была футов двадцать[18] шириной, с длинным вытянутым столом в центре и бесчисленными книжными шкафами. Между книгами были зажаты разные причудливые вещицы, а на стенах висели старые карты. У спиральной лестницы, ведущей к балкончику, располагался необычный прибор, похожий на планету, окружённую медными кольцами.

– Ну и ну! – воскликнула Роуз. – Прямо музей в музее!

Кулон не обманул: статуя Ханумана и в самом деле скрывала важный секрет. Правда, Роуз не знала, что именно должна найти в обсерватории. Вероятно, нечто, связанное с волшебными вратами?

– Другое дело! – радовался Руи, сбегая вниз по ступенькам. – Хей-хо!

Мальчик уже жадно изучал обстановку, и Роуз легко опередила друга ещё на лестнице, пока он глазел на ближайший книжный шкаф.

– Просто невероятно, – бормотал Руи, перегнувшись через перила и поглаживая крупную окаменелую раковину на полке. – Думаю, это личная коллекция мистера Гупты. Смотри, сколько здесь удивительных реликвий! Я готов хоть на всю жизнь тут остаться!

– Ага, но у нас нет времени, – напомнила Роуз. – Ведь завтра затмение.

Она направилась к стеллажам в углу комнаты, но её внимание отвлекла огромная картина, от которой мурашки побежали по коже. Девочка поспешила к полотну вместе с Бахулой.

Картина высотой футов десяти[19] занимала всё пространство от пола до потолка, а рама состояла из деревянных змей, переплетённых с языками пламени. В центре холста сверкал громадный рубин. Он был написан на фоне закатного неба. Громадный чёрный диск закрывал солнце, но свет лился из-за краёв.

– Затмение, – прошептала девочка, обращаясь к Бахуле, который запрыгнул на подлокотник кресла возле картины. – И… рубин? Рубин мистера Гупты?

Зверёк кивнул.

Под солнцем с чёрным диском и красным камнем простирался розовый городской пейзаж. Роуз угадала в причудливых силуэтах обсерваторию Джантар-Мантар, находящуюся в самом сердце Джайпура. Те же каменные ступени вели в пустоту. А ниже, под городом, холст покрывали спутанные чёрно-коричневые тени.

Роуз приблизилась, чтобы разглядеть их, и поняла, что это вовсе не хаотично набросанные пятна, а сеть подземных тоннелей! И по ним ползают жуткие тёмные существа…

– Чтоб меня, Бахула! – ахнула Роуз. – Что это такое?!

В самом низу, у рамы, сиял пурпурный треугольник, написанный более яркой, светлой краской, и у верхнего его окончания пылала красная точка. По лёгким мазкам внутри геометрической фигуры было трудно что-либо понять, однако девочка различила жуткий силуэт с ветвистыми рогами… Верульф!

Роуз вдруг стало зябко, и она крикнула:

– РУИ!

Не прошло и секунды, как мальчик уже стоял подле неё и смотрел на картину.

– Потрясающе. Пожалуй, это самая очевидная подсказка из всех, что мне встречались!

А Роуз обратила внимание, что по обеим сторонам от треугольника нарисованы янтарные кулоны: один – золотистый с чёрной сердцевиной, другой – тёмный с оранжевой точкой в центре.

– Смотри, – сказала она, показывая на аккуратные овалы. – Амулеты Альбиона и Верульфа. Вот они – врата в другой мир!

Руи достал из сумки лупу и внимательнее изучил картину.

– Здесь же изображён рубин мистера Гупты? – уточнила Роуз. – Как он со всем этим связан?!

Руи выудил драгоценный камень из кармана и задумчиво нахмурился.

– Поэтому тебя хотели украсть? – произнёс он, обращаясь прямо к рубину, сверкающему в лучах солнца, пронзающих стеклянный купол. – Неудивительно, что мистер Гупта стремился любой ценой остановить ритуал в Хоуве. Он понимал, что похожая история может повториться в Джайпуре. Но откуда здесь волшебные врата?..

Роуз поёжилась.

– Не знаю.

Мальчик опустился на колени и поднёс лупу к нижнему левому краю картины, где от руки была выведена аккуратная надпись.

– Ну что? – спросила Роуз.

– «Камень пламени и Пещеры междумирья во время затмения в тысяча семьсот двадцать девятом году», – прочитал Руи. – Хм… В этом году уже велось строительство Джайпура. Всё любопытнее и любопытнее!

– Погоди-ка, – одёрнула его Роуз, широко распахнув глаза. – Пещеры! В моём видении Верульф что-то упоминал… думаю, сейчас «Тенепорт» именно там – в Пещерах междумирья! И с его помощью Верульф хочет открыть портал!

Роуз не забыла, как сотрясалась земля вокруг хранителя тёмного кулона, будто пещеры только формировались вокруг…

– Никогда о них не слышал, – признался Руи, наводя лупу на тени в тоннелях. – И что это за кошмарные создания?!

– Стой, а тут подпись? – спросила Роуз, показывая на несколько букв, замазанных чёрной краской.

– Действительно! – воскликнул Руи и поднёс лупу к надписи. – Похоже, картину написал… Векс Бальдо?..

– Кто это?

– Понятия не имею.

Руи достал блокнотик, записал имя азбукой Морзе и добавил:

– Как нам повезло!

– Ты о чём? – удивилась девочка. – Что здесь хорошего? В Джайпуре скоро откроются врата, и Верульф вторгнется в наш мир с армией мерзких крадунов! А мы даже не знаем, как ему помешать!

– Ошибаешься, моя дорогая Роуз, – ответил Руи.

Он вскочил на ноги и расхаживал туда-сюда перед картиной.

– Пускай твой кулон лишился сил, но не всё ещё потеряно! Рубин мистера Гупты играет важную роль в тёмном деле, а сейчас он в наших руках! И если без него невозможно открыть врата, значит, у Братства Чёрного Солнца нет шансов!

– Возможно, – согласилась Роуз. – Значит, надо унести рубин подальше от Джайпура?

– Да! И как можно скорее! Время не ждёт!

– Но мы до сих пор не нашли загадочного Бабануна! – добавила Роуз.

Вдруг из-за стены раздался сердитый голос:

– Кто там?

Ребята притихли.

– Это доктор Кумар? – неуверенно прошептал Руи.

Роуз подняла взгляд на лестницу, которая связывала комнату с балконом, и в ужасе обнаружила, что альков развернулся не до конца: сквозь щель виднелся кабинет мистера Гупты. Они ведь и не подумали задёрнуть за собой занавеску! Мистер Кумар сразу заметит тайный проход, если заглянет в комнату.

Девочка уже слышала его шаги: похоже, учёный шёл по каменной лестнице, ведущей к кабинету.

– Если генерал прознает об обсерватории, нам несдобровать, – затараторила Роуз. – Надо быстрее вернуться в кабинет и задёрнуть занавеску! СРОЧНО!

Они помчались вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Голос мистера Кумара стал громче.

– Посетителям сюда нельзя, – говорил он с нарастающим недовольством.

Роуз торопливо забралась на балкон, протиснулась в узкую щель в алькове и выскочила в кабинет, спотыкаясь на ходу.

– Я слышу, что вы там! – кричал мистер Кумар, щёлкая каблуками туфель по полу.

Руи показался у алтаря Ханумана ровно в тот момент, когда повернулась ручка двери.

Времени на то, чтобы закрыть тайный ход, не оставалось. Роуз резким движением задёрнула коричневую занавеску, и та раздулась от порыва ветра, когда мистер Кумар распахнул дверь кабинета.

16

Секрет рубина

Руи поспешно выпрямился, и Роуз встала рядом с другом у занавески, отчаянно надеясь, что мистер Кумар не заметит, как они запыхались.

– А где Бахула? – прошептал Руи девочке на ухо.

Роуз поморщилась. Они совсем забыли про зверька! И даже тайный ход закрыть не успели… Вот вляпались так вляпались!

Доктор Кумар остановился перед ребятами, и ярко-розовый тюрбан слегка покачнулся на его голове.

– Опять вы двое!

Роуз покосилась на алтарь, и учёный проследил за её взглядом. Он с подозрением нахмурился.

– Что там?

– Стойте! – вскрикнула девочка, но мистер Кумар уже отдёрнул занавеску.

Бахула сидел рядом со статуей Ханумана, копируя его позу, а проход в тайную обсерваторию был надёжно закрыт.

Роуз вздохнула с облегчением. Всё-таки он и правда самая умная обезьянка на свете!

Макак подбежал к Руи и принялся вертеться у его ног.

– Вам нельзя тут находиться, – сказал доктор Кумар, поглаживая бороду. – Эта часть музея не для посетителей.

– Примите наши искренние извинения, – вежливо ответил Руи, расплываясь в очаровательной улыбке.

– Уходите немедленно, – строго произнёс учёный. – Дворцовые стражники прибыли осмотреть здание в поисках пропавшего оборудования генерала. И почему вы ещё в Джайпуре? Все, у кого есть хоть частичка здравого смысла, бегут из города. Здесь небезопасно.

Мальчик сцепил руки в замок за спиной и поднял взгляд к потолку.

– Видите ли… Мистер Гупта сопровождал меня в путешествии по Англии, но, как вам известно, именно там он трагически погиб. Я проникся к нему глубочайшим уважением и надеюсь отдать брату мистера Гупты небольшой сувенир – всё, что осталось у меня на память о наставнике после его смерти. Мы всего лишь… хм… хотели выяснить, где искать этого родственника.

Роуз энергично закивала, поддерживая друга.

– Да, мистер Гупта был великим человеком, – с печальным вздохом протянул доктор Кумар. – А в тёмные времена такие люди особенно ценны. Сарбат да бхала.

Учёный опустил голову, и Руи поспешно объяснил:

– Доктор Кумар желает всем благословения. Это последняя фраза в сикхской молитве, она означает «пусть каждый будет процветать».

Затем он сложил ладони вместе и поклонился, а Роуз повторила всё за ним. Выражение лица доктора Кумара слегка смягчилось. Похоже, Руи сумел завоевать доверие учёного. Мальчику вообще хорошо это удавалось. Он всегда знал, что сказать в нужную минуту.

– После смерти мистера Гупты музей уже не тот, – признался доктор Кумар. – Можно сказать, его захватил генерал… и у нас сразу начали твориться странные дела. Последние две недели сюда постоянно приносят странные посылки…

Ребята переглянулись.

– О содержимом не сообщают даже мне – заведующему музеем! – добавил мистер Кумар, ударяя себя в грудь.

– Заведующему? – повторил Руи, вскинув брови. – То есть вы заняли место мистера Гупты?

– Да, – спокойно ответил мистер Кумар и пристально взглянул на мальчика, словно прикидывал, стоит ли добавить нечто важное. Вероятно, он всё-таки передумал, поскольку вернулся к предыдущей теме разговора: – Что вы хотели отдать его брату?

– Рубин с тюрбана, – заявил Руи.

Роуз нахмурилась. Зачем об этом говорить?

– Рубин? – переспросил учёный, раздувая ноздри. – Он у вас?!

На мгновение в его глазах мелькнуло растерянное выражение, но быстро исчезло, и он повторил:

– Он у вас?

– Да, – произнёс Руи. – Мы хотим как можно скорее его вернуть.

– Но… камень… – забормотал доктор Кумар, и на его лбу выступили капельки пота. – Он очень ценный… и стал бы… хм… прекрасным экспонатом для нашего музея.

Роуз посмотрела, как дрожат его пальцы, и подумала: «Ага, конечно, а я королева Англии! Ясное дело, что-то тут нечисто!»

– У него богатая история, связанная с Джайпуром, – продолжил доктор Кумар. – По слухам, он принадлежал самому махарадже, я имею в виду Савай Джай Сингха Второго.

Ребята подались вперёд.

– Невероятно! – воскликнул Руи. – Я и не знал!

Роуз с подозрением взглянула на доктора Кумара. Отчего-то она не доверяла учёному. Девочка помнила, как Руи рассказывал о том правителе, когда они гуляли по обсерватории Джантар-Мантар. Савай Джай Синхг, астроном и махараджа, жил много лет назад. Он спроектировал город и всё причудливое оборудование, которое хранилось во дворце и использовалось для наблюдения за звёздным небом.

– Вы взяли рубин с собой? – поинтересовался доктор Кумар, склонившись над Руи.

Будь он волком, Роуз подумала бы, что хищник вот-вот прыгнет на добычу. Она покосилась на Руи, пытаясь задать ему немой вопрос: «Ты же не отдашь камень, правда?» Сейчас ей казалось, что бесчисленные обезьяны в кабинете мистера Гупты пронзали их взглядами в наступившей тишине.

– Нет, – ответил Руи, делая шаг назад. – Не взяли. Мы оставили камень в абсолютно безопасном месте.

Наконец Роуз смогла вздохнуть спокойно. Ей вовсе не хотелось, чтобы доктор Кумар увидел рубин.

– А вы знаете, где искать брата мистера Гупты? – спросил Руи.

Глаза доктора Кумара стали узкими, как щёлочки.

– Бабануна? Он святой человек, последний в своём роду, и предупреждал нас о проклятье, которое постигнет город. Видите ли, семья мистера Гупты веками охраняла рубин. Вероятно, Бабанун скрывается в пещерах у комплекса Галтаджи, за храмом Ханумана.

– Храмовый комплекс на горном перевале? Конечно, я знаю, где это, – сказал Руи. – Спасибо, доктор Кумар. Мы обязательно найдём Бабануна.

Роуз стиснула кулаки, глядя на учёного исподлобья.

– Но он совершенно безумен и склонен к жестокости, – добавил Кумар, погрозив ребятам пальцем. – А незнакомых людей не жалует.

– Уже не терпится с ним повстречаться, – пробурчала Роуз.

– Бабанун пытался предупредить жителей Джайпура об опасности, связанной с солнечным затмением, – продолжил доктор Кумар. – Его прогнали из города, но речи о проклятье оказались отнюдь не безумными. – С этими словами он боязливо покосился на окно и добавил: – Однако я ни в коем случае не советую искать встречи с Бабануном. Если, конечно, вам жизнь дорога.

– Жизнь дорога! – ахнула Роуз.

– Возможно, вы позволите мне отнести рубин Бабануну? – поспешно предложил мистер Кумар, заламывая руки.

– Нет-нет, благодарю, – произнёс мальчик, подводя учёного к двери.

Роуз и Бахула последовали за ними.

– Спасибо вам большое за помощь, – добавил Руи с улыбкой. – Мы с Роуз обсудим, как лучше поступить. И за предупреждение тоже спасибо. Уверяю вас, мы даже не подумаем идти к столь опасному, безумному человеку, который прячется в пещерах.

17

Храм Ханумана

К трём часам того же дня друзья раздобыли во дворцовой конюшне двух верблюдов, пересекли раскалённую пустыню и добрались до подножия холмов. Роуз заслонила глаза от палящего солнца и посмотрела на величественный горный хребет Аравали, уходящий вершинами в небо. Она так увлеклась, что чуть не потеряла равновесие и неуклюже покачнулась. Руи, явно привыкший ездить верхом на верблюде, умело направлял его вперёд, к сторожке у горной тропы. Мальчик отпил воды из плоской фляги и обернулся.

– Справляешься, Роуз?

– Ага, конечно! Всё замечательно!

Девочка дёрнула за поводья, надеясь поторопить верблюда, но только раскачала цветные помпоны на узде.

– Ну чего ты плетёшься? – пожаловалась она.

Верблюд сплюнул на землю, и белая пена зашипела на горячем песке.

– Очаровательно, – проворчала Роуз.

После музея ребята сразу вернулись во дворец, чтобы собраться в путешествие и наметить маршрут. Для того чтобы незаметно увести верблюдов, им понадобилось больше времени, чем они рассчитывали. Зато им удалось подслушать разговор Акшая со стражниками. Оказывается, ещё до землетрясения с улиц пропало много бездомных ребятишек. Махараджа хотел защитить тех, кто остался в городе, и сохранить порядок, поэтому с сегодняшнего дня запретил жителям покидать дома после восьми вечера.

Роуз нахмурилась, вспоминая клетку с детьми из кошмарного видения. Что от них нужно тёмному хранителю? На банкете генерал объявил о своём намерении создать «работный дом» в пустыне и поселить там помимо взрослых неприкаянных мальчишек и девчонок с улиц. Не очень похоже на простое совпадение… но как связаны эти события? Ядовитый торт запутанного дела наращивал всё больше и больше слоёв!

Наконец её верблюд нагнал Руи с Бахулой и остановился. Роуз подула на прядь волос, упавшую на лицо, жадно отпила воды из фляги, которую протянул друг, и вытерла пот со лба.

Мальчик спрятал флягу в седельную сумку и показал на узкую горную тропу.

– Вперёд! Храм Ханумана недалеко, и нас ждёт Бабанун!

Он дёрнул за поводья, и верблюд послушно тронулся с места.

Роуз окинула взглядом покосившиеся лачуги возле сторожки и поёжилась. У девочки появилось неприятное чувство, что за ней наблюдают, хотя вокруг не было ни души, кроме свиней и коз, гулявших у подножия холмов.

Она решила, что зря себя накручивает, и со вздохом повела верблюда к тропе.

Однако в тени между двумя постройками действительно скрывался человек в тёмных одеждах, в его руке блестел серебряный кинжал, а рядом топтал землю ретивый чёрный конь…

Заброшенная деревня скоро осталась позади. Дорога извивалась как змея, и Роуз чувствовала себя совсем крошечной на фоне обширного горного пейзажа.

– Ты уверен, что мы найдём Бабануна? – спросила она. – Он ведь прячется ото всех.

– Найдём, – заверил подругу Руи. – Только имей в виду, дядя меня предупреждал, что Бабанун ведёт себя довольно агрессивно и рьяно обороняет укрытие, как и говорил доктор Кумар. По крайней мере, те, кто его видел, рассказывают страшные истории.

Роуз опять чуть не свалилась с верблюда.

– Какие истории?! – уточнила она, сощурившись.

Об этом Руи не упоминал!

Мальчик отмахнулся, словно тут не было ничего серьёзного.

– Ну… якобы он бросается камнями, насылает проклятия… выдирает зубы…

– Зубы?! РУИ!

– Не бойся, Роуз. Слухи всегда искажают реальность и раздувают из мухи слона. И бешеный пёс зачастую лишь лает, но не кусается.

– Погоди, а Бабанун что, ещё и кусается?!

– Слушай, моя дорогая Роуз, кем бы он ни был и что бы ни делал, Бабанун – единственный оставшийся в живых родственник моего уважаемого покойного наставника. Он предупреждал горожан об опасности, которую может принести солнечное затмение, значит, ему известно хоть что-то о вратах и мире теней. К тому же это мудрый, святой человек, духовный учитель… и брат мистера Гупты. Я ни капли не сомневаюсь, что он нам поможет.

– Скорее, духовный мучитель, судя по тому, что ты про него рассказываешь, – проворчала Роуз, потрясённая историей про выдирание зубов.

Девочка нервно сглотнула и поджала губы. К сожалению, выбора пока нет. Они не знают, как не допустить открытие портала. А если Верульф и жуткие крадуны проберутся в мир людей, всё погрузится во тьму, а солнце, наверное, погаснет навсегда. Роуз даже думать не хотелось о том, что тогда станет с ней, Руи и Бахулой.

По крайней мере, было приятно отвлечься от тяжёлой атмосферы, царившей в Джайпуре. Сухая ноябрьская жара быстро сменилась прохладным горным ветерком, трепавшим платок на волосах Роуз.

– А я всё думаю о Кокоболо и фотографии из медальона, – вдруг произнёс Руи.

– Да? – Роуз встрепенулась и снова попыталась нагнать Руи, но её верблюд, похоже, никуда не торопился.

Мальчик покачал головой.

– Что скрывает Кокоболо? Замешан ли он в тёмной истории? И если да, то как? Это какая-то аномалия, а от них мне всегда становится не по себе!

Роуз подумала, что ей тоже наверняка было бы не по себе от «аномалии», знай она, что это такое, но решила не заострять внимание на заумных словечках и просто кивнула.

– Мне жалко профессора, – заявила девочка. – По-моему, генерал и его покровитель им пользуются. Сомневаюсь, что мы как-то связаны, но кое-что общее у нас есть. Я понимаю, каково это, когда ничего не знаешь о собственном прошлом. Как будто везде ты чужой, а на твоей жизни стоит жирный знак вопроса. Кокоболо хочет чувствовать себя нужным, быть своим хоть где-то, а мне это близко.

Они проехали мимо ветхого домишки, стоявшего у развилки, и Руи выбрал тропу, круто уходившую вверх.

– Я тебя понимаю. Во дворце многие верят, что на мне лежит проклятье, и я чувствую себя лишним, – признался Руи.

Роуз заметила, что сегодня утром к нему относились ещё хуже прежнего. Ведь землетрясение произошло сразу после того, как Руи вернулся в Джайпур, а потом атмосфера в городе накалилась, и сплетники опять взялись за своё. Все шипели, когда видели мальчика, хлопали дверьми, спеша убраться подальше.

Руи хорошо держался, но Роуз догадывалась, что ему очень горько.

– Больше всего на свете мне хочется доказать им, что я не приношу несчастья: со мной интересно разговаривать и я отличный слушатель… Почему они продолжают так себя вести? Я ведь и махараджей становиться не собираюсь. Мне куда интереснее работа детектива!

– Я вот считаю, что ты потрясающий, – заверила друга Роуз.

– Правда? Настолько потрясающий, что могу победить тебя в гонке? – с хитрой усмешкой спросил Руи, и его верблюд пошёл быстрым шагом. – Хей-хо!

– Эй, погоди! Так нечестно! Мой бегать не умеет, – пожаловалась Роуз и крикнула, наклонившись к уху верблюда: – И вообще совсем меня не слушается!

Внезапно он помчался вперёд, и Роуз стало раскачивать так, будто она сидела на пружине.

– А-а-а! – завопила девочка.

К счастью, она не свалилась с верблюда и вскоре догнала Руи, хохотавшего как гиена.

– Почти добрались, – объявил он, и в ту же секунду прогремели четыре ружейных выстрела, сообщая о том, что наступило четыре часа. – Комплекс Галтаджи! Храм Ханумана совсем рядом.

Они поехали дальше по узкой тропке. Верблюд Роуз шёл немного неуверенно и уже не так быстро. Девочка опустила взгляд на лощину, где располагался изумительно красивый храмовый комплекс, льнущий к каменистым склонам. Он напоминал затерянный древний город. Казалось, серые колонны и многоэтажные веранды высекли из самой горы. Повсюду мерцали водоёмы, и в них отражалось безупречно голубое небо.

– Это… волшебно! – ахнула Роуз.

– Тсс! – шикнул Руи. – Слышишь?

Друзья замолчали. В воздухе звенели птичьи песни.

– Не знаю, что за проклятье легло на Джайпур, но на Галтаджи оно не распространилось, – сказал Руи. – Это хороший знак.

Роуз уловила не только щебет птиц, но ещё и голоса, напевающие тихие молитвы. Ветер подхватывал их и разносил по горам вместе со сладким ароматом жасмина. Девочка пригляделась и заметила монахов в оранжевых одеяниях. По спине у неё пробежали мурашки. Это место и в самом деле особенное. Она перевела дыхание и потрясла кулон в надежде, что тот очнётся, но камень оставался холодным и безжизненным.

Руи выкрикнул что-то на хинди, и оба верблюда резко опустились на колени. Девочка покачнулась и взвизгнула.

– Эй! – пожаловалась она, вцепившись в шею верблюда.

Руи спрыгнул на землю и схватил поводья. После того как Роуз спешилась, он привязал животных к стволу скрюченного деревца, на ветвях которого развевались выцветшие под солнцем ленты.

– Вот и всё, – сказал мальчик, отряхивая руки.

Роуз подняла взгляд на храм Ханумана. Его стены патрулировали обезьяны, самые разные, большие и маленькие. Они внимательно наблюдали за ребятами и, казалось, обсуждали их между собой.

Руи прикрыл глаза от солнца и всмотрелся в тёмные отверстия, зиявшие в щербатых горных склонах.

– Вероятно, пещера Бабануна где-то там, – предположил он.

Неожиданно Бахула пискнул и отбежал вправо, скрывшись в кустах. Через секунду зверёк выглянул оттуда и радостно сообщил друзьям что-то на своём языке.

Руи поспешил к нему.

– Похоже, он приходил сюда с мистером Гуптой! Превосходно!

Бахула помчался вниз по кривым ступенькам, скрытым в тени нависающего каменного выступа. Ребята осторожно спускались вслед за ним, радуясь всем кустам и валунам, отделявшим их от крутого обрыва. Завернув за последний угол, друзья очутились на широком плато, залитом жгучим солнцем. Отсюда открывался великолепный вид на пустыню и розовые здания Джайпура милях в пяти[20] от них.

– Погоди, а куда Бахула делся? – спросила Роуз.

– БА-ХУ-ЛА! – позвал Руи, сложив ладони рупором. – Бахула! Бахула! Баху-у-у-у-у-ла-а-а-а-а!

Зов Руи разнёсся эхом по широкой лощине.

Ветви над головами ребят зашуршали, и по горе покатились булыжники. Роуз и Руи огляделись и обнаружили, что перед ними словно из ниоткуда появилась целая компания желтовато-бурых обезьян, совсем не похожих на Бахулу. Они были крупнее, с длинной шерстью, цепкими лапами и грозно выпирающими бровями.

– Ч-что за… – пробормотала Роуз и попятилась.

– Не бойся, – успокоил её Руи. – Гульманы – коренные жители здешних мест. Правда, красивые? Они очень мирные и дружелюбные.

Мальчик цокнул языком и потянулся к ним. Самый большой гульман щёлкнул челюстью, и Руи тут же отдёрнул руку. Другой примат обогнул ребят сзади, а вскоре к нему присоединились три собрата.

Роуз и Руи оказались в ловушке.

– Что-то не выглядят они д-дружелюбными, – заметила девочка, запинаясь от страха.

Гульманы оскалились и зарычали. Карие глаза зверей грозно блестели.

– Ну-ну, хорошие обезьянки, – проворковал Руи, с неподдельным ужасом глядя на то, как они поднимаются на задние лапы.

– Нам конец, – прошептала Роуз, похолодев.

– Гульманы не едят мясо, – возразил Руи. – Они вегетарианцы… прямо как я.

– Может, тогда с тебя и начнут? – съязвила Роуз, хотя голос у неё дрожал.

Вдруг из-за высокой груды камней показался человек, с ног до головы закутанный в лёгкую чёрную ткань: видны были только глаза. Ритуальный кирпан покоился в ножнах на поясе – незнакомец разрезал воздух коротким серебряным кинжалом. Гульманы сразу разбежались в разные стороны, громко крича и размахивая длинными хвостами.

Душа Роуз ушла в пятки. «Ну вот, – подумала девочка, – теперь нам точно конец».

18

Ловкость рук

Незнакомец (судя по всему, тот же самый сикх, которого они встретили в поезде) кивнул и показал кинжалом налево, призывая ребят следовать за ним.

– Наверное, лучше послушаться, – прошептала Роуз.

Неужели они угодили в какую-то замысловатую ловушку? Гульманы вернулись обратно и снова окружили их, перекрывая путь к отступлению. С другой стороны прямо в скале зияла чёрная дыра треугольной формы. Бахулы нигде не было видно.

– Похоже, он приглашает нас в пещеру, – сказал Руи и нервно сглотнул.

– Я с ним спорить не буду, – ответила Роуз, покосившись на крутой обрыв с острыми выступами и валунами, которые в любой момент могли покатиться по горе.

Мальчик стиснул руку Роуз, и друзья шагнули в темноту, навстречу далёкому огоньку, мелькавшему в глубине пещеры. Им приходилось ступать осторожно, держась за холодную стену. До них доносились безумные голоса, всё нарастающие, и девочка крепко сжимала кулон.

– Аур тедж[21], – рявкнул сикх, подталкивая Руи в спину.

– Он говорит, чтобы мы шли быстрее, – объяснил мальчик.

Роуз послушалась. Песнопение на незнакомом языке теперь слышалось отчётливо, отдаваясь эхом от каменных стен, но потом стихло. Ребята завернули за угол и оказались в просторной пещере футов тридцати высотой. В самом центре возвышалась гордая статуя обезьяноподобного бога Ханумана. Подле изваяния горели благовония, а у ног Ханумана лежали цветы. Повсюду стояли свечи, разгоняя полумрак, а от них тянулись реки затвердевшего воска. На выступах сидели гульманы, при виде детей они перестали умываться и принялись взволнованно кричать. Не считая их, здесь вроде не было ни одной живой души.

– Йе ве хейн[22], – прохрипел с утвердительной интонацией кто-то, и эхо умножило слова, создавая впечатление, будто говорят сразу несколько человек.

Роуз огляделась. Она не могла понять, где прячется обитатель пещеры. Сердце билось так быстро и отчаянно, что стук отдавался в ушах.

– Хаан[23], – ответил сикх.

– О чём они? – прошептала девочка.

– Похоже, нас ждали, – со страхом произнёс Руи, и Роуз сковал ледяной ужас.

Из-за статуи показался тёмный силуэт, и Роуз отшатнулась, прижав ладонь к губам. Сквозь марево жёлтого света от огня свечей на девочку не мигая смотрел сгорбленный старик со спутанными волосами до пояса, одетый лишь в набедренную повязку и весь покрытый белым пеплом, с ног до головы. Он смахивал на воскрешённого мертвеца. Лоб у него был выкрашен в шафрановый цвет, а от линии волос до кончика носа тянулась жирная красная полоса. Взгляд был сосредоточен на Роуз, а на Руи он даже не обращал внимания.

Девочка ахнула и попыталась отойти, но сикх перекрыл ей дорогу. Старик вытянул узловатый палец, и на его груди звякнули ожерелья с бусинами. Роуз хотела закричать, но боялась открыть рот, до сих пор переживая из-за историй про выдёргивание зубов. Внезапно она осознала, что отшельник показывает вовсе не на неё, а на янтарный кулон.

Он приблизился почти вплотную (Роуз слышала его хриплое дыхание), продел палец через цепочку и подтянул к себе амулет.

Внимательно изучил и поднял взгляд на Роуз.

– Хранительница, – прошептал старик по-английски.

Девочка вжала подбородок в грудь.

– Что вам известно о янтарном кулоне? – спросил Руи, склонив голову набок.

Старик оскалился – или улыбнулся? – обнажив длинные зубы с широкими промежутками, а затем отошёл на пару шагов.

– Мне известно о великом зле, которое вы привели за собой, – ответил он, глядя на Роуз. – Вы принесли несчастье нашему городу. Сюда, – добавил старик.

Он развернулся и похромал к костру, разведённому в пещере.

Сикх подтолкнул Роуз в спину, и ей ничего не оставалось, кроме как последовать за отшельником. Дым поднимался к потолку дрожащими завитками и собирался в густые клубы.

– Вы брат мистера Гупты? – с опаской уточнил Руи.

Старик кивнул.

– Меня зовут Бабанун, и здесь мы можем говорить обо всём. Снаружи небезопасно. У гор есть уши. В Джайпуре пробудилось то, что должно было дремать вечно. Я предупреждал их… но они не слушали.

Бабанун сел на каменный пол, скрестив ноги так ловко, что ступни легли на бёдра. К нему подбежал гульман и принялся перебирать седые волосы старика, выискивая в них грязь и распутывая колтуны. Отшельник оглянулся на мохнатого друга. Тот весело закричал, отбежал в сторону и запрыгнул на каменный выступ. Пещеру снова заполнила обезьянья болтовня.

«О чём он? – подумала Роуз. – Что пробудилось?» Пускай он и выглядел безумным, Бабанун явно знал о происходящем больше, чем она и Руи, поэтому любопытство быстро подавило страх.

Друзья сели у костра, готовые слушать отшельника. Роуз устроилась подле Руи, обхватив колени руками.

Внезапно из тени выскочил Бахула и резко затормозил возле старика.

– Бахула! – воскликнул Руи.

Бабанун пощекотал голову обезьянки и что-то прошептал на хинди. Зверёк перекатился на спину, словно намекая, что неплохо было бы почесать ему животик. Выглядел он ну очень довольным.

– Он родился в храме, но остался без родителей, – объяснил Бабанун. – Мой брат взял его ещё малышом.

Бахула забрался Руи на колени и свернулся в калачик.

– Ваш брат был моим наставником в Англии, а после его смерти я стал заботиться о Бахуле. И мы привезли ещё кое-что, принадлежавшее мистеру Гупте. Мы хотели отдать это вам, если взамен вы ответите на наши вопросы.

– Что же вы привезли? – переспросил Бабанун скрипучим голосом и подался вперёд: лоб старика наморщился, и густой слой жёлтой краски потрескался.

– Рубин мистера Гупты, – ответил Руи.

– Как я и говорил, – вставил сикх, выступая вперёд.

– Покажи им своё лицо, Санджив, – сказал Бабанун, и Руи напрягся.

– Санджив? Да, теперь нет смысла прятаться, доктор Кумар.

Глаза Роуз стали круглыми, как блюдца. Кумар?! Из музея?!

– Ч-что?.. – пробормотала она.

Сикх размотал чёрный платок, покрывающий голову, и под ним обнаружился знакомый розовый тюрбан.

– Как ты понял, что это я? – спросил сикх, опускаясь на корточки.

– Вы оставили в поезде свой гребень, а на нём указаны ваши инициалы – С. С. К., – спокойно объяснил Руи. – Санджив Сингх Кумар.

Роуз с трудом верилось в происходящее. То есть тогда к ним вломился доктор Кумар? И он предупреждал о Камне пламени?

– Мы поняли, что незнакомец в чёрном, вторгшийся в наше купе, – сикх, которого интересует рубин мистера Гупты, – продолжил Руи. – Сегодня в музее вы очень остро отреагировали на упоминание об этом камне и, вероятно, много о нём знаете… а то, что вы – сикх, видно невооружённым глазом. По тому, как вы завязываете тюрбан, по последней фразе молитвы, произнесённой вами…

– Довольно! – оборвал его доктор Кумар и повернулся к Бабануну. – Мальчишка отказался отдать мне рубин. Несмотря на все мои попытки отпугнуть его, твёрдо вознамерился прийти сюда, чтобы вручить камень тебе лично.

– Как вы догадались, что мы не передумали? – спросил Руи: вид у него был оскорблённый.

– По огоньку в твоих глазах, когда я упомянул об опасности. По тому, как вы двое переглянулись. Лучше бы ты отдал рубин ещё тогда, в поезде. А теперь уже слишком поздно. Камень, скорей всего, присвоило себе Братство Чёрного Солнца – и на Джайпур вновь легло древнее проклятье…

– Что за проклятье? И вовсе ничего не поздно, и рубин они не украли! – сердито заявила Роуз, выпятив подбородок.

– Как интересно, – произнёс доктор Кумар, обращаясь к Бабануну. – Дети утверждают, что рубин у них.

– Невозможно, – отрезал старик.

– Ладно, хватит разговоров! Где рубин? Покажите его! – потребовал доктор Кумар.

Руи сунул руку в карман.

– Вот он, в целости и сохранности.

Роуз посмотрела, как он держит на ладони красный камень, и перевела взгляд на Кумара с Бабануном, ожидая, что те обрадуются. Однако лица у них стали совсем угрюмые.

Отшельник осторожно взял рубин тремя пальцами, поднёс к пламени свечи и покачал головой.

– Наши опасения опять оправдались. Камень действительно у Братства. А это подделка.

– ПОДДЕЛКА?! – вскричал Руи. – Не может быть!

Мальчик забрал рубин и стал внимательно разглядывать драгоценный камень. Бахула завизжал и накрыл мордочку ладонями, а гульманы принялись оживлённо о чём-то переговариваться, создавая громкую какофонию голосов, эхом разносившуюся по пещере.

«Подделка?» – с ужасом подумала Роуз, и внутри у неё всё похолодело.

– Вы уверены? – пролепетала она.

Бабанун поднял руку, и обезьяны сразу притихли.

– Это вовсе не рубин, – ответил отшельник, – а его точная копия из искусно обработанного агата.

– Агата? – повторила Роуз и переглянулась с Руи. Последовала неловкая пауза, и девочка спросила натянутым голосом: – Тогда у кого же рубин?

– У Золтана, – прошипел Руи.

Роуз вспомнила, как фокусник держал камень в тонких белых пальцах, и помрачнела. Да, пожалуй, Руи прав. Это был единственный раз, когда они упустили рубин из вида.

Конечно, Золтан вернул им подделку. Значит, он тоже во всём этом замешан. У Роуз уже начинала кружиться голова от запутанной истории, её глодало чувство вины за то, что они не уберегли драгоценный камень.

– То есть украли его вчера, ещё до землетрясения, – заключила она, думая о том роковом вечере, когда янтарный кулон показал ей «Тенепорт», а потом выяснилось, что аппарат пропал из музея. Получается, тогда рубин уже был в руках врага! – Но для чего он нужен?

– Он волшебный – и использовался ранее, – произнёс Бабанун и поворошил угли в костре. В воздух полетели искры. – Силы рубина подпитывают кошмарное устройство, созданное много лет назад одним тёмным магом. С помощью сконструированной им машины можно открыть портал в ужасный мир… если знаешь, что делаешь.

Руи взглянул на Роуз, и девочка расправила плечи. Детали головоломки постепенно соединялись в общую картину.

– Это он пропал из музея – аппарат, о котором вы говорите, – сообщила она. – «Тенепорт».

Доктор Кумар побледнел.

– Разумеется! Мистер Гупта был моим начальником и попросил приглядывать за рубином, если с ним что-то случится. После внезапной смерти мистера Гупты обнаружилось, что камень теперь у Руи, и я решил забрать его, чтобы спрятать в надёжном месте. Вскоре в музей начали приносить странные посылки, помеченные эмблемой чёрного солнца, а мне было известно, что этого символа стоит опасаться.

Доктор Кумар объяснил, как прибыл в город Кота и нашёл генерала, который собирался перевезти некое крупногабаритное оборудование в Музей Джайпура.

– Я проник в поезд, а остальное вы знаете, – добавил он. – А теперь, скажите, рубин у фокусника?

– Да, – тихо ответил Руи. – Скорее всего, Золтан осведомлён и о «Тенепорте», и о том, где он сейчас находится. Иначе зачем ему похищать волшебный камень?

Роуз попыталась вспомнить, был ли в видении кто-то похожий на Золтана. Может, именно он – таинственный покровитель? Или новый хранитель тёмного кулона? И как сюда вписывается генерал?

– Я немедленно отправлюсь на поиски фокусника, – объявил доктор Кумар, выпрямившись во весь рост.

– Хорошо, – согласился Бабанун. – Тогда я поведаю детям о силе рубина и о вратах.

Учёный молча кивнул и вышел из пещеры.

– Мне так жаль, что я не смог защитить рубин, – прошептал Руи: вид у него был печальный и пристыженный. – Может, злые языки во дворце говорят правду… и я и впрямь приношу городу лишь несчастья?

Роуз понимала, как сильно ему хотелось доказать обратное, и очень сочувствовала другу.

Девочка подалась к Руи, ободряюще похлопала его по колену и тихо произнесла:

– Пока рано сдаваться.

Бабанун посмотрел на ребят и медленно опустил морщинистые веки.

– Да, мы ещё не проиграли. Ещё нет…

Он покивал, распахнул глаза и продолжил:

– Если нашим врагам никто не помешает, то завтра, во время солнечного затмения, под славным городом Джайпуром откроются волшебные врата… но ты, – Бабанун наклонился к Роуз, и его блёклые от старости глаза блеснули диким пламенем в оранжевом мерцании огня, – не позволишь им открыться.

Роуз решительно кивнула.

– Пожалуйста, расскажите нам всё, что знаете.

19

Тайна города

Роуз, Руи и Бахула ютились у костерка в обезьяньей пещере. Тощий старый отшельник Бабанун сидел сгорбившись и производил впечатление призрака из иного мира благодаря жирно нанесённой на кожу белой краске, но речь его лилась быстрым, стремительным потоком.

Как выяснилось, основатель Джайпура знал много волшебных тайн. Савай Джай Сингх Второй отыскал особое место в пустыне Тар: участок, где пересекается множество древних линий энергии.

– В мире совсем мало таких чудесных уголков, их можно сосчитать по пальцам одной руки, – объяснил Бабанун. – Савай Джай Сингх понимал, какая это удивительная редкость – и какая могущественная магия скрывается в пустыне. Он решил обуздать её на благо своего народа и основать в волшебном месте новый город – Джайпур.

Роуз вспомнила, что Энна рассказывала ей про скрытые от обычных людей места, пропитанные магией: такие, как сам Хоув, где открыли первые врата. Ещё Энна говорила про геомантию (гадание при помощи земли) и упоминала про древнюю энергию этой стихии, связанную с долго дремавшим в ней волшебством.

Поэтому девочка стала слушать историю Бабануна с удвоенным интересом.

– Каждое здание, каждая улочка в Джайпуре расположены с умом, составляя определённый узор, для создания которого обратились к плану вселенной. Эта схема называется Солнечной мандалой, – продолжил старик, глядя на поднимающиеся от костра завитки дыма. – Сама мандала символизирует мироздание. Это древнее симметричное изображение, к примеру круг и вписанный в него квадрат… А теперь, боюсь, её энергию хотят использовать во зло и напитать ею «Тенепорт».

Роуз встрепенулась. Значит, вот что показал ей кулон! Как злодеи вытягивают энергию из города!

– Точно, – подтвердила она и повернулась к Руи. – И ещё Верульф забрал силы у моего янтарного кулона!

Мальчик кивнул и нахмурился.

– Скажите, а Джай Сингху кто-нибудь помогал воплотить эту идею особого плана города?

– Он обратился за советом к опытным и уважаемым учёным со всего мира, – пояснил Бабанун и посмотрел на Роуз. – Один из них, могущественный чёрный маг, прибыл из России – и у него был такой же кулон, как у тебя.

– Да? – ахнула Роуз, прикрывая амулет ладонью. «Конечно, это был амулет Верульфа, наполненный тёмной магией, а вовсе не мой», – подумала она.

Руи подался вперёд. Пламя костра отдавалось ярким блеском в его широко распахнутых глазах.

– То есть хранитель Верульфа приехал в Джайпур?

Бабанун опустил веки, погружаясь в свои мысли.

– Да, он был здесь… воплощение чистого зла.

Старик резко открыл глаза и произнёс:

– Его звали Векс Бальдо.

Бахула выпрямился и заворчал.

– Векс Бальдо! – вскрикнул Руи, вспоминая картину из секретной обсерватории мистера Гупты.

– Вы о нём слышали? – удивился Бабанун.

– Да-да. Видели его картину.

– Не может быть! – воскликнул старик. – Где? Я искал её в кабинете брата, но меня прогнали охранники…

– Она находится в обсерватории, а вход туда спрятан за алтарём Ханумана, – сказал Руи.

Бабанун усмехнулся.

– Арки, старый хитрец! Тайная комната… ну разумеется!

– И кто такой этот Векс? – полюбопытствовала Роуз.

– Он был советником Петра Первого, а позже прибыл в Индию, как раз в тысяча семьсот двадцать седьмом году, чтобы втереться в доверие к Джай Сингху, стать одним из приближённых махараджи и помочь со схемой города, а также астрологического комплекса Джантар-Мантар. Он оказался талантливым астрологом, но крайне опасным человеком.

Роуз и Руи затаили дыхание и навострили уши.

– Векс Бальдо втайне разработал дьявольский план и сконструировал машину в форме пирамиды, которая работала от волшебного рубина, пропитанного тёмной магией.

– Он построил «Тенепорт», – прошептала Роуз.

– Да… и намеревался воспользоваться силой города, чтобы зарядить аппарат энергией через Солнечную мандалу и открыть врата для своего повелителя Верульфа в день солнечного затмения в тысяча семьсот двадцать девятом году.

Роуз нахмурилась.

– Что-то пошло не так?

– Он столкнулся с непреодолимым препятствием. Векс обнаружил, что ему нужны два кулона, иначе он не сможет выпустить Верульфа в наш мир.

– Мы тоже выяснили это в Хоуве, – поделился Руи.

Бабанун посмотрел прямо на Роуз.

– Говорят, янтарные амулеты возникли в землях духов и обладают невероятной магией, которой вовсе не положено существовать на нашей планете.

– Земли духов… – повторила Роуз, разглядывая кулон, и мысленно спросила его: «Вот откуда ты родом?»

Но камень по-прежнему оставался холодным и безжизненным.

– Векс понял, что должен отыскать второй амулет. Он собрал целую армию наёмных убийц по всему миру и назвал её Братством Чёрного Солнца. Они верно служили Верульфу, тёмному кулону и его хранителю, но тогда их поиски закончились неудачей.

– Братство создали настолько давно?! – изумился Руи. – Откуда вам это известно?

– У злого мага был ученик, переживший его, и он оставил после себя ценные записи.

– Как же он поступил? Когда понял, что второй амулет не найти? – спросила Роуз.

– Векс порвал свою связь с Верульфом.

– Не может быть!

– Он решил использовать «Тенепорт» для иных целей: пропустить энергию через кулон и напитать себя безграничной силой. Ему это удалось, и с помощью новообретённого могущества Векс Бальдо создал запутанную систему тоннелей под Джайпуром, которую назвал Пещерами междумирья. Благодаря ему горы ожили, и громадные чудовища выбрались из скал, чтобы помочь новому хозяину. Он окрестил их гормами.

Ладони Роуз вспотели. Она вспомнила тёмные извивающиеся полосы в самом низу картины и нервно сглотнула.

– Гормы? Огромные горные чудовища?..

– То есть Пещеры междумирья находятся прямо под Джайпуром? – встревоженно уточнил Руи. – И всё, что происходит сейчас, уже случалось с нашим славным городом раньше?

– Верно, – ответил Бабанун. – В тысяча семьсот двадцать девятом году, в день солнечного затмения, на улицах не звенел людской смех, не слышались птичьи трели, еда портилась, пропадали дети…

– Погодите! – одёрнула его Роуз. – Дети? Что с ними стало?

Старик печально покачал головой.

– Их не нашли, а ученик Векса не упоминал об этом…

– Значит, их убили?! – взвилась Роуз. В памяти всплыли испуганные лица ребятишек, запертых в клетке.

– А что случилось с тёмным магом? – поинтересовался Руи.

– Он не мог урегулировать великие силы природы с помощью кулона, поэтому превратился в кошмарное создание, а затем его разорвало надвое от невероятной мощи, переполнявшей тело.

– И он умер?

– Да, если верить словам ученика, но труп Векса исчез, и его никто не видел.

Роуз коснулась янтарного амулета дрожащими пальцами. Какая страшная смерть!

– А куда делся «Тенепорт»? Где он был столько лет? – спросила она и беззвучно добавила: «И как попал в руки генерала и его покровителя?»

– Его зарыли глубоко под золотыми песками пустыни, – объяснил отшельник, – но даже тогда он ещё светился фиолетовым, то есть в нём оставались силы. Никто не смел откопать его, но изнутри доносились жуткие вопли…

Он покачал головой, нахмурился и хрипло продолжил:

– После той истории остался лишь волшебный рубин. Савай Джай Сингх вручил реликвию моим предкам, чтобы камень передавали из поколения в поколение, оберегая его от тёмных магов. Последним хранителем стал мой брат, и вы знаете, чем всё закончилось. Последователь Верульфа собирался пробудить древнюю магию в Англии, и мой брат понимал, как это скажется на Джайпуре. Он считал, что должен помешать тайному сообществу.

– И поэтому отправился в Хоув, – прошептал Руи.

«Где его и убили», – мысленно добавила Роуз и положила ладонь мальчику на плечо, чтобы поддержать друга.

– Мой брат отдал жизнь за то, чтобы остановить злодеев, но отголоски ритуала в Хоуве разнеслись по всей планете, пробуждая искры тайной магии, и наступили мрачные времена.

Роуз закусила губу. Слова Бабануна сильно её пугали, и ей совершенно не хотелось думать ни о вспышках магии в мире, ни о кошмарном устройстве, способном разорвать человека надвое.

– Полагаю, враги намерены воспользоваться «Тенепортом» Векса Бальдо по истинному его назначению и открыть врата с помощью магии двух янтарных кулонов. Поэтому ты, Роуз Маддл, ОБЯЗАНА отыскать Пещеры междумирья и остановить негодяев!

– Но как? – прошептала девочка, сжимая виски. – Последователь Верульфа забрал силы моего кулона вместе с энергией города, и амулет сломан.

Она показала старику безжизненный камень и всхлипнула.

– Вдруг сейчас он им вовсе не нужен? И они уже взяли всё, что им необходимо? Тогда… лучше бы я и не приезжала в Джайпур!

– Но это твоя судьба, дитя, и…

Роуз не дала старику договорить.

Девочка резким движением смахнула слёзы с лица и продолжила:

– Представим, что я вместе с Руи нашла Пещеры междумирья, пробилась через свору горных чудищ и поняла, кто охраняет кулон Верульфа… Что же делать потом? Без амулета я всего лишь обычная девчонка из работного дома… и мне вообще не хотелось бы во всё это ввязываться.

Бабанун поднял руку, призывая к молчанию. Роуз громко всхлипнула, Руи приобнял её за плечи, подвинувшись ближе.

– Ну-ну, тише, – прошептал он.

Даже Бахула с сочувствием погладил девочку по руке.

Несмотря на поддержку друзей, Роуз до сих пор не могла избавиться от липкого страха. Она чувствовала на себе давление ответственности и боялась не оправдать ожиданий, возложенных на неё.

Какое-то время в пещере царила тишина, а затем Бабанун заговорил:

– Роуз, ты – хранительница кулона. И в Джайпуре оказалась не случайно. Янтарный амулет привёл тебя сюда, и я не сомневаюсь, что ты способна на большее, чем можешь себе вообразить.

Отшельник вгляделся в огонь и протянул к нему тощие пальцы, словно хотел коснуться некой картины, которую показывало пламя.

– У нас говорят, что лотос вырастает в грязных, негостеприимных водоёмах, но это самый прекрасный из цветов. Он напоминает мне о тебе, Роуз, – произнёс Бабанун с ласковой улыбкой. – Нас формирует не место, в котором мы родились, а стремление раскрыть собственный потенциал и стать тем, кем мы хотим быть…

От речей Бабануна у Роуз по спине пробежали мурашки. «Может, выглядит он старым и скрюченным, но разум у него ясный и молодой, глаза мудрые, и мысли летают как искры», – подумала она.

– Ты тоже хранительница кулона, Роуз, и магия Пещер междумирья будет служить тебе, как и любому другому хранителю, – добавил Бабанун.

– И янтарь оживёт? Вы это имеете в виду? – с надеждой спросила Роуз.

– Возможно, но необязательно, – ответил старик, и девочка поникла, а Бабанун поднял взгляд на завитки дыма и потёр сухие ладони. – Ты должна придумать, как усмирить магию и пропитать ею кулон… Конечно, тебе будет непросто, но я в тебя верю. Судя по записям ученика Векса, «Тенепорт» не превратится в портал без обоих хранителей, настроенных друг против друга.

Отшельник указал худой рукой на костёр.

– Я предвидел великую битву добра и зла, но не могу сказать, кто одержит победу. Однако вы ещё можете изменить будущее и избежать сражения.

Роуз напряглась.

– Да? Как?

– Вы должны проникнуть в Пещеры междумирья и забрать рубин, который подпитывает «Тенепорт». Будем надеяться, что до затмения аппарат не успеет набрать достаточно энергии для открытия врат.

– А как нам вообще туда попасть? В эти пещеры? – спросила девочка.

– В городе есть множество входов, расположенных на линиях Солнечной мандалы, и они открываются по приказу хранителя. Уверен, ты сумеешь проникнуть в один из них, Роуз.

Руи постучал пальцами по подбородку.

– И врата не откроются, если мы украдём рубин до затмения? – уточнил он.

Бахула вился у ног мальчика, что-то бормоча в знак согласия.

– Я не утверждал ничего подобного, – возразил Бабанун, наклоняясь к Руи, и ожерелья на шее старика звякнули. – Мы можем только надеяться, что он не наберёт нужную ему энергию, но надежда – всё же лучше, чем ничего. Не правда ли?

Внезапно гульманы начали прыгать и вопить, как будто обезьян что-то напугало.

– Я слишком сильно вас задержал, – прохрипел Бабанун, поднимаясь на ноги. – Вы ведь столько всего должны успеть! Я отведу вас к выходу. Лучше уйти отсюда до заката. Ночью в горах небезопасно.

Старик побрёл по мрачной пещере, держась за стену, но вот впереди блеснул свет из неровного проёма, и Бабанун подскочил к ребятам со скоростью здорового юноши.

– И ещё… Вы замечали странности в поведении змей после землетрясения?

Руи поёжился, словно у него по спине проползла кобра, и Бахула запрыгнул к мальчику на руки.

– Нет, – ответила Роуз, покачав головой.

– Очень хорошо. Исчезновение змей – последний знак открытия пещер, финальный этап… По крайней мере, до него пока не дошло.

Бабанун выглянул наружу и сразу отпрыгнул назад. Он был чем-то встревожен.

– Наступают сумерки. Уходите немедленно. И поспешите! Гормы – ночные создания. Вчера многие из них отправились в город, сегодня за ними последуют собратья.

Роуз похолодела.

– Они и правда существуют? Вы их видели?

– Да, видел троих после землетрясения, они ползли вниз по горе. Не могу сказать, сколько их всего. Они боятся обезьян, а потому избегают храма Ханумана. Возвращаться в Джайпур по открытой тропе слишком рискованно. Скажите монахам, что вы от меня – и вам покажут тайный проход к пустыне у подножия гор. Поторопитесь!

Бабанун с опаской покосился на хребет Аравали. Гульманы окружили отшельника, крича и прыгая.

– Они чуют тёмных тварей, – объяснил старик и, не прибавив ни слова, ускользнул обратно в глубины пещеры.

20

Ожившие горы

Длинные персиковые облака затянули небо над Джайпуром. Закат стремительно сменялся сумерками, окрашивая мир в монохромные тона. Роуз, Руи и Бахула уже прошли по тоннелю, который показали им добрые монахи, и теперь шагали по пустыне.

Девочка вела верблюда в поводу, а в голове у неё роились тревожные мысли о зловещих пещерах под городом, пропавшем рубине и происках приспешников Верульфа.

– Как мы заберёмся в пещеры? – спросила она у Руи.

– Я задаюсь тем же вопросом, – ответил мальчик. – Согласись, если Золтан похитил рубин, значит, он состоит в Братстве Чёрного Солнца?

– Ага.

– Помнишь, как на базаре он ловко воровал вещи зрителей, а затем возвращал хозяевам? Я понял, в чём секрет.

– Неужто?

– Да, Роуз. Это всё дети.

Девочка задумалась о представлении на базаре. Пока попугай отвлекал зрителей, уличные ребятишки сновали по площади. Они задели Роуз и Руи, а потом подбежали к Золтану, чтобы пожать ему руку. И фокусник извлёк из карманов добытые сокровища.

– Ты прав, – сказала Роуз. – Наверное, Золтан им заплатил.

Вдруг она вспомнила кое-что и ударила себя ладонью по лбу.

– Погоди минутку! Мне показался знакомым тот мальчишка в клетке, из моего видения! Дело в том, что он чем-то похож на тебя.

– И что?

– Мы встречали его на базаре. Он помогал Золтану. Прошёл рядом со мной и улыбнулся.

Роуз вспомнила, каким напуганным парнишка выглядел в её видении, и на миг сбавила шаг.

– Ты уверена? Это точно был он?

– Да, но… Как всё это поможет нам пробраться в пещеры?

Руи воздел палец к небу.

– Акшай упоминал о бесследно пропавших детях…

Он со значением посмотрел на Роуз, и та ахнула.

– «Гроб» Золтана! Думаешь, через него мы войдём в пещеры? – Роуз так разволновалась, что продолжила, не дожидаясь ответа: – И кулон странно себя повёл, когда мы утром поднялись на сцену на базарной площади. Помнишь? Чёрная точка в центре начала пульсировать, а мне стало… Не по себе.

Девочка содрогнулась.

– Надо было внимательнее изучить это любопытное устройство, – согласился Руи. – Но сначала зайдём во дворец за съестными припасами и, пожалуй, за маскировкой. В путь отправимся сегодня же!

– Сегодня? – неуверенно переспросила Роуз.

Сейчас Джайпур выглядел зловеще даже днём, и ей было страшно выходить на улицы ночью. Впрочем, она понимала, что выбора нет.

– А комендантский час? После восьми никого не выпускают!

– Как удобно для наших врагов, да? Но и нам это сыграет на руку. Судя по тому, что солнце почти село, должно быть около шести. Нам следует поспешить.

Роуз потянула за поводья, надеясь поторопить верблюда, но он шагал очень медленно, утопая копытами в песке.

– Только вообрази: через сутки наше расследование подойдёт к концу! Мы найдём хранителя, помешаем ему открыть врата… – Руи оглянулся через плечо. – А ты, Роуз Маддл, станешь несравненной…

Руи осёкся и спрятался за своим верблюдом.

– Эй… что ещё за чертовщина?!

– А?.. – растерянно переспросила Роуз. – Что такое?

Мальчик утянул её за собой и показал пальцем на гору.

Роуз сощурилась на крутой склон, залитый вечерними тенями, с его мрачными расселинами, невысокими кустарниками и зубчатыми каменными выступами, пронзающими серое небо.

Руи со вздохом выпрямился и виновато произнёс:

– Нет, ничего. Мне показалось, что там кто-то есть.

– Ну а я никого не вижу, – ответила Роуз, хотя слова друга её встревожили.

Неожиданно она тоже заметила какое-то движение краем глаза и съёжилась, махнув рукой Руи, чтобы он пригнулся. Из-за горбов верблюдов ребята наблюдали за громадными хребтами, на которые один за другим по-паучьи выползали причудливые создания, цветом сливающиеся с горой. Они часто замирали, полностью растворяясь на фоне камней, и Роуз никак не могла разобрать, насколько они крупные и на кого похожи.

Создавалось впечатление, будто сама гора ожила и идёт рябью.

– Гады ползучие! – ахнула Роуз.

– Их там немало. Значит, гормы и в самом деле собираются в Джайпур? Нам надо поторопиться. Хей-хо!

Руи запрыгнул в седло, потянул за поводья с помпонами и резко подался туловищем вперёд, чтобы верблюд тронулся с места. Роуз повторила всё за ним, хотя опять едва не сорвалась. Она оглянулась. Гормы пропали из вида, но девочка ощущала их присутствие.

– Надо убираться отсюда, – пробормотала она, подгоняя верблюда.

Ребята помчались в сторону Джайпура, и за ними клубилось облако пыли. Верблюд Роуз не отставал от Руи, зелёный платок девочки развевался на ветру, поднимавшемся от быстрого бега.

– По крайней мере, змеи ещё не ведут себя странно, – бодро заметил Руи и издал боевой клич, разнёсшийся по пустыне: – Хей-хо-е-е-е!

В ту же секунду ровно пятьдесят змей выползли из-за ближайших кустов, росших у подножия горы. Они двигались как единый организм, и, шевеля раздвоенными языками, направились в пустыню, следуя некоему беззвучному зову.

21

Исчезновение

В одиннадцать вечера друзья встретились у тайного хода в комнате Роуз. Бахула сразу бросился к ногам девочки, чтобы обнять её, а Руи приветливо улыбнулся. План у них был дьявольски опасный: притвориться бездомными нищими и отправиться на базар, где пропали уличные ребятишки.

Роуз оделась в тунику с засохшими пятнами и закуталась в рваную шаль, Руи нарядился в драные обноски. Грубо говоря, они стали живой приманкой, но если «гроб» Золтана действительно вёл в Пещеры междумирья, оно того, несомненно, стоило.

После возвращения из пустыни ребята потратили некоторое время на то, чтобы нарисовать Солнечную мандалу поверх карты города. Схема поделила Джайпур на девять равных частей с дворцовым комплексом в центре, и «гроб» попадал как раз на одну из перекрёстных линий. То же самое касалось музея с департаментом космологии и некоторых других мест.

Роуз и Руи собирались изучить все варианты, постепенно вычёркивая их из списка, и начать решили с «гроба» Золтана.

Полная луна мерцала почти у самого горизонта, освещая жуткие пустынные улицы Джайпура.

«Именно она закроет солнце завтра в полдень», – с содроганием подумала Роуз.

– Готова? – спросил Руи.

– Ага, – шепнула она в ответ, нервно теребя холодный янтарный кулон.

– Посмотрим, куда ведёт волшебный ящик Золтана! – объявил Руи, и ребята поспешили на базар.

Длинные узкие тени ложились на землю, и та, что тянулась от Бахулы, была похожа на разыгравшегося кальмара. Пустынный ветер глухо свистел, разнося мусор по дороге, а чёрные окна высоких зданий напоминали впалые глазницы чудовищ, наблюдающих за прохожими. Роуз и Руи взялись за руки и побежали.

Добравшись до тёмной базарной площади, они быстро поднялись на сцену и осмотрели «гроб» Золтана. Он был по-прежнему закрыт и заперт на велосипедный замок, но если верить журналу Гарри Гудини, который Роуз прочитала от корки до корки ещё на пароходе, то принцип вскрытия таких механизмов был достаточно простым. Девочка достала шпильку и сказала Руи, что надо лишь вытеснить центральный штифт, надавив на внутреннюю пружину.

Руи кивнул и прошептал:

– Мы с Бахулой будем стоять на стрёме.

Роуз сосредоточенно наморщила лоб и принялась ковыряться шпилькой в замке. Внезапно раздался птичий крик, и на сцену упало синее перо.

– Попугай! – воскликнул Руи, поднимая взгляд в небо.

Роуз посмотрела на птицу с красочным оперением и ахнула.

– Попугай Золтана!

Ребята спрыгнули с платформы, накрылись шалью Роуз и затаились в полумраке. Над ними громко хлопали крылья, затем раздался глухой стук, словно кто-то приземлился на сцену, царапнув доски когтями. Попугай подпрыгнул к самому краю, где прятались Роуз, Руи и Бахула. Через потёртую ткань шали виднелся тёмный силуэт, склонившийся над землёй.

Роуз чувствовала, как Руи дрожит, и от этого ей стало ещё страшнее. Если попугай здесь, значит, и фокусник где-то рядом? Вдруг они попадутся на глаза самому Золтану? Тогда им точно не поздоровится!

– МЯСО! МЯСО! – завопил попугай низким человеческим голосом, расправил крылья и потянул за шаль острыми коготками.

– Отвали! – прошипела Роуз, отбирая у него мятую ткань, а Бахула принялся махать на птицу мохнатыми лапами.

Вдалеке раздался свист, и попугай встрепенулся.

– ОТВАЛИ! ОТВАЛИ! – повторил он за Роуз и понёсся на звук.

Друзья рискнули выглянуть из укрытия и увидели на площади две фигуры в длинных балахонах. «Наверное, высокий – Золтан, – подумала Роуз. – А второй? Генерал?»

Люди в балахонах приближались, и девочка поспешно укуталась в шаль, затаив дыхание. Друзей могло выдать даже малейшее движение. Сцена завибрировала от тяжёлых шагов, Роуз вжалась спиной в холодную стенку.

– КАПУТ! КАПУТ! – завопил попугай, напрыгивая на потёртую ткань.

– Вольдемар! – пожурил его фокусник и отозвал тихим свистом.

Птица нехотя вернулась к хозяину, и Роуз вздохнула с облегчением, хотя сердце до сих пор бешено колотилось. Тяжёлая цепь звякнула о доски, скрипнула дверца, и снова наступила тишина.

Ребята выглянули из тени и увидели худой силуэт фокусника с острой бородкой. Золтан пропустил своего спутника в волшебный ящик, и попугай влетел туда вслед за ним.

Золтан огляделся, и ребята тотчас пригнулись. Опять раздались приглушённые шаги и шум крыльев, а через пару секунд деревянная дверь затворилась с громким хлопком.

– Скорее! За ними! – скомандовал Руи, и вся троица забралась на сцену.

Бахула резко затормозил перед брошенным на полу велосипедным замком, а мальчик распахнул дверцу.

– Невероятно, – пробормотал он, ощупывая заднюю стенку совершенно пустого ящика. – Что же это за приспособление? Как оно работает?!

Роуз оперлась о каркас «гроба». У неё вдруг подкосились ноги от горького отчаяния. Она опустила взгляд на кулон. Чёрная сердцевина пульсировала, увеличиваясь в размерах.

– Р-руи… – прошептала девочка. – Похоже, ящик и впрямь куда-то ведёт… в какое-то… очень дурное место.

Она нервно сглотнула. Руи подхватил Бахулу на руки и залез внутрь, притиснувшись к боковой стенке, чтобы Роуз поместилась в причудливом шкафу.

– Тем более надо его изучить, – храбро произнёс он. – Залезай и закрой дверцу. Посмотрим, что получится.

Роуз глубоко вздохнула и шагнула вперёд, затворив за собой дверь. Руи сжал руку девочки, но по её спине всё равно пробежали мурашки нарастающей паники.

Роуз совсем не нравилось находиться в тесном закрытом пространстве, страх окутывал её, подобно зыбучим пескам. Девочка вспомнила чулан в работном доме, в котором её запирали в качестве наказания, и ей стало трудно дышать. За спиной раздался жуткий скрип, и волосы взметнуло порывом холодного ветра, пропитанного непривычными запахами.

А потом они оказались лицом к лицу с полной чернотой.

– Это ещё что такое? – прохрипел Руи.

Бахула поёрзал у мальчика на руках, протирая глаза.

Тёмная сердцевина янтарного кулона яростно пульсировала, и Роуз поняла, что они и в самом деле попали в какое-то странное, страшное место… а дверь, за которой была свобода, полностью растворилась.

22

Пещеры междумирья

Во мраке витал запах смерти, морозный воздух обдувал лодыжки, сердцевина янтарного кулона бешено пульсировала, наполняя хранительницу искренним ужасом. Руи обхватил Бахулу обеими руками и прижал к себе.

– Видимо, это вход в Пещеры междумирья, – прошептал он, подаваясь навстречу странному бризу.

Стоило ему сделать шаг вперёд, как земля ушла из-под ног, и мальчик с криком рухнул в черноту.

– РУИ!

Роуз попыталась схватить друга, но каменистый пол под сандалиями зашевелился, и она тоже поскользнулась. Резкий порыв ледяного ветра поглотил её вопль, и она окунулась в бескрайнюю пустоту. Девочка долго летела вниз, словно падающий в глубокую пропасть камень, перед глазами проносились разрозненные воспоминания. Работный дом, мисс Темплфорт, Энна Ли, портрет загадочной женщины из медальона профессора Кокоболо… Неужели это конец?

Как только печальная мысль промелькнула в её сознании, Роуз приземлилась мягким местом на крутой склон, замедливший падение. Она съехала по жёлобу, подпрыгивая на ходу: каштановые волосы развевались за спиной вместе с шалью, подобно тёмным языкам пламени. Кожу щипали и царапали скрытые во мраке подземные обитатели, ползающие по камням и пытавшиеся догнать девочку.

Вопль Руи резко оборвался где-то дальше, и Роуз вскрикнула:

– Нет! РУ-И-И-И-И-И!

В следующую секунду она тяжело приземлилась рядом с ним, и Руи сразу заключил её в крепкие объятия. Бахула схватился за ногу девочки, тяжело дыша.

Роуз моргнула, привыкая к слабому серому свету подземелья. Отсюда во все стороны отходили тоннели.

– Похоже, мы и правда в этих клятых Пещерах междумирья, – пробормотала Роуз.

Вдруг у неё за спиной раздался треск. Она вскочила, отпрыгнула в сторону и развернулась.

– Что ещё за чертовщина?!

Руи проследил за взглядом подруги и замер от страха. Лианы покрывали стены, со скрипом переплетаясь между собой наподобие когтистых лап, и тянулись вверх и вниз, словно выискивая добычу вслепую.

– Стены… они живые! – взвизгнула Роуз.

Бахула прикрыл глаза пальцами и жалобно запищал.

– Да, на них растёт некая корневая система, – рассудил Руи. – Потрясающе!

– Скорее ужасающе, – проворчала Роуз.

Внезапно что-то задело её макушку, и девочка быстро пригнулась. Ветвистая лапа вцепилась в каштановые волосы и дёрнула их на себя.

– Ай! – вскрикнула Роуз.

Руи будто и не услышал её. Он дрожал всем телом, заворожённо наблюдая за силуэтом, выползающим из темноты.

– Р-роуз… – прошептал он.

– Отвали! – ворчала девочка, сражаясь с лианой.

Цепкая лапа растения наконец сдалась и вернулась к потолку, извиваясь и треща.

– Р-роуз… – повторил Руи, и на этот раз в его голосе читалась настоящая паника.

Бахула потянул девочку за край туники.

– Ну что ещё? – огрызнулась Роуз, поворачиваясь, и ахнула.

У ног Руи лежала громадная змея. Капюшон рептилии угрожающе раздувался, а длинный хвост терялся в полумраке.

– Чтоб меня! Где ты нашёл эту тварь?! – возмутилась Роуз.

– Скорее она меня нашла, – ответил Руи.

Друзья шагнули назад, что лишь сильнее рассердило змею. Она грозно зашипела, обнажив острые клыки, её глаза опасно блеснули.

– Она хоть не ядовитая? – прошептала Роуз, стараясь не шевелиться.

Змея поводила в воздухе раздвоенным языком, словно уже смакуя добычу.

– Яд-довитая, – произнёс Руи, запинаясь. – Очень. Это королевская кобра. Замри и не двигайся!

Роуз вспомнила, как он рассказывал, что его родителей убили точно такие же змеи, и внутри у неё всё похолодело. Они настолько ядовитые, что даже слон умрёт от одного укуса… Сердце болезненно сжалось.

А в пещере начали появляться сородичи первой кобры, выползая из живых стен чёрными жгутами и наполняя пространство кошмарным шипением. Роуз оглянулась через плечо и обнаружила, что повсюду блестят хищные змеиные глаза.

Они оказались в ловушке!

Бахула забрался к ней на плечи и сжался в комочек. Руи загородил девочку и обезьянку собой, хотя руки у него тряслись.

– В-вы… лишили меня отца и матери, но моих друзей я вам отобрать не позволю! – с вызовом произнёс он.

Роуз увидела, как Руи покачивается из стороны в сторону, и подумала, что он вот-вот упадёт в обморок. Она уже морально приготовилась к тому, что сейчас ей в кожу вонзятся острые клыки, однако… шипение вдруг прекратилось.

Девочка растерянно моргнула. Движения Руи становились всё более плавными. Он сложил ладони вместе и принялся водить руками над головой.

– Ты чего? – шепнула Роуз. – Сейчас не время для танцев!

Руи ничего не ответил, и, к её удивлению, змеи вскоре начали повторять всё за ним, медленно раскачиваясь. Они вели себя как загипнотизированные. Он сплетал и расплетал пальцы, поднимая и опуская руки, а околдованные рептилии кивали в такт.

– Заклинатели змей играют на дудочке, Роуз. Люди думают, что их привлекает именно музыка, но на самом деле они зачарованы монотонными движениями. Из-за ритмичного покачивания инструмента у рептилий создаётся впечатление, будто перед ними хищник.

– Ясно… это, конечно, замечательно, но что будет, если ты остановишься?

Руи поморщился.

– Если честно… не знаю.

БО-О-О-О-о-о-О-О-М-м-м!

Из глубин пещер донёсся громкий звон гонга. Ребята вздрогнули, и со змей словно сняли заклятье. Они опять двинулись на Роуз, Руи и Бахулу, грозно шипя. Вся троица попятилась, но смысла в том не было. Рептилии и не думали нападать: они проскользнули мимо, ритмично шурша по земле, двигаясь как единый организм и спеша на звук гонга.

Лодыжки Роуз холодила гладкая чешуйчатая кожа, когда кобры проползали рядом с её ногами. Вскоре все змеи исчезли в правом тоннеле, и ребята перевели дух.

– И что теперь?

– Похоже, наших партнёров позвали на другой танец, – пошутил Руи. – Не ожидал, что когда-нибудь скажу такое, но… видимо, нам надо идти за змеями. Хей-хо!

Мальчик помчался по горячим следам, а Роуз и Бахула – за Руи. Лианы тянулись к ним с пола и потолка, а вдали мерцало причудливое пурпурное свечение. По бокам встречались маленькие подземные комнатки и тоннели, но друзья храбро стремились вперёд, уходя всё глубже в пещеры.

Роуз обдувал холодный, неестественный бриз, исходивший из самих стен. Кулон пульсировал интенсивнее, и девочку снедала тревога. Она понимала, что их ждёт нечто поистине ужасное, но надеялась, что они увидят и таинственного нового хранителя амулета Верульфа.

Пурпурный свет стал гораздо ярче. Интуиция подсказывала Роуз, что они приближаются к вратам. За спиной оставался тёмный тоннель, и девочка гадала, удастся ли им вообще выбраться отсюда. «Мы справимся, – подумала она, стараясь не паниковать и не отставать от Руи и Бахулы. – Найдём злодеев и достанем рубин из «Тенепорта». Ворота не откроются, мир теней не поглотит землю. Мы уже столько всего добились, а затмение только завтра, в полдень. Время пока есть. Я ни за что не позволю Верульфу напустить на нас жутких крадунов… Ни за что!»

В конце тоннель загибался и резко обрывался, но змеи ловко спустились с каменного выступа и шлёпнулись на землю. Ребята осторожно подползли к краю и сощурились. Они очутились в громадной пещере с высоким потолком, как в кафедральном соборе. Внизу плескалась вода. Хищные лианы свисали, словно сталактиты, а стены смахивали на громадные рёбра из-за выпирающих неровных выступов. Из всех щелей и тоннелей в это огромное помещение стекались кобры.

Роуз поморщилась, глядя на зловещую картину.

– Очаровательно, – проворчала она.

– И не говори, – согласился Руи.

– Помнишь, как ты звал меня в Индию? Дескать, я стану твоей компаньонкой, но смогу отдыхать, когда пожелаю, и буду наслаждаться солнышком! Да уж! Вот я и наслаждаюсь!

– А там что? – спросил Руи, пропустив речи девочки мимо ушей, и показал на каменный выступ напротив, едва различимый за прикрывающими его лианами. – Случайно не пропавший «Тенепорт»?

Роуз подалась вперёд и нахмурилась. И действительно, на другом берегу подземного пруда высилась пирамида восемь футов высотой и с треугольными закрытыми дверцами, причём из щелей сооружения лился яркий пурпурный свет. Роуз не сомневалась, что это устройство из её видения, и теперь могла более чётко разобрать высеченных на покатых стенках выпуклых змей, сплетённых между собой наподобие лабиринта. Кривые зеркала Золтана стояли рядом, словно стража: три слева и три справа.

– Рубин! – ахнул Руи, показывая на сверкающий красный камень на верхушке аппарата.

– Точно, – сказала Роуз.

Она стиснула кулаки.

– Надо обязательно его забрать! Но хотелось бы знать, как они его сюда притащили? – озадаченно добавила девочка, озираясь по сторонам.

– Бабанун говорил, что вход в Пещеры междумирья открывается по приказу хранителя. Наверное, нечто подобное произошло и в музее. Это объясняет, почему следы оборвались у стены. А лианы, возможно, помогли установить аппарат на место, – предположил Руи.

Роуз кивнула.

– А как нам добраться до рубина?

– Боюсь, это будет непросто, – признался мальчик. – По крайней мере, каменных чудищ нет рядом.

В ту же секунду послышалось жуткое ворчание, исходившее откуда-то снизу, грозное и сердитое. Бахула навострил уши, и вся троица опасливо заглянула за край выступа.

Роуз зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Вдоль берега ползали кошмарные монстры, точно такие, какими их описывал Бабанун. От страха по спине девочки пробежали мурашки.

– Гормы, – прошептал Руи, виновато опустив взгляд, будто именно его слова призвали чудовищ.

Кошмарные создания с огромными головами и невероятно широкими плечами передвигались на четвереньках, будто высеченные из горной породы обезьяны, искажённые нерадивым скульптором. Они рычали и ворчали, обнажая острые зубы. Уродливые пасти осыпались каменной крошкой, а глаза напоминали чёрные дыры. Змеи, сыпавшиеся из всех щелей, скользили по земле вокруг гормов.

– Мне ж это мерещится? – с надеждой спросила Роуз, протирая глаза.

– Боюсь, что нет, – ответил Руи. – Выглядят они и правда ужасающе.

Внезапно раздался человеческий вопль, за которым последовали жалобные всхлипы. Друзья переглянулись, а гормы заёрзали, шумно хрипя.

Роуз вытянулась, перегнувшись через край выступа. Руи и Бахула последовали её примеру. Из дальнего тоннеля вышли два человека в мантиях. Они беспечно о чём-то болтали. Один по-дружески хлопнул приятеля по спине, и оба громко расхохотались.

– Высокий и тощий – это Золтан, а другой кто? Генерал? – спросила Роуз, мысленно прикидывая габариты. – Как думаешь, кто из них новый хранитель?

Девочка попыталась припомнить, чью руку она видела ночью после землетрясения. Маленькую, совсем бледную… Сложно сказать, кому она принадлежала.

– Задаюсь тем же вопросом, – пробормотал Руи.

Двое в мантиях остановились, и гормы отшатнулись, почтительно склонив головы. Каменные суставы гулко хрустели от каждого движения. А Роуз и Руи разглядели в полумраке покосившуюся клетку, в которой сгрудились перепуганные дети. Несчастные ребятишки жалобно всхлипывали, а прямо над ними восседал попугай Золтана и чистил пёрышки.

– Дети! – ахнула Роуз. – Те самые, из моего видения. Они живы!

– Слава Хануману, – с благодарностью произнёс Руи.

Золтан воздел палец к потолку, и один из гормов поспешил убрать валун с подъёмника, чтобы дверь клетки взмыла вверх. Дети закричали и вжались в дальний угол.

Фокусник приблизился к ним и быстро затараторил считалочку:

– Буду резать, буду бить, всё равно тебе… ВОДИТЬ!

С этими словами он схватил совсем маленького мальчика, и спутник Золтана едко хохотнул.

Ребёнок визжал и сопротивлялся, но не мог вырваться из цепких рук Золтана. Парнишку выволокли из клетки, и гормы снова навалили камень на переключатель, чтобы опустить дверцу.

Роуз успела увидеть лицо ребёнка, и её сердце сжалось.

– Это он, Руи! Мальчик, который напомнил мне тебя!

Бедняга всё ещё пытался вывернуться и сбежать от фокусника.

– Пожалуйста, не надо! – умолял он. – Я же Рохан! Твой друг!

– Не сопротивляйся, – скомандовал Золтан, держа извивающегося парнишку на расстоянии вытянутой руки.

Затем он щёлкнул пальцами, и мальчик сразу замер. И стал послушно шагать к воде… прямо механическая кукла в грязной тунике, развевающейся на странном подземном ветру.

– Золтан его загипнотизировал! – возмутилась Роуз.

Внезапно земля заходила ходуном, и друзья припали к холодным камням, чтобы не сорваться с выступа. Чёрный пруд бурлил, на его поверхности лопались пузыри, словно в нём плавало огромное невидимое чудовище. Гормы, тяжело ступая, встали напротив этого места, заняв свои посты на берегу.

– Что, во имя Ханумана, здесь творится?.. – прошептал Руи.

Ф-С-С-С-с-с-с-с-Ш-Ш-Ш-ШО-о-О-о-о!

Сотни ветвей вырвались из пруда с оглушающим рёвом. Роуз и Руи отшатнулись, глядя на чёрные волны, омывающие берега и гормов. Лианы извивались и трещали, стремительно сплетаясь друг с другом, образовывая некую загадочную конструкцию высоко над водой.

А потом резко воцарилась тишина. Шаткий плетёный мост тянулся к выступу, на котором стоял «Тенепорт», и с него капала чёрная вода.

Золтан подтолкнул Рохана к мосту, и все трое (мальчик, фокусник и его спутник) начали медленно подниматься, оставив гормов позади. Попугай – единственное цветное пятно в мрачной пещере – полетел за хозяином. Мост за ними постепенно рушился, лианы окунались во вновь бурлящие воды.

Роуз нервно сглотнула.

– Что они хотят сделать с мальчонкой? – встревоженно прошептала она. – И как мы его выручим? «Тенепорт» и волшебный рубин совсем рядом, только руку протяни, а нам никак до них не добраться. Внизу пара десятков жутких чудищ, а чтобы перейти через пруд, надо вызвать волшебный мост…

Она с раздражением посмотрела на кулон. Бабанун говорил, что в пещерах амулет, возможно, и оживёт, но пока ничего не менялось. Только чёрная точка в центре энергично пульсировала. Девочка оглянулась на Руи. Он сидел в стороне и копался в сумке (Бахула помогал ему), но то и дело поглядывал на клетку.

– По крайней мере, попытаемся спасти остальных детей, – решительно произнёс мальчик, стараясь обуздать собственный страх. – Освободим их и выберемся через тоннель, по которому пришли Золтан с его приятелем. Бьюсь об заклад, он ведёт в город!

– Наверняка, – согласилась Роуз.

Ей страшно было думать о том, какая судьба уготована несчастному ребёнку, которого забрал Золтан, но ведь лучше помочь хоть кому-то, чем сидеть сложа руки. Иначе они все тут сгинут.

– Бедняга, – вздохнул Руи, прочитав её мысли. – Надо действовать быстро, пока гормы нас не заметили. А рубин мы не украдём. Без поддержки не обойтись. Пойдём во дворец, поговорим с моим дядей и вернёмся сюда со стражниками. Рохана спасут, а злодеев бросят в темницу.

– Хорошо!

Роуз слегка приободрилась, но посмотрела на отвесный склон футов двенадцати[24] высотой, на острые камни у его подножия и разочарованно спросила:

– Как же мы спустимся?

Руи достал из сумки моток верёвки и ухмыльнулся.

– Надо быть всегда готовым ко всему, – сказал он, привязывая один конец к валуну.

Убедившись, что узел надёжный, а гормы до сих пор отвлечены на Золтана, мальчик спустил верёвку с выступа. Бахула тотчас схватился за неё и был таков.

Вдруг в воздухе полыхнула ослепительная ярко-оранжевая вспышка, и в потолок перед «Тенепортом» ударили шесть колонн пламени. Золтан прикрыл глаза ладонью, спускаясь с моста, и подтолкнул Рохана вперёд. Облачённый в плащ спутник последовал за ними. Лианы развязались и с плеском ударились о тёмную поверхность воды у каменного выступа.

Огонь погас, оставив за собой тяжёлое облако чёрного дыма, затянувшее «Тенепорт» вместе с рубином. Гормы восторженно ревели и топали на берегу подземного пруда, зачарованные эффектным представлением.

– Сейчас или никогда, – прошептала Роуз, глубоко вздохнула и скользнула вниз, стараясь не думать о том, на какой страшный риск идёт.

Девочка с тревогой поглядывала вниз, осторожно перехватывая верёвку то одной рукой, то другой, грубые волокна бечевы врезались в ладони. К сожалению, каменный выступ загораживал обзор, поэтому пока было не вполне ясно, куда смотрят гормы.

Наконец она спрыгнула на твёрдую поверхность, Бахула подбежал к Роуз и обнял её. Руи тоже начал спускаться по верёвке, а девочка тем временем выглянула из-за крупного валуна, служившего ей укрытием. Попугай нарезал круги над «Тенепортом», а спутник Золтана снимал с шеи какую-то подвеску.

Роуз сощурилась и ахнула.

– Ключ генерала!

Тот самый, со змеиной головой и изумрудными глазами… значит, с фокусником точно пришёл не кто иной, как генерал. Роуз стиснула зубы, полная решимости разоблачить негодяя.

Генерал наклонился, вставил ключ в отверстие в пирамиде и распахнул треугольные двери.

Пещера засверкала фиолетовым, воздух отяжелел, наполнившись жуткими шепотками.

Роуз прикрыла рот дрожащей ладонью, и Бахула крепко сжал её плечо.

Всего ярдах в двадцати[25] от них гормы заворчали, топая громадными угловатыми ногами.

– К-Р-Р-Р! К-Р-Р-Р! К-Р-Р-Р!

Чудовищный шум нарастал, камни скрипели о камни, сильные вибрации сотрясали Роуз и Бахулу до костей.

– К-р-р! К-р-р! К-р-р! К-р-р! К-р-р! К-р-р! К-р-р!

– Пора, – шепнул Руи, спрыгивая к друзьям, и показал на клетку у крутого берега.

Роуз села на землю и тихонько соскользнула дальше, а Руи и Бахула двинулись вслед за ней. По склону посыпались мелкие камешки, но гормы ничего не услышали за своим рёвом.

Очутившись внизу, девочка быстро поднялась, пробежала мимо тоннеля, по которому пришли Золтан с генералом, и встала на колени у клетки. Руи поспешил к ней, тяжело и часто дыша.

Заключённые вцепились в прутья и воззрились на ребят испуганными глазами, блестящими от слёз и отчаянной надежды. Роуз приложила палец к губам, призывая их к тишине, а Бахула протиснулся внутрь и обнял каждого ребёнка по очереди.

Руи на цыпочках обошёл клетку и изучил подъёмный механизм. Вес большого валуна должен был натянуть верёвки с цепями, чтобы дверь открылась. Мальчик попробовал оторвать груз от земли, но тот оказался размером почти с Руи и был слишком тяжёлым. Роуз попыталась помочь, но даже вдвоём ребята не сдвинули камень ни на дюйм[26].

Роуз покачала головой и взглянула на «Тенепорт», хотя ей тяжело было смотреть на то, как Золтан держит несчастного Рохана за плечи, не давая очнуться от гипноза.

– Наш покровитель прибыл! – вдруг объявил фокусник.

Роуз резко выпрямилась. Внутри у неё всё перевернулось.

– Покровитель?.. – прошептала она.

– Азиатский слон! – воскликнул Руи.

Из-за «Тенепорта» показался кто-то невысокий, и Золтан, не отпуская загипнотизированного мальчика, поклонился. Роуз затаила дыхание. Гормы отвратительно хрипели, наблюдая за сценой на каменном выступе, а из пирамиды доносились страшные приглушённые вопли.

Роуз сразу узнала девочку в мерцающем голубом платье, с идеально симметричными чертами лица и светлыми кудрями, окружёнными воротником из павлиньих перьев.

Гормы снова принялись топать и реветь.

– Мисси! Значит, на неё работает генерал?!

Маленькая леди стояла, гордо вскинув голову, похожая на волшебное, неземное создание. В руках Мисси извивались две кобры. Перья легонько покачивались, наряд отливал металлическим блеском.

Мисси огляделась и хихикнула. Она выглядела невероятно могущественной и… красивой. Белая кожа сияла, словно луна в небе, на шее горел янтарный кулон, тёмный близнец амулета Роуз.

Они нашли нового хранителя Верульфа.

23

Покровитель

Роуз пряталась в тени за клеткой и ошарашенно глазела на кулон Верульфа, который теперь казался ярче и сильнее прежнего, в то время как её собственный амулет выглядел серым и безжизненным. Что она могла противопоставить Мисси с её могуществом и зловещим «Тенепортом»?!

Руи поднёс дрожащую ладонь к губам.

– Не… не может быть! Мисси стала главой Братства?

Щёки Роуз защипало от ярости. Она внезапно осознала, что кулон пытался предупредить её ещё в поезде, когда показал ей Мисси. И миниатюрная белая ручка из видения, конечно, принадлежала маленькой леди, а вовсе не генералу или Золтану!

– Мы думали, она хотела передать амулет новому хозяину, а на самом деле Мисси и есть хранительница! Она украла силу моего камня с помощью «Тенепорта»!

– И Солнечной мандалы, – добавил Руи, с ужасом наблюдая, как Мисси с застывшей на лице улыбкой поглаживает змей, высеченных на стенках аппарата.

– Пора их покормить, – сказала Мисси, облизнув губы, и жадно потёрла ладони. – Подайте мне мясо.

– Мясо? – эхом отозвался Руи.

– МЯСО! МЯСО! – повторил попугай, круживший над «Тенепортом».

У Роуз пересохло во рту. Сегодня на базаре пернатый кричал то же самое. Что бы это значило?

Золтан подтолкнул Рохана, и жалкая туника ребёнка всколыхнулась на странном подземном ветру. Мальчик совсем не сопротивлялся, и Роуз отчаянно стиснула зубы, чувствуя себя совершенно беспомощной.

Руи отвернулся и принялся что-то искать в сумке.

Мисси протянула к Рохану руки, словно надеясь его успокоить, а затем вдруг вскрикнула:

– Время жертвоприношения!

Кровь Роуз забурлила от ярости.

Генерал заглянул в аппарат, гнусное лицо военного до сих пор скрывал капюшон.

– К-Р-Р-Р! К-Р-Р-Р! К-Р-Р-Р!

Гормы топали и ревели всё громче, корни-лианы покачивались в такт над чудовищами.

Руи извлёк из сумки карманный нож и принялся резать крепкие верёвки, державшие дверь клетки.

– По крайней мере, спасём остальных детей, – пробормотал он. – За Мисси вернёмся уже со стражей. Ей это с рук не сойдёт, честное слово!

Мисси подтащила Рохана к «Тенепорту» и сладким голосом объявила:

– МЯСО ГОТОВО!

Она вскинула ладони к небу, и её слова разнеслись по пещере:

– Освободи его от земных оков. Дай мне почуять страх, питающий «Тенепорт»… Пусть эта измученная душа накормит его!

Золтан шагнул вперёд и шепнул что-то на ухо мальчику. Рохан сразу же очнулся и стал озираться по сторонам, растерянный и напуганный.

– Корми его. НЕМЕДЛЕННО!

Мисси замерла подле аппарата. С боковой стенки спустилась золотая змея и обвилась вокруг её запястья. Роуз вспомнила холодок, пробежавший по маленькой белой руке в видении, и к горлу подкатила тошнота. Теперь она понимала, как «Тенепорт» передаёт украденную энергию хранительнице Верульфа.

Генерал схватил Рохана за пояс и забросил внутрь.

– НЕТ! – завопила Роуз, но её крик потонул в вое восхищённых гормов.

Чудища с оглушительным рёвом стучали каменными ножищами по земле. От горького осознания того, что она не сумела помочь мальчику, у Роуз по щекам потекли слёзы.

Казалось, жалобный крик Рохана ещё вечность доносился из глубин аппарата, но он постепенно отдалялся и наконец стих. «Тенепорт» завибрировал, и свет внутри устройства замерцал. Очевидно, «Тенепорт» становился сильнее.

Роуз всхлипнула. Что же случилось с Роханом? Неужели он… умер?

Спустя секунду опять послышался жалобный зов мальчика, и Роуз вспомнила слова Кокоболо о том, что «Тенепорт» способен перемещать предметы и, возможно, живых существ… но куда?!

Руи удалось разрезать верёвки, и он окликнул Роуз. Друзья с трудом приподняли тяжёлую дверь клетки, и все шестеро пленников выползли наружу. Ребята уронили дверь со скрипом и грохотом, но никто этого не услышал за оглушительным ликованием гормов.

Внезапно рубин засиял ярче и залил каменный выступ алым свечением. Земля содрогнулась, и Роуз едва не потеряла равновесие.

Мисси стояла подле аппарата. Она широко улыбалась и глубоко дышала, напитываясь энергией. Вся пещера сотрясалась, с потолка откалывались мелкие камни и с плеском влетали в пруд.

– Машина пожирает детей, а Мисси забирает их силы, – с негодованием прошептала Роуз.

Наверное, много лет назад уличные ребятишки пропадали по той же причине – Векс Бальдо использовал их для подпитки «Тенепорта»!

Слабые крики Рохана до сих пор слышались откуда-то издалека. Уцелевшие пленники спешили к тоннелю, прикрывая головы и жалобно всхлипывая. Руи повёл их по сумрачному проходу, напоминая, что лучше не высовываться и вести себя тихо.

– Надо скорее отсюда выбираться, – окликнул он Роуз, прижимая к груди перепуганного Бахулу. – Кажется, Мисси вызвала очередное землетрясение.

Однако Роуз никак не могла оторвать взгляд от маленькой леди, которая поглощала энергию города, чтобы использовать её во зло, и напитывалась страхом бедного Рохана, набирая силы.

Кулон Верульфа становился более могущественным, а янтарный амулет Роуз лишь ослабевал, и девочку охватывало дурное предчувствие, что во время затмения она не сумеет помешать Мисси.

– Пожалуйста, ПОТОРОПИСЬ! – взмолился Руи уже из полумрака тоннеля.

На землю возле Роуз упал целый валун. Бахула выскользнул из рук Руи, ринулся к девочке и попытался оттащить за подол туники.

– Иди! Я сейчас! – крикнула Роуз и попятилась к выходу, хотя всё ещё не могла отвести глаз от сцены, которая разворачивалась на каменном выступе.

Рубин сверкал ярче солнца, а в шести зеркалах Золтана появились чёрные силуэты с ветвистыми рогами. В каждом из зеркал одновременно вспыхнули красные глаза, и по пещере эхом разнёсся жуткий смех Верульфа. Позади него извивались размытые фигуры крадунов. Из дверей «Тенепорта» выплыло серое облачко, но в следующую секунду его всосало внутрь, словно дыхание потустороннего чудища. Пещеры междумирья наполнились какофонией звуков, будто в них залетели бесчисленные осиные стаи.

Глаза Мисси запылали огнём. Запястье девочки сжимала золотая змея, тело маленькой леди содрогалось. Обрамлённая светлыми кудрями головка откинулась назад под неестественным углом, а с губ сорвался кошмарный смех.

– Скор-р-ро… я выйду нар-р-ружу… – прогремел Верульф через Мисси.

– Нет уж, – проворчала Роуз. – Ещё чего!

По подземелью вновь разнёсся оглушительный грохот, чёрные воды пруда накрыли берега, на которых сгрудились гормы.

Роуз забежала в тоннель и в последний раз оглянулась на «Тенепорт». По её щеке скатилась одинокая слеза.

– Как нам их остановить?

– Для начала надо выжить, – решительно произнёс Руи, хватая её за руку. – Обещаю тебе, мы вернёмся с целой армией!

– К-ко мне-е-е! – скомандовал низкий грубый голос высоко над ними, и по спине Роуз пробежал холодок.

Попугай Вольдемар сидел на валуне у входа в тоннель, склонив голову набок. Синие пёрышки дрожали на лёгком ветру, а жёлтый глаз хитро блестел.

– Мясо! Мясо!

– Заткнись, пернатый! – огрызнулась Роуз. – А то сделаю из тебя попугайный пирог!

Бахула замахнулся на Вольдемара, но тот быстро взлетел и закричал ещё громче, хлопая крыльями:

– МЯСО! МЯСО!

Роуз взяла Бахулу за лапку и повела за собой, но было уже слишком поздно. Один из каменных монстров, стоявших неподалёку, оглянулся. Горм расправил плечи, сверля беглецов пустыми глазницами, широкие серые губы сложились в злую ухмылку. Он грозно зарычал и пригнулся к земле, готовясь к прыжку. Его собратья тут же развернулись – все как один.

– БЕЖИМ! – закричал Руи.

24

Капут

Ребята неслись по тоннелю быстрее ветра. Спасённые пленники – впереди, а Роуз с Руи и Бахулой – в хвосте. Они понятия не имели, куда надо поворачивать, и плутали по каменному лабиринту, надеясь на удачу.

Руи схватил за руку самого крошечного малыша и побежал вместе с ним в сумрачный тоннель, уворачиваясь от цепких лап хищных лиан.

Могучие гормы тяжело ступали по земле, стремительно нагоняя детей. Как ни странно, неповоротливые на вид создания могли передвигаться с удивительной скоростью.

– КАПУТ! КАПУТ! – вопил попугай Вольдемар, подстрекая каменных чудовищ.

– Как нам отсюда выбраться? Мы и в пещеры-то зашли через ящик, – бормотала Роуз, тяжело дыша от быстрого бега.

Она завернула за угол и оглянулась через плечо. Их преследовали три исполинских монстра, похожих на гигантские валуны и занимавших весь тоннель от пола до потолка, словно озлобленная каменная стена.

– Не знаю, – смутился Руи. – Между прочим, сейчас за нами гонится половина Стоунхенджа[27]. НЕТ! – вдруг вскрикнул он, поднимая взгляд, и резко затормозил.

Роуз и Бахула врезались ему в спину.

Живые лианы сложились в плетёный узор и полностью перекрыли дорогу. Ребята оказались в ловушке!

Роуз оглянулась на гормов, которые приближались.

– Ты, случаем, не знаешь каких-нибудь каменных танцев, чтобы их заворожить? Ну… как ты сделал со змеями?

Руи слабо улыбнулся.

– Нет, а ты?

Внезапно огромная кобра скользнула в пасть одного из гормов и выползла через его ноздрю.

– Не-а, – прохрипела Роуз.

Бахула яростно кричал и прыгал перед каменными монстрами, пока они были ещё на некотором расстоянии, но потом съёжился от страха, и Руи взял зверька на руки. Роуз встала перед детьми, стараясь загородить их собой.

– Если мы здесь сгинем, Роуз Маддл, – дрожащим голосом произнёс Руи, – я хочу, чтобы ты знала…

– Стой! Молчи! Это ещё не конец. Мы выберемся!

Дети всхлипывали и жалобно скулили. «Выходит, мы вытащили их из огня и бросили в полымя», – с досадой подумала Роуз.

Каменные глазницы чудовищ зияли пустотой, дыхание выходило грубыми и резкими рывками. Роуз похолодела от страха и в отчаянии схватила безжизненный янтарный кулон, выставив его вперёд, словно щит.

– Идите отсюдова! – рявкнула она на монстров, набравшись смелости.

Увидев амулет, они растерянно отшатнулись, и девочка фыркнула.

– Узнаёте его, а?

Гормы вытянули шеи, озадаченно разглядывая янтарный кулон, так похожий на знакомый им камень хранителя амулета Верульфа.

– Роуз, – шепнул Руи, – он светится!

– Правда? – ахнула девочка и развернула подвеску к себе.

И в самом деле! Янтарь слабо мерцал, будто в нём проснулись светлячки. Ей вспомнились слова Бабануна: «Ты тоже хранительница кулона, Роуз, и магия Пещер междумирья будет служить тебе, как и любому другому хранителю». Неужели её решимость оживила камень?

– Ты нам поможешь! – обрадовалась Роуз. – Выведешь нас на свободу?

Она расправила плечи, повернула амулет к гормам и бесстрашно рявкнула:

– А ну валите отсюда, гранитные головы!

Бахула выпрыгнул вперёд и принялся ругаться, потрясая кулаками.

– Да-да, вот что он сказал, – добавила девочка, вскинув подбородок.

– Э-э-э, Роуз?.. – позвал Руи, дёргая её за рукав, но она отмахнулась.

– Не видишь, я занята?

– ЛИАНЫ! – завопил он в ответ, и Роуз почувствовала лёгкое прикосновение к лодыжкам.

Она попыталась сбросить цепкие ветви, но они двигались быстрее молнии и не давали ей уйти. За спиной раздались вопли ужаса, и девочка обернулась.

Сотни лиан хватали Руи и детей за волосы и одежду, пытаясь утащить куда-то прочь. Спустя несколько секунд все они пропали в сплетении тёмных ветвей.

– НЕТ! – закричала Роуз, обороняясь от гормов янтарным кулоном. – Бахула!

Маленький макак боролся с хищной лианой, обвивавшей его крошечное тельце. Роуз не успела помочь зверьку, и Бахулу тоже поглотил чёрный шар ветвей.

Они стремительно расползались повсюду, затягивая собою пространство между Роуз и гормами. Каменные чудища бросились на импровизированную живую изгородь, молотя её кулаками и пытаясь пробраться к девочке. «Лианы нам помогают!» – догадалась Роуз. Не успела она перевести дыхание, как ветви настигли и её и стали оплетать всё тело крест-накрест.

Перед ней возникла уродливая морда ревущего горма, осыпающаяся мелкой крошкой. Грубая ручища пробила растительную стену и потянулась к Роуз. Девочка завизжала, и в тот же миг лианы уволокли её в холодную тьму.

Змеи шипели поблизости, а джунгли тёмных растений оплетали пространство, тихо потрескивая и наполняя ноздри неприятным запахом подгнивших осенних листьев. Кулон слабо вибрировал на коже. Вдруг перед глазами вспыхнул бледный свет. Неужто лунный? Лианы вернули их на поверхность?

Мгновение спустя щёки Роуз обдуло прохладным ветром, и она увидела знакомые улицы Джайпура с розовыми зданиями, прикрытые покровом ночи, не оплетённые ни змеями, ни хищным плющом. Повсюду валялись обломки камней и гипса, оставшиеся после землетрясения, пыль до сих пор витала в воздухе.

Лианы отпустили её друзей, вернулись к стенам и с булькающим звуком слились с кирпичами, словно их и не было.

Роуз вздохнула с облегчением и шепнула кулону:

– Спасибо.

Он блеснул золотым и погас, как будто слишком сильно устал. Роуз чувствовала себя точно так же – совершенно измотанной.

25

Доказательство вины

Утром, около половины десятого, Руи повёл Акшая, генерала и целый отряд стражников на базар, и теперь все стояли перед ящиком фокусника – тайным ходом в Пещеры междумирья. Времени на то, чтобы доказать виновность главнокомандующего, у них было совсем мало. До затмения оставалось меньше двух с половиной часов. Зато с двадцатью вооружёнными охранниками Роуз чувствовала себя намного спокойнее и не сомневалась, что они успеют забрать рубин ещё до того, как луна закроет солнце.

Акшай сунул Руи в руку коричневый конверт и проворчал:

– Пришло вам сегодня утром. Возьмите.

– Точно… э-э-э, спасибо, – пробормотал Руи, сунул конверт в сумку и повернулся к генералу. – Мы нашли вход в подземную систему тоннелей, – продолжил он, показывая на деревянный ящик, и печально добавил: – Там держали пропавших детей, нам удалось спасти всех, кроме одного.

Роуз кивнула. Генерал оттолкнул её и вышел вперёд, весь кипя от злости. Ключ с головой змеи, которым он недавно отпирал «Тенепорт», покачивался у военного на шее.

– Что за возмутительный поклёп! Вы тратите моё драгоценное время! – пыхтел он, поглядывая на карманные часы, которые до сих пор не работали. – Не смейте надолго нас задерживать. У меня назначена встреча!

«Конечно», – сердито подумала Роуз, прикрывая глаза ладонью, чтобы взглянуть на солнце.

К сцене подбежала белая собачонка, прыгнула на ногу генерала и попыталась обнюхать его зад. Военный взмахнул хлыстом, и дворняжка сразу присмирела.

Генерал выпрямился и хмуро уставился на Роуз.

– Меня притащили сюда из-за обвинений какой-то мелкотни! И они утверждают, что мой уважаемый покровитель, человек высочайших моральных устоев… на самом деле… какая-то соплячка!

– Да, и вы сами это знаете, – отрезал Руи, а Бахула встал на задние лапки и зашипел.

Белая собачка тем временем описывала восьмёрку у ног генерала.

Он оттолкнул её носком ботинка и буркнул:

– Кыш отсюда.

А затем развернулся и снова продолжил кричать с пеной у рта:

– Думаете, я поверю в какое-то гнусное сообщество, пробудившее мифических чудищ, которые теперь бродят по тоннелям и пещерам, возникшим под городом словно из ниоткуда?! С помощью МАГИИ?! Сами не понимаете, насколько абсурдно это звучит?

Роуз помрачнела. Да, если его послушать, то и впрямь выходила полная чепуха, но разве можно отрицать, что в городе происходят странные вещи? Девочка огляделась. Базар выглядел пустынным и лишённым жизни, будто на него наложили проклятье. Повсюду валялись обломки зданий и продуктовых лотков. Стражники обязательно во всё поверят, как только увидят вход в пещеры.

– Обязательно, – прошептала Роуз себе под нос.

Но, вероятно, Акшай не спешил верить ребятам, да и остальные стражники смотрели на Руи с подозрением.

– А того нелепого фокусника вы нашли? – не унимался генерал. – Он ведь тоже вызывал у вас сомнения?

– Нет, ему удалось ускользнуть, – смущённо ответил Акшай. – Думаю, он покинул город ещё накануне.

Золтан сбежал?.. Роуз шагнула к стражнику.

– Не может быть! Никуда он не делся. Мы его вчера видели, своими глазами!

– И почему махараджа повёлся на глупые детские россказни?! – возмущался генерал. – Я ЭТО ТАК НЕ ОСТАВЛЮ! – прогремел он, и белая собачонка, перепугавшись, вцепилась в зад военного.

– АЙ-Й-Й-Й! – завопил генерал, прыгая на одном месте, а дворняжка покачивалась на нём, словно пушистый хвост.

Акшай отцепил её, и она потрусила прочь, сжимая в зубах обрывок бежевой ткани. Теперь все могли видеть малиновое шёлковое бельё военного, и лицо у него стало багровым от стыда и негодования.

– Будьте покойны, ваше превосходительство, мы быстро всё уладим, – пообещал главный стражник. – У махараджи есть любимчики, но я не сомневаюсь, что этот промах станет последней каплей, – добавил он, с неприязнью покосившись на Руи. – Я допускаю, что мальчика отошлют прочь. Кстати, я предложил школу-пансион в Калькутте.

Роуз заметила, каким довольным выглядит Акшай, и поморщилась. Она понимала, что в пансионе Руи не будет нужна компаньонка. Хотя, если не остановить Верульфа с его крадунами, уже никому ничего не будет нужно, поскольку в живых никого и не останется.

– К сожалению, он склонен ко лжи, – сказал Акшай, и Бахула сердито приподнялся на задних лапках.

– Руи никогда не врёт! – сердито воскликнула Роуз, побелев от ярости. – И за нас могут поручиться все ребятишки, которых мы спасли!

– Кто будет слушать уличных обманщиков? – фыркнул генерал, прикрывая малиновые трусы шлемом. – Без них город станет только безопаснее и спокойнее. Вы, наверное, заплатили этим крысам за то, чтобы они подтвердили ваши слова.

– Они не крысы, а люди! А вот вы ведёте себя не по-человечески, – выпалила Роуз, не удержавшись. – Покажите-ка запястье!

Генерал машинально прикрыл одну руку другой.

– Запястье?..

– Да, с татуировкой чёрного солнца! – сказал Руи. – Оно доказывает, что вы принадлежите гнусному сообществу, которое намерено погрузить мир во тьму! Братству, причастному к убийству мистера Гупты в Англии!

Стражники ахнули и переглянулись.

– Мм, ну…

– Что ж? – поторопил Акшай.

– Д-да, конечно…

Генерал закатал рукав, обнажив уродливый символ, и принялся оправдываться:

– Но её набили не по моей воле! В прошлом месяце я зашёл в бар в Дели и, признаюсь, опрокинул больше бокалов, чем следовало бы. Сначала джин с мускатным орехом, потом ещё пару-тройку рюмочек спиртного… не успел оглянуться, как очнулся со страшной головной болью, словно с вулканом в черепе… и с жуткой меткой на запястье!

Ребята переглянулись. А всеобщее внимание привлёк один из стражников, подошедший к ящику Золтана.

– Он открыт!

Роуз одарила генерала самодовольной усмешкой и заметила, что в его глазах всего на секунду вспыхнула паника. Она встала подле Руи и Бахулы и поднялась на цыпочки, пытаясь заглянуть в «гроб» фокусника.

– Прочь с дороги! – рявкнул генерал, отпихнул её локтем и ринулся к стражникам, тут же расступившимся перед ним.

Он встал напротив ящика, уперев руки в бока и полностью загородив обзор. Роуз затаила дыхание.

– Пусто!

Генерал развернулся на каблуках, не скрывая облегчения и радости. Широкая ухмылка на его самодовольном лице обнажила щель между передними зубами. Военный шагнул в сторону, и все увидели поскрипывающую на ветру дверцу, сломанный велосипедный замок на полу и деревянную заднюю стенку, крепкую и нетронутую.

– Понимаете, это хитрость, обман зрения, – поспешил объяснить Руи. – Не забывайте, что он фокусник. В «гроб» надо зайти и закрыться, чтобы появился проход. Пожалуйста, снимите заднюю стенку, и вы сами всё увидите. Я ничего не выдумываю, честное слово! Мы с Роуз попали в подземелье через ящик!

Роуз кивнула, но стражники смотрели на ребят с недоверием, а кто-то даже зашипел.

– А ну тихо! – прикрикнула девочка на всех сразу, потому что не знала, кто именно это был.

Один из стражников отложил ружьё и принялся отламывать доски, пока за ними не появилась комнатка не больше чулана и с плотными гипсовыми стенами. Никакого причудливого ветра, жуткой тьмы, лиан и змей… Пещеры междумирья исчезли, будто их и не было!

– Вот где прятался шарлатан, дожидаясь, пока всё уляжется. Ха! – хмыкнул генерал. – Магия? Дурацкая иллюзия! А эти двое – ЛЖЕЦЫ!

Сцену наполнило змеиное шипение, сопровождаемое шепотками: они больно кололи Роуз, словно ядовитые стрелы. Девочка места себе не находила от растерянности и волнения.

– Роуз, – шепнул Руи подруге на ухо, и голос его звучал встревоженно. – Подойди к ящику и попробуй открыть вход с помощью амулета, только действуй так, чтобы кулон никто не заметил!

Роуз приблизилась к тесному чулану и заглянула внутрь, сжимая янтарный кулон под одеждой. Она всем сердцем пожелала, чтобы сейчас появился вход в Пещеры междумирья и стражники поверили, что Руи не лжёт. Зажмурилась, открыла глаза… но ничего не произошло. Она мрачно покосилась на друга, который выжидающе смотрел на неё, полный надежды.

Роуз покачала головой, и Руи сразу поник. Она расправила плечи и спокойно направилась к нему, стараясь держаться с достоинством.

Когда девочка проходила мимо генерала, он наклонился и тихо произнёс:

– Вы оба ничего не доказали, значит, вам не поверят. Не сомневайся, скоро ты снова окажешься в работном доме, где тебе и место!

Роуз нахмурилась и ускорила шаг. Откуда он знает про работный дом?!

– Надо выбираться отсюда, – шепнула она Руи и спрыгнула со сцены. – Затмение через полтора часа, время поджимает. Поищем другое решение.

– Держите их! – взревел генерал, когда ребята бросились бежать вместе с Бахулой. – Они хотят улизнуть!

– Унхен лао[28], – скомандовал Акшай, и десять стражников ринулись в погоню.

Генерал воспользовался общей суматохой и поспешил в противоположную сторону, взглянув мельком на небо. По лицу военного расплылась жадная ухмылка, и он завернул на боковую улочку, теребя в пальцах ключ с головой змеи.

26

Друг или враг?

Руи увлёк Роуз за собой на узкую улочку, ведущую прочь от базара, и показал пальцем на гору плетёных корзин у порога ближайшего здания.

– Смотри! – воскликнул мальчик и поспешил забраться в одну из них, захлопнув крышку над головой.

Роуз полезла в соседнюю, а Бахула выбрал другую, поменьше. Он ловко опустил крышку мохнатой лапкой ровно в ту секунду, когда в переулок забежали стражники. Они пронеслись мимо, девочка вздохнула с облегчением, но тотчас затаила дыхание – Акшай вернулся и стал внимательно оглядываться по сторонам. Роуз видела через щели в плетёной корзине, как бегают его хитрые глаза.

Издалека донеслись крики и улюлюканье. Главный стражник выпрямился, ещё раз напоследок окинул взглядом узкую улочку и поспешил к подручным.

Девочка выглянула из корзины, и крышка легла ей на голову, будто шляпа. Похоже, неудача с ящиком Золтана подарила чванливому стражнику возможность избавиться от Руи и проложить дорогу более достойному, по его мнению, наследнику.

Друзья Роуз тоже высунулись наружу. Плетёные крышки опасно балансировали у них на головах, мальчик и обезьянка тревожно озирались по сторонам.

– Нас выставили дураками, – пожаловался Руи, когда все трое выбрались из корзин, и принялся бродить туда-сюда по переулку. – Ещё и дядю я, считай, опозорил. После такого фиаско никто не поверит ни единому нашему слову! А затмение в полдень, осталось меньше полутора часов. Может, я и в самом деле приношу неудачу? Ты оглянись вокруг!

Над городом, прежде шумным и красочным, повисла мрачная и тяжёлая атмосфера. Повсюду лежали обломки зданий, мостовую покрывала серая пыль.

– Не все верят в проклятье, – сказала Роуз, надеясь подбодрить друга.

В ту же секунду из дома неподалёку вышел сгорбленный старик. Заметив Руи, он с ужасом отшатнулся и захлопнул дверь.

Глаза мальчика наполнились слезами, и он вскинул руки в воздух.

– Вот! Опять!

Роуз даже не знала, как теперь успокоить Руи. Они и правда сели в лужу, иначе не скажешь. «Почему кулон не подействовал?» – хмуро подумала она, и ей вспомнилось нахальное выражение на лице Мисси. Нет, сдаваться ещё рано. Столько всего поставлено на карту!

– Слушай, мне ты неудачу никогда не приносил, да и вообще никому, если честно. Я, наоборот, стала счастливее именно после того, как мы подружились. И это самое лучшее из всего, что со мной случалось! Может, дяде и придётся из-за тебя покраснеть, но это ведь лучше, чем побелеть как трупу, верно? Мы всё делаем для того, чтоб его не раздавил горм или крадуны не сожрали.

Роуз положила руку на плечо Руи и посмотрела мальчику в глаза.

– Надо срочно сообразить, как справиться с проблемой, а я знаю одного очень умного парня, который всегда выдумывает просто блестящие планы, и ему это раз плюнуть. Ты же понял, про кого я? Вот, прямо передо мной стоит!

– Спасибо, – хрипло произнёс Руи, ласково сжимая её пальцы. – Друзья всегда умеют поддержать. А мне очень повезло с такой несравненной подругой, как ты, Роуз Маддл! Страшно подумать, что будет, если мы не остановим Мисси. С планом А ничего не вышло, значит, переходим к плану Б.

– У тебя он уже есть?! – ахнула Роуз.

Руи ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами.

– Разумеется! Всегда полезно иметь запасной вариант. Шерлок Холмс учитывает все возможности, а мы последуем его примеру. Где моя карта?

Мальчик выудил из сумки свёрнутую в трубочку карту Джайпура, и она случайно задела коричневый конверт, который вручил ему Акшай. Письмо выпало, Руи поспешил его подхватить.

– Совсем из головы вылетело! – воскликнул он, запихивая конверт обратно в сумку, и торопливо развернул карту.

Руи разгладил её на земле, расстелив в тени за корзинами, Роуз и Бахула уселись рядом.

– Мы не зря нарисовали сетку поверх карты. Солнечная мандала соединяет все достопримечательности и дороги.

Девочка кивнула.

– Да-да, тут волшебная планировка.

– И ещё! – Руи провёл пальцем по красным линиям, разделявшим Джайпур на девять равных квадратов, и показал в самый центр. – Дворец здесь.

Он повернулся к Роуз и выжидающе посмотрел на неё, но девочка не понимала, какие выводы должна сделать.

Она растерянно моргнула.

– И что?

– Савай Джай Сингх не просто так выбрал эту точку, – продолжил Руи. – Место является очень выгодным, если судить по схеме. Оно дарит удачу и успех всем, кто живёт или находится на центральном участке, и считается самой могущественной частью Солнечной мандалы.

Роуз ахнула.

– То есть там «Тенепорт» быстрее всего напитается энергией?!

– Именно! – похвалил её Руи и кивнул на карту. – Ну а посреди центральной площади находится…

– Джантар-Мантар! – воскликнула Роуз, внимательно изучив схему. – Обсерватория Джай Сингха! Думаешь, врата под ней?

– Да, и в этой зоне наши враги будут ещё сильнее. Полагаю, и проход в мир теней там особенно широк.

– Чего же мы ждём?!

Роуз вскочила на ноги. Перед внутренним взором появилась картина из тайной обсерватории мистера Гупты. Пещеры междумирья были нарисованы прямо под Джантар-Мантаром. Значит, догадка Руи верна!

Друзья поспешили ко дворцу, держась в тени и пугаясь каждого звука.

Роуз всей душой надеялась, что они найдут вход в Пещеры междумирья. Она подняла взгляд на утреннее солнце и вздохнула. Время поджимало, и медлить было нельзя. Затмение начнётся совсем скоро.

– Роуз! Мастер Руи! Вот вы где! – окликнули их из очередного переулка.

Ребята замерли и оглянулись. Роуз уловила яркий блеск и сощурилась. Из полумрака вышел Кокоболо, маленькое зеркальце торчало из его кармана. Профессор поднёс палец к губам, и девочка заметила, что вид у него испуганный.

– Как я рад вас видеть! Вы в порядке? – спросил он, переводя взгляд с Роуз на Руи и обратно. – Я повсюду вас искал. Стражники прочёсывают город, пытаясь выйти на ваш след. Я им сказал, что видел двух ребятишек у музея. Выторговал немного времени.

– Спасибо, – искренне поблагодарила его Роуз, чувствуя себя спокойнее в компании профессора.

– Если честно, я слышал ваш сегодняшний разговор на базарной площади, – признался Кокоболо. – А вчера около одиннадцати вечера видел, как генерал вышел из дворца в плаще с капюшоном, как вы и описывали.

– В плаще? – переспросил Руи, склонив голову набок.

– Да, это точно он, – проворчала Роуз. – Мы так и знали!

«А вдруг слизень уже ускользнул в пещеры и дожидается там, пока солнце не почернеет?» – подумала она и нахмурилась.

– И вы видели «Тенепорт»? – спросил Кокоболо, бледный как мел. – Это правда?

– Да, генерал был в пещерах… с ключом… и…

Бахула посмотрел на тёмные облака, грозно повисшие в небе, и что-то бешено затараторил.

Кокоболо понизил голос:

– Я хочу вам помочь. Думаю, вы правы по поводу генерала, а нам нельзя терять ни минуты. Затмения не избежать и… полагаю, я выяснил, куда надо идти.

Роуз заметила, что профессор сжимает в руке причудливый инструмент: палочку размером с карандаш, с тремя цепочками на конце, по металлическому шарику на каждой. Девочка с обезьянкой подались вперёд, с любопытством глядя на Кокоболо.

– И куда?

– В место, расположенное под солнечными часами в обсерватории Джантар-Мантар. Генерал попросил меня встретиться с ним именно там. Думаю, он обо всём знает.

– Вот как? – спросил Руи, приподняв бровь, и отошёл в сторону, выудив из сумки конверт, который получил от Акшая.

– Генерал и фокусник с базара, которого зовут Золтан, хотят открыть портал в мир теней, – поспешно объяснила Роуз. – Помните, от вас требовали, чтобы вы опробовали «Тенепорт» на живых существах? Негодяи похитили детей с улиц и скормили одного из пленников жуткому аппарату, чтобы воспользоваться энергией страха мальчика!

В памяти Роуз всплыли страшные картины прошедшей ночи, и к горлу подкатила тошнота. Кокоболо отшатнулся и схватился за стену, чтобы удержать равновесие.

– Детей! Не может быть! НЕТ! – воскликнул он в ужасе.

Девочка пересказала ему всё, что случилось под землёй. Он внимательно слушал, широко распахнув глаза. Про Солнечную мандалу, про рубин и про то, как землетрясение сформировало Пещеры междумирья под городом.

Пока Роуз говорила, профессор не проронил ни слова, не перебивал её, а затем нахмурился и уточнил:

– Значит, вы попали в подземные помещения, созданные волшебным образом?

– Да, – робко ответила Роуз и мысленно добавила: «Наверное, в это сложно поверить».

– Мы обязаны помешать генералу, – дрожащим голосом пробормотал Кокоболо. – Это всё моя вина, и я помогу чем смогу!

Плечи профессора затряслись, и он всхлипнул. Глаза Кокоболо заблестели от слёз.

– Если бы только я не упомянул о дьявольской машине… Хорошо лишь то, что сейчас я могу отвести вас к аппарату. Спасибо магнитному маятнику, который я совсем недавно изобрёл!

Он приподнял руку с причудливым инструментом. Три шарика покачнулись и звякнули друг о друга. Роуз восхищённо разинула рот и покосилась на Руи, но тот сверлил взглядом письмо. Разорванный конверт лежал на земле у его ног.

Устройство Кокоболо начало двигаться. Три шарика взлетели в воздух, будто сами по себе, и принялись вертеться по кругу, словно карусель на карнавале.

– Ну и ну! – ахнула Роуз, расплываясь в улыбке.

– Генерал просил встретиться с ним возле солнечных часов, – продолжил Кокоболо. – Как мне поступить?

– Мы пойдём с вами, – решила девочка и уже шагнула вперёд, когда её окликнул Руи.

– Э-э-э… стой! Вы ступайте, профессор, а мы вас нагоним. Лучше не заставлять генерала ждать.

Роуз озадаченно посмотрела на друга. Что случилось?

– Встретимся у часов, – добавил он. – Мы не опоздаем. Надо ещё кое-что подготовить.

«Разве? – удивилась Роуз. – Времени-то нет!»

– Хорошо, – растерянно пробормотал профессор. – Буду вас ждать. Но поспешите, пожалуйста. Обещаю, я вас не подведу.

Он быстро развернулся и побежал к обсерватории, держа магнитный маятник на расстоянии вытянутой руки. Металлические шарики громко позвякивали.

Руи выждал ещё несколько минут. Когда Кокоболо пропал из вида, мальчик повернулся к Роуз. Лицо у него посерело от волнения.

– В чём дело? – спросила девочка. – Если не поторопимся, генерал спустится в пещеры раньше нас, а время поджимает!

– Смотри, – прошептал Руи, нервно сглотнув, и протянул ей письмо. – Это про… твоего отца.

27

Презренная подлость

– Никакой информации о профессоре Кокоболо найти не удалось, – объяснил Руи, показывая на газетную вырезку. – Нет ничего ни о том, как он пропал в море и нашёлся, ни о военном госпитале у Бенгальского залива, ничего, что подтвердило бы его слова. Однако я попросил поискать что-нибудь и про твоего отца, и… мы достигли определённых успехов.

– И?.. – спросила Роуз, подходя ближе.

– Сидни Маддл состоял в корабельной команде быстроходного парусного судна «Фортуна», что значит «удача».

– Ему не очень-то повезло, – прошептала Роуз. – Он же погиб…

Руи продолжил, не глядя ей в глаза:

– Они бросили якорь в порту Бомбея в тысяча восемьсот девяносто четвёртом году.

– Но позже он умер. А в следующем году родилась я, – заметила Роуз.

– Да, но кое-что меня смущает, – сказал Руи, протягивая ей другую вырезку из газеты «Таймс оф Индия». – Вот фотография всей команды, снятая в Бомбее, но попозже.

Девочка растерянно моргнула. С одной стороны, ей не терпелось узнать, что за открытие совершил Руи. С другой – она боялась страшной правды.

Роуз выхватила листок из пальцев Руи и сощурилась. Матросы на фотоснимке стояли в ряд, все в одинаковых белых костюмах, очень странных на вид, и в окружении индийских стражников. Она изучила каждого по очереди и просияла, увидев знакомое лицо профессора. На губах Кокоболо застыла очаровательная полуулыбка.

– Кокоболо! – воскликнула она с облегчением.

– Да, а ниже указано его имя, – подсказал Руи. – Вот. Сидни Маддл.

Роуз провела дрожащим пальцем по строчкам. Сердце у неё пело. Она нашла папу! Живого! Ей хотелось немедленно догнать профессора, рассказать ему обо всём… но Руи выглядел таким обеспокоенным, что ей стало не по себе.

Мальчик схватил её за руку и жарко прошептал:

– «Фортуна» не пропадала в море, Роуз. Команду арестовали за контрабанду и пиратство, матросы и капитан провели пять лет в тюрьме за границами Бомбея.

Приятное волнение Роуз сменилось тревогой.

– Ты о чём? – спросила она, и Руи приобнял её за плечи.

– Кокоболо… он был, как бы сказать… не до конца честен с тобой. Вероятно, это твой отец, но он ещё и преступник. Меня с самого начала смущала одна деталь – его дорогие итальянские туфли. А за ней появились и другие: фантастическая история кораблекрушения, заявления о том, что ты кажешься ему знакомой, портрет в медальоне… Подозреваю, он и есть тот влиятельный англичанин, о котором предупреждала тебя Энна!

Роуз покачала головой. Быть такого не может. Наверняка Руи ошибается.

– Нет, он же нам помогает! Кокоболо на нашей стороне… и он ведь мой папа! Разве он может быть плохим человеком?! Подумаешь, оступился в прошлом… а контрабанда вовсе не означает, что он из Братства Чёрного Солнца! Не забывай, Энна писала о влиятельном англичанине! Кто это, если не генерал? Кроме того, у него есть татуировка на запястье – в отличие от Кокоболо! И… – Роуз осеклась, сглотнула ком в горле и опустила взгляд, мысли у неё спутались.

– Я всё объясню, – сказал Руи. – Боюсь, профессор хотел пустить нам пыль в глаза. Слишком многое не сходится в истории. А сейчас он упомянул, что видел генерала в плаще, якобы точно как мы описывали, хотя на самом деле я и словом о том не обмолвился на базаре!

Роуз нахмурилась. Она не знала, что и думать.

Руи принялся мерить шагами улочку, и Бахула сразу взял с него пример.

– Вдруг генерал говорил нам правду? Он выглядел искренне удивлённым, когда пропал «Тенепорт». И почему он резко бросил всё и примчался в Джайпур? Причём после того, как встретил Золтана и дал ему себя загипнотизировать? Возможно, его использовали, чтобы сначала перевезти «Тенепорт» в музей, не вызывая подозрений? Может, он не обманул нас, рассказав про выпивку и татуировку, которую ему набили, пока он был без сознания? Ну а мы отвлеклись и сбились со следа…

Роуз потеряла дар речи.

Потом она снова собралась с мыслями и спросила:

– Но генерал был в пещерах… со своим змеиным ключом?

– Мы не видели его лица, – напомнил Руи.

Роуз сжала виски. Да, не поспоришь.

– Н-но… мой кулон! Он всегда реагировал на генерала, будто боялся его!

– По-моему, он вибрировал только в тех случаях, когда рядом были они оба: и генерал, и Кокоболо. Вполне вероятно, что янтарный кулон остерегается именно профессора.

Роуз напрягла память. Похоже, Руи был прав. Каждый раз, когда амулет вёл себя странно, Кокоболо тоже находился рядом, просто тогда она не обращала на это внимания. Генерал же являлся первоклассным мерзавцем, а подумать на такого – легче лёгкого. Неужели милый, безобидный Кокоболо в действительности вовсе не тот, кем кажется? Нет, ей не хотелось в это верить.

– То есть он пытался втереться ко мне в доверие? Потому что я – хранительница янтарного кулона?

– Возможно.

– И у него нет никакой амнезии?

– Скорее всего, нет, – подтвердил Руи и прикрыл рот ладонью. – Как твой отец мог так с тобой поступить?

На Роуз нахлынула волна отчаяния. Дурацкая история об акулах, потере памяти, слова о том, что она кажется ему знакомой… нет, это никак не укладывалось в голове. Её замутило. «Мой родной папа? Как же так?» – мысленно повторяла она. Сознание затуманилось. А ведь именно он настраивал «Тенепорт». Получается, он и Мисси заодно? Вот что ранило девочку сильнее всего, и она сердито утёрла слёзы.

Послышались раскаты грома, и ребята подняли глаза к небу. Необычные тучи собирались в чёрный циклон, воздух стремительно тяжелел. Атмосфера накалялась, Бахула жалобно запищал, сжавшись в комочек.

– Затмение будет уже совсем скоро! – воскликнула Роуз, сжимая в руках газетную вырезку с фотографией команды судна «Фортуна».

Вдруг она заметила ещё кое-кого на снимке и прищурилась. В ряду позирующих нашёлся другой знакомый силуэт, стоявший в тени. Высокий, с бледным лицом и чёрной острой бородкой.

– Не может быть! Золтан?!

– Дай посмотрю, – сказал Руи, забирая вырезку и внимательно изучая список имён. – Здесь указано, что это граф Алексей Горский, дальний родственник российского царя, оказавшийся в немилости. Значит, он голубых кровей!

– Ага, но опозоренный.

Руи медленно кивнул.

– Интересно, из-за чего?

– А Кокоболо и Золтан давно знакомы, – печально добавила Роуз. Это лишь подтверждало опасения Руи, и ей было ужасно обидно. Она доверяла профессору, а он оказался лживой крысой! – Почему обычный моряк, даже пират, стал признанным учёным? Откуда у него столько ума?

– Хм… – протянул Руи. – Ситуация запутанная, ничего не скажешь. Наверное, он тоже состоит в Братстве Чёрного Солнца?

– Какая разница! – вспылила Роуз. – Как мы остановим проходимца?!

– У нас есть одно преимущество. Кокоболо не подозревает, что мы раскопали его сомнительное прошлое, поэтому очень важно сохранить в нём эту уверенность. Если он будет думать, что мы до сих пор видим в нём союзника, то, пожалуй, отведёт нас в Пещеры междумирья. Вот наш единственный шанс попасть туда до затмения!

– Но я хочу врезать ему как следует! – воскликнула Роуз и ударила кулаком по ладони.

– Не спеши, – осадил её Руи. – И вообще, вставай в очередь. Я первый его разукрашу. Никто не смеет так дурно обращаться с моей несравненной компаньонкой!

Он кивнул, нахмурился и добавил:

– А пока правда ещё не вышла наружу, постараемся сдерживаться. Обыграем хитреца в его собственной игре.

Вдруг словно из ниоткуда появился Акшай.

– Вот ты где, глупый мальчишка, – прошипел он, злобно сощурившись. – Думал, удастся от нас скрыться? Твоё время вышло. Тебя ждёт встреча с махараджей, а затем – школа-пансион в Калькутте: скоро будешь далеко от несчастных, измученных горожан. Твоя лживость больше никому не навредит. Видишь, что ты сотворил с нашим прекрасным городом? Его отравило твоё проклятье, а теперь ты настроил против нас генерала. И уничтожил Джайпур!

Он сердито смахнул слюну с губ. За спиной Акшая уже топтались его подчинённые.

– Нет! Только не сейчас! Затмение… – слова Руи потонули в шипении стражников, тянущих к нему руки.

– Эй! А ну, отпустите его! Слышьте? Вы ошибаетесь! – кричала Роуз, пытаясь защитить друга, но её оттолкнули, и девочка плюхнулась на землю.

– Роуз! – окликнул её Руи, когда его волокли прочь. – Ты знаешь дорогу. Жди меня в условленном месте! И никуда не уходи!

Бахула завертелся, не представляя, за кем побежать.

Роуз наклонилась и погладила зверька по голове.

– Иди к Руи. Мне надо закончить кое-какие дела.

28

Магнитный центр

Роуз проскользнула к обсерватории Джантар-Мантар и, стараясь никому не попасться на глаза, поспешила к солнечным часам, которые возвышались над остальными сооружениями и лестницами. Вероятно, Кокоболо ждал её в самом центре обсерватории. Одной было тяжелее, но девочка старалась не думать о Руи и держала в уме напутствие друга. От причудливых построек исходила жуткая атмосфера, казалось, что здесь лежит проклятье.

Роуз закусила губу, вспоминая, как стражники уволокли Руи. Теперь всё зависело только от неё.

На стенах вели дозор гульманы. Желтовато-бурая шерсть и длинные хвосты мерцали в свете горячего солнца. Животные выглядели точно так же, как обезьяны из храма Ханумана, а Роуз не сомневалась, что в обсерватории их раньше не было… хотя с тех пор, конечно, многое изменилось.

Девочка перегнулась через перила и заглянула в тоннель под солнечными часами. Профессора нигде не было видно. Может, он уже нашёл вход в пещеры? Роуз ловко и неслышно спустилась по длинной лестнице и нырнула в тень за каменной колонной. Нервы были натянуты до предела.

Внезапно её окликнул знакомый голос. Кровь у Роуз застыла в жилах, и девочка медленно обернулась.

– Я знал, что ты придёшь, – сказал Кокоболо, широко улыбаясь.

Лестница солнечных часов у него за спиной уходила высоко в небо. Роуз вдруг стало не по себе. Тишину нарушало лишь тихое позвякивание маятника с тремя металлическими шариками, вертевшимися на цепочках как обезумевшие пчёлы.

– Г-где генерал? – пробормотала Роуз, заикаясь.

– Он не пришёл. Наверное, ждёт нас внутри. Мастер Руи не с тобой? – спросил Кокоболо, заглядывая ей за плечо.

– Не-а, – ответила Роуз. – Он занят, но скоро будет. Решил… попросить помощи у дяди, – заявила она, надеясь, что друг и в самом деле появится с минуты на минуту.

Ей не хотелось, чтобы Кокоболо думал, будто она совсем одна.

Профессор шагнул вперёд, и Роуз поёжилась.

– Смотри, магнитный маятник работает. «Тенепорт» где-то рядом!

«Конечно», – сердито подумала Роуз, дрожа от волнения. Ей не хватало сил даже поднять взгляд на подлого обманщика.

Кокоболо подался к ней.

– Ты в порядке, моя дорогая? Выглядишь очень бледной.

– Всё замечательно, – заверила профессора Роуз, пытаясь скрыть ярость за кривоватой улыбкой.

– Тогда пойдём. Я покажу тебе, где сигнал сильнее всего. Прошу, сюда, – сказал профессор, кивая на тоннель под солнечными часами.

Девочка проследила за его взглядом. По лестнице быстро проползли две чёрные змеи и исчезли в какой-то щели. Именно здесь Роуз и Руи столкнулись с Кокоболо, когда тот прятался от генерала. Это было в их первый день в Джайпуре.

Роуз не сомневалась, что Руи правильно всё рассчитал. Очевидно, тут находились главный участок Пещер междумирья и кошмарный «Тенепорт», который должен был сыграть роль врат в мир теней.

Роуз оглянулась в надежде увидеть друзей в сопровождении дворцовых стражников, но никого не обнаружила. Повсюду царила мрачная тишина. И ещё неизвестно, чем закончился разговор Руи с махараджей. Поверит ли ему дядя после того прокола на базарной площади? Девочка закусила губу.

– Медлить нельзя, моя дорогая, – поторопил её Кокоболо. – Нам пора. Скоро наступит затмение. Мне известен принцип работы зловещего аппарата, и я сумею предотвратить катастрофу. Надо лишь подобраться ближе…

Он вытер пот со лба, и Роуз сощурилась.

– И что вы сделаете?

– Я, э-э-э… что-нибудь придумаю, – неуверенно пролепетал профессор. – Ведь я изучал «Тенепорт», а если мне удастся снова его осмотреть… – Кокоболо поднял глаза к солнцу, и Роуз заметила, как по его лицу скользнула тень искреннего ужаса. – Мы должны отыскать достаточно просторный вход, – выпалил он и принялся отчаянно водить ладонями по каменным стенам.

Роуз нервно переступила с ноги на ногу. Неужели профессор действительно из Братства Чёрного Солнца? И желает ей зла? Как страшно! В горле появился ком, и она поспешно его сглотнула.

– По слухам, где-то здесь должен скрываться тайный проход, – бормотал профессор. – Но я нигде не вижу двери! Хотя на самом верху лестницы есть некий округлый проём…

Кокоболо вышел из тоннеля, прикрыл глаза от полуденного солнца и посмотрел на ступени, которые возвышались где-то в сотне футов над землёй.

– Он достаточно большой, чтобы пролезть в него, и спуск получится совсем отвесный, как в колодце, а это очень опасно, но самый мощный сигнал идёт именно оттуда. Возможно, в проёме искривляется пространство – и мы сумеем попасть в пещеры…

Профессор шагнул в тень и повернулся к Роуз.

– Ты со мной?

Роуз совершенно не хотелось его сопровождать. Она встала на цыпочки, высматривая Руи и Бахулу, но те до сих пор не появились. Девочка стиснула кулон под туникой, надеясь получить совет у амулета, но камень оставался холодным и безжизненным.

– Роуз, до затмения полчаса… – Кокоболо осёкся и покачал головой. – Хотя, может, и правда будет лучше, если ты останешься тут и подождёшь. Пожалуй, ситуация слишком серьёзна. Не стоит рисковать. Я активировал «Тенепорт», и я должен положить этому конец. Всё сделаю сам – и не буду втягивать тебя в заварушку. Мне не хватает храбрости, дорогая Роуз, но ты вдохновляешь меня. Ты дала отпор генералу, а я о таком и помыслить не мог… поэтому обязан постараться найти в себе силы и поступить как должно, даже если мои действия… будут стоить мне жизни.

Он одарил Роуз слабой улыбкой, и девочка растерянно моргнула. Как такое вообще понимать? Кокоболо выглядел невинным, вовсе не причастным ко всей этой истории, будто ни о чём не знал, а взгляд его сверкал решимостью. Неужели он говорил искренне? «Нет, – подумала Роуз, нахмурившись. – Надо сосредоточиться на фактах, прямых и безжалостных, как сделал бы Шерлок Холмс… и Руи». Она своими глазами видела газетную вырезку. Кокоболо и Золтана арестовали много лет назад, как и всю команду судна «Фортуна».

Кокоболо выдумал легенду о кораблекрушении и потере памяти, значит, врать-то он и впрямь умел.

Волшебный кулон завибрировал, и Роуз поспешно отвернулась, чтобы достать его из-под ворота туники. Да, ей не показалось. Тёмная сердцевина пульсировала, янтарь слабо светился. «Ты ожил?» – мысленно спросила Роуз и погладила холодную поверхность.

Вдруг стена рядом с ней задрожала, послышался тихий гул, а за ним – скрип ветвей. Они раздвигали каменную кладку тонкими зелёными «пальцами», и скоро в стене образовалась тёмная дыра, достаточно большая, чтобы в неё можно было пролезть.

Роуз ахнула и спрятала кулон.

Она очень переживала за друзей, и спускаться в пещеры без Руи и Бахулы казалось неправильным. Девочку не оставляла отчаянная надежда, что они прибегут с минуты на минуту, но время истекало, и Роуз подозревала, что проход рано или поздно затянется. Она будет вынуждена присоединиться к профессору и выгадать момент, чтобы забрать рубин и помешать злодеям. По крайней мере, янтарный амулет очнулся, и Роуз могла ему довериться.

Может, она успеет остановить Мисси, Золтана и генерала – и не даст Верульфу и крадунам пробраться в этот мир и наполнить его тенями, страхом и ненавистью. Не важно, придут сюда Руи и Бахула или нет, она всё равно обязана встать на пути Братства Чёрного Солнца!

– Моя дорогая, – с неподдельным восхищением пробормотал Кокоболо, – ты видишь? Открылся вход в Пещеры междумирья! Потрясающе! Они и впрямь существуют, как ты и описывала… Нас ждут великие дела! Идём?

Он заглянул внутрь и поманил её рукой.

Ветви зашевелились, явно собираясь сплестись, и Роуз поняла, что время на исходе.

Возможно, Кокоболо искренне хотел ей помочь и генерал просто-напросто использовал его как пешку? В сердце девочки затеплилась новая надежда. И в конце концов она не одна. На её стороне волшебный амулет. Роуз не сомневалась, что справится. Кровь забурлила от прилива адреналина.

Кокоболо взял её за руку. Отец и дочь вместе, но неизвестно, заодно ли, нырнули в темноту.

Живые лианы сцепились между собой, закрывая вход, а на Роуз и Кокоболо опустилась кромешная тьма.

– Потрясающе, на что способна ты, Роуз, со своим кулоном, – прошептал Кокоболо, впившись пальцами ей в запястье, и потянул за собой, отбросив палочку с металлическими шариками.

Магнитный маятник со звоном покатился по земле.

По спине девочки пробежал холодок. Она ни разу не упоминала о кулоне при профессоре.

29

Обречённые

Лианы сплелись у них за спинами, и Роуз запоздало осознала, что оказалась в ловушке Пещер междумирья вместе со своим лживым отцом… и непонятно, какие ещё опасности ждали её впереди. Было ужасно обидно, что рядом нет друзей. Наверное, следовало всё-таки их дождаться.

– Там виднеется слабый свет, – торопливо произнёс Кокоболо и потащил её к лестнице, уходящей далеко-далеко вниз.

Они погружались всё глубже в систему пещер, и у девочки начинала кружиться голова. Скрип лиан в кромешной тьме бил в уши. Роуз казалось, что её внутренности сворачиваются, скручиваются, как эти ветви.

Кокоболо явно знал, куда идёт, причём очень спешил.

Роуз постаралась отбросить страх и сосредоточиться. Главное, что она попала в Пещеры междумирья и у неё волшебный кулон. Надо только добраться до «Тенепорта», вынуть рубин и захлопнуть дверцы, чтобы портал не открылся. Она пыталась убедить себя, что всё будет в порядке, но сомнения истончали нити надежды.

У подножия лестницы яркий свет выхватывал из полумрака плетёную арку живых ветвей, ведущую в просторное подземелье. Кокоболо стиснул запястье Роуз, и она поморщилась от боли.

– Не бойся, – прошептал он сквозь зубы. – Я с тобой. И никому не позволю тебе навредить.

Роуз хотелось верить, что он её защитит, но разве Кокоболо заслужил это доверие?

– Д-думаете, мы сможем их остановить? – пробормотала она, заикаясь.

Профессор ничего не ответил. Он молча поволок её к пурпурному сиянию, и по телу Роуз опять пробежала волна страха.

Очутившись в центральной пещере, девочка сразу обратила внимание на клетку с открытой, словно жадная пасть, дверцей. Ту самую клетку, из которой она и Руи вызволили детей.

Теперь здесь было пусто, но из «Тенепорта» всё ещё доносились приглушённые крики, эхом разносившиеся по каменной пещере. Неужели это Рохан, бедный мальчик, которого скормили ужасной машине? Он до сих пор жив?

Без Мисси и гормов пещера казалась огромной, и Роуз вдруг почувствовала себя совсем крошечной. Прохладный ветер из тоннеля раздувал волосы своим ледяным дыханием. Сквозь круглое отверстие в потолке пробивался свет полуденного солнца. Вероятно, Роуз и профессор находились прямо под лестницами тех гигантских часов обсерватории, хоть и изрядно проблуждали в темноте. Широкий луч падал прямо на «Тенепорт», и рубин ослепительно мерцал.

«Вот он, – мысленно сказала Роуз, не сводя глаз с цели. – Но как же странно, что здесь никого нет. Солнце вот-вот почернеет. Где гормы? И Мисси?» Что ж, зато это сильно облегчало ей задачу. «Тенепорт» никто не охранял, оставалось лишь до него добраться.

Девочка смахнула с себя цепкую руку профессора и поспешила к берегу подземного пруда. Интуиция подсказывала: всё как-то слишком легко и что-то явно не так, но Роуз просто не могла бездействовать.

– Подожди меня! – окликнул её Кокоболо, но вдруг по пещере эхом разнёсся другой, высокий и чистый голос.

– Как трогательно!

Мисси вышла из тени за аппаратом и хихикнула.

– Отец и дочь воссоединились… разве не мило?

На шее маленькой леди пульсировал тёмный кулон, а в руке она сжимала книгу с эмалированным человеческим глазом на обложке.

«Журнал мистера Гупты! – догадалась Роуз. – Наверное, Мисси стащила его после ритуала в Хоуве… и второй волшебный амулет тоже. Значит, там написано про врата в Джайпуре? Вот почему она про них узнала?»

К Мисси подошли три каменных чудовища и бросили что-то к её ногам. Роуз сощурилась и замерла в растерянности. На земле, как большой жирный опарыш, связанный и с кляпом во рту, извивался генерал.

«Он не с ними! Руи не ошибся! А Кокоболо… неужели?» – подумала Роуз и резко обернулась.

– Вы меня подставили! – крикнула она и толкнула профессора со всей силы. Разочарование смешалось с ненавистью, и щёки девочки горели от ярости. – Вы… ты… лживый, бесполезный, бесхребетный тараканище! Я знаю, что ты мой папа, но лучше бы ты им не был. Ты нас бросил, меня и маму, оставил на произвол судьбы!

– Роуз, пожалуйста, – пробормотал Кокоболо, отряхивая плечи. – Я так долго ждал! Не надо всё портить, хорошо? Это же ради нас!

Кокоболо схватил её за руку, впившись пальцами в кожу. Теперь его голос звучал иначе, сильно и уверенно, а глаза блестели злобой и алчностью. Образ робкого профессора разбился вдребезги.

Роуз выкрутилась и отошла назад, чувствуя себя преданной и ужасно напуганной.

– Нет никаких «нас»!

– Семейная ссора! Очаровательно! – воскликнула Мисси со звонким смехом и положила журнал мистера Гупты подле «Тенепорта».

Затем она подняла руки, и её губы расплылись в идеально ровной, хищной улыбке.

– Хватайте её!

Внезапно из оплетённых корнями и лианами стен выскользнули сотни змей и поползли к Роуз. За ними последовали гормы, один за другим, пока их не набралось целых двенадцать. Вся небольшая армия чудищ с пустыми каменными мордами шагала на девочку, и Роуз поняла, что бежать ей некуда. Она и в самом деле оказалась в ловушке и в панике застыла, не зная, как быть.

Роуз сжала кулон и попыталась успокоиться, чтобы задействовать силу янтаря, но тёмная сердцевина в камне лишь слабо моргала, и ничего не происходило.

– Тебе никто не навредит, – пообещал Кокоболо, вперив в неё холодный, словно металлический взгляд. – Если, конечно, ты будешь их слушаться.

Затруднённое дыхание гормов, дикое и хриплое, окружило Роуз со всех сторон. За каменными созданиями стоял Кокоболо, но на него девочка старалась не смотреть. Её переполняло глубочайшее презрение к этому человеку, которого ей совсем не хотелось считать отцом.

– Врата можно открыть только во время затмения, а до него осталось двадцать минут. Ты как раз вовремя, Роуз! – восторженно воскликнула Мисси.

От пруда поднялся страшный гул, и тёмные лианы начали сплетаться в уродливый мост.

Роуз воспользовалась моментом и помчалась прочь. Гормы и Кокоболо замешкались и остались позади. Сандалии скользили по влажной и неровной поверхности, но девочка не сводила взгляда с «Тенепорта» и рубина.

Через несколько секунд Кокоболо погнался за ней, а мост рушился у профессора за спиной, опадая в воду.

– Да-да, поспеши! – крикнула Мисси. – Затмение уже скоро! Мы ведь не хотим пропустить всё веселье, а?

Она сощурилась на луч света, пробивающий тьму, и хихикнула.

Слёзы блестели на щеках Роуз. Она спрыгнула на каменный выступ и, не замедляясь, понеслась прямо на Мисси. К маленькой леди сразу поспешили гормы, по одному с каждой стороны, и Роуз резко затормозила.

– Как чудесно, что ты прибежала сюда, Роуз Маддл! Без тебя у нас бы ничего не получилось. Ты – важная составляющая нашего плана. Нам нужны оба кулона, чтобы открыть врата!

– И не подумаю тебе помогать, гадина ты ползучая! Разве не понимаешь, что Верульф тебя использует как марионетку?!

Роуз покосилась на «Тенепорт». Это была массивная пирамида, футов восемь в высоту, с крутыми боками, по которым невозможно забраться наверх. Может, оттолкнуться от объёмных змей, обвивающих аппарат? Роуз стала медленно приближаться к нему, стараясь отвлечь хранительницу кулона Верульфа беседой.

– Он убьёт тебя сразу, как только выберется в наш мир!

Смех Мисси разнёсся по пещере, словно звон колокольчиков.

– Не сравнивай меня с тем старым дураком из Хоува. Дети сильнее, и могущество скрывается в моём… в нашем возрасте, Роуз. Вместе мы способны на всё, наши старания будут вознаграждены, вот увидишь.

– Нет уж! – фыркнула Роуз. – Личико у тебя хорошенькое, но сама ты ядовитая… как гадюка!

Они стояли лицом к лицу, и обе стиснули в руках амулеты. Гормы попятились, оскалив кривые зубы.

Мисси уступала сопернице ростом, но её это явно ни капельки не смущало. Она с вызовом смотрела на Роуз, и павлиньи перья покачивались, задевая тугие кудри. Стена зеркал перед «Тенепортом» показывала искажённые отражения девочек, сливающиеся вместе.

– Внешне ты красивая, но в душе уродливая, – продолжила Роуз и хлопнула себя по сердцу. – А ведь главное именно там – внутри!

– Уродливая, – повторила Мисси, отшатнувшись и едва не споткнувшись о подол своего изысканного наряда.

Однако она тотчас оправилась, шагнула вперёд и сморщила свой идеальный носик.

– Или просто сильнее тебя? Получается, я и красивее, и сильнее!

Роуз посмотрела на рубин. Он сиял ярче прежнего. Если Бабанун не ошибается, без камня «Тенепорт» не сможет получать энергию. Оставалось только надеяться, что он ещё не набрал достаточно сил для открытия портала. В любом случае медлить было нельзя.

Роуз бросилась к пирамиде, но выпуклые змеи оказались чересчур скользкими, и она позорно скатилась с «Тенепорта». Гормы схватили девочку за пояс и поставили на землю, но отпустить и не подумали.

– Нет, я всё верно сказала, ты уродливая, а сердцевина у тебя гнилая! И сочится наружу… прямо как яд! И всё вокруг отравляет! – кричала Роуз, пытаясь вырваться.

Мисси цокнула языком.

– Жалко на тебя смотреть. Честное слово, я ожидала большего от печально известной Роуз Маддл. К тому же если вынешь рубин, тот мальчишка и надоедливый заведующий музея… они оба погибнут.

Роуз озадаченно моргнула. Они что, успели добраться и до Кумара? Она хмуро покосилась на Кокоболо, и он ухмыльнулся.

– Мне не понравилось, что он совал нос в наши дела, – объяснил профессор и пожал плечами.

Мисси посмотрела на Роуз в упор.

– Подумай, Роуз, лишь из-за тебя они могут оказаться в ловушке и погибнуть… мучительно и болезненно. Но есть один-единственный способ их спасти – принять участие в нашем скромном эксперименте. Если мы распахнём врата между мирами, твои друзья выйдут на свободу, и я сохраню им жизни. Если, конечно, ты согласишься с нами сотрудничать. Ты же хочешь им помочь?

Мисси накрутила светлый локон на палец и вопросительно вскинула брови.

– По-твоему, я соглашусь выпустить Верульфа и его мерзких крадунов, чтобы они разрушили всю Индию? Нет! Ты что, рехнулась?! – выпалила Роуз, вскинув подбородок.

– Признаюсь, я рассчитывала на такой ответ, – сказала Мисси и хлопнула в ладоши. – Как пожелаешь. «Тенепорту» надо ещё немного подкрепиться перед затмением, а мяса у нас хватает, хотя ты освободила детей…

Она опустила взгляд и показала пальцем на генерала.

– Вот, он сойдёт.

Гормы потопали к генералу, который извивался на земле, связанный по рукам и ногам, схватили его и подтащили к Мисси. Она выдернула кляп, и пленник сразу заныл, позабыв о высоком статусе. Страх и опасность сделали его намного более уязвимым и человечным.

– Господи, что здесь происходит?! – прошептал он.

Мисси поднесла палец к его губам.

– Тише. Сохраните силы для падения.

– К-какого падения? – переспросил генерал, и на лбу военного выступил пот.

– Мне нравится слушать чужие вопли, – с наслаждением произнесла Мисси и щёлкнула пальцами.

Гормы подняли жертву в воздух. Генерал ёрзал в каменных лапах чудовищ. Он напоминал жука, случайно перевернувшегося на спинку.

– НЕТ! – крикнула Роуз. – Хватит!

Кокоболо расплылся в улыбке.

– Моя дорогая, он ведь тебе никогда не нравился!

– Прекратите! Ладно, – проворчала Роуз, глядя на Мисси исподлобья. – Я вам помогу. Только отпустите генерала.

– А где «пожалуйста»? – спросила Мисси, потирая руки.

– Что?

– Скажи «пожалуйста». А ещё лучше – «умоляю»! Иначе генерал полетит вверх тормашками! Давай… я пока не слышу тебя, – проворковала Мисси, поднося ладонь к уху.

Роуз сердито на неё зыркнула и промолчала.

– Как хочешь! – пропела Мисси.

Она широко улыбнулась и хлопнула в ладоши, лицо у неё сияло, словно рождественские огоньки.

Гормы толкнули пленника к «Тенепорту», и громкие протесты генерала сменились жалобным писком.

– Помогите! – взвыл он и в отчаянии воззрился на Роуз.

– Пожалуйста! – поспешно проговорила она. – Умоляю! ХВАТИТ!

– Мудрое решение, – похвалил Кокоболо.

Роуз тут же огрызнулась:

– Помолчи, папаша! А то сама скормлю тебя мерзкой штуковине!

Он поморщился.

Внезапно по пещере разнёсся страшный вопль, полный отчаяния. Роуз оглянулась на «Тенепорт» и обнаружила, что генерал исчез. Пирамида сотрясалась и гудела, из её глубин раздавались жуткие крики. Новые гормы выбрались из тени, каменные стены подземелья дрогнули.

– Нет! – ахнула Роуз.

– Ой, как неловко вышло, – хихикнула Мисси, махнув на распахнутые двери «Тенепорта», и пожала плечами. – Наверное, он поскользнулся?

Она подхватила шлем с земли и бросила вслед за генералом.

– Вот, вы забыли! – со смехом произнесла Мисси и отряхнула ручки с самодовольной улыбкой.

Кокоболо гнусно и подло усмехнулся, а Роуз внезапно возненавидела профессора с новой силой. Ни к кому она ещё не испытывала такого отвращения.

Девочка бросилась на Кокоболо и принялась молотить его по груди, но гормы быстро её оттащили.

– Прояви уважение к папеньке, – проворковала Мисси. – У нашего повелителя на него большие планы! Покажи ей, – скомандовала она неожиданно холодным голосом.

Кокоболо криво ухмыльнулся и расстегнул рубашку. Всю его грудь покрывала огромная татуировка. Уродливое чёрное солнце насмешливо таращилось на Роуз.

– Пожалуй, пора познакомить тебя с повелителем. А вот так он говорит со мной, – объявил Кокоболо, доставая зеркальце из кармана твидового пиджака и повернув его стеклом к Роуз.

За мутной поверхностью мелькнула чёрная тень, которая мигом перенеслась в высокие зеркала Золтана, выставленные перед «Тенепортом».

– Что за… – растерянно пробормотала Роуз: сердце у неё колотилось как бешеное.

В зеркальце Кокоболо снова появился тёмный силуэт, который отражался во всех кривых зеркалах.

Профессор шагнул ближе, не отводя овальное стекло от Роуз, и вскоре девочка увидела жуткую голову с ветвистыми рогами. Кошмарное создание становилось всё крупнее, пока мерцающую поверхность не затянуло пеленой мрака. Внезапно в тёмных клубах вспыхнули два красных глаза: теперь они смотрели на Роуз из всех окружавших её зеркал.

– Он направляет меня через зеркальце, – объяснил Кокоболо. – Рассказывает мне тайны вселенной. Он стал моим спасением, когда, казалось, всё было потеряно. Кстати, Горский (ты знаешь его как Золтана) – мой старый друг, которому я всегда доверял. Мы провели много лет в плаваниях вместе. Несколько недель назад он обнаружил меня в баре на окраине Дели, где я заливал пойлом своё горе и отчаяние. Он дал мне это зеркало и сказал, что оно всё изменит. И не обманул! Скоро меня будут уважать и почитать, как и тебя, Роуз. Обвести генерала вокруг пальца было проще простого. Золтан контролировал его с помощью гипноза. А я сделал всё, что вы просили, хозяин, – добавил Кокоболо, поглаживая оправу, и почтительно склонил голову. – Я доставил «Тенепорт» в пещеру и привёл Роуз Маддл.

– Ты отлично спр-р-равился и будешь нагр-р-раждён, – пообещал Верульф. – Да, Р-р-роуз Маддл, мы с твоим отцом стали кр-р-репкими др-р-рузьями.

Он зашёлся отвратительным смехом, и его красные глаза моргнули в зеркалах.

– Пр-р-ризнаться, я тобой восхищаюсь, Р-р-роуз Маддл. Ты обычная девочка, но в тебе скр-р-рываются невер-р-роятные силы. Мы с тобой похожи, и невоор-р-ружённым глазом видно, что ты – мой потомок. Я… ценю тебя.

Мисси наморщила носик и сердито скрестила руки на груди.

– Нет у нас ничего общего! – рявкнула Роуз.

– Копи эту яр-р-рость, Р-р-роуз, она тебе пр-р-ригодится.

– Не куплюсь я на твою болтовню! – закричала Роуз. – Однажды тебя прогнала – прогоню ещё раз!

Она стиснула в кулаке янтарный кулон, надеясь получить совет от камня, но он молчал, и только в самом центре пульсировала тёмная точка.

– Роуз, не сопротивляйся тому, что неизбежно, – с пафосом произнёс Кокоболо, поднимая зеркальце над головой. – Лорд Верульф обещал подарить «Тенепорт» нам с Золтаном, а благодаря аппарату мы (и ты, Роуз) станем самыми влиятельными и могущественными людьми на земле и построим новое будущее на обломках печального прошлого. Мы семья – и должны быть вместе. С этим аппаратом и твоим кулоном мы станем властителями всего мира. Тебе надо лишь помочь Мисси открыть врата. Сейчас же!

– Ни за что! Ты – МЕРЗКИЙ ОБМАНЩИК! – гневно выпалила Роуз.

В ту же секунду с другого берега донёсся отчаянный крик:

– РОУЗ!

– О, запоздавшие гости, – прощебетала Мисси, встав на цыпочки. – Как мило! Золтан, а я гадала, где вы ходите! Неужели принесли нам свежего мяса? Вы очень вовремя!

Роуз обернулась и увидела Золтана. Возле него парил Вольдемар, а над водой опять поднимался плетёный мост. По берегу пруда бежал Руи, прижимая к груди трясущегося Бахулу. В глазах мальчика плескался страх, и Роуз задрожала от ужаса. Друзья пришли её спасти, но попались в ловушку. Последний луч надежды моргнул и потух.

– Мальчишка, – прошипел Верульф, а вслед за этим раздалось щёлканье зубов гормов.

Свет из отверстия в потолке начал тускнеть, и на пещеру опустилось покрывало причудливой полутьмы. Гормы ахнули от восхищения и одновременно рухнули на колени, прославляя наступающий мрак. Роуз не понимала, что они бормочут, но подозревала, что ничего хорошего. Вопли, доносившиеся из «Тенепорта», становились всё надрывнее. Облака постепенно окружали солнце, ветер свистел в тоннелях. До затмения оставалось несколько минут.

30

Мир, окутанный тьмой

Руи поспешил к Роуз, но в него вцепились осыпающиеся каменные пальцы.

Мальчик выронил Бахулу и крикнул:

– Прости, Роуз! Я сбежал от Акшая во дворце и сразу помчался сюда, но мы не успели тебя застать у солнечных часов. А потом появился Золтан и… – Руи заметил Кокоболо с его кошмарной татуировкой и обратился прямо к профессору: – Это вы сказали стражникам, где я! Вы во всём виноваты! Как вы могли так поступить с родной дочерью?!

Золтан и Кокоболо, не обращая внимания на мальчика, приветливо похлопали друг друга по спине. Золтан взъерошил тонкие волосы профессора.

– Мы справились, Сидни! Ты можешь поверить? Скоро врата откроются, а за ними и другие по всей земле, и отовсюду в наш мир проникнут крадуны. Мы будем управлять им… под вашим могущественным руководством, – добавил он, кланяясь силуэту с ветвистыми рогами.

Верульф мрачно усмехнулся.

Бахула носился по каменному выступу, шипя на гормов и вздыбив шерсть.

Роуз попыталась вырваться из захвата чудовищ, но у неё ничего не получилось.

Она посмотрела на драгоценный камень на вершине пирамиды и крикнула:

– Возьми проклятый рубин, Бахула!

Маленький макак сосредоточенно сморщил мордочку и побежал к «Тенепорту», но Мисси успела перехватить зверька в прыжке. Она сцапала обезьянку за шкирку, и Бахула, жалобно запищав, повис в воздухе.

– НЕТ! – хором крикнули Роуз и Руи, но гормы сдерживали ребят и не давали им броситься на помощь Бахуле.

Зверёк извивался изо всех сил, стараясь освободиться, но тщетно. Мисси поднесла его к распахнутым дверцам, из которых лился пурпурный свет.

– СТОЙ! – взмолился Руи. – НЕ НАДО!

Бахула обмяк. Мисси покосилась на Роуз и ухмыльнулась. А затем отпустила обезьянку, и бедный Бахула с отчаянным воплем пропал в глубинах «Тенепорта».

– БАХУЛА! – заорала Роуз, но он уже её не слышал.

Руи упал на колени, но гормы подняли его за локти.

«Тенепорт» слабо покачнулся, наслаждаясь скромной закуской.

Мисси отряхнула руки и расплылась в улыбке.

– Теперь намного лучше!

– Сегодня отужинаем обезьяниной! – проревел довольный Верульф, а Кокоболо с Золтаном зашлись гадким смехом.

Руи, вне себя от ярости, выкрутился из захвата каменных чудовищ и помчался на Мисси.

– Сейчас ты к нему присоединишься, – пригрозил он, но тёмные лианы, повинуясь хранительнице кулона Верульфа, спустились с потолка и опутали Руи, заключив в крепкую клетку.

Ноги мальчика оторвались от земли, и он повис в воздухе, отчаянно пытаясь вырваться на свободу.

– РУИ! – закричала Роуз.

– Делай всё так, как я скажу, иначе он полетит вслед за обезьянкой, – прошипела Мисси, тыча пальцем в Руи.

Она приподняла подол длинной юбки и шагнула к аппарату.

– Как выяснилось, мой дальний предок не сумел открыть портал, поскольку не располагал обоими кулонами. Однако сейчас у нас есть твой кулон, и наш великолепный «Тенепорт» легко распахнёт врата!

С этими словами Мисси похлопала вибрирующий аппарат по блестящему боку.

Кокоболо потёр ладони и воздел горящий взгляд вверх. Круглое отверстие в потолке становилось всё темнее, и по пещере носились порывы холодного воздуха. Гибкие лианы хищно покачивались под потолком.

– Хватит медлить! – рявкнул профессор, оборачиваясь к Роуз. – Затмение вот-вот начнётся!

– Пр-р-риведите её сюда, – прорычал Верульф из всех зеркал одновременно, его лицо скрывала тень, но глаза ярко пылали красным.

Гормы подтолкнули Роуз к пирамиде. Змеи, высеченные на поверхности аппарата, сладко вибрировали, наслаждаясь кошмарными воплями из глубин «Тенепорта».

Кокоболо положил карманное зеркальце на каменный пол и занял место прямо перед «Тенепортом», гордо выпятив грудь с омерзительной татуировкой. Расстёгнутая рубашка легонько развевалась на неземном ветру, который вырывался из треугольных дверей.

Золтан стоял среди зеркал. Вольдемар сел хозяину на плечо, шепнул что-то на ему ухо и взмахнул красочными крыльями. Фокусник усмехнулся.

– Начнём соревнование, – объявила маленькая леди. – Управлять «Тенепортом» будет та, у кого больше могущества. Удачи, Роуз Маддл! Пусть победит сильнейшая. Разумеется, всё честно… ой, то есть не совсем! – Мисси хихикнула и хлопнула себя по губам. – Ведь я ослабила твой кулон с помощью «Тенепорта» и перелила всю энергию амулета в свой…

Мисси скромно хлопнула ресницами.

– Вот твой последний шанс помешать нам, Роуз Маддл. Попробуй запереть врата, используй силу воли, чтобы отдать им приказ. Только не расстраивайся, если ничего не выйдет, ладно? Победа – это не главное!

Мисси пожала плечиками.

– Ну что, готова? – сладким голосом добавила она. – Ты. Против. Меня.

Неужели именно это Бабанун имел в виду под битвой добра и зла? Он говорил, что не может предсказать победителя. Роуз опустила взгляд на холодный, безжизненный кулон и вздохнула. Она не собиралась сдаваться, но откуда ей взять силы, чтобы одолеть Мисси?

Кокоболо подался к открытым дверцам, и на его застывшее в довольной гримасе лицо упал пурпурный свет. Казалось, профессор с наслаждением внимает крикам ужаса из «Тенепорта».

– Затмение продлится около семи с половиной минут, портал откроется ближе к концу, – объявил Кокоболо и поднял взгляд.

Отверстие в потолке всё темнело и темнело, на пещеру опускался жуткий мрак.

– ПОСПЕШИТЕ! – громко воскликнул Кокоболо.

– Я смогу победить, – решительно произнесла Роуз, крепко сжимая янтарный кулон, но блёклый камень лишь слабо моргнул в ответ.

Мисси подавила смешок.

– Мм… Что ж, начнём?

– Ты справишься, Роуз! – крикнул Руи, всхлипывая. – В тебе течёт кровь обоих хранителей… и ты – моя несравне… А-а-а!

Клетка из лиан стянула его сильнее, и мальчик взвыл от боли. По щеке Роуз скатилась одинокая слеза. Горм схватил её за руку и дёрнул на себя, подавшись вперёд, и девочке в нос ударил неприятный запах древнего дыхания чудовища. Раздался металлический хруст: из отверстия в боку «Тенепорта» выползла золотая змея с изумрудными глазами. Холодная, как лёд, она обвила запястье Роуз и стиснула его.

Роуз попыталась вырваться, но тщетно. Горм отошёл назад и уставился на отверстие в потолке.

Мисси сощурилась и потянулась к этой же золотой змее, чтобы та оплела и её запястье своим хвостом. А затем посмотрела на Роуз и кивнула. Рубин засиял ярче прежнего, напоминая сгусток алого пламени.

Гормы топали ногами по берегу пруда и восторженно кричали, предвкушая нечто ужасное.

Пещеры междумирья сотряс кошмарный грохот.

Тёмный диск луны, похоже, уже заслонил солнце, словно пожирал его. Затмение началось, и вот-вот должны были открыться врата. Чёрная магия превращала «Тенепорт» в портал, ведущий в мир теней Верульфа.

По предплечью Роуз пробежал заряд энергии, голова загудела от печальных и мрачных мыслей. В душе будто плясали жуткие тени, нашёптывая обо всём плохом, что выпало на её долю. Предательство отца, смерть матери, постоянное чувство, что везде она чужая. Но в следующую секунду Роуз наполнило новое ощущение, приятное и восхитительное. Горести и печали рассеялись как дым, и ничто больше её не тревожило. Она испытывала лишь безмерное наслаждение и чувствовала себя сильной, как двадцать тигров. Кожа мерцала неестественным светом, а уголки рта сложились в зловещую улыбку.

Слова Верульфа полились из всех зеркал, отдаваясь у Роуз в сознании. Его голос вибрировал, но звучал слаще мёда и даже как-то… по-отцовски.

Девочка заворожённо молчала, внимая Верульфу.

– Р-р-роуз, мир-р-р людей подвёл тебя. Со мной он поступил точно так же, и я тебя понимаю. Темплфор-р-р-ты бр-р-росили твою мать гнить в р-р-работном доме, где она и умер-р-р-ла. Тебя тер-р-р-зала мисс Гр-р-ритт, унижал генер-р-рал, но ведь ты так сильна, а он по ср-р-равнению с тобой – НИЧТО! Р-р-р-одной отец пр-р-редал, как было и со мной – и потому мы оба стр-р-радаем. Но в боли есть своя ценность, Р-р-роуз. Не забывай об этом. Если не сломаешься под гр-р-рузом обиды и гор-р-ря, станешь только сильнее… и обр-р-ретёшь СВОБОДУ!

Роуз кивала, как заведённая кукла. Разум окутывали тёмные речи Верульфа, и она прежде не испытывала такого удивительного, чистого, безупречного могущества. Подумать только – как жестоко она ошибалась всё это время!

– Пр-р-рекрасно! – со смехом проревел Верульф. – Хр-р-ранители готовы. Докажите, что вы достойны! Насладитесь великой свободой, котор-р-рую дар-р-рует наступающая тьма! Тепер-р-рь никто меня не остановит. Р-р-распахните вр-р-рата, используя силу воли!

Пещеры сотрясались, неземной гул в них нарастал. Фантазия Роуз рисовала ей волшебную картинку: прекрасное место, в котором нет ни тревог, ни печалей. Свободное, полное спасительной тени, лишённое страхов и волнений.

Девочка улыбнулась и словно со стороны услышала свой ответ:

– Да.

Тёмная точка в центре кулона быстро пульсировала, а камень пылал ярко-красным.

– Тебе никогда не будет гр-р-рустно, моё милое дитя, – ласково мурчал Верульф. – Ты заслужила место подле меня, навеки… Пр-р-рикажи вр-р-ратам откр-р-рыться, а я п-р-риду пожалеть тебя… и успокоить.

Роуз зажмурилась и расплылась в улыбке. Сейчас она всей душой желала открыть портал. Ей хотелось, чтобы ощущение эйфории длилось вечно, и она не видела причин отказываться от него. А в следующую секунду, когда Роуз подняла веки, её глаза загорелись красным.

– Роуз! НЕТ! – завопил Руи из плетёной клетки.

Мальчик с трудом достал из сумки карманный ножик и стал отчаянно резать ветви, но лианы вырастали снова, ещё крепче прежнего.

Тогда Руи отбросил нож и крикнул:

– Верульф влияет на тебя с помощью «Тенепорта»!

Кокоболо и Золтан взволнованно бродили взад-вперёд у аппарата, потирая руки, а Вольдемар кружил над ними. Ядовитые слова Верульфа просачивались в сознание Роуз, и она верила им, а мольбы Руи даже не долетали до неё.

– Да откроются врата! – хором произнесли Роуз и Мисси одинаковым низким голосом – голосом Верульфа.

Роуз потянулась к отражению Верульфа в зеркальце профессора.

– Приди к нам, – прошептала она, и по пещере разнёсся нечеловеческий рёв.

– Они отвор-р-ряются! Я их вижу!

Верульф смотрел вверх во всех зеркалах, обуянный восторгом.

Кокоболо метнулся к «Тенепорту», залитому пурпурным сиянием, и заглянул внутрь.

– Тьма наступает! – сообщил он, вприпрыжку отбегая назад. – Он идёт!

Золтан хлопнул Кокоболо по спине, поздравляя друга.

Попугай сел Золтану на плечо и закричал, подражая профессору:

– Он идёт! Он идёт!

Из аппарата вылетели частички тьмы, завиваясь, как живой дым. Их втянуло обратно, а затем они появились вновь, ещё более густые и дикие. Они змеились вокруг Кокоболо, а он со смехом их поглаживал.

– Через шесть минут врата откроются полностью, – торжественно объявил профессор. – Мы ждём вас, хозяин!

По телу Роуз разливалась удивительная сила. Её кожа сияла, как у Мисси, и она чувствовала себя столь же прекрасной. Впервые в жизни собственная судьба была в её руках, и она могла найти своё место под солнцем. Ненависть оказалась намного сильнее сочувствия и наполняла девочку невероятным могуществом. Укрепляла её. И она окончательно забылась…

Луна полностью закрыла солнечный диск, и мир погрузился во тьму, благословлённый бескрайним мраком. «Тенепорт» задрожал, будто в судорогах, а из стен пещеры выскользнули змеи, целые сотни, и единым организмом окунулись в портал, всё ещё дышащий чёрными частицами, медленно образующими когтистые лапы. Роуз больше не чувствовала ничего, кроме удовольствия и сладкого предвкушения. Она вдохнула тёмную пыль, и та наполнила лёгкие. Он был уже близко. Ритуал удался.

31

Святая обезьяна!

Руи в отчаянии наблюдал за происходящим из клетки, подвешенной неподалёку от «Тенепорта». Он зажмурился и стал молиться всем богам: когда мальчик открыл глаза, тьма уже окутала аппарат волшебным щитом, а глаза Роуз сверкали красным.

Руи прикинул, что затмение закончится где-то минут через пять, и примерно тогда же до конца откроются врата.

– О, Роуз… – прошептал он, чувствуя себя сломленным и поверженным, а по его щекам потекли слёзы.

Внезапно мальчика отвлекли дикие вопли, разносившиеся по пещере. Он раздвинул ветви и сощурился на отверстие в потолке. Казалось, в подземелье спускались какие-то ловкие и быстрые создания…

– Что это такое? – озадаченно прошептал Руи.

По воздуху пролетели три лианы и ударились о камни, разбросанные на земле. С зелёных ветвей соскользнули обезьяны, одна за другой, и с дикими воплями помчались к «Тенепорту».

– Святая обезьяна! – воскликнул Руи. – Бабанун отправил нам на помощь армию приматов. Слава Хануману!

Пятеро гульманов набросились на Кокоболо, а ещё двое прижали Золтана к высокому зеркалу. Вольдемар пытался клевать обезьян и царапать их кожу, однако не мог с ними тягаться.

Руи встретил подкрепление радостными криками. Гульманы съезжали в пещеру по лианам, пока их не набралось около двадцати, а то и тридцати. Многие спустились на берег пруда и грозно шипели на гормов. Каменные чудища в страхе пятились от желтовато-бурых обезьян.

Один гульман прыгнул на клетку Руи и легко разорвал крепкие ветви. Очутившись на свободе, мальчик сразу бросился к «Тенепорту».

– Спасибо тебе, мой мохнатый друг! Хей-хо! – крикнул Руи гульману.

Роуз и Мисси до сих пор стояли у аппарата, оплетённые золотой змеёй и одурманенные словами Верульфа, а их кулоны мерцали тёмно-красным и мерно пульсировали.

– Роуз! – позвал Руи и остановился: он не мог подойти ближе из-за чёрных частиц, окружавших «Тенепорт». – Это я, Руи! Твой лучший друг!

Мрачный туман клубился вокруг девочек и тёмной струйкой змеился в приоткрытый рот Роуз. Глаза у неё сверкали алым пламенем. Пещера дрожала, словно от землетрясения, с потолка в воду сыпались обломки камней.

Верульф посмотрел на Руи из высокого зеркала фокусника и зашёлся гулким смехом.

– Беги, мальчишка, спасайся! Иначе я до тебя добер-р-русь!

Над Верульфом сгущалось пурпурное сияние, а врата медленно открывались, соединяя миры.

Но Руи не думал сдаваться и храбро крикнул в ответ:

– Ты ещё не победил, Верульф!

– Пр-р-рости, но ты ошибаешься… Утопите его! – приказал повелитель теней, и Роуз с Мисси эхом повторили его речи.

– А-а-а-а-а! Роуз! – завопил Руи.

Лианы вцепились в его лодыжки, уронили на бок и поволокли к пруду. Мальчик пытался сопротивляться, но они двигались всё быстрее и быстрее, и на земле оставались только неглубокие бороздки от его ногтей.

– Р-р-роуз Маддл пр-р-ринадлежит мне, – прогремел Верульф из зеркальца Кокоболо, и его слова отдались во всех зеркалах Золтана, будто мигом перенеслись туда.

Зеркальце профессора как раз валялось неподалёку, и Руи поспешно схватил его.

– НЕТ! – крикнул он. – Ты врёшь, Верульф! Её место здесь, в Индии. Со МНОЙ!

Руи поднял руку с зеркальцем и со всей силы ударил им по валуну.

Стекло разбилось, из «Тенепорта» послышался душераздирающий звук.

К-х-р-р-р-Р-Р-РА-а-А-а-А-А-А-А!

В ту же секунду кривые зеркала дрогнули и разлетелись вдребезги с оглушительным звоном. Всё вокруг осыпал дождь из стекла. Лианы немедленно отпустили Руи и ускользнули под воду. Мальчик вскочил и помчался к Роуз, не обращая внимания на осколки, хрустевшие под ногами.

Сверкающий рубин резко погас, а пурпурный свет моргнул и поблёк.

Веки Роуз опустились и снова поднялись. Теперь её глаза походили не на шары пламени, а на бледные озёра, в которых отражался искренний испуг.

– Руи?! Ты живой! Что происходит?! – быстро заговорила она, пытаясь дотянуться до друга, но голова сильно гудела, а золотая змея из «Тенепорта» крепко сжимала запястье.

– Я разбил зеркало профессора, и магия Верульфа сразу ослабла, – объяснил Руи. – Ой, смотри! Твой кулон!

Роуз опустила взгляд на камень. Янтарь мерцал золотом, разгоняя тьму.

– К нему вернулась энергия из «Тенепорта», – догадался Руи. – Теперь ты можешь закрыть врата! Только поспеши. По моим расчётам, до конца затмения около трёх минут!

Свет в аппарате померк, и глаза Мисси тоже потухли, но спустя мгновение в них зажглась простая человеческая злоба, и она сердито закричала на приспешников:

– Сделайте что-нибудь!

– Помогите! – взвизгнул в ответ Кокоболо.

Гульманы оттащили его с Золтаном в тень за чудовищной машиной. Вольдемар пытался защитить хозяина, но каменные чудовища игнорировали попугая. Мисси капризничала, как избалованный ребёнок, но не могла сойти с места из-за золотой змеи.

Руи приблизился к «Тенепорту» и громко позвал:

– БАХУЛА!

Откуда-то из тёмных глубин ему ответили обезьянка, доктор Кумар, генерал и Рохан.

– Они живы! – воскликнул Руи.

Мальчик схватил одну из лиан, по которым спустились гульманы, и обвязал вокруг пояса. Дёрнул за неё, проверяя, что она крепко держится за солнечные часы наверху, и подался вперёд, в объятия дьявольского пурпурного света.

– Руи, ты что творишь? – прошептала Роуз: кожа у девочки до сих пор мерцала от магии «Тенепорта».

– До конца затмения около трёх минут, – повторил Руи и набрал полную грудь воздуха. – Я должен туда попасть. Мне надо забрать обезьянку… и кое-кого ещё. Скоро вернусь. Если смогу, конечно. Ты меня не жди. Одолей Мисси и отключи кошмарный аппарат. Я в тебя верю, Роуз Маддл. Всегда верил!

– НЕ СМЕЙ ТУДА ЛЕЗТЬ! – завопила Роуз, вытягивая свободную руку, но Руи не внял её мольбам.

– Эх, хей-хо! – крикнул он и бросился в глубины «Тенепорта».

Боевой клич мальчика стих, а привязанная к поясу лиана натянулась до предела.

– Ну и ну, – протянула Мисси. – Видимо, он тебя бросил?

Она свистнула, и к ней подлетел Вольдемар.

– Порви лиану, за которую держится этот мальчишка, – велела тёмная хранительница, и попугай тотчас поспешил исполнять приказ.

От круга солнечного света остался лишь узкий ободок, тонкий и сверкающий: а одна маленькая точка сияла особенно ярко, словно бриллиант на кольце. Затмение вошло в последнюю фазу.

– Они вот-вот откроются, – с улыбкой произнесла Мисси. – Ничто их не остановит. Нет пути назад.

Вольдемар упорно щёлкал клювом, истончая лиану. Вскоре она оборвалась и ускользнула вслед за Руи в глубины «Тенепорта». Он не сможет вернуться. Попугай самодовольно зачирикал, порхая над аппаратом.

– НЕ-Е-Е-Е-Т! – горестно закричала Роуз.

– Ты подвела его, Роуз Маддл, своего единственного друга, – ехидно проговорила Мисси.

Она опять вбирала в себя энергию «Тенепорта», и глаза у неё сверкали.

– Вр-р-рата почти откр-р-рылись, Р-р-роуз Маддл, – прогремел Верульф её губами. – Я сильнее тебя!

«Тенепорт» бешено сотрясался, блестящая змея больно сжимала запястье Роуз, впиваясь в кожу.

– Нет… это… НЕПРАВДА! – взревела Роуз, вдохновлённая смелостью Руи.

Девочка зажмурилась, стараясь отрешиться от всего. Бабанун говорил, что она должна помешать злодеям, и Роуз надо было поверить в себя. Она представила огромный цветок лотоса и мысленно произнесла: «Я – Темплфорт! У меня в сердце полно любви и добра, как и у мисс Тэ, Энны Ли, мистера Гупты, Руи и Бахулы! А любовь сильнее ненависти!»

Она ощутила, как в ней расцветает бутон яркого света, и собрала всю свою силу по крупицам. По венам ещё текла энергия «Тенепорта», и Роуз чувствовала себя… непобедимой!

Она распахнула глаза, посмотрела на живые лианы и отчеканила приказ:

– Полезайте в эти врата и вытащите оттуда моих друзей!

Двенадцать ветвей сразу спустились с потолка и нырнули в «Тенепорт», будто плотные кабели, повинуясь хранительнице кулона. Другие обвили Кокоболо и Золтана и прижали негодяев к земле. Гульманы зашлись победными криками, радостно подпрыгивая. Гормы же, наоборот, гневно рычали, недовольные тем, что их оплетают цепкие ветви. Лианы схватили каменных чудищ за толстые ножищи и по одному уволокли в глубины чёрного пруда.

Янтарный кулон Роуз сиял подобно шару золотого света. Девочка повернулась к Мисси и увидела, как её амулет надрывно пульсирует, сбиваясь с ритма.

– Вот и соревнование, как ты и хотела. Ты. Против. Меня. Только без обмана, всё по-честному!

Три тонкие лианы обвязали ноги Мисси и обхватили за талию. Она отбивалась от них, всё ещё прикованная к блестящей змее, и сердито кричала, но ничего не могла поделать.

Гульманы о чём-то переговаривались, нервно бегали по берегу пруда и поглядывали вверх. Теперь в мире полыхало чёрное солнце. Пещеры междумирья освещали лишь мерцающий рубин и пурпурное сияние из «Тенепорта», зловеще мигающее за распахнутыми дверцами.

Пирамида дёрнулась, и Роуз пошатнулась, но не упала: змея до сих пор крепко удерживала её руку. Низкий гул разнёсся по подземелью, нарастая и приближаясь, словно несущийся на всех скоростях поезд.

Громадные обломки камней срывались в воду, и от сильного шума резало барабанные перепонки. Роуз поняла, что ничего хорошего этого не сулит.

Гульманы жалобно вопили, зажимая уши.

Лианы, погружённые в «Тенепорт», начали потихоньку выскальзывать наружу, вытягивая добычу.

– Ты опоздала, Роуз Маддл, – прохрипела Мисси. – Как всегда! Портал открылся.

32

Гость из мира теней

«Тенепорт» вспыхнул фиолетовым, и на глазах у Роуз из него вылетел Руи с потрёпанным Бахулой, намертво вцепившимся мальчику в плечо. Лианы вытащили их по приказу Роуз! Генерал, державшийся за тёмную ветвь, как за спасительную соломинку, тоже вынырнул наружу, а последним явился доктор Кумар, прижимавший к себе Рохана.

Руи отпустил лиану и спрыгнул на землю перед Роуз.

– Там крадуны! – предупредил он. – Прямо за нами!

Бахула забрался на аппарат, и на этот раз никто не мог помешать зверьку. Он выхватил рубин мистера Гупты из пазов, и в ту же секунду Пещеры междумирья погрузились во тьму.

Холодная золотая змея, державшая хранительниц, уползла в пирамиду. Обеих девочек отбросило прочь от аппарата, но лианы сразу прижали Мисси к земле. Треугольник света в дверях «Тенепорта» слабо мерцал, и Роуз отползла в сторону, чтобы оказаться как можно дальше от ужасного устройства.

Мисси жалобно поскуливала, сжимая кулон в кулаке. Она успела в последний раз взглянуть на соперницу, прежде чем лианы протащили её прямо сквозь стену, и вопль маленькой леди стих в толще камней.

«Тенепорт» ходил ходуном, треугольник в нём то вспыхивал, то гас, но лишь на мгновение. Теперь аппаратом никто не управлял, и он самовольно продолжал работать на энергии, которую уже успел накопить.

– Роуз! – позвал Руи, спеша к подруге.

Она ринулась к нему, продираясь через пелену мелкой каменной крошки, которая сыпалась с потолка, и кашляя от пыли. Ребята заключили друг друга в крепкие объятия, и Бахула присоединился к ним с рубином в лапках.

Золтан громко ругался, отбиваясь от ветвей, но и его утягивало в стену. Вольдемар в отчаянии кружил над хозяином. Одна лиана ухватила попугая, но ему удалось высвободиться, и он быстро унёсся вверх, к отверстию в потолке.

Однако Роуз обратила внимание, что под шумок профессор Кокоболо умудрился вырваться из плена тёмных ветвей и помчался к «Тенепорту», в котором всё ещё пульсировал треугольник.

– ХОЗЯИН! – завопил Кокоболо что есть мочи.

Неземной ветер раздул его тонкие волосы. Лианы уже пустились в погоню, но не решались приблизиться к зловещему аппарату. Кокоболо напряг слух, но не услышал ответа.

– Повелитель?.. Вы здесь?! – взывал он к Верульфу, надрывая голос и всматриваясь в пурпурный туман до рези в глазах.

Наконец повисла мрачная тишина, и Кокоболо обернулся к Роуз. Лицо его было искажено яростью.

– Это всё ты виновата! – обвиняющим тоном заявил он, показывая на девочку пальцем.

Жуткий свет в «Тенепорте» мигнул, а в воздухе появилась чёрная дымка.

Роуз ахнула. Над профессором возвышалась страшная фигура, какая-то сгорбленная тень.

– Кокоболо! – крикнул Руи. – Уходите!

Профессор почувствовал на затылке странное дыхание, и его взгляд забегал по пещере. Он не сразу сообразил, что происходит, и упустил драгоценную возможность. Кривая рука схватила его за шею прежде, чем Кокоболо успел бежать, и потащила за собой.

– А? Что?.. – в панике забормотал несчастный, царапая ручищу и тяжело дыша.

Громадный крадун заглянул ему за плечо, и взгляд омерзительных чёрных глаз остановился на Роуз и Руи. Крадун склонил голову набок и расплылся в кошмарной ухмылке, обнажив острые, как булавки, зубы, а затем шагнул обратно в глубины «Тенепорта», увлекая за собой Кокоболо.

– Этот гад ползучий его похитил! – ахнула Роуз, и по спине у неё пробежали мурашки.

– ПОМОГИТЕ! – завопил Кокоболо.

Роуз поспешила к «Тенепорту».

– Закройте скорее все чёртовы двери! Не пускайте сюда мерзких тварей!

Вдруг ноги у неё подкосились, и девочка рухнула на землю.

Доктор Кумар и Руи быстро захлопнули дверцы и прижались к ним спинами.

Роуз похолодела. Сердце оборвалось. Мерзавец или нет, Кокоболо был её внезапно нашедшимся родным отцом, а теперь он заперт в кошмарной машине вместе с чудовищной тварью…

Генерал, который ошалело сидел на земле, застыв от ужаса, резко очнулся и вскочил на ноги.

Он подхватил ключ с головой змеи, валявшийся поблизости, и крикнул:

– Вот, возьми! Запри им двери!

Роуз сунула ключ в замочную скважину и повернула. Казалось, на это ушли все её силы. Девочка упала на спину и подняла взгляд на солнце, видневшееся сквозь отверстие в потолке.

«Тенепорт» загремел. Из щелей сочился пурпурный свет, от которого Роуз становилось не по себе. А минуту спустя в Пещерах междумирья воцарилась полная тишина. Девочка встала на колени, дрожа всем телом. Вдруг солнце уже никогда не выйдет из тени? А «Тенепорт» взорвётся и из него посыплются крадуны во главе с Верульфом? Она не знала, чего ждать.

Янтарный кулон погас. Вероятно, он чувствовал себя таким же измождённым, как и хранительница. Время шло, секунды перетекали в минуты, казалось, Джайпур затаил дыхание…

Наконец из-за чёрного круга в небе показалась узкая полоска золотого света и наполнила пещеру ярким сиянием. Роуз моргнула и широко улыбнулась. Её окутало приятное тепло, приносящее с собой надежду и облегчение.

Последние оставшиеся лианы съёжились под мерцанием лучей и ускользнули в каменные стены. Пруд полностью испарился под жаром солнца, а к тому моменту, когда шар света полностью вышел из-за луны, просторное подземелье уже смахивало вовсе не на волшебную пещеру, а на квадратный зал под гигантскими часами, совершенно обычный, не считая наполнявших его храмовых обезьян, чья шёрстка слегка блестела.

Глаза Роуз не сразу привыкли к яркому свету. Она сощурилась, продолжая улыбаться. Пещеры междумирья растворились в ничто. Добро победило!

С этой мыслью она снова рухнула на каменный выступ, абсолютно выбившись из сил.

Генерал и доктор Кумар обнимали Рохана, радостно смеясь.

Руи подбежал к подруге и прошептал:

– Ты справилась, Роуз Маддл!

– Нет, это всё ты, – прохрипела она в ответ. – Верульф заговорил мне зубы… и если бы не ты…

Её прервал Бахула, прыгнувший прямо на них обоих.

– Да, я гений, тут не поспоришь, – пошутил Руи, отсаживая обезьянку в сторону.

– А как же, – слабо отозвалась Роуз: её одолела жуткая слабость, а кости сильно ломило.

Вдруг Руи заметил что-то в пыли и резко выпрямился.

– Смотри! – крикнул он, показывая пальцем на загадочный предмет.

Лучи солнца выхватили из тени шелестящие страницы. Руи бросился к находке, сдул с листов пыль и закрыл книгу. С серебряной обложки на мальчика смотрел эмалированный глаз.

– Журнал мистера Гупты! – воскликнул Руи, поворачиваясь к Роуз. – Мы его нашли!

Бахула тотчас прыгнул к мальчику и передал ему рубин.

– Браво! – вскричал генерал, громко аплодируя и улыбаясь во весь рот. Глаза его сверкали каким-то новым чувством, которого Роуз никак от него не ждала. – Спасибо, – добавил военный, утирая слезу. – Спасибо вам огромное. Вы спасли меня… и всех нас.

Руи помог Роуз подняться на ноги, и Рохан подбежал обнять их обоих. Девочку переполнило счастье, и она вздохнула с облегчением. Но вдруг…

Тук-тук-тук.

По каменному залу разнёсся странный стук. Все тут же затихли и повернулись к «Тенепорту». Повисла неловкая тишина.

Роуз шагнула к устройству, не сводя глаз с опутанной змеями пирамиды.

ТУК-ТУК-ТУК.

Тёмная сердцевина в янтарном кулоне отвечала ритму ударов. Роуз затаила дыхание и покосилась на Руи.

Из аппарата послышался приглушённый голос:

– Помогите! Помогите! Роуз? Кто-нибудь! Вы там?

Роуз снова подалась вперёд.

– Кокоболо?! Может, надо его выпустить?..

Руи подошёл к «Тенепорту» и прижал ухо к закрытой дверце.

– Кокоболо? Это вы?

Ему не ответили.

Роуз присоединилась к Руи и тихо позвала:

– Кокоболо?

Ребята переглянулись. Может, профессора ещё можно спасти?

К-р-р-р-ра-а-а-а-а-к-к-к!!

«Тенепорт» покачнулся, словно изнутри по стенкам ударило что-то тяжёлое. Дети отпрыгнули назад, и аппарат замер. Пещеру наполнило скрежетание зубов, и все в ужасе застыли. Роуз нервно сглотнула, не смея думать о том, что произошло. Она подозревала, что профессора уже не спасти… Кокоболо, который оказался её отцом, постигла страшная участь.

– Руи Сингх! Ты там? – раздался откуда-то сверху голос Акшая.

Стражник стоял снаружи, у солнечных часов, и Роуз едва могла разглядеть узкий силуэт, склонившийся над отверстием.

– Да, он здесь! – прогремел в ответ генерал. – Национальный герой! А теперь скорее вытаскивайте нас отсюда. Детям нужна срочная медицинская помощь. Ещё тут есть крайне опасный аппарат, который необходимо уничтожить. И разумеется, надо подготовить всё к пиру в честь двух удивительных храбрецов… и одной обезьянки.

33

Врата стихий

Неделю спустя…

Серые с лазурным оттенком глаза Роуз мерцали в свете свечей, отражавшемся в блестящей узорной плитке на стенах банкетного зала. Руи сидел рядом с подругой и широко улыбался. Столы ломились от риса с карри, лепёшек, разнообразных блюд с овощами… и сэндвичей с чеддером.

Махараджа выпрямился и позвонил в колокольчик.

Собравшиеся сразу затихли, а он громко объявил:

– Добро пожаловать на пир в честь знаменательного события – спасения Джайпура! Мой смелый и талантливый племянник, Руи Сингх, и его несравненная компаньонка Роуз Маддл сняли проклятье с нашего прекрасного города!

И действительно, за последнюю неделю в Джайпур вернулись мир и покой. Улицы ожили, птицы вновь затянули весёлые песни, повсюду слышались смех и музыка. От кошмарного проклятья не осталось и следа.

Руи раздулся от гордости, а Роуз нежно стиснула его руку. После затмения на мальчика перестали шипеть, и больше никто не заговаривал о том, что племянник махараджи якобы приносит беду. Акшай даже преподнёс ему скрипку в качестве извинения. Как оказалось, на этом инструменте очень любил играть Шерлок Холмс.

Правда, среди всеобщего веселья появился один недовольный. Бахула запрыгнул на стол, сердито наморщил мордочку и упёр лапки в бока.

– Ой! Дядя, ты забыл его упомянуть! – воскликнул Руи. – Мы бы не справились без Бахулы!

Роуз кивнула, подтверждая слова друга, а мальчик погладил обезьянку по голове.

Маленький макак слегка смягчился, а махараджа поспешно добавил:

– О да, конечно, бесстрашный Бахула внёс неоценимый вклад. Да будет в нём всегда силён дух Ханумана!

Раздались аплодисменты и восторженные возгласы. Роуз и Руи встали, держась за руки, и поклонились. Бахула последовал их примеру. Затем дети уселись на мягкие подушки, и празднование продолжилось.

– Мы справились, Роуз Маддл, – сказал Руи и просиял. – Вернули рубин Бабануну и спасли Джайпур.

Ребята лично вручили драгоценный камень брату мистера Гупты, и теперь он хранился в безопасном месте в храме Ханумана.

Роуз вздохнула.

– Да, вот и славно!

Генерал помахал ей, и девочка ответила ему тем же. Военный сидел за одним столом с уличными ребятишками, которых Роуз с Руи спасли из Пещер междумирья, и его лицо с пушистыми бакенбардами озаряла широкая улыбка.

Ребята учили генерала хинди, и он охотно их слушал, весело смеясь. После возвращения из «Тенепорта» он словно стал другим человеком.

Как оказалось, на самом деле генерал вовсе не был таким уж плохим. Просто им управлял Золтан – с помощью гипноза. Ещё с тех пор, как они встретились в Дели. И все поступки главнокомандующего были продиктованы планами Золтана и Кокоболо. Они хотели доставить «Тенепорт» в Джайпур в целости и сохранности, а вдобавок состряпать очевидного подозреваемого, на которого сразу подумали бы Роуз и Руи.

– Во всём есть свои плюсы, – заметил Руи. – Да, в наш мир пытались выпустить свору жутких крадунов, зато теперь генерал даже не подумает предложить кому-нибудь ту кошмарную идею с «работным домом». Наоборот, он хочет потратиться на школу. Из своего кармана готов заплатить. А мой дядя, похоже, сильно привязался к Рохану!

Рохан сидел за главным столом, щеголяя в роскошном наряде с изящной вышивкой, и в этом красивом, богато одетом мальчике было сложно узнать перепуганного оборванца, которого Мисси скормила кровожадному «Тенепорту».

Рохан и махараджа смеялись и по-дружески болтали. Поймав на себе взгляд Роуз, мальчик улыбнулся ей.

– Хм… А дядя наконец-то нашёл нового любимчика, – с удовлетворением произнёс Руи. – Он готов смириться, что престол мне не нужен, и с его благословения я могу посвятить себя настоящему призванию – карьере детектива! К тому же Рохану совсем не интересны ни опасные приключения, ни расследования, ни сэндвичи с сыром. Он прекрасно подходит на роль махараджи!

Роуз хихикнула. Махараджа считал, что Рохан особенный, поскольку сумел выжить в кошмарном «Тенепорте», поэтому внезапно объявил, что примет мальчика в семью как второго племянника.

– Всё сложилось наилучшим образом, – подытожил Руи, выбирая самый большой сэндвич, лежащий на блюде.

– Да, – тихо согласилась Роуз.

После приезда в Индию случилось столько событий… но сильнее всего Роуз расстроило предательство Кокоболо. Ужасно, когда твой родной отец так с тобой обращается, и девочка не знала, сможет ли оправиться от травмы.

– Как думаешь, что с ним стало? – спросила она. – Ну… с Кокоболо. Он превратился в крадуна?

«Тенепорт» перенесли в департамент космологии, где аппарат охраняли вооружённые до зубов стражники. Он до сих пор мерцал пурпурным, и в нём осталась энергия, набранная во время затмения. Устройство собирались уничтожить, но пока не представляли, как лучше от него избавиться, чтобы «Тенепорт» никогда не попал в плохие руки.

– Я знаю одно: внутри «Тенепорта» скрывается монстр, который пытается вырваться и щёлкает челюстями. Акшай даже видел его через щель в дверце, судя по описанию, он смахивает на крадуна. Может, одно из чудищ каким-то образом слилось с профессором…

Роуз закусила губу. При мысли о том, что стало с Кокоболо, она чувствовала странную пустоту в душе, и на девочку волной накатывала печаль. Да, он оказался дурным человеком, но всё-таки… был её отцом.

Руи уловил настроение подруги и сочувственно взял её за руку.

– Он был воплощением зла, Роуз.

– Да, наверное, – согласилась она и всхлипнула, а в её глазах блеснули слёзы. – А ещё – моей плотью и кровью. Когда Верульфу удалось на меня повлиять, я сильно изменилась. Может, и Кокоболо просто попал под его влияние? И до встречи с Верульфом был совсем другим?

– Не сравнивай себя с ним, – возмутился Руи. – Ты добрая, храбрая и несравненная!

Бахула пискнул в знак согласия, и Роуз пощекотала подбородок обезьянки.

– Спасибо вам обоим, – сказала она. – Просто после всех приключений, которые были в жутких пещерах, у меня больше нет сил ненавидеть папу. Да и Верульф наверняка только этого и ждёт!

Бахула обхватил её лапками за шею, и девочка обняла зверька в ответ.

– А ещё я задумалась кое над чем, – продолжила она. – Я размышляла про амулеты и про то, как Верульф пытался обратиться ко всему плохому, что во мне есть. А ведь мне удалось не попасть под его влияние только благодаря тебе, Руи!

– Ерунда, – отмахнулся Руи, гордо расправив плечи.

Роуз улыбнулась.

– Но ты очень мне помог. Послушай… кулон Верульфа – тёмный с оранжевой точкой в центре, а с моим всё наоборот, верно?

– Да, они полные противоположности, – согласился Руи, подаваясь вперёд. – А что?

– Вдруг в каждом из нас есть и хорошее, и плохое? И в Мисси, и в крадунах, и даже в Верульфе найдётся доброе зерно, которое могло бы прорасти, будь у него возможность?

– Ты и правда веришь, что злодеи способны исправиться? Даже после всего, что они натворили? – удивился Руи.

Роуз пожала плечами.

– Не знаю. Но если я права, а в крадуне ещё остался лучик света, то и моего папу, наверное, можно как-то отделить от чудища? Ну… спасти?

Она посмотрела Руи прямо в глаза, и в ту же секунду заиграли музыканты. В зал вошли танцовщицы, и гости зааплодировали.

– Сложно сказать, – прошептал мальчик, опустив голову. – Боюсь, вряд ли получится. Прости.

– Значит, мы оставим его взаперти в «Тенепорте»?

Руи посмотрел на подругу с сочувствием.

– Выбора у нас нет. Открывать двери слишком опасно.

Роуз медленно кивнула. Больше всего её беспокоила Мисси. После затмения маленькая леди словно испарилась, а вместе с ней Золтан и попугай.

Но Роуз подозревала, что они ещё встретятся, потому что Мисси до сих пор оставалась хранительницей кулона Верульфа. Можно ли утверждать, что добро одержало окончательную победу, если противной задаваке удалось сбежать?.. По крайней мере, они закрыли портал. Девочка помотала головой, отгоняя тревожные мысли, и сменила тему.

– Ты же хотел что-то мне показать?

Руи воровато огляделся и выудил из сумки записную книгу мистера Гупты, держа её под столом. Эмалированный глаз на серебряной обложке заговорщически блеснул.

– Похоже, я выяснил, где откроются следующие врата!

– Следующие?.. – переспросила Роуз и нервно сглотнула, а её кожу защипало от энергии кулона. – И где?

Руи показал на рукописные строки с красивыми завитками.

– Тут написано, что на нашей планете всего пять порталов в мир теней – и они связаны с пятью разными стихиями. Они находятся в местах или в предметах, связанных с древней магией и движением звёзд.

– Геомантия! – ахнула Роуз.

Энна Ли предупреждала её о геомантии – гадании при помощи земли, которое пробуждает волшебную энергию, казалось бы, канувшую в Лету.

Существовала ещё и некромантия, когда заклинания использовали для общения с душами умерших и других целей…

Ритуал возле Западного пирса в Хоуве пробудил древнюю энергию от долгого сна: именно поэтому появились и другие врата, через которые Верульф мог попасть в мир людей.

– Но какие места, какие предметы и стихии? – стала спрашивать Роуз, желая узнать всё и сразу.

Прядь волос упала девочке на лицо, и она нетерпеливо заправила её за ухо.

Руи провёл пальцем по строчкам.

– Вода. Огонь. Воздух. Земля и… дух. У каждого портала свои условия. Необходим особый предмет, чтобы открыть врата, а сделать это нужно в определённое время в определённом месте. И конечно, потребуются оба кулона. Хм, вода…

Руи выдержал паузу и глубоко задумался. А минуту спустя воздел палец к потолку и хитро улыбнулся.

– Первые врата связаны с Янтарной чашей. Может, это стихия воды?

Роуз подвинулась ближе и кивнула.

– Да, в чашу наливают жидкость, а ещё Братство Чёрного Солнца не могло провести ритуал без вещих вод Энны. Они не дают ей умереть и рассказывают о будущем! А рубин – это огонь!

– Да, – согласился Руи. – Вероятно.

Янтарный кулон дрогнул от предвкушения.

– И какой элемент следующий?

– Насчёт этого я пока не уверен, – признался Руи.

Танцовщицы проплыли мимо их стола, и ребята ненадолго затихли.

После того как девушки отдалились на некоторое расстояние, Руи снова посмотрел на Роуз и заявил:

– Но я выяснил, что очередной портал откроется в городе Санкт-Петербурге, в России.

Девочка схватилась за край стола, побелев от волнения.

– В России? Ведь Золтан же оттуда! И ты знаешь, когда именно врата должны открыться?

– Э-э-э… мне ещё не удалось вычислить, но я обязательно справлюсь, – заверил её Руи. – Ну что, поедем?

– Как мы туда доберёмся? – прошептала Роуз, и её серые с лазурным оттенком глаза засверкали от восторга.

– У нас с Бахулой есть гениальный план! – ответил Руи, и маленький макак гордо выпятил грудь.

Тут к ним подошёл Акшай и вежливо поклонился, сложив ладони вместе.

– Мастер Руи, мисс Роуз, прибыл ваш новый наставник.

С этими словами он показал на дверь.

Мальчик поспешно захлопнул книгу мистера Гупты, а Роуз прошептала:

– Ещё чего не хватало! Мы ничего не добьёмся, если за нами постоянно будет кто-то наблюдать!

– Это как посмотреть, – сказал Руи, поднимаясь из-за стола. – Зависит от того, кто будет нашим наставником.

Роуз проследила за его взглядом.

В зал вошла Энна Ли. Её синие глаза сияли под чёрными кудрями, и она расплылась в широкой улыбке, заметив ребят.

– Быть не может! – воскликнула Роуз и бросилась в тёплые, нежные объятия Энны Ли.

– Милая моя Роуз, как я соскучилась, – ласково проговорила цыганка.

Девочка вдохнула успокаивающий запах лаванды, который окутывал Энну Ли, и подумала, что тоже ужасно скучала. Теперь её распирало от счастья, и она уже не сомневалась, что скоро всё совсем наладится.

– Но как?.. – спросила Роуз, утирая слёзы. – Разве ты не должна оставаться в Хоуве, чтобы выжить? Как ты смогла уехать настолько далеко от вещих вод?

К ним подоспели Бахула и Руи, очень довольные собой, и мальчик сразу объяснил:

– Идею мне подали громадные серебряные вазы, в которых дядя возил индийскую воду. Помнишь, он брал их в Англию, и они были размером со слона! Если махарадже этого хватило на месяц, почему бы не поступить таким же образом и с вещими водами?

Энна кивнула, но её улыбка быстро погасла.

– Вы оба большие молодцы, но я чувствую, что война со злом пока не окончена.

Внезапно раздался шум, и в зал вошёл доктор Кумар в розовом тюрбане, весь красный от волнения. Он кинулся к ребятам, спотыкаясь на ходу и тяжело дыша.

– «Тенепорт»… он пропал!

Роуз испуганно схватила Руи за локоть.

– Пропал?!

– Это всё тот фокусник… – выдохнул доктор Кумар.

Руи шагнул вперёд.

– Золтан?..

Доктор Кумар кивнул.

– Он загипнотизировал стражников и забрал аппарат.

Теперь у Роуз не было выбора. Она оглянулась на своих друзей – Энну Ли, Руи и Бахулу – и увидела, что их глаза горят тем же огнём решимости.

Они взялись за руки и выбежали в ночь.

Эпилог: Курс на Россию

Грузовой поезд бежал по рельсам, лампа раскачивалась, бросая громадные тени от ящиков и инструментов на пол и стены вагона. Золтан сидел на низком табурете, а Вольдемар чистил пёрышки, устроившись у него на плече.

– Мой повелитель, Векс Бальдо, очень влиятельный человек, и он жаждет встречи с тобой, – говорил фокусник, покачиваясь в такт поезду, стремительно несущемуся вперёд.

– Разве он не умер? – спросила Мисси, разглядывая свои ногти.

– Не совсем… скорее, застыл во времени, – с ухмылкой ответил Золтан.

– Думаете, у нас получится его оживить?

– С этим аппаратом и помощником-крадуном нет ничего невозможного!

Мисси ухмыльнулась и погладила блестящих змей на боку «Тенепорта». Тёмное создание билось внутри, пытаясь вырваться наружу.

– Тише, – ласково произнесла девочка. – Скоро ты выйдешь на свободу. Тебе понравится в России зимой. Там очень темно и холодно!

Крадун-Кокоболо щёлкнул зубами, перекрывая даже шум колёс.

– Наверное, он голодный, – с усмешкой предположила Мисси и сжала в кулаке амулет.

Прозвучал низкий гудок, и вагон полностью погрузился во тьму. Поезд влетел в тоннель, всё ускоряясь в направлении Санкт-Петербурга.

Роуз

Руи

Бахула

Письмо от автора, Имоджен Уайт

Мне безумно понравилось писать о приключениях Роуз Маддл в чудесном Джайпуре, в Индии, родной стране Руи (кстати, этого персонажа я просто обожаю)! Я очень счастлива, что смогла побывать в Джайпуре и полюбоваться его красотой. Меня восхитила гармония, скрывающаяся под внешним хаосом и суматохой, которые встречают тебя, когда только приезжаешь в город. А больше всего мне полюбились люди, добрые и гостеприимные. В Индии осталась частичка моей души – и мне не терпится вернуться туда снова.

Как и в прошлый раз, я позаимствовала для сюжета любопытные детали из реальной истории. Джайпур и правда построен по схеме Солнечной мандалы. Обсерватория Джантар-Мантар тоже существует. Она выглядит весьма загадочно, и там царит необычная атмосфера, поэтому от одного взгляда на Джантар-Мантар перехватывает дыхание.

Ещё в книге упоминается джайпурский музей. Это Музей Альберт-холл. До сих пор у меня перед глазами стоит величественный, словно храмовый, фасад и парящие над крышей стаи голубей, совсем чёрные на фоне палящего солнца, будто летучие мыши! А в одном жилом доме на неприметной улочке мы обнаружили Музей индологии с восхитительной частной коллекцией. Это была настоящая сокровищница, наполненная изумительными реликвиями, манускриптами и картинами, которая вдохновила меня на описание интерьера тайной обсерватории мистера Гупты.

Самое чарующее место из всех, что мне довелось посетить, – это, конечно, храм Ханумана в комплексе Галтаджи. Мы никак не могли понять, почему горная тропа, ведущая туда, усеяна брошенной обувью… пока не встретились с местными обезьянками-воришками!

Городской дворцовый комплекс тоже производит сильное впечатление, как и озорные обезьянки, которыми буквально кишит Джайпур. Они встречаются повсюду, на каждой улице, и никто не наказывает зверьков за шалости. Я их просто обожаю, так что для меня это был настоящий рай!

Надеюсь, вам понравились приключения Роуз Маддл в Индии. И ещё очень надеюсь, что мне удалось передать вам волшебное ощущение, которое ощутила я сама, когда посетила чудесный город Джайпур.

Благодарности

В первую очередь мне хочется сердечно поблагодарить несравненную, невероятно талантливую Бекки Уолкер из издательства Usborne за её энтузиазм, терпение и добрые советы. Бекки, мне с тобой очень повезло!

Отдельное спасибо опытным редакторам Саре Стюарт и Хелен Грейтхед, замечательной команде издательства Usborne и всем-всем от отдела маркетинга до отдела дизайна!

Большое спасибо художнику Давиде Орту[29] за очередную великолепную обложку. Я от неё в восторге!

Конечно, нельзя не упомянуть моего чудесного агента, Анну Пауэр, и дружный Клуб писателей, в котором мне повезло состоять. Отдельное спасибо Карен Мур и Шивон Роуден. Вы внесли огромный вклад в улучшение первого черновика!

Я очень благодарна нашему проводнику, водителю моторикши и другу – Сурджиту. Он ловко лавировал между прохожими, машинами и козлами в своём крошечном транспортном средстве, пока мы с мамой на заднем сиденье держались за что могли, чтобы не вывалиться наружу!

Огромное спасибо монахам из храма Солнца и храма Ханумана за их добрые слова и благословения. Надеюсь, вы получили фотографии своих родных, которые мы отправили по почте!

Отдельно я хочу обратиться к моему милому читателю Рохану, которого встретила на автограф-сессии в книжном магазине «Вотерстоунс» в торговом центре «Лейксайд». Я вписала тебя в историю, как и обещала!

И конечно, я очень благодарна моей восхитительной семье за поддержку. Отдельное спасибо мужу Дейлу и детям, Оскару и Марте, которые никогда не жаловались на то, как много времени у меня уходило на работу над книгой. Спасибо маме – она всегда отвечала на звонки, даже в поздние часы, и подбадривала меня. Спасибо сёстрам и папе, которые очень рады за меня и гордятся мною.

Я посвятила эту книгу свекрови Кэти, потому что очень ею восхищаюсь. Она замечательная бунтарка и отличная подруга!

Примечания

1

Эту историю можно узнать из книги Имоджен Уайт «Янтарный амулет, или Первое правило детектива».

2

Имеется в виду Peninsular and Oriental Steam Navigation Company (англ.) – транспортная компания, основанная в Великобритании в XIX веке. (Прим. пер.)

3

Прославленный американский иллюзионист (1874–1926). (Здесь и далее все примечания без пометы о том, чьи они, принадлежат редактору.)

4

1 м 68 см. (Прим. пер.)

5

Свободная рубаха, доходящая до колен; традиционная одежда жителей многих стран (Пакистан, Бангладеш, Непал), включая Индию. (Прим. пер.)

6

Сикхизм – религия, основанная в Индии в XV веке. (Прим. пер.)

7

2 м 44 см.

8

Индийское приветствие; оно произошло от санскритских слов namas – «поклон» и te – «тебе», «ты».

9

Отойдите, отойдите (хинди). (Прим. пер.)

10

1 м 83 см.

11

15 м 24 см.

12

30 м 48 см.

13

91 м 44 см.

14

Одна из древних религий, исповедуемых в Индии, помимо, например, буддизма и сикхизма. Индуисты почитают жизнь, проповедуют ненасильственное отношение к природе.

15

Традиционное индийское платье из большого отреза ткани, который плотно оборачивается вокруг тела. (Прим. пер.)

16

30,48 см.

17

9 м 14 см.

18

6 м 10 см.

19

3 м 5 см.

20

8 км 50 м.

21

Быстрее (хинди).

22

Это они (хинди). (Прим. пер.)

23

Да (хинди). (Прим. пер.)

24

3 м 66 см.

25

18 м 29 см.

26

2,54 см.

27

Древнее каменное сооружение, расположенное на юге Англии (графство Уилтшир). Этот знаменитый археологический памятник внесён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

28

Приведите их (хинди).

29

Давиде Орту (англ. Davide Ortu) – известный итальянский художник-иллюстратор.

Content

Уайт Имоджен Второе затмение, или Загадка солнечного узора

Имоджен Уайт Второе затмение, или Загадка солнечного узора

С чего всё началось…

1 Незваный гость

2 Завеса тайны

3 Самый грубый человек на свете

4 Азиатский слон!

5 Дьявольская диверсия

6 Великий Золтан

7 Дворец

8 Кораблекрушение

9 Тьма наступает

10 Разговор шёпотом

11 Пир

12 Тик-так

13 И птицы стихли

14 Музей

15 Любопытство

16 Секрет рубина

17 Храм Ханумана

18 Ловкость рук

19 Тайна города

20 Ожившие горы

21 Исчезновение

22 Пещеры междумирья

23 Покровитель

24 Капут

25 Доказательство вины

26 Друг или враг?

27 Презренная подлость

28 Магнитный центр

29 Обречённые

30 Мир, окутанный тьмой

31 Святая обезьяна!

32 Гость из мира теней

33 Врата стихий

Эпилог: Курс на Россию

Письмо от автора, Имоджен Уайт

Благодарности

Примечания